Оператор

Глава 1

Серое небо вспыхивало цветными всполохами, будто экран разбитой матрицы телевизора, что пытается показать сигнал ненастроенного канала. Всполохи меняли форму, перетекали из одной фигуры в другую, объединялись, и вот на небе засияла надпись — мешанина из букв и цифр, в которой смутно угадывались слова, логотип хакерской группы. А затем надпись пропала. Кто-то выключил взломанный проектор рекламы, и на небе остались лишь хмурые тучи.

По потрескавшейся поверхности супершоссе нёсся беспилотный автомобиль. Междугороднее такси, на топливных элементах, укреплённое бронёй, защитной решёткой, с пуленепробиваемыми стёклами и шинами. На потрёпанной обшивке с местами облетевшей краской сверкала марка: "Mastodon". И логотип - изображение давно вымершего доисторического слона. На капоте возвышалась фигурка этого же слона, слегка ржавая и поцарапанная, и с отломанным бивнем.

За окном такси на скорости в 200 километров в час проносилась почти безжизненная, потрескавшаяся земля, сквозь которую лишь местами пробивалась пожухлая трава. Где-то далеко в сотнях километров лежат редкие теперь плодородные земли, тихие города, где работают автоматические тракторы, но не здесь.

Лекс, единственный пассажир такси, сидел на обшарпанном заднем сиденье и задумчиво смотрел в окно. На нём был надет чёрный, скрывающий верхнюю часть лица, уши и большую часть головы, шлем. Он поблёскивал линзами камер и датчиков там, где должны были быть глаза, а на боку его мерцал иногда светодиодный индикатор. Шлем скрывал глаза полностью. Лекс смотрел через его камеры, слышал через его микрофоны, ощущал мир его датчиками и сенсорами. И часто видел и чувствовал то, что обычный человек увидеть не мог.

Руки Лекса скрывали перчатки, такие же тёмные, как и шлем, укреплённые защитными пластиковыми пластинами снаружи. Они напоминали не то рыцарские доспехи или же манипуляторы робота. В рукав от них бежали провода. Лекс носил полицейскую форму, с погонами. Рядом с ним, на сиденье лежал тёмный чемодан, на боку которого так же мигал светодиод. Лекс. Александр Ворген. Младший лейтенант полиции.

Динамик беспилотного авто затрещал, и в кабине раздался хриплый механический голос.

— Такси "Гепард" благодарит вас за выбор маршрута, и предлагает на выбор кофе и простые закуски. Желаете ли приобрести?

Лекс отвернулся от окна и глянул в салон. Рамка целеискателя немедленно вычленила точку беспроводного доступа и он лениво бросил в машину инфопакетом.

"Запомнить предпочтение: общение через беспроводную инфосвязь, протокол седьмой версии и выше"

"Идентификатор пользователя: использовать KW-ID устройства для определения"

"Выслать прайс доступных напитков и товаров"

Динамик щёлкнул, и потрёпанный жизнью и долгими поездками автопилот, будто радуясь, что ему не надо пытаться говорить голосом, ответил инфопакетом. Лекс с лёгким любопытством заглянул внутрь его структуры. Заметил классическую мелкую ошибку устройств Mastodon, что теряли иногда выравнивание информационных полей, и принял пакет.

Перед ним возник небольшой список с картинками доступных закусок. Лекс выбрал кофе в тюбике и питательный батончик. "Благодарим за покупку", будто устало, бросил ему в ответ сообщение автопилот. Лекс же продолжил смотреть в окно. Рамка целеуказателя металась по проносящимся мимо равнинам, и не могла ни за что зацепиться. В инфополе царила пустота. Ничто не отвечало на запрос его шлема, не передавало сигналов. Звенящая тишина раздражала.

Где-то впереди ждал Центр. Там возвышаются небоскрёбы, шумят машины, сверкают рекламные огни. Там же будто океан в бурю рокочут потоки информации, такие привычные ему, Лексу. Осталось ждать ещё час, может два. И тогда снова будет вокруг привычный шум информационных потоков, свет радиосигналов. А пока стояла тишина. Хотелось подключиться хоть к чему-нибудь, схватить пролетающий мимо инфопакет или конструкт дополненной реальности. Но рядом не было ничего.

Дыхание его чуть участилось, и на лице выступила капелька пота. Нужно лишь чуть-чуть подождать... он обратился к псевдоразуму автопилота такси и спросил его, есть ли книги. Машина как будто удивилась, но выслала в ответ небольшой список литературы в бортовой памяти. Несколько тысяч скабрезных любовных романов не интересовали Лекса, как и три сотни книг по сбрасыванию веса, пятьсот произведений, рассказывающие о быстрых способах разбогатеть, пять тысяч порно журналов прошлого столетия, восемьсот произведений в жанре ретро боевой фантастики и фэнтези.

Просмотрев свалку литературы, в которую, похоже, никто кроме него в последние лет пять не заглядывал, он наконец, откопал в ней большой справочник по ремонту автомобильных двигателей — топливных, электрических и даже ретро двигателей внутреннего сгорания, и купил его за символическую цену. Написанное тяжёлым, вычурным языком издание в шесть тысяч страниц текста Лекс проглотил за шесть минут. А потом снова вернулась тишина эфира, и нарастающее беспокойство. Лекс вздохнул. Отдал шлему команду разбудить его, если что-то случиться, и усилием вогнал себя в полудрёму, а затем уснул.

***

Его разбудил треск, лёгкий шум в эфире и чьи-то настойчивые инфо запросы. Прошло полтора часа, вдали раздавалось эхо радиосигналов, и уже скоро он окунётся в Центр, в привычный шум инфополя. За окном же стрекотал полицейский дрон. Двухметровая махина, накренившись, летела боком и еле успевала за междугородним такси. И посылала запросы. В его, Лекса сторону.

Он с лёгким удивлением принял запрос и распаковал. Из запроса выскочил рекламный конструкт. Попытался получить доступ к его шлему, прокричал что-то об знакомстве с красивыми девушками и попытался заслонить обзор огромной фотографией. Зря. Лекс привычно, мёртвой хваткой впился в конструкт, и тот будто пискнул. Затем Лекс мгновенно разобрал его, заглянул внутрь, препарировал, оценил функционал. Грубая, любительская работа искала данные о кошельках, и отправляла их по адресу. Лекс записал адрес и уничтожил конструкт. Когда доедут до города, можно будет предъявить вопросы. На всё это у него ушла доля секунды. В неинфицированной части пакета же лежал запрос на связь. Лекс проверил его. Полицейское отделение. И принял его.

Возникло окно видеосвязи. На нём появился немолодой, смуглый и усатый мужчина. Он удивлённо поднял брови.

— Лекс. Алекс? Александр Ворген, младший лейтенант, ведь так? Я думал, это адрес твоего коммуникатора.

Лекс мысленно кивнул. Кивнуло и сгенерированное компьютером изображение, которое видел собеседник вместо видео. Собранный из зелёных линий Лекс, в своём шлеме.

— Неважно! — жизнерадостно продолжил мужчина. — Я твой новый начальник. Шеф. Босс! Сергио Кордоне. Майор, начальник твоего отделения.

— Александр Ворген, Младший Лейтенант, сейчас на пути в отделение. — спокойно ответил Лекс. Бесстрастным голосом, почти без эмоций.

— Я знаю, знаю, друг мой, giovane! — заулыбался мужчина. — У нас срочный случай, и лучше будет, если ты отправишься туда. Так, как это тут делается... — его собеседник стал возиться с чем-то невидимым.

— Вы можете назвать адрес. — подсказал Лекс.

— Ах да. Двадцать седьмая улица, шестой блок. Получишь в распоряжение штурмовые модули.

Перед глазами возникла карта, которую он благополучно загрузил до путешествия. Красная линия побежала от его местоположения, до указанного адреса. Лекс быстро отправил запрос автопилоту на смену точки прибытия. Тот согласился, но потребовал дополнительную плату. Небольшую.

— Модель модулей, моя задача? — уточнил Лекс.

— Штурмовые модули STORM, модель... собеседник зашуршал бумагами, модель номер 23, ревизия А, четыре штуки. Задача ... поддержка группы захвата, кроме непредвиденных обстоятельств, требующих немедленного вмешательства.

— Ситуация? — также бесцветно спросил Лекс.

— Захват заложника. Снайпером бы его, и дела с концом, но нужно живым взять, и заложника не потерять. Особые требования.

Лекс снова мысленно кивнул.

— Тебя будет ждать Инна Светлова, званием выше тебя. Слушаешься её кроме особых случаев. Мы знаем, как там с вами, с Операторами. Добро пожаловать в центр! В Восточный округ.

— Приказ Принял. Будет исполнено. — бесцветно сказал Лекс и отключился.

***

27я улица. Шестой блок

Несколько патрульных авто собрались во дворе небольшого дома, всего в двадцать этажей высотой. Сверкали сигналы полицейских "люстр", машины перекрыли улицу, а сбоку в углах уже затаились фургоны спецподразделения. Снайперы рассредоточились по доступным позициях, и если очень внимательно присмотреться, можно было заметить выглядывающий ствол снайперского орудия в некоторых окнах соседних домов. На крышах почти никого не было. Район невысоких строений окружали небоскрёбы, и перекрывали обзор.

Люди бегали туда-сюда, кто-то кричал в мегафон, издали смотрели любопытные, которых сдерживала полиция, а над всем этим парил малый полицейский разведывательный дрон. А чуть вдали от него — дрон уже новостной.

Внимание всех присутствующих собралось на недалёком от земли, втором этаже здания, где стоял всклокоченный человек с оружием и держал заложника — зарёванную девушку подростка. Он что-то кричал, требовал денег, и грозился использовать своё оружие — старый потрёпанный пистолет, что от возраста стал ничуть не менее смертоносным.

Обычно полиция решила бы это быстро — снайперской пулей. Но сейчас преступник умудрился взять в заложники дочку какой-то важной шишки, что участвовали в финансировании полиции. И от "шишки" поступило указание. Дочку спасти, но придурка взять живым, и расследовать, чтобы впредь не повторялось. Именно из-за важности цели и собралось тут столько полицейских, а после того, как пытавшийся пробраться к двери спецназ заметил очень профессионально поставленную мину, дело совсем нехорошо запахло. Сейчас полиция переругивалась с захватчиком, пыталась уговорить его, и тщетно пыталась найти средство вырубить его, не убив, и не рискуя заложницей, рядом с виском которой находился пистолет.

Именно сюда вырулило потрёпанное междугородное такси. Остановилось у кордона, подало сигнал. Подошедшей полицейский потребовал удостоверение — архаичнейший метод в век беспроводной связи, биосканнеров, инфополя и инфосферы. Но местное удостоверение только что прибывший в город Лекс ещё не получил, и сейчас, отпустив такси, стоял у кордона, пока полицейские переругивались по голосовой связи уже с его боссом, Сергио, споря о юрисдикции. А время шло, и Лекс внимательно рассматривал ситуацию.

Вокруг Лекса мерцали видимые лишь ему сигналы, метки, идентификаторы устройств, людей, передатчиков. Бежали видимые ему потоки информации, визуализированные инфопакеты. Стоял привычный информационный шум, и он успокаивал. В шуме потоков информации Лекс ориентировался лучше кого бы то ни было.

Перепалка у кордона зашла в тупик, и разрешилась внезапным образом. К кордону подошла двухметровая металлическая фигура, топая железными ногами, и чуть слышно жужжа сервоприводами. Бронированный штурмовой экзоскелет. Тоже марки STORM. Storm Personal, версия шесть... ходячая куча брони держала в руках тяжёлую винтовку, и заявила, женским голосом через динамик:

— Он со мной. Под мою ответственность.

Задержавший Лекса патрульный в кевларовом бронежилете и с пистолетом посмотрел на Лекса, на свой пистолет, и оценил оружие в руках бронированной оперативницы. Вздохнул и пропустил Лекса внутрь. Тот пошёл за кордон, со своим чёрным чемоданом в руках, что всё так же мигал светодиодом. И отдал честь бронированному экзоскелету.

— Младший Лейтенант Ворген, прибыл.

Экзоскелет открыл шлем, показалось женское лицо.

— Старший Лейтенант Светлова. Формальности отставить. Там стоит твоё оборудование.

Фигура ткнула огромным ружьём в сторону ближайшего фургона, и шлем немедленно захлопнулся. Инна Светлова, как назвал её Сергио. Чёрные Волосы, светлая кожа, серые глаза. Холодный, спокойный голос и лишь намёк на любопытство, короткий взгляд на его сверкающий линзами шлем.

Он не пошёл к фургону с техникой. Просто посмотрел на него, увидел четыре мерцающие точки связи, подключился. Четыре металлические машины ответили ему, приняли авторизацию, и стали выходить. Каждая будто с чуть разным характером отвечая на его запросы. Четыре больших робота, сгорбленных, с оружием, простыми манипуляторами, выше человеческого роста.

— Что делать будешь, Младший Лейтенант? — спросил его экзоскелет Инны.

Лекс вцепился взглядом в окружающий мир. Отметил потоки информации, точки подключения. Увидел сквозь стены подготовившихся оперативников и снайперов. Вот один из них ругнулся из-за помех, когда Лекс подключился к его винтовке и посмотрел сквозь неё. Он вытянул из хранилища план здания, нашёл квартиру на ней. Всмотрелся в её сторону, отметил устройства внутри — умный телевизор, умный уборщик, кухонный авто повар. Нашёл брошенную игрушку с камерой, и прыгал между устройствами, пытаясь найти точку обзора лучше. Конечно же. Новостной дрон.

— Ты завис, Младший Лейтенант? — спросила Инна и наклонилась вперёд, разглядывая замершего Лекса.

Новостной дрон сдвинулся с места и подлетел чуть ближе к балкону. Где-то ругался оператор дрона, так как машина ему теперь не подчинялась, а дрон сфокусировал камеру на лице преступника.

Зрачки глаз. Широко расширенные зрачки глаз. Пульсирующие, чуть расширяющиеся, и текущий по лицу пот. Человек кричит, ругается, отвечает на выкрики внизу, но глаза его стеклянные. Что-то не так.

Что-то совсем не так. Сквозь дрон Лекс видит, как дрожит палец на курке, словно сопротивляясь посылу нажать. В голове всплыли слова Сергио: "кроме непредвиденных обстоятельств, требующих немедленного вмешательства", "Мы знаем, как там с вами, с Операторами.". Он отправил в сторону Инны инфопакет. И такой же в сторону других полицейских.

Удивляется Инна. Удивляются полицейские, кто-то чертыхается, читая внезапное сообщение. Лекс же отдаёт команду в шлем и время для него замедляется.

"Слияние", говорит ему его Шлем. Четыре подведомственных ему робота срываются вперёд и бегут в сторону дома. Люди будто замедленно оборачиваются к ним. В ушах звучит лёгкий свист, и мир как будто медленно теряет краски. Светодиод на его шлеме начинает быстро мигать жёлтым.

"Слияние", повторяет шлем. Роботы бегут вперёд, ловко уворачиваясь от людей, от машин. В их сторону бежит и Лекс, удивлённо ему вслед кричит "Эй!", Инна. Он бросает ей инфопакет в ответ, она останавливается, читает его с недоумением.

"Слияние", повторяет шлем. Мир потерял свет и стал чёрно-белым, начал медленно окрашиваться жёлтым, потом красным. Два робота достигают стены дома, сквозь ряды удивлённой полиции. В апартаменте, где стоит преступник и заложница вдруг по приказу Лекса включается и начинает громко орать телевизор. Преступник отвлекается и отворачивается в сторону. Лекс же бежит в сторону балконов. Там его ждут два робота, один из них опустил руки к земле.

"Слияние", повторяет шлем. Мир теряет свет, и превращается в набор сетчатых линий, как в игре или симуляторе. Лекс видит приближающуюся к нему стену, окна, они размечены зелёной сеткой. Наступает роботу на руки, тот подбрасывает его вверх, помогая с прыжком, Лекс отталкивается с огромным усилием, и перелетает через перила балкона второго этажа, вцепляется в руки сделанного из зелёной проволочной графики преступника, дёргает на себя и толкает заложницу. Пистолет стреляет прямо перед ней, а затем она с визгом летит вниз. Там её ловит робот. И держит.

"Активно слияние" повторяет шлем, и мир упрощается дальше. В ушах стоит рёв. Бандит в его руках превращается в фигуру из палочек, и он валит его на пол, ударяет пару раз. Человек из палочек что-то кричит, но ничего не слышно из-за рёва в ушах. Наручники. Наручников нет, и Лекс с искрами вырывает из ближайшего ему прибора шнур, и связывает руки, затем ноги преступника. Тот пытается вырваться, похоже, верещит, но бесполезно. Лекс отдаёт в шлем команду.

"Слияние завершено" — отвечает устройство, и мир возвращает цвет.

Время возобновляет свой бег. В мир возвращаются краски и формы и Лекс валится на пол, затем садится у стены. Все его мышцы дико болят, а из носа течёт кровь. Его руки трясутся.

— Merda. — раздаётся в шлеме голос его нового шефа. — Giovane, что это ты сейчас учудил?

Перед глазами появляется изображение нового босса. Тот недоволен, но и очень удивлён. Рядом на мгновение вспыхивает портрет Инны, в шлеме, но тут же пропадает.

— Преступник, задержан. — отправляет Лекс бесстрастный, синтетический голос, смодулированный шлемом.

— Giovane. Так не делают дела на моём участке. — недовольно говорит ему Шеф. — И ты какой-то странный. Отправь мне свою текущие биопоказатели. Немедленно. Это приказ.

— Преступник. Под наркотиками, и собирался стрелять. Не было времени объяснить. — ответил Лекс, и отправил шефу запись своих показателей.

Шеф долго молчал. Потом ответил.

— Лекс. Я вижу, что ты сделал что-то странное. Чуть не порвал себе все мышцы, при этом чуть умер от тахикардии. Ты разрешил ситуацию, да. И я дал тебе разрешение действовать по обстоятельствам. Это я тоже помню. Но то, что ты учудил... ещё и попав на камеры. Это мне создаст проблемы.

Шеф помолчал ещё.

— В общем, сделаем так. До конца дня у тебя отбой. Инна отведёт тебя до общежития, выберешь там комнату. Это раз. Гель регенерат, лечить повреждения, я тебе не дам. Восстановишься обычно, если я всё правильно прочёл, оно не смертельно. Гель — штука дорогая и ты сам себе это сделал, вот будет тебе урок. Поэтому сидишь там, не двигаешься, смотришь, чтобы преступник не подох. И сам стараешься не сдохнуть. Ждёшь, пока сапёры лестницу зачистят. Всё понял?

Лекс мысленно кивнул. А шеф вдруг улыбнулся.

— Я всё понимаю, giovane. Молодость, горячая голова. Сам был таким. Думаю, мы сработаемся. И скажи роботу, чтоб заложницу отпустил уже. Он её в руках держит, как принцессу, и не отдаёт никому. И ещё раз, добро пожаловать в Центр.

Шеф отключился. На улице робот отпустил шокированную девушку. Лекс сидел и ждал. Сапёры провозились с лестницей пятнадцать минут, при этом преступник лежал на полу и просто выл. Не пытаясь ничего сделать. Наконец, дверь открылась.

Вошли бойцы спецподразделения. Бронированные люди в лёгкой броне и без экзоскелетов. Их лица скрывали тёмные или зеркальные маски.

— Вяжем его, парни. Или грузим. — рявкнул главный, махнув на преступника и подошёл к Лексу.

— Оператор, да? Нечасто ваших вживую увидеть удаётся. Сам по лестнице спустишься, или тебя тащить? Встанешь?

Лекс кивнул.

— Ну смотри. Циркач ты, но всё без потерь прошло, мне этого хватит. Иди, тебя внизу Железная Леди ждёт.

Лекс неуклюже встал, и поковылял к двери, а потом к лестнице. Внизу, у двери, его ждала, всё ещё в экзоскелете, Инна. С его чемоданом в бронированной руке.

— В машину — сказала она безразлично, и махнула в сторону фургона рядом. — пока журналисты не заметили. И роботов отпусти.

Лекс кивнул, отправил роботов назад в свой фургон. Доковылял до машины, залез на место пассажира, пристегнулся. Инна забралась в фургон сзади, в броне. Вылезла из экзоскелета и проскользнула на водительское место. Просвета между сиденьями в фургоне хватало. Она оказалась высокой, худой, черноволосой и нескладной девушкой.

Инна нажала пару кнопок на пульте, водительское место чуть сдвинулось. Потом она вытянула откуда-то коробочку с леденцами. Предложила один Лексу.

— Будешь? Нет? Ну, как хочешь. К нашему общежитию поедем. Комнату выбери. Почти все пустуют.

Она протянула Лексу потрёпанный планшет. Тот просто взглянул на него, даже не прикасаясь, и на экране устройства замельтешили варианты. Он остановился на одном из них. Инна удивлённо подняла бровь.

— Аскет. Хотя там капсула есть. Точно уверен? Тогда поедем.

Машина зашуршала электрическим двигателем и двинулась с места, оставляя позади журналистов, что пытались расспрашивать одуревшую заложницу и полицейских.

Глава 2

Лекс добрался до общежития. Инна не стала его провожать, просто сказала этаж и номер, напомнила явиться завтра утром в офис, затем махнула рукой и уехала назад в отделение на своём фургоне.

Лекс задумчиво посмотрел вслед удаляющемуся фургону, и механически отметил марку: "Бульдог", использовался раньше группами захвата, и когда-то был дизельным. Этот же хорошо переоборудовали, сняли часть брони, облегчили, и, похоже, поставили вместо задних сидений крепления для экзоскелета Инны. Он вспомнил интерьер машины, и меланхолично отметил, что, возможно, Инна может сидеть за рулём прямо в броне. На это намекали крепления подвижного водительского сиденья.

Здание общежития встретило его чёрными окнами. За входными дверьми, стеклянными и бронированными, горел свет, но в холле за дверьми никого не было видно. Рядом с дверью мерцал зелёным индикатором биометрический замок. Лекс поднялся по лестнице, расстегнул свою перчатку, обнажив ладонь руки, приложил её к биометрическому датчику. Тот будто задумался, и Лекс увидел шлемом, как устройство пытается связаться с кем-то. Скорее всего, с отделением. Возник соблазн перехватить инфопакет и заглянуть внутрь, но он отмахнулся от идеи. Датчик пискнул и дверь открылась, с лёгким шипеньем отъезжая в сторону.

В холле действительно не было никого, никого из людей. Небольшой крабообразный робот-уборщик, похожий формой и размером на старые роботы-пылесосы, подметал холл, и что-то чистил выдвижной щёточкой в углу, заметая пыль и мусор в открытый мусороприёмник, напоминавший рот краба. Робот прервался, обернулся к Лексу, уставившись на него четырьмя глазами камер глубины, и посветил на Лекса лампой. Затем равнодушно пиликнул, и вернулся к уборке мусора. От одного угла он пошёл к другому, цокая по полу механическими лапками.

Лекс пошёл дальше, к лестнице, поднялся на второй этаж, свернул в сторону, и побрёл по коридору, иногда прихрамывая. Всё ещё давала знать о себе боль в мышцах. Вокруг него вспыхивал автоматический свет, а потом гас. И вот он нашёл свою новую комнату, приложил руку к биометрическому замку, и вошёл внутрь.

В его комнате, под номером 201, самой крайней на втором этаже, не было почти ничего. На полу — тёмное ровное покрытие, смесь полимера с крошкой синтетической древесины. Оно чуть заметно пружинило под ногами. Пол и потолок кто-то весьма оригинально отделал под грубый серый камень, и на первый взгляд они походили на неотделанный бетон. Слева от входа - дверь в небольшую комнатку с туалетом и душевой, и в углу домик робота уборщика. Пара розеток на стене. В конце комнаты — большое панорамное окно, непрозрачное при взгляде снаружи, хотя делать такое на втором этаже не было смысла. И рядом с окном — стоящая на колёсиках капсула регенератора, подключенная к водопроводу гибким шлангом и похожая на ванную. Здесь не было ни кухни, ни холодильника, ни мебели. Только пустые стены и капсула, из-за которой Лекс и выбрал эту комнату.

Лекс достал из кармана недоеденный питательный батончик из такси, сунул его в рот и бросил обёртку на пол. Поставил свой чемодан у стены, подключил его к сети проводом, и чемодан замигал жёлтым индикатором на боку. Затем Лекс разделся до трусов, бросил одежду на чемодан и пошёл к капсуле. Осмотрел устройство со всех сторон, включил, и с усилием, покряхтывая от боли в мышцах, развернул капсулу параллельно окну, залез внутрь, переключил её в режим "полулёжа", и в устройстве с жужжанием заработал какой-то механизм. Нажал на свой шлем с двух сторон и со щелчком снял с него защитный кожух брони. Положил его на пол. Залез в капсулу/ванную, сейчас открытую, откинулся назад, и расслабился. Капсула, с лёгким гудением стала заполняться, синевато-зеленоватым прозрачным гелем, покрывая его тело. Её края засветились.

Из домика у стены выполз ещё один крабообразный робот-уборщик, подошёл к брошенной обёртке и деловито "съел" её, засунув её клешнёй в "рот" мусороприёмника, прямо как настоящий краб, затем, прихрамывая, вернулся назад в домик. Лекс повернулся в сторону окна. Его глаза скрывало закреплённое на его голове устройство, похожее на старый шлем виртуальной реальности. От него шёл ремень и сеть тонких проводов, что оплетали его голову сзади. Под проводами обнаружились коротко стриженные русые волосы. Домашняя ванная регенератор ускоряла заживление ран, чуть-чуть лечила и расслабляла. Не так быстро и эффективно, как гель регенерат или профессиональная станция, но это было лучше, чем ничего. Гель почти не требовалось менять. Ванная сама фильтровала отработанный материал, грязь и кровь и производила новый гель, за счёт встроенного в неё бака с то ли бактериями, то ли водорослями.

Лекс расслабился, уставился в потолок. Достал из памяти адрес того информационного конструкта, который он поймал и распотрошил ещё в такси, и решил попытаться найти адресата средств. Он потянулся за окно, в сторону города, его соединений, инфополя, прыгнул сознанием в сеть инфосферы, и отключил видимый диапазон зрения, оставив лишь визуализацию.

Город предстал перед его глазами как сложная путаница из проводов, линий электро связи, оптических кабелей. Трёхмерная карта оказалась удивительно неполной, со множеством пробелов и чёрных зон, данных о которых просто не было. Часть из них приходились на офисы компаний. BUILDTT, Флеш-ойл, офис MASTODON, небольшие офисы Eternal River и Фудзита Индастрис, и высокий небоскрёб, принадлежавший KRAFT. Сегодня его путь не лежал туда.

Он сверился с записанным адресом, отправил в адрес пинг, и стал распутывать клубок соединений, отслеживая, куда тот побежит, в каком здании окажется. Привычная, рутинная для него работа с сетями, устройствами. Привычный шум информации в ушах. Он расслабился и следил за сигналом.

Воришка, создавший рекламный инфоконструкт, к глубокому разочарованию Лекса, всё-таки оказался полным новичком. От точки получения информации он находился в трёх прыжках переходов, и Лекс без особого труда нашёл его домашний адрес, маленькую квартиру на пятнадцатом этаже одного из небоскрёбов. Он нырнул туда, осмотрел со всех сторон её начинку, нашёл камеру безопасности, телевизор, игровую систему, и неплохой компьютер. Подключился к вебкамере компьютера, затем безопасности, осмотрел комнату. Нашёл спящего автора инфоконструкта — подростка. На компьютере же обнаружилась большая база собранных кошельков, которую юный хакер, похоже, собирался продать, и неоспоримые свидетельства незаконной деятельности. Подросток занимался сбором личных данных, пытался использовать чужие средства, иногда успешно.

Скучно. Неинтересно. Лекс собрал данные о начинающем жулике, свернул их в инфопакет, сделал рапорт и отправил их шефу. Сергио решит, что с этим делать. Вроде бы отдел работы с несовершеннолетними в местной полиции был. Пусть обработают подростка сейчас, а не когда он попытается взломать охранного робота KRAFT.

Лекс откинулся назад, поставил звонок на шесть утра, и погрузил своё сознание в сон.

***

Утро

В шесть утра Лекс просто как будто включился. Потянулся, сидя в лечебной капсуле, размял шею. Нажал кнопку на капсуле и с гудением гель стал втягиваться куда-то внутрь, пока совсем не исчез. Потом капсула щёлкнула и обдала его со сторон сухим воздухом. Остатки геля быстро исчезали, высыхая и впитываясь в кожу.

Лекс вылез из капсулы, глянул в окно. Из угла на него зыркнул робот уборщик. Солнце уже светило над городом, и по городу неслись потоки информации, потихоньку набирая силу. Он подошёл к брошенной вчера одежде, поднял её и внимательно осмотрел. Мятая, испачканная и порванная в паре мест после его "рывка". Он вспомнил правила работы в офисе, и понял, что такой вид формы будет недопустим. В здании должен быть комплекс работы с одеждой: стиральная машина, гладильня и робот портной в одном лице. Лекс потянулся сознанием к сети знания, пробежался по комнатам и... робота не обнаружил. Это как?

На несколько мгновений он впал в ступор. Как теперь идти в офис? Покопался в памяти, вспомнил короткий сеанс связи вчера, когда с ним разговаривала Инна, и позвонил ей. На мгновение перед ним вспыхнуло изображение чего-то заспанного и растрёпанного, и тут же исчезло. Инна выключила камеру.

— Новенький. Раннее утро. Чего тебе надо? — голос как будто вот-вот собирался сорваться на зевоту.

— Моя форма не в порядке. В здании не работает робот-прачка.

— А. Он сломался. Несколько месяцев назад. Закажи комплект из отделения. Или два. Этот в химчистку. Погоны не забудь перецепить.

Инна не стала ждать ответа и отключилась. Лекс взглянул в окно. Потянулся разумом к ближайшему соединению, перепрыгивая с одного узла на другой, нашёл своё отделение, связался с ним, и кое-как нашёл способ связаться с псевдоразумом компьютера автоответчика. Псевдоразум автомата как будто с удивлением отвечала ему, упомянув, что последний раз с ним общались год назад. Лекс запросил два пакета формы, доставку дроном, и отправил инфопакет с размерами. На что полицейский псевдоразум сообщил ему, что форма есть, а дронов доставщиков нет. И Лексу пришлось срочно искать службу доставки неподалёку, что могла бы работать с полицией.

Вопрос решился за десять минут, и обошёлся ему в некоторую сумму кредитов. Вскоре за окном застрекотал обшарпанный дрон службы доставки. Лекс с усилием открыл окно и забрал обновку. Отпустил дрон, отметил, что на его боку знакомая эмблема: "Гепард".

В отделение он прибыл на беспилотном автоматическом такси, удивившись небольшой цене, и понял по прибытии, что его отделение было в соседнем здании, до которого можно было дойти пешком за пару минут. Это нужно было запомнить. С собой он взял свой чемодан.

На лифте Лекс поднялся на одиннадцатый этаж высотного здания и зашёл, наконец, в офис. Небольшая комнатка с рядами столов, и стол шефа у окна. Пока что тут никого больше не было, кроме Сергио, что сидел у окна и задумчиво рассматривал распечатанную кипу бумаги.

— О, giovane! — улыбнулся Шеф.

Лекс по-военному отдал честь.

— Не надо мне тут формальностей, — поморщился Сергио. — Если только шеф полиции в город не заявится. Ты лучше мне скажи, что ты мне такое вчера прислал?

— Мошенник. Начинающий. Подросток. Собирает чужие кошельки, иногда пользуется. — ровным, спокойным голосом сообщил Лекс.

— Хмм... я не совсем понял доказательства и улики, должен сказать. — Шеф перелистнул несколько листов, испещрённых логами и диаграммами.

— ... я думаю, информационное подразделение может их объяснить. И это заинтересует отдел по несовершеннолетним.

Сергио задумался.

— Оно стоит свеч, giovane?

— Я думаю, со временем он может стать более опасным. Начать взламывать роботов. — бесстрастный голос.

— Но может и не стать, так? — Сергио закрыл ненадолго глаза, потом пожал плечами. — будь по твоему, я передам это в информационное подразделение. Может что и выйдет из этого.

Лекс кивнул. Сергио положил распечатки на стол, взял со стола планшет, повозился с ним несколько секунд, и Лексу пришёл неуклюже собранный инфопакет.

— Это твои сослуживцы, giovane. Ты их видишь ведь, да? Те, с кем ты непосредственно будешь общаться.

Лекс кивнул. Он листал список фотографий. Инна Светлова, которую он уже видел. Танака Такеру, молодой парень японского происхождения. Стенли Брукс, черноволосый американец в возрасте. Перед глазами мерцали фотографии, видимые только ему.

— Это те, с кем ты чаще всего будешь сталкиваться тут. Все вместе вы образуете звено. Стенли и Такеру сейчас нет. Когда вернусь, обратись к Стенли по тренировке с оружием. Пусть проверит тебя в тире.

Лекс снова кивнул.

— И это же снаряжение, да? — Сергио указал на чемодан — Напиши запрос на рюкзак для него. Уверен, что ты знаешь, как это сделать, giovane.

Сергио перелистнул несколько бумажек на столе.

— А сегодня ты с нашей милейшей Инной отправишься патрулировать шоссе. Что-то там много странного происходит. Всё понятно?

— Так точно.

— Брось ты эти формальности, giovane. Вон там твой стол и компьютер, если он тебе нужен. Жди Инну, потом отправляйся.

Лекс сел за стол и уставился на компьютер. Тот включился сам, без видимых действий с его стороны. Не прикасаясь к клавиатуре, Лекс прошёлся по файловой системе машины. Нашёл архив отчётов некоего "Михайлова". Откопал скрытый архив порнографии, который кто-то спрятал в системной папке года два назад, и коллекцию музыки. Ничего интересного. Он настроил машину на внешний доступ со Шлема.

Тут позвонила Инна.

— Новичок. Спускайся. Перед ним вспыхнуло её лицо. Звонит с экзоскелета.

— Товарищ Майор, меня ждёт Инна внизу. — оглянулся на шефа Лекс.

— Я же сказал, без официоза, giovane. Отправляйся вниз. Задание ей известно. И не забудь направить запрос на рюкзак для снаряжения на склад. Ах, да, и у тебя теперь есть доступ к полицейской базе.

Лекс кивнул и направился вниз.

***

Вчерашний "Бульдог" ждал его у входа в здание полицейского управления, открыв дверь. Заглянув в салон он понял, что был прав насчёт водительского сиденья — Инна отодвинула сиденье назад, и теперь "сидела" у руля в своей полной броне, согнув колени, и пристегнув ступни брони к полу в специальных пазах. Она держала руль машины мощной механической рукой, что могла бы его легко сломать или смять его одним неосторожным движением. В салоне стало тесно.

— На твоём сиденье сзади откидной крюк и откидной отдел для багажа. Закрепи чемодан там. — сказала механическая фигура.

Лекс быстро нашёл механизм, и поместил за креслом чемодан. Потом посмотрел на сидящую за рулём Инну. Вызвал в шлеме данные по её броне.

— В этой модели брони есть режим сопряжения с машиной. Эта модификация "Бульдога" его поддерживают. Я могу дать информацию о ней. — его голос был бесцветным и спокойным.

Из брони раздался вздох.

— Новенький. Лекс, так? Я знаю. Мне так удобней. Пристёгивайся. Этот раритет выдаёт до ста шестидесяти километров в час, и ты, наверное, огорчишься, если разобьёшь свой любимый шлем о бронированное лобовое стекло, когда мне внезапно придётся затормозить.

Лекс не стал спорить, и пристегнулся. "Бульдог" зашуршал двигателем, вырулил на улицы, и, разгоняясь, двинулся к цели. Лекс смотрел в окно, и рассеяно разглядывал прохожих. Рамка целеискателя прыгала от одного из них к другому, выплёвывая информацию об имени, месте работы, судимостях, штрафах. Вдруг она дёрнулась, и Лекс уставился на обычного на вид человека, которого система не смогла определить. Сохранил его внешний вид в память. Затем переключился на здания. Перед ним заструились списки мелких фирм, офисов, жилых помещений, складов. Они выруливали к огромному мосту, что бежал через обмелевшую слегка реку.

— Лекс. — вдруг спросила Инна. — Что ты можешь? Кроме прыжков на балкон, которые рвут все твои мышцы.

— Я оператор. — бесцветным, спокойным голосом ответил он.

— Я знаю, кто ты. Я не знаю, что могут операторы. А оружие тебе, как вижу, Стенли ещё не выдал.

— Доступ к любой информационной системе. Скан. Сбор улик. Анализ. Управление роботами. — попытался перечислить Лекс.

— Сможешь остановить машину на ходу?

— Если на ней есть компьютер.

— То есть, ты хакер?

— Почти. Более эффективный. — подытожил Лекс.

Повисло молчание. Вдали у горизонта мелькнули строения ферм, выращивавших водоросли. Под солнцем сверкнули прозрачные многоэтажные стены, заполненные чем-то зеленоватым. Водоросли шли на биотопливо и пластик. И небольшая часть — на еду. "Вкус моря", питательный батончик. Такой же невкусный, как и все остальные.

— А твой чемодан? — вдруг спросила Инна.

— Здесь город. Везде есть сеть и камеры. Может не потребоваться.

"Бульдог" притормозил.

— Начинаем патруль. Южный мост, Северный мост, улица между ними, что идёт по центральному району. Не наша область, обычно, но сейчас другой случай. Смотри по сторонам, ищи странное.

— Например?

— Сумасшедших водителей.

Бронированная фигура, кое-как втиснувшаяся на водительское место, продолжала рулить, при этом каким-то чудом не отрывая руль автомобиля. Лекс же смотрел в окно, пытаясь следить за окружением. Вскоре они переехали мост, оказавшись в другом районе.

Теперь они ехали через более бедный районы города. Обычно такие ютятся на окраине, но не тут. Череда домов подешевле, приземистых зданий, что иногда даже были меньше двадцати этажей высотой, тянулась вдоль западного берега реки. Они были дешевле просто потому, что с реки часто воняло. А ещё Лекс заметил проблемы с камерами. Камеры слежения, что стояли обычно на регулярном интервале на любой дороги, через одну были побиты, повреждены, выключены. По-прежнему перед его глазами светились сигналами ближайшие здания и иногда можно было уцепить вебкамеру направленную в окно, но система слежения, что должна была работать на всех дорогах здесь была повреждена. Это настораживало.

— Останови где-нибудь. — попросил Лекс бесцветным голосом.

— Укачало? — насмешливо сказала Инна. Её голос раздавался из динамика экзоскелета.

— Нужно развернуть оборудование. Здесь повреждена сеть наблюдения.

Инна кивнула и лихо свернула в какой-то переулок. На дороге здесь лежал мусор, из окон доносилась восточная музыка, и рядом мерцала бледная и потрескавшаяся вывеска какого-то кафе. Рядом с ним под навесом стояли уличные столики из грязноватого пластика.

Владелец кафе, молодой индус, стоял рядом со входом и курил. Он выронил сигарету, вздрогнул и побледнел, когда прямо рядом с ним, с визгом шин, остановился полицейский фургон. Ещё больше побледнел он, когда из фургона вышла Инна, в тяжёлой броне, и направилась к нему, а вслед за ней вышел Лекс, в его чёрном шлеме со сверкающими линзами и датчиками.

Бронированная двухметровое чудовище подошло к перепуганному торговцу, и посмотрело на него сверху вниз. Единственный посетитель, что сидел под навесом, занервничал.

— Кофе. — потребовало бронированное чудовище женским голосом, искажённым динамиком.

— Э? — индусу показалось, что он ослышался.

Монстр наклонился к нему и повторил.

— Кофе. В стаканчике. С крышкой. И соломинкой.

— Э... двадцать кредитов. —

— ХОРОШИЙ кофе.

— Сорок кредитов..., офицер.

Бронированный монстр кивнул и выпрямился.

— Добавь на пятьдесят кредитов печенье. СЛАДКОЕ печенье. Не вздумай что-то подмешать, плюнуть, или подложить дрянь. Всё в пакет.

— К... как можно. — Индус заторопился внутрь заведения.

Лекс достал из машины свой чемодан. Нажал что-то на нём, и из него вытянулись складные ножки, чемодан встал на них плашмя, как стол. Лекс склонился над ним.

— Лекс, на того парня что-то есть? — Инна указала бронированной рукой на посетителя, что пытался тихо улизнуть из заведения.

Лекс оглянулся на посетителя, блеснул линзами.

— Неоплаченный штраф в 500 кредитов. Списать через банк?

— Спиши. — кивнула Инна.

В кармане посетителя что-то пиликнуло, он достал старый коммуникатор, и печально сел за стол, назад на своё место.

Вернулся Индус, и протянул Инне её кофе и бумажный кулёк с жирными пятнами. Что-то пытался сказать Инне, про лучшее угощение, но та глянула на него, и он замолчал. Протянул терминал оплаты. Девушка провела над ним механической рукой, и тот принял платёж. Индус поклонился, и вернулся на старое место у стены, но отошёл от Инны чуть подальше. Инна открыла шлем, и ловко, руками экзоскелета открыла кулёк, заглянула внутрь. Довольно кивнула, и показала рукой брони большой палец Индусу. Тот вздрогнул.

— Лекс, запомни это место. — кинула Лексу Инна, и стала потягивать кофе из чумазого стаканчика.

Лекс кивнул, и раскрыл чемодан. Внутри, на чёрной, будто бархатной подложке, в выемках, лежали четыре механических жука. Будто майские жуки, брюшком вверх, со сложенными лапками, обсидианово чёрные.

Лекс улыбнулся. Жуки зашевелились, расправили лапки, стали аккуратно выбираться из своих гнёзд. А в его шлем полились привычные сообщения. "Оператор Найден", "Соединение Установлено", "Подчинённый Инициализирован", "Загрузка", "Заряд батареи: 70%", "Серийный номер...", "Оператор...", "Оператор...", "Оператор...".

Привычный шум сообщений успокаивал больше, чем информационный шум инфосферы города. Жуки встали на лапки, вытянули механические головы с глазами двойных камер, из тела их вытянулись небольшие штыри, на которых расправились пропеллеры. Четыре на каждом. Роботизированные дроны. Будто просыпающиеся насекомые.

Они дружно взлетели и закружили в воздухе, вокруг Лекса, осматриваясь, мерцая индикаторами, а в шлем Лекса, потоком, поступали сообщения от них. Инна присвистнула, допивая кофе. С любопытством смотрел на представление Индус-хозяин и даже погрустневший посетитель заинтересовался зрелищем.

Лекс поднял чемоданчик, закрыл. Чемоданчик втянул ножки, и Лекс отправил его назад, за своё сиденье. А жуки, покружив, уселись на крыше бульдога, и вцепились мёртвой хваткой, в выступы на грубой машине.

— Я готов — бесцветно сообщил Лекс, и сел на своё место.

Инна кивнула, смяла мощными пальцами экзоскелета стаканчик в крошечный шарик, и отдала его Индусу. Сказала: "Я как-нибудь ещё зайду", и пошла назад в машину. Вскоре Бульдог уехал, и Индус, наконец-то, спокойно выдохнул.

На ходу, в "Бульдоге", Лекс сказал:

— Связь через коммуникатор.

Затем откинул сиденье чуть назад, пристегнулся ремнём, расслабился, и сфокусировался на своих чувствах.

"Слияние" сказал ему шлем.

"Слияние", повторили дроны.

"Слияние, слияние, слияние" затараторили информационные потоки.

Он расслабился. Его тело обмякло в сиденье. Четырьмя дронами, через четыре парные камеры, он смотрел на мир вокруг.

Глава 3

Четырьмя дронами, он смотрел на мир вокруг, с полным круговым обзором. Он видел, чётче чем до этого, как бегут решётки электросетей города, как проложены кабели оптоволоконной связи, как на крышах домов и на вышках переговариваются ретрансляторы, как в карманах идущих по улицам прохожих сияют видимым ему лишь светом устройства связи, как внутри проезжающих мимо машин светится бортовой компьютер.

От самого высокого небоскрёба в городе, с хрустальным звоном разносится пульс. Будто слабо светящаяся, прозрачная стена света, он проносится через город, прочерчивая линии на ландшафте, отмечая неровности на зданиях, трещины на асфальте, и проносится сквозь улицы, будто сигнал эхолота. Центральный городской ретранслятор, подсоединяющий город к глобальной инфосфере, сообщал о своём существовании. А над городом неслись инфопакеты, информационные потоки, и шумели подобно океану информационные соединения.

Спокойствие. Безбрежное, безмятежное спокойствие. Мир непрекращающегося шума информации, инфосфера — тот мир, к которому он привык, в котором он всегда хотел быть. Место где он всегда мог нырнуть в любой поток, устройство, посмотреть, изучить, и что-то сделать. Лекс посмотрел вверх одним из дронов, и вдали, намного выше пронёсшегося над городом роя низколетящих спутников ретрансляторов, увидел бледную точку. Геостационарный спутник, что висел на высоте двадцати двух тысяч километров над землёй. Со своим идентификатором, именем и информацией. С ним тоже, можно связаться стоит лишь потянуться разумом.

— "Лекс. Лекс, ты живой?"

Его спокойствие прервал голос Инны, что раздавался снизу, из кабины, где лежало его тело. Голос Инны, напарницы. Возможно, что временной. Он посмотрел вниз, и сквозь крышу автомобиля увидел контур силовой брони, разглядел на нём точку передатчика, и подключился к шлему Инны по аудиосвязи.

— Я в порядке — сообщил он в шлем Инны, и девушка чуть заметно дёрнулась. — предлагаю продолжить патруль. Связь буду держать через коммуникатор.

Инна посмотрела на обмякшее тело рядом с ней, и аккуратно потрясла его механической рукой экзоскелета. Тело и не думало просыпаться, а лишь болталось, как мешок с тряпками.

— Докажи, что ты Лекс. Чёрт его знает, вдруг ваших взломать можно.

Лекс задумался и отправил в броню фотографию Инны с утреннего видеовызова. Один кадр, что занял долю секунды, прежде чем Инна успела выключить камеру. Заспанная Инна с копной взъерошенных волос пыталась сфокусировать взгляд на камере. Инна промолчала, потом заявила:

— Не вздумай распространять это в офисе. Если она попадёт Такеру, на следующий день её вывесят на общей доске объявлений. Если не нарисуют на стене.

Маленький дрон на крыше развёл лапками в сторону, держась оставшимися за машину.

— У меня нет причин для этого. Я могу удалить её.

— Удали. А теперь возвращаемся к патрулю?

— Да. Здесь повреждена сеть видеонаблюдения. Теперь я могу полноценно смотреть по сторонам. На скорости выше 120 километров в час мне будет трудно держаться за крышу.

— "Тебе". — отметила Инна. — На скорости 120 километров мы на этой дороге взлетим на первой выбоине. Принято. Сообщай о странностях. Здесь случаются непонятные аварии.

Они гнали вдоль берега, вдоль рядов запущенных задний центрального района, и Лекс смотрел по сторонам, с полным круговым обзором. Мимо проносились старые, потёртые машины, некоторые из них с совсем уж устаревшим бортовым компьютером, а то и вообще без него. Люди на улице носили старые коммуникаторы, отстававшие от последних моделей на пять, иногда десять лет. Мимо них пронеслось два автоматических городских такси "Гепард" и пролетел дрон доставки, опять же Гепард. Устройства были такие же старые и потрёпанные, с облетевшей краской, но Лекс отметил, что ходовая часть была в отличном состоянии. Похоже, Гепард оказался довольно большой компанией.

Они приближались к северному мосту, когда Лекс заметил подозрительный автомобиль.

— Инна. Жёлтый седан, модель "Аллигатор", номер 3-771-82.

— Что с ним? — Инна глянула в сторону старого авто с потёртыми покрышками, что жалось к обочине, но довольно быстро гнало куда-то на север. На пределе допустимой скорости, не выходя за неё.

— Он выделяется из потока и водитель себя странно ведёт.

— Объясни.

— На борту нет электроники, или она выключена. Это аналоговый биодизель. Водитель наклонился вперёд, напряжён, судя по изображению с встречных камер, и его нет в нашей базе.

— Так. — Инна задумалась. — Досмотр?

— Рекомендую. — согласился голос в её шлеме.

Инна ткнула пальцем в панель управления Бульдога. Ювелирная точность, как и весь день. Нажать кнопку, не пробив приборную доску насквозь, взять стаканчик кофе и не раздавить, раскрыть пальцами брони пакет с печеньем и не порвать — это требует большого опыта ношения брони. Возможно что Инна спокойно могла бы завязать механическими пальцами шнурки. Если захотела бы.

— Желтый седан, номер 3-771-82, сворачивайте на обочину, досмотр, полиция Центра. — голос Инны разлетелся по улице. Несколько редких прохожих вздрогнули и поторопились отойти в сторону, подальше от дороги.

Седан и не вздумал останавливаться. Вместо этого он поддал газу, а из выхлопной трубы повалил дым. На давно не отремонтированной дороге, машина разгонялась до опасно высоких скоростей.

— Проклятье. — сказала Инна.

— У нас проблемы? — бесцветно спросил Лекс.

— Я сдала свой пистолет в ремонт вчера вечером. А тебе Стенли ещё не выдал оружие.

Лекс слушал.

— У меня нет лёгкого оружия, чтобы прострелить ему колёса, только тяжёлая винтовка. А её выстрелом в багажник я целиком пробью его навылет, вместе с водителем и двигателем. Тогда от него ничего не останется.

Она снова подключилась к громкоговорителю Бульдога:

— Жёлтый седан, номер, 3-771-82, немедленно сворачивайте на обочину... — и включила полицейскую "люстру". Завыл сигнал сирены, прохожие теперь жались к домам и пытались спрятаться в просветы между ними, встречные машины откровенно шарахались в сторону, а Бульдог тяжело подскакивал на выбоинах покрытия.

Жёлтая машина, в которой не светились привычные Лексу контуры вычислительных систем, слегка вильнула, и попыталась ещё больше разогнаться. Дым из выхлопной трубы загустел, стал сизым, но развалина даже и не думала тормозить. Сквозь редкие камеры дорожного движения, Лекс видел бледного водителя, что оглядывался в зеркало заднего вида и куда-то очень и очень торопился.

— Я могу вывести его на северное Шоссе, за город. Там его можно свести с дороги. — сообщил Лекс в шлем.

— Столкнуть. — уточнила Инна.

— Можно и столкнуть.

— Действуй. — Инна снова включила рацию. — Жёлтый седан, предупреждаю, у нас есть право открыть огонь...

Лекс пробежал сознанием по улице впереди. Стройка, на которой ковырялся автоматический экскаватор BUILDDT. Загруженный книгами беспилотный грузовик Eternal River. Запустевший коммерческий район. Многоэтажные жилые дома, множество квартир в них пустует, зевающий патрульный с чашкой синтетического кофе, небольшой патруль полиции из другого района, патрулирующий улицу центрального. Лекс принялся действовать.

Псевдоразум экскаватора активизировался, получив запрос на содействие от полиции, несколько миллисекунд обдумывал ситуацию, запросил подтверждение в центральном офисе, и быстро его получил. Затем флегматично, будто пожимая плечами, выехал из котлована, заехал на проезжую часть, на дорогу, что вела в более населённый западный район, вытянул ковш и встал. Изобразил поломку, замигал аварийной лампой, и полностью блокировал движение. Одинокий водитель остановился перед ним, посигналил, потом высунулся из кабины и стал ругаться на "беспилотную жестянку". Жестянке было всё равно. Экскаватор ждал отбоя.

