Операция «Лёд тронулся»

Глава 1. Сюрприз для старых друзей

Оля проснулась рано, ещё до будильника, хотя легла совсем поздно, уже за полночь.

«Наверное, это от волнения», — подумала она, заправляя постель. Ещё бы, ведь её не было в Москве почти целое лето!

Дело в том, что родители Оли в прошлом году объявили, что переезжают в Питер. Олиного папу, знаменитого певца Алексея Нежданова, часто приглашали в культурную столицу на мероприятия, и в конце концов они решили попробовать пожить там.

Оля уговорила оставить её в Москве с бабушкой, чтобы она могла спокойно закончить школу. Но в конце июня она отправилась к родителям погостить. Правда, девочка не подозревала, что останется там надолго. В Питер она ехала без обратного билета — как оказалось, зря. Мама не нашла ни одной причины отправить Олю в Москву раньше конца августа, и она пробыла там целых два месяца!

Но вот наступил конец лета, до начала учебного года осталось всего лишь два дня... Оля вздохнула. Ей предстоял выпускной класс, а это значило только одно: в течение года придётся много учиться. Она с ужасом вспомнила, сколько сидел над учебниками Стас, когда заканчивал школу.

— Олечка, проснулась уже, — улыбнулась Ираида Антоновна, когда Оля вышла из своей комнаты в одной пижаме. — Завтракать будешь? Я сделаю тебе омлет.

— Было бы здорово!

— Тебе заварить чай или кофе?

— Чай, зелёный!

И Оля, наскоро умывшись, села за стол. Она внимательно наблюдала за бабушкой: как из холодильника она достала несколько яиц и пакетик молока, а из верхнего шкафчика — взяла специи. С тех пор как они стали жить вместе, утекло столько воды... За это время Ираида Антоновна почти не изменилась, а вот Оля повзрослела и стала настоящей девушкой.

— Как у тебя отросли волосы, внучка! — любовалась ею бабушка. — Ну что, какие планы на сегодня? Все уже знают, что ты вернулась?

— Нет, бабушка, я решила устроить сюрприз! Я же только вчера вечером приехала и никому ничего не сказала...

— Это ты здорово придумала, все будут рады тебя видеть!

— Надеюсь... — неуверенно произнесла Оля.

Конечно, спустя несколько лет дружбы с Дашкой она ни секунды не сомневалась — за время её отсутствия ничего между ними не изменилось. К тому же, они часто созванивались и трепались по несколько часов, обсуждая свои девичьи проблемы. Это было их своеобразной традицией — они обожали болтать по телефону даже в Москве, хотя виделись минимум пять раз в неделю. А когда Оля умчалась в Питер, вечерние созвоны превратились в священный ритуал, во время которого девочки обменивались новостями.

Но Круз... Оля в последнее время не очень понимала их отношения. Когда она уезжала, Игорь проводил девушку до самого вагона, нежно поцеловал и сказал, что будет ждать её возвращения. Но ни он, ни она тогда даже не предполагали, что вернётся она так нескоро. Общаться с Игорем по телефону было не так просто, как с Дашкой. Обычно они говорили не дольше десяти минут, потому что Игорь всё время куда-то спешил. А ещё он много времени проводил на даче, где до него было не дозвониться и где постоянно ошивалась рыжая Танька... Оля даже решила не говорить Крузу о своём приезде и не стала просить встретить её в аэропорту. Вдруг он будет ей не рад?

— Ой, уже половина девятого. Скоро перекличка, а мне ещё голову мыть! — спохватилась Оля, когда омлет был съеден, а чай выпит. — Бабушка, я пойду собираться!

— Конечно, Олечка. А я пока схожу в магазин. Погода на улице такая хорошая, удивительно для конца августа. Обычно уже прохладно в это время.

Оля кивнула в знак согласия и побежала в ванную, чтобы, как это называется, причепуриться.

***

Спустя час она уже была полностью готова. Тёмные, с рыжиной, волосы Оля оставила распущенными. Она подкрасила брови и ресницы, чтобы глаза выглядели ярче, а губы намазала прозрачным блеском. Вроде, симпатично... С одеждой Оля сильно не заморачивалась — влезла в тёмно-синие джинсы, надела чёрную футболку и накинула сверху пиджак, который в Питере отдала ей мама.

Оля вдруг поймала себя на том, что сильно волнуется. Что, если Игорь не обрадуется её приезду? Вдруг он уже нашёл себе новую подружку? Что же она тогда будет делать?

«Как говорит Квитко, лучше действовать по ситуации, — подумала Оля. — Посмотрю на его реакцию и во всем разберусь, а то чего я раньше времени расклеилась...».

И она с улыбкой подмигнула самой себе в зеркале. За это лето Оля начала нравиться себе больше, чем раньше. Она будто стала по-настоящему взрослой — это чувствовалось по её взгляду, походке и жестам. Она больше не будет переживать, как раньше, если Игорь вдруг не обратит на неё должного внимания. Ведь это будет его потеря!

С этими мыслями, взяв сумочку, Оля вышла из квартиры, закрыла за собой дверь и спустилась вниз на лифте. И тут же столкнулась у входа с одним хорошо знакомым ей человеком.

— Жучка, неужели это ты? — услышала она Петькин голос.

— Квитко, я уже сто раз просила не называть меня Жучкой, — заметила Оля, хотя и не смогла сдержать широкой улыбки. Как же она соскучилась по друзьям!

— Когда ты приехала? Почему ничего не сказала?

— Очень уж хотелось увидеть такое выражение лица у всех, как у тебя сейчас, — засмеялась она.

Они с Петькой обнялись. Он тоже здорово повзрослел! И стал каким-то... Очень модным.

— Ничего себе у тебя классная куртка, — заметила Оля, оглядывая старого друга.

На нём была чёрная кожанка, а под ней — красное поло. А ещё он купил себе очки, которые ему страшно шли! Да уж, дурочка Дашка, что не обращает на Петьку никакого внимания...

— Это я в Англии купил, — гордо поднял голову Петя.

— Ты был в Англии? Когда? — ахнула Оля.

— Да вот на две недельки смотался в августе, Дениса повидать!

— И как тебе?

— Отпад! Там всё вообще другое, дома низкие, но такие огромные! Мы с Денисом были в Лондоне несколько раз...

И пока они шли до школы, Петька подробно рассказал Оле, как много нового он видел этим летом. Он, конечно же, не стал скромничать и похвастался, что всё время болтал там по-английски. Ему даже сказали, что он разговаривает ни чуть не хуже Дениса! Оля восторгалась его рассказами, думая про себя, что Квитко всё-таки ничуть не изменился, несмотря на обновки.

— Слушай, Олька, а Круз-то знает, что ты приехала? — спросил Петя, когда они уже подходили к школе.

— Нет, я никому не говорила, хотела всем устроить сюрприз.

— Он же страшно расстроится, что тебя не встретил! Он так ждал твоего возвращения.

— Он ждал? — с надеждой посмотрела на Петьку Оля.

— Конечно, ждал! Что ж, он по-твоему дурной, что ли?

— Нет, Петюня, я не то имела в виду... Просто мне казалось, что он меня начал забывать!

— С какой же это стати?

— Не знаю, чувство такое было!

— Это потому что он стеснялся с тобой по телефону болтать? Так это ерунда, он же не девчонка!

— Он стеснялся?..

— Ну ты, Ольга, даёшь! Небось навыдумывала себе черте что, а Круз просто боялся тебе сказать, что не очень-то любит общаться по телефону, и терпел это только ради тебя.

У Оли сердце в пятки ушло. Так значит он её не забыл! Он просто не хотел её расстраивать, а эти разговоры давались ему тяжело не потому, что он её разлюбил!

— Петя, ты только не говори Крузику, что я тут...

— Нюни распустила? — засмеялся Петька. — Не бойся, не скажу. Я же не дурак!

— Ты золото, Петечка.

— Это точно!

И, смеясь, они зашли в школу. Внутри было тихо. Переклички ставили так, чтобы младшие и старшие классы между собой не пересекались, поэтому в холле кроме парочки ребят из параллели никого не было. Петька с Олей поздоровались с охранником и поднялись на второй этаж. Пройдя по коридору, они свернули налево и подошли прямо к родному 216 кабинету, откуда доносились весёлые голоса.

— Ещё только без пятнадцати, — заметил Квитко, глянув на часы. — Но, судя по шуму, все уже там...

— Петь, а ты можешь...

— Круза с Лаврей позвать? Без проблем, — и он с довольным видом вошёл в класс, а Оля осталась снаружи.

Внезапно Оля поняла — она так часто представляла, как поведёт себя, если вдруг поймёт, что она безразлична Крузу, что даже не подумала о том, что же делать, если между ними ничего не изменилось?

— Квитко, ты бы хоть поздоровался со мной для начала, я же тебя две недели не видел! — услышала она знакомый мужской голос, который принадлежал уже не Петьке.

— Крузейро, хватит жаловаться, кое-кого ты не видел ещё дольше!

— Это кого же? — хмыкнул Игорь и вдруг обомлел. — Оля?

Он тут же подлетел к девочке и крепко её обнял, чуть приподнимая в воздухе. Она засмеялась и прижалась к нему ещё сильнее. Петька стоял за спиной Игоря и, встретившись с Ольгой взглядом, показал ей большой палец.

Оля ему улыбнулась. Она могла натворить всяких глупостей и устроить дурацкие разборки, если бы не встретила Петьку! Как всё-таки хорошо иметь такого друга.

Пока Оля с Игорем миловались и вполголоса обменивались нежностями, Петя, неловко делал вид, что рассматривает стеллаж с надписью «ЗОЛОТЫЕ МЕДАЛИСТЫ».

— Что, в следующем году здесь будет твоё имя висеть? — усмехнулся Игорь, подходя к другу.

— Для золотого медалиста я слишком много прогуливаю!

— Кстати, Петя, а где Дашка? — вспомнила Оля.

— А Дашки в классе нет!

— Странно, уже почти десять...

— Опаздывает, наверное, — пожал Игорь плечами. — Пойдёмте в класс, там её подождём.

Петя и Оля согласились — в конце концов, куда могла подеваться Дашка утром 30 августа

***

Игорь оказался прав. Не прошло и нескольких минут, как в класс влетела Даша Лаврецкая. Её длинные и почему-то рыжие (Оля, Игорь и Петя так и рты открыли) волосы были убраны в высокий хвост. Увидев друзей, Даша им помахала и поспешила занять своё место рядом с Петей.

— Дашка, обалдеть! Вот это смена имиджа, — улыбнулась Оля, поворачиваясь к подруге. Они с Крузенштерном сидели на третьей парте первого ряда, а Даша с Петей прямо за ними.

— Да, ты, Лавря, удивлять умеешь, — подал голос Игорь и посмотрел на своего друга.

Петька был очень удивлён. Он знал. Он с первого класса, с первого взгляда на Дашку, точно знал, что она не какая-то там девчонка. За столько лет дружбы, за столько распутанных детективных дел, за столько трудных минут, пройденных вместе, Петька только убеждался, что у Даши очень волевой, своенравный и порой непредсказуемый характер. Но он не подозревал, что настолько!

Он и сам не мог объяснить, что конкретно его так поразило. Просто, наверное, видеть Дашу с таким цветом волос было непривычно, хотя он сразу признал — ей невероятно идет. Это была не ярко-рыжая копна волос, нет. Волосы были, скорее, просто с красивым, медным отливом, который только подчеркивал Дашины карие глаза.

Пока Оля вслух восхищалась новой причёской подруги, а Игорь удивлялся её решительности, Петя Квитко сидел молча. Но, в целом, его друзьям всё было понятно и так, без слов — Петя всё ещё был без памяти влюблён в Дашу! Оля и Игорь многозначительно переглянулись, но, конечно, ничего не сказали.

Но вот в класс вошла Евгения Александровна Кац. С прошлого года она стала их новой классной руководительницей - довольно строгой, но, как ни странно, справедливой. Ещё довольно молодая женщина невысокого роста часто убирала светлые волнистые волосы крабиком, от чего становилась похожа на нежных и воздушных девушек с картин Ренуара. У неё было довольно добродушное лицо, но ребята уже много раз видели её в гневе.

Сегодня Евгения Александровна выглядела задумчиво. Она жестом показала ученикам, что не нужно вставать, и прошла к своему столу.

— Что это с ней? — шепнул Игорь на ухо Оле, но та лишь пожала плечами и продолжила внимательно наблюдать за учительницей.

Невооруженным взглядом было видно, что Евгения Александровна волнуется. Переведя дух, она встала со своего места и сказала:

— Всех рада видеть после летних каникул, — тут она вымученно улыбнулась. — Надеюсь, что все хорошо провели время и отдохнули, как следует, потому что год будет не из простых...

И она написала на доске три больших буквы — ЕГЭ.

А дальше началась суматоха! Евгения Александровна объявила о вводе единого государственного экзамена и стала рассказывать, что он из себя представляет.

— Это как же математику сдавать... — простонала Даша, а Круз сочувственно на неё посмотрел.

— Да, Лавря, туго нам с тобой придётся.

— Ничего, мы вас поднатаскаем, — заявила Оля.

— Сколько ж таскать придётся! — Даша вздохнула.

— Лавря, не отчаивайся, это только звучит страшно. Уж если преступников одолевали, то матешу тем более осилим, - подбодрил её Петя.

— Хотелось бы верить, но всё равно тоска зелёная.

— Хорошего мало, это точно! И главное — в институт будет поступить сложнее теперь.

— Ну это нам, а людям из провинции... — заметила Оля.

— Да, они теперь все сюда потолкутся. А я никуда, кроме Москвы, поступать не собираюсь, я всё-таки тут всю жизнь живу.

Даша посмотрела на Олю и заметила, как на последней фразе Круза она вдруг смутилась, резко покраснела и опустила взгляд. Игорь, конечно, ничего не заметил — до эмоций он был не очень проницательным. А вот Даша задумалась: неужели Олька ещё не сказала ему, что хочет поступать не в Москву?

Однако она тут же забыла об этой мысли, так как Евгения Александровна попросила Жукову и Крузенштерна развернуться к своим местам, а не устраивать дискуссии с Лаврецкой и Квитко. Игорь и Оля решили не нарываться на неприятности и так и поступили.

***

— Куда двинем? — спросил Петька, когда ребята вчетвером вышли из школы.

Часы показывали только половину двенадцатого, родители всё ещё на работе, последние дни каникул - одним словом, чистый кайф! Нельзя такое время упускать зря.

— Ко мне, конечно, — усмехнулась Даша. — Тётя Витя все ещё с бабушкой на даче, а вот Стас в городе и сказал, что хотел бы со всеми повидаться!

— Отлично, — довольно улыбнулся Петя. — Только мне надо домой будет заскочить на пару минут, кое-что сделать.

— И мне тоже нужно домой зайти, — подал голос Игорь.

Даша и Петя обернулись на сладкую парочку, которая в обнимку шла позади них. И у Оли, и у Игоря всё на лбу было написано — они не виделись слишком долго и хотели побыть вдвоём. Озвучить это было, конечно, неловко, поэтому Даша и Петя не стали ничего выяснять и задавать лишних вопросов — они уже взрослые люди и всё понимают.

— Тогда идите по своим делам, а мы с Петькой забежим к нему, а потом ко мне поедем, — подытожила Даша. — Как сможете, сразу подваливайте, всё равно будем долго сидеть, наверное!

— Надо думать!

На том и порешили. Дашка с Петькой двинулись в сторону его дома, а Игорь и Оля отправились в квартиру Крузенштернов.

День складывался удачно. Каждый из них сегодня был по-своему счастлив. Оля поняла, что между ними с Крузом всё по-старому, а Игорь не мог оторвать глаз от Оли — так он соскучился. Петя все две недели в Англии тосковал по своей Лавре, хотя и не хотел этого признавать — сколько можно терпеть эти безответные чувства? Он обещал себе, что всё-таки завоюет её. Но Даша уже почти год встречалась с Вадимом, поэтому он почти отказался от этой идеи... Вдруг у них всё серьёзно? Тем не менее, он был вне себя от радости, когда увидел вошедшую в класс Дашку.

А Даша... Даша радовалась, что все вернулись. В последнее время ей было так тоскливо из-за новостей, которыми она пока не решалась поделиться. Но она чувствовала себя так хорошо и уютно в их тёплой компании, что все проблемы отступали на второй план.

— А ведь Квитко до сих пор Лаврю любит, — хмыкнул Игорь, когда они с Олей удалились от друзей на приличное расстояние.

— Жалко его, — вздохнула Ольга.

— Да дурак! Я ему уже сто раз говорил, что на него девчонки смотрят. А он заладил: «Она не Лавря, она не Лавря».

— Зато смотри, в мире всё ещё существует настоящая любовь, которая длится многие годы!

— Олька, настоящая любовь это когда у вас обоих чувства, и вы их много лет сохраняете. А когда ты одиннадцать лет одну девчонку ждёшь, пока она парней меняет, это уже что-то другое.

Оля с удивлением взглянула на Игоря. Круз, рассуждающий вслух о любви, — явление редкое! Однако, чтобы не смущать парня, эту мысль она оставила при себе, а вслух сказала:

— Да ладно, может, Петька её ещё дождётся.

А Игорю Олина реакция показалась подозрительной. Вадим, парень Даши, был её хорошим знакомым. И она была страшно довольна, что её лучшая подружка и старый приятель влюбились друг в друга практически с первого взгляда. Она ему все уши прожужжала, какая из них получилась классная пара! А тут вдруг намекает, что у Квитко шансы появились. Что-то тут не так!

— Я был бы рад, если бы чувства Квитко стали ответными, — осторожно заметил Игорь.

Оля умилилась: кто ещё из парней будет так заботиться о чувствах друга, как Игорь переживает за сердце Петьки? Жукова была уверена, что таких очень мало, если они вообще есть. Он у неё такой особенный, её Круз.

Они быстро дошли до квартиры Игоря, и он ловко открыл ключом входную дверь. Внутри было пусто: родители работали, а старшая сестра Игоря, Вера, уже много лет жила отдельно. Собственно, именно это им и нужно было — пустая квартира. И по этой причине они пошли именно к Крузу, а не к Ольге, у которой дома всегда была бабушка.

Ребята вошли в прихожую, быстро разулись, а Оля кинула свою сумку на пол. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, а потом Круз не выдержал и, прижав к себе Олю, поцеловал.

Целых два томительных долгих месяца он ждал её. Ждал, когда сможет запустить свою руку ей в волосы, когда сможет крепко её обнять и поцеловать. Поцеловать в шею, в губы, спуститься ниже... Круз не был силён в разговорах об эмоциях, ему сложно было много болтать по телефону, но за всё это лето он ни разу не усомнился в том, что любит Олю Жукову.

И хотя порой Оля переживала, что между ними что-то изменится, вот уже больше двух лет Игорь ясно давал ей понять, что действительно дорожит ей. С того самого дня, как он спас её и привёл в чувство после похищения Снежниковым из магазина Таисии, между ними образовалась крепкая, и при этом очень нежная связь.

После спасения романа Вероники Леопольдовны он поговорил с Олей и узнал, что девочка влюбилась в него буквально с первого взгляда. А он... Такой дурак! Он ничего этого не замечал. Всё это было так давно, что даже не верится, что действительно происходило с ними. Но вот они сейчас, счастливые, свободные, не знающие никаких проблем и ужасно влюблённые. Даже спустя годы.

Игорь, не прерывая поцелуя, взял Олю за руку и повёл к своей комнате. На всякий случай он запер дверь на замок, чтобы внезапное появление родителей (мало ли, чего от них ждать) не застало их врасплох.

— Игорь, я хотела с тобой поговорить, — Оле с трудом хватило дыхания, чтобы произнести эти слова.

— Я думаю, что сейчас не лучшее время для разговоров, — усмехнулся Круз.

— Да, но... — начала было она, но вдруг задумалась. Может, и правда лучше не портить такой момент?

И она махнула рукой на то, что её беспокоило. В конце концов, они с этим справятся. Они же Оля и Игорь, у них просто нет выбора!

Но на сердце всё равно было неспокойно... Потому что она знала, что скоро этой идиллии придёт конец.

***

— Лавря, ты серьёзно? Репетитор? По английскому? Да ты же на немецком, как на родном, шпаришь! — недоумевал Петька.

— Одно другому не мешает, — рассудительно заметил Стас, который был очень рад, что сестра наконец-то взялась за ум. — Английский, между прочим, язык международного общения. И самый распространённый в мире! Знать его точно не помешает.

— Ой, Стасик, только не нуди, — взмолилась Даша, пока он не начал читать им лекцию о пользе иностранных языков.

Они собрались на их большой и уютной кухне почаевничать, обменяться новостями и отметить последние денёчки свободы. Стас рассказывал о стажировке, которой посвятил весь август, Петька травил байки о поездке в Англию, а Даша, наконец, решилась поделиться своими планами на учебный год. А они были грандиозными. Такими грандиозными, что ей самой было не по себе.

— Лавря, я серьёзно, откуда вдруг такая любовь к языкам? — не унимался Квитко. Он печёнкой чуял какой-то подвох. - С чего это ты вдруг решила стать полиглотом!

— А как я без английского в гости к Денису буду ездить? — картинно возмутилась Дашка.

— Со мной! - решительно заявил Петька. — Я-то английский с первого класса учу! Между прочим, Джо, друг Дениса, сказал, что у меня отличное произношение!

— И что, мне без тебя или Дениса никуда даже не выйти будет?

— Почему это? Уж базовые фразочки-то ты знаешь. Если что, справишься! Как до дома добраться, если заблудишься, точно спросить сможешь.

— Спросить может и спрошу, а ответ не пойму! — продолжала ломать комедию Даша.

— В жизни не поверю, что ты из-за этого решила два раза в неделю после школы убивать ещё по полтора часа на учёбу. Ещё и ездить ради этого на другой конец города! — не унимался Петя. — Нас и так из-за этого ЕГЭ загрузили по самое не хочу!

— Ладно, Дашка, Квитко тебя и твою ленивую натуру насквозь видит, — рассмеялся Стас. — Хватит Петро за нос водить, рассказывай.

— Вот-вот! Колись, Лаврецкая, я тебя знаю!

Даша тяжело вздохнула, собираясь с мыслями. Она много раз представляла, как расскажет обо всём друзьям, но почему-то жутко волновалась, как на это отреагирует Петька.

— Я решила поступать на журфак!

Летом она плотно задумалась о том, кем хочет стать, когда вырастет — на носу был 11 класс, откладывать этот вопрос уже было некуда. После долгих размышлений Даша пришла к выводу, что больше всего её привлекает журналистика. Становиться следователем и ловить преступников до конца жизни она не хотела, а вот проводить журналистские расследования — другое дело. Это и интересно, и не так опасно. Правда, с последним Стас был категорически не согласен, когда Даша поделилась с ним своими мыслями, но отговаривать не стал. Пусть лучше Дашка пишет о преступниках, чем носиться за ними по всему городу с оружием и наручниками на пару с Квитко.

По совету брата, который уже прошёл через все тяготы поступления, она решила заранее изучить программу обучения, и оказалось, что без английского там никуда. Да и чтобы получить престижную работу в будущем, требовался высокий уровень английского. Немецкий ценился куда меньше. Даша поговорила с бабушкой и решила: экзамен она сдаст по немецкому, это ей раз плюнуть, но вот английский подтянет. Деваться было некуда, пришлось искать репетитора.

Даша переводила упрямый и полный решительности взгляд со Стаса на Петьку, готовая отстаивать своё мнение, если потребуется. И надеялась, что брат, если что, ей поможет. Почему-то ей казалось, что друга её выбор разочарует. Но то ли она сошла с ума, то ли Квитко и правда смотрел на неё с восхищением.

— Ну ты, Лавря, даёшь! — воскликнул Петька, ошарашенный новостью. — Уважаю!

— Правда? — Даша и сама не заметила, как расплылась в довольной облегчённой улыбке.

— Лаврецкая, когда я тебе врал? — возмутился Квитко. — Подожди, ты что думала, я тебя отговаривать буду?

— Думала-думала, — подтвердил Стас, прежде чем Даша успела что-то сказать. — Все уши мне прожужжала: «Стасик, как думаешь, что Петечка скажет? Мне кажется, он расстроится или смеяться будет».

У Петьки от этих слов на душе потеплело. Даша волновалась, что он скажет! Ей важно его мнение!

— Я тобой горжусь, Лавря! Как ты вообще могла подумать, что можешь меня расстроить?

— И правда, как? — тихо усмехнулся Стас. Даше, чтобы расстроить Петьку, надо было очень постараться.

— Нет, я, конечно, в глубине души мечтал, что мы вместе пойдём на юридический... Но если я буду, например, следователем, а ты журналистом, будет даже круче! Будем сотрудничать! — Петька вдруг воодушевился, представив их жизнь через пару лет. — Я буду раскрывать преступления, а ты об этом писать! Помнишь Гелю? Она ведь нам здорово помогала… А Медынский сколько раз нас выручал? Нет, это здорово!

— Погоди, Петруччио, вдруг наша Дашка захочет в модном журнале работать, — решил остудить пыл друга Стас. — Будет со звёздами интервью делать, статьи о всяких женских штучках писать...

Даша от одной мысли об этом скривилась, а Петя возмущенно посмотрел на Стаса. И как он может говорить об этом с таким серьёзным лицом? Они оба не хуже Лаври знают, что таким она заниматься точно не будет.

— А за английский ты, Лавря, не переживай! — заявил Петя. — Ты способная, выучишь. Целый год впереди, и я, если что, помогу.

Даша вдруг почувствовала прилив сил и уверенности. Ей будто жить легче стало. Она не привыкла что-то скрывать от Петьки и давно хотела с ним поделиться своими мыслями. Всё-таки он был её лучшим другом, и она ценила его за ум и честность. Даше было интересно узнать его мнение: получится ли из неё хороший журналист? Но в то же время ей было страшно. А вдруг он скажет нет и поднимет её на смех?

Петя тут же принялся строить планы: заявил, что будет звонить Даше каждый вечер и говорить с ней по-английски. А ещё пообещал раз в неделю водить в кино на фильм с субтитрами. Совместить, так сказать, приятное с полезным.

Пока он отвлёкся на рассказ, как они с Денисом в Лондоне случайно попали на премьеру фильма про человека-паука и даже увидели издалека Тоби Магуайера на красной дорожке, в дверь позвонили — пришли Оля и Игорь, и почти вся компания, наконец-то, была в сборе. Не хватало только Кирилла, который ещё не вернулся с родителями из-за границы.

— Жучка, ты просто светишься! — не удержался от комментария Петя.

Вообще-то он собирался возмутиться, где их столько времени носит. Но, увидев сияющих, как два начищенных самовара, друзей, прикусил язык. А Оля, смущенная комплиментом, даже не стала возмущаться своему прозвищу. Они с Игорем и правда светились от счастья, весь вечер то и дело переглядывались и не отпускали руки друг друга — соскучились.

«Вот что с людьми любовь делает», — с завистью подумал Квитко и с тоской глянул на Дашу. – «Интересно, Лавря со своим Вадиком тоже ... такая?»

А Даша, тем временем, выглядела непривычно задумчивой и как-то печально улыбалась, глядя на Олю с Крузом. Или это ему только показалось?

Расходились все уже около полуночи — когда теперь они смогут без зазрения совести засидеться допоздна? Оля с Игорем ушли чуть раньше. Петька специально решил задержаться и попросил Стаса показать что-то на компьютере: не хотелось быть третьим лишним.

— Петь, ты чего?

Уже стоя в коридоре и держась за ручку двери, он вдруг завис и внимательно посмотрел на Дашу. За годы дружбы она научилась считывать его эмоции по взгляду. Сейчас в глазах друга она видела любопытство и настороженность и терялась в догадках, что же творится у него в голове.

— Да что-то задумался, Лавря. Сначала ты волосы в рыжий покрасила, потом сообщила, что решила с головой в учёбу уйти...

— Ты считаешь это подозрительным? — поинтересовалась Даша со смешком.

— Пока не понял, — честно ответил Петя. — Но я выясню. Ну всё, спокойной ночи, я побежал, а то на последний поезд в метро опоздаю!

И он буквально скатился кубарем по лестнице, не дожидаясь лифта.

— Да, сестрёнка... Интуиция у Квитко — будь здоров, — усмехнулся Стас, закрывая дверь на замок.

Даша вздохнула. Была ещё одна новость, о которой знали только Оля и Стас на правах лучшей подруги и брата. То ли это было слишком личным, то ли сама Даша ещё не до конца пережила это событие… Но рассказывать ребятам о том, что они с Вадимом расстались, ей не хотелось.

— Может, сама Петьку просветишь, пока он своё расследование не начал?

— Да зачем Квитко об этом знать?

Тут вздыхать настала очередь Стаса. Даша не хуже него знала о чувствах Пети, но, видимо, по-прежнему не собиралась ничего с этим делать.

— Ну, как знаешь, — Стас похлопал Дашу по плечу и ушёл в свою комнату. Лезть в личную жизнь сестры он не собирался, а в дедукции Квитко не сомневался ни на секунду. Наверняка он сложит два плюс два пока едет в метро и сам поймет, в чём дело.

Глава 2. Первый день, последний год

Петька не шёл, а буквально летел в школу. Со стороны он выглядел счастливее самого невинного первоклассника: широкая улыбка, за спиной на одной лямке болтается кожаный рюкзак, а в руках — аккуратный букет из пушистых ноготков.

Весь прошлый день Квитко терялся в догадках, что происходит с Лаврецкой, пока не вспомнил, как однажды листал от нечего делать забытый мамой журнал. В какой-то статье говорилось о способах пережить расставание — найти хобби, сменить имидж, что-то ещё… Ему всё это казалось сущей глупостью, но Даша ведь всё-таки девчонка!

Он даже нашёл тот самый журнал в спальне родителей, чтобы убедиться: эта статья — не плод его бурной фантазии. Впрочем, она только подтвердила его догадки. Лавря вела себя не как обычно. Да и этот её печальный взгляд Петя слишком хорошо помнил. Он знал, он чувствовал! Даша рассталась с Вадимом — доказательства на лицо!

Больше всего на свете ему хотелось проверить эту догадку и убедиться в своей правоте, но он так и не придумал, как это сделать. Конечно, можно было бы спросить у Ольги или невзначай поинтересоваться у Стаса — уж они-то точно в курсе. Но Жучка наверняка всё растреплет Лавре, а Стас будет смотреть снисходительным и полным сочувствия взглядом. Петька никогда не стыдился своих чувств, заявлял о них открыто и искренне. Но выглядеть влюбленным дурачком в глазах других ему порядком надоело. Поэтому он решил набраться терпения и ждать, когда всё само собой станет ясно. Терпеть он умел. И ждать тоже. Ничего, однажды — он верил — лёд тронется.

«Вадики приходят и уходят. Вадики приходят и уходят!», — с мстительным удовольствием повторял он про себя. — «А Квитко остаётся!»

***

Даша задержалась перед большим зеркалом рядом с кабинетом литературы, чтобы привести себя в порядок. На улице поднялся ветер, и по пути в школу прическа растрепалась. Девочка сняла крабик, которым собирала передние пряди на затылке, и заколола их заново. Немного покрутив головой, чтобы убедиться в отсутствии петухов, Лаврецкая даже улыбнулась своему отражению. Она ещё не привыкла к новому цвету волос, но жутко нравилась себе с ним.

— Твой план обречён на провал, Лилька, — услышала Даша насмешливый голос позади себя.

В отражении она увидела, как её одноклассницы, Надя Кисленкова и Лиля Кондратюк, под ручку заходят в класс. Сплетни собирать Даша не любила, но этот разговор почему-то её заинтересовал. Разумный план прийти в эти не самые светлые головы точно не мог. Что-что, а это Лаврецкая твёрдо усвоила за одиннадцать лет совместной учёбы. Она двинулась за девочками, но в класс заходить не стала. В кабинете было пусто, поэтому подружки говорили в полный голос.

— Квитко уже столько лет с Лаврецкой за одной партой сидит… Она же на математике без него пропадёт, вряд ли он её бросит, — нравоучительным тоном произнесла Надька, а Даша мысленно оскорбилась. Хотя и не отрицала, что отношения с матешей у неё, мягко говоря, натянутые.

— Да ладно тебе, она раньше с Жуковой сидела, не пропала же.

— Так Жукова теперь с Крузеншетрном сидит!

— Ну ничего, пересядет, чтобы подруге помочь.

— А ты решительно настроена, подруга, — рассмеялась Кисленкова.

— Ну а что? Сколько можно за этой Лаврецкой бегать! Что он вообще в ней нашел? — возмутилась Кондратюк.

— Сердцу не прикажешь, Надюша, — вздохнула Кондратюк. — А вообще, ты права. Это ж как надо себя не уважать? Так долго за ней бегать…

— Вот-вот! А Лаврецкая просто дура! Такого парня упускает! Считаю, пришло время показать нашему Петюне, что вокруг полно красивых и достойных девушек. И не таких вредных, как эта Лаврецкая!

— Ох, Лилька, вот бы у тебя получилось ей нос утереть!

Девочки рассмеялись и переключились на другую тему, а Дашка стояла как вкопанная и никак не решалась зайти в класс. Подслушанный разговор произвел на неё странное впечатление. Почему-то ей было обидно, хотя она и понимала, что одноклассницы говорят о ней гадости всего лишь из зависти. Надька Кисленкова уже подбивала клинья к Квитко года два назад, а он — ноль внимания. Вот она и бесится! И ничего Даша не вредная!

— Лаврецкая, ты чего, стесняешься? Проходи-проходи! — голос учительницы вырвал девочку из размышлений. — А тебе идёт рыжий!

— Спасибо, Мария Дмитриевна, — звонко ответила Даша, моментально взяв себя в руки. — Здравствуйте!

Когда она зашла в кабинет, девчонки замолчали и хитро переглянулись, что не укрылось от внимания Даши.

— Всем привет! — бросила она, как можно небрежнее, и прошла мимо них к любимой четвертой парте у окна.

Пока Мария Дмитриевна писала на доске дату и тему урока, Лилька аккуратно подкрашивала губы блеском

«Зря стараешься», — Даша мысленно усмехнулась, наблюдая за этим. — «Петьку такими штучками не проймёшь». Она знала, что Квитко гораздо больше ценит в девушках интеллект. А у Кондратюк с этим явно проблемы.

Одноклассники потихоньку подтягивались в класс. Все были загорелыми и свеженькими после лета, но сонными. Мало кто любил ранние подъёмы к первому уроку, особенно с непривычки. Когда пришли Оля с Крузом, Даша немного отвлеклась и расслабилась. Но когда за пару минут до звонка на пороге появился Квитко, она вдруг напряглась в ожидании спектакля.

Петька на фоне мрачных одноклассников, ещё не смирившихся с окончанием каникул, выглядел неприлично довольным. Одной рукой он придерживал рюкзак, а другую спрятал за спиной. Мальчик на секунду остановился у доски, окинул взглядом кабинет и расплылся в улыбке ещё шире, заметив друзей на привычном месте.

— Эй, Петюня, отлично выглядишь! — окликнула его Лилька.

— Знаю! — ничуть не смутился Квитко, а Кондратюк недовольно поджала губы. Видимо, ожидала комплимента в ответ.

Петя направился к дальнему от входа ряду, даже не удостоив её взглядом. Но девушка не собиралась сдаваться так просто.

— Если что, тут свободно! Садись со мной, — кокетливо проворковала она, ухватив его за рукав рубашки.

Но Петька словно не заметил этого и плюхнулся на стул рядом с Лаврецкой. Даша, конечно же, не сомневалась в верности Квитко, но всё равно вздохнула с облегчением.

— Это тебе, Лавря! — он торжественно вручил ей букет огненных ноготков, перевязанных оранжевой лентой.

Даша просияла, а Петька, заметив это, заулыбался так, что начали болеть скулы.

— Петечка, какая прелесть! — Даша от всей души обняла друга.

Краем глаза она заметила полный недовольства взгляд Лильки и еле удержалась, чтобы не показать ей язык.

— В честь чего букет? — поинтересовалась Даша. Петька всегда придумывал какой-нибудь необычный повод. Не поздравлять же с такой гадостью, как первое сентября!

Квитко к этому вопросу был готов. Он заранее придумал ответ, перебрав перед этим с десяток вариантов.

— В честь тебя! Без тебя, Лавря, я за одиннадцать лет в школе точно свихнулся бы!

***

— Петь, а это кто? — шепнул Игорь другу, выразительно кивнув в сторону.

Девочка, о которой он говорил, сидела через проход от них, опустив плечи и сосредоточенно решая задачку. На фоне других ребят она выглядела такой маленькой и хрупкой, словно ошиблась кабинетом и забрела к старшеклассникам на урок.

— Ты чего, Крузик? Неужели не узнаешь? — удивился Петька.

— Нет! — совершенно искренне ответил Игорь.

— Ну ты даёшь! Родную одноклассницу не признал! Крузик, а ведь среди нас двоих я чемпион по прогулам, а не ты! — потешался Квитко.

— Петь, да скажи ты уже, кто это?!

— Рита!

Рита Лебедева профессионально занималась фигурным катанием. Она была чемпионкой Европы и мира, и в школе ей очень гордились. Однако на уроках девочка появлялась крайне редко. Как правило, одноклассники видели её только в конце четверти, и то не всегда. Она училась по индивидуальному плану и приходила после уроков, чтобы сдать задания и написать контрольные.

— Рита? Фигуристка что ли?

— Ну да!

— А что она здесь делает?

Квитко призадумался. Вроде бы ответ был очевиден — учится. Но присутствие Риты в школе, ещё и на всех уроках, было и вправду явлением необычным. Последний раз такое случалось, когда она ломала ногу, классе в седьмом. А в этом году Олимпиада! Петька слышал, на Лебедеву возлагались большие надежды.

— Квитко, я в курсе, что ты у нас математический гений. Но будь любезен, не мешай Крузенштерну доставать крупицы знаний из недр памяти, — раздался бодрый голос математика у него над головой.

— Я не мешаю, я наоборот! — не растерялся Петька.

— И где, позвольте узнать, Жукова с Лаврецкой? Я их сегодня в школе видел.

— Да, Круз, где девчонки? — воскликнул Петька, поворачиваясь к другу.

Игорь под внимательным взглядом учителя пожал плечами. Выждав минутку, он шепнул Петьке:

— Они решили, что математика шестым уроком в первый учебный день — это уж слишком.

— Крузенштерн! К доске! — разгневался математик.

— Вот блин!

***

Девочки решили, что пяти уроков в первый учебный день им хватит за глаза. Вернее, Даша наотрез отказалась идти на математику, которую не любила всей душой, и подбила подругу прогулять вместе. Настроение у неё и так было не ахти, так зачем портить его ещё больше всякими иксами и игреками?

— Олька, ничего нового сегодня объяснять всё равно не будут, — уговаривала она. — Ты и так прошлогодний материал на отлично знаешь. А я его как не помнила, так и не вспомню! Что мы теряем?

Оля вздохнула. С одной стороны, прогуливать в первый же учебный день — как-то уж слишком. С другой, когда, если не сейчас? Потом начнётся активная подготовка к экзаменам, пойдут новые темы… Да, без последствий уроки точно не пропустишь. И Оля сдалась. К тому же, ей было просто необходимо провести время с подругой вдвоём и обсудить их насущные проблемы. Жукова предупредила Круза об их планах, и они с Дашей отправились в ближайший торговый центр. За разговорами и примеркой нарядов девушки немного повеселели.

— Как же тебе идёт новый цвет волос, Дашка, — восхищалась Оля, пока подруга искала блузку своего размера. — Просто отпад! Это ты…

— Из-за Вадима? Да, наверное. Я ещё в каком-то журнале прочитала, что после расставания тянет делать нетипичные поступки: стричься или краситься в новый цвет…

— Но стричь жалко!

— Вот и я так подумала, — Даша посмотрела на свои волосы. — Всё-таки длинные отросли.

— Я теперь тоже хочу попробовать какой-нибудь новый оттенок, — заявила Оля. — Только боюсь, а вдруг не пойдёт?

— Ой, Олька, ты если решишься, я тебя отведу в свой салон! Там парикмахерша — закачаешься. Уверена, она тебе и цвет хороший подберёт, и покрасит красиво. Да и берёт недорого!

— Как же здорово, Даша, — восхитилась Оля. — Тогда я начну деньги копить и, может, к новому году созрею!

Девочки ещё забежали в книжный за новыми тетрадками и в продуктовый — за мороженым. За это время Оля как раз успела поделиться с Дашей своими переживаниями по поводу Игоря и переезда в Питер

— Олька, для начала вам нужно поговорить! — твёрдо заявила Даша. — Может, и Круз захочет к тебе переехать.

— Ох, не знаю. А вдруг нет? Он же сказал, что кроме Москвы никуда поступать не собирается… И как мы будем… На расстоянии? Вдруг он так не захочет?

— Поезда из Москвы в Питер каждый день ходят!

— Но ведь так не наездишься!

— Ольга, хватит панику наводить. Впереди целый год, успеете вы что-нибудь придумать!

— Думаешь?

— Знаю! Но сказать всё-таки надо, тебе же легче станет.

— А как же ты? Петька, Кирилл? — не унималась Оля.

— А мы к тебе в гости ездить будем!

На самом деле, Даше от мыслей о переезде подруги было не по себе. Но она не подавала виду, чтобы ещё больше её не расстраивать. Казалось, что привычная жизнь рассыпалась на глазах. Ещё немного, и они все не просто разбегутся по разным институтам, а разъедутся по разным городам. У каждого начнётся своя взрослая жизнь, появятся новые друзья. Что станет с их компаний? Стас, например, после поступления очень от них отдалился.

Однако впереди ещё был целый год — целый год беззаботного времени, когда они все рядом, все вместе. Даша ухватилась за эту мысль, и ей стало чуточку легче. Погрустить ещё успеется!

Погуляв часок, девочки разошлись. Оля побрела обратно к школе, чтобы встретить Игоря, а Даше нужно было ехать на первое занятие с репетитором. Педагога ей нашла бабушка по старым связям — это оказалось ещё очень молодая женщина, Ксения Дмитриевна. Девочка едва успела позвонить в дверь, как та распахнулась — хозяйка будто стояла за ней, прислушиваясь к шагам на лестнице.

— Проходи, Даша, — улыбнулась женщина, протягивая ей тапочки с пушистыми помпонами. Лаврецкая сразу отметила две вещи: как неестественно напряжены уголки губ репетитора — будто улыбка давалась ей с усилием — и едва уловимый запах валерьянки, витавший в прихожей.

Ксения Дмитриевна жила на проспекте Вернадского, совсем недалеко от метро. У неё была просторная светлая квартира с высоченными потолками, обставленная со вкусом. И, возможно, не без помощи дизайнера.

— Как у вас здорово! — восхищалась Даша, устраиваясь за столом в рабочем кабинете. На нём стопками громоздились книги и папки с бумагами, стояла явно дорогая фирменная ручка в специальной подставке и небольшая молекулярная модель из разноцветных пластиковых шариков. Лаврецкая видела похожую в кабинете химии.

Её внимание привлекло множество фотографий, развешанных по стенам. На некоторых снимках Даша сразу признала Ксению Дмитриевну. Вот она шагает вдоль берега моря, а вот стоит на фоне заката в обнимку с высоким улыбчивым мужчиной с маленьким мальчишкой на руках. «Наверное, муж и сын», — сообразила девочка. На других карточках мелькал муж Ксении, видимо, в окружении друзей и коллег.

— Это кабинет мужа, — как-то печально улыбнулась Ксения Дмитриевна, раскладывая на столе учебники и распечатки с заданиями. Взгляд Даши как раз остановился на фотографии, где какой-то важный мужчина пожимал ему руку.

— Это мужу вручают премию за вклад в развитие науки, — пояснила женщина.

— Он учёный?

— Да, Антон — вирусолог.

— Как интересно! — искренне восхитилась Даша.

У Антона было доброе и весёлое лицо, усыпанное веснушками. Несмотря на множество морщинок вокруг выразительных карих глаз, это был ещё довольно молодой человек. «Кажется, у него живая мимика», — подумала девочка. «Так странно, учёные обычно такие сдержанные».

Даша поняла, что сказала это вслух, когда Ксения Дмитриевна звонко рассмеялась.

— Мне в твоём возрасте тоже казалось, что люди науки — все старые и скучные. А потом я встретила Антона, — сказала она. — Он был ужасно умным и невозможно весёлым…

— Был?

— Да, он погиб полгода назад.

Вот чёрт! Даша вдруг вспомнила, что бабушка упоминала о горе в семье Ксении, из-за которого ей пришлось вернуться к преподаванию. Она тогда слушала вполуха, и вот результат — на первом же занятии влипла в такую неловкую ситуацию.

— Извините, — смутилась девочка.

— Ничего, — женщина ободряюще улыбнулась Даше. — Начнём урок?

Познания Даши в английском сложно было назвать даже базовыми, но ученицей она оказалась способной — достойная внучка Софьи Осиповны, как заметила Ксения Дмитриевна! То ли знания немецкого помогали, то ли у неё была склонность к языкам, но первое занятие прошло легко, продуктивно и даже в удовольствие. Вот что значит гуманитарные науки, а не эта ваша математика!

— Сделай пока вот это задание, я на минутку.

Ксения Дмитриевна вышла в коридор, чтобы ответить на телефонный звонок, а Даша склонилась над учебником. Ей нужно было прочитать текст и вставить в него пропущенные слова. Это оказалось так просто, что она справилась за пару минут, а учительница всё не возвращалась. Чтобы занять себя чем-то, Даша снова стала рассматривать фотографии.

— Костя, это правда? — донёсся до девочки удивлённый голос Ксении Дмитриевны. — Надо же, Антон мне ничего не рассказывал. Впрочем, он никогда не любил говорить о работе. Насколько я знаю, он почти ничего не хранил дома из документов, но я попробую поискать. … Хорошо, посмотрю, может, остались какие-то записи. … Никита ходит в школу, скучает по папе. … Это тяжело, но нам нужно с этим как-то смириться и научиться жить дальше. … Спасибо, Костя, что волнуешься о нас. Я позвоню, если что-нибудь найду. На связи, пока!

Даша не хотела подслушивать этот разговор, но всё получилось само собой.

— Справилась?

Ксения Дмитриевна вернулась в кабинет. От внимания Даши не укрылось, что она выглядела растерянной.

«Наверное, ей всё ещё тяжело говорить о муже», — подумала Лаврецкая, но что-то в этом разговоре и в реакции репетитора её настораживало.

Остаток урока не клеился. Ни Даша, ни Ксения Дмитриевна не могли сосредоточиться на английском — обе думали о звонке Кости. Даша пыталась придумать, как бы узнать, о чём они говорили. Но в голове, как назло, было ноль идей.

«Теряю хватку!» — мысленно отругала она себя. Ещё бы, столько времени без расследований.

— Вижу, ты устала. Кажется, для первого урока достаточно, — сказала учительница, когда Даша только с третьей попытки смогла составить предложение. — Ты молодец, Даша! Уверена, нас с тобой ждут большие успехи.

Дашу же английский сейчас волновал меньше всего. А она ведь только-только решила взяться за учёбу!

В просторной прихожей стоял комод, над которым в позолоченной раме висела большая свадебная фотография Ксении и Антона. Молодой человек счастливо улыбался и кружил на руках девушку в длинном белом платье. Даша засмотрелась на них, застёгивая куртку.

— Вы здесь такие влюбленные, — повинуясь какому-то инстинкту, сказала она.

Ксения Дмитриевна резко подняла голову, будто разбуженная от глубокого сна. Её пальцы непроизвольно потянулись к снимку и поправили и без того ровно висевшую картину.

— Без памяти, — подтвердила она, и голос её дрогнул. — Представляешь, Даша, мы поженились через две недели после знакомства…

— Ну надо же! — удивилась девочка.

Она не представляла, как можно за такой короткий срок узнать человека и принять такое важное решение. У Даши, например, ушло несколько лет на то, чтобы понять, какой на самом деле Юрик.

— И… вы совсем не сомневались в своём выборе?

— Ни секунды — ни тогда, ни сейчас! Выйти замуж за Антона — самое правильное, что я приняла в жизни. В день свадьбы я была на седьмом небе от счастья! Мама хлопотала вокруг, подружки помогали с нарядом… И вдруг — бац! — распахивается дверь, и врывается Антон, весь взъерошенный и с сияющими глазами. А я-то уже в фате и платье! Подружки как завопят: «Жениху нельзя видеть невесту — к несчастью!». А он говорит: «Приметы — для тех, кто верит в плохое. А я верю только в нас».

