Опричник-4. Канцелярия Государственной Безопасности

Глава 1

Суть возгласа до меня дошла не сразу, примерно через пару секунд. Из-за этого я не успел оперативно кинуть экстренный якорь и пролетел несколько метров вперед хорошо, корабль уже шел на снижение, и возвращаться пришлось не долго. От неожиданности я пролетел пару десятков метров вперед, прежде чем сообразил затормозить, развернуться и подойти к говорящей голове на пике. Я знал только одного человека, голова которого способна разговаривать всегда и везде, даже если ее отследить от тела.

Но это оказался не Бес. Понял, когда подошел на максимально близкое расстояние к парящей пике с разлагающейся плотью. Зрелище оказалось тем еще. По всей видимости, часть тела неизвестного, который меня окликнул, висела под Навьим солнцем давненько и уже успела потерять изначальный вид. Один глаз у трупа отсутствовал напрочь, второй выкатился и болтался на глазном нерве в районе рта. Ну, рот это громко сказано, впору строение костей изучать по этой дырке в черепе. По структуре черепа было понятно, что голова принадлежит он кому-угодно, только не человеку в привычном понимании этого слова.

— Ты кто? — полюбовавшись останками, поинтересовался я. — И откуда меня знаешь?

— Я Йорик, следящий, — с готовностью ответила мёртвая голова. — На посылках был у Беса.

— А здесь за что? — полюбопытствовал я.

— Если обходиться с каждым по заслугам, кто уйдёт без порки? — философски заметила голова.

Честно говоря, я малость подзавис: мертвая часть тела, цитирующая Шекспира, мягко скажем, удивительное зрелище.

-А если поточнее?

— Спалили меня, волки позорные. Взяли с поличным, когда для Кровавой госпожи информацию добывал. Вот, теперь тут служу боссу, -с готовностью ответила голова.

— А босс у тебя кто? — уточнил я.

— Бес, — радостно оскалился череп.

— Здесь ты тоже служишь? — продолжил допытываться.

— Ага, — радостно закивала гниющая плоть. Точнее, попыталась, но сидя на пике кивать отрубленной головой без шеи сложновато.

— Твои задачи, служивый? — сдерживая нетерпение, уточнил у трупа.

— Так большого босса ждать! Таки я дождался, первым увидел! Фондюй мне проспорил двадцать золотых! — радостно завопил обрубок.

— А кто у нас большой босс, — поинтересовался я, догадываясь впрочем, что услышу в ответ.

— Великий и ужасный Свар! Опричник, отец родной, гениальный Оружейник, лучший из лучших непревзойденный убийца монстров…

— Хватит! — рявкнул я, останавливая радостно вопящую голову. Ну, Бес, ну погоди.

— Главный босс, ты не переживай, про тебя у нас все знают.

— Твою ж… — выругался я. — Все — это кто?

— Так ёкаи, — радостно оскалился череп.

— Кто такие?

— Так ёкаи, банда мы безголовых.

Час от часу нелегче.

— Бес у вас кто?

— Так младший босс, — радостно продолжала докладывать голова.

— Чей?

— Так наш же. Босс Бес –нас всех под свою руку собрал. Раньше мы что?

— Что? — терпеливо повторил я.

— Раньше мы друг с другом грызлись, а теперь что?

— Что?

— Теперь босс Бес нас под свою руку собрал, примирил, назначил старших. Теперь мы сила! — довольным тоном закончила башка, не в меру болтливая.

— Замечательно. Бес, стало быть, ваш начальник.

— Ага, младший босс.

— Есть еще старший?

— Ага, великий и ужасный…

— Молчать! — рявкнул я. — То есть Бес ваш младший босс, а я — ваш старший босс.

Ага, — тушка снова попыталась покивать.

— И кто назначил меня главным боссом? — уточнил я, совершенно точно зная ответ

— Младший босс!

— Понятно, — я задумался, пытаясь сообразить что делать дальше.

По всему выходит, мои отморозки неплохо тут устроились. Остается только посочувствовать Йоми-полису и порадоваться, что город все еще стоит на навьей земле. Я бы не удивился, увидев вместо городских башен развалины.

— Кто еще в команде кроме Беса и Кровавой графини, — поинтересовался я. Кто такая Кровавая графиня даже уточнять не стал и так все ясно.

— А не знаю, — счастливо улыбаясь, ответила черепушка. — На последней пересменке все были в штабе. Почти живые.

— Почти? — я нахмурился, прикидывая, куда лететь впервую очередь.

— Ага, Кровавая графиня еще в самом начале заскучала и ушла расслабляться на арену. Я, когда целым был, пару раз попадал на схватки с ее участием. Вот это женщина, большой босс, шеф! Смертельный ураган, разящий клинок, ядовитое жало, ужас, летящий на крыльях ночи! — с придыханием восторгалась голова, награждая Ло эпитетами. — Ходят слухи, — тут черепушка понизила голос, а единственный глаз, болтающийся на ниточке, тревожно завертелся. — Ходят слухи, что сидящий на троне из черепов восхищен и намерен сделать ей предложение.

— Это кто еще такой? — процедил я.

«Млин… — подумал я. — Колокольчик и романтические отношения с неизвестным, восседающем на троне из костей, это плохо укладывается в мою картину мира. И чревато последствиями».

— Так это самый большой босс, над всеми боссами босс.

Ну, это мы еще посмотрим.

— С графиней все ясно, — остановил я собеседника, который по традиции кинулся перечислять все прилагательные в восхитительной степени. — О ком еще знаешь?

— Додомеки…

— Кто? — не понял я.

— Стоглазый демон, — с готовностью пояснили останки тела. Сообразив, что что я все равно не могу понять, о ком идет речь, голова уточнила. — Одержимый ученый.

— Коржик что ли? — изумился я. — Почему стоглазый, да еще и демон?

— Ага, додомеки, Одержимый ученый, стоглазый демон, — подтвердил череп. — Он все знает, все видит, все умеет. У него даже на затылке глаза, — доверительно понизив голос, пояснила башка. — Он даже когда спит, все видит!

— … Дальше, — велел я.

— Одержимый ученый столкнулся со вспышкой некровируса и в поисках источника болезни залез в подземную лабораторию профессора Штейна. Это местный сумасшедший ученый потемнее доктора Менгеле, — пояснил череп, не дожидаясь вопроса.

— Мля… — вырвалось у меня.

— Ага. А недавно оттуда вырвался огромный монстр-мутант… — счастливо улыбаясь остатками губ, продолжила голова.

— …лять… лять… — мне резко захотелось выпить. — И что с монстром? Уничтожили?

— Пожалели, — доверительно сообщила головешка.

— Вот сейчас действительно не понял, — опешил я.

— Так плакал несчастный, клялся служить кому угодно, безвозмездно. Лишь бы не возвращаться…

Черепок помолчал и добавил:

— Демон и бесплатно — вещи несовместимые… Это я тебе точно говорю, большой босс. Видел бы ты, как он рыдал! Все волосы на груди вырвал. Жаль, до головы не дошел, — с легкой грустью закончил собеседник.

— Все? — уточнил я.

— Ага, — радостно оскалился череп.

Но не успел я перевести дух, как обрубок продолжил.

— Нет!

— Что еще?

— Ага, следом за монстром вырвалась огромная стая демонов

— И?

— Утащили обратно, -часть трупа довольно расхохоталась.

— Мля… — витиевато выругался я вслух, про себя подумал: «Коржик, ты совсем уже с катушек съехал?»

— Что еще?

— Умибодзу, — обрадовал меня труп.

— Что?

— Теневой демон уничтожил Умибодзу. Теперь он новый бог морских людей, — пояснил череп.

— Теневой демон — это Призрак, он же Тони?

— Ага, — вытекший глаз отчаянно заморгал двумя оставшимися ресницами.

— Боюсь даже спрашивать про Бермонта.

— Не бойся, большой босс, шеф, — утешила меня голова. — Оникума потерялся в Улье.

— Кто?

— Оникума — медведь-демон.

— Оборотень, — машинально исправил я.

— Ага. Я же говорю, оникума — медведь-демон, — покладисто согласился Йорик.

Так. Стоп. В смысле оборотень? Бермонт что, освоил звериную форму.

— Уверен, что Бермонт оборотень.

— Ага, — глаз Йорика прямо-таки засиял от восторга. — Здоровенный, а когти — во! — башка попыталась показать размер когтей Бермонта, но у нее, понятное дело, ничего не вышло.

— Где?

— Что где? — не врубилась головешка.

— Где потерялся Бермонт.

— А, ага. Так это… в Улье.

— Что за улей?

— Так это, колония пчел. От них еще никто живым не уходил.

— Не понял, Бермонт что, погиб?

— Ага. Нет, большой босс, шеф. Медведь пчел охраняет от других монстров. Они это… пчелкам спокойно нестись не дают.

— Несутся же куры, — опешил я.

— Ага. Нет. Так то у вас в Яви. А у нас пчелы. Медом, — зачем-то уточнила голова.

Вот нафига, спрашивается, я уточнял. Перед глазами ярко встала картинка несущихся пчел. Мед в виде яиц лез из пчелиных пушистых задниц. Твою ж… как мне теперь это развидеть?

— А девушка? Молодая, красивая, с ней что? — не представляя, что услышу в ответ, поинтересовался я. — У нее еще фамилиар такой… зверек пушистый…

— Ага, Чудовище, — радостно оскалился Йорик.

— Кто? Гринпис?

— Ага. Нет. Песец который. Ну, этот, фамильяр.

— Так он не песец, он росомаха, — не въехал я в тему.

— Ага. Росомаха. Только песец настал всем от этой росомахи, — башка хихикнула. — Рассказать?

— Валяй, — хотелось побиться головой о мачту. Что могли натворить Гринпис с Моргом, не хотелось даже представлять.

— Ага. Вот. Красавица и Чудовище — отжали особняк.

— Чей?

— Так это… особняк префекта.

— За каким демоном? — не выдержал я.

— Ага, да не волнуйся ты так, большой босс, шеф. Фигня делов. С Красавицей все в порядке. А префект сам нарвался.

— Каким образом?

— Так это… хотел сделать младшей женой.

— Кого, Гринпис? — я медленно офигевал от полученной информации.

— Ага.

— Взял?

— Фиг ему! — радостно завопила голова.

— Отказала?

— Ага. Нет! Особняк отжала, говорю же.

— Нафига? — я перешел на более понятный для Йорика язык.

— Так не понял с первого раза, — в голосе Йорика послышалось недоумение: мол, чего тут непонятного

— Угу. Дальше.

— Ага. Вот. Так вот. Красавица и Чудовище теперь в особняке. Забаррикадировались и отбиваются от женихов. Все хотят в клан менталиста. Предлагают руку, сердце и должность, кто жены, кто наложницы, кто любовницы, кто слуги.

— Все?

— Ага. Нет!

— Добивай уже, — махнул я рукой.

— Ага. Красавица — умница. Она такое шоу устраивает! Я два сезона смотрел, уржался!

— Шоу? Что за шоу? — удивился я.

— Публичный дом.

— Что, млять? — вырвалось у меня.

— Отбор женихов «Публичный дом». Нынче третий сезон идет. Эх… У меня в фаворитах Стригой был. Я его донатил. Эх… Интересно, кто победил?

— В чем суть шоу? — в моей голове не укладывались три вещи: Гринпис, шоу и название шоу. Розалия и публичный дом? Да ну нафиг!

— Ага. Так это, отбор женихов. Красавице новый префект выкатил ультиматум насчет Чудовища.

— Какой?

— Чтоб не жрал всех подряд, кто с очередным предложением приходит. А то так скоро все закончатся.

— Понятно. Дальше.

— Ага. Ну вот Красавица и придумала реалити-шоу «Публичный дом» — смотрины женихов, если по-вашему, — немного подумав, уточнил Йорик. — Так такая круть. Отвечаю! Красавица на третьем этаже, как в неприступной крепости. А эти… желающие ее в жены или там в любовницы, должны испытания пройти… Камеры пишут, дважды в день по сети транслируют.

— …лять… лять… …лять… — я снова не сдержался.

— Сильно, уважаю, — выдала голова, когда я закончил ругаться. — Запомню.

— В чем смысл?

— Так ни в чем, шоу же… — Йорик дернул ушами. Одно из них отвалилось и упало. — Упс… — голова проводила печальным взглядом часть своего тела.

— Так почему забаррикадировалась?

— Ага. А, это последний этап в испытаниях.

— Не тяни кота за хвост. Подробности дай, — рыкнул я.

— Ага. Вот. Красавица спускается на первый этаж два раза в день, утром и вечером, в компании с Чудовищем. Женихи и прочие живут в подвале. Ага. Красавица выдает задание. Вечером, во время второго выпуска, проверяет, кто остался жив, или там покалечен, интересуется, может, кто уйти желает.

— И как?

— ЧТО как?

— Многие уходят?

— Ага. Нет! Все хотят сильного менталиста заполучить. Тупой сброд, — авторитетно заявил Йорик.

— Почему.

— Сила есть, ума не надо, — пояснил череп. Понятней не стало.

— Дальше.

— Ага. Вот! Задача ясна, да. Дойти до последнего этажа, очаровать Чудовище, сразиться с Красавицей.

— Может, все наоборот.

— Ага. Наоборот? Это как? — задумался Йорик.

— Очаровать Красавицу, сразиться с Чудовищем, — подсказал я.

— Ага. Нет! Девицу очаровать бывает сложно, но возможно. А ты, поди, попробуй очаровать Чудовище! Красавица заявила, что без милого котика ни к кому, ни в жены, ни на службу не пойдет. И выкатила условие: убивать Чудовище нельзя. очаровать и все тут.

— Ясно.

Я представил женихов, которые пытаются очаровать Морга… Ничего хорошего не представилось.

— Кто-нибудь доходил до третьего этажа? — полюбопытствовал у замолчавшей головы. единственный глаз Йорика мечтательно моргал, покачиваясь на глазном нерве.

— Ага. Нет. Никак второй этаж не пройдут. Я тут оказался в конце второго сезона. Эх… Старший босс, шеф, ты будешь шоу смотреть? — с надеждой в голосе поинтересовался череп.

— Угу, в реальном времени причем, — мрачно пообещал я.

— Расскажешь, чем второй сезон закончился? А? я на Строгоя сто золотых поставил… На супер-финал…

— На обратном пути загляну, из первых руку узнаешь, — пообещал я.

Ну, Гринпис ну…княжна называется! А ведь была такой приличной девочкой!

Я задумался, уставившись на Йорика. Йорик таращился на меня, демонстрируя готовность к дальнейшему разговору.

Выходит, зря я нервы себе рвал переживая за команду. Мои отморозки ни в Рифтах, ни в Брешах, ни в навьих городах выживут, выкрутятся, не сдохнут. Не просто выкрутятся, а прогнут очередной новый мир под себя и заставят любую вселенную плясать под свою дудку. А дудки у Коржика разные.

Честно говоря, от пересказа местных сплетен, у меня уши в трубочку свернулись и до сих пор никак не развернулись. В какой-то момент я растерял все слова, в голове остались одни междометия, начиная с тревожного «бля», заканчивая обреченным «ять». Причем чувство обреченности возникало отнюдь не в адрес моих отморозков, оказавшихся вдали от дома, Яви и без командира в неизвестном государстве. В какой-то момент я искренне посочувствовал навьим жителям и всем, кто проживает нынче в Йоми-полисе.

Не удивлюсь, если до смены власти и правителя в отдельно взятом городе остались считанные дни… Особенно, если поклонник Колокольчика, по местному Кровавой графини, не прекратит свои матримониальные поползновения в адрес нашей Ло.

Снова захотелось побиться головой о мачту, но вместо этого я снова заговорил с Йориком.

— Слушай, Йорик, а ты случайно Димона не знаешь? — поинтересовался у черепушки.

— Ага. Нет. А, да. Это трикстера, что ли? — уточнила башка.

— Он самый, — подтвердил я.

— Ага. Да. В таверне «Мокрый йожык» торчит, не просыхая с тез пор, как младший босс и его команда прибыли в Йоми-полис, — доверительно сообщил Йорик.

-Знаешь где это? — уточнил я.

-Ага. Да.

К месту, где засел Димон, я добрался относительно быстро. Для начала припарковал летучий корабль возле городских стен. Или как правильно говорить: причалил, бросил якорь? Спустился, короче, с небес на навью землю и отправился на поиски Димона.

По пути снял стресс, полученный от большой дозы местных новостей, которые сообщил мне Йорик. И ведь хотел пройти спокойно, не привлекая внимания. Кто ж знал, что тут так не любят человечески дух. Пусть скажут спасибо, что воспитательные меры прилетели от меня. Если Яга узнает, что ее дорогущий гель которым я пользовался, обозвали вонючим… Боюсь даже представить, как Ягиня назовет свое реалити-шоу.

— Здорово, Димон. Пьешь? — бахнул я с места в карьер. — Уговор нарушен. За невыполнение контракт помнишь, какое наказание?

Трикстер поднял на меня мутный взгляд, ухмыльнулся, раздвинул губы в приветственной улыбке и просипел:

— Явился, наконец, добрый молодец. А вот хрен тебе, а не редька! Не было нарушений.

— Чем окажешь? — рыкнул я.

— Угрозы отряду не было, это раз. Скорее, это они угроза для местных.

— Предположим. Команда добралась до пункта назначения не в полном составе.

— Сам виноват, сказано было шаг в шаг, след в след. Сам с пути свалился, никто тебе не виноват. Тем более, не я! А вот к тебе претензия, опричник. И большая.

