Орден геноцида-4. Демоны внутри

Глава 1

- Что ж, - сказал я, непроизвольно кладя руку на револьвер в кобуре. – Я подозревал, что всё не может быть так замечательно…

Ну, а напрячься и правда было с чего.

Осмотр новопожалованных владений я в долгий ящик откладывать не стал, тем более, что князь Долгорукий любезно вызвался сам меня отвезти на неделе. Чего уж тут отказываться-то?

Правда, что сразу же насторожило – просил, чтобы для начала съездил я один. Не требовал – упаси Ормузд! Но – просил.

А когда власть имущие просят это, как правило, мало отличается от приказа. Так что…

Взял револьвер, обвешался амулетами и оберегами, выслушал причитания сестёр, какой я мерзкий, что их с собой не беру, ну и отправился.

Новополученные земли Винтеров располагались на западной окраине Москвы, в одной из излучин Москвы-реки же. Места, конечно, живописные – густой сосновый бор, река, даже дичь водилась, как понял…

Но, как всегда, существовало одно Но. Одно, но большое такое и очень неприятное...

Помимо сотни десятин князь великодушно пожаловал мне и усадьбу с содержанием. И вот в ней-то и была проблема…

- Зрелище, конечно, не самое вдохновляющее, - с энтузиазмом произнёс Фёдор Владимирович Долгорукий. – Но! Друг мой, думаю, вам это не доставит особых затруднений…

Я сей энтузиазм не разделял. Категорически. Почему? Ну, как бы сказать… Усадьба – да, и правда была хороша. Солидная – аж три этажа, два флигеля, сад… Живи да радуйся, как говорится. Тут не то что вчетвером – тут в четыре семьи можно жить и ещё место под пару рот солдат останется…

Одна беда – усадьба выглядела будто бы оплот нечисти из дешёвого романа ужасов.

Выбитые окна, черный камень облицовки и фундамента, острые башенки, будто зубы исполина… От дома за версту веяло мрачностью и чем-то нехорошим. И нет, это не было голословным утверждением – я отчётливо различал не самые хорошие эманации, исходящие от усадьбы.

- Ваше высочество, если честно, будь моя воля - я бы снёс это место воздушной бомбардировкой или бронеходами, - как на духу сказал я. – Нехорошее оно…

- Друг мой, ну что вы, право слово, как дремучий крестьянин… - укоризненно покачал головой князь. – Нехорошее… Ну что за мракобесие!

- Ваше высочество, я это вам как потомственный борец с монстрами и прочей дрянью говорю. Место – нехорошее. Тут не что жить – сюда заходить-то лишний раз не стоит, если жизнь дорога…

- Значит, не по нраву пришёлся мой дар? – печально произнёс Долгорукий. – Значит – отказываетесь, да?

Вот же… поросёнок. Знает же на что давить.

- Этого я не говорил… - я вздохнул. – Фёдор Владимирович, вы же сами прекрасно понимаете – ну кто в здравом уме откажется от земли, титула и денег? Но давайте тогда начистоту – мне нужна полная картина, чтобы… вступить во владение, так сказать.

- Чудесно! – немедленно просиял князь. – Ну, тогда слушайте, мой юный друг…

Что ж, рассказ Долгорукого немного прояснил ситуацию.

Собственно, история, в целом, была вполне банальная – усадьбу князь унаследовал со всем прочим состоянием и поначалу особого внимания не придал. Долгорукие в Москве сидели крепко, пустив корни во все стороны, если так можно сказать – сколько недвижимости им принадлежит в городе и княжестве не знал, наверное, и сам Фёдор Владимирович.

- Я на самом деле не большой поклонник отдыха на природе, - сообщил мне князь. – Ну, где я и где природа? Мне с детства ближе было вкусно отобедать да посидеть в кресле с хорошей книгой, чем куда-то за город ехать на охоту…

- Довольно неожиданное заявление от вас, - слегка иронично произнёс я. – Учитывая вашу военную карьеру я смел предполагать, что природа вашему высочеству будет как-то привычнее и роднее…

- Природа, знаешь ли, смердит, друг мой Конрад, - вздохнул Долгорукий. – И как раз потому, что я немало времени провёл, так сказать, в поле мне стал как-то ближе городской комфорт. А с возрастом – так особенно. Так что ко всем этим загородным усадьбам я относился с изрядной долей прохладцей… Но – однажды пришлось мне всё-таки посетить сие владение и только представьте себе моё удивление, когда я увидел сие строение!..

- Могу представить…

- Мне, знаете ли, сразу на ум пришли родовые поместья Данешти, - Долгорукий поморщился. – А я бы их, ну право слово – сколько лет не видел, да и слава пресветлому Ормузду, и дальше бы не видеть.

- Приходилось сталкиваться?

- Семиградье, 1907 год, если вам это о чём-то говорит.

- Да, вполне, - кивнул я.

Трансильванское крестьянское восстание, перекинувшееся в том числе и на конфедеративную Валахию, захватившее Нитру и Аварский каганат. Сам я, естественно, к этому никакого отношения не имел, потому как в то время ещё пешком под стол ходил, но историю знал.

Ситуация была абсолютная типичная – местная аристократия настолько замордовала крестьян, что те решили поднял господарей на вилы. Довольно удачно, нужно сказать. Дружины частично разбежались, частично перешли на сторону восставших, а маги против толпы долго не продержались.

- Господарь Кароль нанял наш отряд, когда крестьянское войско перешло границу Валахии, - продолжил князь. – Сам он со своей дружиной в это время был на Ближнем Востоке, гарнизонные части княжества ушли в Болгарию, а то Византия что-то опасно зашевелилась… Ну, мы мятежников выбили за границу – не самое сложное мероприятие, я скажу. Да, крестьян было больше, зато у нас были пулемёты. Ну, а потом на плечах отступающих и по Трансильвании прошлись немного…

Долгорукий поморщился.

- Скажу честно, друг мой – будь я семиградским крестьянином, сам бы восстал. У меня в княжестве тоже, чай, не молочные реки в кисельных берегах текут, но там… Совсем уж всё плохо было. Да и сейчас вряд ли лучше. Да и господари Семиградья – это я скажу…

- Данешти, - кивнул я. – Маги крови.

- Кровопийцы, - скривился князь. – Давайте уже скажем как есть – кровопийцы и демонопоклонники. И вот сия усадьба как раз в духе их родовых гнёзд – всё какое-то тёмное, злое и какое-то… острое, что ли. Неприятное.

Да, про трансильванских Данешти я кое-что помнил ещё из той – будущей жизни. Их родовой Дар – Магия Крови. Ну, точнее – один из, потому как самые известные из них довольно-таки различаются. Как по силе, так и по некоторым другим… особенностям.

Ротерморген, Алое Утро – это как у меня, самое простое. Я могу создавать из крови оружие – до короткого меча включительно. Ничего сложного, разумеется – револьвер или винтовку не сделать. Точнее, нет – сделать можно. Но по они будут просто цельными болванками. Создавать можно только сплошные поверхности - колющее и режущее оружие, например.

Ещё – что-то вроде собачьего чутья, если можно так выразиться. Могу идти по следу, могу почуять человека без заклинания поиска, могу многое определить по крови. Могу даже воспроизвести, что делали люди какое-то время назад, если на этом месте пролилась их кровь.

Скромненько, в принципе. Но зато очень даже полезно, если ты охотник и в первую очередь – охотник на людей. И кровь здесь – всего лишь предмет, с которым возможно взаимодействовать, но не более того.

Следующая стадия – Ротертаг, Алый День соответственно. Это, например - Батори, это - те же Данешти. Кровь становится первоэлементом, как в случае со стихийными магами – там, где кровь, там и сила. Такие маги крови могут обходиться без Праха, если кругом льётся кровь – и неважно, своя ли, чужая. Но свою они проливать не любят, конечно.

Такие маги крови становятся быстрее, сильнее, кровь становится их оружием. Их сложнее убить, они дольше живут, они могут черпать силы в чужих смертях и страданиях, и…

Очевидно, что владеющие таким Даром аристократы частенько становятся извергами и жестокими убийцами. Прожить чуть подольше, просто запытав до смерти десяток-другой крестьян? Да запросто!

И если Батори после пары случаев в своей истории выработали своеобразный кодекс мучительства, то вот Данешти никто не ограничивал. И они в своём познании запретного настолько преисполнились, что решили обратиться к Той Стороне в поисках ещё большей силы и могущества. Потому как это в средние века они себя прекрасно чувствовали на поле боя, но молниеносная реакция и способность порвать противника голыми руками не сильно помогают против артиллерии и пулемётов.

В будущем Пакт быстро прошёлся по Прикарпатью – Авария ещё до войны перешла под крыло алеманцев, и именно с её плацдарма они ударили сначала по Валахии, а потом и по Болгарии. Данешти в своей Трансильвании немедленно возомнили, что наконец-то пришло их время подгрести под себя всех соседей… Но, как только Пакт разобрался с русскими княжествами, то немедленно развернул вектор раздачи тумаков уже против Семиградья, почти полностью вырезав всех Данешти. Похоже, что герцогиня Гённегау имела на них изрядный зуб.

Впрочем, она имела его на каждого, кто так или иначе был уличён в попытках заручиться поддержкой Той Стороны.

- Исторический экскурс - это, конечно, хорошо, - сказал я. – Но, может, всё-таки вернёмся к усадьбе?

- Если честно, то там и рассказывать нечего, - досадливо махнул рукой Долгорукий. – Поместье принадлежало брату моей бабки, точнее жены моего деда – Глебу Шуйскому. Второй сын, не наследник, занимался изысканиями в магических науках, поместье выстроили по его проекту…

Ну, отлично. Именно так обычно и начинаются истории о том, как некоторые чрезмерно… увлечённые личности начинают читать книги, которые не стоит читать, и звать тех, кого звать не стоит ни при каких обстоятельствах.

- Дайте-ка угадаю… - вздохнул я. – Умер. Причём, не от старости.

- Апоплексический удар, - кивнул Долгорукий. – Официально.

- А неофициально?

- Повесился в своём кабинете.

Тааак…

- Возраст на момент смерти?

- Тридцать три года.

- Дети были?

- Дочь и сын.

- Кто был наследником?

- Дочь, старший ребёнок.

Я примерно прикинул её возраст… Годится Долгорукому в матери, возраст около семидесяти-восьмидесяти лет – маги в этом возрасте, как правило, ещё вполне бодры и здоровы.

- Жива?

- Умерла, - покачал головой князь. – Тридцать с лишним лет назад.

- Причина смерти? Возраст?

- Выпила яд. Ей было тридцать три года.

Под ложечкой неприятно засосало.

А может – ну его всё это, Конрад, а? Пусть и усадьба, и титул, и земля катятся ко всем дэвам… Не влезай в это - всех денег не заработаешь, всей славы не добудешь.

Но могу ли я вообще упускать такой шанс и такую возможность возвыситься? В грядущей войне мне бы пригодилось такое подспорье… Семье бы пригодилось такое подспорье…

Могу ли я отказаться от этого, без всякого сомнения, дурно пахнущего дела?

Информация. Мне нужно больше информации.

- Дети?

- Сын.

- Покончил с собой?

- В возрасте тридцати трёх лет, - кивнул Долгорукий. – Шесть лет назад пустил себе пулю в висок. Детей после себя не оставил. Во владение вступили его двоюродные родичи – их младший сын… Три года назад ему исполнилось тридцать три, и он вскрыл себе горло столовым ножом аккурат за званным ужином, где присутствовал в том числе и я.

Я присвистнул.

- Не свистите, мой юный друг, - серьёзным тоном произнёс князь. – А то денег не будет.

- А их и так нет, - пожал я плечами. – Что показало расследование? Не думаю, что вы оставили такое без внимания.

- Человек умудрился зарезаться тупым столовым ножом и запачкать кровью меня и мою дражайшую супругу? Естественно, я провёл расследование! В ходе которого и вскрылись обстоятельства смерти прошлых владельцев.

- Результатов оно, я так понимаю, не дало…

- Именно, друг мой, именно, - поморщился Фёдор Владимирович. – Хозяевам дома исполнялось тридцать три, хозяева дома лишали себя жизни. Всё. Больше ничего необычного, как бы это парадоксально ни прозвучало.

- Серьёзно? – я приподнял бровь и указал подбородком в сторону усадьбы. – Даже я могу сказать, что от этого места буквально разит злом.

- Конечно, разит, - ничуть не смутился князь. – Теперь-то разит. Три самоубийства, три поколения семьи, все первенцы… Конечно, теперь здесь мировая ткань истончилась. Но, уверяю вас, друг мой – даже сейчас грань слишком прочна, чтобы пропустить что-то по-настоящему опасное. И нет, это не моё заблуждение – я всё равно ничего не смыслю в демонологии. Это заявили святые отцы из Конгрегацио Малеус, которых я приглашал сюда.

- Хм… - я задумался. – То есть, ни прорыва Той Стороны, ни проклятых предметов, ни странной магии… Ничего?

- Именно так, мой юный друг, именно так... Мы прочесали всё поместье, но ничего не нашли. Ну, немного запрещённых артефактов и книг… но у кого из старых семей их нет? Да и ничего действительно серьёзного там не было – даже святые отцы так решили, а они в этом деле определённо знают толк.

Странно. Очень-очень-очень странно… А я не люблю странности. Странности значат, что я чего-то не понимаю или не улавливаю. А это чревато последствиями - опасными последствиями.

- В общем, если говорить прямо – побочная линия отказалась дальше наследовать владение, он перешёл ко мне, но толку с него никакого, - Долгорукий досадливо махнул рукой. – Паре верных вассалов пытался вручать, так они наотрез отказались. Абы кому подарить не могу, на продажу выставить – тоже. Ну, сами понимаете почему…

- Разумеется, - кивнул я. – Серьёзный удар по репутации. Что ж вы, получается, за правитель такой, если с каким-то проклятым старым домом справиться не можете…

- Вот-вот, - вздохнул князь. – Поэтому я и подумал – люди вы новые, но умелые, храбрые и отчаянные. Если кто и справится, так это вы. Ну что, друг мой Конрад, берётесь? Землю и титул барона я в любом случае отпишу, но разгадаете тайну усадьбы – не пожалею денег и на хороший ремонт, и на денежное содержание.

И вот хотелось бы отказаться, потому как интуиция даже не шепчет, а командирским голосом рявкает – «не лезь, дурак!»…

- Берусь, - тоже вздохнул я.

Но жадность оказалась сильнее.

- Ни минуты не сомневался в вас, друг мой! – князь энергично пожал мою руку. – Вот ни минуты!

- Но я бы хотел прояснить ещё кое-какие моменты, ваше высочество.

- Ну, разумеется! Что же вас интересует, любезный мой Конрад? Отвечу на всё по мере своих сил.

- Можете как можно подробнее описать, как умер последний хозяин поместья? Он же умер на ваших глазах, как я понял. Не было какого-нибудь магического всплеска, необычных явлений? Возможно, он что-нибудь сказал перед смертью? Возможно, вы их запомнили?

- Необычных явлений, как и колебаний магии я тогда не припоминаю, а вот последние слова… - Долгорукий поморщился. – Такое забудешь, как же. Как сейчас помню, несчастный Николай сказал совершенно обычным тоном – «Все умрут. Так что надо сделать шаг». Ну и после этого тупым столовым ножом вскрыл себе горло. А я вам скажу, мой любезный Конрад, для этого нужна и немалая сила, и решимость. Вот помню судил я одного казначея, так он перед допросом умудрился в тазике с водой утопиться. Прямо вот сидел и дышал водой, пока не утопился насмерть – только бы секреты свои не раскрывать. Но это он зря, конечно, я-то всё равно…

- Подождите, подождите, ваше высочество, - остановил я словоохотливого князя. – Как вы сказали – «надо сделать шаг»?

- Именно, - кивнул Фёдор Владимирович. – «Все умрут. Так что надо сделать шаг». Знаете… И ведь буднично так сказал, ну как будто о погоде упомянул, а потом – раз!.. Но, друг мой… Неужели эти слова вам о чём-то говорят?

- Возможно, - уклончиво ответил я. – И последнее. Трое предыдущих владельцев умерли в доме, а вот четвёртый – нет. Верно?

- Поразительно! – восхитился князь. – Да, в тот роковой день Николай и правда пригласил нас в ресторан «Прага»…

- Что ж, ваше высочество… - я посмотрел на темнеющую впереди заброшенную усадьбу. – Полагаю, мне стоит как можно скорее навести порядок в моём новом доме.

Глава 2

Впрочем, сразу же тайной особняка заняться не получилось – сначала требовалось решить один вопрос… Довольно срочный, на самом деле, хотя его и пришлось отложить до поры до времени.

И вот эта пора и это время настало.

В кабинете господина ректора собралась компания из, собственно, князя Долгорукого, руководившего всей Московской академией магии и высокого волшебства, а также двух деканов – Западного и Центрального факультетов. Рогнеда Всеволодовна Волкова – от «фениксов», а вот у «мантикор» нынче был новый глава – алхимик Дмитрий Симеонович Касимов. Формально он всего лишь исполнял обязанности декана, так как глава Западного факультета Викентий Ярославович Лютов решил уйти в отпуск по болезни…

Ну, точнее его попросили «уйти» под благовидным предлогом, потому что, как говорится – прогнило что-то в королевстве данов… Сначала формально пока ещё не «мантикоры», но самому тупому пню понятно, что именно «пока ещё» - устраивают безобразную потасовку в стенах общежития. И что самое досадное – люто огребают при этом, обладая подавляющим численным перевесом. Затем любовные дрязги, вылившиеся в принародный скандал и череду дуэлей, в ходе одной из которых были нарушены правила Академии и всей Конфедерации – тот придурок Саган ведь пустил в ход фактически заклинание призыва демона. Пусть и низшего, но всё равно демона.

По одиночке всё это декан смог бы пережить, дела бы замяли, но всё вместе и за такой короткий срок… Тут уже без вариантов. Отставка и хорошо ещё, если почётная, а не с позором. А то и чего похуже – с Конгрегацией мне побеседовать уже довелось, они-то сразу заинтересовались фактом применения запрещённого волшебства и теперь рыли носом землю в поисках того, кто же надоумил полудурка Сагана на все эти безобразия. Что это он не всё сам – это было ясно и последнему дураку.

И ведь в чём же самое интересное – Саган применил разные, но по-своему «интересные» заклинания.

Банальные и очевидные чары – зачерпнул силы в Той Стороне, сформировав канал подпитки. Это позволяет бить много, долго и больно. Чуть менее очевидные – призыв демонической многоножки.

Точнее, Саган-то наверняка думал, что просто придал своей новоприобретённой силе более-менее понятную разуму форму… Но на самом деле, это была, так сказать, первая ласточка – правда, хищная и многоногая, но всё равно – первая ласточка Железной Мукадэ, одной из герцогинь Той Стороны.

Сначала тупой малефик призывает одну сколопендру, потом несколько, считая их чем-то своих ручных зверушек… Но чем чаще он их призывает, тем шире и стабильнее становится проход между измерениями, по которому затем прорываются не только нимфы и разведчики, но и воины, преторианцы… А может и сама Мукадэ пожаловать. Последний раз она прорвалась на Японских островах семь сотен лет назад и выкосила половину главного острова архипелага, прежде чем её изгнали обратно.

А чего ещё ожидать от демонической сколопендры в полсотни саженей длинной и покрытой металлическим панцирем?

Ну, а другое заклинание было даже интереснее, ведь оно фактически взломало комплекс чар на дуэльной площадке. И что же это означало?

А то, что Сагану его передал тот, кто был хорошо знаком с магическими конструктами в Академии...

Иными словами – кто-то из сотрудников Академии.

Бывших или действующих. Причём, не какой-нибудь уборщик, повар или конюх, а довольно сильный и умелый маг.

И это не только объясняло, как всё произошло, но и проливало свет на атаку Лосиного острова. Что эти два события связаны лично для меня было ясно, как белый день. И не думаю, что так считал только я один.

…Ещё в кабинете господина ректора присутствовал, разумеется, я сам, а также Вилли и Хильда, которые сегодня играли нехарактерную для себя роль – молчаливых и покорных младших членов клана при официальном наследнике Дома. Сёстры с мрачно-торжественным видом стояли за моей спиной, являясь не только участниками сегодняшнего… мероприятия, но и, можно сказать, моей свитой.

Также слева от меня в кресле сидел мрачного вида головорез лет тридцати в чёрном одеянии Конгрегации – его преосвященство епископ Марк. Высокий – на голову выше меня - раза в два шире в плечах, лысый, смуглокожий и весь в шрамах. Колоритный господин, в общем.

Ну и завершали картину ещё двое студентов – мелкие тощие парни-первокурсники с факультета Мантикоры. Близнецы. Правда, теперь их различить было несложно – у одного кривовато сросся нос, после того как я его сломал ударом двери. А второй имел нездорового цвета сероватую кожу и здоровенные тёмные круги под красными глазами. И красными – от недосыпа, а не от природы или магии. Нет, первый тоже демонстрировал все признаки бессонницы, но у него они хотя бы не так бросались в глаза.

- Итак, господа Спанек, - начал Долгорукий, обращаясь к близнецам. – Вы знаете, зачем мы здесь собрались.

Парни закивали. Причём красноглазый я бы сказал сделал это практически лихорадочно… Впрочем, неудивительно, в его-то ситуации, хех.

- Ещё раз отмечу – это делается для вашей же пользы, - продолжил маг. – Если дело получит огласку, то самое меньшее, что вам может грозить – это отчисление из Академии. А с учётом того, что за последнее время случилось много чего загадочного и… нехорошего – вами могут заинтересоваться. Серьёзно заинтересоваться.

Боевой экзорцист посмотрел на Спанеков и нехорошо усмехнулся. В исполнении здоровенного громилы с изукрашенным шрамами лицом это и правда смотрелось довольно внушительно. Тем более, что это были не пустые угрозы – если Конгрегация действительно посчитает этих двоих потенциально опасными, то они быстро исчезнут. Нет, насколько я знал, гончие псы Демавенда не имели привычки убивать подозреваемых направо и налево… Но также я знал, что Тетраграмматон пусть и был самой зловещей, но далеко не единственной церковной тюрьмой.

Да, ты будешь жить, но для всего остального мира всё равно что умрёшь, да и остаток своей жизни проведёшь в тяжёлом труде и постоянным молитвах… Так себе участь, прямо скажем.

Братья шумного сглотнули.

- Против Конгрегацио Малеус не рискнут пойти даже владетельные князья, не говоря уже о прочих семьях, - заметил ректор. - Тем более, что вы, господа – не первые наследники в своём Доме. И, разумеется, о развитии вашего Дара можете забыть раз и навсегда – онейроманты и так привлекают много ненужного внимания, так что можете получить в наказание, например, «рыбацкую сеть»…

И это тоже не было пустыми угрозами – лишение магии было довольно-таки распространённым наказанием магов, которым посчитали возможным оставить жизнь. И да, «рыбацкая сеть» - штука страшная. Одна из самых страшных вещей для чародея вообще в принципе – всё равно что для обычного человека потерять правую руку или обе ноги. Была магия, а потом – раз! И её у тебя больше нет. Или того хуже – оставляют самые крохи. И сначала волшебник думает, что здорово, оставили хоть что-то… А спустя время понимает, что от этого только горше.

Приходилось сталкиваться и с теми, кого полностью лишили магии, и с теми, кого наказали только лишь отчасти. В будущем Пакт иногда и сам такое практиковал, когда жалкий побеждённый враг не мог помешать планам и был полезен в качестве наглядного пособия. А кого-то наоборот – избавлял от участи инвалида от колдовства. До Великой Войны это считалось невозможным, но Пакт вообще много чего невозможного делал… Теперь я даже знаю почему и благодаря кому. Той же Ольге Кровавой магию вернули. Не всю, не в полном мере, но какая разница, если боевые артефакты Пакта способны компенсировать утрату?

- Однако, в своём великодушии барон Винтер решил забыть о вашем конфликте и, с нашим посредничеством, раз и навсегда решить этот вопрос, дабы в будущем не возникло каких-либо проблем, - очень обтекаемо продолжил Долгорукий.

- Да, да, да, - раздражённо процедил один из близнецов, которого я про себя прозвал Невыспавшимся. – Господин ректор, мы всё знаем и на всё согласны. Клятва верности? Пусть так будет клятва, только… только избавьте меня…

- А это уже предмет, интересующий меня и мою организацию, - а вот голос у брата Марка подкачал. Ну, в комплекте с его внешностью. Потому как у него оказался довольно приятный и мягкий баритон. – Брат Конрад, чем именно вы защитили свой разум? Поверьте, мой интерес вовсе не праздный – я уже говорил, что сам являюсь сноходцем… И для меня эта ситуация в высшей степени необычна.

- Что ж, - я слегка откинулся в кресле и переплёл пальцы. – Давайте по порядку. Но скажу сразу – Ваше Преосвященство, можете быть спокойным, ничего запрещённого я не применял. Клянусь Светлым Ормуздом.

Быстро осенил себя священным символом, хотя мне было прекрасно известно, что одержимые и прочие малефики без проблем могут клясться божьим именем и никакая кара их не настигает. Но – так сделать было всё равно необходимо. Своеобразный этикет, можно сказать.

- Однако Навор Спанек утверждает, что во сне его преследуют демоны, - заметил Марк.

- Обычное заблуждение человека, незнакомого с основами боевой и защитной онейромантии.

- При этом братья Спанеки – из клана потомственных сноходцев, а вы – истребитель тварей, довольно далёкий от онейромантии. В этой связи слова о незнании звучат иронично, не правда ли?

- Я всё объясню и покажу, но прежде всего – клятва, - напомнил я.

- Справедливо, - кивнул святой отец и посмотрел на Долгорукого.

- У вас уже есть формулировка? – спросил меня ректор.

- Разумеется, - кивнул я. – Я не требую полного подчинения – просто не вижу в этом нужды. Однако сотрудничество со сноходцами может быть полезно, поэтому о некотором подчинении я буду вынужден всё же просить. Взамен – обязуюсь избавить Навора Спанека от его тревог и забот.

- Хорошо, - кивнул Долгорукий и достал из своего стола деревянный футляр, изукрашенный защитными рунами и письменами. Да и наложенных чар на нём было прилично.

Ректор провёл несколько манипуляций, деактивируя защиту, а затем достал из футляра металлическое перо. Не обычное пишущее перо современного типа, а именно что поблёскивающее металлом птичье перо иссиня-чёрного цвета с острым кончиком.

- Господа, - обратился Долгорукий. – Берёте перо и даёте слово, чтобы связать себя магическим контрактом. Господа Винтеры, ваши слова - «я (тут называете своё имя) принимаю клятву. Делаю это добровольно и без принуждения, и да будет великая Маат моей свидетельницей». Господа Спанеки, ваши слова – «я (тут называете своё имя) даю клятву и пусть моя жизнь будет её зароком. Делаю это добровольно и без принуждения, и да будет великая Маат моей свидетельницей». Затем передаёте перо другому, он повторяет клятву. Всё понятно? Тогда, как только скажу - начинаем. И, прошу вас – не ошибитесь в словах. Но сначала – вы, господа.

- Как официальный опекун братьев Спанеков в Московской Академии Магии и высокого Волшебства, я даю своё разрешение на ритуал, - с ленцой произнёс Касимов, без особой приязни глядя на близнецов. – Отрицаю принуждение, всё происходит по доброй воле, и да будет великая Маат моей свидетельницей.