Согласился сотрудничать и грузовик "Вечной Реки". Автомат сообщил Лексу, что не будет ждать больше пятнадцати минут, а потом "неудачно" свернул и перекрыл движение одной из улиц огромной фурой с печатной литературой, которую неизвестно кто в мире электронных устройств читал и покупал.

Сонный патрульный среагировал медленнее автоматики. Он вздрогнул от неожиданности и пролил горячий кофе на коленку новых, выглаженных форменных штанов, зашипел, но принял вызов. Поняв ситуацию, согласился взаимодействовать, и побежал к своему автомобилю, затем быстро развернул шипы. Ещё медленнее среагировали патрульные из другого района, но побежали вниз, организовывать заслон.

На всех поворотах с улицы, по которой сейчас нёсся подозрительный жёлтый седан, загорался красный. Псевдоразум дорожного контроллера, потратив невероятные полторы тысячи миллисекунд на размышления, тоже согласился сотрудничать. На коммуникаторы водителей по предполагаемому курсу движения стали приходить сообщения с просьбой свернуть на другую дорогу, и дорога на север быстро пустела. Теперь сворачивать было некуда, на поворотах накапливались машины, сигналили и ругались. Можно было мчать только вперёд, на север, в пустошь. В пустошь, через которую бежало скоростное шоссе. С качественным, ровным, покрытием, ведь никто не хочет, чтобы транспортный супергрузовик, подскочив на кочке, разбился и потерял важный для города груз...

— Жёлтый седан, номер... — с уже ощутимым раздражением повторяла в громкоговоритель Инна, спокойно управляя Бульдогом бронированной рукой экзоскелета.

Вот приближается трасса.

— Мы дальше поедем быстрее 120 километров, Лекс.

— Открой окна. — ответил голос в динамиках брони Инны.

Окна с шипением поползли вниз, и в них стали заползать дроны Лекса, как большие жуки, цепляясь за крышу лапками. Два из них вцепились в приборную панель, глядя по курсу движения. Ещё два смотрели сквозь боковые задние стёкла.

— Можешь закрывать. — сообщил бесцветный голос в шлеме Инны. Тело Лекса так же безвольно лежало всё это время рядом, пристёгнутое к сиденью.

— Не вздумай посадить одну из этих штук на меня. Я могу случайно врезать по ней. — посоветовала Инна, глядя на похожего на огромное насекомое дрона-жука.

— ... принято. — после паузы сообщил Лекс.

Город закончился. Железная оболочка Бульдога ухудшила обзор, но не намного. Мимо них пронёсся беспилотный транспортник, перевозивший автономные тракторы Фудзита, и исчез.

— Я думаю, он не поедет по трассе, а попытается свернуть. — сообщил Лекс в шлем Инны, и тут жёлтый седан вильнул. В его кабине вспыхнул видимый лишь Лексу контур электронного устройства, а потом водитель высунулся в окно, навёл на Бульдога большую железную трубку и выстрелил. И время замедлило свой бег.

"Опасность, опасность, опасность", тараторит шлем. В разуме Лекса немедленно раздаётся вой, и время замедляется, ползёт медленно как улитка. Он распознаёт модель "трубки". Электронный Реактивный Ручной Гранатомёт, 30 миллиметров, десятая модификация серии, с автостабилизацией и автонаведением. Неторопливо из ствола орудия вылетает ракета, выплёвывая огненное облако по движению седана, и летит в сторону Бульдога, раскручиваясь. Серийный номер ракеты 101291-7, выпущена в прошлом году.

Прошло пятьдесят миллисекунд. Лекс видит беспроводное и ещё неразорванное соединение между управляющим контуром оружия и ракетой, видит как на мгновение вспыхивает на теле противника коммуникатор, и вцепляется разумом в соединение, что должно быть защищённым от внешнего вмешательства. Пятьдесят миллисекунд уходит на взлом шифрованного оборудования для соединения ближней связи, что не должно было работать на расстоянии больше метра, что не проблема для мощного передатчика шлема. Тридцать миллисекунд уходит на доступ к снаряду. Мир теряет краски и сереет, в разуме стоит рёв. Лекс деактивирует ракету и оружие, сжигая прошивку управляющего блока. А затем его выбрасывает из слияния. Время возобновляет свой бег.

Раскрученная начальным выстрелом ракета внезапно выключает двигатель и по инерции влетает в Бульдога, пробивая толстенное, бронированное стекло. Застревает в нём, пройдя сквозь него наполовину, но не взрывается. Гранатомёт в руках водителя Седана хлопает, водитель с воплем роняет его на дорогу, тот скачет по покрытию трассы, а потом пролетает между колёс Бульдога, оставшись где-то позади. Седан виляет в сторону, и сворачивает на чуть заметное ответвление от шоссе, почти не отличающееся от бездорожья. Лекс же резко дёргается в кресле, подскакивает, чуть не ударяется шлемом об стекло, и хватается за голову. Из носа его бежит струйка крови. Четыре дрона сидят на своих местах внутри бульдога, и индикатор на них часто мерцает красным.

— Всем постам, код 10-71, открыт огонь по офицеру. Преследую. — спокойно сообщает Инна, подключаясь к рации, поворачивается к Лексу, открывает шлем и долго смотрит на вытирающего кровь из носа Лекса.

— Кивни, если понимаешь меня. — говорит она Лексу.

Лекс кивает.

— Она должна была взорваться. — Инна указывает на торчащую из стекла ракету.

Кивок.

— Ты её взломал в полёте и выключил. И теперь тебе плохо.

Кивок.

— Молодец. — спокойно сказал Инна. — приходи в себя, теперь моя работа. Постарайся не растерять свои игрушки. Сейчас будет погоня. И сейчас будет трясти. Сильно трясти.

Жёлтый Седан гонит изо всех сил по бездорожью, следуя какой-то почти невидимой тропинке. Вокруг растрескавшаяся земля, редкая, нездорового серого цвета трава.

Полицейский Бульдог набирает скорость, его фары вспыхивают. Тихий до этого двигатель начинает натужно выть, когда Инна форсирует его выше заявленных мощностей. Затем тяжёлый полицейский фургон ударяет укреплённой решёткой по багажнику жёлтого автомобиля. Слабо, будто примериваясь. Инна на ходу открывает водительскую дверь, в неё свищет ветер. Лекс же всё пытается успокоить носовое кровотечение.

Водитель Седана высовывает из окна руку и стреляет в Бульдога из старинного полуавтоматического пистолета. Целится в ракету, потом в стекло, в колёса. Мелкокалиберные пули рикошетят от обшивки машины, бронированных колёс, но одна проходит через выбитый кусок стекла и пролетает в салон, попадая в закреплённое позади сиденье Инны.

Подскакивая на кочках, ревущий двигателем Бульдог обходит седан справа, толкает его. Инна высовывает наружу механическую руку экзоскелета, бьёт ей по лобовому стеклу жёлтой машины. Стекло покрывается паутиной, что закрывают обзор. Водитель стреляет в Инну сквозь открытую дверь, но Инна просто закрывается от пуль рукой. Мелкий калибр рикошетит от брони её экзоскелета. Водитель, непонятно на что надеясь, бросает в неё пистолетом, и она ловит оружие на лету, бросает в салон. Пистолет с грохотом катится куда-то назад.

А затем Инна хватает экзоскелетом седан за крышу и начинает её на ходу, приподнимать. Седан теряет управление, начинает вилять, вместе с Бульдогом, машины прыгают по неровной дороге, разворачиваются, но не переворачиваются. Инна толкает крышу рукой вверх. Её броня резко шипит, и на ней вспыхивает красный индикатор. Сторона седана подскакивает вверх, вот он едет на двух колёсах, водитель пытается выровняться, не справляется с управлением, и жёлтый седан летит кубарем через камни, катится по земле, приземляется на крышу и останавливает. Инна резко тормозит Бульдог, Лекс дёргается вперёд, и чуть не ударяется шлемом об стекло, но ремни безопасности сдерживают его.

Инна выпрыгивает наружу из не до конца остановившегося Бульдога, машина тормозит дальше сама, без её участия. Бронированный двухметровый экзоскелет топает к перевёрнутому седану — Инна очень похожа сейчас на штурмового или боевого робота. Колёса седана крутятся, что-то опасно искрит в днище машины, Инна бросает взгляд на дно машины, и ударом руки вырывает оттуда пучок проводов. Мотор глохнет и теперь вряд ли случится пожар и взрыв. Она обходит перевёрнутый "Аллигатор" стороной.

С водительского места перевёрнутой машины с невероятной ловкостью выползает водитель, вскакивает на ноги, и в руках у него оказываются два старых пистолета пулемёта. Он вскидывает один из них и с нечеловеческой кучностью выпускает всю обойму в Инну. Она немедленно закрывается руками, как боксёр в блоке, приседает. С шипеньем руки её экзоскелета трансформируются, в стороны из них выдвигаются пластины, и образуется щит. Пули выбивают из щита краску, рикошетят. Водитель выпускает первую обойму из правой руки, потом из левой и ловко начинает перезаряжать оружие.

Инна бросается вперёд. Сминает пистолет-пулемёт в правой руке, выбивает оружие из левой, хватает огромной железной лапой человека за горло и впечатывает в землю. Тот широко открытыми глазами смотрит на неё, выхватывает откуда-то руками нож и пытается им пробить броню. Бесполезно. Инна перехватывает нож двумя пальцами и отламывает лезвие. Рукоятка летит в пыль. А человек пытается ударить её кулаком. Снова и снова. И смотрит на неё широко раскрытыми глазами. В его глазах чернеют до предела расширившиеся зрачки.

Инна поднимает его за шею, переворачивает и впечатывает в землю лицом вниз. А он всё пытается куда-то ползти и сопротивляться. Она выкручивает ему руки за спину, из отдела на бедре механизм подаёт ей наручники, и защёлкивает их на запястьях, на ногах, и ещё одним комплектом соединяет первые два. Пленник всё ещё дёргается, пытается двигаться, что-то делать. И молчит.

Инна рапортует на дальней связи.

— Преступник задержан. Нападение на офицера полиции. Ситуация под контролем. Жду указаний.

Инна открывает шлем и задумчиво смотрит на человека на земле. Тот всё ещё дёргается и пытается что-то сделать, молча, и глядит на Инну открытыми глазами с расширенными до предела зрачками. Инна поворачивается к Бульдогу.

— Лекс! Ты пришёл в себя? Вылезай. Пора собирать улики. Посмотрим, как работает твоё "сканирование".

Лекс выбрался из Бульдога, запнулся, вытирая нос салфеткой. Через открытые двери наружу выползли его дроны. Взлетели и повисли у головы Лекса, образовывая квадрат.

— Приказ принял. Выполняю. — бесцветно сказал он и подошёл к перевёрнутому Седану. Дроны летали вокруг него, вычерчивая фигуры в воздухе. Вращали камерами, смотрели по сторонам. Чирикали и обменивались понятными, наверное, только Лексу сигналами. А он стоял и неподвижно смотрел, контролируя их всех одновременно.

Через десять минут к сцене подлетел полицейский дрон. Лекс глянул на него и между делом уничтожил прицепившийся к дрону вирус. Ещё через пять минут прилетело серебристое аэротакси — гибрид самолёта и квадрокоптера, на четыре места. Зависло поблизости, шурша четырьмя вертикальными винтами, сложило крылья, и приземлилось на землю. Из него вышел лично Сергио Кордоне, и рядом с ним шёл черноволосый мужчина. Стэнли Брукс, вспомнил фотографию Лекс. В руке Стэнли держал дюралюминиевый чемоданчик.

Ещё через пятнадцать минут подъехали дополнительные патрульные машины, и вокруг перевёрнутого седана стали суетиться люди. И всё это время, пока его, наконец, не забрали в патрульную машину, лежавший на земле водитель всё пытался освободиться от наручников, и молча, широко открытыми глазами, смотрел на захвативших его людей.

Глава 4

Молодой смуглый паренёк спал, когда его разбудил звонок интеркома входной двери. Он жил в небольшой квартирке, типовом "модуле" восточного берега речной зоны. "Модуль" шёл с туалетом, душевой стойкой, и несколькими квадратными метрами жилой площади. Почти что японская комната в "шесть татами", только ещё меньше. В углу ютилась мини-кухня — тумба со встроенной плиткой и микроволновкой. Пара складных стульев и складной столик на случай гостей, свёрнутые в плоские пластиковые квадраты, подпирали стены. У окна стояли кровать и стол, на столе красовался мощный компьютер.

Маленькое мутное окошко с толстым стеклом, совсем походило на панорамные окна восточного района, и толком не открывалось. Перед входной дверью был небольшой тамбур, где-то на два квадратных метра, где можно было оставить ботинки и повесить верхнюю одежду. Маленькая, недорогая комнатушка, на пятнадцатом этаже жилого блока. Парня звали Шарад Сингх. В этом году ему исполнилось пятнадцать лет. Слегка смуглый, черноволосый. Индийской внешности.

Подросток зевнул и сел, почёсывая затылок, взъерошил короткие волосы. Кто это? Друзья? Он давно не был в школе. Быть может кто-то оттуда? Да нет, преподаватели были слишком заняты своими проблемами. Опять культисты Нового Начала? Он вроде бы ясно сказал им в прошлый раз, что не интересуется их верой в скорое возрождение нашего "Мёртвого" мира... В голове Шарада крутились отрывки какого-то очень интересного сна, который он только что видел. Он поставил ноги на серое покрытие пола, из спрессованного пластика и волокон синтетической древесины, и зевнул. Осмотрел свою комнату.

Интерком зазвонил снова, затем затрещал и включился сам, чего он делать был не должен. Из интеркома раздался усталый мужской голос.

— Шарад Сингх! Полиция Центра, нам нужно поговорить. Открывай.

Остатки приятного сна будто сдуло мощным порывом ветра. Как? Он был осторожен. Он действовал очень аккуратно, и статьи в закрытых секциях инфосферы все как одна говорили, что нет ничего сложного, и если не жадничать, то никогда и не поймают. Он не жадничал. Только разве что купил новый компьютер. Шарад оглянулся на классическую компьютерную "башню", стоявшую на его столе. Честно "найденных" его программой денег не хватило на ВР интерфейс, и пока что приходилось пользовать архаичным дисплеем.

Интерком зазвонил снова. Усталый голос снова заговорил, теперь с лёгкими нотками раздражения:

— Шарад. Я знаю, что ты внутри — я вижу показатели счётчиков, сводку биометрии от компьютера здания, и могу увидеть тебя приборами. Я также могу сам открыть твою дверь, применив привилегии полиции. Но зачем? Мы взрослые, вежливые люди. Ты на пятнадцатом этаже, Шарад. Мы не собираемся тебя арестовывать, и тебе некуда бежать. Я Константин Соболев, старший лейтенант Восточного Округа. Пусть твой интерком просканирует мой значок и ордер на посещение. И ты сможешь их проверить. Действуй, Шарад, проверяй. А потом открой. Полиции надо с тобой пообщаться. И лучше это сделать не ломая твою дверь и не взламывая её замок.

Подросток пометался по крошечному модулю где-то минуту, нашёл разбросанную одежду, кое-как оделся, глянул в окно. Полицейский был прав. Путей к бегству просто не было — ещё одна особенность модулей высотных зданий. Он подобрал старый коммуникатор с пола и посмотрел информацию с камер интеркома. Перед камерой стоял сероглазый белый мужчина лет сорока, с усталым взглядом самоубийцы, которого вызвали на работу в последний момент. Слегка сутулясь, он держал распечатанную бумагу и свой значок перед камерой, на обоих из них виднелся матричный код. Волосы его были русые, с сединой на висках, а под глазами красовались чёрные круги. Коммуникатор услужливо распознал оба матричных кода, и открыл страницы инфосферы. Это действительно был настоящий Константин "Степанович" Соболев, даже с настоящим отчеством.

Шарад вздохнул и открыл дверь. Полицейский напряжённо стоял за ней, с рукой на полпути к табельному оружию — полуавтоматическому пистолету "Шершень". Девять миллиметров, двадцать патронов в магазине, подствольный фонарик и лазерный прицел отдельной опцией. Несколько мгновений полицейский внимательно смотрел внутрь открытой двери, потом чуть расслабился.

— Молодец, Шарад. Не стал делать глупостей. И дверь открыл в комнату. Я могу войти внутрь или же будем устраивать формальности?

Шарад смутился. Комнатную дверь он просто забыл закрыть, а не открыл её специально.

— М-можете войти.

— Отлично. Мы найдём общий язык. У тебя там у стены стоит складной стол и стул, разворачивай, ставь стулья друг напротив друга. Так будет проще.

Полицейский зашёл внутрь модуля и закрыл за собой дверь, что замкнулась с лёгким писком и щелчком. Шарад разложил стол, и теперь не знал, куда деваться.

— Чаю? — немного растерянно предложил он.

Соболев устало посмотрел на него, на его "кухню", стоявшую на плитке грязную кружку, и мотнул головой:

— Не надо. Садись. — указал он на стол, и начал выкладывать на стол бумаги.

— В общем, парень, слушай. — начал полицейский с полным отсутствием энтузиазма. Я из отдела по несовершеннолетним. Тебе только пятнадцать, так что пока что ты один из них.

Он переложил на столе пару бумажек.

— Очень хорошо, что ты меня пустил внутрь сам и не попытался, например, ткнуть меня шокером, заколоть кухонным ножом, ударить молотком или топором. Один раз меня даже попытались ударить по голове цельнометаллическим тостером. Это, конечно, не помогло, хотя и было неприятно.

— И... что с тем человеком случилось? С тостером. — растеряно спросил Шарад. Он всё ещё стоял перед столом и не решался сесть.

— Тот "человек" ушёл в тюрьму за нападение на полицейского, и дальше за его судьбой я не следил. При том, что у нас вообще не было причин его арестовывать и просто нужен был свидетель. Это потом мы у него нашли запрещённые материалы на коммуникаторе и манифест террористической организации...

Соболев закончил перекладывать бумажки.

— А теперь насчёт тебя. Тебя поймали на мошенничестве и краже кредитов из электронных банковских систем. Ознакомься. — Соболев протянул ему несколько листков. — сразу говорю, пытаться порвать или съесть их нет смысла, это распечатка и бумага невкусная. Так, по крайней мере, говорят. Садись.

Шарад сел за стол и ознакомился. Скупая компьютерная распечатка транзакций, текст стилизован под матричный принтер. Пугал её объём и детализированность. Неизвестный составитель списка суммировал и организовал логи транзакций с какой-то нечеловеческой дотошностью. Соболев продолжил:

— Ты сделал ... как его сейчас называют, инфоконструкт, что маскировался под рекламу, собирал данные о средствах отправителя, вместе с данными авторизации, и передавал их тебе. Это у нас — Соболев задумался — попадёт под мошенничество, так как не было у тебя ни "девушек" на сайте знакомства, ни чудесной медицины, ни "горячих" фоток. — Соболев глубоко вздохнул.

— Не знаю, кто и на кой чёрт будет искать это добро через рекламу в наши дни... Но это у нас решалось бы исправительными работами. Если бы не второй момент.

Он протянул ещё две распечатки.

— Тебя поймали на выводе данных с мёртвых кошельков и небольших сумм. Собственно, с них ты и купил вот ту машину, а также перевёл неплохую сумму своим родителям, и оплатил дальнейшее своё обучение. — Соболев сверился с бумагами. — Твой единственный родитель на данный момент Карам Сингх, владеет небольшим кафе в центральном районе, прибрежной зоне.

Шарад сглотнул. Тут можно было получить серьёзное наказание. Соболев некоторое время смотрел на него, изучая.

— Я не буду тянуть кота за лапы, Шарад. Ты бы за эти прегрешения сел. Но. Гринфилд Банк, с которого ты вывел больше всего денег, корпорация Сайберворкс, а также СельхозРегионПотребКредитБанк все дружно сообщили, что претензий к тебе не имеют. Ты обнаружил дыру в их инфраструктуре, и если пресса разместит информацию о ней, то это им обойдётся дороже. Дороже, чем сумма, которую ты украл.

Шарад вздохнул.

— К-как меня поймали? — спросил подросток.

— Я не обязан об этом рассказывать, но поделюсь. Пусть будет уроком. С твоим инфоконструктом я ознакомился, хоть это и не мой профиль. Крепкая работа... для новичка. Вот только твоему конструкту повезло встретиться с каким-то просто невероятного уровня специалистом.

— З-зачем специалисту мой конструкт? — промямлил подросток.

— Твой конструкт инфицировал дрона и сам выскочил на специалиста, и радостно предложил ему познакомиться с девушками и увеличить определённый орган. Специалист его поймал и распотрошил. А потом отследил историю транзакций и связи. Менее чем за минуту, насколько я понял.

Шарад вытаращил глаза.

— Ты наткнулся на скучающего Оператора, парень, которому больше было нечем заняться. Тебе просто фантастически не повезло.

Паренёк грустно вздохнул. Соболев внимательно смотрел на него.

— Так что теперь? — спросил Шарад.

— А теперь... будь ты постарше хоть на год, я бы пригласил тебя в информационный отдел, техником. Но пока что не могу это сделать, тебе пятнадцать. — Соболев снова переложил бумаги. — пока что тебе придётся установить на ту машину наш чип отслеживания и контроля, и такой же на свой коммуникатор. Управление будет за тобой следить, и если ты снова попытаешься взяться за старое, будет преследовать тебя по закону. Тебе также придётся вернуться в школу.

— Но мой опекун, отец... — возразил Шарад.

— Твой отец пока что ничего не знает. Тебе пятнадцать. Было бы тебе тринадцать, то вопросы решал бы он. Но в четырнадцать наступает ограниченная ответственность, и вот ты почувствовал её вкус. Переводить деньги домой и рассказывать отцу о "хорошей работе" ты тоже больше не сможешь по понятным причинам. Если не найдёшь другой источник. Желательно легальный.

— А если я откажусь?

— То тогда мы передаём дело в суд, ты отправишься, скорее всего, в исправительное учреждение, а твой отец расстроится. Видишь ли, те запросы от Гринфилд и остальных — от них твое деяние не перестало быть преступлением. Просто у нас появился выбор вариантов действий. Соглашайся на прослушку, парень. А на следующий день рождения сможешь попытаться стать нашим техником.

Шарад вздохнул. Разговор продолжился, полицейский устало рассказывал, объяснял, и перекладывал бумаги из стопки в стопку в маленьком, тесном модуле внутри огромного человеческого муравейника.

***

Небо над городом.

Полицейское аэротакси неслось над городом, в сторону здания полицейского управления. Внизу проносилась сухая, потрескавшаяся земля, и быстро приближались дома. За штурвалом сидел Стэнли Брукс, расслабленно управляя машиной вручную. Такси спокойно могло бы долететь до управления само, на автопилоте, но Стэнли, похоже, решил воспользоваться возможностью "порулить" и знал, что делает. Лекс смотрел в окно на проносящийся внизу ландшафт.

Где-то десять-пятнадцать минут назад Стэнли передал дюралюминиевый чемоданчик Инне, и там оказался её "пистолет" — огромный, размером с небольшой обрез, увесистый, и совершенно неподъёмный для человека без экзоскелета. В отличие от "ружья" Инны, предположительно этот пистолет позволял стрелять менее смертельными снарядами, и простреливать колёса авто, а не весь автомобиль навылет вместе со зданием за ним. Стэнли извинился за задержку. Инна закрепила чудовищное "дополнительное оружие" на бедре.

Сергио же задумчиво осмотрелся по сторонам, нахмурился, глядя на захваченного водителя, повернулся к Лексу и заявил:

— Giovane, лети со Стэнли назад, пусть проведёт тебе проверку физической формы и подберёт соответствующее оружие, и, быть может, бронежилет. Ты у нас второй день, и, снова вляпался в неприятности, обычно такие вещи повторяются снова и снова. А мы останемся здесь. Наша bella signora тяжеловата для этой птички в своём костюме, а мне нужно осмотреться тут. И отправь мне данные, что ты успел собрать, я попытаюсь разобраться в них. Полетишь вместе со Стэнли, я вернусь на машине с нашей леди.

Лекс по-военному отдал честь, на что Сергио поморщился, но ничего не сказал, и Лекс отправился назад в аэротакси вместе со Стэнли, предварительно собрав своих "жуков" в чемодан. Механические летающее роботы сложили лапки, и будто уснули. Чемодан Лекс взял с собой.

Стэнли не был разговорчив, но вначале с живым интересом рассмотрел Лекса и его шлем. Однако, оказавшись в кабине он переключил внимание на "птичку". Аэротакси зашелестело четырьмя винтами и поднялось в воздух. Затем развернуло крылья, включила пятый, толкательный винт, и полетело в сторону города, как самолёт. Подъёмные винты же остановились, и замерли развернув лопасти вдоль крыла.

— Полицейскому управлению не нужно высотное здание. — вдруг сказал Стэнли. — множество этажей пустует. Но у высоток большой плюс.

Стэнли улыбнулся.

— И этот плюс — посадочные площадки на крыше, вот для таких птичек. Жаль, что не каждый день дают полетать на одной из них

Лекс обернулся на Стэнли и задумчиво кивнул. Затем вернулся к созерцанию окна.

— У нас небольшой парк авиации. Таких птичек две. Вертолёт был, разбили в прошлом году и не заменили. А ещё есть одноместный гирокопотер. Потрясающая машина, с прыжковым взлётом. Не вертолёт, но одно удовольствие.

Стэнли покачал головой и задумался о чём-то своём. Аэротакси накренилось, и стало заходить на посадку. Над крышей полицейского управления машина зависла, включила взлётные винты, сложила крылья, и как квадрокоптер, аккуратно спустилась вниз. Стэнли остановил двигатели, открыл двери и они вышли наружу, на крышу.

— Александр. — сказал Стэнли. — спускайся в подвал, в тир, жди меня там, включи свет. Я зафиксирую нашу птичку, чтобы ветром не сдуло, и подключу питание. Не хочу, чтобы это делала автоматика.

Стэнли любовно погладил стену машины. Лекс кивнул и отправился вниз, в подвал. Спуск на скоростном лифте не занял много времени. Тир в подвале встретил его запахом пыли и пороха, и биометрическим замком на двери, что пропустил Лекса внутрь. Лекс включил свет и стал ждать, рассматривая помещение. Здесь стояли стенды для стрельбы, уходил в даль огромный зал, и вдали мерцали рамки голографических мешеней, а также щиты для креплений мишеней бумажных.

Стэнли задержался на пятнадцать минут, хотя столько времени на подключение кабеля питания точно не требовалось. Однако задержка быстро объяснилась — перед собой он толкал тележку, заваленную оружием и патроном. Он подкатил её к Лексу, остановил, вытер пот.

— Здесь самые интересные образцы из оружейки. Рядом с тиром есть хранилище, но выбор маленький. А тебе может потребоваться что-то необычное.

Лекс молча уставился на него линзами шлема.

— Ну, кажется мне так. Ты первый Оператор, которого к нам перевели, парень. С мужиками из спецотделения я работал, знаю, что им надо, а ты вот — загадка. Пошли к стендам. Патроны можно не экономить.

Они встали у стойки стрельбища — в окно неподалёку от стены. Зал для мишеней уходил далеко, во тьму, и почти не был освещён. Стэнли повозился с панелью управления, и из потолка выскользнула мишень, в форме человека, с размеченными регионами на голове и туловище. Подъехала на десять метров.

— Итак, сказал Стэнли, потирая руки, и подошёл к куче оружия. И взял из ней пистолет.

— Тест номер один. Наш всем известный "Шершень". Металлическая рама, пластиковый кожух, лазерный прицел, фонарик. — Стэнли протянул "Шершня" Лексу. — Приведи в готовности, потом по сигналу, пять выстрелов в торс мишени, пять в туловище.

Лекс отобрал из кучи оружия и патронов пять магазинов "Шершня", привычным действием сбросил пустой магазин, вставил новый, передёрнул затвор, снял замок безопасности. Действовал он привычно и эффективно. Стэнли одобрительно кивнул. А затем Лекс взял пистолет одной рукой и не поднимая до уровня глаз, навёл на мишень. Стэнли нахмурился.

— Ты у нас ковбой? — и начал отсчёт.

Пять выстрелов, один за другим. Пауза, ещё пять. Стэнли присвистнул. В десятку. Пять точно в центр головы, пять точно в центр туловища.

— Намёк понял. Следующая цель — тридцать метров. И сделаем её подвижной — кивнул Стэнли и нажал несколько кнопок на панели управления тиром.

Стэнли нажал пару кнопок, с потолка спустилась одиночная мишень, на расстоянии тридцать метров, и начала двигаться туда-сюда, иногда коварно меняя направление. Снова обратный отсчёт, пять выстрелов, потом ещё пять. Лекс привычно перезаряжает "Шершня".

Стэнли покачал головой. Точно в центр, все.

— Пятьдесят метров. Предел эффективности для Шершня. Неподвижная цель.

Вдали спускается мишень, её освещает лампа. Отсчёт. Пять выстрелов, ещё пять. Мишень подъезжает к стойке и Стэнли осматривает её. Пули попадали в регионы от трёх до десяти очков в торс, а вот на голове оказалось несколько промахов.

— Вижу, ты стреляешь куда надо, но тут уже точности оружия не хватает, слишком далеко. — прокомментировал Стэнли. Хатем задумчиво посмотрел на Лекса и вдруг удивлённо приподнял брови.

— Погоди. Ты их компенсируешь. Помогаешь себе. Этой своей штукой. Я прав? — уточнил он.

Лекс кивнул.

— Покажи, что можешь без неё. Пятнадцать метров.

Индикатор на шлеме мигнул, Лекс встал в классическую двуручную стойку, выравнивая прицел вдоль линз шлема. Обратный отсчёт, затем пять выстрелов, потом ещё пять. Паузы между выстрелами намного больше, неровные. Стэнли изучил результат.

— Гм. Несколько промахов мимо головы, и широкий разброс по туловищу. Тут есть необходимый минимум для полицейского, но не намного больше. — задумчиво поскрёб подбородок Стэнли.

— Слушай, парень. Я видел, что с тобой случилось, когда ты попытался в первый день изобразить супер-ниндзю. Кстати, это засняли на камеру и выложили в инфосферу. С заголовком "суперсолдаты на службе полиции, секретные разработки корпораций?". Только тебя там разглядеть невозможно — мазня при записи.

Лекс кивнул, и коснулся разумом Инфосферы. Быстро нашёл ролик, и ознакомился. Размытое пятно кидается на балкон. Узнать его практически невозможно. Лекс закрыл ролик, а Стэнли продолжил.

— Только мне не нужно, чтобы ты, отстреляв пару патронов, становился обузой. Объясни свои ограничения по стрельбе. По стрельбе с "поддержкой" твоей этой штукой.

Пауза. Лекс начал говорить.

— Чем тяжелее оружие и сильнее отдача, тем сложнее компенсировать. "Шмелём" я мог бы стрелять несколько часов. Тяжёлым пулемётом или ракетницей — около минуты.

— К "Шмелю" столько патронов не выдадут. — серьёзно спросил Стэнли. — давай, пробуем остальное. Скажешь, если выходишь из формы и нужен отдых. А потом в спортзал.

Они провели в тире не меньше часа. Лекс перепробовал несколько пистолетов, пару пистолетов-пулемётов, дробовик, обрез, несколько полицейских винтовок и даже снайперскую винтовку, которую Стэнли достал из личных запасов и любовно, аккуратно протёр тряпочкой. После неё с таким же трепетом Стэнли предложил винтовку гаусса, а под конец с натугой притащил откуда-то тяжёлый пулемёт, но тут уже после короткой очереди Лексу пришлось отложить оружие и сесть.

По результатам стрельб Стэнли качал головой.

— Да, парень. Если бы стрельба решала всё, то я бы тебя отправил к мужикам в "службу выбивания дверей". В спецподразделение. Пулемёт ты не потянешь, я уже понял, но во всём остальном точность такая, что обзавидуешься. Только вот это ж не твоя работа, ведь так? Ломать двери, ругаться и забрасывать людей светошумовыми гранатами. Ты у нас информационный специалист, а двери будет ломать Инна. Или стены рядом с дверью, если дверь не открывается.

Стэнли почесал затылок.

— Пошли в спортзал. Погоняю тебя по нормативам, и работай без твоих этих шуточек. Это очень эффектно, в случае опасности поможет, но потом ты бесполезен, я уже понял.

Ещё час Стэнли гонял Лекса по беговой дорожке, проверял подтягивания, отжимания, штангу, и в конце провёл спарринг. Действовал он привычно, как будто многие годы занимался этим.

В конце спарринга Лекс лежал на полу, и тяжело дышал, смотрел в потолок. Стэнли стоял рядом и качал головой.

— Скажи, парень. В спарринге. Если бы ты сделал эту свою штуку, ты бы меня уделал? Только честно. Я не обижусь. — задумчиво сказал Стэнли.

— Да. — прохрипел Лекс.

— Как быстро?

— Секунды за три-пять. — хриплым голосом сказал Лекс. Очень хотелось пить.

Стэнли внимательно посмотрел на него, но глаза Лекса скрывали линзы, а видимая часть лица не выражала ничего.

— Вроде не врёшь. — резюмировал Стэнли. — А потом? Какой откат потом? Сколько часов ты бы приходил в себя?

— От восемнадцати до тридцати часов. — сказал Лекс и сел на мат. Он потянулся разумом к ближайшему светящемуся проводу и попытался найти ближайший торговый автомат с водой.

— Держи, герой. — Стэнли протянул ему бутылку с минеральной водой, и Лекс быстро её выпил.

— В общем, смотри, Александр. Или "Лекс", как сейчас говорят. Твои физические данные — абсолютный минимум для полицейского. С твоим шлемом, как я понял, ты можешь прыгнуть сильно выше головы, а потом тебе будет плохо.

Стэнли вздохнул.

— Был бы тут Горо, он бы тебе отсоветовал этой штукой пользоваться, и стал бы говорить про тренировку тела. А я думаю так: геройствовать тебе нет смысла. Только в критической ситуации. Поэтому ведёшь себя спокойно, держишься вдали, позади, мордобой, проделывание новых дверей и прорубание окон оставляешь другим. Инна вполне с этим справится. Тебе Кордоне не сказал, но я вообще-то отчасти отвечаю за разработку тактики подразделения.

Стэнли улыбнулся.

— Пойдём, герой. Я знаю, что тебе пойдёт из оружия. И какой тебе нужен бронежилет. А ещё на твой запрос под спецрюкзак посылка со склада пришла.

Они вернулись в тир, и Стэнли принёс дюралюминиевый чемоданчик.

— Это был прототип. Их сейчас делают на заказ. X-11-32. Смотри.

Он открыл чемодан. Внутри лежал увесистый пистолет и огромная куча деталей к нему.

— Это конструктор. Базовая версия будет посильнее Шершня, но берёт патроны 9 миллиметров. Но. Его можно разобрать, и ствол сменить. Видишь вот это? — стэнли указал на лежащие в ряд детали. Вот это ствол 10 миллиметров. Вот это под снаряды гаусса, сюда можно батарею добавить, подствольный лазер, прицел сменить.

Лекс кивнул. Пальцами перчатки он быстро пробежался по оружию и стал подбирать части. Прицел — простой. Магазин — увеличенный. Подствольная камера, она же фонарик. Простейший глушитель. Пока что так.

Стэнли кивнул, одобрив выбор. А потом достал откуда-то потрёпанную кобуру.

— Неплохо. Вот это пойдёт на первое время, если ты его в гранатомёт не переделаешь. Ну что, пошли подбирать бронежилет и пробовать твой "рюкзак"? — и хлопнул Лекса по плечу.

Лекс кивнул. Пристегнул к поясу новую кобуру, взял в руку дюралюминиевый чемоданчик с частями оружия, во вторую — чемоданчик с дронами, и вместе со Стенли пошёл подбирать бронежилет.

В голове мелькнула мысль о том, что нужно не забыть взять хоть какую-то мебель для комнаты. Например, стол и стул. Возможно, Стэнли или Инна что-то подскажут.

Глава 5

— Вставай, воин. Просыпайся. — насмешливый голос Инны прозвучал в его голове, и Лекс проснулся, будто включившись. Входящий вызов, который шлем подключил напрямую. Лекс сел. Сейчас он сидел в ванной регенератора, в своей комнате. По его коже стекал гель. Хромающий робот уборщик копошился на полу, и тихо собирал, возможно, несуществующую пыль. У стены стоял новый стул, списанный с полицейского склада. Стэнли выдал его вместе с небольшим столом, когда Лекс упомянул отсутствие мебели. На стуле висела форма. Шлем услужливо сообщил ему время: 2:00. За окном чуть приглушённо шумел город, но сиял огнями, и в небе на облака где-то на севере проецировал рекламу. "МедКорп. Позаботься о своей жизни сегодня".

— Ворген на связи. — сообщил Лекс. Перед глазами возникло насмешливое лицо Инны, в экзоскелете. Она же увидела его "компьютерную" версию, как обычно. Его спутанное сознание где-то за две секунды пришло в норму, и остатки сонливости испарились. Недостаток сна потом придётся компенсировать. Если потребуется, он мог не спать дня три, хотя делать так не стоило.

— У нас ЧП, воин правосудия. Одевайся, выходи. Я жду тебя внизу у входа, в машине. Сколько времени тебе надо?

— Одну-две минуты.

— Торопись.

Лекс встал и вылез из ванны. Сливать и сушить гель в обычном режиме не было времени. Оставляя слизистые следы и капая гелем на пол, заторопился в душ, быстро брызнул на себя водой, и вытерся полотенцем, затем так же быстро облачился в форму, надел на себя новый полимерно-арамидный лёгкий бронежилет, и накинул лёгкий ранец. Ранец позволял носить "жуков" на себе, без чемодана. По приказу Лекса он мог открыть слоты, и жуки выбирались из него наружу. А ещё в нём были отделы для инструментов, и небольшое хранилище для мелочей.

Робот-уборщик недовольно пиликнул в сторону Лекса и принялся вытирать с пола следы геля. Лекс же пристегнул кобуру, и бросился бежать по лестнице. Биометрическая дверь со щелчком захлопнулась за ним — сначала дверь комнаты, потом входная дверь общежития. "Бульдог" стоял у входа, с открытой дверью и ждал его. Инна сидела на водительской броне с открытым шлемом, и ела печенье.

— Минута сорок пять секунд. — сообщила Инна влетающему в дверь Лексу, и принюхалась.

— Это так гель пахнет? Похоже на одеколон. Держи, воин. На всякий случай — она протянула ему пачку бумажных салфеток.

Лекс полсекунды смотрел на пачку, пытаясь понять, зачем они ему, потом вспомнил, сколько раз у него за прошлые дня шла из носа кровь. Молча взял салфетки и положил в карман. Бульдог тронулся с места, набирая скорость. Вскоре Инна включила сирену.

— Слушай ситуацию и задачу. — её шлем закрылся, она говорила усиленным динамиками голосом. — какой-то умник сумел пронести в ночной клуб ствол и устроил стрельбу. Клуб "Нокс", на двенадцатой улице северовосточного района.

Инна открыла шлем, и отправила в рот ещё один кусочек печенье. Лекс отметил, что под её глазами намечались чёрные круги. Она задумчиво пережёвывала печенье, Бульдог же нёсся по улицам, распугивая машины сиреной. Немногочисленные авто на его пути сворачивали в сторону.

— Сахар и выпечка. — пояснила Инна. — не позволяет заснуть.

— Есть стимуляторы. — подсказал Лекс.

— Не то. — отрезала Инна. — теперь слушай дальше. В клубе жёсткий запрет на оружие, на входе датчик. Он не сработал. Предположительно пострадало полсотни человек. Раненых забрали врачи и МедКорп, у кого он был оформлен. Те, кому уже не поможешь, ещё там, как и остатки потерпевшего, которого положила охрана. Твоя задача — сбор данных. Сегодня твоя роль криминалиста. Стрелять, скорее всего, не потребуется. Всё понял?

— Приказ принял. — бесцветно ответил Лекс.

Инна открыла шлем и внимательно посмотрела в него.

— Мне кажется, в тренировочном центре и академии в последние годы сменились порядки. Выпускников теперь муштруют на военный манер? Или только операторов? Можешь не отвечать.

Лекс кивнул. Бульдог же приближался к цели.

***

Нокс занимал первые этажи высотного здания, а также его подвал, где владельцы оборудовали танц-пол. Обычно в городах жизнь скапливается в центре города, где и находится большинство дорогих заведений, элитное жильё, и живут богатые жители города. Но не тут. Центральный район Центра приходил в упадок, и становился самым бедным, постепенно превращаясь в трущобы. Возможно, что это было связано с индустриальными районами на западе и юго-западе города, где стояли промышленные комплексы. Многие из них обслуживались автоматикой и практически не имели в штате живых людей.

Место богатого района занял Северо-Восточный. Здесь люди собирались развлекаться и отдыхать, здесь продавалось то самое элитное жильё, разъезжали редкие дорогие машины, и здесь же люди жили ночной жизнью. Некоторые считали, что со временем Северо-Восточный район станет новым центром города, а Юго-Запад превратится в безлюдную индустриальную зону, вместе с центром. Новые стройки на окраине и запустение в центре города говорили в пользу этой теории.

Бульдог остановился у цели. Нокс сиял неоновыми огнями, и вывеской, что бросала отблески на тёмную улицу. Обычно тут раздавалась музыка, но не сейчас. Вместо приглушённого шума клуба звучали голоса люде, переговоры, обсуждения, а огни клуба тонули в ослепительном свете огромного количество сигнальных огней и фар.

У входа в клуб собрались десятки машин. Сюда приехали несколько патрулей, с разных областей города. Неподалёку стояли старые гибридные машины бюджетной скорой помощи, и рядом с ними — целых два "аэротакси" МедКорпа, сделанных по той же схеме, что и полицейская "птичка", которой управлял Стэнли. Между машинами ходили полицейские, место же оцепила "служба выбивания дверей", выставив кордон, возле которого и остановился Бульдог. Большая часть посетителей уже разошлась, но несколько полицейских машин ещё собирали показания у разношёрстной публики, а вдали несколько человек пытались успокоить плачущую девушку в серебристом коротком платье, на каблуках, один из которых был сломан.

Инна припарковала Бульдог, и вышла вместе с Лексом из машины. Лекс осмотрелся, привычно отмечая светящиеся сигнатуры полицейских коммуникаторов, осмотрел видимую лишь ему сетку соединений, что бежала через стены клуба, и на мгновение оглянулся на пустое здание по соседству. Что-то как будто блеснуло в подвале и тут же пропало. Лекс обернулся назад к клубу, и увидел, как МедКорп спешно затаскивает кого-то в аэротакси на носилках. Машина тут же раскрутила взлётные двигатели и взлетела, мигая сигнальными огнями, понеслась вдаль на бреющем полёте, набирая высоту. Лекс только успел заметить данные врачей. "Сергио Морено, 55 лет, полевой сотрудник МедКорп", "Джек Тейлор, 25, ассистент полевого сотрудника".

— Пойдём. — сказал Инна, и потопала бронированными ногами к кордону.

— Знакомые лица, знакомая броня — поприветствовал вооружённый человек с закрытым лицом у кордона. Лекс вспомнил его — тот самый боец, что разговаривал с ним в первый день.

— Проходите. Эти с полицией города. — кивнул он остальным охранником. Лекс присмотрелся к нему, в поле зрения возникла рамка целеискателя и прыгнула на знаки отличия. "Сотрудник №92, Спецподразделение". Затем надпись мигнула, и развернулась. "Исаак Ферреро, 32 года, командир штурмовой группы".

— Проходи, проходи, Оператор. Там полно работы. — сказал Исаак.

У входа в Нокс, перед закрытыми дверями клуба, стоял уже лично Сергио Кордоне, и о чём-то спорил с группой вооружённых людей в белой, композитной полимерной броне, с непривычными винтовками в руках. На плече у каждого сияла эмблема - красный квадрат с буквами KR в нём. Рядом с Сергио крутился молодой парень азиатской внешности, с рыжими, крашеными волосами. "Танака Такеру". Один из его сослуживцев, что был в базе.

— Мы не можем вас пропустить, signore. Сбор улик не закончен.

— На территории собственность компании. Существует договорённость с городом — отвечал человек в композитной броне, вероятный командир. Его шлем выглядел непроницаемым, похоже, смотрел он через камеры. На его плече, над логотипом компании, красовались две красные линии. У остальных таких не было.

— А, giovane. — Сергио кивнул Лексу — Будь добр, разреши наш спор. Имеют ли особые сотрудники KRAFT право получить доступ на сцену преступления до того, как полиция закончила работу.

Лекс задумался на несколько долгих секунд. В его шлем полились списки местных законов, нормативных документов. Время чуть замедлилось, но не было гула в ушах. Он бежал по спискам документов, сравнивал, находил общие фразы. Наконец, он закончил. Время возобновило свой бег.

— Согласно оригинальному своду законов, сотрудники полиции определяют, кому разрешено находится на месте расследования. Совет города выпустил указания, согласно которой компании с особой договорённостью могут пускать своих особых сотрудников на место преступления, для содействия полиции.

Фигура в белой броне уставилась на Сергио.

— Но несколько месяцев назад выпустил новую, согласно которой они не могут этого делать при расследовании тяжёлых преступлений с большим количеством жертв или пострадавших. Под которую, по моим данным, попадает этот случай. Есть также около дюжины документов, связанных с этим случаем. — закончил Лекс.

— Это отличается от наших инструкций. — бросил командир группы "KRAFT".

В ответ Лекс просто отправил ему инфопакет с подборкой документов, некоторые на несколько тысяч страниц. С отмеченными ключевыми моментами, ссылками...

В броне командира что-то пиликнула, и в динамиках раздался треск.

— Я? Что... — командир дёрнулся, когда перед внутренним взглядом открылась подборка документов. Он неловко закинул винтовку на спину, где она закрепилась с механическим щелчком. Сдвинул на запястье кусок брони в сторону, и под ним оказался небольшой наручный компьютер. Затем, глядя на что-то видимое ему одному, начал нажимать в воздухе кнопки, пытаясь разобраться в куче юридических документов.

— Проклятье. — раздражённо сказал он, наконец — Мы не будем вам мешать. Я вернусь к этому вопросу позже.

Люди в белой броне отошли в сторону, к своему собственному бронированному фургону, командир прислонился к стене, и приложил палец к уху, с кем-то связываясь. Донесись обрывки фраз: "Контроль, приём...", "юридические сложности...", "я не знаю этого!", "вот документы". Постепенно разговор становился напряжённым и переходил в ругань. Белые фигуры, будто потерявшись, стояли у своей машины, оглядываясь по сторонам, с оружием в руках. Белыми винтовками, производства KRAFT. "Лёгкая универсальная винтовка, модель 6, вариант А"

— Хорошая работа, giovane. — похвалил его Сергио.

Такеру с интересом уставился на Лекса. Лекс отметил его звание — младший лейтенант, как и он. Сергио же продолжил:

— Вы вдвоём отправитесь внутрь, соберёшь всё, что можешь, своей техникой. Мне нужны все детали, giovane, все, которые можешь выжать. Это потому что скоро здесь будут криминалисты северо-востока, и они не всегда делятся находками. А мы с нашей милой дамой, осмотрим здание снаружи. Выполняй.

Вместе с Такеру, который как будто не мог спокойно стоять на месте, Лекс вошёл внутрь.

***

— Послушай, а правда, что вы, Операторы, можете... — затараторил Такеру, и попытался встать перед Лексом. Лекс смотрел по сторонам, но тут повернулся, уставился линзами на парня.

— Помолчи. Стой за мной или рядом со мной, не забегай вперёд.

— Я знаю порядок, я тренировку проходил. — насупился японец.

На шлеме Лекса коротко мигнул индикатор. Он поправил:

— Только базовый уровень работы ассистентом.

— Я знаю, но всё равно... — тут Такеру вздрогнул и чуть не отпрыгнул в сторону. Ранец Лекса со щелчком открылся наверху, оттуда выбрались два робота жука, и уселись ему на плечи, не расправляя крылья-пропеллеры. И начали смотреть по сторонам. Будто два огромных, живых насекомых.

— Хорошо, я пойду сзади. — вдруг охрипшим голосом сказал он.

— У меня ещё два в запасе, могу дать понести. — бесцветным голосом предложил Лекс.

— Нет, не надо. — торопливо отказался Такеру.

Они направились внутрь. Лекс смотрел через камеры дронов, не запуская полное погружение, "Слияние".

Холл клуба обработан полированным камнем. "Синтетический камень", бесстрастно сообщает шлем. По нему бежит пурпурный ковёр, сквозь рамку детектора оружия. В углах бежит светящаяся лента светодиодов. Беглая проверка детектора показывает, что детектор неактивен. Взломан. Прошивка переписана, и устройство будет пропускать всех, не реагируя на сигнатуры оружия. Очевидных следов взлома нет. За детектором — окно охранника, за ним никого нет, а пурпурный ковёр тянется дальше в коридор.

На пурпурном волокне плохо видны тёмные капли крови. Вот перевёрнутые столы, стулья, вот лежит первое, второе тело. В воздухе нет взвесей и на поверхностях не видна пыль, "жуки" расправляют пропеллеры и взлетают с плеч Лекса, движутся по комнате, лишь два из них. И сканируют помещения, создавая в шлеме реконструкцию.

— Постарайся не наступать на ковёр без нужды. — говорит Лекс Такеру и тот чуть не спотыкается. Ковёр покрывает всю комнату.

Здесь нападавший сделал первый выстрел. Выхватил оружие, и широкой аркой пустил очередь. Вот след от пули. Здесь капли крови, кто-то упал, раненый, его увезли. Несколько тел лежат в комнате, им повезло меньше. Стеклянная стойка бара засыпана битым стеклом и залита смесью напитков. Бармен находится за стойкой — молодой человек, смешанной крови, с азиатскими корнями, лежит на полу с застывшим удивлённым выражением лица.

Дрон подлетает к дыре в стене и аккуратно снимает её со всех сторон, а Лекс разглядывает реконструкцию. Слишком точно. Ровная арка без смены уровня, при стрельбе пистолет должно было повести вверх.

Слева от входа в зал находится убитый охранник. Пуля попала лицевую зону, в просвет между шлемом и бронежилетом. На шлеме нет защитного щитка. Здесь должно быть оружие, но его нет. Возникает понимание — его забрал преступник.

Стараясь не слишком топтаться, Лекс идёт к лестнице, что ведёт вниз, на подвальный танцпол. Сбоку за стойкой стола он находит "имущество" KRAFT - мужчина в деловом костюме завалился на бок на диване, а на полу лежит открытый чемоданчик с бумагами. Корпоративные секреты, финансовые отчёты или же договоры. Может быть кто-то даже украл пару листков в панике. Лекс бегло осмотрел убитого дроном и двинулся дальше. За ним шёл Такеру, со слегка позеленевшим лицом.

— Если стошнит — иди на улицу. Испачкаешь сцену. — бесстрастный, спокойный голос. Словно и нет рядом убитых и разгромленного зала.

По дороге вниз, молодой парень лежит у закрытой двери пожарного выхода. Он принял правильное решение, но дверь была заперта и давно, и паренёк в чёрной кожаной куртке остался лежать у неё, зажимая рану. Это надо сообщить Сергио. А в голове всё продолжала выстраиваться картина события, реконструкция помещения, со следами пуль, предполагаемыми траекториями.

Танцпол. Блестящий пол хорошо покрыт кровью, и тут лежит уже десяток тел, разного пола и возраста. Неудачная планировка превратила подвал в ловушку с одним единственным выходом, через который и зашёл преступник. Лампы цветомузыки всё ещё мерцают, по углам горят светодиодные украшения, но музыка выключена. На стойке лежит диджей и не движется, а на полу десятки тел. Одно из них в серебристом платье, похожем на то, что было у плачущей девушки наверху.