— Любопытно узнать суть, — присаживаясь за стол, взмахом подзывая официанта, поинтересовался я.

— В твоих отморозках. Знавал я людей без стыда и совести, но твои переплюнули всех! — с тяжелым вздохом выдал Димон. — Уважаемые нелюди задают неудобные вопросы к тому, кто их сюда притащил. А кто их сюда притащил? Я! — трикстер ткнул пальцем в свою грудь. — Р-р-р… репутация! Она дорогого стоит! У меня спрашивают, когда они уже отсюда, наконец, свалят. А ты… — Димон обвиняюще ткнул в мою сторону кривым указательным пальцем. — Шлялся непонятно где. С девками развлекался. За версту чую.

Трикстер демонстративно втянул голосом воздух, схватил кружку с остатками местного пойлу, опрокинул в себя. Икнул, отыскал официанта, кивнул, требуя повторить.

— Пока я… — Димон снова ткнул в себя пальцем. — Прилагал нечеловеческие усилия, сдерживая особо ретивых, чтобы из тлеющей искры не возгорелось пламя. За этот долг ты, человек, что-то не упомянул. Нехорошо, непорядочно, — трикстер одним махом опрокинул в себя литровую кружку, обтер шубы рукавом и буркнул. — Так что на этом контракт завершен.

— С какой стати? — спокойно уточнил я.

— С такой! Доставка состоялась. Команда вся в сборе. Забирай своих отморозков и проваливай. Разговор закончен. Официант! Повтори! — рявкнул Димон и махнул рукой, привлекая к себе внимание подавальщика.

Ответить я ничего не успел. Дверь кабака с треском распахнулась. Клиенты заведения, в том числе и я, резко обернулись на шум.

— …лять… Бес! — выругался я, глядя на то, как безголовый Кощей вваливается в таверну в компании двух дуллахахов - всадников без головы, зато с огромными г... ну да, глаз у них тоже нет.

Глава 2

Картина маслом «Султан и его одалиски», в смысле Бес и его дуллаханы.

- Бес, какого демона ты тут делаешь? Где остальные? – рявкнул я, повернулся к Димону и отчеканил. – С тобой мы еще не закончили. Жди.

Я поднялся из-за стола, подошел к безголовому Кощею, который принялся жестикулировать руками. Ну да, без головы языком Беляев не владеет. При моем приближении дуллаханы взяли Беса в кольцо, но наш раздолбай хлопнул ближайшую к нему безголовую даму по пышной заднице, затем опустил руку и опустил большой палец вниз. Сначала я не понял, с какой радости Кощей минусит аппетитную пятую точку дамы. Жить, что ли надоело? Или почувствовал себя бессмертным? Тьфу ты…

Я пригляделся, и до меня дошло: на поясе дуллахана висела женская голова. Но воительница не тропилась ее возвращать на место. Вместо этого над отрубленной шеей появился дымок, который транслировала всевозможные знаки: от вопроса до туманной морды с рожками и жуткой улыбкой до ушей.

- Бес, какого хрена ты без головы. В карты проиграл? Нет? Тогда какого лешего ты здесь устроил вместе с девушками.

Безголовое тело Кощея смущенно шаркнуло ножкой, я прям даже представил, как губы нашего весельчака растягиваются в довольной ехидной улыбке. Бес пожал плечами и ткнул кулаком в плечо все туже даму с самой пышной грудью и крупным кулоном с красным камнем. Драгоценный камешек скользил по гладкому телу и все время норовил уютно устроиться в аппетитной ложбинке. Дуллахан потрепала Беса по плечу, отцепила голову от своего пояса и лихо прикрутила на шею. Вот буквально прикрутила, с проворотом и легким хлопком по темечку. Вроде как чтоб крепче села на свое место.

- Переводчик? – догадался я, глядя на тушку Кощея. Кулаки с оттопыренными вверх большими пальцами подтвердили мою догадку.

- Большой босс? – пророкотала дуллахан, улыбнувшись.

«Да чтоб тебя, Бесяра!» – выругался про себя, вслух же вежливо ответил:

- Он самый, леди. Свар, с кем имею честь?

- Дюрра, - представилась дама. – Предводительница безголовых всадниц.

- Очень приятно, мадам, - я пожал протянутую ладонь. – Имеете что мне передать от этого безголового шута?

- Может, выпьем для начала? – дуллахан облизнула губы, кокетливо поправила непослушный кулон, чуть выпрямилась. От этого ее пышная грудь буквально подпрыгнула, а камень, соблазнительно подмигнув, снова скользнул в привычное место.

- В другой раз обязательно, мадам, - заверил я.- Но сначала мне нужно собрать команду. Вы знаете, почему этот дурик без головы разгуливает? – поинтересовался у предводительницы.

- Дух, - улыбнулась дуллахан еще шире.

- Дух? – нахмурился я. – Что за дух?

- Человеческий, - пояснила Дюрр.

- Краткость – сестра таланта, - проворчал я. – Можно подробности? Сами мы не местные, обычаи здешние плохо знаем, - попросил я.

За моей спиной хмыкнул Димон, тут же звучно отхлебнул своей бодяги и потребовал притащить еще одну порцию.

- Человек с головой лёгкая добыча, - меланхолично заметила Дюрр, не прекращая улыбаться и время от времени проводить кончиком языка по своим пухлым губам.

- Позволю себе усомниться в вашим словах, сударыни, - с вежливым скепсисом произнес я. – Человек – возможно Бес – никогда.

- Человек - добыча. Закон гласит, - Дюрр оскалили зубы, и теперь уже откроено облизала губы и кончики заточенных зубов. – Бес – не добыча. Мас-ки-ров-ка, - выдала предводительница.

Я перевел взгляд на Кощея, переминающегося с ноги на ногу. Припомнил все, что Ягиня рассказывала не про Йоми-полис и, кажется, начал догадываться, почему Кощей оказался без головы.

- Безголовому легче затеряться в толпе, – озвучил свою мысль.

- Верно, большой босс, - кивнула Дюрр.

Я ожидал, что сейчас ее голова свалится, как это всегда бывало у Беса. Но, похоже, девица глупостями не страдала.

- Где его голова?

- Тайна, - дуллахан нахмурилась, сверкнула на меня глазами.

- … не сдержался я. – Значит так, Бес, остаешься здесь, сидишь в номере и никуда не высовываешься. Вы ведь в номера направлялись? – уточнил я.

Кощей отчаянно замахал руками, подтверждая правильность моей догадки.

- Прекрасно. Милые дамы, леди Дюрр, у меня к вам небольшая просьба.

- Слушаю, большой босс безголового, - Дюрр склонила голову к плечу.

- Останьтесь с Бесом и глаз с него не спускайте, пока я не вернусь. Договорились?

- Это входит в наши планы, да, - Дюрр подмигнула, обвила Беса за плечи, крепко прижалась к Беляеву бедром.

- Бес, сидишь в таверне и ждешь, когда вернусь с девочками, и медведем. Все ясно?

- Да, большой босс безголового, мы проследим, - Дюрр подтвердила серьезность намерений безголовой компании.

- Все, свободен, - рявкнул Бесу.

Кощей полез было обниматься, но я остановил его порыв, пожелал дамам приятного времяпрепровождения и вернулся за стол к Димону.

- Весело у вас, - хохотнул Димон, приканчивая очередную кружку местного пойла.

- Что ты пьешь? – поинтересовался я.

- Кровь бога.

- Чего? – охренел я.

- Забористый коктейль, возьми, тебе понравится, - посоветовал трикстер. – Местный самогон, томатный сок, щепотка жгучего перца и крупинка соли. Горячит, бодрит и пьянит, разгоняет кровь по жилам, - пояснил Димон.

- Ясно. Кофе, будьте добры, - сделал заказ подскочившему официанту. – Черный, без сахара, полный кофейник, - добавил я.

Коротышка с большим носом и длинными ушами кивнул, черкнул что-то на дощечке и умчался.

- И чего-нибудь поесть, - крикнул вдогонку.

- А теперь вернемся к нашим баранам, - процедил я, усаживаясь за стол переговоров.

- Опричник, ты берега не попутал? – прорычал Димон. – Эй, служка, мяса мне и пойла, - трикстер замолчал словно к чему-то прислушивался, затем рыкнул в сторону подавальщика. - Тащи бочонок.

Мелкий шустрый чудик с большими ушами и длинными носом, кивнул, едва не ткнувшись этим носом в пустую кружку на подносе. Посетители загоготали. Но подавальщик не обратил на этот казус никакого внимания, словно уже привык к шуточкам в свое адрес. Внешне существо походило на карлика из какой-то старой сказки. Отчего я в очередной раз подумал: насколько правдивы все сказки Яви, что рассказывают няни на ночь глядя своим подопечным?

- Я еще до берега не доплыл, чтобы берега путать, - заявил я Димону, принимая кружку с квасом. – Договор ты не выполнил, трикстер. Из этого я делаю вывод, что ты мне должен. Либо… - я с удовольствием сделал глоток вкусного холодного напитка. – Либо контракт должен исполниться до последней буквы, после чего разойдёмся миром. Собственно, это небольшой нюанс по-прежнему в твоих интересах, если память мне не изменяет…

Я снова сделал пазу, чтобы отпить из кружки.

– С богами шутки плохи. А у вас тут, - я неопределенно махнул рукой и уточнил для особо одаренных. – У вас тут в Нави, как я успел узнать за время своего вынужденного отсутствия, за нарушенное слово по головке не гладят, а наказывают. И не скрыться нарушителю контракта даже в Яви.

Насчёт Яви я бил наугад, но похоже, попал в яблочко. Димон угрюмо молчал, зыркая на меня из-под нахмуренных бровей, сопел и пил свое пойлом. Подскочил подавальщик и плюхнул перед трикстером широкую деревянную тарелку с куском сочного мяса с кровью. При виде еды проводник и вовсе потерял ко мне интерес. Ухватил рукой за кусточку и вгрызся в кусок зубами странной конфигурации. Треугольной, похожей на акульи.

«А трикстер-то у нас человек с сюрпризом. Точнее, существо не человеческое», - присвистнул про себя.

Я не торопил Димона. Пусть покушает, переварит мысли и пищу. Мне торопиться некуда, все мои отморозки при делах. Бес так и вовсе под полным контролем.

- Контракт исполнен, - бросив обглоданную кость на стол, процедил Димон и принялся за второй кусок. – В Навь привел. Все живы.

- Неправильный ответ, трикстер, - ледяным тоном отчеканил я. - По контракту ты обязан ее только доставить нас в Навь. Ты должен провести нас сквозь Серые туманы, не потеряв никого из членов моей команды. Последнее условие ты уже нарушил, и по факту, за нарушение тебе можно предъявить здесь и сейчас, - напомнил я Димону условия договора.

- Ты здесь, ты жив. ты здоров, - прорычал Димон, поглощая я мясо.

- Это не твоя заслуга, - отрезал я. – Остальные члены команды не здесь и в опасности.

- Да что с ними станется? – рявкнул Димон. – Эта твоя… Кровавая Графиня! Чтоб ей пусто было!

- Не стоит разбрасываться подобными пожеланиями, трикстер, - процедил я, выпуская силу.

Трикстер закашлялся, выпучил глаза, отбросил кусок мяса и схватился за горло.

- Хр-р-р-р… Н-не н-над-до-ох-р-р… Похлопай… с-сука…

Я усилил нажим.

- Вежливость, Димон, завоёвывает царства, - обманчиво мягко, подсказал я трикстеру.

- Пох-х—р-р-пай… - прохрипел Димон, пытаясь откашляться.

Дело вовсе не в куске острой пищи, застрявшей в глотке существа Нави. И проводник прекрасно об этом знал.

- По-ж-х-хр-р—хр-р-жалуйста… - взмолился Димон.

- Пожалуйста, - я небрежно сделал три хлопка, холодно разглядывая побагровевшего собеседника.

- С-сука… кха-ха-кха-кха… -закашлялся трикстер, выпрямляясь и потирая горло. – Тварь…

- Повторить?

- Не надо! Извини, погорячился, – буркну Димон. – Что ты хочешь? – тяжело вздохнув, Димон жадно припал к кружке с пойлом.

- Исполни контракт, и разойдемся мирно.

- Контракт выполнен, - упрямо пробурчал собеседник.

- До чего же люди и не люди бывают упрямыми и глупыми, - театрально вздохнул я. – Пункт первый: привести в Навь. Положим, с этим пунктом ты справился худо-бедно. Пункт второй: провести через Серые Туманы. Напомни, кода мы оттуда вернулись? - иронично приподняв бровь, поинтересовался я.

- Всегда знал, что опричники конченные отморозки. Не думал, что среди вас есть… упёртые му…кх-кха… - трикстер наигранно закашлялся, покосился на меня и заткнулся, не договорив.

Я не стал настаивать на продолжением, великодушно пропустив мимо ушей недосказанную глупость.

- Собирай своих, - буркнул Димон. – Через три дня в три часа по Навьему полудню на этом месте.

Я задумался, с кого начинать поиски? С Коржика, пожалуй, не стоит. Пока Корнелиус не воспитает и не препарирует, в смысле, не изучит всех тварей, до которых дорвался в лаборатории безумного коллеги, его лучше не трогать. Там еще и вирус какой-то некротический или некромантский? Один черт! Ладно, пусть разбирается. В Нави любое знание больше, чем вес мешка золота.

Бермонт в Улье… Хоррор… В том смысле, хорошо бы понять, что за улей такой, и с чего его едят… Захватывают и уничтожают при необходимости? Никогда с таким не сталкивался. Потому пусть наш медвежонок поработает телохранителем. Или пчелохранителем правильней? Бермонт давненько не был в отпуске, вот и отдохнет заодно. Уверен, общий язык со своими подопечными Бер уже нашел. Значит, все пчелы как минимум ходят строем. Или летают правильней говорить?

Тони… Тони мне бы не помешал, но… Кем он там стал? Умибодзу – новым морским богом, кажется. Черт его знает, что за монстр такой, но плюшки, если таковые имеются, Призрак по любому отыщет и с собой заберет.

А вот Гринпис – нужное звено нашей команды отморозков. Вытащить княжну из дурдома, который Розалия сама же и устроила, означает одно: между членами команды наладиться ментальная связь. А с таким подспорьем можно и за Кровавой графиней на финальную битву, косточки размять. Заодно посмотреть на того потенциального самоубийцу, который собирается заполучить Колокольчик в законные супруги.

- Новый контракт, – предложил я, закидывая в рот последний кусочек вкуснейшего мясного пирога. – Повторите, будьте любезны, - попросил карлика-подавальщика.

- Чего? – от неожиданности трикстер едва снова не подавился.

- Предлагаю новый контракт, еще один. Чем быстрее я соберу своих отморозков, тем быстрее это город вздохнёт спокойно. Предлагаю сделку: помогаешь мне отыскать графиню, Гринпис с Моргом, Коржика, Призрака и Бермонта, и получаешь в награду минус один год из первого контракта.

- Десять, - выдвинул встречное предложение Димон.

- Я их и сам найду, - пожал плечами, махнул подавальщику, попросил еще кваса.

- Ну, Гринпис, положим, найдешь быстро, - хмыкнул Димон. – Ее тут каждая тварь знает и…

- Угу, и каждая тварь желает… - ухмыльнулся я.

- Ты сам это сказал, - скривился Димон. – Но сезон в разгаре, опричник, ты ни при каких условиях не попадешь на шоу даже сто тридцать третьим помощником помощника младшего помощника режиссера. Зато я… - трикстер сделал паузу, глотнул из кружки. - Знаю, как попасть в особняк, при этом не попасть в тюрьму и на огромные штрафы.

- Штрафы? – удивился я. – Вот сейчас не понял. Шоу – разве это не развлекаловка Гринпис? Какие штрафы? От княжны? Смешно.

- Ха. Там такое бабло крутится! – хохотнул Димон. – Ты не представляешь!

- Откуда? Гринпис сидит в окружении местных клоунов. По слухам, ни войти, не выйти из особняка никто не может. Точнее, не сильно хотят, в надежде сорвать лакомый джек-пот. Девочка сама поймала себя в ловушку, из которой. Уверен, знает выход. Но без команды развлекается, как может. Это ее шоу, теперь уже ее деньги. Откуда тюрьма и штрафы?

- Спонсоры, опричник, - сыто рыгнув, заявил Лимон. После первой трансляции с вашей девочкой связались очень богатые люди. Очень, - подчеркнул трикстер. - Реклама, брендовая одежда, элитные артефакты, оружие, броня, брюлики, Очень большое бабло, опричник. Особняк и твою деваху охраняют почище вашего императора. Да что там… Темного Властелина легче выкрасть из собственного замка, чем пробиться на самый последний этаж, где обитает Гринпис со своим песцом.

- Он росомаха, - машинально исправил я, переваривая вновь открывшиеся обстоятельства.

- Песец он… причем полный, - ухмыльнулся Димон.

Даж так? И почему я не удивлен.

- Обоссал кого-то из участников?

- Хуже, - откровенно заржал трикстер. – В прямом эфире вынудил участников нахлебаться своей песячьей мочи.

- Это что ж такого участники натворили? – удивился я, с трудом представляя, что могло настолько вывести Морга из себя.

- Объединились и пошли на штурм, вооружившись до зубов, - довольно потирая руки, гоготну Димон. – Там такие артефакты были! Закачаешься! Древние родовые! Я на этом деле нехилое бабло поднял, опричник. Угадай, на кого ставил? Теперь представь, какие суммы крутятся на тотализаторе… Тебе не позволят ее забрать, - категорично заявил Димон.

Я не ответил, только усмехнулся. Трикстер внимательно на меня посмотрел, вздохнул и понурился.

