Ордо Тенебрис

Вступление.

Старая женщина в истертом плаще из мешковины шла через анфиладу огромных залов. В сером плаще, без узоров и красок, из прорех торчало такое же невзрачное выцветшее платье. На ногах ее были башмаки на деревянной подошве и шерстяные чулки. Капюшон плаща болтался на спине, но черты лица было не разглядеть. Она старательно смотрела себе под ноги, распустив и сбросив на лоб седые космы так, чтобы закрывали лицо. Она двигалась вперед шаркающей неуверенной походкой, и каждый видел насколько она слаба и ничтожна, видел, как сжаты побелевшие от напряжения пальцы и слышал ее хрипящее неровное дыхание, каждое мгновение готовое перейти в истерические всхлипы. Она ковыляла вперед, не способная даже поднять взор, в абсолютной тишине. Сотни существ провожали ее ужасающими взорами, способными совращать ауры бессмертных героев, кошмарные видения, разрывающие реальность и порядок на лоскуты, проносились сквозь нее… но она все шаркала дальше. Жалкая, ничтожная человеческая женщина…

Огромные арки, чей свод терялся в головокружительной высоте, под ними на мифриловых цепях качались чаши полные демонического огня. Они бросали тени, обретающие изломанную плоть, на стены из мрамора и гранита с жилами бирюзы и аметиста. Знаки власти и ужаса, выложенные рубинами, изумрудами, лунными камнями вспыхивали, встречаясь с темными огнями. Бездонные колодцы разверзались в гранитных плитах, из них в облаке тумана, разъедающего ткань реальности, поднимались варп-кракены… и тоже с недоумением направляли огромный глаз на старушку, ковыляющую мимо. В псионных лучах их глаза хосты ордосов и принцы эльдариан пресмыкались и возились по полу словно нашкодившие псы… А старушка ковыляла дальше. Мимо освежеванных рыцарей Астартес, им не позволили умереть быстро и честно: они вращали глазами и кривили изорванные губы в жутких муках. Мимо клеток с рабами, которые тысячами умирали ради развлечения демонических армий и воскресали бессчетное число раз. Их стоны тоже стихали. Они тоже видели, лишь жалкую старуху, не смеющую взглянуть на окружающий ее кошмар. Они видели черные пульсирующие кольца страха в ее ауре. Ее аура была столь слаба, что не могла закрыться от любопытства умирающих рабов. Что говорить о когтях, клыках и щупальцах порождений тьмы… Но они не причиняли ей вреда. Неведомая сила защищала ее, сила более могущественная, чем злоба и жажда демонических легионов, сокрушивших ордосы человечества.

Она остановилась в последнем зале перед колодцем в бездну. К нему вели широкие ступени, сложенные из костей и черепов поверженных воинов. И в них же были проложены каналы, по которым из бездны вытекали красные ручейки. Они струились по залам дворца, и каждый демон легионов наполнял эти ручьи кровью жертв, чтобы превратить их в настоящую реку, текущую сквозь время и пространство. Только ужас и смерть ждали города, вдруг узревшие красные воды.

Над колодцем висел громадный, раздувшийся варп-кракен, издающий пробирающее до костей шипение. Под его колоколом мог укрыться батальон солдат, а его око смотрело в те глубины, где в варпе плавали громадные лефиафаны. В слегка шевелящихся нитях кракена висело бледное, большеголовое существо, отдаленно напоминающее человека. Лысого, с раздувшимся в задней части черепом, двумя рожками, торчащими вверх, уродливой пастью с рядами саблевидных клыков, слегка выпирающим пузом, кривыми руками и ногами. Его пальцы, усыпанные перстнями из мистериум тенебрис, заканчивались черными блестящими когтями. Цвет его больших глаз с вертикальными зрачками переливался от абсолютной черноты бездны до синего пламени величайшего псайкера. Он был одет в бригантину из выделанной шкуры убитых левиафанов с короткой юбкой и броневыми пластинами из варп-стали. Сапоги и штаны были обшиты костями с вырезанными рунами тенебрис. На грудной пластине была закреплена передняя часть черепа капитана рыцарей Ультрамар с выбитой руной ока-тенебрис на лобной доле. Взгляд на эту руну легко мог выбить слабую ауру из бренного тела.

В зале вокруг множества очагов, пировали приближенные повелителя демонов. Их пища кричала от боли и умоляла о пощаде. Гвардия Венум охраняла трон, десятиметровые демоны с ядовитыми сегментированными шипами.

Женщина не выдержала и рухнула на колени. Казалось барьер силы, защищавший ее, разлетелся на мелкие осколки и сейчас воющий, потерявший разум червяк сам поползет, чтобы утопиться в красной реке… Дрожащие руки откинули седые пряди и женщина посмотрела на повелителя демонов. Да, она не была обычной человеческой старухой. В ее слегка заостренных ушах, приподнятых скулах и раскосых глазах прослеживались черты прекрасных эльдариан. Но она не была даже полукровкой или квартеронкой, лишь несколько капель волшебной эльдарианской крови сгладили ее старческие морщины и придали глазам блеск лазури. Эта капля лазури ничто в сравнении с безграничной мощью повелителя демонов. Но женщина открыла сухие, давно потерявшие алые краски губы и в тишине зазвучал ее надтреснутый старческий голос, отражаясь множество раз от стен и сводов зала.

- Господин мой, великий демон-хост ордо Тенебрис, ордо Танос, ордо Империум, лорд красной реки, Майгар Вультар, позволь обратиться к тебе!

Голос демона звучал сразу везде. Километровый свод тронного зала резонировал от этого рокота.

- Кто ты? Назови свое имя!

- Я никто, мой господин. У меня нет имени.

- Назови свое имя!

Несколько гранитных плит, размером с небольшую площадь, зазвенели, словно натянутая струна и лопнули змеящимися трещинами.

- Вы знаете мое имя, иначе я бы не ступила и шагу. Я Альма, мой господин.

- Ты лжешь, смертная старуха! Женщина с этим именем умерла много веков назад.

- Ваше слово – закон, мой господин. Вы все видите и ничего не забываете. Вы знаете, что я не лгу, мое тело и ауру хранили много веков ради этой встречи.

Гвардейцы Венум медленно поднимали свои полные яды шипы и неуверенно оглядывались. Немыслимо, чтобы кто-то, а тем более жалкое смертное существо, посмело возразить их повелителю.

- Мое слово не просто закон! Мое слово – сама реальность! Моя память – прошлое настоящее и будущее мира. Ты ищешь ужасной судьбы.

- Моя судьба не имеет значения, мой господин, но у вас есть неоплаченный долг и я пришла за ним.

Где-то за гранью сознания, где живет дикий первобытный ужас, возник пронзительный вой. Гвардейцы пятились к выходу из тронного зала, их могучие ауры рвал на куски нарастающий вой. А старуха дрожала словно осенний лист, или это дрожала ткань реальности вокруг нее, но не двигалась с места. Внезапно все закончилось, осталось лишь раздраженное шипение варп-кракена.

- Я демон-хост Вультар исполню любое твое желание. Выбирай! Но выбирай мудро.

- В завтрашней битве вы сразитесь на стороне эльдариан Литалль против легионов примарха Коруса.

Уже выдохнувшие гвардейцы снова развернулись к выходу из зала. На всякий случай. Они видели смерть и страдания миллиардов живых существ, но безумие старухи поражало их разум. Странный шепот эхом покатился по залу. Он то стихал, то нарастал, но, кажется, не заключал в себе прежней угрозы. Повелитель смеялся и никак не мог остановиться.

- Завтра жалкая армия эльдариан Литалль будет разбита, а жриц храма Литалль бросят к подножию моего трона, чтобы я и мои воины насладились их непорочной красотой. Таково мое слово.

Вновь повисла тишина. Старая Альма пыльным мешком валялась у подножия. Нет, она не бросала дерзких взглядов на повелителя демонов, даже шорох собственного плаща пугал ее. Она просто ждала.

Стены зала загудели.

- Я величайший демон-хост, даю второй шанс. Неважно кто и зачем послал тебя. Забудь о них, забудь о храме, который все равно падет завтра. Ты получишь собственный домен. Великий домен, которого не было ни у одного из князей человечества. В нем твое слово будет законом. Вечная молодость и красота, любая сила будет покорна тебе. Жрицы и провидцы Литалль и принцы других храмов будут целовать твои следы. Магистры рыцарских ордосов будут мыть тебе ноги. Ты исполнишь тысячи желаний, просто произнеси одно слово…

- Мне ничего не нужно, я мертва много веков. Завтра вы должны сражаться на стороне эльдариан Литалль.

Наверное, ей все же следовало униженно просить. Гвардейцы Венум, уже не скрываясь, бежали к выходу, налетая друг на друга и натыкаясь на собственные шипы. Ярость их повелителя разрывала ауры зазевавшихся. Каменные плиты разваливались на части, открывая провалы в глубины варпа.

- Подумай, жалкая старуха, что ты выбираешь! Долг будет оплачен и ничто более не защитит тебя. Ты выбираешь вечность ужасных мук. Ты никогда не умрешь. Когда моя фантазия иссякнет, тысячи гонцов с мешками золота и созвездиями мистериума отправятся на поиски лучших палачей известного мира. Я отыщу твоих потомков, родных, всех кто хоть однажды улыбнулся тебе. И они разделят ту же судьбу. Ты будешь смотреть на них и знать, что подарила им вечность мук. Выбирай снова!

- Все мои дети и родные давно мертвы, все кого я знала, давно мертвы. А я сама столь ничтожна, что мои страдания не принесут вам радости. Если завтра храм Литалль падет, надежда и милосердие навсегда покинут этот мир и штормы варпа поглотят все ордосы разумных существ. Кто будет преклонять колени перед вами, мой господин? Когда-то вы защитили храм Литалль, прошу защитите нас снова.

- Я великий демон-хост ордо Тенебрис, ордо Танос, ордо Империум, лорд красной реки, Майгар Вультар! Ты будешь взывать к моему милосердию?!

- Я взываю к ордо Тенебрис и требую уплаты долга.

Огромный поток клыков и когтей бежал прочь из тронных залов. Даже варп-кракены плоть от плоти своего хозяина бестолково метались среди разламываемых сводов и колонн. Никто и никогда не помнил, чтобы великий демон-хост испытывал подобную злобу. Бессильную злобу, направленную на жалкую смертную старуху.

Глава 1. Студент.

Усиливающаяся мелодия телефонного будильника вырвала из жуткого кошмара в тот самый миг, когда нужно было умирать или просыпаться. Мартин в холодном поту сел на кровати. Шторы были отодвинуты, за окном серая хмарь декабрьского рассвета. В комнате совсем прохладно, видимо котел опять барахлил. Мартин со вздохом откинул одеяло и опустил ноги на холодный пол, пытаясь найти тапки. Он включил свет и пошлепал в ванну.

Голова нещадно болела… «Чертовы сны! – зло подумал Мартин. – Вечно одно и то же, почему мне снится эта дрянь в самые неподходящие моменты? Хотя сегодня, конечно, полная жесть. Обычно просто бессвязные кошмары про демонов, пытки и безумие, а тут прям целый фильм, да еще какой реальный. Наверное, это какая-то следующая стадия, потом глюки пойдут наяву. Но почему мне досталось это проклятие!» Мартин зло топнул ногой и тут же схватился за лоб, его череп словно пронзил раскаленный прут. Осторожно, стараясь не совершать резких движений, он полез в душевую кабину. Контрастный души, как, впрочем, и последние достижения медицинской науки, от его странной головной боли не помогали. Хождения по врачам, КТ, всевозможные исследования, анализы не выявляли ничего. Врачи разводили руками, самые умные говорили, что болезнь, похоже, имеет психосоматическую природу. Попросту говоря, Мартин псих, а боль – галлюцинация. «К экзорцисту сходить что ли»? - подумал он, обтирая себя полотенцем. Протерев запотевшее зеркало над раковиной он зло уставился на свое отражение. Мало того, что без пяти минут псих, так еще и внешностью природа обделила. Нет, не совсем, конечно, урод, но приятного мало. Кожа у Мартина была очень бледная, загореть мешала аллергия на солнечный свет. Кожа только краснела и покрывалась пятнами, но ни загара, ни даже здорового румянца не появлялось. Голова большая, волосы черные и жидкие, рост ниже среднего, телосложение тщедушное. Зубы неровные, верхние и нижние клыки, намного крупнее стандартных вытеснили часть передних резцов, их было всего по два на верхней и нижней челюсти и между ними образовались большие промежутки. Глаза круглые, слегка на выкате, мутно-серого цвета. Аккуратно елозя щеткой во рту Мартин обнаружил, что десны сильно кровоточат. И с руками какие-то проблемы. Ногти на указательных пальцах странно деформировались: сузились и вытянулись. «Не хватало еще вросших ногтей… а впрочем плевать…»

Головная боль была такая, что торчащее из спины копье по сравнению с ней просто мелкая заноза. Хотелось с разбегу воткнутся черепушкой в стену, чтобы отрубиться и хоть на какое-то время избавиться от этой пытки. Ночные кошмары и не утихающая по несколько дней мигрень сопровождали его с самого детства. Причем, как назло, она проявлялась в самые неподходящие моменты. Когда надо было сдавать ЕГЭ и поступать в нормальный универ, он чуть не грохнулся в обморок прямо перед дверью в аудиторию. В итоге, пришлось прозябать в местном политехе, куда его пристроил батя бизнесмен. И даже тут он перебивался с троек на четверки. Какой там сегодня экзамен? Математическая статистика – не самый тяжелый предмет, но зато препод настоящий зверь. Так что головная боль подъехала, как обычно, по расписанию. Нет, это не могло быть простым совпадением. Вот батя давно считал, что Мартин просто патологический неудачник, не способный брать на себя ответственность и головные боли лишь отмазка, чтобы сбегать от проблем. «Но для меня-то боль абсолютно реальна! – в отчаянии думал Мартин. – И в кого я родился такой урод»?

Были ли у него выдающиеся способности хоть немного компенсирующие общую ущербность? Ну была одна, не прям чтобы супер, но кое-что: почти эйдетическая визуальная память. Да и просто память намного выше среднего. Обычные люди хорошо запоминают ассоциативные связи и распознают образы, а вот Мартин именно запоминал образ, он мог воспроизвести страницу текста на древнешумерском у себя перед глазами, просто посмотрев на нее несколько секунд. Он мог запомнить и любую сложную картинку, или воспроизвести рандомные закорючки. Мог с точностью описать цвет волос глаз, татуировки, украшения любого человека из толпы в сотню индивидов. Жаль, что на ток-шоу псведоколдунов Мартин не стремился, мог разве что удивить своих немногочисленных приятелей. Пресловутые умные врачи предполагали, что боль как раз плата за эйдетическую визуальную память. Хреново платить за то, чем не можешь толком воспользоваться, ведь боль появлялась именно тогда, когда нужна была эта невероятная память.

На нижних этажах большого частного дома уже хлопали двери и раздавались громкие голоса остального семейства. Мартин наконец справился с натягиванием штанов. Его комнатка располагалась на третьем верхнем этаже, под скатом крыши. Впрочем, она ему нравилась, его мизантропия могла спокойно цвести и пахнуть на этаже куда редко кто-то заходил. Мощный игровой комп, удобное кресло, шкаф, коллекция вархаммерских настолок и редких моделек – что еще надо от жизни? Ах да, большой кирпичный дом с бассейном и сауной в пристройке и богатые родители… то есть родитель. «На что я жалуюсь? – думал Мартин. – Даже если выпрут из политеха, батя все равно пристроит в свою распильно-строительную фирму. Другим психам приходится намного хуже».

Мартин нащупал на тумбочке телефон. Никто даже не пишет… А нет, сообщение в секретном чате:

«Сыграем»?

Мартин был совсем не настроен разбираться кто и во что собрался с ним играть.

«Игры для детей».

«Я твой заклад сделал. Забирать будешь»?

«А, точно…» - вспомнил Мартин. Боль была настолько сильной, что даже кратковременная память работала с перебоями.

С некоторых пор, отчаявшись получить помощь от легальной медицинской науки, он ступил на кривую дорожку и начал экспериментировать с галлюциногенными веществами. После того, как выкуренный по пьяни косячок снял его болевой синдром, он решил, что нащупал пусть к спасению. Оно, конечно, тоже ни о чем не говорило, просто могло так совпасть. Но он попробовал еще несколько новых таблеток в малых дозировках, и вроде помогало.

«Мне вчера надо было».

«Вчера не получилось, у ментов шухер был. Сделал как только смог. Забирать будешь»?

«Буду».

В чат пришел скрин геолокации и несколько фоток парковой скамейки.

«Кировский парк? Я не успею забрать до экзамена».

«Извиняй. Заказывай раньше в следующий раз. Товар бомба, отвечаю».

Мартин вздохнул и спрятал телефон в карман. Он быстренько покидал в рюкзак конспекты и учебник, на всякий пожарный. Нащупал в ящике тумбочки нож. Небольшой туристический ножик с чехлом, пластиковой рукояткой с упором и хорошей сталью. Мартину ножик нравился, он даже сделал на нем гравировку «MV» и часто таскал с собой, это придавало ему сомнительной уверенности в себе. Он купил его для велопохода, в котором поучаствовал на первом курсе универа. Несмотря на тщедушное телосложение с выносливостью у Мартина было все в порядке, и туризм мог бы стать лекарством от прогрессирующей мизантропии. Если бы во втором походе группе не пришлось сходить с маршрута из-за очередного приступа «фантомных» болей. Больше его в походы никто не звал.

Когда он сполз на первый этаж, батя уже стоял в холле с дорожными чемоданами.

- Алина, где ты копаешься!

От его раздраженного вопля Мартин поморщился. Батя был как всегда выглаженный, коротко постриженный, наодеколоненный. Да, его брюшко заметно выпирало из-под рубашки, но гордый орлиный профиль, мускулистые руки и зычный бас принадлежали без сомнения влиятельному и успешному человеку, который пропахал не одну бетонную преграду на жизненном пути. «И в кого я такой? – подумал Мартин. – Наверное, моя мамаша была настоящим крокодилом. Неудивительно, что отец не хочет о ней рассказывать».

- Сейчас, Артур, еще пять минуточек! – раздался голос мачехи из гостиной.

Отец обратил внимание на паралитически ковыляющего сынулю, который держал голову так, словно она хрустальная ваза.

- Опять? – только и спросил он.

Мартин нехотя кивнул.

- Понятно… На экзамен пойдешь?

- Пойду! – зло ответил Мартин.

- Тогда ни пуха.

Батя отвернулся и посмотрел в окно. Там наступал серый влажный день. Прогноз обещал плюсовую температуру и мокрый снег переходящий в ледяной дождь.

- Ну и зима, - батя покачал головой, ни к кому не обращаясь, - надо было водные лыжи покупать.

- Угу.

Сказать Мартину было нечего, да собственно и любая мыслительная деятельность вызывала у него не меньший дискомфорт, чем неосторожные движения.

В холл ворвались остальные отпрыски: Руслан и Кира. Вот насчет них не возникало сомнений в генетическом родстве. Руслан учился на втором курсе престижного московского ВУЗа, наезжая домой по большим праздникам. Особых успехов в учебе он не демонстрировал, тому мешала природная лень, развлечения с однокурсницами и папины деньги, которые с легкостью закрывали изредка возникающие проблемы. Зато с виду он был апгрейженой версией папы. Чуть выше, шире в плечах, физически очень развитый – Руслан неплохо выступал на городских соревнованиях по вольной борьбе. В общем, хоть он был на полтора года младше Мартина, кому достанется папин бизнес ни у кого сомнений не вызывало. Кира была миленькой, жгучей красоткой с мягкими чертами лицами, но черными, как смоль волосы и огромными темными глазами. Она была на голову ниже родного брата и училась в выпускном классе школы.

- Здорово, замкадыш!

Руслан бесцеремонно пихнул сводного брата в плечо.

- Не пихайся! – раздраженно прошипел Мартин.

- А ты опять со своими загонами… Уже успел от них отвыкнуть.

- Рус! – прервал его строгий батин голос. – Остаешься за старшего. Чтобы дом вернул в том же состоянии. Гувернантка будет ходить через день, котел еще проверь, что-то барахлит. Вернемся тридцатого. Вопросы есть?

- У матросов нет вопросов! – с готовностью откликнулся Руслан. – Пап, ты кое-что обещал.

- Обещал, обещал…

Батя достал из кармана ключи от машины и бросил сыну.

- Смотри у меня. Алина, ну сколько можно! Такси давно стоит!

Из гостиной быстрым шагом проследовала статная блондинка, всякие салоны и фитнесы сохранили ей завидную красоту в сорок с хвостиком. Она тепло обняла и расцеловала своих детей, Мартин удостоился лишь раздраженно поджатых губ и короткого «Пока». Едва предки скрылись за воротами Руслан вскинул руки вверх и испустил радостный рев молодого самца, получившего в свое распоряжение шикарную хату и ключи от папиного рэнджа на несколько дней. Мартин опять скривился от приступа боли.

- Едем снимать телок! – сообщил Руслан, потрясая ключами. – Кирюсик, ты со мной?

- Снимать телок? И не называй меня Кирюсик!

- Хочешь сначала по магазинам, а потом снимем пару телочек для меня и мальчика для тебя. Ты едешь или как?

- Дурак ты! Подожди немного.

Руслан уже накинул пуховик и поднимал ворота гаража. Кира посмотрела на сводного брата слегка блестящими темными глазами и улыбнулась.

- А ты, Марти, поедешь?

Мартин плавно покачал головой.

- Не, у меня экзамен.

- А, я забыла. Ну, вечерком заходи на пати, не сиди там у себя на чердаке…

- Надеюсь вы не здесь собрались тусить?

- Это Рус собрался… Где же еще? Бассейн как раз запустили.

«Моя бедная голова, - с ужасом подумал Мартин. – Поехать что ли ночевать в отель».

- Ладно, удачи на экзамене.

Кира чмокнула Мартина в щеку и упорхнула в свою комнату собираться. Она была доброй и веселой девочкой и Мартина вроде любила, не читала нотаций и не испускала тяжелых разочарованных вздохов, увидев его кислую физиономию. Впрочем, Кира ко всем хорошо относилась, красивая и любимая доча богатых родителей. В ее жизни почти не было обид и разочарований, кто пытался ее обидеть рисковал нарваться на серьезные неприятности. Зато ее мамаша пасынка тихо ненавидела. Мартин старался поменьше пересекаться с Алиной.

Боль пульсировала то в правом, то в левом полушарии, перетекая в мозгах куском расплавленного свинца. Кажется, с каждой минутой становилось только хуже. Мартин вызвал такси и отчалил в универ.

В аудитории было душно, батареи жарили на полную. Мартин то придвигался ближе к окну, то отодвигался, он уже заработал парочку недовольных взглядов от Валентин Петровича. Математик в своем темно-синем, засаленном костюме плавал в красноватом тумане, как и остальные студенты вокруг. Просто какая-то кровавая река, как будто им отрезали головы, и они медленно проплывают мимо, укоризненно глядя на Мартина.

Мартин взглянул на свой листок, где была всего пара кривых строчек. Первый вопрос билета: моменты случайной величины. «Ну давай урод! Напиши хоть что-нибудь, это же элементарно»! Он с трудом поднял ручку и добавил еще пару строчек. «Этой боли не существует»! Разозлившись, он ударил себя ладонью по лбу и не смог сдержать стон.

- Вазарян, что с тобой? – недовольно спросил Валентин Петрович.

- Все в порядке. Можно выйти? – сказал Мартин.

- Ответишь и можешь выходить.

Валентин Петрович был хорошим преподом, старался понятно читать лекции, а не просто отбывал номер. Но строгим был и взяток не брал, потому и сидел в костюме, который пошили, когда Мартин еще пешком под стол ходил.

- Я готов отвечать, - сдался Мартин.

Он сел перед преподом и положил едва тронутый каракулями листок. Валентин Петрович бросил лишь один взгляд и покачал головой.

- Ну хорошо, что такое дисперсия?

- Дисперсия… - Мартин едва сдержал стон.

«Ну давай же башка тупая… Отвечай сука»! Уговоры не помогали, организм явно решил, что чем больше он вредит своему хозяину, тем лучше. Он попытался использовать свою чудесную память и зачитать нужный кусок текста с визуализированной страницы учебника.

- Дисперсия… это рассеяние…

- Какое еще рассеяние?! Определение мне дай и формулу напиши!

- Квадратный корень из дисперсии равен отклонению…

Мартину нечеловеческим усилием удавалось на пару секунд отвлечься от разламывающей боли, но мозг выдавал только какие-то рандомные обрывки нужной информации.

- Что ты, блин! – Валентин Петрович раздраженно хлопнул по столу, вызвав новый фейерверк в голове. – Вазарян ты уже умный парень, и на лекции ходил и ДЗ нормально делал? В чем проблема?

- Плохо подготовился, - промямлил Мартин.

- Плохо он подготовился. Три я тебе, конечно, поставлю за былые заслуги. Но это все, к экзаменам надо готовиться!

Мартин лишь слабо кивнул. Первым делом, освободившись из духоты аудитории, он бросился к туалету и сразу сунул лицо под струю холодной воды. Он долго стоял, согнувшись над раковиной, минут десять, наверное, пока лицо не занемело. И вроде стало полегче. «Да, свой трояк я получил. Теперь мое проклятие готово сменить пытку на простое издевательство. И ведь никому ничего не объяснишь. Батя снова скажет «Понятно…» и отвернется». Мартин с ненавистью уставился на свое отражение. Он недоуменно открыл рот и потрогал передние клыки, те как-будто стали еще больше, аж челюсть стала закрываться как-то по-другому, уходя слегка назад.

Он немного привел себя в порядок. Проходя мимо аудитории, Мартин наткнулся на девушку с потока. Ирка ему всегда нравилась, она была довольно симпатичной, с вздернутым носиком, веснушками и рыжеватыми волосами. Слегка пухленькая, может даже не слегка, но Мартин думал, что в его положении не стоит особо привередничать.

- Как экзамены?

- Отлично! – Ирка показала пять. – А у тебя?

- Так себе. Билет сложный попался.

Мартин замялся, в голове снова начал разливаться жидкий свинец. Повисла неловкая пауза, и Ирка явно собралась уходить. «Надо уже решаться»!

- Не хочешь сходить куда-нибудь вечерком?

- Сегодня вряд ли, надо отдохнуть.

- А завтра? В кино там, или погулять?

- В суши, - быстро предложила Ирка. – Новый открылся на Мира.

- Давай в суши. Я тебе наберу тогда завтра?

- Ага, набери.

- Заметано!

Ирка помахала рукой какой-то подружке.

- Ну, пока.

Ирка убежала. «Ладно, будем считать, что это победа», - подумал Мартин и осторожно потрогал голову. Боль поутихла.

На улице таки начался ледяной дождь. Куртка промокала, волосы еще не до конца высохли после водной анестезии. Ботинки тоже промокли, пока Мартин пробирался по растаявшей каше. В общем, к моменту пока он нашел нужную скамейку в парке, то продрог основательно. Закладку, приклеенную скотчем к нижней поверхности доски, он нащупал почти сразу. Мартин с сомнением посмотрел на маленький зип-лок с десятком невзрачных беленьких таблеток. Голова болела, но терпимо, поэтому он сунул пакетик в задний карман джинс.

Подняв глаза, он вздрогнул. Перед скамейкой стояла фигура в странной одежде похожей на средневековый камзол, бело-золотистого цвета. Поверх был плащ-накидка, застегнутый на шее. Плащ был сплетен из узких лент, которые слегка скользили друг относительно друга. Ленты небесно-синие. И «небесный» не просто красивое определение, в этом цвете была глубина настоящего неба. На ленте было начертано множество рун. Схематичные изображения цветов, животных, людей, пирамид, созвездий вписанных в большие пентаграммы или круги, похожие на зодиакальные. Чем дольше Мартин смотрел на ленты, тем безумнее казался этот наряд, он не мог найти ни одного разрыва или шва, как ни пытался. Плащ как будто был сплетен из непрерывной бесконечной ленты, на которой была нанесена такая же бесконечная строка неизвестных рун. Эйдетическая визуальная память Мартина от такого зрелища быстро ушла в циклический ребут.

Внезапно раздался голос очень низкий, густой и обволакивающий.

- Запоминай!

От его тонов Мартин сразу почувствовал приятную расслабленность, боль почти исчезла, тело будто уменьшилось, а восприятие обострилось и повисло отдельно от туловища. Под капюшоном было не разобрать лица, только два раскосых огромных глаза, горящих лазурным пламенем.

- Я… э-э…

- Смотри на меня и запоминай!

Ленты плаща начали скользить с нарастающей скоростью, пока откуда-то из самой глубины не выплыл кусок совсем другого цвета. Темно-фиолетовый или темно-зеленый, его цвет пульсировал, вскипал множеством расходящихся круговых волн, которые сталкивались, гасили, усиливали друг друга или застывали, или закручивались вихрями. Странно, но это еще более безумное зрелище скорее успокаивало Мартина. Он с интересом смотрел на хаос возникающих волн.

- Тиссиум варпа. Все инсигнии ордо тенебрис начертаны на тиссиум варпа.

«Изображение варпа – основа для начертания рун тьмы», - пояснил невидимый переводчик внутри головы Мартина.

- Инсигниум Око тенебрис. Базовый, версум темных видений.

«Руна ока тьмы, базовая для школы темных видений», - пояснил тот же переводчик.

Мартин видел уже не фигуру в странной одежде, перед ним была только руна на фоне кипящего хаоса. Шестиконечная звезда, внутри которой было изображение искривленного глаза с вертикальным зрачком. Из-за наложенных хаотических волн, создавалась иллюзия, что треугольники гексаграммы вращаются друг относительно друга, причем всегда в противоположные стороны. Глаз в центре пульсировал, то сжимаясь в точку, то заполняя собой весь окружающий мир, но его размер относительно гексаграммы не менялся и размер самой гексаграммы тоже не менялся. Наверное, попытка воспроизвести подобную иллюзию у себя в голове должна была взрывать мозг, но Мартину это «упражнение» наоборот понравилось. Его мозг парадоксальным образом довольно легко рисовал картинку, которую разум был не в состоянии понять.

- Запомнил, - произнес он, продолжая завороженно пялиться внутрь инсигнии.

- Инсигниум Дамнар. Базовый, версум проклятий. Запоминай!

Перед внутренним взором появились два навитых друг на друга кольца. На фоне кипящего варпа они пульсировали и распадались на отдельные круги, каждый из которых был одновременно и внутри и снаружи другого круга, а потом вновь перевивались друг с другом.

- Запомнил, - уже увереннее ответил Мартин, принимая правила игры. – Следующий.

- Инсигниум Крусадер тенебрис. Темная пытка, усиление, накладывается на инсигниум Дамнар.

Мартин увидел клубок колючей проволоки, который извивался и дергался, словно клубок поджариваемых на сковородке червяков. А потом клубок превратился в круги инсигниум Дамнар. Колючие круги теперь не только свивались и пульсировали, но еще и выворачивались друг в друга самым тошнотворным образом.

- Круто! Следующий! – потребовал Мартин, потихоньку впадая в раж. Головная боль почти ушла, а визуальная память кайфовала от необычной нагрузки.

- Инсигниум тенебрис разрушают мою ауру. Дальше ты должен учиться сам.

- Каким образом?

- Боль – проклятие и награда.

Твой союзник неживой

Не ходи за звездопадом

А ступай за темнотой

Секунд десять Мартин растерянно хлопал глазами, а когда очнулся, перед ним была лишь дорожка и голые черные деревья, торчащие из ноздреватого снега. По лицу стекали холодные капли ледяного дождя. Где-то далеко между деревьями на боковой дорожке мелькало синее пятно.

- Стой! – заорал Мартин.

Он бросился за пятном, разбрызгивая во все стороны снеговую кашу. На повороте он поскользнулся и окунулся в грязную кашу уже целиком.

- Стой! – орал он, напрягая все жилы, чтобы приблизиться к пятну.

Пожилой мужик в синей куртке обернулся. Выражение его лица сменилось с недоуменного на откровенно презрительное, когда он оценил мокрые штаны и куртку Мартина, его бледную перемазанную грязным снегом физиономию и выпученные глаза.

- Извините… кажется обознался.

- Обознался? Иди отсюда, псих!

- Извините.

Мартин развернулся и быстро пошел прочь. «Ну вот и все: глюки подъехали даже раньше чем ожидалось». Он достал из кармана зип-лок и внимательно изучил. Все таблетки были на месте, правда своим глазам он уже не очень-то доверял.

Глава 2.

Вернувшись домой, Мартин забрался на свой чердак и свалился на кровать. Голова вновь раскалывалась. Он провалялся в каком-то полубреду до самого вечера, пока с первого этажа не начали доноситься радостные вопли и сабвуферный инфразвуковой тынц-тынц. Вечеринка неумолимо набирала обороты.

- Черт!

Мартин сел на кровати, шансы заснуть таяли с каждым новым воплем. Очень хотелось взять огнемет и сжечь вечеринку нахрен. Пришлось встать с кровати и выйти в коридор. Он вышел на балюстраду от которой спускались лестницы. Под балюстрадой был пролет, который обрывался сразу до первого этажа. Внизу в холле вроде никого не видно, но музыка и вопли доносились из соседней гостиной. Пока Мартин раздумывал, что предпринять, из коридора послышалось какое-то сдавленное хихиканье и приглушенный разговор. Сначала Мартину показалось, что звуки тоже доносятся с первого этажа. Зачем кому-то было подниматься сюда? Но потом удалось локализовать источник бормотанья. Он вернулся в коридор и подошел к двери в ванную, которая обычно была в его полном распоряжении. Хихиканье явно доносилось оттуда. Мартин пожал плечами и не стал стучаться, а просто толкнул дверь. Та распахнулась безо всякого сопротивления.

Руслан уже был без штанов, перед ним на коленях расположилась девушка, которая и была источником пьяного хихиканья. Ее кофточка была задрана к шее, а юбка валялась рядом. Кружевное черное белье было очень даже секси, немного компенсируя чересчур пухленькие формы. Попа конечно была великовата, но на вид ничего, довольно упругая. На распахнутую дверь обернулась именно девушка. Руслан был полностью поглощен тем, что происходило у него между ног. На Мартина уставились круглые от удивления глаза, а веснушки и вздернутый носик без сомнения принадлежали Ирке. Не, Мартин понимал, что все это просто глупое совпадение, и он явно оказался не в том месте не в то время. Но вскипающая внутри ярость душила и вытесняла из сознания даже головную боль.

Руслан наконец понял, что глубокий петтинг развивается немного не по плану и тоже обратил внимание на возмутителя спокойствия. Выглядел Рус очень глупо, стоя со спущенными штанами.

- А ты оказывается дома? – развел руками он.

- Да, блять, я тоже здесь живу! Приятного отдыха!

Мартин захлопнул дверь с такой силой, что из ванны послышались звуки падающих предметов, а следом звон разбитого стекла и визг Ирки.

Мартин бросился к себе в комнату, схватил рюкзак и практически скатился по лестнице на первый этаж. Он толком не понимал, куда собирается бежать, но оставаться в одном доме со сводным братом было невыносимо. Как назло в холле оказалась Кира. Видимо перекошенная физиономия брата, несущегося прямо в мокрую, темную зимнюю ночь без верхней одежды, ее здорово напугала. Кира изо всех сил вцепилась в рукав Мартина.

- Стой! Ты куда собрался?

- Подальше отсюда! Отпусти, Кир!

- Ты посмотри, что на улице творится. Куда ты пойдешь? Расскажи, хоть что случилось-то?

- Да ничего не случилось! – рявкнул Руслан с лестницы.

Штаны он уже натянул и спускался вальяжно, никуда не торопясь. Правда на его лице читалась крайняя степень раздражения. Ирки не было видно.

- Просто братец наш слегка того. Слышь, Марти, тебя стучаться не учили?

- А тебя двери запирать не учили?! Или не совать хер во все, что шевелится?

Раздражение на лице Руслана сменилось на откровенную ярость. Двумя прыжками он преодолел разделявшее их расстояние и навис над Мартином. Он был выше как минимум на целую голову и раза в два шире.

- А тебя не учили следить за языком? Ты у нас блаженный, понимаю, но я не батя, терпеть твои закидоны не собираюсь!

- А ты не терпи!

Мартин оскалился и стал похож на загнанную в угол крысу. Он боднул Руслана головой, целясь в подбородок, но тот среагировал, отклонился, схватил Мартина за ворот и слегка приподнял. Между ними влезла Кира, на обоих противников обрушился град шлепков.

- Прекратите немедленно! Что вы делаете?! Рус, отпусти его сейчас же!

- Вот успокоится, тогда отпущу!

Руслан продолжал таскать Мартина за шкирку самым унизительным образом. Противопоставить его физической мощи было нечего. На звуки потасовки начали подтягиваться другие гости. Двое совсем зеленых юнцов, одноклассников Киры, для них эта вечеринка, вероятно, была первой серьезной пьянкой в жизни. Из них габаритами выделялся друг Руслана – Миха, с которым они ходили на борьбу. Кира бросилась к нему.

- Мих! Разними их немедленно!

- Э-э-э... – озадаченно прогудел Миха. – Че происходит-то вообще. Рус, чего ты в него вцепился.

- Да, ничего!

Руслан, поняв, что доминирование над столь ничтожным противником не принесет ему никакой славы, и с силой оттолкнул брата от себя. Мартин пробежал несколько шагов и уперся в стенку.

- Хрен знает, че происходит, - ответил Руслан. – Братец у меня психованный. Извини, наверное, надо было тебя позвать, я не догадался. Или че не так?

Мартин, тяжело дыша, обвел взглядом свидетелей потасовки. Злость проходила, вместо нее возвращалась головная боль и стыд.

- Я, наверное, погорячился слегка…

- Ну, замечательно!

Руслан раздраженно махнул рукой и направился в гостиную. Дорогу ему преградила Кира.

- Вы должны помириться.

- Вот еще. Я лучше выпью, а ты вон с ним разберись.

- Вы должны помириться! - Кира упрямо топнула ножкой в розовом тапке с пушистым помпончиком. – Мих, ну скажи ему.

- Я вообще не в курсе, че за канитель. Давайте лучше выпьем.

На лестнице появилась красная от смущения Ирка. Она бочком пробиралась по направлению к гардеробной. Мартин на секунду встретился с ней взглядом, и его вновь слегка перекосило от злости. Руслан тоже обратил внимание на эти переглядывания.

- А вы типа знакомы? – спросил он.

- Мартин с Иркой? Они же с одного потока, - ответила Кира. – Я тебе говорила. Ты никогда меня не слушаешь.

Несмотря на лень, увлечение борьбой и прочими физическими упражнениями, Руслан не был глуповатым, в отличие от того же Михи. Природная проницательность и определенное умение разбираться в людях ему редко изменяли.

- Вот оно что, - Руслан не смог сдержать широкую улыбку. – Я-то думал, че ты так взбесился. Ну, извини, откуда я мог знать?

Руслан, уже совсем не сдерживаясь, расхохотался. Итак красная Ирка налилась пунцовым цветом от корней до самых кончиков и спотыкаясь бросилась в гардеробную. Руслан подошел к брату и покровительственно похлопал по плечу.

- Ладно, хорош дуться. Ко мне какие претензии? Согласись, что лучше сейчас все прояснилось, чем на свадьбе. Да?

Руслан подтолкнул брата в гостиную.

- Пойдем, выпьем, все обсудим. Видишь, Кирюсь, мы уже помирились.

Руслан продолжал толкать брата через гостиную на кухню. Он остановился только на секунду, чтобы протянуть косарь Михе.

- Мих, ты это, Ирку посади на такси, а то потеряется еще.

Руслан своей очевидной положительностью еще больше действовал на нервы Мартину. Уж лучше бы он был карикатурным тупым мажором без моральных принципов. А так Мартин понимал, что злиться должен только на себя. «Поверил какой-то прошматроске, которая берет в рот у первого встречного, если он богат и красив… М-да, а собственно мне ничего и не обещали. Но все равно сучка жирная, ведь завтра наверняка жрала бы суши за мой счет, как ни в чем не бывало».

Кухня в доме была столь же роскошной, как и все остальное, но вместе с тем функциональной. С большими окнами, на полу идеально ровный розоватый керамогранит с подогревом. В центре длинная столешница с несколькими мойками, а сбоку барная стойка. Мартин скинул рюкзак на пол и забрался на высокий барный стул, а Руслан развалился на диване.

- Я подцепил ее в ТЦ, - пояснил он. – Кира там че-то говорила про нее, но я не слушал. А она сама ниче про тебя не сказала. Так что зря бесишься.

Мартин раздосадовано кивнул.

- Не прошла твоя подружка проверку на вшивость.

- Она мне не подружка.

- Вот и забыли тогда.

На кухню вошла Кира. Он встала перед диваном, уперев руки в бока и пытаясь изобразить строгую училку. Выглядела это весьма мило. Руслан снова начал улыбаться.

- Чего лыбишься! – разозлилась Кира. – Почему ты вечно цепляешься к Мартину? Мы же одна семья!

- Да все уже, Кирюсь. Просто небольшое недоразумение.

- Что за недоразумение?

- Пацанские дела, вон Марти расскажет, если захочет.

Кира обернулась к барной стойке и наткнулась на колючий, упрямый взгляд.

- Значит, не расскажет. Все проехали и забыли.

- Что вы делали с Иркой наверху?

- А вот об этом тебе знать еще рано.

- Фу, Рус! Как тебе не стыдно.

- Мне нисколько не стыдно. Не надо совать нос в чужие дела.

Руслан подошел к барной стойке и взъерошил волосы на голове брата

- Не кисни! Найдем тебе новую подружку… такую же страшненькую, как ты…

- Рус! – Кира опять топнула ногой.

- Все-все, шучу. Давай, Марти, налей нам выпить и забудем.

Эти покровительственные шутки и похлопывания снова взбесили Мартина. Не то, чтобы он всерьез хотел врезать брату по роже или что-нибудь в этом роде. Да и понятно, что он сам бы потом огреб в тройном размере. Но желание сделать какую-нибудь гадость было почти непреодолимым. Аж заныли зубы и зачесались руки, так сильно хотелось напакостить. План созрел мгновенно и также мгновенно был воплощен в жизнь, Мартин даже не попытался оценить последствия.

- Текила? – предложил он, доставая из бара бутылку с настоящей мексиканской текилой из агавы.

- Давай.

Мартин вытащил из кармана пакетик с таблетками и незаметно раздавил их пальцами. Он встал так, чтобы закрывать бутылку от Руслана. Аккуратно пересыпать порошок в бутылку было совсем несложно. Мартин пару раз встряхнул золотистую жидкость, и мелкие крупинки растворились без следа. Столь быстрое исчезновение таблеток было немного неожиданным, но Мартин не придал этому значения, поглощенный реализацией коварного плана. «Повеселимся», - мстительно подумал он. Рюмки уже стояли на столешнице.

- Лимончик порежь, - потребовал Рус.

- Конечно, братец, все что захочешь.

Пока Мартин копался в холодильнике, на кухне появился Миха.

- Без меня пьете? – возмутился он.

Мартин пожал плечами, начислил еще одну рюмку и отрезал еще дольку лимона. Против Михи он, в принципе, ничего не имел, но подумал, что такой кабан легко переживет небольшую дозу психотропов.

- Ваше здоровье!

Мартин первый поднял рюмку и даже ухмыльнулся.

- Первый раз вижу, чтобы ты улыбался, - сказал Рус и опрокинул рюмку вслед за остальными.

Пока все закусывали лимончиком, Кира решила не терять времени и схватила бутылку со стола. Никто даже пикнуть не успел, когда она опрокинула ее и сделала большой глоток. Почти сразу же она выплюнула часть обратно, поперхнулась и закашлялась.

- Нет! – в ужасе заорал Мартин и бросился к сестре.

Он выбил бутылку из ее рук, та как снаряд ударилась об пол и разлетелась на множество осколков.

- Ты точно псих, - развел руками Руслан. – Че ты опять творишь?

- Она не должна это пить!

- Да ладно тебе Марти, - ответила Кира в перерыве между приступами кашля. – Гадость какая, бэ-э…

- А ты и правда, не должна бухать без разрешения старшего брата, - сказал Рус, глядя на сестру.

- Буду я еще у тебя разрешение спрашивать.

- Будешь, я вообще-то за старшего.

Пока они пререкались, Мартин мучительно размышлял над ситуацией. Он обкладывал себя последними словами, себя и свою глупую мстительность. Да, они выпили совсем немного, но если что-то случится с сестрой, он бы себе этого не простил.

- Там в текиле кое-что было… - промямлил он. – Я подсыпал туда таблетки.

Рус обернулся к нему. Его лицо быстро приобретало звериный оскал.

- Какие еще таблетки, придурок!

- Ну просто ты бесишь своими шутками. И я тоже решил немного пошутить.

- Ты решил нас отравить?!

- Это не отрава, обычный психотропный препарат, типа ЛСД. Да мы и выпили совсем чуть-чуть.

- Кретин слабоумный! Сам будешь объяснять родителям почему твоя сестра оказалась в больнице. Нахрена ты это сделал?!

- Не знаю, - промычал Мартин.

- Знаешь, ты просто неполноценный урод.

Мартин весь съежился, он действительно чувствовал себя неполноценным уродом, жалким, бестолковым, способным только на мелкие подлости. Пожалуй, он был бы даже не протестовал, если бы получил несколько хороших подач от брата. Но тот лишь смотрел на него, словно на дохлую крысу, а Кира удивленно хлопала глазами.

- Ладно, короче, вызовем скорую. Миха, сходи поищи в аптечке активированный уголь или что-нибудь в этом роде.

- А где аптечка?

- В родительской спальне, в маминой тумбочке, там много всего.

Мартин внезапно обратил внимание, что музыка и разговоры гостей пропали. Из гостиной не доносилось ни звука. Стояла абсолютная неестественная тишина. Когда его телефон прогудел, он аж вздрогнул. Вытащив его из кармана, он увидел единственное уведомление: «Игра началась». После чего экран погас, и телефон перестал реагировать на любые «раздражители».

- Миха, ты че встал? Хватит тормозить.

- Слушай, Рус, у меня походу того… уже начались мультики.

Миха стоял в дверном проеме, ведущем из кухни, и неуверенно топтался на месте. Руслан подбежал к нему и тоже застыл как вкопанный. Он обернулся к подошедшему туда же Мартину, схватил его за одежду и приподнял в воздух, мотая словно куклу.

- Что ты наделал, урод! Ты чем нас накачал?!

Кира попыталась разжать клешни брата, что ей конечно не удалось.

- Да. Что. Слу-чи-лось? – по слогам произнес Мартин, стуча зубами от постоянных рывков. Он чувствовал, как трещит ткань одежды.

Рус просто вытолкнул Мартина в дверь. И тот оказался вовсе не в привычной гостиной с мягким диваном, креслами, плазменной панелью и музыкальным центром. В обе стороны тянулся коридор, погруженный во мрак. Потолок был сводчатый, облупленный, наверное, когда-то давно покрытый белой или серой краской. Стены такие же облупленные, из-под краски вылезал неровный бетон. По бокам были лишь двери, через примерно равные промежутки. Окон не было. Под потолком на цепочках болтались какие-то шары в металлических чашах, стеклянные на вид. Часть из них валялась на полу разбитая. Пол был устлан бумажками, обрывками, досками и толстым слоем грязи. Видно было не очень далеко, единственными источниками света были проемы в боковые помещения, или щели вокруг дверей, закрывающих эти проемы. Свет пробивающийся из них тоже был какой-то странный.

Мартин повернулся назад, уютная кухня пропала. Вместо надежных пластиковых окон, завешенных любовно подобранными Алиной шторами, спадающими красивыми волнами, он увидел узкие сводчатые проемы, наглухо забитые досками. Из-под досок выбивался странный сиреневый свет, не похожий на свет солнца или фонарей. Само помещение было завалено поломанными кроватями с железными сетками и разодранными матрасами. Стены были такими же облупленными, серыми и пыльными. Мартин протолкался назад и поискал взглядом свой рюкзак. Около одной из кроватей в грязи валялся его ножик. Он поднял его и убедился, что гравировка «MV» на клинке на месте.

- Вы видите то же, что и я? – потрясенно спросил он.

- А что ты видишь? – спросила Кира.

- Старую комнату с серыми стенами, поломанные железные кровати.

Кира кивнула.

- Такого не может быть. Какая-то групповая галлюцинация?

- Что это были за таблетки?! – снова заорал Рус, кажется у него начали сдавать нервы.

- Китайские какие-то таблетки новые. Типа ЛСД, я же говорил, у меня от них только сны паршивые были и все… Не бывает такого от таблеток.

- У кого-нибудь телефон работает? – спросил Миха, демонстрируя свой безжизненный электронный кирпич.

- Тихо! – прошипел Мартин.

Он явственно расслышал странный цокот где-то далеко в коридорах. Цокот не предвещал ничего хорошего.

- Надо идти, - прошептал Мартин. – И двигайтесь как можно тише.

- Марти, что происходит? - зашептала Кира. Ее глаза в полумраке казались еще больше, напоминая два темных блюдца.

- Я не знаю, но надо уходить.

- А может лучше сидеть и ждать пока нас не отпустит? – возразил Рус. – А не шляться обдолбанными непонятно где.

- Тише, пожалуйста… Ты все еще думаешь, что это галлюцинация?

- Ничего я не думаю. Я думаю, что ты придурок.

- Я – придурок, простите меня ладно. Но сейчас идем, пожалуйста! Я чувствую, сюда что-то движется, что-то очень жуткое.

Миха зачем-то поперся вперед. Он производил очень шума, постоянно натыкаясь на сломанную мебель и ржавые каталки, под его кроссовками хрустели гнилые деревяшки и скрежетало стекло. Кира плелась сзади поддерживаемая Русом, она вообще была одета в тапки и домашний спортивный костюмчик, пробираться через грязь и завалы ей было непросто. В коридорах было прохладно, с потолка иногда срывался неприятно пахнущий конденсат. Мартин единственный был в более менее приличной экипировке, зимних ботинках, которые надел перед неудачным побегом, флиске и джинсах. К тому же Мартин хорошо видел в полумраке, даже не то, чтобы видел, а скорее чувствовал. Там где шаг мог вызывать шум или другие неприятности он видел легкую дымку, кипящую знакомым хаосом круговых волн и вихрей. Реальность в этой области словно искажалась. Причем «увидеть» эти искажения можно было только периферическим зрением. При сосредоточении взгляда на этой области, искажения пропадали и оставались обычные стены или мусор, или просто непроницаемая темнота. Это было странно, но пока Мартин не всматривался, куда поставить ногу, он порхал по заваленному коридору как бабочка, но как только напрягал зрение, начинал шуметь, как Миха.

- Стой! – зашипел Марти. – Да стой!

Слегка повернув голову вбок, он бросился за Михой, который пер вперед словно носорог. Он соизволил отреагировать, только когда Марти вцепился в его футболку.

- Я пойду вперед, а вы за мной и постарайтесь ступать на мои следы.

Их группа сразу стала производить намного меньше шума. Мартин уверенно продвигался, даже не пытаясь исследовать боковые помещения. Почему-то он был уверен, что делать там нечего. В отличие от Руса, которому приспичило вломиться в боковую дверь. От удара плечом, та оглушительно хлопнулась об стену, подняв тучу пыли.

- Я же сказал тише! – прошипел Мартин. – Неужели так сложно?

Рус только махнул рукой и отправился исследовать комнату. Она несколько отличалась от той, где началось их путешествие, это явно была не палата, а какое-то хранилище. Она была заставлена шкафами, правда в большинстве своем тоже сильно поврежденными. Некоторые просто валялись на полу, некоторые покосились на сломанных ножках, у других были отломаны дверцы. Внутри тоже был полный мусорный хаос. Мартин подошел к одному из наиболее сохранившихся и открыл дверцу. Та тут же повисла на одной петле, из нее высыпались стеклянные вставки. Рус обернулся на звон и недовольно спросил:

- Кто тут говорил про шум?

Мартин пожал плечами. В шкафу, на верхних полках, он обнаружил множество ветхих журналов. Он осторожно открыл один из них, стараясь поднимать меньше пыли. Это были медицинские записи. Текст читался свободно, а вот смысл зачастую немного ускользал.

«08.N02.450.М42. Поступил новый дамнар. Гай Тарус, проживает по адресу <неразборчиво>. Горожанин 1-ого класса, 16 астра Империум, механикус мельта турбин. Домен: Линдум-прайм. Общая клиническая картина: затуманенность сознания, видения, панические атаки, потемнение ауры 4-5 степени, перерождение астра 5 степени. <неразборчиво> Прогноз негативный. Рекомендуется передать Ордо Инквизитар.»

Дальше следовали еще несколько записей с той же датой о других пациентах. Мартин поискал запись о Гае Тарусе. Она была сделана следующим днем другой рукой.

«09.N02.450.М42. Пациент Гай Тарус, уточнена общая клиническая картина <неразборчиво>. Назначено лечение: обряд Элизиум проседиум, раз в три дня, прием белого лотоса ингаляционно 2 раза/сут, эльдарианский голубой илькар перорально, по необходимости. Прогноз стабильный, продолжать наблюдение. <неразборчиво> Передачу Ордо Инквизитар не разрешаю. Подпись: обер-медикус Септим Люций».

Дальше шло еще несколько записей в которых пожелавший остаться анонимным медикус-бюрократус отчаянно спорил с обер-медикусом по поводу Гая Таруса и других «дамнаров», привлекая на свою сторону самые забористые бюрократические формулировки. Обер-медикус стоял насмерть, не желая отдавать пациентов в лапы Ордо Инквизитар. Мартин его даже зауважал.

На нижних полках шкафа тоже нашлось кое-что интересное. Она была заставлена большими запечатанными склянками, заполненными желтоватой жидкостью. В жидкости плавали консервированные щупальца, клювы, фасеточные глаза и хвосты явно принадлежащие созданиям не с нашего мира. Мартин как завороженный уставился на эти останки. Внезапно раздался жуткий скрежет, заставший его подскочить на месте. Руслан попытался отодрать доски, запечатывающие окно. Несмотря на всю свою богатырскую силу он не особо преуспел, но шум создавал страшный. Мартин зашипел на него:

- Прекрати! Да прекрати же! Слушайте!

В наступившей тишине явственно раздалось легкое цоканье, а потом жутковатый смешок.

От этого звука начал испуганно озираться даже невозмутимый Миха, а Мартина мгновенно прошиб холодный пот. Своим открывшимся шестым чувством, он явственно чувствовал исходящую из коридора угрозу.

- Он нас нашел, - обреченно сказал Мартин. – Бежим! Пожалуйста, не спорь! – прервал он готовые вырваться возражения Руслана. – Надо бежать! За мной.

Мартин бежал по коридору, буквально скользил в полумраке, словно тень. Он сам, наверное, производил шума не больше, чем охотящийся лесной кот. Страх до предела обострил его новые способности. Он сам этого не осознавал, до тех пор пока не заметил, что остальные сильно отстали. Правда Русу приходилось тащить на себе Киру, а Миха как и раньше не отличался особой грацией и периодически сносил мешающие предметы интерьера. Мартин уверенно открыл одну из боковых дверей и подождал остальных. За дверью была узкая лесенка, ведущая вниз. Правда она оборвалась уже на следующем этаже. Выйдя в похожий коридор, Мартин уверенно повернул направо. Он остановился перед еще одной неприметной дверью, похожей на дверь в хозяйственное помещение. За ней открылся совсем темный и узкий коридор. Буквально через пару метров в полу этого коридора зиял здоровенный провал. А за ним была только непроницаемая темнота.

- Куда ты несешься? – спросил запыхавшийся Рус.

- Пытаюсь вывести. Держитесь за меня.

Мартин уверенно направился в темный коридор.

- Ты сдурел! Мы там ноги переломаем.

- Не переломаем, просто идите за мной, я обойду все проломы.

Рус молча отвернулся и пошел дальше по основному коридору. Остальные отправились за ним. Мартину оставалось лишь плестись в хвосте и причитать.

- Туда идти нельзя, там опасно.

- Почему ты так решил? – спросила Кира.

- Я это вижу…

- Что ты там видишь?! – раздраженно оборвал его Рус.

- Я вижу тьму, не в смысле темноту, а некое искажение в окружающем пространстве, похожее на хаотические волны или вихри, как рябь на воде… Это сложно объяснить словами…

- Наркоман, хренов!

- Рус, прекрати так говорить, - Кира опять решила заступиться за Мартина. – Мы должны действовать сообща, чтобы выбраться.

- Мы и действуем сообща. Пытаемся выбраться из какой-то непонятной жопы, в которую угодили благодаря Мартину. Так ведь, Марти? Это ты нас сюда затащил?

- Это не я, блин! Как я, по-твоему, мог такое провернуть?

- Очень просто, сначала накачал нас наркотой, потом позвонил своим сообщникам, привез нас в эту жопу, а теперь ведешь какую-то непонятную игру.

- Что!! – Мартин чуть не задохнулся от возмущения. – Я же все время был с вами. Что за бредовая теория? Какие сообщники, зачем мне вообще это надо?

- Сообщники – твои друзья наркоманы. Что вам надо? Может получить выкуп, например.

- Я никакой не наркоман, что за бред!

- Да неужели. Ты всегда был странным: одни эти непонятные приступы головной боли чего стоят.

- Да они же у меня с детства! Я что, в детскому саду подсел на наркоту!

- Кто тебя знает, наркоманам ведь не обязательно валятся уделанными под забором. Многие всю жизнь скрывают. Не, ты предложи теорию получше. Пять минут назад мы были на кухне, выпили текилки с ЛСД, а потом бах! Перенеслись непонятно куда. Что это было? Портал, разрыв континуума, гиперпространственный прыжок. Давай, я выслушаю любую разумную версию происходящего.

- Я думаю, мы во сне, - сказала Кира. – Нас похитила какая-то злобная сущность и заперла в своем кошмаре.

- Слушай, сестренка, надо меньше смотреть ужастики и больше включать здравый смысл. Такого не бывает.

- Рус, ты отрицаешь очевидное! – Мартин спорил со всем отчаянием, на которое был способен. – Какие наркоманы способны устроить такой спектакль и главное зачем? Если бы я хотел получить денег с родителей, есть способы проще. Оглянись вокруг: это ведь не заброшенная стройка и квестовые декорации, тут все по-другому, какие-то шары на потолке, щупальца в банках, а этот странный свет?

- Откуда я знаю, чем ты нас накачал. Я так и не услышал, кстати, внятного ответа.

- Я сам точно не знаю, я же не химик…

- Короче, Марти, я понятия не имею, где мы и что происходит. Только поэтому я еще не ломаю тебе кости. Но идти на поводу у твоих наркоманских загонов не собираюсь. Так что завали пасть и делай, что говорят. Усек!

Вид у Руслана был самый решительный. Дальнейший спор он явно собирался продолжить при помощи физической силы.

- Усек, - обреченно вздохнул Мартин.

Коридор уперся в большой вестибюль с колоннами и длинными стрельчатыми окнами, которые начинались выше человеческого роста, а заканчивались под пятиметровым потолком. Окна тоже были забиты досками, но не до конца, и сверху разливался отчетливый сиреневый свет. В нем все казалось устрашающе-кровавым. По центру вестибюля были огромные двухстворчатые деревянные двери, обитые полосами железа. Выглядели они очень основательно. На месте ручек у них были литые металлические кольца в виде распустивших крылья и когти орлов. Орлы были выполнены очень здорово и детально, практически как живые.

