Омерта Советника

Глава 1. Здравствуй, Япония!

Никогда не думала, что всего один телефонный звонок способен изменить всю жизнь человека. А если и способен, то точно не мою. Однако… в этот злополучный день я поняла, насколько ошибалась.

Всё было как обычно. Возвращаясь после занятий со школы домой, я открыла входную дверь и ещё с порога оповестила родных о своём присутствии. Тут же должен был последовать стандартный ответ в виде — «Добро пожаловать!», «Привет», «Кушать будешь?» и так далее, но его не было. Вообще ничего не было.

Я уже подумала, что дома никого нет. Такое бывает, и довольно часто. Маму, как педиатра, часто вызывают на работу. Она лучший детский доктор в городе, так что это довольно стандартная ситуация. Папа тоже долго пропадает на работе. Он профессор в местном университете. Даёт дополнительные лекции, из-за чего его и по выходным практически не бывает. А во времена сессии так вообще задаёшься вопросом — существует ли у меня отец?

Также есть старший брат, но тот давно обучается за границей в Европе и навещает нас только во времена летних каникул, так что о нём и речи быть не может.

Я дома одна — таков вердикт.

Скинула на пол школьную сумку, сняла ветровку, ботинки и спокойным шаркающим шагом направилась на кухню. Самое время чем-нибудь перекусить. Желательно шоколадом. Жить без него не могу. Меня хлебом не корми, дай шоколада. Я вообще серьёзная сладкоежка. И это даже не моя прихоть. Если хотя бы сутки не съесть чего-нибудь сладкого… Эх… Короче говоря, становлюсь очень раздражительной, злой, и меня лучше такой не видеть. Поэтому дома у нас всегда и везде имеются сладости. Особенно на кухне. Мама вчера должна была торт шоколадный купить. Отлично. Цель выбрана.

— Господин, подождите! — Услышала я встревоженный голос отца из кухни и замерла на месте.

Он дома? Медленно подойдя к приоткрытой двери — откуда доносились голоса, я заглянула в проём. Папа сидел за общим кухонным столом и сжимал в одной руке приложенный к уху телефон, в другой дымящуюся сигарету. Он курит? Отец обычно курит только в одном случае — если случилось что-то плохое. Таким образом он унимал своё беспокойство. Привычка, ничего тут не скажешь.

Однако хоть сигарета и горела, он, по-видимому, к ней не притронулся. Просто сжимал между указательным и средним пальцем, облокотившись о кухонный стол. Серый пепел медленно сыпался на белоснежную скатерть при каждом резком движении папы. Он молчал. Светло-карие, практически жёлтые глаза широко распахнуты. Тёмно-каштановые кучерявые волосы взъерошены, словно по ним не раз проводили нервной рукой. Загорелая кожа покрылась испариной, побелела и стала похожа на мел. Узкие губы обсохли от резкого дыхания и покрылись мелкими трещинами. Всё говорило о том, что мужчина паниковал. Ему страшно, но, похоже, он ничего не мог поделать.

— Скажи ему! — Услышала я мамин голос, что доносился из другой части кухни. Я не сразу её заметила, так как дверь прикрывала большую часть комнаты. — Скажи ему, что она ещё совсем не готова!

Паника в голосе мамы также отчётливо чувствовалась. Что могло так сильно напугать моих родителей?

Немного сменив своё положение, я увидела высокую стройную женщину с длинными тёмными волосами, сплетёнными в тугую косу. На свету они отдавали лёгкой синевой. Причёска идеальна. Одежда, в отличие от одежды отца, также выглядела так, словно она её только что купила. Бежевая блузка и чёрные брюки — явно мама пришла с работы и ещё не успела переодеться. Или наоборот — собиралась туда, но что-то задержало её. Смотря на лицо мамы, невозможно понять, что она чувствует. Холодное, безэмоциональное. Только блеск её чёрных глаз и дрожь в голосе говорили о волнении.

— Господин, — начал отец, немного собравшись. — Она ещё ребёнок. Мы даже ничего не успели ей рассказать. Подождите ещё пару лет, и тогда… — Из телефона послышался какой-то голос. Я не могла точно понять: мужской он или женский, да и слова разобрать не предоставляло возможности, но после того, как голос замолк, отец вздохнул и сдался. — Да. Я понимаю, — согласился папа. — Мы всё сделаем. Да. Всего доброго. Addio.

Сотовый телефон был отключён и поставлен на стол. На кухне возникла гробовая тишина. Прошло минуты три, но ни отец, ни мать не проронили ни слова. Всё смотрели куда-то в пустоту. Сигарета догорела до фильтра, и папа спокойно потушил её об предложенную мамой пепельницу.

— Значит… — начала темноволосая женщина, аккуратно кладя руку на плечо супруга. — Время пришло?

— Время пришло, — кивнул мужчина.

И да, время пришло. А вернее, после этого звонка у меня состоялся довольно странный разговор с родителями. Если не вдаваться в подробности — я еду в Японию. Одна. В четырнадцать лет. Точной причины такого поспешного решения мне не сказали. Завуалировано пояснили, что это ради моего же «светлого будущего», и что мама с папой всегда мечтали, чтобы я получила высшее образование в Японии. В принципе, они мне это говорили всю жизнь. Не зря же меня с трёх лет обучали японскому языку. Для меня он как второй родной. Вернее, третий, так как второй родной язык итальянский. И то его я знаю… слабовато. Всё же в России росла. Но одно дело знать и владеть японским языком и совершенно другое знать японскую культуру.

До восемнадцати лет я рассчитывала наверстать сей упущенный момент и перед поступлением в университет самостоятельно восполнить знания. В семье решили, что в Японию поеду после совершеннолетия. Ну, и это как бы логично. Закончив школу в России, отправляюсь поступать в высшее заведение за границей. Но этим планам не суждено сбыться.

Мама настаивала, что лучше будет, если начну изучать японскую культуру уже сейчас, будучи сразу в Японии. Почему именно Япония? Ну… мой старший брат, Рома, поступил в Оксфордский университет. А после решил идти по стопам папы и проходить практику в Италии. Решение было принято ещё в детстве, и братец как-то спокойно к этому отнёсся. Меня же решили поставить на путь технологий. И знаете? Я тоже к этому вполне спокойно отнеслась.

Проблема в том, что я умна. Ладно… Очень умна для своего возраста. Мне всего четырнадцать, но многие вещи знаю и понимаю получше любого гениального профессора и докторов наук вместе взятых. Хотя, возможно, это я загнула палку. Но уверена, если бы было желание, то я всем утёрла нос. Если бы было желание… А его у меня нет. Вообще никакого.

Я очень ленива.

Но вот любовь к технике, компьютерным и логическим играм у меня не отнять. И по большей части меня интересует не сам процесс игры, а то, как была создана та или иная игра. Как человек смог до неё додуматься? Как он вычислил шаги? Каковы стратегические маневры? А кодовый язык? Для меня этот мир — идеален. Полностью подвластен логике, которую я люблю и понимаю.

И, зная эту мою страсть, родители заверили, что технологичная страна — Япония — самый раз для моих интересов. Спорить с этим бессмысленно, да и муторно. Лень…

Но всё-таки… я только недавно получила паспорт в России. Несовершеннолетняя. Родители останутся дома. О себе я смогу позаботиться, но как-то вся эта скорость событий меня немного напрягает.

— Сметанка, не волнуйся, — заверила мама, торжественно сжимая кулак и улыбаясь. — Тебя там встретит наш с папой очень хороший знакомый из Италии. Он и побеспокоится о твоём поступлении в одну из самых престижных школ Японии.

— Мам, — устало буркнула я, откусывая кусочек печенья и запивая его чаем. — Не называй меня «Сметанкой». Ты знаешь, мне это не нравится. И ещё… Кто этот человек? Как он выглядит? Я его знаю? Как его зовут?

— Сметанка, не указывай матери! — повысила строгий тон в голосе женщина. — Ты моя дочь, и я уж сама решу, как тебя называть. Тем более… — Мама вновь улыбнулась. — Тебе очень подходит это прозвище. — Женщина мягко погладила меня по белым, как снег, волосам.

Да уж. Подходит. Вообще-то, я не родилась с такими волосами. Раньше они у меня имели тёмно-каштановый оттенок, как и у папы. Однако, когда мне было три года, в прошлом нашем доме произошёл пожар, в котором была я. Что там точно произошло, и какова причина пожара — не знаю, но, когда пожарные вытащили меня из горящего дома, все локоны были белее снега. Хотя это очень странно выглядит. Седые волнистые волосы чуть ниже лопаток, светло-золотистые глаза, которые, сравнивая с бледной кожей, больше отдают лимонным оттенком, но густые тёмно-каштановые брови и ресницы. А учитывая то, что я ночами не сплю, а сижу в интернете, в завершение, имею вечно усталый вид, тёмные круги под глазами и унылое выражение лица.

И это можно назвать «Сметанкой»? Скорее уж «Прокисшее Молоко». Хотя в школе одноклассники меня зачастую называли «Каспером» или «Призраком», что больше похоже на правду. Я, по идее, должна обидеться, но… мне как-то пофиг… Пускай хоть чайником называют, лишь бы не трогали.

— Дар, ты всё узнаешь, когда прибудешь в Японию, — пояснил отец, стараясь приободрить меня своей улыбкой. Но я прекрасно чувствовала, что тут что-то не так.

— Пап, ты ведь по телефону обо мне с тем человеком говорил? — спросила я, решив идти напрямую. — Может, скажете, что на самом деле происходит? Я же вижу, что вы мне чего-то не договариваете.

Мама и папа молча переглянулись. Их общее волнение не ускользнуло от моих глаз. Они знают, что я подмечаю небольшие детали, и, зачастую, могу прочесть мимику человека. Знают, что я довольно умна, хоть и стараюсь этим сильно не светить. Легче притвориться такой как все и просто наслаждаться жизнью, нежели строить из себя вундеркинда. Нет, я бы могла, но мне это не нужно. Могла бы уже сейчас поступить в какой-нибудь вуз или колледж, сдав вступительные экзамены, но… Зачем? Ради славы? Денег? Достижений в научной сфере? Мне это всё не нужно. Я просто хочу есть сладости и наслаждаться покоем.

Родители не знали, что сказать. Вернее, знали, но решили умолчать, так как мама прибегла к своему излюбленному методу обороны — наступление.

— Серра Дарья Себастьяновна! — Ну, вот. Прозвучало моё полное имя. А когда это дело происходит, быть беде. Мама обязательно найдёт к чему придраться. — Мы что, по-твоему, враги? Мы твои родители и желаем тебе только добра!

— Да-да… — вздохнула я, понимая, что сейчас начнётся целый потоп наставлений и нравоучений, которые просто невозможно избежать. А учитывая мою вечную усталость и лень, я готова хоть сейчас паковать чемодан, но избежать этой нудной лекции со стороны мамы.

Кстати, да, меня зовут Серра Дарья. Правда, все в семье меня зовут Дар. Даже в школе я приручила всех своих знакомых, чтобы ко мне обращались либо Дарья, либо Дар. Никаких Даша или Дашенька. Только Дар и Дарья. Но это не мой выбор. Просто так мама хотела поддержать мои итальянские корни со стороны отца. Наверное…

Тоже мне семейка. Мама русская, отец итальянец, брат в Европе, а я еду в Японию. Отлично! Ну… хотя бы высплюсь в самолёте.

Как мне объяснили родители, когда я наконец-то прибуду в аэропорт Японии, меня встретит некий знакомый из Италии — Реборн, который поможет с ориентиром на местности. Однако… Никого не было. Меня никто не встретил. Мало того, что я прибыла в непонятный мне город Намимори, который и не пах Токио, так ещё и осталась совершенно одна. Хотя, чего я ожидала? По правде сказать, было такое чувство, словно родители от меня наконец-то избавились. Мол, подрос или нет, а птенцу пора валить из гнезда.

Эх… ладно. В принципе, с японским языком я дружу, как-нибудь выкручусь. Деньги также имеются. И родители обещали ежемесячно присылать на мой счёт ещё, чтобы ни в чём себе не отказывала и могла спокойно существовать. Надеюсь, что хоть тут они не подведут, так как школьникам в Японии работать не разрешается. Ну, не во всех школах.

Достала сложенный листочек из паспорта. На нём имелся адрес дома, который арендовали для меня родители на целый год, и адрес школы, в которую меня перевели. Ха, «Средняя школа Намимори»? Какое оригинальное название. И почему мне это начинает нравиться всё меньше и меньше? Мало того, что прилетела в какую-то дыру, так ещё и ощущение возникло странное… Ну… словно за мной наблюдают.

Прям колючий мороз по коже. Не люблю это ощущение. Вызывает желание немедленно скрыться и затеряться в толпе. Хотя, возможно, это всё мои причуды. Паранойя в четырнадцать? Боюсь представить, какой я буду бабулей. Хех.

Ладно, где там такси?

— Такси! — крикнула я, выйдя на улицу и позвав первую же попавшуюся машину.

Стоило мне сесть в машину и произнести адрес места назначения, как неприятное колющее чувство исчезло. Но сюрпризы на этом не прекратились.

Домик, который мне арендовали, был одноэтажным, с невысокой трехступенчатой лестницей около крыльца. Внутри имелось две комнаты, одна из которых предназначена как спальня, другая как гостевой зал. Также была небольшая кухня и ванная комната, соединённая с туалетом. В принципе, жить можно. Особенно учитывая то, что дом меблирован. Но это ладно… К этому я была готова, а вот к тому, что этим же вечером получу письмо на здешний почтовый ящик, адресованный мне лично — готова не была.

Письмо было кратким, но содержательным:

«Завтра в районе 9:00 жду тебя у ворот Средней школы Намимори. Не опаздывай. Реборн»

Очень мило. Значит, встретить не встретил, но уже указывает. Что же это за человек такой, Реборн? Сколько ему лет? Раз итальянец, то должен иметь такой же своенравный темперамент. Найдём ли мы с ним общий язык?

Пришла я на место встречи довольно рано. Здание школы ничем особенным не отличалось. Три этажа. Два крыла. Внутренний и внешний двор. Несколько площадок для командных видов спорта, два бассейна и зона отдыха, усыпанная скамеечками. Мило, чисто, но на этом всё.

Я не стала заходить сразу на территорию школы, а направилась в кафе, что располагалось прямо через дорогу. Очень удобно, нужно заметить. Знаю, что обед в японских школах длится около часа, а близкое расположение кафе облегчает задачу с перекусом. Но также знаю, что японцы приверженцы домашней кухни, и зачастую притаскивают в школу с собой бенто, которое приготовили заранее. Мне было бы лень. Нет, готовить умею, но зачем, когда можно спокойно купить еду в магазине и не мучить себя? Да и ем, по сути, одни сладости.

Как бы то ни было, сидя за столиком кафе, который располагался на улице под огромным зонтом, я наблюдала за тем, что происходит во внешнем дворе старшей школы Намимори. Школьники спокойным шагом подходили к зданию и терялись в его стенах. Приближался первый урок.

Вот шла довольно милая парочка. Высокий темноволосый парень и улыбающаяся девушка с короткими рыжими волосами. Оба точно из этой школы, так как на них имелась подходящая форма. На вид они мои ровесники. Во всяком случае, девушка точно. Может, мы с ней даже будем в одном классе.

Но тут с неба с воплем упал другой молодой парень, приземлившийся прямо на голову темноволосого и сбивший его с ног. Более того, парень-летун был одет всего лишь в одни синие труселя. На лбу горело яркое оранжевое пламя, каштановые волосы, подобно иглам ёжика, торчали в разные стороны, а выражение лица было таким, словно он собирался одними своими бровями весь мир перевернуть.

— Сасагава Киоко! — заорал парень во всё горло, указав пальцем на рыжеволосую девушку, которая явно была в немом шоке. — Давай встречаться!!!

Хе! Тут что, очередную японскую рекламу снимают? А мне говорили, что японцы народ сдержанный в том, что касается эмоций. Похоже, об этом нам просто не говорят. Не каждый день увидишь прилетающего с неба парня, с полыхающей головой и одетого в одни труселя.

Естественно, девушка от такого закричала и убежала в сторону школы, оставив «влюбленного» одного. Пламя на лбу парня погасло, издав последний жалобный «пшик». Но это не конец. Шоу продолжается. Тот, кого отбросило при падении, очухался, и нанёс юному нудисту неплохой хук справа.

— Урод! — прокричал тёмноволосый парень в ярости. — С ума, что ли, сошёл?! Извращенец! — После чего также последовал в школу, догоняя рыжую.

Все обходили голого парня за километр и не переставали шептаться, а, судя по выражению лица самого нудиста, он также был в шоке от своего же поступка. Обхватил свою голову руками, смотрел на своё тело и, сидя на асфальте, всё время повторял, что он не мог этого совершить и это сон.

По правде сказать, я тоже в это с трудом верю, но разбираться, в чём причина данных событий — мне лень, так что просто смотрю, наслаждаюсь зрелищем и хихикаю. Одно только смущает, что это за пламя было на лбу парня? Спецэффекты? Какой-то научный трюк? Хм…

Дальше, откуда не возьмись, появился ребёнок в чёрном костюме и шляпе. На поле шляпы сидела ящерка, с моего расстояния трудно определить, что это за вид, но, кажется, хамелеон. В маленькой ладошке мальчик сжимал довольно солидную пулю и стал с улыбкой что-то разъяснять нудисту. О чём именно они говорили, я не слышала, но заметила, что от этого объяснения парень стал паниковать ещё сильнее, размахивая над головой руками. Потом схватил ребёнка за щёки и стал тянуть его в разные стороны, однако быстро схлопотал от малыша очередной хук справа. Хех! Это явно его день!

И вот прозвенел звонок на урок, что приятной мелодией разносился по всей школе. От этого звонка нудист тут же схватил притащенные малышом вещи, издалека напоминающие форму школьника, и побежал в тоже здание школы. М-да… Опаздывать это не дело. Но веселей будет тогда, когда он войдёт в свой класс. Признание ведь вся школа слышала.

Однако стоило нудисту скрыться, как оставшийся на улице малыш, с висящей на шее соской-пустышкой, посмотрел прямо на меня. Это было не случайно. Он не смотрел на здание кафе, перед которым я сидела, и не смотрел на находившихся рядом людей, которые то шокировано вздыхали, то смеялись от увиденного. Его большие чёрные глазки-бусинки были устремлены именно на меня. Какой-то не детский взгляд у этого ребенка. Возникло странное ощущение опасности. Давненько я его не испытывала. Помню, последний раз такое чувствовала, когда гуляла по городу с братом, будучи детьми. На него напала собака и сильно покусала, а меня она даже не заметила. Но ощущение приближающейся тревоги запомнила навсегда.

Наверное, с тех пор я терпеть не могу детей и животных. Одни вечно ноют, другие могут цапнуть. Лучше от тех и других держаться подальше.

Но вот этот ребёнок… С ним явно что-то не так.

Он указал на меня пальцем, привлекая внимание, а после чего поманил к себе, давая понять, что это я должна встать из-за стола и двигаться к нему на встречу. Вот это да! Никакого воспитания! Я-то точно старше! Сколько ему? На вид точно не больше пяти. А может, вообще младенец. Хотя выглядит старше… хм… Моё внутреннее чутьё в смятении. Ладно, подойду к малышу, а там посмотрим, что будет.

— Здравствуй, — обратилась я к нему на японском. — Ты что-то хотел?

— Серра Дарья? — тут же спросил мальчик, заставив меня на мгновение замереть и полностью сосредоточиться на нём.

Малыш знает моё имя, знает, как я выгляжу, знает, что я должна быть тут и именно в это время. Сомнений нет, единственный логичный ответ, который возникает — это Реборн. Но как? Я думала, это друг моих родителей, которому, как минимум, за тридцать. Ещё раз повторюсь… Что-то с этим ребёнком не так.

— Сколько тебе лет? — решила задать я интересующий вопрос, пропуская эти: «Тебя зовут Реборн? Как же так? Ты же ребёнок!» и так далее. Я не понаслышке знаю, что такое «гениальность», и, возможно, этот малыш просто гениальнее всех остальных.

— Это не важно, — ответил малыш, протягивая мне раскрытую ладонь. — Можешь обращаться ко мне «Дядюшка Реборн». С этого момента я являюсь твоим опекуном до твоего полного совершеннолетия. Оформление документов и согласие твоих родителей уже получено. Кстати, из-за этого я и не смог тебя вчера встретить, за что прошу прощение.

Вот это номер!

Опекун? До полного совершеннолетия? Согласие родителей? Документы? Что вообще происходит? Походу мои маменька с папенькой с ума сошли маленько. Отдать меня неизвестно кому до полного совершеннолетия. Это же до восемнадцати лет, верно? Хотя, стоп… Полное совершеннолетие в Японии наступает в двадцать лет. Шесть лет под присмотром этого младенца? Я хоть и умный человек, но, видно, чего-то не понимаю. Зачем родители это устроили? Ради получения образования? Хех, сомневаюсь.

— Япония… — вздохнула я, переходя на русский. — Чудная страна. Куда не глянь, везде чудеса. А в итоге — и сам чудаком становишься.

— Понимаю, у тебя сейчас множество вопросов, и я на них все постараюсь ответить. — Кивнул Реборн, натягивая шляпу на глаза. — Для начала давай найдём тихое местечко, где можно поговорить и…

— Ученица. — Послышался леденящий, но в тоже время спокойный мужской голос со стороны школы.

К нам с Реборном направлялся молодой парень, на два года старше меня. Белая идеально отглаженная рубашка, чёрные брюки, начищенные туфли и черный пиджак, висящий на плечах. Да тут холодным чтением не нужно обладать, чтобы заметить, как педантичен этот школьник. Чёрные волосы не сильно коротко подстрижены, приглажены и не торчат в разные стороны. Холодный взгляд тёмно-серых глаз смотрел на меня свысока. Скорей всего, он ко всем относится с легким пренебрежением в стиле «Я — царь, вы все плебеи».

И только заметив красно-оранжевую повязку, с надписью «Дисциплинарный Комитет», всё стало ясно. Что-то вроде местной «шишки».

— Ученица, — повторил парень, подойдя ко мне поближе. — Что ты тут делаешь? И где твоя форма? Уроки уже идут.

— Она на занятия выйдет только завтра, — влез Реборн. Темноволосый парень с недовольством покосился на малыша, словно только сейчас заметил его присутствие. После чего достал из кармана свернутую в рулон небольшую бумажную папку, на обложке которой было написано: «Дела о переведенных учениках в Среднюю школу Намимори».

— У меня тут сказано, что документы оформлены, и она является ученицей данной школы.

— Забегал взглядом, читая информацию. — Серра Дарья.

— Так и есть, — кивнул Реборн, словно мой адвокат, не давая и слова вставить. Хотя, в принципе, я и говорить-то не хотела. Просто молча наблюдала за происходящим. — Но на занятия выйдет со следующего дня. Директор в курсе.

— Хм! — хмыкнул парень, после чего развернулся и направился в сторону школы. Однако перед тем, как вообще скрыться в дверях школы, через плечо бросил: — Завтра без опозданий, иначе… последует наказание.

— Наказание? — с усмешкой спросила я. Звучит как-то двусмысленно. Но парень не ответил. Лишь только стальной блеск сверкнул в его глазах, и он наконец-то скрылся в здании школы. — Ну и ну…

Никогда не думала, что буду воспринимать слова ребёнка так серьёзно. Что там говорят? Устами младенца?.. Хех… То, что говорил мне этот младенец, больше похоже на боевик и фильм ужасов. Для начала мы пришли в первый же попавшийся закрытый ресторан, который при виде Реборна тут же открылся. После чего администратор провёл нас к самому лучшему столику, хотя зал и так пустовал.

Не глядя в меню, я заказала какао и шоколадный пудинг. Реборн попросил чаю.

— Для начала должен сообщить, что я знаю о тебе совершенно всё, Дар, — начал Реборн. — Даже то, чего и ты о себе не знаешь. Я — репетитор-киллер Реборн. Тренирую будущего десятого босса сильнейшей итальянской мафиозной семьи Вонгола. Думаю, ты его уже видела…

— Это вы о том тощем нудисте с пламенем на лбу? — с лёгкой усталостью спросила я. — Да, забавный тип. Правда, совсем не представляю его боссом мафии. И что всё это значит?

— Ты видела Пламя Посмертной Воли?! — удивился Реборн, после чего на мгновение замолк. Тень легла на его глаза. Данная новость его расстроила, но было и ещё кое-что, что мне удалось уловить на его лице. Он нервничал. Боялся. И кажется — меня. — Ясно, — наконец-то продолжил Реборн. — Значит, мы не ошиблись.

— Да кто «мы»? Вы и мои родители? Эй, дядюшка Реборн, не могли бы вы быть точнее?

И тут понеслось…

Реборн рассказал, что его прислал Девятый босс семьи Вонгола для того, чтобы воспитать преемника. Были и другие претенденты, но они скоропостижно скончались. И теперь единственным, кто должен стать боссом стал — Савада Тсунаёши. Или как его сейчас все называют — Никчёмный Тсуна. Я слушала о том, что Тсуну надо сделать не только боссом, но помочь ему воссоздать его «семью». То есть — мафию.

Под всем этим «весёлым» рассказом я уже собиралась заснуть. Верилось, конечно, в эту историю с трудом, да мне как-то и всё равно было. В принципе, Россия славится тем, что её мафиозные группировки самые жестокие, и это не сказка. Времена девяностых только-только прошли. Так что рассказывать мне, что это и с чем едят — не стоит. Всё опасно. Конец.

Но неожиданно я заинтересовалась рассказом, так как история пошла обо мне лично. А именно — я должна стать Советником Савады Тсунаёши. Будущего босса мафиозной группировки Вонгола. И что данное согласие между семьями Вонгола и Серра было оговорено много лет тому назад. Более того, что я должна стать членом этой шайки разбойников. Реборн решил добить меня:

— Для уверенности в том, что ты, как представитель семьи Серра, не предашь Десятого Вонголу, было принято заключить брачный союз. По достижению совершеннолетия ты и Савада Тсунаёши поженитесь.

— Хм-м-м… чё?

Но и это были только цветочки.

Значит так, я жила себе как самый обычный ребёнок, которого довольно часто баловали, но запрещали любые физические виды спорта, с тем замечанием, что я могу пораниться. Но на самом деле мои родители представители серьёзных мафиозных семей, которые скрывали от меня всю правду. Они должны были посвятить меня в десять лет, как это обычно происходит в подобных случаях, но… Видимо, забыли сказать мне. Мол, эй, Дар, а твои мама с папой убийцы-наёмники, которых ещё свет не видел.

На этом моменте я смеялась в голос. Моя мама — педиатр, папа — профессор в университете, брат — обычный студент. О чём этот малыш говорит? Но мне пришлось поверить, когда по одному щелчку пальца все официанты, что находились в зале и занимались своей незатейливой работой, неожиданно высвободили огнестрельное оружие разных калибров и направили в мою сторону. Всё моё тело засияло ярко-красным от огромного количества мелких лазеров-прицелов. Одно неловкое движение, и я — решето.

А ведь это противное щекочущее чувство не отпускало меня ни на шаг. Но я решила игнорировать его, посчитав своей паранойей.

— Я понимаю, ты в шоке, — спокойно произнёс Реборн, после чего снова щёлкнул пальцами, и все официанты вновь вернулись к своим ролям. Ярко-красные блуждающие точки исчезли. — Однако репутация семьи Серра немного тёмная. Раз в поколение в этой семье рождается человек с потрясающими стратегическими способностями. Поговаривают, что человек настолько умён, что та сторона, на которой он будет, одержит победу в любой битве или войне. Вот только представители Серра были Советниками в семье Вонгола всего два раза за всю историю семьи.

— Почему? — спросила я, сохраняя спокойствие в голосе.

— Это я тебе расскажу, если ты дашь согласие, — усмехнулся малыш. — Дай согласие стать членом семьи Вонгола. И, как будущий Советник, ты узнаешь не только прошлое семьи Вонгола, но также и своей — Серра. Обещаю, что со временем ты будешь знать абсолютно всё.

— Но ради этого, я должна вступить в мафию? — Малыш кивнул. — Но почему я? У меня есть старший брат, который даже умнее меня. Он поступил в высшее учебное заведение, когда ему было шестнадцать. Мне же тогда было всего десять.

— Мы это знаем, — кивнул Реборн. — Также знаем, что ты не желаешь афишировать свои аналитические способности. Знаем, что специально прогуливала школу, чтобы испортить себе оценки, так как считала их слишком хорошими. Однако у представителя семьи Серра имеется особая отметина на теле. И да. — Очередной кивок. — Мы и о ней знаем.

Он знает и о моём родимом пятне? На шее, чуть ниже затылка, у меня с самого рождения имеется странное родимое пятно напоминающее полумесяц. Его не видно, так как я всегда хожу с распущенными волосами, но оно есть и это факт. Значит, Реборн не врёт. Они действительно обо мне всё знают. Вот только похоже я совершенно ничего не знаю о себе и своей семье.

Мама… Папа… На что вы меня отдали?

Вспомнился тот разговор папы по телефону. Уверена, что это и решило мою судьбу. Гадать не стоит — это всё правда. Чёрт, с трудом верится, но правда. Значит, я должна стать Советником, а по наступлению совершеннолетия выйти замуж за этого нудиста, который влюблён в ту рыжую? Как там её звали? Киоко, верно? Это вообще нормально?

Хотя я раньше читала, что для итальянской мафии вполне логично заключать соглашения путём брака между главами семьи. Во всяком случае, так было в прошлом столетии. Сейчас другое время, другие порядки, но всё те же способы.

Любой подросток на моём месте начал бы паниковать. И я его понимаю. Самой хочется. Правда, у меня с детства есть небольшая лазейка — всё, что мне не нравится, я складываю в огромный мысленный ящик с прозрачными стенками. Я вижу, что там. Понимаю, как с этим работать, но оно меня не трогает. Словно ограждаюсь эмоционально от подобного. Хорошо это или плохо, не знаю, но меня такой способ не раз выручал. Будто смотришь на себя со стороны и более логичные вещи предпринять можешь.

И первый совет, который сама же себе дала, это:

— Отказываюсь, — спокойным голосом произнесла я, смотря Реборну в глаза. — Мне не интересна эта ваша мафия, не интересна история семьи Серра. Если бы меня воспитывали изначально с мыслью, что я стану членом мафиозной группы Вонгола, то, может быть, и ответ был другим, но этого не произошло. Уверена, что у родителей на это были свои причины.

— Так и есть, — кивнул Реборн. — Тебя воспитывали как обычного ребёнка не просто так.

— Вот и отлично. — Я лениво потянулась, зевая при этом. — Я — обычный человек. Четырнадцатилетний подросток, который приехал в Японию для углублённого изучения языка и национальной культуры. Меня не интересует криминальный мир. Всего доброго, дядюшка Реборн.

Я встала из-за стола и направилась к выходу, но неожиданно меня что-то схватило за запястье. Это было больше похоже на ярко-зеленую лиану, которая почему-то имела глаза ящерицы на конце. Той самой ящерицы, что ещё секунду назад сидела на шляпе Реборна.

— Остановись, — повысил тон малыш, сжимающий лиану с другого конца. — Как ни посмотри, а я всё же твой опекун, и до полного совершеннолетия ты под моей опекой. Так что сбежать тебе не удастся.

Хм… он прав.

— Это пока, — ответила я. — Немного повозиться с юридическими учебниками данной страны, и я смогу оспорить сей документ.

— Но на это потребуется время, — усмехнулся Реборн, смотря на меня своими чёрными глазками-бусинками. И тут он прав. Много времени. Сначала на разборку с родителями, потом изучение местных законов и наконец на сам судебный процесс. О-о-ох… геморрой… Не хочу-у-у… Я слишком ленива для такой тягомотины. Вряд ли даже одну книгу осилю. — Ты знаешь, как переводится твоя фамилия — Серра? — неожиданно спросил малыш.

— Я наполовину итальянка, так что конечно. — Пожала плечами и дала ответ. — Оранжерея.

— И чем же по-твоему занимались твои предки, обладающие такой фамилией? — продолжал Реборн.

— Хм… Цветочки выращивали? — усмехнулась я. — Это не важно. Я пошла, дядя Реборн. Пока.

Освободила руку и вновь пошла к выходу. На этот раз Реборн меня не задерживал и позволил уйти, однако я успела заметить лёгкую улыбку на его лице, символизирующую о том, что он что-то задумал. Что же мне стоит предпринять? Если попытаюсь сбежать, то это будет бессмысленным ходом. Эта мафия только ещё больше всколыхнётся, пытаясь меня остановить. До основных событий у меня в запасе шесть лет. План придумать успею. Да и бежать, в принципе, некуда. Уверена, что все порты уже отслеживаются, а учитывая, что я несовершеннолетняя, покупать билет будет затруднительно.

Да, меня приперли к стенке. Приехала в Японию, в страну технологий, а оказалась в тюрьме, окружённая водой. Просто так покинуть остров не получится. Раз так, то нужен план. Для начала поиграю в то, что они хотят видеть. Выбрали ту самую школу, где учится Савада… Что ж… Завтра с ним встречусь и посмотрю, что он из себя представляет. Десятый босс семьи Вонгола.

Глава 2. Привет из Италии

Мои родители такие красноречивые, что я прям даже не знаю куда деваться. Мне кажется, что весь трафик истратила, пока пыталась дозвониться на их сотовые телефоны. Трубку не берут, и всё тут! А на домашнем телефоне оставили лишь короткое сообщение на автоответчике:

«Привет, вы позвонили семье Серра», — начинал радостный голос мамы. — «Сейчас нас нет дома, так как мы уехали в круиз в Италию! Оставьте своё сообщение, и мы, может быть, перезвоним вам. Пока!»

Круиз? В Италию? Очень интересно! Значит, спросить какого чёрта тут творится, у меня не получится. Что ж… Буду действовать по своей схеме.

Всю ночь я, естественно, не спала. И проблема не в том, что я этакий полуночник, просто не могу спать ночью. Стоит только солнцу зайти за горизонт, как сердце начинает биться с сумасшедшей скоростью, повышая давление в крови. Сразу возникает чувство бодрости и энергии. В принципе, в это время я могу и горы свернуть, но трачу время на интернет и различные игрушки, чтобы развлечь себя. А вот как только наступает рассвет, силы исчезают, возникает апатия и непреодолимое желание выспаться.

Но мне надо собираться в школу. М-да… только взглянув на своё унылое выражение лица в зеркале, я задаюсь одним и тем же вопросом в сотый раз — какая к чёрту мафия? Какой Советник? Я и свою-то жизнь организовать не могу. Хотя тут скорее действует правило «Не хочу». Эх… синяки под глазами стали ещё отчётливее. Уже на наркомана стала походить.

Надела форму школы Намимори. Юбка слишком короткая. Сколько не одергивай, всё равно, кажется, что стоит мне нагнуться, и всё узнают, какого цвета моё бельё. И почему юбка? Разве нельзя, чтобы девушки носили брюки, как и парни. Это даже удобнее. А то потом спрашивается, откуда слух, что в Японии много извращенцев? А вы, блин, догадайтесь!

Но основная проблема была не в этом. Галстук-бабочка, а вернее небольшой красный бантик на шее, который никак не могла завязать. Я знаю, как это делается. Но одно дело «знать», и совершенно другое «завязать». Он постоянно получался кривым, и мне не нравился. То выглядел нормально, но ощущение того, что меня душат, никак не проходило, поэтому приходилось его расплетать и делать чуть свободнее. И в какой-то момент меня это всё окончательно достало, да и руки затекли вечно находиться в приподнятом состоянии, поэтому я забила на это дело и пошла в школу без бантика.

Ещё не было и девяти утра, но должна отметить, насколько тут жарко. Лето не за горами. А ведь японцы и летом учатся. Во всяком случае первые два месяца. Но это же безумие! Учиться в такую жаркую погоду. Хотя, возможно, я и не была против, если бы не одно «но» — я не переношу жару. Я очень люблю зиму. Такую чистую, белоснежную, прохладную, с колючими морозами и шумными метелями.

Да я выросла в России! Лучше купаться всю ночь в проруби, чем побыть хотя бы минуту на палящем солнце. Растаю как мороженое и буду выглядеть также. Угу. Эх… ладно. Что-нибудь придумаю, когда доберусь до школы.

Сюрприз, так сюрприз.

Сегодня не только я перевелась в класс 1-А, но и какой-то парнишка моего возраста. Пепельные волосы доставали до плеч, а бирюзовые глаза излучали ярость и были полностью сосредоточены на Тсуне. Они знакомы? По взволнованному взгляду Тсунаёши — нет, но вот новичок выглядел так, словно ему должны нехилую сумму денег.

— К нам прибыли новые ученики, — начал приветливо учитель, выставив нас перед всем классом. — Они учились ранее за границей. Познакомьтесь — Гокудера Хаято из Италии и Серра Дарья из России.

Впервые этот новичок, который меня всё это время не замечал, соизволил взглянуть в мою сторону. В его взгляде читалось удивление и некая тревога. Думаю, на моём лице также можно было заметить лёгкую озадаченность.

— Серра? — спросил Гокудера.

— Из Италии? — спросила я.

Вот уверена, что он как-то замешан с миром мафии. Тем более, стоя рядом с ним, я отчётливо чувствую запах сигарет и… пороха. Его реакция на мою фамилию тоже о многом говорит. Думаю, он с ней знаком. Слухи или что-то посерьёзнее? Осталось только узнать, что он планирует делать?

Зубы плотно сжались, а верхняя губа слегка искривилась, словно парень собирался рыкнуть на меня, как загнанный в угол зверь. Голова вжалась в тело. Совсем не заметно, для остальных. Буквально на миллиметр, но, стоя плечом к плечу, я смогла засечь это движение. Ясно, он мне не друг. Скорее даже наоборот. Всё в парне буквально кричит мне — «Не подходи! Иначе убьют!». Кажется, он меня боится. Неужели в Италии фамилия Серра так «популярна»? Хм…

Однако класс нас встретил… двояко. Гокудеру девушки тут же полюбили с первого взгляда. Стали слышны шёпоты о том, насколько парень красив и мил. Кажется, у него уже образовывается свой фан-клуб. Но вот меня встретили… своеобразно.

— Это что, зомби? — послышалось с дальних парт. — Жутко выглядит…

Отлично! Сметанка, Каспер, Призрак, а теперь уже и Зомби. Хотя… я их прекрасно понимаю. Стоя рядом с Гокудерой, контраст был просто ошеломляющим, учитывая, что мы оба светловолосые. Правда, он от природы с таким цветом волос, я же седая. Более того, у него светло-розовая кожа, насыщенная энергией и здоровьем. Я же бледная с опухшими синяками и жёлтыми глазами. Причём собственный цвет глаз придаёт коже лёгкий зеленоватый оттенок. Ну, точно зомби! Благо, хоть питаюсь одним шоколадом, а не мозгами.

Нас попросили рассесться на свободные места. Гокудера сразу же направился в сторону Савады и, ничего не объясняя, пнул его парту. Все с недоумением посмотрели на этого агрессора. Кто-то из парней даже предположил, что Гокудера гангстер, и, думаю, они не далеки от истины.

Нам достались задние парты, причём моя самая последняя в том ряду, что размещался около широких окон. Не очень хорошее место. Слишком много солнца. Уверена, что в обеденный час буду как яичница на сковородке, но зато оттуда прекрасно виден весь внутренний двор. Наш класс находился на втором этаже в конце правого крыла, так что я могла видеть и то, что происходит в других классах напротив. Левое крыло словно на ладони.

Но это подождёт. Сейчас мне необходимо выкрасть свободное время и поговорить с Савадой. Он изредка поворачивается и смотрит то на меня, то на Гокудеру. И если на меня с лёгким смущением, то на итальянца с неподдельным страхом. Думаю, что Тсуна уже в курсе того, что мафия планирует нас сватать. Интересно, как он к этому относится? Пока не похоже, чтобы парень был расстроен. Ладно… дождёмся перемены.

Обращать на меня внимание перестали довольно быстро. Уже через двадцать минут я для всех стала словно неким предметом, вписанным в декор помещения. Вроде бы есть, но не столь важно. А вот Гокудера Хаято быстро стал звездой под номером один. Хоть он и вёл себя довольно вызывающе и проявлял нездоровый интерес к Саваде, всех это только умиляло.

Закурил прямо в классе? Ох, это так мужественно! Наорал на учителя? Он такой смелый! Послал кого-то далеко и надолго? Вау, он обратил на меня внимание!

Меня от этого поведения японских школьниц буквально воротило. Самое интересное, что парни неподдельно выражали свою зависть, но основной звездой класса оказалась уже мне знакомая Сасагава Киоко.

Забавно, но как оказалось, достаточно просто молча сидеть и наблюдать за учениками, чтобы понять, что среди них творится. Рыжеволосая Киоко — самая популярная девушка в школе. И в неё влюблено восемьдесят процентов парней. Причём как из средних классов, так и из старших, что учились в этом же здании. Девушки же в основном поклонялись некому спортсмену, что находился в нашем же классе. И его звали Ямамото Такеши. Из себя ничего не представляет. Высокий. Симпатичный. Играет в бейсбол. Тёмные волосы слегка взъерошены. Светло-карие глаза лучезарно осматривали класс. Пару раз я сталкивалась с ним взглядом, и тот, не зная, как отреагировать на моё внимание, лишь улыбался и подмигивал. В принципе, как и всем остальным.

Уверена, подобным образом он лишь проявлял дружелюбие, но выглядело так, словно парень заигрывал. Во всяком случае, остальные девушки смущались и отворачивались в сторону. Вот только за милой улыбкой и симпатичной мордашкой, уверена, что у него квашеная капуста вместо мозгов. Поэтому я даже не удивилась, когда учитель задал Ямамото вопрос, а тот, смеясь, ответил: «Не знаю, сенсей!». Хотя вопрос простейший, достаточно было просто открыть учебник на нужном параграфе и прочесть правильный ответ.

Думаю, теперь девочки разделятся на две группы фанатов. Одни за Ямамото, другие за Гокудеру. Хм, за этим будет любопытно наблюдать.

Также до меня дошёл некий слух, что Тсуна уже успел проявить себя. Вчера, после признания Киоко, его вызвал на дуэль некий спортсмен по кендо. И кто бы мог подумать, но Никчёмный Тсуна одержал победу! Правда вновь до трусов раздевшись. Юный нудист меня поражает. Особенно, когда в болтовне учеников проскользнула фраза — «Выдрал руками все волосы!». Он что, своего противника лысым оставил? Хех, я бы на это глянула.

Прозвенел звонок на перемену. Да уж. В Японии уроки длятся по часу, и скажу, что это ощутимо сказывается на теле. Ноги буквально затекли, и не шевелятся. Но, видно, японские школьники из другого теста сделаны, так как все тут же вскочили и побежали в коридор, оставив меня и, к моему удивлению, Тсуну наедине. Даже новенький пулей выскочил из кабинета, хотя в основном из-за него остальные и убежали. Хотели ещё немного полюбоваться новеньким красавчиком-иностранцем.

Достав из сумки одну из пачек палочек в шоколаде, которые мне нравились и которые довольно популярны в Японии, я, не задумываясь, сунула одну в рот и спокойным шагом направилась к Тсуне. Парень видел, что я приближаюсь, и очень сильно заволновался. Это было заметно по покрасневшему, вспотевшему лицу и тому, что он тут же уткнулся носом в учебник. При этом учебник имел перевёрнутый верх ногами вид. Совсем не заметно, ага…

— Йо! — поздоровалась я, садясь на пустующую парту, что находилась прямо перед Савадой. — Ты ведь знаешь, кто я, верно? — парень, нервничая, посмотрел на меня карими глазами. Потные пальцы крепче вцепились в бумажные страницы учебника. Небольшой кивок был мне ответом. — И, видно, Реборн успел тебе рассказать какие на нас планы, так? — очередной кивок. Теперь он так смущался, что даже пар валил из ушей.

— Но… но… но… — заикался Савада. — Мне нравится другая… девушка.

— Ты это про Сасагаву Киоко? — от моего вопроса челюсть Тсуны откинулась на парту, а глаза буквально вылезали из орбит. Паника! Самая настоящая паника! Он потел так сильно, словно стал грешником на исповеди. — Успокойся, — махнула я небрежно рукой. — Это твоё дело, и влезать туда, я не собираюсь, так что если переживаешь, что начну болтать — ошибаешься. Однако должна заметить, что выходить за тебя я не хочу. Особенно не хочу участвовать во всём этом криминальном мире. Будь ты хоть трижды босс мафии — не хочу. Рассчитывать на меня в роли твоего Советника, не смей. Понял?

— Я… я… я… — вновь начал заикаться парень, но уже скорее от скопившегося возмущения. — Я тоже не хочу в этом участвовать! Не хочу становиться боссом мафии, и вообще не желаю иметь с этим никаких дел! Мне это не надо! И это опасно! И Реборн постоянно в меня стреляет! И… хи-и-и!!! — парень схватился за свою лохматую голову. Видно, скопилось многое.

— Хм… — я медленно осмотрела Тсуну.

Так он, по сути, в таком же положении, что и я, верно? Ну да. От него угрозы я не чувствую. Скорее вечный страх и панику, но не больше. От Реборна опасностью веяло за километр, но вот Савада Тсунаёши рыхлый, словно творог. И с ним я должна находиться рядом шесть лет? Да сомневаюсь, что он до следующего воскресения доживёт, не говоря уже о своём двадцатилетии.

Достала из пачки с печеньем, очередную палочку и зажала её между зубов. Хорошо, что мой портфель буквально доверху забит ими. Вкусно и сладко.

— Послушай, Савада, — обратилась я к нему, из-за чего парень подпрыгнул на месте. — Выслушав тебя, понимаю, что у нас общие интересы, — Тсуна немного успокоился и сосредоточился на мне. — В принципе, меня не смущает брак по расчёту, — добавила я, задумчиво скрестив руки на груди. — В любовь я не верю, так что это вполне естественный и современный метод. Если бы на кону стоял только брак, я бы и пальцем не пошевелила. Как-то всё равно. Но тут возникли неожиданные обстоятельства в виде мафиозной группы Вонгола, моих родителей и принятое решение о нас с тобой вообще какими-то левыми людьми. Такой расклад меня не устраивает.

Савада закивал головой, соглашаясь с каждым моим словом. Похоже, парень радовался тому, что в этой теме я на его стороне. Ну… в какой-то мере. Расслабился и был готов расплакаться от счастья.

— Значит так, — начала я, мысленно очерчивая ходы в своей голове. — Сейчас я ничего не могу сделать, так как с юридической точки зрения, связана по рукам и ногам. Сделаем вид для дядюшки Реборна, что мы с тобой прям крепкие друзья на век. В «любовь» играть не будем, это бессмысленно и не пройдёт. Для семьи Вонгола важно то, чтобы я стала Советником Десятого Босса. И вот тебе мой первый совет — не парься! Время пока есть. Шесть лет в запасе. Что-нибудь придумаю. Меня больше интересует то, как ты отреагируешь на всю эту ситуацию.

— Ох, спасибо, Серра-сан! — воскликнул Тсуна.

— Зови меня Дар, — бросила я ему, вставая на ноги и направляясь к выходу из класса. Надо и самой ноги размять.

— Так значит я не стану Боссом мафии? — всё сиял Савада. — Ура!

— Что? — оглянулась я. — Я говорила о нашем браке и о моём присутствии в твоей «семье». Остальное — не моя забота.

— Хи-и-и-и!!! — панический ужас вновь вернулся на лицо Савады, теперь он рыдал из-за страха. — Так Реборн до сих пор будет меня тренировать? Не-е-ет!

Пожав плечами, я покинула кабинет. Странный парень этот Савада Тсунаёши. Вроде бы, вчера какому-то пареньку чуть было скальп не содрал, а сейчас рыдает из-за каких-то тренировок. М-да… Мне не понять этих японцев.

Остальные занятия прошли в стандартном режиме. Меня, как новенькую, никто не трогал из учителей. Но уверена, что это ненадолго. Лекции учителей я практически не слушала. Они были подобно эху, что доносились из соседнего дома. Всё равно это знаю, а значит, имею право вздремнуть. Ну… я так думала. Стоило мне закрыть глаза и подпереть голову ладонью, как один учитель стал психовать. Кричал о моей невоспитанности и то, что я не в своей расхлябанной России, а в элитной Японии. Да и вообще, должна ползать перед ним на коленях, только по той простой причине, что он окончил знаменитый университет в Токио.

Я всё это слушала, смотрела на учителя и замечала каждую эмоцию на лице. Как его зовут-то? Не помню. Хотя, он, вроде, и не представился первым. Зато меня он явно уже ненавидит. Уверена, что при следующем случае попытается опозорить и меня как ученицу и систему российского образования. Интересно, он хоть понимает, что я прекрасно вижу его ложь? Зрачки расширены и возбуждены, глаза всё время соскальзывают в сторону, словно мужчина мечтает. Он не говорил правду, он воображал её. Что-то с ним явно не чисто, но это подождёт.

Наконец-то наступила большая обеденная перемена. Все ученики убежали на улицу. Погода позволяла перекусить на природе, во внутреннем дворе, не заботясь о холоде. Я также решила не сидеть в душном кабинете, а направиться туда, где точно никого не встречу. На крышу. Там тихо, свежо и самое главное смогу вздремнуть хотя бы час. Не спать ночами и пытаться жить днём — это треш. И на этом состоит моя жизнь. Я ведь даже в школу в России в вечернее время ходила. Специальная смена. Днём — спала. А тут… эх…

— Чаосс! — услышала я за спиной, когда шла вдоль коридора на втором этаже. Голос определённо принадлежал Реборну, но откуда он доносился? Обернувшись, я никого не увидела.

— Реборн? — позвала я малыша.

— Вижу, вы с Тсуной нашли общий язык, — неожиданно стоящий в коридоре большой горшок с фикусом шелохнулся, после чего в нём образовалась небольшая дверца, из которой и появился юный киллер. — Это хорошо, когда Босс и Советник друзья. Доверие — то, что сохраняет семью.

— Говорила уже, что меня не интересует мафия, — произнесла спокойно я, заглядывая в помещение горшка. Как оказалось, там оборудован небольшой лифт и столик с чайным набором. Взрослый человек туда не поместится, но для Реборна в самый раз. — Удобно.

— Знаю, — довольно хмыкнул малыш. — Подобные тайники у меня припрятаны по всей школе. Однако, это подождёт. Куда более важно, ты уже познакомилась с очередным членом «семьи»? У вас с ним общие итальянские корни.

— Так и знала, что этот ворчун замешан в мафии, — фыркнула я. — И кто же он такой этот «Гокудера Хаято»?

— Ну, его сам впервые вижу, — улыбаясь, ответил Реборн, запрыгивая на подоконник в коридоре. — Хотя так же вызвал из Италии, как и тебя из России. Вы в чём-то даже похожи. Пошли, посмотрим на него поближе.

— Что? — не поняла я, но Реборн уже схватил меня одной рукой за шиворот, а второй за своего хамелеона, который за секунду трансформировался в огромный зеленый воздушный шар. Так мы и выпрыгнули в окно во внутрь двора.

Думала, что меня больше ничего не может удивить, а нет. Оказалось, что может. Ведь хоть мы и приземлились довольно мягко, но сразу оказались в центре драки между Хаято и Тсуной. Причём если первый и был настроен серьёзно, то второй был в ужасе и при виде нас радостно воскликнул:

— Реборн!

— Можно было меня оставить на месте, — вздохнула я, вставая на ноги и отряхивая ладони от земли.

— И пропустить самое интересное? — усмехнулся малыш, решивший, что сделал мне одолжение.

— Реборн… — произнёс Хаято, поворачиваясь в нашу сторону. — Так это ты — самый лучший убийца девятого поколения? — улыбка Реборна стала шире. Он любит, когда его воспринимают как самого опасного киллера в мире мафии. — А это… Представитель семьи Серра? Много же про эту семью жутких историй слышал.

— Да? — устало спросила. — А вот я ни одной.

— Смеёшься? — бирюзовые глаза Хаято сверкнули недобрым огоньком. Явно моё поведение ему не очень понравилось. В руках мгновенно показались шашки динамита. Так вот что пахло порохом. Учитывая откуда он их достал, уверена, что всё тело парня, скрыто динамитом. — Эй, — обратился к Реборну. — Ты серьёзно насчёт того, что я буду кандидатом в наследники, если побью Саваду?

— Что? — воскликнул Тсуна. — О чём ты говоришь?

— Ага, именно, — кивнул Реборн. — Так что давай, заканчивай начатое.

— Эй! Что вы несёте? — вопил Тсуна. — Это же шутка, да? Вы не собираетесь убить меня? Реборн! Дар!

— Я — нет, — спокойно ответил малыш.

Савада посмотрел вопросительно на меня, но я лишь пожала плечами, мол, мне-то откуда знать? Хотя уверена, что Реборн так просто от Тсуны не отстанет, и у него определённо найдётся запасной козырь. А ведь если посмотреть на это с другой стороны, то логичнее будет избавиться от Савады, верно? Нет Савады — нет проблем.

— Просто смотри, Советник, — услышала я голос Гокудеры, что доставал из заднего кармана пачку сигарет. — Тем, за кем ты последуешь, буду я!

— Э? Стоп! — я вопросительно посмотрела на Реборна.

— Всё верно, — кивнул малыш. — Гокудера Хаято победит Саваду Тсунаёши, то автоматически принимает пост Десятого Босса Вонголы, а значит, и соглашение двух семей будет идти через него.

— Приехали… — фыркнула я, понимая, что поменяла шило на мыло.

— Не будешь вступать в бой? — спросил Реборн, наблюдая за мной.

— Я пацифист, — ответ прост, но почему-то вызвал целую бурю смеха у Гокудеры.

— Представитель семьи Серра — пацифист? Ха-ха-ха! Где это видано? В истории Серра всегда владели как огнестрельным оружием, так и холодным. А насчёт рукопашного боя, так вообще им не было равных. А ты значит пацифист? Хах, не верю!

— Это правда, — вступился Реборн. — Дар специально воспитывали как обычного ребёнка. Она только вчера узнала о мире мафии.

— Хех, тогда мне очень жаль, но ты не проживёшь в этом мире долго, — заключил Гокудера, возвращаясь к Саваде, который в ужасе озирался, то на своего противника, то на малыша. — Готовься к битве!

— Сражайся, Тсуна! — крикнул Реборн, вот только этот призыв подействовал на парня точно наоборот.

Он развернулся и попытался убежать с поля боя. Правда, Хаято не дал ему это сделать, перегородив путь. Во рту итальянца возник десяток зажжённых сигарет, из-за чего он дымил подобно печке. Но эти сигареты были необходимы не для того, чтобы курить, а для того, чтобы поджечь фитиль динамита, что сжимал в руке Гокудера.

— Что скажешь? — спросил меня Реборн так, что его слышала только я.

— Ты о шансах на победу Тсуны? — спросила я, стоя рядом. — Буду честной — их практически нет. Тсуна, как и я, сталкивается с подобным впервые. Он не боец и не сможет одолеть Хаято. Хотя у итальянца имеются прорехи в его технике, — в этот момент Гокудера швырнул огромную партию зажженного динамита в сторону Тсуны. Савада с невероятной удачей удалось избежать последствий взрыва. Но Хаято не сдавался и следующей атакой удвоил количество динамита.

— О каких «прорехах» речь? — поинтересовался Реборн. — Что ты видишь?

— Ты ведь и сам это видишь, дядюшка Реборн, — лениво бросила я, всматриваясь в очередную порцию огненного взрыва. — Динамит, конечно, опасен и эффективен, но он не может задать траекторию. Достаточно одного точного попадания и победа за ним, однако Гокудера решил брать массой, а не точностью. Вот, смотри!

В этот момент итальянец вновь удвоил число бомб, но все они не достигли цели, так как Тсуна вовремя убегал в сторону.

— Не недооценивай его, Дар, — усмехнулся малыш. — Говорят, что Гокудера Хаято — это человек, чьё тело полностью скрыто динамитом. Другое его имя — «Дымовая Бомба Хаято».

— Именно поэтому я и ставлю на него, — пожала я плечами. — У Тсуны нет и шанса.

— Шанс есть всегда, — спокойно произнёс Реборн, после чего его хамелеон стал пистолетом, которым малыш выстрелил в Тсуну.

И не куда-нибудь, а прямо в голову. Вероятность остаться в живых равна нулю. И этим он намекал на шанс? Да парня только что убили на моих глазах. Очередное событие, которое лучше отложить в мою мысленную коробочку и абстрагироваться от подобного. Но свершилось чудо, а именно Тсуна с воплем «РЕБОРН!» вернулся к жизни. На лбу вновь загорелось пламя Посмертной Воли. Так вот как Тсуна его вызвал! Правда… куда делась вся одежда? Он опять в одних труселях! На этот раз они синие с жёлтыми звёздочками. Мило.

Гокудера решил утроить число бомб, так как Тсуна стал с сумасшедшей скоростью гасить каждый динамит. И ни чем-нибудь, а руками! Вот только это лишь привело к тому, несколько зажженных шашек выпали у него из рук. Печальный конец Гокудеры Хаято приближался. Но Тсуна не сдавался. Перескакивая с места на место с сумасшедшей скоростью, он потушил абсолютно весь динамит, сохраняя жизнь не только себе, но и итальянцу. Тот, кстати, так же понял, как обстоят дела, и рухнул перед Савадой, который только-только пришёл в свой обычный режим, на колени.

— Я ошибался!!! — в голосе парня чувствовалась буря раскаивающихся эмоций. — Ты тот, кто подходит на роль Босса! Джудайме, я пойду за тобой!!! Приказывай мне всё что угодно!

— Что?! — в шоке воскликнул Тсуна.

— Вот это поворот, — хмыкнула я. — Что это за пуля была, Реборн?

— Пуля, созданная научным центром семьи Вонгола, — довольно произнёс малыш, натаскивая шляпу на глаза. — Если станешь Советником, то сможешь посещать тот центр, когда захочешь и узнать намного больше. Ты же увлекаешься логическими играми, я прав? Так там подобного развлечения целое море. За всю жизнь не разгадать.

— Хочешь меня как ребёнка развести? — усмехнулась я. — Не выйдет. Как-нибудь обойдусь.

— Это не всё, — не сдавался Реборн, после чего зашагал в сторону ничего не понимающего Тсуны. — Проигравший подчиняется победившему. Таково правило нашей семьи!

— Э? — всё ещё тупил Тсуна.

— Вообще-то, — смущаясь, начал Гокудера, опустив взгляд. — В действительности, я не хотел быть Боссом Десятого поколения Вонголы. Просто слышал, что он японец и того же возраста, что и я. Вот и захотел проверить его силу…

— Эх, мне бы твои проблемы, — вздохнула я. Хаято тут же бросил на меня какой-то озлобленный взгляд. Словно это я только что швыряла во все стороны динамит.

— Реборн, — произнёс итальянец, продолжая следить за каждым моим шагом. Я же тем временем достала очередную шоколадную палочку и с неким безразличием стала её есть. Кажется, в этой школе друзей мне не найти. Хотя… хрен с ним. Не впервой. — Я понимаю, почему ты вызвал меня, но что тут делает член семьи Серра? Уже немало десятилетий их ассоциируют как предателей семьи Вонгола.

— Предателей? — фыркнула я. — С самого начала только и говорю, что не желаю в это ввязываться. Раз ты в курсе всех событий и присоединился к Тсуне, то так и быть — отныне ты Советник. А я умываю руки. Addio!

— Так не положено! — прозвучал голос Реборна, после чего я почувствовала, как мои ноги оказались связанными. Не успела и шагу сделать, как подобно пизанской башне полетела лицом вниз. И это хорошо, что я успела доесть палочку, иначе торчала бы она у меня из затылка Гокудере на радость. — Это решение Девятого. Оно неоспоримо.

— Ну, раз так… — ещё более неуверенным и напуганным стал голос итальянца.

— Дар, ты как? — взволновался Тсуна, так как я не подавала признаков жизни. Просто лежала себе, уткнувшись носом в землю. И мне даже не хотелось знать, в каком состоянии моя юбка. Больше чем уверена, что всё из-под неё видно.

— Эх… дерьмо, — перешла я на русский, понимая, что нет в мире языка лучше, который сможет описать моё состояние души.

На следующий день Гокудеру словно кто-то подменил. Он встречал Тсуну с такой счастливой улыбкой, что с ней можно было снимать рекламу зубной пасты. Так и слышу закадровый голос Хаято — «ЛА-КА-ЛЮТ».

На меня же он до сих пор смотрел с неким подозрением и злостью. Более того, как только узнал, что я наполовину русская на половину итальянка, стал ругаться со мной на итальянском. Это он старался для того, чтобы случайно не расстроить Тсуну. Своего обожаемого Джудайме, то есть «Десятый». Меня сразу нарёк — Советник. Хотя я просила его прекратить так называть. Пусть оскорбляет или по фамилии зовёт, но не «Советник», однако этот Взрыватель был неумолим.

Знаете, я могу долго и многое терпеть. Так много, что скорей всего дождусь, когда рак на горе свистнет, но, когда этот придурок стал на итальянском меня «Белобрысой Ведьмой» называть, я немного… разозлилась. Сам-то он кто тогда? Мой оттенок волос ненамного светлее его! И хоть у него этот цвет от природы, всё равно злит. Но потом я вспомнила, что ещё вчера меня звали Зомби, а так, вроде бы, какое-то развитие идёт. Закинула в рот шоколадную палочку и успокоилась.

Решила игнорировать его, просто смотря в окно в то время, как он уже динамит стал вытаскивать, чтобы разобраться со мной.

— Ха-ха, — послышался смех рядом с моей партой. Это был голос Ямамото, который прислушался к нашему небольшому «разговору» с Хаято. — Надо же, вы только вчера поступили в школу, но уже так хорошо подружились! — я подняла голову и с сомнением посмотрела в лицо парня. Это сарказм или он слепой? — О чём он говорит?

— Ругается, — кратко ответила я.

— Ха-ха! Это игра такая, да? Весело! — немного расстроено произнёс парень, словно бы хотел подключиться к нашей игре, вот только незнание итальянского слегка осложняет задачу. — А почему новичок тебя Советником называет? Это что-то вроде клички или прозвища?

— Что-то вроде того… — кивнула я, решая не вдаваться в подробности. Не хватало, чтобы ещё и этот бейсболист меня так называл.

Прозвенел звонок на урок, после чего Ямамото ещё раз улыбнулся и ушёл на своё место, как и остальные ученики. В класс вошёл учитель. Тот самый, что вчера на меня зуб точил. Он достал вчерашний тест, который мы в конце урока писали, и, глядя на кипу белых листов, произнёс:

— Образно говоря… представим, что есть ученик, оценки которого не превышают двадцать баллов, что значительно снижает средние показатели класса, — неожиданно Тсуна, что сидел впереди меня занервничал. Он явно чувствовал, что речь идёт о нём. — По моему мнению, как человека, прошедшего элитные курсы, такой ученик представляет собой не что иное, как ненужный багаж и только мешает социальной общественности. Разве есть достойная причина такому ничтожеству существовать?

Напоследок учитель продемонстрировал всему классу тест Тсуны, на котором красовалось двадцать шесть баллов. Учитель Незу, а именно так его звали, торжествовал и получал неописуемое удовольствие от того, что унижал Саваду. Все в классе шептались и хихикали, ещё раз убеждаясь в том, что прозвище «Никчёмный Тсуна» ему очень идёт.

М-да… это вообще нормально вести себя так учителю? Если ученик сам по себе неплохой человек, но чего-то не понимает, то это полностью вина учителя из-за того, что он не смог правильно объяснить предмет. Но учитель Незу прибегает к методу «убрать отстающих», дабы не портить статистику и имя как учителя. Мерзость, а не педагог.

Я стала игнорировать Незу-сенсея. Просто достала открытую коробку с шоколадными палочками и, смотря в окно, стала спокойно поедать их. Учитель сначала перечислял фамилии, передавая каждому его тест с баллами, но в какой-то момент оторвал голову и взглянул на меня.

— Серра! — прогорланил он. — По-твоему, на уроке можно есть? Для этого существует большая перемена! Немедленно убрала всё, иначе я буду вынужден пожаловаться.

— Делайте то, что считаете нужным, — спокойно ответила я.

— Ах так?! — воскликнул Незу, после чего подошёл к моей парте и выхватил у меня из рук коробку с палочками.

— Прошу, верните мне то, что взяли, — всё таким же спокойным голосом произнесла я, протягивая раскрытую ладонь в сторону учителя.

— Кем ты себя возомнила? — орал учитель, как ненормальный. — Думаешь, я шучу? — мужчина скомкал прямо на моих глазах коробку со сладостями, превращая шоколадные палочки в труху, и вышвырнул в приоткрытое окно рядом со мной.

Я могу многое вытерпеть. Многое простить. Оскорбление, крики, может даже удары, но вот подобное отношение с едой… Вытерпеть не могу. Злость буквально заставила кровь закипеть в венах. Особенно обидно то, что это была последняя пачка. Я надеялась на перемене сбегать в кафе и купить ещё, но…

— Учитель Незу, вы глупый, невоспитанный, хамоватый чурбан, — начала я, смотря прямо в глаза учителю, что прятались за очками. — Чувствуя власть над учениками, унижаете их, поглаживая своё завышенное эго. Постоянно врёте и преподаёте полную чушь, основываясь на задачах зарубежных школ. Которые вы, кстати, так сильно ненавидите. И это притом, что в японских школах учитель обязан сам составлять и решать задачи каждого теста. Так что к вашему списку можно ещё добавить, что вы и вор. Или я что-то не так сказала?

В классе возникла гробовая тишина. У всех челюсти тянулись к полу. Сам же учитель Незу сначала побледнел, потом посинел и, наконец покраснев, стал неистово трястись. Жилы на лбу, руках и шее набухли и, казалось, вот-вот лопнут, обрызгав моё лицо кровью. Но я его не боялась. Просто продолжала смотреть за этой тряской, пока мужчина, в итоге, не взорвался окончательно.

— Всё!!! Это последняя капля! К директору! Немедленно!

Учитель крепко схватил меня за предплечье и силой потащил в сторону выхода из класса, а дальше по коридору в учительскую. Я не вырывалась и не сопротивлялась, но Незу всё равно сжимал мою руку так, словно намеревалась убежать. Хех, да даже если бы и хотела убежать, вряд ли бы справилась с этим мужиком. Силёнок у меня совершенно нет.

Ворвавшись в кабинет без стука, мы сразу же обнаружили в кабинете директора Главу Дисциплинарного Комитета, который стоял в стороне от стола директора, скрестив руки на груди. Видимо, они о чём-то говорили, но мы прервали их. Сначала учитель Незу немного забеспокоился при виде темноволосого парня, но потом вдруг стал увереннее и громко заявил:

— Директор, я требую, чтобы вы немедленно исключили эту ученицу!

— Ну-ну, — попытался утихомирить мужчину директор. — Учитель Незу, потише. Уверен, что всё не так плохо, как кажется на первый взгляд. В конце концов, её перевели совсем недавно, и она ещё не освоилась. Тем более сказываются различия культуры и…

— Нет! — перебил директора Незу. — Я требую сейчас же исключить её! — с каждым произнесенным словом учитель только сильнее сжимал моё предплечье, тряся меня из стороны в сторону как тряпичную куклу. Словно пытался стряхнуть с меня маску безразличия и показать, какой я на самом деле монстр. — Она ела прямо на уроке!

— Ох, и всё? — улыбнулся директор. — В русских школах немного другое отношение к подобным вещам. Дайте ей больше времени, и она адаптируется.

— Я попросил убрать еду, на что получил полный отказ! — не сдавался учитель. — А после… — дыхание Незу вновь участилось. — Она оскорбила меня при всём классе! Назвала глупцом, невоспитанным и к тому же вором! Я ТРЕБУЮ НЕМЕДЛЕННОГО ИСКЛЮЧЕНИЯ!!!

— Дар, — обратился ко мне директор. — Тебя ведь так зовут? Ты говорила нечто подобное?

— Да, — спокойно произнесла я, смотря директору в глаза. — Я всё это говорила.

— Вот! Вот! Видели? — орал учитель. — Она даже не скрывает этого! Исключить! Немедленно исключить!

— Ну-ну, — вновь повторил директор, начиная потеть. — Думаю, что тут какое-то недоразумение. Если ученица извинится, то можно замять эту ситуацию, как языковой барьер. И учитель Незу, отпустите вы уже её руку. Как я понимаю, девушка не собирается бежать.

В это же мгновение моё предплечье наконец-то освободили. Больно. Уверена, завтра выскочит синяк. И это в такой-то жаркий сезон, когда светлые блузки с короткими рукавами единственное, что всех спасает. Все смотрели на меня. Ожидают извинений. И если извинюсь, то, в итоге, всё выйдет, будто я виновата. Учитель — молодец, старается на благо общества, а я юная бунтарка-иностранка, которая вообще не понятно, зачем сюда приехала. Но если не извинюсь и буду гнуть свою линию — меня исключат.

Хм… А так ли это плохо? Вернут документы, выгонят со школы, и в дальнейшем я смогу выбрать то заведение, которое мне по душе и в котором не будет скопление будущих уголовников. Что ж, монета брошена, путь выбран.

— Отказываюсь, — спокойно произнесла я. Директор вспотел ещё сильнее, а на лице Главы Дисциплинарного Комитета промелькнула лёгкая улыбка. Словно это его забавляло. Он до сих пор не проронил и слова. Просто наблюдал. Хотя это его дело. — Учитель Незу самодур и лжец. А также я подписываюсь под каждым ранее сказанным собой словом. Особенно над тем, что он вор. Мне лично попался на руки только один тест, но, ещё решая по нему задачи, я поняла, что он украден из одного европейского университета естественных наук. Часто подобные тесты публикуют сами профессора в интернете, чтобы помочь своим студентам подготовиться. Один из этих тестов, раздал всем учитель Незу на вчерашнем уроке.

— Учитель Незу, — нахмурил брови директор. — Это правда?

— Э… я… ы… — начал метаться учитель, потея, словно грешник на исповеди. — Конечно, нет! Эта ученица лжёт!

— Я это могу доказать, — парировала я. — Вчерашний тест у меня на парте, а общий сайт, куда выкладывают тест, я помню наизусть и могу прямо сейчас вбить в ваш компьютер, если у вас подключён интернет.

— К сожалению, с сетевой связью у нас небольшие неполадки, — директор косо посмотрел на парня из Комитета. Видно, именно об этом и шла речь. — Но…

— Да что тут думать? — паниковал учитель. — Она врёт! Подобным ученикам не место в школе Намимори! Исключите её, иначе этот бардак будет ждать вас всё чаще.

— ПОСТОЙТЕ, УЧИТЕЛЬ! — в кабинет ворвались Тсунаёши и Хаято. У одного паника была за меня, у второго паника за своего Джудайме. В кабинете стало шумно. — Учитель Незу, прошу простить её. Она из другой страны и многое не понимает. А также…

— Что я вижу?! — воскликнул, смеясь, учитель. — Вот и «друзья» пожаловали. И кто бы мог подумать, что это Никчёмный Тсуна и гангстер?! Другого и не ожидалось. Все отбросы собираются вместе!

— Что ты сказал? — злобно произнёс Гокудера, шагая навстречу учителю. Его гневный вид не желал ничего хорошего. От такого взгляда учитель Незу всхлипнул и сделал несколько шагов назад, но Савада вовремя притормозил итальянца, не позволяя тому, вытащить динамит.

— Видели? ВИДЕЛИ?! Он мне угрожал! — орал учитель, тыча пальцем в парней. — ИСКЛЮЧИТЬ! ВСЕХ!!!

— Слушайте, — начала я, понимая, что всё превращается в театр абсурда. — Те слова — мои. Их я не знаю, — указала рукой на Тсуну и Хаято. — Хотите кого-то исключить, исключайте меня. Мне плевать.

— Исключение — это слишком поспешное решение, — продолжал настаивать на своём директор. — Для начала думаю дать вам испытательный срок и…

— Испытательный срок? — тут же оживился учитель Незу. — Директор, — его лицо смягчилось и стало намного спокойнее. У него созрел какой-то план. Это точно. — Если я правильно помню, на спортивной площадке было зарыто «послание в будущее» пятнадцатилетней давности, которое мы давно не можем найти. Вы ещё хотели группу специалистов по раскопкам вызвать.

— Да-да… — кивнул директор, что-то припоминая. — Но к чему ты клонишь?

— Пусть эти ребята ищут «послание». И найти его должны именно сегодня. Если найдут, будем считать инцидент исчерпанным. Но если нет… то всё незамедлительно будут исключены!

— Э-э-э?! — протянул Савада.

— Это возмутительно! — крикнул Хаято.

— Чтоб вас… — вздохнула я, понимая, что обратного пути нет.

Всё пошло кувырком. Тсуна, узнав, что будет исключён, решил просто отправиться домой и забить на всё. Гокудера, заметив плохое настроение своего Босса, решил подбодрить его и взорвать всю спортивную площадку динамитом ко всем чертям. Кстати, мне эта идея тоже понравилась. Уж очень не хотелось брать лопату и начинать копать землю неизвестно где. Хотя от меня никто помощи не ждал. Хаято, в принципе, заверял, что это я во всём виновата и от меня лучше держаться подальше. Что ж… в этом я с ним тоже полностью согласна. Оставьте меня в покое! Вот только послушает ли меня кто-нибудь?

Грохот был такой силы, что даже стёкла школы задрожали. Многие ученики выбежали со школы, чтобы посмотреть, не землетрясение ли это? К Гокудере присоединился и Тсуна, правда, в режиме а-ля «нудист со звездой во лбу». Но вместе они всю площадку за считанные секунды перетрясли. И знаете… нашли! Действительно нашли «послание», вот только не пятнадцатилетней давности, а сорокалетней. И хранились в ней результаты тестирования некого ученика по имени Незу Дохачиро. Нашего учителя.

Вот и всплыла правда. Ведь на всех тестах не было и десяти баллов. Наш гениальный сенсей подделал документы своего образования, когда устраивался сюда. А теперь внимание вопрос: кто сегодня раз и навсегда покинул школу Намимори?

Хе-хе-хе… Эх, перекусить бы.

Глава 3. Смысл?

Бессмысленно.

Реборн так старается сблизить нас с Тсуной. Прошло несколько дней, и я посмела расслабиться и потерять бдительность, а малыш этим незамедлительно воспользовался. Нашёл лазейку, благодаря которой научился манипулировать мной. А именно — выходными. Это единственное время на неделе, когда я могу лечь и проспать целые сутки. Ни один человек не способен бодрствовать вечно. Но у Реборна, видимо, на это совершенно другое мнение. И именно в выходные в шесть утра, когда я только-только ложилась спать, этот узурпатор ворвался ко мне в дом под грохот взрывающихся бомб, что разложены у меня в саду. Когда успел? Чёрт его знает.

В такие секунды я готова была согласиться на что угодно, стать кем угодно, лишь бы этот шум прекратился, и мне дали поспать хотя бы ещё пять минут. А требования у Реборна были простые — я хотя бы три раза в неделю ужинала у Тсуны дома, как член семьи Вонгола. Мило, правда? Обосновывал он это тем, что человек не способен жить полноценно, питаясь одним шоколадом. Да какая ему разница? Да, я это прекрасно знаю, но это мой выбор! Ай, ладно… всего три раза в неделю, не так уж и много.

Там я познакомилась с мамой Тсуны. Савада Нана. Если честно… Эта женщина из разряда «Святая Наивность». На втором этаже, прямо в её доме, из сына пытаются сделать сурового криминального авторитета, а она только хлопает в ладоши, хихикает и спрашивает, не нужно ли нам чего-нибудь? Кажется, она считает, что мы с Тсуной встречаемся. В итоге, парень смущён и красный как рак. Он пытался объяснить, что мы всего лишь одноклассники, но разве этой женщине что-то объяснишь? Да у неё ветер в голове! Ничего не откладывается. Но доброе сердце, с этим не поспоришь. Приняла она меня быстро, даже ничего не расспрашивая о прошлом. Обращалась по имени, добавляя суффикс «чан». Правда, в моём понимании это звучало несколько бредово. Дар-чан. Хм-м-м… Но в плане еды она быстро запомнила все мои вкусы и каждый раз, когда я приходила к ним в гости, мне подавали только то, что люблю, ничего не требуя взамен. Повторюсь — Святая Наивность.

Также дома у Савады я часто видела Гокудеру. Мы с ним всё никак не могли найти общий язык, однако теперь он перестал намеренно цеплять меня и нарываться на скандал. Просто выбрал ту же тактику — игнорирование. Нет, мы общались, так как часто пересекаемся и в школе, и дома у Тсунаёши, но всё наше общение сводилось к простым: «Отойди в сторону! Ты мешаешь Джудайме!», «Не приближайся! Я тебе не доверяю!», «Передай мне тарелку с печеньем. И попробуй печенье первая! Уверен, там яд!».

Хаято был уверен в том, что я рано или поздно предам Тсуну. Подробности он мне не рассказывал, так как ему запретил Реборн, но суть проста — мои дальние родственники, носящую такую же фамилию, уже успели запятнать её тем, что предавали боссов семьи Вонгола.

Естественно, было бы разумнее разузнать, о чём говорит Хаято, но вот только лезть в этот дремучий лес совершенно не хотела. Даже сидя дома у Савады, я старалась всеми силами вести себя как обычный подросток. Уроки, игры, беседа о самых банальных вещах. Тсуна замечал, что я избегаю разговоров про мафию, и, как ни странно, ему эта идея даже нравилась. Хотя о чём это я? Парень также не желает иметь с этим чокнутым миром ничего общего. Поэтому с удовольствием спрашивал меня про Россию и вообще о том, как жила раньше.

Друзей у меня в Японии пока не появилось, а Савада самый адекватный человек, который пока повстречался на пути. Да и, вроде бы, понимает меня. Почему бы не поболтать?

Часто задавалась вопросом: зачем Савада пошёл выручать меня тогда из учительской? Сам же не в лучшем положении. Да и давайте будем честными — я намеренно спровоцировала учителя. Знала ли я, что есть на уроках запрещено? Конечно, знала. Могла ли убрать еду? Естественно. Но… я этого не сделала. Что приводит к намеренному созданию конфликтной ситуации. И все это видели, но Савада всё равно заступился за меня. Дурак? Герой? Или Реборн? Скорее всего третье. Уверена, что без малыша со странным хамелеоном, который принимает любую форму, что видел, тут не обошлось. Кстати, интересный зверёк. Вот бы его на опыты сдать.

Хех, да, я терпеть не могу детей и животных, так что Реборн, со своей зверюшкой, не исключение.

Что касается школы, то там тоже всё более или менее утряслось. Я наконец-то нашла общий язык с женской половиной класса, а инициатором этого общения была первая красавица школы — Сасагава Киока, которая видела, как мы общаемся с Тсуной. Скорее всего, она решила, что мы друзья, а так как сам Тсуна ей, вроде симпатичен, решила и со мной найти общий язык. Это было довольно странно, так как для завязывания разговора, она приготовила дома шоколадное печенье и угостила им меня.

Отказываться не было смысла. Слово за слово, и вот я в клубке из роя всех школьных сплетен, большую часть, которого можно сразу же скомкать и выбросить в мусорный ящик. Однако были там и нужные сведения. Как оказалось, тот самый парень, которого я пару раз видела из Дисциплинарного комитета, считается самым опасным человеком в школе. При любой возможности его необходимо избегать. Каждого нарушителя дисциплины он непременно забивает до смерти. И не чем-нибудь, а своим излюбленным орудием — стальными тонфами. И имя такому ужасу Намимори — Хибари Кёя.

Девчонок было не остановить. Каждая рассказывала одну историю страшнее другой. Одна клялась, что видела Хибари с окровавленными тонфами ночью в центре города. Он и его группа головорезов расправлялись с местными бандитами, после чего никто про них ничего не слышал. Вторая заверяла, что Хибари серийный маньяк-убийца, который получает удовольствие от драк. Третья настаивала на том, что он «крышует» все крупные точки в городе, включая больницу, банки и несколько участков местной полиции.

Что из этого правда, что ложь, судить не мне. Каждая верила в свои слова и готова была руку на отсечение дать, лишь бы ей поверили. Однако все были уверены в одном — раз я встретила Хибари Кёю пару раз и осталась невредимой, то можно с уверенностью сказать, что родилась в рубашке.

Честно? Стало безумно любопытно. Напугать меня девчонки так и не смогли, так как, сами того не ведая, дали лазейку. По их же историям ясно, что Хибари атакует только тех, кто нарушает дисциплину. Вывод очевиден — не нарушай правила школы Намимори, и будет тебе счастье. Хотя… пару раз я уже попадалась ему на глаза в не самых благоприятных ситуациях. Но в одной ситуации за меня заступился Реборн, а в другой — директор. Откуда мне знать, что и в третий раз я окажусь в списке «счастливчиков»?

Но как сказала Киоко, Хибари старшеклассник и учится с её старшим братом. А все старшеклассники находятся в левом крыле здания школы. Дисциплинарный комитет может патрулировать коридоры, но это происходит изредка и в основном на переменах.

Хибари Кёя… А ведь фамилия довольно милая. Переводится как «жаворонок». Хм… Не зря я всех этих зверюшек недолюбливаю.

Как бы то ни было, а человек удивительное существо, и способен привыкнуть и адаптироваться ко многим вещам. Даже к таким, которые на первый взгляд кажутся безумными. Наступили летние деньки, и просто так сидеть целый день в кабинете за партой, было просто невыносимо. Учителя сразу узнали, что в учёбе я не промах, и теперь у меня появились некие преимущества в виде небольшого перекуса во время лекции или же сна. Хотя, возможно, сказывалась и история с учителем Незу. Ай, не важно. Самый мой любимый час был обеденным. Именно во время обеда, когда все выбегали на улицу, я поднималась на крышу школы и, прячась в небольшой тени, позволяла своему телу немного расслабиться и восполнить силы.

Это было моё любимое место. В основном из-за того, что тут тихо, да и нет никого. Ну… в основном. Как-то в один из солнечных дней, меня разбудил грохот и металлическое лязганье решётки, что окружало крышу. Открыв глаза, я увидела ползущего через ограду одноклассника — Ямамото Такеши. Мы на крыше третьего этажа. Если он упадёт, сомневаюсь, что останется цел. Тем более правая рука перебинтована. Ушиб? Нет. Виден гипс. Значит перелом.

Сложив дважды два, можно с уверенностью сказать, что этот перелом серьёзный, а учитывая, что Ямамото является потрясающим бейсбольным игроком, эта травма нанесла не столько физические повреждения, сколько психологические.

Никогда не думала, что окажусь в подобной ситуации. Знаю, что в Японии высокий уровень самоубийств, но столкнуться с этим лично… Как мне себя повести? Отговорить его? Или просто промолчать и посмотреть, что будет? А может позвать помощь? Но кого? С площадки стали слышны голоса. Похоже, они заметили Ямамото, и скоро вся крыша будет заполнена школьниками.

Ладно, взглянем правде в глаза — я не психолог. Добрым человеком меня не назовёшь. Мне зачастую всё равно на то, что происходит во внешнем мире, главное, чтобы не трогали меня. Чем я смогу помочь этому парню? Да ничем! Только ещё одной причиной стану.

Встала с бетонного пола и попыталась отряхнуть ноги и юбку. Такеши услышал моё шуршание и обернулся. Я ожидала увидеть страх, гнев, испуг или даже отчаяние, но парень мне улыбнулся. Так, словно это не он стоит на карнизе крыши. Поднялся ветер, затрепетав нашу школьную форму и волосы, но никто не обратил на это внимания.

Тишина затянулась.

Уходить теперь не имело смысла. Он меня заметил. И эта улыбка… Казалось, словно он просил прощения таким образом. Но у кого именно? У меня? За что? Ведь это я должна по логике вещей помогать ему, вот только всеми силами пытаюсь избежать подобного.

Подошла к металлическим перилам и облокотилась на них, посмотрев вниз. Расстояние между мной и Ямамото составляло приблизительно два метра. Если неожиданно попытаюсь схватить его за руку и перекинуть на крышу обратно, то в этом случае скорее полечу вместе с ним. Разница наших сил ощутима. Поэтому физические попытки тут бессмысленны.

— Прости, Дар, — неожиданно заговорил Ямамото, также улыбаясь. — Но тебе меня не понять. Даже не пытайся остановить меня.

— Я и не пытаюсь, — равнодушно пожала плечами.

— Хах, — усмехнулся парень, смотря куда-то вдаль. — Не эти слова я ожидал услышать.

— Но ты прав, мне совершенно тебя не понять, — Ямамото посмотрел на меня. — Да и уговаривать я не умею, уж извини. Видно, у тебя серьёзные причины, раз ты решил покончить со всем раз и навсегда в четырнадцать лет.

— Ну, — мягко и с легкой грустью произнёс он. — Теперь, когда Бог бейсбола меня списал со счетов, — парень посмотрел на свою перебинтованную руку. — Мне ничего больше не остаётся, кроме…

— Вот как, — вздохнула я. — Конечно, с японской культурой ещё плохо знакома, но разве у вас не много богов? Если отвернулся один, поверь в другого.

— Именно поэтому я и говорю, — вновь улыбнулся Такеши. — Тебе меня не понять. Я ничего больше не умею. Бейсбол — единственное, что придавало моей жизни смысл.

— Смысл, значит…

Если честно, то этот парень мне казался идиотом. Я вообще не воспринимала его всерьёз. Красив, но в голове штиль. Однако даже он способен говорить о таких вещах. Смысл жизнь… Но как можно потерять смысл жизни в четырнадцать? По сути, я даже жить ещё не начинала, а он разговаривает как девяностолетний старик.

— А у меня его не было и нет, — пожала плечами, доставая из кармашка юбки небольшой квадратный пакетик шоколадного молока с трубочкой. Парень удивлённо посмотрел на меня, явно ожидая подробного ответа. Видно, придётся договаривать, раз начала. — Смысл? Цель? План? Зачем всё это? Я просто иду вперёд, наслаждаюсь жизнью. Вот, возьми, — сунула трубочку в пакетик и протянула шоколадное молоко Такеши.

— Я не…

— Просто возьми и попробуй! — настаивала я. — Даже у смертников в тюрьме имеется последний ужин, так чего себе отказываешь? — улыбка стала чуть шире. Вздохнув, Ямамото протянул руку и взял у меня пакетик с шоколадным молоком. Сделал небольшой глоток. — Вкусно? — кивнул. — Вот. А теперь представь, что в этом мире таких небольших, но приятных вещей десятки, сотни или даже тысячи! Если та дверь, в которую ты стучишься — закрыта, то это не значит, что и остальные двери также закрыты. Если что-то тебе стало недоступно, остановись и оглянись, возможно, на горизонте появится что-то лучше.

— Хах, — усмехнулся Такеши. — Теперь понятно, почему Гокудера зовёт тебя Советником. Действительно подходящее прозвище! — Вот блин. Я-то надеялась, что он это забудет. — Но, кроме бейсбола, мне ничего не нравится.

— А ты в него играешь потому, что хочешь попасть в высшую лигу и стать популярным или заработать деньги?

— Что? Нет! — это возмутило парня.

— То есть, тебе просто нравится сам процесс? Так в чём проблема? Играй! Хоть левой пяткой! Главное это то, что ты получаешь удовольствие, а остальное не важно.

Ямамото замер. Казалось, что он не рассматривал всю эту ситуацию под таким углом. Однако, зачастую, когда доводишь любую глобальную ситуацию до абсурда, то выясняется, что её можно с лёгкостью решить. А вот если бы Такеши прыгнул…

Дверь с лестничной площадки резко открылась, и на крышу хлынули все школьники. Долго же они. Я думала, будут быстрее. Особенно выделился Тсуна, что с ужасом и некой виной смотрел на парня. Они, вроде бы, за последние несколько дней подружились. Всегда на физкультуре вместе остаются, да и просто общаться стали чаще.

Все стали галдеть, перебивая друг друга, прося Ямамото прекратить шутить и вернуться обратно на крышу. Они до сих пор не понимают, почему парень так поступает. На их крики Такеши снова улыбнулся, но уже как-то по-другому.

— Ха-ха-ха, — смеялся он, почёсывая смущённо затылок. — Кажется, я дурак.

Ямамото попытался перелезть обратно, но прутья перил видно и так держались на одном честном слове. Прозвучал резкий хруст, и именно та часть ограждения, за которой стоял Такеши, обвалилась. Всё казалось словно в замедленной съёмке. Школьники в ужасе кричат, пряча лица в ладонях. Я рефлекторно протягиваю руку Ямамото, но не успеваю схватить его даже за рукав. Но мимо пролетает обнажённый Тсуна, что прыгает следом за Такеши. Он принял режим Посмертной Воли? Но когда? Я не слышала выстрела. Более того, где Реборн?

Тсуна схватил Ямамото на руки и попытался остановиться, опираясь ногами о стенку здания, однако это не помогло, но в то же мгновение из головы вылез огромный пружинистый волос, что замедлил падение парней. Они целы.

— Что это было? — не понимали школьники и почему-то смотрели на меня. — Что происходит? Ямамото пытался покончить собой?

— Эм… — почему отдуваться должна я? Надо было свалить тогда, когда я это решила в самом начале. В итоге, всё вышло совсем на оборот. — Это просто шутка, — интересно, поверят такой бредовой версии событий?

— Шутка? — воскликнула одна из девушек. — Да кто о таком будет шутить?

— Ха, ну конечно! — усмехнулся какой-то парень. — Ну, это же Ямамото! Уверен, что на нём была верёвка.

— Да! Да! Точно, — загалдели все остальные и начали расходиться. — А Тсуна всё же извращенец!

Надо же… прокатило. В любом случае, ремонт школе не повредит.

Хм… пойду-ка я отсюда, пока представители Дисциплинарного комитета не нагрянули.

Выходные на этой неделе явно не задались. В тот момент, когда я видела шикарный сон про себя и свою апатичную лень, мне позвонил Тсуна с воплем о помощи. Даже не сразу разобрала, на каком языке он со мной говорит, поэтому рефлекторно заговорила на русском:

— Что тебе надобно, старче?

— А? Дар, это я! Савада Тсунаёши! — решился уточнить парень. — Мне… мне нужна твоя помощь!

Я отодвинула сотовый телефон в сторону и одним прищуренным глазом глянула на табло мигающего экрана. 10:24. Да он издевается! Ничего святого, что ли, нет?

— Тсуна, я не спрашиваю, откуда ты взял мой номер телефона, так как уверена «мелкий ответ» сейчас сидит рядом с тобой, — начала я. — Но мы заранее оговорили, что выходные вы не трогаете! Я сплю! Если надо, звони ночью в любое время, но не днём!

— Но Дар! — вопил Савада. — Тут появился ещё один ребёнок. И он постоянно нападает на Реборна.

— Это дети, — вздохнула я, переворачиваясь на спину и начиная потирать глаза. — Им свойственно драться.

— Но не использовать при этом гранаты, ножи и пистолеты! — ну, тут он прав. Однако это говорит о том, что очередной ребёнок также не прост.

— Он из мафии? — спросила я, на что ответ послышался из трубки отдаленным возгласом. Сначала грохот, потом глухой «шмяк», а дальше громогласный детский хохот:

— Ха-ха-ха! Я — Ламбо-сан! Пять лет! Итальянец! Наёмник семьи Бовино споткнулся! Ха-ха-ха! Любимая еда: виноград и конфеты. И я, Ламбо-сан, встретивший Реборна в баре, просто споткнулся!

М-да… он просто споткнулся, а уже практически всё о себе рассказал. Какой шумный ребёнок. Дети — это само зло. Нужно от них держаться подальше.

— Дар, что мне делать? — вновь воскликнул Тсуна. — Он не перестаёт нападать на Реборна, хотя тот его игнорирует…

— А зачем ты мне вообще позвонил? — уже злилась я.

— Ну… Реборн сказал, чтобы я с кем-нибудь посоветовался… А ты же мой Советник…

— Так позвони Гокудере! — вот честно, если бы не телефон, я бы кое-кого придушила. Хоть я и пацифист.

— Уже звонил… — выл Савада под шум очередного грохота. — И он предложил: «взорвать всех к чертям»!

— О! А это мысль! Пока, Тсуна, — я попыталась отключить телефон, но парень тут же закричал:

— Да-а-а-ар!!!

Батюшки! Хорошо, что я в это время трубку от уха убрала. Иначе бы точно оглохла.

— Ну что? — спросила я, вкладывая в слова всю ненависть, что сейчас испытывала.

— Твоя мама педиатр! — напомнил парнишка.

— И, как я выяснила, ещё и киллер. Кстати, возможно, одно исходит из другого, и это как-то связано.

— Дар… — в голосе парня чувствовалось отчаяние.

— Господи, да сделай то, что делает восемьдесят процентов родителей в такое время!

— Что же? — загорелась надежда.

— Дай сладостей и включи мультики! Всё, я спать! — и, не дожидаясь очередного «но», выключила телефон. Вообще выключила. Сон — это святое.

«Через десять минут за спортивной площадкой», — именно такое сообщение во время обеденного перерыва, получила я на телефон от Реборна.

Пф! Ага! Уже бегу! Знаю, что малыш начинает терять терпение. Время идёт, а я до сих пор отрицаю свою причастность к мафии. Реборн уже пытался приманить меня методом «пряника», но не вышло. Остался старый добрый метод «кнута». Именно поэтому, когда ко мне пришло следующее сообщение, я, ругаясь, на чём свет стоит, встала и направилась в указанную сторону.

«Если ты не явишься, в следующие выходные в семь утра тебя разбудит Хор Турецкого полным составом», — и почему-то я верю в то, что он способен это осуществить.

К моему удивлению, на месте встречи уже стояло несколько человек. Реборн, Тсуна, Хаято и… Такеши. А его сюда зачем приплели? Но парень выглядел счастливо и, смеясь, хлопал Реборна по голове. Если бы я себе такое позволила, то уверена, осталась бы без руки. Что-то тут не чисто. Лицо Савады вообще говорило о том, что нас ждут серьёзные проблемы. Гокудера, как всегда, напряжён и озлоблено смотрит в сторону Ямамото. Что-то уже успело произойти, пока меня не было?

— Йо! — поздоровалась я, приподняв в знак приветствия правую руку. — Зачем звали?

— Ты опоздала, — произнёс Реборн, выставив в мою сторону пистолет. Сомневаться в его подлинности не приходится. Замерла на месте и нервно сглотнула.

— И-и-и! Реборн! — воскликнул Тсуна, хватаясь за голову. — Не надо! Она всё-таки пришла!

— Ха-ха-ха! — засмеялся Ямамото. — Так ты тоже играешь в мафию? Это так здорово!

— Это не игра, — произнесли мы одновременно с Реборном, на что бейсбольный игрок засмеялся ещё сильнее. — Глава семьи Вонгола — Тсуна, — добавил малыш. От такой информативности Савада чуть сердечный приступ не получил. Уверена, он сейчас молился всем известным ему богам, лишь бы этот мелкий наконец-то замолчал, вот только в планы Реборна это не входило. — Дар и Хаято его последователи.

— Я его Правая Рука! — злобно добавил Гокудера, не скрывая своё раздражение по отношению к Ямамото.

— Меня сюда не приписывай, — замахала раскрытой ладонью. — Это против моей воли.

— Хорошо, — кивнул Такеши, взяв Реборна с земли и посадив его к себе на правое плечо. — Тогда позвольте мне тоже стать частью семьи Вонгола.

— Что-о-о?! — закричал Тсуна. — Ямамото, что ты несёшь?

— Чёрт! — фыркнул Гокудера, ворчливо жуя сигарету, словно я свои шоколадные палочки. Он явно наточил зуб на этого парня, вот только… Когда Такеши успел провиниться?

— Беги, Такеши, — обратилась я к нему. — Беги, пока можешь. Это бездонная яма, из которой потом не вылезешь.

— Да ладно вам! — усмехнулся бейсболист. — Я мешать не буду. Примите. Что для этого от меня требуется? — О небеса! Он до сих пор думает, что это игра!

— Сперва тестирование на право вступить в семью, — пояснил Реборн.

— А почему я это тестирование не проходила? — спросила у Реборна. — Можно я его не пройду и отправлюсь домой, спать?

— Нет, — коротко ответил Реборн. — С тобой всё было решено давным-давно. И свой тест Советника ты уже прекрасно прошла.

— Чёрт! — вновь фыркнул Гокудера, поворачиваясь в мою сторону. — Когда успела, Ведьма?

— Да чтоб я знала, — пожала плечами.

— О! И тестирование есть?! Как всё серьёзно, — улыбался Такеши.

— Если не пройдёшь, не сможешь вступить в семью, — пояснил Реборн, спрыгивая с плеча Ямамото. Эх, у этого парня есть шанс остаться в реальном счастливом мире. Чего он медлит? Беги отсюда, пока окончательно не унесло мафиозным ветром. — Если не пройдёшь — умрёшь.

А вот это уже плохо. Тсуна вновь схватился за голову и в ужасе закричал.

— Ха-ха-ха, ты действительно забавный! — смеялся Ямамото, хлопая Реборна по голове. — И мне нравишься.

Эх, хочу быть такой, как он — Ямамото Такеши. Можно? Тоже жить и воспринимать мир как одно сплошное развлечение. Ни мафии, ни угроз, ни тёмного прошлого моей семьи… только веселье, смех и вкусняшки. В принципе, именно так я и хочу жить! Почему мне не дают жить так, как хочу?

— Тест прост — увернись от атак! — откуда не возьмись, малыш достал два огромных пистолета, что с трудом помещались к нему в руку. Но я даже не сомневалась в том, что владеет малыш ими в совершенстве.

Скажите, зачем ещё совсем недавно я помогала этому парню на крыше? Повторю себе в сто первый раз — не надо было влезать. Я буквально вижу Темного Жнеца за спиной Ямамото. Он обречён! Однако самого Такеши это похоже забавляло. Парень отбежал в сторону, увеличивая расстояние между собой и Реборном. Ребёнок решил начать, как он думал, с малого, а именно с хорошо наточенных метательных ножей. Этот кошмар мне видеть не хотелось, поэтому просто закрыла ладонями глаза, мысленно пожелав Ямамото, покоиться с миром.

Особенно эффективно было звуковое сопровождение, которое предоставил нам Гокудера. Он просто тихонько хихикал себе и всё время повторял одну фразу: «Убей его! Убей его! Убей его!». Скорей всего, он даже не заметил, что мыслит вслух.

Единственный, кто не смог стоять на месте — был Тсуна. Он прикрыл собой Ямамото и с мольбой в голосе попросил Реборна остановиться. Но малыш воспринял это как идеальную возможность продемонстрировать остальным, что Савада Тсунаёши наш Босс, и послал его бегать вместе с Ямамото. Теперь по спортивной площадке бегало две мишени.

Чёрт возьми! Они ведь тут помрут! А я буду либо как свидетель, либо как соучастник. И то, что я иностранка только осложнит мою ситуацию.

— Смотри и наблюдай, Дар, — обратился ко мне Реборн. — Ты, как Советник, должна знать всё о своей семье. Их сильные стороны, а также слабые. Это необходимо, чтобы в случае битвы, ты смогла сделать выводы и дать нужный совет.

— Я же уже говорила, — посмотрела на Реборна, — что не собираюсь участвовать во всём этом! Я не мафиози и…

— Ты — Советник, — перебил меня Реборн, непрерывно швыряя всё новые и новые ножи в сторону парней, которые довольно ловко их избегали. — Ты ведёшь себя как ребёнок, но пора повзрослеть и начать пользоваться головой. Я знаю, что ты ешь каждый день сладкое не из-за простой прихоти, а по той простой причине, что просто не можешь иначе. Твой мозг постоянно работает, и ему необходима энергия. Но единственное на что ты тратишь свои способности — это на обыденную повседневную жизнь школьницы.

— А может я этого и хочу, — бросила я. — Реборн, мне не нужны все эти «приключения». Я не хочу быть Советником или Стратегом мафии. Я хочу быть такой, как все — школьницей. Думать о сладостях, учёбе и, возможно, парнях. То, что предлагаешь ты…

— У тебя нет иного выбора, — вновь перебил меня малыш.

К чему это он? Нет выбора? У человека всегда есть выбор, и я свой сделала. Но, видимо, на этом Реборн решил закончить тему и переключиться к «тестированию». Ведь теперь в Ямамото и Саваду целился ещё один ребёнок, сидевший на вершине смотровой. На вид я бы ему дала пять. Одетый в костюм коровы, с густыми вьющимися чёрными волосами и торчащими оттуда парой рогов. Ребёнок и животное вместе. М-да… прям комбо того, что я терпеть не могу.

— Ба-га-га-га! — смеялся громогласно мальчик. — Я нашёл тебя, Реборн!

— Э? Стоп, это случайно не тот из-за кого мне вчера звонил Тсуна? — спросила я, указывая в сторону коровы.

— Я — Ламбо из семьи Бовино! — кричал ребёнок, стараясь представиться и произвести грозное впечатление. — Я — Ламбо, который пришёл в среднюю школу, хоть ему всего пять!

— А! А ты откуда взялся?! — воскликнул Тсуна, заметив Ламбо, но уже в следующую секунду забыл о нём, так как теперь над головой свистели не ножи, а пули.

— Бовино? Никогда не слышал о них, — с безразличием заметил Хаято, что странно. Он же, вроде, тоже из Италии, разве мафиозные группировки не знают друг о друге? — Что дальше, Реборн?

— Продолжим, — ответил малыш, став стрелять ещё интенсивнее. Пока ни одна пуля не попала в цель, так что можно сказать, что парни неплохо справляются. Хотя уверена, что если бы Реборн хотел убить их — он бы это сделал уже раз пятьдесят, если не больше.

Тот факт, что мы стали полностью игнорировать Ламбо, расстроило ребёнка. В общем… он разозлился и достал откуда-то огромную ракетную установку. Как? Скажите мне, как пятилетний ребёнок смог притащить «это» в среднюю школу Намимори?! Прозвучал взрыв, и спортивную площадку заполонили клубы чёрного дыма. Земля поднялась в воздух, и дышать стало практически невозможно. Глаза слезились, от едкости дыма. Савада молил Реборна сделать что-нибудь, так как тут выписывается немая сцена «Последний день Помпеи». Но Реборн только перешёл с пистолетов на автомат, да и Гокудере предложил попытать счастье — прикончить Ямамото. Тот даже слегка покраснел от счастья, что ему представился такой шанс.

От грохота взрывов, я своих мыслей не слышала. Как ещё сюда не сбежалась вся школа?! До сих пор удивляюсь. Но то ли чудо, то ли везение, парни выжили. Это разозлило Ламбо, и он откуда-то достал очередное оружие — базуку. Понимала, что если этот парень выстрелит, то помрут все, без исключения, но он нацелился в себя!

Прозвучал выстрел.

— Боже мой… — послышался мужской голос, и из возникшего облака дыма появился взрослый парень. Приблизительно мой одногодка. Пятнистая рубашка, тёмные густые волосы и некое уставшее безразличие на лице. Встретившись со мной взглядом, парень улыбнулся и помахал рукой. — Доброго дня, Советник. Ну, а теперь… — парень накинул на плечо ракетную установку Ламбо. — Похоже я, Ламбо, который старше на десять лет, должен сделать это.

Ламбо, который старше на десять лет? Что за чёрт?! Он тот самый мальчик-корова? Как такое может быть? Очередные научные достижения мафиозной реальности? Чтоб меня моим же шоколадом! Это же путешествие во времени! Именно оно! Но как такое может быть? Теоретически это возможно, но современной науке до практики ещё далеко.

Прозвучал очередной оглушающий взрыв, сбивший меня с ног ударной волной. Это был последний залп, так как уверена, больше не надо. Дым ещё несколько минут не хотел рассеиваться. Небольшой звон в ушах, мешал различить еле уловимые шорохи. Им конец? Они трупы? Так и знала, что это добром не кончится. Там хоть что-то осталось на распознание тел?

— Чёрт, переборщил… — фыркнул Гокудера. — Десятый! Десятый!!!

— Вон они, — указал Реборн. И в самом деле, дым рассеялся, и на спортивной площадке показались Такеши, поддерживающего шокированного Тсуну. Оба целы и невредимы. Парни в рубашке родились — это точно. — Ты прошёл тест, — обратился Реборн к Ямамото. — Теперь ты официально числишься в семье Вонгола.

— Хах, спасибо! — обрадовался бейсболист.

Но это было не всё. Злобной, шаркающей походкой к нему подошёл Гокудера и схватил парня за воротник. Уверена, что он намеревался закончить начатое, но тот вовремя остановился. Приподнял голову и, посмотрев Такеши прямо в глаза, произнес:

— Молодец, — ого! Слышать похвалу от этого ворчуна, довольно редкое событие. — Ты защитил Десятого, так что мне больше ничего не остаётся, кроме как принять тебя в семью. Но, — парень сделал шаг назад. — Правая Рука Десятого — я! А ты… его лопатка!

— Лопатка?! — не сразу понял Ямамото, а потом громогласно рассмеялся. — Ха-ха-ха, какой ты смешной, на самом деле оказывается! — и в следующую секунду лицо бейсболиста стало серьёзным и даже слегка угрожающим. — Но я не собираюсь так просто снимать свою кандидатуру на право быть Правой Рукой Тсуны. Так что ты… ушная раковина.

— Чё? — вырвалось у меня с Тсуной одновременно. Это уже перерастало в какой-то детский лепет, но кое-что всё же не скрылось от моих глаз, а именно то, как быстро сменилось настроение Ямамото. Что это было? Словно внутри этого парня находится переключатель, который действует мгновенно. Мне даже на секунду стало страшно. Хотя… возможно, просто показалось.

— Что за?! — гневно крикнул Хаято. — Тогда ты — волосы в носу!

— А ты тогда сопля! — парировал бейсболист.

Да, точно показалось.

Всё кончилось, и я собиралась уйти, однако, сделав несколько шагов в сторону школы, меня окрикнул Реборн. Малыш подбежал ко мне, оставив парней позади, благодаря чему они наш разговор вряд ли услышат. Зато их спор был слышан прекрасно.

— Дар, ты уже выбрала клуб, в который хочешь вступить? — неожиданный вопрос. Особенно когда он от Реборна.

— Клуб? Нет, а зачем он мне?

— Хех, — усмехнулся малыш. — Сама же говорила, что хочешь вести обычную жизнь школьницы, но при этом в жизни школы не участвуешь? — я нахмурила брови, ожидая продолжения его мысли. К чему он ведёт? — В чём-то ты права, — кивнул Реборн. — Поэтому даю тебе шанс. Найди тот клуб, что тебе по душе. Понимаю, что учитывая историю и современные фильмы, ассоциация с мафией у тебя не очень хорошие, но Вонгола начинала как образовательная группа, защищающая интересы общества. И у них были благие намерения.

— Знаешь, куда выстроена дорожка благими намерениями? — фыркнула я.

— Может быть, — вновь кивнул Реборн, понимая, куда я клоню. — Но они хотя бы пытались. А то, как живёшь ты, и жизнью-то назвать трудно.

— Пф! Это уже мой выбор, — бросила я, поворачиваясь в сторону школы.

— В любом случае, найди себе клуб, — услышала слова малыша. — Иначе его тебе найду я.

И тут мне стало как-то не по себе. Звучало, как угроза. Как вполне себе ощутимая угроза. Клуб так клуб. Чего уж там? Интересно, а тут есть какие-нибудь клубы, что собираются… ночью?

Глава 4. Летние деньки

Мне не нравится то, во что стала превращаться моя жизнь. Отодвинув свою лень ненадолго в далёкий ящик, я связалась с одним местным юристом, который смог бы мне помочь с той ситуацией, в которой оказалась. Пересказала человеку кратко всю свою ситуацию, избегая подробностей на счёт мафии и семьи Вонгола, дала понять, что хочу расторгнуть опекунство и попытать счастье вернуться в Россию. Ну, или хотя бы переехать в Токио — столицу Японии.

Мужчина меня заверил, что всё будет выполнено на высшем уровне. А также, что если понадобится, он получит разрешение моих родителей, хотя даже я не знаю где они. Предки до сих пор не выходят на связь, и это меня бесит в них больше всего. Если мама и папа решили игнорировать кого-то или что-то, то это противостояние больше похоже на холодную войну. Настолько холодную, что даже пингвины порой пробегают мимо.

Адвокат обещал связаться со мной через неделю, как только достанет хоть какую-нибудь информацию. Но прошло две недели, а от него ни слуху ни духу. Пропал человек. Совсем пропал. Позже по телевизору показывали репортаж на новостном канале, что нашёлся какой-то странный человек в аэропорту с ног до головы увешанный контрабандными продуктами. И даже наркотиками. Была небольшая видеозапись, где полицейские повязали мужчину, а он продолжал кричать, что это не его и его подставили. Мол, это всё сговор итальянской мафии.

Естественно, ему никто не поверил, а вот я…

Ясно одно, мужик пропал. И виновата в этом — я. Реборн после этого ничего не сказал, но ненавязчиво подметил, что так будет с каждым. М-да… как страшно жить. Вывод сделала быстро — помощи ждать неоткуда, и придётся играть по их правилам.

Также стала замечать изменения в отношении животных. Я их никогда не любила и не сюсюкалась с ними, как остальные мои сверстники. В большинстве случаев даже избегала. Они всегда казались маленькими и опасными. А в дальнейшем просто опасными. Даже птицы.

И вот, когда я как обычно шла в школу по изведанной тропе, мне на встречу вышел кот. Обычный бродячий серый кот. Постаралась не обращать на него внимания, но этот засранец увязался за мной. Просто идёт следом и глазет на меня своими вертикальными зрачками. Я ускоряю шаг — он тоже ускоряется. Я заворачиваю налево или на право — он не отстаёт. Но что было ещё страшеннее, за мной увязались и другие коты. Прям кошачье утро! Их было больше десяти. Все разных размеров, окрасок и пород. Домашние и бродячие. И, заглядывая в глаза каждого, прям чувствовала, что для них отныне являюсь бифштексом.

Было страшно представить, что бы было, остановись я тогда. О школе в какой-то момент забыла. Просто бежала в неизвестном направлении и вопила во всё горло. Вот почему они за мной увязались? Ни один научный журнал и ни один телеканал ВВС, всплывший в моём сознании, не рассказывал о подобном поведении семейства кошачьих. При мне ничего особенного нет — учебники, тетради да сладости. Шоколад коты не едят, так что остаётся последний вариант — эти зверюги решили отведать человечинки!

В какой-то момент, когда я думала уже сдаться, почувствовала, что меня кто-то схватил за руку и отдёрнул в сторону, прикрыв собой. Только через секунду поняла, кто это — Ямамото. Парень ловко достал из сумки бумажный пакет с молоком и, надорвав его, швырнул в сторону бегущих в нашу сторону кошек. Звери стразу же почувствовали дарованное лакомство и окружили его, желая хотя бы раз попробовать.

— Бежим, — резко бросил Такеши, вновь хватая меня за руку и уводя в сторону, пока кошки не обращали на нас никакого внимания.

Так мы бежали минут пять, пока и он, и я окончательно не убедились, что преследователи отстали. Да и бежать у меня больше не было сил. Если для бейсболиста это в порядке вещей, то у меня сейчас легкие разорвутся на части. И на улице жара сумасшедшая, так ещё и такие экстремальные физические нагрузки. Фух…

— Ха-ха-ха! — смеялся парень, пока я, держась за свои колени, старалась восстановить дыхание. — Это было странно, но весело. Тебя так любят кошки? Знаешь, у нас есть примета, что если тебя всюду преследуют кошки, то, скорее всего, в прошлой жизни ты ей и была.

— Глупая примета… — буркнула я, периодически оглядываясь.

— Думаешь? А как по мне это мило, — всё ещё смеялся Такеши.

— Если верить твоей теории, то в прошлой жизни я была всеми птицами и животными сразу, ведь так себя ведут не только кошки. И собаки, и суслики, и хорьки, и даже воробьи! Именно поэтому я их и детей терпеть не могу. Не понимаю. А то, что я не понимаю — стараюсь избегать.

— Ну-ну, — Ямамото мягко улыбнулся и положил ладонь мне на макушку, потрепав волосы. — Может они просто хотели с тобой подружиться? Но не знали, как это сделать.

— Скорее уж, съесть меня хотели, но не знали с какого куска стоит начать, — до сих пор фыркала я. — В любом случае, спасибо тебе, что помог. Использовать молоко было довольно умно. Вот только теперь ты остался без напитка… Давай по пути в школу я куплю его тебе?

— Не стоит, — отказался Ямамото, улыбаясь ещё шире. — Можно сказать, что так я выплатил свой должок, — должок? О чём это он? И тут я вспомнила шоколадное молоко, которым угостила Такеши на крыше школы. Признаться, уже на следующий день об этом забыла, но он помнил. — Тем более, — продолжал парень. — Разве не так поступают друзья?

— Друзья? — он считает меня своим другом? Это несколько неожиданно, так как я даже не задумывалась над этим. Одноклассники? Да. Члены одной мафиозной группы? Возможно. Но друзья? У нас ведь даже ничего общего нет. Или, может быть, Такеши всех своих знакомых зовёт друзьями? Что-то вроде «приятелей», а не то, что принято принимать. — Что ж… ладно, — пожала я плечами и ответила на улыбку улыбкой. — Идём в школу, а то чувствую, опоздаем.

В школе я действительно занялась серьёзными поисками клуба, который мне бы подошёл. Ямамото сразу же предложил вступить в бейсбол, но когда Гокудера напомнил ему, что женской группы в школе Намимори нет, тот смущённо засмеялся и сказал:

— Ах, да. Точно. А я и забыл. Ха-ха-ха!

Поэтому Хаято предложит тот клуб, в который успел записаться он. Конечно, это было больше похоже на одолжение, нежели на предложение, но суть такова — вступить в клуб «Любителей Паранормального». Хаято заверял, что их клуб на грани какого-то крупномасштабного научного открытия, которые перевернёт весь мир. А также он стал заливать мне о призраках, НЛО и йети. Истина где-то рядом, блин…

Естественно, отказалась. Во-первых, по той простой причине, что я во всё это не верю. Не верю в то, что не могу увидеть, потрогать и почувствовать. Наука и логика — единственная моя вера. Конечно, я не стану отрицать, что НЛО существует, но верить в теорию заговора и надевать колпак из фольги — не стану. Хоть убейте.

Сасагава Киоко и её лучшая подруга Курокава Хана тоже решили поделиться советом и предложить присоединиться в клуб «Кулинаров». Звучало довольно безобидно и просто. Тем более девушки пообещали мне пробный день, в котором познакомят с остальными девчонками и просто покажут что, где и как. Сегодня как раз Кулинарный клуб собрался приготовить онигири для парней. В отличие от всех остальных девчонок, я маленько тормозила, так как в жизни не готовила японскую кухню.

Рис либо переваривался, либо недоваривался и выглядел как сгусток молочного клея. Пока до меня дошло, что необходимо делать, все остальные участницы уже успели сделать по три идеально ровных шарика с начинкой внутри. Кажется, Киоко использовала огурец как начинку. Что взяла Хана — не видела, но девушка посоветовала мне использовать рыбу. Мол, с рыбой более традиционно в их культуре и так я быстрее освоюсь. В принципе, спорить с ней не пришлось, так как любой другой начинки просто не было.

И вот, спустя долгое время неудавшихся попыток, мои онигири наконец-то были готовы. Меня удовлетворяло всё — цвет, форма, вкус. Правда, мне это блюдо всё равно казалось несколько суховатым, поэтому я также сделала и небольшой соус с майонезом, лимонным соком и укропом, положив его в отдельную ёмкость. Вдруг не понравится? Онигири сделала всего три штуки и хотела угостить ими Тсуну, Хаято и Такеши. Хотя нет… Только Тсуну и Такеши. Хаято меня уже вконец замучил своим «Я тебе не доверяю», так что пускай ест что-нибудь другое. Тем более фанаток у него предостаточно. А вот Такеши всё же заслуживает отдельной благодарности.

Эх, а теперь бы всё это не уронить по дороге на второй этаж. Немного неудобно. Готовили мы на первом, так как тут обустроенная кухня, а вот переть придётся на второй этаж. Да и я, конечно, запоздала. Там, наверное, ребята уже вовсю кушают. Но, а что могла поделать? На всё необходимо время. Особенно если это я готовила впервые.

Правда, добраться до лестницы, ведущей на второй этаж, я так и не смогла. Так как повстречала бегущую по коридору девушку, не одетую в форму старшей школы Намимори. Лица увидеть не успела, только длинные бледно-розовые волосы мелькнули перед глазами со словами:

— Отравленная Кулинария! Прочь с дороги! — И в эту секунду в моё лицо что-то влетело, больше похожее на очередной онигири фиолетового оттенка. Часть проглотила, часть осталось на лице, заслоняя обзор. Удар был настолько неожиданным и сильным, что я не устояла на ногах и грохнулась спиной на пол, мысленно молясь о сохранности своего блюда.

Девушка убежала, так как были слышны её отдаляющиеся шаги, а я всё продолжала лежать, пытаясь собрать мысли в кучу.

Что она там сказала? Отравленная Кулинария? Нет, конечно, по вкусу и запаху больше похоже на сваренный в солярке резиновый сапог, но нельзя же так себя принижать. Думаю, чуть больше практики, и у неё всё получится. Правда… Это нормально, что её онигири шипит и плавится, излучая фиолетовый дым и стекая на пол? Хм… Японская кухня такая загадочная.

Неожиданно в коридоре послышались спокойные приближающиеся шаги. Стук обуви о бетонный пол эхом отражался в помещении. Приняв сидячее положение, я для начала убрала остатки фиолетовой еды с лица и осмотрелась, выискивая мой кулинарный шедевр. И… о, чудо! Законы физики этой планеты в какой-то момент перестали существовать, так как все мои онигири были целы и невредимы. Более того, они до сих пор находились на той самой пластиковой тарелочке, что лежала в метре от меня, да и соус цел. Да это не просто онигири, это ниндзя-онигири!

— Что ты тут делаешь? — прозвучал спокойный наполненный безразличием мужской голос прямо над моей головой. Приподняв взгляд, я опомнилась, ведь сюда и в самом деле кто-то приближался. И, встретившись взглядом с этим «кем-то», я невольно подняла правую руку и произнесла своё привычное:

— Йо. Ты ведь Хибари Кёя, верно? Я тут маленько… заблудилась, — брови парня в эту же секунду нахмурились, а стальные глаза сощурились. Ему явно не понравилось ни то, как я поздоровалась, ни то, как я к нему обратилась, ни то, какая у меня причина тут оставаться.

— Травоядное, — парень сделал шаг в мою сторону, присел на корточки перед самым лицом так, что наши взгляды оказались на одном уровне. На его лице мелькнула азартная улыбка наполненная злобой. — Запомни одну вещь, так как повторять снова я её не намерен, — его голос был спокоен и в какой-то степени даже тих, но я слышала каждое произнесённое им слово. — Мне плевать, откуда ты и что здесь делаешь, раз учишься в средней школе Намимори, то будешь жить по здешним правилам. Мне плевать, если ты что-то не знаешь и не уяснила с первого раза. Плевать, если у тебя что-то не получается. За любое совершённое тобой нарушение, я, как Глава Дисциплинарного Комитета… забью тебя до смерти.

Секунда, и в его руках показались две стальные тонфы, которые, кажется, он прятал за спиной. Движения быстрые и резкие, что я даже не сразу уловила их взглядом. Осмотрев бегло строение его тела, с уверенностью могу сказать, что он силён. Чудовищно силён. Один точный удар, и я мертва. Ему даже не надо будет стараться. Просто удар в голову, и поминай, как звали.

Логически я понимала, что он опасен. Опасен, и с ним лучше не шутить, однако было ещё кое-что, что сбивало меня с толку. Ощущения. Он находился близко. Достаточно близко, чтобы я видела, как пульсируют жилы у него на шее, и от этой близости я чувствовала… некий покой. Домашний уют. Странно, не правда ли? Но мне вспомнилась мама, словно она была рядом со мной. Что за ерунда? Логика и внутренние ощущения сбивали меня с толку.

Лучше поступить так, как твердит разум.

— Хибари…

— …сан, — добавил парень. — Ты в Японии, и я старше тебя. Хоть не местная, соблюдай здешние правила, травоядное, — я украдкой согласно кивнула. Сидеть на холодном полу, порядком надоело, но лишние движения только усугубят ситуацию.

Хм, почему он так ведёт себя? Ему доставляет удовольствие унижать других и подчинять себе? Скорей всего, так и есть, но было что-то ещё. Чем я отличаюсь от остальных школьниц? Да ничем! По идее он мог просто пригрозить исключением и уйти, наблюдая за тем, как я исчезаю с его пути. Но что-то его зацепило, что он решил расставить все точки на своих местах, а об исключении ещё ни разу не заговорил, хотя является Главой Дисциплинарного Комитета.

Стоп! Исключение! Конечно, он же помнит тот случай, когда меня хотел исключить учитель Незу. Но меня это не напугало, наоборот, вдохновило на то, чтобы усилить спор. Теперь Хибари знает, что таким простым пустяком, как «исключение», меня не напугать, но ему необходим мой страх. Необходимо осознание того, что я не отличаюсь от остальных «травоядных», и при виде него буду также отскакивать в сторону.

Парню необходим контроль. А самый эффективный способ контролировать людей — это запугать их. Вот только страшным он мне не казался. Чёрт, а стоило. Уверена, у него имеются какие-то личные принципы, на которые если нажать, можно избежать неприятностей. Но что мне использовать? Этот человек, похоже, понимает только язык физической силы, нежели тот, что мне близок — язык разума.

Ответ прост — нужно показать, что он победил. Не просто сдаться и склонить голову, а заставить его поверить в свою победу. Тогда, возможно, он потеряет ко мне всяческий интерес, посчитав… Как он там сказал? Травоядное? В принципе, я питаюсь одним шоколадом, так что, можно сказать, он уже прав.

— Хибари-сан, — улыбнулась я, отводя взгляд в сторону. — Может… забудем об этом недоразумении? — глянула на тарелку, что всё ещё находилась недалеко от меня. — Вы… вы любите онигири? — парень проследил за моим взглядом, посмотрев на тарелку с тремя рисовыми шариками. — Этого достаточно, чтобы загладить вину?

— С чем? — спокойно спросил он, с неким пренебрежением смотря на еду.

— Эм… с рыбой, — вспоминаю название. — С палтусом.

Может, он не любит рыбу, и я только всё осложню? Но нет, тонфы были убраны, а сам Хибари Кёя встал в полный рост, подобрал тарелку и, ничего не говоря, пошёл дальше по коридору, словно ничего и не было.

Из этого всего можно сделать только один вывод — Кулинарный клуб также для меня отныне закрыт.

Время шло довольно быстро, и я с нетерпением дожидалась летних каникул, которые должны были начаться вот-вот. Как я планировала их провести? Да просто — запастись годовым запасом шоколадного мороженого и не вылезать из дома. К сожалению, ни один клуб мне так и не подошёл, хотя ещё не всё опробовала. Как мне казалось, самым логичным было просто вступить на курсы углубленного изучения того или иного предмета. Тем более я эти предметы и так знаю, значит, по сути ничего делать не надо, верно?

Вот только у преподавателей на тот счёт были свои планы. Стоило им понять, что я хорошо учусь, как эти сенсеи без каких-либо рассуждений выдвигали мою кандидатуру на участие в различных соревнованиях, олимпиадах и публичных выступлениях с рефератами. В общем, геморрой ещё тот. Естественно, я в этот же день извинялась и валила из клуба со скоростью свиста. Оно мне надо? Я и иду туда, чтобы ничего не делать, но, видно, все взрослые считают, что они умнее, и им лучше знать, что мне надо, а что нет. Вот и говорили все одно и то же, словно под копирку: «Дар, это ради твоего же будущего. Подумай о перспективах! О будущей учёбе! О славе своего имени! О научных достижениях! О гордости этой школы, наконец!».

А всё на самом деле было куда банальнее. Они выдвигали меня на все эти мероприятия, так как знали, что шанс получить приз у меня очень высокий. Что благодаря этому будет? А просто — Школа Намимори действительно прославится, как одна из самых сильных в знаниях. Учителям будут доплачивать. Повышение зарплаты, премии, грамоты и звания в стиле «Учитель года». А мне просто «Спасибо», рукопожатие в актовом зале и грамотку, которой я могу подтереться в первом же туалете. Из этого следует вопрос — оно мне надо?

Но если у меня были такие проблемы, то у Тсуны и Такеши проблемы совершенно иного плана. Их оставили на все летние каникулы продолжать заниматься летом на дополнительных курсах. У этих парней уровень проходимого балла на тестах ниже среднего. Конечно, слышала, что Гокудера постоянно занимается с парнями, но от этого не так уж много толку. Хоть Хаято и учится хорошо, но как учитель он сильно уделяет внимание сухим теориям и фактам.

Кстати, слышала, что к Хаято прилетела его сводная сестра. Ну, так Реборн говорил. А ещё добавил, что она его бывшая любовница, которая до сих пор по уши влюблена в малыша. Эти подробности я бы в лишний раз попыталась избежать, но не всё так просто. Они вместе выходили на различные задания в стиле Джеймса Бонда. И Бьянки, а именно так зовут старшую сестру Гокудеры, является отличным киллером, использующей смертельный яд вместо оружия. Её так и прозвали — Ядовитый Скорпион. Каково же было моё удивление, когда поняла, что девушка, которую видела в школе со странным фиолетовым онигири, и есть та самая сестра Хаято.

Рассказав Реборну о случившемся, он на мгновение нахмурился. Трудно было понять, о чём тогда думал малыш, но, секунду спустя, улыбнувшись, он пригласил меня на ужин домой к Тсуне. Обещал, что еду приготовит Бьянки, и мы как раз и познакомимся. Хм, но если вспоминать нашу первую встречу, уверена, что характером она мало чем отличается от брата.

Всё началось несколько странно. Я, как обычно, пришла в дом Савады, и меня встретил избитый Тсуна, который со слезами на глазах хотел что-то сказать. Но ему не дал это сделать Реборн, неожиданно ударивший парня ногой в лицо прямо около порога. Я прям физически чувствовала, как Тсуне больно. Но его репетитор заверил меня, что это такой элемент тренировки, хоть и выглядит жестоко, всё под контролем. Поверила ли я ему? Нет, но сделала вид, что да.

На кухне меня уже ждала высокая розоволосая девушка семнадцати лет. Теперь, когда она не неслась как сумасшедшая по школьным коридорам, а с милой улыбкой накрывала стол, я поняла насколько девушка красивая. Стройная, с такими же изумрудными глазами, как и у Хаято. Кстати, где он сам?

— Ты и есть Дар? — спросила мягким голосом девушка. — Прошу, присаживайся, — она указала на стул, что находился ближе всего ко мне. — Надеюсь, мой младший братец не доставляет хлопот. Он несколько… эмоционален.

И это ещё слабо сказано.

— Нет, — спокойно ответила я, присаживаясь на предложенное место. — Хаято хороший парень и верный друг Тсуне.

Честно сказать, вся эта ситуация безумно напрягала. Я словно оказалась в фильме ужасов, в той самой сцене, где на главного героя вот-вот должен был напасть маньяк-убийца и зарезать ко всем чертям. В такие моменты обычно музыка становится тише сердцебиения, да и атмосфера кричала каждой клеточке моего тела, чтобы я схватила ноги и валила отсюда. Где, кстати, Нана? Она, вроде бы, хозяйка дома, но её нет.

— Вот как, — негромко произнесла девушка. В её голосе чувствовалась грусть, но она тут же исчезла. — Слышала, ты любишь сладкое, — Бьянки надрезала большой слоёный торт, стоящий в центре стола. Из него тут же повалило фиолетово-чёрное облако, распространяясь по всё кухне.

Напротив окна росло молодое дерево, на веточке которого сидели воробьи и щебетали свои песни. Но стоило им вдохнуть фиолетовое облако, как они дружно издали своё последнее «Тхе!» и замертво свалились на землю. Это газ? Что за чёрт? Так эта девушка меня отравить хочет одним из своих методов?

— Поздно уже, — улыбнулась я, вставая со стула. — Пойду-ка лучше домой, а то…

— Но ты же только пришла, — услышала самодовольный женский голос, что доносился со стороны двери. Пути к отступлению перекрыты. Более того, у неё в руках была тарелка с какой-то едой. Что там? Пирог? — Не вежливо покидать дом с пустым желудком.

Твою ж мать! Точно отравить решила!

— Я не голодна, хах, — с улыбкой ответила я, пытаясь осмотреться, и найди запасной план для выхода из положения. Но фиолетово-чёрный туман окутал всю кухню. Зона видимости равна нулю.

И тут я почувствовала, как мне в лицо влетела тарелка с пирогом, сметая меня с ног. Это, что, шутка? Я лежала на спине и чувствовала, как твороженный крем стекает по виску к моим волосам. Она же, вроде, итальянка, а юмор у неё явно американский. Никогда не понимала подобного развлечения. Только перевод продуктов.

— Дар! Дар, ты как? Дар! — слышала я голос приближающегося ко мне Тсуны. — Реборн, это было слишком! Теперь она может умереть!

— Умереть во имя любви не так страшно, — хладнокровно произнесла Бьянки, стоя где-то в двух метрах от меня.

— Успокойся, Тсуна, — бросил Реборн. — И смотри внимательно.

В этот момент я приподнялась и приняла сидячее положение, сбрасывая остатки пирога с лица. Все вытаращили глаза и молча наблюдали за моими действиями.

— Что за ерунда? — спросила я, злясь. — На долю секунды мне показалось, что вы собираетесь меня отравить.

— Дар! Ты жива! — Тсуна неожиданно радостно обнял меня за плечи.

— А что, не должна была? — немного насторожилась. — На вкус пирог так себе, но сладкое тесто и острый крем немного сбивают с толку.

— Тц! — фыркнула Бьянки, скрестив руки на груди и уходя куда-то вглубь здания.

— Молодец, Дар! — ко мне на колени прыгнул Реборн. — Да будет тебе известно, что Бьянки мастер в приготовлении яда. Её специальность — Отравленная Кулинария. Всё, к чему она прикоснётся, тут же становится смертельным оружием. И ты пережила эту атаку дважды.

— И что ты хочешь этим сказать? — начинала злиться. — Что мне пока просто повезло?

— Нет, — отрицательно покачал головой малыш. — У тебя иммунитет к ядам. Думаю, нужно сказать спасибо твоим родителям. Они ведь тебе давали какие-нибудь таблетки или что-то в этом роде, так?

— Ну, — я задумалась. — Мама каждый день по нескольку раз давала витамины. Но это нормально. Все родители так делают, да и моя мама детский доктор.

— Могу с уверенностью предположить, что это не просто витамины, а минимальная доза яда, — усмехнулся Реборн. — Если употреблять яд и противоядие каждый день в течение нескольких лет, то в дальнейшем организм вырабатывает антитела.

— Мама… пичкала меня ядом, как… куропатку?! ЧТО ЗА ЧЁРТ?! — теперь понятно, что родители исчезли с радаров. Я бы также поступила. Так как, когда они наконец-то появятся, одним простым «Привет. Как дела?» они не уйдут.

— Это ради твоей же безопасности, — пояснил малыш. — Тем более, как видишь, результат превзошёл все ожидания.

— Что? — он говорил так, словно сам был под впечатлением и не знал об этом. — Так, всё. Надоело, — я стряхнула малыша с колен и встала в полный рост. — Я домой! Не нужны мне эти ваши Боссы Вонголы, странные дети и бабы, швыряющиеся отравленной едой.

— Дар! — воскликнул Тсуна с лёгкой виной в голосе, пытаясь ухватить за руку, но я вовремя отдёрнула её, направляясь к выходу. Правда, стоило мне открыть дверь, как с порога мне на встречу влетел очёредной ребёнок в костюме пятнистой коровы.

— Ба-га-га-га! Ламбо-сан вернулся! Ламбо-сан хочет кушать! Где еда, Ламбо-сана? — он кричал так громко и нагло, что начал раздражать меня ещё сильнее. Но, заметив меня, мальчик остановился. — А ты кто такая? Ламбо-сан тебя не знает. Будешь рабом Ламбо-сана?

— Нет, — строго ответила я, обходя стороной мальчика и выходя на улицу.

— Э? — услышала недовольство за своей спиной. — А! Понял! Ты хочешь поиграть с Ламбо-саном! Ламбо-сан не против! — и после этих слов пятилетний ребёнок с разбегу запрыгнул мне на спину. Из-за того, что данный ход был довольно неожиданный, я не устояла на месте и вновь рухнула на землю, только уже лицом вниз. Сегодня просто какой-то день падений! — Ба-га-га! Но! Лошадка!

Ну, в самом деле, что за безумный день? Сначала пытались отравить, а теперь ещё и лошадью назвали.

— А! Ламбо! — послышался голос Тсуны, после чего брыкающаяся тяжесть на моей спине куда-то исчезла.

— Пусти! Пусти меня, глупый Тсуна! — кричал мальчик в костюме коровы, размахивая руками и ногами в разные стороны. Что и требовалось ожидать. Дети — они меня пугают.

— Ламбо, не дёргайся! — настаивал Тсуна, но его естественно не слышали. — Дар, прости. Он… он…

— Да-да, — уставши, вздохнула я, отряхивая ноги. Теперь одежду придётся замачивать. Так просто чёрные пятна на штанах теперь не отстирать. — Я пошла.

— Эй! ЭЙ! — кричал Ламбо, мне в спину. — А как же Ламбо-сан? Эй!

Чувствовалось некое раздражение в его голосе. Мальчику не понравилось, что я с ним не поиграла. Но что животные, что дети, они все себя ведут довольно странно в моём присутствии, поэтому стараюсь держаться от них подальше. Вот и сейчас, откуда не возьмись, Ламбо достал огромную базуку, что использовал в прошлый раз на спортивной площадке школы. Это же базука позволяет путешествовать на десять лет вперёд, верно?

Это зрелище заставило меня остановиться, так как мальчик вновь решил применить её на себе. Взрыв, и теперь перед Тсуной стоял высокий брюнет в пятнистой рубашке.

— Хм? — осмотрелся он по сторонам с некой ленивой отрешенностью. — Похоже, маленький я вновь воспользовался десятилетней базукой, — обернулся назад. — Здравствуй, молодой Десятый Вонгола. Неплохой вечер, не так ли?

— Взрослый Ламбо! — воскликнул Тсуна. Ламбо посмотрел на остолбеневшую меня и уже хотел что-то сказать, как из дома Савады послышалось гневное:

— РОМЕО!!! — эта девушка почему-то хотела убить Ламбо и погналась за парнем с отравленной едой в руках.

Ламбо не был дураком и инстинкт самосохранения у него функционировал нормально. Поэтому, сорвавшись с места, помчался, куда глаза глядят. Правда, пробегая мимо меня, которая разучилась даже как правильно моргать, вложил мне что-то в руку и ускорил бег.

Только спустя минуту, я додумалась заглянуть в свою ладонь и понять, что за презент мне предоставил странный парень? Как оказалось, это была обычная шоколадная конфета в ярко-красной фольге. Конфета из будущего? Какой интересный подарок.

Наконец-то наступили долгожданные летние каникулы, которые продлятся всего месяц. Целыми днями я валялась дома на кровати, раскинув конечности в форме звезды. Жара стояла просто адская. Ощущения были такими, словно тебя жарят на сковородке. И как люди всё это переносят? Не представляю. Только ночь своей темнотой и прохладой давала мне волю к жизни.

Иногда в гости наведывался Реборн с очередным глупым и бессмысленным указанием. Иди туда, сделай то, не зная что, и так далее. К ним я уже как-то даже привыкла. Смущало, что уже третий месяц не могу дозвониться до своих родственников, но деньги получаю исправно, значит, с предками всё хорошо, просто шифруются. Также на электронную почту писал Рома, мой старший брат. Спрашивать у него про мафию и семью Вонгола не решилась. Скорей всего, он не в курсе, да и сам в основном задаёт вопросы в стиле — «А где предки?» и «Почему дома никого нет?». Реакция Ромы на путешествие родителей была неоднозначной и он сказал просто:

— Кажется, они окончательно спятили. Ладно, хоть ты не теряйся.

Брат так же, как и я, способен быстро принимать реальность, как бы слегка отстраняясь от неё. Мол — «да, тут наступил Армагеддон. Нам всем конец. Но, а пока… Чай будешь?». Сам он писал, что продолжает учиться, и, так как дома никого нет, вернётся обратно в колледж. Вроде, у Ромы всё хорошо, что уже несказанно радовало, но от него было слышно слишком много вопросов: а как там в Японии? А ты уже нашла друзей? А вкусно ли там готовят? А красивые ли местные девушки?

Э-э-эх, после такого я говорю, что мне пора зубы чистить и выключаю ноутбук. Брата иногда заносит. Бывает.

Ещё по сети я общалась с Ямамото Такеши. С ним мы обычно переписывались и созванивались вечером, когда он ещё не ложился спать, а я уже проснулась. И суть нашего общения сводилась к простому — «помоги решить задачу». Так как Такеши и Тсуна учились летом, им продолжали задавать домашнюю работу, которую они были просто обязаны решить для продолжения учёбы. Но у бейсболиста это как-то не очень хорошо выходило. Тсуне помогал Хаято, а вот Такеши не повезло с помощниками. Да и зачастую он просто пропадает в ресторанчике, что держит его отец. Свободное время появляется только вечером, после девяти. Из этого можно сделать вывод, что я лучший вариант, так для меня день только начинается.

Правда, вот объяснять ему оказалось ещё той задачей. Порой мне казалось, что у него в голове желе. В одно ухо влетело, отпружинило, вылетело. А когда я начинала злиться, смущённо смеялся, называл себя дураком и извинялся. Обижаться долго на Такеши не получалось. Вечно такой весёлый и задорный. Словно весенний ручеёк. Да я, в принципе, злюсь очень редко, так как считаю это глупостью. В итоге, найдя ту тему, которую Ямамото точно не забудет, я стала использовать её для составления задач.

«Найдите скорость летящего бейсбольного мяча, если известно, что он пролетел пятьсот метров над игровым полем за три секунды».

Точность данных не важна, главное то, что парень стал решать! И после нескольких таких задач, он понял схему, осознав её простоту. А как-то раз Такеши позвонил мне на мобильник и сказал, что он, Тсуна и Хаято собрались у Савады дома и не могут решить одну задачу с обеда. На часах было около десяти вечера. Поэтому решили позвать меня. Странности… И Гокудера не смог решить задачу? Даже любопытно стало.

Делать нечего. Собралась, и пошла в сторону дома Тсунаёши, однако дверь открыла Бьянки.

— Они наверху, — коротко ответила девушка, пропуская меня в дом. — Я пыталась тоже решить, но то, что не касается любви, как по мне, бесполезно.

— Эм… ясно, — кивнула я, украдкой поглядывая на её руки. Еды, вроде бы, нет, швыряться не будет.

— Йо! — поздоровалась я, проходя в комнату Тсуны.

Гокудера почему-то в это время стонал на кровати с ужасным выражением лица, обхватив руками свой живот. Все остальные сидели на полу. А также в комнате присутствовала новое лицо. Девушка была моего возраста с тёмно-каштановыми волосами, уложенных в небольшой конский хвостик. Хоть сейчас и каникулы, на ней имелась форма престижной школы для девочек «Мидори». Я тоже туда изначально хотела поступить, но видно не судьба.

Взгляд женских карих глаз с удивлением уставился на меня. Похоже, она не ожидала, что я явлюсь. Да и я её встретить тут также не ждала. Но ко всему прочему моему приходу был удивлён сам хозяин дома — Тсуна.

— Ты зачем тут? — удивился парень.

— Ха-ха-ха! — смеялся Ямамото, потирая затылок. — Это я её позвал, когда понял, что мы не сдвинемся с мертвой точки.

— Так ты занимался с Дар?! — удивился Тсуна. — Теперь понятно, почему ты так быстро всё остальное решил.

— Хах, да мне просто повезло, — веселился бейсболист.

— Ничего себе «повезло», — фыркнула я, присаживаясь за общий столик на пол. — Да учитывая, сколько я на тебя времени потратила, ты мне на всю жизнь обязан.

— Ну да, ха-ха-ха! — смущённо протянул Ямамото, подвигаясь ко мне ближе и протягивая бланк задач. — Посмотри седьмую задачу.

«Предположим, что у вас имеется стопка бумаги, равная одиннадцать с половиной сантиметров в квадрате, состоящая из ста листков. Стопка была сброшена на пол с высоты трёх метров. Докажите, что при падении стопка не разлетится на листки».

— Вы только эту задачу не смогли решить? — спросила я, осмотрев присутствующих. Все согласно кивнули.

— Хару пыталась решить, но не получилось, — с грустью призналась девушка. Она, что, говорит о себе в третьем лице? Ладно, возможно, у неё так принято. Всё же из престижной школы.

— Гокудера, — усмехнулась я. — Даже ты дал слабину? А ведь, кроме нас двоих, в классе мало ещё у кого сто баллов в тестах.

— Заткнись! — крикнул парень, приподнимаясь на локтях, но потом сразу же пожалел об этом, резко схватившись за живот. У него пищевое отравление? — Мне просто нужно немного подумать.

— Ну-ну, — вклинился Ямамото, подняв ладони вверх. — Так ты поможешь?

— Да, — кивнула головой. — Это «задача-ловушка».

— Задача-ловушка?! — хором спросили ребята с недоумением на лице. Только Реборн, находившийся в своём гамаке под потолком, украдкой довольно улыбнулся. Похоже, он понял суть задачи, но решил не говорить ребятам, а посмотреть за тем как будут обстоять дела.

— Учителя редко прибегают к «задачам-ловушкам», которые в основном даются на то, чтобы проследить сообразительность учеников. Так что несколько удивлена, что она тут есть, — продолжала я. — В ней дано достаточно математических значений, чтобы мы стали думать над тем, какую формулу подобрать к её решению. И больше чем уверена, что вы пытались найти вероятность того, что листки не разлетятся. Но тут этого не просят, так, что поиск процента вероятности — ошибочен. Если убрать всю ненужную информацию, то мы получаем простую задачу с простым условием. «У нас сто листов. Что с ними надо сделать, чтобы они не разлетелись при падении?»

— Склеить клеем, — предложил Тсуна.

— Замотать скотчем! — воскликнул Хаято.

— Упаковать в коробку! — подключилась Хару.

— Скрепить зажимом, — улыбнулся Такеши.

— Все ответы — верны, — я вернула бейсболисту бланк задач. — Выберите что-то одно и впишите в пустующую строку.

— Вау! Дар, когда ты объяснила, всё стало действительно простым, — радостно произнёс Тсуна, хватаясь за ручку и начиная заполнять место для ответа в седьмой задаче.

— Фек, — фыркнул Хаято, но всё же немного успокоившись произнёс: — Неплохо для Советника.

— Эх, опять ты меня так называешь… — вздохнула я.

— Это круто! — воскликнул Такеши, обняв меня за плечи. — Ты, как всегда, выручаешь, Дар.

— Эй! Ты что делаешь, бейсбольный идиот?! — крикнул Хаято, принимая сидячее положение на кровати. Его жгучий взор устремился на руку парня, что обхватывал мои плечи. — Это будущая жена Джудайме! Не путайся!

— Гокудера… — завопил Тсуна, смущаясь и стараясь успокоить ворчливого парня. Я же просто прикрыла лицо ладонью, понимая, что тут мои слова не дойдут до этой упрямой головы. — Всё не так…

— Ха-хи?! — вырвалось у Хару. — Будущая жена?! Ты?! Будущая жена Тсуна-сана — Хару!

— Ты что несёшь, женщина? — фыркнул Хаято девушке.

— Не против, — тут же произнесла я, подняв правую руку в воздух как при голосовании, а потом ещё и большой палец показала девушке, добавив: — Одобряю!

— Ха-ха-ха, Тсуна, а ты популярен! — смеялся Такеши.

— Хи-и-и!!! — уже вопил Савада схватившись руками за голову. Видно, парень мечтал исчезнуть из этого дома, вот только как? Это же его дом.

Как бы то ни было, задачи все решены, а, значит, скоро вновь на учёбу. Беззаботным летним денькам пришёл конец.

Глава 5. Выбрали клуб

Моя жизнь в последнее время превратилась в тропу с препятствиями, наполненную ежедневным адреналином. И всё начинается с того самого момента, как я собираюсь, а потом иду в школу. Проблема в том, что в последний летний месяц, который я благополучно проспала, у меня появилась забавная соседка. С виду обычная «бабуля — божий одуванчик». Но за последние недели она решила сделать ещё несколько «добрых» дел и приютить всех бездомных животных Намимори. Это безумие! Сначала там появлялись только кошки. Каждую ночь они устраивали серенады под моим окном. Выли так, словно их уже кто-то кастрировал без анестезии. Но это ладно, а вот когда у неё во дворе появились собаки, мои булки нервно сжались. И не какие-нибудь там чихуахуа, а приличного размера лайки. Я не знаю, что всем этим зверям от меня надо, но каждый раз, выходя из дома, я оглядываюсь по сторонам и выглядываю, если ли где четвероногое существо? Ведь стоит мне сделать хотя бы шаг на улицу, как начинается погоня. Трудно передать тот ужас и стресс, что я испытываю каждый день. Говорят, что кошки и собаки недолюбливают друг друга. Но глядя на то, как они дружно в ногу скачут за мной, я стала сомневаться в этой теории. Словно нахожусь в эпицентре звериных скачек, где я тот самый пушистый белый кролик, которому вот-вот оттяпают задницу. Я сама вообще не спортсменка, но как говорит моя мама: «Захочешь жить, и не так раскорячишься». Сердце стучит утром так быстро, что порой мне кажется, что не добегу до школы, а умру где-нибудь на перекрёстке. Более того, приходится вечно петлять и искать обходные пути, чтобы была возможность оторваться от безумной стаи и нормально прийти в школу. Всего за неделю я стёрла две пары кроссовок, которые раньше носила по несколько сезонов. Да и возвращение домой стало ещё тем приключением. Порой меня провожал Ямамото, прекрасно зная, что животные рядом со мной дуреют и сходят с ума. Но он до сих пор настаивал на том, что они просто хотят со мной подружиться. Ага, блин… Не желаю иметь таких друзей. Особенно я поняла это тогда, когда сегодня утром вышла из дома и увидела, что через соседний забор на меня смотрят огромные карие глаза Волкодава. И псинке этой как минимум годика три. Хм… в тот момент, я была уверена, что дала бы фору даже супергерою Флэшу. Особенно меня подгонял этот ритмичный стук огромных лап об асфальт: «ту-дум, ту-дум, ту-дум». Я никогда не молилась и не знала молитв, но в то мгновение вспомнила сразу десять молитв на разных языках. Так сказать, если не получится договориться по одной связи, перейду на другую. Но, в итоге, всё закончилось тем, что я добралась до школы с задней стороны, и мне пришлось перелезать через забор. До входа я вряд ли добегу. Но и то, как я перепрыгивала забор высотой в три метра, надо было видеть. В обычной ситуации, да хрен там я это сделаю! И сил нет, да и физическая подготовка не та. Но когда в твоей крови бушует адреналин, и вопрос стоит о выживании… силы откуда-то взялись. Миг и я уже на территории школы, а оголодавшая стая за спиной. — Ха! — усмехнулась я, смотря на грустные морды. — Не сегодня, парни. Дальше уже стала идти спокойным шагом, если не учитывать того факта, что у меня ноги от напряжения трясутся и вот-вот согнутся в коленях. Всё-таки этот «вид спорта» не каждому рекомендован. Эх… хотя бы сердечный приступ не случился, и то спасибо. Однако как только я стала приближаться к одному из корпусов школы Намимори, услышала глухие удары и вскрики нескольких людей. Инстинкт самосохранения приказал мне действовать незамедлительно, именно скрыться за ближайшим деревом. Кажется, это была сакура, но не суть важно. Ствол дерева был достаточно широким, чтобы скрыть моё тело. Украдкой выглянув из-за дерева, увидела, как две группы людей дерущихся за зданием школы. Вернее, это было избиение. Не знаю, кто были те парни, которых избивали, их рожи видела впервые, но избивающих — я узнала. Это члены Дисциплинарного Комитета. Чёрная специальная форма, Красно-оранжевая повязка на левом плече и одинаковые причёски в стиле «Элвиса». Из-за этого штампа я даже их различить не могу. Словно под копирку сделаны. — Ваша ошибка была не в том, что вы пошли против него, — произнёс один из Комитета. — А в том, что вы столпились против Хибари. Постояв около дерева, я подождала того момента, когда парни из Дисциплинарного Комитета уйдут. Только потом решилась выйти из своего укрытия и продолжить путь. Ненароком взглянула на избитых. Переломов нет, но зато имеются множество ссадин и кровоподтёков. Лицо каждого опухло так, что их родная мать не узнает. Без сознания, но дышат. Думаю, через двадцать минут придут в себя. Подошла к первому же попавшемуся парню и достала у него из кармана мобильный телефон. Набрала 119 — скорую помощь и назвала адрес школы Намимори. — Сколько раненых? — спросил женский голос. — Пятеро, — спокойно ответила я. — В чём причина ранения? — продолжала женщина стандартный опрос. Я задумалась. Захотят ли эти парни, чтобы кто-нибудь знал о том, что их избил Дисциплинарный Комитет? Если верить слухам, то Хибари курирует и местные больницы, не говоря уже об полицейских участках. Возможно, если я скажу, то только осложню им жизнь, да и себе в придачу. — Девушка, — окрикнул меня телефонный голос. — В чём причина ранения? — Поторопитесь, — бросила я, отключив телефон и швырнув его тому парню, у которого и взяла сотовый. Если надо, сами всё скорой пояснят и покажут. Остальное меня не касается. Свой гражданский долг я выполнила. Поправив лямку сумки на плече, я направилась в свой корпус, но неожиданно остановилась, так как почувствовала, как за мной наблюдают. Нет, это не простой безобидный взгляд, что можно обычно уловить на улице среди прохожих или когда на тебя смотрят в классе. Это ощущение я ни с чем не спутаю. Оно подобно тому, словно несколько мелких ледяных игл разом впиваются тебе в кожу. Причём именно с той стороны, с которой и стоит наблюдающий. Учитывая, сколько раз я себя за последнее время чувствовала жертвой, этот инстинкт стал оттачиваться до уровня мастера. Где? За спиной, это точно, но и как будто сверху. Медленно повернула голову и посмотрела прямо в глаза тому, кто изучал меня. Хибари Кёя. Он всё это видел и, когда осознал, что я его заметила, нахмурил брови. Что он там говорил? Травоядное? То есть не просто тот, кто есть травку, а тот, кто является жертвой, добычей, целью. О, да! Это я! И именно поэтому, сколько бы он не скалил клыки, я буду на шаг впереди. Почему? Это инстинкт самосохранения. Чтобы выжить травоядному нужно думать, просчитывать ходы наперёд и доверять своей интуиции. Иначе… ты и в самом деле забьёшь меня до смерти, не так ли, Кёя? Всё-таки те кошмары, что о нём говорят — правда. Нужно держать уши востро и хвост пистолетом. Не хочу сталкиваться с этим типом. Посмотрев друг на друга ещё несколько секунд, я наконец-то отвернулась первой и побежала в школу. Прозвенел звонок на урок.