- Ну да… глупость сморозил… Ты ж даже спрашивать не будешь… - проворчал собеседник.

- Молодец, - похвалил я проводника. – Возьми с полки пирожок.

- Чего? - не понял Димон.

- Проехали. Убедил, начинаем с Гринпис.

- Правильное решение, согласился трикстер.

-Почему? – заподозрив еще какой-то подвох, уточнил у несчастного.

- Кровавая графиня не простит, если пропустит финальную битву. Там такие…

- Бабки на кону? – продолжил я.

- Бабки – само собой. Там главный приз – меч мертвого бога. Ну, ты сам все понимаешь, - кивнул головой трикстер.

- Разберемся, - кидая на стол деньги, хмыкнул я и поднялся. – К Гринпис, так к Гринпис. Показывай дорогу.

- Свар… может ты это… того… - заколебался Димон. – Сам справишься? Мне тут жить и работать…

- Что я вижу? Храбрый трикстер боится? – поддел я собеседника.

- Да пошел ты… - Димон кинул монеты на столешницу и грузно поднялся из-за стола. – И все-таки… может не надо, а? Дождемся финала сезона, и девчонка сама…

- Надо, Дима надо. Контракт тебе выполнять надо. Вперед, боец, нас ждут Серые туманы. Но сначала Гринпис.

Глава 3

— Ничего личного, лэард, — сочувственно улыбнулся я несчастному местному мажору, который трясся как осиновый лист, забившись в угол уличного мрачноватого тупичка.

Этого господинчика из навьих аристократов, по-местному, леарда, я прихватил недалеко от особняка, в котором обитала Гринпис, где снимали шоу «Особняк-два». По меркам Яви, мелкопоместный барончик, а гонору как у императора.

— Тебе конец, — горло воскликнул блондинчик и даже попытался дотянуться до меня своей странной магией. Я с удовольствием активировал дар Поглотителя, и юноша сник.

«Больной что ли, или слабо одаренный?» — мелькнула мысль. Честно говоря, я ожидал большего от навьего существа. Как минимум хорошей драки, хотя Димон и просил не привлекать внимания. Я-то прикидывал, как убедить похищенного сделать то, что мне нужно, без шума и пыли. А тут и пяти минут не прошло, как жертва безропотно приняла свою судьбу.

— Мне нужна твоя одежда, — вежливо улыбнулся я и уставился на лэарда добродушным взглядом.

Эффект оказался прямо противоположным. Нет, в обморок барончик не упал, но отчего-то судорожно принялся стаскиваться с себя камзол, расшитый камнями-артефактами, блестками и перьями. «Хитрый лис, однако, — подумал я, сканируя вычурный пиджак. — Действительно камни-артефакты, заряженные на усиление чувств и умений. На красоту, на привлекательность, на увеличение интеллекта, на хитрость, на ловкость. Подготовился, — хмыкнул про себя. — Вряд ли это барахло поможет ему в особняке Гринпис, но мальчишка не промах, надо отдать ему должное. Хитрый лис».

— Однако… — присвистнул я, когда голый лэард, прикрывая мужское достоинство, повернулся ко мне боком. — Так ты что, действительно лис? — поинтересовался я от удивления, разглядывая два коротких белых хвоста, растущих из того самого места, где спина соединяется с пятой точкой.

— Фыар эр граръедс-с-с, — прошипел блондинчик.

— Извини, лэард, не понимаю на местном. За одежду спасибо. Отсюда выйдешь через полчаса, усвоил? — вежливо приказал я, принимая одежду.

Барончик дернулся и что-то прошипел сквозь зубы. Очередная попытка воздействовать на меня магией с треском провалилась. Я припечатал парнишку тяжелым взглядом, силу тратить не стал, жертве и так страшно, но храбрится изо всех сл. Стойкий.

— Делай что говорю, и останешься в живых, — велел я, оскалив зубы в улыбке.

Барончик судорожно сглотнул и еще сильнее забился в угол.

— Ну, долго ты там? Чего возишься? — изменив голос, буркнул Димон.

Трикстер появился из полумрака, покинув пост в самом начале короткого мрачного тупичка, в котором я вел беседу с несчастным расфуфыренным лэардом. Это удобное место для разговора Димон сам же мне и показал.

Лицо мой сообщник спрятал под дешевой маской из лавки иллюзий. Вот с ростом беда, Димон пытался сутулиться, но у него это плохо получалось. Не привык мужик ходить согнутым. Напарник по преступлению сделал все возможное, чтобы не походить на самого себя. Как по мне, у него плохо получилось. Но я не стал разочаровывать вынужденного партнера.

— Ты бы поаккуратней, — добродушно пожурил я Димона. — Я ж тебя чуть на атомы не распылил. Больше не подкрадывайся ко мне со спины, особенно под артефактами, которые скрывают твой запах. Зашибу, — ласково объяснил я.

— Поторопись, у ворот уже очередь собралась. А тебе еще переодеться нужно и личину сменить. По мне — пустая затея, вычислят тебя… — пробормотал Димон, выжидательно уставившись на меня. — На проходной сильные сканеры стоят, любую иллюзию вскроют.

— Ну, это мы еще посмотрим, — ухмыльнулся я.

Не понятно, с чего Димон решил, что я собираюсь рассказывать ему все свои тайны и возможности?

Я погладил пальцем кольцо, в котором хранилось много полезных вещиц. Подумал и переместил артефакт на большой палец. Судя по одежде, которую мне предстояло напялить на себя, барончик из тех самых модных мажоров без чувства меры и стиля, которые обычные классические костюмы считают вчерашним веком.

— Слушай, леард, а ты кто собственно по профессии? — поинтересовался я у белого лиса, скалящего острые мелкие зубы из угла.

«Все-таки недоделок, вернее, слабосилок», — посочувствовал я жертве, разглядывая проплешины белой шерсти, проявившиеся местами по обнаженному телу. Короткие когти на скрученных пальцах, острые кончики ушей, торчащие из густых белых волос.

Вот теперь я точно уверен, что поймали мы молодого пока только двухвостого лиса. Парнишка-кицунэ явно с какой-то магической червоточинкой или проблемой. По-другому сложно объяснить, почему навье существо, пусть молодое, судя по количеству хвостов, практически не сопротивлялось и не дало мне отпор. Да и с оборотом явно беда.

— Ну, хобби у тебя какое? — подобрал другое слово. — Ты чего как петух вырядился? Вроде достойный лис? — разглядывая камзол с перьями, поинтересовался я.

— Эксгокитаторис, — злобно, но с затаенной гордостью ответил барончик.

— … кто? — выругался я, перевел взгляд на Димона и попросил: — Переведи.

Трикстер топтался за моей спиной, контролируя вход в темный мрачный коридор, в котором мы общались. Время от времени поглядывая на меня и парнишку.

— Дизайнер он, — буркнул соучастник похищения. — Одежду для богатых и знаменитых придумывает. Для артистов и прочей богемы, — уточнил трикстер.

Я присвистнул.

— Это вот экскоко… рис… Слушай. А нельзя по-русски, по-простому — модельер там или закройщик? А еще лучше портной. Ну ладно, не кипятись, — буркнул я, глядя как от возмущения у белого недолиса на лице проступила шерсть и встала дыбом. — Повтори еще разок, как ты себя обзываешь? Надо запомнить, — со всей любезностью попросил я.

— Эксгокитаторис! — гордо выкрикнул парнишка. — Вам не удастся обмануть организаторов! Вы… вы! Вы ничего не знаете про одежду! Про моду! Да вы даже одеты как… как… как… — пацан пытался подобрать яркий эпитет, но в последний момент передумал хамить, глядя на мою добродушную улыбку и выдал. — Как не аристократы! И уж тем более никто не поверит, что вы великий Лиссарио дель Мандо Микеландо!

— Кто? — изумился я.

— Великий модельер из клана Микеландо! Лиссарио дель Мандо! — повторил парнишка. — Это я! — для убедительности лис ткнул себя пальцем в грудь.

— Ух, — покачала я головой. — Наградили боги тебя имечком, не выговоришь на трезвую. Лиссарио дель Мандо… это ж надо…

— Вы ничего не понимаете! — воскликнул барочник, внезапно осмелев, но ту в наш эмоциональный разговор влез Димон.

— Заканчивай. Время, — поторопил трикстрер. — А ты заткнись и не тявкай, — рыкнул в сторону Микеландо. Лис тут же растерял свой пыл и съежился.

— Угомони свои таланты, — велел я своему соучастнику.

— Ты что, думаешь, я вот так первого встречного тебе показал? Подал на блюдечке? — взбесился Димон. — Этот… — трикстер буквально выплюнул слово, при этом скривился, словно откусил лимон. — Самостоятельный. Действует без соглашения с семьей. Решил доказать, что он тоже кое-чего стоит.

— Что с ним не так? — поинтересовался я, попутно разглядывая гору разноцветной одежды, расшитой стразами, перьями и мишурой. — М-да…

— Сила не отрылась. Порченный. Говорят, в детстве Яга прокляла, — немного успокоившись, поделился информацией трикстер.

— Яга прокляла? — заинтересовался я. — Такое бывает?

— Еще как, — Димон поежился. — Ягини — бабы серьезные, чуть что не по ним, пиши пропало. Слушай сюда, щенок, сидишь здесь и не высовываешься. Усек? — без перехода рявкнул напарник в сторону лиса. — Сунешься кому рассказать, хвосты откручу. По одному. И главе клана отправлю. Уяснил? — угрожающе оскалился Димон.

— Вы за это ответите! — тявкнул раздетый лэард, прикрывая стратегически важные места, при этом трясся как осиновый лист то ли от страха, то ли от холода.

Хотя чего там прикрывать-то, трусы мы ему оставили. Стал бы я натягивать чужое нижнее белье.

— Только попробуй, — угрожающе процедил я, глядя, как Димон сдерживает дикий ржач, но при этом пытается извлечь их кармана телефон, чтобы заснять меня в этом петушином виде. — Эту хренотень тоже цеплять? — кинул я лису, забившемуся в угол.

— Д-да… — проблеял пацаненок.

— Вот скажи мне, Димон, за каким чертом и кому понадобится на голове носить корону со страусиными перьями? А? Мало их к жопе пристрочили? — осуждающе проворчал я.

— Красота требует жертв, опричник, — сделав серьёзную рожу, процитировал классика трикстер, и снова заржал. — Ну, одну фоточку, а? Лично для меня, на память.

— Руки вырву, — пообещал я.

— Злой ты, недобрый, — фыркнул Димон, пряча телефон. — Готов?

— Ну, Гринпис, ну погоди, — проворчал я, стараясь не думать, на кого сейчас похож. — Пошли уже…

И мы двинули на выход из тупика.

— Цирк уехал, клоуны остались, — буркнул себе под нос, вслух же сказал. — Напомни, как меня теперь зовут? — буркнул я, стараясь приноровиться к новой одежде, особенно к идиотской то ли шляпе, то ли короне которая все время норовила съехать то вбок, то на затылок, а то и вовсе свалиться. — Черт, как он в ней ходил-то?

— Привычка вторая натура, — изрек Димон. — Тебе идет.

— Язык вырву, — отметил я.

— Да ладно пошутил, четы сразу, — заюлил трикстер.

— Утомил ты меня своими шутками, — серьезно объявил я. — Так утомил, что руки чешутся.

-Да понял я, понял. Запоминай, Лиссарио дель Мандо Микеландо, эксгокитаторис, — без перехода выдал Димон.

— Эксгобигаторис… млин… млин…экс… тьфу ты… — матерился я, пытаясь выговорить идиотское слово. — Экс-го-ки-та-то-рис, млин! — отчеканил с пятой попытки.

— Молодец, — ехидно откликнулся Димон.

Я ничего не ответил, но очень выразительно посмотрел на вынужденного напарника.

— Опричник, меня внутрь не пустят.

— Даже если скажу, что ты мой слуга? — уточнил я.

— Даже слугу, — скрипнул зубами трикстер. — Так что дальше сам. Буду ждать вас с девчонкой в той таверне, где вчера обсуждали.

— Договорились.

— Зря ты от связи отказываешься, — в очередной раз предложил трикстер.

— Не переживай, я тебя и без телефона где угодно отыщу, — пообещал я. — Рисковать на входе не стану. Лучше избежать лишних проблем, увеличить шансы на попадание в особняк. Чем спалиться на мелочи и пролететь не хотелось бы брать штурмом домишко, сам понимаешь. Да и тебе моя идея не понравилась. Опять же, по репутации урон. По твоей, — отбил я подачу.

— И зачем только с тобой связался. Знал же, отморозки…, но чтоб настолько отбитые… — сокрушенно покачал головой напарник. — Пришли. Дальше сам, — остановился трикстер. — Удачи желать не буду, — ухмыльнулся Димон. — Скорее она понадобиться тем, кто засел в особняке.

— До вечера, будь на месте, — кивнул я и двинулся к проходной, возле которой стояла очередь из двадцати человек.

— Не понял? Ты же сказал через неделю? — крикнул вслед трикстер.

— Я передумал, — ответил я и под виртуозные выражения на шести языках, поясняющие желающим слушать что Димон хотел бы со мной сделать, подошел к хвосту очереди. Надо отдать напарнику должное: матерился он филигранно, но ни разу не переступил черту, не оскорбил честь, достоинство и близких мне людей. Гений.

— Куда прешь! — рявкнул мне в спину бугай, разодетый в красно-зеленые одежды, видимо в цвета рода, вернее, в цвета клана. Как я понял, здесь, Йоми-полисе, именно кланы

Ответить, как и оглянуться, я не удосужился, продолжил идти к началу очереди. Юноши, молодые парни, совсем уже взрослые мужики начали нервно оглядываться. Кто-то делал замечания, кто-то рычал что-то вслед, но отчего-то никто не пытался загородить мне дорогу или хотя бы намекнуть, что вход по одному и мое место в хвосте, согласно купленному билету.

Билет у меня лежал в кармане. На тонком золотом листе вычурными буквами вывели мое имя. Ну, имя молодого лиса-барончика. Я даже прочитать его не мог без смеха, глядя на все эти завитушки и прочие украшательства. Ну да, не мое, и слава богам!

Очередь молчала, бесновался только бугай. Судя по всему, все остальные ждали развязки истории, не желая попасть под раздачу и вылететь из шоу, даже не пройдя через ворота.

Неугомонный верзила в доспехах с мечом, рукоять которого торчала у него над головой, упрямо шел за мной и приказным тоном требовал, чтобы я вернулся назад и занял очередь за ним, как и положено. Я никак не реагировал на его реплики до тех самых пор, пока претендент на руку и таланты Гринпис не оскорбил всю мою родню по женской линии.

Молча развернулся и так же молча зарядил придурку в лобешник. Здоровяк покачнулся, оступился и грохнулся на землю, звеня доспехами. Точнее, должен был упасть, но в последний момент сработал какой-то артефакт, и громозека с мечом как будто слевитировав, снова оказался на ногах.

Через секунду раздался характерный вжы-ы-ых, означавший, что претендент не снес оскорбления и собирается прикончить меня здесь и сейчас. В спину. Что характерно, стража возле ворот особняка поглядывала на нас с ленивым любопытством, но вмешиваться не спешила. Впрочем, очередь неожиданно образовала круг, в центре которого остались мы вдвоем. Я в идиотских перьях и стразах, и разъяренный рыцарь демонического происхождения, если судить по черному дыму, что вырывался из вывернутых ноздрей, и по витиеватым рогам, которые пробили шлем в двух местах.

— Тебе бы к врачу, а ты свататься, — сочувственно произнес я.

— Зачем? — от неожиданности бугай опешил и задал тот самый вопрос, который я ожидал.

— Судя по рогам, у тебя переизбыток кальция в организме,. Или все-таки жена изменила с соседом? — полюбопытствовал я.

Раздались смешки, верзила взревел:

— Я, дон Мирдон Таврический, Тупаго дель Дракуалло из клана Серых Крыс вызываю тебя на смертный бой! — рявкнул бронированный говорящий шкаф.

— Вот это у вас тут крысы-переростки, — присвистнул я. — Травить не пробовали? — поинтересовался вслух, потихоньку выпуская силу.

Толпа заржала уже откровенней, к гоготу присоединились стражи у ворот. Это стало последней каплей для чести и достоинства навьего рыцаря, или кто он там, и Таврический Дракула кинулся на меня с мечом наперевес, желая одним ударом срубить мою буйную голову.

— Упс… — сочувственно выдал я, глядя в изумлённые глаза дона Мирдона из клана Серых Крыс. — Доктора позовите, — крикнул стражам. — У нас тут претендент застрял в кольчуге.

Очередь хохотала, не скрывая эмоций. Бедный рыцарь стоял, сплюснутый со всех сторон своими доспехами, словно в один момент оказался между молотом и наковальней. Впрочем, он между ними и оказался. Есть у меня в кольце игрушка, которую притащил неизвестно откуда Призрак. Два небольших дисках-артефакта. Если ими хлопнуть рядом с кем-то или с чем-то, предмет или живое существо раздробится в крошку или превратиться в лепешку. Здоровяк оказался сильной навьей тварью.

— Что тут у нас? — поинтересовался щупленький доктор, которого стражи любезно вызвали из особняка.

— Консервная банка, надо вскрыть, — объяснил лекарю.

— Это как же вас угораздило, молодой человек? — изумился доктор. — Тут резать надобно. Погодите-ка, есть у меня кое-что.

Специалист завозился в саквояже, судя по всему, не простом, а пространственном. На свет появился плазморез, защитная маска, перчатки.