Руслан потянул за кольцо, и дверь со скрипом приоткрылась.

- Нет! – заорал Мартин, в последней попытке избежать ловушки. Он явно видел клубящийся вокруг створок тиссиум и даже различал на нем какие-то искаженные звезды и круги. Эти инсигнии были ему незнакомы, но он явно чувствовал угрозу.

- Такая дверь точно должна куда-нибудь вести, - уверенно заключил Рус и бодро шагнул внутрь. Миха последовал за ним, только Кира бросила неуверенный взгляд на Мартина. Мартин попытался удержать створку открытой, но едва он заглянул внутрь, как его буквально вытолкнула вперед неведомая сила. Сзади раздался мощный хлопок и отчетливый щелчок. Мартин повернулся к наглухо запечатанным дверям, открыть он их даже не пытался. Только Миха потратил впустую силы и время, сотрясая створки.

- Вот теперь мы точно в ловушке, - констатировал Мартин.

Глава 3.

Огромные двери вели вовсе не в другой корпус или на улицу. Они оказались в большом помещении без окон. Оно было разделена перегородками на отдельные кабинки, похожие на душевые или туалетные. В ближайшей был слив и деревянная кадка, покрытая черной плесенью. На дне кадки плескалась тухлая жидкость. И вообще запашок стоял отвратный. Под потолком тянулись ржавые трубы. На столь же ржавых цепях болтались тусклые стеклянные шары. Они испускали слабый желтоватый свет. Стены, перегородки, пол и вообще все поверхности были выложены мерзкой сероватой плиткой. Часть плитки обвалилась, а часть потрескалась. На некоторых плитках узор из трещин был особенно странный: безумный хаос, в котором, если присмотреться начинали проявляться изломанные, отвратительные изображения жутких созданий. Миха залип, глядя в одну из плиток и смог оторвать взор, лишь когда Мартин изо всех сил толкнул его в сторону. Миха ошалело замотал головой:

- Я как будто кошмар наяву увидел.

- Не смотрите на узоры, - пояснил Мартин. – Это руны тьмы, они могут подчинить ваш разум.

- Руны тьмы? – в голосе Руса было полно скепсиса, но взгляд выдавал появившуюся неуверенность. – Что за чушь!

- Это твоя теория про наркоманов-похитителей – чушь. А это место ловушка, созданная какой-то враждебной магией. Я же просил пойти за мной!

- Могу поклясться: я видел улицу, когда заходил в эту комнату, - растерянно пробасил Миха. – Получается это тоже была магия?

- Никакой магии не существует, - упрямо повторил Рус.

- Конечно не существует, - процедил Мартин, - повторяй это почаще, когда та демоническая тварь начнет выпускать нам кишки.

- Какая еще тварь?

- Которая загнала нас, точнее вас, в это место.

- А ты, я смотрю, хорошо разбираешься в этой темной магии.

- Я не разбираюсь, а просто ее вижу.

Между спорщиками снова влезла Кира, окончательно утвердившая себя в роли миротворца.

- Марти, мы уже в ловушке, поздно выяснять отношения. Раз ты что-то видишь, скажи, как нам выбраться.

- Надо поискать выход, - пожал плечами Мартин.

- Ну давай поищем выход, кэп, - согласился Рус.

Они разбрелись в помещении, оно было метров двадцать на двадцать размером, и особого риска потеряться не было, хотя эхо шагов и разговоров странно искажалось. Миха с Мартином быстро обнаружили металлическую дверь с засовом, на котором висел тяжеленный амбарный замок.

- И что дальше? – спросил Миха.

- Может где-то здесь спрятан ключ.

Внезапно, из кабинок раздался дикий визг Киры. Мартин с Михой бросились туда. Кира пряталась за Русом и продолжала истерить. Мартин осторожно заглянул за перегородку. Там он обнаружил туалет типа сортир – дыру в полу, заполненную мерзко пахнущей жижей. Но это еще было не самое худшее, рядом с дырой к массивному кольцу в стене был прикован полуразложившийся труп в синих лохмотьях. Одна половина лица у него сохранилась получше, видно было, что это мужик средних лет, а на второй сквозь тухлятину уже проступали кости черепа. Пузо было распорото и в почерневших кишках извивались жирные белые черви.

Мартин зажал нос и отвернулся.

- Там трупак, слегка подтухший, - сообщил он остальным.

- Он шевелился! Я видела он шевелился, - Кира продолжала вещать на ультразвуке, не контролируя себя.

- Сестренка, тухлые трупаки не шевелятся, - своим обычным покровительственным тоном заверил Руслан. – Все давай, успокойся, тебе просто показалось.

- Он шевелился! Прекрати обращаться со мной как с маленькой! Он пошевелился!

Кира продолжала вопить со слезами на глазах.

- Шефелился, я шефелился, - раздался сиплый голос, заставив Мартина присесть и развернуться. – Несево офать, на фашем фесте, я фы фольше фоялся не феня.

- А кого? – удивленно спросил Мартин, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Труп относительно внятно изъяснялся, двигал изъеденной гнилью челюстью, гремел цепью, которая тянулась от его ноги.

- Хофяина икхы.

- Икры? Игры?

- Хофяину схука пфосто уфивать, он люфит икхать. Имя фашево пофафотителя Тафафул-Пфатыхатель, офто Нуфхал. Он пфихазал пефетать.

- Тарантул-Злопыхатель? – недоуменно переспросил Мартин имя демона.

- Тававул-Гхатыкатель! – отчаянно просипел зомби, силясь выдавить хоть один звонкий слог. Кажется, он слегка перестарался и выплюнул часть своего полуразложившегося языка.

- Нихрена не понял. Как тебя зовут?

- Ха-а Тафус.

- Тафус? – Мартин почесал репу. – Может Гай Тарус!

- Ха-а, Ха-а, - радостно закивал зомби.

- Приятно познакомится, Гай. Я Мартин, для друзей просто Марти.

Мартин не стал лезть с рукопожатием, ограничился приветственным поднятием ладони.

- Ты может с ним еще на брудершафт выпьешь? – недовольно спросил Рус. – Мы кажется собирались искать выход.

- Погоди, дай пообщаться с нашим новым другом. Так что, Гай, поможешь нам выбраться отсюда?

- Ф-ф-ф…, - неопределенно просипел зомби.

- Где нам найти ключ от железной двери?

Зомби сковырнул со своего разложившегося пуза опарыша и задумчиво пожевал.

- Куфофек сфешеко фясха? Хотя фы пальсик? Я схафу хде исхать кфюс.

- Значит ключ здесь, - заключил Мартин. – Спасибо, Гай.

- Фа… фа-а-а, - жалобно подвывал зомби, когда все побрели искать ключ и оставили его одного.

- Откуда ты знаешь его имя? – спросила Кира.

Рус снова бросил на свободного брата полный подозрений взгляд.

- Не надо на меня так смотреть, я видел его имя в журнале. Он был пациентом этой больницы, или что тут у них. Похоже, местная медицина ему не помогла.

- Бедняжка.

В глазах Киры снова стояли слезы, теперь от жалости к незавидной судьбе Гая.

- Эй, идите сюда! – раздался крик Михи. – Я кое-что нашел.

Очередную кабинку почти полностью занимала бадья, доверху наполненная грязной водой. Она была высотой примерно по грудь Мартину, и, в отличие, от других емкостей выглядела достаточно герметичной. Вода была непрозрачной из-за грязи, но плохого запаха не ощущалось.

- Наверное, ключ на дне.

Недолго думая, Миха наклонился над водой, Мартин едва успел его оттащить. Он хорошо видел клубящуюся дымку.

- Сдурел, хочешь тоже в зомби превратиться или что похуже.

- И как же достать ключ, если он там? – Рус обошел вокруг бадьи, та была метра полтора в диаметре. – Перевернуть не выйдет, там, наверное, тонна не меньше.

- Можно попробовать вычерпать, если есть что-нибудь типа ведра, - предложил Мартин.

- Я не видел тут ведер, да и черпать мы будем полдня.

- Тогда поискать какую-нибудь палку, или что-то, чем подцепить.

- Палку… Палок я тоже не видел. Трубу оторвать что-ли.

- Блин! Я понял зачем нам нужен зомби. Рус, Миха, пойдем, только аккуратнее, он наверняка будет кусаться.

- Ага, твой друган вроде хочет кусочек мяска в обмен на помощь, не забыл?

- Давай закинем его в воду, а там посмотрим.

- Как мы его закинем, он же прикован.

- Отломаем ему ногу.

- Вот ты и будешь ломать…

Очередной спор прервал жуткий треск. На воротах, через которые они попали в комнату, появились черные полосы, похожие на следы когтей. Полосы быстро разрастались, дерево в них гнило и разваливалось в труху за считанные секунды. Шары под потолком замерцали, и раздался омерзительный детский голосок.

- Я – ордо Нургал, Таразул-Протыкатель. Ваше время вышло. Падайте на колени и примите ужасающую судьбу!

Мартин запаниковал. Вся его воля и разум мгновенно сузились до единственной мысли – забиться в первую попавшуюся щель в идиотской надежде, что демон Таразул его не найдет. Кажется, остальные пребывали в том же состоянии. Ситуацию разрулил Миха. Ну как разрулил? Он без долгих колебаний перегнулся через бортик бадьи и влез туда верхней, не самой разумной, частью своего туловища. Тут же из воды взлетел небольшой фонтанчик и раздался отвратительный хруст.

Миха вывалился из бадьи, сев на жопу, и круглыми глазами уставился на свою правую руку, разорванную до костей кошмарным механизмом. Тот состоял из двух полуметровых клешней из блестящего темного металла, сомкнувшихся на конечности, словно клюв морского гада. С внутренней стороны клешни были утыканы загнутыми крюками с жалами как у рыболовного крючка. От механизма в бадью тянулась цепь из того же металла.

- А-а-а! – заорал Миха.

Сначала негромко и даже как-то неуверенно, а потом его крик перешел в завывания, он извивался на полу и сучил ногами, наматывая на себя цепь.

- Попался, дурачок, - снова раздался поганый голосок и следом смех, похожий на смех капризного ребенка.

Этот смех, а вовсе не вой раненого товарища, немного вернул Мартина к реальности. В его голове включились вопли Руслана.

- Помоги, блять! Помоги разжать эту срань!

Рус уже прижимал Миху к полу и пытался разогнуть механизм. Мартин бросился на помощь. Он сразу же порезал руку, крюки легко протыкали кожу, а вот вырывались только с кусками мяса. Он с трудом нашел место на конце клешни, свободное от крюков, за которое мог ухватиться. Было очень страшно совать туда собственную конечность, когда перед глазами был кошмарный результат работы капкана. Они несинхронно потянули рычаги в разные стороны. Те немного разжались, заодно раздирая руку, и уперлись. Миха завизжал еще сильнее и Мартин бросил клешню. Клюв снова сомкнулся, выдавив из руки несколько струек крови.

- Блять, так не открыть!

Руслан нашел фиксатор в основании клюва и надавил на него коленом. Рука при этом сильно выворачивалась. Пришлось садиться на живот Михе, чтобы удержать его. Мартин уселся ему на грудь.

- Давай на счет три, рывком… Три! – крикнул Рус.

Мартин потянул изо всех сил, стараясь не смотреть, во что крюки превращают руку жертвы. Раздался громкий щелчок, клешни зафиксировались под углом примерно девяносто градусов. Миха вытянулся в струну, захрипел, а потом резко обмяк. Его рука была страшно изодрана, Мартин видел белеющие в ранах кости. Под ним быстро собиралась лужа крови.

Ворота в душевую догнили и рухнули. Из проема в красном свете начало выползать нечто. Нечто кошмарное, повергающее в нокаут одним своим видом и запахом рвоты и трупов. Бесконечная разлагающаяся сколопендра, вся утыканная жвалами на которые были насажены умирающие люди. Другие жвалы, поменьше, отрывали кусочки от бьющихся в муках тел и отправляли в пасти по всей длине сколопендры. Этот агонизирующий гнилопоезд совершенно не заморачивался ни с препятствиями, ни с выбором пути. Сколопендра меняла направление под любым углом, ползла по потолку или стене, а встречающиеся на пути перегородки просто осыпались пылью и обломками. Демон никуда не торопился, сворачиваясь кольцами на потолке и наслаждаясь ужасом загнанных людишек.

Мартин опять застыл как вкопанный. Он ясно видел клубящиеся над демоном руны. Если его темные руны были парадоксальными, то эти казались разлагающимися и ядовитыми. Даже для его разума они казались отвратительными. Демон вытянул вперед длинную жвалу, на нее была насажена маленькая девочка с вырванными глазами. Девочка открыла рот и раздался писклявый детский голос.

- Мы сыграем в новую игру. Вы будете жрать другу друга по кусочку, а потом блевать и снова жрать.

Мартин продолжал стоять в полной прострации, злобная воля демона почти сломила его. Кира забилась в уголок, закрыв глаза и зажав уши, а Миха валялся в луже собственной крови. Рус пихнул в спину застывшего Мартина и схватил открытый капкан. С абсолютно каменным лицом он сунул его в бадью и начал там шуровать. Сразу взлетело несколько фонтанов, и раздался металлический лязг. Рус дергался от каждого удара, но руку не вынимал. Как только удары прекратились он с тем же каменным лицом залез в воду и почти сразу кинул Мартину резной, старинный ключ.

- Очнись, придурок! Уведи, Киру.

Вопль снова вырвал сознание Мартина из демонического кошмара. Он поднял ключ и схватил Киру за руку. Он тащил ее к двери, даже не думая помочь Руслану, который пытался поднять Миху. В спину ему несся голос капризного ребенка.

- Зачем вы бежите? Вам будет очень хорошо, когда я вас проткну. Вы будете умолять об этом.

Задыхаясь и потея, Мартин воткнул ключ и со скрипом провернул. Откинув засов, он первый вывалился за дверь. И оказался в облупленном коридоре, точной копии предыдущего.

- Побегай еще немного, - раздался в его голове голос демона.

А за спиной слышался мерзкий цокот его жвал. В спину врезался Руслан, который поддерживал бледного Миху.

- Бежим!

Мартин вспомнил про Киру и потащил ее вслед за Русом. В захламленном коридоре те двигались с трудом. Миха к тому же постоянно спотыкался и повисал всей тушей на товарище. Мартин понимал, что таким темпом трепыхаться им недолго. Цокот и шелест за спиной только усиливались. Страх перед омерзительным существом сам по себе отнимал силы, колени дрожали, а сердце выпрыгивало из груди. Он в отчаянии крутил головой: в одной из боковых дверей он увидел кипящий хаос и тот показался ему знакомым и безопасным.

- Стойте! – зашипел он. – Сюда.

Дверь открылась почти без усилия, и за ней оказался темный узкий коридор. Рус подчинился молча и затащил внутрь полубессознательного Миху. Мартин протиснулся между ними и закрыл дверь. Стало совсем темно.

- Держитесь за меня, - приказал Мартин.

Мартин шагал, не полагаясь на зрение или слух. Он словно видел перед собой тропу из кипящего хаоса и осторожно ступал по ней. Сзади раздался разочарованный глас демона.

- Куда вы делись, сладкие мои! Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать. Я – ордо Нургал, Таразул-Протыкатель…

Кира что-то пропищала и все-таки грохнулась в обморок. Раздался отчетливый удар ее туловища об пол. И самое ужасное, что она оказалась вне пути. Тьма вокруг них начала рассеиваться и сквозь нее проступили облупленные стены комнаты и железные кровати.

- Я вас слышу, - раздался радостный голос демона. – Вы где-то совсем близко.

- Рус, подними ее, она должна идти, - в отчаянии зашептал Мартин, видя, как тает перед ним тропа.

Каким-то усилием воли он пытался удержать перед собой образ кипящей тьмы. Это были интуитивные усилия, он сам толком не понимал, что делает и не особо преуспел. Но он был на сто процентов уверен, что если сам сойдет с тропы, они сразу окажутся в жвалах Таразула. Мартин почувствовал, как на него навалилась туша Михи, кажется, в позвонках что-то хрустнуло, но ему удалось удержать равновесие. Послышалась возня, шлепки и голос Руса.

- Кира, очнись! Кира, ты должна идти!

Мартин уже видел перед собой сиреневый свет и чувствовал отвратительный запах демона, тот явно копошился рядом в коридоре.

- Господи, Рус, подними ее. Блять! Сейчас же!

Колени дрожали под тяжестью Михи, холодный пот лился в глаза. Разум Мартина опять захватила паника, он уже не мог сосредоточиться на хаосе.

«Пожалуйста, я не хочу умирать», - прошептал он.

- Кира, иди за мной, а не болтай!

Миха внезапно перестал наваливаться на Мартина и тот сразу же сделал шаг вперед. Он едва сдержался, чтобы не побежать, бросив товарищей одних. С каждым новым шагом темнота вокруг сгущалась, пока пейзажи разгромленной больницы окончательно не исчезли. Уже откуда-то издалека слышались завывания демона, у которого добыча ускользнула из-под носа самым возмутительным образом.

Несмотря на всю интуитивность усилий, поддержание пути требовало немалых усилий, в основном умственных. Мартин с беспокойством начал замечать подступающую головную боль, которая была его верным спутником с самого детства. Проблема в том, что он не только не знал, куда и как далеко ведет его тропа, а вообще не особо понимал, что делает. Можно ли просто остановиться или сойти? К счастью магия сама разрешила его дилемму. Волшебная тьма превратилась в обычную темноту. Мартин внезапно почувствовал под ногой пустоту, не удержал равновесие, пробежал несколько шагов вниз по ступенькам, чуть не подвернув лодыжку, и головой распахнул очередную дверь.

- Черт побери! - произнес он, потирая лоб и оглядываясь.

Никакого намека на уличный пейзаж, солнышко или травку вокруг не предвиделось. Очередной сумрачный зал с колоннами. Все пространство справа занимали шкафы с огромными ящиками квадратного сечения. Навершия ручек у них были в виде черепов. Остальное пространство занимали железные столы с ножками в виде когтистых лап или костей. Парочка столов была побольше, с полочками и бачками, к ним были подведены трубы, а под ними устроены канализационные сливы. На одном из таких столов лежали человеческие кости. То ли труп успел полностью истлеть, то ли кости кто-то обглодал. Из миниатюрных окошек под потолком, больше похожих на бойницы пробивался раздражающий красноватый свет.

Глава 4

«Похоже, я зашел прямиком в морг… Удачно, нечего сказать», - подумал Мартин.

- Как тут холодно, - пожаловалась Кира. – Марти, зачем ты нас сюда привел?

Мартин с раздражением обернулся к Кире.

- Ну извини, надо было оставить тебя там. Из-за тебя мы чуть не погибли! Какого хрена ты падаешь в обморок под самым носом у демона!

- Я же не специально…

- Не специально? Тогда все окей, мы бы сдохли понарошку.

Кира смотрела на Мартина своими огромными глазами. Внезапно она закрыла их руками и затряслась в рыданиях. Руслан аккуратно сгрузил Миху около стены и обнял сестру.

- Завязывай, Марти. Она не виновата.

Мартину снова стало стыдно.

- Ладно, я немного перенервничал, - пробубнил он. – И башка трещит.

В морге действительно было прохладно. На одном из прозекторских столов только гнилые кости, а на втором под расползающейся простыней обнаружился странный артефакт. Череп, обтянутый вместо кожи тускло поблескивающим металлом с выдавленными узорами. На лбу у него была выдавлена шестерня, окружающая растянутого цепями человека. Глаза у черепа были стеклянные, закрываемые металлическими створками. Из других частей тела остался еще такой же металлизированный позвоночник, череп был насажен на него словно на посох. Под основанием черепа какой-то механизм: четыре сопла, направленные вниз, бак и переплетение трубопроводов. Наверное, это сомнительное изделие могло бы сойти за оружие дробящего действия, но Мартин побоялся его трогать. Хотя активных темных рун над черепом он не заметил.

Вместе с Русом они принялись обыскивать все шкафы и тумбочки в поисках бинтов или лекарств. Быстро стало понятно, что дело это безнадежное: вероятно в морге и не хранили никаких лекарств, им попадались только скальпели, устрашающего вида пилы, ветхие журналы или консервированные щупальца в банках. А если бы они и нашли что-то подходящее, то вряд ли смогли бы разобрать, что к чему в местной фармакологии. Миха мог сидеть только потому, что опирался на стену, он был очень бледен, часто и тяжело дышал. Из его руки, висевшей плетью, продолжала сочиться кровь и собираться в лужицу на полу. Кира в основном беспомощно хлюпала носом, во время беготни она потеряла тапочки и неловко переминалась в грязно-белых, уже порванных носках. Ее психологическое состояние вряд ли было сильно лучше физического состояния Михи.

Мартин снял флиску, и порезал свою футболку на полосы. Из них он кое-как связал петлю. Он вставил в петлю свой ножик и попытался завернуть жгут на раненой руке. Миха стонал, бледнел, кровотечение почти прекратилось, но петля лопнула. Мартин внимательнее пригляделся к ножику. Тот сильно изменился, превратившись в тонкий трехгранный стилет с ручкой из переплетения тонких полых трубочек. Лезвие стилета в конце немного расширялось и уплощалось. Уплощенную часть рассекал тончайший разрез, а к нему от ручки по всему лезвию струились миниатюрные канальцы, образующие сложный узор. Мартин долго разглядывал ножик, пока не понял, что его новая форма немного напоминает перьевую ручку для письма. Рус пихнул его и протянул очередную петлю для жгута. Миха захрипел, наблюдая за их возней.

- Мне все равно хана. Бегите, спасайтесь сами…

- Не говори чепухи, - максимально уверенным тоном возразил Руслан. – Все будет нормально, ща перевяжем получше.

- Как там, все очень плохо?

Миха старательно избегал смотреть на свою разорванную конечность.

- Ничего критичного. Зашить, обработать и будет как новенькая. Держись, братан, уже почти закончили…

Петля снова лопнула, и Руслан в отчаянии ударил кулаком в стену. Он повернулся к Мартину.

- Колдони что-нибудь исцеляющее!

- Колдонуть…? С чего ты взял, что я могу что-нибудь колдонуть?

- Ты же как-то увел нас от той блядской твари. Скажешь, это была не магия?

- Магия, наверное… Я же говорил, что просто вижу особую тьму, типа волшебную. Но я вообще не понимаю, как это работает…

- Так и не надо понимать, просто сделай это еще раз.

- Да что сделай-то! Еще раз путь, по которому можно сбежать?

- Не путь, а что-нибудь исцеляющее! Чего непонятного!

Руслан явно хватался за соломинки.

- Он же дамнар, дурилы, - внезапно раздался скрипучий голос.

Мартин от неожиданности опять весь сжался и присел. Его взгляд заметался по моргу в поисках источника голоса.

- В ордо Тенебрис нет исцеляющих заклятий, по крайней мере, не на низших кругах. Тут нужен целитель или святоша элизиум.

Источником скрипения явно был череп на позвоночнике. «Блин! Пора бы уже привыкнуть, что здесь болтают без умолку субстанции, которые в норме должны помалкивать», - подумал Мартин. Руслан сориентировался сразу и бросился к черепу.

- Как его исцелить? Ну?! Говори быстро!

- Вам никак.

- Ты же сказал, что есть какой-то элизиум!

- В ордо Элизиум полно нужных эксплитий и литаний, но даже если бы я смог описать словами, как выглядят инсигнии Элизиум, ваш дамнар хрен бы смог их применить. Он же создание варпа, дурила! А использовать магию Элизиум могут только создания солнца.

- Солнца, варпа, какая разница! Давай говори, как выглядят эти инсигнии, иначе разобью нахрен об стену!

Череп видимо попытался изобразить тяжелый вздох, но вышел затяжной скрип, как от ржавой дверной петли.

- Ладно, не кипятись, опусти меня на минутку в формалин, и я скажу, как помочь вашему другу. А то мозги закисли совсем.

- В формалин? – неуверенно переспросил Рус.

Череп выдал очередную порцию скрипения, явно осуждающего умственные способности собеседника.

- В большую банку с желтоватой жидкостью. Они точно есть в холодильниках.

Мартин принялся выдвигать огромные ящики. Их использовали не только для хранения трупов. В одном обнаружились большие банки с желтой жидкостью, но без лишней органики внутри. Как только Мартин открутил крышку, Рус сунул внутрь черепушку. Из банки торчал длинный позвоночник, а череп, искаженный стеклом и жидкостью смешно разминал челюсть и вращал глазами на триста шестьдесят градусов. Правда Рус не дал ему долго корчить рожи и вытащил обратно.

- Еще минутку! – возмущенно заскрипел череп.

- Скажи, как ему помочь и мокни там хоть целый день!

- Опустите его руку в голубой формалин… Это банка с голубоватой жидкостью. Она заморозит ткани на какое-то время. Откуда вы только взялись, такие невежи?

Быстро обнаружив в ящиках нужную банку, Руслан потащил ее к Михе. Можно ли доверять сомнительному костяному артефакту в вопросах лечения, Мартин, конечно, не знал, но справедливо рассудил, что иначе Миха все равно истечет кровью. Когда истерзанную руку засунули в банку, Миха не орал, не стонал, только слабо жаловался на сильную судорогу. Рука, правда, слегка посинела. Кровь в ранах теперь напоминала густой кисель или смолу, блокируя кровотечение. Мартин аккуратно сунул кончик пальца в освободившуюся банку и почувствовал, как он сразу же немеет. Оставив Руса и Киру заниматься с раненым, он вернулся к черепу и вытащил его из формалина. Металлизированная костяшка была весьма увесистой, по ощущениям килограмм на шесть-семь. Позвоночник пружинил и слегка изгибался под нагрузкой, его конец был заострен. Мартин прислонил череп к шкафу, поставив на позвоночник.

- И что дальше?

- В смысле что дальше? – недовольно проскрипел череп.

- Как лечить нашего друга дальше?

- Найти ему медикуса вивисектора, который зашьет руку или отрежет. А потом еще аптекария с нужными зельями, чтоб не помер от заразы Нургал.

- И где их искать?

- О, магна Тенебрис! Совсем глупый дамнар попался. Конечно, нигде! Посмотри вокруг. Где ты собрался найти тут медикуса?

- Это же больница или была больница. Что здесь произошло?

- Вы что в криосне три года провели?

- Предположим… Где мы находимся?

- Ордос Линдум, город Лондиниум, весь ордос был поглощен варпом два года назад.

- Хм, - Мартин задумчиво почесал репу. – Что такое ордос?

- У тебя еще и криоамнезия?

- Ну предположим. Так что такое ордос?

- Ордос, это – ордос! – раздраженно проскрипел череп. – Прекрати задавать глупые вопросы.

- Ты сказал, что я дамнар. Кто такой дамнар?

- Создание солнца проклятое варпом.

- Логично… но я же могу колдовать свою проклятую магию?

- Ты у меня спрашиваешь?

- У тебя! Объясни мне как колдовать?

- Пф-ф! – череп издал скрипучее фырканье. - Слушай, дамнар, ты серьезно хочешь стать темным магосом за пять минут?

- Хочу! Где-то здесь ползает здоровенная такая гниющая гусеница, которая обещает всех проткнуть своими гнилоконечностями. Драться с ней в рукопашную вообще не вариант. Так что давай рассказывай, как в этом мире колдуют?

- Тебя, я смотрю, конкретно подморозило. Ты решил сразиться с высшим демоном в его домене?

- Меня устраивает и побег.

- Да расслабься, вам все равно крышка. Никуда вы от демона в его домене не сбежите.

- Уже сбежали… частично Мы же ушли у него из-под носа и оказались здесь.

- Вы встретили Таразула?

- Да, встретили. И сбежали с помощью какой-то магии. Но это было скорее случайно, я не понимаю, как она работает.

- У тебя в придачу к амнезии еще и галлюцинации. Не может какой-то жалкий дамнар, ну или демоноид сбежать от высшего демона в его домене.

- Но мы же здесь, а не насажены на гниющую гусеницу. Короче, ты можешь рассказать что-нибудь полезное про колдовство или нет?

Череп некоторое время скептически закатывал свои стеклянные глаза, но все-таки ответил:

- Я великий темный жнец Озмунд Бальтазар. Могу ли я рассказать что-то про колдовство?! Да во всем сегментуме не найдется и трех магосов, которые могут больше рассказать о темной магии. Да что там в сегментуме, во всем Империуме!

- Джек-пот! – Мартин решил немного польстить самолюбию черепушки. – Так что, неужели великий темный жнец не сможет обучить жалкого дамнара азам колдовской науки?

- Я все могу! Мог… пока темного жнеца Озмунда Бальтазара не осудил конклав ордо Инквизитар и не переработал в сервитора. А потом бросил здесь, когда этот ордос поглотил варп. Так что выбирая между уморительными попытками обучить дамнара магии за пять минут и гневом Таразула… Ну ты понял… не буду я тебе помогать.

- Ты вообще-то нам уже помог. Не забыл?

- Этот ваш подранок? Я просто продлил его мучения на пару часов. Таразул не будет против, что я сохранил его мясо живым.

- Ладно, я понял. Чего ты хочешь взамен?

- Хочу вернуть свое тело и ауру.

- Не вопрос, обучи меня колдовству, и я верну тебе тело и ауру.

Раздалось очередное скрипучее фырканье.

- Ты явно не понимаешь, что обещаешь. Это высшая магия ордо Тенебрис и ордо Танос.

К ним подошел Руслан и встал немного позади.

- О чем базарите?

- Да вот, эти говорящие останки великого темного жнеца не желают учить меня магии, - пожаловался Мартин.

- Значит в расход его. Череп разобью об стену, а позвоночник может и сгодится.

Череп сразу возмущенно заскрипел.

- И не стыдно угрожать несчастному сервитору, который лишен возможности защищаться?!

- Стыдно, если в тебе гниющая гусеница проделает пару лишних дырок, а все остальное не стыдно, - отпарировал Руслан. – Так что давай рассказывай про магию или считаю до пяти и херачу об стену.

- Погодите вы херачить! Вы не понимаете: я низшее создание, ниже дамнаров, крестьян или греев. В домене высшего демона я не могу идти против ордо домена. А помогать жертвам доминуса – это явно против ордо. Вы блин откуда свалились?

- Да мне похрен! – отрезал Руслан. – Я в принципе нихера не понял че ты мне тут загоняешь, но если не начнешь помогать, я тебя расхерачу. Расклад ясен?

- Что за напасть?! И где Таразул ползает… Что вам сказать: наложите на меня эксплитию сервитум Тенебрис. Если она будет достаточно мощной, то я буду служить новому хозяину. А просто так, я вам помогать не собираюсь, Таразул не оценит.

- Как наложить эту твою эксплитию? Давай объясняй! – потребовал Рус.

Череп некоторое время задумчиво вращал глазами, но все-таки ответил.

- Сервитум Тенебрис – простейшая эксплития 1-ого круга. Порабощает низшие создания варпа. Состоит из двух инсигний, инсигниум Дамнар базовая, инсигниум Катена Тенебрис – усиление.

- Ты чего-нибудь понял?

- Че-нибудь понял, - развел руками Мартин.

- Тогда колдуй.

Мартин еще раз задумчиво почесал репу, высморкался а затем уверенным голосом произнес:

- Инсигниум Дамнар, инсигниум Катена Тенебрис!

В конце он взмахнул рукой в сторону черепа, словно в ней была волшебная палочка. Некоторое время череп ошалело пялился на него, а потом разразился насмешливым скрипом.

- О, магна Тенебрис! Не ты серьезно, тебя самого головой об стену не били? Магос – кретинос! Расскажите это Таразулу и может он лопнет со смеху!

Череп продолжал скрипеть, как болтающаяся на ветру ржавая калитка, клацать челюстями и никак не мог остановиться. В конце концов, в его нижней челюсти что-то заело, и она застряла в максимально открытом положении. Череп отчаянно затрясся и замычал. Руслан с мрачным видом подошел к нему и зарядил неплохой апперкот открытой ладонью, который вернул челюсти подвижность.

- Короче, юморист костяной, мое терпение на исходе. Объясняй нормально, что надо делать!

Череп опять насмешливо фыркнул.

- Хорошо, думаю обучение такого никчемного дамнара никому не навредит. Так, с чего бы начать… Что такое тиссиум варпа ты конечно не знаешь?

- Знаю! – отрезал Мартин.

- И что же это?

- Темнота такая волшебная, похожая на кипящий хаос.

- Волшебная темнота? За такое определение, в старые добрые времена, я бы вырвал ученику парочку ногтей, чтобы впредь думал, прежде чем открывать рот.

- Слышь, учитель, от тебя итак не сильно много осталось, можем еще что-нибудь отломать.

- Тиссиум варпа – это визуализация кипящего варпа. Ты видел когда-нибудь кипящий варп?

- Кипящий варп? Варп – это что, жидкость?

- О святой Империум! Ты что варпа никогда не видел? Ты как вообще дамнаром умудрился стать?

- Не твое собачье дело! Давай объясняй дальше и поживее!

Руслан на заднем плане принялся демонстративно разминать конечности и изображать удары тяжелым тупым предметом об стену. Видимо, это немного привело черепушку в чувство.

- Прежде, чем начать любую магию тьмы ты должен эксплицировать тиссиум варпа на тот предмет или явление, к которому собираешься применить магию. Попросту говоря представить. В данном случае представить тиссиум варпа вокруг меня.

- Хорошо, не вопрос.

- Что не вопрос! – опять раздраженно заскрипел череп, учитель из него был явно так себе. – Представить нужно точно и детально, в идеале так, как будто ты его действительно видишь. Вот ты можешь отвернуться и «увидеть» меня у противоположный стены? Только по-настоящему увидеть, так чтобы описать любую мелочь: где потертость, где болтик отвалился, где царапина. И также нужно представить себе тиссиум, четко, детально представить кипящий варп. Хаос волн, которые возникают и исчезают каждую секунду. Это очень сложно, настоящие магосы учатся этому годами. Только лишь видеть тиссиум.

- Я смогу представить тиссиум. Дальше что?

- Да ничего! Ты не сможешь этого сделать. Вам нужно найти специальную чашу, наполнить ее варпом, разогреть до кипения и поверх на сверхчистой спекуле наносить инсигнии. Иначе нихрена у тебя не получится.

- Где я блин должен брать какие-то чаши, спекулы, варп кипятить? Ты угораешь что ли? Давай рассказывай, как колдовать без всей этой хренотени.

Череп смерил собеседника долгим тяжелым взглядом.

- Без этой хренотени все элементарно: представляешь тиссиум, поверх него представляешь базовую инсигнию, на нее накладываешь инсигнию усиления. Если все сделано правильно, то ты увидишь как инсигнии «оживают»: меняют свое визуальное представление парадоксальным образом. Если ты никогда этого не видел, то слова точно не помогут.

- Как выглядит инсигния Катена Тенебрис? И не говори, что это невозможно описать словами.

- Это невозможно описать словами… - пробурчал череп. - Как цепь, звенья которой представляют собой петли ленты мебиуса, продетые одна в другую. Цепь навивается на круги инсигниум дамнар.

- Лента должна быть одна, замкнутая?

- Да, она замыкается, обходя круги.

- Типа как инсигния Крусадер Тенебрис?

- Да, вроде того.

- Сколько должно быть петель?

- В идеале двенадцать и плюс одна для надежности.

- Тиссиум, поверх инсигния базовая, на нее инсигния усиления. И все заработает?

- Нет, после того как ты «оживил» инсигнии с помощью тиссиума, необходимо влить в них мистериум. Только тогда эксплития сработает. Очень советую использовать для этого кровь жертвы, например вашего подранка.

Руслан сразу же вмешался в разговор.

- Слышь, давай лучше тебя принесем в жертву!

- И кто будет учить этого никчемного дамнара магии? К тому же я сервитор, во мне мистериума хрен да маленько. В общем, пусть дамнар использует мистериум собственной ауры. Мне-то похрен, но если он ее перегрузит, то станет греем, или просто отправится во тьму.

- Как мне добавить свой мистериум? – спросил Мартин.

- Представь, что твоя кровь наполняет инсигнии. Это легко по сравнению с остальным, ордо Тенебрис с радостью примет жертву. Резать себя по-настоящему не обязательно, но легче тебе от этого не станет.

- Хорошо, я все понял.

- Че ты понял?! Для кого я тут распинаюсь, не пойму. Сила любого заклятия зависит от качества представления эксплитии и количества мистериума, которая в нее влита. Если влить в плохую эксплитию несколько капель, то получится слабенькое заклятие, которое не сработает в домене высшего демона. Если ты невероятно одаренный магос, в чем я лично сомневаюсь, то у тебя может получиться плохонькая эксплития. И в нее придется влить просто ведро мистериума. Твоя аура точно такого не выдержит.

- Выдержит!

- Ну как знаешь.

- Погоди, Марти, - вмешался Руслан. – А что жертва обязательно умирает?

- Не обязательно, - ответил череп. – Если у нее достаточно жизненных сил и эксплития более менее приемлемая, то можно отделаться комой, обмороком или легким недомоганием.

- Марти, используй мою кровь.

- Что…? Зачем?

- Как зачем? Чтобы научиться колдовать. Но если со мной что-то случится, ты должен пообещать, что вытащишь отсюда Киру и Миху.

- Да Миху я и двух метров не протащу. Не Рус, это плохая идея…

- Пс-с, - проскрипел череп. – Дамнар, подойди-ка поближе, мне надо кое-что объяснить про магию, то что не должны слышать другие.

Мартин бросил на сервитора скептический взгляд.

- Давай говори так.

- Ну подойди поближе, я не укушу, обещаю.

Руслан пожал плечами и сам отошел на несколько метров.

- Слышь, Дамнар, соглашайся с предложением. Аура у него наверняка не лучше твоей, но жизненных сил точно дохрена. Может и сработает.

- Ага, сработает. Что я потом буду делать с девчонкой и двумя инвалидами? Так мы точно не сбежим от Таразула.

- Не стоит лишний раз произносить имя демона, если не хочешь его вызвать. Это первое, а второе: где ты собрался брать мистериум на следующие заклятия?

- Где, где? Я думал ты мне расскажешь.

- Ой, кретинос, для темного магоса нет других простых способов получить мистериум. Так что твой благородный приятель очень удачно вызвался. Подранишь его и получишь сразу три беззащитные жертвы для следующих заклятий. И может, учитывая мои невероятные педагогические способности и глубочайшие знания о магии, появится призрачный шанс сбежать. Сервитум тенебрис у тебя, конечно, не выйдет, но это неважно, главное хорошенько подрань бугая. Я подскажу, как его резать…

Мартин ошалело помотал головой.

- Хватит меня разводить, костяшка гнилая! Может ты вообще все наврал про магию.

- Ничего я не наврал. Не тупи, это твой единственный шанс выжить. Что ты за дамнар такой, если боишься убить трех человек ради собственного спасения?

- Не наврал, говоришь. Ну, ладно.

Мартин отступил от сервитора на пару шагов и постарался выкинуть из головы все лишние мысли. Вот на что, а на недостаток воображения или плохую визуальную память он никогда не жаловался. Вызвать перед собой образ кипящей тьмы не составило особого труда. Ступив на верный путь, он словно инстинктивно понял, что делать дальше. Мартин постарался детализировать вызванный из памяти образ как можно лучше. Он начал вглядываться в каждую волну, каждую каплю кипящей тьмы, не забывая о картинке в целом. Это требовало предельной концентрации, мозги мгновенно начали простреливать острые вспышки боли, но Мартин не сдавался и был почти сразу вознагражден за свои усилия. Тьма «ожила», ей больше не требовалось чужое воображение, она по-настоящему кипела вокруг черепа. Кажется и остальные что-то «увидели», Руслан отошел еще дальше, а череп начал заинтересованно косить глазами вокруг себя.

Мартин вызвал следующий элемент: круги инсигниум Дамнар. В кипящем варпе они «ожили» почти сразу же и сплелись в парадоксальном танце. Несмотря на кажущуюся самостоятельность, инсигнии и тиссиум, видимо, продолжали отнимать ментальные ресурсы. Мартин чувствовал нарастающую головную боль и уже физическое напряжение во всем теле. Он добавил завитую кольцами ленту. Когда она обвила круги инсигниум Дамнар и начала течь навстречу сама себе на противоположных концах любого диаметра, Мартин решил, что эксплития готова.

Окружающее пространство пропало, весь мир сузился до кипящего варпа вокруг черепа. Восприятие словно повисло отдельно от тела, он видел сам себя немного со стороны. Не теряя времени, он представил, как на ладони открывается небольшая рана. Рана открылась сразу и из нее хлынул мощный кровавый ручей, эксплития словно сама подалась навстречу и начала жадно впитывать воображаемую кровь. Секунду или две Мартин с ужасом пялился на хлещущий из него поток жизненных сил. Он осознал, что даже не уточнил, как правильно закрывать поток мистериума. Понимая, что жить ему осталось еще несколько секунд, он просто зажал рану другой рукой и отвернулся от сотворенного заклятия, пытаясь представить спокойную гладь лесного озера.

Восприятие рывком вернулось в тело… Изрядно перенапрягшееся тело с дрожащими конечностями, покрытое холодным потом. Мартин мешком осел на пол, не в силах совладать с накатившей слабостью и головной болью. Только спустя какое-то время, он смог поднять взгляд, чтобы оценить результат своего колдовства. А он был, весьма впечатляющим. Руслан так вообще наблюдал за ним, прячась за соседними столами. Пространство вокруг сервитора дрожало, словно воздух над перегретым асфальтом, и в этом мираже извивались смутные, но узнаваемые изображения кругов и цепей инсигний. Катена Тенебрис все сильнее сжималась вокруг черепа. Сложно сказать насколько болезненные ощущения это причиняло, и вообще, способен ли был сервитор испытывать боль, но его вращающиеся глаза и дергающаяся челюсть вряд ли говорили о неземном наслаждении. Мираж проступил особенно явно, словно уже был не миражом, а кусочком иной реальности, слегка закрутился и схлопнулся в сервитора.

Мартин с трудом поднялся и подошел ближе, чтобы рассмотреть череп. Голова раскалывалась, не так, конечно, сильно, как бывало, но весьма неприятно. Выдавленный рисунок на лбу черепа изменился: шестерня теперь была обвита кругами инсигнии дамнар. А на цепях был растянут уже не человек, а мелкий демон, если внимательно присмотреться, то можно было увидеть, что демон злобно ухмыляется. Сам череп тоже немного изменился: глаза пожелтели и приобрели вертикальные зрачки, металл потемнел, зубы заострились и вытянулись, позвоночник теперь отчетливо напоминал черное жало.

- У тебя получилось! – потрясенно заскрипел череп. – Да еще как получилось! Да? высший магос позавидовал бы чистоте твоей эксплитии. Ты меня не разыгрываешь, ты точно простой дамнар?

- Я понятия не имею, кто я. Почему ты не сказал, что эксплития жрет мистериум, как голодная бездна?

- Забыл предупредить о небольшом парадоксе. Чем лучше эксплития, тем охотнее она забирает мистериум, а чем хуже, тем хуже и забирает. Поэтому с сильными эксплитиями нужно быть вдвойне осторожным.

- Чего ты раньше молчал?!

- Не думал, что у тебя получится хорошая эксплития. Да что там хорошая, я был уверен, что и плохая не получится. Ты должен был мучиться, пока не грохнешься в обморок и не станешь добычей сам знаешь кого.

- Это значит, был твой коварный план?

- Всего лишь один из вариантов. Настоящий темный магос должен планировать каждый свой шаг так, чтобы он расширял пространство возможностей, а не сужал.

- А превратиться в сервитора и валяться два года в заброшенном морге – это расширение пространства возможностей или сужение?

- Любое поражение – это еще и новые возможности, если суметь их разглядеть, - уклончиво ответил череп.

- Выкрутился, умник. Короче, нарекаю тебя Оззи. Ты мой раб отныне и до конца времен.

- В конце литании надо добавлять «номинем Тенебрис», чтобы она обрела силу, - угодливо пояснил Оззи. – А если хочешь усилить приказ, то «ордо Тенебрис» перед ним.

- Оззи, ты мой раб отныне и до конца времен. Номинем Тенебрис!

- Слушаю и повинуюсь, хозяин. Я бы, кстати, предпочел не раб, а союзник или на худой конец слуга… – сразу же начал торговаться череп.

- Ага, разбежался.

Из своего укрытия появился Руслан. Теперь он смотрел на Мартина с опаской. На его языке явно крутился какой-то невысказанный вопрос.

- Чего, Рус? – не выдержал Мартин.

- А ты любого теперь сможешь сделать рабом?

- Честно? Думаю, что могу подчинить только самое слабое создание. Да и с этим, я чуть не лопнул от натуги.

- То есть, гниющую гусеницу ты подчинить не сможешь?

Но в голосе Руслана явно слышалось облегчение.

- Вряд ли. Оззи, есть какое-нибудь заклятие, чтобы уничтожить того, сам знаешь кого?

- Оно, конечно, есть, но даже мне в старые добрые времена пришлось бы серьезно попотеть над подобной задачей. Нам надо бежать, а не сражаться, хозяин. Как вы убежали от него?

- На самом деле понятия не имею. Я открыл дверь и увидел за ней тропу из тиссиума и пошел по ней.

- Темная тропа? Редкий дар… Вообще-то на первом круге для нее есть множество ограничений. Например, ты должен хорошо помнить место, где закончится тропа. Тропа должна начинаться и заканчиваться в дверях замкнутых помещений, есть ограничения на дальность, на расстояния между помещения и так далее. Удивительно, что она сработала. Ты ведь здесь ни разу не был?

- Не был. Может она сработает еще раз?

- Попробуй, ты должен представить место за пределами домена.

- Улицу?

- Не советую, за улицей наверняка наблюдают его слуги. Лучше попробуй выйти через центральный коллектор.

- И как мне его представить?

- Представь, что должно находится на другом конце тропы: здоровенный, вонючий канализационный коллектор.

- Ну ладно…

Мартин подошел к большой двери, которая вела из морга. Он закрыл ее и сначала представил тиссиум за ней, а потом ленту из тиссиума, которая вела в коллектор. Мартин, конечно, никогда не увлекался диггерством или чем-то подобным, но представить коллектор мог без проблем: бетонный тоннель, слегка заполненный затхлой водой. Он открыл дверь, кипящий варп был уже перед ним, но едва ступив, он сразу почувствовал жуткую слабость и головокружение. Варп бежал перед ним далеко вперед и вниз, он словно стоял на краю километровой пропасти, отчаянно борясь со скручивающим внутренности страхом. Мартин понял, что еще секунда и бездна окончательно подчинит его, а дальше лишь бесконечный полет вниз…

Он отпрянул и захлопнул дверь. Силы вновь покинули его и он сел на пол.

- Хозяин… - раздался знакомый скрипучий голос.

- Чего еще?

- Ни на чем не настаиваю, но с тобой все в порядке?

- Голова трещит, но выбора у меня нет.

- Выбор есть. Ты колдуешь слишком мощно для своего круга. Сильные заклятия разрушают слабую ауру. Тебе нужно срочно собрать мистериум, иначе болью дело не кончится.

- А чем кончится?

- Магос или демоноид 2-ого круга, который перегрузил свою ауру, рискует упасть обратно на 1-ый круг, с перспективой восстанавливать ауру гораздо дольше, чем в первый раз. А существо 1-ого круга, скорее всего, лишится ауры и отправится обратно во тьму. Или, если повезет, станет греем – существом без ауры, которое никогда уже не сможет использовать магию.

- А есть другие способы получить мистериум, кроме как кого-то резать?

- Причинив сильную боль созданию солнца, ты получишь одну каплю мистериум Тенебрис. Пролив немного крови пять, убив порядка сотни. Убив с фантазией, можно получить и больше, особенно используя обряды храма Нимерис. Также ты можешь тянуть мистериум из темных рабов. В одном кольце Тенебрис тысяча капель. Следующий круг начинается с пяти колец.

- Я что, должен убить пятьдесят человек за следующий круг?

- Такова плата за темную магию.

- Точно нет других способов?

- Не то, чтобы нет, но я их не советую. И пока они в любом случае недоступны.

- Ордо Тенебрис: отвечай, что за способы?

- Ты можешь вытянуть часть мистериума из другого создания варпа. Но для этого его нужно захватить живым и провести специальный обряд, естественно смертельный. И это отразится на твоей ауре, другие создания варпа будут видеть, как ты получил мистериум.

- Понятно.

Мартин с трудом встал, но его заметно шатало. Пока он раздумывал, стоит ли предпринять вторую попытку, в голове раздался жуткий детский смешок, а следом на грани слышимости цокот и шелест жвал. Видимо Руслан тоже их слышал, он подскочил к Мартину и буквально приподнял его над полом.

- Колдуй уже что-нибудь!

Мужество явно изменяло Руслану, впрочем, как и самому Мартину.

- Я не могу, у меня нет сил…

- Тогда режь, черт тебя дери!

- Режь внешнюю сторону руки, - подсказал Оззи.

Мартин вытащил нож. Тот, казалось, слегка потеплел и даже дрожал в предвкушении.

- Хватит пялиться! – прорычал Руслан, закатав рукав рубашки. – Режь!

То ли он ударил лезвием наискосок или это нож потащил ладонь за собой, Мартин затруднялся сказать. Едва брызнула кровь, он сразу ощутил поток мистериума, наполняющий нож. Тот потеплел уже ощутимо и от него начала разливаться приятная теплота по всему телу. Боль в голове сменялась на легкий шум и сонливость. Рот наполнялся солоноватым привкусом, клыки заныли. Все его существо требовало еще мистериума. Мартин подался вперед, пытаясь воткнуть нож глубже в податливую плоть, наполненную манящей жизненной силой… И получил мощный пинок в живот, вновь отправивший его на пол.

- Ты и правда гребаный демон!

Побледневший Руслан отскочил подальше, зажимая раненую руку. Мартин посмотрел на нож, в трубочках его полой рукояти пульсировал красно-черный мистериум и разливался по каналам на лезвии.

- Еще неизвестно, кто хуже.

- Извини! Блин, извини! Это наваждение какое-то…

- Маньяк хренов! Давай колдуй уже свою тропу!

Руслан бросился поднимать Миху, а Мартин к двери из морга. За ней он снова увидел тропу, обрывающуюся даже не в километровую пропасть, а в бездонный космос. Словно ночное небо раскинулось у него под ногами. Там, на тропе, выл ураган из тьмы и бросал в лицо порывы, грозящие сбить с ног. Какое-то время Мартин пытался заставить себя сделать хоть шаг вперед, а потом захлопнул дверь. Остальные уже были за спиной. Руслан поддерживал Миху. По его руке продолжала течь кровь, такая теплая, солоноватая, светящаяся в полумраке… А еще изодранная плоть Михи потихоньку начинала оттаивать. Мартин никак не мог оторваться от этого зрелища.

Сначала в нос ударил знакомый запах, гнили и блевотины, а потом в ушах раздался мерзкий шепот: «Я – ордо Нургал, вам не убежать от своей судьбы».

- Мамочки! – раздался пронзительный вопль Киры.

Ничего не соображая, она заметалась между колоннами. Руслан бросил Миху и побежал ловить сестру.

- Не стой, как пень колдуй! – на ходу крикнул он Мартину.

Мартин открыл дверь. Стало еще хуже, тропа обрывалась уже вертикально вниз, и он едва удержал равновесие. Ужас, липкий пот и дрожащие руки, явно не добавляли его магии стабильности. Мартин захлопнул дверь и отпрыгнул назад. Миха стоял на четвереньках, он поднял взгляд на Мартина.

- Марти, убей меня, а? Я не хочу умирать от этой твари. Убей меня, прошу…

Нож буквально раскалился в ладони, Мартин замотал головой и отчаянным усилием воли затолкал нож в чехол. Руслан вытаскивал из-под стола брыкающуюся сестру.

- Чего ты копаешься?! – заорал он.

- Оззи! С тропой что-то не так!

- Что не так?

- В прошлый раз это была просто тропа из кипящей темноты, а сейчас это словно спуск в какую-то бездну! Я не могу по ней идти.

- Спуск в бездну… Что ты представляешь на том конце?

- Канализационный коллектор! Обычный, мать его, коллектор!

- Точно? То, что ты описал, выглядит как тропа между ордосами. Только высшие магосы могут ходить такими тропами. А ближайший коллектор он буквально в паре сотен метров отсюда.

- Ну, так что с этим делать?!

- Опиши, что ты себе представляешь.

- Бетонный тоннель, заполненный водой…

- Почему бетонный? В Лондиниуме почти все коллекторы очень старые, в них кирпичная кладка. Представь себе развилку коллекторов, один широкий, метра два шириной, с ним пересекаются под прямым углом два поменьше. На стене большого коллектора латунная табличка, на ней выбито 22 05Nord. Сможешь?

- Сейчас.

Мартин закрыл глаза и представил себе картинку как можно более ясно. Особенно он сосредоточился на табличке, визуализировав потрескавшиеся кирпичи вокруг, каждый выбитый знак и текстуру поверхности, позеленевшую от старости. На ощупь он нашел ручку двери и потянул на себя, а потом сделал шаг вперед. Открыв глаза, он увидел перед собой «нормальную» кипящую дорожку, уводящую в сгущающуюся темноту.

- Готово! Рус, ты где? Тропа готова!

«Кира, заканчивай истерику! Ты меня слышишь, нет? Держись за Мартина!» Мартин почувствовал, как в его спину вцепились маленькие, неожиданно сильные пальчики, продавливая ногтями и флиску, и кожу.

- Эй, а про меня вы не забыли! – раздался возмущенный скрип Оззи.

- Забыли, конечно. Тащи сам свою костяшку.

На плечо Мартина лег тяжелый металлический груз. Он аккуратно вытащил сервитора из-за спины. Ухватившись под основанием черепа, там, где заканчивались сопла, его можно было использовать в качестве посоха.

- Все готовы?

- Вперед! – скомандовал Рус.

Мартин бодро зашагал в сгущающуюся темноту. Таразулу оставалось лишь злобно вонять и подвывать где-то на границах сознания, пока все чувства не растворились во тьме.

Глава 5.

Тропа опять закончилась неожиданно. В один прекрасный момент Мартин почувствовал, что шлепает по щиколотку в холодной воде. Сзади взвизгнула Кира. Вокруг была непроницаемая тьма, не волшебная, конечно, а вполне обычная.

- Ай, тут сыро! Кто-то трогает меня за ногу!

- Стой!

Мартин схватил Киру за руку, она явно норовила куда-то побежать и потеряться в кромешной тьме.

- Представь перед собой инсигнию ока Тенебрис, - подсказал Оззи. – Ты сможешь видеть сквозь нее.

Мартин привычно сосредоточился и визуализировал перед собой тиссиум и гексаграмму с искривленным глазом. Затем он достал ножик и отправил в нее буквально каплю мистериума. Сквозь дрожащий глаз проступили очертания кладки, стены были прямые, только потолок сводчатый, вдоль стен шли поребрики, выступающие из воды, кое-где, правда, поломанные. Да и кладка стен во многих местах обвалилась, образуя небольшие кучки кирпичей. Смотреть сквозь инсигнию было не слишком удобно, глаз пульсировал, картинка была серо-черной, как в старом советском телевизоре. Мартин приблизил инсигнию и покрутил вокруг себя. Почти сразу он обнаружил табличку и входы в боковые туннели, высотой чуть меньше человеческого роста. У входа в тоннели сидели три здоровенные крысы, размером с небольшую собаку. Твари явно наблюдали за бестолково жмущимися друг к другу людьми. Они были страшно худыми, напоминали скорее скелеты, обтянутые жилами и кожей, чем нормальных живых существ. Мартин готов был поклясться, что с их пастей капает голодная слюна. Он бочком придвинулся к крысам, старательно симулируя слепоту. Две из них бесшумно отбежали на пару метров, а одна осталась сидеть. Она раскрыла пасть, явно, собираясь вцепиться в жертву. Мартин опередил ее буквально на мгновение, выкинув вперед заостренный позвоночник. Раздался яростный писк, а потом визг Киры. Мартин навалился на сервитора, протыкая крысу насквозь. Та никак не желала дохнуть. Ее лапы царапали и дергали позвоночник, ощущение было такое, будто пытаешься проткнуть дубленую кожу. Он почувствовал движение со спины и едва успел развернуться, отмахиваясь сервитором. Атакующая крыса, получив неплохой удар, шмякнулась об стену, но сразу сгруппировалась и бросилась в сторону, не давая достать себя острым жалом.

- Что происходит? – крикнул Руслан.

- Тут крысы! Охреневшие голодные крысы!

Сразу же раздался очередной визг Киры и звук громких шлепков по воде.

- Держи Киру… А-а-а блять, сука!

Крысиные зубы без проблем прокусили джинсы и вцепились в ногу Мартина. Боль была жуткой, крыса сразу же начала жевать и раздирать плоть, словно бульдог. Мартин едва успел выставить череп как щит, отбивая летящую в лицо вторую тварь. Он ткнул вниз наугад, хорошо, что не попал себе в ступню, но и крыса бросила жертву, видимо, понимая опасность заостренного жала. Мартин явно проигрывал бой, обзор через око Тенебрис был так себе и отбиваться от столь быстрых и беспощадных врагов он не успевал. Он вертелся, пытаясь обнаружить противника через доступный визор. Обе крысы сидели на поребрике, метрах в трех. Когда Мартин направил око на них, они переглянулись и резко бросились в разные стороны. Выбора не было, Мартин сосредоточился на одной из них. Тиссиум, инсигния Дамнар, Инсигния Крусадер Тенебрис вылетали из его головы, как слайды в проекторе. А мерзкие когти и голый хвост уже ползли по спине. Мартин махнул жалом с остатками крови в сторону эксплитии и прыгнул спиной в стену. Удар на секунду вышиб из него дыхание, но он продолжал биться об стену. Крыса пищала, верещала, но все равно лезла выше. Ее лапы уже путались в волосах. Мартин сам заорал как сумасшедший, бросил сервитора в воду и вытащил из кармана нож. В отчаянии он тыкал за спину, уже нисколько не беспокоясь о целостности собственной шкуры. Один из ударов попал во что-то относительно мягкое, крыса свалилась в воду и ринулась прочь.

Мартин поднял из воды череп и подошел к крысе, попавшей под эксплитию. Та дергалась и верещала, словно ее поджаривали на электрическом стуле. Колючая тьма свивалась и врезалась в ее плоть. Из пасти шла густая пена. Мартин поднял сервитора повыше и с наслаждением воткнул в крысу, а потом провернул и ударил еще несколько раз. Оглянувшись вокруг, он убедился, что третий противник удрал.

- Марти, ты там живой? – спросил Рус. Он стоял, прижавшись спиной к стене, в напряженной позе.

- Живой. Последняя крыса убежала.

- Хозяин, надо уходить, - сказал Оззи. – Она приведет за собой всю стаю.

- Ты что-нибудь видишь? - Рус слепо шарил руками впереди себя. – Выводи нас уже отсюда? Не хватало еще быть сожранным крысами.

- Канализационные люки должны быть через каждые сто-двести метров. Просто идите в любую сторону, - подсказал Оззи.

Они опять выстроились в колонну, где Мартин выступал в качестве Сусанина. Постоянное поддержание ока Тенебрис требовало сил, стала возвращаться головная боль. А тут еще Оззи решил выразить свое недовольство:

- Слушай, хозяин, я конечно все понимаю, ситуация была критическая, но я, вообще-то, ценный источник знаний о темной магии, а не палка-копалка. И уж тем более не надо макать меня в сточные воды.