Женщина на секунду замолчала, будто прислушивалась к чему-то, а потом с усилием продолжила:

— И знаешь, Даша, меня пугали все вокруг, что влюблённость пройдёт, что со временем всё иначе станет. За те годы, что мы вместе прожили, и правда изменилось многое. Но все десять лет Антон каждый день смотрел на меня с таким же обожанием, как в день свадьбы. Вот такая была любовь.

Даша слушала, как завороженная. Наверное, как и любая девчонка, она мечтала однажды испытать нечто подобное. Перед глазами внезапно мелькнул образ Петьки. Он тоже смотрел на неё так — преданно, с обожанием. А ей от этого взгляда всегда становилось неловко. Она Квитко тоже обожала, но как друга, и не могла ответить ему взаимностью.

— Извини, что-то я расчувствовалась… — Ксения вдруг замолчала, а её взгляд застыл где-то за спиной Даши. Пальцы судорожно сжали край комода. — Иногда… иногда мне кажется, будто я слышу, как внизу хлопает дверь подъезда. И шаги по лестнице. Такие же быстрые, торопливые, как у него… А вчера ночью я проснулась от того, что в кабинете скрипнул стул. Точь-в-точь как когда он засиживался допоздна. Я вбежала туда… — голос её сорвался, она сглотнула. — Пусто. Конечно же пусто. А ещё я до сих пор оставляю стакан воды на его прикроватной тумбочке, по привычке. Смешно, да?

Но Даше смешно не было.

— А что с ним случилось? — тихонько спросила она. Ей не хотелось показаться нетактичной, но другой возможности хоть что-то узнать об Антоне могло и не подвернуться.

— Какая-то нелепая история. Мы гостили у друзей под Питером, у них дом прямо на берегу Финского залива. Антон… — голос Ксении вдруг дрогнул. Он кандидат в мастера спорта по плаванию, и вдруг утонул. Водолазы нашли тело спустя три недели в устье Невы. Оно было в ужасном состоянии, пришлось хоронить в закрытом гробу…

Когда Даша вышла на улицу после занятия, свежий воздух ударил ей в лицо, как ушат холодной воды. Ноги сами несли её к метро, а в голове пульсировала одна мысль: «Как после такого вообще вставать по утрам?». Девочке стало мучительно стыдно за свои переживания — сначала из-за Юрика, теперь из-за Вадима. Они ведь живы, здоровы. Она сама решила с ними расстаться. А история любви Ксении, такая яркая и стремительная, просто внезапно оборвалась.

Глава 3. Слёзы на скамейке

Целый день в школе Оля мучилась, потому что надела юбку и не слишком удобные лодочки на каблуках. Утром, глядя на внучку, Олина бабушка по традиции поохала и поахала, какой красавицей та выросла, и заявила: «Игорька точно удар хватит от такой красоты!». Удар его не хватил, зато шансов не обратить внимание на её длинные ноги у него не осталось. Однако Жукова твёрдо решила, что больше на такие жертвы не пойдёт.

— Крузик, бабушка позвала тебя в гости, — сообщила девочка, когда они забрали куртки у гардеробщицы тёти Клавы и вышли из школы.

— Сегодня?

— Ну да! Она обещала пирог с капустой испечь.

— С капустой? Кайф, мой любимый. Пойдём, конечно!

Оля лукаво улыбнулась. Разумеется, бабушка испекла пирог с капустой неслучайно. Ираида Антоновна знала, что Игорь любит его больше всего!

— Оль, а давай мимо цветочного пройдём? Я твоей бабушке букетик куплю, — предложил Игорь. — Я её так давно не видел… Неприлично будет с пустыми руками явиться.

— Давай, только пройдём не мимо цветочного, а между домами, среди палаток. Там бабульки такую красоту продают!

Ребята пошли в сторону Олиного дома. По дороге купили очаровательный букет из бордовых георгин, а ещё Игорь настоял на том, чтобы взять немного винограда. А Оля и не возражала. Ираида Антоновна очень обрадовалась цветам, но ещё больше — тому, что, наконец, увидела Игорька.

— Пирог — объедение! — с восторгом сказал Круз, когда они уселись обедать.

— Да, баб, правда, очень вкусно.

— Я рада, ешьте! У меня ещё пирожные в холодильнике есть, давайте чай попьём?

— С удовольствием, — ответил Игорь.

Оля помогла бабушке достать чашки и поставила чайник. Затем девочка убрала пустую тарелку из-под капустного пирога, достала пирожные и поставила их на середину стола. Ираида Антоновна глядела на внучку с умилением:

— Ой, Олечка, вот уедешь в Питер после школы… Как же я без тебя буду?

Оля замерла и побледнела. Игорь перестал жевать. А бабушка Оли, заметив их реакцию, поняла, что сболтнула лишнего.

— А что значит «уедешь в Питер после школы»? — осторожно поинтересовался Игорь.

— Я имела в виду… — начала было Ираида Антоновна, но Оля её прервала.

— Бабушка, ты не могла бы нас оставить ненадолго? Нам нужно поговорить.

— Конечно, конечно. Я пока сбегаю к Лидочке, на второй этаж, у неё сынишка заболел. Я как раз обещала заглянуть к ним после обеда…

А вы поговорите, детки, поговорите!

***

Игорь выбежал из Олиного подъезда в одной толстовке и с курткой в руках. Несмотря на начало осени, на улице было уже довольно зябко. Но он не замечал холода, разгорячённый разговором.

На душе у Крузенштерна было скверно. Отношения никогда не были его сильной стороной, а теперь он и вовсе не понимал, что ему делать. Он встречался с Олей уже несколько лет и думал, что за эти годы они прошли огонь и воду. Вот только оказалось, что самое трудное ещё впереди. Оля сообщила, что её родители настаивают на переезде в Петербург после школы. Они даже купили ей там квартиру! Поэтому и в университет она будет не в Москве, а в Питере.

Игорь не знал, как на это реагировать и как поступить. Он подумал позвонить Пете и попросить у него совета, но понял, что пока не готов обсуждать ситуацию даже с другом. Идти домой ему тоже не хотелось: родители сегодня решили остаться на даче, а сидеть в четырёх стенах одному казалось плохой идеей. Поэтому парень просто пошёл, куда глаза глядят, чтобы успокоить мысли. И даже отключил мобильник, чтобы никто его не беспокоил. Около часа он бездумно слонялся по улицам, а потом забрёл в парк и сел там на лавочку.

Эх, вот бы сейчас какое-нибудь преступленьице подвернулось! Нет лучше средства от душевной хандры чем интересное расследование. А им уже так давно не попадалось никаких детективных историй… Последнее их приключение — дело о потрёпанном бауле, было уже полгода назад. Да и то оказалось какое-то тухленькое: всего-то полоумный дед решил на старости лет поискать сокровища. А вот до этого они помогали их историчке найти пропавшую сестру. Вот там было, где развернуться!

Игорь вспомнил, как они с Олей сунулись тогда в секту, в самое пекло, и сердце у него сжалось. Сейчас их отношения зашли в тупик. Продолжать их, если он останется в Москве, а она уедет в Питер, казалось ему сумасшедшей и невыносимой идеей. Конечно, эти города не так уж далеки друг от друга, но всё равно… Летом, например, они почти не общались. Поддерживать разговоры по телефону ему было трудно. А начнётся учёба в университете, другая жизнь… И что тогда?

Вдруг Игорь отвлёкся на какой-то странный звук. Прислушался: нет, вроде, тихо. Наверное, показалось, решил он, но вдруг снова услышал приглушённые всхлипывая и догадался — кто-то плачет. Когда он оглянулся, то увидел смутно знакомую девушку в синих джинсах и белой водолазке с густой косой тёмных волос. Она сидела на скамейке позади него, уткнувшись лицом в колени.

На секунду Игорь задумался, где он мог её видеть? И тут же вспомнил, что только сегодня спрашивал у Петьки, кто эта девочка.

— Рита?

Девочка затихла и огляделась по сторонам. Крузенштерн уже успел встать со своей лавочки и оказаться прямо перед ней.

— Что-то случилось? — спросил он. — Ты плачешь…

— Да, но это… Это я просто так, — ответила Лебедева и вымученно улыбнулась.

— По-моему, просто так не плачут, — заявил Игорь, но тут же подумал, что девочки могут плакать и просто так. Это же… девочки. — У меня где-то есть платок.

Порывшись в карманах, он нашёл и протянул Рите пачку бумажных носовых платочков. Она немного помедлила, но всё же взяла её.

— Спасибо, Игорь. На самом деле, у меня небольшие неприятности…

Игорь видел, что девочка сомневается, стоит ли ему рассказывать о своей беде. Он не мог её за это осуждать. Ему было непросто поделиться сокровенным даже с таким близким другом, как Петька. А когда он в последний раз разговаривал с Ритой, Круз и вовсе не мог припомнить.

— Рит, если не хочешь, можешь не говорить. Я не буду допытываться. Просто ты так горько плакала, и я подумал, вдруг могу чем-то помочь…

Лебедева по-детски вытерла слёзы тыльной стороной ладони. В её опухших глазах странно сочетались беззащитность ребёнка и усталость взрослого, будто в хрупком теле жили сразу два человека: маленькая девочка и женщина, познавшая слишком много горя. Неожиданно для себя она заговорила:

— Каждый спортсмен регулярно проходит допинг-контроль, знаешь? — Игорь кивнул. — Я сдала тест с неделю назад, и он оказался положительным. У меня нашли небольшую дозу фуросемида…

— Ты принимала запрещенные вещества? — ахнул Игорь.

— Нет, в этом и беда. Я понятия не имею, как этот препарат оказался в моём организме... Я столько работала ради Олимпиады, думаешь, я бы стала так рисковать? Теперь она мне, похоже, не светит — меня собираются отстранить от соревнований на четыре года.

— То есть у тебя обнаружили допинг, но ты не знаешь, откуда он взялся в твоих анализах?

— Не имею ни малейшего представления… Скоро новость разойдётся по всем газетам, федерации уже с трудом удаётся это скрывать.

Игорь крепко задумался. Буквально полчаса назад он мечтал о новом деле, и вот, кажется, оно… Вот только что с ним делать? Здесь нет очевидных преступников. А всё, что у него есть, это сведения Риты, которая заверяет, что ничего не принимала. И почему-то он ей, конечно, верил. Но какой от этого толк?

— И что будет дальше? — спросил Игорь. — Неужели тебя просто не допустят?

— Не знаю, — Рита покачала головой. — Я не признаю свою вину, поэтому, скорее всего, будет следствие. И неизвестно, сколько оно продлится.

— И у тебя совсем нет никаких предположений, как такое могло произойти?

— Да нет, откуда…

Игорь заметил, что у неё подозрительно заблестели глаза. Меньше всего ему хотелось снова сталкиваться с женскими слезами, поэтому он спросил:

— А ты далеко отсюда живёшь?

— Нет, вон в том доме, — Рита показала на высотку в самом конце парка. — А что?

— Давай я тебя провожу. Мне кажется, тебе стоит немного отдохнуть.

— Может, ты и прав, — вымученно улыбнулась она, встала с лавочки и взяла свой гигантский рюкзак. Будучи истинным джентельменом, Игорь тут же выхватил его из рук девочки. Господи, что же она там носит!

— Там коньки, они тяжёлые, — пояснила Рита, глядя на выражение его лица.

— И как же ты такую тяжесть таскаешь! Слушай, а ты поэтому в школу сейчас вернулась? Из-за допинга?

— Да… Меня отстранили от соревнований, поэтому мне временно снизили тренировочные нагрузки. А что, удивительно видеть меня в школе?

— Есть такое. Я тебя даже не узнал, пришлось у Петьки спрашивать, что за новая ученица.

Рита расхохоталась, а Игорь немного покраснел от смущения.

— Чего ещё ожидать, когда годами уроки прогуливаешь. Неудивительно, что даже одноклассники меня не помнят!

— Да это только у меня голова дырявая, Петька ведь помнил.

— А ведь мы с тобой и в детском саду вместе были, это ты тоже забыл? — усмехнулась девочка.

— Мы с тобой? Шутишь?

— Какие шутки? Я тебе подарила свой любимый пластилин, а ты мне его в волосы пульнул!

— Так это была ты? — удивился Игорь.

— Конечно, кто же ещё, — рассмеялась Рита. — Я тебе потом клея на голову налила.

— Да уж, пришлось потом бриться вообще-то!

— И ты ходил лысым, было дело.

Так, весело вспоминая прошлое, Игорь и Рита дошли до её подъезда. Возле двери он протянул ей сумку с коньками:

— Надеюсь, там всё-таки не кирпичи.

— Не переживай, — снова хихикнула она. — Если хочешь, приходи завтра ко мне на тренировку. Убедишься, что там точно коньки!

Игорь задумался. Предложение было заманчивым. Можно отвлечься от личных проблем, а заодно посмотреть, как всё устроено внутри большого спорта, от которого он был так далёк. Может, это как-то подтолкнёт его к разгадке, откуда у Риты взялся допинг.

— Идея хорошая! А можно я Квитко с собой возьму? — спросил Игорь. Он считал, что Петьке точно нужно всё рассказать.

— Не вопрос, давайте сразу после школы на каток двинем. Я сумку с собой с утра возьму.

— Да ты что, одна с ней пойдёшь? Нет уж, после школы забежим за ней к тебе домой, я помогу её донести.

Рита улыбнулась и не стала спорить. Ребята попрощались, и Игорь решил, что ему тоже пора домой. На душе всё ещё было тяжело, но перспектива нового расследования помогла ему отвлечься от тягостных мыслей. Да и Ритка оказалась довольно милой девчонкой, Игорю с ней было легко. Он, конечно, не подозревал, что нравился ей с самого детского сада…

Глава 4. Дружба рушится?

Когда Игорь пришёл домой, родителей ещё не было. Первым делом он сходил в душ, а после отправился на кухню, чтобы поужинать. Он положил себе две куриные ножки и макароны и щедро полил это всё кетчупом. Когда он разогрел еду в микроволновке и сел было есть, раздался звонок в дверь. На пороге стоял Петя Квитко собственной персоной.

— Квитко, ты чего тут делаешь?

— Тебя ищу! Мобильный у тебя отключен, дома никто не отвечал несколько часов. Вот я и подумал, может, случилось что. Ну и примчался! Пустишь водички попить?

— Спрашиваешь! Может, есть хочешь?

— Да нет, только пить, а то угорел, пока до тебя бежал.

Петька плюхнулся на диванчик на кухне Крузенштернов. Он был новый, из белой кожи. Да и вообще дома у Игоря было чисто и красиво. Его мама, Алевтина Сергеевна, летом наняла дизайнера, чтобы сделать евроремонт.

— Крузейро, так ты чего мобильный отключил?

— Да понимаешь, хотелось одному побыть, — вздохнул Игорь.

— Как-то на тебя не похоже, — подозрительно прищурился Петька. — С Ольгой, что ли, поругались?

Квитко заметил, как друг опустил глаза, и сразу всё понял — он попал в самую точку. Вернее, в самое сердце. Допытываться Петя не стал: он знал, что Игорь не очень любит обсуждать любовные дела. К тому же, все их ссоры с Олей обычно заканчивались через несколько дней. Правда, Круз ещё ни разу не пропадал и не отключал телефон после них… Это вообще не в его стиле, поэтому Петька и заволновался.

— Слушай, Крузейро, я тебя хотел кое о чём попросить, — начал Квитко.

Ему было неловко грузить друга своими пустяками, пока он в таком состоянии. С другой стороны, ему будет полезно отвлечься.

— Так проси скорее, чего медлишь, — усмехнулся Игорь, наливая чай.

— Понимаешь, я же собираюсь поступать в МВД, а там… В общем, там нужно сдавать физподготовку, а я так давно не тренировался. Со всеми делами детективными даже плавание забросил, форму растерял… Я подумал, может, ты бы со мной позанимался?

— Петька, я шокирован! Ты обращаешься ко мне за помощью, чтобы поступить в университет, — засмеялся Крузенштерн. — О чём речь? Я с радостью.

— Крузик, я знал, что ты настоящий друг! Когда начнём?

— Завтра!

— Чего-о-о? — удивился Петька. — Уже завтра?

— А чего тянуть, — пожал плечами Игорь. — Встанем в половину седьмого, пойдём на школьный стадион, часик потренируемся… Потом быстренько в душ и в школу. Да ты не робей, Квитко, я тебя быстро в форму приведу. Ты знаешь, какие нормативы тебе надо сдавать?

— Ага, вот смотри, — Квитко достал из кармана брюк сложенный вчетверо листочек, куда выписал все требования.

— А нехило, — присвистнул Игорь. — Ну ничего, всё сделаем! Ой, слушай, Петь, мне тоже твоя помощь, кажется, нужна…

— В чём дело?

— Я после школы, в парке, встретил Риту.

— Какую Риту? — не понял Петя.

— Да Лебедеву, одноклассницу нашу. В общем, я узнал, почему она сейчас в школе на уроках сидит…

И Игорь подробно рассказал Петьке обо всём, что узнал сегодня от Риты.

— Ну не знаю, Крузик, дело какое-то… мутное. Я в этих фигуристых делах вообще не разбираюсь!

— Фигурных, — поправил его Игорь.

— Хорошо, фигурных. Но как же мы тут что-то расследовать будем? Я даже не знаю, за что ухватиться.

— Поэтому я и попросил Риту тебя взять на каток. Я знаю, звучит безумно… Но, Петь, я чувствую, что что-то там не так.

— Крузик, я твоей интуиции верю, хотя и не понимаю, чем мы можем помочь. Но хорошо, раз ты хочешь, давай сходим завтра и посмотрим тренировку.

— Ты настоящий друг, Квитко! Тогда после школы идём с Ритой к ней домой, а потом на каток.

— А зачем к ней домой? — нахмурился Петя.

— Да у неё сумка тренировочная тяжелая. Я сказал, чтобы она сама не несла её, мы поможем, — простодушно ответил Игорь.

Петьке это не понравилось. Но он знал ещё одного человека, которому это не понравится ещё больше.

— А ты не боишься, что Оля об этом узнает?

— О чём? — удивился Игорь. — Что мы помогаем Рите? Так она узнает, мы же не собираемся это скрывать.

— О том, что ты ей сумки носишь, Крузик.

— Петь, я же просто так, — вдруг покраснел Крузенштерн. — Я ничего такого не имел в виду.

— Крузейро, я знаю, но вот девчонки могут и не понять. Особенно Ольга!

— Да, ты, наверное, прав, — согласился Игорь. — Но что же мне делать?

— Тебе как раз ничего, давай я понесу завтра её сумку. Мне-то претензий никто не выскажет.

Игорь покачал головой. На том и порешали.

— Слушай, Петь, может, ты у меня переночуешь? Вместе утром на стадион и двинем.

— Боюсь, моей маме такое не понравится. Нет, Крузейро, это нам для дела может понадобиться, а пока мою маму зря лучше не тревожить. Слушай, я так подумал… А хорошо, что мы с тобой на стадион начнём ходить. Если с утра пораньше нужно будет для дела вырваться, с таким предлогом никаких проблем не возникнет!

— Да, это точно! Но ты, Петька, сильно не радуйся, тренировки в таком случае будем вечером проводить.

Петя понял, что попал в надёжные руки. Обычно он сам всегда был наставником для друга. Теперь же Петьке придётся осилить не самую привычную для себя роль — роль ученика. Они попрощались и условились встретиться без пятнадцати семь на школьном стадионе.

***

Игорь Крузенштерн был точен, как часы. Впрочем, как и Петя Квитко. В шесть сорок пять они оба уже разминались на стадионе. Тренировка прошла на редкость удачно, хотя Петьке и было сложновато угнаться за Игорем — всё-таки друг гораздо атлетичнее, да и ростом выше. Но Петька не давал себе поблажек. Он делал все упражнения, выкладываясь на полную, и Игорь это оценил. Вдвоём им было комфортно, и они не заметили, как прошёл целый час.

— Я так угорел, — признался Игорь и проверил время на мобильнике. — Успеваем смотаться в душ и даже позавтракать.

— Да, хорошо, что уроки с девяти начинаются теперь.

— Квитко, пойдём ко мне? Спокойно помоемся, я омлет сделаю.

— Нет, Крузик, лучше яичницу.

— С помидорами и чёрным хлебом? — усмехнулся Игорь.

— А как же! — похлопал его по плечу Петя.

И они поплелись до дома Игоря. Там они по очереди приняли душ, переоделись и сели за стол. Пока Круз мылся, Петька успел сварганить свою фирменную яичницу. Впервые он приготовил её в логове бандитов, и тогда она придала ему сил. Только сегодня Петя заметил, что Игорь ест как-то с неохотой, что на него не похоже.

— Круз, ты в порядке?

— Да, а почему спрашиваешь? — словно очнулся Игорь.

— Просто ты возишь вилкой по тарелке уже несколько минут. Может, я пересолил?

— Нет, Петь, яичница клёвая, просто что-то аппетита совсем нет.

У Петьки брови взлетели наверх. У Круза нет аппетита? Это что-то новенькое…

— Крузейро, колись, что случилось, — потребовал Петька. — Я понимаю, ты не любишь говорить о делах сердечных, но так тоже не пойдёт. Я же твой друг!

— Да сложно об этом говорить… — признался Крузенштерн, отодвигая тарелку. — Понимаешь, Олины родители хотят, чтобы она переехала в Питер после школы.

— Переехала в Питер? — удивился Квитко. — Это шутка?

— Я бы хотел, чтобы это было шуткой, — грустно усмехнулся Игорь. — Но нет, они даже квартиру ей там купили и сказали выбирать университет в Питере.

— Крузик, но этого же нельзя допустить, — возмутился Петя. — Если она уедет, у вас же не отношения, а чёрт знает что будет!

Игорь опустил взгляд, а Петька прикусил язык. Он не хотел говорить это так прямо, но просто не смог сдержать эмоций. Отношения Жучки и Круза зародились у него на глазах, они встречались уже почти три года. Хотя у самого Пети не очень складывалось с личной жизнью, ему было приятно видеть, что в этом мире есть что-то постоянное, кроме его безответных чувств к Даше.

— Прости, Крузейро, я не хотел так…

— Да нет, Петь, ты полностью прав, я и сам вчера к этому выводу пришёл, — вздохнул Игорь. — Худшее в том, что она не хотела мне говорить. Её бабушка случайно проболталась.

— То есть она это скрывала?

— Можно и так сказать… За это больше всего обидно!

— Да уж, ситуация. Ты в школу-то готов идти?

— Конечно, не прогуливать же уроки из-за этой любовной лабуды. Вот только не знаю, как мне с Олей за партой сидеть рядом. Мы вчера поругались, и я не уверен, что готов к тому, чтобы всё было как прежде. Я попросил у неё перерыв на подумать.

— Не проблема, я с тобой сяду и сам всё Ольге скажу.

— Правда? — Игорь вдруг расцвёл. Он терпеть не мог сложных разговоров.

— Конечно, Круз, я тебя в обиду не дам. Но обещай мне, что ты доешь завтрак!

Игорь молча подвинул к себе тарелку с яичницей и доел всё до последнего кусочка. Петька остался доволен тем, что друг сыт и выглядит уже не так понуро. Вместе они взяли рюкзаки и направились в школу. Первым уроком была математика, и Петя предложил поднажать, чтобы прийти пораньше. Игорь не до конца понял, зачем им это надо, но возражать не стал. Он в принципе не любил опаздывать. А вот у Петьки созрел план, как сесть к Крузу, не обидев Ольгу. Ну или как попытаться это сделать…

Едва они вбежали в класс, Квитко окинул взглядом кабинет: девочек ещё не было. Игорь сел на привычное место, а Петька — рядом. Он достал из портфеля тетрадь и учебник и раскрыл их прямо перед Игорем.

— Петь, ты чего? — удивился тот.

— Давай сделаем вид, что усердно решаем какую-то задачу, идёт?

Игорь лишь кивнул, разгадав замысел друга. Он тоже открыл тетрадь и стал слушать объяснение задачи из учебника. Петя показывал несколько способов решения, при этом активно жестикулировал и говорил нарочито громко. Как раз в этот момент в кабинет влетели Оля с Дашей.

— Петька, ты, кажется, место перепутал, — крикнула Даша, подходя к своей парте. Оля не произнесла ни слова.

— Лавря, у Круза снова проблемы с матешей, придётся мне тебя оставить ненадолго, — бойко произнес он. — Вы же наверняка не против посидеть вместе?

— Ну вообще-то Оля тоже может Крузу математику объяснить, — возмутилась Даша. — Да, Оль?

Оля не ответила. Она молча выложила из сумки пенал и тетрадь, после чего заняла место рядом с Дашей. Несмотря на усилия Петьки, ей всё было понятно.

— Прости, Жучка, но ты опоздала. К тому же мы ещё вчера вместе сели, когда вы с уроков свинтили, так что ничего не попишешь!

А дальше произошло то, чего не ожидал никто. Ни Петька, взявший на себя роль спасителя ради друга. Ни Даша, которая злилась и на Круза, и на Квитко за то, что они не могут сказать прямо, почему сели вместе. Ни Игорь, который старался не поворачиваться к Оле, чтобы не видеть её грустного лица. Ни сама Оля, которая готова была вот-вот расплакаться.

В класс вошла Рита Лебедева и, счастливо улыбаясь, направилась к Пете с Игорем.

— Ребят, встречаемся сразу после школы, времени будет в обрез. Нужно ещё домой за сумкой заскочить! Договорились? — и она, не дожидаясь ответа, села на своё место.

В этот момент Оля одним движением скинула в сумку свои принадлежности, вскочила с места и, пока учитель не успел её заметить, вылетела из класса. Жуковой было все равно, что это уже второй прогул математики за два дня. А вот плакать перед всем классом, а особенно перед Игорем, ей уж точно не хотелось. Она и так целый вечер пыталась ему дозвониться, чтобы поговорить. Но в ответ слышала лишь механический голос: «Абонент временно недоступен».

— Круз, чего ты сидишь? Давай за ней, — прошептала Даша, перекинувшись через парту.

— Лавря, не лезь к нему,— сказал ей Квитко.

— А ты чего его защищаешь? Круз, она сейчас уйдёт из-за тебя! Что за сцены с Лебедевой?

Игорь не ответил. Он не встал, не побежал за Олей, а только ближе пододвинул к себе учебник и сделал вид, что увлечён новой задачей. Тогда со своего места встала Даша и тоже собрала свои вещи, после чего пулей выскочила из класса, обронив на последок:

— Ну и дурак ты, Круз!

Петька лишь сочувственно похлопал Игоря по плечу.

Остаток учебного дня девочки с Петей и Игорем не разговаривали. Ребята чувствовали, что оба были в чём-то неправы, вот только не понимали, в чем именно. Да и вина девчонок в случившемся тоже имелась.

— Петь, может, извинимся? — робко предложил Игорь перед последним уроком.

Они с Квитко сидели в кабинете и украдкой, каждый сам по себе, наблюдали через открытую дверь за девочками, расположившимися на подоконнике в коридоре. Оля выглядела совсем расстроенной и поникшей. А вот Даша злилась и не пыталась этого скрывать.

— А разве мы с тобой в чём-то виноваты, Крузик?

— Да вроде нет... — Игорь неопределённо пожал плечами.

— И за что нам тогда извиняться?

— Ты прав. Но как-то нелепо вышло...

— Нелепо! Но знаешь ли, дружище, у нас с тобой тоже гордость имеется. Девчонки с нами сами новостями не делятся, а потом мы ещё и виноваты!

Петька, неожиданно для себя, не на шутку разозлился. Ему было обидно и за друга, который мучился из-за Ольги, и за себя, попавшего под раздачу. Да ещё и не от кого-нибудь, а от Лаври.

— Сколько можно терпеть такое отношение? Не ценят они нас, Круз.

— И что ты предлагаешь?

— Ничего! После уроков пойдём на каток, поглядим, что к чему. Отвлечёмся по крайней мере!

— А девчонки?

— А что девчонки? Хватит за ними бегать, пусть теперь они немного за нами побегают!

Игорь тяжело вздохнул. Если Петьку эта ситуация злила, но заряжала, то он чувствовал себя опустошённым и потерянным. Урок, как назло, тянулся: учитель рассказывал материал медленно и нудно. Да и Крузенштерн, признаться честно, историю не особо любил. Петька же все 45 минут что-то строчил в своей записной книжке.

Со звонком к ним подошла улыбающаяся Рита. Улыбка у девочки была добрая, но немного неловкая, словно детская. Петька не смог не улыбнуться ей в ответ.

— Идём? — звонко спросила она.

— Идём! — уверенно ответил Петя, а Игорь молча кивнул.

Класс они покинули вместе под любопытные взгляды одноклассниц. От внимания девочек не укрылось, что Квитко и Крузенштерн целый день не общались с Лаврецкой и Жуковой, а появление Риты в их обществе и вовсе вызвало резонанс.

Игорь радовался, что Даша и Оля вышли из кабинета сразу со звонком и больше не видели их с Лебедевой вместе. Однако они всё-таки столкнулись с девочками в школьном дворе. Даша проводила их недовольным взглядом, а Оля просто отвернулась в другую сторону.

— Не дрейфь, Крузейро! — шепнул Игорю Петька. — Прорвёмся!

Рита жила минутах в двадцати быстрым шагом от школы. Петька шёл и мысленно радовался, что попросил друга подтянуть его физическую подготовку. Его шаг был вдвое шире, чем у Лебедевой, но она перебирала ногами так быстро, что он едва поспевал за ней и Игорем.

— Ты на каком этаже живешь? — поинтересовался Квитко, когда они остановились у высокого дома-башни.

— На 16, — невозмутимо ответила девочка, открывая дверь.

«Надеюсь, лифт работает!», — подумал Петька. Подниматься по лестнице пешком после прогулки в таком темпе он был не готов. — «Ничего, Квитко, позанимаешься недельку-другую, придешь в форму! Преступники тебя спрашивать не будут, устал ты или нет!»

Коньки Риты стояла в коридоре, а сама она убежала в комнату переодеться. Петька вызвался нести сумку одноклассницы, чтобы совесть Игоря перед Ольгой осталась чиста, но тот буркнул, что это сущая чепуха. Квитко настаивать не стал. Он был согласен с другом, хотя и понимал, что девчонки такой благородный поступок могут понять неправильно.

Вернулась Рита меньше, чем через минуту. Петька даже осмотреться толком не успел.

— Я готова!

— У вас там фигурная подготовка или армейская?

— Всего понемногу, — рассмеялась Рита. — Тренеры у нас строгие. Если опоздаешь, мало не покажется. Заставят кросс бежать!

— Прямо в коньках?

— Нет, конечно! У нас же тренировки не только на льду, но и в зале проходят. Без кардио и силовых никуда.

Игорь фигурное катание никогда не смотрел, но ему было интересно, как живут профессиональные спортсмены, поэтому он слушал внимательно. К тому же, для дела точно не помешает получше познакомиться с расписанием и образом жизни Риты!

— Ещё каждый день у нас есть растяжка, а несколько раз в неделю — занятия по хореографии. Ну и лёд, разумеется, дважды в день.

— Вот это график, — присвистнул Петька. — Теперь понятно, почему мы тебя в школе годами не видели!

— Я в таком ритме уже больше десяти лет живу, — невозмутимо ответила Ледебева. — Привыкла.

— И что, тренировку не прогулять, как школу? Ты же и так лучшая! Ну, так говорят... — поинтересовался Петька. Он-то привык, что от пары прогулов его успехи в школе хуже не становятся.

Рита вдруг серьёзно посмотрела на него.

— Это спорт. Тут всё по-другому. Наша тренер говорит, кто как работает, тот так и выступает.

— Она, наверное, строгая? — предположил Игорь.

— Строгая, — кивнула Рита. — Сами увидите.

Петя решил не терять времени даром и немного разжиться сведениями. Тем более, разговор сам зашёл на нужную тему. Он достал из кармана записную книжку и встал сбоку от Риты. Теперь девочка шла между ним и Игорем.

— У меня тут есть парочка вопросов к тебе.

— Ты прям детектив! — Рита с интересом на него взглянула.

— Есть кое-какой опыт, — не без гордости ответил Петя.

— Детективный?

— Ну да!

Лебедева в школе появлялась редко и с одноклассниками почти не общалась, поэтому о подвигах ребят не слышала даже краем уха. А Игорь вдруг понял, что Рита, наверное, решила, будто они с Петькой хотят на фигуристок поглазеть! И даже не догадывается, зачем они напросились к ней на каток.

— Рита, понимаешь, мы с друзьями расследовали парочку дел... — вмешался он в разговор.

— Ничего себе парочку! Пару десятков! — возмутился Квитко.

— В общем, у нас и правда есть кое-какой детективный опыт. И я подумал, вдруг мы сможем и тебе помочь. Ну, в этом деле, с допингом...

Рита в полном недоумении хлопала глазами, глядя на Игоря. Он видел, что она о чём-то напряженно думала. «Какой же я дурак! Надо было сразу ей всё объяснить!» — мысленно сокрушался он. Почему-то Игорь вдруг испугался, что Рита сейчас отправит их по домам и попросит не лезть не в своё дело.

— Выходит, ты тоже в курсе про допинг? — спросила она у Петьки.

— Выходит, да!

— А ваши друзья? С кем вы этим занимаетесь? С Лаврецкой и Жуковой? — голос Риты звучал настороженно.

— Да, но они ничего не знают, — заверил её Игорь. — Если ты не хочешь, мы не будем им ничего рассказывать. Я Петьку посвятил, потому что у него котелок варит — будь здоров. Увидишь, он что-нибудь придумает!

— Моим делом занимаются лучшие адвокаты из Швейцарии, и они не могут найти выход из этой дурацкой ситуации, — в голосе девочки проскользнули нотки отчаяния. — Чем вы можете помочь?

— А вдруг! Полиция некоторых преступников годами выследить не могла, а мы им приносили всё на блюдечке с голубой каёмочкой! — гордо заявил Квитко. — Мы знаешь какие сложные дела распутывали...

Девочка молчала и выглядела немного расстроенной. То, что говорил Квитко, казалось фантастикой.

«Не верит!», — мысленно усмехнулся Петька, уловив её мысли.

— Рит, Петька ведь правду говорит, — спокойно сказал Игорь. — Сама подумай, что ты теряешь? Вдруг мы и правда чем-то сможем помочь. Ну а если нет, мы просто забудем об этой истории.

Рита остановилась посреди дороги. Она переводила взгляд с Пети на Игоря и о чём-то напряжённо думала. В глубине души ей было приятно, что Игорь хочет ей помочь. Но ей вовсе не хотелось грузить кого-то своими проблемами. С другой стороны, терять ей и правда было нечего — репутация и карьера и так висели на волоске.

— Ладно, задавай свои вопросы. Только вы должны пообещать мне две вещи. Первое, об этой истории не должен знать никто, кроме вас двоих. Ни Лаврецкая, ни Жукова... И никто не должен знать, что вы в курсе.

— Договорились! — хором пообещали мальчики. Без девчонок, конечно, придётся трудно, но они справятся.

— И второе — вы расскажете мне о своих детективных приключениях!

— О, это мы с радостью!

Глава 5. Дела фигурные

Ребята снова двинулись в сторону катка. Он находился буквально в пяти минутах от дома Лебедевой, но за это время Петька сумел выяснить не так уж и мало — Рита отвечала на вопросы чётко, быстро и содержательно.

Команда, которая занималась подготовкой Лебедевой, была достаточно большой. Два тренера, хореограф, специалист по общей физической подготовке, врач, массажист... В группе тренировалось много других девочек, они же были главными конкурентками Лебедевой в борьбе за олимпийскую путёвку и медаль.

— Да, круг потенциальных подозреваемых довольно большой... — рассуждал вслух Квитко. Он по опыту знал, что на первом этапе расследования точно нельзя никого сбрасывать со счетов.

Допинг Лебедева сдавала почти на каждых соревнованиях, где выступала. На тестирование обычно забирали тройку призёров, а она уже пару лет не проигрывала ни один турнир. Каждую неделю она заполняла специальный дневник, в котором указывала, где и в какое время будет находиться, чтобы допинговые офицеры в любой момент могли прийти к ней, например, домой или на каток. На турнирах она никогда не пила из чужих бутылок, а если оставляла свою без присмотра, то выкидывала и брала новую, закрытую. Никакие лекарства девочка не принимались без ведома врача. Даже банальные капли от насморка каждый раз приходилось согласовывать.

— Да уж, задачка, — почесал Петя затылок. С таким уровнем контроля сложно было представить, каким образом допинг мог попасть в организм Лебедевой без её ведома.

Рита длинными коридорами провела ребят на каток и усадила на небольшом балкончике, который выполнял роль трибуны. Сама девочка убежала в раздевалку.

— Козырное место, — оценил Петька. Они с Игорем здесь не бросались в глаза, зато у них открывался отличный обзор.

На льду шла заливка: специальная машина со смешным названием «Замбони» ездила взад и вперёд. В местах, где она проезжала, лёд становился идеально гладким и блестящим. За бортом стояла молодая женщина и возилась с магнитофоном. В её осанке чувствовалась стать, а в каждом самом мимолётном движении сквозила изящность. «Наверное, хореограф», — смекнул Петька. Рядом с ней топтался мужчина с серьёзным лицом. Мальчики догадались, что это Дмитрий Сергеевич Плотников — второй тренер и лучший в стране специалист по прыжкам. Рита успела рассказать о нём по дороге.

Постепенно на каток начали подтягиваться спортсменки. Все девочки, как на подбор, были невысокие, тоненькие.

— Мои бабки не успокоились бы, пока не покормили бы их, — заявил Петька, рассматривая фигуристок. Рита казалась ему крошечной, но многие девочки были еще ниже и худее неё.

Спортсменки вели себя как обычные дети. Болтали, смеялись и дурачились за бортиком в ожидании, пока заливка будет окончена. Когда они вышли на лёд, Петя, который до этого рассуждал о тяготах большого спорта, сам не заметил, как замолчал. Девочки, стремительно рассекали пространство катка, а из-под их ботинок летела ледяная крошка — от этого зрелища захватывало дух. Но больше всего Квитко завораживал скрежет льда под лезвием коньков. Петька даже подумать не мог, что фигурное катание — это так красиво. По обалдевшему лицу друга он понял, что и тот не ожидал подобного эффекта.

И вот на катке появилась Рита. Девочка вошла вместе с женщиной в длинном пальто. Она была высокой, изящной, с острыми чертами лица и идеально гладкими пепельными волосами. Очевидно, Анна Александровна Громова, главный тренер — собственной персоной.

Рита бросила быстрый взгляд на ребят и принялась что-то объяснять, женщине. Блондинка внимательно посмотрела на балкон и сказала что-то, после чего, как Петьке показалось, одноклассница смущённо улыбнулась и покраснела. Затем спортсменка сняла с лезвий чехлы и выпорхнула на лёд.

— Крузик, мне кажется, я ничего красивее в жизни не видел, — признался Петька спустя пару минут. Игорь промычал в ответ что-то нечленораздельное, но, судя по всему, одобрительное.

Крошечная Рита Лебедева на льду словно становилась на десяток сантиметров выше и выглядела необыкновенно статной. Она словно заполняла своей энергией всё пространство, грациозно скользя и время от времени зависая в воздухе в многооборотных прыжках.

— Да ей тут нет равных, — уверенно заявил Квитко. Он ровным счётом ничего не понимал в правилах фигурного катания, но всецело доверял своим впечатлениям. — Не удивлюсь, если кто-то из девчонок решил устранить конкурентку.

— Петь, как они это делают? — поинтересовался Игорь. На какое-то время он и вовсе забыл о цели их визита, завороженный происходящим.

— Что именно?

— Ну, крутятся в воздухе. Сколько там оборотов? Три или четыре? Я не успеваю считать!

— Это физика, дружище, — похлопал его по плечу Петька и принялся объяснять что-то про силу отталкивания, ось и скорость вращения. Для Игоря всё это звучало и выглядело, как волшебство.

Девочки по очереди становились в центр катка и под музыку исполняли кусочки своих программ, а после — подъезжали к тренерам и что-то с ними обсуждали.

— Женя, я говорила тебе не делать триксель! Почему ты опять решила, что знаешь всё лучше меня? — пронеслось над катком, когда девочка с непослушной копной кудрявых волос упала с прыжка. Музыку остановили и включили снова. — Заново!

— Маша, у тебя вместо рук сосиски? Нет? Тогда почему они так болтаются?!

— Яна, сильнее отталкивайся! Не над газеткой прыгаешь!

— Да, с ней на забалуешь... — вздохнул Петька, наслушавшись комментариев женщины-тренера.

Немного привыкнув к происходящему, он начал присматриваться к девочкам и тренерам, но так и не заметил ничего подозрительного. Каждый был занят своей работой. Девочки скользили, вращались, прыгали, а ещё успевали переговариваться и шутить друг с другом. Тренеры же внимательно следили за происходящим, давали указания и помогали исправлять ошибки.

— Ну как? — с любопытством спросила Рита, когда тренировка закончилась. Она уходила со льда последней, а Петька с Игорем спустились со своего балкончика и дожидались её у борта.

— Обалдеть просто! — совершенно искренне заявил Петька, а Рита рассмеялась.

— Это я и так по вашим глазам вижу! Я про другое... Есть какие-то мысли по делу?

— Надо всё обмозговать! — важно заявил Квитко. На самом же деле, ни он, ни Игорь не представляли, с какой стороны подступиться к этому делу.

— И долго мозговать будете?

— Как дело пойдёт!

— У меня сейчас заминка 15 минут, и я свободна. Подождёте?

— Подождём!

Петя и Игорь вышли в просторный холл и уселись на диванчик возле окна. Жизнь тут шла своим чередом: родители дожидались детей, дети дожидались родителей, спортсмены перекусывали, делали уроки и отдыхали в перерывах между тренировками.

— Надо же, тут даже булочки продают! — удивился Игорь, кивнув на витрину буфета. — Я думал, фигуристкам такое нельзя.

— Им, может, и нельзя, а вот нам — вполне. Умираю, как есть хочется! — признался Петька. — Пойду, куплю чего-нибудь, а ты посторожи местечко, Крузик.

И он направился к буфету. Девочка перед ним, как показалось Петьке, с тоской глянула на ватрушки с творогом, но купила себе яблоко и бутылку воды.

— Здравствуйте! Мне две сосиски в тесте, пожалуйста! И два томатных сока!

— Подогреть? — поинтересовалась добродушная буфетчица.

— Если несложно!

Пока Петька ждал свой заказ, за ним образовалась небольшая очередь: пара совсем ещё юных спортсменов и двое мужчин. Один был высокий, широкоплечий, но какой-то нескладный. А вот второго Петя сразу узнал — это был тренер Риты, Дмитрий Сергеевич.

— Что говорят адвокаты? — поинтересовался незнакомец.

Петька, быстро смекнул, о чём речь, и навострил уши.

— Да ничего толком, — вздохнул Плотников. — Никаких зацепок. Кажется мне, они и сами не очень верят, что Рита чиста.

— Так может она и правда сама приняла что-то и не сознаётся? — предположил мужчина.

— Да зачем ей это? Она и так лучшая! Девочку Боженька в темечко поцеловал — такой талантище ни на каких стероидах не вырастишь, — в голосе тренера слышалось искреннее недоумение. — Ген, вот ты, как врач, скажи мне, откуда допинг мог у неё в организме взяться?

— Не знаю, Дмитрий Сергеевич. Может, случайно?

— На неё не похоже! Ты же сам говорил, она всегда по десять раз с тобой советуется, прежде чем что-то пить.

— Да, Рита на редкость ответственная спортсменка... И что теперь будет?

— Если вину Риты подтвердят, отстранят на четыре года. Тут не то, что об Олимпиаде, о карьере можно будет забыть.

— Жаль, конечно, девчонку... Но Ритка красивая и неглупая, поступит в университет, замуж выйдет... А вы с Громовой всё равно без золота не останетесь.

— Эх, Генка, так-то оно так, но ни у Жени, ни у Яны и половины таланта Ритки нет... Несправедливо это.

— Жизнь вообще несправедливая штука, Сергеич.

Петька мысленно умолял сосиски разогреваться помедленнее, чтобы дослушать разговор. Но он, похоже, исчерпал себя. Вернувшись к Игорю, Квитко приложил палец к губам и выразительно посмотрел на парочку у буфета. Генка купил целый пакет булок и вышел на улицу, а Дмитрий Сергеевич с чаем и сэндвичем устроился за столиком. Петька вполголоса поделился с другом тем, что услышал.

— Не понравился мне этот Генка, — честно признался он. — Мутный тип!

— Почему? Может, он просто циничный человек?

— Печёнкой чую, надо к этому Айболиту присмотреться.

Вскоре в холле появилась Рита в компании двух спортсменок, и мальчики поднялись им навстречу. Игорь без лишних слов забрал у девочки сумку, а другие фигуристки лукаво переглянулись.

— Совсем забыла, мне ещё за документами надо забежать к методистке, — хлопнула себя по лбу самая хрупкая из них, Яна. — Пока, девочки! И мальчики!

И Яна умчалась в сторону лестницы. Петька с ужасом наблюдал, как она перепрыгивает через ступеньки с тяжеленной сумкой наперевес.

— Жень, это мои одноклассники, Петя и Игорь. Ребята, это Женя!

Вчетвером они направились к выходу. Женю в машине уже дожидалась мама, а мальчики отправились провожать Риту.

По дороге Петька попытался выведать что-нибудь про Айболита, как он мысленно окрестил доктора, но ничего особо интересного не узнал. Геннадий Усов был штатным врачом их команды. Рита отзывалась о нём тепло: настоящий профессионал и душа коллектива, мастерски умеет разрядить обстановку меткой шуткой. В большом спорте, где нервы на пределе, это ценилось не меньше, чем его медицинские навыки. Гена знал: иногда вовремя сказанное слово лечит не хуже лекарств. У Квитко о нём сложилось иное мнение, и он даже засомневался, об одном ли человеке они говорят. Но об услышанном он решил пока не рассказывать.

— Ну что, придёте ещё? — спросила Рита, когда они подошли к её дому.

— А можно? — робко поинтересовался Игорь. Ему почему-то было неловко, словно они вторгаются в чужой мир.

— Можно! — улыбнулась Лебедева. — Тренеры не будут против.

— Кстати, а что ты сказала им про нас? — поинтересовался Петька.

Рита вдруг смутилась и снова покраснела, как тогда на катке.

— Да так, ничего интересного. Ладно, мальчики, спасибо, что проводили и... Спасибо, что хотите помочь. Я это ценю, что бы у вас ни вышло!

Петька вдруг почувствовал себя рыцарем, для которого дело чести — защитить достоинство дамы. А заодно доказать даме, что они не лыком шиты.

Попрощавшись с Ритой и даже обнявшись с ней на прощание, ребята тоже разошлись по домам. Их ждала целая куча домашки и мозговой штурм, что делать дальше. Уже переступив порог квартиры, Игорь вдруг с удивлением осознал, что за всё это время ни разу не вспомнил об Ольге. Как всё-таки вовремя подвернулось новое дело.

Глава 6. Рыльце в пушку

— И что их связывает с этой Ритой?

Даша и Оля весь день провели, мучаясь этим вопросом. Оля переживала за их отношения с Крузом: что если он уже нашёл ей замену?

— Может, это какие-то детективные дела? — предположила Лаврецкая.

— Ну да, полгода никаких дел, а тут вдруг вылезло. Да и разве стали бы они скрывать от нас расследование?

Даша лишь пожала плечами в ответ — ей не хотелось строить догадки. После школы девочки отправились домой к ней домой. Стас уехал куда-то по делам, а тётя Витя отправилась в магазин, так что они были предоставлены сами себе. Но от этого становилось только тоскливее… Развлечь друг друга они не могли, потому что настроение у обеих было ни к чёрту. Каждый думал о своём, и разговор не клеился.

— Даш, ты чего такая хмурая? — поинтересовалась Оля. — Неужели из-за Квитко переживаешь? Вы-то с ним точно помиритесь.

— Да при чём здесь Квитко, — отмахнулась Даша. Хотя она на него и правда обиделась. Петя всегда делился с ней всем на свете, а теперь у него какие-то тайны. — Понимаешь, я же вчера первый раз была у репетитора. А у неё муж умер полгода назад.

И Даша поделилась с подругой грустной историей любви Ксении Дмитриевны.

— А как она сейчас? — тихо спросила Оля.