— Ну-с, приступим-с, — довольно произнес доктор и принялся разрезать доспехи.

— Я могу идти по своим делам? — уточнил я у стража, который материализовался рядом с нашей веселой компанией.

— Нет, лэард. Дуэль не закончена. По правилам проигравший выбывает из очереди. Победитель остается в шоу, — вежливо пояснил охранник. Судя по нашивкам, старший смены.

— И часто у вас такое происходит? — уточнил я, оценив спокойствие стражника, сообразил, что подобного рода происшествия для него не новость.

— Бывает, — равнодушно пожал плечами привратник.

— И каждый раз до первой крови? Или до победного конца?

— По правилам до тех пор, пока противник не сможет подняться на ноги.

— Это как в боксе, что ли? — поинтересовался у собеседника.

Стражник кинул на меня оценивающий взгляд и кивнул.

— Готово, — радостно возвестил доктор. — Роскошный доспех. Был. М-да-а-а, клановый? — сочувственно прицокнув, протянул лекарь у пациента.

Бугай стоял в одном исподнем, сверкал глазами, крепко сжимая в руках меч. К счастью для тупого дракулы, нижнее белье больше походило на спортивный костюм из дорогой ткани. Иначе, боюсь, ржал бы не только я, но и вся очередь вместе с толпой любопытствующих бездельников, набежавших за время резьбы по металлу.

— Правила: без магии, без оружия, чистая сила, — монотонно перечислял стражник. — Счет до пяти. Не встал, проиграл, — закончил местный рефери.

Ну, сила так сила, — согласился я, дождался отмашки судьи, сделал один молниеносный шаг и ударил.

Глава 4

Железный дровосек от моего удара рухнул и больше не поднялся. Чёрт, надеюсь, я его не пришиб до смерти, не хотелось бы иметь проблем с местной полицией. Я скептически посмотрел на поверженное тело, запустил легкую волну сканирования. Странно, что рыцарь так быстро рухнул, с его-то рангом силы мог и подольше продержаться. Вот что значит, когда человек или существо надеется только на свои магические способности, забывая о том, что у слова «сила» несколько значений.

Толпа, не ожидавшая такой быстрой развязки, притихла, а затем разразилось воплями. Кто-то радостно улюлюкал, кто-то матерился, я заметил даже передачу монет из одних рук в другие. Похоже, на исход боя делали ставки. И только очередь из потенциальных кандидатов на руку и сердце Гринпис потрясенно молча, таращилась то на меня, то на поверженного агрессора.

Меня исподтишка оценивали, кто-то и вовсе разглядывал, не стесняясь. Я уже повернулся к стражнику, желая задать вопрос: «Что дальше?», но в этот момент из ворот особняка вышел представительный товарищ в чёрных одеждах. На толпу и кандидатов человек, если он человек, даже не посмотрел. О чём-то переговорил с охранниками, и только после этого кинул взгляд на наш импровизированный ринг, кучу живого железа у моих ног и на меня.

В гляделки мы играли ровно пару секунд, затем черный зашагал в мою сторону. Я насторожился: вроде бы никаких правил не нарушал, но кто его знает, охранник мог сказать одно, а начальство посчитало совершенно иначе. О, что ко мне топает важная шишка, даже не сомневался.

Пока мужик в черном двигался в мою сторону, я прикидывал обстановку, намечал план дальнейших действий на случай самого неблагоприятного расклада. Человек в чёрном остановился от меня в двух шагах, склонил голову в вежливом приветствии. Я точно также коротко поприветствовал представителя из особняка.

— Леард Лиссарио дель Мандо, — уверенно обратился ко мне черный.

Я на секунду затупил, а потом сообразил, что нынче это мое имя, поскольку я занял место мальчишки-лиса, которого мы с Димоном раздели в укромном тупике.

— С кем имею честь? — поинтересовался я.

— Главный распорядитель шоу «Особняк два», леард Отторио Со Собачак, — ответил мне товарищ в чёрном, и уточнил. — По правилам, которые озвучил вам страж, вы — победитель. Вы проходите в первый тур.

— Благодарю, — ответил я.

Но тут толпа претендентов возмущенно зашумела.

— Лэард Со Собачак, мы тоже имеем право на шанс!

— А как же предварительные испытания на вылет?

— Это беспредел, мы заплатили деньги!

О как, оказывается, чтобы попасть в очередь еще и деньги платят? Ну надо же, как Гринпис развернулась. Не знал, что у нашей княжны такие предпринимательские таланты.

Зрители поддержали кандидатов задорным улюлюканьем, едва чёрный глянул на беснующуюся толпу, как все притихли. С уважением посмотрел на мужика. Интересно, кто он такой, что одного его взгляда достаточно для наведения порядка.

Я заметил в руках любопытствующих телефоны, на которые снималось все происходящее. Это мне не сильно понравилось, но запретить я съёмки не мог. Оставалось только надеяться, что видео с моими приключениями не попадет на стол к куратору. Ну и терпеливо ждать, что скажет распорядитель в чёрном.

— Господа! Минуточку внимания. С сегодняшнего дня в отбор кандидатов внесены новые правила. Если один из потенциальных участников вызвал на бой другого из списка ожидающих, победитель становится единственным соискателем для прохождения следующего этапа.

Соперники недовольного зашумели.

— Но… — распорядитель позволил себе улыбнуться и возмутители порядка тут же заткнулись. — У каждого из вас есть шанс стать единственным соискателем.

— Каким образом? — выкрикнул самый нетерпеливый из кандидатов.

— Вы можете вызвать победителя на поединок. При благополучном исходе именно вы станете единственным претендентом из списка ожидающих, — взгляд администратора остановился на самом любознательном.

На площади перед воротами особняка наступила тишина. Кандидаты озадаченно пересматривались, хмурили лбы, прикидывали, кто-то даже принялся звонить по телефону и с кем-то советоваться. Один я стоял как дуб посреди осинок и ждал нового вызова. Тут и к бабке ходить не надо, кто ж позволит ряженному в перья отобрать шанс у таких брутальных героев? Я ухмыльнулся про себя, мысленно определив первого желающего отправится в нокаут. И удовлетворенно улыбнулся, когда претендент на спарринг со мной выступил вперёд.

— Огласите весь свод новых правил, будьте любезны, — вежливо попросил у распорядителя высокий поджарый мужчина примерно лет сорока, в охотничьем костюме, с луком за спиной.

Администратор помолчал, оценивающе разглядывая смельчака, выразительно посмотрел на меня, явно ожидая какой-то реакции. Возмущений или вопросов? Не дождался и ответил инициативному.

— Каждый из тех, кого выхвали сегодня на отбор согласно списку ожидания, имеет право вызвать победителя первой спонтанно схватки на поединок. Победитель, как я уже сказал, только один. Претенденты, которые не захотят биться с победителем, вычеркиваются из списка ожидания без права записаться повторно.

Соискатели снова возмущенно зашумели.

— Такова воля госпожи, — отчеканил распорядитель. Потенциальные женихи тут же заткнулись. И как это всегда бывает, кто-то не успел закончить фразу. В тишине раздалось отчетливое:

— Да что эта шлюха о себе возомнила!

Среагировал я быстро, через секунду толпа отпрянула, потому как под ноги женихам рухнуло бессознательно тело крепыша в богатом камзоле. На штанах у зама растекалось мокрое пятно. Соисткатели ошарашенно смотрели на тушку, вскоре о них стало доходить кто виновник рекламной паузы. Теперь все взгляды направились на меня. я сдержанно улыбнулся, сохраняя на лице ледяное выражение. Толпа зрителей радостно завопила, приветствуя фаворита предстоящей схватки. «Схваток», — поправил мысленно сам сея.

— Итак, лэарды, повторяю: если в течение тридцать секунд не последует вызова в адрес лэарда Лиссарио дель Мандо, на правах главного распорядителя я объявлю лэарда дель Мандо победителем. Отсчёт пошел.

Над нашими головами внезапно появилось призрачное табло с цифрами. Начался обратный отсчет.

— Я готов! — веред шагнул охотник.

— Я тоже,

— И я, лэард распорядитель.

— Запишите меня!

Все пятнадцать претендентов из списка ожидания шагнули вперед. Точнее. Четырнадцать. Пятнадцатым был я. Ну что ж, повеселимся.

— Лэард дель Мандо вам понятны новые условия? — с сомнением поинтересовался у меня администратор, так и не дождавшись хоть какой-то мало-мальской реакции на происходящее.

— Вполне, лэард Со Собачак, — подтвердил я.

Во взгляде главного организатора читалось явственное сомнение в моих умственных способностях. Я не удержался и подмигнул суровому оргу в черных одеждах, давая понять, что вполне оценил коварный план тех кто пишет сценарии. Сомневаюсь что это идея Гринпис. Хотя кто его знает, как устроена внутренняя кухня шоу. Может, наша девочка действительно сама диктует правила. Ну, или ей просто стало скучно. Хотя я больше склоняюсь к мысли, что организаторы решили поднять рейтинг шоу на запредельную высоту, воспользовавшись дракой в очереди.

Черный поднял руку. Ворота особняка распахнулись, из них торопливо выходили операторы с кинокамерами, выкатывались осветительные приборы. Здесь же оперативно устанавливали профессиональный ринг для магических боев, с защитной стеной, оберегающей зрителей от случайностей.

— Лэард Лиссарио дель Мандо, поставьте свою подпись, — подошел ко мне распорядитель.

— Что это? — полюбопытствовал я, внимательно читая документ.

— Условия поединка и отказ от компенсации в случае вашего поражения, — пояснил администратор.

Я дочитал договор, подивившись оперативности, с какой работает команда шоу, и сообразил, что у меня нет ручки. Лэард Со Собачак тоже это понял, передо мной появился дорогой стильный аксессуар, заправленный чернилами. Артефакт и его появление с оценил. Как и то, что если поставлю подпись, добровольность действия будет сразу зафиксирована во всех инстанциях И никакой суд нв дальнейшем не примет у меня иск против организаторов шоу «Особняк два».

Я еще раз подмигнул распорядителю, довольно отметил, как дернулась у мужика щека. Спокойно взял ручку и расписался в документе,. Моя подпись вспыхнула алым цветом. Администратор довольно улыбнулся, документ моментально исчез. «А хороший у него артефакт, — оценил я. — Явно не кольцо и не амулет на груди. Такое чувство, что черный костюм сам по себе вместительный секретер. Или даже больше, чем пространственный карман», — отметил про себя.

— Многоуважаемые лэарды, последний шанс на то, чтобы отказаться от поединка, — объявил распорядитель после того, как все участники расписались в договорах. — Напоминаю, при отказе ваши имена более никогда не окажутся в списках ожидания.

Соискатели подтвердили свое согласие легким гулом.

— Жребий! — голос распорядителя разнесся по всей площади.

Начался следующий этап внезапного шоу. Кандидаты на руку и сердце Гринпис по очереди тащили камни с цифрами из черного короба. Охотнику повезло, ему досталась единица. Значит он первый выступит против меня на ринге. Посмотрим, на что ты способен. Интересно, кто ты? В чем твоя сила, нелюдь? В том что драться предстоит с навьим существом, я даже не сомневался. Человека тут бы сожрали еще на подходах.

Помощники организатора заканчивали последние приготовления. На головами зрителей появились четыре больших экрана. Похоже, нашу драку будут снимать с разных ракурсов. Подозреваю, еще и прямую трансляцию проведут на все экраны Нави.

— Ну что же, лэарды, выбор сделан. Слово сказано, слово услышано, — провозгласил распорядитель.

Внезапно в небесах послышался гулкий далекий громовой раскат. Я задрал голову. Однако, если я правильно понимаю, в Нави велика вероятность достучаться до небес. Буду иметь ввиду.

— Лэард дель Мандою прошу вас, — вежливо пригласили меня на ринг.

Я скинул камзол. Расшитый перьями, подумал, достал нож, одним движением вспорол идиотские брюки. Толпа охнула, но стриптиза не получила. Краденые штаны я надел поверх собственных. Не люблю одежду с чужого плеча, с детства.

Помахал рукой зрителям и взошел на ринг, жалея об одном, что рядом нету Беса с головой на плечах. Сейчас бы Кощей организовал тотализатор, и мы бы неплохо так наварились, делая ставки на меня.

Судя по всему, вот те несколько существ в кривыми носами и большими ушами в зеленых куцых пиджачках именно этим и занимаются прямо сейчас в толпе.

Я поймал взгляд шустрика с сундучком, в который существо собирало ставки, и показал десять пальцев. Зеленый не растерялся, кивнул, принимая ставку. А дальше началось шоу.

— Первый бой, — объявил глашатай. — Лэард Лаго дель Лаас против победителя лэарда Лиссарио дель Мандо.

Толпа взвыла, разразилась аплодисментами, засвистела, заорала.

— Да начнется бой! — возвестил герольд, раздался удар гонга.

— Упс… — расстроенно выдал я, глядя на поверженного соперника. — Простите, ребята, шоу не получится, — пожал я плечами, глядя на разъяренного распорядителя.

«Мне Гринпис позарез нужна» — мысленно добавил я.

Охотник тем временем попытался подняться. Но огненный шар, которым противник с ходу пытался меня атаковать, догорал у него в пасти. Хорошо выделанная кожа костюма быстро таяла, обнажая чешую на руках и груди. «Похоже, змей какой-то, — с любопытством разглядывая поверженного кандидата, подумал я. — Змей Горыныч, что ли? Да вроде голова одна. или сейчас еще две появятся, как иллюзия спадет?» К моему разочарованию, охотник оказался обычны нагом. Этостало понятно когда нижняя часть тела неожиданно стала извиваться, а потом и вовсе превратилась в тяжелый змеиный торс, если можно так выразиться.

— Следующий, — воззвал глашатай, когда побежденного унесли на носилках в лекарский шатер, который установили за толпой зрителей.

«вжик-вжик-вжик. Кто на новенького? Вжик-вжик-вжик, уноси готовенького!» — напевал про себя известную мелодию из старой комедии. Больше ничего в голову не приходило глядя на то, как один за другим соперники падают к моим ногам. В какой-то момент закралось сомнение: а эти соискатели точно лучшие из лучших? Или клоуны обычные, самые неудачные в кланах? Если вспомнить недоделанного мальчишку-лиса, не удивлюсь.

Удивляет другое: зачем эти недоодаренные нужны в шоу? Пушечное мясо для Морга? Так нашему мохнатому и поиграть не с кем будет. Так, на один чих. По факту и я уже должен был сложить лапки, судя по недоумевающим взглядом, которые бросал в мою сторону главный распорядитель. Что-то тут интересное происходит, но вот что? Надо разобраться.

— Лэерад Виссарион дель Шпагель.

Очередная жертва, очерелной поединок честно говоря, я начал утомляться. От скуки. Радовало одно: каждый новенкий соперник превосходил по силам предыдущего. Такое чувство, что их специально подбирали таким образом… Так, Свар, вот оно!

Я довольно улыбнулся, сообразив, куда зарыли фунт изюма. Почему-то от моей радостной улыбки дель Шпагель сам насадился на свою магическую шпагу, которую создал из воздуха, уплотнил острие острым осколком льда. Кажется даже отравленным.

Я подал плечами, встретившись глазами с администратором. Черный смотрел на меня ошарашенным взглядом, в котором застыл немой вопрос: каким образом клинок Шпагеля оказался в моих руках? Ну… орудие предпочитает тех, кто умеет с ним обращаться.

— Вертуэро мон ван Ураганос, — торжественно провозгласил имя очередной жертвы бедняга глашатай. Голос у него уже хрипел, завтра точно не сможет разговаривать.

Вертлявый худосочный типчик в развевающихся длинных одеждах легко заскочил на ринг. Я даже сначала решил былою что против меня выставили девицу. Платье-халат длинная черная коса, припудренное гладкое лицо. Но вовремя опомнился. Зачем Гринпис в гареме женщина? Она же девушка с традиционными ценностями. Похоже, Навь все-таки местами и государствами отчасти отражение нашей Яви. В восточных землях моего мира живут народности, национальная одежда которых ханьфу. Отменные бойцы, виртуозы ментальных и прочих боевых техник.

А вот и первые ментальные звоночки. «Что, удивлен, телепат летающий? –ухмыльнулся я, заметив, как удивлённо распахнулись узкие глазки соперника. — Красиво прыгает, что твоя горная дань! — восхитился я. — Интересно, как далеко улетит? На вид легкий, думаю, до лекарни долетит сразу», — прикинул я и чуть добавил силы.

— Нечего в моей голове без спроса шарохаться, — назидательно буркнул я, придавая вертлявому ускорение. — Эх, недолет, — огорчился, глядя на то, как Вертуэро виртуозно кувыркнувшись в воздухе, приземлился на чью-то благородную голову.

И вот наконец на ринг вышел тот, ради кого так оперативно придумали новые правила, новое предварительное испытание. Отдохнувший, чистенький, сияющий как серебряный поднос. Целый час последний в очереди изучал все мои приемы, которыми я отбивался от череды соискателей. Противник уверенно перепрыгнул через ограждающие веревки и, горделиво подбоченившись, стал напротив меня.

— Лэард Карачун дель Мор Вьюжинец, — торжественно оповестил глашатай, предварительно откашлявшись.

Рисуясь, молодой мужчина картинно раскланялся на все четыре стороны. Каждый поклон сопровождался демонстрацией силы. То снег пойдет над частью толпы, то изморозь побежит по веревкам, то полотно ринга покроется льдом, то маленькие снежные ураганы закружат в четырех углах.

— Позер, — хмыкнул я и приготовился к последнему бою.