- Что-то не нравится, Оззи? Тогда иди пешком, а не тащись на моем горбу.

- И пойду! – продолжал дерзить сервитор. – Только надо заправить меня мельтой.

- Чем заправить?

- Топливом, чтобы я мог левитировать.

- Как только, так сразу, а теперь ордо Тенебрис: захлопни варежку.

По железным скобам, вбитым в стену, Мартин тоже полез первым. Крышка люка прикипела к колодцу, несколько толчков локтем и рукой не сдвинули ее с места. «Ауч!» – обиженно проскрипел череп, когда Мартин использовал его вместо кувалды. Крышка наконец сдвинулась, и коллектор затопил странный красноватый свет. Мартин выполз наружу, поднялся, опираясь на сервитора, отряхнулся... и на полминуты, залип в окружающий пейзаж.

Он вылез на довольно широкую улицу, мощенную крупной гексагональной желтовато-серой плиткой. Ширина дороги была, пожалуй, в три автомобильных полосы, тротуары по обеим сторонам неизвестные строители сильно приподняли. Через примерно равные промежутки дорога понижалась еще сильнее, спускаясь под маленькие мостики, перекинутые между тротуарами. Дома вдоль дороги стояли очень свободно, пространство между ними было заполнено кустарниками и деревьями, возможно когда-то ухоженными и красивыми, но сейчас из земли и гравия торчали голые, потемневшие стволы и ветки. Район явно принадлежал местным богачам, Мартина окружали в основном трех- пятиэтажные особняки или башенки в готическом стиле, некоторые из желтого или красного кирпича, а некоторые даже из гранитных плит. Попадались еще странные образцы зодчества из каких-то черных бревен, но слишком гладких и произвольно изогнутых в арки или спирали, деревянными их сложно было назвать. И повсюду царило запустение и хаос. Кучи обломков вдоль дороги, выбитые окна в домах, сломанные скамейки и разбитые фонари, к слову, представляющие из себя гирлянды тех же шаров в чашах, сохранились в основном чаши и сами столбы. Интересно, что столбы стояли несколько странно, они вытягивались цепочками вдоль улицы с интервалом в тридцать-сорок метров, а к домам, стоявшим в глубине участков, всегда отходили цепочки столбиков поменьше. На острых концах столбиков периодически возникали коронные разряды.

Ветер гонял вдоль улицы обрывки и мусор. Местами мусора было до неприличия много: целые кучи из деревянных и металлических обломков, как будто кто-то устраивал по всему городу локальные свалки. В этих кучах было все подряд: стекло, пластик, обломки мебели, одежда, техника.

Вдалеке виднелась река, ну или скорее то, что от нее осталось – заболоченное русло, а за ней огромные бетонные муравейники, инсулы для горожан 2-ого и 3-его класса, как пояснил Оззи. Больница находилась за инсулами, километрах в семи от того места, куда привела их тропа. Все благодаря хорошему знанию городских коммуникаций и тактическому гению Оззи, который вывел их подальше от владений демона. Что он, конечно же, не забыл подчеркнуть. Среди муравейников выделялись башни, частично сгоревшие и обвалившиеся, похожие на поломанные зубы мертвого чудовища. На холме возвышался готический собор с огромной аквилой в виде двухголового орла, выложенной на центральном нефе. Вместо крестов его башенки венчали зазубренные римские единицы в обрамлении лаврового венка.

Но самым апокалиптичным в открывшемся пейзаже была не картина брошенного города, а красный свет и небо, с которого он лился. Правда, небом это язык не поворачивался назвать. Это было похоже на исполинский купол, высотой примерно в километр, который накрывал город. Своды этого купола были подвижные: в них закручивались огромные вихри, и полупрозрачные: сквозь его толщу был виден большой красный шар, похожий на заходящее солнце. Внутренняя поверхность напоминала гладкую пленку, она постоянно колебалась под напором бушующей стихии. Красный свет немного разбавляли частые вспышки молний, шаровых или обычных, они били во внутреннюю поверхность и расплывались по ней множеством электрических нитей. Гром от них сливался в один непрерывный гул, но звучал приглушенно, отражаясь от пленки и вызывая в ней мелкую рябь.

- Что за хрень у вас тут творится с небом? – потрясенно спросил Мартин.

- Это варп, - ответил Оззи. - Когда циклон ордоса остановился, кое-где под океаном варпа сохранились огромные пузыри из остатков атмосферы. Мы сейчас внутри такого пузыря. Механизм образования пузырей – одна из множества неразгаданных тайн варпа. И никто не гарантирует, что завтра пузырь не распадется на сотни мелких пузырей или не растворится в океане.

Из люка вылезла Кира и тоже потрясенно замерла. Послышался недовольный бас Руслана.

- Вы куда пропали? Помогите вытащить Миху.

Мартин наклонился, чтобы попробовать схватить Миху и сразу почувствовал головную боль. Эксплития ока Тенебрис все еще была активна где-то на периферии восприятия и продолжала высасывать ресурсы организма. Мартин представил на ее месте чистый белый лист и та начала таять. Таяла она медленно, явно не желая расставаться с источником силы. Мартин взял себе на заметку поскорее разобраться с тем, как правильно отменять заклятия.

- Ну, скоро вы там?! Тут, знаете ли, слегка стремно и мокро.

На пару, они еле-еле вытянули вяло перебирающего ногами Миху, несмотря на то, что Руслан пихал его снизу. Рус вылетел из колодца, как пробка из бутылки.

- Еж… твою ж дивизию. Че за херня, куда ты нас привел?

- Мы в воздушном пузыре, оставшемся от ордоса, после того, как его затопил варп, - послушно повторил Оззи. – Вообще, мне совсем не понятно, откуда вы такие взялись?

- От верблюда! Не, вот сидели же бухали спокойно, никого не трогали. Марти, ну че за херня, а? Еле сбежали от сраной гусеницы, чтобы оказаться в каком-то пузыре, а вокруг гребаный апокалипсис!

Мартин лишь виновато развел руками.

- Я ног не чувствую, - пожаловалось Кира. – Давайте найдем какое-нибудь укрытие.

- Здравая мысль, - поддержал ее Оззи. – Скоро закат, и нам не стоит оставаться на улице после заката. По правде, здесь не стоит шляться по улицам и днем, но после заката особенно не стоит.

«Погодка» в пузыре стояла прохладная, по ощущениям градусов десять с постоянным пронизывающим ветром. Мартин зябко поежился в своей флиске на голое тело. В ботинках у него хлюпало, но было терпимо. А вот Кире без обуви и в домашнем тряпье, наверное, было совсем паршиво.

Руслан скинул мокрые кроссы и отдал их Кире, хотя это вряд ли помогло согреться.

- Марти, звездуй вперед и найди подходящий дом, - скомандовал он, взваливая на себя Миху.

Следуя указаниям, Мартин почапал вперед. Домов вокруг было, конечно, немало, но все они были вскрыты и немного помародерены. Некоторые и не немного. В качестве временного убежища они, наверное, были лучше, чем ничего, но хотелось чего-нибудь побезопаснее и потеплее, без зияющих провалов вместо окон.

Вдоль обочин попадались навсегда припаркованные груды металлолома, которые Мартин идентифицировал как механические транспортные средства. Некоторые были явно для индивидуального пользования, с огромными цилиндрическими капотами и рядами выхлопных сопел по бокам. С торца капота можно было разглядеть лопатки здоровенного компрессора. О регулировании выбросов по Евро нормам в этом мире точно не слыхали. Кабины были похожи на небольшие роскошные домики, отделанные кожей, деревянными панелями, с диванами и креслами внутри. Он наткнулся даже на останки тягача, с еще более исполинскими турбинами, спаренными на манер катамарана, кабина водилы располагалась над ними, а выхлоп херачил под углом вверх за кабину. Часто встречались обычные телеги и кареты, рядом с которыми валялись останки грузных животных. Их явно кто-то обгладывал, а то, что осталось полностью разложилось, поэтому, как животины выглядели в исходном состоянии, сказать сложно. Судя по скелету, они были очень массивными, значительно больше лошадей, из лобной части черепа у них выступали два нароста, типа коротких тупых рожек.

Не справившись с природным любопытством, Мартин заглянул в одну из наиболее интересных машин. Она напоминала небольшой автобус или большую карету, с квадратными обводами кузова, креслами и столиками внутри. Турбина размещалась на крыше, а через кабину проходила вертикальная труба с карданным валом. Мартин немного побродил по салону, пиная куски одежды и обивки сидений. Он залез на одно из кресел и толкнул люк на крыше, под турбиной, в надежде обнаружить что-нибудь полезное. И тут же пожалел об этом, из люка вывалилась верхняя часть истлевшего трупа. Мартин отпрыгнул, не удержался на разваливающемся кресле и с руганью полетел на пол. Поднявшись, он оглядел труп. Тот был довольно необычным, из его черепа тянулся пучок проводов в защитных рукавах, а кости предплечий оканчивались не кистями, а металлическими тягами. Одна тяга осталась закрепленной где-то в турбине, а другая обломилась и свесилась почти до пола.

- Это что еще за срань?

- Сервитор для регулировки турбины, - привычно пояснил Оззи.

- Регулировки?

- Ну, всякие заслонки, форсунки открывать, углы наклона лопаток регулировать. Я в этом не силен.

- У вас здесь что, нет электроприводов и электроники?

Мартин не сразу понял, что подумал об одном, а произнес совсем другие слова.

- Псионных трайберов и когитаторов? – переспросил Оззи. – Зачем? Сервитор гораздо дешевле. Предлагаю не задерживаться, хозяин. В пузыре темнеет рано, надо срочно найти убежище.

В конце улицы они наконец-то обнаружили подходящую недвижимость. Приземистый двухэтажный дом, с первым этажом из мощной каменной кладки и вторым из черных бревен. Он был абсолютно лишен архитектурных изысков и со стороны улицы напоминал вытянутый барак, разделенный на два крыла четырехэтажной башенкой. Как выяснилось позже, с обратной стороны правого крыла к нему пристроили пару небольших флигелей и дворик, окруженный забором из стальных заостренных прутьев. Хозяин дома явно предпочитал брутальную надежность в ущерб аристократическим понтам. Все двери были в порядке, а окна запечатаны мощными ставнями.

Центральный вход в башне представлял собой металлические ворота, закрытые на засовы и амбарные замки. Мартин осторожно приблизился, своим чудесным периферическим зрением он видел над воротами легкое голубоватое свечение. Такое же свечение он ощущал над любым проемом в стене здания, на окнах, вокруг труб и вентиляционных отверстий. За консультацией опять пришлось обращаться к сервитору.

- Оззи, над дверью какое-то странное свечение? Очередная магия?

- Что за свечение?

- Типа слабых электрических разрядов…

Мартин понял, что опять произнес не то, о чем подумал.

- Псионные разряды? Это дом капитана флота Имперских Кустодес Терминус, Хьюго или Хуго, не помню, как его там… Тот еще тип был, по молодости регулярно брал на абордаж корабли еретиков при патрулировании дальней зоны. Но поговаривают, что это были корабли вольных торговцев, которых он вырезал и объявлял еретиками. Поговаривают еще, что какой-то лорд-Инквизитор крышевал его в этом благородном деле. В общем, на призовых деньгах с тех кораблей он нехило поднялся, прикупил себе особнячок в тихой гавани. А под конец жизни превратился в сумасшедшего старикашку с манией преследования. Так что, если на доме стоит мощнейшая псионная защита, я ничуть не удивлен.

- Блин! Эти замки итак непонятно чем вскрывать, а тут еще какая-то псионная защита…

- Вскрывать не советую. По крайней мере, самому… Возможно псионные кристаллы уже разрядились, а возможно и нет. Он был реальный параноик и на кристаллах наверняка не экономил.

Мартин задумчиво покрутил в руках череп и осторожно направил его жало в сторону двери.

- Эй! Ты чего задумал! – в ужасе заверещал Оззи. – У меня очень чувствительные к псионике цепи!

- Ладно, ладно, не буду. А домик-то с виду норм, как бы попасть внутрь?

Мартин побродил вдоль правого крыла в поисках хоть какого-нибудь входа. Единственное, что удалось обнаружить, это поврежденную ставную на одном из окон. Толщина выгнутого металла внушала уважение, не меньшее уважение внушали следы огромных когтей на поверхности и сила неизвестного существа, способного отогнуть пятимиллиметровую оребренную плиту. Вокруг окна обнаружились куски подпаленной шерсти и неприятного вида бурые пятна. «М-да, - подумал Мартин. – Мне туда точно не влезть».

Он попытался заглянуть под ставню. При приближении к стене он почувствовал, как зашевелились волосы на голове, кожу начало припекать, а ушах появился ясно различимый треск. Касаться стен или окон явно не стоило. Сквозь отогнутый кусок ставни видны были толстые прутья решетки и кусок большой комнаты в красноватом полумраке. Вероятно, комната была гостиной, Мартин видел стол с полированной мраморной столешницей, вычурные кресла и камин, вырезанный целиком то ли из большого камня, то ли из слитка, в виде зубастой драконьей пасти. Роскошное внутреннее убранство компенсировало аскетичный внешний вид особняка. Мартин отошел от окна и провел рукой по волосам, статические разряды ощутимо щипали кожу.

- Придется идти дальше, - сообщил он подошедшим товарищам. – Сюда забраться не вариант, тут псионная защита…

- Почему не вариант? – нагло перебил хозяина Оззи. – Ты же видел комнату внутри?

- Только краешек видел.

- Судя по тому, что я наблюдал, тебе этого за глаза. Используй темную тропу, если есть силы.

- Точно! Чтобы я без тебя делал, о великий темный жнец!

Несмотря на иронию, Мартин понимал, что совет без сомнения дельный. Они легко проникли внутрь готического особняка по соседству. Проблемой стало найти там хоть одну целую дверь. В большом красивом холле особняка висела не менее красивая люстра, похожая на позолоченное дерево, растущее с потолка вниз. Все стеклянные шары на ней были разбиты и валялись на полу грудой хрустальных осколков, позолота была частично содрана, а на «ветвях» на эшафотной петле раскачивалась парочка скелетов. Один в остатках костюма, а другой в остатках женского платья или сорочки.

Темная тропа открылась без особых проблем и ради разнообразия вывела их прямо в гостиную без сопутствующего ущерба для здоровья. В гостиной царил полумрак, слабый свет пробивался только из-под отогнутой створки. Изнутри все ставни были заперты за засовы. Похоже, что за два года, прошедших с момента катастрофы, никто так и не смог попасть в дом. На мебели лежал слой пыли, но в остальном вещи пребывали в идеальном состоянии. В одном из шкафов удалось обнаружить небольшие стеклянные шары в оправах в виде когтистых пауков: шесть лапок оправы удерживали шар, а две образовывали ручку. Оправы были отлиты из плотного черного пластика. При надавливании на клавишу под ручкой, шар начинал постепенно испускать слабенький желтоватый свет. В принципе, его было достаточно для ориентации в доме, да и он был гораздо приятнее глазу, чем кровавый свет, дошедший через варп.

Вооружившись фонарями Мартин и Рус отправились исследовать правое крыло. Бывший капитан жил на широкую ногу: на первом этаже обнаружилось несколько гостиных с обтянутыми зеленым сукном столами для азартных игр, огромный обеденный зал с дорогой посудой и шелковыми сатиновыми скатертями, пересохший бассейн, терма и еще куча всяких помещений нужных и не очень. Второй этаж, построенный из странного черного дерева, занимали апартаменты, кабинеты, гардеробные и прочие будуары, забитые множеством роскошных безделушек и тряпья, достаточно бесполезных для людей, выживающих на апокалиптических руинах. Правда, среди тряпья нашлись дорогие-богатые, но удобные рубашки, брюки, кожаные ботинки и халаты в которые они переоделись сами и переодели Киру с Михой, бросив мокрые шмотки в гостиной. А вот подвал крыла оказался необычайно полезен для юного выживальщика. Его прохладные кессоны были доверху забиты консервами и сухарями. Рус переключился на перетаскивание жратвы наверх, а Мартин не смог удержаться, он сразу ощутил адский голод и жажду. Он буквально разодрал один из сухпайков и набил рот не разогретой тушенкой. Следом была открыта банка с компотом на запивку. Остановили его не воспоминания о голодающих товарищах, а причитания поставленного в угол Оззи.

- Хозяин, ты ничего не забыл?

- Сево? – спросил Мартин с набитым ртом.

- Надо заправить меня мельтой. Вон канистры с легкой мельтой. Те, с красной шестеренкой и огоньком.

Мартин наскоро проглотил просто божественную тушенку и отправился наверх, прихватив канистру с нужной маркировкой и несколько банок и сухпаев, все что мог унести в руках. Пожрать они перебрались в огромную столовую. Руслан хомячил с не меньшим энтузиазмом, чем Мартин, а Кира пыталась накормить Миху. Тот реагировал очень вяло, стонал и имел крайне бледный вид. Поэтому едва перекусив, они решили, что Руслан поищет подходящее помещение для обустройства лежбища и потаскает туда запасы, а Мартин вместе с Оззи отправятся в левое крыло на поиски бинтов и медицинских зелий. Но сначала надо было заправить сервитора. Тот аж весь дрожал от нетерпения, пока Мартин откручивал клапан и заливал в бак мельту. Та представляла собой почти прозрачную текучую жидкость в целом напоминающую бензин или керосин. Но вот запах, очень сильный аромат подсолнечного масла, был неожиданным.

Как только Мартин закрыл клапан, из сопел под черепом повалил густой черный дым. Несколько секунд движок кашлял и чихал, а потом перешел на стабильное, ровное гудение. Оззи с радостным воплем взмыл под потолок и принялся нарезать хаотические пируэты, сбивая стеклянные шары с люстр. В полумраке мелькали светящиеся красным сопла.

- Оззи! Плохой раб! Фу! Живо спускайся сюда! – рявкнул Мартин.

Сыплющиеся с потолка стеклянные шары всех изрядно нервировали. Оззи заложил крутой вираж и повис перед хозяином. Его глаза светились демоническим желтым светом, под соплами плясали голубоватые огоньки выхлопа.

- Хозяин, ты не представляешь, какое это счастье! После двух лет лежания на одном месте, снова иметь возможность двигаться.

- И все благодаря мне, заметь.

- Конечно, я очень ценю это, хозяин, - с абсолютно серьезным видом заверил Оззи. – Только не забывай про заправку мельтой…

Мартин отправил рвущего «поводок» сервитора исследовать левое крыло. Сам он немного задержался в башне, которая разделяла здание. Через ее первый этаж проходил широкий зал, с одной стороны у него были внешние ворота, а вот с другой стороны обнаружилась дверь, видимо вход в помещения башни. Обнаруживалась дверь далеко не сразу, во-первых она была облицована декоративной плиткой под цвет и текстуру каменной стены. А во-вторых зазор между ней и проемом был практически неразличим, в него реально было не просунуть лезвие ножа. К тому же не видно было ни петель, ни замочных скважин, ни навесных замков. Только небольшое углубление в центре с оттиском паука. Паучьи лапки были хитро переплетены. В общем, даже не было стопроцентной уверенности, что это именно дверь, как бы ни хотелось исследовать башню, пришлось оставить данную затею. А ведь там наверняка прятали что-нибудь ценное.

Левое крыло в целом мало отличалось от правого. В одном из кабинетов удалось порыться в ящиках стола. Мартина заинтересовали небольшие золотые и серебряные пластинки с выбитыми на них орлами. Их можно было хранить в колоде, а можно было одеть на веревочку или цепочку, которая просовывалась в специальное отверстие. Оззи пояснил, что это Имперские марки – универсальная денежная единица, принимаемая к оплате во всех ордосах. В ней же велась торговля между ордосами Империума. Мартин, на всякий случай, прихватил стопочку золотых и несколько стопочек серебряных марок. Даже одна золотая марка уже неплохие деньги – зарплата опытного мастера гильдии или медикуса за пару месяцев. А в инсулах за такую марочку чикнули бы ножом по горлу без лишних разговоров.

На втором этаже крыла нашлась и медицинская комната. Мартин загрузил найденный здесь же саквояж бинтами и бутылками с голубым формалином. Оззи также посоветовал порошок жгучей Цикуты для обработки ран и экстракт гриба Пениларии для борьбы с заразой Нургал изнутри. Мартин сразу же высыпал порошок в рану на собственной ноге, прокушенной крысой. При контакте с биологическими жидкостями порошок начинал пузыриться, жгло очень сильно, но никаких повреждений тканей он не вызывал.

На обратном пути, выйдя в коридор, ведущий к залу башни, Мартин увидел выбивающийся из-под двери яркий свет. Он тут же поставил саквояж, погасил собственный фонарь и жестом приказал Оззи держаться чуть позади. На цыпочках он прокрался к двери. На пути в левое крыло он не закрывал двери, и теперь можно было попытаться заглянуть в образовавшуюся щель. Едва он собрался это сделать, как дверь распахнулась, и он практически нос к носу столкнулся со скрюченным старикашкой. Старикашка жутко зарос, в его нечесаной, торчащей во все стороны бороде застряли кусочки еды, седые патлы спускались до плеч. Засаленный черно-синий мундир болтался на нем как на вешалке, и он источал просто бомбический аромат давно не мытого туловища с нотками мочи и прокисшего молока. Похоже, за два года старикан конкретно забил на внешний вид и гигиену.

- А-а-а, э-э-э… - протянул Мартин, шокированный встречей. – Извините, это видимо ваш дом, но э-э-э…

- Проклятый демон! – заверещал старикан. – Как ты сюда проник?! Экзайт дамнар! Ордо Империум, спаси и сохрани!

- Послушайте, мистер, я понимаю, мы проникли сюда несколько незаконно… Но ситуация снаружи как бы не располагает… Мы не причиним вреда, в конце концов вместе проще бороться…

- Экзайт дамнар! – продолжал верещать старикан и пятиться назад.

Потом он резко развернулся и бросился внутрь башни.

- Стой! Давай поговорим!

Мартин не задумываясь бросился следом. Массивная плита в стене откатывалась внутрь на рельсах. Старикашка нырнул в проем, за плиту и Мартин побежал за ним, щурясь и с трудом разбирая дорогу, ослепленный ярким светом. Он несколько раз споткнулся на крутой винтовой лестнице, но продолжал упорно преследовать хозяина дома. Внутри башни его ждал настоящий лабиринт из комнат, тесных проходов и лестниц. Старик петлял по ним, словно заяц, а Мартин повинуясь своему темному чутью преследовал его словно волк, почуявший запах крови. Он сам этого не осознавал, считая, что всего лишь хочет поговорить, но проснувшаяся демоническая природа ясно диктовала свою волю: гнать жертву до победного конца.

В конце концов Мартин его загнал. Он влетел в небольшую комнату и остановился в дверном проеме как вкопанный. Комната была спальней, о чем свидетельствовала кровать с серыми от грязи простынями и подушками. А вокруг кровати все утопало в почти равномерном слое консервных банок, грязной посуды и одежды. Утопало и воняло, естественно. «Какой-то очередной адепт ордо Нургал», - успел подумать Мартин. Прямо ему в лицо смотрело ружье с большим барабанным магазином. Целых три здоровенных, прямо-таки гаубичных, ствола, расположенных сектором окружности. Множество вензелей и рун на стволе и прикладе, торчащая вбок рукоять затвора дополняли убийственный агрегат.

- Послушайте, мистер, давайте просто поговорим, - попытался применить дипломатию Мартин. – Если все так плохо, мы можем уйти…

Спас его Оззи, внезапно вылетевший из-за спины, и с разлету ударивший в оружие. Грохот раздался такой, что казалось лопнули барабанные перепонки и на секунду померк свет. Последнее, что увидел Марти, было ружье, кувыркнувшееся от отдачи вверх из рук стрелка. Сбоку обдало горячей волной. Когда в голове немного прояснилось, старик барахтался на полу и пытался дотянуться до ружья. Оззи как мог атаковал его ударами черепушки и тычками позвоночника.

Мартин бросился вперед, любимый ножик сам оказался в руке. Старик уже поднимался и Мартин рубанул его поперек лица. Брызнула кровь, тот заорал, прижал руки к лицу и отшатнулся прочь. Он продолжал выть и ползти в сторону кровати. Мартин наклонился, чтобы поднять ружье.

- Не трогай! – скрипнул Оззи. – Это опасно.

- Чего?!

Мартин кричал, оглохнув после выстрела.

- Не трогай ружье!

Марти только понял, что череп против использования огнестрельного оружия и, пожав плечами, повернулся к кровати. Старикан явно не дружил с головой, вместо того, чтобы сопротивляться или хотя бы убежать, он забился под некогда роскошное, а сейчас грязное и рваное одеяло. «Это все бессонница. Надо просто заснуть и все пройдет. Просто заснуть…» - трясся и повторял он и размазывал кровавые сопли по бороде и подушке. Секущая рана шла сверху вниз, почти через все лицо, от лба, через переносицу и до щеки, теряясь в немытой бороде.

Мартин не слышал его бормотанья, вид текущей крови полностью завладел им. Пространство вокруг жертвы словно слегка потемнело, а кровь наоборот начала контрастно пульсировать мрачным багряным огнем. Он чувствовал пульсацию жизненной силы внутри раненого человека. Мартин уже не мог совладать с искушением. Он оглянулся на стену куда пришелся выстрел. Ковер, декоративные отделочные кирпичи, все что попало под свинцовый ураган, было изодрано в клочья. «Эта трехствольная гаубица оставила бы от меня кучку мясного фарша. А я ведь просто хотел поговорить», - подумал Мартин. Он встретился взглядом с желтыми глазами сервитора. Непонятно, что он хотел там увидеть, но жалости он в них точно не нашел. Оззи завис над рыдающим стариком, поигрывая острым жалом.

Нож в руке потеплел, а клыки заныли. Одним движением Мартин оказался у кровати. Он схватил одеяло и потянул вниз, а старик начал бестолково хвататься за него, открывая шею и затылок. Мартин, конечно, не умел красиво перерезать горло, поэтому просто воткнул нож и рванул вбок. А потом ткнул еще и еще, попадая то в горло, то в спину, то срезая куски скальпа. Кровища и куски плоти летели во все стороны. Мир темнел и вскипал волшебной темнотой, которая жадно впитывала жизненную силу. А Мартин жадно тянул такую вкусную, солоноватую тьму и наполнял ей свою ауру. Вокруг радостно плясал сервитор и тоже норовил ткнуть воющего старика острым жалом.

Очнулся Марти, наверное, через пару минут, сидящим на полу. В голове приятно шумело, не хотелось шевелить даже пальцем, а только лечь подремать пару часиков. Вся одежда была в крови, на кровати тоже собралась лужа крови. Верхняя часть туловища жертвы была изодрана в клочья, от шеи почти ничего не осталось, голова держалась на каких-то лоскутах кожи и позвоночнике. Кровь выглядела немного странно, она как будто уже свернулась и подсохла, а труп окоченел и посинел. Мартин встал и немного размялся, пытаясь прогнать сонливость.

- Ты как, хозяин? – участливо спросил Оззи.

Мартин понял, что глухота от контузии чудесным образом прошла. И боль в ноге от крысиных укусов тоже.

- Спать охота, будто объелся.

- Это нормально. Слабая аура не может поглотить много мистериума за раз. Одна-две жертвы – это максимум.

- Жертвы… М-да… Это и был тот самый Хуго или Хьюго?

- Скорее всего. Видел его пару раз много лет назад, еще до знакомства с гребаной Инквизицией. Надо сказать, с тех пор он сильно запаршивел.

Мартин скептически оглядел поле боя. Самое печальное, что доминирующим чувством после расправы над беззащитным старикашкой, было удовлетворение. Стыд и отвращение лишь слегка пробивались где-то на задворках сознания. И то скорее потому, что Мартин считал их наличие необходимым. Заваленная объедками комната вызывала у него куда большее отторжение, чем собственноручно нашинкованный труп. На разодранной шее он заметил тонкую цепочку. Осторожно, стараясь не пачкаться в крови еще сильнее, Марти стащил с тела большую металлическую брошь в виде паука. На вид она бы идеально подошла к углублению в плите, перекрывающей вход в башню. Он протер ее относительно чистым куском простыни и положил в карман.

Лежащее в мусоре ружье тоже пошло в качестве трофея. По ощущениям оно весило килограмм десять, а калибр у него был просто жуткий, как у авиационной пушки. Рычаг затвора торчал перед магазином вбок почти на полметра. Затвор поворачивался только по дуге, никаких движущихся вдоль ствола механизмов не наблюдалось. Похоже, что отдача этой дуры никак не компенсировалось. Пожалуй, только двухметровый качок смог бы нормально с этим управляться. Неудивительно, что залп из всех стволов отправил хилого старикашку в последний в его жизни полет.

- Не советую брать абордажный дробовик, - проскрипел Оззи. – Толку немного, а вот опасности для нас самих гораздо больше.

- Руслан, наверное, сможет его удержать.

- Дело не в отдаче. Огнестрельное оружие вообще не лучший выбор в тени варпа. А в пузыре тень очень глубокая. Здесь много скрытых псионных течений, которые заряжают любой металл и вызывают самопроизвольное срабатывание капсюлей. Старикан то понятно, выжил из ума, а так эту штуку надо носить разряженной, патроны хранить в бронированном магазине, открывать затвор только перед выстрелом, иначе есть шанс наделать дырок в себе или окружающих, а не во врагах. Короче мороки гораздо больше, чем толку. Либо нужен мощный псионный хост, который будет отводить течения.

- Как у вас все сложно.

- У нас? А у вас что, все по-другому? Не сочти за наглость, хозяин, но все-же, откуда ты взялся? Ты ведешь себя очень странно, не знаешь элементарных вещей: да каждый ребенок знает, что такое варп, тень варпа и чем они опасны. И при этом ты, без сомнения, невероятно одаренный темный магос. У тебя по щелчку пальца получается, то над чем другие потеют годами. Как будто ты живое воплощение магна Тенебрис.

- Да, странно все это, - согласился Мартин. – Мне двадцать лет, я выполз из тьмы… Надо отнести лекарства. Обсудим мое происхождение позже.

Глава 6. Истинное имя демона.

Немного поплутав, Мартин нашел лестницу на первый этаж башни. Плита действительно открывалась и закрывалась с помощью броши. Достаточно было вставить ее в углубление и слегка повернуть, чтобы сработал приводной механизм, откатывающий плиту по рельсам. Руслан ждал в столовой. Он внимательно осмотрел одежду Мартина с помощью фонаря. По мере осмотра его лицо принимало все более напряженное выражение.

- Что случилось? Я слышал какой-то гул.

- Это был выстрел. Встретил хозяина дома. Он, похоже, здесь отшельничал целых два года, прикинь. Такой срач устроил там, в башне, что писец, заходить стремно.

- А стрелял кто? Ты что ли?

- Не, он в меня стрелял. Этот старикан совсем психованный был. Ты бы видел ту мортиру, из которой он в меня шмальнул. Там полстены снесло нахрен. Мне пришлось защищаться.

- Защищаться? У тебя видок, как будто ты побывал на скотобойне… и орудовал там бензопилой. Че-то ты заливаешь.

- Да ничего я не заливаю, защищался я. Сам сходи, посмотри, если хочешь на ту срань абордажную и на стену. Ну может переборщил немного, слегка превысил необходимые пределы обороны. Но тут ведь нет ментов и прокуроров. Никто меня судить за это не будет.

- Не будет… Знаешь для человека, перемазанного в крови с ног до головы, у тебя слишком довольное табло.

- Ниче оно не довольное!

- Довольное, очень даже. Короче, давай, переодевайся еще раз. Не вздумай Кире в таком виде показываться. И учти, тронешь Киру или Миху хоть пальцем, я тебя по стенке размажу.

- Слушай, Рус, ну чего ты начинаешь. У меня и в мыслях такого не было. То наркоманом меня считаешь, то монстра какого-то из меня делаешь. Я так-то за лекарствами для Михи ходил... Я ж не сам на него напал, он чокнутый был наглухо. А если бы он нас во сне, например, нашел. Думаешь, лучше бы было?

- Переодевайся, давай, и пойдем уже.

Товарищи устроили базу в одном из небольших флигелей позади здания. Тот, скорее всего, предназначался для прислуги и не отличался особой роскошью. Это был сруб из черных бревен, без внутренней отделки и минимальным набором мебели. Но зато в нем была мельта-печка, которую Руслан смог раскочегарить, и деревянный закуток довольно быстро прогрелся. Рядом с уютно гудящей печкой расположилась Кира и отогревала закоченевшие ноги.

Следуя указаниям Оззи, они кое-как перевязали Миху. От порошка, высыпанного в раны, тот быстро вышел из сомнамбулического состояния, так что опять пришлось держать его вдвоем. И потом поить маковой эссенцией, чтобы он смог уснуть. Остальные тоже начали укладываться спать.

- Рус, я пойду еще раз загляну в башню, - предложил Мартин. – Вдруг найду какое-нибудь оружие. Или еще чего полезного.

- Ну иди.

Рус отвернулся к стене. Мартин тяжело вздохнул и отправился в башню в компании сервитора. Оружейную комнату он нашел почти сразу, в подвале башни. Вообще, чем дальше он исследовал дом, тем больше интересного в нем открывалось. В подвале нашлась еще одна дверь, подобная той, что скрывала саму башню. И вела она в настоящий подземный бункер. Его исследование Мартин решил отложить до лучших времен. Первым приоритетом было оружие. На нем бесславно погибший хозяин дома тоже не экономил. Комната размером, примерно, пять на пять метров вмещала целый арсенал из десятков устрашающего вида мечей, молотов, кинжалов и винтовок. Почти все холодное оружие было энергетическим. Мартин выбрал себе длинный кинжал, или короткий меч, с длинными мечами или молотами он все равно не знал, как управляться. При нажатии на гашетку в рукояти, лезвие кинжала начинало вибрировать и светиться голубоватым пламенем. Энерго-кинжал без особых усилий прорезал камень. Работал он на псионных кристаллах: полупрозрачных синеватых камнях с белыми искрами внутри. Заряженными кристаллами было забито несколько ящиков в оружейной. Они хранились в пластиковых оправах стандартного размера, при этом сами кристаллы немного отличались размером и емкостью. Оззи пояснил, что это – элериевые кристаллы, один из самых дорогих типов подобных устройств, которые могут держать псионный заряд десятки лет. Старикашка и здесь не экономил.

После выбора кинжала, взгляд Мартина остановился на причудливом металлическом арбалете. Под его ложем было четыре гнезда для кристаллов и место для магазина с десятью короткими болтами. Спереди раскладывались короткие сошки, а над ложем крепился оптический прицел. Толстые дуги были полностью раскрыты, и на них явно не хватало тетивы или скорее металлического троса.

- Болтер – классная штука, - порекомендовал Оззи. – Но стабильности от него ждать не стоит.

- Тоже тень варпа?

- Да, это псионный болтер. Он безопаснее огнестрела: по крайней мере, не взорвется в руках, но может самопроизвольно разрядится в стрелка.

- Получить псионный разряд, думаю, тоже мало приятного. В чем тут преимущество?

- Если одеть антипсайкерские шмотки и ставить минимальную мощность выстрела, будет терпимо. Ну, тряхнет слегка, но это однозначно лучше, чем остаться без пальцев или глаз.

Мартин снял со стены болтер. Тот оказался весьма легким для своего размера, возможно, был сделан из чего-то вроде титана, и очень удобно лежал в руках. Правая рука ложилась на рукоять со спусковым рычагом, а левая в скобу под передней частью ложа. Помимо этого под ложем обнаружился регулятор мощности, Мартин прикрутил его на минимум. Он снарядил магазин и вставил в гнездо перед рукоятью, затем установил кристаллы на положенные места.

- Ну что пойдем, испытаем? – предложил он.

Оззи послушно полетел в зал наверху. Мартин прицелился в деревянную дверь, ведущую из зала.

- Чтобы дослать болт и взвести дуги потяни скобу на себя, - пояснил Оззи.

Механизм работал легко и плавно, болт с тихим щелчком вошел в канавку на ложе. Дуги слегка согнулись, и в полутьме зала стало ясно видно, как между ними зажглось голубоватое свечение, спиралью охватившее канавку с болтом. Мартин надавил рычаг. Несмотря на минимальную мощность, улетевшего болта он не увидел. Возможно, из-за довольно яркой голубой вспышки, сопровождаемой сильным треском. Пострадавшая дверь была сделана из массива дерева толщиной сантиметра 3-4 на вид, явно из каких-то твердых пород. Дырка образовалась практически ровная, с небольшими сколами по краям. Мартин прошелся дальше по коридору, который делал поворот метров через пятнадцать. В кирпичной стене на повороте болт раскрошил парочку кирпичей и ушел по касательной к противоположной стене. На ней он оставил едва заметный след и обнаружился на полу. Тяжелая твердая стрелка лишь стала чуть более блестящей, других повреждений на ней не наблюдалось.

- Неплохо вроде, - произнес Мартин. – Вражине будет неприятно такую получить.

- Человека без защиты прошьет конечно. А вот демона или другую тварь скорее разозлит, - ответил Оззи. – Лишним не будет, но не советую полагаться на такое оружие снаружи.

Мартин мысленно прикинул габариты и живучесть создания, которое отогнуло металлическую ставню на окне, выдерживая разряды псионной защиты. Сразу захотелось иметь под рукой что-нибудь посерьезнее стрелок пробивающих доски.

- А если увеличить мощность? Ты же говорил, что есть способы побороть тень варпа.

- Да, заручиться помощью псионного хоста. Ну, или темные механикус пожалуй могли бы доработать агрегат. Но в этой области я пас.

- А если наложить сервитум Тенебрис?

- На болтер? Точно не сработает, это не живое существо. Пожалуй, можно вызвать проклятый дух машины и привязать его к болтеру, но тут, как я уже говорил, я не помощник.

- Как это, великий темный жнец не поможет вызвать жалкий проклятый дух?

- Темный жнец, а не темный механикус, - веско отпарировал Оззи. – Сложные литании с кучей условий, плюс надо иметь руки сильно прямее среднего, или скорее специфически кривее, чтобы строить всякие безумные механизмы. Не мое это короче, и рук у меня, как видишь, нет.

- Хорошо, тогда давай учится псионной магии. Или это тоже не твое?

- Псионикой я, конечно, владел на неплохом уровне. Высшая магия без ряда псионных техник вообще получается слишком куцей. Это скорее про всяких полуразумных демонов, которые не порождают магию, а сами есть порождение магии, - неохотно заскрипел Оззи. – Но, хозяин, несмотря на всю твою несомненную одаренность, не советую начинать учебу с нее. И вообще, чем меньше ей пользуешься, тем лучше. Это очень коварная магия. Плата за магию ордо Тенебрис – мистериум, сила твоей ауры, это цена более менее предсказуема. А за псионику приходится платить стабильностью своего разума. Тут гораздо важнее психологическая устойчивость, способность концентрироваться и железобетонная, а лучше адамантиевая воля. У слабых магосов кукуха отъезжает на раз. А у не слабых постепенно...

- Не думаю, что в текущей ситуации стоит переживать за душевное здоровье. Ты хоть немного расскажи, что там к чему: хотя бы как увидеть эти псионные течения?

- Ты ведь уже видел их вокруг дома? Как и тиссиум варпа…

- Я бы не сказал, что «видел», скорее «ощущал» каким-то периферическим зрением. А хотелось бы именно увидеть, чтобы понять, когда можно стрелять из болтера а когда нет.

- Конечно, нельзя «видеть» тиссиум или псионику глазами. Их видит твоя аура, которую надо развивать и правильно структурировать. Обычно магосы первого круга со своим слабеньким зародышем ауры вообще ничего не видят, но ты же у нас необычный магос… В общем, чтобы видеть варп достаточно использовать око Тенебрис, через него ты будешь видеть варп напрямую. Тень варпа – это по сути испарения варпа, растворенные в воздухе. Чем дальше вглубь ордоса, тем концентрация этих испарений естественно ниже. Высшие магосы видят тиссиум даже в самом центре ордоса, в зоне сильного Империума. У них око Тенебрис и более сложные вариации темных видений уже встроены в ауру, но их мощь позволяет не замечать потери мистериума. Тебе никаких постоянных заклятий вешать в ауру нельзя. Пока придется использовать око Тенебрис.

- Как-то оно хреново работает, - скептически протянул Мартин, вспоминая бой с крысами. – Картинка так себе и псионных течений я не видел.

- Их могло там не быть. Око Тенебрис это базовая эксплития для темного магоса – магическое зрение. Твоя аура уже не просто подает сознанию некие размытые сигналы, а позволяет «видеть», то, что видит она. Чем дольше ты практикуешься, тем лучше структурируется аура, тем прочнее связь с ней и тем яснее твое магическое зрение. Следующая стадия – это истинное зрение, око Тенебрис, наложенное «на себя».

- Надо всего лишь наложить эксплитию на самого себя?

- Да, но это не так просто сделать, ведь ты не видишь самого себя, визуализировать эксплитию вокруг того, чего ты не видишь нельзя. Недостаточно закрыть глаза и представить себя, необходимо именно увидеть со стороны. Обычно это делается с помощью особых медитативных техник, позволяющих сознанию покидать тело. Или с помощью зелий, если медитации не работают. Но все равно осторожность и постепенность…

- Расскажи про медитативные техники.

Оззи издал очередной неодобрительный скрип.

- Я, расскажу, не вопрос, но в данный момент я бы не хотел скоропостижно лишиться хозяина. С тобой ну… тоже не фонтан, конечно, никаких тебе кровавых пиршеств, но все повеселее, чем тухнуть в морге. Поэтому лучше взять для этих целей зеркало и наложить око Тенебрис на него. Эксперименты с собственным разумом советую отложить. Но, воля твоя, хозяин.

- И что, в таком зеркале я увижу псионные течения?

- Если ты их ощущал, то, скорее всего, да. Зеркало обладает свойством усиливать темные видения. Ты увидишь течения варпа и течения псионики. В зеркале из варп-льда ты бы стопроцентно их увидел, и еще много чего интересного, например ауры других существ. Но такое зеркало большая редкость.

- Попробуем с обычным.… Кстати, если я вижу себя в зеркале, почему бы не наложить эксплитию на себя через зеркало?

- Потому что зеркало обращает любую магию, причем не всегда предсказуемым образом. Оно может придать магии особые эффекты или силу, а может уничтожить слабого магоса.

- Ладно, пойдем создадим темное зеркало. И знаешь, с тобой тоже не фонтан: ведешь себя как сварливая бабка, то нельзя это нельзя. Все страшно, сложно, а самое интересное так вообще кошмар и ужас.

- Если бы все было так просто, темные магосы вокруг бы толпами роились. Тебе оно надо? – ни мало не смутившись, ответил Оззи.

Прихватив с собой оружие на всякий пожарный, Мартин отправился на поиски подходящего зеркала. Проблем с этим не возникло, отличное ростовое зеркало обнаружилось в ближайшей гостевой комнате. Оно могло похвастаться безупречной чистотой и резной деревянной оправой в виде переплетенных змей. Художественный вкус у покойного Хуго был мрачноватый, но Мартину он нравился. Осталось лишь протереть будущее темное зеркало от пыли. Он вставил в фонарь новый элериевый кристалл и тот залил комнату приятным желтым светом.

Отражение его не порадовало. С одежкой все было в порядке: плотные шерстяные штаны, мягкий, но теплый камзол, хлопковое белье и кожаные ботинки – роскошное облачение, найденное в особняке. Но вот с рожей явно надо было что-то делать. Она стала еще бледнее, а верхние и нижние клыки сильно выпирали из челюстей. Мартин скривил губы и убедился, что десны кровоточат. Ногти начали утолщаться и сужаться уже на указательном, среднем и большом пальцах. Это вызвало покраснение и зуд в валиках вокруг ногтей.

- Отстой какой-то, - пробурчал Мартин.

В зеркале позади него появилось отражение левитирующего черепа.

- Прекрасно выглядишь, хозяин. В чем проблема?

- У меня нездоровый цвет лица и растут когти с клыками. Я так всех людей распугаю.

- Я бы предложил не распугивать, а больше налегать на порабощение и принесение в жертву. Темная магия неизбежно перестроит твое тело и ауру. Чем ты недоволен? Столь быстрые изменения наоборот должны радовать. Для демоноида ты прям красавчик, все ведьмы и суккубы будут твои.

- Серьезно?

- Ну я ж твой раб и обязан тебе льстить, - снова начал дерзить Оззи. – По правде, раз ты не накачанный проклятый рыцарь с огромной шипастой елдой, то эксплитии порабощения – твой лучший выбор для общения с женщинами.

- Ты невыносимый раб, Оззи.

- Я бесценный источник знаний о темной магии, - нагло напомнил сервитор.

Мартин отошел от зеркала и постарался выкинуть из головы все раздражающие мысли. Он уже приготовился визуализировать тиссиум, но внезапно вспомнил о критичном пробеле в своих знаниях.

- Слушай, бесценный источник, давно хотел спросить: как правильно закрывать эксплитии, чтобы не тратить лишний мистериум?

- А как ты до этого закрывал?

- Представлял на ее месте что-нибудь другое, чистый белый лист, например.

- Это простой, но неправильный способ. Слабую эксплитию так можно вообще отменить или серьезно исказить. По-правильному надо замкнуть потоки мистериума внутри эксплитии. Так она будет стабильнее и продержится дольше.

- Я вообще не помню, чтобы видел потоки внутри. Пока я буду что-то там замыкать, она будет жрать мою ауру.

- Да, необходимы тренировки, в идеале с опытным наставником и при поддержке темного ковена. Но в данном случае, просто потренируйся на око Тенебрис, эта эксплития требует очень мало мистериума даже в самом чистом варианте.

Мартин решил специально не напрягать мозг для тренировочной эксплитии. Он повернулся к свободной стене и визуализировал на ней тиссиум с оком практически мгновенно. Око действительно получилось не самым лучшим, бледным и каким-то расплывающимся. Капли мистериума из кинжала оно принимало с заметной задержкой. Мартин убедился, что движение эксплитии управляется его мысленными усилиями и направил ее на сервитора.

Мир, видимый через око Тенебрис тускнел, яркий желтый свет превращался в сероватый. Некоторое время Мартин приближал и отдалял эксплитию. Это ни к чему не приводило, мир внутри оставался все таким же нечетким, как в старом телевизоре. Он сменил тактику и представил, как его взгляд проникает внутрь эксплитии. Почти сразу же сознание начало покидать тело, он ощутил, как туловище и конечности становятся маленькими и чужими, а внутри ока проступили невидимые раньше детали. Вокруг Оззи он увидел тоненькую черно-зеленую ленту его ауры. Она опутывала позвоночник и уходила внутрь сервитум Тенебрис, которая словно полупрозрачная корона дрожала над его макушкой. Смеющийся демон на лбу стал объемнее, он вроде как ожил, скалил клыки и дергался в безумном танце. Лента ауры вокруг него расползалась на мешанину тонких черных линий, похожих на хаотическую паутину или переплетение трещин. Мартин вгляделся в них повнимательнее, и с удивлением обнаружил, что его мозг вычленяет в этой мешанине искаженные латинские буквы. Их порядок и сочетание не соответствовало ни одному нормальному языку, но Мартин все равно понимал их смысл. Надпись означала «Темный раб, Оззи».

Он покрутил око еще немного. Направив на фонарь, он обнаружил, что яркий свет, хоть и сереет, но все равно «засвечивает» картинку внутри, не давая разглядеть детали. Единственное, что осталось четко видимым, это псионное течение из аккумулятора в рукоятке во внутреннюю полость шара, где оно распадалось на отдельные искры, заставляющие субстанцию в шаре испускать свет. Направив эксплитию на окно, запечатанное ставнями, он понял, что видит улицу сквозь непрозрачные предметы. Точнее не совсем улицу, а только вихри и течения растворенного в воздухе варпа. Его вихри, обтекая предметы, давали возможность воспринимать силуэты сквозь ставни и стены. Мартин видел размытые очертания особняка на противоположной стороне улицы, и части кузовов или капотов разбитых машин. Варп выхватывал куски улицы из небытия и скрывал снова, повинуясь своей текуче-хаотической природе.

А вот псионику снаружи он едва видел. Разряды и течения были совсем бледные, причем их цвет был гораздо темнее, чем у течения внутри фонарика. Переключая магическое зрение на псионику снаружи, он переставал видеть разряды внутри фонарика. Довольно быстро Мартин обнаружил, что яркость наружной псионики ослабляется частой многослойной сеткой в стенах здания. Эту сетку становилось видно во время особо ярких псионных вспышек на улице. Сосредоточившись на ней, он увидел совсем светлое псионное поле, сосредоточенное во внешнем слое сетки.

- Ну как удалось закрыть эксплитию? – раздался над ухом знакомый скрипучий голос, сразу вернувший сознание в бренное тело.

Мартин потер лоб в области над бровями. После экспериментов с темными видениями там образовался хорошо знакомый комок боли.

- Пока нет… Оказывается у ока Тенебрис много возможностей.

- Это твое магическое зрение, я же говорил. На первых кругах, ты без нее, как человек без глаз. Одна из самых простых эксплитий, но по количеству вариаций и возможностей ей нет равных.

Мартин подвесил око прямо перед собой и начал отслеживать тонкую красно-черную нить, текущую из кинжала в рисунок заклятия. Всматриваясь в нее, он довольно быстро увидел структуру течений мистериума. Они завивались тоненькой спиралью вокруг всех линий искривленного глаза и гексаграммы. Мартин осознал еще одну неприятную вещь, изучая структуру мистериума, он почти «потерял» картинку внутри ока. Похоже, его магическое восприятие работало как однозадачная система, сосредоточившись на чем-то одном, теряло из виду все остальное. А переключение требовало времени и серьезной концентрации.

Он попытался мысленным усилием замкнуть нить внутри рисунка. Его попытки привели лишь к тому, что нить оборвалась и мистериум начал «выливаться» из эксплитии. Рисунок сразу задрожал и побледнел. Восстановить поток удалось только с помощью кинжала. С его же помощью удалось замкнуть поток, он работал словно чернильная ручка, но пишущая мистериумом. Достаточно было нарисовать замкнутую линию, а потом развернуть кинжал острием вверх. Закрытую эксплитию Мартин отправил в дальний угол комнаты, где она истаивала еще несколько минут.

- Удалось или нет? – нетерпеливо проскрипел Оззи.

- А ты не видишь моих манипуляций?

- Вижу немного, но никаких деталей не разобрать. Я сейчас по возможностям чуть лучше обычного крестьянина. Я что-то вижу только благодаря родству с темными силами… Ну и благодаря невероятной чистоте твоих эксплитий, что есть то есть…

- Я закрыл эксплитию с помощью кинжала, а без него не получалось. Можно как-то обойтись без этих костылей?

- Можно, но сложно. Поверь мне, начинающие магосы всегда ходят обвешанные магическими костылями с ног до головы.

- А вдруг я потеряю кинжал?

- Такую вещь терять не стоит. Это не просто левый артефакт, это твое личное оружие. Никогда с ним не расставайся. Найди цепочку и повесь на шею, или еще что-нибудь придумай.

- Ладно, потом займусь. Спать охота…

Мартин зевнул во весь рот, демонстрируя отражению увеличившиеся клыки. Эксперимент с темным зеркалом он, тем не менее, решил не откладывать. Он уселся на пол, прогнал из сознания усталость и постарался достичь максимальной концентрации. Око Тенебрис вокруг зеркала он визуализировал долго и тщательно, не обращая внимания на появившуюся головную боль. Оправа зеркала заметно потемнела после того, как эксплития заработала. А само полотно стало напоминать идеальную ровную гладь темной воды. Колдовской мир проступал в нем ясно и четко, сознание само рвалось из тела, стоило сфокусировать взгляд на зеркале. Мартин даже специально ослабил концентрацию.

Его зеркальный двойник немного пугал, он вроде не занимался никакой самодеятельностью, но было что-то чужое в его вертикальных черных зрачках, что тянуло сознание к себе. Его голова была абсолютно лысой, с короткими рожками на лбу, уши заостренными, когти на пальцах черными и гладкими, а клыки бритвенно-острыми и загнутыми внутрь пасти. Аура в виде узкого черного кольца, охватывала левую руку, как браслет. Из кольца по всему телу струились хаотические трещины, концентрируясь вокруг глаз, когтей, рогов и на правом предплечье. На предплечье они вроде бы начинали собираться в безумную надпись, но сразу же распадались на клубок змеящихся нитей. Мартин не мог их прочитать.

- Вот чума! – рядом с бледным демоном радостно плясал демонический череп, выпуская голубоватые огоньки из сопел. – Я тоже вижу пакс Тенебрис! Ты можешь прочитать свое истинное имя? Давай, ты разве не хочешь узнать кто ты такой на самом деле?

- Хочу! Но прочитать не могу.

- Правильно, она же зеркальная. Попробуй создать второе темное зеркало.

- Второе зеркало…

Вместо этого Мартин попробовал визуализировать, как будет выглядеть отраженный клубок черных нитей на предплечье. Едва его эйдетическая визуальная память заработала, клубок сам перевернулся в зеркале. Из его хаоса проступили искаженные латинские буквы. Теперь Мартин видел буквы, но смысл продолжал ускользать, словно он пытался вспомнить давно забытые слова другого языка. Понимание пришло внезапно, как удар колокола, как поезд, с воем вылетающий из зимней пурги. После каждого слова его сознание на мгновение проваливалось в бездну и возникало вновь. А слово черным пламенем выжигалось в памяти и личности, превращая в другое существо.

Охрипшим голосом Мартин прочитал:

- Демоноид первого круга. Мортаррис Варлог Вультар. Чистая линия Вультар, истинный каллидус Тенебрис. Наследие Вультар: память каллидуса, усиление темных видений, темпоральные сны, темная тропа.

Мартин отвернулся от зеркала и схватился за гудящую голову.

- Вультар… теперь понятно…

- Что понятно? – прохрипел Мартин.

- Понятно, откуда у тебя такие таланты к темной магии.

- Таланты? Че-то так себе таланты. Где метеоритный дождь, где вызов нежити на худой конец? С такими талантами меня каждая встречная сколопендра шугает.

- Так себе! – искренне возмутился Оззи. – Память каллидуса! Благодаря ей ты творишь чистейшие эксплитии на уровне высших магосов. То, за что другие платят десятками лет иссушающих тренировок и реками пролитой крови. Да я бы за такое легко отдал один глаз… или яйцо, когда они у меня были.

- Кто такой каллидус?

- Чернокнижник на лингва Тенебрис.

- А кто такие Вультар?

- Кто такие Вультар? Я тебе расскажу кто такие Вультар! – торжественно заскрипел сервитор. - Я бывший темный жнец Озмунд Бальтазар! Я сотни лет водил за нос инквизицию, я совращал разум рыцарей Астартес, я насылал чуму и погибель на целые города…

- Слушай, Оззи, мне итак будто молотом по башке настучали. Ты не мог бы пропускать эту часть с дифирамбами самому себе и сразу отвечать на вопрос?

- Как угодно, хозяин. Вультар – легендарная древняя линия чернокнижников, с особой способностью запоминать и визуализировать инсигнии и эксплитии. Или создавать новые. Библиотеки каллидусов – это святая святых ордо Тенебрис. Можно сказать, они эталонные чернокнижники, прочие магосы могут лишь завидовать и мечтать когда-нибудь приблизиться к их уровню.

- Звучит, как порода эталонных темных ботаносов.

- Ты, конечно, можешь сколько угодно оскорблять и унижать жалкого раба, вроде меня. Но к своему древнему роду советую проявлять почтительность.

- И где сейчас мои великие древние родственники? С ними можно как-то законтачить?

- Твой великий предок Мортем Вультар был ближайший соратником архипредателя. По господствующей Имперской легенде именно он толкнул любимого сына Императора на путь тьмы. Благодаря ему святой Корнелиус, голос Императора, несущий люмен Империум погрязшим в ереси, превратился в Коруса, ужасающего рыцаря тьмы.

- А если не по Имперской легенде?

- Точно никто не знает. Все, что противоречит Имперской легенде беспощадно выжигается. Не факт, что Вультары толкнули Коруса на предательство, скорее он сам искал союза с чернокнижниками. Но я точно знаю, что в битве за Терру Вультары не участвовали. Хотя по Имперской легенде их род был сломлен именно там. Опять же спасибо твоему великому предку Мортему Вультару, что сейчас человечество поклоняется ордо Империум, а не ордо Тенебрис. Уж не знаю, почему он не поддержал Коруса когда им оставался один шаг до победы. Наверняка, только это спасло его святейшую задницу от полного экстерминатуса, а вовсе не великая доблесть рыцарей Астартес и несокрушимая воля повелителя человечества и все такое в этом духе, что накарябано в Хисторика Империум.

- То есть Вультары не участвовали в битве, значит выжили?

- Не уверен. Инквизиция преследовала магосов Вультар с неиссякаемым рвением, множество процветающих ордосов были уничтожены при одном подозрении, что там скрываются Вультары.

- И что всех уничтожили?

- Официально да. По крайней мере, никто не слышал о них много тысяч лет.

- Очень, блин жаль. Что с того, что мои предки были могущественны и ужасны. Я-то жалкий демоноид первого круга и бегаю, роняя кал, от какой-то разлагающейся сколопендры.

- Будь достоин своего наследия! Знаешь, как переводится твое истинное имя с лингва Тенебрис?

- Оно как-то переводится?

- Конечно, в лингва Тенебрис вообще много скрытых смыслов. В любом отрывке, как правило, скрыто несколько толкований. А уж тем более в истинном имени.

- И какое же у него толкование?

- Мортаррис Варлог Вультар – слово смерти, слово ужаса, слово войны. Эх, хозяин, встретились бы мы лет десять назад, когда ордо Инквизитар еще не сели на хвост. Когда мой ковен рос и процветал. Этот весь из себя святейший, охреневший Империум дрогнул бы под нашей пятой.

- И ты прям бескорыстно бы пригрел неприкаянного демоноида, наставил на путь тьмы, обучил и защитил?

- Ну не прям бескорыстно, связал бы парочкой жутких клятв. Сам понимаешь, у вселенной должен быть один темный владыка.

- Вот непруха какая, не свезло кому-то стать темным Императором.

- О, магна Тенебрис, почему ты так не справедлива к верному слуге своему! Но нет, я не жалуюсь и не стенаю, - заскрипел Оззи, постепенно переходя на все более пафосный тон. – На все воля ордо Тенебрис. Я сделаю из тебя великого магоса даже так! Наш путь начинается сегодня. Тяжелый путь, полный страданий и лишений, но мир еще дрогнет под нашей пятой! Номинем Тенебрис!

Мартин криво ухмыльнулся, глядя на пляшущего в голубых огоньках сервитора с безумными желтыми глазами.

- Не стану тебя разубеждать…

- И не надо. Ты наследник линии Вультар, этим все сказано!

- Слушай, а насчет моего легендарного предка Мортема Вультара: какое у него было полное имя? У меня же три имени.

- Не помню, оно очень редко упоминалось. Все-таки полное имя великого демон-хоста ордо Тенебрис ордо Танос, всуе произносить не следует, даже если он давно мертв. Майнар, Мардгар… не помню. Я один раз его видел на древних скрижалях.

- Майгар? Мортем Майгар Вультар?

- Да, точно… А ты откуда знаешь? – череп так удивился, что завис на месте, как вкопанный.