- Как официальный опекун барона Винтера и сестёр Винтеров в Московской Академии Магии и высокого Волшебства, я даю своё разрешение на ритуал, - сказала Волкова. - Отрицаю принуждение, всё происходит по доброй воле, и да будет великая Маат моей свидетельницей.

Дальше мы по очереди произнесли нужные слова – я, Хильда, Вилли и близнецы Явор и Навор.

Затем ректор выдал Спанекам лист желтоватой бумаги.

- Теперь, господа, вы должны написать точную формулировку этим пером. Барон Винтер?..

- Я не стану требовать невозможного или полного подчинения, - счёл нужным ещё раз напомнить я. – Формулировка будет следующая:

«Я клянусь не причинять вред члену клана Винтер или своим бездействием допустить, чтобы члену клана Винтер был причинён вред.

Я клянусь повиноваться всем приказам, которые даёт Конрад Винтер, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат первому правилу.

Я вправе совершать любые поступки, которые не противоречат первому и второму правилу».

- Занятная формулировка, - Касимов с лёгким интересом взглянул на меня. – Напоминает клятву пиратов Палемабанга.

- Не я её придумал, - развёл я руками. – Так, подслушал… кое-где, кое-когда.

…А что подслушал я её, пусть и несколько в ином виде, в своё будущем – ну про это можно и не говорить.

Явор Спанек взял перо, поискал глазами чернильницу поблизости. Ректор покачал головой, и проводник онейроманта решил писать без чернил – артефакт же…

И артефакт не подвёл.

Стоило только Явору поднести острый кончик пера к бумаге, как парень немедленно вскрикнул от боли – из артефакта вырвались тонкие стальные усики, усеянные шипами, и оплели пальцы Спанека.

Явор инстинктивно попытался выбросить перо, ну куда там – оно накрепко присосалось к руке парня, а на кончике пера набухла алая капля.

- Рекомендую побыстрее записать формулировку, - доброжелательным тоном посоветовал ректор. – Напомню – вы поклялись своей жизнью.

Спанек, скрипя зубами и кривясь, начал выводить необходимые строчки, и как только он закончил, перо немедленно втянула стальные усики. Явор с отчётливым отвращением передал артефакт брату, который, нужно сказать, даже не поморщился и записал клятву куда быстрее.

- Отлично, - Долгорукий забрал исполнивший свою роль артефакт и убрал его обратно в футляр. – И финальный штрих.

Ректор щёлкнул пальцами, и исписанный кровью листок подскочил в воздух и вспыхнул, молниеносно превратившись в пепел…

Который на мгновение сложился в силуэт женщины с парой крыльев за спиной, а затем исчез без следа.

- Клятва принята, - торжественно провозгласил Долгорукий. – А теперь…

- Сдержи слово, барон, - хрипло произнёс Навор. – Сдержи!..

- Ваше Преосвященство? – я посмотрел на экзорциста.

Тот кивнул и достал из-за пазухи…

Ну да, конечно. А чего я ещё ожидал? Разумеется – курительная трубка. Правда – не чета той, которая была у Явора и которую я тогда раздавил.

Эта была почти произведением искусства – здоровенная, из белой кости и чёрного дерева. Чаша в виде распахнувшей пасть змеи с синими камнями глаз и обвивающей хвостом мундштук.

Отец Марк щёлкнул пальцами, и пустая чаша наполнилась густым сизым дымом. Экзорцист сделал глубокую затяжку, выдохнул облако дыма, которое даже и не думало рассеиваться и передал трубку Навор. Вслед за ней протянулся явно колдовской дым, соединяя трубку и облако вокруг отца Марка.

Спанек с явным благоговением принял артефакт двумя руками и тоже осторожно затянулся, выдохнул облако и передал трубку брату. За ней снова тянулся дымный след.

Явор проделал всё те же манипуляции, а затем протянул артефакт мне.

Ну, и я тоже последовал примеру сноходцев, сделал затяжку из трубки… Не почувствовав ровным счётом ничего. Я даже сомневаюсь, что этот дым был хоть сколько-нибудь материальным, однако же теперь мы все четверо были связаны между собой… дымными путами.

- Сейчас я погружу нас всех в сон, - сказал отец Марк. – В сон Навора Спанека.

Я уважительно кивнул. Не просто войти в чужой сон, а связать нескольких человек силами онейромантии – это серьёзно. Не каждый траумфангер способен на такое, только те, кто долго и упорно развивали свой Дар…

- Все готовы? Тогда – я начинаю.

Экзорцист щёлкнул пальцами и всё вокруг заволокла тьма…

А затем я оказался прямо посреди поля боя. И прямо на меня пёр, лязгая гусеницами, бронеход Пакта.

Воздух разорвал пронизывающий до самых костей вой летящих снарядов, и перед линией траншей чуть правее прогремело несколько взрывов.

Воздух с визгом полоснула пулемётная очередь.

Я посмотрел на братьев Спанек, которые забились на дно окопа прямо передо мной.

- Говорил же – добро пожаловать в мой мир, - я пожал плечами, спрыгнул в окоп и подхватил бронебойную винтовку.

Глава 3

Бронеход был старый. Ну, по моим меркам, разумеется.

В настоящем ж времение «неокрафт» вряд ли существовал даже в виде проекта. Три башни, ультимативное вооружение в виде 75-миллиметровой гаубицы, 37-миллиметровой пушки и трёх пулемётов калибра 7,92 миллиметра, броня в пятнадцать миллиметров и скорость в тридцать километров в час по шоссе – настоящий монстр среди бронехлама начала двадцатых годов. Да ещё и с относительно адекватной компоновкой.

И сейчас «неокрафт» уверенно пёр вперёд, ровняя гусеницами изрытую воронками землю нейтральной полосы.

Гранёная башня повернулась, на меня глянул триплекс из двух пушек и пулемёта.

- Ложись! – крикнул я, падая на дно траншеи.

Взрыв!

Гаубичный снаряд разметал бруствер в паре саженей левее. В ушах зазвенело, меня обсыпало землёй и древесной щепой.

Я быстро вскочил на ноги, установил бронебойную винтовку на сошки, прицелился…

Выстрел!

В плечо будто бы конь лягнул, и пуля вошла аккурат в смотровую щель механика-водителя.

Бронеход продолжал движение, хотя управляющий им солдат, скорее всего, был мёртв. Бронебойка калибром 14,5 миллиметров – это вам не шутки, такую броню шьёт на раз, и всё, что будет за ней - тоже. Но надо хорошо знать куда стрелять, чтобы поразить жизненно важные части.

Выстрел!

Левая гусеница «неокрафта» лопнула, машина остановилась и её занесло чуть в сторону, так что пулемётные очереди хлестнули немного левее моей позиции.

Основная башня опять начала проворачиваться, но я всадил третью пулю в её боковую сторону, пробив крышку люка, и она замерла – вероятно, погиб наводчик.

Ещё один выстрел – в боковую смотровую щель передней пулемётной башенки, которая уже начала наводиться в мою сторону.

Чуть выждал, переведя прицел обратно на главную башню…

Командирский люк распахнулся, и из него высунулся бронеходчик с пистолетом в руке…

Выстрел!

Верхнюю часть противника просто разметало в клочья.

Я отложил в сторону бронебойную винтовку с замершим в крайнем заднем положении затвором. Рядом были ещё снаряжённые пачки патронов к винтовке Симонова, но я знал, что мне она уже не пригодится.

Огляделся по сторонам.

- Все живы? – поинтересовался я.

Все были живы. Уже хорошо. При создании варденд-лимба я не церемонился, так что любого, кто попадётся в его ловушку, с первых же минут ожидал жёсткий пресс со стороны боевых проекций.

Оба брата Спанека так и продолжали лежать на полу траншеи, а вот отец Марк предусмотрительно укрылся в одной из «лисьих нор».

Любопытный момент – сейчас нас всех «переодело» в военную форму цвета хаки, согласно «правилам» окружающей реальности.

- Боевая проекция? – невозмутимо осведомился у меня экзорцист, поднимая и отряхивая от земли каску, которую немедленно натянул на голову.

- Она самая, - кивнул я, подбирая валяющий на бруствере автомат. Рассовал по подсумкам запасные барабаны и рожки к нему, схватил сумку с ручными гранатами.

- Бронеход? Довольно оригинально.

- На это и расчёт. Первая линия обороны, а большего зачастую и не требуется. Готов поспорить, что дальше бронехода господин онейромант не выживал. Верно? Эй. Эй! Подъём! У нас не так много времени – нечего разлёживаться.

- Что… что это такое? - выдавил Явор. – Где мы? Что происходит?

- Твой братец решил залезть в мои сны и нарвался на защиту, но это ты и сам знаешь. А это всё, - я обвёл рукой вокруг себя, - и есть моя защита.

- Да меня уже задолбала это твоя защита! – с нотками истерики заорал Навор. – Этот грёбаный бронеход взрывал меня из пушки, расстреливал из пулемёта, давил гусеницами! Или артобстрел, которым меня накрывали?! А если пробовал бежать обратно, то подрывался на минах, меня кололи штыками или сжигали из огнемёта! Что это вообще за защита такая, если она продолжает меня преследовать?! Что ты за псих такой?!

- Меня тоже интересует эта защита, - отец Марк принюхался. – Мне доводилось побывать на бургундской войне… И удивительно похоже, знаете ли. Не то, чего можно ждать от шестнадцатилетнего мага, который даже не является онейромантом.

- Зато у меня богатая фантазия, а в моём клане знают, как применять окклюменцию, - невозмутимо ответил я и протёр от земли циферблат наручных часов. – Я расскажу больше, но чуть позже.

- Почему? – спросил Явор.

- Потому что у нас осталось всего три минуты до начала артобстрела по этим позициям, - ухмыльнулся я. – И… подберите оружие, если хотите жить. А вам придётся выжить, если больше не хотите снова сюда возвращаться.

Навор Спанек сильнее всех не хотел сюда возвращаться, и я его, в принципе, понимал… Удовольствие, мягко говоря, сомнительное – каждую ночь вместо обычного сна со сновидениями или нет попадать в такое вот… не слишком гостеприимное место. Особенно, если не сразу понимаешь, что всё это – сон, и совершенно не понимаешь, что делать и как выжить. Да даже если и понял, что это сон, то что толку?

Я вооружился автоматом Шпагина, братья подобрали по винтовке «ли-метфорд», а экзорцист забросил на плечо ручной пулемёт «льюис».

Мы выбрались из траншеи и бегом рванули вперёд по изрытой воронками выжженной земле, перепрыгивая через остатки проволочных заграждений и валяющиеся тела убитых солдат.

Вовремя.

На траншеи позади нас обрушился шквал артиллерийского налёта, перепахивая землю на сажень в глубину.

Пробежать требовалось примерно сотню саженей нейтрально полосы… Но единым рывком её пробежать было просто невозможно.

Как только я увидел впереди низкие – не выше пояса – остатки каменного фундамента разрушенного дома, то моментально скомандовал:

- Делай, как я! Залечь!

Экзорцист повиновался без колебаний и братьев Спанеков увлёк за собой. Я рухнул на землю в сажени от них, скрючившись за остатками каменной кладки.

Раз… Два… Три… Четыре… Пять… Пять… Пять?

Спереди ударили два станковых пулемёта, со свистом полосуя потоками пуль воздух сверху. Хотя нет-нет, но шальные пули ударялись о камни, кроша импровизированный бруствер.

Пулемётчики били с рассеиванием по фронту, так что нужно было лишь выждать нужный момент…

Ждать… Ждать… Сейчас!

Я быстро высунулся по пояс, беря более точный прицел.

Резкий жест рукой, и пулемётное гнездо справа от меня разнёс мощный воздушный таран. Ещё один резкий жест, и на позиции слева обрушилась волна жидкого пламени.

Пулемётный огонь моментально затих.

- Вперёд! – крикнул я, вскакивая на ноги и перепрыгивая каменный бруствер.

Швырнул вперёд широкую волну воздуха – не способную убить или даже покалечить кого-либо, но поднявшую огромное облако пыли и земляных крошек, что сейчас хлестнули по глазам солдат противника.

Вместо слитного залпа раздались лишь несколько выстрелов, направленных кто куда.

Последний пяток саженей до позиций врага я преодолел одним громадным прыжком, вложив усиливающую магию в ноги, а затем приземлился прямо в траншею.

От меня в стороны рвануло кольцо пламени, сжигая и разбрасывая противников вокруг меня.

Швырнул файербол в группу солдат прямо перед собой, присел, обернулся назад и длинной очередью перечеркнул траншею позади меня.

Выщелкнул опустевший барабан, достал из подсумка новый, вставил его в автомат, взвёл затвор.

Траншея была хорошая, добротная – больше сажени в глубину и почти столько же в ширину, укреплённая изнутри брёвнами и досками.

Позади меня грузно приземлились братья Спанеки, а следом за ними и отец Марк, который сразу же взял на прицел противоположный край траншеи. Сразу видно – опытный. Хотя навыки штурма пехотных траншей – это не совсем те знания, что ожидаешь от боевого экзорциста.

Онейроманты устало пыхтели после забега по нейтральной полосе и обливались потом.

Разумеется, при должном контроле, во сне нет нужды чувствовать не усталости, ни холода или жары. Например, я ничего из перечисленного не ощущал. Но это я, как создатель «бродячего лимба», а вот попавшие в него чувствовали всё.

- Отец Марк, прикроете мне спину? – спросил я, доставая из сумки гранату-колотушку, отвинчивая колпачок и доставая из рукояти шёлковый шнур, на конце которого было закреплено толстое фарфоровое колечко.

- Разумеется, - кивнул экзорцист, на котором надетая сейчас военная форма цвета хаки смотрелась на удивление гармонично. – Я так понимаю, что мы сейчас в чём-то вроде классического лимба? Ловушка сознания, нацеленная на поимку вторженца в разум?

- Именно, ваше преосвященство.

- Это полная чушь, - раздражённо бросил Навор, нервно сжимая в руках винтовку. – Во-первых, лимб такой сложности под силу построить только сильному магу...

- А я, что – слабый по-твоему? – хмыкнул я.

- …а во-вторых, я допускаю, что такой лимб можно построить. Но. Но! Я бы попал в него при попытке проникнуть в чужой сон и уже… уже не смог бы выбраться, - онейромант поморщился. Вероятно, ему было непросто признавать подобное. – Но вместо этого он просто продолжает преследовать меня, когда я пытаюсь уснуть!

- Просто преследует? – снова усмехнулся я. – Дружок, которую неделю ты уже не можешь нормально спать, а? Между прочим, пытка лишением сна – одна из самых жестоких. Хочешь поспорим, сколько ты в таком темпе ещё протянешь, прежде чем попросишь помощи из дома?

- Это не классический лимб, а его более слабая, но в то же время детализированная версия, - задумчиво произнёс отец Марк. – Не основная линия защиты, а всего лишь что-то вроде ловушки…

- Всего лишь? – взорвался Навор. – Всего лишь?!

- Не кричи, - властно оборвал его экзорцист. – Ты хотел ворваться в чужой сон и думал, что тебе за это ничего не будет? Ты ошибся. И ещё мягко отделался. Не правда ли, брат Конрад?

- На самом деле – да, - признался я. – Если бы я считал, что мне всерьёз стоит опасаться траумфангеров… то есть онейромантов, то возвёл бы классический «лабиринт». И вот в нём бы ты точно остался бы до конца жизни.

- А это у нас значит, автономный самоподдерживающийся комплекс чар… Как вы его назвали, брат Конрад?

- Варденд-лимб, «блуждающий лимб». На самом деле я даже удивлён, что он смог доставить столько неприятностей пусть и начинающему, но всё же потомственному онейроманту…

- Будь вы потомственным онейромантом, брат Конрад, то знали бы, что только что продемонстрировали нечто, относящееся к Забытой Магии.

Вот оно как? Любопытно… А я-то думал, что старина Рэндольф просто научил меня нескольким полезным трюкам…

- Ладно, сейчас нам придётся прерваться, - произнёс я, выдёргивая шнур тёрочного запала гранаты и швыряя «колотушку» за угол траншеи.

Если я всё верно рассчитал, сейчас как раз должны подойти…

Взрыв!

Из-за угла вылетел, выброшенный ударной волной, солдат противника. В силу некоторой иронии, противников я представил в старой экипировке Пакта – серая шинель, островерхая каска-пикельхельм, противогаз с затемнёнными линзами и римская винтовка «каркано» с длинным штыком.

- Вперёд! – скомандовал я, заходя за угол.

Короткой очередью свалил двух противников впереди, снял одного сверху траншеи и ещё одного, вынырнувшего из бокового прохода.

Сзади послышался грохот ручного пулемёта и рык отца Марка:

- Под ногами хоть не путайтесь!

Вперёд, поворот, ещё поворот… Не лабиринт – просто траншея шла ломаной линией.

Ещё четверо врагов. Скосил их одной длинной очередью. Снял ещё двоих сверху траншеи.

Развилка.

Швырнул за угол гранату. Взрывом вынесло огненное облако, в проходе заполыхало пламя – вероятно, рванул баллон ранцевого огнемёта.

Вперёд, поворот, ещё одна короткая очередь в пару бегущих навстречу врагов… Автомат замолчал. Кончились патроны в барабане.

Выщелкнул тяжёлый бубен, потянул за секторным в подсумке…

Из прохода справа выскочил враг.

Зажатым в руке магазином отбил винтовку в сторону, громыхнул выстрел. Впечатал нижнюю часть «рожка» в горло противника, ломая трахею.

Спереди из-за поворота выскочили ещё двое и рванули ко мне, вскидывая винтовки.

Я присел, пропуская первый выстрел над собой. Выпрямился и отклонился в сторону, уходя от второго.

Нет, от пуль увернуться невозможно – даже и пытаться не стоит, если только не хочется помереть. Но вот если ты точно знаешь когда и куда выстрелит твой противник – это становится очень даже выполнимо…

Впечатал одного противника в стену траншеи «воздушным кулаком», вставил магазин в автомат. Отбил им удар винтовки, пнул врага под колено и впечатал ему в лицо автоматный приклад.

Взвёл затвор, всадил короткую очередь в пытающегося прийти в себя второго противника.

Вперёд, вперёд, вперёд…

Вывернул из-за угла. Тут меня явно не ждали.

Срезал короткой очередью одного врага, второго, третьего – они даже оружие вскинуть не успели.

Поворот назад – снял показавшегося наверху траншеи противника.

Движение впереди.

Развернулся, приседая и уходя от выстрела. Выпрямился, одновременно бросая режущее заклинание, перебившее горло врагу.

Сделал шаг, подпирая плечом оседающее тело, в которое ударило несколько автоматных пуль.

Полоснул в ответ из своего автомата, зачищая пространство перед собой.

Снова кончились патроны.

Выщелкнул опустевший магазин, потянулся за следующим…

И опять атака справа во время перезарядки…

Что-то я начинаю повторяться. С другой стороны, если это тупо, но работает – это не тупо.

Заблокировал и отвёл в сторону удар винтовкой, пнул врага под колено и впечатал приклад ему в шею.

Достал новый магазин, вставил…

Движение сзади!

Чуть отклонился в сторону, пропуская удар штыком и ударил назад локтем. Пинком выбил винтовку из рук врага, но тот моментально взял меня в захват сзади.

Ещё один враг подбежал спереди.

Пнул его в живот, оттолкнулся и впечатал первого противника спиной в стену траншеи, одновременно взводя затвор автомата.

Срезал короткой очередью врага, но на его место подскочил другой, занося винтовку для удара.

Со всей силы двинул локтем назад, пригнулся и вырвался из захвата.

Штык вошёл под ключицу врагу, что удерживал меня мгновение назад.

Ударом плеча оттолкнул противника впереди и подсечкой сбил его с ног. Перекинул автомат через плечо и, не глядя, выстрелил назад, а затем короткой очередью добил лежащего передо мной врага.

Всё.

Этот этап почти завершён.

Сзади подоспели тяжело дышащие братья Спанеки и экзорцист, сменивший ручной пулемёт на автомат.

- Как ты… - унимая тяжёлое дыхание, выдавил Явор. – Как ты это делаешь?

- Я сейчас сдохну… - прохрипел его брат-близнец. – Сколько можно бегать…

- Как будто в этом мире что-то вообще зависит от ваших мускулов, - иронично заметил отец Марк.

- Угу, - сказал я, доставая гранату и готовя её к броску. – Я даже воздухом не дышу.

Швырнул «колотушку» за угол. Взрыв! И из-за поворота рухнуло двое врагов.

Вот теперь точно этап завершён.

Остался последний.

- Я так понимаю, что этот лимб-ловушку нужно каким-то образом завершить, - сказал экзорцист. – И тогда чары рассеются.

- И снова верно, ваше преосвященство, - подтвердил я. – Это эпизод сражения, поэтому здесь нужно прорваться на позиции врага и уничтожить командира. Первое мы сделали.

- Осталось найти и убить командира?

- Искать не нужно – его бункер совсем близко. А с его смертью эта навязчивая мысль прекратится.

- А, так вот в чём идея? – экзорцист чуть склонил голову. – Ловушка на основе навязчивой мысли? Должен признать – просто, но весьма элегантно.

- Главное, что работает, - сказал я.

- Но даже на беглый взгляд вся схема кажется необычной… Откуда вы её только взяли, брат Конрад?

- Секретные семейные знания, разумеется.

Пожалуй, мне это даже не надоедает говорить… Есть всё-таки некоторые положительные стороны в том, что являешься представителем древнего, но малочисленного и не самого влиятельного клана – никто о вас толком ничего не знает.

…По пути до бункера я подхватил первую попавшуюся сумку с гранатами, и когда цель была уже за поворотом, присел за углом.

Открутил у шести гранат ручки, разместил цилиндры со взрывчаткой вокруг такого же на гранате с ручкой. Отцепил ремень от сумки, продел его в петли-клипсы на цилиндрах и затянул потуже.

Экзорцист наблюдал за мной с интересом.

- Фугасный снаряд? – спросил он.

- Приходилось сталкиваться?

- Было дело.

- Потребуется хороший взрыв, - объяснил я. – А так – быстрее, чем пытаться взламывать магией.

- Ты же создатель этого лимба? – удивился Навор. – Разве здесь ты не всемогущ?

- Да что ж вы за онейроманты-то… - вздохнул я. – То, что я его создатель этого лимба означает лишь то, что я знаю, что, как и когда тут происходит. Но в сам лимб я вошёл на тех же правилах, что и вы. Вам что, даже основы окклюменции и легилименции не дали?

Спанеки промолчали.

Ну да, мог бы и не спрашивать. Если клан большой, то «секретные семейные знания» всем могут и не дать, если посчитают слишком слабыми. Атака и защита разума – это прерогатива траумфангеров и им подобным, но если сноходец слаб, то цель и сама сможет вломиться к нему в разум. Собственно, что я и проделал. Разве что моя ловушка была всего лишь дежурной и в основном создавалась в качестве тренировки, а то мало ли – вдруг подзабыл эту магическую дисциплину… Ну, и я всё-таки не был специалистом в области ментальной магии – так, по верхам нахватался можно сказать. Поэтому что-либо из разума Навора я прочесть не смог. Да и как вообще у меня бы такое получилось-то? Формально – я вообще ему в голову не влезал, это он сам куда-то влез, что-то подхватил, а я тут, в общем-то, и ни причём даже…

- Можете даже особо ничего не делать, - сказал я, заряжая последний оставшийся у меня магазин в автомат. – Просто не мешайте и не лезьте вперёд. Как только я войду в бункер – вы должны войти вместе со мной.

Это я говорил в основном для близнецов, вполне уверенный, что экзорцист-траумфангер прекрасно понимает, что в чужом сне лучше не переть, как паровоз. Пусть лучше это делают те, кто в нём лучше ориентируются…

То есть, к примеру, я.

Я отбросил в сторону сумку с с гранатной связкой, вывернул из-за угла и длинной - на все тридцать пять патронов – очередью скосил полдюжины противников, стоявших перед входом в бункер.

Проблема была в том, что врагов оставалось ещё с полдюжины, а вот патронов у меня больше не было…

Зато была магия.

Швырнул автомат в одного из врагов, усилив бросок магией, и солдата как будто товарным составом снесло и отбросило на остальных его товарищей.

Единственный оставшийся на ногах противник бросился на меня, занося винтовку для удара.

Я резко рубанул воздух ребром ладони, и врагу на бегу рассекло горло, и солдат рухнул на колени передо мной. Уклонился от удара, подхватил винтовку из его рук и ударом ноги отбросил противника в сторону.

Шагнул вперёд, перехватывая винтовку двумя руками.

Отбил в сторону удар штыком одного из поднявшихся на ноги и, продолжая движение, впечатал ему приклад в голову. Ударом в грудь отбросил ещё одного врага и отбил вниз винтовку третьего, а затем вогнал штык ему аккурат под подбородок.

К сожалению, противник оказался здоровым, так что махом свалился вперёд, ещё глубже насадившись на клинок и намертво заблокировав винтовку.

Я без сожалений расстался с ней, повёл рукой, вытягивая кровь из убитого врага и превращая её в короткий меч.

Сделал резкий взмах левой кистью, пробивая «тройным лезвием» грудь пытающегося снова встать на ноги солдата. Выставил щит, от которого отскочил штык ещё одного противника и немедленно рубанул его блутшвертом.

Враг инстинктивно вскинул винтовку, пытаясь защититься от удара… Но сделанный из крови магический меч с лёгкостью разрубил дерево ложи и металл ствола, вскрыв противника от шеи до живота.

Выхватил из его левой руки кусок винтовки с штык-ножом, провернулся и снёс голову ещё одному подбежавшему противнику. А затем довернул корпус и воткнул штык в грудь ещё одному врагу.

Дверь в бункер со скрипом приоткрылась, и мне пришлось пригнуться, пропуская над головой автоматную очередь. Я метнул блутшверт в ответ, но дверь уже снова закрылась. Впрочем, меч из крови без проблем вонзился в сталь, будто бы в дерево.

Я подошёл к двери, магией призвав сумку с гранатной связкой и повесив её на торчащий меч. Выдернул запальный шнур, отбежал за угол и махнул рукой наблюдавшим за мной товарищам, которые благоразумно не полезли в драку. Спанеки, вероятно, просто не чувствовали в себе сил лезть в такую задницу, а экзорцист… Вообще-то я не сомневался, что он тоже бы без проблем справился. Но, скорее всего, ему просто поручили за мной наблюдать и особо не вмешиваться. А я то? Я совсем не против, даже наоборот приветствую это.

Ведь чем лучше Конгрегации известны мои боевые навыки, тем меньше вероятность, что меня начнут подозревать в связях с Той Стороной.

Через положенные четыре-пять секунд взрыва не последовало…

Но зато через восемь секунд рвануло так рвануло! Обычная беда у многих гранат М-24 – задержка срабатывания взрывателя, хорошо ещё что вообще сработал. Да и снаряжённые в этих гранатах аммонал послабее тротила, зато три фунта суммарного веса – это всё-таки три фунта. Связкой из семи гранат вообще-то можно башню среднего бронехода с погона сбить...

Пока ещё не осела пыль и дым, я ворвался внутрь сквозь выбитую взрывом стальную дверь.