Глава 5

— Бой, — отдал приказ глашатай, и мы сошлись.

Так напишут в газетах. На самом деле, не успел герольд договорить, как мои ноги оказались в ледяном плену.

— А ты шустрый, — одобрительно ухмыльнулся я.

Карачун ничего не ответил и принялся со скоростью хорошего пулемета швыряться в меня ледяными пулями.

— Интересная модель, — перехватив одну, взвесил ее на ладони, попробовал на зуб, закинул в карман. — Прихвачу с собой. На опыты, — подмигнул снежному магу, начинающему потихоньку закипать.

Молодой, зеленый, агрессивный. Надеялся, что к его выходу я уже выдохнусь, и он красиво разложит меняна заснеженной полянке. Вместо этого я уворачиваясь от снежного залпа, ныряя и выныривая из теней. Этому фокусу меня научил Призрак. Вроде как и на месте стою, и все меня видят. На самом деле на долю секунды исчезаю из поля зрения и скрываюсь в теневых слоях и появляюсь на полсантиметра правее или левее. Обыватели не видят мои движения, им, как и бойцу напротив, кажется, что я стою на месте, а снежные снаряды пролетают мимо меня.

— Заговоренный, проверьте на артефакты! — завопил кто-то в толпе.

— Предупреждение! — вспыхнула на экранах, которые, как я и предполагал транслировали поединки в прямом эфире на всю Навь. Следом за надписью заорали сигналки. Через полминуты все стихло.

Мы не отвлекались по пустякам. Я продолжал морально выводит противника из себя. выдержка — сильная сторона снежных одаренных. Но в этой очереди соискателей у каждого есть свой маленький секрет, своя червоточина. У Карачуна, похоже, это темперамент. Ледяные обычно невозмутимы до зубовного скрежета. Их ничем невозможно вывести из себя. А этот уже начал допускать ошибки явно не ожидал, что у меня останутся на него силы.

Уверен, мои предположения верны, и вся эта бойцовская чушь придумана исключительно для того, чтобы в выгодном свете показать этого вьюжника. Похоже, организатору заплатил много денег. Очень много денег, раз он пошел по сути на должностное преступление. Или он отчего-то уверен, что Гринпис спляшет под его дудку и позволит этой темпераментной сосульке стать победителем второго сезона шоу?

Карачун, насколько помню из книги Родов, это младший сын темного младшего бога, владеющего магией холода и мороза. Но это недоделок, скорей всего, бастард, полукровка, который жаждет доказать кому-то из старших, что и он чего-то стоит. Достоин имени прародителя.

Силен, не спорю. Приятно с ним пободаться особенно после обмылков, которые до него выходили против меня на ринг. Хотя до той же Яны ему еще топать и топать. И самообладание ни к черту.

Карачун возник в шаге от меня, вынырнул из мглы, что заполнила пространство ринга. Глаза противника светились неестественным синим светом. Лаэрд предстал передо мной наполовину сотканный из вихря.

— Твоя судьба предрешена, смертный! — пророкотал синекожий воитель и резко хлопнул огромными ледяными ладонями. Но просчитался. Там, где две ледяные глыбы с пальцами соединились в мощном ударе, меня уже не было.

— Шалишь, парниша, — похлопал я по плечу лаэрда, появившись аккурат за его спиной.

— Что-о-о? — взревел снежный джинн, стремительно разворачиваясь в мою сторону.

Но я нырнул в тени, и снова оказался за спиной разъяренного полукровки.

Карачун взбесился, взметнулся ураганом. Персонал, обслуживающий ринг, не успевал разгонять снежные вихри и подтапливать ледяные заносы, чтобы телевизионщики могли снимать, а зрители наблюдать за шоу от начал и до конца, не пропустив ни одного удар.

Очень хотелось попробовать на вкус силу младшего полубога, но я сдерживал свой порыв. Мало ли как оно обернётся, не хотелось бы раскрывать все свои таланты. Малый силен, но против него я справлюсь своими силами. Потенциал Карачуна даже рядом не стоял с Ягиней. Хотя я ощущал слабый голос крови. Не удивлюсь, что мы с противником родственники в какой-то там тысячной степени.

Последний раунд, так что могу себе позволить чуть потянуть время, чтобы поставить красивую финальную точку.

— Ах ты, тварь навья! — выругался вслух, не сдержав эмоций. — Ну, извини, парень, сам напросился, — оскалился я, едва понял, что дель Мор обладает не только возможностями и силой мороза, льда и холода. Противник умел управлять временем. И я едва не поплатился из-за собственной гордыни. Расслабился, посчитал, что все соискатели в очереди не дотягивают до меня по уровню. Непростительная ошибка, Свар.

Взбешенный Карачун, заметив, что я разгадал его хитрость, обрушил на меня мощный ледяной вихрь, сковал ноги по самое важное. Одновременно с этим что-то сделал с пространством вокруг меня. Время замедлилось настолько, что стало похожим на вязкий мутный густой кисель. Я едва различал движение противника в этой гуще.

Я глубоко вдохнул, резко дернулся, стараясь вырваться из захвата. Но любое мое движение только усиливало захват. На моих запястьях образовались ледяные оковы. Два снежных смерча тянули мои руки в разные стороны. Одно радовало в этой ситуации: Карачун то ли не умел, то ли пока не научился быстро передвигаться в замедленном режиме, который сам же и сотворил.

— Да чтоб тебя, — проворчал я, и ударил.

Темное пламя сорвалось с моих пальцев и мощно ударило в грудь противника. Карачун покачнулся, ухмыльнулся и смахнул ладонью огонь, что растекся по его груди. Ну как смахнул. Попытался. Теперь стихия полыхала не только на его доспехе, но и на его руке. Языки пламени обхватили сначала ладонь, затем поползли выше.

Дель Мор попытался стряхнуть темное пламя. Искры отлетали, падали на помост, прожигали в нем небольшие дыры и продолжали гореть. Через секунду лицо Карачуна исказилось гримасой удивления. Пламя, которое он собирался небрежно приморозить, не желало гаснуть. Ледяная магия накрывала огонь панцирем, но через полминуты жадные языки с удовольствием пожирали и лед и снег, и прочие морозные изыски.

Я с искренним удивлением и удовольствием разглядывал дело своих рук. В синем нагруднике появилась дыра, которая медленно, но верно расползалась в стороны, пожирая магические зачарованный металл. Уверен, в доспех вбухано немало и магии, и артефактов самого высокого уровня.

Черные обожженные края уверенно пожирали не только материал брони, плоть тоже ранило, судя по тому, как начал морщиться дель Мор. Причем ощутимо.

Честно говоря, я и сам не понял, что за хрень вылетела из моих пальцев. Я-то призывал обычное пламя, чтобы притормозить разбушевавшегося противника. Ну, может быть, не совсем обычное, но точно не вот это, которое с удовольствием резвилось на теле лэард дель Мор Вьюжинца. Похоже, некоторые мои умения, что брали начало от крови темного предка, частично преобразовались в чистую навью силу. Ну, кто не спрятался, я не виноват.

— Что происходит? — взревел Карачун, осознав, наконец, что черное пламя не удастся погасить собственными силами. — Что ты сделал, колдун? Что за мерзость ты на меня напустил?

— Ну, так ясно что, одержал победу, — ухмыльнулся я. — Сдавайся, и будет тебе счастье, — предложил противнику.

— Дель Моры не сдаются, — оглушительно заревел Карачун, пожираемый черным пламенем, и ожидаемо бросился на меня. Правда предварительно он ускорился, так что зрители увидели лишь росчерк синей молнии, метнувшейся в мою сторону. Я отступил на шаг, проигнорировав возмущенное завывание толпы. Похоже, зрители решили, что я собираюсь уклоняться от боя. Но они ошибались.

В и вынырнул аккурат в тот момент, когда лэард Вьюжинец

— Не сдаются, значит громко падают, — хмыкнул достаточно громко, чтобы меня услышали. — Главное, честно ведь предупредил: кто не спрятался, я не виноват.

На последнем слове от души зарядил боковой левый в искаженное яростью лицо противника, проявившееся именно там, где я предполагал. Затем провел правый в голову и добил левым снизу по телу.

На первом ударе дель Мор изумленно моргнул, и даже сделал слабую попытку отразить второй. Но, как говорил наш тренер по рукопашной: против лома нет приема, и если магическая сила не помогает, бей в морду, кулак никогда не подведет. Этим советом я и воспользовался. Просто надоело плясать на ринге на потеху публике. Меня там Гринпис ждет, небось, все глаза выплакала, а я тут ерундой страдаю. Да и дорогая и непредсказуемая Колокольчик требует пригляда. Некогда мне тут силу растрачивать.

— Этот последний? — кивнул в сторону поверженного Карачуна в абсолютной тишине, которая давила на уши. Площадь перед особняком, на которой собрались болельщики, операторы, журналисты, рабочие шоу буквально онемели. Оно и понятною никто не ожидал такой развязки. Все глазели на поверженного лэарда Карачуна дель Мор Вьюжинца.

Кстати, едва противник рухнул и потерял сознание, темное пламя исчезло, ка ки ледяные толстые корки.ю в которые дель Мор заковал практически все мое тело. Лед точно так же как и мое пламя, неторопливо пожирал все на своём пути. Разница только в том, что на мне не было доспехов, и морозная хтонь ползла по коже, обжигая примерно так, как если бы я голышом сиганул в ледяную прорубь где-то в самом центре Северного полюса. Демон знает, как отразиться подобное воздействие на моем организме, но с этим, уверен, Коржик быстро разберется. Пока же я жив, здоров и готов в дальнейшим подвигам.

Глашатай-рефери так и застыл с открытым ртом, переводя взгляд то на дель Мора, валяющегося возле моих ног, то на главного распорядителя лэарда Со Собачак, то на невозмутимого меня.

— Так что, я могу пройти в особняк? — полюбопытствовал я, встретившись взглядом с администратором в черном.

Распорядитель колебался, задумчиво разглядывая меня явно не обычным зрением, а сквозь приму какого-то артефакта. Интересно, какого? Сколь много занимательного навешано на администратора, аж руки чешутся выпотрошить его. В смысле, проредить его артефактные запасы.

Мысль какое-то время покрутилась в голове, накидывая план по захвату, но я старательно ее отогнал. Не время и не место, мне еще за Гринпис договариваться.

— Послушайте, уважаемый, у меня к вам новое предложение, — громко объявил я, дождавшись, когда толпа, онемевшая на целую минуту от неожиданности, закончила орать, визжать, рукоплескать и реветь разными нечеловеческими голосами.

— Слушаю вас, лэард, — отмерев, невозмутимо ответил распорядитель.

— У меня тут очень срочное дело образовалось на ваших Аренах. Уверен, вы в курсе, где это и что там намечается… — я сделал паузу, давая возможность администратору в черном ответить, но лэард вежливо промолчал, желая сначала дослушать. Ну нет, так нет, продолжим.

— — Так вот вам мое предложение: ваши претенденты повержены, не так ли?

Для полноты ощущения я уставился на администратора тяжелым взглядом, наглядно демонстрируя, что теперь отвертеться от ответа ему не удастся.

— Вы победили, лэард Лиссарио дель Мандо, — осторожно подтвердил администратор.

«Ну, уже хлеб», — усмехнулся я про себя.

— Я победил. И теперь я ваш единственный кандидат для участия в шоу. Согласно правилам и контракту который мы все подписали перед тем, как взойти на ринг. Верно?

— Не совсем так… — начал было администратор, но я перебил.

— Да, я в курсе, что в особняке засели еще несколько придурков… простите, претендентов на руку и сердце лэарды Гринпис, — усмехнулся я. — Но здесь и сейчас я единственный кандидат, который имеет право сегодня войти в особняк, не так ли?

— Сейчас вынужден согласиться с вами, лэард, — все также осторожно, словно ступал по тонкому ненадежному льду, подтвердил администратор.

— Так вот, предлагаю долго со мной не мучиться, сразу запустить в клетку к тигрице.

— Что? — опешил господин в черном.

— Говорю, запускаем меня сразу на меня сложный уровень, минуя ясельную группу и прочий бред.

— Что вы имеете ввиду, лэард? — уточнил распорядитель, склонив голо у к плечу.

Хм, похоже, у мужика в ухе наушник, кто-то нас слушает и дает ему подсказки. Я широко улыбнулся и объяснил свою идею.

— Давайте так, я сейчас захожу в особняк и добираюсь до покоев лэарды к полуночи. После чего шоу объявляют закрытым, я забираю главный приз… Ведь у вас есть главный приз, помимо Гринпис? Нет? Печально. Ну да боги с ним. Так вот я забираю лэарду с ее котиком и ухожу с ними вместе с призом по своим делам. Нас не преследуют и нам не надоедают на всей территории Нави.

Вообще, я хотел предложить три часа, это с запасом. Но потом прикинул: мало ли каких ловушек натыкали для кандидатов организаторы, лучше перестраховаться на всякий случай. Впрочем, я не сомневался в том, что уже через час, если переговоры не затянутся мы с Гринпис и Моргом свалим отсюда, и отправимся за нашей дорогой Кровавой Графиней.

Администратор ошарашенно молчал судя по всему, те, кто с помощью наушника руководит ситуацией, тоже малость растерялись.

— Соглашайтесь. Вы практически ничего не теряете Если я пройду через все преграды и сумею одолеть лэарду, значит, я молодец. Если же нет, шоу продолжится, а мой прах развеется над особняком.

Распорядитель по-прежнему молчал, но я видел, краски уже вернулись на его бледное невозмутимое лицо, и он снова слушает того, кто с ним разговаривает.

— Главное условие: вы не чините нам никаких препятствий. Все честь по чести. Моя победа мой приз. Шоу, к сожалению на этом придется зафиналить, но, уверен, вы сумеете организовать нечто подобное еще раз. К тому же на ставках, которые вырастут в разы после того, как мое предложение будет принято, вы заработаете очень и очень прилично. А уж прямой эфир, на который я согласен, просто порвет все рейтинги. Рекламодатели будут писаться лавой, или чем там они обычно в туалет ходят?

Так, Свар, что-то тебя занесло не в ту степь. Похоже, встреча с Бесом не прошла бесследно.

— Ну, что, предложение принимается? — я закончил говорить, и мы с администратором снова принялись играть в гляделки. Теперь я даже сумел разглядеть, как едва заметно, буквально еле-еле, шевелятся его губы, когда он переговаривается с невидимым собеседником. Похоже, идет интересный разговор или с главным спонсором, или сразу со всей командой инвесторов.

— Хорошо, — спустя пять томительных минут громогласно объявил распорядитель. — Но и у нас есть несколько условий.

— Любопытно узнать каких?

— Восхождение начнется через час. Мы должны подготовить аппаратуру и прочее оборудование, чтобы путь… героя смогли увидеть во всех кромешных тенях Нави.

Паузу перед словом «герой» я оценил. Распорядителю очень хотелось обозвать меня самоубийцей, но шоу есть шоу, негоже главному лицедею-распорядителю выказывать сомнения в адрес кандидата на премию года «Отморозок отморозков».

— Хорошо. Что-то еще?

— Да, — администратор растянул губы в обворожительной улыбке, вот только искренности в ней ни на грош, а глаза, пустые как у мертвеца в холодильнике морга. — Если вы сумеет добраться и одолеть лэарду, запертую в особняке, вы сможете с ней уйти.

— Но… — уточнил я. — Всегда есть но.

— Контракт на рекламу — обязательное условие.

— Э, нет. Так дело не пойдет. Мы здесь проездом, поэтому рекламные туры и прочее — не по моей части. Уверен, лэарда Гринпис того же мнения. А уж бедный маленький песец и вовсе будет против. Его дома любимая лежанка ждет, страдает он. А когда песец страдает… — я картинно развел руки и ухмыльнулся.

— Но… — настойчиво начал распорядитель.

— Никаких но. Не обсуждается, — отрезал я. — Шоу, которое предлагаю вам я, в разы покроет все, что ваши спонсоры вкладывали в бюджет. Понимаю, что рассчитывали на большее. Но, поверьте мне на слово, берите сейчас то, что предлагаю. Потому что времени у вашего «Особняка» осталось совсем мало. Шоу должно продолжаться? Хорошо, бесплатный совет: отыщите другую даму с необычными способностями, за которую вот эти… — я небрежно махнул рукой в сторону поверженных противников. — Захотят сражаться.

Распорядитель внимательно слушал, склонив голову к плечу.

— Еще один бесплатный совет. Устройте отбор претенденток на главную роль. И тогда ваше шоу всегда будет продолжаться. На этом все, бесплатная раздача закончена. Так или иначе, я попаду в особняк и доберусь до лэарды на третьем этаже. Сейчас в ваших руках шанс озолотиться. Надеюсь, мы услышали друг друга.

Я сделал паузу. Какое-то время мы в очередной раз принялись играть с распорядителем в гляделки, покуда он выслушивал распоряжения невидимых начальников. Затем администратор поднял голову и сделал встречное предлодениею от которого я не смог отказаться.

— Хорошо. Если вы, лэард Лиссарио дель Мандо проиграете, и к полуночи не покинете особняк рука об руку с лэардой… Гринпис и ее милым… котиком… — медленно заговорил лэард Отторио Со Собачак. — Вы подпишите контракт с Ареной на год.

Администратор уставился на меня, ожидая возмущений и возражений, но я широко улыбнулся и ответил:

— Когда приступаем?

Лэард Отторио растеряно моргнул, спустя секунду взял себя в руки махнул рукой. Тут же появился глашатай с новым документом в руках. Я внимательно прочитал все строки в новом контракте, включая те, что написали мелким шрифтом и те, которые прописали микроскопическими буквами. Хмыкнул, оценив подход и попытку вцепиться в меня мертвой хваткой.