— Плохо, — вздохнула Даша. — Вроде молодая, ухоженная, а в глазах тоска. Всё время на взводе, дёрганная.

— Жалко её, но всё же полгода — не такой большой срок. Время пройдёт, станет легче.

— Наверное, ты права. Только я вот что поняла: на любовь надеяться нельзя. Сегодня у тебя есть муж, а завтра — он ушёл к другой или, не дай Бог, умер. Полагаться можно только на себя. Лучше вообще никого не любить.

— Это ты сейчас так говоришь, — осторожно возразила Оля. — А вот встретишь кого-нибудь, и вся логика вылетит в трубу.

— Может быть, — пожала плечами Даша. — Но пока что я решила по полной готовиться к экзаменам. Поступлю в универ, найду хорошую работу и уж точно ни от кого зависеть не буду.

— Какая же ты мудрая, Дашка, — грустно заметила Оля. Она свою жизнь без любви — и без Игоря — даже представить не могла.

Тут они услышали хлопок входной двери. Это пришла тётя Витя с целой кучей пакетов. Девочки бросились ей на помощь, чтобы дотащить всё до кухни.

— Тётя Витя, вы сошли с ума! — возмутилась Даша. — Разве можно такие тяжести таскать? Стаса бы попросили, он бы на машине вас отвёз.

— Дашутка, да я разве собиралась столько брать? Но смотрю, цены в магазинах поднялись прилично, а сейчас скидки. Вот я и не удержалась!

— Да, вам на год хватит, — заметила Оля, глядя на полный пакет консервов.

— Тётя Витя, ценники с акциями же специально вешают, чтобы ваше внимание привлечь — чтобы вы больше купили!

— Может, и так, да только цены-то всё равно растут. Зато теперь можно долго в магазин не ходить!

— Это точно, — развеселилась Даша, раскидывая продукты в холодильнике.

— А чего это вы оладушки не съели?

— Тётя Витечка, у нас что-то аппетита совсем нет.

— Что, у обеих сразу? — удивилась она. — Может, оладушки невкусные?

Тётя Витя нахмурилась и взяла один с тарелки, надкусила его и медленно прожевала.

— Да нет, вроде нормальные.

— Тётя Витя, что вы тут устроили? У вас всегда вкусная стряпня, просто у нас нет настроения! — заявила Даша.

— А чего это у вас уже в начале учебного года настроения нет?

— Просто… — опустила глаза Даша, но тётю Витю провести было трудной задачей.

Всю жизнь она проработала учительницей и была крайне внимательна к детям. И хотя детективными талантами женщина не отличалась, она достаточно давно знала Дашу и её друзей, чтобы легко сделать выводы.

— С мальчишками что ли поругались? — вздохнула она, глядя на девчонок. Даша и Оля едва заметно переглянулись, но тётя Витя всё-таки уловила их взгляды и поняла, что попала в точку. — Ладно, не буду я вас смущать.

— Тётя Витечка, вы нас не смущаете вовсе, — начала Даша, но тётя Витя мягко ей улыбнулась. Она совсем не обижалась на девочку за то, что та с ней чем-то не делится.

— Не люблю я в дела молодые лезть! Вы ребята не глупые, без меня со всем разберётесь. Лучше давайте попьём чайку. Составите мне компанию?

— Конечно, — откликнулась Оля с радостью. — И оладушки ещё поедим, правда, Даш?

— Да, что-то мы действительно мало съели, у меня в животе урчит.

— Умнички мои, — умилилась тётя Витя, ставя чайник.

За чаем они много разговаривали, тётя Витя рассказывала им истории своей молодости, а Даша и Оля делились впечатлениями от первых дней школы. Атмосфера царила тёплая и уютная, и девочки почувствовали, как постепенно им становится легче. Конечно, Оля не могла перестать думать о том, чем сейчас занимается Игорь. Но всё-таки рядом с тётей Витей и Дашей она переживала гораздо меньше.

А Даша про Петьку и вовсе забыла. Подумаешь, ушёл куда-то и ничего не сказал. Они общаются с первого класса, неужели их дружбу что-то разрушит?

Вскоре домой вернулся Стас, а Оля засобиралась восвояси.

— Дашка, я пойду. Ещё домашки на завтра много…

— Да, — кисло отозвалась Лаврецкая. — По математике целых три задачи задали. Издевательство!

— Да ничего, они быстро решаются, — отмахнулась Жукова, но тут же поняла, что сморозила глупость. Это Оле математика давалась легко, а Даша воевала с каждым заданием..

На этом они попрощались. Оказавшись на улице, Оля почувствовала, как на неё накатила усталость. А добираться от Даши после её переезда было не так близко. Но ничего не попишешь.! Девочка достала из кармана небольшой плеер, который привез ей папа. На днях она скачала много новых песен под своё тоскливое настроение. Под музыку идти было гораздо приятнее и быстрее. Да и собственные мысли слышались не так отчетливо.

Жукова решила пойти пешком и даже поймала себя на мысли, что ей по душе такая прогулка наедине с собой. Усталость постепенно прошла, грустные песни сменились более жизнерадостными и Оля почувствовала прилив сил. Бог не дал ей музыкальных талантов, но музыку она любила — как ни крути, она была дочерью певца.

Мысли девочки неизбежно крутились вокруг Круза. Ну и что, что они с Игорем поссорились? Без ссор в отношениях никак. Наверное, ей стоит попробовать с ним спокойно поговорить. Она не будет давить, просто ещё раз извинится, что не сказала про Питер сразу. Крузик её обязательно поймёт, он такой.

Оля решила срезать дорогу через парк, чтобы поскорее добраться домой и позвонить Игорю — и вдруг замерла на месте. Вдалеке она увидела три знакомые фигуры: Крузенштерн, Квитко и Лебедева. Они что-то обсуждали, Петя много жестикулировал, Рита часто кивала головой, а Игорь плёлся рядом и нёс сумку девочки. Оля испугалась, что они её увидят, спряталась за дерево и продолжила наблюдать за троицей. Вот Круз что-то сказал, и она услышала звонкий смех Ритки.

Сердце у Оли сжалось, а её хорошее настроение разом улетучилось. Теперь ей снова всё казалось безнадёжным. Игорь и Петька ходили к Лебедевой на каток, а теперь ещё и провожают её до дома. И сумку несет не Петька, а именно Игорь!

Оля почувствовала, как слёзы подступают к горлу. Ни за что она не пойдёт извиняться перед Крузом! Пока она переживает, он наглым образом ходит гулять с другими девчонками. Разве так поступают с теми, кого любят? Нет уж, пусть он хоть вечность не будет с ней разговаривать, она не сделает первый шаг.

***

Утром Петька едва поднялся с кровати. Тренировка с Крузом не прошла даром: с непривычки болели мышцы.

«Вот позанимаюсь недельку, втянусь, дело легче пойдет», — храбрился Квитко, с трудом сгибаясь, чтобы завязать шнурки.

Несмотря на тяжесть во всем теле, на стадион он шёл весьма воодушевленным. За вечер он разжился кое-какой информацией, и теперь ему не терпелось рассказать обо всём другу. Игорь уже ждал его на стадионе.

— Крузейро, привет! Я такое узнал!

— Потом расскажешь! Погнали, чтобы время не терять!

И они побежали рядом. Петька попытался начать разговор, но Игорь остановил его: «Разговорчики, Квитко! Ты так дыхалку посадишь!». Петя послушно замолк — бежать и говорить было и правда тяжело.

— Ну, что там у тебя? — спросил Игорь, когда они сделали три круга и перешли к приседаниям.

— Да я тут вечером пошерстил в интернете, столько интересного про нашего Айболита узнал!

— Какого Айболита? — не понял Игорь.

— Ну, Генку, доктора с катка. Всё-таки хорошо, что я предков уговорил интернет провести летом!

— Так что ты узнал?

— Сейчас расскажу! Но для начала напомни, что за вещество у Ритки нашли?

— Фуросемид, вроде, — напряг память Игорь.

— Значит, я правильно запомнил. Это препарат для экстренного снижения веса — его любой дурак в аптеке может достать.

— Думаешь, Ритка его сама купила?

— Нет, конечно! Стала бы она иначе нас в это втягивать? Просто тот, кто её подставил, всё отлично продумал. Нашли бы у Лебедевой в анализах рецептурное вещество — не смогли бы ответственность на неё повесить.

— Так а что там с доктором?

— А то, что рыльце-то у него в пушку. Он уже не раз был замешан в допинговых скандалах.

Петька вкратце рассказал другу, что смог узнать. Оказывается, пять лет назад несколько российских биатлонистов были дисквалифицированы за нарушение антидопинговых правил. И работал с ними не кто иной, как Геннадий Усов! Доктор сам признался, что вводил спортсменам эритропоэтин для улучшения выносливости. От деятельности внутри спорта его тогда отстранили на четыре года, однако затем наказание смягчили до двух лет.

Он вернулся в профессию и через два года снова оказался в центре скандала. Спортивную пару из России лишили серебряной медали чемпионата мира по фигурному катанию из-за положительной допинг-пробы партнёра, в которой нашли стероиды. Спортсмен отрицал, что принимал запрещённые вещества самостоятельно, и подозревал в махинациях доктора — накануне турнира тот колол ему витамины.

— И как его с такой репутацией допустили к лучшим спортсменкам страны? — недоумевал Игорь.

— Понимаешь, Крузик, его вина так и не была доказана. Формально, в истории со стероидами, он чист. А скандал с биатлонистами… Ну, тут сыграли роль кое-какие обстоятельства.

— Какие?

— Во-первых, он уже несколько лет курирует экспериментальную программу подготовки юниоров. Если его уберут — проект заморозят. А это значит потерять целое поколение перспективных спортсменов.

— А во-вторых?

— А во-вторых, у него мощная крыша. Его жена — племянница вице-президента Олимпийского комитета, а университетский друг — высокопоставленный чиновник из Министерства спорта.

— Звучит подозрительно, — хмыкнул Игорь.

— Вот и я так подумал. Потом пораскинул мозгами и пришёл к выводу, что неудивительно, если его деятельность поддерживает государство. Стране нужны медали.

— Подожди, то есть ты думаешь, что они Риту специально чем-то пичкали? — догадался Игорь. — Ты же сам говорил, она и так лучшая!

— Лучшая! По пластике, растяжке, музыкальности... Это всё или есть от природы, или никакой допинг не поможет. А вот чтобы на каждом старте кататься без ошибок, нужно постоянно быть на пике формы — для этого важно успевать восстанавливать организм. К тому же, Рита, судя по всему, очень осторожная и сама что попало принимать не станет. Другое дело — из рук доктора.

— Нет, Квитко, что-то тут не сходится, — Игорь даже остановился, задумавшись. — Что же это получается, они хотели гарантировать победу Риты на Олимпиаде, а в итоге подвели себя и её под монастырь? Постарадает-то репутация не только Лебедевой, но и всего российского спорта!

Мальчики перешли к турникам, и тут уже снова было не до разговоров. Игорь подтягивался быстро и мощно. Петька старался не отставать от друга, но каждый следующий подъём давался ему со всё большим трудом.

— Молодец, Квитко! — похвалил Петю Игорь, когда тот спрыгнул на землю. — Ты такими темпами скоро меня по количеству подтягиваний обгонишь!

Петька недоверчиво хмыкнул и встряхнул уставшие руки. Он будет счастлив, если хотя бы начнет чувствовать себя после тренировок так же бодро, как Круз, а не как Бобик с языком на плече.

— Петь, ты же понимаешь, что если за делом Рита реально стоит какая-то государственная допинговая программа, нам тут делать нечего... — сказал Игорь по дороге назад, как показалось Петьке, с сожалением.

— Понимаю, — понуро согласился Квитко. — Но пока что это всего лишь версия. А мы теперь вряд ли сможем спать спокойно, пока не выясним, так это или не так.

— Это точно, — вздохнул Круз. — Да и Ритке помочь хочется. Она вроде классная девчонка...

Петька с подозрением взглянул на друга, но ничего не сказал. Пусть Игорь сам разберётся в своих чувствах.

— С чего начнём? — поинтересовался Крузенштерн. — Снова двинем на каток после уроков?

— Можно! И за доктором проследить не мешает, не нравится он мне!

Глава 7. А это что за Крендель?

Утром Оля позвонила Даше и сказала, что в школу не придёт. Жукова сослалась на головную боль, но Даша понимала, что дело вовсе не в этом, и вопросов задавать не стала. Пусть подруга пострадает, как следует — иногда это даже нужно.

За пять минут до начала уроков девочка вбежала в школу, едва не сбив с ног их химичку.

— Лаврецкая, куда несёшься, сломя голову? — прокричала Римма Николаевна ей в след, но Даша даже не оглянулась. Оставалось надеяться, что химичка не припомнит ей это на зачёте.

Представляя, каким грустным день будет без Оли, Даша понятия не имела, как ей его пережить. Впереди шесть скучных уроков — настоящая пытка, когда сидишь один. Да ещё и на математике… С кислым выражением лица Лаврецкая поднялась на второй этаж и увидела возле кабинета Игоря и Петьку, которые что-то бурно обсуждали. Они не обратили на неё никакого внимания — так были увлечены разговором.

Даша хотела к ним подойти, но её опередили. К мальчикам подбежала Рита Лебедева, они ей весело помахали и ребята втроём зашли в класс. Девочка почувствовала, как земля от злости уходит из под ног, и сжала руки в кулаки. Она тоже вошла в кабинет и направилась к свой парте, игнорируя эту троицу. Квитко занял своё место, а Рита сидела на месте Круза, пока он сам взгромоздился на парту.

— Эй, Лавря, даже не поздороваешься? — весело крикнул ей Петька, но тут же осёкся, когда Даша метнула на него злой взгляд. — Чего это с тобой? А Ольга где?

— Со мной ничего, — буркнула Даша, вытаскивая учебники. — А Оля заболела.

— Ничего серьёзного? — вдруг осведомился Игорь.

— Ты был знал, если бы сам ей позвонил. А я тебе ничего не скажу.

— Лавря, ты не с той ноги, что ли, встала? — спросил Петя.

— Скорее, не с той ноги в школу зашла, — усмехнулась Даша.

Атмосфера стала напряжённой. Особенно некомфортно было Игорю и Рите. Круз терпеть не мог вот такие разборки, а Рита чувствовала себя врагом народа. А вот Петька был оскорблен до глубины души. Да как Лавря может так с ним разговаривать? После всего, что между ними было? Это он, конечно, про дружбу, потому что ничего другого между ними и не было (но в этом Даша сама виновата). Он почувствовал такую обиду, что сам не понял, как заявил:

— Лавря, раз Жучки нет, может, Ритка к тебе сядет?

И вот тут Игорь понял — беды не миновать. Он неловко уставился в пол, Рита зажмурилась. Зато Петька обернулся и посмотрел прямо на Дашу. Круз медленно считал от одного до десяти и ждал, когда взорвётся «бомба». И вот, это произошло.

— Знаешь, что, Квитко? Давай я вообще уйду, а вы будете сидеть со своей ненаглядной Маргаритой! — закричала вдруг Даша. Все, кто был в классе, с удивлением оглянулись в её сторону. Девочка подошла к месту, где сидела Лебедева, взяла её учебник, тетрадь и пенал, и кинула их за свою парту. А свои вещи положила на место Риты.

Одноклассники так и замерли с открытыми ртами. Лаврецкая кричит на Квитко, да ещё и отсаживается, а он просто смотрит на это? Да уж, такого за одиннадцать лет ещё никто не видел. Петька покачал головой, отвернулся от Даши и посмотрел на Круза с Ритой — те были красные, как раки. Вероятно, от стыда.

— Чего это с вами?

— Петь, по-моему, это был перебор… — прошептал Игорь.

— Да, может, я извинюсь, и она вернётся на место? — жалобно спросила Лебедева.

— И мы проиграем эту битву? — нахмурился Петька. — Нет уж!

— Какую битву, Петь?

— Между нами и девчонками. Это уж совсем наглость — так с нами разговаривать! Они даже не спросили, в чём дело.

— Да уж, девчонки… — почесал голову Круз. — Только если Ольга завтра придёт и увидит это…

— Хуже того, что у вас сейчас, ничего быть уже не может, — пожал плечами Петька. — Может, она поймёт, что сама виновата, да сама извиняться прибежит! Рита, может такое быть?

— Не знаю… — неуверенно ответила та.

Даша продолжала наблюдать за тем, как Рита неловко занимает парту, где раньше сидели они с Олей. Жукову, если она завтра придёт на уроки, хватит удар. А ведь Даша сама подтолкнула Лебедеву ещё сильнее сблизиться с мальчиками.

Петька целый день был сам не свой. Игорь сделал вывод, что это всё из-за Лаври. Только парень никак не мог понять, чего это Квитко вдруг стал срываться на Дашку. Конечно, девочки, на его взгляд, странно себя вели. Но Круз считал, что именно они с Петькой должны быть умнее и терпимее. По крайней мере, когда Вера, его старшая сестра, сходила с ума, Игорь становился себя ниже травы, тише воды, и та успокаивалась. А если вести себя, как Квитко, любую девчонку это жутко разозлит… Что, собственно, и случилось.

Но Петя не чувствовал за собой никакой вины. Он вообще устал бегать за Дашей, к тому же, когда она так с ним разговаривает. Он ей не щенок какой-нибудь! Петьке было жутко за себя обидно. Он был так терпелив, так великодушен к Лавре, терпел Юриков, Вадиков… Да чего он только не терпел, дурак безмозглый! И что он получил в ответ? Злость и игнор, недоверие и обвинения. Нет, Пётр Квитко все-таки обладает чувством собственного достоинства и всему есть предел — даже его любви к Даше Лаврецкой.

За весь день они с Лаврей так больше и не поговорили. Она в гордом одиночестве сидела на новом месте, а Петя строго настрого запретил Рите извиняться и предлагать Лавре вернуться обратно. В конце концов, извиняться тут точно должна не Лебедева. Изредка Петька ловил на себе Дашкины взгляды, но делал вид, что их не замечает. Она хочет ему что-то сказать? Он с радостью её выслушает, но больше не будет бежать к ней первым.

Рита во всей этой потасовке чувствовала себя, как на катке, где каждая девочка считала её своей соперницей. И почему это вообще происходит с ней постоянно? Она ведь вообще не собиралась общаться ни с Квитко, ни с Крузенштерном. Это Игорь случайно увидел её в парке, а там уж закрутилось. Была бы её воля, она бы вообще никому ничего не сказала!

Правда, Рита не могла не признать, что благодаря мальчикам в школе ей стало не так одиноко. Девочке было весело и интересно с Петей и Игорем. Квитко строил разные версии по поводу допинга, Крузенштерн их дополнял. Лебедева слабо верила в то, что им удастся реально что-то выяснить, ей было приятно, что кто-то искренне верит в неё, хотя сама она уже потеряла веру в себя.

Мальчики и правда верили Рите. Увидев её на льду, они прониклись к девочке уважением. Лебедева вложила всю себя в спорт, и никаких сомнений в её невиновности у друзей не было. Вот только Петьку смущало одно — он видел, что Рите очень нравится Игорь. Он давно научился распознавать чувства и Даши, и Оли по взглядам и интонациям. А девчонки все похожи, так что и тайну Ритки разгадать ему не составило труда. Но Петька не вмешивался. Да и Круз, узнав это, явно бы занервничал. Кому это нужно? Ему бы с Жучкой разобраться не мешало. Лучше другу пока ничего не замечать.

— Петь, а может, мы сегодня ещё раз сгоняем на каток? — прошептал ему Игорь на физике.

— Не знаю, Крузик, — признался Квитко. — Моя интуиция подсказывает, что нифига мы там не найдём.

— А моя говорит, что мы чего-то не замечаем. Да и хорошо бы там глаза помозолить, чтобы к нам все привыкли.

— Может, ты и прав, старик. Ладно, давай сгоняем, если Рита не будет против.

Петя облокотился на парту позади, и слегка повернул голову к Рите, которая что-то сосредоточенно писала:

— Рит, не против, если мы с тобой опять на каток сходим?

— Сегодня? Да, только я сразу после школы туда помчусь, сегодня тренировка раньше начинается. У меня и коньки с собой.

— Идёт!

После шестого урока ребята со звонком выскочили из класса, заскочили в гардероб за куртками и выбежали из школы.

— А почему вы решили ещё раз прийти на тренировку? — поинтересовалась Лебедева, когда они оказались на улице.

— Крузик говорит, что хорошо бы нам примелькаться на катке, чтобы спортсмены и тренеры к нам привыкли.

— Как знаете, — пожала девочка плечами. Она совершенно не понимала, какая в этом необходимость, решила, что мальчикам виднее. — Только сегодня будет всё то же самое, что и вчера. Так что вам может быть скучно.

— Да ладно, мы же туда не веселиться идём, а делом заниматься, — заметил Круз. — К тому же, вчера мы были под таким впечатлением, что легко могли проворонить что-то важное. Сегодня уже будем глядеть в оба!

— Это ты верно подметил, — согласился Петька. — Я всегда говорил, что у тебя, Крузик, золотая голова!

— Ты вроде так никогда не говорил.

— Да? Ну теперь буду!

И они рассмеялись.

Когда ребята добрались до катка, Рита снова провела их по длинным коридорам и усадила на знакомый им балкончик. На этот раз всё уже казалось привычным. Машина заливала лёд, девочки ждали начала занятия, тренеры и хореограф общались между собой.

Петя с Игорем просидели всю тренировку. Во время проката Риты они с трудом оторвали взгляды от её программы и решили понаблюдать за реакцией остальных, но добились ровным счётом ничего. Девочки продолжали отрабатывать элементы в сторонке и на Лебедеву не особо смотрели. Тренеры, напротив, внимательно следили за каждым её движением. А хореограф даже пританцовывала вместе с девочкой.

Петька всё время высматривал врача, но так нигде его и не заметил. Сидеть сложа руки было невыносимо. Его энергичная натура рвалась в бой, а ему приходилось просто сидеть и наблюдать. От этого он чувствовал себя ужасно бесполезным!

— Хорошо бы всё-таки найти этого крокодила и проследить за ним, — сказал он Крузенштерну.

— Какого крокодила? — не понял Игорь.

— Да Генку нашего!

— А! Найти-то надо, только где мы его искать будем?

— Видимо, не на льду. В прошлый раз я его в буфете увидел... Слушай, у него наверняка есть свой кабинет.

— Надо у Риты спросить, когда она выйдет.

— Отлично, этим и займёмся. Можем дождаться, когда закончится его рабочий день, и…

— Петь, а если он на катке до самого вечера просидит, а потом прыгнет в машину и уедет? Мы так потеряем день, а не узнаем ничего.

— Круз, ты же сам знаешь, что надо действовать по вдохновению. И к тому же нам часто везло.

— Везло, ничего не скажешь, но с тех пор столько воды утекло. Я не уверен, что есть смысл за этим Геной следить после работы. Вот если его тут за чем-то застукать…

— Крузейро, ну ты загнул. Станет он на катке чем-то тёмным заниматься? Он тут наоборот будет себя вести очень примерно, чтобы подозрений не навлечь.

— Да, Петька, ты прав. Кажется, я форму растерял. И что же нам делать тогда?

— Для начала давай Риту дождёмся. А там по ситуации посмотрим!

— Идёт, — согласился Игорь.

Лебедеву они ждали недолго. Она быстро переоделась после тренировки, и они встретились в коридоре, как и договорились. Петька тут же спросил Риту, где обитает Геннадий Усов.

— Вообще он обычно сидит в медицинском кабинете, на самих тренировках он редко бывает. Если вдруг кто-то что-то ломает, его тут же зовут. Но, по-моему, он сейчас заболел.

— Заболел? Чем же это? — с подозрением отнесся к болезни Генки Петя.

— Ой, Петя, я не знаю, — призналась Рита. — Но я могу узнать завтра у девчонок, может, они слышали.

— Давай, лишним не будет.

— Может, не стоит внимания привлекать? — предположил Игорь.

— Да нет, Игорь, я что-нибудь придумаю, чтобы это не выглядело подозрительно. В конце концов, он же врач, и я его не первый день знаю, — улыбнулась девочка.

Когда ребята вышли с катка, у Петьки даже настроение улучшилось: погода была замечательная. Началось бабье лето! Светило солнышко, дул тёплый ветерок. Всё-таки находиться на улице было намного приятнее, чем на холодном катке.

— Слушайте, а может, по мороженому и в парк? — предложил Петя. — Так домой неохота…

— Я мороженое не буду, но в парк бы с радостью сходила, — сказала Рита.

— Тогда и мы без мороженого, а то как-то неловко. Просто посидим, покайфуем! А то потом целую зиму по домам кантоваться, — Петька аж поёжился, когда представил снег и морозы.

Ребята двинулись в сторону парка. Все молчали — каждый думал о своём. И вдруг, будто из ниоткуда, им навстречу выбежала маленькая рыженькая собачка. Петька осмотрелся: хозяина малыша не было видно. А вот Рита, кажется, узнала саму собаку:

— Боже, это же Крендель! — воскликнула она. — Крендель, иди ко мне.

Но Крендель внимательно посмотрел на Риту и решил бежать в противоположную сторону.

— Ребята, это пудель Анны Александровны, — пояснила девочка. — Она обычно вообще никуда Кренделя не отпускает одного. Мне кажется, он потерялся.

— Так давайте его поймаем, — предложил Игорь.

— Это непросто, Крендель очень шустрый и терпеть не может чужих. Давайте я сбегаю на каток за Анной Александровной, а вы пока не спускайте с Кренделя глаз, идёт?

С этими словами Рита кинулась обратно на каток, а Петя и Игорь в недоумении остались смотреть друг на друга. Пудель со смешной кличкой замер у дерева и хитро поглядывал на мальчиков.

— Петь, тебе не кажется, что у него на морде написано: «Сделаете хоть один шаг ко мне, и я убегу»?

— Да, Крузик, что-то такое есть, — признался Петька. — Но, может, рискнём? Вдруг поймаем?

— Петь, у него четыре лапы, а у нас ноги всего две.

— Неправда, у нас на двоих четыре, что даже удобнее, — заметил Петя. — Смотри, там дальше тупик, значит там его ловить смысла нет, а вот загнать туда…

— А вдруг мы его так напугаем, что у него сердце остановится? Я читал, что у животных такое бывает.

— Крузейро, что за негативные мысли! Лучше давай на счёт три ты подбегаешь слева, а я справа. Тогда она кинется или к кому-то из нас, или в тупик, и мы его поймаем. Готов? Раз, два… Три!

И мальчики кинулись вперёд, падая на четвереньки. Вот только пудель так и продолжал стоять на месте.

— Петь, теперь мне кажется, что его взгляд излучает что-то типа: «Ну вы и идиоты!»

— Крузик, хватит пытаться прочитать мысли собак! Давай лучше подползём к нему.

— У меня джинсы голубые!

— Тогда я сам поползу, а ты готовься ловить, если что.

— Может, Анну Александровну дождёмся?

— Круз!

— Ладно, я понял…

И Петя на четвереньках пополз к Кренделю, который всё так же стоял около дерева и с каким-то презрением поглядывал на парней. Петька ожидал, что Крендель кинется от него, но он вдруг повернул голову, уставился на него и резко гавкнул. Квитко аж ошалел от неожиданности.

И что за день! Даша на него накричала, пёс его облаял — никакой благодарности, а ведь он эту чёртову собаку спасает! Петя вдруг захотел обидеться даже на этого пса. Никто его в этом мире не ценит.

А Крендель будто почувствовал Петькино расстройство. В эту же минуту он подбежал к мальчику и лизнул его в нос. Петька успел взять его на руки, и они с Игорем одновременно поднялись на ноги.

— Петя, как вам это удалось? — раздался голос Риты. Она бежала рядом с женщиной, которую они видели на тренировках. Правда, на катке Анна Александровна выглядела строго и сурово, а сейчас казалась обычной растерянной девочкой.

— Ловкость рук и никакого мошенничества, — широко улыбнулся Петька, держа пуделя на руках.

— Ага, тут даже руки не понадобились, он Петьку в нос лизнул, — усмехнулся Игорь.

— Не может такого быть! — подала голос тренер. — Крендель в нос лижет только по любви.

— Тогда, получается, у них любовь с первого взгляда, — серьёзно заявил Круз.

Анна Александровна протянула руки, и Петька передал ей Кренделя. Тот тут же лизнул в нос и хозяйку.

— Мальчики, спасибо вам большое! — искренне сказала женщина. — Похоже, кто-то выпустил Кренделя из здания и не заметил…

Анна Александровна уже собиралась уйти, но вдруг остановилась и оглядела мальчиков, а потом обратилась к Рите. — А хороший у тебя молодой человек, и друг его тоже, Кренделя спас! Приходите почаще, ребят!

И она помахала рукой на прощание, оставив Крузенштерна с открытым от удивления ртом и Лебедеву с красными от смущения щеками. Петька лихорадочно соображал, что делать.

— Я что-то не понял… — начал было Игорь. — Вы, извините, я просто не знала, как вас представить… Ну и… — Чтобы не вызвать подозрений наврала про парня? — выдал Петя. — А что? Дёшево и сердито, ни у кого не вызовет подозрений. Какому парню не захочется поглядеть на свою девушку, если она фигуристка? Правда, Круз? — он хлопнул друга по плечу, и тот закашлялся. — Да, в нашем деле приходится много врать.

Рита подняла глаза на Квитко и просияла.

— Да, Игорь, ты прости, я ляпнула первое, что в голову пришло…

— Надо было сказать, что я твой брат! — сказал Игорь, которому было страшно неловко. — Ага, потерянный, — хмыкнул Петя. — Почему потерянный? — А ты, Крузейро, вообрази, Рита с детства сюда ходит, её семью знают, никакого брата у неё не было — и вот ты нарисовался. Откуда ж ты взялся? А если Ритина мама придёт на соревнования, а её спросят, чего ж брат Риткин не пришёл. Нет, Ритка, ты всё правильно сделала, вот только в следующий раз предупреждай!

— Конечно! Простите, я просто забыла, — заверила их Рита. Петя смерил её скептическим взглядом — забыла, как же!

— Лучше, Ритка, ври про меня, — предложил он. — Крузику ещё с Ольгой мириться, а мне терять нечего. Верно, Круз?

Игорь только кивнул — а что тут ещё скажешь? Рите упоминание Оли не слишком понравилось, но Квитко решил сделать это намеренно. Всё-таки дело делом, а личная жизнь лучшего друга страдать не должна. И хотя Рита неплохая девчонка, этот урок ей стоило усвоить — Петька замечает всё, и Оля с Игорем ему далеко не чужие.

И вдруг Петя понял, что жизнь налаживается. Он и собаку спас, и другу помог, и Ритину тайну не выдал — это же прекрасно! Он вовсе не бесполезный, он ещё в самом расцвете сил!

Глава 8. Кража

Неделя у Даши, мягко говоря, не задалась. Мало того, что она поругалась с Петькой и Крузом и только сильнее сблизила их с Ритой, так ещё и умудрилась отхватить двойку по математике в отсутствие Оли.

Внутри неё бурлила злость, и эту энергию срочно нужно было куда-то направить, пока она не разругалась со всеми на свете. После школы уже досталось Стасу и тёте Вите, которая имела неосторожность спросить, как у неё дела и почему это Петруша не заходит в гости. Даша надеялась, что английский поможет ей хотя бы немного отвлечься от переживаний из-за Лебедевой, Квитко и разлада в их дружной компании..

— Кто там? — раздался мужской голос, когда она позвонила в уже знакомую дверь репетитора.

— Даша Лаврецкая! — немного растерянно ответила девочка. — Я к Ксении Дмитриевне, на английский!

Дверь распахнулась. На пороге стоял незнакомый Даше мужчина. Высокий, кареглазый брюнет с очень приятным, но уставшим лицом.

— Здравствуй, Даша, — мягко сказал он, впуская её в коридор. — Мне очень жаль, но, думаю, ваше занятие придётся перенести. Ксения Дмитриевна плохо себя чувствует...

— Костя, всё в порядке! Дашенька, проходи, я сейчас!

Пока Даша разувалась, в прихожую выглянула сама Ксения. Бледная, осунувшаяся, с красными опухшими глазами.

— Ксения Дмитриевна, что случилось? — встревожилась Даша.

— Нас ограбили, — тихонько ответила женщина и неловко улыбнулась, словно извиняясь. — Кто-то вломился в квартиру, пока я утром бегала по делам...

— Какой ужас... — воскликнула Даша, в голове которой уже шёл активный мысленный процесс.

Девочка тут же вспомнила странный звонок, который так заинтриговал её во время прошлого занятия. Но тогда трагичная история любви её репетитора вытеснила из головы все остальные мысли.

— И много украли?

— Немало, — вздохнула Ксения. — Здесь всё вверх дном перевернули. Такой хаос был! Когда полиция уехала, я первым делом убираться стала. А потом прилегла отдохнуть и уснула... В этой суматохе совсем забыла, что у нас с тобой сегодня занятие.

— Ксения Дмитриевна, если что, можем перенести его, я все понимаю... — предложила Даша, хотя больше всего ей сейчас хотелось остаться и узнать как можно больше подробностей.

— Нет-нет, это хорошо, что ты пришла! Я хоть займу себя делом, отвлекусь немного от случившегося... Мне работа лучше всего помогает.

Пока они разговаривали, мужчина, встретивший Дашу, скрылся на кухне, и теперь снова вышел в прихожую.

— Ксюш, ничего, если я оставлю тебя на Дашу и поеду? — спросил он, внимательно вглядываясь в глаза женщины. — У меня ещё есть дела на сегодня...

— Конечно, Костя. Спасибо, тебе за всё! Я совсем не знала, что делать, к кому обратиться...

— Пустяки! Звони, если нужна будет какая-то помощь. Впрочем, я сам ещё позвоню! Могу Никитку забрать на выходные к себе, если что.

— Никиту бабушка со школы забрала, он пока у моих родителей побудет. Поезжай, Костя, спасибо тебе!

— Даша, выпейте с Ксюшей сладкого чаю за компанию, а то она бледная, смотреть страшно! Я уже заварил, всё на столе!

И мужчина уехал.

— Даша, ты не торопишься? Костя прав, мне нужно выпить горячего чаю, чтобы прийти в себя.

Даша, разумеется, не торопилась, и только радовалась своей удаче — такая возможность расспросить женщину! Кухня оказалась такой же просторной и светлой, как и другие комнаты. У окна стоял большой круглый стол, а на нём — запотевший заварочный чайник, две чашки и тарелка с бутербродами.

— Костя — университетский друг Антона, — пояснила Ксения Дмитриевна, разливая чай. — А мы с ним в детстве жили на одной площадке, представляешь! Я когда домой пришла и увидела этот погром, сначала ему позвонила. Это он уже полицию вызвал, я совсем не в себе была...

— Получается, кто-то сломал замок? — поинтересовалась Даша.

— То-то и странно, что нет... Замок был целый, я его спокойно ключом открыла, даже не подозревала, что меня в квартире ждёт... Полицейские сказали, воры подобрали ключ... И вообще, странная кража...

— Почему? — сыщик внутри Даши просто ликовал. Вот что называется, оказаться в нужное время и в нужное месте — информация сама плыла к ней в руки.

— Понимаешь, украли не мало, но и не много... Технику, например, не тронули, — задумчиво сказала Ксения.

— Может, её вынести незаметно проблематично? — предположила Даша. — Она громоздкая!

— Я сначала тоже так подумала. Но как тогда объяснить, что воры забрали не все украшения? У меня все драгоценности в одном месте лежат!

— И правда, странно! А что ещё взяли?

— Деньги, какие дома были, алкоголь хороший вынесли, шубу мою из чернобурки... А вот жилетку из норки не тронули почему-то, хотя они рядом висели. Костя говорит, может, наркоманы вломились, похватали, на что глаз упал — у них когда ломка, логика не работает.

— Нет, не похоже, — отмела версию Даша. — Слишком сложно для наркоманов, они бы просто сломали замок!

— Ты рассуждаешь прямо как полицейские, — слабо улыбнулась Ксения. — Они точно так же сказали!

Даша мысленно усмехнулась — всё-таки детективный опыт давал о себе знать.

— Ой, Ксения Дмитриевна, вам же надо срочно замок поменять! — вдруг сообразила девочка. — Хотите, я другу позвоню? У него руки золотые, мигом все сделает!

Даша выпалила это на одном дыхании, вспомнив, сколько раз Петька делал это на её глазах, и вдруг осеклась. Она была на него слишком обижена, чтобы обращаться за помощью.

«Если что, Стаса попрошу», — решила она. — «У него не такие очумелые ручки, как у Квитко, но тоже справится».

— Спасибо, Дашенька, Костя уже всё сделал, пока я порядок наводила, — к облегчению Даши сказала женщина. — И пожалуйста, зови меня Ксенией! Я ещё не такая старая! Да и не привыкла я, чтобы ко мне по отчеству обращались.

— Хорошо, — обрадовалась Даша. — А что ещё полицейские говорят? У них есть какие-нибудь версии?

— Да нет... Осмотрели тут всё, опросили меня и соседей, да уехали. Сказали, будут искать, — пожала плечами женщина. — Где искать? Как искать? Да и толку?.. Краденое уже не вернут. Я, Даша, честно тебе скажу, больше испугалась, чем расстроилась. Мне денег и драгоценностей не жалко, не последнее забрали. А вот то, что кто-то тут был и в вещах рылся, неприятно...

Даша понимающе кивнула, лихорадочно соображая, что бы ещё спросить. Она уже выпила полкружки ароматного чая, а Ксения так и не сделала ни глотка, задумчиво глядя на свою чашку.

— Ксения, а давайте по бутербродику съедим, — предложила она.

— Угощайся, — женщина подвинула к ней тарелку. — Мне что-то не хочется.

— Вы же целый день, наверное, ничего не ели! — возмутилась Даша. — Съешьте со мной за компанию хотя бы один, чтобы я была спокойна, что вы не упадете в голодный обморок!

— Я лучше шоколадку! — нашлась Ксения. — Я вообще-то слежу за фигурой и стараюсь правильно питаться… Но, по правде говоря, я жуткая сластёна! Шоколад — моя слабость!

Ксения принесла учебники и распечатки с заданиями, и они с Дашей провели занятие прямо на кухне. Английский помог обеим немного отвлечься от мыслей о происшествии. Под конец урока раздался телефонный звонок. Ксения извинилась и ответила, но выходить из комнаты на этот раз не стала.

— Да, Костя! Я в порядке, спасибо, что переживаешь. ... Даша ещё у меня, мы тут чаи гоняем. Она даже заставила меня немного перекусить! ... Не волнуйся, я на ночь к подружке поеду. ... Да, ты прав, не хочу родителей волновать, у папы сердце слабое. Они только сами переживать будут, и меня накручивать. ... Хорошо, Кость, я ещё позвоню вечером.

Костя, Костя, Костя... Где-то Даша недавно слышала это имя. И вдруг её осенило! Это с ним Ксения разговаривала по телефону в прошлый раз!

— Костя за нас с Никитой очень волнуется. Как Антон умер, помогает, чем может… – пояснила Ксения с отстранённой улыбкой, кладя трубку.

— И вы с ним с детства дружите?

— Да как тебе сказать... Дружбой это сложно назвать. Костя меня старше на 5 лет. Пока мы жили рядышком, я для него совсем соплячкой была, надоедливой соседкой. Потом мы переехали и потеряли друг друга из виду. А вот с Антоном они в институте не разлей вода были. Представляешь, как мы удивились, когда он нас познакомить решил? Но после нашей свадьбы и они с Костей отдалились, как мне казалось. А вот на днях узнала, что это он Антона на какой-то проект пристроил...

Даша с Ксенией выпили ещё по кружечке чая и поболтали обо всем понемногу. Девочке очень хотелось порасспрашивать женщину про кражу, мужа и их друга, но она решила, что нужно знать меру.

Выйдя от Ксении, Даша первым делом позвонила Оле.

— Олька, как самочувствие? — поинтересовалась она. — Есть новости, надо срочно обсудить! Сможешь из дома вырваться?

— Смогу! Бабушка только рада будет. Она целый день причитает, что я дома сижу и хандрю. А что за новости? Про Круза что-то?

— Да ну его, Круза этого, — Даша совсем забыла о неприятном происшествии в школе. — Новости детективные! Срочно нужны твои аналитические мозги!

— Так ты расскажи, пока до метро идёшь, в чем дело. Пока ты приедешь, я может что придумаю!

— Нет, о таких вещах по телефону лучше не говорить!

И Даша поспешила к метро — ей хотелось как можно скорее поделиться новостями с подругой.

***

— И как тебе этот Костя? — первым делом спросила Оля, когда Даша закончила рассказ.

— Не знаю, — честно ответила Лаврецкая. — Вроде бы приятный мужик, обходительный, заботливый... Но мне он тоже покоя не даёт! — призналась она.

— Мне кажется, всё это звенья одной цепи... — задумчиво предположила Жукова.

Даша заинтересовано посмотрела на подругу. Сама она так и сяк крутила в голове известные им факты, но никак не могла прийти ни к какому выводу.

— Кража выглядит очень странно! Будто что-то искали... Ксения обещала ему поискать какие-то документы. Может, она не нашла, что хотела, и он решил действовать иначе?

— Гениально! Если что-то из документов и пропало, Ксения этого даже не заметит. Она в делах мужа явно ни ухом, ни рылом, — детальки пазла вдруг начали складываться в Дашиной голове в одну картину. — Этому Косте от Ксении, а точнее, от её мужа что-то надо. У них, похоже, какие-то дела общие были! Вот он и крутится рядом под предлогом поддержки. И информацией разживается, и для отвода глаз некисло. И главное, никаких подозрений, сплошное благородство!

— Звучит очень похоже на правду, — кивнула Оля.

Даша уже была готова разрабатывать план действий, как вывести этого Костю на чистую воду, однако Оля поспешила усмирить её пыл:

— Но, Даш, он с точно таким же успехом может быть просто хорошим другом, а мы его уже во всех смертных грехах обвинить решили. Вдруг, всё это просто стечение обстоятельств, а наша больная фантазия просто обострилась на фоне личных проблем и тоски по детективам!

— Вот и надо выяснить, отработать версию! — решительно заявила Лаврецкая, однако Оля явно колебалась. — Олька, что с тобой такое? Ты не хочешь это дело распутать?

А Олю одолевали противоречивые чувства. Она понимала стремление Даши погрузиться в любимое дело и отвлечься от насущных проблем, однако она не была уверена в том, что разделяет её желание. В конце концов, она решила быть честной с подругой.

— Даш, но тут ведь и дела как такового пока нет...

— Как нет? А ограбление? — закричала Даша, но тут же себя одернула, заметив, как на них оборачиваются люди. — Неужели тебе неинтересно, что там произошло? — уже тише добавила она.

— Интересно! Но, Даш, ты сама подумай, мы раньше за все расследования брались, чтобы кому-то помочь или кого-то спасти. А Ксения тебе прямым текстом сказала, что помощь ей по сути и не нужна. Драгоценности и деньги ей не жаль, да и права она, их уже не вернёшь.

— Олька, я тебя не узнаю! — негодовала Даша. — Причём тут драгоценности и деньги? Ты же сама только что шикарную теорию построила, что цель была — найти какие-то документы!

— Но это всего лишь теория! Да и сама посуди, если искали действительно документы — и, допустим, нашли — как это отразится на Ксении? Скорее всего, никак! Она в делах мужа ни в зуб ногой, ты сама сказала. Собственно, и спасать, получается, некого и не от кого.

Даша задумалась. В словах Оли было зерно истины, однако её собственная интуиция посылала сигналы SOS, что всё в этой истории не так просто.

«Вот Петька тоже не смог бы сидеть на попе ровно!», — с тоской подумала Даша.

— Ладно, Оль, если ты не хочешь в это ввязываться, не надо, — согласилась она. — Я сама во всем разберусь. Если это правда цепочка совпадений — пусть, но мне надо в этом убедиться! Иначе я спать спокойно не смогу!

Оля вздохнула. Она понимала, что Даша так просто не сдастся, а ещё, — что сама она подругу не бросит.

— Ладно, я с тобой.

Что ж, может это и правда поможет отвлечься от невеселых мыслей?

Когда Даша пришла домой, Стаса ещё не было. На кухонном столе девочка нашла записку от мамы — Александра Павловна терпеть не могла отправлять смс-ки и оставляла дочери сообщения по старинке. А Даша, хоть и ворчала в шутку, что у неё отсталая мать, в глубине души этому радовалась — хоть что-то в этом мире оставалось прежним!

Данчик, мы с Кириллом сегодня приглашены к Наде и Карло на оловянную свадьбу! Будем поздно, не жди! Целую, мама

Даша взгрустнула и даже немного обиделась, что Надя и Карло не пригласили её на праздник. Она была очень дружна со старой маминой приятельницей, и даже когда-то с ней и её мужем, итальянцем, влюблённым в Россию, ездила за город, в Братушев. По официальной версии, кататься на лыжах, а на самом же деле — искать клад, который в старой школе спрятал предок Стаса. Сколько воды утекло с тех пор! Тогда её мама ещё не вышла замуж за Кирилла Юрьевича, а они со Стасом официально ещё не были братом и сестрой, хотя уже и считали себя таковыми.

— А у Нади там наверняка целый пир! — ворчала девочка, разогревая себе суп.

Она, конечно, вряд ли пошла бы к Наде и Карло в гости: что ей делать целый вечер в окружении одних взрослых? Но тот факт, что её туда никто и не звал всё равно расстраивал!

Тётя Витя уехала на дачу на все выходные, наводить порядок после летнего сезона — в этом году их семья всё-таки выкупила дом, который несколько лет подряд снимала на лето, — поэтому Даша ужинала в одиночестве, включив какую-то передачу по телеку, чтобы было не так тоскливо.

Стас вернулся поздно, когда Даша уже собиралась ложиться в постель.

— Сестрёнка, я дома! — крикнул он, заметив свет в её комнате и убедившись, что она ещё не спит.

Ответом ему была тишина. Тогда он заглянул в Дашину комнату. Девочка что-то сосредоточенно искала на своём письменном столе.

— Дашка, я вернулся! — сказал он, решив, что сводная сестра его попросту не услышала. — Покормишь любимого брата?

— Женись! — выпалила она. — Пусть жена тебя кормит.

Вот уже 15 минут Даша не могла найти наушники, и пребывала в страшном раздражении. Её настроение в последние дни вообще скакало от бездонной тоски до гнева разбуженного дракона.

— Не аргумент! — улыбнулся он. — Зачем мне жениться, если у меня сестра готовит — пальчики оближешь! Правда, Дашка, есть что-нибудь поужинать? Я так умаялся, готов слона проглотить!

— Рассольник в холодильнике, хлеб нарезанный на столе. Разогреешь, — сухо и резко ответила Даша.

— Ладно, — пожал плечами Стас, почувствовав что-то неладное.

Даша обернулась и встретилась с его внимательным, изучающим взглядом.

— Сестрёнка, ты что ли не в духе?

— С чего ты взял? — закатила глаза Даша.

— Да у тебя на лице всё написано, — усмехнулся он. Даша плохо умела скрывать свои эмоции. — Ты на меня волком смотришь, дерзишь. Я тебя чем-то обидел?

Даша молчала. С одной стороны, ей хотелось рассказать брату всё, что было на душе. С другой — она так не любила чувствовать себя уязвимой.

— Колись, сестрёнка, что случилось? — в голосе Стаса отчётливо слышалась тревога. — Я никуда не уйду, пока не расскажешь.

Стас стоял, загородив собой проход и опираясь на дверной косяк, в ожидании ответа. Даша знала, он и правда от неё не отстанет.

— Ничего, я просто устала, — девочка постаралась сказать это, как можно мягче, однако по лицу Стаса было понятно, что такие отговорки с ним не пройдут.

И она рассказала. Про Петьку. Про Олю с Игорем. Про Риту. И, конечно же, про Ксению и драматичные события в её жизни.

— Н-да, дела... — протянул Стас, выслушав сестру.

За разговором они всё-таки переместились на кухню, и Даша накормила его горячим рассольником с чёрным хлебом и салом. Теперь перед ними стояло по большой кружке горячего чая и остатки роскошного яблочного пирога, испеченного тётей Витей из Антоновки.

— А я-то думал, чего Квитко не видно! — воскликнул Стас. — Ну и заварили вы с Ольгой кашу...

— Мы с Ольгой?! — Даша аж подскочила от возмущения. — Это они нас на эту свою Ритку променяли! Носятся с ней повсюду, как с писаной торбой! И это мы ещё и виноваты!