— Ну и зачем мы здесь, Реборн? — Я хочу, чтобы ты проверилась у одного специалиста. — Врач? Но я не больна. — Это особый врач. Он попытается помочь с твоей ночной бессонницей. — Бесполезно. Я живу так столько, сколько себя помню и никто не мог решить эту проблему. — Он не простой врач. Он доктор мафии. Доктор Шамал. И я ему доверяю. — Доверяешь? — Он помог мне родиться. Именно такой был разговор во время обеденного перерыва, пока мы шли с малышом в сторону медпункта на первом этаже. Реборн вызвал меня по смс и попросил провериться, ведь, как позже выяснилось, он уже успел помочь сегодня Тсуне. Правда, что с ним именно было, никто не говорит, а сам Савада тут же краснеет, машет панически руками и просит забыть об этом. Зашли в медкабинет. Передо мной предстал высокий темноволосый итальянец с небольшой щетиной на лице и пьяным мутным взглядом. На вид ему тридцать пять — сорок лет. Худой и немного сутулый. Не внушает доверия, хотя на плечах и имеется медицинский халат. Особенно я была в шоке от его приветствия, а именно стоило мне сказать своё привычное «Йо», как ладони мужика легли мне на грудь. Более того, прежде чем я успела осознать, что происходит, мужик смущенно покраснел и стал наклоняться в мою сторону, причмокивая губами. Тело среагировало раньше, а именно я схватила его за средние пальцы и, ни о чём не сожалея, стала выгибать в обратную сторону, пока не услышала сладкий хруст на двух руках. Такое поведение было с улыбкой принято Реборном. — Шамал, это Дар, — коротко представил малыш. — Очень… приятно, — выл мужик, отскакивая в сторону и потирая покрасневшие руки. — Может… поцелуйчик? — Так, я на уроки, — повернулась в сторону выхода. — Обойдусь без идиота. — Ну-ну, юная леди, — прозвучал уже уверенный голос. — Я может и выгляжу как идиот, но своё дело знаю. Обернулась и вновь посмотрела на него с неким недоверием. Мужчина предлагал мне присесть на стул для посетителей, чтобы ему было удобнее провести осмотр. Немного помедлив, я всё же решила уступить этому Доктору Шамалу, чтобы раз и навсегда поставить точку в этом деле. Если опять будет распускать руки — свалю. Но нет. Стоило мне сесть на стул, как Шамал тут же изменился в лице и из пьяного развратного идиота появился серьёзный и сосредоточенный мужчина. Он осмотрел мои волосы, зрачки, язык. Взял на анализ кровь из пальца. Я думала, что это займёт какое-то время. Возможно, сутки или же несколько дней, но уже через пятнадцать минут мужчина произнёс, смотря на Реборна: — Я не смогу её излечить. — Пф, я же говорила, — усмехнулась я, вставая со стула. — Почему? — спокойно спросил малыш. — Проблема заключается не в том, что она спит днём, а в том, что она не может спать ночью. И это не болезнь, которую можно излечить. Возможно, раньше и была, но сейчас это часть её самой. Единственное, что я могу, это давать витамины, которые помогут не хотеть спать днём во время учёбы. Да и цвет лица немного… оздоровят. — Витамины? То есть кофе? — поинтересовалась я. — Помогает, но ненадолго. — Кофе вредно для сердца, юная леди, — тоном наставника произнёс Шамал. — Я же предлагаю витамины собственного изобретения. Они помогут тебе не спать восемь часов подряд, но есть побочные эффекты, если ими пользоваться слишком часто и вообще не спать. Выбирай себе какое-нибудь время. Хотя бы на неделе были ровно сутки, которые ты спала. Например, в выходные. Если ты ими увлечёшься, то может произойти конфуз, когда ты вырубишься в самый неподходящий тебе момент. И будешь спать до того момента, пока на улице не стемнеет. — Ну вы даёте! — воскликнула я. — Толку тогда от этих витаминов, если всё будет только хуже? — Решать тебе, — бросил Реборн, запрыгивая мне на плечо и бросая в раскрытые руки стеклянную баночку с таблетками. — Мы только хотели помочь. Если посчитаешь их ненужными — выкинь или попробуй и посмотри, что будет. — Что будет… — смеялась я. — Знаю, что будет. На наркотики меня посадите, и всё, — поставила баночку с белыми круглыми таблетками на стол перед Шамалом. — Я бы никогда не совершил нечто подобного со столь прекрасной девушкой, — улыбался мужик, краснея до ушей. — Кстати, вы сегодня свободны вечерком? — Мне четырнадцать, — напомнила я ему. — Самый лучший возраст для первой любви, — не успокаивался Шамал. — Шамал, советовал бы тебе быть осторожным, так как её мать, твоя знакомая, — усмехнулся Реборн. — Хм? — с непониманием протянул доктор. — У меня много знакомых женщин. Как её зовут-то? — А ты сам подумай, — продолжал усмехаться Реборн. — Серра Дарья её дочь. — С-с-с-серра?! — и вот тут Доктор Шамал побледнел, сливаясь со своим халатом. — Твоя мама Василиск? — Вообще-то её зовут Василиса, — скрестила руки на груди. — Точно, это она! — теперь мужчина стал потеть и синеть одновременно, при этом глупо улыбаясь. — Ха-ха-ха, как поживает матушка? — Не знаю, — пожала плечами. — Сейчас в Италии с отцом. — Вот оно что… — всё ещё улыбался Шамал. — Реборн, тут, вроде, в школе врач нужен. Останусь на неопределенный срок. — Ты же уже купил билеты обратно в Италию, — заметил малыш. — Да что там Италия? В Японии намного красивее. Хе-хе-хе… Вот, — доктор встал и вновь вложил мне витамины в руку. — Поверь, они качественные. Я всё проверял на себе. Сам заражён свыше шестьсот шестьдесят шестью неизлечимыми болезнями и знаю, что говорю. И… матушке «привет»… не передавай. После этих слов меня и Реборна буквально вытолкали из медкабинета. Я вопросительно посмотрела на малыша, требуя пояснений. — В Италии они пару раз встречались, — пожал плечами ребёнок. — В основном Шамал за ней бегал, а она его убить пыталась. — О, небеса… — вздохнула я. — Думаю, что это очередной случай, когда любая информация — лишняя. — Как хочешь, — Реборн спрыгнул с плеча и направился в сторону стены, где появилось очередная небольшая комнатка с его размер. — Однако насчёт витаминов — подумай, — и малыш исчез. Хм, вот бы отыскать план проектирования школы Намимори… после реставрации Реборном.

Эти таблетки меня немного смущали. Вроде, и хочется, и колется. А что если я на них подсяду? Или яд какой намешали? Хотя мне, вроде бы, яд не страшен, верно? В любом случае решила показать пилюли парням. Вернее, я просто сидела как обычно на крыше, созерцая чистый небосвод, а ко мне присоединились Хаято, Такеши и Тсуна, будучи уверенными, что я тут. — О! Я же говорил, что она тут, — улыбнулся Ямамото. — Дар, ты уже пообедала? — Что-то типа того, — неоднозначно ответила я, пытаясь спрятать пузырёк с таблетками в кармашек юбки, но он неудачно выскользнул из рук. — Что это? — тут же спросил Гокудера, перехватывая таблетки и заглядывая внутрь стеклянного пузырька. — Лекарство? — Витамины, — пояснила я. — От сонливости. — О! Звучит круто, может, и мне одну дашь? — спросил Такеши. — Не уверена, что тебе их стоит принимать, — бросила я. — Ты-то ночами спишь, а вот я… — Дар, а кто тебе их дал? — поинтересовался Тсуна. — Тот же, кто и тебя вылечил, — пояснила я. — Доктор Шамал. — Шамал? Этот старый извращенец тут? — удивился Гокудера, возвращая мне таблетки. — Ты его знаешь? — удивился Савада. — Да, — парень кивнул. — Он работал у нашей семьи. Правда, бабник страшный. Когда я был маленьким, он каждый раз приходил с новой девушкой и говорил мне, что это его сестра. Так я был уверен, что у него шестьдесят восемь сестёр. — Ха-ха-ха! — засмеялся Ямамото, хлопая Гокудеру по спине. — Ну ты даёшь! — Тц! Заткнись, бейсбольный идиот! — вскрикнул Хаято. — Однако должен заметить, что специалист он хороший. — Вот как… — если даже такой недоверчивый парень как Хаято соглашается с тем, что Шамал лучший специалист, то почему бы не попробовать? В конце концов, что я теряю? Выкинуть всегда успею. С глухим хлопком открыв резиновую крышку, а достала одну таблетку и проглотила её, запив водой, что была при себе в бутылочке. В первую минуту никаких изменений не последовало. Всё также чувствовалась апатия, сонливость и желание отправиться домой. Но спустя ещё пару минут мне стало как-то проще. Желание спать пропало, да и некая энергия в теле появилась. Хм… восемь часов, значит? Посмотрим, как всё будет. Парни расселись рядом со мной, доставая из пакетов свой обед. Они предлагали и мне угоститься, но меня пока интересовало только собственное печенье в шоколаде, что я вечно покупаю в соседнем магазине. Меня там уже все продавцы знают, и стоит только увидеть, сразу говорят, если новый завоз или нет. — Эх, уже осень… — протянул неожиданно Тсуна, поднимая голову к небу. — Летние каникулы кончились так внезапно, что теперь немного грустно… — Ну, да, — кивнул Ямамото. — Мы все каникулы проходили на дополнительные занятия. — Не знаю как вы, но я ещё совсем не чувствую осени, — пожала плечами. — По мне здешний сентябрь, как продолжение августа. Жарко и душно. — В таком случае, тебя можно просто в холодильнике закрыть, — фыркнул Гокудера. — Вместе с этой тупой коровой, что недавно бесила нас этим своим «Виноград! Виноград!». — Э? — нахмурилась я. — В холодильник? Ладно. Но без Ламбо. Дети и я… не очень совместимы. — Думаешь? — спросил Тсуна. — А как по мне, ты Ламбо очень понравилась. Всё время спрашивал о тебе и том, когда ты придёшь с ним поиграть? — Тебе просто нужна нянька, но я не она, — холодно бросила я. — Попроси кого-нибудь ещё. — Но я не вру, и тем более… Ай! Ой! — воскликнул парень, оборачиваясь назад. В его плечо и спину впилось несколько острых каштанов. Как оказалось, это был Реборн, который успел переодеться в огромный костюм каштана и навестить нас на крыше. — Что ты делаешь, Реборн? Больно же! — Чаосс! — воскликнул малыш тем, кого ещё не видел. — Это секретный камуфляжный костюм секретных агентов. — Сомневаюсь, что он в центре города пригоден, — усмехнулась я. — Да я уверен в этом! — злобно кричал Тсуна. — Сто человек из ста заметят тебя! — У меня для вас новость, — начал малыш, игнорируя слова Савады, но всё же снял костюм каштана. — Мы сделаем убежище для семьи. — О! Секретная база? — воодушевился Такеши. — Звучит заманчиво. — Не уверена, что хочу в этом участвовать, — хмыкнула я. — Давайте как-нибудь без меня. — Да что вы как дети малые?! — рыкнул Гокудера, но тут же улыбнулся в сторону малыша. — Что за убежище, Реборн-сан? Семье точно оно нужно! — Мне нет, — настаивала я. — Уже сейчас чувствую, что приближаются неприятности. — Подумай хорошенько, Дар, — обратился ко мне Реборн. — Разве плохо иметь место, в котором ты в любое время сможешь зайти и выспаться? И тут я задумалась, а ведь он прав. Звучит очень соблазнительно. Хочу такое место. — Ладно, — вздохнула я. — Тогда решено, — улыбнулся Реборн. — И где оно будет? — спросил Такеши. — В горе за школой? — Конечно же, нет! — злобно бросил Хаято, которому явно не нравилась идея ковыряться в горе. — Мы используем приёмную комнату школы, — пояснил Реборн, заставив всех заинтересоваться. Убежище в школе? Разве так можно? Это всё-таки не государственное учреждение? — Эта комната почти никогда не используется. Мебель и вид из окна хороши. Да и расположена она удачно. — Не знаю… — нахмурилась я. — Звучит уж очень хорошо. Даже слишком хорошо. И вид из окна, и мебель есть, и никем не используется… Хм-м-м… — Да ладно тебе! — смеялся Ямамото, обхватывая меня за плечи. — Будет весело. Начнём с перестановки столов. — Я сижу справа от Десятого! — забил Гокудера, вставая на ноги и следуя за Реборном. Видно от этой идеи не были в восторге только мы с Тсуной, но кого это волнует?

Дверь в приёмную была открыта. Первыми вошли Ямамото, Гокудера и я. Тсуна догонял нас шагая по коридору. Стоя за плечом Хаято, мне было видно только часть комнаты, но уже тогда я могла сказать, что она большая, просторная и светлая. Реборн тут не солгал. Помещение было что надо. — Ого! — воскликнул Такеши. — Не думал, что у нас есть такая клёвая комната! — но тут же замер. Я с непониманием обошла парней, которые почему-то остолбенели и волнительно смотрели в одну точку. — Ребят? — негромко позвала я их. — Кто вы? — раздался холодный голос из другой стороны приёмной, но этот голос я сразу же узнала. Выглянув из-за плеча Хаято, мне удалось только подтвердить свои предположения. Перед нами стоял Хибари Кёя. — О! — усмехнулся парень, заметив меня. Вот только в этой усмешке точно ничего хорошего ждать не приходится. Он меня узнал, и это, как говорят у нас в России, дерьмо. — Кто он? — спросил Хаято, заметив наше с Такеши волнение. — Гокудера, стой… — попросил Ямамото негромко, перегородив парню путь рукой. Сцена того, как избивали школьников за зданием школы, тут же всплыла в моей памяти. Чёрт, не знаю, что у него на уме, но он точно просто так это не оставит. Руки парня сжались в кулаки. На лице сияла усмешка. Тёмная густая чёлка бросала тень на глаза, однако стальной блеск глаз ясно давал понять — будет драка. В том, что парни проиграют ему, я не сомневалась. Я помнила, как сражался Гокудера. Хоть он с ног до головы усыпан динамитом, но его тактика бесполезна в ближнем бою, а именно это стиль Хибари, учитывая тонфы. Ямамото более подвижен, однако он совсем недавно перенёс серьёзную травму на руке, и вряд ли пустит её в дело. Он хорошо уклоняется от прямых атак, но мы в помещении, и тут просто так не побегаешь. Тсуна… А о нём вообще говорить не стоит. Без Пули Посмертной Воли он никто. Как, в принципе, и я. Только мешок с костями. Зато хорошо хрустит при побоях. Повторюсь — ситуация дерьмовая. Вывод очевиден — пора валить. — Прошу прощения, Хибари-сан, — улыбнувшись, произнесла я, поклонившись на японский манер. — Мы случайно ошиблись комнатой и уже уходим, — повернулась к ребятам. — Ну же, выходим, — чуть тише. — Немедленно! Гокудера и Ямамото не стали спорить, повернулись уже было к выходу, но тут за спиной послышался стальной голос: — Нехорошо курить в присутствии Главы Дисциплинарного Комитета, — я слегка обернулась, понимая, что этот человек нас теперь вряд ли отпустит. — Не выбросишь ли сигарету? — улыбка стала мягче, а голос ниже. — Хотя в любом случае тебе от меня не отделаться. Всё ясно. Он найдёт любую причину, но решение уже принято — драке быть. Сейчас же он придрался к сигарете Гокудеры. Было бы просто идеально, если бы Хаято спокойно вытащил сигарету и потушил её, предварительно извинившись, но зная пылкий характер парня… — Что ты несёшь, придурок? — крикнул парень, и в эту же секунду Хибари сорвался с места и со словами «Я сказал, выплюнь!» достал тонфы, и взмахнул одной рукой так, что изо рта Хаято теперь торчал лишь один фильтр. — Да кто он такой?! — орал Хаято, отскакивая в сторону и готовясь к битве. — Хаято, подожди! — попыталась я остановить парня, положив свою ладонь ему на плечо, но тот лишь гневно одёрнул её. — Терпеть не могу жалких травоядных животных сбивающихся в кучки, — произнёс Хибари Кёя. — Когда их вижу, — в стальных глазах появилось нечто злобное. — Мне хочется загрызть их до смерти. — Что это? — шептал Хаято. — Его… аура… он… — Кажется, у нас проблемы… — негромко шепнул Такеши. Никакой ауры я не видела, но видела язык тела парня, и могу с уверенностью сказать, что нам конец. Неожиданно в комнату вошёл радостный Тсуна, совершенно ничего не замечавший вокруг. — Тсуна! — позвали мы резко парня, но было уже поздно, Хибари атаковал его первым. — Раз, — спокойно произнёс он, ударив Саваду по голове, отбросив его в сторону. От одного такого удара Тсуна потерял сознание. — Ублюдок! — завопил Гокудера, доставая динамит из-за спины. — Прибью! — Два, — голос Хибари был таким же ровным, и теперь нанеся два удара, один в солнечное сплетение, другое по виску, отправил и Хаято в нокаут. Однако кое-что промелькнуло. Я уловила одну вещь, но не до конца в ней уверена. Правильно ли я всё поняла? — Ах, ты! — вырвалось у Ямамото. Теперь и он был зол. Хибари помчался к нему на встречу, в то время как Такеши оттолкнул меня в сторону и позволил Кёи выбрать противником именно его. Вот только он, как я и предполагала, только уклонялся, что непременно заметил противник. — Ты ранен? — спросил Кёя. — Кажется, ты защищаешь правую руку, — Ямомото ничего не ответил, но Хибари, чтобы проверить свою теорию, провернул небольшой приём, атаковав сначала тонфами, а потом нанёс сокрушительный удар ногой в солнечное сплетение. — Угадал, — теперь и Такеши был без сознания. — Три. И вот после того, как Хибари победил Ямамото, я наконец-то смогла понять то, что проскользнула передо мной. Хибари… он… перед нанесением каждого удара, замедляется. Это почти не заметно невооруженному глазу, но я видела. Возможно, это всё благодаря той таблетке, что мне дал Шамал, но мне были видны его атаки и его действия. И он замедлялся. Причём намерено. А это значит одно — он сдерживал свои силы. Чёрт, да его не зря прозвали Демоном Намимори! Насколько же он силён, если и половины своей силы не использовал в бою с парнями? Хотя боем это назвать трудно. Скорее избиением. Учитывая нанесённые повреждения, парни пробудут без сознания тридцать минут. Возможно, час. Но кости целы, а это уже большой плюс. — Что ж, — произнёс Хибари, поворачиваясь в мою сторону. — Теперь ты… — его шаги были медленными, размеренными. Он прекрасно знал, что спешить некуда, я и так не сбегу. Оценивая свою ситуацию, могу сказать, что я в ужасном положении. Бежать? Бессмысленно. Он нанесёт удар мне раньше, чем я успею сказать «Ёк». Атаковать? Ха! Ну да, конечно! Покажу ему кунг-фу суслика. Да одного его удара будет достаточно, чтобы переломить мне сразу несколько костей, а того и убить вовсе. И это учитывая, что он будет сдерживать свою силу. Я не парень и не боец. Моё тело для подобного не пригодно. Может упасть на колени и молить о пощаде? Нет, видя его взгляд, понимаю, что это только его ещё больше разозлит. Он терпеть не может «травоядных», а это будет поступок именно травоядного. Значит… выхода нет? Так или иначе буду избита. Или как? — Забьёшь меня до смерти? — спокойно спросила я, смотря парню прямо в глаза. Это его несколько удивило. Скорей всего, он ожидал слёзы, мольбу, попытку противостоять судьбе и много чего ещё, но только не полное спокойствие. — А ты как думаешь? — парень остановился в метре от меня. Улыбка вернулась на его лицо. — Я ведь предупреждал тебя о том, чтобы больше не попадалась мне. Да при тебе сегодня нет онигири, чтобы выкупить свою жалкую жизнь. — Нет, их нет, — признала я. — Ничего, — протянул он словно кот, делая ещё один шаг в мою сторону. — Я вызову вам скорую. — Хех, — усмехнулась я прямо в лицо Кёи. Он вызовет нам скорую? Я прекрасно понимала, что это небольшой намёк на то, как я поступила сегодня утром. Вызвала скорую помощь, но не уточняла, что произошло. — Вот как? — Хибари приблизился совсем близко. Теперь он смотрел на меня, сверху вниз возвышаясь, словно коршун над своей добычей. — Тогда ладно, — бросила я. — Бей, если тебе от этого станет легче, Кёя. — Я уже говорил, травоядное, — к подбородку прижалась ледяная сталь тонфы. — Проявляй уважение. Ты в Японии. — Хех, — вновь вырвалась усмешка. — Изволите начать с лица или с тела, Хибари-сан? Чёрт, что я делаю?! Очнись, Дар! Включи логику! Ты же только что лично подписала себе смертный приговор. Разум и логика кричали о том, что мне конец. Живого места не останется. И сейчас этот парень сделает то, что не удалось осуществить стае голодных зверей, преследующих меня утром. И в то же время я чувствовала… покой. Такой ощутимый. Страх куда-то улетучивался. И чем ближе этот парень приближался ко мне, тем спокойнее становилось. Дом. Домашний уют. Вспомнилось детство. За окном тёмная ночь и белоснежный снег медленно падал хлопьями, покрывая ледяным ковром всё вокруг. Мороз вырисовывал узоры на стёклах. Мама что-то готовила на кухне, папа сидел напротив телевизора, а брат игрался рядом, пытаясь нарисовать самую классную модель самолёта. Уют… Почему я вновь чувствую это? Мне должно быть страшно! Каждая клеточка моего тела должна кричать и вопить от ужаса, так почему этого нет? Куда делся мой инстинкт? И что вообще происходит? Я открыла глаза, но поняла, что мы так и стоим посреди приёмной. Ни Хибари, ни я не шелохнулись с места. Он больше не улыбался, однако по его лицу ничего не возможно было понять. Он зол? Раздражён? Возбуждён? Жаждет крови? Что именно? Не понятно. Возможно, он потерял ко мне интерес? Я не боец, и он это понял. Избивать меня равносильно тому, что избивать дерево. Оно ничего не скажет и не сделает. Всего одного удара будет достаточно, и я отправлюсь к праотцам. Но секунды шли, а мы так и не двигаемся с мёртвой точки. — А? Гокудера-кун! Ямамото! — послышался вопль Тсуны с другой стороны комнаты. Очнулся. — Что за…? — Они не проснутся, — произнёс Хибари, оборачиваясь в сторону Тсуны. — Я об этом позаботился. — Что? — воскликнул Савада, осматривая друзей, потом посмотрел на меня и запаниковал ещё сильнее. Кажется, Тсуна переживал, что Кёя и мне что-то уже сделал. Но не успел он сделать и шага, как на подоконнике, за спиной Хибари появился Реборн с пистолетом в руках, что направлен в сторону Тсуны. Выстрел. Пуля Посмертной Воли попала прямо в голову парню, отбрасывая его назад. Такого неожиданного поворота Глава Дисциплинарного Комитета не ждал. Особенно когда через мгновение Тсуна вновь поднялся, вот только в одних трусах и пылающим на лбу пламенем. Интересно, он его видит? — А-а-а!!! — кричал и рычал одновременно Савада. — Я побью тебя своим предсмертным желанием! — Что за…? — Хибари сорвался с места и атаковал Тсуну. — Розыгрыш? — на этот раз удар был значительно сильнее. Отбросив Саваду обратно на пол, Кёя заметил: — Я сломал тебе подбородок. Однако, — повернулся в сторону валявшихся без сознания Ямамото и Гокудеры. — Необходимо добить оставшихся, чтобы и их забрала скорая. После этих слов Савада вновь встал на ноги и со словом «Дурак!» атаковал Хибари. Казалось, что у него в руке ничего нет, но всего одно мгновение, и теперь он крепко сжимал тапок. Я не понимаю, почему именно тапок, а не, например, полицейскую дубинку, ну или хотя бы бейсбольную биту, но удар получился звонким. Кёю даже слегка пошатнуло. — Можно мне тебя… убить? — ярость так и сочилась в голосе Главы Дисциплинарного Комитета. Сейчас будет бойня. А ведь Посмертное Пламя длится всего пять минут. — Довольно, — прозвучал голос Реборна, что задумчиво изучал Хибари. — А ты всё-таки силён, как и предполагалось, — после чего посмотрел на меня. — Дар! Тсуна! Соберите остальных и уходите. — Не знаю кто ты, — начал Кёя. — Но сейчас я крайне раздражён, — сорвался с места и попытался атаковать Реборна, а ведь он ребёнок. Хоть и не простой, но Кёя этого не знает. — Присядь и подожди, пока я закончу, — казалось, что Реборну конец, но тот спокойно блокировал удар Хибари, использовав своего же хамелеона. — Ого! А ты крут! — теперь в глазах парня сиял азарт и интерес. Видеть достойного соперника ему в новинку, и он не смог сдержать эмоции. — Тсуна! — бросил Реборн. — Понял! — отозвался парень, резко подбегая к Гокудере и Ямамото. Обхватил каждого рукой за пояс и бросил мне: — Хватайся за шею! Спорить и терять даром время — не стала. Ясное дело, что пора валить и точно не через дверь. Я обхватила Тсуну за шею со спины и мысленно просила об одном — чтобы было как можно меньше синяков. — Закончим на сегодня, — произнёс Реборн Хибари, бросая в того зажженный динамит. — Чао-чао! В приёмной прогремел взрыв как раз в то самое время, когда мы всей оравой выпрыгивали в окно. И это притом, что приёмная находилась на втором этаже. Мамочка, роди меня обратно!

От меня пахло жареным беконом. Часть волос всё же успели подгореть и покрыться сажей. Теперь я больше была похоже на чёрта, нежели на призрака. Все парни пришли в себя, и мы вернулись на ту крышу, где недавно обедали. — А я ведь говорила, — в сотый раз повторяла слова. — Что это слишком подозрительно. Что не может быть правдой. И что? Меня хоть кто-то послушал? Нет! — Реборн! Зачем ты это всё подстроил? — воскликнул Тсуна. — Было довольно опасно, — признал Реборн. — Вам повезло, раз отделались всего лишь царапинами да синяками. — Э? — не понимал Тсуна. — Что ты имеешь в виду? — Это была тренировка в военном режиме, чтобы вы совсем не раскисали, — пояснил малыш. — Всё-таки лучшая тренировка — это реальное столкновение. — Послушай, Реборн, — начинала злиться я. — Может парни и раскисли, но я-то каждый день через ад прохожу! И зачем мне выходить на поле боя, если, по идее, я должна была всего лишь советовать? — Я знаю и должен признать, что ты справилась лучше всех, Дар, — спокойно ответил Реборн. — Ты ведь сразу оценила ваши возможности и вероятность победы. Более того, получила меньше всего повреждений, сводя их к минимуму. — Конечно! — повысила я голос. — Это было и так очевидно! Хибари даже в половину силы нас не атаковал. Для него мы были как игрушка на верёвочке. — Даже в половину?! — ахнул Гокудера, а после злобно бросил: — Чёрт! Как он мог?! — Вот именно из-за этого, я и не желала связываться с мафией! Это опасно, а мне как-то очень нравится жить, — скрестив руки на груди, продолжала я. — Ты об игре? — не понимал Ямамото. Боги! Он до сих пор думает, что «Мафия» — это игра! Я даже отвечать на этот вопрос не стала. — Хи-и-и!!! — вопил Тсуна, хватаясь в панике за голову. — Что же нам делать? Мы же теперь в чёрном списке у Дисциплинарного Комитета! Он нас всех убьёт! Хи-и-и! — Ну-ну! Не волнуйся, — хлопал по плечу парня Такеши. — В следующий раз я его обязательно подорву, Десятый, — присоединился Гокудера, но Тсуна уже никого не слушал. — В следующий раз? — бросила я, вставая на ноги. — Без меня как-нибудь. Мне этого добра по самое «не хочу» хватило. Я не парень и не воин. Дайте мне жить так, как я хочу. — Тц! — фыркнул Гокудера. — Как же она меня бесит этим своим поведением… Ты уже давно в этом погрязла! — Гокудера-кун! — попытался остановить его Тсуна. — Дар, — перед тем как уйти, Реборн вновь запрыгнул мне на плечо, останавливая и привлекая внимание. — Я выбрал тебе «клуб». — Что? — не сразу поняла я. О таких мелочах уже и думать забыла. — Ты сказал, что я могу сама выбрать. — У тебя был шанс длиной в несколько месяцев, но ты им не воспользовалась, — парировал Реборн. — Я говорил, что в таком случае клуб выберу — я. И вот я говорю, что нашёл то, что тебе подойдёт. — И что же это? — насторожилась я, предчувствуя беду. — Ты вступишь в Дисциплинарный Комитет, — спокойно отозвался малыш, мило улыбаясь. — И желательно на этой неделе. Лица присутствующих описывали несколько эмоций: шок и мысль: «покойся с миром». Даже в глазах Гокудеры я увидела некое сочувствие, а это значит, что дело приняло действительно серьёзные обороты. Что я могу сказать? Этот день не задался с самого начала, так с чего бы ему заканчиваться на позитивной ноте?

Глава 6. Войти легко, а вот выйти...

Спорить с Реборном невозможно. Сколько бы ты ему не объясняла и не доказывала свою точку зрения, малыш всё равно будет настаивать на своём. Ему даже пришлось прийти ко мне домой, чтобы продолжить разговор. На улице давно стемнело, а мы всё вели нашу «беседу», по принятому решению малыша: я должна вступить в Дисциплинарный Комитет.

Честно? Это равносильно самоубийству. Он меня с потрохами сожрёт и поминай как звали. Но Реборн настаивал на том, что этого не произойдёт, так как Хибари Кёя заинтересован в этом.

— Заинтересован?! — усмехнулась я. — Может быть. Но только в тебе, Реборн! — я ткнула указательным пальцем ему в соску, висящую на шее. Мальчик никак не отреагировал на этот жест, а продолжал сидеть за кухонным столом и пить чай, который я ему заварила. — Ты показал ему свою физическую силу и своё превосходство. Он жаждет тебя победить, это сразу видно.

— Не отрицаю, — кивнул малыш. — Мне он тоже показался интересным. Именно из-за этого я и заставил вас встретиться.

— Хочешь и его присоединить к семье Вонгола? — устало спросила я. Реборн загадочно усмехнулся. — Зря стараешься, вряд ли он на это согласится. У него уже есть своя семья — шайка бандитов с одинаковой физиономией.

— Именно поэтому я посылаю туда тебя, — пояснил малыш. — Как уже ранее говорила, ты не воин и не одинокий боец. Вряд ли он будет подозревать в тебе противника. В этом и есть твоё превосходство.

— Реборн, это всё шито белыми нитками, и ты это знаешь, — я действительно стала уставать от этого бессмысленного разговора, но казалось, мальчик только набрался сил и готов по новой начать вести спор. — Просто не хочу, — вздохнула я, уронив голову на стол. — Мне рядом с ним… не по себе.

— Послушай, а если я предложу кое-что? — вопросительно посмотрела на Реборна. — Слышал у тебя проблемы с соседкой. Вернее с её «живностью». Что если я… избавлюсь от неё?

— От соседки? — усмехнулась я.

— Я, конечно, киллер, но говорю о животных, — также посмеялся Реборн, оценив шутку. — Пристрою каждого к новому хозяину, и ты сможешь спокойно ходить в школу. Ну как? По рукам?

Я прекрасно понимала, что это равносильно тому, что ты заключаешь сделку с дьяволом, но от одной мысли, что смогу каждое утро спокойно и не спеша идти на занятия, а не нестись до седьмого пота, стало так хорошо. Хочу покой. Не хочу чувствовать себя ходячей тушёнкой. Но Хибари Кёя… Ох, это сделка подобна тому, что я меняю шило на мыло.

Ладно, давай оценивать ситуацию, пользуюсь тем, что у нас есть. Во-первых, Реборн заверил, что уже завтра утром никаких животных не будет. А значит, я смогу проверить им сказанное незамедлительно. Во-вторых, ещё не факт, что Хибари согласится на подобную авантюру. Возможно, побьёт меня, но уж точно не примет в свой Комитет. Я как бы лицом не вышла, а ему, видно, Элвис больше нравится.

— Так и быть, — улыбнулась я, хватая протянутую Реборном раскрытую ладонь. — По рукам.

— Хм, — улыбнулся малыш, отбрасывая тень на свои глаза. И именно в эту секунду я поняла — моя душа, если она и была, мне больше не принадлежит.

День начинался как обычно и довольно мирно.

Малыш выполнил свою часть сделки, и утром меня совершенно никто не тревожил. Ни собаки, ни кошки, ни даже птицы, а это редкость. Мне даже казалось, что я сплю, и мне снится приятный сон, но нет, это реальность. Но, как нам всем известно, долг платежом красен. Ход за мной, но как? Как это сделать? Уже прошло три урока, а я так и не придумала себе план.

Давайте будем серьёзными. В этот чёртов Дисциплинарный Комитет, я не хочу. Там одно сборище уродов, которые только и знают, что людям угрожать, шантажировать и драться за стенами школы. Что я там забыла, скажите на милость? Скорей всего, Реборн просто хочет убить двух зайцев одним выстрелом, а именно: проследить за Хибари и сломить меня. Ведь если я увижу мир якудза изнутри, то и на мафию взгляну по-другому. Хм… эта перспектива мне не очень нравится, особенно учитывая, что в чём-то малыш прав. Я видела, как ведут себя Гокудера и Ямамото в момент боя, и сразу же смогла понять наши шансы. Эти знания всплыли за долю секунды. Словно вспышка. А если я буду следить за Хибари, то… Хех, Реборн хитрец. Вот только…

— Как же я этого не хочу, — вздохнула я, опуская голову и касаясь лбом прохладной столешницы парты.

— Чего не хочешь? — услышала приятный женский голос рядом с собой. Осмотревшись, я увидела милое улыбающиеся лицо Киоко.

Сейчас была большая перемена. Все одноклассники по привычке покинули класс и разбежались кто-куда. Думала остаться одна и немного подумать, так как на крыше стали часто собираться Гокудера, Тсуна и Ямамото. Они, конечно, тоже были против идеи Реборна, но сейчас их слова будут только лишним раздражителем, нежели утешением. Но, видимо, мне и тут не найти уединения. Нужно искать ещё одно менее людное место.

— Как дела, Дар-чан? — рыжеволосая девушка присела на стул, который находился перед моей партой. — Выглядишь обеспокоенно.

— Но должны признать значительно лучше, чем ещё пару дней назад, — прозвучал другой женский голос. Ах, да! Это же лучшая подруга Киоко — Хана. — Без обид, — тут же добавила девушка, подходя ближе. — Но раньше ты и правда выглядела как Призрак. Тебя, кстати, так и прозвали одноклассники.

— Хм, пофиг, — бросила я равнодушно. — Меня так и в предыдущей школе называли. А ещё Каспером.

— Ха-ха-ха, это даже мило, — улыбнулась Киоко, хлопнув в ладоши.

— Хех, — улыбнулась я. Тоже мне… мило.

Ну, а вообще-то таблетки Доктора Шамала действуют. Лицо действительно посвежело, да и синяки прошли. Стала походить на обычного подростка, а не на то, что недавно умерло и воскресло. Киоко и Хана решили составить мне компанию и достали свой бенто. Каждая не прекращала говорить. Они болтали то о мальчиках, то о спорте, то о еде и сладостях, а потом о детях и весёлых телепередачах. Я их слушала и лишь иногда поддакивала, чтобы показать, что всё ещё включена в беседу. И тут неожиданно Киоко спросила:

— Дар-чан, а ты нашла для себя клуб?

Если Магомед не идёт к проблемам, то проблемы идут к Магомеду.

— Ну, — осторожно начала я. — Подумываю подать заявку на вступление в Дисциплинарный Комитет.

Лица девушек в секунду преобразились. Более того, Киоко выронила палочки для еды из рук, а у Ханы выпал изо рта яичный ролл. Притом никто из них не заметил потери. Всё внимание было сосредоточено на мне. И, как я поняла, это не очень хорошее внимание.

— Ты… — мягко начала Киоко, пытаясь сохранить дружелюбную улыбку. — Ты решила вступить в Дисциплинарный Комитет?

— М-да… — выдохнула Хана, потирая переносицу. — Что же творится в твоей голове, раз ты решилась пойти на такой ужасный поступок.

— В смысле ужасный? — насторожилась я.

— Ну, не ужасный, — начала тут же пояснять Киоко, поправляя подругу.

— А какой? — настаивала Хана. — Послушай, Дар, — обратилась она ко мне, без употребления столь привычного суффикса «чан». — Нет и шанса, что туда тебя примут. Ни малейшего. Ни даже самого крошечного. Хибари Кёя лично отбирает каждого члена Дисциплинарного Комитета. И знаешь как? — я отрицательно покачала головой. — Дерётся с ним! Если выдержал удары Главы, тогда принят. Вот ты боевыми искусствами владеешь? — вновь отрицательно покачала головой. — Во-о-от! Да и сильной тебя не назовёшь. Один раз тронь, и уже синяк будет виден. А чтобы попасть туда, как минимум нужно уметь драться.

— Значит, шансов нет? — переспросила я.

— Нет, — уверено кивнула тёмноволосая девушка. — Выбери что-нибудь более мирное. Например, рисование или клуб Любителей Истории…

— Да, — улыбнулась я, радуясь такой перспективе. — Я подумаю над этим.

Вы только посмотрите! Да это же шикарные новости! Значит, он в любом случае пошлёт меня куда подальше. Ха! Великолепно! Именно это мне и надо. Потом подойду к Реборну и скажу, мол, пыталась, но видно не судьба. Извини, я пыталась. Не станет же он мстить при этом? Я его предупреждала и не раз.

Отлично, так и поступлю. Сегодня же.

Поднимаясь на второй этаж в сторону бывшей приёмной, я уже ощутила запах гари и пыли. Последствия вчерашнего взрыва так просто не стереть, хотя выглядело всё вокруг довольно чисто. Над кабинетом теперь висела табличка с надписью «Дисциплинарный Комитет». Секунду постояв напротив двери, я выдохнула и постучавшись вошла.

В нос сразу же ударил запах свежей краски. Ребята из Комитета время зря не тратят. Вон и ремонт за ночь успели смастерить и окна новые поставить. Просто мастера на все руки. Около окон, по центру находился большой стол, за которым, обложившись бумагами, сидел Хибари Кёя.

Только увидев меня, он моментально сорвался с места, приготавливая тонфы для сражения. Я даже шагу сделать не успела, как он уже стоял прямо передо мной, вжимая в плотную деревянную дверь, приложив стальное оружие к шее.

— Это что, шутка? — негромко спросил он, наклоняясь к самому уху.

— Ох, если бы… — прошептала я, так как на большее просто не была способна. — Я… одна… Пусти…

Взглянув на меня серыми глазами, парень ещё секунд десять не решался сделать шаг назад и дать мне хотя бы один глоток кислорода. Но потом решил всё же выслушать то, за чем я к нему пришла, так и ещё одна. Ведь будь у меня с собой ещё хотя бы десять таких же, всё равно бы проиграли.

Кашляя и массируя шею, я мысленно прокляла Реборна и всю его мафиозную шайку. Оно того не стоит. Так или иначе, жизнь рядом с мафией становится похожа на американские горки, где ты сидишь в первом ряду без ремней безопасности. Обречён, на первой же мертвой петле.

— Говори, — приказал парень, убирая тонфы и возвращаясь к себе за стол.

— В общем… — начала я, не решаясь сделать шаг в сторону парня. Так, ладно. Быстрее начну, быстрее закончу. Главное собраться, сказать всё, что надо, и под громкий хохот, свалить. — Как мне вступить в Дисциплинарный Комитет?

Возникла гробовая тишина, нарушаемая лишь монотонным гулом кондиционера, который находился в дальней части комнаты. Парень изучал меня спокойным, лишенным какими-либо эмоциями, взглядом. От такого стало как-то не по себе, однако, я вновь стала чувствовать некое спокойствие в присутствии этого парня, и страх вообще отступил.

Так, не время обращать внимание на такие мелочи. Не знаю, что это, да и не важно. Подумаю после. Сейчас главное услышать от него ясное и чёткое «Нет!».

Хибари наклонился к выдвижному ящичку в столе и достал оттуда один листок с бланком стандартных вопросов на вступление. Кажется, желающих вступить в Дисциплинарный Комитет хоть отбавляй, так как листок был взят с верхнего ящика. Оттуда, где по идее должны лежать самые востребованные и часто пользованные предметы. Хм, теперь понятно, почему его это не удивило. Небось, каждый школьник хотя бы раз пытался присоединиться к Хибари и спрятаться за его спиной.

— Заполни и проваливай, — бросил парень, поставив на край стола листок и ручку.

Хм, всё оказалось намного проще, чем я ожидала. Так, посмотрим, что тут у нас?

«Фамилия Имя:Серра Дарья.

Возраст:Четырнадцать лет.

Пол:Женский.

Вид боевого искусства, которым владеете:Нет.

Сколько лет практики:Ноль.

Дополнительные умения:Нет.

Успеваемость в школе:Средняя…»

На все вопросы, где стоило расхвалить себя и показать с лучшей стороны, я писала, что ничем не владею и ничего не умею. Хотя практически всё сводилось к умению владеть оружием и боевым навыкам. Поэтому заполнение анкеты оказалось довольно быстрым и простым занятием. Уже через пять минут, я протянула заполненный бланк Хибари Кёе. Тот взял его и быстро пробежался взглядом.

— Бесполезное травоядное, — усмехнулся парень.

— Ага, — не стала отрицать очевидного.

— Думаешь, я приму тебя с такими ответами? — в голосе Кёи почувствовались стальные нотки. Он начинал злиться.

— Думаю, нет, — пожала я плечами, вставая со стула, на котором сидела и заполняла бланк, и направилась к выходу. — До свидания, Хибари-сан.

— Стой, — я замерла на месте, с непониманием оглядываясь на парня. Что не так? Всё же прошло как надо. Разве нет? — Тебя подослал тот малыш? — А он не глуп. На лице играла азартная улыбка, в то время как глаза буквально сверкали.

— Да, — простой ответ. Чего лукавить? И так ясно, что я не по своей воле тут.

— Значит, ты у нас что-то вроде шпиона? Хех, — улыбка стала шире. — Отлично. Возможно, тогда я вновь смогу с ним встретиться.

— Э… что? — только не говорите мне, что…

— Ты принята, травоядное, — Хибари облокотился о подлокотник кресла и подпёр свою голову, не спуская с меня глаз. — Я свяжусь с Кусакабе, и он передаст тебе форму и расписание Дисциплинарного Комитета. Об остальном узнаешь завтра.

— Подожди, что?! Нет-нет-нет, — я подошла к столу, за которым сидел Хибари, и облокотилась на него ладонями. — Ты не можешь этого сделать! Я не могу быть принята!

— Повторяться не буду, травоядное, — с неким зевком произнёс Кёя, подтягиваясь. Тем самым он явно намекал, что я ему стала скучна. — Проваливай.

— Да нет же! Я не могу быть членом Дисциплинарного Комитета! — подняла тон в голосе.

— Это твой почерк? — он показал анкету, что я только что заполняла. — Твои данные? Так вот, — Хибари достал из самого низкого ящика небольшую синюю печать, которая успела покрыться пылью. Он её видно давно не использовал. Одно лёгкое нажатие и теперь на моей анкете красовалась синяя надпись со словом «Принят».

— Да чтоб тебя! — вырвалось у меня на русском. — Порви её!

— До тебя, похоже, плохо доходит, — спокойно начал Хибари, медленно и как-то тягуче вставая с кресла. — Ты в Японии, а значит… — мгновение и в руках появились тонфы. — …Говорить и вести себя ты должна соответствующе!

Инстинкт самосохранения дал о себе знать. Ничего не говоря, я сорвалась с места и помчалась к выходу, пока парень не начал «вбивать» правила японского этикета мне в голову.

— Реборн… — негромко произнесла я, идя по пустым школьным коридорам. — Клянусь, при первой же возможности, я тебе зад надеру!

Не знаю, чего именно ожидал Реборн, да и все остальные, но с первых секунд поняла, что отныне я — мальчик для битья. Для начала начну с того, что форму мне всё-таки выдали. Этакий Тетсуя Кусокабе, одноклассник Хибари, а также его правая рука, принёс мне небольшую коробку, в которой имелась форма, на все сезоны и расписание, которого я должна придерживаться.

Во-первых, это вставать раньше и приходить в школу ещё засветло, так как необходимо будет проверить все классные помещения на пригодность. Во-вторых, чуть ли не каждую перемену патрулировать школу, и устранять всё, что не согласуется с правилами средней школы Намимори. В-третьих, проверять прилежность и эффективность других клубов. Туда входит: посещение совещаний, сбор и обработка отчётов, распределение финансирования, планировка и подтверждение любых мероприятий и так далее. И наконец, в четвёртых, осмотр помещений школы, после завершения занятий и закрытия всех клубов. А значит тогда, когда уже будет темно.

Что за безумное расписание? По сути, можно даже домой не идти. Ночуй в школе! Всё равно я не сплю. Однако и в этом есть своё безумие. Конечно, весь список обязанностей мне не доверят. Единственное, что мне приказано делать, это сидеть в кабинете на диване, молчать, ничего не трогать и не раздражать Хибари. Короче говоря — делать вид, будто меня не существует. Оправдываю своё прозвище «Призрак»?

Остальные члены Дисциплинарного Комитета в наглую посмеивались надо мной. Часто задевали, пихали в спину, из-за чего я толком на ногах не могла устоять и всё время падала. А форму, что они мне дали, только облегчала им задачу. Кстати, да… форма…

Эти идиоты, мало того, что дали мне форму мужского варианта, так ещё и размером со шкаф. Чего только чёрный гакуран стоит, который спокойно доставал мне до колен, и им можно было в три слоя обернуться. Про чёрные брюки и белую рубашку лучше промолчу. В них утонет любой. Единственное, что более-менее соответствовало размеру, это красно-оранжевая повязка с надписью «Дисциплинарный Комитет» и красный галстук.

Ох, ну ржали же надо мной остальные в первый день. Тыкали пальцами, гыгыкали за спиной, раздражая с каждой секундой всё сильнее, но, а что я сделаю? Эти парни размером два метра на два метра. Если им что-то не понравится — удар и всё. Конец истории. Приходилось терпеть и делать вид, что меня это не волнует. Это раздражало парней. Они-то рассчитывали увидеть в моём лице панику, злость, истерику — да хоть что-то! Но я молча вставала с пола, каждый раз, когда они меня толкали, и возвращалась на то место, которое мне «вроде как» выделили. Старый потрепанный диванчик в тёмном углу комнаты. Причём кондиционер вечно обдувал это место, да так, что волосы ходуном ходили, но мне это только в плюс. Не переношу жару.

В итоге, парни переходили к оскорблениям. Чего я только не наслушалась. Начиная от своих жёлтых глаз и белых волос, заканчивая высмеиванием тощего тела и совершенной никчёмности в Комитете. В общем, порой мне казалось, что они просто не знают, как меня на самом деле зовут. Но и это не очень-то волновало. Ой, да ладно! Меня одноклассники в первый же день Зомби назвали, думаете, остальное меня как-то заденет?

В отличие от остальных, Хибари Кёя меня совершенно не замечал. Делал свои дела и обращался только тогда, когда я ему мешалась. Обычно это звучало как:

— Прочь с дороги, травоядное, — если я мешалась ему больше трёх раз в день, то в конце он уже раздражительно добавлял: — Забью до смерти! — и это уже было сигналом, что мне ему, в принципе, лучше не попадаться на глаза.

Ясное дело, что ему нужен Реборн. Как я успела понять, Хибари Кёя ни разу не проигрывал в драках. Во всяком случае, в школе никто этого не видел. Вот поэтому парень ищет достойного противника. Ему просто скучно. Считает себя сильнее всех в школе, а может даже в городе, и поэтому делает, что хочет. Все, кто слабее его, — отбросы, которые даже его внимания не достойны. К этим отбросам отношусь и я. Вот только осознав всю его политику, я поняла, что для меня он тоже скучен. Мы совершено разные и говорим на разных языках. Уверена, что через некоторое время, Хибари надоест держать меня в кабинете как зверюшку, и тот начнёт действовать. Повторюсь, ему нужен Реборн, но малыш не показывается уже довольно длительное время.

Ещё бы! Если бы я его увидела, то принялась душить в эту же секунду. Хотя вру. Не стала бы. Даже кричать на него не стала бы. Просто сказала, что выхожу из игры, после чего ушла.

Но время шло, а издевательства и насмешки со стороны членов Дисциплинарного Комитета только усиливались. Кажется, для них считалось унизительным девушке носить мужскую одежду, которая на несколько размеров больше твоего собственного. Правда, мне на это было всё равно. Я выросла со старшим братом, за которым часто дотаскивала одежду. Футболки, штаны, куртки… А фигуры-то у нас разные. В итоге, пришлось научиться шить, так как родителям вечно было некогда.

Вот и в этот раз, забрав всю свою форму домой, я за одну ночь сделала из одной гигантской формы две нормальные мне по размеру. Даже немного ушила на талии и в груди, чтобы на женской фигуре выглядело вполне неплохо.

Придя на следующий день в школу, члены Дисциплинарного Комитета были шокированы. Вроде бы, мужская форма, чёрные брюки и гакуран, белая рубашка, красный галстук и повязка на левом предплечье…, но на мне это смотрелось так женственно, что у некоторых даже щёки покраснели. С того дня меня перестали вечно толкать и пинать, правда ненадолго. Потом и этот вид им стал привычен, а отношение ко мне-то не изменилось.

Сама не знаю, к чему всё должно было привести, но со временем, я даже к этому адаптировалась. Хибари меня не замечал и игнорировал, остальные лезли только тогда, когда их Главы не было рядом. Поэтому прихватывая с собой хорошую книгу, я садилась на излюбленный диванчик и забывала обо всём, углубляясь в чтение. Даже в этом «не пойми что» есть свои плюсы.

Правда, это не все изменения, что последовали после. Для начала, отношение одноклассников ко мне изменилось. Так как на уроки я стала приходить в форме Дисциплинарного Комитета, все думали, что я ещё тот боец, поэтому держались на расстоянии. Некоторые даже здороваться боялись, хотя раньше, вроде как, нормально болтали. По школе стали ходить новые сплетни, мол, я избила кого-то и меня приняли в Комитет. Одни только Савада, Гокудера и Ямамото понимали, что на самом деле происходит и продолжали то же общение, что и раньше. А вместе с ними и Киоко с Ханой. Хотя, вторая до сих пор была уверена в том, я представляю угрозу, раз меня так просто приняли. Но какую, она не понимала.

Благо обед был моим свободным временем, и его можно было не проводить в кабинете бывшей приёмной. Обычно я его проводила на крыше, в компании ребят, что уже давно привыкли туда подниматься. Тсуна вечно спрашивал один и тот же вопрос, не обижают ли меня там, и тут же заверял, что на эту тему он с Реборном чуть ли не каждый день говорит. Я заверяла, что со мной всё в порядке. А смысл говорить правду? Глава Комитета меня не замечает и ладно, а остальное так… ерунда. Тсуна и остальные в любом случае ничего не смогут сделать. Только ещё сильнее разозлят Хибари, и дадут ему причину исключить парней из школы.

Однако в последнее время стали происходить довольно странные события. Хотя, наверное, это в Дисциплинарном Комитете норма, но я с таким столкнулась впервые. Прямо в школе, в тот самый момент, когда Хибари работал за своим столом, в кабинет ворвался какой-то огромный мужик в форме другой школы. Я бы ему на вид дала двадцать, не меньше, но если судить по тёмно-синей форме, то он старшеклассник. Высокий, мускулистый, короткая стрижка-ёжик и выражение лица такое, словно по нему кирпичом прошлись.

— Кто ты? — спросил спокойно Хибари, не шелохнувшись с места.

— Твоя смерть, — бросил ему бугай и, надев кастеты на руки, набросился на Хибари.

Удар! Кёя отлетел в сторону, но умудрился не упасть. Медленным движением, провёл подушечкой большого пальца по нижней губе, вытирая несколько капель собственной крови. Парень улыбался.

— Неплохо, — протянул Кёя. Он намерено позволил чужаку ударить себя, чтобы проверить его силу, а также предоставил ему один единственный шанс победить его. Один единственный шанс! Больше таким щедрым он быть не намерен.

— Я убью тебя, Хибари Кёя, за то, как ты расправился с моими парнями! — рычал незнакомец.

— Неплохо, — повторил Кёя, в одно мгновение вооружаясь тонфами. — Но этого не достаточно.

Следующие секунд тридцать я наблюдала за типичным избиением. Бугай проиграл уже тогда, когда только вошёл в этот кабинет. По сути, из него сделали отбивную. Переломаны два ребра, несколько пальцев на руках, зубы и нос. Про синяки и ссадины я и говорить не буду. Их было слишком много.

После драки Хибари, всё ещё сжимая окровавленные тонфы, спокойно подошёл к своему столу, взял телефон и вызвал пару своих парней, чтобы они «прибрались» в кабинете. Именно в тот раз парень посмотрел мне в глаза, чтобы убедиться в том, что я видела всё. От и до. Как не посмотри, а на мне роль шпиона. В его тёмно-серых глазах так и читался вопрос: «Ну что? Достаточно для твоего отчёта?».

Мне этого вполне было достаточно. Не знаю, где он научился так драться и не знаю, кто его так тренировал, однако могу с уверенностью сказать, что это не человек, а машина для убийства. Интересно, какая у него цель? Зачем стремиться быть таким сильным? Ведь сила нужна не просто так. Что же он защищает? Свою гордость? Да, этого в нём хоть отбавляй.

После того раза, случаи драк с Хибари становились всё чаще. Это было в школе и около неё. Было много смельчаков, кто хотел согнуть этого парня и прославиться среди городских якудза. Каждый раз, когда на поле битвы выходил Кёя, остальные члены Дисциплинарного Комитета отходили в сторону и наблюдали. Ну… так выглядело, потому что потом выяснилось, что они в тайне от Главы делали на него ставки.

— Три, — произнёс негромко один из парней.

— Два, — парировал кто-то другой, на той же тональности.

Я не сразу могла понять, о чём это они? Что это? Ставка? Цена? Минуты? Мысли путались, и я терялась в догадках, пока однажды не увидела результат. Хибари победил противника, применив на нём всего два удара. Когда это произошло, тот кто говорил «два», радостно хихикнул, и ему весь коллектив отсчитывал несколько крупных купюр. Члены Дисциплинарного Комитета делали ставки не на то, победил ли Хибари или нет, а на то, за сколько ударов он одолеет противника. Сомнений в том, что победа будет за Кёей, даже не было.

Эта игра мне показалась интересной. Жуткой, но интересной. Если посудить, то драки Комитета с кем-либо были единственным развлечением. Читать, когда все находились в кабинете, я не могла. Да мне просто не давали. Каждый знал, что я ненадолго. Глава получит то, что хочет, и все дружно помашут мне ладошкой, подарив пенделя напоследок. Оценив все за и против, я решила присоединиться к этой игре. А что я теряю? Насмешек меньше не будет, а так хоть развлекусь.

На горизонте появился новый противник. Не знаю, кто это, но он был довольно жилистым и подвижным. Ростом не выше Кёи, короткие дреды торчали в разные стороны, а розовая гавайская рубашка была на несколько размеров больше, поэтому практически полностью скрывала верхнюю часть туловища.

— Один, — произнёс кто-то из членов Комитета.

— Два, — бросил другой. Остальные стали лишь распределяться между двумя вариантами. В итоге, когда всё разделились на «один» и «два», я произнесла:

— Три, — все покосились на меня, как на сумасшедшую, которая случайно наступила в грязь. Кто-то фыркнул и решил даже не обращать на это внимание, кто-то усмехнулся, мол, чего это я так много даю их великому Главе? А кто-то просто прыснул гневно «Заткнись, мелкая!» и продолжил следить за боем.

Я молчала и делала вид, что ничего из этого не расслышала. Также присела с краю на подоконник и, смотря в окно, следила, как Хибари Кёя сражается с незнакомцем внутри школьного двора. Время было уже под вечер, поэтому учеников не было. Школа пуста, если не считать Дисциплинарный Комитет. По идее, мы тоже могли уходить, но как пропустить драку Главы?

По сути, те, кто говорил, что Хибари справится с противником за два удара — правы. Но они не учитывали тот факт, что у незнакомца припрятан туз в рукаве, а именно нож за спиной. Его не видно из-за одежды, однако осанка парня и то, как он двигается, выдаёт себя. Нож довольно крупный. Лезвие как минимум составляет тридцать сантиметров. Оно плотно прилегает к телу, но чтобы самому не порезаться, парню приходится двигаться аккуратно и вечно выпрямляться, иначе остриё впивается либо в одежду, либо в тело.

И вот Хибари атакует. Уверена, что он тоже заметил оружие, так как первым ударом Кёи был именно по руке с ножом, направленным ему в лицо. Второй удар был намечен тонфой по голове и, наконец, третий удар — в грудь с ноги. После такого противник лежал на земле в бессознательном состоянии в позе звезды.

— Три… — произнёс кто-то из членов Комитета, несколько обескураженным тем фактом, что я дала правильный ответ. Правда, на этом всё.

Дали ли мне призовые деньги? Нет. Об этом вообще старались не говорить. Просто изредка косились в сторону, бубня себе что-то под нос в стиле: «Просто повезло». Но через некоторое время это повторилось. Я вновь дала точный ответ, чем не на шутку злила и беспокоила парней. Кто-то стал даже поговаривать, что я вижу будущее или что-то в этом роде. Бред, в общем…

Особенно они были в шоке, когда противник Хибари был огромный мускулистый мужик три метра ростом. Эта гора мышц так орала, что школьные стёкла на первых этажах задрожали. Ощущалось, словно на парня движется гора. Зрелище не для слабонервных.

— Три, — уверено произнёс один из парней.

— Пять, — бросил кто-то другой, после чего многие покосились на меня. Ставки теперь решили делать, учитывая и моё мнение, что не много, не мало, а очень даже важно.

— Один, — спокойно сказала я без капли сомнений. Среди ребят проскочил смешок.

— Мелкая, мы, конечно, все уважаем Главу, но тут уж будь реалистом, — произнёс один из Элвисов, что стоял рядом со мной.

— Один, — повторила свой вердикт, игнорируя раздражающий шёпот членов Дисциплинарного Комитета.

Как говорится, чем больше шкаф, тем громче падает. От наличия мышц ничего не зависит. Он медлителен — это раз. И совершенно недооценивает Хибари — это два. Кёя никогда не станет сочувствовать противнику. Будь то мужчина, женщина или ребёнок. И если я права…

Противник сорвался с места и оглушающим рёвом помчался на Кёю. Парень не сдвинулся с места, но в тот самый момент, когда мужик был уже близок к добыче, Глава упал на колени и со всей силы ударил тонфой противника между ног. Мне казалось, я даже слышала лёгкий хруст.

— Ой! — ахнули все участники Комитета, рефлекторно сложив ладони на своём хозяйстве.

Голос громилы с низкого «До», поднялся до высокой «Си», а после и вовсе охрип. Теперь он просто лежал на земле и плакал. Дальше мне стало не интересно и, спрыгнув с подоконника, вернулась на свой диванчик, продолжая чтение книги. Именно в этот момент что-то изменилось в Комитете. Не знаю, что именно, но парни перестали меня намерено задирать. Нет, они до сих пор относились ко мне как к насекомому, оскорбляли и кричали каждый раз, когда я кому-то попадалась под ноги, однако, больше не трогали. Кричали, оскорбляли, но не прикасались. Более того, Тетсуя Кусакабе, правая рука Хибари Кёя, в тот день первым подошёл ко мне и, вытащив из кошелька купюру в пять тысяч иен, положил её мне на книгу, ничего при этом не сказав.

Можно было вернуть деньги и, гордо подняв подбородок сказать, что они мне не нужны, но это было бы самым глупым поступком. Ведь, по сути, это были не деньги, а признание того, что отныне я «реальна».

Время шло, и приближалось время, которое я старалась избежать всеми своими силами, а именно — общие соревнования. И это относится не только к физическим видам спорта и различным клубам, но и к обычным урокам. Это было безумие. Как член Дисциплинарного Комитета, я могла не посещать большинство уроков, а просто под конец семестра сдать все контрольные и тесты, получив общий балл. Но вот учителя на это имели свои планы. Все прекрасно знали мои способности и теперь пытались перетащить всеми правдами и не правдами на свою сторону. Математик так вообще рехнулся. Решил заинтересовать меня тем, что оделся в костюм Альберта Эйнштейна и с высунутым языком гнался за мной по коридорам школы. И это учитывая, что Альберт Эйнштейн физик-теоретик!

Эх, я думала, что за последние несколько месяцев, успела повидать многое, но к этому меня жизнь явно не готовила. Взрослый мужик с растрепанными в разные стороны волосами, покрашенными в белый цвет. Почему-то наш математик был уверен, что с Эйнштейном у меня много общего.

— Дар-сан, не убегай! — смеясь, кричал учитель, преследуя меня. — Наука — это весело! Наука — это хорошо!

— Сенсей, не бегите за мной! — отзывалась я, вспоминая старые добрые деньки, когда за мной гналась стая животных.

— А ты остановись, и не буду бежать, — не отставал учитель. — Твоё место в математическом кружке, давай же, Дар-сан! Соглашайся!

— Отказываюсь! — кричала я, ускоряя бег и забираясь на второй этаж.

На какой-то момент мне удалось оторваться, но преследующие шаги всё ещё было слышно, так что пришлось импровизировать. Каким-то чудом я добежала до кабинета Дисциплинарного Комитета и без стука ворвалась внутрь. На месте как обычно сидел Хибари. Вообще-то он не замечает меня, когда я прихожу, и не замечает, когда здороваюсь с ним, поэтому на этот раз просто вбежала в помещение и стала энергично осматриваться. Нужно спрятаться, но куда? Первая мысль — под стол к Хибари, да вот только она тут же была вышвырнута здравым рассудком. Вторая — в шкаф, но и эта идея показалась мне глупой. Он под завязку забит одеждой и… оружием. Третья мысль — диван. Да-да, мой старенький диванчик, на который даже моль стыдится сесть. Весь дряблый, с дырками и грязными не стирающими маслянистыми пятнами.

Я побежала к нему и одним рывком подняла вверх сиденье. Как и ожидалось, там имелось небольшое пространство. Не обращая внимание на огромный слой пыли, прыгнула туда, прикрыв сверху сиденья. Теперь меня словно и нет. Если не считать того факта, что за этим всем следит слегка удивленный Хибари Кёя. Но у нас что-то вроде договоренности — ты не видишь меня, я не вижу тебя. Так и живём. Надеюсь, и на этот раз не подведёт.

Дверь в кабинет открылась. Через небольшую щель в диване я могла видеть за тем, кто зашёл в кабинет. Естественно, это был шизик-математик.

— Добрый день, Хибари-сан, — начал мужчина, осматривая комнату по сторонам. — А вы тут…

— Я тут, что? — строго спросил парень, придав своему голосу слегка угрожающее звучание.

— Эм… — учитель занервничал. — Нет, ничего. Хах, простите, Хибари-сан. Всего доброго, — мужчина вновь осмотрелся, но поняв, что тут меня не найти, вышёл из кабинета. Наконец-то удалось от него отделаться.

Вновь подняла сиденье, медленно выбираясь оттуда. М-да… Пыли тут хватило бы на то, чтобы картошку разводить. Похоже, последний раз тут прибирались ещё во времена фараонов. Вся форма стала выглядеть просто ужасно, но зато отделалась от назойливого учителя. Во всяком случае, пока.

— И что это было? — прозвучал вопрос со стороны Кёи. Так и хотелось с иронией спросить: «О! Ты меня видишь?», но как-то было не до смеха, поэтому, сметая паутину с головы, сказала:

— Просто кто-то не понимает слова «нет».

— Если кто-то не понимает, нужно просто его вбить, — усмехнулся парень, облокачиваясь на спинку кресла.

— Я — пацифист, — спокойно произнесла, выпрямившись в полный рост. — И ваши методы, Хибари-сан, мне не понятны.

— Хех, иного от бесполезного травоядного я и не ожидал, — с неким пренебрежением бросил парень. — Строишь из себя ангела, но знай, такие долго не живут.

Я проигнорировала слова Кёи. Сегодня он на удивление разговорчив. Хорошее настроение? Хотя, возможно, общий энтузиазм школы Намимори перед соревнованиями и его ухватил. Все готовятся и тренируются. Нет ни одного ученика, который где-нибудь не записан участником. Хотя нет, есть — я! Моё единственное желание вообще в этом не участвовать. Волнения, переживания, соперничество… У-у-ух, нет, не хочу! Лучше буду болельщиком.

Знаю, что Ямамото хотел записаться на бег в сто метров. В принципе, он быстро бегает, и уверена, что у Такеши всё получится. Гокудера и Тсуна тоже куда-то успели записаться, правда, не знаю куда. Кстати говоря, ведь чтобы в чём-то участвовать, необходимо письменное разрешение родителей. А то мало ли что произойдёт. Но я в любом случае участвовать не смогу, так как мои родные хрен знает где. Значит, беспокоиться не о чем.

— Чаосс! — помяни чёрта!

— Реборн?! — ахнула я, поворачиваясь в сторону открытого окна, где на подоконнике стоял малыш с хамелеоном в руке.

— О! Наконец-то… — произнёс Хибари, вскакивая с места и направляясь в сторону Реборна, доставая тонфы на ходу.

— Извини, Хибари, но я не намерен с тобой сегодня драться, — тут же пояснил ситуацию малыш и на моё удивление Кёя сложил оружие.

— Хм, — повернулся он спиной. — Тогда проваливай.

— Одну минуту, — Реборн спрыгнул с подоконника и подошёл ко мне, протягивая небольшой сложенный вдвое листок. — Это тебе.

— Что там? — я так давно не видела Реборна, что была готова к чему угодно, но не к тому, что это окажется всего лишь список того, куда умудрился меня записать этот узурпатор.

— Реборн! — повысила я голос. — Что за ерунда? Ты не можешь меня вписывать без моего же согласия! И что это за «Бег с препятствиями»? Я отказываюсь!

— Я могу вписывать тебя туда, куда пожелаю, — усмехнулся малыш. — Я всё ещё твой опекун, не забыла? — после этих слов, я скрепя зубами постаралась в эту же секунду не наброситься на малыша. Во-первых, это не мой метод. Во-вторых, бессмысленно, так как он сильнее.

— Хорошо, — согласилась я. — Но предыдущая наша сделка выполнена? — указала на предплечье, где красовалась повязка Дисциплинарного Комитета. — Я могу вернуться к своей обычной жизни?

— А! На счёт этого… — малыш задумался, а Хибари тем временем остановился и молча наблюдал за нами, косясь через плечо. — Я бы, конечно, хотел, чтобы ты побыла тут ещё месяц, но думаю, ты видела достаточно. Поэтому да, возвращайся к жизни обычной школьницы, — и тут мрачно усмехнулся. — Если получится, хе-хе-хе…

— Что? — не поняла я, но Реборн уже ускакал обратно в окно, сделав из своего хамелеона небольшой летательный аппарат. Вот почему я не люблю детей. Особенно, таких, как он! — Я с ним с ума сойду, — вздохнула я, потирая переносицу. — Ладно… — повернулась к Хибари Кёе. — Хибари-сан, думаю, что…

Неожиданно парень оказался прямо передо мной мрачнее грозовой тучи. Всё хорошее настроение, что было ранее, в момент исчезло. Он рывком выхватил у меня бумажку, которую передал Реборн, из рук и заглянул внутрь. Пара секунд на прочтение, после вернул её мне обратно, швырнув через плечо.

— Идёшь, как представитель Дисциплинарного Комитета, — холодно произнёс Кёя. — Только попробуй хоть где-то проиграть, травоядное, — опять этот наполненный злости взгляд. — Забью до смерти.

— Подождите, — начала я, подняв раскрытые ладони. — Хибари-сан, вы же сами всё слышали. Я больше не хочу быть членом Дисциплинарного Ком… — рядом с ухом что-то просвистело, врезавшись в белёную стенку за спиной. Как оказалось, это была тонфа. Всего на один сантиметр в сторону и я, можно сказать, без половины головы. В этот момент я почти поседела. Ах, да… я ведь и так седая.

— Что ты там сказала? — голос был до ужаса спокоен и холоден. Словно мы тут с ним чаи гоняем. В то время как поступки говорят совершенно об ином. Пора признать, что рядом с этим человеком инстинкт самосохранения срабатывает не всегда, но логика-то работает.

— Говорю, что выложусь на полную, Хибари-сан! — заулыбалась я, сжимая листок со списком соревнований. — Всё ради Дисциплинарного Комитета!

Хибари промолчал, показывая своим видом, что этим ответом он доволен. И на что я рассчитывала? Теперь понятно, почему Реборн так странно засмеялся в конце. Если я уйду из Комитета, то Кёя потеряет свою возможность сразиться с малышом. Во всяком случае, всё сейчас выглядит именно так. Да и если я уйду, то уверена, парень будет чувствовать себя… использованным? Он скорее меня живьём сожрёт, нежели позволит усомниться в своей гордости.

Дело — дрянь.

А дальше только хуже.

Глава 7. Соревнования

— «АБСОЛЮТНАЯ ВОЛЯ К ПОБЕДЕ!!!» — ЭТО ДЕВИЗ НАШЕЙ КОМАНДЫ «А» НА СОРЕВНОВАНИЯХ!!! — орал с трибуны парень шестнадцати лет со светло-пепельными короткими волосами, похожими на мои и Хаято.

По его мускулистому торсу и перемотанными бинтами рукам мне стало ясно, что он скорей всего глава боксёрского клуба — Сасагава Рёхей. На левой брови имелся вертикальный тонкий шрам, а на носу сидел пластырь. Я узнала его по описаниям Киоко, младшей сестры Рёхея, и Тсуны, так как его недавно пытались затащить в клуб бокса.

Парень был просто невыносимо крикливым. Хоть мы и находились в небольшой аудитории, он кричал так, что я уверена, его слышали и в Китае. Но самое противное то, что от его избытка энергии хотелось вскочить и свалить отсюда. Вечно бодрый, вечно полон сил, вечно готов ко всему неожиданному. Бесит, одним словом.

Я его полная противоположность. Мне хотелось лечь спать и побыть в тишине. А голос этого старшеклассника буквально раздражал. Вот бы его кто-нибудь заткнул. Хм… Плохие мысли посещают мою голову.

— МЫ ОБЯЗАНЫ ПОБЕДИТЬ!!!

Плохие мысли, но они оправдывают себя.

За несколько дней до самих соревнований, школьников поделили на три команды — А, В и С. У каждой команды имелись свои цвета, плакаты и костюмы. Я, как и Тсуна, Гокудера, Ямамото, были в команде «А». Поэтому мы теперь все сидели за общим столом и слушали этот ор ненормального.

— Этот придурок меня достал, — фыркнул Гокудера, сидевший между мной и Тсуной.

— Что?! — охнул Тсуна, боясь, что его слова услышит Киока с задних парт. Она-то Рёхея сестра. И смотрит на своего старшего брата с восхищением.

— Да ладно тебе, — с улыбкой бросил Такеши.

— Он же может говорить потише? — не унимался Гокудера. — Надоел.

— Эй, Гокудера-кун! — шептал Тсуна, панически потея. — Нас ведь Киока-тян может услышать!!!

— Не думала, что скажу это, но Хаято прав, — вздохнула я. — У меня уже голова болит от его вечного крика. Он точно боксёр? Как по мне это Глава клуба «Заорём друг друга».

— Дар-тян! — уже рыдал Тсуна, не ожидавший от меня подобной реакции. Но вот моё сравнение Ямамото и Гокудере понравилось.

— Кстати, Дар, — обратил внимание Такеши, что сидел с другой стороны от меня. — Как у тебя дела в Дисциплинарном Комитете? Малыш сказал, что ты уже можешь уходить оттуда.

— Угу, «типа» могу, — усмехнулась я, недовольно скрестив руки на груди. — Как оказалось, там не всё так просто.

— А как там тебе вообще живётся? — поинтересовался застенчиво Савада.

— Как? — я задумалась. — Ну, это как играть в салки с дьяволом. Сначала, вроде, весело, а уже в следующее мгновение он жарит грешников, да и на тебя косо смотрит. Подбирает сковородку по размеру.

Парни тут же побелели, как мел, и в один голос произнесли:

— Сочувствую…

За последнее время все мы прекрасно успели понять, что если Реборн что-то сказал, то остальные следуют сказанному, иначе всё будет только хуже. Я вначале пыталась как-то обойти всё это стороной, но, в итоге, это равносильно тому, как если бы меня стало уносить сильным течением в водоворот. Чем сильнее сопротивляюсь, тем быстрее тону. Правильнее будет дождаться самого дна, чтобы в последний момент отскочить в сторону. И надеюсь, что у меня это получится. Ну… так мы с Тсуной себя утешаем каждый день.

Но я-то понятно, в какую дыру попала, а вот Саваду Реборн каждый день угрожает убить. В прямом смысле этого слова. Да хотя бы стоит вспомнить, сколько раз он в него стрелял.

— После того, как ты вступила в Дисциплинарный Комитет, про тебя столько слухов стало ходить, — улыбаясь, заметил Такеши. — Кто-то говорит, что проходя мимо твоего дома ночью, можно услышать, как работает бензопила.

— А? — удивилась я.

— Точно, — вздохнул Хаято. — Тоже это слышал. Мол, ты с виду довольно безобидная, но на самом деле убиваешь провинившихся школьников и прячешь их трупы.

— А?! — у меня аж глаза на лоб стали лезть.

— И именно по этой причине в твоем доме каждую ночь горит свет, — закончил историю Савада.

— М-да… ну и страшилки, — вздохнула я, опуская голову на стол. — Хотя… я их понимаю. Как ещё я могла вступить в ряды Демона Намимори? Вот всю ночь свет у меня горит лишь потому, что я не сплю. А звуки бензопилы… так это обычная стиральная машинка. Когда мне ещё стирать вещи и, в принципе, убираться, если целыми днями я провожу в школе?

— Стиральная машинка?! — ахнули парни.

— Ну, она у меня старой модели, — пожала я плечами. — От того и шумит. Порой даже может убежать из ванной в режиме «отжима». Хотя, возможно, для человека с хорошей фантазией такое зрелище ночью… хех, забавно.

— Ха-ха-ха! — засмеялся Такеши, хлопая меня по спине. — Хочу как-нибудь на это взглянуть.

— Пф, было бы на что… — устало фыркнула я. — В принципе, если тебя это веселит…

— Что ты там увидеть-то собрался посреди ночи?! — разгневался Хаято, смотря на Такеши. — И руки-то свои убери, бейсбольный идиот! — рыкнул парень, резко стряхнув с моего плеча ладонь Ямамото. — Не забывайся, чёрт бы тебя побрал!

— Ха-ха-ха, Гокудера, ты ведёшь себя, прям как старший брат Дар, — спокойно отреагировал на этот поступок бейсболист. — Но мы же друзья.

— Я — Правая Рука Десятого, — повысил голос Хаято. — И я слежу за тобой, «друг».

— Ох, да прекратите вы! — выл Савада. — Говорил же: всё совсем не так!

— А, забей, Тсуна, — вздохнула я. — Всё равно не услышат. В отличие от этого, — указала на Рёхея, который после приветственных и вдохновленных лозунгов, перешёл к основной цели нашего собрания.

— Главное событие этого года — «Удержись на столбе»! Выиграешь тут и будешь победителем всех соревнований.

— Удержись на столбе? — не понимал Гокудера.

— Первогодки просто помогают вторым и третьим классам, потому что они сильнее, — пояснил Савада, тем самым подчёркивая, что мы, как первогодки, не участвуем. Ура, можно лишний час вздремнуть.

— Обычно капитан команды участвует в этом мероприятии, — продолжал Рёхей. — То есть — я, — голос парня наконец-то стал спокойным, и его можно слушать. — НО Я ПРОТЕСТУЮ!!! — можно было, но не долго. — Я ХОЧУ СРАЖАТЬСЯ, КАК И ВСЕ, А НЕ ВЕСТИ КОМАНДУ!!! — м-да… парень явно задумал что-то неладное. Прям попой чую. — Не волнуйтесь, — вновь спокойный голос. — Я нашёл человека, который будет капитаном. И это… САВАДА ТСУНА ИЗ 1-А КЛАССА!!!

Ну вот вам и «здрасти». Так и знала, что что-то подобное случится. Гокудера и Ямамото радостно стали поздравлять Тсуну с таким выбором. Мол, это такая честь. Такое доверие оказано парню. Да и Хаято сразу стал поддакивать, что все и так поняли насколько Десятый крут. А вот я сидела и смотрела на то, как Савада готов разрыдаться от шока. Он не понимал, за что ему такое наказание.

— Те, кто «за», поднимают руки! — крикнул Рёхей и сам стал примером, подняв правую руку над головой. — Мы решим этот вопрос открытым голосованием! — естественно, никто не желал видеть своим капитаном первогодку, но боксёр так просто сдаваться не желал. — РУКИ ПОДНЯЛИ, Я СКАЗАЛ!!! — это звучало уже как угроза.

— А ну-ка, — гневно произнёс Хаято, поворачиваясь в сторону сидящих в аудитории школьников. — Кто в нашем классе против? — ещё одна угроза.

В итоге, трусов оказалось больше, чем людей со здравым рассудком, и большинство поддержало сей напор. Отныне Савада Тсунаёши — капитан команды в игре «Удержись на столбе».

— Дар! — выл парень, панически дрожа. Ясное дело, что как только у него проблемы, он сразу вспоминает, что у него же, вроде как, есть «Советник». И я такая как рыцарь в сияющих доспехах прибегаю к нему и выручаю из всех проблем. Верно? — Что мне делать?

— Снимать штаны и бегать, — тут же ответила я. — И в твоём случае это не шутка.

— Хи-и-и… — протянул парень, хватаясь за голову. Вот так вот. Видно, кому-то всё-таки придётся умереть.

Солнце уже давно заходило за горизонт, когда я только-только начала собираться домой. Сил не было совершенно, а ведь надо ещё и в магазин заглянуть, купить домой хозяйственные товары, да и перекусить что-нибудь на ночь. Мои любимые шоколадные палочки всегда необходимо пополнять, а то будет плохо. Причём всем. Хм, а может печенье взять? Тот магазинчик за мостом, что недавно открылся, довольно интересный. Да и сладости там всегда свежие.

Ох, и выматывает это вечное напряжение в Дисциплинарном Комитете. Нет, мы вновь вернулись к исходному положению, а именно — я призрак. Меня не слышно, не видно. Даже когда я сижу на своём диванчике и звонко чавкаю. А чего бы нет? Я же травоядное! А травоядные, что делают? Жрут! Но правда меня это периодически раздражает. Чувствую себя вещью. Скука смертная. И зачем я только таблетки Доктора Шамала ем? Приходила бы туда, да и высыпалась. Может в следующий раз так и сделаю. А то книги с собой таскала. Иногда мангу… Музыку слушала. В то время как Хибари Кёя всё больше и больше походит на робота. Единственное, что его заставляет хоть на мгновение улыбнуться, это очередной достойный противник. Вот и всё!

Кругозор у этого парня действительно узок. Хотя иногда видела у него на столе книги с классической японской литературой. Предпочитает традиции? Ну да, сколько раз он мне повторял — «Ты в Японии, травоядное! Поэтому обращайся ко мне как полагается… бла-бла… Хибари-сан». Эх, скучный тип. И почему мне приходится большую часть дня пялиться именно на его унылую рожу? Вот бы это был Ямамото…

Кажется, я ему нравлюсь. Ещё трудно судить, вполне возможно, что он относится так ко мне, потому что я его часто выручаю на контрольных, и вообще. А может просто хочет позлить Гокудеру, так как, видно, поведение агрессивного паренька его безумно веселит. Хотя есть и такое, что Такеши просто признателен мне за тот поступок, когда я его выручила на крыше. Мы ни разу так и не обсудили тот день. Словно его и не было. Хотя это немного странно.

Сам по себе Такеши интересный парень. Много фанаток, да и фанаты имеются. Лично видела. Но вот то, что он совершенно не видит реальности и воспринимает всё, как игру… немного сбивает с толку. Иногда это умиляет, но иногда ему так двинуть хочется, чтобы как в компьютерной игре «+500 к просветлению». Хотя повторюсь, кажется, я забегаю наперёд.

Одно понять не могу, чего Хаято меня так терпеть не может? В начале, ещё ладно. Недоверие, не знание друг друга, осторожность. Это всё естественные элементы, которые только приветствуются в том мире, из которого он прибыл. Но я-то иная. Обычная, скажем так. Да, немного умнее остальных, но и его дураком назвать трудно. Парень соображает во многих вещах лучше всех моих знакомых вместе взятых. Но меня он не переваривает. Хотя порой защищает и соглашается с моим мнением. Это всё из-за Тсуны? Да, скорей всего, так и есть, но порой это доходит до фанатизма. Даже немного жутко. Интересно, а если ему предложат стать женой Десятого, то что он скажет? Откажется или со смущением скажет что-то в стиле «Ради тебя, Десятый, я готов на что угодно!»?

Пхе-хе-хе, это было бы забавно. В моём случае, так вообще идеально. И волки сыты и овцы живы. Надо будет подбросить такую идейку Реборну… хотя нет. Опять разозлится и выкрутит всё так, что я опять получу по макушке и окажусь в ещё большей заднице. Только-только адаптировалась к нынешним условиям. Что этому мелкому может ещё придти в голову? Страшно…

Нет, в этом определёно есть плюсы. Во-первых, я могу прогуливать уроки, и меня за это никто наказывать не будет. Во-вторых, меня в последнее время никто, в принципе, не трогает. Одноклассники обходят стороной, а порой и даже в городе, при виде красной повязки на плече, стараются держаться подальше. В-третьих, могу делать то, что хочу. Я — призрак, а призракам многое дозволено. Главное — не шуми слишком сильно и не трогай чужие вещи. Как-то раз при мне Кёя избил одного из своих подчиненных за то, что тот перепутал местами какие-то документы или книги. Ненормальный…

Правда возникает такое чувство, словно… что-то должно вот-вот нагрянуть, и все мы находимся в неком режиме ожидания. Напрягает.

— Залезай, Савада! — услышала я мужской крик со стороны речки, когда переходила мост. Посмотрев на источник звука, увидела Тсуну, Такеши, Хаято, Рёхея и Реборна, поддерживающих огромный деревянный столб. Что это? Тренировка перед завтрашними соревнованиями?

Понять о чём там парни говорят, невозможно, но ясно одно — все просят Тсуну залезть на столб, и попытаться удержаться на нём. Хм, а Тсуна сможет? Как по мне — нет. Да и он явно не горит желанием лезть куда-то. Отнекивается и подбирает слова, чтобы отказаться.

— ПРЕКРАТИ ЖАЛЕТЬ СЕБЯ, САВАДА!!! — проорал Рёхей, да таким голосом, что мост задрожал. — ВСЁ ДЕЛО В ТВОЁМ ДУХЕ! КАРАБКАЙСЯ СИЛОЙ СВОЕГО ДУХА!!!

Ох, этот парень… что за человек? Сасагава Рёхей — человек-цитата. Начитался каких-нибудь боевых лозунгов с плакатов, а теперь только ими и разговаривает. Может подойти поближе и поздороваться?

— Йо, парни, — крикнула я, спускаясь к речке.

— Чаосс! — поприветствовал первым Реборн. — Ты уже с Дисциплинарного Комитета? Сегодня рано закончили.

— Рано? — удивилась я. — Да на улице темнеет уже! А вы, я смотрю, тренируетесь… — взглянула на деревянный столб, что держали парни. — Высоко…

— О! Я тебя знаю! — неожиданно проорал брат Киоко, схватив меня мощными руками за плечи. — Ты Серра Дарья, так? Мне про тебя Киоко рассказывала.

— Эм… ну… она про тебя тоже говорила, — неуверенно улыбнулась.

— Также я видел твои экстремальные тренировки по утрам! Это было экстремально круто!!!

— Тренировки? По утрам? — не сразу вникла в суть разговора. И тут до меня дошло. Он про те «славные» деньки, когда я по всему городу убегала от гигантской стаи собак. — Это не тренировки, это выживание.

— И звучит круто! — э? он меня вообще слышал? — Поэтому и решил позвать тебя в клуб бокса! Хоть и девушка, да и выглядишь так, словно умрёшь на третий день, но твой боевой дух мне по нраву!

— Э?! — вырвалось у меня, и это «э» тут же подхватили все остальные, кроме Реборна, что лишь стоял в стороне, с шляпой в форме головы слона и улыбался. — Вынуждена отказаться.

— ЧТО?! ПОЧЕМУ?! — от его гортанного крика у меня чуть все волосы ветром не снесло.

— Времени нет, — пояснила я, указывая на своё предплечье, где красовалась красно-оранжевая повязка Дисциплинарного Комитета.

— А? Хибари Кёя мой одноклассник! — не сдавался парень. — Я с ним договорюсь! Как мужчина с мужчиной! Уверен, он меня экстремально поймёт!

— Эй, придурок! — фыркнул Гокудера, пихнув боксёра ногой. — Будешь нести чушь, я побью тебя, газон на ножках! Говорят «нет», значит «нет».

— Побьёшь? — усмехнулся Рёхей, поворачиваясь в сторону Хаято. — Ну попробуй, осьминог!

— Я УБЬЮ ТЕБЯ!!! — вспылил тут же парень, прекрасно понимая, что придираются к его нестандартной причёске.

— Ну-ну, — смеялся Ямамото, тут же удерживая своего друга.

— Не надо, Гокудера-кун!!! — молил его Тсуна, но эти двое друг друга явно невзлюбили.

— Ребят, если вы собираетесь участвовать в одной команде, то для начала стоит объединиться, — предложила я. — Мне, конечно, всё равно, но вы, вроде, хотите выиграть.

Ага, так они меня и послушали. Аж два раза послушали. Сначала один раз, потом подумали и второй раз. Да я для них словно воздух! Хоть в стихотворной форме им советы давай, при этом отплясывай танец — всё равно. Кто я? Правильно — пустое место.

— Согласен с тобой, — неожиданно сказал Реборн, делая из своего хамелеона Леона пистолет. — Но нужно действовать вот так! — малыш выстрелил Тсуне в голову.

— РЕБОРН!!! — взревел Савада в одних трусах и с пламенем на лбу. — Забраться на столб силой моего предсмертного желания! Оп! Оп! Оп! — Тсуна в прямом смысле запрыгал на деревянном столбе, как маленькая обезьянка. — СДЕЛАНО!!!

— Молодец! — похвалил его Такеши.

— Круто! — восхитился Хаято.

— Я же говорю, у него талант! — заключил Рёхей. — Видите, какой у него дух?!

Я решила помочь немного и тоже подошла к столбу, придерживая его с четвёртой стороны. Таким образом, слева от меня стоял Гокудера, а справа — Сасагава. Хаято решил немного успокоиться и, чтобы заглушить нервы, достал зажигалку и сигарету, тихонько прикуривая в стороне, но это заметил Рёхей.

— ПРЕКРАТИ НЕМЕДЛЕННО!!! — взревел он, давая Хаято смачную пощёчину, чтобы тот выплюнул сигарету и выбросил зажигалку. Но, в итоге, получилась так, что сигарета теперь торчала у меня изо рта, а зажигалка была во рту у Такеши. Мы оба с недоумением переглянулись.

— Нет, я, конечно, всё понимаю, — усмехнулась, выплёвывая сигарету. — Дали даме прикурить, но вот только… тьфу… не моё это.

— Тьфу! Ха-ха-ха! — смеялся Такеши. — А брат Сасагавы Киоко — забавный.

— Ты… — шипел Гокудера, смотря на Сасагаву. — Ты вообще понимаешь, что творишь?

— ТВОЯ СИГАРЕТА ОПАСНА ДЛЯ МОЕГО ЗДОРОВЬЯ!!! — проорал Рёхей.

— А для меня опасен твой голос, — бросила я, пытаясь понять, в порядки ли мои ушные перепонки. — Можешь не кричать так? Мы не глухие. Во всяком случае, пока…

— Это все тот идиот из Дисциплинарного Комитета, — бубнил Хаято, начиная закипать подобно чайнику. — Теперь каждая шавка так и норовит отобрать мою сигарету, — парень отскочил в сторону, всовывая в рот сразу десять сигарет и, ко всему прочему, достал динамит. — НЕ БУДУ БОЛЬШЕ СДЕРЖИВАТЬСЯ!!! ОТПРАВЛЮ ТЕБЯ НА ТОТ СВЕТ ПРЯМЫМ РЕЙСОМ!

— Забавно, — усмехнулся Рёхей, также отбегая в сторону и сжимая кулаки перед собой. — Я готов!

— Ой-ёй! — охнула, когда поняла, что столб я и Такеши удержать не можем.

— Эй! Парни! — крикнул Ямамото, также почувствовав неладное. — Столб-то держите!

Чтобы Гокудера кого-нибудь услышал в момент ярости? Да скорее север с югом поменяются полюсами. Прогремел динамит, и меня откинуло в сторону небольшой взрывной волной. Может быть, всё обошлось, если бы эти два идиота не стояли так близко. Оставшись один, Ямамото не смог держать столб, но постарался смягчить падение Тсуны и наклонил его в реку.

— Извини, Тсуна, — бросил бейсболист. — Но тебе придётся упасть.

Только когда послышался звонкий «БУЛЬТЫХ», Гокудера и Сасагава оторвались от драки и поняли, что только что потеряли своего капитана.

— Десятый!!!

Во время соревнований отменили все занятия в школе. Все были одеты в спортивные формы цветов принадлежащих их командам. Девчонки не переставали выкрикивать вдохновляющие лозунги, стараясь поддержать своих ребят и перекричать соперников. Многие игры проходили параллельно друг другу для того, чтобы не тянуть с временем. Но в беге с препятствиями первыми бежали парни. Там как раз и участвовал Ямамото.

Хотелось крикнуть и подержать друга, но за меня это делали наши болельщицы. Мой голос просто бы утонул в этом шуме. Да и тем более мне самой было чем заняться, ведь после парней бегут девушки. Необходимо размяться. Тсуна и Хаято тоже участвовали в различных видах играх. И всё бы ничего, но зачем они с собой «болельщиков» привели? А именно: мама Тсуны, Хару, Бьянки и мелкий Ламбо, который уже во всю меня доставал.

— Дар, поиграй с Ламбо-саном! А тебе нравится виноград? Ламбо-сан любит виноград! Кто ты? Ламбо! Кто я? Ламбо! — и вот это вопило над моим ухом всё то время пока разминалась. Честно, я старалась не обращать на него внимание. Делать вид, что его не существует. Просто уходить в другую сторону и даже не разговаривать с мальчиком, но нет. Он всюду преследовал меня.

Странная вещь. Меня зачастую не замечают ровесники и люди старше меня, но вот дети и животные… словно с ума сходят. И ведь пока не убежишь — не отцепятся. Стоит мне нагнуться и разминать ноги, как этот малыш запрыгивал мне на спину и кричал: «Но! Лошадка!». Стоило разминать плечи и спину, как Ламбо смеялся и старался подражать, говоря, что мы танцуем. Савада Нана, смотря на это, только умилялась.

— Ну и ну, Дар, — с улыбкой вздохнула она. — Тебя так любят дети. Думаю, в будущем, ты будешь отличной мамой.

— Ну уж нет, — фыркнула я. — Мне этого «добра» не надо.

— Ой, да ладно, — махнула женщина рукой. — Все мы пока молодые так говорили, а потом влюбишься, выйдешь замуж…

— Ага, — усмехнулась я, смотря на Тсуну. — Мне, вроде как, и жениха подобрали…

— Ох, ну видишь как всё хорошо! — смеялась женщина, хлопая в ладоши. — Вот бы и Тсуне также повезло…

То, что эта женщина вообще ничего не знает о мире мафии, я убедилась в первый же день знакомства. Но то, что под её крышей живёт как минимум три киллера, и она этого не видит — несколько удивляет. Святая Наивность — именно это описание идеально подходит Саваде Нане.

— ДАР! — вопил Ламбо, привлекая к себе внимание. — ПОИГРАЙ С ЛАМБО-САНОМ!!! — от этого вопля на нас стали оглядываться остальные школьники. Казалось, что я мучаю ребёнка. Уже чувствую этот укоризненный взгляд.

— Тише-тише! — воскликнула я, садясь перед малышом на корточки. Ламбо тут же замолчал. Это был первый раз, когда я напрямую к нему обратилась. — Ламбо, я не могу сейчас с тобой поиграть. Мне необходимо участвовать в соревнованиях.

— Соревнованиях? — мальчик склонил непонятливо голову набок. — Ламбо-сан тоже хочет участвовать в соревнованиях!

— Боюсь, не получится, — пожала плечами. — Ты ещё ребёнок и не учишься в этой школе. Нельзя.

— Что?! — похоже, слово «нельзя», для малыша звучало, как приговор.

Прозвучал сигнал того, что бег с препятствиями для парней закончен. Победителем стал Ямамото Такеши. Все тут же побежали поздравлять парня, окружив его со всех сторон. Причём там были как ребята из нашей команды, так из команд противников. Что поделать, Такеши популярен.

Пришло время для женского забега. На мне были короткие шорты и майка чёрного цвета с эмблемой нашей команды на груди. Учитывая контраст цветов, я действительно выглядела, как мертвец и прекрасно осознаю это. Солнце я не люблю и стараюсь, в принципе, не загорать. От этого кожа вечно белая как мел, а учитывая, что у меня ещё и белые волосы… эх… ладно. Чего уж там? Такой вот я получилась. Правда если сравнивать с профессиональными бегуньями, что тут же встали по бокам от меня, то выяснилось, что я ещё и дохлая.

Девушки из противоположных команд были фигуристыми, спортивными, с рельефными мышцами, которым позавидовала любая кинозвезда. Так ещё и высокие, как бейсболистки. Уверена, что если хоть одна из них ударит меня с ноги, то… на этом моя чудесная история подойдёт к концу.

— На старт! — все встали на свои места. — Внимание! — я почувствовала, что нахожусь посреди разгневанных быков. — МАРШ!!!

И тут я ничего не увидела. Вообще ничего. Пыль поднялась настолько сильно, что я даже своего носа разглядеть не могла. А эти бегуньи настроены серьёзно. Даже немного жутко. Но ведь главное не победа, а участие, верно? Поэтому спокойным прогулочным бегом, я поплелась в самом конце, что вызвало волну негодования со стороны моей команды.

— Что она делает? Шевели ногами, Каспер! Прибавь ходу! Не отставай! Да моя бабуля в девяносто лет и то быстрее бегает! — и это только цветочки. — Она точно из Дисциплинарного Комитета? Хилая, как насекомое! Пошевеливайся! Что в ней вообще особенного? Страшная и слабая. Быстрей!!!

Эх, и так проходят мои лучшие школьные годы? Да ладно… Можно было вообще не появляться. Собственная команда смотрит на меня так, словно я перехожу на сторону зла. Ускорила бег, но только для того, чтобы не слышать эти выкрики в свой адрес. В то время как спереди между соперницами шла нешуточная битва. Ни одна не желала уступать. Более того, они перешли к серьёзным методам борьбы, а именно подставлять друг друга. Чёрт, я, конечно, им не соперник, но прекрасно знаю, это не спортивно. Нельзя быть настолько жадной на победу. Это всего лишь игра.

— Гав! — услышала я голос Ямамото, что бежал со стороны зрителей и кричал мне в след. — Гав! Гав! — что этот бейсболист пытается сделать? Он ведь прекрасно знает, что я боюсь животных и… стоп, да вы шутите?! Он таким методом решил ускорить меня? Серьёзно?! И кто ему эту идею подал? О! Вижу-вижу… Реборн как раз сидел на плече парня.

Я улыбнулась ему, как бы благодаря, за то, что он предпринял хоть и глупую, но попытку помочь мне, однако в следующую секунду услышала такой рёв, что мои инстинкты разом перешли в режим «ВКЛ».

— ВО ИМЯ ЭКСТРИМА!!! ГА-А-АВ!!!

Вот честно, я и так готова была в любой момент, когда Рёхей орёт, богу душу отдать, а тут ещё и гавканье. В общем, ноги сами меня понесли вперёд в ускоренном темпе. Наша команда быстро въехала, что этот «дурдом на ножках» действует, и стали повторять за своим семпаем. Теперь же на меня гавкала вся команда «А».

Головой я понимала, что это всего лишь люди. Нужно очнуться и перестать им подыгрывать, но сумасшедшее биение сердца отказывалось признавать реальность. В сознании возникали образы, как я каждое утро убегала от объединённой стаи домашних животных. Особенно вспоминались волкодавы, чему очень сопутствовал крик Сасагавы Рёхея.

Сама не знаю, как это произошло, но я обогнала девчонок. Да, мать вашу! Я это сделала! Перепрыгивала через препятствия и бежала, как говорится, с ветерком. Даже щёки и веки немного выворачивались наизнанку. Правда, стоило мне добраться до финиша, как лай прекратился, и все громогласно закричали «УРА!». А вот я… я просто потной лужицей скатилась на землю, моля всех, кого вспомню, хотя бы подать каплю воды. Язык готов был отвалиться и превратиться в сушёную губку.

— Молодец, Каспер! — услышала я голос Рёхея, что схватил меня за руку и силой поднял с земли.

— От тебя я этого прозвища слышать не желаю… — грозно бросила я ему, смотря на светлые волосы парня, но Сасагава меня вообще не слушал.

— ХА-ХА-ХА! ЭТО БЫЛО ЭКСТРЕМАЛЬНО КРУТО!!! — почувствовала, как парень ободряюще хлопнул меня по плечу, и мне показалась, что в какой-то момент вместе с хлопком он выбил из меня остатки жизни. Прям, как из коврика, что отряхивают дубинкой.

— Дар! Дар! — слышала голос, приближающегося сквозь толпу, Тсуны. — Ты как? — парень принёс небольшую бутылку воды. Ну, хоть кто-то понял, каково мне сейчас.

— Просто дайте мне умереть… прям тут… — вздохнула я, но под общий и дружный «Молодец! Так держать! Было круто!» меня услышал только Савада Тсуна, что сочувственно прошептал:

— Мне очень жаль. Держись.

Да. Ему было жаль, ведь следующим, кто принимал участие, был именно Тсуна. Правда, у него ничего не выходило нормально, и он оставался самым последним. Причём во всех соревнованиях. Меня же, не дав должным образом отдохнуть, повели к следующему виду пыток. Ну… я так думала. Оказалось это просто соревнование по игре в шахматы.

Тут всё было значительно проще. Я садилась за стол и забывала обо всём, наслаждаясь игрой. Никто не кричал и не вопил над ухом. Наоборот — требовали, чтобы наблюдатели соблюдали тишину. Вот только играть мне пришлось не просто со старшекурсниками и школьниками в целом, а с учительским составом. Они по очереди становились моими противниками, так как им кто-то сказал, если они меня выиграют, хотя бы в одной партии, я вступлю в клуб углубленного изучения их предмета. И кто же мог им сказать такую «приятную новость»?

— Реборн… — одними только губами прорычала я, понимая кому в принципе должна быть «благодарна» за всё это.

Сидеть за столом, это не бегать от стаи собак. Поэтому расслабившись и полностью сосредоточившись на шахматной доске, я постаралась отбросить все лишние мысли в сторону и вообще представить, что я — одна. Так проще и легче. Вот я и доска. Шахматные фигурки не двинутся с места, пока того не захочу. Нужно просто действовать.

Весь окружающий мир прекратил для меня существовать. А посторонние звуки сначала превратились в общий монотонный гул, а после и вовсе затихли. Мне было всё равно, кто мой противник. Мужчина, женщина, подросток, взрослый… Нас было двое — я и игра. Остальное лишь инструменты. Мишура, которую я даже не хочу видеть. В каком-то смысле я вошла в транс. Видела только ходы противника и то, как могу их блокировать. Сама игра не занимала больше десяти минут, но все как один говорили, что после игры со мной им как-то не по себе. Словно я вызываю у людей мороз по коже. Чистая логика и никаких эмоций. Но разве шахматам нужно что-то ещё?

Я выиграла и в шахматном турнире. Теперь у меня имелось две золотые медали. Осталось последнее соревнование, которое было указано в списке Реборном, и я могу быть свободна. Это женская гонка на роликах. Вот только стоило мне подойти к месту, где проходила игра, как я столкнулась с… неожиданными проблемами. Две девчонки из разных команд, мне ранее незнакомые, что-то сделали с моим роликом на левой ноге, из-за чего я в самом начале навернулась, и до хруста вывернула ступню.

Понятное дело, что я проиграла и ничего не получила. Мне дали только грамоту, как утешительный приз. Но суть не в этом, боль в ноге была такая дикая, что даже ходить не могла. Мне казалось, что я что-то себе сломала и клятвенно заверила всех, включая себя, что больше никогда не буду участвовать ни в каких спортивных играх. Пришлось вызывать доктора, а именно нашего школьного доктора — Шамала. Тот сначала пытался меня соблазнить, затем вспомнил про Василиска — мою мать и только потом обследовал ногу, сказав, что ничего страшного. Простое растяжение. Однако лучше не делать резких движений несколько дней. Да и шину наложил на всякий случай.

Не знаю почему, но происшествие с моей ногой сорвало Реборну крышу. Он ничего не говорил. Ни о сочувствии, ни о том, что мне надо было быть аккуратной, а просто посмотрел на ситуацию, послушал Шамала и исчез, оставив меня с Бьянки, Наной, Хару и Ламбо, сидеть на улице и следить за остальными игроками.

— Будешь шоколад? — спросила Бьянки, протягивая тарелку с дымящимся фиолетовым шоколадом.

— Не откажусь, — равнодушно сказала я, беря квадратные кусочки шоколада и проглатывая их, не жуя. — О, неплохо. Новый рецепт?

— Да, — кивнула девушка, немного улыбаясь. — Рецепт двойной отравленной кулинарии.

— Ясно, — кивнула я, беря ещё шоколад. — Желудок, видно, и гвозди переварит, а вот тело…

— Да уж, я думала, что слабее Никчёмного Тсуны, только тараканы, — усмехнулась девушка. — Но, видимо, я ошибалась.

— Ну, спасибо на добром слове…

Ламбо тем временем бегал вокруг меня и, наблюдая за тем, что я разговариваю с Бьянки, поедая её шоколад, попытался остановить меня, так как он прекрасно знал, что её еда опасна. Потом стал предлагать свои конфеты, доставая их из огромной кучерявой шевелюры. Там, как я поняла, он вообще всё прятал. Не только конфеты, но и взрывчатку, динамит и десятилетнюю базуку. Ага, вон, нос торчит. Не голова, а какая-то сокровищница.

— Не ешь эту гадость! — крикнул мальчик, ударив меня по руке, в которой я сжимала шоколад Бьянки. Кусочки шоколада кувыркнулись в воздухе и упали на соседнее растение, растворив его за секунды. Хм… — Хочешь конфеты, ешь конфеты Ламбо-сана! — требовал он, доставая из своей головы всё больше и больше конфет, и складывал их мне в раскрытую ладонь. Иногда там попадалась граната, но он тут же с неким презрением откидывал её назад через плечо и продолжал шуршать в своих волосах. И это притом, что гранаты имели свойство взрываться. Некоторых даже нехило так покалечило.

Вернулся Реборн в образе старичка. Более того, среди всех игроков пошёл слух, что капитан команды «А» убирает соперников перед главной игрой — «Удержаться на столбе». Капитаны команды «В» и «С» были избиты и списаны со счётов. Естественно, этого Тсуна не делал, но ненависть к нам возросла с неимоверной силой. Видно, моя травма навела малыша на некоторые размышления, и он просто решил избавиться от потенциальных противников. Подло, но эффективно.

Естественно, все остальные команды стали ворчать и требовать, чтобы Тсуну убрали, в принципе, с поста капитана. Недовольство дошло до судей соревнования, и на всю спортивною площадку через громкоговорители объявили:

— Дамы и господа, секундочку внимания, — были жуткие помехи и не разобрать, кто говорит мужчина или женщина. Но смысл дошёл быстро. — Все разногласия по игре «Удержись на столбе», будут решаться во время обеденного перерыва. Представителей от каждой команды, просим подняться к организаторам.

На спортивной площадке стояло вполне ощутимое напряжение. Все косо смотрели на Тсуну, что подошёл к нам и присел рядом. Он весь вспотел от паники, ведь больше чем уверена — близится мордобой. Вот только почему вместо Тсуны пошёл Рёхей, я так и не поняла. Видно, решили, что у Сасагавы больше опыта в этих делах, ведь ранее он всегда выступал капитаном. Ну, посмотрим к какому решению они придут. Вернее… к какому решению придёт Рёхей. Ведь если он что-то решил, то скорее земля начнёт вращаться в другую сторону, нежели его смогут переубедить. Ой, что-то мне от этой мысли стало как-то не по себе.

— Крепись, — только и смогла сказать я, хлопая Тсуну по коленке. Думаю, сегодня мы с ним опять отдуваемся за всех. Только я своё уже отбегала, а ему всё веселье ещё только предстоит пройти.

— Хи-и-и… — тянул тихонько парень, схватив себя за голову.

— Спасибо за ожидание, — произнесли громкоговорители по площадке. — Решение по сложившейся ситуации принято, — всё заинтересовано прислушались к выводам. — После голосования с представителями команд, было принято, что в этом году сражение будет проходить между альянсом команд «В» и «С» против команды «А»! Всем парням приготовиться к проведению состязания!

Вот это поворот. Двое на одного. По всей спортивной площадке пронеслись радостные и шокированные возгласы. Единственная мысль, которая меня посетила в тот момент, когда я смотрела на уходящего Саваду Тсунаёши это — «как хорошо, что я не парень». Болельщики перешли ближе к площадке, чтобы им было лучше видно процесс игры. Но так как я не ходун, меня оставили на скамейке одну, дожидаться результатов игры. Даже толком рассмотреть ничего не могла. Но чего расстраиваться? Будто мордобоя никогда не видела. Каждый день его вижу, а после дождика в четверг аж два раза. Лучше посижу тут. Отдохну, да и перекушу. Мне, вон, сладости оставили, чтобы я не грустила.

— Травоядное, почему ты не участвуешь в «Удержись на столбе»? — а вот, кстати, и причина ежедневного зрелища. Медленно повернувшись, увидела мраморное выражение лица Хибари Кёи.

— Так, Хибари-сан, я же девушка, — робко ответила я. — А участие принимают только парни.

— Ты — представитель Дисциплинарного Комитета! — отчитал он, повышая голос. — А значит, должна участвовать во всех соревнованиях. Особенно в «Удержись на столбе», так как это игра является основной в этом году.

— Да нет его у меня в списке! — воскликнула я. — Тем более у меня травма, — указала на ногу. — Физически не могу принимать участие.

— Бесполезное травоядное… — фыркнул парень, недовольно отвернувшись. Вот же бессердечный мудак!

— Да почему «бесполезное»? — вновь повысила голос и приподняла висящие на шее две золотые медали. — Вот! Видали? Первые места. Не такое уж и бесполезное.

— Хм… — Хибари обернулся и, присев передо мной на корточки, взял медали, рассматривая их поближе. — За участие в беге с препятствиями и за игру в шахматы? Что ж… — резкий рывок, и мои медали теперь были только у него. Кёя их просто забрал. — Этого достаточно, чтобы позволить тебе пока что жить.

— А? Эй! Хибари-сан! Это моё! Верните! — парень бросил на меня гневный взгляд полный презрения. По правилам я сейчас должна замолкнуть и с улыбкой попрощаться со своими медальками, но нога до сих пор сильно болит. И даже наложенная шина и лёд не спасают ситуацию. — Хибари-сан, если вам так нужна победа, то прошу, — указала на спортивную площадку, где проходила игра «Удержись на столбе». — Идите и побеждайте, а мне моё вернете.

— Травоядное… — Кёя спрятал мои медали во внутренний карман гакурана, что висел у него на плечах. — Ты, похоже, забываешь, с кем разговариваешь, — парень сделал шаг в сторону и наступил на мою больную ногу. Я от такой неожиданности взвыла. Хоть он и не наступал в полную силу, однако, любое прикосновение приносило жгучую боль, что отдавало по всему телу.

— Нет! — охнула я, закусывая нижнюю губу и хватаясь за коленку.

— Я могу раздавить тебя, как букашку, одним пальцем, — произнёс парень, нагибаясь к моему лицу и заглядывая в глаза. — От тебя никакой пользы. Только ешь, спишь, мешаешься под ногами, а теперь смеешь мне что-то указывать? Я не забил тебя до смерти лишь по той простой причине, что ты имеешь связь с тем малышом, — приподнял мой подбородок, чтобы перестала смотреть на свою ногу, и наши взгляды встретились. — Я понятно разъясняю?

Как же я сейчас зла! Хотелось вцепиться в это самодовольное лицо и вырвать ему глаза. Он торжествует. Чувствует мою слабость и упивается ей. А даже убежать не могу. Чего он хочет? Подчинения? Да, именно его. Полного подчинения. Своего рода показывает, кто в доме хозяин. Боль усиливается, проходит ноющей пульсацией по всей ноге. Я ничего не хотела решать или думать. Мозги так после серии игр в шахматы, были в ничто. Правильнее было подчиниться, склонить голову и признать его вожаком, но… как же больно.

— Наверное, это удобно, — усмехнулась я, смотря ему в глаза. Он нахмурил брови и усилил давление на мою ногу. — Смотришь, как другие из кожи вон лезут, чтобы чего-то добиться, а сам палец об палец не ударил, зато пожинаешь чужие плоды. Не так ли, Хибари-сан?

Глаза блеснули ледяной сталью. Гнев был ощутим, и я понимала, что он сейчас меня просто задушит или свернёт шею как цыпленку, но, к моему удивлению, парень поднялся в полный рост и сделал шаг назад.

— Просто смотри… — бросил он мне негромко и направился в сторону соревнования. Объединенные команды «В» и «С» как раз выбирали себе капитана. Все гадали, кто же им будет? Кто станет капитаном двух команд? — Это сделаю я, — все были в шоке, но никто и слова против молвить не смел. Не церемонясь, Хибари, прыгая, в прямом смысле, по головам школьников, запрыгнул на вершину деревянного столба. — Не уроните.

— ТАК ТОЧНО! — отозвались все остальные, нервно поглядывая на своего нового капитана.

Началась битва. Как она именно разворачивалась, я не знаю. Подробности не видны, но уверена вот в чём — Тсуна упал. Но не на землю. Он стал прыгать по головам, и покуда его тело не коснётся земли, проигрыш не засчитывается. Этим тут же воспользовались Такеши, Хаято и Рёхей, образовав что-то вроде плота из самих себя. Быстро организовавшись, парни двигались в сторону Хибари не хуже танковой дивизии. Никто к ним не смел подойти и сбить их капитана. Правда, ненадолго, так как Гокудера и Сасагава вновь не смогли прожить и минуты в мире, из-за чего Тсуна кувыркнулся вокруг своей оси и носом прорыл землю.

Проигрыш засчитан.

Правда остальным этого было мало, и вся игра переросла в настоящий мордобой. Все команды сплелись и просто стали дубасить друг друга, забыв, для чего они, в принципе, здесь собрались.

Если мне это Хибари хотел показать, то я увидела. Мои так называемые друзья — идиоты. Спасибо. Будто я не знала.

Глава 8. Полевые условия

— Девушка, мы приехали. Расплачиваться будем? Девушка? Девушка! Проснитесь!

— А? Что? Уже? Блин… Минутку, — я медленно достала из кармана кошелёк и протянула купюру водителю такси.

Всё тело болело и ныло так, словно по нему прошлось стадо слонов, при этом отплясывая чечётку. Сегодня был мой законный выходной, и я безумно хотела спать, так ещё и нога не до конца прошла после соревнований. При каждом шаге боль эхом отдавалась в колене и бедре. По всем правилам, я должна сейчас, в полдень, спать и видеть райские сны. Неделю без сна и на одних таблетках — это вам не шутки. Так и свихнуться можно. Но нет, Реборн вызвонил и буквально требовал, заверяя, что это вопрос жизни и смерти, и я непременно должна явиться в дом Тсуны.

Правда, он добавил, что это ненадолго. Может минут на двадцать, не больше. Что там будет — малыш не сказал. Знаю только, что я обязана придти или он заселит в моём доме целый зоопарк. В прямом смысле этого слова. Питона он уже откуда-то взял, но как только я дала обещание, что сейчас приеду, отдал змею на растерзание Бьянки.

Так как была уверена, что этот разговор ненадолго, даже не собиралась толком приводить себя в порядок. Прям в пижаме и поехала. На мне были тёмно-фиолетовые широкие бриджи и розовая кофта с рукавами, на которой имелись белые пушистые облачка. Может и по-детски, но вся суть в материале. Он был нежным и мягким. Тело в нём так и убаюкивалось. А на ногах обычные домашние шлёпанцы. Ну, что я могу сказать? Королева пришла на бал! Хе! Ай, ладно… мне как-то всё равно, что подумают остальные. Сон — это святое. Я даже не расчёсывалась. Причёска в стиле «взрыв на макаронной фабрике» или а-ля «я физик-практик».

Перед тем как я подошла к входной двери и постучалась, услышала мужские голоса за своей спиной, в которых признала Ямамото и Гокудеру. Те двое как обычно шли и ворчали. Вернее, ворчал Хаято, а Такеши всё переводил в шутку. При виде меня Гокудера неожиданно вздрогнул, при этом на итальянском чертыхнулся. Видно, я произвела должное впечатление. А Ямамото лишь удивлёно наклонил голову набок, и, спустя секунду, улыбнулся и поздоровался.

— Привет, Дар!

— Йо! — отозвалась я, лениво приподняв правую руку.

— Чтоб тебя, Призрак проклятый! — взревел Хаято, подходя ближе. — Что ты тут делаешь, так ещё в таком виде? Разве по выходным ты не спишь?

— Сплю… — кивнула я, зевая на ходу. — Меня Реборн вызвал. Сказал, что это очень важно. А вас он тоже позвал?

— Нет, — ответил Такеши. — Мы сами пришли, так как было скучно.

— Эй! Говори за себя! — рыкнул Гокудера, после чего мы просто вошли в дом Тсуны и, разувшись, направились на второй этаж. Там как раз была комната Савады. — Я, в отличие от некоторых, не бездельник!

— Да? — усмехнулся бейсболист. — А разве это не ты курил на скамейке и рассказывал голубям, как тебе скучно?!

— Что?! — воскликнул Хаято, нервничая. — Ты… ты это видел?!

Я шла впереди и совершенно не обращала внимания на трёх парней. Состояние вечной апатии и безразличия ко всему окружающему — вернулось. В голове были только мысли о том, что дома меня ждёт тёплая и уютная постелька, ласковое и надёжное одеяло, а также мягкая и преданная подушка. Вот бы бросить на них свои кости и забыть обо всём. Хоть ходить я могу, но всё равно нога до конца не зажила и приходится хромать. Честное слово, разваливаюсь по частям, хоть трость бери в зубы и уходи на пенсию.

— Йо! — поздоровалась я, открывая дверь в комнату Тсуны и заходя внутрь. Парни, что следовали за мной, тут же надели на свои лица лучезарные улыбки, хотя ещё секунда, и кто-то кому-то бил бы морду.

— Тсуна! — воскликнул Ямамото.

— Привет, Десятый! — сиял Гокудера, но потом озадачено осмотрелся.

В комнате Тсуны словно Мамай прошёлся. Всё верх дном. Книги, одежда, учебники, шкафы — всё было разбросано по полу в хаотичном порядке. Но самое главнее то, что сам Тсуна тем временем пытался от нас спрятаться, залезая под стул. Босые ноги же торчали снаружи и тряслись. Более того, под кофейным столиком, что находился в центре комнаты, также кто-то прятался. Судя по школьной форме, это была Хару, подруга Тсуны из другой школы. Но самое запоминающееся это то, что тем временем на кровати Тсуны лежал взрослый мужик лицом вниз. И что-то как-то не похоже, что он спит.

— А что это вы тут делаете? — поинтересовался беззаботный Ямамото.

— В прятки играете? — предположил Гокудера.

В этот момент Тсуна и Хару выскочили из своих укрытий со слезами на глазах. Только сейчас я заметила, что на парне до сих пор была пижама, а внешний вид заставлял желать лучшего.

— МОЯ ЖИЗНЬ КОНЧЕНА! — воскликнул Тсуна, рыдая и хватаясь за голову. — Может мне вообще сдаться с поличным?

— Хару будет ждать, пока ты не выйдешь из тюрьмы, Тсуна-сан! — воскликнула девушка в ответ, также не переставая рыдать. — Я НАПИШУ ТЕБЕ МНОГО-МНОГО ПИСЕМ!

— А?! — вырвалось у меня.

— Что? — не понимал Такеши. Его лицо приобрело серьёзный вид. Редкое зрелище.

— Чего?! — а вот у Хаято, кажется, возникли нотки паники.

Осмотрев помещение вновь, а также заметив в руках Тсуны пистолет и кровь на одежде мужика, что продолжал лежать на кровати, я сделала один единственный вывод:

— Савада Тсунаёши… — моё горло резко пересохло. — Ты… грохнул того мужика?!

— А-а-а!!! — орал парень, продолжая сдавливать ладонями свои виски. Казалось, что он пытается стереть событие из своей памяти.

Сомнений быть не может. Даже не отрицает того, что это он убил. Крови было действительно много. Пистолет есть, пулевое ранение причём в грудь. И это сделал Тсуна? Неделя без сна плохо сказывается на мозговой активности, но тут к гадалке не ходи, все улики на лицо.

— Да ладно тебе, Тсуна, — привычно заулыбался Такеши. — Ещё ведь не доказано, что ты его убил.

— Такеши… — я посмотрела на бейсболиста. — Иногда твоя способность смотреть на всё через розовые очки, а также всегда и всему улыбаться — меня не на шутку пугает.

— Эм… — Ямамото смущёно почесал затылок.

— Нет-нет! — вставил Гокудера. — Он прав! И вообще, тот мужик точно умер?

— Ты что, слепой? — злобно спросила я, повышая голос. — Этого приятеля только в морг осталось отправить, да бирку на ногу повесить, а ты ещё сомневаешься!

— Эй, ты! — крикнул Гокудера, игнорируя мои слова и подойдя к трупу, достал сигарету. — Если ты сейчас же не проснёшься, я буду тыкать в тебя зажжённой сигаретой! Слышишь?

— Хи-и-и!!! — завопил Тсуна от одной только мысли, что Гокудера так может сделать с телом жертвы. Ему и так досталось, но, видно, и после смерти покоя не будет. — Гокудера-кун, что ты делаешь?! Стой!!!

Но произошло невозможное — лицо мужика дрогнуло, и все мы это заметили.

— А-а-а!!! Он дернулся! — кричали Тсуна и Хару, несясь по комнате из стороны в сторону. — Скорая! Немедленно вызовите скорую! — а у меня тем временем мелькнула в голове мысль, что этого мужика лучше добить, нежели спасать. Если он выживет, проблем будет так много, что получат все: и Тсуна, и свидетели.

Правда, в следующее мгновение я отбросила эту мысль, так как понимала, что всё это за меня говорит недосып. Я просто устала. Вот и всё. На самом деле я за добро. Ничего плохого не сделала. Это всё Реборн и со своим «это вопрос жизни и смерти». Кто же знал, что всё НАСТОЛЬКО серьёзно?! В следующий раз буду уточнять.

— Скорую вызывать не нужно, — а вот и он. Чёрт, и как только у него это получается? Стоит мне о нём подумать, так сразу тут-как-тут. Может мысли читает? Малыш усмехнулся и косо глянул на меня. И почему я вдруг почувствовала, что у меня земля из-под ног уходит? — Я вызвал доктора.

— Д-доктора, говоришь… — в голосе Тсуны послышалась надежда, но уже в следующее мгновение эту надежду разбили в дребезги, ведь вызванный доктор, это Доктор Шамал. Причём сильно пьяный. Он даже на ногах стоять не мог, так что тащить его приходилось Реборну.

— Что за чёрт?! — фыркнул Гокудера, отскакивая в сторону. От голоса парня Шамал пришёл в себя и встал в полный рост.

— О! Это ты, Хаято? — заулыбался доктор. — Давненько не виделись.

— Не приближайся ко мне! А то ещё заразишь меня своими ядовитыми парами! Бабник!

— Что? Как грубо… — фыркнул Шамал, отворачиваясь в сторону и осматривая всех присутствующих. Остановился на мне. Взгляд приобрёл серьёзный вид. — А ты чего тут делаешь? Так ещё и в выходной. Я же велел соблюдать постельный режим. Причём нехватка сна это не шутки…

— Это не моя прихоть, — отозвалась я. — Если бы всё знала изначально, то ноги моей тут не было…

— Доктор Шамал! — окрикнул его Тсуна. — Прошу, осмотрите пациента!

— Ах, да-да, — вздохнул мужчина. — Тут, вроде, кто-то умирал… А ну-ка… — этот извращенец подошёл к Хару и прикоснулся её груди, положив на неё две ладони. — Хм-м-м… давайте посмотрим…

— А-а-а-а!!! — воскликнула Хару, ударив со всей силы кулаком Шамалу в лицо. От такого удара мужик отлетел в другой конец комнаты, с восхищением смотря на школьницу.

— Ух! Какая бойкая! — отозвался Шамал. — Точно поправится! Да и к тому же миленькая!

— Ну, что за идиот?! — вздохнула я, прикрывая глаза ладонью.

— Кого вы осматриваете?! — злился Тсуна, указывая на жертву. — Я говорил о нём!

— Сколько раз повторять? — произнёс доктор, вставая на ноги. — Я не лечу мужчин!

— А, ты упоминал об этом, — как бы неожиданно вспомнил Реборн. Всё это превращалось в какой-то аншлаг. Людей всё больше, а результата никакого. Только одни свидетели. Уверена, что всё, в итоге, закончится как в фильме ужасов — «Я знаю, что вы сделали прошлым летом».

— Можно я пойду домой? Пожалуйста! — подала я голос, подняв ладонь, как в школе. — Я никому ничего не скажу, честно. Просто сделаю вид, что ничего этого не было.

— Нет, нельзя, — отрезал Реборн. — Ты уже в этом замешана, так что думай со всеми. Отступать поздно, — теперь к слезам Тсуны и Хару присоединились и мои слёзы. Я так и знала, что нечто подобное произойдёт. Так и знала.

— А он точно жив? — поинтересовался доктор. — Если его зрачки расширены, он не дышит и его сердце не бьётся, то он мёртв.

Ребята решили проверить.

— Зрачки расширены, — заверила Хару, наклоняясь к жертве.

— Не дышит, — произнёс Такеши, поднося листочек к лицу мужика.

— А его сердце… — Хаято приложил ухо к спине и вздрогнул. — Не бьётся…

Вот теперь всем стало так же жутко, как и мне. В итоге, Шамал сказал, что с мёртвыми он тоже не работает и вообще свалил из дома Савады, выискивая очередную «любовь» на ночь. Возникла молчаливая пауза, в которой каждый смотрел на валявшееся перед нами тело.

— Merda! — вырвалось негромко ругательство у Хаято.

— Дерьмо! — тут же перевела я его на русский.

— А-а-а-а!!! — завопил Тсуна, носясь, как безумный по комнате. — Я всё равно обречён!!! Я убил его! Я точно его убил!!! Что мне делать? ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ??? — парень со слезами подбежал ко мне и крепко схватил за плечи. Его всего трясло от ужаса, а вместе с ним и меня. — Дар, что мне делать? Помоги! Прошу! Я не знаю… я… я… Я НЕ ХОЧУ В ТЮРЬМУ!!! А-а-а-а!!!

— Да почему ты меня спрашиваешь? — крикнула я на парня в ответ. — Пусти, Тсуна! Не тряси меня!

— Но… но ты же мой Советник! Помоги-и-и!!! — в мою сторону теперь летели не только слёзы, но и сопли со слюнями.

— Прекрати кричать! — злилась я, пытаясь оттолкнуть парня, но это получалось не очень удачно. Тсуна в момент паники значительно сильнее меня. Да и я точно не спортсменка. От оглушающего воя Савады мысли путались. Тело и так болело, да и ослабло после недавних соревнований. А учитывая тот факт, что безумно хочу спать, и у меня до сих пор болит нога, я вообще не способна к каким-нибудь умственным с рассуждениям. — Почему ты вечно вспоминаешь, что я твой Советник, когда влипаешь в неприятности? Пусти!

— Но… но… я не прошу тебя как Советника… — слёзы усилились. — Я прошу как друга! Помоги!!!

— Десятый!!! — даже Гокудеру проняло.

— Чё-ё-ёрт… — вздохнула я, хватаясь за переносицу. Давай же думай. Хоть что-нибудь. Единственное о чём я могу нормально думать, это о кровати. Спать… как же я хочу спать… Неожиданно в голове что-то щёлкнуло. Мысли прояснились. Чистая логика и никаких эмоций. Дыхание стало ровным, а вся обстановка чёткой. — Оружие, — произнесла я.

— А? — Тсуна на миг успокоился. — Вот! — неожиданно он вложил мне в ладонь пистолет, из которого стрелял.

— Идиот! — рыкнула я. — Не делай так больше! Теперь на нём и мои отпечатки есть! Чтоб тебя… — парень отскочил в сторону и с мольбой смотрел на меня, теребя нижний край рубашки. — Значит так, — осмотрела Саваду. — Всю твою одежду, что на тебе сейчас, постельное бельё и даже ковер необходимо сжечь, поэтому снимай всё и отдавай Хаято, он этим займётся. На них слишком много крови, а её так просто не отмыть. Сам беги в ванную и прими самый горячий душ, на который только способен. Нельзя, чтобы на тебе оставалась хотя бы малейшая частица пороха от выстрела. Хару и Такеши разведите хлорку и очистите всё остальное. Книги, пол и даже стены, так как небольшие брызги крови могли попасть и туда. Не должно остаться и пятнышка, что может подставить Тсуну. Оружие я возьму на себя. При осмотре школы видела в клубе химиков несколько канистр серной кислоты. Металл они полностью не растворят, но любое биологическое доказательство — точно. А вот тело…

— Тело я возьму на себя! — прозвучал мужской голос из-за окна за моей спиной. Резко обернувшись, я увидела сидящего на подоконнике Хибари Кёю, который с лёгкой заинтересованной улыбкой смотрел на меня. — Вау! — произнёс он, спрыгивая на пол. — Вот тебе и «ангелочек»! А всё говорила, что ты пацифист. Я приятно удивлён. Видно, с тобой ещё не всё потеряно.

— Нет, я… — и тут до меня только что дошло, что все на меня косились так, словно только сейчас заметили моё присутствие. Даже тот самый Тсуна, что умолял о помощи. У Хаято, Хару и даже Такеши были раскрыты рты и бледные, словно мел, лица.

Отнекиваться и говорить, что это всё усталость и недосып — поздно. Да и вряд ли кто поверит. Откуда им знать, что такое неделю не спать и мучиться из-за этого? А теперь ещё и этот стресс в виде жмурика. Я прикоснулась свободной рукой к лицу. Не хотелось бы мне, чтобы эти ребята видели ту мою сторону. Особенно такой человек как Хибари Кёя. Голова заболела ещё сильнее. Кавардак мыслей вернулся. Но другая рука всё ещё сжимала пистолет и, клянусь, на долю секунды во мне возникла мысль пристрелить их всех, пока есть возможность. Вот только я ещё больше ужаснулась сама себе и до боли укусила нижнюю губу.

Хибари тем временем подошёл к трупу и пихнул его ногой, осматривая со всех сторону.

— Неплохо, — улыбнулся парень. — С одного выстрела прямо в сердце, — повернулся к присутствующим, хотя в основном к Реборну. — Я пришёл сюда, чтобы помочь, и малыш оказался у меня в долгу. У нас что-то вроде договоренности. Но я не ожидал увидеть «такой подарок», — Кёя посмотрел на меня. — Хм… Золотая медаль по шахматам, значит?

— Нет! Всё не так! — воскликнула я, предчувствуя большие, просто огромные проблемы. — Это… это из-за усталости! Я…

— Позже поговорим, — отмахнулся он. — Теперь мне стало «интересно».

— О, нет… — шепнула я, понимая, что до этого моя жизнь была Раем. — Япония — страна восходящего солнца, говорили они… Цветущей сакуры, говорили они… Да в гробу я видела это «восходящее солнце»!

— О чём она говорит? — шёпотом спросил Ямамото у Гокудеры.

— Не знаю, — также шёпотом ответил другой. — Это она на русском.

— О как! Красиво звучало, — улыбнулся бейсболист.

— Стоп! Стоп! Стоп! — затараторил Тсуна, приходя в себя. — Что всё это значит?!

— То и значит, — бросил Реборн. — Хибари Кёя избавится от трупа. Серра Дарья от оружия. Остальные помогут с уликами. И как говорится — «нет тела — нет дела».

— С уликами я тоже помогу, — добавил Хибари, возвращаясь к окну. — Отправлю сюда кого-нибудь из Дисциплинарного Комитета.

— Ты хочешь использовать Комитет, чтобы скрыть убийство?! — в ужасе ахнули Тсуна, Хару, Хаято и Такеши.

— А почему нет? — улыбнулся Кёя напоследок, кивнув в мою сторону. — Она ведь уже в деле, — прыгнул на подоконник и вернулся на улицу. — До встречи.

— Нет! Стой! Эй! — кричал Савада, подбегая к своему окну. Видно то, что сейчас творилось, просто не укладывалось у парня в голове.

— Десятый, отойди! — крикнул Гокудера, доставая динамит. — Пока не отомщу, не успокоюсь!

— Хаято, ты рехнулся?! — пыталась остановить его, но парень меня совершено не слышал.

— Исчезни! — гневно прорычал он, швыряя снаряд в сторону Хибари.

— Ты так хочешь умереть? — спокойно спросил Глава Дисциплинарного Комитета, с лёгкостью откидывая динамит тонфой обратно в окно комнаты Тсуны.

— НЕТ! — крикнул Савада, но было уже поздно.

Прозвучал оглушающий взрыв, сваливший всех с ног. Уверенности в том, что я цела — нет. Было только одно желание — заснуть и не просыпаться. Никогда.

— Ой, ой, ой… — так это голос Хару. Если судить по тональности, жива, но имеет несколько несерьёзных ушибов.

— Десятый, ты в порядке? — это Гокудера. С ним, видно, тоже всё хорошо.

— Угу… — отозвался Тсуна.

— Боже-боже, — прозвучал голос Такеши над головой, после чего почувствовала, как меня кто-то приподнял за плечи. — Ну что за дурак? Уже давно осень, а он до сих пор фейерверками балуется. Дар, ты как?

— Сам ты фейерверк! — рыкнул на парня Хаято.

— Господи! Я думал, что помру! — а вот этот мужской голос я не ожидала услышать. Так как он не принадлежал ни одному из моих знакомых. — Ещё б чуть-чуть и всё!

От такого неожиданного разворота событий даже я глаза распахнула. Так и есть. Это говорил недавний мертвец. Кровь продолжала идти из его рта, но он был живее всех живых. Улыбался и смеялся, смотря на шокированного и уже позеленевшего Тсуну.

— ЧТО?! — заорал парень. — ОН ОЖИЛ!!! ЗОМБИ!!!

Я никогда не верила ни во что подобное. Всегда была суровым реалистом. Верила только в то, что вижу и что могу почувствовать. Даже такое чувство как любовь, ничего большего, чем химия. Однако видя то, как этот мужик улыбается Саваде, я выпалила то, что взрастили во мне фильмы ужасов:

— Чтобы убить зомби нужно целиться в голову.

— Главное не дайте ему себя укусить, — кивнул Гокудера, видно, находившийся на одной со мной волне.

— Нет-нет, я не зомби! — воскликнул мужик, смеясь. — Приятно познакомиться, Десятый.

— Это Моретти, — пояснил Реборн, что был цел и невредим. — Он умеет профессионально прикидываться мёртвым.

— Чего?! — воскликнули все, немного приходя в себя.

— Моретти может использовать технику «Addio», чтобы остановить на какое-то время своё сердце и войти в состояние клинической смерти, — продолжал малыш. — Он специалист семьи Вонгола. То есть, он не умер, а просто притворялся.

— Подожди… — не укладывалось в голове Тсуны. — Что? А выстрел? И…

— Это я выстрелил, а потом отдал тебе пистолет, — усмехнулся Реборн.

— И, конечно же, кровь не настоящая, — присоединился к разговору Моретти. — Да и я не вор. Не так уж часто я бываю в Японии, поэтому решил использовать этот случай, чтобы показать вам «Addio».

— Это можно было сделать как-то по-другому! — злобно бросил на него Тсуна.

— Чёрт… — вздохнула я, чувствуя, что меня еле как держат собственные ноги.

— А вы ведь Советник Десятого, я прав? — обратился ко мне Моретти. — По правде сказать, я рад, что мы на одной стороне. Вы действительно производите шокирующее впечатление, особенно учитывая, что вам всего четырнадцать.

— Да пошёл ты! — воскликнула я, не осознавая, что говорю на русском. — Вы все сумасшедшие! Ненормальные! И бесите меня! И… — моё тело наконец-то перестало вырабатывать энергию, и я почувствовала, как теряю сознание, падая лицом вперёд.

— Дар? Дар! — воскликнули все. Кто-то успел вовремя и не дал мне упасть. Я всё слышала и всё чувствовала, но была не в состоянии и веки открыть.

— Хм… а она продержалась дольше, чем я предполагал, — послышался голос Реборна. — Не волнуйтесь. Она просто спит. Недельный недосып, стресс и паника сделали своё дело. И всё же даже в таком состоянии она сумела дать совет.

— И должен признать весьма профессиональный, — усмехнулся Моретти.

Идиоты! Я же всё слышу. Хватит меня обсуждать!

— Как бы то ни было, Дар необходимо отдохнуть, — заключил Реборн. — Тсуна, приготовь постель для ещё одного гостя.

— А? Что? Она будет спать здесь? — удивился парень.

— В таком состоянии она не может вернуться к себе, — заметил малыш. — Босс мафии обязан заботится о своей семье. Особенно когда те пытались ему помочь.

— Да понял я! Понял! — уже злился Тсуна, после чего были слышны отдаляющиеся шаги, и я окончательно провалилась в мир Морфея.

Проснувшись как обычно ночью, я не сразу вспомнила, где нахожусь. Кругом темно. Окружают непривычные мне запахи. И самое главное, что-то живое и мелкое лежало рядом, тихо посапывая. Потрогав это «что-то» я наткнулась на густую шевелюру и рога. А также откуда-то выпала граната. Ясно… это Ламбо. Почему-то малыш решил вздремнуть рядом. Хотя может просто его футон заняла?

Медленно, не создавая лишнего шума, я встала на ноги и направилась в сторону выхода. В коридоре со всех дверей на втором этаже был слышен храп. Негромкий, но говоривший о том, что хозяева дома и его гости давно спят. Спустилась на первый этаж и отыскала около дверей свои шлёпанцы, в которых пришла.

— Не лучше ли подождать, когда все проснутся, и только тогда уходить? — услышала я голос Реборна за спиной.

— Лучше было бы вообще не приходить сюда и не вестись у тебя на поводу, — бросила я, даже не оборачиваясь.

— Ты злишься? — малыш обошёл меня стороной и встал так, что теперь мы смотрели друг другу в глаза.

— А ты как думаешь, Реборн? — мне хотелось кричать, но я лишь перешла на громкий шёпот. — Зачем ты всё это устроил?

— Как по мне всё вышло довольно-таки неплохо, — заметил он. — Все наконец-то смогли заметить твои способности. Одно дело, когда ты просто учишься хорошо и совсем другое, когда способна трезво мыслить в боевых условиях.

— Я не хотела, чтобы они этого замечали! — бросила я, вставая в полный рост. — Вообще не хотела, чтобы они видели во мне что-то большее, чем четырнадцатилетнего подростка.

— Почему? — спокойно спросил Реборн.

— А что в этом плохого? Что плохого в том, чтобы желать обычной жизни? Школа, университет, работа, дом и всё. Разве я о многом прошу?

— Но разве это не скучно?

— Мне нравится эта скука. В ней есть стабильность и покой, — направилась к выходу.

— Мне жаль, — добавил Реборн, заставив меня остановиться. — Я понимаю, почему ты бежишь от этого мира, но, к сожалению, иного пути у тебя нет. У каждого своя судьба, и мы должны принять её.

— Судьба?! — бросила я через плечо. — Что за банальность?! Так только оправдывают свою жизнь неудачники. «Судьба» — говорят они, словно это может объяснить любую ситуацию. У каждого есть выбор. Везде и всегда! Знаешь, как говорит моя мама? «Даже если тебя съели, у тебя есть как минимум два выхода. Третий ты можешь сделать сам».

— Да, — усмехнулся малыш. — Василиса всегда славилась своенравным характером, но это совсем иное. Ладно, — вздохнул он. — Иди домой. Отдохни за оставшиеся выходные. С понедельника в школе тебя ждёт ряд новых испытаний.

— И кто в этом виноват? — фыркнула я, понимая, что разговор с Хибари никто не отменял. — Я ведь только адаптировалась к нынешним условиям…

— Не понимаю, почему ты жалуешься? — улыбка Реборна стала шире. — По сути, ты меня благодарить должна. Я предоставил тебе такой богатый и одаренный материал. Используй его!

— Да ты, наверное, шутишь! — засмеялась я громче положенного, прекрасно понимая, к чему клонит Реборн. Он предлагает мне использовать Хибари. Если подумать, то да, Хибари Кёя великолепный материал. Он словно неогранённый алмаз, хотя нет… словно алмазный рудник. У него есть сила, положение в обществе, в подчинении целый город, а десяток верных и преданных людей, готовы землю под ногами Кёи целовать. Если я перетяну его на свою сторону и завоюю доверие Главы Дисциплинарного Комитета, но это будет не то, что бонус, а неплохая гирька на чаше весов, что перевесит многое. Но разве Реборн на него уже глаз не положил?

Один минус, этот человек своенравный и никогда не подчинится другой силе. Даже если эта сила превосходит его собственную в десятки раз. Да и силой такой я не обладаю. Хибари трудный человек, но Реборн прав — если его использовать, то это будет незаменимой помощью. Уж просуществовав членом Дисциплинарного Комитета некоторое время, я успела усвоить это. И теперь этот малыш так просто отдаёт такой козырь? Или это что-то вроде попытки «извиниться»?

— Его интересуешь ты… — заметила я.

— Если надо, только позови, — продолжал улыбаться Реборн. Точно, он своего рода просит прощения. В свойственной ему манере.

— А если я его использую не так, как ты того хочешь?

— Дело твоё, — пожал малыш плечами. — Но не забывай, что он дикий зверь, и приручить его так просто не получится.

— Это я и так уже знаю, — отмахнулась я. — Более того, мне кажется, что ты опять что-то задумал, и пытаешься использовать меня в своих целях. Даёшь мне интересную «головоломку», зная, что я их люблю, не требуя ничего взамен. А ведь бесплатный сыр, ясно где находится.

— Как себя вести, решать тебе, — Реборн повернулся ко мне спиной и направился обратно в сторону лестницы ведущей на второй этаж. — Моё дело предложить…

— Пф! — усмехнулась я, наблюдая, как малыш исчезает за поворотом, оставляя меня одну.

О чём он только думает? Реборна я уже давно перестала воспринимать как ребёнка. Он для меня до сих пор является главной нераскрытой загадкой, которую одновременно и хочется разгадать, и не трогать вовсе. Но на счёт Хибари… На словах это звучит красиво. Даже очень. Но в реальности… Хибари Кёя жесток, циничен, горделив, эгоистичен и совершенно не терпелив. Чтобы заинтересовать этого парня и заполучить хотя бы каплю его доверия, у меня нет совершенно ничего! Мне хотя бы выжить для начала, и это уже будет чудом. Эх…

Говорить так все мастера, а когда доходим до дела, то… я первая в очереди, что нажмёт на кнопку катапультирования. Началась учебная неделя. Реборн что-то писал мне на выходных в стиле: «Семья Ямамото принуждает Тсуну работать на них», но я уже на это не поведусь. Пускай хоть поэму шлёт. Не пойду. Позже, конечно, выяснилось, что Тсуна и правда отрабатывал какие-то деньги в суши-кафе семьи Ямамото, но уже в это не вникала. Проблемы индейцев, шерифа не касаются.

У меня у самой завал этих проблем, что хочется просто взять и свалить на луну. Насовсем. Купить билет в один конец.

Проблема в том, что я избегаю Дисциплинарный Комитет. Надела сегодня форму обычной школьницы и уже идёт третий урок подряд, а я так и не попалась на глаза Хибари Кёи. Более того, я его избегаю. Ну, как и любой нормальный ученик в школе Намимори. Во время уроков, я, как и полагается, сижу на всех лекциях и учусь, а во время перемены, прячусь покруче Штирлица. Несколько раз, правда, чуть не попадалась. Хибари несколько раз патрулировал коридор нашего корпуса, выискивая меня взглядом. Для такого события я даже чёрный парик припасла и просто надевала его, чтобы издалека незаметно было.

Правда, долго играть в «догонялки» мне не удалось. Во время третьего урока произошло то, что шокировало не только меня, но и всех моих одноклассников, включая учителя. Так как я сидела в конце кабинета около окна, то зачастую открывала его, так как мне было вечно невыносимо жарко. И каково же было моё удивление, когда в это приоткрытое окно, подобно ворону, влетел Хибари Кёя, приземлившись прямо на мою парту.

— Отлыниваешь от работы, травоядное?

— Хи… Хибари-сан?! — воскликнула я, рефлекторно скрестив ручку и карандаш в форме креста и выставив перед собой. Я в это не верю, но… а вдруг?

Рты у всех присутствующих раскрылись так широко, что у некоторых подбородки касались парт. Но никто не смел и слова молвить. Страх и инстинкт самосохранения подсказывал, что лучше вообще сделать вид, будто ничего не происходило. Вот только в моём случае это не прокатит.

— Пойдём, поговорим, — велел парень, схватив меня за предплечье, и, спрыгнув с парты, потянул в сторону выхода.

— Подождите, Хибари-сан! — тараторила я, чувствуя себя грелкой у Тузика. — А как же учёба? Сегодня важная лекция! Учиться очень важно! Хибари-сан!

— Думаю, для тебя это не проблема, — усмехнулся парень, не оборачиваясь.

Я обернулась на Тсуну, прося у него хоть какой-то помощи, но увидела, как он поднял две руки в воздух и с сожалением рыдал. Не сразу поняла, что происходит, пока не увидела слегка в стороне Реборна, направившего в Саваду пистолет. Ясно, тот под прицелом. Помощи ждать неоткуда. Гокудера переживает за Десятого, а Ямамото вообще не понимает, что происходит. Уверена, что он принял это как за очередную игру, и теперь просто улыбается.

— Хибари-сан, а можно я к вам на перемене подойду? — всё ещё не сдавалась я, хотя прекрасно понимала, что, скорее всего, на этой перемене просто сбегу со школы.

— Нельзя, — бросил он, продолжая идти в сторону кабинета бывшей Приёмной.

Это конец.

Не знаю, что взбрело этому парню в голову, но мне уже до жути страшно. Вдоль коридора мы шли молча, хотя мысленно прочла молитву на русском, итальянском и японском. Только когда мы вошли в кабинет Дисциплинарного Комитета, Хибари наконец-то отпустил мою руку, проходя к своему столу.

— Сядь, — приказал он, указывая на стул для посетителей. Я послушно села, потирая затёкшее предплечье. Кёя стал что-то искать. Ковырялся в бумагах и ящиках, но никак не мог найти то, что хотел. Решив воспользоваться этой минутой, обратилась к нему:

— Хибари-сан, насчёт того инцидента… — натянула приветливую улыбку. — Это был розыгрыш! На самом деле никто не умер и…

— Я в курсе, — перебил он меня, не отрываясь от поиска. — Но ни я, ни ты об этом не знали, ведь так? Это была проверка малыша, как мы поведём себя в полевых условиях. И хоть трупа, в итоге, не оказалось, он мне до сих пор должен.

— Если вы хотите с ним подраться, я могу договориться! — попыталась незаметно предложить сделку. Его же интересует серьёзные противники, а Реборн сказал, что придёт, если я позову. Может получится?

— Не надо, — Хибари усмехнулся. — Я и сам это могу сделать в любой момент, — неожиданно замер. — Наконец-то, — и широкую достал стопку бумаг и школьных журналов, с которыми Хибари обычно работал. — Что ты знаешь о финансировании школьных клубов?

— Эм… ничего, — и это правда.

— Что ж, значит, придётся учиться, — улыбка стала шире. — А тебе ведь нравится учиться, не так ли? Держи, — стопка документов весом в три килограмма рухнула мне на колени. Думала в этот момент останусь без ног.

— Ух! Это… — я осмотрела первый лист, на котором читалось «Заявка». После быстрого пробега взглядом, я поняла, что эту заявку оформил клуб озеленения, который просит о дополнительном финансировании и поясняет, на что будут затрачены расходы.

— Дисциплинарный Комитет отвечает за общий бюджет школы, — пояснил Хибари, присаживаясь за свой стол. — Однако помимо бюджета, мы отвечаем и за школьное имущество, клубы, проведение различных мероприятий и так далее. Всего знать не обязательно. Однако главы клубов часто присылают заявки на финансирование их отдела. Просмотри все документы и подготовь отчёт, в котором ты скажешь, на чью заявку ответить отказом, а на чью согласием.

— Что? Мне заняться распределением бюджета? — охнула я. — А разве этим не должен заниматься Глава Дисциплинарного Комитета?

— Теперь нет, — Кёя лениво зевнул и откинулся на спинку кресла, всем видом демонстрируя, что он собирается спать.

— Я отказываюсь! — повысила тон в голосе, после чего поставила стопку бумаг на край стола.

— Что ты сказала, травоядное? — в серых глазах парня угрожающе мелькнула ледяная сталь.

Спорить с ним сейчас — бессмысленно. Он дал мне это задание не для того, чтобы я забрала на себя часть его работы, а для того, чтобы проверить из чего я состою. Как ранее и сказал, ему стало интересно. Вот только, что он хочет от меня в итоге? Для него это что-то вроде очередной игры. Он заметил во мне сильную сторону и теперь хочет увидеть насколько же эта сторона сильная.

Чёрт! Этого мне ещё не хватало. Лучше бы он, как и ранее, относился ко мне, словно к насекомому. Находилась бы тут подобно призраку и вела своё спокойное существование. Хотя, возможно, стоит удовлетворить его любопытство. Сыграю по его правилам и выполню часть работы, но в определенный момент сдамся, показав, что я достигла своего предела. Тогда парню снова станет скучно, и он просто забудет обо мне. Сейчас это в любом случае невозможно. Он всё прекрасно видел и слышал, а значит моё отрицание случившегося, будет подобно тому, если бы я тушила зажжённую спичку бензином.

— Хибари-сан, — начала я, немного спокойным тоном. — Ознакомиться с документами я смогу, но вот работать с ними в подобных условиях — не получится.

— Бесполезное травоядное! — бросил раздражённо парень. — Решила мне условия ставить?

— Если хотите, могу забирать документы домой и работать с ними там, а результат и отчёт приносить утром, — пожала плечами.

Это была проверка. Если ему действительно нужна помощь в работе, он согласится. Просто даст разрешение и продолжит заниматься своими делами. Но если ему любопытно, то важно, чтобы я была перед глазами и желательно на видном месте. Что именно этот человек желает увидеть — не ясно. Думаю, он и сам ещё не понял. Просто следует своему хищному инстинкту, в котором чувствует силу и желает эту силу сломить.

— Хм… — протянул Кёя, таинственно улыбаясь. — Посмотрим, что можно сделать…

Какой неоднозначный ответ. Мне он не нравится. Однако ясно одно — домой он меня не пустит.

— Что ж… в таком случае пока просто ознакомлюсь с заявками, — спокойно сказала я, хватая трехкилограммовую стопку бумаг и направляясь к своему диванчику, где чувствовала себя намного спокойнее. Вот только… надолго ли?

Глава 9. Этот дождливый день...

— Я ЭКСТРЕМАЛЬНО НИЧЕГО НЕ ПОНЯЛ!!!

— Кто бы сомневался…

— ТАК ТЫ УТВЕРДИШЬ ЗАЯВКУ?

— Говорю же, нет!

— ВО ИМЯ ЭКСТРИМА, ПОЧЕМУ???

— Ох, да за что же мне всё это?!

Уже битый час я спорю с Главой клуба бокса Сасагавой Рёхеем по поводу того, что выдавать каждый месяц по новой боксёрской груше, потому что старая потрепалась — нельзя. Я старалась ему объяснить и на пальцах, и даже рисовала на листочке, поясняя, что да как, но у этого парня походу всего одна извилина, и то прямая. Если он что-то решил, то хоть убей, его не переспорит никто в этой жизни. Теперь я понимаю, почему многие просто сдаются и уступают парню во всех спорах. Он и мёртвого уговорит воскреснуть, дай только причину это сделать.

— Рёхей, ваш клуб требует слишком большой объём финансов, — повторяла я уже в сто первый раз. — Слишком большие запросы, но при этом мало результата.

— Тогда я приглашу ещё больше учеников в клуб бокса! — не сдавался парень.

— Да не в количестве дело! — уже стонала я. — А в эффективности! Понимаешь? Короче, — потёрла пальцами переносицу. — Нужны победы! Много побед! На всех соревнованиях, что только возможно! Прославляете школу Намимори — получаете свои боксёрские груши, понял?

— ДА! — воскликнул парень и улыбнулся. — Я экстремально побеждаю на соревнованиях, ты даешь нашему клубу боксёрские груши!

— Ну, не совсем… но хрен с ним, пусть будет так, — уже просто устала, поэтому согласно закивала.

— ОТЛИЧНО! — опять заорал во всё горло парень, поднимая кулаки над головой. — Но ближайшие соревнования у нас перед новым годом… Хм… — парень задумался. О небеса! Неужели он умеет это делать? — Тогда я загляну к вам позже! Пока!

Наконец-то Рёхей ушёл, оставив меня одну в кабинете, после чего я буквально физически ощутила эту сладкую и опьяняющую тишину. Не выдержав, голова рухнула на стол, где уже находились разбросанные листочки бумаги. И во что только превратилась моя жизнь?

Прошёл приблизительно месяц с тех пор, как я стала своего рода секретарём в Дисциплинарном Комитете. Сначала это казалось довольно забавным и простым. Я быстро поняла, какую формулу необходимо применять, да и вообще, что, куда, зачем и для чего. Вот только, чем лучше я справлялась, тем больше работы на меня наваливали. Причём все, кому не лень. Хибари, Кусакабе и остальные члены Комитета. Они просто сели на шею, свесили ноги и с наслаждением наблюдали за тем, как я тащу весь отдел.

Хотя… должна признать, что в какой-то мере мне понравилась эта работа. Да что там, она реально интересная! Я адаптировала её под себя, полностью переведя всю информацию в цифровой вариант. Заявки, финансовые данные, результаты и отчёты всех клубов, затраты на повреждённое школьное имущество — всё теперь было вбито в компьютер, который пришлось с боем выпрашивать у Хибари. Это было ещё то событие, но уже на третий день он понял, что компьютер и в самом деле необходим. Вся эта огромная кипа бумаг превратилась в статистические данные, которые можно было просмотреть в любое удобное нам время.

Вот только то, что теперь данным вопросом занималась я, не всех устроило. Были клубы, которые получали неплохие деньги, но после просмотра истории их эффективности и пользы школы, я решила урезать денежный взнос. А некоторые и вовсе перестали что-либо получать. Особенно клуб программирования. По сути, они всегда писали заявки, в которых просили сумму денег и оправдывали свои нужды возвышенным научным языком. Вернее языком программирования, который простой смертный не поймёт. Хибари не разбирался в подобных вещах и зачастую просто отказывал, не вникая в суть. Но бывало и такое, что он одобрял заявку. Тогда клуб программирования ликовал, и все были довольны.

Но я в этом разбираюсь. В компьютерной технике я словно рыба в воде. И когда стала читать заявку, то немного была шокирована от той наглости, до которой парни из клуба программирования докатились. Используя терминологию известную не каждому, они в наглую клянчили деньги, но толком не поясняли для чего. Более того, в пункте «эффективности клуба» писали самую обычную тарабарщину. Казалось, что они просто скопировали несколько страниц из учебника по информатике и вставили в заявку.

