Операция "Рассвет"

Пролог

2017 год стал переломным моментом в истории человечества.Очередной мировой экономический кризис оказался намного тяжелее, чем прогнозировали ведущие аналитики. Из-за масштабного конфликта на Ближнем Востоке поставки нефти резко сократились, а мировые цены на энергоносители взлетели до рекордных значений.

Больше всего пострадали Соединённые Штаты Америки и Европейский Союз. Экономика США оказалась под двойным ударом: рост цен на нефть совпал с последствиями неудачных экономических реформ, проведённых несколькими годами ранее. Государственный долг стремительно увеличивался, промышленность сокращала производство, а федеральный бюджет столкнулся с огромным дефицитом.Чтобы избежать финансового коллапса, правительство США было вынуждено резко сократить военные расходы. Впервые со времён окончания холодной войны Вашингтон объявил о масштабном сокращении своего военного присутствия за рубежом. Американские войска начали покидать страны Европы, а военные контингенты в Японии и Южной Корее были значительно уменьшены.

Для большинства союзников США это стало тревожным сигналом: привычная система международной безопасности начала разрушаться.

Тем временем в России ситуация складывалась совершенно иначе.Высокие цены на нефть в сочетании с успешными экономическими реформами вызвали настоящий экономический бум. Российская экономика росла рекордными темпами, государственный бюджет оказался профицитным, а крупнейшие российские корпорации начали активно выходить на мировой рынок.Российские инвестиционные фонды скупали акции ведущих зарубежных компаний, а затем переходили к приобретению контрольных пакетов и полному выкупу целых предприятий. Многие государства с удивлением наблюдали, как Россия постепенно превращается в одного из главных мировых инвесторов.

Казалось, что мировой экономический кризис станет главным событием десятилетия.

Но человечество даже не подозревало, что это было лишь начало.

Через несколько месяцев мир столкнётся с событием, которое навсегда изменит карту планеты, баланс сил и само представление людей о будущем.

И тогда все поймут: экономический кризис был всего лишь прологом к величайшей катастрофе в истории человечества.

Глава 1 День, когда всё изменилось

Май 2017 года. Япония

Хотя Япония пострадала от мирового экономического кризиса значительно меньше многих других стран, её экономика всё же начала испытывать серьёзные трудности. Сокращение американского военного контингента, размещённого на японских базах, также вызывало беспокойство у правительства и населения. Многие эксперты предупреждали, что привычная система безопасности в Восточной Азии начинает меняться.

Город Одзу. Раннее утро

Улицы постепенно оживали. Кто-то спешил на работу, кто-то отправлялся в школу или университет, а кто-то просто наслаждался спокойным весенним утром. По дорогам двигались автомобили, открывались магазины и небольшие семейные кафе.

Молодой офицер полиции Ямазаки Сора вместе со своей женой Ямазаки Мику неторопливо шли по одной из центральных улиц города. У обоих сегодня был редкий выходной, и они решили позавтракать в небольшом кафе, которое часто посещали.

Заказав еду, супруги продолжили разговор.

— Ты не собираешься увольняться? — тихо спросила Мику. — После всех событий в мире я слышала, что вам сократили зарплату. Да и повышения, скорее всего, теперь не будет.

Сора тяжело вздохнул.

— Опять мы возвращаемся к этому разговору?

Мику ничего не ответила.

— Я работаю не ради денег и не ради повышения, — продолжил он спокойным, но твёрдым голосом. — Я стал полицейским, потому что хочу, чтобы наш город был безопаснее. Ты сама знаешь, что после кризиса преступность резко выросла. Грабят дома, нападают на мирных жителей, участились убийства. И пока я могу хоть что-то сделать, я не собираюсь уходить.

Он сделал небольшую паузу.

— И на этом разговор закончен.

Мику было видно, что она не согласна с мужем, но спорить больше не стала.

Позавтракав, молодая семья вышла из кафе и решила прогуляться по расположенному неподалёку городскому парку.

Весенний ветер слегка колыхал деревья, дети играли на площадке, пожилые люди сидели на скамейках. Казалось, обычный день продолжается своим чередом.

Но внезапно несколько прохожих одновременно схватились за головы.

Один мужчина упал на колени.

Следом рухнула пожилая женщина.

Через несколько секунд ещё несколько человек потеряли сознание.

Люди бросились им на помощь.

Именно это стало их роковой ошибкой.

Стоило одному из пострадавших открыть глаза, как он с нечеловеческим рыком вцепился зубами в шею мужчине, пытавшемуся его поднять.

Раздался отчаянный крик.

Кровь брызнула на дорожку.

Все вокруг замерли от ужаса.

Но спустя мгновение остальные потерявшие сознание люди начали подниматься. Их движения были дёргаными и неестественными, а глаза казались пустыми.

Они набросились на окружающих.

Парк мгновенно превратился в место кровавого хаоса.

Люди кричали, пытались убежать, падали, толкали друг друга. Некоторые пытались защитить своих близких, другие просто спасались бегством.

На Сору и Мику тоже напали.

К счастью, Сора всегда носил при себе полицейскую дубинку. Несколькими сильными ударами он отбросил нападавшего, схватил жену за руку и вместе с несколькими выжившими бросился к выходу из парка.

Однако за его пределами ситуация оказалась ещё страшнее.

На дорогах произошло множество аварий. Автомобили сталкивались друг с другом, некоторые водители теряли управление прямо на ходу. Повсюду слышались сигналы клаксонов, крики и звуки разбивающегося стекла.

Люди нападали друг на друга прямо посреди улицы.

Казалось, весь город за считанные минуты сошёл с ума.

Мику застыла на месте, не в силах отвести взгляд от происходящего.

— Сора... Что... Что происходит?..

Но тот уже крепко схватил её за руку.

— Быстрее! Нам нельзя останавливаться!

— Куда мы идём? — дрожащим голосом спросила она, едва поспевая за мужем.

— В полицейский участок. Сейчас это самое безопасное место, которое я могу придумать.

Они побежали по улицам Одзу, наблюдая, как привычный мир рушится буквально у них на глазах.

Никто ещё не знал, что подобное происходит не только в Одзу.

В тот день человечество столкнулось с катастрофой, к которой не было готово ни одно государство мира.

Глава 2

Май 2017 года. Штаб-квартира ООН, Нью-Йорк.

Прошла неделя с момента начала эпидемии в Японии.

К удивлению всего мира, вспышка пока затронула только японские острова. Ни в одной другой стране случаев заражения зафиксировано не было. Морские и воздушные границы Японии были полностью закрыты, связь с большей частью страны потеряна.

В зале Генеральной Ассамблеи ООН стояла напряжённая тишина.

На трибуне выступал представитель Временного правительства Японии — Мацумото Кайма.

У многих возникал один и тот же вопрос: почему именно временное правительство?

Ответ был трагичен.

В первые дни катастрофы с Мацумото связался премьер-министр Японии. Во время последнего разговора он сообщил страшную новость:

— Правительство... практически уничтожено. Почти все министры погибли или заражены. Я... тоже заражён. У меня осталось совсем немного времени...

После короткой паузы премьер-министр официально передал Мацумото чрезвычайные полномочия по управлению страной.

Это был их последний разговор.

Теперь Мацумото Кайма представлял всё, что осталось от центральной власти Японии.

Он посмотрел на представителей государств и начал говорить:

— Господа, моя страна погибает. Миллионы людей оказались в ловушке. Мы просим гуманитарную помощь. Нам необходимы медикаменты, продовольствие и, если это возможно, международный миротворческий контингент для создания безопасных эвакуационных зон.

В зале воцарилась тишина.

Наконец один из представителей ООН поднялся.

— Господин Мацумото, поймите и нас. Если бы не мировой экономический кризис, многие государства уже направили бы свои силы на помощь Японии.

— Тогда хотя бы увеличьте объёмы гуманитарной помощи, — сдержанно ответил Мацумото. — Люди умирают.

Другой делегат взял слово.

— Мы уже оказываем помощь. Самолёты ежедневно сбрасывают контейнеры с медикаментами, водой и продовольствием. Но мы не знаем, получает ли их хоть кто-нибудь. Связь с большей частью Японии полностью отсутствует.

Он сделал небольшую паузу.

— А ввод войск... невозможен. Мы не можем рисковать жизнями своих солдат и безопасностью собственных стран. Никто не знает природы этого вируса. Если инфекция распространится за пределы Японии, последствия могут оказаться катастрофическими.

Мацумото сжал кулаки.

Ему хотелось ответить резко.

Хотелось закричать, что речь идёт о миллионах людей.

Но прежде чем он успел открыть рот, в зале прозвучал другой голос.

— Неужели мы просто бросим граждан Японии? — спросил представитель России Кузнецов Ярослав Данилович.

Несколько делегатов переглянулись.

— К сожалению, сейчас у большинства государств нет возможностей для проведения подобной операции, — ответил один из членов ООН. — Если Россия считает, что способна организовать гуманитарную миссию, никто не станет ей препятствовать.

Взгляды всего зала устремились на российского представителя.

Кузнецов несколько секунд молчал.

Затем спокойно произнёс:

— Россия рассмотрит возможность проведения гуманитарной операции.

Эти слова стали единственным лучом надежды за всё заседание.

Поздний вечер. Кабинет главы Временного правительства Японии.

Мацумото Кайма сидел за рабочим столом и молча смотрел в стену.

За последнюю неделю он почти перестал спать.

Каждый день приходили новые сообщения о падении городов, но ни одного подтверждения, что где-то ещё сохранилась полноценная власть.

Да, самолёты сбрасывали гуманитарные грузы.

Но никто не мог сказать, доходят ли они до выживших.

Тяжело вздохнув, Мацумото закрыл глаза.

В этот момент в дверь постучали.

— Войдите.

В кабинет вошёл высокий мужчина в строгом костюме.

— Господин Мацумото, я только что связался со своим правительством.

Мацумото поднял взгляд.

— И?

— Моё правительство дало согласие.

— Согласие... на что?

Мужчина спокойно ответил:

— На ввод гуманитарного военного контингента на территорию Японии. Наши подразделения помогут создать безопасные зоны, организовать эвакуацию мирного населения и доставку гуманитарной помощи.

Несколько секунд Мацумото не мог произнести ни слова.

Неужели хоть одна страна действительно решила помочь?

Он медленно поднялся со своего места, подошёл к гостю и крепко пожал ему руку.

— От имени Временного правительства Японии... я даю официальное разрешение на ввод гуманитарного контингента.

Мужчина молча кивнул.

— Мы не подведём.

После этого он развернулся и вышел из кабинета.

Когда дверь закрылась, Мацумото впервые за всю неделю позволил себе едва заметно улыбнуться.

«Возможно... ещё не всё потеряно», — подумал он, возвращаясь к своему рабочему столу.

Глава 3

**Июнь 2017 года. Япония. Прибрежный город Нарита.**

Прошло три недели с момента начала эпидемии.

Крупные города Японии были практически полностью потеряны. Миллионы людей либо погибли, либо превратились в заражённых.

Небольшим городам повезло значительно больше. Благодаря меньшей численности населения выжившие сумели организовать оборону. Чаще всего они укреплялись в зданиях школ, университетов и полицейских участков. Высокие заборы и прочные ворота позволяли какое-то время сдерживать натиск заражённых.Однако такие убежища имели и серьёзный недостаток.Со временем возле ограждений скапливались сотни заражённых, превращая безопасное место в настоящую ловушку. Покинуть его становилось практически невозможно.

Больше всего не повезло больницам.

Именно туда в первые часы катастрофы доставляли раненых и заболевших. Когда пациенты начали превращаться в заражённых, больницы стали первыми очагами эпидемии и были потеряны буквально за несколько часов.

---

В одной из школ города Нарита укрывались сорок три человека.Большинство составляли ученики и учителя. Именно благодаря их организованности школа смогла пережить первые недели катастрофы.

Позже к ним присоединились двое полицейских — Кондо Сотои и Накагава Мицуки.

Вслед за ними убежище пополнили три медсестры: Мацуда Ай, Судзуки Нанасато и Миядзаки Нанао.

Также в школе нашли убежище несколько инженеров. Именно они укрепили ворота, заблокировали окна первого этажа и превратили школу в настоящую крепость.

Их было больше.Но многие погибли во время вылазок за продовольствием и медикаментами.

Конечно, международное сообщество продолжало сбрасывать гуманитарные грузы.Вот только воспользоваться ими удавалось редко.Через несколько минут после падения контейнера вокруг него собирались огромные толпы заражённых, и добраться до запасов становилось невозможно.Лишь однажды судьба улыбнулась защитникам школы.Один из контейнеров приземлился прямо во внутреннем дворе.Благодаря этим запасам люди до сих пор оставались живы, хотя продукты и лекарства приходилось строго экономить.

---

**Тремя днями ранее.**

Кондо Сото, Накагава Мицуки, несколько школьников и инженеров стояли на крыше школы.Отсюда хорошо просматривались улицы.За школьным забором медленно бродили десятки заражённых.Мицуки молча наблюдала за ними.

«Как же нам повезло тогда с тем гуманитарным грузом...» — подумала она.

Тишину нарушил один из школьников.

— Как думаете... нас вообще кто-нибудь спасёт?

— Конечно спасут, — уверенно ответил один из инженеров. — Остальной мир ведь не пострадал.

— Вот это меня и пугает, — тихо произнёс другой подросток. — Почему только Япония? А вдруг кто-то специально испытал на нас какой-нибудь вирус?

— Не говори глупостей, — покачал головой инженер. — Кому это нужно?

Мицуки и сама часто задавалась этим вопросом.

Почему только Япония?Был ли это искусственно созданный вирус?Или человечество случайно столкнулось с неизвестной древней болезнью?Никто не знал ответа.

В этот момент над городом раздался далёкий гул.

Все одновременно подняли головы.

— Смотрите! — крикнул один из инженеров, показывая в сторону порта.

Высоко в небе пролетели два реактивных истребителя.Они быстро пересекли город и исчезли за горизонтом.Минут через десять самолёты снова появились.На этот раз они летели в сторону моря.

— Как думаешь, это американцы? — спросил Сото у Мицуки.Ответил инженер:

— Вряд ли. После кризиса США почти полностью вывели авиацию из Азии. На базах остались разве что несколько транспортных самолётов.

— Откуда ты знаешь?

— Мой друг служил на авиабазе. Он собственными глазами видел, как американцы перебрасывали самолёты домой.Все снова замолчали.Каждый пытался понять, что означал этот неожиданный полёт.

Внизу, во дворе школы, уже собрались остальные выжившие.Все спрашивали одно и то же:

— Кто это был?Но никто не смог ответить.Самолёты летели слишком высоко, чтобы различить опознавательные знаки.

---

**В это же время. Японское море.**

К западному побережью Японии уверенно двигалась большая эскадра кораблей под российскими флагами.На капитанском мостике одного из десантных кораблей разговаривали двое.

Высокий офицер славянской внешности в форме Вооружённых сил России — майор Волков Владимир Артёмович, командующий гуманитарной операцией.

Рядом с ним стоял представитель Временного правительства Японии — Сайка Карен, назначенная наблюдателем и связным между российским командованием и японскими властями.

— Не волнуйтесь, Сайка-сан, — спокойно произнёс Волков. — Наша разведка подтвердила, что в районе порта находится большая группа заражённых. Как только мы окажемся рядом авиация начнёт их уничтожение. Высадка должна пройти без серьёзных осложнений.

Сайка едва заметно улыбнулась.

— Господин майор... Мы же договорились. Называйте меня просто Сайка.

Волков усмехнулся.

— Простите. Всё ещё непривычно. Россия давно не проводила подобных операций.

— Понимаю. Для меня тоже всё это волнительно. Спустя столько времени я возвращаюсь домой... и даже не знаю, остался ли хоть кто-нибудь из моих близких в живых.

Волков посмотрел в сторону японского побережья.

— Не теряйте надежды.Он развернул планшет с картой.

— Мы тщательно обследовали западное побережье Японии. Выжившие есть. И их гораздо больше, чем многие думали.Он указал на одну из отметок.

— Например, в городе Нарита. В местной школе держится организованная группа выживших.

Глаза Сайки загорелись.

— Правда?

— Да. И это только одна из многих обнаруженных групп.

Сайка облегчённо выдохнула.

— Это самая хорошая новость, которую я услышала за последние недели.

— Для этого мы здесь, — спокойно ответил Волков.

Оба молча посмотрели в сторону приближающегося японского берега.Каждый думал о своём.

Но одно было ясно уже сейчас.