Моментально выставил щит, отражая поток пламени. Перепрыгнул через валяющегося на полу солдата, не снимая защиты, а затем сделал щит двойным, блокируя поток голубоватых молний.

В дальнем конце бункера стояла сгорбленная фигура, одетая в чёрный кожаный плащ и фуражку с высокой тульей. Лицо было скрыто противогазной маской, шланг от которой уходил под плащ. Погоны оберст-лейтенанта Пакта, палаш и пистолет на поясе, Железный Крест на шее.

Офицер бил с двух рук заклинаниями, почти не давая мне продыху – спасало лишь то, что я предугадывал его атаки и успевал выставить защиту на несколько долей секунд раньше.

Спустя несколько мгновений внутрь вбежали близнецы и экзорцист, и я снял свой второй щит – «зеркальный щит», если точнее.

Конечно, всю энергию атак он накопить не мог, но и того, что получилось перехватить вполне хватило на мощный взрыв.

Меня отшвырнуло назад… И почти сразу подняло в воздух и припечатало к стене бункера.

- Так, так, так… - глухо пробубнил офицер из-пол противогазной маски. – И кто же тут у нас, а?

Остальных моих товарищей тоже прибило к стенам мощнейшим магическим давлением, что исходило от вражеского командира.

- Тот, кто тебе нужен, - спокойно произнёс я. – Тот, кто не в своём уме.

- И на что мне сдался безумец? – спросил офицер.

- Ничего не поделаешь, - усмехнулся я. – Все мы здесь не в своём уме – и я, и ты.

- Думаешь, я не в своём уме?! - вражеский командир немедленно рассвирепел.

И ладно бы всё только этим ограничилось, но нет же – офицер начал меняться. В буквальном смысле меняться.

Упала и покатилась по полу форменная фуражка.

Сгорбленная фигура начала выпрямляться и упёрлась затылком в потолок. Сквозь кожу плаща полезли шипы и заострённые пластины, рукава лопнули, и каждая из двух рук разделилась надвое, превращаясь в нечто среднее между лапой рептилии и насекомого.

Послышалось громкое шипение и металлический стрёкот.

- Думаешь, я не в своём уме?! – повторило чудовище, наклоняя ко мне закрытую противогазной маской морду.

- Конечно не в своём, - спокойно сказал я, глядя в затемнённые линзы. - Иначе как бы ты здесь оказался?

Монстр замер.

А затем неторопливо стянул с себя противогаз.

Рядом сипло вскрикнули оба брата-близнеца. Я же продолжал спокойно смотреть в лицо чудовищу…

В своё собственное лицо.

- Потому что меня нигде нет, - сказал Монстр и чуть отстранился. – Я снюсь тебе во сне.

- Ты знаешь, что будет, когда я проснусь, - сказал я. – Ты потухнешь, как свеча.

- Как свеча… - пробормотало чудовище.

- Свеча, свеча.

Монстр с моим лицом достал из кобуры на поясе «маузер» и приставил к своей голове.

- Но, если я – всего лишь сон, - неожиданно сказал он.

Всё вокруг затопил гул. Будто бы где-то рядом билось исполинское сердце.

Всё громче и быстрее, громче и быстрее.

Громче.

Быстрее.

Громче.

Быстрее!

И неожиданно всё стихло.

- Кто же тогда ты, Конрад Винтер? – сказал Монстр с моим лицом и нажал на спусковой крючок.

В тот же миг я вновь очнулся в кабинете ректора Московской Академии магии и высокого волшебства.

Вокруг стояли, собственно, сам господин ректор, деканы Волкова и Касимов, а рядом со мной сидели братья Спанеки и его преосвященство отец Марк. Колдовской дым вокруг нас постепенно рассеивался…

А вот ужас на лицах близнецов-онейромантов – нет. И я в общем-то знал, что именно их так напугало…

А что? Я вообще-то старался.

Экзорцист же просто задумчиво смотрел на меня, а затем всё-таки спросил:

- На этом всё, брат Конрад?

- Даю слово, что господину Навору Спанеку больше не придётся по ночам возвращаться на поле боя, - усмехнулся я. – За обычные кошмары ответственности уже не несу. Для успокоения нервов могу порекомендовать отвар пустырника и чай из зверобоя.

- И я просто не могу не спросить о…

- Внушает, правда? Не буду скромничать, но, вероятно, это моя лучшая нирмита, - я перевёл взгляд на ректора и деканов. – Если что, нирмита – это разновидность боевой проекции для защиты разума. Только более мощная и автономная. Мы столкнулись с такой в конце этого сна.

Близнецов синхронно передёрнуло.

- И всё прошло по плану? – спросил экзорцист. – Я полагал, что финальную проекцию придётся одолеть в бою…

- Ваше преосвященство, ну вот от вас не ожидал, - вздохнул я. – Я, может, и не специалист, но, по-моему, логично и естественно встроить механизм самоликвидации без нужды устраивать прямое побоище. Иными словами – я допускал риск, что мой же варденд-лимб могут использовать против меня и подстраховался. Если главный враг в конце должен умереть, а ты, так сказать, режиссируешь эту пьесу, то почему бы и не вставить, так сказать, потайной выключатель? Хотя, не спорю – нирмиту можно было одолеть в прямом бою. Трудно - даже мне со знанием структуры лимба - трудно, но вполне возможно. Однако, я решил не затягивать мероприятие.

Не признаваться же, что последняя фраза нирмиты не предусмотрена мнемокодом…

Надо бы проверить схему, а то не люблю я, когда заклинания начинают выкидывать такие вот фокусы.

Глава 4

Занять один из тренировочных классов труда не составило – таких хватало не только в Академии вообще, но и в нашей Красной башне. Это же не полноценные полигоны, а просто комнаты, где можно уединиться и спокойно помедитировать – где по одному, а где и нет…

На самом деле – не самая удачная идея, как по мне. Это в Академии-то, где имеется несколько сотен разнополых студентов в период созревания и первых влюблённостей. Надо будет, кстати, при случае поинтересоваться как много девушек в период обучения выбывает по причине беременности… Или как-то с этим тут всё-таки борются? Ладно, неважно.

Собрались мы уже испытанной бандой – я, Вилли, Хильда, Эйла, Анна, Ольга, Эльмира и Генрих.

Я занял место за конторкой и разложил перед собой стопку бумажных листков. Остальные же распределились по небольшой комнате, заняв кресла и диванчики около низкого чайного столика.

- Итак, господа и дамы, - начал я. – Я собрал вас всех, чтобы сделать довольно неоднозначное предложение.

- Руки и сердца? – приподняла бровь Югай.

- Всем сразу, и в том числе Генриху, - хмыкнул я.

- Камрад, ты мне, конечно, нравишься, но я всё-таки не по этой части… - вздохнул Рейсс.

- Ишь ты какой переборчивый, - фыркнула Хильда. – Главное же, чтобы человек был хороший.

- Цыц, - я слегка возвысил голос. – Ладно, пошутили и хватит. Сёстры в курсе, так что предложение к остальным.

- Какого рода предложение? – поинтересовалась Эйла, поправляя очки.

- Всё просто. Я предлагаю вам стать сильнее.

- И это, конечно же, не связано ни с какими тёмными ритуалами и запретными знаниями?

- Естественно.

- Жаль, - иронично произнёс Генрих.

- Тоже мне шутник нашёлся, – скривилась Хильда. – За нами вообще-то Конгрегация следит.

- И мы не якшаемся с Той Стороной, - вставила Вилли. – Это непреложный запрет.

- Исследователи природы Дара Заклинателей с вами не согласны, - заметила Валконен. – Считаются, что ваш Дар как раз-таки очень плотно связан с Той Стороной.

- Это какие ещё исследователи? – Хильда оскалилась. - «Кодекс палачей» которые сочинили, что ли?

- А что с ним не так?

- Ммм… Примерно всё? Его написал жалкий враль.

- Между прочим, исследования профессора Крамера пользуются авторитетом…

- Ты хотела сказать – авторитетом в Средневековье? Так сидел бы и дальше изучал теормаг и не лез туда, в чём не соображает. Он же просто собрал кучу баек и суеверий и обозвал это научной работой. Да его «Хексенхаммер» и то более адекватен, хотя там и описывается как по наличию родинок определить, что человека коснулась сила Той Стороны…

- Похоже, что для начала придётся провести лекцию по ликвидации безграмотности… - вздохнул я. – Нужно?

Анна, как всегда, сделала вид, что ей неинтересно… Хотя, я уже понял, что кошка-оборотень наоборот – была весьма любознательной. Генрих тоже отделался вечным непроницаемо-ироничным выражением лица, Эльмира разглядывала лепнину под потолком, и только Ольга с Эйлом немедленно закивали – им действительно было интересно, и они не стеснялись этого показать.

- Добро. Тогда – приступим.

Я для солидности подошёл к висящей позади грифельной доске, взял кусочек мела и начал быстро накидывать схемы.

- Общеизвестно, что Дар Заклинателей считается одним из старейших, чьё описание встречается не только в летописях человеческих цивилизаций, но и в письменах Древних. Также общеизвестно, что Заклинатели специализируются на борьбе с тварями, а их главным оружием является Голос.

- Пока что ничего нового, - иронично заметил Генрих.

- Уж простите. И ещё раз простите – заранее – я не буду пересказывать все байки и фантазии на тему Заклинателей. Почти все из них бред – когда забавный, а когда нет. Отмечу лишь несколько основных моментов. Во-первых, Голос влияет на тварей и только на тварей – заклинатели не умеют гипнотизировать или зачаровываться обычных людей или магов. По сути своей, это последовательность звуков, заданная енохианским числом, способная убивать или подчинять тварей и только тварей.

Ну, тут я, конечно, несколько покривил душой… Голос был способен влиять и на людей. Но подобные случаи из прошлого чаще всего были обычными байками, а доподлинно известно об этом станет только в будущем… И то, насколько я помнил, Пакт предпочитал не модуляторы голоса, а чисто механические подобия «шарманок». Да и эффект от них был не сказать чтобы впечатляющим…

- Во-вторых, - продолжил я, - все силы и способности Заклинателей не имеют никакого отношения к Той Стороне. Это истина, даже не подлежащая обсуждению. Аксиома, можно сказать. Заклинатель способен воззвать к Той Стороне, но ровно в той же степени, что и обычный маг. Или даже не маг.

И снова лукавлю. Не в той же степени. Носители Старших Даров чаще всего рождаются и живут в древних Домах, имея доступ к знаниям, которые не всем известны.

А ещё – с них куда выше спрос.

Именно поэтому тётя Ингеборга и угодила в Тетраграмматон – Заклинатели всегда считались очень лояльными к Церкви и Светлой стороне, несмотря на мрачную славу. Поэтому разрушить такую репутацию оказалось немыслимо и об Ингеборге решили забыть, начисто стерев её из памяти мира.

- И наконец – почему нам приписывается поклонение Той Стороне, - я указал на схемы. Сначала на ту, где были изображены две перекрывающиеся окружности. – Знаете, что это?

- Простейшая иллюстрация принципа мироустройства, - сказала Эйла, поправляя очки. – Существует наш мир и существует Та Сторона. Кое-где происходят пересечения.

- Но это схема неточна, - продолжил я. – Наш мир и Та Сторона нигде прямо не пересекаются. И слава Ормузду! Потому что Прорывы демонических сил – это именно что прорывы разделяющей нас границы. И каждый зафиксированный случай имеет катастрофические последствия, если его вовремя не купировать. Та Сторона – это не другой материк или мир, это измерение абсолютно чуждой нам реальности. Это измерение хаоса, боли и разрушения – измерение зла, как бы высокопарно это не звучало. Никто не знает была ли Та Сторона всегда, или однажды она появилась и проявилась, но с её существованием приходится мириться. Общеизвестно, что на Той Стороне существуют разумные сущности. С ними можно вести переговоры, с ними можно заключать договоры – это Герцоги и Короли. Некоторые по незнанию или намеренно наделяют их человеческими чертами, но это огромная ошибка – для Той Стороны наш мир всего лишь огромный пиршественный зал. А с едой не заключают договоры. Клятвы, данные обречённым смертникам, не нужно держать. Вы можете дать муравью слово, а затем с лёгкостью заберёте его, потому что ну где вы и где муравей?

- И снова вы говорите очевидные и общеизвестные вещи, барон Винтер, - с ехидцей заметил Генрих.

- Аналогия с муравьями забавна, - фыркнула Югай. – Если бы в моей комнате муравьи начали водить хоровод в виде пентаграммы, я бы, как минимум, заинтересовалась. И… вероятно, учинила бы истребление и перебила бы их.

- Если развить эту теорию, то можно объяснить необходимость знания Истинного Имени и правильного ритуала вызова, - серьёзно произнесла Валконен. – Одно дело, когда муравьи водят хоровод в виде человеческой задницы и выкрикивают матерные ругательства, а другое – когда они делают аккуратное построение и начинают скандировать конкретно твоё имя.

- Я бы всё равно учинила истребление. Потому что это эти муравьиные хороводы всё равно бы выглядели, ну… жутко?

- Ты рассуждаешь с позиции человека, понимающего, что о некоторых силах даже лучше не знать – не что призывать их, - заметила Эйла. – А теперь представь кого-нибудь… менее образованного. В случае же с потусторонними сущностями это будет означать, вероятнее всего, хаотичность. Сиюминутно они могут и выполнить просьбу. Возвращаясь к аналогии с муравьями – вот что может пожелать муравей? «Дай мне богатства»? Насыпаешь ему горсть сахара, и он счастлив. «Убей врагов моих»? Берёшь палку и сносишь соседний муравейник.

- Ага, а потом один из муравьёв просит что-то вроде «мне нравится вон та муравьиха, но она совсем не обращает на меня внимания… Сделай так, чтобы я стал для неё особенным», - фыркнула Анна. – И ты думаешь «да как это, мать его, сделать?», приходишь в ярость и убиваешь всех муравьёв кроме тех двоих.

- Или однажды обнаруживаешь муравья у себя в кружке, приходишь в ярость и решаешь вытравить в своём доме их всех, - вставила Хильда. – Ключевое тут – приходишь в ярость. Потусторонние силы – это злобные ублюдки, которые сегодня насыпают тебе пригоршню сахара, а завтра прихлопывают тапком, просто потому что им так захотелось. С такими лучше не связываться. Вот просто не связываться и всё.

- Извините что отвлекаю господ мирмикологов, но я продолжу, - с ехидцей произнёс я, обращая внимание остальных на следующую схему. – Вот это куда ближе к истинной картине мира. Есть наш мир, есть Та Сторона, а есть прослойка между ними.

- Это спорное и ничем неподтверждённое утверждение, - сходу заявила Эйла. – За сотни лет не было получено доказательств существования Пограничья.

- Тем не менее, оно существует, и мы в нём регулярно бываем, - весело парировал я.

Вообще, в своё время, то есть в будущем, это стало для меня поразительным открытием.

Оказывается, методика Заклинателей по развитию собственной «клетки», кёфиш или же внутренней энергопроводящей структуры – являлась уникальной. То есть, все остальные просто входили в транс или медитацию, но ни в какие загадочные и бескрайние чёрные пространства Камделире не проваливались. А самостоятельно туда попасть обычному магу было невозможно – первый раз в Чертог пустоты тебя с собой должен был взять кто-то из побывавших там. При этом секрет этот довольно ревностно охранялся… Но лично я не видел в этом особого смысла. Уже. Потому что потеря монополии на улучшенное, хотя и сопряжённое с опасностью, развитие – это дело долгое. А Война – близко. А чем ещё купить мага, как не шансом на увеличение его силы?

- Мы называем это Чертогом пустоты, - продолжил я. – Место без конца и края, погружённое во тьму и залитое водой. Туда нельзя найти путь самому – тебе его должны указать.

- Поэтично, - ядовито прокомментировала Югай. – Но что нам с этого Чертога?

- Как вы оцениваете мою магическую силу? – вместо ответа спросил я. – У кого какие предположения?

- Девятый? – предположила Анна.

- Восьмой, - уверенно заявила Эйла.

- Больше, - не согласилась Ольга. – Не меньше седьмого.

- Седьмой? В шестнадцать лет? Абсурд.

- Или наш Конрад – будущий архимаг, - ехидно вставила Мина.

- Разброс от девятого до седьмого, - иронично произнёс Генрих. – Я напомню, что вообще-то нормой для нашего возраста считается десятый, в редких случаях девятый ранг. Лично у меня десятый ранг.

- У меня восьмой ранг, - наконец озвучил я.

- Тогда у тебя что-то не то с клеткой, - покачала головой Ольга. – Какая-то аномально огромная ёмкость. Или чудовищно высокая скорость восполнения. У себя в Волыни мне устраивали тренировочные бои с дружинниками разных рангов – вплоть до пятого. Там я, конечно, продержалась всего несколько секунд… С шестым я дралась почти полминуты – пока хватало магии. Потом магия кончилась и меня выкинули из круга. Во время экзамена я схлестнулась с доппелем – не своим, доппелем Конрада, и вот там были очень похожие ощущения. Он меня просто гвоздил подряд заклятьями без передышки – я еле успела сбежать. Или та же дуэль, точнее – пять дуэлей подряд. Лично я бы так не смогла, а я не слабачка, у меня девятый ранг.

Ольга была права. При формальном восьмом ранге по возможностям у меня скорее как раз именно шестой.

- У меня восьмой ранг, - сказала Хильда.

- И у меня, - добавила Мина.

У сестёр картина была чуть иная – если про свою клетку я знал, какой конкретно результат должен получиться, то они – это, так сказать, мой первый опыт по внедрению революционной системы усиления магических способностей. Получилось, в общем-то неплохо – при номинальном восьмом сёстры были близки к реальному седьмому. И это за неполные полгода. Дальше, конечно, будет сложнее – вручную все необходимые параметры мы умаемся считать, а баллистический вычислитель мне не достать… Сейчас, по крайней мере. Не всё сразу.

- Трое из трёх магов в поколении достигли к шестнадцати годам восьмого ранга, - для разнообразия без всякой иронии резюмировал Рейсс. – Хорошо, я действительно заинтересован. Вероятно, из-за этих вот рангов ты нас и собрал?

- Скажу просто – вы приносите клятву молчания, а взамен… Я думаю, что ориентировочно за полгода вы подтянетесь ещё на ранг.

- Что ещё кроме клятвы? – с показной ленцой поинтересовалась Югай. – Плата деньгами, услугой… душой?

- Специально от тебя потребую плату телом, - ядовито ответил я.

Кумихо демонстративно поёжилась и отодвинулась чуть подальше.

- А если серьёзно? – спросила Валконен.

- Если серьёзно – то ничего, - я пожал плечами. – Считайте это презентом в расчёте на долгосрочное сотрудничество.

- А оно нам так сильно необходимо? – снова влезла Анна.

Вот же вредная кошара!

- Скажем так. У меня есть способности и амбиции, чтобы кое-чего добиться в этой жизни.

- Но не хватает денег, - ехидно вставила кумихо.

Я закатил глаза.

- Деньги – штука наживная, не переживай - раздобуду. Мне больше не хватает соратников – верных и способных.

- И ты посчитал нас такими? – улыбнулась Ольга.

- Мы тут вместе прошли через несколько передряг, так что я решил – почему бы и нет? Впрочем, моё дело – предложить, ваше дело – отказаться…

- Я в деле, - моментально сказала Романович.

- Ты же принцесса, - удивилась Югай. – Наследница целого королевства. А планируешь пойти в вассалы к охотнику на монстров?

- Но-но! – погрозила пальцем Хильда. – У этого охотника на монстров есть баронский титул. А в перспективе и графский, потому что мы с сестрой на него даже и не претендуем.

- Вот только не делай вид, что не знаешь моей ситуации, - усмехнулась Ольга. – Я и в наёмники не прочь пойти – всё лучше, чем быть принцессой… Такой принцессой, как я.

Анна фыркнула.

- Я в очереди к титулу второй, - безмятежно произнёс Генрих. – С братом у нас отношения хорошие, но сами понимаете какие у боевых магов и наследников графского титула могут быть профессиональные риски… Может так статься, что на вольные хлеба придётся податься, а, может - и сам наследником стану. Жизнь – штука непредсказуемая. И тут, что связи, что лишний ранг – не помешают… Так что я тоже в деле. Я же правильно понимаю, что от нас не требуется приносить вассальной клятвы?

- Захочешь – принесёшь, - хмыкнула Хильда.

- Разве что персонально вам, леди, - вернул шпильку Рейсс.

- Больно надо.

- Я вообще не понимаю, чего мы слова как варенье по столу размазываем, - задумчиво произнесла молчавшая до этого момента Эльмира, сосредоточенно ковыряясь в носу. – Просто скажите, где расписаться. Я, может, только ради этого в Академию и поступила…

- Я буду рада любым знаниям, - сказала Эйла. – А увеличению силы – тем более.

- А ты, значит, отказываешься – да, сестрёнка Анна? – Мина печально посмотрела на Югай.

- Я не говорила, что отказываюсь, - проворчала кумихо.

- Вот же вредная кошка… - закатила глаза Хильда.

Я лишь чудом не последовал её примеру.

- Я не вредная, - с достоинством произнесла Анна. – В отличие от других… И вовсе незачем опять закатывать глаза! Просто в отличие от других я имею некоторое представление о том, что нам предлагается. И я всё ещё взвешиваю риски, вместо того чтобы давать поспешный ответ.

- Ты знаешь о Камделире? – заинтересовался я. – Неожиданно.

- И я знаю, что кумихо туда раньше не входили, - поморщилась Югай. – Или – не выходили. Помнишь, что я говорила о тренировочном бое? Мне было бы трудно сдержаться, хотя бой и то куда предсказуемее. А в этой твоей Хоосан Чонор сдержаться будет ещё сложнее.

- Боишься? – удивилась Хильда. – Не ожидала. От тебя – не ожидала.

- Иногда, - Эльмира продолжала с огромным интересом рассматривать лепнину под потолком и болтать ногами, сидя на диване. – Иногда признать свои страхи – это и есть смелость.

- В Хоосан Чонор можно встретить свои истинные страхи, - мрачно произнесла Анна. – И в отличие от некоторых я точно знаю, что они собой представляют…

- Значит, твой ответ?.. – я вопросительно приподнял брови.

- Что за глупый вопрос, Конрад Винтер? Конечно же я согласна.

- Ну и чего тогда выделывалась, а? – поморщилась Хильда.

- Эх, сестрёнка, сестрёнка… - вздохнула Вилли. – Всему-то тебя надо учить. Ну, как же девушке не попробовать набить себе цену?

- Ааа… - понимающе кивнула блондинка. – Типа как на базаре, да? Это я могу, это я умею!.. Погоди-ка. А чего продавать-то?

- Себя любимую, естественно, - наставительно произнесла Вилли.

- Как низко пало корейское дворянство, - ненатурально вздохнула Хильда.

Югай показала им язык.

Глава 5

- Что-то притомился в последнее время… - пробормотал я себе под нос.

И ведь было с чего.

Сначала череда событий в Чердыни, затем Потоп, месяцы усиленных тренировок, нападение на Академию, дуэли… Учёба, в конце-концов. Вспоминать, конечно, проще, чем учить с нуля, но тоже не сахар. И если с естественными науками проще, то вот с магией приходилось постоянно себя одёргивать, чтобы не использовать уж слишком нехарактерные методы и приёмы… И так уже немало продемонстрировал. В Академии и по меньшим вопросам пишут курсовые и дипломные проекты.

Но вроде пока что удаётся оставаться в рамках, а после решения вопроса с близнецами-онейромантами даже некая выгода наметилась – Конгрегация заинтересовалась моими наработками в области окклюменции. Учитывая, что некоторые из демонов обожали атаковать именно через сны – вполне разумная мера для тех, кто специализируется на противостоянии Той Стороне.

Экзорцисты обещали помощь в оформлении магического патента и солидную выплату за право его использовать, но делом это было не быстрым – даже Священному Демавенду была не чужда бюрократическая волокита. Так что это дело не одной недели, а то месяца…

Вообще, мысль, конечно, интересная – со всеми этими патентами. Внедряешь новинку из будущего, а тебе за её пользование – денюжка от всех, кто захочет её применить.

Ну, это в теории, конечно.

На практике же патентное право, что во всём мире, что конкретно в Конфедерации, работало, мягко говоря, неидеально. Что в технике, что в магии нельзя было что-то придумать, а потом просто почивать на лаврах и стричь купоны. Конечно, ещё многое зависело от того, кто заявляет свои права. Если это изобретатель-одиночка, то он может хоть до посинения спорить и даже судиться с теми, кто его вроде как обворовал, но толку от этого не выйдет. Другое дело – это нововведения, например, от правящей княжеской семьи. Тут уже хочешь не хочешь, а платить придётся. Порой даже и без использования самой придумки – просто такая вот форма скрытого налога.

О том, как бы чего выгодно продать из будущего, я уже думал несколько месяцев назад, но тогда отмёл эту идею, как пустую.

Во-первых, я элементарно не настолько хорош в технике, и хотя устройства разных образцов того же оружия помню неплохо, превратить это в чертёж или тем паче готовый образец… Затруднительно. С магией было попроще, но выдавать всем чародейские секреты, лишая себя преимуществ – так себе мысль, как по мне. Что-то у меня нет никакого желания давать в руки кому попало те же тандемные щитобойные чары, резонансные заклинания или улучшенные схемы боевых заклятий…

Во-вторых, я всё-таки немного изучил обстановку в моём нынешнем времени и к своему неудовольствию обнаружил, что боевые новинки что в технике, что в магии чаще всего уже запатентованы. И запатентованы в Пакте, и почти всегда в Пакте. Что сразу же вызвало опасения, что если привлечь излишнее внимание своими открытиями, к тебе запросто пожалуют представители Пакта и, как говорится, сделают предложение от которого нельзя отказаться. Переезд в Алеманию и работа на Пакт, продажа всех прав на изобретение или… исчезновение?

Мне вот в прошлой жизни всегда казалось странным, что самым известным оружейником Пакта почему-то является русский по происхождению конструктор Фёдоров. Нет, ну понятно, что его автомат под курц-патрон, промежуточный по мощности между винтовочными и пистолетными – это революция, как и его идея унификации разных видов вооружения… Но возникает вопрос – а в той линии истории, до вмешательства Гённегау, не было ли всё это открытиями Конфедерации? Которые ушлая герцогиня после перемещения в прошлое прибрала к рукам Пакта.

Так что патенты – это не путь к богатству, но о них, пожалуй, стоит подумать…

- Много домашних заданий, брат Конрад? – иронично поинтересовался брат Марк.

- И недописанное эссе по алхимии… - я вздохнул. – Ладно, ваше преосвященство, что можете сказать по поводу этого места? Что-нибудь вообще знаете?

Экзорцист посмотрел на виднеющуюся впереди усадьбу в Серебряном бору.

Если уж снова пересеклись с Конгрегацией, да ещё и начали сотрудничать, то грех было бы не попросить о консультации с проклятым особняком. Этим делом экзорцисты уже занимались, но не преуспели, что, скорее всего, их ни капельки не обрадовало. Так что решение данной проблемы, в принципе, выгодно и мне, и им. Мне – понятно почему, а Конгрегация с моей помощью может избежать обвинений в некомпетентности…

Ну, это когда у меня всё получится.

Хотелось бы верить, что всё-таки «когда», а не «если».

- Мутная история, - поморщился экзорцист. – Я бы посоветовал не связываться с ней, но… Что именно интересует? Чем смогу – помогу, я сам вёл это дело.