— Вы, вы! — Стас от своих слов отказываться не собирался, хотя и видел, ещё чуть-чуть, и остатки супа из кастрюли откажутся у него на голове. — Игорь с Ритой общаться начал, когда с Ольгой поругался. Я прав?

— Прав, — мрачно ответила Даша, но тут же горячо добавила: — Но это не повод сразу начинать общаться с другой! Ещё и Квитко ему в этом потакает! Нет бы вправить мозги своему дружку... Чёрт бы побрал эту Риту, всё было хорошо, пока она в школе не появилась! Я её за одиннадцать лет столько в школе не видела, сколько в этом году. И главное — они так мило общаются, аж тошно…

— Погоди, сестрёнка, не горячись, — пытался усмирить Дашу Стас. — Какой состав преступления? Ну подумаешь, общаются они на переменах с фигуристкой, у которой, похоже, в школе совсем друзей нет, и сумку тяжелую хрупкой девочке донести помогают!

— Тоже мне, джентльмены выискались! — фыркнула Даша.

— Я могу понять, почему Ольга на Игоря злится, имеет право, — гнул своё Стас. — Готов допустить, что и тебе за подругу обидно. Но Петька-то чего под раздачу попал? Он, между прочем, сестрёнка, вольная птица, никому ничего не должен. Просто ты...

— ... собственница, — закончила за него предложение Даша. — Так и знала, что ты это скажешь.

— А я вот все жду, когда ты обвинишь меня в мужской солидарности! — рассмеялся Стас.

Даша пыталась сохранять серьёзное и обиженное лицо, но он видел, как уголки её губ всё-таки тронула улыбка.

— Только не обижайся на меня, сестрёнка, — мягко сказал он, подсаживаясь к ней ближе и обнимая за плечи. — Вместо того, чтобы устраивать драму на пустом месте, лучше спокойно с человеком поговорить и всё выяснить. Это мой тебе совет на будущее. Мало ли, какие дела их с Лебедевой связывают. Зная вашу компанию, не удивлюсь, если детективные!

— Кстати, Стасик, о детективных делах. Что скажешь об истории Ксении?

— Скажу, что Ольга права, — уверенно сказал Стас. — Эти события необязательно должны быть связаны между собой. Беда не приходит одна. Знаешь, как в жизни бывает: какие-то неприятности начинают друг за другом сыпаться, один к одному. Надеюсь, все плохое, что могло случиться у твоей Ксении, уже случилось. А вы завязывали бы с детективными играми и сконцентрировались на учёбе...

— Ой, только не начинай... — Даша тяжело вздохнула. Опять Стас занудничает!

— Ты же сама спросила, что я думаю, чудачка, — щёлкнул её по носу Стас.

Стас решил посидеть ещё немного и посмотреть телевизор, а Даша отправилась спать — в отличие от Стаса она не была поклонницей боевиков и Чака Норриса, да и глаза у неё уже совсем слипались.

— Спокойной ночи, братишка!

— Сладких снов, сестрёнка! — обменялись они привычными фразами. Но Даша почему-то замешкалась и замерла на пороге.

— Стасик, можешь пообещать мне одну вещь?

— Что случилось? — насторожился он. Даша выглядела растерянной и беззащитной в этот момент, а такое нечасто увидишь.

— Пообещай, что ты меня никогда не бросишь.

— Сестрёнка, что за глупости! — возмутился он, но под грустным и недовольным взглядом Даши быстро добавил: — Конечно, не брошу! Как тебе такое вообще в голову пришло?

Глава 9. Вам доставка

— Игорёк, ты чего такой грустный сегодня? — спросила Алевтина Сергеевна Крузенштерн однажды вечером, когда Игорь, сидя в своей комнате, положил голову на письменный стол.

— Голова что-то болит, — соврал Игорь, желая прекратить дальнейшие расспросы.

Алевтина Сергеевна молча покачала головой и вышла из комнаты сына. В последнее время Игорь часто был задумчивым и невесёлым. Родители, и даже старшая сестра Вера, замечали, что здесь что-то не то.

— Кажется, он с Олей поссорился, — заметила Алевтина Сергеевна, когда после семейного ужина в субботу Игорь вышел из-за стола.

— Дело молодое, — заметил отец Игоря, Андрей Владимирович.

— Андрюша, ты не понимаешь! У него выпускной класс, экзамены, поступление… Я хорошо отношусь к Олечке, ты это знаешь, но эти ссоры сейчас совсем не к месту.

— Аля, мы ничего не можем сделать, они уже взрослые, дай им разобраться самим.

Игорь слышал все эти разговоры из своей комнаты, но ничего не говорил. Ему даже удобнее было, что родители считают, что всё дело в их с Ольгой отношениях. И в целом отчасти это было правдой. Шли недели, уже перевалило за середину октября, а они с Олей так и не поговорили. Она смотрела на него жалобным взглядом, а он… Игорь совсем запутался, и это отравляло его жизнь.

Но ссора с Олей — лишь верхушка айсберга. Она заставила его задуматься, чего он сам хочет. В школе необходимо было выбрать два предмета, которые сдавались бы на ЕГЭ, помимо обязательных русского и математики. В зависимости от выбранных предметов можно было поступить на определённую специальность. Петька без раздумий поставил галочки у истории и обществознания, Дашка выбрала литературу и английский, Оля Жукова — физику и информатику, и даже Кирюшка Хованский весьма решительно выбрал биологию и химию. Казалось, что все определились, что они будут делать в жизни, кроме самого Игоря.

— Крузейро, а ты чего не сдаешь листок? — спросил друга Петя Квитко, когда они сидели на классном часе и заполняли специальные анкеты. У Игоря, кроме его имени и фамилии, на листочке не было ничего.

— Петь, я не знаю, что выбирать… — признала Игорь, густо покраснев.

— То есть как? Ты куда поступать хочешь? — не понял Петя.

— В том и дело, я… Я не знаю. Все выбирают то, в чём хороши, но я не уверен, что хорош вообще хоть в чём-то.

— Крузик, ты шутишь?

— Если бы! Вот ты во всех предметах шаришь, а я хорош только в том, что с тобой сижу.

— Ты вообще-то мне помогаешь готовиться, — заявил Квитко. — Я поступлю только благодаря твоей помощи с физподготовкой.

— Да, но физподготовку на ЕГЭ не выберешь, — вдохнул Крузенштерн.

Петька посмотрел на друга с удивлением. Он и не знал, даже не думал, что тот так переживает.

— Крузик, а может, со мной махнешь на следователя? — предложил он Игорю.

— Там историю с обществознанием сдавать надо…

— Я тебе помогу, — заверил его Петя. — Ты мне помогаешь с тренировками, а я тебе помогу с предметами. Так тебя по истории натаскаю, что ты мне все даты будешь наизусть рассказывать.

— Ты серьёзно? — удивился Игорь.

— Крузейро, я что, по-твоему, шутник? Конечно, я серьёзно, — притворно оскорбился Квитко. — Только тебе самостоятельно тоже придётся много делать.

— Я готов, — улыбнулся Игорь.

Он знал: если они с Петькой будут вдвоём, ему точно не страшно, даже если придётся выучить целую гору дат и терминов, даже если придётся перечитать кучу книг. Ещё чуть-чуть поколебавшись, Игорь всё-таки поставил две галочки: одну напротив истории, другую около обществознания, после чего передал свой листочек классной руководительнице.

Впервые с начала учебного года Игорь почувствовал, что у него от сердца отлегло. Конечно, ещё было много неопределенностей. И с Олей, и с Ритой (зацепок по делу не было от слова совсем, и Рита с каждым днём выглядела все грустнее и тревожнее, хотя и пыталась это скрывать). Но хотя бы по поводу собственного будущего Игорь почувствовал некий проблеск надежды.

— Крузейро, я так не могу больше, — сказал Петя, когда они выходили из школы в конце дня.

— Ты о чём?

— Да о деле Ритки. Гиблое оно, — заявил друг. — Мы уже сколько там крутимся, на этом катке? Больше месяца! А толку? Я такого мёртвого дела не видел ещё.

— И что ты предлагаешь?

— Да ничего… Не знаю даже.

— Понимаешь, Петь, мы это дело бросить не можем, — решительно сказал Игорь. — Рита тогда совсем сломается.

— Да, на ней и без того лица нет, — подтвердил Квитко.

— А на тебе бы оно было, если бы скоро начинались соревнования, а ты не виноват, но и выступить не можешь?

Петька нахмурился. Да, ситуация паршивая, но что им делать-то? Он чувствовал себя ужасно, потому что они дали Рите надежду и не смогли её оправдать.

— Да и эта комиссия как-то не спешит разбираться, — задумчиво проговорил Игорь. — Жалко Риту, она даже не знает, будет ли выступать на Чемпионате России, не то что на Олимпиаде.

— Может, это всё звенья одной цепи? — предположил Петька.

— Что ты имеешь в виду?

— Может, они специально затягивают расследование, чтобы её деморализовать?

— Не исключено. Но нас-то с этим что делать?

— Я всё же думаю, что доктор, наш Крокодил Гена, с этим связан.

— Но мы так ничего и не узнали о нём, никаких доказательств, Петь.

— Я помню, Крузейро, но интуиция прямо кричит. Что, если он что-то подмешал Рите, но специально в маленькой дозе?

Игорь задумался:

— Зачем? Почему нельзя было подсыпать дозу больше, ведь тогда её бы точно отстранили?

— Чтобы создать сомнения, панику. Чтобы не вызвать так много подозрений.

— Допустим, — пожал плечами Крузенштерн. — Но это только слова, теории…

— Да, — огорчился Петька. — Но почему-то я уверен, что врач и комиссия тоже как-то связаны, и они неспроста так долго выясняют, что к чему.

— Понимаешь, будь мы хоть сто раз уверены, пока нет доказательств, мы бессильны.

Они оба замолчали. Петька думал, что в этот раз им катастрофически не везёт. Нет никакого удачного стечения обстоятельств, никаких случайных знакомств, улик, подслушанных разговоров… Ровным счётом ни-че-го. Чтобы куда-то двигаться, нужна хоть какая-то информация, а у них её просто нет!

Игорь больше рассуждал о человеческой стороне вопроса. Сейчас Риту держат в напряжении и неведении. Чтобы отобраться на Олимпиаду, она должна выступить на Чемпионате России и попасть в тройку призёров. Турнир пройдёт уже в конце декабря, а комиссия взяла паузу, чтобы подумать, разрешать ли Лебедевой участвовать в нём вообще.

Игорь чувствовал, что жизнерадостная Рита потихоньку угасает. На уроках она сидела с таким грустным выражением лица, что даже у Игоря сжалось сердце. Это не какие-то глупые детские или девчачьи забавы. От решения комиссии зависит её судьба и карьера.

И вдруг Петька сказал:

— Крузейро, пойдём на каток.

— Сейчас? — удивился Игорь. — Но Ритка уже ушла.

— А нам она и не нужна, давай просто походим около него.

— Петь, у тебя интуиция, что ли, опять?

— Да, Круз, она мне прямо говорит идти на каток, не могу я от неё избавиться! Если ты со мной не хочешь, я один пойду.

— Квитко, ты что, заболел? Когда я тебя одного оставлял? — оскорбился Игорь, а Петя улыбнулся.

— Прости, Крузик, мне реально в голову что-то ударило. Так идём?

— Да!

Они быстрым шагом пошли в сторону катка. Тренировка у девушек уже должна была начаться. Петя по дороге предложил Игорю купить бутылку газировки и по булочке:

— Там вроде лавочки стоят, если что, сядем да пожуем. Внимание привлекать не будем.

— А может, мы лучше зайдем внутрь и купим в буфете? Заодно просто поглядим, что там.

— А что… Мы там уже всем примелькались, никто и не удивится. Давай!

Когда они подошли к катку, Петя сразу отметил, что машин сегодня много, как никогда. Международная серия Гран-при была уже совсем близко, и спортсмены стали больше времени проводить на тренировках, чтобы успеть набрать форму. Лебедева эти турниры пропускала из-за временного отстранения, поэтому продолжала тренироваться чуть менее интенсивно, чем остальные, и успевала ходить в школу.

Родители, ожидавшие своих детей, заняли все свободные лавочки в холле катка. Зато Квитко и Крузенштерну удалось без препятствий пройти внутрь, в такой массовке на них никто даже не глянул, и они спокойно дошли до буфета.

— О, мальчики, привет, — поздоровалась с ними буфетчица, та самая, у которой Петька покупал сосиски в тесте в первый раз. С тех пор они частенько здесь бывали, и Тамара, так звали буфетчицу, уже запомнила их имена. — Вам как обычно?

— Да, только вместо сока можно чай?

— Сейчас сделаем, — сказала Тамара. — Сегодня вы что-то рано, тренировка только началась. Или в школе не поели?

— Да нет, мы решили Риту на улице подождать, неохота на лёд идти. Сегодня погодка балдежная, хочется насладиться перед зимой.

— И правильно! Льда у нас ещё навалом будет. Вот, держите, ваши сосиски в тесте!

Она протянула им две картонные тарелочки, на которых лежала горячая выпечка, прямиком из микроволновки. Чуть позже, когда чайник вскипел, Тамара кинула в два бумажных стаканчика по заварке и тоже отдала мальчикам. Игорь расплатился за них двоих, они с Петькой взяли еду и напитки и пошли к выходу.

И вдруг Петька, который был уже на выходе из буфета, резко остановился и спрятался за углом, чтобы из холла его не было видно. Круз, который шёл за Петей с горячим чаем, не ожидал такого от друга и чуть было не разлил напиток.

— Петь, ну ты чего, я же чуть не обжёгся, — возмутился Игорь, а Петя повернулся к другу и прижал палец к губам, мол, тише. Круз удивленно вскинул брови, но послушался.

— Вот только сюда приходить не надо, — раздался мужской хриплый голос. — Мы только внимание привлечём, а я и без того могу навлечь подозрения на себя.

Видимо, человек разговаривал по телефону, догадался Игорь. Голос стих, видимо, собеседник мужчины что-то ему отвечал.

— Нет, давай мы встретимся в парке тут рядом. И лучше, пока тренировка не закончилась, так меня никто не увидит. Всё, договорились, позвони, как он подъедет.

Петя неподвижно стоял в дверях буфета и дожидался, когда мужчина уйдёт. По подсчётам Игоря на это ушла примерно вечность, но вот Петька сделал уверенный шаг вперёд.

— Петь, это был он? — накинулся на него Круз. — Это Усов?

— Да, Крузик. Он! Только тише, давай выйдем на улицу и там поговорим.

Игорь молча кивнул, и они, пробираясь через толпу мамочек, выбежали во двор. Петька сразу нашёл глазами лавочку и кинулся туда, Игорь спешил за ним.

— Квитко, надо переставать с тобой тренироваться, а то ты уже быстрее меня бегаешь, — засмеялся Круз.

— Крузейро, мы не зря сюда пришли! Ох, не зря! Как тебе этот разговор?

Игорь глянул на друга. Он давно его таким не видел: глаза горят, волосы взъерошены. Вот уж точно Петька изголодался по приключениям!

— Разговор в свете данных событий, конечно, интересный, — подтвердил Круз.

— Как я этого ждал! Наконец-то, хоть одно везение.

— Петь, ну ты погоди, это ещё ничего не значит.

— Как это?

— Мало ли, чем он там промышляет. Может, он просто вор какой-нибудь, но в допинге не замешан.

— Нет, Крузейро, чует мое сердце с самой первой секунды, как я его увидел, что он самый главный участник в этом деле! И мы его выведем на чистую воду.

— Что делать будем?

— Проследим, конечно!

— А ты не думаешь, что он нас запомнил?

— Не знаю… — вдруг задумался Петька. — Хотя думаю, что нет. Даже если запомнил, Круз, у нас просто нет другого выбора — вызвать мы уже никого не успеем, вдруг он прямо сейчас выйдет. А мы не можем его упустить!

Игорь покачал головой. Да, Петька, как всегда прав. Правда, спугнуть этого типа тоже не хочется — он наверняка видел их, а что если он что-то заподозрит?

— Петь, может, всё-таки звякнем Кирюхе?

— Круз, ну ты сам посуди. Пока мы ему позвоним, пока он соберётся, это же куча времени пройдёт. А этот тип уже может уйти, и тогда всё будет бессмысленно.

— Ладно… Звучит разумно. Просто очень не хочется его спугнуть, а два здоровых парня, которые везде ошиваются с Ритой, вполне могли привлечь его внимание, если он в этом замешан.

— Да, задачка…

Петя понимал, что друг прав — это правда опасно, они действительно уже примелькались и там, и тут. Это будет просто чудом, если Генка их не заметит. Но, судя по всему, он чего-то боится, а значит проявляет осторожность… Ну и что же делать?

— Круз, может, кто-то один сходит? — спросил Петька, намекая на себя. — Сам по суди, этот докторишка потом вернётся сюда, чтобы никто не заметил, что он выходил. А проследить нужно как раз за тем парнем.

— А мне что делать? Сидеть и ждать тебя, как девица на выданье?

— Почему как девица на выданье? — засмеялся Петька. — И вообще ты не меня жди, а Риту. Расскажи ей про разговор, вдруг это ей настроение поднимет!

Игорь задумался — может, и правда так будет лучше? Петька один привлечёт гораздо меньше внимания, ведь видят-то их всегда вдвоем, а если они разделятся, могут и внимания не обратить. А он встретит Риту и обрадует её, что надежда всё-таки есть, да и до дома проводит. Она сегодня была такая грустная, что они толком и не пообщались в школе.

— Ладно, Петь, иди один. Только ты мне обязательно позвони, когда закончишь следить за этим типом, хорошо?

— Конечно, Крузик. Но ты погоди, вдруг он ещё просто в такси сядет да укатит. И ищи-свищи его.

— Кстати, такое вполне может быть. Наш доктор же сказал: «Как подъедет, пусть позвонит».

— Точно! Ну вот, получается, опять сыщик без мотора — мёртвый сыщик, — понурился Петька.

— Погоди расстраиваться! Он может ехать и на автобусе, и на метро, и на чём угодно с таким же успехом, — Игорь хлопнул друга по плечу.

Сам он уже ждал того момента, когда расскажет Петьке, что скоро они не будут мучиться из-за отсутствия мотора, но с трудом держался. Ещё было не время, ему очень хотелось удивить этим друга!

— Короче, Крузейро, я пошёл, — встал с лавочки Петька.

— Куда?

— Да не хочу я тут глаза мозолить. Будет странно, если он выйдет, а я встану, да за ним пойду. Я лучше затаюсь в местечке, откуда буду видеть вход, но где никто не будет видеть меня.

— Понял, тогда удачи. Я жду твоего звонка.

— Крузейро, сразу позвоню, как закончу слежку! Если вообще начну её.

С этими словами Петька скрылся за катком. Игорь не знал, что именно за место приметил себе Квитко, но жизнь научила его доверять другу — Петя своё дело знает. Теперь главное — дождаться, пока выйдет Усов.

Прошло не меньше получаса, прежде чем Геннадий Усов вышел из здания катка. Игорь сразу напрягся, но опустил глаза в экран мобильника и сделал вид, что чем-то занят. Однако Крокодил Гена, как прозвал его Квитко, не обратил на него ни малейшего внимания. Он вышел с территории катка и потопал по одной из дорожек, ведущих в парк. Некоторое время спустя буквально из ниоткуда выскочил Петька и не спеша двинулся туда же, куда и врач.

Усов не мог заметить Петю, так далеко он шёл, и Игоря это успокоило. Всё-таки профессионализм никогда не улетучивается, даже если долго ничего не расследовать! Теперь оставалось надеяться на то, что человек, который встречается с Генкой, всё-таки ходит на своих двоих.

***

Петька следовал за доктором, стараясь держаться на приличном расстоянии. Он знал, что врач направляется в парк, поэтому риск упустить его из виду был минимален. Главное — не привлекать к себе внимание раньше времени.

Рабочий день был в разгаре, поэтому в парке прогуливались в основном школьники, у которых уже кончились уроки. Петьке это было только на руку — он легко мог затеряться среди сверстников. Мальчик нарочно замедлил шаг и слился с небольшой группой подростков.

Генка прошёл по центральной аллее, посмотрел на часы и свернул на боковую тропинку. Петя прошествовал мимо и сел на скамейку через одну от врача. Всё складывалось идеально: было достаточно тихо, чтобы подслушать чужой разговор, но и достаточно людей, чтобы не выделяться.

Доктор достал телефон:

— Я на месте. От входа в парк направо, на скамейке. Жду.

Петька вытащил из рюкзака новенький детектив, который ещё не успел начать, раскрыл его и сделал вид, что увлечён чтением. На самом деле его внимание было приковано к Усову.

Минут через пять мальчик приметил к высокого худого паренька в чёрной ветровке и красной кепке. Он быстрым шагом зашёл в парк, огляделся по сторонам и решительно направился к Генке.

— Здорово! — приветливо произнес Усов. — Всё принёс?

— Да, кроме метабола. Его ещё не завезли. Будет через неделю.

— Не страшно, у меня ещё целая упаковка в запасе.

Парень скинул рюкзак с плеч, достал оттуда плотный пакет и протянул врачу. Тот быстро развернул его и пробежался глазами по содержимому.

Петька напрягся. Что за таблетки? Допинг? Квитко лихорадочно соображал, как бы узнать, что в пакете. Можно, конечно, подбежать и просто выхватить его из рук — дёшево и сердито. Но ещё не хватало, чтобы его поймали и обвинили в воровстве. А тому же, у мальчика не было уверенности в том, что Усов не приметил его на катке — не дай бог узнает!

— А кардиотон в меньшей дозировке завозят? — поинтересовался доктор.

— Нет, только в стандартной.

— Ладно. С тобой Владислав Юрьевич рассчитался?

— Конечно, всё чики-пуки.

Сообразив, что разговор заканчивается, Петька закрыл книгу и направился к выходу, не спеша убирая её в свой рюкзак.

Проходя мимо скамейки доктора и незнакомца, он услышал:

— Ну, я побегу? Работа ждёт!

— Давай, не задерживайся!

Как и ожидал Петя, парень в кепке обогнал его — он шёл быстро, почти бежал. Петьке тоже пришлось ускориться. И тут он понял, что новая обувь зверски натёрла ему пятки. «Ну почему я сегодня надел эти ботинки-убийцы?!» — мысленно выл он, прихрамывая.

Курьер (так Петька мысленно окрестил незнакомца) петлял по дворам, очевидно, чтобы срезать путь. А затем вырулил на оживлённую улицу и резко завернул к аптеке. Петька остановился у соседнего ларька и сделал вид, что выбирает воду.

Топтавшийся у крыльца аптеки старичок громко проворчал:

— Ну наконец-то! — взорвался стоящий рядом с аптечным крыльцом старичок. — Я тут целую вечность жду, а у меня, вообще-то, колени больные!

— Дедуля, у нас обед всего пятнадцать минут, — добродушно парировал парень, открывая дверь. — Рядом же три аптеки!— Но у вас амлодипин дешевле! На пенсии каждая копейка на счету.

«Так он фармацевт», — сообразил Петька и тут же сам себя обругал. Мог бы и раньше догадаться! А Усов, судя по всему, через посредника заказывает у него лекарства. На первый взгляд, совершенно не криминально. Но что-то Петьку смущало. Зачем тогда встречаться тайком в парке?

«Думай, Квитко, думай», — подбадривал себя Петя. Ему нестерпимо хотелось докопаться до сути. Но мозоли пульсировали болью, не давая сосредоточиться. И вдруг — как это ни странно — именно эта боль навела его на мысль.

Петя сделал вид, что передумал покупать что-то в ларьке, и направился прямиком в аптеку — вслед за старичком.

Тот всё продолжал ворчать — на цены, на здоровье, — а молодой провизор терпеливо его выслушивал, попутно надевая белый халат. Пока он обслуживал пожилого мужчину, Петька успел получше его разглядеть. Светловолосый, с веснушками и немного усталой улыбкой, молодой человек совсем не походил на злоумышленника. Но Квитко уже знал по опыту: самые опасные бандиты зачастую выглядят вполне интеллигентно и внушают доверие. Вон, он ведь и в тёте Ане когда-то не распознал преступницу — а ведь она жила с ним по соседству.

Наконец старичок, бурча себе под нос, забрал таблетки от давления, расплатился мелочью и, недовольно вздыхая, покинул аптеку.

Петька подошёл к прилавку, немного наигранно хромая, и сказал:

— Здравствуйте... У вас пластырь есть? Мне без него, кажется, до дома не дойти.

— Понимаю, — сочувствующим голосом произнёс провизор. — Вам какой, обычный или бактерицидный?

— А что подешевле?

— Вот этот. Надёжный и недорогой. Хотите, тут же и заклеите? Садитесь вон на стульчик, не стесняйтесь.

— Спасибо, а то реально идти невозможно, — с облегчением вздохнул Петька, уселся в уголке и начал возиться с ботинком. — А дедушка у вас постоянный клиент? Такой... разговорчивый, — бросил он, будто между делом.

— Да уж, — фыркнул парень. — Без него скучно было бы. У него целая коллекция болезней и претензий.

Петька хмыкнул и продолжил изображать болтливого школьника.

— А если, допустим, колени у него совсем плохи были бы... Вы бы принесли ему лекарства на дом?

Фармацевт пожал плечами:

— Теоретически — да. Но я на такое редко соглашаюсь. Я же один на смене, аптеку надолго не закроешь.

— А вы сейчас тоже с заказом бегали, да? Вас поэтому на месте не было?

— Смотри-ка, какой догадливый! Прямо Шерлок Холмс в кедах, — усмехнулся парень за прилавком, и вдруг понизил голос. — У меня один товарищ раз в месяц заказывает доставку. Серьёзный такой заказ — и платит хорошо. Только состав странный... — он замялся. — Будто кого-то в космос собираются отправить, честное слово.

Петька так и замер с пластырем в руках.

— Может, какой-нибудь спортсмен к соревнованиям готовится? — флегматично заметил он, краем глаза наблюдая за реакцией собеседника.

— Может быть, но я не спрашивал, — спокойно ответил фармацевт. — Платит, и ладно.

Петя понял, что вряд ли сможет выведать что-то ещё, аккуратно зашнуровал ботинки и встал:

— Спасибо, теперь хоть идти смогу!

Он широко улыбнулся провизору и заковылял к выходу. Пазл у него в голове никак не желал складываться, но было очевидно — с Генкой что-то нечисто.

Глава 10. Скандал, осколки и незваная гостья

Игорь откинулся на спинку лавочки и закрыл глаза. Прошло почти два месяца с начала учёбы, а он чувствовал себя выжатым, как лимон. Он знал, что сам находит причины не решать проблему в их с Олей отношениях. Сначала он скидывал все на ЕГЭ и выбор предметов, теперь — на расследование. Но так больше продолжаться не может — ему нужно принять решение. Вот только какое?

Он провёл в своих мыслях какое-то время, и чуть даже не пропустил момент, когда Усов, держа в руках какой-то небольшой пакет, вернулся обратно. Игорь вдруг будто подпрыгнул, чтобы двинуться за ним, но тут же сел обратно — нет, он просто подождёт Риту здесь, следить за Усовым вряд ли есть какой-то смысл.

Игорь немного успокоился. Он посмотрел на время и понял, что тренировка вот-вот должна закончиться, а значит ждать Риту осталось совсем недолго.

Но он был неправ.

Игорь видел, как с катка выходят девочки, которые тренируются вместе с Лебедевой. Он приметил и кудрявую Женю, и скромную Яну — она шла вместе с девочкой, которую мальчикам не представили. Повалил народ, и вскоре даже Анна Александровна вышла с Кренделем под ручкой, не обратив на Крузенштерна никакого внимания. Казалось, что время тянулось вечно, и Круз даже начал волноваться. А вдруг Ритка сегодня вообще не приходила на каток? Может, что-то случилось?

Он решил действовать и кинулся в здание катка. Быстро пробежал через толпу людей и каким-то образом по памяти нашел нужный ему коридор к выходу на лёд.

Все волнения оказались напрасными — Лебедева оказалась там. Она была в привычном тренировочном костюме, сосредоточенная и грациозная. Рита отрабатывала какие-то движения, а хореограф внимательно следила за каждым её шагом и иногда мягко поправляла спортсменку:

— Нет-нет, колено чуть выше, — говорила женщина, демонстрируя правильное исполнение. — Вот так, чувствуй музыку.

Рита кивала и повторяла снова, стараясь добиться идеального исполнения. Вдруг хореограф заметила Игоря, стоявшего у борта. На её губах мелькнула хитрая улыбка, и она что-то шепнула Рите.

Девочка резко обернулась, и её щёки залились румянцем. В глазах фигуристки мелькнуло удивление, но, судя по лёгкой улыбке, она была рада видеть Игоря.

Рита поехала к борту, за которым стоял Крузенштерн:

— Игорь! — девочка затормозила прямо перед ним. — Ты что тут делаешь? Мы сегодня вроде не договаривались встречаться. Я не знала, что вы тут. И где Петька?

— Рит, новости есть… — сообщил Круз. — Но лучше, наверное, не тут…

— Конечно! Подожди меня на улице, я быстро.

***

Лебедеву и правда долго ждать не пришлось. Уже через десять минут она выскочила из здания.

— Так что случилось? — спросила она Игоря, когда подошла к нему.

Медленным шагом они двинулись по парку. Петьки нигде не было видно.

— Да, понимаешь, тут такое дело… Мы сегодня из школы выходили, и у Квитко интуиция включилась.

— Интуиция? — удивилась девочка.

— Ну да, у него интуиция иногда хорошо работает, мы так много дел раскрыли, — кивнул Игорь. — Говорит он мне, Крузик, пошли на каток, может, чего интересного увидим.

— И увидели? — ахнула Рита.

— Скорее, услышали, — сказал Круз, после чего подробно рассказал ей, как они с Петькой услышали в буфете разговор Усова и как Квитко решил выследить человека, с которым встречается врач.

Рита долго молчала, но Игорь заметил, как в её глазах блеснул огонёк надежды. Он дал ей время переварить информацию, после чего она сказала:

— И что теперь? Петьке удалось его выследить?

— Этого я пока не знаю, — вздохнул Круз. — Раз где-то шляется, может, и удалось. Но тут надо Петьку ждать, слежка может долго продлиться!

— Но раз он долго не возвращается, это хороший знак? — подняла глаза Рита.

— Будем надеяться!

И вдруг, среди всех тревог и дум, Игорь вдруг ощутил настоящий голод. Сосиски в тесте, которую они с Петькой схомячили в буфете, оказалось явно мало. В животе что-то предательски заурчало, и он произнес:

— Рит, а ты не хочешь есть? Я что-то с голода просто умираю, — остановился Круз.

— Есть? Да нет, не очень… Я перед тренировкой плотно поела. Может, зайдем куда-то, чтобы ты перекусил?

— А может, ко мне заскочим? — предложил Игорь. — У меня родители только вечером приедут, а Петька, если что, сразу туда позвонит.

— Даже не знаю, — произнесла вслух Рита, но, увидев жалобное лицо Игоря, тут же сказала. — Ладно, пойдём. Но я ненадолго.

И они поплелись к дому, где жил Крузенштерн. По дороге разговаривали о школе и предстоящих выпускных экзаменах. Рита делилась впечатлениями от учёбы в школе, ведь до этого она появлялась там очень редко и большую часть времени обучалась дома.

— Мне нравится математик, — сказала Лебедева. — Он чем-то похож на Анну Александровну. Строгий, конечно, но забавный.

— Да, наш математик любит пошутить, — согласился Игорь. — Правда, я его юмор раньше не улавливал. Но как с Петькой стал сидеть и матешу подтянул, мне его приколы тоже начали заходить.

— А ты давно с Петей сидишь? — поинтересовалась Рита.

— Вообще с девятого класса. Потом я с Олей долго сидел, но в этом году… Скажем так, снова произошла рокировочка.

— А Оля не обиделась?

— Обиделась, наверное, — пожал плечами Игорь. — Но ещё до этого… Там сложная ситуация.

— Извини, это не мое дело, — потупилась Лебедева.

— Да ладно, — махнул рукой Круз. — Вся школа только об этом и говорит, что Крузенштерн и Квитко поругались с Жуковой и Лаврецкой. Мы же раньше не разлей вода все вместе были!

Игорь и сам не ожидал, но вдруг перед его глазами пронеслись все годы их дружбы. И как в их класс пришла Оля, и как он спас Петьку от его бывшей соседки, и как их похищали, и как делали ремонт в новой квартире Даши и Стаса. Он улыбнулся, вспоминая, как его раздражала рыжая Танька и как они с Олей целовались в кустах. А та история с сектой! Им с Олей пришлось изображать полудурочных и лезть в самое пекло, чтобы спасти сестру Зинаиды Михайловны, их учительницы истории по кличке Зануда.

— Всегда мечтала о таких друзьях, — прервала его воспоминания Рита. — Они у тебя золотые!

— Это правда, — Игорь незамедлительно согласился.

Когда они добрались до квартиры Крузенштерна, то сразу расположились на кухне. Игорь предложил Рите поесть или попить чаю, но та наотрез отказывалась — правила такие, она ничего у чужих не ест. Тогда Игорь достал из холодильника себе пюре с котлетами, налил приготовленный мамой компот из яблок и сел за стол. Петька не звонил ни на сотовый, ни на домашний. Игорь посмотрел на время и прикинул, что прошло уже около двух часов с тех пор, как он ушёл за Генкой.

— Игорь, а может, сами Петьке позвоним? — предложила Рита, когда Круз закончил обедать. Он предупредил её, что о делах они за едой не разговаривают.

— Да, я думал об этом, но понимаешь… А вдруг он в засаде, а мы позвоним и всё испортим?

— В засаде? — у девочки дрогнул голос.

— Ну да. Ой, Рит, ты только не переживай, ладно? Петька, он такой, он своё дело знает. Всё хорошо будет!

Рита недоверчиво покачала головой, но спорить не стала — все равно это ничего не даст, остаётся только ждать. Хотя Игорь и сам уже начинал волноваться. Они, дураки, даже не договорились о времени, вдруг Петька за ним до вечера теперь ходить будет? Но Игорь был настоящим джентльменом, а значит, не мог допустить, чтобы Рита нервничала. Так что он вдруг широко улыбнулся.

Он чувствовал, как ему жаль одноклассницу. Да, на льду она казалась сильной и мужественной, и он только диву давался, как она может так легко кататься и прыгать, но сейчас… Вся её стойкость осталась на катке, и теперь Игорь видел перед собой просто хрупкую и сломленную девочку, которая изо всех сил пыталась держаться.

Интересно, каково ей быть совсем одной? Они с Петькой, конечно, поддерживают её, как могут, но ведь это совсем не то. Как всегда замечал Игорь, девчонкам просто необходимо иметь закадычную подружку, которой можно поплакаться в жилетку. Вот у Верки, его сестры, до истории с духами была Марьяна, а после появилась какая-то Анька. У Ольги была Дашка, и даже о переезде в Питер Лаврецкая на правах лучшей подруги наверняка узнала раньше него…

Нет, сейчас ему об этом думать нельзя. Нужно как-то поддержать Лебедеву! И даже есть ей ничего нельзя… Как же всё просто, когда девчонку можно накормить, например, мороженым. Раньше он этого не ценил.

— Рит, слушай, мне, конечно, легко говорить, но ты только не раскисай, ладно? Если тебе чем-то хочется поделиться, мы с Квитко тебя всегда готовы выслушать! Мы, конечно, не девчонки, но тоже не лохи бесчувственные, — заявил Игорь, немного смущаясь.

— Вы уж точно не лохи, — засмеялась девочка. — Да и если бы не вы… Не знаю, что бы я делала без вас, если честно! Другой жизни, кроме катка, у меня и не было никогда. А теперь я так глупо могу всё потерять.

— Может, экзамены сдашь и просто в институт поступишь? Знаю, после стольких лет в спорте этот вариант кажется ужасным, но зато…

— Знаешь, Игорь, может, ты и прав, — неожиданно легко согласилась Рита. — Если бы не проблемы в спорте, я бы с вами никогда не начала общаться, а вы такие клёвые ребята!

И вдруг раздался звонок телефона. Рита вздрогнула, а Круз тут же вскочил со своего места и кинулся к телефону — звонили на домашний.

— Алло? Квитко, мы тебя заждались уже! Да, вот с Риткой сидим, подвалишь? Аа, ну раз предки… Петь, ты вот скажи, что-нибудь удалось выяснить? Понял, тогда утром на стадионе все расскажешь. Давай, старик, до завтра!

Он положил трубку и вздохнул:

— Говорит, кое-что удалось выяснить, но что именно — расскажет завтра только, его мама запрягла к бабкам съездить, отвезти им что-то. Поэтому он так долго и не звонил. До утра дотерпишь?

— Дотерплю, конечно! Главное, что с Петькой всё нормально.

— Это точно, — Игорь перевел дух. Только сейчас он признался себе, как волновался. — Слушай, Рит, может всё-таки по компотику? Мама сама варила из яблок дачных, точно без допинга! Мне просто… Одному как-то неудобно.

Рита задумалась, а потом всё-таки сказала:

— Ладно, но только один стаканчик!

— Вот это разговор!

И Игорь хлопнул в ладоши, потянувшись к холодильнику. Он достал оттуда банку компота и поставил на стол.

— Давай помогу! — воскликнула Рита и потянулась уже было за банкой, но неудачным движением руки случайно задела её так, что та упала и вдребезги разбилась.

Раздались и визг, и треск стекла, и чертыхания Крузенштерна, и извинения Лебедевой.

— Боже, я идиотка! Хотела помочь, а в итоге…

— Да ничего, всего лишь банка. Не поранилась?

— Нет, и даже не облилась.

— И отлично! Знаешь, ты пока иди в комнату, а я тут стекло соберу, а то не хватало ещё пораниться.

Рита хотела предложить помощь, но промолчала — как выяснилось, помощник из нее никакой. Постояв немного в проходе, она все же послушала Игоря и пошла в другую комнату.

***

Оля после школы, как обычно, пошла домой. За Дашей заехал Стас, поэтому после уроков девочки успели только обняться на прощание. Лаврецкая прыгнула в машину старшего брата и они быстренько умчались, что-то оживлённо обсуждая. Оля даже вздохнула от зависти — ей бы так хотелось иметь кого-то близкого рядом, чтобы вот так вместе о чем-то говорить, делиться переживаниями и радостями. Конечно, у Оли была бабушка. Но девочка боялась лишний раз беспокоить её по пустякам. Да и разве с бабушкой можно обсудить всё, что тебя беспокоит?

После возвращения из Питера, где Оля всё лето провела с родителями, она особенно чувствовала своё одиночество. Раньше его скрашивала их компания — свидания с Игорем, общение с Петькой, их вечные детективы, но сейчас ничего из этого не было. С Игорем они уже пару недель не разговаривают, Петька, конечно, во всем поддерживает друга. Даже с Дашей они стали видеться после школы гораздо реже — подружка усиленно занималась английским. И Оля, конечно, понимала, что у каждого из них теперь своя жизнь. Но это не помогало ей грустить меньше.

Больше всего Оле было обидно из-за Игоря. Она толком и не понимала, что произошло. Конечно, скрывать переезд в Питер было её ошибкой, но неужели одна ошибка может перечеркнуть всё, что было?

А было ведь не так уж и мало. Они встречались уже не первый год, и Оля считала Круза членом своей маленькой семьи в Москве. С тех пор, как её родители переехали, она стала проводить времени с Игорем больше, чем с кем-либо. Она поладила с его семьей, нравилась его маме, подружилась с Верой, его старшей сестрой.

Игорь, в свою очередь, покорил Ираиду Антоновну своим воспитанием и манерами. Мама Оли постоянно восторгалась, приговаривая: «До чего красивый мальчик у тебя, Олечка!» Даже папа Оли одобрил выбор дочери, от чего её глаза светились радостью и гордостью.

И вот отношения дали трещину. Больше всего Оле не нравилась неизвестность — прошло уже так много времени, а Игорь даже не удосужился поговорить с ней и объяснить своё решение. Конечно, он попросил время, но она даже не предполагала, что времени понадобится так много…

За всеми этими мыслями она сама не заметила, как добрела до дома. На душе было кисло, да ещё и бабушки дома не оказалось. Ираида Антонова оставила записку, что поехала повидать подругу и вернётся вечером. Тут уж Оле стало совсем тоскливо…

Интересно, а где сейчас Круз? Может, ей всё-таки позвонить ему? Нет, слишком много чести… К чёрту этих мальчишек! Дашка всегда говорила, что любовь у них не на первом месте. Что ж, раз так, то и у неё любовь будет не на первом месте. Если они позволяют себе думать о любви в последнюю очередь, то и она, Оля, сначала будет думать о себе, а уже потом — о Крузе.

С этим решением Оля пообедала, а потом отправилась делать уроки. Задали им не очень много, так что девочка быстро расправилась с заданиями по алгебре, прочитала параграф по географии и выполнила упражнение по русскому языку. Но сколько она ни пыталась делать вид, что думает о себе, все её мысли все равно занимал Игорь.

И она не выдержала. Девочка взяла телефон, набрала номер Крузенштернов, но никто не ответил. Позвонить на сотовый? Наверняка ведь он где-то с Петькой бегает! Но тогда разговаривать будет неудобно, ведь Петя будет рядом… Оля, барабаня пальчиками по столу, посмотрела на часы. А ведь в прошлый раз она в это время встретила их в парке с Риткой недалеко от ледового дворца. Вдруг они и сейчас там? Ну и что, не следить же за ними!

И вдруг Оле эта идея показалась не такой уж и глупой — точно, нужно проследить, чем они с этой Лебедевой занимаются! Гениально! Не долго думая, Жукова взяла с вешалки плащ и вынеслась на улицу. Сегодня она решила выключить свои аналитические мозги и на все сто довериться интуиции.

Вылетев из дома, девочка прямиком направилась в парк, где в прошлый раз так глупо спряталась за деревом. Ничего, если сегодня она увидит их, то ни прятаться, ни молчать больше не станет — может, Игорь и решил закончить их отношения, но пусть сначала объяснится с ней!

Но интуиция сегодня тоже дала сбой, и в парке Оля никого не обнаружила. Она походила там около получаса, но ни Игоря, ни Риты, ни даже Петьки там не было. Но тогда где же они?

Она вдруг ощутила такое сожаление, что не может позвонить Дашке. Та, конечно, сказала бы ей, что она рехнулась — следить за мальчишками, как же надо себя не уважать! Но подруга наверняка не оставила бы её одну, а вдвоем всё-таки гораздо веселее… Она устало поплелась домой, но вдруг задумалась. До Круза она не дозвонилась, но ведь она может сходить к нему и поговорить лично! Да, пожалуй, так будет лучше всего. Убежать ему будет некуда — ну и не прогонит же он её?

«Но ведь на телефон никто не отвечал, он вполне может быть и не дома», — подумала Оля. — «Хотя и со звонка уже много времени прошло. Ничего, если его нет, я подожду!»

Во двор, где жил Крузенштерн, Оля буквально летела — она чувствовала, что вот-вот, они поговорят и всё наладится. Наверняка он объяснит ей, почему они с Петькой шатались с Ритой, и скажет, что жить без неё, Оли, не может! Правда, что-то не давало Оле покоя… Ведь если он не может без неё, то почему тогда не звонит?

Оля подошла к подъезду и огляделась, нет ли мальчишек. Никого не обнаружив, она смело двинулась внутрь и подошла к окошку, за которым сидела Татьяна Петровна, консьержка. Женщина вязала что-то похожее на шапку и смотрела телевизор в своей маленькой комнатке. На Олю она не обратила никакого внимания, и тогда девочка, набрав в грудь побольше воздуха, спросила:

— Извините, а Крузенштерны дома? — Крузенштерны? — так и подскочила консьержка. — Алевтина Сергеевна сказала, что они завтра вернутся с дачи! А, нет, погоди, Игорёк-то заходил. Да, верно, он дома! — Оля уже обрадовалась, а Татьяна Петровна вдруг как-то ехидно улыбнулась. – Ой, он же с девочкой какой-то шёл. Я сначала даже подумала: «Наверное, опять Ольгу привёл, пока родители уехали!». А потом смотрю, девчушка совсем низенькая, маленькая. Нет, на Ольгу не похожа! И сумку он ещё нёс здоровенную, во!

Оля почувствовала, как слёзы подступают к горлу. Нет, ну надо же, он эту Лебедеву даже домой привёл! От обиды Оля не сумела ничего сказать, лишь всхлипнула и выбежала прямиком из подъезда.

Предатель, вот он кто! Настоящий предатель! Неужели она в нём так ошиблась? Оля села на скамейке и заплакала. Наверное, Дашке было так же больно расставаться и с Юриком, и с Вадимом. Да, после такого вряд ли захочешь когда-то снова любить…

«А может, Даша права и у них с Петькой какое-то детективное дело, связанное с Риткой?» — попыталась ободрить себя девочка. – «Но тогда почему Петька не с ними? Ведь про него ничего консьержка не сказала… Только про девчушку».

— Эй, девка, чего ревёшь? Украли что?

Оля услышала мужской голос и подняла голову — на неё пристально смотрел старик с тросточкой. Видок у старика был неважный, да и пахло от него неприятно. Но он так жалостливо смотрел на Олю, что та разрыдалась ещё пуще прежнего.

— Дядь Борь, да не приставай ты к девчонке! — раздался другой голос, уже женский, и Оля разозлилась: даже поплакать в одиночестве нельзя, все лезут! Она резко встала с лавочки и побежала прочь.

— Да, молодёжь нынче нервная! — крикнул вслед дядя Боря.

***

— Ну вот, я всё убрал! — заявил Игорь, выходя из кухни.

Видок у него был тот ещё: тёмные волосы растрепались в разные стороны, по лбу стекали капли пота. Убирать стекло — занятие не из легких. Сначала пришлось собирать всё веником, а потом ещё и с тряпкой ползать, потому что осколки разлетелись по всей комнате. Хорошо ещё, что он не порезался!

Риту Игорь обнаружил в зале. Она рассматривала семейные фотографии Крузенштернов, а их было немало. Алевтина Сергеевна обожала делать снимки и в отпусках заставляла семью фотографироваться у каждого камня. Не надоедало это только Верочке. Правда в последние разы она не ездила с ними, так что отдуваться приходилось Крузу с отцом.

— Какое у тебя тут несчастное лицо! — заметила Рита, разглядывая снимок из зоопарка в Геленджике. Несчастный и слегка обгоревший Игорь держал в руках павлина. Вместо пышного хвоста у птицы было буквально несколько пёрышек, и выглядел он просто ужасно. — Ага, и у павлина тоже, — хмыкнул Игорь. — Мы с ним друзья по несчастью.

— Обоих заставляют фотографировать? — Вот именно! — Ой, это Верка теперь так выглядит? — заинтересовалась Рита, глядя на фотографию сестры Игоря с Марьяной. — Помню, она как-то приходила за тобой в садик!

— Да, было дело, — вспомнил Игорь. Он всё время забывал, что они с Риткой знакомы так давно.

— Ой, а вот это после моего клея!

— Ну тут волосы уже отросли!

— Да, но совсем чуть-чуть… — и Рита усмехнулась.

Ребята провели ещё немного времени, смеясь и рассматривая фотки. Они даже вспомнили, как Рита позвала Игоря на свой день рождения в пять лет, а он один съел все пончики и не оставил ничего другим детям. Все были очень расстроены, зато Игорь заявил родителям, что это был лучший праздник в его жизни и теперь он будет ходить на все дни рождения Риты!

— Кстати, ты меня больше не приглашала! — возмутился Игорь. — Пончиков пожалела?

— Нет, что ты! — сказала девочка сквозь смех. — Мне для тебя пончиков только не жалко, просто мой день рождения стал выпадать на сборы, так что… Стало не до этого.

Повисла тишина. Рите вдруг стало так жаль того времени, что она потратила на фигурное катание, что ей захотелось плакать. Может, зря всё это? Если не теперь ещё и отстранят… А могла бы, как нормальная девчонка, ходить в школу, встречаться с мальчиками. И Игорь бы её не забыл! А теперь и говорить не о чем — Петя ясно дал понять, что лучше ей не вмешиваться в отношения Игоря с Жуковой.

Вдруг Рите стало так обидно, что она с трудом сдержала эмоции и сказала:

— Ты знаешь, мне пора!

Игорь спорить не стал, только предложил проводить, но она наотрез отказалась. Конечно, ей приятна его забота, но она знала, что из-за этого будет ещё больнее. Не нужно привязываться, строить надежд, да и вообще… Она уверяла его, что и с сумкой справится сама, и в конце концов Круз предпочёл не спорить.