- Догадался. Я ж его потомок. А как правильно толковать его истинное имя?

- Не уверен… Майгар немного странное сочетание, может быть какой-то древний диалект лингва Тенебрис. Мортем Майгар я бы перевел, как великий страж смерти. Магна гард. Хотя правильнее по смыслу великий гвардеец смерти, магна преториум. И правильное имя лингва Тенебрис должно быть что-то вроде Мортем Магриум. Непонятные у вас Вультаров имена. И Варлог не совсем правильное имя, слово войны – это логос варг, я бы сказал что правильный порядок – Логар или Логвар.

- Есть еще какие-то толкования?

- Возможно, но я их не вижу. Мое чувство лингва Тенебрис сильно пострадало после переработки.

- Ну, слово смерти, слово ужаса, слово войны – нормальное имечко. Чтоб все сразу поняли, с кем связались. Мне нравится, короче. Но вот что, Оззи, ордо Тенебрис: не вздумай разболтать кому-то о том, что увидел в темном зеркале.

- Слушаю и повинуюсь хозяин. Я не идиот, пока на твое имя слетятся только стервятники ордо Инквизитар, а не верные знамена проклятых легионов.

- Эх, мне бы проклятый легиончик не помешал! – тяжело вздохнул Мартин.

Он выключил фонарь. Красноватый свет из щелей в ставнях уже не пробивался. На улице явно наступила ночь. Изредка слышались жутковатые завывания, недобрый шелест и далекие грозовые раскаты. Мартин отправился во флигель, его товарищи давно спали, только Миха метался и стонал. Он оставил сервитора на стреме и тоже провалился в сон.

Глава 7.

Истошный крик ребенка, даже не крик а жуткий вой, от него лопаются барабанные перепонки. Куда меня тащат? Руки, кажется женские руки, которые тянутся ко мне, хватают за одежду. Но их сбрасывают другие руки, множество рук, они тянут женщину в противоположную сторону.

Мартин бредет по колено в воде. Вокруг горят дома, множество трупов и кусков трупов везде, оторванные ноги, головы. Где-то истошно орут, стреляют, слышится треск и звон энергомечей. Тысячи и тысячи тел вокруг. Мартин понимает, что бредет по колено в текущей крови. Он очень устал, надо лечь поспать. Мартин заходит в один из домов, там тоже везде кровь, но есть кровать, которая выступает из красной жижи. Мартин забирается на нее и сладко засыпает.

Он слышит песню, прекрасную, но немного грустную. Мама поет ее своему ангелочку. Жаль, что отдельных слов не разобрать, но смысл почему-то понятен. Что-то про терновый куст, который каждую весну расцветает алыми бутонами. А в конце лета из бутонов зреют сладкие плоды. Каждый год дети и влюбленные приходят к этому кусту, любуются цветами и потом едят сладкие плоды. Но вот в деревне поселился новый человек, гордый и властный. Он захотел в жены прекрасную девушку, и чтобы завоевать ее сердце, оборвал все цветы на терновом кусте и принес ей. Она отвергла его мертвый дар, а на терновом кусте с тех самых пор растут одни колючки, а плоды зреют глубоко внутри, где никто не сможет их достать. «Какая красивая песня» - думает Мартин. Он открывает глаза, чтобы увидеть, кто ее поет.

Над ним стоит мачеха с занесенным ножом. «Ты – отродье тьмы, мерзкий демон - говорит она. – Давно надо было это сделать». «Я не демон! – кричит Мартин». Он пытается встать с кровати, но тело не слушается, он парализован и может лишь смотреть, как нож опускается на грудь. Руку с ножом перехватает другая рука, мускулистая с острыми черными когтями. Это отец, но его фигура и лицо скрыты в тенях. Отец вкладывает нож в ладонь Мартину. Раздается его звенящий голос: «В начале любого ордо было слово. И это слово – твое! Имя тебе Вультар»! Мартин поднимается с кровати, держа в руках нож. «Я не демон, папа. Я Марти, ты что забыл, я твой сын»? «Магна Тенебрис ничего не забывает: имя тебе Вультар»! «Я не Вультар! – кричит Мартин. – Я Марти, Мартин Вазарян»!

Мартин проснулся от собственного крика. Сердце бешено колотилось в груди. Вокруг непроницаемая темень. На соседней тахте сопели Рус и Кира. Мельта-печка давно догорела и в комнате стало прохладно. Мартин с руганью выбрался из раскладушки и на ощупь поискал фонарик. Тут же подлетел сервитор, немного разогнав темноту своими светящимися глазами.

- Как спалось, хозяин?

- Хреново, жесть какая-то снится все время. Демон я или не демон, вот в чем вопрос?

- Демоноид и будущий великий магос, - с готовностью пояснил Оззи. Он, кажется, пребывал в отличном настроении, если у сервиторов есть «настроение».

Мартин посветил фонариком на механические настенные часы, которые Рус завел перед сном. Они показывали восемь часов, хотя это мало что значило, ведь время Рус выставлял от балды. Без дополнительного освещения можно было разглядеть едва заметную сиреневую полоску между створками ставен. Значит снаружи рассвет, если это тоже можно назвать «рассветом». Мартин решил, что время близко к истине. Он затопил печку и начал будить остальных.

Кира просыпаться не желала. Сначала она отпихивалась, а потом начала бурчать:

- Мамочка, я не пойду сегодня в школу, ладно… Я заболела.

- Кира, да вставай уже! Мы не дома!

Кира резко села на постели, хлопая глазами.

- Ой, мы не дома… я и забыла.

Ее глаза сразу стали влажными, она явно пыталась сдержаться, но ручейки слез побежали по щекам.

- Ладно, Кир, чего ты? Все будет хорошо, мы нашли убежище, тут еды полно…

- Ничего, все нормально-о-о…

Кира окончательно разревелась и уткнулась лицом в подушку. Мартин вздохнул и начал трясти Руслана. Тот, конечно, после пробуждения не рыдал, но ни капли человеколюбия, или точнее демонолюбия, в его взгляде не наблюдалось. Хуже всего пробудился Миха. Точнее вообще не пробудился, а на все попытки коммуникации реагировал бессвязным лепетом. Его лоб был горячим, это чувствовалось, стоило лишь поднести руку, даже не прикасаясь. При попытке отодрать засохшую повязку он тяжело стонал. Только отмочив повязку в настойке цикуты, удалось ее снять. Вид открылся кошмарный. Для начала в воздухе разлился мощный гнилостный запах. Мартину даже показалось, что запах скорее трупный. Рука сильно распухла, а вокруг ран почернела. Внутри ран образовалась мерзкая серая субстанция, не похожая на обычный гной. К месту осмотра подлетел сервитор.

- Нургал, - сразу резюмировал он. – Рубите руку, иначе ему хана.

- Тебя никто не спрашивает, костяшка!

- Рус, он ведь прав. Это очень плохо выглядит.

- Я вижу, что плохо! Рубить кто будет? Ты может доктор, умеешь ампутировать конечности?

- Нет, но могу я. Напоим его маковой эссенцией и перерубим энергокинжалом. Он камень пилит спокойно. Руку сунем в голубой формалин.

- И она заживет?

- Не знаю …

- Вот именно, что не знаешь. И что он будет делать без руки в этой апокалиптической жопе?!

- Придется о нем заботиться. Какие есть варианты? Вылечить ему руку мы точно не сможем.

- Надо найти доктора.

- Хорошо, хочешь, я пойду на разведку. Попробую найти каких-нибудь выживших.

- Хозяин, - сразу же влез Оззи. – Я дико извиняюсь, но…

- Оззи, помолчи! Ну что, Рус, я готов идти?

- Блять! Если ты не вернешься, наступит полная, окончательная жопа.

- Я вернусь. У меня есть темная тропа, смогу убежать, если что.

- Думаешь здесь есть выжившие?

- Кто-то же разграбил все дома в округе.

- Я даже не за тебя беспокоюсь, а за Киру и Миху. Ты и твоя черепушка, хоть что-то понимаете в окружающем пиздеце. Если ты не вернешься, я вообще не знаю че дальше делать.

- Я вернусь, Рус.

- Хозяин…

- Да, заткнись, Оззи! – рявкнул Мартин.

- Ладно иди, только осторожнее. Не найдешь никого за сегодня, значит придется ампутировать как сумеем.

Мартин снял с шеи брошь в виде паука и передал Руслану.

- Это ключ от входа в башню, там такая плита откатывается на рельсах. Наверное, и от внешних ворот он подойдет, но на стенах дома псионная защита, не знаю, сработает ли она, если выходить через ворота. В общем, выходить пока не стоит. В башне есть оружие, огнестрельное и псионное. Оззи говорит, что им нельзя пользоваться в тени варпа, но в доме, думаю можно, он хорошо экранирован. Я тебе покажу, как пользоваться болтером. Только это… в башне в спальню на верхнем этаже не заходи.… Там засрано все, я сам приберусь потом.

- Хозяин!

- Ну чего, Оззи?

- Держите его руку в голубом формалине. Цикута уже не поможет, а формалин замедлит заразу Нургал. Рука, правда, может окончательно отмерзнуть, но что поделаешь.

- Ладно, формалин, так формалин, - согласился Рус.

Они умылись водой из бочек, которые натаскал Руслан из подвала, и позавтракали разогретой тушенкой и кашей. Вода отдавала сильным запахом какой-то химии, но для бытовых нужд вполне годилась. Во флигеле был и сортир, вполне современного типа с монументальным латунным унитазом и бачком, или скорее бочкой, стоящей на кирпичном постаменте. Канализация, как ни странно работала. Мартин понадеялся, что она не соединена с городской.

Сборы заняли немало времени: фонарь, темный кинжал на шею, бумажная карта Лондиниума, болтер, к нему чехол, накидка, маскирующая псионную вспышку, защитные очки из толстых желтоватых спекул, несколько магазинов с бронебойными и экспансивными болтами, элериевые кристаллы, энергокинжал, ручное зеркало для ока Тенебрис, карманные часы на цепочке, небольшой запас еды и медикаментов, канистра с мельтой для Оззи, ботинки с металлическими набойками, найденные в хранилище башни, длинная, почти до колен, но очень легкая кольчуга из титаниума с капюшоном, войлочная шапка под него, наручи и поножи из материала похожего на черное дерево флигеля, плащ с капюшоном из плотной шершавой шкуры варп-ската, который хорошо изолировал от псионики, перчатки, бахилы и штаны из нее же, а также респиратор с круглыми дыхательным фильтрами на две стороны. Оззи сообщил, что респиратор не нужен, это нормальные люди превращаются в дамнаров, если дышат испарениями варпа, а демоноиды уже итак создания варпа. Но Мартин решил, что респиратор лишним не будет. Поиск и упаковка всего этого добра отняла пару часов минимум. В итоге рюкзак, типа «вещмешок», получился ощутимо тяжелый, больше десяти килограмм. Его неудобные лямки давили на плечи и вообще отравляли жизнь начинающему сталкеру.

- До псионных болтеров вы додумались, а до жесткой спинки и поясного ремня нет? – начал ворчать Мартин, пытаясь поудобнее расположить угловатый комок на спине.

- До чего? – удивился Оззи.

- Рюкзак отстойный.

- Обычный армейский рюкзак.

- Если выберемся отсюда, у меня есть отличная идея, как разбогатеть в вашем мире: буду поставлять Имперской армии рюкзаки.

- Не смеши, хозяин. В армейских поставках такие ушлые ребята, они высшего лорда Терры в два счета нахлобучат и без штанов оставят. Не то, что нас.

- Значит придется искать другие варианты.

Когда Мартин начал колдовать темную тропу на выход, часы показывали далеко за одиннадцать. Чуть раньше у него состоялась бурная дискуссия с Оззи по поводу направления поисков. Ну как дискуссия, Мартин пытался добиться от сервитора внятных рекомендаций по поиску наиболее вероятных мест, где могут скрываться выжившие, а сервитор лишь насмешливо скрипел и с разной степенью остроумия пытался шутить насчет реальной вероятности найти хоть кого-то отдаленно напоминающего человека. К счастью, доапокалиптический Лондиниум Оззи знал весьма неплохо и мог служить отличным, хоть и сварливым дополнением к карте. Забравшись на последний этаж башни и открыв ставни, Мартину удалось примерно очертить границы пузыря в котором они очутились. Получалось, что диаметр пузыря был около десяти километров и он захватывал восточную половину города. Особняк Хуго располагался где-то в северной части пузыря. Километровый свод варпа начинался, судя по ориентирам, где-то в километре на север, там богатейшая улица города Вита Палантина переходила в холмы. Больница, оккупированная Таразулом, была примерно на юге, за инсулами. Мартин прикинул, что лучше сначала спуститься по Вита Палантина на юг до реки, а затем пройтись вдоль нее мимо собора и торговых районов до западной стороны пузыря, где начинались мануфактории. Углубляться на юг в инсулы он боялся из-за Таразула.

Стороны света на карте были обозначены стрелочками с надписью «Орд» и направлены вполне привычным способом, то есть Запад слева, Восток справа. Но вот попытка сопоставить юг с положением багрового шара над пузырем варпа, заставила Мартина вновь чесать репу из-за местных особенностей. Озии недоуменно пояснил, что мировой юг и юг Ордоса – это совсем разные вещи. По их взаимному отклонению можно разве что определить сектор ордоса. Но для ориентации в Лондиниуме им это не нужно. На попытку обрисовать концепцию компаса, Оззи снова начала насмехаться над пробелами Мартина в элементарных школьных знаниях. Сейчас такое устройство могло разве что показать направление на ближайший варп-шторм, или циклон ну уж никак не на мировой юг или север. В некоторых ордосах оно, конечно, могло показать местный север-юг, например, в зоне сильного Империума. Но в сильном Империуме это нафик никому не уперлось. Этими разъяснениями сервитор окончательно поставил Мартина в тупик. Он плюнул и взял себе на заметку, в ближайшее время разобраться в местной навигации.

По темной тропе, они вышли в тот же разграбленный особняк по соседству, где на люстре болтались два скелета. Оттуда Мартин двинулся вниз по Вита Палантине, держа направление на хорошо видимый отовсюду громадный собор. Было довольно прохладно, периодически задувал промозглый ветер, а сверху накрапывал дождик. Капли дождя, скатывающиеся по плащу, вели себя довольно странно. Они сначала собирались в приличную лужицу на почти вертикальной шершавой поверхности, а потом резко скатывались вниз всей массой. Отдельные капли, если рядом с ними не было других, съезжали совсем неохотно, а иногда кажется даже пробирались наверх. При этом они принимали на поверхности почти шарообразную форму, а не растекались по ней. На печатке можно было легко удержать довольно крупные сантиметровые шарики, они стряхивались только резким движением. Мартин поглубже втянул окружающий воздух, во рту появился отчетливый кисловатый вкус и запах, напоминающий запах моря: разлагающихся водорослей и соли.

- Это варп, - пояснил Оззи, наблюдая за эксперименты хозяина с каплями. – Ты явно никогда не видел варпа… Плохой, кстати, признак, если в пузыре капает варп, недолго ему осталось.

Не смотря ни на что, в первые же минуты прогулки, настроение у Мартина заметно поднялось. Ветер странствий, хоть и был холодным, с кисловатым привкусом варпа, а иногда и тухлятины, бередил чувства и манил вперед в неизведанные дали. Но про осторожность он не забывал и шел аккуратно вдоль домов или деревьев, максимально обострив свое чудесное восприятие и проверяя оком Тенебрис все подозрительные места. После десяти минут подобных перебежек, Оззи вопреки здравому смыслу вылетел на середину дороги и насмешливо заскрипел:

- Ау, медикус! Ты где прячешься? Выходи!

По улице ветер гнал обрывки мусора, освещенные вспышками исполинских шаровых молний над пузырем.

- Не смешно, Оззи.

- Я тоже так думаю. Вот куда мы поперлись? Сожрут нас ни за хрен собачий!

- Не сожрут, у меня есть темная тропа.

- Ой, темная тропа. Тут такие твари из варпа могут выползти, похуже гниющей сколопендры.

- Я великий магос Вультар, понял!

- Понял… Раз такое дело, идти нам все равно похрену в какую сторону. Давай заглянем в одно местечко?

- В какое?

- В особнячок один, точнее даже башенку. Там за рекой, рядом с собором. От реки с полкилометра не больше.

- И чего там интересного?

- В этой башенке обитал некто Риккард Дакау. Неофициально конечно, официально это была старая водонапорная башня железной дороги.

- Там есть железная дорога?

- Да, эта тупиковая ветка для снабжения Собора. Основная станция гораздо дальше за больницей, в западной части города.

- Железная дорога для снабжения Собора? Он, конечно, огромный, но не до такой же степени.

- До такой, до такой. Доблестная экклезиархия жрет ресурсы похлеще, чем воюющая дивизия.

- А кто такой Риккард Дакау?

Оззи немного помялся с ответом.

- Лорд-инквизитор Риккард Дакау выследил темного жреца Озмунда Бальтазара, предал его конклаву и в его же составе осудил на переработку.

- Думаешь, он тоже там прячется, как этот Хуго?

- Надеюсь, что нет, это тебе не сумасшедший старикашка. Лорд-инквизитор нас прихлопнет как нехрен делать. Но может чего интересное найдем. В цитадели Инквизиции точно ничего нет, они обязаны были все вывезти или сжечь, а вот в его доме может что и осталось.

- Логичнее предположить, что он тоже все вывез и сжег.

- Ты уж поверь мне, долго пришлось общаться с этим ублюдком. Он наверняка припрятал что-нибудь интересное.

Мартин окинул взглядом окружающий пейзаж. Элитный район закончился, впереди был только парк из скрюченных останков деревьев, спускающийся к реке. В пределах видимости не наблюдалось не то, что людей, а вообще какой-либо жизни.

- Ладно, зайдем в гости к твоему инквизитору.

С переходом через реку возникли некоторые проблемы. Хоть она и перестала быть собственно рекой, а превратилась в болото, шириной метров двадцать-тридцать, серьезным препятствием она быть не перестала. Топкий илистый берег, на первом же шаге засосал ногу почти по колено. Мартин с трудом ее выдрал, и потом долго счищал тяжелые комья глины. Пришлось отправиться на поиски моста. К счастью, арочных мостов через реку хватало. Ближайший начал заметно разрушаться и, примерно в середине, был завален останками машин, карет и тягловых животин. При ближайшем рассмотрении нашлась и пара человеческих останков. Похоже, здесь произошло массовое ДТП, после которого весь транспорт был брошен.

После реки начались районы попроще. Дома превратились в бетонные глыбы с дворами-колодцами. Пока на них встречались элементы архитектуры в виде балкончиков, готических статуй или портиков, а высота не превышала десятка этажей. И улицы были шириной хотя бы в две полосы с узкими тротуарами. Но чем дальше, тем становилось мрачнее. Громадина собора, попирающая все клочки открытого пространства, ощутимо давила на психику.

Внезапно с верхнего этажа раздалось царапанье и тихое урчание. Мартин мгновенно прижался к стенке. Урчание повторилось, он, согнувшись, отступил назад и нырнул в ближайшую арку. Пришлось пробираться через внутренние дворы. В них было темно, сыро, да еще они соединялись совершенно хаотичным образом, так что пришлось возвращаться из тупика. Провалы окон, нависшие над заплутавшим странником, выглядели более чем угрожающе. Казалось, что спину постоянно сверлит чей-то голодный взгляд. Оставалось только надеяться, что обреченные на проживание здесь граждане Империума, успели свалить до катастрофы. Не хотелось встречаться с тем, во что они могли превратиться. В арках было еще хуже: мусор, омерзительного вида плесень и лужи слизи. Скрипы, стоны и шелест причудливым образом разносились по гектакомбам здания и заставляли нервно оглядываться и без толку взводить болтер. Оззи тоже заметно притих и больше не пытался шутить насчет инертности окружающего пейзажа. Жизнь или нежизнь, но некое враждебное существование здесь явно присутствовало.

Добравшись до железной дороги, Мартин вздохнул с облегчением. Двигаясь между насыпью и ограждением, он чувствовал себя немного спокойнее, будучи скрыт от наблюдения из ближайших окон. Водонапорная башня оказалось совсем невзрачным кирпичным обрубком, высотой едва ли в пять этажей. Внутри она была полностью разгромлена, под ногами хрустела кирпичная крошка и стекло. Подниматься по винтовой лестнице до бака Мартин даже не стал. Он вопросительно взглянул на сервитора.

- Ищи вход в подвал, - ответил Оззи.

- Ты уверен? Откуда ты вообще знаешь, что здесь логово инквизитора?

- Знаю… - сервитор вдруг начал дрожать и стучать зубами, справиться с этим тремором он смог лишь через несколько секунд. – Меня держали здесь долго… и даже вывозили несколько раз. Я уверен, что правильно определил место.

Мартин смерил сервитора еще одним долгим взглядом. Хоть и было очень интересно, что обрубок великого магоса чувствует, вспоминая о драматичных моментах прошлой жизни, и как в принципе устроена его память, он решил не форсировать расспросы. Спуск в подвал действительно нашелся. К цилиндрическому стволу башни снаружи прилепилась небольшая пристройка, похожая на хозяйственную подсобку. А в ней под слоем грязи и досок обнаружился откидывающийся стальной люк. На проушинах под замки были явственно видны следы грубого взлома, видимо вначале методом перепиливания, а потом, когда терпение кончилось, в ход пошли ломы и кувалды. Немного попинав мусор вокруг, Мартин нашел один из сбитых навесных замков.

В подвал вела крутая лестница, к тому же делающая закрытый поворот. Мартин сначала сканировал пролеты оком Тенебрис, а потом уже светил фонариком. Он еще раз убедился, что через око можно увидеть только то, что находится в поле его зрения, смотреть на закрытые предметы нельзя, если там нет испарений варпа. Всего два пролета, и он оказался в каменном тамбуре, всю противоположную стену которого занимала монументальная гранитная плита, которая поднималась в паз на потолке. Она и была слегка приподнята, от падения ее удерживали стопки кирпичей. В образовавшуюся щель как раз мог пролезть человек. Вот только лезть между хрен знает сколько весящей плитой и каменным полом, желания не возникло. Мартин использовал для этой цели сервитора, аккуратно просунув его внутрь вместе с фонариком. Тот особо не возражал.

- Ну что там?

- Еще один тамбур, - проскрипел Оззи. – А дальше еще одна такая же плита. В тамбуре два хорошо прожаренных мертвяка. Псионная защита похоже… Вытаскивай меня взад!

Мартин за позвоночник вытащил сервитора обратно. Фонарик Оззи держал в зубах.

- На сегодня исследования окончены? – спросил Мартин.

- Нет, - сервитор снова вздрогнул. – Я расскажу, как выглядит кабинет Риккарда, а ты проложишь туда темную тропу.

- Ну рассказывай.

- Сейчас… дай собраться с мыслями.

Едва прикрыв глаза створками, сервитор задергался, будто уж на сковородке. Воспоминания доставляли ему физический дискомфорт. Глядя на эти мучения, Мартин решил поинтересоваться:

- Оно тебе сильно надо?

- Надо! – сервитор открыл глаза. Демонический желтый огонь в них почти угас. – Оно нам обоим надо… Его кабинет состоит из двух частей… Одна половина роскошная… В ней большой дубовый стол с резными барельефами, они изображают имперских рыцарей, их триумфы, но, если присмотреться, позади них горят на кострах еретики. Стол покрыт зеленым сукном, он всегда в полумраке, на нем несколько манускриптов в тяжелых обложках из черной кожи. На стене за столом висит огромная инсигния ордо Инквизитар, отлитая из металла и покрытая серебром. Имперский двухголовый орел, одна его половина обычная с молотом в лапе, а другая мертвая, костяная, с серпом…

- Ладно, думаю хватит, - произнес Мартин, но Оззи продолжал скрипеть, воспоминания полностью захватили его.

- Перед столом кресла, обычные удобные кресла. Они без захватов, без шипов, без ничего, даже абиссальных подавителей вокруг нет. Сначала не понимаешь, что происходит, как этот отмороженный ублюдок, решился усадить тебя в простое кресло, без повязки, без кандалов, и сам сел напротив. И несет какую-то чепуху… А я ведь все еще великий магос, да, почти сломленный в цитадели Инквизиции, но все еще могу разорвать жалкого смертного одним усилием воли. Все еще в моей ауре есть мистериум на посмертную эксплитию. Я знаю, что он неприкасаемый, но это его не спасет, моя эксплития сокрушительна, я вкладываю в нее все, что смог сохранить после пыток. А этот ублюдок все понимает, сразу же прекращает свою трескотню и подходит вплотную, стирает платочком пот и кровь, которая выступает из моих ран от нечеловеческого напряжения. И ждет, ждет пока я закончу… а потом… Во второй половине его кабинета… за раздвижными створками… там пыточный биомех эльдариан Нимерис. В каких глубинах бездны он его откопал? Никто не знает… Наверное, остальные ублюдочные инквизиторы тоже не знают. Это клубок механодендритов, созданный высшей магией Танос. Биомех разбирает меня на кусочки, не только тело, но и ауру, и разум. Он склеивает эти кусочки с другими, которые хранятся в его чудовищной памяти. Самые омерзительные куски… теперь во мне нет никакого могущества, никакой воли, все мои победы смешаны с омерзительными видениями…

Оззи уже не контролировал себя, он раскачивался в воздухе, его рассказ начал перемежаться протяжными стонами. Мартин понял, что пора заканчивать.

- Ордо Тенебрис: прекрати немедленно!

Он подскочил к сервитору и со всей силы хлопнул по нему ладонью. Оззи врезался в стену. Некоторое время он ошалело вращал глазами, пока в них не вернулся желтоватый огонек.

- Ты еще здесь? – спросил Мартин.

- Кажется… я все еще в этой машине… я обречен страдать там вечно.

- Магна Тенебрис, Оззи! Хватит думать об этой машине. Все, мы идем дальше! Солнце уже высоко, а мы еще никого не нашли.

Мартин поднялся по лестнице и вышел на улицу. Багровый свет пузыря казался почти успокаивающим. Оззи левитировал над самым ухом и причитал:

- Нет, хозяин, мы должны попасть внутрь!

- Зачем? Чтобы оказаться в этой кошмарной машине?

- Машина не работает сама по себе, ей должен кто-то управлять.

- Все равно нехрен там делать! Ты от одних воспоминаний чуть с катушек не слетел, мне не нужен сумасшедший раб.

- Я держу себя в руках… Мы должны туда попасть! Риккард сломал меня, я все ему рассказал, все, что он хотел и не хотел знать. Он целую вечность расспрашивал меня о темной магии и записывал. Эти записи невероятно ценны.

- Если они ценны, он забрал их с собой.

- Не факт… Инквизитора, даже лорда-Инквизитора тоже могут проверить, и такой манускрипт в личном владении – это ересь без всяких сомнений. Он мог спрятать их здесь, чтобы потом вернуться.

- По мне так шансов крайне мало. Но если ты обещаешь не сходить с ума…

- Обещаю! Нам надо туда попасть!

Мартин огляделся вокруг. Железную дорогу окружали все такие же пустые, безмолвные инсулы. Купол огромного собора освещался всполохами молний. Мартин пожал плечами и визуализировал темную тропу за дверью кирпичной пристройки.

Кабинет был погружен в непроницаемую тьму. Пришлось включить фонарик и, в его желтоватом свете, проступил монументальный дубовый стол и огромный орел на стене. Все было примерно таким, как описывал Оззи, только покрытым слоем пыли. На столе было пусто и в ящиках стола было пусто, удалось обнаружить лишь огрызки карандашей, но ничего похожего даже на клочок бумаги. Мартин повытаскивал все ящики и скептически оглянулся на сервитора, который жался в угол комнаты. Даже ящики с замками не были заперты и свободно вытаскивались, чтобы явить свету фонарика свое пустое нутро.

Вторая половина кабинета скрывалась за раздвижными створками. Мартин как мог изучил их с помощью ока Тенебрис и не обнаружил ровным счетом ничего. Выставив вперед болтер, он откатил одну из створок. Та поддалась после нескольких хороших пинков, и за ней тоже не оказалось ничего, кроме пустого бетонного зала. Видно было, что оборудование из него вывозилось в спешке. На полу осталось несколько веревок, обрывков упаковки, обломков труб и коммуникаций. Стальные кронштейны и анкеры из стен были вырваны с мясом, под ними образовались кучки бетонной крошки. Но абсолютно ничего ценного, даже при самом тщательном осмотре не обнаружилось.

- Тут пусто, Оззи! – крикнул Мартин. – Хватит там гаситься, тут ничего нет.

Из-за створки показался край черепа и осторожно поводил глазом по сторонам.

- Не оправдалась твоя теория.

Мартин специально посветил фонариком во все углы зала. Тот был приличных размеров, не меньше десятка метров вдоль стены и метра четыре в высоту. На потолке тоже болтались обломки металлоконструкций.

- Если уж он смог вывезти огромный биомех, то манускрипты точно забрал.

- Наверное, - согласился Оззи.

Все еще неуверенно, короткими перелетами, он переместился в центр зала.

- Идем обратно?

- Раз уж мы здесь, давай пройдемся и по остальному логову.

- Давай, - согласился Мартин.

Из кабинета они попали в небольшой коридор, который закончился лестницей наверх. Лестницу должна была перекрывать тяжелая дверь, но сейчас она была распахнута настежь. За ней оказалась развилка, с которой начинались несколько коридоров. Побродив по одному из них, Мартин не обнаружил ничего интереснее пустых кабинетов и комнат. Абсолютно везде: в кабинетах, в камерах он находил лишь следы поспешного бегства. Другой коридор было даже лень изучать. Тем более, хоть везде и царило запустение, какое-то странное напряжение висело в воздухе. Сложно сказать, что вызывало беспокойство, неестественная тишина, хотя для подземелья она вроде была вполне естественной, или абсолютно неподвижный воздух, или ощущение похожее на то, которое возникало в инсулах: чувство, что нечто враждебное пялится в спину. Хотя это неприятное ощущение было даже не на уровне чужого взгляда, а скорее на уровне присутствия рядом с чем-то огромным и опасным. Как будто разгуливаешь по логову спящего дракона. В общем, продолжать исследования Мартину расхотелось.

Напоследок он толкнул дверь в какое-то техническое помещение. От переплетения труб и вентилей в нем был свободен только один проход. Мартин посветил по сторонам: тоже ничего особенного, лишь ржавые, мокрые трубы. Он втянул носом воздух… А вот запах был странный: кислый с явной примесью мертвечины или скорее полупереваренной, подтухшей рыбы. И на полу очень неприятные лужи, выпуклые, словно большие пузыри какого-то киселя, почти прозрачные, с едва уловимыми лазурными ниточками, пронизывающими их словно капилляры, а в центре можно было разглядеть тошнотворные бурые комки. Мартин едва не вляпался в кисель, отступил на шаг, уперевшись спиной в трубы, и локтем заехал во что-то мягкое.

- Бля! – выругался он. – Что за дрянь!

От локтя к трубе тянулись волокна мерзкого киселя.

- Что-то мне здесь не нравится, - проскрипел сзади Оззи.

Внезапно откуда-то с потолка раздался тяжелый полустон, полувсхлип. Мартин лихорадочно вскинул болтер, уронив при этом фонарик. Псионное свечение вокруг взведенного болта немного разгоняло темноту: чуть впереди, под потолком, угадывался какой-то темный силуэт. Мартин присел, пытаясь не сводить болтера с подозрительной массы и шаря рукой в поисках фонарика. Было настолько некомфортно, что он даже окрутил регулятор мощности болтера, не беспокоясь о возможности получить разряд. Он почти нащупал ремешок фонаря, но тут масса под потолком зашевелилась и исторгла жуткий, полный ужаса и отчаяния вой.

- Ум-м-м-а-а-а!

От страха Мартин даже сам не понял, как нажал на спуск. Он не надел защитные очки и псионная вспышка на пару секунд ослепила его. Вой сразу прекратился, а сверху обдало отвратно пахнущим дождиком. Полуослепленный Мартин наконец сгреб фонарик, пятно света заметалось по потолку. То, что оно выхватило из тьмы, выглядело даже отвратнее, чем пахло. Под потолком, растянутые между трубами с помощью толстой белой паутины, покачивались останки человека. Точнее половины человека. Верхней половины… Его лицо было невероятно, мертвенно бледным и оплывшим, седые волосы почти вылезли, а одежда расползалась, как и кожа. Под жуткими язвами проступали мышцы и кости. В груди зияла огромная дыра, проделанная экспансивным болтом, сквозь нее были видны бледно-красные, остывающие обломки труб, развороченных осколками болта. А вот от нижней половины человека, остались лишь кости ног и таза, по ним стекали ручейки буроватой, растворившейся плоти.

- Чей-то недоеденный обед, - заскрипел Оззи. – Меня тут слегка забрызгало, хозяин, ты выбирай в следующий раз обычный болт…

Мартин провел перчаткой по лицу, размазав брызги плоти. Кожу ощутимо защипало. А еще хуже было навалившееся ощущение чужого голодного взгляда. Очень тяжелое и явное ощущение, оно не оставляло никаких сомнений в реальности его обладателя.

- Валим отсюда, - прохрипел Мартин.

Встречаться с очередным Таразулом не было никакого желания. Он захлопнул дверь в помещение и вызвал тропу сразу за ней. Тропу, ведущую внутрь водонапорной башни под такой уютный и безопасный багровый свет варпа. К его удивлению темная тропа вывела в кромешную темноту. Ничего не понимая, Мартин сделал несколько шагов и ударился коленкой обо что-то твердое. Он в недоумении шарил лучом фонаря по столу с резными барельефами и аквиле на стене. Он сморгнул, пытаясь удержать перед глазами образ водонапорной башни. Тот на секунду включился и погас, как изображение в сгоревшем мониторе. Луч фонарика, тоже задрожал, стол, кресла, двухголовый орел начали дергаться, их отдельные части искажались, как в кривом зеркале и смещались относительно друг друга. Мартин оглянулся и увидел перед собой раздвоенного Оззи, одного нормально, а другой был скручен в какую-то безумную восьмерку.

«Что происходит? Куда ты бросил темную тропу? Я тоже. Нихрена не понимаю? Что происходит? Хозяин, ты накосячил с тропой? Оззи, ты можешь сказать, что за хрень творится?»

Мартин в отчаянии замотал головой, его собственные слова и ответы сервитора сливались в рандомную какофонию. В ней было ни разобрать, кто, что и кому отвечает, и даже порядок вопросов и ответов был перепутан. Мартин понял, что уперся носом в стену и пытается открыть тропу, хотя только что перед ним была дверь из кабинета.

«Да что это, черт подери? Сосредоточься на тропе, хозяин! Как с этим бороться? Хозяин, ты куда! Вот дерьмо! Как теперь отсюда выйти?»

Каждая произнесенная фраза вызывала целый ворох бестолковых вопросов и ответов. Это было похоже на неуправляемый, лишенный всякой логики поток сознания. Мартин пытался обуздать свои когнитивные способности, но они словно взбесившаяся лошадь, совершали хаотические прыжки из стороны в сторону. Он уже с трудом понимал, где находится и что хочет сделать. Какая-то часть сознания с интересом наблюдала за постепенно нарастающими изменениями в окружающем пространстве. Предметы уже не просто искажались и дергались, их изломы начали приобретать периодическую, повторяющуюся природу. Больше не было ни одной прямой линии или плоской поверхности, они дробились в бесконечно повторяющиеся узоры типа снежинок или разрастающихся ветвей. Вместо плоскости стола Мартин видел теперь ежик шишкообразных наростов. И в этих периодических узорах все еще можно было различить исходную топологию. Это была настолько странная картина, что Мартин залип и забыл, где находится. В узорах начала проявляться новая структура. Тонкая паутина светящихся нитей, которая постепенно опутывала все пространство.

«Как странно… Псионная паутина. Что это? Ты видишь это, Оззи? Что видишь? Похоже на паутину тонких псионных течений? Псионная паутина! Хозяин! Хозяин!»

- Тропу, тропу, куда угодно! Хозяин очнись!

Мартин и не знал, что Оззи может верещать в таких ультразвуковых тонах. Этот пронзительный вопль вернул его разум к реальности. Свет фонарика пульсировал, от его кристалла и кристаллов болтера в пространство расходились ветвистые разряды. Все помещение, сервитор и ноги Мартина были опутаны сеткой псионных течений. Они явственно напоминали паутину. Оззи уже дергался в конвульсиях и нечленораздельно верещал. Мартин чувствовал как его восприятие и сознание буквально разрывает на части. Стоило на миллисекунду ослабить концентрацию, как сознание срывалось в водопад хаотических образов и безумных воплей. Его явно спасала лишь толстенная шкура варп-ската почти непроницаемая для псионики.

«Сделать шаг. Схватить сервитора за позвоночник. Еще шаг. Шаг. К двери, а не столу. Улица. Нет, дом. Дом перед особняком Хуго. Где два скелета болтаются на люстре. Еще шаг. Дом. Какой дом? Представь себе люстру! Люстра с двумя скелетами»! Мартин сжал зубы и застонал от напряжения. Его воля буквально плавилась под враждебным напором паутины. Сил не хватало даже на то, чтобы сделать шаг. А сделав шаг, он забывал, зачем его сделал. От плаща шел легкий дымок, Мартин чувствовал запах паленой шкуры. Он затянул капюшон как можно сильнее, оставив лишь небольшое отверстие, через которое была видна заветная дверь. Буквально в трех шагах. Но сделать эти три шага почти невозможно. Кошмарное существо уже совсем близко, его воля уже настоящий пресс: разламывающий, выжимающий сознание из тела. Мартин чувствовал, что его разум держится в теле на последних ниточках. Он интуитивно попытался обмануть хозяина паутины. Он вызвал в стороне образ кипящей темноты и визуализировал в нем самого себя. Точнее он попытался визуализировать слепок своего сознания. Клубок псионных течений, похожий на тот, что крутился в его голове, которую он уже видел как будто со стороны. Попытка псионного колдовства была интуитивной и явно очень неумелой. Но существо вроде обманулось. Паутина заволновалась и, после некоторых колебаний, потекла в сторону фантома.

К сожалению, Мартину не достало хладнокровия. Вместо того, чтобы ползком пробираться к двери, он едва не завопил от радости и стартанул, как лось в период гона. Псионный фантом лопнул с тихим звоном, а навстречу Мартину прыгнула стена из паутины. По крайней мере, именно такие ощущения он испытал перед тем, как вырубиться: удара в каменную стену. И еще успел подумать: «Ну вот и темная тропа не помогла…»

Вокруг больше нет кабинета инквизитора и подземелья нет. Их очертания, словно стены из тумана, вроде бы есть, но принадлежат не этому миру. А реальна бескрайняя вселенная хаотических течений варпа. В ее глубинах мириады огоньков. Гнусных зеленовато-белых огней Нургал, или фиолетовых тревожных огней магии Тенебрис, или псионных созвездий, от совсем слабеньких, до громадных раздувшихся сверхновых. Один такой псионный шар прямо перед ним. Он опирается на «живую» паутину. Он сам ее источник, из шара рождаются десятки лапок, которые плетут и порождают псионную сеть. Перед полыхающей мощью этого существа, сознание Мартина все равно, что искорка против пожара. Сопротивляться поздно и бесполезно. В центре шара огромный глаз, и в нем, как ни странно, есть что-то неуловимо знакомое… Кажется похожее на око Тенебрис. Вертикальный пронзительно синий зрачок, а вокруг гексаграмма, сплетенная из псионных нитей. Множество гексаграмм, образующих бесконечно сложный фрактал.

Шар быстро перетекает по паутине в направлении его намертво скованного сознания. Вот он уже тянет свои лапки. Они отчетливо напоминают ядовитые щупальца медузы, способные растворить и высосать ауру и разум. Внезапно существо останавливается. Его огромный, безграничный глаз изучает Мартина. А Мартин пытается в ответ постичь его самого. Даже невероятной эйдетической памяти каллидуса не хватает, чтобы запомнить рисунок. Как только восприятие немного углубляется, он видит следующий слой псионных фракталов. И так до бесконечности, все равно, что бежать к горизонту.

Щупальце осторожно касается сознания Мартина. От него возникает целый ворох безумных образов и шепотов. Оно касается истинного имени на правом предплечье и отдергивается назад. Глаз задумчиво раскачивается в паутине, а щупальца пляшут вокруг, не причиняя вреда. Внезапно Мартин понимает, что гул, возникающий от вибраций паутины, складывается в осмысленные звуки. Искаженные, но разобрать их можно.

«Номен демоника! Номен демоника! Номен демоника?» - безостановочно гудит паутина. «Кажется это вопрос?» - думает Мартин и ответ сам возникает в его сознании: «Имя мне Вультар!». Предплечье вспыхивает адским пламенем. Мартин орет, его крик беззвучен в этом мире, его боль осязаема и расходится волнами по паутине, которая жадно впитывает ее.

- А-а-а, сука!! Прекрати! А-а-а…

Мартин ошалело мотал головой, слегка оглушенный собственными воплями. В руке был намертво зажат какой-то предмет. После хорошей встряски неуверенный свет фонарика разогнал темноту вокруг. Рядом нелепо дергался сервитор. Псионная паутина медленно сползала с его позвоночника.

- Оззи! Оззи, ты слышишь меня?

Мартин вновь раздал черепу несколько оплеух.

- Мы что живы? – удивленно проскрипел череп.

- Похоже на то… Какая-то нереальная, просто трансцендентная тварь! Но клянусь магна Тенебрис, она будто узнала меня.

- Узнала?

- Ну, типа признала за своего, или что-то вроде.

- За своего? Ты хоть знаешь, что это было?

- Понятия не имею, если честно.

- Это варп-кракен, но судя по всему не взрослый, а в стадии нимфы, личинка в общем. Не обладает сосредоточенным физическим телом и маломобильна, передвигается лишь в пределах своей паутины. Сведения о них крайне обрывочны, буквально считанные страницы кратких заметок. Я лично понял, что это оно только благодаря паутине. Если взрослые кракены более-менее контролируют свой голод и обладают зачатками разума, некоторые магосы даже умудряются с ними договариваться, то нимфа мало того, что крайне хорошо маскируется, но и жрет абсолютно все до чего дотянется. Если уж кто-то угодил в паутину, то шансов нет, будь он хоть великий темный магос, хоть капитан рыцарей. Тело и ауру превратят в питательную кашицу и с удовольствием высосут. Если повезет и нимфа голодная, то сразу, а если не повезет, то будет сосать годами.

- А он или оно точно не разумное? Мне показалось, что оно способно к некому общению… если это можно так назвать. Или к осознанному взаимодействию.

- Не знаю. Повторюсь, свидетельств о встрече с нимфой кракена крайне мало, а достоверных вообще раз-два и обчелся. Проблема в том, что она обычно обнаруживается, когда исследователь уже вляпался в паутину. И выбраться потом шансов почти нет, а те, кому несказанно повезло не всегда могут адекватно передать свои ощущения…

- А может оно бросить добычу? Например, если попался невкусный темный магос.

- Никогда о таком не слышал. Магосы и псайкеры для кракена вообще самое желанное лакомство. Давай выбираться, хозяин. Уж не знаю, какие невероятные силы тьмы тебя хранят, но не стоит испытывать их терпение.

Мартин задумчиво потоптался на месте. Не сказать, чтобы он совсем не опасался жуткого существа, оккупировавшего чертоги инквизитора. Но после встречи с ним, он был уверен, что нападать оно не будет… В общем, Мартин решил, что раз его не сожрали, то можно побродить по логову еще немного, если не наглеть и не дырявить обед кракена экспансивными болтами. По правде, логово его не интересовало, он уже убедился, что ничего интересного тут не осталось. А вот псионная мощь существа завораживала. Ох, если бы он обладал хоть крупицей подобной мощи! Он шел по следу из слизи и псионных нитей. Оззи сначала причитал, а по мере приближения к кракену перешел на выстукивание зубами затейливой мелодии.

Закругляющийся коридор плавно спустился вниз и перешел в галерею вокруг большого бассейна. Назначение бассейна осталось для Мартина загадкой. В центре громоздились останки какой-то машины, но гадать о ее назначении мешал толстый слой слизи и плотные испарения варпа. Бассейн тоже был заполнен варпом, который под влиянием кракена превратился в белый кисель с лазурными прожилками. Сам кракен скрывался в глубине, под машиной. Его положение можно было определить только по псионному свечению, которое стало мощнее, реагируя на появление гостей. К центру вели стальные мостики, разрезающие бассейн на сектора. Но соваться туда не стоило. Во-первых, к мостикам было приклеено множество существ, разной степени переваренности, и не только людей, судя по очертаниям. Конечно, вряд ли их схватили, когда они пытались прогуляться по мостикам, но все же… А во-вторых, прием гостей явно не входил в планы кракена. Мартин словно уперся в угрожающе гудящую стену. Признал его кракен или нет, но знакомиться поближе, или тем более как-то общаться, он не собирался.

Видимо, чтобы подтвердить серьезность угрозы, он без затей долбанул Мартина по голове. Нет, удар был, не псионный, ни магический, а вполне себе материальный, как будто кракен швырнул в него камень. Капюшоны, конечно, смягчили удар, но все равно было неприятно. И даже как-то обидно. Мартин растерялся, получить банальный подзатыльник от столь могущественной твари он никак не ожидал. Он пошарил лучом вокруг и обнаружил под ногами медальон на цепочке, обильно перемазанный в слизи. «Это мне? - подумал он, подняв медальон. – Спасибо типа…» Ответом ему было злобное шипение. Мартин понял, что мирное взаимодействие окончено. Он развернулся и быстрым шагом покинул галерею. Оззи так вообще рванул прочь сверхзвуковой ракетой, ни мало не беспокоясь о потере достоинства.

В кабинете инквизитора было все также пыльно и пусто. Мартин поставил фонарь на стол и начал рыться в рюкзаке.

- Хозяин, у меня, конечно, давно нет сердца, но пару инфарктов я только что получил. Кто в здравом уме полезет в логово кракена?

- Темный неофит, жаждущий знаний и могущества, - усмехнулся Мартин. – Не нуди, Оззи, сам меня сюда притащил.

- И много знаний получил темный неофит?

- Он получил подарок.

Мартин наконец нашел в рюкзаке подходящую роскошную шмотку, годящуюся быть порванной на тряпки. Сначала он протер собственную физиономию от останков кракеновского обеда, затем сервитора. И только потом тщательно почистил медальон. Он положил его на стол для более детального изучения. За плечом повис любопытный сервитор сразу прекративший нудить.

Медальон был размером с карманные часы, золотисто-белого цвета, на золотой же цепочке, но более никаких излишеств на нем не наблюдалось. Верхняя крышка отщелкнулась легко. И под ней обнаружилось нечто вроде гравюры на черной матовой подложке. Гравюра состояла из множества наложенных кругов и звезд, в ней даже можно было угадать очертания человека, но не более того. И еще Мартин видел внутри нее слабенькое псионное течение.

- Ерунда какая-то…

- Это ментаграмма, - пояснил Оззи.

- Чего?

- Не знаешь что такое ментаграмма? Псионная голограмма другими словами. Прикладываешь к голове и видишь что в ней записано. Обычно в таких медальонах хранят визуальные воспоминания, которые чем-то дороги для владельца.

- А если там какая-то пакость? Эксплития проклятия?

- Вряд ли. Если ты не видишь мощного кольца мистериума, то эксплитии взяться неоткуда. Хотя, конечно, стопроцентной гарантии нет, искусный магос-артефактор способен спрятать что угодно…

- Интересно, чей это медальон?

- Может того парня, в котором ты проделал такую неаккуратную дырку. Или тех ребят из бассейна.

- М-да…

Угрозы Мартин не чувствовал, поэтому решил заценить ментаграмму. И не прогадал. Приложив ее ко лбу, он почувствовал легкое пощипывание. Ментальное вторжение легко контролировалось простым усилием воли. Он расслабился, и перед ним возникла женщина. Чертовски привлекательная и к тому же не особо одетая. Открытый и мокрый купальник неплохо просвечивал и едва сдерживал пышные формы обладательницы, тяжелую грудь и круглую попу. Хоть дамочка и не выглядела фанатом диет, ее животик слегка выпирал, а грудь провисала, но при этом на теле и лице не было ни одной лишней морщины или складочки. А кожа хоть и была бледной, но при этом невероятно гладкой и чистой. На фоне бледной кожи особенно ярко выделялись пухлые алые губы и крупные соски, просвечивающие через бикини. Густые каштаново-рыжеватые волосы, собранные в тяжелую косу, спускались до середины спины. Шею, плечи, бедра частично покрывали замысловатые татуировки с цветами и животными. У нее был нос пуговкой и ямочки на щеках, что придавало бы лицу простоватое выражение, если бы не раскосые лазурные глаза, плавные изгибы скул и подбородка, и заостренные ушки. Она исполняла зацикленный танец, крутилась вокруг себя, слегка покачивая бедрами и беззвучно смеялась. На заднем плане можно было различить полупрозрачный песок и накатывающую морскую волну. Сочетание человеческих форм и эмоций с красотой волшебного существа разило наповал. Мартин сообразил, что пора бы уже захлопнуть варежку и подобрать слюни. К сожалению, женщина была полностью нематериальной.

- И что ты там видишь? – заскрипел сервитор, видя, как хозяин увлекся ментаграммой.

- Баба какая-то. Красивая шо писец... С острыми ушами и лазурными глазищами. Надеюсь, она не пошла на питание кракену, обидно было бы.

- Ну я как бы тоже хочу посмотреть…

Мартин решил, что шутить насчет отсутствия у Оззи частей тела, вызывающих потребность глазеть на баб, это перебор. Он молча повесил медальон на лоб сервитору.

- О-о, да я ее знаю… - проскрипел Оззи. – Это Лилия Ривенталь.

- Кто?

- Цветок севера, сияние севера, как только спермотоксикозные отпрыски всяких знатных и не очень родов, ее не величали. Прекраснейшая из эльдарианок Лондиниума. А гоминидские бабы ей вообще в подметки не годятся. Правда она немного бастард и полукровка, но, учитывая кто ее отец, вряд ли ей это сильно мешало.

- И кто ее отец?

- Эльдарианин Габриэль Винсаль, наследник чистой линии Тамриэль Винсаль, лорд-протектор домена Винсалия. Это богатый горный домен к центру от Лондиниума. Плодородные долины, месторождения редких металлов: серебра, титаниума, адамантиума. Короче, нереально богатый парень, может самый богатый в Линдуме. Она была его бастардом от какой-то квартеронки Литалль. Женили ее на младшем отпрыске торгового дома эльдариан Литалль, ди-Риальто. Вроде бы у нее две дочери от брака. Потом ее муж разорился, погряз в долгах, карточных играх и, в конце концов, самоубился. Или кто-то его убил за долги, точно не знаю. Осталась вдовой. Вот все, что есть по этой дамочке. Остальное лживые слухи и наветы.

- Какие слухи?

- Говорят после смерти мужа, она перетрахалась со всеми мажорами Линдума, - с готовностью ответил Оззи. - Со всеми у кого есть бабки. А может и при живом муже трахалась, довела беднягу до могилы. Прошматроска эльдарианская.

- Зачем ей это? Она же дочь богатого лорда, он что, не мог отписать ей пару серебряных рудников?

- Мог, наверное… Просто все рассказывали, что ее трахали. Я тоже рассказывал.

- А на самом деле?

- На самом деле…. Кому какое дело, что было на самом деле?

- Действительно, вообще по бую. А вот хозяин медальон наверняка имел с ней тесные контакты. Чей же все-таки медальон?

Мартин задумчиво покрутил его в руках.

- Хозяин, если мы закончили пялится на эльдарианку, то давай уже свалим отсюда. Мне прям совсем тут неуютно.

- Согласен. Нам еще медикуса искать.

Глава 8.

Беспрепятственно выбравшись на поверхность, Мартин решил двигать вдоль железной дороги, она шла практически параллельно реке. Заодно он планировал осмотреть собор. До собора он, правда, не дошел. Сначала послышались приглушенные вопли, и почти сразу впереди, над забором взлетело странное существо, вроде человек, но очень тощий, с деформированными конечностями и головой, и серой бугристой кожей. В его спину были «вмонтированы» два реактивных движка, наподобие тех, что были у Оззи. Они крепились скобами и тросиками, прошитыми прямо через тело. Существо видимо управляло движками «напрямую», без внешних пультов или рукоятей, но из-за явной криворукости вживлявшего их вивисектора, с трудом могло поддерживать постоянное положение в воздухе, болтаясь как известная субстанция в проруби.

Мартин присел и начал изучать летуна в оптический прицел болтера. Тот был полностью сосредоточен на своей миссии. Во-первых, удержаться в воздухе, а во-вторых орать и махать клешнями. Через несколько секунд к нему присоединился похожий кособокий летун, который припер ящик, наполненный, судя по всему, коктейлями Молотова. Один из летунов держал ящик, а второй хватал из него бутылки, поджигал и метал куда-то вниз. Все это сопровождалось каркающими воплями и корявыми маневрами. Летунам надо было, прежде всего, не столкнутся лбами и не выронить ящик, а уж куда они там попадали дело десятое.

Мартин осторожно отступил к дырке в заборе и вновь оказался в инсулах. Почему-то чем ближе к собору, тем инсулы стали грязнее, а улочки теснее, превратившись в настоящие трущобы.

- Давай вернемся к реке и обойдем их, - предложил Оззи.

- Хочу посмотреть, что происходит, - ответил Мартин, уже выбрав взглядом компактную, но высокую инсулу, с которой должен был открываться хороший вид. Он бегом устремился к ней.

- Не хватит приключений на сегодня?

- Мы же искали выживших?

- Это не выжившие, а дамнары. Жалкие, побитые варпом существа, постепенно теряющие разум. Они нам не помогут.

- Значит, с такими доходягами я справлюсь.

- Откуда такая уверенность? Их там могут быть сотни…

Мартин уже забежал внутрь инсулы и начал подниматься по узкой темной лестнице. Воздух был спертый, лестница захламлена и залита всякой дрянью. Дыхалки стало резко не хватать, как и желания спорить с Оззи. Поднявшись на последний этаж, Мартин уже хрипел, пот заливал глаза и стекал в бахилы. Из-за плотного белья, кольчуги и шкуры варп-ската терморегуляция почти отсутствовала. Мартин еще раз подосадовал на отсталость местной экипировки. Он прикинул, где должна располагаться квартира с видом на потасовку. Подгнившая деревянная дверь поддалась с полпинка. Квартирка за ней и в лучшие времена наверняка могла претендовать на звание «халупа года». Тесная с низким потолком и единственным окном в комнате, которая была совмещена с кухней и мойкой. А вторая комната вообще представляла собой темный вытянутый пенал без окон. Теперь в халупе было еще и сыро, со стен, вместо обоев, свисали мерзкие, поросшие плесенью лоскуты.

В окне сохранились остатки мутного стекла, которые Мартин тут же выбил прикладом. Он вытащил на середину комнаты неплохо сохранившийся стол, сам встал на колени и поставил на него болтер на сошках. Окно хоть и было небольшим, но удачное положение давало неплохой угол обзора на движуху. Справа от окна пространство заслоняли другие инсулы, такие же уродливые, только пониже. А впереди железная дорога разветвлялась на несколько путей, упиравшихся в депо: плоское кирпичное здание с рядом больших ворот. На путях стояло много брошенных вагонов и даже один весьма монументальный готический паровоз. Между двумя цепочками, с одной стороны грузовых, а с другой пассажирских вагонов и происходила заварушка, а точнее даже серьезный замес. В туннеле образованном вагонами металось одно создание покрупнее, вооруженное длинной дубиной. Вокруг, по крышами и горкам из сыпучих грузов, скакали дамнары, вооруженные всем, что под руку попало. В основном, они швыряли в большое создание камни и бутылки, наполненные всякой гадостью. Самые смелые, или тупые, прыгали на него сверху с ножами, что ничем хорошим для них не заканчивалось. Существо легко расшвыривало противников даже голыми руками, а дубина просто превращала их в изуродованные куски мяса. Несколько таких кусков уже валялось между вагонами. Впрочем, положение здоровяка было не ахти. Туннель между вагонами был зажат грудами щебенки, вываленной из грузовых вагонов в начале и конце. На этих грудах, как и вдоль вагонов окопались группки дамнаров, вооруженные пиками и одетые не в лохмотья, а некое подобие доспехов. Они не лезли в драку, а лишь не давали здоровяку выбраться из ловушки. Несмотря на всю силу через лес пик, тот прорываться не решался и метался в поисках выхода. Сверху нарезали круги уже три летуна. Несколько их вопящих и слегка обугленных товарищей, свидетельствовали об отвратительной точности этих горе-бомбардиров. Но рано или поздно им должно было повезти, а со стороны собора с гиканьем неслись новые толпы дамнаров.

Сложно было судить, насколько сильно деградировал их разум. Видимо не до конца, ловушка для здоровяка выглядела как спланированная засада, а не случайность. От депо доносились каркающие вопли, односложные, но вполне осмысленные. «Под вагон зырь! Под вагон! Лезет туда! Бабаху тащите! Живо!» Мартин изучил в оптический прицел здоровяка. Судя по высоте вагонов, тот был метра два с половиной ростом, широченный, с длинными, как у гориллы ручищами. Под его светло-синей дубленой шкурой перекатывались толстенные жилы. На фуфайку было нацеплено самопальное подобие доспехов из отдельных пластин, а на башке красовалась стальная каска, уже изрядно помятая. Незащищенные руки и ноги получили несколько ранений, по ним текла кровь. Здоровяк отчаянно пытался ускользнуть из ловушки, не преуспев под вагонами, он предпринял попытку запрыгнуть наверх, но был скинут слаженным ударом пикинеров. Мартин уступил Оззи прицел.

- Полярный орк, - пояснил тот. – Очень опасный и буйный подвид орков. Обитают далеко на севере мира при почти двойной силе тяжести. Поэтому они сильнее и быстрее обычных орков, но в данной ситуации ставлю на дамнаров.

- Согласен. – Мартин наблюдал, как очередная группа затаскивает на насыпь, блокирующую туннель, нечто вроде пищали. – У нас отличная снайперская позиция, давай поможем орку.

- Это еще зачем?

- Может, выясним у него что полезное.

- У полярного орка? Ну, предположим, мы с ним как-то пообщаемся, хотя подавляющее большинство, я бы даже сказал, что все орки крайне неблагодарные твари. Но что будет, если дамнары переключатся на нас?

- Уйдем темной тропой в ближайшую инсулу. На крайняк можно свалить в кабинет инквизитора.

Мартин изучил через оптический прицел ближайшую инсулу справа. Там, где окна были выбиты, можно было рассмотреть обстановку внутри, что давало неплохой шанс проложить тропу.

- Прошлый раз ничему тебя не научил, хозяин? Нельзя все время надеяться на тропу!

- Отвали, Оззи! Это всего лишь дамнары, а не жуткий варп-кракен.

Мартин уже принял решение. Дистанция до депо была метров сто пятьдесят, для болтера, даже на половинной мощности, ерунда. Увеличение прицела было достаточным, чтобы различать отдельные дамнарские морды. Желание засадить в живое существо парочку болтов стало неодолимым, клыки привычно заныли в предвкушении чужой крови. Он просканировал комнату оком Тенебрис на предмет псионных течений и смело выставил половинную мощность.