- Если честно, хотелось бы понять, с чем имеем дело, - спросил я. – Даже я чувствую, что здесь не обошлось без влияния Той Стороны, но в то же время уважаемая Конгрегация отчего-то потерпела неудачу. Как же так?

- Самому интересно, - рыкнул отец Марк, не отводя взгляда от проклятой усадьбы. – Делали всё по уставу. Сначала – осадное построение, сканирование, анализ. И всё как подозревали – огромная концентрация потусторонней силы, я даже удивился, как тут до сих пор Прорыв не случился.

Экзорцист быстро осенил себя святым символом, я последовал его примеру.

- Затем – вознесли молитвы Ормузду всевеликому и накрыли поместье «святым ударом», после чего вошли внутрь.

Да, стандартная практика. «Святой удар» - штука мощная, всякую мелочь с лёгкостью выжигает, кого посильнее – изгоняет или хотя бы оглушает. И хотя экзорцисты действуют по этому шаблону уже не одну сотню лет, на демонов такая тактика в большинстве своём действует безотказно. То ли не учатся ничему, то ли учиться не хотят…

- Естественно, провели обыск, - продолжил отец Марк. – И, естественно, нашли запрещённые артефакты и гримуары. Изъяли, освятили, очистили всю усадьбу… И оставили детекторы, разумеется.

И снова – логичный ход. Мало зло уничтожить или изгнать – если оно приходит извне, то надо проследить, чтобы не осталось щелей и нор, по которым оно может пройти вновь.

- И?

- Все в труху, - поморщился экзорцист. – Сила Той Стороны вернулась в том же объёме.

- И вы проверили всё ещё раз.

- Нет, - покачал головой отец Марк. – Не ещё раз, а ещё два раза.

- С тем же успехом?

- С тем же успехом.

Я не знаток демонологии, но в таких случаях обычно проводником потусторонней силы обычно является предмет – артефакт, книга, кость… Но их довольно легко локализовать, найти и уничтожить или запечатать.

Вариант второй – Та Сторона прицепилась непосредственно к человеку. Но тут у нас проклятие действует поколениями, причём как бы передаваясь по наследству... Да и будь оно привязано к человеку или семье, то и следовало бы за ним, оставляя чёрный след. Здесь же наоборот – оно перекинулось на тех, кто вошёл на это место. Значит, проклято само место?

- Древнее капище? – предположил я, но тут же сам себя опроверг. – Да нет, тогда бы тут фонила земля и после стольких ритуалов очищения всё бы пришло более-менее в норму… Крипта Древних с какой-нибудь запечатанной гадостью? Да нет, та же история…

- Единственное, что я могу сказать чётко – злая сила возвращается не сразу, а постепенно. И имеет более-менее стабильное состояние… Если эти слова вообще применимы к подобной мерзости, прости меня Ормузд, - священник осенил себя знаком фаравахара. – Жить с ней возможно, что и демонстрировали предыдущие жильцы. Причём, жить неплохо, учитывая найденные нами тайники с ценностями… Но как это может влиять на человека – теряюсь в догадках. Одно ясно – ничем хорошим.

Я прокручивал в голове кое-какие мысли.

- Как по мне, - продолжил отец Марк. – Усадьбу эту, по-хорошему, надо снести, вызвать специальный отряд из Демавенда и устроить раскопки. Чую – в земле всё-таки дело, земля владельцев с ума сводит. Причём, видимо, давно…

- А что насчёт планировки? – спросил я.

- Планировки?

- Да, планировка самого дома. Вам не приходила мысль, что тёмным артефактом является сама усадьба?

- Приходила, - кивнул экзорцист. – Но нет, планировка довольно стандартная для усадьб волшебников – расположена на лей-линии, оптимизирована для сбора магической энергии… Разве что бестолково всё местами.

- Бестолково? – уточнил я.

- Ну да, бестолково. Внутренние помещения явно много раз перестраивали – там натуральный лабиринт теперь, да и внешний контур сделан с ошибкой – в качестве построения он нацелен на Песью звезду, а надо же на Царскую. Отсюда и слабое накопление энергии…

Вот оно!

Я внимательно посмотрел на конёк крыши главного корпуса, мысленно провёл линию, куда он нацеливался…

- Что тут у нас расположено на юго-западе? – спросил я. – Не очень далеко только – не дальше версты и чтоб не за рекой.

- Озеро Бездонное, - уверенно ответил экзорцист. – А что?

Время у нас ещё было, да и отец Марк подвёз меня на машине Конгрегации, так что я решил не откладывать дело в долгий ящик и прогуляться.

- Окрестности я, так понимаю, вы прочёсывать не стали? – спросил я, пока мы шагали по тропинке к озеру.

- У меня не так много людей в подчинении, - усмехнулся экзорцист. – Ограничились опросом местных, которые живут за рекой и гоняют сюда скот и на охоту ходят. Они ни о каких нехороших местах не упоминали… Брат Конрад, вы и правда считаете, что причину стоит искать где-то в стороне?

- Я почти уверен, что дело именно в этом, - кивнул я. – Вы не смогли ничего найти в усадьбе, да и очищать её бесполезно, если в ней и правда ничего нет… Кроме кривого построения. Которое, скорее всего, и не построение вовсе, а своего рода направленная антенна, предназначенная не просто для аккумуляции магической энергии, но для приёма сигнала… совсем иного рода.

- Приходилось сталкиваться? – поинтересовался отец Марк. – А, прошу прощения, сглупил. Наверное, что-то подобное описано в ваших семейных летописях?

На самом деле, мне с таким и правда приходилось сталкиваться… Но всё-таки удобно, когда ты – представитель древнего клана, всегда есть под рукой удобная отговорка.

- Именно так, - не моргнув глазом, соврал я. – Конечно, Винтеры – это в первую очередь охотники на гейстов и именно на этом мы специализируемся, но при этом мы сотни лет ведём хронику всех значимых боестолкновений.

- Надо было послать запрос в Архив Демавенда, - с досадой произнёс священник. – Мой промах. Наверняка там описаны подобные случаи.

- Да, наверняка. Просто не самый типичный случай - обычно строят прямиком на месте силы….

- Если построить дом там, где грань между мирами истончена – мы быстро бы узнали об этом, - экзорцист криво усмехнулся. – Из-за последствий. Мутации, одержимости, проникновение мелких дэвов… Такое скрыть затруднительно. Особенно, если не живёшь в одиночку, а принимаешь гостей и содержишь штат прислуги.

- Однозначно. Я расспросил князя поподробнее – местные хозяева отнюдь не жили затворниками, и никто ничего не замечал.

- Да и вплоть до недавнего времени усадьба не производила настолько гнетущее впечатление… - задумчиво произнёс отец Марк. – У тебя есть версия происходящего, брат Конрад?

- Есть, - кивнул я. – Я ещё и разные архивные записи затребовал, которые мы с сёстрами на досуге изучили. И картина складывается интересная… В прошлом веке в Серебряном бору добывали серебро – отсюда и название. Немного добывали – рудник считался бедным… Официально.

- А неофициально?

- Не было тут никакого рудника, и рудных жил не было, даже самых бедных… Приходилось слышать о «закамском серебре»?

- Приходилось, - кивнул экзорцист. – Древние могильники, полные серебряных сокровищ и напичканные ловушками и проклятьями против незваных гостей. А что?

- В начале прошлого века здесь проводили геологоразведку и нашли несколько курганов, как в Закамье. На тот момент у правящего московского князя было туговато с деньгами, так что факт находки скрыли и начали извлекать ценности.

- Это князь сообщил? – поинтересовался священник.

- Это из князя едва ли не клещами пришлось вытягивать, - хмыкнул я. – Согласитесь, ваше преосвященство – не самая красивая страница биографии.

- Не просто некрасивая – практически подсудная. Москва обязана соблюдать договор о наследии Древних – в первую очередь такие объекты должна исследовать Церковь.

- Согласен. Но что уже поделать? Дела прошлого – в прошлом… Курганы вычищали долго – не один год, а затем уничтожили все следы, затопив раскопки. Так и образовалось озеро Бездонное. Удалось даже выяснить имя мага, что руководил затоплением – Глеб Шуйский, создатель и первый владелец усадьбы.

- Полагаешь, брат Конрад, что в процессе раскопок он что-то нашёл?

- Как пить дать, - я вгляделся вперёд, высматривая гладь озера. – Обычно всё идёт не так как раз тогда, когда начинают читать книги, которые не следует читать, или открывать двери, которые не следует открывать.

- Жаль, что не все так думают… - с сожалением произнёс отец Марк.

- Мы – Заклинатели тварей, мы очень хорошо знаем, что кое-куда лучше не лезть без острой необходимости. Иногда даже само знание становится опасным.

- Признаться, никогда раньше не работал с Заклинателями, но приятно удивлён тем насколько ваш клан информирован и опытен, хотя тот же экзорцизм – это явно не ваш профиль.

- Жить захочешь, и не так раскорячишься, - пожал я плечами. – Долетописный период нашего клана охватывает времена, когда мы ещё не приняли веру в Ормузда. Да и потом миссионеры только ещё обращали Европу к Вечному Огню, и как сейчас - послать за помощью к Священному Демавенду - было затруднительно. А к Заклинателям шли на поклон с просьбами заняться любой потусторонней дрянью, не делая особых различий между гейстами и демонами…

Истинная правда, между прочим. Да, по меркам клана наши познания в экзорцизме и борьбе с дэвами считались более чем скромными, как и классическая боевая магия. Но то – по нашим меркам. А вот среди тех же стихийников мы могли и за специалистов сойти – сказывалась привычка к обстоятельному подходу к борьбе с врагами. Охота на тварей – не то ремесло, где можно нестись вперёд, подняв забрало, особенно если приходилось иметь дело с кем-то сильным или необычным, или и то, и другое сразу. Сбор информации, планирование, подготовка… Охота на тварей – это чаще всего не кавалерийский наскок, а вдумчивое мероприятие.

Я предполагал, что выполненная в виде аккумулирующего построения усадьба не просто сориентирована по звёздам, а нацелена на конкретный объект где-то неподалёку. Крипта с потусторонним артефактом, чья-то могила, место проявления Той Стороны… Вероятно, не самая заметная или сильная, раз не оказывает существенного влияния на наш мир и неизвестна местным, но из которой можно вытянуть достаточное количество тёмной силы… Достаточной для чего? Для заключения договора, разумеется. Жаль, что много информации о Глебе Шуйском собрать не удалось, но лично моё предположение – он заключил соглашение с Той Стороной, получив… Что-то да получив. Но расплатой за это стала не только его жизнь, но и жизни всех его наследников. А раз уж новым наследником земли и титула стал я, то мне что-то совсем не улыбается участь самоубийцы по достижению тридцати трёх лет. Конечно, до этого возраста ещё надо дожить… Но лучше уж разобраться с проклятьем до того, как я официально вступлю в права владения – тогда сила проклятья будет слабее и его вполне возможно будет снять.

Дело осталось за малым – найти источник злой силы и покончить с ним. Навсегда.

Глава 6

- У меня есть вопросы, - пропыхтела Хильда, топая по заболоченной земле.

- А у кого их нет? – философски ответил я.

- Но они у меня ВАЖНЫЕ.

- А у кого-то бывают неважные вопросы?

- Конечно!

Да знаем мы эти вопросы…

- Я могу уступить тебе вычисления, - предложил я. – Вот компас, вот секстант, вот блокнот и карандаш.

Ну да, я же тут стою себе на сухом, весь чистенький, циферки считаю, а она с лозой топает по грязи.

- Нет уж, спасибо, - буркнула сестра. – Сам своей математикой занимайся, а меня избавь. Меня другое интересует.

- Например?

- Ну, как бы сказать… Например, почему всем этим занимаемся мы, а не экзорцисты?! Между прочим, в наш законный выходной!

- А кому ещё этим заниматься-то? – пожал я плечами, убирая секстант в сумку и сверяясь с компасом. – Земля чья? Наша. Усадьба чья? Наша.

- А изгнанием демонов кто занимается? Конгрегация!

- Слушай, отец Марк – нормальный священник, - поморщился я. – Чем смог – помог, но у него и более срочные дела имеются. А штат экзорцистов в Москве небольшой – не считалось сердце земель Большого Стола особо опасным местном с точки зрения потусторонней угрозы… Раньше не считалось.

- Ну, и что там у него за дела, а? – поморщилась Хильда.

- Про Чистильщика слышала?

- А кто про этого придурка не слышал?

- Новая серия убийств произошла на восточной окраине.

- А при чём тут Конгрегация? Он же просто сумасшедший.

- Отец Марк обмолвился, что убийства всё больше и больше становятся похожи на ритуальные, - ответил я. – А это, сама понимаешь, что означает.

- Ну и смысл? Этого Чистильщика и так толпа ищет – ищут пожарные, ищет полиция, ищут фотографы и журналисты…

- Как будто у его преосвященства выбор есть… Поступил сигнал о подозрении на малефицизм – он обязан отреагировать. Я же говорил, как работает Конгрегация.

- Да помню я, - отмахнулась Хильда. – Но вот положа руку на сердце – какой из него следопыт? Ну, или как там эта должность называется правильно… С Зильбервальдом он вон как лопухнулся.

- Насколько я понял, отец Марк – не следователь, а боевик. А сюда его отправили на своего рода почётную пенсию. А что? Тихое провинциальное Московское княжество…

- Где орудуют ренегаты, психопат-убийца и ещё хрен знает кто? - фыркнула блондинка. – Ну да, ну да. Прям пастораль. Тишь да гладь, да божья благодать.

- Ты не в остроумии упражняйся, а ищи лучше.

Хильда показала мне язык.

- Вот сам бы и занимался лозоходством, умник.

- У кого из нас большее сродство с земляной стихией? Вот то-то же. Что, нет ничего?

- Да тишина.

- Тогда переходим к следующему квадрату, - решил я. – Работы ещё много, а хотелось бы до ночи управиться.

Работы и правда было много. В прошлый мой приезд в Серебряный бор мы с экзорцистом дошли до Бездонного озера, немного прочесали окрестности, но до темноты ничего не нашли. Так что пришлось в следующий учебный выходной брать команду и отправляться на прочёсывание местности уже самим, раз уж на Конгрегацию рассчитывать не приходилось…

Теперь же мы планомерно прочёсывали местность около озера, куда, так сказать, была нацелена усадьба. На обнаружение дольмена или древнего капища рассчитывать не приходилось – с таким же успехом нам бы могла попасться каменная пирамида в полсотни саженей высотой. Нет, мы искали что-то не слишком крупное – кучу валунов, холм, одинокую могилу… При этом если за местом злой силы никто не следил – оно, скорее всего, заросло и затерялось. За сотню лет-то. Так что поиск приходилось проводить фактически сплошной, увешавшись священными символами и оберегами, и не брезгуя использованием даже самой примитивной лозы.

Неожиданно где-то в стороне в небо взлетел жёлтый огонёк.

- О, кажись, нашли что-то, - оценила Хильда. – Пошли?

- Пошли.

Минут через десять мы отошли от заболоченного берега озера и подошли к поросшему лесом холму. У его подножья нас уже ждали остальные – Вилли, Ольга и Эйла. Их я взял с собой в качестве, так сказать, полевой практики. Югай, Рейсс и Эльмира прийти не смогли – у Юсуповой образовались долги по учёбе, а Генрих и Анна просто сослались на то, что экзорцизм им не особо интересен.

Ну, хозяин – барин. Валконен вот сразу же заинтересовалась борьбой с демоном, а Романович, кажется, была готова вписаться в любое дело, что мы замышляли. Я заметил, что после дуэлей за её честь, принцесса, кажется, к нам очень привязалась. Впрочем, немудрено – друзей у неё в Академии кроме нас не было.

- Нашли, нашли! – сразу же начала орать Мина, как только увидела нас.

- И что нашли? – Хильда явно сгорала от любопытства, хотя и демонстрировала показной скептицизм.

- На холме, - на удивление ответила не младшая сестра, а Ольга. – Пока Эйла и Вилли сканировали квадрат, я провела разведку воздухом. И нашла что-то вроде… затона. Будто что-то меня отваживало от этого холма.

- Интересно… - протянул я. – Надеюсь, сразу туда не полезли?

- За дур-то нас не держи, братец, - надулась Мина. – Тут надо всем вместе осаду вести.

И мы начали осаду, то есть обстоятельное изучение объекта. Изучили всё заклятьями поиска самых разных видов – классическое, наше клановое, нацеленные на обнаружение магии, силы Той Стороны. Сделали несколько построений, аккуратно прощупавших периметр и возможные пути подхода…

На удивление – ничего необычного мы не нашли. Ни сигнальных линий, ни спящих ловушек, ни проявлений потусторонней силы… Но при этом нас аккуратно отваживало от вершины холма – что-то вроде отвода глаз, но очень искусное и аккуратное. Я такое сделать, пожалуй, не смог бы – это был именно что отвод глаз, а не глухая маскировка.

Толково. Именно так и следует прятать – не привлекая внимания самим фактом нагромождения защиты, а просто исключая из поля внимания.

Мы потратили почти два часа, испробовав всё, что только было возможно.

- Похоже, что ничего опасного… - вынесла вердикт Мина.

- Тогда – двинули? – азартно произнесла Хильда, передёргивая цевьё своего дробовика.

Естественно, мы не пришли на сегодняшнее мероприятие без оружия.

Даже если не исключаешь встречи с отродьем Той Стороны, серебро и свинец никогда не бывают лишним.

Особенно, если не исключаешь встречи с отродьем Той Стороны.

- Двинули, - кивнул я, проверяя легко ли выходят из кобур на поясе револьвер и пистолет.

Я шёл на острие строя, справа – Хильда с дробовиком, слева – Ольга, держа наготове «аспис» и «дори». В центре строя – Вилли с винтовкой-магострелом, а замыкала процессию Эйла, на которую в случае чего возлагалась магическая поддержка.

Продравшись через кусты у подножья, мы осторожно поднимались к вершине холма. Я всё время держал сразу два поисковых заклинания, да и просто элементарно под ноги смотрел. Магия магией, но можно и элементарно натолкнуться на обережную линию из верёвки с узлами или по более современной моде – из колючей проволоки…

Но нет.

На удивление, всё было тихо и мирно… Ну, если не считать окружения.

Место было, прямо скажем, недобрым – вот ещё пару минут мы продирались через сухие прошлогодние стволы дикой малины, а затем вошли под свод небольшого леса… И всё. Сразу же потемнело, повеяло холодом… Нет, понятно, что в лесу всегда так, но сейчас всё было чересчур – чересчур темно, чересчур холодно.

Деревья тоже постепенно начали меняться – чем дальше, тем сильнее сосны и дубы выглядели откровенно болезненными. Кривые, изломанные, поросшие мхом, омелой и ведьмиными мётлами.

Но что самое любопытное – с магической точки зрения не было вообще никаких изменений.

- Ни следа потусторонней энергии, - сказал я, перешагивая через ствол упавшего дерева. – Поразительно.

- А такое вообще возможно? – нахмурилась Эйла. – Всё, что я читала об отродьях Той Стороны, говорит, что они умеют выжидать, но редко это делают. И уж тем более не сидят десятилетиями тихо и мирно.

- Может, демон крепко запечатан? – предположила Хильда.

- Но на Шуйских же влиять у этой дряни получалось? – не согласилась Ольга. – Раз может довести до самоубийства, то уж своё освобождение устроить было бы куда проще.

- Ну, тоже верно…

- То, что демоны не любят ждать и всегда жаждут сбросить любые ограничения – справедливо лишь отчасти, - сказал я. – Всё именно так, если мы говорим о сущностях, что проникали в наш мир непосредственно с Той Стороны…

- А какие ещё бывают-то? – недоумённо спросила Эйла.

- В последние две-три тысячи лет проникали. Но ведь есть ещё и те демоны, что не проникали в наш мир, а уже давно пребывают в нём.

- А в чём отличие?

- Про Ту Сторону существует куча теорий, - объяснила Вилли. – Согласно некоторым из них, она не существовала всегда, а зарождалась постепенно, по мере развития человечества. И запечатанные много тысяч лет назад демоны непохожи на тех, что могут прорваться сейчас. Это не означает, что есть хорошие и плохие демоны, например, но древние сущности могут быть как более разрушительны и хаотичны, так и более… терпеливы, если можно так выразиться.

- Уточню – вероятно, речь не только о человечестве, запечатыванием демонов занимались и Древние, - добавил я. – Опять же, согласно некоторым теориям, их крах и исчезновение и есть последствие того, что Древние открыли проход на Ту Сторону.

- Сложно, - буркнула Хильда. – Можно я не буду об этом думать, а просто надеру задницу кого следует?

- Не думай, сестрица, - невинным тоном произнесла Мина. – У тебя это прекрааасно получается.

- О, а вот и первый кандидат для надирания нашёлся. Готовь булки, мелочь.

И тут мы достигли вершины холма, где перед нами предстала небольшая поляна, поросшая травой.

- Это же то, о чём я думаю? – спросила Валконен, поправляя очки.

- Без сомнений, - кивнула Ольга. – Это могила.

Могила была старой, поросшей травой и мхом, и изрядно просевшей за минувшие десятилетия, но всё равно узнаваемой. Тем более, что она была аккуратно обложена мелкими валунами по периметру.

Надгробие было сделано из квадратной колонны, высотой около аршина и покрытой надписями на русском.

- «Все умрут», - прочитала Эйла. – «Да пребудет мир с тем, кто мира был лишён».

- На будущее: не все надписи сразу же стоит читать вслух, - заметил я, приседая около могилы.

- Прошу прощения, я просто не подумала…

Хильда подошла к надгробию, принюхалась, ковырнула его ногтем.

- Бетон? – удивилась девушка. – Интересно. А он разве уже был сто лет назад?

- А сзади тоже что-то написано, - заметила Вилли, обходя надгробный столб сзади. – Ну-ка…

Мина достала нож и сковырнула слой мха и лишайников.

- Цифры? О, да тут не просто цифры – это енохианское число.

- Кто заметил главное? – спросил я.

- Поток потусторонней энергии из надгробного столба, - кивнула Валконен. – Очень тонкий. Даже не поток, а нить.

- В точку. Но если на эту нить нацелить построение размером с поместье…

- То внутри поместья концентрация потусторонней силы будет весьма высока, - кивнула Эйла. – Что объясняет, почему после полного очищения усадьбы тёмная сила возвращалась обратно.

- Значит, мы нашли источник проклятья, верно? – спросила Ольга. – И что теперь – позовём экзорцистов?

- Я, конечно, вроде бы наладил неплохие отношения с отцом Марком… - с сомнением произнёс я. – Однако не думаю, что он примчится по первому зову очищать старую могилу.

- Но по зову Долгорукого же мчался? – напомнила Хильда.

- Ну, ты, сестрица, и сравнила, - фыркнула Вилли. – Где мы и где князь Московский? Таким людям не отказывают.

- Можно бы, конечно, поймать Чистильщика, тогда экзорцисты будут ничем особо не заняты и смогут нам помочь… - задумчиво произнесла Эйла.

Все посмотрели на девушку.

- Я что-то не то сказала? – невозмутимо спросила Валконен.

- Ещё спрашиваешь! – хохотнула блондинка. - Чушь такая.

- А, по-моему, как раз наоборот – совершенно логично, - поправила очки Эйла.

- Ну, этого Чистильщика и правда было бы неплохо найти, - заявил я.

Теперь все посмотрели уже на меня.

- А что вы так на меня смотрите, любезные? На мне узоров нет и цветы не растут, а Эйла всё верно сказала.

- Так что же, займёмся поисками психа-убийцы? – с улыбкой поинтересовалась Ольга.

- На самом деле я бы предпочёл, чтобы отец Марк поймал Чистильщика, а затем всё тут очистил от скверны, - вздохнул я. – И мы бы со спокойной совестью смогли заняться обустройством нашего нового дома… Но хрен его знает, когда вся эта охота на преступника закончится.

- Значит, экзорцизмом будем заниматься сами? – просияла Мина. – Уррра!..

- Чему радуешься-то, дубина? – скорчила гримасу Хильда. – Ты когда-нибудь настоящий обряд экзорцизма проводила? Вот и я нет. А если напортачим, то от нас и наших душ даже мокрого места не останется.

- Ну, значит, будет у нас новый опыт, - важно произнесла Вилли. - И будем мы ну просто вообще на все руки мастера и мастерицы.

- Конрад, а ты уверен? – забеспокоилась принцесса. – Нет, я-то, конечно, помогу… Но ведь и правда – дело серьёзное, незнакомое…

- В других обстоятельствах я бы однозначно подождал… Но тут задача выглядит не слишком сложной. Делаем построение, рассеиваем потустороннюю энергию, вскрываем захоронение, сжигаем гроб или тело.

- «Не слишком сложная задача», - передразнила меня Хильда. – Конрад, ау! Эта не слишком сложная задача уже свела в могилу не одного мага, действует почти сотню лет и перед ней оказались бессильны экзорцисты.

- Если боишься – так и скажи, - невинным тоном произнесла Вилли.

- Я? Боюсь? Вот ещё! - фыркнула блондинка. – Я, может, побольше вашего хочу кого-нибудь отпинать…

- Так и чего тогда бухтишь?

Хильда засопела.

- Я не очень доверю вещам, для решения которых нужна гора вычислений, а не дробовик и удар ногой с усилением.

- В этом вся сестрица, - молитвенно сложила руки Мина.

- Подождите, я кое-что не поняла, - будто прилежная ученица, подняла руку Эйла. Хотя, в принципе, она и являлась прилежной ученицей. – То есть, проклятье исходит от этой могилы? Просто от могилы?

- Ну, тут явно не просто могила… - задумчиво произнесла Ольга. – Скорее всего тут похоронен чернокнижник и похоронен не по обряду. Десятки лет на то, чтобы злая сущность сформировалась и окрепла, вероятно заключённый между ним и Шуйскими договор, смерть наследников… Да, это не Герцог Той Стороны, но и не мелкий дэв, проникший в наш мир.

- Я просто думала, что мы будем противостоять настоящему демону…

- А это что, нарисованный, что ли? – фыркнула Хильда. – Скажи спасибо, что мы живём в двадцатом веке, когда разогнанная до сверхзвуковой скорости серебряная картечь способна сломать рожу чудищам, что в былые времена могли деревню за деревней вырезать. Правда же, Конрад?

- Угу, - я поднялся на ноги и обошёл могилу по кругу. – Современный экзорцист стал проще и доступнее… Жаль, конечно, что вряд ли получится узнать, кто именно здесь похоронен – это облегчило бы задачу.

- А точно не получится? – задумалась Вилли. – Может, спросить у князя насчёт родичей Шуйского? Близких родичей. Что-то мне подсказывает, что в таких случаях это обычно кто-то близкий… Вряд ли барон стал бы хоронить, а затем и заключать договор с кем-то незнакомым.

- Можно попробовать, - подумав, ответил я. – Лишним не будет. Всё равно, как минимум, ещё неделя у нас всё равно есть…

- А что, мы не сегодня всё сделаем? – удивилась Хильда. – Гробокопательство отменяется, что ли? Жаааль, я уже почти настроилась…

- О, моя торопливая сестрица… - с грустью покачала головой Вилли. – Ну, какое гробокопательство, о чём ты вообще? Нам бы сегодня со всеми нужными расчётами покончить… А по темноте никто никаких ритуалов в здравом уме совершать не будет.