Лебедева наскоро накинула куртку на плечи и уже приготовилась прощаться, как в дверь позвонили. Они переглянулись, а звонок повторился. Другой раз, третий… Звонил явно кто-то настойчивый.

— Может, Квитко от бабок приехал и всё-таки зайти решил? — предположил Игорь и сделал шаг вперед, а Рита отошла в сторону. — Странно, а в глазок почему-то не видно никого.

— Тогда лучше не открывать?

— Глупости какие! Кого мне бояться в собственной квартире?

Круз решительно открыл дверь и замер. На пороге стояла Оля Жукова собственной персоной, вот только видок у неё был такой, будто она тоже вместе с Игорем ползала по кухне.

— Оля? — ошалело спросил Игорь.

— Здорово, что ты меня ещё узнал, — хмыкнула девочка. — Вот, я собрала вещи, которые ты у меня оставил. И подарки твои тоже там, мне от тебя ничего не надо!

Только сейчас Крузенштерн наклонил голову и увидел, что в руках Оля держит большую картонную коробку, прикрытую жёлтой тканью.

— Может, второпях не всё собрала… Что найду, верну позже! — и Оля гордо подняла голову, а потом посмотрела на Риту, которая выглядывала из-за плеча Игоря. — Надеюсь, что тебе, Лебедева, подарки придутся по душе!

И не успел Игорь опомниться, как Оля уже побежала вниз по лестнице, не дожидаясь лифта.

— Что это..? — повернулся Круз к Рите, но она толкнула его вперед.

— Да беги ты, Круз, упустишь же! Давай сюда, — и она махом отобрала у него коробку.

Крузу и правда ничего не оставалось – только броситься вслед за Олей. Благо ноги у него длинные, а бегает он быстро, так что догнать её ему ничего не стоило. Он поймал девочку прямо у скамейки, на которой она недавно плакала. Правда, Круз об этом не знал.

— Оля, Оля! Оля, подожди! Ты чего? Что за сцена? Зачем коробка?

Дёрнув Олю за руку, он повернул её к себе и лишь сейчас заметил, какие у нее красные глаза! Она стояла ни жива ни мертва, отвернувшись в сторону, будто Игорь был ей неприятен.

— Да объясни же ты в конце концов! — крикнул он.

— А что мне объяснять? Ты объясни лучше, что происходит!

— Я ничего не понял, — Круз почесал затылок. — Это ты пришла ко мне в слезах, отдала коробку, убежала… Я-то в чем виноват?

— Ой, Круз, точно, ты ни в чем не виноват, ты у нас святой! Парень с добрым сердцем, который всем поможет, сумки потаскает, домой сводит. Знаешь, мне это надоело! Я за тобой больше бегать не хочу. Нравится Рита? Вот и таскайся с ней, чего за мной-то побежал?

— Ольга, ты вообще в своём уме? Какая Рита?

— А у тебя их еще и несколько? — взвизгнула Оля.

— Нет, у тебя точно не все дома! — разозлился обычно спокойный Игорь.

— Знаешь, Крузик, когда ты попросил время на подумать, я и предположить не могла, что тебе это нужно, чтобы девушек других домой водить!

— Да что ты такое мелишь? Каких девушек?

— А Лебедева кто? Парень? — возмутилась Оля. Нет, надо же, какая наглость! Даже сейчас он не спешил извиняться и даже не пытался объясниться.

— У меня уже голова болит, — пожаловался Игорь.

— Бедненький, — съехидничала девочка. — А ты сходи домой, может, тебе Риточка любимая анальгинчика даст.

— Ольга, кончай бадягу!

И они замолкли. Оба приземлились на лавочку и уставились куда-то вперёд, не глядя друг на друга. Эмоции немного стихли, и Оля вдруг пожалела обо всём, что наговорила.

— Круз, я… — начала она и повернулась к Игорю. — У тебя с Ритой ничего нет?

Крузенштерн лишь тяжело вздохнул:

— Я думал, что за столько лет ты научилась мне доверять.

— Да, но когда консьержка сказала мне, что… — её губы задрожали. — Я тебя везде искала, звонила, решила зайти к тебе, а потом… У меня и правда крыша поехала.

— Я и правда взял время, чтобы подумать.

— Подумал?

— Вроде как… Оль, я тебе когда-нибудь больно делал?

— Больно? — удивилась девочка. — Нет.

— А подводил?

— Нет…

— Тогда почему ты всегда думаешь обо мне только самое худшее?

Он внимательно посмотрел на неё своими синими глазами, и у Оли сердце упало. Круз прав: он этого не заслужил, он никогда от неё не отказывался. Может, он был не силен в романтике, но уж точно никогда её не обманывал и не подводил. А разве этого мало?

— Мне, наверное, просто страшно очень, — призналась Оля шёпотом.

— Страшно?

— Ну да. Я знаю, Игорь, ты надёжный человек, ты прекрасный друг и вообще… Все тебя обожают. Дашка, Петька, бабушка моя, родители… Но иногда я даже не понимаю, что ты ко мне чувствуешь. Всё время сомневаюсь, что разонравилась тебе. Наши отношения развились так быстро, что мы и не говорили толком о наших чувствах, верно? Крупных ссор у нас не было, а тут случилась, и ты взял время подумать, пересел к Петьке, молчишь, потом я вечно вижу тебя с Ритой…Я знаю, что сама виновата, что сразу про Питер не сказала. Но мы столько не виделись, так мало общались летом, мне хотелось найти подходящий момент, чтобы всё обсудить. А вышло… как вышло.

Оля заплакала, да и у Игоря по щеке скатилась скупая мужская слеза, только он быстро смахнул её и аккуратно обнял Олю за плечи. Да, Петька был прав, девчонки всё подмечают! И обижаются, а потом в один прекрасный момент взрываются, вот как Олька сейчас. Он и не знал… Он даже не думал, что она так переживает! Он был так увелечён своими мыслями о будущем и делом Ритки, что совсем не подумал о том, как чувствует себя Оля. Петька бы сейчас сказал: «Верблюд безмозглый!» — и был бы абсолютно прав.

— Оль.

— Мм?

— Ты что, правда не знаешь, за что ты мне нравишься?

— Ну только если мой аналитический склад ума… — слегка улыбнулась Оля.

— Дурочка ты! Аналитическим складом ума ты вон Петьке да Стасу нравишься. А мне тем, что ты искренняя, настоящая. А какая самоотверженная — помнишь, как ты ради Вероникиного романа рисковала? Да и ума тебе не занимать, это правда… А ещё, — Круз наклонился к Оле поближе. — Ты отлично целуешься!

Она шутливо ударила его по плечу, и теперь они оба рассмеялись. По-настоящему.

— Сначала назвал меня дурочкой, а потом умной. А потом говорят, что это у девчонок логика хромает!

— Куда нам до…

— Хватит про аналитический склад ума! – взмолилась Ольга. — Круз, а Питер?

— Питер? А что Питер? Ночной поезд, восемь часов, и вот я в Питере, верно?

— Так ты меня не бросаешь? — Оля расцвела.

— Да, придётся тебе коробку обратно тащить.

— Очень смешно! Я ведь серьёзно. Ты согласен встречаться со мной, если я буду жить в Питере?

— Только если ты не будешь заставлять меня общаться по телефону каждый день, – заявил Игорь.

— А как же мы тогда будем связь поддерживать?

— Телефоны есть, будем смски писать!

— Это ж сколько смсок надо…

— Ничего, я тебе буду постоянно писать, чтобы ты не расстраивалась, идёт? Вот как сразу как проснусь, отправлю: «Доброе утро!»

Оля нахмурилась, а потом покачала головой:

— Ладно, может, это и не так плохо.

— Но только, Оль, ты меня не ревнуй ко всем девчонкам, договорились? А то мы оба изведёмся, а нам оно не надо. Я тебе заявляю, что у меня чувства только к тебе есть.

— А Танька? — пошутила Оля, захлопав глазами.

— Я предупредил!

— Да ладно-ладно, я же шучу!

— За такие шутки…

И они снова рассмеялись. Кажется, напряжение, в котором они жили последние пару месяцев, вышло наружу. Как стало легко! Один разговор изменил так много, закрыл столько вопросов. Правда, один всё ещё остался…

— Круз, а у вас с Петькой что, дело детективное? — спросила наконец Оля.

— С чего ты взяла?

— Рита тебе не нравится, но носитесь вы с ней как с писаной торбой… Колись, я вас двоих знаю слишком хорошо!

— Понимаешь, это не мой секрет…

— А ты слово, что ли, дал?

— Ну вроде как…

— Вроде как или дал?

— Дал, я обещал, что будем знать только мы с Петькой! Ой, а Ритка ведь до сих пор у меня в квартире! Оль, пойдём поднимемся, а то и так натерпелась она…

У Оли снова кольнуло в груди чувство ревности, но виду она не подала — всё, что она хотела, она услышала. Игорь взял её за руку, и они вместе поднялись на лифте в квартиру Крузенштернов.

— Если Ритка захочет, она всё сама расскажет, ладно?

— Да ладно, мне-то что, — повела плечиком Оля и поджала губы.

Глава 11. Похищение?

Едва Жукова и Крузенштерн вышли из лифта, у Оли зазвонил телефон

— Дашка! Что-то случилось?

— Олька, у меня срочные новости, собраться нужно! Я уже позвонила Петьке.

— Петьке?

— Да-да, нужен общий сбор. Ты сможешь?

— Конечно!

— Отлично! Оль, а ты не против, если Круз тоже будет? Петька ему хочет сейчас позвонить.

— Не надо ему звонить, — закричала Оля. — Он со мной, и мы будем ждать вас у него дома.

Повисла многозначительная тишина, а затем Даша удивлённо сказала:

— Ладно, тогда мы скоро будем.

Оля убрала телефон обратно в карман и, повернувшись к Игорю, объявила:

— Общий сбор, у них что-то важное.

— Неужто детективы? Спустя столько времени?

— Похоже на то.

***

Даша была так взволнована новостями и так спешила поделиться ими с друзьями, что даже не заметила, как пролетела прямо мимо Квитко во дворе Оли.

— Эй, Лавря, куда несёшься, как угорелая?! — воскликнул Петька, ухватив её за локоть.

Даша от неожиданности подпрыгнула, но, узнав друга, вздохнула с облегчением. И возмутилась:

— Квитко, так и до инфаркта довести можно!

Впрочем, Даша была рада его видеть, и это не укрылось от внимания Пети. Её просто распирало от эмоций, но объяснять по дороге, что случилось, она отказалась — не хотелось дважды рассказывать одно и то же.

— Ничего, Петюня, потерпишь пять минут, мы уже почти пришли. Игорь уже у Ольки, а Кирилл не сможет прийти, так что ждать никого не придётся!

Петя, сгорая от любопытства, без конца допытывался до Даши, в чём дело. Вдруг, что-то срочное, а они время теряют! Он за эти пять минут мог бы план по спасению мира придумать! Но Лаврецкая отвечала загадками, что его ужасно нервировало. Впрочем, пока они шли до подъезда и поднимались в лифте, Даша успела несколько раз назвать его Петюней и Петечкой и заверить, что без его талантливых мозгов им никак не справиться.

Квитко же, собираясь на эту встречу, обещал себе держаться с Дашей холодно и не идти на перемирие первым. Но его сердце растаяло сразу же, стоило ей сказать о том, как сильно она на него надеется.

«Ну и ладно, хватит нам друг на друга обидки кидать! А то как дети малые», — рассудил Петя. Лавря вела себя так, словно между ними ничего и не произошло, и у него словно камень с души упал. Всё-таки он ужасно скучал по ней!

А Даша и вовсе забыла, что они рассорились с мальчиками. Стоило ей осознать, насколько всё серьёзно с делом Ксении, как глупые обиды вылетели из головы. Что-то ей подсказывало, что время терять нельзя, а вдвоём с Олей им это дело может оказаться не по зубам.

В душе девушки поселилась тревога за Ксению. Волнение смешалось с предвкушением от интересного дела и мандражем от осознания ответственности за чужую судьбу и, возможно, жизнь!

Из-за этой бури эмоций глаза Даши блестели лихорадочным блеском, что не укрылось от внимания Игоря. Крузенштерн открыл им с Петькой дверь, пока Оля ставила чайник на кухне.

— Лаврецкая, что с тобой? — поинтересовался он в замешательстве. — Я по твоему взгляду понять не могу: случилось что-то страшное или радостное?

— Ох, Крузик, радоваться поводов точно мало. Но надеюсь, что случиться ещё ничего не успело...

— Ты какими-то загадками говоришь! — почесал в затылке Игорь

— Вот-вот! — возмутился Квитко, скидывая ботинки и помогая Даше повесить куртку. Туманные фразочки Лаврецкой довели его любопытство до предела. — Все на месте, так что давай, Лавря, объясняй, в честь чего срочный сбор.

Ребята прошли на кухню, кивнув Оле в знак приветствия, и расселись на свои привычные места за большим столом.

— Все же в курсе, что я хожу к репетитору по английскому? — уточнила на всякий случай Даша. — Ее зовут Ксения, и, кажется, ей нужна наша помощь.

Даша поведала друзьям историю своей преподавательницы: про нелепую смерть её мужа, странный телефонный звонок друга и ещё более странное ограбление.

— Если честно, Даш, я пока не очень понимаю, чем мы можем этой женщине помочь, — заявил Игорь, а Оля его поддержала. Она хоть и обещала Даше этим делом заняться, но по-прежнему не видела в этом смысла.

— Да погодите вы, дайте ей до конца рассказать, — Петька сразу смекнул, что для Даши такое поведение без весомых причин нетипично. — Это же ещё не всё, да, Лавря?

Даша с благодарностью взглянула на Петьку — она знала, что он её точно поймет!

— Не всё, — подтвердила она. — Сегодня я заметила кое-что странное...

Сегодня, когда Даша пришла на урок, ей показалось, что Ксения нервничала больше, чем обычно. Половину вопросов она пропускала мимо ушей, по несколько раз переспрашивая, что сказала ей ученица, облизывала пересохшие губы и поглядывала на время.

— С такими событиями в жизни у кого хочешь нервный тик начнётся, — пожал плечами Игорь.

— Да, но сегодня у неё разве что глаз не дергался! Точно что-то случилось!

— А что еще ты заметила? — поинтересовелся Квитко. Пока что в рассказе Даши было много эмоций и предположений и мало фактов.

— Я в какой-то момент отошла в туалет и заглянула мимоходом в другую комнату, а там... — Даша даже голос понизила, а ребята непроизвольно вжали голову в плечи, словно приготовились услышать что-то страшное. — В общем, стоят два чемодана. Один закрытый, большой, другой поменьше, открытый. Дверь в комнату прикрыта была, через щелочку, что внутри, не рассмотреть. Ну, я протиснулись тихонько. Смотрю, сверху вещи навалены, а снизу купюры торчат. Отодвинула вещи, а под ними пачки долларов!

— Может, она в отпуск собралась? — осторожно предположила Оля. — Мои родители тоже раньше деньги складывали в чемоданчик, который с собой в самолёт берут.

— Точно, — поддержал девушку Игорь. — Решила рвануть на моря, нервишки в порядок привести. Ты там купальник среди вещей на заметила?

— Тогда почему она мне об этом даже не сказала? У нас, вообще-то, занятие в пятницу! Вряд ли она через три дня с морей вернётся, — возмущенно закричала Даша.

— Может, ей неудобно было? — продолжала раскручивать свою версию Оля. — Люди разные бывают... Может, ей путёвка внезапно подвернулась, она и не устояла. А говорить не стала, чтобы ты и твоя бабушка не решили, что она безответственный педагог!

— Да мы бы с бабушкой первые за нее порадовались!

— Но она же об этом не знает!

— Так, брейк! — вмешался Петька в разгорающийся спор. — Версия с отпуском вполне рабочая, но, как я понимаю, у тебя, Лавря, есть другая?

— Да! — решительно заявила Даша.

Она уже хотела возмутиться, что ещё и Петька поддержал эту нелепую версию про отдых, но он просто взял ситуацию в свои руки, пока она совсем не вышла из-под контроля. Какой же он молодец!

— Я думаю, её сына похитили!

Даша обвела ребят одновременно мрачным и торжественным взглядом. Петька присвистнул, Оля и Игорь переглянулись.

— Думаешь, деньги — это выкуп? — догадался Квитко.

— Читаешь мои мысли, Петюня.

— Даш, почему ты так уверена, что тут что-то криминальное? — у Оли пазлы в голове никак не желали сходиться. — Зачем ей в чемодан с деньгами на выкуп вещи свои складывать?

— Не знаю! Я тоже уже голову сломала зачем! Но вы же мне не даёте рассказать нормально!

Ребята умолкли, чтобы Даша, наконец, смогла закончить рассказ.

— Пока я была в туалете и чемоданы инспектировала, Ксения кому-то звонила. Дверь в кабинет была открыта, поэтому стоять и слушать я не могла. Но когда возвращалась, успела услышать кое-что: «Я буду в условленном месте. Да, одна. Возьму с собой всё, что требуется. Я сделала всё, как ты сказал. Ты привезёшь его туда? Да, сегодня, в 23:30».

Петька на автомате глянул на часы, встроенные в кухонную плиту — 17:45. Если это и правда похищение, времени у них осталось мало.

— И это ещё не всё, — вздохнула Даша. — Мы с Ксенией вместе выходили из дома, ей в магазин было нужно. У подъезда к ней подбежала какая-то пожилая женщина и спросила, а где Никитка. Ксения замешкалась сначала, а потом ответила, что всё в порядке, он у бабушки с дедушкой, в чём мол дело? А старушка говорит, что видела, как мальчик в незнакомую машину садился, за рулём мужчина какой-то был. Она сначала никакого значения не придала, а потом распереживалась, кто это. Мол, в наше время чего только не бывает, жить страшно. Напридумывала себе всякого в голове.

— А Ксения как отреагировала? — спросил Игорь.

— Сначала напряглась, а потом, как будто бы вздохнула с облегчением. Сказала, что попросила друга дождаться ребёнка и отвезти к её маме.

В глазах Оли и Игоря по-прежнему читались сомнения. Ситуация со всех сторон казалась неоднозначной, любой факт из рассказанных Дашей можно было повернуть и как похищение, и как череду случайностей.

— Я знаю, что вы думаете, — разочарованно отметила девушка, кивнув на Крузенштерна и Жукову. — Что Ксения решила сбагрить ребенка бабушке, а сама укатить на моря, и попросила какого-нибудь знакомого отвезти Никиту.

Даша попала в точку. Оля и Игорь не решились озвучить это вслух, но по их лицам она поняла, что именно об этом они и думали.

— А ты, Квитко, тоже думаешь, что всё это ерунда и не стоит нашего времени?

— Нет, я так не думаю, — заявил Петька.

Даша просияла, Игорь удивленно посмотрел на друга, а Оля вздохнула — ну конечно, Квитко всегда поддержит свою Лаврю.

— Версия Круза и Жучки вполне может оказаться правдой, — заметил он. — Но и вероятность похищения нельзя исключать. У меня многие моменты вызывают вопросы и сомнения, — признался Петя. — Но давайте вместе подумаем.

Стала бы Ксения скрывать, что едет на отдых? Возможно, но она вроде бы не дура! Зачем это делать, если она вернётся загорелая, и по ней и так всё понятно будет? Только выставит себя врушкой и подорвёт доверие гораздо больше! Да и вряд ли её волнует мнение Даши, Лавря, прости! А если она знает Софью Осиповну, то наверняка отдаёт себе отчёт в том, что она за неё только порадовалась бы! Так и слышу, как тетя Соня говорит, что девочке в её возрасте и в её положении сам Бог велел поехать поближе к морю и расслабиться! Это во-первых. Во-вторых, деньги в чемодане. Может, она их так хранит! И вещами прикрывает, чтобы в глаза не бросались. А достала, чтобы собрать нужную похитителям сумму, но тут Дашка пришла, и она не успела. Или достала, но чемодан ещё не убрала!

— Тогда почему она вздохнула с облегчением, когда услышала про мужика на тачке? — поинтересовался Игорь. — Почему не стала спрашивать, кто он, как выглядит, а назвала другом?

— Может, её запугали, поэтому ей пришлось взять себя в руки и сделать вид, что всё нормально, — нашёлся Петька. — Сказали, если кто-нибудь узнает о похищении, сына своего больше не увидишь, и всё такое. Ну, сами знаете, как бывает!

Ребята озадаченно переглянулись. В словах Петьки было зерно истины.

— Мы вряд ли сможем спать спокойно, пока не убедимся, что с ребёнком всё хорошо, — продолжил Квитко. — Так что давайте не будем терять времени, его и так осталось не так много. Что скажете?

Даша с благодарностью смотрела на Петьку. Всё-таки он понимал её, как никто. Да и Оля с Игорем серьёзно загрузились. Петька был прав — никто из них себе не простит, если окажется, что у них была возможность помочь, а они её не использовали.

— Какой у нас план действий? — вопрос Игоря заставил всех мобилизоваться.

Уже через четверть часа ребята вышли из дома, обоюдно решив дорабатывать план на ходу и действовать по ситуации. Выверять каждый шаг было некогда.

— Значит, поступаем сейчас следующим образом, — объявил Петька. — Мы с Крузом поедем во двор этой Ксении, покрутимся там и попытаемся разговорить бабок на лавочках.

— А почему это вы с Крузом? — обиженно зашипела Оля.

— Да можете и вы с Крузом, но я бы дал вам с Лаврей более ответственное задание.

— Это какое?

— Разведать адрес мамы Ксении.

Даша уставилась на Петьку. Нет, это он, конечно, придумал отлично, но как это сделать-то?

— Петь, ты это загнул. Каким образом я это должна выяснять?

— Лавря, я тебе поражаюсь, — выпучил глаза Квитко. — Тебе репетитора кто нашёл?

— Ну бабушка.

— А бабушка её откуда взяла?

— Она с её матерью работала вместе… — задумчиво произнесла Даша и хлопнула себя по лбу. — Петька, я идиотка! Нужно же бабушке позвонить и выяснить всё.

— Лавря, а я уж думал, что мы тебя потеряли!

Даша посмотрела на Петю укоризненно, но он так широко улыбнулся ей в ответ, что она не сдержалась и её губы тоже расплылись в улыбке. Они ещё немножко посидели, обговорили план действий, после чего Даша и Оля отправили Петьку с Игорем во двор к Ксении.

— Думаешь, они что-то узнают? — скептически спросила Оля, как только дверь за мальчишками захлопнулась.

— Не знаю даже. Нам раньше всегда везло, но мы столько времени не занимались детективами, что… Будем надеяться, что им всё-таки повезёт.

Оля кивнула, а Даша пошла набирать номер своей бабушки. Она решила, что просто позвонить и спросить про мать Ксении будет подозрительно, так что девочки договорились зайти к Софье Осиповна на чай и уже там как-то всё разузнать. Бабушка Даши обрадовалась и сказала, что освободится через час — у неё остался последний индивидуальный урок, а потом она с радостью ждёт внучку и её подружку.

Девочки быстренько надели куртки, обулись и побежали. Как раз, пока доберутся, пока зайдут в магазин купить чего-нибудь к чаю…

Собственно, так оно и вышло. Девочки ещё забежали в кондитерскую, купили роскошный торт и понеслись к дому Дашиной бабушки. Времени у них было в обрез, а быстро сбежать от Софьи Осиповны вряд ли получится.

— Даш, а ты уже думала, как мы адрес мамы Ксении узнаем?

— Да нет, не успела ещё… Ну мы как-нибудь по вдохновению! Я ей скажу, что Ксения такая несчастная, поохаю, поахаю, да как-нибудь выведу на эту тему.

— Может, мне спросить, откуда она Ксению знает? — предложила Оля.

— Слушай, можно… Но тут лучше смотреть по ситуации. Если вопрос прямо к месту придётся, задавай! Да и чего мне тебя учить…

— Не скажи, Даш. У нас такой перерыв был, я уже все навыки растеряла, — призналась Оля, жутко покраснев.

— Олька, тебе так кажется только. А начнём, так ты мигом вспомнишь всё, я тебе обещаю! Ой, Оля, а что у вас с Крузом? У меня с этой Ксенией всё из головы вылетело. Вы помирились?

— Да, правда, сначала поскандалили немного… — призналась Оля и почувствовала, как заливается краской. Её всё ещё было стыдно за свою истерику.

— Поскандалили? Ты и Круз? — изумилась Даша. Ей было сложно такое представить.

— Ну да! Представляешь, прихожу я к Игорю домой, а там Лебедева…

И Оля честно поведала подруге всю историю. Она знала, Дашка её не осудит.

— Да, неудобно перед Лебедевой получилось, — заключила Лаврецкая, дослушав рассказ. — Ты перед ней извинилась?

— Я собиралась! — воскликнула Оля. — Но когда мы вернулись в квартиру, её уже не было. Хорошо, что у Круза ключи были, потому что она захлопнула за собой дверь. Правда, ума не приложу, как она мимо нас проскочила! Мы же на лавочке прямо у дома сидели…

Даша усмехнулась. Оля с Игорем в порыве эмоций наверняка и слона рядом не заметили бы. Она была рада, что друзья помирились — хватит им всем усложнять себе жизнь глупыми обидами!

— А у Ритки, значит, какие-то тайны… Я же говорила, что мальчишки не просто так с ней возятся! — закричала Даша. — Уверена, там тоже какой-то детектив!

За обсуждением новостей девочки не заметили, как добрались. Они позвонили в домофон, зашли в подъезд, вызвали лифт и стали ждать. Оля, которая держала в руках большой сметанник, вдруг сказала:

— Вот бы нам повезло, как это обычно бывало, и мы быстро узнали адрес.

— Даже если мы узнаем его быстро, нам всё равно придётся сидеть у бабушки.

— Это не проблема! — закричала Оля. Лифт спустился, и они с Дашей зашли внутрь. — С твоей бабушкой болтать — одно удовольствие. Просто я загадала, что если нам повезёт, то дело точно будет стоящим!

— Ну ты даёшь! Тут жизнь ребёнка на кону, это в любом случае важное дело. А на везение полагаться значит скидывать ответственность, — с умным видом заметила Даша.

Они поднялись на нужный этаж, позвонили в дверь, подождали немного и, наконец, услышали сначала шаги, а потом — скрип защёлки. И вот перед ними возникла… не Софья Осиповна.

— Здравствуйте! — великодушно воскликнула старушка, которая открыла им дверь. — Даша и Оля, полагаю?

— Да, — кивнула Даша.

— А вы кто? — немного бесцеремонно спросила Оля.

— Вы проходите, девчата, Софья Осиповна на кухне чай ставит. А меня зовут Наталья Егоровна, я занимаюсь немецким с Софьей Осиповной.

— А зачем вам немецкий? — поинтересовалась Оля.

— Да ты знаешь, деточка, просто для себя!

Я всю жизнь английский преподавала, даже дочка по моим стопам пошла. А немецкий, который тоже ещё в университете учила, совсем забыла! Вот, решила вспомнить на старости лет…

Дашу вдруг, как током ударило. Дочь пошла по её стопам и преподает английский? Неужели совпадение? Или настоящие везение?

— Дашенька, а я столько о тебе слышала! — воскликнула старушка.

— От бабушки? — вскинула брови девочка.

— Не только, — улыбнулась старушка.

— Значит, и от Ксении тоже? — Даша усмехнулась, а Оля кинула на неё быстрый взгляд. Она не обратила внимание на слова Натальи Егоровны о дочери и теперь была в замешательстве.

— Верно! А как ты догадалась?

— Вы упомянули о дочери, вот я и предположила, — старушка в ответ на Дашины слова принялась удивляться.

— Вот что значит быстрый ум у молодёжи! Не то, что мы, пенсионеры…

— Это кто там пенсионер? — раздался голос Софьи Осиповны.

Она вышла в коридор. Выглядела Дашина бабушка, как всегда, чудесно! Стильный серый костюм и белая рубашка — Оля про себя отметила, что она хотела бы оставаться такой же модной даже в старости.

— Я лично ещё в самом расцвете сил!

— Вы-то точно, а вот я уже что-то расцвета сил не чувствую, — рассмеялась Наталья Егоровна.

— Это как же так? У вас дочь моложе моей!

— И внук маленький совсем, но знаете, говорят, возраст — состояние души.

— Наталья Егоровна, не переживайте, состояние души мы с вами приведём в порядок! — пообещала Софья Осиповна. — Девочки, а что это у вас, тортик? Давайте мне, а сами руки мойте. Наталья Егоровна, вам никуда спешить не надо, выпьете с нами чайку?

— Софья Осиповна, я с удовольствием! Пусть мой дед немного один побудет и от меня немного отдохнёт — ему полезно. А я с радостью побуду в такой приятной компании. Не против, девчонки?

— Конечно, не против, — улыбнулась Даша.

Женщины отправились на кухню, а девочки — мыть руки. Там Даша шепнула подруге:

— Оль, ты понимаешь, что это?

— Дашка, это то самое везение, которое я загадывала! Мы её прямо тут встретили, даже адрес узнавать не пришлось.

— Да, и она сказала, что она совсем одна.

— То есть ребёнок точно не у неё… Ужас, Даша, это же значит, что его точно похитили! Как же мы теперь узнаем, где он?

— Надеюсь, что мальчишки выяснят что-нибудь, — вздохнула Даша.

— А если нет?

— А если нет, то будем думать дальше. Но нам уже крупно повезло, даже ехать никуда не пришлось. Может, нам сейчас ещё что-нибудь удастся выяснить. Только аккуратно, хорошо?

— Конечно. Знаешь, Дашка, после такого везения я точно теперь уверена, что дело не ерундовое. И что мы всё выясним!

— Надеюсь, Оля. А то кабы твои знаки нам ложную надежду не вселили…

На кухне Софья Осиповна ловко орудовала ножом и аккуратно нарезала сметанник на аккуратные квадратики, а Наталья Егоровна разливала чай.

Даша решила сразу взять быка за рога:

— Наталья Егоровна, должна сказать, ваша дочь — потрясный педагог! А вы знаете, у меня благодаря бабушке высокие стандарты. Мы за два месяца столько всего прошли…

— Ксюша всегда обожала преподавать, — улыбнулась женщина, размешивая сахар. — У неё исключительный дар объяснять. Я так рада, что она снова взялась за дело…

— А почему она бросила? — поинтересовалась Софья Осиповна, раскладывая торт по тарелочкам. Она не представляла свою жизнь без работы. Даже после выхода на пенсию у неё был очень плотный график, потому что набрала целую ораву учеников.

— Ушла в семейную жизнь, — вздохнула Наталья Егоровна. — Вроде логично... Но неправильно это — от любимого дела отказываться.

— Антон, должно быть, хорошо зарабатывал?

— Фу, Дарья, как неприлично, — поморщилась Дашина бабушка. Она, по словам внучки, знала всё о хороших манерах.

— Очень даже. Он обещал, что Ксюня с Никитой ни в чём нуждаться не будут. Но я... Никогда не считала его надёжным.

— Он вам не нравился? — сорвалось у Оли.

— О покойниках либо хорошо, либо никак, но… Кто же женится через две недели после знакомства?

— Ну там же любовь была! — вступилась Даша. — Сильная, стремительная...

— Когда любишь по-настоящему, — старушка вдруг резко поставила чашку на стол, — не оставишь жену с ребёнком и не… не станешь топиться.

Оля от удивления уронила ложку, а Даша закашлялась, подавившись чаем.

— Наталья Егоровна, что вы такое говорите! — воскликнула Софья Осиповна. — Я думала, Антон утонул…

— Утонул, только это был не несчастный случай. Водолазы сказали, он привязал булыжник к шее…

— Какой кошмар! Но зачем?!

— Кабы знать… Ксюшка тогда совсем от горя обезумела, даже на похороны мужа прийти не смогла, представляете. Несколько месяцев отказывалась верить, что он погиб. Она и сейчас временами забывается… К шагам прислушивается, в окно его высматривает, всё надеется, что он вернётся. Пришлось уговорить её обратиться к психиатру.

— И как, помогло?

— Да, с тех пор полегче стало. Это врач посоветовал ей вернуться к работе. Вот она и вернулась в профессию…

Наталья Егоровна тряхнула головой, вероятно, чтобы избавиться от тягостных мыслей, и вдруг тепло улыбнулась.

— И знаешь, Дашенька, она тебя очень хвалит! Говорит, с тобой по-настоящему интересно работать.

Даша почувствовала, как по щека катятся две предательские слезинки. Софья Осиповна быстро подсунула ей салфетку.

— Ну вот, — проворчала она, — теперь и торт у нас солёный будет. Все засмеялись — нервно, но искренне.

Глава 12. Дураки кругом

В то время как девочки радовались своему невероятному везению, Петьке казалось, что удача их точно покинула. Пока Оля и Даша были у Софьи Осиповны, они с Игорем отправились во двор Ксении. «Бабушки — самый надёжный источник информации», — считали они. Но сегодня все старушки словно сговорились и решил исчезнуть прямо посреди бела дня. Все лавочки во дворе были пустыми!

— Да, Круз, времена меняются. Вот уже и бабки круглыми сутками на лавочках не сидят. А раньше как просто было, согласись?

— Соглашусь, Петь, но делать-то что будем?

— Не знаю. Честно говоря, непруха какая-то. И дело странное.

— Может, девочки сейчас выяснят, что он правда у бабушки, и нам не придётся ничего предпринимать. Вот хорошо будет, правда?

— Правда, но…

— Что «но»? Сам же сказал, дело странное.

— Да я от своих слов и не отказываюсь, но интуиция говорит, что у бабушки сына Ксении нет.

— Тогда где же он?

В ответ Игорь почувствовал, как в кармане вибрирует сотовый телефон. Он достал его и увидел новое сообщение. Петька в это время глядел по сторонам: на улице было совсем мало народу. И вдруг он подумал. А зачем им, собственно, так нужны бабушки? Им просто нужен кто-то, кто торчит в этом дворе всё время и у кого есть возможность наблюдать за происходящим.

Петька сразу приметил цветочный ларёк прямо в середине двора. Там за прилавком сидела молодая девушка (чуть постарше них самих) и листала какой-то журнал. Изредка она поднимала голову, смотрела по сторонам и вновь продолжала читать. Видимо, посетителей у неё сегодня очень мало. А может, так всегда. И это им на руку!

— Петь, мне Оля написала, что они встретили мать Ксении у Софьи Осиповны, прикинь!

— Ничего себе. И чего говорят наши девчонки?

— Они пьют чай, и бабка никуда не торопится. Дома её только дед ждёт.

— Я знал! Крузик, а ведь у нас не все потеряно.

— Ты уже что-то придумал?

— Да! Видишь ту девушку в цветочном?

— Ну вижу.

— Она здесь по-любому целый день сидит. Я заметил, она читает, но время от времени по сторонам оглядывается и смотрит, есть ли покупатели. Значит, так всё время происходит. Это наш шанс, Крузик!

— Можно попробовать, — согласился Игорь. — Только я сейчас подумал: а как мы спрашивать-то будем?

— В смысле? — опешил Петька.

— Ну мы ведь даже не знаем, как он выглядит, этот ребенок. И про Ксению не знаем ничего.

— Круз, а ведь мы идиоты, получается. Я об этом даже не подумал. И правда: слышим звон, да не знаем, где он…

— Давай я Олю наберу, попросим Дашу к телефону, а ты и спросишь?

— А чёрт с ним, звони.

Игорь набрал номер Оли. Какое-то время они слышали гудки, но потом раздался голос девочки:

— Алло.

Петя тут же выхватил трубку из рук Игоря, от чего тот немного опешил, и крикнул:

— Ольга, позови скорее Лаврю, очень срочно!

— Хорошо, — удивлённо сказала Оля. — Даш, иди сюда, тебя Петя просит.

— Да, Петюня? — раздался голос Даши Лаврецкой.

— Лавря, срочное дело: опиши Ксению и её сына. Как можно точнее, только побыстрее.

Даша довольно подробно описала Петьке внешность Ксении. Она сделала несколько акцентов: молодая, волосы тёмные и длинные, серое пальто цвета, ходит на каблуках. Не забыла Даша отметить и родинку на правой щеке.

— Блеск, Лавря, а теперь то же самое с её сыном.

— Тут, конечно, посложнее, Петь, я как-то детей плохо запоминаю. Ладно, попробую…

И Даша описала Никиту, сына Ксении. Мальчику было лет семь-восемь (Даша точно знала, что он учился в школе). Он частенько забегал к ним в кабинет: улыбчивый мальчик со светлыми волосами. Даша описала некоторую его одежду, которую запомнила, и главное — у него была яркая жёлтая ветровка! Точно, однажды он принёс Ксении несколько осенних листочков, и Даша отметила, как здорово они сочетаются с его курткой.

— Ладно, надеюсь, этого будет достаточно, — сказал Петька и вернул телефон Игорю. — Круз, покрутись тут неподалёку, а я к той цветочнице подкачу, попробую что-нибудь разузнать.

Подойдя к ларьку, он втянул носом густой аромат роз и хризантем. Худая девчонка в растянутом свитере подняла на него недоверчивый взгляд.

— Вечер добрый! Давно здесь сидишь? — бодро начал Петька.

— А тебе какое дело? — хмыкнула продавщица.

Мозг Петьки лихорадочно заработал.

— Не видела тут пацанёнка одного? Лет семи, белобрысый, в жёлтой куртке — прям как лимон!

— А тебе зачем? — насторожилась девушка.

— Да он с моей младшей сестрёнкой играл… — Петька нервно почесал затылок. — Игрушку у неё стырил, а мелкая теперь ревёт. Надо бы вернуть.

Петька мысленно ругал себя, на чём свет стоит, что не придумал ничего убедительнее. Но продавщице сгодилась и эта история:

— О, этот мелкий! Видела утром, как он в крутую тачку к мужику залез. Японец, — со знанием дела заявила девушка и показала большой палец. — Только испохабили его — на капот волка какого-то налепили.

— Волка? — переспросил Петька.

— Ну да, наклейка такая! Серый, оскалившийся волк. Безвкусица полная, только машину изуродовали.

— А номер ты не запомнила случайно?

— Делать мне больше нечего!

— Ну и ладно, всё равно спасибо! Буду теперь эту тачку караулить. Наверное, пацан с батей куда-то уехал.

Квитко уже собирался уходить, когда продавщица вдруг оживилась:

— Постой! Может, цветочков возьмёшь? — Она достала из ведра пышные астры. — Свежие, только сегодня привезли. Сестрёнке своей купи, может, она про игрушку забудет.

Петька замялся. Перед глазами всплыла Лавря с букетом георгинов, который он подарил ей на первое сентября — он обожал, как её глаза загорались в такие моменты. Да и Игорю не мешало бы закрепить перемирие с Олей…

Но тут он представил, как они будут носиться с цветами по городу, чтобы спасти Ксению и её малолетнего сынишку от бандитов.

— В другой раз! — буркнул Петька.

Он выскочил из ларька и бросился к Игорю, который прятался за детской горкой.

— Повезло так повезло, — воскликнул Круз, когда друг рассказал ему всё, что узнал.

— Да, вот только что мы с этой информацией делать будем? Не бегать же нам по всей Москве, как оголтелым, в поисках машины с серым волком…

Ребята долго ломали головы, но так и не придумали толкового плана. Всё сводилось к тому, что придётся проследить за Ксенией, когда она отправится к предполагаемым похитителям, а дальше — действовать по обстоятельствам. Ну а пока ждать девочек и надеяться, что те поскорее вырвутся от Софьи Осиповны.

Петька злобно пнул камушек:

— На редкость дурацкое дело! Да и дело ли? Непонятно, с какой стороны к нему подступиться...

В начале девятого Пете позвонила Даша — они с Олей наконец-то вышли от бабушки. Девочка рассказала, что они узнали от Натальи Евгеньевны, а Петька в ответ выложил информацию про машину.

— Это же Костина тачка! — закричала Даша в трубку. — Я в окно видела, как он в неё садился после ограбления!

— Так может, Ксения сказала соседке правду? Вдруг её дружок просто отвёз Никиту к бабушке с дедушкой? — предположил Петька.

— Может быть... — задумчиво протянула Даша. — Но мне не нравится, что этот Костя вечно появляется, когда происходит что-то странное.

Петька вздохнул. Он знал, каким бы нелепым ни казалось это расследование, ни он, ни Лавря не смогут спать спокойно, пока они во всём не разберутся.

— Мы с Крузом голову сломали, но не придумали ничего умнее, чем проследить за твоей англичанкой. Мы либо убедимся, что она просто летит отдыхать и с чистой совестью разойдёмся. Либо...

— Либо попробуем помочь, если она действительно едет встречаться с преступниками, — закончила за него Даша. Она всегда понимала Квитко с полуслова! — Ладно, мы скоро будем у вас. Я по дороге позвоню Стасу, пусть подкатывает на машине. Вряд ли Ксения с чемоданом денег пешком пойдёт.

Петька прикинул, что девочки доберутся до Вернадского примерно к 20:30. Наверняка им ещё придётся ждать, пока цель выйдет из дома. Если она вообще дома...

Он вдруг хлопнул себя по лбу:

— Крузик, какие же мы идиоты! Даже не проверили, дома ли Ксения!

— Это мы мигом выясним, — пожал плечами Игорь. — Давай в домофон позвоним!

Петька идею одобрил и перезвонил Даше — уточнить номер квартиры.

— Кто там? — раздался женский голос, когда они нажали нужные цифры.

— Скорая помощь! — выпалил Петька.

Игорь уставился на друга в полном недоумении. И зачем Квитко понадобилось врать?

— Какая скорая? Я никого не вызывала!

— Как не вызывали? Проспект Вернадского, дом 24, квартира 16?

— Нет, 19!

— Ах, извините, ошибся!

Петька не успел сбросить вызов, как раздался сигнал, сообщающий о том, что дверь открыта — Ксения решила впустить «врачей».

— Ты чего про скорую городил? — спросил ошарашенный Круз. — Она же сказала, что дома — можно было просто отбой дать.

— Нет, Крузик, — покачал головой Петька. — У неё и так нервотрёпка — ограбление, возможно, похищение сына... Если бы кто-то просто позвонил и сбросил, она бы насторожилась. А врачам скорее откроют — вдруг правда кому-то помощь нужна?

— Ну ты, Квитко, даёшь, — восхитился Игорь. Его всегда поражало, как друг умудряется предусмотреть всё на свете.

На всю операцию у мальчиков ушло не больше двух минут, а значит до прибытия девочек времени было навалом. И тут Петьку осенило:

— Чёрт, Круз, я же тебе ещё не рассказал про слежку за Генкой!

И он выложил Игорю всё, что увидел и услышал, пока следил за доктором. Правда, обсудить новости мальчикам не удалось, потому что объявились девочки и принялись в красках рассказывать, что происходило в гостях у Софьи Осиповны.

Когда ребята закончили обмен впечатлениями, они ещё раз обсудили план действий. А чтобы не мозолить никому глаза во дворе и не привлекать лишнего внимания, договорились дежурить там парочками. Сначала вахту несли Петька с Дашей, а к половине девятого их сменили Игорь и Оля. Они сидели на лавочке и играли привычную им роль — изображали парочку. Впрочем, у них всё было по-настоящему, а сегодня, помирившись, они были особенно счастливы.

«Лишь бы они от радости не проворонили нашу даму», — подумал Петька.

— Даш, давай подстрахуем Круза с Ольгой? — предложил он. — Потусуемся где-нибудь рядом, а то они кроме друг друга ничего вокруг не замечают.

Даша уже собралась возмутиться — как это Петька до сих пор не доверяет ребятам после всего, что они вместе пережили? Но, глянув на Жукову с Крузенштерном, которые были полностью поглощены друг другом, она вздохнула. Пришлось признать: Квитко, увы, прав.

— Давай только встанем так, чтобы они нас не заметили. А то ещё расстроятся.

Через полтора часа во двор въехала знакомая машина, и ребята быстро запрыгнули в неё.

— Ну что? — нетерпеливо спросил Стас.

— А ничего, — развёл руками Игорь. — Она не выходила.

— Ещё рано, встреча-то на половину двенадцатого назначена, — тихо заметила Оля.

— И, возможно, рядом с домом!

— А ведь это было бы логично, — подтвердил Петя. — Сами посудите, не к похитителям же она поедет. Вероятно, они назначили встречу где-то рядышком, подъедут сами, заберут денюжки…

— И мы за ними проследим! — закричала Даша.

— Да погодите вы горячку пороть. Может, никто ещё никого не похищал, и это вообще личная встреча.

— А почему она тогда наврала про то, где Никита? И почему старушка видела, как Никиту забирал Костя? А машина с волком? Нет, Стасик, что-то тут нечисто.

— Да тише ты, не заводись! Просто нечисто и похищение — это совершенно разные вещи.

— Лично я согласен с Дашей, — влез Петька в разговор брата и сестры. — Слишком уж странно дамочка себя ведёт. И вообще, мне она решительно не нравится!

— Ты же её даже не видел! — удивился Игорь.

— А мне необязательно её видеть, чтобы сделать выводы!

— Петро, ты уж больно резок… У женщины явно какое-то нервное расстройство. Ну, соврала она, где её сын, так и что? В конце концов, она и не обязана докладывать Дашке всю правду.

— Так-то оно так, Стас, да вот не нравится она мне…

— Ой, всё! — возмутилась Ольга. — Мы сейчас её провороним, пока болтать будем. Нравится, не нравится… Какая разница? Наше дело — узнать, в беде она или нет, верно?

Вдруг все затихли — Оля действительно внесла рациональное зерно в эмоциональный разговор.

— Олька права, — согласилась Даша. — Проследим, и от этого будем плясать. А может, ничего делать и не придётся.

Даша сама не верила в эти слова — конечно, у неё интуиция не как у Крузенштерна, зато детективного опыта больше, чем у всех присутствующих. Ситуация с Ксенией складывалась странно, да и девочке было попросту жаль бедную женщину. Она чувствовала, что должна убедиться в том, что у неё всё хорошо. В конце концов, она недавно потеряла мужа. Да и её мама так за неё переживает…

— Лично я уже хочу есть, — заявил Крузенштерн через четверть часа. Все ребята уже изрядно устали.

— Тут на углу кулинария есть, — сказала Даша. — Я как-то после занятия там пирожок покупала, объедение!

— Отлично, тогда я одной ногой там, другой здесь.

— Не вздумай! — закричал Петька. — А если она в это время выйдет, мы тебя как с твоими пирогами ловить будем?

— Да это же пара минут…

— Так и выходить она не час будет, надо думать!

— Петь, чего ты на Круза взъелся? — вступилась за Игоря Оля. — Если она выйдет, мы ему позвоним, он ради дела все пироги бросит.

— Вот именно. К тому же, вдруг она ещё час не выйдет, а кому-то в туалет захочется? — поддержала подругу Даша.

Петьке вдруг стало стыдно. И чего он взъелся на Круза? Переволновался, наверное, они ведь так давно не следили за кем-то компанией, да ещё и на машине. Он почему-то чувствовал большую ответственность, хотя сказал полную правду: эта Ксения ему уже заочно не нравилась, и дело наверняка будет полной лажей!

— Ладно, Крузейро, — у Пети покраснели уши. — Девчонки правы, меня что-то занесло…

— Вот она! — завопила Даша, и все пятеро тут же приободрились.

Из подъезда в самом деле вылетела женщина в сером пальто и с ярко-фиолетовым чемоданом.

— У неё в этом чемодане деньги лежали, — пояснила Даша.

— И что, она прямо в нём их понесла? — недоумевал Игорь.

— Может, там сумма неподъёмная? — предположила Оля.

— Ага, и она решила её на колёсиках довезти, — хмыкнул Петя.

Между тем Ксения уже шла по двору в сторону перекрёстка. «Кажется, будет ловить такси!», — отметил про себя Петька. Они молча выжидали, Стас одну руку положил на коробку передач, вторую — на руль. Сейчас смысла ехать за ней не было, им и без этого отлично было видно, как она подходит к тротуару и голосует.

— Стас, внимание! — прошипел Петька, увидев, что к Ксении подъезжает белая «Волга».

— Вижу.

Он завёл машину и медленно выкатил со двора. Даша, Петя, Оля и Игорь во все глаза смотрели в окно. Водитель «Волги» уже открывал багажник, но Ксения резко замахала руками и потянула чемодан к задней двери.

Шофёр пожал плечами, хлопнул крышкой багажника и помог засунуть чемодан на сиденье. Ксения тут же прижала сумку коленом, будто боялась, что её сейчас выхватят через окно.