На этот раз Мартин не забыл про очки и маскировочную накидку на болтер. Он ясно видел цель: летун с ящиком бомб, который как раз завис над одной из насыпей. Да, благодаря криво вживленным движкам, летун не мог держаться на одном месте, но наблюдая за ним в прицел, Мартин понял, что может предугадывать эти хаотические движения. Стоило немного расслабиться, и магическое зрение сразу заработало, показывая легкую рябь на траектории следующего маневра. Расслабиться, выдохнуть, плавно нажать рычаг… Вспышка, удар в плечо, звон вибрирующих дуг, их удар в ограничители был такой силы, что сошки слегка закопались в подгнившую столешницу. Болт оставил в воздухе едва видимый сверкающий росчерк, оборвавшийся в летуне. Его голова взорвалась облаком кровавых ошметков. Труп рухнул прямо на пики заградотряда. Повиснув на них, он потащил нескольких дамнаров вперед, его движки выли как ненормальные, видимо переключившись на максимальную мощность. Двое сразу бросили оружие, а самый упорный пикинер поехал с насыпи под вагоны. Безголовый труп застрял в колесной тележке, дергаясь и надсадно ревя. Это вызвало определенное смятение в рядах, как и прилетевший сверху ящик с коктейлями Молотова. Им повезло, что орк пытался прорваться в другом месте. Больше всего испугались летуны, они стали лихорадочно метаться над пиками и верещать, махая клешнями в сторону инсулы. Пикинеры, стоя в луже горючей смеси, что-то раздраженно верещали в ответ. Эта перепалка стала их роковой ошибкой.

Мартин быстро взвел болтер и почти не целясь нажал на спуск. Росчерк возник прямо в центре движка застрявшего под вагоном трупа, превращая турбины в град металлических обломков и горящей мельты. Насыпь под ногами пикинеров воспламенилась мгновенно, когда в нее приземлились сразу несколько огненных обломков. Через секунду на месте заслона был огненный шар, из которого во все стороны разбегались воющие от боли фигурки. Орк уже разобрался в ситуации, в несколько прыжков он прорвался к насыпи и с победным ревом сиганул через огонь. А вырвавшись на свободу, учинил и без того деморализованным дамнарам форменную резню. Те, кто пытался сражаться в одиночку, умирали под ударами огромной дубины мгновенно. Ни вдвоем, ни впятером у дамнаров не было шансов против орка. А те, кто догадался сбиться в нечто похожее на каре, умерли чуть позже. Расстрел подобной цели не составлял для Мартина никакой проблемы. Несколько болтов выбили в строю брешь, куда вихрем ворвался орк. Похоже, он воспринял помощь неизвестного стрелка как нечто само собой разумеющееся, и взаимодействовал с четкостью, достойной слаженного войскового отделения. Вопли обгоревших дамнаров быстро перекрыли полные отчаяния вопли уничтожаемого построения. Это было похоже на включение гигантской мясорубки внутри плотной толпы. Вверх летели оторванные конечности, били фонтаны крови. Строй был смят, повален, растоптан буквально за несколько секунд.

Поле боя осталось за орком, на путях валялись догорающие останки пикинеров, десятки изуродованных трупов тех, кто пытался спастись бегством, на месте разгромленного каре образовалась небольшая горка, в которой слабо шевелились не добитые дамнары. Везунчики улепетывали в сторону собора, побросав оружие. Летуны уже давно превратились в маленькие точки на куполе собора, они даже не пытались поддержать соратников с воздуха. Впрочем, их оправдывал тот факт, что Мартин сосредоточился на более сложных воздушных целях, для оттачивания стрелкового мастерства. Еще одного он успел подстрелить. Экспансивный болт оторвал летуну ногу и разворотил низ живота. Но даже после падения, тот медленно переползал по рельсам, волоча за собой выпадающую требуху. Он даже попытался зачем-то ее собрать, пока следующий болт, посланный в турбины, не завершил его мучения красивым огненным взрывом. Мартин встал в окне, дождавшись пока орк его заметит, а потом не торопясь стал спускаться вниз.

Мартин шел по путям, залитым кровью. Орк рыскал вдоль вагонов, изредка вытаскивая оттуда визжащих, брыкающихся дамнаров с плохим навыком скрытности. Казалось он совершенно не обращал внимания на стрелка с взведенным болтером. Поле боя окутывали клубы дыма с запахом горящей плоти и не менее плотные клубы мистериума. Стоило чуть расслабиться и Мартин видел вокруг себя буквально озера кипящей тьмы. Но аура принимала ее с большим трудом. Если человеческий мистериум был приятен, вызывал чувство насыщения и сонливости, то этот по ощущениям напоминал ядовитую сивуху. От него тошнотворно кружилась голова, а желудок и все тело скручивали сильные спазмы. При всем желании Мартин не мог поглотить больше нескольких капель этой субстанции. Над ухом, как обычно занудствовал Оззи.

- Хозяин, давай свалим отсюда. Орки абсолютно непредсказуемые существа, а этот еще и резкий как понос. Ты даже болтер поднять не успеешь.

- Это первое существо за сегодня, с которым есть шанс поговорить. Поэтому выбора у нас нет. Если хочешь, можешь взять переговоры на себя.

Оззи вылетел вперед, пытаясь хоть немного притормозить хозяина.

- Ни малейшего желания. Но это… если не хочешь, чтобы переговоры скончались сразу же, лучше не называй его орком. Для них это скорее оскорбление, сами они называют себя варгами, воинами то есть, или вольным народом.

- Без проблем.

Уверенным жестом Мартин отпихнул сервитора с дороги. Легкая победа над дамнарами вернула ему уверенность в своих силах. Но про осторожность он не забывал, поэтому остановился метрах в десяти перед орком. Тот обернулся держа в левой руке очередную жертву. Ноги дамнара безнадежно сучили в воздухе, а руки пытались разжать стальной захват на шее. Орк бросил его на землю, придавил коленом и резко потянул на себя. Раздался жуткий хруст, голова дамнара была вырвана с куском позвоночника, из разорванной шеи ударил фонтан крови. Правда орк итак был залит кровищей с ног до головы, очередная расправа его внешний вид нисколько не испортила. Сложно было чем-то испортить этот злобный ужас. В правой лапе орк сжимал свою дубину, с ближнего расстояния стало видно, что это двухметровая металлическая труба с наваренными на нее лезвиями. Под доспехами из металлических листов, связанных, где веревкой, а где проволокой, он носил нечто вроде длинной фуфайки до колен. Он подпоясывал ее широким ремнем с огромной бляхой. На ногах доживали последние минуты нечеловеческого размера берцы. У одного уже явно отрывалась подошва, а от кожи ботинок, или от торчащих в прореху пальцев, шел легкий дымок, видимо орк таки ступил в напалм. Если это и доставляло ему хоть малейший дискомфорт, виду он не подавал. Впрочем, учитывая, что вместо костей правой голени и части ребер у него из кожи торчали металлические прутья, вряд ли хоть что-то в этой жизни могло доставить ему дискомфорт. Несмотря на сомнительные агументации двигался он плавно и быстро. Каску орк потерял, но на башку были нашиты несколько пластинок металла, да и сам покатый толстенный лоб вряд ли уступал по прочности лучшей броне. В одних надбровных дугах могла застрять хорошая рогатина. И, наверное, застревала, и не раз, судя по многочисленным шрамам, покрывающим любой участок шкуры. Переломанные изодранные уши, нос, торчащие из пасти желтые клыки и вонь, которая сама по себе могла разгонять врагов на приличном расстоянии - все прилагалось. Немного неожиданной была только короткая, но пушистая борода и пучки шерсти, бледно-серебристого цвета, торчащие из-под одежды.

Брутальную расправу над последним дамнаром Мартин счел за демонстрацию, поэтому столь же демонстративно поправил ремень взведенного болтера. Орк сверлил его взглядом закинув дубину на плечо, но в конце концов прорычал:

- Зачем помог демон?

- Просто так. Хотел сделать доброе дело.

- Какое дело?

- Неважно. Номен варг?

- Гургаз я… Не, не так. Эго Гу-урга-аз! – орк ударил себя кулаком в грудь и заорал так, что из ближайшего вагона посыпались остатки стекол.

После акустической атаки последовала и биологическая. Запашок у орка изо рта, был такой, что у Мартина заслезились глаза даже на расстоянии нескольких метров.

- Зачем орать-то? Сейчас половина демонов варпа сбежится. В общем, я тебе помог…

- Э-э нет! Я тебя не призывал и служить не буду.

- Служить не обязательно. Просто расскажи, есть поблизости выжившие люди?

- В этом пузыре нет. В соседнем целое поселение, человек сто. Но они сидят крепко, в форте, там за городом, где озеро такое мелкое. Там и стены, и колючка, и укрепы. И станция эта с колдунской защитой, трескучей. Не прорваться, я пробовал.

- Я знаю где это, - проскрипел Оззи. – Старый форт барона Варнелия.

- А ты хочешь набег устроить? – спросил орк.

- Типа того.

- А у тебя есть колдунство, чтобы защиту пробить? Или проклятие там? Мне бы прорваться, я бы их в рукопашку раскатал.

- У меня есть темная тропа. Мне достаточно увидеть какое-нибудь помещение внутри, чтобы пройти сквозь любую защиту. Может даже словесного описания хватит.

- Ну это, будем зырить за фортом. Слышь, демон, возьми меня в орду? Я хочу в набег на Имперских дохляков.

- Хорошо, но в нашей орде я главный.

- Ты же шаман. Вождь – это самый сильный варг. У вас в орде есть сильные варги? Я любого раскатаю в поединке! – снова заорал Гургаз.

- Я – вождь орды. Либо так, либо никакого набега.

На морде орка отразились яростные моральные терзания. Когда он хмурил брови, то казалось, что даже они накачены сильнее, чем бицепсы Мартина.

- Согласен демон, ты – вождь. Я правильный варг, я слово держу! Мы – орда?

Гургаз выставил вперед огромный кулачище. Он был весь покрыт шрамами, а костяшки превратились в роговые наросты. Мартин, стараясь не показывать страха, сделал несколько шагов и ткнул кулаком в кулак орка. Ощущение было такое, будто пытаешься ударить бетонный столб.

- За орду! - снова заорал орк, потрясая ржавой трубой. – Эго мортем! Мы идем за вами жалкие рабы!

- Гургаз, хватит орать. Точно кто-нибудь сейчас выползет.

- Вольный народ никого не боится. Я родился, чтобы сражаться и сдохнуть под звон мечей!

- Рад за тебя. Но в моей орде – мои правила, и я дохнуть не хочу. Веди себя тихо!

- Хорошо, вождь. Номен демоника?

- Мартин, можно просто Марти… Вазарян.

- Вазара… ВАЗА-А-АР! – снова заорал орк.

- Ты обещал не орать!

- Ты же сказал Вазар.

- Что за Вазар? Это ваш авторитет что ли?

- Вазар – это Вазар. Есть вольный народ, он где Вазар, а есть все остальное для набегов и грабежей.

- Есть всякие крутые штуки, типа поединков, пиров, бессмысленного рубилова, то, что нравится оркам. Это Вазар, - на ушко пояснил Оззи. – Правильный варг всегда там, где Вазар. А есть вся остальная херня, скучная и бесполезная. Вазар – это типа орочьего ордо. Такой простой ордо, с поправкой на их… для орков, в общем.

- У вольного народа нет ордо! – возмущенно проревел Гургаз, похоже слух у него был отменный. - Мы ни перед кем не склоняемся.

- Ладно, как скажешь. Отведешь меня к форту?

- Сейчас? - удивился орк.

- Конечно, сейчас. Завтра будет поздно.

Орк задумчиво посмотрел на багровый шар над пузырем.

- Не успеем вернуться. Да и туда не успеем, в темноте идти варпом нельзя.

- Почему? Боишься? Правильный варг же ничего не боится…

- Варпом трудно искать путь, даже днем, а ночью нельзя совсем, - пожал плечами Гургаз. - Надо идти завтра.

- Он прав, - согласился Оззи. - До форта километров пятнадцать только по прямой. Надо завтра выходить затемно, чтобы войти в варп с рассветом, и то мы едва ли успеем вернуться.

- А Миха переживет еще одни сутки, ты считаешь?

- Может и нет, но идти сейчас чистое самоубийство.

- Заблудится варпом - это не вазар, - поддакнул орк.

- Хорошо, значит завтра, - вздохнул Мартин. - Идем, Гургаз, у меня там за рекой убежище. Только учти, все кто в убежище моя орда, не вздумай их трогать!

- Убежище? Какое?

- Дом такой с башенкой и вторым этажом из черных бревен.

- Там же это, колдунство трескучее. Как ты его снял?

- Я ж объяснял, что могу пройти внутрь здания сквозь любую защиту. Там кто-то одну ставню отогнул и через нее было видно комнату внутри.

- Это я отогнул, чуть не поджарился, - с гордостью сообщил орк. - Так и не смог залезть. Слушай, вождь, а как твое истинное имя? У демона же есть истинное имя?

- Зачем тебе истинное имя?

- Не хочешь говорить? Ну и ладно, Марти, так Марти. Куда идти?

- К реке.

Орк потопал в указанном направлении. Едва он оторвался на приличное расстояние, Оззи тихонько заскрипел.

- Хозяин, мы выяснили, что хотели, пора бы ему в спину экспансивным засадить.

- Зачем? Он же согласился, что я вождь орды. Да и кто поведет нас к форту?

- Сами дорогу найдем. Сейчас он согласился, завтра передумает. У орков с субординацией проблем нет.

- Нет субординации, нет и проблем? Он же сказал, что правильный варг… Помощь такого кабана нам точно не помешает.

- Знаешь, чем правильный варг отличается от неправильного? Неправильный просто проломит тебе башку по велению левой пятки, а правильный сначала предупредит и даст секунд пять-десять на то, чтобы поднять оружие. А уже потом проломит башку. А этот гад, еще и проверяет тебя.

- Как проверяет?

- Сильный ты демоноид или нет.

- Он что, видит мою ауру?

- Нет конечно. Вопрос про истинное имя был проверкой. Сильным демонам нет нужды его скрывать, они наоборот им запугивают. Никто не хочет навлечь на себя проклятие, произнеся истинное имя великого демона. А вот слабые демоны его всегда скрывают, чтобы их не призвали или не поработили более сильные существа.

- Похоже, эта скотина не такая тупая, как кажется.

- Орки вообще не тупые. Нет, они, конечно, тупые… но хитрые.

Мартин по привычке держался в тени домов, поднимаясь по Вита Палантине. Багровый шар над пузырем и, правда, висел совсем низко, длинные причудливые тени скрадывали его движения. Иногда даже казалось, что тени слегка изгибаются, чтобы он мог спокойно переходить между ними. А вот орк гарцевал прямо посередине дороги, весело размахивая трубой с такой скоростью, что она сливалась в гудящие ржавые круги. Поразительно сколько энергии у него осталось после недавнего боя, а на полученные раны он так и не удосужился обратить внимание. И даже напевал какую-то нехитрую орочью песенку. В его порыкивании можно было различить лишь отдельные пассажи, вроде: «Молот разит громом кровавым. Танцуем три дня под орды барабаны. Бросаем врагов в кипящие чаны» И периодические «Вазары!», от которых привычно тряслись стены ближайших особняков.

Мартин же чувствовал, что уже натер ноги с непривычки, да и к горлу до сих пор подступало послевкусие от поганого дамнарского мистериума. Все это порядком мешало сосредоточиться и сформулировать наконец убедительную речь, которую он произнесет над постелью умирающего от колдовской гангрены Михи. Которая доходчиво пояснит Руслану и Кире, что он большой молодец, раз вместо медикуса притащил в убежище это синемордое, вонючее чудище, готовое в любую секунду переключиться в режим берсерка. Речь упорно не формулировалась, и Мартин то и дело сверлил взглядом орочью спину и тянулся к скобе взводящей болтер. Но потом вспоминал о перспективе тащиться куда-то через варп и как-то договариваться с незнакомыми и вряд ли дружелюбными выживальщиками о медицинской помощи. Он решил, что если Миха умрет раньше, то он выберет удачный момент и прикончит орка, во сне, например.

В доме с повешенными скелетами, орк озадаченно прорычал:

- Это здесь твое убежище?

- Нет, мне просто нужна дверь, на втором этаже есть парочка целых. Как пойдем по тропе, держись строго за мной, не отставай и никуда не сворачивай, иначе может выкинуть далеко в варп.

- Не люблю я эти колдунства, - проворчал орк. – То ли дело честная сталь.

Но на тропе орк вел себя тихо. И выйдя в комнату с камином в виде драконьей пасти, не орал «Вазары» и не размахивал дубиной. Некоторое время он скорее недоверчиво принюхивался, а потом присел у окна с отогнутой ставней и долго в него всматривался. Мартин включил фонарик и поставил его на стол.

- Чего залип, Гургаз?

- Как ты пролез в эту дырку? Что за колдунство такое?

- Я не пролезал в дырку, говорил же. Я прошел сюда темной тропой.

- Так нельзя, у нас есть шаманы, которые ходят тропами варпа. Нужно сначала побывать в том месте, куда бросаешь тропу, по-другому нельзя, они так говорили.

- У вас слабые шаманы, плохо подготовленные.

- Они очень сильные, их Имперские колдуны боялись. Ты разве сильнее них?

- Сильнее! – отрезал Мартин со всей уверенностью, на которую был способен. – Еще вопросы есть?

- М-м… Жрать охота.

- Хорошо, ты сиди здесь, я сгоняю за жратвой. Пожрем и будем готовиться к набегу.

Выйдя в коридор, Мартин обратился к Оззи:

- Чего этот орк на меня бурчит? Опять проверяет?

- Вряд ли… просто ты ломаешь его картину мира. У орков шаманы, умеющие кидать тропу, ценятся невероятно. Верховный шаман пляшет с бубном полдня, жжет на кострах редкие травки-муравки, жертвы приносит пачками. А ты вроде слабенький демоноид, а темную тропу кидаешь, вообще, не напрягаясь, да еще плевать хотел на все ограничения. Вот орк и чешет репу.

- Это ж хорошо. Надо только убедить его, что я гораздо сильнее, чем выгляжу.

- А еще лучше экспансивным его, экспансивным… так надежнее будет.

В столовой Мартин наткнулся на Киру, она выглядела замученной и растрепанной. Под глазами образовались темные круги.

- Ой, Марти, ты вернулся! Ты нашел врача?

- Нет, но теперь я знаю, где искать других людей. Завтра пойду туда и притащу медикуса, если понадобится на цепи. Как там Миха?

- Плохо, - вздохнула Кира. – Я обматываю его руку бинтами с формалином, но…

Кира испуганно замолчала. Мартин втянул носом воздух, из-за спины разливалась знакомая вонь, а следом раздалось и рычание:

- О-о, у тебя девка есть! Я развлекусь.

Мимо с неотвратимостью, лишенной тормозов груженой фуры, пронесся орк и бросился за визжащей Кирой. Едва Мартин восстановил равновесие, он сразу визуализировал крусадер Тенебрис. Он вложил дохрена мистериума и эксплития получилась идеально чистой, несмотря на скорость. Восприятие мгновенно обострилось, сознание рванулось прочь из тела, окружающий мир слегка замедлился, давая представить эксплитию. Орк не пустил пену изо рта, но скрутило его знатно. Он сдавленно рычал и катался по полу, царапая когтями паркет и вырывая из него досочки.

- Слышь, демон, ты че! Рыцаря Астартес тебе в дышло! Что за гнусное колдунство!

- Она часть орды. Никаких развлечений, понял!

- Девка – часть орды? Она варг или шаман? Если делиться не хочешь так и скажи.

- Не хочу, усек!

- Ну ладно, ты – вождь. Но вообще это не Вазар ни разу, как это не поделиться с ордой? Я ж понимаю, девка одна, я аккуратно с ней развлекусь.

- Она – часть орды, никаких развлечений!

Орк раздраженно махнул рукой и уселся на пол, продолжая изрыгать забористые орочьи ругательства. Мартин пошарил под столом и вытащил оттуда ящик с тушенкой и сразу вскрыл банку. Тушенка, которой запасся покойный Хуго была выше всяких похвал. Чистенькие мясные волокна, почти без жира, Мартин вгрызался в нее с тихим урчанием. Потихоньку орк приманился запахом еды и перебрался к столу, прекратив ворчать.

Но через минуту идиллия была вновь разрушена. В столовую ворвался Рус с болтером наперевес. Мартин вскочил, закрывая линию обстрела, и с трудом вытолкал его в коридор.

- Спокойно, Рус, все улажено.

- Улажено?! Этот ходячий пиздец Киру до полусмерти напугал. Ты вообще, чем думаешь?! Ты нахрена его сюда притащил?

- Я вот что думаю, Рус: завтра мне идти в соседний пузырь, где засели какие-то выжившие, у которых возможно есть медикус. Ты через варп не пойдешь, Кира с Михой тем более. Значит, идти мне, и как-то убеждать тех людей нам помочь тоже мне. И других веских аргументов, кроме этого пиздеца за спиной я не вижу. Давай выгоним орка, и что дальше? Предположим, я туда проберусь, оглушу медикуса, но в одиночку я даже утащить его не смогу.

- Твой орк нас сожрет ночью, и не надо будет никуда идти.

- Не сожрет. Он согласился, что я – вождь орды.

- Вождь орды? Сказал бы я кто ты…

- Рус, не усложняй, пожалуйста. Мне итак тяжело: магия, орк этот буйный, завтра непонятно чем кончится.

- Хорошо. Но прежде, чем начнешь жаловаться в следующий раз, не забывай, кто эти развлечения устроил. И ночуй здесь сам со своим орком. Понял? К Кире чтоб его не подпускал! Пристрелю без разговоров.

- Договорились.

Рус, ни говоря больше не слова, развернулся и ушел.

- Кто это устроил! – передразнил его Мартин. – Вот кто все это устроил? – спросил он у сервитора. – Я что ли?

- Ты меня спрашиваешь? Мне тоже интересно, откуда вы взялись?

- Не знаю я, откуда мы взялись.

Зайдя в столовую, Мартин чуть не отправился в нокаут из-за удушающего амбре. Видимо, несколько глотков свежего воздуха в коридоре вернули ему обоняние.

- Гургаз, дружище, а ты помыться не хочешь?

- Помыться? Зачем?

- Варги разве не моются?

- Через две недели такой же будешь.

- Ну, так то через две недели. А мне сегодня хочется поспать без респиратора. Поэтому давай, я покажу где ванная, где воду взять. Ты только не нападай ни на кого. Мы здесь все одна орда.

- Мы – орда! – проревел орк, но все же пошел в ванную.

После умывания он стал немного лучше выглядеть и пахнуть. Самые большие раны, которые должны были отправить нормальное существо в реанимацию, он промыл настойкой цикуты. Потом вытащил из пояса загнутую иглу, или скорее крюк для рыбалки на китов, и суровой-пресуровой ниткой заштопал раны.

Надо отдать должное, в спокойном состоянии орк был более чем полезен. Для начала его можно было использовать в качестве грубой рабочей силы. Воду и запасы он тягал с эффективность башенного крана. А во-вторых, был вполне способен выбрать и упаковать снаряжение. Мартин уже порядком вымотался, поэтому старался больше руководить. Правда он понял, что прямые приказы орк воспринимает плохо и все делает по-своему. Поэтому он просто отвел его в подвал башни и предложил выбрать снарягу. Энергомолоты привели орка в детский восторг. Он естественно выбрал самый огромный. На вопрос, почему молот, а не колюще-режущее, Гургаз пожал плечами и сунул за пояс двуручный энергомеч. И напоследок оказалось, что руки у него тоже росли откуда надо. Для начала он довольно прилично заштопал свои боты и фуфайку той же иглой, которой штопал себя. А потом еще и расклепал две кольчуги из титаниума, чтобы получилось два больших полотна, связал их проволокой между собой и одел под бронепластины. Вот только шлема подходящих размеров для него не нашлось.

Перед сном Мартин решил сходить, глянуть на Миху. С одной стороны, тому вроде стало чуть лучше. Рука почти по плечо была замотана пропитанными формалином бинтами, жар немного спал, и он порой даже приходил в сознание и что-то бормотал. Что он хочет, понимала только Кира, таская то воду, то перекладывая подушки. С другой стороны, цвет его лица изменился с нездорово-бледного на прямо-таки мертвенно-бледный. Да и спавший жар мог быть не самым лучшим признаком. Мартин только подумал об оке Тенебрис как окружающий мир потускнел, очертания реальных предметов немного размылись, а вокруг людей появилось ярко выделяющееся свечение ауры.

Михина рука была плотно обвита мерзкими зеленовато-белыми плетениями, по цвету и текстуре они были чем-то средним между болотной тиной и гноем. Инсигний, как и вообще определенной системы Мартин в них не различал, просто копошащийся клубок червей, они перевивались между собой, как будто спариваясь, вгрызались в ауру жертвы, оставляя после себя еще более мерзкие выделения, из которых росли новые черви. Аура Михи – золотистые спирали, обвивали позвоночник, руки, ноги, образовывали плотный шарик в голове и сходились в золотую пятиконечную звезду в районе солнечного сплетения. Аура в руке была полностью разрушена, зеленовато-белые черви уже копошились в ключице, а их выделения расходились по всей ауре, гной был виден даже в голове. О выздоровлении тут речи явно не шло.

- Марти, что с тобой? – голос Киры нарушил концентрацию и зрение вернулось к обычному состоянию. – У тебя взгляд пустой.

- Изучал его ауру, - пояснил Мартин. – Собственные магические силы, которые есть у любого существа… в этом мире.

У кровати встал Рус, все еще вооруженный болтером.

- И что с его аурой? - спросил он.

- Все плохо. Отрава Нургал ее разрушает и превращает в свое подобие. Перерождение ушло выше руки.

- И что с этим делать?

- Да вроде ему лучше, - возразила Кира. – Может он еще поправится.

Мартин пожал плечами и не стал отвечать, он не хотел расстраивать сестру раньше времени, но на него зашипел Рус:

- Ты давай жалом не води! Говори, как есть, что думаешь: поправится он?

- Думаю нет. Думаю, его аура сдается под напором этой заразы. Когда она полностью переродится он, наверное, умрет, или может превратится в зомби, типа того, что мы видели в больнице.

- Превратится в зомби… - протянула Кира, она явно была готова снова разрыдаться.

- Ты у нас гребаный колдун, колдуй что-нибудь! – рявкнул Рус.

- Оззи? Есть варианты ему помочь?

- Я уже объяснял вроде: магосы магосам рознь, ты не целитель Элизиум. Теоретически можно использовать Инферно Тенебрис из версум темных стихий совместно с инсигниями Спирит Тенебрис, чтобы получить Инферно Мистериум, которая пережигает любую магию, в том числе Нургал. Но, во-первых, это сложная эксплития из двух школ явно не для твоего круга, а во-вторых ты скорее всего сожжешь ему всю ауру и убьешь. Я бы рекомендовал все-таки отрубить руку, правда, если Нургал пошел выше, это только продлит его мучения.

- Очень много и непонятно трындишь, череп. Если есть хоть какой-то шанс, что сработает, колдуйте! - отрезал Рус.

- Оззи, а можно вместо руки, отрезать часть ауры, которая переродилась?

- Если есть артефакт, который позволяет напрямую манипулировать мистериумом и который не жалко, то можно попробовать. Только артефакты такие весьма дороги… - Оззи внезапно осекся. – Не-не, хозяин, ты его загубишь, оно того не стоит!

- Что загубишь? – сразу влез Рус. – У тебя есть такой артефакт?

- Есть, - Мартин вытащил свой кинжал.

- Ни в коем случае! – Оззи заскрипел на повышенных тонах. – Ты его загубишь! Это бесценный подарок темных сил!

- Ножик? Он по-твоему не стоит человеческой жизни?

Взбешенный Рус начал наступать на Оззи. Болтер в его руках делал эту ссору вдвойне опасней. Мартину опять пришлось все разруливать, влезая перед Русом.

- Спокойно, Рус, мы же просто обсуждаем, как ему помочь. Если я что-то понял в темной магии, то если наложить Инферно Тенебрис на кинжал, манипулирующий мастериумом, то может получится кинжал, сжигающий мистериум. Так ведь, Оззи?

- Если бы это был обычный артефакт, я бы сказал, валяйте, экспериментируйте. Но с личным оружием так рисковать нельзя…

- Оззи, это не твоя проблема, - отрезал Мартин, видя как глаза Руса снова наливаются красным. – Как выглядит инсигния Инферно Тенебрис?

- Инсигния Инферно Тенебрис и Фризиум Тенебрис, базовые для школы темных стихий, - неохотно заскрипел Оззи. – поджигают испарения варпа и замораживают течения варпа. Обычно их визуализируют как переплетенные круги инсигниум Дамнар, для Инферно круги должны дрожать, как пламя костра, для Фризиум должны выглядеть, как слой прозрачного льда. Чем сильнее разогрев Инферно, и чем «холоднее» лед для Фризиума, тем лучше. Много инсигний Инферно должны собраться в одну и образовать центр горения, инсигния Фризиум должна распадаться на множество, чтобы образовать центры кристаллизации.

- Звучит не очень сложно. Почему ты раньше о них не рассказал?

Мартин довольно легко визуализировал пробную инсигнию Инферно. Ему вообще казалось, что он скорее вспоминает магические знаки, чем пытается их представить по словесному описанию.

- Не рассказал потому, что никто не использует версум темных стихий напрямую, разве что запредельно могучие магосы. Слишком велики траты мистериума. Их используют совместно с артефактами усиления или машинами.

- Мне не хватит мистериума поджечь кинжал?

- Чтобы угробить кинжал! - проворчал Оззи. – Скорее всего хватит. Но советую поджигать испарения настоящего варпа, так будет легче.

- Настоящего?

- Поставьте на печку чашу с варпом и подождите пока закипит.

- Хорошо…, - Мартин посмотрел на Руса. – Вот что, ты разогрей печку и поищи в подвале башни респираторы на вас всех, а мы с орком сходим наружу, попробуем набрать варпа. У реки я видел подходящие лужи.

Рус протянул паучий ключ Хуго.

- Там в башне, рядом с воротами есть люк и выемка под ключ. Думаю, можно ходить через него, а не колдовать каждый раз.

Мартин кивнул и отправился в столовую, с надеждой, что Гургаз ничего не разрушил и никого не убил в его отсутствие. После постановки задачи тот кивнул.

- Я один смотаюсь, быстрее будет. Только это… можно мне посмотреть на колдунство?

Мартин нахмурился, намерения орка были в целом понятны: очередная попытка оценить его силу, но и отказывать повода вроде не было.

- Ладно, но, чтобы пальцем никого не трогал. На девчонку даже не смотри!

- Буду паинькой, как еретик на исповеди.

Вернулся он очень быстро, минут через двадцать и протянул питьевую флягу.

- Ты набрал варп или нет? – удивился Мартин, по ощущениям фляга весила как пустая.

- А что я делал, по-твоему? – рыкнул Гургаз.

Мартин открутил крышечку, оттуда доносился знакомый запах водорослей и соли, но он все равно наклонил флягу, пока из нее не выпала большая тягучая капля, которая собралась в полусферу на полу.

- Прекрати, хозяин, - зашипел Оззи. – Ты сводишь нашего синего друга с ума, темный магос, который удивляется свойствам варпа.

- Он, блин, что ничего не весит?

- Плотность жидкого варпа тридцать пять килограмм на кубический метр.

- Жидкость с такой маленькой плотностью, как это вообще возможно?

- Хватит уже! Ты не представляешь, как дико слышать такие вопросы от демоноида и магоса!

Мартин поднял взгляд на орка. У того и правда глаза напоминали два больших блюдца. Пришлось завинтить флягу и топать к Михе. Орк следовал за ним в гробовом молчании. А во флигеле просто сел в углу и только пялился на Мартина, буквально дырку в нем прожигал. И за весь процесс «колдунства» не издал ни звука. Наверное, благодаря такому поведению, Рус воспринял орка довольно спокойно.

После того, как Рус с Кирой надели респираторы на себя и на Миху, можно было приступать. В миску варп выливался все также неохотно, большими тягучими каплями, время от времени флягу приходилось встряхивать. Закипел он почти мгновенно, литровая миска начала пузырится буквально за несколько секунд. В целом это было логично, что теплоемкость варпа была намного меньше, чем у любой другой жидкости, но и насчет температуры кипения Мартин сделал вывод, что она, скорее всего, ниже ста градусов.

Постепенно расползающееся облако тьмы над миской, было хорошо видимым в магическом зрении. Тиссиум варпа в ней визуализировался сам собой, а вот над Инферно пришлось попотеть. Десяток разогретых инсигний не смогли запустить процесс. Мартин постарался «вспомнить» ощущение бесконечного фрактального ока варп-кракена. И это помогло: его мозг «обрабатывал» лишь десяток визуализаций, а затем «клонировал», словно это был бесконечно повторяющийся фрактал. Но каждая из клонированных инсигний требовала свою каплю мистериума. Мартин чувствовал, что эта магия выжимает его досуха. Головная боль пришла сразу. Он направил инсигнии к центру облака тьмы, и оно зажглось пульсирующим шаром красно-фиолетового пламени. Немедля, он протянул к шару кинжал и тот начал впитывать пламя в себя, но на его лезвии оно приобретало глубокую черноту, похожую на черноту ночного неба. Держа кинжал на вытянутой руке Мартин двинулся к постели Михи. Остальные сразу бросились врассыпную, даже Оззи отлетел подальше. Мартин и сам боялся черного пламени, он старался держаться как можно дальше от срывающихся с лезвия горящих капель. Рус обошел его по широкой дуге и скинул с печки объятую колдовским пламенем посуду, а потом накинул на нее покрывало.

Первое же прикосновение кинжала к ауре Нургал дало очень обнадеживающий результат. Зелено-белые черви свились в агонии, и осыпались черной пыльцой. Они реагировали на приближение лезвия как живые, пытаясь расползтись разные стороны. Одна сорвавшаяся капля прожгла огромную дыру в мерзком плетении. К сожалению, Миху тоже скрутило от страшной боли, он сразу пришел в сознание и заорал так, что даже Гургаз вздрогнул.

- Стой! – тоже заорала Кира. – Ты его убьешь!

Она схватила Мартина за другую руку. Процесс лечения окончательно застопорился, бороться с Кирой и тыкать колдовским оружием в агонизирующее тело он не мог. Подоспевший Рус оттащил сестру.

- Орет, значит, магия работает!

Рус снял с него респиратор, взял тряпку, скрутил и запихал в рот Михе, а потом посмотрел на орка.

- Слышь, братан, помоги его держать.

Как ни странно, Гургаз подчинился сразу.

- Ноги его держи и руку. А я буду голову держать.

Одна огромная лапища прижала ноги, а другая руку Михи, надежно, как стальной захват. Но кинжала Гургаз тоже боялся, один раз он бросил руку, когда Мартин рассек ауру слишком близко от него. Мартин старался не упустить ни единого мерзопакостного червя. Он долго иссекал плетения Нургал, превращая их пепел. Сначала стоны Михи перешли в жуткий хрип, а к концу процедуры он потерял сознание.

- Вы его убили! – Кира бросилась к нему, едва Мартин убрал горящее лезвие.

- Пульс вроде есть, - сообщил Рус. – Ну что магия сработала?

- В зомби, наверное, не превратится. А вот рука вряд ли заживет. Время мы выиграли, но все равно надо идти за медикусом.

В золотистых течениях Михиной ауры все еще проглядывала предательская плесень и гной.

Гургаз с подозрением уставился на Мартина.

- Мы же в набег должны идти?

- Конечно, завтра в набег. Уже совсем поздно, идем спать, Гургаз.

Мартин отрубился, едва прикоснулся головой к матрасу, разложенному в столовой. Про то, чтобы как-то подстраховаться от сюрпризов со стороны орка он даже не подумал.

Глава 9

Казалось, он проснулся буквально через пять минут. Рядом копошилась огромная, звенящая оружием и доспехами тень орка. В затекшем туловище ломило каждую мышцу. Состояние было разбитое, голова трещала. В темноте появились два желтых глаза.

- Пора, хозяин.

- Не хочу никуда идти, - простонал Мартин. – Мне нужен мистериум, Оззи.

- Я тебе предлагал варианты насчет мистериума, ты отказался.

- Надо было прихватить парочку дамнаров, хоть какой-то источник силы.

Мартин с трудом заставил себя проглотить несколько кусков тушенки и начал одеваться. Выход задержался минут на сорок, в основном по его вине, он двигался, как сомнамбула, ни умывание холодной водой, ни попытки сделать зарядку, ни заставили организм проснуться. Через люк в башне он вылез за Гургазом и сразу пожалел об этом. Было холодно, гораздо холоднее чем днем, задувал пронизывающий соленый ветер, ноги и руки сразу начали терять чувствительность, а зубы выбивать дробь. Видны были только общие очертания особняков. Вспышки молний иногда выхватывали из небытия куски окружающего мира, изломанные и почти неузнаваемые. Огромный купол собора в их багровых отсветах превращался в упавшую на землю кровавую луну, в каждом столбе мерещились притаившиеся твари. Через секунду снова возвращался непроглядный мрак, в котором где-то далеко плясали красные и желтоватые огоньки, докатывался гром, в нем тонул голодный утробный вой. Или опять воображение играло злую шутку, превращая раскаты и свист ветра в демонический вой. Как бы то ни было, но на пороге холодной, злобной ночи единственным желанием Мартина было забиться обратно в норку. Только отбитый на всю голову кретин рискнул бы лезть в эту жопу ради призрачной надежды кого-то там спасти.

К счастью, Гургаз был именно таким кретином, хоть и с куда менее возвышенными мотивами. Он уверенно двинулся вперед, пересекая улицы и постепенно забирая на восток, примерно параллельно реке, но в сторону противоположную той, куда Мартин ходил на разведку. Шел он надо сказать почти бесшумно без песен и воплей и наготове, с мечом в руке, время от времени его выдавал только звон доспехов. Видимо, даже правильному варгу, который мечтает сдохнуть под звон мечей, в ночных прогулках дозволялось проявлять осмотрительность. Мартин тащился следом, периодически спотыкаясь и кляня себя, Миху, Таразула и всю свою несчастную жизнь. Колдовское зрение почти не работало, а голова болела.

Они довольно быстро пересекли богатый район, и вышли к району, застроенному уже не особняками, а небольшими домиками, кое-где с отдельными участками, а кое-где прижатыми вплотную к друг другу. Да и улочки стали значительно уже. Наверное, до апокалипсиса это был хороший район, для среднезажиточных граждан, но вот сейчас он выглядел кошмарным лабиринтом, где опасность могла таиться на любом чердаке. Мартин наконец поборол свое удрученно-сомнамбулическое состояние и обострил восприятие. Опасность не заставила себя долго ждать, он почувствовал расходящиеся из-за спины волны искажений и только успел броситься на землю и крикнуть: «сзади»! Над ним пронеслась крылатая тень.

Гургаз отреагировал выше всяких похвал: едва видимый косой шаг влево, присед и разворот. Одно единое резкое движение. Взвыло завибрировавшее лезвие меча, рассекающее воздух. Орк закинул его по короткой дуге сверху вниз и не успел буквально на мгновение. Крылатая тварь видимо наткнулась на эфес. Раздался сдавленный писк и крылья, вперемешку с кривыми конечностями покатились по дороге. Орк стрелой бросился следом. Когда Мартин догнал его, меч уже был воткнут в крыло твари. Та трепыхалась и тоненько, на пределе слышимости, верещала. Лезвие слегка светилось от псионной энергии, что позволяло получше ее рассмотреть. Не очень большое существо, размером с собаку, волосатое, но с абсолютно голой башкой, кожистыми рукокрыльями как у летучей мыши и очень противной пастью. Точнее вместо пасти у нее был венчик жадных красных щупалец, которые, казалось, вели самостоятельную жизнь: они выпадали из слюнявого разреза на месте челюстей и пытались дотянуться до окружающих живых существ.

- Кровосос поганый, - рыкнул Гургаз. – Ядовитый, от укуса можно уснуть и проснуться уже без кровушки.

- Он занес над головой кровососа громадный ботинок.

- Погоди, - у Мартина внезапно возникла идея. – Давай оттащим его в дом.

Гургаз с легкостью вышиб дверь в ближайший невзрачный домик. Внутри их ждал деревянный пол, один порванный гобелен на стене и кирпичный камин. И подгнивающая, ветхая мебель. Вся остальная обстановка была подчистую выметена, видимо хозяева успели штатно эвакуироваться. В центре потолок второго этажа подпирал толстый брус. Мартин вытащил из рюкзака веревку и Гургаз надежно примотал кровососа к брусу на высоте метра от пола. Тварь продолжала верещать и тянуться к ним голодными щупальцами. Вместо носа у нее было два пульсирующих, забитых слизью отверстия, которые раскрывались, когда тварь верещала. Глазки были затянуты бельмами.

- Ты что собрался делать?

- Мне нужна сила крови, хотя бы немного, - ответил Мартин.

Он ткнул кинжалом в бедро кровососа. Пузырящийся черный мистериум был настолько отвратным, что он едва не срыгнул тушенку обратно. Что в принципе и ожидалось. Кожаные печатки с вшитыми металлическими кольцами он счел достаточной защитой, схватил одно из щупалец и полоснул его кинжалом. Тварь забилась в два раза сильнее из обрезка тонкой струйкой сочилась черная жидкость и такой же отвратный черный мистериум. «Ну ладно, малой кровью обойтись не получится», - вздохнул Мартин и принялся вскрывать кровососу грудную клетку.

Мясник из него был так себе, к тому же под шкурой, грудь и брюхо твари заросли чем-то похожим на сетку из плотных хрящей. Пришлось доставать энергокинжал и пилить, во стороны полетели куски демонической плоти. Тварь естественно визжала как заклинивший сонар, билась головой об столб и выворачивалась до хруста в конечностях, что очень мешало Мартину. Он вскрыл кровососа почти от шеи до пупка, вывалил на пол груду требухи, пока наконец не добрался до цели. Вместе со слизью и остатками кишок он вытащил из брюха губчатый комок, размером с фляжку. Тварь к этому времени уже прекратила биться. Из губки сочилась полупереваренная кровь жертв. Этот мистериум был далеко не лучшего качества, но Мартин был слишком «голоден». Он стащил перчатки и вцепился когтями в губку, жадно впитывая пузырящуюся колдовскую силу. Губка на глазах высыхала и скукоживалась. Приятного ощущения сытости после этого не осталось, только ноющая боль в животе. Но головная боль прошла и магическое восприятие вернулось в полном объеме. Он снова видел течения варпа за стенами домика и хаос искажений в местах, где присутствовала опасность или темная магия. Никаких визуализаций ока Тенебрис уже не требовалось.

- Ну ты и садюга! - насмешливо рыкнул орк.

- Дрянь всякую жрешь, - проворчал Оззи.

- Что поделать, Инферно Тенебрис и правда выкачала из меня весь мистериум. Может поймаем еще пару кровососов?

- Надо идти, рассвет близко, - возразил орк.

Мартин решил и дальше идти в хвосте, но теперь чувствовал себя намного увереннее. Иногда он подсказывал, где лучше свернуть, чтобы избежать опасности. Никакой конкретики, что именно за опасность: внимание голодной твари или просто яма в мостовой, он дать не мог, но орк доверял его чутью. Из-за частого петляния к краю пузыря они вышли с небольшим опозданием. Жилая застройка закончилась, дальше начиналось открытое пространство, которое упиралось в стену пузыря. Вблизи пузырь производил неизгладимое впечатление. Уже занимался рассвет, поэтому узкая полоска над землей наливалась багровым светом, а выше начиналась тьма, разрываемая только вспышками молний. Эта тьма уходила вверх на головокружительную высоту. И сама стена совсем не выглядела монолитной, она постоянно пульсировала под напором внутренней стихии. Ожидание, что в любую секунду пространство под куполом может захлестнуть километровая волна, изрядно нервировало. В центре пузыря эта бренность бытия была не столь наглядной, а вот здесь у самого края было видно, какая тонкая, едва видимая пленка поверхностного натяжения стабилизирует огромный пузырь.

То, что это именно пленка стало очевидно, когда они вышли вплотную к стене. Мартин стоял на сырой земле, из которой при каждом шаге выдавливался варп. Его капли стремились собираться в небольшие полусферические лужицы, они начинали скользить навстречу остальной массе варпа, когда та подкатывалась близко. В общем, с точки зрения школьной физики вели себя самым возмутительным образом. Стены пузыря постоянно пульсировали в пределах нескольких метров, а в течение дня, как пояснил Оззи, их приливы и отливы могли составлять сотни метров. Днем из-за нагрева воздуха пузырь сильно расширялся, а ночью опадал. Поверхностная пленка не уходила сразу вертикально вверх, первые десятки метров она стелилась вдоль земли, образуя плавно искривленную поверхность, постепенно переходящую в стену исполинского купола.

Мартин ступил в варп, там, где его глубина была по щиколотку. Всем весом он не смог продавить пленку, она растягивалась словно эластичная резиновая ткань. И пружинила под ногами, когда Мартин двинулся дальше. Через пару шагов он просто споткнулся и повис в пленке, слегка раскачиваясь как на батуте. Из-за спины раздалось скептическое рыканье. Гургаз попер вперед словно танк, сначала он продавил пленку на сколько смог, а затем резанул ее перед собой энергомечом. Та лопнула и на него «вывалился» поток варпа. Нельзя сказать, что он хлынул, из-за того, что скорость его течения была гораздо меньше, чем у воды. А Гургаз бросился вперед, пытаясь уйти поглубже. Пленка на вывалившейся массе довольно быстро формировалась вновь, вся стена заколыхалась, восстанавливая прежнюю форму и затягивая все под общую границу. Силуэт Гургаза уже мелькал где-то в красной глубине.

Мартин наконец принял вертикальное положение и глубоко вздохнул. Орк явно не собирался ждать, когда он соберется с мужеством чтобы проделать то же самое. В самом деле, было бы странно ожидать от демоноида, что он проделывает такой трюк впервые. Мартин хорошо помнил все пояснения Оззи данные перед выходом: зайти по терминус варпа как можно дальше, разрушить терминус любым твердым предметом, энергооружие идеально, т.к. вибрирующее лезвие разрушает пленку сразу на большой площади. Бежать вперед как можно быстрее, чтобы восстанавливающийся терминус не придал дополнительного ускорения под жопу. В варпе, обычно, растворено достаточно кислорода для дыхания, главное не паниковать, когда он начнет наполнять легкие. Но объяснения объяснениями, а вот делать это в первый раз, да еще с перспективой опозориться перед орком, было откровенно стремно.

Мартин выставил перед собой оружие, череп тоже торчал впереди, готовый, если что, помочь острым жалом.

- Ну, вперед! – скомандовал Мартин сам себе.

Он сделал только пару шагов и понял, что теряет равновесие, его вес был слишком маленький по сравнению с упругостью пленки, а «глубина» все еще чуть выше колена. Он счел за лучшее упасть самому и резануть пленку впереди. Вибролезвие действительно сработало как надо, и он провалился в варп головой вперед. Во рту сразу появился соленый привкус и Мартин, конечно же, попытался задержать дыхание. Сверху ему прилетело тяжелым черепом. В варпе реактивные движки лучше было сразу глушить, поэтому Оззи вернулся к своему исходному состоянию статичной железяки. Пока они копошились в грязи, сзади, естественно, накатила восстанавливающаяся пленка и потащила их по грязи на глубину. Мартин быстро потратил воздух в бессмысленных попытках цепляться за грязь и, наконец, вдохнул солоноватую, почти неощутимую субстанцию. Он не смог сразу сдержать кашель и едва не потерял сознание от недостатка кислорода. Только когда в глазах уже начало темнеть, мышцы наконец расслабились и Мартин спокойно задышал. А также осознал, что валяется перед небольшим грязевым бугром, который нарыл собственной тушкой. Он поднялся и начал оглядываться. И почти сразу наткнулся на взгляд орка. Видимость в залитом багровым светом варпе была не ахти, но недоуменно-насмешливое выражение ясно читалось на орочьей морде. Помогать в поисках Оззи, застрявшего в грязевом накате, как и в очистке снаряги, он естественно даже не думал.

Немного разобравшись с последствиями неудачного пересечения терминус варпа, кроме явного падения авторитета в орде – тут уже было ничего не исправить, Мартин сделал несколько пробных шагов. Надо сказать, варп почти не сковывал движения, ощущения от него были, как от встречного потока воздуха при быстрой езде на велике. Звуки в нем распространялись хорошо, шлепанье по грязи разносилось далеко во все стороны. А вот с эхом творилось что-то странное, зачастую сказанное слово с запозданием слышалось с нескольких сторон. Поэтому разговорами себя орк не утруждал. Они шли по территории бывших ферм и садов, густо изрезанных дорожками и оросительными каналами. Гургаз шел вдоль них, видимо считая перекрестки, других нормальных ориентиров здесь действительно не было. Любые самые массивные предметы исчезали в багровом тумане через несколько десятков шагов. Он часто останавливался и принюхивался. Помимо нехилой вероятности заблудится, самой большой опасностью были молнии. Они вспыхивали со всех сторон, почти без перерывов, гуляющие по варпу раскаты сливались в один гул, и частенько били в землю. Перед близким разрядом варп словно замирал в напряжении, а потом следовал удар, от которого ощутимо потряхивало, даже сквозь толстые подошвы ботинок.

Перед выходом Оззи еще успел рассказать, что варп может резко менять псионную проводимость, буквально несколько градусов или несколько промилле солености могли изменить его свойства с изолятора на проводник. Самое страшное – это попасть в течение с высокой проводимостью. Любых циклонов тоже надо избегать, как огня. Циклоны или даже торнадо могли образоваться в варпе без предупреждения, только почувствовав усиливающийся ветер, надо было бежать в сторону. Только проблема, что не всегда понятно в какую, плюс еще риск сразу заблудиться, потеряв ориентиры. На крайняк можно было заякориться, вот только якорей у них не было. В общем, хождение варпом без навигатора, видящего течения и псионику, занятие не для слабонервных. Мартин-то, конечно, их видел, сосредотачиваясь на оке Тенебрис, он полностью погружался в мир варпа, реальны становились его течения, а предметы и рельеф, вдоль которых они текли, становились порождением его вихрей. Он видел и напряжения псионных полей, обычно вдоль границы псионных течений или где более теплые потоки встречались с холодными застойными массами, возникало видимое магическим зрением свечение. Через какое-то время он уже хорошо угадывал, при какой интенсивности свечения возникал пробой псионным разрядом. А вот механизм образования шаровых молний оставался загадкой, помогало только то, что он видел их издалека. Но, ему не доставало уверенности в своих силах, поэтому он оставил выбор маршрута за орком. Да и если идти, постоянно сосредоточившись на оке Тенебрис, возникала не иллюзорная опасность переломать ноги.

В общем, двигались они медленно, орочья интуиция была не больно-то надежным проводником. Гургаз в очередной раз остановился там, где оросительный канал, или скорее большую канаву, пересекала дорожка. Она пересекала канаву по насыпи, а для протока воды в ней было врыто несколько труб. Различимое в пределах пятидесяти метров пространство было усеяно скрюченными деревцами. На большинстве видны были обугленные участки от ударов молний. Гургаз топтался в нерешительности уже не меньше минуты и никак не мог определиться с направлением. Мартин решил его не дергать, а проверить варп магическим зрением. И вовремя. Совсем недалеко из верхних слоев варпа спускалась огромная холодная масса, напитанная влагой. В магическом зрении она выглядела как клубящийся черный ледник, спускающийся с небес. По его границам уже распространялось интенсивное голубое свечение, а от нижней границы к земле тянулись змеевидные хоботы торнадо. Мартин схватил орка за фуфайку.

- Бежим, там пиздец!

- Куда, мы заблудимся! – Гургаз выдернул лапищу. – Не мешай.

- Там огромное облако с торнадо и молниями. Бежим пока не поздно!

В подтверждение его слов справа полыхнул целый каскад исполинских молний. На мгновение стало светло как днем, а следом накатила ударная волна грома. От нее лопались барабанные перепонки и варп расслаивался по кольцевым границам интерферирующих волн.

- Псионный шторм! – в ужасе заскрипел Оззи.

Его движки чихнули, мгновенно превратив в пар окружающий варп и заглохли.

- Какого хрена, Оззи! – рявкнул оглушенный и обожженный паром Мартин.

- Хозяин, бежим! Уноси меня отсюда!

- Спрячемся в канаве! – заорал Гургаз, перекрывая раскаты грома. – От шторма не убежишь!

Внешне он выглядел спокойным, хотя цвет морды у него сменился на бледно-синий. Мартин оценил размер приближающегося фронта и его направление. Он решил, что если бежать очень быстро, наискосок от шторма, то вполне возможно с ним разминуться. Если не тратить время на споры, конечно.

- Я вижу в каком направлении бежать! – заорал Мартин. – Ты сам решай, но торнадо разорвут тебя в клочья.

Мартин покрепче перехватил Оззи и припустил в нужном направлении. Он почти сразу понял, что не убежит, он слишком переоценил свою способность быстро бежать по грязи с тяжелым мешком и болтером за спиной, да еще с постоянной необходимостью следить за штормом. Через несколько шагов его догнал Гургаз и бесцеремонно оторвал от земли, намертво прижав правой лапой к себе. А потом рванул так, что набегающий варп превратился в упругую, свистящую стену. Мартин с трудом до него докрикивался, чтобы корректировать направление. Лишенный ориентации, орк постоянно норовил забирать влево под шторм. Порывы варпа уже валили с ног, молнии били совсем рядом, Мартин чувствовал, как рефлекторно сокращаются мышцы его носителя, да и его временами трясло так, что он терял сознание. Один раз молния ударила буквально в нескольких метрах, обдав их паром, но разряды каким-то чудом прошли мимо. Орк видимо окончательно впал в транс, он несся вперед, иногда ломая хлипкие деревца. Шторм уже остался далеко за спиной. Мартин, чьи ребра вдавились глубоко в легкие, начал со всей дури колотить его по руке. Только тогда он остановился. Мартин мешком свалился в грязь, рядом плюхнулся орк. Его грудная клетка ходила ходуном, а от доспехов поднимался явно видимый «факел» перегретого варпа.

Глава 10.

- Ты читаешь варп? – прорычал орк, когда немного отдышался.

- Читаю? Наверное… Я вижу его течения и псионику.

- Сможешь вывести? А то я нахрен без понятия куда идти, псионный шторм меня раздери!

- Все равно нужен ориентир, - пожал плечами Мартин. – Циклон там устойчивый, или еще что-то, от чего можно взять направление.

- Я первый раз шел вдоль канала, никуда не сворачивал, но выбирался потом три дня. Эти поля огромные и все каналы, дороги очень похожи.

Мартин призадумался. Он достал фляжку и сделал несколько солоноватых глотков. Попавший в желудок варп вызвал мощнейшую отрыжку.

- Ты говорил, что в форте есть псионная защита. Как она выглядит?

- Ну, деревья такие из металла, - невнятно рыкнул орк.

- Это мачтовые антенны, с излучателями на вершине, - пояснил Оззи. – Центральная должна быть выше, по площади и в углах форта пониже.

- Да, вроде так, - подтвердил Гургаз.

- Сколько излучателей.

- Ну, один в центре, да. А по краям с десяток.

Мартин устроился на земле поудобнее, закрыл глаза и погрузился в око Тенебрис. Поиск псионного маяка по столь невнятному описанию обещал быть нетривиальной задачей. Он мог видеть течения варпа на приличном расстоянии, но не так чтобы очень далеко, примерно в пределах обычной видимости в воздушной атмосфере. Границ пузырей он отсюда не видел, ни родного, ни того куда они держали путь. На пределе восприятия он распознавал только верхнюю границу варпа. Правда, она представляла собой очень плотный, бурлящий хаос, за которым ничего невозможно было различить. Так, что граница это, или какой-то следующий слой варпа он не мог судить. Он подозревал, что должны существовать колдовские техники, позволяющие сознанию окончательно оторваться от тела и уплыть по течениям намного дальше. Но в текущей ситуации экспериментировать с ними было страшно. А вот псионика была видна далеко, особенно если на ней сосредоточиться. Только всяких разных молний, свечений и огоньков со всех сторон было все равно, что звезд на небе. На поиски могли уйти долгие часы, да и как убедиться, что это та самая защита форта?

К счастью все оказалось не так страшно. По прошлому опыту Мартин помнил, что псионика тоже бывает разных типов и после сосредоточения на одном, остальные будут восприниматься с меньшей интенсивностью. Хоть огни вокруг иногда сливались в светящиеся туманности, постоянных среди них было немного. Мартин нашел большую звезду с нитевидными отростками и сосредоточился на ней. Этот псионный источник показался ему не природным явлением, слишком целенаправленно он передвигался и раскидывал свои нитевидные отростки. К счастью расстояние до него было очень большое. Постепенно молнии и свечения потускнели. В очищенной от «мусора» полусфере, довольно быстро нашлось созвездие с ярким центральным огнем, от которого тянулись псионные разряды к огонькам поменьше. Мартин честно еще долго «сканировал» окружающее пространство, но ничего более подходящего под описание не обнаружил. Он открыл глаза и увидел внимательно наблюдающего за ним орка.

- У тебя аж зенки светятся, - в рыканье орка явно слышалось одобрение.

- Я нашел похожий источник. Идем.

В этот раз Мартин шел впереди, изредка останавливаясь, чтобы сверить курс. Двигались они в целом увереннее и быстрее, чем раньше. Дополнительным плюсом было то, что орк разгрузил его, забрав Оззи и мешок себе. Примерно через полтора часа пути Мартин начал различать впереди границу пузыря и окончательно успокоился. Когда они подошли к терминусу багровый шар окончательно поднялся из-за горизонта. Карманные часы показывали десять. Пройти терминус в обратном направлении было немного легче, достаточно было резануть пленку перед собой, и пробежать вперед, чтобы пленка не затянула назад. Собственно, орк как в первый раз сделал все четко, в прыжке разрубил терминус и приземлился уже на твердой поверхности. А вот Мартин вывалился вместе с варпом недостаточно быстро, и разик прокатился в обратном направлении.

Выкашляв варп из легких, он осмотрелся. Новый пузырь в целом ничем не отличался от старого, кроме величины. Мартин оценил его высоту в половину, метров в пятьсот. Наверное, диаметр должен был быть в разы меньше, но противоположную стену мешала увидеть возвышенность, на которой расположилась небольшая звездчатая крепость. Небольшая, но хорошо укрепленная, с далеко выдающимися вперед четырьмя бастионами. Сверху она была накрыта голубоватым куполом псионной защиты, поддерживаемым излучателями в виде металлических ежей на толстых сваях, которые чуть приподнимали излучатели над стенами. Расстояние между крайними точками форта было, пожалуй, метров сто, а дистанция до него километра два. Насколько он хорошо охраняется сложно было сказать, Мартин не заметил в оптический прицел болтера движения на стенах. Холм огибала мощеная плитами дорога, а пространство до него было полностью открытым.

- Так и пойдем? – спросил Мартин. – Спалят нас, как нехрен делать.

- Я в прошлый раз двумя днями ходил. К форту пробирался ночью. Или можно попробовать лощиной, но это надо заходить с другой стороны.

После некоторых раздумий, было решено-таки заходить с другой стороны. Переться по открытому полю было все равно, что прийти постучаться в парадную дверь. На обход ушел еще час и куча сил, по крайней мере, Мартин к концу перехода был мокрый как мышь и голодный как волк.