- А можно я лучше ещё с лозой по болоту похожу, а? – с надеждой произнесла блондинка.

- Фигушки тебе, - ухмыльнулся я. – Нам понадобятся все, способные считать в столбик. Даже такие, как ты.

Сестра показала мне язык. Небось у Югай научилась.

Глава 7

- Итак, - декан Волкова взглянула на нас поверх своих тонких очков. – Позвольте уточнить.

Я сделал максимально невинный вид, выдерживая взгляд чародейки.

- Вы просите внеочередной выходной день для вас и ваших друзей, чтобы… - декан опустила взгляд на текст официального запроса. – «Развеять богопротивное демоническое проклятие, довлеющее над землями Зильбервальда, и вступить в полноправное владение дарованным титулом…» И где вы только такую формулировку взяли-то?

- Я взяла на себя смелость несколько перефразировать одного из наших предков – маркграфа Фридриха Винтера перед его завоеванием Тальшварцвальда, - немедленно ответила Вилли.

- Это был риторический вопрос, леди Винтер, - вздохнула Волкова, снимая очки и откладывая их в сторону. – Вы серьёзно полагаете, что я освобожу вас от занятий и выпущу в город?

- Ну, вы же теперь знаете наши обстоятельства… - пожала плечами Хильда.

- ОСОБЕННО когда я знаю ваши, так называемые, обстоятельства. Вы серьёзно? Первокурсники собрались развеивать проклятие? Тем более такое, где спасовали… И можете на меня так не смотреть – мне прекрасно известно и что за владение получил лорд Винтер, и что за история с ним связана. Почему вы не обратитесь в Конгрегацию? Это ведь их профиль.

- Я разговаривал с отцом Марком – он, к сожалению, занят, - вздохнул я. – Поверьте, я бы с радостью переложил это дело на специалистов, но увы…

- И что же вас торопит, интересно мне знать?

- Желание иметь базу и крепкий тыл. Ну так, на всякий случай…

- На время вашего обучения таковой для вас является Академия, - покачала головой Волкова.

- Госпожа декан, при всём уважении… - я вздохнул. – Я не имею никаких претензий к Академии, но отмечу, что за последние месяцы спасаться от опасностей нам приходилось самим.

Волкова пристально посмотрела на нас.

А что я? Я и правда свалил бы всё на экзорцистов, да и просить о выходном не стал бы, но лучшего дня для проведения ритуала, чем ближайшая среда, на примете просто не было. Ну, либо надо было ещё месяц ждать, пока снова будет полнолуние. А на чёрной луне такие ритуалы проводить – так себе идея.

- Да, мне прискорбно это признавать, - с сожалением произнесла декан. – Но тем не менее!..

- Вы же понимаете, что я всё равно найду способ добиться желаемого?

Чародейка слегка прищурилась.

- Также я должна признать, что ваш уровень знаний и умений позволяет мне хоть завтра ходатайствовать о вашем досрочном выпуске… Но вот о ваших сёстрах и тем более о ваших друзьях я такого же сказать не могу. Им всем ещё учиться и учиться. А вы собираетесь втянуть их в крайне опасное мероприятие. В случае чего, кто будет объясняться с тем же королём Волыни? Вы? Вот уж вряд ли.

- Под мою ответственность, госпожа декан, - мягко, но непреклонно сказал я. – Считайте это практическим занятием в поле.

- Что ж... Если вы так желаете, то я позволю вам осуществить… задуманное. Однако, как представитель Академии я в любом случае не могу оставить эту ситуацию без внимания.

- Хотите пойти с нами? – брякнула Хильда. – Никаких проблем!

- Я всё-таки специализируюсь на теоретической и боевой магии, не на экзорцизме. Однако, я поговорю с отцом Павлом, чтобы он вас сопровождал. Всё-таки это дело имеет прямое отношение к делам церкви. Более вас не задерживаю, господа студенты.

И таким образом мы получили внеочередной выходной для улаживания наших насущных дел… К немалой радости Хильды.

Которая, правда, порядком поугасла, когда выяснилось, что сам факт предоставленного выходного не означает, что нам не придётся отвечать за проходимый в этот день материал.

В принципе, на этом подготовка закончилась. Всё остальное потребное мы сделали ещё в воскресенье, успев не только провести все необходимые расчёты, но и на обратном пути заглянули в первую же попавшуюся церковь и запаслись церковными свечами и ладаном, а также освятив серебряные пули и картечь с запасом. В этом ещё и помогла опосредованная помощь отца Марка – он вручил мне расписку за своей подписью, по которой нам выдали всё необходимое. Дело-то считалось богоугодным и благочестивым.

В среду мы вместе с отцом Павлом выдвинулись всей честной компанией к месту проведения ритуала.

Собрались основательно – как на битву. В принципе, так оно и было, потому что магические ритуалы экзорцизма – такая штука, когда не знаешь всё ли пойдёт так как надо. А на такой случай лучше иметь запас огневой мощи. На девять человек мы взяли дробовик, два ручных пулемёта, магострел, две винтовки и пистолеты и револьверы на всех. Ну и небольшую кувалду тоже не забыли.

Тяжело вооружать не стали только Эльмиру – у неё и опыта обращения с оружием толком не было, да и сама она была маленькой. Лично я сомневался сможет ли она стрелять даже из относительно лёгкого карабина, без риска быть опрокинутой на землю отдачей. Так что ей вручили только небольшой карманный «бергман» - так, на всякий случай. Удивил отец Павел, который явился со своим оружием – потёртым крупнокалиберным револьвером «веблей» и драгунской «мосинкой».

Поймали двух извозчиков и двинулись к Серебряному бору. Дороже, конечно, чем ехать на трамвае, но за город они всё равно не ходили. Да и ехать с нашим арсеналом было и неудобно, и могли остановить с расспросами полицейские… На нас, конечно, были браслеты Академии и преподаватель в сопровождающих, но времени могли потерять немало.

Я вместе с Вилли, Ольгой и Анной ехал первым вместе с отцом Павлом, который всю дорогу сверлил меня взглядом. Но молчал.

Правда, когда мы подъехали к Серебряному бору уже мне стало интересно:

- Что-то хотите спросить, ваше преподобие? – спросил я. – Или хотите отговорить?

- Не вижу причин отговаривать, - покачал головой священник. – Дело, конечно, очень опасное… Но богоугодное. К тому же я вижу, что подготовились вы основательно и похоже знаете, что делаете.

- Скажу сразу – опыта в экзорцизме у нас нет. Но со всякой дрянью иметь дело нам не впервой, а в семейных хрониках хватает записей о противостоянии исчадиям Той Стороны.

- Вы доверяете этим источникам?

- Это просто-напросто разумно, - фыркнула Анна. – Раз было кому выжить после столкновения с демонами – значит методы вполне рабочие.

- Но становится ясно, почему клан Винтеров ужался столь до скромных размеров, - вставил Рейсс. – Видимо, сказывается привычка ввязываться в авантюры…

- А язв никто не спрашивал, между прочим, - огрызнулась Хильда. – Нас мало именно потому, что мы никогда не любили отсиживаться в стороне.

- Всё что нужно для победы зла – это бездействие хороших людей, - сказал отец Павел. – Хотя, конечно, я и не могу назвать вас верными огнепоклонниками…

- Время такое, - Вилли пожала плечами и поправила висящий за спиной магострел. – Двадцатый век на дворе, прогресс торжествует… А зла в мире становится не меньше, а только больше. Тут уж хочешь не хочешь, а в Бога верить становится трудновато. Вон, ту же Бургундскую войну взять. Погибли сотни тысяч людей, а за что? Ни один демон в истории столько не поубивал.

- Учитывая, сколько в мире зла, единственным оправданием Бога является лишь его отсутствие, - усмехнулась Югай.

- Сомнения, - кивнул священник. – Понимаю. Разумный гуманистически настроенный человек, которому не чужда логика, рано или поздно задаётся вопросом – почему Ормузд позволяет твориться таким вещам?

- И каков, по-вашему, ответ, ваше преподобие? – спросила Мина.

- У меня его нет, - ответил Павел. – И вряд ли кто-то может дать готовый ответ – каждый приходит к нему сам.

- Так тут же всё просто, - сказал Эльмира, пиная подвернувшуюся ей под ногу сосновую шишку. – Бог – это не всемогущий добрый дедушка на небесах. Он дал нам свободу воли – свободу выбирать плохое или хорошее в том числе. У него своя война, у каждого своя война. Верно, ваше преподобие?

Священник наградил Юсупову непонятным взглядом.

- Простите, что отвлекаю от несомненно важных теологических споров, - вставил Генрих. – Но лично мне сейчас куда более интересно – что и как мы будем делать.

- Всё просто, - сказал я. – Все знают общую теорию экзорцизма? Нет?

- Это мы ещё не проходили, - отозвалась Эльмира. – Это на дом не задавали.

- Суть экзорцизма в очищении места, путём закрытия мест, где грань между нашим миром и Той Стороной истончилась, - заученно ответила Валконен.

- Упрощённо, но в целом верно. Само очищение заключается в том, чтобы перебить связующий наши измерения канал. Для этого чаще всего применяется святая магия, то есть магия с обращением к первоэлементу через освящённые символы, либо через собственные способности или истовую веру. В лёгких случаях можно обойтись обычным огнём – это тоже работает. Если же демон воплотился, то и вовсе достаточно его убить.

- Если бы всё было так просто, демоны были бы не страшнее волчьей стаи или медведя-шатуна, - хмыкнула Анна.

- Демона уничтожить несложно, - объяснил я. – Другой момент, что только низших демонов можно уничтожить насовсем. Демоны высокого ранга не умирают – мы просто изгоняем их на Ту Сторону. На какое-то время. На месяцы, годы или тысячи лет, но не насовсем.

- А зачем вообще демонам физическое воплощение? – спросила Ольга. – Никогда этого не понимала. Зачем могущественной сущности принимать смертную форму?

- Это всё законы мироздания. Демоны приходят из места, живущего по законам, отличным от нашего мира, а проникая в наше измерение они принимают и наши же правила игры. Чтобы убивать – им нужны инструменты. Клыки, когти или взятое под контроль человеческое тело. Отсюда же и все контракты с Той Стороной – если демон не может проникнуть в наш мир, он сеет хаос опосредованно. Ну и заодно готовит собственное прибытие.

- А гейсты – тоже отродья Той Стороны? – спросила Эйла. – Сколько не изучаю, так и не могу понять, что они такое. По всем признакам – да, но официально – нет.

- Потому что этого никто доподлинно не знает, - хмыкнул я. – Твари, то есть гейсты, и правда похожи на порождения Той Стороны, как и Ожоги с Арафами похожи на проклятые места. Их сила очень похожа… Но не одинакова. Возможно, она происходит из одного корня… А возможно – нет. Гейсты – более хаотичная, менее упорядоченная сила, скорее похожая на природную стихию. Та Сторона же более разумна… в плохом смысле этого слова, потому что это злой разум.

- Мудрёно, - изрекла Хильда. – Хорошо ещё, что добрая порция серебряной картечи может разрешить много вопросов.

- Я вот ещё что не понимаю, - сказала Ольга. – Как вообще в древности справлялись с демонами? А ведь с ними довольно успешно бились чуть ли не с бронзового века.

- Двойственность прогресса, - объяснил я. – Раньше людей было куда как меньше, магия слабее, а знания являлись уделом избранных. С мелочью можно было справиться огнём и заговорённым копьём, а сильные порождения прорывались в наш мир не так уж и часто. А прорвавшись, они рано или поздно встречались с армиями и чародеями, и количественное превосходство всегда приносило победу. Зачастую пиррову, но победу. Сейчас же людей стало больше, знания расползлись по миру… Но при этом появилось и новое оружие. Там, где раньше приходилось слать тысячу копейщиков и полсотни боевых магов, чтобы сойтись в эпической битве с иномировым врагом, сейчас можно обойтись залпом артиллерийской батареи с пары вёрст. А потом пойти пить чай.

- По-твоему, это хорошо или плохо? – спросила Эйла.

- По-моему – это вне оценочных суждений, тем более моих. Это всего лишь факты. С ними приходиться мириться… и работать. Но в целом, меня, мягко говоря, не слишком радует сколько наплодилось придурков, воображающих, что демоны отчего-то исполнят их тупые желания насчёт богатства, власти, бессмертия и любви студентки на курс младше. А не просто сожрут неудачников.

- Отмечу, что у вас похвальные знания, особенно для того, кто не специализируется на данной дисциплине, - оценил отец Павел. – Не хотите ли более углубленно изучить экзорцизм? Я бы, пожалуй, дал вам рекомендацию в Киевскую боевую семинарию.

- Пожалуй, откажусь, - улыбнулся я.

- Что ж, я просто обязан был предложить.

За полчаса мы дошагали до места проведения ритуала и начали подготовку.

Если точнее – я припахал всех остальных, а сам бездельни… то есть руководил. Впрочем, остальные не роптали и с энтузиазмом принялись вычерчивать на земле линии построения, устанавливать свечи и лампадки с ладаном.

- Значит, могила… - задумчиво произнёс отец Павел. – Как думаете – кто там похоронен?

- Да какой-нибудь чернокнижник как обычно, - пожал я плечами. – При жизни заигрывал с Той Стороной, вот после смерти через него и дотянулись. Если ещё и неправильно похоронили, то проще простого.

- А как, по-вашему, нужно хоронить чернокнижников?

- Каждая проблема часто имеет простое, очевидное… и неправильное решение. Когда-то колдунов хоронили, если так можно выразиться, максимально просто: тело – сжечь, пепел – развеять.

- И что же тут неправильного? – поинтересовался священник.

- Полагаю, вы и сами знаете ответ, - улыбнулся я. – Таким образом можно покончить с каким-нибудь злобным недоучкой уровня деревенского знахаря. Настоящего чернокнижника это не успокоит – останется бесплотный дух, который рано или поздно завладеет каким-нибудь несчастным.

- А правильным будет…

- Правильным будет похоронить в освящённой земле с соблюдением всех церковных ритуалов. Но – похоронить лицом вниз, ноги связать, в сердце вбить кол, поверх шеи положить серп. Тогда вся нечистая энергия постепенно заземлится и со временем рассеется. Метод более долгий, зато надёжный.

- Отличный ответ, - улыбнулся Павел. – Могу поставить двенадцать баллов.

- Вы же у нас Святой закон преподаёте, а не экзорцизм? – улыбнулся я.

- Одно другому не мешает.

Остальные тем временем закончили построение, и безымянная могила оказалась заключена в сердце шестиконечной звезды, вписанной в окружность и расчерченной дополнительными хордами. В углах в землю воткнули свечи, на перекрестия положили лампадки с ладаном.

- В принципе, всё просто, - сказал я. – Я вливаю в построение магическую энергию, стабилизирую её и направляю на проводящий канал. Фиксирую построение, перерезаю канал, остатки тёмной силы рассеиваются через хорды, и затем я разрушаю эмиттер. Без внешней подпитки и стабилизации поместью будет неоткуда аккумулировать потустороннюю энергию, и можно будет заняться повторной чисткой усадьбы. Ну и фокальную точку на поместье перенацелить, естественно, чтобы даже шанса не было, чтобы построение снова начало ловить этот тёмный поток. Если всё пойдёт как надо, то через пару лет тут даже малину можно будет собирать, а про могилу никто и не вспомнит.

- Упокоите могилу – зачту всем в качестве годового экзамена, - произнёс отец Павел. – Но на уроки ходить всё равно придётся… Кстати, а это зачем?

Священник указал на два ручных пулемёта, направленных в центр гексаграммы – «мадсен» Анны и подержанный «льюис», который я сменял в оружейке Академии на два станковых «гочкиса».

- А это, - сказал я, - на случай, если всё пойдёт не как надо.

Конечно, в них – обычные свинцовые патроны. Всё-таки не настолько мы богаты, чтобы расшвыриваться серебром направо и налево. Но любому демону, только если это не Герцог Той Стороны, изрядно поплохеет, если в него в упор всадить несколько десятков винтовочных пуль.

Я подошёл к нижнему лучу гексаграммы, прихватив с собой кувалду и положив её у ног. Проверил легко ли выходит из правой кобуры револьвер «ле ма», затем повторил то же самое с пистолетом «рот-штайр» в левой. Оттянул головку затвора, досылая патрон в ствол – тоже с серебряной пулей, как и пули и картечь в револьвере.

Взмахнул руками, разминая кисти.

- Ну, начнём с божьей помощью. Все по своим местам, - произнёс я. – Ваше преподобие, ваши молитвы нам сейчас не помешают. Готовы? Тогда начинаем.

И я начал читать заклинание на саксонском, подкрепляя слова жестами.

Глава 8

Созданное на земле построение – это лишь часть куда большей схемы, значительная часть которой существовала в нематериальном виде. Для простоты и наглядности такие магические конструкты часто делали видимыми, но я такие костыли считал излишними – да, меньше держать в уме, но приходится тратить энергию на визуализацию. А энергии много не бывает. Я и так сейчас не только щедро расходовал накопленное во внутреннем резерве, но и активно тянул её из окружающего мира. Мизер, конечно, но к чему пренебрегать даже такой мелочью?

А вот произносимыми вслух заклинаниями и жестами я не пренебрегал – не настолько уж я силён в магии, чтобы исключительно всё представить в собственном разуме. А так можно вслух проговаривать последовательность действий, а жестами корректировать работу схемы магического заклинания.

Я активно вливал энергию в построение, постепенно подключая один элемент за другим и отключая сыгравшие свою роль. В основе экзорцизма лежит та же самая магия, что и в любой другой колдовской дисциплине, так что ничего принципиального чуждого делать не приходилось. В конце-концов, почти вся магия Старого Света основывается на системе Атлантиды и Арктиды – схемы, построения, алгоритмы действия…

Первый этап – просто накопить нужное количество энергии в гексаграмме, а требовалось её куда больше, чем я мог дать. В былые времена этот вопрос бы решили путём сжигания Праха или хотя бы пороха, ну или принесением жертвы: десятка свиней или пары рабов – это уже так, нюансы. Но я предпочёл воспользоваться каскадно-резонансным усилением напряжения – вещь из арсенала экзорцистов, между прочим. Но применимая, по сути, только в таких вот обрядах…

Следующий этап – это направить накопленную энергию вглубь земли, постепенно смыкая воображаемые плоскости и отсекая канал потусторонней силы.

Пока что всё шло хорошо… Даже слишком хорошо. Хотя, может, это у меня просто под старость лет паранойя начинает разыгрываться?

А, нет. Не паранойя.

Как только я попытался сомкнуть под землёй сотканные из магии режущие плоскости, то будто бы с разбега врезался в стену, натолкнувшись на неизвестную преграду. Точнее, не преграду, а защиту…

Защиту?

- Конрад?.. – Вилли первой поняла – что-то пошло не так.

- Спокойно, - сквозь зубы процедил я. – Сейчас попробую…

Я усилил нажим, вливая всё больше и больше энергии в схему, усиливая нажим и давление.

Получилось стабилизировать схему, но вот дальше продвинуться не получалось, хоть ты тресни – как будто пытаешься обычными ножницами гвозди перекусить…

Пришлось пустить в ход один из запасных вариантов.

Достал из подсумка на поясе горсть гвоздей и швырнул их в могилу. Они словно бы ударились о невидимый барьер, рассыпались кругом, зависнув в воздухе, а затем вонзились в землю.

Могильный холм тряхнуло, когда гвозди глубоко вошли в землю, выбросив фонтанчики земли.

Дело сразу же пошло легче. Резкий рывок, и секущие плоскости сомкнулись, перебивая питающий канал потусторонней силы.

Я выждал некоторое время, проверяя – стабилизировалась ли система и не рванёт ли, если её отпустить... Вроде держится, вроде надёжно. Значит можно потихоньку выпускать запертую в гексаграмме злую силу.

Взвыл ледяной ветер. Свечи в углах гексаграммы вспыхнули словно факелы и так и остались гореть, будто бы Неугасимые огни Демавенда. Ладан в лампадках пошёл волнами из иголок, превращаясь в ферромагическую жидкость. Трава вокруг могилы начала стремительно жухнуть и чернеть, расходясь гибельным кольцом. Упала на землю кривая ветка дуба, попавшая в этот расширяющийся круг, начав распадаться в пепел. И даже в небе над холмом начала собираться воронка из чёрных туч.

Гибельная волна дошла до круга, в который была вписана гексаграмма, и остановилась, сдержанная барьером.

Я выждал несколько минут, пока всё внутри круга не превратилось в серый пепел, а затем подхватил лежащую у ног кувалду и шагнул внутрь.

В нос тут же ударило затхлостью и трупной вонью, да и вообще дышать стало тяжело. Я отметил, что ферромагическая жидкость из плошек с ладаном начала взмывать каплями вверх, но это было нормально, это был не Прорыв Той Стороны, просто побочный эффект рассеивания злой силы.

Подошёл к надгробию.

Хорошее надгробие… Для своих целей – хорошее. Пучок медных стержней, залитых бетоном, небось ещё и с примесями всякими интересными – вот и получилась отличная сердцевина, чтобы сконцентрировать, сжать и направить поток злой силы. А поместье сориентировали уже на эту антенну – так что усадьбу можно хоть сто раз чистить, но пока она получает подпитку извне, это всё бесполезно.

Но – хорошего понемногу.

- Изыди, - сказал я, замахиваясь кувалдой и обрушивая удар на бетонный столбик.

Куском чугуна, усиленным магией, можно сделать больше, чем просто куском чугуна, а я усилением не пренебрёг. Так что надгробный столбик разлетелся в крошку, а следом по земле рассыпались зеленоватые от времени медные прутья…

И тут я понял – что-то пошло не так. Что-то я не предусмотрел, чего-то я не понял.

- К бою! – проорал я, отпрыгивая назад и доставая револьвер из кобуры.

Едва успел выскочить за пределы круга – земля под ногами продолжила распадаться в серый прах, и на последних шагах я увяз в этом пепле едва ли не до середины голени.

Конечно, толку от защитного круга теперь немного – граница же нарушена, но лишняя защита всё-таки…

Земля затряслась. Вокруг могилы она и дальше превращалась в прах, а вот в центре наоборот - начала вспучиваться.

Будто бы выталкивая что-то наружу…

Анна и Генрих тут же залегли за пулемёты, Эйла и Эльмира быстро ретировались в тыл, ну а все оставшиеся встали по фронту. Хильда, Вилли, Ольга и отец Павел скинули с плеч оружие и взяли его наизготовку, а я так и остался стоять с кувалдой в левой руке и револьвером в правой.

Пепел впереди пришёл в движение, а затем из него полезли…

Ну да, а чего я ещё ожидал-то?

На нас двинулись десятка два выбеленных скелетов. Человеческих естественно. Хотя, вряд ли изначально у захороненных здесь людей была полная пасть клыков, сильно выдающихся вперёд.

Хильда моментально вскинула к плечу дробовик.

- Стой, - остановил я сестру, а затем спокойно скомандовал. – Пулемёты – огонь.

Тяжёлые винтовочные пули с нескольких саженей – считай что в упор – это вам не комар чихнул. Даже то, что пули не были ни зачарованными, ни серебряными погоды не сделало – чистой мощи хватило, чтобы махом перемолоть всю нежить в слабо шевелящуюся кучу костей. А всего-то потребовалось чуть больше сотни пуль – тридцатка в магазине «мадсена» и девяносто шесть в диске «льюиса».

Земля в центре круга перестала вспучиваться, и наружу показался гроб.

Не просто наскоро сколоченный ящик из досок, а массивный чёрный короб из дуба, украшенный узорами, письменами и обвитый толстой ржавой цепью. Так что внутри явно был кто-то непростой…

- Вилли, гроб! – скомандовал я.

Сестра вскинула магострел…

А вот дальше даже я удивился.

Стоящий на краю поляны болезненного вида кривой дуб просто взял и выдрался из земли. «Шагнул» к могиле, подхватил ветвями гроб за цепь и потащил его прочь!

Мина от удивления аж промахнулась, и магический заряд прошёл мимо, взорвавшись дальше в лесу. Но сестра тут же перезарядила магострел, взяла поправку, прицелилась…

Неожиданно, уходящий прочь дуб подёрнулся маревом, а затем натурально размножился, и вот перед нами предстало уже с полдюжины оживлённых магией деревьев.

Первым среагировал отец Павел, забормотавший то ли молитву, то ли заклинание. Дубы вновь подёрнулись маревом, и снова остался только один. Его тут же охватили полыхающие огнём и свитые в кольца письмена, заставив дуб замереть на месте.

Вилли снова выстрелила.

Из ствола её «маузера» вырвался поток магической энергии, врезавшийся прямо в ствол дуба и расщепив его пополам. Правда, половины тут же зашевелились и начали срастаться обратно, но я уже швырнул в исчадие Той Стороны файербол.

Огненный шар мелькнул и исчез в сердцевине дерева, которое уже успело частично срастись, пока Вилли перезаряжала магострел…

И тут громыхнул взрыв.

Файербол я метнул слегка изменённый – можно сказать, на нём был взрыватель с задержкой, так что сдетонировал он не сразу, а уже в глубине.

Ну, и немного подкрутил ему температуру и мощность по мелочи…

Ствол ожившего дерева разорвала вспышка, заставив его распуститься, будто цветок. Во все стороны полетели горящие ветки и щепа, так что даже пришлось прикрываться щитом.

Чёрный гроб рухнул на землю, звякнув лопнувшей цепью.

Ольга с Хильдой рванули было вперёд, так что пришлось их остановить.

Ну вот куда, а? У нас магия, у нас огнестрельное оружие… Зачем лезть в ближний бой? Проще издали расстрелять.

- Вилли, - сказал я, взводя курок револьвера. – Бей.

И Вилли ударила.

Второй выстрел из магострела разметал в щепки пытающееся восстановиться дерево, хотя вернее было бы сказать – пытающийся восстановиться пень. Но теперь и его не осталось – только кучу горелых веток разбросало по округе. Всё-таки мощь у маузеровского магострела при таких скромных габаритах была впечатляющей – не слабее трёхдюймовой пушки минимум.

- Теперь гроб, - сказал я.

Мина лязгнула затвором и всадила следующий заряд магической энергии прямо в цель.

На удивление – гроб выдержал, только пошёл трещинами и один из его углов разворотило.

Ещё выстрел, и ящик снова выдержал, а его лишь отбросило прочь. Гроб отлетел в кусты вниз по склону и скрылся из поля зрения, хотя и продолжал отчётливо фонить магией в пространстве.

Я почувствовал, что из повреждённого гроба начала сочиться потусторонняя сила – очень много потусторонней силы.

Что именно сейчас происходило - я не понимал, и это дико раздражало. А ещё больше раздражало, что я не знал, как будет лучше действовать – всё-таки всадить в гроб заряд Праха, или сначала окружить его барьером из святой магии, что исключало стрельбу такими мощными зарядами силы. Конечно, в той же Чердыни я предпочитал сначала бить, а потом уже думать, но это было не всегда эффективно и когда-нибудь может мне совсем недобро аукнуться…

Одновременно из разрытой могилы тоже начал подниматься, если так можно сказать, лёгкий «дымок» злой энергии. Вряд ли снова открылся канал, скорее просто начала распространяться накопленная в построении сила. Но сейчас она мало чем сдерживалась и могла причинить неприятности.