— Видали, как она боится, что чемоданчик стыбрят! — присвистнул Петька.

— Её и так недавно обокрали, — тихо заметила Даша. — Может, ей пришлось в долги влезть, чтобы эту сумму найти?

Петя покосился на подругу, но лишь молча поджал губы. Да Лавре жалость просто глаза застилает, а вот его эта Ксения ни капельки не разжалобила. Напротив, он почему-то очень сильно разозлился — вроде взрослая тётка, а ведёт себя глупо! С чемоданом с деньгами едет по ночной Москве? Нет, всё это вдруг показалось ему сущим бредом. Вряд ли она едет выкупать сына, уж слишком спокойной она выглядела, даже, надо сказать, отстранённой.

Стас оставил «Волгу» позади, а сам проехал вперёд, но не переставал следить за ней в зеркало дальнего вида. Круз с Квитко тоже повернулись, чтобы не упустить такси. Никто не произносил ни слова — так напряжённо все себя чувствовали.

— Стас, ты их пропусти, — сказал Круз. — Вряд ли они нас заметят, а тут скоро съезд с Ленинского будет, там поворот крутой, запросто можем их упустить.

— Мне кажется, она едет в аэропорт, — промолвила вдруг Оля.

— В аэропорт? — Даша ахнула.

— Ну да. Я однажды ехала в Шереметьево с родителями и их друзьями, они недалеко от Вернадского жили. Так мы точно так же добирались.

— Что же она, ребёнка в аэропорту выкупать собралась?

— А может, его увозили? — почесал затылок Игорь.

— Куда? — спросил Петька. — Да его без согласия родителей даже в соседний город бы на самолёте не пустили!

— Тогда что, если похитители хотят получить денюжки и сразу слинять? — предположила Оля.

— Бред, полный бред! — закричал Петька. — В аэропорту милиция и охрана. Да если они попадутся… Да ещё с этим чемоданом она очень заметная, а там ведь, надо думать, контроль! На фиг такие сложности? В сквере встретились, один человек пакетик с бабками кинул в мусорку, второй подобрал. И докажи потом хоть что-то!

— Петро дело говорит, — подал голос Стас. — Уж больно сложно это всё — с деньгами тащиться на другой конец города.

— Слушайте… — заговорил Игорь. — А вдруг она реально отдыхать летит? Ведь мы сначала так и подумали, помните?

— А Никита? — Даша вскинула руки. — Нет, я всему могу найти объяснение, но ведь Никита не у бабушки!

— А может, бабка просто не в курсе? Она же у Софьи Осиповны была, Даш, а внука могли в это время подвезти к дедушке.

— Может… — неуверенно отозвалась Даша.

— А ведь Ольга права, они, похоже, правда в Шереметьево едут, — пришёл к выводу Стас.

— Тогда нам остаётся только ехать за ними.

— А дальше что? Будем следить за ней в аэропорту?

— Да! Осторожненько пройдём за ней.

— Но ведь, Даш, она может тебя заметить, — осторожно сказала Оля.

— Нет, ерунда, я же с вами, она вряд ли будет приглядываться.

— А ты всё же, сестрёнка, капюшон на голову накинь!

— Да всё это не нужно. Лавря, даже если увидит она тебя — скажешь, что встречаем кого-то. Но это всё маловероятно, в аэропорту ничего не стоит в толпе затеряться.

За всеми разговорами и рассуждениями они не заметили, как доехали. В самом деле, «Волга» привела их в Шереметьево — после светофора Стас повернул направо. А Петька мысленно прикидывал.

Из Шереметьево он улетал к Денису в Англию, и знал, сил есть два терминала. Из Шереметьево-1 вылетают внутренние рейсы, а вот из Шереметьево-2 — международные. Очень интересно, куда поедет Ксения. Вдруг она действительно сматывается? Но куда? И почему не предупредила Лаврю?

— Она едет в международный терминал! — взвыл вдруг Петька, когда вместо поворота направо «Волга» поехала прямо. — Я оттуда к Денису вылетал! Он здоровенный. Стас, выкинь меня тут!

— Петро, совсем обезумел? Где же я тебя выкину, за мной вереница машин.

— Петь, ты чего удумал?

Даше было волнительно. Она знала, что Петька может выкинуть всё что угодно.

— Понимаете, там внутри так много стоек… Но вход один! Я её опережу, тихонечко там встану, чтобы видеть, куда она прошла.

— Петь, я с тобой! — заявил с готовностью Игорь.

— Молоток, Крузейро! Стас, ты останови, мы мигом выскочим.

— Нет уж, тут я останавливать не буду! Потерпите две минуты, там будет лежачий полицейский, вот там и остановлю. Но вы мигом вылетайте, пока в меня кто-нибудь не въехал!

Сказано — сделано. Стас затормозил, а Игорь и Петька открыли задние двери и понеслись в сторону входа.

— Петь, а тебе не кажется, что это дело — туфта? — спросил Игорь.

— Честно говоря, Крузейро, думаю, что это фигня полная. Не нравится мне Ксения эта…

— Но ведь ты её первый раз видишь!

— Да знаю! Но это…

— Интуиция, да, Петь?

— Да, Крузик! Она, конечно, меня подводила. Может, я и сейчас выдумал.

— А ты знаешь, мне тоже интуиция нифига не говорит, — поделился Игорь. — Обычно, если дело серьёзное, она кричит, а тут… Молчит как рыба!

— Круз, внимание!

Объект слежки приближался к двери. Петька внимательно вгляделся в лицо Ксении.

— Петь, гляди, девчонки!

— Круз, давай вперёд неё зайдём, Лавря с Жучкой её хорошо ведут.

— Пойдём!

Они с Крузом юркнули вперёд и оказались внутри.

— А ведь она, похоже, правда улетает, — Игорь подумал о том же. — Что делать будем?

— Петь, давай к девчонкам подойдём!

— Разумная мысля, Крузейро!

Даша и Оля ждали их на скамейке.

— Я думаю, она собирается куда-то улетать, — прошептала Оля. — Так, может, в чемодане вовсе не деньги, а просто вещи?

— А Никита? — не уступала Даша.

— Дашка, а может, Крузик прав, и Никиту просто привезли…

— Ну нет! А куда она едет? Почему ничего не сказала Лавре? — допытывался Петька.

— Но в конце концов это её личная жизнь… — тихо сказал Игорь.

— Знаете, — Даша решительно встала. — А мне вот надоело. Я пойду сейчас к ней и спрошу, что она тут делает!

— Как это? — ахнула Оля.

— А чего гадать? Я ведь просто могла её тут встретить, правда же?

Даша кинулась к Ксении Александровне.

— Ксения Александровна! — крикнула она. — Даша? — растерянно пробормотала та. — Что ты тут делаешь?

— А я тут мамину подругу встречаю, она из Испании прилетает сегодня!

— И ты здесь совершенно одна?

— Одна? Нет, что вы! Я с братом, старшим. А вы с чемоданом… Куда-то летите? Вроде вы сегодня ничего не говорили. У нас ведь занятие в пятницу!

— В пятницу? В пятницу, наверное, придётся отменить и вообще… О, Костя! Костя!

Даша обернулась и обомлела. Костя шёл к ним, да не один. Рядом с ним шагал Никитка, здоровый и невредимый и вполне довольный. В руках он держал «Сникерс», а мужчина ему что-то рассказывал.

— Костя, Никита! — бросилась к ним Ксения, и Даше показалось, что она цепляется за них, как за спасательный круг, лишь бы избежать неудобного разговора со своей ученицей.

Мальчик с радостью побежал к маме. А Костя, подойдя к Даше поближе, взглянул на девочку — и явно её узнал. В его глазах мелькнула настороженность, что не укрылось от Лаврецкой.

— Здравствуйте! — поздоровалась Даша. — А вы куда-то улетаете?

— Улетаем ненадолго, — бодро ответил Константин. — А ты?

— А я встречаю, подругу мамы. Столкнулась вот с Ксенией Александровной, так удивилась! У нас ведь занятие в пятницу, а она с чемоданом…

— Даша, боюсь, что занятий с Ксенией Александровной какое-то время у тебя не будет…

— Не будет? Почему?

— Потому что она улетает.

— Вместе с сыном?

— С сыном? — нахмурился Костя. — Конечно, с сыном, как иначе!

И тут Даша не выдержала:

— Только сначала, видимо, она отдаст вам выкуп?

— Выкуп? — мужчина оглянулся. — Ты о чём, девочка?

— Вы похитили Никиту! Я слышала, как Ксения договаривалась о встрече…

Константин расхохотался.

— А ты что, юная сыщица? Ты знаешь, я рад! Всё так и должно выглядеть со стороны!

— Рады? Со стороны? — не поняла Даша.

— Ксюша! Иди сюда, — подозвал Костя женщину. — Эта юная особа заявляет, будто ты сказала, что Никита у твоих родителей.

— Сказала, — удивлённо пролепетала Ксения.

— Но его там не было, и Дарья это выяснила!

Даша рассердилась. Либо они оба выжили из ума, либо она вообще не понимает, что здесь происходит.

— Слушайте, — сказал Костя. — Давайте где-нибудь присядем и всё обсудим. И мы тебе, Даша, расскажем все, раз уж ты и сама нас вычислила. Идет?

— Расскажем Даше? — переспросила Ксения. — Она нас вычислила? Костик, что ты такое говоришь? Даша, это правда?

Отрицать не было смысла, поэтому Даша опустила глаза в пол и призналась:

— Ксения Андреевна, мы за вами проследили… Думали, что Никиту украли, а вы несёте выкуп… Мы вас подкараулили…

Девочка и сама не знала, почему ей вдруг стало стыдно — вообще-то до этого она считала, что это её долг — помочь Ксении. Но теперь всё выглядело полным бредом. Похоже, помощь и правда никому не была нужна, а она, видимо, выдумала проблему там, где её и не было. Какая же она глупая!

— Проследили? Вы? — ахнула женщина.

— Ну да, — Даша от неловкости накрутила волосы на палец. — Я и мои друзья, они вон там стоят... Вы нас извините, мы, видимо, всё перепутали. Просто...

— Дарья, а зови и своих друзей, — резко сказал Костя.

— Друзей? Да нет, мы уже поедем... Мы не знали...

— Не надо спорить! Где они?

— Да вон стоят…

И девочка увидела, что все трое — Петька, Игорь и Оля — уже с нескрываемым интересом смотрят на неё и Ксению с Костей. Костя взял всё в свои руки и снова активно замахал руками, как бы приглашая ребят. Они переглянулись, посмотрели на Дашу, а та развела руками — мол, понятия не имею, что происходит.

Тогда они двинулись в сторону Даши, а Костя произнёс:

— О, да у вас целая команда, — осмотрел он присутствовавших. — Ладно, это всё лирика... А теперь давайте найдём укромное местечко, где мы сможем поболтать. Хорошо?

И они действительно заняли столик в самом углу в небольшом кафе. Правда, на такое количества народа стол оказался слишком мал, так что Квитко с Крузенштерном посадили девочек, Ксению, а себе принесли по стулу. Их же примеру последовал и Костя. Никиту отправили поиграть в маленькой детской комнате рядом с кафе.

— Ишь какие джентльмены, — прокомментировал он действия мальчишек, когда те уселись. — Сначала дам посадили, потом сами сели.

— Ну мы же не дебилы, — спокойно заметил Петька. — Мы хорошо воспитаны.

— Так хорошо воспитаны, что следите за чужими людьми? — Все смутились. — Да ладно, я же пошутил. Вот что, господа, выкладывайте подробно, что и как вы поняли. Дарья, конечно, что-то рассказала, но так она быстро говорила, что я не всё понял…

— Лавря, давай по новой, — сказал Квитко, а Даша набрала в лёгкие побольше воздуха.

И она принялась за уже подробный рассказ. Ксения только вздыхала, Костя сидел с серьёзным лицом, иногда хмурился. Хотя мужчина и веселился, когда впервые услышал про похищение, сейчас он выглядел совсем не радостно…

Петька внимательно следил за реакцией этих двоих. Теперь он уже был уверен: эта Ксения — полная дура. Своё мнение насчёт Константина он ещё сформулировать не успел. На первый взгляд, мужик неплохой, но уж больно строго он смотрит на Лаврю.

Лавря… Бедная его Лавря! Впервые он видел Дашу в таком скверном состоянии во время расследования. Обычно она изъясняется бодро и легко втирается в доверие, а тут… Кажется, полная безнадёга.

— Интересно, — выдавил из себя Костя, барабаня пальцами по столу. — Значит, вы сами до всего додумались, да ещё и с Ксюшиной мамой встретились?

— Это было сущей случайностью! — вставила Оля.

— Да я понял. Тут у вас всё дело — сущая случайность, — почесал затылок мужчина. — Тут подслушали, там увидели, сделали выводы и вот. Ксюшка, с подростками осторожнее надо быть, они любят не в своё дело лезть!

— Ну я же не думала, что Даша на такое способна…

И тут Петька страшно разозлился:

— Да на что такое Даша способна? Даша, что бы вы знали, ничего плохого не сделала, просто очень волновалась! Ещё бы — вы в зеркало себя видели? Да у вас всё время глаза на мокром месте. Муж умер, квартиру ограбили. Лавря вам просто посочувствовала, а вы из неё какую-то преступницу сделали.

— Петь, не надо, — тихо попросила Даша.

— Нет, Лавря, надо, ещё как надо! Да что б вы знали, эта Даша за последние два года столько преступников поймала, что вам и не снилось. И благодарностей от милиции у неё больше, чем у вас грамот за всю жизнь.

Петька поднялся, гордо задрав подбородок, и сурово произнёс:

— Мы уходим. Нам тут нечего делать, они над нами только издеваются. Никто ничего не похищал, зря мы за неё, — он указал на Ксению, — переживали.

Петя уже поплёлся к выходу, а Игорь, Оля и Даша начали вставать со своих мест. Костя и Ксения едва заметно переглянулись, и мужчина окликнул Квитко:

— Эй, парень! Вернись-ка сюда, не горячись…

Петька сделал вид, что раздумывает. Хотя, конечно, он точно знал, что его «маневр» сработает. Для пущего эффекта он повернулся, шаркнув ножкой — когда-то он видел, как это сделал Кирюшка Хованский. Вышло красиво, так что Петя с радостью позаимствовал такой приёмчик у друга.

Даша хорошо знала — Квитко разыгрывает комедию и нарочно медлит. Когда он по-настоящему обижается или злится, у него краснеют щёки и уши, а сейчас он выглядит спокойно. Не слишком дружелюбно, но не более. Просто хочет, чтобы Константин пожалел о своих словах и подольше помучался. Лаврецкая взглянула на Ксению: на той уже лица не было. Бледная, с отрешённым взглядом, она сидела на стуле, смотря куда-то вдаль. Интересно, что всё-таки случилось?

— Итак, — начал Костя, когда Петя сел на своё место. — Вы решили, что я похитил Никиту, а Ксюша принесёт выкуп? Это замечательно! Надеюсь, что не только вы купились на этот спектакль.

— Простите, Константин, — подала голос Оля. — Может, вы объясните, что происходит? Какой спектакль, зачем?

— Мы ведь и правда переживали, — поддержала подругу Даша. — А вы уже дважды делаете какие-то недвусмысленные намёки, что всё было подстроено, но ничего толком не объясняете…

— Что за спектакль вы разыгрывали? Для кого? — перешёл в наступление Петька, ударив сгоряча кулаком по столу.

Константин, однако, на его эмоции внимания не обратил — он повернулся к Ксюше и заметил, что та вот-вот заплачет.

— Вот что, детвора, — Петька презрительно хмыкнул на слове «детвора». — Нам сейчас нужно Ксюшу и Никиту отправить, а потом мы сможем сколько угодно разговаривать. Идёт?

— Вы же сами нас сюда позвали! — напомнил Квитко.

— Позвал, и я не отступаю от своих слов! Но разговор будет длинным, а Ксюша с Никитой должны побыстрее оказаться…

— В безопасности?

— Точно!

— Хорошо, — вдруг радушно согласился Петька. — Полчаса вам хватит? Проводите, проститесь, все дела…

— Полчаса? Да я думаю, управимся и быстрее! Давайте так: ждите меня здесь, а я провожу Ксюшу и вернусь.

Так и договорились. Костя, казалось, силой заставил Ксению Александровну подняться, и Даша на мгновение захотела его остановить. А вдруг он всё-таки преступник, отправит женщину неизвестно куда и… Но Даша посмотрела на Петю, а тот спокойно сидел на стуле — он не суетился, ничего не замышлял, не пытался проследить… Это было так на него не похоже, что девочка отметила: похоже, Квитко взрослеет. И мысль, что даже Петька меняется, вдруг напугала её.

— Что-то лажа какая-то, — заметил Игорь, когда Костя, Ксения и Никитка ушли. Всё это время он молчал: пытался понять, что ему говорит его хвалёная интуиция. Но ни черта она ему не говорила!

— Да, — согласилась Оля. — Я вообще ничего не понимаю, а ты, Даш?

— Да я, если честно, тоже… Похоже, тревога и правда ложная.

— А все эти его разговоры о спектакле? — напомнил Игорь. — Нет, Лавря, тревога не ложная, просто, похоже, нам каких-то условий в задачке не хватило.

— Условий в задачке? Крузик, у тебя от сидения с Петюней крыша на математике поехала!

— А ведь точно, — засмеялся Крузенштерн. — Петь, а ты-то что думаешь?

— Я? Да ничего я не думаю, давайте дождёмся этого Константина и послушаем, что он скажет.

Даша, Игорь и Оля переглянулись — на Петьку совсем не похоже… Но настаивать никто не стал, поэтому они молча стали ждать.

Константин вернулся уже через четверть часа и тут же приземлился напротив ребят:

— Порядок, регистрацию и таможенный контроль прошли.

— А куда они летят? Надолго? — полюбопытствовала Даша.

— А вот это лучше вам не знать, без обид. — Да нет, просто у меня же занятия…

— Прости, Дарья, но репетитора тебе придётся нового найти.

— Да объясните в конце концов по-человечески, что происходит! — не выдержал Игорь. — Что вы из нас дураков делаете?

И Константин тяжело вздохнул:

— Ладно… Ваша правда. Значит, слушайте… В конце девяностых я, как и многие, решил бизнес затеять. А я молодой, зелёный ещё, жизни толком не знал, но думаю, рискну! Говорят же, что кто не рискует, тот не пьёт! Да только дурак я был… Дров наломал, прогорел жутко, в долги влез, а как отдавать — понятия не имел. И вот однажды услышал я, что люди, которым я бабок задолжал, ищут учёного-вирусолога, да срочно, мол, проект у них на миллионы долларов прогорает. Я задумался и вспомнил — Антоха! Он гений, такой талантливый парень, да и женился, ребёнок родился, ему деньги позарез нужны.

— И вы решили Антона посоветовать этим людям за то, что они вам долги спишут? — догадалась Оля.

— Ну да, говорю, такой дурак был… Просто кретин! Я им Антохины контакты дал, а они мне — часть суммы списали. Сказали, если проект успешным выйдет и они Антохой довольны будут, то спишут всё! Я и рад — и другу помог, и себе жизнь облегчил, клёво же?

— Но Антон умер, — поджав губы, заметила Даша.

— Мама Ксении сказала, что он покончил жизнь самоубийством. Это правда? — вспомнила вдруг Оля.

Кажется, у Константина на глазах выступили слёзы. Он сжал пальцами переносицу и ненадолго зажмурился, а потом горько произнёс:

— Потерял я Антоху. Считайте, за деньги друга лишился…

— Но почему же он… Себя… — пыталась выдавить из себя слова Даша.

— Убил? Да потому что прочухал, в какой проект ввязался… Он очень довольный ходил, когда только начал работать. Говорил: «Костян, оборудование у них класс, новейшее, я всю жизнь мечтал о таком». А потом вдруг замкнутым стал, нервным. Я с ним побеседовать по душам пытался, а он мне сказал не лезть. Видимо, решил, что если и я буду знать, то тоже не смогу жить спокойно… Он пытался уйти из проекта, я знаю, но там такие люди влиятельные… Вот и утопился он, друг мой. Не смог жить с таким грузом на шее, такой правильный был, Антоха-то.

Он замолчал. И никто не решался ничего сказать — да и что говорить-то, если у человека горе…

Больше всего Дашу напрягало, что в этом разговоре совсем не участвует Петя. Он сидел, положив ногу на ногу и откинувшись на спинку стула, и молча слушал Константина. Игоря и Олю это тоже тревожило.

Неважно, кто был старше, выше или умнее, лидером их компании всегда был Петька. Он зачинал все важные операции, брал на себя инициативу, бросался грудью на амбразуру… И тут — молчит! С чего это?

— Но Антон ведь умер полгода назад, — тихо начала Даша. — Как это связано с Ксенией?

— Антон-то умер, а разработки по тому проекту остались. Меня подослали к Ксении, мол, вотрись в доверие, найди документы…

— Разве вы с Ксенией не с детства знакомы?

— С детства! — неожиданно широко улыбнулся Костя. — Но они об этом не знали, а нам это на руку сыграло! Я начал им ложные сведения втирать, а сам Ксюшке всё рассказал. Сначала не хотел… Она чувствительная больно, тревожная, а после смерти Антохи совсем не своя стала. Раньше улыбалась много, теперь всё плачет… И Никитоса жалко, он же видит, что маме плохо. Но мне пришлось — они давить слишком начали, потом ещё и в квартиру залезли…

— Так это не ограбление было! — закричала Даша.

— Как тебе сказать, Дарья… Они искали документы.

— И нашли? — ахнула Оля.

— Нет, я об этом позаботился. Но когда они в квартиру полезли, я понял, что они мне уже не доверяют, решили своими силами действовать. А значит…

— А значит, Ксения с Никитой в опасности. Вот вы и разыграли, будто вы ребёнка похитили, чтобы якобы достать документы, а на деле просто отправили их заграницу, — закончил за него Петя, и все на него уставились. — Я прав? А от документов вы, вероятно, уже давно избавились, так что того, что они ищут, уже даже нет.

— Но как ты…

— Извините, конечно, но банально и предсказуемо, — Квитко пожал плечами.

— Знаешь, парень, — вдруг оскорбился Костя. — Много ты понимаешь! Ксюша и Никита в безопасности, а это главное. А уж банально или нет…

— Но я же со стороны бандитов рассуждаю. Если они уже вас заподозрили, то сейчас вы ещё больше себя загубили! Как вы им объясните исчезновение Ксении, да ещё и с ребёнком, которого вы якобы похитили?

Петя хотел было покрутить пальцем у виска, но сдержался. Его и так считают выскочкой, а он ведь ничего плохого не сделал!

— Да плевать мне на себя, — отмахнулся Костя. — Я Ксюху с Никитой спас, и это единственное, что меня волнует! Я Антохе должен…

«Ну и дурак», — возмутился про себя Петя. «Он мог бандитов посадить, а все его благородные мысли только о жертве собой…»

— Вы извините, Константин, но что вы собираетесь делать дальше? — благодушно поинтересовалась Даша. — Петя ведь прав, они теперь поймут, что вы Ксении помогаете, а значит, не остановятся… Они даже могут вас убить!

— Убить? Нет, это вряд ли, я им нужен ещё. Есть у нас кое-какие дела общие…

— Признайтесь, вы тоже замешаны в преступлениях?

— Да что вы такое говорите! После того, что с Антоном случилось, я даже в зеркало на себя смотреть не мог, да я…

— Это всё лирика, — прервал его Петя. — А конкретный план действий у вас есть?

— Конкретный план действий? — переспросил Константин. — Есть! Но я вам докладывать его не обязан.

Петька поджал губы и пропустил это мимо ушей.

— У вас что-то конкретное на этих бандитов есть? У нас вот есть капитан знакомый в МУРе… Мы можем вас связать, если вы готовы покончить с этим делом!

— Капитан? В МУРе? Да кто вы…

— Это неважно. Мы, собственно, вам тоже ничего докладывать не обязаны.

— Петь…

— Подожди, Лавря! Так вот, я уже понял, что вы там в самопожертвование ударились, жену друга спасали — это всё очень благородно. Надеюсь, ваше чувство вины стало вас поменьше сжирать по ночам. Но это не выход! Их же посадить надо — это вы сделать можете?

Даша открыла рот — вот Петька даёт! Константин, судя по всему, растерялся, не ожидал такого напора от семнадцатилетнего парня!

— Смогу, — заявил Костя. — У меня есть кое-что на них, они надолго сесть за это могут. Только я вам…

— Да-да, докладывать не обязаны, это уже пройденный этап, нам от вас и не надо ничего, милиции расскажете?

— Расскажу! Только не вашему капитану, а своему другу.

— Это кому же? — вскинул брови Игорь.

— Майор Мирошниченко, приятель мой давний, в школе мы учились. Он мне не откажет!

— И когда вы к нему пойдёте?

— А прям завтра и пойду!

— А вас не выследят? — спохватилась Даша. — Ой, а я ведь…

— «Хвоста» не было, Лавря, я давно приглядываюсь, — успокоил её Петя.

— И я, — признался Игорь.

Даша с Олей переглянулись — какие всё-таки их мальчишки классные! Гораздо умнее этого Константина.

— Что ж, решено, — подытожил Петька. — Завтра вы идёте к этому своему майору, всё рассказываете, а потом звоните нам.

— Зачем это?

— Чтобы нам спокойно было! — отозвалась Даша, чтобы Петя не наговорил лишнего. — Я за Ксению очень волновалась…

Видимо, это растопило сердце Константина, потому что он тепло улыбнулся и кивнул. Они ещё немного поговорили и в конце концов разошлись. Костя решил дождаться вылета рейса Ксении, чтобы убедиться, что всё в порядке. А вот ребятам это всё порядком надоело, так что они обменялись номерами телефонов, попрощались и поплелись в сторону выхода.

— Ну и как вам это кино? — поинтересовался Игорь, когда они уже выходили из аэропорта.

— Полный бред, — заявил Петька. — Ты прости, Лавря, но что Ксения, что её муж, что этот их дружок — полные идиоты. Мало того, что этот олух несчастный умер, совесть его замучила, оставил жену и сына одних, ещё и в опасности. Так он даже документы уничтожить не додумался, кретин полный.

— Петя! — одернула его Оля. — Он же умер, нельзя так…

— Знаешь, Жучка, вот если бы он от несчастного случая умер, а он… От собственной глупости! А ещё учёный! Нет уж, я не суеверный, так что дурак он и после смерти дурак. Константин этот вообще… — и он, наконец, не сдерживаясь всё-таки покрутил пальцем у виска. — Весь вечер в разговоре с ним мечтал это сделать!

— А мне Ксению всё-таки жалко… — призналась Даша, чуть краснея.

— И мне, — поддержала подружку Оля. — Она же не виновата, что её муж и дружок его в такое ввязались!

— Пожалуй, бабу эту и правда жаль, Петь, — подтвердил Игорь.

— Больно жалостливые вы стали, друзья мои, — ответил тот. — А у меня уже на это никаких сил не осталось, у меня чуть с этим мужиком крыша не поехала. То обвинил нас, то сам беседовать позвал, тьфу на него! Сплошные эмоциональные качели!

— Ой! — крикнула вдруг Даша, достав мобильник из кармана. — Стасик уже трижды звонил! Бедняга, засиделся там…

— Ничего, не помрёт, подумаешь, великое дело — в машине часок-другой посидеть!

— Петь, ты сегодня какой-то…

— Какой?

— Злой! — воскликнула Оля.

— Я злой? А как с этими людьми ещё общаться, вы скажите?

— Слава Богу, общаться нам с ними больше не надо, — Оля выдохнула.

— Это точно! Слушайте, а давайте завтра дяде Володе всё-таки звякнем. Говорить особо ничего не будем, а вот про майора этого разузнаем — есть он вообще такой? — предложил Игорь.

— Ты что, Круз, думаешь, дядя Володя всех майоров знает там?

— А почему бы и нет!

— Позвонить-то мы можем, попытка не пытка, но сдаётся мне, это худой номер… Идиотская ситуация вся эта!

— Да ладно вам, — внесла позитива Ольга. — Мы хотели убедиться, что Ксения и Никита в безопасности? Мы убедились! А Константин — взрослый мужик, может и без нас разобраться. Он чётко дал понять, что помощь ему наша не нужна. Так разве это плохо?

Они переглянулись — и правда! Им же лучше. Не надо мотаться в милицию, разбираться, вынюхивать что-то. Интуиция Дашу не подвела, они всё проверили, а теперь могут спать спокойно.

— Как на улице уже холодно! — пожаловалась Даша, пока они шли к машине Стаса. Он остановился дальше парковки у аэропорта, потому что не так давно она стала платной. И весьма недёшевой.

— Девчонки, а вы сейчас же как домой явитесь? — спросил Игорь. — Время уже позднее!

— Я сказала, что у Ольки сегодня ночую.

— А я — что у Дашки!

— Так где же вы будете ночевать? — забеспокоился Петя.

— Айда все ко мне! — предложил Крузенштерн. — Родители-то на дачу уехали. Квитко, ты как?

— А как я? Я и так маме наврал, что у тебя остаюсь. А теперь понял, что правду ей сказал.

И они покатились со смеху. Ну и денёк!

***

Утром Даша проснулась словно от толчка. Сначала она даже не поняла, где находится, а потом всё вспомнила. Да, точно, после аэропорта Стас отвёз их к Крузенштерну, а сам уехал домой. Его за позднее возвращение уже никто отчитывать не будет, в отличие от Дашки.

В квартире стояла полная темнота, и Даша глянула на часы. Половина восьмого! Угораздило же так рано встать... Сегодня они дружно в школу решили не идти — нужно было с самого утра позвонить майору Крашенинникову. Константину они не слишком доверяли, поэтому не хотели терять ни минуты. Однако звонить дяде Володе было ещё слишком рано, а сна уже ни в одном глазу!

Даша встала и тихонько вышла в коридор. Вчера Игорь любезно предоставил Даше комнату Веры, своей старшей сестры, а она вчера так устала, что легла спать прямо в одежде.

Даша на цыпочках заглянула в зал, где на диване мирно сопел Петька. Он спал смешно, скрестив одну ногу на другой, и выглядело это так, будто он просто серьёзно о чём-то думает. Дашу эта картина повеселила, но она подошла к другу и поправила плед, который почти сполз на пол. Укрыв Петьку, она поспешила в комнату Игоря. Круз и Оля спали в обнимку в одежде прямо на покрывале. Значит, не только Даша вчера провалилась в сон без сил!

Когда она наскоро умылась и причесалась, то задумалась. И чем ей заняться? Будить ребят жалко, в последнее время все так умотались с учёбой, ещё и ссоры на пустом месте... А может... Даше вдруг на ум пришла замечательная идея.

Она зашла на кухню Крузенштернов и по-хозяйски открыла холодильник. Игорь наверняка был бы не против, чтобы она тут пошарила. Девочка посмотрела продукты на каждой полке, заглянула в ящички для овощей и мысленно прикинула, что из всего этого можно сделать. А потом она достала плоскую сковородку и принялась за своё любимое дело — за готовку!

— Лавря, чем тут так вкусно пахнет? Обалдеть!

Петька появился в дверном проёме, когда Даша уже дожаривала порцию блинов. Она готовила их по своему фирменному рецепту, такие больше никто не делает!

— Петечка, ты проснулся! — завопила Даша, не отрываясь от сковороды. Перевернуть блинчик вовремя — очень ответственная задача. — Поможешь мне на стол накрыть, пока Игорь с Ольгой спят? Я хотела вам сюрприз устроить!

— Не вопрос! — Петя потер ладошки. — Командуй, Лавря, я к твоим услугам.

И так на кухне началась суета — первым делом Даша попросила Петю достать какое-нибудь варенье. Он сразу же нашёл две банки: клубничного и яблочного. Решено было, что блины с клубничным вкуснее, и тогда Петя принялся наливать варенье в пиалку.

— Петь, а там ещё в холодильнике сметана стоит! — командовала она. — На верхней полке!

— Вижу!

— И чайник ещё поставь, чтобы запить горяченьким!

— А может, кофе заварить?

— Больно жирно будет, если к блинам со сметаной ещё и кофе подать.

— Может, ты, Лавря, и дело говоришь. Чай так чай!

Вдвоём они управились очень быстро: буквально через полчаса стол уже ломился от угощений. В центре стояла огромная тарелка с горой блинов, а окружали её разные топпинги. Сметаной и вареньем Петя с Дашей не ограничились! Они нашли банку мёда, а ещё Даша сделала нарезку из сыра и колбасы — на случай, если мальчикам захочется съесть не только сладкое!

— Кайф! — оценила Даша, оглядывая их творение. — Надеюсь, Крузик не будет против того, что я тут похозяйничала без спросу…

— Лавря, да ты что! Такой стол забабахали, да Крузейро при виде такого количества еды обо всём позабудет! Так что, бужу их?

— Да! — воскликнула девочка и вдруг, когда Петя уже подходил к двери, вспыхнула. — Петь, ты только постучи, а то мало ли там... Ну…

Она опустила глаза — ей стало уж как-то слишком неловко, а Петька постучал в дверь. Спустя ещё четверть часа они все сидели за столом. Игорь то и дело вопил от восторга, называя Лаврецкую его спасительницей!

— Я сплю и во сне понимаю, что я от голода умираю! Клянусь, желудок орёт, мол, Игорь, вставай, иди поешь, я уже не могу! — рассказывал он, заталкивая в рот очередной блин и кусок колбасы.

— Прям так и орёт? — усмехнулся Петька.

— Конечно! Ты же мне вчера пирогов поесть не дал, а я уже тогда есть хотел…

— И хорошо, что не дал! Ксения же тогда и вышла!

— Да, будь она неладна... — пробурчал Игорь.

— Ой, Даш! А дяде Володе не пора звонить? — спросила Оля.

— А правда, Лавря, я думаю, можно уже и позвонить. Он, наверное, пришёл уже на работу, — Петька взглянул на часы.

— Кофе поди выпить хочет, — криво улыбнулся Игорь.

Дело в том, что Владимир Петрович рассказывал, что каждый раз, когда он идёт попить кофе, ему звонят ребята с каким-нибудь делом. Так случилось и в этот раз. Даша набрала номер и после нескольких гудков голос Крашенинникова услышали все (Даша поставила его на громкую связь):

— Слушаю!

— Дядя Володя! — закричала девочка. — Дядя Володя, это Даша Лаврецкая!

— Если кто и может не представляться, так это ваша компания, — хмыкнул Крашенинников. — Я голос каждого из вас даже во сне узнаю! Что случилось? Опять что-то надыбали?

— Не то, что бы…

— Дарья, ты мне хвостом не крути!

— Дядя Володя, мы просто хотели кое в чём убедиться... Скажите, вы знаете такого, майора Мирошниченко?

— Мирошниченко?.. Знаю одного, но он не майор. Подожди, Дарья, я уточню, — и он, видимо, закрыл динамик рукой, потому что некоторое время не было ничего слышно. — Да, знаю такого! Данька, оказывается, майора получил, а я и не знал!

Даша выразительно посмотрела на Петьку, мол, кажется, Константин-то правду говорил! Петя развёл руками:

— Мало ли, майор, может, и существует, а обращаться от к нему не планирует, — прошептал он.

— И что мне делать? — тоже шёпотом спросила Даша.

— Дарья, ты с кем там шепчешься? — строго спросил Крашенинников.

— Дядя Володя! — закричал Петька. — Дядя Володя, это Пётр!

— Господи, Квитко! Только не говорите, что вы снова во что-то влезли... Так же хорошо последний год жили!

— Дядя Володя, да тут такое дело…

И Петя осторожно, не вдаваясь в детали, поведал ему про Антона и Константина. Владимир Петрович выслушал его, а потом тяжело вздохнул:

— Вот просишь вас, просишь не лезть, но вы же не слушаете!

— Дядя Володя, ну это же просто Лавря…

— Что «просто»? Что «просто»? Эх, чёрт с вами! Дело вирусологов — очень опасное, так что не вздумайте туда лезть! С майором Мирошниченко я сам сейчас свяжусь, спрошу его про это вашего…

— Константина! — напомнила Даша.

— Верно! В общем, главное запомните — никуда не лезьте, поняли!

— Да! — хором заявили все.

— Ба, да у вас там ещё кто-то!

— Дядя Володя, тут Игорь Крузенштерн и Оля Жукова! — сказала Даша.

— А, компания всё та же! Так вот, о чём это я... Ах да, вы запомнили — никуда не лезть! Ни-ку-да! Ни слежки за преступниками, ни слежки за Константином, ни слежки за милицией. Вы уяснили?

— Дядя Володя! — оскорбился Петька. — Что вы нас отчитываете, мы же случайно вообще на них вышли, даже не планировали…

— Знаю я вас! Не планировали они, — громко сказал Крашенинников, а потом его голос вдруг смягчился. — А вообще-то... Вы молодцы. Вы, как и всегда, огромные молодцы! Всё, пока!

И он отключился, оставив ребят в недоумении.

— Дело вирусологов, — повторила Оля. — Значит, они тоже следят за ними?

— Может, подозревали что-то... — почесал затылок Игорь.

— Вот мы остолопы! — вдруг заявил Петька. — Даже не попросили его рассказать нам потом всё…

— Ничего, Петюня, он же всегда сам потом звонит... Или даже приходит, — успокоила его Даша.

— Да, но вдруг... А теперь мучайся!

— Но он нас ещё ни разу не подводил!

— Это тоже верно.

До обеда решили посидеть у Игоря. Идти домой было рано — они ведь должны быть в школе. Наконец-то, впервые за этот учебный год, не считая первых деньков, они все сидят вместе. Никто не ругается, нет недомолвок, обид…

Петька всё утро чувствовал себя самым счастливым. Ещё бы — он проснулся, а тут Лавря, его Лавря, орудует на кухне! И как они вместе быстро всё приготовили. Нет, приготовила, конечно, Лавря, но ведь и он не лыком шит, помог накрыть на стол.

Петя глянул на Круза: тот сидел довольный, держась за руки с Олей. Жучка и вовсе сияла — в школу она ходила такой грустной, даже пару по математике схватила, а теперь снова расцвела!

Расцвела, точно!

— Крузик, давай кое-куда смотаемся, — шепнул Петька Игорю, когда Даша с Олей принялись убираться со стола.

— Куда это?

— Я тебе по дороге расскажу всё, ты только денег возьми, и нам надо наврать чего-нибудь…

Уже через пару минут Игорь сообщил, что им с Петькой якобы нужно на почту — мама просила забрать посылку, а он забыл! Они убежали, а Даша, засовывая тарелку в посудомойку хмыкнула:

— Сейчас с цветами прибегут.

— Кто? — удивилась Оля.

— Мальчишки!

— С цветами? С чего ты взяла?

— Что ты, думаешь, я Петьку не знаю? Да я каждый раз по глазам вижу, что он что-то задумал. А что он может сейчас задумать? Уговорил, поди Круза за цветами сбегать, вот и унеслись.

— Но по какому поводу цветы?

— Олька, цветы женщинам просто так дарить можно! Просто в честь... Любви, — сказала Даша и покраснела. — Ну, это в вашем случае. В нашем — в честь дружбы.

— А мне кажется, они реально на почту пошли! Алевтине Сергеевне много чего родственники присылают.

— Вот увидишь — я буду права!

Даша и в самом деле оказалась права. Мальчишки заявились минут через десять — оба прятали руки на спиной, а потом подарили девочкам по букету. Оле достался нежный, с кустовыми розами, а Даше — яркий, с астрами. Девочки просияли!

— Какая красота! — задыхалась от восторга Оля. — А в честь чего?

Даша покосилась на Петю. Он наверняка должен что-то придумать, каждый раз повод для цветов у него необычный. Но вдруг у Петьки покраснели уши, и он выдавил:

— За то, что вели себя, как дураки!

Глава 13. Приглашение на вечеринку

В четверг ребятам крепко досталось за их прогул. Зануда Михайловна устроила настоящий разнос:

— Вы что вытворяете? — громогласно возмущалась учительница. — Сбежали с уроков, и это в выпускном классе! Здоровенные лбы, а ведёте себя как пятиклашки.

Даже обычно спокойный математик отчитал их.

— Не узнаю вас... Не узнаю... — смотрел он на ребят с осуждением. — И если бы только в прогулах было дело. Вы же учитесь еле-еле. Решили напоследок отличиться?

Математик сокрушенно покачал головой.

— Жукова... Ну ладно эти, — он махнул рукой на Лаврецкую и Крузенштерна. — Но от тебя я такого не ожидал.

Оля вспыхнула от слов учителя и подняла на него взгляд.

— Простите... Я исправлюсь...

— Да наверстаем мы всё, — уверенно заявил Петька.

Математик лишь усмехнулся: из всей этой компании Квитко был самым заядлым прогульщиком и лентяем, но каким-то непостижимым образом умудрялся держать приличные оценки.

— Вот увидите, скоро всё вернётся на свои места. Я прослежу!

И даже если на свои места вернулось не всё, то по крайней мере все. Оля снова сидела с Крузом, Даша — с Петей, а Рита… А Риты в школе не было. Игорь слегка переживал, что Лебедева не появлялась на уроках из-за той неловкой сцены с Олей, но Петька его успокоил:

— Наверное, заболела. Не мудрено, она же полдня на льду проводит, а там холодрыга!

Впрочем, думать о Рите Лебедевой времени у них не было. До конца первой четверти оставалось всего два дня, и нужно было успеть сдать все долги, чтобы спокойно уйти на каникулы.

В пятницу после уроков Даша, Оля, Петя и Игорь собирались всем составом пойти гулять, но в их планы вмешалась погода. Синоптики обещали, что днём будет солнечно, без осадков. Даша, наивная душа, даже не взяла зонт. Но к обеду небо вдруг потемнело, загрохотало, завыло, а потом как хлынуло — не дождь, а настоящий потоп!

— И это называется «без осадков»? — фыркнула Даша.

Ребята толпились под узким козырьком школы. С тоской глядя на ливень они быстро приняли коллективное решение разойтись по домам.

— Никому нельзя верить!

— Ну почему сразу никому? — возмутился Петька. — Мне — можно. Я ещё вчера заметил: солнце садится в облака — это к дождю, примета такая!

— И чего же ты тогда зонт не взял, всезнайка? — ехидно поинтересовались девочка.

— Лавря, ты за кого меня принимаешь? — важно сказал Петя.

Он с достоинством выпрямился, скинул рюкзак с плеч и с торжественным видом извлёк из него аккуратно сложенный зонт.

— Я человек предусмотрительный! Пошли, я тебя до метро провожу.

Даша с благодарностью взглянула на друга.

— А нам, видимо, придётся так бежать, — вздохнула Оля. — Хорошо, что недалеко.

— На, — сказал Игорь, стягивая с себя куртку. — Накрой голову.

— А как же ты?

— Я не растаю, — усмехнулся парень и бросился под дождь в одном свитере. Оля поспешила за ним, накинув куртку на голову, как капюшон.

— Вот это Круз! — восхищённо пробормотала Даша. — Молодчина.

Петька только кивнул, будто так и должно быть. Вдвоём с Дашей они шагнули под зонт и побежали по лужам, пытаясь перепрыгивать через самые глубокие. Правда, это не помогло и они всё равно промочили ноги насквозь.

У метро Даша остановилась и отряхнула с себя капли:

— Ну спасибо, Петюня. Хоть до метро более-менее сухая добралась.

— Лавря, возьми зонт себе. Потом отдашь!

— А как же ты? — удивилась девочка, точь-в-точь как Оля десять минут назад.

— А я тоже не сахарный! — ухмыльнулся он и, не дожидаясь ответа, юркнул обратно под дождь, бегом в сторону дома.

Даша ещё пару секунд смотрела ему вслед, а потом улыбнулась — золотой он всё-таки парень, Петька.

До квартиры на Фрунзенской набережной девочка добралась вполне благополучно. Правда, слегка продрогла — ветер с влагой пробирали до самых костей, и она мечтала только об одном: залезть в горячую ванну, поотмокать часок-другой.

— Дашутка, промокла? — выскочила в прихожую тётя Витя.

— Нет, мне Квитко свой зонт одолжил! Только замёрзла чуть-чуть.

— Раздевайся скорее — и в душ, а то как бы не простудилась! Кстати, в гостиной тебя ждёт сюрприз!

Виталия Андреевна загадочно подмигнул девочке. Заинтригованная Даша мигом скинула ботинки и прямо в куртке поспешила в гостиную. Там на диване, страшно довольная жизнью, с миской гигантского винограда и Петром Петровичем под боком устроилась… мама.

— Признавайся, кто ты и что сделала с моей мамой!

Александра Павловна, генеральный директор крупной телекомпании, обычно пропадала на работе с утра и до глубокой ночи. Застать её дома среди бела дня — особенно в пятницу — казалось чем-то из параллельной реальности.

— Ты почему не на работе?

— Не поверишь, Данчик, у нас крыша протекла!

— Крыша у вас давно подтекает, это не новость, — фыркнула Даша. — С тех пор как ваш канал стал федеральным, у вас там не редакция, а филиал сумасшедшего дома.

— Очень остроумно, — притворно обиделась мама, хотя прекрасно знала, что дочь права. На их телевидении уже давно всё пошло наперекосяк, включая здравый смысл. — Но офис правда затопило. Мы же на последнем этаже! Всех срочно разогнали по домам. Так что у меня — внеплановый выходной.

Она потянулась за виноградиной и, прищурившись, спросила:

— А ты почему не на английском?

В последние пару дней мама приходила домой поздно, а Даша была по уши в учёбе, поэтому сообщить, что занятия с репетитором накрылись медным тазом, она просто не успела.

— Ксения Дмитриевна уехала по семейным обстоятельствам.

— И когда вернётся?

— М-м… неизвестно.

— А бабушка в курсе?

— Конечно! Уже ищет мне другого репетитора. Хотя, честно говоря, вряд ли быстро найдёт — учебный год в разгаре, все нормальные педагоги уже заняты.

— Может, и не надо никого искать? Ты в последнее время такая уставшая, Дашка…

И это было чистой правдой. За последние пару месяцев она вымоталась до предела — подготовка к экзаменам, болезненное расставание, ссора с мальчишками, вся эта история с Ксенией… Всё навалилось разом. И пусть жизнь понемногу входила в прежнее русло, энергии не осталось ни на что.

Даша быстро приняла душ, укуталась в махровый халат, по настоянию тёти Вити надела тёплые шерстяные носки — и, наконец, устроилась на диване рядом с мамой. Телевизор тихо гудел, показывали какой-то незатейливый детектив. На столике перед ними дымился чай.

— Дашка, откуда такой красивущий букет, — поинтересовалась Александра Павловна, кивая на цветы. Они стояли на столике рядом с кружками. — Вадим подарил?

Про расставание с Вадимом Дашина мама тоже была ещё не в курсе. Сначала говорить об девочке не хотелось, а потом — казалось излишним, как будто всё уже давно прожито и переварено. И вдруг она поняла с неожиданной тоской: она вообще в последнее время мало что рассказывает маме. Почти ничего. Как будто выросла — и отдалилась.

— Нет, Петька, — честно призналась она, не отводя взгляда от экрана. — Мы с Вадимом расстались.

— Он тебя обидел? — моментально напряглась Александра Павловна.

— Да нет, — пожала плечами Даша. — Просто не мой человек. Я это поняла — и отпустила.

— Ну надо же, — пробормотала мама, уставившись в экран. — И даже не плакала?

— Было немного, — призналась Даша спокойно. — Но не из-за него, а из-за себя. Из-за того, что долго не хотела замечать очевидное. Но теперь всё хорошо, правда.

Мама бросила на дочь долгий взгляд: какой же мудрой и сильной выросла её Дашка! В глазах Александры Павловны промелькнула гордость, а вместе с ней — едва заметная грусть. Она по себе знала, что сильным девочкам в этой жизни всегда в тысячу раз сложнее.

— А от Петьки цветы по какому случаю? — поинтересовалась Александра Павловна, делая глоток чая.

В её голосе звучала лёгкая надежда — она всё ещё верила, что однажды Дашка сможет взглянуть на Квитко не только как на друга. Александра Павловна знала Петю с первого класса и ни секунды не сомневалась: ему можно доверить самое дорогое, даже единственную дочь. Надёжный, верный, без показушной бравады — в наше время такие парни большая редкость.

— Ты же знаешь его, — усмехнулась Даша. — У Петьки всегда найдётся повод.