Когда я ещё искала, в какой клуб вступить, клуб программирования стоял у меня на первом месте. Но, заглянув к ним в кабинет, увидела группу школьников, которые только и делали, что играли в игрушки по сети и смотрели хентай. Вывод был очевиден — там мне делать нечего. Но они, видно, считают иначе, раз продолжают слать заявки чуть ли не каждые два дня. В итоге, я разозлилась и написала им официальный ответ. Вот только он был закодирован банальной двоичной системой состоящий из нуля и единицы.

Чтобы прочитать послание, ребятам было необходимо оцифровать документы и пропустить через командную строку. И только после того, как они всё это сделали, на экране появлялся бы чёрный экран и белая надпись: «Прекратите писать в заявке ерунду. Иначе в следующий раз я расскажу о ней Хибари Кёе. Угадайте, что он после этого с вами сделает?».

После такого ответа, заявки со стороны клуба программирования… исчезли, в принципе. А на меня стали коситься так, словно я инопланетянин и враг народа вместе взятые. Начали возникать странные сплетни. То, что я толком не умею драться — узнали быстро. И почему-то из-за этого возненавидели. Перестали бояться и обходить стороной, а наоборот норовили поставить подножку, пихнуть, толкнуть и сделать всё, чтобы задеть меня. Не все, только те, кому я по большей степени отказывала, хотя в основном отказывал ведь Хибари.

Но меня это их поведение никак не задевало. В общем школьном буфете, — да, он у нас тоже есть, — я не обедаю. В основном всегда притаскиваю сладости с собой и уединяюсь где-нибудь на крыше. Хотя в последнее время это становится делать всё труднее и труднее. Хибари стало нравиться проводить время на крыше и стоит нам с ним там встретиться, как он в своей манере выгоняет меня оттуда.

Но это не всё.

От обилия работы я стала убегать и прятаться в школе. Выполню предоставленное мне задание, а потом, пока не дали ещё что-то, прячусь. По-детски? Возможно, но я такой лентяй, что ещё поискать надо. В школе отыскала минимум два десятка отличных мест, где обычный человек меня не найдёт. Но Хибари Кёя похоже в этот список не входит. Он даже в женский туалет не смущается заходить, чтобы прервать моё время разгильдяйства. Хотя порой мне казалось, что ему просто нравится играть в «Кошки — мышки», где я, в итоге, поймана.

А эти вечные совещания среди и старшекурсников, и глав клубов?.. И зачем я там? Всё равно все диалоги ведёт Хибари. И с ним все соглашаются. Меня, в принципе, никто не замечает. Ношусь как ненормальная за ним с целой кучей документов. Руки вечно потом как у обезьяны растянуты. Кстати, меня ведь и прозвали так — «Тряпка Хибари». Весело, да? Многие никак не поймут, почему меня ещё не выгнали из Дисциплинарного Комитета. Из-за этого желающих попытать счастье на вступление в Комитет становится с каждым днём всё больше. В принципе, на это у Кёи свой ход. Даёт каждому стандартную анкету на заполнение и после просто говорит: «Вы не прошли». Вот и всё.

Кто-то говорил, что я дальняя родственница Хибари, кто-то утверждал, что должна ему крупную сумму денег, оттого и прислуживаю, а кто-то просто был уверен, что я временное развлечение для Демона Намимори. Наскучу — отпустит. Ох, если бы всё было так просто…

Я знала, что безумно раздражаю Хибари Кёю. Его злило во мне всё. Да он это и не скрывал. Злило, что я вечно ем, что вечно создаю шум, когда работаю. Злило, что стараюсь спрятаться и ничего не делать. Злило, что я такая слабая, и даже одно небольшое тыканье в моё тело может оставить синяк. Злило, что меня часто приходят навестить Тсуна, Такеши и даже Хаято. Злило, что у Реборна на меня какие-то планы, но он ничего не может понять. Ведь Реборн крут, а я что? Иностранка, которая толком не знакома с местной культурой. Ах, да… то, что я часто ругаюсь и говорю сама с собой на русском или итальянском — его тоже злило. В общем, если так подумать, то я один сплошной комок недостатков для Хибари.

За всё время нашего сотрудничества, он ни разу не обратился ко мне по имени или по фамилии. Всегда только — «травоядное» и «бесполезное травоядное». Не знаю точно, чего он от меня ждал, но чем дольше шло время, тем раздражительнее он становился. В какой-то момент я была уверена, что он психанёт и проломит мне череп. Поэтому вообще отошёл от бумажных дел и перевалил всё на меня и Кусакабе. Кстати, Тетсуя довольно забавный парень. Особенно когда ты сидишь в одиннадцать часов вечера с ним один на один в школе и составляешь отчёт, который должен был сделать Хибари для директора. Как-то мы даже общий язык нашли. Только когда одни. При Хибари он всё такой же злой и безразличный ко всему Элвис.

Сам же Реборн также часто заглядывал. Вечно слал сообщения, в которых говорилось только о месте и времени, когда необходимо собраться. То была необходима нянька для Ламбо, так как мальчик стал часто прибегать в школу к Тсуне и мешать занятиям. Я сразу отказалась. И приз стать правой рукой Десятого Вонголы меня не соблазнял. Однако Реборн заверял, что я идеальный вариант, так как у меня какая-то особая аура, что действует на детей и животных. Или как-то так. Не помню. В тот день я так сильно устала от вечных вычислений и работы с документами, что толком не слушала малыша. Повернулась к плачущему Ламбо, которого обидел Хаято.

— Ламбо, хочешь, я научу тебя ругаться и материться на русском? Будешь оскорблять Гокудеру, а тот ничего не поймёт.

— ДА! — обрадовался Ламбо.

— НЕТ! — крикнул Тсуна, обхватывая Гокудеру за руки, так как тот уже поджигал партию динамита для меня. — Дар не прошла!

Лишь пожала плечами и ушла. Правда, потом, когда появился взрослый Ламбо, благодаря базуке десятилетия, мне удалось краем уха услышать, как он выругался на чистом русском без акцента. Вывод прост — я хороший учитель.

Потом был очередной сбор у дома Тсуны в середине октября. Тогда это была вечеринка-сюрприз в честь совместного дня рождения Тсунаёши и Реборна. Конечно, было крайне неловко, когда изначально планировалось празднование только дня рождения Реборна, а о Тсуне вспомнили в самый последний момент. Даже Нана, мать Тсуны, забыла об этом дне. В ту секунду я искренне сочувствовала парню, понимая каково ему. Но, в итоге, всё прошло в стиле… Вонголы. Начали дарить подарки и получать за это баллы. Правда, тот, кто получил бы меньше всего баллов, должен был умереть. Ненавижу мафию и всё, что с ней связано, ну и чёрт с ним. По пути к дому Савады я купила обычный торт и подарила его Реборну. Не много, не мало, а двадцать баллов у меня было. Я осталась в живых. Пока что…

Вся вечеринка закончилась тем, что Тсуну, после его представления с Хаято, пришлось тащить в больницу. Во время выступления он вошёл в режим посмертной воли и скрутился в небольшом ящике буквой «зю», втыкая в ящик острые мечи. Жив-то он остался, но врачи ещё долго соображали откуда, что и куда растёт.

Уже ближе к ноябрю послышалась очередная довольно странная новость, мол, в Намимори прибыл наёмный убийца из Китая. Эта весть меня так «обрадовала», что я прям не знала, куда деть себя. Либо искать бункер при атомной войне, либо сразу на кладбище идти. Кто это и как он выглядит, этот очередной киллер, мне не сказали. Просто дали понять, что зовут его И-Пин. Однако позже я сама выяснила, при довольно странных обстоятельствах.

Идя по коридору с огромной стопкой бумаг, которые я тащила из архива в кабинет Дисциплинарного Кабинета, на меня налетело что-то мелкое, круглое с короткой чёрной косичкой. Я уж было подумала, что это мячик, который притащили школьники в здание, но нет. Оно было живое. В первое мгновение после столкновения в воздух полетела вся стопка бумаг, которую я так старательно тащила, да видно не судьба.

Но ни один листок не упал на пол, так как мячик, а вернее ребёнок, с потрясающей скоростью собрал все парящие в воздухе листочки и, сложив их в аккуратную стопочку, вернул мне. От ребёнка сильно пахло чесноком, но этот запах не отталкивал. Наоборот — вызывал аппетит.

— Спасибо, — улыбнулась я, беря стопку. — Ещё б немного… — осмотрела незнакомца. — Эм, а кто ты? Тут нет отделения для младшей школы. Ты кого-то ищёшь? Может брата или сестру? — ребёнок отрицательно покачал головой и что-то произнёс на непонятном мне языке. Не сразу до меня дошло, что мне отвечают на китайском. Этот язык, к сожалению, мне не знаком. Я обратилась на итальянском. — Как тебя зовут? — малыш нахмурился. Хм, попробуем ещё раз. — Как тебя зовут? — уже на русском.

— О! — удивилась она. — Моя звать И-Пин, — заговорил ребёнок, и я остолбенела. Так это и есть тот самый киллер из Китая? Как страшно жить, раз дети в наёмники идут. Но тут другое, И-Пин понимает русский язык. Даже говорит на нём. Плохо, коряво, но говорит.

— Ты знаешь русский, — удивилась я.

— Моя учитель знать русский. Моя учитель там бывать. И-Пин любить учиться. И-Пин очень стараться.

— Ясно, — улыбнулась я. С виду не похожа на того, кого следует бояться. Может слухи — это просто слухи? — А меня зовут Дар. Так кого ты ищёшь, И-Пин?

— Дар? — ребёнок удивился. — Серра Дар?! — я насторожено кивнула. — Учитель говорить о Дар. Учитель велеть быть осторожный.

— Вот как, — усмехнулась я, понимая, что мы в похожей ситуации. Прозвенел звонок на урок. Время идёт, а я тут с китайским ребёнком болтаю. — Ладно, — прижала к груди стопку листов бумаги. — Удачи! В чём бы она тебе не понадобилась, — я направилась дальше по коридору.

— Се-се, — произнёс ребёнок, сложив перед собой ладони и слегка поклонившись. Кажется, меня поблагодарили на китайский манер. Это было довольно странно, особенно когда потом Тсуна рассказал, что И-Пин — девочка. И угадайте, что? Отныне живёт у него дома.

Честное слово, все самые опасные и подозрительные личности останавливаются у этого Савады. Ясное дело, что ни к чему хорошему это не приведёт. Но Ламбо наконец-то есть с кем поиграть, и он перестал приходить в Среднюю школу Намимори просто так.

Однако время шло и вот, наступил не самый для меня приятный день, который я не сразу-то и заметила вначале. Одиннадцатое ноября. С самого утра небо было закрыто плотными грозовыми тучами и мир, казалось, окрасился в серые тона. Дул сильный ветер, но я не чувствовала холода. Наоборот, чувствовала себя крайне уютно. Я даже не одевалась по-осеннему, а продолжала носить одну лишь форму, так как накинь что-нибудь ещё и стало бы жарко.

Шла я в школу медленно, так как в голове суетились мысли. Обо всём, что до сего момента я прочно старалась оттолкнуть от себя. О переезде в Японию и о том, как обернулось то, что теперь втянута в мафиозную группировку. О том, что родители до сих пор не выходят на связь, а ведь прошло уже практически полгода. Они продолжают избегать меня, и мне кажется, на это есть причины намного серьёзнее, нежели просто страх скандала. Что за договоренность с Вонголой? Что за семья Серра? Почему они так боятся мою семью и самое главное меня? И почему я упорно игнорирую всё, что происходило ранее? Словно целенаправленно избегаю любой информации, касаемо того, кто я и почему оказалась там, где оказалась.

— Привет, Дар! — услышала я голос Ямамото, когда подошла к вратам школы. Голос парня был весёлым и радостным, как всегда. Но звучал он для меня как-то отдалённо. Словно из-под земли. — Ты бы одевалась теплее. Хоть ещё снега нет, да сегодня дождь обещают. Простудишься.

— Ага, — бросила я с неким безразличием и пошла дальше, думая о своём.

— Дар, опять спишь на ходу? — продолжал смеяться Такеши, догоняя меня, и чтобы продолжать беседу, стал идти в сторону школы спиной вперёд, а ко мне повернулся лицом. — Таблетку Шамала уже приняла или забыла? Лучше тебе принять, а то так и весь день проспишь.

— Ага… — вновь бросила я на автомате, даже не смотря, куда иду.

— Хм? Ты сегодня какая-то странная, — протянул бейсболист. — Тебе бы не помешало развеяться. Не хочешь придти ко мне на игру? Если до обеда дождя не будет, то наша команда играет на спортивной площадке против школы для мальчиков с соседнего квартала. Говорят, там у них сильные парни. Даже волнительно! Ха-ха-ха! — я ничего не сказала, так как вообще не слушала о чём Ямамото говорил. — Дар? Дар!

— А? — немного пришла в себя. — Извини, у меня много работы. Встретимся потом, — развернулась и, ускорив шаг, побежала вдоль коридоров в сторону кабинета Дисциплинарного Комитета, оставив удивленного Такеши одного.

В кабинете никого не было, что позволило мне сразу пройти к своему диванчику и, сев на него, продолжить мысленно задавать себе вопросы, которые я ранее избегала. И, кстати, почему? Было некое состояние потерянности и безмятежности. Я совсем не ощущала реальности. Всё стало серым, ненастоящим, словно сон.

— Травоядное, ты ещё долго собираешься меня игнорировать?! — послышалось откуда-то издалека. Рефлекторно я повернула голову в сторону звука. Это был Хибари Кёя. Кажется, он был зол, а, может быть, и нет. Не понятно. По его лицу никогда ничего не понятно.

— Хибари-сан, вы были тут? — спокойно произнесла я, отворачиваясь в сторону окна. — Здравствуйте.

— И это всё? — голос был раздражён и начинал слегка рычать, как приглушенный мотор мотоцикла. — Я уже двадцать минут пытаюсь до тебя достучаться, бесполезное травоядное! Соберись, на сегодня у нас много работы и…

— Хибари-сан, а какой сегодня день? — спросила я, совершенно его не слушая.

— Одиннадцатое ноября, — бросил парень через плечо, направляясь к своему столу.

— Вот оно что… — и тут до меня дошло, что за день сегодня. Встав с дивана, я направилась к выходу. — Хибари-сан, вынуждена вас сегодня покинуть. Это личное.

— Разве я давал на это разрешение, травоядное? — я проигнорировала эти слова и продолжила идти к двери. Практически коснулась пальцами до дверной ручки, как неожиданно почувствовала, что падаю на спину. Вернее меня опрокинули, скрепив руки над головой мёртвой хваткой, а к горлу придавили конец стальной тонфы. Сам же яростный Хибари Кёя сидел на мне сверху так, что даже ноги были обездвижены. Но я и так не сопротивлялась. Просто лежала и думала о своём, смотря «сквозь» Хибари. — Похоже, обычные слова до тебя не доходят, — злобно усмехнулся Кёя. — И как Глава Дисциплинарного Комитета я просто не могу проигнорировать такое нарушение. Поэтому готовься, — наклонился к самому лицу. — Я забью тебя до смерти. Ты меня порядком достала.

Я видела, что он говорит. Слышала, что он говорит, но не слушала. Не воспринимала информацию на должном уровне. Всё было словно во сне. Ни страха, ни боли, ни ненависти — вообще ничего. Сегодня тот самый день. Он наступил. Каждый год одно и то же. Каждый год одно и то же чувство растерянности.

— Интересно, — негромко произнесла я вслух, за долю секунды до того, как тонфа коснулась моего лица. Вернее, она замерла прямо на уровне моих распахнутых глаз. Я даже не моргнула, когда Хибари подносил оружие. Но услышав мой голос, он замер. — Интересно, а сегодня будет дождь?

— Дождь? — похоже, парень был в недоумении от моего поведения. Ведь я не сопротивлялась и, самое главное, не боялась. Сердцебиение спокойное, дыхание ровное. Совсем не то, что он привык видеть в своих жертвах.

— Сколько себя помню, в этот день всегда идёт дождь, — пояснила я, повернув голову в сторону распахнутого настежь окна. С моего положения, мне были доступны только безмятежные серые облака. Грозовые тучи набирались сил.

— В этот день? — продолжал не понимать Хибари, но всё ещё сидел на мне, сжимая одной рукой мои запястья над головой.

— Да, — негромко произнесла я. — В день моего рождения.

— День… рождения? — голос парня дрогнул, но лишь на мгновение. Более того, он нахмурил брови и отвёл взгляд, словно что-то вспомнил неприятное, но, кажется, это было смущением. Хибари отпустил мои руки и наконец-то встал в полный рост, отворачиваясь. — Ясно, — бросил он через плечо. — Иди куда хочешь. Не мешайся.

— Спасибо, — произнесла я, вставая на ноги и продолжая свой путь.

Интересно, он бы понял меня, если бы я сказала, что ненавижу свой день рождения?

Думаю, нет.

Стоило только выйти из здания школы, как начался дождь. Вначале он был мелким и практически незаметным. Но уже через десять минут город окружил настоящий ливень. Форма Дисциплинарного Комитета промокла очень быстро. У меня с собой не было ни куртки, ни зонта. Белоснежные волосы мокрыми прядями прилипали к лицу. Ноги в обуви звонко хлюпали, намекая, что пора её сменить, но я ничего этого не замечала. Даже не помню, когда зашла в магазин и купила мороженое на палочке. Вернее замороженный сок. В этот день я всегда его покупаю, но не ем. Интересно, почему?

Ничего не понимаю. Всё словно в тумане. Ледяные струйки стекают по моему телу. Не было ни одной сухой ниточки, но это всё не важно. Я брела в неизвестном направлении, совершенно ничего не замечая перед собой. В какой-то момент поняла, что нахожусь на неизвестной мне детской площадке, сидя на раскачивающихся качелях. Наблюдая за тем, как мороженое медленно тает в моих руках, стекая на землю, я пыталась вспомнить. Вспомнить тот день.

Это повторялось каждый год, сколько себя помню. Именно поэтому ненавижу свой день рождения. Лучше бы его вообще не существовало. Именно в этот день, когда мне было три, пожарные вытащили меня из горящего дома. Что там произошло, я не знаю. Не помню. И это меня мучает. Кажется, что я должна вспомнить. Это очень важно, настолько важно, что занимает всё моё сознание. Но сколько не пытаюсь, всё никак не получается приоткрыть хотя бы чуть-чуть завесы этой тайны.

С того дня мои волосы белее снега, но почему они стали именно такими? Что произошло в том пожаре? Столько вопросов. В остальное время года я об этом не думаю, так как в голове словно крутится некая команда — «Не думай об этом! Не смотри туда! Избегай всего, что с этим связано!». Именно по этой причине я не стремлюсь узнать что-то о своей семье. Не стремлюсь понять Реборна и мир мафии. Избегаю любое упоминание о криминальном мире. Я уже столько раз слышала, что семья Серра принесла семье Вонгола кучу хлопот, но что это значит? Почему меня называют Представителем этой семьи? Значит нас много? И почему именно я?

Реборн знает обо мне больше, чем я сама о себе узнала за всю жизнь. Кто этот мальчик? Порой мне кажется, что он уже далеко не мальчик, а скорее взрослый мужчина с огромным жизненным опытом. Это пугает и привлекает одновременно. Я люблю загадки. С детства их обожаю. Однако самой главной загадкой является моя собственная жизнь. В этот день, словно все сознательные запреты исчезают, и я начинаю задавать вопросы. Много вопросов. Так много, что даже теряюсь.

Моё тело спокойно воспринимает холод, а также невосприимчиво к ядам. Почему? Почему мама вырабатывала во мне подобное свойство? Кто мои родители на самом деле? Серийные убийцы? Наёмники? А брат? Он в курсе всего этого? Мы жили как образцовая семья. Папа — профессор, мама — педиатр, брат — юный гений учится за границей. И я… казалось бы не подающая никаких надежд. Просто люблю технику и всё, что с ней связано. Загадки и ребусы. Но не могу спать ночами, вообще предпочитающая отшельничий образ жизни. Почему? Почему я такая?

Столько вопросов, но завтра всё будет как всегда. Я отброшу в сторону все эти мысли и продолжу свой путь, словно этих мыслей и не было.

В этот день всегда идёт дождь. Мне он нравится. Словно смывает все плохие воспоминания и даёт возможность родиться заново. Возникает лёгкое чувство покоя. Хотела бы я, чтобы дождь так шёл вечно. Не люблю солнце, не люблю тепло. В ночи я всегда чувствовала себя значительно лучше.

Мороженое почти дотаяло.

И зачем я его покупаю каждый год, если не собираюсь есть? Что с ним связано? И главное именно замороженный сок, хотя если знать мои вкусы, то мне больше нравится пломбир в шоколаде. Но нет. В день своего рождения покупаю именно замороженный сок на палочке.

Дома с родителями никогда не праздновала свой день рождения. Нет, они пытались воспитать во мне любовь к данному празднику. Торт, веселье, гости… Но я всегда уходила из дома и проводила его в одиночестве, чтобы подумать. Попытаться вспомнить то, что так тяготит моё сердце. Что произошло тогда, в том пожаре?

— Эй! Белобрысая ведьма, это ты? — услышала я знакомый мужской голос. — Эй! Да чтоб тебя. Какого чёрта ты тут делаешь?

— А? — подняла голову и увидела перед собой раздраженного Гокудеру, который дрожащими губами сжимал сигарету, а руками зонтик. — Хаято? Что ты тут делаешь?

— Это я у тебя спросить пытаюсь! — рычал на меня парень, немного дрожа от холода. — Сколько ты тут сидишь? Да и вообще, почему тут? Разве тебе не холодно? У меня от этого дождя весь порох отсырел, — злился Гокудера. — Занятия кончились, и я шёл домой, а тут ты… выглядишь, словно, в самом деле призрак.

— Ага, — кивнула я, опустив голову и посмотрев на палочку от мороженого, что я до сих пор держала в руках. Да уж. Видно, я давно тут сижу и совсем потеряла счёт времени. Раз занятия уже кончились, то уже давно за полдень и приближается вечер. — Извини.

— К чёрту твои извинения! — фыркнул парень. — Иди домой, если не собираешься простыть! На тебя смотреть больно.

— Ага, — вновь бросила я, вставая с качели и направляясь подальше от детской площадки.

— Чтоб тебя… И куда ты пошла? — крикнул мне парень. — Ты вообще живёшь в другом направлении! Э-э-эх! — он почесал голову, словно над чем-то думая. — Да что с тобой сегодня? Этот бейсбольный придурок упоминал, что ты какая-то странная, но Реборн-сан велел не влезать, — я просто пошла дальше, не обращая внимания на слова Гокудеры. В то время как парень начинал злиться всё сильнее и сильнее. Его сигарета потухла от влажности, из-за чего возрастала злость Хаято до уровня демона. — Фек! Это меня не касается! — бубнил парень за моей спиной. — Это меня не касается! Так велел Реборн-сан! Это меня не касается! НЕ КАСАЕТСЯ! Чёрт… ЭЙ! ВЕДЬМА! СТОЙ! — за спиной послышалось приближающееся хлюпанье. — Идём!

— А? — только и смогла высказать я перед тем, как Гокудера схватил меня за руку и потащил в неизвестном направлении.

— Ты там ничего не подумай, — добавил он, не оборачиваясь. — Я это делаю не для тебя, а для Десятого. Ведь я всё же его Правая Рука.

— Что? — всё ещё не понимала я, но на этот раз Хаято не ответил. Сопротивляться не имело смысла, да и как-то не думала об этом. Гокудера всегда проявлял некую агрессию по отношению ко мне, так что уверена, что скоро он психанёт и отпустит меня.

Но нет. Парень привёл меня к невысокому одноэтажному дому, открыв дверь своим ключом и силой впихнув в здание. Внутри было тепло, сухо и тихо. Это его дом? Скорей всего, так и есть, так как Гокудера, не глядя, швырнул обувь и сумку на тумбочку в прихожей. Снял промокшую ветровку, продолжая о чём-то ругаться. Зонтик сложил и повесил на крючок, также в прихожей. На меня никакого внимания не обращал.

Бъянки, старшая сестра Хаято, живёт в доме Тсуны, но о том, где живёт сам Гокудера, я не знала. Видимо, тут. Снимает домик, как и я. Вот только зачем он меня сюда привёл? Со всего тела градом стекала вода, вызывая огромные лужи под ногами.

— Вот, — произнёс Гокудера, выходя из какой-то спальни протягивая мне стопку одежды. — Пройди в ванную и переоденься.

— Я… — смотрю на аккуратно сложенную одежду. А он педантичен. — Я, пожалуй, пойду домой… — повернулась к двери, но тут же почувствовала, что меня вновь схватили за руку.

— И куда ты пойдёшь в такую погоду?! — вскрикнул гневно парень, после чего силой потащил в ванную комнату. — Мне, знаешь ли, это тоже не очень-то нравится! Просто не хочу потом со стыдом в глаза Десятому смотреть, поняла? — Гокудера пихнул меня в ванную и резко захлопнул за спиной дверь. Правда, предварительно включил в комнате свет.

Из одежды он мне дал свою тёмно-красную футболку, на котором было изображено НЛО в форме летающей тарелки. А также шорты цвета охры. Также имелось одно полотенце явно намекающее, на то, чтобы я вытерла волосы. Немного посмотрев на вещи, мне ничего не оставалось, кроме как переодеться. Всё равно домой, похоже, просто так не пустят, а в мокром разгуливать — Гокудеру злить.

Все действия были на уровне подсознания. Сняла мокрую одежду, накинула сухую, которая на несколько размеров была больше меня, после чего выжала из своей формы влагу, повесив их сушиться там же, и вышла в коридор. Перед дверьми в ванную уже стояли готовые для меня тапочки. Ковров тут я не видела, да разгуливать босиком — мне не привыкать, но всё равно уважу хозяина и надену их. Хм… они явно принадлежат Хаято. Моя нога в них буквально утопает.

Шаркающими шагами прошлась по коридору, выискивая одноклассника. Уже хотела позвать его, как из дальней комнаты послышалось небольшое хлопанье и ругательства на итальянском. Как оказалось, парень злился на телевизор, что отказывался работать. Хаято уже успел переодеться и выглядел как-то по-домашнему. На нём не было его излюбленных колец и брелков с черепами, что придавали парню этакий стиль рокера. Он был одет в обычную футболку и шорты, похожие на те, что были на мне. Пепельные волосы собраны в короткий хвостик на затылке, а на носу сидели очки.

— Дерьмовое старьё! — злился он на итальянском. — Ты будешь работать или мне тебя выкинуть, а?

— Позволь мне, — обратилась я к парню на его родном языке, протягивая раскрытую руку. Парень сначала вздрогнул, не ожидая, что нахожусь так близко. Потом осмотрел меня с головы до ног и, хмыкнув, вернулся к своему занятию.

— Иди, для начала обсохни, — перешёл он на японский, махнув в сторону кресла, который находился в конце зала. Пожав плечами, направилась в указанную сторону и, сев в кресло, поджала ноги, обхватив их руками. Тело было ледяным, но мне привычно. Люблю холод. Даёт возможность хорошо подумать. Не знаю, сколько времени прошло, когда перед моими глазами возникла чашка горячего шоколада, испускающего приятный сладкий аромат ванили. — Держи, — бросил Хаято с неким безразличием, делая маленький глоток из точно такой же чашки. — Эх, старая рухлядь, — вздохнул он, садясь в другое кресло. — Надо будет хозяину дома об этом сказать. На свалку давно пора выкинуть. Или в музей.

— Угу, — кивнула я, вдыхая аромат горячего напитка.

Гокудера бросил на меня косой, полный подозрения взгляд. Бирюзовые глаза сощурились, испуская недоверие. Казалось, что еще немного, и он дыру во мне сделает. Скорей всего, парень ждал каких-то объяснений или слов с моей стороны, но я молчала. Просто уставилась в одну точку и ничего больше не замечала вокруг себя.

— Да что происходит, чёрт возьми?! — не выдержал Гокудера. — Что с тобой? Ты какая-то странная! Бесишь! Нет, ты всегда не от мира сего, но сегодня — особенно. Можешь сказать, что случилось? Не обещаю, что помогу, но это хотя бы перестанет меня раздражать.

— Хаято, — обратилась я к нему, продолжая думать о своём, но парень замолк. — С первого дня, как только ты узнал, что я из семьи Серра, ты относился ко мне крайне осторожно. Скажи, почему? Что ты знаешь?

— Идиота из меня делаешь? — психанул Гокудера. — Я уже слышал нечто подобное, но никогда не поверю, что ты прожила четырнадцать лет и ничего не знала о прошлом своей семьи. Тем более зная о твоём интеллекте…

— Да, — губы дрогнули в лёгкой улыбке. — Скорей всего, ты меня никогда не поймёшь, но это правда. Представь себе, что всю жизнь я прожила как обычный подросток, которому постоянно говорили, что он гений, но разве не все родители так говорят о своих детях? Я знала, что немного умнее своих сверстников, но не считала это чем-то выдающимся. У меня был серьёзный пример перед глазами. Старший брат Рома намного способнее меня. Во всяком случае, я так всегда думала. Жила в России и никогда ничего не слышала ни о мафии, ни о семье Серра, ни о том, что меня ждёт в будущем. Даже японский я учила для того, чтобы потом поступить здесь в какой-нибудь университет и продолжить своё обычное существование, — смотря на остывающий шоколад в моей чашке, я улавливала собственное отражение. Оно было каким-то грустным, а жёлтые глаза приобрели цвет тающей карамели. Хотя, возможно, это только игра света. — Даже приехала в Японию для того, чтобы просто учиться и знакомиться с местной культурой. Однако в первый же день узнаю, что я Представитель некой огромной и опасной семьи Серра, у которых договор на меня с семьёй Вонгола. Как только я достигну совершеннолетия, то должна буду выйти замуж за Саваду Тсунаёши, который сам ещё не понял, куда влип. Более того, мои родители пропали. На сообщения и звонки не отвечают. Спросить о том, что вообще происходит не у кого. Но всё сводится к простому: меня всю жизнь обманывали, чтобы под конец использовать, дав некий статус Советника. Хочешь, верь, хочешь, нет, Хаято, но такая у меня ситуация, в которой нахожусь уже около полугода.

Я замолкла, и в комнате воцарилась гробовая тишина.

Мне казалось, что парень сейчас вскочит, начнет как обычно грубить и фыркать по поводу того, что я наговорила. Но нет. Он молчал. Более того, его лицо стало каким-то взрослым и серьёзным. Словно передо мной и не Хаято вовсе, а кто-то другой, мне ранее не знакомый. Парень, достал сигарету после чего, зажав её между губ, поджёг и закурил.

— Я тебя понимаю, — неожиданно произнёс он серьёзным и спокойным голосом. — Пожалуй, даже очень хорошо понимаю, — в бирюзовых глазах плясал огонёк сигары, но сами они стали такими же туманными, как и мои недавно. Казалось, что моё сегодняшнее настроение заразно, и теперь Гокудера витал в точно таких же вопросах, что касаются его прошлого. — Хорошо, — он затянулся. — Я расскажу тебе всё, что знаю о семье Серра. Но это будет один единственный раз. Второго подобного поступка с моей стороны не жди, поняла? — я согласно кивнула, приготовившись слушать. — В принципе, знаю не так уж и много. В основном сплетни, да и только. Где-то они чересчур приукрашены, а где-то и вовсе былью поросло. Но всё сводится к одному — Серра нельзя доверять.

Гокудера наклонился вперёд и положил локти на свои колени, позволяя рукам свисать в воздухе. Только длинные музыкальные пальцы правой руки изредка поднимались к губам хозяина, чтобы сделать очередную затяжку ядовитого дыма. Сам того не заметив, Гокудера перешёл с японского на итальянский язык, но мне это нисколько не мешало, и я продолжала слушать его.

— В Серра всегда рождались люди с выдающимися умственными способностями, но Представителем становился только один из их семьи. Кто он и где именно — никто не знал. Эта семья никогда не жила вместе, подобно клану или общине. Они разбегались по всему миру, предпочитая уединённый образ жизни, но из-за договоренности с крупнейшей семьёй Вонголой, те никогда не терялись из виду. Хотя по сути из десяти поколений, только два раза Представитель семьи Серра был рядом от начала до конца с Боссом Вонголы. Это было с первым Боссом и с пятым. В остальных случаях Серра предавала семью Вонголы и становилась самым настоящим кошмаром для всего мафиозного мира. Используя свой исключительный ум и интуицию, они отказывались подчиняться Боссу семьи Вонголы и выбирали свой путь, который полностью противоречил всем союзам мафии. Обычно после такого идёт война, что затрагивает весь мир.

— Война? — нахмурилась я. — Из-за одного человека, что просто захотел уйти из мафии?

— Ты меня не слушаешь, — повысил тон Гокудера. — Серра не просто уходил из мира мафии, он создавал свою семью. Со своими правилами и принципами. А учитывая, что Серра должен был стать Советником, всё сводилось к тому, что секреты семьи Вонгола были использованы против их же самих. Без потерь это никогда не проходило. После этого имя Серра, что в переводе означает «оранжерею», иногда стало звучать как Герра, что означает…

— Война, — закончила я за Хаято. Парень согласно кивнул.

— Также я знаю, что многие из союзных семей Вонголы, были против того, чтобы у Десятого появлялся Советник из семьи Серра. Уже несколько поколений Представители этой семьи просто терялись во времени. Не знаю почему, но думаю их просто не находили. После войны с Шестым Боссом Вонголы, Боссы седьмого, восьмого и девятого поколения просто отказывались от сотрудничества с семьёй Серра. Но более двенадцати лет назад, когда нашёлся очередной Представитель, Девятый заключил новый договор с Серра о заключении брака между Десятым Боссом и Представителем. Иными словами это для уверенности, что Серра вновь не пойдёт против всей мафии.

— Что ж, теперь понятно, почему многие меня так боятся, — улыбнулась я. — Представитель, значит… редкие умственные способности… Вот только я совершенно этого за собой не чувствую. Думаю, что Девятый ошибся. Я не та, какой они меня представляют.

— Точно не уверен, — начал Хаято, смущённо отводя взгляд в сторону. — Но говорят, что на теле у Представителя семьи Серра имеется особая отметина в форме полумесяца. У тебя она есть?

— Это обычное родимое пятно, ничего особенного, — вздохнула я. — Подобные есть у каждого десятого человека на земле. Если не у каждого восьмого.

— Но у тебя оно есть? — настаивал парень.

— Эх… — вздохнула я, понимая, к чему всё идёт. Повернулась к парню спиной и убрала влажные волосы в сторону, обнажая шею.

— Святая дева Мария!!! — воскликнул парень, отскакивая в сторону и падая на пол. — Так это действительно ты! Сомнений нет!

— Говорю же, это просто совпадение, — спокойно произнесла я, возвращая волосы в исходное положение и поворачиваясь к собеседнику лицом. — Ты тоже умён, Хаято. И прекрасно должен знать, что со временем все слухи и сплетни обрастают ещё большими слухами и ещё большими сплетнями. Я не сильна в бою и уж точно устраивать войну не намерена. Единственное, что я хочу, это чтобы меня наконец-то оставили в покое. Вот и всё.

— Но это точно ты, — продолжал настаивать Гокудера, поумерив пыл. — Да и тем более… хм? Что это? Ты слышишь этот звук?

— Звук? — переспросила я, прислушиваясь к тишине. Действительно, что-то в другой комнате напевало ненавязчивую мелодию. Секунд через десять до меня наконец-то дошло, что это мой телефон, который остался в высыхающей форме Дисциплинарного Комитета. — Ой, точно, — я встала с кресла и шаркающими шагами направилась обратно в ванную.

Как раз в тот момент, когда я открыла дверь комнаты, мелодия умолкла. Удивительно, что учитывая под каким ливнем я побыла, телефон продолжает работать. Хотя и кнопки слушаются команды не с первого раза. Включив сотовый, я посмотрела на строку оповещения. Пришло одно новое сообщение. От родителей.

— А? — сердце нервно сжалось. Я нажала на кнопку «Прочесть» и весь экран тут же загорелся голубым светом, показывающий присланную фотографию. На ней были мама и папа сидевшие в каком-то кафе за столом и державшие два бумажных листа, на которых имелась надпись: «С Днём Рождения, Сметанка!». У мамы эта надпись была на русском, у папы на итальянском. Также внизу фотографии стояла сегодняшняя дата.

М-да… а я ведь практически забыла о том, что сегодня за день.

— Что там у тебя? — услышала я голос Гокудеры за своей спиной, что, повинуясь зову любопытства, заглянул ко мне через плечо. — Это от твоих родителей? — первый вопрос после увиденного, но не успела я на него ответить, как последовал ещё один: — У тебя сегодня день рождения?! Чего же ты молчала? Десятый непременно бы устроил вечеринку и…

— Нет, — оборвала я. — Не хочу. Ничего не хочу. Я не люблю этот день и… Ладно, Хаято. Спасибо, что дал обсохнуть, но думаю мне пора. Уже темнеет. Сейчас соберу вещи и вызову такси.

— Не любишь этот день? — не понимал парень. — Кто не любит свой день рождения? И… Проклятье, ты можешь не хвататься сразу за одежду, когда я с тобой разговариваю?! Как же ты бесишь! — вздохнул он, фыркая на ходу. — Так, — забрал у меня из рук гакуран, что я только что сняла, и вернул его обратно сушиться. — Одежда ещё сырая. Подождёшь, ничего с тобой не случится. Идём, — вновь схватил меня за руку и потащил, ничего не объясняя. — Сядь, — сказал парень, когда мы пришли к нему на кухню. — Так вот почему ты весь день как привидение. Из-за Дня Рождения, — Хаято достал очередную сигарету и, включив газовую плиту, прикурил от огонька.

— Что ты собираешься делать? — не понимала я.

— Ты меня бесишь! — повторил парень. — Учти это и никогда не забывай! Но, — Гокудера заглянул в тумбочку и достал оттуда небольшую кастрюлю. — По себе знаю, что отмечать дни рождения одному не очень-то весело, — поставил кастрюлю в раковину и включил воду, позволяя ей заполнять емкость. — Хоть я и не шеф повар, но уверяю, что готовлю лучше своей сестры.

— Ты собрался готовить? — мои брови медленно поползли вверх. — И что же?

— То, что я всегда готовлю себе на день рождения — пасту! — гордо произнёс парень, задирая нос. — И если в тебе действительно имеются итальянские корни, уверен, ты оценишь.

— Хех, — усмехнулась я и, пожалуй, это была первая искренняя улыбка за весь день.

Видно, и правду говорят, что после любого затяжного дождя всегда появляется радуга. Гокудера, подобно урагану, ворвался в самый неподходящий момент, сметая всё на своём пути. Его не звали и не ждали, но он всё равно пришёл, устанавливая свои правила. Возможно, он меня терпеть не может, но должна признать, что как Правая Рука этот парень подходит идеально.

— Чего улыбаешься? — фыркнул Хаято, немного краснея. — Думаешь, что я это для тебя стараюсь? Можешь не надеяться! В конце ты всю посуду моешь, женщина.

— Э? — а вот это было неожиданно. — Я, вроде как, гость.

— А меня это волнует? — усмехнулся одноклассник. — Я бы даже готовить не начинал. Терпеть не могу мыть посуду! Она всё время разбивается!

— Покупай пластиковую, неумеха, — бросила равнодушно я.

— Молчать! — воскликнул Гокудера, ещё сильнее краснея. — Больно умная, да? Вот помоешь посуду, вызову такси, и езжай хоть к себе в Россию с медведями обниматься.

— Больше к тебе в гости не приду.

— Как же ты меня бесишь… — бубнил парень, ставя кастрюлю на плитку, после чего стал наблюдать за тем, как закипает вода. — Эй, тебе же пятнадцать теперь, да?

— Угу.

— Ну, с Днём Рождения, Белобрысая Ведьма, — произнёс он с равнодушием.

— Спасибо, Осьминожья Башка, — в тон ответила я.

— Бесишь…

Глава 10. Доверие Дино

Как обычно бывает после затяжного дождя, наступает пора ясного чистого неба, которое дарует сердцу покой и радость. Именно с таким настроением я сегодня пришла в школу. День рождения позади и пора продолжить свою работу. Вот только не у всех было такое же настроение, как у меня. В Дисциплинарном Комитете как обычно, всё не слава Богу.

И нет, проблема даже не в Хибари, хотя он ещё та проблема, а в Кусакабе. Парень заболел и теперь косился на меня с не меньшей злостью, чем главы клубов, которым я вечно отказываю в финансировании.

На вопрос — «В чём дело?» не получаю ни одного внятного ответа. Однако парень вечно дрожал, потел, шмыгал носом и чихал. Стало сразу ясно — Тетсуя заболел. Видно, попал под вчерашний дождь, вот только, я тут причём?

— Простыть вчера успел? — спросила я, ненароком, помогая старшекласснику складывать папки с документами в архив. Мой вопрос был тихим, чтобы его услышать мог только Тетсуя, хотя в кабинете мы были далеко не одни.

— Ещё бы! — ворчливо заметил парень, повернувшись лицом и уткнувшись мне в лоб своей причёской Элвиса, которая мне больше напоминала почерневший батон. — Шесть часов под ливнем! А ты нет? Я хотя бы под зонтом был и…

— Эм… что? — и тут до меня дошло, что Тетсуя вчера за мной следил. Парень тут же замолк, понимая, что с горяча ляпнул лишнего, и если Глава узнает, не поздоровится. О том, что это был приказ Хибари, я также поняла по поведению Кусакабе. Он быстро посмотрел краем глаза на Кёю, что, на редкость, сидел за своим столом и работал с документами.

— Ничего, — ответил парень, выхватывая из моих рук папки с документами и отходя в сторону. — Намокли ноги, вот и простыл маленько. С кем не бывает?

Ну, например, со мной.

— И зачем он тебя послал? — вновь зашептала я, беря в руки другие папки для прикрытия и подходя к Кусакабе практически вплотную. — Я что-то успела натворить? Скажи быстрее, чтобы я успела это исправить.

— Да нет же! — зашептал в ответ парень, немного злясь, от чего «батон» на голове стал вновь хлопать меня по лбу. — Вечно ты его демоном называешь, а Хибари-сан на самом деле очень переживает и заботится о своих людях, особенно…

ФЬЮТЬ!!!

— Прекратите шептаться за моей спиной, травоядные, — прозвучал спокойный голос Хибари, в то время как я и Тетсуя с бледнеющим ужасом смотрели на вонзившуюся в офисный шкаф, подобно лезвию, папку с файл-листами. Воткнувшись в шкаф, папка немного запружинила, но больше всего напугало то, что она пролетела между нашими лицами. «Батон» Тетсуи немного укоротился. Сантиметров на пять. А ведь это могли быть не волосы парня, а чей-нибудь нос. — Раздражаете…

— Т-так точно, Хибари-сан! — воскликнул Кусакабе и, вновь схватив папки из моих рук, выбежал из кабинета, по дороге сообщив, что он сам всё отнесёт в архив. Остальные Элвисы также решили покинуть кабинет, быстро найдя себе занятие. Я, кстати, их даже не различаю. Иногда, когда они называют меня «Мелкой», я могу намекнуть им, что они «Миньоны», но это в большинстве случаев плохо кончается. А именно — получаю всегда я.

Стоило тоже найти себе работу, но вся моя работа в основном состоит из документации. Да и остальные парни практически всё на себя взяли, даже то, что их, в принципе, не касается. Например, один ляпнул, что он забыл полы помыть. Во всей школе. Трое других сразу же выдвинулись ему помогать.

Мне ничего не оставалось, как молча вернуться на своё рабочее место, на котором также имелся компьютер. Хорошо хоть интернет имеется. Можно пошалить, разок другой. Но не сегодня. Всеми силами делала вид, что я работаю, в то время как физически чувствовала, что на меня тупо «пялятся». Этот взгляд несколько напрягал. Хибари смотрел в упор и уже даже не скрывал, что смотрит на меня.

Казалось бы, что в этом такого? Парень и девушка одни в комнате, и так далее… Вот только тело буквально ныло от покалывания. Хибари смотрел на меня с недобрыми намерениями. В чём-то подозревал? Что-то хочет, но пока решается? Чего он злится? Да что я успела сделать? Надоедает.

— Что-то не так? — спросила я напрямую, повернувшись к парню лицом.

Кёя не ответил, однако, резко встал из-за стола и направился ко мне, не скрывая своей природной настороженности и любопытства. Я и слова молвить не успела, как одна из его ладоней прикоснулась к моему лбу. Всё это было на грани абсурда, но я продолжала молчать и наблюдать за действиями парня. Глаза хищно сощурились, а лоб нахмурился.

— Вчера во время дождя было плюс три градуса по Цельсию. Ты просидела на качели под ливнем не менее шести часов, — произнёс он ледяным голосом, отходя назад. — Я был уверен, что сегодня ты как минимум не придёшь. Что с тобой случится, мне плевать. Однако любопытно, почему ты ещё здорова? Такой душ никому не принесёт пользы. А по тебе не скажешь, что ты закаляешься с младенческих лет.

— Пф, как грубо… — фыркнула я, отворачиваясь в сторону. — Мне не страшен холод. И вообще, я никогда не болела простудой.

— Это не ответ, — парень стал наклоняться в мою сторону, упираясь руками в подлокотники моего кресла. Всем своим видом Хибари показывал, что я жертва, которую загнали в угол.

— Какой есть, — спокойно ответила я, вдавливаясь в спинку стула.

— Продолжаешь меня удивлять, травоядное, — усмехнулся Кёя, вот только в этой улыбке не было ничего доброго. Это скорее походило на предупреждение. Мне надо бежать, но как? Куда? Я даже встать не могу. — С виду такое хрупкое, бездарное, бесполезное… — правая рука Кёи легла мне на шею, плотно обхватив её пальцами. Не вырваться. Сердце забилось с бешеной скоростью, сигнализируя мозгу об опасности. — Мне достаточно лишь слегка надавить, и с тобой будет покончено. Ты даже ничего понять не успеешь, как будешь мертва. Это сделать так просто, что… даже скучно. Но инстинкты мне говорят, что это только вершина айсберга, а инстинктам я доверять привык. Так что же ты такое?

— Я лишь… — пальцы стали медленно сдавливать горло, нажимая подушечками на пульсирующую артерию. — Я лишь «бесполезное травоядное», Хибари-сан.

— Хм… — пальцы разжались. — И то верно, — усмехнулся парень, отстраняясь от меня. В следующее мгновение он просто присел на край моего стола и смачно зевнул. — Наверное, это из-за того, что ты русская. Слышал это довольно холодная страна. Так или иначе, люди должны там как-то выживать.

— Я также наполовину итальянка, — сама не знаю почему, сказала я, потирая горло, но увидев недовольный взгляд Хибари, добавила: — Но вы, безусловно, правы!

Кёя вновь хмыкнул и отошёл в сторону. Наблюдая за тем, как он медленно направлялся к своему столу, с некой кошачьей ленью потягиваясь и зевая на ходу, задавалась вопросом: «Какого чёрта?!». Ощущения его руки на моей шее, до сих пор отчётливо чувствовалось. Моё сердце билось безумно быстро, что дало Хибари понять — я боюсь. Но… это не так. Я волновалась. Обычная физическая реакция, но его не боюсь, и именно это меня пугает. Чувствовала тёплые пальцы на своей коже. Понимала, что он и в самом деле может меня убить, как кот мышонка. Вот только… инстинкты дали сбой, и я совершенно не ощущала опасности рядом с ним.

Что за ерунда? Почему рядом с этим человеком всё именно так? Он спрашивает меня «что ты такое?», а сам он кто? Кто такой этот Хибари Кёя, что собственная интуиция подводит не в первый раз? Всегда чувствовала опасность и избегала её, но тут… выручает только логика. И она мне говорит — надо валить. Это ненормально. Или мне просто нравится, как он издевается, насмехается и подшучивает? В принципе — мне всё равно. Не чувствую удовольствия, но и особого отвращения не испытываю.

Порой у меня возникает мысль, что Реборн специально меня сюда вызвал. Знать бы, что задумал этот малыш. Всегда молчалив и хитёр. Улыбается, скрываясь в стенах школы. Знал бы Хибари, что за туннели тут имеются — снёс бы всё до основания.

В дверь кто-то постучался. Хибари тут же приподнял подбородок, с вниманием выглядывая посетителя. Дверь медленно приоткрылась и в помещение заглянула напуганная голова Савады Тсунаёши. Тело пока пряталось за самой дверью.

— Это… — начал он неуверенно, осматривая помещение, но, встретившись взглядом с раздражительным Хибари, вскрикнул: — Хи-и-и!!! Прошу прощение, Хибари-сан!

— Чего надо, травоядное? — сталь в голосе говорила о том, что ему, в принципе, всё равно, но лучше не медлить.

— Я… это… к Дар! — выпалил он.

— Ко мне? — удивилась я, наклонив голову набок.

— Вот! — парень подбежал к моему столу и поставил передо мной небольшую светло-бежевую коробку, украшенную белоснежным шёлковым бантом. — Прости, я не знал! — поклонился Тсуна. — С прошедшим Днём Рождения, Дар!

— А? — что? Как? Почему? Неужели Гокудера проболтался? Нет! Он же обещал! — Откуда…? — только и смогла я спросить.

— Реборн всем рассказал, — смущёно ответил Савада, почесав затылок. — Также он сказал, что ты не празднуешь его, но не пояснил причину. Однако… на мой День Рождения ты принесла подарок. Вот и я…

— Эх… — вздохнула я, понимая, что отделаться просто так, не получится. Приоткрыла крышку коробки. — Что там?

— Платье, — пояснил Тсуна.

— Платье? — вот это поворот. — Только не говори, что оно свадебное?! Ты знаешь мой ответ, Тсуна…

— Нет-нет-нет! — замахал руками перед собой парень, краснея как рак. — Я не имел виду ничего подобного! По правде сказать, это платье выбирала мама, так как она лучше разбирается в подобном. Вот…

— Так это подарок ещё и от Наны, — поняла я. — Ладно, — закрыла коробку, убирая её со стола. — Спасибо, Тсуна. И передай маме, что мне понравился подарок.

— Ага, — улыбнулся он, возвращаясь к двери. — Ещё раз с Днем Рождения, Дар, — взялся за ручку и тут резко вспомнил, что что-то забыл. — Всего доброго, Хибари-сан! — не соблюдать дисциплину перед Главой Дисциплинарного Комитета… Тсуна не настолько глуп.

Я делала вид, что ничего не произошло, хотя прекрасно понимала, что подобное явление Савады совершенно не нравится Хибари. Он молчит, но это пока. Лучше вообще не поворачиваться в его сторону, чтобы не давать парню повода для того, чтобы пойти и избить кого-нибудь. Хотя… когда это ему нужны были причины?

В кабинет вновь постучались, и тут же в помещение вбежал вечно радостный Ямамото.

— Привет, Дар! — бейсболист даже не посмотрел в сторону Главы Дисциплинарного Комитета, руки у которого уже тянулись к тонфам. — Слышал, что ты у нас именинница. Пятнадцать лет, совсем взрослая, ха-ха-ха, — Такеши наклонился через стол и потрепал мою макушку, словно я его пёс. Лицо парня на миг стало серьёзным, и он наклонился ещё ближе. — Ты из-за этого грустила вчера? Прости, я не знал.

— Вовсе нет, — улыбнулась я, немного смущённая тем, как быстро меняется настроение у Ямамото. — Просто… я, в принципе, этот день не люблю.

— Вот как? — на лицо парня вновь вернулась безмятежная улыбка. — Как бы то ни было, вот. Это тебе! — парень достал из-за спины завёрнутую в подарочную упаковку бейсбольную биту, если судить по форме.

— Бита?! — удивилась я. — Но… мне совершенно не знакома эта игра.

— Я не успел должным образом подготовиться, поэтому решил подарить то, что является самым ценным для меня. Это моя первая бейсбольная бита. На ней даже автограф есть одного из самых популярных игроков, но думаю тебе это имя не знакомо.

— Такеши… я… — просто не знаю что ему сказать. Это довольно ценный подарок, особенно зная, как сильно парень любит бейсбол. — Спасибо большое. Мне нравится.

— Рад это слышать, — улыбка стала ещё шире. — Ладно, я пошёл. Хотел, конечно, притащить с собой Гокудеру, но тот на отрез отказался.

— А, — я махнула рукой. — Он уже успел меня вчера поздравить.

— Правда? — лицо Ямамото вновь приобрело серьёзный вид.

— Да, — небольшой кивок. — Приготовил итальянское блюдо — пасту. Но, в итоге, мне за неё пришлось расплатиться мытьём всей посуды и починкой телевизора. Чтоб его…

— Ха-ха-ха, — засмеялся Такеши. — Да уж, это похоже на Гокудеру. Ничего просто так не делает. И что, починила телевизор?

— Пф! Обижаешь! Я с любой техникой на «ты», — гордо приподняла подбородок.

— Хах, ну буду знать, — подошёл к двери. — Ладно, пока, — повернулся в другую сторону комнаты. — Увидимся, Хибари.

Ох, чёрт! А о нём-то я и забыла. И как это Глава Дисциплинарного Комитета ничего не произнёс за всё время? Хотя нет. Вон делает вид, что ему всё равно и спит себе в своём кресле. Сегодня он на удивление «добрый». В любое другое время уже бы избивал каждого, кто осмелился вступить без разрешения на территорию Дисциплинарного Комитета, но видно не сегодня. Повезло?

— Чаосс! — послышалось откуда-то со стороны, и я увидела, как в полу появился небольшой люк, из которого вылез Реборн собственной персоной.

— Реборн… — вздохнула я, чувствуя, как накапливается в груди злость. — И зачем ты всем растрепал? Ты же знаешь, что я не люблю этот день.

— Поэтому я рассказал сегодня, а не вчера, — пояснил мальчик, запрыгивая ко мне на стол. — Здравствуй, Хибари, — поздоровался он.

— Малыш, — на лице парня мелькнула азартная улыбка. — Позабавишь меня сегодня?

— Звучит интересно, но я пришёл по другой причине, — усмехнулся Реборн.

— Хм… тогда просто исчезни, — фыркнул Кёя, повернувшись к нам спиной.

— Ты что, тоже подарок принёс? — удивилась я.

— Нет, — легко ответил Реборн. — Ты же не любишь свой День Рождения, вот я и не готовил подарок. Но если хочешь, — малыш достал своего хамелеона со шляпы, который в мгновение преобразился в пистолет, нацеленный мне в голову. — Давай я выстрелю в тебя пулей Посмертной Воли и посмотрим, что будет следующие пять минут. Это и будет моим подарком.

— Э…? — смысл «подарка» до меня дошёл не сразу. Однако и убежать не было возможности. Единственное, что я могла это резко откинуться на спинку стула и поднять раскрытые ладони перед собой, прикрывая голову. — Стой-стой-стой!

— В чём дело? — спокойно спросил Реборн. — Ты же жалеешь о чём-нибудь?

— Чёрт возьми, да! — повысила я голос. — О том, что я сейчас нахожусь в этой стране, в этом городе, в этой школе!

— Ну, в таком случае тебе не о чём волноваться… — ствол пистолета вновь нацелился мне в голову.

— Нет, подожди! — ух, как сердце бьётся. Вот это я понимаю страх и ужас. Все инстинкты говорят о том, что Реборн опасен до зубов. Уверена, что он избавлялся и от разных людей, и я для него, что пыль на ветру. — Я… я… — что же придумать? — Я не хочу разгуливать потом по школе голой.

— Хм… — протянул Реборн, убирая пистолет. — Тоже верно. Что ж… в таком случае, как-нибудь в следующий раз.

Ледяной пот обливал всё моё тело. Я думала, что Реборн сейчас уйдёт, и вздохну с облегчением, но нет. Малыш подошёл к двери и с командующим возгласом «Сюда!», впустил в кабинет огромного рослого мужика с ящиком с мой рост в руках. Я бы сказала, что это почтальон, так как он был одет в соответствующую форму, да вот только судя по протокольной физиономии, ясно из какого он мира прибыл. На деревянном ящике имелась выжженная надпись: «VONGOLE». И думаю, что это точно не морская компания с миролюбивым названием «Моллюски».

Даже Хибари перестал игнорировать нас и встал со стула:

— Что тут происходит? — злобно произнёс он.

— Это подарок от семьи, — пояснил Реборн и посмотрел на меня. — Делай с ним, что хочешь, а мне пора. Чао-чао!

— Что? Реборн! Подожди! — но мальчик тут же исчез, как и громила. Вернее громилу забил взбесившийся Хибари, и вышвырнул мужика из окна кабинета. А ведь тот только принёс посылку. Дурдом.

— Что там? — спросил меня Кёя, ничуть не запыхавшись и медленно подходящий к посылке. То, что она такая огромная, парню не нравилось.

— Эм… не знаю, — честно призналась я, не рискуя приблизиться.

Хибари хмыкнул и нанёс сокрушительный удар тонфой по деревянному ящику, от чего тот раскололся на десятки мелких частей. Нашему взору предстало содержимое, а именно огромный цветочный горшок, на котором росло дерево.

— Растение?! — удивился парень, после чего спрятал своё оружие и со скучающим видом, отошёл в сторону. — Пф, что за нелепица?

— Это не просто дерево, — произнесла я, подходя ближе и разглядывая подарок. — Это Шоколадное дерево. Или проще говоря — какао!

Деревце было невысоким, но на нём уже висели небольшие совсем зелёные плоды. Если за ним ухаживать, то через пару месяцев будет довольно богатый урожай. Удивительно! Значит, семья Вонголы узнала о моей любви к шоколаду и решили преподнести такой вот презент? Но если честно, то я знаю этот сорт какао. При правильной готовке, он очень вкусен. Также растение неприхотливо. Ему главное получать побольше солнечных лучей и воды. Холода он тоже не боится, что очень кстати. На носу первые заморозки. Вот только, как мне его домой перетащить?

Я попыталась сдвинуть горшок с места. Бесполезно. Даже не шелохнулся. Чёрт! Ну и махина! А перекапывать, только растению вредить. Жалко, если погибнет.

— Как же мне тебя домой-то унести? — рассуждала я вслух, осматривая дерево со всех сторон. — О! Хибари-сан, а можно я пару парней Комитета одолжу?

— Зачем? — спокойно спросил Хибари, явно не понимая того, что я хочу.

— Как зачем? Чтобы какао к себе домой перетащить! Это очень ценный вид Шоколадного дерева. Он плодоносит круглый год, а его какао-бобы настолько вкусные, что можно язык проглотить, — я мечтательно улыбнулась, представляя, что же смогу сделать с этими бобами. — Так можно?

— Нет, — сухо бросил Кёя, даже не поворачиваясь в мою сторону.

— Что? Но почему? — эх, и у кого я спрашиваю? Сам ими может управлять, как хочет, а другим не позволяет. Я же не прошу их всех. Двух вполне будет достаточно. Просто перетащить горшочек ко мне домой и всё. Хотя, возможно, сейчас начнёт говорить о том, что я совсем обнаглела и Дисциплинарный Комитет в носильщики не нанимался. — Ладно, — вздохнула я, приглаживая белые волосы назад. — Тогда попрошу ребят из класса и…

— Если увижу это сборище травоядных, в кабинете Дисциплинарного Комитета, ещё хоть раз, будешь сама им скорую вызывать.

— Стоп, почему? Сегодня же они тут были, и всё прошло хорошо.

— Можешь считать это моим подарком на день рождение, — Кёя посмотрел на меня, обернувшись через плечо. — В следующий раз я забью их до смерти.

— Что б тебя! — вырвалось у меня на русском. — Но как мне тогда быть с деревом?

— Твои проблемы.

— Вообще охренеть, — бубнила я на русском, смотря на растение. — И вот с этим человеком мне приходится работать. Да легче в окно выпрыгнуть с криком: «Я свободна!».

— Что ты там мелешь, травоядное? — произнёс Хибари, вставая с места и подходя к дереву. — Сколько мне раз повторять, ты в Японии, а значит, либо говори на местном языке, либо… — Кёя подошёл к дереву и со всей силы ударил ногой по горшку, в котором находилось какао. Удар был такой силы, что горшок подлетел в воздух и перескочил через весь кабинет в самый конец, где находился мой диванчик. В принципе, идеальное место, но я ещё раз убедилась в том, что Демон Намимори безумно силён. Он даже не поморщился. — Раздражает… — фыркнул он, бросив на меня злобный взгляд.

Ох, видно какао там будет лучше. Несколько листочков в полёте оторвались, но, в принципе, дерево в порядке. Пока в порядке. Прости Шоколадка, но отныне твой дом тут.

— Что это? — услышала я голос Главы, который наклонился и поднял с пола небольшую бумажную карточку. — Итальянский?

— А, это, наверное, с дерева слетело, — пояснила я, пытаясь забрать карточку и прочесть содержимое. Хибари недовольно перевёл взгляд с карточки на меня, но потом просто отшвырнул её через плечо, приказав «Читай вслух». — «Non dimentichi mai come tutto è cominciato. E dai una nuova e bella fioritura».

— И что это значит?

— «Никогда не забывай, с чего всё началось. И дай совершенно новому и прекрасному зацвести». Как-то так, — слегка улыбнулась. Хибари продолжал на меня смотреть так, будто я должна ещё что-то пояснить, и он был прав. — Ну, это своего рода напоминание о том, кто я. Моя фамилия ведь переводится как «Оранжерея».

— Хах, — усмехнулся парень. — Что за нелепая фамилия?!

— И это говорит мне «Жаворонок»?! — фыркнула негромко я, вновь переходя на русский. Хоть слова практически не были слышны, рядом с головой пролетела очередная канцелярская папка, врезавшаяся в побелённую стенку кабинета не хуже метательного ножа.

— Травоядное… ещё одно предупреждение и… — на стол Хибари со звонким хлопком упало сразу три одинаковых папки с файл-листами. Намёк понят.

— Исправлюсь, Хибари-сан, исправлюсь, — лучезарно улыбнулась я, изредка поглядывая на папку, торчащую из стены. Она до сих пор пружинила, издавая странный посвистывающий звук. Похоже японская фраза «Работа на всю жизнь» обретает новые краски, особенно когда твоя жизнь столь коротка.

Прошло около недели, когда утром, перед тем как идти в школу, ко мне пришло сообщение от Реборна, в котором он просил сначала заглянуть в дом к Саваде. О подробностях не говорил, но намекнул, что прибыл некий очень важный человек, с которым мне, как Советнику, необходимо познакомиться. Делать нечего, так как в ином случае во все сладости, что хранятся у меня дома, будет добавлен красный мексиканский перец и соль. От одной мысли, что я это буду есть, мне аж плохо стало. И ведь Реборн в самом деле может это сделать. Уверена, что в моём доме уже имеется десяток другой потайных лазеек.

Пришлось делать огромный круг по городу, чтобы добраться до Савады. Вот только когда я добралась до его дома, резко захотела свалить. Причём не только с этой улицы и города, но и с этой планеты в целом. Прямо перед домом Тсунаёши столпилось больше двух десятков огромных вооруженных до зубов мужиков, одетых в одни чёрные костюмы. Они даже не скрывали того факта, что у каждого имелся либо револьвер, либо автомат, либо ещё какое-нибудь огнестрельное оружие. А физиономии так и говорили об уголовном прошлом.

Надо было бежать, да вот только поздно. Мужики меня заметили и зашептались на итальянском.

— Кто это? Кого-то напоминает. Школьница? Белые волосы, жёлтые глаза… Подождите! Это же Серра Дарья! Вот чёрт! Советник! Пропустите её, парни! Это Советник Вонголы! — тараторили все, потом неожиданно выстроились в две линии и с поклоном произнесли. — ДОБРОЕ УТРО, СОВЕТНИК!!!

— ИК! — только и смогла сказать я, делая шаг назад. Такого «доброго утра» точно не ждала. Более того каждая клеточка моего тела говорила о том, чтобы я валила быстрее в школу. Да и как член Дисциплинарного Комитета, должна быть в школе раньше остальных учеников. Хибари опять будет ворчать и определёно сорвётся. Если не на меня, так на Шоколадку точно. На этой неделе он уже три раза обрывал ей листья за то, что я умудрилась ошибиться и натворить дел.

— Дар! — это был голос Тсуны, который махал мне рукой из своего двора. По его бледному и вспотевшему лицу, я поняла, что он также немного не в своей шкуре. — Ты… ты чего тут?

— Так… — медленно подошла к парню и косясь на остальных, зашептала на ухо. — Реборн позвал. А это кто?

— Ну… как тебе сказать… — парень нервно захихикал. Плохой знак. — Понимаешь, тут ко мне в гости приехали и…

— Ребята, почему вы здесь? — из дома Савады вышел молодой парень лет двадцати двух со светлыми растрёпанными волосами. Сонное лицо говорило о том, что он провёл тут ночь. Одет в чёрную спортивную футболку с удлиненными рукавами и серые джинсы. На левой руке выглядывает татуировка, которую рассмотреть полностью не удалось, но, кажется, там имелась какая-то надпись. — Я не просил за мной заходить.

— А никто за вами не заходил, — улыбнулся один из мужиков в костюме. — Я прогуливался, и случайно оказался здесь.

— И я, — ответил другой мужик, так же улыбаясь.

— И я, — вторил следующий.

— Чего? — не верил блондин. — От отеля, который на против станции?! О! — тут он заметил меня. — А ты ещё кто? Знакомая моего младшего брата?

— Младший брат?! — я вопросительно посмотрела на Саваду.

— Э-э-эм… — протянул Тсуна, начиная краснеть от того, что нервничает. — Понимаешь…

— Босс, это не так! — зашептали мужики рядом со мной. Типа я не слышу. — Это Советник!

— Хм?! Советник?! — теперь от сна не осталась и следа. — Значит, ты Советник семьи Вонгола? Ха! Ну и ну! — так как парень был значительно выше меня, он слегка присел в коленях.

— Что-то не так? — насторожилась я, делая шаг назад, так как лицо блондина было слишком близко. Он словно был близоруким и не мог меня нормально разглядеть.

— Нет-нет, — смеялся парень. — Просто я представлял тебя несколько иначе. Столько кошмаров наслушался от стариков. Что ты сам дьявол, а, в итоге, вижу вот «это». Ты миленькая, ха-ха-ха!

— Дино-сан! — воскликнул Тсуна, краснея ещё сильнее. — Прошу вас! Вас могут не правильно понять!

— Разве? — удивился парень. — Ты же, вроде, наполовину итальянка, верно? И прекрасно владеешь этим языком, — я согласно кивнула. — Отлично, — перешёл парень на итальянский. — В таком случае, не хочешь поехать со мной в Италию и стать членом семьи Каваллоне? Мне умные ребята нужны.

— А? — только и смогла выдавить я. — Что за чёрт? Ты меня впервые видишь и так просто зовёшь к себе в семью?

— Ну, все же знают, что тот, на чьей стороне Серра — непобедим! Любое стратегическое сражение будет выиграно. Так что я теряю? — улыбнулся парень, подмигнув. — Ну, так что? Я такими предложениями так просто не разбрасываюсь.

— А выглядит всё совсем наоборот, — очередной шаг назад. Мне этот парень не очень понравился. Какой-то он… странный. Словно два человека в одном лице. Один ленивый пофигист, а другой ответственный реалист.

Все мужики зашептались. Они были крайне удивлены тем, что их Босс делает предложение Советнику. Пускай она и выглядит как обычная школьница. Тсуна же переводил с непониманием взгляд с меня на Дино и обратно. Он не знал о чём мы говорим, но с каждым предложением нервничать начинал всё сильнее и сильнее. В итоге, парень не выдержал:

— ДИНО-САН! Прошу вас, прекратите! — все перевели на него взгляд. — Не знаю, что вы говорите, но чувствую, что это что-то неправильное, — Тсуна встал так, что теперь прикрывал меня спиной. Правда, тут же засмущался от того, что наделал. — Эм… я… в общем…

— А у младшего братишки имеется стержень, хотя пока и плохо развит, ха-ха-ха! — улыбался Дино, вновь переходя на японский. — Прости, если что не так. Просто было интересно.

— ДОБРОЕ УТРО, ДЕСЯТЫЙ!!! — раздалось за нашими спинами, и мы с Тсуной резко подпрыгнули. Это был Гокудера как обычно счастливый при виде Тсуны. — Я тут как раз рано проснулся и решил прогуляться по округе, поэтому случайно оказался здесь, — он вообще живёт в противоположной стороне от школы Намимори. Брехня чистой воды. Но почему-то, когда Хаято появился, стало несколько спокойнее. — А что ты тут забыла, Белобрысая Ведьма? — я не ответила. Просто продолжала стоять за спиной Тсуны и осматривать наше положение. Не нравятся мне эти парни. Мафия? Семья Каваллоне? Дино? — И кто эти ребята? — также посерьёзнел Гокудера.

— Эй, недомерок — Дымовая Бомба! — усмехнулся Дино. — Мы же в первый раз видимся, верно?

— Эта татуировка… — Хаято также заметил тату на левой руке Дино. — Ты же «Дробящий Мустанг» Дино! — Гокудера пока не атаковал, но уже чувствовалось, что каждая его мышца напряжена и, как кот, готовится к прыжку.

Послышались очередные приближающиеся шаги.

— Эй! Гокудера, Тсуна, Дар! Чего вы делаете, ребята? — появился как обычно весёлый Ямамото, что по-дружески обнял всех нас и потащил в сторону школы. — Вы так опоздаете! А ну-ка прибавим ходу! — также Такеши поздоровался с Дино, хотя даже не знал, кто это. — Привет!

Пока шла под давлением бейсболиста, успела осмотреться получше. На улице перед домом Савады двадцать четыре вооруженных человека в чёрных костюмах. Плюс по два в конце и в начале улицы. А также Дино — их Босс и походу из оружия у него только длинный кожаный кнут, что прячет под футболкой за спиной. Да уж, перспективы не радужные. Даже все трое, парни не справятся со всеми. У каждого из подчинённых Дино имеются как минимум два пистолета в кобуре на груди, у некоторых автоматы, а о ножах и другом холодном оружии, могу только догадываться. Эх, не нравится мне всё это! Очень не нравится! Так, Дар, успокойся, а то становишься параноиком как Гокудера. Это всё из-за слов того блондина. Просто успокойся. Сейчас вернёшься в школу, встретишь вечно недовольную физиономию Хибари, и мир будет таким же, как и всегда, — забитым до смерти. Бр-р-р! Да что со мной сегодня? Надо будет шоколада поесть. Это все стресс и недосып.

Мы не спеша шли в школу, и Гокудера решил оповестить всех, откуда он знает о Каваллоне Дино. Как выяснилось, семья Каваллоне стоит на третьем месте по степени важности внутри альянса, после семьи Вонгола. В своё время эта семья была разорена до копейки, но когда её возглавил Дино, он смог полностью восстановить финансовое состояние семьи и укрепить её. Более того, как выяснилось, Дино предыдущий ученик Реборна, и сомневаюсь, что он его бросил неподготовленным. Именно поэтому Дино и называет Тсуну своим младшим братом, так как видит в нём предыдущего себя. А вот я…

Что-то тут не складывается. Сначала он говорит, что наслышан кошмарных сказок о моей семье, а потом предлагает присоединиться. Зачем? Чтобы избавиться? Бред. Как бы то ни было, я соглашусь на этот раз с Гокудерой. Нужно быть на стороже. Предчувствую проблемы. И как только я это подумала, произошло странное, а именно — Тсуну похитили прямо у нас на глазах. Просто мимо проехала тонированная машина, накинув на парня лассо и увезя его в неизвестном направлении.

— ТСУНА!!! — крикнули все, совершенно сбитые с толку.

— Это машина якудза «Момокёкаи», — услышали мы голос Реборна за спиной. Откуда он? Хотя, это же Реборн.

— Якудза?! — воскликнул Гокудера.

— Момокёкаи? — спросила я, что-то припоминая. Знакомое название. Где я его могла слышать?

— Якудза — это японская мафия, — пояснил малыш. — У вас, школьников, нет и шанса выиграть у взрослых мафиози. Оставьте это дело полиции.

— Подождите, — влезла я. — Момокёкаи. Я знаю, кто это, они…

— Обойдутся, чёрт их дери! — рыкнул Гокудера, несясь в сторону уехавшего автомобиля.

— Оставлю копов на тебя, Дар! — добавил Ямамото, присоединяясь к Хаято.

— Парни! Подождите! — крикнула я, но их уже и след простыл. — Эх, чтоб их…

— А эти парни настроены серьёзно, — услышала голос Дино за спиной. — Решили спасти Тсуну, — обернувшись, я увидела блондина, держащего связанного живого Тсуну, с непониманием озирающего по сторонам. — Они потеряли самообладание, но, видно, ребята надёжные.

— ЧТО ВЫ ТВОРИТЕ, ДИНО-САН?! — вопил Тсуна, пока его освобождали от верёвок.

— Прости-прости, — смеялся Дино. — Испытать твою семью было просто необходимо. Тсуна… ты везунчик, — вздохнул парень. — В последнее время не так уж много членов семьи, кто так беспокоится о своём Боссе. Гокудера и Ямамото хорошие парни, но вот Серра… — недоверие в карих глазах блондина чувствовалось на физическом уровне. — С ней я не уверен.

— Эй! Но что с Гокудерой и Ямамото? — кричал Тсуна, предчувствуя неладное.

— Всё в порядке, — заверил Дино. — Момокёкаи всего лишь выдуманные Реборном якудза. Уверен, что твои ребята уже сдались, и возвращаются домой.

— Об этом я и пыталась сказать! — повысила тон в голосе. — Я знаю, кто такие эти якудза «Момокёкаи», так как недавно Хибари Кёя с ними сталкивался, но не успел разобраться. И они настоящие, а не выдуманные! Более того, их численность мне точно не известна, но уверена, что их свыше тридцати человек и каждый неплохой специалист в боевых искусствах. И зная упрямство Гокудеры, а также преданность Ямамото, могу голову на отсечение дать, но они пошли в самое логово японской мафии! И пока не вытрясут то, что им надо — не успокоятся!

— А, точно, — кивнул Реборн. — А я и забыл…

— ЧТО-О-О?! — заорали одновременно Дино и Тсуна. — Это реальные якудза?! Реборн!!! — но малыш уже спал, надувая огромный мыльный пузырь через нос.

— Чёрт, не думал, что так всё обернётся, — злился Дино. — Детишкам никогда не одолеть настоящих мафиози. Дар, — обратился ко мне. — Ты же знаешь, где находится это логово? — неуверенно кивнула. — Отлично. Веди нас с Тсуной туда!

— Нас?! — охнул Савада.

— Пора и тебе, Тсунаёши, сделать что-то ради семьи, — парень подхватил нас под локти. — Вперёд!

Глава 11. Станем друзьями?

— Это здесь? — командующим тоном спросил Дино.

— Да, — кивнула я, немного злясь. Разве Дино не видит вывеску на здании? Где ясно написано — «Момокёкаи». Только слепой не увидит. Или тот, кто читать на японском не может.

— А? Это же… — Тсуна наклонился к земле и у самого входа подобрал небольшую спортивную сумку синего цвета. — Это же сумка Ямамото! Они точно там! А что если ребята пострадали? Что же делать?

— Может скорую вызвать? — предложила я с абсолютным спокойным выражением лица. — Ну, или всё же полицию, если мы не успели…

— ХИ-И-И!!! Не говори так, Дар! — вопил Тсуна, покрываясь ледяным потом.

— Пошли! — приказал Дино.

— Вы-то ладно, — остановилась я. — Но мне лучше остаться снаружи и… — договорить я не успела, так как Дино просто крепко схватил меня за руку, не желая церемониться, и повёл за собой, резко открывая дверь.

Я хотела вскрикнуть, вырваться, ругнуться и вообще дать блондину смачный подзатыльник. Ясное дело, что он мне не доверяет и откровенно это демонстрирует, но кто он такой, чтобы руки распускать? Но замерла на полуслове, так как перед нами открылась довольно странная картина: вся комната была усыпана избитыми якудза, а посреди этих недобитых трупов, стояли двое — Гокудера и Ямамото. Каждый держал полуживого якудза и пытался выяснить, где они держат Тсуну. При чём если Гокудера в привычной ему ворчливой манере, то Ямамото при этом был вежлив и улыбался. Страшное зрелище.

Но всё быстро прекратилось, когда парни заметили нас.

— Десятый! — воскликнул радостный Хаято, отшвырнув полудохлого мужика. — Вы в безопасности!!!

— Ты в порядке, — удостоверился Такеши, подходя к нам. — Дар, это ты его нашла? Молодец!

— Нет-нет, — отрицательно махнула рукой. — Я тут вообще не причём. Но раз все живы и здоровы — я в школу.

— Что вы тут творите? — прозвучал недовольный брутальный голос за моей спиной. — Вы… малявки… — медленно обернувшись, первое, что я увидела на уровне своего лица, это мускулистую мужскую грудь, покрытую расписными тату. Только потом, приподняв подбородок, увидела лицо владельца сего тела. И скажу я вам, оно не проявляло дружелюбие.

Десять человек и все вооружены катанами да дубинками. Вот это поворот. Я прям чувствовала, что день сегодня «удастся».

— Мы уже уходим, — улыбнулась я. — Извините. Туалет искали да дверью ошиблись.

— Отойди, — бросил Дино, отпихивая меня назад, а сам вышел вперёд, привлекая всё внимание якудза на себя. — Это уже не вашего поля ягоды. Оставьте взрослых взрослым. Итак, — блондин гордо посмотрел на толпу мужиков. — Я — десятый Босс семьи Каваллоне, Дино. Это по моей вине всё так обернулось. Прошу прощения. Я заплачу за больничные счета, также оплачу ремонт. Прошу принять моё предложение.

— Ой, идиот… — вздохнула я, пряча лицо в ладони. — Ты только что дал им великолепный повод убить нас всех, к тому же и бабки забрать. Думаешь, эти обезьяны будут тебя слушать?

— Вот именно! — усмехнулся один из якудза. — Это тебе Япония, друг. Мы просто с вами разделаемся и заберём… Э? Как она нас назвала? Да ты вообще знаешь с кем говоришь?!

— Эй, — отозвался другой якудза, обращаясь к своему товарищу. — Эта форма и повязка на левом плече… Она случайно не из Дисциплинарного Комитета средней школы Намимори? Там же учится этот ненормальный. Как его?..

— Хибари Кёя, — подсказал третий.

— Ага, точно, — закивал второй.

— Ну и плевать! — разозлился первый, вновь поворачиваясь в мою сторону. — Просто изобьём их и покажем, кто тут хозяин. А она… — кивнул в мою сторону. — Будет посланием для того ненормального.

— Дерьмо, — устало вздохнула я, понимая, что без драки не обойтись.

— Вы испортили переговоры, — произнёс Дино, вытаскивая своё оружие, а именно кнут. — Похоже, пробираться нам придётся силой. Так начнём же! — резкий взмах и в эту же секунду были атакованы и ранены четверо. Вот только не противники, а Гокудера, Ямамото, я и сам Дино.

Гокудера получил кнутом по носу, Ямамото в лоб, я по губе, а сам Дино вмазал себе в глаз. Боль была жгучей и острой, словно бритвой полоснули. Во рту сразу же почувствовался металлический привкус крови. Этот блондинистый идиот мне губу разбил. Твою ж мать!

— Какого чёрта ты творишь?! — заорал Хаято, хватаясь за нос.

— Ой-ёй! — стонал Такеши, потирая лоб.

— Я и себя ударил! — стонал Дино.

— Будто это может что-то оправдать, неудачник! — гневно бросила я, чувствуя, как злость скапливается во мне.

Якудза залились громогласным хохотом, наслаждаясь зрелищем. Уверена, такого провала с нашей стороны они не ожидали. Тсуна, как единственный целый и невредимый, начал паниковать. Причём даже не скрывал того, насколько ему страшно.

— П-постойте!!! Н-не надо! ПОМОГИТЕ, КТО-НИБУДЬ!

Но свершилось чудо, а вернее свершился Реборн, что, скорей всего, сидел и наблюдал за происходящим через окно на крыше соседнего здания. Прозвучала очередь выстрелов, и в Тсунаёши влетело сразу три пули. В голову и в руки. В это же мгновение Савада перешёл в режим а-ля «я — нудист» и в одних трусах, на которых имелся замысловатый узор из сердечек, начал бить якудза.

— РЕБОРН!!! — вопил парень. — Побить якудза силой своего предсмертного желания!

Кулаки Тсуны стали гигантскими, и он не стеснялся использовать их на противнике. Все мужики были в шоке. Они вообще ничего не понимали, и в этом нет их вины. Ну, кто в здравом уме спокойно воспримет тот факт, что ещё недавно запуганный школьник, за долю секунды разденется перед ними и начнёт избивать каждого, вопя что-то о посмертной воле? Правильно — никто. Даже я вначале подумала, что это идёт процесс съемки очередной японской рекламы.

— Хэх, а Тсуна хорош, — послышался удивлённый голос Дино, что наконец-то стал приходить в себя и вставать на ноги, но пока участия в бое не принимал. А вот Гокудера и Ямамото тут же присоединились к Тсуне прикрывая его со спины, как один. — Эти парни… — восхитился Дино и бросил на меня вопросительный взгляд, что же сделаю я?

Но, к его разочарованию, я лишь встала в полный рост и отошла в сторону, облокотившись об спинку небольшого дивана, стоящего в центре комнаты. А что он хотел? Я не дерусь, а, судя по положению, парни и без меня справятся. Достала из кармана грильяж в шоколаде круглой формы и со спокойной душой начала их есть, прямо в эпицентре боя. Это Дино шокировало ещё больше. На его лице так и читалось тысяча и одна мысль. Он до конца не мог понять, кто же я? Друг или враг? Но я не то и не другое. Я — это я.

— Что за чёрт с этими малявками? — взревел один из якудза и обратил свой взор на меня. — Хотя бы одного, но точно прикончу!

— Не советовала бы, — вздохнула я. — Ты в невыгодном положении.

— Завалила рот! — вскрикнул мужик и помчался в мою сторону.

— Серра! Берегись! — подал голос Дино, но я лишь молча взяла пакетик с грильяжем и одним простым движением высыпала все шарики на пол перед собой. Было жалко, но результат не заставил ждать.

Как и предполагалось, неудачный наклон якудза с катаной на перевес сделал своё дело. Не устояв, он стал скользить на полу, размахивая ногами и руками. Чтобы придать этому маятнику нужное направление, я слегка пихнула его в грудь, направив в сторону его же друзей. Такого якудза точно не ожидали, благодаря чему отвлеклись на несколько секунд. Но этих секунд оказалось достаточно, чтобы Гокудера и Ямамото запросто справились с мужиками.

— Что за…? — ахнул Дино, смотря почему-то не на парней, а на меня. А я тут причём? Их же вырубили Такеши и Хаято. На них смотри. Я тут вообще «мимокрокодил».

— Мы тоже проиграть не можем, Босс! — послышалось со стороны входа. Так как раз прибыли подчинённые Дино. — Почему вы тут расслабляетесь в одиночку? Как не круто!

— Ребята… — десятый Босс семьи Каваллоне был несколько смущён. — Боже, какие же вы шумные! Хорошо! — парень вскочил на ноги и, приготовив кнут, направился в гущу событий. — Повеселимся!

Мне казалось, что Дино опять начнёт чудить и бить своих же, но нет. На этот раз он был значительно серьёзнее, а противники с воплем и гримасой ужаса пытались покинуть своё же логово. Что же изменилось? Не в том ли причина, что теперь с Дино сражалась его семья? Однако с этого мгновения якудза «Момокёкаи» были полностью уничтожены.

-Ха-ха-ха! Я впечатлён! — смеялся Дино, когда мы все вернулись домой к Тсуне и засели у него в комнате.

В отличие от всех остальных, которые принимали участие в драке, у меня у одной имелась травма. Причём получила я её благодаря самому блондину. Нижняя губа теперь опухла и посинела, распространяя синяк до подбородка. Что поделать? У меня кожа дебильная. Тыкни, и будет тебе синяк. А тут целый кнут. Хотя у Хаято и Такеши также появились шишки на лице, но они практически не заметны, в отличие от моей. Теперь я реально похожа на зомби. Губа только-только перестала кровоточить. И всё благодаря Тсуне, что притащил из холодильника замороженную курицу, чтобы приложить её к ране.

— Вы молодцы! — продолжал блондин. — Я могу оставить на вас Тсуну.

— И всё равно ты мне не нравишься, — бубнила я.

— Ну, я же уже извинился, — смущёно произнёс Дино. — И вообще, ты же Серра! Разве тебя не должны были обучить нескольким видам борьбы?

— Это тебя не касается, Дино! — бросил Реборн. — Позор для Босса мафии бить беззащитную женщину.

— Боже, да понял я, понял… — уже стонал парень. — Вот только беззащитной её не назовёшь. Пожалуй, она единственная, кто во время сражения не взволновался. Неужели так сильно веришь в своего Босса и семью?

— Он мне не Босс и, мы не семья! — бросила я, указывая на парней. — Мы просто одноклассники, которым не повезло, — Тсуна согласно закивал головой и при этом добавил:

— Мы друзья.

— Ха-ха-ха! — неожиданно засмеялся Дино. — А вы мне нравитесь! Так напоминаете меня старого! Даже ты, Серра. Прости, что вначале не признал тебя. Повелся на сплетни и слухи, что слышал всю жизнь, — парень улыбнулся, наклонив голову набок. — Немного пообщавшись, понимаешь, что ты не такое уж «всемирное зло», как о тебе говорят. Может, всё же согласишься и вступишь в мою семью? Теперь я уже на полном серьёзе. Твои мозги бы мне пригодились.

— А-а-а?! — простонал Тсуна, смотря то на меня, то на Дино. — Так вот вы о чём говорили!

— Отказываюсь, — бросила я. — Ты может и силён рядом со своими подчинёнными, но меня, в принципе, мир мафии не интересует. С ними я общаюсь, так как у меня выбора нет, — указала на Реборна, Хаято, Такеши и Тсуну. — Но как только появится шанс, свалю куда-нибудь на Северный полюс.

— Вот как? Эх, ну видно не судьба, — всё ещё улыбался Дино, который, похоже, вообще не воспринимал мои слова всерьёз. — Странный у вас Советник, но мне нравится, что она говорит всё так, как думает.

— Ты — идиот, — не заставила я себя ждать.

— Ну, почти нравится… — уточнил Дино.

— Фек! Губу он раскатал на нашего Советника… — бубнил Хаято, прикуривая. — Пускай другого поищет.

— Хах, — усмехнулся Такеши. — Да, мы так просто своих членов команды не отдаём. Даже если это запасные игроки.

— Ребята… — удивился Тсуна, но по его улыбке было понятно, что парень ими гордится. Я же немного удивилась такому исходу событий. Особенно поведением Хаято. Он вечно ворчит и всем недоволен, огрызается, но делиться приобретённым никогда не станет. Даже если это «приобретённое» ему самому не нравится.

— Да пофиг, — вздохнула я, отмахиваясь. — Вы лучше скажите, что мне Хибари сказать? Школу-то мы основательно прогуляли. А я это уже лет так сто не делала.

— Боишься за знания? — спросил Такеши, похлопав меня по плечу. — Не переживай! Ты умнее всех, так что один раз прогуляешь, ничего не случится.

— ЭЙ! — фыркнул Хаято, намекая, что он тоже не дурак.

— Да не в знаниях дело. По сути, вступив в Дисциплинарный Комитет, я, в принципе, могу не посещать занятия. Тут проблема в другом, — на всю комнату зазвонил мой телефон, исполняя песню «Avolnation — Run». — А вот и она… — вздохнула я, видя на экране мигающее имя «Хибари». — Чёрт! Не отвечу, точно убьёт!

— Хи-и-и! — воскликнул Тсуна, когда я протянула телефон в его сторону. Парни, которые знакомы с Главой Дисциплинарного Комитета не понаслышке, отпрыгнули от сотового в конец комнаты, как от бомбы.

— Дай сюда, — требовательно заявил Реборн, перехватывая сотовый. — Я, в конце концов, твой опекун. По правилам средней школы Намимори могу тебя задержать или вообще не пустить, если на то есть причина, — все переглянулись и успокоились. По сути, малыш прав. Он имеет на это полное юридическое право. Я молча наблюдала за тем, как мальчик жмёт на значок «Принять» и подносит телефон к уху. — Чаосс, Хибари! Да, она со мной. Да, на то была причина. Хм? Нет, она помогала семье Вонголе избавляться от конкурентов в виде якудза «Момокёкаи». Они тебе знакомы, не так ли? Их больше нет.

Я просто окаменела. Вот прям взяла и встала в ступор. Я ждала чего угодно: простыла, плохое самочувствие, заблудилась, послал на луну, но не ЭТО! Все остальные также разинули рты, понимая, что Реборн всё только усложнил.

— Тсуна, — плача, прошептала я, поворачиваясь к хозяину дома. — Прошу, на моей могиле напиши, что я любила эту грёбаную жизнь.

— Да-а-ар… — рыдал в ответ Тсуна, словно я уже мертва.

— Нет, мы уже закончили, — продолжал разговор Реборн. — Да, она свободна. Хорошо, она сейчас прибудет в школу. Ага. Передам. Чао! — малыш отключил телефон и передал его мне. — Хибари ждёт. Вроде бы, работа появилась.

— Да он меня в бетон вкатает! Зачем ты ему это сказал? — воскликнула я. — Больше всего он терпеть не может, когда у него отбирают его развлечение! А эти якудза как раз были его развлечением на этой неделе!

— Да? А я и не знал, — типа удивился Реборн.

— ВРЁШЬ!!! — воскликнули все присутствующие одновременно, но малыш тут же прикинулся спящим, надувая носом пузыри.

— Эх, ладно… — я передала мороженую курицу Тсуне и встала с пола. — Пойду сдаваться. Если буду тянуть время, то будет только хуже. А так, может ещё есть шанс загладить вину.

— Загладить вину? — спросил Такеши.

— Ну, заставит весь архив перетрясти, и вновь всеми документами заняться, а может, как и Тетсую на прошлой неделе, заставит всю школу зубной щёткой драить… — перечисляла я. — В общем… я пошла.

— Давай я пойду с тобой, — предложил Дино, вскакивая на ноги и выбегая вперёд в коридор. — Я тут впервые, а так и город осмотрю и помогу, если надо. Кто этот Хибари? — но не успела я и слово молвить, как блондин тут же оступился о собственную ногу и полетел кубарем вниз по лестнице, выплясывая грандиозное сальто.

— Эм… — протянула я, слыша протяжный стон итальянца. — Лучше не надо. Как-нибудь сама…

— М-да… — протянул Гокудера, выглядывая из комнаты. — Пустозвон и недалёкий… Лучше я на него внимания обращать не буду, — вернулся обратно в комнату Тсуны и завалился на кровать.

— Пока, Дар! — улыбался Такеши. — Передавай привет Хибари.

А этот всё ещё думает, что мы в игры играем.

— Ага… — бросила я, спускаясь вниз и перешагивая бессознательное тело блондина.

Если честно, то я не верующая. И считаю многие верования просто предрассудками слабовольных людей, которым каждый раз необходимо знамение и иррациональное объяснение всему, включая и собственные поступки. Это зачастую раздражает и злит, так как такие люди ведут свою жизнь, боясь того, что будет после неё. Я считаю, что всему можно дать научное объяснение. Всему! Просто мы слишком необразованны в некоторых вещах и пока просто не способны получить это объяснение. Пока не способны. Божества, демоны, призраки, проклятия, различные приметы и обряды, судьба и карма… Чушь!

Я никогда не верила во всё это. Но клянусь, что когда подходила к кабинету Дисциплинарного Комитета, то готова была поверить и в Али Бабу с разбойниками, лишь бы мне сохранили жизнь. Дрожащей рукой приоткрыла дверь и медленно вошла.

— Хибари-сан? — позвала я, с первого шага чувствуя в воздухе напряжение. Хибари сидел за своим столом, повернувшись к посетителю спиной. Я не видела его лица, но судя по тому, с какими бледными лицами на него косились остальные Элвисы, мне стало ясно — Хибари Кёя в ярости.

Они что-то шептали друг другу о его чудовищной ауре, но проблема в том, что её видят абсолютно все, но не я. Давно это поняла. Все видят какую-то тёмно-фиолетовую тучу вокруг парня, в то время как лицо и голос сохраняют каменное спокойствие. А это что? Правильно, мне рядом с этим человеком нужно быть крайне осторожно. Инстинкт самосохранения не то что отключается, а полностью пропадает.

— Хибари-сан, извините за опоздание, — начала я. Парень молчал. — Такого больше не повторится, — Кёя даже не шелохнулся. Все неотрывно следили за Главой, боясь лишний раз пикнуть. — Я… могу возвращаться к работе? — только когда предложение было произнесено, я поняла — рано. Надо было ещё что-то сказать в стиле «невиноватая я», но слово не воробей, а в случае Хибари — не жаворонок.

— Этого, по-твоему, достаточно? — спросил парень. Его голос был на удивление ровным и тихим. Как всегда, но судя по реакции остальных членов Комитета, которые умудрялись даже за Шоколадкой спрятаться, Кёя далеко не спокоен.

— Мне очень жаль! — тут же выпалила я, не зная, как ещё усмирить его гнев. Может просто признание того, что я виновата всё упростит? — Готова понести любое наказание!

— Готова, значит? — стул Хибари наконец-то повернулся ко мне передом, а к лесу зад… то есть, спиной к окнам. На его лице было лёгкое сонливое безразличие. Он даже не смотрел на меня, а куда-то в сторону, словно его это вообще не волнует. — И что же мне с тобой сделать, травоядное? Может… наконец-то забить тебя до смерти? Да вот только это вряд ли развеет мою скуку. Ну, так что? — серые, как грозовое облако глаза устремили на меня свой взор. Я понимала, лучше тупо молчать. Если буду отнекиваться, отпираться, хамить, или вообще попытаюсь бежать — будет только хуже. А так, возможно, поворчит, немного помучает и отпустит. Возможно…

Однако как только наши глаза встретились, на лице парня мелькнуло что-то вроде удивления и раздражения. Всего на секунду, но я это уловила. Приходится адаптироваться к тому человеку, эмоции которого проявляются лишь на доли секунды, и то — одним взглядом. Кёя встал из-за стола и подошёл ко мне ближе. Чтобы не вызвать у парня ещё больше злости, я опустила взгляд и старательно отводила его в сторону. Он хочет почувствовать себя хищником. Хочет почувствовать над тобой власть. Так почему бы не дать ему это? Пусть считает меня жертвой.

— Что это? — холодные пальцы обхватили мой подбородок и развернули в сторону лица Хибари. От этого по всей нижней челюсти пронеслась резкая острая боль.

— Ой-ёй-ёй! — воскликнула я, чувствуя, как только-только закрывшиеся ранка на губе, вновь начала кровоточить. Крупные капли крови тоненькой струйкой потекли по подбородку, стекая на пальцы Кёи, а также и на мой белоснежный воротник рубашки, выглядывающей из-под гакурана. — Больно… — шептала я, пытаясь отстраниться и оттолкнуть руку Хибари, но он уже и сам её убрал. Причём довольно резко.

— Бесполезное травоядное, — бросил раздражённо Хибари. — А говорила, что не дерёшься.

— Так и есть! — заверила я. — Это… случайность. По сути, я там даже пальцем никого не тронула. Это всё парни.

— Врёшь ведь, — произнёс Хибари, приближаясь ко мне. На его лице появилась азартная усмешка, и он словно не замечал того, что вся его правая ладонь покрылась моей кровью. Я сама рефлекторно стала отступать назад, пока не упёрлась спиной в стенку. — Выглядишь слабой, беспомощной, бесполезной… Сознание говорит, что ты насекомое, которое раздавишь и не заметишь, но почему каждая клеточка моего тела твердит иначе? Почему интуиция заставляет быть всегда настороже?

— И… и что же говорит вам ваша интуиция? — негромко спросила я. Хибари прижал меня к стенке, перекрыв пути к отступлению руками, а после наклонился к самому уху, буквально выдыхая с шёпотом ответ.

— Она говорит, что ты опасна, — в его голосе чувствовался смех и некое ликование. — Говорит, чтобы я держался от тебя подальше. Что ты такое? — парень отстранился, доставая свои тонфы. — Каким видом борьбы владеешь? Ответь или умрёшь.

— Я… я правда не умею драться! — повысила я голос, прикрывая свою голову руками. — И совершенно ничем не владею! Я не дралась сегодня. Единственное, что я сделала, это просто указала, где находятся якудза.

— Тц! — фыркнул парень, опуская приготовленные тонфы. — Как жалко! Бесполезное травоядное… — Кёя на миг вновь остановился на моей ране, что не переставала кровоточить, после чего повернулся спиной и с безразличием бросил: — Возможно, я просто ошибся. Прочь с глаз моих, если не хочешь получить ещё увечья, да посерьёзней.

— Но… работа…? — не понимала я.

— Пока твоё лицо не придёт в подобающий вид, тут можешь не появляться, — строго добавил он, шагая в сторону своего стола. — Мне не нужны травоядные, которые будут позорить форму Дисциплинарного Комитета.

— Эм… хорошо…

Это шанс! Пора валить! Просто ноги в руки и бегом! Не знаю, что на него нашло, но такое лучше не упускать. Возможно, его разозлило моё лицо, а может то, что я испачкала его своей кровью, а может то, что испачкала форму Комитета… Не знаю. Но в одном я уверена точно — Хибари Кёя нервничает рядом со мной. Если мои инстинкты говорят мне о том, что он совершенно не опасен, то его же наоборот — кричат, что я могу ему угрожать. Что это вообще такое? Ладно, по пути домой куплю шоколадное мороженое и наконец-то отдохну. Мне дали выходной! И может даже не один! Яху!

Прошло больше недели с тех пор, как я виделась с Хибари. Вначале около трёх дней я просто валялась дома и ждала, когда синяк на лице исчезнет. Хотя это было круто. Днём спишь, ночью гуляешь — красота! Прям как в старые добрые времена. Но потом всё же пришлось возвращаться в школу, правда, выяснилось, что заболел сам Хибари. Мне не говорили, в какой он больнице или же лечится на дому, да и сама я как-то не интересовалась. Нет, да и ладно. Работа была всегда, хотя в основном все балду пинали. Даже члены Дисциплинарного Комитета.

С Тсуной я виделась практически каждый день. Когда валялась дома, он ко мне вечерком забегал вместе с Реборном, чтобы проведать как я, а потом во время занятий, я к нему приходила, так как было любопытно, что за тренировки проходят у парня с Дино. Но в один из подобных дней ко мне приходит сообщение от Реборна, в котором говорится, что Тсуна ранен и теперь лежит в городской больнице. Мол, на него упала гигантская черепаха Энцио, которая принадлежит Дино, и сломала Тсуне ногу. Блин, и кто в такое поверит? Однако почему-то данное известие меня ничуть не удивило.

Придётся навестить парня. Он же меня навещал, верно? Зайдя в больницу, я сразу обратилась в регистратуру, с просьбой указать, где находится пациент по имени Савада Тсунаёши. С собой прихватила мандаринчиков, что предлагалось больному, ну и ещё один презент, в виде шоколадного торта. Но он уже исключительно мне.

Зашла в палату в восточном крыле, первого этажа, куда меня направили.

— Йо! — поздоровалась с местными пациентами, которые почему-то в ужасе тряслись и прятались под одеялами. — Эм… вы не подскажете, тут лежит Савада Тсунаёши?

— А-а-а!!! — завопили мужики, смотря на меня. — Синигами! Сгинь!

— О как… Извините. Всего доброго, — вышла из палаты и прикрыла за собой дверь. Как только меня не называли, но «Богом Смерти» — впервые. В любом случае, Тсуны там нет. Мимо прошлась молодая медсестра. — Прошу прощения, вы не подскажите, где находится пациент Савада Тсунаёши?

— Ах, так его перевели в одиночную палату, — пояснила девушка. — Западное крыло второй этаж.

— Спасибо, — поблагодарила я и направилась в указанное направление. Но и там меня ждало разочарование. Та палата, в которой по идее должен был находиться Тсуна — пуста, а дверь выбита вовнутрь. Суровая, однако, больница.

— Внученька, ты кого ищешь? — услышала я голос бабули за спиной. — Если того паренька смышлёного, так его перевели.

— Э? — удивилась я, осматривая невысокую худую бабулю, держащую трясущимися руками костыль. — А можно узнать, куда?

— Так чего ж не знать-то? В восточное крыло на третий этаж, — спокойно ответила пожилая женщина. — Я тут одна, так, что все сплетни знаю.

— Вновь в восточное крыло? Значит, вернули в общую палату, — поняла я. — Спасибо, бабуль. Вот, — достала из пакета несколько мандаринок и вручила их женщине. — Выздоравливайте.

— Эх, молодость, — вздохнула женщина, с улыбкой пряча мандаринки в кармане своего халата.

Поднимаясь на третий этаж, я всё гадала, куда Саваду занесёт на этот раз? При этом у парня, вроде бы, нога поломана, а скачет по больнице, словно перекати поле. Но вот я открываю дверь и первое, что вижу — это Тсуну. Только он перебинтован весь. Голова, руки, обе ноги и всё туловище.

— Йо, женишок, — поздоровалась, заходя в палату. — Ты чего как мумия выглядишь? Мне, вроде, сказали, что у тебя только нога поломана. Ладно, можешь не объяснять, — лицо Тсуны было также обмотано, и единственное, что он мог делать, это выть и рыдать. Чего это с ним? Столько эмоций только от того, что я пришла? — Я тебе гостинцев принесла. Держи мандаринки, — положила пакет с фруктами на прикроватную тумбочку. Взгляд Савады упал на коробку с тортом. — Не-е-е, друг, — с усмешкой бросила я. — Это моё. Ты даже не представляешь, сколько сил и нервов вложила, чтобы получить этот торт. Помнишь ту французскую кондитерскую, что открылась в центре города? Так вот, заказы туда принимаются за месяц! И это мне ещё повезло. Сейчас вообще полгода ждать придётся, так как клиентов очень много. Но говорят, их изделия просто божественны. Натуральный молочный шоколад, бисквитные коржи пропитанные карамельными сиропом, и наконец, сладкий зефир украшающий всё это произведение искусства… Эх! Всё, не могу больше терпеть. Поправляйся, я домой.

Стоило мне встать с кровати Тсуны, как он старательно закивал, мол «да-да, я согласен, иди домой». Но соседняя рядом белая шторка, разграничивающая койки, неожиданно отъехала в сторону.

— Йо, — поздоровался сосед Тсуны, и моё сердце ускакало в пятки.

— З… здравствуйте… Хибари-сан…

— М-м-м… — стонал Тсуна, обливаясь слезами. Я буквально слышала его мысли: «Прости, я не виноват!».

— Что же ты мне принесла, травоядное? — спросил парень, мягко улыбаясь. На нём была чёрная пижама и небольшая книга в руках, что вызывало устойчивую ассоциацию того, будто мы в школе, продолжаем работать.

— Принесла? — переспросила я и тут же поняла. Он намекает на, своего рода, подарки для больных. Тсуне я принесла мандарины, а вот о нём я даже не знала. — Эм… ну… мандаринчики? Хотите, я их вам даже почищу и… — мимо головы пролетела та самая книга, которую он держал в руках, но теперь торчала в стене. Что же он за человек, если метает канцелярские предметы не хуже сюрикенов? В любом случае, это заставило меня замолкнуть, а Тсуну вновь вскрикнуть.

— Это подойдёт, — Кёя указал на торт, что я продолжала держать. — Давай сюда.

— Но… но. Хибари-сан! Нет! Только не это! — шаг назад. — Если хотите, можете побить меня, но только не это.

— Травоядное, я побью тебя и всё равно заберу то, что хочу, — продолжал улыбаться Хибари, протягивая в мою сторону раскрытую ладонь. — Давай сюда.

— Нет! — очередной шаг назад. — Я… я убегу!

— Возможно, — согласился Хибари. — Правда, я быстрей тебя, но, возможно, и убежишь. Это было бы даже забавнее. Вот только, жертвой станет, твой названый «жених», — Тсуна вновь жалобно завыл, моля о спасении.

Вот чёрт! Ну, почему так? Одно дело, когда угрожают мне, но совсем другое, когда другим из-за меня. Хотя в каком-то смысле я понимаю, что мне на Тсуну плевать, но… в итоге, Хибари всё равно останется в плюсе. Я медленными небольшими шажками подходила к Кёи и поставила на вытянутую руку торт.

— Сядь, — приказал Кёя, указав на стул, для посетителей.

— Я лучше пойду домой, — промямлила я, поворачиваясь к выходу. — Выздоравливайте…

— Я сказал, сядь, — он даже тон в голосе не поднимал, но лёд чувствовался прекрасно. Вечно тихий, с мягкой улыбкой и… ужасающий. Открыл коробку с тортом и заглянул вовнутрь. — О, неплохо.

Аромат свежего десерта окружил палату, вызвав у меня небольшую боль в желудке. Как же безумно сладко пахнет торт. Как же я хочу всего лишь разок попробовать его. Даже если ради этого придётся умереть. Я бы об этом не жалела. Но нет, Кёя достал из своей кружки с чаем небольшую ложечку и принялся медленно есть торт, спокойно поедая один кусочек за другим, и мечтательно улыбался при этом. Это была пытка. Он заставлял меня смотреть и наблюдать за тем, как моя «мечта» исчезает в его желудке.

— Это ты во всём виноват! — бросила я гневно на Тсуну, переходя на русский. Из глаз полились слёзы отчаяния. Я так сильно хотела съесть этот торт. Мечтала о нём целый месяц. Он мне даже снился по выходным.

— М-м-м!!! — выл Тсуна, присоединяясь к рыданиям.

— Хибари-сан… вы чудовище, — бросила я гневно. — Самое настоящее чудовище!

— Вау, неужели только заметила? — усмехнулся парень, продолжая есть торт.

— Оставьте мне хотя бы кусочек, — перешла на мольбу.

— Нет, — спокойно ответил парень. — Торт действительно хорош, и делиться им, я не намерен.

— Что б тебя… — бубнила я, переходя на русский. — Просто злишься, что тебя никто не навещает, вот и отрываешься на мне. Но был бы ты чуть добрее, так и друзей бы завёл, а не подчинённых-фанатиков.

— Травоядное… — понизил тон в голосе Хибари. — Сколько раз тебе повторять?

— Извините, Хибари-сан, забылась, — тут же ответила я. — Приятного аппетита.

Дальше мы сидели в гробовой тишине. Вот он отрывается на мне за всё содеянное. И ведь знает, что я бы скорее позволила себя избить, нежели то, что происходит. Моя мечта… Мой сладкий тортик… Верните мне его! Я даже не пыталась скрывать слёзы обиды и траура. Оплакиваем то, что я ждала месяц и придётся ждать ещё полгода. Наконец-то Хибари доел полностью торт. Один! Всё съел! Урод!

— Всё? Я могу идти? — спросила я, радуясь тому, что пытка окончена.

— Иди, приведи себя в порядок и вернись, — сказал спокойно Хибари, смотря в окно. — Передам кое-какие распоряжения для остальных. Запишешь под диктовку.

Вот урод! А смотреть на моё такое лицо не хочешь? Раздражает, да? Да чтобы я не делала, тебя всё раздражает! Ты меня, кстати, тоже бесишь. Однако лучше я проведу хотя бы десять минут в одиночестве, чем с тобой — козёл.

Улыбнувшись, я встала и покинула палату, направляясь в женский туалет. Как же мне хотелось накричать на него и вообще свалить, но этот взгляд мольбы Савады… всё из-за него. Нужно было сразу валить, как только его увидела. Мол, жив? Окей. Прощай. Но нет, теперь вписана в эту историю… Приду домой, куплю себе три… нет… пять килограммов мороженого и всё сама съем. Видно, Хибари простудился и ему мороженое нельзя. Даже демоны болеют? Ха-ха! Так ему и надо!

— Ламбо, нет! — услышала я тоненький голосок И-Пин. — Это женский туалет!

— Ба-га-га-га! Ламбу-сану всё равно! — отозвался голос мальчика-коровы. — Ламбо-сан делает всё, что хочет! — не успела я понять, что происходит, как в отделение с женским туалетом вбегают Ламбо и И-Пин, причём Ламбо меня не замечает и ещё в самом начале поскальзывается на скольком кафеле. Из его мохнатой головы вываливается десятилетняя базука и выстреливает в меня.

Первая мысль: Да ладно?!

Вначале всё было как в тумане. Я просто летела в неизвестном направлении. Было одновременно и светло, и темно, и холодно, и жарко, и, самое главное, голодно. Но потом пространство приобрело чёткость, и я, наконец-то, осмотрелась. Что со мной произошло — гадать не стоит. Я в будущем. Тот же день, тоже время, только на десять лет вперёд. Вот только что за место? Вот будет прикол, если я в это время сидела в туалете. Но нет, вроде, нахожусь в каком-то зале. В дорогом доме, исполненном в традиционном японском стиле. За столом, на котором расположилась шахматная доска с расставленными фигурками ручной работы.

Хм? Я в этот момент играю в шахматы? А что это за дом? Мой? Хотя… нет. Я бы так не жила. Хотя рядом стояли высокие шкафы с книгами на различных языках. Видела русские названия, итальянские, а также японские и английские. За спиной зазвучали приближающиеся спокойные шаги. Вот будет сюрприз кому-то. Но через пять минут всё должно исчезнуть, а значит, у меня не так уж много времени.

— Ну, здравствуй, — японский язык, мужской взрослый голос. Мне не знаком.

Кто он? Мой знакомый? Друг? Недруг? Коллега? С волнением ждала, когда человек выйдет из тени к освещённой настольной лампой местности. Наконец-то это произошло. Взрослый мужчина лет двадцати шести, с чёрными короткими волосами и раскосыми серыми глазами. Мужчина был одет в тёмно-фиолетовую рубашку с длинными рукавами и чёрные брюки. Но самое главное то, что в руках он держал чашку чая и небольшую тарелочку, на которой лежал кусочек торта. Того самого торта, что недавно ел Хибари. Этот запах… я его ни с чем не спутаю. Стоп, а значит этот человек…

Я присмотрелась к лицу повнимательнее.

— Хибари… сан?

— Хм, давненько ты меня так не называла, — улыбнулся мужчина, ставя передо мной чай и кусочек торта. — В этом даже есть какая-то ностальгия, — сел напротив.

— А как я к вам обращаюсь? — насторожилась. Доверять Хибаре Кёи? Я ещё не лишилась до конца ума.

— По имени, — ответил тот. — Ты зовёшь меня — Кёя.

— По имени? — это было удивительно. Просто «Кёя» без всех этих суффиксов «сан», «тян» и так далее? Какой из этого можно сделать вывод? — Мы… друзья?

— В каком-то смысле да, друзья, — Хибари улыбнулся, подперев голову рукой. — Ты будешь есть? У тебя всего пять минут, не забывай.

— Ах, да! — опомнилась я и тут же надломила большой кусок торта, сунув его в рот. Ох, хоть я и не верю, но слышу, как ангелы над моей головой запели хором «Аллилуйя». Вот… вот оно счастье! Оно такое тёплое и нежное. Словно объятья одеяла в самую холодную погоду. Я об этом торте мечтала целый месяц, но чтобы его попробовать, пришлось отправиться в будущее на десять лет вперёд. Кстати, почему Хибари меня угостил тортом? Он так таинственно улыбается и молча смотрит на меня. Странно. — Хибари-сан… почему я у вас дома?

— С чего ты решила, что это мой дом? — парировал он.

— Эм… — осмотрелась. — Слишком много элементов декора традиционного японского стиля, которые я обычно могу наблюдать в храмах. А зная вашу любовь к дисциплине и традициям…

— Ясно-ясно, — усмехнулся он. — Ну, как видишь, мы играем в шахматы. Кстати, твой ход.

— Мой ход? — я посмотрела на шахматную доску. Значит, я пришла к Главе Дисциплинарного Комитета, чтобы съёсть кусочек торта и поиграть в шахматы? Мы настолько хорошими друзьями стали? Что за бред?! Как можно «дружить» с Демоном Намимори? Он же меня со дня на день в трубочку скрутит и скурит как Гокудера сигарету. — Странно… — бросила я. — Тут нет не фотографий, не чего-либо ещё, что могло бы приоткрыть мне завесу будущего. Однако если учитывать, что я запомню этот день и время, то могу с уверенностью сказать, что это сделано специально, чтобы я не успела увидеть лишнего. Верно? — улыбка Кёи стала шире. Казалось, он наслаждался моими рассуждениями. Это правда он? Смотрит… как-то не так, как обычно. — Но если вы, Хибари-сан, знаете о базуке десятилетия и об этом прыжке во времени, то должно быть… вы в курсе и всего остального. Я… замужем? Я вышла замуж сразу по достижению совершеннолетия?

— Да, — спокойно ответил Кёя. Последовал долгий и протяжный выдох.

— Значит, у них всё же получилось… проклятье! — на нервах я сразу оттяпала половину тортика, от того, что у меня лежал в тарелке, и поместила его в рот. Настроение немного улучшилось. Уж очень он вкусный! — Значит, я всё-таки в мире мафии…

— Да, — вновь подал голос Хибари.

— И стала этим чёртовым Советником…

— Да, — третий раз согласный ответ, и настроение ниже плинтуса.

Проглотила остатки торта, но этого показалось малым, чтобы заглушить печаль в моей душе. Поставив руки перед собой, я опустила в них лицо, полностью поникнув духом.

— Ну, почему? Я так этого не хочу! — кажется, мой вой был слышен на другом конце земного шара, но Хибари даже не шелохнулся. — Я просто хотела жить спокойной жизнью. Без паники, драк, вечного страха за свою жизнь… разве я много прошу? Жить как все!

— Ты — Серра, ты не можешь жить, как все, — на макушку моей головы медленно легла ладонь Кёи. Я приподняла лицо и посмотрела на хозяина дома. Он улыбался, какой-то странной улыбкой. Не такой, после которой хочется найти пятый угол и больше не выходить из него. Не такой, благодаря которой он показывает всю никчёмность этого мира. А… тёплой и добродушной улыбкой. Это точно Хибари Кёя?

Он опустил руку, проводя ладонью по моим волосам и заправляя одну из белоснежных прядей за ухо.

— И когда же мы стали такими друзьями, Хибари-сан?

— Это произошло в тот день, когда ты…

Дослушать я не смогла, так как мир вновь покрылся густым туманом, возвращая меня в некий полёт. Когда же всё вновь пришло в форму, я обнаружила себя в туалете, сидящей на полу, где передо мной находились Ламбо и И-Пин, мирно хихикающих вместе.

— А? А где взрослая Дар? — очухался первым Ламбо. — Ламбо-сан хочет, чтобы с ним опять поиграли! Взрослая Дар добрая! Она играет с Ламбо-саном!

— Ламбо! Прекрати! — воскликнула И-Пин в тот момент, когда Ламбо вновь искал базуку десятилетия. — Это опасно!

— Ба-га-га-га! Никто не смеет указывать Ламбо-сану! — ребёнок сорвался с места и выпрыгнул в приоткрытую форточку в помещении. Что там стряслось дальше с Ламбо, даже трудно представить, ведь мы на третьем этаже. Но за ним побежала И-Пин, а зная о её крутых китайских способностях, думаю о малышах беспокоиться не о чём.

Встав в полный рост и направившись обратно в палату, где находились Савада и Хибари. Хотя нет. Тсуны не было. Как позже выяснилось Саваду опять перевели в другую палату, так как он является проблемным пациентом. М-да… Тсуна явно превзошёл самого себя.

Тем временем Хибари, кажется, спал. Я подошла к его койке и посмотрела на парня. Когда он молчит и не излучает жажду убийства, выглядит довольно милым. Обычный подросток, как и все другие. Ничем не выделяется. Хм…

— Хибари-сан? — негромко позвала я его. — Вы спите? — ответа не последовало. Что ж, в таком случае просто пойду домой и не буду ему мешать. А то будет только хуже.

— И куда ты пошла, бесполезное травоядное? — отозвался недовольный голос. Глаза парня резко распахнулись и уставились на меня. — Тебя за смертью только посылать. Хоть какая-то польза от тебя есть? Сядь и записывай всё, что я тебе скажу, — Кёя подправил у себя за плечами подушку, а я тем временем села на указанное место.

Странно, этот парень из будущего точно Кёя? Вообще, и близко не стоит. И мы станем друзьями? Бред! Хотя он был несколько добрее… может, когда «что-то» произойдёт, он изменится? Но что? И произойдёт ли? Я так и не успела услышать, что же это. Мы сидели у него дома, пили чай и играли в шахматы. Словно другая реальность. Стоп, а возможно, что так оно и было? Может я попала не в будущее, а в другую реальность? С научной точки зрения это возможно. Достаточно всего одного небольшого действия перед любым выбором и появятся несколько реальностей. Значит, где-то во вселенной существует мир, где мы с Кёей друзья? Забавный, наверное, мир…

— Что ты делаешь, травоядное? — раздражённо спросил Хибари. Как оказалось, я всё это время пялилась на него. М-да… неудобно получилось. — Записывай, — кивнул на тетрадку и ручку, что я заблаговременно достала из сумки. — Дважды повторять не намерен.

— Хорошо, Хибари-сан, — вздохнула я, открывая тетрадь.

Я и Хибари Кёя станем друзьями? Не в этой жизни.

Глава 12. Канун новогодних каникул

Приближался конец декабря, и все словно с ума сошли. Целый день учителя заставляют учеников проходить тесты и контрольные, чтобы проверить успеваемость и подвести итог. Также необходимые отчёты со всех клубов, как обычно приходят в самый последний момент, а ведь их необходимо проверить, оцифровать и подготовить должный ответ. К тому же на мозг капает директор, так как он решил провести новогодние праздники со всей семьёй заграницей, а для этого необходимо уехать раньше времени. Короче говоря — дурдом!

Я уже вторые сутки подряд не покидаю школу, а только и делаю, что работаю и работаю. Проклинала тот день, когда, в принципе, согласилась на то, чтобы вступить в этот Дисциплинарный Комитет. Но слегка помогало то, что об этом думала не я одна. Остальные Элвисы думали и бубнили себе под нос то же самое. Я столько новых японских ругательств выучила. К тому же, если я ещё более-менее себя чувствовала после бессонной ночи, как не посмотри на таблетках Шамала, то вот остальные… Для них вторые сутки с непривычки действительно трудные. Даже Хибари был вымотан и безумно зол, хоть и старался скрывать это.

В принципе, бегать не нужно, да и не кирпичи таскаю. Жить можно. Но случилось то, что я боялась больше всего — кончился мой запас шоколада. Вообще сладостей больше не осталось. Ни одной заначки. Единственный выход, это встать и пойти купить себе что-нибудь. Попросить сбегать кого-нибудь — невозможно. В кабинете были только я и Хибари. При этом на каждом из нас работы было предостаточно, чтобы остаться и на вторую ночь без сна. С этим я справлюсь, но вот нехватка сладкого…

Голова стала болеть. Сначала это было терпимо, но тонкий писк в ушах, начинал с каждой секундой усиливаться, напоминая собой сверло, что проникает в мозг. Цвета перед глазами стали блекнуть, превращаясь в чёрно-белую мешанину. Видела только контуры, объекты и их физическую принадлежность, но ни вкуса, ни запаха больше не ощущала. Плохо… Всё очень плохо. Нужно… немедленно купить шоколад или хоть что-то, содержащее сахар.

Медленно встала из-за своего стола и, обхватив голову руками, пошла в сторону выхода. Привычные ощущения реальности искажались с ужасающей скоростью. Снова… снова это происходит. Нет, нельзя этого допустить…

— Куда пошла, травоядное? Разве я разрешал покидать кабинет? Ещё не время для перерыва, — голос Хибари был каким-то отдаленным и таким неважным, но всё же я его услышала и попыталась дать более-менее внятный ответ.

— Я недолго, — постаралась мило улыбнуться, но, кажется, улыбка вышла натянутой и неестественной. Кёя мог подумать, что я просто сбегаю. Лучше скажу правду. — У меня шоколад кончился, и…

— Вернись за стол и продолжай работать, — строго бросил он, отворачиваясь в сторону от своей стопки документов. Словно на этом разговор окочен. — Когда будет обеденный перерыв, тогда и займёшься своими личными делами.

— Нет… Хибари-сан… вы не понимаете… — писк в ушах превратился в ощутимый звон, заглушающий все посторонние звуки вокруг. Сохранять самообладание становится всё труднее и труднее. Теперь болела не только голова, но и глаза, а также шея. Я словно проходила все круги ломки наркомана. Причём такого, который давно сидит на игле. — Мне необходимо…

— Тебе необходимо сесть за стол и закончить работу, травоядное, — в голосе Хибари послышалось раздражение. — Или ты сядешь за стол, или… на этот раз везение будет не на твоей стороне.

— Простите… Хибари-сан… но… — я повернулась к нему спиной и зашагала в сторону выхода, игнорируя все тревожные сигналы, подаваемые измученным сознанием. Однако дотронуться до дверной ручки не успела, как в саму дверь влетела одна из тонф, с оглушающим треском пробивая толстый слой древесины и застревая там.

Этот грохот был последней песчинкой, что перевесила чашу весов моего сознания, и откинуло все сомнения напрочь. Теперь всё стало таким чётким и простым. Никаких «плохо» и «хорошо», никаких «добро» и «зло». Есть только я и неоспоримая логика. Мне необходим шоколад, но передо мной находится препятствие в виде человека Хибари Кёи.

Я осмотрела его.

Завышенное самомнение, физическое превосходство, желание доминировать везде и во всём. От предложения сразиться никогда не откажется, будь его противником ребёнок или женщина. Рост в среднем 169-170 сантиметров, вес приблизительно 58-60 килограмм. Здоровье в отличном состоянии, несмотря на недосып. Раздражён, и это станет причиной его гибели. Надо было раньше от него отделаться. Он лишь препятствие, которое мешает мне мирно существовать.

Вывод очевиден: Хибари Кёя — преграда. Единственный верный ответ — избавиться от него.

Спокойно я подошла к шкафу, за которым мы хранили бутылки с питьевой водой объемом в полтора литра. Взяв одну из них, не спеша открутила крышку и откинула её в сторону из-за ненадобности. Вернулась на удобное для меня положение так, чтобы Хибари был точно перед глазами. Расстояние между нами четыре с половиной метра. Этого достаточно. Если одна из тонф торчит в двери и, как я предполагаю, это оружие с правой руки, то рефлекторно он попытается защититься именно левой. Для большей уверенности швырнула открытую бутылку в Кёю, немного скосив бросок на тридцать градусов левее.

На лице парня мелькнула улыбка удовлетворения. Он давно ждал от меня каких-то «действий», и это явно для него было неким праздником. Однако моё лицо было спокойным и неподвижным. Как и ожидалось, Хибари отшвырнул бутылку левой рукой из-за чего снаряд, кувыркаясь в воздухе, облил водой всё в своём периметре. Теперь вся форма с головы до ног Кёи, его стол и документы, а также большая часть пола в кабинете были залиты водой.

— Значит, решила умереть? — злобно бросил Хибари, усмехаясь при этом. Легко вскочив, он помчался в мою сторону, приготавливая последнюю тонфу, для нанесения удара. Я не двинулась с места и лишь ждала, когда он дойдёт до нужного мне места.

Наконец-то этот момент настал, поэтому, резко схватив настольную лампу со своего стола, выдернула из неё шнур, который был подключён к розетке, и швырнула в образовавшуюся на полу лужу, оставаясь при этом на сухой зоне. Результат не заставил себя ждать. Тело Хибари было полностью в воде, а, как известно, вода прекрасный проводник электричества. Его даже не спасла собственная обувь, ведь и она была покрыта водой.

Свет в кабинете замигал, а всё тело Кёи окаменело под электрической атакой. Каждая мышца сжалась, вены набухли, а челюсти так стиснулись, что он не мог проронить не звука. Я же просто стояла в стороне и наблюдала за тем, как из Главы Дисциплинарного Комитета исходит пар, перемешанный с дымом. В помещении быстро запахло палёным. Но, в итоге, пробки школы не выдержали такого резонанса в электро-системе, и свет во всём здании отключился. Бессознательное тело Хибари обмякло и рухнуло на пол, лицом вперёд. Легкий дымок и периодически искры, до сих пор мелькали вокруг его тела.

Мёртв ли он? Хм… сомневаюсь. Как не посмотри, а парень силён, а значит, скорее всего, просто без сознания. Подошла к проводу, который сама же швырнула. Конец оплавился и прилип к полу, но теперь, когда света в здании не было, он безвреден. Отодрав провод, выдернула его из розетки, свернула в кольцо и швырнула к себе в сумку. Если Хибари не оклемается, не должно быть улик, которые могут привести меня к происшедшему. Более того, протёрла рукавом настольную лампу, смешивая свои отпечатки пальцев. Только после этого спокойно вышла из кабинета и направилась к изначально намеченной цели — в магазин.

Ближе под вечер школа пуста, да и сегодня выходной. Никто не видел меня. А если и видел… мне всё равно.

Только когда в мой желудок поступила значительная порция шоколада, я опомнилась и поняла, что натворила дел. Чёрт! Опять! Опять это со мной произошло! В прошлый раз из-за подобного чуть не погиб мой старший брат. Все дети дразнятся и забирают друг у друга сладости, но я уже тогда, в восемь лет, сумела понять, как избавится от того, кто мне мешает. Самое странное, что никто меня не наказал. Даже разговора по этому поводу дома не было. Да и сам Рома потом шутил, мол, сам дурак и сам виноват, но я то понимаю, что это ненормально.

Правда с того дня в нашем доме никогда не пропадали сладости. Могла кончиться туалетная бумага, хлеб, зубная паста, но не сладости. А теперь что? Проклятие! Необходимо вернуться в школу и проверить как там Хибари. Я же и в самом деле могла его убить. Когда мне становится плохо, мозг отключает эмоциональную часть меня. С этой стороной у меня и так проблемы, а когда я просто действую как машина… Хм…

Но когда Хибари придёт в себя, он будет в ярости. Да уж, теперь мне точно не спастись. Если раньше я его просто не интересовала как противник, то теперь он будет готов уничтожить любого, кто посмел совершить с ним такое. Мне конец! Надо было соглашаться на предложение Дино, отправиться всем вместе в горы и отдохнуть на природе. Сейчас там ребята, наверное, отдыхают. Реборн вместе с ними. Хаято, Такеши… Чёрт! Надо было идти с ними! Но мне почему-то показалось, что все идеи Дино не оканчиваются хорошо. В итоге, всегда получали либо я, либо Тсуна.

А теперь…

Что же мне сказать или сделать такого, чтобы Хибари не убил меня в ближайшие три секунды? Я ему даже гамбургеры купила. Заметила, что он их любит. Чаще всего ими и питается во время обеденного перерыва. Хотя… он, скорей всего, напитает эти бургеры моей кровью и только тогда с удовлетворением их съест. Эх, а побег только поднимет ему аппетит. Всё! Мне конец.

— Серра Дарья? — услышала я мужской голос рядом с собой.

Оторвавшись от своих депрессивных мыслей, я посмотрела на того, кто меня только что позвал. Это был водитель мотоцикла. Лица не видно из-за огромного чёрного шлема. Сам мужчина также был одет в чёрную куртку и брюки. Даже перчатки имелись.

— Да, — ответила я, спокойно. Кто это и что ему надо?

После моего ответа, мужчина расстегнул кожаную куртку и засунул руку во внутренний карман. И как только это произошло, меня словно пчела ужалила. Я отчётливо почувствовала опасность, поэтому сорвавшись с места, помчалась туда, куда глаза глядят. И не ошиблась, так как через пару секунд над моей головой уже разносился грохот от выстрелов. Кто бы это ни был, он пришёл со мной не чай пить.

Резко свернула за угол и побежала как сумасшедшая. Раньше я так бегала только из-за того, что боялась животных, но это совсем иное — это человек. И у него особая цель — убить меня. Сердце отстукивало барабанный ритм, ускоряясь. Прохожие люди от шума выстрелов стали кричать и звать на помощь, ссылаясь, что в городе теракт. Все стали разбегаться в разные стороны, но ведь основной целью была я. Что же делать?

Солнце клонило к закату, окрашивая небо в бисквитно-розовый оттенок. Снега в Японии ещё не было, хотя Новый год на носу. Однако уверенности в том, что я встречу его, практически не осталось. Рычащий вой мотора мотоцикла догонял меня, а стрельба не останавливалась ни на минуту. Только чудом мне удавалось уклоняться от пуль. Кажется, стрелок был не очень метким и попадал то в стёкла, стоящих рядом зданий, то в землю, хотя я также использовала на полную мощность свои инстинкты и вовремя успевала уклоняться. Сейчас они работали на полную мощность. Страх за свою жизнь никогда так ещё меня не охватывал. И подогревалось всё это тем, что помощи ждать неоткуда. Я одна!

Каким-то образом оказалась на детской площадке, где имелась огромная песочница, огражденная невысокой кирпичной кладкой. Ограда едва доставала до колен, но я не обдумывая, прыгнула на землю, прячась за неё. Дыхание стало сиплым, сухим и беспрерывным. Казалось, словно я старый дряхлый старик, что курил с четырёх лет. Бросило в жар. Мысли путались и не могли на чём-либо сосредоточиться. Кто этот человек? Что ему от меня нужно? Откуда он меня знает? Что вообще происходит?

Осмотревшись, я с радостью осознала две вещи: во-первых, эта детская площадка пуста и без детей, во-вторых, она находится недалеко от Средней школы Намимори. Нужно добраться туда. За недолгую работу в Дисциплинарном Комитете, я смогла изучить школу вдоль и поперёк. Используя её как площадку для битвы, смогу хоть немного увеличить шансы выжить.

Мотоциклист кружил по детской площадке, подобно акуле вокруг плота на море, выискивая меня. Необходимо выбрать момент и действовать. Долго я так прятаться не смогу, и он найдёт меня.

— Дар, ты пришла поиграть с Ламбо-саном? — раздался детский голосок над ухом.

— ЛАМБО?! — ахнула я, не веря тому, кто оказался рядом со мной и кого, в принципе, не заметила. Мальчик, в костюме коровы, сидел в песочнице и радостно улыбался тому, что теперь он не один. Однако из-за моего резкого возгласа, мотоциклист сразу же заметил нас и стрельба возобновилась. — Чёрт!

Пришлось хватать Ламбо и бежать в противоположном от мотоциклиста направлении. Одна пуля просвистела в пару миллиметров от головы мальчика, вызвав у него волну злости.

— А?! Кто посмел стрелять в Ламбо-сана? — завопил ребёнок, доставая из головы десятки гранат и швыряя их в сторону преследователя.

Удивительно, но это помогло. Взрыв в песочнице поднял столб тёмно-охристой пыли. Видимость практически равна нулю. Это позволило мне с Ламбо на руках, скрыться за первым же зданием.

— Ламбо, ты должен бежать и позвать на помощь, — приказала я, ставя мальчика на землю.

— Что? Ламбо-сан останется и поможет Дар сражаться! — вопил он во весь голос.

— Нет, Ламбо! — настаивала я. — Ты не в состоянии с ним сражаться! Да и я тоже. Позови кого-нибудь! Реборна, Тсуну, Хаято… Если не сможешь… то просто спрячься.

— Ламбо-сан не трус! — крик мальчика стал слишком громким, и в нашу сторону прозвучала очередь выстрелов, что грохотом врезалась в бетонную стену здания. Ламбо тут же вскрикнул от ужаса, бледнея на глазах и вцепляясь в меня и руками и ногами. — Л… л… л… Ламбо-сан н… н… не боится! Ламбо-сан киллер!

— Нет, Ламбо, — вздохнула я, оглядываясь и прислушиваясь к своим чувствам. Где противник? — Ты всего лишь ребёнок…

— То-лько спо-кой-стви-е… — бубнил Ламбо, после чего разревелся и, выхватив базуку десятилетия, выстрелил себе в голову. В это же мгновение передо мной появился взрослый Ламбо, сжимающий открытую баночку с молоком. — А? — не понял он, но прозвучала очередная очередь выстрелов, разбив бутылку с молоком. — Ой-ёй… — парень также пригнулся. — А возвращаться в прошлое всё опаснее и опаснее. Здравствуй, молодой Советник. Как поживаешь?

— Если не заметил, меня пытаются убить! — злилась я, вскакивая на ноги и несясь как можно дальше от преследователя.

— Хм… — Ламбо с некой ленью осмотрелся. — Пожалуй, так. А кто нападает?

— Не знаю, — вздохнула я, не переставая двигаться, но ответ явился сам. Не успели мы отбежать как можно дальше от детской площадки, как мотоцикл с оглушающим рёвом появился прямо перед нами, с вооруженным водителем сверху.

Всё было словно в замедленной съёмке. Я понимала, что не смогу отскочить в сторону от выстрела, да и убежать не смогу. Вот ствол направлен мне прямо в грудь, а рука незнакомца жмёт на курок. Но свершилось невозможное, и я почувствовала резкий толчок в бок. Ламбо успел оттолкнуть меня в сторону, и выпущенная пуля только слегка царапнула правое предплечье.

— Советник, беги! — приказал Ламбо, когда я, лёжа на земле, обернулась на своего спутника. — Я задержу его! — парень был настроен серьёзно. На голове уже имелись рога, через которые заметно проскальзывало электричество.

— Ламбо, но…

— Беги! — повторил Ламбо. — Это Ищейка. Наёмный убийца ранга «С». Тебе с ним не справится. Я дам немного времени, но у тебя меньше пяти минут. Быстрей! — мотоциклист понял, что его пытаются задержать и направил пистолет в мою сторону, решив выстрелить снова, но Ламбо не позволил подобному свершиться, напав первым. — Быстрей!

Доверившись взрослому Ламбо, я вскочила на ноги и побежала со всей силы, стараясь не думать ни о чём. Однако я понимала, что победить его Ламбо не сможет в уложенное время. Дорога каждая секунда.

Ноги сами привели меня обратно к пустующей Средней школе Намимори. План созрел быстро, однако, он был недоработан. Я знала, где Гокудера хранил свой запасной динамит на тот случай, если он ему понадобится очень срочно прямо во время занятий. Но даже предположить не могла, что этим тайником воспользуюсь я лично. Хотелось сразу связаться с Реборном. Он бы точно что-нибудь придумал и вытащил меня, но, к сожалению, сумку с телефоном и покупками я потеряла в первую очередь.

Открыв шкафчик Гокудеры, я достала его пояс от начала до конца забитый динамитными шашками. Парень обычно носил его под одеждой, надевая на голое тело, но мне и так сойдёт. Тут даже пачка сигарет с зажигалкой была. Что ж… не уверена, что знаю как этим пользоваться, но это лучше, чем вообще безоружной быть.

Я уже хотела покинуть первый этаж школы и выбежать на улицу, со стороны спортивной площадки, но не тут то было. В конце коридора возникла человеческая фигура. Это был Хибари Кёя. Он жив. Жив и очень зол. Чёрт! Не так я представляла своё извинение. В руках парень уже сжимал тонфы. Выражение лица было каменными, но блеск серых глаз говорил о многом.

— Хочешь убить меня? — спросила я первой. Парень не ответил, лишь губы слегка дрогнули в лёгкой усмешке. По спине пробежала небольшая рябь дрожи, символизирующая о приближении главного злодея. — Что ж, — вздохнула я, выхватывая из пояса динамитную шашку, — вставай в очередь.

Это немного удивило Хибари. Он ясно понял, что зуб на меня точит не он один, но когда стёкла в окнах стали разбиваться вдребезги от выстрелов, рефлекторно пригнулся в поясе, высматривая «очередную жертву». Этот мотоциклист не сдавался. Что он сделал с Ламбо? Выглянув краем глаза из-за стены, я заметила, что мальчик-корова его изрядно потрепал. Кожаное одеяние местами расплавилось и порвалось. Но теперь у убийцы в руках был не пистолет, а автомат, который он спокойно пускал в ход, разнося всё во круг. Только бетонные стены давали мне немного спасения.

Страшно. Очень страшно! У меня тут нет союзников. Нет поддержки, но зато имеются двое, которые желают отвинтить мне голову. Правда, у одного на то есть веская причина, но не будем об этом. Остаётся вопрос: что сделает Хибари? Будет атаковать нас обоих? Ведь я уверена, после того, что сделал мотоциклист со школой, он его в живых оставлять не намерен. Или же объединится на время с кем-нибудь? Что-то, вроде, «враг моего врага…» и так далее. Ух, хотела бы я его к себе в союзники, но… хех, скорее он пожмёт руку этому парню в шлеме, чем поможет мне. Будем реалистами.

Выстрелы не прекращались, а я и Хибари, просто пригнувшись в коленях, смотрели друг на друга. Даже слова не произносили. Ждать чего-то бессмысленно. Встав на колени, я поползла прямо по битому стеклу в сторону лестницы. Мне нужен обзор, а крыша школы, для этого идеально подходит. Позади послышался треск стекла. Хибари двигался? Точно, он следует за мной. Думаю, избавится вначале от меня, потом перейдёт к самому сладкому. Чёрт! Он движется намного быстрее меня. Скоро догонит. Делать нечего.

Я прикуриваю сигарету, кашляя от того, какая это всё-таки гадость и поджигаю фитиль динамита. Хибари на миг остановился. Видно, он также понял, что я могу убить и его, швырнув шашку в конец коридора. Но нет. Сейчас убивать парня не намерена. Да я, в принципе, убивать никого не хочу. Я хочу выжить! А для этого мне необходимо отвлечь стрелка. Когда фитиль практически догорел, я швырнула его в сторону мотоциклиста, при этом довольствуясь, что динамит летит точно в цель.

Прозвучал взрыв. Стрельба прекратилась.

Резко вскочив на ноги, я помчалась в сторону лестницы. Не успела забраться и на первый пролёт, как почувствовала, что меня пытаются схватить за ногу. Хибари быстр. Очень быстр. Адреналин резко подскочил давление в крови, что послужила инстинктивной защите, а именно я с разворота ударила парня ногой по лицу. Кёя не упал, но отшатнулся назад, позволив мне продолжить путь. Но ненадолго.

Я даже до второго этажа добраться не успела, как стрельба возобновилась. И звучала она из конца коридора. Убийца здесь.

Кёе пришлось выбирать, кого ликвидировать первым, и выбрал он того, что представлял большую угрозу — незнакомца с огнестрельным оружием. Парню удавалось уклоняться от всех выстрелянных в него пуль, и вот когда он добрался до самого мотоциклиста, Кёя нанёс сокрушительный удар тонфой по шлему, оставив глубокую вмятину. После такой даже не выживают. Наёмник упал на пол и больше не вставал. С одного удара. Всего с одного удара он избавился от того, кто гнался за мной от магазина по всему городу! Пора признать, что против Кёи у меня нет и шанса. Особенно учитывая, что я не хочу его убивать. Ладно, песенка спета.

Спустилась обратно в коридор и спокойным шагом подошла к мотоциклисту. Кёя не спускал с меня взгляда.

— Я не убегаю, — подняла я руки вверх, отшвырнув предварительно сигареты и зажигалку. — Дай лишь минутку.

— Последнее желание? — усмехнулся Хибари.

— Считай, как хочешь, — вздохнула я, после чего наклонившись к наёмнику, сняла шлем с головы. Он подался не сразу, но всё же получилось. Это был обычный мужик лет тридцати четырёх, с темной кожей и волосами. Иностранец. Не сразу, но он пришёл в себя. — Кто ты и зачем напал на меня? — спросила я его на японском.

Наёмник молчал, поэтому я задала тот же вопрос на итальянском. Снова тишина. Тогда перешла на ломанный английский, так как с ним у меня проблемы. Мотоциклист опять молчал. Последняя попытка, и я задала тот же вопрос на русском.

— Ты Серра Дарья! — произнёс мужик, поняв меня на русском.

— Это так, но кто ты? — продолжала я. — Ты наёмник? Кто тебя нанял? Зачем?

— Существование Представителя семьи Серра очень опасно. Главами нескольких мафиозных семей было принято устранить тебя.

— И чем я могу быть опасна, чёрт бы вас побрал? — перешла на крик, схватив незнакомца за грудки. — Я всего лишь школьница, которой исполнилось недавно пятнадцать! Чего вам всем от меня надо?

— Это пока ты школьница, — усмехнулся мужик. — Но чем ты старше, тем большую опасность представляешь. Мне было приказано действовать только в том случае, если ты попытаешься впервые кого-то убить. Если бы ты действительно жила мирно, то так бы и не узнала обо мне.

— Что? Попыталась впервые убить? — я украдкой посмотрела на Кёю, что всё это время молча следил за нами, продолжая сжимать тонфа. — Но он жив!

— Хех, просто повезло, — смеялся незнакомец.

— Да кто ты, чёрт возьми? Кто хочет моей смерти? — я чувствовала, что от сегодняшнего напряжения, моё тело потихоньку начинает трясти. Руки дрожали, а небольшая ранка на правом предплечье, стала давать о себе знать, распространяя жгучую боль по всей руке.

— А зачем это знать тому, кто сейчас и так умрёт? — улыбка мужчины стала какой-то безумной и дикой. Он что-то задумал. Не теряя время, я резко дёрнула за змейку кожаной куртки и распахнула её, насколько это было позволительно. Моему взору предстала небольшая самодельная бомба с таймером, который истекал через несколько секунд. Смех наёмника стал ещё громче и безумнее.

— Чёрт! Ложись!!! — крикнула я Кёе, вскакивая с места и прыгая на него, валя на пол. Каким-то чудом при падении мы проникли в открытый кабинет, но взрыв всё равно оглушил меня, подобно рыбе в воде. В голове возник тонкий и протяжный звон. Всё стало каким-то медленным. Безумно захотелось спать. Перевернувшись на спину, я ещё несколько секунд оглядывалась по сторонам. Видела, как Хибари Кёя встал над моим телом в полный рост и наблюдал со спокойным выражением лица. Хм? Ну, вот теперь мне точно конец. Ай, ну и ладно… высплюсь хотя бы.

Моё сознание отключилось.

Когда я открыла глаза, то первая мысль, которая меня посетила, это — «Я до сих пор жива?». Более того, я поняла, что нахожусь дома с перебинтованной рукой и мелкими ранами на теле.

— Эм… — протянула я, удивляясь происходящему. Разве Кёя не хотел меня грохнуть? Тем более у него был такой идеальный шанс.

— Чаосс! — прозвучало у изголовья кровати. — Как и ожидалось с наступлением темноты, ты пришла в себя.

— Реборн! — удивилась я. — Ты тут? Я думала вы с ребятами в горах.

— Так и было, но со мной связался Хибари, и мне пришлось вернуться, — малыш прыгнул мне на колени, чтобы нам было удобнее разговаривать. — Ну и натворила же ты дел, Дар…

— А? — только и смогла произнести. — Хибари с тобой связался?!

— Ну да, — кивнул Реборн. — Я же твой опекун. Почему, когда на тебя напали, ты сразу мне не позвонила?

— Не было возможности, — начинала злиться я. — Лучше скажи, кто это был? Наёмник? Какого чёрта?

— Об этом можешь не беспокоиться, — сказал Реборн, похлопав по колену. — Семья Вонгола уже обо всём позаботилась. Они усилят бдительность, так что можешь и дальше продолжать спокойно учиться.

— Но… Хибари… Что он тебе сказал?

— Хм? — этот вопрос немного удивил малыша. — Сказал, что за тобой гнался нарушитель, которого ты привела в школу. Именно поэтому покрытие всех расходов на ремонт школы перепадает на плечи Вонголы. Но и этим мы уже занимаемся. К Новому году всё будет готово. Никто ничего и не заметит.

— И всё? — насторожилась я. — Больше он точно ничего не сказал?

— Ну, передал, что пока ты можешь оставаться дома и лечиться, раз так случилось, — задумчиво произнёс Реборн. — Так что отдыхай. Для тебя наступили Новогодние каникулы. Кстати, Тсуна приглашает встретить праздник у него дома. Ты как?

— Я — пас, — вздохнула я. — Слишком устала. Лучше встречу его тут и высплюсь.

— Дело твоё, — малыш спрыгнул на пол и направился к выходу. — Если что-то надо — звони. И ещё, — Реборн как-то мрачно усмехнулся. — Идея использовать динамит Гокудеры не такая уж и плохая, но в следующий раз загляни в подсобку на первом этаже в восточном крыле. Там я припрятал несколько пистолетов и автоматов из своей коллекции.

— Госпади… Да о чём ты?! — воскликнула я. — Я и стрелять-то не умею!

— Ну… динамитом ты тоже пользоваться не можешь, но получилось неплохо, — пожал Реборн плечами. — Правда Гокудера и зол, и рад одновременно. Зол от того, что ты взяла без спроса и знаешь о его тайнике, и рад от того, что он тебе помог.

— А что с Ламбо? Он мне тогда помог и…

— Ламбо хоть и выглядит тупой коровой, но довольно вынослив и уже давно сидит дома у Тсуны, поедая ужин.

— А… тогда всё хорошо, — я вернулась в лежачее положение, медленно выдыхая. — Наверное, всё хорошо…

В голове была ещё сотня других вопросов, но спустя какое-то время я поняла, что не хочу знать на них ответов. Не хочу знать того, кто был этот наёмник и остался ли он жив. Не хочу знать, почему я сама жива, хотя была уверена, что до следующего года не доживу. Не хочу знать, что творится в голове у Хибари, ведь он, скорей всего, в ярости. Не хочу знать, почему он умолчал про тот случай, в кабинете Дисциплинарного Комитета. Не хочу знать, как дела у Тсуны с ребятами после пикника в горах. Вообще ничего не хочу знать.

Просто рада уже тому, что пережила этот день. Ещё одно событие, которое необходимо переложить в мой мысленный аквариум и забыть. Начались долгожданные каникулы. Интересно, а что мне потом написать в сочинении «Как я провел зимние каникулы»? Думаю, про наёмника писать не стоит. И вообще… думаю, после новогодних праздников надо как-нибудь попробовать свалить из Дисциплинарного Комитета.

Ой, чует моя жо-жо, что Хибари будет мстить.

Глава 13. И снова за учёбу

Время зимних каникул казалось безмятежным. Я редко кого видела из своих одноклассников и жила самой простой жизнью. Думаю, над этим подсуетился Реборн, поняв, что мне необходимо время и личное пространство. Правда с Ямамото я до сих пор связывалась через интернет, так как ему на каникулы задали приличную кипу задач по математике. Порой общаясь с ним, я не понимаю, почему он плохо учится, ведь если парень просто откроет учебник и разок прочтёт его, то, в принципе, всё схватывает налету. Иногда через веб-камеру мне был виден и отец Такеши — Ямамото Тсуёши. Правда, когда он появлялся и я, и Такеши чувствовали себя крайне неловко. Его лицо сразу же занимало весь экран, и тот начинал кричать, будто его плохо слышно, благодаря меня за то, что я занимаюсь с его оболтусом.

— Боже… отец… — вздыхал Такеши, смущаясь и отворачиваясь в сторону, но его папа с ещё большим пылом и жаром начинал благодарить меня, предлагая заглянуть в гости, в суши-кафе, чтобы я отведала их новых блюд. Кстати, чего греха таить, я так и делала. Всё-таки хотя бы иногда питаться нормальной едой необходимо всем людям. Некоторые суши мне даже очень нравились, но дядя Тсуёши, а именно так я его называла, умудрялся придумать что-то новое и не менее удивительное. У него в этом талант.

— Дарья-тян, когда нам тебя ждать? — кричал отец Такеши. Кстати, он один из немногих, кто решил обращаться ко мне, произнося полное имя, хотя я и просила называть меня просто «Дар». — Сейчас пока новогодние каникулы, я хочу дать попробовать праздничное меню.

— Ха-ха-ха, — смущённо смеялась я. — Дядя Тсуёши, не знаю. Я же днём сплю и живу ночной жизнью.

— Ну, темнеть зимой начинает рано, так что приходи в любое время. Друзья Такеши всегда желанные гости, — наконец-то лицо отца Тсуёши исчезло с камеры, показав смущенного одноклассника, что пододвинулся к компьютеру.

— Хех, он всегда такой энергичный, — смеялся Такеши. — Но если хочешь, приходи. Поиграем во что-нибудь.

— Только не в бейсбол, — сразу бросила я. — Ты слишком серьёзно к нему относишься. Да и вообще, какие игры? Ты шестнадцатую задачу решил?

— Хе-хе, только наполовину, — почесав затылок, ответил парень. Я устало вздохнула.

— Открывай тетрадь и покажи мне, где застрял. Потом я попробую… — неожиданно в окошко стали швыряться мелкие камушки. Сначала подумала, что мне просто показалось, но потом звон стекла повторился. Это не может быть совпадением. Меня кто-то звал, таким образом, наружу? Но зачем? Этот дом, в принципе, одноэтажный и звонок около двери имеется. — Эм…

— Что такое, Дар? — спросил Ямамото, заметив, что я смотрю в другую сторону.

— Такеши, тут возникли дела… Свяжемся чуть попозже.

— А? Ладно, — озадачился парень. — В принципе, я продолжу решать задачи, так что как справишься с делами — звони.

— Хорошо, давай, — я отключила видео-звонок и встала из-за стола. Ну и, кого там черти принесли в половину одиннадцатого вечера?

Сначала я выглянула в окно, приподняв шторку, но из-за сильного контраста освещения, ничего не увидела в темноте. В итоге, накинув тапочки, вышла на порог, всматриваясь в конец ограждения. Около почтового ящика стояла знакомая человеческая фигура. Её я узнала сразу — Гокудера. Парень держал в одной руке мелкие камушки, другую руку прятал в кармане. Голова опущена, а плечи сутулились. Вся поза говорила о том, что ему холодно, а также у парня плохое настроение. Даже широкий тёплый шарф не скрывал нервного дыхания, вызывающий небольшие облака пара.

— Хм… Йо, — поздоровалась я, не решаясь спуститься к калитке. Хоть снега толком и не было, лесенка перед подъездом всё равно заледенела. — Ты чего камнями швыряешься? Можно было просто постучаться. Ну и звонок для особо нетерпеливых есть.

— А с чего ты взяла, что я вообще к тебе стучаться вздумал? Я просто гулял. С работы возвращался, вот и бродил по городу, — фыркнул Хаято, церемонно поворачиваясь ко мне спиной. Весь его вид говорил о гордости и всемирной обиде.

М-да… у парня явные проблемы, но если я начну спрашивать что не так, он либо начнёт перекладывать всё на мои плечи, либо разозлится ещё больше. Ни того, ни другого мне не надо. Знаю, что Хаято подрабатывает на полставки в каком-то магазине. Парень полностью независим, что вызывает у меня неподдельное уважение. Однако это не значит, что я готова быть его «душевным другом». Хотя, чёрт возьми, он в своё время сделал для меня то же самое. Мы об этом ни разу не говорили, но видно долг платежом красен.

— Значит, гулял… — задумчиво произнесла я. — Ну и как? Хорошо гуляется?

Всё же вышла на улицу и подошла к ограде поближе, облокотившись на неё. На улице пахло морозной свежестью. Завтра седьмое января, а это значит, что каникулам пришёл конец. Завтра вновь в школу. Не зря же Ямамото все задачи решал. Правда, оставил всё на самый последний день, как, в принципе, все обычные школьники. От того и сидела с ним по веб-камере. Помогать парню в учёбе уже вошло в привычку.

— Неплохо, — бросил Хаято и наконец-то посмотрел на меня. — Господи, женщина, ты почему в таком виде на улице?! Холодно же!

— Хм? Мне нормально, — пожала плечами, осмотревшись. На мне были обычные домашние синие шорты выше колен и черная футболка с русской красной надписью «Я ненавижу людей». — Но ты, похоже, замёрз, чай будешь?

— Фек! — бросил ворчливо Гокудера, отвернувшись в сторону и нахохлившись. — Нужен мне твой чай триста раз…

— А знаешь, сегодня в России отмечают Рождество, — вздохнула я, посмотрев на небо, что было полностью затянуто массивными серыми облаками. Снега толком нет, но облака есть. Видно, это ещё не всё. Хаято посмотрел удивлёно на меня, словно спрашивая, не вру ли я? — Это правда. С шестого на седьмого января у нас детвора ходит по домам, колядует, рассказывает стишки и получает за это сладости. В своё время и я так делала.