Протянул руку, получил перо и одним движением поставил свою подпись под договором. Как и в прошлый раз, буквы вспыхнули алым и погасли. Ну что ж, обратной дороги нет. Готовься, Гринпис я иду.

Глава 6

— Ну что, песец недоделанный, полютовал и хватит. Иди сюда, морда рыжая. Цыпа-цыпа-цыпа, или как там тебя? Кыс-кыс-кыс? — издевался я, выманивая Морга.

Собственно говоря, до третьего этажа, где засела Гринпис, я добрался за полтора часа. Больше всего времени потратил на объяснения с кандидатам из подвала. Лэарды с ни с первого раза, ни со второго раза не поняли, что на вершину Олимпа, в смысле особняка, им взобраться не светит. Никогда.

Кандидаты на руку и мозги Гринпис отчего-то засомневались, принялись настаивать на диалогах, чему несказанно обрадовались организаторы. Распорядитель в черном, он же лорд со сложным именем, которое постоянно вылетало у меня из головы, подсуетился и устроил ринг, похожий на тот, что час назад размещался на улице перед особняком.

Пришлось по второму кругу объяснять навьим отродьям, кто в доме хозяин. В результате сокрушительных побед я расчистил первый этаж и принялся преодолевать ступени длинной внушительной лестницы.

— А почему лифта нет? — поинтересовался у лэарда Отторио Со Собачака, перед тем как наступить на первую ступень.

— Увы, уважаемый лэард дель Мандо, любимый питомец госпожи Розалии дель Гринпис регулярно обрывал тросы, удерживающие кабины.

— Уверен, в кабинах кто-то всегда находился, — хмыкнул я.

— К сожалению, да. Поэтому мы отказались от подобного способа подъема. Теперь каждый кандидат перемещается исключительно по лестницам.

— Узнаю Морга в гриме, — фыркнул я себе под нос. — И что же, любезный, полагаю, лестницы натыканы не только ловушками от лэарды Гринпис? Организаторы тоже постарались? — поинтересовался у дель Собачака.

На что черный костюмчик только улыбнулся, но ничего не ответил. Ну что ж, мы люди не гордые, и сами догадались, что наша очаровашка Гринпис просто так на свой этаж не подпустит навязчивых самоуверенных юнцов и наглецов. Впрочем, среди тех, кто остался зализывать раны после состязаний на ринге, бандитов не наблюдалось. В основном отпетые мошенники, в том смысле, что уверенные в себе воины, колдуны и прочая сильная нечисть. Если, конечно, жителей Нави можно считать нечистью. Вот, к примеру, бабу Ягу отныне у меня язык не повернется назвать нечистью. Или ту же русалку. Улыбнувшись своим мыслям, я начал подъем.

Гринпис оказалась предсказуема для меня и невероятно обманчиво-ловкой для местных навьих ухажеров. Отчего-то мужские особи решили, что лэарда, хоть и обладает могучей ментальной силой, но она дева из Прави, а потому ловушки будут примитивными. Собственно, хитромудрая княжна на это и рассчитывала. Для отвода глаз понатыкала капканов первого уровня, наивно-детских и незамысловатых. Самоуверенные самцы-претенденты сносили их движением мизинцев, совершенно не заглядывая вглубь.

Убедившись, что лэарда оправдала их ожидания по части ума, кавалеры, потоптавшись настороженно на первых пяти ступеньках, расслаблялись и шагали на шестую. Вот тут-то ребятушек и ожидал сюрприз. Под примитивными ловушками Гринпис хорошенько припрятала неприятные сюрпризы, продемонстрировав не только свое коварство, но и мастерство чем только распалила претендентов, судя по количеству частей тел, которые валялись на лестницах и этажах

Не зря тогда в ботаническом саду княжна очень настаивала на том, что цветочек-террорист заслуживает лучшей доли, его надо не уничтожить, а хорошенько изучить. Видимо, именно этим Гринпис занималась с помощью Коржика в его лабораториях.

Весь подъем на второй этаж милая Розалия утыкала двойными и тройными капканами ментальных кошмаров. Милая княжна собрала из всех фильмов ужасов, триллеров и ужастиков всех своих любимых ужасных чудовищ, монстров, маньяков и прочих мертвецов.

Едва претендент наступал на шестую ступень, как перед ними разверзалась бездна в ад. Чтобы соотнести, где реальность, а где вымысел, в смысле — кошмар, необходимо время на подумать. А вот времени на раздумья коварная княжна охотникам за её разумом не оставила.

Монстры шли один за другим, выскакивая из двойных ловушек, как из матрешки. Реальность пластовалась, сменяя одна другую, как картинки в калейдоскопе. И все это в таком диком темпе, что неопытный боец, никогда не сталкиваясь с иллюзиями подобного рода, просто не замечал той тонкой грани, которая отделяла фантазии Гринпис от лестницы вверх.

Но мне, прошедшему многоуровневый ад испытательных лабораторий Коржика, иллюзии казались примитивно грубыми. Монстры не пугали, а умиляли, рифовые твари казались ужасно медленными, а зомби и вовсе вызывали во мне дикий смех. Что-то все они оказались на одно лицо. Или это лицо отчего-то очень напоминало нашего Кощея.

Пройти сквозь иллюзию и оказаться на площадке между первым и вторым этажом оказалось парой пустяков.

Собственно говоря, после успешного прохождения второго испытания господа организаторы попытались меня приостановить. Им показалось, что я сильно борзо, в смысле, быстро двигаюсь к финалу. Сначала меня убеждали через гарнитуру, что нужно помедленней, а то мало ли что. Невнятные попытки объяснить, что подразумевается под «мало ли что», меня не впечатлили, и я продолжил в своем темпе.

Тогда организаторы применили замедлитель времени. Не знаю, как эта штука на самом деле называется, с такой магией я столкнулся впервые. Да, Карачун что-то похожее использовал на ринге, но в особняке время не просто замедлилось. Оно словно растворилось, исчезло, схлопнулось. Черт его знает, как объяснить собственные ощущения. Я будто оказался вне всего, застыл, как муха в янтаре на века. При этом все жизненные потоки в моем организме двигались очень медленно, в сотни миллионов раз медленней, чем обычно.

Остался только я и непонятный серый туман, заполнивший все пространство. Мне казалось, что я бродил (или стоял?) несколько часов в этом мерзком мареве, в то время как на самом деле управился за десять минут. Стоило просто представить под ногами лестницу и конечную цель путешествия, как ощущение вне времени и вне пространства ослабло, а потом и вовсе схлынуло под напором воспоминаний.

После этого я выкинул гарнитуру и пообещал организаторам: если они будут нарушать договор и вставлять палки в лестничные пролеты, пойду напрямик. И тогда спонсоры лишатся не только прекрасно оборудованного особняка, но и всего, что здесь успела понатыкать и внедрить Гринпис. Впрочем, старания организаторов я тоже успел оценить.

Орги смирились, и я пошел дальше.

Выбраться из зеленого лабиринта зеленых живых растений, оставленных на страже второго этажа, тоже не составило труда. Собственно, стоило выпустить чуть побольше собственной силы, как все эти пестики, тычинки, лианы и прочие лютики мигом сделались покладистыми и доброжелательными.

Хотел было нарвать букетик для Гринпис, но не получилось. Зубастые цветочки внезапно превратились обратно в бутоны. Не разжимать же мне им лепестки, в самом деле. И так бедным организаторам испортил почти всю малину, пусть хоть наследие от княжны останется на долгую память в особняке и поможет другим претенденткам успешно отбиваться от потенциальных женихов.

Ядовитый туман из лягушачьей слюны, кровавый комариный дождь, бегающие шипы, прыгающие виноградины, испытание водяными лилиями. Вот тут я восхитился трижды. Сначала, когда площадка между этажами внезапно стала озером, очень холодным и глубоким. Затем, когда мясистые стволы кувшинок отделились от широких листьев и попытались связать меня по рукам и ногам, спеленав для надежности зелеными толстыми лопухами.

Финальной ягодкой в изучении безумной биологии оказались плодовые коробочки. Внезапно не просто зубастые и ядовитые, но и с поглотителем магических способностей. Вот тут я чуть не попался, действуя традиционными методами. Пока сносил мечом семенные коробочки, цветочки высасывали силу. Ну как высасывали. Попробовали, не понравилось, обломались.

И вот теперь стоял на площадке третьего и последнего этажа в двух шагах от тяжелой двери из красиво отполированного камня неизвестной породы, голодный, мокрый и очень злой. Чертов Морг постарался от души, сооружая собственную ловушку. Видите ли остро отточенных кольев, выращенных прямо из паркета, наглой зверюге оказалось недостаточно. Между штырями, наставленными впритык друг к другу, было не протиснуться. Все свободное пространство Морг облагородил особыми минами. Очень ароматными минами, я бы сказал. Внушительными и по размеру, и по запаху. На третий этаж без противогаза лучше не соваться. Уверен, организаторы об этом знали, но решили мелочно отомстить за мое не согласие с правилами восхождения.

— Ну ты и горазд гадить, — просипел я, прикрываясь рукавом.

Очистительный огонь сделал свое дело, выжигая все до белого пепла. Но я по-прежнему стоял и не двигался с места, печенкой чуя, что мелкий засранец, в смысле, пушистый любимец наших девочек, гадская росомаха и просто душка по кличке Морг где-то рядом.

— Ну не хочешь выходить, как хочешь, — изображая глубокую обиду, громко произнес в пустоту.

Я рассчитывал, что Морг радостно выбежит навстречу, едва окажусь на площадке третьего этажа. Но упустил при этом маленькую деталь: росомаха чуял чужака и готовился к атаке. Мой запах, как и прочие интересные способности, перед походом на шоу я успешно скрыл. И теперь, похоже, у Морга ум за разум заходит: он видит меня, а чует непонятно кого. Ну или мелкий засранец просто-напросто выделывается давным-давно сообразив, что я — это я. Самый что ни на есть настоящий.

— Ну, и ладно, мне больше достанется, — усмехнулся я, доставая из пространственного кармана большое краснобокое яблоко и смачно надкусывая румяный бок. Сок брызнул во все стороны, и не успел я проглотить первый кусок, как меня едва не сшибла с ног мохнатая молния.

— Да тише ты, зверюга, — выругался я, отирая руку о штаны. Мерзавец нарочно меня обслюнявил, выхватывая яблоко.

— Какой ты к лешему Пушистик, — покачал я головой, глядя с какой скоростью и жадностью уничтожаются яблоки, которые благоразумно прикупил на местном рынке. — Засранец ты и есть. Как оно?

Морг покосился на меня черным блестящим глазом, оскалился в приветственной как бы улыбке, прикрыл одной лапой ящике с яблоками, поднял заднюю и…

— Скотина, — от души наградил я росомаху новой кличкой. — Ну как есть скотина.

Ожидая чего-то подобного, я вовремя отпрыгнул, причем сразу в тень. Морг оросил половину этажа, видимо настолько обрадовался нашей встрече.

— Ладно, признавайся, как двери открыть? — пнув мохнатую задницу, поинтересовался я. — Ну не ломать же в самом деле. Хорошая дверь, нам на базе пригодится, перекроев вход в лаборатории к Коржику. Оттуда иной раз так смердит, что никакой ароматизатор не спасает, — воззвал я к разуму зверюги.

Мохнатый яблокопожиратель дернул носом, на секунду отвлекся от поедания вкусняшек, прицелился и метко швырнул в мою сторону огрызок.

— Задницу надеру, — пообещал я, уворачиваясь.

Оказалось, Морг целился не в меня, а в дверь. Метил в потайную кнопку.

— Однако, внушительные в Нави огрызки, — покачал я головой, разглядывая вмятину, которая осталась от остатка фрукта.

Дверь, тяжелая и каменная, бесшумно отъехала внутрь стены, и на меня обрушились приятные ароматы. Ваниль, корица…

— Кофее-е-е-е… — зажмурился я от удовольствия, предвкушая первый глоток. — Надеюсь, с солью, — достаточно громко оповестил я Гринпис, переступая порог.

Но вместо радостного визга и крепких дружеских объятий на меня обрушилась гневная тирада:

— Не знаю, кто ты, путник, и что сотворил с моим верным зверем. Берегись! Если он погиб — молись, без боя я не сдамся и заберу тебя с собой за черту! — отчеканила Гринпис. — Убей или умри! — провозгласила княжна и на меня обрушилась сильнейшая ментальная атака.

Я даже не успел ответить на ее наезд. «А девочка-то выросла! — изумился я. — Впрочем, и мои способности значительно подскочили в уровнях», — с не меньшим удивлением отметил про себя.

Не так давно нападение подобной сила могло бы свести меня с ума на какое-то время. Сейчас я не только с легкостью отбил атаку, но и выставил мощный заслон, который разом отрезал меня от Гринпис.

— Что за чепушня! — раздался звонкий возмущенный голос княжны. Атака повторилась, мощь усилилась, мой щит слегка заскрипел, но устоял.

— Да чтоб ты гнилых яблок обожрался, и бумаги не было! — возмутилась Гринпис, усиливая нажим.

— И эти люди запрещают мне ковыряться в носу, а еще леди, — достаточно громко и осуждающе произнёс я, моментально сформировал в голове мыслеобраз, где надираю чью-то аппетитную княжескую задницу, причем даже не ремнем, а своей широкой крепкой ладонью. Затем от души рявкнул.

— Гринпис, ты совсем берега попутала? Начальство не признаешь?

Ментал вздрогнул, а затем пола волна ярких эмоций княжны. Яростное возмущение, недоверие, робкое изумление перекрыла чистая волна незамутнённой искренней радости. И все это хлынуло на мою защиту. Я покачнулся, но удержал и щит, и себя на ногах.

Спустя пару секунд атака прекратилась, и на меня с объятиями и поцелуями накинулась Гринпис, счастливо вереща, не скрывая слез.

— Шеф! Свар! Ты жив! Ты пришел! Хвала богам, ты жив! Жив! Как ты меня нашел? Где все? Пушистик! Пушистик, сюда, скорей! — восклицала Гринпис, тормоша меня и обнимая. — Свар, это правда ты? Хвала богам!

— Ну все, хватит! — я перехватил руки Гринпис. — Хватит я сказал. кофе есть?

— Да, шеф! — радостно завопила княжна. — Ой, а что ты с Пушистиком сделал? он жив? — вспомнив о питомце, с тревогой спросила Розалия.

— Жив, яблоки трескает, — отмахнулся я. — Полцарства за кофе! — наигранно простонал я и рухнул в ближайшее кресло. — А неплохо ты здесь устроилась.

Апартаменты внушали уважение. Роскошь и удобства на каждом квадратном сантиметре. У княжны было все, что душа пожелает. Разве что луна с неба не освещала комнату. Впрочем, уверен, если бы Гринпис попросила небесное светило, организаторы раздобыли и установили в качестве люстры.

— Кофе только сварила! — радостно щебетала Гринпис. — Как я рада, что ты пришел! Я так устала! — радовалась княжна, разливая напиток по чашечкам. — И поговорить не с кем, — пожаловалась девушка.

— Слушай, а побольше кружки нет? — скривился я, глядя на наперсток, в котором княжна подала кофе.

Гринпис демонстративно закатила глаза, напомнив мне Колокольчик. Графиня точно также не приветствовала мое желание быть проще, засунув поглубже собственные аристократические корни.

— Сейчас сделаю, — тем не менее, согласилась княжна.

С кружкой кофе в одной руке и внушительным бутербродом с мясом в другой, развалившись в кресле, я слушал злоключениях княжны. Большую часть я знал, благодаря болтливой голове на колу и Димону с Бесом, теперь выслушивал подробности, которые знала только Гринпис.

В какой-то момент разговора из коридора приперся довольный Морг, развалился возле ног княжны и довольно засопел. Минут через пятнадцать после того, как я попал в апартаменты Гринпис, начал трезвонить телефон, что стоял на столе.

— Орги, — отмахнулся я. — Потом.

Княжна согласно кивнула, и мы продолжили кофе-тайм. Телефон надрывался минут десять, но затем заткнулся. Мы закончили разговор, княжна собрала свои личные вещи, и наше трио покинуло гостеприимный особняк.

— Свар, уходим с боем? — уточнила Гринпис на первом этаже.

Я задумчиво оглядел помещение. Организаторы убрали все следы разрушений, включая покалеченных претендентов.

— Выйдем — увидим, — хмыкнул я и распахнул входную дверь.

На секунду нас с Гринпис ослепили вспышки фотокамер и оглушил рев толпы. Когда же мы проморгалась, я смачно выругался. Во внутреннем небольшом дворике особняка нас встречала небольшая армия.

— Дежавю, — буркнул я себе под нос и широко улыбнулся.

Глава 7

— Это что? — изумленно поинтересовалась Гринпис, нехорошо так улыбнувшись.

— Это твои потенциальные женихи, если правильно понимаю, — хмыкнул я. — Похоже, кто-то решил устроить третий сезон «Публичного особняка».

— Да пошли они, — рыкнула княжна.

— Ай-яй-яй, ваше сиятельство, не пристало княжне так выражаться! — подколол я.

— Я — опричник! — с достоинством ответила Гринпис.

Вооруженная толпа желающих приобрести Гринпис в свое вечное пользование колыхнулась в нашу сторону. Мы спокойно стояли на крыльце, разглядывая разномастных высокородных граждан Нави. У меня еще оставалась надежда на то, что организаторы дружат с головой и потасовки удастся избежать. Но едва толпа колыхнулась, чтобы расступиться, я понял: дежавю продолжается во всей красе.