**Гуманитарная операция по спасению Японии официально началась.**

Глава 4: Плацдарм

Июнь 2017 года. Япония. Прибрежный город Нарита. Утро в порту Нариты было тихим, если тишиной можно назвать тяжёлое, хриплое дыхание и шаркающие шаги заражённых, бредущих между заброшенными контейнерами и опустевшими кранами. Солнце, поднимаясь над Тихим океаном, окрашивало ржавые корпуса судов в кровавые тона. Но эта мёртвая идиллия продлилась недолго. Со стороны моря, разрезая утренний туман, появилась российская эскадра. Четыре ударных вертолёта Ми-24 с ревом отделились от ордера кораблей и устремились к берегу, подобно стае стальных хищников. Их появление было стремительным и неумолимым. Сначала в воздухе зависли, замерли на мгновение, сканируя территорию через прицельные системы. Затем грянул ад.

Ракеты и пушечные очереди методично прочесали открытые площадки. Взрывы рвали бетон, а 30-мм снаряды превращали движущиеся мишени в кровавую пыль. Хаотичное движение заражённых сменилось падением обездвиженных тел. Операция была холодной, точной, без эмоций. Через полчаса в эфире прозвучал доклад: — Штаб, говорит «Воздух-1». Открытая территория порта зачищена. Повторяю, открытая территория зачищена. В зданиях могут оставаться неконтактные. Как поняли, приём? — Вас понял, «Воздух». Возвращайтесь на исходные позиции. Приём. — Вас понял, штаб. Возвращаемся.

Вертолёты, выпустив тепловые ловушки, развернулись и скрылись в морской дымке, оставив после себя гробовую тишину, пахнущую гарью и смертью.Тем временем к причалам медленно, словно левиафаны, подходили двенадцать транспортных кораблей. В трюме одного из них, при тусклом свете аварийных ламп, капитан Андрей Кондратов проводил последний инструктаж своего взвода. Лица бойцов были напряжены, но руки твёрдо держали оружие. — Последнее напутствие, — голос капитана был низким, рубленым, без лишних эмоций. — Заражённые — это не киношные зомби. Голова — цель приоритетная, да. Но они умирают и от критических повреждений тела. Разнесите сердце или позвоночник — получите тот же результат. Вопросы есть? Солдат по фамилии Никитин, молодой ещё парень, неуверенно поднял руку. — Товарищ капитан, а откуда такая информация? — подал голос рядовой Никитин — Никитин, ты думаешь, разведка все это время балду пинала? — в голосе Кондратова прозвучал металл. — К твоему сведению, наши дроны несколько недель вели наблюдение. Мы видели, как выжившие японцы уничтожают этих тварей. Изучали их повадки и уязвимости. Еще вопросы?

— Есть, товарищ капитан, — поднялся лейтенант Савва Громов. — Тактика работы в зданиях. Как лучше осуществлять вход?

Кондратов тяжело вздохнул.

— Вас что, перед отправкой вообще не инструктировали? — с досадой покачал головой Кондратов. — Ладно, слушайте еще раз. Если дверь открывается от себя, «первый номер» подходит и выбивает ее ногой. «Второй» и «третий» стоят по бокам от проема и прикрывают. Это понятно? Бойцы молча кивнули. — Если дверь на себя, — продолжил капитан, — один боец становится по центру, второй — справа или слева от него, а третий, стоя сбоку, резко распахивает дверь. Ясно? Ответом были чёткие кивки. В глазах читалось понимание. Теория закончилась. Люки транспортов с грохотом опустились на бетон причала. Первыми, рычая дизелями, вырвались на берег БМП-3, сразу заняв ключевые точки. За ними, стремительно и без паники, высыпала пехота. Бойцы рассредоточились, заняв круговую оборону. Выучка и дисциплина превратили хаос высадки в отлаженный механизм за минуты.Группа капитана Кондратова двинулась к длинному, низкому складу у дальнего пирса. Главные ворота были наглухо закрыты, но боковая дверь зияла выбитой филёнкой. Вокруг неё замерли, прикрывая друг друга. — Входим, — коротко бросил Кондратов, и солдаты, прикрывая друг друга, начали по одному проскальзывать внутрь. Внутри царил полумрак, пронизанный косыми лучами света из пробитой крыши. Воздух был спертым, пахло ржавчиной, машинным маслом и чем-то сладковато-тошнотворным. Бойцы мгновенно рассредоточились, двигаясь бесшумно вдоль стеллажей, заставленных ящиками и бочками. Каждый шорох, каждый скрип отдавался гулким эхом под высоким потолком.Внезапно тишину разорвала яростная автоматная очередь, донесшаяся из соседнего склада. Звук был таким близким, что все инстинктивно вздрогнули. Напряжение, и без того висевшее в воздухе, стало почти осязаемым. Все мгновенно замерли, усиливая давление на спусковые крючки. — Внимание! — прошипел в рацию Кондратов. — Всем удвоить бдительность. Лейтенант Громов, шедший в авангарде, замер и резко вскинул автомат. Его взгляд был прикован к темному проходу между стеллажами впереди. — Контакт! Десять часов! — громким шепотом доложил он. Взгляд десятка пар глаз устремился в указанную точку. Из тени, медленно, нелепо переставляя ноги, вышли двое. Когда-то это были докеры, в синей робе. Теперь — бледные, с остекленевшими глазами, с лицами, искажёнными нечеловеческим голодом. Они шли прямо, не видя преград.Громов не стал ждать. Два коротких, прицельных выстрела. Гулко прокатилось эхо под сводами. Два тела рухнули на бетон. — И всё? — прошептал кто-то сзади, чуть слышно. — Я думал, будет... эпичнее. — Не обольщайся, — сухо сказал Кондратов, подходя к телам и внимательно их осматривая. — На расстоянии они ковыляют. Но если сократить дистанцию до пары метров... Становятся быстрыми, как кошки. И сильными. Не давайте им сблизиться. Всем ясно? Молчаливые кивки были красноречивее любых слов.Так, методично, склад за складом, корпус за корпусом, порт Нариты переходил под контроль. Стрельба то вспыхивала короткими перестрелками в помещениях, то затихала. К вечеру над портом уже развевался российский флаг,рядом с которым разместили флаг Временного правительства Японии водружённые на самой высокой грузовой стреле.Следом за бойцами прибыли инженеры. Под рёв генераторов и лязг техники началось превращение захваченной территории в крепость. Всю ночь гремели отбойные молотки, ввинчивались сваи, натягивались ряды колючей проволоки в несколько слоёв. К утру выросли смотровые вышки, были оборудованы пулемётные гнёзда и позиции для миномётных расчётов. Порт Нарита больше не был мёртвой зоной. Он стал плацдармом.На рассвете на КПП появился командующий Российским экспедиционным гуманитарным корпусом (РЭГК) майор Волков. Человек с жёстким, непроницаемым лицом и внимательным взглядом. Он неспешно обошёл периметр, кивнул в ответ на рапорты сухо но с одобрением похвалил бойцов и инженеров за темпы работы.

Позже в штабе развёрнутом в бывшем портовом офисе майор Волков и представитель японского Временного правительства госпожа Сайка сидели над подробной картой города. — Первым делом — информационное вещание, — сказал Волков, тыча пальцем в центр карты. — Отправим вертолёт с громкоговорителями. Будем транслировать сообщение на японском и английском. Сообщим, кто мы, что мы здесь для эвакуации и помощи. Что мы не представляем угрозы для выживших. Надо снять первичный страх, панику. — Это мудрое решение, майор, — кивнула Сайка, её усталое лицо на миг осветила слабая надежда. — Люди напуганы, они прячутся. Им нужно знать, что появился... шанс.Они замолчали, вновь погрузившись в изучение карты, прокладывая возможные маршруты и отмечая зоны повышенной опасности. Тем временем на окраине города, в полуразрушенном здании старой школы, за происходящим через подзорную трубу наблюдала группа выживших.Они видели вертолёты, высадку десанта и то, как всего за одну ночь порт превратился в укреплённую военную базу.Никто из них ещё не знал, кто именно прибыл в Нариту. Люди тихо переговаривались, строили догадки и крепче сжимали в руках самодельное оружие.Но впервые за долгие месяцы они увидели не беглецов, пытающихся выжить любой ценой, а хорошо организованную силу, действовавшую уверенно и слаженно. Вместе со страхом в их сердцах появилась надежда.Что бы ни произошло дальше, жизнь в Нарите уже начала меняться.

Глава 5

Июнь 2017 года. Япония. Прибрежный город Нарита. Утро следующего дня началось для выживших совсем не так, как предыдущие.Вместо привычной, давящей тишины город сотрясали звуки боя.Со стороны порта непрерывно работали крупнокалиберные пулемёты. Периодически раздавались взрывы миномётных снарядов, а над городом то и дело появлялись боевые вертолёты, поддерживавшие оборону российского плацдарма.Казалось, заражённые со всего города устремились к порту, привлечённые шумом выстрелов.Но прорваться им не удавалось.Огонь российских подразделений был слишком плотным. Каждый раз, когда очередная толпа подходила к укреплениям, её встречали пулемётные очереди, миномётный огонь и удары вертолётов. Однако для выживших в школе было важно совсем другое.За полчаса до начала этих событий произошло нечто, чего они ждали почти месяц.В одном из школьных классов вновь разгорелся спор.

— Я всё равно говорю, доверять этим людям нельзя! — заявил один из инженеров. — Откуда мы знаем, что это действительно гуманитарная миссия? Может, они просто решили воспользоваться нашей бедой и захватить страну?

— Да бросьте вы, — устало ответила медсестра Миядзаки Нанао. — Если бы они хотели захватить Японию, стали бы они сначала зачищать порт и доставлять гуманитарные грузы?Её поддержал старшеклассник Кобаяси Ити.

— Миядзаки-сан права. Если бы это были захватчики, они бы просто начали бомбить город. Здесь заражённых намного больше, чем выживших. Им было бы всё равно, кто окажется под ударом.Инженер лишь покачал головой.

— Всё равно я им не доверяю. Спор продолжался.Но внезапно все замолчали.Снаружи послышался знакомый рокот вертолётных винтов.Через несколько секунд над школой раздался голос, усиленный громкоговорителем.

— Внимание! Говорит Российский экспедиционный гуманитарный корпус — РЭГК.

Все замерли.

— Граждане Японии! Мы прибыли не для захвата вашей страны. Наша задача — эвакуация мирного населения, оказание гуманитарной помощи и содействие Временному правительству Японии в восстановлении контроля над территорией государства. Наше присутствие согласовано Организацией Объединённых Наций и главой Временного правительства Японии Мацумото Каймой. Если вы слышите это сообщение — сохраняйте спокойствие и ожидайте прибытия наших подразделений.

Сообщение повторилось ещё раз.Затем ещё.Выжившие, не сговариваясь, бросились на крышу школы.Над городом медленно летел транспортный вертолёт, круживший на небольшой высоте.В этот момент медсестра Судзуки Нанасато вспомнила о сигнальном фальшфейере, который лежал среди гуманитарных запасов.

— Быстрее! Дайте мне фальшфейере!

Через несколько секунд она уже держала в руках красный сигнальный огонь.Яркий дым устремился в небо.Нанасато начала энергично размахивать фальшфейером.Остальные тоже принялись махать руками, стараясь привлечь внимание экипажа.Несколько долгих секунд ничего не происходило.Но затем вертолёт изменил курс.

— Он... он поворачивает! — радостно закричал кто-то. Машина медленно приблизилась к школе.Теперь выжившие могли хорошо рассмотреть её.Никто из них не разбирался в военной технике, но все отчётливо увидели надписи на борту.«ВКС России», а ниже — такая же надпись на японском языке.Вертолёт завис над школьным двором.Из громкоговорителя вновь прозвучал голос.На этот раз пилот говорил по-японски. Был заметен иностранный акцент, но слова звучали вполне понятно.

— Выжившие, находящиеся в школе! Мы знаем о вашем местонахождении. Просим сохранять спокойствие. В ближайшее время к вам прибудет наземная группа РЭГК. Вы будете эвакуированы в безопасную зону. Не покидайте территорию школы без крайней необходимости.

Сделав ещё один круг, вертолёт взял курс на север.Лишь теперь люди заметили, что он был не один.Ещё несколько вертолётов летели над городом в разных направлениях, передавая такое же сообщение другим выжившим.

— Значит... они ищут всех, — тихо произнесла Мицуки.

— Похоже на то, — ответил Кондо Сото.

Он ещё раз посмотрел вслед удаляющимся машинам.

— Теперь у нас есть хоть какой-то шанс. Мы остаёмся здесь и ждём.Большинство согласно кивнуло.Однако не все разделяли его мнение.Несколько учителей и тот самый инженер вновь начали возражать.

— А если это ловушка?

— А если они увезут нас неизвестно куда?

— Мы и сами смогли продержаться три недели!

Сора тяжело вздохнул.

— Вы имеете право сомневаться. Но посмотрите вокруг.Он указал за школьный забор.За ним по-прежнему бродили сотни заражённых.

— Мы выжили только потому, что нам повезло. Но запасы заканчиваются. Боеприпасов осталось мало. Если никто не придёт, рано или поздно эта школа станет нашей могилой. В классе воцарилась тишина.Возразить было нечего.Впервые за долгие недели у людей появилась настоящая надежда.Оставалось лишь дождаться тех, кто уже шёл к ним через охваченный эпидемией город.

Глава 6

Июнь 2017 года. Япония. Прибрежный город Нарита.

Ближе к полудню майор Волков Владимир Артёмович приказал капитану Кондратову Андрею прибыть в штаб.Через несколько минут капитан уже стоял у двери. — Разрешите войти? — Входи, капитан. Присаживайся, — сказал Волков, раскладывая на столе карту города.Он указал на здание школы. — Твоя следующая задача — эвакуация выживших из старшей школы Нариты. До неё около километра от порта. По данным разведки, там укрываются примерно сорок человек. Недавно один из наших вертолётов подтвердил эту информацию.Майор продолжил: — В твоё распоряжение поступают тридцать морских пехотинцев, один танк, четыре БМП и четыре грузовика. Танк отвлекает основную массу заражённых. БМП проламывают ограждение, занимают круговую оборону, после чего начинается эвакуация.Он посмотрел на капитана. — Главное — без суеты. Работайте строго по плану. — А если кто-нибудь откажется эвакуироваться? — спросил Кондратов. — Этим займётся представитель Временного правительства. Кстати, вот и он.В кабинет вошёл невысокий мужчина азиатской внешности. — Знакомьтесь. Накагава Дайки.Японец поклонился и пожал руки офицерам. — Он будет разговаривать с местными жителями, — пояснил Волков.Затем добавил уже серьёзнее: — Если кто-то своими действиями поставит под угрозу всю операцию, придётся действовать жёстко. Сейчас главное — спасти людей.Дайки явно не разделял такого подхода, но всё же молча кивнул.Через двадцать минут колонна была готова.Перед бойцами стоял капитан Кондратов. — До школы около километра. План остаётся прежним. Танк отвлекает заражённых, БМП заходят на территорию школы, занимают оборону. После этого грузовики принимают гражданских. Накагава-сан вместе с пятью бойцами организует эвакуацию внутри здания. — Всем всё ясно? — Так точно! — Тогда по машинам! Перед отправлением капитан окликнул Дайки. — Получите бронежилет, каску и пистолет. На всякий случай.