— И зачем? — уже менее ворчливо спросил парень.

— Традиция, вера, примета, просто праздник… называй, как хочешь. Но это весело и настроение поднимается. Ты прям как колядовать заскочил, хочешь, сладостями угощу? — видно эта причина для того, чтобы войти во двор Гокудеру устроила. Так как взявшись за калитку, он приоткрыл её и вошёл, приговаривая:

— Ну, только если это традиция…

— Да-да, — вздохнула я, провожая парня к двери.

— Но стишки я читать не буду! — голос вновь приобрёл строгость и лёгкую агрессивность.

— Можно и на итальянском, — как бы невзначай предложила я.

— Тогда только один, — смирился Гокудера. Подойдя у освещённой территории, я заметила насколько были красные уши и щёки парня. Поверим, что это от мороза.

Мы зашли в дом, после чего я спокойно взяла верхнюю одежду Хаято и повесила её в прихожей, дав небольшие тапочки. К сожалению, большого размера у меня нет, так что придётся парню походить в моих, которые еле на носок лезут. Хотя, в принципе, пол чистый, так что жаловаться незачем. Зайдя на кухню, Гокудера тут же стал осматриваться. Ах, да. Он же у меня впервые. До этого в сам дом не заходил, но сегодня было довольно холодно. Отказываться от горячего, когда тебе это необходимо — глупо.

— Чёрт возьми! — воскликнул Хаято, садясь за стол и ненароком заглядывая в кухонный шкафчик, который я открыла, чтобы достать ещё одну чашку. — Я словно Чарли, который попал на шоколадную фабрику к Вилли Вонке!

— Хех, приму за комплимент, — усмехнулась я.

— У тебя есть хоть что-то не шоколадное? — недоверчиво спросил он.

— Хм… чай? — взгляд Гокудеры говорил о многом. А именно то, что я уже пропащий человек и меня не спасти. В принципе, я и не просила того, чтобы меня спасали. Всё нормально. Такая жизнь меня устраивает.

Поставила чайник и полезла в холодильник за начатым шоколадным тортом. Положив по паре кусочков себе и ему, отошла в сторону, дожидаясь, когда закипит вода. На кухне возникла гробовая тишина, нарушаемая только небольшим бульканьем. Я знала, что парень хочет высказаться, но он не так прост. Он не может начать разговор так просто. Ему нужны условия, которые как бы невзначай приведут к нужной цели. За то время, что я с ним знакома, поняла, что сам по себе Гокудера Хаято очень скрытный парень. Единственный кому он полностью открылся это Савада Тсунаёши. Но если он сейчас здесь, то проблема кроется как раз в самом Тсуне. Или я ошибаюсь?

— Эх, завтра на учёбу… — вздохнула я с лёгкой грустью. — Прощай покой и мирная жизнь…

— Это ты жила себе спокойно, ни о чём не волнуясь, а вот мы с Десятым уже столько тренировок прошли, — заметил Гокудера. Отлично, дело двинулось с мертвой точки. — Недавно Реборн-сан мне даже специальную тренировку придумал.

— О, как! — удивилась я. — Ну и?

— Ну… — Хаято затушевался. — Всё не просто… И это нормально! — тут же стал защищаться. — Где это видано, чтобы тренировка была простой?!

— Согласна, — кивнула я, наливая кипяток в наши чашки. Аромат чайных листьев тут же заполонил комнату, вызывая рефлекторный аппетит. Поставила чашки на стол и присела на свободный стул, подтаскивая к себе тарелку с кусками торта.

— Я чувствую, что на меня возложена большая ответственность, как Правой Руки Десятого! — продолжал Гокудера, размахивая чайной ложкой, как жезлом всевластия. — Я должен быть сильным, выносливым и умным, чтобы Босс мог на меня положиться во всём.

— Угу-угу, — кивала я, проглатывая кусок за куском. Сейчас он дойдёт до сути, и я пойму в чём дело.

— Меня даже матушка Десятого признала, как Правую Руку! — а вот тут явно какой-то сбой произошёл. Нана, как по мне, вообще ничего не знает о мире мафии. Для неё мы все одноклассники сына, которые иногда творят хрен знает что, но пока все живы, можно и супчик сварить. — Но… — бирюзовые глаза парня потемнели. Парень стал каким-то тихим и поникшим. — Кажется… Десятый больше доверяет Ямамото нежели мне.

Ась? Так он ревнует Десятого к Ямамото? Воу-воу! Вот это поворот. Ну и, что мне сказать? Тсуна, в принципе, воспринимает парней не как «правая» или «левая» рука. Для него они просто друзья, с которым ему приятно проводить время. Но Хаято очень важно знать, что все мы «Семья». Для него очень важно знать, что он кому-то «нужен». Мне не известно, что именно произошло с парнем в прошлом, но та чистая преданность, которую он проявляет к Тсуне, говорит о многом. Он словно в какой-то момент разучился доверять людям, в принципе.

А со мной он разговаривает лишь потому, что я ему напоминаю что-то. Может его самого? Или то, что у нас имеются итальянские корни? Не знаю. Спрашивать не возьмусь, да и вряд ли он мне ответит. Просто буду спокойно ждать и выслушаю то, что сам Хаято захочет мне сказать.

— Наверное, мне суждено быть одиночкой, — наконец произнёс парень, как бы самому себе.

— Боишься быть одиноким? — спросила я спокойным голосом.

— А кто этого не боится? — достал из кармана пачку сигарет и посмотрел вопросительно на меня. — Можно?

— Валяй, — махнула рукой. — Только пепельницы нет. А хотя… вот, держи, — достала небольшую пустую стеклянную тарелку и поставила перед Гокудерой. После того как он затянулся и выдохнул облако дыма, я произнесла: — Знаешь, Хаято, термин «Одиночество» ошибочен. На самом деле мы никогда не бываем поистине одинокими. А если и бываем, то в очень редких случаях. У тебя есть сестра, друзья, одноклассники. Ты ещё молод, а значит, встретишь множество других интересных людей. И то, что ты называешь «одиночество», не более чем твоё собственное ограждение от общества.

— Да что ты понимаешь?! Откуда тебе вообще подобное знать?! — тут же разозлился парень. Я думала, он вскочит, соберёт вещи и убежит. Но парень сидел на месте, значит, с какой-то частью моих слов он согласен.

— Действительно, откуда мне это знать? — улыбнулась я, делая глоток чая. — В принципе, я всегда была одиночкой. В младшей школе я была умнее своих сверстников и никогда не понимала шуток типа таких, когда в детсад приходил клоун и начинал кривляться перед всеми. Повзрослев, часто оставалась одна, так что для меня мало что изменилось. Но я не считаю это чем-то плохим, — Хаято молчал и выжидающе смотрел на меня, пытаясь понять, к чему веду. — Когда живёшь один, отвечаешь только за себя. Делаешь то, что считаешь нужным и не держишь ложных надежд. Разве это плохо? Но, что касается тебя… То с чего ты взял, что ты одиночка?

— Ну, я… — мямлил Хаято, не зная с чего начать.

— Ясное дело, что у тебя есть своё темное прошлое. Не смотри на меня так. Я не знаю, какое именно, просто предполагаю. Оно есть у всех. Характер на пустом месте не строится, — Хаято вновь фыркнул, но не перебивал. — Подобное прошлое есть у всех, поэтому я не предлагаю тебе забыть его, но и жить только прошлым не стоит. Тсуна принял тебя любым и считает не членом мафиозной организации, а кое-чем большим — другом. И это притом, что в первую вашу встречу, ты пытался его убить.

— Кхе-кхе-кхе… — от моего напоминания, что в прошлом году Хаято атаковал Тсуну своим динамитом, посчитав его слабаком, парень подавился сигаретным дымом и закашлялся до слёз. — Это… кхе… недоразумение.

— Ага-ага, рассказывай, — похлопала я его по спине. — Вот. Чайку хлебни. И ещё, есть кое-что, что отличает тебя и Ямамото в твою пользу. Но это пока.

— И что же? — насторожился Хаято.

— То, что Такеши воспринимает всё как игру, — устало вздохнула, с ужасом представляя, что будет, когда до бейсболиста дойдёт, что мы на самом деле не играем в «казаки — разбойники». — Для него мы все дети, играющие в мафию. Хотя сколько времени-то прошло…

— Да, этот бейсбольный идиот меня тоже напрягает, — кивнул Хаято. — Может к шаманам сходить и амулеты купить? Уверен, пара заклинаний и…

— Однако у тебя имеется и серьёзный минус, — ещё тяжелее вздохнула я, вспоминая, что Хаято ярый верующий во всё мистическое и сверхъестественное. Как-то он даже хвастался, что знает два вида экзорцизма. На японском и итальянском. И ведь этот парень далеко не дурак, но очень наивен. Надо будет в этом году себя фосфорной краской обмазать и ночью в гости заглянуть. Если и поседеет, то заметно не будет. И так от природы с пепельными волосами. Ой! О чём это я? Ах, да! — В общем, жуй, глотай да домой топай. Завтра нам в школу.

— А ты прям хозяйка на радость гостям, да? — фыркнул Гокудера, но настроение парня точно улучшилось. — Кстати, в курсе, что завтра «день открытых уроков»?

— Ага, — согласно кивнула. — Реборн что-то об этом говорил.

— А, ну да, — вспомнил парень. — Он же твой опекун. А сами родители дали о себе знать? Новый год, вроде бы…

— Неа, — равнодушно бросила я. — Они вообще залегли на дно. Теперь даже деньги не высылают. Думаю, работу найти.

— Э? И ты так спокойно об этом говоришь?! — воскликнул Хаято. — Словно тебе вообще всё равно!

— А что мне делать? Плакать? Кричать и злиться, как ты сейчас? Биться головой об стенку? Брось, — махнула рукой. — Я уже давно не маленькая. Что-нибудь да придумаю. Ты же справляешься, я чем плоха?

— Хех, — мелькнула одобрительная усмешка. — Хочешь, на своей подработке с начальником поговорю? Может ещё местечко найдётся.

— Спасибо, но нет, — опустошила кружку с остывшим чаем. — Мне эта работа не подходит. Для начала я практически целый день провожу в Дисциплинарном Комитете, а значит единственное свободное время, которое у меня есть это — ночь. Тем более, я не хочу, чтобы о моей подработке кто-либо знал. Ведь официально это запрещено школьным уставом.

— Фек! Пошли они! — фыркнул Гокудера, выдыхая сигаретный дым. — Главное это, чтобы работа не влияла на учёбу. Так что пока у нас по сто баллов в тестах, они могут подтереться своим уставом.

— Ох, да вы только посмотрите на этого героя! — начинала злиться я. — Учителя, знаешь ли, меня тоже не пугают. Я говорю о Демоне Намимори. Гроза всех нарушителей. Думаешь, Хибари Кёя будет молча стоять в стороне, пока его люди нарушают правила налево и направо без его ведома?

— И что планируешь делать? — спросил Хаято, более спокойно.

— Хм… думаю над этим, думаю.

Единственное, до чего я сумела додуматься за одну ночь, которую мы провели с Хаято, мучая мою компьютерную приставку — это то, что мне, в принципе, не стоит попадаться на глаза Главе Дисциплинарного Комитета. Кстати, Гокудера ушёл где-то под утро, поэтому ему, наверное, сейчас очень спать охота.

Обычно рано утром я должна была быть уже в школе и вести обход здания, но не сегодня. С Хибари мы так и не виделись после того случая. Интересно, он ещё злится? Если бы хотел убить меня, то сделал бы это давным-давно, так? Тем более, что большую часть времени провела дома. Сейчас я просто сидела на уроке и наблюдала за своими одноклассниками, что краснея друг перед другом, косились на своих родителей стоящих вдоль стеночки.

Учитель, улыбаясь во все тридцать два зуба перед родителями, демонстрировал какой он хороший и понимающий сенсей для своих учеников. Одет в самый дорогой костюм. Причёска явно только из парикмахерской. Ну, золотой человек! Стоит около доски и поочередно вызывает учеников, прося их быстро решить задачи, что указаны в учебнике. Первым пошёл Ямамото, так как у него проблемы с математикой.

— Тц! Так сразу? — вздохнул парень, вставая из-за стола. — Ну… — парень заглянул в учебник. Это был простейший пример, и мы с ним подобные раз десять точно решили. Если он сейчас ошибётся, я лично скормлю ему книги по математике, начиная с младших классов. А учитель ещё нагнетает обстановку, с милой улыбкой:

— Ответишь правильно, избежишь позора.

— Хм-м-м… — тянул мечтательно бейсболист. — Пусть будет ½.

— Эй! — тут же повысил голос учитель. — Ты опять сказал наобум? Хотя… всё правильно.

— Ура! Удача! — засмеялся Такеши. Все одноклассники стали хвалить парня, удивляясь такой везучести, но удача тут не причём. Всё дело в его подсознании, куда всё же удалось вложить необходимые знания.

— МОЛОДЕЦ, ТАКЕШИ! — заорал гордый отец. — СЕГОДНЯ БУДЕТ ТУНЕЦ!

— Боже, отец… — засмущался Такеши, возвращаясь на своё место.

Родители захихикали от такой реакции одного из отцов. Хотя в основном сюда пришли мамочки. Я сидела на самой последней парте и по сути старалась не привлекать к себе внимания, когда учитель опрашивал других учеников. Меня он вряд ли опросит, так как в этом нет необходимости. Родителей здесь моих нет, а на ответы на все задачи я дать могу и закрытыми глазами. Но вот пошёл шёпот, и не среди одноклассников, а среди их родителей. Этаких мамочек высшего общества.

— О, это же та самая… — зашептала одна. — Мне про неё мой сыночек рассказывал.

— Ах, ты про эту с белыми волосами? — спросила другая, также шёпотом и лёгкая надежда на то, что это не про меня, разбилась вдребезги. — Мне мой сын тоже рассказывал. Знаешь, что это на самом деле седина?

— Ага, — тут же ответила первая. — А ещё говорят, что она вступила в Дисциплинарный Комитет. Явно одна из бандитов.

— Бр-р-р! У меня от неё мурашки по коже. Какая-то странная… И с «этим» учится мой золотой мальчик?! Куда учителя смотрят?

— Надо будет жалобу написать в министерство образования, — уверено произнесла женщина. — Мой муж не из простых людей, так что уверена, с этим сделать что-то можно.

— А где её родители?

— Пф, похоже, и им до неё нет дела.

О, боги… Тёти, вам, что делать нечего на старости лет? Но обсуждали бы вы своих идеальных сыночков, зачем мне кости перемывать? И это притом, что всё прекрасно слышу. Да ладно я… весь класс слышит! Даже учитель у доски слышит этот шёпот и краем глаза косится в мою сторону. Я же полностью игнорирую происходящее и продолжаю любоваться видом из окна. Если этот балаган не прекратится, то достану плеер из сумки и заткну уши музыкой.

— Фек! Что за дебилизм?! — услышала я громкий голос Гокудеры с первых парт. Парень демонстративно привлекал к себе внимание. Облокотился на стул и с грохотом поставил ноги на парту, показывая, что ему абсолютно на всех плевать.

— Что?! — удивился учитель. Все разом повернулись в сторону Хаято. — Гокудера… воздержись от комментариев… — учитель старался поддерживать имидж улыбчивого преподавателя, но вот он был один из тех, кто боялся Хаято. Причём не просто так. Парень и в самом деле мог спокойно вмазать учителю в челюсть, игнорируя все правила и нормы.

— Что за поведение? Он из хулиганов? Похоже на то, — тут же засплетничали мамаши за спиной.

— Гокудера, не мог бы ты хотя бы на открытом уроке вести себя прилично и сидеть по-человечески? — обливался потом учитель.

— Не-а, — бросил парень.

— Ну… тогда, возможно, будет не легко, но… реши следующую задачу, Гокудера, — мужчина захотел взять над ним верх в той области, которой он обладает.

— Семь, — спокойно ответил Гокудера, без секунды на размышления.

— П-правильно… решил-таки… — злился учитель. — Ладно, следующий… Савада! Реши четвёртую задачу.

— Э? Я? — Тсуна встал в полный рост и медленно покосился на свою маму, что со счастливым взглядом любовалась своим чадом. Потом покосился на Гокудеру. Тот показал правильный ответ тремя вытянутыми пальцами. Посмотрел на меня — я повторила жест Хаято и также показала три пальца. Ответ — «три». Тсуна посмотрел на Ямамото и тот тоже недолго думая, повторил жест, показав три пальца. Но Савада Тсунаёши особый случай. Он всё это мысленно обдумал, сложил, обосновал и дал ответ: — Девять!

В этот момент мне хотелось швырнуть в него что-нибудь, чтобы прибавить к просветлению хотя бы немного очков. И о, чудо! Кто-то это сделал за меня прямо в это же мгновение. Чёй-то тапочек, со стороны родителей, полетел точно в затылок Тсуны.

— ОЙ!

Все стали охать и ахать, не понимая, а кто это мог сделать, но я-то сразу заметила некую бабулю, что просто удивительно походила на Реборна. Правда только я и Тсуна её и заметили. Остальным походу вообще пофиг на то, кто это. Всех интересовало, что за ответ хотел дать Тсуна, так как во время полёта тапка, никто расслышать не успел.

— Так какой ответ, Савада? — повторил учитель.

— Я знаю! — раздался больно знакомый детский голос около доски. Проследив за источником звука, я поняла — «открытому уроку — конец!». — Сто триллионов десять тысяч! — на учительском столе сидел Ламбо, что с поражающей всех уверенностью, давал ответы на примеры.

— Ламбо! — следом на стол залезла И-Пин, что попыталась оттолкнуть мальчишку, но тот притворился ветошью и давай стирать все примеры с доски своей шевелюрой.

— Я их не знаю. Я их не знаю. Я их не знаю, — всё время повторял Тсуна, словно пытался сам себя в этом убедить. Я также прикрылась учебником, прячась в самом конце класса. Всё превращается в настоящий цирк. Учитель попытался узнать, чьи это дети, на что отозвалась Савада Нана, с милой улыбкой забирая всех со стола.

— Что? У Савады есть ещё дети? — загалдели мамочки за спиной. — О, боже, сколько детей! Но почему они не похожи друг на друга? А где отец Тсуны?

Этих женщин понесло вообще не в ту степь. Теперь все косились на бедную Нану так, словно она самый презренный человек на земле. Новый источник горячих сплетен. Вот почему я порой ненавижу людей. Не выдержав, я резко повернулась в сторону самых говорливых мамаш и взглядом дала понять, что всё слышу, и им должно быть стыдно.

— Ты видела этот взгляд? — раздалось тут же за моей спиной, как только я повернулась обратно. — Словно меня только что прокляли.

— Тоже так подумала, — ответила другая мамочка. — Какой-то змеиный взгляд… явно ничего хорошего ждать не придётся.

Ох, что за сборище староверов? Проклятье? Серьёзно?! Чтоб их!

Выяснилось, что детей привела Бьянки, что пришла на открытый урок к младшему брату. Вот только сам Гокудера этому был не рад. Стоило ему хотя бы раз взглянуть в лицо своей сестре, как желудок тут же скрутило, и парень оказался на грани того, чтобы потерять сознание. В классе тут же возникла паника. Пришлось учителю уводить парня в медпункт, при этом Нана, дети и источник бедствий — Бьянки, последовали за ним.

— Внимание, — послышалось со стороны доски, когда все уже стали думать, что урок сорван. На учительском столе сидел Реборн, который вновь успел переодеться в серый костюм и преобразиться, примерив новый образ. — Я заместитель учителя — Ребояма.

— Что за…?! — вырвалось у Тсуны.

— Кто это? — удивился впереди сидящий Такеши.

— Да ладно?! — не верила я своим глазам. Вот уверена, что сейчас начнётся то, что определённо захочу забыть.

— Уважаемые родители и опекуны, рад с вами познакомиться, — поклонился Реборн, и его тут же все приняли. Всего-то щепотка вежливости и всё, он как в масле. — Ну, а теперь, продолжим сегодняшний урок и начнём с этого, — взял мел и с ужасающей скоростью полностью исписал доску примерами, уровня лучших университетов, причём последних выпусков. — Ну и, кто сможет решить?

Гул в классе возрос с новой силой. У многих волосы на голове зашевелились от таких примеров. Некоторые их не то что не могли решить, а, в принципе, видели впервые. Тсуна очень старался притвориться тунцом, повторяя как мантру «Я — не я, и хата не моя». Забавно, что повторял он это на русском. Может, считал, что смена языка более эффективнее? Не знаю, но думаю мне надо контролировать свои национальные корни.

— И ещё, тому, кто сумеет решить правильно, я предоставлю хорошую вакансию в мафию, — продолжал Реборн, вызвав очередную волну негодования.

— Учитель, — позвала я, подняв правую руку. — А можно наоборот?

— Нет, нельзя, — отрезал малыш. — Но если всё решишь, то так и быть можешь быть на сегодня свободна.

— Что? Вы слышали? Она это всё решит? Это невозможно! Чтобы эта девчонка… Мой мальчик с блестящим умом и даже он не способен такое решить сразу.

О, небеса! Я больше не могу это слушать!

Взяла лист бумаги и быстро записала ответы на каждый вопрос. Встала с места и, подойдя к Реборну, протянула листок с ответами ему. Малыш спокойно взял лист, просмотрел его и с улыбкой сказал:

— Всё верно, можешь отдыхать.

— ЧТО?! — воскликнули одноклассники и их родители. Только Ямамото Тсуёши со смехом произнёс:

— Ха-ха-ха, вот такие вот друзья у моего сына! — интересно, кого он этой фразой похвалил-то? Себя? Такеши? Или меня? Ладно, это меня не касается. «Открытые двери» пора закрывать. Во всяком случае, для меня.

Прогуливаясь по коридорам школы, по которым совершенно никто не бродит, чувствуешь некую свободу. Тихо. Уроки до сих пор идут, но тебя это не касается. В одном из пустующих классов проветривали помещение, поэтому окна были открыты настежь. Я зашла туда, наслаждаясь прохладным ветерком, разгуливающим в аудитории. Пахло морозной свежестью. В этом году зима меня раздражала и совершенно не радовала. Снега практически не было. Отсутствие любимого «хрум-хрум» под ногами очень печалило. В России уже давным-давно всё укутано снегом.

Нет тех любимых морозных узоров на оконных стёклах и сосулек, свисающих со всех крыш. Эх, скучаю по настоящей русской зиме. В ней есть некая сказка, а то, что я вижу сейчас… даже зимой назвать трудно. Так… прелюдия.

— Проверьте этот кабинет.

— Как прикажите, Хибари-сан.

Ох, чёрт! Что-то я совсем замечталась. Нужно прятаться. Куда? Ну куда же? О! Учительский стол!

Не теряя ни секунды, я прыгнула на пол и заскользила внутрь стола, прячась за его боковину. Сердцебиение возросло. Хибари просто проводит осмотр или кого-то ищет? Если второе, то я уже догадываюсь кого. Хм… торчать тут нельзя. Может, пока есть время, свалить из школы?

— Ну что?

— Чисто.

Фух, пронесло. Надо выбираться отсюда. Равномерные шаги нескольких пар ног, стали удаляться дальше по коридору. И только когда они окончательно затихли, я наконец-то выбралась из своего укрытия. Интересно, в каком настроении сейчас Хибари? Уверена, что не в том, с которым веселятся и пьют чай с плюшками. Так, судя по звуку шагов, они пошли налево, значит, я пойду направо. Для того, чтобы мои шаги не были слышны, разнося топот эхом по коридору, я сняла обувь и побежала босиком, периодически скользя носками на поворотах.

Вот он. До выхода из школы было практически рукой подать, но меня остановили. И да, это не Хибари. Правда, когда тебя в полной тишине кто-то резко хватает за руку, сердце не несколько секунд перестаёт биться, в принципе.

— Дарья? Ты же Серра Дарья, так? — это была девушка из старших классов. Кажется из третьего «А». Чего ей от меня нужно? На вид выше меня, мускулистые руки, растрёпанные в разные стороны каштановые волосы, а в тёмно-карих глазах плясали нездоровые огоньки. Девушка вцепилась в мою руку так, словно это было последним, что она могла сделать в этой жизни.

— Д-да… — неуверенно бросила я. — Слушай, если ищешь Хибари-сана, то он…

— Нет, мне нужна именно ты! — перебила меня девушка и тут же бросила взгляд на уровень моего декольте. Более того, наконец-то отпустила руку, и я ощутила, как чужие ладони ложатся на мою грудь, слегка ощупывая её. — Идеально, — бормоча, кивнула девушка сама себе.

— Какого…?! — начала повышать голос, намереваясь немедленно отбежать от этой сумасшедшей, но не всё так просто. Меня вновь схватили за запястье и со словами «Идём со мной!» потащили в неизвестном направлении.

Я была в некотором недоумении. Просто не знаю, как реагировать в такой ситуации. Вырываться — бессмысленно. Девушка физически сильнее меня, это чувствовалось. Однако не чувствовала, чтобы от неё исходила угроза. Скорее наоборот — она нуждалась в помощи, но в какой именно?

Мы пришли к клубу рукоделия. Я знаю этот клуб, так как они часто подавали заявки на финансирование тех или иных мероприятий. Вообще мне нравится этот клуб, так как они очень много полезного делают для школы. Начнём с того, что любой желающий школьник, может к ним подойти и договориться по поводу того, чтобы ему сшили или изготовили любой элемент школьной формы. Я-то к ним не обращалась. Иголкой и ниткой владеть умею. Но вот другие… это подобно волшебной палочке. Знаю, что Ямамото часто тут ошивается. Ну, а как иначе? Он живёт только с отцом. И хоть дядя Тсуёши старается изо всех сил, элементарные женские навыки ему не заменить.

— Заходи, — попросила девушка, проталкивая меня в кабинет. — Снимай верхнюю одежду.

— Э-э-эм… — протянула я, чувствуя как мысли и ощущения опять сбиваются с толку. Она не опасна, но вот сама ситуация… хм…

— Господи, Аи-сан, что вы делаете? — услышала я ещё одни женские голоса за спиной. Как оказалось в кабинете имелось как минимум шесть девушек с разных классов. У каждой выражение лица говорило о двух эмоциях: отчаяние и удивление. — Нельзя же так!

— У нас нет на это времени! — проговорила та, которую назвали Аи, после чего девушка вновь посмотрела на меня. — Снимай верхнюю одежду и становись на табурет.

— Может, мне хотя бы попытаются объяснить, что тут происходит? — смущёно улыбаясь, начала я, отходя от старшеклассницы назад. — Я не глупая, обещаю понять.

— Аи-сан, вы ей даже ничего не объяснили?! — воскликнули другие девушки бледнея и смущаясь сильнее моего. — Прошу, Серра-сан, нам очень жаль, что всё так вышло. Мы всё объясним, но чуть позже. Можете просто снять верхнюю одежду, а мы сделаем замеры вашего тела? — вперёд вышла невысокая девушка с длинными волнистыми светлыми волосами. Иностранка? Да, скорей всего американка, если судить по акценту, но это не столь важно. — Меня зовут Виктория, но вы можете звать меня Тори-чан. И по правде сказать, у нас совсем не осталось времени, поэтому… — девушка указала на соседний стол, на котором в разбросанном порядке лежали ткани различных видом и цветов. Я сходу насчитала свыше десяти. — Оставьте там свои сумку и вещи, а после встаньте на тот табурет.

Вновь осмотрела девушек. Они и в самом деле взволнованы. Даже Тори, хотя именно она и старалась сдерживать свои эмоции. Делать нечего. Вздохнув, я сняла с плеч сначала гакуран, потом красный галстук и белую рубашку, оставаясь в одном нежно-голубом лифчике. Хотела приступить к брюкам, но девушки заверили, что это лишнее. Главное — верх.

Встала на табурет, что находился в центре комнаты, и по просьбе девушек раскинула руки в разные стороны, позволяя им делать замеры моих форм измерительной лентой. Мои белоснежные волосы вечно мешались девчонкам, поэтому они отыскали заколку-крабик и убрали их, собрав огромный спутанный пучок на макушке головы. Правда несколько прядей всё же вырвались из общей массы, но они были около лица и никому не мешали, так что девушки просто не обращали на них внимания.

— О! Тату?! — удивилась Аи, заметив родимое пятно на шее со спины.

— Это не тату, это…

— Да не важно, — отмахнулась девушка. — Прошу, не вертись. Все данные очень важны.

А она серьёзно относится к своему делу. Даже проявила к ней капельку уважения, хотя совершенно не знаю, кто она. Измерительная лента буквально летала вокруг моего тела. Рост, плечи, обхват груди, обхват талии, обхват бёдер… этому не было видно конца. Все замеры аккуратно заносились в какую-то тетрадь, которую тут же принесли девушки.

— Да, — с усмешкой бросила Аи, делая шаг назад и осматривая меня более удовлетворенным взглядом. — Действительно то, что надо. Идеально! Ты подходишь, Серра.

— Подхожу для чего? — насторожилась я.

— Позволь объяснить, — улыбнулась Тори. — Твоё тело довольно миниатюрное, а грудь ещё не приобрела больших размеров и…

— Мы вообще-то растём, — смущёно буркнула я, понимая, что это нисколько не комплемент. Более того, учитывая размеры и формы моих одноклассниц, понимаю, что несколько запаздываю в половом развитии. А ведь мне уже пятнадцать, чёрт возьми. Хотя… я всегда состояла из одной огромной массы комплексов. Чего уж греха таить? — Я поздний цветок, так что…

— Да-да, — засмеялась мягко Тори. — Но лучше бы ты осталась такой хотя бы до конца учебного года. Ведь весна не за горами.

— То есть? — до сих пор не понимала я.

— В общем, у нас безвыходное положение, и ты нам очень нужна, — поясняла Тори. — А именно… — неожиданно на всю громкость зазвонил мой сотовый телефон, что хранился в сумке, исполняя песню «Avolnation — Run». За время зимних каникул я так и не сменила трек, который поставила на номер Хибари Кёи.

— Вот чёрт… — только и успела произнести я, когда дверь клуба рукоделия с грохотом открылась, в помещение вошёл сам Глава Дисциплинарного Комитета, сжимая тонфы в руках.

Некоторые из девушек в этот момент просто с ужасом рухнули на пол, прячась за горы тряпок и тканей. Я же как стояла на табурете с обнаженным верхом, так и стояла, совершенно не зная, куда себя деть.

Немая сцена.

Все девушки с выпученными глазами смотрели на вошедшего парня, а сам парень смотрел на свою жертву, то есть меня. Лицо как обычно не выражало совершенно никаких эмоций. Только серебристое сияние серых глаз, говорило о том, что Кёя настроен серьёзно. Я не смущалась того, что он видит меня обнажённой, скорее мне было нехорошо от самой мысли, что парень забьёт меня до смерти в таком вот положении. Чёрт! Дайте хотя бы рубашку накинуть! Умирать, так хоть с честью!

— Хи… Хи… Хибари-сан… — произнесла я почему-то дрожащим голосом, обхватывая себя за плечи, пряча при этом грудь, и поворачиваясь к парню спиной. Краем глаза я следила за ним и видела, что руки, сжимающие тонфы, резко опустились, словно парень потерял волю к сражению.

— Хибари-сан, нужно кое-что обсудить, — произнесла Аи, спокойно делая шаг в сторону парня. Она словно вообще его не боялась. А может и боялась, но просто то отчаяние, что сковало их клуб, вынуждает девушку действовать. — Прошу, давайте пройдём в другое отделение и поговорим с глазу на глаз.

Кёя спокойно последовал в указанное направление, всем своим видом демонстрируя, что делает это с не особым-то желанием. Только когда они скрылись в другом кабинете, многие девушки звонко выдохнули, вылезая из своих укрытий, а я сразу стала надевать обратно свои вещи.

— Отлично! — вздохнула Тори, кладя свои руки мне на плечи, когда гакуран вернулся на моё тело. — Уверена, Аи обо всём договорится с Хибари. Так что переживать не о чём.

— Договорится? — насторожилась я. — О чём? Я так ничего и не поняла.

— Знаешь, это наш с Аи последний год в Средней школе Намимори. А все выпускники в конце года подготавливают небольшое выступление, — я согласно кивнула, так как в курсе этой традиции. — В этом году намечается танцевальный конкурс с веером в традиционном японском стиле, — моё сердце начало нервно ускорять темп, но я продолжала молча слушать. — Аи и я подготавливали наряд для одной из участниц, но во время зимних каникул она сломала ногу на льду и теперь пролежит с гипсом три месяца, а то и больше. А ведь за это время нужно столько всего подготовить… Танец, музыка, одежда… Мы были в отчаянии, так как фигура у той девушки довольно маленькая и мало кто сможет надеть кимоно, что мы приготовили. Но ты идеально подходишь!

— Чё…? — бежать. Нужно срочно бежать!

— Твои формы идеально подходят, так что даже кимоно перешивать не надо. С тобой, мы во всём успеваем!!! — Тори радостно запрыгала на месте.

— Но… Но я не умею танцевать! Вообще никак! Не говоря уже о традиционных японских танцах… Найдите кого-нибудь ещё!

— Нет! — взгляд Тори стал таким же серьёзным, какой я обычно вижу у Ямамото во время игры в бейсбол. — Не важно, выиграешь ты конкурс или нет. Главное это то, чтобы ты в нём участвовала и продемонстрировала навыки всех клубов сразу. Особенно клуба по рукоделию.

— Не-не-не! — замахала я руками, отступая назад. — Об этом не может быть и речи. Простите, но нет. Мне очень жаль, однако неприятности случаются и их не избежать. Да и Хибари-сан, вряд ли…

— Разрешил! — произнесла Аи, с довольным лицом выходя из кабинета. — Всё в норме! Серра теперь в полном нашем распоряжении.

— УРА!!! — отозвались девушки в один голос.

— А…? — всё казалось каким-то сном. Вернее даже кошмаром. Это точно реально? Может, я до сих пор сплю? Ущипнула себя за плечо. Ой! Больно! Это точно не сон.

Следующим из кабинета вышел Кёя. Тонф в его руках уже не было, видно, успел убрать. Лицо сохраняло всё такое же каменное спокойствие. Бросив на меня последний взгляд, он спокойно развернулся и ушёл в сторону коридора, оставив меня в полном недоумении.

— На сегодня можешь быть свободна, Серра, — отозвалась Аи, закидывая измерительную ленту себе на шею. — Полную подготовку начнём через день. Клуб хореографии я тоже предупрежу.

— Как ты его убедила? — спросила Тори, подходя к Аи с довольной улыбкой.

— Ты знаешь, кто это? — спросила Аи, намекая на Хибари. Тори кивнула. — Знаешь, чем он занимается? — очередной кивок. — А теперь скажи, кто ему форму вечно новую шьёт?

— Хех, — девушки усмехнулись.

Ясно. Разговаривать с этими безумными фанатками своего дела не имеет смысла. Я сорвалась с места и побежала за Хибари Кёей в надежде образумить его и заставить поменять своё решение. Догнать его удалось довольно быстро. Он не далеко ушёл, прогуливаясь медленным, равномерным шагом. Правда, когда я практически добежала до парня, он неожиданно выхватил тонфу и чуть было не убил ей меня, махнув перед лицом.

— Бегать в здании школы — запрещено, — спокойно бросил Кёя. Это было опасно. Очень опасно, но инстинкты опять давали сбой в его присутствии.

— Хибари-сан, прошу. Вы же не серьёзно, верно? — парень медленно осмотрел меня с ног до головы, словно сканировал на наличие посторонних предметов. О чём он думает? Что творится в его голове? Лицо такое каменное. Ничего не выражает. Только когда парень дерётся можно понять его истинные чувства, но сейчас… — Хибари-сан! — Кёя посмотрел мне в глаза. — Я не умею танцевать. Не умею ходить в кимоно. Не знаю ни одного традиционного японского танца. Особенно с веером!

— Мне это уже известно, — усмехнулся парень.

— Известно? Так откажите им! — уже почти кричала я.

— Зачем? — улыбка стала шире. Кёя шагнул ко мне на встречу, нависнув, словно коршун над мышонком, но на этот раз не прикасался. Вообще никак. — Я хочу посмотреть на твой позор лично.

— Ч… что? — вот этой подставы я, пожалуй, не ожидала.

— Ты не японка и никогда ей не станешь, сколько бы тут не жила, — произнёс Кёя, поднимая руку над моей головой и разжимая заколку-крабик, что до сих пор болталась на макушке. Волосы белоснежным плащом рухнули мне на плечи. — Твой провал очевиден. Так зачем мне лишать себя такого уникального зрелища, травоядное? И даже не пытайся сбежать, — рука парня резко сжалась в кулак, перед моим лицом и пластиковый крабик раскрошился на десяток мелких частей. Ой-ёй! А ведь это была даже не моя заколка.

Стряхнув мусор с ладони на пол, Кёя довольно развернулся ко мне спиной и продолжил путь. Я смотрела на его уходящий силуэт и понимала, что дна в этой дерьмовой жизни — нет.

Глава 14. Пополнение в детском саду

Моя жизнь стала напоминать шоу «Форт Боярд». Причём не всё шоу полностью, а, пожалуй, самый его конец. Когда ты за считанные секунды тянешь руку сквозь щель к сокровищам, а в это время за твоей спиной уже как минимум три тигра облизываются на твой костлявый зад, отстукивая челюстями звонкое клац-клац. В итоге, обязательно выигрывает команда противников, но дырень на заднице именно у тебя. Почему так? А вот не знаю.

За последний месяц даже стала забывать, когда нормально смогла отдохнуть. Приходилось виртуозно совмещать учёбу, работу в Дисциплинарном Комитете, репетиции в клубе хореографии и ещё одну работу, только ночью. Я прям как белка в колесе, что своей активностью могу спокойно вырабатывать электричество на весь город.

Итак, начну по порядку.

Во-первых, с учёбой обстояли дела не так уж и плохо. Пришлось договориться с учителями и директором, но учитывая мои заслуги и оценки, решили пойти на уступку и проигнорировать тот факт, что я очень редко стала посещать уроки. Прихожу в основном только на те, на которых проходит контрольная или тестирование прошедшей темы. В итоге, я всё быстро решаю, сдаю результат и убегаю по своим делам.

Но не всё так гладко обстояло в Дисциплинарном Комитете. Хоть Хибари Кёя и знал, что я готовлюсь к последнему звонку, который произойдет в апреле, его это совершенно не волновало. Лишь укоризненно бросил, что у меня есть свои обязанности, и ему плевать как, но они должны быть выполнены. А работы у меня накопилось предостаточно. Слава всем существующим богами, в этом чёртовом Комитете есть Тетсуя. Ох, не парень, а просто супергерой!

Когда я ему объяснила всю суть проблемы, тот воспринял всё всерьёз и сказал, что конкурс на последнем звонке очень важен. И раз я, как член Дисциплинарного Комитета, удосужилась там участвовать, то просто не имею права упасть лицом в грязь. В итоге, парень просто предложил обучить его той компьютерной программе, которую я написала специально для Дисциплинарного Комитета. В ней было легко отсортировывать все документы и вести статистические наблюдения клубов. У Хибари она тоже есть, но в более упрощённом варианте, так как ему в основном нужен уже выведенный результат, нежели работа с данными.

Правда, обучать Тетсую был ещё тот геморрой. Парень совершенно не приспособлен к технике. Присутствовал какой-то подсознательный страх того, что он сломает компьютер и всё испортит. Хотя думаю, на это также влиял тот факт, что ему приходилось сидеть за моим компьютером в одном кабинете с Хибари Кёей. Хоть он его и уважал, а страх перед хищным стальным взглядом, никуда не денешь.

— Да не бойся ты! — вздыхала я уже в сто первый раз, стоя рядом со своим стулом, за которым сидел Тетсуя. — Жми на клавишу. Вот «Файл», далее «Сохранить». Всё просто!

— Не бубни, Мелкая! — шикнул на меня парень. — Если эту программу написала ты, то почему просто не создала кнопку «Сделать охеренно!»? Раз — и все проблемы решены.

— Пф! — фыркнула я. — Если бы у меня была такая кнопка с самого начала, то мы бы с тобой сейчас не разговаривали.

— Поумничай мне тут, — продолжал злиться парень, наклоняя голову вперёд и утыкаясь своим батон-причёской в монитор. — Мне просто нужно объяснить. Вот сейчас я понимаю, а как ты уйдёшь, так всё сразу летит к чертям.

— А телефон тебе на что? — недовольно скрестила руки на груди.

Мы ещё долго препирались, но на одну мысль он меня точно навёл, а именно — как я могу начать зарабатывать. Да, именно! Я решила стать этаким программистом на дом. Вначале всё было просто ужасно. Не хотелось слишком сильной огласки по школе, да и зависеть от кого-то также раздражало. Пришлось зарегистрироваться на нескольких сайтах и завуалировано представиться под ником «Учитель». Кстати, это было довольно забавно. Ну, я так думала. В интернете ко мне обращались как к учителю, а потом когда договаривались о встрече, к ним приходила школьница и наводила шороху во всей электронной технике. Причём меня не смущала ни сложность, ни объём. Это моё хобби и увлечение. Надо переустановить систему в компьютере? Нет проблем. Надо собрать компьютер? Будет как новый! Да что там компьютер, я с любой техникой найду общий язык. Лишь бы заплатили.

Кстати, в этом зачастую и была проблема. Увидев, что я обычная школьница средних классов, которая бродит неизвестно где в ночное время, больше половины клиентов отказывались платить, усмехаясь и говоря, что я им сделаю стопроцентную скидку. Из вежливости. А что мне оставалось делать? Я молча разворачивалась и уходила, так как понимала, что физически не осилю данную клиентуру. Правда на третий раз я случайно наткнулась на ворчащих на улице Гокудеру и Ямамото, что шли от дома Савады. На улице была темень страшная, но парни быстро меня узнали.

— Эй, Дар! Привет, — как всегда улыбался Такеши. — Ты чего так поздно бродишь?

— Да скорей всего заблудилась и теперь шатается, словно призрак, — фыркнул Хаято, отворачиваясь в сторону.

— Хех, ну да, ну да… — вздохнула я, почесав затылок. Настроение было не к чёрту. Три клиента за одну ночь послали меня в «далёкое счастливо», и, по сути, весь труд канул в никуда. Ладно, в списке ещё два заказчика имеется, может с ними повезёт? — Ну, мне пора, пока! — помахала рукой и направилась к следующему дому, что был указан в списке.

— Э? — не поняли парни, переглянувшись.

— Ты куда идёшь? В самом деле, что ли заблудилась? — бросил раздражительно Хаято. — Твой дом в другой стороне!

— Ага, — кивнула я и продолжила путь. — До завтра.

Завернула за угол и пошла дальше, но услышала, как парни меня догоняют и, ничего не говоря, выхватывают из руки листок бумаги, куда я записала адреса, имена клиентов и то, что мне следует починить. Выхватил листочек Хаято и сосредоточенным взглядом осмотрел список. Такеши тоже заглянул в листок, через плечо Гокудеры. Сложив дважды два, лицо Хаято прояснилось:

— Да ты спятила, Ведьма! — воскликнул он на всю улицу. — Это ты и называешь подработкой? Ты хоть понимаешь насколько это опасно?

— А? Подработка? — удивился Такеши, переводя взгляд то на меня, то на Хаято. — Гокудера, ты что-то об этом знаешь?

— Успокойся, Хаято, — негромко бросила я, забирая листок из рук парня. — Не маленькая девочка и об опасности прекрасно знаю. Честно сказать, уже сомневаюсь в правильности своего выбора, но учитывая то время, которое я отвела для подработки, любое занятие было бы опасным. Будь то продавец или простой сторож.

— Сторож? Продавец? — всё ещё не понимал Такеши, но лицо парня становилось серьёзнее с каждой секундой. Гокудера походу целенаправленно игнорировал недопонимание бейсболиста.

— И много ли ты уже заработала своим упрямством? — понизив тон, спросил парень, вновь выхватывая у меня список и заглядывая туда. — Трое отмечены, как «Выполнено». Ну? Сколько за вызов?

— Вызов?! — Ямамото начал бледнеть. Походу, он до чего-то дошёл, но совсем не до того, до чего нужно.

Но с другой стороны, я его понимаю. Что ещё можно представить, когда слышишь такие разговоры одноклассников поздно вечером? Пришлось всё брать в свои руки и пояснять ситуацию. Подробно рассказала, что да как, и в конце согласилась с Гокудерой, признав, что он был прав. Одно дело, когда ты здоровый накаченный мужик, и совсем другое ты — это… я. Придётся поискать другие виды заработка. За эту идею я, не раздумывая, вцепилась из-за того, что мне нравится работать с техникой. Но видно это не моё.

Однако как только парни меня выслушали, произошло то, чего я не ожидала.

— Первый на мне, — строго произнёс Гокудера, отшвыривая листок со списком в сторону Ямамото и направляясь в сторону первого клиента

— Тогда второй на мне, — с улыбкой ответил бейсболист, отходя в другую сторону.

Эти парни, не сговариваясь, решили мне помочь, но каждый по-своему. Хаято тут же достал пару шашек динамита и закурил сигарету, а Такеши достал из спортивной сумки бейсбольную биту. Я же решила даже не шевелиться. Меньше знаешь, крепче спишь. Хоть и раз в неделю.

Не прошло и двадцати минут, как парни вернулись, протягивая мне деньги крупными купюрами. Там было намного больше, чем я запрашивала. При этом оба заверяли, что это была «исключительно добровольная» оплата клиентов. Сами парни лишь напомнили, что за всё необходимо платить. В любом случае, этот вечер мне был уроком, и в следующий раз я уже знала, как действовать. Страх — лучшее средство против таких жадных клиентов. А уж как вызвать в человеке страх, меня научил Хибари Кёя. Спасибо ему за это. Порой мне достаточно было лишь показать повязку Дисциплинарного Комитета. Но это на крайний случай.

Репутация «Учителя» росла в сети. Стали появляться отзывы с благодарностью и восторгами о сделанной качественной работе. В итоге, как ни странно, дело пошло в гору. Потихоньку я смогла перейти на более-менее самостоятельный образ жизни. Кое-где пришлось урезать аппетиты, но, к счастью, это не затронуло шоколад. Лучше я без одежды останусь, но точно не лишу себя моего любимого лакомства. Он для меня как воздух.

Что касается тренировок в клубе хореографии, то это была ещё та история. Естественно, я пожаловалась Реборну на то, что Хибари записал меня на танцевальное шоу, и теперь мне нужна его помощь. Но знаете что произошло? А ничего! Оказалось, что в той команде, которая подготавливает теперь уже мой танцевальный номер, входила и Сасагава Киоко. А она, как ранее было известно, очень нравится Тсуне. И чтобы не разочаровывать девушку, Тсуна со слезами на глазах просил меня остаться участницей.

Конечно же, я послала его на три весёлых буквы… в Рим. Как раз на родину предков. Но Тсуна не отступал и продолжал выть, обещая, что он в долгу не останется. Тогда, находясь в танцевальном зале, мы долго спорили, пока в наш разговор не подключился Реборн:

— Дар, — строго произнёс малыш, направляя в мою сторону Леона, который обернулся пистолетом. — Ты пошла против своего Босса, а значит, должна умереть.

— ХИ-И-И!!! — завопил Тсуна, пытаясь остановить Реборна, закрывая меня собой, но маленький киллер оказался проворнее и выпустил пулю раньше, чем парень успел и шаг сделать. — НЕТ! ДАР!!!

Пуля попала мне прямо в лоб. Стопроцентное попадание. Вероятность выжить — равна нулю. Медленно моё тело падало на пол. Я умираю. И перед смертью сожалела. Нет, не о том, что не смогла отказаться, и не о том, что Реборн убил меня в расцвете сил, а о том, что, чёрт возьми, я всё-таки не станцевала! Почему-то все были уверены в моём провале. ВСЕ! И Хибари Кёя, и девушки из клуба по рукоделию, и репетитор по танцам, и Киока, и даже Тсуна…

«Главное не победа, а участие», — говорили они. — «Достаточно только твоего появления. Мы не ждём от тебя ничего серьёзного. Твоё тело не сможет с этим справиться».

Но это всё я и так знала, так почему же всё равно тут? Почему никто не верит в то, что у меня получится? Хоть кто-то?!

Дальнейшие события я помню плохо. Всё словно покрыто пеленой тумана, наполненной вспышками адреналина. Вот вижу себя в одном нижнем белье. Но я не ору, как Тсуна «Реборн!» и не ношусь по залу. Моё дыхание спокойно, а взгляд сосредоточен. Всё казалось каким-то нереальным. Словно попала на миг в компьютерную игру с кучей возможностей. Ни боли, ни усталости, ни напряжения. Всё давалось с лёгкостью. А после стала танцевать. В ход пошли все инструменты хореографического клуба. И это притом, что я совершенно не знаю, как это правильно делается. Просто двигала телом, прислушиваясь ритму музыки. В итоге, через пять минут, когда режим Посмертной Воли иссяк себя, я оглянулась и поняла, что произошло.

— Реборн… — злобно бросила я, на что малыш лишь довольно усмехнулся. И это понятно почему. Ведь стоящие рядом Тсуна и тренер по танцам были явно в шоке. Их лица были раскрасневшимися и вытянутыми практически до колен. Как позже выяснилось, парни были удивлены тому, какой во мне скрыт потенциал. Но я-то знаю, что это всё пуля Посмертной Воли. Или нет?

Никак не удаётся понять Реборна. То он мне помогает, то в голову стреляет. Это был первый раз, когда я ощутила его злость, хотя мне кажется, что он эту ситуацию спровоцировал намерено, чтобы посмотреть что будет. Вечно рядом с этим Реборном возникает такое чувство, словно он что-то задумал, а мы все следуем по его плану. Вон, даже сменную одежду для меня прихватил. Точно всё это спланировал ранее.

— Дар, прости! Мне очень жаль! Я не хотел, чтобы всё так вышло! — тараторил Тсуна после того, как я оделась. — Если не хочешь, то не надо. Я всё понимаю. Прости!

— Какое «не надо»?! — орал тренер по хореографии. Это был обычный старшеклассник, который также выпускался в этом году. При первой встрече со мной он сразу сказал, что со мной номер, так или иначе обречён на провал. Так как у меня нет ни малейшей гибкости или пластики, а мышечная масса если и присутствует, то только на ногах. Более того, добавил, что окоченевший труп и то более спортивен, чем я. Но после попытки Реборном убить меня, старшеклассник словно прозрел. — Я ошибался! — кричал он. Не удивлюсь, если это лучший друг Сасагавы Рёхея. Так же орёт, только внешность больно простая. Тёмные волосы, темные глаза, короткая стрижка, высокое гибкое тело. — В тебе скрыт потрясающий потенциал! Будем его раскрывать!

— Дерьмо, — выругалась я на русском, но отступать было поздно.

Да и по правде сказать, я сама согласилась на эту авантюру. Почему? Постараюсь объяснить. Нет, не из-за Реборна или Тсуны. Нет, не из-за Хибари и его насмешек. А из-за обычных ребят, которые вкладывали в этот конкурс всю душу. Я видела, как девчонки из клуба рукоделия дни напролёт засиживают за пошивом кимоно. Видела, как сильно старается мой тренер по хореографии. Кстати, его звали Тимо. Все душу вкладывали в то, что им дорого. От такого зрелища хочешь — не хочешь, а проникаешься уважением. Начинаешь стараться не столько для себя, сколько для других.

Но должна признать, что если бы не пуля Посмертной Воли в моей черепушке, я бы послала всех их как можно дальше. Они мне никто, и я им ничем не обязана. Просто… так сложилось. Так почему же не попробовать, выложившись на полную?

Так и протекали мои дни. Учёба, тренировки, работа… иногда сон. Где-то однажды читала, что если делать одно и то же пятьдесят дней подряд, то на пятьдесят первый день, это войдёт в привычку. Так вот… хоть ещё не прошло пятьдесят дней, могу с уверенностью сказать, что эта теория — фуфло.

Тимо на тренировках из меня выжимает всё, что только можно. Болит каждая клеточка моего тела. Даже кость, а ведь она не может болеть. Каждый день, после обеда шла в клуб по хореографии как на каторгу. И ведь прекрасно знала, что там меня опять будут ломать, сгибать и растягивать. Уверена, что за этот неполный месяц я вытянулась на несколько сантиметров, но проверять не хочу. Боюсь расстроюсь. Хотя Тимо заверяет, что это ради моего же блага. Мол, он удивляется, как я вообще живу и шевелюсь, при этом капельницу повсюду с собой не таскаю? Моими мышцами никто в жизни не занимался. Ноги стали приобретать более-менее спортивную форму только после безумных тренировок, когда я бегала от стай животных каждое утро. Ну и на этом всё.

Ещё постоянно втирал мне проповеди про здоровое питание и про то, что питаться одним шоколадом вредно. Каждый раз, когда он старался перевести меня на свой рацион, в которой одна только трава да злаки, я просто разворачивалась и уходила из зала. Он может связать меня в морской узел, но не смеет лезть в желудок. Без сладкого я не проживу.

С самим же Хибари, который прекрасно знал о моих мучениях, я практически не разговаривала. Ну, только разве что по делу. Между нами опять холодная война. Меня не видно и не слышно, но кое-что изменилось. А именно то, что он меня теперь не называет «Бесполезным Травоядным», а просто «Травоядным». Повышение ли это или понижение, чёрт его знает. Но факт остаётся фактом. Даже если он находился в довольно раздражительном настроении, я была только «Травоядным», как и сотня остальных учеников. В принципе, мне от этого ни горячо, ни холодно. Пускай хоть валенком называет. Пока он не проявлял особой агрессии, всё нормально. Ко всему можно привыкнуть. Надеюсь…

Правда, сегодня, в один из ранних февральских дней, что-то явно пошло не так. Я обедала, сидя на уличной скамейке, привыкшая к тому, что на улице мало кого встречу. Все бояться холода, в то время как для меня это вполне нормальная обстановка. Обычно мне нравилось сидеть на крыше, но после обеда приходилось бежать в соседний корпус, где и проходили занятия по танцам, так что обед в школьном сквере тоже подойдёт.

Неожиданно из угла школьного корпуса выбежал ребёнок. Мальчик лет девяти, короткие светло-русые волосы, темная куртка и длинный полосатый шарф, концы которого волочились по земле. Чей-то брат? Вроде на японца не похож. Я его впервые вижу, но учитывая то, какое у него напуганное выражение лица, мальчишка от чего-то бежит. Вон, даже несколько раз обернулся, чтобы убедиться, не преследует ли его кто.

Ладно, меня это не касается. Хоть я и член Дисциплинарного Комитета, сделаю вид, что ничего не заметила. У меня обед. Тем более ещё пирожное одно осталось. Не пропадать же добру, верно?

Когда мальчик пробегал мимо, наши взгляды встретились. Достаточно было всего секунды, чтобы ребёнок остановился, заулыбался во весь рот и, подбежав ко мне, обхватил за пояс, крикнув:

— Дари! Я так рад тебя видеть! Дари, прошу, помоги! — у меня в этот момент, кусок десерта в горле застрял. Пришлось насильно пропихивать шоколадным молоком.

— Чего?! — прохрипела я наконец-то. — Как ты меня назвал?

— Прости, тебе не нравится? — искренне удивился мальчик, крепче сжимая объятья и смотря на меня такими щенячьими глазами. — Когда я составлял о тебе рейтинги, то всегда именно так и обращался. Мне ведь можно, Дари?

— Рейтинги? Ты вообще кто? И прекрати обнимать меня! Мне это не нравится! — я положила ладони на плечи мальчишки и попыталась отпихнуть его, но тот только ещё крепче вцепился мне в пояс, нахмурив брови. — Да что такое? Кто ты?

— Зови меня Фуута, — вновь заулыбался мальчик, но тут же стал нервно оглядываться по сторонам. — Я тебе всё расскажу. Честно. Но прошу, помоги мне! За мной охотятся, поэтому — спрячь меня!

— Да кто охотится? — всё это навевало некое безумие. А то, что мальчик наотрез отказывался отпускать меня, только ещё сильно раздражало. Обед был определёно испорчен. Тело после тренировок болело так сильно, что я даже девятилетнего мальчишку не могу отпихнуть. Позор!

— Это мафия! — с мольбой в голосе воскликнул ребёнок, вновь смотря на меня щенячьим взглядом.

— Мафия? — а вот это уже серьёзно. Так этот ребёнок тоже не прост? Что за безумный мир? Ладно, об этом потом подумаю. Как бы то ни было, этот Фуута знает меня, а значит и те, кто за ним гонится, могут представлять и для меня угрозу. Воспоминания о том мотоциклисте, которого повстречала перед новогодними праздниками, до сих пор свежи. Лучше и в самом деле спрятаться, пока нас не нашли. — Идём со мной, — бросила я мальчику, и тот машинально схватился за мою руку, хотя я её ему даже не протягивала. Хотелось оттолкнуть чужую ладонь, но и тут мальчик проявил напор, крепче вцепившись в руку.

Ай, чёрт с ним. Надо? Пускай держится. Лишь бы поспевал.

Только когда несколько взрослых мужиков в полосатых смокингах пробежали мимо, скрывшись за следующим поворотом, мы одновременно с облегчением выдохнули. Это были определёно мафиози. У каждого виднелась кобура с пистолетом. Идти с оружием на ребёнка? Что-то тут не так. Кто этот мальчик? В среднем я бы ему дала не больше десяти. Не вызывает угрозы. Скорее наоборот, кажется будто перед тобой безобидный хомячок. Но внешность бывает обманчива, а у детей так точно. Чего только Реборн стоит. Может этот Фуута его друг? Но он определёно не так прост. Тем более знает моё имя. Хотя немного его изменил. Как там он меня назвал?

— Дари, а что это за место? — спросил мальчик, осматриваясь.

Времени на раздумья у меня было не так уж много. Поэтому, действуя по наитию, я притащила его в одно из укрытий приготовленных Реборном. Он показал мне несколько мест, которые решилась использовать в самые крайние случаи. Я знала, где можно найти оружие, еду, одежду и даже бомбоубежище. Этот мелкий своё дело знает, и порой мне кажется, что Средняя школа Намимори — самое безопасное место в мире.

Мы спрятались в небольшой комнатке, снаружи похожей на обычные современные батареи, идущие сплошным рядом вдоль коридора. Незнающий, никогда не найдёт потайную дверцу, которая ведёт к комнатке в стене. В этой комнатке имелся небольшой столик, чайный набор и конфеты, которые Фуута уже оперативно уничтожал.

— Это не столь важно, — бросила холодно я, поджимая к груди колени. Комнатка маленькая. Если Фууте с его ростом сидеть на полу вполне нормально, то мне приходилось наклонять голову и сжиматься, дабы не раздавить что-нибудь. — Лучше расскажи, кто ты такой и откуда меня знаешь?

— Я же сказал, меня зовут Фуута, — улыбнулся мальчик.

— И что мне это должно дать? — начинала злиться я. — Ты возникаешь неоткуда, приклеиваешься, подобно клещу, и просишь, чтобы я тебе помогла, спрятав от мафии. И единственное объяснение, которое я получаю это «Меня зовут Фуута»?! Значит так, Фунтик, или ты начинаешь говорить, или я ухожу отсюда. У меня ещё куча дел осталось.

— Не-не-не! Подожди! — мальчик накинулся на мои ноги, обхватив их руками вокруг голени. — Извини. Понимаю, что, по сути, это наша первая встреча, но я так много о вас с Тсуна-ни знаю, что вы мне уже как давние друзья.

— Тсуна-ни?! Чёрт, так и знала, что без Савады тут не обошлось… — устало вздохнула, потирая переносицу. — Итак, давай попробуем ещё раз. Кто ты? И откуда о нас знаешь?

— Я составляю рейтинги, — уверено произнёс мальчик, не отпуская ноги. — Я могу составить рейтинги на что угодно. Абсолютно на всё. И их точность равна сто процентов.

— Сто процентов?! — а вот это уже интересно. — Как такое может быть? Откуда берёшь сведения? У тебя должно быть безграничный источник информации, раз ты способен так точно анализировать данные.

— Нет, это не так работает, — покачал он головой. — Вот, смотри, — неожиданно мальчик сунул руку к себе во внутренний карман куртки и вытащил огромную книгу, которая была с полметра длиной и с кисть руки толщиной. У меня от таких метаморфозов чуть глаза на лоб не полезли. Однако дар речи я всё же потеряла. Во-первых, от шока. Во-вторых, от тяжести книги, которая была теперь у нас на ногах. — Серра Дарья. В рейтинге по морозоустойчивым людям, ты находишься на 17-м месте из 942-х мест. В то время, как уровень твоего умения рукопашного боя занимает 895 661-е место из 895 661-го. Но стоишь на первом месте по обладанию Природной ауры, что довольно неплохо. Также имеешь множество фобий. Страх перед животными, детьми, неприязнь перед людьми в целом… и особенно перед тем, что ты не понимаешь и не можешь объяснить логически. Ужасно переносишь жару, и это может стать для тебя серьёзным препятствием. А ещё физические повреждения…

— СТОП!!! — крикнула я, чувствуя, как по спине уже ручьём бежит ледяной пот. — Если ты всё это знаешь, то также должен понимать, как я сейчас себя чувствую. Если не понял, ты меня до чёртиков пугаешь.

— Извини! — воскликнул Фуута, пряча книгу обратно во внутренний карман куртки. — Чтобы тебя успокоить, я постараюсь дать ответы с более логическим пояснением.

— Отлично, — нервно кивнула головой. — Вперёд. Начни с того, почему эта огромная книга так спокойно уместилась у тебя в кармане куртки?

— Это всё из-за самой куртки, — пояснил мальчик, слегка приоткрывая воротник. — Внутренний слой ткани изобретён одним научным центром мафии, что позволяет уменьшать предметы на молекулярном уровне и хранить внутри довольно большое количество вещей. Но оно не действует на живых существ, так что спрятаться я туда не могу, — опередил он мой следующий вопрос. — Да и тем более, если бы эта функция была, то и носить её стало бы невозможно.

— Л… ладно, — чуть спокойнее произнесла я, чувствуя облегчение от того, что получила хоть какое-то призрачное объяснение увиденному. — Потом, откуда у тебя столько информации обо мне?

— Это всё благодаря моим способностям, — улыбнулся мальчик. — Я могу связываться с Рейтинговой Звездой во вселенной и узнавать о любых сведениях, что мне нужны.

— Ага… конечно… Хьюстон, у нас проблемы! — усмехнулась я. — Так, всё. Валю отсюда, а то скоро выяснится, что ты старший брат Санты Клауса или ещё чего-нибудь там… — попыталась открыть дверцу и выйти наружу, но не тут-то было. Фуута вновь обхватил меня руками за ноги. — Чёрт! Если ты знаешь, как меня раздражают дети и всё эти у-тю-тю, так зачем цепляешься? Держись от меня подальше!

— Подожди! Я не вру! — вопил Фуута. — Это революция!

— А? — вот теперь я немного была сбита с толку.

— Ой… секундочку. Я точно готовился, — мальчик одной рукой, стал шаркать у себя по карманам, потом достал небольшой клочок бумаги, сложенный пополам несколько раз. Развернул его и, что-то прочитав, продолжил: — Это эволюция!

— Ты выглядишь, словно школьник перед учителем, — вздохнула я. — Ещё какие-то шпаргалки подготовил… Эх… — вернулась на своё место. — Что ещё за «эволюция»? Хочешь сказать, что ты этакий эволюционировавший мальчик, который способен связываться со звёздами в космосе? Да кто поверит в этот бред, Фуута? Как ты это делаешь? — мальчик вновь посмотрел на свой листок.

— Телепатия на дальние расстояния? — это был не ответ. Это был вопрос. Он спрашивал меня, пойдёт ли моему логическому рассудку такое объяснение, чтобы поверить. Опять вздохнула, понимая, что пока он не увидит, что я ему верю, этот бред не кончится.

— Ладно, Фунтик, представим, что я тебе поверила, — махнула рукой, в знак согласия. — По правде сказать, мне уже всё равно. Однако тот факт, что ты вечно липнешь ко мне, до сих пор раздражает.

— Ничего не могу с этим поделать, — заулыбался Фуута. — Иначе ты убежишь. Ты боишься детей, а я ребёнок, следовательно…

— Ты хочешь запугать меня до смерти, верно? — усмехнулась я, понимая, как знакомо звучит эта фраза.

— Конечно, нет! — воскликнул мальчик, округляя глаза. — Просто… это всё твоя Природная аура. Она очень сильная. Именно она заставляет животных и детей вести себя необычно. Дети, оказавшись рядом с тобой, чувствуют некую защищённость, уверенность и счастье. А у животных возникает непреодолимое желание прикоснуться к тебе.

— Непреодолимое желание сожрать меня! — поправила я. — Ты просто не видел этих голодных взглядов, которые гонятся за тобой по всему городу!

— Это не так! — замотал мальчик головой. — Они просто преследуют тебя, в надежде, что ты их погладишь и… — я положила ладонь ему на макушку, потрепав волосы. Удивительно, но уже через секунду удивление сменилось счастливой улыбкой.

— М-да… — убрала руку. — Значит, за поведение животных и детей отвечает моя ненормальная аура… Ладно, это я ещё могу принять. Но вот ты… если ты всё это знаешь, то почему всё равно лезешь?

— Ну… — мальчик задумался. — Дари, давай дружить?

— Э?! — вот это было неожиданно.

— Но ты же дружишь с Тсуна-ни? Я хочу быть вашим другом.

— Мы не друзья, — бубнила я. — Мы своего рода сокамерники. Волей-неволей общаемся, и приходится помогать друг другу.

— Ха-ха-ха, звучит забавно! — улыбался Фуута. — Как и ожидалось от Дари. Всё время отгораживаешься от людей, но если надо — помогаешь. Именно поэтому я и попросил у тебя помощи.

— Послушай, сколько я тут нахожусь, все только и твердят о моей возможной угрозе. И если ты тот, за кого себя выдаешь, то должен это знать.

— Ага, — мальчик согласно кивнул, успокоившись тем, что я больше не пытаюсь уйти и вернулся к уничтожению конфет, которые я также принялась есть. — По моим рейтингам, у тебя лидирующий потенциал стать лучшим киллером через несколько лет. У тебя для этого есть всё. Ум, способности, знания. Осталось только заняться физической тренировкой и научить драться, но боюсь тогда людей, которые захотят тебя убить, станет значительно больше. А ты и так занимаешь позицию 60 из 937 мест.

— Вот это… номер, — ахнула я, шокированная таким новостям. Одно дело догадываться, что тебя ненавидит каждый второй человек, и совсем другое понимать, что этот каждый второй вооружён и опасен. — Но ты всё равно тут… — вернулась я, к разговору.

— Да, — вновь кивнул мальчик. — Ведь по моим рейтингам, ты всегда будешь оберегать того, кто заслужит твоего доверия. Да и вероятность того, что ты не изменишь своё решение равна — 95%. Это значит, что если мы станем друзьями, то мне можно будет не волноваться о своей сохранности и сохранности своей книги, в которую я записываю все рейтинги. А ещё мы с тобой находимся практически на одном положении по разыскиваемым людям среди членов мафии.

— Э… то есть, если я, по твоим же словам, через несколько лет стану Рэмбо с автоматом Калашникова в каждой руке, ты это спокойно воспримешь? — мальчик захихикал, жуя очередную конфету, я же буквально почувствовала, как моя кровь отступает от лица и рук. — Вот теперь ты меня реально пугаешь…

Как бы то ни было, а сегодняшние тренировки по танцам пришлось отложить, так как Фуута попросил меня проводить его к дому Савады. При этом мальчишка каждый раз хватался за мою руку, словно она ему мёдом намазана. А ведь уже не маленький, да и по разговорам понимаю, что он всё прекрасно понимает. Так чего прицепился? Чёрт… дети так раздражают. И даже его объяснение ничего не даёт.

— О! Дар-тян, ты к Тсуне? А он ещё в школе, — с улыбкой встретила меня Нана, мама Тсуны.

— Знаю, — кивнула я. — Можно мы его в комнате наверху подождём?

— Мы? — женщина опустила взор и посмотрела на Фууту, что с лучезарной улыбкой приветствовал хозяйку дома. — О! Дар-тян, это твой младший братик? Какой миленький! Конечно, проходите.

— Не-не, это не мой брат, это…

— Я Фуута! — произнёс мальчик.

— Ясно-ясно, — смеялась женщина, хлопая ребёнка по голове. — Ну, я тогда поставлю чай. Поднимайтесь по лестнице.

— Спасибо, — произнесли мы с Фуутой одновременно и прошли в дом.

В комнате Тсуны нас уже поджидал Реборн, при этом всё лицо малыша было покрыто толстыми личинками, что сначала вызвало некий испуг от неожиданности, но потом, сказав себе: «Это же Реборн!», я махнула на это рукой и села на пол, облокотившись спиной о кровать.

— Чаосс! — воскликнул малыш, увидев нас. — Рад, что ты смог добрался до Японии, Фуута.

— Ты его знаешь? — удивилась я.

— Конечно, — кивнул Реборн. — Его все знают. Это Фуута де ла Стелла. Его ещё называют «Рейтинговый Фуута», так как все составленные им рейтинги имеют стопроцентное значение.

— Стелла? Звёздный Фуута? Ха! — усмехнулась, посмотрев на мальчика, что присел рядом и вновь смотрел на меня щенячьими глазами. — Вот не надо, ладно? На Тсуну может это ещё и подействует, но уж точно не на меня. И вообще, — повернулась в сторону Реборна. — Как можно верить его словам? Он такую чушь сегодня нёс в школе. Ты бы слышал! Сам разговаривает со звёздами, у меня имеется Природная аура и ещё много чего ненормального. Больше смахивает на бред сумасшедшего…

— Но это не бред! — вопил Фуута.

— Ты ей уже показывал? — спросил Реборн. Фуута отрицательно покачал головой. — Хе, ну так давай.

— Ладно, — отозвался второй и встал с пола в полный рост. Мне казалось, что что-то должно произойти, так как предметы, окружающие нас, начали незаметно вибрировать. Однако ничего не произошло, так как дверь в комнату открылась, и в помещение вошёл её владелец.

— А? Это же ты! — воскликнул Тсуна, увидев Фууту. — Тот мальчик, которого я видел сегодня в школе!

— С возвращением, Тсуна-ни, — улыбнулся Фуута.

— Он заставил мяч летать, а потом сбежал от каких-то типов! — продолжал Савада, вызывая у меня волну негодования. Заставил мяч летать? Фокус?

— Они были из мафии, — пояснил мальчик. — Поэтому я просил Дари спрятать меня.

— Что? Из мафии?! — Тсуна посмотрел на меня. — И ты в этом замешана?

— Против своей воли, — устало вздохнула. — В любом случае, он просил привести себя к твоему дому, что я и сделала. Остальное меня не касается, — медленно встала с пола.

— Нет! — остановил меня Фуута, встав перед нами с Тсуной на колени и сложив ладони вместе, словно мальчик молился. — Пожалуйста, Десятый Вонгола, Тсуна-ни и Советник, Дари! Пожалуйста, помогите мне!!!

— Что?! — ахнул Тсуна, делая шаг назад. Он был явно шокирован таким поворотом. — О чём ты говоришь?! Как мне справиться с мафией?

— Опять? — злилась я. — Уже один раз сегодня помогла, с меня хватит.

— Но хоть Тсуна-ни и находится на последнем месте среди боевых и умственных способностей 872-ух боссов мафии, ты на первом месте в своей неспособности отказать просьбам! — в подтверждении своих слов Фуута достал из своей куртки огромную книгу и, раскрыв её, показал записанный им же рейтинг, где на первом месте стояло имя «Савада Тсунаёши».

— Слабак, — бросила я, посмотрев на Тсуну.

— Дар, пожалуйста, не говори так, — забубнил парень, входя в некое состояние депрессии.

— Однако это так, — произнёс Реборн. — Все составленные рейтинги Фуутой точны, из-за чего за ним часто гоняется мафия. Информация довольно ценный ресурс, и если завладеть книгой Рейтингового Фууты, весь мир будет в твоих руках.

— Так почему бы просто не уничтожить эту книгу? — предложила я. — Если сведения, записанные в ней, настолько опасны, не лучше бы просто стереть её с лица земли? Тогда мафии просто незачем будет гнаться, а Фуута заживёт спокойной жизнью.

— Это не вариант, Дар, — тут же бросил Реборн и в его голосе прозвучал строгие нотки. — Ты тоже представляешь некую опасность для остальных боссов мафии. Так что теперь, нам следует тебя уничтожить?

— Реборн!!! — крикнул Тсуна, недовольный тем, как завернул разговор его репетитор.

— В отличие от книги, я живой человек, Реборн, — спокойно ответила я, смотря в глаза малышу. — И способна сама отвечать за свои поступки. А что касается Фууты, то он словно учёный, который изобрёл атомную бомбу, с целью поиска мощной энергии, и теперь бегает с ней повсюду, боясь, что кто-то её использует во вред.

— Может ты и права, — вздохнул Реборн. — Но неужели ты думаешь, что на этом с Фуутой всё закончится? Какова вероятность, что его не поймают и не заставят написать новую рейтинговую книгу?

Я замолчала. Реборн прав. Вероятность равна нулю. Учитывая беспомощность и возраст Фууты, он не сможет долго противостоять насилию и сделает всё, о чём его попросят. Ребёнок, одним словом. Но учитывая его способности и то, что эти рейтинги стопроцентные, он может натворить много страшных дел. Не удивительно, что за ним гонятся так же, как и за мной. Но в отличие от меня, его способности намного существеннее. В каком-то смысле он для меня тоже представляет серьёзную угрозу. Могу ли я теперь просто взять и отвернуться? Чёрт… всё стало слишком запутанным. Теперь просто не влезать не получится.

— Ладно, — вздохнула я. — Мы поможем.

— Спасибо, Дари! — воскликнул Фуута, подбегая ко мне и обхватывая за пояс руками.

— Так, держись только на расстоянии, понял! Без всех этих обнимашек! — злилась я, пытаясь отпихнуть ребёнка за плечи.

— Стоп! Я не давал своего согласия! — Тсуна начинал и злиться, и паниковать одновременно. Я посмотрела на него так, словно спрашивала: «Ты серьёзно сможешь отказать? Ну-ну». — Нет, нет, и ещё раз нет!

— А ещё у Тсуна-ни отсутствует честолюбие, — смеялся Фуута, продолжая бороться со мной. — В этом он тоже на первом месте. Поэтому я могу не волноваться о своей книге.

— Но я не такая! — злилась я. — Поэтому отцепись!

— А с тобой всё иначе, — улыбался мальчик. — Тебя власть над миром просто не интересует.

Устало вздохнув, я перестала бороться и обречённо посмотрела на Тсуну, у которого было точно такое же выражение лица, что и у меня. Ясно как день, что нас припёрли к стенке. Снова.

— Кстати, о помощи, — произнёс Реборн, вскакивая на подоконник и заглядывая в окно. — Они уже нашли нас.

Последовав примеру малыша и подойдя к окну, мы увидели прямо около забора дома Савады трёх мужиков с криминальной физиономией. Это были те самые парни, что преследовали сегодня Фууту в школе. Полосатые костюмы, оружие выглядывающее из пиджаков… Не хотела бы я иметь с ними дело. Они пока ничего не предпринимают, так как не уверены, что в этом доме спрятался Фуута, но надолго ли их хватит? Рано или поздно они устроят шороху, а ведь на первом этаже ничего не знающая Нана. Да и Ламбо с И-Пин неподалёку играют. Могут нечаянно попасться.

— Тсуна-ни, что нам делать? — спросил Фуута, поворачиваясь к Саваде.

— Реборн, что нам делать? — в тон спросил парень, смотря на своего репетитора.

— Я тут не причём, — тут же отрезал малыш. — У тебя есть Советник, вот у неё и спрашивай, — три пары глаз уставились на меня.

— Ну, просто замечательно… — начинала злиться. — Круто вы, конечно, стрелки перевели…

— Дар, пожалуйста! — воскликнул Тсуна, сложив ладони вместе, как недавно это сделал Фуута.

— Проклятье… — фыркнула я, тяжело вздохнув. — Ладно, раз обещала… Находиться тут нельзя. Опасно для твоей мамы и малышни. Берём Фууту и бежим в сторону моего дома.

— А дальше? — спросил Тсуна, выбегая из комнаты и следуя за мной.

— А дальше импровизируем, — подбегая к выходу, я на мгновение замерла, оценивая наши шансы на побег. — Но ясно одно — избавиться от этих громил всё же придётся. И сделаешь это — ты.

— Хи-и-и?!

Глава 15. Дерьмовый день

Я не знаю, что мне делать.

Просто не знаю, и это меня безумно выводит из себя. Вернее, пугает. И причина тому — Фуута.

Этот мальчик… просто что-то с чем-то. Если до этого я просто относилась к нему предвзято, то теперь с уверенностью могу сказать, что он не от мира сего. А всё из-за того, что я увидела его режим ранжирования. Это произошло в тот самый момент, когда мы убегали от мафиози, но по сложившимся обстоятельствам не смогли оторваться. В итоге, Тсуне пришлось защищать нас одному в его обычном состоянии. Пока я оглядывалась по сторонам в поисках того, что могло бы нам помочь, почувствовала, как моё тело начало терять вес и подниматься в воздух.

Всё это время Фуута не переставал держать меня за руку, даже во время беготни, но кто мог предположить, что именно эта рука не позволит мне улететь в небо? Теперь уже я в неё вцепилась мёртвой хваткой и наблюдала за тем, как аномально вела себя гравитация в окружающем нас пространстве. В воздух также взлетели камни, мелкий мусор, даже сам Тсуна.

Отвлекая противника, Фуута стал произносить вслух их рейтинги. Кто и где стоит первым? Кто хочет обмануть своего босса, а кто и вовсе всю семью? У кого самый крупный счёт в банке? От таких откровений мафиози не сдерживаясь, начали друг друга бить, и, казалось бы, вот он идеальный момент побега, но нет. Те быстро отошли от информации и решили уже брать не саму книгу Фууты, а его самого, избавившись по ходу дела от нас с Тсуной.

Но случилось то, что Реборн, подобрав для себя выгодное положение, выстрелил в Саваду. Иначе как объяснить, парня в одних трусах с пламенем на лбу, я не знаю. Пять минут — и вот противники уже лежат на земле в избитом состоянии, а Фуута с восхищением смотрит на Тсуну, сжимая его руки.

— Я потрясён! — мальчик выглядел таким счастливым. — Это было словно сон! Я впервые видел, чтобы кто-то опроверг мои рейтинги. Ещё никому этого не удавалось. По моим подсчётам ты никогда не смог бы их победить, Тсуна-ни.

— Не удивляйся, — бросила я. — Вначале я тоже была несколько удивлена этому режиму нудиста.

— Дар… — завыл Тсуна, смущаясь. — Не называй меня нудистом. Я… это… Это вовсе не так!

— Ага, — усмехнулась я. — Сказал парень в одних трусах.

— Да-а-ар…

— Тсуна-ни, ты великолепен! — парировал Фуута, придавая парню бодрость духа. — Впервые кто-то опроверг мои ранги. Я хочу остаться с тобой, Тсуна-ни, и снова поэкспериментировать. Могу я остаться?

— ЧТО?! — воскликнул Савада, недовольный таким поворотом, Фуута явно не намерен сдаваться, и применил против парня запретный приём, округлив глаза и сделав жалобное выражение лица.

— Тсуна-ни?!

— Агх… — вырвалось у Тсуны, и это было последним, так как отказать этот парень не мог.

Тогда я немного успокоилась. Осознание, что Фуута наконец-то отцепится от меня, и я продолжу жить как и раньше, успокоили мои нервы. Но нет. Я ошибалась. Это оказалось только началом. Тсуна позволил Фууте остаться у него дома, но не разрешил «присоединиться в семью», так как не считает себя мафией. Это Фууту очень расстраивало, и он начал преследовать парнишку в школе на каждом шагу. И меня включительно, так как, узнав о способностях ребёнка, я уж точно старалась держаться от него подальше.

Нет, логически я понимала, что это за способность. Она ужасала, шокировала, пугала до чёртиков, но логическое объяснение всему всё же нашлось. Чтобы связаться со Звездой Рангов из другой галактики, мальчику приходится прикладывать не малую телепатическую силу, что буквально искажает гравитационное пространство вокруг него, а в самих глазах мальчика можно увидеть звёзды. Это одновременно и прекрасно, и… мне страшно представить, что он ещё может. Фууте всего девять лет, а он, по сути, способен воссоздать чёрную дыру в своём сознании. Что будет, когда ему станет двадцать? А тридцать? Да он любого отправит в космос, одарив напоследок несколькими стопроцентными рангами. И это чудо хочет со мной дружить? Хе-хе-хе, сомневаюсь… Фуута де Стелла очень опасный малый.

Но, кажется, этого Фуута и ожидал, так как стал преследовать меня ещё сильнее. Он мог выскочить откуда угодно, подобно чёрту из табакерки. То во время обеда со словами: «Дари, что ты кушаешь?». То во время работы в классе с просьбой: «Дари, Тсуна-ни отказывается меня взять в семью. Поговори с ним, прошу!». А как-то раз он выпрыгнул в зале для тренировок во время репетиции, заверив, что мои показатели по физической подготовке значительно выросли, и он мной гордится.

Одноклассники стали вечно спрашивать, чей это брат? Мой или Тсуны? Чтобы я не говорила, школьники уже давно всё для себя решили, поэтому разговаривать с ними не имеет смысла. А когда я говорила с Фуутой, то он заверял, что если мы будем проводить чаще время вместе, то точно подружимся. И это притом, что при каждой встрече он пытается обнять меня хоть за что-нибудь. Будь то рука, нога, голова, пятка… И так всегда. Дети странно себя ведут рядом со мной, но благодаря Фууте я стала немного понимать свою ауру. Ему же по сути нужно просто моё прикосновение, верно? Чувство того, что я рядом. Поэтому каждый раз, когда мальчик выскакивал откуда-то из кустов или угла, я стала просто класть ему на макушку свою ладонь, поглаживать голову и расчёсывать пальцами волосы.

За неделю это движение отработалось до автоматизма. Стоило Фууте только появиться, я даже не смотрела на него, просто на автомате сразу прикасалась к голове, минуту гладила и просила оставить меня, так как мне необходимо работать. Это помогало. Получив свою порцию «общения со мной», Фуута был доволен и уходил. Правда, ненадолго. Часа на два максимум.

Это было так забавно наблюдать, как мальчик тут же замолкал и счастливо улыбался, стоило мне его погладить. Словно и в самом деле маленький щенок. Что это за аура такая? Что в ней особенного? При этом, как пояснил Фуута, на взрослых она также действует, но несколько иначе. Дети и животные чувствуют во мне некую силу, благодаря которой они рядом со мной чувствуют себя защищенными, уверенными и счастливыми. А взрослые люди, особенно те, у кого давно сформировалось чувство собственного величия и доминирования, воспринимают меня как конкурента и угрозу на подсознательном уровне. Из-за этого часто они неосознанно, даже не узнав меня лучше, сразу испытывают ко мне неприязнь.

Осознав это, многое становится понятным. Вот только как это изменить, мне не ясно. Ладно, с детьми разобрались, достаточно их немного погладить и можно дальше идти своей дорогой, но вот взрослые и мои ровесники… Эх, это определённо осложнит мне жизнь. Хотя, по правде сказать, я не питаю симпатии вообще ни к кому. Мне нравятся растения, так как с ними всегда было проще. Нравится техника, так как любая поломка может быть исправлена. Но вот люди и животные… с ними всё слишком трудно.

Как бы то ни было, на мне лежат обязанности, которые необходимо исполнять. Решив проверить документы в Дисциплинарном Комитете, я столкнулась с небольшой не состыковкой в данных. В заявках указаны одни цифры, а в компьютере совершенно другие. И почему такое сильное различие мне не понятно. Не мог же Тетсуя всё перепутать, хотя нет… конечно, мог. Вот только где он сбился? Необходимо отыскать эту ошибку и побыстрей её исправить, пока не зашло слишком далеко. Под конец года мы просто сойдём с ума от количества работы. А ведь со стороны кажется, что Дисциплинарный Комитет только и может, что кулаками махать, но, если бы это было так, неужели все думают, что на старшеклассников не нашлась бы управа извне?

Хех, как не посмотри, а Хибари Кёя занимает пост Главы Дисциплинарного Комитета не из-за бешеной силы. Парень любит порядок, чистоту и, если что-то требует от других, придерживается этому сам в первую очередь. Чтобы у всяких наглых бюрократов даже повода придраться к Дисциплинарному Комитету не было. Это заставляет проникнуться к нему небольшим уважением. Правда, его методы и отвратительный характер быстро перевешивают чашу весов на тёмную сторону.

Скоро наступит День Святого Валентина, а это, как не посмотри, довольно важный день для школьников. Все на взводе. Парни ждут подарков, девушки смущённо краснеют, теребя коробочки с конфетами. И в честь такого события, многие клубы просят небольшое финансирование, чтобы сделать День Святого Валентина чуточку романтичным и незабываемым. От этих бумаг у меня уже голова пухнет. Я могу уделить Дисциплинарному Комитету только полдня, дальше убегаю на тренировку, где будет болеть уже не только голова, но и всё тело. Фуута, конечно, говорит, что это мне на пользу, но я прям чувствую, как с каждым «па» ногой, я теряю год жизни.

— Ну, почему не сходится? — рассуждала я вслух, сидя за своим столом в кабинете Комитета. — Где же ошибка?

— Что именно не сходится? — услышала я голос рядом с собой и на автомате, даже не глядя и не прислушиваясь, положила на голову источника голоса раскрытую ладонь, медленно погладив макушку, потрепав волосы.

— Не сейчас, Фуута, я занята, — стандартная фраза, после которой мальчик обычно всё понимает и уходит. Обычно…

— Травоядное… что… ты… делаешь? — каждое слово было тихим и спокойным, но прозвучало, как гром среди ясного неба. Медленно повернув голову в сторону источника голоса, я окаменела. Но не моя рука, что на автопилоте продолжала переплетать пальцами чёрные пряди Хибари Кёи.

Только секунды через три до меня дошёл весь кошмар ситуации, и я окончательно замерла. Из-за тени отбрасываемой густой чёрной чёлкой, мне совсем не было видно серых глаз парня, но уверена, что это к лучшему. Иначе только один его взгляд смог бы убить меня и всех моих знакомых.

— Хи… ба… ри… сан…? — мой голос сошёл на нет. Один только шёпот.

Сердце забилось как сумасшедшее, но скорее от того, что я только что сделала, нежели от того, что последует после. Стыдно. Как же мне стыдно! Если он меня сейчас попытается убить, я не буду сопротивляться, так как лучше уж смерть. Лицо буквально полыхает алым. Он видел меня в одном бюстгальтере, но и тогда я не чувствовала себя настолько ужасно. Что я только что сделала? Что?! А что я вообще делаю? Может… сделать вид, словно ничего не было? У нас это неплохо получается. Уже не впервой…

Одёрнула руку и перевела взгляд в сторону документов, с которыми я работала.

— Тут данные не сходятся, — постаралась придать своему голосу естественную уверенность, с лицом правда такой фокус не пройдёт, ну и чёрт с ним. Об этом я буду думать после. — В заявках на бумажном варианте указаны одни данные, а в компьютере совершенно другие. Не могу понять, что не так? Либо Тетсуя ошибся при наборе информации, либо я сейчас работаю не с тем материалом.

Звук собственного голоса позволил сердцебиению немного успокоиться и придти в норму. Однако желание провалиться сейчас же сквозь землю никуда не исчезло.

Хибари также посмотрел на стопку документов.

— Оставь всё как есть. Потом сам разберусь, — холодно бросил он, разгибаясь в полный рост, так как до этого он намерено наклонился к моему столу, и делал шаг в сторону окна, любуясь пейзажем. Всё же парень также решил сделать вид, словно ничего не было, и продолжить наше «мирное» существование. — А пока… покинь кабинет. Я хочу отдохнуть.

— Х… хорошо, — встала из-за стола, прихватив с собой сумку, и направилась в сторону выхода, стараясь при этом не бежать. Но только дверь закрылась за моей спиной, как я опустила раскрасневшееся лицо в ледяные ладони и мысленно попыталась придушить Тсуну, Фууту и себя.

— Нет, Фуута, это не знак проявления дружбы, это преследование. Причём в довольно открытом виде!

— Но я хочу остаться с Тсуна-ни и Дари!

— Но ты же и так живёшь с Тсуной! Зачем тебе ещё и в школу приходить?

— Как же мы тогда подружимся?

— Опять двадцать пять… — устало вздохнула я, плюхнувшись на кровать Тсуны. Мы с парнем уже битый час пытались объяснить ребёнку, что такое «хорошо» и что такое «плохо». Сам по себе Фуута хороший мальчик, но его представления о семье и дружбе заходят за рамки естественного понимания.

Находясь в вечных гонениях от мафии, при этом обладая неисчерпаемым источником знаний, Фуута не совсем понимает, как правильно следует себя вести в подобных ситуациях. Однако он знает, что я с детьми не лажу и буквально из кожи вон лезет, чтобы найти со мной общий язык. Это его напористость пугает больше, чем способности. Причём, как я поняла, Тсуна тоже не в восторге от того, что девятилетний мальчик стал сталкером. Но Реборн перешёл на сторону Фууты:

— С тех пор, как Фуута увидел тебя в режиме Посмертной Воли, он очень симпатизирует тебе, — пояснил малыш Саваде.

— Ну, пускай он с Тсуной и остаётся, — бросила я, махнув рукой в сторону одноклассника. — Я-то тут причём?

— А с тобой он хочет стать друзьями, так как думает, что у вас много общего, — пояснил Реборн.

— Много общего?! — мои нервы начали сдавать. — Ах, ну конечно! — мило улыбнулась. — На нас же двоих покусился весь мафиозный мир и стремится либо присвоить к рукам способности, либо отвинтить к чертям голову. Ну, так это же замечательный повод для дружбы! — всплеснула руками. — Давай теперь устроим пижамную вечеринку и будем заплетать друг другу косички, как лучшие подружки, и перечислять, кто от кого успел удрать!

— Дари, но у меня короткие волосы, — на полном серьёзе ответил Фуута, с улыбкой добавляя: — Но твои мне нравятся.

— Всё… — я просто рухнула на пол, ударив себя ладонью по лицу. — Нет больше сил…

— Фуута, эм… это сарказм, — попытался пояснит Тсуна. — Просто… ну… не обращай внимания. И не появляйся в школе, ладно? Дар, — посмотрел на меня. — Что-то случилось? У тебя плохое настроение.

— Ух, ты! Как ты догадался? Случайно не экстрасенс? — бубнила я, всё ещё сидя на полу.

— Явно что-то произошло, — понимал Тсуна. — Расскажешь?

— Я… он… ты… — я замерла, не зная, как вообще начать свою историю, но потом сдалась. — Не хочу об этом говорить.

— Может, я могу помочь? — радостно предложил Фуута, из-за чего я и Тсуна разом повернулись в его сторону.

— Да, — ответили одновременно, не сговариваясь. — Не ходи в школу!

— Э-э-э?! — такого ребёнок явно не ожидал и скорчил опять невинные глаза, в которых говорил — « Я же с самыми лучшими побуждениями!». На это его поведение Тсуна тут же сдался, обречённо вздохнув. Я же тупо отвернулась. Меня щенячьими глазками не купишь.

Неожиданно дверь в комнату Тсуны открылась, и в помещение вошло сразу двадцать человек в чёрных дорогих итальянских костюмах и с пистолетами у каждого на поясе. Я резко посмотрела на Тсуну, молча спрашивая — «Кто это?». Но судя по шокированному взгляду и бледной коже, он также не ждал гостей.

— Привет, ребята, — знакомый мужской голос. — Как у вас дела?

В комнату из толпы мужиков вышел «Дробящий Мустанг» Дино собственной персоной. Чтобы всей этой толпе было удобнее поместиться в комнате, мне пришлось встать с пола и вновь перебраться на кровать. При этом настроение ничуть не улучшилось.

— Ещё один идиот пожаловал, — злилась я. — Дино, ты бы ещё с собой танковую дивизию притащил! К Тсуне на войну пришёл? Зачем с собой армию притащил?

— Ох, а ты смотрю, Дар, всё хорошеешь и хорошеешь, — смеялся парень. — Тебя нет, вот и глупости совершаю. Не передумала стать моим Советником?

— Мечтай-мечтай, — отмахнулась я. — И вообще, на свете имеется множество других умных людей. Их и зови к себе в Советники.

— О как? — продолжал улыбаться Дино. — И кто же это? Я, например, никого подходящего не знаю.

— Как не знаешь? А Реборн? — указала на молчаливого малыша, что продолжал мило сидеть и улыбаться. — Он точно умнее.

— Но Реборн репетитор Тсуны, — блондин пожал плечами. — Увы, не получится. Кто ещё?

— Ну… — я задумалась. Кто умнее меня? В ком я точно не сомневаюсь? В голову приходит только один человек: — Рома, мой старший брат. Но он о мафии совершенно ничего не знает и учится сейчас за границей. В Англии.

— Рома? — Дино задумчиво наклонил голову набок. — Он тоже Серра? И сколько ему?

— Эй-эй! Я же говорю, он совершенно ничего не знает о мире мафии! — замахала я протестующее руками.

— Он практически твой ровесник, — ответил Реборн, что до этого сидел молча. — С шестнадцати лет признанный обществом гений, так что выводы Дар, скорее всего, могут быть верны.

— Хм… — Дино таинственно улыбнулся. — Серра Рома… Интересно.

— Дино! Оставь его в покое! — уже буквально кричала я, тряся перед собой указательным пальцем, словно отчитывала парня. — Пускай в моей семье хоть кто-то будет нормальным! Он ничего не знает о мафии! Вообще ничего!

— Хорошо-хорошо, не горячись, — Дино поднял ладони вверх, словно сдавался. — Ладно… в любом случае…

Блондин посмотрел на Фууту, что со спокойной улыбкой рассматривал гостя Тсуны. И даже учитывая то, что перед ним стояло, по меньшей мере, два десятка вооружённых мафиози, Фуута ничуть не волновался. Наоборот, кажется, мальчик был рад такой встрече.

— Привет, «Дробящий Мустанг» Дино, — поздоровался Фуута.

— Хм-м-м… — протянул блондин, осматривая мальчика. — Не может быть ошибки! Это и, правда, Рейтинговый Фуута! Увидеть Звёздного мальчика уже необычайно, вне зависимости от того, как сильно ты пытаешься его найти. Так что… рад нашей встрече. Это подвиг заслужить его доверие, Тсуна. Однако причина, по которой я прибыл сюда… — лицо Дино неожиданно стало серьёзным. — Фуута, я хочу приобрести рейтинги некоторых семей мафии.

— Что? — удивилась я. — Дино, даже ты пытаешься получить выгоду из способностей Фууты? Это несколько… неожиданно. Не думала, что ты окажешься таким же, — усмехнулась. — Хотя о чём это я? Словно первый день живу.

— Не стоит так быстро судить о людях, Дар, — ответил Дино. — При иных обстоятельствах я бы даже не затронул эту тему, но проблема намного серьёзнее. В последнее время в нашей области семья Гостпелла, распространяет огнестрельное оружие среди хулиганов и наносит вред мирным жителям. Мы прилагаем все силы, но нехватка информации не дает нам возможности выгнать их. Необходим список самых влиятельных поставщиков оружия. Это возможно? И, естественно, мы готовы за информацию заплатить, — из толпы вышел один из людей Дино и, открыв кейс, продемонстрировав огромную сумму денег. Не посчитав, сказать точно, сколько тут трудно, но уверена, что половину Намимори я бы точно купила.

— Этого не нужно, — спокойно ответил Фуута, проигнорировав деньги и доставая из своей чудо-куртки книгу с рейтингами. — Дино на первом месте среди 82263-х людей среди мафии, по заботе о благосостоянии мирных жителей. Мне нравятся такие Боссы. И к тому же, если Дино-ни старший брат Тсуна-ни, то он и мой старший брат, верно?

— Ох, я рад иметь такого младшего братика! — улыбнулся Дино, немного смущаясь. — Большое спасибо!

Фуута поставил книгу с записанными рангами на пол и встав перед ней на колени, стал переписывать необходимую Дино информацию на отдельный листочек. Подползая к краю кровати, я заглянула, что именно переписывал мальчик. Действительно, список поставщиков огнестрельного оружия в Италии. Хм… Фуута хочет ему помочь, так как считает Дино хорошим человеком. И если судить о его рангах, то так оно и есть. Но разве можно судить о людях только по рейтингам? Это одновременно и классно, и странно, и страшно. Вроде, всё так просто. Твоё имя на первом месте в хорошем списке? Санта Клаус тебе подарит то, что хочешь. Имя в плохом списке? Тогда держи уголь.

— Слушай, Фуута, а если я попытаюсь забрать у тебя твою книгу с рейтингами, ты отстанешь от меня? — спросила я, припоминая, что мальчик очень щепетильно относится к этой книге.

Все в комнате от такого вопроса ахнули. Тсуна и Дино вообще выпучили глаза и не знали, что сказать. А люди семьи Каваллоне лишь сплёвывали на пол, гневно произнося одно слово «Серра!», словно это всё могло объяснить. Но Фууту похоже этот вопрос совершенно не тревожил. Закончив переписывать список, он приподнялся и посмотрел на меня спокойным взглядом.

— Тебе нужна моя книга? — мальчик захлопнул своё сокровище и протянул мне. — Держи.

— Э-э-э?! — пронеслось в комнате. Видно такого совершенно никто не ожидал. Разве что только Реборн сохранял невозмутимость. Люди Дино не переставали шептаться. — Вот так просто? Он отдаёт её так просто? И кому? Серра?

— А ты всё не сдаёшься, верно? — улыбнулась я, беря книгу в руки и раскрывая её на первой же попавшееся странице.

— Ну, мы ведь теперь друзья, хи-хи-хи, — улыбался Фуута, вставая на ноги и протягивая листок со списком Дино. — Вот, это копия рангов.

— Что ж… Спасибо, — улыбнулся Дино, направляясь к выходу. — Но мы спешим, так что…

— Дино, подожди, — парень остановился и вопросительно посмотрел на меня. Раз Фуута решил ему помочь, так почему бы и самой не внести небольшую лепту. Как не посмотри, а ему действительно нужен тот, кто поможет советом. — Я не совсем понимаю, как обстоят дела в Италии, но в одном уверена точно — этот список мало принесёт пользы, если ты не будешь действовать как нужно.

Многие люди Дино тут же искривились в лице, выражая своё недовольство и недоверие ко мне. Что поделать? Я уже к этому привыкла, поэтому просто не обращала внимания, но вот Дино похоже заинтересовали мои слова.

— Что ты предлагаешь?

— По твоим словам распространением огнестрельного оружия занимается семья Гостпелла, но всем известно, что раз есть спрос, будет и предложение. Если ты искоренишь всех крупных поставщиков данной семьи, на их место придут другие из другой семьи, но уже с большим опытом и знанием о тебе и твоих людях, — блондин нахмурился, плотно сжав губы. Он понимает, что я права, но решения пока не видит. По сути, это означает лишь то, что ему вечно придётся драться с подобным сбродом, и конца этому видно не будет. Парень молчаливо ждал, когда я закончу свою речь. — Для начала, ты должен избавиться от путей, по которым оружие достигает Италии.

— Мы как раз и собирались этим заняться, — бросил Дино. — Отыскав хотя бы одного из людей из этого списка, мы выведали бы…

— Вероятность того, что информация была бы верна, крайне мала, — перебила я парня. — Вряд ли кто-то пойдёт на то, чтобы сдать своих же и свою семью. Надеяться на то, что они трусы, не стоит.

— Значит, ты можешь предположить, как доставляется оружие? — на лице Дино играла гамма чувств. Он одновременно и сомневался в моих словах, и надеялся на них.

— Да, — согласно кивнула. — В этом году аномально-тёплая зима. В Японии снег лежит только в горах, и то местами. А думаю, в Италии сейчас словно лето в России. Но если судить по последним новостям, за последние несколько недель в этой стране, увеличился улов рыбы в портах. Товар не успевает распродаваться, вызывая избыток, а, следовательно, он портится. Тухлая рыба ужасно пахнет, и перебивает любые запахи пороха. Даже лучшая полицейская ищейка будет сбита с толку. Проведи поиски во всех портах. Уверена, что найдёшь много «интересного».

Я замолчала, осмотрев всех присутствующих. Мужики в костюмах в шоке выпучили на меня глаза, нервно подергивая веком. Тсуна неуверенно посмотрел на Дино, словно спрашивая — «Тебе это поможет?». Реборн молчал и лишь ухмылялся, довольный от сложившихся событий, а вот сам Дино сначала молчал, а потом счастливо заулыбался.

— А ты мне нравишься всё больше и больше! Спасибо, Дар! Может, чемоданчик возьмёшь? — указал на кейс с деньгами, который тут же был открыт и продемонстрирован мне.

— Лучше уж, если всё выйдет удачно, привези мне шоколад, — также улыбнулась я.

— Договорились! — Дино и его люди покинули дом Савады, оставив нас одних.

— Неплохо, Дар, — похвалил меня Реборн. — Хоть и отрицаешь, что являешься Советником семьи Вонгола, но свою лепту в союзные семьи уже вносишь.

— Подожди ещё, — отмахнулась я. — Возможно, что я ошиблась и ничем не помогла.

— Возможно, — согласился Реборн. — Но почему-то уверен, что твоё предположение верно. Хотя… чего мы гадаем, почему бы не узнать, раз тут есть Фуута?

— А? — удивились мы одновременно с Тсуной.

— Звучит весело! — засмеялся мальчик, радуясь тому, что может быть полезным.

Пожала плечами, выражая своё безразличие. Если хотят опять связываться с Звездой из другой галактики, то можно без меня. Сама просто поставила книгу рейтингов Фууты себе на колени и начала её листать. Так, что тут у нас?

«Рейтинг самых популярных актёров и актрис» — чего? И за этим гонится мафия?

«Рейтинг самых влиятельных людей на земле» — а это я могу просто в журнале «Forbes» прочитать.

«Рейтинг самого мощного оружия в мире» — скука.

«Рейтинг самых популярных имён» — да ладно?! Зачем это Фууте?

«Рейтинг производителей шоколада всех стран» — О! А вот это уже интересно. Нужно переписать куда-нибудь…

Тсуна и Реборн о чём-то оживлённо спорили. Я не прислушивалась к их разговору, так как была полностью увлечена книгой. Да, как я поняла, моё мнение там и не особо кого-то интересовало. В принципе, собиралась ещё немного посидеть у Савады дома, может поужинать, так как Нана просто так голодной не отпустит, а после пойти домой, но тут в комнату вновь вошёл незваный гость.

— А что это вы делаете? Новый вид гадания? — этот весёлый женский голос ни с кем не спутаешь.

— Хару?! — удивился Тсуна от того, что девушка уже не в первый раз просто так заваливается к нему домой. Мне уже не раз говорили, что эта девушка уверенно решила стать женой Тсуны. Причём порой даже ведёт себя именно так. — Почему ты всегда появляешься так внезапно?

— Ну, скоро обещали дождь, поэтому я собрала все выстиранные вещи Тсуны, — с сияющей улыбкой ответила девушка.

Ну? Что я говорила? Хару сумасшедшая. Как по мне, она даже опаснее Фууты и всех мафиози вместе взятые. На меня она давненько клык точит, так как Хаято всё время напоминает девушке, что я невеста Десятого Босса Вонголы. Хотя, если честно, то порой мне кажется, что меня все ненавидят. Если Фуута спросит у свей Ранговой Звезды о рейтинге тех, кто ко мне испытывает ненависть, то Звезда охренеет и пошлёт его куда подальше с такими запросами.

— Ой, пожалуйста, погадай Хару! — завопила девушка, прыгая на месте от нетерпения перед Фуутой.

— Ну, ты подруга Тсуна-ни, так что… да, — согласился Фуута.

— Ха-хи?! — удивилась Хару. — Ты незаконнорожденный тайный младший брат Тсуны-сана?! Да?! — кстати да, об этой её привычке я тоже наслышана. Девушке достаточно услышать выстрел, а она уже мысленно представит себе драматичную сцену, где один благородный воин умирает от сильного ранения на руках возлюбленной. При этом обычно в образе воина и возлюбленной были обычно Тсуна и Хару. А тот, кто стрелял — я.

— Какой к чёрту «незаконнорожденный тайный младший брат»?! — заорал Тсуна, также поражаясь бурной фантазии девушки.

— Я — Фуута, — засмущался мальчик, улыбаясь. — Что ты хочешь знать?

— Хм… — Хару задумалась, сразу теряя интерес к предполагаемой родственной линии Тсуны, так как ответ очевиден. Но неожиданно она повернула голову в мою сторону, и да, наконец-то заметила моё присутствие. — Ха-хи? А эта что тут делает?

— «Эта» читает книжечку, — я указала на книгу Фууты на моих коленях.

— Это тебе что, библиотека? — злилась она. Ревность — серьёзная штука.

— Эм… А почему бы и не да? — пожала я плечами.

— Хахи?! — такого ответа она явно не ожидала. — Так, — девушка стала решительнее. — Каковы чарующие способности Хару? — этот вопрос относился к Футе. Похоже, Хару решила брать быка за рога, а именно Тсуну, показав, что она само очарование.

— Да кто о таком просит?! — воскликнул Тсуна, высказывая своё недовольство, но похоже для Футы это не составляет труда.

— Хорошо, — улыбнулся он. — Хару-сан просит ранг её чарующих способностей, — мальчик встал в полный рост в центре комнаты. — Я начинаю, — предупредил он, и всё мелкие предметы в комнате поднялись в воздух. Ну и я вместе с ними. Сначала меня это нервировало, но потом, когда приказываешь себе об этом не думать, всё становится проще. Это даже… забавно. Паришь себе, словно плывёшь в море, качаясь на волнах. Уи-и-и-и… — Это Фуута. Я слышу тебя, Ранговая Звезда.

— Уверена, она сейчас в шоке, — хихикала я, хотя меня всё равно никто не слышал.

— Первой чарующей способностью из всех остальных является… — начал мальчик, и все замолчали, ожидая ответа. — Завитушки на твоих волосах.

— Что? — удивилась Хару. Похоже, она не верила, что «гадание» Фууты правдиво. — Откуда ты знаешь? Видимо, Тсуна-сан…

— Да откуда мне знать, что у тебя вьются волосы?! — защищался Савада, вызвав сначала недоумение у девушки, а потом полное восхищение Фуутой.

— Вау! Это так круто! Фууто-кун удивителен! Давай ещё! Скажи три вещи, которые Хару больше всего любит в Тсуне.

— Хорошо, — ответил мальчик, смотря куда-то в потолок, хотя в его глазах отражалась целая вселенная. — Так… Список того, что Хару-сан больше всего любит в Тсуна-ни… Это его уверенность в себе, его силу и его доброту.

— Вы слышали? Слышали?! — смущалась и радовалась одновременно Хару. — Полное попадание!

— С добротой ещё ладно, но… Уверенность? Силу? Хе-хе-хе, — смеялась я, приняв позу «лотоса» и начиная крутиться в воздухе вокруг собственной оси. Тсуна с отчаянием посмотрел на меня, хотел что-то сказать, но не успел, так как в комнату вбежали Ламбо и И-Пин, также взлетев в воздух. Выражение их лиц говорило о том, что детишкам такая забава в новинку, и они просто не знают, как себя вести.

— «Пинзу супер-взрыв» И-Пин на 38-м месте среди 816-и самых мощных атак, — продолжал вести ранги Фуута. — Но это не всё. Если говорить о среднестатистических боевых атаках, то Атака Гьёза на 116-м месте среди 520-и по эффективности. Учитывая её возраст, это великолепно.

При мне И-Пин только однажды применила свою технику, и то на Гокудере с Ламбо. Девочка плохо видит, а, когда Ламбо заносит, она считает его монстром Брокли. Хотя из-за его причёски и вечного шума, думаю, И-Пин не далеко ушла от истины.

— С такими способностями, И-Пин на 3-ем месте из 52 220 людей, которые в будущем будут первоклассными киллерами.

— А разве она не стала разносить лапшу и подрабатывать, чтобы оплатить обучение в университете? — спросила я у Тсуны.

— Всё так, поэтому… — парень покосился на парящую в воздухе И-Пин, которая немного засмущалась, от того сколько о ней говорят. Так, необходимо сменить тему, иначе сработает её голова-бомба.

— А что на счёт Ламбо-сана?! Погадай и Ламбо-сану тоже! — закричал Ламбо, размахивая руками, словно он в море и подплывал к Фууте поближе, желая привлечь внимание.

— Ламбо первый среди наиболее раздражающих мафиози, — радостно отозвался Фуута.

— Чё?! — этого Его Величество Ламбо-сан вытерпеть не мог. Даже лицо посинело от шока.

— Это так, — со смехом бросил Тсуна, кашляя в ладонь. — Прям в яблочко.

— Ты также на первом месте по количеству людей, которые хотят убить и использовать тебя в качестве диванной подушки, — продолжал Звёздный мальчик.

— Э-э-э?! — теперь Ламбо просто окаменел. Перспектива греть кому-то спину таким образом, не очень-то и прельщала малыша.

— Это что же получается, — задумалась я, повернувшись верх ногами. — Его хотят убить сильнее, чем нас с тобой?

— Ну… — Фуута задумался. — Из нас подушки выйдут неудобными.

— И то верно…

Со стороны первого этажа послышался грохот и быстрый топот нескольких ног. Кто-то точно спешил к Тсуне в комнату. Ещё одни гости? Дверь резко распахнулась и перед нами появился Гокудера с шокированным выражением лица и Ямамото, который просто приветливо помахал всем рукой, намекая на то, что он как бы случайно увязался.

— Десятый, почему ты не сказал, что Рейтинговый мальчик здесь? — Хаято настроен серьёзно. — Я срочно должен узнать у него… Всего одна вещь, которую мне необходимо знать. В списке людей наиболее подходящих на должность Правой Руки Десятого, на каком месте я?

— Эх, Хаято, а ты всё о том же, — вздохнула я, пролетая мимо. — Может, просто забудешь об этом и будешь наслаждаться жизнью?

— Ни за что! — отрезал парень. — Я должен это знать! Ты можешь это сделать, Рейтинговый мальчик?

— Да, могу, — кивнул Фуута. — Список наиболее подходящих людей на роль Правой Руки Тсуна-ни, верно? Сейчас посмотри, Хаято-ни… — все предметы закружились с новой силой. — Вне рангов.

— ЧТО?! — прокричал Гокудера не ожидавший такого ответа.

— А разве у твоих рангов есть границы? — удивился Тсуна.

— Я не сказал, что это вне границ рейтинга, — поправил их Фуута. — Это атмосферически вне рангов.

— ВНЕ ЗЕМЛИ?! — теперь шок передался и Тсуне. Бедный Гокудера был просто растоптан. Поникнув, он стал всё больше и больше походить на остолбеневшее изваяние.

— О, Дар, а как ты это делаешь? — заметил меня Ямамото. — Это так круто! Ты словно и в самом деле Призрак. Тоже хочу полетать.

— Это не я делаю, а он, — указала на Фууту.

— Да? Ха-ха-ха, ещё один весёлый парень! — Фуута Такеши сразу же понравился, хотя они толком и не знакомы. Уверена, что он считает это игрой. Как обычно, в принципе.

Но Фуута не останавливался и стал читать ранги дальше. По его словам идеальная работа для Гокудеры это работа учителем для детей-дошкольников. Более того, он на втором месте среди людей, которые любят детей. Я всё это слушала и понимала — бред. Хоть ранги до этого момента никогда не ошибались, сейчас это больше походило на некое безумие. С лёгкостью можно сказать, что Хаято скорее в первый же день обучит этих детей как правильно прикуривать, нежели таблице умножения.

— Я… я… люблю детей? — голос Хаято дрожал. Походу парень сейчас спятит.

— Хаято, дыши, — обращалась я к нему. — Это какая-то ерунда! Не верь ничему сказанному.

— Но… но… — так, мы теряем Гокудеру.

— Для Дари лучшая работа в сфере развлечения, — продолжал Фуута смотря на меня. — Она стоит на первом месте в работе костюмированной Зубной Феи.

— Зубная Фея?! — теперь в прострации была и я. В голове возник образ, где я стою в пушистом розовом платье, за спиной крылья и с волшебной палочкой в руках говорю: «Давай свой зуб, получишь бабки!». Нет-нет-нет, это явно какая-то ошибка! Ну бред! Я фея?! Да убиться о стенку! Никогда!

— Это всё не важно, — послышался голос с потолка. Наверху над нашими головами возникла Бьянки. Интересно, когда это она успела? — Самое важное в мире — любовь! — при виде своей сестры Гокудера окаменел. Но вот Хару похоже восхищалась девушкой и, смущаясь, согласно закивала головой. — Скажи возможности и вероятности любовных рангов. Время разъяснить, кто кого любит.

— Ой, всё… — вздохнула я, понимая, что это точно превращается в какое-то дешёвое шоу. Бьянки с непониманием посмотрела на меня, требуя пояснений. — Извини, конечно, но любви не существует. То, что принято считать любовью не более чем кратковременный всплеск гормонов и феромонов.

— Тот, у кого вместо сердца камень, никогда не познает всех прелестей истинной любви, — бросила мне Бьянки, демонстративно закрыв глаза и отвернувшись в сторону.

— Чего? Нормальное у меня сердце. Как и у обычных людей, — оправдывалась я, но девушка уже не слушала.

— Это звучит весело, — перешёл на сторону Бьянки Реборн. — Давайте сделаем это.

— Хорошо, — согласился Фуута. — Начнём с любовных рангов Тсуна-ни, — Хару сжала кулаки и с гневом косилась в мою сторону. Эх, это явно никогда не кончится. Если ему кто и нравится, то точно не я, а Киоко. Причём об этом знает уже весь класс. Ну, кроме самой Киоко, так как она похоже тупо ничего не замечает. Что ж… бывает. — В любовных рангах Тсуна-ни, на первом месте… Леон!

— Чего?! — вот это поворот. У меня вырвался нервный смешок, который я тут же постаралась скрыть рукой, а вот Тсуна впал в отчаяние, подобно тому, что и Гокудера. Он просто схватил себя за голову и стал нашёптывать что-то вроде: «Как же так? Я люблю Леона? Я себя не понимаю!».

— В любовных рангах у Дари, на первом месте…

— Фуута, остановись, — попросила я. — Это уже лишнее!

— …Ламбо!

— Чтоб тебя…

— Э-э-э?!

Лица парней вытянулись и теперь на меня косились так, будто я воплощение извращений. Даже Тсуна, а ведь сам в ящерицу по идее влюблён. У меня хотя бы человек. Хотя ему и пять лет отроду… Сам же Ламбо недолго переживал. Сначала его это удивило, потом он засмущался и с улыбкой произнёс: «Так и знал!». Да уж, самоуверенности у него не занимать.

— Но что же делать Хару? — завыла девушка, плача и с грустью подходя к окну. — Проиграть такому конкуренту! Сердце Хару сейчас такое же как и небо: дождь и шторм.

— Дождь? — переспросил Фуута, после чего гравитация стало приходить в норму, и все парящие предметы стали падать на пол. В том числе и я. Зажмурившись, ожидала приближающийся «плюх» на пол, но нет.

— Поймал! — прозвучало рядом со мной, и я почувствовала, как меня на руки взял Ямамото, помогая нормально встать.

— Спасибо, — улыбнулась я, чувствуя некую неловкость и благодарность. — Но, что случилось? — Фуута теперь лежал на полу, скрючившись в позе эмбриона, и тихонько выл. — Эм… Фуута?

— Мне плохо… — протянул мальчик, сильнее сжавшись. — Во время дождя мне всегда плохо. Я его ненавижу. И мои ранги во время дождя всегда неправильные.

— Вот тебе и здрасти, — усмехнулась я, кладя руки на пояс. — А когда начался дождь? Думаю, что всё последнее, что он нам наговорил, полная чушь. Можно спокойно расслабиться и продолжать жить.

— То есть мои ранги… — Гокудера облегчённо вздохнул.

— И ранги Ламбо-сана?! — Ламбо сначала обрадовался, ведь из него хотели сделать подушку, а потом посмотрел на меня и расстроился. — Как же так?!

— Видно не судьба, — пожала плечами. Фуута же подобно червячок подполз ко мне и обхватил руками мои ноги, из-за чего я не устояла и упала на пол. Это позволило мальчику ещё крепче вцепиться в меня. — Фуута, что ты делаешь?

— Мне так грустно… а мы друзья, — вот тебе и ответ. А я значит, этакая чашечка горячего эспрессо в пасмурный день, верно?

— Фуута, мы может и друзья, но твои обнимашки меня до сих пор напрягают. Отпусти! Давай я тебе как обычно потреплю волосы и всё.

— Хнык! — Фуута ещё сильнее стиснул объятия, из-за чего у меня возникли серьёзные опасения за своё тело. Мальчик может и кажется маленьким и невинным, но силушку-то имеет. — Я где-то слышал, что если люди долго держатся вместе, то они, в итоге, начинают друг другу доверять и становятся друзьями. И если буду держаться рядом, то ты привыкнешь ко мне, хоть я и ребёнок.

— Ну, возможно, но… — на меня тут же прыгнули ещё двое в виде Ламбо и И-Пин, следуя примеру Фууты и крепко обнимая за руки. — Что тут происходит?!

— Ламбо-сан хочет, чтобы Дар привыкла к нему! — крикнул серьёзно мальчик.

— И-Пин тоже! — вторила девочка.

— Да ладно?! — вздохнула я, понимая, что без помощи не выберусь. — Кто-нибудь! Помогите! — но нет. Вместо помощи я почувствовала, как на голову кто-то сел, а именно Реборн. Это было последней каплей. — Реборн!

— Ну что поделать? — вздохнул малыш. — Я тоже ребёнок, поэтому процедуру привыкания объявляю открытой.

— Ха-ха-ха! — смеялся Ямамото. — Звучит весело! Можно присоединиться?

— Нет! — крикнула я.

— Конечно! — отозвался Реборн.

В этот момент я поняла, что страх перед детьми у меня явно не без оснований. Особенно, когда эти дети, такие как Реборн. А я ведь сюда на час другой заглянула, но, видно, опять ночевать придётся. Домой меня просто не пустят. М-да…

Наступил День Святого Валентина. Все девочки только и говорили, что о том, кому они приготовили шоколад и как это стеснительно дарить его в одиночку. Я слушала это щебетание, но больше всего забавляло то, что в основном девочки дарили шоколадки Ямамото и Гокудере. Бейсболист с удовольствием брал шоколад от всех девушек, а вот Хаято такой бонус только раздражал. Любое проявление заинтересованности со стороны девушек он обрезал словно ножом. Порой даже угрожал. Это было забавно. Словно бродячий уличный кот, который не позволял, чтобы его погладили.

Я тоже приготовила шоколад. И много. Да-да, именно. Я собрала всю свою мужественную мужественность в кулак и сделала шоколад. Хотя терпеть не могу готовить. Но тут особый случай. Шоколадка зацвела. Я про какао. Бобы наконец-то подоспели и не воспользоваться таким случаем очень глупо. Дома я приготовила их по особому рецепту, который в прошлом мне подарила тётушка Рози. Вообще-то, её зовут Розетта, она двоюродная сестра моего папы, но я привыкла обращаться именно так. Папа говорил, что у тётушки Рози особый дар, всё, что она не приготовит, является лечебным. Способность как у Бьянки, только наоборот. Тётушка всегда, когда приезжала, привозила подарки из Италии для всей семьи, но в основном это были её блюда. Но был день, когда она приехала, а подарков у неё с собой не было. Тогда она предложила взамен дать мне рецепт любого блюда, которого я попрошу. И я попросила — рецепт шоколада.

Но даже зная, что этот шоколад лечебный и полезный, я всё равно не люблю его готовить. Только в очень редких случаях. Например, как сегодня. В отличие от японок, я не горю желанием раздавать свой шоколад. Для меня эти обычаи какие-то странные. Четырнадцатого февраля даришь шоколад мальчику и с нетерпением ждёшь месяц, чтобы получить что-то взамен. Серьёзно? Лучше уж я как-нибудь без этого обойдусь.

— О! Дар! Ты тоже приготовила шоколад? — удивился Такеши, подходя к моей парте и заглядывая в открытую сумку. — Много. И кому это? — всему шоколаду я придала форму круга и обернула в подарочную фольгу. Выглядело вполне прилично. Словно только из магазина.

— Конечно же, Десятому, бейсбольный ты идиот! — фыркнул Гокудера, который также подошёл к моему столу. — Ого! Действительно много. Где купила?

— Нигде, — бросила я. — Сама сделала. И это не Тсуне. Ему совсем другой шоколад нужен, — в этот момент, словно по сигналу, Тсуна вновь оказался в одних трусах и с горящей головой последовал за Киоко, чтобы узнать, кому она собралась подарить шоколад. — Вот видите?

— Хах, да, — усмехнулся Ямамото. — Тсуна как всегда полон энергии! Но если этот шоколад не Тсуне, то кому?

— Тому, кого я люблю больше всего, — загадочно ответила я, собирая вещи и вставая из-за стола.

— То есть…? — Хаято и Такеши переглянулись. На щеках каждого появился лёгкий румянец, но лицом они старались вообще ничего не выражать. Все хотели узнать «имя». — И кто же это?

— Я! — усмехнувшись, показала парням язык. — Даже не надейтесь, что с вами поделюсь!

— Ах, ты… Вот же Ведьма! — злился Гокудера, крича мне в спину, когда я покидала класс. — Сдался мне твой шоколад триста раз!

— Ну-ну, — успокаивал его Такеши, хлопая по плечу. — Это же Дар. Она как всегда в своём репертуаре.

Смеясь от поведения парней, я поднялась в кабинет Дисциплинарного Комитета. Хоть у всех романтичное настроение. Шоколадный аромат витает в коридорах школы, и практически из каждого угла виднеется краснеющаяся девушка или парень, сжимающие небольшую коробочку с шоколадом. Эх, хоть я и считаю, что любви в том понимании, в котором её представляют, не существует, всё равно считаю, что шоколад творит чудеса. Столько счастливых и радостных лиц.

Интересно, а Хибари кто-нибудь что-то подарил? Если не учитывать его отвратительный характер, то внешне он довольно симпатичный. Хотя нет… не учитывать характер просто невозможно. К тому же вечно пугающая всех аура… Если бы он меньше угрожал всех забить до смерти, то уверена, что фанаток бы у него прибавилось.

— Добрый день, Хибари-сан, — поздоровалась я, проходя в кабинет. Хотела сразу пройти к своему столу, как неожиданно обратила внимание, что кофейный столик около диванов, на которых отдыхает Хибари, полностью завален коробочками и открытками разных размеров. Аромат шоколада чувствовался на расстоянии нескольких метров. — Ого! Это всё вам, Хибари-сан?

— Это? — парень брезгливо покосился в сторону пёстрой горы. — Да. С утра под дверью оставляют. Надоели, травоядные.

— Хибари-сан, но это же хорошо, верно? — Кёя перевёл на меня недоверчивый взгляд, словно проверял, это я серьёзно или шучу? — Ну, в смысле… — продолжила я, кашлянув в ладошку. — Вы такой популярный. Видно, много девушек мечтают с вами дружить.

— Меня это не интересует, — холодно бросил он, отворачиваясь на стуле в сторону окна.

— Ну, что ж вы так? — с улыбкой произнесла я, присаживаясь за свой стол. — Дали бы хоть какой-нибудь девушке шанс. Слышала, в Японии по этому поводу сильно переживают.

— Повторяю, меня это не интересует, — в голосе прозвучали строгие нотки. — Как придёт Кусакабе, прикажу ему избавиться от этого барахла. Если у тебя есть время болтать о таких пустяках, то лучше займись делом, травоядное.

— Хорошо-хорошо, — согласилась я, тут же шелестя бумагой, чтобы сделать работающий вид. Но тут до меня кое-что дошло. — Хибари-сан, вы собираетесь выкинуть весь подаренный вам шоколад? Это же кощунство!

— Что я намерен делать, тебя не касается, — теперь по его голосу стало ясно, что я определенно раздражаю парня. — Занимайся своими делами и не лезь в мои! — он точно зол. — Или что? — парень обернулся, с усмешкой посмотрев на меня. — Никто не принял твой шоколад? — бросил взгляд на сумку, которая доверху забита моим шоколадом. — Как жалко.

— Ч… что? Чёрт… — это было довольно унизительно. Если позволю себе разозлиться, он только от этого выиграет. Успокойся, Дар. Улыбнись. Да, вот так. Вдохни и выдохни. Уже лучше. Всё хорошо. — Вы не правы, Хибари-сан, — продолжай улыбаться. — Я никому не дарила шоколад, в принципе, — брови Кёи нахмурились, но он не перебивал, желая узнать причину моего поведения. — Зачем дарить шоколад тем, кто этого вряд ли оценит? Это раз! Во-вторых, как я поняла, в Японии дарят шоколад, когда хотят выразить свои чувства. Симпатия или влюблённость, но как по мне, это полная чушь. Любовь? За последнее время это слово так опошлили, что оно скорее превратилось в банальный рефлекс гормонов переходного возраста, нежели в истинные долговечные чувства.

— Хм… — парень улыбнулся. — Значит, ты не веришь в любовь?

— А вы, значит, верите? — кивнула головой в сторону кофейного столика с горой шоколад.

— Сомневаюсь, — достала из сумки одну из своих шоколадок, развернула её из фольги и погрузила в рот. — Я материалист и реалист.

— Понятно, — на лице парня вновь вернулась его стандартное безразличие. — Возвращайся к работе. У меня ещё сегодня осмотр территории Намимори. Не желаю задерживаться.

— Да-да, — вздохнула я, понимая, что хоть сегодня тренировки в танцевальном зале отменились, так как у Тимо свидание со своей девушкой, это не значит, что сегодня я буду отдыхать. Сегодня праздник у парочек, но не у обычных людей.

Неожиданно Хибари встал из-за стола и направился к выходу из кабинета, ничего не сказав. Ясно одно — это ненадолго. Скорей всего, минут на десять, не больше. Точно не знаю где сейчас его Элвисы ошиваются, но уверена, что они также пашут, как и мы, так что проверять всех и держать руку на пульсе — его задача. Нехорошая мысль пришла быстро. Секунда, вторая, и я уже стою около горы подарочков для Хибари, осматривая её со всех сторон. Многие подарки были сравнимы с произведением искусства. Дорогая парфюмированная бумага, ровный красивый почерк и признания в любви с первых же строк. Это так мило! Хоть я и не верю в это, но должна признать, что такой труд бы оценила.

Почему он хотя бы не попробует с этими девушками встретиться? Может, стал бы не таким злым в итоге. Вон, ему даже старшеклассницы признаются в страстной любви. Кто-то в стихах, кто-то просто назначает время и место. Кто-то просто присылает фотографию с обнаженным своим телом и отпечатком поцелуя в углу с подписью «Хочу тебя». Эх, Хибари Кёю всё это вообще не трогает? Да ладно! Он может и сильный, но мужик остаётся мужиком. Тем более он подросток. Шестнадцать лет. Самый пик гормонов. Уверена, что кто-то да приглянулся ему. Вот бы узнать, кто именно?

Если учитывать вкусы Хибари, который довольно консервативный в своих предпочтениях, то это скорей всего кроткая традиционная японка с идеальными манерами и характером. При нём всегда смотрит в пол и делает всё, что прикажет Кёя. Короче говоря — типичная мазохистка в японской обёртке. Хотя, Хибари любит, когда противник сильный и можно было «поиграть». Тогда эта женщина должна владеть каким-нибудь крутым боевым стилем. Например, самурайским мечом. Хе! Днём кроткий и нежный цветочек, ночью Рэмбо в юбке. Ох, ну и парочка бы это была с Хибари Кёей! И смех, и грех.

О! А это что? Коробочка какая-то необычная. Выделяется среди всех остальных. Сбоку лежала небольшая упаковка, на которой полностью отсутствовали какие-либо украшения. Ни бантиков, ни сердечек, ни ленточек. Только одна сплошная белая ткань. Даже надписи нет. Что же там за сувенир должен быть? Любопытно.

Взяла коробку в руки. Внутри точно что-то лежало, так как имелся вес и было слышно небольшое бульканье. Может духи? Одеколон? Или жидкий шоколад, наподобие какао? Ох, интересно. Может глянуть? Только одним глазком. Ничего же плохого не произойдёт? Хибари всё равно от всего избавится, а так, я хотя бы удовлетворю своё любопытство.

Медленно открыла коробку и уже пыталась заглянуть вовнутрь, как услышала за спиной строгое:

— Что ты делаешь?

От неожиданности плечи вздрогнули и коробочка с содержимым, также подпрыгнула в моих руках. Из-за тряски в ней сработал какой-то механизм и мне, прямо в глаза, выплеснулась какая-то светло-зелёная жидкость с ужасным раздражающим запахом. Но запах был не столько важен, сколько то, что в эту же секунду я почувствовала дикую сводящую с ума боль в глазах.

Она была настолько сильной, что я не смогла сдержать крика. Словно кто-то протыкал мне глазницы раскаленной кочергой. Коробочка вывалилась у меня из рук, и я тут же потянулась к глазам, желая избавиться от жидкости и болевых ощущений.

— Что, чёрт возьми, ты наделала?! — слышала я гневный голос Хибари. — Не тронь! — ударил по рукам.

— Больно! Хибари-сан… мне очень больно… — слёзы полились рекой, но это только всё осложнило.

— Иди, промой! — приказывал он.

— Я… ничего не вижу… что это? Больно! Так жжёт! Хибари-сан… — я рефлекторно потянулась вперёд, к источнику голоса и дотронулась до парня, вцепившись мёртвой хваткой в его одежду. — Прошу… помогите… больно…

Он мог отказать. Послать меня куда подальше, ведь это я виновата, что сунула нос не в свои дела. Он предупреждал не лезть, но когда дело касается вещей, что мне нравятся, я всегда теряю бдительность. Вот моя плата за столь необдуманную глупость. А ведь меня ещё Советником сделать хотят. Да с таким Советником никто долго не протянет. Однако я ошибалась и в другом. Не все подарки имели должное предназначение. Ведь Хибари ещё и ненавидят. Видно, такое повторяется не первый год и Кёя уже давно осведомлён, какими бывают «подарки».

Ничего не видно. Боль была практически невыносимой, из-за чего стали трястись ноги. Возможно, я и выживу, но точно ослепну. Как же жжёт.

Неожиданно я почувствовала, как меня схватили за предплечье и силой потащили в неизвестную сторону. Мы даже не шли, а бежали. Я еле успевала шевелить ногами и всё время спотыкалась. Наконец-то мы пришли в какую-то комнату, в которой журчала по трубам вода и эхом отзывались шаги. Туалетная комната?

Хибари подвёл нас к умывальнику. Включил кран на полную мощность и, набрав умывальник до краёв водой, схватил меня за волосы, силой окунув лицом в ледяную воду. Я не сопротивлялась. Ледяная вода действительно помогала, притупляя боль в области глаз. Однако долго без кислорода находиться нельзя. Стала хлопать Хибари по руке, прося ослабить хватку. Не сразу, но он поднял мою голову, даруя желанный глоток воздуха. Вся одежда спереди и те волосы, что не вместились в ладонь Кёи, тут же насквозь пропитались водой. Прошло несколько секунд, после чего парень вновь силой погрузил моё лицо в воду.

Подобную процедуру мы провели ещё несколько раз, при этом никто и слова не промолвил. Наконец-то острая разъедающая боль исчезла, и глаза были промыты, Хибари отпустил мои волосы, делая шаг назад и позволяя мне отдышаться. Хоть глаза и были промыты, они до сих пор болели и ничего не видели. Что же это была за жидкость? Похоже на какую-то специю, которую я видела в ресторане у Ямамото. Как же Такеши её тогда назвал? Ах, вспомнила… Васаби. Так мне в глаза брызнули соусом васаби? М-да… словно перцовым баллончиком.

— Идём, — услышала я вновь голос Хибари, после чего почувствовала, как меня вновь схватили за предплечье и потащили в неизвестном направлении. Куда мы идём? Кажется, на первый этаж. Занятия кончились и вряд ли в школе кто-то есть, однако, я всё равно прислушивалась к посторонним шорохам и звукам, что окружали нас. Запах изменился. Запахло спиртом и медикаментами. Парень привёл меня в лазарет? — Сядь, — Кёя подтащил меня к какому-то стулу и силой заставил принять сидячее положение. В принципе, я и сама бы села, но просто не знаю куда. Поэтому помощь Главы Дисциплинарного Комитета просто необходима.

Стал слышен звон склянок и небольшой стук о металлическую поверхность. Трудно сказать, что это был за звук, но запахи в помещении изменились. Теперь я отчётливо ощущала зелёный чай, ромашку и мяту. Кёя подошёл ко мне и вложил что-то в руки.

— Приложи это к глазам и обмотай бинтом вокруг головы, — всё тот же спокойный приказной тон. Словно машина. Никаких эмоций, кроме раздражения. Но я всё же послушалась.

Небольшая марлевая повязка, смоченная растворами, приятно охлаждала кожу вокруг глаз, снимая лёгкий зуд. Было трудновато одновременно придерживать компресс на глазах и обматывать его бинтами, однако, я справилась. Теперь глаза полностью забинтованы и я даже если захочу, ничего не увижу. Когда я закончила, и повязка была крепко зафиксирована, Хибари вновь взял меня за всё то же предплечье и потащил к выходу, не произнося ни слова.

Сначала мы шли по коридору, так как наши шаги эхом отражались от стен, но после вышли на улицу, и мои ощущения сбились. Столько звуков и запахов одновременно. Говорят, что если человека лишить одного органа чувств, то другие органы стараются заменить потерю, работая лучше. Эту теорию я могу подтвердить, так как запахи были первыми, что я стала различать. Хотя на это обратила внимание ещё и потому, что боялась потерять обоняние из-за васаби. Этого не произошло, значит пик опасности миновал.

Стоило нам выйти на улицу, как я тут же ощутила всю прохладу на себе. Хоть снега и не было, а неделей ранее лил сильный дождь, холодный ветер никто не отменял, и это особенно ощущалось мокрой одеждой и волосами.

В ноги что-то ударилось. Вернее я на что-то наткнулось. Высокое. Металлическое. Мягкий верх. Проведя руками, поняла, что это мотоцикл. Кёя привёл меня к своему мотоциклу?

— Залезай назад и держись, — произнёс парень. — Если по дороге упадёшь, возвращаться не буду.

— Куда мы поедем? — спросила я, пытаясь усесться так, чтобы не свалиться при первом же повороте. — В больницу?

— Тебе нужна больница? — ответил Кёя вопросом на вопрос, также запрыгивая на свой мотоцикл и заводя мотор. Я прислушалась к своим ощущениям. Нет. Особой боли больше не чувствовалось. Единственное, что мне надо это немного отдохнуть.

— Нет, — ответила я, с неуверенностью обхватывая Хибари за пояс. Надеюсь, он не будет злиться от того, что я намочу его гакуран со спины.

— Тогда говори адрес, — бросил он, и я дала адрес своего дома.

Странно всё это. Вообще всё странно. Но от пережитого шока лучше даже не пытаться думать. Не сейчас и не сегодня. Ветер колыхал мои волосы, закладывая уши. Отсутствие возможности видеть, куда несётся мотоцикл, несказанно напрягало. Приходилось верить Хибари, что он не врежется на первом же повороте и не увезёт куда-нибудь в лес, чтобы добить. Да, пожалуй, это единственное, что осталось. Просто верить.

В какой-то момент мотоцикл слегка тряхнуло, что не на шутку напугало меня. Недостаток информации, но избыток воображения. Эх… в общем, я рефлекторно вцепилась в Хибари, обвив руки вокруг его тела и прижалась щекой к спине. Рядом с ним чувствовалось спокойствие. Интересно, может на меня тоже действует его аура? Это бы многое объяснило. И… что это за запах? Такой тонкий и практически неуловимый.

Я его никогда раньше не замечала, хотя и самого Кёю обнимаю впервые. Это не дезодорант и не одеколон. Не остатки обеда и не стирального порошка, хотя эти запахи я тоже чувствую. Этот запах… какой-то другой. Он одновременно и горчит, и притягивает к себе внимание. При этом запах мне знаком и кажется, что с шоколадом он бы получился идеальным. Что же это? Какое-то растение? Да, скорей всего.

В сознании всплыл образ. Точно. Это миндаль. Ну или очень похожий на него запах. Хибари Кёя пользуется миндалевым маслом? Или это его собственный запах? Интересно. Нотки аромата такие тонкие, что их практически невозможно уловить. Хибари вообще не использует парфюм. Сколько с ним уже работаю, никогда не замечала ничего подобного. Хотя думаю, если бы не лишение зрения и дальше бы ничего не замечала. Вот Кусакабе — да. Тот любит вылить на себя пол флакона одеколона. Хорошо хоть запах не раздражает.

Ладно, думаю, это не столь важно. Сейчас главное доехать до дома.

— Это здесь? — спросил Кёя, наконец-то, остановившись. Я слезла с мотоцикла и, подойдя к забору, отыскала руками почтовый ящик, на котором имелась небольшая гравировка.

— Да, — слегка кивнула головой, хотя не уверена, видел ли он.

Состояние ужасное. Чувствовала себя такой беспомощной. Я и раньше не выделялась особой силой, но сейчас… действительно бесполезное травоядное. Единственный мой вид силы — это знания. Но что делать, когда источник информации повреждён? Это пугает. Причём не на шутку. Я никогда ещё с подобным не сталкивалась. В момент, когда глаза были повреждены, руки сами потянулись к единственному источнику силы, который находился поблизости. Ошибка ли это? Скорей всего. Больше всего удивило то, что Хибари всё же помог.

— Дальше я сама, — произнесла я, слегка клонясь в ту сторону, в которой, по моему мнению, находился парень. — Спасибо за…

— Пойдём, — Кёя взял меня за предплечье. Всё то же место. Не выше, не ниже. По направлению, которое он выбрал, я поняла, что мы движемся в сторону входной двери. И только тогда, когда ноги коснулись ступенек порога, вспомнила, что школьную сумку с учебниками и ключом от дома, я забыла в кабинете Дисциплинарного Комитета.

— Хибари-сан, я…

— Держи, — в руки что-то плюхнуло. Немного потрогав, поняла, что это и есть моя сумка. Когда Хибари успел? Он же, вроде, всё время был рядом. Хотя, возможно, во время боли я просто не обратила на это внимания. Из небольшого отдельного кармашка достала ключи и по привычке открыла дверь дома, заходя самой и пропуская гостя. — Тут никого нет, — констатировал он. — Когда придёт кто-нибудь из родственников или опекунов? Дождусь их, как Глава Дисциплинарного Комитета, поясню ситуацию и уйду. У меня ещё дела.

— Ах, это… — если учитывать правила, то да, он обязан доложить о произошедшим моим родителям или опекунам. Был ранен не просто школьник, а член Дисциплинарного Комитета, а это возлагает на него кое-какие обязанности. — Я живу одна. Родственники за границей, а опекун живёт в другом доме. Да я и сама о себе могу позаботиться, Хибари-сан. Так что спасибо за всё, больше не смею вас задерживать.

Возникла небольшая молчаливая пауза. Что происходит? Что он делает? Так тихо. Я совершенно ничего не слышу. Какое у него лицо? Какие эмоции?

— Ясно, — наконец-то произнёс парень. — В таком случае я возвращаюсь к своим делам.

— Эм… Хибари-сан, — позвала я его, услышав по шагам, что парень остановился. Недолго думая, опустила руку в сумку и достала оттуда столько шоколадок, сколько вместилось в ладонь. — Прошу, возьмите.

— Это мне? — в голосе прозвучала усмешка, но шоколад из рук всё же исчез.

— Понимаю, как это может выглядеть, — тут же добавила я. — Но… я допустила серьёзную ошибку и поплатилась за это, вы же мне помогли, хотя не обязаны были это делать. Сами видите, дать что-то большее в благодарность не имею возможности, — взмахнула руками, указывая на содержимое дома. — Так что остаётся только это — шоколад. Вы вольны делать с ним всё, что хотите. Если надо — выбросьте. Однако смею заверить, что это действительно хороший шоколад. Какао-бобы взяты с того деревца, что растёт в кабинете Комитета.

— Вот как, — голос был всё таким же спокойным, но, кажется, в нём появилось что-то ещё. Что-то еле уловимое. Он… улыбается? Нет. Скорее всего, я ошибаюсь. — Я принимаю твою благодарность, — зазвучал шелест фольги. Хибари ест шоколад прямо сейчас? И как ему? Нравится? Чёрт, почему он молчит? А если не нравится? Нет, пусть лучше молчит.

Шаги возобновились. Парень направлялся к выходу.

— До свидания, Хибари-сан, — попрощалась я, но Кёя вновь промолчал.

Входная дверь резко открылась и замерла на несколько секунд впуская в дом небольшой сквозняк. Когда ветер дошёл до меня, я уловила незаметный след мужского одеколона. Нет, не Хибари. Это точно не его запах. За дверью стоял кто-то ещё. Третий человек, но ко всему прочему он молчал, чтобы я его не заметила. Так вот как мою сумку вернули. Послышался хлопок, символизирующий о том, что Хибари ушёл. Этому также послужили отдаляющиеся от дома шаги и мотор мотоцикла, который покинул территорию. Всё говорило о том, что я теперь одна.

Вот только было одно «НО», хоть я и не слышала Хибари, продолжала его чувствовать. Его запах миндаля… его успокаивающую ауру… И он остался у меня дома. Чёрт, зачем? Зачем ему это? Почему просто не найдёт причину и не останется? Может по той причине, что об этом буду знать я?

Тяжело вздохнув, подошла к своей кровати и села на неё. И что мне делать с таким назойливым гостем? Раскрыть все карты? Или позволить ему сделать то, что он задумал? Странная ситуация. Сегодня вообще странный день. День всех влюблённых решил отыграться на мне за всё мной сказанное, верно? Хотя, если верить словам Фууты, то Хибари тоже чувствует мою ауру. Именно она его и тревожит, так как желание доминировать и никому не подчиняться у парня стоит на первом месте. А сталкиваясь со мной… Не удивительно, что он тут же стал воспринимать меня как врага и значимую угрозу. Хоть Фуута и восторгается этой Природной аурой, она мне принесла только одни социальные проблемы. И теперь, чтобы понять «что я вообще такое», Хибари Кёя решил понаблюдать за мной в естественной среде.

Ладно, я подыграю тебе. Сделаю вид, что не заметила твоего присутствия. Возможно, это очередная ошибка, за которую я обязательно буду расплачиваться, но… что я теряю? День и так уже в дерьмо скатился. А так, хоть сама повеселюсь.

И для начала… мне надо переодеться.

Глава 16. Ночной гость

Форма Дисциплинарного Комитета была насквозь промокшей, холодной и местами до сих пор сохранившей запах васаби. Он казался таким сильным и раздражительным, что легкий зуд в области носа и глаз стал усиливаться. Хотелось как можно скорее избавиться от неприятных ощущений. Одно смущало — Хибари Кёя ещё здесь. Да, этот парень даже не собирался подавать мне знак, что он остался в комнате. Хотя впереди долгая ночь и, возможно, всё изменится десяток раз. Я знала, где он стоит и даже знала, когда он передвигается. Кёя был бесшумным, словно кот во время охоты. Ни шороха одежды, ни скрипа половиц. Идеальный наблюдатель. Если бы только не тот факт, что я его чувствую. В любом случае, решила подыграть ему и продемонстрировать свою естественную сторону. То, как я живу в обычных условиях. Если он увидит, что я такой же обычный человек, как и он сам, то перестанет волком смотреть? А там и вовсе исчезнут попытки убить меня. Но это уже за гранью фантастики. Но вот она я. Из крови и плоти. Дышу, передвигаюсь, ем и даже в туалет хожу. Удивительно, не правда ли? Как все обычные люди! Подошла к шкафу, в котором хранила чистую одежду, и открыла дверцу. Наугад засунув руку в первое же попавшееся отделение из полочек, наткнулась на футболку. Потрогав её со всех сторон, убедилась в правильности своего выбора и таким же способом отыскала домашние шорты. Стала снимать галстук. Из-за влаги, что успела впитать в себя ткань, узел на шее практически не поддавался, только ещё сильнее затягиваясь. Даже мелькнула мысль, что я запросто могу сама себя задушить. Но провозившись с ним минуту, всё же ослабила петлю и с лёгким фырканьем отшвырнула надоедливый элемент формы в сторону. Прозвучал звонкий «шлеп», оповещающий о том, что галстук приземлился на пол. Следом к моим ногам поехал и гакуран. Он был значительно тяжелее, а учитывая, что на нём имелись и металлические пуговицы, грохот от удара был смачным. Последовала белоснежная рубашка. Если честно, я не стеснялась наготы. Да и смотреть на мне нечего. Выдающимся пятым размером не обладаю, да и если сравнивать с первой красавицей в Средней школе Намимори Сасагавой Киоко, мне есть куда стремиться. Фигура только-только стала появляться, и то благодаря бесконечным тренировкам в танцевальном клубе. Худое бледное тело, на котором каждая родинка выглядела так, словно на меня что-то брызнуло. На некоторых местах виднелись синеватые вены. А учитывая белые волосы… Представляя весь этот образ, понимаешь, почему меня с детства называют Призраком. Не жива и не мертва. Что-то среднее. Хибари стоял за спиной. Смотрит ли он? Что за выражение на лице? Если он обычный парень, к тому же старшеклассник, то уверена, что интерес он испытает, но не более. Лифчик снимать не стала, а тут же накинула футболку, долго возясь с горлышком. Пришлось помедлить, так как даже лёгкое прикосновение к глазам причиняло боль, и я непроизвольно шипела. Но всё прошло удачно. Футболка на мне, причём надела я её правильно — проверила дважды. Длинная ткань прикрывала бёдра, что позволяло избавиться от брюк, не демонстрируя своё нижнее бельё. Правда избавлялась от брюк с некой усталостью и ленью. Просто наступала ступнями на штанины, держась рукой за шкаф, чтобы не упасть, и так стягивала их. Ткань у формы тяжёлая и плотная. Избавившись от неё, чувствуешь некую лёгкость. Но всё равно пришлось нагнуться, чтобы надеть шорты. И только после того, когда я стянула со ступней носки, собрала разбросанную одежду и направилась в сторону ванной комнаты, где стояла стиральная машина. Сама по себе стиралка, видно, многое успела повидать. Не знаю, сколько ей точно лет, но застать Сталина она всё же успела. Ломалась как минимум один раз в неделю стандартно. А ведь стираться мне надо чуть ли не каждый день. Учёба, тренировки, работа… Я пачкаюсь. Увы. Закинула вещи в стиральный барабан, заблаговременно распределив тёмное и светлое, засыпала порошка и включила машину. Но она, как это часто стало происходить, приказала долго жить. — Да ладно?! — вздохнула я на русском. — Серьёзно?! — естественно стиральная машинка не ответила. Вообще никто не ответил. — Чёрт! Пришлось возвращаться в спальню и заглядывать под кровать, где я хранила ящик с инструментами. Да, интересное место для хранения инструментов, но мне так и в самом деле удобнее. Всё под рукой. Красота! Поломка стандартная, так что я уже заранее знала, что мне следует брать. К счастью, в этом доме я живу, а значит, знаю всё досконально от и до. Каждый уголок мне известен. Будь я хотя бы в гостях Тсуны, то реально чувствовала себя слепой и беспомощной, а тут… хотя бы что-то могу сделать. Вернулась в ванную и, сев на пол, повернулась к заднему отделению стиральной машинки. Свет я не включала, но он мне и не нужен. Достаточно было нескольких прикосновений пальцами, чтобы сразу вспомнить и понять, что необходимо делать. Что-то отвинтить, что-то сменить, что-то зажать, и вуаля! Стиральная машинка готова вновь служить неделю. Хотя это не дело. Нужно связаться с хозяином дома и поговорить на этот счёт. Да вот только всё времени нет. — Отлично! — усмехнулась я, когда услышала шум крутящегося стирального барабана. Схватив инструменты, вышла из ванны, предварительно заметив, что Хибари стоял около входа и за всем следил. Еле уловимый аромат миндаля теперь, казалось, окутал дом полностью. Этот запах вызывал аппетит. Желудок предательски заурчал, сигнализируя о том, что пора перекусить. Спокойным шагом вошла в спальню, возвращая инструменты на то же самое место, чтобы потом не искать, и, попутно взяв пульт, лежавший около подушки на кровати, включила телевизор. Тишина в доме, когда ты знаешь, что не одна, кажется просто оглушающей. Делаю звук громче обычного, чтобы было слышно с кухни. С первых же секунд понимала, что по телевизору идёт одна ерунда: — Семпай, прошу вас, возьмите этот шоколад и примите мои чувства! — женский голос был неуверенным и дрожащим. — Ага, конечно… — фыркнула я на японском, и переключила канал. — Наша любовь будет вечной! — тут же раздалось из телевизора. — Не в этой жизни! — ответила я в тон парню из телевизора и вновь переключила. — Хочешь, я достану тебе луну с неба? — спросил мальчишка. — И раздавлю пол земного шара, — усмехнулась я, опять нажимая на пульт телевизора. — Здравствуйте, в эфире Вести Токио, — произнёс женский голос, и я с облегчением кинула пульт на кровать. Ну, хоть что-то нормальное. — За последнюю неделю, в канун четырнадцатого февраля, прибыль всех кондитерских магазинов страны составила девяносто процентов годового бюджета. День Святого Валентина уже стал традицией для Японии, что позволяет многим предпринимателям в прямом и переносном смысле купаться в шоколаде. — Неплохо, — усмехнулась я. — Может тоже лавку небольшую открыть? — но мысль тут же была отброшена в сторону. Я же её и разорю. Дальше шли какие-то финансовые сведенья страны, к которым я толком и не прислушивалась. Поздравления и рекомендации различных крупных производителей шоколада, что я тоже в большем случае проигнорировала. Весь шоколад, что мне был сейчас нужен — на кухне. Зашла в комнату, открыла холодильник и по ощущениям пыталась вспомнить, куда же я положила торт? На первой полке? Нет. На второй? Тоже нет. На третьей? Упс! В крем вляпалась. Ай, ладно. Не гостей же угощать. Они обойдутся, раз молчат. Достала торт и поставила его на разделочную деревянную доску, прихватив с собой нож. Интересно, сколько я сегодня съем? Пахнет очень вкусно, да и аппетит имеется. — …В Италии во всех морских портах недавно произошёл крупномасштабный обыск организованный полицейскими страны. Во время обыска было обнаружено хранение огнестрельного оружия в большом количестве. Оружие пряталось в грузовых контейнерах, в которых перевозили пойманную моряками рыбу. Власти страны заверяют, что за этим стоит некая мафиозная организация под именем Гостпелла. Однако кто именно оказался информатором и раскрыл сведения о данном источнике поставки оружия, власти умалчивают. Но теперь итальянцы могут вздохнуть спокойно, так как бесчисленные грабежи и нападения на мирных жителей, наконец-то прекратились. Я замерла, прислушиваясь к каждому слову телеведущей. Значит, Дино решил и полицию к этому делу подключить? Хм… умно. Полиция любит восхвалять свои заслуги, а когда данная весть начнёт распространиться по всей Италии, многим мелким мафиозным семьям придётся нелегко. Они ещё несколько раз подумают, прежде чем решатся сунуть нос в дела, которые курирует семья Каваллоне. Как бы то ни было, моя догадка оказалась верна, а значит стоит ожидать прибытие итальянского шоколада. Отлично! Всё-таки что-то хорошее в этом дне есть. Я заулыбалась и начала напевать себе негромко весёлую музыку. Надрезала кусочек торта, облизывая на ходу пальцы, которые оказались испачканы в шоколаде. Уже взяла из тумбочки вилочку, чтобы сделать один надкус, как почувствовала, что Кёя движется. Приближается прямо ко мне. Что он собрался делать? Раскрываем все карты? То есть, ему наскучило играть в Призрака? Уже совсем близко. Вот он. На расстоянии вытянутой руки, смотрит на меня и наблюдает за каждым моим действием. Запах миндаля вновь усилился. Такой сильный, что я казалось бы уже чувствовала эту горечь во рту, хотя ем шоколад. Что мне делать? Пойти на встречу? Нет, стоп. Он остановился. Видно, не решается или ещё не до конца определил, что делать. На улице давно темно, не собирается же он тут ночевать? Или собирается? Ладно, если ты до сих пор не решаешься, я продолжу делать вид, что не замечаю тебя. Надломила кусочек торта и погрузила его в рот. Сладость тёплой волной окутала полость рта, заставляя меня улыбнуться. Тепло. Душевное тепло. Не зря говорят, что шоколад вызывает ощущения счастья. Я так вообще довольна, как удав. Зазвонил сотовый телефон. Из-за включённого телевизора, звук гудка было практически не слышно, но так как сотовый находился в сумке, а сумка на полу, я ступнями почувствовала лёгкую вибрацию. Должна признать, что некоторые ощущения для меня в новинку. Еще немного, и я точно стану Сорвиголовой. Также начну ориентироваться по звуку. Повернулась в сторону сотового телефона. Из-за этого, я практически коснулась Хибари, но ему удалось увернуться. Так, если учитывать, что я стояла около кухонной тумбочки и деваться парню по сути некуда, куда он переместился? Подождите… не на стол же запрыгнул? Точно! На стол. Ох, уж этот Хибари Кёя. Значит всё-таки выдавать себя не намерен. Может это для него превратилось во что-то вроде игры? Он охотник, я жертва, и сейчас он просто не может наиграться, давая мне некую иллюзию того, я на свободе? Хм… или это я охотник, а он жертва? Во всяком случае, его инстинкты говорят именно об этом, верно? Иначе бы парня здесь просто не было. Опустилась на колени перед сумкой. Отыскать сотовый оказалось труднее, особенно когда сверху всё усыпано шоколадками. Надо бы их съесть. Наконец-то нашла свою гарнитуру и по памяти нажала на кнопку «Принять вызов». — Алло? — спокойный голос. Я не знаю, кто это, но ответить надо. — Хай, сеструха! — этот голос я узнаю из тысячи. Русский язык, вечно весёлый голос и периодические хихиканье. — Как ваше японское «охаё»? — Рома… — вздохнула я, поднимаясь на ноги и возвращаясь в кухню. — Ничего. Потихоньку. Как сам? — Ой, да я нормально, — отмахнулся сам парень. — Не поверишь, в этом году в Англии столько снега навалило. Я прям словно в Россию вернулся. По первый этаж! — Ох, не дразни меня, — с грустью вздохнула. — Тут снега вообще нет! Одни дожди да ливни, а ведь уже середина февраля, как никак. Так скучаю по русской зиме, ты бы знал, — отложив вилку в сторону, зачерпнула крем с верхушки торта пальцем и погрузила в рот. Ад для перфекционистов, особенно когда один из них стоит рядом. — А ты чего позвонить решил? Это же дорого, просто жуть! — Так сегодня же День Всех Влюблённых! — удивился брат. — Сестрёнка, люблю тебя! — Придурок! — усмехнулась я, чувствуя, что щёки наливаются краской. Не от того, что Рома тут болтал, а от того, что я всё же не одна. Хотя слава небесам, русский язык Кёи не известен. — Только ты не начинай про этот «День Святого Валентина». Бесит уже! — Ох, Дар, ну каждый год одно и то же! — воскликнул Рома. — Сегодня же день любви и романтики. Где-то в горах распускаются первые подснежники и трезвонят тебе «Люби… Люби…». Я, например, уже с двумя девушками на свидании побывать успел. — Рома, ты бабник и плейбой, — вновь устало вздохнула. — Сколько раз у тебя после подобных выходок проблемы потом были? Нашёл бы себе кого-нибудь одного и жил бы себе счастливо. — Ой-ой, какие мы правильные, сама в любовь даже не веришь, а советы раздаёшь, — шутливо фыркнул парень. — Лучше расскажи, много ли ты сегодня валентинок и признаний в любви получила? — Тут не так это работает, — отмахнулась я. — В смысле? Разве в Японии не празднуют День Святого Валентина? — удивился он. — Празднуют, — кивнула я, вновь зачерпывая пальцем крем торта. — Но, что касается подарков, то дарят только девушки парням. И обычно шоколад, а не открытки и какие-нибудь сувениры. — О! Шоколад! Так ещё только в одни ворота, — усмехался Рома. — Понимаю, почему у тебя такой пессимистичный настрой. Должно произойти что-то сверхъестественное, чтобы ты добровольно согласилась расстаться с шоколадом. — Ну да, ну да, — согласилась я, с каждым словом, вспоминая события сегодняшнего дня. — Слушай, — голос немного помрачнел, но я должна об этом спросить. — Ты с родителями созванивался? Что там у них? — Ах, это… — голос Ромы стал неуверенным. — По правде сказать, они перестали выходить на связь ещё в декабре. До меня доходили слухи, что они поехали в какие-то леса, где сообщение отправляют только голубиной почтой. Но на этом пока всё. Уверен, что с ними всё в порядке! Ты же их знаешь, вечно ведут себя как дети и творят, что хотят. — Ага, — спокойно ответила я, чувствуя, как в груди что-то больно кольнуло. Это ощущение было не из приятных, поэтому я просто откинула его в сторону. Вновь представила, словно нахожусь перед огромным аквариумом, куда сбрасываю, словно мусор, все ненужные мне ощущения и эмоции. Так легче. Так проще. Кусочек торта, который я вначале надрезала, был съеден. Решила отрезать ещё один и взялась за нож, что лежал неподалёку. — Кстати, спросить хотел, — голос парня вновь стал весёлым. — Тебе знаком некий парень по имени… Дино? — рука дрогнула. Сквозь тело словно прошёл удар тока. — Что?! — а вот это не хорошо. Совсем не хорошо. — Откуда… откуда ты знаешь его? — Ну, вообще-то не знаю, — усмехнулся парень. — Пока не знаю, но он просит о личной встрече, хотя толком не пояснил зачем. Зато заверяет, что знаком с тобой, вот я и спрашиваю. — Не ходи! — тут же бросила я, крепче сжимая нож в правой руке. — Рома, даже не думай с ним встречаться! Понял? Тебе оно совершенно не надо! — Ого! Вот это тон! — присвистнул брат. — Чтобы кто-то разозлил тебя, у парня похоже стальные яй… — Он идиот! Просто круглый идиот! Особенно если пойдёт к тебе на встречу один, без своей свиты, — кричала я в трубку. — Просто… — глубоко вдохнула и выдохнула, стараясь придти в норму. — Просто не встречайся с ним, ладно? Пошли куда подальше и скажи, что тебе не до этого. — Чёрт, Дар, ты меня заинтриговала! — в голосе парня послышалось лёгкое волнение и возбуждение. Этого я боялась больше всего. Всегда «любопытство» было наше с Ромой ахиллесовой пятой. Имея высокий интеллект, мы всегда теряем голову, когда тема касается того, что нам нравится и вызывает интерес. Да что там? Зачем далеко ходить? Мои глаза тому яркий пример. — Можешь хотя бы сказать, кто этот парень и что он из себя представляет? — А что он тебе написал? — ответила вопросом на вопрос. — Хм… — послышалось небольшое шуршание. Кажется, парень что-то искал. — А! Вот! Написано на итальянском:

«Уважаемый Серра Роман, недавно на днях я с вашей младшей сестрой Дарьей обсуждали вопрос о совместном сотрудничестве. Наслышан о ваших выдающихся способностях, поэтому для меня будет особой честью, если вы согласитесь встретиться со мной и обсудить вопросы касаемо нашего будущего.