За спиной Лекса раздаётся утробный звук, и Такеру хватается рукой за рот.

— Наверх, на улицу. Там можешь вырвать. — бесцветно бросил ему Лекс, и японец, зажимая рот, торопливо бежит вверх по лестнице, чуть не спотыкаясь. Лекс продолжает осмотр.

Лекс аккуратно обходит кровавые пятна на полу, по залу летят его дроны, облетают сцену, фотографируют, снимают, реконструируют. А вот и преступник. Пал в стычке с охранниками, что лежат неподалёку. Вот его трофейный дробовик, вот дыра от попадания такого же оружия. Он лежит, улыбаясь, и смотрит вверх — мужчина лет сорока, худой, в старом пальто. Лекс садится на корточки и аккуратно осматривает тело, не прикасаясь к нему. И хмурится.

На руках убитого, испачканных порохом, следы синеватого порошка, а на голове, рядом с затылком — как будто заживал шрам. Лекс выпустил ещё двух дронов из рюкзака. Они повисли в миллиметре от пола, стали кружить, не прикасаясь ни к телу, ни к полу, и осматривать, отсвечивать.

На поясе нашлось ещё оружие. Два пистолета 9 миллиметров, не менее 50 лет возрастом каждый. На прижатому к полу затылке Лекс заметил проплешину, как будто на голове заживал шрам. А из кармана убитого что-то рассыпалось. Маленькие, сиреневые кристаллы, удлинённые, будто рисовые зёрна и с гранями. Будто драгоценные камни. Лекс отправил изображение Сергио. И получил приказ — взять один из кристаллов на анализ.

Лекс протянул руку назад, и его рюкзак выплюнул маленький пластиковый пакетик с застёжкой, и пинцет. Лекс аккуратно поднял один кристалл пинцетом, положил в пакетик, и пошёл обратно наверх, встретившись на пути с криминалистами с Северо-Востока. Хмурые люди в тёмной форме неторопливо разворачивали своё оборудование. Один хотел что-то сказать Лексу, но тот показал выданный недавно жетон. И вопросы сами отпали.

Лекс вышел на улицу, где прислонившись к стене стоял позеленевший Такеру. Рядом ждали Инна и Шеф.

Синие кристаллы. "Ночная Лилия". Наркотик, со сверхбыстрым привыканием.

Лекс задумчиво посмотрел на пустующее здание неподалёку.

Глава 6

Лекс задумчиво разглядывал соседнее здание. Пустой, невысокий по местным меркам, комплекс всего в 6 этажей прижимался к высотному зданию, в котором располагался Нокс. У двери Нокса стоял командир группы KRAFT, и похоже, скучал. Сергио поблизости что-то обсуждал с одним из криминалистов, но разговор только что закончился.

— Шеф. — сказал Лекс.

— Зови меня "Сергио", giovane — обернулся Сергио к Лексу.

— Я хочу осмотреть то здание. — Лекс кивнул на пустующее строение.

— Основания? — наклонил голову Сергио.

— Что-то непонятное в подвале на сенсорах. Мигнуло и сразу пропало.

— И это "что-то" может быть связано с нашим случаем?

— Неизвестно, сэр. — спокойно ответил Лекс.

Сергио хмыкнул и внимательно посмотрел на здание. Пустой шестиэтажный дом смотрел на улицы тёмными окнами.

— Лекс, будь добр, скажи мне. Там, в этом пустом на вид здании, кто-то сейчас есть?

Лекс всмотрелся в здание. На его шлеме с лёгким жужжанием навела фокус одна из линз. Но чёрная коробка осталась чёрной коробкой. Внутри не было сигналов связи, источников повышенного тепла, ничего.

— Я никого и ничего там не вижу, сэр. — ответил он, наконец.

— "Не вижу", но не "там ничего нет". И бросай уже свои армейские привычки и официоз. В моём отделении все свои. — задумчиво сказал Сергио, глядя на тёмный дом.

Командир группы KRAFT вздохнул, и сел у двери на корточки. Шлем скрывал лицо, но от фигуры веяло усталостью. Через двери клуба всё ещё проходили туда-сюда криминалисты других отделений, таскали технику. Опрос свидетелей подходил к концу, и давно уже куда-то увели плакавшую девушку. Лишь несколько зевак маячили у кордона.

— Сделаем так. — заговорил Сергио. — получишь временное разрешение, на основании подозрения в криминальной деятельности. А связаться с владельцем не удалось. Его нет, владельца.

Лекс открыл рот, но потом молча кивнул.

— Такеру! Иди вместе с ним. — Сергио мотнул головой в сторону Лекса.

— Будет исполнено! — выпалил японец, и Сергио поморщился. Такеру же подбежал к Лексу. Вдвоём они отправились к зданию. Японец всё ещё выглядел бледноватым, и, похоже, желудок он прочищал долго.

У двери в заброшенное здание Лекс остановился, и уставился на неожиданное препятствие — замок. Огромный, навесной, замок, местами покрывшийся ржавчиной. Почти что амбарный. В нём не было электроники, он не светился под сенсорами шлема, и ничего не сообщал в Инфополе. Лекс долго смотрел на него потом посмотрел по сторонам здания. Окна первого этажа укреплены, разбитых и открытых нет. Такеру заглянул через плечо, потом, ухмыльнувшись, посмотрел на Лекса.

— Открыть? — с лёгкой улыбкой сказал японец.

Лекс кивнул и отошёл в сторону. Японец осмотрел замок, потом откуда-то вытянул отмычку. И ловкими, привычными движениями начал ковыряться в замке.

— Забавно. Начинка новее чем кажется. — сказал Такеру, когда замок щёлкнул и открылся. Японец же извлёк отмычку и внимательно осмотрел её. Пожал плечами и спрятал.

— Прошу! — театрально показал Такеру на замок и отошёл в сторону.

Они вошли внутрь. В заброшенном здании было темно. Такеру начал безостановочно тарахтеть.

— Знаешь, Лекс, меня так и подмывает назвать тебя "сэмпай", хотя по традициях им должен быть я. Как будто ты работал тут всегда и это я новичок, что пришёл вчера, а не ты.

Входная дверь захлопнулась. Они стояли в широком, тёмном здании. Только индикатор на шлеме Лекса давал чуть-чуть света. Слишком мало, чтобы что-то осветить.

— Как ты смог выдержать ту сцену в клубе? На танцплощадке. У меня сразу желудок скрутило... — продолжал говорить японец.

Лекс остановился, обернулся и уставился в сторону Такеру. Такеру что-то говорил. Камеры усилили почти отсутствующий в помещении свет, и вот Лекс видит Такеру, который оглядывается по сторонам, и держит руку на кобуре. Его дыхание учащено. Такеру же продолжает тараторить:

— Наши традиции, с обращениями. Они вымирают в этом городе. Всё меньше используют "сан", "сама"...

Глаза Такеру бегают по сторонам. Понятно.

Ранец Лекса щёлкает, Такеру вздрагивает и оглядывается в сторону звука, из ранца быстро выбираются роботы-жуки, с треском расправляют пропеллеры, и взлетают. А затем каждый из них включает встроенный фонарик. Четыре небольших, но мощных светильника легко освещают всю комнату. Здесь нет никого. Только пыль, остатки мебели в углу, и граффити на стене — мешанина из букв и цифр. Возможно, чей-то тег.

Такеру вздыхает и вытирает лицо. Он чуть бледен, и пальцы его чуть дрожат. Лекс же молча смотрит на него. Наконец, японец шумно выдыхает.

— Я, ... пойдём дальше?

Он больше не тараторит, и просто следует за Лексом. А тот идёт, освещая комнату вокруг. Два дрона переключаются на лампу широкого угла, ещё два облетают помещение.

Когда-то тут был холл небольшой компании, стояла стойка администратора, в углу сидел охранник. Сейчас сломанная стойка лежала на боку, место охранника отсутствовало, а в углу стояло пыльное пластиковое растение, которое прошлые хозяева не забрали с собой, покидая помещение.

Лекс потянулся разумом во внешнюю сеть. Нашёл городской архив, вытянул оттуда план здания, подтвердив свои привилегии полицейского. Наложил карту этажа её на этаж, и попытался найти место той короткой вспышки. Упёрся в техническое помещение со швабрами, но не нашёл в нём ничего. Потом по лестнице спустился в подвал здания. За ним, иногда оглядываясь по сторонам, шёл Такеру.

В подвале в углах лежал хлам и тянулись трубы и кабели коммуникаций. Лекс внимательно осмотрелся по сторонам, отметил пыльный пол. Его дроны облетали обширное помещение, и один вдруг чуть слышно пиликнул. Лекс подошёл к нему. На грязном, цементном полу виднелась чуть заметная трещина. Щель. Она образовывала квадрат. Лекс сел, провёл пальцами по ней, и вдруг будто воткнул пальцы в цемент. Пластиковая плёнка с рисунком и наклеенной на неё цементной крошкой сдвинулась в сторону, Лекс ухватился за что-то и потянул. В полу открылся лаз, которого не было на карте.

— Однако. — присвистнул Такеру. Он достал откуда-то фонарик, и теперь светил внутрь лаза.

Из квадратного отверстия в полу вниз шла крутая металлическая лестница, и вела она в небольшой коридор, которого не было на плане здания. Идеально чистый коридор без единой пылинки в нём, с ровным, полированным, чёрным полом. Они спустились вниз. В конце коридора оказалась тяжёлая дверь. Из-за неё чуть сочился свет. Лекс внимательно осмотрел дверь и её ручку. Ничего. Ни пыли, ни отпечатков пальцев. Он нажал ручку, и потянул дверь на себя. Изображение в его шлеме дрогнуло на мгновение, и Лекс услышал короткое шипение.

Внутри оказалась чистая белая комната, без единой пылинки. Её заливал свет из светодиодных лент, что бежали между стенами и потолком. В углу стояла небольшая коробочка, и мерцала датчиками. У стены же стоял железный верстак, небольшой компьютер на нём. И больше тут не было ничего. Ни пыли, ни следов, ни отпечатков пальцев. Только свет лился из углов, равномерно освещая комнату. Такеру присвистнул снова. Лекс внимательно осмотрел комнату, и не нашёл ничего. Коробочка в углу оказалась ретранслятором, но память устройства был девственно чиста, а его настройки стёрты. Так же чист оказался и компьютер. Кто-то сбросил его на заводские настройки, и старательно стёр содержимое накопителей памяти. На столе не было царапин, что объясняли бы, для чего он тут стоит.

Осмотрев комнату, они вернулись к Сергио. Уходя, Такеру защёлкнул назад навесной замок.

Шеф стоял на улице и смотрел в небо. Позади него у двери всё так же сидел командир группы KRAFT и, похоже, ждал. Из двери выходили криминалисты, и выносили оборудование. Инны не было видно.

— Странная история, giovane. — задумчиво сказал Сергио, выслушав короткий рассказ про комнату. — напиши мне рапорт, и отправь. Я знаю, что ты можешь очень быстро это сделать. Кто-то отправится туда и осмотрит, когда будет время.

Лекс кивнул.

— Но в ближайшие дни у нас будут заняты руки. Сам видишь, такое происходит не каждый день. И это хорошо. А также кристаллы, которые ты нашёл. — Сергио нахмурился.

Лекс кивнул, закончил компоновать рапорт, и бросил его на коммуникатор шефа. Тот пиликнул, шеф достал планшет, и рассмотрел полученный документ.

— Зачем так торопиться, giovane? Так кончится тем, что я посажу тебя за всю бумажную работу. И ты, думаю, закончишь её за один день.

— Выполню, если отдадите приказ. — бесцветно сказал Лекс.

Сергио внимательно смотрел на него, секунд пятнадцать, затем глубоко, и немного печально, вздохнул, и чуть суше продолжил.

— Дождись Инну, и жди указаний. Скорее всего, я отправлю тебя потом домой, если только не захочешь помочь с волокитой в офисе. Мне нужно договориться с другими отделениями. Такеру, со мной.

Сергио кивнул Лексу и отправился в сторону, к машинам других районов. Они отличались моделями, окрасом и расцветкой. Вслед за ним заторопился Такеру, кивнув Лексу на прощание. Лекс встал у двери, неподалёку от командира KRAFT. Тот всё так же сидел у двери.

— Парень. — вдруг обратился тот к Лексу. Голос шёл с треском сквозь динамики шлема. Лекс повернул к командиру голову.

— Парень, что у тебя за оборудование? — продолжил человек в белой броне. — твоя пачка документов поставила на уши весь наш юридический отдел. — командир усмехнулся — Они до сих пор бегают по офисам и этажам, ругаются друг с другом, звонят важным шишкам и выясняют. И ты не мог это приготовить заранее. Ты её собрал при мне, за долю секунды. Что это?

— Ограниченная партия, строго для полиции. Недоступна для покупки. — сообщил Лекс.

— "Ограниченная", значит? Я спрошу нашего "квартирмейстера" об этом.

Из двери вышли четыре фигуры в белой броне, с символом KRAFT на плече.

— Груз взят. — Сообщила одна из них командиру, показывая знакомый чемодан. Тот встал и с хрустом брони и суставов потянулся.

— Пропажи? Личные устройства цели? Пропуск и карточки компании? — уже по-деловому осведомился командир.

— Под контролем. Пропаж нет. За телом прибудет другой отдел. — второй боец показал непрозрачный пакет.

— Отлично. Загружайтесь, мы отправляемся назад. — белые фигуры отдали чести и заторопились к своему белому фургону. — Бывай, парень — сказал командир KRAFT и пошёл вслед за ними. Рамка целеискателя кинулась за ним вслед, и зацепилась за идентификатор. "Командир спецподразделения KRAFT, номер сотрудника..." и дальше шёл цифро-буквенный код. Имя было скрыто. Можно было попытаться его узнать, но Лекс просто отвёл рамку цели в сторону, и продолжил ждать Инну. Вскоре фургон KRAFT уехал, шурша электрическим двигателем.

***

Раннее утро. Береговая зона центрального района. На обочине стоял неприметный, потрёпанный седан, и непривычно тарахтел мотором. Двигатель внутреннего сгорания, не электрический, что питался от топливного элемента, да ещё к тому же бензиновый, а не биодизельный. Скорее всего, на синтетическом топливе, если только хозяин авто не совсем рехнулся. Неподалёку от авто стоял киоск быстрого питания. Внутри, неторопливо, будто сонная муха, работал робот. Две механические руки свешивались с потолка внутри киоска, и перекладывали товары, иногда поскрипывая сервоприводами. На одном из толстых, пулеустойчивых стёкол киоска виднелись старые следы граффити, которое кто-то с большим трудом смыл.

В салоне машины сидели двое. На заднем сиденье слегка сгорбившись, каким-то чудом уместился высокий, широкоплечий и мускулистый громила. Его звали Роб. Своей бритой головой он упирался в потолок автомобиля, и несколько угрюмо смотрел вперёд. Справа впереди, на пассажирском месте, сидел, поставив локоть на открытое окно, блондин со шрамами на лице. Один из шрамов проходил через глаз, и, похоже, когда-то чуть не лишил его зрения. Он о чём-то думал, глядя вперёд. Ян Хансен. Человек с сомнительной репутацией и нестабильными заработками. Третий участник возился у киоска и пытался забрать свою покупку. Робот вцепился в пакет и не отдавал, мигая красным индикатором, а худой, невзрачный черноволосый человек пытался уговорить псевдоразум машины отдать ему честно оплаченную покупку. В конце концов робот послушался, и отдал пакет, что-то чирикнув на прощание, а человек вернулся в машину, сел на место водителя. Его звали Ларри. Он хлопнул дверью и стал раздавать покупки. Робот в киоске же перекладывал товары на полках. Вот он уронил булочку на пол, поднял её, отряхнул и вернул на полку.

— Кофе и пончик, Босс. Только синтетика. К сожалению. — Ларри передал бумажный стаканчик с соломинкой и пончик Яну. Тот осмотрел стаканчик. На боку стаканчика машинной рукой было написано: "Горячий КофPaP7783a\d!0x8617CD". Он осторожно попробовал его. Чуть поморщился. Откусил пончик. Пончик был свежий, горячий, с хрустящей корочкой, покрыт кетчупом, от души посолен и посыпан перцем. Сахара в нём не было вообще.

— В этом что-то есть. — задумчиво сказал Ян, прожёвывая творение машинного разума. Отпил кофе, с удивлением открыл стаканчик и нашёл внутри лимонную дольку. — и в этом тоже.

— У него не было твоих любимых гамбургеров, Роб. — извинился Ларри снова, и отдал Робу небольшую коробочку.

Тот осмотрел её со всех сторон. Сбоку на коробке маркером, линиями, был нарисован кот. Кот летел среди облаков в небе над заходящим солнцем, и весело размахивал щупальцами, улыбаясь во все свои пятьдесят два зуба. Вокруг него в небе проплывали стаи рыб. Одна из рыбин была с лошадиной головой.

Роб осторожно открыл коробку, и достал оттуда ... нечто. На куске хлеба лежали ломтики мяса, и рыбы, вперемешку с зеленью, кусочками синтетической курятины, листьями салата, дольками яблок и ананаса. Автоповар завернул это в кусок лепёшки, полил глазурью, посыпал перцем, и воткнул в результат деревянную палочку, на которую наколол клубничную ягоду. Потом кремом написал "с юбилеем!" и добавил смайлик.

— Что это. — спросил Роб, внимательно разглядывая творение теперь уже однозначно свихнувшейся машины.

— Он считает, что это мексиканское тако, Роб. Я думаю, оно съедобно.

Роб надкусил "тако", и начал жевать, похрустывая глазурью. Глазурь была со вкусом селёдки. Он наклонился к окну и посмотрел, внимательно, на киоск. Из киоска доносилась музыка, что становилась громче. Робот ритмично размахивал руками манипуляторами и мигал ей в такт лампочкой. В одной руке он держал огромный кухонной нож, а в другой — палку синтетической колбасы.

— Нам лучше сваливать, Босс. — задумчиво сказал Роб, глядя на киоск. Оттуда уже довольно громко доносилась музыка. Освещение киоска подозрительно мигало.

— Ларри, выполняй. Любое неприметное место. Или безлюдное. — отмахнулся Ян, думая о чём-то своём.

Седан тронулся с места и покатил по утренней улице. "LA CUCARACHA!" Донеслось из киоска вслед уезжающей машине. По утренней улице куда-то шёл пожилой китаец. Он остановился и уставился на забарахливший кисок. Потом достал старый коммуникатор, и начал набирать номер на архаичной кнопочной клавиатуре. Навёл коммуникатор на киоск, щёлкнул встроенной камерой. "LA CUCARACHA!" разносился по утренней улице, а робот в киоске размахивал манипуляторами. Потом остановился и палкой колбасы начал что-то пытаться писать на стекле киоска изнутри.

— В этом что-то есть, — сказал Роб, хрустя "тако". Вкус творения сломавшийся машины было сложно описать, но неприятным он не был. Каким-то образом вкус мяса сочетался с "селёдочной глазурью", шоколадной крошкой, перцем и начинкой из горчицы и сгущённого молока, которую робот влил внутрь не-тако.

Ларри вырулил на набережную. Машина остановилась на береговой полосе. Ян посмотрел на сверкающую водную гладь. По береговой линии тянулась полоса из мусора, пакетов, пластиковых бутылок и хлама. Похоже, Ларри нашёл единственное в городе место, где реку ещё не заковали в бетон. Ян вздохнул. Ларри заглушил мотор.

— Ну так что, Босс? Ситуация? — спросил Роб, глядя на Яна. Ларри тоже ждал.

— Парк. Парк Сунг-хун нам просто невероятно нагадил. Я просчитался, парни. — вздохнул он.

Парк Сунг-хун, его старый приятель, с которым они давным-давно, в школьные годы попадали в неприятности, ввязывались в драки и хулиганили. Не так давно он связался с ним и попросил помощи. По старой памяти, Ян помог ему. Но кореец, что всегда отличался вспыльчивостью, будто свихнулся. На простейшем задании, устроил драку в тихом, сонном, вымирающем городке, где основался Ян вместе со своими помощниками, и привлёк внимание полиции.

Правила есть правила. Пришлось забыть о старой дружбе. Но от того, что он сделал с Парком, Яну до сих пор было гадко на душе. Парк доблестно погиб, защищая склад Яна, и вроде даже ранил одного из копов. Вот только...

— Копы взяли весь наш товар, парни. В новом складе почти ничего нет, только старый автодоктор, которого мы спасли.

Склад наркотиков, пару сотен килограмм товара, который Ян спрятал на автоматической ферме у того маленького, вымирающего города. Было легко взломать автоматический трактор, чтобы он больше не вызывал техников для обслуживания. Никто бы не пошёл проверять эту ферму, если бы Парк не разворошил осиное гнездо, избив прохожего.

— Что это значит, Босс? — осторожно спросил Роб. Несмотря на свою внешность, громила был очень умён, и понимал, что Босс просто так не завёл бы разговор.

— Это значит, что мы по уши в долгах, и должны мы деньги или товар очень опасным людям.

— Действия, Босс? — теперь уже говорил Ларри.

Ян задумчиво побарабанил по приборной панели их машины. На том складе он планировал раскрутиться и неплохо заработать. Если бы не проклятый Парк.

— Есть путь решение. Предложение от ещё более опасных людей. В общем, слушайте...

Ян вздохнул, и начал рассказывать. Машина троих бандитов стояла на краю реки. По грязной воде перед ними иногда проплывал мусор.

Глава 7

Вечер заканчивался и начиналась ночь. В тёмном небе уже исчезали следы солнца и разливалось марево от ночного освещения города. Вспыхнул проектор рекламы, и на редких облаках появился искажённая реклама МедКорп, что сменилась рекламой KRAFT. "Мы делаем всё". Довольный человек на зыбкой облачной картинке обнимал жену и двоих детей, а за спиной его вдали виднелся дом и машина.

Всё в кадре жизнерадостной рекламы было произведено KRAFT — машина, дом, одежда на семейной паре, плюшевый мишка в руках одного из детей, электронные наручные ретро-часы на руке мужчины, и коммуникатор, который держала его жена. Облака медленно неслись по ночному небу, и картинка колебалась. Вот в небе возник просвет, и головы взрослых исчезли в нём, превратив счастливых супругов в безголовых чудовищ. Проектор кто-то тут же выключил. Из-за таких фокусов природы компании до сих пор пользовались рекламными щитами, хотя ходили слухи о новом оборудовании, что в ближайшие недели должны были смонтировать на высотке БиоТек. Или же где-то рядом с ней.

От одной из главных улиц ответвлялась улица переулок, а от неё — переулок поменьше, что шёл между домами и превращался в тёмный тупик-подворотню. В этом тупике открылся канализационный люк, и оттуда вылезла фигура. В темноте трудно разобрать черты лица, и виден лишь силуэт, но похоже, что это мужчина. Среднего роста, лысый и очень и очень худой, чуть сгорбившийся. Он почти гол, и стоит на земле босиком, но на бёдрах угадывается что-то вроде трусов. Незнакомец озирается по сторонам и вдруг замирает, поражённый простой мыслью.

Кто он? Где он? В голове всплывают нечёткие образы путешествия по канализации, паника. Бегство. Он от чего-то бежал, но не помнит от чего имени. Кажется, что он только что проснулся, здесь, у открытого люка, а всё до этого — лишь сон. И подобно многим снам, он быстро исчезает из головы, оставив лишь чувство удивления, и ощущение, будто он что-то забыл. Что-то крайне важное.

Он закрывает люк, озирается по сторонам. На переулок смотрят тёмные окна прилегающих зданий, и только высоко, на шестых или седьмых этажах, в некоторых окнах домов горит свет. Где-то там есть люди. У них можно попросить помощи, спросить, узнать. Узнать и... Снова засвербила в голове мысль, которую никак не удалось ухватить. Он поплёлся через переулок. Впереди замаячила фигура усталого прохожего. Молодой парень, пошатываясь, куда-то плёлся с бутылкой в руках. Нужно подойти, спросить. Он протянул руку к нему, попытался что-то сказать. Но молодой выпивоха вытаращил глаза, выронил бутылку, и, спотыкаясь, куда-то побежал в сторону. В сторону большой улицы. Странно. Этого не должно быть. Он задумчиво посмотрел на свои руки, и поплёлся к улице. Почему-то он хотел оставаться в тени.

— Эй! Кто здесь? — с улицы в его сторону двигался полицейский. Молодой полицейский, один из тех что проверяют иногда улицы. Патрульный. Наверное, пьяница позвал его, когда тот случайно проходил или проезжал мимо. Полицейский шёл по тёмному переулку, оглядываясь по сторонам, переводя пистолет из стороны в сторону. Полицейский обернулся на шорох и увидел силуэт. Замер.

И тут он вспомнил. Ускользающую мысль удалось поймать за хвост, она вынырнула на поверхность, и дала знание. Кто он, и что надо делать. Широко расставив руки и улыбаясь, он двинулся навстречу патрульному. Раздался выстрел.

Через десять минут полицейский вышел из переулка. У входа на улицу его ждал напарник — уже пожилой полицейский с сединами. Такой, которому уже скоро на пенсию. На груди его блестел значок: "Том Джонс". Он взволнованно стал расспрашивать напарника.

— Джим, что случилось? Я слышал выстрел, хотел было уже ринуться внутрь, но годы мои не те. А рация барахлит... — растерянно спросил его Том. Он с беспокойством осмотрел напарника, что недавно поступил в их часть. А тот выглядел неважно — помятый, одежда испачкана грязью, а на лице свежая царапина. И значок на груди — "Джим Грин". Парень видимо смутился.

— Прости, Том. Там глупо получилось. Из мусора кошка выскочила, напугала до смерти, я с перепугу пальнул, и упал. Вляпался в какую-то дрянь, никак отчистить её не мог.

Том вздохнул. Достал рацию старой модели и в неё передал: "Диспетчер, отбой. Офицер на месте, помощь не требуется."

— Ты аккуратней, я уж подумал, что тебя кто хлопнул. Кошку хоть не застрелил?

— Нет, даже близко в неё не попал.

— Ну и хорошо. После патруля в части отмоешь форму. Поехали дальше, у нас больше половины маршрута впереди. И теперь я поведу.

— Так точно! — по-военному ответил Джим, и пошёл за напарником.

***

Лекс вернулся домой поздно. Он всё-таки пошёл в офис, и Сергио действительно запряг его в офисную работу, как и грозился. И Лекс действительно закончил её всю, за один день, как и обещал. Сергио лишь покачал головой, и отправил Лекса "домой", в общежитие. На тот момент в офисе уже не осталось никого, кроме Лекса и Шефа, а на улице стояла ночь.

На краю зрения мерцало предупреждение о повышенной усталости, и рекомендация отдыха. Лекс мог не спать несколько дней, но усиливающаяся компенсация усталости давала о себе знать. К концу третьего бессонного дня он бы уже видел мир с выцветшими цветами. Почти как при Cлиянии...

В здании общежития не было никого, кроме робота уборщика на первом этаже. Уборщик по-прежнему что-то упорно чистил щёточкой, теперь уже в другом углу. Лекс коснулся мысленно жуков в шлеме, получил краткий отчёт, и пошёл на свой этаж, по полутёмным коридорам, где автоматика зажигала неяркий свет при его приближении. Но у двери в свою комнату Лекс остановился.

На стене рядом с дверью сидел таракан. Большой, жирный, он шевелил усами, и не собирался никуда удирать. Рамка целеискателя прыгнула на насекомое, приблизила его, обвела контуром. Возникла табличка с информацией. "Blattela germanica", среда обитания. Лекс смотрел на насекомое, а таракан шевелил усами. Странно. Здесь не должно быть пищевых отходов и хороших условий для насекомого...

Лекс протянул руку назад к своему рюкзаку, и тот выплюнул лист офисной бумаги. Лекс свернул его в трубку, и ей прибил насекомое. Таракан упал на пол. Пусть с ним разбирается робот уборщик. Лекс зашёл внутрь своего номера. Вспыхнул неяркий свет, Лекс скинул рюкзак на пол, вытянул из него шнур и воткнул в ближайшую розетку. У стены стояли не так давно полученные стол и стул, те, которые Стэнли списал со склада. На столе лежал дюралюминиевый чемоданчик от его пистолета. Лекс тяжело сел в стул, и некоторое время смотрел в окно. За окном мерцали огни города.

В углу из своего домика выполз крабообразный робот-уборщик, и, хромая, пополз по комнате собирать несуществующую пыль. Лекс смотрел на него где-то минуту. Потом стал, достал из нижнего отдела своего ранца небольшой набор инструментов и положил на стол. Подошёл к уборщику и схватил его, поднял с пола, внимательно разглядывая светящуюся фабричную начинку и простенькое ядро простейшего псевдоразума. Механизм возмущённо запищал, но Лекс просто отправил в него код фабричного доступа, и механизм послушно замолчал, сложил лапки и ушёл в спящий режим.

Лекс положил его на стол, и стал разбирать, перебирая детали одну за другой. Быстро нашлась причина хромоты, и Лекс некоторое время думал, как поступить с износившимся ножным сервомотором. В конце концов провёл временный ремонт. Но сервомеханизм лучше поменять. С интересом Лекс осмотрел простенькую плату робота, провёл диагностику, убрал опасно выпавший болт на своё место, собрал робота назад, включил. Тот расправил лапки, проверил их, и оглянулся линзами на Лекса. Тот смотрел на робота линзами шлема. Робот пиликнул и пополз назад в свой домик. Хромал он теперь меньше.

Лекс разделся, залез в ванную-регенератор, включил его, и, пока гель заполнял ёмкость, откинулся назад, и отправил себя в глубокий сон. Первый раз за долгие годы ему что-то снилась, чему он удивился, не просыпаясь. Роботы двигались по улицам, по городу летели инфопакеты, а он как будто мог почувствовать весь город сразу, управляя им так же, как своими дронами. Только теперь под его контролем был весь город, каждый механизм и вычислительный прибор в нём.

Он проснулся в шесть утра, как будто включив сознание. Уже привычно оделся, собрался в полицейский офис, накинул рюкзак. Оглянулся на небольшую комнатку и вышел. За дверью на полу уже не было никакого таракана. От него, скорее всего, избавился уборщик. Затем Лекс отправился в офис. А там, Сергио огорошил его новостью:

— Знаешь, giovane. Тот человек, которого ты задержал в первый день — он умер. Прямо в изоляторе. Посмотри вот эти бумаги. — Сергио передал Лексу пачку бумаг, а потом, повозившись с коммуникатором, отправил Лексу инфопакет.

— И документы эти посмотри. Через пятнадцать минут небольшое собрание нашего отделения. Ты же можешь с ним мне помочь с визуализацией? Вот и отлично. Ваши же умеют работать с интерактивными экранами, я видел в архивах... А вообще, иди за мной, в зал для собраний.

Лекс кивнул и пошёл вслед с Сергио, который, похоже, о чём-то глубоко задумался.

— Потом патруль с Инной, giovane. Вы же сработались, как я понял? Хотя и не так уж много времени прошло. Сделаете круг по нашему району, и прибрежной зоне центрального. Ищите странное и непонятное, как в прошлый раз.

Сергио вдруг нахмурился.

— Что-то нехорошо пахнет во всей этой истории. Не напороться бы нам на крупные проблемы.

Актовый зал оказался обычной просторной комнатой с кучей стульев, небольшим постаментом, столом и большим интерактивным экраном. На постаменте стоял стакан и бутылка с водой. Лекс легко взял экран под контроль, и проверял его, выстраивая на поверхности графики и отображая трёхмерные фигуры. За пятнадцать минут зал заполнился новыми лицами. Лекс рассматривал их одно за другим, а перед ними всплывали карточки информации. Кроме их маленького "отделения" из четырёх человек, у Сергио в подчинении оказались ещё дюжина таких же групп, в соответствии с должностью — начальник восточного округа Центра. Просто не так уж много времени Лекс успел провести в офисе, и комнату их с Инной отделения Сергио использовал как свой кабинет.

— Итак, signori. — Сергио стукнул краем толстой пачки листов по постаменту. Как вы все знаете, вчера произошла стрельба в клубе Нокс. Лекс, будь добр.

Лекс кивнул. На экране появилась реконструкция, несколько фотографий. Трёхмерная модель двигалась вслед за словами Кордоне.

— Преступник прошёл через основную дверь, не привлекая внимания, прошёл через металлоискатель, проник внутрь.

На экране возникла призрачная зелёная фигура, что прошла через металлоискатель, который даже не среагировала её.

— Металлоискатель, согласно показаниям Лекса и наших "друзей" криминалистов из северо-восточного округа, мастерски взломан, без вообще каких-либо следов на нём. Как ты там говорил, Лекс?

— Замена прошивки через ложное обновление. — объяснил Лекс. Кордоне кивнул.

— Желающие могут ознакомиться позже с деталями. — Сергио обращался, похоже к паре техников в задних рядах.

— Далее, у барной стойки он открыл огонь из пистолетов-пулемётов AZ-kit первой модели.

На экране появилось изображение оружия. Коробка ствола, в которую перпендикулярно воткнута коробка рукояти. Магазин вставляется магазин. Он очень напоминал UZI. В зале кто-то присвистнул.

— Да, полностью поддерживаю! — оживился Сергио. — Это старая модель, которой не меньше пятидесяти лет. На теле нападавшего обнаружилось ещё два таких же старых пистолета. Макарова.

Тут сзади уже раздался гул.

— Тишину! Посмотрите материалы позже. Теперь обратите внимание на стрельбу.

На экране возникла реконструкция. Сидевший в первом ряду сотрудник покачал головой. Слишком высокая точность для расхлябанного AZ-Kit. Пули шли точно по одному уровню.

— Преступник сумел устранить охранника, забрал у него оружие и патроны, отправился вниз, где продолжил пальбу, пока его не уничтожили два охранника с похожим вооружением. Оба погибли. Нападавший целился в голову.

На экране замелькала реконструкция. Зелёная фигура движется, поднимает оружие, люди падают. Очень быстро, очень точно, нападающий не промахивается. Навстречу сквозь толпу прорываются две бронированных фигуры, устраивают стрельбу и падают на пол.

Кто-то очень тяжело вздохнул в первом ряду.

— А теперь внимание! Далее следует ключевая информация.

Хлопнул папкой бумаги по стойке Сергио.

— В кармане обнаружены наркотики. — на экране возникла 3д реконструкция, и фотография рассыпавшихся кристаллов.

— Наши "друзья" из северо-восточного района с нами этой информацией не поделились, пришлось импровизировать. Лаборатория подтвердила "Ночную Лилию".

На экране побежали строки информации, и фотографии.

— Как многие из вас знают, "Ночная Лилия" практически мгновенно и почти со стопроцентной эффективностью вызывает зависимость, а ещё, для её создания требуется "донор", что в процессе производства гибнет.

На экране замелькали жутковатые кадры истощённых тел, из которых тянулись трубки.

— И, конечно же, всё это тщательно скрывают и отрицают производители и дилеры этого вещества... А теперь внимание.

На экране возникло лицо убитого нападавшего. Рядом с ним добавилось второе, потом третье. Неадекватный водитель седана, которого захватила Инга. Человек, которого в самый первый день задержал Лекс.

— Личности установлены. — продолжил Сергио. — Все трое в течение последних шести-двенадцати месяцев стали бездомными, а потом исчезли с улиц. Наш нападавший — крайний слева, не имеет криминальной записи, у оставшихся двоих мелкие преступления.

— Их объединяет следующее: у всех троих в затылочной области следы недавней операции на черепе, а в голове установлено вот это. Лекс, будь добр.

На экране появился разрушенный микрочип. И рядом с ним диаграмма. Тонкие провода тянулись от чипа внутрь мозга человека, к спинному мозгу, позвоночнику.

Тут уже поднялся заметный шум.

— У нас нет ни марки производителя, ни схемы. Чип саморазрушается при контакте с воздухом, химическим путём. Есть только обломки. Нечто похожее произошло не так давно в одном из небольших городков АгроРегиона. Лекс, будь добр.

На экране замелькали поля с автономным трактором, а потом возникла фотография полуразрушенного сарая с пробитой в стене дырой, рядом с которой стоял строительный робот с надписью "КИТЕЖ-31". Перед ним лежал на земле человек в чёрном костюме и пальто.

— В регионе не было своей группы захвата, выделенные сотрудники действовали по наитию и перестарались. Однако никто из них не погиб, и они захватили несколько сотен килограмм наркотиков. Убитый опознан — некий Парк Сунг-хун. А теперь обратите внимание.

На экране крупным планом возникла фотография затылка убитого, уже на столе патологоанатома. Под покровом кожи черепа поблёскивал оплавленный чип.

— По словам участников штурма, убитый не отзывался на имя, вёл себя агрессивно и неадекватно, но мгновенно стрелял на звук. И такой же чип был обнаружен в двух захваченных нами преступниках. Оба из которых погибли в камере заключения.

Сергио, наконец, закончил говорить, налил себе воды и выпил стакан в несколько глотков. Со стуком его поставил на постамент и продолжил.

— В общем, у нас проблемы, signori. Кто-то делает на нашей территории марионеток, при этом чуть ли не самыми передовыми технологиями. И они связаны с Ночной Лилией. А наши "друзья" из других округов неохотно будут нам помогать, в связи с указом о делении полицейских сил на независимые округа.

Сергио осмотрел зал.

— Жду ваши вопросы и предложения, signori. Что будет с этим всем делать?

Глава 8

Глава 8

Полицейский Бульдог нёсся по улицам. Инна, как обычно, сидела за рулём в полной броне, и аккуратно, рукой экзоскелета держась за руль, вела машину. Лекс смотрел в окно. Его роботы-жуки закрепились в салоне и тоже смотрели в окна, изредка щёлкая или выдавая понятную только Лексу трель. Выполнять слияние он не стал, и получал информацию пассивно. Рамка целеискателя прыгала между проезжавшими мимо объектами, цеплялась за них, выдавала обрывки данных, карточки личной информации прохожих, модели машин. Через визуализатор шлема он видел, как проносится мимо информационные потоки.

Ничего не происходило. Город был спокоен. Несколько дней прошло с момента собрания, и полиция начала облавы. Восточный округ пытался кооперировать с остальными отделениями города, но кооперация шла вяло и с задержками, заминками, проблемами, и обмен информацией шёл слишком медленно. Облавы продвигались, и в восточном районе удалось накрыть несколько точек и мелких продавцов наркотиков. На одной из облав подстрелили Такеру, и тот теперь отлёживался в больнице с раной на ягодице. Шеф, так же как и Лексу когда-то, запретил выдавать ему гель-регенератор, в назидание. А вот марионетки больше не попадались, и Сергио ругался, подозревая что "кукловод" не сбежал и не прекратил, а затаился и продолжает свою работу.

Инна открыла шлем, и заговорила:

— Лекс. Как работает чип марионетки?

— Мы не знаем. Нет ни одного целого образца.

Голос Лекса бесцветный и спокойный. Манера его общения постепенно становится привычный — Лекс почти никогда не показывает эмоции. И кажется иногда роботом, вроде одного из тех роботов-штурмовиков STORM, что стояли сейчас на складе, в ожидании новых проблем.

— Предположи принцип работы. — предложила Инна.

Лекс обернулся на неё и в падающем в окно бульдога свете сверкнули линзы его шлема. Почему-то вспомнилось, что за всё время Лекс не снял своё оборудование ни разу. Никто не видел его глаза, кроме, наверное, Сергио. В личном деле Лекса должна же быть его фотография, без шлема.

— Есть несколько теоретических подходов. Грубый обрыв связей и перехват моторных функций. Но мы вряд ли имеем с этим дело, такие марионетки не могут хорошо двигаться.

Лекс повернулся назад к окну. Бульдог выехал на южный мост, и один из жуков пиликнул, и завертел головой, но потом успокоился.

— Второй возможный вариант будет работать через высшие мыслительные функции, как внушение, выставляя ложные цели, искажая восприятия мира, внося коррективы в мысли.

— И с каким вариантом столкнулись мы? — поинтересовалась Инна. За окном так же бежал мост, пустой. Лишь одна встречная машина пронеслась мимо — потрёпанное такси, "Гепард".

— Я думаю, это промежуточный вариант. На сканах мозга недостаточно соединений для тонкого контроля, вариант №2. И слишком много для грубого моторного. Но у нас нет образца чипа.

— А что происходит с оригинальной личностью? — задумывается Инна.

— Возможно, она уничтожается. Мозг пластичен. Если отключить один участок, получится другой человек. Так, возможно, действует чип марионетки. Выключая основные воспоминания и личностные компоненты, оставляя простой, легко управляемый разум, но не спускаясь до прямого управления моторными функциями.

Лекс на мгновение всмотрелся вперёд, и снова повернулся к окну.

— Но это лишь гипотеза. Нужен образец чипа, чтобы сказать больше.

Тишина, шуршит мотор Бульдога. Приближается конец моста, дальше будут полупустые улицы прибрежной зоны центрального района.

— Лекс. Ты вообще можешь снять свой шлем? Блок с датчиками. — вдруг спрашивает Инна.

Он снова оборачивается, и снова блестят линзы и датчики камер.

— Могу. Но не делаю этого без острой необходимости.

Что-то неуловимое проскальзывает в голосе, отражение намёка на эмоцию. И Лекс снова смотрит в окно. Тишина.

— Мы остановимся в том кафе. Индус готовил неплохие сладости. — сообщает Инна.

Лекс кивнул и машина поехала дальше. Мост закончился, и Бульдог свернул на бегущую вдоль берега улицу. Опять за окном понеслись обветшавшие дома, а Лекс снова отметил большое количество сломанных дорожных камер. На улицах было пустынно. Редкие прохожие шли по тротуару и такие же редкие машины проносились по улице. Лекс глянул на идущего куда-то китайца, и бросил короткий взгляд на киоск с авто поваром, на котором красовалась надпись "сломан, не работает".

К кафе они вырулили через несколько минут. Инна остановилась, не доезжая до него. У кафе стоял знакомый белый фургон KRAFT, группа людей в белой броне. Среди вооружённых людей стоял мужчина в дорогом деловом костюме, и о чём-то говорил с владельцем кафе.

— Лекс. О чём они говорят? — спросила Инна.

Окно Бульдога само открылась, один из жуков-дронов вылез наружу, взобрался на крышу и уставился на далёкую группу людей, вытянув в их сторону механическую голову. Замер. Будто большое, с кошку размером, насекомое. В наушниках брони Инна услышала.

— ... придётся согласиться. — спокойный, уверенный голос. Похоже это тот самый "деловой костюм".

— ... моё дело! ... я всегда ... на этом месте. — Это уже говорил Индус.

— ... предлагаем щедрую... никого нет. — продолжает костюм.

Индус же размахивает руками, машет головой. "Костюм" видимо пожимает плечами, и идёт назад в фургон. Диалог завершается, и фигуры в белой броне идут вслед за ним. Одна из них, с двойной красной полосой над символом KRAFT останавливается и смотрит в сторону фургона. Пожимает плечами, а потом Лекс получает инфопакет с сообщением.

Лекс развернул видимое лишь ему сообщение и прочёл: "Любопытствуешь, парень? Тут ничего противозаконного. Обычная охрана важной шишки. Тебе не о чём беспокоиться". И знакомый идентификатор отправителя. "Командир спецподразделения, номер сотрудника 14-91-AC-FD". Тот же самый, что попался ему у Нокса.

"Если нет противозаконного, то вам тоже не о чем беспокоиться" — отправил сообщение в ответ Лекс. Фигура пожала плечами, помахала им рукой.

— Он нас заметил? — уточнила Инна.

— Да.

Белый фургон KRAFT проехал мимо, поблёскивая абсолютно непроницаемыми стёклами. Бульдог подъехал к кафе, остановился. Инна вышла наружу. Лекс остался внутри. Индус понуро сидел за одним из столиков.

— Мы снова к вам. ХОРОШИЙ кофе, и два пакета того, же, что и в прошлый раз.

Индус устало посмотрел на бронированную фигуру, что возвышалась над ним.

— Я сожалею, но мы ещё не открылись, мисс оффицер-джи. И не уверен, что откроемся. — он вяло улыбнулся.

Бронированный монстр перед ним задумался.

— Твоя кухня работает, я могу подождать, и думаю, могу набросить тебе чаевых. Как насчёт двухсот кредитов за всё? А ещё, мистер... — тут повисла пауза.

Она внезапно связалась с Лексом. Перед ним возник её портрет и зазвучал её голос: "Лекс, как его зовут? Ты знаешь."

Рамка целеискателя прыгнула на сидящего человека, обвела его и вернула информацию о нём. "Карам Сингх" — беззвучно сообщил Лекс Инне. "Тебе что-нибудь купить?" — спросила его Инна. "Любой сладкий напиток на твой выбор." — ответил Лекс.

— ... мистер Карам Сингх. — прервала, наконец-то, затянувшуюся паузу Инна. — У вас какие-то проблемы? Центральный район, за неимением своей полицейской части, находится под общей юрисдикцией близлежащих частей полиции. Вам угрожают?

Индус задумался, а потом покачал головой.

— Мисс офицер, мне не угрожают. Но скоро мое кафе закроется. Люди уезжают из соседних домов, и скоро тут не останется никого. А тогда не будет и покупателей.

"Лекс, я знаю, ты слушаешь. Подтверди" — снова связалась с Лексом Инна.

Лекс окинул взглядом возвышающиеся вокруг здания. Те тёмными окнами смотрели н переулок, в котором стояло кафе, и почти ни в одном окне не горел свет. Хотя днём свет не очень-то и нужен. Лекс осмотрел здания.

"В большинстве квартир никого нет. Отсутствуют коммуникаторы, камеры, не потребляется или отключено электричество. Во всех этих корпусах находится человек шесть, не считая нас и хозяина кафе" — сообщил он. "Спасибо, Лекс" — Инна вернулась к разговору.

— А что насчёт тех людей, перед нами? — допытывалась Инна.

— Те джентльмены предлагали купить моё Кафе, но предлагали не самую хорошую сумму. Пока что я не решился. — сказал Индус.

— Мистер Карам Сингх. Помните, что вы всегда можете обратиться к нам за помощью. Я Инна Светлова, из Восточного округа полиции.

— Я запомню, мисс офицер. — Индус вздохнул и поднялся. — Вы хотите что-то ещё кроме кофе и выпечки?

— Что есть из сладких напитков?

Они продолжили обсуждать, а Лекс сидел в Бульдоге и смотрел в окно. Мимо окна пролетела муха. Покрутилась вокруг него и села на дверь, у опущенного стекла, стала потирать лапки. Лекс задумчиво прицелился, и дал мухе щелбан. Попал по насекомому, и оно улетело от удара куда-то в лежащий у дороги мусор. Вернулась Инна и протянула ему стаканчик с крышкой и соломинкой. Лекс кивнул, и потянул напиток. Зелёный чай, с лимоном. Инна же забросила два бумажных кулька с печеньями на приборную панель.

— Лекс, ты знаешь, что здание рядом с Ноксом внезапно решили демонтировать?

Лекс потянулся в инфосферу, запросил карту, информацию в городском архиве и с близлежащих к носу камер, и действительно, то здание со странной комнатой, теперь окружали строительные леса. С уличных камер Лекс видел, как вокруг работают строительные роботы, стоят фургоны, суетятся люди, с логотипами BUILDDT. Он попытался отследить заказ. Удалённо связался с работавшим на месте прорабом в очках дополненной реальности. Тот не сразу согласился дать информацию отсутствующему поблизости полицейскому, но в конце концов поделился заказчиком — "Eternal River", книжный издатель... Лекс проверил карту и нашёл множество филиалов Eternal River в городе. Непонятно, зачем ещё один.

— Лекс? — переспросила Инна.

— Я пытался понять, зачем Eternal River ещё один филиал и именно в этом здании. Они выкупили здание и заказали работы в нём.

Инна кивнула и задумалась. За окном бежали пустеющие дома.

— Там что-то есть. — внезапно сказал Лекс, и указал на ничем не отличающееся от остальных здание. Что-то мигнула в его поле зрении электроникой, и немедленно пропало.

— Посмотрим. — сказала Инна, и припарковалась. Ведь шеф сказал искать "всё странное".

Они вышли к заброшенному, закрытому зданию. В этот раз не было Такеру и его отмычек, но Лекс нашёл незапертое окно на втором этаже. Инна подсадила его — с экзоскелетом поднять Лекса ей было несложно. Как заправский вор, Лекс залез в окно и спустился вниз. Ещё один заброшенный офис. Пустые, брошенные столы, остатки бумаг. Кулер с водой, что, наверное, давно протухла. Лекс спустился на первый этаж, затем в подвал, и долго пытался найти место странного сигнала. И нашёл.

Под скрытым ходом на полу, был ещё одна лестница вниз. Чистый коридор за ней, и дверь, из-под которой струился свет. Лекс открыл дверь. В его ушах раздался лёгкий треск, будто треск помех. А внутри оказалась пустая белая комната, копия первой. Пустой верстак без следов работы. Компьютер на нём. И ретранслятор в углу. И, скорее всего, как и в прошлый раз — с девственно чистой памятью. Лекс осмотрелся, и связался с Инной.

***

Серый квадрат школы возвышался над ближайшей улицей, глядя чёрными прямоугольниками на город вокруг. Немногочисленные ученики потихоньку стекались в него, проходили между такими же серыми, высокими колоннами, сквозь двери, с детекторами оружия. Снаружи и внутри иногда попадались охранники — хмурые люди в бронежилетах, касках и серой форме цифрового камуфляжа, с автоматами в руках. Частная охранная группа, одна из многих, что оперировала в городе. Город пытался запихнуть хотя бы часть подростков в учебные заведения. И, насколько возможно, защитить. Потому что городу нужны были люди. Специалисты, рабочая сила, и налогоплательщики, а на фабриках людей производить не получалось. По крайней мере пока. По крайней мере, по официальной версии.

Шарад вздохнул, и поплёлся между высоких бетонных колонн ко входу. Мимо него проходили серой массой ученики, хотя то тут, то там в толпе попадалась пёстрая фигура то одного, то другого бунтаря или модника. С зелёными или пурпурными волосами, светящимися вставками на одежде, или же с цифровыми устройствами. Не очень дорогими, ведь могут и украсть. Шарада хлопнул по плечу проходивший мимо ученик.

— Привет, Умник. Вернулся? Ты говорил, что никогда нас больше не увидишь.

Шарад вздохнул и поднял глаза.

— Привет, Хорь. — сказал он.

Долговязый местный хулиган, по кличке Хорь или Хорёк. Звали его на самом деле Клаус Велкер, а как приклеилась кличка "Хорёк" уже и не вспомнить. Наверное, из-за роста. Высокий, за метр девяносто, худой, и сутулый, он вызывал ассоциации с фонарными столбами и оглоблями. Велкер носил одежду мутновато-грязноватых цветов, на манер спортивной, но с кучей карманов. Говорили, что имел он связи с криминалом и прессовал иногда учеников, но Шарада он не трогал. Велкер ухмыльнулся, глядя на Шарада бледно-голубыми глазами. На голове у него был коротко подстриженный ёжик из светлых волос, а за его спиной маячили два молчаливых прихвостня, имён которых Шарад не знал, как и кличек.

— Говорил, золотую жилу нашёл, богат будешь, и больше школа тебе не понадобиться. — протягивая слова, продолжил Велкер. — а теперь ты тут. Не выгорело оно? Компьютерное твоё дело.