Спустя сорок минут колонна подошла к школе.Танк первым ворвался к ограждению, давя заражённых гусеницами и расстреливая наиболее опасных из крупнокалиберного пулемёта. В эфире раздался голос командира одной из БМП. — «Громила», не задерживайся на одном месте. Если остановишься в толпе — можешь увязнуть. Как понял? Приём. — «Вас понял, "Коробка-1". Уведу их метров на двести и начну работать из основного орудия. Приём.» — «Тебя понял. Конец связи.» Командир повернулся к десанту. — Ну что, готовы?Все молча кивнули. — Тогда... с Богом. Передняя БМП с грохотом проломила школьный забор и въехала во двор.Из неё сразу высадились морские пехотинцы, занимая оборону по периметру.Следом во двор вошли остальные БМП и грузовики.Лишь танк продолжал уводить за собой основную массу заражённых. Вдали гремели выстрелы его пушки. — Накагава! В школу! Лейтенант, ещё четверо — с ним! Быстро!Японец вместе с пятью российскими бойцами побежал ко входу.Навстречу им уже выбежали двое полицейских и трое учителей. — Рад вас видеть, — произнёс мужчина в полицейской форме. — Лейтенант полиции Кондо Сото, город Нарита. Это моя напарница, сержант Накагава Мицуки. Боюсь, мы последние полицейские в этом городе. — Я тоже рад познакомиться, — ответил Дайки. — Я представитель Временного правительства Японии...Договорить он не успел.Российский лейтенант перебил его: — Познакомимся позже. Сейчас нужно уходить. Каждая минута на счету. Полицейские сразу начали выводить людей из здания.Солдаты помогали школьникам, учителям и медикам забраться в грузовики.Однако вскоре стало ясно, что операция развивается не совсем по плану.Хотя танк и увёл большую часть заражённых, вокруг школы всё ещё оставались десятки, а затем и сотни существ.БМП непрерывно вели огонь из автоматических пушек и пулемётов, не позволяя заражённым приблизиться к колонне.Погрузка продолжалась почти час.Наконец последний человек занял своё место. — Все внутри! Бойцы быстро заняли места на бронетехнике.Колонна начала медленно отходить к порту.Впереди двигалась одна БМП.За ней шли грузовики с эвакуированными.Замыкали колонну ещё три БМП. В эфире вновь раздалась радиосвязь. — «Громила», я "Коробка-1". Мы начали отход к порту. Давай и ты выходи. Как понял? Приём.» — «Вас понял. Отхожу. Осколочно-фугасные почти закончились. Вы вовремя.»Капитан тут же переключился на другую частоту. — «Дом", я "Коробка-1". Запрашиваю миномётный огонь по району школы. Наблюдается крупное скопление заражённых. Требуется огневое поражение. Приём.»Ответ пришёл почти сразу. — «"Коробка-1", вас понял. Миномётный удар будет нанесён через пятнадцать минут. Рекомендуем всем подразделениям отойти на безопасное расстояние. Приём.» — «Принял. Конец связи.» Колонна продолжала движение к порту.Через несколько минут позади раздался первый глухой взрыв.Затем второй.Потом десятки других.Миномётные батареи, расположенные на российском плацдарме, открыли огонь по району школы.Снаряды один за другим накрывали улицы, где скапливались заражённые.Выжившие, сидевшие в кузовах грузовиков, молча смотрели назад.Квартал, в котором они провели почти три недели, исчезал в дыму, пыли и вспышках разрывов.Никто не радовался разрушениям.Но все понимали, что иначе остановить огромную толпу заражённых было бы невозможно.Колонна продолжала путь к порту, увозя людей из города, который ещё совсем недавно был их домом.

Глава 7 Ситуация в мире

Глава 7 Ситуация в мире

Пока в Японии Российский экспедиционный гуманитарный корпус проводил первые операции по эвакуации мирного населения, остальной мир стремительно менялся.Прошло уже три недели с начала эпидемии, но лишь теперь большинство обычных граждан осознало масштаб произошедшего.Кадры разрушенных японских городов круглосуточно показывали по телевидению.Люди видели опустевшие улицы, охваченные пожарами кварталы и бесконечные толпы заражённых.По всему миру началась паника.Во многих странах жители массово скупали продукты, воду, лекарства и топливо.В магазинах происходили драки.Очереди растягивались на сотни метров.Некоторые люди бросали работу и спешили домой к своим семьям.По социальным сетям распространялись тысячи слухов.Кто-то утверждал, что вирус уже проник в другие страны.Другие говорили, что правительства скрывают настоящие масштабы катастрофы.Доказательств этому не было, но страх оказался сильнее здравого смысла.Во многих городах полиции пришлось применять силу для разгона беспорядков.Тем временем боевые действия на Ближнем Востоке не только не прекращались, но и становились всё масштабнее.Из-за угрозы поставкам нефти мировые цены продолжали расти.Для США и стран Европейского союза это стало новым тяжёлым ударом.Стоимость топлива достигла рекордных значений.Вслед за бензином резко подорожали перевозки, продукты питания и товары первой необходимости.Во многих странах начались массовые протесты.Отдельные демонстрации быстро перерастали в погромы.Разъярённые толпы громили магазины, склады и предприятия, обвиняя власти в неспособности справиться с кризисом.В некоторых городах США ситуация стала настолько тяжёлой, что местным властям пришлось вводить чрезвычайное положение и привлекать Национальную гвардию для охраны общественного порядка.Мир стремительно погружался в новый кризис.

Заседание ООН В зале Генеральной Ассамблеи вновь собрались представители десятков государств.Первым слово взял представитель Соединённых Штатов. — В связи с тяжёлой внутренней ситуацией правительство США вынуждено временно приостановить поставки гуманитарной помощи в Японию.Едва он закончил фразу, зал буквально взорвался.Делегаты начали перебивать друг друга.Кто-то обвинял США в безответственности.Другие, наоборот, заявляли, что каждая страна прежде всего обязана защитить собственных граждан.Шум становился всё сильнее.Несколько представителей настолько увлеклись спором, что между ними едва не произошла драка.Охране пришлось вмешаться.Лишь спустя несколько минут председателю удалось восстановить порядок. Американский представитель продолжил: — Мы понимаем, насколько тяжело сейчас Японии. Но прошу понять и нас. Во многих городах нашей страны происходят беспорядки. Люди перестают доверять друг другу. Зафиксированы случаи нападений на полицейских, разграбления аптек и фармацевтических предприятий. Сейчас мы обязаны стабилизировать ситуацию внутри собственной страны.Он сделал небольшую паузу. — Как только положение улучшится, Соединённые Штаты возобновят гуманитарную помощь Японии. В зале вновь послышались недовольные голоса. Следующим слово попросил представитель Республики Корея. — Наше правительство готово принять японских граждан, лишившихся своих домов. В зале все затихни и посмотрели на корейца. — Однако из-за экономического кризиса мы пока можем разместить их только во временных лагерях. Там они смогут находиться одну-две недели, пока не будет принято дальнейшее решение. Он посмотрел на представителей Японии и России. — Если Временное правительство Японии согласится, а российские гуманитарные силы смогут обеспечить безопасность наших судов во время эвакуации, мы готовы через месяц принять первую группу эвакуированных.В зале раздались аплодисменты.Мацумото Кайма поднялся со своего места. — Сколько граждан Японии Республика Корея готова принять? — На первом этапе — от пяти тысяч до десяти тысяч человек.Снова поднялся шум. — Почему так мало? — крикнул кто-то из делегатов.Корейский представитель спокойно ответил: — Нашу страну кризис также затронул. Пусть и не так сильно, как некоторые другие государства, но наши возможности ограничены. Мы не можем принять больше людей без риска для собственной экономики.Несколько секунд в зале стояла тишина.Затем кто-то громко спросил: — А сколько человек готова принять Россия?Все взгляды обратились к российской делегации.Представитель России, Кузнецов Ярослав Данилович, спокойно поднялся. — Благодаря тому, что российская экономика переживает кризис значительно легче многих других стран, мы готовы принять от пятидесити до ста тысяч граждан Японии.В зале снова зашумели.Кто захлопал а кто-то загалдел.Кузнецов продолжил: — Это предварительная оценка. Если ситуация позволит, мы сможем увеличить это число.Он сделал короткую паузу. — Кроме того, российское командование уже рассматривает возможность создания безопасных гуманитарных зон непосредственно на территории Японии. Если эта операция окажется успешной, значительная часть граждан сможет остаться на родине до окончания эпидемии.Эти слова вызвали новую волну обсуждений.Одни делегаты поддерживали российский план.Другие сомневались, что подобную операцию вообще возможно провести.В зале снова вспыхнули споры.Кто-то обвинял мировое сообщество в бездействии.Кто-то утверждал, что необходимо полностью изолировать Японию.Кто-то требовал отправить международные силы.Лишь один человек не принимал участия в этих спорах.Мацумото Кайма сидел молча, устало глядя перед собой.За последние недели он потерял свою страну, своё правительство и миллионы сограждан.И сейчас, наблюдая за очередными спорами дипломатов, он понимал одну простую вещь.Какими бы громкими ни были речи в этом зале, судьба Японии сейчас решалась не здесь.Она решалась на улицах разрушенных городов, где солдаты, врачи и немногочисленные выжившие каждый день боролись за право встретить следующий рассвет.

Глава 8

К половине пятого колонна прибыла в порт Нариты. Перед этим, пройдя два КПП, где машины тщательно осмотрели и, убедившись, что ничего опасного в грузовиках нет, её пропустили в сам порт.На КПП висела табличка: «КОНТРОЛЬНО-ПРОПУСКНОЙ ПУНКТ эвакуационного пункта "Нарита-1"», продублированная на японском языке.Колонна остановилась, и с БМП стали спрыгивать бойцы, а из грузовиков — выходить гражданские.Капитан Кондратов обратился к Накагаве: — Накагава, ты пока поболтай с выжившими, да и успокой их. Смотри, стоят, трясутся, и явно не от холода. А я пока дам своим бойцам указания.Накагава кивнул и направился к группе выживших.Тем временем капитан приказал своим бойцам построиться возле колонны и начал говорить: — Во-первых, молодцы, бойцы. Хорошо сработали. Всё чисто и чётко.Бойцы позволили себе слабые улыбки. — Во-вторых, сейчас приводим себя в порядок: рожи моем, идём есть и приводим своё снаряжение в порядок — чистим оружие, моем технику, а потом отдых. Думаю, сегодня мы и так поработали неплохо, так что разойтись, выполнять приказ.Строй распался.Одни направились к полевой кухне. Другие начали осматривать БМП. Механики уже проверяли ходовую часть машин, а оружейники принимались чистить автоматы и пулемёты. Тем временем Накагава обратился к спасённым. — Итак, я ещё раз представлюсь: меня зовут Накагава Дайки, я полевой представитель Временного правительства Японии. Моя задача — коммуникация с выжившими и российскими военными. Сейчас мы находимся на первом эвакуационном пункте «Нарита-1». Скоро должны подойти медицинские сотрудники, которые осмотрят вас и поместят в карантин. В этом карантине вы пробудете 3–5 дней, после чего вас эвакуируют на территорию России. Там...Хотел было продолжить Накагава, но его прервал один из выживших. — Зачем нас помещать в карантин? Мы и так здоровы! Тем более на такой период? Мы три недели сидели в школе, и никто из нас не превратился хоть в какого-нибудь упыря.Некоторые выжившие согласно загудели. Другим, казалось, было всё равно — будто им было достаточно того, что они находятся в безопасном месте и здесь есть организованная армия, которая их защитит.Накагава хотел ещё что-то сказать, но не успел — как раз подошёл капитан. Он так спокойно посмотрел на выживших, что им стало как-то некомфортно. Капитан ещё минуту помолчал, а затем сказал: — Может, вы и не превратитесь в этих упырей, но откуда, например, вот ты знаешь, что у тебя нет другой какой-нибудь болячки? Или чего-нибудь похуже болячки? Выжившие стояли молча. Похоже, им не очень хотелось спорить с тем, кто спас их, а уж тем более с военным.Накагава продолжил: — Всё так: мы вас помещаем не из-за того, что вы можете превратиться, а из-за всего того, что сказал господин капитан.Капитан сказал по-русски: — Накагава, давай продолжай с ними беседовать и скажи, чтобы полицейских первыми осмотрели. С ними товарищ майор хочет поговорить.Накагава кивнул. — Итак, — продолжил он, — как я и сказал, сейчас подойдут медики и отведут вас к медпалаткам. Господа полицейские, после осмотра вас хочет видеть командир РЭГК майор Волков, так что не задерживайтесь там.

— А как они определят, не заражены ли мы? — спросила Судзуки Нанасато.

— Всё очень просто: российские учёные определили, что у заражённых есть кое-какой патоген в крови, поэтому у вас будут брать кровь на анализы.

— А если у кого-то обнаружат данный патоген?

Казалось, все выжившие сразу стали ещё тише, хотя куда там ещё тише: они и так стояли, еле переговариваясь и с некоторым страхом глядя на военных, хотя те не обращали на выживших никакого внимания. Солдаты ходили туда-сюда, что-то кому-то докладывали по рации, и лишь несколько человек смотрели на выживших.

— Если у кого-то обнаружат патоген, его поместят в карантин строгого досмотра, где за ним будут внимательно наблюдать, — сказал Накагава.Все молча переглянулись между собой и стали тихо шептаться друг с другом.В это время к группе подошёл врач с двумя солдатами и представился на японском:

— Здравствуйте, я Орлов Константин Георгиевич, ваш лечащий врач и наблюдатель. Сейчас мы разделимся на две группы: девушки идут за левым солдатом, а мужчины — за правым. И да, господа полицейские, вы первые — следуйте за солдатами.

Выжившие пошли за теми, кого им указали. Их привели к двум огромным палаткам, где попросили проходить по одному. В палатке выживших просили раздеться до нижнего белья, внимательно осматривали, затем осматривали глаза и рот, брали образцы слюны и крови, после чего выдавали серую одежду и отводили к огромному ангару, где были размещены кровати и всё необходимое для проживания.Сото подождал, когда проверят его напарницу, а затем их двоих повели к зданию, которое, похоже, раньше было администрацией порта. Они вошли внутрь, после чего прошли до конца коридора и поднялись на верхний этаж, где была дверь с табличкой «Штаб». Сначала туда вошёл сопровождавший их солдат, затем через несколько секунд он вышел и пригласил войти полицейских.Внутри было не так много народу. Все стояли над картой Японии и города, что-то чертили на ней и тихо переговаривались. Отдельно стоял большой стол, за которым сидели мужчина и женщина. Мужчина был славянской наружности, с тёмно-русыми волосами короткой стрижки и строгими чертами лица. На вид ему было около сорока — сорока пяти лет. Он смотрел на полицейских с холодной, оценивающей внимательностью, словно пытаясь прочитать их мысли ещё до того, как они откроют рот. Женщина, сидевшая рядом, была одета в форму с медицинскими нашивками. Её взгляд был более мягким, но не менее сосредоточенным. Воздух в комнате был наполнен напряжённой тишиной, прерываемой лишь шёпотом офицеров у карты и мерным тиканьем часов на стене.

— Проходите, — наконец произнёс мужчина, жестом указывая на два свободных стула перед столом. — Садитесь. У нас есть вопросы.Солдат, который сопровождал полицейских, указал на стулья рядом со столом и вышел. Полицейские молча подошли и стали смотреть на сидевших перед ними.Мужчина встал и представился:

— Я майор Волков Владимир Артёмович, командир Российского экспедиционного гуманитарного корпуса.Он протянул руку для рукопожатия, после чего указал на женщину, которая тоже встала.

— Это Сайка Карен, представитель Временного правительства Японии. Она обеспечивает обмен информацией и координацию между нашими государствами.Женщина поклонилась. Полицейские поклонились в ответ.

— Итак, мы пригласили вас потому, что вы, можно сказать, единственные в данном городе, кто представляет власть, и мы бы хотели узнать, что произошло в этом городе.Первым заговорил Сото.

— Нам очень приятно познакомиться. Что вы конкретно хотите узнать?

— Первые дни катастрофы. Что случилось, где вы были и как оказались в школе.Дальше заговорила Мицуки.

— В первый день заражения мы были в полицейском участке. Нас как раз инструктировали по поводу ситуации в городе и подготовки к операции по захвату одного из опасных преступников. Как вдруг мы услышали крик на улице и звуки аварии. Мы как раз спустились на первый этаж и там заметили, как на одного из наших коллег напал заражённый. Мы, правда, сначала думали, что это обычный человек, и двое наших коллег пошли на выручку. Когда наш капитан попытался схватить нападавшего, он резко развернулся и вцепился ему в шею. После этого капитан закричал и захрипел. Мы попытались оттащить нападавшего, но казалось, что он как клещ вцепился в горло капитану. Один из наших достал пистолет и выстрелил ему в спину, и, к нашему удивлению, это не вызвало никакого эффекта. Тогда он выстрелил в голову. Лишь после этого заражённый обмяк. Мы сразу скинули его с капитана и стали проверять пульс. Его не было. Наш коллега Мацуда Кота закрыл капитану глаза и встал.После этого мы обратили внимание на улицу и к ужасу увидели, что там происходит то же самое. Люди кидались друг на друга и на полицейских, которые первыми вышли на улицу. Внезапно в Коту за руку вцепился наш бывший капитан. Мы быстро оттолкнули его и старались понять, что с ним не так, но капитан уже выглядел как те нападавшие: полностью красные глаза и кровь изо рта и носа. Мы поняли, что стрелять в тело бесполезно, и выстрелили в голову.Майор тут же перебил её, подав стакан воды.

— На самом деле их можно убить не только выстрелом в голову, но и серьёзно повредив грудную клетку, где находится сердце.Сото продолжил рассказ, при этом немного удивившись.