Дино.»

— Да чтоб его! — гневно бросила я, со злости воткнув нож в деревянную доску, на которой находился торт. Нож вошёл в доску так легко, словно в масло. И застрял там, пробив её насквозь, а также войдя в саму столешницу. Но я совершенно не обращала на это внимание. — Рома, ты ведь не пойдёшь? Ну, согласись, что звучит как полный бред! — Соглашусь, — отозвался брат. — Я вообще подумал, что это чья-то шутка, на День Святого Валентина. Мало ли? Я приду, а там… сюрприз! Но тут идёт отсылка на тебя, ну я и… — Просто игнорируй это письмо! — уже в сотый раз просила я. — Поверь, это не те люди, с которыми тебе стоит связываться. Они… — хм, и что мне ему сказать? — Они… в общем… некая итальянская банда, и Дино их главарь. Вот. — Ого! Банда! Звучит, как в старых фильмах времён девяностых, — воскликнул Рома. Ну всё, теперь этого парня даже поезд не собьёт. Он точно хочет встретиться с Дино. — И как ты с ним познакомилась? Тусуешься с местными якудза? — Аха-ха-ха! — наиграно засмеялась я, хотя на самом деле чувствовала, как у меня потеет лоб и ладони. Даже душно стало. Рома всегда попадал в своих догадках с первого раза, чем пугал меня, но потом я просто перестала ему врать, и дело сдвинулось с мертвой точки. Но сейчас… остаётся только смеяться. — Слушай, а у этого главаря банды есть прозвище или что-то в этом роде? Да и фамилия какая? Он же итальянец, да? — Да, — обречённо вздохнула. Рома всё равно встретится с ним, тут и к гадалке не ходи. Может в таком случае дать ему хоть какую-то информацию, чтобы брат глазами не хлопал? — Он итальянец. Приблизительно на год старше тебя. Фамилия Каваллоне, а прозвище «Дробящий Мустанг». — Хм… Каваллоне, значит… — голос Ромы изменился и стал каким-то ледяным. Я даже на миг задумалась, он ли это? Редко когда он брал такую тональность. Всегда улыбался и хихикал, словно выкурил косяк травки, а сейчас я прям отчётливо почувствовала, что он старший брат. — Рома? — Да-да, я тут, — голос вновь стал весёлым и радостным. — Ну раз парень приехал ко мне аж из самой Италии, то невежливо не приходить, верно? Откажу ему лично, чего бы он не попросил. — Рома! — уже молила я. — Кстати, Дар, я этим летом хочу к тебе приехать в гости. Даже японский стал учить, — тут же сменил он тему разговора, причём так грубо, что я невольно шлёпнула себя ладонью по лбу и тут же пожалела об этом, так как яркая вспышка боли быстро напомнила о том, что у меня травмированы глаза. — Мы так давно не виделись, что я соскучился по своей маленький ворчливой сестрёнке. Раз у родителей «медовое путешествие», и их сам чёрт не поймёт, поеду к тебе. — Ну замечательно! — фыркнула я. — Будешь на улице спать. У меня только одна спальня. — Э?! Я вообще-то твой старший брат, а не дворняга! — воскликнул парень. — Конечно, не дворняга, — хмыкнула я. — Был бы дворнягой, мисочку бы поставила. А так как-нибудь без неё. — Даже без мисочки?! А ты бессердечная… Хотя бы лоток мне меняй, — после этих слов я и Рома одновременно захихикали, понимая всю ересь нашего разговора. — Ладно, Дар. Я побегу. Ещё раз с праздничком. Потом ещё позвоню, как деньги на мобильник брошу… Пока. — Ага, давай, — отозвалась я, после чего телефонный разговор был оборван. Я не стала навязываться с расспросами, но чувствую, что с Ромой что-то не так. Ему знакома фамилия Каваллоне? Или мне только кажется? В любом случае, он обещал отказаться. Верно? Не хочу, чтобы он впутывался во всю эту историю. Я сама в ней погружаюсь с каждой секундой всё сильнее и сильнее, словно в вязкой бездонной трясине. А если там ещё окажется Рома… пиши пропало. Ох, хрен с ним. Не хочу об этом думать. Вообще не хочу думать. У меня выходные наступили, а после хоть трава не расти — плевать. На чём я остановилась? Ах, да! Тортик. Так, куда я ножик-то дела? О! Он воткнут в стол, через деревянную доску. Как я…? Когда? Стоит так основательно. А ну-ка! — Хех! — я взялась за ручку и потянула нож на себя. И на миллиметр не двинулся. Намертво воткнут. — Да ладно?! — ещё разок, попробовала. — Ы-ы-ых!!! Чёрт! — пришлось даже коленкой в стол упираться, но никакого результата. — Да как я это сделала?! Ты что, Эскалибур? А ну вылазь! Э-э-эх! — хрен там. Как торчал в столешнице, так и торчит. Если этот нож Эскалибур, то я уж точно не король Артур. — Дерьмо! — отмахнулась я, просто забрав торт на тарелочке и вилку, направилась в спальню. Буду так есть. Без прелюдий. Одно расстраивает, что мебель испорчена. Хозяева дома точно этому не обрадуются. Вернула звук телевизору. Канал не переключала, но уверена, что новости уже кончились, и теперь там что-то другое. — Быстрей, бежим! — прозвучал мужской голос, сопровождаемый нагнетающей музыкой. Приключения? Ужасы? Фантастика? Детектив? Я согласна на всё! — Они не догонят нас! — Но семпай, мои ноги… — проговорил другой мужской голос. — Мне больно ходить. Я… устал. — Ладно, — вздохнул первый. – Тогда прячемся! Слышна какая-то возня и топот ног. Тяжёлое дыхание отчётливо слышно как у первого, так и у второго парня. Последовал бессвязный диалог, по которому я смогла понять лишь то, что они школьники старшей школы и, кажется, это аниме. Села на кровать, подобрав ноги, и очень старательно пыталась понять суть происходящего, но от вечного шуршания и бессвязных реплик многого не поймёшь. Хибари тем временем перешёл в спальню. Странно, но я уже успела привыкнуть к его присутствию. Вела себя как обычно и просто игнорировала его, хотя всё время знала, где он находится. Думаю, парню скучно. Он совершенно не этого ожидал. Да, Кёя, я не Бэтмен, и у меня нет секретной базы, где я храню супер-оружие. Хотя это пока. В будущем может сооружу нечто подобное. Во всяком случае, хотелось бы… - Семпай, что это? — спросил второй школьник в аниме. — Он… оно… такое большое… Хм? Что там? Что большое? На что они наткнулись? Что я успела пропустить? — Прошу… возьми его, — молил первый. — Чего? — не понимала я. Что он там берёт? — Семпай, он… пульсирует… — в этот момент один из кусков торта вырвался с кашлем наружу. — Чёрт… кхе-кхе… неужели это… кхе-кхе…? — все мысли сводились лишь к одному, особенно когда понимаешь, что сейчас давно около полуночи, День Святого Валентина, и уж показывать детские наивные мультики в Японии никто не собирается. Я хотела переключить, но тут остановилась. Кёя ведь тоже это видит, верно? Отлично, время стёба. Послышались мужские стоны, оханья и пошлые хлюпанья. Школьники перешли к делу. — Семпай, прошу, не надо! — застонал тот, что помладше. — Я… вы же понимаете, что я не такой… — Какой? — с усмешкой спросила я, переходя на японский. — …не женственный, — закончил реплику школьник. — Пф! Кого это волнует?! Да и вообще, будто он не в курсе, — продолжаю есть торт, с удвоенным энтузиазмом. — Ты такой милый, когда смущаешься, — со смешком произносит старшеклассник. — Словно котик. — О! А этот даром время не теряет, хех, — меня сейчас так тянет засмеяться во весь голос. При этом я еле как сдерживаю желание стянуть повязку с глаз и посмотреть на Хибари. Как он выглядит? Что за лицо? Это его смущает? Злит? Веселит? Чёрт, хотела бы посмотреть, но боюсь, что глаза к этому ещё не готовы, да и Кёя мне их вновь вышибет. Вновь зазвучали хлюпанья и чмоканья, сопутствующими охами и стонами. — Семпай, не надо… — вновь застонал парень помладше. — Я… грязный. — Ой, да ладно, — отмахнулась я. — Вот тебя сейчас и помоют, хе-хе-хе… — мне было так смешно от всей этой ситуации, что проступали слёзы, ненароком причиняя жгучую боль глазам. Так что когда школьник сказал: «Он такой большой! В меня не влезет!», я не выдержала и выключила телевизор. Кажется, в эту секунду облегчённо выдохнула не столько я, сколько Хибари. Кому-то не нравится яой? Надо же, какие мы ранимые, а ведь это вполне по-японски. Направилась в ванную, чтобы умыть лицо и руки после торта. В какой-то момент возникла идея всё же избавиться от повязки на глазах, но только стоило притронуться, как острая боль дала о себе знать. Рано. Слишком рано. Хорошо, что впереди идут выходные, и есть возможность выспаться и вылечить зрение. Надеюсь, до понедельника успею. Вновь зазвонил сотовый телефон, вот только на этот раз гудки доносились с кухни. Хм? Ах, да. Я же сотовый там и оставила. Может это снова Рома? Вспомнил что-нибудь или спросить хочет. Быстрым уверенным шагом направилась в кухню и столу. Нож до сих пор торчал из столешницы. Интересно, а Хибари пытался его вытащить? Скорей всего, нет. — Аллё? — произнесла я, принимая вызов. — Привет, Дар, — это был Ямамото. — Смотрю, тебя в сети нет. Решила сегодня не выходить в интернет? — А, Такеши, — улыбнулась я, запрыгивая на край стола, свесив ноги. — Да глаза болят. Не могу сидеть за экраном. — Что-то серьёзное? — насторожился парень. — Жить буду, — усмехнулась я. Не хватало ещё, чтобы парни за меня переживали. Лучше эту историю как-нибудь замять. — Сам-то чего так поздно звонишь? — Да подумал, что ты мне поможешь задачу решить, — смеялся Такеши. — Просто в выходные занят буду, и разобраться с домашней работой просто времени не будет. — Хех, и во многом тебе помочь? — спросила я, прекрасно понимая, какой ответ последует. — Ну… во всём! — как и ожидалось. — Ямамото Такеши, ты лоботряс, — вздохнула я, на что парень смущённо засмеялся извиняясь. В принципе, бейсболисту достаточно прочесть учебник, чтобы всё понять и учиться лучше, но, кажется, его это интересует в самую последнюю очередь. — Ладно, читай первую задачу. Будем разбираться. Не знаю, сколько мы так болтали, но, в итоге, прошлись по всем заданным на выходные задачам. Некоторые даже повторили несколько раз, чтобы Ямамото смог запросто ответить на любой из них. И ведь ответит, ссылаясь на случайное везение. Все будут как обычно поздравлять бейсболиста, поражаясь тому, что он удачлив, как пират, и никто не подумает, о том, что до этого он полночи мне мозги учебником промывал. — И что же у тебя за планы такие на выходные? — под конец спросила я. — Неужели один из самых популярных парней класса наконец-то завёл девушку? Шоколада у тебя сегодня было ого-го. Можешь в подробности не вдаваться, просто скажи, она из нашего класса? — Ха-ха-ха, — засмеялся парень громче обычного. Явно смущался моему вопросу. — Нет. Вовсе нет. Просто… — слегка откашлялся. — Мы с парнями решили в снежки поиграть. — Снежки? — удивлённо наклонила голову набок. — Какие снежки, снега-то нет. — Как нет? Ты что не видишь? На улице снегопад! Я уж думал ты первая кричать и радоваться снегу будешь, — произнёс Такеши. — По сути, это первый настоящий снегопад в этом году. — Снегопад? — тихонько произнесла я, соскакивая со стола и направляясь к входной двери в доме. В коридоре надела резиновые шлёпанцы и вышла во двор. С первой же секунды в лицо ударил свежий морозный ветер, который позволил вдохнуть полной грудью. Вытянув перед собой руку, позволила снегу хлопьями опускаться на мою ладонь. Снежинки были крупными и не сразу таяли. Особенно было приятно ощущать лёгкое хрумканье под ногами. — Действительно…, а я и не обратила внимания. — Вот, — проговорил голос Такеши из телефона. — Не хочешь с нами пойти? Разделимся на команды и устроим снежный бой. Будет весело! Так ещё будет Гокудера, Тсуна с детворой, брат Сасагавы Киоко и Дино. — Дино тоже будет? — это удивило, значит, встреча с Ромой у них не в ближайшее время. — Ага, — отозвался бейсболист. — Вот думаю, кого ещё позвать? — Ясно, — блин, я бы хотела пойти, но чувствую, что лучше отказаться. — Прости, Такеши, но на меня не рассчитывайте. Мне лучше выспаться. За всю неделю я могу спать только в выходные. — Ах, да… — с грустью произнёс парень. — А я и забыл. Ну, видно не судьба. — Ага, — вздохнула я, продолжая стоять под снегом и ловить рукой снежинки. — Как-нибудь в следующий раз. Но ты там выиграй за нас обоих. — Конечно! — воскликнул он. — Можешь не переживать! — Хорошо, — улыбнулась. — Спокойной ночи. — Ага, — телефонный разговор был завершён, но я не собиралась покидать дворик. Мне так нравилась эта тишина и лёгкий хруст снега под ногами. Вот именно сейчас я чувствовала Новый год. Именно сейчас ощущала праздник. В принципе, праздник был, но не тот, что надо. Сколько раз я ходила туда-сюда во дворе, не знаю. Сбилась со счёту. Но и это не важно. Так хорошо… тишина, мороз приятно охлаждает кожу, снег кружится, скапливался на макушке головы небольшим холмиком. Благодаря тапочкам, несколько раз чуть не упала на землю, но так было даже забавнее. В какой-то момент я забыла обо всём. О тревогах, страхах, боли… Казалось, что я вновь в России, дома. Вся семья рядом. Нам даже не надо о чём-то говорить. Главное присутствие. Хотелось сохранить это ощущение как можно дольше. Не возвращаться в дом, хотя через час другой, даже мне станет не по себе от морозов. Одна футболка, шлёпанцы и шорты — совсем не зимняя одежда. Не знаю, сколько прошло времени, но к тому часу, когда я возвращалась в дом, начинало светать. Это ощущалось по сонливости и усталости во всём теле. Такое ни с чем не спутаешь. Зашла и закрыла за собой дверь на замок. У Хибари было множество возможностей и времени на то, чтобы уйти, но он этого не сделал. Возможно, по той простой причине, что не успевал, а может, не хотел, а может, ожидал чего-то такого, что наконец-то расставит все точки по своим местам и позволит ему избавиться от меня. Эх, не знаю… Ладно, пора ко сну готовиться. Вернулась ванну, умылась и, не переодеваясь, запрыгнула в постель под одеяло. Парень ещё какое-то время находился рядом, в этом я не сомневаюсь. Чувствовала его присутствие, может час или два. Потом сознание отключилось полностью, лишь изредка выпрыгивая наружу. В какой-то момент, когда я вновь проснулась, Хибари уже не было. Он ушёл, так и не дав до конца понять, для чего тут оставался. Нашёл ли он то, что искал? Получил ли свои ответы? Или эта игра и дальше будет продолжаться?

Прошли выходные, и в понедельник я, как обычно пришла в школу. Глаза пришли в норму, и я нормально видела, вот только яркий дневной свет, всё ещё причинял лёгкую боль и дискомфорт. Пришлось надеть чёрные очки, причём носить их как на улице, так и в здании. Вот только эти вечные вопросы: «Дар, а почему ты в очках, так ещё и зимой?», «Дар, что-то не так с глазами?», «Дар, а можешь показать?»… Ну, надоели!!! Вот честно! Поэтому я решила сделать ход конём, а именно выгладила свою форму дисциплинарного комитета до идеала, заплела волосы в строгий конский хвост и только потом надела очки. Выглядело круто. Прям люди в чёрном. Теперь вопрос, почему я надела чёрные очки, отпадал сам собой. Но не у того, кто и так знает ответ. — Что это? — спросил Кёя, безразлично кивнув в сторону моего лица. — Очки, — пояснила я. — Это и так ясно, — раздражался парень. — Я спрашиваю — зачем? По уставу, солнцезащитные очки запрещены в здании школы. — По двум причинам, — тут же вставила я, прежде чем Хибари попытается разбить их. — Во-первых, глаза ещё не до конца зажили, и солнечный свет причиняет лёгкую боль. — А во-вторых? — всё также спокойно и безразлично спросил Глава Дисциплинарного Комитета, показывая, что чужие проблемы — это чужие проблемы, а правила написаны для всех. — А во-вторых, в очках я выгляжу брутально, — для большей убедительности положила одну руку на пояс, а другой слегка прикоснулась к очкам, как бы поправляя их, и задрала подбородок. Произошло чудо! Хибари Кёя улыбнулся! Это было быстро, мимолётно и больше похоже на лёгкое «Пф!», нежели на смех, но улыбка точно была. Была! Шоколадом клянусь! Причём не какая-нибудь там зверская, с которой он обычно бьёт чью-то морду, а именно тёплая улыбка. Однако, кажется, подобной реакции Кёя и сам от себя не ожидал, поэтому тут же убрал её и махнув мне рукой, добавил: — Делай, как знаешь, — вновь безразличный тон. — А теперь ступай работать. День Святого Валентина позади, но работы от этого меньше не будет. До конца учебного года осталось чуть больше месяца. — Да-да, — протянула я, возвращаясь за свой стол, но мимолётно смотрела на Хибари. Странный он. Что у парня в голове? Делает вид, будто ничего не было. Хотя мы постоянно это делаем. Это, похоже, уже вошло в привычку. Но он, вроде бы, на меня уже не точит клык, верно? Или… И как мне это проверить так, чтобы, если я ошибусь, он меня не убил? Задача нелёгкая. — Чаосс! — А? Реборн? — на стол неожиданно прыгнул малыш в своём обычном чёрном костюме и шляпе с широкими полями. — Ты чего тут? — Как дела, Дар? Слышал, что в снежки поиграть придти ты не смогла из-за здоровья, — с улыбкой спросил Реборн. — Всё нормально, спасибо, — отмахнулась я. — Если больше ничего важного, то мне стоит работать. — Да, конечно, — кивнул он, доставая что-то из своего кармашка. — Вот, это тебе Шамал прислал, — мальчик положил мне в ладонь небольшую красную пилюлю, в которой жужжал жучок. — Вполне достаточно одного укола. — Эм… насекомое… — я знала, как работает тот бабник, но всё равно, одно дело знать это, и совсем другое работать с этим. — Чего ты медлишь, Дар? У меня и так много забот с Тсуной, — Реборн раскрыл пилюлю и высвободил жука на волю. Я и опомниться не успела, как насекомое меня цапнуло за шею. Глаза тут же перестали болеть. Абсолютно все последствия исчезли. — Так лучше, не правда ли? — Ну… Да, — согласилась я, приподнимая очки. — Спасибо ещё раз. — Отлично. А теперь… — малыш спрыгнул со стола и подошёл к Хибари. Вернее как, он напал на парня, в прямом смысле. Выхватил откуда-то дубинку и ринулся в сторону Кёи. Тот сразу же блокировал удар тонфой. — О! Хочешь подраться? Я не против, — азартная улыбка озарила лицо парня. — Нет, — ответил Реборн, сохраняя спокойствие. — Это лишь предупреждение. Если ещё раз такая выходка повторится — тебе не поздоровится. — Вот как? — на глазах парня мелькнула тень. Все мы прекрасно знали, о какой выходке речь, правда Кёя считает, что мне не известно. — И кого же мне следует опасаться? Тебя? Тогда я не против. — Не угадал, — на лице Реборна мелькнула хитрая улыбка. — Тебе следует опасаться того, кто следил за тобой всё это время. И, возможно, что на этот раз помочь тебе я не смогу. На лице Кёи мелькнуло удивление с примесью недоверия. Он понимал, что врать о ещё одном «наблюдателе» Реборн бы не стал. Так кто это? Кто следил за ним, причём всё это время? Кто третий? Озвучить все это вопросы парень не успел, так как Реборн с улыбкой и легким «Чао-чао» выпрыгнул в окно и на самолёте Леона улетел к соседнему корпусу. Ясень пень, что малыш говорил обо мне как о наблюдателе. Хибари может об этом не догадывается, но если бы за мной ещё кто-то наблюдал третий, я бы это почувствовала. Увы. Значит речь только обо мне. Но когда это Реборн спасал Кёю? Причем не от кого-нибудь, а, следуя его словам, от меня. Единственный раз, когда я действительно угрожала Главе Дисциплинарного Комитета, это был в тот день, в декабре, из-за нехватки шоколада. Я применила электричество и… точно. В какой-то момент во всём здании школы выключился свет. Думала, что это просто пробки выбило, и Кёе повезло. А что, если нет? Что, если это Реборн подсуетился? Ого… И как мне реагировать? В любом случае, дело дрянь. Интересно, Хибари понял, что речь идёт обо мне? Лучше бы нет, иначе всё только осложнится. Настроение у парня изменилось и стало агрессивным. Это заметно по тому, как сильно он сжал свои тонфы. На ручках даже отметины появились. — Что-то хочешь сказать, травоядное? — гневно бросил он, заметив, что я с любопытством осматриваю его. — А? Вовсе нет, Хибари-сан! — тут же залепетала я, выставив ладони перед собой. — Тогда работай! Иначе… — взгляд стальных глаз буквально излучал холод и остроту, подобно лезвию ножа. Если мгновение назад я надеялась, что мы наконец-то нашли общий язык, то теперь эта надежда канула в небытие. Этот парень убьёт меня. Чёрт возьми, Реборн!

Глава 17. Сломанная базука

Время шло, неумолимо приближая весну. Под конец февраля уже стала местами трава зеленеть, давая мне понять, что скоро наступит то время, которое я терпеть не могу — лето. От одной мысли, что мне его вновь придётся провести тут, в Японии, просто с ума меня сводит. Жара, вечная духота и запах пота. Бр-р-р! Ненавижу! Необходимо начинать откладывать деньги на нескончаемый запас мороженого. В принципе, об этом можно и позже поволноваться. Сейчас основная проблема, которая передо мной возникла — это конец учебного года. После двадцать пятого марта следует последний звонок, начинаются каникулы, небольшое мероприятие по поводу цветения Сакуры и, наконец, конкурс танца с веером. Все, кто был замешан в данном событии, словно сошли с ума. Кимоно мерили чуть ли не каждый вечер, чтобы убедиться, что я практически не изменилась в пропорциях, а если что-то и изменилось, немедленно подправить. С танцами всё обстояло ещё хуже. Фраза — «Семь шкур спущу», приобрела новый смысл. Тимо просто зверь. Порой казалось, что он сломает меня, как тростинку, и я всю жизнь перекошенная буду. А всё почему? По его словам во мне не хватало природной женственности. Вот он и гнул меня во все стороны. Например, встанет коленями мне на спину, в то время как я лежу животом на полу, и, взяв мои руки за запястья, попытался их соединить за спиной, выгибая неестественным способом. Ох, сколько же я в такие моменты ругалась. Правда, в основном на русском, но Тимо это только забавляло. И, кажется, он стал улавливать смысл моих слов. Особенно я его проклинала в тот момент, когда он учил меня садиться на шпагат. Зачем? Не знаю, но теперь уверена, что Ад всё-таки существует. Обиднее всего было тогда, когда Тсуна, видя мою ковбойскую походку, спрашивал, всё ли у меня в порядке? Ага, в порядке, блин… Я по частям разваливаюсь, а он хлопает своими невинными карими глазами и ничего не понимает. Это так бесит! Реборн-то, конечно, всё знал. Он всегда всё знает. Но, зараза, молчит. Я бы пожаловалась, да толку? Каждый раз, когда я пытаюсь через него облегчить свою жизнь, всё выходит в точности наоборот. Вывод: Никогда ничего не проси! Особенно у Реборна! Стала удивительной жизнь тем, что единственным местом в школе, где мне удавалось спрятаться от этого ужасного мира, стал кабинет Дисциплинарного Комитета. Когда никого не было, я сворачивалась калачиком на своём старом, потрёпанном диванчике и предавалась жалости к себе и своей жизни. То время, когда я просто приходила в школу и ничего толком не делала, теперь кажется сном. А может это сон? Вернее кошмар, который не отпускает меня. Хочу проснуться. Хочу чтобы это прекратилось. Всё болит. Особенно спина. На прошлой тренировке что-то хрустнуло в спине и теперь не перестаёт болеть. — Ы-ы-ы… хочу домой… — выла я, обхватив ноги руками и спрятав лицо в коленях. Я, конечно, могу пойти со своими проблемами к Шамалу, но этого извращенца боюсь ещё сильнее. Не жизнь и сплошной треш. — Ну, почему всё дерьмо происходит именно со мной? Ы-ы-ы… — Травоядное, прекрати скулить! — услышала я ледяной голос с другого конца кабинета. — Ты мне мешаешь. Оглянувшись, я увидела, что Хибари тем временем тоже отдыхал, но на своём диване. Он вальяжно раскинулся в полный рост, закинув руки за голову и закрыл глаза. Весь его вид говорил о полной отстраненности от происходящего. Мы с ним вновь в режиме холодной войны. Только работали, но на этом всё. Шаг влево, шаг вправо — расстрел. Его никогда не интересовало, что происходит в жизни его же людей. Ему вообще наплевать на них. Главное результат. «Ты либо победил, либо проиграл», — говорил он. — «Третьего не дано». То, какой ценой досталась эта победа, — неважно. Поэтому я могла хоть умыться кровью и слезами — ему все равно. Хотя нет, вероятнее всего, что мои страдания ещё больше разозлят его. И он только всё осложнит, продемонстрировав, что до этого моя жизнь была сказкой, а настоящий Ад начнётся после его «помощи». Правильнее было собрать вещи и свалить из кабинета, как это делали остальные члены Дисциплинарного Комитета, но нет. Я не хотела уходить. Вообще не хотела шевелиться. Просто замолчала и постаралась сделать вид, будто меня не существует, плотнее сжавшись. Так бы и лежала, но в какой-то момент почувствовала чьё-то присутствие совсем рядом с собой. Кёя бесшумно подошёл к моему диванчику и с любопытством рассматривал меня. — Хибари-сан?! — удивилась я такому повороту, рефлекторно приподнявшись, отскочив от парня к краю дивана. — Ч… что-то не так? — Интересно… — произнёс он, хищно улыбаясь и делая ещё один шаг в мою сторону. — И… интересно? Что? — я уже буквально вдавилась в угол, чувствуя тупую боль в спине, которая при каждом движении только усиливалась. — Повернись, — приказал он. — Повернуться? Зачем? — столько вопросов. На меня не похоже, но Кёя и в самом деле ведёт себя странно. До этого всегда избегал и даже не смотрел в глаза, а теперь сам подошёл и выглядит так, будто у него в голове вертится далеко не «Хакуна Матата». Рефлекс сработал раньше, прежде чем Хибари успел прикоснуться ко мне. Бежать — вот, что надо было сделать с самого начала. Резко сорвавшись с места, я помчалась в сторону выхода, но Кёя всё же успел и схватил меня за ногу. Рывок, и вот я, подобно Пизанской башне, падаю на ледяной пол, мимоходом целуя его. — Хибари-сан! — воскликнула я в ужасе от того, что этот парень намерен сделать. — Прошу, не надо! — фантазия работала хорошо, и всё сводилось к одному — мне это не понравится. Пыталась повернуться на спину и оттолкнуть парня ногами, но Кёя не позволил мне этого сделать, надавив на шею и плечи, прижав к полу. — Ай-яй-яй! — завыла я, чувствуя пульсирующую боль в позвоночнике. — Помолчи, — услышала приказ прямо над головой. — И не шевелись. — Вы… вы… вы хоть понимаете как это выглядит? Хи… хи… хи… Хибари-сан! — Я сказал, помолчи, — всё тот же ровный и ледяной голос. Да что, чёрт возьми, происходит? У меня сейчас сердце на первый этаж убежит, причём через бетонный пол. Мысли сменяют друг друга подобно слайдам на ленте. Так быстро, что я даже не успеваю толком осознать происходящее. Однако почему-то послушалась и, подобрав под голову руки, словно подушку, постаралась не шевелиться, хотя лёгкую дрожь унять не удалось. Сердце отплясывало румбу, учащая дыхание и усиливая боль в спине. Когда что-то болит, это естественное желание стремиться избежать ещё большей боли. А её, как всем известно, причиняет сам Глава Дисциплинарного Комитета. Почувствовала, как были убраны со спины волосы, после чего два пальца прикоснулись к шее и медленно спускались вниз по позвоночнику, прощупывая каждый дюйм. Когда пальцы наконец-то дошли до болевой точки, я невольно охнула, чувствуя дискомфорт. — Хм, как и ожидалось, — усмехнулся парень. — О чём вы? — всё ещё не понимала я, готовясь в любую секунду сбежать. Только бы появился шанс. Но Хибари не ответил, а лишь спокойно взял мои руки и сложил их вдоль туловища. Вновь пальцы прошлись вдоль всего позвоночника, причём уверенное движение чувствовалось даже через одежду. Прозвучал громкий неожиданный щелчок, отдавшийся острой болью во всём теле. Вскрик, сопровождающийся бранными русскими словами, просто невозможно было удержать. Однако это было всего секунду, после чего тупая боль ушла. — А? — удивилась я. — Спина… она больше не болит. Это… это вы? Как? — Я столько раз ломал кому-то позвоночник, что успел выучить кое-какие вещи, — с довольной улыбкой произнёс Хибари, поднимаясь в полный рост и присаживаясь на мой диванчик. — Если не хочешь, чтобы всё вернулось, советую пару минут не шевелиться, — после этих слов, парень сложил свои ноги мне на спину, словно я его пуфик. Более того, достал из моей сумки упаковку шоколадных палочек и принялся спокойно их есть. — Э? Хибари-сан! Это моё! — воскликнула я, стараясь подобно червю выползти из-под ног парня. — Помолчи, — раздражёно бросил он, запрокидывая ногу на ногу и усиливая давление на спину. Я словно под прессом. — Если судить по тому, что я видел, то с танцами у тебя всё хуже некуда, — усмешка. — Всё, как и предполагал. У тебя нет и малейшего шанса на то, чтобы выступить достойно японской девушке. — Естественно! — злилась я. — Начнём хотя бы с того, что я не японка! — Тогда откажись от выступления, — с безразличием бросил он, доставая очередное печенье и с лёгкостью съедая его. — Тц! Как у вас всё просто… Сами меня в это втянули, а теперь, когда насмотрелись на мои мучения, «откажись»? Ха! — с усмешкой повернула голову в сторону Кёи, благодаря чему наши взгляды встретились, хотя выглядело это… по меньшей мере странно. — Не могу, Хибари-сан. Всё уже слишком далеко зашло. Времени на поиск другой танцовщицы — нет, да и победы от меня никто не ждёт. — Значит, ты идёшь участвовать в конкурсе, заблаговременно понимая, что проиграешь? Как жалко. — Хибари съел всю открытую пачку шоколадных палочек и потянулся за следующей. — Мне такое травоядное не нужно. — Что? — не поняла я. — Дорабатываешь до конца учебного года, после чего официально покидаешь Дисциплинарный Комитет, — холодно пояснил Хибари, открывая упаковку со сладостями. — Причину выбирай сама, мне всё равно, но чтобы твоей ноги я тут больше не видел. Неудачники, вроде тебя, меня не интересуют. — Хех… — негромко вырвалось у меня. — Победа или ничего, — вспомнила слова парня. — Именно, — произнёс он. — И если мы друг друга поняли, думаю, это последний наш разговор. — Как скажете, Хибари-сан, — спокойно произнесла я, чувствуя некую обиду. Использовали, перетрясли все нервы, а как только возникла угроза бросить пятно сомнения на Дисциплинарный Комитет — до свиданья. Хотя, возможно, так даже лучше. Я ведь хотела от всего этого избавиться, верно? Я должна улыбаться и радоваться, что всему придёт конец. Вот только… почему так паршиво на душе? Чувствую себя половой тряпкой. Хотя подождите… я она и есть. Официально заявляю: Хибари Кёя — мудак.

— Так-с, объясните мне ещё раз, зачем вы меня вызвали среди выходных, в полдень, хотя знали, что в это время я сплю мёртвым сном? — Дар, прошу! Это важно! — Вот как? А по мне, так это веет неким безумием, Тсуна! — Но ты последняя надежда! Он рыдает непрерывно уже третий день! Всё верно. Я стала своего рода запасным ходом к работе с детьми. И всё бы ничего, если бы не тот факт, что я их до сих пор терпеть не могу. А ведь я даже бы не приходила, если бы Реборн, как обычно не намекнул, что устроит мне ещё то «турне», а Тсуна с воплем не орал в трубку, что это вопрос жизни и смерти. Забавно, что обо мне вспоминают только тогда, когда нужна помощь. Когда у всех всё хорошо, хрен я дождусь звонка. М-да… Жизнь несправедлива. Но вернёмся к сути. Сейчас основной головной болью был Ламбо. Вернее, он всегда является головной болью, но на этот раз всё серьёзно. Не знаю как, но мальчик сломал базуку десятилетия, выстрелив ей в себя. В итоге, тело взрослого Ламбо поменялись с телом маленького Ламбо, но сознание осталось тем же. Не знаю, что тут учудил взрослый парень с мозгами пятилетнего ребёнка, но к тому моменту, когда я пришла к Саваде домой, мне показали тело ребёнка с сознанием взрослого Ламбо. И да, от того что произошло, парень не выдержал, сжался в комок и непрерывно плакал. — Он такой уже третий день! — пояснял Тсуна, когда мы сидели у него в комнате. — Не ест, не спит, только плачет. — А разве десятилетняя базука не действует всего пять минут? — удивилась я, смотря на хныкающий комочек в углу. — Так и есть, — согласился Реборн, что находился также в комнате Тсуны. — Но похоже при её поломке что-то замкнуло. Теперь не ясно сколько Ламбо пробудет таким. — Хнык! Хлюп! Ы-ы-ы! — послышалось со стороны депрессивного угла комнаты. Видно, эти новости ещё сильнее расстроили Ламбо. — Ясно, — вздохнула я. — От меня что хотите? — Ну… — Тсуна помедлил, вопросительно посмотрев на Реборна. — Прошу! — резко сложил ладони перед собой, встав на колени, словно молился. — Возьми его к себе на какое-то время! Я переживаю, а зная о твоей ауре… — ЧЕГО?! Ламбо у меня дома?! — вот этой подставы, пожалуй, не ожидала. — Отказываюсь! Нет! Никаких детей! — Хлюп! Хнык! Шморк! Ы-ы-ы… — Дар! Очень прошу! Умоляю! Это же Ламбо! — стонал Тсуна. — Тем более сознание взрослого. С ним будет намного проще. Просто… проследи за ним, чтобы питался и спал! — А задницу ему подтереть не надо?! Тсуна, я ужасная няня. Может ты и справляешься с ролью «Отец года», но на меня в этой теме лучше не рассчитывать. Да и с чего ты решил, что со мной он перестанет рыдать? На этот вопрос, ответил Реборн в своей манере. Вернее, просто пнул Ламбо с такой силой, что малыш прямиком полетел ко мне в руки. Я смотрю вопросительно на Ламбо, он на меня, секунда и теперь мальчик мёртвой хваткой обнимал меня за шею, не желая слезать. Более того, он наконец-то замолчал. От такой реакции Тсуна облегчённо вздохнул и улыбнулся. — Спасибо, Дар. — Я не давала согласия! — вскрикнула я, рефлекторно придерживая малыша одной рукой. — Мама приготовила сумку с его вещами и любимыми лакомствами, так что на счёт этого можешь не переживать, — продолжал парень, накидывая мне на свободное плечо спортивную сумку доверху набитую одеждой и едой. — Ты меня вообще слышишь?! — злилась я, но на мои эмоции вообще никто не реагировал. — Также посмотри базуку, — добавил Реборн, закидывая на плечо ещё одну сумку из-под которой торчала базука десятилетия. — Может, разобрав её, ты поймёшь в чем поломка и исправишь её. — Реборн, ты спятил?! Я эту штуку вообще за всю свою жизнь видела лишь несколько раз, и то в руках Ламбо! Как я с ней разберусь? — Большое спасибо, Дар! — Тсуна поклонился в поясе, после чего развернул меня к выходу и стал подталкивать в спину, давая понять, что «гостям» пора и честь знать. — Ты лучше всех! Я твой должник. Если что, звони. — Это сговор! — бросила я через плечо прямо парню в лицо, на что тот покраснел и нервно засмеялся, подталкивая меня ещё сильнее. Вот честно, если бы не сумки и ребёнок на шее, как дала бы ему леща с вертушкой, что сам Чак Норрис аплодировал бы мне стоя. Но нет. Входная дверь дома Савады звонко захлопнулась за спиной, давая понять, что выходные отменяются. — Дерьмо!

Так, если мы это поставим сюда, а это сюда, и подкрутим здесь, то в итоге, получится… ПОЛНАЯ ХРЕНЬ! Как? Как я могу это починить, когда даже не знаю, как оно должно нормально выглядеть? Чёрт! Это бесполезно! — Что б вас всех… — устало выдохнула я, гневно отталкиваясь от стола и облокачиваясь на спинку стула. — Советник, может для начала стоит связаться с моей семьёй и попросить чертежи? — спросил Ламбо, который до сих пор находился в детском теле, и теперь просто сидел рядом со мной на краюшке стола, попивая молоко через трубочку. — Я не знаю их телефона, а Реборн у нас такой «важный», что не запоминает номера тех, кто ниже его по статусу, — фыркнула я. Это задело Ламбо. На лбу возникла напряжённая жилка, но ненадолго, уже через секунду он вновь был спокоен и слегка ленив. — На обратной стороне базуки должен иметься штрих-код с номером телефона мастера, который изготавливал эту модель, — предложил мальчик, спрыгивая со стола и закидывая пустую упаковку из-под молока в мусорное ведро. — И ещё, — добавил Ламбо, немного изменив тон на более строгий. — Советник, уж ты-то должна понимать, что семья Бовино не так проста, как кажется на первый взгляд. — О чём ты? — нахмурилась я. — Я знаю, что сказали тебе Реборн и Гокудера Хаято, — начал Ламбо, по деловому скрестив на груди руки. Небольшая тень легла на лицо мальчика, придав ему некий мрачный и таинственный вид. — Они заверяют, что наша семья настолько слаба, что о ней даже никто не слышал. Но не кажется ли тебе это странным, учитывая, что именно моя семья изобрела оружие позволяющие путешествовать на десять лет в будущее? Что ж, тут есть доля истины. Я уже не раз об этом задумывалась. Ламбо всегда ведёт себя шумно и избалованно. Кричит и ругается со всеми, кто хоть как-то заденет его гордость. Но в тоже время носит с собой нескончаемый запас оружия, приехал в Японию один в возрасте пяти лет, у которого имелась особая миссия — убить Реборна. Эту миссию возложили на него боссы семьи Бовино, а значит, доверяли малышу. К тому же наличие такого огромного арсенала оружия говорит о том, что семья Ламбо далеко не бедна, хотя и прячется в тени. Возможно, это сделано намеренно. А почему нет? Если подумать и представить, что я изобретатель десятилетней базуки, то хотела бы, чтобы о моём изобретении узнали? Сомневаюсь. Скорей захотела уйти в подполье, и жить как можно тише. Иначе за это оружие могла бы начаться война. Хоть она и отправляет в будущее всего на пять минут, видно, что время тут ограничено намеренно. И нынешняя ситуация с Ламбо тому прямое доказательство. — В моём времени семья Бовино находится под твоим началом, — продолжил мальчик, шагая в сторону одной из сумок, которую мне передал Тсуна. Немного порывшись, он достал оттуда пакет с виноградом, после чего вернулся к столу, за которым я сидела. — Ты, как Советник, быстро осознала всю выгоду и положение нашей семьи и не стала упускать такой шанс. Возможно, этому даже послужил сегодняшний вечер. — Ты хочешь сказать… — медленно произносила каждое слово. — Что я отдаю вам прямые приказы? — Ты — Советник семьи Вонгола, — пожал плечами. — Ты многим отдаёшь прямые приказы, даже не советуясь с Боссом. Однако большего я говорить не стану, — сев на край стола, Ламбо впихнул светло-зелёную виноградину мне в рот, стоило только раскрыть его, чтобы задать очередной вопрос. — Ты сама запрещаешь мне говорить что-то, что может повлиять на ход событий. — Ну… это логично, — согласилась я, надкусывая сладкую ягоду. Надо же, а через десять лет я, оказывается, настолько крута! Блин, мне это начинает нравиться. Так, стоп. Дар, приди в себя. На чём я там остановилась? Ах, да. Базука! Осмотрела её со всех сторон ещё раз. Тщательнее. Штрих-код был найден не сразу. Также имелась небольшая чёрная эмблема в виде двух бычьих рогов, говорившей о принадлежности семьи Бовино. В принципе, с итальянского «Bovino» и переводится как «Крупный рогатый скот», чем Ламбо несказанно гордится. — Интересно, сейчас нормально им звонить? — посмотрела на настенные часы, на которых было указано половина десятого вечера. — Не волнуйся, Советник, — улыбнулся Ламбо, прикрыв один глаз. — Уверен, сейчас в Италии день. Тем более, разве это не чрезвычайный случай? — он прав, и я всё это прекрасно знаю. Просто… никогда не могла подумать, что добровольно решусь на телефонный звонок в семейство мафии. Трясущимися пальцами набирала номер, чувствуя, что сейчас сердце выпрыгнет из груди. — Только ты это… — добавил Ламбо, когда стали слышны длинные ожидающие гудки. — Представься «как следует». — А? — не поняла я. Как следует? То есть? Как мне представиться? Я в мире мафии не так долго и обо всех этих секретных приветствиях, совершенно не знаю. — Да? — услышала мужской баритон с лёгкой хрипотцой. Говорили на итальянском. — Здравствуйте, — для начала поздоровалась. Может мне и не ведомы правила мафии, но обычные правила этикета знакомы. Вот только, на всякий случай, придала своему голосу строгости и официальности. Чёрт возьми! Пятнадцать лет в обед, а я тут в мафию играю! Верните мне мои куклы и машинки! Не хочу взрослеть! — Как я могу поговорить с Боссом семьи Бовино? — Это он и есть, — произнёс мужчина, выдавая своим голосом настороженность, недоверие и злость. — Кто спрашивает? — Представитель семьи Серра — Дарья, — на той стороне трубки послышался кашель. Кажется, мой собеседник подавился. Воздухом. Что мне делать? Подождать, когда он закончит кашлять? Или сразу перейти к делу? А может он не верит и сейчас просто смеётся надо мной? Ох, я волнуюсь. — Ко мне в руки попала одна любопытнейшая вещица. Думаю, вы сами догадываетесь, какая именно. Как бы то ни было, десятилетняя базука сломана, а у меня недостаточно информации, чтобы починить её. Необходимы чертежи, либо человек, что знаком с данной техникой. — Если… — мужчина стал тяжело дышать. — Если базука у вас… значит… — Да, — ответила я, понимая к чему он. — Ламбо тоже со мной. — Госпожа Серра, — начал мужчина официально, делая небольшую паузу, чтобы продолжить. — Если всё так, как я думаю… могу ли надеяться, что вы с Ламбо… друзья? Посмотрела на мальчика. Тот всё прекрасно слышал и теперь смущённо отводил взгляд, явно не ожидавший ничего серьёзного. — Да, — ответила я. — Можете. Я и Бовино Ламбо — друзья. Щёки мальчика тут же вспыхнули алым, а в зелёных глазах засверкали звёзды счастья. Даже учитывая то, что сейчас передо мной сознание ровесника, он был явно счастлив такое услышать. Что ж… а как иначе объяснить то, что я тратила свой свободный вечер, на помощь такому оболтусу? Только так, не иначе. Однако больше всего меня удивила реакция Босса семьи Бовино. — Я… хлюп… незамедлительно распоряжусь, чтобы вам доставили… хнык… всё необходимое. Госпожа Серра… хнык… можете не волноваться, — мне кажется или мужик плачет? Теперь понятно в кого Ламбо такой плакса. — Эм… хорошо, — ответила я, чувствуя некую неловкость, так как буквально ощущала поток слёз и соплей. Что ж поделать? Итальянцы эмоциональный народ. Мне ли это не знать? Как только телефонный разговор завершился, буквально через пять минут в дверь дома постучались. Я ожидала чего угодно, но не то, что на пороге возникнет два деревянных ящика с выжженной эмблемой семьи Бовино на древесине. Такой оперативности можно только позавидовать. Самое интересное, что посыльный исчез. Ящики были тяжёлыми, так что перетаскивали их мы с Ламбо вдвоём. И то не сразу. Постоянно приходилось делать передышку, так как я волновалась за спину. — Что же там? — любопытствовала я, доставая из ящика инструментов молоток и отвертку. Несколько скрипучих русских ругательств спустя, нам открылось нечто дивное. — Оливковое масло, спагетти, томатная паста, бутылка вина, кофейные зёрна, какао-бобы… хм. Вполне неплохо и мило, да. Вот только… где схема базуки?! Я, вроде, её просила! — Думаю, вот, — Ламбо указал на небольшой клочок бумаги сложенный несколько раз и засунутый в самый угол ящика. Всё выглядело так, словно эту схему, в принципе, подложили случайно. Ну, или уронили, пока упаковывали провиант в армию. Также на дне первого ящика имелось небольшое письмо:

«Уважаемая Госпожа Серра Дарья, Семья Бовино безумно счастлива знать, что Вы признали нас и приняли как своих Друзей. С этого момента можете полностью полагаться на нас и при необходимости всегда обращаться за помощью. Уверяю Вас, мы располагаем не только такими новшествами, как базукой десятилетия, но также другими не менее дивными вещами, которые можно спокойно использовать как в виде оружия, так и в исследовательских целях. Если у Вас возникнет желание ознакомиться со всем ассортиментом, только скажите, и мы вышлем Вам полный и подробный список наших разработок. Также с удовольствием хотелось бы познакомиться лично, так что, хоть и понимаем, что Вы довольно занятой человек, будем с нетерпением ожидать Вас в наших краях, в качестве дорогого гостя.

Отныне верный Ваш Друг Босс семьи Бовино Торо.

P.S.: Если Ламбо будет доставлять проблем, прошу, не стесняйтесь и сообщите мне лично. С ним у нас будет свой разговор.»

— Чёртов старик, — фыркнул Ламбо, также прочитав письмо. — Кем он там себя возомнил? — но тут же остыл и тяжело выдохнул. — Эх… в любом случае, теперь у тебя есть те, кто поможет в некоторых вопросах. Особенно тех, что касаются оружия. Думаю, ты сама решишь, как распорядиться этими возможностями. — Ты так говоришь, будто тебя это не касается, Ламбо, — бросила я, складывая письмо. — В конце концов, ты и сам из семьи Бовино! — Но меня это вполне устраивает, — мальчик довольно улыбнулся. — А что в другом ящике? Даже представить не могу, что бросил старик. — Хм… — раздражение быстро сменилось любопытством, и я вновь взялась за молоток. Во втором ящике полезных вещей было больше. А именно: шоколад в виде цельных кирпичиков, запасные части для базуки десятилетия и… деньги. Довольно большая сумма денег. Причём в двух видах валют, в иенах и в евро. — Э-э-эм… Это ещё что такое? Взятка за молчание? — спросила я, держа пачки с деньгами. — Об этом мы точно не договаривались. Шоколад, так и быть, возьму, но деньги… Ламбо, мне это не нравится. — Да, — устало произнёс парень в теле мальчика. — Старик порой не знает меры. Но раз такое дело, — посмотрел на меня. — Может, сходим в магазин? — я уже собиралась возмутиться, но мальчик поднял перед лицом пустой прозрачный пакетик. — Виноград кончился, а я есть хочу. — Эх… ладно, — отложила молоток в сторону. Как не посмотри, а Ламбо, пока живёт со мной, моя ответственность. — Собирайся. Прогуляемся до ночного универмага. Хоть парень и пытался скрыть свои эмоции, под маской безразличия и сонливости, мимолётную счастливую улыбку и румянец на щеках я всё же уловить успела. Ему же сейчас столько же как и мне, верно? Однако моё присутствие делает его всё равно счастливым. Наверное… не уверена. Но, как бы то ни было, он перестал плакать, а это уже чего-то да стоит.

В отличие от дневных магазинчиков и кафе, которые находятся практически на каждом углу, ночных универмагов в Намимори всего несколько штук. И то, как правило, находятся у чёрта на куличках. Добираться до них приходится пешком, и зачастую это занимает от тридцати минут и больше. В зависимости от того, с какой скоростью ты передвигаешься. С Ламбо мы как-то не спешили. Весенняя ночь пахла сырой землей и только-только появившейся травой. В марте снега уже нигде не было. Всё шло к ранней и тёплой весне. Эх, вот только меня это не радовало. — Тебе не холодно? — спросила я, после нескольких минут молчания. — Мне-то нормально, но ты всё же в теле пятилетнего ребёнка. — Спасибо, Советник, всё хорошо, — отозвался Ламбо. — Хоть я сейчас и ребёнок, но позаботиться о себе могу. — Ага, как же, — усмехнулась я. — И именно по этой причине ты теперь ночуешь у меня. Кстати, ты ведь спишь ночью, верно? Надо что-то с этим придумать. — Это тоже не обязательно, — вздохнул парень. — Если надо, могу не спать. — Ой, да ладно, — отмахнулась я, удивляясь тому, как парень изменится с возрастом. Прям само очарование. — Всё равно я буду заниматься базукой и изучать схему. — Хм? Думаешь, сможешь починить за одну ночь? — Я вообще стараюсь по этому поводу не думать, — обречённо вскинула подбородок, посмотрев на ночное небо. — Но что-то делать нужно. Ну, а если подумать, кто ещё с этим справится? Реборн? Да ему на Ламбо, как зайцу, стоп-сигнал. Тсуна? Такеши? Эти парни в самом конце списка. Хотение может и имеется, но вот возможности на нуле. Хаято? Да, с ним можно было бы посидеть-покумекать, но этот парень предпочитает работать в одиночку и, учитывая вспыльчивость Гокудеры, от него будет больше проблем, нежели пользы. В итоге, всё только испортится, и парень пойдёт в какой-нибудь японский храм, молить духов вернуть всё, как было. Всегда ему удивлялась. Как такой умный и просвещённый человек, как Гокудера Хаято, способен верить в подобную ересь? Кто есть ещё в списке? Женский коллектив? Бьянки? Ох, с ней Ламбо обсуждать даже опасно. Она вечно словно полубезумная гонится за взрослым парнем, называя его Ромео, так как они похожи внешностью. Киоко и Хару? Они, конечно, милые и добрые, но сомневаюсь, что в технике шарят. В принципе, как я поняла, они вообще ничего не знают из того, что творится в их круге общения. Ни о мафии, ни о семье Вонгола, вообще ничего. И почему я только попала в ряды «счастливчиков»? Была бы как они, ничего незнающая, улыбалась и обращалась к каждому парню, добавляя приставку «кун» и «сан». Э-э-эх, эта жизнь меня убьёт. Одно радует, наличие Ламбо рядом и его слова, означают то, что до двадцати я всё же доживу. Но это не точно. Мы старались идти по освещенным центральным улицам. Однако на одном из перекрёстков заметили небольшое скопление людей. Издалека они выглядели вполне угрожающе. Высокое телосложение, все в чёрном, и голоса такие, словно с тобой демоны из глубин Ада пытаются связаться. Но я смогла разглядеть у некоторых «батоны» на голове и сразу признала своих сотрудников из Дисциплинарного Комитета. Элвисы патрулируют территорию. Также среди них я заметила фигуру поменьше и без батона на голове. Хибари тоже тут? Если честно, сталкиваться с ним совершенно не хотелось. Поэтому я просто взяла Ламбо за руку и молча повернула в противоположную от толпы сторону. Лучше пройти ещё один квартал, нежели сталкиваться и «любезничать» с тем, кого и так стало слишком много в последнее время. Мы, по сути, даже не разговариваем, но всё равно, после того, как он чётко дал мне понять, что со следующего учебного года наши пути расходятся, я испытываю непреодолимое желание двинуть ему по физиономии. Только воспоминания о том событии, заставляют мою кровь бежать по венам быстрее. Словно я не то, что травоядное, а какой-то мусор. Он демонстративно хотел показать, что бывает с теми, кто проигрывает. Хотя нет, не показать, а вдолбить. Чтобы это было выжжено у меня на корке головного мозга. Так унизительно… Одно сдерживает меня. Парень всё же помог. Вроде как. Правда, сошёлся на том, что ему было просто интересно, получится у него или нет. Уверенности в том, что он что-то делает правильно — не было. Так что это было естественное любопытство, а мне тупо повезло, что всё не стало ещё хуже. Всё бы ничего, я и Ламбо шли спокойно, думая каждый о своём. Однако, похоже, Кёя заметил нас, так как возникло острое чувство того, что тебя преследуют. На тебя смотрят. Буквально прожигают спину взглядом. Но в тоже время отсутствовало ощущение опасности. Наоборот, некое внутреннее облегчение, что без сомнения дало мне понять о личности преследователя. И что мне с этим делать? На кой-чёрт ему взбрело идти за нами? Ну, увидел он меня и что дальше? Стоп, его заинтересовала не я, а тот, кто со мной. Ламбо? Да, скорей всего, он. В темноте не понятно, что это за ребёнок, а особый интерес перед Реборном он даже не скрывает. — Кажется, за нами кто-то идёт, — негромко произнёс Ламбо, переходя на итальянский язык. — Да, — мягко ответила я. — При этом даже знаю кто. — Вот как? — Ламбо посмотрел удивлённо на меня, а потом повернул голову назад. Я последовала его примеру, но Хибари успел скрыться в тенях зданий. Улица казалась пустынной. — Он не желает, чтобы мы его обнаружили. — Тогда сделаем вид, что так оно и есть, — театрально улыбнулась мальчику, словно мы говорили о совершенно левых вещах. Ламбо ответил также улыбкой, после чего мы продолжили свой путь к универмагу. Ночью универмаги всегда пусты и безлюдны. Даже продавцы в основном сидят всего около одной кассы. Сама так часто посещаю магазины, так как в остальное время я либо сплю, либо пашу, как лошадь. Но сегодня был особый день. В принципе, еда у меня была, но вот Ламбо же не будет питаться одним шоколадом, верно? Хотя если учитывать мнение Ламбо с пятилетним сознанием, то он, скорей всего, перейдёт на мою сторону. Тсуна как-то рассказывал, что он даже зубы не чистит. Мы взяли тележку на колёсиках. Не потому, что у нас большой список покупок, а потому что Ламбо неожиданно вспомнил, как это весело и предложил мне покататься вдоль рядов, пока никто не видит. Сначала эта идея показалась мне глупой, но потом… один раз живём! — Так кто это? — спросил меня Ламбо, всё ещё продолжая говорить на итальянском языке. — Лица я не видел. — Жаворонок, — пояснила я, на что тот понимающе ухмыльнулся. — На какой стадии ваши отношения? — одна из моих бровей удивленно поползла верх. — Не пойми меня неправильно, но когда молодой парень следует за девушкой… Нутром чувствую, что тут не обошлось без романтики. — Твоё «нутро» ошибается, Ламбо, — фыркнула я. — Единственная стадия наших отношений ограничилась на том, что мы позволяем друг другу мирно существовать. Он не лезет в мои дела, я в его. Идиллия! — Однако в универмаг он всё же заглянул, — усмехнулся мальчик, смотря своими зелёными глазами в ту сторону, где по нашим ощущениям находился Хибари. И в самом деле. Что опять за игра в «кошки-мышки»? Его это забавляет? Может, пытается узнать больше о своём потенциальном противнике? Или все его действия основанным чисто охотничьим инстинктом? Ох, я не понимаю его. Он же школьник, верно? Обычный школьник, как и все. Разве у него не должно быть дома, родителей, обычных подростковых хлопот? Зачем он занимается этим? Почему стремится всё контролировать? Даже то, что, по сути, ему не понятно. Это уже какая-то патология. Хотя опять же, возможно, его интересую не я, а Ламбо. Да уж… дети вокруг меня собираются отнюдь не от мира сего. Однако все эти мысли тут же отступили на второй план, так как я увидела то, ради чего стоит жить — шоколадную пасту Nutella. Даже не задумываясь, закинула в тележку сразу несколько банок. — Ну и ну, — вздохнул Ламбо. — Советник, твоя любовь к шоколаду иногда доходит до безумия. — В чём дело? Мы и тебе сейчас винограда возьмём, — отстранённо пожала плечами. — Да нет, я не об этом. Просто, — парень в теле мальчика приподнял на меня один сонный глаз. — Эх… Ты довольно умная девушка, но о себе совершенно не заботишься. К тому же эта черта не изменится и за десяток лет. Но раз мы оказались в таком положении, то почему бы не использовать его? — Ламбо выпрыгнул из тележки и стал толкать её в сторону овощного отдела. — О чём ты, Ламбо? — последовала за подростком. — Думаю, пока ты будешь занята ремонтом базуки, я позаимствую у тебя кухню, — бросил через плечо Ламбо. — В принципе, все ингредиенты у нас уже есть, так что осталось взять совсем немного. — Ингредиенты для чего? И что ты хочешь взять? — ох, предчувствую, что руки у меня растянутся как у бабуина. И сама идея, что маленькая версия Ламбо будет у меня хозяйничать — безумно пугает. — Ламбо, может не надо? Ну, её, эту готовку. Давай лучше полуфабрикатов купим, если ты так голоден. А мне и шоколад пойдёт. Да и вообще, разве ты умеешь готовить? — Конечно, — послышалась лёгкая усмешка. — Прекрасным леди больше нравятся мужчины, которые разбираются как в еде, так и в моде. Так что в этих вопросах мне нет равных. — М-да… похоже Тсуна вырастил Дон Жуана итальянской версии, — обречённо вдохнула. — Ладно, делай, как знаешь. Так что ты готовить-то собрался? — Спагетти под томатно-чесночным соусом, — я вспомнила все недавние подарки, что сейчас дожидаются своего часа у меня дома. В принципе, и сама могла догадаться. — Единственного, чего не достаёт, это хорошего куска мяса. Хм-м-м… посмотрим, — мы как раз остановились перед открытым холодильником, на полках которого лежали различные куски мяса всех видов. От цыплёнка, до крокодила, хотя сомневаюсь, что это именно то, о чём все подумали. Я так вообще проверять сей факт на достоверность не намеренна. — О! Вот! Вполне подойдёт… — маленькие ручки уже потянулись к куску, который приглянулся Ламбо, но не тут-то было. Его резко перехватили прямо у самого носа. Хибари Кёя наконец-то решил показаться. — Хибари-сан?! — сделала искренне удивлённое лицо, после чего мило улыбнулась. — Не ожидала вас увидеть здесь, — если не считать того факта, что ты чёртов сталкер. — Тоже проголодались? — указываю взглядом на мясо. — Пф! Проголодался он. Ага, как же, — недовольно бросил Ламбо, продолжая говорить на итальянском. Но потом просто взял соседний кусок мяса, понимая, что лучше не злить его. Однако тот факт, что Хибари не понимает итальянского, всё же привело парня к ярости. — Oh, mio Dio! Che mostruosa aura?! Похоже, Ламбо напугала чудовищная аура, которую излучал Хибари, так как тут же попятился назад, рефлекторно хватаясь за мою ногу и прячась. Я ауру Кёи не видела, но слышала, что она больше похожа на огромный фиолетово-чёрный сгусток, окружающий парня. И чем Кёя злее, тем чёрнее сгусток. И даже притом, что Ламбо успел повидать многое из будущего, это зрелище ему явно не по нраву. Вон, как лоб вспотел. — И что же делает школьница в столь поздний час? — холодно спросил Хибари, заглядывая в нашу тележку. — Хм, не кажется ли тебе, травоядное, что этого чересчур много для простого ночного перекуса? Опаньки! Да Кёя точно не в духе. И причина тому не я или Ламбо, а что-то другое. Проблемы в городе? Или в школе? Ну, то, что под конец года все словно с ума сходили, это ладно. Экзамены, контрольные, вечные тесты, кипа документов, заявок… и так до бесконечности. Парню хотелось разрядиться. Подраться с кем-нибудь. Причём неважно с кем. От того и увязался, так как рассчитывал встретить Реборна. Но увы и ах, перед ним оказался обычный пятилетний мальчик. Разочарование отчётливо читалось в его серых глазах. — Ну, я же не одна. У меня гости, Хибари-сан, — чтобы успокоить Ламбо, потрепала его волосы на макушке. Так я обычно делаю Фууте, и он всегда успокаивался. Вот и сейчас Ламбо тут же пришёл в норму и опомнился. Однако лицо Кёи немного помрачнело. Не могу понять о чём он думает, но вот он смотрит на мою ладонь, которой я трепала волосы мальчика, и в его глазах словно что-то проскальзывает. Какое-то воспоминание, после которого он испытывает одновременно и покой, и ярость. Ясно одно — пора валить. — Ну, всего доброго, Хибари-сан. Взяла одной рукой ладонь Ламбо, а второй тележку, покатив её в сторону кассы. — Травоядное, — обернулась. — Не передумала на счёт конкурса с веерами? — Хибари-сан, я может, и выгляжу лениво и неопрятно, да и вообще не внушаю доверия, но слова на ветер не бросаю. Если что-то обещала, то держу обещание до конца, — при каждом произнесённом слове смотрела парню в глаза. — Вау, — на лице мелькнула азартная улыбка. Он воспринял мои слова как вызов. — Это будет интересно. Обязательно посмотрю на это «шоу». — Надеюсь, вы останетесь довольны, — мы говорили, не повышая тона в голосе, но на самом деле это было сражение. Сражение того, за кем останется последнее слово. Я не стала дожидаться его позволения, а вновь направилась к кассе. — Как и я, — всё-таки бросил он в спину и напоследок швырнул отобранный у Ламбо кусок свинины прямо нам в корзину с едой. От такого неожиданного ядра, банки с шоколадной пастой громко звякнули, но остались целыми. Я принципиально не обратила на это внимание. — Боже-боже, — вздохнул Ламбо, немного оборачиваясь. — Вот смотрю я на это и совершенно не понимаю, как вы, в итоге, найдёте общий язык? То, что происходит сейчас, больше похоже на танец со Смертью. Причём тот, кто собьётся с ритма — мертвец. — Думаю, для меня это ещё большая загадка, — провела устало ладонью по волосам. — Ладно, идём готовить спагетти и разбираться, что всё же произошло с тобой.

Глава 18. Конец учебного года

Разобраться с базукой десятилетия всё же удалось, хотя я до сих пор не верю в то, что справилась. Как выяснилось, Ламбо умудрился хорошенько ударить конец оружия, повредив внутри специальное овальное зеркальце, которое собирало потоки энергии и фокусировало их в снаряд. В принципе, это зеркальце напоминало собой светоотражатель, что встроен в каждый фонарик около лампочки. И всё бы ничего, но при этом тряска сбила настройки базуки, и теперь за место пяти минут, парень проторчал в этом времени целую неделю.

После починки базуки и возвращения Ламбо в его нормальное состояние я отправилась обратно к Тсуне, возвращать «презент» владельцу. Хоть парень и старался скрыть свои эмоции, но всё же было видно, что Тсуна радовался нынешнему состоянию мальчика. Он уже давно к нему привязался, как и ко всем остальным.

Хотелось сразу уйти, но налетела остальная детвора, что сразу же перекрыла пути к отступлению, и стала вопить, что они тоже хотят пожить у меня дома и так не честно, что всё веселье достаётся только Ламбо. И ладно бы об этом говорила только И-Пин, так ей вторил Фуута и сильнее всех дёргал за руку, обращая на себя внимание. Также в доме Савады была Хару. Девушка была очень удивлена такому поведению детей, особенно когда я каждого стала отпихивать и руками, и ногами.

— Тсуна, забери их! — злилась я, утыкаясь пяткой в лицо Ламбо, но тот только ещё больше смеялся. — У меня нет на это времени!

— Ламбо-сан хочет, чтобы с ним поиграли! — вопил мальчик.

— И-Пин тоже! — послышался голос девочки рядом с ухом.

— И я! — хватке Фууты можно только позавидовать. Тем более опыт у него есть.

— Ох, как же вы надоели! — вздыхала я, чувствуя, что нет ни капли силы бороться ещё и с детьми.

— Дар! Как ты так можешь? — кричала на меня Хару, наблюдая за нашей вознёй. — Нельзя отталкивать детей! Дети — это милые, невинные ангелочки, которых нужно любить и лелеять.

— Дети — это злобные, надоедливые монстры, от которых нужно бежать без оглядки, — парировала я, на что девушка разозлилась ещё сильнее, надув щёки и покраснев, как редис.

— Ха-хи?! И это суженная Тсуны-куна?! Не бывать этому! — девушка протестующее замахала руками. — Хару идеально справится с этой ответственной ролью! А ты… Страшно представить какой Дар будет матерью…

— А тут и представлять нечего, — усмехнулась я. — Их у меня не будет. Не-не-не! Никогда я на это не соглашусь. Только через мой труп.

— Ха-хи?! — эта новость вообще ввела девушку в ступор. Дети на миг остановились и стали смотреть то на меня, то на злую Хару. Похоже моё мнение на счёт детей очень задело её, так как следующее, что она произнесла, было: — Ты ужасна, Дар! Я и раньше замечала, что в тебе отсутствуют некоторые эмоции, но теперь точно могу сказать, что в тебе нет и капли человечности. Не веришь в любовь, не любишь детей, относишься к ним как к насекомым, от которых необходимо избавиться. И самое обидное то, что тебя мои слова, скорей всего, совершенно не волнуют! Ты словно робот! Бесчувственный робот!

— Хм-м-м… — я задумалась, прислушиваясь к своим чувствам. Ну, что могу сказать? — Ты права.

— Ха-хи? — злость сменилась удивлением.

— Всё так, — наконец-то смогла встать в полный рост, так как дети внимательно за всем следили и не влезали в разговор. — Всё, что ты сказала про меня — правда. Но мне всё равно. Это моя жизнь, и мне нравится то, как я её проживаю. Так что всё, я пошла. Тсуне и Реборну передавайте «привет».

Хозяина дома и Реборна не было в его комнате, так как они готовили для всех чай с бутербродами, но, видно, отведать их не судьба. Если честно, я и правда не обижаюсь на слова Хару. Во-первых, я давно знаю, что мои эмоции зачастую не такие как у других. Мне на многое всё равно. На боль и страдания других. На их нужды и желания. Пока это не коснётся меня лично — мне плевать.

Любовь? В это верят только наивные и глупенькие мечтательницы, такие как Хару. Что вообще такое «любовь»? Если переводить его с древнегреческого, то оно означает «желание». И что теперь, мне верить в этот мифический бред про радужных единорогов и крылатых фей? Я вас умоляю!

Дети… ну, тут и так всё ясно. Рядом со мной они дуреют, и меня это пугает. А что будет, когда у меня появятся свои чада? Я же и спрятаться толком никуда не смогу. Или просто сбегу, оставив их на шее отца-неудачника. Кстати, Тсуна справился бы с этой ролью идеально.

Да и Хару сама по себе неплохая девчонка, просто она вечно злится, когда признаётся в своей симпатии Тсуне, а сам парень даёт ей понять, что ничего такого с ним ей не светит. Да ещё и Гокудера вечно твердит, что именно я суженная Тсуны и Хару ждать нечего. Любая бы девушка злилась. Я бы удивилась, если бы она попыталась со мной подружиться. Сразу бы ждала ножик за спиной. Да и, возможно, на неё действует моя аура.

Кстати, она действует не на всех. Например, Ямамото, вроде, с первого дня ко мне нормально относится. В чём разница, пока уловить не могу, но есть люди, которым достаточно раз увидеть и они уже желают побыстрей от меня избавиться. Есть те, для которых я как невидимка. Вроде бы есть, а вроде бы нет. Неважно. Призрак, одним словом. А есть и такие, которые сразу же тянутся. Как дети. Желают прикоснуться, поговорить… Вот бы понять, чем эти люди отличаются, и как этим управлять? Хочется всё же социально адаптироваться, а то мне уже пятнадцать, но проблем меньше не становится.

— Это не правда! — услышала я гневный вопль Ламбо, как только закрыла за собой дверь. Кажется, он кричал на Хару. — Дар хорошая!

— Ламбо-чан? — не понимала девушка, ведь она только что заступалась за него, но вышло всё не так, как она того ожидала.

— Дар хорошая! — повторил Ламбо. — Дар игралась с Ламбо-саном! Дар угощала его виноградом и починила базуку. И Ламбо-сан не ребёнок! Он киллер! Очень злобный и опасный!

— Ламбо, стой! — послышался крик И-Пин, после чего прогремел взрыв. Кажется, Ламбо пытался продемонстрировать сказанное делом и использовал одну из своих гранат, но всё ли так, мне проверять пока не хочется.

— А?! Взрыв?! — из кухни к лестнице выбежал Тсуна в фартучке с Реборном на плече. — Дар, что случилось?

— Меня не спрашивай, — улыбнувшись, ответила я, спускаясь по лестнице и проходя мимо парня.

Секунду он с непониманием смотрел на меня, а после сорвался с места и побежал в сторону своей комнаты, ворча, что если это опять проделки Ламбо, он останется без ужина. Странно, но в тот момент я изменила своё мнение об этих детишках. Правда, совсем чуть-чуть. Но всё-таки поступок мальчишки немного приподнял мне настроение.

Хоть меня и не задели слова Хару, они ещё часто всплывали в моём сознании. Особенно в школе на большой перемене, когда я намеренно оставалась одна во время обеда. На крышу пробраться уже не составляло возможности, так как с наступлением тепла, там всё время предпочитал отдыхать Хибари. Он не любил, чтобы кто-то мешал его отдыху, а лишний повод для ругани мне искать не хотелось. Приходилось отступать, но и во внутреннем дворе корпуса было неплохо. Там была парковая зона со скамеечками, где я обустраивалась и наслаждалась уединением.

Правда, недолго.

— Привет, Дар! — из-за поворота вылез Ямамото, державший в руке своё бенто. — Опять одна? В последнее время ты постоянно обедаешь либо одна, либо до посинения работаешь в Дисциплинарном Комитете, — парень без спроса подсел рядом на скамейку, смотря на то, чем я на этот раз перекусывала. — Эх… опять сладости… Отец постоянно спрашивает, когда же ты вновь заглянешь к нам. Кажется, ты ему нравишься, ха-ха-ха!

— Ну ты, скажешь тоже, — усмехнулась я, отвечая улыбкой на слова парня. — Просто в последнее время было столько дел. Конец учебного года близок, вот и времени толком нет. В Комитете вечно перебираю документы, потом тренировки с танцами, а потом эта история с Ламбо… Эх, я даже поработать нормально не успевала.

— А! Тсуна что-то такое рассказывал, — вспомнил Ямамото, раскрывая платок, в который была упакована коробочка бенто. — Кажется, его любимая игрушка сломалась, а ты её починила.

— Хех, ну что-то вроде того, — с улыбкой кивнула, доставая из своего пакета, который я заранее принесла, очередное шоколадное печенье. — А сам чего не с ребятами? Вы же обычно обедаете вместе.

— Ха-ха-ха, и то правда, — смущённо ответил парень, почесав затылок. — Просто захотел посидеть с тобой, как в старые добрые времена. А то совсем не видимся. Ты ведь даже на уроки не приходишь.

— Это да, — согласно кивнула, запивая печенье молоком. — Но, вроде, со следующего учебного года всё изменится, — Такеши вопросительно посмотрел на меня. — Ну, я ухожу из Комитета. Уже и заявление написала.

— Правда? Ничего себе! — присвистнул парень. — А я думал, что тебе там нравится.

— Нравится? — я задумалась. — Да нет, вряд ли, — съела ещё одно печенье. — Хотя не знаю. Всё же там есть и свои плюсы.

— Вот как… — произнёс Такеши, вздохнув и посмотрев на чистое голубое небо, на котором не было ни одного облачка.

Погода сегодня, в принципе, была по весеннему тёплой. Всё цвело и пахло. Птички пели, перескакивая с ветки на ветку. Скоро должен начаться сезон цветения сакуры. Знаю, что многим в Японии это мероприятие нравится, но по мне, лучше провести это время дома с вентилятором в обнимку. Жара… и зачем она вообще? Может мне повезёт, и я уеду в горы? Так высоко, где снег не тает, в принципе. Я бы там жила. Кажется, в Японии на некоторых горах построены храмы. Интересно, там можно поселиться? Или арендовать? Было бы неплохо. Хотя меня, скорей всего, сошлют в Ад за такое кощунство.

— Будешь? — Такеши открыл свой бенто и передал мне один онигири с тунцом. Я тут же отказалась, но парень насильно впихнул мне в ладонь комик с рисом. — Кушай. Ведь, кроме шоколада, ты должна ещё что-то есть.

— Да, — усмехнулась я. — В последнее время мне стали это слишком часто говорить, — надкусила. — О, сливочный соус! Вкусно!

— Ага, — заулыбался парень. — Старик заметил, что тебе он нравится, вот и добавил в некоторые соус, — это было неожиданно. То есть Такеши специально приготовился к тому, чтобы пообедать со мной? Похоже, он тоже заметил, что сболтнул лишнего и сразу сменил тему разговора: — У тебя такой задумчивый вид. Что-то не так?

— Ну… — говорить или нет? Хотя, раз Такеши тут, можно кое-что проверить. — Послушай, помнишь, как мы впервые встретились?

— Угу, — кивнул бейсболист. — Ты поступила к нам в класс с Гокудерой. Я даже вначале подумал, что вы родственники, ха-ха-ха. Всегда на итальянском ругались. Так забавно!

— Хех, ну это ладно, — отбросила эту идею. Я и Хаято родственники? Ну, разве что из-за цвета волос. А так всё остальное у нас совершенно разное. — В тот день, когда ты меня увидел, что почувствовал или подумал?

— Ну… — парень удивлённо поднял брови. — Я не помню. Это было так давно. Почти год прошёл.

— Постарайся, может неприязнь? Или страх? Я была пугающей? А может некую настороженность? — хотелось понять способности своей ауры и на кого она действует. В чём её слабая сторона, в чём сильная? Как её вообще контролировать?

— Что? Не-не, всё не так, — замахал он руками. — Скорее… хм-м-м… да! Это было любопытство.

— Любопытство?! — вот такого поворота я не ожидала.

— Ага, — Ямамото достал из своего бенто ещё один онигири и принялся его есть. — Ты отличалась от других. Держалась стороной и выглядела скорее напуганной, нежели пугающей. А потом произошло то событие на крыше… — парень замолчал, смотря куда-то под ноги. Секунда, и улыбка вновь вернулась на его лицо. — Не думаю, что плохой человек сделал бы такое.

— Вот значит как, — я вздохнула. — Ну, я вообще-то не планировала… всё вышло спонтанно… Эх, ладно, — доела свой онигири молча. Стоп, а может он чувствует не как взрослый, что хочет доминировать над всеми, а как ребёнок, любящий играть? Это больше ему подходит. Ямамото Такеши только к бейсболу относится серьёзно. Лучший игрок Средней школы Намимори. Ну-ка, может проверить? Неожиданно положила ладонь ему на макушку головы. Парень был весьма удивлён таким поведением, но руку не стряхнул. — Что ты чувствуешь?

— Что чувствую? — переспросил он.

— Да, — кивнула. — Может, чувствуешь умиротворение, спокойствие, уют, счастье…? — именно так мне описывали свои ощущения дети.

— Я чувствую… — Такеши задумался. — Тепло.

— Душевное?

— Физическое, — засмеялся. — Твоя ладонь тёплая. А ещё мягкая, и пахнет шоколадным печеньем. Эх, даже попробовать захотелось. Ещё осталось?

— Эх… — отчаянный выдох. Ямамото не относится ни к тем, ни к другим. Его вообще не понять. Протянула раскрытый пакетик с печеньем. — Угощайся, — бейсболист довольно опустил руку в пакетик и, не скромничая, взял целую горсть, принимаясь за сладкое. — Получаются, есть и те, для которых моя аура ничего не значит.

— Теперь ты, — услышала голос парня, после чего на мою макушку легла его ладонь. Она была, по сравнению с моей, большой, мозолистой, жилистой и твёрдой. Сразу видно, что он часы проводит в тренировках с бейсбольной битой. — Что чувствуешь?

— Эм… — м-да… забавная ситуация. И что тут сказать? Но, с другой стороны, а правда? Что я чувствую? Закрыла глаза и прислушалась к своим ощущениям. Хм-м-м… ничего. Совершенно ничего. Возможно, Хару права и я просто бесчувственный робот? — Тепло, — с улыбкой отозвалась я, на что парень вновь засмеялся, но руку убрал не сразу. Медленно спустил её к затылку, поглаживая белоснежные волосы.

Прозвенел звонок на урок. Обеденное время пролетело так быстро.

— Ну, я побежал, — бросил Ямамото, вскакивая с места и, прихватив свой бенто, побежал в сторону корпуса «А».

— Странный парень… — вздохнула я, наблюдая за тем, как Такеши исчезает за поворотом.

Всегда улыбается и смеётся. Трудно понять, когда он серьёзен, а когда шутит. Кажется, словно у него ветер в голове. Никакой ответственности. Даже сейчас я теряюсь, что это было? Очередная шутка или проявление чего-то большего. Чёрт… это труднее, чем кажется на первый взгляд. С техникой вести общение намного проще. Там либо «да», либо «нет». А вот с человеческими чувствами… И всё же Хару права. И почему я всё время вспоминаю её слова? Словно это меня задело. Мне же на самом деле плевать, верно? Так почему же?

По спине пробежался холодок, вот только причиной тому был не ветер, а нечто иное. Кто-то следил за мной. Я обернулась и постаралась отыскать взгляд наблюдателя. Каково же было моё удивление, когда наблюдателем оказался Кёя, что стоял в кабинете Дисциплинарного Комитета у окна и с неким презрением следил за мной. Он даже не скрывался, просто скрестил руки на груди и, задрав подбородок, бросал в мою сторону ледяной взгляд. И давно он там? Видно, что да.

Эх, ещё один ненормальный. Вот только как раз его я чувствую. И это до чёртиков порой пугает и успокаивает одновременно. Пойду я лучше работать. Побыстрей бы этот конец учебного года наступил. А то невыносимо уже.

— САХАРНАЯ ВАТА! СВЕЖАЯ САХАРНАЯ ВАТА! ПОКУПАЙТЕ САХАРНУЮ ВАТУ! — кричал на весь зоопарк продавец, прогуливаясь по улицам и завлекая покупателей. Правда от такого крика, даже я, как любитель сладостей, решила держаться от парня подальше.

И да, я в зоопарке. Чёрт возьми! До сих пор не верю в то, что согласилась на это шоу. А ведь всё так неплохо начиналось. Когда вернулась в прошлую пятницу домой, меня встретил Реборн и похвалил за проделанную работу с Ламбо и семьёй Бовино. Он недавно только узнал, что семья Бовино официально на весь мафиозный мир заявила, что отныне будет во всём следовать и поддерживать семью Серра, а особенно это касается их Представителя, то есть — меня. Конечно, сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать, но больше всего был удивлён сам Реборн. Так как он не ожидал, что наступят такие перемены, и вновь заметил, что семья Бовино, как мафиозная группировка, довольно слаба и рассчитывать на них не стоит.

Странно, но в тот момент я была несколько задета замечанием малыша. Возможно, сыграл эгоизм, а может и некая моральная ответственность за эту семью, которую я теперь чувствовала, но, смотря прямо в чёрные глаза-бусинки Реборна, собрала всю волю в кулак и холодно произнесла:

— Ты не прав.

Тогда это был, наверное, не очень умный поступок. По сути, я самолично подписала себе серию проблем предоставленных мне специально господином Реборном, но мне было всё равно. Реборн после этих слов молчал и, не моргая, смотрел на меня, выжидая пояснений. Он не требовал их, не угрожал, не кричал и не смеялся. Просто смотрел.

Тогда я не стала вдаваться в подробности, лишь отметила, что в отличие от самого же Реборна, который игнорирует Ламбо, я попыталась помочь ему и открыла для себя довольно серьёзных людей, у которых есть знания и сила изменять историю. Однако они довольно умны, чтобы лишний раз не высовываться и сохранять все сведения в тайне. И если даже Реборн о них не знает, то об их мощи можно только позавидовать. А ведь единственный наследник этого, тот глупый плакса-Ламбо.

— Хм… — это всё, что тогда услышала от Реборна. Малыш просто опустил голову, благодаря чему тень от полей его шляпы полностью скрыла глаза. Я выжидала. Думала, что ещё секунда и он, разозлившись, попытается меня прикончить. Выстрелит в меня Леоном или усмехнётся, но ничего не было. Мы просто стояли у меня во дворе и молча друг на друга смотрели.

Становилось неловко. Что делать в таких случаях, я не знаю. Поэтому посмотрела на свой дом, за спиной Реборна, потом на самого малыша и неуверенно произнесла:

— Эм… может чайку?

— Не откажусь, — лицо мальчика тут же посветлело, и он, улыбнувшись, прыгнул мне на плечо. Словно Реборн только и ждал приглашения. Но, кажется, это всё был его коварный план, так как следующим, что я от него услышала, было предложение сходить в эти выходные в зоопарк и подобрать для Тсуны личного питомца-спутника.

Естественно, я и животные это совершенно две вселенные. Те, что никогда ни при каких условиях не должны пересекаться. Просто никогда! Но отказаться я… побоялась. После такого недавнего штурма, отказать Реборну было невозможно. И вот теперь… я, персонально, пришла в то самое место, в которое ещё с детского сада клялась при жизни не заходить.

Но ужасы на этом не закончились. Практически за каждым углом торчали дети с родителями, которые то и дело, что обращали на меня внимание. Дети всё время тянулись и старались оторваться от своих родителей, чтобы подбежать ко мне и хотя бы прикоснуться. Это было ужасно! Я чувствовала себя этаким Гамельнским Крысоловом, за которым ушли сначала из города все крысы, а там и малышня. Жуть!

Я даже оделась так, чтобы моя внешность отчётливо говорила — «Не подходи!». Широкая серая толстовка с большим капюшоном, которая прятала пол-лица, спортивные штаны, того же цвета и кроссовки. Ну, чистокровный гопник! Если бы я «такое» встретила в зоопарке, то точно бы сделала всё, чтобы держаться от него подальше. Но правила «страха» похоже детям и животным не писаны. В итоге, я совсем забыла о своей первоначальной цели посещения зоопарка. Главным стало — спрятаться.

Но на эту проблему пришла следующая — нашлись другие гопники, которым я не понравилась с первого взгляда. Буквально возненавидели. Вот это прям, как любовь, только тебя к тому же пытаются и убить.

Всё произошло случайно. Я остановилась в отделе «Животные Африки» и остановилась около верблюдов, что с некоторой ленью и безмятежностью жевали какое-то растение, предоставленное работниками зоопарка. Верблюды мне нравились. Они полностью описывали моё настроение. Один из них обратил на меня внимание, но еда, видно, была вкуснее, также между выбором подойти к ограждению или продолжить трапезу, он выбрал трапезу. Может Тсуне подойдёт именно этот питомец? Ни агрессии, ни злобы, да и выносливость на уровне. То, что надо, для спокойной жизни подростка.

Мимо кто-то прошёл и больно пихнул меня в плечо, от чего я чуть было не упала. Именно тогда, обернувшись, увидела трёх громил, которым моя фигура явно мешала жить. Хотелось высказать пару ласковых, но я знала, что дам им повод, только осложню себе жизнь. Они выше меня и вдвое шире. У меня против троих старшеклассников, если они ещё школьники, нет и шанса. Однако отсутствие моей реплики лишь ещё сильнее обозлило парней, и они решили действовать сами:

— Ты чего мешаешься? — произнёс их лидер гнусавым басом. — Не видишь, что ли, что путь всем загораживаешь? Извиниться не хочешь?

— Извините, — спокойно ответила я, слегка поклонившись, как это принято в Японии, и повернувшись к ним спиной, направилась в противоположную сторону. Влезать с ними в драку вообще не хотелось.

— Тц! И это всё?! — услышала я гневный голос лидера, после чего почувствовала, как меня схватили за шиворот толстовки и слегка подняли над землёй. Словно тряпочку. — Ты похоже не местная и не знаешь, как принято извиняться в Японии.

— Босс, так давайте её научим, хе-хе-хе… — смеялся один из хулиганов.

— А давай! — кивнул лидер, после чего прежде, чем я успела хоть слова сказать или предпринять что-то, перекинул меня через один из заборов, держа за шиворот толстовки над вольером. И не простым вольером, а с такой невинной зверюшкой, как крокодилы.

— Мать моя женщина! — ахнула я, видя, над чем болтаются мои ноги. Хоть расстояние до воды и составляло два метра, спокойнее от этого не становилось. — Отпустите меня! — никакой реакции только смех и легкое встряхивание от чего толстовка стала трещать. — Твари!

— Босс, кажется, она нас тварями назвала, — промямлил один.

— Что-о-о?! — протянул лидер хулиганов, гневно косясь на меня. Чёрт, лишнего ляпнула. Нужно исправляться.

— Что вы, что вы, — постаралась улыбнуться. — Я к чему, все мы твари божьи, верно? Просто кто-то в большей, кто-то в меньшей степени, хе-хе-хе… прошу, опустите!

Парни просто смотрели на меня и ржали. Что-либо придумать в таком положении нереально. Да и что именно? Если бы умела драться или являлась прямым потомком Джеки Чана — вопросов не было, а так, единственное, что я сейчас могла, это обхватить ладонями руку хулигана, сжимающего толстовку, и молиться, чтобы эта самая толстовка выдержала мой вес и не разорвалась в следующую же секунду.

Крокодилы подплывали к тому ограждению, над которым я висела. Узнавать действует ли на этих ящеров моя аура, как-то не хотелось. Да и бессмысленно это. Думаю, они и сами не поймут. Съедят, а потом уже что-то осознают. Нужно выбираться отсюда. Нужно немедленно что-то предпринять. Но что? Сердце буквально выпрыгивает из груди. Попробую поговорить с ними.

— Ребята, пожалуйста, не бросайте меня к крокодилам, — милая улыбка, хотя голос предательски дрожал. — Ну, чего же вы? Я ведь ничего не сделала. Просто мимо проходила. Давайте просто всё забудем и мирно разойдёмся, а?

Я знала, что, по сути, это не они виноваты, а моя аура, из-за которой я всю жизнь страдаю. Что в ней такого классного? Одни только неприятности. Каждый так и норовит атаковать либо начать скандалить. А вот эти парни сразу перешли к делу. Зоопарк — место скопление зла.

— Босс, — мямлил один из хулиганов, смотря прямо в моё лицо. Я старательно пыталась изобразить невинность Фууты. Округлила глазки и надула губки. Ну, просто милое дитя, как такое можно убить? — Босс, её взгляд… он мне не нравится. Злобный, как у змеи.

— Ага, — вторил второй подчинённый. — Или как у волка. Не добрый он.

— Да о чём вы?! — кричала я, чуть ли не плача. — У меня глаза добрые и сияющие. Желтые, как одуванчики. Разве одуванчики могут быть злыми?! Отпустите меня!

— Сейчас тебя и отпустим, — усмехнулся лидер, раскачивая меня из стороны в сторону, и с удовольствием наблюдал, с каким ужасом исказилось моё лицо, ведь крокодилы в вольере следовали точно за маятником.

— Помогите! — вырвалось у меня, но кто нас услышит, когда кругом такой шум и везде играет весёлая музыка из динамиков по всему зоопарку.

Однако кое-что всё же произошло, а именно прогремел взрыв. Причём довольно близко. От такого неожиданного грохота, лидер хулиганов, который держал меня за шиворот, разжал руку и «отпустил». Трудно сказать, что я тогда испытала. Ужас? Панику? Страх? Хм… скорее обречённость. В моей голове пронеслось всего одно слово — «всё».

Я ожидала звонкого плюха в воду, а после звонкое «клац-клац», вдоль всего тела, но не было ни того, ни другого. Приземлилась я на довольно твёрдое и сухое место. Глаза были зажмурены, но по ощущениях подомной был бетон. Куда я упала? Мысли стали посветлее, неужели эти идиоты забросили меня в другой вольер, пока раскачивали, как маятник?

— Ты что, её выронил? Выронил? — слышала я голоса хулиганов. — Чёрт, Босс, я думал, мы просто пошутим и отпустим её.

— Заткнись! — рявкнул лидер. — Я не хотел этого делать! Это случайность! Всему виной этот взрыв! И вообще, поздно что-либо говорить. Бежим отсюда!

Фух, они ушли. А теперь время осмотреться. Открываю глаза и понимаю, что только что оказалась в ещё худшей ситуации. Вольер с крокодилами я поменяла на вольер со львами. Причём их тут было как минимум пятеро. Каждая кошка смотрела на меня голодным взглядом, а их вожак был ближе всех ко мне. Было так страшно, что я даже крикнуть и позвать на помощь не могла. Лёгкие буквально скрутило судорогой. Единственное, что удалось мне сделать, это медленно отползти назад, пока спина не уперлась в каменную стенку вольера. Пути к отступлению полностью перекрыты.

Сжавшись в комок, я стала надеяться только на одно, чтобы они не начали с вытянутой вперёд руки, хотелось ещё хотя бы чуть-чуть побыть в этом мире. Вновь зажмурилась и даже перестала дышать. Утробное рычание животных усиливалось, говоря о приближении хищников.

Это во всём виноват Реборн. Именно он! Если бы не его фокусы, если бы не его просьба, если бы я не согласилась… Эх, иногда я и себя поражаю тупостью. Ведь знала, что это плохо кончится. Знала, и всё равно пошла. Зачем? Один раз живём? Да? Ну-ну, и походу последний. Дар, ты умная девушка, но иногда глупее ребёнка. Чёрт! Чёрт! Чёрт! Что же делать? Был бы при себе хотя бы перцовый баллончик… хоть что-то!

— Хр-р-р… — прозвучало прямо над самым ухом. Рука ещё цела. Они обнюхивали меня. Длинные жёсткие усы уже не щекотали, а буквально царапали лицо, хотя я его и спрятала в коленях. На утробный рык отозвались и остальные члены стаи. Хотя подождите… это не рык, это урчание. Как у кошек.

Я медленно, не совершая никаких резких движений, приподняла лицо и посмотрела на стаю львов, что буквально нависали надо мной. Нависали, но не трогали. Лишь наблюдали слегка с любопытством, склонив головы набок. Раскрытая ладонь всё ещё была вытянута вперёд. Её как раз обнюхивала одна из львиц. Что же она сделает? Секунда и совершилось невозможное. Львица склонила голову и позволила мне прикоснуться к её макушке. Она ластилась, требуя внимания и перевернувшись на спину около моих ног, громко заурчала, подобно мотору мотоцикла.

Всё это казалось сном. Стая ничего не делала мне. Они были подобны огромным кошкам, только и всего. Многие прилегли рядом, пихая в мои ноги мордой, тем самым привлекая к себе внимания и прося, чтобы я и их погладила. Всё это мило. Даже очень. Вот только… как мне теперь выбираться отсюда? Они ведь не попытаются остановить меня силой? Или…?

Убрала руки с голов львов и попыталась встать. Тут же услышала недовольное рычание со всех сторон. От такого поворота событий вернулась на своё место и постаралась лишний раз не дёргаться. Вот же невезенье! Что мне теперь делать? Похоже, эти кошки так просто отказываться от новоприобретенной игрушки не собираются.

Прогремел взрыв, причём на этот раз не гдё-нибудь со стороны, а совсем рядом. В вольере со львами. От тучи пыли и дыма, я даже своего носа не смогла разглядеть, но уже через несколько секунд увидела львов в бессознательном оглушенном состоянии и Гокудеру, возвышающегося над ними с сигаретой во рту.

— Ха… Хаято? — не верила своим глазам. Так он тоже в зоопарке?

— Какого чёрта ты тут делаешь, Ведьма? Эти кошки не игрушки, — после чего парень взвалил себе парочку львов на плечи пошёл в сторону выхода. Я до сих пор пребывала в некотором шоковом состоянии, от того как круто он появился. — Эй, — парень обернулся. — Ты собираешься отсюда выбираться? Я их оглушил, но не убил. Через несколько минут они придут в себя.

Всё наваждение, как рукой сняло. Теперь до меня стало доходить, что и первый взрыв произошёл благодаря Гокудере. А это значит, что он как и я попал в неприятности. Хотя, Хаято сам по себе ходячая «неприятность». Возможно, у него тоже этакая аура, что приманивает к себе недовольных типов? В любом случае, быть рядом с ним намного безопаснее, чем одной посреди львов. Я не расчёска для зверей. Но, кажется, они думают совершенно иначе.

— Хаято, подожди! — вскочила с места и побежала за Гокудерой. — Ты не мог бы проводить меня до выхода из зоопарка? Одной бродить тут несколько опасно.

— Чего? — злобно бросил парень, крепче обхватывая львов. — Я тебе что, собака-поводырь? Сама пришла, сама и свалишь.

— Но Хаято! — протянула я, и всё равно последовала за парнем, не отходя больше чем на метр.

Как не посмотри, а рядом с ним безопаснее. У него динамит. Да и использует его довольно метко. Гокудера ворчал и требовал, чтобы я немедленно прекратила следовать за ним. Казалось, его во мне тоже раздражало буквально всё. Но я просто не обращала на его слова никакого внимания. Словно шум дождя или ветра. Вроде есть, а вроде и не столь важно. Просто молча шла по дорожкам зоопарка и осматривалась по сторонам. Посетителей стало значительно меньше. Вернее, пока были только мы. Где все остальные? Хотя, скорей всего, из-за взрывов поспешили покинуть зоопарк. А некоторые животные успели даже выбраться.

— Хаято, а зачем тебе львы? — не хотела спрашивать, но любопытство сильней меня.

— Это не мне, — фыркнул парень. — Это Десятому. Думаю, ему, как Боссу, подойдёт такой питомец, как лев — царь зверей.

— О как, — кивнула я. — Ну… ладно.

— И как понимать это твоё «ну, ладно»? — тут же разозлился он. — Хочешь сказать, что у меня плохой выбор? Сама-то что предложить можешь?

— Я хотела предложить ему верблюда, — от такого предложения, парень даже остановился и развернулся в мою сторону.

— Вер… верблюд? — голос Гокудеры дрожал, а лицо посинело. Видно, он совершенно не ожидал от меня такого предложения, и прежде, чем он успеет взорваться с новой тирадой брани и ругани, я постаралась втиснуть свои пять копеек.

— Я отталкивалась от практичности и выгоды в применении, — затараторила, выставив перед собой раскрытые ладони. — Он и вынослив, устойчив, как к заморозкам, так и к жаре. Не прихотлив в еде. Да и вообще, как по мне совершенно безобиден.

— Какой к чёрту верблюд?! — всё, моё время иссякло, и теперь даже слова не смогу произнести. — Именно поэтому я его Правая Рука! Ты думаешь только о практичности, но совершенно забываешь о репутации Босса семьи Вонгола! Его же остальные Боссы засмеют! Верблюд?! Да сама ты верблюд!

— Пф, — фыркнула я, скрестив руки на груди. — Моё дело предложить.

Я решила просто пройти мимо него, продемонстрировав, что слова парня меня ничуть не задели. Он и раньше ругался как сапожник, и с тех пор ничего не изменилось. Но впереди возникло очередное препятствие в виде огромной длинной змеи. Сначала удав просто проползал мимо, но, заметив меня, в ускоренном темпе сменил траекторию. Теперь ко мне направлялся очередное существо, с которым я не желаю иметь ничего общего. Змея!

Над головой пролетает динамитная шашка и взрывом отбрасывает удава в сторону.

— Зоопарки слишком шумные, — устало произнёс Гокудера, словно это не он только, что бросал динамит. — Это не закончится, пока мы не поймаем их всех?

— Их всех? Поймаем? Мы? — ох, не нравилась мне эта идея. Совершенно не нравилась.

— Дар! Гокудера-кун! — это был голос Савады, определёно.

Через облако пыли, поднятым в воздух, мы разглядели насколько человеческих фигур. Это был Тсуна, Киоко, Хару, Такеши, Бьянки, Рёхей и вся малышня полным составом. У нас что, сбор мафиозной семьи? Мы же, вроде, только за питомцем для Тсуны пришли. Верно?

— Тхке-е-е… сестра… — Гокудера неожиданно рухнул на землю, при виде своей сестры. Это его аллергия уж очень осложняет парню жизнь. А ведь они родственники.

— Дари! — воскликнул Фуута, подбегая ко мне. — Я удивлен, видеть тебя здесь. По моим рангам, зоопарк занимает третий пункт из всех ненавистных тебе мест.

— Вот как? Советую пересмотреть ранги, — выдохнула я. — Уверена, он теперь на первом, — подошла к Гокудере, что валялся в полуживом состоянии. Периодически он приходил в себя, выпуская немного пены изо рта.

— Эй, — рядом оказался Ямамото и тоже присел на корточки. — Он как? В порядке?

— Ну, если только ты это называешь «в порядке»… — для большей убедительности взяла руку Хаято за кисть, приподняла её и отпустила. Рука камнем плюхнулась на землю.

— Хэх? — О! Парень пришёл в себя. Ну, или пытается не вырубиться ещё сильнее.

— Почему вы все здесь? — не понимал Тсуна. Он что, не знает? То есть Реборн промышляет дела за его спиной? Интересно…

— Я подумал, что пришло время найти тебе питомца-спутника, как мой Леон, — откуда не возьмись, как всегда появляется Реборн, заставляя Саваду подпрыгнуть на месте. — Мне была нужна небольшая помощь в выборе питомца подходящего Тсуне, поэтому я попросил их придти.

— Прекрати решать подобные вещи без моего участия! — кричал Тсуна, но кажется, его слова канули в пустоту.

— Все были заняты и не смогли подобрать точного времени, — улыбалась Хару. — Поэтому решили просто встретиться здесь.

— Со мной никто не договаривался, — подняла правую руку, словно в школе. — И вообще, меня заставили!

— Я тебя не заставлял, — произнёс Реборн. — Я просто предложил, и ты согласилась.

— Это было психологическое давление, — настаивала на своём.

— Ну… — малыш усмехнулся. — Я всё-таки киллер.

— Я думала, что с внешностью Тсуны ему больше подойдёт хомячок или белочка, — улыбаясь, произнесла Киоко. — Но сейчас я думаю, что Тсуна-кун более надёжный, — щеки девушки покрылись румянцем. Хм, неужели чувства Тсуны взаимны? Это было бы неплохо, особенно для меня.

— А ты что выбрала? — спросил Реборн у меня.

— Ну, я выбрала вербл… — неожиданно меня заткнули, прижав ладонь ко рту. Это был Гокудера, который буквально восстал из мёртвых и не позволил произнести то, что я намеревалась.

— Когда я прогуливался по зоопарку, то нашёл её в вольере со львами, Десятый, — радостно воскликнул Хаято, но гневным взглядом бирюзовых глаз, достаточно точно давал мне понять «Молчи!». — Моё мнение с Советником совпадает. Боссу идеально подойдёт «Царь Зверей».

— Ну, тогда решено, — улыбнулся Реборн. — Для начала возьмём льва.

— Мне это не нужно! — кричал Тсуна, когда ему на спину закидывали одно из оглушенных Хаято львов.

Однако круто всё обернулось. Гокудера ещё тот ушлый тип, но так и быть, пойду на эту уступку. Как не посмотри, он выручил меня. Хотя, тут мысль одна появилась, а что если таким образом решать большинство вопросов? Хм, Гокудера Хаято, ты даже не представляешь, на что подписался. Правая Рука, значит? Хех…

Наступили каникулы. УРА!

Весна цветёт в полную силу, и эта жара меня стала безумно утомлять. Близился конкурс с веерами. Моё настроение было подобно маятнику. То верх, то вниз. То радостно, то страшно. Однако не это сейчас больше всего выводило меня из себя, а именно Хибари Кёя.

Казалось бы, всё, занятия кончились, заявление о моём уходе принято в оборот, и по идее я не должна находиться в школе, но Кёя сказал, что заявление начинает действовать «только с начала нового учебного года». То есть, все весенние каникулы я до сих пор нахожусь в его распоряжении. Чем этот засранец не стесняется пользоваться.

Вызвал меня в самый жаркий день в школу. Ну, я пришла, вот только одетая не в форму Дисциплинарного Комитета, а в обычную одежду. Голубые джинсы, широкая белая футболка с надписью «Kill me Softly!», с отпечатком красных губ сбоку и белоснежная кепка, сливающаяся с моими волосами. А вместо общепринятой школьной сумки, джинсовый рюкзак за плечами. Мой внешний вид несколько удивил парня. Особенно надпись на футболке, так как с английским у парня было всё просто замечательно. «Убей меня нежно!» — думаю, ему нравится эта идея.

— Почему ты не в форме? — строго произнёс он, сидя за своим столом.

— Потому, что это сейчас не обязательно, — ответила я. — Каникулы, Хибари-сан.

— Пока ты член Дисциплинарного Комитета, должна соответствовать здешним правилам, нормам и требованиям, — в холодном голосе стали проскальзывать стальные нотки.

— В принципе, я уже им как бы, не являюсь, — парировала я. — И не понимаю, зачем вы меня вызвали. Документы все разобраны и отработаны вдоль и поперёк. Мы успели к срокам. Долгов на мне нет. С заявками тоже разобрались. Все остальные материалы я давно передала Тетсуе. И неоднократно вас об этом информировала.

Взгляд серых глаз из-под густой чёрной чёлки уставился на меня. Он буквально пронзал насквозь, заставляя любого испугаться и усомниться в своей правоте, но на меня этот фокус не действовал. Я знаю, что «правда» на моей стороне. Работала на совесть, и придраться ко мне просто невозможно. Пускай я ленива, пускай вечно хочу спать и стараюсь от всего держаться подальше, но если на что-то подписалась, довожу любое дело до конца. Возможно, это всё проблемы внутреннего перфекциониста, но плевать. Такая уж я.

— Сегодня начинается сезон цветения сакуры, — неожиданно начал Хибари, полностью проигнорировав недавний диалог. Парень просто развернулся в кресле так, чтобы одновременно смотреть в окно и следить за мной.

— Хм, ладно, — кивнула я, немного сбитая с толку подобным поведением. Нет, знала, что японцы любят любоваться цветущей сакурой, но мне от этого занятия не горячо, ни холодно. Нравится? Да, пожалуйста. Любуйтесь, я тут причём?

— Остальные члены Комитета уже охраняют места для любования, — продолжал Хибари.

— Охраняют? Зачем охранять деревья? Разве тут бывали случая вандализма?

— Охраняют не деревья, а места для любования, — повторил Кёя. — В это время около школы становится слишком шумно и людно. Приходит много людей, желающих полюбоваться сакурой.

— Ясно, — очередной кивок. Одно я точно заметила, Хибари также не любит толпы людей. Вот только если я их просто стараюсь избегать, то Хибари предпочитает их разгонять. Но самый главный вопрос остаётся открытым — зачем он мне это говорит? Хибари Кёя, скорей всего, как истинный японец, который безумно любит традиции своей страны, вряд ли упустит такую возможность, как полюбоваться цветением вишни. Но я совсем другая. От одной мысли торчать там под солнцем и часами смотреть на цветочки… лучше я компот с вишенками отведаю. — В таком случае, не буду вам мешать, Хибари-сан.

Собиралась развернуться и уйти, но у парня было явно иное мнение.

— Сходи в магазин и купи всё, что находится в этом списке, — Кёя поставил перед собой небольшой листок бумаги, на котором чётким аккуратным почерком имелся перечень продуктов в виде зелёного чая, гамбургеров и другой еды. — Сохрани чек. Купленное принеси мне в сквер за зданием школы.

— Эм, у Дисциплинарного Комитета будет пикник? — удивилась я, вновь перечитывая список. Продуктов довольно много.

— Он будет не у Дисциплинарного Комитета, а у меня лично, — строго произнёс Кёя, усмехнувшись напоследок.

И что это? Демонстрация своих возможностей? Ой, куда ж деваться-то?! Вы ж только гляньте на этого «Властелина». Ну, хочешь хвастаться, вперёд. Мне, в принципе, и так неплохо. Решил показать, что я никто? Ладно, приму это. Он ведь мне даже денег не дал. Ждёт, когда я их попрошу? Нет, не надо. С этим у меня проблем нет. Спасибо щедрости Бовино.

— Хорошо, — снова кивнула головой. Я сегодня прям болванчик. Сложила список и спрятала его в кармане джинсов. — Что-нибудь ещё?

— Нет, — отмахнулся он, повернувшись ко мне спиной. — Как всё купишь и принесёшь, можешь быть свободна.

А вот это уже точно хорошо. Значит, мне достаточно просто принести ему еду и свалить? Отлично! Спокойно развернулась и вышла из кабинета, не произнеся ни слова. Пикник ему подавай. И что в этой сакуре прекрасного? Мне, например, больше нравится, как персики цветут. Или сливы. Очень красиво. Но любоваться этим часами? Эм…

С покупками разобралась довольно быстро. Причём продукты были действительно качественными, уж я-то выискивала то, к чему Хибари придраться просто неспособен. И мясо свежее, и чай охлажденный, и вообще всё самое лучшее. Правда я себе ещё мороженое шоколадное купила. В стаканчиках несколько штук. Но это уже чисто моя прихоть. В общий чек даже попросила этот товар не вбивать.

Вернувшись к назначенному месту встречи, начале встретила парочку Элвисов. Они бродили вдоль всего участка с сакурой, выискивая и прогоняя незваных гостей. Правда, на меня даже не обратили внимание. Просто бросили через плечо: «Мелкая, Хибари-сан в том направлении». В итоге, вышла на небольшую полянку, в которой имелись скамеечки для любования деревьями, и сразу же столкнулась с парнем. Он сидел как раз на одной из скамеек, причём сидел так, что к нему вряд ли бы кто-то подсел ещё. Прямо посередине, вальяжно раскинув руки в разные стороны, облокотив их на спинку, и запрокинув ногу на ногу.

Глаза Кёи были закрыты. Дул лёгкий весенний ветерок, заставляя его чёрные волосы слегка колыхаться, приоткрывая лицо парня. Он улыбался, наслаждаясь этим мгновением. Улыбался, считая, что за ним никто не смотрит. И я в очередной раз отметила для себя, что этот старшеклассник довольно привлекательный. Эх, если бы только ещё и характер был чуточку мягче. Думаю, по популярности он бы смог давно переплюнуть таких парней, как Ямамото и Гокудера. Или нет.

Шагнула к нему на встречу и уже буквально добралась до скамьи, как под ногами хрустнула ветка, на которую я не обратила никакого внимания. Хотя и после ветка казалась просто веткой. Я ведь не скрывалась и не утаивалась. К тому же была уверена, что Хибари меня заметил, но не тут-то было.

Глаза парня резко распахнулись и он, подобно дикому зверю, прыгнул на того, кто был ближе всех, то есть на меня. Сбил с ног, усевшись сверху и вытащив одну из тонф, приложил её к моему горлу. Пакет с продуктами улетел в неизвестную сторону, кепка сорвалась с головы и также была потеряна. Единственное, что смягчило мне падение это зелёная трава с листьями сакуры вперемешку. Аромат вишни окутал меня с головы до ног.

— Не подкрадывайся ко мне, травоядное, — негромко произнёс Хибари, наклоняясь практически к самому моему лицу. — Иначе я забью тебя до смерти.

— Я не подкрадывалась, — ответила, немного отворачиваясь. — Вы же сами меня позвали сюда. И то, что не заметили моего присутствия, ваша вина, Хибари-сан, — это замечание не понравилось парню, и он сильнее надавил мне тонфой на горло. — Всё, что было в списке, куплено и находится в том пакете. Хибари-сан, прошу, слезьте с меня, и я уйду.

Секунду мы смотрели друг другу в глаза, не произнеся ни слова. Было такое чувство, словно он хотел мне что-то сказать, но не решался. Пауза затянулась. Вроде бы, и так всё решено, но он не шевелится, а мои действия в таком положении несколько бесполезны. Что происходит? Я слышу его сердцебиение. Оно вроде бы спокойное, как и дыхание. Но костяшки на руке, сжимающую тонфу, побелели. Значит, он намеревается ударить меня? Что же его останавливает?

— Хибари-сан? — негромко позвала его. Кёя либо не слышит, либо игнорирует. Эта непонятность меня раздражает. Чего он хочет? От чего мне отталкиваться? Руки и язык тела говорят, что парень напряжён и вот-вот сорвётся. Удара мне не миновать. Но дыхание и ритм сердца, что я слышу, наоборот твердят, что он спокоен и прекрасно осознает свои действия.

— Почему? — спросил неожиданно Кёя, но произнёс так, словно этот вопрос скорее был адресован ему. — Почему ты меня не боишься?

Действительно, почему? Но задать ему тот же вопрос я не успела, так как недалеко от нас послышалась какая-то возня, напоминающие звуки сражения. Один из Элвисов сражался? С кем? Кёю, видно, это тоже заинтересовало, так как секундой позже он резко встал с меня и, не произнеся ни слова, направился в сторону драки.

Я ожидала что угодно, но не то, что вышло на самом деле. Тот, кто начал драку с членом Дисциплинарного Комитета были Тсуна, Хаято и Такеши. Эта святая троица. Правда, в драку влез в основном Гокудера, да и ударил он всего раз, но этого показалось достаточным.

— Мне стало интересно, кто это шумит, а это оказались вы… — произнёс Кёя, облокачиваясь о ближайшее дерево и смотря на ребят с неким высокомерием. Ясное дело, он в ярости, хотя это его стандартное настроение.

— А-а-а! — закричал Тсуна, у которого при виде Кёи даже колени задрожали. — Хибари-семпай! Глава Дисциплинарного Комитета!

— Йо! — поздоровалась я, также выглядывая из-за дерева.

— А? Дар? — удивлёно произнесли парни. — Что ты тут делаешь?

— Уже ничего, — улыбаясь, ответила я, после чего стала медленно обходить Хибари стороной и подходить к одноклассникам. — Домой собираюсь.

— Домой? — Ямамото осмотрелся. — Прямо сейчас? Почему? Мы только пришли, и тут никого нет.

— Мне не хочется любоваться сакурой среди толп народа, — ответил Хибари на вопрос Ямамото. — И поэтому я приказал никого сюда не впускать, — стал также приближаться к парням, проходя мимо одного из своих побитых Элвисов. — Смотрю, ты не очень справляешься. Хорошо, я сам займусь ими.

Ой-ёй! А вот это уже плохо. Хибари настроен серьёзно и намерен драться с парнями. Более того, я поняла, что и мне достанется, когда он без капли жалости избавился от своего подчиненного, что тем временем стоял на коленях. Просто одним резким взмахом, отправил его, как он выразился, «прогуляться».

— Он ударил своего человека! — вскрикнул Тсуна в ужасе от увиденного, мне-то это приходилось видеть каждый раз, когда у Главы нет настроения.

— Я не использую своё положение, чтобы стать выше остальных, — добавил Кёя, словно это имело значение. — Я уверен только тогда, когда сам пробью себе путь.

— Дар, — сквозь зубы произнёс Тсуна. — Ты… ничего не скажешь?

— Ну… — посмотрела на Хибари. — Я домой. Удачи вам.

— Э?! — воскликнули парни одновременно, в недоумении наблюдая за тем, как я уходила через деревья в сторону выхода из территории школы, но не тут-то было. Из-за ствола одного из деревьев, неожиданно вышел Доктор Шамал, напугав меня до потери пульса. От такого сюрприза я просто ойкнула и уселась на траву.

— Ах, какой прекрасный вид, — пропел мужчина, который был явно в нетрезвом состоянии. — Цветение сакуры отличная штука! О! Приветик вам, люди!

— Доктор Шамал?! — удивился Тсуна.

— Ты ещё здесь, ужасный доктор?! — злобно бросил Гокудера. — Бабник!

— Это я его пригласил, — послышался детский голос. Ну конечно, кто же это ещё мог быть? Только Реборн собственной персоной. Вон, даже переоделся в традиционную японскую одежду. М-да… Теперь сидит себе на ветке сакуры так, словно всё так и было задумано. Хотя… может Реборн и правда всё спланировал заранее?

— И зачем ты пригласил алкаша-извращенца? — наконец спросила я, так и продолжая сидеть на траве.

— А почему вы не пригласили хотя бы парочку красивых девушек? — парировал Шамал, косо бросив на меня взгляд. Ясно, что меня он за красивую девушку не считает, да и вообще о своей «привлекательности» я в курсе, но вот так вот унижать… Эх, чёрт с ним. В принципе, мне всё равно, лишь бы грабли свои не распускал.

— Эй, малыш, — обратил на себя внимание Реборна Хибари. — Рад тебя снова видеть.

— Мы тоже хотим посмотреть на сакуру, — произнёс Реборн. — Хибари, как на счёт такого предложения, ты сыграешь с Тсуной, а призом будет самое лучшее место.

— Что?! — у Тсуны сейчас будет микроинфаркт. — Зачем ты меня в это втянул?!

— Игра… — протянул Кёя, словно пробуя слово на вкус, после чего улыбнулся. — Хорошо, я долго ждал повода, чтобы забить их до смерти. Как на счёт того, чтобы сразиться со мной? Кто первым коснулся земли коленом, тот и проиграл.

— Что? Мы будем драться?! — не, ну честно. С такой реакцией я уверена, что одним седым школьником в нашем классе станет больше.

— Вот только… — продолжал Хибари и посмотрел на меня. — Мне интересно, на чьей ты будешь стороне? — я была несколько удивлена этому вопросу. Его интересует, что я выберу? Но разве он с самого начала не поставил условие, что все дерутся против него? И разве я уже автоматически не являюсь проигравшей, раз сижу на земле? Что происходит? Или это своего рода дверь, при которой он предлагает мне избежать драки с ним?

— Хм… Хибари-сан, разрешите уточнить, — с мягкой улыбкой произнесла я. — Если я сейчас сижу на земле, по вашим же правилам я проиграла, значит, меня трогать не стоит, верно?

— Со своей стороны такого не обещаю, — усмехнулся парень. — Так как в игру ты вступаешь уже в таком положении.

И что же мы имеем? Пока он из меня последний дух не выбьет — не успокоится? И всё ради какой-то сакуры? Надо было валить в самом начале. Но теперь уже поздно. Просто понимаю, что если попытаюсь плыть против течения, то утону в первую же минуту. Чем больше сопротивляюсь и стараюсь избегать проблем, тем сильнее они меня преследуют.

Посмотрела на Тсуну.

— Прости, приятель. Это чистый инстинкт самосохранения, — после посмотрела на Кёю. — Хибари-сан! — широко улыбнулась, всплеснув руками. — Ну, куда же я от вас денусь?! Вместе, как говорится, до последнего. Хе-хе-хе!

— Хм, хороший выбор, травоядное, — усмехнулся Кёя. — А теперь не лезь и просто смотри.

Тем временем Гокудера и Ямамото уговаривали Саваду не трусить и принять бой ради каких-то цветочков. Мне кажется, этим парням, по сути, и повода не надо. Дай кулаками помахать. Бессмысленный мордобой. Глупо. Уверена в одном, что если эта битва будет честной, то Хибари выиграет однозначно. К нему как раз подходил пьяной шаркающей походкой Шамал.

— Э-э-эй, — протянул он, осматривая парня с головы до ног. — А ты не обидчивый. Может у тебя есть сестра?

— Проваливай! — холодно произнёс Хибари, ударив Шамала и отшвырнув доктора в сторону. Был доктор — нет доктора. Но мне его не жалко. Нокаут, но так приятно, что хоть кто-то врезал этому алкашу.

Усевшись около одного дерева, я стала отчётливо чувствовать, что жара стала утомлять. Блин, где моя кепка? Ах, да. Там же где и покупки из магазина. Похоже, что моё мороженое давно успело растаять. Вот бы его сейчас сюда. А то так хочется спать, и жарко, и что-то цепляет меня за волосы… стоп, что?

Открыв глаза, я увидела, что рядом с моей головой летало несколько мелких птиц, которые дружно щебетали и вплетали в волосы цветки сакуры. Словно в своё гнездо. Причём остановить их было никак. Я стала отмахиваться руками, но это только подзадорило пернатых, и цветов стало значительно больше. Чувствую без битвы, от этого цветущего сада в голове, не избавлюсь. Но мне так жарко, что я уже на что угодно согласна, лишь бы в лицо не лезли.

Тем временем на Хибари напал Гокудера. Он был быстрым и прямолинейным. Кёя даже усмехнулся по этому поводу, что его движения и шаги он может с легкостью просчитать и не считает серьёзным соперником. Но Хаято на это и рассчитывал. В самый неподходящий момент, динамит сменил траекторию и загнал Кёю в ловушку, окруженную динамитными шашками. Новый трюк Гокудеры — Блиц-Бомба.

— Иди к чёрту! — бросил напоследок Хаято, выдыхая сигаретный дым.

Прозвучал взрыв, окутавший Хибари с головы до ног. В этот момент я действительно подумала, что Главе Дисциплинарного Комитета крупно не поздоровилось. Да что я, все остальные также удивились тому, как легко с ним справился Гокудера. Ведь это ни кто-то там посторонний, а сам Демон Намимори.

— И? — прозвучал сквозь непроглядный дым спокойный голос Кёи. Все посмотрели в сторону источника. Дым рассеялся и перед всеми предстал парень, с полным отсутствием повреждений. Только форма Комитета немного потрепалась. Абсолютно весь урон динамитом, он блокировал тонфами. — Может, мы продолжим?

— Ого! — вырвался у меня возглас удивления и признание того, насколько же это было круто, но потом поняла, что произнесла я это слишком громко, так как все на долю секунды повернулись в мою сторону. — Кхе-кхе, то есть… Так держать, Хибари-сан!

— Травоядное… — фыркнул Хибари, вообще не выражая эмоций.

— Белобрысая Ведьма! — крикнул гневно Гокудера. — Ты вообще, на чьей стороне, а?!

— На той, в которой мне не придётся драться, и я выживу, — виновато пожала плечами.

— Тц! — бросил парень, плотно стискивая зубами сигарету. — Одним словом — Серра…

Вот это его замечание мне не понравилось. Опять ссылается на то, что на моей фамилии лежит клеймо предателей. Но предателем я была бы только в том случае, если начала сражаться с ним лично.

— Я сделаю так, что ты больше никогда не увидишь цветения сакуры, — произнёс Хибари, атакуя резким взмахом тонфы. Но Гокудера успел увернуться от удара, прижавшись к земле и коснувшись её коленом. Тем самым парень проиграл. — Не верю, — проговорил Кёя, давая понять, что не признаёт это поражение и намеревается добить своего противника. Тонфа уже почти коснулась головы Хаято, но на арену выступил новый игрок.

— Я следующий, — с добродушной улыбкой произнёс Ямамото, прикрыв своего друга катаной от удара Главы Дисциплинарного Комитета.

Стоп… Катаной?! Откуда у него катана?! Какого чёрта тут творится?

— Тсуна?! — крикнула я парню, выражая в одном только голосе всё своё негодование.

— Это не я! Это Реборн! — тут же ответил парень, с лёту понимая мой шок.

— Посмотрим, как ты поступишь сейчас, — улыбался Такеши, принимая всё как за игру, хотя и серьёзную. В принципе, это и была игра, верно?

Хибари немного ниже Ямамото, и кажется, что победа точно за бейсболистом. Тем более, что Такеши довольно подвижен. Не зря Фуута как-то раз говорил, что Ямамото Такеши занимает третье место, как самого быстрого бегуна в Средней школе Намимори. Тем более Реборн с ним вечно проводит тренировки. Так что должна признать, парень значительно вырос в боевых умениях, хотя сам, скорей всего, этого и не понял. Смотреть на него одно удовольствие. Никогда не думала, что можно найти связь между владением битой и катаной.

— Ты думаешь? — усмехнулся Кёя, обращаясь к Такеши. — У моего оружия есть секрет.

— Секрет? — удивился бейсболист, но среагировать вовремя не успел.

Хибари действовал быстро и безжалостно. Мгновение, и из конца одной тонфы, которая блокировала катану, выскочила цепь с небольшим наконечником. Всё это произошло так быстро, что глаза толком не заметили, как парню удалось эта манипуляция. Но факт остаётся фактом, катана Такеши — блокирована. Не теряя времени Кёя атаковал второй рукой, сваливая бейсболиста на землю.

— Чёрт, снова проиграл, — негромко бросил парень, лёжа на земле и признавая своё поражение.

— Тсуна, ты следующий, — сигнализировал Реборн.

— Что?! Нет! — запротестовал парень, замахав руками. — Точно нет! Я не могу этого сделать, честно! У меня и сил то никаких нет. Как я могу его победить? Дар! Помоги!

— Э? А я тут причём? — удивилась я, спокойно сидя у дерева.

Теперь на моей голове имелся настоящий венок из цветов сакуры и клянусь, если сейчас начну петь песни, как в диснеевском мультике, то птички порхающие рядом, ответят на пение. Этакая Белоснежка, ё-моё. Тсуна тоже, глядя на меня, был несколько… кхм… удивлён…, но ситуация заставила парня немедленно откинуть лишнее в сторону и сосредоточиться на своей проблеме.

— Дар! — с мольбой воскликнул он.

— Тсуна, мы с тобой, вроде, как в этой игре соперники. Так что, извиняй.

— Хи-и-и… — завопил Тсуна, схватившись за голову, но ему на выручку, как и ожидалось, пришёл Реборн, выстрелив в голову. — РЕБОРН!!! — воскликнул Тсуна, тут же избавляясь от верхней одежды. — Выиграть у Хибари, даже если я умру!!! — слишком сурово, но, когда это произносит школьник в одних трусах, выглядит даже забавно. — Леон! — призвал он питомца Реборна и тот тут же на лету превратился в… пыльник. Чего?! Почему пыльник? В прошлый раз тапочек, сейчас пыльник. Дальше что? Резинка от трусов? Чёрт, Тсуна… хотя я на половину русская, на половину итальянка, сейчас из-за тебя испытываю ярчайший «испанский стыд». Но с другой стороны… думаю, ему будет ещё хуже, когда режим Посмертной Воли иссякнет. И оно того стоит. Хе-хе-хе…

— Хм, ты такой же как и она, непредсказуем, — неожиданно произнёс Хибари, смотря Саваде прямо в глаза. — Временами сильный, временами слабый… Я не могу прочитать вас до конца. Но, возможно, если я забью тебя до смерти, то смогу понять и её.

Атаки усилились, а я задумалась над словами Кёи. Не может же быть так, что он говорит обо мне, верно? Или может? А что будет, когда Кёя его одолеет? Сомневаюсь, что на этом проблемы кончатся. У Тсуны, может быть, да, но вот у меня…

Сражение продолжалось, но пять минут не вечны. В итоге, режим Посмертной Воли сошёл на нет и пламя на лбу испустило лёгкий «пшик» исчезло с головы Тсуны. Он пришёл в себя, осматриваясь. Хибари намеревался нанести последний удар, благодаря которому победит, но свершилось кое-что непонятное — Хибари Кёя сам упал на колени. И выражение лица парня говорило о том, что он удивлён не меньше. Тсуна тут не причём, уж я-то в этом уверена. Так в чём дело?

— Не верю! Неужели я это сделал? — воскликнул Тсуна, вновь хватаясь за голову.

— Конечно же, нет, — ответил Реборн. — Это сделал он, — малыш указал на того, про кого я уже успела забыть, на Доктора Шамала.

— Эх, ох… — очухивался доктор, валяясь под деревом сакуры. — Надеюсь, моё прекрасное лицо не пострадало.

Стоп! Как Шамал мог атаковать Хибари? Они же толком не сражались. Причём в основном урон нанёс именно Кёя, так как? Шамал, конечно, мог нанести урон, его излюбленное оружие это… Чёрт возьми! Неужели он это сделал? Но когда?

— Шамал, — произнесла я. — По-твоему, это честно?

— Эй, милочка, я, в конце концов, мафиози, о какой честности идет речь? — усмехнулся пьяный мужик. Ну конечно, использовал одного из своего москита как раз в тот самый момент, когда Кёя ударил его. Но болезнь сработала не сразу. Потребовалось время. — Но всё же ты девушка, поэтому я приношу свои извинения. Просто видел, что ситуация на грани жизни и смерти. Я заразил его болезнью, из-за которой он не сможет находиться возле сакуры. Синдром дезориентации сакурой — Сакура-Кура.

— Что ж… — через непреодолимую силу воли Хибари всё же встал в полный рост. Гордость парня не позволяла ему демонстрировать своё поражение. — Правила есть правила. Идите и наслаждайтесь сакурой.

Кёя уже направился к школьным корпусам, но неожиданно остановился и развернулся в мою сторону. Ах, ну да. Мы проиграли, но я продолжаю сидеть под сакурой. И что делать? Остальные, вроде, не настаивают на том, чтобы я уходила, но вот Хибари у нас особый любитель правил. Он даже не стал что-либо говорить. Просто шатающейся походкой подошел ко мне, схватил за шиворот футболки и потащил в сторону школы. Молча, без лишних слов и действий. Словно я какой-то мешок картошки.

Птички, порхающие вокруг, с недоумением защебетали. Их коллекцию цветов сакуры, утаскивают. Извините птахи, но эту «птичку» вам точно не одолеть. Я посмотрела на парней одним взглядом, спрашивая, помогут ли? Я мешок картошки и чувствую себя настолько обречённо, что даже не проявляю сопротивления.

— Дар… я… — Тсуна сделал шаг в мою сторону, пытаясь как-то помочь, ведь мы… кто? Кто мы? Друзья? Блин…

— Нет, Тсуна, — остановил его Реборн. — Дар сделала свой выбор в этой игре и теперь является проигравшей. Это будет уроком. В следующий раз она будет знать, какую сторону выбирать.

Вот же мелкий… Волна возмущения охватила меня. Хотелось сказать столько всего и желательно в бранной русской форме, да вот только это чревато суровыми последствиями, особенно когда тебя волочит по траве сам Глава Дисциплинарного Комитета. Поэтому я просто сжала руку в кулак, выставив один единственный средний палец, и показала его всем парням сразу. Просто и от души.

— Эх, а характер у неё всё-таки мамин… — мечтательно произнёс Шамал. — Чудная женщина… Не видеть бы её ещё сотню лет.

Мы опять оказались в кабинете Комитета. Что тут делает Хибари, я знаю, но что тут делаю я? К моему удивлению, пакет с купленной мной едой, а также моя кепка находились в кабинете. Мы молчали, и казалось, что каждый из нас чего-то ждёт. Какого-то знака.

Я села на один из стульев, спокойно вытаскивая цветы из своих волос. Некоторые выходили спокойно, а некоторые были так запутаны, что только ножницами и оставалось отрезать. Хибари принципиально не обращал на мои действия никакого внимания. Встал около окна за своим столом ко мне спиной и даже слова не молвит.

Краем глаза глянула в пакет с едой. Мороженое растаяло и выглядело так, будто умоляло меня убить его. М-да… Хорошо, что оно хотя бы в герметичной упаковке. Иначе остальным продуктам пришёл конец. Ладно… когда цветов на моей голове не остались, и я могла спокойно провести по волосам рукой, поняла, что в такой тишине сидим уже минут двадцать не меньше. Пора валить.

— Что ж… — встала со стула. — Мне пора. Всего доброго, Хибари-сан, — парень не ответил, что позволило мне повернуться и дойти до самых дверей. Вот только стоило мне взяться за дверную ручку, как со спины услышала голос:

— Когда конкурс? — Хибари так и продолжал стоять у окна, спиной к кабинету.

— Завтра, — ответила я, также не желая поворачиваться к нему лицом.

— Ты не передумала на счёт участия? — вновь он заводит этот разговор. Зачем? Каждый раз одно и то же. Он задаёт этот вопрос, хотя знает, что я скажу в ответ.

— Не передумала, — вот. Думаю это последний наш разговор. Больше шанса переубедить меня у него не будет.

— Что ж… — услышала негромкие шаги. Хибари садился за свой стол и начинал работать. — В таком случае, покинь кабинет, травоядное. Посторонним тут делать нечего.

— Как скажите, Хибари-сан, — иного от него и не ожидала.

— На счёт денег за еду… — тут же добавил он.

— Считайте это небольшим угощением, — закрыла за собой дверь.

Хибари Кёя странный человек. Он то гонит меня, давая понять, где моё место, то почему-то не даёт мне уйти. Хочет понять меня? Также как и Тсуну? Но с Тсуной он ради этого сражался. Эх, ему бы следовало получить противоядие от этой болезни Сакура-Кура. Но думаю, он слишком горд, чтобы её попросить, а Шамал слишком беспечен и нагл, чтобы лечить парней. М-да… Хотя, чёрт с ним. Меня это больше не касается.

И вот он наступил день конкурса с веерами.

Сердце колотилось как сумасшедшее. Десять участников, и мне как не странно повезло выступать самой последней. Зал буквально переполнен зрителями. Знаю точно, что там есть и мои одноклассники, и Дисциплинарный Комитет полным составом, да там вся школа. Только жюри, вроде как, приглашённые. Я о них мало что знаю, да мне это и не важно. Я даже выступления своих конкурентов не видела, чтобы лишний раз не волноваться. Хотя их костюмы заметить успела. Такие яркие пёстрые, словно девушки пришли на карнавал. Моё кимоно, по сравнению с ними, казалось таким блёклым. Хотя так оно и было, ведь наряд был полностью белым. Всё было идеально белоснежным, сливаясь с моими волосами.

Девчонки из клуба рукоделия постоянно повторяли:

— Услышишь сигнал, жми на грудь. Поняла? Жми на грудь! — Аи просто обезумела. Такой паники я у неё никогда не видела. Хотя она ведь этот наряд и придумала.

— Поняла-поняла, — кивала я головой. — Слышу сигнал, жму на грудь.

— И главное веер держи правильно, — также волнительно говорил Тимо, лишний раз показывая движения. — Поняла? Никогда не отпускай его!

— Хорошо-хорошо, — попыталась успокоить старшеклассников, хотя сама на грани обморока.

Кимоно было безумно тяжёлым. Сама я его никогда бы не надела и никогда не сняла сама. Также приходила Курокава Хана. Она отвечала за макияж. И должна признать, что своё дело она знает. Под слоем косметики я сама удивилась тому, как преобразилась. На глазах имелись длинные тонкие чёрные стрелки, придавая немного азиатский вид, на щеках лёгкие румяна, а губы были маленькими, но по сравнению с бледностью всего остального, казались кроваво-алыми. И знаете что? Кажется… я выгляжу красиво. Не думала, что такое можно сделать с моей-то внешностью. Хотя косметикой я, в принципе, не пользуюсь, так как в японских школах это запрещено. А сейчас… почему нет?

— Вот, держи, — произнесла Тори, забегая в гримёрную и впихивая мне в рот какую-то крупную бусину. — Не глотай и не грызи. Сейчас будет твоё выступление. Во время сигнала надкусишь её. Там вишнёвый сок.

— Ладно, — вздохнула я, вставая из-за стола. — Мой выход.

Сцена готова.

Всё в этом номере было приготовлено не одним человеком, а целой группой. Танцевать должна только я, но декорации, постановка, освещение, костюм, история, музыка… каждый выпускник занимался чем-то одним и вкладывал в это всю душу. Когда ты видишь, как другие стараются, хочешь, не хочешь, а начинаешь им подражать.

Сцена погрузилась во мрак. Зрители не видели, что там происходит, а тем временем вышла я, встав в самый центр. Зазвучала мягкая музыка, напоминающая флейту и прожекторы сверху стали потихоньку прибавлять света, освещая только мою фигуру. Послышался небольшой гул среди зрителей символизировавший о том, что им не очень нравится начало, особенно то, что на мне белое кимоно. Белый цвет в Японии символизирует смерть, и одетая в нём я действительно выглядела как синигами — Бог Смерти.

Но это было ожидаемо, поэтому я просто дожидалась, когда музыка сменит ритм, чтобы начать своё выступление, хотя оно уже шло полным ходом. Танец с веером довольно труден и неподражаем, особенно если на сцене всего одна танцовщица. Благодаря этому танцу необходимо рассказать целую историю без слов. Только движения и музыка.

И история моего танца была прекрасна.

Она рассказывала о юной девушке, которая жила в отдаленной японской деревне и в один прекрасный момент полюбила прекрасного юношу, который был самураем. Их любовь была бурной и страстной, так что буквально через год, они сыграли свадьбу, но счастью не суждено было длиться вечно. Началась война между кланами и самурая призвали сражаться.

Девушка осталась одна, но ни на минуту не прекращала верить, что её возлюбленный вернётся живым и невредимым. Время шло и сезоны сменяли друг друга. Супруг не возвращался. Всем было ясно, что он мёртв, но девушка всё равно ждала, так как знала, что если она не будет счастлива с ним, то уж с кем-то другим и подавно.

Война не прекращалась и дошла до самых отдаленных земель, а именно до той деревни, в которой жила девушка. Она пыталась бежать, но смерть настигла и её. Именно этот момент и был решающим в танце. До этого я танцевала, размахивая веером в такт музыки. То улыбалась, то грустила, но самое главное тут веер. Когда по истории возникала зима, на сцену высыпали мешок измельченного пенопласта. Он был лёгким, и от одного резкого движения веером, поднимался в воздух, направляясь по потокам воздуха. Таким образом, я одними небольшими движениями могла на сцене устроить настоящую метель. Музыка в такие моменты была быстрой, шумной, заставляющая сердца зрителей биться быстрее, словно барабан, как и в тот момент, когда за девушкой гнались враги. И вот, по истории она успела добежать только до деревьев сакуры, где впервые повстречалась со своим мужем.

Я повернулась спиной к зрителям, делая вид, что это они за мной бегут, они преследуют меня. Музыка стала тише и наконец, замолкла совсем. Но появился другой звук, которые все прекрасно поняли — звучание выстрела стрелы, поражающей свою цель. Как только это произошло, я остановилась, выгнувшись в спине дугой. Всем телом показывала, что стрела пронзила меня насквозь. Более того именно это был знак, которого все ждали, поэтому нажала на небольшой клапан, что находился у меня на груди. Прозвучало негромкое хлюпанье, и реакция секретного оружия клуба рукоделия пошла в действие.

Со спины белое кимоно окрасилось в кроваво-красный, словно я и правда ранена. В зале послышались возгласы шока и ужаса, но никто не двинулся с места. Продолжали наблюдать.

Благодаря раствору, в котором было смочено кимоно, красная краска расползалась медленно с лёгкими завитками на концах. Словно это не кровь, а просто художник окунул кисть в краску и теперь вырисовывал замысловатые узоры. В этот же момент я надкусила бусину у себя во рту, выпуская вишнёвый сок. Вот только бусина соскользнула в первый раз, и я больно укусила свой собственный язык. Так сильно, что слёзы из глаз брызнули.

Но это ладно, шоу должно продолжаться.

Выпустила небольшую бордовую струйку сока с краю рта, которая стекла до подбородка, и медленно повернулась к зрителям лицом. Словно пыталась посмотреть в глаза своему убийце и вытянула в его сторону раскрытую ладонь, прося прикоснуться к ней. Естественно, моя немая просьба осталась без ответа. Увидев моё выражение лица, зал вновь ахнул. Кимоно теперь полностью было кроваво-красным. Ни единого белого пятнышка. Даже белоснежный веер принял красный цвет.

Музыка вернулась, но это больше походил на барабанную дробь, отбывающий ритм сердца. И ведь с каждой секундой ритм замедлялся. Все понимали — девушка умирает. Ещё несколько движений, и я мягко и плавно легла на пол, так чтобы мои волосы и само кимоно, приняли позу цветка. Это была самая трудная часть в танце, так как складки наряда никак не хотели ложиться правильно, да и я просто плюхалась на землю. Но сейчас… сейчас всё получилось грациозно и так как надо.

Свет вновь стали немного приглушать, концентрируя внимание только на мне. Рядом появились ветви сакуры, говорившие о том, что девушка умерла в начале апреля, в самый сезон цветения сакуры. Лепестки цветов срывались с ветвей и медленно, подобно дождю падали на моё тело, путаясь в складках кимоно и в волосах.

Музыка замолкла, сердцебиение затихло, свет погас.

Конец выступления.

Была безумная тишина. Не знала, как отреагирует зал. Слишком тихо. Из-за того, что освещали именно сцену, я никого не видела из зрителей. Неожиданно почувствовала, что меня берут под руки и помогают встать. Это была вся наша команда над данным номером. Включили обычное освещение, и тут я увидела, что зал аплодировал, причём большинство стояли. Они что-то выкрикивали, но что именно не понятно. Грохот аплодисментов буквально оглушал.

Все улыбались и поклонились, благодаря за внимание. Но долго купаться в лучах славы нам не дали, так как пригласили на сцену всех участников. Должны были раздавать призовые места. Теперь на сцене было не протолкнуться. Все десять команд вышли на сцену и ожидали вердикта жюри.

На сцену вышел один из них, с листом бумаги в руках. Мужчина лет сорока в обычном деловом костюме и короткой стрижкой. Держал микрофон и начал свою речь. Вначале было долгое отступление тому, как он рад видеть таких прекрасных выпускников Средней школы Намимори и как счастлив, присутствовать тут. Поздравлял всех с концом учебного года и желал успех в будущем, уверяя, что каждого ждёт ещё целая куча побед. Его толком никто не слушал, все ждали результат голосования. Многие даже стали шептаться, поговаривая — «Ну, быстрее! Быстрее!».

— Ну и наконец, результаты жюри, — начал мужчина, разворачивая листок бумаги. — На третьем месте команда под номером семь, — команда с таким номером дружно запрыгала от радости. — На втором месте — команда под номером пять, — вновь волна визга и счастливых улыбок. — Ну, а на первом месте, команда под номером… один! — команда, что выступала первыми, дружно загалдели, поздравляя друг друга.

Стало ясно. Мы не победили. Ничего не заняли. Хоть я и старалась выжать из себя абсолютно все силы, видно этого было мало. Почувствовала лёгкое похлопывание по плечам.

— Ничего, — шептала Аи. — Ты была потрясающей! Лучше тебя этот номер никто бы не станцевал.

Я улыбнулась на её слова, и заметила, что из всей команды никто не расстроился. Все знали, что я не выиграю. Это обидело ещё сильнее, но подавать виду не стала. Зато зрители явно были недовольно таким результатом голосования и дружно стали вопить, высказывая, своё недовольство. По крикам зрителей я поняла, что они не считают первое место заслуженным. Мол, первое место должно принадлежать команде под номером десять.

— Я всё понимаю, — стал защищаться представитель жюри. — Но и вы поймите, танец с веерами, традиционно японский. И, следовательно, танцевать его должна… японка.

Ого! Так я проиграла из-за того, что не японка? Хах, как оказывается, Кёя был прав. От этого, правда зрители ещё больше стали возникать и выражать своё недовольство. На что жюри согласились вручить десятой команде приз «Зрительских Симпатий». Но как по мне это было скорее в стиле — «Отвали!».

Я вернулась в класс, что выделили для нас как гримёрную. Тело ломило страшно. Хотелось немедленно избавиться от этого кимоно, но одна я его не сниму. Наряд просто тяжеленный, и это если не учитывать дополнительный механизм с красками, что вшила Аи. С минуты на минуту должна заглянуть либо Аи, либо Тори, чтобы помочь мне снять его.

Было безумно жарко, и я открыла окно настежь. На улице темно и свежий прохладный ветерок нежно ласкал мне лицо, даруя хоть немного облегчения. В любом случае, как не посмотри, а весь этот дурдом позади. Теперь никаких тренировок и никаких суровых нагрузок. Я вновь свободна.

Дверь в гримёрную открылась и сразу же закрылась. Кто-то проник в помещение. Я была уверена, что это одна из девчонок.

— Ну, наконец-то, а то я уже так устала. Снимите с меня этот наряд, а то я… — замолчала, так как и закрытыми глазами, стоя у окна почувствовала незваного гостя. Резко повернулась. — Хибари-сан?

Да, это был он, собственной персоной. Всё в той же форме Дисциплинарного Комитета с накинутым гакураном на плечах и скрещенными руками на груди. Он подходил медленно, осматривая на ходу класс, где кругом были разбросана одежда, косметика, швейные наборы и так далее. Что ж… я должна была ожидать того, что он захочет после встретиться. Не зря же столько раз уверял, что проследит за моим позором лично.

— Вы, Хибари-сан, как всегда были правы, — улыбнулась я, немного поклонившись на японский манер. — Я не победила и вообще никакого места не заняла. Как и было сказано, я не японка и никогда ей не стану. Мой проигрыш был предсказуем.

— Это не так, — произнёс он тихим и спокойным голосом, остановившись на расстоянии вытянутой руки от меня.

— Что? — не сразу поняла смысла его слов.

— Я был не прав.

Ничего себе! Хибари Кёя говорит, что он был не прав? То есть… он тоже может признавать свои ошибки? Но как? Что же ради этого должно произойти? Я… в некотором шоке. Это точно Кёя? Точно тот самый Глава Дисциплинарного Комитета, у которого только правила, да дисциплина в голове? Сейчас, при свете тусклых настольных ламп, он казался каким-то… загадочным. Хотя, возможно, что я просто безумно устала, и теперь мне видится всякое. Как вообще на такое реагировать?

— И ты ведь получила приз, — продолжал Хибари. — Приз «Зрительских Симпатий». Как по мне, это намного важнее.

Хибари сделал ещё один шаг ко мне на встречу, медленно приподняв ладонь и потянув её к моему лицу. Я не шевелилась. Только смотрела в его серые глаза, в которых мерцали серебристые отблески настольных ламп и ничего не понимала. Что происходит? Он… Хибари… какой-то другой… словно сейчас он наконец-то решился снять маску и показаться. Показать себя. Рука парня была неуверенной. Он хочет ко мне прикоснуться, но что-то его сдерживает. Что именно?

Молчу и терпеливо жду, наблюдая за тем, что будет. Мысли путаются, поэтому не спешу делать каких-либо поспешных выводов. Наконец-то его ладонь прикоснулась к моей щеке, а подушечка большого пальца, медленно стерла остатки вишнёвого сока на подбородке. Похоже, это волнительно не только для меня, так как, хоть выражение лица у парня и было мраморным, быстрый ритм сердца я слышала отчётливо. Оно так билось, словно зазывало и просило. Но чего? Чего оно хочет?

Время идёт, а ладонь Кёи до сих пор лежит на моей щеке, поглаживая большим пальцем нижнюю губу и подбородок, хотя уверена, что от вишнёвого сока там уже ничего не осталось.

— Эх, классное выступление! — послышался мужской голос из окна. Так как мы находились на втором этаже, слышимость была потрясающей. — Особенно мне понравилось последнее.

— Ага, — отозвался второй парень. — Думаю, она бы и победила, если бы всё жюри не было куплено.

— Куплено? — удивился первый, а я с непониманием посмотрела в глаза Кёи, словно спрашивая «это правда?».

— Ну, да, — согласился второй. — Та, что заняла первое место, дочь одного из жюри. Те, что заняли второе и третье место, дети одних из бизнесменов, что финансируют школу.

— Ого! — присвистнул первый. — Ну, и что это за конкурс, когда всё куплено? Обидно даже.

Хех, так вот оно что. У меня тупо даже не было шанса. И Кёя всё это знал. Знал, по глазам вижу. Не зря он всё это время пытался меня переубедить участвовать, так как даже для него это уже не конкурс, а какая-то пародия. Но он всё же не сказал. Продолжал наблюдать. Ну, что, Хибари-сан, понравилось шоу?

Я резко ударила его по ладони и оттолкнула руку от своего лица. Хотел посмотреть на моё унижение? Прошу. Но не более того. Рука парня медленно опустилась. Но разговоры парней за окном на этом не закончились.

— Эта участница под десятым номером, вроде из корпуса «А» верно? — спросил первый. — Мне понравилась. Интересно, у неё парень есть?

— Пф! Спрашиваешь, — усмехнулся второй. — Слышал лично, что она обручена с Савадой.

— Чего? С этим Никчёмным Тсуной?! — воскликнул первый.