Расстояние до форта с этой стороны было намного меньше, километр или около того, но склон холма гораздо круче, кое-где из него выступали скалы. Терминус варпа проходил в густом лесу, точнее когда-то бывшего густым, сейчас это были голые скрюченные стволы, где-то покосившиеся, где-то поваленные. По этим завалам можно было скрытно пробраться поближе к форту. Также помогал густой туман, смешанный с испарениями варпа. Вскоре, останки леса спустились в довольно глубокую лощину, которая вела в нужную сторону. Гургаз шел по дну лощины. Раньше по дну наверняка протекал ручей, но сейчас от него осталось несколько топких участков, которые орк старательно обходил. Высокие склоны, усеянные черными стволами кустов и деревьев, скрывали их от наблюдения, как и туман, который на дне превратился в молочно-белый кисель. Проблема была в том, что путь скоро пошел вверх. Лощина заканчивалась, туман рассеивался и впереди проступали очертания форта и скал. Расстояние до них было еще приличным. Орк остановился, вертя башкой по сторонам.

- Впереди дорога, идет между холмом и лощиной. А слева была таверна. В ней можно спрятаться, - пояснил он.

В тумане таверны не было видно, но с помощью магического зрения Мартин легко определил ее положение. Испарений варпа вокруг было очень много, в их течениях можно было «увидеть» любой крупный предмет. Вообще, похоже, что этот пузырь был гораздо менее стабильным. Запах соли и водорослей чувствовался сильней, а, если поднять взгляд наверх, становилось заметно, что свод купола не имеет четкой полусферической формы, а затянут розовыми облачками, из которых накрапывает варп-дождик.

Таверна расположилась на краю лощины, от ее нижнего этажа в склон уходили мощные деревянные сваи. Сама таверна была добротным трехэтажным зданием из толстых бревен, с двускатной крышей. За несколько лет без ухода, краска на оконных наличниках потемнела, черепица начала отваливаться, а один угол заметно просел. Стекла сохранились только на верхних этажах. Мартин с орком осторожно поднялись под здание. Небольшая пристройка нависала над склоном, опираясь на сваи. Мартин под ней мог перемещаться почти не пригибаясь, а Гургаз на корточках. Пахло под пристройкой отвратно, а из пола в землю уходили толстые трубы, видимо канализационные. Орк нашел в полу люк, толкнул его и скрылся внутри. Мартин подпрыгнул и опершись на пузо и тоже перевалился через бревна. Он встал, отряхнулся, в помещении было темно и грязно. Оззи влетел следом, подняв очередной клуб пыли.

Техническое помещение перешло в подвальное, под основным зданием оно уже было утоплено в землю. Мартин включил фонарик в поисках лестницы наверх. Внезапно фонарик закрыла огромная лапа.

- Не свети! - шикнул орк. – Слушайте, наверху.

Оззи сразу приглушил движки. С первого этажа и правда доносился разговор. Они на цыпочках пробрались к лестнице. Сквозь щели между досками люка слышно было лучше, стало возможно разобрать отдельные слова.

- Одна винтовка и сто патронов, два палаша из карбоновой стали, - произнес молодой голос.

- Одной бабахи мало. Тащи три и тысячу патронов, - возразил другой голос, каркающий и неприятный.

- Смеешься что ли, как я их незаметно вытащу? Одна винтовка. Могу патронов больше взять. Кинжалы, кольчуга из титаниума интересует?

- Броню тащи. А бабахи три…

- Не получится!

- Глупый хуман, таскай их по одной и прячь здесь.

- Чтобы вы их сразу унесли? Нет!

- Ладно хуман, носи по одной бабахе, будем водить девку каждый раз.

- Что еще за каждый раз! - возмущению в молодом голосе не было предела. - Одна винтовка в обмен на девушку. И я хочу эту вашу Беллу, ну с большими… глазами.

- Белла не стоит одну бабаху, за нее десять.

- У вас совсем мозги в варпе скисли! Есть шанс, что пропажу одной винтовки не заметят, а если заметят, я как-нибудь отбрехаюсь. Но десять! Как я по-твоему объясню пропажу десяти?

- Ты же умный хуман, думай. Белла стоит десять.

Спор продолжался на повышенных тонах. Мартин скрючился под самым люком, прислушиваясь, а Гургаз сидел внизу.

- Может нападем на них? Там один похоже из форта, - прошептал Мартин. - Только его надо брать живым.

- Вазар, - согласился орк. - Сколько их и где стоят сможешь увидеть?

Помещение наверху было, судя по всему, залом для гостей. В течениях варпа можно было различить несколько столов, барную стойку и оценить размеры зала, как весьма приличные. Два спорщика стояли у барной стойки. Тот, что с молодым голосом был высокий, со вполне человеческой фигурой, только по бокам от челюсти торчали какие-то цилиндры. Мартин решил, что это фильтры респиратора. В руках человек держал продолговатый предмет, опущенный вниз, возможно винтовку. А вот стоящее рядом существо было ниже на голову, горбатое и скрюченное, на поясе у него болталась палка с утолщением и крюком на конце. На выходе из бара расположились еще два скрюченных существа, побольше и покрепче на вид. Они сохраняли абсолютное молчание. В руках они держали скорее всего копья с массивными лезвиями. На улице Мартин ничего интересного не «увидел».

- Их там четверо. Двое которые спорят у барной стойки, из них один человек, скорее всего с винтовкой, другой дамнар или какой-то гоблин, у него короткое оружие на поясе, вроде булавы с крюком. Еще двое дамнаров с копьями стоят на входе, наблюдают за барной стойкой и за улицей. Люк находится слева от барной стойки в закутке, его не должно быть видно никому. Выйдя из закутка окажешься лицом к человеку, дамнар будет стоять спиной.

- Пойду первым, - тихо рыкнул орк.

- Человека надо брать живым, не забудь!

- Вот и держи на прицеле человека. Я разберусь с дамнарами.

Они поменялись с орком местами, лестница жалобно заскрипела под тяжестью громадной туши. Когда Гургаз попытался приподнять люк, петли противно взвизгнули.

- Дай мельту.

Мартин вытащил из рюкзака канистру и протянул орку. Рюкзак он бросил под лестницу. К счастью спорщики были слишком увлечены и не обратили внимания на подозрительный звук.

- Угрожаешь хуман?

- Я не имею дела с наглецами. Я всегда вел дела честно, и вы обнаглели, думаете можете требовать что угодно!

- Что угодно? Таскаешь всякую дрянь, которая вам самим не сгодится…

Гургаз обильно залил мельтой петли и передал ее вниз. Затем он повесил молот на ремень за спину и вооружился мечом. Мартин ясно видел голубоватое свечение на стенах таверны и особенно на всех металлических предметах, поэтому пришлось выставить на болтере небольшую мощность. Он надеялся, что стрелять не придется.

- Может рассказать вашей главной хуманке, как ты честно ведешь дела с народом сантары?

- Ты дурак, Хург, если думаешь, что я один…

- Вперед, - рыкнул орк и плавно, но быстро поднял крышку люка.

Та, естественно, завизжала, как стая мартовских котов. Спор наверху сразу утих.

- Ва-аза-ар! – взревел Гургаз и, уже не скрываясь, ринулся в бой.

Мгновение назад все пространство заслоняла его огромная спина, а теперь сверху уже раздавался грохот ломаемой мебели. Мартин попрыгал через две ступеньки, под мягкое место его подталкивал Оззи, врубивший движки на полную мощность. Он выскочил за барную стойку как раз в тот момент, когда человек выцеливал из винтовки Гургаза, расправляющегося с дамнарами у двери. Мартин ударил его прикладом в затылок. Человек упал на колено и сразу попытался встать, мотая головой.

- Винтовку на землю! Винтовку бросай!

Человек развернулся, упав на жопу, и попытался вскинуть оружие, но увидел смотрящий ему в лицо взведенный болтер.

- Последний шанс, сука! Руки поднял!

Человек обреченно отпустил винтовку.

- Спокойно, дамнар, не стреляй… Давай все обсудим.

Голос человека заметно дрожал.

- Для тебя он – господин темный магос! – угрожающе проскрипел Оззи, зависнув над сидящим человеком и поигрывая острым жалом у него перед носом.

- Я понял, господин магос. Это недоразумение, не стреляйте, мы все решим…

Сзади подошел Гургаз, уже принимающий свой нормальный, залитый кровищей с ног до головы, вид. Он сдернул винтовку с человека, зацепив ремнем респиратор и едва не сдернув и его. Затем он буквально зашвырнул человека на стойку и принялся освобождать от лишнего имущества: сабли, нескольких ножей, пояса с магазинами. Дамнары у двери сопротивлялись недолго, один был развален буквально пополам, второй валялся на столе с размозжённой головой. Черная кровь и мозги стекали по ножке стола. А Хург, с которым спорил человек, мешком валялся у стойки. Его голова была разбита, но не так сильно. Возможно, он был еще жив. Закончив с пленником, орк вытащил из-за пояса Хурга добротный чекан, молоток с дополнительным клювом на обухе.

Мартин поднял винтовку и внимательно осмотрел. С виду приличный агрегат, легкий, небольшого калибра, с удобным цевьем и оптическим прицелом. Но в приклад был вмонтирован металлический баллон.

- Пукалка, - презрительно рыкнул орк.

- Пневматика, - сказал Оззи. – В этом пузыре я бы с огнестрелом не рискнул гулять.

Орк бросил человека на пол, а потом сорвал респиратор, чтобы рассмотреть лицо. За респиратор тот цеплялся, но едва получив пинок, прекратил бесполезное сопротивление. Мартин от греха разрядил болтер.

Человек был белобрыс, приятен лицом, его серые глаза расширились от страха, а руки непроизвольно тянулись к респиратору. Одет он был в добротные штаны, куртку и бригантину поверх. В его рюкзаке нашлось немного еды, воды, запасные баллоны для винтовки, раскладной якорь из титаниума с короткой цепью, фильтры для респиратора и прочие припасы. Больше всего Мартина заинтересовал тяжелый металлический шарик. Часть его была прозрачная и размечена на угловые сектора, как у компаса. Под стеклом можно было разглядеть две линии, красную и синюю. При вращении шара, линии скрывались под непрозрачной частью корпуса, при резких поворотах раздавалось негромкое жужжание. Мартин сунул шарик себе в рюкзак и решил попозже разобраться с его назначением. А заодно прихватил якорь. Пленник проводил исчезновение вещей недовольным взглядом.

- Номен хуман! – рявкнул орк.

- Ливий… Отдайте респиратор, а? Здесь нельзя дышать…

- Получишь, когда ответишь на вопросы. Ты в крепости кто, варг?

- Я – рейнджер, патрулирую окрестности, хожу через варп. Могу провести, если надо.

- Торгуешь с дамнарами? - ехидно спросил Мартин.

- Все рейнджеры с ними торгуют, их слишком много вокруг. Если не торговать, долго не проживешь. Диса – дура отмороженная, не она ведь в засаду попадет, не с нее кожу живьем сдерут.

- Эти дамнары откуда? Из собора?

- Да, из Собора святого Велизария в соседнем пузыре.

- Кто такая Диса?

- Диса Барут – комендант крепости, бывшая арбитрес Империалис.

- Баба что ли? – насмешливо проревел орк. – Слушай, вождь, у них совсем варгов нет, если баба командует. Надо брать этих рабов тепленькими.

- Это может ничего не значить, - возразил Мартин. – Сколько людей в крепости? Давай отвечай по-хорошему! – Мартин достал из-за пояса темный кинжал и поднес к подбородку Ливия, видя его колебания. Лезвие сразу запульсировало разными оттенками тьмы. – Я ведь могу и магией Тенебрис разговорить.

Ливий колебался недолго.

- Сейчас, по списку сто пятьдесят четыре человека. Винтовки есть для каждого. И псионная защита в полном порядке.

- Будешь выпендриваться, станет сто пятьдесят три, - ответил Мартин. – Медикусы, механикусы есть?

- Медикусы есть, механикус из гильдии только один…

- Варгов сколько! – рявкнул орк.

- Все варги, если нападете. Женщин пятнадцать и некоторые из них… хуже мужиков короче.

- Хуже, чем ты? Неудивительно. – заржал Гургаз. – Против настоящего варга, бабы с пукалками вас не спасут.

Ливий сжал зубы.

- Через псионику вам не пробиться. А внутри винтовки настоящие, там защита, и порох не взрывается.

- Тайные входы есть? Как ты свою девку тащить собирался?

- Нет тайных входов, только обычные через куртину. Девка не проблема, мы бы со своими договорились… - Ливий осекся, поняв, что болтает слишком много.

- Договорились? – заинтересованно прорычал орк. – Значит ты и нас провести сможешь.

- Вы что с ума сошли?! Одно дело девка, другое дело… вы двое.

- Не люблю, когда рабы со мной спорят. – орк вытащил энергокинжал. – Что выбираешь: палец или уши?

- Погоди, - Мартин решил играть роль доброго полицейского. – Давай-ка для начала нарисуем план крепости.

Он попросил орка притащить одного из убитых дамнаров, чтобы рисовать его кровью на полу. Он заставил Ливия изобразить примерный план внешних стен с четырьмя бастионами, отметить оба входа и все здания внутри.

- Это что? – указал Мартин на кружок в центре.

- Псионная станция, конечно, - пожал плечами Ливий.

- Ну ладно, а рядом, вот этот квадратик?

- Это, его ВечноЕдиного, ВсеБлагого Императорского величества…

- Завязывай это нытье! – рявкнул орк. – Кратко отвечай, что у вас там, склад, арсенал?

- Там церковь, конечно. Отец Бенедикт проводит литургии во славу его ВечноЕдиного… Во славу Императора в общем. Каждый день, как положено.

- Жалкие рабы, - фыркнул орк. – Вы и в утробе кракена будете плакаться своему полудохлому господину?

Ливий снова заскрипел зубами, но сдержался.

- Во сколько служба? – поинтересовался Мартин.

- В полдень.

- То есть совсем скоро. Все будут на службе?

- Не все! – дерзко ответил Ливий. – Будут только те, кто не в наряде, не в патруле, не на дежурстве. Нападете во время молитвы и вам не избежать кары от длани верных слуг его.

- Да ладно, не кипешуй. Я против вашего Императора ничего не имею, молитесь там хоть до посинения. Ты вот что: расскажи, как у вас там служба проходит, как в церкви все устроено?

- Тебе это зачем, демон?

- Интересно просто. Вдруг вы там молитесь неправильно, тосты за здоровье его Императорского величества пропускаете. Мы, знаешь ли, с еретиками никаких дел иметь не хотим.

- Гы-ы с еретиками, - весело заржал орк. – Жалкие рабы, да еще еретики в придачу.

- Мы храним люмен Империум! – крикнул Ливий, его лицо перекосило от злости.

- Что внутри церкви, давай рассказывай!

- Большой зал, чтобы всем хватало места, высокий.

- Размеры какие? Стены каменные, деревянные? Высота потолка? Ты поточнее информацию давай.

- Десять на двадцать метров где-то, высота потолка метра три, - удивленно ответил Ливий. – Это кирпичное двухэтажное здание, второй этаж низкий, мансардный под крышей.

- Пол какой на первом этаже? Стены?

- Пол – плитка, сероватая такая, стены покрыты белой штукатуркой.

- Еще что-нибудь там есть, характерное такое? Мне нужно больше деталей.

Ливий, кажется, был окончательно сбит с толку.

- Алтарь есть, понятно, дело на торцевой стене. Семь порталов с фресками, которые изображают его ВечноЕдиного… великие деяния Императора. Над алтарем большая позолоченная аквила, два метра в ширину, примерно. Перед алтарем амвон с тремя ступеньками, где отец Бенедикт читает проповедь. К нему ведет красная дорожка. Справа и слева небольшие галереи для хора, но они обычно пустые.

- Что за великие деяния Императора?

- Что? Да ты насмехаешься, демон! – возмущенно вскричал Ливий. Он даже вскочил, сжав кулаки. – Каждый последний дамнар знает семь великих деяний! Хулить на Императора – неискупаемый грех…

- Слышь, ты святоша недоделанный, - зашипел Мартин. – Жопу прижал и рассказал про семь деяний. Еще раз так дернешься, ногу прострелю!

Ливий опустился на пол и с ненавистью уставился на гнусное отродье тьмы посмевшее глумиться над святая святых.

- На первом портале Император обращает воду в вино, а камни в хлеба, чтобы насытить страждущих. На втором разгоняет варп и сотворяет новый ордос Элизиум для семей легионеров и рыцарей, что погибли в крестовом походе. На третьем запечатлено чудесное спасение эльдарианской принцессы Литалль, похищенной чернокнижником Вультар…

- Давай-ка третий подробнее опиши.

- Ты это, вождь, - прорычал явно заскучавший орк. - Сначала был вазар, конечно, его позлить, но шутка затянулась. К чему нам это описалово? Надо выбить из него, как попасть внутрь, а там уж разберемся, что лучше грабить.

- Это не для грабежа. Продолжай давай!

Только когда Мартин убедился, что ясно представляет себе детали, он разрешил Ливию замолчать. Надо сказать, что тот довольно плохо помнил детали большинства картин с деяниями, только картину с эльдарианкой помнил во всех подробностях, а эльдарианку особенно хорошо.

- Ну, все? – нетерпеливо спросил Гургаз. – Начнем настоящий допрос.

При этих словах Ливий заметно побледнел.

- Нет нужды. Теперь я знаю, как выглядит церковь изнутри. Подождем полдня, и пройдем внутрь темной тропой.

- Это невозможно, демон! – крикнул еще более побледневший Ливий. – Ты лжешь! Испытываешь меня!

- Да, нахрен ты мне сдался. Сиди тихо.

- Ты снова насмехаешься над ним? Или, правда, пойдешь тропой? – орк тоже выглядел озадаченным.

- Конечно, пойду. Я уже так делал.

- Так не бывает. Сначала, демон должен побывать в доме. Только потом, он может прийти тропой варпа. А так, чтобы по каким-то словам демоны приходили. Не бывает такого…

- Исчадие варпа, каждое твое слово – ложь, - вякнул из-под стойки Ливий.

- Ты не веришь, что я проложу темную тропу в церковь? Может, забьемся? На год службы? Кто проигрывает, служит год, как раб. Идет?

Мартин с вызовом посмотрел на орка и тот стушевался.

- Ты, наверное, великий шаман…

- Я великий шаман и вождь орды.

- Ну, как скажешь. Значит, этот раб нам больше не нужен?

- Не нужен, - отмахнулся Мартин.

Он уже раздумывал, как бы набрать мистериума на обратную тропу. Если пустить кровь прихожанам, вряд ли это поспособствует успеху переговоров. Его дилемма разрешилась сама собой. Гургаз выхватил чекан и нанес один точный удар по затылку Ливия. Раздался характерный хруст, брызнула кровь, а Ливий завалился носом вперед.

- Твою дивизию! Гургаз, ты че делаешь!

- Сам сказал, раб не нужен.

- Я не говорил его убить!

Несмотря на все возмущение, Мартин не мог смотреть, как бесполезно утекает мистериум. Он достал кинжал и погрузил его в шею умирающего рейнджера. Кровь хлынула потоком, все еще живая и пульсирующая. Кипящая сила устремилась в его ауру, как в голодную бездну. Она вливалась в каждое плетение ауры, вызывая приятную дрожь. Мартин вцепился в рану когтями, раздирая ее сильнее. Он вытянул все досуха, до последней капельки мистериума. Остановился только, когда кровь превратилась в густой кисель, а труп окоченел. Мартин поднялся и привалился к стойке. В голове шумело, по телу разливалась приятная слабость. Хотелось закрыть глаза и представить вокруг теплое море, песочек, мулатку, приносящую коктейли. Мартин вспомнил, где находится и открыл глаза. За ним опять внимательно наблюдал орк, но уже с некоторой опаской.

- Тебе нужна сила крови? Так бы и сказал… у тебя зенки теперь черные…

- Нужна, конечно, но убивать его не надо было! Ты пожалуйста советуйся со мной, прежде чем мочить людей направо и налево.

- Советоваться? Ты собирался его потихоньку высасывать?

- Нет! Ну точнее, я бы взял немного мистериума, но без убийства. Нельзя просто так убивать людей, без всякого повода.

- Почему?

- Потому! Потому что они соберутся большой толпой и придут поднимать нас на вилы.

- Любая битва – это Вазар! Пусть приходят.

«Плохой аргумент», - понял Мартин. Других убедительных аргументов не придумывалось.

- В общем, не убивай пока никого. Договорились?

- Мы же в набег идем… Этого тоже не трогать?

Гургаз указал на Хурга, который начал постепенно приходить в себя и стонать.

- Не, этого вали. Не тащить же его в набег.

- Так можно убивать или нет? Я запутался, вождь.

- Людей нельзя, остальных можно! Что тут сложного?

- А почему хуманов нельзя убивать?

- Они же разумные существа.

- Значит тупых можно убивать, а умных нельзя? Как их сразу отличать-то?

- Нет! Концепция гуманизма тебе, конечно, не знакома.

- Хуманизма? Да, хуманы во главе со своим дохлым господином любят рассказывать, что они пуп вселенной.

- Нет, она означает, что жизнь человека бесценна по определению, по факту его рождения.

- Первый раз такую херню слышу. Даже имперские рабы до такого не додумались. Варг ценен тем, сколько врагов может убить. Шаман тем, как велика сила его колдунства. Раб тем, как долго может работать…

- Я понял, Гургаз. Короче, люди мне нужны, чтобы получать из них магическую силу, а силу дамнаров я поглощать не могу. Поэтому людей не убиваем. Усек?

- Как скажешь, вождь. Хуманов берем в плен, по возможности.

- Вот что, Гургаз, мы, когда выйдем с тропы, в церкви будет много людей. И наверняка не все из них отнесутся к нам с пониманием. Но ты их не руби. Сначала будем вести переговоры.

- Переговоры? Зачем вести переговоры. Мы их тепленькими возьмем, они и мяукнуть не успеют. Или тебе рабы нужны? Я всех рубить не буду, кто побежит буду глушить.

- Вообще никого не рубишь и не глушишь! Мне нужен медикус, а ты его покалечишь.

- Ты болен? Их медикус тебя вряд ли вылечит.

- Не меня, а друга моего. Которому руку разорвало, ты ж помогал его держать.

- Надо рубить руку и все. Зачем медикус?

- Он помрет нахрен. А медикус аккуратно отпилит.

- Помрет и ладно. Что из-за этого набег отменять? Я живу, чтобы сражаться…

- И сдохнуть под звон мечей, я помню. Но у меня другие планы. Так что никого не рубим, не глушим, а ведем переговоры. А вот если переговоры зайдут в тупик…

- Когда они зайдут в тупик, тогда рубим и грабим! Ва-аза-ар!

- Нет, тогда хватаем медикуса и уходим.

- Чего? А если они просто согласятся медикуса отдать? Мы что развернемся и уйдем?

- Развернемся и уйдем. С медикусом.

- Ну это вообще не Вазар. Не грабить, не убивать, что за набег такой?

- Можешь что-нибудь забрать, если хочешь. Только не бей никого.

Орк состроил кислую физиономию.

- Марти, ты, конечно, вождь. Но нельзя на мнение орды болт ложить. Орда сделала тебя вождем!

- Когда будет возможность, устроим набег. Но не сейчас.

- А-а, сто эльдарианок тебе в гарем, и чтоб ни одной не трахнуть! Хорошо, колдуй свое колдунство.

Мартин снял с руки мертвого Ливия часы, решив, что они должны быть настроены на время форта. До полудня оставалось минут пятнадцать.

- Ты пока оттащи трупы в лощину и спрячь там. Вместе с этим Хургом. А я буду тропу готовить.

Гургаз еще немного поворчал на тему бессмысленности происходящего, но взвалил человека и Хурга на спину и потащил вниз.

- Хозяин, ничего не хочу сказать, - осторожно заскрипел Оззи, когда орк скрылся в люке. – Но ты сбиваешь нашего синемордого друга с толку. Кого можно убивать, кого нельзя, я сам, честно говоря, запутался.

- Оззи, отвали! Я не хочу, чтобы орк устроил в форте резню.

- Когда вы вдвоем накрошили целую толпу несчастных дамнаров, ты вроде не возражал. Которые, кстати, не сделали тебе ничего плохого. А эти в форте, тебе аутодафе организуют без вопросов.

- Дамнары не люди.

- Не люди, конечно… были людьми, пока в силу непреодолимых обстоятельств не стали дамнарами. А вот, опять же интересно: демоноидов можно убивать? Они же не люди?

Мартин понял, что с треском проигрывает словесную баталию и прибег к самому убойному аргументу в своем арсенале.

- Захлопни варежку, Оззи!

Когда Гургаз закончил уборку, Мартин уже был готов. Нашел подходящую дверь и подремал минут десять, чтобы прочистить мозги от мистериумного дурмана.

Глава 11

По субъективным ощущениям тропа стала другой. То ли ее свойства зависели от окружающей местности, то ли от расстояния до цели, но «идти» стало намного тяжелее. Требовалась гораздо большая концентрация на образе церкви, лента кипящей тьмы петляла, неожиданно обрывалась вниз, в общем, всячески норовила «сбросить» путника. А в черноте вокруг появлялись жутковатые тени, прямо-таки излучающие угрозу. Мартин быстро освоил искусство «поворачивать» тропу, чтобы обходить опасные участки. Но это отнимало много сил. Где-то ближе к концу тропа уперлась в область завихрений, порождающих псионные разряды. Эти вихри были весьма нестабильны, иногда пропадали, иногда начинали перемещаться сами по себе. В целом, между ними можно было потихоньку «пробираться». Но их неожиданные перемещения заставили Мартина понервничать. Тропу пришлось несколько раз поворачивать, чтобы спастись от мощных псионных разрядов. Закончилась тропа тоже по-другому. Тьма вокруг начала сереть, послышался красивый, раскатистый голос.

«Глория люмен Империум. Благостный, единый и вечный взываем к свету твоему. Гратиас, о Люмен Империум, за день этот, за хлеб насущный, что даруешь нам. Призываем тебя, о Люмен Империум, благослови верных слуг твоих…

Стоявший на амвоне высокий пожилой дядечка, правда, что уж говорить, слегка полноватый для переживающего варпокалипсис, был облачен в красивую белоснежную рясу. Через шею у него был перекинут широкий красный шарф с вышитыми золотыми аквилами и звездами. В руках он держал жезл, обитый металлом. В навершие жезла был вставлен драгоценный камень с желтым огнем внутри. В магическом зрении, в определенные моменты литании камень выстреливал тусклые золотистые искры. Вид этих искр, оседающих на прихожанах был неприятен Мартину. Пахло какими-то благовоньями, тоже неприятными, от них чесался нос и хотелось чихать.

Внезапно священник смолк, уставившись на орка и сомнительного полудемона с болтером и сервитором за плечом, материализовавшихся в воротах церкви. Остальные растерянно захлопали глазами, они все еще пытались внимать оборвавшейся литании. А когда начали оглядываться назад, сразу послышались вопли ужаса и грохот роняемых подсвечников.

- А нас и призывать не надо, мы сами пришли, - Мартин решил разрядить обстановку шуткой. Шутку естественно не оценили.

- Ордо Империум, эксорциум демоника! – как оглашенный завопил священник, направляя жезл в сторону пришельцев.

- Полярный орк! Люмен Империум, спаси и сохрани…

- К оружию братья! Час битвы настал! – послышались призывы самых храбрых. Люди толпились ближе к алтарю, на вид их было человек сорок, гораздо меньше, чем ожидалось. Почти все бледные, хмурые в штопанных-перештопанных костюмах, но больными или страдающими от голода они не выглядели. Женщин и детей среди них было совсем мало. Хорошо, что винтовки стройным рядком расположились на стойке у ворот, откуда нарисовались незваные гости. Кто-то вытащил пистолет, кто-то кинжал, но бросаться в бой против орка с таким арсеналом никто не спешил.

- Мы пришли с миром! - рявкнул Мартин. – Гургаз, не выпускай никого! Следи за окнами!

- А ну рабы, жопы прижали! – заревел Гургаз.

Он выхватил молот и со всей дури опустил его на ближайший стол с курящимися благовоньями. А дури у него было хоть отбавляй, как и заряда у молота. В направлении алтаря со сверхзвуковой скоростью полетели щепки и осколки, заставляя людей падать на пол. Священник к его чести даже не дернулся. С его щеки текла кровь от застрявшего в ней осколка стекла. Мартин взвел болтер и направил на старика.

- Эксорциум демоника, - продолжал вещать тот, правда, уже не столь уверенно. – Вставайте братья, вставайте…

Летящие в сторону Мартина тусклые искры вызывали легкое жжение, когда соприкасались с его аурой, но не более того.

- Завязывай, старикан! У меня в руках вообще-то заряженный болтер, а могу еще эксплитией Тенебрис приложить. Так, что давай начнем беседу заново и повежливей! Добрый день, меня зовут Мартин. Этот доблестный варг – Гургаз.

- Эго Гурга-аз! – раздался утвердительный вопль.

Святоша некоторое время пялился на взведенные, слегка звенящие дуги болтера.

- Добрый день. Я Бенедикт, отец Бенедикт, диакон собора святого Велизария епархии Линдум прайм его Императорского величества священной Экклезиархии.

«Все-таки доброе слово и болтер действительно творят чудеса», - подумал Мартин.

- Очень приятно. Мы, правда, извиняемся за вторжение. Но нам срочно нужна помощь. Обещаю, что если вы не будете хвататься за оружие, то никто не пострадает. Есть среди вас медикус?

- Медикус? – удивленно переспросил один из прихожан.

Это был пожилой человек с окладистой седой бородой, но абсолютно лысый. Довольно грузный, крепкий, широкоплечий с большими, как лопаты ладонями. В его глазах навечно застыло насмешливо-ироничное выражение. Он излучал спокойствие и уверенность и сразу располагал к себе. На рукаве его куртки был нашит зеленый круг с чашей внутри.

- Зачем вам медикус… уважаемый?

- Надо помочь человеку, у которого рука попала в капкан с заразой Нургал. Раны надо зашить или ампутировать руку, если другого выхода нет. Это в соседнем пузыре, мы проводим медикуса туда и обратно. Могу предложить что-нибудь в обмен на помощь, вот болтер, например, или элериевые кристаллы. Обсудим в общем.

- Зачем дамнару помогать человеку? – презрительно бросил отец Бенедикт.

- Во-первых, я не дамнар. Во-вторых, почему собственно нет? Он мой друг и ему нужна помощь.

Бородач остановил очередное словоизлияние святоши подняв открытую ладонь.

- Это очень похвально, уважаемый… темный магос, что вы хотите помогать людям. Но поймите правильно, для адепта темных сил такое поведение немного не характерно. Хотелось бы знать настоящую причину э-э… вашего визита?

- Септим, не разговаривай с ним так! – крикнул священник. – Это исчадие тьмы, он не понимает смысла твоих слов.

- Слышь, отче, я что по-твоему дебил какой-то… Погоди-ка, Септим, Септим Люций может быть? – радостно уточнил Мартин.

- Он самый, не имел удовольствия быть знаком…

- Вы медикус из больницы. Вы пойдете с нами.

- Не пойду! – отрезал Септим.

- Что значит не пойду? Там человек умирает, вы должны ему помочь!

- А здесь целая община, которой каждый день требуется моя помощь.

- Нахер эти разговоры! – рявкнул орк. – Это медикус? Тогда забираем его и валим остальных!

Несколько человек зашевелились, поднимая ножи и пистолеты. Гургаз только этого и ждал, он перехватил молот двумя лапами и одним стремительным шагом перетек на пять метров вперед. Большинство людей сразу подались назад, заталкивая священника в алтарь. Мартин испугался, что сейчас во все стороны брызнет кровь и полетят оторванные головы. Он прекрасно помнил, что орк может сотворить, дай ему только шанс ворваться в строй. А сбившаяся толпа прихожан, даже никаким строем не была.

- Гургаз, стой! Не смей! Мы договорились! - Мартин в отчаянии перебирал фразы, способные остановить эту машину убийства.

- Поздно, вождь. Надо проломить пару черепов, так переговоры пойдут быстрее.

Послышались сдавленные ругательства. Вперед протолкалась пожилая женщина в курточке с капюшоном, кожаных штанах, ботинках и длинной юбке поверх штанов. На ее куртке был нашит такой же зеленый круг, но с деревом, а не с чашей внутри. Ее возраст был понятен в основном по седым волосам и морщинкам вокруг раскосых лазурных глаз. В остальном ее симпатичное лицо и бледная гладкая кожа никак не выдавали преклонный возраст. Ее тело тоже выглядело упругим и подтянутым. В общем, бабуля хорошо сохранилась. Мартин сам не понял, почему так однозначно оценил ее возраст, но то, что женщина в разы старше его, он не сомневался ни секунды. В магическом зрении ее аура была удивительно сложна. Зеленые и золотые нити сплетались в руны неведомого алфавита, очень красивого, со множеством завитков, петель, спиралей и лигатур. К сожалению, Мартин не мог их прочитать. В груди аура сходилась к семи лазурным шестиконечным звездам.

- Я младший медикус и клирик ордо Элизиум. Я могу вам помочь, если обещаете никого не трогать.

Голос эльдарианки был ясный и мелодичный, совсем не старческий, но немного грустный.

- Гургаз стой!

Мартин визуализировал слабенький крусадер Тенебрис на орке. Тот только поморщился и недовольно оглянулся на Мартина. Но все-таки немедленного старта замеса удалось избежать.

Септим тоже выскочил вперед и схватил эльдарианку за рукав.

- Ильма, не ходи с ними. Они принесут тебя в жертву или продадут в рабство!

- Я не знаю, что на уме у этих странных созданий варпа, но похоже им правда нужен медикус. Точнее вот этому поменьше, - Ильма указала на Мартина. – А смерть итак ходит за нами по пятам. Я могу лишь немного оттянуть ее приход для остальных.

- Никого в жертву приносить не будут! - со всей возможной убедительностью заявил Мартин. – Я провожу Ильму туда и обратно, и она сможет выбрать себе любые понравившиеся вещи в моем убежище. Честный договор.

- А доблестный варг тоже будет соблюдать договор? – спросила Ильма.

Гургаз в ответ презрительно фыркнул.

- Будет, - угрожающе протянул Мартин.

Орк задумчиво крутанул молот над головой. Прихожане, стараясь держаться подальше от ревущего стального круга, едва не вытолкали священника на улицу прямо сквозь стену.

- Ладно, ты – вождь, я правильный варг, я слово держу. Но то, что ты делаешь не вазар. После такого набега я сваливаю.

- Сваливай! – раздраженно ответил Мартин.

Он хорошо понимал насколько опасна эта ссора прямо перед лицом противника, пусть деморализованного, но в форте наверняка были еще люди и чем они занимаются в данный момент было непонятно от слова совсем. Может уже подбираются под окна церкви с вилами и факелами. Но «отношения» с орком пора было заканчивать, непредсказуемый союзник, для которого смысл существования – бесконечное рубилово, опаснее для него самого. Как ни странно, орк решил проявить чуточку благоразумия и склонность к компромиссу.

- Дойдем до нашего пузыря и разбежимся. Согласен?

- Согласен, - кивнул Мартин. – Идешь с нами? – спросил он у Ильмы.

- Да, возьму маску и инструменты с зельями из лазарета и пойдем.

- Конечно, Гургаз тебя проводит в лазарет… Издеваешься что ли! Все инструменты и зелья найдем в убежище. Маску мы дадим. Ты идешь за мной, Гургаз замыкающий. С тропы не сходить.

- Твой друг может умереть, если я не смогу провести операцию, - мягко возразила эльдарианка. – Операция, судя по-твоему описанию, серьезная. В вашем убежище найдутся хирургические пилы, щипцы, ретракторы, проседиум для обряда? Без ассистентов, с чужими непонятными инструментами, без нормальной анестезии, шансы на благополучный исход невелики.

Мартин в отчаянии заскрежетал зубами. Надо было принимать решение и принимать быстро. Можно забить на просьбы эльдарианки, но где гарантия, что Миха не загнется на операции? Не похоже, чтобы она врала, по крайней мере, не все из ее слов было вранье. Отправить с ней Гургаза невозможно. Пойти самому и оставить орка здесь? Непонятно, где находится лазарет и сколько людей они могут встретить по пути? И если даже не встретят, велики шансы вернуться в маленький филиал кровавого ада, который с радостью устроит орк. Отпустить бабулю одну под честное слово? Кто знает кому и что она сообщит? Все может закончиться той же кровавой бойней. Видимо мучения Мартина явственно отображались на его лице. Орк оперся на молот и принялся нарочито-неспешно ковыряться в зубах, бросая на вождя насмешливые взгляды.

- Где находится лазарет?

- Рядом, - Ильма неопределенно махнула рукой в сторону алтаря. Это пристройка к псионной станции.

Мартин покрутил в голове план форта, который рисовал Ливий. По-любому получалось, что надо обходить вокруг церкви. Можно было попробовать пойти между церковью и станцией, но с бастионов эти участки все равно должны были просматриваться. «Мозг, скотина, давай рожай!», - Мартин хлопнул себя по лбу, чтобы лучше думалось. Он подошел к стене и сорвал с нее гобелен, прославляющий какого-то очередного святого имперского хрена. Завернул в гобелен Оззи и отрезал энергокинжалом кусок ткани, чтобы освободить тому глаза.

- У тебя две минуты. Любой сомнительный движ снаружи и медикус здесь больше никому не поможет.

- Я не медицинский сервитор! Дай хотя бы десять минут на сборы. Обещаю, что не попадусь никому на глаза.

- Ты уж постарайся не попадаться, - ответил Мартин, вручая эльдарианке завернутого сервитора. – Пять минут и ни секундой больше. Бери только самое нужное.

Ильма торопливым шагом выскользнула за ворота. Потянулись бесконечные минуты ожидания. Очень-очень бесконечные минуты, наполненные недобрыми взглядами и шушуканьем со стороны прихожан. Толпа постоянно норовила разбрестись поближе к окнам. Приходилось рявкать и тыкать заряженным болтером. Орк моральной поддержки не оказывал, только стоял и лыбился.

Вперед пробрался изрядно помятый отец Бенедикт и обратился к орку:

- Доблестный варг, знаете ли вы, что в нашем форте осталось немало сокровищ барона Варнелия. И мы готовы щедро заплатить столь могучему воину за защиту.

К счастью, на попытку подкупа Гургаз отреагировал вполне однозначно:

- Меня интересует оружие и рабы. Ты конечно жирноват, но зато супчик будет наваристый.

- Насчет рабов, мы могли бы указать место…

Люди в толпе зашевелились, причем все разом. Мартин, у которого уже начали сдавать нервы, просто визуализировал эксплитию Крусадер Тенебрис на священнике. С перепугу он явно перестарался, святошу спас только его жезл. Обвитые колючкой кольца охватили его фигуру, но сначала словно погрузились в желтоватую паутину. Через пару секунд раздался хруст, по драгоценному камню в навершии побежала огромная трещина и священник рухнул на пол хрипя и содрогаясь в конвульсиях. К нему подбежал Септим и попытался перевернуть на бок.

- А ну назад, суки! – рявкнул Мартин. Пальцы, лежащие на спуске, буквально свело судорогой. – Еще одно лишнее движение и всех порешу!

- Он задохнется, позволь ему помочь! – вскрикнул Септим.

- Назад я сказал! И хлебало завали!

Септим извиняюще развел руками и продолжил копаться рядом со священником.

- Назад! - заревел Мартин.

Нос чесался все сильнее, он не сдержался и оглушительно чихнул. Рука на спуске дернулась сама и блестящий росчерк бронебойного болта, прошел над головой медикуса. Псионная вспышка ослепила, несмотря на множество свечей и желтых фонарей под потолком церкви. Болтер был выставлен почти на максимум. Даже орк зажмурился и начал трясти головой. По ушам резанул ультразвуковой свист, и в алтаре появилась раскаленная до красна дырка, аккурат в голове Императора, спасающего принцессу Литалль из лап гнусного демона. Чудо, что болт никого не задел. Но вот каких разрушений он наделал снаружи можно было только гадать. Конечно, было немного интересно насколько далеко он ушел и смог ли, например, пробить насквозь бастион.

- Твою дивизию! – обреченно выругался Мартин, когда у него прояснилось в глазах.

Дело явно шло к кровавой бойне. Стража, если там не полные разгильдяи, теперь обязана была обратить внимание на церковь. Орк радостно подобрался. Ослепленные люди галдели, как потревоженный птичий базар и пытались лезть через окна. Послышался звон бьющегося стекла. Мартин оглянулся назад и начал отступать к воротам. В этот момент оттуда появилась Ильма с пухлой сумкой и сервитором, который уже летел за ней.

- Что происходит…

Договорить ей Мартин не дал.

- Хватай эльдарианку и за мной! - со всей мочи заорал он орку.

Тот испустил разочарованный рык, глядя на разбегающуюся добычу, но подчинился. Раздался женский визг. Но Мартин не обращал внимания, он уже визуализировал зал таверны и толкнул створку ворот. На этот раз тропа привела к цели легко и быстро.

Глава 12. Номинем Тенебрис!

Первый комментарий орка, когда они вышли в зал таверны был такой:

- В дохлого импи ты четко засадил, это был вазар, а вот все остальное - полная херня!

Он поставил эльдарианку на пол. Та смерила его испепеляющим взором и начала приводить в порядок сбившуюся одежду.

- А ты ничего на ощупь, - это был второй комментарий орка.

- Ты валить еще не передумал? - раздраженно спросил Мартин.

- Я пройду с тобой через варп. А потом разбежимся… Но будем не враги, просто, как другая орда.

Орк снова проявил неожиданное благоразумие.

- Тогда тащи рюкзак.

Ильма внимательно осмотрела зал. Опрокинутую мебель и следы крови она естественно заметила. На какое-то время ее взгляд задержался на кровавой схеме крепости на полу, которая была больше похожа на пентаграмму.

- Вы убили здесь человека? - спросила она.

- Дамнаров, - ответил Мартин.

- Здесь умер человек, - печально констатировала эльдарианка.

- Его убили дамнары. Хург его убил. Знаешь такого?

- Слыхала. Ты уверен, что его убил Хург?

- Уверен!

- Как скажешь.

Голос Ильмы был спокойный и даже какой-то обреченный что ли. Словно она не хотела идти с ними, но что-то ее вынуждало и это был вовсе не страх перед бешеным орком или темной эксплитией.

Мартин вручил ей маску покойного Ливия и потопал к люку. Багровый шар над варпом был уже очень высоко, а путь назад предстоял долгий. Терминус варпа в этот раз он прошел лучше, без унизительных валяний в грязи. Особенно не хотелось краснеть перед эльдарианкой, та весьма ловко запрыгнула внутрь. Даже орк казалось выделывался перед ней, он с разгона забежал по пленке метра на два вверх, и только потом резанул ее мечом. Против таких кульбитов Мартину крыть было нечем. Некоторое время он просто стоял, закрыв глаза, в поисках подходящего псионного маяка. Он искал особняк Хуго и вскоре обнаружил продолговатое свечение сильно поднимающееся в центре. Эльдарианка какое-то время молча шла за ним, но потом начала осторожно выспрашивать насчет метода ориентации. Ведь они шли напрямик, пересекая дороги и каналы, явно не беспокоясь никакими подсчетами перекрестков или расстояния. Мартин старался отвечать односложно, но орк разболтал, что Марти - великий шаман и видит варп. Это впечатлило эльдарианку гораздо сильнее, чем любые орочьи кульбиты. Она так и вилась вокруг Мартина. В конце концов тот сдался и сообщил, что видит источник постоянной псионики и просто идет на него. «Варп-навигатор - редкий дар, - сказал Ильма. - И очень ценный для таких как мы». Оставшийся путь она проделала в молчании.

Из-за того, что маршрут был прямой, к пузырю они вышли гораздо быстрее и не в том месте, где заходили. Они вышли к холмам, которыми оканчивалась Вита Палантина. Варп, следуя своей прихотливой природе, образовал терминус прямо поперек одного из холмов. Впереди была дорога, мощеная желтой гексагональной плиткой. Ступив на дорогу, орк остановился и скинул рюкзак Мартина.

- Быстро дошли, - рыкнул он. - Ты сильный шаман, Марти, и с тобой весело… иногда. Но правильный варг, там, где Вазар.

- Ладно, вали уже, - ответил Мартин. – Но, если вдруг че, заходи на огонек.

Даже не всплакнув и не расцеловав его напоследок, Гургаз быстрым шагом скрылся между ближайшими особняками. Дальше они с эльдарианкой топали вдвоем. Мартин уже начал думать, что может стоит завязать непринужденный светский разговор, но Ильма заговорила сама.

- Вот теперь, господин темный магос, предлагаю обсудить плату за мою помощь.

- Плату? Мы обосновались в особняке Хуго Курца. У него полный особняк всякого добра. Можешь взять все что пожелаешь, сколько сможешь унести.

- Правда? А что случилось с самим Хуго? Его тоже убили дамнары?

- Не знаю, его внутри не было, - соврал Мартин.

- Как скажешь. Но барахло Хуго Курца меня не интересует. Я хочу кое-что другое.

Ильма остановилась посреди дороги.

- Давай обсудим это в убежище. Темнеет уже.

- Нет сейчас. Я хочу, чтобы ты дал мне клятву.

- Какую еще клятву?

- Клятву, что выполнишь любое мое желание, какое будет в твоих силах.

- Что за глупости! А если ты захочешь, чтобы я с крыши прыгнул?

- Самоубийство не входит в эту формулировку. Дашь мне клятву и пойдем спасать твоего друга.

- Хорошо, выполню любое твое желание. Идем уже…

Мартину совсем не улыбалось продолжать этот спор на продуваемой холодным соленым ветром дороге. Багровый свет уже начал тускнеть, сбитые за день беготни ноги болели. Над головой сверкнула исполинская молния, ее ветвистые цепи разбежались по своду купола на километр. Следом донёсся оглушительный раскат грома, в котором потонули дальнейшие мысли Мартина.

- Произнеси клятву, как положено и пойдем.

- Ты не в том положении, чтобы чего-то требовать, - раздался скрипучий голос Оззи. - Никаких желаний мы выполнять не будем.

- А в каком я положении по-твоему?

- В котором надо делать, что приказывают. Иначе оставим тебя здесь.

- Я не найду дорогу через варп и погибну. И ваш друг тоже умрет.

- Мы поможем ему сами, - решительно ответил Оззи. - Идем, хозяин.

Мартин прошел вперед метров пятьдесят, но упрямая Ильма осталась на месте. Пришлось оглянуться. Она так и стояла посреди дороги, ее плечи были опущены и от всей ее фигуры веяло какой-то обреченностью. Наверное, если бы из варпа выскочил плотоядный демон, она бы все равно не сдвинулась с места.

- Хозяин, еще не хватало, чтобы какая-то коза эльдарианская нас шантажировала, - возмущенно заскрипел Оззи. - Давай оставим ее здесь. Или убьем и заберем мистериум. Эльдарианская кровь очень сильна, даже у старой полукровки.

- Нет, надо отвести ее к Михе, если понадобится, то силой.

«Вот сейчас орк бы пригодился», - с сожалением подумал Мартин. Он мог убить медичку, или бросить здесь, но вот как заставить ее подчиниться? Бить и резать, конечно, можно, но как потом тащить ее до особняка?

- Почему ты не обучил меня эксплитиям, подчиняющим разумных существ? А, Оззи? – пробурчал он.

- Они не так просты, как Сервитум Тенебрис…

Мартин вернулся и попробовал тащить Ильму за рукав. Та просто вырвала руку.

- Ладно, - сдался Мартин. – Давай хотя бы уйдем с дороги?

Они отошли в тень ближайшего особняка. Красивого готичного замка в миниатюре из белого и красного кирпича. Ильма стояла и смотрела в точку, как сервитор с зависшей программой.

- Что ты хочешь, чтобы я сказал?

Она ожила, но в ее глазах была пустота.

- Повторяй за мной! Магна Тенебрис, Перпетум Танос, перед тобой клянусь выполнить одно любое желание Ильмы Ривенталль, какое будет в моих силах. Клятва моя верна отныне и до конца времен. И после ее смерти она будет исполнена старшим прямым наследником моей линии крови для старшего прямого наследника ее линии крови.

Едва произнеся первое слово, Мартин почувствовал, будто снова идет по тропе. Его не могли прервать, и он не мог свернуть в сторону. Кипящая тьма варпа и бездонная холодная бездна были свидетелями его слов. Молчаливыми свидетелями, но их присутствие ощущалось, как ворочающийся неподалеку левиафан. Он уже дрожал под ледяным ветром, которому не были преградой ни одежда, ни плотный плащ, а над пузырем непрерывно били молнии, мир из багрового стал бело-голубым. Эти молнии разваливали мир на части, его куски трепетали и плавились, а на их месте возникали новые, резонирующие с каждым словом клятвы. Картина перед глазами словно двоилась. Мартин видел эльдарианку то сгорбленной старухой, слепой и с обезображенным лицом, то смеющуюся и молодую. А потом она превращалась в девочку, совсем юную, протягивающую к нему окровавленные руки. Или эта девочка была ее дочь…

- И я клянусь не причинить любого вреда Ильме Ривенталль или тем, кто может наследовать этот долг. Магна Тенебрис, Перпетум Танос, вот тебе моя кровь: помни мою клятву!

Мартин достал кинжал и порезал им руку. Капля крови упала с ладони и пронизывающий ветер бросил ее в лицо эльдарианке. Это был уже не ветер, а настоящая метель, наполненная крупицами замерзшего варпа.

- Номинем Тенебрис! Номинем Танос! Номинем… - Мартин немного задумался и в последний момент решил схитрить. – Номинем Вазарян.

Тон, которым он произнес свою фамилию был слишком неуверенным. Мартин сам сразу понял, что фокус не удался.

- Это не имя твоей линии крови, - покачала головой Ильма тем же ровным обреченным голосом.

- Это моя настоящая фамилия.

Ветер еще усилился, его порывы уже норовили сбить с ног, а разговаривать стало тяжело даже на повышенных тонах.

- Удивительно плохо врешь для демоноида.

- Почему это! Вазарян – моя настоящая фамилия. Может паспорт показать?

- Клятва не сработала. Ты должен подтвердить ее истинным именем крови. Либо ты дашь настоящую клятву, либо я не буду помогать.

- Не будешь помогать? А если мы тебя заставим.

- Не выйдет. Мне уже нечего терять, - спокойствие Ильмы было столь же ледяным, как ураган вокруг.

- Есть кое-что похуже смерти, бабуля.

- Есть, но ты еще слишком слаб и глуп, чтобы этим угрожать.

- Зачем тебе эта клятва?! - заорал Мартин, вой ветра уже невозможно было перекричать. Ледяная метель начала превращаться в огромную воронку, тянущую хобот к куполу пузыря. Соседний готический особняк уже лишился черепицы и части декора. Ураган отрывал от него куски и кидал вверх, словно они ничего не весили.

- Я не буду ничего требовать, мне не нужны дары темных сил. Но я хочу защитить себя и свой род… Силы, которые ты разбудил ждут решения. Ты должен либо отказаться, либо произнести истинное имя, иначе они разорвут нас обоих!

Ветер раздувал одежду Ильмы. В ее лазурных глазах полыхали отблески молний.

«Какая вредная эльдарианская бабка, - подумал Мартин. – Не обещал бы я привести врача…»

- Хорошо…

- Нет, хозяин! Нет! – в ужасе заскрипел Оззи, но его слова утонули в грохоте очередного раската.

- Номинем Вультар!

Голос Мартина был совсем тихий, но истинное имя перекрыло вой урагана. Ворочающийся левиафан окончательно проснулся и развалил мир на части исполинской молнией, пробившей свод купола. Сознание Мартина рухнуло в бездну.

Великие врата рушатся под ударами осадных орудий Инфератос. Команда! И следующий рой горящих гранат поднимается в воздух. Кажется, что наступил армагеддон, горящее, извергающее шипение небо валится на землю. Навстречу ему летят трассеры зенитных орудий. Они выплевывают тысячи и тысячи тонн металла с яростью обреченных. Часть орудий над вратами и дворцовым комплексом очень точны, небо над ними взрывается, превращаясь в кипящее огненное облако. Но остальные орудия, над городом, бьют в основном мимо. Город еще не взят, его гарнизоны истекают кровью, но не сломлены окончательно. Но зона сильного Империума сохранилась только во дворце, вся остальная территория уже отравлена испарениями варпа и когитаторы постоянно выдают ошибки. Защитникам приходиться полагаться на собственную силу и меткость, ну или на сервиторов, когда они есть. А человеческая плоть слаба, очень слаба, против демонов варпа.

Гранаты ложатся перед вратами, на бесконечную лестницу перед ними, на умирающий город. Вспухают огромные огненные шары, которые опадают грибами поднятого пепла. Этих грибов так много, что город похож на гигантский волшебный лес. Те гранаты, которые падают за врата на дворцовый комплекс, взрываются на куполе псионной защиты. Грохот взрывов сливается в один непрерывный гул.

Наконец свод врат обваливается. Лестница перед ним давно превращена в груду обломков. Открывается брешь в псионной защите, сквозь нее виден тронный зал. Километровый монолит из идеально гладкого черно-золотого мрамора, кажется даже энергомеч из адамантиума не оставит на нем не царапины. Монолит и правда похож на трон. Из его дальней части, от престола, поднимается еще более исполинская башня с золотой аквилой на фронтоне. Размах крыльев имперского орла не меньше сотни метров. В полированной блестящей поверхности бушует отраженное пламя горящей столицы. Черно-золотой монолит никто не видел снаружи уже тысячи лет. Лишь немногим счастливчикам дозволялось пройти в святая святых. И вот сердце Империи обнажено. Осталось нанести последний удар.

Тысячи рыцарей Астартес бегут закрывать пробитую брешь. Из каждого кусочка пространства навстречу атакующим легионам демонов несется град стрел и пуль. Лишь считанным тварям удается миновать этот смертельный дождь, перебраться через завалы из трупов и врубится в строй рыцарей. Преториум Империалис - лучшие из лучших, но даже они не способны без потерь сдерживать подобную ярость. Первая волна несколькими валами лежит на подъеме к вратам. Рыцари празднуют победу, после таких потерь легионы тьмы обязаны отойти для перегруппировки.

За спиной демон-хоста Вультар сотни и сотни варп-кракенов. Они вздымаются над горящим городом словно холмы. В их щупальцах миллионы захваченных граждан и солдат Империума, вытащенных из убежищ и собственных домов, отовсюду куда пролезла плоть кракенов. Они свисают гроздьями с каждой нити и по команде их агония прекращается. Щупальца выдавливают из них потоки крови, которые волной устремляются к вратам тронного зала. Красная река затапливает горы мертвых демонов, и они начинают шевелится. Их оторванные конечности срастаются, раны затягиваются. Преториум Империалис - лучшие из лучших, но даже они кричат от ужаса, огромная демоническая армия воскресает прямо перед ними. Мгновения, и жаждущая крови масса врубается в золотой строй. Конец уже близок. Демон-хост приказывает зарядить мортиры варп-бомбами. Псионный шторм внутри дворцового комплекса поставит точку в истории Империума.

По красной реке навстречу варп-кракену, в нитях которого, над хаосом смерти, торжественно парит повелитель демонов, бредет одинокая маленькая фигурка. Девочка с лазурными глазами, в простом белом платье. Орды демонов, спешащих участвовать в разгроме последних имперских войск, пробегают сквозь нее. Девочка - всего лишь призрак, она протягивает окровавленные руки и пытается остановить огромного кракена.

- Господин! Господин! Это не мое желание, я этого не хочу! Умоляю остановитесь! Пусть красной реки никогда не будет. Пусть народ Литалль навсегда исчезнет…

- Все уже решено, Таля Ривенталль. Будущее – это тропа, можно выбрать по какой тропе идти, но ступив на нее, придется идти до конца.

Мартин открыл глаза и увидел перед собой обеспокоенное лицо эльдарианки. Оно стало вполне живое и даже участливое, обреченность растворилась где-то в самой глубине ее глаз.

- У тебя было видение? Скажи, что ты видел?

- Что я видел, я сам не понимаю…

Мартин сидел в слегка пружинящей луже варпа, рядом с полуразрушенным особняком. Его болтер валялся тут же в луже. Мысли путались, а тело превратилось в какой-то кисель, он попытался встать и шлепнулся обратно в лужу. Хлопочущая над ним Ильма, пыталась ему помочь и кажется совсем не обращала внимания на здоровенное синемордое существо в проеме особняка. А вот Мартин сразу обратил внимание и поэтому изо-всех сил пытался привести себя в боеспособное состояние. Гургаз понял, что его заметили и выбрался из развалин наружу. К счастью, никакой агрессии он не проявлял.

- Слышь, Марти, ты это, именем Вультар поклялся? Это те самые Вультары, которые Империум чуть не разбили? Которые Корвиуса поработили?

- Ты ж вроде ушел?

- У меня слух острый, я случайно издалека слышал.

- Издалека слышал?

- Ураган донес, - нимало не смутившись отмазался орк. - Так это те самые Вультары?

- Те самые, - нехотя подтвердил Мартин, поднимая из лужи болтер. Ему наконец удалось призвать свое тело к порядку.

- Ну это… Я вот что подумал, зря я решил уйти… Возьми меня обратно в орду. Ты – вождь, без вопросов, как скажешь, так и буду делать.

- Чего это вдруг?

- Вультары поставили на колени весь Империум. Это настоящий Ваза-ар! Я правильный варг, я там, где Вазар. Смотри какой ураган поднялся от одного твоего имени. А молния! Я такой молнии ни разу в жизни не видал.

- И что молния? Не побегу я воевать с Империумом. Нам бы выжить, какая нахрен война!

- Понятно, не сразу пойдем воевать. Соберем большую орду, я тебе рабов натаскаю, будешь колдунству учиться. А потом устроим настоящий Ваза-ар! Такой Вазар устроим, все будут нас помнить! До конца времен!

Мартин смерил орка испытующим взглядом. Но на его морде было написано лишь нетерпеливое ожидание. Впрочем, в этом нагромождении шрамов и клыков вряд ли можно было, в принципе, распознать какой-то подвох.

- Ладно, Гургаз, беру тебя обратно в свою орду.

- Мы – орда!

Орк просиял и радостно ткнул кулачищем в кулак Мартин, чуть не сломав ему руку. Гургаз снова скакал посреди дороги, нарыкивал под нос веселую орочью песенку и от нечего делать крушил молотом встречные столбы. «Надо срочно найти ему какое-то занятие», - подумал Мартин. Ильма тащилась следом в тенях особняков. Мартин до сих пор не понимал ее настроения. Страх, отчаяние, смирение? И своего состояния он до конца не понимал. Тело было как будто чужое, оно слушалось команд сознания, но сам разум парил где-то в стороне. Требовалось усилие воли, чтобы видеть себя от первого лица.

Оззи подлетел к левому уху хозяина и по обыкновению принялся поучать:

- Ни в коем случае не критикую твои решения, хозяин, но ты бы поосторожнее раздавал такие клятвы.

- Что поделать, надо же как-то спасать Миху, - пожал плечами Мартин.

- Какой-то жалкий смертный не стоит подобной клятвы, поверь мне. Да миллиард жалких смертных и десять рыцарских ордосов в придачу, не стоят. Ты, наверное, не совсем понял, что натворил.

- Все я понял, придется выполнить желание бабули, но учитывая, наши шансы дожить до завтрашнего дня, эта клятва мало чего стоит. Можно хоть луну с неба пообещать.