— Правда? Мы не знали. Ну, если вы не против, я продолжу за Мицуки. После того как мы обезвредили капитана, мы побежали на склад взять оружие и бронежилеты. На складе Коте стало хуже. Он сразу понял, что становится таким же, как и те на улице. Мы не хотели в это верить. Он просил убить его, но мы не могли убить нашего коллегу, с которым столько прослужили вместе. Тогда он сказал нам брать всё необходимое и уходить. Он запрётся в одном из офисов и останется там. Мы молча это выслушали и после того, как он пожелал нам удачи, ушли. Когда мы подошли к выходу, то услышали выстрел наверху, и сразу стало понятно, чей это выстрел. После этого мы покинули участок и пару дней скитались по городу, видя все ужасы катастрофы. А потом прибились к пожарным, которые пробивались к школе, где у них учились дети. Так мы там и оказались.

— Понятно, — протянул майор и переглянулся с женщиной.Сайка продолжила:

— Спасибо вам за рассказ. Мы всё продумаем и потом вызовем остальных выживших для дачи показаний.Она немного помолчала, а затем продолжила:

— Я вас понимаю. Вам хочется побыстрее поесть, умыться и лечь спать. Но перед тем как вы уйдёте, у меня есть для вас предложение.

Тишина в кабинете майора Волкова повисла густая, как смог. Слова Сайки, произнесённые чётко и без колебаний, отозвались в ней металлическим эхом. Сото, младший из полицейских, не выдержал паузы первым.

— Предложение? — переспросил он, брови взлетели к линии волос. — Какое предложение?

Сайка, сидевшая напротив них с прямой спиной, лишь кивнула, давая себе секунду, чтобы собраться с мыслями. Она видела, как в глазах полицейских мелькнуло понимание, а затем — тень тревоги. Они уже готовились мысленно к эвакуации, к долгожданному выходу из этого ада.

— Я хочу предложить вам, — начала она, тщательно подбирая слова, — стать первыми добровольцами, которые будут помогать РЭГК. Или, точнее, которые войдут в его состав.Она сделала паузу, дав им вдохнуть. Воздух в комнате казался спёртым.

— Я понимаю, — продолжила Сайка, видя, как Сото хочет её перебить, но лишь мягко подняла руку. — Я прекрасно понимаю. Вы, наверное, хотите эвакуироваться со всеми. Увидеть наконец безопасное место, отдохнуть, прийти в себя. Это естественное человеческое желание. Но я вас очень, очень прошу обдумать возможность остаться.

Её голос звучал не как приказ, а как искренняя, почти отчаянная просьба. Она перевела взгляд с Сото на его более молчаливого напарника, Петрова, чьё лицо было каменной маской.

— Вы — полицейские. Это значит, что вы, как минимум, умеете обращаться с лёгким оружием и работать в стрессовой ситуации. Вы не впадаете в панику при виде крови и хаоса. А главное — вы уже сражались с заражёнными. У вас есть бесценный опыт выживания и противостояния им прямо здесь, на улицах этого города. Опыт, которого нет у многих. Сайка обвела их взглядом, пытаясь достучаться.

— Мы не просто отбиваемся. Мы пытаемся создать здесь опорный пункт, плацдарм для будущего контрнаступления. Для этого нужны люди, которые знают местность, которые уже прошли через самое страшное и не сломались. Ваши знания о районах, о возможных укрытиях, о поведении этих… существ — это стратегическая информация.Она откинулась на спинку стула, снимая с себя налёт формальности.

— Поэтому я вас прошу: не давайте ответ сейчас. Не говорите «да» или «нет» сгоряча. Обсудите это между собой. Взвесьте всё. Подумайте о том, что, оставаясь, вы сможете защитить не только себя, но и, возможно, дать шанс другим, кто ещё скрывается в городе. Мы предоставим вам полное снаряжение, питание, место в нашей структуре. Вы будете не пушечным мясом, а специалистами — проводниками и оперативниками. Полицейские молча смотрели друг на друга. В их взгляде читался немой диалог, целая буря сомнений, страха, усталости и зарождающегося чувства долга, которое, казалось, они уже похоронили вместе с павшими коллегами. Петров первым медленно кивнул, почти незаметно. Сото после секундного колебания последовал его примеру. Это был не ответ, а согласие на размышление.

— Спасибо, — тихо сказала Сайка, и в её голосе впервые за весь разговор прозвучало облегчение.После этого они говорили ещё около получаса. Сайка задавала уточняющие вопросы о последних стычках, о замеченных передвижениях заражённых, о состоянии разных кварталов. Полицейские, поначалу скупые на слова, постепенно втягивались, их отчёты становились детальнее. Это уже был не допрос, а совещание специалистов.

В конце концов их проводили в отведённый для новоприбывших карантинный бокс — стандартная процедура даже для потенциальных союзников. Дверь закрылась за ними с мягким щелчком, оставив их наедине со своими мыслями.А майор Волков ещё долго стоял над картой Японии.Полученные сегодня сведения помогли лучше понять первые часы катастрофы.Но одновременно породили новые вопросы, на которые ответа пока не было.

Глава 9

Июнь 2017 года. Япония. Эвакуационный пункт «Нарита-1». 12:45

Прошло три дня с момента прибытия выживших в эвакуационный пункт.Всё это время Сайка Карен продолжала беседовать с каждым спасённым человеком, записывая воспоминания о первых днях катастрофы. На основе десятков рассказов майор Волков смог составить общую картину начала эпидемии.Практически все очевидцы рассказывали одно и то же.Люди спокойно шли на работу, в школу или просто гуляли по улицам. Затем некоторые прохожие внезапно падали на землю, начинали биться в судорогах, после чего поднимались и сразу нападали на ближайших людей.Но больше всего российских учёных заинтересовало другое.Первые заражённые и те, кого они успевали укусить в течение первого часа, двигались совершенно иначе, чем сейчас.Они быстро бегали.Их реакция была практически мгновенной, а сила значительно превосходила человеческую.Теперь же заражённые медленно передвигались, словно полностью потеряли координацию.

Это ставило учёных в тупик. — Почему они деградировали? — задавались вопросом вирусологи. Это влияние окружающей среды?Или сам вирус постепенно разрушает организм носителя?Ответа пока не было.В штабе эвакуационного пункта майор Волков и Сайка Карен обсуждали дальнейшие действия.Перед ними лежали карты Японии, исписанные отметками. — Итак, — начал Волков, — общую картину первых дней катастрофы мы составили. Теперь о текущей ситуации.Он указал карандашом на карту. — Теми силами, что сейчас находятся в Нарите, мы не сможем установить контроль даже над одним городом. Поэтому, госпожа Сайка, я прошу вас связаться с руководством Временного правительства.Женщина внимательно слушала. — Моё командование будет настаивать на увеличении российского контингента минимум до двухсот тысяч человек.В кабинете наступила тишина. — Конечно, — продолжил майор, — все они не прибудут сюда. Часть высадится в других портах и начнёт создавать новые эвакуационные районы.Сайка задумчиво кивнула. — Я понимаю, господин майор. Постараюсь убедить господина Мацумото, что дополнительные силы действительно необходимы.Она хотела добавить что-то ещё, но в этот момент зазвонил телефон Волкова. Майор спокойно поднял трубку. — Слушаю.Несколько минут он молча слушал доклад.Лицо его становилось всё серьёзнее.Наконец он коротко ответил: — Принял. Спасибо.Телефон лёг на стол. — Плохие новости, — спокойно произнёс Волков.Все офицеры посмотрели на него. — Европейский союз официально прекращает гуманитарную помощь Японии.В комнате воцарилась тишина. — Сейчас гуманитарные поставки продолжают только Россия, несколько государств бывшего СНГ и Республика Корея. — Что произошло? — тихо спросила Сайка. — Экономический кризис в Европе резко усилился. Беспорядки стали ежедневными. Кроме того, участились террористические атаки со стороны радикальных группировок, прибывших с Ближнего Востока. Правительства вынуждены сосредоточиться на внутренних проблемах.Сайка тяжело вздохнула.Если поставки прекратятся...Тысячи людей, скрывающихся по всей Японии, решат, что мир окончательно бросил их.А вместе с надеждой исчезнет и желание бороться за жизнь.Она подняла голову. — Тогда предложение России необходимо принять как можно быстрее. Если ваши войска займут больше территории, люди увидят, что за ними действительно приходят.Волков кивнул.В этот момент в штаб вошёл связист. — Товарищ майор! — Докладывай .— Патрульные вертолёты возвращаются. На борту есть спасённые выжившие. — Соедините меня с ними.

В 20-ти километрах от эвакуационного пункта «Нарита-1». 11:55 Два вертолёта Ми-35 выполняли очередное патрулирование.Их задачей было не только уничтожение крупных групп заражённых, но и поиск выживших.За последние часы экипажи уже обнаружили четыре населённых пункта, где ещё оставались люди. — Всегда мечтал полететь за границу... — усмехнулся один из пилотов. — Только не думал, что именно так.Второй рассмеялся .— Я уже бывал в Казахстане в командировке. — Командировка — это одно. Я вообще-то про отпуск говорил. — Нашёл время мечтать об отпуске...Пилоты продолжали осматривать местность.Вдруг ведущий резко наклонился вперёд.— Стоп... — Что там? Внизу двигалась огромная масса. — Это ещё что...Орда.Не меньше пятисот заражённых.Но самое страшное было впереди.Перед ними из последних сил бежали пять человек.Трое взрослых.И двое детей.Иногда среди бегущих вспыхивали выстрелы.Кто-то пытался сдерживать преследователей. — «Дом», это «Восход». Обнаружили крупную группу заражённых, преследующую пятерых выживших. Среди них дети. Запрашиваю разрешение вступить в бой.Ответ пришёл почти сразу. — «Восход», разрешаю. Основные задачи — спасти людей и потрепать орду. — Вас понял.Ведущий сразу переключился на напарника. — «Восход-1», садись за людьми. Орду беру на себя. — Принял. Один Ми-35 начал быстро снижаться.Второй развернулся и ударил по орде длинной очередью из автоматической пушки.Сотни заражённых буквально разлетелись под огнём.Затем последовал залп неуправляемых ракет.Взрывы прокатились по дороге.Выжившие, заметив снижающийся вертолёт, побежали ещё быстрее.Через несколько секунд Ми-35 коснулся земли.Открылась боковая дверь. — Быстрее! Быстрее!Люди буквально запрыгнули внутрь.Позади всё ещё продолжался бой.«Восход» сделал ещё один заход.Новая очередь.Новый залп ракет.Орда начала распадаться. — Погрузка завершена! Возвращаюсь! — Принял! Заканчиваю работу!Через минуту оба вертолёта уже уходили в сторону Нариты. — «Дом», говорит «Восход». Выжившие спасены. Возвращаемся. Но здесь нужна авиация. Остатки орды могут выйти к ближайшим деревням. — Вас понял. Поддержка уже вылетела. Спустя десять минут над районом появились два истребителя-бомбардировщика.Несколько мощных авиабомб упали прямо в центр скопления заражённых.Взрывы подняли в воздух землю и обломки.Когда пыль рассеялась, от многосотенной орды осталось лишь несколько десятков заражённых, которые бесцельно бродили среди воронок.Именно о завершении этой операции майору Волкову только что доложили по телефону.Эвакуационный пункт «Нарита-1». 14:45Оба вертолёта один за другим мягко коснулись бетонной площадки эвакуационного пункта. Едва винты начали замедляться, к ним уже бежали медики и военнослужащие.Первыми из десантного отсека вывели спасённых. Это были двое мужчин, женщина и две девочки лет восьми. Дети испуганно озирались по сторонам, крепко держась за взрослых.Следом покинули машины пилоты. Они коротко доложили наземной службе о состоянии техники и сразу направились к своим инженерам. Вертолёты предстояло дозаправить и подготовить к следующему вылету.Спасённых же немедленно проводили в медицинские палатки.После первичного осмотра выяснилось, что серьёзных ранений ни у кого нет. Лишь один из мужчин получил лёгкое ранение в плечо во время бегства, а остальные страдали от сильного обезвоживания и истощения.Именно тогда один из спасённых неожиданно попросил встречи с командованием.Его звали Ёсикава Сорато.После короткой проверки документов его направили к капитану Андрею Кондратову и Накагаве Дайки.Они находились в одной из штабных палаток, где разбирали поступающие донесения.Когда Сорато вошёл, Кондратов жестом указал ему на свободный стул. — Присаживайтесь.Японец поблагодарил и сел.Первым заговорил капитан. — Господин Ёсикава, мне доложили, что вы хотите вступить в Российский экспедиционный гуманитарный корпус. Обычно спасённые первым делом просят отправить их в Россию. Поэтому хотелось бы понять ваши мотивы. И расскажите немного о себе.Японец спокойно кивнул. — Да. Меня зовут Ёсикава Сорато. Мне тридцать восемь лет. Родился в городе Тадзими. После окончания школы переехал в Соединённые Штаты, где поступил на службу в Корпус морской пехоты.Накагава удивлённо посмотрел на него. — Значит, вы профессиональный военный? — Можно сказать и так. Год назад я ушёл в отставку.Кондратов слегка наклонился вперёд. — Если не секрет, почему?Сорато на секунду улыбнулся. — Если честно, устал. Афганские горы, постоянные командировки, бесконечная война... Со временем понимаешь, что хочешь просто жить спокойно. Вернулся домой и думал, что всё самое тяжёлое осталось позади.Он ненадолго замолчал. — Как оказалось, ошибался.В палатке воцарилась тишина. — А теперь вы хотите снова вернуться на службу? — спросил капитан. — Да. — Почему?Сорато поднял взгляд. — Потому что это моя страна. Я хочу помочь её освободить. Кроме того, мои родители остались в Тадзими. Я не знаю, живы они или нет. Если ваши войска будут освобождать города, у меня появится шанс узнать их судьбу.Кондратов несколько секунд молча смотрел на японца. — Честный ответ.Накагава тоже кивнул. — И вполне понятный.Капитан открыл лежавшую перед ним папку. — В таком случае объясню сразу. Даже при наличии боевого опыта вы будете обязаны пройти карантин. Это обязательное правило для всех без исключения. От двух до пяти суток — в зависимости от результатов обследования. — Понимаю. — После окончания карантина вновь придёте ко мне. Мы проведём проверку ваших навыков, оформим необходимые документы и определим, где вы сможете принести наибольшую пользу. — Благодарю.Кондратов сделал ещё одну пометку. — Кстати, те люди, которых эвакуировали вместе с вами... — Это моя младшая сестра Аюми, её муж Кэнъити и мои племянницы. — Каким образом вы оказались вместе? — Я гостил у них, когда всё началось. Мы решили добраться до ближайшего порта, но он уже был переполнен заражёнными. Тогда укрылись на ферме одного знакомого. Несколько дней назад через старый радиоприёмник услышали сообщение на японском языке. В нём говорилось, что российские военные развернули эвакуационный пункт в порту Нарита и готовы принимать выживших. После этого мы решили идти сюда.Накагава невольно улыбнулся. — Значит, система оповещения всё-таки работает. — Если бы не она, мы бы сюда никогда не дошли, — спокойно ответил Сорато.Кондратов закрыл папку. — Что ж, господин Ёсикава. Пока отдыхайте и проходите карантин. После этого поговорим уже как с кандидатом на службу. — Есть.По старой военной привычке бывший морской пехотинец встал, коротко кивнул и вышел из палатки.Когда полог за ним закрылся, Накагава задумчиво посмотрел ему вслед. — Как думаете, товарищ капитан?Кондратов несколько секунд молчал. — Думаю, он не последний. — В каком смысле? — Как только остальные выжившие поймут, что мы действительно собираемся освобождать японские города, добровольцы начнут приходить сами. Среди них наверняка окажутся бывшие полицейские, пожарные и солдаты Сил самообороны.Накагава медленно кивнул. — Для Временного правительства это тоже хороший знак. Если японцы сами начнут вступать в РЭГК, население будет больше доверять операции.Кондратов посмотрел на карту Нариты, испещрённую отметками. — Нам это доверие понадобится. Потому что освобождение одного порта — это только начало. Впереди у нас вся Япония.

Глава 10

Июнь 2017 года. Япония. Недалеко от города Сома. Воздушная база Сил самообороны

На военной базе царила тяжёлая атмосфера.

Выжившие солдаты и гражданские разместились в одной из казарм. Как и несколько дней назад в школе Нариты, здесь постоянно вспыхивали споры между военными и гражданскими.

Причиной стал старый радиоприёмник, который одному из гражданских удалось починить.Из динамика донёсся женский голос:

— Внимание! Внимание! Говорит эвакуационный пункт «Нарита-1»! Всем выжившим говорит представитель Временного правительства Японии Сайка Карен. Совместно с Российским экспедиционным гуманитарным корпусом мы полностью взяли под контроль порт Нарита и продолжаем эвакуацию населения.