— Ага, — хихикал второй. — Но это не всё. За ней, вроде как, ухаживает друг Тсуны, Ямамото Такеши. Вечно видят их вместе. То за обедом, то гуляющих после школы…

— Это лучший игрок Средней школы Намимори?! Вот это да! Раз такой парень приударил, то у меня нет и шанса, — вздохнул первый.

— Ещё поговаривают, что по ночам пару раз видели, как к ней в гости Гокудера Хаято приходил. Кто его знает, ради каких целей, хи-хи-хи…

— Ничего себе! — уже шокировано произнёс парень. — Да эта девчонка никто иная как Мата Хари!

Я просто прикрыла глаза рукой, желая всем сердцем, чтобы на эту школу упал огромный метеорит и взорвал всё к чёртовой бабушке. И такие сплетни бродят обо мне по школе? Хибари сделал шаг назад и, приподняв одну бровь, с некой усмешкой следил за моей реакцией. Образ засранца вновь вернулся на своё место.

— И не говори, — отвечал второй. — А ты думаешь, почему её Глава Дисциплинарного Комитета около себя держит? Сама слабая, хилая, как тряпка. Толку от неё немного. Просто парень сам на неё глаз положил, вот и держит рядом. Видал, как он во время последней сцены с сакурой на колени перед ней встал? Вот так вот!

— Чего?! Даже Хибари Кёя?! Вот это женщина… — восхищался первый.

Опустила руку и посмотрела с удивлением на Кёю. Он упал передо мной на колени? Нет, я понимаю, что это всё из-за болезни, но… Так неловко. Ухмылка парня исчезла, зато теперь лицо излучало гнев и ярость. Ничего не говоря, Хибари приготовил тонфы и резко выпрыгнул в окно. Через секунду послышались крики, удары и мольба о помощи. Вот только вряд ли Хибари намерен кого-то прощать.

Устало вздохнув, закрыла окно, и вернулась обратно на стул, дожидаться кого-то из девчонок. Меня это не касается. Пускай хоть всё исчезнет. Ничего не желаю знать. С этого момента, считаю себя свободной.

Глава 19. В новый раз в новый класс

Сезон цветения сакуры ещё не прошёл, а все школьники уже вновь мчатся в школу. Начался новый учебный год. В японских школах принято постоянно перетасовывать учеников, как карточную колоду, поэтому вероятность того, что мой класс выйдет в том же составе, маловероятна. Для удобства школьников списки с классами вывесили на уличные стенды перед школой. Теперь там толпились ученики, выискивая свои фамилии, через которых пройти было довольно трудно.

В прошлом учебном году я числилась в первом классе Средней школы Намимори корпуса «А». То есть 1-А. Сейчас же должна быть во втором классе, и надеюсь, что со мной будет хоть кто-то из знакомых. Может Ямамото? Я уже привыкла ему вечно помогать в учёбе. Было бы забавно, если бы вновь учились вместе.

Наконец-то толпа немного разбежалась, и я шагнула к первому списку второго класса корпуса «А». Хм… Тут и Гокудера, и Тсуна, и Ямамото, и Сасагава… Все, с кем общалась, остались в том же классе. Но… меня в этом списке нет. Более того, в следующих двух списках «В» и «С» меня тоже нет.

— Что за ерунда? — вырвалось у меня. Неужели оставили на второй год из-за пропусков? Но ведь я сдала все тесты и экзамены. Такого просто не может быть.

Просмотрела вновь все списки вторых классов. Всё равно не нашла своей фамилии. Решила рискнуть и посмотреть в список первоклассников, где числилась раньше. Там меня тоже нет. Да что такое? Неужели просто забыли отметить?

— Эй! Дар, привет! — послышался радостный голос Ямамото. Парень был не один. С ним как обычно шёл всем недовольный Гокудера, который только и успевал, что выпускать клубки сигаретного дыма. — Смотрю ты наконец-то в обычной школьной форме. Тебе идёт.

— Хах, спасибо, Такеши, — улыбнулась я, принимая комплимент. Да, форму Дисциплинарного Комитета пришлось вернуть. А что поделать? Как говорит Хибари — правила есть правила. Я проиграла в конкурсе с веерами, теперь должна покинуть пост.

Правда, ребята до сих пор не успокоятся. Всё время вспоминают тот танец и говорят, что были поражены красотой исполнения. Ямамото его даже на телефон снял и разослал видео всей нашей тусовке. Включая детей. Да что там, даже Гокудера признал, что выступление ему понравилось. Только это признание больше было похоже на пытку, но всё равно. Главное факт.

Я же сама это выступление исполнила и постаралась забыть. Было, и ладно. После него разве что только неприятный осадок остался, от которого хотелось избавиться в первую очередь. Но на всё нужно время.

— Ну, в каком мы классе? — спросил Ямамото, подходя ближе и вчитываясь в список. — О! Я в 2-А. Классно! Повезло.

— Хм-м-м… — протянул Гокудера, нахмурив брови. — Есть! Я и Десятый тоже в 2-А!

— Круто! — отозвался бейсболист. — Мы вновь все вместе.

— Не совсем, — вздохнула я. — Моей фамилии тут нет. Похоже, меня не внесли в список.

— А ты везде смотрела? — фыркнул Хаято. — Вполне возможно, что просто перевели в другой класс.

— Об этом я подумала в первую очередь. Нет, — отрицательно покачала головой. — Нигде нет.

— ЭКСТРИМАЛЬНОГО ДОБРОГО УТРА! — проорало нечто, сносящее мои перепонки к чёртовой бабушке. Сасагава Рёхей также подошёл к стенду и всмотрелся в список. — Отлично! 3-А!

— Семпай?! — удивился Ямамото. — А разве вы не закончили среднюю школу?

— Кстати, да, — согласилась я. — Во время выпускного, я лично видела, как ты выступал с прощальной речью.

— Ха-ха-ха! — засмеялся Рёхей. — Ну, выступить я выступил, но оказывается, что я был во втором классе, но забыл.

— А?! — вот это было неожиданно, но уж больно похоже на Рёхея. Вот только, как можно забыть в каком ты классе?

— О! Дар, а ты теперь со мной в классе? — спросил Сасагава продолжая читать список учеников на этот год класса 3-А.

— ЧТО?! — удивились все, не веря словам боксёра.

Для подтверждения своих слов Рёхей указал пальцем на мою фамилию, которая действительно числилась в списке третьеклассников. Дамы и господа, я официально третьекурсница. Внизу списка даже имелась сноска, в которой говорилось, что «за все заслуги перед школой, а также за высокую успеваемость, школьный совет учителей решил поощрить Серру Дарью, и позволил ей перескочить один учебный год вперёд». То есть да, я теперь учусь с Сасагавой Рёхеем и Хибари Кёей в одном классе.

От такого поворота событий я потеряла дар речи. Стояла перед доской со списком и прочитывала фамилии снова, снова и снова. Вдруг ошиблась? Вдруг это всё сон? Вдруг галлюцинация?

— Это экстремально круто! — хмыкнул Рёхей. — Видно, ты довольно умна, раз смогла совершить подобное. Поэтому я должен спросить, не желаешь вступить в клуб Бокса?

— Рёхей… не сейчас… — одними губами произнесла я, чувствуя себя в некой прострации. То, чего я так не хотела, всё же случилось. И что мне теперь делать?

Сасагава ещё что-то говорил по поводу своего боксёрского клуба, но его совершенно не слушала, как и остальные парни, поэтому он попрощался и побежал в сторону первоклассников, пытать счастье у них. Гокудера был так удивлён этим фактом, что выронил сигарету. Ямамото просто хлопал глазами с открытым ртом.

— Ну и ну, — наконец-то произнёс бейсболист. — Наверное… нам стоит поздравить тебя, Дар. Жалко, конечно, что времени будем меньше проводить, но…

— Кого ты поздравлять собрался, бейсбольный идиот? — злился Хаято. — Тут нужно немедленно всё рассказать Десятому и Реборн-сану. Советник должен быть всегда рядом с Боссом Вонголы.

— Ха-ха-ха, ты всё об этой игре… — улыбнулся Такеши, чем вызвал у меня непреодолимое желание ударить его по лбу. Неужели он до сих пор слепо верит, что всё это игра в Мафию? Везучий человек.

Гокудера также не смог оставить слова Ямамото без внимания и стал огрызаться ещё сильнее, но я их уже не слушала. В моей голове жужжал рой мыслей из положительных и отрицательных сторон нынешнего положения. Так, для начала о минусах: во-первых, я не смогу проводить времени с ребятами, к которым успела привыкнуть. Особенно нравилось в компании Ямамото во время урока кушать свои бенто, не дожидаясь обеда. У нас даже появился свой личный жест символизирующий «Приятного аппетита!».

Во-вторых, придётся налаживать отношения с новым классом и учителями. Опять проходить через эту волну избегания, недоверия и тупой неприязни. Не только от одноклассников, но и от учителей. Как не посмотри, а мне всю жизнь чужое доверие, у обычных людей, приходится заслуживать.

В-третьих, это вечно придётся пересекаться с Хибари Кёей. Вот этого мне не хотелось больше всего. Признаю, что до сих пор испытываю злость в его сторону. Это меня слегка смущает, так как в обычных ситуациях, я бы и глазом не моргнула. Плевать, но тут… не знаю. Просто каждый раз, как вспоминаю тот вечер после конкурса, хочется взять что-нибудь потяжелее и ударить парня. Хотя, возможно, я просто стала мало есть шоколада. Да, необходимо определёно перекусить, пока занятия не начались.

Теперь же поговорим о плюсах: во-первых, если я закончу раньше Среднюю школу Намимори, то наконец-то смогу двигаться дальше. Возможно, даже перескачу старшие классы и сразу же поступлю в какой-нибудь вуз. Для этого, конечно, придётся попотеть. Ведь в Японии с этим строго. Но если всё получится… Оно того стоит.

Во-вторых, появится хоть небольшой, но шанс свалить отсюда. Да, я ещё не до конца избавилась от надежды разорвать все узы с мафией. Меня, в конце концов, никто не спрашивал. А если и спрашивают, я всегда говорю чёткое «Нет!», но разве их это на самом деле волнует? Ага, как же…

В-третьих, хоть я и не люблю что-либо менять в своей жизни, и иду на это с огромным трудом, думаю, такая перемена только в плюс. Смогу по-новому взглянуть на положение дел и, в случае удачи, вовремя свалить.

Неожиданно почувствовала, как меня по обе стороны плечей резко притеснили. Это было довольно грубо, из-за чего я чуть не свалилась вперёд, поцеловав список распределенных учеников. Хотела уже начать ругаться, посчитав, что тому виной Хаято и Такеши, но голос откуда-то сверху над моей головой, полностью развеял эту мысль:

— Ну что, Серра, будем одноклассниками? Хы-хы-хы… — голос был груб и низок, напоминающую пароходную трубу. — Не волнуйся, мы позаботимся о тебе. Не так ли, Фано?

— Ага, — тут же произнёс второй голос, не уступающий по грубости первому. — Теперь можешь называть нас с Нусо своими семпаями.

Сделав шаг назад, я посмотрела на своих «собеседников». Мне эта парочка ой как знакома. В то время, когда я работала в Дисциплинарном Комитете, они были первыми, чей клуб я просто напросто закрыла. Они просто просили деньги, но ничего для этого не делали. Пытались открыть ещё несколько клубов, но все их заявки были глупы и не обоснованы, поэтому я всегда отказывала. Ещё с прошлой осени на меня зуб точат. Но тогда они не могли мне что-либо сделать из-за того, что я являлась членом Дисциплинарного Комитета, а сейчас у них этой возможности предостаточно, так как «крыши» над головой больше нет.

Поискала глазами Гокудеру и Ямамото. Эта парочка так увлеклась спором, что ничего не замечала вокруг себя. Более того, намеревалась идти и искать Тсуну, так что надеяться на помощь не стоит. Однако разве стоит переживать? Как не посмотри, а мы находимся на центральном дворе школы. Тут кругом ученики и учителя, да и парочку Элвисов видела. Не думаю, что они рискнут нападать на меня сейчас.

Два высоких парня с довольно крупным телосложением, темные короткие волосы, пухлое лицо. Фано и Нусо Сэдзуки. Вроде бы, не родные братья, но какие-то дальние родственники, если не ошибаюсь. Из вполне обеспеченной прославленной семьи бизнесменов, которые финансируют школу. Однако также слышала, что родители у них строгие и редко балуют детишек. Вот они и клянчат средства, откуда можно, не желая работать. Золотая молодёжь, одним словом.

— Думаю, я и без вас спокойно разберусь, спасибо, — с мягкой дежурной улыбкой ответила я и постаралась уйти, но на мои плечи резко легли крепкие руки парней, не давая сделать и шагу.

— Нет, ты только послушай, Нусо?! — возмущался Фано. — Мы ей помощь предлагаем, а она нос воротит. Что, не нравимся? Не достаточно хороши? А ведь сама на недавнем конкурсе даже третьего места не заняла. И чем ты лучше нас? Да это ты должна на коленях ползать и помощь выпрашивать! Думаешь, мы о тебе ничего не знаем, полукровка? Проиграла потому, что не являешься японкой, а кто ты на самом деле? Итальянка? Русская? Ты и сама толком не знаешь. Одним словом — дворняга, без рода и племени.

— Хы-хы-хы, ага, — поддакивал Нусо. — Также слышал, что от неё родители отказались и сбросили, как ненужный хлам.

— Вот-вот, — закивал Фано. — Так что лучше тебе усмирить свой гонор, милочка. И попытайся подружиться с нами, а мы, может, так и быть, снизойдём на милость, — пальцы парня медленно прошлись по моим волосам, слегка прикасаясь к овалу лица. Я не шелохнулась, продолжая со спокойным, слегка сонным взглядом наблюдать за парнями. Вокруг нас царила мёртвая тишина. Люди, не сдерживая любопытства, толпились всё сильнее и сильнее. Каждого интересовало то, что происходило около стенда со списками. Но никто не смел проронить и слова. Прислушивались. — Думаешь, с твоим происхождением ты чего-то добьёшься? Открою тебе глаза на реальность, но чтобы быть кем-то, надо родиться кем-то, полукровка!

— Хы-хы-хы! — хихикал Нусо, который, походу, был не очень-то далёким.

Эх… мне определёно нужно что-нибудь съесть. Настроение, когда ты не завтракаешь в такой важный день, всегда ниже плинтуса. Спокойно, не совершая резких движений, опустила руки к сумке и, открыв её, достала неоткрытую пачку шоколадных палочек. Надорвала картонную коробочку сверху, после серебристый пакетик внутри и, достав одну палочку, спокойно сунула её в рот, зажав между зубами. Всё это было так медленно, что монотонно, что за это время можно было убить меня раз десять, причём десятью способами, но парни этого не сделали. Публики боятся.

— Вы всё сказали? — сухо спросила, смотря в глаза к каждому. Судя по напряженным жилам у виска каждого, а также взмокшему лбу, я их одновременно и раздражала, и пугала, но, видно, злила больше, раз парни решились на то, чтобы унизить меня прилюдно. — Что ж… — тяжело вздохнула. — В ваших словах есть доля истины. Я действительно не выиграла на танцевальном конкурсе и являюсь полукровкой. Наполовину русская, наполовину итальянка. И, скорей всего, в ваших чистокровных глазах, со старинной семейной историей, выгляжу не важнее комара, которого надо прихлопнуть. Но вот один удивительный факт, — послышался скрежет зубов и скрип натянутой кожи на кулаках. Они готовы были вот-вот сорваться и ударить меня, но чувство самосохранения всё ещё сдерживал парней. — Вы знаете, что чистокровные породы животных со временем тупеют и приносят хилое, нездоровое и временами уродливое потомство? В Древнем Египте у королевской семьи в погоне за чистотой крови, стали рождаться настолько уродливые дети, что про них до сих пор слагают легенды и мифы. Притом у дворняжек всегда выделялся особый ум, интуиция и иммунная система, при которой большинство болезней просто обходит стороной. Так вот… к чему это я? Лучше уж я буду бездомной дворнягой, у которой нет ни рода, ни племени, чем таким имбецилом как вы, ребята. Тем более, учитывая последний суммированный результат тестов за прошлый учебный год, который вывешивают в центральном коридоре, я нахожусь на первом месте. А вот вас не припомню и в первых пятидесяти фамилиях.

Лица двух парней надо было видеть. Их кожа побагровела и стала похожа на свёклу. Из ушей разве что не валил пар. А плечи сотрясались в лютом неудержимом гневе. Особенно подливало бензин в костёр то, что многие школьники, что слышали меня, стали хихикать. Сначала один, потом другой, третий — и вот уже вся толпа безудержно хихикает над этими двумя парнями.

— Да кем ты себя возомнила?! — взревел Фано, сделав шаг в мою сторону и схватив одной рукой за красный бантик на шее, а второй размахивая кулак, чтобы нанести по лицу. Всё бы так и произошло, если бы в самый последний момент, в горло парня не уткнулся наконечник катаны.

— Ну-ну, — послышался расслабленный весёлый голос бейсболиста. — Не стоит так разговаривать с девушками. Они всё-таки хрупкие и слабые существа. Пожалуйста, семпай, уберите руку.

— Ты что не понял, урод? — послышался ещё один ворчливый голос с ароматом табака. — Грабли свои убрал! Или мне их тебе подорвать к чертям?

— Ямамото Такеши и Гокудера Хаято… — злобно бросил Фано, всматриваясь в моих защитников, но бантик на шее не отпустил. Он готов был с ними драться, но сначала разобраться со мной.

— Фано, уходим, — зашептал Нусо, хлопая своего кузена по плечу. — В эту сторону идёт Глава Дисциплинарного Комитета. Скорее! С ним лучше не сталкиваться.

— Чёрт… — фыркнул парень, наконец-то отступив и убежав с кузёном за территорию школы. — Ещё увидимся, Серра, — бросил он мне через плечо, ясно дав понять, что это не последняя наша встреча.

— Прекратите толпиться, — послышался ледяной голос Главы Комитета, но его самого пока не было видно. — Или вы хотите, чтобы вас всех исключили?

Школьники не решались лишний раз злить Хибари Кёю и тут же начали разбегаться в разные стороны. Мы тоже решили не задерживаться. Вернее, парни просто подхватили меня под руки и со словами — «Надо найти Тсуну» утащили прочь. Краем глаза всё же успела заметить фигуру Хибари. Он остановился около распределительного списка, с вниманием изучая его, но на этом всё.

Тсуну мы нашли быстро. Он как раз направлялся в сторону корпуса «А». Но вот только на этот раз он был не один, а в компании какого-то ненормального парня. Растрепанные волосы в стиле панк, чёрный ошейник с шипами, одежда выглядящая так, словно побывала на переработке, причём неоднократно. Кругом заклёпки, булавки, местами даже торчит скотч. Точно какой-то ненормальный. И смеётся чересчур громко.

— Эй, Десятый! — позвал Тсуну Гокудера. — Мы снова вместе! Правда, жаль, что придётся учиться вновь с этим Бейсбольным Идиотом…

— Эй-эй! — бросил Такеши, выражая легкое негодование.

— Ну… не совсем вместе, — вздохнула, почесав затылок. — Я пошла чуточку дальше.

— Дар, я видел и… Что же делать? — воскликнул Тсуна. — Может рассказать Реборну?

— Думаю, он и так в курсе, и не считает это проблемой, — отмахнулась от паники парня. По правде сказать, не удивлюсь, что в этом замешана его чёрная лапа. Ведь, чтобы совершить такое необходимо разрешение одного из родителей или опекунов. И раз подобное уже произошло, опекун своё разрешение оформил. Ладно, подумаю над этим позже. В принципе, меня такой расклад устраивает. Ещё один год, и поступлю туда, куда сама захочу. — Важно другое, кто этот парень?

— Тоже хотел это спросить, — кивнул Гокудера, выпуская небольшое облачко сигаретного дыма.

— О! Так вы члены семьи Савады-чан?! Отлично! — воскликнул незнакомый парень, размахивая руками, подобно мельнице. — Я представлюсь. Я — Восьмой преемник семьи Томасо на место лидера! Найто Лонгчемп.

— ЧТО?! — воскликнул Гокудера, сразу же насторожившись.

— Да ладно? — устало вздохнула я, потирая переносицу. — Очередной ненормальный из мира мафии? Нет уж… увольте… ничего не хочу знать, — собиралась уйти, но этот Найто не позволил пройти мимо.

— Нет-нет! — затараторил он. — Ты же Серра, верно? Серра Дарья! Представитель семьи Серра. Ох, в своё время один из Представителей данной семьи чуть не уничтожил семью Томасо, — он говорил всё это и смеялся как ненормальный. — Томасо и с Вонголой вели войну в течении двух поколений и, может быть, воевало дальше, если бы не Серра. Вмешательство третьей семьи перевесило чашу весов не в пользу Томасо. Хотя, насколько мне известно, в то время Серра и с Вонголой не очень хорошо ладили. Однако, с тех пор всех Боссов Томасо звали Лонгчемп.

— И зачем мне эта информация? — с безразличием спросила я. — Раз ты стоишь передо мной, значит Серра и Вонгола раньше плохо справлялись с задачей «уничтожения».

— Вай! Как холодно! — воскликнул парень, делая шаг от меня, обхватывая себя за плечи, не прекращая улыбаться. — Столько льда в твоих словах! Нельзя же быть столь колючей! Савада-чан, и как ты с «такой» встречаешься?

— Мы не встречаемся, — одновременно монотонно произнесли мы с Тсуной. С такой тональностью спокойно можно было говорить «Похоронное бюро», но просто за всё время, что мы с Тсуной знакомы, эта фраза выработалась до автоматизма.

— Что ты здесь делаешь?! — насторожено спросил Хаято, медленно направляя ладонь за спину, где были спрятаны динамитные шашки.

— Как что? Конечно же, я ученик! Я ж местный! Свой в доску! — воскликнул радостно парень. — Ребята, вам не кажется, что это невероятное совпадение? Как это удачно, правда? Мы все из мафии, так что будем вместе!

— Ничего подобного! — фыркнула я. — Меня затащили в этот дурдом насильно. На меня не рассчитывайте.

— Говорил уже! — повысил голос Тсуна. — Я не такой, как ты…!

— Да! — вклинился Гокудера. — Не сравнивай Десятого с таким отбросом, как ты!

— Лонгчемп определёно лучше! — неожиданно послышался крик мужика со стороны. Только сейчас я заметила, что рядом стояли ещё три подозрительные личности. Но орал самый центральный из них. Выглядел как высокий, тощий, сорокалетний мужик в костюме школьника. Даже страшно от того, что подобного пропустили на территорию школы. — Лучше, чем как-там-его Босс Вонголы.

— Э-э-эм… — протянула я, косясь на Тсуну. Тот уже готовил порцию щенячьих глаз в мою сторону. — Ну уж нет, разбирайся сам. Я теперь третьекурсница. Addio!

Повернулась к парням спиной и быстрым шагом помчалась в сторону корпуса. Вот-вот должен был прозвенеть звонок, а я ещё даже нужного кабинета не нашла. И какая у меня парта?

— Ха-ха-ха, — послышался смех Ямамото, который всё это время молчал. — Хотя я немного смущён, но в новом классе похоже будет интересно.

А этот как всегда всё не так понял. Как же я ему порой завидую…

Поднявшись на второй этаж, отыскала кабинет, над которым висела табличка «З-А». С первого взгляда поняла, что ничем особенным старшеклассники не отличаются. Все те же школьники и те же социальные правила. Девочки обычно держатся вместе, иногда делясь по группам. Парни также разбились на интересы. Где-то слышно стрекотание и хихиканье сплетниц, где-то хохот парней, а вот и сам Сасагава Рёхей стоит около доски и боксирует в воздухе. Просто разминка, но взгляд вполне сосредоточен. И тут он заметил меня.

— О! Серра, это ты! — голос парня был также громок, но, видно, после небольшой тренировки он сбросил пар и теперь мог говорить на тон ниже. — Уже знаешь, где сидишь?

— Нет, — призналась я, спокойно заходя в кабинет.

Многие обратили на меня внимание, оторвавшись от своих дел. Кто-то смотрел с безразличием, кто-то с любопытством, кому-то лишь одного взгляда хватило, а после тут же вернулся к своим делам, но были и те, у кого на лице сразу читалась неприязнь. Пока слабая, но уверена, она будет расти.

Хибари Кёи тут не было. Как после я узнала, он вообще очень редко посещает занятия. А в прошлом году вообще был от силы два-три раза. И то, лишь по той причине, что один из его одноклассников провинился перед Дисциплинарным Комитетом.

— Будешь сидеть вон там, — улыбаясь, ответил Рёхей, указывая на самую последнюю парту в первом ряду. Не около окна, но почти то же самое, что и в прошлом году. Сойдёт. — Позади меня, — добавил парень. — Мне Киоко много про тебя рассказывала. Ты не стесняйся, если что-то надо — обращайся. Я экстремально помогу тебе!

— Эм…

Довольно странное предложение. В сущности, мы с Киоко никогда особыми подругами не были, но общались неплохо, и то, в основном из-за Тсуны. Пару раз я ей помогала в уроках, но это происходит со всеми, в конец концов, одноклассницами были. Но раз Киоко обо мне хорошо отзывалась, значит, я ей каким-то образом понравилась. Вообще, Сасагава Киоко была одной из тех, кого я практически не интересовала. Думаю, если бы не общий круг общения, мы бы вряд ли вообще стали разговаривать.

Однако, что касается Рёхея… Будем честны, парень мозгами не вышел. Он силён, храбр, добр, но глуп. А учитывая то, что на меня тут уже парочка ребят точат зуб, было бы просто замечательно, если бы в З-А классе появился такой сильный, не побоюсь этого слова, друг, как Сасагава Рёхей. Тем более, он и сам не против завести приятельские отношения. Походу, он как и его сестра Киоко не чувствует моей ауры, что только мне в плюс.

Я широко улыбнулась и протянула правую руку в сторону боксёра.

— Позаботься обо мне, старший брат Рёхей, — стандартное японское приветствие, но на аудиторию повлияло.

Рёхей тут же пожал мне ладонь, и я физически ощутила, что силы у него буквально в избытке. Если он хотя бы день не будет тренироваться, боюсь, как бы парень не взорвался. В то время как остальные одноклассники были явно в замешательстве от подобного. Слышала шёпот сплетниц с первых парт:

— Отлично просто, — вздыхала девица, которой я явно не понравилась с первого взгляда. — Сначала в своём классе парням головы вскружила, а теперь и до нашего добралась. И что в ней такого особенного? Страшная ведь, как Смерть.

Ах, да… сплетни. Мне даже страшно представлять, что теперь обо мне в школе ходить будет. Ведь я, по их словам, уже успела околдовать как минимум троих парней из прошлого класса. Это Тсуна, Такеши и Хаято. На Тсуну всем плевать. Он и раньше особой популярностью не обладал. Никчёмный Тсуна — вот как его называли. Но вот у Гокудеры и Ямамото имеются свои фан-клубы, которых я удачно избегала, пока была в Дисциплинарном Комитете, но сейчас… Хм…

Хотя, в принципе, мне абсолютно всё равно, кто и что там обо мне говорит. Правда ведь всё равно никого не удовлетворит. Надо? Пусть хоть бельё моё обсуждают. Лишь бы сами не трогали и позволили спокойно жить. Разве меня раньше особо любили? Нет. Была куча друзей? Тоже нет. Так что я ничего не теряю. На словах у нас многие мастера, но до дела дойдут не многие. Можно не бояться.

Прозвенел звонок, и все расселись по своим местам. Две парты пустовало. Как позже узнала, там сидят Хибари и Кусакабе. Зашёл учитель, представился и, попросив сесть за парты, начал вести урок.

Всё было как обычно. Начинается день с поздравлением тех, кто перешёл в следующий класс, а также перекличка. Называли фамилию и имя, и присутствующий отвечал «Тут!» или «Здесь!». Её почти закончили, когда дверь резко открылась, и в класс вошёл Хибари Кёя и его заместитель Кусакабе Тетсуя. Ничего не говоря, вальяжно, словно хозяин, прошёлся вдоль всего кабинета и сел за свою парту. Она находилась в самом конце, но через ряд от меня.

В классе возникла гробовая тишина. Все напряглись, так как были в недоумении от того, что Глава Дисциплинарного Комитета решил посетить класс? Неужели опять какой-то нарушитель? Но Кёя спокойно сидел за партой, устремив свой взор в окно, словно так и надо. Учитель тоже нервничал, но, в итоге, дрожащим голосом продолжил лекцию. Обливался потом от паники, руки тряслись, но усилено игнорировал происходящее.

Я не смотрела на Хибари, хотя признаю — хотелось. Любопытно. Очень любопытно, и это ахиллесова пята всего семейства Серра. Почему-то чувствовалось некая недоговоренность. Хотя, казалось бы, а о чём тут говорить? Был конкурс. Я проиграла. Он с самого начал знал, что проиграю, и наслаждался зрелищем того, как я из кожи вон лезла, чтобы занять хоть какое-то место. А последнее его движение… это прикосновение к щеке… Возможно ли, что я его интересую? Вернее интересую не как противник, а как… девушка? Стоп, а разве это возможно? Я точно знаю, что Хибари чувствует ауру и испытывает ко мне неприязнь, тогда что же это было? Ох, сколько вопросов. Любопытство так и сводит меня с ума. Но лучше держаться от него подальше. Меньше проблем, меньше головной боли, меньше шансов того, что тебя забьют до смерти…

Через двадцать минут все перестали оглядываться в сторону Кёи, и наконец-то урок пошёл как обычно. Учитель что-то спрашивал, ученики отвечали, записывая пояснения в тетради. Так просидели целый урок, за ним последовал второй, прерываясь лишь на короткую перемену, на которой выходили все, и я в том числе. Далее третий и четвёртый урок. Приближалось время обеда, и должна признаться, я расслабилась. Всё было совсем не таким, каким я себе представляла. На меня вообще внимания не обращали. Точно призрак. Все лучи славы хватал именно Хибари, и меня это вполне устраивало.

И всё бы ничего. Вот прозвенел обед, я схватила свою сумку и направилась по привычке к выходу, когда в дверях класса меня встретил наш с Тсуной новый знакомый.

— Ав! Привет, Серра-чан! Как делишки? — вот честно, так и хотелось врезать этому недоумку по башке. Какого чёрта он тут забыл?

— Найто Лонгчемп… — вздохнула я. — Что ты тут…?

— АВ!!! Ты запомнила моё имя! Это так мило, Серра-чан! Я уверен, что наша встреча — это судьба! — парень размахивал руками, изгибаясь словно в танце, чем ещё больше меня бесил, ведь таким образом он перекрывал весь путь к выходу.

— Я не верю в судьбу, — спокойно бросила я. — А теперь, пропусти меня. Я ещё не обедала. И не смей преследовать.

— А? Но мы же только подружились! Давай перекусим вместе, Серра-чан! — восклицал парень с непониманием, но всё же дал мне пройти. Не теряя времени, я зашагала в сторону крыши, куда обычно любила забираться во время обеда. — Серра-чан! Серра-чан! — звал Найто догоняя меня. — Слышал, что тебя бросил Савада-чан.

— Чего?! — от такой новости я резко остановилась и в недоумении посмотрела на парня. Он лишь сияющее заулыбался от того, что наконец-то смог обратить на себя внимание.

— Да-да, — закивал Найто. — Так и сказал. Но ты не волнуйся, меня тоже сегодня бросили, так что давай встречаться?

— ЧЕГО?! — этот сумасшедший меня пугает. Прям до чёртиков. Я его не понимаю, а того, чего не понимаю — боюсь.

— Но это же правильно! — настаивал парень. — Два разбитых сердца найдут утешения друг в друге. Обещаю, я не причиню тебе боль!

— Ч… ч… чего?! — я довольно умная девушка, но в подобной ситуации это единственное, что могу из себя выдавить. По правде сказать, я даже забыла куда шла.

— Ты, конечно, не совсем в моём вкусе, но твои чувства мне знакомы, так что… — парень схватил меня за руку, которой я сжимала школьную сумку.

Не в его вкусе? Самооценка? Не, не слышала. Чёрт, да что за дурдом тут творится? А это только первый учебный день в этом году! Прожить год, и уйти в свободное плаванье? Ха! И ещё раз ХА! Тут хотя бы месяц без проблем попробуй проживи.

— Послушай… — мягко начала я, так как совершенно не знаю, как вести диалог с безумцами. От избытка информации, немного закружилась голова, и зазвенело в ушах. — Я не могу с тобой встречаться.

— Почему?! — удивился парень, не ожидавший, что «Я» откажу ему.

— Ну, понимаешь… я… никогда не полюблю тебя, — это правда.

— Ах, это! — смеялся парень. — Ничего страшного! Я тебя тоже не полюблю, на всё нужно время. Давай сходим на свидание? О! Я знаю-знаю! Пойдём в боулинг! Ав! Круто я придумал, да?

— Нет! — уже строже начала я. — Никакого боулинга! Говорю же, я не буду с тобой встречаться. Я тебя вообще только сегодня впервые увидела!

— Ав! Нельзя жить прошлым, Серра-чан! Нужно всегда стремиться познать что-то новое и неизведанное! Тем более утро было так давно, я за это время тебя как родную узнал.

— Интересно, каким же образом? — фыркнула я, чувствуя, как накапливается раздражение и злость. Казалось бы, что может быть ещё хуже? Правильно, когда вас в такой момент застукают ненужные люди.

— Почему тут так шумно? — услышала я ледяной голос за своей спиной. Глава Дисциплинарного Комитета, похоже, тоже вышел из класса и решился отдохнуть часок, но тут наткнулся на нас. И многое он успел услышать? Парень посмотрел на меня, потом на Найто. — Ты кто такой?

— Я её парень, Найто Лонгчемп! — воскликнул сумасшедший, чтобы доказать свои слова, обнял меня за плечи. Не знаю почему, но я в эту секунду почувствовала одновременно обреченность и некое дежавю. Когда-то подобное уже где-то было, ага…

— Хех, — усмехнулся Кёя к моему удивлению и посмотрел мне в глаза. — Ну, у тебя и аппетит! — издевательская усмешка не сходила с его лица. — Причём смотрю, любой подойдёт.

Это… это он… он что сейчас сказал? Намекает на то, что я одновременно встречаюсь с тремя парнями? Ну да, сплетни те мы вместе слышали. И что, он в них верит? Ведь чётвёртым был именно он. А теперь решил сам же эти сплетни и подтвердить? Отлично, подыграю тебе, засранец.

— Да, Хибари-сан, — мило улыбнулась, обхватывая рукой Найто со спины. — Так и есть. А что такое? Хотите присоединиться?

— Тц! — фыркнул парень, явно испытав некое презрение и отвращение. — Травоядное… — Хибари за одну секунду вооружился тонфами. — Не сравнивай меня с этим отбросом.

— Ав?! Я не отброс, я будущий Босс мафии и… — начал Найто, но договорить не успел.

— Раздражаешь, — бросил Кёя, сорвавшись с места одним пинком с ноги, оттолкнул сумасшедшего в сторону. Вернее в открытое окно в коридоре.

Да, Найто Лонгчемп выпал из окна с одного удара. И наблюдая за его падением, хоть мы и были на втором этаже, я думала о том, чтобы он… разбился насмерть. Но, как всем известно, чудес не бывает. И, естественно, он отделался одними ушибами и царапинами. Однако хотя бы избавилась от этого безумца. Опять спасибо Кёе. М-да…

Кстати говоря, парень не стал что-либо говорить, а просто спокойным шагом направился в сторону лестницы, ясно давая понять, что крыша во время обеда — занята. Блин…

Занятия наконец-то закончились, и я возвращалась домой. Вернее шла к воротам школы, как неожиданно поняла, что забыла одну немало важную вещь — мобильный телефон. Первая мысль которая пришла — это то, что я оставила свой сотовый на парте и не заметила его. Пришлось возвращаться в класс. Там как раз заканчивала дежурство одна из одноклассниц, подметая пол.

— Йо, — поздоровалась я, заглядывая в класс. — Ты случайно не видела мой мобильный на той парте? — указала пальцем, где я могла его оставить.

— Ах, так это был твой? — удивилась девушка. — Ну, я не знала точно, чей он, поэтому отнесла туда, куда относят все найденные ценные вещи.

— И куда же? — насторожилась.

— В кабинет Дисциплинарного Комитета, — скромно произнесла девушка, немного с опаской отводя глаза в сторону.

— Чёрт… Ладно, спасибо.

Вот не хотела, ну, не хотела я с ним сталкиваться. Ни сегодня, ни когда-либо ещё. Прекрасно понимаю, что если опять начнётся что-то непонятное, то, в итоге, без синяков не обойтись. Рано или поздно мы точно поубиваем друг друга. Мне не понятно, что надо этому парню, чтобы он наконец-то получил удовлетворение. Хотя нет. Понятно. Ему нужно ощущение того, что он способен всё контролировать и доминировать. Я давала ему это чувство, вечно улыбаясь и склоняя голову, как это подобает в Японии, но, видно, что он либо чувствует ложь, либо ему этого мало.

Эх, чёрт… ладно. Просто зайду, попрошу телефон и уйду. Он знает, что это мой телефон, так как много раз его видел. Вопросов возникнуть не должно. Постучалась в дверь.

— Войдите, — стальной голос как всегда лишён каких-либо эмоций.

— Хибари-сан, — открыла дверь и проскользнула внутрь. Тут же обратила внимание на Шоколадное дерево, что до сих пор росло в кабинете Комитета. О нём, если честно, совсем забыла, а ведь уверена, что никто, кроме меня, не ухаживает. Так и погибнет моё какао. Но вернёмся к сути.

— Это ты, — усмехнулся Кёя. — Зачем пришла?

А то ты не знаешь?

— Говорят, мой мобильник сюда приносили, не могли бы вы его мне вернуть? — всё та же милая стандартная улыбка. Маска — одним словом.

— Возможно, и мог бы, — улыбка на лице Хибари стала шире. Он облокотился на спинку кресла, словно готовился к некому шоу. Опустил руки на подлокотники, скрестив пальцы перед собой. Весь его вид говорил о том, что просто так мне мою вещь он не отдаст. Его задели сегодняшние мои слова, и он требует реванша. Более того, пока я не буду унижена до уровня Ада, парень не успокоится. — Если ты меня правильно попросишь, так и быть, — достал из тумбочки мой сотовый телефон, вложив его в правую ладонь и показав мне. — Верну.

Правильно попросить? Понятно, он желает не просто унизить меня, а чтобы я сама оказалась там, где, по его мнению, и должна быть. Тяжёлый парень. Очень тяжёлый. Если бы не этот его дерьмовый характер, возможно, с ним было бы весело, но…

Прощай мой любимый мобильник.

— Хибари-сан, — продолжала улыбаться, с непониманием склонив голову набок. — Вы… со мной заигрываете? — ухмылка в момент исчезла с лица парня. — Вы, конечно, довольно сильный и привлекательный, я не спорю. Но… я не любитель садо-мазо, так что вынуждена вам отказать.

В этот момент прозвучал звонкий хруст ломающийся техники. Мой, ещё недавно целенький, мобильник, превратился в куски осколков и надломленных частей. Одной рукой Хибари раздавил гарнитуру. Осколки звонко попадали на поверхность стола Главы Дисциплинарного Комитета. Уверена, возврату и починке мой телефон не подлежит. Хотя мысленно я уже готовилась к этому.

— Вот твой телефон, — бросил Кёя, стряхивая осколки с ладони на стол. — Можешь забирать и проваливать отсюда.

Не произнеся ни слова, я спокойно подошла к его столу и осмотрела кучу надломленных микросхем. Поковырявшись там, отыскала целую сим-карту и карту памяти. Что ж, уже неплохо, верно? Остальное просто смела в мусорное ведро.

— Хибари-сан, — дежурная улыбка всё ещё озаряла моё лицо, в то время как Хибари готов был вот-вот оторвать мне голову, и это я видела только по его серым глазам, оттенок которого приобрёл яркий серебристый оттенок.

— Ты ещё тут, травоядное? — голос был спокойным, но я заметила низкие нотки. Он сдерживается. В прямом и переносном смысле.

— Хибари-сан, завтра я позову своих знакомых, чтобы они помогли мне забрать Шоколадное дерево. Когда кабинет будет открыт?

Парень не ответил. Лишь испепелял меня взглядом, словно спрашивал — «Ты что, ненормальная?», но я продолжала улыбаться и делать вид, что ничего не произошло. Мы же всегда так и поступали, верно? Ещё ни разу ничего не обсуждали в открытую. Только ещё больше проблем создавали друг другу.

— Дерево останется здесь, — произнёс Кёя, возвращаясь к документам, что лежали у него на столе. Вот тут я немного удивилась.

— Хибари-сан, зачем вам оно? Вы не знаете, как за ним ухаживать. Тем более это мой подарок и…

— Повторяю, оно останется здесь. А теперь покинь кабинет. Раздражаешь.

— Хибари-сан, — моя улыбка исчезла. — Это «мой» подарок!

— Но принесли его в «мой» кабинет, — парировал он, вновь чувствуя превосходство. — Если хочешь получить его назад… — на парня вновь мелькнула усмешка. Чёрт!

Делать нечего. Счёт: один — один. Развернувшись я вышла в коридор, мысленно обещая, что так просто это не спущу с рук. Этот засранец слишком много о себе думает. Просто необходимо его проучить. И, кажется, я даже знаю как. Хех.

Наступила ночь. Небосвод был усеян яркими звездами, и чтобы лучше любоваться ими, я залезла на крышу дома, улегшись на черепице. При этом с собой прихватила добротную порцию сладостей, наслаждаясь ночной тишиной и весенней прохладой.

План по тому, как я проучу Хибари, созрел быстро, и мне было достаточно двух часов, чтобы осуществить задуманное. Написала программу и скинула её через интернет Кёе на телефон. Завтра проверим, всё ли получилось. Конечно, будет проблематично, так как у самой сотового нет, но благо имеется компьютер, а это уже полдела сделано. Хех, вот бы побыстрей посмотреть на его лицо. Хе-хе-хе…

Услышала шаги в районе калитки. Кто-то подошёл к моему дому, но во дворик не входил. Так поступал обычно только один человек. Приподнявшись на локтях, посмотрела на незваного гостя. В ночи лица практически не было видно, однако тёмный силуэт и лёгкий красноватый огонёк в районе губ, говорил о том, кто мог заглянуть на ночной перекус.

— Хаято, не поздновато ли для прогулок? — усмехнулась я. — Смотри, а то и сам полуночником станешь, как и я.

— Заткнись! — фыркнул Дымовая Бомба. — Тебя спросить забыл! Какого чёрта вообще на крыше делаешь?

— Ну… — посмотрела на шоколадную палочку, что как раз сжимала пальцами и подносила ко рту. — Ем.

— Пф! Что за ответ? Ты всегда ешь! — ворчал парень, но во двор не заходил. Как обычно, ему нужен повод.

— Но на крыше вкуснее, — пояснила я. — Не веришь? Иди сюда и сам проверь.

— А вот возьму и проверю! — послышался скрип калитки, после чего несколько ругательств на итальянском, и вот наконец-то парень забрался на крышу одноэтажного домика. Ничего не говоря, улёгся рядом. Минуту молчали. — Не знаю вкуснее или нет, но курить тут и правда круто, — согласился он, выдыхая облако дыма.

— Я же говорила, — с усмешкой надкусила верхушку с очередной шоколадной палочки.

Вновь возникла тишина. Гокудера никогда не приходил ко мне просто так. По какой-то причине, когда у парня на душе дерьмо, ноги сами приносят его к моим дверям. Может потому, что я Советник, а он как истинный член мафиозной семьи верит, что я ему помогу советом? Не знаю. Во всяком случае, я помогаю ему не по этой причине, а лишь потому, что он и сам меня не раз и не два выручал. Да хотя бы сегодня утром. Разве этого мало, чтобы выслушать парня?

Ему требуется время. Как всегда. Нужен повод для того, чтобы раскрыться. Просто так он не может. Боится? Возможно. Чувствуется, что жизнь Хаято помотала «будь здоров». Теперь слабые стороны никому не хочет показывать. Словно кот, которого ранили и теперь шипит на любую протянутую руку, даже если в этой руке лежит угощение.

— Красивые звезды, — начала я, с хрустом надламывая очередное лакомство.

— Ага, — согласился парень, выдыхая дым. — А в России они также красивы?

— И да, и нет, — парень озадачено повернул в мою сторону голову. — Вроде бы, звёзды те же, но смотришь на них совсем по-другому. Ощущения другие.

— Вот как, — протянул он. — Как по мне ощущения такие же, хотя я могу сравнивать только с Италией.

— Хм, в Италии я родилась, но практически не помню её, — честно призналась. — В очень раннем возрасте родители уехали в Россию.

— И где, по-твоему, твой дом? В Италии, где ты родилась, или в России, где ты выросла? — неожиданно спросил Гокудера. Я задумалась, с чего бы такие вопросы? Что с подвигло его на это? Хаято заметил моё непонимание. — Прости, Советник. Наверное, тебе неприятно слышать такие вопросы. Я… сегодня утром я слушал то, что ты сказала тем двум идиотам. И это было круто!

— Хм? Хаято, я…

— Нет, к тому, что… — перебил меня парень. — Я сам являюсь полукровкой, вернее на четверть. Моя мать была наполовину японка, наполовину итальянка. Я этого никому не говорил и…

— Не волнуйся, если ты захочешь, это останется нашим секретом, — улыбнулась я.

Теперь многое становится понятным. Рожденный в мафиозной семье, но не с чистыми корнями. Да, ему нелегко пришлось. Скорей всего, он долго искал тех, кто примет его таким, какой он есть, но даже сейчас он решился рассказать о своём происхождении не своему Боссу, а мне, Советнику. Правильно ли это? Чёрт его знает. Но если мои слова помогут ему, то почему нет?

— Ты спрашивал, где мой дом? — бирюзовые глаза парня с особой внимательностью устремились на меня. В ночной темноте они даже казались голубыми. — Знаешь, японцы считают, что твой дом там, где соблюдены твои традиции. Итальянцы считают, что твой дом там, где твоя семья. Русские считают, что твой дом там, где тебе хорошо. Вот и думай.

Несколько секунд Гокудера молчал, обдумывая мои слова. Он не спорил, не ругался, просто смотрел на ночное небо и думал.

— Хех, — на лице парня появилась улыбка, символизирующая о том, что ему уже значительно лучше. — Эй, Ведьма, кажется, я русский.

— Пха-ха-ха! Придурок! — от нахлынувшего смеха, мне даже пришлось подняться, чтобы не подавиться, но ясно одно, от плохого настроения не осталось и следа.

Глава 20. Цена розыгрыша

Ну, школьный день начался с того, что меня бросили.

Вроде как.

И не кто-то там, а сам Найто Лонгчемп. Притом узнала я это вообще от левых людей, которые с самого порога школы спросили:

— Эй, Дар, а правда, что тебя бросили и Савада, и Найто?

Весело, не правда ли? И всё это растрезвонил сам Найто. Его способности к распространению сплетен можно только позавидовать. Трепло редкостное. Позже мы с ним встретились, и он извинялся, что ему приходится так поступать, но он наконец-то нашёл свою истинную любовь, при виде которой у меня ещё неделю левое веко дергаться будет, и безумно счастлив. Также обещал сводить меня на парное свидание, чтобы я познакомилась с каким-нибудь его другом.

Хоть я не верующая, но… Боже упаси!

Весть о том, что проблема в виде Найто Лонгчемпа сама отвалила, буквально осчастливила меня. Этот сумасшедший явно действовал на нервы. Никакой логики и предсказуемости. От такого лучше держаться подальше. Но это ладно, он теперь на нервы капал Тсуне, так как они оба будущие Боссы своих семей, что мне только на пользу. Самое главное событие, которое я ждала, это месть Хибари Кёе.

Надеялась на то, что он придёт сегодня на занятия, иначе всё будет зря.

Да! Он пришёл. Также вальяжно уселся за свою парту, полностью игнорируя присутствующих. Начался урок, и учитель стал выписывать необходимые примеры для решения, чтобы проверить закреплённую вчера тему. В классе воцарилась тишина, и только шорох ручек о бумагу, нарушал молчание.

Потратила несколько часов на то, чтобы написать необходимую программу и запустить её в действие. Всё на самом деле просто. Отправила через необходимый сайт Кёе на телефон СМС, от неизвестного номера, с текстом: «Глава, вы должны это увидеть. У нас проблемы!», а в конце ссылка, по которой можно перейти на интернет страницу. Вот только сколько раз не переходи на неё, всегда будет выползать ошибка подключения. Мол, нет связи или ошибка 404, не важно. Любой человек под действием любопытства попытается узнать, что случилось и просмотреть ссылку. Возможно, даже попытается неоднократно, но всё тщетно. Эта страница для того и создана, чтобы высвечивать «Ошибку», хотя на самом деле механизм уже начал действовать.

Выходя на эту страницу, на телефон скачивается написанный мной вирус. Он мало весит и практически не заметен ни одним антивирусом, так как программы видят его как приложение, да и действует он в основном только на входящие звонки. Правда, если Кёя проигнорировал сообщение, то все мои труды напрасны. Проверить удалась ли задумка, смогу только в 9:30. В то самое время, когда урок будет в самом разгаре.

Каждый решал примеры. Даже Кёя с гордым видом, запрокинув ногу на ногу, всматривался в свою тетрадь и делал небольшие заметки. Ничего не предвещало беды. Но на часах, висящих над доской, стрелки неукротимо двигались к 9:30, и как только это время наступило, из динамиков сотового телефона Хибари Кёи на всю громкость заиграла музыка:

— БАМБОЛЕЙО-О-О! Бамболейо-о-о!

Да! Чёрт! Да! Он открыл сообщение! Да! Ох, чёрт! Не выдавай себя! Веди себя спокойно! Держи себя в руках. Просто с непониманием поверни голову в сторону Кёи и понаблюдай за ним. О, да! Его выражение лица просто бесподобно. Ради такого и умереть можно.

В то время пока из телефона на всю катушку орал Gipsy Kings с треком «Bamboleo», Глава Дисциплинарного Комитета не шевелился. В принципе, его лицо вообще ничего не выражало, но вот глаза… В них отчётливо читался шок. Как и у остальных присутствующих, что разом повернули головы в сторону Хибари Кёи.

Парень не прикасался к телефону и припев испанской песни пошёл по второму кругу, озарив класс новым «Бамболейо». В итоге, учитель всё же слегка намекнул, что стоит или отключить телефон, или хотя бы ответить на вызов. Хибари в тот момент бросил гневный взгляд на учителя, от чего тот икнул и подпрыгнул на месте, а после медленно потянулся к внутреннему карману гакурана, где он и держал свой сотовый телефон.

На экране мобильного отчётливо был виден скрытый номер телефона. Вызов идёт, но кто звонил — не понятно. Парень принял вызов и холодным спокойным голосом произнёс:

— Да.

Естественно, я знала, что это ложный вызов. Программа заставляет телефон звонить самому себе. Более того, Кёе никто не ответит. При помощи преобразователя голоса, я сделала небольшую запись, в которой он будет слышать только одно охрипшее дыхание какого-то обкуренного мужика. Кёя позвал мнимого собеседника ещё раз и ещё раз, но ответа так и не услышал, после чего просто отключил звонок.

Все очень старались не подавать виду, мол, ничего страшного, но это было очень трудно, так как все буквально из последних сил держались, чтобы не засмеяться в голос. Кто-то всё же не выдерживал и хихикал в кулак, но, судя по ярости в стальных глазах Хибари, это хихиканье последнее, что он сделал в своей жизни. Кёя об этом позаботится.

Самое интересное заключается в том, что это не последний звонок. Теперь трек «Бамболейо» будет играть каждый раз, когда кто-нибудь решится позвонить Кёе на сотовый. Более того, эту музыку в настройках не убрать. Уж я об этом позаботилась. И с громкостью то же самое. Да и мой моб-вызов будет трезвонить и дышать в трубку каждые полчаса. Прям по минутам.

После такого сюрприза Кёя осмотрел класс и особое внимание уделил именно мне. Однако я себя обезопасила по всем фронтам. Во-первых, позвонить не могла, так как у меня телефона нет, по его же инициативе. Во-вторых, сейчас у меня в руках были карандаш и ручка, что исключает какое-либо вмешательство, в принципе. В-третьих, моё выражение лица было идеальным. Всю ночь его репетировала, перед зеркалом выражая две эмоции: удивление и недоумение. Ни капли иронии или улыбки. Он не должен заподозрить меня. Во всяком случае, пока. Всё выглядело так, будто ему кто-то позвонил, но кто?

Парень сорвался с места и направился к выходу из класса, бросив Кусакабе, чтобы тот следовал за ним. Ох, кто-то скоро начнёт играть в детектива, но я уверена, нет ни одного доказательства, которое бы ссылалось на меня. Хотя, чёрт возьми, уверена, я в его списке первая, кого он начнёт подозревать.

— Странный он какой-то в последнее время, — нахмурившись пробубнил Сасагава Рёхей с передней парты. — Сколько лет учимся вместе, а так и не понял этого парня. Я его даже к себе в клуб бокса приглашал, но он наотрез отказался. Случайно не знаешь, чего это он?

— А мне откуда знать? — сухо бросила я. — Хоть я и провела больше полугода в Дисциплинарном Комитете, тоже так и не поняла его. Да я вообще о нём ничего не знаю.

— Да? — искренне удивился парень. — А я думал, что вы друзья!

— Рёхей… — вздохнула я. — Думать… тебе не идёт. Просто будь… экстремальным, как и обычно, — вдобавок похлопала парня по плечу.

— Я ничего не понял, но положись на меня! — воскликнул парень, подняв кулаки перед собой, словно уже готовился выбежать на ринг.

— Сасагава! Серра! Прекратите разговоры на уроке! — строго произнёс учитель, вновь вспоминая свои обязанности. М-да… вот кто бы действительно молчал.

Сплетни о том, что меня бросило два парня, разлеталась быстрее горячих пирожков. Но, должна сказать, что этот факт сыграл положительный бонус на моей репутации. Вернее как, теперь в мою сторону лилось значительно меньше ненависти, но больше жалости. Что-то вроде — «Ах, бедняжка! Её бросили даже такие идиоты, как Никчёмный Тсуна и Найто. Ну, ничего-ничего, не переживай. Кто-нибудь обязательно полюбит тебя такой, какая ты есть». И так целый день. Это был дурдом.

Тсуна даже потом извинялся и обещал разобраться с этими слухами, мол, они всё не так поняли, но я наоборот пригрозила парню, если он вмешается, получит от меня смачного «пенделя». Пусть будет так, как есть. Тем более, что сплетни быстро теряют популярность, и сейчас главная тема — это Хибари Кёя и его новый рингтон.

Ох, это был просто шедевр!!! Неважно, что было — перемена, урок или обед, телефон трещал, не переставая, и эта глупая испанская песенка, проиграла на всех этажах школы. Сам же Кёя волком выискивал «шутника». И ведь про него ничего не скажешь. Интуиция у парня действительно хорошая. Так или иначе мы сталкивались с ним каждый раз, когда мой моб начинал звонить Хибари. При этом парень перестал прислушиваться к песне, он вглядывался в лица людей, мрачнея с каждой секундой всё сильнее и сильнее.

Под конец дня, когда все стали собираться домой, в кабинете класса, я и Кёя задержались. Ну, я-то ладно. Вечно медлю, а вот Кёя похоже решился поговорить, но не тут-то было. В аудиторию вошёл вечно радостный Ямамото.

— Привет, Дар, ты домой? — тут же заметил на другой парте Кёю и поспешил поздороваться с ним, приподняв приветливо ладонь. — Хибари, — Глава Дисциплинарного Комитета проигнорировал этот жест и спокойно повернул голову в сторону окна, всем видом показывая, что ему до нас совершенно никакого дела.

— Ага, — ответила я, заранее доставая из сумки начатую пачку с шоколадными палочками. Её планировалось съесть по пути до дому. — А ты в клуб?

— Нет, — отмахнулся бейсболист. — Сегодня нет занятий. Так что у меня свободный вечер.

— Хм, круто, — кивнула головой и запрокинула школьную сумку себе на плечо. Не спеша направилась в сторону двери из кабинета

— Слушай, а что у тебя с телефоном? Всё время сбрасывается и оператор говорит, что недоступна, — спросил парень, следуя за мной.

— Ну… — краем глаза посмотрела в сторону Хибари. Наши взгляды встретились, но парень совершенно ничего не выражал лицом. Ему любопытно, но и в тоже время плевать на то, что я скажу. Скажу правду? Посмеётся и, в итоге, побьёт Ямамото, а там и меня. Солгу? Снова посмеётся, подтвердив тот факт, что я его боюсь. Хм… — Скажем так, он сломался. И при осмотре поняла, что починить нельзя. Планирую новый купить.

Хибари равнодушно отвёл глаза. В принципе, я не соврала, просто не стала вдаваться в подробности, но Ямамото похоже это несколько обеспокоило.

— О как, — бросил он. — Может, сходим в торговый центр? Мне всё равно новые кроссовки нужны, а там и мобильный телефон тебе присмотрим.

— Почему бы и нет? — пожала я плечами, выходя в коридор.

Пока мы дошли до ворот школы, успели обговорить, что сначала каждый забежит домой, переоденется, а после Такеши зайдёт за мной, и уже от моего дома мы пойдём в торгово-развлекательный центр. Интересно, это ведь не свидание, верно? Мы просто решили объединить приятное с полезным, вот и всё. Или нет? Хм… нужно будет присмотреться к Такеши.

В принципе, вечер получился неплохим.

Мы пришли в торгово-развлекательный центр, но первое, что решили сделать, это не искать мобильный телефон или кроссовки, а прямиком направиться в кинотеатр. На фильм ужасов. Забавно, не так ли? Причём, варианты были неплохие. Призраки, вампиры, ведьмы, проклятья и так далее. Стандартный набор ужасов, но Такеши решил выбрать то, чего бы я никогда не выбрала — фильм про зомби. То, что я терпеть не могу.

Нет, фильм был классный. Со смыслом и с крутыми спецэффектами, но чёрт… какие же они страшные. Вечно подпрыгивала, при каждом появлении той или иной страшной рожи. Ямамото при этом всё время смеялся, наблюдая за моим страхом. Он-то думал, что раз я не верю во всё паранормальное, то и зомби мне не страшны, но на этот феномен у меня своё мнение. Причём обосновано научными фактами. Даже выйдя из кинотеатра, мы уже минут пятнадцать сидели в кафе, а парень всё никак не мог перестать смеяться и хихикать по поводу того, что я боюсь зомби.

— Повторяю, Такеши, это вполне реальный феномен! — настаивала я, понимая, что уж чего-чего, а зомби парень точно не боится. — Могу тебе даже доказать, что они вполне могут существовать. Да что там, в Америке даже приготовлен официальный государственный план по случаю зомби-апокалипсиса! Вот ты знаешь, что из-за того, что люди на протяжении всей жизни питаются различными полуфабрикатами и консервантами, после смерти их тела практически не разлагаются? Проходят недели, месяцы и даже годы, а тело чуть-чуть видоизменяется. А если ещё и учёные создадут этакий электромагнитный импульс, благодаря которому сердце вновь начнёт биться, то не факт, что и мозг будет также пригоден. Мозг умирает в первую очередь, спустя шесть минут после остановки сердца из-за нехватки кислорода. Сохраниться могут только первобытные базовые инстинкты, а именно: есть всё, что движется.

— Ого! — усмехнулся парень, попивая молочный коктейль. — А ты в этом разбираешься. Может тоже зомби?

— Да ну тебя! — отмахнулась я, также делая глоток от своего шоколадного коктейля. Похоже, он вообще не понял, что я ему только что говорила. Единственное, что парень уловил — это то, что я боюсь зомби. Остальное лишь мишура.

— Ну, ладно-ладно, — улыбаясь, произнёс парень, словно извинялся. — Всё равно это забавно. А фильм хороший. Надо будет ребятам рассказать, чтобы тоже посмотрели.

— Хэх, сомневаюсь, что Тсуна на такое согласится, — на этот раз усмехнулась я, вспоминая Саваду и его репетитора, который каждый день тренирует парня. — У него и так жизнь один сплошной фильм ужасов с элементами боевика.

— Ха-ха-ха, и то правда, — согласился парень, протягивая в мою сторону своё пирожное, так как своё я уже съела. — Угощайся.

— А ты не будешь? — удивилась я. — Оно довольно вкусное.

— Не, не хочу, — облокотился о металлическую столешницу и подпер голову рукой. — Тем более, думаю, только ты можешь спокойно говорить о реальном существовании зомби и при этом есть.

— Ха-ха, очень смешно, — фыркнула я, но при этом пирожное взяла. Ну, не пропадать же добру, верно?

Кафе находилось на третьем этаже рядом с небольшим стеклянным ограждением, через который был виден пустующий проём сквозь весь торговый центр. Можно было спокойно следить за посетителями, как они подымались и опускались по эскалатору, совершенно друг друга не замечая. Тут мне нравилось. Не слишком темно, но свет слегка приглушён, позволяя видеть своего собеседника. Столы были небольшие имеющие форму квадрата на одного — двух посетителей и состоящие из металла, который приятно охлаждал кожу рук. Особенно учитывая, какая нынче жара снаружи. Издалека играла рекламная музыка, заманивающая покупателей в тот или иной бутик, но она была ненавязчивой, да и слов не разобрать.

Больше всего меня привлекали роботы, которые теперь устанавливали в каждом торгово-развлекательном центре Японии. Этакий пиар-ход. По сути, робот ничего не делал. Он либо хлопал глазами и размахивал в стороны руками, говоря всем «Здравствуйте!» и «Добро пожаловать!». Зачастую выглядел как юная девушка, либо реальный робот из какого-нибудь фантастического фильма.

Но одно я заметила, это буклеты с рекламой шоу, что произойдёт летом в Намимори — Битва Роботов. Причём ни какая-нибудь там школьная битва, а её финал. На такое шоу билеты стоят очень дорого, так как собираются самые, что ни на есть мастера своего дела. Ох, как же я хотела посетить это место. Но когда увидела ценник… Пятьдесят тысяч иен билетик, поняла, что проживу как-нибудь без роботов. Это же практически двадцать пять тысяч рублей! Блин… за такую цену, там должно быть круто. Хотя если прочесть отзывы в интернете, то шоу действительно того стоит.

Однако буклетик я все же взяла с мыслью, что когда-нибудь себе это позволю. Не в этом году, так в следующем. Наверное…

— Эх, может, надо было остальных ребят позвать? Какая-то наша компания не полная, — вздохнул Такеши. Хм… эти слова мне дали ясно понять, что это не свидание. Просто встреча друзей не более. Хотя я только за сегодня уже успела раз десять сменить своё мнение относительно бейсболиста. Трудно понять, серьёзен ли он или просто хороший, добрый друг? Но, похоже, я только зря забиваю себе этими мыслями голову.

— Знаешь, в школе про нас много слухов ходит, — устало бросила я, поворачивая голову в сторону стеклянного ограждения, через которое можно было спокойно понаблюдать за прохожими. — Возможно, даже то, что мы тут сидим, уже приведёт к неким недоразумениям.

— Пф, — фыркнул парень, усмехаясь. — Сплетни — это всего лишь сплетни. Слова, и не больше. Они всегда были, особенно когда я стал заниматься бейсболом. Как по мне, главное это поступки.

— О как… — произнесла я, удивляясь тому, что это сказал сам Ямамото. Никогда не могла подумать, что у парня имеются такие серьёзные взгляды на жизнь. Порой он выглядит как последний дурак, а иногда взрослее всех нас вместе взятых. Его трудно понять, и в то же время так легко.

— Вот, например, сегодня, — тут же продолжил разговор парень. — Услышал вот какие новости: за Хибари Кёей некий сталкер увязался, — в этот момент кусок пирожного застряла у меня в горле. Поперхнулась и сильно закашляла, а Ямамото, подумав, что я просто удивлена такой новостью продолжил: — Да-да, некий мужик постоянно звонит ему на телефон и дышит в трубку. Словно извращенец какой-то. И ладно бы я понял, если бы это была какая-нибудь девушка, но Хибари?

— Ч… что? — только и смогла выдавиться. Ничего себе, какие слухи поползли. Сарафанное радио в действии.

— Ещё какой-то странный рингтон себе поставил, — задумчиво произнёс Такеши, попивая молочный коктейль. — У него и раньше музыкальные вкусы были… странные.

— Это я знаю, — согласно кивнула, вспоминая, что раньше у Кёи стоял гимн Средней школы Намимори на вызове. Это было забавно и странно, но смеяться никто не смел. — Но на счёт последнего… — слегка усмехнулась. — Такеши, ты должен кое-что знать, я…

Договорить не успела, так как неожиданно около нашего столика возникло сразу три Элвиса из Дисциплинарного Комитета. Причём двое за спиной Ямамото, а один за моей спиной, положив руки на плечи, чтобы лишний раз не дёргались.

— Эй, парни, что…? — начал бейсболист, но его настоятельно попросили оставаться на месте. Такеши с непониманием посмотрел на меня, словно спрашивая — «ты что-то про это знаешь?», но я молча посмотрела на ещё одну личность, которая приближалась к нашему столику.

Хоть у нас и находились на столешнице бокалы с коктейлями, десерт и небольшой набор салфеток с меню, всё это звонко слетело на пол от одного удара ноги Главы Дисциплинарного Комитета. Я даже не шелохнулась, хотя десерт и коктейли было реально жалко. Многие посетители кафе, при виде таких гостей, постарались немедленно покинуть заведение. Официантки стояли около кассы и со страхом в глазах наблюдали за нами, прикрывшись металлическими подносами. Все знали, кто этот парень и не рисковали помешать.

Кёя сел на стол так, что его ступни упирались в металлические подлокотники моего стула. Он был спиной к Такеши, но надо мной буквально возвышался подобно хищнику над жертвой. Всем своим видом показывал, что мне не убежать и не спрятаться. Сложив руки на колени, парень наклонился в мою сторону, заставляя посмотреть ему в глаза. Он улыбался. Какой-то дикой, слегка безумной улыбкой, но улыбался. И в тоже время в стальных глазах горело пламя ярости. Кажется, он догадался, чья это была шутка, и у него имеются неоспоримые доказательства. Но как? Я же была так аккуратна.

В любом случае, лицом себя не выдавала. Была также спокойна и беспристрастна, как и всегда. Чувствовала, как кончик длинной чёрной чёлки парня щекочет мне голову, но даже не потрудилась её стряхнуть. Просто положила руки себе на колени и ждала, когда Кёя начнёт говорить.

— Ох, надеюсь, я вам не помешал? — улыбался парень. Всё его тело было как одна натянутая струна. Только тронь — рванёт.

— Нет, — ответила я. — Только как раз о вас вспоминали, Хибари-сан. Может коктейль? Тут он вкусный.

— Травоядное… — слова Кёи были тихими и какими-то медлительными. — На что ты надеешься? Чего добиваешься?

— Я не понимаю о чём вы, Хибари-сан, — мой голос был ровным и, в какой-то мере, даже сонным. Никаких эмоций.

Однако после них, я поняла, что Кёя буквально чуть ли не горел от ярости. На лице ничего не было заметно, но по тому, как реагировали окружающие, я поняла, что он вновь пустил в ход свою ауру. Даже его подчинённые были несколько напуганы, не говоря уже посетителях. Например, мимо проходима мамочка с пятилетним ребёнком. Мальчик сначала увидел меня и сразу же захотел подбежать, но после заметил Хибари и передумал. Вообще всё передумал. Даже в это кафе заходить.

— Не понимаешь, значит… — усмехнулся Кёя. — Вау, — очередной тихий смешок. — Что ж… я расскажу. Вчера вечером мне на сотовый телефон пришло некое сообщение от неизвестного номера с просьбой посмотреть кое-что и скинули ссылку, по которой я перешёл и… ничего не увидел. Но сегодня ровно в девять тридцать прозвенел удивительный входящий звонок. И удивительный он тем, что и рингтон на телефоне стоял другой и собеседник просто дышал в трубку. И так каждые полчаса. Сначала я думал, что это шутка одного из тех, с кем я дрался на днях. Уж причин у них предостаточно. Но встретившись с определенными людьми, мне пояснили, что это некий вирус из-за чего мой телефон звонит сам себе, — Кёя остановился, наблюдая за моим выражением лица, и после секундной паузы продолжил. — В городе Намимори есть три сильнейших и опытных программиста, но ни один из них не смог понять, где именно спрятан вирус.

Ещё бы! Телефон его видит как приложение, а не вирус. Если бы всё было так просто, то антивирус бы его давно заблокировал и удалил, как вредоносную программу. Пускай он думает обо мне всё, что хочет, но своё дело я знаю.

— Однако один из программистов сказал, что с недавних пор в городе появился некий гений, который называет себя «Учителем» и помогает с техникой всем, кто заплатит. Связаться с этим Учителем можно только по сети, но кое-кто этого «Учителя» видел и пользовался его услугами, заверяя о его профессионализме. Каково же было моё удивление, когда я понял, что мне описывают тебя, травоядное. Так что же у нас получается? Подрабатываешь после школы? Уверен, что разрешения от директора на такой вид деятельности, у тебя нет.

Моя маска невозмутимости дрогнула. Чёрт! Он всё знает! Как? Проклятье! И что теперь? Использует это против меня же? Напишет жалобу на имя директора? Меня тут же исключат. А может и нет, но проблем будет много. Очень много. Ох, только представила уже головная боль разыгралась.

— Как я и думал, — продолжал Кёя, наслаждаясь моей лёгкой неуверенностью, что теперь отчётлива видна.

— Хибари-семпай, подождите! — вклинился Такеши, пытаясь заступиться за меня. — Всё вовсе не так!

Кёя даже не обернулся в его сторону, полностью игнорируя присутствие парня, а парочка Элвисов вообще заткнула Такеши, приложив к его рту ладони.

— Выходит, что из всех знакомых, только ты способна подобное совершить, — усмешка вновь вернулась на лицо парня. Кёя сунул руку во внутренний карман гакурана и достал оттуда свой сотовый телефон, который, видимо, пришлось отключить, швырнув его мне в руки. — Исправляй, и, возможно, я подумаю над тем, чтобы сохранить тебе как можно больше целых костей.

Дерьмо!

Что ж… меня припёрли к стенке. Выхода нет. Изначально я не предполагала, что всё настолько далеко зайдёт, но, чёрт возьми, оно того стоило. Представляю, насколько же Хибари был взволнован, раз сделал такой забег по городу. Уверена, он с самого начала меня подозревал, но у него не было доказательств. В принципе, у него их и сейчас при себе нет, но сейчас косвенно стал замешан Такеши, а этого я учесть в своём плане не могла. Думала, всё решится в школе, но…

— Подождите, ребята, — начал Ямамото, который вновь смог говорить. — Я всё понимаю, но с чего вы взяли, что это Дар? Раз три программиста не справились, то как она?..

Тем временем я включила телефон и увидела восемнадцать пропущенных звонков. Мило. Хорошо, что я изначально придумала и способ, как удалить эту программу.

— Включить голосовое управление, — произнесла я, поднося телефон к губам. Такеши замолчал, а все остальные присутствующие в недоумении уставились на меня. Видно, они не до конца были уверены, что это моих рук дело. Даже сам Кёя удивлённо приподнял бровь.

Прозвучал лёгкий мелодичный сигнал, после которого на экране появилась картинка небесно-голубого микрофона и женский голос из динамиков произнёс:

— Здравствуйте госпожа Серра, жду ваших указаний, — это был мой голос. Запись заранее сделала. Вернее не мой. Я его тоже переработала, так как свой голос, как и большинство людей на земле, я терпеть не могу. А этот стал таким женственным и певучим, что слушать его хотелось вечно.

— Отключи программу «Бамболейо» и удали её, — приказала я спокойно.

— Слушаюсь, — отозвался женский голос, после чего прозвучал сигнал говоривший о том, что задание выполнено. — Программа «Бамболейо» отключена и удалена с телефонного устройства. Что-нибудь ещё, госпожа Серра?

— Нет, — холодно бросила я. — Отключить голосовое управление.

Голубой экран с микрофоном — погас. Вообще-то на большее эта система и не тянет. Я могла попросить что угодно, но голосовое управление вряд ли поняло, что я от него хочу и, скорей всего, начало бы с самого начала «Здравствуйте госпожа Серра». Это так… чисто для пафоса. Тем более, что впечатление оно произвело.

— Вот это да! — ахнул пораженный Такеши. — Прям как в фантастических фильмах.

Протянула сотовый телефон Хибари, выражение лица которого было теперь хмурым, как грозовое облако. Уверена, не этого он ожидал. Думал, что я начну ковыряться в настройках и пытаться что-то отыскать в системных папках, а не тут-то было. Пара фраз, и дело в шляпе.

Хибари долго смотрел на свой телефон. Буквально испепелял его. И молчал. От него и слова не было услышано. Ясное дело, он был впечатлён, и это его злило ещё больше. Не этого парень хотел испытывать. Не на это он рассчитывал.

— Травоядное… — наконец-то услышала его тихий, но строгий голос. Он был настолько тихим, что его слышала только я, хотя, возможно, и Такеши, но только несколько фраз. — Кем ты себя возомнила? Ты лишь жалкое ничтожное насекомое, которое я могу убить одним лишь пальцем, не приложив и десятой части своей силы. Травоядное, от которого одни проблемы. Вечно раздражаешь и мешаешься, подобно занозе, от которой необходимо избавиться. Я вижу тебя насквозь, и твоя слабость, твоя никчёмность ещё больше выводит меня из себя. Может, хочешь привлечь моё внимание? Хех, — азартная усмешка мелькнула на губах. — Так знай, меня привлекают сильные противники, а не такое хилое существо, как ты. Ты мне не интересна.

И что это было? К чему такая «дивная» речь? Ты получил свой мобильник, к чему все эти слова? Хочешь задеть меня? Или… стоп. Возможно, это мужская гордость в тебе взыграла за вчерашнее? Да уж, порой слова «Хибари Кёя» и «гордость» равнозначны. Да и эта его поза уж чересчур вызывающая. Сидит сверху, раскинув ноги, и усмехается, словно всё так и должно быть. И что мне делать? Вновь поджать лапки, опустить взгляд и сделать вид, что этого больше не повториться, а Кёя во всём прав? До этого я ведь именно так себя вела. Чуть что не так, сразу напускаю напуганный вид, и этот парень удовлетворенный доминированием отходит в сторону. Сколько я так терпела? Наверное, с того самого момента, как вступила в Дисциплинарный Комитет. Достал… Я не святая, и вечно терпеть не намерена. Полгода вполне достаточно.

— Как и вы мне, Хибари-сан, — спокойно ответила я, смотря в серебряные настороженные глаза. — Вы скучны, шаблонны, консервативны, зациклены на своих собственных принципах и идеалах, и вообще для меня словно раскрытая книга. Притом с не очень интересным содержанием. Мы разговариваем на разных языках. И это не национальные языки. Вы говорите на языке силы, угроз и страха. Только тот, кто сильнее вас, заслуживает внимания, остальные подобны мусору под ногами. Для вас легче разрушить, нежели построить что-то новое, не так ли? И это понятно, ведь на то, чтобы что-то построить и создать, необходимо время. Я же говорю на языке логики и разума, поэтому могу с уверенностью сказать, что вы скучный человек. Симпатичная оболочка с мускулами и инстинктами зверя, вот и всё. Мне с вами скучно. Вы мне… не интересны.

В кафе воцарилась гробовая тишина. Некоторые подчинённые даже дышали через раз. Если Хибари попытается меня прикончить, то никто этому не удивится. Более того, он в самом начале дал понять, что изобьёт меня. Но секунды неукротимо шли, и молчание затянулось. Наконец-то парень усмехнулся, что же он решил?

— Отлично, — бросил Кёя, выпрямляя спину. — Решили этот вопрос. Однако, — парень взял свой телефон, снял заднюю крышку, батарейку и достал сим-карту с картой памяти. Зачем ему это? — Когда-нибудь я увижу твой страх. Твой неподдельный страх. Все чего-то боятся, и когда это произойдёт, поверь, я буду рядом, чтобы насладиться этим зрелищем.

После этих слов Кёя небрежно отшвырнул в мою сторону свой телефон, предварительно забрав сим-карту и карту памяти, и спрыгнув со стола, направился к выходу из кафе, не произнеся ни слова. Подчинённые Главы Дисциплинарного Комитета тут же последовали за ним. Я и Такеши остались одни, смотря друг на друга.

— Ничего себе! — присвистнул парень, возвращая на своё лицо радостную улыбку. — Так это ты учудила? Вот это да! Круто! Ха-ха-ха! — парень смеялся до слёз, но потом в какой-то момент успокоился. — Я уж было подумал, что он нас убьёт. Даже странно. Сказал бы это кто-нибудь другой, уверен, что от него бы сейчас и мокрого пятна бы не осталось. Нет, я, конечно, не против, ха-ха-ха! Но… вы с Хибари-семпаем… друзья?

— Ты уже второй человек, который задаёт мне этот вопрос сегодня, — вздохнула я, осматривая новоприобретённый телефон. После того, как я удалила вирус, Кёя к своей гарнитуре стал брезгливо относиться. Словно её осквернили. Хах, забавно. — Мы не друзья.

А кто мы? Враги? Нет, это слишком сильно сказано. Но в кое-чём Ямамото прав — после того, что наговорила парню, он давно должен был меня забивать своими тонфами. Именно поэтому я дала волю языку и высказала то, что думала о нём долгое время. Он мог и убить меня, но этого не произошло. Возможно ли так, что Хибари Кёя просто не может этого сделать? Словно что-то ещё сдерживает его. Но что же?

Глава 21. Отдых в стиле мафии

Думаете, Хибари Кёя забыл про тот случай с телефоном? Как бы ни так! Он его очень хорошо запомнил, буквально каждую секунду помнил. И, естественно, решил меня проучить. А именно вызвал по школьному радио в кабинет Дисциплинарного Комитета и с глазу на глаз сказал, что я наказана как ученица за хулиганство. За это по правилам Средней школы Намимори, мне полагаются работы принудительно-добровольного характера. Если быть проще — драю целый месяц по ночам в школе полы. И по выходным тоже. Эх… засранец…

И с тех пор я с Хибари не разговаривала. Вообще.

На занятия в класс он перестал приходить, а что касалось отработок, то теперь все переговоры вела с Кусакабе. Кстати, он заверил меня, что за Шоколадкой сам лично присматривает, и с деревцем всё хорошо. Можно не беспокоиться. Пока что.

Мне дали ключи от школы, моющие средства, и я в одиночку наводила порядок по всей территории Средней школы Намимори. Естественно, за одну ночь всё не уберёшь, но даже тут находила светлые стороны. Знала, что тут, кроме меня и сторожа, никого нет. А сторожем являлся один из Элвисов, поэтому спокойно пробиралась в отдел радиовещания школы и включала музыку на полную громкость. Члену Дисциплинарно Комитета, в принципе, всё равно, что я слушаю и чем занимаюсь, главное, чтобы к началу занятий в школе было чисто.

Включала в основном подвижную и ритмичную музыку, под которую было проще и легче убираться. И только когда в коридорах зазвучал трек «The Hardkiss — Make-Up», я почувствовала во всём этом нечто особенное. Ночь, музыка грохочет, и ты одна, никто тебя не видит. Хочешь или нет, а занятия по хореографии просто так бесследно не проходят и, надев щётки на обувь, принялась танцевать. Так сказать, объединила приятное с полезным.

В итоге, время пролетало незаметно, а к утру отведенная мне территория сверкала чистотой. Как я уже говорила, ко всему можно адаптироваться, было бы только желание. Днём учёба, ночью отработки. Да и месяц не такой уж и большой срок, каким кажется в начале. Но что касается Реборна и остальных, то малыш стал звонить мне каждый выходные с чудаковатыми идеями.

В первые выходные, когда я спала, Реборн предложил сходить с Найто Лонгчемпом на групповое свидание в боулинг-клуб, где будут ещё две девушки и ещё два парня. Мол, я там нужна для гармонии, а так парни все свои. Помимо Лонгчемпа, были Тсуна и Хаято. Когда меня будят с такими предложениями, я… крайне «деликатна». Поэтому посоветовала Реборну вырядиться в женское платье, надеть парик и самому быть третьей девушкой, а мне дать поспать, и вообще в конце послала его к чёрту. В итоге, выяснилось, что малыш так и поступил, но это уже лишнее.

На вторые выходные Реборн мне снова позвонил и предложил присоединиться к группе, которая готовится к тому, чтобы разрушить дом семьи Томасо. То есть дом Найто Лонгчемпа и его семьи. «Два Босса мафии слишком много для одного небольшого городишка», — произнёс тогда Реборн таинственным голосом, который ясно дал понять — без последствий не обойдётся.

Моя реакция была очевидной — точное «нет»! Более того, добавила, что если я ему там нужна для галочки, то пусть позовёт с собой, влюблённую в Тсуну, Хару, и девушка собственными глазами узрит мир мафии. А в конце просто раздражённо послала малыша к чёрту.

Позже узнала, что Реборн всё же последовал моему совету и пригласил Хару в дом семьи Томасо. Моему удивлению не было предела.

На третьи выходные Реборн вновь разбудил меня телефонным звонком и пригласил отправиться с «семьёй» на круизный остров, где можно будет провести денёк другой и отдохнуть. Уверял, что это пойдёт мне на пользу. Свежий воздух, море, солнце и так далее. Но от одной мысли, что мне придётся плыть чёрт знает куда, торчать под палящим солнцем, да и ещё непонятно насколько… думаю, многие догадались, что я сделала — послала Реборна к чёрту и отключила телефон.

Но на этот раз Реборн не был добрым и понимающим дядюшкой. Не сумев со мной договориться, маленький киллер перешёл к действиям. В тот момент, когда я спала у себя дома, он проник в мою комнату, и в прямом смысле похитил меня, использовав хамелеона Леона, как гигантский мешок с верёвками. Всё было настолько неожиданно, что я даже пискнуть не успела. Просто сначала сон, потом резких захват, стягивание в руках и ногах, а дальше… снова сон. Да, меня вырубили.

Не знаю, сколько я проспала, но очнулась уже на другой кровати, в каюте неизвестного мне корабля. Голова гудела и больше напоминала чугунный котёл, об который били половником. Слабость была во всём теле, а о желании послать реальность куда подальше и лечь обратно спать и говорить не стоит.

Осмотрелась. Довольно дорогой номер. Двуспальная кровать с шёлковыми розовыми простынями и нежно-сиреневым балдахином. Прикроватные тумбочки, были сделаны из белого дерева и имели расписные позолоченные узоры. Всё говорило о том, что этот номер вышел «в копеечку». Но ведь платила не я, а, скорей всего, Реборн. Чёрт… голова гудит… и куда этот корабль вообще движется? Да и где сам виновник происшествия? Надеюсь, что каюта не заперта.

Медленно встала с кровати и шатающимися шагами направилась в сторону двери. Надо же, на мне до сих пор была моя пижама. А нормальную одежду прихватили? Хотя, чёрт с ним. Не голая и нормально. Пить… ужасно хочется пить. В каюте так душно, словно я в русской бане. А ведь на улице всего-то начало мая. Но в Японии в это время многие люди уже купаются в море.

Открыла дверь, и первое, что я увидела — это бегущего на всех порах вдоль коридора Саваду Тсунаёши. По виду сразу был видно, что парень нервничал. Одет по летнему — футболка и шорты, но когда парень увидел меня, то непроизвольно вскрикнул:

— Хи-и-и!!! Дар, и ты тут?! — похоже мы оба были «рады» друг друга видеть. Я даже слова молвить не успела, хотя вопросов у меня было не меньше сотни, как Тсуна схватил меня за руку и потащил с собой. — Пойдём быстрее! Нужно отыскать Бьянки, пока она не потравила весь персонал!

— Бьянки? — удивлёно бубнила я, до сих пор чувствуя сонливость. — Отравила персонал? Она тоже тут? Кто ещё?

— Ты не знаешь? — воскликнул Тсуна, после чего осмотрел меня с головы до ног. — Стой. Не хочешь ли ты сказать… что Реборн насильно тебя сюда притащил?

— Бинго! — усмехнулась я, делая из ладони воображаемый пистолет, и как бы выстреливала в Тсуну.

— Что б тебя, Реборн! — уже злился Савада, но руку мою не отпускал. Мы продолжали бежать вдоль коридора. — Ладно, я тебе всё позже объясню, а пока… Давай отыщем Бьянки. Иначе от проблем не отделаемся.

Пока мы бежали по палубам, поднимаясь то наверх, то вниз, Тсуна в процессе бега пояснил, что благодаря упаковке чая его мама выиграла путёвку на курортный остров, но детей оставить было не с кем, и Бьянки притащила Ламбо и И-Пин на борт корабля. И это притом, что на руках у Савады всего два билета. Остальные прошмыгнули зайцем, и теперь их ищет, помимо нас, весь персонал корабля. Реборна, Ламбо и И-Пин Тсуна уже нашёл и спрятал у себя в каюте, осталась только Бьянки, но с ней не всё так просто. Если дети толком и не прятались, то девушка обучена скрываться на профессиональном уровне. Кстати говоря, Фуута вернулся в Италию навестить своих родственников и сообщить о том, что теперь является членом семьи Вонгола. Хотя бы одному из нас повезло.

— Ах, вот она! — воскликнул Тсуна, увидев перед собой девушку со спины похожую на нашу потерянную итальянку. — Бьянки, остановись! — коснулся её плеча, но то, что повернулось в нашу сторону, в момент стряхнуло все остатки сонливости. — Хи-и-и!!!

Я даже не сразу поняла, перед нами мужик или баба? Девушка выглядела так, словно засунула лицо в улей с пчёлами и пробыла там несколько часов. Всё вспухло и безумно пугало. Но девушку тут же кто-то обнял за плечи и с восторгом спросил:

— Ав! Это же Савада-чан и Серра-чан! Чего вы хотите от моей девушки? — Найто Лонгчемп собственной персоной. О его «странных» вкусах к женскому полу по школе уже слагают легенды. И это притом, что в основном его девушки бросают, а не он их. Но партнёрш своих меняет, как перчатки.

Теперь без школьной формы Найто выглядел как какая-то рок-звезда. Кожаная куртка, десяток позвякивающих цепей и чёрный ошейник с шипами. Но даже на этой его одежде имелось множество заплаток и заклеенных дыр скотчем.

— Лонгчемп, почему ты здесь?! — ахнул Тсуна. Похоже сегодня день неожиданных встреч.

— Ав! У меня к вам тот же вопрос, ребятки! — хихикал Найто, посмотрев сначала на меня, потом на Тсуну, а затем на наши руки, которые до сих пор держались вместе. — О! Так вы помирились? Я так счастлив за вас!

— А? — я и Тсуна посмотрела на свои руки и тут же разжали ладони, отступив на шаг друг от друга. — Всё не так!

— И лучше тебе Найто держать язык за зубами, — строго пригрозила я. — Иначе…

— Поняла-понял! — воскликнул парень, подняв ладони вверх, словно сдавался. — Нем, как рыба! А вы, получается, тоже едите в страну Мафии? Это так круто! Ав!

— Страна Мафии?! — одновременно спросили мы с Савадой, мимолётно переглянувшись. Словно спрашивали друг у друга — «снова бредит или что?».

— Кто это? — спросила девушка, доставая из кармана увеличительное стекло и поднося к глазам. — Твои начальники? Подчинённые? Или детективы?

— Ха-ха, никто из них! — смеясь, воскликнул Найто. — Это Савада-чан, он тоже Босс мафии! Мы очень близки! А это Серра-чан, она его невеста. Раньше мы встречались, но это всё в далёком прошлом, ха-ха!

Вот что за придурок? Я же только что просила не трепаться языком, а его вон куда понесло. Вон, как девушка на меня странно смотреть начала. Словно я угроза всего человечества. Явно ревнует к парню.

— Серра, значит?! — бубнила она, наклоняясь в мою сторону с лупой.

— Ах, да, — вспомнил Лонгчемп. — Это Ренко! Она моя новая подружка. Правда, красавица?

— Угу, — кивнули мы с Тсуной одновременно, после чего парень посмотрел в мою сторону и зашептал. — Он сказал… в страну Мафии? А разве этот корабль не плывёт на какой-нибудь тропический остров?

— На меня не смотри, — так же шёпотом отвечаю ему. — Я вообще ещё до конца не поняла, что происходит.

Влюбленная парочка уже совсем не обращала на нас внимание. Просто обнималась и, хихикая, продолжила идти своей стороной. Вот у кого сейчас определёно романтический настрой. Мы с Тсуной тоже решили идти дальше своей стороной, но тут неожиданно, словно из-под земли, возник Реборн. И не как обычно, в чёрном костюме мафиози и в чёрной шляпе с полями, а полностью голый, с одним лишь небольшим фиговым листочком прикрывающим гениталии. Также у Реборна имелся блондинистый парик и лавровый венок, делавший из малыша этакого купидончика с вазой фруктов в руках.

При виде нас, малыш тут же принял позу фарфоровой статуи со словами: «Ренессанс!». И скажите мне на милость, как с таким вести себя серьёзно? Он меня вырубил и похитил, а я даже злиться не могу. Чёрт…

— Реборн! — воскликнул Тсуна, на которого похоже такие преображения уже не действуют. — Иди, оденься!

— Мы едем на Тропический Рай Мафии! — игнорировал его просьбу малыш.

— Я не буду слушать то, что ты говоришь! — настаивал Тсуна. — Это не имеет ничего общего с мафией! Мы нашли приз в упаковке чая!

— Ну да, — согласно кивнул Реборн, доставая из собственной вазы грушу и начиная есть. — Это я эту подделку подложил, чтобы тётушка Нана немного отдохнула.

— Что?! — воскликнул парень, с ужасом осознавая реальность.

— И даже сохранил этот факт от остальных, — продолжал Реборн. Как раз к этому моменту нас догнала сама Бьянки, у которой отчётливо читалось удивление на лице.

— Странно, но охрана нас не преследует.

— Конечно, — кивнул Реборн. — Мы уже разобрались со всеми документами.

Замечательные перспективы тут же открылись. Весь этот корабль сверху донизу забит мафиози. Даже среди персонала одни опытные наёмные убийцы. Теперь понятно, почему я спокойно отдыхала в номере, и никто не потребовал документов и билета в тот момент, когда меня проносили сюда. Ясное дело, что Реборн занимает не последнее место в мире мафии, и его слово для многих — закон.

— Реборн, но ты мне объясни, какого чёрта я тут? — привлекла внимание к своей скромной персоне. — Ты же прекрасно знаешь, как я терпеть не могу жару, а тропический остров, так ещё и в начале мая, самый что ни на есть жаркий! Оставил бы меня в Намимори и всё.

— Нет, — отрицательно покачал головой малыш. — Дар, я твой опекун и должен присматривать за тобой. Да и тем более, думаю, что свежий морской воздух и тебе не повредит. Просто не сиди долго на солнце.

— В таком случае меня можно было отвести на местный пляж! — вздохнула я, поглаживая затылок, и тут же почувствовала, как пальцы запутались в собственных волосах. Ах, да… я же не расчёсывалась. Ай, ну и хрен с ним… — Поплескалась бы на берегу и домой, в тенёк. Как не посмотри, а это лучше, чем устраивать тур в Мафия-Ленд.

— Почему тебя это так беспокоит? — удивлялся малыш, запрыгивая на руки к Бьянки.

— А ты угадай?! — вклинился злобный Тсуна, который разделял каждое сказанное мной слово.

— Думаю, будет правильным вам, двоим, посетить Рай Мафии, — настаивал Реборн. — Это ведь не просто какой-нибудь остров, это место исторически важное, как для семьи Вонгола, так и для Серра. Место, построенное семьями, вложившими свои деньги в создание курорта, где они могли бы расслабиться без полиции и правительства. Это огромный остров — курорт! Причём придумал это место один из твоих предков, Дар. Разве тебе не интересно посмотреть, что он организовал?

— Совершенно не интересно, — отмахнулась я, чувствуя, что усталость и сонливость возвращается. Медленно подползла к стенке и облокотилась на неё. — Да и что мафия способна создать? Без полиции и правительства? Уверена, там, что не день, то перестрелка. Все смотрят друг на друга с подозрением и ожидают ножа в спину.

— Хм, — улыбка на лице Реборна стала шире. — А будь ты на месте своего предка, какой бы создала остров? И что бы там было?

— Что было бы? — закрыла глаза и задумалась. — Ну… я бы устала в первую очередь не от полиции или правительства, а от этих вечных бессмысленных сражений и драк. Хотела бы место, где можно забыть о том, что ты один из членов мафии, а являешься обычным человеком, который умеет радоваться мелочам. Может быть, поставила там парк развлечений с различным аттракционами. А также, чтобы кругом были магазинчики с мороженым. И отели, в которых в любое время отдохнёшь…

— Вау, — вздохнул Тсуна. — Звучит здорово.

— Хм, — вновь протянул Реборн, до сих пор улыбаясь. — Двигатели корабля затихли. Думаю, мы прибыли. Взгляните в иллюминатор.

Я и Тсуна переглянулись, но всё же выполнили просьбу малыша. В этот же момент нашему взору открылся огромный шикарный остров, который был от и до усеян разнообразными аттракционами. Тут было всё, что душе угодно. На любой каприз. И хоть на улице было ещё довольно светло, всё переливалось разноцветными огнями, заманивая к себе посетителей.

— Это… это как фантастический парк аттракционов! — воскликнул Савада, немного краснея от волнения. Я же не произнесла ни слова, так как была удивлена тому, насколько мы с моим предком думали одинаково. На одно надеюсь, лишь бы это не было только внешним каркасом и там действительно неплохо.

Всё казалось таким нереальным. Словно сон. Мимо прогуливались молодые влюбленные парочки, родители с детьми и даже пенсионеры. Всё настолько безобидно и радужно, что и не скажешь, будто это место построено на грязные деньги мафиозных семей. Более того, Реборн уточнил, что остров сам по себе надёжно защищён. Помимо того, что он сам постоянно передвигается, также выпускает электромагнитное излучение скрывающие их от остального мира. Ни спутники, ни радары остров не засекут. Это было довольно интересное изобретение, и, должна признать, я испытала лёгкую заинтересованность в том, чтобы узнать, как этот остров устроен. А для этого нужны чертежи.

Реборн уверял, что за этим островом присматривает его старый знакомый, и если я прекращу ворчать и хотя бы попытаюсь расслабиться, он, так и быть, попросит для меня чертежи Рая Мафии. Сама лично смогу узнать, как тут всё устроено. Соблазн велик. Любопытство перед такими загадками сильней меня. Механизмы, технологии, программы — моя страсть. А тут ничто иное как сам передвигающийся остров! Как я могу от такого отказаться?

Пришлось сложить ручки и быть прилежной девочкой. А сами Тсуна и Реборн убежали в сторону некой доски объявлений, где они должны были оповестить местное руководство о том, что мы прибыли на остров. Мол, тут такие местные правила. Если не скажем, то могут и напасть. А как иначе? Своего рода незваные гости, только на мафиозном уровне. То есть, тебя не будут допрашивать или просить написать объяснительную, а пулю в лоб пустят и все дела.

Я осталась с Наной, Бьянки, Ламбо и И-Пин, которые тут же побежали в сторону пляжа, переодевшись в купальные костюмы.

— Дар-чан, а почему ты не купаешься? — с улыбкой спросила Нана, подойдя ко мне, когда я села на шезлонг и спряталась в тени сразу двух зонтов. — И почему ты в пижаме? Так ещё и босиком. Разве ты не знала, что мы едём на курорт?

— Эм… — посмотрела на эту добрую светлую женщину, которая вообще ничего не замечает о мире мафии и живёт в своей прекрасной иллюзорной реальности, состоящей из единорогов и радуги. — Да я просто как услышала про курорт, так разволновалась, что совсем забыла собраться.

— О! Ха-ха-ха, — засмеялась женщина, поглаживая меня по плечу. — Совсем как я в твоём возрасте. Ну, ничего-ничего, у меня есть запасной купальник, хочешь? Он в пакете с едой, иди в кабинку для переодевания. Думаю, он будет слегка великоват, но тебе точно подойдёт.

Савада Нана — Святая Наивность.

— Да я лучше тут посижу, — отмахнулась с лёгкой улыбкой. — Плохо жару переношу.

— Вот как?! — удивилась женщина. — Ну, может, тогда нам всем по мороженому купишь? Вот, — Нана протянула свой кошелёк. — Не стесняйся, выбирай, что хочешь.

— Спасибо. Я быстро, — кивнула я, вставая босыми ногами на раскаленный песок и шипя от боли, побежала в сторону ближайшего от пляжа кафе, напоследок помахав рукой детям, что уже во всю бултыхались в тёплом море.

Когда я забежала в кафе, то первым делом почувствовала приятную освежающую прохладу, которую даровал кондиционер. Было так хорошо, что не хотелось выходить наружу и покидать помещение. Тут ко всему ещё и свет был слегка приглушён, однако само помещение и расставленные в зале столики с посетителями были прекрасно видны. В воздухе пахло мятой и тонкими нотками лимона. Сочетание запахов привлекало и давало телу возможность отдохнуть и расслабиться.

Расправив плечи, спокойно прошлась до барной стойки, за которой стоял высокий мужчина средних лет в белой рубашке с чёрной бабочкой. Светло-русые волосы аккуратно почёсаны набок, а на лице имелись небольшие закрученные по бокам усы. Мужчина протирал пустые бокалы, но, смотря на такого, я с уверенностью смогла сказать, что у него под столешницей находится как минимум один полностью заряженный пистолет.

— Здравствуйте, можно заказать семь порций мороженого? — обратилась к бармену на итальянском, так как большинство местных говорили именно на этом языке.

— Можно, — задумчиво произнёс мужчина, осматривая меня с головы до ног. Знаю, миленькая серая пижама в белый крупный горошек никому не нравится, но она удобная. Правда. — Чем расплачиваться будем? — не доверяет?

— Как чем? Деньгами, — показала кошелёк.

— У нас другой способ оплаты, — спокойно произнёс мужчина, возвращая взгляд на пустой бокал, который держал в руках. За спиной послышалась какая-то возня. Несколько из посетителей встали со своих мест, и подошли ко мне со спины, не скрывая ухмылок. Это плохо. Интуиция затрезвонила красный свет. Чёрт! Совсем расслабилась! Из-за жары последние мозги расплавились. Это же не какой-нибудь Таиланд, а самый что ни на есть Мафия-Ленд!

— И что же вы принимаете в качестве оплаты? — всеми силами пыталась сделать вид, будто ничего не происходит, хотя мысленно уже просчитывала как минимум три варианта побега из данной западни. Вот только вероятность их успешности меньше пятидесяти процентов.

— Всё просто, — ответил бармен. — Представьтесь, пожалуйста, и скажите к какой семье относитесь?

Ясно. Если учитывать тот факт, что на строительство данного острова ушло довольно много нелегальных средств, то большинство семей позаботились о том, чтобы просто жить здесь и не о чём себе не отказывать. Достаточно просто представиться и сказать из какой ты семьи. Далее счёт открыт. Что ж… попробуем.

— Серра Дарья из семьи… Вонгола.

— Консильери! — зашептали голоса за спиной. — Консильери тут! Консильери Десятого Босса Вонголы!

Теперь люди за спиной просто не знали, куда себя деть. Переминались с ноги на ногу, и вся их физиология говорила о том, что мужикам неловко и даже в какой-то степени страшно. Поглядывали друг на друга обливаясь потом, хотя в кафе довольно-таки прохладно.

— Заказ принят, — спокойно ответил бармен, откладывая бокал в сторону. — На приготовление семи порций с собой потребуется время. Минут пятнадцать-двадцать. Будете ждать, госпожа Серра?

— Да, — кивнула я, усаживаясь на высокий металлический стул с мягким сидением. Мужчина согласно кивнул и налил мне освежающий коктейль за счёт заведения. Именно он так приятно пах мятой и цитрусами. Безалкогольный Мохито? Неплохо.

Когда бармен ушёл в подсобку заготавливать порции мороженого, ко мне по бокам сразу подсело двое мужчин, которые были определёно во мне заинтересованы. Вот только не в том понимании, в котором обычно интересуются юными девушками. В их глазах горел азарт, а натянутые улыбки буквально говорили — «Деньги!». У них была смуглая кожа, большие губы и густые чёрные волосы, заплетенные в тонкие дреды. Из одежды чёрные официальные костюмы с рубашкой леопардового окраса. Ко всему прочему имели чёрные очки, скрывающие глаза, хотя для и так тёмного помещения этот элемент гардероба явно лишний. Также имелись тяжёлые золотые украшения: цепочки, кольца, часы и даже серьги. Эти парни явно при деньгах и любят хорошо жить, но именно таким всегда будет мало. Чего им нужно от меня?

— Эй, так ты правда Представитель семьи Серра? — спросил один на ломаном итальянском. Акцент чувствовался и довольно сильно. Откуда они? Из Америки? Хотя если учитывать огромные бриллианты на кольцах, то, скорей всего, из Африки. Там как раз недавно нашли новую шахту с огромными нетронутыми природными запасами. Бриллианты - одним словом.

— Если и так? — спокойно спросила я, попивая коктейль через соломинку.

— Ходят слухи, что ты ещё не дала точного согласия Вонголе, — продолжал первый. — А это значит, что как представитель ты сейчас свободна. Любая мафиозная семья захочет заполучить такой лакомый кусочек.

— Вот как?.. — с безразличием спросила я, даже не удосужившись посмотреть на них. — И что вы предлагаете? — говорить что-то в стиле «Отвалите!» и «Оставьте меня в покое!» бессмысленно. Они в любом случае не уйдут, а эти слова их ещё больше разозлят. Да и кобура, торчащая из-под пиджаков, не внушает доверия. Лучше дождаться бармена, так как тот парень точно не позволит в его баре, устраивать чёрт знает что.

— А что мы можем предложить? Конечно же, деньги! — воскликнул первый, на что второй радостно засмеялся. Словно от денег никто никогда не откажется. — Богатство! Славу! Власть! Уж уверен, что с Серра рядом, мы этого быстро достигнем. Хоть наша семья довольно молода, думаю, она тебе понравится.

— Деньги? Слава? Власть? Эх… — поставила бокал на стол. — Не интересует. Поищите кого-нибудь другого.

— Да послушай же! — настаивал первый, взяв меня за плечо и развернув в свою сторону. Через зеркальные чёрные очки я увидела, что тем временем второй подсыпает мне бокал с коктейлем какой-то белый порошок, что незамедлительно растворился в воде. Что там? Яд? Скорей всего. Но они походу не в курсе, что яд для меня безвреден. — Подумай хорошенько, Серра. Даём последний шанс. Присоединиться к нам по своей воле.

— Я отказываюсь, — стряхнула руку со своего плеча и продолжила пить коктейль.

Мужчины лишь злобно усмехнулись, заверив, что я сама сделала свой выбор. Я пила свой мохито и ничего не чувствовала, покуда бокал не опустел. Тогда, осознав, что бармен задерживается, спрыгнула со своего стульчика, и попыталась было уйти, но не тут-то было. Ноги неожиданно подкосились, став словно ватными, а голову казалось, залили свинцом. Стало жарко. Очень жарко. Я буквально сгорала заживо.

— Опаньки! — охнули двое быстро меня придерживая с двух сторон за руки. — Ай-яй, такой молодой организм, а пьянеешь с одного бокальчика, — смеялся первый.

Чёрт! Допустила ошибку. Посчитала, что это яд, а это оказался типичным наркотиком. Чем они меня накачали? Мысли… мысли путаются. Я одновременно всё прекрасно осознаю и нет. Одновременно могу всё и не умею ничего. Словно в одно мгновение заработали десятки тысяч мыслей и идей, и каждая отвлекала на меня своё внимание. Настоящие стало каким-то нереальным. Жарко… как же жарко… Мне плохо…

Куда меня тащат? Мы вышли из кафе это точно, но перед глазами всё плывёт, а зрение, как и мысли сфокусировать очень трудно. Куда-то посадили. Что это? Похоже на деревянную бочку.

— Эй, Серра! Приди в себя! — послышался голос откуда-то издалека, а перед глазами защёлкали пальцами. — Ты точно дал ей то, что я просил?

— Да, — отвечал второй. — Я дал ей именно то средство. Сейчас способности её мышления ускорены в десятки раз.

— Отлично! — смеялся первый. — Этот чёртов остров создал её предок. Уверен, что и из этих мозгов можно выжить сотню других великолепных изобретений, которые не плохо продадутся на чёрном рынке. Эй! — снова защёлкали пальцами перед лицом. — Ты тут, девчонка? Дай мне что-нибудь стоящее, иначе какой от тебя вообще толк?

— Если преобразовать мощь атомной бомбы в чистую энергию, то солнце засияет ночью, — начала я, рассуждая вслух. — Хотя велосипедное колесо справится быстрее, но кто захочет быть хомячком?

— Что?! — воскликнул первый. — Ты что несёшь, Серра? Оружие! Мне нужно оружие! Какой велосипед? Какие хомячки? — меня стали стрясти за плечи. — Чёрт, ты точно дал ей то, что надо? Она как овощ!

— Не знаю… может с дозами переборщил? — предположил второй. — Девушка слишком тощая. Вот и не рассчитал.

— Идиот! Сколько раз тебе надо было повторить? Она ведь так и копыта отбросит! Черт… — меня схватили за подбородок и слегка побили по щекам. — Эй, дай хоть что-нибудь ценное, пока ещё стоишь на этом свете!

— Микроскопические чипы, вживленные в мозг помогут с многими болезнями, но принесут с собой совершенно другие трудности. Чтобы с этим справиться нужны яблоки, — слегка наклонила голову набок, словно задумываясь на этом предложением. — Да. Яблоки очистят кислород, и машины полетят.

— Что за бред?! Ну, что это за бред?! — кричал первый. — Она просто умом тронулась! Никакой пользы! Ай, к чёрту всё. Просто прикончим её тут и дело с концом.

Перед глазами возникло дуло пистолета. Я всё понимала. Всё прекрасно понимала. Даже лучше чем обычно, вот в чём проблема. Мой мозг был кристально чист. Никаких препятствий одни сплошные мысли. Причём они пролетали в голове так быстро, что я за ними толком не успевала. Слова не успевали за мыслями, из-за чего они терялись и путались, сплетаясь в бессвязные предложения. Но я знала, что на меня наставлено оружие и меня сейчас убьют, знала, что жить осталось считанные секунды, но поделать с этим ничего не могла. Даже крикнуть и позвать на помощь не в состоянии. Тело слабо и практически обездвижено. Словно состояло из ваты.

Оставалось лишь только сидеть и ждать своей участи. Я закрыла глаза, так как не хотела этого видеть. Не хотела видеть того, как меня убьют. Слишком хорошо это представляю, и этого достаточно.

Ожидала выстрела, но прозвучали глухие удары и удивленные вскрики. Открыв глаза, увидела, что двое мафиози лежат связанные и избитые на земле, а над ними возвышается маленький мальчик со светлыми волосами, голубыми глазами и в военном костюме цвета хаки. Более того, за спиной у мальчика была самая настоящая винтовка, на шее знакомая соска-пустышка, только голубого цвета, а на голове сидела птица. Кто это? Орел? Ястреб? Орлан?

— Ты в порядке, кора? — спросил мальчик, запрыгивая ко мне на колени и обхватывая лицо маленькими ручками, чтобы наши глаза встретились. — Хм… — нахмурил он брови. — Что за странное ощущение? Кто ты такая, кора?

— Это Серра, господин Колонелло! — отозвался один из связанных мафиози, что пришёл в себя. — Она Представитель семьи Серра.

— Заткнись, — прозвучал глухой стук винтовки в голову. Мафиози вновь отключился, а мальчик перевёл на меня взгляд. — Значит, Серра? Хм… — приподнял пальцами веко, потом раскрыл рот, рассматривая язык. — Так я и думал. Наркотик «Пенсиеро». Скорей всего, твои мысли сейчас хаотичны, а сама напугана. Так и быть, — мальчик спрыгнул на землю. — Позабочусь пока о тебе, а там ты мне расскажешь, с кем прибыла на остров, кора.

— Ещё?

— Да, пожалуйста!

Уже минут десять я уплетала одно ведёрко мороженого за другим. Из-за усиленной мозговой деятельности, организму необходим огромный запас сладкого для поддержания его стабильной функциональности. Колонелло, а именно так звали моего нового знакомого, прекрасно был осведомлён о данном наркотике и знал, что необходимо мне предложить, чтобы привести меня хоть в какую-нибудь норму.

Мальчик перетащил меня на какую-то скалу, и оставил в тени деревьев. Периодически вытаскивая из своего скрытого убежища всё новое и новое ведёрко мороженого. Оно, как оказалось, действовало эффективнее всего. Во-первых, охлаждало организм, так как жару я ненавижу, во-вторых, насыщало сахаром. Даже отвечать стала более-менее связно, правда на это всё равно требовались особые усилия, и выглядело так, словно я выпила лишнюю рюмочку чего-то крепкого.

— Как ты себя чувствуешь, кора? — спросил Колонелло, запрыгивая на плечо и прикасаясь ладонью ко лбу. — Жар спал, но зрачки до сих пор расширены. Тебе необходим покой, кора.

— Чувствую себя значительно лучше, но не думаю, что эффект наркотика исчезнет за столь короткое время. Хотя если заставить мой организм вырабатывать жидкость в ускоренном темпе, — рассуждала я, всё больше и больше теряя возможность связно говорить, — то вымывание кальция, должно быть сбалансированным и составлено по лунным циклам. Девяносто процентов океана не исследовано, а материки продолжают передвигаться. Утопии не бывать, пока хотя бы один человек не предложит всем всё и сразу.

— Так, понял, — остановил меня Колонелло, подталкивая очередное ведёрко с мороженым к ногам. После чего посмотрел в сторону входа из пещеры, откуда доносились странные звуки напоминающие метро. — Кажется, у нас гости, кора. Посиди пока тут.

Мальчик ускакал на поляну, встречая нежданных незваных посетителей, и каково же было моё удивление, когда этими посетителями оказались Тсуна и Реборн. Сидя под деревом с ведёрком мороженого на коленях, меня практически не было видно, в то время как я видела абсолютно всё.

— Назови своё имя, кора, — строго произнёс Колонелло, обращаясь к Тсуне.

— А? Кто этот ребёнок? — удивился парень.

— Чаосс, Колонелло! — поздоровался Реборн с широкой азартной улыбкой. На приветствие малыша Колонелло отреагировал чересчур странно.

— Реборн! — воскликнул он, после чего выхватил свою винтовку и выстрелил ей в сторону гостя. — Получи!!!

Реборн сам стоять на месте не собирался и избежал яростной атаки, подпрыгнув вверх. Во время прыжка преобразовал Леона в пистолет и выстрелил раз в Колонелло, попав точно в голову. Вот только пуля отскочила, не причинив никакого вреда. Правда, Тсуна какое-то время был уверен, что Реборн убил мальчика.

— Этот человек отвечает за безопасность Мафия-Ленда, — пояснил Реборн. — Его так просто не убить.

— Кора! Знаешь ли, я прошёл через тренировку, — усмехнулся Колонелло, вставая с земли и приближаясь к ребятам. — Такие маленькие пули могут принадлежать только такому слабаку, как Реборн.

— Использовать противотанковое оружие, Колонелло? — усмехнулся Реборн, столкнувшись лбом с Колонелло. Причём хорошенько так столкнулись. Треск на пол острова был слышен, но никто даже не нахмурился. — Твои увлечения как всегда идиотские.

— Ты… ты друг Реборна? — спросил удивлённый Тсуна.

— Мы не друзья, — тут же ответил Колонелло с неким презрением к одной только мысли, что он может быть его другом. — Я всего лишь его знаю.

— Мы родились и выросли в одном месте, — пояснил Реборн.

— Что?! — этого Тсуна не ожидал. — Так вы друзья детства. Не удивительно, что ты тоже… странный.

— Вернёмся к более важным вопросам, — бросил Колонелло. — Что ты тут делаешь, Реборн?

— Я здесь для наблюдения, — пояснил малыш. — Мой ученик Тсуна пройдёт тут тренировку.

К этому моменту я заметила, что и это ведёрко с мороженым кончилось. Хочется ещё может попросить? Или подождать, когда ребята закончат разговор? А может пойти и самой взять? Тело до сих пор вялое, но кое-как передвигаться могу. Попыталась встать, но только ещё больше шума вызвала своим кряхтением. На этот шум тут же обратили внимание все остальные.

— Дар?! — воскликнул Тсуна в шоке от того, что я нахожусь тут, на краю острова. — Что ты тут делаешь?

— Вы её знаете? — спросил Колонелло.

— Да, — ответил Реборн. — Это Серра Дарья — невеста Тсуны. К тому же я её опекун. Слежу за тем, чтобы она не натворила дел.

— Опекун? — усмехнулся блондин. — Хех, не удивительно, что ты такой слабак. Плохой из тебя опекун. Пока тебя не было, её уже успели накачать наркотиками.

— ЧТО?! — ахнул Тсуна и подбежал ко мне. — Дар, ты как? Как себя чувствуешь? Что-нибудь болит? — парень взял меня за ладони, чтобы я обратила на него свой взор. Но хоть и понимала, что происходит вокруг, мысли… их невозможно остановить. Они буквально растаскивали меня по кусочкам в разные стороны и сфокусироваться на чём-то одном было безумно трудно.

— Всё… просто… офигенно…! — попыталась заверить парня, и тут мои мысли поплыли совершенно в другом русле. — Тсуна, нам нужно убежище!

— А? — не понял парень. Кажется, его немного напугал мой лёгкий безумный взгляд. — Дар, о чём ты?

— Давай построим убежище! — повторила я, чувствуя как мысли скачут, словно белка в колесе. Не могу их остановить. Должна излить хотя бы часть наружу иначе взорвусь. — Штаб! Базу! О которой будут знать только избранные! Прям как этот остров, но… но… — огляделась. — Тут очень жарко. Так что сделаем базу под землёй. Да. Мне нравится. А тебе нравится? База под землёй! Ха-ха! Это так здорово! Под землёй холодно. Прям как у Бэтмена! Я — Бетмен! А ты Робин!

— Ч… ч… ч… чего?! — заикался Тсуна. — Реборн, что с ней? Она меня пугает!

Дети также подошли ко мне, чтобы осмотреть. Реборн запрыгнул ко мне на плечо и прикоснулся ладонью ко лбу. Брови малыша нахмурились.

— Я думал, ты следишь за безопасностью острова, Колонелло, — раздражённо бросил малыш. — Но, похоже, ты тот ещё слабак.

— Чего? — разозлился Колонелло. — Да если бы не я, от неё давно бы осталось одно воспоминание! В любом случае, — малыши посмотрели на меня. — Необходимо просто подождать, когда наркотик «Пенсиеро» сам выйдет из организма. Я бы дал ей антидот, но мне интересно, она принимает какие-нибудь лекарства?

— Да, — кивнули головой одновременно Тсуна и Реборн.

— Этого и боялся, — вздохнул Колонелло. — Тогда ничего другого не остаётся, кроме как ждать.

— Что это за наркотик? — спросил Реборн.

— Он ускоряет мозговую активность, — ответил блондин. — Так сильно, что речевая функция не поспевает за мышлением. В итоге, кажется, что она обезумела, но это не так. Просто она всё уже обдумала десять раз и приняла единственное верное решение.

— Единственное верное? — сомневался Тсуна, всё ещё держа меня за руки. — Я… я не совсем понял, но…

— Тсуна, — перебила я парня. — Я Бэтмен! Ты Робин! И нам нужна база! Большая база! Под землёй! Там прохладно…

— Дар, я не хочу быть Робином! — паниковал Тсуна. — И какая ещё база? О чём ты? Зачем она нам?

— У всех секретных групп есть база, — серьёзно произнесла я. — Не хочешь быть Робином, будешь Альфредом, дворецким, но остальным доверять нельзя. Даже семейству Вонголы. Только свои. Только проверенные люди. Нам нужна Бэт-пещера!

— Боже… Дар! — стонал парень, в ужасе оглядываясь по сторонам в поисках помощи.

— А ещё Бэтмобили! И Бэтцикл! Да! Точно! Давай создадим Бэтциклы! — смеялась я, уже прекрасно представляя, как это будет выглядеть. — Их будет много! Но без колёс… колёса не нужны.

— Как же тогда будет ездить? — вздохнул Тсуна, совершенно запутавшись в моих предложениях.

— Как-как… по воздуху! Будет летать! Круто же!

— Дар… — парень совершенно устал и, кажется, начинал сдаваться. В поисках помощи оглянулся в сторону Реборна.

— На меня не смотри, — тут же бросил малыш. — Это твой Советник, сам и разбирайся с её предложениями.

— Э-э-э-эх… — застонал парень, понимая, что он в самой тяжёлой ситуации, которое только можно было предположить на курорте. — Дар, понимаешь, — начал он, словно обращался к непутёвому Ламбо. — Мы не можем ничего этого построить.

— Почему? Я всё придумаю, дай только время! — Настаивала на своём.

— Ну… — парень вновь осмотрелся, выискивая подсказки. — О! Точно! На всё нужны деньги, а их ни у тебя, ни у меня нет. Поэтому лучше отложить этот разговор на потом.

— Деньги… — прошептала я, понимая, что это вполне весомый аргумент. — Деньги… деньги… деньги…

Наконец-то поняв, что я затихла, ребята решили оставить меня на какое-то время в покое и продолжить то, с чего начали. Тренировка Тсуны. Колонелло, правда, перед этим вытащил ещё одно ведёрко с мороженым, чтобы мне скучно не было, а после посвятил всего себя «тренингу» Тсунаёши. Но это больше смахивало на то, что малыши просто издевались над парнем, соревнуясь друг с другом. Били его, пинали и бросали с обрыва прямо в морской водоворот. Вероятность выжить… меньше двадцати процентов. Но Тсуна уж очень сильно любит эту жизнь, и даже не умея плавать, выбирался на берег. Правда, его тут же снова сбрасывали в водоворот, чтобы жизнь малиной не казалась.

Также их дух соперничества перенёсся и на меня, только с иной стороны. Если с Тсуной они показывали, кто из них лучший тренер, то с мной, кто из них лучший опекун. И это порой доходило до крайностей. Например, если я ела мороженое и случайно обляпалась, то обязательно появлялся первый или второй, чтобы вытереть мне рот платочком. Словно это я младенец, а не они. Но мне-то пофиг, а вот Тсуну такой феномен слегка взбесил.

— Почему вы меня калечите, а с ней сюсюкаетесь? Несправедливо!

— Никчёмный Тсуна! — злобно бросил Реборн, вновь спихнув парня в водоворот. — Недостойно Боссу мафии говорить о подобных вещах. Хочешь, чтобы мы обидели девушку? Я в тебе разочарован, мой ученик.

Когда Тсуна выбрался из водоворота в следующий раз, я тут же обратилась к нему, держа в руках Колонелло:

— Тсуна, давай и его себе заберём?

— Чего?! Дар, о чём ты? Это тебе не игрушка! — воскликнул парень.

— А почему нет? Я думала, ты всё время странных детей к себе домой утаскиваешь. У тебя можно скоро детский сад открывать.

— Господи… когда ты это говоришь, я чувствую себя каким-то извращенцем…

— Молчать и вперёд тренироваться, кора! — бросил Колонелло, ударив Тсуну в лицо, от чего тот вновь свалился с обрыва. — Ты пройдёшь у меня кровавые тренировки.

Кто знает, сколько бы это ещё продолжалось, если бы в один момент вновь не послышался шум приближающегося поезда. И тогда из вагона вышел сам Найто Лонгчемп, который, на этот раз, был без своей спутницы, но ничуть не хмурый. Выяснилось, что эта его девушка, на самом деле шпионка из семьи Калкасса, которая по прибытию на остров ограбила парня, забрав все его вещи, и свалила куда подальше. Вывод очевиден — местонахождение Мафия-Ленда рассекречено.

В этот же момент прозвучал выстрел и взрыв, который снёс один из небольших аттракционов. На остров готовилось покушение.

— Хи-и-и!!! Что происходит?! — кричал Тсуна, хватаясь за голову.

— Хм? — произнесла я, поворачиваясь в сторону моря, где были видны приближающийся к острову вооруженные корабли. — Нас атакуют? М-да… сегодня действительно слишком жарко.

— Дар, не будь такой спокойной! Лучше придумай что-нибудь! — паниковал Тсуна.

— Может дать им то, что они хотят? — выпалила я. — Изюм подорожал на двадцать процентов, хотя виноград всё равно стоит дороже. Если использовать пули винтовки, дождь смоет печаль.

— Что? Я тебя не понимаю! — уже рыдал Тсуна.

— Оставь её, Тсуна, — бросил Реборн. — Всё просто — это война между мафией острова и семьёй Калкасса. Необходимо позаботиться о маме и остальных.

— Эх, не вовремя всё это, — шикнул Колонелло, поправляя винтовку за спиной. — Сначала те два наркодилера, теперь семья Калкасса. А ведь все, кто отвечает за безопасность острова, сейчас посещают памятник погибшим Боссам. Так что на острове очень мало боевых отрядов. Однако, до тех пор пока я здесь, я не позволю им делать то, что вздумается. Но… сейчас пора вздремнуть…. Хр-р-р…

— А! ОН УСНУЛ!!! — кричал Тсуна, не веря своим глазам. — Мы… мы проиграем?!

— Ну же, Колонелло! — звал его Реборн. — Я волнуюсь за маму и остальных. Нужно вернуться по метро обратно в… Хр-р-р…

— А-а-а! И этот заснул! — такого Тсуна не мог спокойно пережить. Взрывы усиливались, из-за чего земля под ногами дрожала. Если Реборн и Колонелло не примут участие в битве, то ситуация действительно плачевная. — Чёрт, что же делать?

— Может, сбежим? — предложил Найто. — Я не очень хорошо дерусь, но там, вроде, есть укрытие.

— Эх, ладно, — согласился Тсуна, так как другого пути у него не было. Парень подбежал ко мне. — Дар, ты двигаться можешь?

— Прятаться нельзя, — все силы тратила на то, чтобы сфокусироваться хотя бы на одной мысли. — Бежать некуда. Остров… нужно… собраться…

— Собраться? Кому? Эх, ладно… — Тсуна повернулся в сторону Найто. — Лонгчемп, помоги мне её посадить на спину.

— Ав! Это так романтично в момент опасности! Савада-чан, я даже немного завидую! — воскликнул радостный и смущенный Найто.

— Это не так! — бросил тут же Тсуна. — Просто… оставлять её здесь не безопасно. Помоги же!

— Да-да, сейчас, — отозвался ненормальный и, подобрав меня за плечи, помог усадить Тсуне на спину так, что теперь я обхватывала парня за шею, а он придерживал меня за ноги. Удивительно, но, похоже, тренировки не прошли зря. Тсуна стал значительно сильнее, раз даже после таких пыток может ещё и меня на себе тащить.

Из-за взрывов поезд перестал работать, так что Тсуне пришлось тащить меня вдоль всего метро, вплоть до самого убежища, напоминающего замок. Найто даже упомянул, что это «символ Мафия-Ленда, флот мафии!». Туда успели забежать все посетители, включая маму Тсуны с детьми и Бьянки. При виде нас Нана обрадовалась.

— Тсуна! Дар-чан! Сюда! — но когда рассмотрела повнимательнее, была несколько удивлена. — А что случалась с Дар-чан? Она неважно выглядит.

— Ну… — начал Тсуна не зная, что придумать. — Она… это… это тепловой удар! Точно! Дар плохо переносит жару, вот и…

— А-а-а… — протянула женщина. — Она мне что-то такое говорила. Ай-яй-яй! Ну, тогда побудь тут с ней в тенёчке, Тсуна. Кстати, ты слышал? Кажется, в форде будут драться с мафией! — парень напрягся. Неужели его мама что-то выяснила? — Что за интересное состязание! — тут же хихикнула Нана и побежала в сторону кухни помогать остальным женщинам готовить еду.

Бьянки, Ламбо и И-Пин побежали за Наной, обещая приглядеть за ней. Правда Ламбо и И-Пин были несколько обеспокоены тем, в каком я состоянии. Однако после того, как Тсуна пообещал, что со мной всё будет хорошо, дети всё же доверились Саваде и убежали на кухню.

Дальше всё было так, как и предполагала. Все мафиози поделились на свои семьи, образовав небольшие группы. Каждый достал своё оружие, чтобы продемонстрировать остальным, что шутки с ними всегда оканчиваются плачевно. Хоть у семей и имелся общий противник, каждый желал в этой войне занять лидирующую позицию, а это значит, время выбрать того, кто будет руководить парадом.

— В битве лидерами должны быть мы, семья Неро, — бросил один азиат довольно крупного телосложения с грубым голосом, хотя говорил определёно на итальянском. — Семья, которая контролирует всю Азию.

— Подождите-ка, — усмехнулся другой, также переходя на итальянский. Он был с короткой аккуратно уложенной стрижкой и в сером деловом костюме. Под левым глазом имелась небольшая татуировка в форме звезды, символизирующая причастность к мафиозной семье. — Мы должны отдавать приказы! Мы семья с древнейшими традициями и законами. Лидером должна стать семья Беччио!

— Эй, вы! Деревенщины из глубинки, уйдите с дороги! — фыркнула третья сторона. Тёмная кожа, огромные футболки, цепи и широкие штаны. Явно прибыли из запада. — Конечно, лидерами должны быть мы. Мы Нубо Ганг, и мы владеем Нью-Йорком.

— О чём они говорят? — не понимал Тсуна, всё ещё придерживая меня. — Не понимаю итальянский. Я его только-только начал учить с Реборном.

— Говорят о том, кто из них должен стать лидером, — пояснила я. — Однако это ни к чему не приведёт. Вместо того, чтобы действовать сообща, они просто поубивают друг друга до того, как до нас доберётся противник. В итоге, мы так или иначе проиграем.

— Что?! Как же быть? Чёрт! Я не хочу оставаться в мафии! О! Дар! — парень слегка обернулся, посмотрев на меня краем глаза. — Ты уже можешь говорить связно.

— Стараюсь, — призналась я, фокусируясь на каждом произнесённом слове. — Но не знаю, насколько меня хватит. Тсуна… ты должен занять лидирующую позицию.

— Что?! Нет! Ни за что!!! — воскликнул парень, и чуть было меня не уронил, но вовремя опомнился.

— Десятый! Ты в порядке?! — послышался до боли знакомый голос из толпы. — Десятый! Я здесь!

— Гокудера-кун? — удивился Тсуна. Особенно была удивлена я, так как вообще не понимаю, откуда этот парень тут взялся. Вроде же, на корабле без него плыли, верно? Хаято явно как верная сторожевая псина, которая никогда не бросит своего хозяина и до конца будет за ним бегать.

— Эй, а с ней что? — удивился парень, кивая в мою сторону. — Выглядит… как-то не так. Солнечный удар? Может воды дать?

— Эм… понимаешь… — начал Тсуна, но его перебили.

— Эй, ты! — обратились к Гокудере, тут же переходя на японский язык. Это был один из членов семьи Неро. — Напыщенный ребёнок… Не используй здесь придуманные прозвища, понял? Это тебе не игрушки!

— Это не прозвища! — тут же разозлился Хаято. — Савада-сан наш Босс!

— Стойте-ка, — засмеялся один из членов семьи Беччио. — А это случайно не Дымовая Бомба Хаято? Ха! Точно он! Всю Италию оббегал, пока нашёл себе хоть какую-то семью, которая приютила его. И что? Что же за малоизвестная семья взяла тебя под своё крыло? Ха-ха-ха!

— Ах, ты…! — тут же злился Гокудера, опуская руку в карман брюк, где были приготовлены динамитные шашки. От слов члена семьи Беччио в зале пробежался злобный смех. Все явно знали, кто такой Хаято и наслышаны о его подвигах.

Всё выходит из-под контроля. Надо немедленно что-то предпринять. Если Хаято начнёт сражение, а именно этого от него все и ждут, то, в итоге, пострадаем только мы.

Что же делать? Давай, Дар! Соберись! Хотя бы разочек! Я знаю, тебе безумно жарко и плохо, но хотя бы раз. Один единственный раз. Собери всю силу в кулак и действуй. Осмотрись и используй то, что у тебя под носом. Всё необходимое уже есть, главное правильно это применить.

Я оглянулась. Старинная постройка. Замок — простыми словами. Кирпичные стены, местами даже имеются факелы, за место ламп, чтобы добавить нужной атмосферы гостям. На крыже старинная люстра с горящими свечами. Если я не ошибаюсь такие обычно закрепляли верёвкой. Где же…? Где же…? Ах, вот!

— Тсуна, отпусти меня, — коротко бросила я и оттолкнулась от парня.

— А? — не понял Савада, но мою просьбу выполнил.

Правда, я сделала всего два кривых шага и тут же рухнула на пол, перед каким-то мужиком, чью внешность, я даже не соизволила нужным запоминать. Запомнила только то, что от него безумно сильно несло дешёвым одеколоном. Но единственное, что мне было нужно, висело у него на поясе, поэтому, не теряя времени, засунула руку под пиджак мафиози и вытащила оттуда пистолет. Тяжёлый. Ладонь тут же задрожала.

Я никогда не стреляла, так что признаюсь, даже не умею, но сейчас мозг просчитывал все ходы. Глаза видели точно каждую мелочь. Учитывали каждое движение. Единственная помеха это непослушность тела. Но ради одного выстрела… Подняла руку в нужную мне сторону, наведя ствол на цель.

— Что она делает? — зашептались в зале. — Уберите у этой сумасшедшей пистолет!

Выстрел!

Верёвка, которая была закреплена на стене и держала огромную металлическую люстру со свечами на потолку, была оборвана выстрелом. В яблочко! Тут же бандура не заставила себя ждать и со звонким лязганьем упала на пол. Причём так, что в самом центре круга люстры находился тот самый член мафиозной семьи Беччио. Никого не задело, это точно, но мужик как вкопанный застыл на месте и с вытаращенными глазами смотрел то на люстру, то на меня.

Пистолет мне больше был не нужен, поэтому я брезгливо откинула его в сторону. Демонстрация прошла успешно. Все, кто ещё мгновение назад хихикал и насмехался над Хаято, замолчали.

— Да кто вы такие? — не выдержал один. — И какой семьи?

— Мы Вонгола! — гордо бросил Хаято, возвращая динамитную шашку обратно в карман, но не до конца, так как уверен, что ещё использует её. — А что? С этим какие-то проблемы?

Если до этого у большинства мафиози на лицах было недоумение и удивление, то теперь оно отчётливо выражало ужас.

— Вонгола? — зашептались в зале. — Так этот парень будущий Босс Вонголы? Он Крёстный Отец? А она…? Неужели Консильери? Точно! Консильери!

Тсуна тут же помог мне вновь подняться на ноги. Рядом оказался и Хаято, но он скорее прикрывал нас, готовясь к тому, что все собранные здесь семьи решат напасть. Как бы то ни было, а жизнь Гокудеру научила тому, что готовиться необходимо к самому худшему варианту событий.

— Дар, — зашептал Тсуна. — Что происходит?

— Извиняюсь за свою грубость! — на чистом японском произнёс тот, на кого свалилась люстра. — Виноват! Очень виноват! — мафиози стал вновь и вновь кланяться, размахиваясь в воздухе как болванчик.

— Ну, думаю, проблема с лидером решена, — тут же присоединился к нам член семьи Нубо Ганг, и согласно закивали остальные представители мафиозных семей.

— Эм… что? — не понимал Савада, предчувствуя большие проблемы.

— Традиций, законов, размера, силы, неважно чего, ни у кого нет больше, чем у Вонголы! — продолжал лепетать болванчик. Похоже ситуация с люстрой его хорошо встряхнула. — Отлично! Все следуем за Десятым Вонголой!!!

— ДА!!! — дружно отозвался зал.

— Чего?! — до сих пор ничего не понимал Тсуна.

Атмосфера была изысканная. Все кричали, стреляли, бомбили врагов, получали ранения, но не сдавались. Только я и Тсуна сели на пол где-то с краюшку и не принимали в бою участие. За нас всё делал Гокудера, который своими криками и лозунгами только подзадоривал и вдохновлял народ.

Савада от каждого грохота подпрыгивал на месте, обхватив голову руками, иногда с его стороны доносились слова — «Это сон! Это точно сон!». Я же вновь приняла этакое амебное состояние и погрузилась в свои мысли. Жарко. Было безумно жарко. Порох, витавший в воздухе, раздражал дыхательные пути. Хотелось чихнуть, но даже на это сил больше не было. Вот бы сейчас, в начале мая, на этот остров напала метель. Или начался ливень. Или ещё что-нибудь, чтобы похолодало!

Почему остров? Ну, зачем остров, если можно было сделать пещеру? Большую, просторную, на несколько этажей. Там можно было и жить, и прятаться, и просто расслабиться. Нам определённо нужна такая Бэтпещера. Но Тсуна прав, она потребует кучу денег. Значит, их необходимо откуда-то достать. Откуда? Может лотерея? Нет. Маловероятно. Казино? Незаконно и опасно. Заработать? Возможно, но на это уйдёт слишком много времени. А учитывая инфляцию, нестабильность современных банков и скачков на финансовых биржах, эта идея становится не такой уж выгодной. Тогда может взять кредит? Как вариант — да, но кто сейчас даст большую сумму денег, так ещё на подобное? Не скажешь же ты, что берёшь их для того, что хочешь построить штаб-квартиру мафии?! Попросить у кого-нибудь проверенного? Хм… на ум приходят только одни возможные люди и это Бовино. Согласятся ли они на такое?

— Мне нужен телефон… — просто произнесла я негромко, даже не надеясь, что под такой грохот кто-то да услышит.

— А? — удивился Тсуна. — Зачем тебе телефон?

— Телефон? — отозвался кто-то из мафиози. — Одну секундочку, — повернулся в сторону остальных союзников. — Консильери просит телефон!

— Уже несём! — отозвались с другого конца балкона, не прекращая стрельбу. В это трудно поверить, но меньше чем за минуту, у меня в руках появился совершенно новенький сотовый аппарат.

Но я столкнулась с новой проблемой — не помню номер телефона Босса семьи Бовино. Он у меня записан дома и на моём личном телефоне, но вот и всё. Целенаправленно их телефон я не учила, так как общалась ними всего один раз. Что же делать? У кого ещё можно попросить довольно крупную сумму денег и от кого не последуют слишком дотошные вопросы?

В голове появилось ещё одно имя. Сначала я это имя тут же отбросила в сторону. Потом вновь решила обдумать, а там уж махнула рукой, сказав себе, мол, была ни была, а отказаться всегда успею.

— Да, — прозвучал спокойный и вечно ледяной голос Хибари Кёи. Учитывая тот факт, что я ему недавно на телефон вирус отправила, телефон запомнился сам собой.

— Йо! — радостно отозвалась я. — Как дела?

На телефонной линии возникло молчание. Кажется, парень не до конца понимал, кто ему позвонил, а если и понимал, то не верил. Конечно, мы уже около месяца даже не пересекаемся, а тут ещё и звоню с чужого телефона. Но, в конце концов, дар речи всё же вернулся парню.

— Травоядное, что надо? — голос стал строже и в нём почувствовались стальные нотки.

— Кёя, у меня к тебе деловой разговор… — каждое слово давалось с таким трудом, что все нормы приличия в виде «Хибари-сан» отлетели в сторону. Я просто не произнесу это без запинки. — Но для начала я должна сказать что-то милое, чтобы у нас завязался разговор, — рассуждала вслух. — Например, как у тебя дела? Что делаешь? Ты уже поел? Кстати, а какое сегодня число? — кто-то из мафиози ответил «Пятое мая». В мозгу снова что-то щёлкнуло, и я вспомнила одну немаловажную информацию. — Кёя, с Днём Рождения! Тебе уже семнадцать верно?

— Травоядное… — теперь сталь плавилась, перерастая в обжигающую ярость. — Я забью тебя до смерти! Это что, шутка?

— Нет, — тут же ответила я. — Никаких шуток. Говорю же, у меня к тебе деловой разговор, а также с Днём Рождения!

— Ты что… пьяна?

— Нет, я не принимала алкоголь, — устало вздохнула. Похоже лучше сразу расставить кое-где свои точки, чтобы больше не возвращаться к этим вопросам. — Если быть краткой, то меня похитили из дома, оглушили, затащили на круизный корабль и перевезли на остров, на котором каждый второй серийный убийца. Далее накачали наркотой, и теперь я чувствую, как мой мозг плавится, словно швейцарский сыр. Но всё это пустяки и не столь важно. Главное другое — мне нужны деньги!

— …

— Кёя? Ты тут? — посмотрела на экран телефона, вроде со связью всё нормально, значит, парень просто молчит. — Кёя?

— Хибари-сан, — поправил меня парень. Голос немного дрожал, но невозможно понять либо от избытка эмоций, либо от ярости, либо от недоверия. — И сколько тебе надо?

— Много! Очень много! — честно призналась я.

— Вот как? — послышалась усмешка. — И зачем тебе такая большая сумма денег?

— Если число «Пи» бесконечное, а у квадрата четыре угла, что верно будет использовать матрас с восьмью подшипниками, — мысли вновь стали растворяться, словно сахар в горячем чае. Вроде бы, они всё тут, но не уловить и не потрогать.

— Так, я бросаю трубку… — решительно заявил парень, также понимая, что мои слова больше походят на бред сумасшедшего. Или банальное издевательство.

— Нет-нет, подожди! Это очень важно! — крикнула я, зажмурившись и всеми силами стараясь сохранить главную мысль. Главная мысль. Зачем мне нужны деньги? Для чего? Сама суть. Не упустить. Голос стал грубее. Глубоко вздохнув, ответила: — Я — Бэтмен!

— Травоядное… я убью тебя.

Это уже что-то новое. Не просто забьёт до смерти, а сразу отправит на тот свет, но, а как иначе ему объяснить то, что мне надо? Трудно! Чем больше тяну времени, тем меньше шанс того, что я скажу всё правильно и ясно.

— Я хочу, построить Бэтпещеру! — игнорируя угрозы, продолжала. — А ещё Бэтмобиль и Бэтцикл!

— …

— У них не будет колёс. Это скучно. Да и розовые пони любят гавайский бамбук, ведь он прочный и шершавый. Нет, не то… — стиснула зубы надавливая указательным и средним пальцем на виски. Сосредоточься. — Основная проблема в топливе. Но если отыскать хороший источник энергии… что-то настолько же сильное как и солнце, но чтобы и ночью полезна…

— Дар, с кем ты говоришь? — неожиданно опомнился Тсуна, обратив внимание, что я уже некоторое время с кем-то разговариваю.

— С Хибари Кёей, — спокойно ответила парню, и он буквально изменился в лице. Если до этого взрывы его пугали от того, что они могут убить, то теперь он боится того, что не умрёт так просто.

— Брось трубку! Немедленно! Прекрати! Зачем ты ему позвонила? — кричал Тсуна.

— Ищу деньги на Бэтмобиль и Бэтпещеру, — слегка растеряно призналась я. — Ты же сам мне дал это задание.

— ЧТО?! Я этого тебе не говорил!!! — кажется, каштановые волосы Тсуны на тон посветлели. Он седеет.

— Чёрт! — воскликнул Гокудера, краем уха услышав наш разговор. — Заберите у этой полоумной женщины телефон!

— Но я хочу Бэтпещеру! Тут жарко! Очень жарко! — вздыхала со стоном я. — Ненавижу жару… ужасно себя чувствую… Хочу на Северный полюс.

— Да я вижу, что тебе уже конкретно голову припекло! — рычал Хаято, выхватывая телефон из рук. — Чёрт, он ещё на связи, — приложил аппарат к уху. — Абонент, короче, временно, чтоб его, не доступен, на хрен! — говорил парень, при этом сражался с одним из противников, который умудрился залезть по стене замка на балкон и вступить в схватку. Внешне он выглядел, как мотоциклист в черном кожаном костюме и черном шлеме, скрывающим лицо. Гокудера нажал на кнопку «Завершить разговор» и откинул телефон мафиози, которые нам его одолжили.

Тем временем остальные мафиози решили разбиться на два лагеря и со стороны леса атаковать флот противника. То есть, разнести к чертям собачьим их корабли. Но просто так они идти не могут. Дружно решили, что это идея Тсуны, как Босса всего альянса, поэтому подняв его и меня на руки, с оглушающим боевым воплем побежали в лес. Тсуна со слезами на глазах пытался достучаться до мафиози и объяснить, что ему туда не надо, что и тут не так уж плохо, но кто его услышит? Я даже не пыталась сопротивляться. А смысл? Просто лежала на спине, сложив руки на груди, и закрыла глаза. В ладонь впихнул бы кто цветочек, и точно, словно хоронить спешат.

Всё было ничего, но в какой-то момент группа людей остановилась, так как на горизонте появилось препятствие в виде маленького ребёнка в костюме мотоциклиста с точно такой же соской, что и у Колонелло с Реборном. Только фиолетового цвета.

— Это военачальник семьи Калкасса, Скулл! — произнёс один из мафиози, прижимая к груди ствол пистолета.

— Ха? — удивился Тсуна. — Ребёнок военачальник?!

— Не сомневайся в этом! — бросил злобно мафиози. — Эта пурпурная пустышка знак Аркобалено!

— Аркобалено? — подала я голос. — Радуга? Звучит как название шоколадки. Дайте две!

— Тц! — фыркнул мужик. — Ты точно Советник? Выглядишь как обычная сумасшедшая, — я проигнорировала эти слова. — Аркобалено среди мафии обозначает семь сильнейших младенцев. И один из них… сейчас перед нами.

Меня посадили на землю, а сами, достав свои огнестрельные оружия, начали палить в малыша с пурпурной соской без передышки. Такое количество пуль должны были из малыша сделать решето, но нет, они просто все отскочили в стороны, наткнувшись на что-то извне. И какова же была наша реакция, когда из леса за младенцем выполз огромной бронированный осьминог. Это типа его любимчик, как у Реборна Леон? Миленько.

— Это сон! Я всего лишь сплю! — вновь закричал Тсуна, протирая глаза и шлёпая себя по щекам, чтобы проснуться. Но не тут-то было. Добро пожаловать в реальность.

Более того, понаблюдав за Скуллом, я поняла, что малыш может управлять действиями своего осьминога при помощи пальцев. Каждый жест даёт животному определённый сигнал к действию. Таким образом, он в две секунды разгромил два десятка мафиози с нашей стороны.

— Кто следующий? — спросила малыш, насмехаясь над криками своих жертв. — Может быть ты? — в мою сторону полетели щупальца осьминога. Осознав, что следующая буду я, рефлекторно прикрыла голову руками, поджав ноги, но… ничего не произошло. Секунда, вторая, третья… ничего. Открыв глаза, я заметила, что щупальца морского животного остановились над моей головой буквально в десяти сантиметрах. Причём сделал это сам осьминог. — Что? Что ты делаешь? — недовольно прокричал малыш. — Раздави её! Сейчас же! — но осьминог не делал этого. Он потел, напрягал жилы всего своего тела, но ничего не мог поделать. — Да что такое? — злился ребёнок. — Тогда это сделаю я!

Скулл направился в мою сторону, вытащив из внутреннего кармана небольшой кожаной курточки пистолет и направил его мне в голову. Но стоило ребёнку подойти значительно ближе, как и его рука задрожала от неуверенности.

— Что… что это? Что это такое? Что это за чувство? Кто ты?

— Эх, а я думал, что ты уже давно съел своего осьминога, — послышался голос Реборна с ближайшей ветки дерева. — Я же говорил тебе, что он очень вкусный.

— Ре… ре… РЕБОРН?! — воскликнул Скулл, совершенно не радуясь данной встрече. Мафиози и особенно Тсуна вздохнули с облегчением. Спасение прибыло. — П. почему… Почему Реборн-семпай здесь?

— Чаосс! — поздоровался малыш. — Смотрю, ты как обычно мальчик на побегушках. Только теперь у семьи Калкасса.

— Я не мальчик на побегушках! Это ты! Ты один, кто делает его из меня! — кричал Скулл, переходя на лёгкий поросячий визг. — Не смотри на меня с высока! Я преподам тебе урок, Реборн!

В это же мгновение одна из щупалец морского зверя схватила Реборна вдоль всего туловища. Реборн, конечно, успел выстрелить пару раз в направлении Скулла, но эти пули были тут же отбиты бронёй осьминога. Хотя нет. Левая рука всё же была задета, хотя не серьёзно. Да и сам Скулл на это не обращал внимания. Но чует моё сердечко — зря.

— Ну и как тебе, Реборн? — смеялся малыш. — Я уже не тот Скулл, что был раньше. Ха-ха-ха! Умри, Реборн! — малыш скрестил пальцы, давая сигнал осьминогу расплющить Реборна, но тот вновь ничего не делал. Просто замер на месте и пялится на своего хозяина. — А? Что опять? Почему? Что ты делаешь, осьминог? Уже второй раз!

— Думаю, он растерян, — пояснял Реборн. — И если в первый раз его, как и тебя, сбила с толку аура Дар, то на этот раз — твоя рука. Уверен, он никогда не видел её раньше «такой».

Все посмотрели на левую раненную руку Скулла и увидели, что рука стала просто огромной! Настолько, что размерами превышала само тело малыша. Осьминог просто не знал, как реагировать на такие изменения своего хозяина. Такие команды они точно не учили.

Тем временем сам Реборн вырвался из цепких щупалец осьминога и атаковал Скулла, не жалея сил. Шлем малыша сразу покрылся трещинами, а он сам отлетел к самой горе, врезавшись в неё и оставшись там. Поражение очевидно. И это всего с одного удара. Реборн точно силён. Если Тсуна считал, что малыш над ним ранее издевался, то я скажу, что это были своего рода «родительские поглаживания».

— Эх… — вздыхал Скулл. — Если всё так обернулось, тогда я отдам приказ взорвать ваш флот.

— Не получится, — усмехнулся Реборн. — Колонелло тоже уже проснулся.

— Че-че-чего?! Колонелло-семпай тоже здесь?!

В эту же секунду прозвучал оглушающий взрыв, и все корабли, которые окружили берега острова, были разом потоплены. Вот это да! Это был Колонелло? Интересно, чем он стрелял? Мощь у его оружия колоссальная. Именно эту мощь можно было бы преобразовать в энергию. Вот бы получить небольшой чертёж его винтовки…

Как бы то ни было, альянс мафиозных семей одолел семью Калкасса, и мир вновь воцарился на острове Мафия-Ленда. Правда, оставшуюся часть отдыха я плохо помню, так как меня увезли в лазарет. Да и вообще из-за действий наркотика многие события этого дня стали забываться и казаться сном. Мне запретили целую неделю принимать таблетки Шамала, которые поддерживали во мне жизнь днём. Это было ужасно. Особенно первые три дня, когда я то и делала, что засыпала на ходу. Но самое страшное было другое, так как в понедельник, вернувшись в школу, меня ждал Глава Дисциплинарного Комитета.

И самое обидное то, что я помню, что звонила ему. Помню, что что-то просила, но вот что и для чего вообще был совершён вызов — хоть убей, вспомнить не получается. А парни наотрез отказываются мне об этом говорить. Тсуна тут же хватается за голову и умоляет меня забыть обо всём, что там было, так как ему снятся кошмары, а Гокудера просто злится и говорит, что от баб одни проблемы. Вот как их понять?

Единственное, что осталось в голове, это странные образы, напоминающие какой-то механизм, но какой понять не могу. Сидя под деревом школы и прячась в её тени, я уже третий час то и делаю, что вырисовываю эти образы в конце рабочей тетради, сохранившиеся в моей голове. Уже десятая страница, а толком понять не могу, что это? Какой-то мотор? Двигатель, перерабатывающий энергию? Но какую энергию? Для чего двигатель? Что это за механизм? Всё так туманно и запутанно… вот до чего игры с наркотиками доводят! Моментальное отупение!

— Травоядное, ты что, не слышала звонок на урок или тебе нужно особое приглашение? — неожиданно передо мной появился Хибари Кёя. Признаю, что я его избегала, так как понимала, что что-то сделала не так. Да и если честно, то совсем не было желания с ним ругаться. Совершенно не было. Я уже сейчас готова признать, что я «Бесполезное Травоядное», а он супер-крутой, лишь бы избежать проблем.

— Хибари-сан?!

— О! Уже Хибари-сан? — усмехнулся парень, присаживаясь на корточки передо мной. Я резко захлопнула тетрадку с рисунками и прижала к груди, словно защищалась. Точно что-то ляпнула не то. Прям уверена.

— Хибари-сан, я… звонила вам на выходных? — парень с недоумением прищурился, словно пытался раскусить очередной подвох. — Если да, и я сказала что-то лишнее, мне очень жаль! Я… ничего не помню. Только вспышки, но не больше.

— Хм… — протянул парень, всё ещё хищно изучая мимику моего лица. Явно не верит ни единому слову. Серый взгляд опустился на тетрадь, что я до сих пор сжимала в руках. — Дай сюда.

— Хибари-сан, это просто школьная тетрадь, ничего большего и…

— Я не спрашивал что это, я сказал «давай сюда», — даже после такого ледяного тона, всё равно медлила. Зачем ему? Нужны учебные лекции? Так хотя бы сказал, по какому предмету. — Живо! — повысил он тон в голосе, и я сдалась. В любом случае просто увидит рисунки и, как Глава Дисциплинарного Комитета, даст мне наказание за нарушение школьных правил.

Как и ожидалось Кёя, сразу же посмотрел в конец тетради, открывая мои зарисовки, что я чертила не один час. Вряд ли он поймёт что это, если даже я не до конца понимаю, что за образы приходят ко мне в голову.

— Это двигатель мотоцикла? — неожиданно спросил парень, ткнув пальцем в один из рисунков.

— Эм… по правде сказать, не знаю, — нервно засмеялась, почёсывая затылок. — Просто… образы сами возникают в голове, вот и… зарисовываю их. Кхм… да…

Кёя молча и аккуратно перелистывал каждую страницу, рассматривая её с особой внимательностью. Если это был двигатель мотоцикла, то так, наверное, оно и есть. Хибари Кёя заядлый гонщик, да и у самого мотоцикл есть, и это всем известно. Когда же наконец рисунки закончились, парень захлопнул тетрадь и небрежно отшвырнул в мою сторону, вставая в полный рост.

— Рисовать в конце рабочей тетради запрещено правилами Средней школы Намимори, — строго произнёс он. — Из-за этого останешься сегодня после уроков убираться в классе вместо дежурного.

— Да, — вздохнула я, прекрасно понимая, что иного от него ожидала.

— А теперь поспеши в класс, травоядное, и вот ещё что, — парень слегка обернулся, посмотрев на меня всего одним глазом. — Нет.

— Что «нет»? — не понимала я.

— Ты не звонила мне на выходных, — после этих слов Кёя ушёл, оставив меня в полном недоумении.

Вот чтобы на этом безумном острове не творилось, а тот факт, что я ему звонила, уж точно помню. Забыла разговор, но не сам звонок. Значит, парень решил и этот момент замять? Это уже превращается в привычку. Мы вытворяем чёрт знает что, но на следующий день наша жизнь словно начинается с чистого листа. Или у Кёи на это какие-то другие планы? Не знаю… ничего не знаю… выспаться бы…

Глава 22. Новый помощник? Ага, как же!

Жизнь потекла своим мирным руслом.

С каждым днём погода становилась всё жарче и жарче, из-за чего иногда по пути в школу я в прямом смысле видела миражи. Прямо как в фильмах, только мои миражи вместо того, чтобы заманивать к себе и предлагать прохладную воду, буквально уговаривали меня махнуть рукой на всю эту учёбу и вернуться домой. А ведь на носу только первый месяц лета. И чего японцам дома не сидится при такой жаре? Нет, у них же всё ни как у людей, поэтому и учатся тогда, когда сама природа говорит — «Отдыхай!».