- Прости, хозяин, но ты рассуждаешь как жалкий крестьянин, а не как наследник великой линии крови. Что бы не происходило, ты прежде всего Вультар. На троне ли, на поле боя, в пыточной камере или на смертном одре, ты – Вультар, а не жалкий бродяга по имени Марти! Ты отвечаешь за весь ваш великий род, за всю его славную историю. Только что ты поклялся, что любой твой потомок, даже через тысячу поколений выполнит желание отпрыска этой полукровки. Захочет ли тот уничтожить всех людей в мире, обратить реки вспять, развязать войну против других Вультар, твой наследник обязан будет подчиниться.

- Ну ладно, придумаем что-нибудь. Вон попрошу орка замочить старушку, это ведь не нарушение клятвы, если кто-то другой причинит ей вред.

- Ох, хозяин, как ничтожны твои знания… Нарушение это, да и еще какое. Даже если ты отправишь анонимный донос ордо Инквизитар на кого-нибудь из ее родственников, это будет нарушением клятвы. Не причинять любого вреда, значит вообще любого: прямого или косвенного, действием или даже бездействием. Я бы сказал, что, если ты узнаешь о том, что кто-то собирается навредить ее родственникам, придется их защитить. Магна Тенебрис, Перпетум Танос услышали твою клятву, и если эти силы сочтут тебя нарушителем, то ни тебе, ни самому Мортему Вультару спорить с их приговором.

- Ладно, Оззи, не нагнетай. Что сделано, то сделано.

- Я и не нагнетаю. Должен же кто-то объяснять тебе базовые вещи… А старушка эльдариан не так проста, как кажется. Откуда она знает литании тьмы? Эх, была бы тут инквизиция, не избежать бы ей долгой и обстоятельной беседы в полуподвальном помещении.

- Я сама не рада, что обратилась к этим силам, - внезапно раздался голос Ильмы над правым ухом.

Она догнала их совершенно бесшумно. Мартин вздрогнул.

- Не хотела, но обратилась. Зачем?

- Это… моя судьба. Ты не расскажешь, что видел?

Мартин смерил Ильму оценивающим взглядом.

- Верни мое желание и расскажу.

- Прости, не могу.

- Не надо тут строить из себя святошу, - раздраженно заскрипел Оззи. - Не ты первая, не ты последняя, кто решил пойти легким путем и обратиться к темным силам. Но смотри не заиграйся, демоны варпа любят поиметь таких наивных эльдарианочек, которые думают будто повелевают силами тьмы…

- Оззи! - рявкнул Мартин. - Давай немного повежливее. Ты не обращай на него внимания.

- Оззи? А эта ворчливая металлическая штуковина случайно не останки Озмунда Бальтазара? Я слышала его осудили и превратили в сервитора?

- Да его самого. Он немного не духе… всегда. Поэтому просто не обращай внимания.

- Сочувствую вашей судьбе, господин темный жнец. Ни одно разумное существо, какие бы злодеяния оно не сотворило, не заслуживает подобной участи.

Кажется, эльдарианка была вполне искренней, но Оззи явно воспринял ее слова, как издевательство.

- Ильма Ривенталль? А известная на весь Линдум шлюха Лилия Ривенталль тебе случайно не родня?

- Она моя дочь.

- Оззи! Завязывай!

Но сервитора было уже не остановить, он продолжал злобно скрипеть.

- Это ты сдала меня Риккарду Дакау? Или твоя шлюха-дочь?

- Тебя подвела твоя самонадеянность, темный жнец. Эльдариан Литалль не сотрудничают с инквизицией… по своей воле.

- Ну все, Оззи, ты немного переходишь границы.

Мартин схватил сервитора за позвоночник и прикоснулся к нему ладонью. Он только подумал о том, чтобы его на минутку парализовать. Из ладони выстрелил слабый псионный разряд и сервитор ошалело задергал челюстью. Его движки чихнули и вырубились. Какое-то время он путешествовал в качестве посоха под мышкой у Мартина.

- Не надо, твой сервитор уже достаточно наказан.

- Пускай помолчит немного. Ты извини, он, наверное, и раньше был не особо вежливый, а теперь совсем берега попутал.

- Раньше он был галантен и красноречив. Если ты думаешь, что твой вредный сервитор меня задел, то не беспокойся. Когда-то я была красива, слишком красива для полукровки, а еще была любовницей богатейшего лорда из чистой линии Тамриэль. Поверь, подобных эпитетов я наслушалась.

- А где сейчас твоя дочь? - как бы невзначай поинтересовался Мартин. - Она тоже в форте?

Ильма усмехнулась.

- Боюсь тебя разочаровать, она успела покинуть Линдум.

- Да я только рад, - Мартин постарался, как мог, скрыть разочарование в голосе. - А ты почему не уехала с ней?

- Я должна была помогать людям, пока могу, я ведь жрец ордо Элизиум.

- Ой, жрец она, какие мы тут добрые святоши, ща блевану, - к Оззи вернулся дар речи, и он не преминул им воспользоваться.

Какое-то время он продолжал ворчать, но, видя, что никто не обращает внимания, быстро выдохнулся и замолчал. Они подошли к особняку Хуго. Мертвые скверы все также окружали рассыпающие остатки былой роскоши.

- Эх, Вита Палантина, - вздохнула Ильма. - Раньше весь район летом был сплошной цветущий сад. Линдуму вообще немного не хватало до статуса ордоса Элизиум. Климат чересчур суровый. Мы все думали, что это убежище, а оказалось очередная ловушка.

- Мы, это кто? – спросил Мартин.

- Мы – потомки эльдариан Литалль то, что от нас осталось…

Глава 13

В доме Мартин сначала озаботился размещением на постой своего монстра. Только убедившись, что орк наворачивает тушенку в столовой и ничего не крушит, он отправился помогать остальным. Там уже распоряжалась Ильма. Она выбрала две небольшие смежные комнаты в качестве операционной. В одной были начерчены какие-то круги и звезды. В углах звезд стояли небольшие курительницы, распространяющие очень едкий дым. Мартин закашлялся и его выгнали. Ильма вышла следом и захлопнула дверь. В соседнюю, назначенную тамбуром, Руслан вовсю таскал бочки с водой, в которые Ильма вливала пузырьки с белой жидкостью, остро пахнущей хлором. Там же стояла блестящая жаровня, в которую была залита легкая мельта. В ней прокаливались инструменты. Мартину тоже пришлось поучаствовать, сначала таскать столы в операционную, потом окуривать подходящие халаты, ботинки, респираторы тем же едким дымом, бегать в медкомнату в другом крыле за каталкой и перевязочным материалом. Когда он вернулся, все уже собрались у постели Михи. Ильма, одев тонкие перчатки, похожие на латексные, осторожно приподняла часть повязок. Миха застонал. Сразу разлился знакомый сладковатый трупный запах. Остальные повязки эльдарианка даже снимать не стала. Она поставила ему капельницу с морфином и Миха довольно быстро провалился в сон, похожий на кому. Ильма проверила его пульс и отрегулировала капельницу.

- Что случилось с его аурой? Никогда такого не видела… – спросила она.

- Я пытался отрезать зараженную часть, - признался Мартин. – Не надо было этого делать?

- Скорее всего он бы уже начал перерождаться, - пожала плечами Ильма. – Но сделано очень варварски. Манипуляции с аурой требуют осторожности и умений, зачастую большей, чем при вивисекции живой плоти. Чудо, что твой пациент выжил.

- Ты сможешь спасти ему руку? – спросил Руслан.

- Сожалею, но нет. Постараюсь спасти его жизнь. Понадобится две операции, сейчас отрежем ему руку выше локтя, рану ушивать не будем. Убедимся, что Нургал не идет выше, и проведем вторую ампутацию, чтобы сформировать культю.

- А ты не можешь вылечить его какой-нибудь магией? Ты же волшебное существо, как и я, - Мартин тоже решил уцепиться за соломинку.

- Я квартеронка, господин темный магос. Я могу призвать благословление или воспользоваться артефактом, но оживить то, что уже мертво я не в силах. Когда-то… когда-то эльдариан Литалль творили великую магию: превращали ордосы смерти в ордосы Элизиум. Но наша слава навсегда ушла.

- Почему?

- Все чистые линии Литалль были уничтожены архипредателем Корусом… Ладно, довольно разговоров. Тащите его в операционную.

Мартин с Русом подняли Миху в простыне и перевалили на каталку. У Мартина при этом чуть пупок не развязался, его пальцы еще долго не могли нормально разогнуться. Ильма на ходу инструктировала, что делать. Киру она назначила ассистенткой, подавать инструменты, менять тампоны и тому подобное. Кира немножко побледнела, но твердо заявила, что крови не боится. Наскоро ей объяснили, как мыть руки, когда менять перчатки, назначение инструментов. Руса отрядили в тамбур, для связи с внешним миром.

- Если открываешь внешнюю дверь, то прежде, чем открыть дверь в операционную обязательно воскуривай проседиум, хотя бы две-три минуты. Если будет совсем невмоготу, одевай респиратор. Проседиум надежный и простой способ убить заразу, но не самый приятный.

- А мне что делать? – спросил Мартин.

- Тебе стоит приглядеть за доблестным варгом… Я буду читать литании Элизиум, присутствие темного магоса может помешать, - мягко пояснила Ильма.

Мартин отвалил без лишних споров. Конечно, он немного обиделся. Что за отношение, как будто не он расшибся в лепешку ради спасения Михи? Но с другой стороны у него были другие неотложные дела. Бедолага Хуго наверняка уже стал источником новой жизни, и совсем не той, которую хочется видеть в собственном доме. На это дело удалось запрячь доблестного варга. Все-таки без него вытащить труп в одиночку было проблематично. Хуго уже начал заметно подгнивать и раздуваться. Оценив разодранную в клочья верхнюю часть тела, Гургаз поинтересовался, что за зверюга его так порвала? Мартин неопределенно промычал, что зверюга уже изгнана поганой метлой. В общем, орк вынес труп наружу и прикопал у реки. По крайней мере, уходил он с лопатой. А вот разгребать мусорные завалы он не очень-то стремился. Мартину пришлось сгребать это дерьмо самому, используя набранные в подвале мешки в качестве мусорных пакетов. Посуда и банки, заполненные гниющими жидкостями, вызывали стойкий рвотный рефлекс, особенно когда не везло случайно в них вляпаться. «Все-таки правильно я его замочил»! – мстительно думал Мартин, пытаясь избавиться от очередного мерзкого пятна на одежде. Гургаз, конечно, сделал пару ходок с мусором наружу, но на третий раз сообщил, что на улице темно, как в черепушке у рыцаря Астартес, да и в принципе неуютно. А в подвале он обнаружил целую батарею пыльных бутылок с неплохим пойлом, хоть и слабоватым. Поэтому правильный варг отправляется жрать винище с тушенкой, чего и дорогому вождю желает. Мартин поколупался еще немного и тоже спустился в столовую.

- Вазар! – орк радостно рыгнул и протянул бутылку с отбитым горлом.

Искусство открывания бутылок штопором ему было явно незнакомо. Гургаз просто отбивал горлышко кинжалом, вливал содержимое в пасть, туда же закидывал тушенку и бросал тару под стол. Мартин налил вина в стакан и отхлебнул пару глотков. Красное вино было густым и терпким, очень приятным на вкус и наверняка претендовало на статус элитного, что-нибудь с южных склонов лучших виноградников ордо Линдум.

- Гургаз, дружище, а ты не забудешь вынести мусор из-под стола?

- Рабы уберут.

- Какие еще рабы?

- Натаскаю нам рабов. Можно из форта попробовать, хотя они теперь нас ждут, конечно. С эльдарианкой кстати, что будем делать? Давай ее рабыней оставим, ниче девка, хоть и старовата.

- Мы проводим ее обратно в форт. Я обещал.

- Эх, скучно у тебя в орде… Натаскаю дамнаров на худой конец.

- Дамнаров? А вот просто любопытно, как ты оказался в той ловушке между вагонами? Это ведь дамнары тебя заманили?

- Заманили, - признался орк. – Девку там голую посадили. Понятно, что засада, но я решил рискнуть. Думал, успею сбежать.

- У дамнаров все-таки есть девки? Значит, Ливий торговался не зря? Или девки такие же стремные, как сами дамнары?

- Зачем бы я полез за стремной. Не, у них есть нормальные девки, не проклятые. Только вот держат их где-то в соборе. Не пробраться туда.

- Откуда там взялись женщины? И почему не превратились в дамнаров?

Орк пожал плечами и влил в себя очередную бутылку. Вместо него ответил Оззи:

- Возможно это наложницы Экклезиархии. Правда, почему на них не действуют испарения варпа мне тоже непонятно. Может дамнары держат их в особых условиях.

- Наложницы Экклезиархии? Так здесь монашек называют что ли? – не врубился Мартин.

- Монашек, конечно, - Оззи опять хохотал так, что чуть не вывихнул челюсть. Обыкновенно, благочестивые служители церкви ВечноЕдиного Императора накладывают епитимью на красивых куртизанок, оставшихся без «крыши», чтобы они трудились «хозработах» во искупление грехов. Практика эта обычно дозволяется архиереем, когда дыры в бюджете Экклезиархии, пробитые развлечениями их преподобий, достигают совсем уж неприличных размеров. Приходится идти на крайние меры и селить шлюх непосредственно под его ВечноЕдиного и ВсеБлагого Императорского величества алтарем, - продолжал насмешливо скрипеть Оззи.

- Ну дела… Какие-то охреневшие у вас служители культа.

- Опять это странное «у нас». А у вас служители культа другие?

- В среднем, наверное, да. Хотя вот развлечения с мальчиками это у них частая проблемка.

- Они ж несут Люмен Империум заблудшему стаду. Пока из их гаремов мальчиков не начинают выносить вперед ногами, на «развлечения» закрывают глаза.

- Фу ты блин! Уж лучше служить темным силам. Или быть правильным варгом.

- А то! – одобрительно рыгнул Гургаз.

- Девка бы, конечно, не помешала… - мечтательно протянул Мартин, потягивая винище.

- У тебя целых две под боком, - сообщил орк. – В чем вопрос?

- Их трогать не смей! – сразу оскалился Мартин.

- Странный ты все-таки демон, - рыкнул Гургаз и распечатал еще бутыль.

Мартин решил, что напиваться с орком, конечно, прикольно, но будущее выживание зависит от его колдовских способностей. Поэтому, свободное время лучше потратить с пользой. Первое с чем он решил разобраться, это собственная аура. Странные ощущения чужеродности собственного тела и гуляющее без спросу сознание до сих пор его беспокоили. Мартин вернулся к тому же зеркалу и снова визуализировал на нем око Тенебрис. И принялся с немалым удивлением изучать изменившуюся ауру. Она стала гораздо насыщеннее и сильнее. Все тело опутывала паутина фиолетово-черных нитей, а самое главное, вокруг левой руки пульсировало сразу пять колец мистериум Тенебрис. Они переливались всеми оттенками тьмы, слово драгоценные камни. В голове светился плотный клубок псионных течений. Мартин мысленным усилием направил псионику в руку, и вокруг его ладони появилось бледно-голубое свечение. Сознание при этом постоянно норовило уплыть и странствовать по комнате. Мартин уже с трудом понимал, смотрит ли он на свое темное отражение в зеркале, или смотрит на себя из зеркала. Такая потеря ориентации здорово пугала, поэтому он отвернулся и усилием воли вернул сознание на положенное место.

- Ты еще и сильный природный псайкер, - проскрипел Оззи. – Для начинающего темного магоса скорее огромная проблема, нежели преимущество.

- Ну, получается не такого уж и начинающего по твоей классификации. В моей ауре пять колец мистериум Тенебрис, значит теперь я демоноид второго круга?

- Пять… Это был мощный аркан силы. Но ты все еще первый круг, для второго нужно провести ритуал перехода. Для него обязательно нужна человеческая жертва.

- Опять жертва, - вздохнул Мартин. – А нельзя обойтись без этого?

- Нельзя.

- Про мистериум ты тоже говорил, что нельзя получить его по-другому, но оказалось, что можно.

- Можно… Я говорил нет других простых способов его получить. Аркан силы – это точно не простой способ. Я бы даже сказал особо сложный способ.

- Но получилось же! Значит не обязательно убивать людей. Может и ритуал перехода получится провести без убийства…

- О Магна Тенебрис, пошли мне терпения с этим неразумным… Хозяин, у тебя ничего не получилось, аркан возник сам. Как и почему никому не ведомо. Создавать арканы силы и оставаться при этом в живых могут лишь великие магосы.

- Я же великий магос.

- В будущем! Возможно! – Оззи от возмущения аж начал наворачивать круги по комнате. - Если будешь слушать, что тебе советуют… бывшие великие магосы.

Несмотря на ворчание сервитора, настроение у Мартина улучшилось. Будущее уже перестало быть мрачной, беспросветной бездной. Медикуса он привел, орк более менее приведен к послушанию, собственные магические силы внезапно подросли, и даже не пришлось зверски резать пятьдесят человек. А желание эльдарианки пускай выполняет какой-нибудь великий потомок через пару поколений, если он вообще будет.

Мартин отправился в столовую и после стакана вина совсем расслабился. Даже захотелось выучить и спеть какую-нибудь орочью песенку. В таком благодушном настроении его и застал Рус. Взгляд у Руса был донельзя мрачный.

- Бухаешь? Там почти закончили, эльфийка хочет, чтобы ты завтра ее вернул, откуда взял.

- А кто будет за Михой смотреть? И там же вторая операция нужна?

- Кира будет делать перевязки. Насчет второй операции договаривайся со своей эльфийкой. Я бы ее вообще не отпускал.

- Поговорю с ней. Слушай, Рус, ты чего такой мрачный, все же хорошо закончилось? Хочешь выпить? Нормальное винище…

- Хорошо? Я только что вынес в тазике руку своего другана, с которым со второго класса вместе. И теперь вот думаю: распилить ее на несколько кусочков и сжечь в печке или завтра утром закопать у дороги. У меня встречный вопрос: ты че такой довольный?

Мартин отставил стакан с вином.

- Мне уже и улыбаться нельзя?

- В прошлый раз, когда ты лыбился, ты нас отравил и затащил сюда.

- Ой ладно, прекрати меня демонизировать… Или точнее… - Мартин задумался, подбирая нужное слово.

- Да не вопрос. У тебя, кстати, рога растут. Не замечал?

Мартин схватился за лоб. Под его жиденькой шевелюрой и, правда, проступали две шишкообразные выпуклости. Когда Рус ушел он сразу подбежал к зеркалу и откинул волосы. «М-да, либо я два раза очень точно и симметрично ударился башкой об угол, либо у меня прорезаются рожки, – подумал Мартин. - Ну, ешкин кот!».

Все благодушие растворилось без следа. Каждый бокал вина теперь наоборот вгонял в еще большую тоску. Орк уже нахрюкался и сопел в углу. От нечего делать Мартин достал медальон, полученный в убежище инквизитора, и нацепил себе на лоб. Он раскачивался на стуле, потягивал вино и пялился на полуголую эльдарианку.

- Ваше темнейшество, я закончила! – голос Ильмы, едва не привел к падению со стула. Мартин торопливо стянул медальон со лба. – Проводи меня завтра обратно в форт.

Ильма была в той же куртке и штанах, что и раньше. Видимо уже успела переодеться после операции.

- А когда надо делать вторую операцию?

- Через три-четыре дня, при условии, что заразу удалось остановить.

- И кто же будет ее делать? И кто будет проводить осмотры? Может, ты останешься на три дня?

- Ваша девочка, Кира, справится с перевязками. Я ей все объяснила и записала, у нее вообще есть задатки жрицы Элизиум. Это хороший дар, нужный людям, не загуби его, пожалуйста.

- Я и не собирался, - с легкой обидой в голосе сказал Мартин. – Че вы все на меня накинулись? Я вообще-то Миху изо всех сил спасал!

- Извини, что задела твои чувства. Дар Элизиум очень хрупкий, особенно при рождении. Любое насилие вокруг может его погубить. Пожалуйста, не убивай никого рядом с ней.

- Да, не убивал я никого!

- Как скажешь. Во сколько выходим завтра?

- Останься. Кира не сможет провести операцию.

- Я должна вернуться. Заберешь меня через четыре дня.

- Ага заберешь. А тебя отпустят, ты считаешь?

- Я смогу убедить коменданта. Извини, Мартин, но ты не можешь держать меня силой, ты дал клятву.

- Клятву… - процедил Мартин, видимо его глаза полыхнули недобрым светом, потому что Ильма отступила на шаг. – Не вздумай разболтать кому-нибудь про эту клятву.

- Я не круглая дура, стоит мне лишь произнести имя Вультар, и все, кто дышал со мной одним воздухом отправятся в подвалы ордо Инквизитар. Я бы больше беспокоилась о доблестном варге.

- С ним я сам разберусь. Выходим завтра в шесть.

Мартин отвернулся, положил медальон на стол и налил себе еще вина. Спиной он чувствовал, что Ильма, вместо того, чтобы уйти, неуверенно топчется на месте.

- Знаешь, чей это медальон?

- И чей же? – Мартин постарался не выдать своей заинтересованности.

- Скажу, если прекратишь пялиться на мою дочь. Договорились?

Мартин развернулся и демонстративно спрятал медальон в карман.

- Договорились.

- Откуда он у тебя?

- Нашел тут недалеко, когда гулял. Так чей медальон?

- Лорда-инквизитора Риккарда Дакау, если тебе это о чем-то говорит…

- Риккарда Дакау! – Мартин от удивления чуть вторично не упал со стула.

- Вот ублюдок! – заскрипел Оззи. – Это отродье бездны везде поспело. А вы с ним тесно общались? Проклятые эльдариане, это вы меня сдали!

- Повторюсь, мы здесь ни при чем. И еще, если там, где вы случайно нашли медальон, на стене кабинета была инсигния Ордо Инквизитар, покрытая серебром, то советую заглянуть под нее. Под ней должен быть сейф с личными вещами Риккарда. Под задней крышкой медальона спрятана незаконно изготовленная копия личной печати инквизитора. Сейф запечатан ей и дополнительно закрыт на механический замок. Код от замка восемьдесят пять, сорок восемь, сорок два. Запомнил?

- Откуда ты это знаешь? – потрясенно спросил Мартин.

- Да, откуда? – в тон ему скрипел Оззи.

- Позвольте, я оставлю это при себе. И, я вас тоже попрошу никому и никогда не говорить, кто помог открыть сейф.

- Само собой… Но почему…

- Сомниум Тенебрис, господин магос.

Ильма ушла, оставив Мартина разбираться с медальоном. У того действительно нашлась задняя крышка, но прилегала она настолько плотно, что никакого шва не было видно. Мартин даже терялся в догадках, как можно таким образом обработать металл, чтобы две золотые поверхности словно слипались друг с другом. Чтобы снять заднюю крышку сначала необходимо было отвернуть потайной винтик под передней крышкой. Только на поиски винтика у Мартина ушел час. Задняя крышка отлепилась с большим усилием. Под ней была выдавлена лигатура RD в обрамлении контура инквизиторской аквилы. А в магическом зрении Мартин увидел набор кольцевых псионных течений. Их было огромное количество, сотни пожалуй, и они явно образовывали какую-то систему. Но сколько эпох вычислений необходимо было для ее разгадки, сложно было сказать. Эти течения дополняло столь же сложное плетение золотых нитей мистериума.

- Печать инквизитора - это типа псионно-магическая личная подпись? - спросил Мартин у сервитора.

- Не только. Это еще и особый ключ, который подходит к бэкдору любого сложного магического артефакта, когитатора или вокса. Каждое Имперское устройство должно иметь подобный бэкдор. За этим следит особый департамент ордо Инквизитар. За изготовление устройства без их бэкдора легко можно отправиться на переработку. За использование - на рудники. Каждому инквизитору выдается один уникальный ключ-подпись, им можно вскрыть любое устройство или запечатать. Магистры могут назначать личным печатям приоритеты, кто чьи подписи может вскрывать.

- А изготовление копий незаконно?

- Конечно. Думаю, ублюдок хотел печать, которую никто другой в Инквизиции не сможет вскрыть и в которой нет его имени.

- Сколько интересного мы узнали о Риккарде Дакау… Этот медальончик, отправленный анонимной посылочкой куда следует, мог бы трагически оборвать его карьеру.

- И закончить ее в пыточных подвалах собственного ордоса.

- Как отведем Ильму, надо будет снова наведаться в убежище инквизитора.

- Можно и наведаться, - согласился Оззи. - Если только не боишься стать ужином кракена.

Глава 14

Весь следующий день ушел на возвращение эльдарианки в соседний пузырь. Мартин с орком вышли из варпа там же где в первый раз, на открытой местности, и немного понаблюдали, чтобы с Ильмой ничего не случилось. Особой активности вокруг форта не было заметно. Ильма прошла примерно половину пути, прежде, чем Мартин заметил в оптический прицел появившуюся на бастионах стражу. Навстречу ей из форта никто не вышел, она добрела до ворот и некоторое время стояла перед ними. Мартин даже слегка напрягся, похоже, похоже ворота не хотели открывать. Но в конце концов ее пустили внутрь. Пора было им возвращаться.

На следующий снова надо было тащиться «по делам» в бывшую обитель инквизитора, а теперь кракена. Мартин решил, что лучший способ не стать ужином самому, это привести с собой другой ужин. И раз уж Гургаз обещал наловить дамнаров в качестве рабов, то вариант, кто будет ужином напрашивался сам собой. В особняке нашлись прочные веревки и даже ошейники с цепями. Похоже в одном из флигелей раньше была псарня, но теперь там остались лишь разнообразные аксессуары. Размер и прочность аксессуаров впечатляла, с такими псинами Мартин не хотел бы повстречаться.

Гургаз заверил, что уже не раз охотился на дамнаров, иногда просто для развлечения, иногда чтобы не помереть с голодухи. Обычно его добыча курсировала в западном и южном районе. На западе дамнары искали торговые и производственные объекты, которые еще каким-то чудом были не отмародерены, чтобы их отмародерить. А вот что они делали на юге Гургаз затруднялся сказать. Но там, они часто передвигались в одиночку или небольшой группой, без оружия, соответственно охотиться на них было гораздо легче. Но вариант с югом Мартин сразу отмел, приближаться к Таразулу он боялся. А насчет запада орк сказал, что лучше идти во второй половине дня, когда дамнары будут возвращаться нагруженные добычей. Так их ловить проще. Но сразу предупредил, что задача непростая, дамнары, наученные предыдущими нападениями, ходят большими группами, вооружаются пиками и высылают по маршруту разведку, а иногда используют летунов. Если разведчики натыкаются на орка, то небольшая группа обычно бросает добычу и разбегается по инсулами, где их тяжело искать. А с большой группой можно и не справиться.

Вполне возможно, что орк просто хотел подрыхнуть до обеда, но его план не удался. У Мартина родился свой план. Встать с утра пораньше, полазить по инсулам на обычных маршрутах дамнаров. Потом засесть где-нибудь подальше на крыше и кинуть темную тропу непосредственно во фланг подходящей группе, уже уверенной в своей безопасности. Орк поворчал, но поднялся в шесть утра. Сам Мартин почему-то без проблем вскакивал с утра пораньше уже третий день подряд. Очевидно, что его физические кондиции напрямую зависели от наполнения ауры. Когда аура была полна мистериумом, то и тело было полно сил.

Повезло им практически сразу же. За собором в одной из инсул обнаружилась группка из семи дамнаров. Их задачей, судя по всему, было охранение маршрута, но на задачу эту они положили болт, их громкие пьяные голоса были слышны издалека, и за улицей они не наблюдали. За что и поплатились. Выучку дамнаров Гургаз явно переоценил, никто не помешал ему ворваться в комнату и положить всех «часовых». Чтобы получить пленников в дееспособном состоянии Мартин вручил орку резиновую дубинку и псионный шокер, найденные в том же арсенале в башне. К сожалению, тот все равно справился с задачей лишь «частично». Когда Мартин вошел в комнату он сразу увидел лежащего в луже крови дамнара с перерезанным горлом. Еще один с неестественно вывернутой ногой тоже был бесполезен, так как орк отказался его тащить. Чтобы не вступать в бесполезную, по его мнению, дискуссию, Гургаз просто добил раненого. На троих, дрожащих от страха дамнаров, которые бросили оружие и не сражались, это произвело еще большее впечатление, они беспрекословно выполняли любые приказы. Еще двое потихоньку приходили в себя после шокера. Гургаз очень ловко вязал дамнаров веревкой, сначала он делал веревочные кандалы длиной в полметра, которыми «стреноживал» пленников, чтобы они не могли бежать. А потом «прусским» узлом и двумя петлями затягивал им руки спереди. Видно было, что опыт у него большой. В наличии было всего три собачьих ошейника, их Гургаз одел на дамнаров, казавшихся самыми боеспособными и состегнул цепи между собой.

Мартин тем времен осмотрел вещи отряда. Ничего особо ценного там не было, короткие самодельные копья, ржавые ножи, завшивленные шерстяные одеяла, несколько бутылок с горючей смесью и несколько бутылок с коричневой, отвратительно воняющей сивухой. Из интересного, был тяжелый пистоль, покрытый зеленой ржавчиной. К нему полагалось несколько патронов с зеленым и красным буртиком, похожих на огромные охотничьи, для ружья. По-видимому, это была сигнальная ракетница. Мартин положил ракетницу с патронами себе. На эту потерю дамнары никак не отреагировали, а вот на флаконы, заполненные каким-то сероватым жиром, они реагировали с большим недовольством. Начали тянуть связанные руки и мычать нечто вроде «Мой амбра! Мой»! За что сразу же получали зуботычины от орка. Мартин достал пробку из одного флакона, оттуда разлился не очень приятный запах прогорклого масла и животного пота, псины или лошади, Мартин в этом не разбирался. Он затолкал пробку обратно и, немного подумав, сунул флакон в рюкзак.

Пузырь уже был полностью озарен багровым светом. Им пришлось обходить собор за рекой, а потом снова углубляться в инсулы. Процессия связанных дамнаров медленно семенила к цели. Они вызывали у Мартина чувство брезгливости. С виду они напоминали людей с серой кожей, покрытой оспинами и нарывами. Грязные, скособоченные, все их пропорции словно деформировались: ноги становились разной длины, позвоночник выгибался дугой, глаза разъезжались в стороны. Один глаз был чуть ли не на лбу, другой где-то у носа. Из челюстей торчали желтые кривые зубы, не давая до конца закрываться. Возле водонапорной башни Мартин задумался кого взять в логово кракена. Одна кандидатура определилась сразу, тощий дамнар у которого верх черепа словно сплющили кувалдой. Его мелкие глазки едва выглядывали откуда-то из костяных провалов, а изо рта свешивалась нитка слюны. А вот все остальные были примерно одинаково кособоки и уродливы.

- Кто у вас главный? – спросил Мартин.

- Я-а-а ста-а-аршо-ой…

Самый высокий горбатый дамнар подал голос. Из-за того, что его торчащие зубы и деформированная челюсть не давали нормально закрыть рот, он очень медленно выговаривал слова, словно заикался. Но выглядел сильным, на его кривых руках перекатывались бугры мышц.

- Как зовут?

- Ги-иба-а…

- Гиба?

- Ги-иба-а… - снова засипел дамнар. Мартин остановил его жестком руки.

- Короче Гиба, так Гиба. Почему бухали на посту?

- Та-ак э-э-эт, Жо-о-орж прине-ес.

- Кто Жорж?

Загремела цепь и вперед вылез небольшой дамнар, относительно симметричных пропорций, только ноги у него были коротковаты и нос провалился внутрь головы.

- Эт я, господина-а. Еще принесу бадяги, нада?

Зубы во рту дамнара полностью сгнили и оттуда разило запахом злобной сивухи.

- Не надо, - ответил Мартин. – Ты Жорж и вот этот, - Мартин ткнул пальцем в пускающего слюни дурачка. – Пойдете со мной. Гургаз развяжи им руки. И чтобы тихо у меня? Если что не так, сразу темной пыткой приложу.

Мартин визуализировал слабенькую инсигнию Крусадер Тенебрис на Жорже, и тот завыл как ненормальный.

- А ну пасть завали! Это самая слабая магия, которая есть. А настоящая в сто раз сильнее. Представил?

Что там было с воображением у Жоржа неизвестно, но он сразу интенсивно закивал башкой.

- Поможете мне быстро, и в убежище пойдем. Там тушенка и бухло хорошее. Понятно?

- Гаспадина-а, Жорж хорошо работать. Не бейте, гаспадина-а. Тока эт, амбра надо. Без амбра, будешь, как Бабах.

Жорж указал на пускающего слюни дамнара.

- Что за амбра?

- Бу-утылка, кот-которую ты взя-аал, - пояснил Гиба.

- Это серая амброзия, - сказал Оззи. – Видимо, они ее жрут, чтобы окончательно не скурвиться. Хорошая, белая амброзия защищает от проклятия варпа. Ее всегда употребляют моряки, рейнджеры, торговцы и прочие, кто часто путешествует через варп и у кого есть деньги. Серая – полуфабрикат, наверное, запасы из собора. Без благословенья Люмен Империум она почти не действует.

- Са-анса-ара, ве-еликий господи-ин бла-а-аго-га… бло-о-ого…

Бедный Гиба забуксовал, пытаясь выговорить длинное слово. Его выручил Жорж.

- Гаспадина Сансара делает Люмена на амбра. Нада есть амбра, иначе как Бабах.

- Ладно, придумаем что-нибудь с вашей амброй.

Возвращаться назад за несколько километров, чтобы забрать остальные флаконы, было, конечно, не резон. Мартин решил, что если дамнары окончательно скурвятся, то проще поймать новых.

- Гургаз, дружище, посторожи остальных. Я возьму Жоржа и Бабаха, вернусь через час, не больше.

- Можно мне с тобой, вождь?

- В этот раз никак нельзя. Там такая тварь живет… В общем, нельзя, потом объясню, - закончил Мартин, видя, что Жорж начал волноваться.

Орк пожал плечами и загнал остальных внутрь башни, а Мартин повел двоих к пристройке с дверью. Он немного опасался, что Бабах не сможет идти по тропе, но, как оказалось, зря. Какие-то мозги у него сохранились, и простые команды он выполнял без проблем. Ступив в кабинет инвизитора, Мартин некоторое время напряженно всматривался оком Тенебрис в окружающие коридоры, надеясь заранее обнаружить страшную псионную паутину. Жорж сопел и чесался в темноте и минут через пять не выдержал.

- Гаспадина, оченя страшно, гаспадина.

Мартин включил фонарик и посветил им прямо в лицо дамнара, из-за чего тот вынужден был заслониться рукой, на время ослепнув.

- Открывать пасть только с моего разрешения. Понятно?

- Панятна.

- Видите орла на стене? Снимайте его, и чтобы аккуратно, без лишнего шума.

С орлом дамнары провозились довольно долго, работнички из них были, конечно же, так себе. Но в конце концов они таки справились и уронили аквилу на стол. Мартин только услышал перепуганные вопли, а затем треск и страшный грохот. Когда он обернулся, то увидел, что тяжелая металлическая отливка проломила угол стола и валяется на полу в груде деревянных обломков. Жорж и Бабах испуганно жались по углам, но совершенно не пострадали. Мартин на них злобно зыркнул, но не стал распекать за нерадивость, а просто отправил в пустой зал за кабинетом, где раньше был биомех, а сам забрался на стол.

Монументальную дверцу из тусклого металла, открывшуюся в стене, явно можно было вскрыть только алмазной энергопилой. Кроме того, на дверце были выдавлены звезды с надписями вдоль лучей. В магическом зрении вокруг них вились мощные течения золотого и огненного мистериума, которые уходили внутрь сейфа, где было ничего не различить. Мартин приложил печать инквизитора к углублению, подходящему под инсигнию на задней стороне медальона. Медальон слегка утопился внутрь и повернулся. Плетения сразу погасли. С механическим замком пришлось повозиться немного дольше. Не сразу было понятно в каком направлении крутить диск замка при выставлении цифр. Но Мартин и с этим разобрался. Раздался тихий щелчок, когда засов разблокировался. Дрожащими руками он потянул дверцу на себя. Его распирало от любопытства и нетерпения. Чувство было сродни ожиданию чуда, как будто заглядываешь под елку утром после Нового года, где родители оставили долгожданные подарки. Ну ладно, родитель и, конечно, его подарки всегда были попроще, чем у Киры и Руслана, но теперь-то все, что в сейфе только его. И надо сказать, дедушка Риккард не разочаровал.

Первое, что бросалось в глаза это ожерелье из драгоценных камней. Камни были очень крупные, по два-три сантиметра в диаметре, вставленные в оправы из тяжелого светлого металла, видимо, платины, нанизанные на цепочку из золота. Все камни были с бриллиантовой огранкой, золотого и огненного цветов. Они светились в темноте, внутри них горели искры, как звезды в глубине небесных туманностей. Огненные камни были теплыми на ощупь, а золотые вызывали неприятное жжение при касании.

- Мистериум Люмен и мистериум Инферно, аккумулированные в бриллиантах, - пояснил Оззи. – Такое ожерелье стоит целое состояние.

Мартин подумал и сунул ожерелье в рюкзак, он вряд ли мог его использовать, но решил, что пригодится. В сейфе были еще подобные ожерелья, с камнями поменьше и одно совсем небольшое с тремя камнями и запертыми в них черными звездами. Мартин без пояснений понял, что это мистериум Тенебрис. Он надел ожерелье на шею. А следующая его добыча была еще интереснее. Тяжелый фолиант, килограмм пять весом, обтянутый черный кожей с металлическим тиснением и застежками. У кожи была странная текстура, внутри можно было различить множество красноватых кругов, немного похожих на вены в живой коже. Если вглядываться в них чуть подольше, то круги начинали пульсировать и превращаться в кровавый пузырящийся тиссиум. Наверное, «обычным» людям это было бы неприятно, но Мартина наоборот завораживало. Из хаоса кровавого варпа проступили знаки лингва Тенебрис:

«Магна гримуар унде тенебре секутор Озмунд Бальтазар».

«Великий гримуар темного жнеца Озмунда Бальтазара», - сразу же перевел для себя Мартин.

- Оззи! Оззи! - возбужденно заговорил Мартин. - Ты узнаешь? Узнаешь эту книгу?!

- Проклятый радикал, я так и знал! - злобно заскрипел Оззи. - Допрашивал он меня! Я еще тогда удивлялся, что за странные вопросы: как обучают темных адептов, классификация версумов Тенебрис. Этот ублюдок решил изучать темную магию и мой гримуар припрятал.

- А среди инквизиторов есть магосы?

- Официально им это запрещено. Инквизиция и нужна, чтобы контролировать магосов и псайкеров. Как правило, все Инквизиторы в сане клирика и выше – неприкасаемые. У них что-то вроде «отрицательной» ауры, которая сама высасывает мистериум из окружающей среды или других существ. Обычным людям рядом с этими ублюдками просто некомфортно. А вот магосов и псайкеров знатно корежит. Эту способность тоже можно тренировать и усиливать.

- Если у них отрицательная аура, значит магией они пользоваться не могут?

- Не знаю. Но зачем-то этот Риккард спрятал мой гримуар… Тварь! А на конклаве такой праведник был. Такую пафосную речь толкнул про чистоту Имперских рядов. А еще с эльдарианкой трахался.

- Везде тебя опередил, - Мартин не удержался, чтобы немного не подколоть сервитора. - Ну трахался, а что собственно такого?

- Связь с ксеносами?

- Эльдариане они что, ксеносы? Я так понял они вполне себе граждане Империума, или как это у вас тут называется?

- Они, конечно, подданные Империума… часть из них. Но в Легио Империалис, Кустодес Терминус, Арбитрес Империалис, ордо Инквизитар они не служат. Некоторые считают, что это скорее привилегия, особенно про легионы. Но его за такую связь по головке не погладили бы. Хотя кто ему посмеет что-то сказать, лорду-Инквизитору? Разве, что конклав под председательством магистра.

- Ладно, радикал не радикал, но благодаря его… гибкости в трактовке своего ордо, мое обучение магии пойдет намного быстрее. Разве нет?

- Да, теперь будет проще. Там собрано огромное количество эксплитий с которыми я сталкивался за долгую жизнь, от самых базовых до экзотических.

Мартин со всем возможным почтением погрузил фолиант в рюкзак.

- Ну все, осталось покормить нашего хтонического друга и можно отправляться изучать темные эксплитии.

Мартин свистнул скучающим дамнарам и повел их вглубь убежища, к бассейну, где отдыхал кракен. Когда они шли по закругляющемуся коридору, дамнары снова начали беспокоиться.

- А куда мы идем, господина? - спросил Жор.

- Перетащите еще кое-что. Там буквально десять минут работы.

- Жорж хорошо работать? Гаспадина не бить Жорж?

- Ты - молодец. Выдам тебе тушенку и вино за хорошую работу.

- Вино…

Гроздья акаций качаются волнами

И над собором пухнет луна

Я соритянку похитил безмолвную

И в алтаре с ней выпил вина, - внезапно выдал Жорж без единой проблемы с падежами и фонетикой.

Мартин от удивления остановился и захлопал глазами. Из перекошенной физиономии дамнара на секунду выступил ироничный, утонченный человек. Мартин даже подумал, что дамнар притворяется, а на самом деле с его разумом все в порядке.

- Ничего не помнить про ту жизнь, тока стишок - вздохнул Жорж, развеивая наваждение. - Раньше петь в хоре. Святоша бить Жорж за стишок.

- Стишок прикольный… Почти пришли, топайте вперед.

Мартин отправил дамнаров по галерее вдоль бассейна. Бабах шел навстречу гибели, как автомат, а Жорж через несколько шагов остановился и посмотрел на Мартина. Казалось в его глазах снова появились проблески разума… и немого укора.

Псионная паутина уже поднималась по ногам Бабаха, он ничего не понимал, пока его не спеленало окончательно и только тогда начал подвывать. Из бассейна выплеснулась масса слизи и начала формировать кокон вокруг дергающегося дамнара. Жорж попытался убежать, но паутина мгновенно выстрелила ему вслед, и он рухнул парализованный, со сведенными судорогой конечностями. С помощью ока Тенебрис, Мартин с интересом наблюдал, как паутина проникает в слабенький клубок псионных течений в головах и телах дамнаров. Несколько нужных импульсов в основание черепа Жоржа, и тот сам поднялся и пошел к бассейну, переставляя ноги, словно деревянная кукла на ниточках. Наверное, Мартин стоял бы так еще полчаса, но позади стучал зубами Оззи и тыкал хозяина острым жалом, призывая поскорее убираться.

Когда он вышел на поверхность, то застал скучающего орка и трех жмущихся к стенам башни дамнаров. Орк развлекался тем, что швырял в них мелкие камни. У двоих уже текла кровь, только Гиба избежал прямых попаданий. Мартин смерил Гургаза неодобрительным взглядом и махнул рукой вперед. Дамнары семенил молча, кроме Гибы.

- Го-осподин, а где о-о-остальные?

- Я их отпустил, они выполнили работу и больше не нужны.

- Отпу-устил? Пра-авда-а?

- Ты че со мной спорить будешь?! - угрожающе рявкнул Мартин. - Сказал отпустил, значит отпустил.

Остаток пути они шли молча.

Один из кессонов в подвале дома идеально подошел для размещения пленников. Оттуда орк уже как раз вытаскал почти всю тушенку. Мартин еще подумал, что такими темпами им всем скоро настанет голодный лис, земляк полярного орка. Гургаз, естественно, подъедал все самое вкусное, на консервированные кабачки он даже не смотрел. Они сгрузили пленных внутрь, закинули им воды и помойное ведро, и отправились каждый по своим делам. Гургаз бухать и жрать тушенку, а Мартин изучать гримуар.

Глава 15

Он забрался в отдельную комнату, Оззи предупредил, что «обычных» людей случайное чтение гримуара легко может свести с ума. Едва прикоснувшись к коже фолианта, Мартин и сам начинал слышать какофонию безумных голосов, перед глазами вскипали хаотические течения варпа а сознание стремилось покинуть тело. Мартин с нетерпением отдирал застежки, им овладело голодное нетерпение, словно волка перед куском парного мяса, так велика была жажда темных знаний.

«Нотас версум Тенебрис, - прочитал Мартин на первой странице и перевел сам для себя: Известные/понятные школы тьмы». Буквы Лингва Тенебрис сами проступали из страниц книги, в сложных местах Мартин зачитывал их вслух и консультировался с Оззи насчет толкования. И самое удивительное, что инсигнии на страницах были как настоящие, под ними кипел тиссиум варпа, а круги, пентаграммы, глаза и кости сплетались в парадоксальном танце. Скорее всего, если бы книгу открыл обычный горожанин, то он бы не увидел ничего, кроме безумных знаков и хаоса варпа, но Мартин, наконец, смог во всех подробностях изучить, как выглядят «академически» правильные эксплитии.

Версум темных видений, базовая инсигния – око Тенебрис, знакомый искаженный глаз, который уже даже не было нужды визуализировать, чтобы магическое зрение заработало.

Версум проклятий, базовая инсигния – Дамнар Тенебрис, темное проклятие, универсальное ослабление любого существа. На создания солнца действует сильнее. Тут тоже все в порядке, ведь Мартин получил ее визуализацию от того странного существа в парке родного мира… Или не родного? Очевидную связь с темными силами «этого» мира глупо было отрицать.

Версум духа, базовая инсигния – Варден Тенебрис, воля тьмы, универсальное усиление существа варпа. Те же сплетенные кольца, как в инсигнии дамнар, только сформированные из «отсутствия» тиссиум варпа. Представить пустоты в кипящем хаосе в форме парадоксально сплетенных колец оказалось той еще задачкой. Даже Мартину с его эйдетической визуальной памятью потребовалась полная концентрация и титаническое напряжение воли. Но даже попытка их представить, неплохо прочищала сознание, обостряла и увеличивала скорость восприятия. Тело становилось чужим, а сознание начинало работать четко, как псионный когитатор, не отвлекаясь на позывы слабой плоти.

Версум искажений, базовая инсигния – Небьюла Тенебрис, вуаль тьмы. Сеть, состоящая из пентаграмм. Линии пентаграмм идеально ровные, но в тиссиум варпа кажутся искаженными. Визуализированная на границе света и тьмы вуаль, продлевает тень на область, отсекаемую пентаграммами. Чем чаще сетка пентаграмм, тем глубже получаемая тень и тем дальше ее можно продлить в область света.

Версум призыва, базовая инсигния – Вотум Тенебрис, голос тьмы. Гексаграмма в которой треугольники вращаются в противоположные стороны, как в оке Тенебрис. Но в центре кричащий череп. Правильно созданная инсигния должна издавать жуткий вопль, который подавляет волю и заглушает в сознании любые мысли. Вглядываясь в страницу книги Мартин слышал этот вопль.

Версум закона, базовая инсигния – Ордо Тенебрис, власть тьмы. Искаженная лигатура ОТ, разворачивающаяся в полную надпись, если пристально на нее смотреть. Универсальное продление времени действия любой инсигнии или эксплитии. Формулы версума могут придавать эксплитиям постоянство и силу закона.

Версум крови, базовая инсигния – Матерна Тенебрис, темная связь. Бесконечная, дрожащая спираль, которая начинается с капли крови жертвы и заканчивается в ауре магоса. Создает связь, по которой жертву всегда можно найти и с которой можно подпитывать себя или другие эксплитии силой ее крови. Если спираль визуализирована «бесконечно», то радиус действия «связи» не ограничен. Все инсигнии визуализируются на «кровавом» тиссиуме.

Моя школа… - с легким благоговением проскрипел Оззи, когда Мартин изучал спираль.

Версум темных стихий. Базовые инсигнии - Инферно Тенебрис и Фризиум Тенебрис. Для адептов третьего круга и ниже не рекомендуется к изучению и применению, затраты мистериума могут отбросить на предыдущие круги силы. Мартин внимательно изучил нюансы инсигний, но было понятно, что активные упражнения с магией этой школы придется отложить. Позволить себе терять половину кольца мистериума за поджигание лужи варпа, он не мог. Тут же была еще заметка: Фризиум Тенебрис поверх Небьюла Тенебрис позволяет получить эксплитию Скутум Тенебрис - щит тьмы. Эффективная эксплития для защиты от любого урона. Из тиссиума на странице появилась закладка, ведущая на страницу с защитными эксплитиями. Книга к тому же была «интерактивной» и «телепатической», она подстраивалась под запросы магоса, показывая, где искать нужную информацию.

Мартин только глянул защитные эксплитии и вернулся к списку школ.

Псионика Тенебрис – темная псионика, грубая. Манипулирует напрямую варпом или псионикой. Две базовые «манипуляции» - псионное кольцо, создает поток варпа, и вихрь варпа, создает псионный поток. Вихрь варпа необходимо создавать, например, с помощью нагрева или охлаждения варпа эксплитиями из версума темных стихий.

Анима Тенебрис – темная школа разума, тонкая псионика. Манипуляция течениями собственного или чужого разума.

Дальше следовало общее пояснение насчет псионики.

В псионике нет эксплитий, как таковых и нет инсигний, она интуитивна и не структурирована. Существуют ожидаемые результаты для манипуляций с псионными течениями, но для их достижения есть лишь общие рекомендации. Каким образом структурировать псионные течения для получения нужного результата каждый магос должен решать сам. Для обучения псионике необходим ментор, способный поддерживать телепатический контакт с адептом и направлять его при манипуляциях. Самостоятельное изучение псионики смертельно опасно.

Мартин скептически хмыкнул. Если псионика подчиняется тем же законам, что электричество в его «родном» мире, то ничего «интуитивного» в ней быть не должно. С другой стороны никакого упоминания о местном аналоге уравнений Максвелла он пока не встречал. Вполне возможно, что их нет, да и с оригинальными уравнениями были проблемы в универе…

Мартин перелистнул следующую страницу.

Базовые литании тьмы.

Ауксилиум Тенебрис - помощь тьмы. Универсальная литания, в зависимости от силы жреца способна оказать практически любой эффект от придания мужества союзникам и внушения страха врагам, до воскрешения павших и призыва варп-шторма.

Магна тенебрис, помоги своему чаду. Дай мне силы, дай мне мужества, укрой и защити. Во тьме я вижу врагов моих, вижу их ядовитые стрелы прежде, чем они поразят меня. Магна тенебрис, наполни страхом сердца врагов моих! Час их близок, ибо я иду за ними. Плотью их насыти моих слуг, кровью их наполни мою ауру. И да наступит царство тьмы, да прибудет с нами сила ее, да будут законы ее и слово мое. Ибо я – ордо Тенебрис! Отныне и до конца времен! Номинем Тенебрис!

«Сколько же тут всего! И это только первые несколько страниц, а в нем должно быть тысячи страниц, если судить по толщине»! – подумал Мартин. Он разрывался между желанием читать дальше и сразу попробовать выученные инсигнии на чем-нибудь или на ком-нибудь. Оззи счел за лучшее немного охладить его пыл, и надо сказать тут его брюзжание оказалось полностью оправданным. Закрыв фолиант, Мартин сразу почувствовал слабость во всем теле и подступающую головную боль.

- Изучение магии Тенебрис не терпит суеты, - наставительно заскрипел сервитор. - Жажда знаний и власти, которую магос не может контролировать, хуже банальной лени. Слабая аура и разум не выдержат напряжения…

- И что тогда?

- Можно стать греем, полностью лишиться ауры. А можно неразумным демоном, это обычный удел тех, кто самонадеянно считает себя повелителем сил тьмы. Провести вечность в качестве слепого орудия тех сил, которые считал покорными своей воле, - участь много хуже смерти. Темный магос всегда должен помнить, что ходит по лезвию ножа.

- Как ты составлял гримуар? Я имею ввиду, нельзя ведь просто взять листы бумаги и на них изобразить эксплитии?

- Конечно нет, гримуар – это дорогой продукт артефактной магии. Для листов обычно используют кожу, заживо снятую с детей. Потом ее долго вымачивают в их же крови, потом в варпе, потом в некоторых других субстанциях. В общем сложный процесс, можно сказать, что это отдельные версумы Тенебрис, версум ядов и версум артефактов.

- И сколько же детей было освежевано для гримуара?

- Точно не знаю, я ведь заказывал готовый полуфабрикат с пустыми страницами, а не сам свежевал и вымачивал. У меня были дела поважнее. И вообще, я слышу в твоем голосе осуждение?

- Э-э-э, я просто хотел понять, что мне предстоит… - замялся Мартин. – Мне ведь тоже нужен будет собственный гримуар. Неужели никто в Империуме не обратит внимания на пропажу такого количества детей?

- Ну что ты, хозяин! Империум не всегда может сосчитать солдат в своих легионах, а уж считать мелких оборванцев на дне улья, никто и не пытается. Более-менее здорового ребенка там можно купить за горсть серебряных марок у его же собственных родителей. Приличный с виду господин, набирающий подмастерьев для мануфактории или еще для чего, сделает все по «закону».

- Ох уж этот святой Империум…

- Опять слышу в твоем голосе осуждение. Эх, хозяин! Тебе бы потереться век-другой в серьезном ковене. Гримуары умные почитать, да мистериум тенебрис подкопить… Свой темный домен отгрохали бы как два пальца. Закололи немножко жертв, восстановили мое тело и ауру. Закатили бы пир по такому случаю, подвесили за ребра имперских святош, запытали десяток-другой рабынь, пару эльдарианок обесчестили во все естественные и неестественные отверстия. Эх…

- Что за мечты такие? Убийство ведь не цель, а просто способ получить мистериум.

- Просто получить мистериум? А как же удовольствие? Правильно орк говорит, скучно у тебя в орде-ковене. У меня мечты-то самые невинные, ты бы видел, что настоящие темные магосы творят или верные слуги Императора. Но не буду травмировать твою нежную ауру описанием всяких зверств. Сам все попробуешь, как придет время.

- Не буду я ничего пробовать.

- Тебе пора определиться с ориентацией, господин темный магос.

- Все нормально у меня с ориентацией!

- А ты докажи. Давай, хотя бы трахни девчонку, - насмешливо проскрипел череп.

- Какую еще девчонку… Слышь ты не охренел, мосла трухлявая! Она вообще-то моя сестра.

- Она? Твоя сестра? Мы точно обсуждаем одну и ту же девчонку? Черненькая…, которую вы зовете Кирой?

- Еще раз такое ляпнешь, разобью об стенку.

- Ты точно ничего не попутал? Посмотри на нее, посмотри на себя. Не, для демоноида, ты – красавчик, спору нет…

- Она моя сводная сестра, а Руслан мой сводный брат. У нас общий отец.

- Они никак не могут быть твоей родней.

- Это почему это?

- Сам подумай немного, вспомни, что ты увидел в темном зеркале.

- Я увидел…, что я демоноид. Может мой отец переспал с демоном?

- Ты мог бы родиться от суккуба, если бы не чистая линия. Ты принадлежишь чистой линии Вультар.

- И что?

- Как что? Ты не знаешь что такое чистая линия?

- Ну, могу предположить…

- Чистая линия означает, что среди сотен поколений твоих предков не было полукровок, только чистокровные демоноиды Вультар, специально отобранные для продолжения рода. И далеко не каждый родившийся от такого союза оказывается наследником чистой линии. Таковы правила для любой расы. Короче твоим отцом не мог быть человек.

- Человек не человек, это не важно. Братьям не обязательно быть одной крови, мы выросли в одной семье. Поэтому Руслан – мой брат, а Кира – моя сестра.

- Серьезно? Ты считаешь, что Руслан – твой брат? Мне кажется, он сам давно так не считает. Не пристало будущему великому магосу верить в подобную чушь. Запомни, для тебя есть подданные или рабы, те, кто скоро станут подданными или рабами, а все остальные – враги. Ну, есть еще кровные родственники, для них принято делать исключение.

- И что мне теперь жить в мире, где все разумные существа мои враги? Пока я не вижу много желающих стать моими рабами.

- Да плевать на их желания. Прекрати ныть! Тьма даст тебе силы, защитит и укажет путь, только ей верь.

Мартин некоторое время буравил Оззи подозрительным взглядом, пытаясь понять не издевается ли он над ним. Но Оззи торжественно парил в воздухе и смотрел на него преданными желтыми глазами.

- Ладно, раз все должны стать рабами, давай научимся подчинять других существ. У нас как раз есть парочка дамнаров для экспериментов.

Пришлось пойти тормошить Гургаза, который уже порядком надегустировался винища. Заставить его работать было не проще, чем осушить вековое болото. Но, узнав, что вождь собирается испытывать новое колдунство, он сразу же подорвался. Мартин, конечно, предпочел бы экспериментировать в компании сервитора, лишние зрители тут были ни к чему, но возиться с дамнарами одному, без страховки, тоже было рискованно. Гургаз надежно примотал одного из дамнаров к столу и уселся в углу, изредка отхлебывая вино и довольно рыгая.

Остальных сохранившихся дамнаров звали Сига и Жига, они вроде были братьями, хотя сейчас стали совсем не похожи. У Сиги глаза съехали на боковые стороны черепа, а сам череп вытянулся вверх и заострился, так что его башка действительно стала немного напоминать рыбью. А вот у Жиги глаза съехали на лоб, а верхняя часть черепа раздулась, так что он стал похож на гидроцефала с глазами на лбу. В общем, Мартин выбрал Сигу для экспериментов. Тот шлепал губами, изредка обреченно постанывая. Наверное, у него хватало мозгов понять, что раз он в неглиже привязан к столу, а рядом полудемон и сервитор активно обсуждают какие-то темные эксплитии и листают ужасающего вида книженцию, ничем хорошим это для него не закончится.

Оззи объяснил, что для подчинения любого существа, обладающего минимальной свободой воли, эксплитии Сервитум Тенебрис не достаточно. Для существ, вроде дамнаров, мелких демонов или «простых» людей, есть несколько вариантов. Первый – это Сервитум Террор Тенебрис, подчинение страхом. Дамнар базовая плюс Катена Тенебрис, плюс Террор Тенебрис – пентаграмма из сплетенных когтей. Когти должны впиваться в ауру жертвы. Весьма желательно добавить «кровавую» темную связь между эксплитией и сердцем жертвы, чтобы власть над рабом не ослаблялась со временем. Если жертва не ломается, то можно добавить Крусадер Тенебрис с такой же темной связью. Такой способ подчинения надежный, Оззи заверил, что чистоты эксплитий Мартина хватит, чтобы сломать любого, но очень грубый и жестокий. На выходе получается полностью сломленный биосервитор, способный выполнять только прямые указания. За ним придется постоянно следить, чтобы он не загнулся и приказывать ему поесть и поспать.

Второй способ немного гуманнее, Сервитум Тенебрис плюс формула из версума закона: клятва раба. И тут в свою очередь тоже возможны варианты. Самый простой – это «убедить» будущего раба произнести формулу самому. Раб должен понимать ее смысл, произнести ее сам и желательно «добровольно». Если с добровольностью проблемы, то можно вырезать/выжечь ее на подходящем участке тела и «запитать» темной связью. Конечно, чтобы успешно заниматься такой «каллиграфией», нужно иметь определенную подготовку, чтобы и формула получилась, и будущий раб не вырубился или кони не двинул. Эксплития требовала, чтобы жертва находилась в сознании. Другой вариант, создать артефакт с нанесенной на него формулой, например темный ошейник. Но тут в дело вступали требования к навыкам артефактной магии. Раб, подчиненный таким способом, сохранит разум и волю, и выполнит любой приказ хозяина. Но вот возможность мелко пакостить втихую у него тоже сохранится.