На несколько секунд в казарме наступила абсолютная тишина.

— Если вы не можете самостоятельно добраться до Нариты, не отчаивайтесь. Российские вертолёты выполняют патрулирование далеко в глубине страны. Если увидите их — постарайтесь привлечь внимание любыми доступными средствами.

Голос немного изменился.

— Есть и печальные новости. Европейский Союз и Соединённые Штаты полностью прекратили гуманитарную помощь Японии. Однако Россия, государства СНГ и Республика Корея продолжают оказывать поддержку нашей стране. Кроме того, российское руководство приняло решение значительно увеличить численность своего контингента. Это позволит открыть новые эвакуационные пункты по всей территории Японии.Последние слова Сайка произнесла особенно уверенно.

— Держитесь. Помните — мы никого не бросим. Мы спасём столько людей, сколько сможем. Надежда есть.

Радио замолчало.Несколько секунд никто не произносил ни слова.

А затем казарма буквально взорвалась криками.Одни требовали немедленно отправляться в Нариту.Другие утверждали, что это самоубийство.

Особенно активно спорили вокруг двух пилотов транспортного вертолёта CH-47J — старшего лейтенанта Окубо Сакуры и её напарницы Наканиси Юзу.Обе лётчицы были не против идеи покинуть базу.Лучше попытаться прорваться к своим, чем медленно погибать в окружении.Однако существовало сразу две серьёзные проблемы.Первая заключалась в том, что сама база уже была переполнена заражёнными.Во время одной из предыдущих атак, когда все пятьдесят военнослужащих удерживали оборону периметра, двадцать три гражданских в панике попытались бежать.Они оставили главные ворота открытыми.Случайно или намеренно — никто уже не знал.Но последствия оказались катастрофическими.Заражённые ворвались на территорию.Из пятидесяти солдат выжили лишь двадцать три.

После этого полковник Сасаки Харуто приказал установить полный контроль над всеми гражданскими.Никто больше не имел права свободно перемещаться по базе.Вторая проблема была куда серьёзнее.Сам полковник категорически запрещал кому-либо покидать гарнизон.С каждым днём он становился всё более подозрительным, произносил длинные патриотические речи и пытался полностью подчинить себе оставшихся солдат.Получалось у него всё хуже.Именно поэтому капитан Кондо Рикума принял решение действовать самостоятельно.

Он предложил рискованный план.

Пока он вместе с двумя бойцами будет прикрывать транспортный CH-47J, пилоты запустят двигатели, после чего шесть гражданских — главным образом чиновники и специалисты — займут места в салоне и немедленно отправятся в сторонуНариты.План был крайне опасным.Но оставаться рядом с постепенно терявшим рассудок полковником было ещё опаснее.

Поздний вечер

В одной из комнат казармы собрались участники будущего побега.

— Надо решаться, — тихо сказала Наканиси Юзу. — Если уходим, то именно сегодня. Темнеет. Заражённые ночью видят хуже.

— Но слышат они прекрасно, — заметила Окубо Сакура. — Стоит только запустить двигатели, как сюда сбежится вся база.

— Не сбегутся, а сползутся, — усмехнулся капитан Рикума. — И вы будете не одни. Мы вас прикроем. Со склада уже забрали пулемёт и одноразовый гранатомёт. Этого должно хватить, чтобы выиграть время.

После короткого обсуждения все согласились.Выходить нужно именно этой ночью.Капитан разложил на столе схему базы.

— План такой. Сначала выдвигаемся мы втроём. Идём максимально тихо к вертолёту. Стреляем только из пистолетов с глушителями.

Он обвёл взглядом собравшихся.

— Когда закрепимся возле машины, к нам подходят пилоты и гражданские. После обнаружения открываем огонь из всего, что есть. Вопросы?

Один из чиновников нерешительно поднял руку.

— А если попытаться заранее отвлечь заражённых?

Несколько человек вопросительно посмотрели на него.

— Каким образом? — спросила Юзу.

Мужчина немного смутился.

— Магнитофоном...

В комнате повисла тишина.

Через несколько секунд капитан неожиданно улыбнулся.

— А ведь это может сработать...

Он быстро развернул карту.

— Берём магнитофон. Доходим до ангара. Ставим таймер. Пусть музыка соберёт большую часть заражённых в одном месте. Пока они будут идти на звук, остальные спокойно доберутся до вертолёта.Возражений не последовало.Спустя час группа покинула казарму.Часовых тихо обезвредили.Дверь медленно открылась.На ближайшей площадке заражённых не оказалось.Основная масса находилась примерно в трёхстах метрах.Капитан показал жестом соблюдать тишину.

Группа бесшумно двинулась вперёд.Нескольких одиночных заражённых устранили ножами.Возле ангара операция едва не сорвалась.

Один из солдат выглянул за угол и буквально столкнулся лицом к лицу с заражённым.Но Рикума среагировал мгновенно.Нож, брошенный точным движением, вошёл противнику прямо в глаз.Тело бесшумно осело на бетон.Через несколько минут магнитофон уже лежал внутри ангара.Таймер показывал десять минут.После этого группа быстро отошла к транспортному вертолёту и заняла оборону.Когда в ангаре заиграла музыка, заражённые один за другим начали стекаться на звук.

План работал.Почти через полчаса к вертолёту подошли пилоты и гражданские.

Капитан быстро пересчитал людей.

— Стоп...

Он нахмурился.

— Где Сома?

Окубо Сакура тяжело опустила голову.

— Когда музыка заиграла, солдаты полковника подняли тревогу. Он остался задержать их...Капитан лишь молча кивнул.Двигатели CH-47J начали набирать обороты.Их шум быстро перекрыл музыку.Несколько заражённых повернули головы.Через секунду десятки других сделали то же самое.

— Огонь! — крикнул капитан.

Пулемёт ударил длинной очередью.Но было уже поздно.Вся толпа развернулась к вертолёту.Рикума схватил гранатомёт.Выстрел.Взрыв буквально прорубил широкую просеку среди заражённых.Однако громкий хлопок привлёк ещё больше существ.Один из солдат настолько увлёкся стрельбой, что не заметил заражённого, подобравшегося сзади.Крик разорвал ночную тишину.Заражённый впился ему в ногу.Второй боец, увидев это, не выдержал.Он бросил оружие и побежал.Рикума остался один.Он продолжал стрелять короткими очередями.Но спустя несколько секунд почувствовал резкую боль.Один из заражённых успел укусить его за левую руку.

Капитан посмотрел на рану.

Затем поднял голову.

И сделал пилотам короткий жест.

Взлетайте.

Сакура всё поняла.

Она медленно покачала головой.Капитан лишь улыбнулся.После чего достал последнюю гранату.Вертолёт начал подниматься.Рикума выдернул чеку.И бросился навстречу приближающейся толпе.Через мгновение ночную тишину разорвал мощный взрыв.Когда CH-47J поднялся выше, по нему открыли огонь солдаты полковника.Вероятно, это был единственный исправный вертолёт с достаточным запасом топлива, и командование не собиралось его отдавать.Однако машина сумела выйти из-под обстрела.Через некоторое время впереди появились два российских Ми-35.Кабина CH-47J озарилась красным светом лазерного облучения.В наушниках прозвучал строгий голос на английском:

— Неизвестный борт! Немедленно сообщите, кто вы, откуда следуете и с какой целью приближаетесь к территории, контролируемой российскими силами!Сакура быстро ответила.

Она рассказала о воздушной базе, о прорыве и о том, что на борту находятся выжившие.

Несколько секунд в эфире было тихо.Затем прозвучал новый приказ:

— Следуйте за нами. Посадка только на сопровождении.Обе пилотессы переглянулись.Впервые за долгие недели они почувствовали, что действительно спасены.Впереди их ждали карантин, проверки и долгие допросы.Но самое главное — они выбрались из этого ада.

Эвакуационный пункт «Нарита-1»

После беседы с пилотами в штабе надолго воцарилась тишина.Майор Волков задумчиво смотрел на карту.Наконец он тихо произнёс:

— Прошёл всего месяц... а некоторые люди уже потеряли рассудок. Похоже, нам придётся сражаться не только с заражёнными и бандитами, но и с отдельными подразделениями Сил самообороны.

Сайка тяжело вздохнула.

— К сожалению, не все способны выдержать подобное испытание. Хорошо, что в той школе не оказалось человека, который смог бы превратить страх людей в настоящий культ.

— Да... — тихо согласился Волков.

Он хотел сказать что-то ещё, но дверь открылась.

В кабинет вошёл связист.

— Товарищ майор, разрешите доложить.

— Докладывайте.

— Только что завершился сеанс связи с материком. Завтра в Нариту прибывает первое крупное пополнение численностью пять тысяч человек. После высадки новых подразделений планируется начать эвакуацию выживших из школы. Кроме того, поступил приказ завершить зачистку города Нарита не позднее конца недели.

— Принял.

Связист отдал честь и вышел.

Волков несколько секунд молча сидел, затем неожиданно поднялся.

— Кажется, пилоты сами подсказали нам решение.

Сайка вопросительно посмотрела на него.

— Музыка.

Он подошёл к карте.

— Если заражённые действительно массово идут на источник громкого звука, мы можем искусственно собирать их в нужных районах, а затем наносить точечные авиаудары. Да, это не очистит здания — их всё равно придётся зачищать пехоте. Но мы сможем значительно уменьшить численность заражённых ещё до начала штурма.

Сайка медленно улыбнулась.

— Значит, капитан Рикума спас не только этих людей.

Волков молча кивнул.

— Его идея может помочь освободить всю Японию.С этими словами майор быстрым шагом направился в узел связи, чтобы немедленно передать новое предложение командованию. За его спиной Сайка ещё долго смотрела ему вслед, надеясь, что эта простая находка действительно поможет приблизить день, когда японские города снова будут свободны.

Глава 11

Глава 11 Июнь 2017 года. Япония. Порт Нарита

Поздней ночью в кабинете майора Волкова собрались два офицера специального назначения — можно сказать, элита среди военнослужащих, находившихся в порту Нарита.

Майор Осипов Марк Тимофеевич и его заместитель, капитан Тарасов Максим Русланович, являлись сотрудниками ФСБ. Они прибыли в Японию не только для проведения специальных операций, но и для обеспечения безопасности эвакуационного пункта, контроля за соблюдением порядка среди выживших и взаимодействия с подразделениями Российской армии.Оба офицера молча ожидали начала совещания.

Майор Волков дописал последние строки в документах, отложил ручку и поднял взгляд. — Итак, как вы знаете, завтра к нам прибывает крупное пополнение. Кроме того, поступил приказ начать полную зачистку города Нарита.Он встал и подошёл к карте. — Сегодня у нас появился реальный шанс провести операцию с минимальными потерями. Мы давно знали, что заражённые плохо видят в темноте, но прекрасно реагируют на звук. Однако проверять эту теорию ценой жизней солдат никто не собирался.Волков сделал небольшую паузу. — Сегодня прибыли японские пилоты, которым удалось выбраться с окружённой базы именно благодаря отвлечению заражённых музыкой. Вы уже ознакомились с их докладом? — Так точно, Владимир Артёмович, — ответил Осипов. — Доклад изучен. Выводы сделаны. — Тогда слушайте план.Волков указал на две точки на карте. — Поздно ночью двадцать человек разделятся на две группы по десять бойцов. Первая отправится в городской парк, вторая — на центральную площадь. Именно там, по нашим данным, находится наибольшее количество заражённых. Он перевёл взгляд на офицеров. — Задача проста. Незаметно установить громкоговорители, после чего покинуть район. Через двадцать минут автоматически включится запись с предупреждением для выживших. Одновременно она привлечёт заражённых. Когда возле динамиков соберутся крупные скопления, по ним нанесёт удар авиация.Он слегка улыбнулся. — После этого останется зачистить здания и уничтожить тех, кто не пришёл на этот... концерт.В кабинете послышались тихие смешки. — Вопросы? Замечания? Предложения? Осипов задумчиво посмотрел на карту. — Я правильно понимаю, что сообщение одновременно предупредит и оставшихся в городе выживших? — Именно.Волков кивнул. — По нашим оценкам, в Нарите всё ещё скрывается немало людей. Большинство сидит в квартирах, подвалах и технических помещениях. Но некоторые уже начали самостоятельно пробираться к эвакуационному пункту.Он открыл папку. — За последние несколько дней к нам вышли сто тридцать шесть человек. И это далеко не все. Многие до сих пор боятся покидать убежища. Майор снова посмотрел на офицеров. — Поэтому сообщение сначала предупредит их, чтобы они держались подальше от громкоговорителей.Он посмотрел в окно. За стеклом продолжал идти сильный дождь. — Операция начнётся сегодня ночью. Ливень играет нам на руку. Он заглушит ваши шаги и уменьшит вероятность обнаружения. Но расслабляться нельзя. Даже с приборами ночного видения и тепловизорами столкновение с крупной ордой крайне нежелательно.Совещание продолжалось ещё около часа.После его окончания Осипов и Тарасов отправились готовить своих бойцов.Через несколько минут в кабинет вошла Сайка Карен.В руках она держала две кружки горячего кофе.Поставив одну перед Волковым, она села напротив.Несколько секунд оба молчали.Первым заговорил майор. — Госпожа Сайка, вам бы поспать, а не пить кофе посреди ночи. Японка хитро улыбнулась. — Сколько раз мне говорить? Просто Сайка. Она сделала глоток кофе.Настроение у неё было заметно лучше, чем несколько дней назад.Завтра первая большая группа выживших должна была отправиться на материк.Кроме того, её опасения не оправдались.Она боялась, что в городе почти не осталось живых.Но число спасённых уже приближалось к двумстам.Для неё это было настоящей победой. — А вы сами почему не спите, господин майор? — спросила она. — Переживаете из-за ночной операции?Волков честно кивнул. — Да. Несмотря на то что работают лучшие специалисты, всё равно что-то может пойти не так.Он задумчиво посмотрел в окно. — Не включатся громкоговорители. Заражённых окажется слишком много. Или, наоборот, они вообще не придут. Любая ошибка может стоить людям жизни. Сайка тихо рассмеялась. — Не вы ли недавно рассказывали мне, что это лучшая группа специалистов, которую только можно собрать? Волков невольно улыбнулся. — Было дело. — Тогда доверьтесь им.Её голос стал серьёзнее. — Все варианты уже просчитаны. Всё проверено по нескольку раз. Иногда командиру остаётся только ждать и верить своим людям.Майор медленно кивнул. — Ты права. Он поставил кружку на стол. — Кроме того, над районом постоянно работают беспилотники. Если ситуация станет слишком опасной, группы немедленно отойдут.Они ещё долго разговаривали.О работе.О будущем.О людях, которых удалось спасти.И просто о жизни.А в это время двадцать бойцов уже двигались в сторону мёртвого города.

Нарита. 02:15 Под проливным дождём две группы специального назначения бесшумно вошли в город. Добравшись почти до центра, они разделились. Первая группа направилась к городскому парку. Благодаря ливню и приборам ночного видения продвижение проходило спокойно.Редких заражённых бойцы не уничтожали. Вместо этого они бросали в сторону мелкие предметы, заставляя существ уходить на посторонний шум.Через двадцать минут группа достигла парка. Заражённых здесь оказалось совсем немного. Несколько точных выстрелов из оружия с приборами бесшумной стрельбы — и площадка была очищена. Бойцы быстро установили громкоговорители. Командир сразу вышел на связь. — «Дом», говорит «Лиса-1». Задача выполнена. Потерь нет. Возвращаемся. — Принял, «Лиса-1». Возвращайтесь. Вторая группа продвигалась значительно тяжелее. Центральная площадь буквально кишела заражёнными. — Командир, их здесь слишком много, — тихо сказал один из бойцов. Осипов быстро оценил обстановку. — Вы двое — направо. Он указал на соседнюю улицу. — Устанавливаете заряд. После подрыва уводите за собой тех, кто пойдёт на звук. Остальные продолжают движение к площади.Два бойца бесшумно исчезли во тьме. Через несколько минут прогремел мощный взрыв. Его услышали даже в порту. — «Лиса-2», ответьте! Что у вас произошло? — Всё в порядке, «Дом». Столкнулись с крупной группой заражённых. Пришлось отвлечь их. — Принял. В следующий раз постарайтесь действовать менее радикально. Пока командир докладывал, двое бойцов уже уводили за собой десятки заражённых. Путь оказался свободен. Оставшиеся восемь человек быстро добрались до площади. Установить громкоговорители удалось без потерь. Через несколько минут обе группы уже возвращались к эвакуационному пункту. По дороге они встретились. Командир посмотрел на двух бойцов, отвлёкших на себя орду. — Вам двоим я лично выбью отпуск. Даже сквозь маски было видно, что бойцы улыбаются. Ровно через час город разорвал мощный голос громкоговорителей.