Но должна признать, это лучше, чем жизнь с чередой вечных стрессов. Я стала привыкать к подобному бытовому образу жизни. Хах, и мне на это понадобился всего лишь год. М-да… с трудом привыкаю к чему-то и с трудом от этого отвыкаю. Привыкла часто видеться с Тсуной, Хаято и Такеши после уроков.

Привыкла к тому, что если я прихожу в гости к Саваде, то на меня тут же налетают Ламбо и И-Пин, причём Ламбо вечно выискивает что-нибудь вкусненькое, так как он понял, что без сладостей я не я. Смышленый мальчик.

Привыкла к тому, что Реборн вечно приходит ко мне домой, причём в любое время. Это может быть и ночью в тот самый момент, когда у меня возникло желание одеться во всё розовое и с весёлой музыкой навести генеральную уборку, либо днём, когда я спала и видела прекрасные сны о зиме. Причём, если в первом случае, Реборн ещё мог и сам приодеться во что-то экстравагантное и помочь с уборкой, то во втором — он был безжалостен. Будил так, что я сожалела о своём существовании. В итоге, я прям как собачка Павлова, при любом его сигнале десять раз подумаю — ослушаться сейчас или всё же сделать то, что он хочет? Но и к этому привыкла.

Привыкла к своему новому классу, хотя общаюсь в основном с Сасагавой Рёхеем. В замен на его поддержку и то, что он меня прикроет от некоторых недоброжелателей, я стала помогать ему с учёбой. Нет, не вбивать знания, как это делала в случае с Ямамото. К сожалению, с Рёхеем такой фокус не пройдёт. Приходилось хитрить. И в тот самый момент, когда его вызывали к доске или ответить с парты, я подавала сигналы и нашёптывала правильные ответы, благодаря чему парень поднялся в успеваемости. Несильно, но вполне нормально для того, чтобы не быть в группе отстающих. Правда, и этот метод давал порой сбои, так как иногда учитель мог спросить: «Сасагава, ты списывал? Ты точно всё сам решил?». На что Рёхей чувствовал своё полное поражение и, как честный спортсмен, признавался во всём: «Я экстремально виноват!». Эх…

Привыкла к тому, что мне стал часто звонить Фуута и заваливать сообщениями с фотографиями в стиле: «Я и Италия», «Я и еда», «Я и котик», «Просто Я». Хотя уверена, что другим он пишет ещё чаще. Особенно достаётся Тсуне.

Привыкла быть в школе незаметной. Всё свелось к тому, что большинство учеников решили меня игнорировать, и это очень облегчало мне жизнь. Особенно режим «Игнор» врубил Хибари Кёя, который даже не смотрел в мою сторону, когда проходил мимо по коридорам во время патрулирования. Сначала здоровалась с ним, как и все ученики, а потом тоже перестала его замечать. Нас друг для друга не существует. Идиллия.

Привыкнуть можно ко многому. Привычки даруют нам иллюзию того, что мы что-то можем контролировать в своей жизни. Люблю привычки, даже если они и вредные. Однако всё же были и такие ситуации, которые не входили ни в какие общественные нормы.

Например, в начале июня мне пришла открытка с приглашением на свадьбу Бьянки и Реборна. Причём в тот самый день, когда и пришла открытка. Июньская невеста! Ох, как это здорово! Вот только никто не учитывает тот факт, Реборн — ребёнок. Но это ладно… Прихоть богатых мафиози. Куда мне, плебею, до их изысков? И всё же, перед тем, как что-либо предпринимать, решила на всякий случай связаться с самим женихом и уточнить, всё ли так, как сказано в открытке?

— Дар, ты о чём? — искренне удивлялся Реборн. — Ничего не знаю ни о какой свадьбе.

— В смысле? — удивлялась я, сидя у себя на кухне и держа перед собой пригласительное письмо. — Ты и Бьянки, тут так сказано.

— Впервые слышу. Скорей всего, это просто шутка или недопонимание, — отрезал малыш. — Ладно, мне пора. Дела не ждут. Чао-чао! — и малыш повесил трубку.

Вот так я послала всю эту свадьбу далеко и надолго. В итоге, всё равно её не было. Хотя телефон ни раз и не два ещё трезвонил. Причём звонил Тсуна с просьбой помочь, так как был сломан какой-то робот. Понять, какой именно, не смогла. Парень заикался от волнения. То ли робот Реборна, то ли сам Реборн робот, чему бы я не удивилась и многое объяснило. Но на этот раз парню сказала точное «нет». В эту историю меня не впутают.

Ну, серьёзно, как что-то сломалось — Дар, спасай и почини! Я им что, механик дядя Фёдор? Или мистер Пропер? Сейчас сыграют весёлый мотивчик на бокалах, и тут я — седая с залысинами, накаченными руками и брутальным голосом: «Чего желаете?». В общем, меня это маленько достало, так что я дала позже понять Реборну, чтобы он искал механика и мастера на все руки в другом месте. К моему удивлению, малыш с данной идеей согласился и не стал спорить. Более того, спустя несколько недель сам позвонил и сказал, что проявился новый механик, с которым он желает меня познакомить. Ну, чтобы в курсе была.

Мне стало любопытно. Что же эта за замена такая? Поэтому согласившись на встречу, собралась и направилась к дому Савады, где как раз и находился изобретатель оружия.

— Э? Дар? — удивился Тсуна, когда открыл входную дверь и встретил меня на пороге своего дома. — Ч... что-то случилось?

— Йо! — подняла приветственно ладонь. — Нет, меня Реборн позвал. Вроде какой-то механик появился новый.

— Ах, это… — лицо парня слегка скукожилось. Явно он этому новичку не совсем доверял, а уж меня с ним знакомить и подавно не хотелось. Но всё же Тсуна открыл пошире дверь и с протяжным выдохом протянул: — Проходи.

Прошла спокойно в дом, разулась и, ничего не спрашивая, сразу направилась в сторону комнаты Тсуны на второй этаж. Правда, то, что открылось моему взору, буквально снесло всё напускное спокойствие к чёрту.

— Во имя теоремы Пифагора, что тут происходит?!

Буду краткой — из комнаты Тсуны сделали оружейную в прямом и переносном смысле. Тут кругом лежало оружие: маленькое, большое, огнестрельное, холодное, ножи, мечи, катаны, копья, сабли, пистолеты, ружья, автоматы, винтовки, гранаты, базуки, пушки и даже ядра к ним! Оружие было на столе, на полу, на кровати, на стенах и на потолке. Мне даже дышать казалось тут опасно. Так или иначе влетит что-нибудь. А в эпицентре всего этого хаоса стоял Реборн и некий парень в странном шарообразном приспособлении, больше похожим на чугунное яйцо. Хотя если приглядеться, кажется, это своеобразный вид транспорта, но только на одного пассажира.

— О! Вы, наверное, та самая Серра Дарья! — воскликнул незнакомец, приближаясь и протягивая в мою сторону раскрытую ладонь для приветствия. На автомате пожала ему руку, хотя до сих пор была слегка в оглушённом состоянии. Да и парень не внушал доверия. Чудаковатый взгляд. Один глаз большой, другой поменьше. Чёрный официальный костюм и чёрные волосы, зачесанные на косой пробор. Уверена, этот тип из мафии. — Даже не представляете как я рад нашему знакомству! — восклицал парень, тряся мою руку так, что она вот-вот оторвётся.

— Хе-хе, — нервный смешок. — Пока… не могу сказать… того же.

— Хм? — удивился парень и тут же засмеялся. — Ах, ну да! Я Джаннини! Из семьи Вонгола, специализируюсь на изобретении оружия! По приказу Девятого прибыл сюда, дабы помочь вам, чем смогу. Сейчас модификация оружия для заграничных членов семьи объявлена приоритетной.

— Вот как, — всё ещё натянуто улыбалась я, обходя чугунный котелок стороной и присаживаясь на единственное незанятое оружием место на полу рядом с Реборном. — Пс! — обратилась шёпотом к малышу. — Ты его знаешь?

— Конечно! — улыбнулся Реборн. — Его отец Джуани считается гением в изобретении оружия, что уже долгое время сотрудничает с Вонголой. Всё, что хоть раз побывало в его руках, оживает. Он отличный изобретатель, поэтому я не меньшего жду и от его сына — Джаннини.

— Положитесь на меня! — тут же воскликнул Джаннини, широко улыбаясь и гордо приподнимая подбородок. — Хоть я и не ровня своему отцу, уверен, что с Дарьей-сан мы со всем справимся!

— Эм… что? — наклонила удивлённо голову набок. — С Дарьей-сан? Не-не-не, мне сказали, что ты всю работу возьмёшь на себя.

— Вам не о чём волноваться! — заверил меня парень, замахав перед собой ладонями. — Думаю, вам даже не надо будет принимать участие. Ведь я всё-таки из семьи опытных и профессиональных изобретателей оружия, а вы, хоть и безумно талантливы, но… любитель.

— Пф, — фыркнула я, прижимая к груди колени и обижено обхватывая их руками. — То же мне, любитель… Да я за одну ночь разобрала и собрала базуку времени, и починила её при всём при этом.

— Ох, да! Наслышан об этой истории! — радостно захлопал в ладоши Джанини. — Должен признать, что вам несказанно повезло.

— Повезло?! — это было уже слишком. Мне прямо сейчас хотелось взять вон ту симпатичную саблю и отрезать этому карапузу какую-нибудь не очень нужную часть. Например, голову.

— Успокойся, Дар, — произнёс Реборн, похлопав меня по плечу. — Сама просила замену, а теперь так возмущаешься. Просто смотри. Уверен, он ещё удивит тебя. Тем более, нам действительно необходим изобретатель оружия, — лицо малыша стало серьёзным. — Только за последние полгода нам удалось предотвратить около пяти покушений убийства на тебя и около трёх на Тсуну.

— Покушений? Убийства? — чёрт, а где я была в это время. — За всё время припоминаю только одного. Того мотоциклиста.

— Ну, с него всё и началось, — кивнул Реборн. — Я стараюсь не грузить тебя лишней информацией и по твоей же просьбе, практически не влезаю в жизнь, но всё же безопасность семьи для нас всегда будет стоять на первом месте, — посмотрел в сторону Джаннини. — Что об этом, кстати, думает Джуани?

— Мой отец полагает, что необходимо усовершенствовать оптико-камуфляжную технологию семьи.

Так, стоять! Если я правильно поняла, то пока мы тут с Тсуной учимся и дурака валяем, на нас с ним как минимум по три попытки убийства было. Да уж, хороша же жизнь в мире мафии. Как не пытайся адаптироваться к новым условиям, а сюрпризы тебе, так или иначе, будут предоставлены. Но это ладно, раз я до этого ничего не знала и не замечала, значит, ребята неплохо работают. Однако…

— Усовершенствование оптико-камуфляжную технологию надо, но не сейчас, — отозвалась я. — Пока бессмысленно. Это бы очень пригодилось, если бы мы были в постоянном движении, но сейчас, единственные места, в которых мы бываем — это дом и школа. Хоть в Бабу Ягу замаскируйся — найдут.

— Хм, — задумался над моими словами Реборн, но окончательного ответа не дал. — Как бы то ни было, Джаннини, посмотри на моё оружие и пули Посмертной Воли. Может, даже усовершенствуешь их.

— О! С удовольствием! — отозвался радостно Джаннини, забирая оружие из рук малыша.

Из первого этажа послышался какой-то шум и хлопанье входной двери.

— Простите за вторжение, Десятый! — этот радостный голос узнаю из тысячи.

— Гокудера-кун? — отозвался Тсуна, что также находился на первом этаже и не поднимался в свою комнату. Принципиально. И я его понимаю. Такое количество оружия, так и в том месте, где он спит, совсем не смахивает на спокойную школьную жизнь. Парень до сих пор всеми силами старается избежать этого безумного мира, но именно он-то и увяз в этом по горло.

Дверь в комнату резко открылась, и в помещение ворвался возбужденный Хаято, сжимая в каждой руке по десятку динамитных шашек. Осмотрел комнату и заулыбался ещё сильнее. Такая коллекция оружия ему очень нравилась и внушала доверия.

— Ты Джаннини? — обратился Гокудера к новичку. — Я принёс динамит, который необходимо модифицировать!

— О! — воскликнул Джаннини. — Вы же Дымовая Бомба-сан! Правильно?

— Ага, — кивнул Хаято и только теперь заметил моё присутствие. — О! Ведьма, ты тут что делаешь? — не дожидаясь моего ответа, хитро усмехнулся. — А… решила подучиться у настоящих мастеров? Ну, это ясно. Одно дело быть любителем-самоучкой и совсем другое вести переговоры с профессионалами, у которого целая семья несколько поколений на этом бизнес построила.

— Тц! Ещё один… — фыркнула я на русском негромко. Любитель, любитель… ну и что, что я любитель? А у самого, как только телевизор начинает загибаться, так сразу мне звонит!

Джаннини после слов Гокудеры буквально весь засиял. Такой похвалы, так ещё и от самого Хаято не каждый способен дождаться. Тот не задумываясь, забрал весь предложенный динамит и стал рассматривать его со всех сторон предвкушая работу. В этот же момент в комнату через окно запрыгнул Ламбо, держа в руках базуку десятилетия.

— Ламбо-сану тоже!

— Даже Ламбо?! — ахнули мы с Тсуной, который как раз забежал в комнату после Гокудеры. Ну, это уже слишком. Даже этот мальчишка возлагает такие надежды на этого Джаннини, хотя, возможно, просто решил присоединиться к остальным, так как посчитал, что с нами весело. Однако всё равно… Обидно…

— Эй! — воскликнул злобно Хаято. — Ты не из семьи Вонгола!

Но Джаннини уже было не остановить. Как оказалось базука десятилетия является редчайшим оружием в мире мафии, так как семья Бовино не очень-то часто идут на контакт и торги с другими семьями. А в последнее время так вообще перестали вести какую-либо постороннюю деятельность, полностью концентрируясь на внутренней безопасности. Хотя, сдаётся мне, что этому причастно то, что мы теперь «дружим».

— О-о-ох, легендарная базука десятилетия! — вздыхал изобретатель, бережно беря базуку в руки.

— Ох, чёрт… — стонал Тсуна, понимая, что вся эта карусель может затянуться на довольно долгое время, а ведь выяснилось, что парень ждёт желанного гостя. Киоко.

— У вас свидание? — улыбнулась я, и в это же время во входную дверь дома постучались. — Иди, а мы уж тут сами как-нибудь…

— У нас не свидание! — засмущался Тсуна. — Просто мы делаем уроки вместе. Но… прошу, не вылезайте из этой комнаты, ладно?

— Всё ясно, — отозвался первым Гокудера.

— Так точно, — воскликнул Ламбо, и этого парню было достаточно, так что он тут же побежал встречать рыжеволосую девушку.

Работал Джаннини быстро и точно. Я следила за каждым его действием и старалась не проронить ни слова. Тем временем Гокудера ругался с Ламбо, при этом не понять, кому из них точно пять лет. Да и, если честно, меня это не очень заботило. Меня стало смущать другое. Этот всеми нахваленный изобретатель оружия Джаннини, в начале взялся за динамитные шашки Хаято, вот только от тех изменений, что он проводил, у меня волосы на голове зашевелились. Во-первых, парень избавлялся от пороха. Практически девяносто процентов пороха было изъято. Во-вторых, в образовавшееся пустующее пространство был впихнут живой голубь, конфетти и мишура. Теперь это не динамит, а этакая хлопушка-сюрприз для вечеринок.

Совесть подсказывала, что я должна была вмешаться. Хотя бы попытаться.

— Эм… Джаннини… по-моему, это как-то… неправильно. И…

— Дарья-сан, я понимаю, что вы несколько задеты тем, что меня признали лучшим, — задрав свой круглый подбородок, произнёс Джаннини. — Но поверьте, я знаю что делаю.

— Вот как, — протянула я. — Ну, раз ты так говоришь, умываю руки.

Сделала небольшой жест рукой, демонстрируя, что я закрыла рот на замок, и теперь и слова не скажу. Проделав махинацию со всем динамитом, его вернули хозяину. Хаято тут же, не удержавшись, побежал к Тсуне показывать, каким теперь стало его новое оружие. А ведь парень ясно дал понять — не мешайте мне и Киоко. Но нет, Гокудера же у нас Правая Рука Десятого, ему правила не писаны. Хм…

Следующими, за что взялся Джаннини, были пули Посмертной Воли Реборна. У них он тоже позаимствовал пороха. Причём из каждой пули. И похоже парня не волновало то, что из-за нехватки данного элемента, пули просто-напросто не вылетят из пистолета. Ну конечно, куда же мне, ведь я не состою в семье великих Изобретателей Оружия! В любом случае Реборн также был доволен тем, что быстро получил «улучшенное» оружие, и побежал проверять его на Тсуне.

Теперь в комнате нас осталось всего трое. То, что он делал с базукой, мне даже описывать страшно. Скажу так — всё что можно было прокрутить и повернуть, он прокрутил и повернул. Хотя тупо даже не знает для чего это. Но Ламбо, вроде, был доволен. Хотя чему, ещё не ясно.

Первым вернулся Гокудера. Выражение его лица сразу говорило о том, что клиент имеет претензии, и сейчас он их выскажет в виде кулаков. В мою сторону он просто швырнул оставшийся динамит и грубо произнёс:

— Исправь.

— Э? Гокудера-сан? — не понимал Джаннини. — Гокудера-сан, вы чего?

— Сейчас узнаешь, — фыркнул парень, разминая до хруста кулаки и шагая на встречу к изобретателю.

Изобретатель оружия бросил на меня молящий о помощи взгляд, но меня в эту же секунду безумно заинтересовала паутина в вон том верхнем правом углу, так что я вообще никак не могу помочь. Ага. Нам плебеям и любителям такое не по силу. О! А вот и Реборн вернулся. Ничего не говоря, малыш просто с одного прыжка ударил пяткой Джаннини в нос. Прозвучал небольшой хруст сопровождающийся воплем и мольбой изобретателя. Никогда ещё Гокудера и Реборн не действовали так слажено.

— Да что тут творится?! — с нешуточным гневом воскликнул Тсуна, вбегая в комнату.

— Десятый! Прошу! Спасите меня!!! — кричал Джаннини и прямо в своём же казанке, вернее в средстве передвижения, уселся на спину Тсуны, повалил его на пол. — Меня хотят убить!

— Пф! Добро пожаловать в мой мир, — фыркнула я.

— Дар! — уже строже начал Тсуна, прекрасно расслышав каждое слово.

— А что я? — всплеснула руками. — Я как сидела, так и сижу. Ничего не трогаю.

— Вот именно! — влез Гокудера, присев около валявшегося Тсуны на колени. — Десятый, послушайте меня! Этот парень сам ходячее аварийное оружие! Избавимся от него!

— Ч-ч-чего? — кряхтел Савада, предпринимая попытки выбраться, но пока безрезультатно. — Джаннини, что ты делаешь?

— Ну… — изобретатель занервничал и виновато посмотрел на Тсуну. — Разве я не говорил? Мне ещё далеко до уровня отца. Тем более изменение не означает улучшение. Изменение может сделать оружие хуже!

— Меня немного раздражает, что ты говоришь это с улыбкой до ушей, — всё ещё бухтела я. — Не ты ли говорил о своём профессионализме и мастерстве? А теперь оправдываешься.

— Да, — тут же поник Джаннини. — Мне очень жаль. Извините.

— Дар, ты можешь всё исправить? — спросил Реборн.

— Не уверена, — честно призналась, почесав затылок. — С электронными приборами всё намного проще, но оружие… Потребуется время, — потом опомнилась. — А почему бы вам Джаннини не передать всё исправить? Думаю, он запомнил всё, что изменял.

— Ну-у-у… — протянул изобретатель, смущённо отводя взгляд в сторону.

— Да я скорее Тупую Корову поцелую, нежели доверю этому идиоту ещё хоть что-то! — злобно бросил Гокудера, недовольно скрещивая руки на груди.

Эту новость услышал сам Ламбо и его от этой мысли слегка передёрнуло. Недолго думая, мальчик подбежал Хаято и, поковырявшись в носу, вытер об руку парня свой палец, оставив смачный слизистый след. Теперь передёрнуло самого Гокудеру от такого сюрприза.

— В домике! — тут же крикнул Ламбо, скрестив пальцы и руки перед собой. Этот ход используют дети, особенно в игре в догонялки, мол, не трогай меня, иначе проиграешь. Но у Хаято свои мысли на сей счёт.

— Через крышу! — рявкнул он, со всей дури ударив кулаком по голове Ламбо, от чего у малыша чуть глаза не вылезли из орбит.

— Уа-а-а-а! — ну всё, теперь этот вопль Ламбо даже вся Италия не остановит. Ну вот, чего и требовалось ожидать. Мальчик, не задумываясь, выхватил базуку десятилетия и направил ствол в свою сторону.

Нет, я могла его остановить. Да и сидела я довольно близко. Достаточно было всего лишь руку протянуть и отобрать базуку. Но, чёрт возьми… как же любопытно, что из этого сделал Джаннини. Сейчас в моём случае лучшее действие — это бездействие.

Взрыв!

— Уа-а-а-а!!! — Ламбо каким был, таким и остался. Он просто сломал базуку. Ну вот…, а я надеялась на что-то интересненькое…

— Он лжец! — послышался другой незнакомый детский голос с той стороны, где ещё недавно сидел Гокудера. — Больше я просить тебя о помощи не буду!

— Святые интегралы! — ахнула я, видя перед собой пятилетнего мальчика, который по внешности был вылитый Гокудера Хаято. Хотя… думаю это он и есть.

Не знаю, как Джаннини это сделал, но ему удалось изменить настройки в базуке так, что тела человека меняются на десять лет не вперёд, а назад, сохраняя нынешнее сознание. Интересно, а с настройками времени он тоже возился? Если да, то… Хех, у кого-то серьёзные проблемы.

— Ох?! — воскликнул Хаято, когда он столкнулся лицом к лицу с Реборном. — Реборн-сан?

— Да? — как ни в чём не бывало, ответил малыш, который, похоже, наслаждался нынешней ситуацией. Хотя чёрт с ним, я тоже от этого ловила небольшой кайф. Что поделать, исследовательская жилка и у меня имеется. А тут такой случай!

— Вы стали ко мне ближе, — улыбнулся Хаято.

— То же самое, — усмехнулся Реборн.

— Хей, Гокудера-кун! — позвал его Савада, привлекая на себя внимание.

— ВАУ! — тут же отозвался Хаято. — Десятый! Да вы настоящий гигант! Это… это, наверное, то, что называют аурой, верно? Вы кажетесь более высоким!

— Хаято, тут такое дело… — влезла я, понимая, что у Тсуны в этот момент пропал дар речи. — Ты немного… изменился и…

— Советник?! — удивился Хаято, посмотрев на меня. — Ты… — мальчик подошёл ближе, но как-то неуверенно. Почему-то щеки налились алым румянцем. — Ты буквально светишься!

— Э-э-э?! — протянули все в этой комнате.

— Что это? — мальчик всё ближе и ближе подходил ко мне, словно загипнотизированный и не способный сделать шаг назад. — Так ярко и притягательно… — неуверенно, дрожащей рукой Хаято прикоснулся к моей ноге. Но потом сам осознал, что это как-то неправильно, отдёрнул руку и отошёл назад. — В общем, мне пора домой, — ускоренно направился к двери. — Увидимся завтра в школе!

Гокудера вышел из комнаты, совершенно не обратив внимания на то, что он изменился в росте. Даже спуск по лестнице со второго этажа на первый доставался ему с трудом, так как мы отчётливо слышали кряхтение и уханье, но и это не помогло принять правду. Хм… кажется, проблема парня стала нашей проблемой.

— Гокудера-кун! — позвал его Тсуна, также выбежав из комнаты. — Подожди! — но нет, наша Дымовая Бомба уже встретилась с Киоко, которая терпеливо дожидалась Тсуну на первом этаже. — Черт! — воскликнул Савада, понимая всю безумность и опасность сложившейся ситуации. — Дар! — позвал он, спускаясь по лестнице.

— Иду я уже, иду… — вздохнув, встала с пола и последовала за хозяином дома.

Как обычно. Проблемы у парней, а разгребаю — я. Если бы мне за каждый подобный случай платили хотя бы по одной иене, то я уже давно скопила на билет прямым рейсом до России.

К тому моменту, когда мы спустились на первый этаж, Хаято уже вооружился небольшими динамитными шашками и угрожал Киоко, что взорвёт её и её глупого брата. Самое странное то, что девушка не узнала парня. И даже угрозы пролетели мимо её головы.

— Какой симпатичный, — хихикала она, сев перед Гокудерой на корточки и погладив его по голове. — Ты играешь с Ламбо-чаном?

— Что ты сказала?! — взревел парень. — Ну, всё…

— Эй-эй-эй! Подожди! — воскликнул Тсуна, вовремя подоспев и взяв Хаято на руки. Словно плюшевую игрушку. Такого сам Хаято никак не ожидал и был в некотором роде в восторге от того, что Десятый стал настолько сильным.

— О, Дар-чан, ты тоже тут?! — удивилась Киоко, заметив моё присутствие.

— Ага, — устало кивнула я. — Но лучше бы находилась где-нибудь в районе своей прохладной постельки…

— Ха-ха-ха, ясно, — засмеялась звонко девушка. — Вечно хочешь спать. И ещё, — девушка слегка поклонилась. — Спасибо, что заботишься о моём брате и помогаешь ему с учёбой. Знаю, он порой бывает безумно шумным.

— Не то слово, — опять кивнула. — Но это ладно, не стоит благодарить. Он тоже мне во многом помогает.

— Рада это слышать, — мило улыбнулась Киоко, слегка склонив голову на бок.

— Оу! Десятый! Там, — воскликнул Гокудера, указав пальцем в сторону окна. — Там странные парни на телефонном столбе!

Все тут же посмотрели в указанную сторону, но ничего подобного не увидели. Столб был пуст, за исключением нескольких птичек, что щебетали вовсю. Ни Тсуна, ни Киоко, ни даже я никто не видел каких-либо странных парней. Вот только когда я подошла к окну ближе, почувствовала легкое щекотание на уровне своего лица. Оно потихоньку перерастало в небольшой раздражающий зуд, от которого хотелось немедленно избавиться, и всё это говорило только об одном — за мной наблюдают.

Не знаю, что именно увидел Гокудера, но это определённо есть, вот только остальные этого почему-то не видят. Может, на Хаято просто повлияли искривлённые электромагнитные лучи десятилетней базуки? Ладно, об этом подумаю позже. Лучше понять, что делать с нежелательными «гостями».

— Уверен, — негромко произнёс Хаято, спрыгивая на пол. — Они пришли убить Десятого. Отлично, — секунда и в руках мальчика возникли динамитные шашки. — Оставьте это мне!

— Нет! — тревожно произнёс Тсуна, пытаясь помешать мальчику. — Убери эти опасные штуки!

Я не вмешивалась в спор и противостояние парней, так как полностью обратила своё внимание на телефонный столб. Стоило мне спрятаться за стенку, как неприятные ощущения пропадали. Значит, Хаято прав. Ещё один повод для беспокойства. Пока все были полностью заинтересованы поведением мини-Гокудеры, я прошлась вдоль стенки, плотно занавешивая шторами окна. Чтобы, кто бы там ни был, не смог свободно видеть свою цель. Трудно предположить какое у них оружие, но выберем самый худший вариант — огнестрельное. Значит, приближаться им не надо. Но если видимость будет нулевая, то так или иначе они попытаются сократить расстояние, дабы добраться до своей цели.

— Хей, привет! — в дом без стука вошёл тот, кого точно никто не ждал. — Как у вас дела с домашкой?

— Ямамото?! — удивился Тсуна.

— Такеши, закрой за собой дверь, — тут же попросила я.

— О! Дар! Как дела? — заулыбался парень, почесав затылок. — Меня в классе попросили узнать, как справляется с эссе группа Тсуны, но раз Дар тут, то уверен — неплохо. А вы чего все на первом этаже? — осмотрелся. — Решили сегодня заниматься не наверху?

— Эй, ты, Бейсбольный Идиот! — привлёк к себе внимание Хаято. — Если нечем заняться, то помоги мне убрать тех парней снаружи!

— Ха? Гокудера и ты тут?! — спокойно произнёс парень, совершенно не обратив внимания на необычный рост своего одноклассника.

Нет, я, конечно, понимаю, что Ямамото у нас самый высокий и на всех смотрит сверху вниз, но не заметить такое различие — это уж слишком. Хотя должна признаться в том, что он сразу же узнал его, делает Такеши на ступень выше в моих глазах, ведь в отличие от него, Киоко вообще не узнала Хаято.

— А? — удивлённо захлопала глазами рыжеволосая девушка. — Гокудера-кун?

— Нет-нет-нет! Ха-ха-ха… — нервно засмеялся Тсуна, размахивая руками перед Такеши и Киоко. — Это… как его… кузен. Да! Кузен Дар!

— Чего?! — воскликнули все, а я так вообще дар речи потеряла. Мой кузен? С какого вообще перепугу? Но Тсуна посмотрел на меня так, словно от моего единственного слова зависела вся реальность бытия. Чёрт… и почему я не могу ему отказать в таких ситуациях? Меня это безумно раздражает.

— О! Так ты братик Дар-чан! — улыбнулась Киоко, вновь посмотрев на Хаято. — А я думала, что у Дар-чан брат старше её.

— Ага, — фыркнула негромко. — С утра я тоже так думала…

— Вот оно что! Ха-ха-ха! — Такеши взял сопротивляющегося Хаято на руки. — Но он так похож на Гокудеру.

— Да-да, — устало махнула рукой. — Все мы итальянцы на одно лицо…

— Да что вы, чёрт возьми, несёте?! — уже буквально рычал Хаято, не в состоянии вырваться из крепких рук парня. — Ублюдок! Отпусти меня! Я убью тебя, и всех, кого ты знаешь!

Но сколько бы Гокудера не оскорблял Ямамото, того ничего не пробивало. Продолжал смеяться и, по его мнению, играть с малышом. Вот кто действительно всей душой любил детей. Вот только этот бейсболист всё-таки забыл закрыть входную дверь. Заметив это, я тут же поспешила её захлопнуть, не обращая внимания на крики и возгласы ребят. В любом случает — поздно. В комнате кто-то есть, и его никто не видит.

Ощущения были странными. Противник был слишком близко, что я буквально терялась с какой стороны стоит ожидать нападения. Нужно предупредить Тсуну. Чёрт, но как? Тут Киоко, а покидать комнату и оставлять гостей одних теперь опасно. Но о том, что тут кто-то есть, знает только Гокудера.

— Ха?! — он посмотрел на потолок. — Когда они успели?! Чёрт возьми, вы что, не видите их? Отпусти меня, идиот!

— Эй, — бросил Ямамото голосом воспитателя. — Не указывай мне, короткие ноги!

— Что ты сказал?! — злился Хаято и посмотрел на свои ноги. — КОРОТКИЕ НОГИ!!! — ой-ёй! Кажется, до него наконец-то дошло, что у парня проблемы с ростом. Бирюзовые глаза округлились в панике, а сам мальчик в ужасе стал кричать, да и не просто так, а сразу на итальянском: — Я СТАЛ МАЛЕНЬКИМ! — схватил себя за щеки, ощупывая голову, посмотрел на руки, снова и снова пытаясь убедить себя, что это не сон. — Что такое? Почему? Я такой маленький… и слабенький… — психика парня не выдержала, и он начал терять сознание.

— Упс! Дар, кажется, я случайно… сломал твоего кузена, — извиняясь, произнёс Ямамото, протягивая болтающегося мальчика в мою сторону.

— А! Ты в порядке? — воскликнул Тсуна, смотря на Хаято.

— Конечно, нет! — крикнула я, из-за чего Савада тут же подпрыгнул на месте. — Что за тупой вопрос? Сам, что ли, не видишь? Валерьянка есть?

— На-на-наверное. Не знаю. Может быть, — затараторил хозяин дома, собираясь бежать в сторону кухни, но она не понадобилась, так как Гокудера пришёл в себя сам.

— О, нет! Десятый!

— Что? — Тсуна побледнел. — Это моя вина?

Ничего не объясняя, Гокудера выхватил очередной запас динамита, поджег фитиля от зажигалки и без капли сомнения швырнул шашки в сторону потолка над головой Тсуны. Сам Савада подумал, что таким образом Гокудера ему мстит и пытается убить, но в это мгновение вместо должного взрыва, над потолком появились конфетти, новогодняя мишура и белоснежные голуби. Джаннини потрудился над всем динамитом Хаято.

Никто ничего не понял. Зачем мальчик это сделал? Фокус? Вот только я заметила в воздухе над потолком одну странную область, куда конфетти не попадал, словно что-то мешало. Очертания не точные, но по размерам можно запросто предположить, что это человеческая фигура. Как? Как он может там держаться, так и ещё невидимый? Что за ерунда? Ах, ладно… буду думать над этом позже. Сейчас пора действовать.

Схватила первое, что попалось под руку. Это оказался самый обычный деревянный стул, и держала я его за спинку. Размах… и наношу удар по тому пустующему месту. Уверенность, что я точно попаду по намеченной цели, была равна пятидесяти процентам. Однако, к моему удивлению, стул с треском затрещал и разломился на несколько частей, надломленными кусками падая на пол. А ведь казалось, что я просто взмахнула им в воздухе.

Следом за осколками стула на пол глухо упало что-то ещё. Массивное и тяжёлое. По лёгкому кряхтению могу предположить, что это был человек. Не уверена, что удар был достаточно сильным. Стул хоть и развалился, да вот он и ранее на честном слове держался. Ну… так выглядел во всяком случае.

— Ч… ч… что… что это? — заикался Тсуна, смотря на обломки стула. Понимаю парня, его мысли путались, но объяснять сейчас, нет времени.

— Советник… — ахнул Хаято. — Ты их видишь? — в голосе возникла надежда, что он не спятил.

— Нет, — честно призналась я. — Но чувствую… Сколько их?

— Двое, — тут же отозвался парень, думая над тем, как убрать следующего. И тут что-то вспыхнуло в его глазах. — Эй, Ямамото! — улыбнулся мальчик, привлекая внимание бейсболиста. — Ты ведь прихватил с собою мяч? Научи меня играть!

— Хочешь, чтобы я поиграл с тобой? — немного неуверенно, после происшедшего, произнёс Такеши. — Почему бы и нет? Давай. Где поиграем?

— Тут! — отозвался Гокудера, запрыгивая на небольшой шкаф в прихожей, и замахал в воздухе руками. — Давай! Кидай! Я ловлю!

Взгляд бейсболиста тут же стал серьёзным и острым, как лезвие. Вечная безмятежная улыбка парня исчезла, осталась только решимость. Бросок. Мяч летел точно в вытянутую Гокудерой руку, но не долетел, так как наткнулся на очередное невидимое препятствие. Что-то глухо плюхнулось на пол.

— Да что вообще происходит?! — уже паниковал Тсуна, явно понимая, что в его доме твориться чёрт знает что. Хотя… для него это должно быть уже норма.

Но самый смак пошёл тогда, когда невидимые противники стали видимыми. Они были одеты в довольно странные зелённые обтягивающие костюмы с небольшими присосками на руках и ногах. Думаю, именно благодаря им они и держались на потолке. И именно благодаря этому костюму противников не было видно. Предположить точно — трудно, но из наблюдений могу сказать, что этот костюм оснащён многочисленными микросхемами, которые пародируют функцию хамелеона. Изменяют свой окрас под окружающую среду. Именно из-за этого мы их не видели, до этого момента.

— Кто… эти люди?! — воскликнул Тсуна, хватаясь за голову.

— О, нет! Нас раскрыли! — воскликнул один, что поменьше ростом. — Чёрт побери! Оптическая маскировка раскрылась!

— Хорошая работа, Гокудера! — послышался детский голос со стороны лестницы. Это был Реборн, который всё это время продолжал сидеть в комнате Тсуны. — Я не ошибся, когда решился проверить тебя, как Правую Руку, — посмотрел на меня. — А также доволен тем, что ты восприняла слова Гокудеры всерьёз и незамедлительно действовала, ссылаясь на нынешнюю обстановку. Именно так, и должен поступать Советник. Но вы, — малыш обратился к двум незнакомцам, что до сих пор сидели на полу. — Ваша электрозащита не идеальна. Дети вас видят. Ваш Босс Аркобалено с зелёной пустышкой — Верде, правильно? — незнакомцы не ответили. Видно, Реборн метил не в бровь, а в глаз. — Я вспомнил, что он занимался исследованиями камуфляжа, но Верде считает, что если он не сможет видеть сквозь оптический камуфляж, его подчинённые, в конечном итоге, могут попытаться подставить и предать его. Вот почему он сделал так, что люди, не достигшие определённого возраста, могут видеть сквозь камуфляж, чтобы и сам Верде тоже мог видеть.

— Вот чёрт… — прошептал один из незнакомцев. — Так было и такое?

— Это создаёт сложности в убийстве! — признал второй. — Но раз нас раскрыли, — секунда, и теперь мне и Тсуне направили в лицо по одному пистолету. — Придётся избавиться от них по старинке. Ничего личного, — бросил высокий, смотря на меня. — Но нашему Боссу не нравится то, что на его пути начинает маячить будущий Босс Вонголы и Представитель Серра. Сейчас вы пока обычные подростки, но со временем это может перерасти в большие проблемы.

И вот тут я окаменела. Хотелось бежать, но куда? Все уставились на пистолеты и даже шевельнуться боялись. Мысли прокручивались в голове с сумасшедшей скоростью. Я искала лазейку и выход с такими условиями, при которых я и Тсуна выживем в этой ситуации, но как не посмотри, все варианты которые ко мне приходили, сводили к тому, что-либо в живых останется только он, либо только я.

Понимаю, что это неправильно, но я не герой, и мне безумно хочется жить. Выбор очевиден. Правда, до того, как хоть кто-то успел сдвинуться с места и что-либо предпринять, в голову Тсуны влетела пуля. Нет, её выпустили не эти двое. Это была пуля Предсмертной Воли. Среагировав на яркое предсмертное сожаление парня, она сама среагировала и достигла своей цели.

— РЕБОРН!!! — взревел Тсуна, тут же избавляясь от одежды. — Победить моих врагов, даже если придётся умереть!!!

— Что за?.. — воскликнул один из противников и выстрелил в Тсуну, но в режиме Посмертной Воли такие раны ему нипочём. Да и сам парень действовал безжалостно. Всего два удара, и враг повержен.

— Ты проиграл!!! — рычал парень, величественно наступив на отключённые тела своих противников.

— Возвращайтесь назад и передайте Верде мой привет, — усмехнулся Реборн.

Все были довольны. Особенно Киоко и Такеши, которых несомненно впечатлил именно Тсуна. Да и я, если честно, тоже под лёгким впечатлением. Хоть пуля Посмертной Воли и была переработана Джаннини, она сработала так, как надо. Да и это был первый случай, когда Тсуна спас мне жизнь. Возможно, он и не заметил того, что произошло. Ведь это для него уже не в первый раз, но не для меня…

— Что? Почему я? Нет-нет-нет! Отказываюсь!

— Прошу!

— Даже не проси! Нет — значит, нет!

— Умоляю!

— И не умоляй! Тсуна, ну сколько можно? У меня что, перевалочный пункт для детей?

— Я вообще-то старше тебя, Ведьма! — рычал Гокудера. — И мне, знаешь ли, тоже эта идея не очень нравится!

Как и ожидалось. Появился прославленный изобретатель оружия, а, в итоге, выяснилось, что мне теперь и за ним прибирать придётся. Пришёл, начудачил, а Дар всё исправит. Конечно! Но основная беда в чём, Гокудера не изменился, ни за пять, ни за десять, ни за сорок минут. Вывод прост — настройки в десятилетней базуке сбиты напрочь. И это ладно… Я эту базуку уже разбирала по винтикам и знаю, как она должна выглядеть. С динамитом Гокудеры тоже придётся повозиться, но и с этим справлюсь. Надеюсь, впихнутые в них голуби ещё не подохли, а то у меня начнётся игра «Кот Шрёдингера». Пули Посмертной Воли тоже ещё та задача, но будем надеяться, что всё получится.

Всё пойдёт. Со всем справлюсь. Тсуна, как не посмотри, мне жизнь спас. Так и быть, всё починю, и за это платы не возьму. Но вот есть одна загвоздка…

— Чего ты так на меня пялишься, Ведьма?

Да, именно. Эта загвоздка — Гокудера Хаято. Пока он в маленьком теле, необходимо, чтобы за ним кто-нибудь присмотрел. Хаято заверил, что он и сам со всем способен справиться, но Тсуна хочет быть уверен, что с парнем всё будет хорошо. Оставили бы в доме Савады, да вот только там Ламбо, с которым Хаято вечно будут драться, и Бьянки, от которой парень всё время проведёт в туалете, обхватив живот. Да и тем более, сам Хаято надеется, что как только я починю базуку, то сразу же верну ему прежний вид.

Угу, мечтатель…

— Чёрт с вами, ладно… — вздохнула я, понимая всю безвыходность ситуации. Накинула сумку, в которой Тсуна сложил все сломанные вещи, на плечо и, попрощавшись, покинула его дом, предварительно обратившись к Хаято. — За руку тебя держать не намерена.

— Фек! Ещё чего! Да уж лучше я буду зубы чистить порохом!

— Вперёд, — бросила я. — Но табуретку в ванну сам тащить будешь.

— Опять меня бесишь, Ведьма! — ворчал Гокудера, но всё же следовал за мной.

Дома смогла выяснить, что в таком состоянии парню придётся быть около недели. Конечно же, Гокудера хотел, чтобы я вновь в него выстрелила базукой и попыталась, таким образом, исправить то, что натворили Джаннини с Ламбо, но всё могло привести к тому, что ситуация парня лишь бы ухудшилась. Или я просто бы перенесла эту его миниатюрную версию на десять лет вперёд, в то время как сам Гокудера из будущего, оказался бы тут ровно на пять минут.

Взвесив все за и против, парень согласился, что единственный выход подождать. В итоге, вечер закончился тем, что мы заказали по телефону пиццу, которая нам двоим ни капельки не понравилась, но из принципа всё равно её ели, после чего предоставила парню телевизор в его полное распоряжение, а сама занялась базукой и динамитом.

Кстати, да… все голуби выжили, хотя и выглядели слегка ошалевшими. Ну, я их понимаю, видать рассчитывали появиться, как ангелы на вечеринке, а нет. Пришлось каждого выковыривать отдельно.

В какой-то момент я заметила, что Хаято в теле мальчика непрерывно следит за мной, хотя усиленно старается не подавать виду. В его взгляде я не видела злобы, презрения или каких-либо ещё негативных чувств. Скорее просто любопытство и… тоска? Спрашивать, почему он так на меня смотрит, не решалась. Всё равно не ответит. Скорее просто нагрубит и повернётся на другой бок, чтобы больше вообще не пересекаться со мной взглядом. Поэтому пришлось лишь молча ждать, когда парень сам решится заговорить.

— Эй, Советник? — и это время наступило.

— Да? — спокойно отозвалась я, не отрываясь от своего дела.

— Ты… умеешь играть на пианино? — довольно неожиданный вопрос. Пришлось всё же посмотреть на мальчишку.

— Нет, — честно призналась. — А что?

— Да так, — отмахнулся тут же Хаято, поворачивая голову в сторону мигающего телевизора, по которому рекламировали утягивающее женское бельё. — Просто… ты мне сейчас кое-кого напоминаешь. Я и раньше это замечал… но сейчас особенно, — потом тут же смутившись своим же словам и мыслям, добавил: — Наверное, это из-за твоей чёртовой ауры, будь она неладна!

— Вот как, — задумчиво произнесла, возвращаясь к разложенной на столе базуке. — Так из-за этого ты меня вечно Ведьмой зовёшь?

— Чего? Нет! — воскликнул парень, словно я его оскорбила, но уже через секунду успокоился. — Ай, ну тебя… Забудь, что я сказал.

— Ладно-ладно, — улыбнулась я. — Чего так горячишься? Может, расскажешь мне о той, кто умеет играть на пианино?

Хаято неуверенно посмотрел на меня, после чего как-то странно выдохнул и с лёгкой грустью сказал:

— Я сказал — забудь, — в его словах так же чувствовалась горечь и сильная обида. Хоть её вызвала не я, уверена, что теперь парня лучше не трогать. Только ещё хуже сделаю. Со временем сам мне всё расскажет. Надеюсь…

— Печенье будешь? — тут же сменила тему разговора.

— Давай, — ни на секунду не задумываясь, ответил Хаято, спрыгивая с кровати. — А то от пиццы у меня всё в желудке, как после готовки моей ненормальной сестрёнки.

— Это точно…

Глава 23. Полоса неудач

Кажется, меня прокляли…

Ой, ладно! Нет, стоп! Дайте пояснить! Всё началось именно во время той самой недели, когда у меня проживал Хаято. Не знаю почему, но ему взбрело в голову, что если он помолится в каком-то особом японском храме, то срок его пребывания в детском теле сократится. Ясное дело, что это самый настоящий бред! Но как я его не уговаривала, как не приводила логический доводов и примеров, Хаято упрямо стоял на своём. Более того, и меня с собой поволок, так как в тот храм, в который он хотел пойти, детям до восьми лет вход строго под присмотром старших.

В итоге, да. Я всё же пошла. В принципе, всё было не так уж странно. Мы поднялись по высокой каменной лестнице на гору, где находился храм. Там Хаято достал свои четки, упал на колени и стал вести себя как какой-то шаман-алкаш. Некоторые прихожане косились сначала на него, потом на меня. Я в свою очередь стояла в сторонке и делала вид, что с этим ребёнком не знакома. Да и вообще, пока тот молился всем известным ему японским духам, я решилась прогуляться и посмотреть на ценность этого храма с исторической и архитектурной точки зрения. Тем более было на что смотреть.

Например, на заднем дворе храма, обнаружила каменные изваяния, приглядевшись к которым, поняла, что это статуи местных японских духов и божеств. Не все, только некоторые из них, дабы кратко показать посетителям всю суть устроенного духовного мира. Видно, что за скульптурами присматривают и о них заботятся. Некоторые мне были не знакомы, да и внешность у них была не очень привлекательная. Однако была одна статуя, которая почему-то сразу бросилась в глаза и выделялась на общем фоне.

Скульптура была в человеческий рост, полностью сделана из плотного чёрного камня, и с виду, казалось, что к тебе спиной сидит молодая девушка, расчёсывающая свои длинные чёрные волосы. Она сидела перед другим высоким овальным камнем, который поддерживал усмехающийся мужчина. Лицо мужчины не внушало доверия. Оно словно издевалось, лицемерило и хихикало над юной особой. Лицо девушки не было видно, пришлось приблизиться к статуе ближе, чтобы осмотреть её полностью. Теперь мне была видна полностью утончённость данной работы. Детали одежды и распустившихся волос поражали. Мастер, что занимался с данным материалом, поразил меня. Я неверующая, но красоту оценить могу, и эта работа — потрясающая. Такие изгибы и линии. Чего только стоит детализация рук и пальчиков девушки! Она сидит на небольшой подушке, согнув колени, поджав под себя ноги, но почему её поставили спиной к зрителям? И этот усмехающийся мужчина, что держит овальный камень… кто он?

Теперь лицо мужчины пугало. Он не казался мне человеком. Чёрт? Глазницы и рот пустые, а из головы торчат рога. Точно, это низший демон. С японской мифологией знакома плохо, но даже я знаю такие вещи. И тут кое-что заметила, что заставило окаменеть. Приблизившись на достаточное расстояние, я поняла, что это вовсе не простой овальный камень, а некое подобие зеркала, в которое и смотрела девушка. Вот только отражалась в нём не юная прекрасная особа, а обнажённый скелет. Истинное обличие девушки. Этот скелет был выгравирован в камне так, что сразу его не увидишь. Только приблизившись, понимаешь, кто именно перед тобой. Опустив глаза на вывеску, что была приколочена к каменной подушке, увидела надпись: «Дзигокудаю — Богиня Смерти. Владычица загробного мира».

Любопытство всегда была нашей семейной ахиллесовой пятой, поэтому, не выдержав, я осмотрелась по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости никого нет и, перешагнув через ограду, подошла к статуе. Было безумно интересно посмотреть, как скульптор изобразил лицо Богини. Ведь к зрителям статуя стоит спиной, и нам остаётся только догадываться о том, как она выглядит. Но, даже обойдя скульптуру стороной, её так просто не рассмотреть. Пришлось встать на траву на колени и чуть ли не лечь перед Богиней Смерти, упираясь на руки. И только когда я это сделала, словно вымаливала у Дзигокудаю пощады, мне удалось заглянуть в лицо девушки.

Оно того стоило. Трудности оправдывали себя. Передо мной предстало иное лицо прекрасной девушки с пухлыми губами и маленьким носом. Казалось, что ещё мгновение, и девушка оживёт, хотя и было ясно, что она всёго лишь статуя из чёрного камня. Но работа настолько утончённая и детализированная. Я даже могла рассмотреть её ресницы и выпавшие из общей причёски пряди волос.

— Так вот ты какая, Богиня Смерти, — ахнула я, продолжая стоять на коленях и изучать скульптуру. — Безумно прекрасна и опасна… Меня тоже так иногда называют, но это всего лишь из-за белых волос.

Хотелось ещё немного побыть с такой великолепной работой наедине и, возможно, даже поговорить с ней, но не всё так просто. Из храма вышло несколько монахов, что заметили моё непристойное для них поведение.

— Девушка?! ДЕВУШКА, ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ?! УЙДИТЕ ОТТУДА НЕМЕДЛЕННО!!! — закричали они, причём так громко и неожиданно, для такого тихого места, что я невольно вздрогнула и дёрнула ногой, задев соседнюю статую демона, который держал овальный камень.

Статуя демона из-за сильного толчка стала медленно раскачиваться из стороны в сторону, увеличивая амплитуды колебания. Казалось ещё немного, и он упадёт. Причём либо вперёд на меня, либо назад на соседнюю статую. Не теряя ни секунды, сорвалась с места и обхватила статую руками, замедляя её раскачивания и стараясь поставить, как было. Вот только я не заметила, что большой овальный камень, который исполнял роль зеркала, был отдельной скульптурой в данной композиции и также начал раскачиваться. Перехватить камень я не смогла и не успела, поэтому он на полном ходу повалился вперёд, врезавшись в Богиню Смерти.

Прозвучал оглушающий треск. Столь прекрасная голова Богини разлетелась на десятки мелких кусочков, а монах при виде такого кощунства побледнел и потерял сознание. И теперь, сидя около обезглавленной богини и продолжая обнимать улыбающуюся статую демона, я могла произнести только одно:

— Упс!

Что было дальше, вдаваться в подробности не очень хочется. Скажу так, монахи орали, как ненормальные, в один голос заверяя, что теперь неудачи будут преследовать меня на каждом шагу. Мол, сама Богиня Смерти за то, что я учудила, прокляла меня. Более того, отныне мне напророчили «удивительную» судьбу, и я стану женой Демона. Нет, я серьёзно. Они мне так и сказали, что карма у меня теперь чёрная, и любого, кто свяжется со мной, ждут такие же неприятности.

Но, как это обычно бывает, они предложили выход: во-первых, я должна оплатить весь нанесённый ущерб, а это довольно-таки немаленькая сумма. Сразу я её не оплачу. Но прекрасно понимаю, что сделать это придётся, так как статуя была прекрасна и сломана она по моей вине. Во-вторых, я должна пройти вагон и маленькую тележку различных обрядов очищения, при которых монахи смогут вымолить прощения у Богини Смерти и очистить мою карму. И это притом, что каждый обряд обойдётся мне в кругленькую сумму.

Если с первым пунктом я согласна — моя вина, то на втором послала этих монахов далеко и надолго. Я в эту ерунду не верю, и никогда не буду верить. Нет, ну что за бред вообще? Женой Демона? Серьёзно? Пф! Ага! Мне уже напророчили в мужья Тсуну, и он как-то на демона не очень-то и тянет.

В итоге, дала им свои контактные данные, чтобы в дальнейшем смогли связываться, и я оплатила сумму ущерба по частям, а после с Гокудерой ушли из храма. Парень, конечно, ещё несколько раз намекал, что надо бы послушать монахов, но под моим саркастическим взглядом перестал на эту тему говорить, лишь брякнув, что я упрямая женщина и об этом ещё сама пожалею.

Как бы-то ни было, время шло, Хаято вернулся в своё обычное состояние и переехал к себе, и только после этого в моей жизни пошла настоящая полоса невезения. Сначала всё шло по мелочи. Стали из строя выходить бытовые и электронные приборы. Проводка по всему дому полетела. Телевизор не включался, стиральная машина, но… это уже классика. В общем, всё, что могло сломаться — сломалось. В итоге, я, конечно, всё починила. Не первый день живу одна, поэтому знаю, как и что установлено. Тем более это электроника, и у меня с ней разговор короткий. Но дальше проблемы стали нарастать.

С наступлением лета я с нетерпением ожидала приезда брата. Готовилась и, если честно, была буквально на иголках, ведь я так давно никого не видела из своих родственников. О родителях стараюсь не вспоминать, так как внутри сразу наворачивается комок неприятных чувств. Словно меня предали. Поэтому, откинув ненужные ощущения в сторону, как обычно в свой воображаемый стеклянный ящик, продолжаю жить, как ни в чём не бывало. А почему нет? В принципе, у меня же всё хорошо, верно? Крыша над головой есть? Есть. Еда в холодильнике есть? Есть. Опекун имеется? Имеется. Чего переживать? Существовать можно, и ладно.

Но как же было всё-таки неожиданно, когда брат позвонил и первое, что он сказал было:

— Эм… сестрёнка, насчёт приезда… Ты уж извиняй, но не получится, — расстроенным голосом произнёс Рома. — На меня неожиданно куча дел свалилось, о которых я совершенно забыл. Так что летом не жди.

— Вот как, — спокойным голосом произнесла я, сжимая трубку телефона. — Ну, если надо, то конечно.

— Да, — соглашался парень. — Рад, что ты понимаешь. А то я совсем забыл про практику, которую должен был сделать, а тут в университете как давай её просить.

Рома что-то скрывал. Это я могла сказать точно. Парень всегда стремится показать себя с безалаберной точки зрения, но таким никогда не был. Всё, что касалось его лично, он запоминал навечно. И уж о практике забыть… серьёзно? Темнит парень, причём довольно откровенно.

— Рома, ты ничего не хочешь мне сказать? — устало спросила я.

— Хм… например? — удивился парень, продолжая исполнять роль дурака.

— Ну, не знаю… — протянула я, возвращаясь к той теме, которую он почему-то вечно избегает. — Например, ты встречался с Дино Каваллоне? Ты мне так и не рассказывал о вашей встрече.

— Да тут и рассказывать нечего! — воскликнул брат. — Встречи не было. Вечно переносим её на потом. То он вечно в разъездах, между Италией и Японией, то я постоянно занят. Так что мы даже не виделись. Да и не до него сейчас, меня ведь девушка бросила. А казалось бы почему? Да потому, что я забыл поздравить её с днём рождения. Пф! Будто от того, что она стала старше на год, что-то изменится. Зато когда я ей назвал её точный возраст, она вообще перестала со мной разговаривать! Что с бабами не так?

М-да… меняет тему разговора. Снова. Ясно, что не желает об этом говорить. Не первый раз такое. Придётся ждать, так как всю информацию мне не вытянуть. Сам расскажет, когда придёт время. Так было, так есть и так будет.

— Просто женщины любят выглядеть моложе своего настоящего возраста, — пояснила я, усмехаясь.

— Да я что, против что ли? Пусть выглядит!

Дальше мы общались как обычно, обо всём и ни о чём конкретном, но факт остаётся фактом — брат не приедет. И на этом проблемы не кончились, а лишь становились всё больше и больше, добравшись до школы.

У меня и раньше были проблемы с этими двумя идиотами, что ещё в начале учебного года, заметив мою фамилию в списке своего класса, решили показать, где моё место. На протяжение всего времени у нас и дальше продолжались небольшие тёрки. Они вечно задевали меня, оскорбляли, старались унизить и обидеть как можно сильнее, высмеивая те или иные недостатки. Я же просто игнорировала их, так как понимала, что любая реакция только подольёт масла в огонь, а на что-то серьёзное у них не хватало смелости. Во время учёбы рядом всегда был Сасагава и выручал, если того требовала ситуация. Иметь дело с Главой Боксёрского клуба не каждый решится.

Но наступил такой день, когда они в буквальном смысле прижали меня к стенке. Выловили в коридоре как раз в тот момент, когда я спускалась по лестнице в библиотеку, сдать учебники по биологии. Учебники были огромные, массивные, и их было довольно тяжело нести в руках, так что для удобства я прижала их к груди, обхватив руками. И как только нога коснулась пола первого этажа, меня силой затащили под лестницу, окружив с двух сторон. Фано и Нусо Сэдзуки. Элита данной школы. Во всяком случае, они в этом уверены. Суть данной ситуации проста — они предлагали сделку. Так как я по их словам «мозговитая» и хорошо учусь, то должна помогать своим семпаям. То есть им. Делать за них всю домашнюю работу, помогать на контрольных и тестах. А также всего остального по чуть-чуть. Взамен, парни оставляют меня в покое до поры, до времени.

Положение не играло в мою пользу. По сути, если бы они просто подошли ко мне и попросили помощи, то я бы помогла. Почему нет? Разве мне трудно сделать за них домашнюю работу? Нет. Трудно помочь с тестами? Тоже нет. Я постоянно этим занимаюсь. Но тут была не просьба, а угроза. Психологическое давление, так как парни были значительно выше и крупнее меня. Я чувствовала себя такой маленькой и слабой, когда эти два шкафа зажали меня в углу. Говорить с ними — бессмысленно. Они не услышат ни одного твоего логического довода. Для них главное унизить тебя и показать, кто ты есть в «их идеальном мире». Они — Сливки Общества, а ты — их рабочая сила.

Надо бежать.

План появился сразу. Так как в руках у меня были тяжёлые учебники по биологии, мне было достаточно просто швырнуть их под нужным углом каждому парню на ногу так, чтобы угол учебника попал на пальцы. Боль дикая, не спорю. При нужном давлении и силе даже возможен небольшой перелом или трещина в кости. Пока парни будут приходить в себя, я попытаюсь пробежать мимо них в безопасное место. Куда же? К ребятам из 2-А класса? Да, они бы мне помогли, но сейчас урок и мешать им не стоит. Тогда к Сасагаве? Он определёно в клубе бокса тренируется. Да, там безопаснее.

Но есть вероятность того, что меня успеют схватить за ногу до того, как я отбегу на достаточное расстояние. Чтобы решить эту проблему, незаметно достала и кармашка школьной юбки длинный, остро-наточенный простой карандаш и зажала его между пальцами. Там у меня также имелся ластик и небольшая линейка-треугольник. Если произойдёт что-то не по плану, я не буду церемониться и воткну остриём карандаша в чью-нибудь руку. Пара секунд, но они будут на вес золота.

Итак…

— Прекратите толпиться и возвращайтесь на урок, — послышался строгий голос за спинами Фано и Нусо. Парни вздрогнули и обернулись назад, столкнувшись взглядом с Главой Дисциплинарного Комитета. Лицом парень был спокоен, но, если учитывать, как напряглись у него мышцы на руках и шее, сегодня Хибари Кёя определёно был не в настроении.

— Ну что вы, Хибари-сан?! — улыбаясь во всё лицо, произнёс Фано, резко обнимая меня одной рукой за плечо. — Мы всего лишь разговариваем с Дар-чан. Мы же одноклассники, хе-хе. Не так ли? — обратился он ко мне. При этом рука больно стиснула плечо. Пальцы буквально впивались в кожу руки, хотя на мне при этом ещё была форма. Уверена, если бы не она, то считай пол-плеча уже не было. Хотя и сейчас синяков вряд ли избегу.

— Меня не интересует то, что вы тут делаете, — холодно бросил Хибари. — Я сказал, прекратите толпиться и возвращайтесь к себе в класс. Сейчас время урока.

Для большей убедительности Кёя высвободил спрятанные тонфы и сжал их в каждой руке. Ясное дело, на ветер слова он не бросает. Кузены переглянулись и нервно сглотнули, в то время как я, воспользовавшись их заминкой, выскользнула из объятий Фано и молча прошла мимо Хибари, покидая коридор. В тот момент, когда обходила стороной Кёю, постаралась также незаметно вернуть карандаш обратно в кармашек, но вот только парень это заметил. Видела его взгляд, брошенный на мою руку, но парень ничего не сказал. Не знаю, что он в тот момент подумал, но, в итоге, Кёя сделал вид, что меня тут не было или вообще не существует.

Зато эту ситуацию хорошо запомнили сами Фано и Нусо. Время шло, и парни перестали меня донимать. Я даже стала надеяться, что стала им скучна. Никаких оскорблений, никаких шуточек и издёвок. Смогла расслабиться и продолжить спокойно учиться, не обращая внимания на их вечно недовольные косые взгляды. Но, как оказалось, я рано радовалась. В один прекрасный июльский день, во время начала большой перемены, когда я решила остаться в классе и помочь Рёхею усвоить прошедшую тему, по школьному радиовещанию прозвучал голос директора, просивший немедленно посетить его кабинет.

Это было крайне необычно. Начнём с того, что директор очень редко пользуется данной функцией, хоть она и предусмотрена. Во-вторых, зачем я ему сдалась? Однако в кабинет всё же пришла, причём незамедлительно. Помимо самого директора в помещении находилось три человека, сидящих на диванчике сбоку. Двоих я сразу узнала кузены Фано и Нусо, но вот третьего видела впервые. Это был высокий худощавый мужчина лет сорока с прилизанными набок чёрными волосами, в сером деловом костюме и с чёрным кожаным кейсом в руках. Бюрократ? Не похож на их родственника. Верхний нагрудный карман слегка выпирал, выделяя форму стопки визиток. Хм… скорей всего, адвокат. Определёно адвокат. Острый взгляд, надменная ухмылка и вечная манера поправлять очки на носу.

— Серра, прошу, присаживайтесь, — предложил директор, указав на кресло, что стояло напротив его офисного стола. Я поблагодарила и присела на предложенное место, стараясь не обращать внимания на двусмысленные ухмылки одноклассников. — Серра, думаю, вы прекрасно знаете, как мы уважаем и восхищаемся вашими успехами в учёбной деятельности. Вы не раз демонстрировали себя с лучшей стороны, причём как ученица, так и член Дисциплинарного Комитета. Особенно это было заметно на конкурсе танцев, когда вы поддержали наших выпускников. Вашей успеваемости может позавидовать каждый ученик, и естественно это не осталось незамеченным школьным советом, и он позволил вам перескочить один учебный год. Более того, вы оправдали наши надежды, решая все контрольные и тесты на сто баллов.

— Спасибо, — украдкой поблагодарила я, слегка склонив голову, в японской манере, выражая тем самым свою признательность. Вот только всё внутри меня сжалось. Что-то тут не чисто. Да и после речи директора остальные гости стали нервничать и кашлять, делая намёки, что пора приступить к основному блюду.

— Но, — продолжил директор, — даже учитывая всю вашу успеваемость и достижения, я не могу закрыть глаза на то, что происходит вне школьной жизни.

— Простите? — не понимала я.

— Было выяснено, что вы подрабатываете после школы, причём в довольно позднее время, — начал директор, и мои ладони вспотели. Под меня копали? Чёрт! Хотя я знала, что долго скрывать это не получится, но всё равно… — Если бы вы пришли ко мне, то этот вопрос можно было бы спокойно решить, но появились и другие факты, очерняющие ваше имя, и их я игнорировать точно не смогу.

Директор достал из ящика стола пульт и включил небольшой телевизор, что находился за его спиной. Загорелся экран, и после минуты ожидания появилась видеозапись одного из классов Средней школы Намимори. Видно, камера висела где-то в углу класса, так как аудитория была вся прекрасно видна. Но она пустовала. Кругом на столах лежали учебники, тетради и школьные принадлежности. Стало ясно, что это один из учебных дней, время обеда и, как это часто бывает, все школьники выбежали на улицу или на крышу школы, дабы перекусить. Но тут дверь в аудиторию открылась и в помещение вошла… я? Да, точно, это определёно была я, вот только в форме Дисциплинарного Комитета. Стоп! Когда эта запись была сделана?

Спокойно прошлась вдоль всего кабинета к одной из парт. Огляделась, чтобы убедиться, что за мной никто не наблюдает. После чего быстро взяла чью-то женскую розовую сумочку с ярким рисунком Микки Мауса, достала оттуда кошелёк, а из кошелька изъяла все деньги и, судя по стопке, там было довольно крупная сумма денег. После вернула кошелёк обратно в сумочку, а саму сумочку на своё место около парты.

Покинула кабинет. Словно меня тут и не было.

Запись закончилась, директор нажал на паузу.

— Теперь вы понимаете? — спросил меня мужчина. — Мы могли бы закрыть глаза на вашу подработку, учитывая то, сколько пользы вы приносите школе, но воровство… Как директор Средней школы Намимори, я не могу игнорировать сей факт. Тем более об этом узнали серьёзные люди, — директор указал на адвоката и двух кузенов. — Как видите, тут нет никаких сомнений. Лицо точно видно — это вы. Серра Дарья, с великим огорчением должен вам сказать, что вы исключены из Средней школы Намимори. Вам позволено доучиться до летних каникул, то есть до начала августа, а после советую начать искать новое учебное заведение, которое будет готово принять вас.

У меня было такое состояние, словно меня кувалдой по голове ударили. Ничего не могу понять, и только звон в ушах. Уже от существования самого видео я была в шоке. Так как там действительно я, но… я этого не делала. Не делала! Но если начну кричать и размахивать руками, то только ещё сильнее осложню себе ситуацию. Как это может быть? Как? Это… это подстава! Липовая видеозапись. Не может она быть настоящей, так как я скорее себе руку отрежу, нежели сворую. Но факт остаётся фактом, меня признали воровкой и исключили из школы.

Всё решили сделать мирно, тихо, без особого шума и сплетен. То есть, договорились не разглашать эту новость до того, как я покину стены школы, хотя тут-то и учиться осталось несколько недель. Я не спорила, не ругалась и не устраивала истерики. Наверное, по той простой причине, что была до сих пор в некотором состоянии шока, однако, подписала всё, что мне подсовывали и заранее забрала документы из школы. Считай свободна. Доучиваюсь только на честном слове.

Также мне дали копию видео, которое я незамедлительно начала проверять вдоль и поперёк. Это не подделка! Не монтаж, не спецэффекты, не похожая на меня девушка. Это оригинал. Более того, лицо точно принадлежит мне. Но… я этого не помню! Самое удивительное то, что запись была сделана в начале мая. Но тогда я уже не числилась в Дисциплинарном Комитете. Тогда почему на мне данная форма? Столько вопросов и ни одного ответа.

Как бы-то ни было, этим же вечером ноги сами привели меня к дому Савады, где я всё рассказала Реборну и Тсуне.

— ЧТО?! — воскликнул парень. — Как исключили? Почему? Что? Нет… то есть. КАК?! — Тсуна не мог понять, как такое, в принципе, возможно, но, взглянув на документы, которые я забрала из школы, стал потихоньку осознавать произошедшее.

— Договорились, что пока об этом никто не будет разглашать, — добавила я. — Но это продлится до начала августа, а там каникулы и… в общем, думаю в сентябре уже все и так поймут.

— Я могу заняться этой проблемой, — спокойно произнёс Реборн, преобразовав своего хамелеона в пистолет. — И к началу сентября никто, в принципе, не будет знать, что ты брала чьи-то деньги.

— Реборн!!! — строго воскликнул парень, прекрасно понимая, к каком методу склоняет малыш. А что он хотел? Реборн киллер, причём профессионал и стоит на первом месте в семье Вонгола. Разговор в таких вещах у него короткий. — Не надо ничем таким заниматься! Тем более… — уже более спокойно добавил Тсуна, смотря на меня. — Уверен, что эта какая-то ошибка. Ну, не могла Дар украсть деньги!

— Так, когда ты говоришь, была сделана запись? — спросил Реборн.

— В первой половине мая, — пояснила я.

— Случайно не после того, как мы побывали в Мафия-Ленде? — уточнил малыш.

— Скорей всего, — неуверенно кивнула.

— Дар, после тех бурных выходных ты ещё неделю ходила не совсем в трезвом состоянии. Наркотические вещества просто так не выветриваются, и вероятнее всего, что тот поступок ты совершила неосознанно. Прошлый раз ты ведь занималась поиском денег, верно? — мы с Тсуной одновременно кивнули. — А это лишь продолжение твоего дела.

— Ты…ты. ты хочешь сказать, что те деньги всё-таки взяла Дар? — заикаясь, спросил Тсуна.

— У меня нет других вариантов, — пожал плечами Реборн. — Если запись подлинная, то остаётся только такой вариант.

— Не понимаю, — бросила я. — Если меня не испугал вариант попросить денег у Хибари, то, как я могла опуститься до того, чтобы воровать?

— На этот вопрос у меня нет ответа, — вновь пожал плечами малыш. — Скажи лучше, что ты планируешь делать дальше? Хоть они и пригласили адвоката, чтобы надавить на директора, но и мы тоже можем применить силу.

— Реборн! — вновь крикнул Тсуна, покрываясь лёгкой испариной.

— Не надо, — отказалась я. — Раз исключили, значит исключили. Попробую связаться с другими школами и учебными заведениями в округе. Может куда-нибудь примут, даже имея такой очерняющий пунктик в личном деле.

— Дар, но это… — парень был явно не доволен такой перспективой. — Тебе что, придётся переезжать?

— Глупый Тсуна! — бросил Реборн, шлёпнув парня. — В Намимори предостаточно и других школ. Некоторые даже больше подходят для Дар с её уровнем знаний. Например, та же Средняя школа для девочек Мидори, в которой учится Хару.

— О! Точно! — согласился Тсуна и тут же улыбнулся. — Слышал, что туда попадают только действительно умные и талантливые девушки. Так что уверен, что и Дар сможет сдать пропускной экзамен.

— Ну, раз вы так говорите, — улыбнулась я. — Попробую в начале августа подать туда документы.

Поговорив с ребятами, на душе стало как-то легче, правда, то, что предположил Реборн, никак не хотело связываться в моей голове. Что-то тут не так. Что-то не правильно. Но говорить этого не стала. Хватит и без того волнения.

О сложившейся ситуации быстро узнала вся наша группа ребят, с которыми мы общались. Каждый отреагировал по-своему, но кто-то сначала переживал, а потом лишь стал желать удачи и заверял, что со следующей школой мне определённо повезёт. Особую инициативу проявила Хару в начале августа. Так в один летний вечер ко мне в гости пришли Хару и Киоко, заявив, что забирают меня с собой на открытый летний фестиваль. Всё это было несколько неожиданно, что я даже переодеться не успела. Так и пошла в домашних рваных шортах, заляпанной футболке и шлёпках. Девочки просто взяли меня под руки и повели в сторону одного из храмов, на территории которого и проводился летний фестиваль.

А ведь сами были одеты так красиво… На них были расписные юката, причём они настолько хорошо шли, что глаз оторвать было невозможно. А я… Реборн сказал девочкам, что я точно откажусь (кстати, он был прав), поэтому меня надо хватать, пока ничего не поняла.

Пока шли, выяснилось, что Хару пыталась со мной подружиться. Раньше мы с ней не очень хорошо ладили, но, видно, со временем её мнение несколько изменилось. Теперь девушка без остановки тараторила о том, какая школа Мидори классная и как там интересно. И что если я туда поступлю, то мы с Хару будем прям лучшими подругами, так что мне не о чем беспокоиться, она всё покажет и расскажет. Киоко же подбадривала меня и просто улыбалась, соглашаясь с каждым словом Хару.

Эх, делать нечего. В итоге, я согласилась пойти с ними, лишь бы этот пиар-ход наконец прекратился. Но нет, девочки сказали, что моя одежда не подходит для фестиваля.

Эй! А кто виноват? Я даже чихнуть не успела, как меня на улицу вытащили. Хорошо, хотя бы дом закрыть позволили. И всё же они, дружно смеясь и хихикая, повели меня в сторону магазина традиционной женской одежды.

— О, нет! — отозвалась я, размахивая руками. — Только не кимоно. У меня до сих пор плечи болят с прошлого танца.

— Танца? — с непониманием спросила Хару, удивлённо наклонив голову набок.

— Ох, Дар-чан в апреле участвовала в танцевальном конкурсе с веером. Это было очень красиво! — ответила Киоко, слегка засмущавшись от воспоминаний.

— Правда? — загорелась Хару. — Я тоже хочу на это посмотреть!

— Да? У меня дома есть видео с её танцем, — и тут я понимаю, что хочу провалиться сквозь землю. Прямо до Финляндии или Китая, мне уже всё равно. — Потом, когда придёшь в гости, покажу.

— Договорились! — тут же отозвалась Хару, и девочки хлопнули друг друга в ладошки.

— Эм… я не мешаю? — негромко спросила я, на что девочки тут же смущённо захихикали. Мол, бывает.

— Не волнуйся, Дар-чан, — произнесла Киоко. — В кимоно тебе будет слишком жарко, да и дорогое оно. Мы подберём юката. Оно намного легче, но такое же красивое. Тебе ведь нравится наши наряды, — я согласно кивнула. — Вот и хорошо. Идём.

Девочки провели меня в магазинчик, подбирая самый подходящий, по их мнению, наряд. В магазине было довольно сухо и пахло свежими красками по ткани. Видно, кимоно и юката расписывали прямо тут. Нас встретила пожилая женщина, невысокого роста, волосы стянуты в тугой пучок, а на глазах очки с круглыми толстыми линзами. Женщина выслушала просьбу девушек, осмотрела меня с головы до ног и с грустью произнесла:

— Извините, госпожа, но расписанные юката вашего размера уже все распроданы. Слишком поздно вы подошли. Остались только однотонные наряды, правда, разных оттенков. Вам показать?

Что ж, полоса невезения продолжает преследовать меня, так что такому стечению обстоятельств, я даже не удивилась. Не зря же сюда пришла?!

— Да, пожалуйста, — попросила я, слегка поклонившись пожилой женщине.

В Японии самые популярные оттенки юката бело-синие или сине-белые. Причём шьют обычно из хлопка или льна. Женщина приносила наряды различных цветов, но из них не было ни одного белого или синего. Красные, розовые, зелёные, фиолетовые и оранжевые, и всё было не то. То Киоко говорила, что наряд выглядит как-то… не так. То Хару высказывала своё категорическое мнение. И я уже стала сомневаться, что вообще подберу себе что-то стоящее, когда женщина неожиданно что-то вспомнила и убежала в подсобку. Когда она вернулась, то держала небольшую коробку в руках и бормотала, что этот материал молодые девушки не очень любят, поэтому она даже не вспоминала о нём, но, возможно, нам подойдёт.

Мы с девчонками с непониманием переглянулись и всё же взяли коробочку. Открыв её, обнаружили жёлтое юката сшитое из чистого шёлка. На свету наряд переливался, и казалось, что он сделан из чистого золота. А когда я его надела, девочки одновременно ахнули, широко улыбаясь.

— Это оно! БЕРЁМ! — не задумываясь, отозвались Хару и Киоко. — Дар, оно так идёт к твоим глазам. Ты очень красива!

— Эм… спасибо… — улыбнулась я, чувствуя некую неловкость. Потянулась к своей сумочке, чтобы достать кошелёк и оплатить покупку, но не тут-то было. Девушки не позволили мне этого сделать, заверив, что это их подарок. Особенно настаивала Хару, так как теперь она считала, что мы подруги.

Хм… подруги, значит? Да? Ну, ладно. В принципе, почему бы и нет?

По совету девушек я вышла из магазина раньше их и направилась в сторону торговых палаток, что размещались на небольшой площади перед храмом. Народу было просто тьма. Яблоку негде упасть. Однако из-за разнообразия товаров и развлечений каждый мог найти себе что-то по душе. Независимо от возраста и пола. И игры, и сувениры, и еда…

— Милочка, — позвала меня пожилая женщина, что продавала из корзины цветы. Она была одета в тёмно-серое кимоно, что довольно сильно выделялось на фоне остальных ярких цветов, но её похоже никто не замечал. Седые волосы заколоты, однако некоторые пряди всё же торчали в разные стороны. — Милочка, — повторила женщина. — Купи цветочек. У меня цветочки не простые, а волшебные.

Глянула в корзину. Цветы, как цветы, только вот все бутоны закрытые. Рано их сорвали. Не до конца созрели.

— Я не верю в волшебство, бабушка, — устало улыбнулась.

— Ну и, не верь, — кивнула женщина. — А цветочек всё же купи. Вот, — женщина достала из корзины один цветок и протянула мне. С виду и не понять, что это за вид. — Это белая лилия, — пояснила женщина. — Символизирует чистоту, непорочность, юность, благородство, а также с языка цветов говорит: «Это божественно быть рядом с тобой».

— Ох, ну вам бы прямиком в рекламный бизнес, — усмехнулась я, беря цветок за его длинный прямой стебель. — Сколько?

— Хе-хе-хе, — засмеялась женщина. — Ни много ни мало, всего тысяча иен.

— Ого! Вот так цветочек! — присвистнула я, но всё же полезла в кошелёк за купюрой.

— Ну, так волшебство нынче дорого стоит, — продолжала настаивать на своём женщина, а я лишь фыркнула, но промолчала. — Не веришь, да? А ты заколи мой цветок в волосах. Знай, если он этой ночью распустится, суженого своего встретишь.

— Пф! Мне тут недавно напророчили в мужья Демона, — усмехнулась я, вспоминая ситуацию со статуей. Деньги я потихоньку возвращаю, но всё ещё должна. — Да и тем более и так знаю, кто это будет.

— Но это не всё, — бабуля хитро улыбнулась. — Тому, кому подаришь распустившийся цветок, будет сопутствовать удача и успех. Неизвестен будет вкус поражения. Вот только держать его рядом надо. Как талисман.

— Ой, бабушка, хорошо же вы сказки рассказываете, — улыбнулась я, вручая деньги. — Но бутон совсем зелёный, вряд ли вообще на этой неделе распустится. Скорей завянет.

— А ты заколи, — настаивала женщина. — Уважь старушку.

— Эх, ладно, — устало согласилась я, подбирая волосы так, чтобы можно было вплести белую лилию. Стебель, правда, пришлось немного укоротить, но, в итоге, вроде, выглядело даже так, словно это была изначальная задумка. — Ну, как я выгляжу? — спросила я, поворачиваясь в ту сторону, где должна была стоять женщина, но от неё уже и след простыл. Словно не было вовсе. — Вот бабуля деньги получила и свалила. М-да…

Я всё продолжала и продолжала бродить вдоль торговых палаток, и мне в какой-то момент показалось, что вообще заблудилась, пока случайно не услышала знакомые голоса:

— БАНАНЫ В ШОКОЛАДЕ! ПОКУПАЙ!

— Хаято? — удивилась я, уверенная, что такой рычащий вопль может принадлежать только одному вечно недовольному парню.

Так и есть. В одной из палаток находились Гокудера и Ямамото, которые торговали бананами в шоколаде. Один банан четыреста иен. Ну… думаю парочку позволить себе смогу. Спокойно подошла к их ларьку и с улыбкой мягко произнесла:

— Один банан, пожалуйста.

— Секундочку! — отозвался Ямамото, тут же исполняя заказ и вынося в мою сторону банан, нанизанный на палочку и полностью облитый ароматным, густым шоколадом. — Держите ваш зака… Дар?!

— Йо! — по привычке подняла приветственно руку. — Чего вы тут делаете парни? Решили подработать?

— Ого! — воскликнул радостно бейсболист, осматривая меня с головы до ног. — Потрясающе выглядишь. Эта юката тебе безумно идёт!

— Спасибо, — улыбнулась я, самостоятельно беря из рук парня банан, так как он почему-то не спешил это делать. Просто смотрит на мой наряд.

— Эй, Бейсбольный Идиот, ты чего замер? Я что, один тут работать должен? — ворчал Гокудера, но, повернувшись, заметил меня. — О! Советник! И ты тут. Решила всё же выбраться на свет людской?

— Ты так говоришь, словно я годами из дома не выхожу, — фыркнула я, смачно откусывая верхушку банана. Вау, вкусно! — Скажите лучше, чего тут делаете?

— Это всё из-за этого идиота! — не церемонясь, ответил Хаято. — Он в торговом центре стенку повредил. Копим деньги на восстановление.

— Ну-ну, — бросил Такеши смущаясь. — Я же уже извинился.

— «Извини» счета не оплатят, — фыркнул Хаято, возвращаясь к коробкам с бананами. — Наша цель — продать пятьсот бананов. Кстати, — покосился на меня. — С тебя четыреста иен.

— И это после того, как я провозилась с тобой неделю? Пф, ничего святого, — бросила я, доставая деньги и оплачивая покупку.

— Извиняй, бизнес есть бизнес, — бросил Хаято деловым тоном, хотя у самого щёки всё же покрылись алым румяном.

Но стоило Гокудере отвернуться, как Ямамото достал ещё один шоколадный банан и просто так передал его мне, поднеся палец к губам и подмигнув, мол, теперь у нас имеется общая небольшая тайна. Идти куда-то ещё не хотелось, поэтому я решила остаться рядом с парнями. Как не посмотри, а знакомые лица. Да и сами ребята не были против. Такеши просто нравилось со мной болтать, а Хаято в дальнейшем заметил, что моё присутствие положительно сказывается на детей, которые спешат подойти к палатке и купить банан. Мне даже стульчик выделили, чтобы я долго не стояла. Но, если честно, то в этих японских сандалиях, гэта, действительно долго не постоишь. Хотя они и является элементом общего наряда. Также у меня имелась небольшая сумочка и складной веер, но я его просто повесила за петельку на руку, подобно браслету, и не раскрывала. Только мешаться будет. Ну и, конечно же, небольшой пакетик с моими собственными вещами, в которых я пришла. Не выкидывать же их. Они удобные.

Вскоре нас заметил и сам Тсуна, что прогуливался вдоль торговых палаток с Ламбо, И-Пин и Реборном. Когда он увидел меня, то был приятно удивлён и отметил, что мне очень идут японские наряды. Эх, сегодня столько комплиментов, что я прям даже не знаю куда деваться. Не привыкла к подобному. Но это лёгкое смущение длилось не долго, так как парень столкнулся взглядом с Ямамото и Гокудерой. Вот кого он точно не ожидал увидеть, так и ещё за торговой палаткой. Правда, под давлением Реборна согласился и самим помочь, оставив детей и позволив им развлекаться на фестивале.

— Дар, ты уже выбрала, в какую школу поступишь? — спросил Ямамото в момент разговора.

Все ребята знали о моей ситуации, но самое странное, что никто не осуждал. Более того, они до последнего сомневались, что это точно я взяла деньги. Их же у меня не нашли, верно? Да и жалобы владельца сумки не было. А когда Реборн объяснил, что я была в тот момент не в себе, это словно сразу развеяло последние сомнения, лишь подчеркнув, что я просто так ничего бы не взяла.

— Ну, пока нет, — честно призналась. — Как не странно, на мою рассылку ответило много учебных заведений. Причём не только из Намимори, но и из других соседних городов. Более того, даже университеты предложили свои услуги, правда, с предварительным экзаменом.

— Ого! — присвистнул Ямамото, широко улыбаясь. — А ты популярна, Дар!

— Пф! — фыркнул Гокудера. — Это и не удивительно. В отличие от тебя, Бейсбольный Идиот, у неё с мозгами всё в порядке.

— Я рад, что всё так хорошо налаживается, — улыбнулся Тсуна. — Волновался, что из-за этой истории в личном деле, многие откажутся вести переговоры. Значит, с первого сентября будешь уже в другой школе?

— И, возможно, даже в другом городе, — усмехнулся Ямамото. — Но ты же будешь нас навещать?

— Что ты такое говоришь, идиот?! — рыкнул Хаято. — Конечно, будет! Она же Советник Десятого!

— Ах, ну да, ну да! — засмеялся парень, вспоминая об «игре», в которую, по его мнению, мы играем.

Вдруг неожиданно проходящие мимо люди стали шептаться и чего-то сторониться. У некоторых в глазах чувствовался неподдельный страх и ужас. Мамочки оттаскивали от палаток своих детей и отходили в сторону, боясь за свою безопасность, а мужчины чуть ли пяткой не крестились. Что же их могло так сильно напугать?

Ответ появился буквально через секунду. Толпа расступилась, и к нашей палатке вышел Хибари Кёя собственной персоной. Даже сейчас в августе, во время летних каникул, парень был одет в форму Дисциплинарного Комитета. Белая рубашка с короткими рукавами, красный галстук, чёрные брюки и красно-оранжевая повязка на левой руке. В этот раз он был без гакурана, не сезон всё-таки. Но уверена, что даже так, под его одеждой где-то спрятаны две стальные тонфы.

На мгновение наши взгляды встретились. Странно, но сейчас я не видела в его серых глазах ни злости, ни ярости, ни даже азарта. На них словно была какая-то пелена. Казалось, что кто-то добавил всего по одной капле тёплого молока, разбавив грозовые облака. Лицо же было таким же спокойным как и всегда. Ни одной проявленной эмоции. Однако мы смотрели друг на друга слишком долго для тех, кто не обращает внимания. Я первая опустила взгляд и, сделав небольшой надкус шоколадного банана, отвернулась в сторону, демонстративно показав, что его больше не вижу.

Интересно, он знает о том, что меня исключили из школы? Если не ошибаюсь — нет. Вряд ли ему кто-то об этом рассказал. Да и зачем? Чем позже он узнает, тем лучше. Хотя, думаю, моего исчезновения он даже не заметит. Всё равно друг друга игнорируем.

— Вы должны заплатить цену за размещение палатки, — холодно бросил Кёя, обращаясь к парням. — Пятьдесят тысяч иен.

— ХИБАРИ-САН?! — в ужасе воскликнул Тсуна.

— Ты! — бросил Хаято, уже готовясь к очередной драке. — Что ты тут делаешь?!

— Ох, только не говорите… — с лёгкой грустью бросил Такеши, предчувствуя неприятности.

— Пошлина за размещение идёт Дисциплинарному Комитету?! — не мог поверить Тсуна.

Ну, а что он хотел? В этом нет ничего удивительного. Во-первых, Хибари практически отвечает за безопасность всего города, особенно тех структур, что отвечают за бюджетную деятельность. Больницы, школы, храмы… Давно уже пора понять, что парень управляет многими подразделениями, и для того, чтобы работа была более эффективной, необходимы финансы. Хотя… цены он, конечно, загнул.

— Эти средства для нашей деятельности, — пояснил парень, совершенно спокойно, но в последний момент злобно усмехнулся: — Если не сможете заплатить, я разрушу ваш ларёк.

Пф! Как обычно! Кто бы сомневался в ином?! Если что-то идёт не по плану, самый лёгкий способ — это уничтожение. При этом без лишних вопросов. Вон, парочка Элвисов как раз разрушали соседний ларёк. Без жалости и пощады. Бедный хозяин ларька со слезами на глазах обещал заплатить всю сумму, только бы прекратили разрушение, но нет. Приказ уже отдан. На этом примере другие соседние торговые палатки подсуетились и скопили всю необходимую сумму, передав её Кёе.

— Спасибо, — поблагодарил Глава, оставляя палатку без внимания, и пошёл дальше. Как не посмотри, а своё условие он выдвинул — пятьдесят тысяч иен или нас ждёт такая же участь, что и соседнего ларька.

Тсуна был в шоке. Он знал, что Хибари Кёя довольно сильный человек, но чтобы Дисциплинарный Комитет представлял такую угрожающую мощь… Паренёк ещё долго не мог придти в себя. До той самой поры, пока к нам не подошли Хару и Киоко.

— Дар-чан! — воскликнули девочки. — Вот ты где! А мы тебя потеряли, — оглянулись. — Вау! У вас магазинчик!

Видеть девушек такими нарядными особенно был рад Тсуна. С Киоко он вообще глаз не спускал и смущённо улыбался, краснея как рак. Парень был восхищён красотой девушки и всем своим видом демонстрировал это.

— Ах, жаль, конечно, — обижено бросила Хару. — Я думала, что мы сможем посмотреть в конце на фейерверк вместе.

— Да, — согласилась Киоко.

— ЧТО?! — удивился Тсуна. — Фейерверк вместе?! — парень о таком и мечтать не мог. Карие глаза загорелись, а улыбка стала слегка глуповатой. Видно, что в мыслях он уже далеко не тут.

Перекинулись несколькими фразами с Киоко и Хару, после чего девчонки взяли по банану и ушли дальше наслаждаться вечером, убедившись, что мне уже не скучно. Хару очень хотела посмотреть на новые карнавальные костюмы, а Киоко хотела попробовать половить золотых рыбок. Не знаю, что в этом такого, но отпустила девчонок, заверив, что ближе к началу запуска фейерверка встретимся.

— Ну, если мы всё успеем распродать, то тоже сможем посмотреть, да? — предложил Ямамото.

— Хм-м, да, — согласился Гокудера.

— Правда?! — обрадовался Тсуна. — Давайте тогда работать усерднее! И… закончим с этим быстрее?

— Если ты этого хочешь, Десятый! — тут же завёлся Хаято, чувствуя прилив энергии.

— Да, мы должны! — радостно согласился Такеши.

Парни ускорили темп. Правда, Хаято в основном на всех кричал, пугая клиентов и буквально заставляя их купить банан, а Ямамото же за красивую улыбку мог и лишний банан продать. Этому парню вообще ничего не жалко. Хоть последнюю рубашку забирай. Главное, чтобы все, в итоге, были счастливы. Эх…

Тсуна тоже замечал их поведение, но повлиять на парней не получалось, а я не возникала. Мне потихоньку перепадают бесплатные бананы, вот и молча радуюсь. Причём их давал не только Ямамото. В те моменты, когда никто не видел, сам Гокудера порой протягивал банан на палочке облитый шоколадом, но при этом старался не смотреть в глаза и вообще заниматься параллельным делом. Это было забавно, но отказываться я не намерена. Хех, мне начинают нравиться японские фестивали! Темно, прохладно, всё кругом сверкает, так ещё и сладостями угощают. Красота! Правда, боюсь, я стану причиной их банкротства.

Ко всему прочему мимо пробегала и И-Пин. И не маленькая девочка, а взрослая её версия, что спокойно владеет японским языком. Девушка поздоровалась с нами, отметив, что все сегодня прекрасно выглядят. К тому же она сама была одета в красивое красное юката, видно, и через десять лет эта традиция фестиваля будет жива. Длинные чёрные волосы, заплетены в два хвостика, а в руках находился небольшой бумажный веер и сумочка. Кстати, а где Ламбо? Опять с базукой балуется?! Он ломает, а мне потом чинить.

И-Пин, осмотрев торговую лавку парней, решила помочь и посодействовать в торговле, добавив в декор палатки, несколько китайских элементов. Феншуй, это вам не шутки. Хэх, не верю, но выглядит красиво. Тем более мне брелок с китайским дракончиком перепал от девушки. Этакий сувенирчик из будущего. Да, мне определёно нравятся летние японские фестивали.

После вмешательства И-Пин торговля значительно улучшилась. Практически все бананы были распроданы. Осталась последняя коробка, так что Ямамото попросился отойти на пять минут. Хотел поиграть в бросание мяча, так как это стало его своеобразной традицией на каждый год. Тсуна не имел ничего против, а я лишь пожала плечами, мол, надо — иди. Я тут причём?

— Хах, я принесу призы! — заверил парень, улыбаясь моему поведению. И самое странное, что у меня не было ни малейшего сомнения, что он сейчас разорит чью-то лавку. Наш бейсболист очень серьёзен, когда дело касается чего-то ему столь дорогого.

Хаято тоже убежал, так как ему просто приспичило в уборную. Дети развлекались. Реборн вообще пошёл танцевать. Около лавки остались только я и Тсуна.

— Ах, хороший сегодня вечер, — обратился ко мне парень, после чего счастливо улыбнулся, слегка краснея. — Я смогу пойти посмотреть на фейерверки с Киоко-чан в юката! Хи-хи-хи… — м-да, у парня точно в голове квашеная капуста с примесью подростковых гормонов. — О! — неожиданно произнёс Тсуна, смотря на мои волосы. — Дар, так это настоящий цветок? Я сначала подумал, что это заколка, но теперь вижу, что бутон слегка раскрылся. Совсем немного.

— А? — это было неожиданно. Провела рукой по стеблю и прикоснулась к лилии, что была вплетена в волосы. Да, бутон слегка раскрылся, но как? Он был совершенно зелёным. В этом я уверена. Не может же быть, чтобы слова той бабули были правдой? Да ну… просто совпадение. Тем более цветок не раскрылся полностью, всего лишь слегка. Вероятно, из-за обычной тряски.

Пока мы продолжали разговор, отвлекаясь на белую лилию в моих волосах, случилось то, чего никто не мог ожидать — нас ограбили. В тот самый момент, когда я думала, что полоса невезения меня больше не коснётся, мимо палатки пробегал взрослый парень и, просунув руки за прилавок, выкрал небольшой металлический чемоданчик, где парни держали заработанные деньги.

— ЧТО?! О, НЕТ!!! — закричал Тсуна, срываясь с места, помчавшись преследовать грабителя. — ЭЙ! СТОЙ! ВЕРНИ ДЕНЬГИ!

— ТСУНА! НЕ НАДО! — крикнула я, пытаясь остановить парня, но какой от этого толк. Он даже не обернулся.

Чёрт и что мне делать? Один парень с тем мужиком вряд ли справится. И ко всему я уверена, что он не один и сейчас направляется к своим дружкам. Значит, Тсуна прямиком направляется в ловушку. Чёрт! А Реборна как на зло рядом нет. Без пули Предсмертной Воли Тсуна обычный подросток, неспособный постоять за себя. Где мне теперь искать малыша? Может Ямамото? Нет, он ушёл куда-то бросать мяч, и я, скорей всего, просто заблужусь, но не найду его за короткое время. Каждая секунда дорога. Хаято? Он пошёл в сторону туалетов. Чёрт, а если его по серьёзному припёрло? Нет, тоже не вариант. Стоп! Точно!

Я рванула в сторону небольшого шума, где толпились люди, обходя несколько ларьков стороной, словно чего-то боялись там. Вариантов, чего именно они там испугались, мало. К одному из этих вариантов я и направлялась.

— Хибари-сан! — позвала я, стараясь протиснуться сквозь толпу. Давка просто страшная. Чего они все сгруппировались в одном месте? — Хибари-сан! — Чёрт, где же он? Чувствую, что где-то поблизости, но не могу понять точно. Слишком тесно, слишком жарко. — Да пропустите же! Хибари-сан!

Неожиданно почувствовала, как меня кто-то взял за запястье и потянул на себя. Рывок, и теперь я находилась в самой близи перед Хибари Кёей. Выражение лица парня всё такое же спокойное. Не выражало ни удивления, ни злости, ни страха, ни агрессии или радости. Мы смотрели друг на друга всего секунду. Один удар сердца, но оно казалось вечностью. Почему-то рядом с ним всегда мир кажется таким спокойным. Почему?

— Чего ты хотела, травоядное? — холодно спросил Хибари, до сих пор сжимая моё запястье.

Люди, что столпились вокруг парня, стали шептаться, уверяя, что он меня убьёт. Мол, девочка молода, жаль её, но сама виновата, раз прибежала к Демону Намимори. Демон? Ах, не до этого сейчас!

— Вместо того, чтобы крушить чужие палатки, лучше бы занялись тем, за что требуете деньги! — бросила я, злясь. Правда, злилась скорее на себя и свою беспомощность, ведь всё же пришлось обратиться к нему. — Грабители, они…

— Где? — только и спросил парень, не дослушав предложение.

— Там, — указала рукой в сторону высокой каменной лестнице, что вела к храму. — Они побежали туда!

— Покажешь дорогу, — почему-то бросил он, всё ещё сжимая мою руку, и быстрым шагом направился в сторону лестницы. Люди при виде взгляда Кёи расступались, словно кипятком ошпаренные. Никто не смел и слова вякнуть. Будь то ребёнок или взрослый, мужчина или женщина. Хибари внушал ужас практически каждому.

Он ускорял шаг, переходя на бег, но вот беда была в юката, к тому же в японских сандалиях на босую ногу, бегать было невозможно. Я вечно спотыкалась и, возможно, упала бы, если бы не стальная хватка Кёи. В конце-концов, парню это надоело. Думала, что он отбросит мою руку в сторону и продолжит путь сам, ведь я, в данном случае, балласт. Но нет. Раздражённо фыркнув, парень одним резким движением взял меня на руки и продолжил бег, совершенно не обращая внимания на мой вес. Чувствовала себя пушинкой в его руках.

Мысли путались. Вообще ничего не понимала. Зачем он это сделал? Чувствовала сильный жар, исходящий от него. Причём такой, что кружил мне голову. Запах… его запах… Опять чувствую аромат миндаля. Такой сильный, что я буквально могу ощутить его горьковатый вкус на губах. Руки сильные, прижимают крепко, но не надавливают, причиняя боль. Мне… так уютно.

Стоп! Что?! Дар, что с твоей головой?! Очнись, это всё ещё Хибари Кёя! Тот, кто никого и ничего кроме себя самого, не замечает. Даже сейчас он полностью сосредоточен на беге. Лестница казалось бесконечной, но Кёю это совсем не тревожило. Он с лёгкостью прошёл всё расстояние. Иногда до меня доносились странные возгласы проходящих мимо людей, которые с неким смущением наблюдали за нами. Уверена, что они всё не так поняли. Хотя я и сама ничего не понимаю.

Когда мы поднялись на гору и вышли на небольшую поляну, окружённую деревьями, то столкнулись с целой оравой взрослых парней, которым было от восемнадцати и выше. Каждый был вооружён и имел в руках как минимум дубинку. А последи всего этого сброда стоял дрожащий Тсуна, которому в лицо тыкали ножом. Парень определённо в опасности. Что же предпринять?

— Ха, — услышала я негромкий голос Кёи, в котором чувствовалась неподдельная радость. — Вот так улов.

— Что? — переспросила я, но вместо ответа Хибари одним лёгким броском отшвырнул меня в сторону, закидывая на ветку дерева. — А?! — этого я вообще не ожидала. Ноги болтались в воздухе. Самой слезть, не порвав наряд, невозможно. Как он вообще умудрился так ловко меня сюда подкинуть? Пришлось обхватить ствол дерева руками, дабы не свалиться камнем на землю. Иначе будет больно. — Хи… Хибари-сан?!

— Я так счастлив, что дрожу, — неожиданно бросил Кёя, поворачиваясь в сторону противников и высвобождая свои тонфы. Все мгновенно покосились на незваного гостя. — Я думал, что мне покажут подозрительную компанию, а она оказалась большим уловом, группой грабителей, которых мы искали.

Ничего не говоря, на Кёю резко набросился один из парней с ножом, решив избавиться от свидетеля сразу, но Хибари был не так прост. И в два удара уложил наглеца на землю. Первым ударом избавился от оружия, вторым — отправил его в мир снов.

— Вы спасли меня от проблем с отнятием денег у множества разных людей, — улыбался Хибари, продолжая наступление. — Мы, Дисциплинарный Комитет, возьмём все деньги украденные вами.

Ну, вот вам здрасте! То есть только ради этого он бежал сюда? Пф! Ну, что за человек, а? Люди работают, стараются, а он просто пришёл и взял, потому что сильнее?! Просто невыносимо. Об этом подумали и все остальные, так как делиться добычей никто не желал.

— Не расслабляйтесь! — кричал главарь грабителей. — Убейте и этого ребёнка, который всё портит!

Убить? Они собрались убить Тсуну и Кёю? Так это уже серьёзно. Вдвоём они не справятся, каким бы сильным Кёя не был. Здесь противников в десять раз больше. Человек тридцать, может сорок. И я ко всему прочему тупо сижу на ветке. Мишень номер один! Прозвучал выстрел, и в эту же секунду Тсуна перешёл в режим Посмертной Воли. Реборн тут? Где?

— Неплохое местечко выбрала, Дар, — прозвучал голос малыша откуда-то снизу. — Обзор хороший.

— Реборн! — воскликнула я, заметив малыша в траве. — Им нужна помощь.

— Я знаю, поэтому позвал их, — согласился Реборн, после чего в эту же секунду на поляну к Тсуне и Кёе выпрыгнули Хаято и Такеши, также сжимающие оружие в своих руках. У Ямамото бита, а у Гокудеры динамит.

— Десятый, — грозно произнёс Хаято. — Поддержка прибыла.

— Это первая ваша совместная битва вместе с Хибари, — радостно произнёс Реборн.

— Неверно, — отозвался Кёя, услышавший слова малыша. — Мы не заодно. Я заберу украденные деньги себе.

— Что? — удивился Такеши такой откровенности.

— Я не отдам тебе их! — прорычал Тсуна в режиме Посмертной Воли.

— Вот именно, — поддержал своего Босса Хаято.

И началась драка. Описать её можно всего тремя словами — много сломанных костей. Противник был повержен и бежал с сумасшедшей скоростью, бросая всё награбленное и спасая хотя бы то, что у них осталось целое в теле. Кёя, как и обещал, забрал награбленное за весь вечер, хотя парни и пытались отвоевать свои деньги. Но сил уже не осталось, да и Тсуна через пять минут принял своё обычное состояние. Поэтому прихватив все деньги, Хибари спокойным шагом направился в сторону спуска с горы.

— Тц, — фыркнула я, не выдержав подобного отношения. Проходя мимо, он вновь не обращал на меня внимания. Нас вновь друг для друга не существует. Надоели эти игры. — Только и может, что разрушать и отбирать чужое.

Я думала, что мои слова никем не будут услышаны. Да и сам Глава Дисциплинарного Комитета давно спускается по лестнице, но нет. Секунда, резкий рывок, и теперь парень сидел на той же самой ветке, прямо рядом со мной. Лицо опять не выражало никаких эмоций, в то время как в глазах бушевала гроза. Он зол? Скорей всего, это остатки адреналина от пережитой драки. Но чего он хочет? Извинений? Этого не будет.

Парень протянул руку в сторону моего лица. В голове всплыли образы, когда у нас уже была подобная ситуация в школе, после выступления на танцевальном конкурсе. Он намерен повторить тот опыт? Я немного отодвинулась назад. Довольно на сегодня прикосновений. Рука парня замерла в воздухе, он определёно заметил моё движение, что говорило само за себя, но спустя секунду вновь потянулся вперёд, вот только не к лицу, а к голове. Легкий шелест и белоснежные волосы прямыми локонами попадали мне на плечи. Хибари забрал из волос цветок, который я вплела ещё в начале вечера. Вот только, к моему удивлению, бутон белой лилии был полностью раскрыт и выглядел потрясающе.

Только после этого парень спрыгнул с ветки, оставив меня одну на дереве в полном недоумении, и ушёл, принципиально прихватив с собой все деньги.

Цветок раскрылся. Полностью раскрылся. Может это всё из-за тряски? Да, скорей всего, так. Ну, не может же та бабуля быть права? Хотя я весь вечер находилась в окружении Тсуны и ребят… Ох, чёрт с ним! Забрал, ну и ладно. Правда, зачем он ему? Неужели тоже верит в то, что этот цветок теперь талисман?

Парни, проследив всю эту сцену от и до, с недоумением переглянулись. Никто не мог понять, что у Главы Дисциплинарного Комитета на уме. Хотя ребята так устали, что они даже и не пытались понять Кёю. Самое главное то, что деньги то он забрал. Зачем дрались? За что боролись? Не ясно…

Только Реборн смотрел на меня каким-то хмурым взором, словно понимал нечто большее, чем все мы вместе взятые, но упрямо об этом молчал. Казалось, что у малыша возникли проблемы, над которыми ему придётся поломать голову.

После мне всё же помогли спуститься на землю, да и Киоко с Хару в сопровождении Ламбо и уже маленькой И-Пин прибежали. Все решили остаться на горе, так как отсюда открывался потрясающий вид на фейерверки. Грохот закладывал уши, заставляя землю содрогаться, но каждый раз, когда перед твоими глазами в небе появлялся яркий распустившийся огненный цветок, все заботы и неудобства мгновенно отступали на второй план.

— Скажи мне, что ты думаешь о Хибари? — неожиданно спросил меня Реборн, присаживаясь на траву рядом. Никто не слышал его вопроса. Только я. Но меня немного удивляло то, что он решился его задать, причём повторно. Ведь в прошлом году он уже спрашивал меня о чём-то подобном. И мой ответ его тогда удовлетворил, из-за этого он положил на парня глаз, желая заманить его в «семью» Вонголы. Что же сейчас изменилось?

— Мой ответ остался таким же, что и в прошлый раз, — также тихо произнесла я, из-за чего слова слышал только Реборн. — Он силён. Бесстрашен. Обладает неплохим потенциалом. Но не управляем, если ты на это надеешься. Подчинить его себе тебе не удастся. Причём чем сильнее ты будешь давить, тем сильнее он будет сопротивляться.

— Это я всё знаю и без тебя, — бросил Реборн. — Меня интересует, что «ты» о нём думаешь?

Я посмотрела на малыша. Свет вспыхивающих в небе фейерверков отражался в чёрных и бездонных глазах-бусинках Реборна. Он не кричал, не злился, не давил. Просто спрашивал и интересовался, как старый друг. Причём, было ясно, что какой бы ответ не прозвучал, он его примет любым.

— Я не знаю, — с тяжёлым вздохом призналась малышу. — Правда, не знаю. Всё смешано.

— Объясни, — попросил Реборн.

— Разум говорит о том, что от него нужно держаться подальше. Он опасен. Да это любой дурак тебе скажет. Опасен, неконтролируем, жесток и беспощаден. Но…

— Но?..

— Интуиция говорит о том, что ему можно доверять. С ним… спокойно.

— Вот как, — протянул задумчиво Реборн, хмыкнув в конце. Я ждала, что он пояснит мне, зачем задавал все эти странные вопросы. Может, он усомнился в Хибари, как в претенденте на вступление в семью? Тогда бы это многое объяснило. Но малыш лишь улыбнулся и, повернувшись в сторону салюта, добавил: — Сегодня прекрасный фейерверк. Уверен, мы его ещё долго не забудем.

— Да, — согласилась я, понимая, что разговор на этом окончен. Пока окончен. — Он прекрасен.

Прошла неделя, когда в один из самых жарких летних дней, ко мне в дом залетел сам Реборн в костюме гавайской танцовщицы, размахивая руками в стороны и отстукивая музыкальный ритм босыми ногами. Он вечно прикидывался идиотом, когда будил меня с утра пораньше, чтобы я не смогла на него разозлиться. Но, если честно, этим цветочным ожерельем, что висело у него на шее, я хотела задушить Реборна.

— Чаосс!

— Реборн, что бы ты не задумал, давай потом. Всё потом, — молила я, пряча голову под подушку. Музыка гавайских мотивов стала громче. — Реборн!!!

— Вставай, Дар! — радостно пропел малыш. — У меня к тебе заманчивое предложение.

— Не знаю, что ты хочешь мне предложить, но уверена, что я без него точно как-нибудь проживу, — уже стонала я, но Реборн был очень напористым.

— Либо ты встанешь сама, либо… — краем глаза я заметила, как у малыша в руках появился пистолет. Чёрт! И так всегда!

— Ну, хорошо! — приняла сидячее положение. — Что ты хочешь?

— Сегодня Фестиваль Фонарей! — радовался малыш.

— Как? Ещё один? Недавно же был, — удивилась я.

— Нет, — отрицательно покачал головой. — Это совсем другой фестиваль. Сегодня вечером мы устраиваем полуночное испытание мужества, — с непониманием наклонила голову набок, поэтому Реборн пояснил. — Все разделились на группы и придут сегодня в девять вечера на кладбище Намимори, чтобы пройти его и продемонстрировать своё мужество.

— Так-с… подожди, — почесала затылок. — То есть все мы придём на кладбище, где ты уже заготовил для каждого персонально мастер-шоу с призраками, шорохами и остальной нечестью, а мы типа должны не испугаться, так?

— Я чувствую в твоём голосе недоверие, Дар.

— Реборн, я во всё это не верю! Ни в приведений, ни в духов, ни в потусторонние знамения. Всё это сказки для маленьких детей, таких как Ламбо. И кто мне в напарники попался?

Малыш усмехнулся и протянул небольшой мешочек, в котором, шелестя, показался десяток белоснежных листочков мелко порезанных. Взяла первый попавшийся. Раскрыла прочтя надпись: «Группа D». То есть, тут даже имени нет. И чувствую, результат узнаю, только если соглашусь придти сегодня на кладбище.

— Разве тебе не любопытно? — усмехнулся Реборн. — Скажу по секрету, Бьянки даже пригласила магов, чтобы те вызвали настоящих приведений. Уверен, ты как истинный скептик не будешь разочарована. Всё будет по-настоящему.

— Ой, сомневаюсь, — фыркнула я, уже представляя группу шарлатанов, которые размахивают посохами, волшебными палочками и бьют в бубен.

— Ну, так проверь, — вновь хитрющая усмешка. — Место встречи вашей группы я пришлю на телефон.

— А разве мы не все вместе будем начинать?

— Конечно, нет, — Реборн направился к выходной двери. — Иначе в чём смысл?

В итоге, любопытство всё же пересилило здравый смысл. И ведь знала, что пожалею, но ничего с собой поделать не могла. Ближе к девяти вечера вышла из дома и, как было сказано в сообщении, пришла к восточным воротам кладбища Намимори. Хоть уже и стемнело, всё равно на улице стояла настоящая духота. Воздух станет прохладнее ближе к полуночи. До этого придётся терпеть, как обычно. Поэтому, не задумываясь, я надела обычные тёмно-синие джинсы, чёрную футболку с усмехающейся тыквой на груди и кеды. Вполне спартанский вариант.

В сообщении Реборн сказал, что у восточных ворот кладбища я встречу только своего напарника, далее нам предстоит идти через всё кладбище к противоположному выходу по указанным на могилах метках. Более того, имеются правила, которые нельзя нарушать. Во-первых, если группа рассоединится или потеряет друг друга, она считается проигравшей. Если один из напарников будет напуган до бессознательного состояния, то вся группа считается проигравшей. Если один из напарников будет серьёзно травмирован, то вся группа считается проигравшей. Более того, каждой группе вручается горящая свеча. Если пламя во время прогулки погаснет, группа считается проигравшей.

В общем, правил довольно много, что только усиливало моё любопытство. Ясное дело, что подсунут какого-нибудь труса, чтобы мы проиграли уже при первом повороте. Например, Ламбо или того же Тсуну. Иначе просто быть не может. Хотя, было бы забавно если бы в группе мне попался Хаято. Вот я над ним бы посмеялась! С Ямамото всё проще, вероятнее всего, он даже не до конца поймёт чего бояться то надо. Эх… этой его черте всё чаще завидую… Но не будем о грустном. Вот они восточные ворота. Где же мой напарник? Тут никого нет.

— Ау! Есть кто-нибудь… живой? — подала голос на кладбище.

Из темноты послышались шаги. Кто это был непонятно, но в руках оно точно держало горящую свечу. Мой напарник? Шаги эхом разносились по округе, отстукивая тяжёлыми каблуками по каменным плитам. Когда же наконец-то напарник вышел на лунный свет, я смогла различить очертания его силуэта, хотя этого уже не требовалось. Я узнала того, кто мне попался.

— Да вы издеваетесь?! — фыркнула я на русском. Передо мной стоял Хибари Кёя. Медленно достала из заднего кармана джинсов пачку с шоколадными палочками, зажала одну между зубов и только после этого достала ту самую бумажку, которую вытянула сегодня утром у Реборна из мешочка. — Группа D?

— Группа D, — холодно бросил парень, хищно сузив глаза.

— Ясно, — вернула бумажку и пачку с шоколадными палочками в карман. — Я домой. Удачи, — развернулась к выходу, но и шага сделать не успела, как меня резко схватили за воротник футболки.

— В правилах сказано, что весь путь должна пройти группа, — произнёс Хибари, и в его голосе я услышала лёгкие нотки раздражения. — Так что, травоядное, или ты передвигаешь ногами самостоятельно, или…

— Хорошо-хорошо, — бросила я, пытаясь освободить футболку. — Что б их всех… Хибари-сан, вы хоть понимаете, что мы та группа, которая «пугается», а не которая «пугает»?! Зачем вы вообще на это согласились? Неужели в городе больше некому бить морду? Или решили и тут взять пошлину за занятые места? Только деньги брать будете с кого? С мертвяков? Хотя я думаю им как-то уже всё равно…

— Умолкни, травоядное, — гневно бросил Кёя, сверкнув стальными глазами. — Забыла своё место? Так я тебе его напомню.

— Эй-эй! — выставила перед собой пустые ладони, останавливая Кёю на полпути. — Не забыли правила? Все напарники должны быть целыми и невредимыми. А в меня пальцем ткни — уже синяк.

— Тц! — парень развернулся в сторону длинной дорожки сквозь могилы и, продолжая держать подсвечник, направился по указанным стрелочкам. — Считай, тебе сегодня повезло.

— Зато тебе — нет, — усмехнулась я на русском, прекрасно понимая, что такой шанс упускать нельзя.

Какой-то период мы шли молча. Подсвечник до сих пор был в руках у Кёи. Изредка откуда-то со стороны могил доносилось странный вой, стоны и хруст, напоминающий сломанные кости. Ни я, ни Кёя даже не обратили на это внимания. Просто шли по указателям, думая о своём. И почему Хибари тут? Уверена, что Реборн взял его на слабо или предложил небольшой спарринг в конце игры. Но если малыш дал изначальные правила, то парень вряд ли их будет нарушать. Учитывая всю консервативность Хибари Кёи, он скорее домой голым пойдёт с гордо поднятой головой и тонфами в руках, но условия игры не нарушит.

Кстати, почему он вечно одет в школьную форму? Вернее в форму Дисциплинарного Комитета. Белая рубашка, чёрные брюки, красный галстук и, хоть вечер был довольно душный, гакуран свободно болтающийся на плечах. Он вообще ведёт обычную социальную жизнь? Блин, а ещё говорят, что у меня проблемы с этим. Ага, конечно. Может я и проблемный подросток, но я это хотя бы признаю, а он что? Хотя почему бы не спросить? Пока на кладбище и игра в действии, единственное, что он может это промолчать, но уши затыкать не будет.

— Хибари-сан, а почему вы вечно в форме Дисциплинарного Комитета? — парень бросил на меня косой озлобленный взгляд через плечо, который ясно давал понять, что мне лучше заткнуться, но мне действительно любопытно. А ещё я на него зла. Пожалуй, это единственный человек в этом городе, на которого действительно была зла. Хм, даже странно… обычно я на такие вещи не обращаю внимания, а с этим парнем вечно что-то происходит из ряда вон выходящее. — Я к чему, — продолжала разговор отмахнувшись от предупреждающего взора серебристых глаз. — Уже август. Каникулы вроде. Да и пришли мы сюда не по работе, а вы, как говорят в России, «зимой и летом одним цветом». Или у вас просто вещей нет обычных?

— Травоядное! — перебил меня парень, остановившись, но не поворачиваясь лицом. Сейчас я видела только его спину и затылок. — Тебя это не касается! Если ещё раз будешь совать нос в чужие дела, я наплюю на правила, забью тебя до смерти и брошу тут на потеху призракам, поняла?

— Тц! Подумаешь, — фыркнула я, осознав, что, возможно, перегнула палки и переоценила дисциплинированность Кёи. — Да и в призраков не верю…

— Вот как? — с усмешкой спросил парень. — Тогда ничего, что за нами уже десять минут следуют светящиеся огоньки?

— А? — я обернулась и увидела, что действительно прямо за моей спиной вдоль дороги в воздухе парили разноцветные огоньки напоминающие шар с небольшим волнистым хвостиком. Они обвивали деревья, проходили сквозь каменные надгробные плиты и испускали странный звук, напоминающий человеческие стоны. — Хм… Это не призраки, — отмахнулась рукой от одного светящего огонька, словно от надоедливой мухи. Огонёк растворился в воздухе, но через несколько секунд вновь собрался воедино. — Это всего лишь сгусток скопленных фосфин в гробах под землёй. Тела мертвых людей разлагаются, в результате чего выделяется газ, который светится в темноте. Те, кто не в курсе данного природного явления, естественно, может напустить шуму, придав данному феномену щепотку мистики. Но, по сути… это не призраки.

Спокойно прошла мимо парня, у которого во взгляде читался вопрос — с её головой всё нормально? Особенно в тот самый момент, когда из одной могилы выскочила полупрозрачная женщина в белой одежде с криком: «Отдай мне свою душу!».

— Отвали, — бросила я, махнув рукой, и женщина растворилась в воздухе.

Похоже, Реборн ещё и различных фокусов понаставил. Например, этот явно создан при помощи искривления световых лучей. Я тоже могу сделать такой в домашних условиях. Парочка элементов нужного оборудования и вуа-ля — мираж готов.

Вообще, само кладбище представляло собой ступенчатый вид. Один ряд могил — одна ступень, следующий ряд могил — следующая ступень и так далее. Вот только из-за темноты не понятно где начало этой странной лесенки, а где конец. Думаю, сейчас все группы где-то бродят на своих уровнях, проходя испытание.

В ночной тишине раздался оглушающий вопль наполненный безумным ужасом и страхом. Только секунды через три поняла, кому он принадлежит.

— Кажется, команда Тсуны проиграла, — задумчиво бросила я, спокойно продолжая свой путь. Кёя усмехнулся, заметив моё безразличие, но ничего не сказал.

Дальше на нашем пути миражи стали всё чаще появляться. И каждый выскакивал из могилы то с воплем, то с криком, то с требованием отдать ему сердце или душу. Я не обращала на них внимания и проходила сквозь призраков, словно сквозь туман. Ни холодно, ни горячо. Иллюзия — одним словом.

— Да что же это за молодёжь пошла?! — фыркали некоторые иллюзии за спиной. — Совсем в нас не верят! Никакого почтения предкам!

Хибари тоже не обращал внимания на неудавшихся призраков. Однако, когда из-под могильных плит на нас поползли скелеты, парень не выдержал, достал тонфу и с некой брезгливостью отбрасывал груду костей в сторону. Скелеты были уже довольно интересным изобретением. Хотелось взять одного и рассмотреть поближе. Как они шевелятся? Наверное, используют магнитный принцип и радиоуправление. Это, конечно, долго и муторно, но эффект получается интересный. Белоснежные кости так и сияли на фоне полной луны.

— И когда же нас начнут пугать? — начинал раздражаться Хибари. — Эти детские игры мне уже надоели.

Мне и самой это было интересно знать. На данный момент всё, что я видела, было больше похоже на игрушки, в которые и я бы поиграла. Мы вышли на перекрёсток. По отметинам, оставленным на могильных плитах, нам надо было идти прямо, но неожиданно с правой стороны послышались шаркающие шаги. Другая группа? Шаги направлялись в нашу сторону. Они были медленными, слегка тягучими, словно они давались с огромным трудом. В ночной темноте проглядывалось два силуэта. Ни я, ни Кёя не сдвинулись с места. Меня приковало к земле любопытство, как и самого Хибари, думаю. Кто же там?

Наконец-то очертания стали более чёткими. Кто бы там ни был, их я не знаю. Телосложение слишком высокое и худое. Они не ученики средней школы. И… кажется… вообще не люди.

— Ещё фокусы? — усмехнувшись, спросил Кёя и приготовился к драке. В нашу сторону шли наполовину разложенные мертвецы.

Чёрт бы тебя побрал, Реборн! Знаешь, на какую мозоль нажимать! Зомби?! Но я так просто на этот трюк не поведусь. Определённо, и тут припрятан какой-то козырь. Тоже на радиоуправлении? Возможно. Вот только запах гниющей плоти…

Рефлекторно я начала отступать назад, прикрывая рот и нос рукой. Воняло страшно. Работа над этими двумя мертвецами проделана качественная. Ничего не скажешь. Как настоящие. Но я в это не верю!

Неожиданно зацепилась за что-то ногой и, не устояв на месте, повалилась спиной назад, на нижний уровень могил. Летела метра три, пока не столкнулась с землёй, глухо плюхнувшись. Под спиной что-то хрустнуло, но вроде все кости целы.

— Чё-ё-ёрт… — простонала я, хватаясь за голову.

Хоть кости и целы, всё равно безумно больно. Перед глазами заплясали звёздочки. Видно я ударилась головой. А Хибари, судя по бьющимся звукам, оставался наверху. Так, надо выбираться отсюда. Мне ещё повезло, я упала на участок рыхлой земли, хотя теперь буквально вся выпачкана в грязи. Ой! А ещё я одну кеду потеряла. Похоже, случайно зацепилась ей за торчащую из-под земли ветку, после чего во время полёта обувь и слетела.

Тут было значительно темнее, чем на верхнем уровне. Возможно, это из-за того, что освещающая наш путь свеча до сих пор находилась у Хибари Кёи. Да и луна скрылась за тяжёлыми облаками. Как бы дождь не пошёл. Но потихоньку головная боль отступила, а глаза привыкли к данной темноте, и именно в этот момент я поняла, что на меня смотрят. Смотрят каким-то особым голодным взглядом. Таким, после которого обычно начинаю бежать без оглядки. И этот смотрящий сейчас находился прямо передо мной.

Послышалось шуршание и негромкий скрежет. Сердце забилось быстрее. Чтобы там ни было — оно живое. Вот оно! Я могу его разглядеть. Лысая голова, бледные руки, костлявые пальцы, но… ног нет. Половина туловища нет. И этот запах… запах протухшего мяса, от которого тошнотворный комок подкатывает к горлу.

— Не… не может… быть… — одними губами прошептала я, не в состоянии даже пискнуть. Это не робот и не кукла, подстроенная Реборном, это настоящий зомби.

Я буквально оцепенела. Логика, здравый смыслы, осознание происходящего, всё кануло в Тартарары. Меня пугало то, чего я не понимаю. Меня пугало то, что я не могу объяснить. А так же… зомби.

Мертвец потянул руку и схватил меня за ступню, на которой ещё имелась кеда. В этот момент я словно включилась. Стала отползать назад, пытаясь стряхнуть гниющую руку, но хватка казалось каменной. Он только сильнее сжимал ногу, приближаясь всё ближе и издавая странные хлюпающие звуки.

— Нет! — крикнула я, избавившись от второй обуви. Вскочила на ноги и попыталась убежать, но, сделав всего несколько шагов, тут же наткнулась на то, что одновременно и внушало ужас, и даровало надежду.

— Травоядное… — как обычно холодно бросил Кёя, с безразличием наблюдая за тем, как я обхватила его пояс руками и крепко прижалась к груди. В каждой руке парень держал по тонфе, свечи нигде не было. — Немедленно отпусти меня, если не хочешь, чтобы я забил тебя до смерти.

Попыталась сделать то, что он просит, но руки словно заклинило. Они меня не слушались. Только ещё крепче стиснулись, обхватывая парня.

— Я… не могу… руки судорогой свело, — дрожащим голосом произнесла я, и тут же услышала клацающий скрежет за спиной. Зомби приближалось. Запах стал сильнее. — Это сон! Это сон! Это сон! — повторяла словно молитву, сожмурив глаза.

— Вау! Вы только посмотрите! — усмехался парень, наслаждаясь моим ужасом. — Та, кого пол-школы называет Призраком и Зомби, сама боится зомби. Какая ирония! Уж не думал, что всё-таки увижу сегодня твой истинный страх. Любопытно.

Прекрасно понимала, что он насмехается надо мной. Наслаждается моим ужасом и, возможно, каким-то детским страхом. Я это всё прекрасно понимаю и сама себе могу объяснить, что этот страх глуп. В мире есть вещи намного страшнее, но ничего не могу с собой поделать. Тело дрожало, а каждая мышца натянулась как струна. Казалось, только тронь и всё в момент лопнет.

Зомби подполз на достаточно близкое расстояние, после чего Кёя нанёс резкий удар в область головы мертвеца, пробив полчерепа, и тот рухнул на землю, больше не вставая. Только когда я перестала на себе чувствовать голодный взгляд, страх немного притупился, возвращая контроль своему телу. Правда, дрожь так просто не унять. Во всяком случае, постараюсь не подавать виду. Отошла от парня на несколько шагов, стараясь не смотреть ему в лицо. Уверена, он насмехается надо мной. Ну и пусть. Пусть смеётся, он же этого так сильно хотел.

— Мы проиграли, — произнёс Кёя, возвращая тонфы на своё обычное место. Ясное дело, что проиграли. Я же испугалась, разве нет? Это указано в правилах. Но Хибари продолжил: — Пламя свечи погасло, — удивлённо посмотрела на него. Это же пустяк. Можно свечу вновь зажечь, особенно если оно потухло в момент сражения с этими тварями. Но парень всегда был верен правилам, по которым согласился играть. — Я домой.

Глава Дисциплинарного Комитета развернулся в сторону дороги, по которой мы шли и спокойным шагом направился обратно к восточным воротам. Больше причин тут оставаться у меня не было, поэтому ещё раз вздохнув и посмотрев на валявшиеся остатки мертвеца, последовала за парнем.

Мы шли вдоль ночных пустующих улиц, не проронив ни слова. Он был впереди, а через пару метров шла я, громко шлёпая босыми ногами об влажный асфальт. Видно, дождик всё-таки был местами. Мне не было холодно, однако тело всё равно било мелкой дрожью. Не каждому выпадает шанс повстречаться со своими страхами лицом к лицу. Уверена, что это всё подстроил Реборн. Вот он на что намекал? Засранец! Как только встречу, всё выскажу, что про него думаю. Интересно, а остальные прошли испытание? Тсуна точно нет. Сейчас вспоминаю его вопль и немного понимаю. Бедный парень…

В сотый раз себе повторяю — не ведись на уговоры Реборна. Он вечно творит чёрт знает что! И только ему известно для чего это нужно. В напарники мне Хибари подсунул. Серьёзно? Этот день не задался с самого начала. Да вообще это лето у меня всё через задницу. Одни неприятности сменяются другими. И всё хуже и хуже. Сегодня вот чуть сама зомби не стала. Может, я действительно проклята после той статуей Богини Смерти? Бр-р-р! Так, стоп! Это уже точно глюк. Мне надо перекусить и успокоиться, а то скоро как Гокудера буду с чётками и амулетами ходить.

— Прекрати шлёпать ногами, — бросил Кёя через плечо. — Этот звук меня раздражает, — посмотрел на мои ступни. — И где твоя обувь?

— Эм… решила подарить тем парням на кладбище, — отшутилась я, при этом одно лишь воспоминание о недавних событиях усилили дрожь в руках. Пришлось обхватить себя за плечи, дабы эта дрожь не была столь заметна.

— Хм, — фыркнул Хибари, гордо продолжив путь.

Да, знаю, я его раздражаю и вывожу из себя. Немного помедлила, чтобы расстояние между нами увеличилось и шлёпающий звук моих босых ног не доходил до него. Кёя это заметил, но ничего не сказал. Как шёл, так и идёт. Вот же царь! Ну, в самом деле?! Ай, чёрт с тобой!

— В любом случае, в следующем месяце уеду из Намимори, — бубнила себе под нос. — Пошло оно всё. Безумный город, безумные люди…

Хибари остановился и краем глаза покосился на меня. Он меня услышал? Конечно, пустые улицы усиливают эхо, но… Хотя чего я переживаю? Ну, услышал и что с того? Мы больше не увидимся, прошу, радуйтесь и наслаждайтесь своим ледяным царством, Ваше Величество!

— Я хочу есть, — неожиданно бросил он, когда я дошла до парня. Кёя указал на ночное кафе, которое работало около заправки.

— Ну, ладно, — кивнула я, понимая, что теперь наши пути расходятся. В любом случае у меня с собой нет ни денег, ни мобильного телефона. — Спокойной ночи, Хибари-сан, — добавила, слегка поклонившись и пошла дальше в сторону своего квартала.

— Не так быстро, травоядное, — меня вновь схватили за шиворот футболки. — Есть разговор.

— А? Хибари-сан?! — не понимала я, но парень уже тащил меня в сторону кафе, прикладывая при этом минимум усилий.

В кафе было светло и тихо. Посетителей, кроме нас, не было, поэтому спокойно заняли центральный столик около окна, не волнуясь о том, что нас подслушают. Только под светом дневных ламп я поняла, насколько жутко выгляжу. Руки, ноги, одежда и даже лицо с волосами — всё в чёрной земле. И если руки и лицо я умыла в туалете под водой, то с ногами и одеждой придётся потерпеть до дома.

К нам подошла одна из официанток. Пышная женщина средних лет в лёгкой форме кремового цвета. Остальные, более юные работники, побоялись подходить к нашему столику, завидев меня и Хибари. И, если честно, я их не виню. Наверное, от нас ещё и пахло не слишком-то приятно.

— Вай-вай, — воскликнула с улыбкой женщина, доставая из белого фартучка блокнот и ручку. — Откуда же к нам такие молодые люди пожаловали? — типичная приветственная манера, но у меня не то настроение.

— С кладбища, — бросила холодно, поворачивая голову в сторону окна. В отражении стекла видела резкую перемену в лице женщины. Теперь и она нас стала побаиваться. Особенно учитывая тот факт, что после моей фразы Кёя как был без эмоций, таким и остался. Что давало понять — я не шучу.

— Ам… ну… а чего заказывать будете? — заикаясь, спросила женщина, всё ещё стараясь сохранить самообладание.

— Ничего, — ответила я. У меня нет денег, хотя есть всё-таки хочется. Ладно. Просто потерплю.

— Мне принесите блюдо под номером шестнадцать и два, — сказал Кёя, указав на список в меню, что находилось на каждом столике. Даже не смотрела на то, что он себе заказал.

— Через пять минут всё будет готово, — ответила женщина, слегка вспотев от волнения.

Некоторые официантки выглядывали из кухни и косились в нашу сторону. Интересно, кого они больше боятся? Меня или Кёю? Мне-то к этому не привыкать. Либо отвращение, либо неприязнь, а теперь я реально выгляжу так, словно бомжом жила недельку другую. Всё равно. Но вот Кёя… С первого дня нашего знакомства, я видела как его все избегают, боятся и просто сторонятся. «Чёрная аура» — говорили они. Хотя должна признать, что в Кёе есть чего бояться. Бешеная сила, скорость, жестокость и умение драться. Более того, он это любит. Рядом с ним люди, которые его уважают и боятся одновременно. Но, по сути, он их даже за людей не считает. Подчинённые и только. Хотя Кусакабе Тетсуя, правая рука Хибари, смог продвинуться дальше. Ему, вроде, парень доверяет.

И всё-таки, кажется, Хибари одинок. Но нравится ли ему это одиночество? Если я к нему стремлюсь целенаправленно, так как жизнь становится значительно проще, то у Кёи похоже и выбора-то не было. А может, и был, я о нём практически ничего не знаю. Хотя уже год учимся в одной школе, и даже какое-то время работали вместе в Дисциплинарном Комитете. В любом случае, это его жизнь и его выбор.

— Что вы хотели со мной обсудить, Хибари-сан? — спросила я, когда наконец-то убедилась, что за нами не наблюдают.

— Послушай сюда, травоядное, — начал парень довольно спокойно, но в голосе чувствовалась раскаленная до красна сталь. — Недавно узнал, что ты была исключена из Средней школы Намимори. Причём причина исключения — воровство. Это правда?

Так вот о чём он хотел поговорить. М-да… Кажется, целой я домой всё-таки не вернусь.

— Да, — спокойно произнесла я, продолжая смотреть в окно, хотя через него видела только собственное отражение. — Это правда. Меня исключили из школы ещё в середине июля. С начала августа я больше не числюсь как ученица Средней школы Намимори.

— Я не это спрашивал, — произнёс Кёя, и теперь злость в его голосе была отчётлива слышна. — Ты воровка?

— Хибари-сан, если вы в курсе произошедшего, то должно быть видели видеозапись, — резко произнесла я, поворачиваясь в сторону Кёи и заглядывая прямо в его стальные глаза. Если он всё и так видел, зачем задаёт такие вопросы?

— Видел, — признаёт Хибари, слегка кивнув головой. — Но я хочу услышать это от тебя. Это правда?

— Реборн говорит, что это сделала я на бессознательном уровне, под воздействием наркотических средств и…

— Меня не интересует, что думает малыш, — перебил Хибари. — Я хочу знать, что думаешь ты. И я в очередной раз спрашиваю — это правда?

Я была в некотором недоумении. Кёя не верил видеозаписи и не верил словам Реборна, хотя уверена, он его определённо уважает. Его интересовало моё мнение. Моё личное мнение и слова. То, что остальные спокойно восприняли как эффект наркотического последствия, Хибари Кёя не считал за правду. Почему? Ведь у него больше всего оснований полагать, что это правда. Ведь тогда, во время первого бессознательного бреда, я звонила именно ему. Так почему?

— Нет, — произнесла я, продолжая смотреть в стальные глаза. — Я не воровала те деньги. И хоть видео подлинное, это не я. Меня подставили.

— Хм… — протянул он, облокачиваясь на спинку диванчика и поворачиваясь в сторону окна.

Хибари Кёя… мне поверил? Как парень может делать такие выводы? Все улики против меня! Всё сводится к тому, что это я, так что я даже не стала предпринимать каких-либо действий. Муторно, да и не вижу причин стараться. Но Хибари… его словно сильнее задело то, в чём меня обвиняют.

Принесли заказ Кёи. Это был один хорошо приготовленный гамбургер и кусок шоколадного пирога. От первого, после пережитого приключения на кладбище, я сразу отказалась бы, а вот пирог… так ещё и шоколадный… Желудок предательски заскулил. Нет! Успокойся. Дома тебя ждёт вкусный торт и ещё шоколадное молоко. Нужно только потерпеть. Ещё чуть-чуть…

— Это всё, что вас интересовало? — спросила я, в надежде, что Кёя позволит мне уйти.

— Что ты планируешь делать дальше? — с неким безразличием спрашивает парень, принимаясь за гамбургер. При этом ел он его не целиком, а используя нож и вилку, разрезая на небольшие кусочки.

— Эх… — и зачем ему это нужно знать? — Я уже разослала копии своих документов в другие учебные заведения. Как в Намимори, так и в соседние города. Многие ответили мне и согласились принять в свою школу как ученицу. Причём ответили как из средних и старших школ, так и из университетов. До конца августа должна сделать выбор.

— Хочешь поступить в университет в таком возрасте?

— А что такого? — пожала плечами. — В ноябре мне исполнится шестнадцать, а в этом возрасте моего брата признали гением. Тем более, направляясь в Японию, с самого начала у меня была именно эта цель.

— Что же собираешься делать с тем, кто тебя подставил? — спрашивал Кёя. Его голос был спокойным и перестал выражать злость. Более того, находясь с ним рядом, дрожь потихоньку исчезала и вообще беседа стала казаться такой лёгкой и обычной. Словно мы всегда так поступали. Возможно, на меня повлиял ещё тот факт, что он поверил моим словам. Не словам директора, ни словам Реборна, а именно моим. Как оказалось, это довольно важно. — Ты ведь знаешь, кто это, — продолжал парень. — Почему ничего не предпримешь?

— Зачем? — хмыкнула я. — Да и любые действия только ещё больше поднимут шума, а этого я не хочу. Замешаны довольно серьёзные люди, у которых есть деньги и власть. Спасибо и за то, что не вмешали полицию. Фано и Нусо Сэдзуки на меня давно клыки точат, но это не они сделали эту запись. В этом я уверена, — парень, молча, смотрел на меня, выжидая, когда я продолжу свою мысль. — Если вы смотрели видео, то заметили, что тогда я была в форме Дисциплинарного Комитета, но вот в чём подвох. В мае я уже не числилась в Комитете, а являлась обычной ученицей старших классов. Это значит, что тот, кому выгодно моё исключение из Средней школы Намимори, не владеет полным и своевременным доступом к информации. Но кто это, сказать точно не могу. Вероятнее всего, что он выйдет на меня после, когда я сменю учебное заведение. Поэтому пускай идёт так, как идёт. Хоть кузены Сэдзуки и потрепали мне нервы, они лишь пешки в этой игре.

Хибари молчал и с некой отстраненностью смотрел на меня. Трудно сказать, что у него было в голове. Однако вопросы, похоже, кончились либо на задавание следующих потребуется какое-то время.

— Травоядное, — неожиданно произнёс Кёя после долгой паузы. — Ты съела мой пирог.

— Чего? Нет! — Осмотрелась и тут заметила, что так и есть. Тарелка с пирогом каким-то образом оказалась на моей стороне и я, с вилочкой в руках, уплетала его за милую душу, даже не заметив сего факта. Чёрт! Мой желудок сильней меня. — Эм… мне очень жаль.

— Твои «очень жаль» в карман не положишь, — фыркнул парень, вставая из-за стола. — Заплатишь за него сама.

— Но у меня нет денег! — воскликнула я, также вскакивая из-за стола и следуя за парнем, что пошёл к кассе. — Я кошелёк дома оставила.

— Твои проблемы, — раздражённо бросил он. — Угощать тебя не намерен.

— Хибари-сан, заплатите за меня сейчас, — просила я, видя, как Кёя достаёт пару купюр из внутреннего кармана гакурана. — А после пойдём ко мне домой, и я верну долг. Сколько он там стоит? Пятьсот иен? Отлично.

— Тц! — фыркнул парень, выражая своё недовольство, но всё же оплатил сумму полностью и молча вышел из кафе, не дожидаясь меня. Ох, какой же он трудный человек!

По дороге к моему дому мы вновь не произнесли ни одного слова. Только Кёя всё время оборачивался в сторону моих ног, которые продолжали звонко шлёпать по влажному асфальту. Это его раздражало. Буквально выводило из себя. В итоге, он неожиданно свернул в какой-то переулок, избил первую попавшуюся группу парней, которые на него косо посмотрели, и отобрал у одного летние шлёпанцы, швырнув их мне. При этом даже слова не произнёс. Хотя по его взгляду уверена, что это мне вписали в мой неоплачиваемый долг. Чёрт, что за лето-то такое? То и дело, что зарабатываю должок.

Пришла домой, достала из тайника, про который Кёя теперь знает, ключи и открыла входную дверь. Шагнув в помещение тут же почувствовала аромат ванили и шоколада, который буквально вскружил голову. Как хорошо дома! Никакого кладбища, никаких зомби, никакого Реборна…

Включила в прихожей свет.

— Секундочку, — бросила через плечо, отправляясь в сторону спальни, где и находилась моя школьная сумка с кошельком. Достала несколько купюр и вернулась в коридор.

Там увидела довольно странную сцену. Хибари подошёл к телефонному столику и, наклонившись, стал разглядывать стопку писем, которые мне присылали различные школы и университеты. Школа «Мидори», Университет Токио, школа «Кокуе» из соседнего города и ещё много кто. Во всех письмах имелись сведения о школе, условия, которые они предлагают и требования, которые мне необходимо будет выполнить. Некоторые заведения даже предлагают стипендию и общежитие, что довольно большая редкость даже в это время. Также рядом лежали мои собственные документы, которые в конце я отправлю в одну из школ.

— Хм… Хибари-сан? — позвала я, держа в руках купюру. Парень повернулся, и тут я заметила, что под гакураном,на его белоснежной рубашке имеются довольно сильные отпечатки моих рук. Тогда на кладбище я его рефлекторно обняла, но мои ладони были полностью в грязи. Это не могло уйти бесследно. — Ой.

Кёя проследил за моим взглядом и тоже заметил грязь.

— Травоядное… — В его голосе вновь возникла ярость, а глаза заблестели. Это точно, парой купюр я эту проблему не заглажу.

— Хи… Хибари-сан, не надо так переживать, — попыталась улыбнуться. — Хотите я вам другую рубашку дам? У меня осталась парочка нетронутых со времён работы в Дисциплинарном Комитете.

Кёя молчал. Хороший знак. Быстро направилась в сторону шкафчика и достала одну из рубашек, которую я даже не перешивала и оставила на всякий случай. Как не посмотри, а я подросток, тело которого постоянно изменяется.

— Вот, — протянула чистую рубашку парню. — Возможно, она будет слегка тесновата в плечах, но… — договорить не успела, рубашку резким рывком выхватили из руки.

Хотела предложить Кёе пойти переодеться у меня в спальне или в ванной, где ему удобнее, но не успела, так как парень начал переодеваться прямо в коридоре. Сначала сбросил свой гакуран прямо на телефонный столик, швырнув на стопку писем. Следом полетел красный галстук и пара тонф. Я пошла на кухню, сделав вид, что совсем не смотрю на него, но всё равно через дверной проём следила за действиями Главы Дисциплинарного Комитета. Когда дело дошло до рубашки, Кёя не скрывал своего лёгкого отвращения. Привыкший, всегда выглядеть идеально, буквально с иголочки, теперь отшвыривал грязную рубашку в сторону, даже не смотря куда. И тут ему на глаза попалась ещё одна вещь — заявление, на принятие меня в ряды учеников той или иной школы, которое я оставила на столе, так и не дописав до конца. Кёя замер, не успев накинуть чистую рубашку. И секунду спустя неожиданно злобно усмехнулся.

— Не пойдёт, — произнёс он, как бы самому себе, но я его всё же услышала.

— Что? — спросила, в надежде получить понятливый ответ. Ему не нравится рубашка? Но могу поковыряться ещё в вещах и поискать футболки брата, которые я дотаскиваю. Они просторные и думаю, ему подойдут по размеру.

— Я сказал, не пойдёт, — уже более уверенно произнёс Хибари, шагая в сторону кухни, где как раз находилась я. — Не пойми меня неправильно, — добавил Хибари, усмехаясь и приближаясь ко мне.

Мгновение, и теперь он облокотился ладонями о столешницу так, что между руками была я. Всем своим видом он пытался меня напугать, дать понять, что я слабее его и бежать мне некуда. Я же, в свою очередь, резко почувствовала аромат его тела. Запах миндаля буквально вышибал сознание из моей головы. И если раньше он лишь слегка дразнил меня, то теперь почувствовала голод. А ещё тепло… Жар его тела. Слишком близко. Слишком жарко. Пусть он уйдёт. Не дыши носом. Задержи дыхание. И не смотри. Чёрт, ну почему он так близко? Что он хочет? Что ему надо? Навис сверху, словно волк над кроликом, но не прикасается ко мне. Да, он близко, очень близко, но расстояние всё же есть. Даже пальцем не трогает.

— Что… Что я неправильно поняла? — заикаясь, спросила я, отворачиваясь в сторону. Мне кажется, я сейчас сгорю. Как же от него веет жаром. Стараюсь отодвинуться назад, но куда? Позади тумбочка и стена.

Ухмылка Кёи становится шире. Он считает, что добился нужного результата и смог меня запугать. Именно этого он хотел, теперь можно и ставить свои условия.

— Нужно быть конченым идиотом, чтобы не замечать твои способности, — спокойно произнёс он. — Ты умна, а это высоко ценится в наше время. Однако, ты не учла один факт, — Кёя наклонил голову так, чтобы наши глаза встретились. — На том видео ты была в форме Дисциплинарного Комитета. После уйдёшь, и ответственность за содеянное ляжет на меня, как на Главу Комитета. А ты знаешь, что я делаю с такими травоядными, чтобы остальным было уроком.

— Но я…

— …не виновата, — закончил Кёя. — Знаю. Но другие этого не знают. Репутация Дисциплинарного Комитета будет подвергнута сомнению.

— Что за чушь? — стала злиться я. — Когда это вас, Хибари-сан, волновала чья-то репутация? Про меня и так столько сплетен по школе ходит, так что никто и не удивится данной новости. Зачем вам это?

— Я и говорю, — в серых глазах сверкали молнии. Словно само грозовое облако окутало меня. — Хоть ты и травоядное, однако, пользу свою вносишь. Тем более весь Комитет работает в написанной тобой программе. Если произойдёт сбой, будет неплохо иметь рядом знающего человека.

— Стоп, вы говорите о…

— Да, ты вернёшься в Среднюю школу Намимори. Более того, в Дисциплинарный Комитет. Может твой опекун и стал добрее, позволив делать всё, что хочется, но я не он. И за нарушение дисциплины всегда наказываю.

— Но как? Меня исключили и…

— Это я возьму на себя, — уверенно произнёс парень.

Возникла тишина. По сути, у меня и нет выбора. Он, в прямом и переносном смысле, зажал меня со всех сторон. Я бы его оттолкнула, но от одной мысли, что придётся прикасаться к его обнаженному телу… Слишком жарко. Мне не хватает пространства! Пускай он уйдёт! Я согласна на всё, лишь бы он отошел, чтобы в голове наконец-то прояснилось. Воздуха! Не хватает воздуха. Хибари Кёи слишком много. Этот запах… я уже не могу игнорировать его. Ах, как же мне хочется кусочек шоколада с миндалём. Всего один кусочек. Чисто попробовать. Эту лёгкую горечь ореха.

Непроизвольно вытянула шею вперёд, закрыв глаза и, чуть ли не касаясь носом груди парня, громко вдохнула воздух, наполненный его ароматом. Слишком громко. Только когда это произошло, до меня дошло, что я натворила. Раскрыла глаза и посмотрела на Кёю. В его взгляде читалась буря эмоций. Непонимание, удивление, осознание, шок и… смущение?

Секунда, и мы как по команде одновременно повернулись друг к другу спиной, избегая взгляда. Стыдно. Как же мне стыдно. Буквально провалиться сквозь землю хочется за свой поступок. Чёрт, да что со мной не так?! Я голодна. Точно. Я просто очень хочу есть. Тут же достала из ближайшего ящичка шоколадную конфету, развернула её и закинула в рот. Вот. Так намного лучше. Это всё пережитый стресс. Определённо. Ведь не каждый день встречаешься с зомби. Кто-то может похвастаться в ином? Я нет.

— Так мне… — начала я, всё ещё не рискуя повернуться полностью лицом к собеседнику. Но голос уверенно сохранял спокойствие. — Мне когда придти в школу, чтобы разобраться с документами?

— Первого сентября, как и все, — ответил Кёя, также сохраняя спокойствие в голосе, но не поворачиваясь ко мне лицом. Парень направился в прихожую. Быстро собрал свои вещи, рубашку, что я ему дала, и подошёл к входной двери. Но вдруг остановился, вернулся к телефонному столику, собрал все мои документы с недописанным заявлением и только тогда покинул дом.

При этом деньги, за которыми он, по сути, и пришёл сюда, не взял. Если бы взял, думаю, это было бы ещё более странно и смущающее. Ещё бы! Парень хотел меня напугать. Показать, что он сильнее и, если надо, может и принудить. Его слово закон. Хотел продемонстрировать своё доминирование и власть надо мной. А получилось… то, что получилось. Надеюсь, с первого сентября мы опять сделаем вид будто ничего не было. Иначе… Чёрт, как же стыдно!

Бросила взгляд на кухонное окно. Через него было видно, как Хибари Кёя выбежал во двор, остановился возле калитки, на мгновение прислонив голову к охлаждающему металлу. Накинул на плечи белую рубашку, которая, как и ожидалась, была тесновата в плечах, и, не застёгивая её, поспешил покинуть двор, даже не оглядываясь.

Даже представлять не хочу, какие после этого обо мне пойдут сплетни в Намимори. Хотя… я вообще ни о чём не хочу думать. Где мой торт?

Глава 24. Похищение

Каникулы кончались, и начались весёлые учебные деньки.

Начнём с того, что самый первый, кто обрадовался новости о том, что я не перевожусь и остаюсь в Средней школе Намимори, был Тсуна. Он поздравлял меня с искренним пламенем в светло-карих глазах. Даже осмелел и обнял меня, по-дружески похлопав по спине. Вот только его радость за одну секунду сменилось шоком, когда он узнал, кого за это следует благодарить.

— Хи… ХИБАРИ-САН??!! — завопил он на весь свой дом, схватившись за голову. — Не… неужели?! Но как? Почему он это сделал? Может… он изменился и решил помочь?

— Не будь таким глупцом, Тсуна! — бросил ему Реборн, ударив парня с ноги, от чего тот кувыркнулся вокруг собственной оси. — Естественно, он это сделал исключительно ради собственной выгоды.

— Это так, — кивнула я, соглашаясь с выводом малыша. — Он это сделал из-за того, что беспокоится за репутацию Комитета, да и, в принципе, нашёл во мне выгоду, вот только… — посмотрела на Реборна. — Кто его на это надоумил? Не ты ли случайно?

— Хм… — малыш отвернулся в сторону окна, избегая моего взгляда. — Не понимаю о чём ты.

— Ты врёшь! — воскликнули мы одновременно с Тсуной, стараясь надавить на малыша, но он уже через секунду другую пускал из носа пузырь, что означало — малыш спит и временно недоступен. — РЕБОРН!

— Ох, терпеть не могу эту его привычку, — фыркнула я.

— Мне очень жаль! — тут же извинялся Тсуна, хотя, по сути, в этом не было его вины.

Конечно, чуть позже я выяснила, что Реборн напрямик о моей ситуации не говорил. Он как бы случайно встретился с Хибари на улице и как бы случайно намекнул, мол, жалко, что пропадает такой потенциал, но раз такое уже случилось… А потом отметил, что Хибари глупо поступает, отказываясь от такого «ресурса», как я. Если быть короче, то приблизительно тоже самое Реборн говорил и мне, когда я хотела избавиться от Хибари и Дисциплинарного Комитета. Словно ум способен контролировать силу, но потом я поняла, что это ещё та затея и она того не стоит. Однако Кёя клюнул на наживку, как и я. Эх… чёрт… Реборн играет нами, как ему вздумается. При этом, по сути, сам не причём. И не придерёшься.

Хотя должна отметить, что слово своё Кёя держит. Первого сентября, когда я пришла на учёбу, то обнаружила довольно много интересных фактов о себе. Для начала начнём с того, что передо мной лично извинился сам директор школы со словами — «Ну, почему вы раньше не сказали? Мы бы всё поняли, Серра-сан!». Начнём с того, что момент с воровством оказался и не воровством вовсе. Одному из подчинённых Кёя приказал купить точно такую же сумку, что была замечена на видео и выдать её за свою. Это было безумно комично! Огромный бугай с чёрным батоном на башке, вместо прически, гнусавым голосом заявляет, что это его сумка видна на камере, и что я на самом деле не воровала деньги, а делала это по его просьбе, как сотоварищ. Что касается моей подработки, то Кёя о ней давно в курсе и дал своё официальное разрешение, как Глава Дисциплинарного Комитета. Продемонстрировал письменное разрешение, которое он же сам мне и выдал. А это значит, что правила школы не нарушены, и я могу продолжать учиться, вернувшись в тот класс, где и была.

Кузены Фано и Нусо были крайне удивлены моим появлением на первом же уроке. Они-то приготовились распространять сплетни о том, каким ужасным я на самом деле была человеком, а тут мало того, что меня вернули обратно в школу, так ещё вновь стала членом Дисциплинарного Комитета. Более того, когда проходила мимо их парт, подмигнула каждому, дав понять, чтобы парни не расслабляли булки. Теперь мой ход, а его я продумаю идеально. Конечно, Хибари хотел просто забить парней до смерти и дело с концом. Но упросила парня пока не трогать их. Хотя бы оставить целым лицо, так как хотелось вытянуть сведения о том, откуда эти двое взяли видеозапись. Правда этого я сделать не успела, так как кузены после моего появления куда-то исчезли. Собрали свои вещи и сбежали со школьных занятий. М-да… Явно поняли, что их ждёт.

Но ничего. Успокоятся — вернутся. А я умею ждать. Я вообще натура терпеливая.

Первое, что я сделала, когда вошла в кабинет Дисциплинарного Комитета… нет, не поздоровалась с Хибари Кёей. Побежала к моему любимому деревцу с криком: «Шоколадка! Я так скучала!». Более того, я даже обняла какао, после чего Хибари раздражённо бросил, что этот фикус, и я вместе с ним сейчас полетят в окно со второго этажа.

— Это не фикус! Это шоколадное дерево! — настаивала я, на что Хибари кинул на меня наполненный стальным гневом взгляд. — Растение, как растение, — тут же забубнила я, боясь потерять то, что только что вновь вернулось.