Вперед шагнул высокий бледнолицый мужчина в плаще, подбитом алым шелком.

— Ух ты, упырь, похоже. Гринпис, хочешь стать бессмертной? — поинтересовался у Розалии.

— Фу-у-у… — княжна недовольно скривила губы и наморщила носик. — В Империи так уже никто не одевается. Фи-и-и… — Гринпис втянула воздух. — Мне кажется, или здесь запахло нафталином?

— Однако, — ухмыльнулся.

Как-то чересчур быстро наша девочка заматерела, еще и дурные привычки у графини переняла. Если Гринпис сейчас достанет пилочку и примется пилить ногти, откат в прошлое станет практически полным. Но нет, княжна всего лишь отбросила с плеча тяжелую косу и нежно так улыбнулась парламентеру.

— Скорее, главный претендент на твою руку, сердце и кровь, — хмыкнул я, услышав последние слова княжны насчет парламентера, сказанные негромко, но отчётливо.

— А может… — Гринпис лукаво улыбнулась, не сводя глаз с потенциального жениха, который начал терять терпение, заметив, что на него не обращают внимания.

— Может, — согласился я, отмечая суету в стороне.

Оказалось, операторы налаживали прямой эфир, а руководил ими немного нервный лэард Отторио Со Собачак.

— Похоже, организатор не больно-то торопится выполнять мой контракт. Значит, руки у меня развязаны. Морг, а Морг, — позвал зверушку.

Росомаха лениво на меня оглянулся. Все это время он стоял рядом с Гринпис, буквально впечатавшись своим мохнатым боком в округлое княжеское бедро.

— Хочешь грузовик яблок? — поинтересовался у наглой морды.

Морг заинтересованно облизнулся.

— Видишь веселую компанию? — я указал на толпу женихов.

Компания начала волноваться. Высокий лэард в черно-красном плаще нахмурил брови, оскалился, демонстрируя острые клыки. Ну, точно упырь. Любопытно было бы узнать, чего они все ждут, почему не реагируют и не пристают с вопросами и предложениями. Но на светские беседы времени нет. Нас ждет Кровавая графиня и Арена.

— Можешь делать с ними что хочешь, — разрешил я зверю. — Главное — не убивай. Усвоил, задница мохнатая? — уточнил у росомахи.

Морг еще шире оскалился, смачно облизался, затем широко зевнул и неторопливо потрусил с крыльца.

— Лэард, вы ведете себя в высшей степени непозволительно, — заговорил, наконец, длинный тип в черном плаще очень недовольным тоном. Но высказать претензию до конца не успел.

Очаровашка Морг смахнул упыря легким движением лапы и вошел в толпу, как раскаленный нож в масло. Точнее, как оскаленный зверь в загон с живой едой. При этом Морг своей мохнатой задницей каким-то невероятным образом умудрялся выражать всю свою огромную скорбь из-за наложенного ограничения. Бедняге не разрешили рвать на части, только калечить. Зато мелкий пакостник отрывался во всю, поливая поверженных врагов золотым дождем.

— Откуда в нем столько жидкости? — покачал я головой, спускаясь по ступеням на плиты двора.

— Ну, он очень талантливый мальчик, — с материнской гордостью ответила Гринпис, грациозно ступая рядом.

— Это точно, — хмыкнул я, глядя на то, как очередной любитель потрясти мечом отлетает к забору вместе с двуручником. Причем оружие воошло четко между раскинутых ног противника, пришпилив кусок ткани в опасной близости от самого главного.

— Талантливо, — я небрежно похлопал.

Пушистая задница даже не обернулся. Но будь я проклят, если этот мохнатый гад не помахал мне хвостом!

Громкие крики, стоны и вопли смешались со звоном отброшенного оружия. Над площадью засверкали вспышки магии, контуры защитных щитов. Но четырехлапую машину убийства не смущали ни шум, ни бесславные попытки прикончить, ни магические заклинания. Морг уверенно двигался вперед, расчищая перед нами широкий проспект, украшенный по сторонам живыми статуями в стиле сюрреализма. Было очень сложно понять, где у покалеченных потенциальных женихов руки, а где ноги. Впрочем, я и не старался.

Мы с Гринпис шли следом за Моргом по камням площади, залитой кровью, усыпанной пеплом. И обсуждали дальнейшие планы.

— Ты знаешь, где находится Арена? — уточнил я у княжны, отмахиваясь от шлема, слетевшего с чьей-то головы. — Морг, аккуратней, — велел я.

Росомаха рыкнул, демонстрируя, что услышал меня.

— Арена… — задумалась Гринпис. — Что-то такое я слышала от оргов. Поначалу мне предлагали простейший отбор: все дерутся друг с другом, потом победитель выходит против Пушистика, затем сражается со мной и получает все.

— Все — это тебя и Морга? — уточнил я.

— Угу, — хмыкнула княжна. — Я отказалась. И предложила вариант заработать больше.

— Однако, вот что значит дочь главного торговца редкостями княжеских кровей, — присвистнул я.

— Да вы можете умирать потише, господа?! — неожиданно рявкнула Розалия. — В конце концов, это неприлично — стонать так громко! Вы рыцари, или где? — возмущённо закончила опричница.

Мне показалось, что стоны стали потише.

— Наша девочка выросла, — я театральным жестом смахнул со щеки несуществующую слезу. — И вот юный цветочек уже кровавый опричник. Я всегда знал, что у тебя есть потенциал.

Гринпис закатила глаза, не оценив моей галантности и гордости в ее адрес. Тем не менее, я успел заметить легкую довольную улыбку, скользнувшую по губам девушки.

— Убей или умри, не так ли, босс? — подмигнула мне княжна, элегантно переступая через длинного упыря, который хотел, но не успел высказать мне претензии по поводу закрытия шоу «Публичный дом».

Высокий лэард лежал на камнях, завернутый в собственный плащ. В мокрый плащ. Поверженный жених бешено вращал алыми глазами, но даже его удлинённые когти не могли прорвать ткань.

— А хорошие у тебя портные-артефакторы в клане. Адресок подскажешь? — полюбопытствовал я. — Нет? Личный портной? Жаль, я бы сделал заказик.

Мы прошли мимо, за нашими спинами раздался яростный вой. Но говорить бедняга тоже не мог. Каким-то образом Морг умудрился оторвать от плаща воротник и засунуть упырю в пасть вместо кляпа.

— Слушай, а ткань и правда хорошая, — отметила Гринпис. — Нам бы с Колокольчиком пригодилась для формы.

— У нас получше будет, — отрезал я.

— Эх, — огорчённо вздохнула княжна. — Для платьев на выход? — закинула удочку.

— Не вздумай рассказывать графине, — приказал я.

— Но как ты? — изумлённо охнула Гринпис.

— Опыт, детка, опыт, — с философским видом заметил я. — Нехорошо, лэард, нарушать контракты. Боги вас покарают, но, видимо, чуть позже. А пока накажем мы, — я широко улыбнулся распорядителю, пришпиленному к воротам особняка.

— Лэард… — прохрипел Отторио Со Собачак. — Я всего лишь служащий… Обманутые вкладчики единогласно проголосовали за… разговор. Вам хотели сделать новое выгодное предложение.

— Мы заметили, — кивнул я в ответ. — Предложение не принимается. Всего хорошего.

Мы с Гринпис одновременно кивнули, прощаясь с распорядителем, и покинули гостеприимный особняк.

— Кажется, я буду немножко скучать, — вздохнула княжна. — Они были такими милыми, так мило ухаживали.

— Я так понимаю, коллекция артефактного оружия ты пополнила? — хмыкнул я.

— Ну… немножко, — смутилась Розалия, поглаживая кольцо на пальце.

— Дома покажешь.

— И расскажу, — заверила Гринпис.

***

— Сидящий на троне из черепов приветствует вас, — прочитал я вслух, разглядывая афишу-фреску на стене Арены. — Масштабно, — одобрил, переходя от сцены к сцене.

— Впечатляет. Ой, смотри! Это что, наша Ло? — воскликнула вдруг Гринпис, тыкая пальчиком в очередную картинку.

— Быть того не может, фрески выглядят старыми, — с сомнением произнес я, тем не менее подошел поближе и принялся разглядывать. — Хм… надо было брать другой слоган.

— Какой? — с восхищением в голосе выдохнула княжна.

Портрет графини высотой в два человеческих роста на стене Арены впечатлял. Ло, невероятно красивая в своем боевом безумии, с идеальной прической, стояла на горе из отрубленных голов. Художнику, кем бы он ни был, удалось передать и ярость боя, и торжество победы в глазах Колокольчика. И даже искру сумасшествия в ее глазах. А уж доспех впечатлял даже самых не впечатлительных. Вернее, отсутствие доспеха.

— Так вот ты какой… бронелифчик… — протянул я, старательно пряча улыбку. — Ни сантиметра для полета фантазии.

— И бронетрусы, — хихикнула Гринпис. — Интересно, Ло действительно выступает в ЭТОМ? — княжна выделила голосом последнее слово. Затем достала телефон и сделала несколько снимков на память.

— Сомневаюсь. Подозреваю, это вольная интерпретация художника. Интересно, он еще жив?

— Интересно, графиня в курсе? — в голос выдали мы.

— Доберемся, узнаем. Ну что, берем билеты, идем на разведку.

— Как скажешь, босс. А слоган какой? — полюбопытствовала Гринпис.

— Чего? — не сразу сообразил я, потом вспомнил. — А, идущая по головам желает вам удачи, — хмыкнул в ответ.

— Ло и пожелание удачи? — удивилась княжна.

— Графиня — девушка из приличной семьи. К тому же Ло очень милосердна. Конечно же, она пожелает противнику удачи… Удачи сдохнуть быстро и безболезненно, — заверил я Розалию. — Два билета в цирк, на лучшие места, — велел билетеру.

— Это Арена… — буркнул продавец из темноты будки.

— Да хоть футбольное поле, — согласился я, получая два тонких медных прямоугольника с выбитыми цифрами, обозначавшими ряд и места.

— Пусть победит сильнейший, — проворчал билетер. — Следующий.

— Сильнейшая, — исправила Гринпис, принимая свой билет.

***

— Слава Кровавой богине! — взревели сотни голосов, приветствуя Ло, стоявшую на горе из свежих трупов.

— Однако нашу Ло повысили, вроде была Кровавой графиней, а тут на тебе, уже богиня, — ухмыльнулся я, глядя на невозмутимую безупречную Ло в залитом кровью костюме. Из прически графини как обычно не выбился ни один волосок. Белоснежные волосы, забранные в высокий конский хвост, венчала едва заметная диадема.

— Мне кажется, или у Ло на голове рожки? — ахнула восхищенно Гринпис. — Причем рожки на из рубинов Бездны!

— Все может быть, — согласился я, внимательно разглядывая лэарда на троне.

Царственное сиденье действительно соорудили из черепов. «Хуже только трон из мечей, — подумал про себя. — И на том, и на другом долго не посидишь, задница отвалится.

— Свар, — взволнованно вскрикнула Гринпис.

— Что? — напрягся я, осторожно сканируя местность.

Трибуны ревели, обезумевшие от боя зрители кидали к ногам Кровавой графини драгоценности, цветы, золото, небольшие артефакты и даже оружие. Ло невозмутимо стояла на вершине мертвой горы и равнодушным взглядом скользила по Арене, не обращая внимания на беснующуюся толпу. Вот взгляд графини остановился на хозяине Арены, который восседал на троне, но не задержался надолго.

Внезапно Ло замерла. Уверен, никто другой, кроме меня, даже не заметил, как на секунду изменилось дыхание Кровавой графини. Как возникла и тут же растворилась в уголках губ довольная улыбка.

Никто другой, кроме меня и лэарда, восседающего на троне из черепов. Он моментально почуял изменения в состоянии эмоционального фона Колокольчика и начал медленно обводить тяжелым взглядом беснующуюся толпу. Зрители потихоньку стихали, рассаживались обратно на места. Наконец, взгляд хозяина Арены остановился на мне.

Я вежливо улыбнулся и поприветствовал лэарда коротким наклоном головы. Существо Нави, по-другому я не могу назвать того, кого видел, долго и внимательно меня разглядывало. Затем коротко глянуло в сторону Гринпис, которая сидела рядом со мной с сосредоточенным лицом, похоже, мысленно общалась с графиней.

«Надо отправить Гринпис на тренировки к Коржику. Не умеет еще держать лицо, общаясь по ментальной связи. Нехорошо», — отметил про себя, сделал зарубку в памяти.

Повелитель Арены отвлекся от Гринпис, бросил короткий взгляд на Ло. Кровавая богиня по-прежнему стояла на возвышенности, небрежно опираясь на тонкую шпагу — трофей последнего боя.

— Лэард, — раздалось вдруг возле меня. — Лэард, господин приглашает вас к себе в ложу, — вежливо заговорил служка в ярко-красной ливрее, склонив голову в приветствии.

Я даже не стал интересоваться, что за лэард зовет к себе в гости, и так все понятно.

— Как зовут господина на троне? — опередив меня, полюбопытствовала Гринпис.

— Божественный Бхарн, лэард крови, титан, сын Хаоса, высший демон, покровитель воинов и сражений.

Я окинул задумчивым взглядом повелителя Арены. Точно, демон. Мощный, высокий, просто горы мышц. Голова увенчана небольшими, но мощными рогами, слегка загнутыми назад. Облаченный в любопытные медные доспехи, от которых за версту несло чужеродной магией, Бхар невозмутимо взирал на ристалище.

На коленях Бхарна лежал гигантский кнут. Во время представления мне довелось увидеть, как мастерски повелитель Арены им пользуется, наказывая нарушителей порядка. Скорость движения невероятная, причем сын Хаоса даже не привставал со своего трона.

— С удовольствием познакомимся с лэардом крови, — наконец ответил я посланнику, поднялся с места, кивнул Гринпис.

— Что? — рассеянно спросила княжна. Мы встретились взглядами, Розалия все поняла, моментально оборвала сеанс связи, поднялась следом за мной.

— Сюда, — пригласил провожатый, указав на неприметную дверцу под трибуной.

***

— Мне нужна моя сотрудница. У нее контракт. Пожизненный, — холодно повторил я бестолковому упрямцу на троне. — Договоримся по-хорошему и разойдемся сторонами, — предложил повелителю Арены.

«У него что, во всех комнатах троны из черепов?» — хмыкнул про себя.

Зал, в котором мы беседовали с лэардом крови, был вполовину меньше Арены, которая находилась у нас над головами.

— Леди в отпуске. Но отпуск закончился, пора возвращаться, — пояснил я божественному Бхарну, сыну Кхарна.

Как выяснилось из разговора с проводником, властитель Арены по совместительству оказался сыном Кровавого Кхарна, Повелителя Войны, Собирателя Черепов, Кровавого бога ярости, воинов и воинской доблести. Сосланный за какую-то провинность в мир Нави, наследный принц Хаоса Бхарн развлекался, как мог.

Арена существовала давно, но вот такого воина, к тому же женщины, на Арене не видывали с момента создания кровавого шоу.

— Человек, — пророкотал Бхарн.

— Опричник, — поправил я лэарда.

К сожалению, моя маскировка не обманула высшего демона, темную кровь во мне он тоже распознал.

— Мне нужна твоя… сотрудница графиня. Золотом по весу. Редчайшие драгоценности Хаоса по весу. По твоему весу, — уточнил лэард крови. — По весу вас троих, — добавил через секунду. — Через столетие кровавых сражений она станет богиней не на словах, по праву.

— Не продается, — холодно отрезал я.

Бхарн внезапно наклонился вперед, растянул губы в улыбке и заговорил доверительно, насколько это было в его силах.

— Человек, Кровавой Графине здесь хорошо. Очень хорошо. Здесь она на своем месте. Это ее мир, ее правда, ее Арена. Все вселенные к ее услугам. Все ее желания выполняются мгновенно. А желает она одного — безостановочно убивать. Без ограничений. Без цепей морали и законов. Что можешь дать ей ты, человек? Деньги?

Бхарн откинулся назад и расхохотался.

— Она купается в золоте и редчайших камнях, доставленных для нее из всех известных миров.

Я молчал, слушал, давая человеку, в смысле демону, высказаться.

— Битву? Зачистка Рифтов — все, что ты можешь ей предложить. Кровавая графиня переросла песочницы Яви. Ей нужен масштаб. Реки, моря, океаны крови, — уверенно закончил принц Хаоса.

Бхарн щелкнул пальцами, перед нами появился гигантский темный отполированный камень. Миг, и на нем задвигалось изображение. Нам демонстрировали нарезку боев Колокольчика. Прекрасная в своем безумие, графиня кромсала противников ножами, мечами, резала на куски кнутом, разрывала руками, иногда зубами.

«Похоже, Арена не прошла даром. Ло снова вошла в маниакальную фазу. Надо вытаскивать ее отсюда», — выругался я, просмотрев записи кровавых битв.

Гринпис молча стояла рядом, но по ее округлившимся глазам и злости я понял: княжна в бешенстве. Будь ее воля, она бы тут уже устроила ментальную бойню, лишь бы вытащить подругу из плена.

— Что ТЫ можешь дать Кровавой богине, человек? — повторил свой вопрос божественный Бхарн, лэард крови, титан, сын Хаоса, высший демон, покровитель воинов и сражений.

— Мне нужно с ней поговорить, — ответил я лэарду крови. — Пусть решает сама.

— Ты знаешь правила, человек, — губы высшего демона растянулись в предвкушающей улыбке.

— Не знаю.