Однако, на размышления времени было мало… Да по сути его вообще не было – надо было не размышлять, а действовать.

Мина начала в темпе перезаряжать магострел, что было делом небыстрым – он же был на базе снайперского карабина и обоймой его было не зарядить, только по одному патрону.

- Отец Павел, сможете заняться могилой? – спросил я.

- Сделаем, - кивнул священник. – Сразу всё очистить – вряд ли, но уж запечатать смогу.

- Ольга, Хильда – со мной. Остальные – помогаете преподобному.

Я предпочёл оставить рядом с могилой побольше людей, а с собой взял тех, в чьих способностях был уверен. И Ольга, и Хильда хороши и в ближнем бою, и в дальнем – это хорошо, потому что неизвестно что нас ждёт.

Да и смысл идти всей толпой? Надо и за другим источником потусторонней силы приглядеть и разобраться, да и если будет много людей, то просто может возникнуть лишняя суматоха. Не очень хочется получить пулю или заклинание от своего же, просто потому что кто-то не учёл линию огня – свою или чужую.

Сестра и принцесса последовали со мной без колебаний.

Через поляну, заваленную пеплом и костями, мы, конечно, не пошли, а рванули по краю леса. Какой-никакой, а защитный круг ещё держался – всё-таки построение мы рассчитали и сделали на совесть.

Найти гроб труда не составило – эта махина пропахала широкую просеку среди деревьев, врезавшись в немаленькую сосну.

Сосна столкновения не пережила. Гроб, в принципе, тоже. Что, нужно сказать радовало – я вот, мягко говоря, охренел, что эта штука умудрилась пережить два прямых попадания из магострела. Даже бронеход бы вряд ли выдержал, а эта дрянь смогла.

Ну ничего. Сейчас разберёмся с ним раз и навсегда. А для начала узнаем – что же спрятано в чёрном ящике…

Но долго выяснять и не пришлось.

Как только мы подошли к превратившемуся в груду деревянных обломков гробу, их моментально разметало, и перед нами предстал оживший мертвец.

Иссохшая чёрно-серая кожа, плотно обтягивающая скелет и остатки плоти; лысая голова и густая серая борода, а главное – горящие голубоватым огнём глаза. Если учесть и то, как резко похолодало вокруг, можно было смело утверждать: мы столкнулись с довольно редкой в наших краях неживой дрянью – драугом.

- Склонись перед мёртвым, - прорычала нежить, не открывая рта.

Глаза драуга сверкнули. В лицо ударил порыв ледяного ветра, и одновременно по нам неплохо так вдарило магией, пригибая к земле. Ольга и Хильда слегка согнулись, но на ногах устояли.

- Да что ты говоришь? – сказал я, вскидывая револьвер и всаживая в драуга серебряную пулю.

Мертвец дёрнулся от попадания и взвыл так, что заныли корни зубов. Нежить обрушила на нас новый удар – очень мощный, из чистой потусторонней силы. Чтобы сдержать такой щитом требовалось быть магом ранга третьего-четвёртого, не меньше…

Я таким магом не был, поэтому не стал блокировать удар, а просто отбил его в сторону – если знать как такое делается, то это не так уж и сложно.

Лес справа от нас моментально проморозило, а затем деревья со звоном разлетелись ледяной щепой.

В следующий момент драуга сбило с ног зарядом картечи.

Хильда с рычанием передёрнула цевьё дробовика, и всадила ещё один заряд, отстрелив нежити правую ногу. Ольга вскинула винтовку и прострелила мертвецу грудь, а затем перед нами из земли рванули вверх ледяные глыбы, создавая стену.

Я швырнул в неё с десяток небольших файерболов. Прогремели взрывы, и во льду выбило кратеры, от которых во все стороны разошлись трещины.

- Ольга, щит! – крикнул я.

Романович поняла меня правильно и не стала пытаться прикрыть нас защитным куполом, а сформировала в левой руке свой воздушный щит и швырнула его вперёд.

Ледяная стена от удара разлетелась вдребезги, и перед нами снова предстал драуг, который пытался встать на ноги… Ну, то есть на одну ногу, опираясь на остатки своего гроба.

Я всадил в нежить ещё несколько пуль, каждая из которых выжигала приличный кусок мёртвой плоти, но драуг, похоже понял, что мне известно его уязвимое место.

На груди мертвеца начала расползаться ледяная броня.

- Сердце! – крикнул я. – Пробейте ему сердце!

Заряд картечи снова опрокинул нежить на спину, и пуля, выпущенной Ольгой из винтовки, прошла мимо.

Ну нет, так не пойдёт. Пора заканчивать с этой тварью… Пока Хильда в азарте не расстреляла всё серебро.

- Не стрелять!

Я выстрелил, усилив пулю огнём, и лежащий на земле драуг вспыхнул, как будто его перед этим керосином облили. Правда, огонь почти сразу же угас, когда от головы до ноги мертвеца прошла волна голубоватого пламени.

Однако, мне хватило этого времени, чтобы одним рывком преодолеть разделяющее нас расстояние.

Мертвец тупо уставился на сдвоенный ствол револьвера, смотрящий ему прямо в рожу…

Выстрел!

Драуг в очередной раз рухнул на спину и снова попытался встать – даже серебро в голове его не прикончило.

- Лежать! – Ольга броском воздушного копья пришпилила мертвеца к земле, будто булавкой жука.

Я засунул револьвер, в котором оставался только картечный заряд, в кобуру и перехватил кувалду обеими руками.

- Какой неугомонный, - сплюнула Хильда, передёргивая цевьё своего «спенсера». – Может ему башку снести?

- Это драуг, с ним надо иначе, - покачал я головой.

- Драуг – это, кажется, арктическая нежить? – спросила Ольга, держа мертвеца на прицеле винтовки. – И как же его убить?

- Драуг - восставший после смерти колдун. У него в груди кусок магического льда, который и обеспечил возрождение. Как и смерть, вообще-то. Именно его и нужно уничтожить.

- Так и чего мы ждём? – воскликнула Хильда, прицеливаясь из дробовика. – Смерть мёртвой твари!

- Да успокойся ты, - я подошёл поближе, примерился и замахнулся кувалдой. – И побереги серебро.

Глава 9

- Итак, позвольте мне уточнить сложившуюся ситуацию…

Сарказм в голосе Югай был настолько ощутим и плотен, что его вполне можно было черпать ковшиком.

- Ритуал очищения мы провели по всем правилам.

- По всем, - подтвердила Эйла.

- И даже то, что… эээ… корень проблем выкопался и пытался сбежать на самоходном дубе ничего принципиально не меняет.

- Ну, гроб мы сожгли, драуга прикончили, остатки сложили в очищающее построение и припечатали для верности молитвами, - пожала плечами Ольга. – Так что да, на качество ритуала очищения это не влияет.

- Фокальную точку на поместье мы сменили.

- Я самолично кувалдой разбила конёк и установила временную антенну, направленную на Царскую звезду, - проворчала Хильда. – И в расчётах я не ошиблась – меня Вилли проверила.

- Я проверила, - подтвердила сестра.

- Могилу для верности мы ещё и огнём обработали.

- Земля пропеклась знатно, - кивнул Генрих.

- Тогда у меня вопрос, - Анна чуть откинулась на стуле и ехидно улыбнулась. – Почему в таком случае в поместье опять смердит потусторонней энергией?

И все посмотрели на меня.

Я поднял взгляд от книги, которую читал.

- Небольшая техническая накладка... Хотя нет – я в общем-то так и предполагал, что дело будет непростым…

- «Как и планировалось» - да, Конрад? – ехидно осведомилась у меня Югай.

- Перед этим делом спасовала московская Конгрегация, - напомнил я. – Не забыла, нет? И замечу, что потусторонней энергией теперь вообще-то смердит не только в поместье, но и на половине Зильбервальда. И смердит не так уж и сильно.

- Лично я бы в таком «не сильно» жить не стала, - фыркнула кумихо.

- Не хочешь – не живи...

- Ты на удивление спокоен, Конрад, - заметила Эйла.

- А чего паниковать? – пожал я плечами. – Результат отличен от того, что получали господа экзорцисты? Отличен. Значит мы на верном пути. Осталось только разгадать вторую часть загадки и довести изгнание до конца. Всего и делов…

- «Всего и делов», - передразнила меня Анна.

- Вам что-то не нравится, леди? – я с улыбкой взглянул поверх книги.

- Да меня тоже поражает, насколько ты спокоен. Конрад, ау! Вчера перед нами выкопался колдун-мертвец со свитой и вряд ли подобное предусматривал твой, - кумихо сделала пальцамм движение, будто бы рисовала в воздухе кавычки, - «план».

- И я молчу о том, что собираюсь делать дальше.

- Именно.

- И ты сгораешь от любопытства.

- Име… Гхм! – Югай скорчила гримасу. – Ты невыносим, Конрад.

- Ну, вот такой уж я милашка, - безмятежно развёл я руками.

- Задние парты! Я вам не мешаю?

Окрик преподавателя истории напомнил нам, что мы вообще-то находились на лекции.

Пришлось замолчать и вести себя прилично.

Но – не помогло.

- Что ж, тогда, быть может, господа и леди с задних рядов продолжат и осветят дальнейший ход Японо-корейской войны? – спокойно спросил профессор Покровский. – Винтеры? Кто-нибудь из вас.

- Разумеется, господин преподаватель! – Вилли моментально вскочила с места и затараторила. – Как только весной 1905 года Восточный и Западный флот Когурё объединились, они дали генеральное сражение флоту Сёгуната в Цусимском проливе. Адмирал Ю Вон Сук впервые в истории применил тактический приём «Крышка» или же «Палочка над Т», охватив голову японской колонны и методично выбивая один броненосец за другим. Впрочем, флот Сёгуната принял бой фактически обезглавленным ведь всего за день до этого японский флагман во главе с адмиралом Сигэто наскочил на мину, получил пробоину и попытался уйти на ремонт в Кюсю. Но был вынужден войти в зону морского Ожога, успел передать, что ведёт бой с кракеном, после чего пропал без вести. Принявший командование адмирал Того не обладал должным опытом по управлению такими большими эскадрами. Также корейский флот имел превосходство в магах и вооружении, имея более современные броненосцы. Ещё один момент - бронебойные снаряды обеих сторон зачастую не срабатывали нормально, но корейцы в основном применяли фугасные снаряды с лиддитом, поэтому…

- Хорошо, двенадцать баллов. Конрад Винтер, что последовало после разгрома флота Сёгуната?

- По сути повторилась история Имдинской войны трёхсотлетней давности, - поднялся я с места. – После потери флота Сёгунат утратил инициативу, и сначала закончилось «пусанское сидение», когда войска императора Коджона сбросили японский десантный корпус в море и фактически закончили сухопутную войну на Корейском полуострове. А затем, корейцы уже и сами высадились на территории противника, а также разгромили ряд прибрежных крепостей. Бой в проливе Бунго отразил отчаянное положение Сёгуната – линкор «Ямато» был взят на абордаж, имея всего четверть от положенного экипажа и фактически небоеспособный, а броненосный крейсер Могами шёл в бой без орудий главного калибра. С учётом превосходства на море силы княжества Сацума на острове Кюсю оказались фактически обречены без подвоза припасов и подкрепления с Хонсю…

- Хорошо, двенадцать баллов. Хильдегарда Винтер, что было дальше?

- Так, а всё – дальше уже неинтересно, - пожала плечами блондинка. Получила под столом пинок от сестры, спохватилась и встала из-за парты. – Сёгун сказал «я не я, и лошадь не моя», ну типа всю кашу одно Сацумское княжество и заварило, а остальные ни при чём. Ну и заключили договор… Как его там?.. Шимоносекский или Симоносекский – всё не запомню, как правильно… Ну, короче, Сацума стала корейским вассалом, как и Рюкю, торговые соглашения какие-то ещё заключили, контрибуцию стрясли… В общем, как обычно бывает в таких случаях. Ну, а слабостью Сёгуната воспользовались другие страны. Новгород полностью подмял под себя Эдзо, Соединённое Королевство – захватило Гавайи. Флот Сёгуната-то – тю-тю…

- Хороший ответ, леди Винтер, но за лексику снижаю оценку. Девять баллов. И впредь попрошу не отвлекаться на моих занятиях, даже если вы и знаете лекционный материал. Это всё равно проблема.

- Лекционный материал… - тихо проворчала сестра, усаживаясь. – Нам бы ваши проблемы, господин профессор…

- Вы что-то сказали, леди Винтер?

- Нет-нет! Это я так, о своём, о девичьем…

Больше мы решили не нарываться, и обсуждение продолжили уже после занятий в библиотеке.

- Вот главного я не понимаю, - сказала Ольга. – Как здесь вообще оказался драуг? Это же не самая известная магия, их делают в основном на Севере. Швеция, Норвегия, Финмарк… Эйла, скажи – так ведь?

- Я, конечно, родом из Финланда, но не слишком сильна в мифологии… - покачала головой Валконен. – Ну, то есть до недавнего времени я считала, что драуги – это что-то из разряда легенд. Псоглавцы, лотофаги, драуги…

- То есть из разряда легенд? – удивилась Романович. – Драуги – это, конечно, редкость, но на Севере их до сих пор создают.

- Уверена?

- Конечно. Предпоследняя миссия отряда моей матери – конфликт на Грумане шесть лет назад. Так вот шведы там вполне себе создавали драугов из убитых поморских магов.

- Что это вообще за дрянь этот драуг, а? – спросила Хильда. – Мне кто-нибудь скажет?

- Нежить со способностями к магии, - ответила Мина. – Создаётся, как можно предположить – из магов. И как можно догадаться – их создание считается тёмной магией и находится под строжайшим запретом. Драуг более живуч и силён, чем обычная нежить, но имеет нехорошую тенденцию выходить из-под контроля и способствовать появлению Прорывов. Да что я говорю? Братец Конрад, сестрица Хильда и Оля с ним столкнулись – можно получить информацию из первых рук, так сказать.

- Ну, он был сильный – это факт, - признала блондинка. – Я отстрелила ему ногу и всадила заряд серебра, а он не сдох. Не каждый гейст такое бы выдержал.

- Он не сдох даже, когда Конрад прострелил ему башку, - добавила Ольга. – А ещё он довольно сильно по нам ударил – меня вот чуть не свалил.

- И меня, - добавила Хильда.

- Драугов создают, вгоняя в грудь мертвеца кусок зачарованного льда из ферромагической жидкости, - объяснил я. – И да, я помню, что просто так её почти невозможно заморозить – ни магией, ни обычным холодом... Но как это делают северяне – я не знаю. Я слышал, что секрет в том, чтобы создать лёд из ферромагической жидкости и крови, и вогнать его в грудь ещё живого мага… Но сами понимаете – таких страшилок хватает, а проверить их сложно. Даже невозможно я бы сказал.

- Может это, типа ну наследие Древних? – наморщила лоб Хильда. – Есть же их руины в Скандинавии…

- Есть, - подтвердила Валконен. – Например, Дворец Инариярви в Финмарке. Точнее озеро на его месте, но всё это…

- …никак не приближает нас к решению проблемы поместья Винтеров, - ехидно вставила Югай.

Блондинка закатила глаза.

- Аня, я тебе уже говорила, что ты язва?

- Неоднократно, - улыбнулась кумихо.

- Тогда я ещё раз скажу: Аня – ты язва!

- Ах, комплименты, комплименты… Хвалите меня, хвалите меня больше – я это люблю.

- Это был не комплимент вообще-то.

- Это был сарказм вообще-то, - Вилли толкнула сестру локтем в бок. Хильда скорчила гримасу.

Мы дошли до библиотеки и расселись за одним из столов в читальном зале.

- Ну давай, вещай, о наш командир и предводитель, - пропела Югай.

- Цыц. Кошкам слова не давали, - я невозмутимо достал из сумки с тетрадями небольшой блокнот в кожаной обложке с записями и карандаш. – Ну, смотрите. Лично я считаю, что мы сделали всё хорошо и правильно. Отец Павел, вероятно, считает так же, потому как от слов про зачёт автоматом на его предмете не отказался даже несмотря…

- …на то, что всё кончилось поросячьим замесом? – предположила Хильда.

- Несмотря на некоторые технические накладки, - дипломатично произнёс я.

Анна фыркнула, Ольга улыбнулась.

- Я продолжу, не возражаете? Так вот. Не будем углубляться в то, как и откуда в могиле под Москвой завёлся скандинавский драуг – я сейчас не о том. Вот что мы предположили изначально?

- Ты предположил, - уточнил Генрих.

- Ну, так я среди всех вроде как наиболее… начитанный. И при этом не жадный – поделился славой от открытия с остальными, - улыбнулся я. – Но пусть так. Я предположил, что первый владелец усадьбы захоронил в Серебряном бору чернокнижника и использовал его могилу в качестве источника неструктурированной злой силы. А для её сбора и формовки использовал сделанное в виде магической схемы поместье. Плюсы такой сложной схемы – в усадьбе можно хоть каждую неделю ритуалы экзорцизма проводить, но со временем связь с источником потусторонней энергии всё равно восстановится. Ну и улик в случае чего не будет.

- В таком случае, уничтожив драуга и очистив его могилу, мы бы покончили с этой проблемой, - заметила Ольга. – Но вместо этого сила Той Стороны растеклась по округе и её источник непонятно как отследить.

- Что ж, каждый может ошибиться. Полагаю, я ошибся в том, что не учёл сложности схемы.

- Поясни, пожалуйста, - заинтересовалась Вилли.

- Думаю, что схема ещё сложнее, - я постучал карандашом по столу. – Либо неочевиднее. Что если драуг – это не источник силы, а всего лишь её фокусировщик? Или даже просто сторожевой пёс.

- Тогда почему именно драуг? – спросил Генрих. – Можно же было кого попроще поставить?

- Так и поставили, - напомнила Хильда. - Помнишь тех скелетов?

- Которых мы с Анной покрошили из пулемётов?

- Их, родимых, - хмыкнула блондинка. - А теперь повтори свой вопрос и подумай хорошенько, почему именно драуг.

- Чей гроб выдержал два выстрела из магострела, - добавила Мина.

- Вот-вот.

- Ладно, принимается, - признал Рейсс.

- Мы решили первую часть загадки, но есть и вторая, - сказал я. – Нам нужно найти второй источник потусторонней силы.

- А где? – спросила Югай. – Мы же и так, считай, там всё излазили и измерили, найдя только могилу.

- Значит, как-то хорошо спрятали… - задумалась Валконен. – Но как? Что может так хорошо экранировать силу Той Стороны?

- На ум приходит текучая вода, - сказала Ольга. – Ну и вода вообще.

- Думаешь, что-то спрятано в затопленных серебряных рудниках? – спросила Анна.

- Это было бы логично, - кивнула Вилли. – Серебряная руда и вода – надёжные преграды даже для Той Стороны, а сила уходит по какому-нибудь отнорку… Например, по колодцу? Нет, вода не подходит…

- А что тогда сторожил драуг?

- Сокровища? – с надеждой произнесла Хильда. – Я слышала, они их вроде сторожат… Я была бы не прочь найти клад…

- Да не, ерунда какая-то, - поморщился Генрих. – Допустим, на дне затопленной шахты лежит… что-то. Ещё один мертвец или проклятый артефакт – не суть важно. Сила от этой штуки поднимается наружу… Ну, например, по цепи. Помните же цепь на гробе? Но здесь есть проблема – цепь бы фонила, и мы бы её нашли. Могилу же нашли, верно?

- Если там напряжение не выше природного фона, то это всё равно что искать лист в осеннем лесу… - вздохнула Валконен.

Из-за ближайшего стеллажа вышла Эльмира с парой книг в руках.

- Мои приветствия силам тьмы, что не есть зло, - чинно раскланялась с нами Юсупова.

- Услышит такое отец Павел – по заднице даст, - предупредила Югай.

- Хорошо, что он не слышит, правда же? Я присяду к вам.

- А ты как нас нашла? – спросила Вилли. – Причём, уже в который раз!

- Я шла тропою зимы, по следу выпавших из сердца льдинок, - туманно ответила Эльмира и нарочито поправила повязку на глазу. – Они растаяли и пропали, но мир всё ещё помнил их, а Неблагое Око видело их тени…

- Вообще, было бы логично искать нас либо в библиотеке, либо около Красной Башни, - кисло произнесла Валконен, которая была определённо не в восторге от манеры речи Юсуповой.

- А у вас тут ничего сладенького поесть нет? – грустно произнесла Эльмира. – Жаааль… Я бы была бы не против, если бы вы меня угостили чем-нибудь вкусным… Искать незримые пути, знаете ли, весьма выматывает.

- Кстати! А давайте спросим нашу любящую сладкое Кассандру, - оживился Генрих. – Юсупова, где стоит искать древесный лист?

- В лесу, - уверенно заявила девушка.

- Ну, это и так понятно. А конкретнее?

- Если леса нет – его сажают, - Юсупова выжидательно посмотрела на саксонца. – Ммм… Темнее всего – под фонарём?

- Хммм… - задумалась Валконен. – А это мысль, конечно...

- Погодите, погодите! Но мы же там всё выжгли и очистили? – возразила Ольга.

- Даже выжигать надо с умом, понимая, что выжигаешь, - многозначительно покивала Мина.

- Я одна не понимаю о чём идёт речь, а? – возмутилась Хильда.

- Эльмира намекает, а остальные поняли её намёк, что если мы хотим найти второй источник потусторонней силы, то нам нужно ещё раз осмотреть могилу, - объяснил я.

- Но мы же её осмотрели? – нахмурилась сестра. – И не один раз. Как мы могли что-то пропустить?

- Запросто, - пожала плечами Вилли. – Если второй источник укрыт лучше – так, что из него исходит лишь ниточка потусторонней энергии, то очень вероятно, что гроб с драугом его затмевал, как прожектор свечку. Вы один только гроб мертвеца вспомните – от него магией так и разило.

- Вот только как в таком случае эта, с позволения сказать, «ниточка» умудрилась затопить половину Серебряного бора? – ехидно вставила Югай.

- Ну, вот можешь и посчитать параметры канала, - усмехнулся я. – Диаметр маленький, напряжение небольшое, но скорость истечения высокая. Заодно можешь посчитать, когда концентрация потусторонней силы станет настолько высокой, что случится Прорыв… А если опять покажешь язык, то с собой в этот раз не возьму.

- Ай, как подло, Конрад Винтер…

- …Ведь каким судом судите, таким и вас будут судить, и какой мерой отмеряете, такой и вам отмерят, - парировал я. – А мог бы и как вредной кошке – тапком по заднице надавать.

Анна скорчила гримасу.

- А может, всё-таки подождём, пока освободится отец Марк? – предложила Ольга. – Всё-таки – это его профиль и его обязанность, вот пусть и занимается.

- Да ладно тебе, - отмахнулась Хильда. – Весело же было. А то я в этой вашей Москве, чую, скоро жиром заплыву от скуки…

- А ты разве не уже?.. – Вилли молниеносно увернулась от подзатыльника. – Видели, да? Вот ничего же не сделала, только спросила.

Глава 10

И вновь мы прочёсывали Серебряный бор.

Правда, на этот раз нас интересовал в основном только могильный холм – я таки склонялся, что второй источник потусторонней силы находится именно там. Драуга поставили просто как сторожевого пса и для отвлечения внимания, а копать нужно глубже. Как в прямом, так и в переносном смысле.

Что нас могло ждать? Вот тут я уже затруднялся сказать. Скорее всего – какой-нибудь проклятый артефакт, как это чаще всего бывает. Эх, жаль, что нет доступа к личному архиву первого владельца усадьбы… Очень вероятно, что Шуйский что-то да описывал в личных дневниках. Пусть шифром, иносказательно или отрывочно, но пригодилась бы любая информация.

Однако, поместье уже вычистили господа экзорцисты и после них вряд ли что-то осталось. Сложную схему чернокнижников они могли и не раскусить, но уж с банальным обыском логова подозрительного мага вряд ли плохо справились.

- А неплохо мы тут погуляли, конечно… - с наслаждением потянулась Югай, оглядывая поляну, где проводился ритуал.

Ну, точнее – то, что осталось от мрачненькой, но аккуратной полянки.

Теперь же она представляла собой выжженную в земле яму, а верхний слой превратился в пепел и за прошедшую неделю его элементарно сдуло ветром. Кости от поднятых магией скелетов мы просто сгребли кучей в сторону и заключили в защитное построение – с этим пускай разбираются экзорцисты, как освободятся. Так же мы поступили и с остатками драуга, чьё ледяное сердце я расколотил при помощи кувалды. И если обычные скелеты, в принципе, можно было бы и просто похоронить, а обряды попросить справить отца Павла, то вот с этим вторично умершим господином всё было сложнее - как правильно хоронить мертвецов-колдунов не знал даже я. К тому же, возможно его и вовсе нет резона хоронить, а драугом заинтересуются исследователи Конгрегации. Всё-таки Эйла права – эта нежить считается скорее легендарной и потому плохо изученной, так что тут могут пригодиться даже останки.

Это не говоря уже о том, что драуг был ещё и вещественным доказательством в деле Шуйского. Сам ли он создал мертвеца-колдуна или это сделал некто, желавший Шуйскому зла? Откуда взялись знания о том, как создать драуга? И как, в конце-то концов, можно замораживать ферромагическую жидкость?! Это уже даже мне чисто с академической точки зрения любопытно. Чем-чем, а новыми знаниями я никогда не пренебрегал – никогда не знаешь, что может пригодиться в жизни.

Остатки гроба мы тоже трогать не стали – их бы по-хорошему тоже следует изучить на предмет наложенных чар. Авось чего интересного и узнаем. Всё-таки не каждый день сталкиваешься с пусть и крепкими, но всё равно досками, которые тем не менее способны выдержать даже не один, а два выстрела из не самого слабого магострела. Обычно для такого на тех же бронеходах применяют дюймовую стальную броню, а тут вишь ты – деревом обошлись. Да ещё и за почти сотню лет чары не выветрились. Ну, или выветрились, но тогда сколько сильны они были изначально, а?

- Что-то мне подсказывает, что это была не последняя наша неплохая прогулка, - ухмыльнулась Хильда, держа на плече дробовик.

- Красиво стоишь, сестра, - заметил я. – Только вот дробовик надо бы на лопату сменить.

- Издеваешься, да? Я – егерь, Заклинательница тварей, великий и сильный воин клана Винтер, а ты мне предлагаешь…

- Люди делятся на тех, кто сильный и потому копает, и тех, кто слабее, и потому не копает, потому что всё равно толку от их потуг не будет. И кто там у нас великий и сильный воин клана Винтер, а? Или предлагаешь, чтобы копали Вилли и Эльмира?

- Да ладно, ладно, - поморщилась девушка. – Уже и возмутиться нельзя... Кто ещё в нашей сильной копательной команде?

- Я, ты, Генрих, Ольга. Вилли, Эйла, Анна и Эльмира – дежурят наготове. Подчеркну – не валяются на траве, едя бутерброды с чаем, а дежурят.

- Бутерброды – нельзя, поняла, - серьёзно закивала Эльмира. – А печеньки?

- Где копаем? – деловито поинтересовалась Романович. – Что ищем?

- Будем заниматься богомерзким делом раскапывания могилы. Но – чуть позже. Сначала я просканирую местность.