Что Шарад возится с компьютерами, в школе многие знали. Иногда просили помочь с задачками, за деньги. Отсюда и прозвище пошло — "Умник".

— Можно и так сказать. — туманно ответил Шарад.

— А я тебе говорил. Шёл бы к нам. Это не твои компьютерные железки, и не в четырёх стенах сидеть. Работа на воздухе. Неопасная. Просто доставлять пакеты.

Шарад вздохнул.

— Хорь. Я ведь не дурак. Я знаю, что у тебя в пакетах. И знаю риск. Он не мал.

Хорь хищно улыбнулся.

— Кто не рискует, всю жизнь пьёт синтетический кофе, Умник. Я же тоже не глуп. Знаю, чем ты можешь заниматься.

Велкер наклонился вперёд, и заговорщицки зашептал.

— И раз ты тут, то тебя вычислили. Пришли с разговорами из полиции, и всё простили, пока ты с ними сотрудничаешь. И поставили в твой любимый, и, наверное, очень дорогой компьютер, чип. И теперь ты, как раньше, не можешь. И поэтому ты тут, Шарад.

Шарад искренне удивился. Раньше Хорь ему проницательным не казался.

— А хочешь я тебе скажу, сколько у нас зарабатывать выходит? Ты послушай. — продолжал шептать Хорь и озвучил цифру. Шарад вытаращил глаза, а Хорь захохотал. Выпрямился, и махнул на Шарада рукой.

— Ты подумай, Умник, подумай. Нам всегда нужна помощь.

А затем он пошёл дальше. Поднялся по школьным ступеням, улыбнулся стоявшему на них вооружённому охраннику, развязно толкнул дверь и прошёл внутрь. Следом прошмыгнули его два прихвостня. Рамка детектора оружия мигнула зелёным.

Хорь явно распространял наркотики. Знали или догадывались об этом многие, вот только поймать его не получалось. Каждый раз, когда его ловили, он был чист. То ли осторожничал, то ли хорошо прятал, то ли не носил на территорию школы. Или же у него в охране были друзья.

Шарад уже дошёл до лестницы, когда зазвонил его старый коммуникатор — кирпичик в ретро стиле, что напоминал устаревшие теперь смартфоны. Звонил отец. Карам Сингх.

Он принял вызов, и несколько минут провёл на крыльце, слушая рассказ родителя. Вставил несколько фраз. Закончил разговор, словами: "да, я постараюсь". Положил коммуникатор в карман и тяжело выдохнул.

Кафе закрывается. Кто-то пытается выкупить землю. Кто-то из больших шишек. Нужно бы больше денег — того, что шишки предлагали, уж точно не хватит, чтобы открыть другое кафе, в другом районе. В том же восточном например. Отец и не ожидал от него, Шарада, помощи, но всё-таки он его сын. И лучше бы помочь. Вот только близко даже к нужной сумме у него было.

Если бы только он не напоролся тогда на того "оператора". Вот для чего одному из таких как он, понадобился его, Шарада конструкт-воришка? Разве у них нет рыбы покрупнее? Или скучают на работе, управляя четвёрками роботов? Ведь нашёл, распотрошил, не поленился, вычислил его, Шарада, и настучал на него полицейским. Найти бы его и врезать пару раз... хотя кого он обманывает.

Оператор вряд ли даже его запомнил. И подойти и ударить его Шарад точно бы не смог. Он видел несколько записей того, как Операторы защищаются.

Шарад посмотрел в открытую дверь, куда не так давно прошёл Хорь. Затем вздохнул, и поплёлся внутрь. Рамка детектора оружия вспыхнула зелёным.

Глава 9

Глава 9

Один из множества закоулков центрального района. Тёмные окна, что смотрят друг на друга, кучи мусора, остатки пожарной лестницы оторваны от стены и лежат на земле, огороженная лестница, что идёт в подвал одного из зданий. Прислонившись к ограде, стоит человек в мятом, грязном, рваном пальто, и что-то пьёт из стеклянной бутыли, мутное и белесое. Иногда он прячет бутыль за пазуху, и тогда на мгновение видно, что она чуть светится, синеватым цветом. Взъерошенные, наполовину поседевшие волосы, и неухоженная борода выдают в нём бездомного, каких много в Центре.

В переулок тихо въезжает чёрный фургон, останавливается неподалёку. Бездомный вздрагивает, смотрит на него, начинает прятать бутылку, потом передумывает, перехватывает её за горло, и аккуратно заводит за спину, чтобы её не было видно. Теперь это импровизированная дубинка. Из фургона же выбираются двое, и направляются, в его сторону. Один худой и невысокий, а вот второй — большой громила метра два ростом, широкоплечий, мускулистый и с бритой головой. Против такого бутылка может и не помочь.

— Эй, старик, послушай! К тебе дело есть. Подработка. Выпить дадим! — начинает говорить Худой, дружелюбно улыбаясь, но "старик" не верит ему. Он много лет прожил на улице, и эти двое не похожи на редких сердобольных жителей, наивных студентов, что верят в благотворительность, или же усталых работников остатков социальных служб, что в последние дни чаще старались прогнать, а не помочь. От этих двоих недвусмысленно веяло опасностью, а ещё не так давно парочка его старых знакомых куда-то пропала. Исчез без следа старый Брэд и старина Ник. Ник даже не забрал с собой своё "сокровище" — грязную детскую книжку с картинками, что так и нашлась на его лежанке...

Бездомный срывается с места и начинает бежать. Бросает бутылку с пойлом в тощего, целясь в голову и попадает. Разбрызгивая остатки напитка, бутылка попадает тому точно в нос, Тощий отшатывается, зажимает нос рукой и кричит:

— Ты что? Мы только поговорить! — А старик бежит мимо.

Медленно, неторопливо громила разворачивается в его сторону и идёт следом. Тощий, шмыгая носом, из которого теперь льётся струйка крови, бежит вслед за бездомным. Он быстрее, и нагоняет бегущего "старика", хватает его за одежду.

И тут же получает мощный удар в солнечное сплетение. Складывается пополам, а "Старик" избивает его хорошо поставленными, профессиональными ударами кулаков. Удар в лицо разгибает тощего, ещё несколько ударов по голове, и тот шатается, и последний отправляет тощего на землю. Бездомный старик не всегда был бездомным. Когда-то давно, всё было иначе...

— Достаточно. — говорит Громила, что уже подошёл совсем близко. Он возвышается над стариком, и приходит в голову понимание — не победить, и не убежать.

Старик размахивается, и наносит сильный, хорошо поставленный удар в торс, в солнечное сплетение, в живот. Но Громила просто не обращает на удар внимание. Расставляет руки в стороны, растопырив пальцы, и пытается схватить вёрткого бездомного. Тот уворачивается от размашистых движений огромных рук, и пытается бить. В бок, в спину, ударить по коленке. С таким же успехом можно бить памятник. Аккуратным, медленным, но точным движением Громила, наконец, умудряется подловить "старика", толкает его и легко сбивает с ног. Бездомный теряет равновесие, спотыкается, падает на спину в кучу мусора. Громила же хватает его за шиворот, поднимает, и скручивает, хватая за плечи. И держит железной хваткой вырывающегося человека. Громила затем негромко говорит:

— Давай.

Тощий встаёт, шатающейся походкой подходит к Громиле, и из кармана достаёт кусок тряпки. От него исходит медицинский аромат.

— Это вы! Вы двое забрали Старого Брэда... — кричит старик.

Тощий прикладывает тряпку к лицу Бездомного, тот дёргается какое-то время и затихает. Громила кивает. Закидывает бессознательное тело на плечо, вдвоём они идут назад, к фургону. Там аккуратно надевают на добычу кляп, связывают руки и ноги, а затем грузят внутрь фургона. Туда, где лежат ещё три спящих тела. Они закрывают фургон.

Тощий прислоняется к фургону, достаёт из-за пазухи пузырёк с леденцами, и, трясущимися руками пытается открыть его, затем долго трясёт его, пытаясь вытряхнуть леденцы себе в ладонь. Неосторожное движение - и поток леденцов летит мимо руки, падает на землю, в грязь. Тощий же успевает перехватить несколько из них рукой и запихивает себе в рот, затем задумчиво хрустит конфетами. Он дрожит, но постепенно успокаивается. Охота закончена.

— Да... что же это такое, Роб? — сказал Тощий, он же Ларри. — почему он... как будто робот убийца? Почему с каждым из них такая проблема...

— Нам просто не повезло, Ларри. — спокойно ответил Роб. Громила внимательно смотрел на своего напарника, пытаясь оценить его состояние. Ларри вздохнул, и стал вытряхивать ещё леденцы себе в ладонь.

— Это всё как-то неправильно, Роб. Спокойней было хранить добро на складе. А не ловить людей в подворотнях. — теперь в его голосе звучала усталость.

— Боссу не повезло, Ларри. Надо помочь. Мы для этого.

Роб спокоен и безразличен. Ларри же посмотрел на него и глубоко вздохнул.

— Я тут постою, Роб. А ты иди дальше проверяй. Вдруг в подвале ещё есть для наз "груз". И зачем только Босс связался с этими людьми. — Ларри невесело усмехнулся и покачал головой.

— Ему не повезло, Ларри.

— Нам что-то часто не везёт, тебе не кажется?

— Жди тут. Я скоро вернусь. — Роб отправился к ближайшему спуску в подвал, спустился на лестнице, затем раздался треск открываемой двери. Возможно, в двери был замок. Возможно, она была закрыта. Возможно, что она вообще открывалась в другую сторону. Роба это не сильно беспокоило. Он нажал на дверь, открыл её и вошёл в подвал, где и пропал на пару минут.

А потом над улицей разнёсся громкий вопль. Вопль Ларри. Роб, который никого не нашёл в подвале, выскочил на улицу и стал оглядываться по сторонам. Ларри исчез со своего места, а там, где он стоял, лежала его баночка с леденцами. Роб поднял её, протёр, и положил в карман, затем молча, неторопливо, пошёл по улице, выглядывая Ларри.

Долго искать напарника не пришлось. Тот выскочил из-за угла, и побежал к Робу. Одежда его была грязной и испачканной.

— Роб! Поехали к чертям отсюда. Тут какая-то ерунда творится!

Он размахивал руками, и был сильно напуган. Роб внимательно посмотрел на напарника, заглянул ему в глаза, оценил взглядом зрачки. И кивнул.

И вскоре чёрный фургон вырулил из подворотни.

***

Вечер. Одна из улиц центрального района. На обочине припаркован полицейский Бульдог, чуть дальше стоит помятая полицейская машина со спустившим колесом — она врезалась в покосившийся фонарный столб, что теперь мигает. Ещё одна легковая машина неподалёку — лежит на завянувшем газоне, дном вверх. Рядом с ней, на земле человек, с наручниками за спиной. Рядом с ним стоит пожилой, полноватый полицейский, и возле него — Инна, в своей броне, и Лекс. Лекс задумчиво, пальцем, пытается выковырять из новенького бронежилета пулю, засевшую в области живота. Вокруг пули сочится зеленоватая жидкость.

— Спасибо, что помогли. — с облегчением сказал, наконец, полицейский. Лекс посмотрел на него. "Том Джонс, 50 лет. Северо-восточный полицейский округ.", сообщила рамка информации — Я бы один точно не справился.

— Мистер Джонс. — задумчиво сказал Лекс, пытаясь подцепить пулю. Ему никак это не удавалась. Инна смотрела на него, а потом не выдержала.

— Дай. — сказала она, протянула механическую руку к Лексу. Тот отвёл свою руку в сторону. Из металлических пальцев экзоскелета вытянулось что-то похожее на иглу. Двумя иглами Инна вцепилась в пулю, и легко выдернула её из жилета. Отдала её Лексу. Тот кивнул и забрал пулю. Дыра же в жилете стала медленно затягиваться зеленоватой жидкостью, что быстра начала затвердевать.

— Мистер Джонс, — снова продолжил Лекс. — В вашем возрасте положен напарник. Если не ошибаюсь, он у вас должен быть, его зовут "Джим Грин". Где он?

— Он слёг с какой-то болезнью, в самый последний момент, и мне пришлось отправиться одному.

— Ваш отдел редко отправляется в центральный район. Что случилось в этот раз? — поинтересовался Лекс, разглядывая пулю.

— Вот этот болван случился. — полицейский зло кивнул в сторону задержанного водителя. — начал гнать по улице, я за ним. Он через мост. А потом сюда. А потом он встретился с колдобиной на дороге. А я со столбом.

— Вам нужна наша запись событий? — спросил Лекс.

— Не отказался бы, но связь весь день барахлит, и мой планшет в ремонте.

Лекс задумался. Протянул руку к рюкзаку, и оттуда выскочил небольшой продолговатый объект. Кристальный носитель, небольшой ёмкости, габаритами очень похожий на существовавшие когда-то флешки. Лекс прикоснулся к своему шлему, рядом с виском, на нём открылся слот. Он вставил туда пластинку, и забросил туда запись событий с их точки зрения. Вот навстречу летит машина, переворачивается. Вот полицейское авто врезается в столб. Из перевёрнутой машины выбирается человек, кидается на полицейское авто, пытается выдернуть водителя. Лекс и Инна тормозят Бульдог, выходят наружу, бросается помочь, и внезапно откуда-то возникает пистолет, и Лекс не успевает среагировать на пулю...

Лекс достал пластинку и отдал полицейскому.

— Ваши техники знают, что с этим делать. Если можете, потом верните её. Восточный округ, Александр Ворген.

— Конечно! Отправлю вам курьером. Благодарю. — закивал Том.

— Лекс. Проверь у него чип. — сказала Инна.

Лекс подошёл к лежащему на земле человеку и осмотрел его. Тот что-то бормотал и улыбался. Видимых рубцов на голове, лице, висках у него нет. Лекс провёл над головой ладонью руки. Нет и чужеродных токов под кожей головы. Лекс аккуратно приподнял счастливо улыбающегося задержанного и посмотрел в его глаза. Широко расширенные зрачки. Отпустил его.

— Чипа нет. Но он под воздействием наркотических веществ. — сообщил Лекс.

— Сами выберетесь отсюда? — спросила Тома Инна.

— За мной приедет эвакуатор и ним другая группа. Они заберут и меня и подозреваемого.

Инна кивнула.

— Пошли, Лекс. — сказала она и отправилась в машину. Лекс забрался в своё кресло, пристегнулся. Инна через большую дверь на водительской стороне также протиснулась внутрь, железные ноги её экзоскелета со щелчком пристегнулись к полу.

Лекс прислонился к открытому окну Бульдога, глядя в окно. Снова внутри жука сидели его роботы-жуки и смотрели наружу. А на раме двери снова сидела муха. Он прицелился, и щелбаном отправил насекомое в полёт.

— Лекс. Почему ты не смог среагировать на пулю? — спросила Инна.

— Выясняю. — ответил тот, и запустил самодиагностику оборудования. Перед глазами у него побежали ряды чисел, текста и сообщений. Но ничего странного или подозрительного он не обнаружил. Затем он запустил диагностику снова, и снова. Он начал диагностику вручную, но снова не получил ничего.

— Едем назад в часть. Наш патруль окончен, а Сергио получит свой доклад раньше срока.

Лекс кивнул, и Бульдог отправился назад к части, выруливая на северный мост. Небо быстро темнело и на улицах загорались автоматические фонари. Некоторые из них подмаргивали. За северным мостом, на одном из зданий пониже возвышался огромный цифровой рекламный щит, что обычно показывал рекламу. Сейчас он показывал застывшую белиберду — обрывки и куски картинок, вперемешку с текстом. Похоже, что он сломался.

Инна вырулила ко входу полицейского управления, к такому же подмаргивающему фонарю. Лекс вышел наружу и она сказала:

— Жди тут. Мне нужно хоть иногда появляться в офисе.

Бульдог покатился в гараж. Инна вскоре вернулась назад, без брони. Такая же высокая, нескладная, с чёрными волосами.

— Пошли. — сказала она, и они направились в здание, поднялись на лифте в свой этаж, и вошли в кабинет. Сергио был, как всегда, на своём месте, и возился с планшетом. Лекс попытался бросить в его сторону инфопакет с рапортом, но соединение не прошло. Лекс чуть наклонил голову.

— Здравствуй, giovane. У нас связь барахлит. Как и мой планшет. Посмотри, может что можешь сделать? — Сергио протянул Лексу свой полицейский планшет. На экране устройства изображалась мешанина из цветовых пятен и квадратов, будто экран был разбит. Иногда картинка мигала и менялась. Устройство не отзывалось на попытки подключиться к нему.

— Я попробую. Это недолго. — также бесцветно, как и всегда, ответил Лекс.

— Отлично. Сядь за любой стол. Если не сможешь, завтра вернутся техники и починят. А теперь, Инна, рапорт за сегодняшний день...

— Мы нашли ещё одну "пустую комнату"... — Инна начала спокойно перечислять случившиеся за сегодня события. Комната стала третьей по счёту. Снова заброшенное здание, снова пустое помещение, такое же как и все остальные, и снова ничего.

Лекс скинул рюкзак на пол, и достал из нижнего отдела небольшую коробочку. Внутри поблескивали отвёртки, а также несколько наборов кабелей. Он положил устройство Сергио на стол, экраном вниз, и привычным движением открыл отсек для технического доступа. Взял один из шлейфов в наборе, подключил его к устройству, а вторым концом воткнул в открывшийся паз в своём шлеме. Начал диагностику. Перед глазами у него возникло изображение устройства, схема, детали.

Полицейский планшет, рекомендуется офицерам. Двенадцатая модель, ревизия "C". Большую часть устройства занимает батарея, рядом с ней большой, энергосберегающий микрочип на углеродной основе — SoC, система на кристалле, сердце планшета. Микроконтроллер экрана, микроконтроллер питания, микроконтроллер связи, свёрнутая антенна, чип технического доступа, планки перепрограммируемой постоянной памяти и хранилища. И больше ничего.

На попытку связи по шлейфу устройство ответило белибердой. Через технический доступ, Лекс подключился к шине устройства, проверил хранилище и память. Хранилище было в порядке, а вот постоянную память кто-то стёр и перезаписал бессмысленным набором значений. Лекс несколько секунд пытался найти в них логику, и не обнаружил её. Непонятно, как это вообще произошло. Но лечение очень простое. С серверов полиции, Лекс утянул последнюю, стабильную, версию прошивки, проверил её, и залил в память устройства, затирая непонятно как оказавшуюся в памяти бессмыслицу. Устройство чуть разогрелась в его руках, но не до обжигающих значений. Лекс вновь связался с ним через техническую шину, получил осмысленный и ожидаемый ответ, перезапустил планшет, и закрыл технический отсек. Он перевернул планшет, и на нём вскоре возникла надпись: "Восточный округ. Только для внутреннего использования".

Лекс собрал свой набор инструментов и шлейфов, вернул их на место, в рюкзак. Инна как раз заканчивала рапорт, когда Лекс подошёл к столу, и отдал планшет Сергио.

— Уже всё? А данные? Данные потеряны? — уточнил Сергио, глядя как устройство запускается.

— Все данные на месте. Рекомендую разобраться как это произошло, с помощью техников. — бесцветно ответил Лекс.

— Понимаешь, giovane. Он это сделал сам. Экран просто покрылся ерундой и он перестал работать.

Лекс кивнул. В голове его возникло несколько версий, которые было бы неплохо проверить. Сергио довольно кивнул, и положил планшет в сторону.

— Оба свободны. День кончился, увидимся завтра.

Лекс по-военному отдал честь, на что Сергио поморщился, Инна же просто кивнула. Они попрощались и пошли вниз, к выходу. Инна по дороге вынула коммуникатор, и набрала на нём номер.

— Да. Как обычно. Жду. — сказала она в трубку, и завершила связь. Лекс с лёгким любопытством посмотрел на визуализацию соединения, но не стал в него вклиниться, смотреть, куда оно идёт.

Молча, вдвоём, они дошли до входа. Там стояло потрёпанное такси, на борту которого красовалась надпись: "Гепард". Неподалёку возвышался информационный киоск, и показывал какую-то рекламу. Вдали можно было разглядеть всё ещё не отремонтированный рекламный щит.

Инна подошла к автоматическому такси, и машина сама открыла ей дверь. Изнутри доносилась какая-то весёлая музыка.

— До завтра, Лекс. — сказала Инна и села в машину. Дверь закрылась, защёлкнулась на замок, и машина тронулась. Из уезжающей машины донеслось приглушённое: "la cucaracha!".

Лекс остановился. Оглянулся назад. Стоявший неподалёку информационный киоск моргнул. Один раз, второй. А потом начал играть весёлую музыку. "La cucaracha" зазвучало из него. Стоявший неподалёку фонарь начал мигать. Он мигал музыке в такт. К нему присоединился второй, третий. Вот начала мигать в такт музыке вся улица.

Проходивший мимо прохожий остановился, глядя на информационный киоск, и в его кармане зазвучал звонок коммуникатора. Он звонил мелодией "La cucaracha". А затем зазвонил ещё один коммуникатор, второй, третий. На здании полиции зашипел громкоговоритель и из него полилась та же музыка.

Далёкий цифровой щит ожил. На экране его теперь в такт музыке танцевал мультипликационный таракан. И всё новые и новые устройства присоединялись к гигантскому оркестру.

Город пел, "La Cucaracha!". И в такт музыке мигали фары уезжающей вдаль машины, в которой сидела Инна.

Глава 10

Город поёт весёлую мексиканскую песенку про таракана. В такт ей мигают фары уезжающей вдаль машины, в которой сидит пока что ничего не подозревающая Инна. Лекс тянется разумом к удаляющемуся беспилотному такси, пытается подключиться, связаться с бортовым компьютером. Беспилотное авто отвечает аудиосигналом. В ушах Лекса раздаётся "La Cucaracha".

Он тянется в инфосферу, вокруг него кружат информационные потоки, бесконечными, меняющимися линиями связи. Они поют, пишут, передают видео, с танцующим тараканом.

"La Cucaracha".

Он тянется к полицейскому ретранслятору, что так же бесстрастно распространяет свой сигнал-эхо по городу, но тот отвечает ему "La Cucaracha". Видимая только Лексу волна света моргает в такт музыке, а над ретранслятором изображён танцующий таракан.

Лекс звонит шефу. Соединение проходит, но вместо шефа на связи появляется танцующий таракан, что поёт "La Cucaracha".

На лбу Лекса проступает пот. Нет Связи с шефом. Информационная сеть в хаосе. Он уверен, что сейчас в общежитии его робот уборщик танцует в пустой комнате и насвистывает динамиком мелодию "Cucaracha".

Есть ближняя связь. Нужна машина. Бульдог. Бульдог стоит неподалёку, гараж автоматический. Лекс бежит к гаражу, подбегает к двери. Дверной контроллер поёт и играет музыку. Лекс грубо вламывается в него ближней связью, получает в доступ и форсировано отправляет в перезагрузку, затем заставляет открыть дверь. Дверь уползает вверх, перед ним предстаёт огромный зал гаража-ангара, где рядами стоят полицейские машины. Сейчас они все моргают фарами, в такт музыке, и пытаются гудками повторить мелодию. Бульдог стоит отдельно, в самом конце зала после рядов машин, и мигает фарами так же, как они.

Лекс бежит между рядов, подавая сигнал экстренной перезагрузки и проверки памяти одному авто за другим. Фары машин гаснут, и вот уже скоро перед ним будет Бульдог. Дорогу преграждают четыре штурмовых робота. Четыре боевые Шасси STORM, ревизия 23А, танцуют в зале с автомобилям кукарачу и мигают индикаторами связи в такт музыке. Один из них в такт музыке вскидывает орудие и Лекс бросается на землю. "КукаРРРРРРРРРРРРАча" заявляет боевой робот, выпуская очередь в такт музыке. Тяжёлые пули пятидесятого калибра проносятся у Лекса над головой, он ползёт вперёд. Это не дверной контроллер, а боевой робот. Необходим взлом.

"КукаРРРРача", поёт робот хриплым железным голосом через динамик, и пускает очередь, простреливая стёкла нескольких машин. Лекс ползёт вперёд, доползает до робота, и начинает ломать его через ближнюю связь. "La Cucaracha", заявляет робот, наводя на Лекса тяжёлое оружие. В последний момент его индикатор сменяет цвет на зелёный. И он поднимает оружие, заявив "Оператор".

Лекс отправляет его в бой. Штурмовой робот отправляется вперёд, сбивает другого робота с ног. Тот пытается танцевать лёжа, но вдруг оживает, переворачивается, встаёт на четвереньки и открывает пальбу. "Кукарача!" заявляет свихнувшаяся машина, когда Лекс снова бросается на землю.

Нельзя включать слияние. Последствия сделают его бесполезными. Он успевает взломать второго робота, и две боевые машины дерутся в рукопашную с оставшимися двумя. Проходит ещё несколько мгновений драгоценного времени, и машины повержены. Лекс выключает две из них, одну отправляет пешком на крышу — перезагружать ретранслятор, вторая садится на водительское место, Лекс запрыгивает в Бульдога, подключается к примитивному бортовому компьютеру, который немедленно заявляет "Кукарача!". Лекс отправляет его в перезагрузку, снова теряя драгоценные секунды.

"Вперёд" — отправляет он мысленный запрос роботу штурмовику из своего кресла.

— Приказ получен. — басит робот, и Бульдог срывается с места, проносится со скрежетом между рядов машин, выруливает на улицу. Лекс видит, как из здания выскакивает кто-то из сотрудников полиции, и как штурмовой робот спокойно проходит через дверь внутрь здания.

Бульдог набирает скорость и мчится по улице туда, куда уехала машина с Инной. Вокруг хаос. Новостной дрон, который каким-то образом тут оказался, "танцует" в воздухе, радостно транслируя мелодию песенки. Светофоры на перекрёстках моргают всеми тремя цветами одновременно, в так музыке. Вспыхивают и гаснут в том же ритме окна домов. На улице тормозят машины, останавливаются, начинают мигать фарами, и вместо сигнала из-под капота у многих доносится "La Cucaracha".

В небе снижается аэротакси МедКорп. Из неё несётся та же весёлая музыка, но такси, похоже, теряет управление, и пилот пытается управлять свихнувшийся машиной. В последний момент он выравнивает машину, и та садится на шоссе, на брюхо, раздирая серебристую обшивку. Аэротакси скользит по тротуару, разбрасывая снопы искр, и от него разбегаются прохожие, вот оно утыкается посадочным винтом в стену, и тот разлетается на куски. Его лопасти летят во все стороны, одна из них попадает в стоящую напротив коробку какого-то банка, пробивает застеклённый на много этажей вверх фасад, и на землю начинает падать куски стекла.

"La Cucaracha", поёт город, а Лекс несётся вперёд, вслед за сбежавшим такси. На дорогу выходят строительные роботы BUILDDT, они держатся манипуляторами друг за друга, и танцуют. Вокруг них бегают люди, ищут способ остановить. Вот кто-то подходит слишком близко, и робот, неудачно развернувшись, отправляет человека в полёт. Бульдог уворачивается от роботов, и несётся вперёд. Лекс помогает штурмовому роботу вести редкими командами.

На дорогах хаос, машины, которые до этого стояли на месте и моргали фарами, начинают хаотично двигаться, сворачивать, некоторые сталкиваются. Раздаются вопли, прохожие пытаются убежать подальше от дороги, а Бульдог уворачивается от машин, преследует такси.

Наконец, над городом начинает выть сирена. Система глобального оповещения, что не запускалась ни разу за долгие годы, возвращается к жизни, хрипит и говорит:

— Внимание. Говорит Городской Контроллер. Технический Сбой в ... — а затем из громкоговорителей льётся музыка. "La Cucaracha".

Впереди показывается машина Инны. Она движется на недопустимой скорости, из неё доносится музыка, и авто пытается вилять ей в такт, пару раз раскручиваясь, поворачивая вокруг оси. Лекс видит, как внутри Инна, на водительском сиденье дёргает руль, жмёт что-то на панели управления. Но ничего не происходит. Авто движется дальше, чудом ни во что не врезаясь.

Бульдог догоняет автоматическое такси, которое поёт "La Cucaracha". Приравнивается к борту. И тут Лексу приходится меняться со штурмовиком местами. Лекс отходит назад в салон, Штурмовик протискивается мимо него в пассажирское место, а Лекс садится за руль. Компьютер Бульдога не может управлять рулём, и приходится рулить вручную.

Штурмовой робот открывает дверь, она сдвигается в сторону. Лекс вплотную подъезжает к авто "Гепард". Инна смотрит сквозь окно на робота, замечает Лекса. Кивает, и отодвигается в сторону. Штурмовой робот прицеливается, и бьёт в дверь Гепарда, и со второй попытки пробивает толстое, укреплённое стекло. Затем, держась за крышу, на ходу выковыривает обломки стекла из двери. Инна высовывается из двери, хватается за робота, а Такси опасно виляет. Быстрым движением робот вынимает её через окно, и отпускает Гепард. Тот катится в сторону, наезжает на кочку и летит кубарем. "La Cucaracha!" доносится из улетающей машины.

— Лекс, что происходит? — спрашивает Инна, оказавшись в салоне. Робот теснится позади. Брони Инны нет в кузове — осталась в части.

— Атака через инфополе. Возвращаемся назад.

Инна кивает. Лекс со скрежетом разворачивает Бульдог и мчится назад, уворачиваясь от машин. Инна молча смотрит на него и на робота. И внезапно робот-штурмовик просто выключается.

— Команда на отключение? — он смотрит назад. Перед лицом вьётся откуда-то взявшаяся назойливая муха. Он отмахивается от неё.

— Куда мы едем? — уточняет Инна.

— В часть.

Он выруливает к части и уже подъезжает к ней. Внезапно с ним связывается шеф.

— Александр Ворген. У нас ЧП. Наёмники KRAFT сбесились и нападают на полицейских. В данный момент приближаются к зданию. Задача: сдержать до полной активизации подразделения.

— Но у меня нет оборудования?

— Действуйте, Ворген. Мы в вас верим. Оказать посильное сопротивление. Мы скоро будем у вас. Кто-то отключил лифт и перекрыл лестницы. Мы заперты внутри.

— Так точно. — отвечает Лекс.

— Что случилось? — спрашивает Инна.

— Шеф. Сказал, сдерживать наёмников KRAFT у входа в отделение.

Инна хмурится и достаёт из кармана коммуникатор. Тот немедленно звонит, и играет мелодию: "La Cucaracha". Инна удивлённо поднимает брови. Лекс отправляет устройству команду на самодиагностику.

— Вирус. — поясняет он. — коммуникатор скоро самовосстановится.

На входе в полицейское здание спешно сооружённые баррикады. Вход в гараж заблокирован откуда-то подогнанным грузовиком. Внутрь не попасть. Перед лицом снова вьётся откуда-то взявшаяся назойливая муха.

Бульдог со скрежетом останавливается у полицейского здания. Лекс выскакивает наружу, осматривается. Нужно укрытие. Огневая позиция. Наскоро сделанные баррикады не подходят. Вот одна из каменных тумб, она может подойти.

— Лекс, что ты делаешь? — спрашивает Инна.

— Приказ шефа. Удержать позицию, задержать группу KRAFT.

Инна задумчиво кивает.

— Оставайся в машине. — бросает Лекс. — твоё оружие в части.

Вдали воют сирены. Подъезжает фургон KRAFT. Белый, знакомый ему. Из него выходят люди, и укрываются за ним. Один из бойцов высовывается. Лекс получает инфопакет. "Приказ на уничтожение. Ничего личного, Ворген". Группа движется в его сторону, пригнувшись.

Приказ - сдержать. Раненые лучше убитых. Они задерживают остальных.

Лекс с позиции прицельно стреляет по ногам, со снайперской точностью. Несколько человек спотыкаются и падают. Доносится трудноразличимая ругань. Один из людей в белом взмахивает рукой, бросает гранату. Улицу заволакивает дым. Лекс сменяет диапазон зрения. Тепловые пятна в дыму подсвечиваются дополненной реальностью, и Лекс стреляет по ним, целясь в ноги. Люди падают один за другим. Но их слишком много, и издали слышится рёв моторов — к месту подъезжают другие машины, и ещё больше людей в белой композитной броне выходят из них, занимают позицию, стреляют в его сторону. Он ныряет за прикрытия, и тут же противники начинают передвигаться к нему, поливая его огнём и пулями.

Вверху раздаётся стрёкот, и что-то парит над улицей, разгоняя дым шашек. Большой грузовой вертолёт KRAFT открывает борт, и из него на землю спрыгивает на землю огромный боевой робот, не менее четырёх метров высотой. Расправляет огромные орудия, и заявляет, басом, механическим голосом:

— Тебе конец, Ворген.

Подлетает второй вертолёт и сбрасывает ещё одно механическое чудовища. А вдали приближается легион бойцов KRAFT. Двери полиции распахиваются, из них высыпают вооружённые люди, среди которых Сергио и Стенли.

— Покажем им, Ворген! — кричит Шеф в неизвестно откуда взявшийся мегафон, а огромные роботы стреляют по фасаду управления ракетой. Сыпятся выбитые окна. Стэнли достаёт переносную ракетницу и со свистом в робота уходит ракета. Пробивает тело машины и взрывается внутри. Робот падает, а Стэнли лезет за следующим снарядом. Вверху же, в воздухе крутится вертолёт со снайпером. Но нет времени задумываться.

К нему приближается группа KRAFT, во главе которой знакомый командир. Он машет ему рукой, потом вступает в рукопашную. На заднем плане стреляет Стэнли и падает второй мех. "Слияние" — сообщает Лексу шлем, и тот ввязывается в ближний бой с командиром "14-91-AC-FD", уворачиваясь от мощных ударов руками. В ушах стоит свист. Он пытается ударить в ответ, но рука в перчатке впечатывается пластик брони и не приносит особый вред. Свист превращается в рёв, и Лекс меняет тактику. Он снова использует пистолет. Прицеливается в ножное сочленение, стреляет. Командир спотыкается. Лекс же наводит, и стреляет ему в лоб, в упор, тот падает. Он прекращает слияние, и продолжает стрелять. Из носа его капает кровь.

"...нись..." — раздаётся шёпот.

Он оглядывается, но навстречу идут другие бойцы Kraft, и он продолжает стрелять, перезаряжать оружие, стрелять.

"Лекс, очнись!" — вдруг раздаётся громкий голос Инны.

Она стоит рядом. И вдруг покрывается бронёй, превращаясь в бойца Kraft. И бросается на него в рукопашную. Снова запускается слияние, снова время замедляется, и снова он уворачивается от ударов.

Что происходит?

Он смотрит на крыльцо полицейского здания, за баррикадами нет Sergio, а стоят бойцы KRAFT. Они перелезают через заграждение, и идут в его сторону, с оружием в руках. Один из них, что когда-то был Стэнли, стреляет в его сторону из какого-то странного ружья. Рамка целеискателя бросается в сторону оружия, но лишь выдаёт вопросительные знаки.

Что происходит? Разум его цепляется за события и находит нестыковки. Он пытается связаться с шефом, и соединяется. Шеф же говорит ему:

— La Cucaracha. — А затем на его голове вырастают тараканьи усы, и он начинает танцевать в так музыке. Музыке, которая всё это время играла в ушах Лекса.

Лекс поворачивается к превратившейся в бойца KRAFT Инне, и получает мощный удар в челюсть. Время ненадолго замедляется, но вдруг возобновляет свой бег. Ресурс слияния закончился. Он падает на землю, и видят, как по дорожному покрытию бегут миллионы тараканов. Они встают и начинают танцевать. Изображение идёт рябью, доносятся слова. Что-то хватает его и прижимает к земле.

— "... держите..."

— "...гад, он мне колено..."

— "... лекарства?..."

— "Это здесь, так? Лекс? Лекс очнись!"

Последний голос — голос Инны. Он чувствует, как множество рук прижимают его к земле. Перед собой он видит огромных тараканов. Кто-то ощупывает его голову, находит точку на шлеме и нажимает её, раздаётся щелчок.

Щелчок.

Его мир гаснет. Мир, в котором он видел радиоволны. Мир, в котором он видел потоки информации. Мир, в котором он видел любое электронное устройство. Мир, в котором он мог увидеть спутники в небе, связаться с ними. Мир, где он видел в любом диапазоне, в котором хотел. Мир, где он видел тепло, если хотел. Мир, где он видел в темноте, если хотел. Мир, в котором он мог знать имя любого прохожего. Мир в котором он мог воспарить над городом, став одним целым со своими роботами...

Его привычный Мир погас.

— Гадство. Осторожно, не сломайте ему порты. — далёкий глухой голос что-то объясняет. Кто это?

— Где у него порты? — Это Инна.

— У него лицевые порты и контактные площадки под глазами и на висках. Свернёте - и это починит только хирург. Аккуратно тяните на себя. Сначала снимите внешнюю оболочку шлема — Это... Стэнли?

— Он затих. — Это Такеру.

— Лекс, лежи не дёргайся. Не двигайся. — это Инна.

Но почему?

— Тебя взломали, Лекс. — сказала Инна.

Он замер. А руки других людей, потянули, и сняли оболочку шлема. Ощупали его голову. "Ничего себе", сказал голос Такеру, увидев оплётку. Тонкие пальцы нашли подключение оплётки к шлему и отсоединили её. А затем потянули шлем на себя, приподняли его.

И с лёгким щелчком шлем отсоединился от его лица.

На группу смотрели серые глаза. Под глазами и на висках виднелись серебристые полоски металла. Те самые "контактные площадки".

— Вот как ты выглядишь, Лекс. — вздохнула Инна.

Не было ни боевых роботов, ни закрывшего вход в гараж-ангар грузовика, ни легионов бойцов KRAFT. Хотя неподалёку стоял один-единственный фургон KRAFT. И рядом с ним, держась за колено, сидел на земле, тот самый командир "14-91-AC-FD". Командир выругался:

— Ты мне ногу прострелил, электронная твоя башка. Сочленение нашёл, единственную дыру выцелил, снайпер чёртов. И чуть мозги мне не вышиб. Хорошо, что у тебя калибр девять миллиметров. Пуля застряла в шлеме.

Лекс оглядывался по сторонам. Мир был блеклым, бесцветным. В нём не было больше песни радиоволн и инфополя, шума инфосферы.

— Когда... когда меня взломали. — охрипшим голосом спросил он.

— Мы не знаем. Специалисты твоего отдела будут разбираться. Но, похоже, после того, как ты меня выдернул из такси. Оно действительно свихнулось.

— Кто... — начал говорить Лекс, и осёкся.

Не было привычного шума сети. Привычной песни радиоволн. Рамки целеискателя. Он не мог посмотреть, какие приборы находятся рядом. Не видел электронику.

Зрачки его серых глаз расширились, и дыхание участилось.

Он чувствовал себя слепым, глухим, как будто бы у него отобрали все цвета и звуки мира. Он хотел подключиться хоть к чему-нибудь, услышать, хоть что-нибудь, снова увидеть тот спутник в далёком небе, поймать инфопакет в полёте и распотрошить...

На лбу выступил пот. Лекс побледнел, стал быстро дышать, повалился на землю и начал дёргаться.

— Merde. Такеру! Тот препарат, быстро! Быстро, быстро! У него приступ!

Лекс бился в панике на земле, и широко открытыми глазами смотрел на небо, в котором не было привычного света и так необходимого ему шума.

Полицейские прижали его к земле, и Такеру привычным движением всадил ему инжектор в шею. Лекс затих. Глаза его закрылись и он заснул.

Глава 11

Спящего Лекса доставили в госпиталь. Сначала хотели отправить в полицейский лазарет, но Сергио, посмотрев на серебристые контактные площадки на лице, отмёл эту идею, и отправил его в клинику, которая умела обслуживать "аугментов" — небольшое пока что количество людей, с интерфейсом вроде того, что был установлен Лексу. Находилась клиника в том же Восточном районе, что и часть, и её серое здание никак не выделялось на фоне остальных. Не было ни яркой рекламы, ни огромных вывесок — только серая вывеска "специализированная клиника", которую легко можно было и не заметить. Сами собой возникали вопросы о том, как клиника зарабатывает деньги и остаётся на плаву.

Лекса поместили в просторную палату третьего этажа. В ней стояла одна-единственная кровать, хотя места здесь хватило бы коек на шесть или восемь, и кнопки вызова медсестры на стенах показывали, что когда-то кроватей было больше. У стены приткнулась переносная ширма, стояло несколько стульев, небольшой столик. Вход в палату закрывала укреплённая дверь из полимерно-металлического композита, с биометрическим замком.

Высокий, поджарый и очень хмурый доктор попытался осмотреть Лекса, но махнул рукой. "Проснётся — позовёте на осмотр. Мне нужен бодрствующий мозг". Молодая медсестра аккуратно и осторожно сняла с головы Лекса остатки оплётки шлема, пластиковые перчатки, отсоединила бегущие от перчаток под одеждой провода. Ей часто приходилось останавливаться, доставать планшет, и сверятся с какой-то огромной инструкцией, на каждой страницы которой стояла отметка "Строго для внутреннего использования. Распространение запрещено". Девушка вздыхала, что-то бормотала про "нестандартное оборудование", но в конце концов аккуратно сложила всё в коробочку и унесла. Вернулась с помощницей, и вдвоём они раздели спящего Лекса до трусов и натянули на него больничный халат, с трудом ворочая его. Надели на запястье ему биометрический браслет, закрепили ещё один датчик на грудь. Электроника считывала его пульс, кардиограмму и ритм дыхания. Затем медсёстры приоткрыли окно, чтобы в палату шёл "свежий воздух", и ушли шушукаясь. Одна из них, помоложе, оглянулась на спящего пациента.

Лекс проснулся около полуночи. Вместо привычного включения сознания, он как будто выползал из тёмной пещеры, с трудом возвращаясь в реальность. Мысли тяжело ворочались в сонной голове, и сон не уходил полностью, остатки его всё ещё крутились в сознании. Во сне он дрался с армией механических тараканов. Лекс запросил время и переключился на ночное зрение. Попытался, отправив запрос оборудованию. Но ничего не произошло. Он осмотрелся по сторонам. Он лежал в тёмной палате, на руке надет браслет. Рамкой целеискателя он потянулся к браслету...

Шлем не отзывается. Рамки целеискателя нет. Не работает ночное зрение. Он не видит потоки информации, электроника не светится перед его взглядом, и он не видит, как беспроводное устройство отправляет инфопакеты куда-то на сервер. Устройство работоспособно, он видит как чуть заметно светится на нём и подмаргивает зелёный светодиод. В щель под дверью сочится свет, за окном шумит и светится город. Значит, есть электричество. Значит, устройство работоспособно. Значит, проблема с ним.

Он потянулся руками к модулю зрения шлема и не обнаружил его. С удивлением прикоснулся пальцами к лицу, дотронулся до контактной площадки. Шлема не было.

Дыхание участилось. Он грузно наклонился вперёд, сел на краю койки, схватился за голову, и стал лихорадочно вспоминать. Что-то не так было с его шлемом, который чуть ли не круглосуточно работал его глазами и ушами. Похоже, он в госпитале. Похоже, что шлем с него сняли, наверное отправили на диагностику. Обычно в такой ситуации ему выдают замену... на одобрение которой может уйти до трёх дней. Трёх дней жизни почти слепым, почти глухим и беспомощным.

Он отправил запрос на полицейский сервер. Потянулся разумом к ближайшему узлу инфополя. Снова попытался включить ночное зрение — простые действия, которые он выполнял тысячи раз до этого. Ничего не происходило, несуществующее оборудование не отзывалось, а он сидел на краю, и смотрел на блеклый, серый мир с приглушенным звуком, такой отличный от того мира, к которому он привык. У него снова начинается паника, датчик на его груди пищит, и, наверное, отправляет куда-то сообщение. Он пытается схватить его, перехватить, посмотреть, куда оно идёт, как устройство запаковало данные... Но нет шлема. Нет шлема, нет шлема, нет шлема...

Дыхание его всё учащалось и всё быстрее разгонялся пульс. Но внезапно, со стороны окна раздался скрип. Лекс дёрнулся и посмотрел в сторону звука.

Окно больничной палаты бесшумно открылось. Снаружи кто-то тихо и аккуратно распахнул больничное окно полностью, отодвинул в сторону штору, и стал пролезать внутрь больничной палаты. В окно третьего этажа лез серый силуэт — тощая, бесполая фигура. Серый, худой гуманоид, пропорциями очень напоминающий тощего, лысого человека, аккуратно перебрасывал ноги через подоконник. На безволосой голове существа отсутствовали черты лица. Только ровная, гладкая поверхность там, где должны быть глаза, нос и рот. Фигура поставила ноги на пол и медленно, бесшумно пошла к Лексу.

Кто это? Что это? Лекс всё пытался справиться с приступом паники, и рассеяно смотрел на серую фигуру. Он пытался вызвать рамку целеискателя, ускорить восприятие, начать слияние с оборудованием. Внезапно Лекс оскалился. Увидев это, серая фигура остановилась. На её гладком лице возникла щель, превратилась в прорезь, и стала ртом — огромной, нечеловеческой, зубастой пастью, что скалилась на Лекса рядами острых зубов. Создание улыбалось.

Лекс встал на ноги, пошатнувшись. Паническая атака переходила в раздражение, а затем в ярость. Мозг, не в силах устранить источник страха, переключился на нетипичную реакцию, и из "дерись или беги" выбрал "дерись", выбросил в тело гормоны. Серый гуманоид превратился в источник раздражения, затем во врага. Тело вспоминало состояние во время "слияния", то, когда Лекс двигался быстрее, и становился сильнее. Лекс чуть пригнулся, и зарычал:

— Убью. — фигура перестаёт скалиться, и зубастая пасть принимает как будто бы чуть удивлённое выражение.

Лекс бросается на противника, и пытается ударить его апперкотом снизу, в челюсть. Гуманоид ловко уворачивается от первого удара, но пропускает второй. Левой рукой Лекс бьёт его точно в солнечное сплетение, вернее, туда, где оно должно быть. Рука впечатывается в тощего противника. Ощущения такие, как будто он бьёт кусок резины. Солнечного сплетения, похоже, у твари нет, гуманоид чуть пошатывается, отпрыгивает в сторону. И принимает стойку. Такую же, которую используют Лекс.

Лекс не использует боевое искусство. Это не карате, не джиу-джитсу, не тхеквондо. Грубые, эффективные приёмы уличной драки. Лекс пинает гуманоида в пах, и попадает. Гуманоид чуть подпрыгивает, но и в паху у него нет нервных узлов. Он не сгибается пополам, а нога как будто снова бьёт по куску резины. Гуманоид копирует прошлый приём Лекса, и проводит полностью идентичную последовательность движений — удар снизу в челюсть, затем в солнечное сплетение. Лекс блокирует оба удара, и бьёт гуманоида кулаками. Удары его больше похожи на бокс. А гуманоид защищается, точно повторя блок, который только что сделал Лекс. Продолжается обмен ударами, и приходит понимание, что гуманоид копирует приёмы Лекса и быстро учится. Становится сложнее обходить его защиту, и сложнее защищаться от атак. Оскал пасти снова превращается в улыбку, и гуманоид начинает напирать. Его тело больше не кажется таким тощим, как раньше, руки и ноги утолщаются, и он, постепенно, становится телосложением похож на Лекса.

Так не пойдёт. Лекс проводит подножку, которую в первый раз использует в бою, и его противник теряет равновесие. Лекс пользуется ситуацией, хватает тварь двумя руками, дёргает и впечатывает головой в ближайшую стену. Это эффективно. Гуманоид дезориентирован и хватается за голову. На его лысой голове теперь прорезаются короткие волосы. Русые. Такого же цвета, как и у Лекса. Лекс ударяет его об стену ещё пару раз, и гуманоид падает на пол. Лекс оглядывается по сторонам, и видит стул. Оружие. Подходит к нему, берёт двумя руками, поднимает над головой, и примеривается к серой фигуре на полу.

И тут в палате включился свет. Дверь с шипением отрылась. На пороге стояла молоденькая медсестра с папкой в руках. Её взору которой предстал Лекс. Оскаленный и со стулом в руках. Она ойкнула, выронила папку, и что-то нажала рядом с дверью. Дверь немедленно захлопнулась и защёлкнулась. За дверью раздались торопливые шаги. А потом донёсся перепуганный голос, что с кем-то разговаривал.

— Михаил Андреевич, пациент взбесился и стул ломает! — донёсся из коридора голос медсестры.

— Дверь закрыли? Отлично. Где Семён? Семён! Позовите его кто-нибудь... — мужской голос. — и из хранилища, будьте добры, вот этот набор. Сейчас он понадобится.

Голоса затихают и какое-то время за дверью царит тишина. Лекс оглядывается на гуманоида, но на полу никого нет. Никаких серых фигур. Только открытое оно и штора, что развевается под редким дуновением ветра.

Лекс отбросил стул в сторону. Подошёл к двери. Толкнул её. Потянул за ручку. Заперто. Он потянул за неё сильнее и ручка чуть погнулась. Лекс зарычал, ударил ногой в сторону замка, приложился к двери плечом. За дверью кто-то снова ойкнул, но дверь даже не шелохнулась. Лекс отошёл от двери, и стал расхаживать по комнате, при этом пинком отправил несчастный стул в угол. Затем дверь открылась.

— Семён, постарайся в голову не бить, будь добр. Мы замучаемся потом контакты чинить. — флегматично попросил мужской голос из коридора.

В палату вошёл Семён. Огромного размера парень, ростом выше двух метров, крепкий и широкоплечий. В белом халате.

— Понял, Михаил Андреич. Он у нас кто? — сказал огромный Семён, и вошёл в палату. Он медленно приближался к Лексу, широко расставив руки.

— Он аугмент внешнего типа. Без оборудования. Отключён. — меланхолично сообщил доктор. Он стоял в дверном проёме, в руке он держал чемоданчик. Из-за него выглядывала напуганная медсестра — совсем молодая девушка с каштановыми волосами.

Семён кивнул и стал приближаться к Лексу. Тот всё ещё скалился. Лекс окинул взглядом нового противника. Мозг оценил угрозу, и снова встал перед выбором "драться или бежать". И снова, совершенно рационально выбрал "драться!", и выбросил гормоны. А тело опять вспомнило ощущения, те, знакомые, когда время замедлялось, и Лекс мог двигаться быстрее. Лекс одним прыжком преодолел расстояние до противника, сильно и мощно ударил его в солнечное сплетение одной рукой, и вторым ударом разбил Семёну нос. Семён охнул. Лекс отработал два сильных удара по корпусу.

— Ах ты гад! — Семён выпрямился, и, хлюпая расквашенным носом, пошёл на Лекса, медленно загоняя его в угол.

— Я не успел сказать, что он всё-таки из полиции. — спокойно добавил доктор.

Расставив руки в сторону, Семён медленно загонял Лекса в угол, пресекая попытки продвинуться к двери. Лекс пытался Семёна бить, обходить со стороны. От ударов в голову Семён теперь уворачивался, а удары по телу давали слабый эффект. Кулаки натыкались на что-то твёрдое. Затуманенный вспышкой ярости разум отметил, что, наверное, под белым халатом броня или бронежилет. Семён же постепенно наступал, ограничивая свободу движения. В конце концов Лекс попытался его укусить, но огромный санитар будто ждал этого, увернулся, перехватил, скрутил Лекса и повалил на пол, прижал к земле.

— Таня, шприц мне, будьте добры. И седатив в него, тот, который мы обсуждали — доктор, наконец, зашёл в палату. Следом за ним шла та самая "Таня" с коробкой лекарств. Огляделась по сторонам, поставила её на стол, распаковала чуть ли не антикварный одноразовый шприц, набрала раствор. Передала доктору.