И третий способ, самый сложный: использовать техники Анима Тенебрис и внушить рабу, что верная служба хозяину – это величайшее счастье и награда и единственное, чего он может желать в этой жизни. Но это действительно сложный способ, требующий изучения разума жертвы и сложной, многоэтапной процедуры его преобразования.

Короче, выбор пал на способ номер два, с опцией «убедить» произнести клятву. Мартин не предполагал, что с этим возникнут какие-то проблемы.

- Слушай, Сига, пожрать хочешь? - Мартин поставил рядом с головой дамнара открытую банку тушенки. - М-м, тушенка просто объедение, ты, наверное, давно такого не ел?

Сига заинтересованно промычал что-то нечленораздельное.

- Тебе всего-то надо произнести несколько слов и у тебя будет столько тушенки, сколько захочешь, и жить будешь не в подвале, а в комнате, спать на кровати. Как тебе перспектива? Интересует?

- А щито сказать, гаспадина?

- Ордо Тенебрис: Сига эст серве Тенебрис унде матерна сангвинус Мартин Вазарян. Это значит, закон тьмы: Сига есть темный раб линии крови Мартина Вазаряна.

С клятвой всплыла еще одна проблема, по-хорошему она требовала истинного имени хозяина в формуле или имени рода, если раб будет принадлежать роду. Но говорить дамнару истинное имя Мартин точно не собирался, итак уже дофига ксеносов в курсе. Не хватало еще туповатых дамнаров посвятить, контролировать, что они разболтают просто нереально. Обходной путь подсказал Оззи, но это, естественно, сильно ослабит клятву. К сожалению, все оказалось еще сложнее.

- Сига работать на гаспадина. Без колдунства, карашо?

- Не карашо! – рявкнул Мартин. – Не скажешь сам, я эти слова у тебя на груди вырежу. Понял?!

Дамнар обреченно хлопал глазами, но молчал. «Ну и хрен с тобой, придурок - подумал Мартин. – Хочешь помучаться, дело твое». Пытать или запугивать Сигу настроения не было, он решил, что лучше будет практиковаться в «художественной резьбе» по дамнарам. Мартин достал темный кинжал и примерился откуда лучше начинать. Оптимально было поперек груди в две строки, чтобы не тянуться через стол.

Сига орал так, что закладывало уши. Пришлось попросить орка разжать ему челюсти и запихать туда тряпку. Всех проблем это не решило, Сига продолжал извиваться, выворачиваться, даже плотные путы не могли его полностью обездвижить. Из-за этого буквы выходили кривые, косые, совсем не похожие на образец в гримуаре. Во второй строке Мартин вообще ошибся в написании слова «сангвинус». К сожалению, это был не урок чистописания, варик зачеркнуть и написать правильно в темном «делопроизводстве» отсутствовал. Надо было начинать все заново.

Мартин вытер руки и пот со лба.

- Не передумал? – спросил он у дамнара, вынимая у того кляп изо рта. – Все придется переделывать, уж извини…

Сига отчаянно замотал рыбьей башкой и подло обгадился, сначала по-маленькому, а затем, видимо, и по-большому, потому как завоняло ужасно. Даже орк издал подозрительный «бульк» из угла. «Да, не так я себе представлял уроки темной магии», - раздраженно думал Мартин, загоняя кляп обратно в пасть дамнару. Отступать он уже не хотел, просто из принципа. Найдя в гримуаре эксплитию темного паралича, он слегка приложил ей Сигу, зажал нос и приступил к делу с удвоенной энергией. Совсем дергаться дамнар не перестал, но вырываться из пут у него сил уже не стало.

Мартин был так сосредоточен, вторично выписывая слово «сангвинус», что аж высунул от напряжения кончик языка. И едва не откусил его, когда Сига внезапно приподнял верхнюю часть туловища. Путы почему-то лопнули, Мартин едва успел отдернуть кинжал, чтобы не зарезать Сигу. Следом лопнули путы на ногах, и дамнар кулем скатился со стола и пополз к окну, оставляя за собой благоухающий след. Ошарашенный Мартин развернулся и наткнулся на бешеный взглядом Киры, которая зажала в руке энергокинжал.

- Кира, ты чего творишь… Спокойно, отдай кинжал.

Мартин попытался отобрать вибрирующее оружие у сестры, но та вырвала руку. Орк приподнялся в своем углу, но в «разборку» не полез.

- Марти, я и не знала, что ты такой… Я думала ты хороший! – крикнула Кира со слезами на глазах.

- Я итак хороший, это же просто дамнар, он создание варпа и вообще…

- Он живой человек! Как ты можешь его резать?!

- Ты не понимаешь, это не разумное существо. Это скорее, как зомби, если бы ты встретила их снаружи, они бы тебя освежевали и сожрали.

- Га-аспадина, - завыл дамнар, - Сига хорошо работать, не нада резать Сига. Па-па-жалста.

Сига размазывал кровищу и сопли по лицу, дрожал, вонял и вообще выглядел максимально жалко. Так и хотелось приложить его эксплитией помощнее. Кира бросилась к нему и попыталась поднять. Мартин естественно попытался ее оттащить и дамнар шлепнулся обратно в свои испражнения. За этой безобразной сценой их и застал Рус. Он схватил Мартин за шкирку и буквально отшвырнул к двери.

- Я тебя просил так не делать при Кире! – зло прошипел он.

- Я и не делал! Да почему я вообще должен оправдываться? Я так-то для всех стараюсь, эти дамнары там снаружи далеко не такие паиньки, мне надо научиться их контролировать. Это вопрос нашего выживания!

- Нельзя так обращаться с живыми существами! – крикнула Кира. – Марти, пообещай мне, что больше никогда не станешь такого делать.

- Ну, э-э-э… Кир тут все не так просто, я конечно, постараюсь…

- Пошел ты, Марти! Не подходи ко мне больше никогда! Понял!

Кира, наконец, смогла придать дамнару околовертикальное положение и повела в коридор. Мартин схватил Руса за рукав.

- Ты только не оставляй их наедине. Не знаю уж, что она собралась делать, но дамнара потом надо вернуть в кессон, нельзя чтобы он бродил по дому.

- Без тебя разберемся, - ответил Рус. – И очень прошу, в следующий раз проводи свои вонючие эксперименты в другом месте!

- И где мне их проводить? – проворчал Мартин пустому месту, на котором только что стоял Рус. – Это убежище вроде как бы я нам обеспечил... Забыли, наверное?

Орк разочарованно рыгнул, допил бутылку и тоже вышел вон, оставив Мартина наедине с лужами мочи и размазанным по полу дерьмом. Ну, еще с верным сервитором, конечно.

- Ну, что за дела Оззи? Я для них стараюсь, стараюсь, а они вместо благодарности таскают меня за шкирман, да еще на глазах у долбаного орка. Он итак нихрена не слушается.

- Ты, наверное, сам не замечаешь, или не понимаешь, как выглядишь в глазах хумана?

- Как я выгляжу?

- Как безжалостный ублюдок. Это ты считаешь, что резать дамнаров и резать людей – это две большие разницы. Для девчонки это наоборот еще хуже, издеваться над беспомощным дурачком, у нее материнский инстинкт работает.

- При чем здесь инстинкт! Мы вообще-то должны выжить в чужом мире после апокалипсиса, а не инстинкты дурацкие почесывать.

- Конечно, хозяин, только у людей есть жалость к себе подобным и вообще к живым существам. А у тебя нет жалости. Мы создания варпа, и такова наша природа, не надо пытаться усидеть на двух стульях.

- Да не пытаюсь я ни на чем сидеть. Я просто действую целесообразно складывающейся обстановке. И все!

- Целесообразно, прирезать этого Руслана, его друга подранка, получить второй круг, а девчонку сделать наложницей. Заодно и авторитет в орде поправишь.

- Я не собираюсь так делать! Это…

- Что это? Что тебя останавливает: совесть, жалость?

Мартин впервые серьезно задумался над мотивацией собственных поступков: «Действительно, почему я пытаюсь спасти Миху, помочь брату и сестре. Что мешало убить или пленить всех людей в крепости, как предлагал орк. Мне было бы их жаль? Мне было бы жаль порезать эльдарианку и забрать ее мистериум? Да ни капельки… Но что-то меня остановило же».

- Нельзя убивать людей, это против закона, а если все наплюют на закон наступит полная анархия и хаос, - наконец нашелся Мартин.

- Тебя явно воспитывали хуманы и внушили эти глупые мысли. Ты существо варпа и должен жить согласно ордо Тенебрис, это твой закон. А законы хуманов ты соблюдать не должен. Определись уже со своей ориентацией.

- Да ну тебя, Оззи! Нормальная у меня ориентация… я спать, короче.

Мартин решил, что лучше хорошенько выспаться, чем забивать голову бессмысленными моральными терзаниями. Хотя, похоже, что у него и правда нет морали, значит и терзаться нечему.

Глава 16

На следующий день Мартин планировал отдохнуть, спокойно почитать гримуарчик, расспросить сервитора, что произошло с Линдумом, и куда вообще можно податься в этом их Империуме начинающему темному магосу. Он хорошо выспался и зашел проведать дамнаров, чтобы убедиться, что Рус с Кирой никого не упустили. Слава ордо Тенебрис, все трое были на месте, у Сиги грудь была перемотана бинтами. Когда Мартин открыл кессон и включил свет, внутри сразу началось какое-то движение. Поэтому сначала в люк был просунут взведенный болтер, и только потом, сам Мартин начал спуск по узенькой, крутой лестнице, он остановился примерно посередине. Опасения были напрасны: Сига и Жига буквально забились под стеллажи с оставшимися припасами, металлические банки на полках чуть слышно позвякивали, из-за того, что дамнаров под ними сотрясала крупная дрожь. А вот Гиба храбро стоял в центре, правда его тоже трясло, из-за чего понимать его речь стало еще тяжелее.

- Га-га-гааа…

- Завязывай! - Мартин оборвал эти жалкие попытки коммуникации. - Бери помойное ведро и пошли наверх.

- Га-га-гаа… - продолжал упорствовать Гиба. - Га-ава-арить кля-а-а-атва сам! - наконец справился дамнар. Он выпучил глаза и уставился на Мартина, видимо сам в шоке от того, что смог донести мысль.

- Сам принесешь клятву сервитум Тенебрис?

- Са-са-аам! Но на-на-на…

- Раз сам, то проблем нет. Я тебя пальцем не трону, поднимайся давай!

- На-на-на… нада амбра!

- У меня есть одна бутылка, отдам тебе. Давай уже шевели копытами!

- На-на-на… мно-ааага амбра! Ка-ка-каждый день амбра.

- Еще торговаться будешь? Нахрен ты мне сдался. Либо говори клятву сам, либо сиди здесь и жди своей участи. Понял?

- На-нада амбра, ина-на-наче бабах! Нету ра-разница.

- Я что по-твоему, эту амбру наколдую что ли?

- Са-са-сабора! Зна-ать путь в са-сабора. Там амбра и дру-угое, многа другу-гу…

- В собор меня проведешь? Думаешь я на такое куплюсь?

Мартин оглянулся на Оззи, тот задумчиво поводил жалом.

- Сомневаюсь, что у него хватит ума завести нас в ловушку. А тайные ходы внутрь наверняка существуют.

- А где женщин держат знаешь? - спросил Мартин у дамнара.

- Де-девки есть, но стра-ра-ража.

- Ну ладно, умник, принесешь клятву и пойдешь вместе с нами. Что не так, и смерть твоя будет долгой и мучительной.

Новость о том, что они снова идут в набег, Гургаз встретил без должного энтузиазма. А в процессе коммуникации с дамнаром, вообще уснул. Надо сказать, этот процесс и самого Мартина довел до белого каления, он едва сдержался, чтобы не раскрошить дамнару зубы энергомолотом. Добиться от него описания какого-нибудь внутреннего помещения оказалось заведомо невыполнимой задачей. После получаса мычания и заикания стало понятно, что дамнары ходят в собор через канализацию. Под собором настоящий лабиринт технических тоннелей и не все из них охраняются должным образом. Что-то Гиба пытался рисовать на бумажке, но с рисованием у него было ненамного лучше, чем с красноречием. Чтобы выйти по этой вырвиглазной схеме под землей, к нужной точке, удача и навыки ориентирования должны были зашкаливать все мыслимые пределы.

Мартин смерил тяжелым взглядом Гибу, а потом храпящего орка. Конечно, сам собой напрашивался вариант схитрить, заставить дамнара принести клятву и никуда не ходить. Но почему-то такой вариант ему не нравился, не то, чтобы он был невозможен, но некая часть его ауры чувствовала себя неуютно от мысли о нарушении подобной сделки. Сомнения были прерваны появлением Руса. Его облачение изрядно удивляло, кольчуга, наручи и поножи, шлем, болтер, энергокинжал за поясом. В общем, Рус явно собрался на войну. Вот только с кем? Рус смерил тяжелым взглядом дамнара, сосредоточенно выводящего какие-то каракули на листочке, и произнес:

- Опять эксперименты?

- Нет, просто выясняю, как попасть… в одно место. А ты чего так вырядился?

- Там какие-то люди уже полчаса швыряют камни в ворота. Я думаю, это друзья той эльфийки.

- Ильмы? – удивился Мартин. – С чего ты взял?

- Ну, во-первых, не похоже, чтобы они пытались нас штурмовать, просто привлекают внимание. А во-вторых, эльфийка похоже с ними, из-за респираторов лиц не видно, но ее легко отличить.

- А ты их как увидел?

- С верхнего этажа башни, приоткрыл там ставни.

Пришлось вернуть дамнара в зиндан и подняться наверх. Слегка приоткрыв ставню, можно было осмотреть улицу перед воротами. Там собралась целая компания, Ильма выделялась сразу, по седым волосам и одежде с нашитым зеленым кругом. А вот остальные никак не идентифицировались, и доверия не внушали, несмотря на то, что эльдарианка держала палку с привязанной к ней зеленой тряпкой, видимо местный аналог «белого» флага. В центре находилась фигура поменьше, в плаще и без оружия в руках. Из-за одежды и маски сложно было определить женщина это или мужчина. Мартин поставил бы скорее на женщину, весьма мужеподобную конечно… А вот двое по бокам, точно были мужчинами, солдатами или рейнджерами и, в отличие от покойного Ливия, всем своим видом излучали угрозу. Оба были настоящими громилами, на две головы выше женщин. Их облачение представляло собой нечто вроде кольчужного комбинезона с пластинами на груди и других жизненно важных участках тела и шлемами. Шлемы были интегрированы с фильтрами и выглядели весьма внушительно. На шлемах и грудных пластинах была выбита аквила. Вообще, доспехи выглядели изделиями фабричного производства, как и оружие – энергомечи и болтеры за спиной.

Мартин сосредоточился на оке Тенебрис, чтобы изучить ауру незваных гостей. Она тоже была мощной и насыщенной, с большим количеством золотых звезд. Больше всего звезд было в ауре женщины, Мартин насчитал девятнадцать. К тому же ее фигуру окутывала плотная золотая сеть. Вспоминая свое противостояние со священником в форте, Мартин решил, что сеть – скорее всего защита от враждебной магии. Сеть, питаемая мистериумом из золотых звезд, была настолько густой и плотной, что Мартину резко захотелось открыть гримуар и найти там парочку атакующих эксплитий посильнее, чем Крусадер Тенебрис. Внезапно женщина подняла голову и уставилась на прямо на приоткрытую ставню. Мартин буквально почувствовал, как этот взгляд обжигает его собственную ауру. Раздался голос, вроде бы женский, но низкий, грубый, пробирающий до костей.

- Эго Диса Барут, комендант форта барона Варнелия, законный представитель ордо Империум в домене Линдум прайм. Я предлагаю мирные переговоры.

Мартин отпрянул от щели между ставнями и нервно переглянулся с остальными. Оззи только начал скрипеть нечто неодобрительное, но его сразу оборвал Рус.

- Надо с ними поговорить. Это первые люди, которые похожи на нормальную власть в этом мире. Может она уже, наконец, объяснит, как отсюда выбраться.

- Да ничего она не объяснит, - возразил Мартин. – Ты общался только с Ильмой, а я немного пообщался и с другими. Они те еще ксенофобы и религиозные фанатики.

- И что? Предлагаешь нам и дальше здесь гаситься, пока твой орк не сожрет всю тушенку в подвалах? Или у тебя самого есть идеи как отсюда выбираться? Или вернуться домой?

- Как вернуться домой я понятия не имею, а как выбраться, можно спросить вон у него. Оззи, как выбраться из этой жопы?

- Без варп-корабля никак, - насмешливо ответил сервитор. – До ближайшего Имперского ордоса больше парсека по прямой, а в обход варп-шторма еще больше. Да и не советую я лететь к Имперскому ордосу.

- Парсека?! - в ужасе сказал Мартин. Из краткого курса школьной астрономии он помнил, что парсек - это несколько световых лет. - Как вы тут вообще летаете между своими ордосами? Или я чего-то не понимаю в ваших технологиях, или вы тут тратите на путешествия тысячи лет?

- Тысячи лет? - удивленно проскрипел череп. - Чего-то ты точно не понимаешь, хозяин. - До катастрофы средний барк тратил на путь до ордоса Ульмар, ближайшего в сегментуме Норд, полтора-два месяца.

- И с какой же скоростью движутся ваши барки?

- Обычно со скоростью больших варп-течений, от двадцати до ста километров в час. Не хочу показаться занудой, хозяин, но в школьном учебнике для всяких разных аристократических недорослей указано, что парсек соответствует угловому параллаксу в один градус на базе тысяча километров - средний диаметр ордоса, плюс минус.

- Э-э-э… - протянул Мартин.

По лицу было заметно, как зашевелились его мозги в попытке переварить информацию, поэтому Оззи тем же нравоучительным тоном добавил.

- Примерно пятьдесят семь тысяч километров. Определение расстояний через варп обычно производят с помощью измерения угловых смещений маяка относительно других удаленных объектов в зависимости от положения наблюдателя.

- Хм, ну вроде понятно… - протянул Мартин. Хотя, конечно, сильно понятнее не стало, но не хотелось выслушивать очередную порцию нравоучений от сервитора.

- Я вот нихера не понял, - честно признался Рус. - Кроме того, что пятьдесят тысяч километров пешком не пройдешь…

- Пешком через океан варпа? Серьезно! - череп уже начал в открытую насмехаться, но быстро пришел в чувство, наткнувшись на угрожающий взгляд Руса.

- Короче, ты юморист недоделанный сегодня же проведешь нам лекцию, что и как тут у вас устроено. И чтобы до всех дошло! А сейчас давайте уже ответим тем ребятам снаружи. Я не намерен торчать в этом доме, пока не превращусь во что-нибудь похожее на тех кособоких уродцев.

В целом, Мартин не имел ничего против переговоров, хотя из прошлого опыта не особо рассчитывал на их успешность. Он снова приоткрыл ставню и крикнул.

- Пусть один из вас сложит оружие, а остальные отойдут подальше. Мы впустим его в дом и проведем переговоры.

- Так не пойдет, - раздался грубый голос Дисы. - Мы можем поговорить снаружи. Пусть с вашей стороны будет столько же комбатантов, сколько с нашей. Я знаю, что вам нужен медикус, Ильма не будет помогать, пока мы не поговорим.

- Опять нас баба какая-то шантажирует, - недовольно заскрипел Оззи. - Давай засадим им бронебойным, два выстрела - два трупа, а остальных добьет орк.

- Нет! - отрезал Рус. - Мы не будем с ними драться… я точно не буду.

- Ты же знаешь, Оззи, что в данном случае я не могу сражаться. Помнишь, ты сам мне объяснял, - покачал головой Мартин, намекая на условия клятвы Ильме.

- Ах да, результат наших прошлых «переговоров»… Ну и хрен бы с ними, пускай торчат на дороге, пока их какая-нибудь тварь из варпа не сожрет.

- Наш пузырь схлопнется через несколько месяцев, а может и раньше, - снова раздался голос Дисы. - Но и этот проживет немногим дольше, тем более здесь домен высшего демона, рано или поздно он придет за вами. А я знаю способ улететь.

- Это наш шанс выжить, - Рус буквально вцепился в руку Мартина.

- Да никакой это не шанс, Рус! Она может просто врать… Эй, а разве ордо Империум допускает союзы с силами варпа? Я вообще-то темный магос! - крикнул Мартин в окно.

- Я законный представитель ордо Империум, своей властью я объявляю перемирие в вечной войне.

- И надолго это твоё перемирие?

- На время переговоров.

- Разве так можно? - спросил Мартин у Оззи. - Империум может заключать сделки с темными силами?

- На практике, те же инквизиторы могут все, что взбредет им в голову, - ответил Оззи. - Но цель всегда одна, уничтожить любую ересь… Все, кто искренне не верует в Люмен Империум – еретики. Вы с девчонкой кстати тоже, - Оззи кивнул на Руса. – Хотя, для вас, конечно, есть варианты.

- Ладно, хрен с ним, - решился Мартин. – Давайте поговорим, только надо решить, что делать с орком? Брать его на переговоры не стоит, но оставлять здесь одного нельзя.

- Пусть дрыхнет, - пожал плечами Рус. – А Киру возьмем с собой.

Такой вариант, взять всех с собой, конечно, решал проблему с орком, но и создавал новую. Если Диса задумала какую-то пакость, шансы отбиться резко падали. Мартин предварительно изучил магическим зрением окрестности, в одном из особняков чуть дальше по улице он обнаружил нечто, похожее на очертания залегшего стрелка. О чем в довольно грубой форме сообщил Дисе и пригрозил, что засадит ей в глаз из болтера, если она оставила в засаде еще кого-то. Та примирительно подняла руки и подала условный знак. Из особняка действительно выбрался стрелок с болтером, тощий, в короткой кольчуге и без шлема, не чета громилам перед домом, однако двигался он с кошачьей грацией. Наверняка и с меткостью у него тоже было все в порядке. Собственно, сам Мартин склонен был на этом завершить переговоры. От напряженного «вглядывания» в испарения варпа уже болела голова и в каждом вихре мерещились очертания стрелков. Он знал, что рана Михи если и гниет, то не сильно и вероятно он выживет, а если даже и нет, то жизнь троих важнее жизни одного. Но Рус напирал и грозился вылезти из убежища в одиночку, и Мартин уступил. Диса согласилась оставить при себе одного громилу и эльдарианку, а остальных отправила вверх по Вита Палантине. Двое бойцов уходили на их глазах и довольно быстро скрылись за пределы видимости, как визуальной, так и магической. Но это скорее насторожило Мартина, да и возможности болтера по доставке в тушку лишних металлических предметов, он теперь слишком хорошо представлял.

Поэтому без зазрения совести он дал Русу выйти из люка первым. Следом, к сожалению, полезла Кира, она все еще смотрела на Мартина с плохо скрываемой злостью, и объяснять ей что-то было бесполезно. Он вылез последним, когда убедился, что снаружи все спокойно. Оружие по договоренности было разряжено и покоилось в ножнах. Диса стояла, скрестив руки на груди, и сверлила их взглядом. Особенно долго она рассматривала Киру, видимо, не совсем понимая, что она здесь делает. Сзади молчаливым изваянием застыл один из громил.

- Где орк? – вместо приветствия спросила Диса.

- В доме остался, - неопределенно ответил Мартин.

Он единственный был без маски. Магическим зрением он увидел, как золотая сеть вокруг Дисы выгибается и ползет в их сторону. Его сеть обошла стороной, но зато мгновенно окутала ауру Киры.

- Где орк девочка? Он обижал тебя?

- Да, я его очень боюсь! – мгновенно залопотала Кира. – Он вечно нажрется тушенки и вина и бродит по дому, мне кажется, он караулит меня. А сейчас…

«Вот сука!» - подумал Мартин. Он кинул наперерез золотой сети свой вариант Небьюла Тенебрис, усиленный темной пыткой. Визуально, его тень удлинилась, сначала она бежала легко, но встретившись с золотой сетью, резко ощетинилась шипами и начала сворачиваться клубками, как змея вокруг препятствия. Подавить сеть удалось не сразу, пришлось накачивать тень дополнительной порцией мисериума. Только тогда чужая магия сдалась, и кусок оторванной золотой сети повис на ауре Киры безжизненными обрывками. Кира резко вскрикнула, видимо тень по касательной задела и ее, хотя остатки тени Мартин целенаправленно бросил в сторону Дисы. Пробить ее защиту, конечно, не удалось, но Диса заметно скорчилась и отступила на пару шагов. Она вернула самообладание почти мгновенно.

- Будешь колдовать, мы ответим! – прорычала она. Громила положил ладонь на рукоять меча.

- Взаимно! – оскалился Мартин. – Это последнее предупреждение!

«Вот бы орк сейчас пригодился», - в который раз подумал он. С орком и без дурацкой клятвы эльдарианке он бы не особо сомневался в победе.

Ильма осторожно потянула Дису за рукав.

- Госпожа, он очень сильный магос. Он видит силы мистериума напрямую, не надо использовать магию… точнее ваши способности арбитрес…

- Благодать Империума – не какое-то гнусное колдовство, - Диса раздраженно вырвала руку из мягкого захвата. – И сильный магос не стал бы вести с нами переговоры.

- Будем спорить у кого благодать, а у кого гнусное колдовство? Или вы уже, наконец, скажете, зачем пришли? – раздраженно спросил Мартин.

- Хорошо, больше никаких споров, - согласилась Диса. – Зайдем под крышу. – Она указала на облупленный и слегка подгоревший особняк напротив.

- Туда, - Мартин указал на особняк слева, откуда кидал темную тропу в особняк Хуго в первые разы.

Диса без возражений повернулась к ним спиной и пошла в указанном направлении. Ее спокойствие изрядно нервировало, хотя громила намеренно держался позади всех. Весь короткий путь в ухо дышал Рус и шипел, что так нельзя вести переговоры.

- Ты не видишь Рус, а я вижу, - зашипел в ответ Мартин. – Она использовала магию, чтобы подчинить Киру и стрелка спрятала. Ей нельзя верить!

В особняке они поднялись на второй этаж в поисках уцелевшей комнаты. Поднимаясь по лестнице, Диса смерила внимательным взглядом болтающиеся на люстре скелеты. Мартин опять увидел золотые нити, тянущиеся к объекту ее интереса, но не стал ничего говорить.

В комнате Диса нашла парочку целых стульев, на один уселась сама, а второй жестом предложила занять Мартину. Ильма и громила остались стоять, а Рус благоразумно усадил Киру на тумбочку в углу, подальше от окна, и встал, закрывая ее собой. Оззи завис под потолком, поигрывая жалом.

- Итак, нам нужно прояснить два момента. Первый: если мы заключаем соглашение, то все прошлые претензии и нарушения закона обнуляются. Мы не мстим друг другу и в дальнейшем следуем ордо Империум в наших мыслях и делах.

- У меня нет к вам претензий, - пожал плечами Мартин. – Я не буду нападать на жителей форта и буду помогать по мере возможностей. Но насчет следования в мыслях и делах чему-то там, это не ко мне. Давай будем реалистами, уважаемая арбитрес.

- А у нас есть претензии. Отец Бенедикт едва остался жив после твоего колдовства и уже никогда не станет прежним. Да и в смерти несчастного Ливия ты наверняка замешан. Ильма сказала, что его убили дамнары, но это с твоих слов.

- Его убили дамнары. Я могу рассказать, как все было…

- Не надо, - Диса подняла открытую ладонь. – Мы не будем спорить, это дело прошлого. Второе и самое главное: что случилось с Хуго Курцем, владельцем особняка? Он ведь был внутри, когда вы туда проникли.

- Внутри никого не было, - покачал головой Мартин.

- Неужели? Когда мы две недели назад пытались с ним поговорить, он определенно был внутри. И чуть не ранил Дация, - Диса кивнула на громилу.

- Внутри никого не было, - упрямо повторил Мартин.

- Я же сказала, это дело прошлого… Ладно спрошу по-другому, у тебя есть печать Хуго? Без печати наши переговоры не имеют смысла.

- Печать?

- Медальон, который Хуго всегда носил при себе. Он наверняка должен открывать ворота особняка и разблокировать управление псионной станцией.

- Хорошо, предположим, у нас есть печать. Что дальше?

- Покажите.

- Показать…

Пока Мартин напряженно раздумывал, как стоит ответить, в углу зашевелился Рус. Он сделал шаг вперед и вытащил из кармана паучий ключ.

- Можно посмотреть? – спросила Диса.

- Нет!

Но Рус, уже протянул ей ключ, Диса жадно вцепилась в него. Мартину оставалось лишь смотреть как ключ опутал целый клубок золотых нитей и бросать укоризненные взгляды на Руса.

- То, что нужно. - Диса неохотно рассталась с ключом. – Печать, помимо всего прочего, открывает запечатанный ангар. В ангаре находится корабль, принадлежащий Хуго, глубинный варп-клипер с парусно-роторным движителем и огромными элериевыми батареями, которые могут подзаряжаться от вихрей варпа. Невероятно дорогая игрушка, Хуго грохнул на него целое состояние.

- Откуда ты знаешь про корабль? – спросил Мартин.

- Арбитрес вели расследование против него… Я вела расследование, частное лицо не может законно владеть таким кораблем.

- Ты уверена, что корабль существует? Насколько далеко зашло расследование?

- Мы готовились арестовать Хуго, ублюдок – бывший капитан Кустодес Терминус и к тому же обзавелся хорошими связями среди местных лордов, поэтому доказательства пришлось собирать очень тщательно. А когда циклон ордоса остановился всем стало не до того.

- Зачем Хуго такой корабль?

- Может он все-таки в доме? Тогда можно его допросить. Нет? Под старость он слегка поехал на почве мании преследования. Думаю, ему было чего бояться и от кого бежать.

- Хорошо, если мы дадим печать…

- Подожди, хозяин, - раздался с потолка скрипучий голос. – Думаю, уважаемая арбитрес, в курсе, что поблизости от Лондиниума нет варп-порта. Значит, и корабля здесь наверняка нет.

- Ты прав сервитор, ангар с кораблем спрятан в доках Портус Лимб.

- Портус Лимб – это двести километров через варп по прямой. В реальности больше. Как мы туда попадем?

- Пешком! - отрезала Диса. – У сильного отряда с варп-навигатором есть шанс дойти… А потом запустить корабль.

- И кто же будет варп-навигатором? – уточнил Мартин.

- Кроме тебя других кандидатов нет. И тебе же придется вести корабль к ближайшему ордосу Империума.

- Хм…

- Ильма сказала, что ты видишь псионные маяки.

- Вижу…, - Мартин опять задумался над тем, что сказать. В конце концов, он решил, что в данном случае есть смысл сказать правду. – Я вижу псионику вашего форта и могу отличить ее от других источников. Но я никогда не водил корабли через варп.

«Я вообще нахрен без понятия, что из себя представляют ваши корабли», - этого Мартин, конечно, не стал говорить.

- Если ты видишь псионные сигнатуры на таком расстоянии без варп-линз, значит способности навигатора у тебя есть. Я в этом немного разбираюсь. Ты можешь научиться остальному. В форте есть несколько бывших моряков.

- Научиться? Ты надеюсь в курсе, что необходимо для изучения темной магии?

Даже сквозь маску, видно было, как Дису слегка перекосило, но она выдавила из себя:

- Этот вопрос можно решить.

- Слишком много всяких если, - снова заскрипел Оззи с потолка. – Если мы дойдем, если запустим корабль, если сможем его вести, если корабль вообще там…

- Ангар очень непросто обнаружить, и без ключа нельзя вскрыть. Корабль должен быть там! Да, это будет непросто, но другого шанса спастись нет.

- У вас нет. А нам, созданиям варпа в Империуме делать нечего. Нас ждет аутодаффе, потрошение, флагелляция или еще чего, на что фантазии у ордо Инквизитар хватит.

- Ты опять прав сервитор. Поэтому выбросите нас в спасательной капсуле поблизости от любого из портов ордоса Ульмар. А сами летите куда вздумается. Я видела спецификацию, варп-клипер Хуго очень тихий и погружается на десятки километров, на нем без вопросов можно проплыть под линиями Империум Терминус. Стражи границы даже не дернутся. Доставьте нас к Имперскому ордосу, а потом держите путь куда пожелаете. Честный договор?

- Слишком красиво, чтобы быть правдой…

- Подожди, Оззи, - прервал сервитора Мартин. – Если корабль все-таки существует, это стоит обдумать. Давайте, для начала, просто договоримся о дружбе и сотрудничестве. И через пару дней соберемся вновь, чтобы обсудить план спасения более детально. Идет?

- Еще одно условие, просто, чтобы ты понимал. Ты не должен заходить в форт темной тропой. Это будет объявление войны.

- Конечно. Только через ворота и только с вашего согласия. Мы же теперь союзники?

- Союзники, - легко согласилась Диса.

- Прекрасно. Оставьте нам Ильму, чтобы она помогла раненому. Мы приведем ее завтра в форт. И как я обещал, она может забрать из особняка все что захочет…

- Ильма проведет операцию и уйдет сегодня, с нами.

- Хорошо, тогда нам стоит торопиться. Здесь темнеет рано.

- Да. Оставь нам кого-то из своих и печать Хуго и забирай Ильму. Мы будем ждать в этой комнате. У вас три часа.

- Кого-то из своих? Заложника что ли? – удивился Мартин. – Так мы союзники или нет?

- Союзники. Но без гарантий я Ильму не отпущу.

- Вот ты... – Мартин замялся, подбирая цензурные выражения. – Я ведь уже вернул Ильму в целости и сохранности в прошлый раз. Зачем бы мне причинять ей вред сейчас?

- Кто знает, что у тебя в голове.

- Мы не можем отдать печать, без нее мы не попадем в особняк… На частоту использования темной тропы есть ограничения, - решил соврать Мартин.

- Разве?

- Да. А в качестве заложника мы оставим орка.

- Орка? – из-под маски раздался лающий смех Дисы. – Нет. Можете оставить девочку.

- Я останусь, - раздался голос Руса.

- Рус, ты не понимаешь, - раздраженно зашипел Мартин. – Она использует магию…

- Мы теряем время! – отрезал Рус. – А Миха там умирает.

- Мы поможем Михе сами.

- Нет, Марти, врачи из нас хреновые. Я остаюсь, разговор окончен!

Мартин встретился с Русланом глазами. В его взгляде было только упрямство и почти открытая враждебность, убеждать его похоже было бесполезно.

- Ну как знаешь, я пытался тебя предупредить. Давай ключ.

Рус без возражений передал ключ Хуго.

- Три часа, - напомнила Диса. – Если задержитесь обязательно дайте знать.

Глава 17

Ильма снова назначила Киру ассистенткой. Но на этот раз основная тяжесть подготовительных работ легла на Мартина. Хорошо, что Миха уже мог сам подняться с постели и преодолеть несколько метров. Он стал выглядеть гораздо лучше, вернулся жар, но умеренный, лицо немного порозовело, речь стала осмысленной. Миху отвели в процедурную, уже окуренную проседиумом, чтобы обработать культю. Мартина попросили ждать за дверью. Даже сквозь дверь доносился резкий тошнотворный запах. После обработки Ильма вышла к нему.

- Все в порядке, Марти, - сообщила она. - Можно проводить операцию. Ты нам не нужен, но следи пожалуйста за орком.

- С орком проблем не будет. Ты считаешь с раной все в порядке, запах жуткий…

- Она всего лишь гноится. Это нормально, в стационаре я бы может и подождала денек другой и назначила ему курс настоек пениларии, но сейчас тянуть не стоит. Запах хороший… Такой запах значит, что организм борется, а вот если запах будет сладковатый, как в прошлый раз, то дело дрянь.

- Тебе виднее. Я пойду покараулю доблестного варга. Если что отправляй Киру в столовую.

- Спасибо.

Гургаз продолжал благополучно дрыхнуть, поэтому Мартин решил провести время ожидания с пользой. А именно расспросить Оззи об устройстве здешнего мира. Тот конечно был рад лишний раз прочитать лекцию в своем излюбленном менторском стиле, только вот начал читать ее совсем не о том.

- Просто, чтобы прояснить ситуацию, хозяин, ты же понимаешь, что этой мужебабе нельзя верить? Она нас кинет и привезет прямо в лапы Инквизиции.

- Если я дам это сделать, то наверняка. Не надо считать меня идиотом, Оззи. Я понял принцип: на каждом этапе сделки мы будем требовать гарантий: заложников, как она.

- Заложники тут не помогут, она пожертвует кем угодно.

- Оззи, ты слишком плохо думаешь о людях. В конце концов просто честно выполнить сделку не самый плохой вариант для всех. Они спасутся, а мы можем свалить из Империума, надо только подумать куда. Никто не пострадает, а значит у замечательного Империума не будет повода за нами охотиться. А если они попытаются нас кинуть, то скорее всего никуда не улетят. Можно хотя бы положиться на их инстинкт самосохранения.

- Да, хозяин, как раз об их инстинкте самосохранения и стоит задуматься. Эта Диса на дуру не похожа, тетка мерзкая, но точно не дура. Как ты себе представляешь их возвращение? Вот выперлись они из варпа на ближайшем ордосе, сдались Кустодес Терминус и такие: «Встречайте чудесно спасенных подданных Империума, примите нас обратно в лоно человечества». Ну понятно, вызовет их на беседу какой-нибудь инквизитор. Усадит в удобное кресло, нальет бокальчик дорогого вина, положит так по-отечески руку на плечо, в глаза заглянет. А глаза у него такие добрые-предобрые. И мягко так, ненавязчиво поинтересуется: «А как же вы други любезные, выбрались-то из ордоса, поглощенного варпом. А ужасающий псионный шторм как миновали? Ах на глубинном варп-клипере? А навигатором у вас кто был? Демоноид, темный магос. Вы ему помогали в изучении темной псионики и в управлении кораблем. Ай-яй-яй, как нехорошо… А где сейчас демоноид? Ах вы его отпустили с глубинным клипером и теперь он шароебится по Империуму. Ах он обещал шароебиться подальше от Империума? А вы ему и поверили? А-та-та дорогой мой друг, вот это вы прям погорячились. Ну ладно-ладно, не расстраивайтесь вы так. Я же понимаю, выбора у вас не было. Демоноидом мы сами займемся, вы не переживайте, в вашем возрасте волноваться вредно. Но так на будущее, вы все-таки поаккуратнее с этими демоноидами. Император он до чего добрый дядечка, но вот демоноидов как-то недолюбливает. Отдыхайте, дорогой друг, набирайтесь сил. Всего вам наилучшего». Так ты себе представляешь этот разговор, хозяин?

- Что они там будут врать инквизиции не мои проблемы. Пусть сами над этим парятся.

- Ой, хозяин, вот магос ты, конечно, отменный… Но поверь моему опыту, Инквизиции говорят только правду. Потому что любят Императора человечества, вот всем сердцем любят! Гиблое это дело, что-то сочинять, когда вас толпа смертных, с низким болевым порогом. При таком раскладе, в лучшем случае, светит им переработка. И не в рабочего, а в боевого сервитора, чтобы долго не мучились.

- Я тащусь от вашего Империума, милота и доброта из всех щелей. Я вот никому за сотрудничество со светлыми силами даже слова плохого не сказал!

- Поверь, хозяин, я же на твоей стороне целиком и полностью. Но Диса эта все понимает не хуже других. И лучше ей сдохнуть здесь, чем заявиться в Империум с такой историей. Они либо переходят на темную сторону, либо везут тебя прямиком в лапы Инквизиции. А там уж, если инквизитор не отбитый на всю голову доминант, их может и простят. И сомнительные игры с темными силами признают оправданными. А иначе ждет их тройная вивисекция и аутодафе в кипящем масле.

- И что ты предлагаешь, Оззи? Послать ее нахрен?

- Это был бы самый разумный вариант, пожалуй.

- И что мы будем делать потом? Как выбираться из этой варпокалиптической жопы?

- Не знаю. Надо было сразу действовать, как и положено темному магосу. Убить и пленить всех в форте. Глядишь бы и выбили из этой Дисы, где искать корабль.

- Сомневаюсь, что она была в форте тогда… И откуда мы бы узнали, что спрашивать? Да и гримуар не получили бы.

- Есть способы получить ответы даже на незаданные вопросы.

- В любом случае, что сделано, то сделано. Сейчас, что ты предлагаешь?

- Прежде, чем мы пойдем за кораблем, надо узнать, как именно она собирается тебя кинуть. Уверен, что у нее есть надежный способ, иначе она бы даже не стала заводить разговор о корабле.

- Все-таки ты параноик Оззи, похлеще, чем покойный Хуго.

- Я недостаточно параноик, иначе не попался бы гребаной Инквизиции.

- Ладно, пока мы еще ничего не решили. Теперь рассказывай, как устроены эти ваши ордосы и путешествия между ними.

- Ну если ты правда ничего об этом не знаешь… - Оззи на некоторое время замолчал, внимательно глядя на хозяина.

- Мы на какой-то планете, заполненной варпом?

- Что такое планета?

- Огромный шар из твердого вещества, у которого есть атмосфера и на котором могут жить люди… Ну или точнее небесное тело из любого вещества достаточно массивное, чтобы стать шарообразным из-за гравитации, - Мартин попытался дать более правильное определение, чем только сильнее запутал сервитора.

- Шар говоришь… Есть вселенная и вселенная есть варп - огромный океан варпа. Но большинство магосов Империума, как и навигаторов, действительно считают, что вселенная - это шар. Шар, вокруг которого вращаются Солнце, луны и звезды.

- Считают? А что нельзя это проверить?

- Каким образом?

- Ну самое очевидное, совершить кругосветное путешествие... Пройти через этот ваш океан вдоль экватора и вернуться в ту же точку, - пояснил Мартин, видя, что Оззи не догоняет.

- Теоретически такое, возможно. Но практически это вряд ли реально. Во-первых, Империум, слава ордо Тенебрис, не занимает всю вселенную. Максимальное расстояние между его ордосами пять с половиной миллионов километров. И то, такие далекие ордосы весьма условно можно считать Имперскими. А уж за их пределами только тьма, ксеносы и ужасающие варп-штормы. Даже самый скоростной варп-клипер будет лететь из конца в конец Империума лет пятнадцать. При условии, что на пути всегда есть порты для пополнения запасов и отдыха. А за пределами Империума пополняться негде.

- Хорошо, а сколько же надо пролететь за пределами Империума. Какая длина экватора у вашей планеты… у вашей вселенной?

- Есть разные оценки, но принято считать, что диаметр вселенной примерно три миллиона километров, а длина экватора примерно десять.

- Три миллиона километров! - ужаснулся Мартин. Опять же, опираясь на школьный курс астрономии он подозревал, что это в разы больше диаметра Юпитера, если не больше диаметра Солнца. - Как такая планета может существовать вообще? Почему нас всех не раздавило гравитацией... Силой тяжести?

- Не совсем понимаю, что тебя беспокоит, хозяин? Ближе к экватору вселенной сила тяжести становится чуть меньше обычной, а на полюсах она почти двойная. Но на полюсах редко кто бывает, кроме полярных орков, а их хрен раздавишь.

- Всего лишь двойная? Ну ладно, а что под океаном варпа? У него вообще есть предельная глубина?

- По-разному, в среднем его глубина километров двести-триста. А дальше варп-лед или несколько слоев варп-льда, а еще ниже видимо металлический варп. Но это никто не проверял, конечно. Только гипотезы мудрейших Имперских магосов.

- Двести километров варпа… Жуткая бездна. А плотность варпа растет с глубиной?

- Варп он несжимаемый, как вода. Плотность непробиваемой варп-стали даже чуть меньше, чем плотность жидкого варпа. Поэтому пластинка из нее стоит целое состояние.

- Огромная планета с плотностью тридцать пять килограмм на кубический метр… - пробормотал Мартин. - Ну а как же ордосы? Мы же стоим на твердой земле и над нами не двести километров варпа… я надеюсь.

- Нет, над нами несколько километров. Ордос - это, как ты говорил, огромный шар твердого вещества. По наиболее устоявшемуся мнению - это луны, которые падают в океан варпа. Говорят, что прошлая эпоха закончилась, когда тысячи лун упали с небес в океан. Почти все разумные существа погибли тогда, и с этого началась новая эпоха. Основание луны будет постепенно погружается в варп-лед, до тех пор, пока внутренние силы варп-льда не уравновесят ее тяжесть. Если диаметр достаточно велик, то часть ее останется торчать над океаном…

- Это и будет ордос? Остров над океаном варпа?

- Не совсем. Над океаном варпа жизнь невозможна. Там атмосфера слишком разряжена, варп постоянно кипит и бушуют страшные псионные штормы. Нормальная жизнь возможна лишь ниже границы океана… Под действием силы тяжести упавшая луна постепенно принимает форму эллипсоида, а не шара. Вокруг эллипсоида образуется огромный циклон варпа, вращающаяся воронка глубиной несколько десятков километров и диаметром в два-три диаметра ордоса. Эта воронка обнажает большую часть упавшей луны и вот тогда образуется ордос, где могут жить создания Солнца. Циклоны всегда вращаются против часовой в северной части вселенной и по часовой в южной. Или циклон не образуется и получается темный ордос, пристанище для созданий варпа. Какие силы решают будет ли новый ордос пристанищем для сил Солнца или варпа, до конца не понимает никто.

- А что случилось с этим ордосом?

- Циклон остановился и все, что было ниже уровня океана, затопило варпом. Циклоны иногда останавливаются тоже по не вполне понятным причинам, мы знаем лишь, что определенные события могут с большой вероятностью вызвать подобную катастрофу. Например, суперзима - очень холодный год, раз в пятьдесят-сто лет. С Линдумом произошло именно так. Сначала ужасающий холод, снег из варпа, поверхность океана за пределами циклона перестает кипеть, а затем циклон останавливается, почти мгновенно, буквально в течение недели.

- А внутри этого циклона варп тоже кипит на поверхности?

- Нет, внутри циклона нет. При спуске в воронку давление естественно растет, при половине бара варп кипит при двадцати градусах. Это граница кипения, обычно ее называют верхней орбитой или предельной верхней орбитой. Ниже этой орбиты внутри циклона варп-корабли могут подниматься на поверхность. Конечно, ее положение зависит и от температуры, оно постоянно колеблется. И соответственно, ниже ее можно организовать варп-порт, если рельеф ордоса позволяет. Бывают и глубинные варп-порты, но это не так удобно.

- Ты говоришь, что глубина воронки десятки километров, значит варп-порт будет находится на такой глубине?

- Если нет какой-то высокой горы на границе ордоса, то да.

- А вне циклона корабли всегда плавают в глубине варпа?

- Да, подниматься на поверхность очень опасно. Сама область кипения может составлять несколько сотен метров. В этой зоне свойства варпа непредсказуемы, возникают вихри, скачки плотности, псионные штормы. Корабль может разорвать на куски в любой момент.

- М-да, интересная тут у вас планетка… вселенная. А почему у вас юг ордоса и просто юг в разных местах?

- Принято различать мировой север-юг и север-юг ордоса. Север ордоса – это просто направление на географический центр, юг – направление на варп вдоль радиуса. Обычно, в центре ордоса строят псионный маяк, чтобы по нему легко ориентироваться в его пределах.

- А что такое ордо? Ордо – это какой-то… ордо? – Мартин хотел произнести слово «бог», но у него опять вышло совсем не то, поэтому Оззи озадаченно переспросил:

- Ордо – это ордо?

- Я не то имел в виду! Это что, некое магическое сверхсущество, которое следит за выполнением этих ваших клятв, правил, иерархий и прочего?

- Интересная концепция. Читал я рассуждения всяких мудрейших и не очень магосов на тему того, что есть ордо. Пустые разглагольствования, по большей части. Проще принять как факт: любой ковен у которого достаточно последователей и мистериума может отпочковаться в новый ордо. Иерархия и законы ордо будут поддерживаться общей силой его колдунов. Как, впрочем, и толпа дебилов-переростков с энергомечами может создать собственный рыцарский ордо, если они будут достаточно долго и упорно надрачивать друг другу… то есть следить за чистотой рядов, совершать тупые подвиги во славу, возносить литании по три раза в день и все такое. Рано или поздно у них появится собственный ордо, починенный по отношению к ордо Империум, конечно, и не нарушающий его законов, но со своими тараканами. Как это на самом деле работает, я не знаю, да и никто, пожалуй, не знает.

- А какие существуют магические ордо? Ордо Тенебрис, ордо Танос, ордо Нургал, ордо Империум, ордо Элизиум я уже знаю. Что-то еще? Какие из них разрешены в Империуме?

- Есть еще ордо Инфератос, ордо Фризиум и множество более мелких. Разрешены в Империуме, только ордо Элизиум и частично ордо Инфератос. Но «разрешено» надо брать в жирные кавычки. Империум он такой… весь построен на лжи и лицемерии, поэтому официально магия там запрещена. И ордо Империум официально никакая не магия, а Люмен Империум, благодать его ВечноЕдиного и ВсеБлагого полудохлого величества. Любой хуман Империума обладает этой магией, хотя бы одной астрой, но полноценно использовать ее, как ты, не может. Количество мистериума в его ауре определяет место в иерархии доменов, дает разные бонусы в виде повышения защиты от сил варпа, продолжительности жизни и тому подобное. Отдельные категории, типа рыцарей Астартес, командиров Легио Империалис или тех же арбитрес получают более серьезные бонусы. Умение подчинять других своей воле, чувствовать ложь, вдохновлять на самоубийственные свершения во славу Империума – все это по сути литании. В особо драматичные момент, эти способности иногда прорываются в особо сильные «чудеса», сродни настоящей магии с тратой мистериума и выжиганием полчищ еретиков.

- Чем литания отличается от эксплитии?

- Есть магосы, которые манипулируют мистериумом напрямую. А есть жрецы, которые воют на луну и размазывают чужие кишки по алтарю. Результат их действий плохо прогнозируем и зависит от таких сложно учитываемых параметров, как вера и верность своему ордо. Но зато, они почти не тратят мистериум. Бывает, что литания самого жалкого жреца может перебить эксплитии могучего магоса, но чаще их самих побивают свои же святоши за бестолковость и пьянство. Можно сказать, что Имперские хуманы сплошь жрецы, а не магосы.

- Эта Диса не очень похожа на бестолкового жреца, свою магию она использует вполне уверенно. Я бы назвал это пассивными способностями.

- Можно и так.

- То есть «настоящих» магосов в Империуме не существует?

- Ты имеешь в виду магосов Империум? Официально, конечно, нет, но реально среди высших лордов Экклезиархии наверняка есть те, кто обходит ограничения своего ордо.

- Это законно?

- Закон в Империуме, особенно на таком уровне весьма условная вещь. Закон для крестьян и закон для рыцарей он очень разный. А что там, на самом верху даже мне не ведомо, хотя мой ковен пролез везде, где только можно. Империум – это какая-то бесконечная матрешка. Вскрывая ее, думаешь, что вот уже, наконец-то добрался до реальной власти, но потом оказывается, что это очередная ширма… Официально, никакой магии Империум не существует, все, что я тут наговорил – жуткая ересь. Большинство хуманов даже не в курсе, сколько там у них звездочек в ауре. Спроси любого рыцаря Астартес откуда у него силы разрывать безобидных созданий варпа на куски, он скажет, что его осеняет люмен Империум. Есть те, кто осенены его светом на полную катушку, а есть те, кто жалобно скулят на границе света и тьмы. Ну, и еще всякие псайкеры и магосы Инфератос, которых терпят до поры до времени, попутно приготовляя уютную камеру в подвалах Инквизиции.

- А как поданные Империума получают мистериум? Почему собственно у одних его много, а у других мало?

- На это опять же, есть официальный ответ и еретический. Официальный в том, что люмен Империум осеняет того, кто честно трудится на благо человечества. Отпахал часиков двенадцать на шахте или в мануфактории, отдал из своей нищенской зарплаты десятину святошам экклезиархии и администратуму, отстоял службу во славу Императора, получил искру Люмен Империум. Одна астра – тысяча искр, как и для колец Тенебрис. Любая провинность и получишь штраф в десяток искр. Причем отобрать искры может мастер мануфактории, святоша, чиновник администратума, арбитрес, да проще сказать, кто не может – такой же, как ты бедолага, горожанин третьего класса. «Стандартный» хуман рождается с одной астра Империум. Чтобы стать горожанином второго класса, который спит на чистой постели, жрет относительно сносную еду и может бесплатно получить какую-то помощь от святейшего Империума в случае чего, нужно заработать пять астра Империум. Вот и прикинь, каковы шансы у честного бедолаги без семьи и связей забраться хотя бы на эту первую ступеньку. А уж крестьяне вообще целиком и полностью зависят от прихотей лорда домена и его долбанутых рыцарей.

- А еретический ответ?

- Любое создание света потихоньку копит мистериум Люмен, как раз примерно по искре в день. А ордо Империум отжимает у них искры и перераспределяет в свою пользу. Но это, конечно же, гнусный еретический поклеп. Как оно точно работает, я не знаю, хотя и долго пытался влезть в самую нутряную суть Империума.

- Ну ладно, отнять и поделить – это положим неумирающая классика любой уважающей себя Империи. А вот магосов-то зачем ограничивать в их магии? Это ведь ослабляет Империум.

- С одной стороны, конечно, да. С другой стороны, толпы сильных магосов, сбивающихся в собственные ордосы, рано или поздно раздербанят Империум на части. А так, эта махина потихоньку заваливает мясом любых противников. Пусть большинство магосов, как ты выразился, с пассивными способностями, псайкеры и магосы инфератос тоже куцые, ограниченные в изучении самых эффективных техник, но зато их можно контролировать и отправлять в мясорубку без ограничений. Мое еретическое мнение такое, хотя и не ручаюсь, что задумано именно так. Вполне допускаю, что Империум вообще давно никем не управляется, а просто катится по инерции.

Мартин оглянулся на дрыхнущего орка, а затем на часы. Прошло уже прилично времени, Ильма должна была скоро закончить операцию.

- Еще вопрос на засыпку. Что такое домен? Подозреваю, это не просто владения какого-то лорда?

- Чаще всего – это именно владения лорда в рамках ордо Империум. Но бывают и магические домены, по сути – ордосы, но строго привязанные к определенной территории, а точнее к источникам силы. Если лорд – сильный магос, или у него есть сильный магос, связанный вассальной клятвой, он может «запечатать» источник силы и придать ему нужные свойства. Самое стандартное – это усиление «своей» магии на контролируемой территории и ослабление чужой. Сила и сложность законов ордо домена ограничена мастерством хоста и мощью источника.

- Весь Империум поделен на домены лордов? В чей домен входил Лондиниум?

- Далеко не весь Империум принадлежит лордам. Когда говорят домен Линдум прайм, то подразумевают общий домен Империума, который управляется напрямую через Администратум. Существуют домены вольных городов, домены рыцарских ордосов, домены эльдариан и несть им числа. Железное правило только одно, в любом домене должна быть Экклезиархия с Инквизицией, а границы с варпом должны охранять Кустодес Терминус, и часть налогов отходит им. А вот остальное уже определяется через одно известное место. Общие правила вроде бы есть, но реально, каждый вассальный договор с Империумом дико запутан, тысячу раз переправлен и содержит непотребное количество ошибок. В одних доменах будут и Арбитрес и чиновники Империума, в других нет. Из одних могут набирать Легио Империалис, а из других только призвать лорда с его рыцарями. И не на всякую войну, а лишь в пределах сегментума. А еще лорды частенько грызутся друг с другом в открытую, на поле боя. А Империум такое допускает, если те не нарушают определенных правил. Или нарушают, но победителей же не судят? Или судят, когда они не умеют задобрить прочих Имперских кадавров. И тогда Легио Империалис и рыцари Астартес могут немножко повоевать с лордами доменов…

- Да, ну и каша. Как ваш Империум до сих пор не рухнул?

- Ты спрашиваешь мое мнение? Я же говорил: инерция, просто колоссальная инерция.

- А я могу «запечатать» какой-нибудь источник силы и создать свой уютный доменчик, где моя магия станет сильнее?

- Если найдешь источник магии Тенебрис, то теоретически можешь. Хотя на практике это задача для высших магосов и псайкеров. Базовая теория есть в моем гримуаре, но скорее всего тебе не хватит силы и мастерства на создание печатей.

- Ну это ладно, вопрос с мастерством решаемый. А как найти источник?

- Если он не фонтанирует, то подойти поближе и увидеть через око Тенебрис. Свободно разлитый мистериум может свидетельствовать о близости источника, как и характерные особенности местности. Например, лесное озеро в старой дубраве – идеальный кандидат для источника Элизиум, а глубокий провал, затопленный варпом для источника Тенебрис. Небольшие источники найти непросто. А огромные фонтаны мистериума лучше обходить стороной, рядом всегда ошиваются могущественные твари.

- Типа гниющей гусеницы в больнице?

- Типа того.

- Ладно, хотя бы в общих чертах понятно.

- А мне вот до сих пор непонятно, откуда вы взялись?

- Из другого мира, – пожал плечами Мартин.

- Что это значит? Разве есть другие вселенные?

- Почему нет. Любая звезда – это огромный шар раскаленного газа вокруг которого могут вращаться другие планеты. О существовании планет вроде вашей я конечно никогда не слышал. Наша состоит из твердого вещества. У вас тут есть звезды на небосводе, такие светящиеся точечки?

- Мы видим звезды, но это точечки, как ты выразился, а вовсе не шары раскаленного газа.

- Мы просто их видим с очень большого расстояния, миллиарды миллиардов километров. Поэтому они кажутся точками.

- Миллиарды миллиардов? – скептически протянул Оззи. – Откуда ты тогда знаешь, что это шары раскаленного газа? Кто-то там побывал?

- Ну, мудрые магосы нашего мира так говорят. Тем более наша планета вращается вокруг такого же шара, а он гораздо ближе. У вас же тоже есть Солнце? Что это по-твоему?

- Огромный источник мистериум Люмен, что же еще. А звезды – это искры, отколовшиеся от основного источника.

- Хм… вы никогда не были в космосе…

- Теперь понятно, почему ты такой странный, - внезапно пробасил проснувшийся Гургаз, слегка напугав Мартина.

- В смысле странный?

- Как дитя… дитя тьмы. Не знаешь простых вещей, не следуешь своему ордо. Ну это и понятно, ведь демоны Вультар самозарождаются из варпа. Так рассказывал великий шаман Хорикумбалспикар.

- Я не самозародился из варпа, мне вообще-то двадцать два года. У меня была жизнь… в другом мире.

- Это ложная память, случайные видения варпа.

- Ничего себе случайность, память о целой жизни.

- Эта ненастоящая память, то, что ты рассказывал про этот твой хуманизм, чепуха несусветная, явно ложная память, рожденная варпом. Такое иногда бывает с варгами, которые заблудились в варпе, они возвращаются совсем другие. Иногда они считают себя варгами из прошлых эпох, думают, что прошло тысячу лет. Иногда разум просто покидает их, они начинают слышать голоса демонов…

- Моя память настоящая!

- Хорикумбалспикар – великий шаман, он всякую херню рассказывать не будет.

- Иди ты нафик со своим Хорику… со своим шаманом!

- Тебе нужно принять свой ордо, - произнес Гургаз торжественным, совсем не характерным для него тоном.

Мартин хотел было завести бесполезный спор с орком, но тут в зал вошла Ильма и сообщила, что операция успешно завершена. Предстоял очередной выход наружу.