Вообще, по-хорошему это стоило сделать ещё перед первой попыткой разобраться с проклятьем… Точнее – мы и сделали. Но – не слишком вдумчиво, если так можно выразиться. Мешал гроб с драугом, создавая такое количество помех, что ничего толком не получилось рассмотреть – как будто тебе в лицо светят мощным фонарём.

Что ж… Как говорится – лучше поздно, чем никогда.

…Сама могила, а точнее то, что от неё осталось, нынче выглядела печально...

Хотя, могут ли такие штуки вообще не выглядеть печально, а? Да и в общем-то чего такого уж печального в яме, глубиной в два аршина, и покрытой коркой спекшейся земли… Это уже последствия того, что мы после добивания драуга и окончания ритуала очищения «для порядка» залили её жидким огнём. Ну так, на всякий случай. В таких делах никогда не помешает хорошенько всё поджечь.

Я обошёл могильный холмик посолонь, на всякий случай делая банальный круг из соли, и начал обстоятельно просвечивать землю вглубь – слой за слоем.

Принцип был в общем-то простой – посылаешь в землю магический импульс, он отражается от того, что внутри и возвращается обратно. Считываешь его и посылаешь следующий, слегка изменяя частоту. Ну, и периодически меняешь точку, откуда ведёшь сканирование, чтобы картина была точнее. В теории – ничего сложного…

На практике – очень сложная магия, ранга эдак шестого минимум. Если речь, конечно, о нормальном сканировании и о качественном трёхмерном изображении сканируемого предмета или объекта. Качественном – это не из разряда «вот тут какое-то пятно и здесь какое-то пятно, а что они означают, я не знаю».

Но чем дальше я вёл сканирование и построение на основе этих данных модели, тем сильнее хмурился. То, что я видел и узнавал мне, мягко говоря, не очень-то и нравилось.

- Да уж… - пробормотал я вслух, когда закончил сканирование и повертел в руках объёмную модель того, что находилось под землёй. – Не было печали… Лучше бы уж в могиле ещё один драуг в гробу оказался.

Ладно уж... К дэвам лирику - надо остальным сообщить…

- Ну что? Что там?

Когда я вернулся к товарищам, первой меня, естественно, встретила Хильда, от нетерпения аж пританцовывающая на месте... Да, с лопатой в руке пританцовывающая.

- Есть новость хорошая, новость плохая и новость непонятная, - объявил я. – С какой начинать?

- Давай тогда уж по порядку, - сходу решила Мина.

Остальные, впрочем, против такого порядка объяснений возражать не стали.

- Что ж, тогда я начинаю. Новость хорошая – я успешно просканировал всё на глубине и нашёл второй источник потусторонней энергии.

- Так это же замечательно, - сказала Ольга. – А в чём тогда плохая новость?

- Здесь под землёй куча областей, через которые было тяжело пробиться магическим поиском. Хотя, я всё-таки прорвался.

- А разве это плохо? – уточнила Эйла.

- Не в этом дело, - покачала головой Вилли. – Подумай – если что-то блокирует магию, идущую с поверхности, оно же блокирует и потустороннюю силу, идущую снизу. А она при этом всё равно прорывается.

- Это… плохо, - поджала губы Валконен.

- Что же там такое, если всего лишь отголоски способны затопить тут всё силой Той Стороны? – задумчиво произнёс Генрих.

- А это и есть новость непонятная, - я вытянул руку и повесил над ладонью объёмное изображение. – Вот, что находится под могилой.

Все собрались вокруг меня, пристально вглядываясь в схему, сотканную из зелёных нитей.

Югай присвистнула.

- Вот же ни хрена себе загогулины, - выдохнула Хильда.

- Пусть не по форме, но по содержанию, - покивала Вилли, - я солидарна с сестрой.

- А это вообще – что? – уточнил Генрих.

- А это, леди и джентльмены – мегалит Древних, - ответил я.

Это я мог утверждать смело – руины Предтеч мне в будущем доводилось видеть, и не раз. Да и не только видеть, но и драться в них, исследовать, а порой и разрушать.

Так что и вовсе мы не на холме сейчас стояли, а на занесённом землёй мегалите Древних. Причём, судя по всему, прекрасно сохранившемся, пусть и не слишком большом.

Насколько я помню классификацию, это, так называемый, Малый северный зиккурат – основание в виде низкой ступенчатой пирамиды со сторонами основания где-то в полсотни саженей. Высота – саженей тридцать, на вершине – алтарная площадка. Три башни-купола, вырастающие из граней пирамиды, и крепкое скальное основание.

Довольно типичная архитектура для строений Древних на севере Евразии и Маркланда. Тот же дворец Инариярви, который вспомнила Эйла, был примерно таким же, только в несколько раз больше. Ну, и разрушенный почти до основания.

Хотя, вообще-то я не припомню, чтобы в центральной Руси находили подобные храмы… Ну, или об этом не говорили вслух? И да - название «зиккурат» условное, разумеется. Так-то учёные до сих пор спорят, кому поклонялись Древние, поклонялись ли они кому-нибудь вообще и для чего строили подобные сооружения…

Те, что уцелели до нашего времени, были или пустыми, или…

И вот тут начиналась неопределённость, которая вполне могла вылиться в проблемы.

- Ты думаешь о том же, о чём и я, сестра? – сверкнула глазами Хильда.

- Именно, сестра! – Вилли азартно потёрла руки.

- СОКРОВИЩА! – в один голос завопили сёстры Винтер.

- Или тюрьма-могильник для демона Той Стороны, - кисло добавил я, сворачивая схему мегалита.

А вот и та самая неопределённость, чреватая проблемами.

Малые Зиккураты были или пустыми, или полны сокровищ, или являлись темницей для какой-нибудь злобной потусторонней сущности. При всей мощи Древних существовали вещи и сущности, с которыми и они не могли совладать. Так что если они что-то не могли уничтожить или изгнать, Предтечи это запечатывали покрепче.

Хорошая новость была в том, что в практике изгнания исчадий Той Стороны люди за последние тысячи лет изрядно поднаторели и научились изгонять или уничтожать даже те сущности, с которыми некогда не смогли совладать Древние.

- Сокровища – это интересно… - как бы невзначай произнесла Югай, рассеяно накручивая прядь волос на палец.

- Я бы не отказался пополнить свой банковский счёт, - честно признался Генрих.

- Интересно, есть ли там какие-нибудь манускрипты или скрижали?.. – задумалась Эйла.

- Да, звучит заманчиво, - улыбнулась Ольга.

Как же порой трудно иметь дело с шестнадцатилетними подростками… Особенно – подростками-магами. Особенно подростками-магами, которые что-то умеют в бою!

- О, как же нам поделить шкуру ещё неубитого медведя, которого охраняет дракон… - с безмятежным видом продекламировала Юсупова.

Ну, хоть кто-то со мной солидарен.

- Скажу честно – лезть туда у меня нет ни малейшего желания, - напрямик сказал я. – И никакие гипотетические сокровища или знания не отменяют тот факт, что в зиккурате заперто нечто, источающее силу Той Стороны. В весьма некислых объёмах, я обращаю внимание. Так что я предлагаю свернуть всю работу, сообщить о находке Конгрегации и ждать, пока они разберутся с проблемой...

- И захапают всю добычу! – воскликнула Хильда.

- Мертвым она всё равно ни к чему.

- А, может, мы ещё подготовимся и всё-таки попробуем залезть внутрь, а? – невинным тоном предложила Вилли. – Взглянем ну всего одним глазком…

- Будет неплохо, если у нас хотя бы по одному глазку останется в ходе этого мероприятия, - саркастически заметил я. – А что остальные? Тоже хотите лезть в это проклятое место?

Ответом мне было не особо вразумительное, но в целом утвердительное мычание.

- Анна, ну вот ты-то куда? Кто ещё совсем недавно опасался в Камделире лезть?

- Так то ментальная практика, - пожала плечами Югай. – Это непонятно и не зависит от физических способностей. А тут в случае чего можно пустить в ход пули, магию и когти. Это не очень страшно.

Я закатил глаза.

- И надо так полагать, что если я откажусь в этом участвовать, то некоторые несознательные личности… Я не хочу никого обвинять, но это будете вы, мои дорогие сёстры. Верно же? Если откажусь я, вы подобьёте других втихаря всё равно пролезть внутрь? Так ведь, Хильдегарда и Вильгельмина?

Названные персоны состроили максимально невинным вид и захлопали глазами, дескать – как ты только мог такое плохое зло о нас подумать…

- В таком случае – хорошо, попробуем вскрыть зиккурат…

- Уррра! – заликовали сёстры.

- Цыц. Не перебивать, - шикнул я на них. – Вот что я предлагаю: Конгрегацию всё равно уведомим, потому что если не сообщим о находке и намерении её оприходовать, нас потом будут подозревать.

- А в чём подозревать? – уточнила Валконен.

- А во всём. Что всегда мечтали обратиться к силам Той Стороны, да всё подходящего случая не подворачивалось. Что проигнорировали Конгрегацию, хотя ситуация прямо её касается, что означает неуважение к власти и авторитету к ней в частности и к Церкви Вечного огня в общем. Или что мы туда залезли и попали под влияние проклятого артефакта, поэтому нас нужно немедленно изолировать или нейтрализовать.

- А нейтрализовать – это в смысле…

- Да. Именно в этом самом смысле.

- И в итоге всё равно придётся с ними делиться… - проворчала Хильда.

- Не жадничай. Нам всё равно с кем-то придётся делиться. Или кто-то из вас… чья-то светлая голова вообразила, что сможет самостоятельно сбыть гипотетические сокровища Древних, которых в этом могильнике может и не быть?

Судя по сопению сестры, именно так её светлая голова и вообразила. И совершенно напрасно. Потому как за нелегальный сбыт древних ценностей тоже грозит наказание, а легально сбыть их можно только…

- Я продолжу с вашего позволения? Так вот. Извещаем Конгрегацию, а ещё привлекаем князя Долгорукого… Чтоб его высочеству икалось за такой «щедрый дар». «Ничего требовать взамен не стану – ни налога, ни службы. Просто будьте собой и дальше», - передразнил я князя и вздохнул. – Вот жук.

- Но жук влиятельный, - понимающе кивнула Вилли.

- Именно. Пусть даст людей, средства, в долю его возьмём… Если делить на доли будет нечего, то и ладно. А если всё-таки что-то найдём… Ну, князь есть князь – связей у него хватает, со сбытом поможет, да и в целом такие дела без княжьего соизволения не делаются.

- Но вы же не его вассалы, - заметила Анна.

- Мало ли, что мы не его вассалы… - пожал я плечами. – Всё-таки в его княжестве живём, да и вообще-то за учащихся Академии отвечает именно он, а не его брат-ректор. В случае чего с кого будут спрашивать? С князя Московского.

- Конрад с нами! Ура! – заликовала Вилли.

- Ура! – поддержала её сестра.

- Значит так, - я снова развернул на ладони схему зиккурата и увеличил её в размерах. – Ещё раз – это Малый северный Зиккурат. Верхняя его часть – плоская и залегает относительно неглубоко. Фактически гроб с драугом на ней и стоял. Там должен быть вход в центральную шахту, которая проходит через всю пирамиду и доходит до центральной камеры и… эээ… подвальной части, если она существует. Так глубоко просканировать мне не удалось, к сожалению. Как только расчистим верхушку, то проведём осаду перед вскрытием и там уже будет ясно, можно ли продвинуться вглубь или это не в наших силах.

- А не будет ли… огорчена Конгрегация, что всё это будут делать без её руководства? – спросила Валконен.

- Зришь в корень, - усмехнулся я. – Именно на это я и рассчитываю. Поимка убийцы – это одно, поди ещё докажи, что он какой-то потусторонний ритуал готовит. А мегалит Древних – вот он. Так что я бы не отказался, чтобы отец Марк и его руководство пересмотрели приоритеты и поучаствовали в этом мероприятии…

- А если не пересмотрят? – поинтересовалась Югай. – Если не поучаствуют?

- Ну, тогда будем рассчитывать на княжеских дружинников и надеяться на лучшее.

- А что ещё нам может помочь, кроме дружинников и надежды, м?

- Оружие, - кратко сказал я. – Много оружия. Что ещё может помочь в таких случаях?

Глава 11

- Давайте проясним, - сказал я, стоя у грифельной доски в пустом классе.

Остальные, а именно – Хильда, Вилли, Ольга, Генрих, Анна, Эйла и Эльмира расселись кто где, благо что свободных мест хватало.

- Возможно, у нас возникли недопонимания относительно терминологии, - продолжил я. – Рассмотрим подробнее такие понятия, как транс, Чертог пустоты и Камделире.

- А второе и третье – разве не одно и то же? – спросила Эйла.

- Чертог пустоты – это буквальный перевод Камделире. Изначально это наш термин – термин егерей. Часть наработок ушла на сторону и под этим названием распространилась пусть и не слишком широко, но достаточно, чтобы войти в классические труды по теоретической магии.

Я начертил на доске три параллельных линии, заштриховав область сверху и густо замазав мелом пространство под нижней чертой.

- Схема для наглядности. Сверху – наш мир, первая черта – обычный транс, вторая черта – Чертог пустоты, третья… Гм, видимо, придётся вводить термин Истинный Чертог пустоты. Ну, и всё, что снизу – находится на Той Стороне. Эйла, пожалуйста, истолкуй известные тебе термины теории практической медитации. Вкратце, без излишнего углубления в тему.

- Вкратце вряд ли получится, - слегка усмехнулась Валконен. – Вот по сути, что отличает мага от немага? Точнее – где та самая грань, отличающая тринадцатый ранг, при котором у человека нет ни малейших колдовских способностей, и ранг двенадцатый, где уже проявляется хоть что-то? Пусть даже то, что некогда называли развитой интуицией.

- Не самый сложный вопрос, - пожала плечами Ольга. – Всё дело в магической клетке, то есть в системе энергопроводящих каналов в теле человека. Чем их больше и чем они разветвлённее, тем больше магии может применить чародей. Ну, а на тринадцатом ранге клетка настолько неразвита, что даже основные меридианы никак не связаны. Я бы сравнила это с сетью железных дорог – если у нас есть ветка в одном конце страны и ветка в другом, то особого толка с этого не будет. Нужна плотная разветвлённая сеть.

- Верно, - кивнула Эйла, поправляя пальцем очки. – Соответственно, древнейшие практики концентрировались на поиске и развитии магопроводящих каналов в своём теле. А со временем пришли к тому, что проще делать воображаемую проекцию свой клетки вовне и работать уже так.

- Восточные школы до сих пор работают непосредственно с телом, - вставила Югай.

- Правда, Азия сейчас – полуколония Европы, а самыми успешными государствами являются Корейская империя и Японский сёгунат, которые реформировали армию и магию по западному образцу, - хмыкнул Рейсс. – Ну правда же. Какой вообще смысл в прямом воздействии на меридиальную систему? Это же просто-напросто рискованно – можно случайно повредить себе лицевой нерв или надпочечники, например. Тут много лет надо готовиться и тренироваться, прежде чем можно будет хоть что-то делать. А до тех пор – здравствуй, двенадцатый ранг, здравствуй всерьёз и надолго.

- Всё так, - кивнула Эйла. – Как только была придумана проекционная система, почти все перешли на неё. С ней тот же десятый ранг стало возможным достигнуть в четырнадцать-шестнадцать лет, а не в двадцать с лишним. Но работа с проекцией, в отличие от прямого подхода, требует визуализации, поэтому и появилась практическая медитация.

- Закрываешь глаза, не отвлекаешься на внешние раздражители, представляешь себе в голове все эти линии и точки – удобно, - вставила Хильда.

- Транс – это самое простое, - продолжила Валконен. – Действительно – закрыл глаза, сосредоточился, не отвлекаешься и работаешь, прокачивая магическую энергию по каналам клетки. Чаще и больше прокачиваешь – канал укрепляется, растёт общая ёмкость и проводимость. Главное не переборщить, иначе клетка может «сдвинуться» - сместятся каналы, одни разорвутся, другие соединятся. Такое потом надо очень долго исправлять, если, конечно, вообще получится исправить… Ну, а Чертог пустоты считается продвинутой ментальной практикой, доступной после долгих тренировок. Это вообще полная сенсорная депривация от любых внешних раздражителей – фактически маг на время уходит в воображаемый мир внутри своего разума, где той же прокачкой каналов можно заниматься быстрее и эффективнее. Но при этом этот мир не у каждого свой собственный, а один и тот же у всех, поэтому была выдвинута теория, что это не просто воображение, а именно проникновение на иной слой реальности. Но какие нам известны слои реальности? Наш мир и Та Сторона. Так что появилась теория, что Чертог пустоты – это Пограничье между ними. Однако! За долгие годы исследований и наблюдений, не было получено однозначного результата связи Чертога пустоты и Той Стороны, хотя и принято считать, что он – её преддверие.

- Откуда вообще появилась такая путаница? – спросила Романович. – И почему этим владели только Заклинатели?

- Что я могу сказать? Дела давно минувших дней, - пожал я плечами. – И на первый, и на второй вопрос. Никого же особо не смущает, что даже современным кланам Заклинателей по тысяче с лишним лет, но известно о них немногое? И то немногое, что известно, больше напоминает сборник баек.

- Тем не менее, «Кодекс палачей» считается…

- Опять ты этот бред вспоминаешь? – фыркнула Хильда.

- В семейной библиотеке у нас были только труды признанных европейски классиков, - немного даже обиделась Валконен.

- Оно и видно.

- Дааа… «Кодекс дер Хенкер» - это классика… - мечтательно зажмурилась Вилли. – Любимое юмористическое чтиво. Эйла, ну ты серьёзно, что ли? Давай тогда вспомним, что там написано. Что в кланах Заклинателей не рождаются девочки, а все якобы дочери Винтеров, Саммеров и Спрингов – это похищенные дети, которые поэтому и не владеют фамильным Даром.

Мина состроила милую мордашку и невинно похлопала глазами, обращая внимание на свои красные глаза с вертикальным зрачком.

- Или что в семьях Заклинателей рождается не меньше десятка детей, но большинство гибнут ещё совсем маленькими, - подхватила блондинка. – Тут тебе и Испытание травами, после которого выживает каждый второй, и бесчеловечные тренировки с самого раннего детства, и что наследником становится тот, кто просто-напросто убьёт всех конкурентов из братьев и сестёр.

- Ну, и обычная банальщина, про человеческие жертвоприношения, каннибализм и разнузданные оргии в тесном кругу семьи.

- Ага. «Инцест – дело семейное».

- Эйла, ну вспомни те же средневековые описания Конфедерации, - добавил я. – Ручные медведи, водка из самоваров, могучие клюквенные деревья, впадение в спячку на полгода и прочая чушь. При том, что казалось бы – Русь под боком, езжай и узнавай, как оно на самом деле. Но большинство описателей земель и стран предпочитало писать, не вылезая из какого-нибудь Гамбурга.

- Хорошо, хорошо, больше не буду упоминать Крамера в вашем присутствии.

- Какая милая формулировка, правда? – усмехнулась Югай. – «В вашем присутствии».

- Ладно, к воронам Крамера, - я махнул рукой. – Я продолжу? Общепринятый метод Чертога пустоты хоть и не каждому даётся, но в целом ничем не выделяется – просто больше самоконтроля, больше концентрации, точнее настройки медитации. Но по факту – это не чертог, а так, топтание перед дверью. Причём, топтание неизбежное, потому как и Заклинатели начинают именно с этого – с самого простого, с самого элементарного. Но вот дальше сам ты не сможешь продвинуться, будь ты даже сто раз велик в магии разума – дальше тебя может провести только тот, кто уже был в Истинном Чертоге. И провести только до определённого предела, а не сопровождать всю дорогу.

- В некоторые двери лучше бы, конечно, не входить вовсе, - уронила Анна.

- Ты определённо что-то знаешь о Камделире, - прищурилась Вилли. – Расскажешь?

- А что тут рассказывать? Книжки читала. Например, про Безымянный орден времён династии Тан в Китае. Он сражался на Великой Стене против орд монстров таоте, и описанные способности членов ордена весьма напоминают способности Заклинателей. Хотя это, конечно, нигде и не говорится прямо. Но они были способны убивать или зачаровывать голосом чудовищ, их глаза были красными, а силу они черпали, погружаясь в медитации и путешествуя в Хоосан Чонор – место, что лежит внутри их разума. Однако, там можно было найти как и силу, так и проклятие. Некоторые не возвращались из путешествий внутри своего разума, а некоторые возвращались, но не теми, кем были… А мне по некоторым причинам ну совершенно не нравится любая магия разума. Теперь мои опасения понятны?

- Более чем, - кивнул я. – Но скажу так – всё зависит только от тебя. Захочешь пройти дальше – пройдёшь. Не захочешь – не пройдёшь. Хотя, за временем пребывания вначале придётся в любом случае следить.

- Ну да, ну да, - с иронией произнесла Хильда. – Не дольше трёх Вестников.

- Так-то зря смеёшься, сестрица, - заметила Вилли. – При твоём старом ранге и правда не стоило задерживаться дольше обычного.

- Что за Вестники? – спросила Ольга.

- Сигналы о том, что необходимо возвращаться в реальный мир, - объяснил я. – Принимают вид бабочек, небольших птиц и летающих огоньков – вариантов хватает.

- И почему же бывает необходимо возвращаться в реальный мир?

- Камделире бывает опасным. Как и почти всё при неправильном обращении. Самое частое, что случается – маг остаётся в пустоте дольше нужного и уже не способен вернуться обратно. В реальном мире же его тело превращается в пустую оболочку и вскоре погибает.

- И почему это случается?

- Без понятия, - я пожал плечами. – Те, кто знали – рассказать не смогли.

- Но, получается, в Камделире можно войти вдвоём, как, например, в чужой сон – верно? – спросила Валконен.

- Можно. Это похоже на способности онейромантов, но работает несколько иначе, поэтому в чужие сны мы входить не умеем. Ну, не лучше других обычных волшебников, скажем так. И да, - я обвёл взглядом всех присутствующих. – Предупрежу заранее – и правда может быть опасно. Камделире несёт не столько угрозу, сколько… нечто странное. Там не найдётся тех, кто сожрёт вашу душу, но вы можете встретить нечто…

Мне вспомнился рассказ Райнхарда, который встретил в Камделире себя из будущего.

- Там вы можете встретить нечто, способное повлиять на ваш разум. Так что – не теряйте бдительности.

- Постоянная бдительность! – хором заявили Вилли и Хильда.

Я улыбнулся.

Вообще, мысль подтянуть потенциальных союзников таким вот образом пришла мне совсем недавно.

С одной стороны – да, фамильный секрет фактически разглашаю… С другой стороны – не самый и большой секрет так-то. Да, позволяет быстрее и качественнее развивать клетку, что обычно даёт примерно плюс один ранг при одинаковых начальных условиях и приложенных усилиях…

Впрочем, этого можно достичь и обычными тренировками. Всё-таки преимущества Заклинателей заключается не в одних только тренировках в Камделире – тут и прочие ритуалы, и эликсиры, и родословная в конце-концов. Если стабильно брать в супруги сильных, а не красивых или влиятельных, то и дети обычно получаются сильнее. А спустя множество поколений получится тот самый эффект, почему те же Винтеры в среднем были на пару рангов сильнее других магов.

Секретные семейные знания, ага.

Зато хоть более правдоподобно будет выглядеть, если что. Потому как основной секрет я раскрывать и правда не хотел, а конкретно – оптимизация клетки по методу Пакта из будущего.

На самом деле, ничего сложного… На первый взгляд. Что такое клетка? Совокупность магопроводящих каналов в теле – озвучила Валконен. Что такое развитие клетки и как это осуществляется? Берёшь и прогоняешь по ним магическую энергию сколько сможешь. Раз за разом, снова и снова – как и в любой тренировке.

А один из самых охраняемых секретов Пакта будущего заключался в том, в какой именно последовательности нужно прогонять энергию по каналам.

Просто? Очень. Примерно, как задача о семи мостах Кёнигсберга за авторством великого русского теоретика магии Эйлера. Как пройти по семи мостам, ни разу не проходя по каждому дважды?

А теперь представьте, что узловых точек не семь, а семнадцать. Или семьдесят. И по какому маршруту тут гнать энергию, а?

И да, по сути – это всего лишь математика, ведь всё это можно вычислить.

Так что все старые кланы свято хранят вычисленные формулы оптимального движения магии, ещё и заточенные под конкретную семью. Потому как чем больше поколений насчитывает клан, тем более индивидуальными становятся магические клетки его членов.

Вот и ещё один кирпичик могущества семей, чья история исчисляется сотнями лет – у них есть деньги, у них есть знакомства, у них есть накопленные знания и у них есть методики, как делать своих детей сильнее.

Именно поэтому даже самому гениальному самоучке в первом поколении, родившемуся не в семье магов (а такое нет-нет, но случается), тяжело противостоять отпрыскам старых кланов.

Но что в будущем придумал Пакт?

Сначала он создал баллистические вычислители для управления и корректировки огня артиллерии, в особенности корабельной артиллерии, а затем алеманские учёные сообразили, что эти вычисления можно применить и в магии.

И в моём будущем это случилось довольно скоро – буквально лет через пять, а ещё лет через десять появятся и сверхсекретные аналоговые вычислительные машины – АВМ. Способные не просто быстро и точно складывать, вычитать, умножать и делить, но и решать дифференциальные уравнения.

И примерно тогда же родится так называемая теория графов, которая позволит математически описать оптимальный вариант усиления магической клетки. Любой магической клетки.

Метод проб и ошибок быстро ушёл в прошлое, Пакт легко вербовал новых магов к себе на службу, обещая немыслимое – повышение на два-три ранга.

Вот что было раньше? Точнее, что мы имеем сейчас? К шестнадцати годам норма для детей из старых кланов – десятый ранг. Для тех, кто из совсем уж старых кланов типа Винтеров – девятый. Для остальных норма – одиннадцатый. Девять-десять-одиннадцать. Я вот хотя и родился в древней семье, но из-за ритуала Айнхайт сильно застопорился в развитии. Чтобы переползти с того же десятого на девятый мне понадобилось целых восемь лет – вот и приходилось компенсировать слабость в магии прочими навыками.

Так-то поначалу в ранге растёшь довольно быстро – плюс ранг примерно каждые пять лет. Спустя лет двадцать в норме распределение будет пять-шесть-семь. Поэтому шестой ранг считается армейским стандартом мощности – можно кидаться файерболами, сопоставимыми по мощности с пятидюймовыми фугасами, прикрывать щитом роту и останавливать выпущенную в упор пулемётную очередь.

Дальше – скорость продвижения замедляется, и ранг берётся хорошо если раз в десять лет. Маги в среднем живут лет восемьдесят и больше, к концу жизни достигая первого ранга, если это чародей из старой семьи или самородок. Или просто очень старательный. Архимаги – маги вне категорий – это редкость даже по меркам истории. Достичь ранга вне категорий можно, но маловероятно. Да и вообще, как и в любом деле – если хотя бы иногда не тренироваться, клетка может и сдвинуться или расщепиться, и можно откатиться на ранг назад или навечно упереться в тупик.

Маги из просто старых семей с родословной лет в триста-четыреста чаще упираются во второй ранг, а из молодых кланов – еле-еле доходят до третьего.

И это не говоря уже о том, что у чародеев просто может и не быть стимула расти дальше.

А и правда - зачем?