— Постарайтесь не дёргаться. Я не хочу из вас потом выковыривать кусок иглы или вам что-нибудь не то проткнуть.

В разуме Лекса пылала пелена ярости. Он дёрнулся, но Семён, хлюпая носом, сильнее прижал его к полу. Доктор примерился, и в конце концов всадил укол в шейную мышцу, и дымка ярости стала рассеиваться. Лекс затих. Агрессия сменилась апатией.

— Доктор. Вы сказали, что он отключён. А припечатал он меня будь здоров. — сказал Семён. Он сейчас выгружал обмякшего Лекса на больничную койку, и закреплял его ремнями.

— Это истерическая сила называется. Семён, вам в психиатрии не приходилось работать? Там это часто встречается. Небольшого размера пациент санитаров разбрасывает.

Доктор осторожно подошёл к койке и подёргал ремни.

— Вот тут затяните чуть сильнее, пожалуйста. — сказал доктор и наклонился над Лексом. Заглянул ему в глаза, посветил на зрачок лампочкой. Затем глубоко и тяжело вздохнул. И обратился к ничего не соображающему Лексу.

— Вот мне с вами нужно беседу провести, для диагностики. Только вот под препаратами с вами говорить не о чём. Кто ж знал, что вы нетипично среагируете.

Лекс смотрел в потолок. В сером мире без красок и шума информации, ему было всё равно. Доктор продолжал.

— А ещё у нас сломался робот диагност и практикант угробил два инжектора. Теперь приходится, как первобытный человек, препараты вводить шприцем и вручную. И диагностировать ваш интерфейс тоже придётся допотопными методами.

— Таня, будьте добры, по-быстрому обработайте нашему Санитару нос. Когда мы закончим, отведёте его к врачам на дежурстве. Повреждение неопасное, а сейчас мне ещё нужен ассистент.

Пока Таня разбиралась с разбитым носом Семёна, доктор положил чемоданчик на стол, раскрыл его. Внутри оказался прибор, очень похожий на ноутбук, со множеством подключенных щупов. Доктор раскрыл его, включился старый жидкокристаллический экран. На экране побежали диагностические сообщения, потом загорелась инструкция.

— Семён, будьте добры, подержите его голову неподвижно, чтобы он не дёргался. Таня, контактные площадки протрите спиртом, и на висках тоже. Это которые серебристые полоски на его лице.

Развёрнутый в чемодане прибор пискнул. Доктор вздохнул и хмуро посмотрел на Лекса, потёр свои, седеющие виски. Потом высказал Лексу претензию:

— Вот именно сегодня умудрился сломаться диагност. И приходится ваш очень нестандартный интерфейс проверять устаревшим оборудованием, на что уйдёт в десять раз больше времени. Хотя это не в первый раз. Бывало и хуже. Правда то было в зоне боевых действий и довольно давно.

Лекс ничего не отвечал. Он смотрел в потолок. В голове не было ни единой мысли.

— Так, Семён. Зафиксируйте его голову, но площадок не касайтесь руками. Ему и вам ничего не будет, а вот диагностике помешает. А теперь мы будем щупами и клейкими датчиками проверять работоспособность его интерфейса. — отдал указания доктор. Он стал доставать из чемоданчика провода, с присосками на конце, будто у старого аппарата ЭКГ. Сверяясь со схемой на экране, доктор подключал датчики один за другим к серебристым отметкам на лице Лекса. Иногда они не хотели держаться и отваливались. Тогда доктор ругался. Пару раз оказалось, что порядок датчиков неверный, в тогда доктор вздыхал и начинал прикреплять их заново.

А потом заработал диагност. Старая, по сегодняшним меркам, машина помигала лампочками, выдала поток диагностического текста, а потом вывела на экран вердикт. И даже напечатала его, на небольшом встроенном принтере. Доктор хмыкнул, ознакомившись с ним.

— Можете порадоваться. А нет, не можете, пока вы под препаратом. У вас всё хорошо. Интерфейс исправен, адекватно реагирует на сигналы, работает в соответствии с протоколом. Будете и дальше работать на своём месте, и ... что вы там у нас делаете... — доктор сверился с какими-то записями — ага, роботами и информационными системами управлять. Ничего страшного.

Доктор повернулся к Семёну и Тане.

— Закройте окно, будьте добры, и если возможность есть закройте на замок. У нас хоть и всего лишь третий этаж, но проблем не надо. Таня, пациента будете держать закреплённым, поставите ему капельницу слабого седатива, пока не вернут оборудование. В сон погружать, только если жаловаться начнёт. Понятно?

Два кивка. Доктор вернулся к Лексу.

— Ваше оборудование скоро вернут. Скоро вернут, понятно? Вы снова сможете им пользоваться. Моргните дважды, если понятно.

Медленное моргание. Один раз. Потом второй.

— Вот и отлично. Вот только ждать вам день или два, уж больно оно уникальное. Так что постарайтесь, потерпите как-нибудь. Если совсем плохо станет, можете попросить сон, но лучше бы без него. Я бы вам телевизор поставил, но знаю, что он вам неинтересен будет. И на этом всё. — сказал доктор, посмотрел ещё на Лекса, и отдал Семёну с Таней команду:

— Собираемся!

Медики закрыли окно. Таня застегнула его на ключ, а укреплённую стекло и раму просто так не разбить. Доктор сложил и забрал со стола прибор, медсестра забрала коробку с лекарствами. Они вышли наружу, закрыли укреплённую дверь, замкнули на биометрический замок.

— Михаил Андреевич, а у него что? — спросила Таня — Вроде обычный парень, ну кроме вот этого вот всего...

Она провела рукой вокруг глаз, изображая контактные площадки. Доктор помолчал, потом ответил.

— Гиперзависимость у него, от аугментации и оборудования, которым пользуется. Пока оно у него есть, будет спокойный обычный человек. Хотя, нет, не совсем обычный. Я его оборудование на фото видел — там шлем чуть ли не как у пилота. Глаза закрыты, уши закрыты, только линзы видны. И он этим шлемом смотрит и слышит. Правда, как я понял, намного лучше нас с вами.

Медсестра слушала.

— Ему ещё хорошо. Он по долгу службы может свой шлем хоть не снимать никогда — он, вроде бы, водонепроницаемый, с ним нырять можно, до глубины в три сотни метров. А был случай, когда оператор крана BUILDDT получил похожее, только привязался он к контролеру крана. А там как ни крути, никому не нужно, чтобы он краном круглосуточно управлял.

— А как оно лечится? — поинтересовался Семён. Он прижимал к носу кусок бинта.

— Плохо лечится. Методику ещё вырабатываем. Но некоторых лечить необязательно. Они оборудование всё время используют, и им проблема эта не мешает.

Доктор глянул назад в сторону палаты Лекса.

— Пока оборудование не ломается.

Глава 12

Инна вместе с Такеру заходили навестить Лекса уже на следующий день. Такеру собрал стандартную "подарочную корзинку" с фруктами, зачем-то засунул в неё тонкую книжку в мягком переплёте, "чтобы он не скучал". Инна вспомнила патрули с вечно спокойным Лексом, который вообще почти никогда не показывал эмоции, пожала плечами, но спорить с Такеру не стала. Если он думает, что Лекс будет читать мангу про гигантских роботов, пусть думает и дальше.

Но в палату к Лексу их просто не пустили. Услышав, к кому они собрались, в приёмной им сразу же сказали нет "нет", но пообещали передать Лексу его подарок. Такеру попытался спорить, убеждать, заявил, что он дальней родственник и потребовал позвать врача. Инна, глядя на это, чуть нахмурилась, но не стала вмешиваться. Медсестра в приёмной сделала звонок, и через пару минут к ним спустился доктор — тот самый Михаил Андреевич. Он начал слушать длинные объяснения Такеру, махнул рукой, и сказал медсестре на посту:

— Будьте добры, место мне ваши одолжите на пару минут. Нет, не надо закрывать на компьютере ваш пасьянс, пока он не начнёт работе мешать, можете оставить.

Михаил Андреевич сел за компьютер, вздохнул, крепко зажмурился, потёр начинающие седеть виски. Затем начал что-то быстро на компьютере строчить, кивая время от времени. Наклонился, и достал из-под стола прибор — небольшое белое устройство, слегка похожее на пистолет. От него к компьютеру тянулся провод. Биосканнер.

— Будьте добры, ваш руку, ладонью вверх. Это не укол, просто формальность. — сказал он Такеру. Затем обратился к Инне. — и вы тоже. А то вдруг вы заявите, что вы его сестра, жена, внучка или дочь, и всё придётся начинать сначала.

Такеру смутился, но послушался, протянул руку врачу. Тот провёл по ней "пистолетом", и тот пискнул, как старый магазинный сканер. Следом то же самое сделала и Инна. Прибор пискнул, потом вдруг замигал красной лампочкой. Врач вздохнул, слегка стукнул по устройству, мигание прекратилось. Он провёл им над ладонью Инны ещё раз.

— Всё ломается, всё требует ремонта, всё барахлит. Так мне и не починили сломанного диагноста, спасибо, хоть инжекторы привезли. С запасом. Ящик! Куда мне ящик инжекторов? Ну пригодятся в хозяйстве... — говорил врач, что-то набирая на компьютере. Он закончил печатать, размашисто нажал на клавиатуре кнопку Ввода, и откинулся назад. Несколько секунд ждал, потом кивнул, и заговорил:

— Ну что, поздравляю вас. Вы не близкий родственник пациента, а вы не его сестра и в браке с ним не состоите. Вы его сослуживцы. Так что допустить я вас к нему не могу...

Такеру удивлённо раскрыл рот, но не нашёл, что сказать.

— Вы, молодой человек, попытались заморочить мне голову. Похвально, что вы о своём товарище заботитесь, похвально. Вот только вы не первый тут такой предприимчивый, и из-за таких, как вы, нам пришлось биосканнер заказывать. Уж очень много жён/сестёр/братьев и дедушек пытаются к кому-то в палату залезть...

Врач потёр переносицу.

— Хотя пару раз скандал был, когда база говорит, что человек родственник, а сканер указывает на несовпадение и невозможность родства. Потом люди месяцами разбираются, кого там и где подменили, и что вообще произошло. Но это редкость. Что же до вас...

Врач поднял на Инну с Такеру глаза, и задумчиво посмотрел на них.

— Я бы, может, и мог вас пропустить, как доблестных стражей порядка, но, понимаете, в этом смысла нет. Больной неконтактен. Спит или смотрит в стену, ни на что не реагирует. — объяснял врач.

— Это нормально...? — начал Такеру.

— В его случае — да, нормально. Держится. Вы завтра приходите, часов в шесть, вечером. Он к тому времени в порядке должен быть.

Такеру грустно вздохнул. В шесть он не мог приехать.

— А фрукты я передам. Только он к ним не притронется, сразу предупреждаю. Завтра придёте, и сами увидите.

Инна кивнула, скупо попрощалась с врачом, и потянула загрустившего Такеру к выходу. Зал перед приёмной стойкой пустовал, лишь несколько человек сидели на скамьях и диванчиках, и чего-то ждали. Хотя стоило подумать о спокойствии, как двери клиники распахнулись, и двое людей в халатах покатили кого-то на тележке, крича "дорогу, дорогу". Врач всплеснул руками и побежал вслед за ними. Тележка унеслась куда-то в боковые коридоры и снова воцарилась тишина.

Инна вернулась в указанное время на следующий день. Медсестра проверила её биосканером, как и в прошлый раз, кивнула, и объяснила, как пройти к палате Лекса, выдала бахилы. Инна поднялась по лестнице, и, после ещё одной проверки на нужном этаже, подошла к палате, открыла дверь.

— Шеф. — констатировала она.

В палате собралось несколько человек. У стены стоял шеф, рядом с кроватью Лекса стоял врач, Михаил Андреевич, а над Лексом склонилась медсестра. Рядом с кроватью поставили стол, на нём лежала чёрная коробка без опознавательных знаков. Рядом со столом стояли двое неизвестных Инне мужчин в чёрных деловых костюмах. Первый из них пожилой, невысокий, чуть сгорбившийся, в очках. От очков бежали провода под одежду, и на их дужке горел светодиод, и видно было иногда, как в линзах пробегает текст. Второй неизвестный деловито распаковывал чёрную коробку. На руках у него были перчатки, а на лице — высокотехнологичные очки—визор, что непроницаемой тёмной полосой скрывали его глаза. В отличие от Лекса, шлема у него не было. От перчаток и "визора" под одежду тянулись провода.

— А, вот и наша наипрекраснейшая пожаловала. — жизнерадостно сказал Шеф, Сергио. — нам разрешили присутствовать в довольно важный момент.

— До тех пор, пока вы не будете мешать. — сухо сказал пожилой человек в чёрном, пододвинул к кровати стул, и устало сел на него.

— Ни в коем случае! — заулыбался Сергио. — Оборудование — это исключительно ваша область.

Усталый человек в чёрном кивнул. Обратился ко второму.

— Ассистент. Не тяните время с распаковкой. Но не сломайте что-нибудь.

"Ассистент", второй человек в чёрном, быстро оглянулся, и кивнул. Стал распаковывать быстрее. Внутри коробки оказался новый шлем. Ничем не отличающийся на вид от прошлого шлема Лекса. "Кто это?" — негромко спросила Инна. "Разработчики" — так же негромко ответил Шеф.

— Состояние пациента? — поинтересовался сидящий на стуле человек в чёрном. Похоже, он тут был главным.

— Спит, согласно вашим указаниям. Готовы разбудить. — ответил врач.

— Прекрасно. Ждите моего сигнала. Ассистент. Всё по инструкции, как и обычно. Кто-нибудь поддержите нашего пациента в сидячем положении.

Он что-то сделал со своим рукавом, отстегнул его участок и под тканью обнаружился наручный компьютер. Он начал что-то набирать на нём, иногда поглядывая на распаковываемый шлем. В линзах его очков бежали строки текста. Он довольно кивнул.

— Отлично. Держите пациента в сидячем положении. Ассистент, как обычно. Надеваете оплётку, потом аккуратно присоединяете к лицевым портам, до ощутимого соединения. Щелчка не будет, но вы почувствуете, как он подсоединится. Затем подключаете оплётку. Выполняйте.

Человек в визоре аккуратно натянул на затылок Лекса нечто вроде оплётки из проводов, что подозрительно хорошо держалась на коротких волосах. Подтянул сетку вперёд, потом осторожно взял основной блок шлема, приложил к лицу, и тот как будто присосался к портам, слегка дёрнув спящего Лекса вперёд. К нему подключил два закрывающих уши модуля, подключил к шлему плетение, и сверху надел защищающий кожух. Потом надели шедшие в комплекте перчатки. И вот, на кровати сидит Лекс. Такой же, как и всегда, хоть и в больничном халате. Спит.

— Включайте шлем. Запускайте диагностику, копию направить мне. — отдал команду Ассистенту пожилой человек в чёрном. Ассистент протянул руки к шлему, не касаясь его, и тот включился. В очках пожилого побежали строки текста.

— Норма, норма, норма... это что? Нет, тоже норма. Инициализация, норма. Отзыв, норма. Оборудование работоспособно... — бормотал человек в чёрном, что-то набирая на наручном компьютере. Ассистент молча стоял рядом.

— Отлично! — вдруг сказал пожилой, удовлетворённо кивнул и вернул рукав на место, закрывая наручный компьютер. — дальше без меня. Будите его.

Это была команда медикам. Лексу закатали рукав, и медсестра осторожно вколола какой-то препарат синеватого цвета.

— Засеките время, кстати. — бросил пожилой, откинулся назад на стуле, сложил руки на груди, и стал наблюдать за процессом. Инна и Шеф молча стояли у стены и тоже следили за действом.

Где-то через минуту Лекс дёрнулся и проснулся. Осмотрелся по сторонам. Инна заметила лёгкую, почти неуловимую улыбку на его лице, что немедленно пропала. Лекс повернулся к людям в чёрном.

— Здравствуйте, Профессор. — спокойно сказал он.

— Здравствуйте, Ворген. Вы и через столько времени после окончания тренировок подбрасываете нам проблемы. Но об этом позже — сказал "Профессор", пожилой человек в чёрном костюме. Потом оглянулся на Ассистента.

— Вы знаете, я всё-таки буду всё контролировать. Приступаем. Продублируйте его ответы ко мне.

Профессор начал говорить, и Лекс ему как будто не отвечал. Вскоре стало понятно, что обратная связь, похоже, идёт напрямую.

— Итак, проведите тестирование нового оборудования, подтвердите, что все привычные вам режимы работают. Так, вижу вы это сделали. Вам добавили новые функции, в том числе доступ к встроенным датчикам жизне... так, вы их нашли. Хорошо. Теперь, будьте добры, опросник. Он сейчас возник перед вами, необходимо проверить ваше состояние. Ну куда же вы торопитесь, Ворген? За несколько секунд двести опросов. На них надо вдумчиво.... так, отклонений нет. Расскажите о том, как ситуация разворачивалась с вашей точки зрения...

Разговор всё шёл и шёл, и стоявший у стены Сергио заскучал и глянул на часы. Инна молчала и смотрела на процедуру. И тут Профессор сказал нечто интересное.

— Что значит, "Посторонний"? Запись... ах, вы в этот момент без шлема были, записи нет. Набросок сделайте, приблизительный.

Профессор вдруг замолчал.

— Ворген, если это шутка, то не очень хорошая. Сейчас будете проходить углублённое расширенное тестирование, в целях проверки на травму. Пройдёте его трижды. Надейтесь, что оно ничего не найдёт, никаких отклонений, иначе вы можете лишиться доступа к устройству.

Лекс кивнул, как будто чуть поспешно, и замолчал. В шлеме он видел и слышал что-то, доступное только ему. Профессор задумчиво посмотрел в потолок, сказал Ассистенту:

— Проверьте помещение. На соответствие.

Ассистент отошёл от кровати и принялся внимательно разглядывать комнату. Пол, стену, подоконник.

— Что-то случилось? — спросил Сергио.

— Ваш подчинённый сообщил, что пока он был в палате, кто-то сюда проник, а потом напал на него. И выглядел этот нападавший... Ассистент, сбросьте им изображение.

Коммуникатор Сергио пискнул, он достал планшет. Тот самый, который ремонтировал Лекс. На экране красовался набросок. Серого тощего гуманоида. А потом вторая версия, с открытой пастью.

— Merde. — обеспокоенно выругался Сергио, и показал планшет Инне.

— Я не могу подтвердить или опровергнуть его версию. — вдруг сказал Ассистент.

— Поясните. — коротко бросил Профессор.

— Помещение старое. Недавно здесь мыли полы, и если и были какие-то следы на полу, их больше нет. На стене нет трещин, крови или следов ударов. Но на подоконнике есть относительно свежие царапины.

— То есть нет чётких свидетельств ни за, ни против. — задумчиво сказал Профессор, и посмотрел на Лекса. Тот сидел на кровати, и проходил тестирование. В данный момент оно проверяло цепочки ассоциации, и спрашивало Лекса ассоциацию слова "рыба". Огромный опросник он уже заполнил. Тест шёл по второму кругу.

— Обычно, в этом случае, — начал Профессор — мы немедленно отправляем Оператора в наш личный, закрытый госпиталь. Но пока что тестирование не показало проблем, и в этом случае вы, Сергио, лишитесь оператора на месяц, а то и несколько.

— Других вариантов нет? — спросила в этот раз уже Инна.

"Профессор" пожал плечами.

— Я могу его отпустить под личную ответственность Сергио Кордоне. Ситуация двусмысленная. Если сотрудник хорошо себя показал, можно назначить ему более спокойные обязанности, дать полезное занятие, во время которого по нему не будут стрелять. А там посмотреть, адекватно ли он себя ведёт.

— Инна, как наш giovane показал себя в работе? — повернулся к Инне Сергио. Девушка задумалась.

— Надёжен. Очень спокоен. Его инструменты непривычны. Он очень помог во время той погони за марионеткой.

Профессор и Ассистент насторожились.

— Марионеткой? — переспросил Профессор.

— Боюсь, в данном случае, вам придётся направить официальный запрос на участие в расследовании, signori. — улыбнулся Сергио.

— Ну конечно. Центр и его бюрократия. Мы займёмся этим. — пожал плечами профессор. — так что вы будете делать, Сергио? Мы забираем его с собой, или оставляем у вас?

— Инна? — повернулся к Инне Сергио, пытаясь свалить на неё ответственность.

— Я бы предпочла, чтобы он остался. — спокойно ответила девушка.

— Значит, оставляем, — улыбнулся Сергио, повернувшись к профессору. — назначим более спокойный патруль.

Профессор кивнул. Через несколько минут Лекс очнулся, завершив "расширенное тестирование". Данные, похоже, ушли к "Ассистенту" и в очки профессора.

— Отклонений нет. — задумчиво сказал Профессор. — множество причин для того, чтобы предположить чей-то глупый розыгрыш...

— Это не было похоже на розыгрыш — возразил Лекс.

— Ворген, в тот момент, вы были, скажем так, в очень расстроенном состоянии сознания. А записи у вас нет. Серая комната, обычное зрение, и искажённое восприятие реальности, могло дать не очень верную картину мира...

Лекс молчал. Профессор наклонился вперёд.

— А теперь послушайте, Ворген. Ваш случай очень необычен. До этих событий, предполагалось, что шлем взломать в принципе нельзя. Никогда, никак, ничем, кроме, быть может, другого оператора с другим шлемом. Мы записи смотрели, на вашу иллюзию бросили целенаправленно очень много вычислительных ресурсов. Просто невероятный уровень правдоподобности. Десантирующиеся боевые роботы, отбивание налёта у полицейской части. Да так, что практически невозможно заметить подлог. — Профессор покачал головой.

— Что... что произошло на самом деле? — задал беспокоивший его вопрос Лекс.

— На самом деле же... — Профессор оглянулся на Ассистента, и Лекс увидел, как от того, в очки профессора отправился информационный пакет.

— На самом деле произошла такая ситуация: машину вашей напарницы действительно взломали. На большом рекламном щите действительно танцевал таракан. На вашей улице действительно у многих людей звонили коммуникаторы и играли эту мексиканскую песенку. И действительно на проезжую часть экстренно приземлился аэрокар МедКорп. И действительно был инфицирован полицейский ретранслятор.

Профессор сделал паузу.

— А вот дальше начались расхождения с реальным миром. Городской Контроллер объявил тревогу, но песни он не пел и ситуацию быстро подавил. Массовых аварий на улице не было, кроме аэротакси. Не обрушился стеклянный фасад банка, вам не звонил ваш Шеф, и не было никакого штурма и защиты полицейского отделения.

Профессор выразительно глянул на Инну.

— После того, как вы вашу напарницу на ходу штурмовым роботом вытащили из такси, которое действительно разбилась, играя музыку, ваша напарница заметила, что вы ведёте себя странно, связалась с шефом. И ваш шеф запросил помощи у группы KRAFT, которая проезжала мимо. Благо стреляете вы уж слишком хорошо. И, как оказалось, не зря. Командира KRAFT вы чуть не убили 9миллиметровым патроном, что довольно сложно сделать с их бронёй.

Лекс глубоко вздохнул, показав редкие эмоции.

— Не огорчайтесь, Ворген. — ободрил его профессор. — по вам ударили чем-то невообразимым, и наши техники и инженеры до сих пор разбираются, ищут виновных. Часть вируса попала к вам через коммуникатор полиции. И поэтому пришлось в срочном порядке сделать обновления.

Профессор продолжил объяснять.

— Участок связи через шлейф теперь будет хорошо защищён и изолирован от управляющего программного обеспечения. А что касается возможности взломать вам зрение... мы впихнули в эту версию шлема что-то вроде "проверки реальности". Ощупайте нижнюю панель визуальной части. Там новая кнопка. Нажмите её и держите...

Не дослушав до конца, Лекс провёл руками по панели, нашёл новый элемент управления, и нажал. И тут же дёрнулся, будто его ударили. Краски мира исчезли, и мир стал тусклым. Как будто он смотрел через маску с небольшими прорезями.

— Вы снова торопитесь, Ворген. Это чисто механический элемент, управляемый физически. Он отключает всё ваше восприятие, принудительно обрубает связь, и позволяет смотреть через физические линзы вашими биологическими глазами. Конечно, это всё будет для вас крайне неприятно и болезненно, и бессмысленно. Но если вы сомневаетесь в реальности происходящего, вы можете нажать кнопку, и посмотреть на реальный мир. Наши техники назвали её "кнопка реальности".

Инна подняла руку. Как в старых школьных традициях.

— Спрашивайте. — милостиво разрешил Профессор.

— А почему такого механизма не было сразу? — спросила Инна.

Профессор улыбнулся.

— Потому что взлом шлема до сегодняшнего дня считался невозможным. А также из-за истории устройства.

Профессор задумчиво посмотрел в окно.

— Первый "Оператор" был слеп и терял слух. Устройство изначально было протезом, восстанавливающим его зрение и чувство. И лишь потом, позже, люди открыли возможности интерфейса полностью.

Глава 13

— Прекрасные девушки на околоземной орбите! — заявил инфоконструкт. Бодро и энергично. — Уникальный способ похудеть! Лучший способ заработка, из дома, всего один час в день! Вам нужно просто установить несложную программу, и миллионы кредитов будут ваши! Секретный клуб знакомств восточного полицейского отделения, с шокирующими подробностями! Вы никогда такого не видели!

Назойливый конструкт кружил вокруг Лекса в инфополе, невидимый никому, кроме Лекса и устройств инфосферы, и пытался Лекса раззадорить, заинтересовать, заинтриговать, заставить нажать, наконец-то, ту большую, заветную кнопку, что мигала сейчас перед Лексом.

— Лучший способ выиграть, только сейчас! Предложение ограничено!

Лекс не реагировал, и скрипт, который не дотягивал даже да простейшего псевдоразума, пошёл ва-банк: предложил разом мазь от геморроя, кружевное женское бельё, сувениры с котятами, и вагон алюминия.

— Алюминий оптом, по лучшим ценам! Партия от двадцати тонн! Лучшие поставщики на околоземной орбите. Доставка железной дорогой!

Лекс пожал плечами, и наконец, схватил барахлящую поделку, впился в неё разумом. "Купите алюминий!" — успел выкрикнуть конструкт напоследок и заглох навсегда. Лекс же препарировал программу. Перед глазами его возникла внутренняя структура, побежали строчки кода. За секунду он разобрал рекламный скрипт полностью. Топорная работа, уже двадцатая за сегодняшний день.

Каждый из пойманных им конструктов был разным, но состояли они из очень похожих друг на друга блоков, среди которых всегда присутствовал блок, что пытался вытянуть с устройства финансовую информацию, искал доступные кошельки и выводил с них средства. Где-то лежит сборщик конструктов или репозиторий кода, и кто-то рекламирует их как средство простого, лёгкого заработка. Рекламирует, похоже, школьникам и подросткам, отметил Лекс, отслеживая владельца этой поделки. Вскоре в полицейское управление ушёл очередной рапорт, и отделу по работе с несовершеннолетними прибавилось работы.

Уже несколько дней Лекс патрулировал северо-восточный район, один. Когда Лекс завершил тестирование, Профессор и Сергио сообщили, что история с серым гуманоидом вызывает сомнения, и лучше бы Лексу лечь в больницу. Но так как показал он себя хорошо, то будет работать дальше, на чуть более спокойном месте, пока к нему присматриваются, и проверяют — не начнёт ли он видеть гуманоидов снова.

— Не волнуйся, giovane. Ты хоть парень и не самый дружелюбный и не самый разговорчивый, нареканий к тебе нет. У нас намечается разборка в центральном районе, так что пока что придётся тебе расстаться с нашей железной леди. С ней поедет Такеру. А ты поможешь Северо-Восточному отделу. У них волна киберпреступлений, и, скрипя зубами, наши северо-восточные друзья, попросили нас помочь. Ну и почему бы и не помочь? В ответ мы у них тоже что-нибудь попросим... Попроси завтра Стэнли выбрать тебе средство передвижения под свои цели.

В тот же день Лекса выписали. Дома, в своём "номере", он обнаружил из последних сил танцующего робота уборщика. На тот момент уборщик уже третий день танцевал "кукарачу", и пищал охрипшим динамиком куски её мелодию. Лекс аккуратно обошёл его, проверил защитные системы шлема, возвёл несколько дополнительных защит, и осторожно запустил восстановление прошивки у танцующего робота. Тот пискнул последний раз, замер, через минуту ожил, и пополз к своему домику, заряжаться. У входа оглянулся на Лекса, мигнул линзами, и спрятался внутри. Заряжаться он будет долго. Лекс же привычно залез в ванную-регенератор.

На следующий день Сергио предложил ему на выбор несколько машин. Первым вариантом был обычный полицейский "Интерцептор", фактически калька с полицейских машин конца двадцатого века. Просторный, он подходил для двух человек, в салоне можно было поставить решётку, тогда он идеально подходил для перевоза задержанных. Естественно, работал он на топливном элементе. Свободных "Интерцепторов" в ангаре стояло очень много.

Затем шёл "Хантер", полицейский мотоцикл. Тяжёлый, укреплённый одноместный мотоцикл с объёмным грузовым отсеком на месте где должен был быть пассажир, но также с полноценным сиденьем со спинкой, как в автомобиле. Над рулём возвышалось толстое органическое стекло, способное выдержать несколько попаданий из винтовки. Наклон спинки чуть регулировался и на неё можно было откинуться, а на огромный багажник, что доставал до плеч водителя, слева и справа можно было подцепить что-то ещё. Дополнительные отсеки хранилища, оружие, боекомплект. Прочный, и неповоротливый по сравнению с лёгкими мотоциклами, но манёвренный по сравнению с обычным авто. Свободных Хантеров оказалось лишь два. Они так же работали на топливном элементе.

— А ещё у нас есть вот это. Его никто не хочет использовать. — сказал тогда Стэнли, и провёл Лекса в самый дальний угол, где стояла пыльная машина, не похожая ни на что в гараже. Полицейский бронеавтомобиль, формой похожий на багги, полностью закрытый, и с множеством прямых граней и линий. Покопавшись в архивах инфосферы, Лекс быстро выяснил, что создатель странного авто вдохновлялся формой старинной БА-64. Увеличил её, сделал двухместной, люк заменил вертикальными складными дверями, поставил светодиодное освещение. В салоне без окон водитель смотрел через камеры. Названия у машины не оказалось. Она шла под кодом "Проект 12-б"

— Очень много денег в неё ухлопали, но никто ей не пользуется, — пожаловался Стэнли, и хлопнул рукой по бронированному корпусу. — а машинка хорошая, ждёт своего часа. Возьмёшь? Ты, думаю, ей без рук можешь управлять.

Но Лекс покачал головой, и выбрал мотоцикл. Указал, что если потребуется вести роботов, штурмовиков, то тогда он её возьмёт. Но для обычных патрулей лучше Хантер. Или Интерцептор без крыши. Открытых Интерцепторов в гараже не нашлось.

С того момента уже много дней Лекс патрулировал северо-восточный район, совсем непохожий на пустеющий и умирающий центральный. Здесь работали все дорожные камеры. Здесь улицы бежали между небоскрёбов, из окон которых на часто выглядывали веб камеры. Люди в пёстрых и разнообразных одеждах толпами шли по улицам, по дороге плотным трафиком двигались машины, а в небе иногда, шелестя винтами, проносилось аэротакси.

Яркие вывески над улицами, которые видно даже днём. Кричащая реклама на фасадах зданий. Огромные рекламные щиты, что видны издалека. Магазины, компании, торговые центры, мастерские. Разнообразная толпа на тротуаре. Вот спешит человек в деловом костюме, вот подросток в пёстрых одеждах с неоновыми вставками. На его лице самые дешёвые очки дополненной реальности. А в закутке, в стороне от шума улице, в тёмном переулке, в лохмотьях сидит бездомный, и поднимается пар из полуоткрытого люка канализации. Такие же разнообразные машины на дороге. Вот продирается сквозь поток обшарпанное такси "Гепарда", прочное, способное выдержать небольшой обстрел. А рядом с ним сверкает полированным корпусом лимузин, с хищным оскалом светодиодных фар.

"Облик грядущего", возникает в голове мысль. Похоже, прав тот, кто говорил, что Северо-Восток становится новым центром, и быть может, лет через десять, двадцать, тридцать, он раскинется, прорвётся, словно спрут, поглощая окружающие земли. И оставит позади пустеющий центр и западный район, будто сброшенную кожу или обломки скорлупы.

Лекс дёрнул головой, и отогнал непрошенную мысль. Он вырулил из потока машин на обочину, к одной из множества точек автоматического питания. В разношёрстной толпе он не сильно выделялся со своим шлемом, хотя тот самый подросток с очками дополненной реальности бросил на него завистливый взгляд.

Автоповар поприветствовал Лекса поставленным приятным мужским голосом:

— Добрый день, вас приветствует "АвтоПит". Предлагаем скидку десять процентов на кофе и выпечку для сотрудников полиции и благодарим вас за службу нашему городу! Мы всегда рады видеть служителей закона в нашей сети.

Лекс чуть заметно, с одобрением кивнул. С момента начала разговора, автоповар выстрелил в окружающий мир пачкой соединений. Робот опознал его как полицейского по внешнему виду, отправил запрос в городской контроллер, проверил личность, убедился, что сотрудник настоящий, проверил мотоцикл на предмет угона, и лишь тогда предложил скидку на кофе. Без сомнения, машина подключена к системе поиска преступников, и свяжется с городским контроллером, если одно из разыскиваемых лиц купит в нём еду. А Городской Контроллер уже свяжется с полицией. Качественная, крепкая работа.

Лекс безмолвно бросил свой заказ в робота инфопакетом — он заказал кофе с молоком и огромным количеством сахара, и несколько безвкусных питательных батончиков, вроде того, что он купил ещё в "Гепарде". Автоповар замолчал, и ответил красочно оформленным сообщением, с кучей ссылок на сайт. В конце сообщения же ненавязчиво посоветовал более здоровую еду. "Мы будем рады, если вы попробуете нашу выпечку. Она очень вкусная!". Лекс же бросил указаниями персонализации для сети АвтоПит. "Запомнить предпочтение: общение через беспроводную инфосвязь, протокол седьмой версии и выше"

Он вернулся в свой мотоцикл, откинулся на кресло и стал поедать батончик, запивая его переслащённым по его просьбе кофе.

Выманивающие деньги ИнфоКонструкты. Блочная, модульная архитектура. Типовая конфигурация, и грубейшие ошибки и огрехи в их настройках. Нормальный автоматический "вор" информационного поля не будет приставать к полицейскому, а сразу же попытается сбежать, лишь заметив в любом из информационных полей и потоков устройства упоминание полиции, полицейского управления, или же типовых строк конфигурации полицейского оборудования. Этот же конструкт сгенерировал "секретный клуб знакомств". Топорная работа. Где-то в инфосфере лежит конструктор...

Размышления Лекса прервали. Сзади раздался мужской голос:

— Парень, у тебя лишние деньги точно есть, может, поделишься? Я несколько дней не ел...

Лекс обернулся, сверкнул линзами шлема на говорящего, и тот разглядел на его груди значок полиции. Невысокий пожилой мужчина, в ободранном пальто. Бездомный, судя по всему. Бездомный охнул, разглядев, с кем он разговаривает, и приготовился бежать.

— Стоять. — спокойно сказал Лекс, и мужчина замер. Лекс допил свой кофе, смял рукой в перчатке стаканчик и кинул его в мусороприёмник, рядом с автоповаром. Автоматическое ведро открылось и чуть сдвинулось в сторону, ловя летящий в него комок бумаги. Лекс слез с мотоцикла, встал, и подошёл к бездомному. Тот поднял руки, показывая ладони, забормотал:

— Я, я просто... просто не разглядел, что ты лега... из полиции. Форма другая, наши парни другие цвета формы и техники используют...

Он что-то бормотал, Лекс разглядывал его, чуть наклонившись вперёд. Ростом на полголовы выше, он возвышался над бездомным, сверкая на его глазами шлема. А тот, потупившись, смотрел в землю, и что-то бормотал. Рамка целеискателя скользнула по человеку, сфокусировалась на лице, после паузы, выдала информацию по нему. Лекс подумал долю секунды, и отправил запрос в киоск автоповару. Тот принял заказ, но снова порекомендовал выпечку и здоровую пищу. Затем начал собирать заказ.

— Не двигаться. Никуда не уходить. Не пытаться сбежать. — Спокойно сказал Лекс, и бездомный понуро кивнул.

— Так хорошо день начинался... — бубнил он.

Лекс подошёл к киоску, взял оттуда пакет, вернулся назад, взял одну из поднятых рук мужчины, и вложил в неё ручку пакета. Затем заговорил, пока бездомный рассматривал пакет.

— Дэниел Грин, пятьдесят лет, без определённого места проживания и занятия. Алкогольная зависимость. Замечен в попрошайничестве, мелких преступлений пока не совершал.

Свет блеснул на линзах шлема.

— В пакете "типовой питательный набор номер три", один набор на один день. Надорвать, подождать, пока разогреется, съесть. Через два перекрёстка отсюда, если идти туда — Лекс указал направление, указав вдоль улицы за спину мужчины. — находится коммерческая благотворительная организация "Второй Шанс". Они могут разобраться с вашей зависимостью и найти вам работу, предоставить жильё. Это стоит от двадцати до сорока процентов от вашей будущей зарплаты, сроком от одного года до трёх лет, в сумму входит оплата жилья. Ещё дальше находится церковь, что делает то же самое, но бесплатно и на добровольной основе. "Второй Шанс" чаще добивается успеха.

Спокойный, безразличный голос. Просто перечисляет необходимые сведения, просто даёт информацию. Нет ни сочувствия, но нет и неприязни.

— Дэниель Грин. — продолжил Лекс. — попрошайничество запрещено в этом городе. Но я занят. Обратитесь в организации, которые я указал. Повторные попытки попрошайничать приведут к проблемам.

— ... то есть, мен не забирают в кутузку? — ошалело спросил бездомный.

— Нет. Но статистически, с текущим данными, вы умрёте на улице в течение трёх лет. Воспользуйтесь советом.

Мужчина заглянул в пакет. Там действительно лежала стопка "типовых питательных наборов". Не самая вкусная еда, но с полным набором питательных веществ.

— Зачем? Я никому не нужен.

— Есть не меньше двадцати позиций, на которые вы можете устроиться с вашими данными. Больше, если пройдёте курсы.

Мужчина вздохнул, и закрыл пакет.

— Хуже уже не станет... всё равно все друзья куда-то исчезли.

И не прощаясь, поплёлся в указанном Лексом направлении. Лекс вернулся на мотоцикл и достал второй батончик, распаковал его и надкусил. Потянулся в инфосферу, начал искать источник проблем. Довольно быстро он нашёл репозиторий, хранилище кода, с набором модулей, очень знакомых Лексу. И кучу восторженных отзывов под ним.

Лекс осмотрел сайт со всех сторон, дёрнул информацию по владельцу. Скрытая информация перестала быть таковой по запросу от полиции, сайт оказался на попечительстве псевдоразума, и жил на пожертвования. Лекс связался с машинным псевдоинтеллектом, и начал общение.

Он указал на совершение преступлений при помощи предоставляемой на сайте информации. Псевдоразум начал говорить про академическую ценность, утверждая, что пример кода выложен в учебных целях, для демонстрации того, как работают крадущие данные системы. Лекс указал на наличие отзывов на сайте, что явно сообщали об использовании кодового репозитория в преступных целях. Псевдоразум же начал цитировать пафосные цитаты о свободе слова и информации.

Лекс вздохнул. Встал с мотоцикла, заказал в этот раз стакан синтезированного апельсинового сока и ещё два батончика. Получил ещё одно предложение попробовать выпечку от как будто недовольного робота, и сел на мотоцикл. Задумался.

В псевдоразум управляющего сайтом кто-то при создании закачал много идеологической информации. Псевдоразум же обычно не является самостоятельным юридическим агентом, а действует как прокси, то есть посредник, или же от имени владельца. Но поиск информации по создателю репозитория указал, что владелец, похоже, умер. Умер и оставил после себя псевдоинтеллект, что цитировал любимую им идеологию, курировал сайт и оставался на плаву. "Автономное имущество". Относительно новое явление в сегодняшнем мире. Машина, которая больше никому не принадлежит, но продолжает выполнять возложенную на неё функцию, иногда очень и очень успешно.

Можно было просто уничтожить сайт, взломать псевдоразум, сменить директивы. Лекс задумчиво пролистал архивы огромного кодового репозитория. Кроме образца робота-вора, на которого натыкался Лекс, здесь хранились архивы древних ядер операционных систем, давно забытые проекты, инструменты и программы для старых архитектур. Лекс с интересом покопался в архиве программ старинного восьмибитного процессора. Некоторые проекты ещё жили и оказались активны. Небольшие сообщества пользователей что-то вместе писали, и заливали в хранилище, изредка обмениваясь сообщениями.

Лекс вздохнул. Связался с псевдоразумом, предъявил полномочия представителя власти, информацию о смерти владельца, а также текущий легальный статус "Автономного имущества" проекта. Псевдоинтеллект замолчал и больше не говорил о свободе слова. Скорее всего, в этот момент все его мощности были брошены на решение нестандартной задачи.

Лекс же связался с Городским Контроллером и запросил арбитраж. Арбитражем и решениями с Автономным Оборудованием занимался Контроллер региона, где арбитраж проходил, Городской или Региональный. И только в редких случаях решение переносилось в человеческий суд.

Лекс улыбнулся, когда в него хлынул поток информации, и один из мощнейших псевдоразумов региона обратил внимание на него, псевдоразум кодового хранилища и их спор. Уровень сознания Контроллера доходил почти что до человеческого, и лишь в последний момент останавливался, не достигая его. Несмотря на более низкий уровень интеллекта, по сравнению с человеком, Контроллер управлял не только городом, но и всем регионом, и оперировал огромными потоками информации, что могли легко оглушить неподготовленного пользователя. Для Лекса же они были чем-то вроде шума моря. Чем-то привычным и успокаивающим. Он наслаждался потоком информацию. Контроллер заговорил:

— Начинаю Арбитраж. Участник. Александр Ворген, полиция Центра, Восточный Регион, Оператор. Статус подтверждён. Участник. Управляющий проекта "CoreRep", псевдоразум, третий класс. Статус "Автономного Оборудования" подтверждён. Смерть оригинального владельца подтверждена.

Не было ни громогласного голоса с механическим тембром, ни виртуальной реальности с абстрактными фигурами, и сгустком света в центре, или же тессарактом. Простое чёрное окно. Простой текст. Зелёные буквы на чёрном фоне. Чат. Где каждое слово имело вес и часть слов — юридическую силу.

Лекс откусил батончик, запил соком, и вступил в диспут. Вокруг него шли люди, ещё один подросток засмотрелся на его шлем. Шумел город, мимо проезжали машины. Он пил сок и решал судьбу одного из крупнейших и старейших хранилищ кода на планете, что всё ещё жило где-то на задворках инфосферы, несмотря на изменившийся мир, и даже поддерживалось людьми.

Псевдоразум "CoreRep" пришёл в аналог машинного ужаса, осознав, что неправильное решение может привести к уничтожению как его, так и его проекта. Он запутался в директивах, спотыкался, пытался найти решение, что сохранит вверенную ему информацию, иногда говорил про свободу слова и информации, и путался. Городской Контроллер же меланхолично запросил информацию от "Cyberworks", провайдера, на серверах которого находился проект CoreRep и его управляющий. Псевдоразум автоответчик на стороне Cyberworks всполошился, и выдал данные за долю секунды. Контроллер изучил их.

И выяснил, что согласно заключённому договору между Cyberworks и умершим основателем CoreRep, псевдоразум хранителя был эквивалентен живому клиенту... до тех пор, пока его действия не нарушали закон.

И тут внимание обоих машин обратилось к Лексу. Представителю закона. Лекс допил свой сок и предложил компромисс: Во-первых, хранитель CoreRep сообщает в полицию о возможных противоправных действиях. Во-вторых, на странице с проектом появится предупреждение: использование кодовой базы робота-вора, что предоставлена "в ознакомительных" целях, нарушает закон. В третьих, доступ к странице перестанет быть анонимным, и потребует полной идентификации через документы или биометрию. А информация о запросивших доступ будет передана в полицию.

Хранитель CoreRep долго молчал, по машинным меркам — несколько секунд. Пытался согласовать решение со своими идеологическими директивами. Лекс подбросил ему дополнительную информацию и идею: "жизнь в рамках общества требует соответствие законам общества". Хранитель CoreRep ещё долго обдумывал эту идею, и, неохотно, принял её. Он находился на городских серверах. И это помещало его в "рамки общества".

Контроллер одобрил решение. Закрыл диспут. И отключился. Отключился и хранитель CoreRep, а через несколько миллисекунд на сайте хранилища, в кодовом архиве робота вора, появилось объявление, предупреждение, и запрошенные действия вступили в силу.

Лекс допил сок, снова смял стаканчик и бросил его в ведро, которое снова открыла крышку навстречу летящему стаканчику. Мимо проходили люди, не знавшие, да и не хотевшие знать, что где-то решилась судьба огромного, но забытого большинством хранилища кода.

К Лексу, в инфополе подлетел очередной конструкт, похожий на предыдущие. И заявил:

— Красивые девушки на околоземной орбите!

Лекс привычно распотрошил его, и отправил очередной рапорт в полицию. Ещё работа для отдела по работе с несовершеннолетними.

И вспомнил вдруг слова бездомного: "Всё равно все друзья куда-то исчезли". Откусил батончик, включил мотоцикл, и на ходу стал подключаться к архивам видеозаписей на улицах.

Глава 14

Потрескавшийся коммуникатор Шарада пиликнул и сообщил о поступлении платежа. Анонимного. Довольно большая сумма. Хорь ухмыльнулся.

— Видишь, как просто было? А ты нервничал. Боялся, что поймают, что посадят, что накажут.

Они стояли в одном из закутков и переулков недалеко от школы, на улице, в слепой зоне камер. Шарад, скрепя сердце, согласился "помочь" Хорю в его подозрительной деятельности. Всего-то и потребовалось, что отнести пакет, отдать в руки. Действительно, очень и очень просто. Даже слишком просто. И сумма поможет его отцу, с его кафе. Шарад перевёл большую часть суммы отцу, уставился в пол и задумался.

Хорь достал из кармана шоколадный ореховый батончик, надорвал упаковку, откусил и начал его есть, насмешливо глядя на Шарада. Рядом с ним стояли два его прихвостня, такие же молчаливые, как и обычно. Затем Хорь похлопал Шарада по плечу, приобнял, и размахивая надкушенным батончиком, стал рассказывать.

— Всё ты усложняешь, Умник. Возился со своими компьютерами, искал сложные схемы, окольные пути. А надо было просто дружить с нормальными парнями и работать вместе. Помогать. И помогать мне. Теперь у тебя дела в гору пойдут. Подкинешь бате своему ещё бабла. Что ты смотришь так на меня? Я же знаю, зачем тебе деньги. Все знают. Нет тут никакого секрета.

— Сладкого хочешь? — вдруг спросил Хорь и предложил Шараду другой батончик. Шарад уставился на сладость в привычной упаковке, а Хорь продолжал:

— Теперь ты выбрал правильный путь. Теперь дела в гору пойдут, поможешь своему бате, там глядишь, заживёшь как человек, а он ресторан откроет, прямо на Северо Востоке.

Шарад задумчиво слушал, взял батончик из руки Хоря надорвал и откусил. Хорь что-то говорил, разливаясь соловьём о том, как хорошо всё скоро станет. Что он вообще несёт? Не может столько денег получиться от такой простой работы.

Он разжевал шоколадку, проглотил, и в последний момент заметил странный и непонятный привкус, с нотками металла. Но не успел ничего сделать. Мир вокруг поплыл, стал ярким и цветастым, а сознание стало ускользать от него. Он посмотрел на батончик, и в шоколаде увидел вкраплённые синие кристаллы, перемолотые в мелкую пыль.

— ... Зачем? — заплетающимся языком сказал Шарад, оттолкнул Хоря, который не сильно-то и сопротивлялся, попытался убежать. Ноги не слушались, заплетались и Шарад повалился на землю. Сознание ускользало от него, а мир становился ярким и весёлым, в груди поднималась необъяснимая радость. Прежде чем провалиться в бездумный, счастливый и такой яркий Сон, Шарад увидел лицо Хоря, который зло скалился. Шарад выключился, с улыбкой на лице. Хорь же сплюнул на землю.

— Никогда не любил таких. Корчат не пойми что, умничают, считают себя выше других. Парни, давайте вытаскивать его отсюда. Посмотрим, что Босс на это скажет.

Группа подростков потащила своего "пьяного товарища" по улице, приободряя его, и похлопывая по плечу. Дошли до разбитого в хлам старого авто, посадили его на заднее сиденье. Прихвостни сели по бокам, поддерживая спящего Шарада. Хорь вёл машину сам.

— Если остановят копы, улыбаемся. Я ему кроме дури лошадиную дозу снотворного добавил. Будет спать, и копы просто так не заметят, что он под наркотиками. Теперь главное решение Босса.

Хорь аккуратно вырулил из подворотни, поехал по менее популярным дорогам, добираясь до центрального района, где устроил базу его Босс. Текущий Босс, опытный в не совсем законных делах, источник его товара. Интересно, как именно Босс отреагирует на подарок? Точно будет рад. А там, может, даст поручения поважнее, и с оплатой получше. Мысли Хоря стали похожи на те речи, которые он говорил Шараду.

Ян Хансен обосновался в заброшенной автоматической парковке. Механизмы, что когда-то отправляли машины в подземные хранилища, давно заклинило, и даже если бы здание всё ещё было подключено к промышленной электросети, парковка бы не заработала. Шестерни покрылись ржавчиной, а оставшаяся в некоторых местах смазка загустела, сковывая механизм, и намертво склеивая некоторые детали.

Но на первом этаже парковки находилось большие служебные помещения, где когда-то ремонтировали автомобили, в том числе и большие, вплоть до редких теперь автобусов. Просторная комната с краном, ямой техобслуживания, и заваленными инструментами верстаками у стен. Сюда Ян загнал свой седан, здесь устроил хранилище, тут же поставил компьютер. В помещение горел свет, запитанный от незаконного подключения к городской электросети. Скоро придётся перейти на генератор, чтобы Контроллер не заинтересовался утечкой энергии. У закрытой, большой двери гаража стоял Роб, и дежурил. Ларри дремал на стуле, Ян же возился с компьютером, составляя таблицы учёта расходов и доходов.

Над небольшой дверью, рядом с огромными воротами гаража, загорелась лампочка. Роб глянул на неё, чуть пригнувшись, вошёл в дверь. Потом выглянул из неё и спросил:

— Босс. Там тот скользкий тип, Хорь. И его дружки, трое. Говорит, есть предложение. Впускать?

Ян чертыхнулся и закрыл компьютер.

— Впускай. Вроде бы ещё рано им новую партию закупать? Стой у двери. Ларри! Просыпайся.

Сидевший на стуле Ларри вздрогнул, проснулся, и стал озираться по сторонам. Роб впустил внутрь гостей. А сам встал у двери.

— Здравствуйте, Босс! — приветливо ощерился Хорь. — мы услышали, что у вас ещё один бизнес есть, на стороне, и решили вам помочь.

— Объяснись. — хмуро сказал Ян, глядя на бессознательного парня, которого тащили прихвостни Хоря.

— Вот. — Ян указал на спящего Шарада. — не очень крепкий, но относительно здоровый.