Через пятнадцать минут Даша с мамой уже вовсю втянулись в детектив. Александра Павловна негромко комментировала действия героев, тётя Витя где-то на фоне гремела посудой, а Даша сосредоточенно вычисляла убийцу. Ещё через десять минут разгадка была найдена.

— Ну вот, смотри. На месте преступления — чёткий след от женской обуви. Причём на шпильке, а из всех героинь на каблуках ходит только одна — жена брата. Плюс она единственная, кто знал код от сигнализации. Всё сходится!

Мама округлила глаза.

— Да ну тебя, Дашка. С тобой вообще невозможно ничего смотреть — ты раньше следователей все дела раскрываешь.

— Просто сюжет предсказуемый, — пожала плечами Даша. — Давай лучше что-нибудь другое поищем.

Даша потянулась за пультом и начала щёлкать каналы. Концерты, ток-шоу, мультики, новости… И вдруг девочка замерла.

— ...Маргарита Лебедева дисквалифицирована на четыре года за применение запрещённого препарата. В её допинг-пробе обнаружен фуросемид — мочегонное средство, часто используемое для экстренного снижения веса и маскировки других веществ, — вещал закадровый голос диктора, пока на экране мелькали кадры с тренировки.

— Дашка, ты решила новости посмотреть? — удивилась Александра Павловна. — Включай на Первый, вдруг там «Кто хочет стать миллионером идёт».

— Мам, это же Ритка Лебедева! — потрясённо сказала Даша.

— Какая Ритка?

— Моя одноклассница, фигуристка! Она на Олимпиаду ехать должна была!

— Ничего не понимаю. Я не помню никакую Рита Лебедеву в твоём классе.

— Неудивительно, её никто не помнит. Круз вообще решил, что она новенькая. Ритка на уроках годами не появлялась, а в этом году вдруг зачастила. Теперь понятно, в чём дело!

Пазл в голове Даши, наконец-то сошёлся. Она знала, чувствовала, Квитко с Крузенштерном не просто так за Лебедевой таскаются!

— Мам, мне надо срочно позвонить!

Даша схватила телефон и помчалась в свою комнату, на ходу набирая номер Оли.

— Олька, ты новости случайно не смотришь? — закричала Даша в трубку.

— Нет, а что случилось? — испугалась Жукова.

— У Лебедевой допинг нашли!

— Не может быть!

— Только что по телевизору сказали! Ритку на четыре года дисквалифицировали, и даже тренироваться ей запретили, представляешь? — тараторила Даша.

— Ничего себе, — присвистнула Оля. — Думаешь, это правда? Она принимала что-то запрещённое?

— Не знаю, — призналась Даша. — Но интуиция мне подсказывает, что Петька с Крузиком поэтому с ней яшкались! Как мы и думали, они без нас вляпались в какой-то детектив!

Девочки ещё немного поохали и поахали, обменялись догадками и вскоре договорились: Даша наберёт Петьку, а Оля — Крузу. Нужно было понять, слышали ли они про Лебедеву, и что об этом думают.

— Лавря, что случилось? — Петька сразу понял по голосу Даши, что что-то произошло.

— Петюня, ты новости не смотрел?

— Нет, погода всё телевидение испортила! Ни один канал не показывает из-за грозы. А что там?

— Ритку Лебедеву дисквалифицировали!

И Даша пересказала другу всё, что услышала в новостях.

— Признавайся, Квитко, вы с Игорем поэтому с ней связались?

— Ну да, хотели помочь! Ритка с нас слово взяла, что мы никому не скажем, даже вам.

Петя с облегчением выложил Даше всё, что знал. Теперь скрывать было нечего, а он не выносил скрывать что-то от своей Лаври. И вдруг его осенило:

— Какие же мы с Крузом идиоты! — взревел он.

По звукам Даша поняла, что он вскочил с места и теперь носится по комнате, как заведённый. Петька никогда не мог сидеть спокойно, когда был взволнован.

— Верблюды безмозглые! Кретины последние!

— Квитко, хватит уже самобичевания, — перебила Даша. — Вы с Крузом что не так сделали-то? Объясни по-человечески.

Петька выдохнул в трубку:

— Я думал, Ритка заболела. Её же не было в школе последние дни, и я решил, что она, может, с температурой лежит... А она, видимо, уже знала про дисквалификацию. Получила решение комиссии — и исчезла. А мы с Крузом даже не удосужились ей позвонить! Узнать, как она, спросить, нужна ли помощь. Надо же быть такими…

— Ослами бесчувственными? — со смешком подсказала Даша. Она давно выучила все ругательства Квитко наизусть.

— Вот именно, — вздохнул он. — Мы ведь даже не рассказали ей, с кем встречался Генка. Сначала Ксения со своей драмой нас из колеи выбила, потом с учёбой закрутились… Но это всё глупые оправдания!

— И что теперь делать? — спросила Даша. — Всё это звучит... ну, как минимум, странно.

Она не питала к Лебедевой особой симпатии. Но и бросить человека в беде Даша не могла. Она не верила, что Ритка, которую с детства называли вундеркиндом и богом поцелованной, которая годами тренировалась до изнеможения и жила мечтами об Олимпиаде, — могла вот так всё испортить.

— Вот что, Лавря, — решительно сказал Петька. — Мои предки завтра с утра поедут к бабкам, так что в девять собираемся у меня. Предупреди Ольгу. Надо всё хорошенько обмозговать.

— Петь, может, хотя бы в десять? — взмолилась Даша. — Мне же до вас ехать, а хочется хотя бы первый день каникул не встречать с будильником на рассвете…

— В десять так в десять, — сжалился Квитко. — Вряд ли этот час сделает нам погоду.

— Кстати, о погоде, — Даша выглянула в окно. — Дождь, кажется, кончился!

***

В субботу в десять утра вся компания уже расселась на кухне у Петьки. Все выглядели на удивление бодрыми, кроме Даши — она зевала через каждые полминуты.

— Не выспалась совсем, — призналась девочка. — Мы с мамой вчера допоздна болтали…

Петька с энтузиазмом вскочил к плите.

— Ничего, Лавря, я тебя быстро в чувства приведу. Шнурки кофе привезли из Вьетнама — вкусный! Сейчас сварю, мигом проснёшься.

Пока Петя молол зёрна и засыпал кофе в турку, Игорь поинтересовался:

— Петь, а зачем мы тут собрались?

— Как зачем? — удивился Петька. Надо же всё обсудить, разработать план действий! А ты что предлагаешь, Крузик?

— Надо с Риткой поговорить, — твёрдо сказал Игорь. — А то мы повели себя как последние свиньи, просто про неё забыли.

— Крузик прав, — поддержала его Оля. — Надо Лебедеву поддержать. А заодно разобраться, что вообще произошло.

Петя и Даша переглянулись. Оба подумали одно и то же: Олька молодец. Несмотря на явную ревность к Рите, она смогла отодвинуть личное на второй план.

— Вы у Риты вообще спрашивали, какие таблетки она принимает? — продолжила Оля. — Даёт ли ей что-то этот врач?

На этот раз переглянулись мальчики. Петя хлопнул себя по лбу.

— Ну и лохи же мы! Такой очевидный вопрос задать не додумался. Жучка, как же нам не хватало в этом деле твоих мозгов!

Оля довольно зарделась. Она твердо решила: глупая ревность не должна мешать расследованию. Наоборот, она докажет Игорю, что может быть великодушной и непредвзятой. В последнее время она и так достаточно эмоционировала…

Накануне вечером Оля смотрела с бабушкой новости, как раз тот самый выпуск, где рассказывали про допинг. Оля аккуратно призналась, что они с друзьями хотят поддержать Риту и помочь ей разобраться в произошедшем, если получится. Со стороны всё звучало совершенно не опасно и даже благородно.

Ираида Антоновна, бывший врач, когда-то работавшая в спортивном диспансере, долго сокрушалась:

— Бедная девочка… А вы, Олечка, молодцы. Спортсмены — народ ранимый.

— Бабушка говорит, что спортсмены — очень инфантильные, — поделилась с друзьями Оля.

— Как это? — возмутился Петька. — Они же с детства пашут как проклятые, пока их ровесники в школе штаны просиживают! Сами себе на жизнь с ранних лет зарабатывают!

— Не кипятись, Квитко, я не договорила. Спортсмены просто очень сосредоточены на результате, поэтому абсолютно не самостоятельны. Все вокруг говорят им, что делать: родители, тренеры врачи… А они слушаются, потому что им не до размышлений, голова вся в тренировках. Так что обмануть спортсмена — пустяк. Особенно юную девочку.

Оля замолчала на секунду, а потом добавила:

— Бабушка говорила, что у неё когда-то наблюдался один лыжник. Талантливый парень, пятнадцать лет. И вот у него находят допинг. Все в шоке. А потом выясняется: мама подмешивала ему в еду какие-то стимуляторы. Хотела олимпийскую медаль сыну. А в итоге — дисквалификация, позор, конец карьере.

— Какой кошмар… — ахнула Даша. — Хотела помочь, а в итоге загубила сыну карьеру.

— А ещё, — не унималась Оля, — бабушка рассказывала про сборную по женскому хоккею. Всю команду отстранили, потому что врач давал девчонкам какое-то запрещённое вещество. И ещё одно, мочегонное, чтобы оно быстрее выводилось из организма. Но однажды он не рассчитал с дозировкой, а тут как назло пришли допинг-офицеры.

Петька едва не расплескал кофе, ставя кружку перед Дашей на стол:

— Чёрт, почему мы не додумались почитать похожие истории? — закричал он. — Спасибо тебе, Ольга! И бабушке твоей низкий поклон. Значит, первым делом нам надо выяснить, насколько сильно Риткины родители жаждут для дочки медалей и на что готовы ради этого пойти…

— У Риты только мама, — вмешался Игорь. — И она вообще старается не вмешиваться в то, что касается спорта. Ритка в детстве болела часто, поэтому маман её и отвела на каток, здоровье укреплять. А когда тренеры вдруг заявили, что у девочки настоящий талант, мама, по Ритиным словам, была в полном ужасе. Она сама когда-то занималась гимнастикой, подавала большие надежды, но из-за травмы пришлось всё бросить. С тех пор она только и повторяла: «Я не хочу, чтобы моя дочь прошла через то же». Всегда говорила Рите — если надоест или станет тяжело, можешь уйти хоть завтра. Но Ритке нравилось, она сама хотела продолжать.

— Тогда, — нахмурился Петя, — надо выяснить, какие лекарства даёт Лебедевой наш крокодил Гена.

На этот раз все дружно кивнули и решили попробовать дозвониться до Риты. Но ни к домашнему, ни к мобильному никто не подходил.

— Может, поищем её на катке? — предложил Петька.

— Вряд ли она там, — сказал Игорь. — Её же отстранили. Да и… может, она специально трубку не берёт. Не хочет ни с кем говорить.

— Она могла пойти за какими-то документами, — предположила Оля. — В любом случае, попробовать стоит.

— Олька права, — поддержала Даша. От горячего кофе у неё в голове заметно прояснилось и она почувствовала, как включается в разговор. — А если на катке её не будет — пойдём к ней домой. Вы же знаете адрес?

— Знаем, — кивнул Игорь.

— Может, вам с Петькой лучше вдвоём пойти? — нерешительно сказала Оля. — Она ведь не хотела, чтобы мы знали её тайну.

— Да брось, — отмахнулась Даша. — После вчерашних новостей её тайну вся страна знает.

— Жучка права, — кивнул Петя. — Мы не знаем, в каком Ритка сейчас состоянии. Может, перед вами вообще закроется. Лучше мы с Крузиком вдвоём сгоняем. А вы пока разыщите Кирюху Хованского — пора и его к делу подключать. А то он даже не в курсе, что у нас тут уже второй детектив за осень…

— Он в эти дни в запое — учебном, — усмехнулась Даша. — К экзаменам готовится, как ненормальный.

— Вот мы его и вытащим. Каникулы же. А он в биологии и химии шарит — может, подкинет дельных мыслей.

Петька с Игорем двинулись по уже до хорошо знакомому маршруту на каток. Холл ледового дворца встретил их чуть более гулкой тишиной, чем обычно. Люди ходили как-то поодиночке, переглядывались, кто-то перешёптывался. Петьке даже показалось, что воздух стал каким-то густым и наэлектризованным — как перед грозой. Хотя, может, это у них самих в голове стояло напряжение, и от него всё казалось подозрительным.

— Смотри, Женя, — кивнул Петька на знакомую кудрявую макушку возле стенда с расписанием.

Они подошли к фигуристке и поздоровались. Женя обернулась, приподняла брови и широко улыбнулась:

— О, мальчики! А вы что тут делаете?

— А Лебедева где? — сразу перешёл к делу бью Петя.

Женя слегка нахмурилась.

— Ну вы даёте. Её же от тренировок отстранили. Вы разве не в курсе?

— В курсе, — кивнул Петька. — Но в школе она последние несколько дней не появлялась, на звонки не отвечает. Вот мы и подумали, может застанем Ритку здесь!

— Она заходила на днях, забрала вещи из раздевалки.

— А как она вообще? — спросил Игорь, чуть потупив взгляд.

Женя прищурилась и как-то уж слишком внимательно на него посмотрела:

— Подожди, а ты же вроде её парень… Как это — не знаешь?

Игорь открыл рот, но не успел ничего сказать — Женя уже продолжила, как ни в чём не бывало:

— Выглядела Ритка, честно говоря, неважно. Но держится. И, кстати… — Она вдруг улыбнулась по-новому, с кокетством. — У нас сегодня вечеринка, для своих. Скоро этапы Гран-при начнутся, дальше — ни минуты свободной. Так что решили напоследок немного повеселиться. Лебедева обещала прийти. Ну и вы загляните. Сегодня в шесть, вот адрес…

Женя нацарапала что-то ручкой в блокноте, вырвала листочек и передала его Петьке, чуть склонив голову набок:

— Придёте?

— Придём, — уверенно ответил Квитко, прежде чем Игорь успел моргнуть.

Мальчики вышли на улицу, двери катка закрылись за спиной с тихим щелчком.

— Ну и зачем нам на эту вечеринку? — буркнул Игорь, засунув руки в карманы. — Может, просто к Ритке домой сходим, в дверь позвоним?

— Давай, — согласился Петька. — Но на вечеринку всё равно стоит пойти.

— Петь, ну зачем? — удивился Игорь. Ему совсем не улыбалось идти на какую-то тусовку, где все считают, что он — парень Лебедевой.

— В смысле «зачем»? — возмутился Петя. — Внедриться в среду!

— Да ну, — протянул Игорь. — Мы больше месяца на этом катке торчали. Куда уж плотнее внедряться?

— Это другое, — возразил Петя. — Там все заняты делом: тренировки, тренеры, дисциплина. А тут — своя тусовка, никакого контроля. Может, в неформальной обстановке кто-нибудь сболтнёт что-то неожиданное.

Игорю очень хотелось что-нибудь возразить, но он понимал, что спорить с доводами друга бесполезно.

— К тому же, — продолжал Петька, — конкуренток Риты нельзя исключать из списка подозреваемых. Её дисквалификация им только на руку — у них наконец-то появился шанс на олимпийское золото. До этого на победу можно было даже не рассчитывать, Лебедева наверняка вынесла бы всех в одну калитку. Так что за фигуристками тоже не помешает понаблюдать!

Крузу ничего не оставалось, кроме как согласиться с Квитко. Чего только ни сделаешь ради дела! Почему-то идти на вечеринку спортсменов было волнительнее, чем изображать из себя экстрасенса в доме сектантов.

За разговорами ребята добрались до дома Риты, поднялись на нужный этаж, позвонили в дверь. Один раз. Второй. Тишина.

— Похоже, никого нет дома, — заключил Петька.

— Или не хочет никого впускать, — предположил Игорь.

Мальчики позвонили ещё пару раз и решили, что им ничего не остаётся, кроме как надеяться, что Рита действительно придёт на вечеринку.

На улице взгляд Петьки зацепился за двух молодых мужчин у соседнего подъезда. Они старательно делали вид, что кого-то ждут, но то и дело озирались по сторонам. У одного из парней Квитко приметил крохотную штучку, похожую на диктофон, а у другого — сумку, в которой, как он знал, носили фотоаппараты.

— Слушай, Крузик, — тихо сказал Петька, кивнув в сторону незнакомцев. — А вот это, по-моему, журналисты.— Ага. Значит, вечеринка — наш единственный шанс.

— Думаешь, за Лебедевой охотятся?

— Почти уверен. Может, Ритка у кого-нибудь из родственников отсиживается, чтобы эти шакалы безмозглые ей не докучали.

— Похоже на правду. Эх, значит, вечеринка — наш единственный шанс.

Глава 14. Тусовка с фигуристами

Даша с Олей, разумеется, тоже хотели пойти на вечеринку, но Петька сумел их отговорить.

— Во-первых, вас там никто не знает! — заявил он.

— А во-вторых? — хмыкнула Оля.

— Во-вторых, вас там никто не знает! — снова повторил он. — Вы будете с нами болтаться, и мы ничего не узнаем.

— Мы с вами болтаться будем? — Оля возмутилась. — Да мы вообще можем от вас отойти и не подходить!

— Ну и зачем? Жучка, подумай, если вы будете везде с нами таскаться, то нам с Крузом будет труднее поговорить даже с Риткой! А если не будете таскаться, то… Что вы там будете делать?

— Оль, Петька прав, — поддержала друга Даша, за что тут же получила от него в ответ широкую улыбку. — Рита при нас, может, и говорить не станет, а мальчики с ней всё-таки долго общались…

— Ладно уж, — поджала губы Оля. — Не нужна наша помощь — не будем напрашиваться!

— Ещё как нужна! — закричал Петька. — Просто позже… Мы вместе всё обмозгуем. Поверь, Ольга, без тебя мы с Крузом вряд ли справимся, твои мозги…

— Да-да, аналитические, — закончила Даша. — Петь, вы бы уже хоть что-то новенькое придумали, а то как попугаи заведенные со Стасом: «У тебя мозги аналитические!» Ладно, Стас, но ты-то всегда новое что-то придумываешь!

Петька вдруг задохнулся от злости! Вот это да, он тут комплиментами раскидывается, а его обвиняют… Да и в чём? В банальности?!

— Да ладно, Дашка, — поспешила сказать Оля, пока Квитко окончательно не разошелся. — Мне от Петьки всегда приятно комплимент получить! Да и от Стаса тоже!

— То-то же, — помахал перед ними пальцем Петька.

— Петь, нам пора, — напомнил Игорь.

В четверть шестого мальчики на скорости вынеслись с Петькиного двора, а девочки остались ждать их у Оли. Вытащив из кармана бумажку с адресом, Петька заявил:

— Ага, это недалеко! На Новослободской, Крузик, значит, быстро доедем.

— Только давай на автобус пойдём? А то поезд в метро застрянет, можем уйму времени потерять. Я недавно так встрял, пока к Верке ехал.

— Это ты верно мыслишь, Крузик! Давай! Я бы тебе и пешком предложил прошвырнуться, но погодка больно холодная.

И они бросились на остановку. Людей было мало, и Петя уже предвкушал, как классно они прокатятся на полупустом автобусе. Займут места у окна, будут смотреть, как мелькает Садовое кольцо — красота!

— О, Крузейро, наш! — радостно толкнул Петька Игоря локтем.

Они едва втиснулись в салон, и это ещё мягко сказано. Автобус был забит старушками под завязку. У каждой — по три авоськи, тележка и как минимум одна банка с непонятным содержимым.

Петьку мгновенно впечатали в дверь каким-то агрегатом на колесах, похожим на телегу. Он так больно проехался по его ногам, что Петька чуть не взвыл от боли. И это после хождения в ботинках, которые и без того стёрли ему все ступни…

— Ой, мальчик, не стой на проходе! — рявкнула бабка, прижимая его тележкой к поручню.

Галдёж стоял такой, будто они попали не в автобус, а на рынок. Петька, выбравшись из плена, попытался найти Крузенштерна. Тот стоял, держась за поручень, а на нём повисли две старухи. Да, у Игоря рост такой, что тележкой его не прижмёшь

«Жучка бы точно с ума сошла от ревности», — едва сдержал смех Петька.

— Круз! — закричал Петька через гул толпы.

— Квитко, я тут! — Игорь буквально проплыл над бабками. — Ты когда-нибудь такое видел?!

— Впервые! И куда они все едут? Вечер уже! Я думал, бабки с утра обычно куда-то катаются…

— Да уж. Походу они круглосуточно кататься стали!

Петька окинул взглядом салон и выбрал самую безобидную на вид старушку — в красном берете и с губами цвета баклажана.

— Извините, а куда все направляются? — вежливо спросил он.

Бабка подняла на него взгляд, сверкнув глазами:

— В «Седьмой континент»! Разве вы не знаете?!

— Знаем, — быстро встрял Игорь. — Но что там такого?

— Как «что»?! — взвизгнула соседка с авоськой. — Молодёжь, совсем от жизни отстали!

— Да они теперь таким не интересуются, — снисходительно вздохнула бабка в берете. — По заграницам себе ездят, одеваются с иголочки... Родители поди денег наворовали, вот теперь их детки ни в чём не нуждаются!

Петька с Игорем переглянулись. Они и правда оба летали за границу в этом году — Петя в Англию, Игорь на Кипр. Но при чём тут это?!

— Дамы, — обратился к бабкам Петька, и они тут же на него уставились. — Может, мы просто не в курсе? Просветите!

— Да где ж вам быть в курсе! — затараторила вторая старуха. — На оптовый склад у Рижского все едут! Грузовик перевернулся, гречка там по пять рублей! Я уже три мешка сегодня увезла!

— Три мешка?! — закричал Петька. — Да вам хватит на всю жиз…

Игорь резко ткнул его в ребро — мол, заткнись, а то ещё схлопочешь чего ради.

— Но... — осторожно начал Игорь, цепляясь за поручень. — Рижский же в другую сторону? На 15-м туда не доехать…

— Ой, умник нашёлся! — фыркнула бабка с авоськой. — А мешки где брать будем? Сначала мы за мешками на склад, потом на Рижский за гречкой!

Тут две старухи увлеклись жарким спором:

— Клав, может, разделимся? Я за мешками, ты за крупой!

— И как я гречку тащить буду буду без мешка?!

— А вдруг не успеем?..

— Успеем, Галка, успеем! Я когда уезжала, там ещё много было… Правда, народ такой хваткий, ты знаешь…

И они принялись обсуждать план, как им оказаться у гречки быстрее всех остальных. План был, видимо, очень секретный, так что они принялись шептаться. Не бабки, а целое подразделение спецназа!

— Петь... — шёпотом просипел Игорь. — Давай-ка выйдем на следующей. Лучше пешком пройтись, а то вдруг ещё кто зайдет…

— Бежим! — согласился Петя

Как только автобус подкатил к остановке, они кубарем вылетели из него. И были правы — тут уже была новая толпа бабок. И началась драка за места в автобусе!

— Круз, у меня теперь травма… От этого автобуса!

— Обратно тоже пешком пойдём.

— Правильно! Ну их в баню с этой гречкой. Ладно, давай шагу прибавим, а то сильно опоздаем!

***

Они и в самом деле немного задержались. Лифт в доме был старый, поэтому они решили подняться по лестнице.

— На своих двоих быстрее будет, а то застрянем ещё! — рассуждал Игорь, а Петя счёл его мысль здравой. Подниматься пришлось аж на десятый этаж. Ну ничего, зато лишняя тренировка! С утра они сегодня свою как раз пропустили.

Даже не глядя на номер квартиры, они оба поняли, какая дверь им нужна — из-за неё доносилась громкая музыка. Да, кажется, это и правда настоящая вечеринка, а не просто посиделки с чайком, к которым привыкли Квитко и Крузенштерн … Парни переглянулись. Петя кивнул, а Игорь нажал на звонок.

Но никто не открыл. Ещё бы! Музыка долбила по ушам только так, а они ещё даже не вошли.

— Крузик, ты ручку дерни, — попросил Квитко.

— Действительно, открыто!

Так они оказались внутри, и оба… Обомлели. Петя и Игорь буквально замерли на пороге. Квартира оказалась огромной — высокие потолки, из прихожей сразу видно просторную гостиную, соединённую с кухней. В центре — барная стойка, заваленная банками из-под энергетиков и пива. Люди стояли кучками, кричали что-то друг другу на ухо и смеялись. Кто-то танцевал, вернее, дергался в ритм, а кто-то просто сидел на подоконнике, уставившись в телефон.

Петька подавленно подумал: «А ведь мы тут почти никого не знаем… Как мы будем здесь кого-то расспрашивать? Кошмар!» Игорь, видимо, подумал о том же, потому что выглядел он уж очень удручённо.

— Ну и ну…— тихо сказал он. — Петь, а как мы тут узнаем что-то? По-моему, они уже…

— Что?

— Пьяные! — и Крузенштерн выразительно посмотрел на одну из парочек, пожирающую друг друга. Не в буквальном смысле. Хотя…

— Крузик, дело сыщика, оно нелегкое, ты же сам знаешь! — философски заметил Петя. — О, Женя! Женя!

И Квитко одним резким движением выдернул знакомую из толпы. Женя сегодня выглядела вовсе не так, как на тренировках. На ней были огромные круглые очки, розовый топ и модные джинсы с потёртостями.

— О, вы пришли! — обрадовалась она, перекрывая музыку. — А я всё думала, как же ты мог Ритку одну оставить в таком состоянии! — Женя покосилась на Игоря.

— А Рита уже здесь? — спросил Петя.

— Конечно! И уже выиграла меня в пиво-понг! Видимо, раз в фигурном катании теперь ей меня обставить не судьба, решила здесь отыграться.

— В пиво-понг? А что это?

— Ну, как пинг-понг, только с пивом, — Женя пожала плечами. — Там пить надо, если в твой стаканчик попадут.

— И Рита в такое играет? — ахнул Игорь.

— А ты точно хорошо свою девушку знаешь? Да ладно, вы, парни, не стесняйтесь, алкоголь там, Ритуля… Ой, а где она? Я видела её на диване в гостиной, а теперь её нет…

— Ничего, Жень, найдем её сами, — вымученно улыбнулся Петя. Ему всё это не нравилось. — Пойдём, Крузик, возьмём по пиву!

И он потащил Игоря за собой. Они подошли к барной стойке и взяли по банке. Открыли, сделали глоток. Петька тут же поморщился. Какая же гадость! Нет, алкоголиком ему в этой жизни точно стать не светит. И слава Богу! Некогда ему пивом баловаться, он ведь тёте Саше обещал Нобелевскую премию получить.

Петя глянул на Круза — тот, молча поджав губы, сделал несколько глотков и даже не поморщился. А ведь Крузик здорово дымил, когда они только начинали общаться! Потом он это дело бросил, и Квитко больше не видел в его руках даже сигаретки… Но, видимо, сейчас Игорёк так волновался, что решил налечь на алкоголь и выдул половину банки!

— Круз, ты чего? — заволновался он.

— Да не знаю, что-то вдруг подумал, что зря мы сюда пришли… Ещё… — Игорь вдруг густо покраснел. — Петь, меня тут все Риткиным парнем считают, а я… А я не он!

Петька засмеялся:

— Крузик, я знаю, что ты не он! Да не переживай ты так, большое дело, чей ты там парень! То есть… Я не это хотел сказать… Ты же знаешь, девчонкам только дай повод для сплетен.

— Думаешь, они быстро про меня забудут, если что?

— Ну конечно! Скоро соревнования важные начнутся, им точно не до Риткиных парней будет. К тому же, и Рита, наверное, из спорта выпадет… Отстранили всё-таки. Так что ты, Крузейро, не расстраивайся! Ольги здесь нет, она ничего не узнает.

— Надеюсь. Мы же только помирились, я не хочу снова…

Петя положил руку ему на плечо в знак сочувствия. Да, заварила Ритка кашу! С другой стороны, если бы она не представила Игоря своим парнем, может быть, их бы сюда Женя и не позвала…

— А тебе не кажется, что нам здесь ловить нечего? — поинтересовался Игорь. Они всё ещё стояли вдвоем, немного в стороне от всех. Обоим было страшно некомфортно.

— Честно? Мне сначала так показалось. А потом я подумал, что мы ведь сюда пришли Ритку найти и с ней поговорить! Женя сказала, она здесь. Значит, не зря!

— Тоже верно. Только…

— Только что?

— Понимаешь, мне кажется, Ритка сейчас не в себе, — потупился Игорь. — Женя про пиво-понг сказала вот! А мы её про таблетки спрашивать будем?

— А я об этом не подумал, — Квитко почесал затылок. — Знаешь, Круз, давай так: сначала её надо найти. А потом уже будем действовать… По вдохновению!

— По вдохновению? — Игорь улыбнулся. — Это можно!

Петя и Игорь двинулись вглубь квартиры, протискиваясь между гостями. В воздухе витал сладковатый дым, смешанный с запахом алкоголя, а под ногами то и дело хрустели случайно раздавленные чипсы.

Они прошли через кухню, где компания с азартом играла в «крокодила», крича и жестикулируя так, будто от этого зависела их жизнь. В гостиной на огромном кожаном диване полулежали несколько человек, но Риты среди них не было.

— Может, она на балконе? — предположил Петя.

Балкон оказался забит людьми, курящими и спорящими о чём-то. Но и там — ни следа Риты Лебедевой.

— Как сквозь землю провалилась! — посетовал Квитко.

— Кажется, осталась только одна комната, — пробормотал Игорь, и они направились к закрытой двери в конце коридора. Это была ванная.

Петя постучал. Ни ответа, ни привета.

— Может, не стоит? — заколебался Игорь.

— А вдруг она всё-таки там? — Петя надавил на ручку.

Дверь поддалась. Рита сидела на краю ванны, сгорбившись, уткнувшись лицом в ладони. Тени и тушь размазались по щекам, волосы растрепались, а на полу стоял пустой бокал

— Рита! — воскликнул Петька, подбегая к девушке. — Тебе плохо?

— Петя? Игорь? — она подняла глаза и уставилась на парней. — А вы что тут забыли?

— Тебя искали!

— Меня? Зачем? — она утерла слёзы рукой. — Расследовать уже ничего не надо, для меня уже всё кончено!

— Рит, мы… — начал было Игорь.

— Не надо, — она поднялась и вымученно улыбнулась. — Вы сделали всё, что могли. Извините, я вам столько неприятностей доставила… — она снова горько заплакала.

— Да каких неприятностей, дуреха? — спросил Петька.

Она сделала шаг вперёд и, обойдя Петю, уткнулась в грудь Игорю. Тот растерялся и вопросительно посмотрел на друга, мол, что делать-то. Квитко изобразил объятия, и глаза у Игоря сразу стали по пять рублей! Петька чуть не помер со смеху, хотя ситуация была, конечно, не особо комичная…

— Вот ты, Игорь, с Олей из-за меня поругался, — всхлипнула девочка.

— Да ты что, мы с Олей ещё до тебя поругались! — ляпнул Игорь и вдруг понял, что звучит это не особо утешающе.

— Просто… Ты мне очень нравился всегда, — призналась Рита.

Петька хлопнул себя по лбу! Чёрте что, напилась и всё выдала! Во спортсмены — никакой выдержки!

— Я?!

— Ты, конечно! Я в тебя как в садике влюбилась, так и… Нас жизнь развела, конечно, ты вот даже меня и не помнил, но я всегда тебя помнила… И валентинку твою хранила, ты мне в пять лет подарил…

— Но мы же даже не общались, — растерялся Игорь.

Не зря он так нервничал! Выходит, Оля права была? Он правда нравился Рите… Дурдом!

— Да, но ты же ничуть не изменился, — Рита снова всхлипнула. — Такой же красивый, добрый, всегда поможешь, сумку донесёшь… Я… Я, Игорь, дура, так мне голову вскружило твое внимание… Вы с Квитко даже на катке что-то расследовать пытались, а мне так приятно было, что ты приходишь! А теперь у меня… Ничего нет! Ни фигурного катания, ни… тебя!

Крузенштерн просто не знал, что и сказать. Да, он всегда был немного тугодумом на чувства. Он и Олину влюбленность-то не заметил, пока Даша ему не сказала. Но с Олей все было по-другому… И она ему тоже нравилась, просто он на это внимания не обращал! А Рита… Хорошая девчонка, но не более! Игорю вообще, кроме Оли, никто не нужен был, а нравился-то он многим.

— Рита, тебе, по-моему, нужно передохнуть, — пришёл на выручку другу Петя. Он аккуратно взял Риту под руку — та еле держалась на ногах и всё время плакала — и оторвал её от Игоря. Нельзя допустить, чтобы лучшего друга инфаркт хватил от такого количества информации!

— Рит, а может, мы тебя до дома довезём? — предложил он.

— Нет! Тут же так весело! — вдруг завопила Лебедева.

«Да, Круз был прав, она не в себе», — подумал Петька. Винить её, конечно, сложно, всё-таки у человека горе… Но им-то что делать? Узнать они ничего не узнают. Она то плачет, то смеется, то признается Крузу в любви. И вообще Круза лучше подальше от неё держать, а то кто знает, что ей в голову взбредёт! Они потом перед Олей никогда не оправдаются, если она что-то узнает… Нет уж, Квитко на страже!

Петьке всё-таки удалось вытащить Риту из ванной. Игорь плёлся позади них, а на Квитко, ведущего Лебедеву, то и дело все посматривали. Ещё бы, Рита у них вообще сейчас, наверное, предмет обсуждений! Но сама девочка, конечно, ничего не замечала. Она то напевала себе под нос, то бросалась в слёзы… Боже, вот это эмоциональный диапазон!

— Крузик, — шепнул Петька Игорю, поманив его жестом к себе поближе. — Нам её надо домой отвезти, а она не хочет! Но и нам с тобой тут делать нечего. Может, ты уговоришь её? Тебя она послушает, я уверен.

— Петь, ну ты же слышал… — покраснел Крузенштерн.

— Да слышал, будь она неладна! Но мы же с тобой её тут не бросим, она совсем плоха…

— Да, но…

— Ой, Ритка, привет! — раздался вдруг девчачий голос, и к ним подлетела одна из фигуристок. Петя помнил её, видел на катке! Только имя он забыл… Аня, что ли?

Из всей толпы в квартире она почему-то выделялась. Во-первых, она выглядела очень скромно. Губы поджаты, руки сцеплены в замок — казалось, ей самой здесь ужасно некомфортно. Во-вторых, в руках у неё было не пиво и не стопка водки, а обычная бутылка минералки! Петька даже глазам своим сначала не поверил — таких он тут ещё не видел.

— Яна? — удивилась Рита. Точно, Яна! — Привет, подруга! Ты что тут делаешь?

— Да вот… Забежала, — Яна опустила глаза в пол. — Повидаться со всеми! И как хорошо, что тебя застала. Как ты?

Петя боялся, что Рита сейчас снова разрыдается, но та спокойно ответила:

— Нормально. Ну то есть… Могло быть хуже.

— Ты отлично держишься, — улыбнулась ей Яна. — Я бы на твоём месте, наверное, умерла…

— Умерла? Да я, наверное, уже… Просто внутри, понимаешь?

— Понимаю, — вздохнула девушка. — Но у тебя хорошая компания, с такими парнями не пропадёшь!

— Ага, повезло, — подтвердила Рита и таким тоскливым взглядом посмотрела на Крузенштерна, что даже Петьке сделалось не по себе! Он лишь понадеялся, что не смотрит таким же взглядом на Лаврю, иначе со стороны он, должно быть, выглядит ужасно жалким!

Яна как будто хотела сказать что-то ещё, но Рита, внезапно взявшая себя в руки, сказала:

— Ладно, Ян, мы пойдем, пожалуй. Рада была увидеться!

И им ничего не оставалось, кроме как двинуться в сторону выхода. Петя всё ещё поддерживал Риту за руку, но её будто подменили. Она уже не плакала, не смеялась и даже не шаталась. Они с Крузом переглянулись, но оба так ничего и не поняли.

Рита не стала ни с кем прощаться, и они втроем просто вышли из дома. Как только ребята оказались на улице, Лебедева сказала:

— Подождите… Давайте на лавочке посидим немного. Кажется, меня отпустило, но голова кружится.

И она опустилась на лавочку. Игорь и Петя остались стоять рядом.

— Рит, а ты… С горя так, да? — Круз первым подал голос.

— Похоже… — вздохнула девочка. — Я не очень много выпила, просто у меня организм такой. Бутылка пива — и я в ауте. А мне так хотелось немного выдохнуть… Я совсем плакать не могла, когда узнала. Меня будто… Током шибануло, и я просто в шоке была. Убитой выглядела, а слезинки не проронила. Я не хотела на вечеринку идти, но меня так уговаривали, и мне ужасно не хотелось слабой казаться. Ну, знаете, не хотелось, чтобы они все видели, как мне плохо…

— Но ведь тебе плохо, — заметил Петя. — И это нормально. Я имею в виду… Любому плохо было бы.

— Да, но понимаете… Это спорт. Тут никому твои эмоции не нужны. Да они все только рады, что у них на соперницу меньше стало. Сочувствуют, конечно, но каждый здесь только за себя. Я дура, понимаю… Я когда с Женькой пиво пила, меня так разморило, что у меня будто все эмоции разом хлынули. Всё, что так держала долго в себе. А когда Янку увидела, вдруг поняла, что… Не хочу я, чтобы они меня такой видели. Я вам верю, а им… Никому.

«Да уж, не слабо!» — подумал Петя. Ему стало так жаль Риту. А у Круза по щеке и правда пробежала скупая мужская слеза. Он отвернулся и быстро смахнул её. Всё-таки Крузик — настоящий человек!

— Игорь, ты меня прости, у меня крыша поехала, — сказала девочка. — Я на тебя всё вывалила…

— Да что уж там, я понимаю всё, нелегко тебе сейчас.

— Ага, нелегко… Ума не приложу, что делать. Вот Янка сказала, что умерла бы на моём месте, а я уже будто не особо-то живая. Вся моя жизнь — каток да коньки, а теперь ничего нет, ничего! И ладно бы, я сама, кретинка, где-то облажалась, слабину дала. Так нет… Я будто потеряла контроль над собственной жизнью, — она снова утёрла слёзы. — Вы извините, я тут развела…

Парни потупились. А что тут скажешь? Словами не поможешь, а делом… Спрашивать сейчас про таблетки? Кажется, Рита уже похоронила свою карьеру, а снова её обнадеживать им не хотелось.

Петю внезапно охватило такое отчаяние, какое он давно не испытывал. И ведь правда, она же ни в чём не виновата! И чует же его сердце — с этим как-то связан Генка, но как подобраться к нему? Да и не поздно ли? Он и сам не знал… Чёрт, как же глупо всё!

— Ритка!

Из подъезда выбежала запыхавшаяся Женя.

— Ты чего, ушла, не попрощавшись? Разве можно так? Я с балкона увидела вас! Думаю, сейчас я им устрою. А вы, парни, чего? На «пока» сил не хватило?

— Просто Рите плохо стало, — объяснил Игорь спокойно. Женя ему не очень нравилась.

А вот Петьке наоборот! Смешная она, такая бойкая и яркая. Он, правда, вспомнил слова Риты про то, что она никому не доверяет… Но Женя казалось ему достаточно надёжной. А хотя, бог их знает, в этом спорте, как в театре, без интриг никуда! Сплошная драма!

— Ага, Янке-то сказали, что уходите, — обидчиво прошептала Женя.

— Мы её случайно встретили, когда уходили. Кстати, Жень, а как это она на вечеринке оказалась? — спросила Рита.

— Ой, Яна как всегда. Папаша её, конечно, сначала не пускал. Я днём спрашивала, она говорила, что не придёт! И тут хоба — явление Христа народу, ты прикинь, Рит! Я ей говорю: «Как это тебя Владислав Юрьевич отпустил?» Она, оказывается, уговорила его отпустить её на час! Час, понимаешь? Ну умора! Сидит, вся такая принцесса, со своей бутылочкой минералки. Ой, Рит, как же я без тебя на соревнованиях буду? Я с Янкой хоть вешаться готова, скука смертная! И папаша её везде следом за ней таскается!

— Да ладно тебе, Жень, всё у тебя хорошо будет, — отмахнулась Рита.

Женя ещё немного поохала и поахала, а потом отпустила Ритку с парнями. Мальчики проводили Лебедеву до дома. По дороге они ни о чём особо не говорили. Петька рассказал парочку анекдотов, но развеселить девочку не получалось, а добивать расспросами не хотелось.

— Ну что, к девчонкам? — спросил Игорь, когда они вышли из подъезда одноклассницы. — Ты чего задумчивый такой, Квитко?

— Да вот… Слушай, а тебе имя Владислав Юрьевич ни о чём не говорит?

— Нет, а кто это?

— Да Янин папа… Мне кажется,

я недавно про него где-то слышал!

— Так, может, на катке и слышал? Женя же сама сказала, что он везде за дочкой таскается.

— Может… — нехотя согласился Петька. Ему казалось, было что-то ещё. Но что?

— Петь, а ты знал, что спортсмены так пьют много? — вдруг спросил Игорь.

— Честно? Нет. Ещё и девочки. Ужас какой-то, Круз.

— Да, я вот, пока мы там были, всё думал, что мы из разных миров. Внешне, на людях, они все такие дисциплинированные, но если у них крышу сносит, то серьёзно! Без меры. А мы… Нас никто ни в чём не ограничивает, да только мы сами эту меру видим. Понимаешь, о чем я?

— Круз, ну ты голова! — восхитился Петька.

— Да ладно, скажешь тоже… Выходит, мы зря съездили?

— Ну почему, хотя бы совесть успокоили. С Ритой ничего там не случилось, мы её домой отвезли, выслушали…

— Выходит, бросаем мы дело это?

— Выходит так. А жалко девчонку! Ещё и в тебя влюблена. Ох, Крузик, ты у нас ловелас…

— Я?!

— Не я же! Ольга, Танька, теперь Ритка… Да и вообще в тебя половина девчонок в классе влюблена! А Кристину помнишь? — Петька намекнул на их дело с чёрной дамой.

— Петь, давай не будем! Неважно, кому я нравлюсь, я вот Ольгу люблю! Понятно?

— Как не понять!

— Ты ведь тоже Лаврю всё ещё любишь? — спросил Игорь.

— Люблю, — вздохнул Петя. — А толку! Наверное, со стороны выгляжу, как полный осел.

Игорь ничего не ответил. Не называть же Петьку ослом! Всё-таки он его лучший друг. Правда Игорь не мог понять, как можно так долго быть безответно влюбленным в кого-то. Но это не его дело, а Петька сам со своей личной жизнью разберётся!

И они побрели к Оле, там их дожидались девчонки. Петька пытался вспомнить, где же он слышал про Владислава Юрьевича… И думал про Генку. Всё-таки он знал, он чувствовал, что что-то с ним нечисто, но как же узнать, что именно? И вдруг он хлопнул себя по лбу.

— Идиот! — закричал он. — Кретин! Придурок! Осёл!

Игорь даже ухом не повёл. Он давно привык, что у друга случаются приступы гнева на самого себя. И это значит, что сейчас Петя выдаст какую-то гениальную мысль!

— Что случилось?

— Владислав Юрьевич, Круз!

— Что Владислав Юрьевич? — не понял Игорь.

— Генка у того курьера спрашивал, рассчитался ли с ним Владислав Юрьевич. Значит, папа Яны какие-то препараты заказывал? А зачем? И не с ним ли тогда наш Генка по телефону общался?

— Думаешь, что они…

— Не знаю! Но теперь мы обязаны проверить! Чует мое сердце — это не просто так!

— А как проверять-то будем?

— Очень просто! Пойдем к Ольге, я всем всё расскажу…

Глава 15. Кабинет доктора Усова

У Оли, кроме Даши, Петя с Игорем застали и Кирилла Хованского — девчонки уже успели ввести его в курс дела.

Петька коротко пересказал, что произошло на вечеринке, без лишних подробностей. Круз кивнул ему с благодарностью. Сам он вряд ли смог бы так спокойно изложить события. У него и так случился культурный шок от увиденного этим вечером, в после признания Лебедевой и вовсе возникло ощущение, будто это он накидался пивом, а не Рита.

— Я правильно понимаю, Квитко, — уточнил Кирилл, когда Петька закончил, — ты считаешь, что это отец Яны подговорил врача подмешать Рите допинг?

— Именно! — оживился Петька. — Судя по рассказам девчонок, он просто помешан на своей дочке. Кто знает — может, решил убрать конкурентку?

— А эта Яна хороша? — спросила Даша. — В смысле, как спортсменка?

— Не так хороша, как Лебедева, — уверенно сказал Петька. — Я слышал, что Ритка — единственная, кого Яна не может обойти. Остальных — да, а вот Риту нет.

— Звучит как мотив, — заметила Оля. — Но пока это всего лишь версия. У нас нет никаких доказательств.

— Доказательства надо искать, — загорелся Петька. — И у меня есть идея.

Даша насторожилась. Судя по безумному блеску в глазах Квитко, его идея вряд ли кому-то понравится…

— Надо пробраться в кабинет Усова, — объявил Петя.

— Квитко, ты офонарел? — Игорь так обалдел от предложения друга, что у него даже голос сел. — Как ты это себе представляешь?

— Очень просто, — пожал плечами Петька. — На катке никакой охраны нет. Заходи — не хочу. Надо только выбрать момент, когда Усова не будет на месте, зайти и посмотреть, что у него там есть. Вдруг он хранит документы или запрещённые препараты… Или что-то, что свяжет его с отцом Яны.

— А если нас застукают в его кабинете? — спросила Оля. Она была не в меньшем ужасе от такой перспективы, чем Игорь.

— Притворимся, что что-то заболело, вот и зашли.

— А ты уверен, что игра стоит свеч?

— А что мы теряем? — Петька развёл руками. — Если мы ничего не сделаем, то это дело просто спустят на тормозах. А если попытаемся что-то выяснить, может, появится шанс разобраться.

— Я согласна с Петюней, — сказала Даша. — Надо хотя бы попробовать. Я могу пойти.

— Нет, — отрезал Петька. — Пойдут Жучка и Хованщина.

— Почему это? — возмутилась Даша. Ей тоже хотелось поучаствовать в этом расследовании и принести какую-то пользу.

— Потому что они лучше нас шарят в медицине, — объяснил он. — Оля много что от бабушки-врача знает, а Кирилл вообще собирается в мед поступать.

— А сам почему не хочешь? — хмыкнула Оля. Её перспектива вламываться в чужой кабинет совсем не вдохновляла.

— Ольга, не сомневайся, я бы с радостью сам скрылся в пекло! Но мы с Игорьком на этом катке — уже слишком известные личности! Без Ритки наше появление там вызовет слишком много вопросов.

— Петь, по-моему, это всё-таки опасно, — твёрдо сказал Игорь.

— Опасно, Крузик, было в секту соваться. А на катке… Ну что им этот врач сделают?

— Квитко прав, — согласился Кирилл. — Я готов попробовать. Вдруг мы и правда найдём там какую-то зацепку.

Ребята засиделись допоздна, разрабатывая план. Но конкретики в нём было мало — Петька настаивал, что в таких делах лучше действовать по вдохновению. Операцию назначили на следующий день.

***

— Волнуешься? — спросил Кирилл, когда на горизонте показался каток. Краем глаза он заметил, что с каждым шагом Оля всё сильнее бледнела.

— Немного, — призналась Жукова, стараясь держаться спокойно. Ей совсем не улыбалось соваться в кабинет врача в поисках улик — тем более ради Риты Лебедевой.

«Ты делаешь это не ради Ритки. Ради правды. Ради справедливости», — убеждала она себя. Но от этого легче не становилось: живот неприятно скрутило, пальцы похолодели. Это Квитко в опасных ситуациях только расправляет плечи. И Игорь туда же. А Дашка — та вообще никогда не отступает. Мысль о друзьях придала девочке сил. Они тоже, наверняка, боятся, но всё равно делают то, что от них требуется. «И я смогу», — подумала Оля и выпрямила спину.

— Дамы вперёд, — с лёгкой улыбкой сказал Кирилл, открывая дверь катка и пропуская Олю внутрь.

На самом деле ему самому было тревожно — сердце стучало чаще обычного, ладони слегка вспотели. Но он радовался, что ему доверили такую важную миссию. Ещё и вместе с Жуковой! Оля давно ему нравилась, но он уже успел смириться, что шансов у него нет. Всё было понятно по взгляду, с которым она смотрела на Круза. И всё же Кириллу было приятно, когда он заметил, как Игорь провожал из тревожным, ревнивым взглядом.