Ты умудрён опытами, связями и сединами, ты больше не выходишь на поле боя. Это только в находящихся на грани вымирания кланах вроде Винтеров стараются развиваться всегда, до самого конца жизни, потому как каждый член – боевая единица в себе. В более многочисленных или богатых кланах проще выставить наёмников или дружину из младших магов.

И тут появляется Пакт со своими АВМ.

И выясняется, что магом пятого ранга ты можешь стать не на пятом десятке, а лет в тридцать или даже раньше. И на сцену выходит фельдмаршал Гённегау – самый молодой архимаг в истории, способная в одиночку разметать батальон бронеходов или выдержать обстрел из батареи осадных орудий. Это не император Пакта – такую из бронебойной винтовки уже не убить…

А всего-то и требовалось, что вначале как можно более точно перевести схему магической клетки мага в математический вид, а затем заняться вычислениями.

Правда, без механических вычислителей первоначальные формулы можно было бы вычислять до скончания времён… И это сейчас была не гипербола ни разу – мне показывали выкладки, что если пытаться считать вручную, то на это может уйти не один миллиард лет. НЕ ОДИН МИЛЛИАРД.

И чем дальше, тем выше становилась эффективность. По сути, я вот сейчас пользовался самыми лучшими наработками, что только были изобретены тридцать лет спустя – поэтому за неполные полгода получилось вытянуть сестёр на формальный восьмой ранг и неформальный седьмой. А самому выйти практически на неформальный шестой – всё-таки, можно сказать, своя клетка ближе к телу. Уж сколько я над ней корпел, анализировал и высчитывал – отсюда и такой впечатляющий прогресс. С дядей и сёстрами всё-таки такого эффекта не добиться – и клетки всё-таки немного другие, и не такой уж я мастер вычислений, на самом деле… Особенно без АВМ.

Да и дальше, конечно, так быстро идти уже не получится, но, в принципе, мне больше пока что и не нужно. Шестой ранг силы плюс все мои навыки, знания и опыт – вполне достаточно для жизни, учёбы и даже немного войны...

Ну, если не ввязываться в разные сомнительные авантюры, кончено.

Например – в открытие зиккурата Древних? Например – в открытие зиккурата Древних…

Но и на самотёк пускать это дело тоже нельзя. А эта банда бешеных авантюристок (Рейсс всё-таки внушает немного доверия) того гляди сама полезет искать древние сокровища… Даже не из жадности, а, так сказать, чисто из принципа.

Почему вы обчистили схрон Предтеч, с запечатанным внутри Герцогом Той Стороны? Ну, разумеется, потому что просто могли это провернуть…

Благо что время на подготовку есть. Я, как и сказал, уведомил князя Долгорукого и отца Марка, получил предварительные ответы…

Вполне ожидаемые, нужно сказать.

Князь выражал беспокойство и озабоченность, но так – не особо искренне, не от всей души. И сообщил, что немедля начнёт набирать команду для начала раскопок. Ну и что причитающуюся ему долю намеревается обсудить при личной встрече…

Отец Марк же отругал за безрассудность, но и похвалил, что я не забыл сразу же сообщить Конгрегации – священник даже завуалированно поблагодарил. Всё-таки мегалит Древних – штука более понятная и приходится, так сказать, прямо по профилю службы. В отличие от розыска серийного убийцы на городских улицах…

Что ж. Теперь остаётся только ждать.

Ну и памятуя, что идёт лишь второй месяц нашего обучения в Московской Академии магии и высокого волшебства, надеюсь, что больше ничего непредвиденного не случится…

Очень уж хочется хотя бы небольшой передышки.

Глава 12

- Итак, ещё раз повторю… Анна, не закатывай так глаза – сама же больше всех волнуешься.

- И вовсе я не волнуюсь… - проворчала Югай.

- Да-да-да, разумеется, - покивал я и продолжил. – Итак. Я бы, конечно, предпочёл оборудовать полноценную камеру сенсорной депривации, но, полагаю, она бы выглядела слишком подозрительно… Так что обойдёмся классикой – повязка на глаза и фонограф с звукоподавляющей записью. Позже, когда натренируетесь, то сможете входить в Камделире точно так же, как и в обычный транс. И да – насколько знаю, в первый свой визит вы можете столкнуться с картинами из своего прошлого… Так что, если кто-то не хочет, чтобы я о чём-то мог рассказать – могу предложить заключить Магическую клятву. Ещё – держите визуализацию, представляйте себя, не давайте терять себе форму – вы должны осознавать, что вошли человеком. Вопросы?

- Это больно? – опасливо поинтересовалась Эльмира.

- Нам даже за руки держаться не нужно, - успокоил я девушку.

- Это Райнхард тебя научил? – слегка завистливо спросила Вилли. – Охотничьи Дневники, да? Я тоже хочу прочитать!

- Прочитаешь со временем, не переживай.

И нет, на самом деле Райнхард меня этому не учил – ни сейчас, ни в будущем. Когда война докатилась до Печоры, я обыскал наш дом, попутно прихлопнув ковен из мелких хостов, и нашёл тайник с Ягдбухами. Где в числе прочего было описано и как следует вводить младших членов клана в Камделире. Тогда же я понял, почему этой техникой смогли поделиться лишь в очень урезанном варианте – требовалась хорошая синхронизация между ведущим и ведомым. А достичь этого можно было либо при схожести структуры клетки, что бывает у кровных родственников, либо путём долгих и сложных вычислений.

Благо, что сейчас это упростилось до просто значительного объёма вычислений, но времени я всё равно убил прилично – требовалось оцифровать и обсчитать параметры клетки каждого из товарищей. Клетки Ольги, Эйлы и Генриха пришлось обсчитывать по два дня, клетку Анны – три, клетку Эльмиры – пять. Собственно, с того момента, когда они согласились, я всё свободное время занимался расчётами.

И ладно Югай – с ней-то всё изначально было понятно, у неё же чуть ли не вдвое больше каналов, как и у любого из оборотней. Есть теория, что это отражение двойственной натуры кумихо и им подобным, но никаких преимуществ им это не даёт, скорее даже наоборот – оборотни предпочитают развиваться в плане физической силы, потому как магически им куда сложнее улучшать клетку. Знаю, в Пакте в будущем пытались вывести из оборотней ультимативные боевые единицы, но там задача оказалась не по зубам даже вычислительным машинам.

А вот Юсупова удивила – я, признаться, такого даже не ожидал. Чрезвычайно сложная структура клетки, совершенно нетипичная – я с таким просто никогда не сталкивался. Стало понятно, почему она так неровно сильна и почему дома её уже приняли в дружину – потенциал у неё просто бешеный. Я, конечно, всё-таки не специалист, но складывалось впечатление, что передо мной та, кто способна в будущем стать архимагом…

- Итак. Кто первый?

- Я! - моментально вызвалась Ольга.

Устроились на застеленном ковром уголке в пустующем классе, Хильда завязала глаза принцессе плотной повязкой, Мина приготовила фонограф.

- Начинаешь, как обычный транс, - повторил я. – Сосредотачиваешься на дыхании – как воздух входит через нос, проходит внутри и достигает лёгких. И то же самое на выдохе.

- Я помню, Конрад, - слегка кивнула Романович.

- Хорошо. Вилли, начинай.

Вообще, я тоже волновался, потому что сам никого в Камделире раньше не вводил… Так уж вышло, да.

Впрочем, пока что всё шло как надо.

Как только уши заложило глухой тишиной, и я закрыл глаза, сосредотачиваясь на собственном дыхании, то вскоре оказался посреди затянутой серым туманом бескрайней равнине. Спустя мгновение рядом появилась и Ольга.

Одеты мы сейчас были точно так же, как и в реальности – в школьную форму. Преддверие Чертога пустоты – не то место, где внешний облик вошедшего может измениться. Скучное спокойное место – можно назвать его Асфоделевым лугом, если вспомнить греческие мифы…

- Готова? – я посмотрел на Романович.

- Да.

Я взмахнул рукой и перед нами повисли огромные чёрные врата, отливающие металлом и украшенные костями, черепами и цепями. И нет, это не у меня такой дурной вкус и позывы к дешёвым театральным эффектам – если я верно помню записи в Охотничьих дневниках, их всегда описывали именно так. Может, дело в том, что когда-то один из первых Винтеров описал их именно так, а остальные подсознательно вспоминают, когда видят в первый раз…

Ольга, кстати, их не видела, как не видел их и я, когда шесть лет назад Райнхард впервые провёл меня в Камделире…

Ещё один жест. Цепи лязгнули, и створки с металлическим скрежетом раскрылись, открывая проход в абсолютную черноту.

Я взял принцессу за руку, и мы шагнули внутрь.

- Безродная девка!..

Перед глазами пронеслось видение женщины в роскошном платье. Красивой, но с искажённым злостью лицом.

- Ты что думала, дрянь – если твой отец не выгнал тебя с порога, то и правда станешь принцессой? Не забывайся! Ты можешь остаться, но только если будешь знать и помнить, где твоё место.

Вспышка, и всё вокруг заволокло серым туманом.

- Прежде чем меня привезли в Галич, я почти два месяца провела на улице, - спокойно произнесла Ольга. – Воровала, пряталась от полиции, дралась с беспризорниками… Когда меня нашли и сказали, что меня отвезут во дворец к отцу – я даже… нет, не обрадовалась. Скорее, просто успокоилась. Что всё наконец-то кончится… Но нет. Тогда всё только началось. Уж больно меня мачеха невзлюбила.

Новое видение.

Небольшой полутёмный номер недорогого постоялого двора. За окном видны вспышки, выстрелы и крики людей – на улице идёт бой.

Я вижу всё от лица Ольги – как она выглядывает в окно, а затем быстро подпирает стулом входную дверь и лезет по нему на проходящую над порогом полку, задёрнутую шторкой. Крепко сжала в руке небольшой нож и затихла.

В дверь сильно ударило, но спинка стула была хорошо зафиксирована под дверной ручкой.

Впрочем, в следующий момент и стул, и ручку, и дверь целиком разнесло в щепки мощным магическим ударом.

- Оля! Оля! Где ты?!

В комнату ворвалась высокая женщина в военной форме и собранными в хвост красными волосами. В руках у неё были воздушный щит и копьё – прямо как у принцессы.

Девочка уже было хотела спрыгнуть вниз, но что-то её остановило.

Следом в комнату вошёл мужчина в военной форме.

- Кирилл, ты видел мою дочь? Ты видел её?! Нужно уходить! Срочно!

Громыхнул выстрел.

Женщина пошатнулась, но тут же рванула вперёд, превращая воздушное копьё в меч.

Её враг заблокировал удар коротким клинком, сплетённым из молний, а второй рукой нанёс прямой удар в грудь, отшвырнув женщину прочь.

Ольгу отпустило оцепенение, и она с визгом выскочила из своего укрытия, бросившись на спину врага, будто дикая рысь.

Несколько раз ударила мужчину в шею, явно задев артерию, а затем вогнала нож ему в глаз. К сожалению - не насмерть.

Враг с рёвом стащил с себя девочку, но в тот же момент отлетел назад. Воздушное копьё пробило ему живот и пришпилило к стене, но маг всё ещё жив. Мать Ольги с рычанием приподнялась с пола, одной рукой зажимая рану на груди, а другой держа заклинание.

Девочка заметила обронённый мужчиной револьвер – тяжёлый, с коротким и толстым стволом. Ольга схватила его, двумя руками с усилием взвела курок, и нацелила револьвер прямо в лицо врагу…

Видение погасло.

- Тогда я впервые убила человека, - ровным голосом произнесла Романович. – Это было… несложно.

- Сколько тебе было?

- Двенадцать.

- Винтеров в этом возрасте в первый раз отправляют на самостоятельную охоту. Нам нужно убить любого, пусть даже самого слабого, но всё-таки монстра, а не человека… Человека я впервые убил спустя год.

- Я не считаю этого выродка человеком, - сверкнула глазами Ольга. – Никогда не считала. Никого из тех, кто перебил отряд моей матери и убил её саму.

- Ты смогла это перенести, хотя и была ребёнком, - я не спрашивал, а лишь озвучивал очевидное.

- Всё-таки я была не просто ребёнком, а дочерью наёмницы, - пожала плечами принцесса. – Хотя, как выяснилось позже – мои боевые навыки и умение выживать компенсировались излишней наивностью…

- Но ты от неё избавилась?

- Надеюсь, - улыбнулась Романович. – И вы мне в этом помогли.

- Ты знаешь, кто тогда напал на отряд твоей матери?

- Догадываюсь.

- И что будешь делать?

- То же, что и со своей наивностью, - в глазах Ольги на мгновение мелькнула тень Кровавой Леди. – ИЗБАВЛЮСЬ.

…Шаги эхом разнеслись в тёмном пространстве без конца и края, на полу которого была тонкая плёнка то ли воды, то ли ферромагической жидкости.

- Ты прошла, - сказал я. – Добро пожаловать в Истинный Чертог пустоты.

- А ты… выглядишь иначе, - заметила принцесса.

А, зараза, опять концентрация сбилась… И поэтому в отличие от Ольги, меня частично перекорёжило в облик из будущего – школьная форма превратилась в военную, одна рука превратилась в протез, ну и лицо вероятно прибавило несколько лет…

- Камделире, - деланно равнодушно пожал я плечами. - Здесь бывает всякое. Займёшься клеткой?

- Ну да, попробую, - Романович улыбнулась. – Не зря же я сюда рвалась.

- Хорошо. Как только начнёшь, я выйду и тогда попробую провести следующего.

Принцесса сделала несколько классических жестов, и перед ней зависло, похожее на замысловатый кристалл, скопище точек и соединяющих их линий.

Я кивнул и начал про себя считать до десяти, чтобы выйти из Камделире.

На счёт «девять» образ шестнадцатилетней Ольги на мгновение расплылся, и передо мной мелькнула одетая в чёрно-серебристый мундир Кровавая Леди. Она улыбнулась мне и приветливо махнула рукой - обычной, человеческой рукой.

В следующий момент я открыл глаза в реальном мире, прежде чем успел сообразить – мне это померещилось или нет.

Романович сидела передо мной, ровно и медленно дыша – явный признак, что всё идёт как надо.

- Ну?! – Хильда явно сгорала от нетерпения.

- Всё отлично, - успокоил я её. – Думаю, смогу попробовать провести ещё одного.

- Ну, тогда давай я рискну, - произнесла Югай.

Всё повторилось, как и в прошлый раз – без сучка, без задоринки.

Я снова стою перед чёрными воротами с цепями, костями и черепами.

- Готова? – спросил я Анну.

- А если я отвечу, что не готова? – с иронией отозвалась кумихо. – Давай, веди уже…

Короткий жест рукой, цепи лязгнули, и створки с металлическим скрежетом раскрылись, открывая проход в абсолютную черноту.

Я взял Анну за руку, и мы вошли внутрь…

… Шаги эхом разнеслись в тёмном пространстве без конца и края, на полу которого была тонкая плёнка то ли воды, то ли ферромагической жидкости.

Неужели всё прошло идеально? Без видений, без прочих странностей?

Настолько идеально, что подобные случаи ни разу не были описаны в Охотничьих Дневниках?..

А, нет. Всё нормально.

Впереди проглядывала смутная туша, колоссальных размеров – её можно было бы спутать с холмом, если бы не глухое хриплое дыхание.

Из тьмы выдвинулась огромная лапа – как будто портовый кран. Четыре кривых зазубренных когтя, величиной с двуручный меч, натолкнулись на соткавшиеся из ничего голубоватые прутья магической клетки.

Анна сглотнула и сделала шаг назад.

Монстр замер, а затем в темноте начали вспыхивать полыхающие жёлтым огнём глаза. Один, два, три… Множество.

- Я нужен тебе, Анна, - глухо пророкотало впереди. – Я нужен тебе. Впусти меня. Прими мою силу. Впусти меня. Прими мою силу.

- Пошёл в задницу, - нервно огрызнулась Югай.

- ВПУСТИ МЕНЯ. ПРИМИ МОЮ СИЛУ.

- Сгинь, - прошептала кумихо. – Сгинь. Сгинь! СГИНЬ!

Анна сделала несколько молниеносных жестов, выставляя в воздухе огромную и чрезвычайно сложную защитную печать, которая затем исчезла в ослепительной вспышке.

В следующий момент посреди Чертога пустоты остались лишь мы двое.

- Ушёл… - тяжело выдохнула Югай. – На какое-то время.

- Ты не просто кумихо, - произнёс я. – Ты – Гамок, Тюрьма.

- Не самый большой секрет, - криво усмехнулась Анна. – Я даже Магической клятвы с тебя не стану требовать – всё равно либо никто не знает, что это означает, либо знает, но не поверит.

Ну да, верно. Если я скажу, что Югай не просто магический оборотень, а живая тюрьма для почти сказочной сущности – мне действительно вряд ли кто-то поверит.

- Поэтому ты не хотела сюда входить?

- Угу.

- Опасалась, что он может вырваться.

- Угу.

- Не вырвется, если не захочешь.

- Да откуда тебе…

- Да уж знаю, - усмехнулся я. – Откуда – не скажу.

- Тайны, тайны, тайны, - криво улыбнулась кумихо. – А мне это нравится, знаешь ли.

А вот мне как-то не очень…

Потому что, кажется, теперь я понимаю, откуда в будущем Когурё взялось абсолютное оружие, позволившее им сдержать Пакт – Кверён Кающаяся… Не победить – всего лишь сдержать. И то, возможно, лишь на время, пока Гённегау не придумала способ справиться с самым настоящим драконом.

- Останешься и попробуешь поработать? – спросил я Югай.

- А что ещё делать? – пожала плечами девушка. – Раз уж у меня всё получилось, то попробую…

- А как же…

- Тень? – кумихо усмехнулась. – Я с детства с ней вместе и ничего, ещё жива. Хотя, конечно, в таком виде… я столкнулась с ней впервые. Немного даже занервничала.

- То есть испугалась, - хмыкнул я. – Не думал, что ты чего-то боишься… Вернее, способна признаться, что боишься.

- А я и не признавала вообще-то, - парировала Югай. – С другой стороны, истинная смелость – это знать свои страхи и быть сильнее их.

- Тогда – начинай. Я посмотрю, что всё нормально, и выйду.

- Хорошо, о контролирующий предводитель, - иронично склонила голову Анна и развернула в воздухе свою схему.

Я немного подождал, пока она не приступит к работе, последил за окружающим не-пространством и не-временем, и начал выходить.

- Всё нормально, - сказал я, вернувшись в реальный мир. – Дайте мне чего-нибудь попить, и я готов вести следующего.

Вилли заботливо налила мне воды из графина, я сделал пару глотков и приготовился вести в Камделире Эйлу.

Пока что всё шло… без особых происшествий. Ну, по большому счёту. Яркие воспоминания из прошлого и такие вот нюансы, как с Югай – это нормально.

Я снова стою перед чёрными воротами с цепями, костями и черепами.

- Готова? – спросил я Валконен.

- Да, - сосредоточено кивнула Эйла.

Короткий жест рукой, цепи лязгнули, и створки с металлическим скрежетом раскрылись, открывая проход в абсолютную черноту.

Я взял девушку за руку, и мы вошли внутрь…

…Эйла стояла у окна второго этажа усадьбы и смотрела, как прочь уезжает кавалькада всадников. На дворе была зима – довольно снежная, даже в Белом Союзе такие бывают время от времени.

Неожиданно налетевший порыв ветра сорвал с одного из всадников отороченный мехом капюшон, открывая его лицо.

Это оказалась красивая девушка лет двадцати, с заплетёнными в косу белыми волосами и ярко-синими глазами, очень похожая на Эйлу.

… Шаги эхом разнеслись в тёмном пространстве без конца и края, на полу которого была тонкая плёнка то ли воды, то ли ферромагической жидкости.

- Захочешь – расскажешь, расспрашивать не стану, - пожал я плечами.

- Это моя старшая сестра, - вздохнула Эйла. – Эстери Валконен. На следующий год она выйдет замуж и станет женой главы Слуцкого кантона.

- Это важное воспоминание, раз оно всплыло сейчас... Ты, наверное, за неё волнуешься?

- Нет, - покачала головой девушка. – Просто я должна предотвратить этот брак. Любыми способами, любой ценой. Но это всё, что я могу сказать. Пока – всё.

- Ладно уж, храни свои секреты, - усмехнулся я. – А пока - попробуй вызвать клетку и поработать.

- Хорошо, - кивнула Эйла, привычно поправляя пальцем очки.

Я открыл глаза в реальном мире.

В ушах слегка звенело, да и чувствовал я себя будто пробежал пару вёрст – вообще некритично, но начинает утомлять. Зато становился примерно понятен собственный потенциал – сколько я могу за один подход провести народа в Камделире. Получалось, ну человек пять, в принципе – вряд ли больше осилю. Возможно, если отдохнуть, то теоретически смогу провести ещё сколько-то человек. А возможно – я исчерпал лимит на весь день или ближайшие дни. Надо будет, кстати, проверить, как у меня получится входить в Камделире… И записать свои наблюдения. Кажется, такого из Винтеров раньше никто не делал, так что не помешает сделать записи на будущее…

- Неважно выглядишь, - сказала Хильда. – Может, хватит на сегодня?

- Да, я вполне могу и подождать, - кивнул Генрих.

- Я в порядке, - я покачал головой. – А ты, Рейсс – не отлынивай и тащи сюда свою тощую саксонскую задницу.

И вот я снова стою перед чёрными воротами с цепями, костями и черепами…

- Пожалуй, я всё-таки должен попросить с тебя клятву молчания, - слегка извиняющимся тоном произнёс Генрих. – Возможно, ты увидишь нечто…

- Страшное? – я усмехнулся. - Постыдное? Подсудное?

- Подпадающее под статью о тайне государственного масштаба, - слегка улыбнулся Рейсс.

- Не возражаю. Озвучивай формулировку. Я, если что, подправлю.

Да, Магическую клятву можно было принести и в состоянии транса: магии всё равно, где воздействовать - в реальном мире или в воображаемом, на то она и магия.

Правда, подобные клятвы считались в целом неэффективными и даже опасными, хотя на первый взгляд и выглядели заманчиво.

Казалось бы – возьми, например, клятву с вассала, и он никогда тебя не предаст. Но очень уж всё было сложно с формулировками и нередки были случаи, когда клятвы нарушались или просто обходились даже совершенно случайно. А уж если этих клятв куча, то почти гарантированно случалась какая-нибудь… неприятность. Из-за противоречащих друг другу обязательств, например. Поклялся не восставать, скажем, а сюзерен против тебя же войну и развязал, и как тут быть? Так что последние столетия клятвы предпочитали приносить письменно и магией при этом не кляться, а прописывать штрафные санкции.

Однако в данном случае я посчитал уместным предложить такую клятву. Ну так, чисто в знак доверия. Тем более, что в случае чего я сам мог бы подправить формулировку.

- Клянешься ли ты не разглашать увиденное, кроме случаев, когда я сам этого попрошу или мне будет нужна помощь? – произнёс Генрих, протягивая мне руку, которую будто змейки обвивали светящиеся линии.

Хорошая формулировка. Ничего страшного, оставляет свободу действия. Составлена с умом.

- Клянусь, - сказал я и пожал протянутую руку. Светящиеся змейки немедленно втянулись в кожу, на пару секунд высветив своеобразный узор, а затем погаснув. – И это всё?

- Всё. Уж извини, просто не моя тайна, - снова извинился Генрих. – Так-то я ничего против тебя не имею.

- Доверяешь, значит? – усмехнулся я.

- Доверяю, - серьёзно кивнул саксонец, а затем улыбнулся. – Иначе, что я за наследник, если не умею разбираться в людях? Ты – хитрый и скрытный, но честный. Этого мне вполне достаточно.

Я вызвал Чёрные врата, открыл их, и мы с Генрихом шагнули внутрь.

- Предупрежу всего лишь раз, - стоящий около окна высокий мужчина в серебристой кирасе и тяжёлом драгунском шлеме с пышным хвостом, повернулся к Рейссу. – Трон – не твой, ты лишь замена Вильгельму, случись что. Если же всё пройдёт нормально, то ты проживёшь всю свою жизнь в тени, даже не помышляя о большем. Ты будешь жить в одной из наших вассальных семей, приняв её имя и фамилию. Прилежно учиться, быть верным стране, быть надёжной опорой своему брату. Ты всё понял, Генрих Хоэнцоллерн?

- Да, отец, - склонил голову саксонец.

… Шаги эхом разнеслись в тёмном пространстве без конца и края, на полу которого была тонкая плёнка то ли воды, то ли ферромагической жидкости.

- Традиция правящей семьи Пакта вот уже две сотни лет, - сказал я. – Являясь наследниками и клана Виндзоров, и клана Хоэнцоллернов, Виндзоры поддерживают обе линии. Если прервётся основная, то в игру всегда может вступить запасная. Абсолютно законная. И это не так уж и сложно, учитывая Дар Хоэнцоллернов – Немо, мощнейший отвод глаз.

- Ты знал, - с улыбкой кивнул Генрих. – С самого начала знал.

- Что ты запасной наследник Железного Пакта? Разумеется.

- А ты ещё спрашивал, почему я тебе доверяю. Ты очень многое знаешь… и очень далеко пойдёшь. И при этом ты весьма честен и благороден. Кто же откажется иметь на своей стороне такого человека?

- Император Фридрих Фердинанд попил немало крови Винтерам, но формально так и не отозвал титул маркграфов Шварцвальда, - усмехнулся я. – Вдруг когда-нибудь подвернётся шанс вернуть наши исконные земли? А имея в товарищах забытого принца это сделать куда проще.

- Прагматичность, - улыбнулся Генрих. – Мне это нравится.

- Тогда – разбирайся с клеткой, а я пошёл обратно – надо ещё Эльмиру сюда провести.

Я снова открыл глаза в реальном мире. В который раз уже за сегодня. Но на этот раз отчётливо чувствуя – в ближайшее время в Камделире я не ходок. Вымотался.

Юсупова меня уже ждала, устроившись на полу с завязанными глазами.

- Я готова, - сказала Эльмира.

- Тогда – погнали.

И вновь я оказываюсь посреди Асфоделева луга. Но в этот раз было что-то явно не то…

Облик Эльмиры изменился.

Вместо маленькой нескладной девчушки не от мира сего передо мной стояла высокая и стройная девушка. Тускло-светлые волосы обернулись роскошной золотой гривой, а бледная кожа стала снежной белизны. Старомодное вычурное платье превратилось в утончённый и замысловатый наряд, ниспадающий до земли.

- Неожиданно, - прокомментировал я подобное преображение.

- Как-то так, - с улыбкой произнесла Эльмира певучим мелодичным голосом. – И да, мне придётся взять с тебя клятву, Конрад Винтер.

- Что ж, твоя воля.

- Поклянись, что забудешь о том, что увидишь и узнаешь, до тех пор, пока я сама не освобожу тебя от клятвы или мне будет нужна помощь, – почти слово в слово повторила девушка формулировку Генриха, протягивая мне руку, которую будто змейки обвивали светящиеся линии...

Но за небольшим нюансом, конечно. Что в корне меняло дело. Хотя – терпимо всё-таки…

- Клянусь, - немного подумав, сказал я и пожал протянутую руку. Светящиеся змейки немедленно втянулись в кожу, на пару секунд высветив своеобразный узор, а затем погаснув.

А затем я вызвал Чёрные врата, и мы шагнули внутрь.