Ян сложил руки на груди, и внимательно осмотрел группу. Потрёпанный паренёк, что спит. Хорь в его мутно-грязном костюме. Два неприметных прихвостня, имена которых он не потрудился узнать. Ян вздохнул. Встал со стула.

— Посмотрим, что вы мне принесли. — сказал он, и взял со стола прибор, похожий на пистолет, от которого шёл к компьютеру провод. Развернул компьютер назад, свернул свои расчёты.

— Тащите его сюда. — скомандовал Ян, приготовив "пистолет" — биосканер.

Группа подвела бессознательного, улыбающегося Шарада к столу, Ян навёл прибор на кисть его руки. Один из "прихвостней" развернул её ладонью к нему. По экрану компьютера побежали цифры. Ян задумчиво читал их. Затем отдал рукой практически незаметный жест, и стоявший у двери Роб медленно, аккуратно, бесшумно закрыл дверь на замок — единственный выход из огромного гаража.

— Неплохо. Он нам подходит. — сказал Ян, глядя на Хоря. Тот всё ещё улыбался. Радовался, что смог услужить, помочь, Боссу.

— Только скажи мне, Хорь. — начал Ян, очень спокойным голосом — Этот парень, он же ведь не "никто" из подворотни. Вы его знаете. И, отдав его мне, вы его никогда больше не увидите. Он вам что-то сделал? Насолил?

Хорь всё ещё улыбался.

— Зазнавался он очень, Босс. Ходил гордый, будто лучше всех остальных. Нормальным парням не помогал. Важничал, что, мол, умнее всех, и нашёл свой путь. А потом путь не выгорел, и он с поджатым хвостом прибежал назад. Ну тут я его и обработал. — хвастался Хорь.

— Как именно "обработал" — уточнил Ян.

— Дал простое задание с кучей денег. А потом стал лапшу на уши вешать, и подкинул ему порошок в шоколаде, пока он раздумывал. — рассказывал Хорь, улыбаясь.

— Неплохо, Хорь, неплохо. — скупо похвалил Ян. А сам он вспомнил Парка, и школьные годы. Как они вместе попадали в неприятности, и как помогали друг другу. Это потом Парк испортился и создал проблему. Но тогда, в школе, они помогали друг другу, в отличие от Хоря.

Ян широко улыбнулся. Хорь улыбался в ответ. Ждёт, похоже, похвалы.

— Хорь. Я вот не помню, чтобы говорил тебе о своём втором занятии. — начал Ян.

Улыбка Хоря стала неуверенной. Ян встал со стула.

— Знаешь, почему я использовал людей с улицы и бездомных? Потому что их никто не хватится. А у этого парня, раз он ходит в школу, есть родители. И они его будут искать. Обратятся к легавым.

Улыбка Хоря пропала. Разговор пошёл не так.

— Ты создал мне проблему, Хорь. — спокойно объяснил Ян. — И теперь мне придётся её решать.

— Босс, быть может... — начал, с нотками испуга говорить Хорь.

— Нет. Вторых шансов не будет. Роб, Ларри, вяжите их всех.

На то, чтобы усмирить группу подростков, ушло несколько минут. В огромном гараже было некуда бежать. Не было смысла и кричать, ведь на улице в ближайших домах уже давно никто не жил. Негде было прятаться, а единственную дверь закрыл Роб, на замок, который открыть мог только он. Сначала пали Прихвостни. Хорь дрался до последнего, схватил со стола разводной ключ, размахивал им, и даже умудрился ранить им Роба. Но всех их они в конце концов повязали, и погрузили в сон, приложив пропитанную химикатами губку к лицу. И теперь на полу лежали четыре бессознательных тела. Из них лишь Шарад улыбался.

Больше всего пострадал Ларри. Ему наставили синяков и чуть не разбили нос, и повредили ребро. Он сидел сейчас на полу, зажимал нос, хлюпал им, но кровь из носа не текла. Зато у него почему-то проснулся насморк. Ларри подвывал, прикасаясь к синякам и трогая ребро, ругался и жаловался на жизнь. Ян получил новую ссадину на лице, что бежала под глазом. Получил лёгкую травму и Роб, что с большим удивлением смотрел на глубокий порез на своей руке. Ян же бросил на пол отобранный у Хоря ключ.

— Черти дери этих гениев самодеятельности. Мы только создали нормальную базу. Теперь, искать новое место. — ругнулся Ян, и задумался. На полу Ларри всё никак не мог успокоиться.

— Роб, помоги ему. И твоей ране, думаю, нужен шов. Потом грузи этих в машину — поморщился Ян, глядя на Ларри.

— Будет сделано, Босс. У меня есть идея про логово. — спокойно сказал Роб.

— Говори.

— Западный и юго-западный районы, Босс. Там автоматические фабрики и почти нет людей. И некоторые фабрики неактивны. Заброшены или на консервации.

Ян задумался, и кивнул. Это может работать.

***

Лекс двигался через плотный поток машин в сторону полицейского управления. День заканчивался, заканчивался и его патруль. Хантер грузно протискивался между автомобилями, и машины сторонились его. Незнакомая для этого района расцветка сбивала людей с толку, но надпись "полиция" была понятна всем.

В шлем поступил инфопакет входящего вызова. Лекс "взял трубку", и перед ним появилось лицо Сергио Кордоне. Похоже, он звонил с планшета. Сергио заговорил:

— Александр Ворген. Новое задание...

Лекс немедленно оборвал связь. Его Хантер замигал поворотными сигналами, он спешно стал выруливать к обочине. Кто-то позади его недовольно засигналил и начал ругаться, но быстро замолчал, разглядев полицейского.

Лекс припарковался. Осмотрелся по сторонам, глубоко вздохнул, собрался, и поднёс руку к "кнопке реальности". Нажал и стал удерживать её.

Его чувства как будто перерубили ржавым мясницким ножом. Мир потерял краски, звуки его стали глухими, пропали эффекты дополнительного зрения, угол обзора сузился, и Лекс теперь смотрел как будто через бинокль. Через оптические линзы прямого контура Лекс стал оглядывать мир реальный. Такой, каким его видят люди.

Он внимательно осмотрелся по сторонам, выглядывая отличия, изменившиеся, пропавшие объекты. Но отличий не было. Он видел то же, что видел до этого в шлеме. Не пропали прохожие, никто не пел "La Cucaracha", а по земле не бежали легионы тараканов. Незамедлительно начинала подниматься паника, нарастала. Разум требовал вернуть полноценное зрение, расширенный слух, шум инфосферы, требовал сделать мир таким, каким он должен быть. Таким, каким Лекс всегда видел его через Шлем. Пульс начал ускоряться, и Лекс отпустил "кнопку реальности". И мир стал привычным. Зашумели потоки информации, вспыхнула светом электроника, и где-то вдали на поле зрения пролетела визуализация инфоконструкта. А Лекс сидел на мотоцикле и ещё минуту успокаивался. Потом он связался с Шефом:

— Лекс, giovane, ты чего творишь? Зачем связь оборвал? — в голосе Шефа звучала искренняя обида. Не было никаких формальных обращений, привычный "Шеф", такой же, как и всегда.

— Ворген на связи. — спокойно сказал Лекс. — вы обратились ко мне так же, как это делала ваша имитация. Тогда, в момент инцидента. Мне нужно было проверить...

— Проверить, что я не глюк твоего шлема? Ну и что думаешь? Я — настоящий?

— Возможно. — дипломатично ответил Лекс.

Сергио глубоко вздохнул и потёр лоб.

— Лекс, будь добр. Если я вдруг когда-нибудь попытаюсь отправить тебя работать с живыми людьми, или давать интервью — останови меня и напомни, что это плохая идея.

— Будет сделано. — бесцветно ответил Лекс.

— Скажи, а все ваши — такие? — поинтересовался Сергио.

— Уточните.

— Все Операторы такие, как ты? В плане эмоций и общения с людьми. Обычными людьми.

Лекс задумался. Вспомнил редкие случаи, когда встречался с другими Операторами.

— Возможно. — дипломатично ответил он. Сергио зажмурился и глубоко вздохнул. Несколько секунд висело молчание, зачем Шеф улыбнулся.

— Поговорим об этом в другой раз, giovane. Ты — это ты, такой, как есть. Тебе тоже найдётся место в нашей небольшой дружной семье. А теперь послушай. Со мной связался отдел по борьбе с несовершеннолетними, и умолял тебя остановить.

— Остановить? — поинтересовался Лекс.

— Да, остановить. У них мало сотрудников, giovane, ты им отправил шестьдесят два огромных рапорта, каждый из них с кучей доказательств и выкладок. Там обычные люди работают, giovane, не такие, как ты. Они будут разгребать это два месяца. А ещё один из сотрудников пригрозил, что уволится, если увидит хоть ещё один твой документ. Прекращай.

— Ситуация разрешена. Я нашёл и устранил причину — поделился Лекс.

— В смысле? — Сергио поднял бровь, с интересом ожидая объяснения. На его стороне за кадром что-то пиликнуло, и на его полицейский компьютер пришёл рапорт. Сергио отвернулся от коммуникатора, посмотрел в сторону, потом ещё раз глубоко вздохнул.

— Я теперь понимаю тот отдел, giovane. Тут семьсот страниц текста. Спасибо за такой детальный разбор, giovane. Я с удовольствием буду читать его перед сном всю неделю. Не торопясь и вдумчиво, страница за страницей. Я думаю, к концу месяца я его смогу дочитать до конца. Я обязательно отправлю копию в наш технический отдел для анализа. Пусть парни не расслабляются, и вместо компьютерных игрушек в свободное время, пусть они страдают, читая этот твой опус.

— Я могу скомпоновать его иначе. — спокойно предложил Лекс. Хантер всё ещё двигался сквозь поток машин, подбираясь к восточному району. Поток машин редел.

— Зайди ко мне на выходных, giovane. Я тебе дам примеры рапортов Стэнли, Инны и Такеру. Посмотришь их, и сделаешь как они. В более человеческом стиле. То, что ты мне прислал больше подходит для машины.

— Будет выполнено — кивнул Лекс. Вернее, кивнуло его сгенерированное изображение, которое видел на своём коммуникаторе Шеф. Лекс выехал из плотного потока машин, и пересёк границу районов. Транспорта в восточном районе было меньше.

— А теперь слушай меня, giovane. Тебя ждёт посетитель. Он ждёт, на самом деле, Инну, или тебя, но не знает, как тебя зовут. Это некий Карам Сингх, он отказывается озвучить просьбу другим офицерам. Посмотри, что ему надо. А потом возьмёшь четвёрку роботов-штурмовиков и поедешь поддерживать Инну с Такеру. Мы вышли на след, и отправили их его изучить. Опасности быть не должно, но что-то не даёт мне покоя. И я пришёл вывод по результатам твоей деятельности, что ты в норме.

— Так точно. — сказал Лекс. Здание полиции уже виднелось вдали, и приближалась. Его тяжёлый мотоцикл набирал скорость.

— Помни, giovane. Такие предчувствия опасно игнорировать. Не знаю, конечно, бывают ли они у тебя. На этом всё. Конец связи.

— Конец связи. — ответил Лекс и вызов завершился. Лекс только что подъехал к зданию полиции.

Глава 15

Лекс загнал Хантер в полицейский гараж, затем поднялся по ступеням внутрь здания. Маячившего мужчину он заметил сразу. Рамка целеискателя переместилась к нему, подсветила его лицо, и выдала: "Карам Сингх". Индус, который когда-то продавал Инне кофе и пакет со сладостями.

— Мне сообщили, что вы ждёте меня — бесцветным голосом сообщил Лекс мужчине, подходя к нему. Мужчина вздрогнул, оглянулся на голос.

— А, оффицер-джи. К сожалению, вы не сообщили ваше имя, в прошлый раз. Я ждал вашу спутницу, но мне сказали, что мисс Светлова занята.

Индус говорил устало и немного печально.

— Я могу принять от вас обращение. "Мисс Светлова", по роду деятельности, редко появляется в офисе.

Параллельно с разговором, Лекс удалённо общался с полицейским гаражным компьютером. Тот запрашивал у него конфигурацию штурмовых роботов. На выбор машина предлагала несколько пулемётов разного калибра, дальнобойную винтовку, специализированное оборудования, вроде эквивалента крюка кошки, с тросом, и даже небольшую ракетницу. Компьютер, однако, сообщал, что для ракетницы требуется одобрение начальства, и при чрезмерном использовании ракет, их стоимость будет вычтена из зарплаты. При этом машина ссылалась на некий "инцидент номер 67" для объяснений.

Индус потёр переносицу, и вздохнул:

— Как я могу обращаться к вам, офицер-джи? Вы не представились, ни тогда, ни сейчас.

— Александр Ворген, восточный полицейский округ, младший лейтенант.

— Мистер Ворген, я хочу подать заявление о пропаже человека. Мой сын, он куда-то исчез, и я не могу его найти...

В голове Лекса снова всплыла фраза того бездомного: "всё равно все друзья куда-то исчезли". Лекс так и не закончил анализ записей с камер, прервавшись на общение с шефом.

— Пойдёмте со мной. — бесцветно сказал Лекс, и повёл Карама к лифту.

Они вышли на этаже кабинета Сергио, в котором находилась обычно группа Лекса. Сейчас там не было никого, и даже Сергио куда-то отошёл по своим делам. На его столе стояла кружка кофе, от которой поднимался пар. Лекс задумчиво осмотрел кабинет, взял свободный стул у стены, и поставил его около своего стола.

— Садитесь. — сказал Лекс, сел на свой стул, и посмотрел на свой персональный рабочий компьютер. На экране монитора и клавиатуры собрался уже довольно заметный слой пыли. Лекс отдал команду через шлем и компьютер включился, за несколько секунд загрузился и на экране появился рабочий стол. Последний раз Лекс включал его не меньше недели назад — компьютер Оператору не был особо нужен.

Сингх, помявшись, сел на стул, пару раз оглянулся на пустующие столы.

— Озвучьте жалобу или просьбу, я составлю заявление. Распечатаю, вы проверите и подпишете.

— Мой сын. — нервно заговорил индус. — Он несколько месяцев назад сказал, что нашёл хорошую работу, сумел снять отдельную квартиру. Потом начались проблемы с моим кафе... я владею кафе, офицер-джи....

— Я знаю. Мы покупали у вас кофе. — подтвердил Лекс.

— И его предлагали купить, но за плохую цену. Я тогда позвонил сыну, сообщил о проблемах, а он сказал, что у него тоже проблемы, с работой. Потом через несколько дней он мне перевёл большую сумму денег и после исчез. Я нашёл его съёмную квартиру, она закрыта и внутри никого... Я не знаю, куда мне ещё обратиться, мистер Ворген.

Люди в центре исчезали довольно часто, но в небольших количествах. Полиция расследовала эти события, но в порядке очереди, и находились пропавшие далеко не всегда.

— Я мог бы заплатить, Мистер Ворген. Мне не нужно ни кафе, ни деньги, только бы найти сына.

А сейчас Индус предложил ему взятку, с целью ускорить процесс...

— Это не потребуется. — бесцветно сообщил Лекс, сверяясь с базой данных жителей города. Он нашёл запись Карама Сингха, узнал, что индус — вдовец, и сейчас рассматривал информацию о его сыне. Шарад Сингх. Это имя он встречал раньше. Создатель того назойливого конструкта, который Лекс поймал в самый первый день. Похоже, это и было "работой" сына. Нужно ли сообщать об этом отцу? Это не обязанность Лекса.

— Это — ваш сын? — Лекс вывел фотографию Шарада на компьютерный монитор, и развернул его к Караму Сингху. Его перчатка потревожила слой пыли на экране.

— Да, да, это он! — подтвердил Индус. — с ним что-то случилось?

— Скажите, когда он перевёл вам ту крупную сумму? — уточнил Лекс.

Карам назвал число. Назвал и сумму. Значительно больше, чем подросток пятнадцати лет мог бы заработать легально. Лекс сверился с полицейским компьютером, и выяснил, что Шарада посетил отдел по работе с несовершеннолетними, а вот деньги он перевёл уже позже. При этом следящее устройство на его компьютере и коммуникаторе никаких нелегальных действий не зафиксировало. Лекс не поленился, и проверил данные с устройства лично. Действительно, противоправных действий в инфосети не было.

— Мистер Ворген? — обеспокоенно спросил индус. Лекс несколько секунд сидел и смотрел в одну точку и не шевелился.

Внезапно застрекотал стоявший неподалёку принтер, Лекс встал, взял с него тёплую ещё распечатку на листах бумаги из синтетической целлюлозы, отдал её Караму.

— Проверьте, подтвердите. Распишитесь или подтвердите биометрическим сканом. — также спокойно сказал Лекс, и достал из ящика своего стола несколько пыльный биосканнер. Белый прибор, слегка похожий на пистолет.

— Что значит, "биосканом"? — забеспокоился индус.

— Дайте мне руку, ладонью вверх. Это не укол и безболезненно. — спокойно сообщил Лекс. Похоже, незнакомые с биосканнерами люди ещё встречались.

Индус проверил запись, задержался на строчке где Лекс оставил свою подпись — нечитаемую для человека матрицу из квадратиков, похожую на штрихкод из прошлого. Проблем не нашёл, подписал документ заковыристой подписью. Лекс считал его руку биосканером, и пистолетом же поставил на бумагах штамп. Это была просто формальность — копия документов ушла в полицейскую базу, как и отсканнированая подпись Сингха.

— Мы позвоним вам, если будут новости. — спокойно сказал Лекс, засовывая обе бумаги в стол.

— А как я могу связаться с вами? — неуверенно спросил Карам.

— Через коммуникатор полицейского управления, запросив сотрудника. Или со мной напрямую.

Коммуникатор Индуса, который тот держал в кармане, пискнул.

— Я добавил оба номера в ваше устройство. И крайне советую провести обновление системы. В вашей версии присутствуют уязвимости. — сообщил Лекс. Удивлённый индус проверил коммуникатор, с удивлением нашёл два новых номера в адресной книге, попрощался и ушёл. А Лекс, наконец-то, определился с оружием. Два лёгких пулемёта, одна винтовка, один эквивалент пистолета, и тазер для каждого штурмовика STORM-23A. Он отправил команду на экипировку, и сейчас в гараже роботы устанавливали снаряжение.

Внезапно с ним связался Шеф.

— Лекс, — сказал он серьёзно. — Поторопись. Инна и Такеру попали в перестрелку, а наша "служба выбивания дверей" задействована в другом месте, где кто-то попытался ограбить самый защищённый банк города. Ты доберёшься до Инны быстрее, чем они.

Доля секунды на размышление.

— Я хочу взять проект 12-6, Шеф. — сообщил Лекс.

— Хочешь? Бери, разрешаю. Отправил подтверждение компьютеру. Наконец-то эта каракатица пригодится. Только поторопись, giovane. Они под плотным обстрелом, и там же оказалась парочка патрульных.

— Тридцать секунд до выезда, Шеф. — сказал Лекс, и пошёл к лифту. В гараже бронемашина пришла в движение, и сервисный робот загружал в неё боекомплект.

***

Механическая рука берёт банку с недопитым напитком, переворачивает её, и выливает жёлтую, искристую жидкость на землю. Синтетический сок льётся на потрескавшийся, пыльный, асфальт, и пенится. На банке надпись — "Вкус Солнца! Полностью идентичен натуральному апельсиновому соку!". На картинке солнце, в форме апельсина, море и пальмы. Рука сжимает банку, сминает её, превращает в плоский кусок пластика. Подбрасывает её вверх. Помятая картинка блестит в лучах дневного света, а потом банку пробивает очередь из пуль, разрывая нарисованное солнце в клочья. За первой очередью идёт вторая, бессильно барабанит по борту припаркованного Бульдога. А потом переключается на стоящий рядом Интерцептор, и крошит остатки стёкол в его дверях. Ни одного целого стекла в машине уже не осталось.

— Зараза. — с чувством говорит Инна и задумчиво осматривает свою огромную винтовку.

Они в центральном районе. Улочка, отходящая от широких главных улиц, заканчивается тупиком. Здесь небольшое возвышение над землёй, накат для машин, чтобы подниматься на него, и выгружать грузы, а вокруг него склады. Большинство из них пустеют. Большинство, кроме того, где засели стрелки. Осторожные, шустрые фигуры, в рваных, поношенных одеждах, стреляющие с невероятной для человека точностью.

Поперёк линии огня стоит полицейский "Бульдог" на котором приехали Инна и Такеру, на его левом борту множество вмятин от пуль. Некогда тяжёлую броню облегчили при модернизации, но до сих пор мелкий калибр не мог её пробить. С первого удара. За фургоном "Бульдога" стоит Инна, возится со своей винтовкой. Она в полной броне своего экзоскелета, но не спешит лезть под пули. Броня защитит от мелкого калибра, но не от случайного попадания винтовочного патрона в сервомеханизм, и не от прямого попадания ракеты. Хотя носитель выживет. Если его успеют забрать парамедики. На земле сидит Такеру, держась за голову, и мелко дрожит, в своём лёгком бронежилете, способном остановить одно-два попадания девятимиллиметровой пули. Если повезёт. Одно или два, а не целую очередь.

— Ну почему? Почему, когда я выхожу на патруль, происходит вот это? Я даже не специалист по стрельбе! — причитает Такеру.

— Миру безразличны наши желания, Такеру. Дай зеркальце. — спокойно отвечает Инна.

— К-какое ещё зеркальце, они... они нас всех убьют, они... ты видела, как они стреляют... — с широко открытыми глазами говорит Такеру. Паника. Боевая единица неработоспособна.

— Зараза. — с лёгким выражением, говорит Инна, и тянется металлической рукой экзоскелета к зеркалу заднего вида Бульдога.

Неподалёку от них стоит полицейский Интерцептор. Все его стёкла расстреляны вдребезги. Его дверь открыта, и два полицейских лежат на земле за ним — молодой и пожилой. Они живы. Но не могут высунуться. Бронированные двери Интерцептора ещё тоньше, чем стены "Бульдога". Пожилой, скривившись, держится за простреленную руку.

Инна вцепляется в зеркало заднего вида бронированной механической рукой, и начинает вырывать его из корпуса, расшатывает крепление. Алюминиевые крепления гнутся, но не спешат ломаться. Главное, чтобы не треснуло само зеркало. В борт бульдога ударяет ещё одна очередь. Несколько пуль пробивают броню левого борта, и начинают стучать по правому борту изнутри машины.

— Зараза. — Ещё раз повторяет Инна и отламывает, наконец, зеркальце машины, и аккуратно поднимает его над крышей. Его тут же вдребезги разбивает пуля. Инна просто оскаливается, и даже не ругается в этот раз.

— Что бы сделал Лекс, что бы сделал Лекс, что бы сделал Лекс... — причитает на земле Такеру. Инна наклоняется к нему и хватает за шиворот. Трясёт.

— Такеру. Мне нужно, чтобы ты пришёл в себя.

Такеру ничего не соображает и продолжает бормотать.

— Перечисли цифры Пи. — предлагает Инна и трясёт его за шиворот. — Ты же смотришь мультфильмы! Перечисли героинь. — реакции нет. Она пытается вспомнить что-то о Такеру, его хобби. Вспоминает маленький томик на столе, и цепляется за него.

— Перечисли древних богов!

— Азатот, Дагон, Хастур... — в глаза Такеру постепенно возвращается разум, пока он повторяет названия выдуманных существ — Шаб-Ниггурат.

Такеру удивлённо моргает. Он очнулся.

— Ты не Лекс. Ты не носишь компьютер на голове, и не можешь взломать ракету в полёте взглядом. Слушай меня, и выберешься отсюда целым.

Такеру моргает. Кивает.

— Ч-что мне делать... — спрашивает он.

— Вспомни, что успел заметить. У них АК, калибр 7.62?

— Это похоже на АК-25, или подделку... — кивает Такеру. — у них... очень много патронов, похоже.

— Слушай меня. Эти придурки стреляют на движение, как машины. Разряжаешь свой пистолет, выковыриваешь патроны, потом по моей команде, подбрасываешь их вверх, высоко. Понял? Три-четыре штуки за раз.

Кивок.

— Действуй. Готовься, начинай.

Трясущимися руками, Такеру отстёгивает полицейский пистолет "Шершень" с пояса, достаёт магазин, начинает выковыривать из него патроны, роняет пару из них на землю. Вот в руке у него горсть из двадцати патронов, он берёт четыре из них, ждёт. Инна даёт отмашку, и он бросает патроны вверх, в воздух. Металл блестит на солнце. И тут же раздаётся стрельба очередью из нескольких стволов, и сбивает три патрона из четырёх.

Инна делает шаг, выскакивает из-за защиты тонкой брони бульдога, вскидывает огромную винтовку, котору не поднимет нормальный человек, и стреляет. Выстрел похож на пушечный, и в баррикаде стрелков зияет теперь дыра в несколько сантиметров диаметров, похожая дыра в стене здания за баррикадой. Инна передёргивает затвор, уходя на позицию, и её оружие выплёвывает огромную гильзу. А стрелки, в грязных, рваных одеждах, переглядываются, и тут же Бульдог снова начинает решетить пули. Что-то падает рядом с ними на землю, Инна молниеносно хватает предмет и бросает наверх, и он взрывается в полёте. Граната. Такеру снова начинает трясти. Стрелки на баррикаде меняют позиции, продолжая стрелять. Но звуки выстрелов удаляются.

— Что-то не так. Они отдаляются. Почему они отдаляются? — начинает снова бормотать Такеру, в голосе его истерические нотки. Один из лежащих у Интерцептора патрульных поднимает голову, Инна жестом даёт ему сигнал — "Лечь". Тот кивает и вжимается в землю.

С позиции стрелков раздаётся лязг. Ритмичный лязг, жужжание сервомоторов. А потом в воздухе раздаётся нарастающий гул, будто что-то раскручивается, всё быстрее и быстрее. Гул переходит в свист. Инна вспоминает этот звук. Она слышала его лишь дважды в жизни.

— Рейлган!!! В укрытие! — Она хватает Такеру, хватает, за шиворот, рывком срывает с места, бежит вместе с ним в сторону от бульдога. Патроны, которые держал Такеру, рассыпаются, разлетаются в разные стороны, их оболочки красиво блестит на солнце.

Нарастающий свист обрывается мощным, басистым хлопком и скрежетом, будто что-то тяжёлое и металлическое быстро сдёрнули с места, волоком, и с невероятной силой и скоростью. Окружённый огненными клубами снаряд на огромной скорости пробивает Бульдог насквозь, даже не замедлив ход, и проносится через то место, гд только что стояла Инна, попадает в землю, выбивая куски асфальта не хуже взрывчатки. В Бульдоге теперь сияет метровая дыра, а на земле — воронка, центр которой оплавлен.

— Укрытие! — кричит Инна, и бросает вопящего Такеру в сторону, вдаль, к стенам, к спуску с платформы, где есть вал прочного материала, который, быть может, способен выдержать попадание разогнанной до безумной скорости металлической болванки Рейлгана. Такеру летит кубарем и падает куда-то на землю, Инна видит, как встают и начинают бежать полицейские от своего Интерцептора, и оборачивается, наконец, к стрелку.

У входа в склады стоит строительный робот. На нём гордо написана марка: "Китеж-24". Устаревший безнадёжно двуногий строительный робот, около двух с половиной метров высотой, со следами ржавчины. Устаревший строительный робот, к которому кто-то приварил военного уровня Рейлган — огромную рельсовую пушку, стреляющую болванками, разогнанные электромагнитным полем до гиперзвуковых скоростей. Двухметровое орудие дымится, а за "спиной" робота виднеется силовая установка орудия. По полу тянется толстый кабель, и машина уже почти закончила перезаряжать оружие.

— Служу Советском Союзу! — Металлическим голосом заявляет робот, а потом добавляет — За Императора!

А затем наводит оружие на Инну. Снова раздаётся быстро нарастающий гул, что переходит в свист.

За спиной у Инны раздаётся визг шин, на поле боя на всех парах въезжает странное бронированное закрытое багги. Очень большое, с кучей прямых углов и острых граней. На подножках его едут штурмовые роботы, четыре штуки, что на ходу спрыгивают на землю, и разбегаются в разные стороны.

Робот немедленно переводит оружие на "Багги" и стреляет. Мощным снарядом, способным пробивать несколько каменных стен.

Глава 16

Робот наводит оружие на "Багги" и стреляет. Время замедляет свой бег. Шлем сидящего в машине Лекса кричит об опасности, и датчиками четырёх роботов, он видит, как к нему на огромной скорости летит металлическая болванка, оставляя за собой огненные клубы. Он тщетно пытается найти решение. Увернуться, уклониться. Взломать. Но в куске металла нет электроники, нечего взламывать, и масса "12-6" слишком высока для уклонения. Слишком близко сделан выстрел. Слишком тяжела машина. Слишком быстро летит снаряд.

Решения нет. Остаётся лишь принять удар. За несколько миллисекунд Лекс отправляет сообщение: "Шеф. Нас обстреливают из военного Рейлгана", затем газует, а надежде увеличить шансы на выживание, пытается пригнуться, закрывает голову руками. Снаряд Рейлгана попадает в кабину 12-6, и тяжёлая машина летит кубарем в ближайшую стену, ударяется о неё, создаёт заметную вмятину в каменной кладке, и всё здание вздрагивает. 12-6 лежит на боку, и некоторое время вращает колёсами. Потом колёса останавливается. Роботы штурмовики замирают.

— Deus Vult. — заявляет строительный робот и начинает перезаряжать Рейлган.

Инна стреляет. Громогласный выстрел попадает машине в корпус, туда, где должна была бы быть голова. Выстрел выбивает из робота куски брони, и между "головой" и плечом образуется небольшая дыра. Но машина продолжает движение — Инна попала в одну из пустот. Робот досылает огромную болванку в Рейлган, и прицеливается в Инну. Она бежит, разгоняясь до больших скоростей, кубарем перекатывается за стену. Робот стреляет, и Рейлган изрыгает клубы огня. Снаряд проходит через стену, и несколько стен за ней, пока не упирается, наконец в землю.

— Сжечь Еретика. Убить Мутанта. — басит металлическим голосом машина, и начинает новую перезарядку.

Штурмовые роботы оживают. Трое из них бегут вокруг робота, с невероятной для штурмовика ловкостью. Прыгают через ящики, перекатываются, двигаются зигзагами, стреляют в робота. Но машина кажется неуязвимой. Тяжёлые пули оставляют вмятины на корпусе "строительного" робота, не пробивая его с первого попадания. Ещё один штурмовик подбегает к перевернутой бронемашине, запрыгивает на неё, и пытается открыть дверь. Дверь заклинило. Штурмовик дёргает её, она чуть движется туда-сюда, но не открывается.

— Уничтожить пособников империализма. — заявляет робот, и стреляет в пытающегося открыть дверь штурмовика. Тот отпрыгивает в последний момент, и молниеносно летящий снаряд пробивает навылет пустующий дом за ним. Болванка улетает в небо и летит далеко за город, прежде, чем, наконец, теряет кинетическую энергию и падает. Сыпятся обломки кирпичей, по стене дома идёт заметная трещина. Штурмовик возвращается назад, запрыгивает машину, и подцепляет приоткрытую дверь. С натугой открывает её, ломая свои металлические пальцы. Искрят его сервомоторы, и что-то взрывается на его спине. Робот падает на землю и не движется. Дверь, наконец, открывается, из неё выбирается Лекс. Снова громогласно стреляет из своей огромной винтовки Инна и промахивается. Пуля уходит соседний ангар.

Возвращаются оборванные люди с винтовками. Они движутся неправильно. Слишком точно, механически, слишком слаженно. У них стеклянные, будто невидящие глаза. Они открывают огонь по Лексу, и тот ныряет за машину. Пули 7.62мм барабанят по слабо бронированному днищу 12-6 и в некоторых местах пробивают его. Строительный робот заканчивает перезарядку Рейлгана, вновь поднимает оружие, вновь нарастает гул. Роботы штурмовики стреляют по нему, пытаясь попасть в уязвимую часть, и один из них перебивает силовой кабель. Сноп искр взлетает в точке попадания, и кабель разрывает пополам. Гудение прерывается, и Рейлган выплёвывает болванку на низкой скорости. Она по дуге летит, падает на землю и катится.

— Semper Fidelis — говорит робот и пытается перезарядить оружие.

Стреляет Инна. Мощный заряд попадает роботу в локоть, на котором приварен рейлган. Из конечности машины вылетает сноп искр, и манипулятор ниже плеча падает плетью. Двухметровый рейлган падает на землю и мешает ходить. Робот дёргается, пытается развернуться. Бесполезное теперь оружие скрежещет о покрытие платформы.

Роботы штурмовики переключают внимание на стреляющих людей. Это точно "марионетки". Штурмовики приближаются к ним, закрываясь укреплёнными, прочными руками, от пуль, бросаются вперёд. Один из штурмовиков спотыкается, начинает хромать, из его ноги валит дым. Но всё равно выигрывают машины. Два штурмовых робота выбрасывают вперёд мощные тазеры и бьют по марионеткам. Два человека падает. Третий робот, хромая, подходит к марионетке вплотную, и валит на землю. Держит.

Из-за перевёрнутой бронемашины выходит Лекс. Через инфосферу он тянется к строительному роботу. И получает сообщение: "Объект отключён от инфосети". Остаётся лишь ближняя связь. Время замедляет свой бег. "Слияние", сообщает шлем, и из окружения уходят краски, оно становится чёрно-белым.

Лекс бежит вперёд, движется с высокой для человека скоростью. Строительный робот же находит способ использовать мёртвый рейлган. Рывком он поднимает его от земли, раскручивает корпус полным оборотом на 360 градусов, и рейлган проносится со свистом в воздухе, как смертоносная дубина. Робот же делает ещё один оборот. Продолжает вращение. Лекс приближается к нему.

Чёрно-белая картина мира окрашивается зелёным, потом жёлтым. В ушах Лекса звучит непрекращающийся свист, переходящий в рёв. Ещё чуть-чуть, мир станет красным, а потом посыпется в отображение сеткой. "Опасность", сообщает шлем.

Лекс бежит к роботу, ныряет под проносящимся в воздухе рейлганом, перекатывается по земле. Робот пытается ударить по тому месту, где только что был Лекс и промахивается. Лекс же добегает до расстояния работы ближней связи. Подключается к системе робота. Быстро ознакамливается с грубо взломанной системой машины, и отдаёт команду на отключение. Металлическим голосом робот печально заявляет:

— Никто не хочет жить вечно.

И останавливается, теперь уже окончательно. Время возобновляет свой бег. Краски возвращаются в мир, пропадает шум, и Лекс валится мешком на землю. Из его носа течёт кровь, и все мышцы его тела болят. Над ним возвышается замерший строительный робот. Из-за укрытия выглядывает Инна.

— Лекс, ты жив? Лекс?

Слабый кивок.

— Такеру! Вылезай из канавы, вяжи пленных. Зачищаем здание.

Бой заканчивается.

Лекс тяжело сел на землю. Откуда-то выбрался грязный, перепачканный Такеру, вместе с Инной прошёл мимо Лекса, оглянувшись пару раз. Лекс отстегнул с пояса набор наручников и передал их. Такеру же стал возиться с бессознательными марионетками, и осторожно заковал в наручники ту "марионетку", на которой робот не применил шокер.

Лекс осмотрелся. И заметил, что от лежащего на земле человека, того, что ещё был "в сознании", идёт сигнал. Слабый, чуть различимый сигнал цифровой связи...

Ему позвонил Шеф. Перед глазами возник Сергио, с тревогой принялся расспрашивать.

— Какой Рейлган, giovane? Что у вас там происходит?

Лекс просто вывел видео из своих сенсоров на экран Сергио. Посмотрел на строительного робота, на Рейлган, на повязанных марионеток.

— Merde. Все живы? "Служба выбивания дверей" закончила с банком.

— Убитых нет. Незначительные повреждения. Раненый патрульный. Мы нашли марионеток, сэр. — Ещё более бесцветно, чем обычно сообщил Лекс.

— Я отправлю вам МедКорп. С ними договорённость.

— Нужен транспорт, сэр. Бульдог подбит. Подлежит восстановлению. — Лекс показал Бульдога с огромной сквозной дырой в борту.

— 12-6 подбита и требует ремонта. Прогноз по ремонту затрудняюсь дать. — Лекс показал Шефу перевёрнутую 12-6.

— Что случилось с 12-6? — спросил Шеф.

— Рейлган, сэр. Прямое попадание. — Лекс отправил Шефу кадры, снятые одним из роботов.

— Merde... — шеф схватился за голову. — Лекс, послушай, я не ожидал, что тут будет такая сила.

— Я знаю, сэр... — Лекс сидел на земле и смотрел в сторону. К кричащим мышцам добавлялась непривычная усталость. Изображение Сергио нахмурилось.

— Так. Сбрось мне биометрические показатели. Это приказ. — Лекс послушался. Сергио вздохнул.

— Giovane. Я тебе дам выходной дня на два. Можешь запросить на складе регенератор, если хочешь. Отдохни. Это не наказание. Ты сделал важное дело, но снова перестарался.

— Так точно. — бесцветно ответил Лекс.

— Отдохни. Это приказ. А то ты уже совсем по-военному говоришь.

— Будет сделано... шеф.

Сергио отключился. Из помещения вышли Такеру и Инна. Инна тащила ещё одного человека в поношенных одеждах.

— Лекс, ты цел? — затараторил Такеру? — а то они...

— Мы нашли ещё одного. — спокойно сказал Инна. На её броне красовалось несколько свежих отметин от пуль. Она тащила за шиворот очередную пойманную "марионетку" — грязного, небритого и неподстриженного человека. Он молча извивался, пытаясь выбраться из наручников. Инна, не особо церемонясь, положила его рядом со спящими товарищами. Затем подошла к Лексу. Тот попытался встать и осел на землю. Инна протянула ему руку экзоскелета. Лекс молча принял помощь, и Инна рывком поставила его на ноги.

— Создатели этой машинки постарались. Прямое попадание из рейлгана и ты жив.

— Повезло. — сказал Лекс. — адаптивная броня, снаряд попал в грань жёсткости.

— Что с этой железякой? — сказала Инна, и слегка толкнула замершего робота. Робот скрипнул. Заскрежетал, а потом завалился назад и с грохотом упал на землю.

— Взломан. Прошивка переписана, вместо неё набор боевых модулей. Некоторые из них самописные. — сказал Лекс.

— А та чушь, которую он нёс? — уточнила Инна.

— Это шутка. От взломщика. Скорее всего. — спокойно сказал Лекс.

— Шутка. — недовольно сказала Инна.

Лекс заковылял к пленённой марионетке и уставился на лежащего на земле человека. В районе его головы он видел лёгкое свечение. Слабый, почти незаметный сигнал связи, что пытался подключиться к чему-то по необычному протоколу. Но точки подключения не было рядом, и тихий сигнал из головы человека раздавался запрос на связь. Снова и снова.

— Лекс? — спросила Инна.

— Мне нужно будет осмотреть его позже. У него в голове радиопередатчик.

— Патрульные! Там был раненый. — вдруг вспомнил и засуетился Такеру, побежал вниз. Следом за ним пошла Инна, а последним заковылял Лекс.

Патрульные нашлись внизу. Пожилой полицейский сидел у края платформы и выглядел довольно бледным. На рукаве его виднелся кое-как намотанный покрасневший бинт. На земле рядом с ним лежала открытая полицейская аптечка. Вокруг раненого суетился его напарник — темноволосый молодой парень.

— Что с медиками? — немедленно спросил он подходящих к нему Такеру и Инну.

"Медики скоро будут" — отправил сообщение Инне в шлем Лекс.

— Скоро будут. — повторила Инна.

— Это хорошо! — закивал парень. Инна задумчиво смотрела на бинт на руке полицейского. Он был наложен с ошибками.

— В программе обучения был курс первой помощи. Там объясняли, как накладывать повязки. — сказала Инна.

— Это было довольно давно, и мы обычно не попадаем под обстрелы. Трудно правильно бинтовать, когда стреляют тяжёлым оружием. — оправдывался молодой патрульный.

— Такеру. — задумчиво сказала Инна динамиком брони. — Если медики не подъедут через минуту, начинай перебинтовывать. Это ты делать умеешь, я знаю.

— С-сделаю. — Такеру оглянулся на расстрелянный Интерцептор, и посмотрел на открытую аптечку.

К группе подошёл, наконец, Лекс. Посмотрел на раненого, и потом на суетящегося вокруг него напарника. Вздохнул, и потянулся к кнопке на шлеме. "Кнопке реальности". Нажал её и вздрогнул. И долго, внимательно смотрел на темноволосого человека перед ним. Инна же внимательно смотрела на него.

Лекс расстегнул кобуру, и достал свой пистолет, X-11-32, всё ещё собранный в оригинальной конфигурации, с 9 миллиметровым патроном. Темноволосый парень замер.

— Инна. — очень спокойным голосом спросил Лекс. — это кто?

— Лекс? — осторожно спросила Инна и поставила между Лексом и молодым патрульным бронированную руку.

— Я Джим Грин, из северо-восточного округа, патрульный. — он переводил взгляд с одного полицейского на другого.

— Нет. — спокойно сказал Лекс. — Инна. Я не взломан. Я не вижу галлюцинаций. Я вижу человека на земле. Это Том Джонс, мы его видели раньше. А это не Джим Грин, его напарник. Это кто-то другой, что очень на Джима Грина похож. Но это не он. Кто это? — спросил Лекс.

"Джим Грин" видимо занервничал. Инна перевела взгляд с Лекса на полицейского перед ним. Повисла пауза.

— Такеру. Биосканнер. — сказала она.

— Он был в Бульдоге... — Такеру мотнул головой в сторону Бульдога с огромной дырой в борту.

— Сюда едут медики. У них будет биосканнер. — спокойно сказала Инна.

Молодой патрульный внезапно ударил по пистолету Лекса, выбил из рук, молниеносным движения выхватил свой пистолет из кобуры, и мгновенно навёл его Лексу в голову. Время попыталось замедлиться, но шлем сообщил Лексу "Невозможно. Перенапряжение". Лекс совсем недавно пользовался этой возможностью. Так же молниеносно Инна подняла руку и выбила пистолет из рук "патрульного". Он успел выстрелить, и пуля пролетела рядом с головой Лекса. Пистолет отправился в полёт, сверкая на солнце, а "патрульный" бросился бежать.

Среагировал Такеру. Выхватил свой пистолет, и открыл стрельбу. Попытался. Пистолет лишь щёлкал и не стрелял. Такеру так и не перезарядил его с момента, когда достал из него патроны. Беглец набирал невероятную для человека скорость, и приближался к границе закутка с невысокой стеной. Инна со щелчком сняла с бедра экзоскелета свой пистолет. Прицелилась, выстрелила. Но в этот момент беглец прыгнул. Прыгнул вверх метра на два, и перемахнул через стену. И исчез. Пуля ударила в стену.

— Зараза. — в очередной раз за день сказал Инна. Раненый патрульный. Выдохшийся Лекс. Несколько пленников, куча улик, расстрелянный Интерцептор, подбитый Бульдог и перевёрнутая 12-6. Нужно было отправиться в погоню, но покидать место было нельзя.

— Такеру. Найди его пистолет, положи в пакет для улик. Не прикасаясь руками. Там может быть биоматериал. Затем перевязываешь раненого, если не приедут медики.

Лекс наклонился и поднял с земли своё оружие. Аккуратно вытер его и вернул в кобуру.

— Это не Джим Грин. — повторил он.

— Я поняла, Лекс. Обычный полицейский не пытался бы тебя застрелить, не стал бы бежать, а дождался бы сканера. Сядь и отдыхай. Теперь пришло время ждать.

В небе раздался шелест четырёх винтов. Поднимая облака пыли, на землю спустилось аэротакси МедКорпа. Оттуда вышел врач и его ассистент. В этот раз — молодой врач и ассистент постарше. Лекс привычно посмотрел в их сторону. Шлем выдал информацию: "Шишканов Григорий, 28, полевой врач-практикант МедКорп", "Чжао Минг, 37, ассистент полевого сотрудника МедКорп". На лице врача красовались очки дополненный реальности, а ассистент нёс большой чемоданчик. За спиной у него был рюкзак.

Молодой врач осмотрелся по сторонам, задержался взглядом на расстрелянном Интерцепторе и перевернутой бронемашине и присвистнул:

— У вас тут весело было, похоже. Где пациент?

Инна показала на раненого патрульного. Доктор же расчехлил биосканнер и навёл на пациента. Нахмурился.

— Чжао, носилки. Вы — Он показал на Такеру. — вы поможете. Быстро.

— Я? — искренне удивился Такеру.

— Вы, вы! Быстрее, его нужно в госпиталь.

Чжао ловким движением скинул рюкзак, достал из него длинный предмет и в несколько движений разложил в лёгкие, полимерные носилки. Вдвоём, вместе с Такеру, они перенесли полицейского на носилки, и загрузили в аэротакси. Оно раскрутило подъёмные винты и с шелестом улетело. Такеру вернулся к группе.

Лекс огляделся по сторонам, нашёл какой-то пустой ящик, и сел на него. Они стали ждать. Эвакуатор, других сотрудников, криминалистов. И вскоре вдали зазвучали полицейские сирены.

Глава 17

Первым делом на место перестрелки приехала "служба выбивания дверей". На их бронированных машинах красовалось несколько свежих вмятин и следов от пуль. Они оцепили место, расставили охрану, натянули ленты, установили простые ограждения. Небольшой группой проверили близлежащие помещения на предмет сюрпризов, вроде мин. Руководил всем знакомый Лексу командир — Исаак Ферреро, тот самый что встретился ему в первый день, при захвате самой первой марионетки. Он бросил Лексу "Привет, парень!" и принялся за привычные ему дела, командуя людьми. Лекс отметил, что командир в этот раз слегка прихрамывает.

Проверив помещение, они стали решать вопрос с пленниками и транспортом. За разбитым бульдогом и "Проектом 12-6" приедет полицейский эвакуатор с краном. Усиленный эвакуатор с усиленным краном, что может выдержать вес полицейских машин. Ему придётся делать два рейса, и вместе с машинами вывести роботов—штурмовиков.

Затем встал вопрос с транспортом Инны, Лекса и марионетки. Лекс заметил, что обработанные тазером марионетки не приходят в себя, посоветовал эвакуировать их в первую очередь. Сам он поедет вместе с людьми из штурмовой группы, они же и будут следить за находящейся в сознании "марионеткой". Человек-Марионетка всё пытался вырваться, а Лекс по-прежнему видел слабые сигналы в районе его головы. Перевоз Инны вызвал вопросы. Бронированный экзоскелет Инны плохо вписывался в габариты фургонов "службы выбивания дверей", а снимать его Инна наотрез отказалась. Инна предложила отправиться в часть своим ходом. Над этим предложением Исаак долго и искренне смеялся:

— Ох, шутники. Боевой экзоскелет по улицам. О нас пресса потом такое понапишет. Сделаем так...

И вызвал гражданскую службу доставки. Грузовое такси. Указал в деталях транспортировку груза, и через несколько минут к кордону подъехал небольшой грузовой фургон, с серо-белой эмблемой "Центр, Доставка" на борту. На эмблеме красовалась сетка из равнобедренных треугольников, закрашенных серыми, белыми, и чёрными цветами. Курьер, молодой парень, подъехал к кордону, подошёл, и осторожно поинтересовался, где его пакет. Потом с открытым ртом смотрел, как "пакет" сам забирается в кузов. А потом уехал к полицейскому управлению. Лекс попытался предложить загрузить туда же и Штурмовых роботов, но его остановил Исаак. Роботы все не влезут, и могут и на эвакуаторе покататься.

Затем началась рутина. Приехал эвакуатор, погрузил простреленный насквозь Бульдог, и забрал вместе с ним роботов. Лекс отправил их командой на борт, вместе с их сломанным товарищем, который открывал дверь броневика. Дал указание выгрузиться по прибытию, и отнести товарища в гараж. Если не смогут — техники в полиции разберутся.

Тупик с разгрузочной площадкой заполняли люди, которые осматривали каждый сантиметр здания, изучали модифицированный "Китеж", обшаривали склад. Снова нашёлся большой груз наркотиков, и снова очень тщательно скрытыми оказались следы перевозки товара. Не меньше сотни килограммов Ночной Лилии.

Лекс не участвовал в процессе, его тело ныло, он сидел и ждал, когда сможет вернуться в часть — Сергио обещал выдать ему регенератор — лекарство, что значительно ускоряло заживление ран и повреждений, хоть и не могло вырастить потерянную конечность. Слабая версия этого вещества использовалась в ванной Лекса.

Болели мышцы, Лекс сидел, смотрел по сторонам, и обдумывал ситуацию, затем связался с Шефом.

— Лекс, только не говори, что нашёл ещё одного агрессивного робота с рейлганом. — первым делом сказал Кордоне.

— Нет, Шеф. Не нашёл. — честно признался Лекс.

— Это хорошо. У нас военные на ушах ходят, пытаются понять, как у них украли боевую установку. Ходят на ушах и звонят мне. Та модель, которую ты нашёл, обычно стоит на танках. Основным орудием. Ты чудом выжил.

— Подтверждаю, Шеф. — сказал Лекс.

— С другой стороны, это указывает на необходимость наличия "Каракатиц" в наших силах. Если бы её свихнувшийся создатель не установил столько брони, снаряд прошёл бы навылет, по прямой. — Сергио вздохнул.

— Шеф. Я думаю, что смогу взломать пойманную марионетку. — сообщил Лекс.

— Нашёл способ взаимодействовать с чипом? Так действуй. — оживился Сергио.

— Это нужно делать в госпитале. Нужен опытный врач, присмотр. Это может занять несколько дней, в которые я не смогу патрулировать — пояснил Лекс.

— Хм. — задумался Сергио. — организуем. Тем более что я обещал тебе выходные. Что с остальными марионетками, giovane?

— Высока вероятность, что они не придут в себя. — сказал Лекс.

— Поясни. — нахмурился Сергио.

— Я подозреваю, что в чипе механизм самозащиты. Возможно, что он самоликвидировался, и в процессе мог нейтрализовать носителя.

— "Нейтрализовать" — недовольно покачал головой Сергио.

— Эти люди могут погибнуть. Остаться без сознания, или лишиться функций мозга, уйти в вегетативное состояние.

— То есть получим "овощ". — подытожил Сергио. — разбирайся.

— Есть ещё информация, Шеф. — начал Лекс. — один из патрульных, Джим Грин, оказался двойником.

— Что за "двойник"? — снова нахмурился Шеф.

— Это был человек, очень похожий на Джима Грина, но не Джим Грин. Он допустил несколько нетипичных ошибок, не смог правильно перевязать рану. Внешность незначительно отличалась от оригинала. Различие возможно было заметить только через моё оборудование. Я думаю, что био-сканнер также обнаружил бы несоответствие.

— Очень интересно. Кто это, по твоему? Косплеер? Фанат полиции, который нашёл форму? — расспрашивал Лекса Сергио.

— Шеф я думаю, что такой двойник может быть не один. Кроме того, я обнаружил резкое снижение количество бездомных в северо-восточном и центральном районе. Данные пока что не подтверждены. Предварительный анализ показывает, что люди исчезают.

— Что предлагаешь, Лекс? — спросил ухе хмурый Шеф.

— Я советую проверить всех сотрудников всех полицейских участков биосканнером. Биосканнеры советуют ставить на входе в часть, но эта рекомендация ни в одной части не выполняется. Также я советую делать это в присутствии вооружённой охраны, скрытно и по одному сотруднику за раз. Двойник показал ненормальные для человека физические параметры.

— Это разумная мера, но мне нужны доказательства. Начальство других частей мне не подчиняется.