ВНИМАНИЕ! ВСЕМ ВЫЖИВШИМ! СЕГОДНЯ ПРОВОДИТСЯ ОПЕРАЦИЯ ПО УНИЧТОЖЕНИЮ КРУПНЫХ ГРУПП ЗАРАЖЁННЫХ! НЕ ПОДХОДИТЕ К ГРОМКОГОВОРИТЕЛЯМ БЛИЖЕ ЧЕМ НА ДВЕСТИ МЕТРОВ! ПОСЛЕ СКОПЛЕНИЯ ЗАРАЖЁННЫХ ПО ДАННЫМ ТОЧКАМ БУДЕТ НАНЕСЁН АВИАЦИОННЫЙ УДАР!

Сообщение повторялось снова и снова. Голос эхом разносился по пустым улицам.Заражённые медленно выходили из домов, дворов, переулков и стекались к источникам звука. Даже в карантинной зоне эвакуационного пункта этот голос был слышен настолько хорошо, что многим выжившим пришлось выдать снотворное — уснуть под непрерывные объявления оказалось невозможно. К полудню возле обоих громкоговорителей собрались огромные массы заражённых. Связисты передали координаты на авианосную группу. Через несколько минут с палуб поднялись два истребителя-бомбардировщика. Наблюдать за происходящим собрались почти все, кто находился в порту. Самолёты вышли на цель. Несколько секунд... И город содрогнулся от серии мощнейших взрывов. В парке практически не осталось деревьев. На центральной площади ударной волной выбило окна, а несколько ближайших зданий получили серьёзные повреждения.Но главное было достигнуто. Основная масса заражённых перестала существовать. Теперь оставалось дождаться обещанного подкрепления и приступить ко второй стадии операции — освобождению Нариты.

Глава 12

Июнь 2017 года. Япония. Порт Нарита. Вечер медленно опускался на побережье.Ещё несколько месяцев назад порт Нариты был одним из многих оживлённых промышленных районов Японии. Здесь постоянно слышались шум работающих двигателей, грохот контейнерных кранов, голоса рабочих и сигналы прибывающих судов.Это был обычный порт.Место, где люди занимались обычными делами.Кто-то приходил на смену.Кто-то возвращался домой.Кто-то ругался с начальством из-за работы.Кто-то строил планы на выходные.Теперь всё это осталось в прошлом.Сейчас вместо торговых контейнеров вдоль причалов стояли армейские грузовики.Вместо гражданских рабочих по территории двигались вооружённые солдаты.Вместо складов с товарами появились медицинские блоки, склады боеприпасов, пункты снабжения и палаточные лагеря.На месте обычного японского порта появился главный опорный пункт Российского экспедиционного гуманитарного корпуса.Для одних людей это место стало последним шансом выжить.Для других — символом того, что человечество ещё не проиграло.Но для Накагава Мицуки этот порт был чем-то большим.Здесь закончилась её старая жизнь.И началась новая.Мицуки сидела в небольшом кабинете, который раньше принадлежал одному из сотрудников администрации порта.Теперь помещение почти невозможно было узнать.Старую мебель убрали.Вместо неё поставили военный стол, шкафы с документами, радиостанцию и несколько мониторов.На стене висела большая карта Японии.Она была вся покрыта отметками.Красные обозначения — районы с высокой активностью заражённых.Синие — места, где были замечены выжившие.Зелёные — территории, где уже действовали российские подразделения.А рядом с картой лежала папка с надписью:

«Российский экспедиционный гуманитарный корпус. Японское направление».

Мицуки несколько секунд смотрела на карту.Потом тихо произнесла:

— Странно...Она сама не заметила, как сказала это вслух.Ещё месяц назад она была просто полицейским.Обычным человеком.У неё была форма японской полиции.Была служба.Были коллеги.Были проблемы, которые тогда казались важными.Сложные расследования.Ночные смены.Бумажная работа.Жалобы граждан.Иногда опасные задержания.Но всё это были проблемы нормального мира.Мира, где самым страшным событием мог быть вооружённый преступник.Мира, где люди боялись потерять работу или заболеть.Мира, который исчез за один день.Мицуки закрыла глаза.Перед ней снова возникли воспоминания.Первый день.Она помнила крики.Она помнила бегущих людей.Помнила мужчину, который стоял посреди улицы и выглядел так, будто его тело больше ему не принадлежало.Сначала все думали, что это обычный приступ.Потом появились первые нападения.Потом первые жертвы.Потом стало понятно — это не болезнь в привычном смысле.Это было что-то другое.Что-то, что меняло людей.Она помнила первый выстрел.Помнила лицо своего коллеги, который ещё несколько минут назад разговаривал с ней.А потом перестал быть человеком.Помнила, как полиция, которая должна была защищать город, оказалась совершенно не готова.Слишком быстро.Слишком неожиданно.Слишком страшно.Потом была школа.Самое длинное время в её жизни.Несколько дней казались месяцами.Они запирали двери.Экономили воду.Считали еду.Каждый шум за стеной заставлял людей хвататься за оружие.Тогда она впервые поняла одну вещь.Самым страшным был не заражённый.Самым страшным было ожидание.Ожидание момента, когда помощь не придёт.Когда никто не знает, что ты жив.Когда весь мир продолжает существовать, а ты оказался в маленьком островке среди хаоса.Но потом пришли они.Русские.Поначалу Мицуки не могла поверить.Когда над городом появились вертолёты, многие подумали, что это спасение.Но никто не ожидал именно их.Российские военные.Иностранная армия.В стране, которая сама уже почти потеряла контроль.Она помнила первые минуты.Как вертолёты прошли над городом.Как солдаты высадились в порту.Как они не стали требовать ничего.Не стали заниматься политикой.Они просто начали работать.Раздавать воду.Организовывать эвакуацию.Защищать людей.Тогда Мицуки впервые задумалась:«Может быть, в этом мире ещё осталось что-то хорошее».Она посмотрела на свою форму.На рукаве была нашивка.

РЭГК-Российский экспедиционный гуманитарный корпус.До сих пор это казалось ей странным.Военные.И гуманитарные.Два слова, которые обычно редко стояли рядом.Военные приходят воевать.Но эти люди пришли спасать.И теперь она была частью этого.Не полицейский.Не просто выжившая.Сотрудник корпуса.Она помогала проводить проверки прибывающих людей.Помогала японским гражданским.Передавала информацию.Иногда переводила между японскими и российскими военными.Жизнь изменилась настолько сильно, что иногда ей казалось, будто прежняя Мицуки умерла вместе со старым миром.Раздался лёгкий стук в дверь.Мицуки открыла глаза. — Войдите.В комнату вошла Мацуда Ай.В руках она держала несколько медицинских документов — Опять смотришь на карту?Мицуки слегка улыбнулась. — Наверное.Ай положила документы на стол. — Ты всё ещё не привыкла? — К чему?Медсестра посмотрела на её форму. — К этому.Она указала на нашивку. — Ещё недавно ты была японским полицейским.Ай улыбнулась. — А теперь ходишь среди российских военных.Мицуки посмотрела на себя.Потом тихо рассмеялась. — Если бы мне месяц назад сказали, что я буду работать вместе с иностранной армией, я бы решила, что этот человек сошёл с ума.Ай села напротив. — А если бы мне месяц назад сказали, что я буду лечить людей в российском военном лагере посреди разрушенной Японии, я бы тоже не поверила.Несколько секунд они просто молчали.За окном проходили солдаты.Кто-то разгружал оборудование.Кто-то проверял технику.Кто-то готовился к очередной операции.Обычная военная работа.Но теперь её целью было не уничтожение врага.А спасение людей.Через несколько минут дверь снова открылась.На этот раз вошла Судзуки Нанасато. — Вы опять вспоминаете прошлую жизнь?Ай улыбнулась. — Возможно.Нанасато поставила медицинскую сумку рядом. — Иногда мне кажется, что это было совсем в другой жизни.Мицуки посмотрела на неё. — Потому что так и есть.Три женщины посмотрели друг на друга.Они были очень разными.Но катастрофа сделала их похожими.Все трое потеряли старый мир.Все трое прошли через страх.Все трое однажды думали, что не доживут до следующего утра.Но они выжили.И теперь сидели в кабинете российского военного штаба. — Кстати, — сказала Мицуки, — завтра ведь начинается большая эвакуация? Ай кивнула. — Да. — Первая группа? — Да. Несколько сотен человек.Мицуки посмотрела в окно. — Интересно... Ещё недавно мы думали, что нас вообще никто не найдёт.Нанасато тихо улыбнулась. — А теперь люди уезжают в другую страну.Она посмотрела на порт. — Мир действительно изменился.

Некоторое время в кабинете стояла тишина. Тишина, которая раньше пугала. В первые недели катастрофы она означала только одно — где-то рядом может быть опасность. Если не было слышно ни людей, ни машин, ни обычного городского шума, значит, мир вокруг изменился.

Но сейчас эта тишина была другой. За стенами кабинета продолжалась жизнь. Работали генераторы, где-то рядом грузили оборудование, солдаты отдавали команды, а в медицинских палатках разговаривали врачи. Люди смеялись. Иногда плакали. Но они были живы. И после всего произошедшего это уже было огромным достижением.

Мицуки посмотрела на двух медсестёр. Она знала их ещё до появления русских. Знала их страх, знала, как они держались в школе, как старались помогать раненым и как, несмотря на ужас вокруг, продолжали выполнять свою работу. Но сейчас в их взглядах было что-то другое. Не страх, а усталость и понимание того, что прежняя жизнь больше не вернётся.

— Вы уже решили, что будете делать дальше? — спросила Мицуки.Ай посмотрела на неё.

— В каком смысле?

— После эвакуации.Медсестра немного задумалась.

— Честно? Я не знаю.Нанасато тихо усмехнулась.

— Все говорят, что надо возвращаться домой. Но где теперь этот дом?

Мицуки ничего не ответила, потому что понимала. Дом — это не только стены, улицы и города. Дом — это воспоминания, люди и ощущение безопасности. А всё это у многих людей исчезло.

Ай вздохнула.

— Я останусь.Мицуки удивлённо посмотрела на неё.

— Здесь?

— Да.

— Почему?Ай улыбнулась.

— Потому что здесь нужны медики.Она указала на дверь.

— Каждый день сюда приходят новые люди. Люди, которые потеряли семьи, несколько недель сидели в одиночестве или думают, что больше никому не нужны. Кто-то должен им помочь.Мицуки слегка улыбнулась. Это была именно Ай. Даже во время катастрофы она сначала думала о других.

— А ты? — спросила Мицуки у Нанасато.Та сразу поняла вопрос и немного смутилась.

— Я...Ай посмотрела на неё с улыбкой.

— Ну давай.

— Что?

— Рассказывай.

— Ай...Медсестра рассмеялась.

— Я всё равно знаю.Мицуки переводила взгляд с одной на другую.

— Что происходит?Нанасато покраснела.

— Ничего.

— Ага, конечно, — сказала Ай.

— Просто...Нанасато замолчала, а потом тихо сказала:

— Есть один человек.Мицуки удивлённо подняла бровь.

— Русский офицер?Нанасато посмотрела вниз.

— Да.Ай улыбнулась.

— Я так и знала.

— Не начинай.

— Я ничего не сказала.

— Но подумала.

— Возможно.

Все трое впервые за долгое время засмеялись. Небольшой момент, всего несколько секунд, но в мире, где каждый день люди теряли близких, такие моменты были очень важны.

— Он хороший человек, — продолжила Нанасато уже серьёзнее. — В первые дни я боялась всех русских. Если честно, я вообще боялась всех военных, потому что после катастрофы стало сложно кому-либо доверять.Мицуки понимала. После падения государства люди начинали искать врагов даже среди союзников.

— Но потом я увидела их. Они приходили не за властью, не за территориями и не за ресурсами. Они приходили к людям.Она улыбнулась.

— Этот офицер однажды отдал мне свою порцию еды.Мицуки удивилась.

— Свою?

— Да.

— Но почему?Нанасато пожала плечами.

— Он сказал, что солдат может потерпеть.Она посмотрела на свои руки.

— Мелочь. Но после всего произошедшего я запомнила это.Несколько секунд никто не говорил.Потом Нанасато добавила:

— Я хочу уехать из Японии.Эти слова прозвучали неожиданно.Мицуки посмотрела на неё.

— Совсем?Нанасато кивнула.

— Я люблю эту страну. Я родилась здесь, училась здесь, работала здесь. Но...Она посмотрела на разрушенный город.

— Здесь слишком много боли.На её лице появилась грустная улыбка.

— Каждый район напоминает о том, что произошло. Каждая улица. Каждый дом. Каждый звук.Она закрыла глаза.

— Я хочу начать сначала.Мицуки долго молчала. Она не могла её осуждать, потому что сама когда-то хотела только одного — уехать, выжить и забыть. — А ты? — спросила Ай.Теперь вопрос был к Мицуки.Она немного удивилась.

— Я?

— Да. Что будешь делать?Мицуки посмотрела на свою форму. Ответ пришёл не сразу. Раньше она была уверена, что хочет вернуться к обычной жизни. Снова стать полицейским, снова жить в городе, снова видеть знакомые улицы.Но теперь...Что осталось от той жизни?Её отдел полиции уничтожен. Многие коллеги погибли. Город изменился. Она изменилась. — Я не знаю, — наконец сказала она. — Наверное, впервые в жизни я действительно не знаю.Ай улыбнулась.

— Значит, ты похожа на всех остальных.

— Мы все потеряли планы.В этот момент раздался стук.Все трое повернулись.В дверь заглянул мужчина.

— Мицуки.Она сразу узнала голос.

— Кондо.

На пороге стоял её бывший напарник. Теперь он тоже носил форму РЭГК. Но, несмотря на новую форму, Мицуки всё ещё видела в нём того же человека — того самого полицейского, с которым прошла первые дни катастрофы.

— Извините, что мешаю.Кондо вошёл.

— Что случилось? — спросила Мицуки.Он посмотрел на часы.

— Прибыло новое соединение российских войск.Медсёстры удивлённо переглянулись.

— Уже?Кондо кивнул.

— Да. Майор Волков вызывает всех на причал.Он сделал паузу.

— Похоже, начинается следующий этап операции.

Мицуки поняла. Речь шла не просто о защите порта. Русские собирались идти дальше — освобождать города и возвращать территории.Она поднялась.

— Хорошо.Она посмотрела на Ай и Нанасато.

— Ещё увидимся.

— Конечно, — ответила Ай.

— Береги себя, — сказала Нанасато.

Мицуки и Кондо вышли из кабинета.Коридоры порта были заполнены людьми. Солдаты быстро перемещались между зданиями, офицеры передавали документы, медики сопровождали новых эвакуированных. Всё выглядело как огромный, организованный и чёткий механизм. После хаоса первых недель это казалось почти невозможным.Кондо шёл рядом. Некоторое время они молчали.Потом он сказал:

— Знаешь...Мицуки посмотрела на него.

— Что?

— Если бы кто-нибудь месяц назад сказал мне, что мы будем идти на военный причал в форме русских военных, я бы решил, что он сумасшедший.Мицуки улыбнулась.

— Я тоже.Они посмотрели вперёд. Там уже виднелись огни причала, огромное количество людей, техника, корабли и армия, которая только начинала прибывать.Кондо остановился.

— Похоже...Он посмотрел на происходящее.

— Теперь всё только начинается.Мицуки ничего не ответила.Потому что знала: он был прав.Спасение Нариты было только первым шагом.Впереди была вся Япония.И борьба за её возвращение.

Когда Мицуки и Кондо вышли к причалу, им на несколько секунд пришлось остановиться. Они оба видели многое за последний месяц: разрушенные улицы, толпы заражённых, людей, которые потеряли всё. Но даже после этого происходящее перед ними поражало.

Порт Нарита больше не выглядел как место временной обороны. Он выглядел как начало большой военной операции.

Вдоль причалов стояли десятки грузовых машин. Одни перевозили ящики с продовольствием и медикаментами, другие — инженерное оборудование, третьи были загружены военной техникой. Рядом находились бронетранспортёры, топливные цистерны и мобильные ремонтные станции.В воздухе постоянно слышался шум вертолётных двигателей. Они взлетали и садились почти без остановки. Одни доставляли разведданные, другие перевозили людей, третьи сопровождали новые подразделения.Над всем этим возвышались корабли, которые только недавно вошли в порт.Мицуки смотрела на всё это и пыталась осознать масштаб. Ещё несколько дней назад здесь находилась небольшая группа российских военных. Теперь перед ней стояло соединение, которое могло изменить ситуацию во всей Японии.