Ничего не произошло, но вдруг заговорил прислужник, который все это время стоял на коленях слева от трона.

— Лэард, — служка поднял голову и, глядя куда-то в пространство, заговорил ровным тоном. — Согласно пункту шестьсот шестьдесят шестому встретиться с абсолютным победителем Арены может только тот, кто одолеет других бойцов.

— Прекрасно, — кровожадно улыбнулся я, глядя на удивленного Бхарна. — Можем приступить прямо сейчас.

Глава 8

Я стоял на краю арены, ощущая, как с каждой секундой растет напряжение. За новичком Арены с кровожадным интересом наблюдали разгоряченные зрители. Я равнодушно отслеживал потоки мыслей, эмоций, намерений. Ничего нового, всё как в нашей Яви: жажда крови и золота.

Перед тем как отправиться на арену, я велел Гринпис прозондировать почву и поставить на мою победу пару сотен золотых, не все деньги, конечно, но большую часть. В своей победе, победах над всеми жаждущими вскрыть мне глотку, я был абсолютно уверен. Но кто же складывает все яйца в одну корзину? Особенно в чуждом нам мире, живущем по своим игровым правилам. Если придется быстро сматываться, прихватив Кровавую Графиню, от хозяина Арены, недовольного новым абсолютным чемпионом, то золота про запас должно хватить.

Я стоял в центре арены и ждал, небрежно сжимая в руках свой магострел. Любимая игрушка, надежный артефакт собственного производства, новая версия, способная уничтожать любого врага на очень большом расстоянии. Но и вблизи не промах.

Первый претендент поразил мое воображение. Такое чудо-юдо я не встречал даже в старинных рукописях из личной библиотеки куратора. Существо Нави скользнуло ко мне с уверенной, я бы даже сказал, нагловатой ухмылкой на уродливом лице, с вызовом в пылающих алых глазах. Монстр походил на чудовище из детских самых жутких ночных кошмаров, тех самых, которые невозможно воспроизвести, когда проснешься. Но помнишь всю жизнь.

Огромное тело около трех метров в высоту, перекрученные бугры мышц с торчащими из кожи острыми шипами, массивный торс. Впрочем, как известно, большой шкаф всегда громко падает. И этот не станет исключением. Я поудобнее перехватил магострел и приготовился к бою.

— Лэард Буги дэль Амен династии Кромешной Тьмы Предначальной, — объявил глашатай.

Мы сошлись в поединке в ту же секунду, как распорядитель закончил объявлять.

Противник двигался с невероятной ловкостью, несмотря на свою чудовищную массу тела. Примерно одно мгновение я позволил себе понаблюдать за бегущим шкафом, затем поднял магострел и выстрелил.

Глаза лэарда изумленно расширились, над ареной прокатился громогласный душераздирающий рев. Затем колени чудовища подогнулись, и оно рухнуло на окровавленный черный песок арены, уткнувшись в него оскаленной обиженной мордой.

Чтобы в следующее мгновение подняться на ноги, как ни в чем не бывало. Правда, морду лэарда отчего-то перекорежило от ненависти и ярости. По ходу, переживает бедняга собственное поражение. «Надеюсь, у них тут есть душеправы, а то так и до психологической травмы недалеко», — хмыкнул я про себя, ожидая продолжения с невозмутимым лицом.

— Во имя Арены, благодарю за поединок, лэард, — скрипнув зубами, процедил Буги аль кто-то там, склонил голову в коротком поклоне, сверля меня багровым взглядом.

— Благодарю за оказанную честь, — так же вежливо ответил я, салютнув магострелом.

Существо Нави оскалилось и яростно взревело в ответ на ехидное улюлюканье зрителей, затем гордо покинуло поле боя.

Следующий противник оказался умнее. Ну, это он так думал, потому как прихватил с собой щит. Я, пока слушал, как зовут господина, разглядывал артефакт, прикидывая, нельзя ли его отжать. В смысле, взять в качестве трофея после победы. Во всех мирах действует правило: что с бою взято, то свято. Чем битва на Арене хуже? Надо бы уточнить у распорядителя этот момент.

— Лэард Хрунгрин йотун Каменной Гряды династии Имира.

Я с любопытством разглядывал воина. Хрунгрин походил на ожившую гору, но двигался достаточно легко. Каменный гигантский щит почти в половину его роста отлично прикрывал большую часть тела противника. Потому как спокойно держал его противник, не понять, невозможно было насколько артефакт тяжелый.

По щиту то и дело бегали темные искры, подсвечивая неизвестные письмена. В центре брони размещался багровый камень, больше похожий на гигантское бельмо в глазу.

Не успел распорядитель закончить свою речь, как это самое бельмо озарилось тусклым светом. Хрунгрин закончил меня изучать, но не торопился навстречу. Я ухмыльнулся, поднял магострел и выстрелил, целясь в незащищенный кусок каменной плоти.

Противник прикрывал верхнюю часть туловища, явно не ожидая от меня выстрела в ногу. Снаряд пробил тело, монстр взревел и рухнул на одно колено, но щит из рук не выпустил. Недолго думая, я метнулся навстречу и выстрелил еще раз. На этот раз в то самое бельмо на щите, которое уже не выглядело насмешкой, а вполне угрожающе сияло, набирая силу.

Снаряд попал точно в цель, второй я отправил в здоровую ногу, затем добил контрольным в голову. Чтобы через секунду невозмутимо взирать на ожившего мертвеца, обмениваясь с ним любезностями насчет сражения, которое закончилось, едва начавшись.

— Во имя Арены, благодарю за поединок, лаэрд, — проскрипела ожившая гора и, тяжело переваливаясь, покинула кровавую сцену.

«Какого темного бога здесь происходит? Что за цирк с не убиваемыми уродами?» — мелькнула мысль.

— Лэарда Хульдра младшая ветвь династии Ху иль Дин.

Первая девушка-воин, да и та с хвостом. Жаль, не кошачьим. Я окинул воительницу оценивающим взглядом, особое внимание уделив изящному змеиному хвосту с острым концом, похожим на наконечник багра. Самый кончик поблескивал, похоже, девица ко всему прочему еще и ядовитая в прямом смысле слова.

Оценивая противницу, параллельно я анализировал происходящее, отчасти удивляясь тому, что наблюдал. Это было странно — мы как будто играли в какую-то зловещую игру. Я чувствовал эмоции зрителей, их жажду крови, азарт, адреналин. Их неприкрытую радость от ставок, растущих с каждым поверженным воином.

Воительница растянула тонкие губы в улыбке, демонстрируя белые мелкие острые зубки. Кажется, этого добра у красотки два ряда, прямо как у акулы. Я приветливо улыбнулся и выстрелил.

Девица в одно мгновение отбила подачу мечом, зарычала и медленно двинулась навстречу, кружа, изучая и присматриваясь. В тот самый момент, когда она посчитала, что своим ядовитым танцем с мечом и иллюзиями задурила мне голову, я стремительно скользнул за женскую спину и снова выстрелил.

Воительница огласила Арену диким ультразвуком и упала на черный песок.

Похоже, я понял принцип сражения: как говорится, до первой крови или попадания, и сразу помер, чтобы тут же воскреснуть. Ну, мне же лучше, быстрее дойду до финала, заберу Кровавую Графиню, команду и отчалим домой.

И завертелась бесконечная битва.

С каждым новым противником сложность возрастала. Каждый боец имел возможность наблюдать за моими атаками, тогда как для меня очередной воин становился сюрпризом, боевой единицей с неизвестной способностью.

Каждая схватка — это как ювелирная работа хирурга. Короткая оценка противника, один удар, один воскресший труп.

«И все-таки это очень странно, — в который раз поблагодарив за сражение бывшего покойника, подумал я. — Как будто бесконечная кровавая бессмысленная игра на выживание».

Распорядитель ни разу не объявил перерыв. Соперники шли сплошным потоком, в какой-то момент я заколебался вести счет поверженным противникам.

Лэарда Нехекбау из династии Черного Ра, мужчину, больше похожего на тонкого высокого змея, все оружие которого — скорость, сила и ядовитые стрелы, пришлось нашпиговать по полной, разрядив обойму прямо в наглую пасть. Бедняга не успевал заглатывать снаряды, так и сдох, захлебнувшись.

Еще одну девицу, лэарду Амату из династии Пожирателей душ, пришлось угомонить, наполнив магострел собственным Даром. Моя Сила и способность Аматы столкнулись в короткой жадной схватке. В результате, пока Пожирательница пыталась заглотить мою душу, я прикончил ее с близкого расстояния пулей в лоб.

На Арене я потерял счет времени. Оскаленные жуткие морды, искаженные лица слились в одно бесконечное пятно. Мышцы начинали слегка ныть от напряжения, но я, кажется, начал понимать, что такого залипательного нашла наша Ло в сражениях на Арене.

Бесконечное соревнование на выносливость, тренировка реакций, способностей, умений, включая глубокую концентрацию.

Сражаясь целый день с самыми разнообразными противниками, я не раз мысленно поблагодарил Ягиню. Если бы не Стражница и её регулярные «упражнения» с подпиткой, я бы с великим трудом выдержал такой темп и нагрузку. Теперь, оценивая риски Арены, осознавал: без тренировок в местных сражениях запросто можно заработать вероятность выгорания.

При этом я ловил себя на мысли: каждая очередная победа словно делала меня сильнее, вопреки здравому смыслу и логике.

Все смешалось на Арене: хриплые крики зрителей, яростные рыки поверженных противников. Но в этой какофонии хаоса я ощущал себя не просто гладиатором, а участником чего-то гораздо большего. Внезапно пришла мысль, что Арена — это местный аналог Валгаллы.

Место, где величайшие воители могут без конца и края пировать и сражаться в ожидании Рагнарока и Последней битвы. Слушая имя очередного лэарда, что вышел против меня, я утер со лба кровавый пот и огляделся, позволив себе почувствовать.

Древние стены амфитеатра хранили чудовищную по своей силе и старости магию. Каждый бой, каждое воскрешение и восхождение на ступеньку к Олимпу Арены — это не просто развлечение для зрителей. Это испытание, своего рода отбор лучших из лучших воинов.

Тогда кто он, хозяин Арены, восседающий с невозмутимым видом на троне из черепов? Тот ли он, за кого себя выдает? Или аватар одного из первородных темных богов. Сидит себе на троне, поигрывая кнутом, наблюдает в глазные прорези живой маски из теней и выбирает.

Тогда понятно, за каким лешим этому лэарду понадобилась Колокольчик. Кровавая Графиня не просто жемчужина коллекции великих воинов. Ло — вершина творения, тот самый алмаз, который не раскрошить в пыль. Одержимый берсерк с ненасытной жаждой сражений. В этом ее сила, но в этом же и слабость Графини. Потому надо срочно вытаскивать Ло из этой круговерти кровавого помешательства.

Темная богиня из Ло получится чересчур кровавой. Мир не выдержит ее безумия.

Очередной противник, очередной восставший труп и новая мысль. Каждый из нас, кто сражается на Арене, — часть ритуала. Часть чьего-то темного замысла, который стоит выше наших личных воинских амбиций. Перед глазами пронеслись лица всех моих сегодняшних противников. Умирая, они что-то отдавали той древней магии, которая обитала в этих стенах.

Но, погибая на поле Арены, воины поднимались и продолжали сражаться. Кажется, здесь в режиме нон-стоп готовились к великой битве, которая однажды изменит судьбу всех трех Миров. Ну, или сколько их там на самом деле существует.

Не удивлюсь, если непобедимая Кровавая Графиня — своего рода ключ к началу конца. Сколько Колокольчику нужно победить, чтобы врата в Бездну наконец-то раскрылись по прихоти кукловода на троне из черепов? До какой грани кровавого безумия Графиня должна дойти? Какую черту переступить? И чем закончится последнее сражение Ло на этой Арене?

Сражение со мной.

Я мотнул головой, прогоняя ненужные мысли. Что-то в философию потянуло, не к добру. Но возникшая мысль о том, что все это — одна огромная хитро выдуманная ловушка, устроенная аватаром неизвестного темного бога, не покидала сознание.

«Внук, не вздумай здесь помирать», — раздался вдруг голос прадеда в моей голове.

«А то что?» — уточнил я.

«А то всё, — проскрипел дед. — Останешься здесь навсегда».

«Да твою темную каракатицу», — выругался я про себя.

«Да хоть светлую, всё одно: сдохнешь — станешь частью Арены», — прокомментировал дед и умолк.

«Часть Арены, часть команды», — мелькнуло в голове. Однако, похоже, что дух предка прав, всё это тщательно продуманная схема неизвестного темного. И если я проиграю схватку, хотя бы одну, рискую стать одной из этих неутомимых яростных душ, которые какой-то великий садист запер в бесконечном цикле сражений, без надежды на освобождение.

Я оглянулся вокруг, не вслушиваясь в имя очередного противника. Кинул короткий взгляд на повелителя Арены, по-прежнему невозмутимо взирающего на схватки.

«Ну что же, поборемся за собственную душу, — хмыкнул про себя, атакуя очередного соперника. — Где наша не пропадала. А наша еще нигде не пропадала», — ухмыльнулся в лицо воину, разнося в кровавые ошметки череп.

Страха не было. Только адреналин, чёткость мыслей, скупость движений и точность мгновенных решений. Зрители выли от восторга охрипшими голосами, проклиная и подбадривая меня.

Краем глаза я заметил Ло. Кровавая Графиня открыто любовалась мной, чуть наклонившись вперед, смущая разгоряченную публику видом своих шикарных прелестей в бронелифчике. Глупец, решивший подкатить к ней в момент очередного оглашения, рухнул куда-то под ноги Колокольчика. Ло даже не глянула на неудачника, просто отмахнулась.

Глаза Графини горели ярко-алым светом, и это несколько напрягало.

«Девочка на грани, поторопись», — озабоченным тоном выдала прабабушка.

«Сколько еще осталось?» — поинтересовался старший брат.

«А ты пойди да спроси», — ехидно предложил дед.

«Тихо всем!» — рявкнул я, разнося в клочья очередного противника.

А и вправду, сколько мне еще тут плясать? От усталости гудело всё тело, пальцы не просто держали магострел. Они словно прилипли к нему. Руки практически свело судорогой. После смерти оружие точно не отберут, разве что по пальчику отпилят, чтобы вытащить из моего захвата.

«Какая смерть? — проворчал дед. — Чур тебя, внук. Роду Сваровых пасть здесь, на Арене на потеху Навьей публике? Не позволю!»

Духи предков согласно загомонили. Меня словно окатило горячей волной изнутри. Волна эта смыла частично усталость, очистила мысли, придала сил. Я раздвинул губы в жуткой улыбке, встречая очередного противника.

«Поберегись!» — выкрикнула вдруг матушка.

Толпа взревела, отчаянно заулюлюкала, завыла, запела. Какофония криков на секунду оглушила, я прослушал имя очередного противника. Зато в полной мере ощутил ледяной холод, который стремительным ураганом прокатился вдоль моего позвоночника.

Хищник — первая мысль, которая возникла в моей голове при виде странного воина, закутанного в прозрачную темную вуаль из тумана.

Женщина — оценив плавную походку и грацию, отметил про себя, крепче перехватывая магострел.

Вокруг воительницы клубилась ее собственная аура, обжигая жаждой крови, подавляя уверенностью и темной агрессией. Я прислушался. Аура противницы гудела от мощи, чем-то отдаленно напоминая легендарную ауру Кощея, с которой мне довелось столкнуться в Нави.

Дева двигалась как хищник, выслеживающий добычу. Каждый шаг казался осмысленным и расчетливым. Дикая кошка, готовая к прыжку.

Я не сводил глаз с воительницы, практически не дышал и не моргал. И все-таки едва не пропустил стремительную атаку, незаметную глазу.

В последний момент успел уйти в сторону. Один из мечей едва не зацепил мое плечо. Дева по-прежнему скрывалась за темной туманной дымкой. Эта полупрозрачная вуаль скрывала не только фигуру и лицо, но и оружие, которым хищница владела весьма и весьма профессионально.

Внезапно пришло осознание: вот она, последняя решающая схватка. Дальше — победа или поражение. И легендарная битва с Кровавой Графиней не на жизнь, а на смерть.

Воительница снова атаковала, не давая время на оценку умений, на анализ действий. В моих жилах пробудилась жажда крови. Усилием воли я усмирил Силу и разум, хладнокровно кружась возле соперницы.

Новый бросок, стремительный удар. И вновь я едва успел увернуться.

«Хорошо бы нам ее в команду», — пронеслась мысль. Очередной удар воительницы прошел по касательной, не зацепив и не причинив мне никакого вреда. Но очень и очень близко. Я буквально почувствовал собственной разгоряченной кожей обжигающий холод клинков девы.

Какая-то мысль мелькнула в голове, но я не успел ее поймать, уходя от очередной атаки.

Жажда крови оглушала, заполняя собой всю Арену. Краем сознания я отмечал, как валятся на пол зрители, воя от ужаса и дикой боли. И вновь я едва не пропустил удар. Но тут же кинулся в контратаку. Выстрел. Воительница отпрянула, пуля едва задела темную вуаль, что окутывала женскую фигуру, но не коснулась тела.

Зато тонкий туманный покров мигнул и упал на черный песок Арены, являя мне и зрителям одержимую великолепную хищницу. На долю секунду я завис от потрясения.

«По ком звонит колокол?» — усмехнулся про себя, не сводя глаз с девы, которая нежно мне улыбнулась и выпустила до конца собственную жажду крови.

***

Господа, жизнь наладилась, проды пять раз в неделю минимум. Но постараемся без перерыва. Пропадать точно больше не буду.