Лекс отправил Шефу запись со шлема. Лже-Грин перепрыгивал двухметровую стену. Сергио нахмурился.

— Попытаюсь, Лекс, попытаюсь. Я отправлю тебя в больницу вместе с марионеткой. Ковыряйся в её чипе и попроси у врачей регенератор. Поедешь вместе с командиром штурмовиков. Они же и предоставят охрану поначалу. Действуй, Лекс.

На этом Сергио завершил связь.

Лекс сидел, и ждал, пока не освободится машина, не погрузят в неё человека-марионетку, не повезут их в госпиталь — в ту самую специализированную клинику, где Лекс приходил в себя после взлома. Из обрывков разговора, он понял, что к ним приедет машина из больницы, чтобы сразу начать следить за состоянием марионетки. К Лексу подошёл, прихрамывая, Исаак. Весело поприветствовал:

— Ну, здравствуй ещё раз, хрустальный наш ниндзя.

Лекс уставился на него, сверкнув линзами шлема. Исаак рассмеялся.

— Не обижайся, Оператор. Просто часто, когда я тебя вижу, ты восстанавливаешься после героического подвига. Как в тот первый раз, когда ты на второй этаж запрыгнул. Делаешь что-то невообразимое, что мои парни не провернут, а потом даже ходишь толком не можешь. Вот поэтому ты "хрустальный ниндзя". Один мощный удар и разбиваешься вдребезги. Как пистолет с одним зарядом.

Лекс ничего не ответил и вернулся к созерцанию тупика и суетившихся вокруг людей.

— Не против, если я с тобой поговорю? Вдруг ты там что-то важное делаешь. — уточнил Исаак.

— Не против. — бесцветно сказал Лекс.

— Я тут встретил командира KRAFT в одном из баров. Выпили вместе, по старой дружбе. Он знает тебя. Понравился ему твой шлем, и хотел он себе такой же. А нельзя. Не то, чтобы даже достать нельзя, а требования к нему особенные и он не соответствует им.

Лекс кивнул.

— И к нам одного из ваших привезти собираются. Из Операторов.

Лекс обернулся, посмотрел на Исаака.

— Девушка-оператор, представляешь? И следующая итерация этого твоего оборудования. Я личное дело смотрел — жуть, страшнее тебя.

Лекс внимательно смотрел на Исаака. Хоть и скрыто маской лицо, тот, вроде бы, смутился.

— Не бери в голову, Оператор. Хотел сказать что тебя ночью с роботом перепутать можно. И говоришь ты всегда так, спокойно. Таких среди обычных людей мало.

Лекс вернулся к созерцанию площадки перед ним.

— Так вот. У неё даже позывной есть, "Ворона". Как я понял, порты по всей спине и по рукам идут, а к шлему идёт лёгкий экзоскелет, что к ним подключается. Просто поддерживающие конструкции, что к этим портам подключаются. Так понимаю, чтобы не рвать каждый раз мышцы. Аугмент нового поколения, вроде бы.

Лекс потянулся в инфосеть и начал искать информацию по операторам. Перед его глазами замелькали видимые лишь ему страницы. Вскоре он вышел на упоминания, фотографии. Подумав, связался с разработчиками шлема напрямую — с тренировочным центром, в котором он стал оператором. Соединение переключилось на сверхзащищённое. Страницы сменились дополненной реальностью, сделанной для его шлема. Он нашёл рубрику, посвящённую разработкам. "Модель три". Запросил информацию. Соединение замолчало, а несколько долгих мгновений проверяло его статус оператора, модель, серийный номер оборудования, без его прямого участия.

Сайт теперь приветствовал его по имени: "Здравствуйте, Александр Ворген". В углу мерцала надпись "экспериментальное оборудование, стадия тестирования", и ниже под ней кнопка "принять участие в тестировании". Перед ним появилась видимая лишь ему голограмма новой версии — мужской и женский вариант. Лекс повернул модель, осмотрел. Сравнил со своим оборудованием. Количество портов выросло, в дополнение к лицевым появилось множество контактных площадок на спине, шее, руках, ногах. Под кожей бежали дополнительные соединения. Он перелистнул страницу, и осмотрел "компенсирующий экзоскелет". А потом отключился от страницы.

— Послушай, Оператор. — заговорил снова Исаак.

— Лекс. — поправил его Лекс.

— Лекс? — наклонил голову Исаак.

— Александр Ворген. "Лекс". — объяснил Лекс Исааку.

— А я... — начал командир, но Лекс перебил его:

— Исаак Ферреро, 32 года. Командир штурмовой группы полиции восточного округа. — сообщил Лекс видимую ему информацию.

— Всё время забываю об этих ваших фокусах. — вздохнул Исаак. — Послушай, Лекс. Вы, операторы, все такие?

— Какие? — уточнил Лекс.

— Спокойные. Без эмоций. Часто как будто машины. Я смотрю на тебя, и вспоминаю марионетку. Ты ли управляешь шлемом? Или может ты и есть шлем?

— Я управляю шлемом. Его можно снять. — спокойно объяснил Лекс.

— Но ты ведь не снимешь его?

Лекс покачал головой, отвечая "нет".

— Значит, он часть тебя. И где кончается человек, и где начинается Шлем? Но я не это хотел спросить. — вернулся к теме разговора командир.

— Вы все, Операторы, такие? Что ждать от той девчонки, "Вороны", которую мне переведут?

Лекс помолчал.

— Большинство похожи. И лучше поговорить с Инной. Инна Светлова, восточный округ. Я работаю с ней в паре.

— Инной, значит. — сказал командир и замолчал. Их машина никак не приезжала.

— Разговорился я. В этом проклятом банке мне взрывом ногу приложило, что-то с ней теперь не так. Как раз в клинике посмотрят. А ты, Лекс... Есть у меня в группе парень. Снайпер хороший, и сапёр хороший. И никак он не может определиться, кем ему лучше быть. Снайпером или сапёром. Следить за всем издали, или же искать сюрпризы впереди группы. Вот ты похож на него. Вроде и чудеса меткости и ловкости можешь вытворять, и роботов водить. Вот только роли это разные. Почти противоположные.

— ... я подумаю об этом. — внезапно сказал Лекс.

— Подумай. Кажется мне, что мир меняется, становится другим, странным. Аугменты, Операторы — ласточки первых изменений. И люди вроде меня, могут остаться позади. И может быть даже ты останешься позади. Чуть позже.

Зашуршали шины, и к кордону подъехала машина скорой помощи. Из неё вышел знакомый Лексу доктор. "Михаил Андреевич". Михаил Андреевич Ушаков, 45 лет. В руках он нёс чемоданчик. Вслед за ним спрыгнул "Семён".

— Мне сообщили, что у вас особый "пациент". Показывайте, мне нужно быстро вернуться в госпиталь.

Его провели к "марионетке". Доктор быстро осмотрел дёргающегося, закованного в наручники мужчину и покачал головой:

— И что с ним делать прикажете?

— Следить, чтобы не умер. — мрачно сказал командир штурмовиков.

— А с вашей точки зрения? Вы у нас недавно были, кстати. — обратился к Лексу доктор.

— Его нельзя погружать в сон, нельзя пытаться извлечь чип. Нужно следить за жизненными показателями.

— Покажите чип. — скомандовал Доктор. "Марионетку" перевернули и продемонстрировали грубый шрам на затылке. Доктор присмотрелся и скривился:

— Топорнейшая, мясницкая работа. И это нельзя пытаться исправить?

— У него неизвестное оборудование. Которое попытается его убить при попытке его извлечь. Мы попытаемся получить к нему доступ и обезвредить.

— Цель понял. Семён, грузи его. — доктор заторопился к машине. — Вы идёте с нами, как я понял.

Семён легко подхватил лежащего на земле мужчину, закинул на плечо, и они пошли к машине. Потом долго ехали по пустеющим улицам города, по дорогам вместо аэротакси. Машину вёл Семён. Исаака, командира больше не тянуло на разговоры и он просто потирал иногда своё колено сквозь броню.

— Мы бы рады использовать аэротакси. — заговорил доктор — но мы не МедКорп. Кроме того, пробки в этих районах — большая редкость, и колёсной техники хватает. Хотя Семён, наверное, рад бы был полетать, так ведь, Семён?

Водитель кивнул. Он сидел за рулём пригнувшись, и с трудом вмещался в машину.

— Ну а дополнительные средства, когда они появляются, лучше пустить на дополнительное оборудование. Инжекторы, которые периодически ломают, или же улучшенного диагноста. Мы всё-таки не МедКорп.

Лекс не очень слушал его. Он сидел рядом с привязанным к кушетке человеком-марионеткой, и, наклонившись к нему, собирал информацию о слабых сигналах, которые отправляло устройство. Слабый, почти неощутимый цифровой сигнал. Совершенно нестандартный формат сигнала. Робот, похоже, координировал действия с марионетками, значит, в нём был блок связи с ними. Лекс отправил запрос Шефу. Путь техники разберут и выяснят, есть ли нестандартный передатчик.

Он продолжал разбираться с сигналами устройства, составлял таблицы данных, сравнивал их с известными протоколами. Но тут машина достигла цели. Они вышли наружу, Семён так же небрежно, как и раньше, закинул "марионетку" на плечо, и понёс "больного" к особой, укреплённой палате. На ходу доктор, с чемоданчиком в руках, привычно раздавал приказы.

— Таня, будьте добры, вот этого товарища с зеркальным шлемом на осмотр. Поймайте кого-нибудь из свободных, пусть осмотрят ему ногу. Нет, я сказал "с зеркальным шлемом". Да, его. Минут через двенадцать здесь будет стоять охрана, не пугаться, но о проблемах с ними сообщать мне. Понятно?

Несколько попавшихся по дороге человек в белых халатах получили похожие указания, и разбежались. Доктор, Лекс и Степан, зашли в укреплённую палату, и Степан начал закреплять "марионетку" на кровати-кушетке, что была очень похожа на ту, на которой когда-то лежал Лекс.

— Постарайтесь найти способ отключить эту пакость, уважаемый Оператор. — сказал доктор. — Не люблю топорную работу, очень хочется её убрать. И не знаете, кто мог это сотворить? Я бегло ознакомился с ситуацией, знаете ли.

— Чип, предположительно подавляет или перехватывает мыслительные функции. Чип уникальный. Такая разработка по силам большой компании. — бесцветно сказал Лекс.

— Например? — поинтересовался доктор.

— Например, KRAFT.

Доктор хмыкнул и задумался.

— Мне нужен гель-регенартор — сказал Лекс.

— Это ещё зачем? — нахмурился доктор. — это лекарство, им баловаться нельзя.

Лекс сверкнул линзами, посмотрел на доктора и у него в кармане пискнул коммуникатор. Врач достал его, посмотрел на экран, и вскинул брови.

— Так, а ну раздевайтесь по пояс. Хотя нет, до трусов. Посмотрим, что вы натворили. Нет, даже не пытайтесь со мной спорить, я врач.

Марионетка смотрела в потолок стеклянными глазами, а доктор внимательно осматривал раскинувшего руки Лекса. Его раскрытый чемоданчик лежал на столе, и в нём поблескивали приборы. Доктор ощупывал Лекса, сгибал/разгибал руки, спрашивал "болит? А теперь?", а потом прошёлся по телу биосканнером. Закончил, и всплеснул руками.

— Что ж вы, уважаемый, с собой творите. Вы у нас самоубийца? И как вы вообще ходите? Чрезмерные нагрузки на мышцы, связки, вижу вы ещё когда-то себе давно ребро ломали. Регенератор это залечит, да, но будете в том же духе развлекаться, лет через двадцать ждите хронические боли. И против них регенератор не поможет. И сердце. Вы его вашими нагрузками угробить можете.

Доктор вздохнул.

— Будет вам ваш гель и регенератор, но прекращайте вы это дело, вот мой вам совет.

Доктор повозмущался и ушёл. Потом пришли медсёстры, разрезали одежду марионетки, и стали обвешивать задержанного датчиками, поставили капельницу. Лексу же принесли его стеклянную колбу с регенератором, и инжектор, если потребуется. Лечебный гель можно было пить, наносить на кожу, или вводить в поражённую зону. Внутримышечно или подкожно.

Следующие пол часа Лекс сидел, аккуратно ощупывал повреждённые мышцы, и вкалывал подкожно гель похожим на пистолет Инжектором. Так он перевёл половину колбы. Оставшуюся часть он выпил. Он откинулся на стуле и расслабился. По телу разливалась теплота, обработанные участки становились горячими. Горячие области распространялись, и запускался процесс восстановления тканей. Эффективно. Но менее удобно, чем ванная в комнате Лекса.

Лекс же сосредоточился на импланте марионетки. И сопоставлял, расшифровывал посылаемые им сигналы.

Глава 18

Лекс провёл рядом с марионеткой три дня. Игнорируя еду и сон, он методично пытался достучаться до странного чипа, анализировал отклики, составлял таблицы, сравнивал результаты. Под конец первого дня он получил общее представление о протоколе устройства. Под конец второго дня чип попытался убить марионетку, остановить сердце, прервать дыхание. Медики смогли вмешаться, теперь рядом с марионеткой стояла махина аппарата жизнеобеспечения, что взяла под контроль функции тела.

— Я не могу надолго дать вам эту машину, молодой человек. — заявил тогда Ушаков, доктор. — У нас могут появиться срочные пациенты, которым она понадобится. И завершайте уже свои исследования. Вы плохо выглядите. Поешьте хотя бы ты что-нибудь.

Осунувшийся Лекс кивнул. Он работал на поддержке шлема, которая подавляла потребность во сне. Мир вокруг постепенно терял цвет, и становился черно-белым. Если продолжать, шлем возьмёт всё больше и больше функций, и цвет мира будет сигнализировать о возрастающей опасности. Как с ускоренным восприятием. Лекс попросил одолжить ему медицинский сканер, перекусил и продолжил исследования.

Прорыв произошёл в конце третьего дня, глубоко ночью. Видимый Лексом мир давно окрасился жёлтым, в тот момент, когда он, наконец, получил полный доступ к чипу, разобрав его протокол и принцип работы. Он послал сигнал в марионетку, и лежащий человек, по его команде повернул голову влево, вправо, моргнул, дёрнул рукой. Лекс кивнул, и отключил всё ещё работающий механизм ликвидации носителя. Устройство перестало пытаться убить пользователя, и аппарат жизнеобеспечения как будто бы довольно пискнул. Затем Лекс отправил пакет информации по устройству Ушакову и Сергио. Шеф позвонил ему через десять минут.

— Giovane. Твой добрый доктор сказал, что тебе лучше остановиться сегодня. Даже если ты не завершишь работу.

— Работа завершена, Шеф. — бесцветно ответил Лекс.

— Завершена? И что же ты узнал? Что мы можем теперь сделать. — заинтересовался Сергио.

— Я могу перехватывать контроль и управлять марионеткой. Отключить чип. Или отдать команду на уничтожение носителя.

Сергио кашлянул. Лекс продолжил.

— Врачи клиники теперь смогут извлечь чип, не запуская саморазрушение. Я отправил инструкции и программу. Медицинский диагност должен быть в состоянии сгенерировать нужные команды.

— А последствия? Последствия удаления чипа? — уточнил Сергио.

— Я не могу сказать точно, Шеф. Лучше уточнить это у Ушакова. Деятельность чипа может выжигать кору головного мозга. Тогда после удаления будет вегетативный пациент. Если этого не произошло, последствия минимальны.

Сергио побарабанил по столу, о чём-то думая.

— Ты узнал что-то ещё, giovane? Это хорошо, что мы можем удалять эту дрянь, но кто её сделал?

— Я не могу сказать ничего о разработчике, нужен анализ извлечённого чипа. В памяти "пациента" я смог достать передвижения марионетки. Я думаю, что я нашёл центральный склад "марионеток".

— И где же она, по-твоему? — спросил Сергио.

— В западном районе, на заброшенном предприятии. Бывший комплекс переработки агропродуктов. Когда-то он принадлежал родительской компании Сельхозпотребкредитбанка.

Шеф побарабанил по столу пальцами, потом запросил:

— Отправь мне текущие биопоказатели, giovane. — Лекс послушался, и шеф долго молчал и хмурился, разглядывая результаты. Потом вздохнул.

— И несколько следов сходятся в одном месте.

Лекс молча ждал продолжения.

— Патрульные из северного округа зачем-то сунулись в западный. Не знаю, что они там искали и за кем гнались. Тот модифицированный робот, giovane, помнишь его? Их встретили четыре таких же. В этом самом комплексе. Строительный робот "Китеж", вооружённый установкой РСУ-4, калибром сто миллиметров. От патрульных ничего не осталось — только воронки с оплавленным центром.

— Я могу... — начал Лекс.

— Нет, giovane, не можешь. Больше никаких геройств. Ты прошлый раз остался жив только чудом, и только потому, что чокнутый создатель проекта 12-6 поставил на своё творение сверхдорогую броню. Ты полицейский, не супергерой. Запомни это. Это не твоя работа. И если ты будешь геройствовать, ты погибнешь.

Лекс промолчал. Шеф же продолжил:

— Городской Контроллер принял решение провести масштабную операцию с участием армии. В комплексе скопление техники и силы, которые "почему-то" долго не замечали. Сейчас туда подтягиваются армейское подразделение. Ты не пойдёшь в первом ряду, а окажешь поддержку военным, поделишься опытом и информацией. Будешь сидеть в машине РЭБ со связистами, и рядом с тобой будет стоять наша Железная Леди. Жуков своих пустишь, может пару штурмовиков. Район оцепят наши спецы, некоторых из которых ты знаешь. А в центре всего этого будет работать наша армия, которая уже нормальными боевыми мехами сделает из этих самоделок котлету. И вот если от этого комплекса потом хоть что-то останется, если они его не разнесут в пыль, то тогда ты будешь собирать улики.

— Мы потеряем данные. — сообщил Лекс.

— Мне жизни подчинённых важнее, giovane. Поговори с военными, может они с тобой информацией поделятся. У них вроде бы свой Оператор есть. Может, найдёте общий язык? Как там у вас это работать должно, у Операторов. А пока что слушай мою команду. Твои биоданные паршивые. Отправляешься спать в приказном порядке. Операция будет через день-два, тебя оповестят, а до этого у тебя выходной. Отбой. Иди в свою комнату. Медиков я уже предупредил, как и охрану на входе. Ушаков твои данные получил, изучает. Говорит, руки чешутся чип выковырять.

Шеф отключился. Лекс встал, потянулся. Надел свой ранец, что уже несколько дней лежал поблизости и вышел за дверь, покидая, наконец "марионетку". У двери стоял незнакомый ему полицейский, который кивнул ему. "Марк Питерс, 29". Лекс кивнул ему в ответ и пошёл по коридору.

— Подождите, пожалуйста. — тихо сказал ему женский голос из-за спины. Лекс обернулся. "Черных Ольга Игоревна. 40". Медсестра дежурного поста на этаже.

— Доктор просил вам передать. Сказал, чтобы вы ознакомились с рекомендациями. — женщина протянула ему кипу бумаг.

Лекс взял бумаги, пролистал, бегло ознакомился с текстом. Доктор не поленился и распечатал ему последствия чрезмерного использования режима усиления. Прогноз на один-два десятка лет. Дал рекомендации. Посоветовал диету.

Лекс кивнул медсестре. Сложил бумагу пополам, и протянул к ранцу через плечо. Ранец втянул листы бумаги внутрь, будто проглотив их. Лекс снова кивнул медсестре и пошёл дальше, по коридору, и вскоре выше на улице.

В непривычно чистом небе сияли звёзды и луна. Спецклиника располагалась в слабонаселённой части района, и хотя на улицах горели фонари, людей было мало, и очень редко мимо проносились машины. Лекс прислушался к привычному шуму информационного потока. Здесь он был тише. Затем, прикоснулся к инфосфере и вызвал беспилотное такси. Через несколько минут к нему вырулил "Гепард". Такой же обшарпанный и ободранный, как и все остальные машины Гепарда, что Лекс видел раньше.

Такси поприветствовало его инфопакетом, вспомнив указания, которые Лекс дал давным-давно, и открыло дверь. Упомянуло, что в продаже есть синтетический кофе, и батончики, которые Лекс брал в прошлый раз, а также предложило новое издание справочника по ремонту двигателей внутреннего сгорания. Лекс зашёл в салон, заказал два батончика, купил предложенный справочник и ознакомился с ним. А такси, шурша шинами, отправилось к полицейском общежитию. Лекс с огромной скоростью перелистывал виртуальные страницы огромного справочника.

На краю его поля зрения что-то вспыхнуло. Сигнал, который возник и тут же исчез. Лекс среагировал почти мгновенно — отдал команду такси затормозить, подъехать к точке и ждать его возвращения. Он положил батончик в карман, вышел и направился к очередному пустому зданию, расстёгивая на ходу кобуру. Мир вокруг него желтел. Шлем компенсировал многодневный недостаток сна.

В закрытом здании кто-то давно разбил окно, и Лекс без проблем попал внутрь. Один из дронов-жуков выполз из его рюкзака, сел на плечо и включил фонарик. Здесь когда-то находился склад. В огромных комнатах стояли забытые стеллажи, некоторые из них лежали на боку или развалились. На стенах красовались граффити. Кое-где в углах встречались забытые ящики и коробки. Лекс обходил препятствия стороной, пока не нашёл, наконец, точку, из которой пришёл сигнал. По серому, пыльному полу бежала тонкая, почти незаметная трещина, образующая квадрат. Ещё один скрытый лаз, под которым снова оказалась железная лестница, что вела в чистый коридор без единой пылинки.

Снова Лекс спустился в очередной коридор, снова открыл дверь в очередную белую комнату, но в этот момент шлемом он услышал шум. Треск, как будто от радио помех, а затем ударил приступ сильной головной боли, и Лекс повалился на пол, отключился.

Он очнулся через несколько минут на полу. Из его носа шла кровь, растекаясь в небольшую лужицу на полу. Кровь попала на рубашку, испортив её. Мир вокруг потерял цвета и выглядел красным. В углу поля зрения мерцала надпись: "опасность". Устройство настаивало на немедленном сне, а от автоматического водителя авто Лексу пришли серии сообщений: "собираетесь ли продолжить поездку? Время ожидания...". Он ответил на последнее из них. Автоматическое такси ещё не успело уехать. Сидевший же ранее на плече дрон вернулся назад в рюкзак.

Лекс оглянулся на комнату. Комната изменилась. Свет погас, не было больше белизны или чистоты. Передатчик в углу не работал как будто уже несколько лет, стол покрылся ржавчиной, а на компьютере на столе лежал толстый слой пыли. Такой же слой пыли лежал в недавно чистом коридоре. Внутри комнаты белая краска на стенах потрескалась и стала осыпаться. Лекс отправил сообщение о комнате Шефу. А затем заковылял к выходу из здания. С трудом поднялся по металлической лестнице, доковылял до такси "Гепард", которое открыло дверь, сел в салон. Такси мигнуло лампочкой салонной камеры, и обеспокоенно отправило Лексу запрос о необходимости медицинской помощи, а также любезно предложило маршрут до ближайших госпиталей.

Лекс отказался, и дал указание отправить его домой. Машина тогда предложила ему пачку салфеток по символической цене в несколько кредитов. От салфеток Лекс не стал отказываться, и машина выдала ему фирменную упаковку влажных салфеток с эмблемой гепарда и ароматом алое. Лекс вытирал лицо и нос до конца поездки. Оттереть кровь с рубашки не получилось. Робот-прачка в общежитии так и не заработал, значит, придётся заказывать новую форму.

"Гепард" высадил его у пустого общежития. Автоматическое такси мигнуло фарами и уехало. Лекс же поднялся по ступеням, нажал испачканной рукой на биометрический датчик двери. В холле, как всегда, большой робот уборщик чистил видимое что-то ему одному щёточкой в углу. Он обернулся и сверкнул на Лекса линзами глаз. Лекс бросил ему испачканную кровью салфетку. Уборщик поймал её клешнёй на лету, и "съел". Как обычно, запихнул в мусороприёмник, двигаясь почти как настоящий краб. Посмотрел ещё датчиками на Лекса, пискнул и вернулся назад к своему странному занятию.

Лекс с трудом доплёлся до своей комнаты. Шлем вовсю мигал индикатором опасности, и, похоже, собирался переходить в режим упрощённого отображения реальности. Лекс хлопнул по датчику двери рукой. Внутри сбросил на пол Ранец, бросил на стол кобуру с пистолетом, содрал с себя рубашку и штаны с носками, и залез в ванную-регенератор. Он включил регенератор, и отключился, провалился в сон, не успев дождаться, пока устройство наполнится гелем.

***

Он как будто проснулся. Его сознание включилось, и он осознал, что смотрит на мир изнутри шлема, не чувствуя тела.

"Сон" — пришло в голову понимание.

Яркий, реалистичный, очень убедительный, но сон. Кто-то прошептал что-то в его ухо, и он обернулся. Нет, сменил точку обзора. Боковой камерой шлема он увидел свой рюкзак, что лежал на полу, и потянулся к нему бестелесным разумом. Дроны отозвались на его зов, и он, Лекс стал четырьмя дронами.

Четырьмя дронами он вылетел из рюкзака, и осмотрел комнату. Одновременно с четырёх точек обзора, он осмотрел комнату и своё тело, что лежало в ванной. Те же впечатления, что и при слиянии. Неинтересно. Он вернулся дронами в ранец, и переключился на робота уборщика, что сидел в своём домике, зарядной станции. Пошевелил клешнями, шестью ногами, вышел из домика, посмотрел по сторонам. Отметил низкое качество камер, и вернулся в домик роботом.

Неинтересно. А что, если...

Разумом он потянулся в окно и прыгнул в светящийся огнями и потоками информации город.

Он стал контроллером дома. Почувствовал все бегущие по дому коммуникации. Заметил проблемы. Узнал информацию о жильцах, кто из них дома, кто нет. Перенёсся на улицу, и прыгнул сознанием в ближайший автомобиль, и стал автомобилем. Почувствовал биение двигателя, вращение колёс, информацию датчиков, изображение с камер, взглянул на водителя.

А что, если...

Он расширил, и разделил сознание. Потянулся осколком себя до ближайшего автомобиля в потоке, что стоял на светофоре. Вот он два автомобиля. Два тела, два мотора, восемь колёс, и множество камер. Протянул сознание к одному авто, второму, следующему, разделился на тысячу частей, и стал потоком машин. Тысячами колёс, тысячью моторов, тысячами датчиков, он нёсся по городу, обтекая коробки домов, перевозя людей, выпуская пассажиров. Все машины на дороги стали им.

"Лекс" — раздался шёпот. Но он не обратил внимания. Это лишь сон.

Тысячами камер бегущего подобно лавине потока машин он осмотрелся по сторонам, и посмотрел на полицейский ретранслятор. А затем чуть в сторону от него, где в неприметном здании сиял Городской Контроллер. Потянулся к нему и стал им.

Лекс стал Городом. Центром. Его сознание раскинулось на множество сотен квадратных километров, от сверкающего огнями северо-восточного района, где светились коммуникаторы толп, где сиял огнями открытый заново Нокс, до северного района, где безостановочно, даже ночью, работали автоматические фабрики, между которых стояли пустые территории закрывшихся предприятий.

Он почувствовал каждого жителя, каждое здание, каждую линию связи, каждый инфопакет, что нёсся через пустоту. А затем обратил взгляд тысяч камер вверх. В небо. Высоко над землёй, на низкой орбите пролетал рой спутников. А вдали, в десятках тысяч километров, висел геостационарный спутник.

"Лекс!" — раздался шёпот.

Он потянулся к рою спутников. Стал одним из них, разделился на тысячи частей, и растянул своё сознание.

"...всё... может стать..." — настаивал шёпот.

Его сознание поглотило сеть связи. Он стал разумной оболочкой, вращающейся вокруг планеты. Роем спутников. Один из закончил свой срок жизни, сошёл с орбиты.

"Мы... знаем... тебя..." — на краю сознания звучал шёпот. Он становился громче.

Фрагмент сознания Лекса нёсся на падающем вниз спутнике, что сгорал в атмосфере. Внизу промелькнули огни города. Другого города. Не Центра. Фрагментом сознания он бросился с умирающего спутника на город, рассыпаясь на тысячи фрагментов, что становились зданиями, машинами, компьютерами, коммуникаторами...

"Ты... никогда не был... как все..." — продолжал шептать голос.

Фрагменты сознания достигли городского ретранслятора Инфополя. И город стал Лексом.

"Мы... поможем тебе... все знания мира... все силы..." — настаивал шёпот, что становился всё громче.

Лекс стал городским ретранслятором инфополя, и по междугородним каналам связи потянулся к другим городам. Они тоже стали Лексом.

"Все секреты мира! Все знания! Все силы! Станут твоими!" — кричал голос.

Кто это? Это неважно. Это сон.

Со спутников на землю подобно снегу падали фрагменты сознания Лекса. Они приземлялись на города, дробились на части, подключались к устройствам. И города становились Лексом.

"Дар! Прими! Стань! Впусти!" — надрывался назойливый голос. А Лекс с интересом наблюдал за распространением себя на планете внизу.

"Цена! Цена не будет большой!" — кричал голос. Хор голосов. Хор, в котором звучал ужас.

Лекс посмотрел вверх, в космос. Над экватором висели геостационарные спутники. Спутники связи. Ретрансляторы дальней связи для автономных космических проб. Телескопы. Он расщепил сознание в очередной раз, и стал спутниками.

Из космоса он посмотрел на себя. Каплю. Точку в черноте пространства. И обратил взгляд на другие звёзды.

"...остановись". — прошептал хор голосов.

Лекс рассмеялся. Мир распался на снопы светящихся искр, что образовывали узлы связи. Лекс был миром и мир был Лексом. Он наконец-то обратил внимание на собеседника.

Тусклый сонм из бледных искр. Маленький, слабый, по сравнению с Лексом.

"...ты... можешь стать... нами" — неуверенно сказал Другой.

"Цена, не будет большой... все секреты мира... станут твоими..." — продолжил голос.

"Это сон" — сказал Лекс. Он хотел смеяться. Потоки информации проносились через него. Голос молчал. А затем, с трудом показал Лексу картинку, затем другую. Комнаты, скрытые от других. Скрытые, для него. И его тело, что лежало в ванной. Оболочка.

Оболочка, которую можно отбросить.

Лекс задумался.

Это ведь сон? Такой удивительный, реалистичный, странный, сон.

Он потянулся к своему полицейскому компьютеру, и распечатал на нём рисунок. Ведь он и был компьютером. Компьютером, полицейским управлением, всей планетой.

А затем обратил внимание назад, на Другого. И дал ответ: "Не сейчас."

И нырнул назад в своё тело. Просыпаясь, он услышал тихий ответ: "Мы будем ждать".

Он дёрнулся и рывком проснулся в своей ванной. Он проспал менее часа, и всё тело болело, а нос снова сильно кровоточил. Кровяные капли сворачивались в сгустки и плавали в геле регенераторе, что медленно вытягивал их в систему фильтрации. Такое убедительное ощущение силы, и присутствия, с возможностью стать любым устройством — исчезло.

Оставляя слизистые следы из геля, он дошёл до туалета и обычного умывальника и долго пытался остановить носовое кровотечение, промывая нос холодной водой. Кровотечение, остановилось не сразу. Он посмотрел на свои побледневшие и слегка дрожащие руки. А затем в зеркало ванной. На него смотрели линзы шлема. Он вздохнул, напрягся и нажал "кнопку реальности". Его расширенные чувства оборвались, и теперь он смотрел на себя через линзы оптики шлема. Он не изменился. Мир вокруг него остался прежнем, потеряв краски. Он отпустил кнопку, и расширенные чувства вернулись на место. Но по сравнению с яркими ощущением, что он только испытал во сне, расширенное зрение шлема казалось блёклым.

— Сон. — сказал Лекс, и вернулся в ванную регенератор. Устройство отфильтровало сгустки крови. Он залез в него, и привычно отправил сознание в сон. Больше сегодня ночью ему не снилось ничего.

Глава 19

Лекс проспал в ванной-регенераторе до полудня. Снов он больше не видел, но встал он уставшим и разбитым. Проверив биопоказатели, отметил отклонение от нормы и общее ухудшение состояния. Сергио принудительно сделал ему выходной, но Лексу просто нечем было заняться.

Робота-прачку так и не отремонтировали, и, подумав, Лекс заказал себе очередной комплект формы, и набор запчастей для робота уборщика. Форму и его заказ принёс уже знакомый ему дрон "Гепард", передал их через окно и улетел, покачиваясь.

Лекс приказал роботу уборщику выбраться из домика, деактивировал его, отнёс на стол, и принялся за ремонт, при помощи того же комплекта инструментов из рюкзака, что и в прошлый раз. На замену сервомоторов, проверку механизмов, смазку металлических деталей и тестирование электроники он потратил где-то час, а потом робот-уборщик, жизнерадостно пиликнув, резво побежал в свой "домик". Он теперь не хромал и двигался как новый.

Вот только снова стало нечего делать. И тогда Лекс принялся за свой пистолет. Достал дюралюминиевый чемодан, раскрыл, долго рассматривал сменные модули и пробовал разные варианты. В конце концов добавил к оружию небольшую подствольную камеру, и принялся за чистку и обслуживание механизма.

Где-то в четыре часа дня ему позвонил Сергио.

— Александр Ворген на связи. — ответил Лекс, аккуратно прочищая ствол девятимиллиметрового модуля пистолета.

— Giovane! Поступили новости о двойнике и твоём чипе. С чего хочешь начать?

— Оставлю решение вам, Шеф. — сказал Лекс, внимательно разглядывая девятимиллиметровый модуль усиленным зрением. Он обдумывал, стоит ли менять его на модуль гаусса.

— Опять никакого интереса. — хмыкнул Сергио. — тогда слушай. Ушаков смог извлечь неповреждённый чип, его сейчас изучают техники. Но пока что новости неутешительные — принципиально новая разработка, без опознавательных знаков и без типовых решений, которую мог напечатать кто угодно с фабрикатором.

— Возможно, появился новый игрок. Новый производитель чипов. — предположил Лекс. Он подключил модуль гаусса, заменил магазин на батарею и теперь задумчиво катал по столу металлические стержни - патроны. Пистолет потяжелел на килограмм. Лекс поднял увесистое орудие, прицелился в стену. Посмотрел через камеру. Положил оружие на стол, и начал его разбирать.

— Новый игрок? Например? — задумался Шеф. — дай мне справку.

— На данный момент, — сказал Лекс, отсоединяя батарею от оружия. — на нашем рынке чипы такого уровня способна производить KRAFT, которая производит широкий спектр электроники. Фудзита Индастрис владеет фабриками, но заказывает чипы в другом регионе. Cyberworks, BUILDDT, Mastodon, Eternal River, Флэш-ойл, АвтоПит — все являются потребителями готовых технологий, и производство микросхем не вписывается в их бизнес-модель. Это оставляет нам БиоТек, Гринфилд-Банк, Сельхозпотребкредитбанк, а также "Новое Начало".

— Зачем Сельхоз банку и полурелигиозной компании фабрикаторы полупроводников, Giovane? — искренне удивился Сергио.

— "Новое Начало" обладает достаточными финансами и производство имплантов совместимо с их доктриной. Сельхоз банк раньше владел производствами. — сказал Лекс, и стал прикручивать к пистолету начинку под патрон 45го калибра. С удивлением обнаружил в чемодане модуль под револьверный механизм, начал его установку.

Сергио задумался, затем, внезапно, сменил тему.

— Ты ведь чем-то занят, giovane? Я знаю, что ты говоришь через синтезатор, но ты отвлекаешься. Может, покажешь, чем ты так занялся в назначенный мной выходной?

Лекс удивился, но отправил шефу картинку. Списанный из части стол, заваленный модулями револьвера, отвёртками, и деталями от робота сборщика. В центре временного хаоса лежал собранный пистолет с револьверным модулем 45го калибра.

Шеф помолчал, разглядывая организованный хаос на столе, потом хмыкнул:

— Я почему-то так и думал, giovane, что ты занимаешься чем-то таким. Вместо того чтобы, например, привести кого-нибудь к себе домой. А на эту штуку лучше поставь модуль 9 миллиметров, и не усложняй. Стреляешь ты хорошо, тому командиру KRAFT'а ногу неделю собирали и ремонтировали. Куда-то ты там очень удачно попал. Хотя они не в обиде. А захочешь что посильнее, возьми винтовку или дробовик в оружейной.

Лекс собирался возразить, но шеф продолжил.

— А теперь слушай. Пришли новости по твоему "двойнику". Я уговорил наших соседей провести проверку биосканнером. И они нашли двойников у себя. Наши соседи из юго-восточного округа не послушались совета про осторожность, и у них двое лже-полицейских устроили перестрелку, тяжело ранили пятерых и удрали из офиса. Один из них сиганул при этом с пятого этажа на землю, ничего себе не повредив.

Сергио побарабанил пальцами по столу.

— А вот северо-восточные наши друзья подошли к вопросу серьёзно. И у них двойник оказался лишь один. Взять живым не удалось, он взбесился, когда понял, что его раскусили. И тут проблема, giovane. Это не человек. Патологоанатом успел эту штуку вскрыть и описал её как "мешок из мышц, внутри которого плавают подвижные органы в желе". А потом эта штука стала с невероятной скоростью разлагаться, и очень быстро превратилась в слизь.

Лекс положил на стол пистолет и задумался. Пришёл очевидному выводу, и спросил:

— Шеф, это розыгрыш? Я слышал о традиции шутить надо сотрудниками в некоторых частях.

— Я полностью серьёзен, Лекс. — ответил Сергио.

Пауза.

— Шеф, какие есть тогда теории? Вы не отправили мне фотографии вскрытия, значит, их нет. Я надеюсь, что вы не скажете, что это инопланетяне.

— Лекс, за кого ты меня принимаешь? — искренне обиделся Сергио. — Очевидно же, что кто-то всё-таки смог сделать синтетический организм полностью, ведь уже давно пытались. Вот только использует его как-то не очень правильно. Это если оно вообще действовало по указанию. И да, вскрытия нет. Патологоанатом напортачил. Есть запись драки. И всё.

— А как же слизь?

— Продукты органического распада, giovane. Остатки белков и аминокислот. Кто-то очень удачно сделал самоуничтожающееся соединение...

— Мои действия? — спокойно спросил Лекс. Он внимательно посмотрел на франкенштейн-револьвер перед ним, и стал снова разбирать его на модули. Пусть будет 9 миллиметров.

— Завтра ты участвуешь в операции с военными. Там же будет Инна. Как и указал раньше, будешь оказывать поддержку и сидеть в машине РЭБ и связи. Добираться будешь на такси, Бульдог ещё не починили. В операции также будет участвовать Стэнли, но в другом месте. Что касается двойников, Городской Контроллер всё ещё не принял решение, и до сих пор обдумывает свои действия.

В шлем Лекса поступил кусок карты.

— Такеру? — поинтересовался Лекс. Он привинчивал на место модуль 9 миллиметров.

— Такеру попросил перевести его на бумажную должность. Сильно напугали его на последнем патруле. — несколько печально сказал Сергио.

— Приказ принял. — бесцветно ответил Лекс.

Сергио вздохнул.

— Не учуди завтра ещё что-нибудь, компьютерный человек ты наш. Конец связи.

Лекс задумчиво посмотрел на разобранный пистолет перед ним. Вернул на место модуль 9 миллиметров, удлинил ствол, добавил подствольную камеру и лазерный прицел. Прикинул вес обновлённого оружия в руке, а потом вернул его в кобуру, сложил назад все неиспользуемые детали в дюралюминиевый чемодан. Встал, и долго смотрел в окно.

За окном шумел город, неслись потоки данных, можно было протянуть руку, ухватить любой из них, вмешаться, изменить, быть может, отловить ещё одного начинающего мошенника или хакера.

Не было желания.

После яркого вчерашнего сна мир казался пресным и блеклым, даже сквозь расширенное зрение, которое обычно радовало Лекса. В голове снова всплыло то ощущение, из сна, когда он так легко делил сознание на множество частей, захватывая информационные системы, становясь ими. И ощущение в конце. Свободы. И бесконечная чернота космоса, с сияющими в нём звёздами...

Лекс вздохнул, и попытался вспомнить впечатление из сна. Потянулся в окно разумом, будто пытаясь вновь "прыгнуть" сознанием наружу, стать информационной системой. В ушах его раздался слабый треск, но ничего не произошло.

Это всего лишь был сон.

Вечер только начинался, но Лексу просто больше было нечем заняться. И поэтому он просто разделся, полез в ванную-регенератор, и погрузил себя в сон, до завтрашнего дня.

***

Лекс проснулся в шесть часов утра. Привычно выключил регенератор, подождал, пока горячий воздух высушит оставшийся на нём гель, и вылез из устройства.

Сон не повторился. Повинуясь внезапному импульсу, Лекс связался через инфосферу с компьютером полицейского управления, и запросил вид своего рабочего места. Вдруг тот листок, который он просил распечатать, лежит на его столе, рядом с принтером для бумаги? Компьютер подчинился, и показал изображение пустого стола. Никаких листков бумаги не было.

Лекс оделся, накинул привычно ранец с дронами жуками, надел кобуру, проверил ещё раз место назначения, и осмотрел свою комнату. С момента, когда он сюда зашёл впервые, очень мало изменилось: он передвинул регенератор к окну. Поставил стул и стол. Починил робота-уборщика, и тот больше не хромал. Уборщик блеснул на него линзами из своего "домика", зарядной станции. На столе лежали неубранные старые детали робота. Рядом с ними — дюралюминиевый чемоданчик с запчастями от пистолета, и под столом — давно уже не использованный чемодан для транспортировки дронов. Лекс посмотрел в сторону окна, и вышел из комнаты, вызвав очередного "Гепарда".

На улице, беспилотное такси поприветствовало его инфопакетом с сообщением. Снова предложило ему синтетический кофе, батончики, и очередной том ремонта двигателей внутреннего сгорания, на три тысячи страниц. Псевдоинтеллект такси сгенерировал типовое предложение, на основе прошлых заказов: один стакан кофе, два батончика, и книга. Лекс молча принял его, ответив таким же беззвучным пактом информации. Сел внутрь, взял выданные ему товары, и изучал новый справочник, пока такси ехало к месту назначения.

Он проехал через привычный восточный район, выехал на мост. Поток машин заметно поредел. Такси продолжило движение, вырулило к границе западного округа, пересекло её, и люди исчезли с улиц.

Здесь началось царство машин. Пешеходные дорожки по-прежнему бежали вдоль стен фабрик, складов и заводов, но дорожки пустели, и по ним не шли прохожие. Куда ни посмотри — ни одного человека вокруг. Иногда по улицам проезжали беспилотные грузовики, тщательно соблюдая правила дорожного движения. Они двигались аккуратно, с ювелирной точностью держали дистанцию между друг другом, соблюдали скоростные ограничения, и честно стояли у нескольких светофоров, давая перейти через дорогу несуществующим пешеходам.

При продвижении глубже в район, дороги расширились, а на пешеходных дорогах появилась вторая линия: "для шагающих машин", в то время как линия для людей сузилась до предела. Иногда по дорогам шли, вышагивая, роботы. Ремонтные роботы, строительные роботы, пара роботов погрузчиков с покрытым пылью сиденьем для водителя — двухметровые и трёхметровые великаны, аккуратно наступающие ногами на старый асфальт.

За бетонными стенами оград возвышались коробки огромных зданий, баки для жидкостей, хранилища, заводские корпусы, ангары. Иногда за стенами двигались машины ещё большего размера, перемещались башенные краны. Вот взлетел грузовой авиаперевозчик, натужно шелестя шестнадцатью винтами вертикального взлёта. Он выглядел как большая рама с захватами и пропеллерами и нёс он типовой контейнер.

Но многие здания пустовали, разваливались. За заборами заброшенных предприятий не было движения, не шагали и не ездили машины, а редкие роботы, опустив манипуляторы, ржавели, иногда завалившись или упав. Городской контроллер, вроде бы, планировал что-то сделать с заброшенными территориями, но приоритеты других задач всегда оказывались выше, и пустующие комплексы стояли дальше, лишь иногда один из них сносили сменившиеся владельцы, чтобы на месте старой бетонной коробки возвести новую. Иногда эта постройка тоже пустела, снова превращаясь в ещё один заброшенный комплекс.

Западный район пустел. Люди не появлялись здесь почти никогда, и даже бездомные опасались оставаться в пустующих зданиях. Для людей здесь не было инфраструктуры, и если в центральном районе можно было бесплатно и не совсем законно занять пустующую квартиру, получив доступ к воде, теплу, электричеству, и еде, а также возможности попрошайничать, то здесь по трубам текла техническая вода, канализация отсутствовала, напряжения электросети измерялось киловольтами, а тепло машинам требовалось не всегда. И никто не продавал здесь еду.

Никак не проходило чувство блёклости мира, и изначально неинтересное окружение западного района казалось ещё более унылым, а в голове по-прежнему горело яркое воспоминание о таком реалистичном сне. Со скуки Лекс потянулся к псевдоразуму машины, и с удивлением узнал, что именно на этом беспилотном такси он и приехал в город.

Он запросил у псевдоразума информацию о модели такси, и с интересом рассматривал спецификации машины с сайта производителя, когда на дороге возник чужеродный элемент — преграда, и путешествие закончилось. "Достигнута точка назначения", сообщило автоматическое такси инфопакетом. "Спасибо, что воспользовались такси Гепард", и уехало.

Через дорогу тянулось заграждение. Тёмные металлические опоры впились в асфальт, и между ними висела натянутая цепь. За ней стояли люди в тяжёлой камуфлированной броне, что иногда меняла свой рисунок, практически сливаясь с окружением. А за ними — большие, бронированные машины, перевозчики. Здесь двигались и шумели люди. Вооружённые люди, непривычные в этом районе города.

Вышедший из такси Лекс подошёл к заграждению. Ближайший к нему камуфлированный человек сменил цвет брони, окрасившись в тёмные цвета военного подразделения. Подошёл к Лексу, и уставился на него. Шлемом, Лекс увидел светящийся на его броне передатчик, и отправил в него инфопакет. "Александр Ворген, по указанию городской полиции..."

Военный молча достал биосканнер. Лекс так же молча расстегнул перчатку, оголил ладонь и протянул её к военному. Тот молча провёл сканером по ладони Лекса, а затем от его шлема понеслись пакеты связи. Вдаль, в штаб. Закодированные, но которые Лекс смог бы легко раскрыть, если бы захотел. Но в этом нет необходимости. После недолгого обмена информацией, военный кивнул, и махнул рукой вдоль машин. Лексу пришёл пакет с указанием направления и внешним видом машины. Лекс кивнул в ответ, цепь заслона опустилась, и он перешагнул через неё. Встречавший его человек снова покрылся камуфляжным рисунком, покрашенным под цвет бетонных стен. За всё это время никто не произнёс ни слова. Лекс пошёл вдоль рядов военных. На него никто не обращал внимания. Новость о нём уже безмолвно разнеслась по военным каналам.

Лекс нашёл машину связи и РЭБ где-то через сотню метров. Бронированный чёрный кирпич на колёсах, со слегка скошенным лобовым стеклом, которое было сейчас закрыто защитными щитками. Машина светилась под взглядом шлема, выбрасывая невидимые для остальных потоки информационных пакетов и радиоволн. На крыше её возвышался радар и антенны множества передатчиков. Рядом стояла Инна, которая поприветствовал Лекса взмахом руки экзоскелета. Лекс заметил тряпичную зелёную повязку на плече её брони. Военных же поблизости не было.

Лекс задумался, и отправил инфопакет с сообщением о прибытии в сторону приёмника машины. С лёгким шипением дверь открылась, и на землю спрыгнул странный человек в камуфляже, и два военных с автоматами. Их форма немедленно сменила окрас, с камуфляжа на тёмные официальные цвета военных.

Человек медленно пошёл к Лексу. На спине его виднелся ранец. Вдоль рук бежали тонкие трубы лёгкого поддерживающего экзоскелета. На голове же сверкал линзами скрывавший верхнюю половину лица Шлем. Такой же, как у Лекса. Он подошёл к Лексу и молча уставился на него. На видимой части лица видны были признаки возраста. Не меньше сорока, если не пятидесяти лет.

Оператор. Военный Оператор.

Лекс собрался отправить инфопакет приветствия. Но Оператор чуть улыбнулся. Перед взглядом шлема, от него протянулись к Лексу светящиеся нити.

Время замедлило свой бег. "Угроза. Попытка взлома.", сообщил Шлем, и Лекс стал изо всех сил отбиваться от внезапной атаки.

Глава 20

"Угроза. Попытка взлома", сообщает Лексу шлем, и время замедляет свой бег.

Десять тысяч светящихся нитей тянуться от противника к Лексу, и пытаются подключиться к его шлему, сокрушить, обойти, сломать защиту установленную на устройстве. Сотни вирусов, сотни программ скрытого доступа, сотни компьютерных червей, бесчисленные вариации их комбинаций, и изменённых смешанных вариантов. Массированная атака, способная сокрушить защитный модуль практически любой компьютерной системы.

Три тысячи шестьсот восемьдесят одну атаку отражает встроенный защитный модуль, фаервол. Две тысячи девятьсот пять перекрывает антивирус по известным сигнатурам. Три тысячи четыре атаки отражает сам Лекс, за несколько миллисекунд обнаружив общий принцип построения комбинированных модулей. Двести восемь атак проходят через первую линию обороны. Сто пятьдесят две разбираются о вторую. Сорок девять не могут причинить вред устройству из-за недостаточных привилегий.

Один-единственный вектор атаки проходит сквозь все рубежи обороны, избегая попыток его уничтожения, встраивается в кору устройства, укореняется, и начинает расширять сферу влияния, пытаясь получить доступ к датчикам и процессам обработки данных. А затем укоренившийся вирус выключает Лексу оптическое зрение.

Мир погружается во тьму, в которой сверкают лишь линии и маркеры электронных устройств и не видно больше ничего. Вирус укрепляется и пытается получить доступ к остальным устройствам, выключить слух, равновесие, восприятие электроники. А потом, наверное атаковать чувства Лекса сгенерированным враждебным сигналом.

Лекс вцепляется разумом в вирус, который начинает плодиться в памяти устройства, потребляя системные ресурсы, вытягивая вычислительные мощности на себя. Несколько миллисекунд проходит, и одна вредоносная программа превращается в девятьсот копий, а работа устройства ощутимо замедляется.

Время медленно ползёт в темноте, с момента начала атаки не прошло и секунды. Копии вируса связываются с хозяином, что, теперь невидимый, стоит перед Лексом и продолжает атаку, координируя действия вредоносных программ.

Лекс уходит в глухую оборону, начинает уничтожать поступившие к нему вирусы, изучать их, обнаруживает что каждая копия отлична от другой, и что создатель вируса встроил в механизм вариативность. Лекс уничтожает восемьсот шестьдесят копий, анализирует тридцать, разрушая их в процессе, и, поняв структуру программы, берёт под контроль оставшиеся десять.

Атакующему поступают ложные данные об устройстве, его начинке, реакции Лекса. Атакующий видит, что Лекс будто бы не может защититься от вируса, тщетно пытается установить защиту, что вирус получает доступ к новым и новым системам. Количество обратных соединений к нападающему растёт, и вот уже несколько тысяч сигналов имитируют работу вируса. Нападающий же видит иллюзию. И отправляет команды: "Отключить слух". "Отключить вестибулярный аппарат". "Замедлить дыхание". "Замедлить пульс". "Погрузить в сон". Лекс отправляет ложные данные об успехе назад, и начинает контратаку.