— Впечатляет, правда?Голос заставил её повернуть голову. Рядом стоял один из российских офицеров.

— Да, — ответила Мицуки. — Раньше я никогда не видела такую высадку.Офицер улыбнулся.

— Думаю, мало кто из нас хотел когда-нибудь её увидеть.Он посмотрел на город.

— Но иногда история заставляет людей делать то, чего они никогда не планировали.Мицуки ничего не ответила. Эта фраза почему-то запомнилась ей.Через несколько минут вдалеке показалась группа офицеров. Впереди шёл майор Волков. Рядом с ним была Сайка Карен.Мицуки уже привыкла видеть их вместе. Они были очень разными. Волков — спокойный, строгий военный, человек, который привык принимать тяжёлые решения. Сайка — дипломат, человек, который пытался сохранить связь между разными сторонами.Но за время катастрофы они стали чем-то большим. Они стали людьми, которые держали вместе хрупкий союз.Они остановились возле трапа прибывшего транспорта.Из машины вышел мужчина в форме российского офицера. Высокий, с прямым взглядом. На плечах — знаки майора.Он быстро осмотрел территорию, затем подошёл к Волкову.

— Майор Попов Михаил Александрович.

— Майор Волков Владимир Артёмович.Они пожали руки.

— Рад наконец встретиться лично.

— Взаимно.Попов посмотрел вокруг. Несколько секунд он просто молчал.Перед ним был первый освобождённый участок Японии. Не полностью восстановленный. Не безопасный. Но живой.

— Значит, это Нарита.

— Да, — ответил Волков.

— Первый пункт операции.Попов посмотрел на город.

— Хорошее начало.Сайка подошла ближе.

— Майор Попов, рада приветствовать вас в Японии.

— Спасибо.Он внимательно посмотрел на неё.

— Вы представитель временного правительства?

— Да.Попов кивнул.

— Тогда у нас много работы.Сайка слегка улыбнулась.

— С этим я спорить не буду.

Несколько минут они обсуждали текущую ситуацию. Прибывшие подразделения должны были усилить оборону порта. Часть войск направлялась на подготовку операции по освобождению Нариты. Другие подразделения готовились к расширению зоны контроля.Но затем Попов неожиданно сказал:

— Знаете, госпожа Сайка...

— Да?Он посмотрел на неё с лёгкой усмешкой.

— Мне всегда было интересно, как быстро меняется восприятие людей.Сайка нахмурилась.

— О чём вы?Попов посмотрел на прибывших солдат.

— О том, как нас сейчас называют.Она не поняла.

— Нас?

— Россию.Он немного помолчал.

— Вы знаете, что говорят о нас за пределами Японии?Сайка покачала головой.

— Нет.Попов усмехнулся.

— «Северный гегемон».Она удивилась.

— Что?

— Так некоторые политики и журналисты описывают нашу страну.Он посмотрел на разрушенный город.

— Якобы Россия использует катастрофу, чтобы захватить Японию.На лице Сайки появилось удивление.

— Люди действительно так думают?Попов пожал плечами.

— Некоторые.Он сделал паузу.

— Но если честно, сейчас большинству людей не до этого.

— Почему?

— Потому что у них свои проблемы.Он посмотрел вдаль.

— В Европе продолжаются беспорядки. В некоторых странах люди выходят на улицы. Экономика рушится. Государства пытаются удержать контроль.Он вздохнул.

— Когда людям страшно, они ищут простые ответы.Сайка задумалась. Она знала, что мир действительно изменился. Япония была не единственной страной, которая столкнулась с кризисом. Просто их катастрофа была самой страшной.Тем временем началась посадка японских гражданских на корабль. Это была первая большая эвакуация из Нариты.Люди медленно двигались к причалу. У многих были только небольшие сумки. Кто-то нёс фотографии родственников. Кто-то держал детские игрушки. Кто-то просто смотрел на город, который, возможно, больше никогда не увидит прежним.Когда первая группа подошла к кораблю, произошло неожиданное.Люди остановились.Они повернулись к российским солдатам.Сначала один человек. Потом второй. Потом десятки.Они поклонились.Глубоко.Молча.

— Спасибо...Кто-то сказал это тихо.Потом начали повторять другие.

— Спасибо.

— Спасибо, что спасли нас.

— Спасибо, что пришли.Российские солдаты замерли.Для многих из них это был первый момент, когда они увидели людей, ради которых была начата эта операция.До этого были только карты, приказы и доклады.Но теперь перед ними стояли настоящие люди.Волков сделал несколько шагов вперёд и поднял руку.Люди замолчали.

— Граждане Японии.Его голос был спокойным.— Сегодня вы покидаете этот порт. Но вы не покидаете свою страну навсегда.Сейчас Япония переживает тяжёлые времена. Но это ваш дом.Пауза.

— Вы уезжаете только для того, чтобы выжить.Он посмотрел на солдат.

— А наша задача — сделать так, чтобы однажды вы смогли вернуться.

Несколько человек заплакали.Не от страха.От того, что впервые за долгое время услышали слова надежды.Когда корабль начал отходить от причала, многие стояли на палубе. Дети махали руками. Солдаты отвечали им.

И впервые за долгое время подумала:

Может быть... у них действительно получится.

Может быть, Японию можно вернуть.

Но впереди была ещё большая работа.Потому что Нарита была только первым шагом.А за пределами безопасной зоны всё ещё оставались миллионы заражённых и тысячи людей, которые ждали помощи.

После того как первый эвакуационный корабль скрылся за линией горизонта, порт ещё долго оставался наполненным людьми. Солдаты продолжали работу, медики принимали новых пациентов, инженеры проверяли оборудование, а связисты передавали сообщения между подразделениями. Но для командования РЭГК этот день был не просто днём эвакуации. Это был день, когда началась новая фаза операции.До этого российский экспедиционный корпус занимался созданием безопасной зоны. Теперь задача изменилась. Нужно было расширять эту зону — шаг за шагом, город за городом, порт за портом.Поздним вечером в главном командном пункте собрались офицеры. На большом столе лежала карта Японии, разделённая на сектора. На каждом участке были отмечены возможные места высадки: порты, военные базы, города и районы с предполагаемым количеством заражённых.Майор Волков стоял у карты. Рядом находились Сайка, майор Попов, Осипов, Тарасов и другие офицеры. Накагава Мицуки и Кондо Сото тоже присутствовали. Теперь они официально входили в состав штаба как представители японской стороны.

— Сегодня утром поступил приказ о расширении операции, — сказал Волков, указывая на карту. — РЭГК получил подкрепление.На карте появились новые отметки.

— Теперь мы можем перейти к следующему этапу.Он посмотрел на офицеров.

— Высадка по всему восточному побережью Японии.В комнате стало тихо. Даже те, кто ожидал этого приказа, понимали масштаб. Это была уже не спасательная миссия в одном городе. Это была полноценная военная операция.Но с одной целью.Спасти людей.Майор Попов подошёл к карте.

— Сколько направлений?

— Двенадцать, — ответил Волков.Он указал на порты.

— Двенадцать морских групп. Каждая получает собственную зону ответственности.Сайка внимательно слушала.

— Какие основные задачи?Волков ответил: — Первое — очистить портовые территории. Второе — создать эвакуационные пункты. Третье — установить связь с местными выжившими. Четвёртое — подготовить дальнейшее продвижение внутрь страны.Он сделал паузу.

— Мы не идём захватывать города.Волков посмотрел на всех.

— Мы возвращаем людям возможность жить. Российская морская операцияЧерез несколько часов после совещания российская группировка начала движение. В море вышли десятки кораблей. Большие десантные суда перевозили технику и личный состав, транспортные корабли несли продовольствие, медикаменты и оборудование для создания лагерей, а эскортные корабли обеспечивали безопасность.Вертолёты уже находились в воздухе. Их задача была первой — разведка.Перед высадкой экипажи проверяли районы, и почти везде картина была одинаковой: пустые улицы, остановившиеся машины, разрушенные здания и заражённые.Первый порт встретил десант тишиной. Когда первые российские подразделения высадились, они ожидали нападения. Солдаты двигались осторожно, бронемашины прикрывали продвижение, а разведчики проверяли каждый участок.Но противника почти не было.Только несколько групп заражённых, которых быстро уничтожили.Через несколько часов на территории порта уже появились первые российские флаги и медицинские палатки. Началось создание нового эвакуационного пункта.Но не все высадки проходили одинаково.В одном из портов российские военные столкнулись с неожиданностью. Когда разведывательная группа вошла на территорию, из здания склада вышли вооружённые люди.Сначала солдаты приготовились к бою.Но затем увидели форму.Японские военные.Истощённые.Уставшие.Но живые.Их было всего несколько десятков. Они держали оборону порта почти две недели.Когда российские солдаты подошли, один из японцев опустил оружие.

— Вы русские?Российский командир кивнул.

— Да.

Японский солдат несколько секунд просто смотрел на него.Потом тихо сказал:

— Значит, мы всё-таки дождались.

В большинстве портов ситуация была хуже. Некоторые районы полностью захватили заражённые. Там российским подразделениям приходилось сначала проводить зачистку.Использовались бронемашины, вертолёты и инженерные группы. Но главной задачей оставалась не победа в бою, а поиск людей.Каждый подвал, каждый дом и каждое укрытие проверялись.Порт МидориИменно здесь произошла одна из самых необычных встреч.Российская группа, высадившаяся в порту, ожидала увидеть только заражённых. Но вместо этого они обнаружили десять японских солдат. Их командиром был майор Кимура Каито.Когда его доставили в командный пункт, он выглядел намного старше своих лет. Усталость была заметна даже через военную форму, но взгляд оставался твёрдым.

— Расскажите, что произошло, — попросил российский офицер.Кимура молчал несколько секунд, а затем начал говорить.

— Когда всё началось, мой гарнизон получил приказ удерживать город Мидори.Он посмотрел вниз.— Нас было около ста человек.Первые дни мы ещё держались. У нас были боеприпасы, оружие и люди.Он тяжело вздохнул.— Но заражённых становилось всё больше. Они не боялись. Не уставали. Мы могли уничтожить десятки, но через несколько часов появлялись новые.

— Почему вы не ушли на базу? — спросил офицер.Кимура посмотрел на него.

— Мы пыталисьно нас не пустили.В комнате стало тихо.

— Кто?Ответ прозвучал спокойно, но в нём была злость.

— Майор Окада Сёта.

Кимура рассказал, что после начала катастрофы Окада стал подозревать всех. Сначала заражённых, потом тех, кто мог быть заражён, а затем вообще всех, кто приближался к базе.Он начал вводить жёсткие правила. Любой человек без разрешения считался угрозой. Любой гражданский мог быть остановлен. Любой неизвестный — уничтожен.

— Он сказал, что мы заражены.Кимура посмотрел на свои руки.— Хотя никто из нас не проходил проверку.

— Он отказался помочь своим же солдатам? спросил офицерКимура кивнул.

Самое страшное было дальше.По словам Кимуры, Окада постепенно потерял контроль. Он начал отдавать приказ открывать огонь по любому подозрительному человеку. Неважно, был ли это заражённый, гражданский или просто человек, который пытался выжить.

— Он говорил, что лучше убить невиновного, чем пропустить заражённого.В комнате стало тяжело. Все понимали: это была уже не борьба с вирусом. Это была борьба человека со своим страхом.

— Тогда почему вы пошли в порт? — спросил офицер.Кимура поднял глаза.

— Потому что услышали сообщение.

— Какое?

— Ваше

— Когда мы услышали, что кто-то ещё помогает людям...Кимура сделал паузу.

— Мы решили рискнуть.После рассказа было принято решение. Майора Кимуру и его людей отправляли в Нариту. Теперь главный штаб РЭГК находился именно там.Кроме того, его информация о ситуации внутри страны была крайне важна. Он знал, какие районы ещё держатся, где находятся военные базы и где могут быть выжившие.Поздней ночью в порту Нарита Волков снова стоял у карты.Теперь на ней появились новые отметки.Двенадцать портов.Двенадцать новых точек надежды.Он посмотрел на часы.До начала следующей операции оставалось несколько часов.

Освобождение города Нарита.

Операция, которая должна была стать первым примером того, что заражённых можно не просто отбивать. Их можно уничтожать, а территории — возвращать людям.Мицуки стояла рядом и смотрела на карту.Ещё недавно её город был мёртвым.Теперь он готовился стать первым освобождённым городом Японии.И где-то глубоко внутри она впервые за долгое время почувствовала не страх.А надежду.

Глава 13. Перед рассветом Часть1.

Глава 13. Перед рассветом

Июнь 2017 года. Япония. Порт Нарита. 03:30

Ночь над Наритой была непривычно тихой для современного мира. Единственным местом, где продолжалась жизнь, оставался порт. Здесь с самого начала высадки постоянно гудели двигатели, работали винты вертолётов, перемещалась техника, а иногда раздавались выстрелы, когда заражённые подходили слишком близко к периметру.

Сам город был мёртв. На улицах медленно бродили заражённые, стояли брошенные автомобили, а среди пустых домов иногда мелькали силуэты выживших. Кто-то добывал припасы, кто-то осторожно пробирался в сторону порта. В некоторых окнах были видны заражённые, но иногда появлялись и выжившие, которые наблюдали за происходящим и часто смотрели в сторону порта.

Многие уже вывесили из окон самодельные сигналы SOS. Они слышали сообщения по радио и понимали, что скоро начнётся операция. Эти знаки должны были помочь российским военным определить расположение людей, чтобы случайно не открыть огонь по их домам из танков или с воздуха.

В самом порту вовсю шла подготовка. Солдаты напоминали муравьёв: одни переносили ящики, документы и оборудование, другие изучали карты и проверяли радиостанции. Танки осматривались и заправлялись, рядом проверяли БТР и БМП. В воздухе то и дело появлялись вертолёты, а несколько раз над портом проходили истребители.

Кондо Сото и Накагава Мицуки стояли возле лейтенанта Громова и заканчивали слушать последние инструкции.

— Всё понятно? — переспросил Громов.

Оба кивнули.

— Тогда свободны.

Лейтенант сразу отправился дальше проверять готовность своего взвода.

Кондо и Мицуки решили пройтись по лагерю. Они зашли в медицинский сектор, где Мацуда Ай, Судзуки Нанасато и Миядзаки Нанао раздавали недавно прибывшим выжившим одежду и лекарства. Мицуки и медсёстры лишь кивнули друг другу, не решаясь мешать им работать, после чего вместе с Сото продолжили путь.

Остановившись у причала и посмотрев на город, Сото первым нарушил молчание:

— Знаешь, ещё не так давно я думал, что нам самим придётся как-то со всем справляться. О таких масштабах я даже не задумывался, когда мы сидели в школе. Я хотя бы хотел очистить район возле школы, закрепиться там и просто выживать. Согласись, если бы русские не пришли, а мы смогли зачистить район возле школы, нам было бы намного легче получать гуманитарные грузы и добывать припасы.

— Я не спорю, — ответила Мицуки. — Но ты тогда даже не представлял, насколько всё изменится. Да и гуманитарных грузов сейчас стало намного меньше.

Она грустно посмотрела на город. Нарита была её родным городом. Ещё недавно здесь была её обычная жизнь: работа, знакомые улицы, здания и люди. Теперь город находился во власти заражённых.

Но совсем скоро всё должно было измениться.

Они вернут себе Нариту.

Их разговор прервал подошедший сержант.

— Кондо, Накагава! На общее построение!

— Поняли, — ответил Сото.

Они развернулись и направились к месту построения.

03:45. Штаб РЭГК

В штабе также кипела работа. Офицеры получали последние документы, изучали карты и следили за экранами компьютеров, на которых с беспилотников поступало изображение города.

Майор Волков стоял возле большой карты Нариты. Город был разделён на три основных сектора.

Сектор А — западная часть города, в основном промышленная зона. Здесь заражённых и выживших было сравнительно немного. Эпидемия началась ранним утром, поэтому многие просто не успели приехать на работу.

Сектор Б — восточная часть города, преимущественно жилая. Здесь заражённых было значительно больше.

Сектор С — центральная часть Нариты. Коммерческая зона: магазины, торговые центры, кафе, больницы и полицейский участок. Именно этот сектор считался самым опасным. Утром здесь находилось огромное количество людей, а заражённых доставляли в больницы, где ситуация быстро вышла из-под контроля. Поэтому концентрация заражённых в центре была максимальной.