— Вот так, значит, у нас лучших фигуристок страны охраняют, — усмехнулся Кирилл. — Любой с улицы может зайти.

— И правда странно, — согласилась Оля. Петя и Игорь их, конечно, предупреждали, но отсутствие каких-либо мер предосторожности всё равно удивляло. Ни тебе турникетов, ни вахтёра…

Как будто в ответ на мысли ребят за их спиной раздался недовольный мужской голос:

— Молодые люди, вы к кому?

Оля и Кирилл обернулись. За высокой стойкой, напоминающей ресепшн, сидел немолодой мужчина с бейджиком «администратор». Лицо у него было скорее добродушное, но голос звучал сурово.

— Мы к Анне Александровне! — выпалил Кирилл. — Моя младшая сестрёнка приходила к ней на просмотр…

Эту легенду они придумали всей командой — на случай, если кто-нибудь заинтересуется, что их привело на каток. Однажды, когда на льду вместе со взрослыми спортсменами занималась какая-то малышка, Лебедева рассказывала Пете и Игорю, что родители часто приводят детей на просмотр к её тренеру — в надежде, что их возьмут в группу.

— А где же сама сестрёнка? — прищурился администратор, взглянув на Кирилла поверх очков.

— В школе, она во вторую смену учится, — без запинки ответил Хованский. — Да и вообще, кто знает, вдруг Анна Александровна её не возьмёт… Я решил сначала сам всё узнать, а потом уже Машке рассказывать.

— Это, значит, подружка твоя? — вдруг широко улыбнулся мужчина, кивнув на Олю.

— Ну да! — пожал плечами Кирилл, ничуть не смутившись. А вот у Оли на щеках тут же выступил румянец.

— Повезло! — добродушно заметил администратор. — Только вот один вопрос: почему такие дела решаешь ты, а не родители? По виду — вы оба ещё школьники.

«Вот прицепился», — подумал Кирилл, но вслух ответил сдержанно:

— У меня мама одна. Работает с утра до ночи — чтобы нас на ноги поставить. Ей сейчас не до катков, понимаете…

— Вот как, — хмыкнул администратор. — Ну, если девчонка талантливая — шанс есть. Анна Александровна таких любит, из... ну, непростых семей. Говорит, они самые трудолюбивые.

— Нам сказали, что у Маши большие шансы, — неуверенно сказал Кирилл. — Но мы сами в фигурном катании не сильны, поэтому и хотели всё у тренера узнать.

— Так, может, она к вам после тренировки выйдет?

— Мы думали сами подойти на каток…

— Не положено. На лёд посторонних не пускаем. Подождите здесь, когда тренировка закончится — я Анну Александровну сам позову.

— Спасибо, мы... мы ей сами позвоним, — поспешил отказаться Хованский. Ещё не хватало — по-настоящему разговаривать с тренером!

— Как знаете, — пожал плечами администратор. — Сидите пока в холле, до конца тренировки минут двадцать.

В холле было довольно людно — почти все диванчики заняты. Оле с Кириллом пришлось устроиться едва ли не напротив бдительного администратора, который время от времени косился на них.

— Про этого дядьку нас Квитко с Крузенштерном не предупреждали, — проворчал Кирилл.

— Так Лебедева их почти всегда сама внутрь проводила, — догадалась Оля. — Наверное, они тут вместе с ней уже как родные.

— Или, может, после истории с допингом руководство наконец решило, что спортсменов всё-таки стоит как-то охранять, — усмехнулся Кирилл. — Только охраняют, похоже, не от тех, от кого надо.

Оля осторожно огляделась по сторонам — и пришла в ужас. Все девочки вокруг казались крошечными и хрупкими, как фарфоровые куколки. Бабушка всегда говорила, что внучке не мешало бы набрать пару килограммов, но на фоне фигуристок Жукова ощущала себя чуть ли не великаном.

— Что делать будем? — тихо спросил Хованский, бросив взгляд на часы.

Время до окончания тренировки — и до их потенциального провала — уползало медленно, но неумолимо.

Он лихорадочно перебирал в голове варианты: как отвлечь администратора и незаметно пробраться в кабинет Генки, который, как назло, находился в самой глубине здания. От Игоря с Петей Кирилл знал, что рядом с тем коридором даже туалета нет — ближайший только в холле. Значит, под этим предлогом прокрасться не выйдет.

— Давай подождём ещё пару минут. У меня есть идея, — сказала Оля, понизив голос.

— Что ты задумала? — насторожился Кирилл. Он уже привык, что без импровизаций в детективных делах не обойтись. Но если в голове Жуковой созрёл какой-то план, он бы предпочёл быть в курсе деталей.

— Кирюш, некогда объяснять. Просто подыграй мне, хорошо?

Не дожидаясь ответа, она резко поднялась и, слегка пошатываясь, направилась к администратору. Кирилл, поняв, что выбора у него всё равно нет, поспешил за ней.

— Извините… — Оля заговорила слабо, как будто с усилием. — Здесь есть медпункт?

— А что случилось? — нахмурился мужчина за стойкой.

— Я… У меня… Ну, это… — Жукова замялась, смутилась и уставилась в пол. — Женские дни, понимаете?.. Мне как-то нехорошо… Такое уже бывало, я один раз даже в метро в обморок упала… Мне бы нашатырь…

Мужчина всмотрелся в неё повнимательнее.

— Что-то ты, правда, неважно выглядишь, — озабоченно пробормотал он.

Оля для пущей убедительности вцепилась в край стойки, словно с трудом удерживая равновесие. На секунду Кирилл даже сам испугался — а вдруг она не притворяется?

— Ладно, иди прямо, потом направо, ещё раз направо и налево, — сдался администратор, махнув рукой. — Там будет дверь с табличкой «Доктор Г.В. Усов». Парень, проводи свою красавицу. Мне пост покидать нельзя.

— Конечно, конечно! — поспешно отозвался Кирилл.

Оля взяла его под руку, чуть оперлась — и они неспешно зашагали в нужном направлении. Администратор смотрел им вслед с участливой озабоченностью. Как только ребята скрылись из виду, Оля отстранилась и пошла обычным шагом — уверенно и вполне бодро.

— Ловко ты его обвела вокруг пальца! — восхищённо выдохнул Кирилл. Он и раньше знал, что Оля не промах, но теперь убедился окончательно. — Тебе, Жукова, в актрисы надо. Разыграла как по нотам.

— Мужчины мгновенно теряют бдительность, стоит упомянуть месячные, — довольно заметила Оля. Она на такие темы разговаривать не стеснялась — спасибо бабушке.

Ребята без труда отыскали нужный кабинет и остановились немного поодаль. В коридоре, кроме них, никого не было.

— Что делать будем? — прошептал Кирилл, поглядывая по сторонам.

— Попробуем войти? — так же тихо отозвалась Оля.

— А если он внутри?

— Тогда надо его как-то выманить...

— И как ты это себе представляешь?

— Придумаем по ходу! Некогда тормозить!

— А если там заперто? — не унимался Кирилл. — Вряд ли Генка держит кабинет с медикаментами нараспашку. Тем более, если он действительно хранит там что-то секретное.

— Кирка, ну чего гадать? — тихо отрезала Оля. — Сейчас дёрнем за ручку — и уже от ситуации плясать будем, как Квитко выражается.

Оля сама поражалась, откуда вдруг в ней взялось столько решимости и холодного азарта. Она вдруг осознала, что почти не волнуется и нервничает куда меньше Хованского… Паниковать некогда, надо действовать.

Девочка подошла к кабинету, прижалась ухом к двери и прислушалась. Внутри было тихо. Ни голосов, ни шагов, ни скрипа стула. Оля набрала в лёгкие побольше воздуха и постучалась. В ответ — тишина. Тогда она осторожно взялась за ручку и повернула её. Щелчок. Дверь поддалась.

— Пусто! — выдохнула Оля, осторожно заглянув внутрь. — Заходим.

Кабинет спортивного врача оказался совсем небольшим. Возле окна стоял высокий стеклянный шкаф для хранения медикаментов. Рядом — стандартный белый стол с ящичками, заваленный бумагами, пластиковыми контейнерами, упаковками витаминов и несколькими медицинскими бланками. В углу — кушетка, а рядом табурет и переносная лампа. На стенах — плакаты с анатомией мышц и советами для профилактики травм. Воздух пах хлоркой, мазями и пластырем — типичный больничный аромат.

Кирилл аккуратно прикрыл за ними дверь. Мельком взглянув на щеколду, он задумался — не запереть ли? Но тут же передумал: если дверь окажется заперта изнутри и врач не сможет открыть её ключом, это вызовет куда больше подозрений.

— Да уж, не слишком наш Крокодил заморачивается с безопасностью, — хмыкнул Хованский. — Но нам это только на руку.

— Кирюша, времени мало, — напомнила Оля. — Давай искать.

Они принялись обыскивать кабинет. Оля аккуратно изучала содержимое шкафа и фотографировала препараты на захваченную с собой «мыльницу» — вдруг что-то из этого вызовет подозрения. Кирилл взялся за письменный стол: открывал ящики, перебирал бумаги, заглядывал в папки.

— А что именно мы ищем? — спросил он, нахмурившись.

— Всё, что может скомпрометировать доктора.

— Найди то, не знаю что, получается!

Оля хотела возмутиться, но осеклась. Хованский был прав. У них не было ни малейшего представления о том, что им нужно — и это сильно осложняло поиски.

— Слушай, ты не подумай, что я бурчу как дед, — добавил Кирилл. — Но это всё немного странно. Врач, замешанный в допинге, вряд ли бы оставил кабинет нараспашку. Разве что он совсем идиот. Мало ли кто может сюда зайти, что-нибудь украсть или подбросить.

— Согласна, — кивнула Оля, но в ту же секунду её взгляд упал на монитор. Серый корпус системника, клавиатура, мышка — обычный компьютер. Но именно в нём могло скрываться то, что они искали.

Девочка метнулась к столу и решительно нажала на кнопку пуска. Вентилятор тихо загудел, на экране появился логотип операционной системы. И тут в коридоре раздались шаги. Кто-то шёл прямо к кабинету.

— Шухер, — коротко бросил Кирилл и махнул головой в сторону кушетки.

Оля почувствовала, как сердце рухнуло в пятки, но действовала без промедления. В три прыжка добралась до кушетки и легла, прикрыв волосами лицо. Кирилл сел рядом на табурет и изобразил тревожного сопровождающего. Дверь распахнулась.

На пороге стоял невысокий парень в спортивном костюме с эмблемой сборной. В руках он держал коньки, небрежно стиснув их за лезвия.

— А Геннадия Васильевича нет? — спросил он, заглянув в кабинет. — Ну ладно, потом зайду!

И, не дождавшись ответа, фигурист исчез в коридоре.

— Пронесло, — выдохнул Кирилл.

Оля, едва переведя дух, соскочила с кушетки и вернулась к компьютеру — он оказался запаролен.

— Кир, ты не видел тут никакой бумажки с паролем? Может, в ящике или на мониторе?

— Нет, не видел, — покачал головой Хованский.

На другое Оля не особо надеялась. Она уселась за стол, и её пальцы лихорадочно забегали по клавиатуре. Недавно она сменила пароль от своего компьютера, и он напрочь вылетел к неё из головы. Девочке пришлось попросить у Стаса и изучить пару книг, чтобы восстановить доступ. И у неё это получилось! Только бы вспомнить теперь, как она это сделала…

Спустя пару минут раздался короткий приветственный сигнал, экран мигнул, и перед ребятами появился рабочий стол.

— Ну ты, Жукова, даёшь! — восхитился Кирилл. — Не знал, что ты хакер!

Оля довольно улыбнулась. Всё-таки не зря она решила поступать на программиста!

Оля быстро открывала один файл за другим: сканы медицинских справок, допуски к соревнованиям, направления на обследования к разным специалистам, накладные…

— Ничего криминального, — разочарованно протянул Хованский, который наблюдал за происходящим на экране через плечо подруги.

— Спокойно, мы только начали, — отозвалась Оля, щёлкая по единственному в папке файлу без названия.

Девочка запустила его, и на экране расползлась таблица с непонятными обозначениями. Ни фамилий, ни привычных названий — только наборы букв, цифр и сокращений.

— А вот это интересно, — тихо сказал Кирилл, наклоняясь ближе. — Похоже на шифр.

— Похоже, — согласилась Оля, внимательно всматриваясь в таблицу.

Некоторые строки в таблице были выделены жёлтым. В одном из столбцов попадались даты — судя по ним, записи были совсем недавние. Кирилл провёл пальцем по экрану и вдруг застыл.

— Подожди… Смотри, здесь указано: МДЛ-17. Как у Лебедевой отчество?

— Без понятия. А при чём тут это?

— Думаю, это инициалы. МДЛ — Маргарита Дмитриевна Лебедева. Или, может, Даниловна. А 17 — возраст.

— Кирюша… — Оля округлила глаза. — Ты гений! А вот здесь — ЯВС-16 и ЕКТ-17. Тоже имена?

— Похоже на то. ЯВС-16, скорее всего, та Яна Владиславовна, про которую Квитко упоминал. А ЕКТ… пока не знаю. Вероятно, другая спортсменка.

Он наклонился ближе к экрану, прокручивая таблицу.

— Смотри дальше: в строке с МДЛ есть «ф-ид». Почти уверен — это фуросемид. Его же у Риты и нашли! А рядом — количество миллиграмм.

— Значит, мельд., кард-н и прочее — это названия других препаратов?

— Очень похоже…

— Тогда я скопирую файл на флешку, — быстро среагировала Оля. — А расшифровывать будем дома, в спокойной обстановке.

— Ты права, пора нам сматывать удочки…

Оля вставила флешку в компьютер, скопировала на неё файл с шифром, а заодно скачала все письма из электронной почты — мало ли что в них удастся найти. И тут в коридоре послышались голоса и приближающиеся шаги.

— Геннадий Васильевич, я как раз вас искал!

Оля и Кирилл тревожно переглянулись. Индикатор загрузки показывал 78%, а шаги становились всё ближе.

— Давай же… — прошептала Жукова, впившись глазами в монитор, словно взглядом могла ускорить процесс.

80%. 84%. 87%. Шаги были уже за дверью.

Жукова выдернула флешку, сунула её в карман и перевела компьютер в спящий режим. Затем она метнулась к кушетке и улеглась, а Кирилл снова сел на стул рядом.

Дверь отворилась. На пороге появился тот самый парень, что заглядывал пару минут назад, а за ним — высокий, угловатый мужчина в тёмной рубашке с засученными рукавами. Геннадий Усов собственной персоной.

— Вы кто такие, ребятки? — спросил он с лёгким удивлением. В голосе не было угрозы, лишь недоумение. — Что-то я вас не помню.

— Мы к Анне Александровне пришли, — заговорил Кирилл, слегка наклонившись вперёд. — По поводу моей сестрёнки. Только вот… девушке моей плохо стало, живот прихватило. Нас администратор сюда и отправил.

Врач внимательно посмотрел на Олю — она лежала с закрытыми глазами, слегка нахмурив брови. На взгляд Кирилла, изображать больную у неё получилось вполне убедительным.

— Ладно, подождите пару минут. Сейчас вот товарища спортсмена отпущу — и разберёмся.

Доктор прошёл к столу, взял какую-то бумагу и протянул её пареньку рядом.

— Держи, Филиппов, своё направление. Не забудь его взять с собой на приём. Всё, свободен!

— Спасибо, Геннадий Васильевич!

Когда фигурист вышел из кабинета, весело помахивая направлением, Усов подошёл к кушетке.

— Ну-ка, парень, уступи место, — сказал он, кивнув Кириллу. — А ты, девушка, рассказывай, что болит.

Оля приоткрыла глаза, слабо вздохнула.

— Живот… — проговорила она почти шёпотом. — У меня… эти дни. В холле вдруг в глазах потемнело, в ушах зазвенело, холодный пот прошиб. Думала, сейчас в обморок грохнусь.

Врач взял её за запястье, нащупал пульс.

— Ага, сердечко частит, — спокойно сказал он. — Сейчас давление померим.

Он достал с полки тонометр, аккуратно надел манжету, нажал кнопку.

— Низковато, — прокомментировал через полминуты. — В твоём возрасте такое бывает. Вот что: пусть твой парень сходит в буфет, принесёт сладкого чаю. Лучше средства при низком давлении ещё не придумали. Таблеток давать я тебе не буду, зачем грузить организм зря.

— Спасибо, — Оля слабо кивнула. — Но, честно говоря, мне уже лучше. Я тут полежала, пока мы вас ждали, и меня отпустило. Мы, пожалуй, вместе до буфета дойдём.

Девочка осторожно поднялась, села, придерживаясь за край кушетки, будто прислушивалась к себе. Затем встала, без резких движений, но достаточно уверенно и всем своим видом показывая, что дойти до буфета вполне в состоянии.

— Ну как знаете, — развёл руками Усов. — Только ты, парень, под руку подружку придержи. Мало ли.

— Обязательно, — кивнул Кирилл, уже подставляя локоть. — Спасибо вам большое!

— Идите-идите, ребятки, — добродушно ответил Усов. — Берегите себя.

Дверь за ними мягко закрылась. Оля и Кирилл шагали по коридору молча и не спеша, будто всё ещё играли свои роли.

— Вот вы где! — воскликнул администратор, когда они вышли в холл. — Ну, как самочувствие?

— Уже лучше, спасибо, — слабо улыбнулась Оля, всё ещё придерживаясь за Кирилла.

— Мы, пожалуй, пойдём, — добавил он. — Ей бы полежать, отдышаться. День сегодня не самый удачный.

— А как же Анна Александровна?

— Мы её встретили в коридоре, — не растерялся Кирилл.

— Ну и что? Берёт она твою сестру?

— Пока нет, — покачал головой Кирилл. — Сказала, прийти через год, пусть Машка подрастёт.

— Бывает, — кивнул мужчина, сочувственно вздыхая. — Ну, удачи вам, ребятки. И твоей сестрёнке — тоже.

— Спасибо, — ответили хором Оля и Кирилл.

Они вышли из ледового дворца и, оказавшись на улице, наконец-то позволили себе выдохнуть.

— Чуть не попались, — пробормотала Оля, когда они вышли на улицу.

— Но ведь чуть — это не считается, — улыбнулся Кирилл, подбадривая её. — Ты, Жукова, держалась отлично!

— Ага, так «отлично», что Усов у меня тахикардию нащупал, — рассмеялась она. — Я, между прочим, всерьёз подумала, что сейчас правда грохнусь в обморок от нервов.

— Зато выглядело убедительно, — подмигнул Кирилл. — Но главное — мы вышли с катка не с пустыми руками. Возможно, у нас теперь есть улики!

— Да, надо нашим позвонить, — кивнула Оля. — А то они, небось, с ума там сходят от ожидания.

Кирилл достал мобильный телефон и мысленно порадовался, до чего технологии дошли. Больше не нужно искать свободный автомат и покупать жетоны, можно позвонить любому когда и откуда удобно! Петька, разумеется, ответил после первого же гудка.

— Квитко, мы кое-что нарыли!

***

Дверь ребятам открыл Крузенштерн.

— Оль, ты в порядке? — Игорь подскочил к ней, не скрывая тревоги. Жукова всё ещё выглядела бледной.

— Всё хорошо, Крузик, — успокоила его Оля, стараясь улыбнуться. — Немного понервничала, но в целом порядок.

Ей было приятно, что Игорь переживал. Он редко показывал эмоции, а тут — сразу видно: волновался.

— Жучка! Хованщина! Живо на кухню! — высунулся в прихожую Петька. — Мы тут от нетерпения чуть на стены не полезли!

— Погоди, Квитко, — остановил его Игорь. — Дай им хотя бы в себя прийти.

При виде бледной Оли Петьке стало неловко. Он почесал затылок, отступил на шаг и почти виновато бросил:

— Даш, завари Жучке сладкого чая!

— У тебя, Квитко, с нашим Айболитом телепатическая связь? Он тоже предлагал Ольгу чаем сладким отпаивать.

— Что?! — округлил глаза Петя. — Кирюха, не томи! Ты же знаешь, я обрывочные сведения не перевариваю. Выкладывайте по порядку.

— Петь, включи комп, — попросила Жукова, снимая куртку.

— Компьютер? Зачем? — удивился Петя. — Постой… Вы что, в его комп залезли?! Ну вы даёте!

Дополняя друг друга, Оля и Кирилл подробно рассказали о том, что произошло полчаса назад. Игорь слушал молча, не сводя с Ольги восхищённого взгляда — надо же, она смогла взломать компьютер врача!

— И правда похоже на шифр, — кивнул Петька, разглядывая таблицу, которую показала ему Оля. — Всё очевидно! ЯВС — это Яна Владиславовна Савина. А ЕКТ — это Женька, Евгения Константиновна Титова.

— Получается, — задумался Игорь, — Усов не только Ритке что-то подмешивал, но и другим? Тогда версия, что Лебедеву подставили по заказу Владислава Юрьевича, отпадает?

— Возможно, — ответил Петька. — Но не факт. Вдруг Жене и Яне он ничего запрещённого и не даёт. Может, это просто журнал — учёт препаратов, кто что получает. Не обязательно там всё — допинг.

— А что это такое? — спросила Даша, нависнув над Олей и Петькой. Она ткнула пальцем в таблицу, где рядом с фамилиями стояли странные обозначения: «трим. 1 сут.», «мил-н 6 ч.», «фур-д 2 ч.».

— Похоже на время действия препаратов, — предположил Кирилл. — Трим... может, триметазидин?

— А «мил-н»? — нахмурился Петька. — Милдронат?

— Вполне может быть.

— А вот «фур-д 2 ч.» — это точно фуросемид, — добавила Оля.

И тут Жукову осенило:

— Это не время действия. Это время, за которое препарат выводится из организма! Бабушка говорила, что фуросемид держится в организме всего пару часов. Его почти невозможно отследить, если человек не принимает его регулярно. Она удивилась, как Риту на нём поймали, если доза была микроскопическая.

— Может, Усов подмешал ей его прямо перед тем, как она сдавала тест на допинг? — предположила Даша.

— Вполне возможно, — кивнул Кирилл. — Ещё я где-то читал, что один спортивный врач придумал «коктейль» из разных препаратов, которые повышали выносливость и ускоряли восстановление. Он замешивал их с алкоголем и мочегонными средствами, чтобы анализы ничего не показали…

Ребята переглянулись. Все подумали об одном и том же, но вслух сказала это Даша:

— А если наш Крокодил Гена тоже что-то такое сварганил?

— Смотрите, у Яны тоже есть фуросемид, — тихо заметил Игорь. — Только ещё в меньше дозировке, чем у Риты…

— Сдаётся мне, что это не просто список, — задумчиво сказал Кирилл, — а расписание, когда и кому что давали и как быстро это выводится из организма. Это же целая система.

— Тогда остаётся главный вопрос, — произнёс Петька. — Рите он пытался помочь — и где-то напортачил? Или специально подставил, чтобы расчистить путь для Яны?

— Ты уверен, что Яна и её отец в этом замешаны? — спросила Оля, не сводя с него взгляда.

— Уверен, — кивнул Петька. — Я даже, если честно, удивлюсь, если окажется, что это не так.

Оля помолчала, потом подняла глаза:

— Я ещё кое-что скачала. Мы не успели их посмотреть, но в этом архиве — все мейлы Усова.

— Что же ты молчала, Жучка! — завопил Петька. — Открывай скорее!

Оля открыла папку. Сообщений было несколько сотен, поэтому ребята решили начать с писем, отправленных в конце августа — как раз в те дни, когда у Риты нашли следы запрещённого препарата.

— Вот, вот! — вдруг завопил Петька, указывая на строку. — Смотрите, кто отправитель: Владислав Савин!

Оля щёлкнула по письму. Тема: «По поводу Л.». В теле — короткое сообщение: «Вы уверены, что это сработает? Побочные — ваша зона ответственности. Главное, чтобы к сентябрю её отстранили».

— Чёрт… — тихо выругалась Даша.

Следующее письмо от Савина пришло через день. «По Я. — как договаривались: курс тот же, но дозировку нужно скорректировать. В анализах ничего не должно отразиться. До первых соревнований чуть больше месяца, она должна быть готова».

— Фу-ты ну-ты, это даже не намёк, — заметил Кирилл, — это прямая договорённость.

Он ненадолго замолчал, перечитывая фразы, и покачал головой:

— По-моему, он идиот, что не удосужился удалить такую переписку.

— А может, вовсе не идиот, — завопил Петька. — Может, как раз наоборот.

— В смысле? — переспросила Даша.

— Возможно, он сохранил её специально — на случай, если правда всплывёт. Чтобы не быть крайним!

— Чтобы, если его разоблачат, потянуть Савина за собой? — догадалась Даша.

— Соображаешь, Лаврецкая, — кивнул Квитко. — Вопрос в том, как нам теперь поступить? У нас на руках железобетонные улики, мы просто обязаны помочь Ритке!

— Я знаю, что делать, — уверенно заявила Даша. — Надо обратиться к Медынскому.

— Гениально, Лавря! — оживился Петька. — Просто гениально!

Он начал расхаживать по комнате, размахивая руками. Было видно: ему не терпится действовать.

— В милицию с этим не пойдёшь, а Всеволод Григорьевич вполне может запустить журналистское расследование. Это же сенсация! Скандал на уровне страны! Вполне себе тема для «большой» прессы. Он точно не откажется!

— Тогда позвоним Муське? — предложила Даша.

Муся Лукашевич была подругой троюродной сестры Даши, Виктоши. Когда-то они вместе раскрыли несколько серьёзных дел, и именно тогда Муся познакомилась с журналистом Всеволодом Медынским. Познакомилась — спасла ему жизнь — а потом и вовсе вышла за него замуж.

— Нет, зачем? — замотал головой Петька. — Она же вся из себя такая правильная, сразу начнёт бодягу: «Как вам не стыдно читать чужую переписку», «А если бы кто-то в ваши письма полез»… Зачем нам это? Всеволод Григорьевич нас знает, позвоним ему напрямую.

— В целом ты прав, — кивнула Даша. — Да и с Муськой мы уже сто лет не общались…

Петька схватил трубку и набрал номер редакции. Секретарь быстро соединил его с Медынским.

— Всеволод Григорьевич? Здравствуйте, это Пётр Квитко!

— Петя? — судя по голосу, журналист был рад его звонку. — Сколько лет, сколько зим! Что-то случилось? Вы с друзьями как обычно, снова вляпались в какое-то расследование?

Петька даже расплылся в улыбке — приятно, когда тебя помнят!

— Именно так! Мы копнули одну историю — про фигуристку. Одноклассницу нашу. Она готовилась к Олимпиаде, но у неё нашли допинг…

— Подожди, подожди… Это не Лебедева ли? Маргарита? Муся мне все уши про неё прожужжала! Она же фигурное катание обожает, ни одной трансляции соревнований не пропускает. Так она переживала за эту девочку… Кстати, Муська сразу почувствовала, что ваша Рита ни в чём не виновата!

Муся обладала даром гипноза и ясновидения, чувствовала ауру человека и безошибочно определяла, виноват он в чём-то или нет.

— Так и есть! — подтвердил Петька. — Лебедеву подставили, там целая допинговая система…

— Вот что, Петя-петушок, подваливайте с друзьями ко мне в редакцию. Сам знаешь, о таких вещах по телефону лучше не говорить. Сколько вас?

— Нас пятеро!

— Пятеро?— смутился вдруг Медынский. — Петь, я был бы рад вас всех видеть, но такая делегация у меня в кабинете не поместится!

— Понял, без проблем! Тогда мы с Крузенштерном придём вдвоём. Через сорок минут будем.

— Почему это вы вдвоём с Крузом? — возмутилась Даша. — Я тоже хочу! Я, между прочим, собираюсь поступать на журналистику! А в настоящей редакции ещё ни

разу не была!

— Потому что мы с Крузом эту кашу заварили, — спокойно пояснил Петька. — Нам её, как говорится, и расхлёбывать!

Эпилог

Даша и не заметила, как пролетела вторая четверть, но была этому очень рада! Ноябрь она ненавидела: вечные холод и сырость, да ещё и школа… В декабре обычно становилось немного полегче, но только не в этом году. Их просто замучили пробниками ЕГЭ и другой ерундой, связанной с экзаменами. И вот, наконец-то, свобода! Последний день четверти был вчера, а впереди Новый год и почти две недели каникул. Кайф!

— Дашутка, ты уверена, что еды хватит? — беспокоилась тётя Витя.

Компания собиралась у Даши дома не только для того, чтобы отметить конец четверти. Было ещё кое-что очень важное — по телевизору будут показывать Чемпионат России по фигурному катанию! И болеть они все будут за Ритку Лебедеву, свою одноклассницу. Ведь, можно сказать, благодаря их компании она вообще туда всё-таки попала!

— Тётя Витечка, конечно, хватит! У меня там ещё гречка с грибами в горшочках доготавливается. Ужасное объедение! Да и вы столько пирожков напекли!

— Знаю я, как Игорёк пирожки мои уплетает за обе щеки, — умилительно произнесла старушка. — Я уж постаралась побольше напечь, но ты знаешь, на наш противень много не влезает…

— Не переживайте, всё будет отлично! Оля обещала ещё крабовый салат принести и эклеры на десерт!

— Вот и славно. Значит, вы точно голодными не останетесь, а я могу со спокойной душой идти. Ты, Дашутка, сбегай переоденься, скоро уж твои придут!

Тётя Витя, чтобы не мешать молодёжи, решила сходить в гости к своей ученице, с которой она как-то столкнулась в Москве. Даша и Стас уверяли, что её присутствие им ничуть не мешает, но она была непреклонна. Кажется, она всё понимала без слов: совсем скоро ребята выпустятся из школы, совместных беззаботных вечеров у них осталось не так много. От этой мысли Даше стало очень тоскливо, но она тут же взяла себя в руки.

— Тётя Витя, а где Стасик? — вдруг спросила Даша. Она рано проснулась, но брата до сих пор не видела. Это странно!

— Я думала, ты знаешь, куда он пошёл. Я встала, а он с ноутбуком убежал куда-то, ничего не сказал.

— С ноутбуком? Может, по учёбе что-то… У него ведь сессия скоро!

— Может, и по учёбе, — развела руками тётя Витя. — Ну, я пошла!

И она принялась собираться, а Даша пошла в свою комнату, чтобы переодеться. Она надела джинсы и тёплый новогодний свитер, который ей на прошлое Рождество прислал по почте Денис. Ей вдруг ужасно захотелось, чтобы он тоже был здесь, но нет… Денис недавно писал, что пока в Россию не собирается — на зимние каникулы он отправится в Париж.

Тогда, прочитав письмо, Даша лукаво улыбнулась. Петька по секрету рассказал ей — и только ей, — что Денис познакомился с девушкой из Парижа, и она ему страшно понравилась. Сначала Дашка разочаровалась, что Денис, её Денис, влюбился в парижанку! Но Петя поведал, что девушка выросла в Москве, просто в Париже живет её дед, а она вместе с ним. И Даша решила дать ей шанс…. В конце концов, может, Денису заграницей станет менее одиноко! А москвичка — это хорошо!

Лаврецкая оценила своё отражение в зеркале. А всё-таки Стасик прав, она хорошенькая! И всё у нее отлично будет, даже после школы. Конечно, ей будет тяжело без друзей в университете, но она справится. И она нашла прекрасного репетитора по английскому на замену Ксении — очаровательную женщину пожилого возраста, Татьяну Мироновну. Живет она, правда, далековато, придется ездить аж на Ленинский проспект. Зато никакого криминала!

При мысли о Ксении Даша взгрустнула. Интересно, как она там? И как Костя? Дядя Володя ведь так и не позвонил, хотя обещал! А они совсем про это забыли… Ничего, она напомнит об этом Пете, и они вместе ему наберут. В конце концов, они заслуживают знать, что там случилось с делом вирусологов!

Через четверть часа стали подтягиваться гости. Первой пришла Ольга: они с Дашей договорились встретиться пораньше, чтобы успеть накрыть на стол. Она и правда принесла свои легендарные эклеры и гигантский контейнер с салатом. Девчонки аккуратно выложили всё на красивые тарелочки и разложили стол в гостиной. Решено было праздновать там, напротив телевизора!

Вторым явился Игорь Крузенштерн, а за ним подтянулся и Кирюшка Хованский. Пока они болтали о том, о сём, Даша нервно поглядывала на часы. Где Петька? И где Стас? Вот уж кто никогда не опаздывает! А ведь трансляция уже скоро начнётся!

Но тут в дверь снова позвонили — на пороге стоял Петя Квитко собственной персоной!

— Слава Богу! — воскликнула Даша. — Ты где был? Только тебя ждём да Стаса! Ты, кстати, его не видел?

— Стаса? Да где бы я его видел… — Петька снял с себя куртку. — Ба! Вот это стол! Лавря, ты превзошла себя!

— Мне Олька с тётей Витей помогали, — призналась девочка. — Но это ещё, кстати, не всё! У меня в духовке гречка с грибами в горшочках — я сейчас принесу, обалдеете!

— Мы тебе поможем! — Игорь, Кирилл и Петька поплелись за Дашей на кухню.

Вскоре все расселись перед телевизором, с удовольствием уплетая гречку, салаты и закуски. Стаса решили не ждать — Даша дважды позвонила ему на мобильник, но он не ответил. «Ну и ладно, он взрослый мальчик, чай не потеряется», — подумала она и вернулась к друзьям.

— Лавря, гречка кайф! — восхитился Хованский. — Дашь рецептик? Попрошу маму тоже сварганить такую.

— Легко! Я ей всю неделю балуюсь. Представляете, мама с работы целый мешок притащила.

— Целый мешок? — ахнула Оля. — Вроде не девяностые на дворе уже, чтобы зарплату гречкой выплачивали.

— Да нет, это ей тётя Глаша, уборщица, подарила. Говорит, пару месяцев назад рядом с Рижским рынком грузовик с гречкой перевернулся — так её потом почти даром раздавали, по пять рублей за мешок. Она себе несколько прихватила, но теперь смотреть на неё не может. Вот и раздаёт, чтобы не пропала.

— Грузовик с гречкой? — закашлялся Крузенштерн, а Петька залился краской от смеха. — По пять рублей?

— Крузик, не может быть! — смеялся Квитко. — Нас эта гречка преследует!

— Вы о чём? — нахмурилась Оля.

— Ой, Жучка, да с нами такая ситуация вышла… — и Петя с Игорем рассказали ребятам о происшествии с бабками в автобусе. Все просто катались от смеха!

Шуток про старух и гречку было придумано немерено — Даша только радовалась, что решила накрасить глаза маминой французской тушью. На этикетке было написано, что она водостойкая, и только это её и спасло, потому что от смеха Даша уже буквально плакала. Но вот по первому каналу объявили начало Чемпионата России по фигурному катанию, и шутки кончились! Ребята завороженно уставились на экран.

«Какой же красивый вид спорта!» — думала про себя Даша. «Изящный и нежный! Хотя, судя по всему, на катке полно всяких гадостей…».

Даша бросила взгляд на лежащую на кофейном столике газету с громким заголовком на первой полосе: «Грязные игры: бизнесмен Савин подставил фигуристку Лебедеву, чтобы продвинуть свою дочь». Ниже значился автор — Всеволод Медынский.

Статья вышла через пару недель после того, как Петя и Игорь заявились в редакцию журналиста и рассказали ему обо всём, что им удалось найти на Усова и Савина. Тот чуть ли не плясал от восторга! Ещё бы — виновных вычислили, доказательства нашли! Тогда Медынский попросил, как обычно делают это взрослые, больше не лезть в это дело и дал обещание, что скоро Маргариту Лебедеву оправдают.

Так и случилось! Узнали ребята об этом от самой Ритки, когда сидели в гостях у Игоря. Лебедева позвонила ему, счастливая и зарёванная. Друзья тут же пригласили её прийти к Крузу, и, всё ещё всхлипывая и бесконечно благодаря их, девочка выложила всю правду: Владислав Савин решил подставить Риту, чтобы его дочь Яна выиграла сначала Чемпионат России, а затем и Олимпиаду. Фигуристке было под силу обойти кого угодно, но не только не Лебедеву, поэтому её отец подкупил Геннадия Усова и уговорил спортивного врача подсыпать спортсменке допинг. Провернули они всё, безусловно, грамотно…

— Если бы не вы! — плакала Рита. — Я даже не знаю, как вас благодарить! Вы мне жизнь спасли!

— Жучку нужно благодарить, она самое сложное сделала — компьютер вашего Крокодила взломала! Даже я бы такое не провернул, — признался Петька.

Они сидели впятером. Рита, уже не стесняясь, откровенничала при девочках. Скрывать было уже нечего!

— Ты это сделала? — удивилась Рита. — Для меня? Правда?

— Я за справедливость, — скромно ответила Оля.

Лукавить ей не хотелось — в последнюю очередь она делала это ради Риты. Симпатией она к ней не так и не прониклась. Оля видела, что Лебедева неровно дышит к Игорю, и на такое закрыть глаза не могла.

А Даша с удовольствием отметила, что Игорь приобнял Ольгу за плечи. Она вообще ужасно радовалась за друзей! Кажется, эта ссора была им нужна, чтобы понять, как сильно они любят друг друга. А как изменился Круз с того момента, как она, Даша, заставила его поцеловать Олю!

— Ой, мамочки, я не могу смотреть, — Олин возглас вернул Дашу в настоящее. На экране прямо сейчас блистала… Ритка!

Каждый элемент — как пощечина Савину и Усову. Вот чистый тройной аксель, а вот четверной лутц, приземлённый с такой яростью, что, кажется, лёд сейчас пойдёт трещинами. А какие вращения! Трибуны ревут: всем ясно — Лебедева лучшая. Конечно, это только короткая программа, произвольная будет завтра, но Даша была уверена, что Рите равных нет! Да, это всего лишь короткая программа, произвольная — завтра. Но Даша не сомневалась: Рите нет равных. После всего, что случилось, она не просто вернулась — она вырвалась на лёд за своим золотом.

— Да, не слабо! — воскликнул Хованский. Круз и Квитко уже видели Риту на льду, а вот девочки и Кирилл смотрели её выступление впервые. — Я даже предположить не мог, что Лебедева так красиво катается!

— Ритка — умница! — хлопнул в ладоши Петька. — А что у нас на десерт?

— Ты еще не наелся? — засмеялась Даша.

— Сегодня праздник живота! И он требует десерт.

— Я тоже требую, — заявил Игорь. — К тому же, мне одна птичка на хвосте принесла, что в меню запланированы мои любимые эклеры.

Оля так и залилась румянцем!

— Представляете, если Ритка завтра выиграет… — начал Кирилл.

— Не если, а выиграет!

— Ой, Квитко, не цепляйся к словам. Так вот, о чём я? А, да, если Ритка выиграет, то поедет на Олимпиаду! Знаете, мне кажется, это наше самое серьёзное дело. Почти международного уровня!

— Ага, а лавры, как всегда, не нам.

— Не расстраивайся, Петюня, — улыбнулась Оля. — Поступишь скоро на юрфак, такие дела будешь расследовать, что все лавры твои будут. Дашка только и будет успевать про тебя статьи печатать.

— Хорошо бы!

И тут в замке повернулся ключ, а через мгновение на пороге появился…

— Стас! — закричала Даша. — Ты где был? Всё уже закончилось!

— Прости, сестрёнка, дела были. Привет честной компании! — крикнул он. — А поесть ещё осталось?

— Ты бы ещё завтра пришёл! — буркнула Даша. — Осталось, руки мой и садись за стол.

— Дашка, что ворчишь, как бабка старая? Сейчас помою и приду! Только… Петро, можно тебя на секунду? У меня тут с ноутом какая-то лажа, ты бы поглядел…

— Я тоже могу! — заявила Оля.

— Жучка, будешь тяжелой артиллерией, — сказал Петя, вставая с дивана. — Дай мне тоже блеснуть!

— Всё не можешь забыть, как гениально Ольга компьютер взломала? — расхохотался Стас. — То ли ещё будет! Вот поступит на программиста, да с её аналитическими мозгами…

Даша вздохнула. Какие же мальчишки банальные, каждый раз — одно и то же!

— Обязательно сейчас ноутбуком заниматься? — спросила она. — После обеда нельзя?

— Точно бабка-ворчунья, — поддел её Стас. — Мне сейчас надо, у меня там файл важный для сессии.

— До сессии ещё вагон времени, это может и подождать! — рассердилась девочка.

— Лавря, ты чего? Дай нам две минуты, мы быстренько всё посмотрим. Если там дело долгое, то мы им и правда после обеда займёмся.

Петька подмигнул ей, и они со Стасом ушли в его комнату. А Дашу не покидало странное чувство — такое ощущение, что мальчики что-то задумали… Но что они могли задумать? Стас ведь только что пришёл, да и наедине они почти не общаются… Она вытащила из духовки горшочек с гречкой для брата и пошла к ребятам. Ольга с Крузом обсуждали планы на каникулы — в этом году родители Игоря пригласили Олю с бабушкой праздновать Новый год к ним. Кирилл молча возил вилкой по тарелке.

— Дашка! Идите все сюда! — крикнул вдруг Стас из своей комнате. Ребята переглянулись, Даша пожала плечами, мол, не знаю, что ему нужно. И они все кинулись к Стасу и Петьке.

Даша вдруг остановилась как вкопанная. Ей показалось или… Нет, просто быть не может, Денис же в Париж уехал. Он писал, что не приедет в Москву! Но почему тогда она так чётко слышит его голос… Может, глюки?

— Бог ты мой! — завопила Оля, которая уже поняла, в чём дело. — Дашка, Дашка, ты где? Давай сюда, скорее!

Жукова схватила Дашу за руку и потянула в комнату. На экране ноутбука, в маленьком окошке, мелькала знакомая рыжая шевелюра. Лицо Дениса было немного размытым, зато голос звучал отчётливо, как будто он стоял прямо рядом.

— Денис! — только и смогла выдавить Даша, а потом посмотрела на довольных Стаса и Петю. — Как вы это… Это правда он?

— Конечно! — радовался Стас. — Старик, как я тебя рад видеть! Мы тут все собрались…

— А как я рад видеть вас! — сказал Денис. — Дайте я на всех вас посмотрю! Ну красавцы! Рассказывайте, какие новости у вас?

Они долго болтали с Денисом и были вне себя от счастья! Даша и вовсе онемела от радости — двух слов связать не могла! Инициативу взяли на себя в основном Петька со Стасом, хотя и Игорь с Кириллом были рады поболтать со старым приятелем.

— Лавря, всё нормально? — спросил Квитко, заметив, что Даша как-то не слишком общительна. Он аккуратно отвел её в сторонку, пока Стас рассказывал очередную историю про университет. Денис и его девушка на будущий год хотели вернуться в Россию и планировали поступать в МГУ, так что расспрашивали Стаса об учёбе.

— Да, Петь!

— Честно?

— Честно! Я просто…. В шоке! Как же вы это провернули? Вы поэтому опоздали?

— Ага! Понимаешь, программа недавно такая вышла… Скайп. Я о ней как услышал, так сразу подумал, что надо с Денисом созвониться. Мы списались, да решили сюрприз устроить. Ну я и Стаса подключил, чтобы на его ноут прогу скачать. Ты рада?

— Очень! Очень рада, Петечка! — Даша вспыхнула и вдруг замерла.

— Что?

Она и сама не знала, что… Все эти годы Петя был тем человеком, на которого она всегда могла положиться. С первого класса он дарил ей цветы и заботился о ней, а в последние годы он и вовсе стал для неё одним из самых близких людей на планете. Все вокруг говорили, какой же Петя хороший мальчик, а мама заверяла, что однажды и Дашка его обязательно оценит…

— Петь, — Даша подняла глаза и серьёзно посмотрела на друга. — А может, в кино завтра сходим?

— В кино? — удивился Петька. — А на что?

— Не знаю, на что угодно!

— На что угодно? Ну можно… Надо ребятам сказать! Может, кто знает…

— Петь…

— Что?

— Не надо ребятам говорить, — вздохнула она. — Я хочу только с тобой сходить. Вдвоём. Понимаешь?

И вдруг он понял… Осознал! Догадался! Всё внутри него в миг перевернулось: сердце в груди сделало кульбит и вспыхнуло ярким пламенем. Неужели… Неужели дождался? Он не мог поверить! Но что ещё это могло значить?.. Он ещё раз взглянул на Дашу и по взволнованному лицу девочки понял: нет, он не ошибся! Лавря хочет побыть с ним вдвоем! Его Лавря! Она сама его позвала…

— Вдвоём? — голос у него вдруг охрип.

— Ага! Вдвоём. Если ты… Если ты, конечно, согласен.

Согласен ли он? Какой идиотский вопрос! Он ждал неделями, месяцами, годами и вот… Такой момент!

— Конечно, согласен! Пойдем вдвоём, — и он улыбнулся.

— Даш, тебя Денис спрашивает тут про журналистику, тоже хочет туда поступать, — позвал Дашу Стас. И она, чмокнув Петьку в щёку так, чтобы никто не видел, понеслась обратно к ноутбуку, болтать с Денисом.

А он так и остался стоять столбом… Кажется, с ним случилось новогоднее чудо. Случилось, оно правда раньше нового года… Это все, наверное, потому, что он в этом году ездил в Англию! Чудо случилось с ним на католическое Рождество!

— Эй, Петь, у тебя всё нормально? Чего застыл? — поинтересовался подошедший Игорь.

— Крузик… Кажется, лёд тронулся!

— Какой лёд? Петь, ты что, умом тронулся?

— Нет, Крузик, ты не понял, между мной и Лаврей лед тронулся…

— Что-то ты на льду уже помешался!

— А ведь правда, — вдруг засмеялся Петька. — Везде этот лёд! А крутую мы операцию провернули с Риткой, да? Операция «Лёд тронулся!»

— Ага, не слабо! — согласился Игорь. — Ну, пойдём ещё с Денисом пообщаемся.

Они пробыли у Даши до самого вечера, даже тётя Витя успела вернуться и с удовольствием помахала Денису в маленькую камеру, подключенную к ноутбуку. Правда, она почему-то решила, что это ещё и микрофон, так что во время разговора постоянно туда кричала. Все так и покатывались со смеху!

— Ну что, похоже, пора по домам, — решил Кирюшка Хованский, когда они, наконец, попрощались с Денисом. — А классно посидели! Ой, Даш, ты только рецепт маме черкани!

— Ага, сейчас, за листочком сбегаю!

Девочка унеслась в комнату, а Петька, Игорь, Оля и Кирилл принялись одеваться. Стас стоял в прихожей, а тётя Витя пошла на кухню — положить мальчишкам пирожки с собой. Она была раздосадована, что большую часть они не съели. Зато Олины эклеры разлетелись только так!

Ребята уже принялись прощаться, но тут зазвонил домашний телефон. Стас сразу схватил трубку.

— Алло? Ой, дядя Володя, здравствуйте! Дашу? Да, могу! Даш! — крикнул он. — Сейчас она подойдёт!

— Дай мне трубку, — потребовал Петька и выхватил телефон у Стаса.

— Эй!

— Дядя Володя! — закричал Петя. — Дядя Володя, это Пётр! Вы по делу вирусологов звоните? Да? Ого! Ничего себе! Да ладно? Обалдеть! И что теперь? Ааа… Здорово! Мне ваши рекомендации на юрфаке пригодятся! Да и Крузу тоже… Ага, решили! Дядя Володя, вы чего? А, понял! Класс, спасибо! До свидания!

И Петька положил трубку. Все уставились на него.

— Ну что? — спросила Даша. — Что он сказал?

— Ой, там такое оказалось! Эти преступники, на которых Антон работал, хотели запустить какой-то жуткий вирус… Дядя Володя сказал, что могла случиться катастрофа планетарного масштаба! Но всех причастных вовремя поймали и пересажали! Был ещё один учёный, который с ними сотрудничать отказался — так они его убили. Ужас! И Костя у них в планах был, но до него добраться они не успели. Он реально к тому майору обратился! Молодец, мужик, недооценил я его!

— А Ксения? Что с ней? — поинтересовалась Ольга.

— Домой вернулась! Ей теперь ничего не грозит.

— А что тебе при поступлении пригодится? — полюбопытствовал Игорь.

— Да нам опять грамоту выпишут! — похвастался Петька. — А я дяде Володе сказал, что мы с Крузиком на юрфак собрались поступать.

— А он что? — спросил Стас.

Петька хитро прищурился:

— Сказал: «Если вы с Крузенштерном на юрфак поступите, мне придётся или в отставку выходить... или вас на работу брать. И оба варианта меня пугают!».