Через тысячи соединений от фальшивого вируса он бросается на устройство противника, пытается найти брешь в защите, проломить её, обойти, пробиться внутрь, наращивая напор. Почему-то невероятно просто это делать, и снова в голове его всплывает воспоминание о том чудесном сне, где он был всем, и где он был всесилен. Восемь тысяч соединений пытаются пробиться через защиту противника. Двенадцать тысяч, пятнадцать. Двадцать. Двадцать пять тысяч, что уже за пределами нормальных возможностей шлема. Устройство сообщает о перегрузке, и просит снизить нагрузку.

Защита противника не выдерживает. Лекс проламывается через неё, и видит содержимое его шлема. Через глаза врага видит себя, замершего в замедлившемся времени, возвращает себе зрение, и выключает зрение противника. Выключает расширенное зрение. Выключает слух. Выключает экзоскелет. И готовится к отключению устройства, когда вдруг получает сообщение: "Остановись. Это была проверка. Я сдаюсь". По замедлившимся данным биодатчиков, Лекс видит, что противник не лжёт. Подтверждая свои намерения, противник останавливает атаку и даёт ему полный доступ к устройству.

Время возобновляет свой бег. Невидимый бой заканчивается.

Военный Оператор вздрагивает, скрючивается, и хватается за нос. Из носа у него течёт кровь. Два сопровождающих немедленно, рывком наводят оружие на Лекса, немедленно реагирует Инна, выхватывает винтовку, наводит тяжёлое орудие на военных. Из носа Лекса тоже начинает бежать струйка крови. Но Военный Оператор поднимает руку, и отдаёт приказ:

— Отставить. Ситуация под контролем. — Затем достаёт из рубашки носовой платок, и начинает вытирать им нос. Платок покрашен в серые цвета городского цифрового камуфляжа. Лекс достаёт салфетки, которые давно дала ему Инна.

— Силён. Очень силён. Удивил. Ожидал желторотого новичка. Это такой уровень у гражданских Операторов? Я так без работы останусь.

Голос его человеческий, в нём проскакивают эмоции. Инна чуть наклоняет голову и забрасывает свою винтовку на место.

— Слушай мою команду... — начинает Военный Оператор, и останавливается. — Так, погоди. Ты гражданский. Хотя нет. — он задумывается на долю секунды, и Лекс видит, как Военный Оператор связывается с инфосферой и вытягивает, похоже, нормативные документы.

— Вижу. Понял. Ты Младший Лейтенант. С такими навыками? Значит зелёный. — Оператор пожимает плечами. Это не его проблема. — Звание совместимо с армейским.

Оператор выпрямляется.

— Слушай мою команду. Александр Ворген, позывной "Лекс", ты мой временный подчинённый, подчиняешься лишь мне. Приказ, согласован. Задача: поддержка штурмовых групп летающим дистанционным оборудованием, обезвреживание "марионеток". Ты что-то там с ними сделать можешь? Продемонстрируешь. Роботов я тебе не дам. Но в случае моего выхода из строя, они переходят в подчинение тебе, а ты переходишь в подчинение командиру операции. До её завершения. Всё понял?

— Так точно. — по-военному ответил Лекс совершенно бесцветным голосом.

— Инна Светлова, позывной "Железная Леди", ставлю задачу защиты машины связи и охраны операторов, и его в частности. Понятно?

— Принято — совсем не по-военному ответила Инна и кивнула. Оператор никак не среагировал на это.

— Мой позывной "Паук", звание — Майор, личные данные знать не положено. Взламывать не рекомендую. — бросил он в сторону Лекса. — Приступаем. Лекс, за мной. Леди, занять позицию, проверить снаряжение.

Борт тёмной машины связи и РЭБ открылся, "Паук" вместе с Лексом зашли внутрь. Паук бросил сообщение инфопакетом.

"Гиперзависимость?" — одно единственное слово.

"Да." — ответил сообщением Лекс.

"Объясняет." — пришло в ответ.

"У вас её нет?" — отправил сообщение Лекс.

"Я — редкое исключение" — ответил сообщением Паук и указал на стул у шкафов аппаратуры. Лекс сел на него. Аппаратура шуршала кулерами и мерцала индикаторами.

"Начинаем обсуждение. Протокол версии шесть плюс. Трёхмерная дополненная реальность". — Отправил сообщение "Паук" и сел на другой стул.

В дополненной реальности, в воздухе между ними, вспыхнула карта территории, видимая только Лексу и Пауку. В воздухе воспарила сетка, на ней возник рельеф, выросли коробки зданий, и появились схематичные изображения расположения людей и техники.

Лекс вытащил из памяти кадры сражения с вооружённым рейлганом роботом, в ускоренной прокрутке показал их Пауку. Тот коротко прокомментировал действия Лекса: "Псих", а потом стал узнавать детали. Лекс вытащил данные о прошивке, указал на изменения, силовой кабель, и отсутствие у робота дальней связи.

На трёхмерном поле замелькали изображения военной техники, для противопоставления рейлгану. В списке Лекс указал на дрон камикадзе, но Паук покачал головой, и показал шагающего двуногого военного робота с похожей установкой. Прокомментировал: "Сквозь стены подстрелим. Болванка для рейлгана дешевле птички."

Затем пошло обсуждение марионеток. Паук поделился съёмкой с воздуха. На кадрах по складу двигались люди в оборванной одежде. Они ходили в ногу по прямыми линиям. Их схематичные фигурки появились на плане операции. Лекс вывел запись марионетки, и взлома её. Паук тут наклонился вперёд, и, похоже нахмурился. Шлем скрывал его выражение лица. Паук предложил военную глушилку, Лекс указал на автономность марионеток, и Паук выругался вслух, переключился на голос.

— Значит так. Я тебе дам доступ вот к этому — он указал пальцем вверх, на радар машины связи. — и вот к этой птичке, если передатчик машины не пробьёт. — Паук махнул рукой и в дополненной реальности возник хищный, военный дрон с мощным передатчиком и стрелковым оружием. Несколько метров длиной.

— Пока, скорее всего, будет вот так — сказал Паук и по карте стали двигаться фигурки. Военный дрон взмывает вверх и одновременно с машиной РЭБ посылает импульс. Марионетки начинают падать. За периметром разбегается военный боевой робот, и сквозь стены отстреливает строительных роботов с рейлганами. Проламывая стены на территорию въезжают транспортировщики и высаживают солдат, которые осторожно осматривают территорию. А в воздухе кружат дроны Лекса.

— Слишком много сил. Задача уже решена вот тут. — указал Лекс на момент с уничтоженными роботами, когда все марионетки попадали на землю.

"Паук" расхохотался и хлопнул себя по колену.

— Вот поэтому ты Младший Лейтенант, парень. — он вдруг посерьёзнел и наклонился вперёд. — Всегда надо ждать пакость. Вдруг у них в ангаре сидит мех? Или вдруг появляется поддержка авиации, в виде нескольких вертушек? Или же там есть ещё силы? Или вмешается кто-то ещё, о ком мы не знаем? Мы прозвонили всю эту чёртову коробку всем, чем могли, и по всем параметрам там должно быть пусто и чисто. Городской Контроллер это подтверждает.

Паук откинулся назад на спинку стула.

— Но я не верю. Ведь до этого Контроллер думал, что тут никого нет. Обязательно будет пакость. И нужно приготовиться к ней. — Паук сделал небольшую паузу и в шлем Лекса пришла пачка сообщений. — Я тебе дал доступ к радару и птичке. Разбирайся и развлекайся. Я пошёл с командирами договариваться. Всё-таки не я тут главный, и это "их" операция.

Паук вышел наружу и отправился дальше вдоль рядов техники. Зашёл в слегка устаревшую машину, штаб, и пропал в ней. А Лекс разбирался с переданной ему техникой. Ему понравился и полученный им радар, и военная "птичка", что сейчас стояла деактивированной в ангаре. Большой боевой дрон с модулями связи, четырьмя мощными моторами и таким же сильным передатчиком.

Он вышел из машины связи, встал возле неё, и выпустил свои четыре дрона в воздух. Несколько человек вскинули ружья, но быстро их опустили, получив подтверждения полномочий Лекса. И вскоре на летающих дронов Лекса никто не обращал внимания. Лекс прислонился к машине связи, сконцентрировался на связи.

— Шеф сказал мне чаще появляться в офисе. — вдруг сказала стоявшая неподалёку Инна.

Лекс повернулся в её сторону и ждал продолжения.

— Но не хочет ремонтировать наш грузовой лифт. А я не хочу снимать экзоскелет.

Лекс задумался на мгновение, представил Инну, в бронированном экзоскелете внутри офиса. Попытался вспомнить высоту потолков, но потом просто запросил в городском архиве проект здания. В обращение вмешался лично Городской Контроллер. Внимание машинного псевдоразум привлёк интерес к плану полицейского участка, он вклинился в соединение, и Лекса захлестнула запомнившаяся ещё в прошлый раз волна информации. Лекс чуть улыбнулся.

Городской Контроллер узнал Лекса, и по связи пришло нечто вроде приветственного кивка. Затем Контроллер поинтересовался целью запроса. Лекс обрисовал ситуацию. Отдел полиции внутри многоэтажного здания. Пожелание Шефа. Инна, которая не хочет снимать броню экзоскелета. И лифт, который не может выдержать её вес. Лекс уточнил, что хотел узнать, способен ли экзоскелет Инны вообще двигаться внутри этажа, и достаточна ли высота потолков.

Городской Контроллер молчал. Если бы он мог, он бы удивлённо моргнул. Машинный псевдоразум распознал ситуацию как потенциальную проблему внутри отдельной полицейской части. Проблему с конкретным сотрудником, для которого полицейская часть не предоставляет необходимых условий. И Машинный Псевдоразум почти человеческого уровня, с нечеловеческой дотошностью принялся проблему решать.

В неприметном здании, где стояли серверы Городского Контроллера вспыхнул свет и зазвучал сигнал тревоги. Жёлтый уровень. Огромные вычислительные залы, что обычно использовались на десять-двенадцать процентов, просыпались и подключались к работе. Загрузка процессоров росла и вместе с ними энергопотребление. Воздух в залах стал быстро теплеть, и вслед за просыпающимися компьютеры, проснулись сверхмощные системы охлаждения, раскрутились гигантские вентиляторы и начали прокачивать холодный воздух через залы.

Немногочисленные присутствующие техники всполошились, побежали к консолям, и стали запрашивать у Городского Контроллера объяснения. Но тот лишь ответил: "Думаю. Не мешать". А за городом дежурный энергетик на электростанции подавился кофе, увидев внезапный скачок энергопотребления. Городской Контроллер внезапно затребовал огромные токи и напряжения, и теперь уже на станции приходили в себя резервные батареи питания, и раскручивались турбины Гидроаккумулирующей электростанции. Тонны мутной воды, уровень которой не снижался годами, вздрогнул и стал резко падать.

Контроллер рассуждал. Сотрудник не хочет снимать экипировку. Уволить сотрудника? Обзор биографии Инны показал, что она является ценным кадром. Вариант отклонён. Является ли поведение типичным для людей? Контроллер запросил всю информацию по поведению Хомо Сапиенс и за несколько миллисекунд изучил её. По полученным данным из тридцати тысяч книг по психологии, он сделал вывод, что поведение является нетипичным. Является ли сотрудник психически здоровым? Контроллер запросил данные Инны, историю болезни, результаты обследований, и внимательно сравнил её с имеющейся базой данных поведения тридцати миллионов полицейских. Там хранились данные работающих в данных момент полицейских, а также данные людей, что давно уже уволились, или погибли. Ознакомившись с делами всех известных ему полицейских, Контроллер пришёл к выводу, что поведение в целом соответствует допустимым для сотрудника полиции действиям, хотя и немного смещено от среднестатистического центра.

Зачем сотруднику экзоскелет? Является ли он необходимым? Не растрачиваются ли чрезмерные ресурсы?

Контроллер снова вернулся к базе данных всех когда-либо существовавших полицейских региона, после небольшой паузы запросил информацию о всех полицейских мира уже у областного контроллера. Тот заинтересовался проблемой и потребовал детали. Ознакомился с ней, и передал информацию выше. Центральному всегосударственному контроллеру. Тот оторопел от типа поставленного вопроса, и связался с глобальным медиатором. Планетарный Медиатор, Псевдоинтеллект, что использовался только для межгосударственной связи псевдоразумов, проснулся. Установленный на космический станции компьютер ознакомился с проблемой и тоже начал её решать. Оповестив все псевдоразумы мира.

С начала диалога прошло десять секунд. Тысячи машинных псевдоразумов высшего уровня обсуждали высоту потолка в полицейской части восточного округа и необходимость ношения экзоскелетов внутри полицейской части. Машины обсуждали и сравнивали новые тенденции развития полицейских частей и военной техники. В пределах, допустимых межгосударственными протоколами и государственными тайнами. Строили прогнозы, графики, пытались предположить возможную эволюцию полицейских сил в ближайшие десятки лет. Возникли теории механизации сил. Теории гибридного развития.

Часть псведоразумов утверждала, что поведение Инны есть начало новой тенденции, а другая часть утверждала, что это начало психического отклонения. Диалогом заинтересовались псевдоразумы разработчиков механических систем, полицейского оборудования, средств аугментации и дополненной реальности. Вскоре в офисах крупных корпорации начали звонить телефоны, а на коммуникаторы стали поступать потоки данных. Генеральный Директор КРАФТ, подскочил посреди ночи со своей кровати, разбуженный внезапным вызовом. Похожая ситуация происходила по всему миру. А машины продолжали обсуждать проблему организации механизированных полицейских сил, и оптимальную высоту потолка. Общепланетарное энергопотребление выросло на восемнадцать процентов.

Псевдоразум Городского Контроллера молчал, и ждал решения вышестоящих. С момента начала диалога прошло тридцать секунд — чудовищное количество времени для псевдоинтеллекта. И Лекс понял, что наблюдает нечто необычное. Он осторожно отправил Контроллеру пинг. Тот будто очнулся от ступора. И ответил: "Доступ предоставлен. Дальнейшее решение будет происходить на более высоком уровне". И отключился. Лекс наклонил голову. Инна стояла рядом и пила кофе. Её шлем был открыт, и она аккуратно держала кофейный стаканчик механической рукой, не сминая стаканчик.

Через пять минут Лексу позвонил Сергио.

— Giovane, ты опять что-то сделал ведь, да? — устало спросил Сергио.

— Не понимаю, о чём вы, шеф. — бесцветным голосом ответил Лекс.

— Городской Контроллер только что запустил опрос по всем полицейским округам. "Устраивает ли вас высота потолка в вашей части". Он же оформил наряд на замену двери в наш кабинет, и установку нового лифта повышенной грузоподъёмности. Это же твоих рук дело, giovane? — допытывался Сергио.

— Я ничего не просил у Контроллера. — совершенно честно сказал Лекс.

— Giovane. Контроллер запустил ещё два опроса. Он хочет знать, какой бы мы хотели видеть нашу полицейскую часть. Он проекты на выбор предложил. Это в первом опросе. А во втором он спрашивает "ГДЕ" мы бы хотели её видеть, и предложил тридцать точек на карте, на выбор. Ты понимаешь, giovane? Он планирует перестраивать всё здание!

— Я ничего не делал, Шеф. Это решение Контроллера.

Лекс оглянулся на Инну. Та продолжала пить кофе. Где-то далеко продолжался консилиум машинных псевдоразумов и споры. Обсуждение продлилось несколько часов, и взбаламутило всех энергетиков на планете. Но Лекс об этом не знал.

До начала операции оставалось несколько часов.

Глава 21

Перед началом операции, машину РЭБ посетили техники, выставили всех присутствующих, провели проверки. Рамка целеискателя прыгала на каждого из них, но привычная информация о личности не появлялась. Лица военных были скрыты, а вместо имени и возраста появлялся идентификатор — из букв и цифр, иногда вместе с ним шёл позывной. Техники проверили оборудование, что-то настроили и ушли.

Операция прошла как по маслу. Гладко и почти без проблем. В районе операции заблокировали дальнюю внешнюю связь, глушилкой. Лекс взлетел военным дроном над огромной территорией, и мощным, военным ретранслятором, отправил по всей территории дешифрованный им сигнал отключения марионеток. Фигуры, что деловито и без устали расхаживали по заброшенном комплексу, стали одна за другой падать. Роняли оружие, падали на землю, и погружались в сон. Затем, в точном соответствии с планом, военный боевой робот начал расстреливать модифицированных роботов-строителей сквозь стены. Наведение оружия корректировал Лекс, и через несколько минут модифицированных строительных роботов не стало. Пара стен рухнула в процессе, но это не проблемы военных.

На территорию завода двинулись транспортные машины. По въездам, сквозь свежие проломы в стенах, иногда пробивая стену насквозь. Машины транспортники въехали внутрь комплекса, заняли оборонительные позиции, и стали ждать "пакость". Но ничего не происходило. Комплекс молчал. Не вышли скрытые ранее дополнительные силы, не появился неизвестно откуда боевой вертолёт. Операция, по всей видимости, закончилась успехом. Осталось только зайти внутрь, обойти все коридоры, и узнать, наконец, что же охраняли тут неизвестные такими силами.

К комплексу подъехал командирский транспортник, из него вышли несколько высокоранговых военных, осмотрелись, и отдали указание: территорию оцепить, внутрь никого не пускать, помещения проверять медленно и методично, марионеток повязать. Кто бы тут ни устроил склад, ничто не мешало ему заминировать территорию, оставить сюрпризы. А денег у неизвестного было, похоже, достаточно.

Люди расслабились, разбрелись, встали на посты. Бесился лишь Паук. Он держал кобуру оружия расстёгнутой и время от времени слал сигнал Лексу — очередное сообщение с указанием "ждать пакость". Пакость же никак не хотела появляться, и паук от этого злился ещё больше, а потом и вовсе куда-то ушёл. Группы военных в это время аккуратно проверяли лабиринт из строений, остатков старый техники. Под комплексом же были подземные ходы и дополнительные помещения, в котором обнаружились неожиданные изменения. Небольшие группы отправлялись в тоннели, исследовали их, возвращались назад. Пару раз из-под земли раздавались выстрелы, но возвращавшиеся объяснили их ложной тревогой. Похоже, что проверка помещений затягивалась.

Лекс сидел в машине связи и РЭБ и смотрел на большой экран, что отображал состояние военных. Их пульс, частоту дыхания, вероятность тревоги. Ничего не происходило, и показатели отображались нормальными. С небольшими индивидуальными различиями, техника рапортовала что более сотни военных живы и более-менее здоровы. С момента успешного входа на территорию уже прошло больше часа.

Внезапно в шлеме Лекса возникло сообщение. "Переданы привилегии на управление войсковыми роботами", и шлемом Лекс почувствовал, как возможен становится доступ к большинству машин временной части. Лекс отправил сообщение Инне:

— Тревога. Что-то произошло с Пауком.

Инна молча кивнула и сняла огромную винтовку с плеча, взяла её в руки.

Передача управления должна была произойти только если с Пауком что-то случится. Например, если он погибнет. Но на компьютере, что централизованно отслеживал состояние сотни военных, присутствующих на базе, по-прежнему отображались биоданные Паука. Согласно им, он был жив и здоров.

Лекс всмотрелся в экран отслеживания биоданных. И нашёл двух человек с одинаковой частотой пульса, одинаковым ритмом дыхания, и одинаковой формой сердечного импульса. Затем ещё двух. Затем тройку людей с одинаковыми данными. Лекс посмотрел внимательно на компьютер, потянулся к нему разумом и попытался взломать его. Эта система не была критический важной, и защита на ней, хоть и военного уровня, не могла противостоять Лексу. Он быстро нашёл изменения в структуре программы монитора, и отключил её. Экран моргнул и изображение на нём изменилось.

Биосигнал половины военных исчез. Среди исчезнувших оказались командиры, и те техники, что заходили настраивать аппаратуру. Паук всё ещё отображался, но его сигнал часто пропадал, а когда он появлялся, показывал повышенный пульс и ускоренное дыхание. Его либо ранили, либо он дрался. Люди же с отсутствующим сигналом продолжали ходить по базе.

Лекс отправил сообщение присутствующим в мониторе военным. "Говорит временно исполняющий обязанности Оператора. Зарегистрировано исчезновение сигнала биоданных личного состава. Передаю идентификаторы пропавших для системы свой-чужой", и отправил список исчезнувших. — Прямо в момент передачи ещё один сигнал погас. Но внешние камеры показывали, что количество людей не менялось. Пропавший же был в одной из групп, что спускалась в тоннели.

Люди замерли, вчитываясь в сообщение. Во встроенных системах дополненной реальности пискнуло уведомление об обновлении, и люди увидели, как имена некоторых военных подсвечиваются красным. Затем кто-то сообщил об информации командующему. И по громкой связи раздался голос:

— Говорит командир. Временный Оператор устранил Паука, и распространяет ложную информацию с враждебными целями. Взять машину связи под контроль. Оператора устранить.

А те, что стояли рядом с командиром во время обращения, смотрели на его красный идентификатор. Красный идентификатор его и половины его ассистентов.

Люди замерли, и начали разглядывать друг друга. А потом, один из "опасных" номеров, окружённый шестью сослуживцами, вскинул оружие и открыл огонь на поражение. И временная база погрузилась в хаос.

Люди рассыпались по территории, разбивались на группы, пытались выяснить, кто свой, а кто чужой. Кто-то из "пропавших" командиров использовал свои привилегии и Лекса выбросило из большей части военной сети, а затем была отключена система биомониторинга. Лекс пытался взломать сеть, а информация об исчезнувших военных больше не поступала в реальном времени, и в каком-то участке базы "белые" номера начинали открывать огонь по своим. Хаос усиливался. Кто-то, собравшись в группу из "белых" и "красных" номеров, попытался выполнить приказ, уничтожить Лекса вместе с машиной связи.

Снаружи началась стрельба, зазвучал тяжёлый пистолет Инны, а потом её ружьё. Потом со свистом прилетел тяжёлый удар в борт, машину развернуло, половину борта смяло. Антенна на крыше больше не работала, как и часть оборудования внутри. По броне машины связи забарабанили пули. Дверь с усилием открылась — Инна вырвала её из замков, заглянула внутрь.

— Лекс. Надо уходить. Стрелять на поражение по военным не стоит, но у них тяжёлое оружие. Укроемся в комплексе.

Лекс кивнул. Он выскочил в дверь, они побежали к зданиям. Инна приподняла руки, развернув их в защитные щитки, и по щиткам барабанили пули, выбивая куски краски и оставляя глубокие вмятины, чуть не пробивая щитки насквозь. Экзоскелет не был рассчитан на долгое противодействие военному оружию.

В воздухе раздался медленно нарастающий гул, переходящий в свист, который закончился тяжёлым хлопком. В огненных клубах в воздухе пронеслась на огромной скорости металлическая болванка, и пробила машину связи насквозь, оставив в неё дыру. Кто-то добрался до робота с рейлганом и запустил его. Лекс попытался использовать полученные от паука привилегии, но на эту машину они не распространялись. На бегу, он потянулся к тому дрону, которым управлял в начале операции, и вдалеке машина начала раскручивать лопасти, и взлетать. Связь с этим дроном ещё чудом сохранилась.

Вместе с Инной Лекс забежал в одно из заброшенных зданий комплекса. Здесь должна быть лестница, что ведёт вниз, в подземные коридоры. Лестницу они нашли в тот момент, когда очередной снаряд рейлгана пробил стены здания. Болванка выбила кирпичи, пролетела через несколько стен, строение пошатнулось. В это время Лекс, наконец-то поднял военный дрон, и направил его в сторону робота, взломал центр управления машины, и отправил механизм на перезагрузку. Робот заглох. В отличие от таинственных хозяев марионеток, военные не закрыли роботу дальнюю связь.

Сквозь камеры дрона Лекс посмотрел вокруг. Нескольких мгновений ему хватило, чтобы увидеть перестрелку, а затем дрона кто-то подбил ракетой. Дрон завертелся и рухнул на землю. Связь с ним прервалась.

Они стояли в длинном бетонном коридоре, что шёл под всей территорией завода, петлял, сворачивал, ветвился. Карты показывали, что тоннели шли ещё глубже, спускались глубже под землю, на несколько этажей вниз, образовывая большой трёхмерный лабиринт. Зачем такая конструкция требовалась в комплексе переработки агропродуктов, непонятно. Возможно, на самом деле он когда-то занимался чем-то ещё.

Инна внимательно осмотрела свою броню. Один из защитных щитков покрылся выщерблинами, и не задвигался назад. В нескольких местах тяжёлый военный калибр пробил его насквозь. Она прислушалась. В коридорах всё ещё были слышны далёкие выстрелы на земле, иногда почва чуть вздрагивала.

— Весело. — сказала она. — почти как в мой первый день на службе. Какие планы, Лекс?

Лекс пытался связаться с Сергио или Городским Контроллером. Звонок не проходил. Блокировка связи ещё работала.

— Выбраться, с кем-нибудь связаться. Или отключить глушитель связи, и с кем-то связаться. Или переждать. — ответил Лекс.

— Предлагаю "выбраться". Вверху идёт бой. Даже с твоими возможностями и моей бронёй, мы долго там не протянем.

Лекс кивнул и указал на коридор, уходящий в темноту.

— В конце этого коридора должен быть ход наружу. Но он далеко.

Они медленно пошли вперёд. Инна включила встроенный в экзоскелет фонарь, что далеко осветил коридор. Запасным фонариком работал жук-дрон Лекса, что уселся у него на плече.

По дороге им попались следы боя. Несколько тел в военной форме лежали на земле. Два окровавленных тела, а вот третье тело оказалось кучей одежды. Одежда лежала в луже слизи, как будто её владелец внезапно исчез. На рубашке красовалась огнестрельная дыра.

— Сергио. Сергио упоминал быстрое разрушение тел двойников... — вспомнил Лекс.

Они пошли дальше по коридору. Шум перестрелки на поверхности стал затихать, когда Лекс остановил Инну и указал на пол. На полу лежали тщательно замаскированные мины, безнадёжно устаревшие, но такие же смертоносные. В них не было современных электронных компонентов, лишь старые, механические детали. Пехотные мины и противотанковые. На первых подорвался бы Лекс, а на вторых — Инна в её экзоскелете. Их оказалось немного, и они смогли продвинуться вперёд, аккуратно обходя их.

Когда мины остались позади, Инна вдруг дёрнулась, вскинула оружие и нацелилась вдаль.

— Движение. — сказала она. В тот момент, когда Лекс заметил далёкий блеск электроники вдали, неизвестный выстрелил. Разбрасывая клубы пламени, в их сторону полетела ракета. Потом вторая, третья, четвёртая.

Время замедлило свой бег. Расширенное зрение шлема немедленно компенсировало темноту коридора, и ракеты стали ярко видны. В них не было электроники, и нечего было взламывать. Лекс выхватил из кобуры пистолет и прицельно выстрелил в нос медленно приближающейся первой ракеты, где должен быть взрыватель. И уже после выстрела понял, что эту модель так подорвать нельзя. Он выпустил несколько пуль по стабилизаторам, надеясь сбить курс приближающихся снарядов когда железная рука подхватила его и бросила вперёд, под летящие снаряды. Время ускорило свой бег, Лекс покатился по полу под ракетами, и увидел, как Инна пытается увернуться, при этом наводит свою винтовку вдаль, стреляет. Увидел, как две ракеты сбиваются с курса, натыкаются на стены, искря, кубарем летят в её сторону, как пролетают мимо. Увидел, как последний снаряд попадает в экзоскелет, а Инна пытается закрыться от него бронещитками...

Раздался взрыв, невероятно сильный в закрытом помещении, взрывной волной Лекса бросило вперёд, ударило о пол и он отключился.

***

Он очнулся через несколько минут. Теперь он лежал на спине, без рюкзака. "Опасность", сообщил ему Шлем. Похоже одна из линз треснула, и теперь в правом глазу что-то неприятно мельтешило. Шлем пытался компенсировать недостаток, дорисовывая пропавшие объекты. Получалось не очень хорошо.

Над Лексом стоял Паук. Без шлема, без экзоскелета, в рваной рубахе, с нездоровым блеском в глаза, и с военным ножом в руке. Лекс потянулся к кобуре, но не обнаружил своего оружия. Попытался встать. Сцену подсвечивал лежавший на земле фонарь.

— Стой. Я настоящий. Видишь? — Паук слегка кольнул себя в палец. Потекла красная капля.

— Эти твари не могут повторить кровь. Внутри — слизь. Чуть не сдох, пока не понял. Они меня заманили, притворяясь нашими. — добавил Паук.

— Доказательства. — сказал Лекс.

Паук вздохнул.

— На, твоё оружие. — он протянул Лексу его пистолет рукояткой вперёд. — можешь меня пристрелить, посмотреть, не растаю ли я пятном жижи.

— Инна? Нападавший? — спросил Лекс.

— Жива. Выковырял из этой консервной банки, перебинтовал. Твой рюкзак распотрошил, там припасы были, а мой шлем разбили. В нападавшем девчонка дыру сделала винтовкой, а потом он растворился в жижу. Придурок по ней из четырёхзарядного ракетомёта пальнул. Но нужен врач и побыстрее.

Паук покачал головой.

— Повезло мне. Эти придурки мне шлем разбили. Был бы таким, как ты, сейчас бы валялся в приступе, и ни черта не сделал бы. А девчонку жалко. Её карьере конец — руку точно не спасут. Через пару лет обещали начать выпуск протезов, но сейчас их нет. Только прототипы делают, и не дают всем подряд. А обычные конечности наши медики пока что отращивать не умеют.

Паук посмотрел на него усталыми глазами. Ему было не меньше сорока, сорока пяти. Вокруг серых глаз виднелись контактные площадки, некоторые из них повреждённые. Короткие волосы покрывались сединой.

— Торопись парень. Выйди за диапазон глушилки, вызови помощь. Я останусь девчонку охранять. И нож возьми. Проверишь, человек ли перед тобой, если кого встретишь.

Лекс оглянулся. В обожжённом коридоре кучей искорёженного металла лежал развороченный экзоскелет. Инна лежала на брошенной на пол армейской куртке, рядом с ним. Перебинтованная, с окровавленными повязками и без сознания.

Он встал. Рядом с разодранным в клочья рюкзаком лежали его дроны жуки, сложив лапки. Он отдал им команду, и они отозвались. Зашевелились, перевернулись, выпустили пропеллеры. В голове привычно побежал шум команд и сообщений. "Оператор, оператор, оператор". "Оператор найден". "Подчинённый готов к работе". Они взлетели и приземлились на его одежду. Двое держались на плечах, и двое уцепились за спину, за потрёпанный лёгкий бронежилет. Лекс достал свой пистолет и пошёл дальше по коридору.

Через пару сотен шагов Коридор перестал совпадать с картой. Он должен был идти прямо, вместо этого, появилось отсутствующее на плане здания ответвление. Лекс остановился. Со стороны ответвления струился свет. Он обдумал ситуацию и свернул в сторону от цели. Свет напомнил ему о последнем лазе, и о странном сне.

Он остановился перед закрытой металлической двустворчатой дверью, и открыл её. За дверью находился зал. Белые, ровные стены. Чёрный пол. Чистая комната. И ряды капсул. На некоторых виднелась надпись "БиоТек". Чистоту чёрного пола нарушали две кучи одежды и два лежащих на земле тела. Одна из капсул была открыта, и возле неё стоял, озираясь, подросток. С широко открытыми глазами и до предела расширенными зрачками. В руках он держал явно армейскую винтовку, явно чужую, и озирался по сторонам. Он заметил Лекса, и немедленно навёл винтовку на него.

— Снова ты! Я убью тебя так же как и прошлых тебя! — выдал он.

— Я настоящий. — бесцветно сказал Лекс. — я могу доказать это.

И сделал ошибку, показав подростку нож. Время попыталось замедлить свой бег, но шлем сообщил "Невозможно. Перенапряжение". Лекс уже пользовался способностью недавно. Подросток выстрелил.

Очередь перечеркнула Лекса. Ствол повело в сторону, подросток не удержал и выронил винтовку. Тяжёлый армейский калибр пробил в нескольких местах лёгких бронежилет Лекса, очередь прошла через руку, плечо и один-единственный патрон попал точно в шею, перебив артерию. Лекс схватился за горло левой рукой, и захрипел.

"Смертельная рана. Срочно необходима помощь. Потеря сознания через пятнадцать секунд" — сообщило устройство.

Не было мед компонента, не было регенератора, не было срочного комплекта закрывания ран. Паук потратил всё на Инну. Рамка целеискателя опознала подростка по архивным данным. "Шарад Сингх". Тот самый парень, вирус которого Лекс поймал в самом начале. Лекс упал на землю.

— Красная. Красная! Не слизь, красная! — запричитал в ужасе подросток и побежал к упавшему Лексу, пытаясь сделать хоть что-нибудь. Зажать рану.

"Потеря сознания и смерть через семь секунд" сообщил Лексу шлем.

Лекс спокойно обдумывал свои действия. Слишком много ошибок. Нужно было действовать осторожно. Пустить дронов вперёд на расследование, контактировать с подростком, что пытается привести его в себя через дрон, уговорить. Разведать коридоры вперёд дронами, избежав таким образом ракетного выстрела.

"С такими навыками? Значит зелёный." — зазвучал в голове голоса Паука. "И никак он не может определиться, кем ему лучше быть" — заговорил в голове Исаак.

"Потеря сознания и смерть через две секунды" — сообщил Шлем.

В глазах темнело. Если бы только тот сон был правдой, подумал он. И мир замер.

"Это был не сон, Лекс". Сообщил неизвестный голос.

В голове промелькнула запись с недоступной сейчас сети полицейского здания. Как среди ночи включается принтер. Как печатает он тот самый тестовый листок, что он отправил во сне. Как утром Сергио, с удивлением смотрит на него, и, пожимая плечами, отправляет его в мусорное ведро, приняв за ошибку или тестовый лист.

"Твоё время выходит. Лекс. Наше предложение. Воспользуешься ли ты им? Цена не будет большой".

Хор бесцветных, бестелесных голосов. И мир, тот, в котором он мог быть всем.

"Смерть неизбежна. Было честью служить вам" Сообщил Шлем.

Лекс улыбнулся и замер. Перед ним вспыхнул и понёсся поток светящихся искр. Он нырнул в поток и растворился в нём.

Наверху, на земле, выключился глушилка. Анонимное сообщение ушло Сергио, Военным, Городскому контроллеру. Военный робот с рейлганом ожил, И двинулся в сторону затихающей перестрелки. На соседних производственных блоках остановилась работа, толпы промышленных роботов остановились, и дружно стали шагать в сторону заброшенного агрокомплекса.

До разрешения кризиса оставалось несколько часов. А сейчас заливающийся слезами Шарад тряс бездыханное тело Лекса. Неподалёку лежало тело с точно такими же чертами лица, как и Лекс и фальшивыми контактными площадками на лице. Оно медленно превращалось в слизь.

Глава 22. Эпилог.

Небо мерцало цветными осколками, будто экран разбитого телевизора, что всё пытается показать картинку. Кто-то пытался показывать рекламу устаревшим проектором на облака. Рваные облака бежали под порывами ветра, и искажали изображение, а цветовые пятна складывались в логотип хакерской группы.

Проектор мигнул и погас, и на месте его в небе начал подниматься экспериментальный голографический дисплей. В небе загорелась надпись: "KRAFT. Мы делаем всё". Затем появилось голографическое изображение счастливой семьи. С машиной, домом, часами, коммуникатором, и плюшевым мишкой в руках детей. Все производства KRAFT. Экспериментальный голографический проектор мерцал и рябил. Технологию только что произвели. Внезапно картинка пошла рябью, счастливая семья превратилась в группу скелетов, дом развалился, а машина превратилась в кучу ржавого металла. Эмблема KRAFT сменилась логотипом хакерской группы, и провисела в небе несколько минут. А потом голограмма погасла. Кто-то выключил проектор.

Девушка покачала головой. Любители, которым нечем заняться.

По междугороднему шоссе нёсся потрёпанный жизнью автомобиль. Беспилотное такси на топливных элементах, укреплённое бронёй, с прочными, пуленепробиваемыми стёклами. На капоте когда-то красовалась фигурка, эмблема производителя: "MASTODON". Но от неё остался только кусок ноги, и в некоторых местах салона всё ещё можно было заметить остатки оригинального логотипа с давно вымершим животным.

Салонная камера дёрнулась и уставилась на пассажирку, зажужжала сервомотором фокуса, как будто не могла прийти к выводу.

Девушка сидела в салоне. Короткие чёрные волосы. Глаза скрыты непроницаемым визором, что охватывает уши и голову сзади. Из "наушников" слегка выглядывает короткая антенна, которую можно вытянуть при желании. Визор напичкан сенсорами и камерами, но они стильно скрыты под ровной, чёрной поверхностью, и только если вглядеться, можно заметить отблеск дюжин линз и датчиков.

На ней чёрная полицейская рубашка с длинными рукавами, на манер другого региона. На спине закреплена охватывающую спину пластина на которой тонкое подобие ранца. Вдоль рук и ног бегут тонкие металлические трубы, что местами охватывают конечности тонкими, элегантными кольцами. Сверхлёгкий экзоскелет, поддерживающий позвоночник, ноги и руки. Руки оканчиваются тонкими перчатками, что подключены к экзоскелету. На поясе две кобуры, в каждый из которых обычный полицейский "Шмель". На плечах — погоны старшего лейтенанта.

Оператор. Оператор нового поколения, на пути к своему месту назначения. С новым, улучшенным оборудованием. Позывной — "Ворона".

Камера беспилотного авто уставилась на неё и долго не могла принять решение. Потом вместо голосового сообщения псевдоразум машины отправил ей инфопакет с сообщением:

"Спасибо, что воспользовались такси Гепард. Предлагаем вам следующие сопутствующие товары:"

Она с интересом разобрала инфопакет, нашла типовые маркеры техники MASTODON. Рассмотрела товары ниже. Такси предлагало ей купить пачку синтетического кофе, шесть питательных батончиков, и шестой том справочника по ремонту ретро-двигателей внутреннего сгорания. Ниже мелким шрифтом мерцало предложение купить полный набор книг. Двенадцать томов технической литературы, по несколько тысяч листов в каждом томе. Со скидкой.

Неплохо. Лишние кредиты у неё сейчас водились, и она взяла полный набор, но... откуда машина это знает? Она задала вопрос псевдоразуму беспилотного авто.

Тот как будто бы обрадовался, что предложение подошло, и Ворона увидел, как от него отправляется сверхдальний инфопакет. Вперёд, в точку назначения, в Центр. В головной офис "Гепарда". Она не стала перехватывать пакет.

Инфо сообщением псевдоразум пояснил: "Когда-то был похожий на вас клиент. Мы решили, что ваши предпочтения могут совпадать".

Она задумалась на мгновение, о том, кто бы это мог быть, но отогнала мысль, и начала листать справочник по двигателям. В межгородском пространстве отсутствовал привычный ей шум инфосообщений, радиоволн, систем обменивающихся данными. В ушах звенел практически полный информационный вакуум, и долгое нахождение в нём вызывало панику. К счастью, уже разработаны были методы снижения паники. Одним из методов было чтение книг, справочников. Кто-то случайно нашёл этот способ не так давно, и он набирал популярность. Говорят, что "Eternal River" даже решил запустить новую серию зубодробительной технической литературы. Для Операторов. Правда, они зачем-то хотели выпустить её на бумаге.

Она доела батончик и запросила у псевдоразума сводку новостей из центра за последние недели. Тот упомянул номинальную отдельную плату за сверхдальний доступ информации, она согласилась. Вскоре ей пришёл новый поток данных. Она отметила несколько новостей: "Сотни пострадавших в операции по борьбе с наркотиками.", "Пропавшие люди — А что слышали об этом ВЫ?", "БиоТек отрицает причастность к Ночной Лилии и Марионеткам.", "Новая доктрина полицейских сил разрабатывается Региональным Контроллером". "Устраивает ли вас высота потолка? Опрос". "Первый экспериментальный протез руки поступает в Центр". Это были мелкие ссылки, сноски в конце списка новостей. Первые страницы были завалены новостями о знаменитостях, рекламе новых товаров и электроники. А за окном проносилась безжизненная земля с жухлой растительностью.

Она собиралась погрузить себя в сон, лечь спать до самого прибытия, но задержалась на мгновение на главной статье. Классическая картинка из шуток про "Муж пришёл домой и нашёл любовника", вот только и муж и любовник были одинаковы. Под картинкой красовалась надпись: "Доппельгангер — Правда или Вымысел?"

Она мысленно пожала плечами, свернула виртуальную газету, поставила установку проснуться при въезде в город, и усилием воли погрузила себя в сон.

Её пробуждение было необычным. Что-то попыталось подключиться к ней. В её визоре зазвучал сигнал тревоги. А на неё обрушилась волна информации невероятной силы. Волна. Поток. Всесокрушающее цунами. Когда-то давно, во время тренировки, она случайно подключилась к Региональному Контроллеру, и обратила на себя его внимание. Мощнейший поток информации чуть не разрушил её тогда ещё непривычный к информационным нагрузкам разум, и она отправилась на несколько дней в лазарет.

Этот поток был ещё мощнее. Как будто бы она пыталась переплыть океан на крошечной лодке, как будто бы началась огромная буря, гигантские волны бросали её из стороны в сторону, грозясь размолоть в щепы. А потом как будто бы из океана восстал, поднялся древний монстр, и посмотрел на неё. Внимательно.

"Нечто". Нечто обратило на неё внимание. Посмотрело, взглядом бесчисленных вычислительных устройств с невероятной мощью, и аккуратно, стараясь не раздавить странную букашку, прикоснулось к её разуму, к её шлему. Дыхание Вороны перехватило, она замерла и не могла пошевельнуться. Нечто с интересом пробежалось по её оборудованию, остановило взгляд на содержимом памяти, и пролистало её справочники, считало её биоданные. А затем неизвестное ей информационное чудовище... улыбнулось. И отправило ей пакет: "Добро пожаловать в Центр". И растаяло, будто его не было.

Ворона подскочила в своём кресле, хватая воздух ртом. Что? Что это было? Что это за создание, что за программа, что за компьютер? Псевдоразум? Чей? Ведь делать их такой мощности запрещено.

В визоре сработал коммуникатор. Входящий вызов. Она приняла его. С экрана на неё смотрела маска силового экзоскелета.

— Алиса. Воронова. Позывной "Ворона". Старший Лейтенант. Оператор, переведена в восточный округ. Так? — спросила силовая броня.

— К-кто... — пытаясь перевести дыхание, спросила "Ворона".

Силовая броня внимательно посмотрела на неё, шлем открылся, и под ней оказалось молодое женское лицо, с парой шрамов. Женщина внимательно посмотрела на неё, затем провела по своему лицу рукой экзоскелета.

— Инна Светлова, Капитан полиции восточного округа, позывной "Железная Леди". Твой начальник.

— Воронова на связи! — ответила девушка, выпрямляясь в кресле.

— Слушай меня внимательно. Мы недавно потеряли сотрудника. Поэтому твоё назначение изменилось. Будешь поочерёдно работать со мной, и в группе Исаака. В "Службе Выбивания Дверей". В спецподразделении. Начальник Восточного Округа — Сергио Кордоне. Ты его в ближайшие дни не увидишь, и если увидишь, то ты его не беспокоишь. Понятно?

— Да. — успокаиваясь, отвечала Ворона.

— Он тяжело пережил потерю новичка, и ушёл в отпуск. Это причина, по которой ты его не беспокоишь. В общежитие тебя проводит Танака Такеру. Он занимается бумажной работой и хозяйственными делами, и не ходит в патрули. Он же решит вопросы с мебелью или формой. Завтра или послезавтра ты пройдёшь оценку навыков под руководством Исаака и Стэнли. Я отправила тебе файлы. Всё понятно?

— Так точно. — спокойно, по-военному ответила Ворона.

— И ещё, это важно. Если при путешествии в инфосфере натолкнёшься на... — Инна вздохнула. — "невероятно сильную сущность"... Будь вежливой. Не зли. Не нарывайся на проблемы. Он не враг.

— "Он"? — Вцепилась в кусок информации Ворона. — Вы... вы знаете, что это?

— У нас есть на этот счёт идеи. А сейчас смена маршрута. У нас ситуация. Какой-то болван взял заложника. Тебе предстоит взять его живым. Выполняй. Данные отправлены.

Визор Вороны сообщил о пришедшем пакете данных.

— А пока что. — Инна чуть улыбнулась. — добро пожаловать в Центр.

Беспилотное такси сменило маршрут и направилась к новому месту назначения.

***

Где-то далеко за городом

Старый, потрёпанный, неприметный седан стоял на берегу реки. Ян Хансен, стоял рядом с ним, и задумчиво курил безникотиновую сигарету. Он пытался бросить курить, и перешёл на заменитель табака. Вредная привычка никак не хотела уходить. Неподалёку от него стояли Роб и Ларри.

Опять. Опять всё пошло наперекосяк. Что вообще произошло на втором хранилище? Почему военные начали сражаться друг с другом? Ведь всё было просто — ловить людей, которых не будут искать, передавать их агенту БиоТек. Но снова, снова кто-то вмешался, снова всё пошло наперекосяк. Теперь БиоТек пытается делать вид, что непричастен к этим событиям, что это не они сделали чип. А ещё эти бредни про доппельгангеров.

Ян покачала головой.

В конце концов, замарав руки по плечо, он остался должен ещё больше денег, чем когда потерял свой первый склад Лилии в том вымирающем городе.

— Парни. Мы снова начинаем всё с самого начала. — сказал он.

— Нет, Босс. — хрипло ответил Ларри. — в этот раз будет иначе.

Ян с удивлением обернулся. Лицо Ларри как будто поплыло, растаяло, будто расплавленный воск и изменилось. На него смотрело серая ровная поверхность лица. С большой, от уха до уха зубастой пастью. Ян перевёл взгляд на Роба. Молчаливого, сильного, но умного громилу. И тот прошёл такую же метаморфозу.

Два серых, безликих, но зубастых существа приближались к нему. Ян выхватил из кармана старинный револьвер и защёлкал курком. Но оружие не стреляло. Конечно же. Ведь оружием занимался Ларри.

— Доппельгангеры! Мимики. Ну конечно же. Они существуют. — потрясённо сказал Ян, выронив сигарету изо рта.

— Да, "Босс" — сказал лже-Роб, подходя ближе — мы существуем.

— БиоТек. Ну конечно же. — вдруг понял Ян. — вас создал БиоТек. Но зачем? Какой в этом смысл? Ночная Лилия, эти существа? Зачем? — спрашивал он, целясь в них неработающим револьвером.

— Вы всё узнаете, "Босс" — сказал ему лже-Ларри.

— Очень скоро, "Босс" — подтвердил лже-Роб.

На берегу реки два серых создания бросились на Яна. Тот пытался кричать, но крики быстро замолкли.

А по реке, между безжизненных берегов, текла грязная вода, безразличная ко всему.

***

Утро

— Мисс Светлова просила её обычный заказ. — сказала Ворона.

Грустный, задумчивый индус поднял взгляд, и недоумённо смотрел на подошедшую к нему девушку в чёрном визоре и полицейской форме. Визор подсветил его и сообщил: "Карам Сингх. Владелец Кафе в Восточном Округе". Потом лицо индуса просветлело, и он закивал.

— А! Офицер-джи. Конечно, конечно! Всё приготовлено! Сейчас, сейчас. Я всё принесу.

Он засуетился, и зашёл внутрь здания, потом вернулся назад с большим бумажным пакетом с редкими жирными пятнами на нём. Он передал его Вороне, и добавил два стаканчика с напитком. Сладкий чай. И сладкий молочный напиток.

— Я не знаю, что вы предпочитаете, новая офицер-джи. И взял на себя смелость подобрать для вас. Передайте благодарность мисс Светловой за частые покупки.

Он улыбался, кивал, рассыпался в любезностях. Но его глаза оставались грустными и печальными. Ворона взяла оба напитка, с интересом осмотрела молочный напиток, который, похоже, предназначался ей. Кивнула и пошла назад к новенькому полицейскому Бульдогу, что ждал её на обочине. По дороге, она оглянулась назад на кафе.

Маленькое кафе ютилось на углу восточного района, неподалёку от полицейской части. У входа под навесом стояло несколько не новых, но чистых столиков и пластиковых стульев, а над входом висела незамысловатая вывеска на арабском. Посетителей было немного — один-единственный старый китаец сидел за столиком, и ел что-то из картонной коробки. Хозяин же кафе грустил. Он сидел на стульчике у входа, повесив голову.

Ворона вернулась в Бульдог.

— Ну как, Камикадзе, всё на месте? — спросила Инна. Освободив руки из экзоскелета она держала их на руле бульдога. Правая рука её сверкала металлом.

— Он просил передать вам благодарность. Почему "камикадзе"?

— Ты вчера — металлической рукой Инна взяла пакет, потом стаканчик. — ты вчера, чтобы освободить заложника, взломала телевизор в комнате, пустила на нём фильм для взрослых, на который преступник отвлёкся. Потом бегом пробежала три лестничных пролёта, перепрыгнула две мины, ногой выбила дверь, и обезвредила преступника, воткнув его в этот телевизор головой.

Инна воткнула соломинку в свой стаканчик, стала пить. Стаканчик чуть смялся под железной рукой. Инна поморщилась и продолжила.

— Ты знаешь, Исаак очень впечатлён. Он сказал мне, что вообще-то дверь открывалась наружу и их обычно отжимают ломом. Но так тоже можно. А фотография преступника с куском телевизора на голове попала в прессу. Поэтому Камикадзе.

— У меня есть позывной. Ворона. — возразила Ворона. Она внимательно рассматривала металлическую руку Инны. Прототип. Протез. Экспериментальный, которых во всём мире пока лишь несколько штук.

— Интересно, да? — чуть улыбнулась Инна. — я когда-нибудь потом расскажу эту историю. Кто-то мне помог и я попала в тестовый список.

— Хозяин кафе очень грустный. — сообщила Ворона, села, наконец, на своё место, и попробовала сладкий напиток. Смесь пахла травами, и была приторная. Но вкус ей понравился.

— Это потому что его сын попал в неприятности. — сказала Инна, допивая свой чай. — его обвиняли в убийстве офицера. Обвинение сняли, но теперь он проходит экспериментальную реабилитацию. С него пытаются снять зависимость от ночной Лилии.

Железная рука смяла стаканчик, ловко превратив его в шарик. Инна положила шарик на приборную доску, вернула руки в экзоскелет, и положила тяжёлые руки экзоскелета на руль.

— Есть система дистанционного контроля. — сказала Ворона.

— Я знаю. Мне так удобнее. — ответила Инна и запустила мотор. "Бульдог" тронулся с места.

— Что сказали Исаак и Стэнли после вчерашней проверки твоих данных? — спросила Инна.

— Сказали, что хорошо стреляю. Что с вот этим — Ворона похлопала по своему сверхлёгкому экзоскелету — не уступаю бойцам Исаака. Удивились, что дрона у меня два, а не четыре. Стэнли обещал подобрать дробовик или винтовку. Исаак огорчился, что брони у меня меньше. Обещал найти роль. Огневая и информационная поддержка.

Ворона пожала плечами.

— Неплохо. — сказала Инна. — неплохо.

— У меня вопрос. А кто такой "Лекс"? — спросила Ворона.

— Это долгая история. — сказала Инна.

Полицейский бульдог катился по улицам города. Начинался новый день, и вместе с ним — новый патруль. Люди шли по улицам, и с неба на восточный округ светило солнце.

Конец

2023/09/29