За последние дни их количество удалось значительно сократить. Ночная операция сотрудников ФСБ уничтожила несколько крупных скоплений заражённых, а дроны-камикадзе атаковали наиболее опасные группы. Но даже после этого в городе оставались тысячи заражённых.

Майор Волков вышел в центр штаба. Разговоры мгновенно прекратились.

— Товарищи, сегодня исторический день. Мы начинаем самую сложную на данный момент операцию.

Он сделал паузу.

— Сразу хочу предупредить: здесь не стоит рассчитывать на крупную артиллерию или мощные авиационные удары, которые мы использовали при высадке в порту.

Волков указал на карту.

— Здесь мы будем действовать гораздо осторожнее. В городе до сих пор остаются выжившие, запертые в многоквартирных домах, квартирах и подвалах.

Он посмотрел на Сайку.

— Сайка, ты отправила сообщения выжившим, чтобы они обозначили свои места?

— Так точно, господин майор, — ответила Сайка. — Я попросила людей вывешивать из окон сигналы SOS, а при возможности наносить такие же сигналы на двери. Это поможет нашим солдатам быстрее находить людей в многоквартирных домах.

Она немного помолчала.

— Также я отдельно попросила ни в коем случае не покидать укрытия и не бежать навстречу солдатам. Иначе их могут принять за заражённых и случайно открыть огонь. Некоторые выжившие, которые приходили сюда самостоятельно, выглядели почти как заражённые: еле передвигались, одежда была порвана и иногда покрыта кровью. Издалека их действительно можно перепутать.

Волков молча кивнул.

— Да. Такое уже случалось. Хорошо, молодец.

Он снова повернулся к карте.

— Итак. Наши основные силы разделятся на три крупные группы.

Он указал на западную часть города.

— Попов, твоя группа берёт сектор А.

Майор Попов внимательно посмотрел на карту.

— Здесь можешь действовать достаточно свободно. Сектор просторный, в основном промышленный. Если придётся снести пару зданий, ничего страшного.

Попов кивнул, но стоявший рядом Накагава Дайки решил уточнить:

— Всё верно. Уничтожение нескольких промышленных зданий сейчас не принесёт серьёзного ущерба. В будущем Япония всё равно не сразу сможет восстановить производство, а некоторые предприятия, возможно, вообще будут демонтированы и заменены другими.

Попов молча кивнул и продолжил изучать свой сектор.

Затем Волков указал на восточную часть.

— Сектор Б я возьму под личное командование. Это тяжёлый сектор. Применение танков и другой техники придётся тщательно контролировать. Заражённых здесь много, а жилые районы слишком плотные. Но думаю, мы справимся.

После этого он перевёл взгляд на Осипова.

— Ну и наконец, сектор С берёте вы, Марк Тимофеевич.

Осипов внимательно посмотрел на карту.

— Вам достаётся тоже далеко не простой сектор. В некоторых кафе и зданиях могут находиться выжившие. Не говоря уже о больницах, где концентрация заражённых зашкаливает.

Майор ФСБ молча кивнул. Этот сектор был ему знаком. Он уже видел его собственными глазами во время предыдущей операции, когда большая орда заражённых пришла из сектора Б. Поэтому Осипов прекрасно понимал, насколько тяжёлой будет предстоящая работа.

После этого ещё некоторое время продолжалось обсуждение. Командиры уточняли маршруты, порядок взаимодействия подразделений и действия в случае обнаружения большого количества выживших.

В итоге было решено, что каждая группа сначала займёт стратегические объекты: мосты, крупные перекрёстки, основные дороги и объекты связи. После этого начнётся продвижение вглубь города.

Все группы должны были поддерживать вертолёты, истребители и беспилотники-камикадзе. При этом истребители планировалось использовать преимущественно в секторе С, где их применение должно было нанести меньше ущерба важной инфраструктуре.

В этот момент в штаб вошёл капитан Кондратов. Он остановился перед Волковым и отдал честь.

— Товарищ майор! Личный состав РЭГК полностью построен. Отсутствующих по болезни или другим причинам нет.

— Хорошо, капитан.

Волков ещё раз посмотрел на карту. Несколько секунд он молчал, затем сказал:

— Ну что, надеюсь, все готовы.

Офицеры молча кивнули.

— Тогда приводим себя в полную боевую готовность и выдвигаемся.

Командиры начали расходиться, каждый отправился к своему подразделению.

Сам Волков подошёл к личному шкафчику, открыл его и достал разгрузку, бронежилет и автомат. Он внимательно проверил снаряжение, убедился, что ничего не болтается и не издаёт лишнего шума, затем проверил автомат.После этого Волков надел бронежилет, закрепил разгрузку и направился к выходу.

Там его уже ждала Сайка.По её лицу было видно, что она волнуется. Несколько секунд она молчала, а затем подошла ближе и сказала только одно:

— Будь осторожнее.

Волков посмотрел на неё.

— Всегда.

После этого он покинул штаб.До начала операции оставалось совсем немного времени.Нарита ещё спала.Но уже через несколько минут её улицы должны были снова наполниться звуками двигателей.

Наступал рассвет.

Глава 14. Сектор С

Июнь 2017 года. Япония. Центральный район Нариты. 04:05Утренний туман, пришедший со стороны побережья, низко стлался по широким проспектам коммерческого центра. В серой полумгле высотные стеклянные здания торговых комплексов и офисов выглядели как заброшенные монументы рухнувшей цивилизации. Изредка тишину нарушал шорох бьющегося стекла — из разбитой витрины автосалона медленно вывалился силуэт в порванном деловом костюме. Существо тупо уставилось перед собой помутневшими глазами, принюхиваясь к сырому воздуху.А через секунду предрассветное небо над центральным районом Нариты буквально раскололось надвое.Грохот приближающихся на сверхзвуковой скорости реактивных двигателей прижал к земле всё живое и мертвое. Пара сушек, промчавшись над крышами небоскребов, ушла в крутой вираж. Следом за ними, едва не цепляя лопастями вывески рекламных щитов, на бреющем полете шла четверка вертолетов. Воздух задрожал от тяжелого, хлопающего звука винтов Ми-35 и хищного свиста Ка-52.Капитан Гранит, сидевший на броне ведущего БТР-82А, рванул вниз ремешок шлема, поудобнее перехватывая свой SIG MPX, и закричал в ларингофон, перекрывая гул авиации:

— Внимание всем группам! Птички пошли! Приготовиться к контакту!С правого борта «Аллигатора» сорвались две серые сигары ракет. Спустя мгновение парковка перед центральным трехэтажным торговым центром, где беспилотники зафиксировали плотную массу мертвецов, превратилась в огненный ад. Серия тяжелых разрывов взметнула в воздух комья асфальта, ошметки плоти и искореженный металл брошенных автомобилей. Одновременно с этим с верхних этажей ТЦ посыпался сплошной град битого стекла.Следом за ракетами заработали тридцатимиллиметровые пушки вертолетов, методично вбивая в землю тех, кто уцелел после первых взрывов. Тяжелые глухие хлопки авиапушек эхом разносились между бетонными коробками зданий.

— Первый, я Гранит! — доложил Александр в рацию штаба, пока бронетранспортер на полной скорости несся по проспекту, объезжая горящие остовы машин. — Авиаудар отработал. Заходим на ключевой перекресток у моста! Как поняли, прием?В наушнике сквозь треск статики раздался ровный, хладнокровный голос майора Осипова:

— Гранит, я Первый. Принял вас. Держите перекресток. Нам нельзя дать им стянуться со стороны больницы, пока штурмовые пехотные группы не займут позиции в жилой застройке. Работайте аккуратно, в зданиях могут быть гражданские.

— Принял, Первый. Выполняем.БТР резко затормозил, со скрежетом продравшись бортом по смятому легковому «Ниссану». Многотонная машина развернулась поперек дороги, перекрывая выезд с моста. Следом за ней, поднимая облака пыли и гари, встал второй бронетранспортер.

— На выход! Живее, живее! — скомандовал Гранит, соскакивая с брони прямо на залитый машинным маслом асфальт.Десантные люки БТРов с грохотом распахнулись. Из машин посыпались бойцы штурмовой группы, мгновенно рассредотачиваясь по секторам и занимая позиции за колесами техники, бетонными бордюрами и гранитными клумбами.Из прилегающих переулков и узких торговых улочек на звуки канонады уже начали вываливаться первые группы зараженных. Их привлекал этот шум, они бежали на него, дико хрипя и скаля зубы.

— Справа, из-за угла магазина, дистанция сто! — крикнул боец с позывным Миля, вскидывая автомат.

— Их там штук двадцать валит!

— Не части! Короткими! — отозвался Гранит, мгновенно ловя в прицел коллиматора бегущего впереди зараженного в форменной одежде служащего железной дороги.Сухой, частый треск SIG MPX слился с грохотом пулеметов. Девятимиллиметровые пули с высоким темпом стрельбы прошлись по груди и шее мертвеца, заставив его споткнуться и рухнуть навзничь. Идущие следом за ним зараженные спотыкались о тело, падали, но тут же поднимались, продолжая свое безумное движение вперед.

— Танкист, держи левый фланг, от арки! Они оттуда прут! — крикнул Гранит, уходя за корпус БТРа, чтобы сменить магазин.

— Да вижу я, командир! Ща прикурят! — рявкнул в ответ Танкист.Его автомат задергался в руках, выдавая плотные, хлесткие очереди по плотной группе мертвецов, пытавшихся прорваться через газоны. Пули выбивали фонтанчики бетонной крошки из облицовки зданий, сбивая зараженных с ног. Рядом глухо захлопала 30-мм пушка БТРа, которая развернула башню в сторону переулка и принялась методично, снаряд за снарядом, разносить выбегающую толпу. Каждый выстрел буквально разрывал существ на части, не оставляя им ни единого шанса.В этот момент Миля, контролировавший окна второго этажа офисного здания над ними, резко дернул Гранита за плечо:

— Командир, глянь на третий этаж! Окно угловое, над вывеской банка!Александр вскинул оружие, ловя в прицел указанную точку. За разбитым стеклом, среди осколков и офисного мусора, отчетливо виднелась натянутая белая ткань, на которой маркером или краской было криво выведено: SOS. А чуть глубже в комнате, прячась за перевернутым столом, испуганно прижимались друг к другу две человеческие фигуры.

— Живые, — сквозь зубы процедил Миля. — Судя по всему, давно там сидят.

— Рано дергаться, — отрезал Гранит, осматривая заваленный телами перекресток. Напор мертвецов на пару минут ослаб, но из глубины района, со стороны больничного комплекса, уже доносился нарастающий, жуткий гул тысяч голосов. Операция только начиналась.

— Закрепиться на точках. Миля, держи окна. Танкист, прикрой арку. Пока периметр не зачистим — к гражданским никто не идет. Нам еще главный удар держать.На востоке из-за крыш высоток показались первые лучи солнца, окрашивая дым пожарищ в багровые тона. Рассвет над Наритой начался со звуков непрекращающегося боя.

Напор мертвецов на пару минут ослаб, но из глубины района, со стороны больничного комплекса, уже доносился нарастающий, жуткий гул тысяч голосов. Операция только начиналась.

— Закрепиться на точках! — скомандовал Гранит, загоняя свежий магазин в приемник автомата.

— Миля, держи окна. Танкист, прикрой арку. Пока периметр не зачистим — к гражданским никто не идет. Нам еще главный удар держать.В рации снова затрещало. На этот раз голос Осипова звучал более напряженно, на заднем плане отчетливо слышался тяжелый рокот пулеметов.

— Гранит, я Первый! Из центрального корпуса больницы зафиксировано массовое движение зараженных. Орда движется по улице Тэрадай в вашу сторону. Дроны-камикадзе отработали по авангарду, но плотность слишком высокая. Встречайте.

— Принял, Первый, — отозвался Александр, чувствуя, как внутри все сжимается в тугую пружину.

— Примем как родных. Танкист, разворачивай пулемет на три часа! Крупный калибр сейчас будет нужен как воздух.Едва он успел договорить, как из-за поворота проспекта, примерно в трехстах метрах от их позиции, показалась первая волна. Это была не просто группа мертвецов — это была сплошная, бурлящая масса из сотен человеческих тел. Они бежали сплошной стеной, наступая друг на друга, спотыкаясь и мгновенно затаптывая упавших. Впереди неслись те, кто при жизни, видимо, был моложе и крепче, за ними хлынули остальные. Среди них мелькали разодранные медицинские халаты, гражданская одежда, строгие костюмы.

— Ни хрена себе у них там демографический взрыв… — пробормотал Танкист, поудобнее перехватывая рукояти тяжелого ПКМ и упирая сошки в капот раздавленной легковушки.

— Спокойно! Без суеты! — рявкнул Гранит, вскидывая оружие.

— БТР, фугасным по центру роты! Огонь!30-миллиметровая пушка бронетранспортера отозвалась оглушительным, частым лаем. Снаряды начали ложиться точно в гущу бегущей толпы. Каждый разрыв выкашивал по несколько десятков зараженных, превращая асфальт в кровавое месиво, но за секунду образовавшиеся бреши затягивались новыми телами.Следом за пушкой БТРа ударил пулемет Танкиста. Длинные, злые очереди буквально срезали передние ряды. Миля работал хладнокровно, выбивая одиночными выстрелами из автомата самых крупных и быстрых тварей, которые умудрялись прорываться через сплошной шквал огня.Сам Гранит едва успевал менять магазины. SIG MPX в его руках работал почти без остановки, гильзы со звоном сыпались на асфальт, смешиваясь со стреляными пулеметными кассетами.

— Командир, они слева, через сквер обходят! — крикнул Миля, указывая стволом в сторону небольшого парка с фонтаном.

— Там пушка БТРа не достает, угол слепой!

— Танкист, держи проспект, не давай им зажать нас! Миля, за мной! — скомандовал Александр.Они вдвоем перемахнули через бетонный бордюр и побежали к углу торгового павильона, откуда на них уже вылетали первые зараженные. Гранит с ходу срезал двоих короткой очередью в упор. Третий — массивный мужчина в разорванной куртке — прыгнул на него из-за декоративного куста. Александр едва успел перехватить автомат двумя руками, принимая удар на цевьё. Тяжелая туша повалила его на асфальт. От существа шёл удушливый запах гнили и запекшейся крови, оно яростно щелкало зубами всего в паре сантиметров от лица капитана.

— Тварь! — выдохнул Гранит, пытаясь оттолкнуть мертвеца стволом.Рядом хлестко щелкнул выстрел. Голова зараженного разлетелась брызгами, и обмякшее тело с глухим стуком свалилось на Александра.

— Живой, командир? — Миля протянул ему руку, помогая подняться. На лице бойца сквозь слой копоти и пота проступала бледность.

— В норме, спасибо, — Гранит быстро поднял автомат, проверяя затвор.

— Держим угол! Не пускать их к машинам!Бой перерос в ту стадию, когда секунды сливаются в один бесконечный поток. Воздух между высотками Нариты стал сизым от пороховых газов. Грохот пушек, пулеметный лай, крики и хрипы мертвецов — все смешалось в единый гул.Спустя еще десять минут непрерывной мясорубки, когда стволы оружия раскалились до предела, а под ногами образовался сплошной ковер из стреляных гильз, плотность атаки наконец начала спадать. Больничная волна захлебнулась, оставив после себя заваленный телами проспект. Выжившие твари группами отходили назад, в тень переулков, спасаясь от заходящих на новый круг вертолетов.Гранит тяжело дышал, прислонившись спиной к горячему борту БТРа. Руки слегка подрагивали от напряжения.

— Первый, я Гранит, — сиплым голосом произнес он в микрофон.

— Волну со стороны больницы срезали. Перекресток удержан. Периметр относительно чист. Что по остальным точкам?В наушнике после короткой паузы отозвался Осипов: — Хорошая работа, Гранит. Группа Попова в секторе А зачистила склады, продвигаются по графику. Майор Волков в секторе Б закрепился на основных улицах. Теперь ваша главная задача — вытащить гражданских из жилых точек в вашем квадрате, пока твари снова не стянулись. Начинайте эвакуацию.Александр перевел взгляд на окно третьего этажа, где все так же белела самодельная надпись SOS. За стеклом две фигурки робко прижимались к раме, не веря своим глазам.

— Понял вас, Первый, — Гранит вытер пот со лба тыльной стороной ладони и посмотрел на своих бойцов.

— Миля, Танкист. Берите трех бойцов из второго отделения. Идем наверх, заберем людей. Рассвет наступил, пора возвращать этот город.