В принципе, у Кёи появилась новая привычка меня пугать. Чуть выскажу то, что ему не понравится, как парень скажет:

— Будешь возникать, выкопаю несколько мертвецов и отвезу к тебе домой, — холодно бросал он, после чего я тут же бледнела от ужаса, вспоминая пережитое, и молчаливо опускала взгляд. При этом вечно сжимала ладони в тугие кулаки, чтобы руки не тряслись от страха. Тут я бессильна.

Тяжело жить, когда такие люди, как «он», знают о твоих слабостях. Тем более, что Хибари, как Глава Комитета, не стеснялся этим пользоваться. Начнём с того, что работы тут скопилось — непочатый край. Буквально утопала в бумажной волоките. Кажется, что с того момента, как меня не было тут, никто палец о палец не ударил. Мол, оно и само как-нибудь себя всё решит. Первую неделю я даже на обед не могла пойти, а возвращалась домой, когда было затемно, так как работала до посинения. За это время ненавидела всех и каждого. И Тсуну, который вечно влипает в неприятности, а после извиняется. И Реборна, из-за которого Тсуна вечно влипает в неприятности, а следовательно и я. И Кусакабе, который определённо редкостный «рукожоп» и с техникой вообще не ладит. И особенно Хибари, у которого, похоже, появилось новое хобби, под названием «вывести из себя или напугать Дар».

Конечно, меня это взбесило! Но что я могла сделать? Пожаловаться Реборну? Ага, как же. Этот упырь ещё поможет Кёе, чтобы жизнь малиной не казалась. Да и Тсуну подключит, чтобы воспитать в нём истинного Босса Вонголы. В общем, пришлось использовать то, что у меня было. А именно — связи. Да, я позвонила Бовино. Прямо в кабинете Дисциплинарного Комитета и прямо во время присутствия самого Кёи. Вот только говорили мы на итальянском языке, так что, думаю, он мало что понял. Да и вообще, было время обеда. Как хочу, так его и провожу.

— Добрый день, синьор Торо, — поздоровалась радостно я, широко улыбаясь и делая вид, что не замечаю злобный блеск в серых глазах Хибари. — Это Серра Дарья.

— О! Госпожа Серра! Как я рад вновь вас слышать! — отозвался мужчина, который тут же начал смеяться. — Чем могу быть полезен?

— Синьор Торо, понимаю, что это может быть весьма необычный вопрос, и в какой-то мере безумный, но прошу, отнеситесь к нему как можно серьёзнее, — предварительно попросила я.

— Хм, — послышались тревожные нотки. — Конечно, госпожа Серра, всё что скажите. В нашем исследовательском деле даже порой самые безумные идеи могут принести гениальные открытия. Уж я-то знаю в этом толк.

— Рада, что вы в этом со мной солидарны, — вздохнула, набираясь смелости, но это было лишь секундная слабость, так как, взглянув на Кёю, силы сами восполнили себя, и появилась стопроцентная уверенность. — Синьор Торо, у вас имеются разработки в области уничтожения зомби?

— Конечно, — к моему удивлению тут же отозвался мужчина на полном серьёзе. — Около тридцати различных видов оружия. От холодного и огнестрельного, до массового поражения. Вам выслать каталог?

— А… ну. Да! — тут же радостно заулыбалась я. — Прошу вас! Буду очень признательна!

— Организую сию минуту, — радостно отозвался мужчина, а после серьёзно добавил: — Госпожа Серра, могу ли я предполагать, что вы столкнулись с таким феноменом, как зомби?

— Да, — устало вздохнула я, гневно косясь в сторону Хибари. Тот от такого нахмурил брови, но усиленно делал вид, что читает отчёт одного из клубов. — Столкнулась.

— Хм, — протянул мужчина. — В таком случае, думаю выслать вам несколько изготовленных нами образцов. Так… на всякий случай. У вас есть излюбленный вид оружия, чтобы мы могли подобрать что-то для вас?

— Нет, — вздохнула я. — Не дерусь вообще. Даже стрелять не умею.

— Вот как?! — искренне удивился мужчина. Ну, ещё бы, у него даже пятилетний Ламбо считается киллером, а я… в общем, просто я. — Что ж, это не проблема, — тут же добавил он. — Что-нибудь подберём для вас персонально. Можете не волноваться. Я уже занимаюсь этим вопросом.

— Благодарю, синьор Торо, — улыбнулась я и отключила телефон.

Не знаю, может на интуитивном уровне, а может просто разобрал некоторые знакомые слова, но после этого разговора, Хибари больше не угрожал мне мертвецами. Особенно после того, как ровно через пять минут после телефонного разговора в дверь кабинета постучались, но никто не вошёл. Я тогда встала, не дожидаясь разрешения со стороны Кёи, и открыла дверь. Перед дверью на полу школьного коридора стоял деревянный ящик с выжженными рогами, символом семьи Бовино. Там я обнаружила обещанный каталог, а также гостинцы в виде итальянской еды. Сыр, вино, паста, томат, оливковое масло и даже свежий кусок мяса. И когда, скажите мне, они всё успевают? Хотя… о чём это я? Они же создатели базуки десятилетия. Думаю с временем у них нет проблем.

На дне также имелся небольшой кейс с обычный учебник размером. Открыв его, увидела уложенные в специальные формочки десяток деталей. Для того, кто не в курсе и не разбирается в технологиях, это могло показаться чем угодно. Да хотя бы деталями от мясорубки или компьютера, но я-то поняла, что оружие. Только в разобранном состоянии.

Кёя не задавал вопросов. Вообще. Конечно, любопытство сильная штука, и он, не выдержав, как бы невзначай прошёлся до книжного шкафа, краем глаза заглянул внутрь. Продукты его не сильно интересовали, но вот каталог, который я тут же стала рассматривать… Как бы то ни было, после этой истории, зомби, в принципе, исчезли из моей жизни. Не видела и не слышала. Даже в форме шуток, а не это ли чудеса?

Правда, Кёе всё же брякнула, что это типа гостинцы из Италии, и если он хочет, может взять, всё что ему угодно. Думаете, он что-нибудь взял? Ага, как же! Лишь гордо отвернулся в сторону окна, брезгливо бросив, чтобы «этого» к концу учебного дня в кабинете больше не было.

Вообще, у меня с Хибари стали какие-то странные, если это можно так назвать, отношения. Раньше мы часто находились одни в пустующем кабинете, занимаясь при этом своей работой. По сути, даже не разговаривали друг с другом, но были друг у друга на виду. Сейчас же таких ситуаций всё меньше и меньше. Да, это всё из-за моего глупого поступка в августе. Соседка, кстати, с того вечера, стала как-то странно коситься на меня, цокая языком, мол, ай-яй-яй. Сама с десятью кошками живёт, а меня осуждает? Тётя, успокойтесь! Но это ладно.

Хоть мы с Хибари, как и ожидалось, делаем вид, будто ничего не было, парень старается держаться от меня на расстоянии. Даже не угрожает. Мы общаемся. Как ни посмотри, а работа у нас общая. Тут уж ничего не поделаешь. Но минимальное расстояние, которое было между нами замечено — полтора метра. Вот интересно, он меня боится или того, что я могу сделать? А может себя? Эх, даже не знаю, как на это реагировать. Сначала смущалась, а теперь как-то забавно. Да и вновь вернулся старый добрый пофигизм.

Разобравшись с документами, стала вновь привыкать устоявшейся стабильности в жизни. Работа, дом, изредка учёба и ребята. Однако, как это обычно бывает, только расслабишься и решишь плыть по течению, ловя кайф от безмятежности своей жизни, как происходит что-то такое, после чего всё переворачивается с ног на голову — начались нападения на учеников Средней школы Намимори. И узнала я об этом не от кого-нибудь, а по телевизору в новостной строке. Да, Хибари Кёя мне ничего не сказал. Да вообще мало кто-то до этого момента что-то знал.

Как выяснилось, уже несколько дней подряд отлавливали не просто учеников школы, а членов Дисциплинарного Комитета. Подробностей о нападении в новостях не говорили, но было упомянуто, что школьников не только забивали до состояния комы, но и вырывали в дальнейшем зубы. По предположениям городской полиции, это происходит по причинам разборок нескольких банд. А так как Хибари Кёю знают все, то и сомнения даже не возникают. Вот только меня всё же это чертовски напугало. Начнём с того, что я учусь в Средней школе Намимори, и ко всему прочему являюсь членом Дисциплинарного Комитета, хоть и не в боевой его части.

Этим же днём, как только узнала о последних новостях, направилась в кабинет к Кёе. Тогда он сидел как обычно у себя за столом и о чём-то говорил с Кусакабе, что находился неподалёку.

— Хибари-сан, это правда? — спросила, как только открыла дверь. Парни одновременно посмотрели в мою сторону. — Это правда, что на учеников школы стали часто нападать?

— Травоядное, это тебя не касается, — холодно бросил Кёя, поворачиваясь ко мне на стуле боком. — Займись своими делами и не мешайся.

— Сомневаюсь, что меня это не касается, — спокойно произнесла я, проходя мимо Кусакабе к самому столу Главы Комитета и упираясь на него ладонями так, что теперь я нависала над парнем сверху. Расстояние между нами до сих пор присутствовало, но значительно меньше, чем обычно. Тут и метра нет. Кёя облокотил руку о поверхность стола и подпер голову. Стальные глаза оценивающе и настороженно сверкнули из-за густой чёрной чёлки. Словно волк, которого загнали в угол. Парню это не нравилось, но он делал вид, что не произошло ничего страшного. — Поймите меня правильно, — тут же улыбнулась я. — С удовольствием сделаю вид, что ничего не происходит, и небо над головой до сих пор лазурно-голубое. Однако, — улыбка исчезла, — мне уж больно дороги мои зубы. Так… чисто как память.

— Мелкая, не наглей! — бросил Тетсуя, шагнув в мою сторону и схватив за локоть, попытался оттащить от стола Хибари. — Сказано тебе — не мешаться, значит, не мешайся! Иди лучше играй в свои игрушки.

— Тц! — вырвалось у меня. — Игрушки?! Это ты о программировании? В таком случае, тебе бы самому не мешало немного «поиграть».

— Что? — спросил Тетсуя, начиная злиться. Чувствовалось, что парень на взводе. Но причина раздражения не я. Что-то иное. Он просто вымещает на мне свою злость, так как я попалась под руку. Тем больше ситуация даёт мне повода для беспокойства.

Если быть серьёзным, то в городе происходит настоящее дерьмо, причём такое, которое уже не поддаётся контролю Хибари. Это плохо. Всё моё чутьё говорит о том, что надвигаются серьёзные проблемы. Но почему они молчат? Неужели это всё из-за этой чёртовой гордости? Чёрт, Кёя, я, вроде бы, тоже часть твоей команды, причём ты видел, на что я способна, почему не попросишь помощи? Почему не задействуешь меня?

Дверь в кабинет неожиданно открылась, и в помещение буквально влетел один из помощников Хибари Кёи. Парень весь вспотел, но при этом был бледнее листа бумаги. Дыхание сбилось, а в глазах читался ужас.

— Глава, — обратился он, задыхаясь и еле удерживаясь на ногах. Сразу видно, бежал довольно долго. — Глава, очередное нападение!

— Кто на этот раз? — тут же спросил Тетсуя, стискивая до скрипа небольшую зубочистку в зубах. — Кто-то из наших?

— Нет, — покачал головой помощник. — Это ученик 2-С класса. Серьёзно избит, из-за чего находится в реанимации. Также выдраны все зубы.

— Обычный школьник?! — ахнул Тетсуя, также бледнея на глазах. — Хибари-сан… это…

— Это дерьмо! — гневно крикнула я, привлекая внимание. — Говорите сразу, кому вы перешли дорогу, что теперь отрываются на всех школьниках?

— Ты не права, — холодно произнёс Кёя, смотря мне прямо в глаза. — У этого зла нет объяснения. Я сам не могу понять, ни их цели, ни их личностей.

— Сколько уже было жертв? — строго спросила я, вновь шагнула к столу Кёи.

— Мелкая… — злобно начал Тетсуя, всё ещё настаивая на том, чтобы я не лезла не в свои дела.

— Сколько? — повторила вопрос более громко с приказными нотками и персонально повернулась в сторону Кусакабе. Тот даже слегка растерялся, не ожидая подобного напора с моей стороны. Ведь раньше все только и видели меня либо за кипой документов, либо что-то вечно жующей, либо вообще спящей. Волевые нотки? Ха, да об меня можно ноги вытирать — не замечу. Но не сегодня. Не сейчас.

— За последние выходные были атакованы и избиты восемь членов Дисциплинарного Комитета, — неожиданно произнёс Хибари, всё ещё сохраняя спокойствие в голосе. Только глаза не могли скрыть всю бушующую в груди ярость. — Каждый теперь находится в коме на больничной койке. Также у каждого были вырваны зубы. До сего момента был уверен, что кто-то решил поквитаться с нами. Уж претендентов предостаточно. Но сейчас…

— Хибари-сан?.. — удивился Тетсуя, не ожидавший, что именно он ответит на поставленный мной вопрос.

Конечно, в глазах Заместителя Главы Дисциплинарного Комитета я лишь слабая беспомощная девушка, которая способна справиться разве что только с пачкой документов. Остальное мужские разборки. Моё дело дома сидеть и супы готовить, и, чёрт возьми, я не против. Вот только уверенность при этом, что они со всем справятся, — минимальна.

— Поручите мне это дело, — произнесла я, вновь упираясь о стол и наклоняясь в сторону Хибари. — Скажу сразу, что мне это не нравится. При желании я бы сейчас валялась где-нибудь под сакурой и поедала шоколад, но нужно быть последним кретином, чтобы не видеть элементарных вещей, — вы не справляетесь, — от моих слов деревянная зубочистка Кусакабе треснула от напряга. Его оскорбило моё замечание, но лицо Кёи даже не дрогнуло. Он продолжал молча смотреть мне в глаза. — У нас на руках восемь жертв Дисциплинарного Комитета, включая ещё одного простого школьника. Кто бы это не совершил, у него определёно имеется какая-то цель. Но за всё это время вы не продвинулись ни на шаг, верно?

— Мелкая, хочешь сказать, что справишься лучше?! — уже кричал от ярости Тетсуя. — Это тебе не хорошая учёба, где прочитал учебник и всё сдал!

— Вот именно! — бросила я, подавляя лёгкое желание схватить лампу со стола Хибари и разбить её о голову Заместителя Главы. Вдруг просветление возникнет?

— Что тебе для этого нужно? — спросил Кёя, всё также сохраняя спокойствие в голосе.

— Хибари-сан?! — недоумевал Тетсуя, на лице которого чувствовалось некое замешательство и обида. Словно его предали.

— Полный доступ к информации, — тут же отозвалась я, игнорируя Кусакабе. — Мне нужны личные дела каждого ученика Средней школы Намимори, на которого было совершено покушения. Независимо от того, член он Дисциплинарного Комитета или нет. Также необходимы их медицинские карты и фотографии нанесенных травм. Также места и желательно точное время, когда было совершено нападение.

— Ты себя что, детективом возомнила? Этим уже занимается полиция! — всё ещё не сдавался Кусакабе.

— Полиция считает, что в этом замешаны обычные разборки местных банд, так как практически в каждом подобном деле города Намимори фигурирует имя Хибари Кёи! — парировала я.

— Дай ей всё, что просит, — приказал спокойно Кёя, на что Тетсуя неуверенно согласно кивнул. — Что-нибудь ещё?

— Да, — уже более спокойно произнесла я. — Мне нужен весь список групп и банд, с которыми вы контактировали за последние полгода, — в стальных глазах сверкнула молния.

— Я же сказал, это не…

— Я знаю, Хибари-сан, — уже более мягко. — Просто проверю. Не больше.

— Хорошо, будет тебе список, — в голосе стала звучать злость. — Это всё?

— Пока что да, — кивнула.

— Отлично, — парень встал из-за стола и медленно направился в сторону выхода из кабинета. — Займись этим вопросом, травоядное, раз считаешь, что способна на большее. Посмотрим, какова цена твоих слов. Но покуда не будет хоть каких-нибудь результатов, ко мне можешь не подходить.

Глава Дисциплинарного Комитета покинул кабинет, и за ним тут же последовали его подчиненные, оставив меня в кабинете совершенно одну. Однако меня это не пугало. Не пугало то, что я тут, в кабинете, одна. Меня пугало то, что в какой-то момент могу быть на улице в компании незнакомых мне людей, которым, в итоге, потребуются мои зубы. Да, это, пожалуй, куда страшнее.

Прошло три дня. За всё это время я не покидала школу. Просто забылась. Это было похоже на какое-то безумие. Мне принесли абсолютно всё, что требовала, а после, по моей же просьбе, оставили одну. Кабинет был в моём распоряжении. Никто не входил и не выходил из него. И чем больше я работала с данными, тем сильнее меня засасывала эта загадка.

Странное чувство. Когда ты знаешь, что совершённое тобой действие опасно и тебе вообще не стоит туда лезть, но остановиться уже не можешь. Всё глубже и глубже утопаешь в нахлынувшей информации. Составляешь образы, причины, следствия… Это одновременно похоже на игру, прекрасную игру, но в этой игре невозможно сохраниться, да и если ты умер, то ты умер. Словно фокусник, который жонглирует остро-наточенными ножами. Одно неловкое движение, и можно палец отсечь, но движения так прекрасны. На них хочется смотреть ещё и ещё. Смесь осознанной опасности и игры так привлекательна. Здесь тоже самое.

Я читала данные одного ученика за другим. Их результаты и достижения в Средней школе Намимори. По сотне раз смотрела на фотографии нанесённых ученикам травм. Вырванные зубы… Тут была закономерность. Почерк? Трудно сказать. Я бы сказала, что это своего рода фишка преступника, если бы не одно «но». Количество выдранных зубов с каждым разом уменьшалось. У самой первой жертвы было отнято двадцать четыре зуба. У второй — двадцать три. У третьей — двадцать два. И так далее…

Мыслей и предположений было много. Сначала я думала, что это время, ассоциируя число «двадцать четыре» с часами в сутках. Словно преступник отсчитывает время, до какого-то особого момента. Но всё это было откинуто в сторону, так данные не сходились. Если бы всё было действительно так, то преступник стал бы нападать на школьников в один день. Но тут атаки хаотичны. За выходные может быть как одна жертва, так и десять. Самое ужасное то, что даже сейчас, когда я разбиралась со всем этим, нападения не прекращались. Теперь их было девятнадцать.

Город в панике. Все жители старались избегать учеников из Средней школы Намимори с тем убеждением, что беда может пасть и на их головы. В напряжении были все. Город патрулировался Дисциплинарным Комитетом в усиленном режиме. Хибари приказал никому не находиться одному, хотя сам же терпеть не может толпы. Сама я с Кёей не разговаривала. Слышала его приказы, которые он отдавал на общих совещаниях, но о большем мы не говорили. Как только совещания заканчивались, я уходила в отведенный мне кабинет и работала с полученной информацией.

Весь кошмар начался тогда, когда я стала замечать статистику. Сначала сознательно сделала некую грань между членами Дисциплинарного Комитета и обычными школьниками, но потом поняла, что это была главная моя ошибка. Убрав этот пункт в сторону, разграничила учеников по их физической силе и подготовленности к дракам. И тогда картина стала вырисовываться. Каждая следующая жертва была сильнее предыдущей и выдранных зубов у неё меньше. Стали появляться знакомые фамилии, причём в довольно знакомом положении. Где я могла уже это видеть? Словно когда-то читала подобный список. Список? Точно… Это список! Список фамилий самых сильных учеников в Средней школы Намимори. Изначально я не знала об этом, так как помню только фамилии, которые находятся в первой десятке, но теперь… Мне потребовалось проделать огромную работу с информацией, чтобы отыскать эту ниточку. Но откуда противнику известны эти данные? Даже я, обладая таким доступом к сведениям, не смогла всё сразу собрать воедино. Они это могли провернуть только в одном случае, если у них оказался…

— О, нет! — ахнула я, вскакивая с пола, где передо мной в виде веера лежали дела учеников школы Намимори. Побежала к своей сумке, снося другие кипы бумаг на ходу, но даже не замечая этого. — Где же ты? Где? — стонала я, вытряхивая содержимое сумки, что разлетелось по всему кабинету. — Вот! — наконец-то столь необходимый предмет был найден. Трясущимися руками стала набирать номер на телефоне и подставила аппарат к уху. — Давай же! Ответь мне!

Послышались гудки, длиной которой можно было сравнить разве что с вечностью. Лоб вспотел. Дыхание стало тяжёлым. Слабость в теле. Чёрт, когда я последний раз ела? Но это сейчас не столь важно. Важно другое.

— Ну же! Возьми трубку!

— Привет! — раздался радостный голос мальчика.

— Ох, слава Богу! Где ты?..

— Вы позвонили на телефон Фууты, — продолжил голос, и я поняла, что это автоответчик. Панический страх только усилился. — Сейчас я не могу вам ответить, но оставьте своё сообщение и позже обязательно перезвоню вам. Пока!

Прозвучал звуковой сигнал, после которого нужно было говорить, чтобы оставить голосовое сообщение, но я отключила вызов, понимая, что это бессмысленно. У Фууты проблемы. Я чувствую это. Нет больше никакого другого объяснения того, как преступник завладел рейтинговым списком данной школы. Фуута предатель? Он предал Тсуну? Нет, маловероятно. Даже я знаю о такой вещи, как Омерта. Кодекс Чести мафии. Если мальчик расскажет сведения семьи врагу, то его просто убьют, причём свои же.

Из этого следует, что его могли похитить и взять в заложники, а список учеников взять из рейтинговой книги, что мальчик всегда с собой таскает. Но там довольно много сведений. Каждый может при возможности отыскать что-то себе по вкусу, почему же они решили использовать именно этот список? Для чего? Хотят проверить свои силы? Нет, это не так. Тогда бы они просто пошли к тому, кто лидирует в этом списке — к Хибари Кёе, но этого не произошло. Значит, противник что-то ищет. Или кого-то. Кого? У меня имеется несколько вариантов, но точности нет.

Реборн… Почему он бездействует? Почему ничего не предпримет? Ведь именно он всё любит держать под контролем. Вновь достала телефон и набрала номер Реборна.

— Чаосс! — отозвалось радостный возглас малыша. — Дар, что-то хотела? Заметил, что ты помогаешь Хибари разобраться в его делах с бандами. Это похвально.

Что? С бандами? Так вот, что он думает. Что это всего лишь разборки банд. Хотя чего я от него хочу, сама же так ещё недавно думала. Ладно, нет времени ему всё рассказывать. Мне нужна точность.

— Реборн, мне необходимо, чтобы ты подтвердил мне точное нахождения Фууты.

— Хм? — этого малыш явно не ожидал. — Дар, могу заверить, что с Рейтинговым Мальчиком всё в порядке. Он в Италии навещает своих родственников, забыла? Рядом с ним постоянно находятся наши люди и он под охраной, так что…

— Меня это не интересует, — перебила я Реборна, чувствуя лёгкое раздражение. — Мне надо, чтобы ты подтвердил его точное нахождение. Свяжись с Девятым, своими друзьями, другими мафиози… плевать. Я хочу знать, что делает Фуута сейчас в данную секунду.

— Дар… — кажется, Реборн немного растерялся, не ожидая таких перемен. Но мне было всё равно, что он обо мне думает. Мне, в принципе, стало многое безразлично. Перед глазами стоит загадка, и я её решаю, остальное лишь мишура. — Хорошо, — наконец-то отозвался малыш. — Я сделаю официальный запрос в итальянскую штаб-квартиру, если тебе от этого станет легче. Однако, что случилось? Ты заставляешь меня волноваться.

Я задумалась. Говорить всё сейчас не имеет смысла. Слишком мало информации. Одни только предположения и никакой конкретики. Нужно дождаться подтверждения на счёт Фууты. Возможно, что я ошибаюсь. Очень надеюсь на то, что я ошибаюсь.

— Просто… — начала я, понимая, что если мои предположения верны, нужно ожидать самый плохой вариант событий. — Будь рядом с Тсуной, ладно?

— Всегда! — отозвался малыш и это меня немного успокоило.

Отключила телефон.

Чёрт, Тсуна если узнает, что на него объявлена охота, то, скорей всего, впадёт в настоящую панику. Может повременить пока? Можно попробовать использовать Дисциплинарный Комитет и, в итоге, Савада, а также и все остальные ничего не узнают. Вот только бы отыскать гнездо противника. Где он прячется? Кто они вообще? Их цель мне ясна, а надеяться на лучшее я не собираюсь, поэтому сразу могу предположить, что Звёздный Фуута у них. Им нужны его способности, но долго ли сможет противостоять девятилетний мальчик натиску таких уродов, которые живого места на своих жертвах не оставляют? Сомневаюсь. Но если они ещё не напали на Саваду, значит, полной информацией не обладают. Они не знают, кто Десятый Босс семьи Вонгола. Фуута держится.

— Что тут творится? Мелкая, ты хотя бы окна открывай, чтобы воздух проветривать! Дышать нечем! — в кабинет вошёл Кусакабе. За эти несколько дней он словно бы стал старше. Пытается держаться и не подавать виду, но я прекрасно замечаю всю нервозность. Парень открыл окно, позволяя лёгкому ветерку проникнуть в помещение, разметая разложенные документы на полу. — Чёрт! — вырвалось у парня, после чего он тут же попытался всё вернуть на своё место, но поздно. Документы перемешались. Так просто не понять что и откуда. В итоге, Заместитель бросил это дело, но злость и раздражения только усилились. — Сидишь здесь, и за эти три дня ничего не произнесла. Какой от тебя толк вообще? Выглядишь, словно уже на том свете побывала. Приведи себя в порядок, девушка всё же, более того, являешься членом Дисциплинарного Комитета!

Я сидела на диванчике, полностью игнорируя слова Заместителя. Знаю, он нервничает. Знаю, он зол и ему нужны ответы, а желательно то, что позволит избавиться от этого кошмара. Знаю, что он просто не может сдержаться и срывает на мне свою злость. Знаю всё это… и молчу. Мои мысли хаотичны. Вывод прост — чтобы отловить хотя бы одного из этих нарушителей, необходима приманка. Но кто захочет ей добровольно стать?

— Ты вообще слушаешь, что я говорю? — уже повысил тон Тетсуя, делая резкие шаги в моём направлении. Я как сидела на диване, облокотившись о собственные колени, скрестив пальцы на уровне лица, так продолжала сидеть. Даже не смотрела в его сторону. Просто уставилась в пустующее пространство перед собой и молчу. — Мелкая?! — почувствовала, как меня резко схватили за руку и потянули на себя, заставляя встать и привлекая внимание. Но он попал не в лучший момент и не в лучшем моём расположении духа.

— Если ты сейчас же не отпустишь меня, — произнесла я так тихо, что меня слышал только Заместитель. — Я убью тебя.

Кусакабе окаменел. Он никогда не видел эту мою сторону, за всё то время, которое мы вместе работали. Было видно, как волна дрожи пробежалась по всему его телу, но он не позволил страху разрастись, превращая его автоматически в злость. Я была спокойна. Ни одна мышца на лице не дрогнула. Наверное, именно это и удивляло. Ледяное спокойствие и хрупкое тело — совершенно не сходится с теми словами, что я только что произнесла. Но именно сейчас в голове всплыло минимум три варианта того, как я могу с лёгкостью избавиться от Тетсуи. Сейчас, в эту секунду при данных обстоятельствах. Начнём хотя бы с того, что с этого положения я могу воткнуть ему по самый ластик карандаш в сонную артерию. Это будет просто. Главное скорость. По сути, парень даже не почувствует боли и истечёт кровью за несколько минут, если не сделать первую помощь. А этого я делать не намерена.

Неожиданно Кусакабе Тетсуя отлетел в сторону. Причём не по собственной воли, а с подачи хорошего пинка ноги в зону живота. Это был Хибари Кёя. Заместитель отлетел в конец кабинета, упав на пол, кашляя и с открытым непониманием смотрел на своего Главу.

— Хибари-сан?.. — парень пытался понять, что он сделал не так.

— Я приказал никому не проникать в эту комнату без моего разрешения, — холодно бросил Кёя, и Тетсуя тут же виновато отвёл глаза в сторону. Всё выглядело так, словно Кёя наказал своего Заместителя, но, по сути, он его спас. От меня. Но об этом знает только сам Хибари, так как уже знаком с этой моей стороной. Наши взгляды встретились. Чувствовала ли я что-то? Нет. Ничего. Ни страха, ни ужаса, ни вины… Просто смотрела на Хибари и ждала, что он предпримет. Парень шагнул в мою сторону, что-то ища в кармане. Только встав напротив меня, осмотрел комнату, видя какой тут разгром и хаос, но, судя по его лицу, Кёе на это было наплевать. — Сходи в магазин и купи себе что-нибудь поесть, — холодно бросил парень, насильно вложив мне в ладонь несколько крупных купюр. Сколько тут точно — не знаю, но уверена, что пообедать можно знатно. И не один раз. — Иди, — повторил парень, настаивая на своём решении.

Посмотрела на деньги. В принципе, когда я в последний раз ела? Не помню. Размышления над нынешней обстановкой совсем лишили меня аппетита. Однако мысли стали чище. Без примесей эмоций. Только загадка и пути её решения. Это выгодно, когда пытаешься достичь своей цели путём размышления. Но с другой стороны, питаться нужно всем. Сжав деньги, я обошла Хибари и вышла из кабинета, оставив парней одних.

Только когда пища достигла желудка, стала немного приходить в себя. Находилась на улице перед кафе, в котором продавали великолепные шоколадные десерты. Именно там я и купила всё, что считала на тот момент нужным. Почти всего по чуть-чуть. Вот только когда мысли перестали метаться из стороны в сторону, я наконец-то поняла, что произошло ранее, и почувствовала некое угрызение совести. Тетсуя ведь, по сути, ни в чём не виноват. Просто сейчас время такое. Все на взводе. А тут ещё я, вроде бы, что-то делаю, но молчу. Естественно, он будет злиться.

Ладно, нужно возвращаться в школу. Чего-то я далеко от неё ушла. В соседний квартал. Но тут действительно вкусные десерты. Ради них стоит побегать. Услышала, как завибрировал телефон у меня в кармане гакурана. О! Я его всё же прихватила, хотя была уверена, что оставила на полу вместе с остальными разбросанными вещами. На экране мигало имя — «Хибари Кёя». Эх, видно, я слишком задержалась, раз он звонит. Да, надо извиниться.

— Да, Хибари-сан, — тут же произнесла я, приняв вызов. — Это небольшое недоразумение. Так что я сейчас вернусь и…

— Травоядное, — перебил меня Кёя. — Ты ведь общаешься с Сасагавой Рёхеем? — замерла на месте посреди прохожей части улицы. Он был последним звеном. Последней точкой. Сомнения развеялись, словно утренний туман.

— Пять, верно? — спокойно спросила я. На той стороне линии послышалась секундная пауза.

— Да, верно, — наконец-то ответил Кёя. — Что ты выяснила?

— Где он сейчас? Он в сознании? — игнорировала его вопрос.

— В городской больнице. Да, он пришёл в себя, — ответил Хибари, но тут же с большим нажимом спросил: — Что ты выяснила?

— Я направляюсь туда, — развернулась в сторону городской больницы, ускоряя шаг. — Нужно задать лишь один вопрос.

— Травоядное! — в голосе Главы Дисциплинарного Комитета послышались яростные нотки. Он еле сдерживал себя, причём всё это время. Единственный, кто не проявлял каких-либо эмоций, был именно Кёя. — Ответь сначала на мой вопрос.

Он прав, я должна дать хоть что-то.

— Хибари-сан, запомните последовательность, — начала я, продолжая идти. — Сасагава Рёхей — пять. Кусакабе Тетсуя — четыре. Гокудера Хаято — три. Ямамото Такеши — два. Хибари Кёя… один, — парень в трубке молчал, ожидая пояснения. — Это список тех, на кого будет в дальнейшем покушение.

— Значит, я там тоже есть, — на удивление спокойно принял эту информацию парень. Более того, кажется, в его голосе я услышала радость. Да, он возбуждён. С нетерпением ожидает встречи с противником?

— Да, есть, — признала я. — Но вы самый последний, так как являетесь самым сильным в Средней школе Намимори, — послышалась усмешка. Не могла понять, он разочарован или рад? Не важно. — Но… не вы главная цель. Кем бы эти ребята ни были, они ищут совершенно иного. Могу предположить, что каждой жертве задавали одни и те же вопросы, на которые ответы так и не были получены. Постарайтесь следить за следующими целями, чтобы отловить преступников. Это лучший вариант. Нужна наживка. Так как мы знаем, кто следующий, то это не должно составить труда. Однако я знаю Хаято и Такеши, думаю, что они так просто на эту роль не согласятся. Более того, решат разобраться со всем в одиночку. И это самая главная ошибка, так как противник силён.

— Тц, — фыркнул Кёя, но спорить не стал, так как понимает, что я права. Да что там, Хибари и сам бы поступил точно так же. Он ненавидит группы. Ненавидит с кем-то сотрудничать и от кого-то зависеть. И ненавидит, когда ему приказывают. — Что же они на самом деле ищут?

— Не что, а кого, — поправила я, на мгновение засомневалась, стоит ли говорить всё Кёе? Он хоть и обладает силой и возможностями, но мир мафии — это мир мафии… Нет, лучше сказать. Так будет лучше. — Они ищут… — неожиданно я почувствовала, как по всему тело прошлась колющая дрожь. Словно сотня игл впилась в моё тело, и особенной пульсацией отдавалось спина. Я знала эти ощущения. Знала, о чём это говорит. — Вот чёрт, — вырвалось у меня. На мгновение остановилась и обернулась, выискивая взглядом человеческую фигуру. Однако я в центре города. Тут десятки людей, и все мельтешат, подобно рою пчёл.

— Травоядное, — бросил Кёя, требуя продолжения. Пауза слишком затянулась, но у меня сейчас совсем другие проблемы. Сжимая телефонную трубку, я негромко с лёгкой грустью усмехнулась.

— Хех, надо же… А вот этого я не просчитала.

— О чём ты? — голос напрягся и стал настороженным.

— Меня преследуют, Хибари-сан. И, кажется, это те, кто нападал на школьников, — сказала я как можно спокойнее. Даже улыбалась при этом. Словно говорила о погоде и природе, а не о том, что неизвестные преступники выбрали меня своей следующей жертвой. Так была уверена, что меня этого не коснётся, так как я вообще не боец, но нет. Ошибка. Я ошиблась. Ха-ха, ошиблась… И почему за каждую мою ошибку приходится «так» расплачиваться?

— Беги! — только и сказал Кёя, прекрасно осознав моё положение. В эту же секунду, я отбросила пакет со сладостями, что держала в руке, и побежала. Так, словно за мной гнался сам дьявол. — Не отключай трубку и говори мне, где ты? До школы добежать можешь?

— Нет, — честно призналась я. Чтобы бежать в сторону школы, необходимо повернуть назад, а именно там меня и поджидает неизвестный противник. — Путь перекрыт.

— Больница? — спрашивал он, предполагая варианты моего дальнейшего пути.

— Попытаюсь, но… — учитывая расстояние между мной и городской больнице, не уверена, что я успею. Нужно что-то придумать. Где-нибудь свернуть и затеряться в толпе. Решила сократить путь до больницы через парк. День сегодня солнечный, там должно быть много посетителей. Однако, подбежав к воротам парка Намимори, увидела цепи и замок, а также вывеску: «Временно закрыт». — Что б тебя! — хотела повернуть в сторону, но прямо передо мной просвистело около двух десятков острых стальных игл, что впились в ближайший ствол дерева. Более того, из-за этих игл дерево стало дымиться, тая, словно масла на сковородке. — Ядовитые иглы?

Кёя всё это время молчал, но я слышала, его дыхание, а также небольшой шум на заднем фоне, напоминающий мотор двигателя. Кажется, Глава Дисциплинарного Комитета не стал ждать и сам направился в мою сторону на своём мотоцикле. Это и радовало, и злило одновременно. Я же просила его не действовать в одиночку, но сейчас не самое лучшее время вести с ним спор. Всё равно не послушает.

Теперь бежала в совершенно неизвестном направлении. Мои проблемы удвоились, так как преследователь был не один. Их было двое, и оба пытались загнать меня в ловушку, отгоняя подальше от скопления людей. Чёрт, и ведь я даже не знаю, как они выглядят. Только чувствую их взгляды и охотничье желание убить меня. Периодически в меня летит серия игл, но пока удаётся вовремя увернуться от снаряда. Однако кое-что я всё же заметила.

— Странно… — вырвалось у меня, когда я забежала в очередной переулок, оглядываясь через плечо.

— Что именно? — послышалось по телефону стальной голос Хибари.

— Ощущения… — глубоко дыша, бросила я. — Словно… меня преследует большое хищное животное. Меня каждая бродячая собака в Намимори знает, так что я понимаю о чём говорю. И один из этих двоих… словно и человек, и животное сразу.

— Их двое? — только и уточнил Кёя.

— Да, — ответила я, вновь оглядываясь, но до сих пор никого не вижу. Они прячутся. Не показываются на глаза.

— Нет шансов, — коротко отрезал Хибари, лишь подтверждая и так общеизвестный факт. А на что он надеялся? Что я вступлю в рукопашный бой против тех, с кем даже лучшие ученики Средней школы Намимори не справились? Чего смеяться?!

Однако в следующее мгновение мне действительно было не до смеха. Сделав очередной поворот в неизвестном мне переулке, чтобы сократить путь и попытать счастье — оторваться от преследователей, как наткнулась на тупик. Стена! Самая настоящая стена сделанная из красного кирпича. Между двух домов.

— Хе-хе-хе… — с грустью засмеялась я, понимая, что это конец. — Боже… чего же так не везёт-то?

— Травоядное? — не понял Кёя, требуя объяснений, но я проигнорировала его реплику, так как к началу переулка подошли те, кто гнался за мной практически от самого кафе.

Это были обычные два парня. Возможно, даже мои ровесники. Одетые в школьную форму зелёного болотистого цвета. Я сразу узнала её — форма Старшей школы Кокуе. Эта ведь школа была одна из тех, что приглашала меня в свои ряды и предлагала довольно выгодные условия. Возможно ли так, что именно они причастны к той ситуации с подставленным видео?

Один из парней был среднего роста с тёмными волосам причёски «каре», которую прятал под серой шапкой. В руках сжимал небольшое йо-йо и вечно поправлял очки на носу. На левой щеке заметила какую-то грязь, как я сначала подумала, но в дальнейшем поняла, что это тату в виде штрих-кода. Парень был внешне спокоен, однако я физически ощущала, что он опасен. Чем ближе он подходил, тем сильнее обострялись нервы. Словно кто-то тянул внутри меня леску, да так сильно, что она вот-вот могла лопнуть.

Второй также не внушал доверия. Светлые взлохмаченные волосы, то ли шрам, то ли родимое пятно на всё лицо, проходящее через переносицу. Парень смеялся и, кажется, довольствовался тем, что всё это время гнался за мной. Высунул язык, словно пробовал воздух на вкус и смачно облизал нижнюю губу.

— Тхе-е-е!!! — протянул блондин, скалясь. — Вот ты и попалась! Ха-ха-ха! Но было весело! Да, Чикуса? — обратился он к своему товарищу, на что тот лишь вновь молча поправил очки. Расстояние между нами составляло приблизительно пять метров, но я понимала — бежать не получится. — Ну, так, это ты Серра Дарья? — спросил он, замедлив шаг. Почему-то в отличие от тёмноволосого, блондин, кажется, старался держаться на расстоянии.

— Нет, — тут же ответила я, мило улыбнувшись. — Вы ошиблись.

— Ошибки быть не может, — произнёс тот, кого назвали Чикуса. — Белые волосы, жёлтые глаза, форма Дисциплинарного Комитета… Ты определённо Серра Дарья. Осталось только проверить родимое пятно формы месяца на твоей шее, чтобы окончательно убедиться.

— Что ж, — улыбка слетела с моего лица. — И что же надо от меня ученикам Старшей школы Кокуе? — это была подсказка для Кёи. Он всё ещё был на связи, хотя и молчал, прислушиваясь к нашему разговору. Теперь у него есть зацепка. Он сможет отыскать противника. Я дала предостаточно информации.

— Хе-хе-хе! — смеялся блондин. — С тобой кое-кто хочет встретиться, так что ты идёшь с нами.

Встретиться? Значит, они не будут меня убивать? У меня есть шанс, но как бы разыграть карту так, чтобы разрешить все проблемы разом? Однако эти парни исполняют чьи-то приказы. Всего лишь пешки в чей-то игре. Но кто игрок? Ясно, мне в любом случае отсюда не выбраться, но можно сохранить как можно больше целых органов. Хибари всё ещё на связи. Время истекает. Скоро они поймут, кто у меня на телефонной линии, и тогда момент будет упущен.

— Не действуйте с горяча, — произнесла я, и парни переглянулись, не понимая о чём это я, но слова были адресованы не им. — Свяжитесь с Реборном и расскажите всё, что я вам пересказала.

— Стоп! Чикуса, она с кем-то говорит! — понял блондин, указав пальцем на мою руку, в которой я сжимала телефон, пряча под длиными белоснежными прядями.

— Травоядное! — прикрикнул Кёя, предчувствуя беду.

— Это ученики из Старшей школы Кокуе. Но они точно не местные. Чувствуется акцент. Поднимите документы и проследите тех, кто недавно поступал в эту школу группой состоящей, по меньшей мере, из троих человек.

— Да что б её! — рыкнул блондин, впихивая в рот что-то напоминающую вставную челюсть, вот только точно не человеческую. Клыки были чересчур большими.

— Кен! Нет! Остановись! — крикнул Чикуса, выставив руку в сторону своего напарника, но было уже поздно. Блондин неожиданно преобразился. Волосы стали длиннее, на руках появилась шерсть, а ногти почернели и став неким подобием звериных когтей.

— Ч… что?.. — ахнула я, не веря своим глазам. Что оно такое? Он неожиданно стал оборотнем?! Но… как?

— Травоядное! — вновь услышала злобный Хибари. — Слышишь меня?

То существо, которое звало себя Кеном, сорвалось с места и понеслось на меня. Однако, приблизившись практически в плотную и замахнувшись когтистой рукой, парень неожиданно замер, с непониманием смотря на меня. В его наполненных звериной яростью глазах, теперь читался всего один вопрос:

— Что за?.. — с рычанием спросил блондин.

— Кен, отойди от неё! Сейчас же! — приказал Чикуса, после чего использовал йо-йо для того, чтобы обмотать своего напарника и оттолкнуть его в сторону. Сам же тёмноволосый побежал в мою сторону, доставая из кармана пиджака большой медицинский шприц, доверху наполненный светло-зелёной жидкостью. Он был быстр. Слишком быстр. При всём желании я не смогу убежать.

— Что бы ни случилось, Хибари-сан, — начала я, понимая, что это может быть мой конец. — Спасибо за всё.

— Травоядное! Травоя… Серра! Серра!!!

Не уверенна, правда ли Хибари Кёя произнёс мою фамилию. Возможно, это было уже чисто на подсознательном уровне, так как именно в этот момент игла шприца впивается мне в шею, впуская жгучую смесь. Кровь закипает, лишая возможности дышать. Ноги подкашиваются, а перед глазами всё плывёт. Помню, как камнем рухнула на асфальт, сотрясаясь от бушующего пламени в моём теле. Больно. Очень больно. Краем уха слышу часть спора между учениками школы Кокуе.

— Ты вколол ей всю ампулу яда? — кажется, это был Кен. — Чёрт, Чикуса, нам приказано её привести живой, а не убивать!

— Ты хотя бы иногда слушаешь, что говорят тебе другие? — спокойно произнёс Чикуса. — Этот яд её не убьёт. Только отключит ненадолго. Лучше приди в себя и свяжи ей руки.

После этого я погрузилась в сон, если его можно было так назвать. Сон, наполненный болью. Однако это был точно не конец.

Глава 25. Жертва

Как же всё болит… Чёрт, голова… желудок буквально выворачивает. Но с другой стороны это хорошо. Раз болит, значит, жива, верно? Где же я? Во рту словно пустыня. Язык еле шевелится. Всё тело затекло и скрючено в неудобной позе. Попыталась открыть глаза. Темно… Ничего конкретного не вижу. Глаза не могут сфокусироваться. Одни размытые пятна. Ясно, это последствия отравления. Видно необходимо время, чтобы придти в норму. Однако голова соображает, значит, не всё потеряно. Чёрт, да я оптимист! Хех, даже смешно. — Эй, кажется, эта приходит в себя, — послышался женский писклявый голос. — Сделайте что-нибудь! Вырубите её или вколите ещё яда, она меня раздражает. — Ку-фу-фу-фу, ну зачем же так? — а это уже мужской голос. Более мягкий и певучий. Он мне не знаком. Сколько здесь людей? — Наоборот, надо, чтобы она побыстрей пришла в себя. — Хм! — фыркнула девушка, явно недовольная таким замечанием. — Плевать! Мне за это не заплатят. Им надо, чтобы я пришла в себя? Хм… и зачем? Хотя об этом подумаю чуть позже. Прислушаюсь к своему телу. Так, кажется, руки в наручниках. Нет… В кандалах. Да, они были широкие и массивные. Сижу на полу, прикованная к чему-то металлическому за спиной. Батарея? А ноги? Нет, ноги они не трогали, и они сейчас сложены в коленях передо мной. Чё-ё-ёрт… голова гудит. Плохо, очень плохо… кажется, сейчас… вырвет… — А-а-ах… — простонала я, против своей воли, чувствуя небольшую боль в желудке. — Чего это с ней? — недовольно бросила девушка. — Последствия яда, — ответил парень, продолжая смеяться. — Как не посмотри, а Чикуса ей вколол целую ампулу, — девушка вновь фыркнула, мол, ничего особенного, однако парень был с ней не согласен. — Ну, не скажи, ку-фу-фу-фу! Тебя бы всего одна капля того яда уже бы убила, а у неё лишь лёгкое похмелье. И это он называет лёгким похмельем? Ха, да я буквально через Ад прохожу. Каждая мышца ноет так, словно из них выжимают последние соки. Я бы сказала ему это вслух, но не могу. Язык еле поворачивается, а с щёк скоро можно песок сметать. — Воды… — прохрипела я, понимая, что мой голос стал больше похож на голос прокуренной девяностолетней бабки. Если не деда. Послышались шаги и некое метание. Тут намного больше чем два человека. Сколько их? Если судить по первым голосам, то двое точно есть. Также пара ног в другом конце комнаты. Кстати, судя по эху, комната большая. Даже очень большая. Где мы? Я словно нахожусь в каком-то актовом зале. Ко мне приближались торопливые шаги, но их тут же кто-то остановил. — Спасибо, Кен, дальше я сам, — произнёс обладатель мелодичного голоса. — Э? Ну… эм… да… — этого я знаю. Тот блондин, который обладает способностью оборачиваться в зверя. Или мне это привиделось? Сейчас и не разберёшь, галлюцинация ли это была или правда. Одно ясно — парень хотел принести мне воды, но приблизиться ему ко мне не дали. Ко мне подошёл другой человек. Его шаги, в отличие от Кена, были ровными, спокойными, лёгкими. Слышала, как что-то хрустело под ногами, похоже на камни, песок и мелкий мусор. Также запах сырого бетона стал потихоньку щекотать ноздри. Это дало мне понять, что мы либо на какой-то стройке, либо в здании, где проходит ремонт, либо, наоборот, в разрушенном и заброшенном доме, в котором никто ничего не будет искать. Я пыталась рассмотреть приблизившегося ко мне, но цветные пятна были слишком расплывчатыми. Вижу болотисто-зелёный, кажется, это форма Старшей школы Кокуё. Тёмно-синий в районе головы незнакомца. Это его волосы? Необычно. Парень присел передо мной на корточки, на несколько секунд замерев, давая тем самым возможность рассмотреть его. Вблизи глаза наконец-то смогли немного сфокусироваться. Да, тёмно-синие волосы с длинными прядями около лица и короткими растрепанными на затылке. Разные глаза. Один, левый, синий, а другой… красный. Причём в место зрачка что-то написано… Но что? Не разобрать. — Ку-фу-фу-фу!!! — смеялся он. — Насмотрелась? — в руках у парня блеснула пластиковая бутылка с водой. Прозвучал небольшой хруст, символизировавший, что эту бутылку ранее не открывали. На затылок легла его рука, чтобы придержать голову в тот момент, когда к губам подносили бутылку с водой, и я почувствовала, что на ней имелась кожаная перчатка. Глотать оказалось больно. Хоть незнакомец и старался, несколько струек воды всё равно вырвались из-за рта, скатываясь по подбородку и шее. Однако я так хотела пить, что не обращала на это никакого внимания. Наконец-то боль в горле и сухость во рту исчезли. От освежающей прохлады зрение стало приходить в норму, да и гул в голове затих. Теперь я смогла осмотреться. Так и есть. Заброшенное здание и, если судить по размерам, больше похоже бывший торгово-развлекательный центр. Где это мы? В отделении для боулинга? Тогда не удивительно, что тут такая хорошая акустика. Кругом мусор, куски поломанной штукатурки и бетонных плит. Около занавешенных грязных окон имелись диванчики и кресла. Потрёпанные, но на них кто-то сидел. Здесь намного больше, чем три человека. Была девушка с короткой розоволосой стрижкой, одетая в форму школы Кокуё, и с небольшим музыкальным инструментом в руках. Что это? Кларнет? Флейта? Плохо разбираюсь в музыкальных инструментах, но вот то, что она смотрит на меня так, словно я взяла у неё в долг и не собираюсь отдавать, — заметила быстро. Следующим был странный старик невысокого роста с широкими губами, маленькими круглыми очками в тёмно-зелёной панамке и с желтыми птичками, которые летали вокруг него. Кажется, это были канарейки. За спиной старика в тени находились два высоких худых парня. Сначала я даже была не уверена, что это люди. Слишком худые, слишком высокие, лысые, а лица настолько сморщенные и бледные, словно они солнца не видели несколько лет. На руках имелись длинные заострённые когти. Периодически то один, то другой неосознанно вздрагивали, обхватывая себя за плечи, словно сдерживались. Вот только от чего? От них веяло угрозой. Серьёзной угрозой. Я уверена, они — убийцы-профи. Однако среди них кое-кто выделялся. С виду тоже грозный, стоял около стенки, скрестив руки на груди. Следил за мной, выглядывая из-под чёрного козырька тёмно-зелёной фуражки. Парень был высоким, мускулистым и довольно сильным. Чувствовалась некая отстраненность. Словно он тут, но и не с ними. Не по своей воле. Недоверие ко всем окружающим читалось на его лице, но всё же он здесь. Кен находился в стороне. Он, пожалуй, единственный, кого я не боялась. Ему не доверяла, при желании избегала бы, но страха больше не испытывала. Скорее это он меня побаивается, но в то же самое время испытывает некое любопытство. Стоит у самого выхода, сохраняя большую дистанцию. Всем своим видом демонстрирует некое преимущество и звериную усмешку, но периодически бросает на меня любопытный взор. Именно в нём я ощущала звериное присутствие. Собака? Кошка? Не пойму… Словно всё и сразу. Он больше животное, нежели человек, и именно поэтому угрозы мне от него ждать не следует, но… почему он такой? Того парня с йо-йо я не видела. Вышел? Как бы то ни было, пора сделать вывод — это точно не школьники. И они точно не японцы. Мафия? Да, скорей всего. Причём на профессиональном уровне. Киллеры высшего ранга. У меня буквально всё тело мурашками покрылось от опасности, которую они излучают. Особенно этот парень с разноцветными глазами, что до сих пор сидит передо мной и мило улыбается, сжимая открытую бутылку с водой. — Ещё? — мягко спрашивает он, поднося горлышко пластиковой бутылки к моему рту. Вновь сделала несколько глотков, после чего слегка отвернулась, давая понять, что мне пока хватит. — Ку-фу-фу-фу! — смеялся парень, явно наслаждаясь такой иллюзорной заботой. — Кто вы? И что вам надо? — спокойно спросила я, убедившись, что собственный голос пришёл в норму. — Ха! Так мы тебе и сказали! — фыркнула девушка, перекладывая ногу на ногу. — Заплати сначала. — М.М., прошу… — через плечо бросил синеволосый парень, сохраняя всю ту же мягкую улыбку. Девушке это явно не понравилось, но она замолчала. — Меня зовут Рокудо Мукуро. Можешь звать меня просто — Мукуро, так мы станем чуточку ближе, не так ли, Дарья? — я не ответила. Не знаю, чего парень ожидал, но это имя для меня совершенно ничего не значит. Я впервые его слышу. — Буду краток и не стану ходить вокруг да около, так как знаю, что ты этого не любишь. У меня есть цель, в исполнении которой необходима твоя помощь. Причём постоянная. Иными словами, я хочу, чтобы ты пошла со мной. — Тц! — усмехнулась я, предполагая такой вариант. Им нужны мои мозги, вот и всё. — Позвонить, значит, была не судьба? На дворе каменный век? Обязательно вкалывать яд и похищать? — Оя! А ты бы пришла? — всё ещё улыбался парень. — Нет, — честно и лаконично. — Ку-фу-фу-фу! Серра Дарья, ты забавная, — смеялся парень. — Но мне нравится твоя прямолинейность. Поэтому и я буду с тобой довольно откровенен и расскажу всё о своих целях. Без утайки. — Зачем? — не понимала я. Зачем ему всё это говорить? Так ещё и правду. Это немного выбивает из равновесия. Накачали ядом, похитили, приковали цепями к батарее, а теперь решил рассказать всё, как есть на самом деле? Это не сулит ничего хорошего. Если он говорит правду, то меня либо пытаются завербовать, либо… не рассчитывают на то, что к концу данной операции я выживу. — Ку-фу-фу! Всё просто! — парень обхватил свои колени, тем самым нагнувшись практически прямо к моему лицу. — Я хочу, чтобы мы стали друзьями. — Ч… че… чего?! — такого поворота событий я просто не ожидала и не знала, что теперь делать. Плакать или смеяться? — Друзьями?! Старик с птицами довольно засмеялся, растягивая губы в широкой улыбке. — Мы подружимся! — протянул он, смеясь. — Подружимся! — казалось, что у меня и вариантов нет. — Тебе нравятся мои птички? Они такого же цвета, как и твои желтые глазки, Серра-чан, хи-хи-хи! Псих! Он точно псих! Все они тут чокнутые! Меня похитили, накачали ядом, чтобы стать друзьями?! Бред! Чёрт, ещё эти кандалы на запястьях! Не могу даже встать в полный рост. Беспомощна. Никакой возможности сбежать. Во всяком случае, сейчас. Так, успокойся. Не демонстрируй то, что чувствуешь. Не показывай свою панику. С безумцами нужно действовать осторожно. Однако, похоже, я поздно спохватилась. Тот, кто назвал себя Мукуро, заметил небольшую искру беспокойства в моих глазах. На миг его улыбка дрогнула и появилось искреннее удивление, но уже секундой позже парень вновь заулыбался, обращаясь к своим людям: — Мы тут пока с Дарьей поболтаем, а вы, прошу, поднимайтесь на этаж выше и дожидайтесь того мгновения, когда я вас позову. Тем более, — парень сделал небольшую паузу, посмотрев в окно, — думаю, скоро понадобится ваша помощь. Группа даже не пыталась оспорить приказ парня. Чувствовалось, что он их лидер, которому подчиняются все без сомнений. В зале остались только я и Мукуро, что до сих пор сидел передо мной. Взгляд разноцветных глаз вернулся в мою сторону. На этот раз парень не улыбался. Сколько ему лет? Вроде бы, старше меня, но не на много. Молчаливая пауза затянулась, но я не решалась её нарушать. Ждала, когда похититель сам начнёт говорить. Это ведь ему я нужна, а не наоборот. — Ох, точно! — неожиданно произнёс Мукуро, словно что-то вспомнил, и полез в карман брюк. Спустя секунду поисков, достал небольшую шоколадную конфету, обернутую в блестящую фольгу. Пара ловких движений, и вот конфета уже на свободе. Слегка подтаяла от телесного тепла, но, в принципе, вполне ещё сохраняла форму кубика. — Хочешь? — парень протянул конфету к моему рту. — Она вкусная, — верил он с детской наивностью в глазах. Что это за маскарад? Зачем ему всё это? До сих пор не могу раскусить этого парня. — Открой рот. Давай, — невинная улыбка. — Скажи «А-а-а…». Чёрт с ним. Лучше пока играть по его правилам. Хотя от этого вечно улыбающегося лица уже в дрожь бросает. Неотрывно смотря в его разноцветные глаза, медленно приоткрыла рот, позволяя парню протиснуть сквозь губы кубик шоколадной конфеты. При этом его пальцы также испачкались в подтаявшем шоколаде, которые непременно со смехом облизал после того, как угостил меня конфетой. — Ну как? — спросил он. — Вкусно, не правда ли? Знаешь, у нас общая любовь к шоколаду. Думаю, с этого и можно начать дружбу. — Вкуса не чувствую, — холодно бросила я, прожевывая угощение. — Поэтому ничего сказать не могу. — Оя! Это наверное временный побочный эффект яда, — его взгляд выражал искреннее расстройство, но это было всего мгновение, через которое он вновь заулыбался. — Ничего, позже всё восстановится, и я дам ещё. Да что происходит? Решил старшим братиком прикинуться? Спасибо, не надо. Уже один есть. Или это такая неловкая вербовка в ряды своей группировки? Может, хватит уже этих игр? Что нужно? Раз цепи всё ещё на мне, да и сердце в груди бьётся, это не конец. — Значит, хочешь быть мне другом? — парень вновь засмеялся, наслаждаясь тем, что я не кричу и не высмеиваю его. Хотя видно, что и он понимает всё безумство данной затеи. — С чего бы? — Думаю, ты знаешь, ку-фу-фу, — ответил Мукуро. — Однако, ты права. Будет лучше, если всё сразу расскажу. Тогда меня поймёшь и сама согласишься остаться. Ведь именно это мне и надо — твоё добровольное согласие. Я молчала и ожидала продолжения. Что же задумал этот человек такого, что, возможно, присоединит меня к его группе? Мукуро встал в полный рост, так как, скорей всего, уже устал сидеть на корточках. Взял деревянный стул из соседней кучи мусора, который держался на честном слове и, поставив его передо мной сел, закинул ногу на ногу. По сути, моё лицо было на уровне его колен, а расстояние составляло около метра. Приходилось изрядно потрудиться, чтобы посмотреть ему в глаза, но, похоже, парня забавляло такое положение, поэтому он, усмехнувшись, продолжил: — Моя цель заключается в том, что я хочу… уничтожить этот мир. — Что?.. — вырвалось у меня. Он… он это серьёзно? Да! Точно! Он совершенно не шутит. Но зачем ему это? Зачем? Да и что он понимает под выражением «уничтожить этот мир»? Хочет сменить правительство? Политику? Правила? Нормы? Социальные устои? Или просто сделать так, чтобы все государства воевали друг с другом? — Да, ты не ослышалась, — продолжал парень. — Хочу сорвать фальшивую маску с лица этого мира, чтобы он окрасился в кроваво-красный цвет. Но для начала… я хочу уничтожить мафию. В целом. Всё их сообщество и альянсы. От начала до самого конца, — в каждом слове чувствовалась ненависть к миру мафии. Он стал походить на безумца. Не знаю, что именно с ним случилось, но Мукуро ненавидел этот мир всей своей душой. Причём так сильно, что его красный глаз стал излучать небольшое пламя. Что это? Аура? Очень похожа на Посмертную Волю. — И в этом мне нужна ты, Серра Дарья. Представитель той семьи, чью фамилию иногда произносят как Герра — Война. Ты пока юна и многое не знаешь. Ни о себе, ни о своём прошлом, ни о том, что вокруг тебя одни лжецы и предатели. Но если ты пойдёшь со мной, то всё изменится. Я сделаю тебя сильнее. Сделаю той, кем ты должна быть от рождения. Он сумасшедший! Сумасшедший!!! Особенно я в этом убедилась в тот момент, когда этот парень поведал мне свою историю. Не знаю почему, но он был убеждён, что если будет честен со мной, то смогу его понять, так как, по его мнению, мы похожи. Он вечно повторял, что я живу в иллюзии, созданной для меня мафией. Что всё, что знаю, лишь вершина айсберга, а правду от меня специально прячут. Рассказал, что сам с рождения был членом мафиозной семьи под именем «Эстранео», которую со временем истребили, так как она являлась создателем одной запрещённой технологии — созданием пули, позволяющей контролировать тела других живых людей. Союз мафии решил, что это бесчеловечно и запретили пулю, но на одном запрете не остановилась. Пуля в этой семье была особенной. Не каждый способен её использовать. По описанию, которое дал мне Мукуро, она чем-то напоминала пулю Посмертной Воли, но применять её может лишь тот, у кого имеется особая связь с пулей. Если быть грубым, то рецепт создания подобной пули создаётся на каждого человека отдельно. И на Мукуро они уже созданы. С помощью этой технологии парень собирается овладеть телом Десятого Босса семьи Вонгола. Того, кто в будущем будет руководить всем альянсом семей мафии. Однако, кто это именно, парню пока неизвестно. Тсуна временно в безопасности, но лишь временно, так как на его поиск уже вышел Чикуса. На этом не всё. Я, как Советник семьи Вонгола, буду всегда рядом и своим присутствием развею возникшие у остальных сомнения. Невеста Десятого Босса. Моя роль с каждым произнесённым словом этого парня всё увеличивается и увеличивается. Понимаю, почему он возлагал на меня такие надежды, однако почему я должна ему помогать, ещё не ясно. Парень продолжал свою историю, рассказывая о том, что в детстве, когда его семью Эстранео стали, в прямом смысле, уничтожать, большинство детей отловили сами же члены этой семьи и стали проводить над ними чудовищные эксперименты, уверяя, что это во благо. Но на самом деле всё сводилось к тому, что дети умирали один за другим в жутких, чудовищных пытках, которые обычным людям и не снились. В итоге, в живых осталось всего трое: он, Чикуса и Кен. Кстати, именно по этой причине Кен способен менять обличия животных. Результат экспериментов. Вот только для этого ему необходимы специальные челюсти животных, дабы одолжить их способности и силу. Сам Рокудо прошёл через такие пытки, что сознательно смог познать шесть путей к Аду. И каждый пройденный путь дарует шесть навыков, при использовании которых в красном глазу отражается цифра на кандзи от одного до шести. Поверила ли я в это? Ну… знаю только то, что он в это верит. Рай? Ад? Слишком много мифов… — Ну что? — спросил он, до сих пор улыбаясь и с любопытством смотря мне в глаза. — Тебе уже жаль меня? Чувствуешь что-нибудь? Желание пожалеть, обнять и сказать, что всё будет хорошо? — Пара тоскливых историй, и я уже должна плакать с тобой в обнимку? — холодно спросила. — Извини, но я не та, кто тебе нужен. Мне абсолютно наплевать на тебя, твоё прошлое и прошлое твоих друзей. У меня, в принципе, с эмоциями проблемы, так что не принимай близко к сердцу, а то это превратится в очередную грустную историю, которую ты поведаешь следующей девушке. — Ку-фу-фу-фу! Холодна, как лёд! — откровенно смеялся парень. — Но, учитывая твоё прошлое, это и не удивительно. — Моё прошлое, моё прошлое, моё прошлое… — злилась я. — Сколько ты ещё будешь это повторять? Что ты обо мне знаешь? Если есть, что сказать — говори! — Ку-фу-фу-фу! — парень встал со стула и вновь сел на корточки, приближаясь ко мне. Его левая ладонь медленно погладила меня по голове, вплетая тонкие пальцы в белые волосы. — Я знаю, почему твои волосы белы, как снег. Знаю, почему в свой день рождения всегда грустишь. Знаю, почему зачастую тебе наплевать на себя и окружающих. Знаю, на что способна твоя аура. Знаю, почему не можешь спать по ночам. Знаю, почему твоя семья тебя бросила. Я всё это знаю, ку-фу-фу-фу! Смотря на синеволосого парня, не могла понять, это ложь или правда? Откуда он всё это знает? Откуда, если я сама толком ничего не знаю? Как? Как, чёрт возьми? Да кто он такой?! Хотя стоп. Есть один элемент, про который я совсем забыла от избытка яда в организме. То, что избавит меня от недостающих пазлов в общей картине. — Где Фуута? — Оя! — воскликнул парень, удивлённый тем, что я завернула так странно разговор. После чего указал в ту сторону зала, которую не видела. За моей спиной. — Вот же он, — улыбаясь, ответил Мукуро. Повернув голову, я увидела в тёмном углу небольшого дверного проёма мальчика, сидящего на полу и прижимающего к груди колени. Перед ним лежала книга рейтингов. Возможно ли, что вся эта информация записана в книге? Но как на подобное можно составить рейтинги? Что-то тут не чисто. Ладно, в любом случае мальчик здесь не связан, значит, шансы есть. — Думаешь, он тебе поможет бежать? Ку-фу-фу, это не так. Приглядись… Неуверенно вновь посмотрела на Фууту. Хоть мальчик и был тут, в его глазах читалась полное отсутствие сознания. Живая оболочка и только. Словно ребёнок вошёл в транс, причём довольно давно. Щеки стали впалыми. Под глазами появились синяки. Губы слегка пересохли. Он тут, по меньшей мере, десять дней, и, если судить по тому, что я вижу, ни разу не ложился спать. Уж я на этом собаку съела. — Он не хотел сотрудничать и отключил свои способности ранжирования, — пояснил Мукуро. — Ничего иного не оставалось, кроме как ввести его в некое состояние гипноза. Всё время ссылался на Омерту… Ку-фу-фу, какой глупый ребёнок. Ещё один фанатик мафии. Чёрт! Дерьмо! Что за ситуация?! И мозги ещё работают через раз. Ладно, успокойся. Ты выберешься отсюда. Нужно… нужно только оценить обстановку. Посмотреть, чем ты обладаешь, и воспользоваться этим. Не бывает безвыходных положений. Не бывает! Я отказываюсь это признавать. Только когда тебе повесят бирку на ноге морге, только тогда ситуация безвыходная. И то не факт. За окном послышался странный шум. Крики, проклятья, удары и звон разбитого стекла. Кто-то определёно дрался. Причём драка продвигалась с улицы на первый этаж, что был над нами, и далее. Что это? — Оя! Кажется, прибыла «кавалерия»! — усмехнулся Мукуро, вставая в полный рост и направляясь в сторону пустующего дивана, с удобством располагаясь там. — Как предсказуемо, ку-фу-фу-фу. Что ж… надеюсь, он меня позабавит. Только когда в проходную дверь влетел полностью избитый один из подчинённых Мукуро, которого ранее не видела, на душе стало чуточку спокойнее. Но не из-за того, что я начала надеяться, что меня спасут, а потому что я почувствовала присутствие той самой ауры, что дарует мне покой. — Йо! — бросил Хибари Кёя, деловито проходя в зал. В каждой руке он сжимал окровавленные тонфы. На лице, белоснежной рубашке и руках также имелись пятна крови. Вот только в серых глазах сиял азарт. Да такой, что его видно даже с моего места. Он наслаждался тем, что смог избить стольких людей и наконец-то добрался до «гнезда» нарушителей. — Наконец-то ты пришёл, — мягко произнёс Мукуро, не двигаясь с места. — Мы ждали.

Естественно, он меня не послушал и пришёл один. Совсем один. Даже членов из Дисциплинарного Комитета брать с собой не стал. Единственное на что я рассчитывала, это то, что он всё же передал все полученные от меня сведения Реборну. Но это мне сейчас кажется маловероятным. Парень бросил на меня мимолётный взгляд. Оценил обстановку и понял, что, в принципе, я жива, об остальном можно позаботиться позже. Хотя его сейчас больше волновала предстоящая битва. Кёя улыбался и, казалось, смаковал сам момент. — Потребовалось время, чтобы найти вас, — усмехнулся Хибари. — Вот как? — спросил Мукуро, на лице которого до сих пор сидела безмятежная улыбка. — Позволь узнать, а как именно ты нас нашёл? Ведь Дарья хоть и сказала тебе, что мы ученики Старшей школы Кокуё, но то, что ты нашёл нас в заброшенном городе, довольно странно и удивительно. Сама школа значительно дальше находится. — Я в курсе, — бросил Кёя, доставая из заднего кармана небольшой передатчик, напоминающий телефон, вот только на его экране имелась мигающая красная точка. Это… неужели это датчик отслеживающий чип передвижения? Но откуда он на мне? Когда Хибари успел его мне подбросить? — Однако, прихватив члена Дисциплинарного Комитета, вы прихватили и её телефон, верно? А он раньше являлся моей собственностью. Ранее установил в него чип, на случай кражи или потери. Не думал, что в итоге он мне «так» понадобится. — Ку-фу-фу-фу! — засмеялся Мукуро. — Вот оно что. Чикуса прихватил телефон, чтобы отыскать информацию по поводу Босса Вонголы… Но это использовали против нас самих. Ну да ладно! В любом случае ты должен знать. В будущем мы создадим новый порядок в твоём городе. — Ты, наверное, глупец, — надменно бросил Хибари. — Намимори не нуждается в двух порядках. — Несомненно! — слегка кивнул головой Рокудо. — Я с тобой полностью согласен. И теперь, когда я вступил во владения, ты больше не нужен. Хибари нахмурился. Такое ему очень не нравится. Кто-то покусился на его собственность, и он, как породистый сторожевой пёс, не позволит, кому попало бродить на его территории. Тонфы тут же сверкнули в воздухе, приоткрывая скрытый механизм. Вдоль всего металлического основания, возникли небольшие шипы, которые практически не заметны, но думаю, в бою они принесут много боли. Глава Дисциплинарного Комитета не намерен оставлять нарушителя в живых. — Этого не произойдёт, — коротко бросил он, встав в боевую позу. — Прямо здесь и сейчас, я забью тебя до смерти. Вставай, — приказал парень. — Или ты желаешь умереть, сидя на диване? — Ку-фу-фу-фу! Какие интересные вещи ты говоришь, — смеялся Рокудо. — Я сижу, потому что мне сейчас нет нужды подниматься. Лучше ответь, ты ведь тоже чувствуешь её, верно? Ауру Дарьи, — Хибари нахмурился, явно не совсем понимая, о чём его спрашивают. — Оя! Так ты даже ничего не знаешь! Ку-фу-фу-фу, как же тебе, наверное, нелегко было. Дай угадаю, как всё было! Ты, наверное, сначала её возненавидел и даже испугался на интуитивном уровне. Но никак не мог понять, что именно в ней тебя раздражало и пугало, ведь внешне она вполне безобидна. Слаба. Даже слишком слабая. Но чувства не пропадали и даже усиливались, предупреждая тебя держаться от неё на расстоянии. Но ты не привык чего-то бояться и решил поступить иначе. Могу даже предположить, что ты пытался её убить, не так ли? И, скорей всего, не один раз. Но всё время что-то мешало доделать желаемое до конца. Сначала просто случай, потом ты осознал, что уже не мог сам, ку-фу-фу-фу. И теперь она тебя притягивает, не так ли? — Довольно! — бросил Кёя, прибавив ярости в голосе. Ему совершенно не нравилось то, что говорил ему Мукуро, даже если это была правда. — Ты и я! Больше никаких разговоров! — Оя! — вздохнул слегка разочарованно Мукуро, которому не понравилось, что его недослушали. — Как угодно. Просто, сомневаюсь, что у тебя ещё появится шанс на подобный разговор, в котором подробно объяснят, что с тобой было и происходит сейчас. Я ведь чувствую… то же самое, — на этот раз Кёя остановился и выглядел немного озадаченным. Подобного поворота он точно не ожидал. То же самое? Он? — Да-да, — улыбался Мукуро. — Я одновременно хочу и обнять её… И убить. Но чем больше склоняюсь на сторону убийства, тем сильнее хочу обнять. Ку-фу-фу-фу! В этом и заключается способность её ауры. — Что ты несёшь? — вырвалось у меня, хотя изначально я планировала вообще не разговаривать, но, кажется, этот парень действительно что-то знал. — Милая Дарья, — обратился ко мне Мукуро. — Знаю, тебе было нелегко жить с этой аурой с самого детства, но это твой защитный механизм, изобретённый самой природой. Ты только-только начала осознавать, чем обладаешь, но позже я помогу тебе раскрыть весь свой потенциал. Просто посиди пока там и потерпи. Если будешь умницей, потом принесу шоколадку. — Что?.. — я даже не знаю как на это реагировать. Меня от него в дрожь бросает. Он опасен. А это его невинная улыбка буквально сковывает и ужасает. — Заткнись! — раздражённо бросил Кёя, шагая в сторону Мукуро через весь зал. — Ку-фу-фу-фу! — смеялся синеволосый. — Я всего лишь волнуюсь о тебе, и всё. Что ж… давай начнём? В принципе, я уже готов… — парень достал из внутреннего кармана небольшое устройство с кнопкой наверху и нажал на неё. — Импортировал её из-за границы. Ку-фу-фу-фу, тебе и, правда, рядом с ней плохо, да? — Кёя почему-то замер, с ужасом поднимая глаза к потолку. — Рядом с сакурой, — закончил Мукуро, наслаждаясь тем, как его противник покрывается потом и падает на колени. Сакурой? О чём он? Стоп, да, у Кёи есть некая болезнь, приобретённая от Шамала, которая заставляет парня слабеть. Но… причём она тут? Почему сейчас? Уже давно осень, а сакура отцвела ещё в апреле. Повторюсь — о чём он говорит? И почему Кёя так странно себя ведёт? Куда он смотрит, тут ведь чистый потолок, причём бетонный с небольшими сквозными дырами между этажами. Что происходит? Дальше начал происходить самый настоящий кошмар. Такого я даже в самых безумных мыслях не могла себе представить. Никогда! Нигде! Но… это произошло. Хибари Кёя просто стоял на коленях, позволяя противнику избивать себя с особой жестокостью. Рокудо не жалел его. В ход пускал и кулаки, и ноги. Он бил лицо, живот, руки, ноги, спину. Даже на таком расстоянии я слышала, как ломаются его кости, хотя за всё это время Кёя не произнёс ни звука. Словно бы ничего не чувствовал. Зато я кричала. Звала его, требовала встать и драться, сделать хоть что-то, но не позволять противнику убить себя. — Ку-фу-фу-фу, он не может, — с лёгкостью произнёс Мукуро, хватая Кёю за волосы. — Разве ты не видишь? В комнате цветущая сакура. А учитывая его болезнь… — Да какая, к чёрту, сакура?! — злобно крикнула я. — Её тут нет! — Хм?! — на мгновение Рокудо замер. Даже эта приклеенная улыбка исчезла с его лица. Казалось, что парень подобных слов не ожидал. — Дарья, ты видишь сакуру? — спросил он всё также мягко, но я всё равно услышала напряжённые нотки. — К чёрту иди! — злилась на свою беспомощность. — А теперь? — казалось, что в его красном глазу что-то сменилось, но с такого расстояния трудно понять. — И теперь к чёрту иди! — бросила я, совершенно не понимая, о какой сакуре он говорит. Красный глаз Мукуро сверкал вновь и вновь, излучая небольшое пламя. Теперь парень молчал, но лоб его всё же был немного нахмурен. — Удивительно… Дарья, ты потрясаешь меня всё больше и больше! Я даже стал действительно тебя немного побаиваться. Но, — посмотрел на Кёю, который с ненавистью взирал на своего мучителя, — с тобой мы поговорим после. Сейчас я немного занят. Мукуро нанёс очередной удар по лицу Хибари. Прозвучал хруст, означающий, что парню, кажется, сломали нос. Крови было так много… Я уже просто не могла на это смотреть. Просто отвернулась и зажмурила глаза, стараясь игнорировать все звуки напоминающие удары. В какой-то момент, когда Хибари даже не пытался подняться, а просто неподвижно лежал на полу, Рокудо наскучило избивать парня, и он решил нас оставить на некоторое время, чтобы помыть руки от чужой крови. — Можете пока поболтать, ку-фу-фу, — смеялся синеволосый. — Не торопитесь. Так или иначе, это ваш последний разговор. В зале мы остались одни. Слышала сиплое дыхание Кёи, прекрасно понимаю, что, скорее всего, ему повредили легкие. Хибари лежал на полу полубоком так, что наши взгляды встретились. Иногда он смотрел на потолок, чтобы убедиться в чём-то, но каждый раз лишь сильнее щурился, давая мне понять, что чтобы там ни было, оно до сих пор мешает Кёе. Однако это момент, который упускать нельзя. Сейчас или никогда, пора решаться. Чёрт, что же придумать?! — Фуута? — позвала я мальчика, что до сих пор сидел позади меня, но он даже не шелохнулся. Просто манекен. Живая пустующая оболочка. Вроде бы тут и не тут. Ясно, толку от него мало. — Проклятье… Постаралась обернуться и посмотреть на кандалы за спиной. Как устроен механизм? Где замок? Какой он? К сожалению, невидимок я не ношу, да и, в принципе, заколками не пользуюсь, но сюда определённо подойдёт что-то тоненькое. Где мне отыскать подобный предмет? Осмотрелась. Кругом было невообразимый мусор. Склянки, стёкла, камни, пыль с три пальца толщиной, но ничего полезного. Уже готова была сдаться, как на глаза попалась собственная повязка Дисциплинарно Комитета, закреплённая к рукаву длинной булавкой. Подойдёт. Пришлось изловчиться и наклонить голову так, чтобы булавка попала мне в рот. Для этого прибегла к помощи шершавой стенки. Подпирала рукав, собирая его гармошкой, но всё же смогла достать губами булавку и расстегнуть её, сбрасывая на пол за моей спиной. Пара движений, и вот она уже в моих пальцах. — Есть! — ахнула я, но тут же опомнилась, так как меня могли услышать. Так, теперь главное попробовать просунуть булавку в замочное отверстие и провернуть по часовой стрелке несколько раз, пока не почувствую щелчок. По идее ничего сложного. Механизм прост. Мне достаточно и одной свободной руки, чтобы бежать. Перетащила булавку в правую руку, так как я всё же правша, и ей управлять проще. Цепи звонко лязгнули, что заставило замереть и бросить волнительный взгляд на выход из зала. Вроде никого нет и шагов не слышно. Можно продолжать. Также присмотрелась к Кёе. Парень до сих пор лежал на полу, неотрывно смотря на меня. Он вообще в сознании? Трудно сказать. Необходимо приблизиться, чтобы убедиться. Однако грудь поднимается и опускается, значит, дышит и живой. Булавка легко просунулась в замочную скважину. Медленно, стараясь уловить все впадинки, повернула свой инструмент по часовой стрелке. Прозвучал первый щелчок, после чего стальной браслет на левой руке немного ослаб, но не до конца. Все же одного поворота не достаточно. Тут надо как минимум три, чтобы избавиться от кандалов. Но не всё так просто. После первого же поворота, булавка скрутилась вокруг собственной оси в спиралевидную форму и сломалась, оставив половину себя в замочной скважине. — О, нет… — ахнула, понимая, что это не приведёт ни к чему хорошему. Теперь я не только лишилась отмычки, но и потеряла надежду открыть до конца замок. Чёрт! Так, ладно, не время паниковать. Это позволю себе позже. Сейчас необходимо собраться. Давай же! Попыталась высвободить руку хотя бы так, через возникшее ослабление. Нет. Мешает сустав большого пальца. Я хоть довольно маленькая и худая, но тут кандалы мне подобрали по размеру. Что б их! Значит, придётся идти на безумные поступки. Времени на то, чтобы искать новую отмычку и работать с ней — нет. Дорога каждая секунда. Тяжело вздохнув, наклонила голову так, чтобы смогла захватить зубами воротник гакурана. Да как можно больше и плотнее, набирая ткани в рот. Вдох — выдох… вдох — выдох… И… Прозвучал резкий звонкий хруст. — М-м-м!.. — протянула я, не в состоянии сдержать стоны боли, однако, благодаря ткани, звуки были заглушены. — Ха-а… ха-а… — дыхание дрожало, слёзы подкатывали к глазам. Чтобы освободить левую руку, пришлось пожертвовать суставом большого пальца. Именно он тогда хрустнул, когда я одним резким рывком дёрнула ладонью. Помимо сустава, на моей ладони теперь имелись сильные царапины и содранная местами кожа. Боль пульсировала. Тело немного дрожало от испытанного шока, но это лишь рефлексы. Главное - боль придавала сознанию ясности. Хотела встать с пола. Только на одной руке сохранились кандалы, болтаясь на длинной стальной цепи. Но теперь руки не сдерживала батарея. Медленно, не создавая сильного шума, постаралась приподняться на ноги, однако со стороны входа послышались голоса. Вернулась на своё место, спрятав руки за спиной. Лучше пока повременить с побегом. В зал вошли Кен и М.М. при этом о чём-то шумно спорили. Я не прислушивалась к их разговору, так как старалась не выражать лицом то, какую боль сейчас испытываю. На лбу вышла испарина, тело предательски дрожало. Нужно постараться успокоиться. Ну же… дыши ровно! — Значит, держишь себя в руках, Кен? — смеялась девушка, сжимая в руках кларнет. — И тебя совершенно не тревожит эта особа? — Я сказал тебе, что это было лишь секундное воздействие! — с неким рычанием отозвался блондин, недовольно скрещивая руки на груди. — Ранее не знал о её ауре, вот и попался. Мне на неё плевать! Всё равно! Ясно? — парень усмехнулся, высунув по собачьему язык, заметив валявшегося на полу окровавленного Хибари. — Что этот «воробей», что этот «подарочек». Плевать! Хе! — Вот как? — продолжала хихикать девушка, шагая в мою сторону. — А давай проверим, насколько ты честен? Хм? Или уже сдаешься? — Тхе-е! Проверяй! — деловито бросил парень, всем своим видом стараясь показать безразличие. — Отлично, — розоволосая девушка подошла прямо ко мне, сев на корточки. — И что в тебе такого особенного? — тихонько бросила она, из-за чего её слова слышала только я. — Ты меня бесишь. Бесит то, как Мукуро-чан носится вокруг тебя. Что в тебе такого особенного? Слабая и безумно раздражаешь. Даже один твой взгляд меня выводит из себя. — Хех, — усмехнулась я, смотря девушке прямо в глаза. — Смотри не измени своё решение. Ведь говорят, что от ненависти до любви всего один шаг, а мы и так ближе некуда. Неловко потом будет. — Тц! — вырвалось у девушки гневное фырканье. Она даже губу закусила от того, чтобы не закричать на меня в эту же секунду. Потом неожиданно улыбнулась, поднялась в полный рост и тут же сделала то, чего никто не ожидал. Размахнувшись, ударила меня со всей силой кларнетом по голове. — Чёрт! Что ты делаешь?! — закричал Кен. — Остановись! — Ой, уже переживаешь? — хихикала девушка. — А кто заверял, что ему совершенно плевать? — Дура! Она нужна Мукуро! — всё ещё кричал парень, однако рукой потянулся к заднему карману, чтобы достать одну пару зубов животного. — Тц! Бесит… — злилась девушка. — Ай, всё равно, — позже произнесла она, делая несколько шагов от меня в сторону. — Главное, чтобы мне заплатили вовремя, а с ней Мукуро-чан может делать всё, что хочет. В голове звенело. Более того, я почувствовала, как по правому виску что-то потекло. Кажется, эта идиотка умудрилась нанести мне открытую рану своим кларнетом. Белоснежные широкие пряди в одно мгновение окрасились тёмно-алый цвет. Чёрт, больно! Кровь не переставала идти. Немного попадала на правый глаз, щёку и спускалась дальше по шее вниз. — Вот же… — рыкнул недовольно Кен, выискивая что-то в карманах свой формы. Отыскал серый носовой платок, который был весьма заляпан, но его, видно, это не смущало. Игнорируя предупреждающие взгляды девушки, подошёл ко мне и встал на корточки. Наверное, он хотел приложить платок к ране, дабы остановить кровотечение, но какой-то момент, когда наши взгляды встретились, рука парня замерла над моей головой, так и не прикоснувшись толком. Кену стало жарко. Это было видно по выступившему поту на его лице и шее. Нервно сглотнул, но не отступил ни на шаг. Дыхание парня стало тяжёлым и громким. Он вдыхал аромат моей крови? Словно какой-то зверь, высунув кончик языка изо рта. Платок выпал из его руки, но, кажется, Кена это совсем не заботило. Теперь его пальцы потянулись к моей шее, медленно проведя вдоль кровавой линии. Неужели он хочет попробовать мою кровь на вкус? Это до жути пугает. Если этот парень не возьмет себя в руки, то… он меня попросту сожрёт. Но нет. Окунув подушечки пальцев в мою кровь, он провёл их не по своим губам, а по моим, окрашивая их в красный цвет. Более того, это был не конец. Он приближался, словно загипнотизированный. Что он планирует сделать? Лицо слишком близко. Неужели… неужели хочет поцеловать меня?! Рука Кена обхватила моё лицо, слегка приподнимая подбородок. В глазах парня читался дурман. Он словно опьянел. Подушечкой большого пальца Кен вновь провёл вдоль моей нижней губы, растирая алую кровь. И именно в этот момент я решила действовать. Резко дернувшись, вцепилась зубами в кожу около большого пальца парня и одним резким движением прокусила её, сплёвывая окровавленный кусок на пол. Не ожидавший подобного Кен, как ошпаренный с криком отскочил от меня, прижимая к груди свою раненную руку. Не удержавшись на ногах, он рухнул на спину, с ужасом и шоком смотря на меня. Его удивило не столько то, что я сделала, сколько то, что он сам чуть не сделал. М.М., до этого с хихиканьем наблюдавшая за поведением Кена, сорвалась с места и побежала в мою сторону, чтобы нанести ещё один удар кларнетом по голове и успокоить меня. Но не тут-то было. Когда девушка была на довольно близком расстоянии, я высвободила правую руку и махнула ей в воздухе, позволив стальным кандалам со звонким звяканьем ударить нападавшую по лицу. Как оказалось, этого было вполне достаточно, чтобы девушка тут же потеряла сознание и рухнула на пол. Медлить было нельзя. На дрожащих и оттёкших ногах, постаралась добежать в первую очередь до Фууты, проигнорировав его огромную книгу с записями рейтингов. Не до неё сейчас. Схватила здоровой рукой мальчика за ладонь и попыталась силой дотащить до выхода. Как ни странно, Фуута пошёл, словно по инерции. Не сопротивлялся и вообще вел себя как самый послушный ребёнок. Поэтому держа его за ладонь, помчалась в сторону Кёи. Ноги дрожали, так как я довольно много времени просидела в одном и том же скрюченном положении. Буквально через силу заставляла своё тело двигаться, так как сильно, просто до безумия хотела жить. — Хибари-сан, вставайте! — бросила я, подбежав к телу парня. Он был жив и самое главное до сих пор в сознании. Значит, он видел всё, что произошло? — Вставайте быстрее! Я не смогу нас всех утащить! Я понимала, что это жестоко и беспощадно. У него, скорей всего, переломаны все рёбра, и вообще чудо то, что он ещё дышит, но на сочувствие у меня не осталось времени. Хоть Кен и прибывал в некотором состоянии шока, не понимая, что только что произошло, не уверена, что это продлится долго. — Хибари, чёрт возьми! Вставай! — уже злилась я. Парень стиснул зубы и предпринял какую-то странную попытку пошевелиться, но вновь посмотрел на потолок, и его тело опять окаменело, лишаясь последних сил. — Беги… — прохрипел Кёя с небольшим бульканьем. Даже говорить ему было трудно. Кровь застревала в гортани. — Чёрт! — вырвалось у меня, понимая, что придётся его тут оставить. На себе понести не смогу, сил нет. Однако и оставаться рядом чревато последствиями. Время безжалостно утекало. — Я позову на помощь! Держись! — пообещала я, поднимаясь с корточек и направляясь в сторону выхода, не забыв при этом прихватить с собой Фууту. Только когда мы практически достигли выхода из зала, за спиной услышала панический голос Кена: — Что? Нет! Стой! Но я не планировала оборачиваться. Всё равно на то, что он скажет. Всё равно. И в это мгновение произошло то, чего я никак не ожидала. В голени левой ноги почувствовалась острая резкая боль, что эхом отдалась по всему телу. От такого рывка я с криком повалилась на пол, совершенно не понимая, что произошло. Истина была ужасна. Откуда не возьмись, у Фууты в руках появился заострённый трезубец. Именно он теперь торчал в моей ноге, пронзив плоть насквозь. — Фу… фу… Фуута?! — не понимала я. Зачем он это сделал? Почему ранил меня? Мальчик резко вытащил трезубец и вновь вонзил его в меня, но только уже в левое плечо, так как именно этой рукой я смогла прикрыть лицо. Это был не Фуута. Это был не он. Эти пустые бездонные глаза. Он одержим. Гипноз, внушение, бешенство… что угодно, но не он! Не тот мальчик, который всегда стремился меня обнять и стать мне другом. — Ку-фу-фу-фу, — послышался мягкий голос над головой. — Милая Дарья, я не разрешал тебе бежать. Но должен признать, что я поражён. Ты не перестаёшь удивлять меня. — Т…ты… — поняла я. Он управлял мальчиком. Чёрт!!! И это в тот самый момент, когда я практически почувствовала надежду на спасение. Фуута взял трезубец и вернулся на то место, где был ранее около своей книги. Словно кукла или марионетка. Ни капли сомнений. Ни капли своего личного мнения. Только пустая оболочка, исполняющая приказы Мукуро. Что касается меня, то я чувствовала, как боль огненной пульсирующей рекой разливается по всему телу, заставляя его дрожать от пережитого шока. Но ярости, что скопилось во мне, было так много, что позволяло игнорировать эти неприятные ощущения. Мукуро смотрел на меня сверху вниз с мягкой улыбкой, изучая каждый дюйм моего тела. Непонятно о чём он думал. Не понятно злился ли или наслаждался этой жестокой игрой. Кровь стекала по руке, ноге и голове. Если эти раны не перевязать, то через какое-то время я умру, но похоже, что Рокудо Мукуро на это совершенно плевать. А может и нет, но перед этим он непременно насладится моими мучениями. Наказывает за то, как я поступила с его подчиненными? Парень схватил меня за предплечье здоровой руки, и потащил обратно в центр зала, где лежал Кёя. — Ку-фу-фу-фу, это даже забавно, — бросил парень, швырнув меня, как мешок картошки. — Так слаба, но в тоже время так сильна. Знаешь, ты истинное чудовище. Ку-фу-фу! Нет, правда, — парень уселся на спину Кёе, игнорируя небольшой хруст доносившийся из его организма и рычание, что вырвалось из горла Хибари. Он унижал его и демонстрировал, что место Кёи на мусорной свалке. Я понимала, что, скорей всего, Хибари сейчас испытывает адские мучения, но что могу сделать? Ничего. Сама даже нормально пошевелиться не могу. — Вот ты, — обратился к Кёе Мукуро. — Ты знал, что она настоящий монстр? А? Взгляни на неё! — Мукуро схватил Кёю за чёрные волосы, приподняв голову так, чтобы парень посмотрел на меня. Всё его лицо было избито и залито пятнами собственной крови. Глаза и местами губы опухли от побоев. — Давай же, посмотри! — настаивал Мукуро, и Хибари наконец-то посмотрел на меня. — Сколько ты работал с ней, но так и не понял, что инстинктам своим лучше доверять. Она чудовище! Монстр! То, чего ты с самого начала должен был остерегаться, как огня. Держаться от неё на расстоянии и вообще по возможности даже не пересекаться. Но ты вновь и вновь игнорировал собственные ощущения и попался на крючок. Как и Кен. Кстати, — парень обернулся к блондину, что до сих пор сидел на полу, не в состоянии пошевелиться. — Я разочарован. Но, должен сказать, что понимаю твои чувства. — Мукуро, я… — начал Кен, немного смущаясь, однако, что сделано, то сделано и блондин это прекрасно понимал. — Чёрт! — Иди лучше приведи себя в порядок, — улыбаясь, приказал Мукуро. — И её прихвати, — кивнул в сторону М.М. — Ладно, — фыркнул недовольно Кен, но всё же приказ исполнил. Поднял девушку и покинул зал, изредка оглядываясь в нашу сторону. Именно тогда, когда Кен исчез за поворотом входной двери, каким-то образом я поняла, что это пропал мой последний шанс выбраться отсюда.

Мукуро смеялся, наслаждаясь своим положением. Он несколько раз предлагал перевязать мне раны, но каждый раз я дергалась и старалась отползти от него в сторону, не позволяя к себе прикасаться. Единственное, что он мне перевяжет, это петлю на шее. На моё поведение Мукуро смеялся пуще прежнего. — Ку-фу-фу-фу! Ну что ты так? Я же как друг предлагаю. — Друг? — усмехнулась я, чувствуя, как дрожит всё тело. — Да в гробу я видала таких друзей. — Вот как? А, по-твоему, у тебя имеются друзья лучше? — мягкая улыбка всё также не сходила с его лица. — Я не идеален, но могу предложить то, что тебе действительно нужно. — Да? И что же мне нужно? — злилась я. — Это? — бросила взгляд на окружающее нас пространство. — Или это? — указала на кандалы, что до сих пор свисали с моей правой руки. — Ку-фу-фу, — парень облокотился на свои колени, немного наклонившись торсом вперёд, но продолжал сидеть на Кёе. — Позволь мне рассказать тебе удивительную сказку, про одну маленькую девочку Серру Дарью. «Больной!» — хотела крикнуть я, плюнув в лицо парню, но сдержалась. Просто молчала, позволив Мукуро делать то, что он хочет, а именно смеяться и говорить. — Жила себе маленькая девочка Дарья, не имея ни забот, ни целей, ни проблем, — голос парня был мягким, певучим, притягательным. Думаю, он и сам это прекрасно понимал, поэтому с удовольствием продолжал рассказ. — Были у этой девочки волосы тёмные, словно горький шоколад, а глаза светлые, словно лучи солнца. Но не знала эта девочка, что на неё с самого рождения объявлена охота, так как родилась она в семье Серра. Девочка являлась Представителем, который рождается раз в поколение. — Хватит! — пыталась остановить я его, чувствуя, что не желаю знать продолжения этой «сказки». В любом случае конец мне и так известен. Многим нужны либо мои мозги, либо моя смерть — вот и всё. — Ку-фу-фу-фу, знаешь ли ты, что после произошедшей войны во времена Шестого Босса Вонголы, весь мафиозный мир был в ужасе от возможностей подобных людей и специально отыскивал Представителей Серра, дабы убить их ещё до того, когда дети произнесут хотя бы своё первое слово? — игнорировал мою просьбу Мукуро. — Не задавалась вопросом, почему после Пятого и Шестого Вонголы Советников больше не было? Они были. Во всяком случае, рождались, однако их просто напросто вырезали как скот. Вновь и вновь, стоило только заметить на теле родимое пятно в форме полумесяца. Но вечно это продолжаться не могло. Скажи мне, Дарья, что происходит с растением, если его вечно истреблять? — я молчала. — Ну же, не зря твоя фамилия переводится как Оранжерея. Ку-фу-фу! В вопросе растениеводства ты лучше меня. Это, как ни посмотри, у тебя в крови. — Чтобы выжить, растение становится сильнее, — холодно бросила я. — Приспосабливается к новым условиям. К засухе, морозам, влажности и так далее. — Именно! — воскликнул парень, тихонько хлопнув в ладоши. — Чтобы выжить, растение становится сильнее. Обретает новые возможности, новые функции, новую суть. Природа изменяет растение, дабы сохранить его вид. То же самое произошло и с тобой, моя милая Дарья. Природа не могла не заметить такое жестокое истребление тех, кто и так рождается довольно редко. Поэтому она дала то, что позволит ребёнку выжить — ауру. Причём настолько сильную, что это просто невозможно не заметить. Её чувствуют дети, и на инстинктивном уровне ощущают рядом с тобой защиту. Её чувствуют животные, у которых возникает желание защитить тебя, как члена своей стаи. Но в основном она направлена на людей. Но не на простых людей, а на тех, у кого хватит жестокости убить невинного младенца. На тех, у кого сильно развит звериный инстинкт. Инстинкт убийцы. Наконец-то парень встал с Хибари и, подойдя ко мне, присел на корточки так, чтобы наши лица были на одном уровне, а я могла воспринимать каждое произнесённое им слово. Удивлялась тому, что до сих пор находилась в сознании. По идее, за такое время, кровь давно должна была вытечь из организма, сделав меня ещё более слабой и совершенно не соображающей. Однако раны хоть и безумно болели, но зато перестали обильно кровоточить. Могу предположить, что это из-за последствий недавней инъекции яда, которая заставляла кровь сворачиваться быстрее обычного. Надо же! Было бы счастье, да несчастье помогло. — Эта аура позволила сохранить тебе жизнь во многих случаях, — продолжал Мукуро. — Во-первых, тебя не убили собственные родители, а ведь мать известный профессиональный киллер. Во-вторых, к тебе подсылали множество убийц, но ни один не возвращался с победой. В принципе, не возвращался. Была одна женщина, которая смогла подобраться к тебе ближе всего, притворившись няней, но вот в самый ответственный момент, и она почувствовала желание защитить тебя. И это было роковой ошибкой, — голос Мукуро стал тише, но казалось, что его слова буквально вырезаются в моём сознании. — В день твоего рождения, когда тебе исполнилось ровно три года, произошло то, из-за чего твои прекрасные волосы цвета тёмного шоколада, стали белее снега. Ты хоть знаешь, что произошло? — В детстве я оказалась в горящем доме. Вот и всё. — Ку-фу-фу, так и есть, — кивнул он, сверкнув разноцветными глазами. — Но это не всё. В день третьего твоего рождения было совершено очередное покушение. Наступила ночь, и няня готовила тебя ко сну. В доме были только ты и она, больше никого. Однако, как это обычно бывает, нагрянули те, кого не ждали. Естественно, с одной единственной целью — убить Представителя. Но няня спрятала тебя в шкаф, сказав, что это игра в прятки, поэтому ты должна молчать. Что бы ни видела, — молчи. Резко заболела голова, а перед глазами вспыхнул образ огня. Слишком горячий. Очень горячий. Даже дышать становится трудно. Правда, это наваждение тут же исчезло. Не знаю, что хочет рассказать Мукуро, но он должен немедленно прекратить. Нельзя. Нельзя этого знать. Парень видел, что мне не хорошо, но останавливаться не стал. Наоборот, улыбка стала шире и немного садистской. Он наслаждался зрелищем. — Вот только в шкафчике имелся небольшой проём, через который маленькая Дарья могла всё видеть. А видела она то, что на няню напали. Несколько неизвестных мужчин начали жестоко избивать женщину, требуя, чтобы та выдала место нахождения ребёнка. А когда даже после самых изощренных угроз и пыток женщина продолжала молчать, разгневанные незнакомцы связали няню, облили её и весь дом горючей жидкостью, и… — Мукуро сделал небольшой жест того, словно он поджигает спичку, а после бросает её. Голова вновь стала болеть. Да так сильно, что тут же зазвенело в ушах. Образ пламени вновь вспыхнул перед глазами. Огонь. Такой яркий и всёпожирающий. Нет и шанса на спасение. Он везде. А ещё крик… этот раздирающий душу крик женщины. Она горела. Горела заживо. — Для маленькой Дарьи, которая уже в таком возрасте всё прекрасно понимала, это было слишком, — Мукуро сделал грустное выражение лица. — Девочка опережала своих сверстников в интеллектуальном развитии и понимала, что делают с няней. Но одно дело понимать, и совсем другое принять. Как не посмотри, а ты была ещё ребёнком. Именно тогда, после всего, что тебе пришлось увидеть, волосы побелели словно мел. Ведь смотря на распространяющееся пламя, ты знала, такая же участь ждёт и тебя. Иными словами, милая Дарья, ты прошла через Ад и смогла очиститься от грязи этого мира. Смогла познать всю его суть, и твои волосы тому подтверждение, — парень прикоснулся к моей голове, медленно поглаживая по волосам. — Что было дальше мне плохо известно, однако могу предположить, что твои родители встретили какого-нибудь иллюзиониста, который запечатал твои воспоминания за все три года жизни. Ведь когда тебя вытащили из того горящего дома, ты не ела, не пила, не разговаривала и не спала. Тело живо, а души нет. Только запечатав воспоминания, ребёнку вернули возможность жить, хоть и довольно своеобразно. Последствия той ночи преследуют тебя до сих пор. Из-за этого ты не можешь спать по ночам, так как подсознательно ожидаешь очередного нападения. Ты плохо реагируешь на тепло, так как боишься сгореть. И единственный день, когда ты начинаешь задумываться над этими вопросами — твой собственный День Рождения, так как именно тогда всё и произошло. Ты грустишь, потому что понимаешь, что ради тебя умер человек, причём довольно жестоко. Ты чувствуешь пустоту, потому что вместе с воспоминаниями, порой кажется, что запечатали и часть твоей души. На мгновения улыбка слетела с лица Мукуро, а в глазах появился страх, ярость и жестокость. Словно парень увидел то, от чего необходимо немедленно избавится, ведь это угрожает его собственной безопасности. — Но больше всего меня волнует то, что при запечатывании воспоминаний, кто-то постарался настолько хорошо, что запечатал и часть восприимчивого сознания, — проговорил парень на тон ниже, резко схватив меня за волосы и пододвинув голову к своему лицу, чтобы всмотреться в мои глаза. Он что-то искал. Но что? — Ты совершенно не видишь иллюзий. Ни одной. Не слышишь, не видишь, не чувствуешь их, — мягкая улыбка вернулась на лицо парня. — Ку-фу-фу, а это уже пугает меня. — Какие к чёрту иллюзии?! — бросила я, пытаясь оттолкнуть руку парня от своих волос. — Не неси чепухи! — Ку-фу-фу, — засмеялся парень, вставая в полный рост и оборачиваясь в сторону Хибари. — Действительно. Заболтался я чего-то с вами. С тобой мы ещё наговоримся, как-никак, а мне важно, чтобы ты сама пошла со мной. Я, конечно, могу заставить твоё тело двигаться, но физически ты слаба и бесполезна. Единственная твоя ценность — это знания и ум. А их так просто не достичь, даже если всё твоё тело подастся моему контролю. Но вот ты, — Мукуро ударил носком ботинка по валявшемуся на полу Хибари, заставляя парня перевернуться на спину. — Мне совершенно не нужен. Пожалуй… убью тебя, да и дело с концом. — Ты так и не сказал, что же мне нужно, — привлекла его внимание, оттягивая мгновение, пока Мукуро окончательно не расправится с Хибари. Мне необходимо, чтобы парень был жив. Он единственный, кто может спасти меня. Нужно смотреть правде в лицо. Этот Рокудо Мукуро действительно знает многое о моей жизни. Думаю, перед тем как появится в Намимори, он неплохо покопался в личных делах. И вопрос даже не в Фууте. Учитывая его способности, не думаю, что это составило особый труд. Однако, как я поняла, всё-таки он не всё знает. Например, то, что я не вижу и не чувствую созданные им иллюзии, очень разозлило Мукуро. И напугало. Почему? Да всё просто, хоть он и хочет быть «друзьями», сам по себе парень надеется, что я просто стану одной из преданных подчинённых, клюнув на «правду». Правда… Чёрт, да какая разница? Прошлое есть прошлое! И его место в прошлом. Мне плевать на то, что было. Плевать на историю своей семьи и даже на факт существования белых волос. Плевать! Единственное, что я хочу, это спокойной жизни. Без страхов, боёв, жестокости и боли. Мукуро сравнивает меня и себя. Считает, что мы похожи, раз у нас у двоих дерьмовое детство. Но нет, мы не похожи. Даже близко не похожи. Что он там говорил о своей цели? Хочет «очистить этот мир»? Ха, и в то же время, уверяет, что я уже очищена, так как увидела правду. — Ку-фу-фу! Что тебе нужно? А разве и так не очевидно? — всё же парня привлёк мой вопрос. — Милая Дарья, тебе нужна защита. — Что? Хах… — я нервно усмехнулась. Что он несёт? Да, что б его, мне нужна защита! От него самого и его безумных идей. — Об этом подумали и твои родители, когда увидели результат пожара, ку-фу-фу-фу, — продолжал Мукуро. — Поэтому сами добровольно пошли к Девятому Вонголе заключать сделку, при которой Вонгола обязуется защитить тебя, как своего будущего Советника. На удивление, Девятый согласился сохранить тебе жизнь, но взамен потребовал, чтобы тебя воспитывали как самого обычного ребёнка. Чтобы до определенного срока ты ничего не знала ни о мафии, ни о своем предназначении, ни об истории своей семьи. Увезли как можно дальше от штаб-квартиры мафии, скрывшись среди обычных людей. Более того, тебя нельзя было обучать сражаться. Ты должна была быть слабой против физических атак, а знаешь почему? — красный глаз вновь вспыхнул. — Чтобы в случае отказа слушаться, тобой можно было управлять. Заставить силой. Или убить. — Я лишь инструмент, — поняла я, чувствуя небольшое щемящее чувство в груди. — Ку-фу-фу, дошло, наконец? — усмехнулся Мукуро. — Мафия всегда так работала. Создавало оружие, а если оно не подчинялось, стремилось убить. За тобой ведь и сейчас ведётся охота. Скажи, сколько уже покушений было совершено, пока ты живешь в Намимори? Я не ответила. Из тех, что видела лично — два. Тот мотоциклист, что обстреливал школу и два парня в невидимых костюмах. Однако, по словам Реборна, были и ещё покушения, о которых я мало что знаю. Странно, но теперь этот Рокудо Мукуро не казался мне сумасшедшем. Я… понимала его. Понимала его ненависть и то, почему он собирается уничтожить весь этот мир, начав с мафии. Понимала, почему хочет, чтобы я была рядом. Я всё это понимала, но… не видела в нём наилучший вариант. Да, у меня дерьмовая жизнь. Как и сказал Мукуро, наполненная ложью и иллюзией. Как бы я не хотела, обратного пути нет. Я родилась в мафиозной семье и в ней, похоже, и умру. Вопрос только — когда именно? Можно попробовать немного оттянуть свою участь. Если из меня хотят сделать простой инструмент, то так и быть, ладно. Но вот кому служить и помогать, я решу сама. — Присоединяйся, Дарья, — произнёс мягко Мукуро, словно прочитав мои мысли. — В отличие от той же Вонголы, я не буду сдерживать тебя. Сделаю сильнее. Научу драться и пользоваться тем, что даровала сама природа. Сейчас ты не используешь и десятой части своего потенциала. Он проявляется только в экстренных ситуациях. Даже если ты откажешься, — парень пожал плечами. — Всё равно уничтожу Вонголу, завладев телом Десятого. С тобой или без тебя… не важно. Но хотелось бы иметь полный комплект. Ничего не произнесла. Просто не знала, что сказать. Если откажусь, возможно, посмеётся, а, возможно, решит, что на этом переговоры окончены, и просто напросто убьёт меня. Нужно тянуть время. Уверена, что Реборн уже заметил нашу пропажу. Он любит всё держать на контроле, тем более я дала ясно понять, что Фууты нет в Италии. Он поймёт и придёт на выручку. Главное… главное дождаться. Это единственное, что я могу сделать. Мукуро решил позволить мне подумать и вновь вернулся к Хибари Кёе. В руках парня появился тот самый трезубец, которым проткнули мне ногу и руку. Придавив коленом грудь Хибари, Рокудо занёс трезубец, с намерением нанести один решающий удар в область сердца. Шанс выжить после такого — невозможен. — Подожди! — вырвалось у меня раньше, чем я успела, хоть что-то осознать. Мукуро словно ждал нечто подобного и с улыбкой посмотрел на меня. — Не… не убивай его. — Ку-фу-фу-фу, и почему я не должен этого делать? Он бесполезен и мешается, а учитывая, сколько я костей ему переломал, от этого куска мяса и в дальнейшем мало будет толку. Это, в какой-то мере, даже жест сострадания, ку-фу-фу. Сострадания? Да это ты его и избил, ненормальный! В любом случае, Хибари слышал достаточно, чтобы поведать Реборну. Если всё пойдёт не так, как надо, парень моя единственная ниточка на хороший конец этой истории. Хотя бы выжить, не говорю уже о том, чтобы остаться невредимой. Но в то же время, как выкупить жизнь Кёи? Как? Что предложить? — Я… я… — думай! Нужно что-то стоящее. — Я… стану тебе другом. — Оя! — удивился парень. — Так вот какова цена твоей дружбы? Хм, так и быть, — Мукуро убрал трезубец за спину. — Я не убью его, но, — нанёс сильный удар в область лица, вырубив Хибари, — он и так слишком долго был в сознании. Ку-фу-фу-фу!..

В итоге, мне всё же перевязали раны. Ну, или предприняли жалкую попытку данного действия. Бинты были пыльными и все в грязи. Но жаловаться я не смела. Даже если и будет инфекция, чему я не удивлюсь, лучше делать вид, что начинаю играть по их правилам. Мукуро приказал наложить бинты М.М., но она лишь фыркнула, заявив, что за подобное она просит доплату. Вызвался Кен, вот только ему как раз Мукуро приказал ко мне не приближаться. Со смехом он отметил, что хоть они и знакомы практически всю жизнь, ещё немного и по моей просьбе Кен нападёт на своих же. Это замечание сильно подействовало на блондина, и он больше не подходил ко мне. Старался даже не смотреть в мою сторону, словно я могу навести порчу или что-то в этом роде. Да и Чикуса вернулся, он был избит и ранен так сильно, что парню тут же пришлось оказывать первую помощь. Он даже на ногах стоять не мог. Просто зашёл в здание и потерял сознание. В этот момент я поняла, что всем абсолютно наплевать друг на друга. Упал и почти мёртв? Улыбаемся ребята. Как умер? Ай, ладно, всё равно улыбаемся. Для Мукуро все его подчинённые как пешки или игрушки. Сломалась? Выкинь. Добудь ещё. И теперь я одна из его игрушек. Вот только, как это обычно бывает, к новой игрушке временное хорошее отношение. Потом и я наскучу. Знаю это. Если только не буду развлекать его и всю команду, как некая музыкальная шкатулка, которая неожиданно начала исполнять совершенно другую неизвестную музыку. Смогу ли? Чёрт его знает. Меня посадили на пыльный диванчик. Кандалы сняли, но за спиной всё время стоял некий здоровый парень с чёрными волосами и озлобленным взглядом. Именно он мне казался отрешенным от этого общества. Словно присоединился к этой группе против своей воли. Не говорит. Не задаёт вопросов. Просто стоит и смотрит, прожигая дыру в затылке. Слышала негромкий разговор Мукуро и Кена. Подробностей не уловила, но, кажется, кто-то должен придти. Уверена, что это Реборн. Нужно дождаться его и не вызывать волну злости со стороны Мукуро. Хотя парень и заметил перемены в моём поведении. Не спорю, не разговариваю, не предпринимаю попыток побега. Но как я убегу раненная? Чего смеяться? Однако, парня стало что-то волновать. В какой-то момент он подсел ко мне. Красный глаз вновь вспыхнул пламенем, сменяя цифры на зрачке. — Ничего? — спросил он, всё также мягко улыбаясь. Постаралась не злить его и также улыбнуться. Натянуть фальшивую маску на лицо, но это, как оказалось, принесло противоположный результат. — Знаешь, я восхищаюсь тобой. Восхищаюсь и одновременно боюсь. А мне не нравится то, что я испытываю. Возможно, это очередная сторона твоей ауры, но то, что ты не видишь мощь моей техники, меня безумно пугает. Так что… надеюсь, ты не будешь обижаться на меня за то, что я с тобой сделаю. — Ч… что? — голос дрожал. Интуиция буквально заголосила красным цветом. Надо было бежать. Хоть как, но бежать. Я не знала до конца, что он собирался делать, но понимала, что сидеть на диванчике нельзя. — Стой! — почему-то вскрикнула я, пытаясь рефлекторно вскочить на ноги, но естественно лишь глухо упала на пол. — Не… не надо! — стала отползать, игнорируя острую боль во всём теле. Мукуро не сомневался ни секунды. Улыбка исчезла с лица синеволосого парня. Чтобы помешать мне убегать от него, он резко вскочил и сел мне на ноги, обхватив руками голову. — Мы теперь друзья, Дарья, — всё тот же мягкий голос. — И как твой друг, лгать не стану — будет больно. Прости, — с усмешкой напоследок бросил он. — Но меня всё же расстраивает, что ты не видишь мои иллюзии. Так что… я совсем немного подправлю то, что запечатали тебе в детстве. — Мукуро, не на… — договорить не успела, так как ладони, обхватывающие мою голову, резко надавили на виски. Пламя, исходящее из красного глаза, стало пылать ещё сильнее, при этом сам глаз почему-то стал кровоточить. Я понимала, что бы он ни задумал, ему будет также больно. Это палка с двумя концами. Какое-либо действие на одного, никогда не останется бесследным для другого. Всё тело парня покрыла чёрная аура, которая быстро переходила и на моё тело, окутав нас в некое подобие мрака. На шее и щеке появились сухие трещины, словно тело Мукуро не выдерживало того, что он делал. Ему больно. Очень. Но он не останавливается, и теперь боль почувствовала я. Она была безумной. Буквально сводила меня с ума, так как болело в основном не тело, а разум. Он словно проникал в самые потайные глубины мозга и выкручивал наизнанку каждую его клеточку. Кажется, я кричала. Не знаю. Не слышала своего голоса. Вообще ничего не слышала. Даже не видела. Ослепла. Перед глазами были одни пожирающие языки пламени. Они казались такими прекрасными и одновременно смертельно опасными. Дым проникал в лёгкие. Трудно дышать. Нужно спасаться, но бежать некуда. Это смерть. Неожиданно перед глазами возник образ мужской руки, со скрещенными пальцами, словно в молитве. Рука стала что-то рисовать в воздухе прямо перед моим лицом. «Забудь это, Дарья!» — произнёс мужчина, вырисовывая рукой символы в воздухе. — «Просто забудь и живи». В это же мгновение образы исчезли. Я вновь оказалась в полуразрушенном здании и лёжа на полу, жадно хватала ртом воздух. Мукуро же сам был отброшен в сторону какой-то невидимой мне силой. Словно что-то извне ударило его, не позволил завершить начатое. Я знаю это. Он не доделал то, что намеревался. Более того, сам парень это тоже прекрасно осознавал. — Кто? Кто поставил эту печать? — спрашивал он, но я не знала. У меня не было ответов. Просто лежала, чувствуя боль в каждой клеточке своего тела. Из глаз потекли слёзы. Так я сначала думала, но перед глазами всё стало алым, и я поняла, что это кровь. Она также текла и из носа, рта и ушей. Мой мозг словно поджаривали до полуготовности. Больно, как же больно. Не хочу, не хочу больше через это проходить. Хватит! Прошу, хватит. Я вся была как оголённый нерв. Меня больше не заботил ни Фуута, ни Кёя, ни Реборн, ни кто-либо ещё. Я просто хотела, чтобы меня оставили в покое. Просто хотела выбраться отсюда. Просто хотела домой. Эгоистично? Да, но заботиться о ком-то не было сил. Даже думать не было сил. Рядом послышались шаги и, приоткрыв глаза, я увидела Мукуро, который уже оправился, вновь приняв свой обычный облик. Неужели он попытается вновь проделать этот эксперимент? — Нет! — ахнула я, пытаясь отползти от него. Захрустел мусор под телом. Каждое движение замедлено, словно у черепахи, но я пыталась сбежать. — Нет. Нет… нет! — Тише-тише, — парень обхватил меня со спины, сев на пол. — Успокойся, — нашёптывал он мне на ухо, медленно раскачиваясь из стороны в сторону, словно убаюкивал. Я пыталась оттолкнуть его, вырваться, но сил больше не осталось. — Тише, — шептал на ухо, поглаживая мою голову. Всё тело дрожало от шока, ужаса и боли. Он это прекрасно чувствовал, но сожалел ли о содеянном? Нет. — Я больше не буду этого делать, — обещал он. — Во всяком случае, не сегодня, — вновь попыталась вырваться, но парень не позволил. — Тише-тише… ку-фу-фу-фу. Рядом послышались шаги и негромкий голос, что «гости» прибыли. Это были ученики Средней школы Намимори: Тсуна, Хаято, Такеши, Бьянки и Реборн. — Отлично, — радовался Мукуро. — Всем по местам. — Нет… — зашептала я. — Бегите! Бегите! Тсуна, он может… — Оя, а вот это уже лишнее, — Мукуро вновь обхватил меня за голову. — Думаю, тебе лучше полежать тут мирно, пока я всё не закончу, милая Дарья. В голове прозвучал странный щелчок. Словно кто-то просто переключил включатель света в комнате. Так быстро, что толком и осознать не успела. Однако после данного действия тело размякло и перестало вообще меня слушаться. Я словно была в нём заперта. Всё видела, всё слышала, но не могла и веком пошевелить. Просто кукла. Марионетка для игр Мукуро. Вот я пыталась высказать своё мнение, и меня тут же сломали, чтобы лишний раз не сопротивлялась. Хотелось кричать, звать на помощь, молиться, ругаться, да хоть что-то, но нет. Даже дыхание было ровным и медленным. Моё тело — моя тюрьма.

Всё стало казаться каким-то отстранённым. Словно я смотрю телевизор или слушаю радио. Прекрасно осознаю, что сейчас лежу на диванчике посреди подушек. Рядом с головой сидит Мукуро, изредка проводя рукой по моим волосам. Словно я какой-то питомец, мирно спящий на его коленях. — Что с ней? — прозвучал спокойный голос Чикусы. Он пришёл в себя? Живучий гад. — Выглядит так, словно от неё больше никакой пользы не будет. Может, стоит избавиться? — Ку-фу-фу-фу, не надо так, Чикуса, — смеялся Мукуро. — Она тебя прекрасно слышит и может обидеться. — Мне всё равно, — тут же отозвался Чикуса, не изменяя тональности в голосе. Я не видела самого парня, однако уверена, что он находился где-то неподалёку. Голос доносился со стороны окна. — Савада Тсунаёши сражается с Ланчией. И Саваде удалось остановить его железный шар голыми руками. Правда, Аркобалено выстрелил за пол секунды до этого. Должно быть это особая пуля. — Но если она последняя, то они точно попали в ловушку, — заметил Мукуро. — Мы стали ещё на шаг ближе к завершению нашего плана против Десятого Босса Вонголы. Они о чём-то ещё говорили, но я не слушала их. Обсуждали план и проверяли, все ли пути перекрыли, чтобы по достоинству встретить своего противника. Потом Чикуса вышел из зала, также решив принять бой. Что там было, не знаю, но спустя какое-то время, Тсуна, Реборн и Бьянки оказались на третьем этаже в данном зале, где их ожидал сам Мукуро и Фуута, с трезубцем наготове. Это было так тяжело. Когда хочешь сказать и предупредить товарища об опасности, но даже пальцем шевельнуть не можешь. — Дар?! ДАР!!! — крикнул Тсуна, заметив меня лежащей на диванчике. — Что ты с ней сделал, Мукуро? — спросил Реборн, в голосе которого чувствовалось неподдельное беспокойство. — Ку-фу-фу-фу, кто знает, кто знает… — с улыбкой ответил парень, демонстративно проведя ладонью по моей голове. — Скажем так, позволил ей… отдохнуть. Я мало что видела, но по звукам и голосу понимала, что Фуута атаковал Бьянки, ранив её в живот, напал на Тсуну. Сам Савада был в ужасе от того, что сделал с мальчиком Мукуро, и не медля атаковал противника, вот только вроде всё сложилось не так позитивно, как того хотелось. Но всего одной фразой: «Ты не виноват» смог вернуть сознание Фууты в нашу реальность, после чего мальчик окончательно потерял сознание. — Мукуро… — злился Тсуна. — Что для тебя люди?! — Игрушки, — спокойно ответил парень, даже не задумываясь. — Ну что, продолжим, Десятый Босс Вонголы? — Чёрт тебя подери!.. — такого гнева я редко когда слышала в устах Савады. Он был в ярости. Действительно в ярости. — Ты ублюдок!!! Мукуро наконец-то сорвался с места, встретившись с Тсуной. Началась схватка, в которой Савада определённо проигрывал. Мукуро использовал свои способности. Иллюзии, которые видел и ощущал только Тсуна. Слышны крики, их разговоры, но я всё меньше и меньше прислушивалась к ним. Стала сознательно отстраняться от этого мира. Рокудо рассказал о своих умениях, на что Реборн сравнил его с монстром. — Ку-фу-фу, не тебе мне это говорить, проклятый ребёнок Аркобалено, — усмехнулся Мукуро. Вот, опять он назвал его так. Аркобалено. Кто это? Впервые я услышала этот термин на Мафия-Ленде. Но за ним стоит нечто большее, чем простое итальянское значение «Радуга». Вновь поднялся шум и крики Савады усилились. Он что-то говорил, про пол и что здание разрушается. Звал на помощь Реборна, Бьянки, Фууту и даже меня. Что же там творится? Что он видит? В какой-то момент я услышала, как Тсуна испугался змей. И на этот раз то была не иллюзия. Ведь даже я чувствовала присутствие десятка мелких животных. Они шипели, и кажется, окружили парня. — Иллюзия?! — в голосе Тсуны слышалась надежда. — О нет, — усмехнулся Мукуро. — Они настоящие. Способности третьего слоя Ада, это слой животных. Человек, прошедший сквозь Смерть, способен призвать живых существ. Я не могла говорить. Не могла помочь Тсуне физически или советом. Даже не могла нормально судить об обстановке. Но мысленно я просто пожелала, чтобы змеи не прикасались к Саваде или к кому-либо ещё. Буквально пожелала это всем сердцем. Пожалуй, в таком положении, это единственное на что я была способна. И, возможно, вселенная сжалилась надо мной, так как все змеи поголовно потеряли интерес к Тсуне и повернулись в мою сторону, ползая по полу. — А? — не понимал Тсуна. — Ку-фу-фу-фу! — смеялся Мукуро. — Милая Дарья, уже делаешь успехи в познании своей ауры?! Вам не кажется, что мы идеальный дуэт? — обратился он к противникам. — Я могу призывать животных, а она ими управлять. Конечно, делает это пока неосознанно и не умеючи, но со временем, уверен, она добьётся много. — Ты знаешь об ауре Дар? — насторожено спросил Реборн. — Да, — мягко произнёс Мукуро. — Я многое о ней знаю. И о её прошлом и о приказе Девятого убить Советника, если она посмеет ослушаться прямого приказа. — Подожди, что?! — воскликнул Тсуна, который впервые об этом услышал. — Убить?! Реборн, о чём он говорит? — Ты рассказал Дар о её прошлом? — игнорировал малыш вопрос Савады. — Ты не имел на это права. Она не была к этому готова. — К такому никогда не бываешь готовым, ку-фу-фу, — Мукуро явно забавлялся в данной ситуации. — Однако я это сделал. А теперь… — договорить Мукуро не успел, так как мимо него что-то пролетело и лязганьем упало на пол. Что-то тяжёлое, металлическое. Оружие? Мне не видно. Но Тсуна сам дал подсказку. — Тонфа?! — Десятый, прошу, прячься! — голос Гокудеры. Он тут? И ещё… это ощущение… Неужели он нашёл Хибари? Более того, парень жив! Чёрт, не думала, что буду так рада этому факту. — Хибари-сан! Гокудера-кун! — в голосе Савады чувствовалось неподдельное счастье. Послышалась какая-то странная возня и движения. Шаги были неуверенными и слегка покошенными. Кажется, они передвигаются на одном честном слове. Но даже это не даёт мне объяснения тому, откуда в Хибари взялись силы стоять на ногах. Ведь его кости… я лично была свидетелем того, что с ними сделал Мукуро. С такими переломами не то, что не двигаются, даже не живут. Хибари Кёя… невероятен. — Советник! — крикнул Гокудера, заметив меня. — Что?.. Что с ней? Столько крови… — да уж, наверное, вид у меня не из лучших. Учитывая, сколько ран я успела получить только за сегодня, если меня вновь назовут Зомби или Призраком, думаю, они будут даже более чем правы. Нога, рука, даже голова и лицо. Алый оттенок имеется везде. — Ку-фу-фу, — смеялся Мукуро. — Ну, — тон в голосе стал мягким и как бы слегка виноватым, — ей пришлось пройти со мной один круг Ада, и я кое-что подправил в её сознании. Правда, теперь за сохранность ума не отвечаю. Возможно, она теперь для вас бесполезна, ку-фу-фу-фу. — Ты… — прошипел Хаято. Вновь послышались медлительные шатающиеся шаги по направлению к Мукуро. — Оя! И как ты только двигаешься? Сколько костей я тебе сломал? — удивлялся иллюзионист. — Что вообще заставляет тебя двигаться? — Моя гордость, — холодно произнёс Хибари. — Ты готов раскаяться? — Ку-фу-фу-фу! Что это? Так пугающе, — по голосу Мукуро невозможно понять, что он действительно чувствует, но что парень был поражён, то это точно. — Пожалуйста, не вставай на моём пути. Ты вообще не должен на ногах стоять. Э-э-эх… надо было убить тебя, ещё в прошлый раз. — Надо было, — согласился Кёя, явно подтверждая, что другого шанса у него не будет. — Это твои последние слова? — Ку-фу-фу-фу, интересные вещи ты говоришь, — смеялся Мукуро, предвкушая события. — Нам было бы лучше заключить договор. Но теперь выбора нет. Ликвидирую сначала тебя, хотя и обещал сохранить тебе жизнь… Всё кончится мгновенно! Послышалось лязганье и металлические удары. Кёя и Мукуро сражались. Как же я хотела бы посмотреть на их бой, но это мне было недоступно. Звон ударов не прекращался ни на секунду. В какой-то момент это надоело Мукуро, и он решил применить свою козырную карту, использовав иллюзию сакуры на потолке. Её видели все, кроме меня. Даже Тсуна, что в это же мгновение испугался за состояние Хибари с его болезнью. Но всё обернулось иным образом. Кёя продолжил сражение и, более того, одолел Мукуро, так как заблаговременно Гокудера вколол Хибари лекарство Шамала, которое излечило парня. Мукуро лежал на полу поверженный. — Всё закончилось, — произнёс Реборн с неким облегчением. — Это… это закончилось?! — не верил своим ушам Тсуна. — Теперь… теперь мы все можем пойти домой!!! Хибари-сан?! — обратился парень к Кёе, который до сих пор стоял на ногах, слегка пошатываясь. — С тобой всё в порядке? О, небеса, что за самый тупой вопрос в мире?! Даже я, не видя общей картины, прекрасно знаю, что с ним НЕ ВСЁ В ПОРЯДКЕ! Савада, ты что, ослеп? Я бы ему высказала всё, что думаю, если бы не… обстоятельства. Самое удивительное то, что Кёя промолчал. Прошёл ещё несколько метров по направлению к диванчику, на котором я лежала, но, не дойдя несколько шагов, рухнул на пол, лишившись окончательно сознания. — Хибари-сан! — крикнул Тсуна, испугавшись. — Он боролся на половину в бессознательном состоянии, — понимал Реборн. — Должно быть, впервые проиграв, жутко разозлился. В какой-то момент я стала понимать, что сама теряю связь с реальностью. Погружаюсь в сон или что-то в этом роде. Возможно, это последствия напряжения, но теперь, когда весь ужас позади, голоса казались такими расплывчатыми. Хотелось домой. Купить свежий шоколадный торт, засесть перед телевизором или ноутбуком. Включить любимую музыку и забыть о всех этих событиях. Словно сон. Перед глазами вновь всплыла мужская рука со скрещенными пальцами, что вырисовывала в воздухе непонятные символы. «Забудь» — произнёс мужской голос, и я забыла. Тогда забыла. Интересно, чья это рука? Кому она принадлежит? Неожиданно я почувствовала острую боль в руке и ноге. Заныли раны проделанные трезубцем. Причём так сильно, словно на них посыпали порохом и подорвали. Плоть выжигалась изнутри. Но ужаснее всего то, что я стала чувствовать, что в своей тюрьме теперь не одна. Всего на секунду, но это вернуло меня в реальность. — Ку-фу-фу-фу, — услышала я смех Мукуро, вот только издавал его Гокудера, стоящий рядом. — Надо же! — удивлялся парень, у которого имелись разноцветные глаза. — Как оказывается, я даже завладеть твоим телом не могу. Тот, кто запечатал твои воспоминания, постарался на славу. Я восхищён! — Что за люди? — теперь это произнёс Хибари, лежавший рядом на полу. Он пытался встать, но все попытки были тщетны. — У одной тело использовать не получается, а это тело просто невозможно. Вы довольно пугающие личности. Но как он мог бороться с такими ранами? Что за ужасающий человек, этот Хибари Кёя… — Однако, это только подогревает интерес, — продолжал Гокудера, поворачиваясь в сторону Тсуны. — Что ж… будем использовать то, что имеем, верно? Ку-фу-фу-фу. Когда? Когда он успел овладеть их телами? Он что, и моё хотел захватить? Так эта дикая боль в ноге и руке была тому причина? Что же помешало ему? Чёрт! Почему он всё никак не сдастся? Теперь, используя тела друзей Тсуны, попытается одолеть его? Это слишком жестоко. Хотя… учитывая то, что произошло со мной, думаю это только цветочки. В зал также вернулись Чикуса и Кен, вот только сюда по их голосам и разговору поняла, что и ими Мукуро управляет. Никакой жалости. Даже над теми, кто является твоим союзником. А ведь сам рассказывал мне такую жалостливую историю. Рокудо Мукуро, ты лицемер! Хочешь того, чего сам толком не понимаешь. Даже я знаю о подобных вещах намного больше. Судя по звукам, шла нешуточная битва. Всё сложилось так, что Мукуро либо завладеет телом Тсуны, либо просто напросто убьёт его. Он даже на Реборна не боялся нападать, хотя малыш только защищался. Тсуна кричал и просил помощи, просил прекратить так издеваться над людьми и его друзьями, просил оставить его в покое… много о чём просил, но слушал ли его Мукуро? В один момент парень просто не выдержал и произнёс то, что действительно находилось у него в голове: — Я… я хочу уничтожить Мукуро! Я не хочу проигрывать такому жестокому человеку, как ты! — каждое слово было подобно грому в этом зале. — Я хочу уничтожить тебя! Произошёл взрыв. Ну, мне так показалось, так как после последнего слова, помещение окружило ослепляющее сияние. Настолько яркое, что мне на миг показалось, что нахожусь на улице… или на «том» свете, если он и существует. Однако, это не продлилось долго, и сияние стало потихоньку слабеть. Реборн что-то говорил о том, что Тсуна, его ученик, прошёл подготовку, и теперь Леон произвёл новое оружие. Оружие? Для Тсуны? И почему Тсуна говорит, о каких шерстяных перчатках? Не это ли его оружие? Чёрт, да что там происходит? Послышалась какая-то суматоха, панический крик Тсуны, а, в итоге, выстрел и взрыв. Наконец-то наступила тишина, которая, как оказалось, пугала значительно сильнее грохота. Что там? Савада жив? Кто победил? Моё сознание вновь начало проваливаться в бездну пустоты. Пыталась удержаться в реальности и хотя бы попытаться понять что происходит, но нет. Словно погружалась на дно чёрного бескрайнего океана. И ко всему прочему меня ещё и камнем сверху придавили, чтобы не всплыла. Так тихо. Так одиноко. Как же я уже устала. По правде сказать, мне уже абсолютно наплевать, кто победит. Мукуро или Тсуна. Всё равно. Что одним, что другим нужны лишь мои знания и мозги. Друзья, да? Хех, забавное слово. Были ли у меня друзья, в принципе? Столько намешано. Слухи, страхи, события, ложь и сплетни, а самое главное поступки предков. И почему я должна за них отвечать? Все боятся, услышав только мою фамилию, но никто даже не задумывается, что я обычный подросток. Смотрят на меня так, словно я с секунды на секунду явлю им чудо. Забавно… Не хочу. Ничего не хочу. Просто забыться и раствориться в этом кромешном чёрном океане. Всё так сильно болит… В какой-то момент в этой тьме я увидела лучик света. Сначала просто точку, но с каждым мгновением он становился всё больше и больше, и вот теперь передо мной буквально полыхало оранжевое пламя. Сначала я испугалась. Пламя… оно не приносит ничего хорошего. В моей жизни оно только разрушало. Пламя приносит боль. Но… не это. Оно казалось таким спокойным и гармоничным. — Прости, что так долго, Дар. Кто это произнёс? Тсуна, это ты? Голос твой, но такой спокойный. Это правда, ты? Не Мукуро? Туман рассеялся, и теперь я видела парня. Саваду Тсунаёши, который держал меня на руках и нёс к остальным раненым. — Уже всё позади, — заверял Тсуна. — Я победил Мукуро. И когда ты успел стать таким сильным? Это правда тот самый Тсуна, который плакал и звал всех на помощь? Ещё мгновение назад был именно таким. Но это оранжевое пламя на его голове… Оно успокаивает и придаёт надежду. Тепло. Не думала, что тепло этого пламени мне будет нравиться. Хотя, сейчас, это больше похоже на свежий глоток воздуха. — Она ранена, — спокойно произнёс Тсуна, аккуратно укладывая меня рядом с Бьянки. — Они все ранены. Срочно нужна помощь. — Группа лучших медиков семьи Вонголы уже прибыла, — заверил Реборн. — Они успели дать противоядие Ланчии. А также принялись обрабатывать раны Ямамото. Сейчас и до нас дойдут. ОХ! Вот, кажется, и они при… Тут произошло то, чего как мне кажется, никто не ожидал. В дверях появилась группа людей, однако, это были не врачи. Краем глаза я видела их чёрные силуэты и перебинтованные лица, прячущие их от посторонних глаз. В груди что-то больно кольнуло. Опасность. Они представляют серьёзную опасность. Нужно бежать, но я до сих пор не могу пошевелиться. Страшно. Чёрт, как же страшно! Незнакомцы сжимали стальные цепи в руках. Казалось это для борьбы, но правда оказалась значительно ужаснее, ведь эти цепи были предназначены для того, чтобы накинуть стальные ошейники на Мукуро, Чикусу и Кена. А так же на меня. Стальной обруч охватил моё горло, после чего силой потащил в сторону незнакомцев. — Что происходит? — насторожено спросил Тсуна. Пламя на его голове стало ярче. — Какого чёрта вы творите? Кто вы? — Это «Вендетте», — произнёс Реборн. — Они контролируют заповеди мировой мафии и судят тех, кто нарушает закон. Но… зачем вы забираете Дар? Она ничего не нарушила! — Она присоединилась к ним, — послышался шёпот. Причём я даже не была уверена, что это голос. Словно шелест листьев на ветру. — Представитель семьи Серра слишком многое узнала. Это опасно. — Подождите! — крикнул Тсуна, схватив цепь, связывающую мою шею. — Я отказываюсь это признавать! — пламя, исходящее из головы и рук стало значительно ярче. Он угрожал им. — Тсуна! — насторожился Реборн. — Если перейти им дорогу, будут одни проблемы! — Я сказал — нет! — настаивал Савада. — Она не виновата! Её заставили! Освободите немедленно! — Такова воля Десятого Босса Вонголы? — уточнили они, после чего стальной ошейник исчез, освободив меня. — В таком случае, ответственность ложиться полностью на ваши плечи, Вонгола. Только после того, как Вендетте исчезли, пламя Савады потухло, вернув ему прежний напуганный вид. Парень вновь стал самим собой. Бояться было больше нечего. Да к тому же и медицинская группа прибыла. — Где раненные? Быстрее, тащите носилки! Пошевеливаемся, парни! — кричали медики, подбегая к каждому раненому. Всё кончилось. Больше сражаться не надо. Однако… этот день навсегда изменил мою жизнь. Да и не только мою…

После сражения мне пришлось столкнуться с новой бедой. А именно, то состояние, в которое меня ввел Мукуро, не проходило. Я всё видела, всё слышала, всё понимала, но никак не реагировала. Доктора даже решили, что я в коме. Мол, мой мозг умер, оставив только живую оболочку. Даже доктор Шамал ничего не мог с этим поделать. Он не понимал, что именно со мной произошло. Ведь тело, к его удивлению, поправлялось неплохо, а под воздействием его лечения, так вообще замечательно, но вот разум… В таком состоянии я пробыла неделю. Не ела, не пила, не спала. Кажется… во мне что-то сломалось. Словно время для меня застыло. Находилась в больничной палате, в постели и… всё. Без чей-нибудь помощи, даже поднять руку не могла. Ко мне часто заходили медсёстры, чтобы проверить стабильность состояния и медицинскую аппаратуру, подключённую к телу. Это было так странно… Не описать словами. Хоть мне и предоставили одиночную палату, одна я никогда не оставалась. Практически всегда рядом находился Реборн. Он ничего не говорил, просто запрыгивал на кровать и смотрел на меня. Мог делать это долго. Порой несколько часов подряд. У него порой был такой странный вид. Словно он хотел попросить прощение, но не осмеливался. Чувствует свою вину? А я считаю его виноватым? Думаю, нет. Хотя, по идее, я должна ненавидеть его. Испытывать злость и ненависть. Может даже стать такой же как Мукуро, который алчно ищет мести. Но… я этого не чувствую. Ни злости, ни ненависти, ни разочарования. Возможно, Реборн действительно пытался заботиться обо мне. В своём собственном понимании этого слова, но пытался. Ему приказали убить меня, если я хотя бы раз ослушаюсь прямого приказа? Хех, я уже это делала так часто, что и со счёта сбилась. Однако, малыш меня ещё не убил. Может, он нашёл другой способ воздействовать на меня? Кто его знает. Также ко мне заходили парни. Не все и не сразу. Они просыпались и приходили в себя постепенно. В конце концов, они тоже были серьёзно ранены, однако я всё равно была сильно удивлена, когда первым кто очнулся, был Хибари. Он хромал и, чтобы двигаться, использовал костыль. Да и тело было во многих местах перебинтовано. Однако всё же заглянул в мою палату, в тот самый момент, когда внутри никого не было. За парнем тут же в ужасе побежала медсестра, требуя пациента немедленно вернуться в свою палату, так как ему вообще строжайше запрещено не то, что вставать, а даже двигаться. Кёя проигнорировал замечание девушки и расспросил обо всём, что касается моего самочувствия. Тогда-то девушка и поведала, что я в какой-то странной коме. Ни на что не реагирую и высока вероятность смерти мозга. Я хотела смеяться и плакать одновременно, так как я ЖИВА! Я тут и всё понимаю! Но… заперта в себе и ничего не могу сказать. Хибари никак не отреагировал на эту новость. Лицо как было лишенным эмоций, таким и оставалось, на что медсестра позволила себе продолжать говорить о моём состоянии. Она намекнула, что если не найдутся ближайшие родственники, врачи могут прийти к тому, отключат меня от аппаратуры. Это бред, конечно! Во-первых, у меня есть опекун, и он каждый день тут. Во-вторых, этой молодой сестре поменьше языком трепать. Сплетница, видно же. Но вот Кёя этого видно не заметил. — Если её отключат от аппаратуры и состояние данной пациентки ухудшится, я камня на камне в этой больнице не оставлю, а каждого местного работника забью до смерти, — голос был спокоен и холоден, чем больше внушал девушке ужас. Она побледнела, сливаясь со своей формой, и больше с Хибари не разговаривала. Вообще. Больше Хибари я не видела, но прекрасно знала, что он до сих пор лежал в больнице, поправляя своё здоровье. Трудно сказать, что это было. Проявление заботы? Или чего-то ещё? Может просто долг? Порой Хибари внушает ужас, а порой… недоумение. Я совсем не понимаю его. Следующим, кто пришёл в себя и навестил меня, был Гокудера. Причём он зашёл именно тогда, когда одна из медсестёр пыталась в очередной раз покормить меня, насильно впихивая какую-то жижу цвета детской неожиданности мне в рот. Реакция Хаято меня удивила. Он кричал и клятвенно обещал взорвать медсестру и всех, кого она знает в эту же секунду, если та вздумает повторить подобное. Девушка в ужасе пулей выбежала из моей палаты, крича на ходу, что уволится отсюда. — Что за дерьмо?! — ругался парень и, хромая, подсел ко мне. В тот момент я чувствовала, как по моему подбородку стекала жижа, которую медсестра пыталась насильно впихнуть. — Десятый поправляется, — неожиданно начал Хаято, беря с прикроватной тумбочки салфетки, и на автомате вытер мне лицо. — Уже несколько раз приходил в себя, но потом вновь засыпал. Видно, тело ещё не восстановилось. Спрашивал о тебе и остальных. Бейсбольный идиот тоже скоро будет на ногах. Бьянки выписалась на второй же день, не желая находиться в одном здании с этим старым извращенцем. Это он о Шамале? Странно, но Хаято единственный, кто разговаривал со мной так, будто знал, что я его слышу. Даже доводы врачей не смутили его. Он продолжал рассказывать о том, что с кем происходит. Этого, пожалуй, мне не хватало больше всего. Он говорил так, как мы это обычно делали у меня дома. Не думая о чём-то лишнем. Просто факты. О погоде, о природе, о том, что больничная еда дерьмо, так что он на какое-то время сбежал из больницы и купил шоколадное молоко в бумажных пакетах. Всунул в необходимое отделение трубочку и, пока никто не видел, попытался влить содержимое мне в рот, надавливая на пакетик. Честно, это было так забавно получить заботу от того, кто с первого дня знакомства называет тебя Ведьмой. Однако случилось то, что организм среагировал на лакомство автоматически и стал есть. Это удивило Хаято, но уже через секунду парень усмехнулся, пробубнив, что в каком бы я не была состоянии, всегда буду верна своим привычкам. И это говорил парень, который дня прожить не может без сигареты. Однако через полторы недели после происшествия в Кокуё, ночью ко мне в палату зашёл довольно необычный гость. Это был маленький мальчик, лет семи, которого я видела впервые. Тёмные лохматые волосы, синяя пижама, которая говорила, что этот ребёнок, скорей всего, пациент больницы. Ничего не говорило о том, что этого малыша стоит бояться, кроме одного — разноцветные глаза. — Ку-фу-фу, хоть и не видишь моей иллюзии, прекрасно знаешь, кто я, верно? — произнёс мальчик. Мукуро захватил тело этого ребёнка? Когда успел? Разве его не схватили? — По правде сказать, я должен извиниться, Дарья. Хотел стать тебе другом, а, в итоге, получилось так, что тебя чуть не забрали вместе со мной Вендетте. Такого расклада событий предположить я не мог. И даже будучи злым на мафию, я поступил также как и она. Испугался твоих возможностей. А то, что мафия боится и не может контролировать, всегда стремится уничтожить. Мальчик запрыгнул ко мне на кровать и обхватил своими ладонями мою голову. Секунда, и я почувствовала, как в сознании вновь что-то щёлкнуло. Словно в комнате включили свет. Первым делом заморгали глаза и сбилось дыхание. Контроль вновь был в моих руках. Я больше не пленник собственного тела. Однако я не кричала, не смеялась, не злилась и вообще была довольно спокойна. Посмотрела на мальчика. — Ку-фу-фу, что же ты молчишь? — удивился Мукуро. — По идее должна кричать и звать на помощь. Должен признать, что пробиться в больницу было довольно трудно. Вонгола охраняет своих лучше, чем картины в Лувре. — Мне незачем кричать и звать на помощь, — спокойно ответила я так, чтобы голос слышал только он. Не хотелось разбудить медсестру, что дежурила в коридоре. — Не чувствую исходящей от тебя угрозы. Скорей всего, и ты в этом теле не сможешь мне что-либо сделать. — Ку-фу-фу-фу, ошибаешься, — смеялся мальчик. — Просто я пытаюсь сделать вид, что мы всё ещё «друзья», хоть ты и притворялась… — Я не притворялась, Мукуро, — улыбка исчезла с лица мальчишки, а красный глаз с непониманием уставился на меня. — Проблема в самом тебе. Ты хочешь того, чего сам дать не можешь. Разве тебе нужен друг, Мукуро? Хоть ты и произносил, и произносишь это красивое слово, но, по сути, значение его не знаешь. Ты хотел, чтобы я стала твоим рабом, игрушкой, марионеткой. С которой по возможности можно было поиграть, а как надоела — отключил и убрал в дальний ящик. Именно это ты и сделал со мной. Рассказал всё, что задумал, всё, что умеешь и немного о самом себе, но разве так поступают друзья? Нет, — странно, но, кажется, он слушал меня. Слушал каждое слово. При этом я старалась разъяснить всю суть, словно разговаривала с Ламбо. — Мукуро, перед тем, как просить кого-то стать тебе другом, научись «дружить», не требуя ничего взамен. Возникла молчаливая пауза. Мальчик смотрел на меня, ничего не выражая. Я уже думала, что сам Мукуро исчез из его тела, если бы не одно "но" — разноцветные глаза. И тут он начал смеяться. Сначала просто хихикал, а потом всё громче и громче, доходя до слёз. Я не останавливала его и не перебивала. Просто ждала, когда Мукуро надоест заливаться хохотом. — Боже-боже… — протянул мальчик. — Дарья… милая Дарья… А ты оказывается не настолько умна, как о тебе говорят. Я разочарован. Что ж, — мальчик спрыгнул с кровати, — думаю, с этого момента наши дорожки разойдутся. Прощай, Советник Вонголы. Одержимый мальчик покинул мою палату, и я его больше не видела. Слышала возню. Кажется, Мукуро покинул тело ребёнка, и теперь мальчик с непониманием оглядывался по сторонам пытаясь понять, что произошло. Его тут же заметила дежурная медсестра и с недовольным ворчанием, потащила ребёнка в детское отделение больницы. Я осталась одна. Вот только тело меня теперь слушалось. Медленно свесила ноги с кровати и, прихватив стоящие около стенки костыли, попыталась встать, упираясь на здоровую ногу. Практически всё тело перебинтовано, но оно шевелится. Чёрт, шевелится! А ещё я хочу есть. Очень хочу… Может у дежурной медсестры есть заначка? Медленно, о-о-очень медленно делаю шаги в сторону выхода из палаты. Кончик языка высунулся наружу от таких стараний. Тело местами болело, местами я его всё ещё не чувствовала. Например, попу. Кажется, я её хорошо отсидела за всё это время. Необходимо размяться. Вышла в коридор. Никого. Свет везде горит и тишина. Хоть фильм ужасов снимай, честное слово. Хотя, думаю достаточно сделать документальный фильм моей жизни. Ещё тот триллер получится. О! А вон автомат с всякими сладостями. Эм… вот только у меня денег нет. Может на посту у медсестры есть? Звонко стуча костылями по полу, подошла к дежурному столу. Мне повезло, так как там под медицинскими журналами была сложена небольшая купюра на двести иен. Много на эти деньги не куплю, но хоть что-то. Потом верну, обещаю. С процентами. Но… уж очень кушать хочется. Автомат был заполнен под завязку, но мой выбор был очевиден. Всунула купюру, выбрала упаковку шоколадных палочек и с замиранием сердца наблюдала за тем, как спиралька медленно разок другой кувыркнулась против часовой стрелки, сбрасывая необходимое мне лакомство на дно автомата. Далее то, как мне пришлось изогнуться, чтобы достать коробочку, я лучше пропущу. Да и стыдно немного, ведь, как не посмотри, я в больничной одежде. Длинный тёмно-зелёный халат, что завязывается за спиной. Эм… и больше ничего. Спереди красиво, сзади свежо и поддувает. Жуть короче. Хорошо, что хотя бы бинты имеются на теле. Чувствую себя бабой из фильма «Пятый Элемент». Хоть в рыжий красься. Но это ладно. Следующая трудность подкралась там, где не ждали. Я ведь сжимала костыли. А левая рука ещё травмирована. Одной правой открыть коробочку затруднительно. Тяжело вздохнув, зажала её зубами, готовясь рывком сделать небольшой надрыв, но не тут то было. Перед лицом возникла чья-то рука, что тут же выхватила у меня упаковку шоколадных палочек. — Это моё! — первое, что успела произнести, перед тем как поняла, что лакомство забрал сам Хибари Кёя. Одним спокойным движением надорвал пластиковую упаковку, встряхнул её так, чтобы на поверхность вышло несколько шоколадных палочек, и протянул в мою сторону, совершенно ничего не произнося при этом. Спокоен и холоден как обычно. Здоровой рукой вытащила одну соломинку, неуверенно зажимая её между зубов. — Спасибо, — негромко буркнула, стараясь не смотреть в лицо парню. Чувствовала некую неловкость. Словно меня застигли на месте преступления, хотя, по сути, так оно и было. Однако вкус шоколада, тут же отбросил все сомнения в сторону. Как же мне этого не хватало! Вот! Вот ради чего стоит жить! Если в мире и появляются злодеи, то только от того, что они мало кушают. Сытый человек никогда не станет злодеем. — А я всё думал, когда же твой желудок заставит тебя подняться и добраться до источника сладостей? — усмехнулся Кёя. — Полторы недели? М-да… Обычно люди сорок дней терпеть могут. — Через сорок дней они вообще на тот свет отправляются, — злобно бросила я, доставая следующую соломинку. Парень продолжал держать упаковку шоколадных палочек, направленную в мою сторону. — Вот как… — негромко произнёс парень. Кажется, он был доволен этим замечанием. Не произнося ни слова, мы спокойно подошли к ближайшей больничной лавочке с мягкими сидениями и медленно опустились на неё. Каждый смотрел в пустоту перед собой, не решаясь начать разговор. Хотя, если честно, я и не знала о чём говорить. Просто продолжала есть палочки, а Кёя — держать упаковку. — Не будете? — наконец-то спросила я. — Всё ведь съем, — парень опустил взгляд на свою руку. Пару секунд думал, а после спокойно взял одну. Тишина уже не стала такой оглушающей. Её прерывало наше хрумканье. — Знаешь, — неожиданно начал он, привлекая к себе внимание. — Не люблю быть кому-то должен, так что скажи лучше сразу, чего ты хочешь? — сначала я не понимала, о чём он говорит. Должен? Мне? — Ты спасла мне жизнь, — сухо бросил Кёя, немного нахмурив брови, словно сам факт данного случая ему противен. — Что ты хочешь? Хах, так вот он о чём. Считает, что теперь мне чем-то обязан за тот случай, когда Мукуро его хотел убить, но я выторговала его жизнь. Хех, он сделал слишком благородные выводы по отношению к моим действиям. Я не герой и никогда им не была. Всегда жила одна и отвечала исключительно только за себя. Поэтому и думаю только о себе. Остальные не столь важны. — Хибари-сан, давайте уточним кое-что, — начала я спокойным тоном. — Я не спасала вас. Я спасала себя. Изначально рассчитывала на то, что если дела обернутся в не лучшую сторону, вы смогли рассказать остальным, кто на самом деле преступник. Это не была жертва, это был запасной план, — посмотрела в его серые, слегка озадаченные, глаза. — Вы мне ничего не должны. — Хм, — на губах мелькнула улыбка. Я думала, он будет зол, но нет. Кажется, парень даже доволен, что ставит меня немного в тупик. — Тем более, — продолжила я, решив поставить в этом разговоре окончательную точку. — Вы не сможете мне дать то, что я хочу. К сожалению… А может и к счастью. — Да? И что же ты собираешься делать дальше? — то есть он даже не спросит, что же это? Кажется, он и так знает ответ. Но вот как я поступлю дальше... А, действительно, что мне делать дальше? Учитывая то, что я знаю теперь, об обычной жизни можно забыть. — Ну, — посмотрела на клетчатый пол. — У меня не так уж много вариантов. Каким бы гадом Мукуро не был, а в одном он прав — одна я не выживу. Слишком слаба. А что делают слабые травоядные, когда не в состоянии защититься сами, Хибари-сан? Правильно, собираются в стадо. Вот и я присоединюсь к тем, кто сможет меня защитить. Знаете ли, хочется выжить. Был вариант научиться драться, но с моим-то телом и физическим уровнем, на это потребуется слишком много времени. Возможно, и не один год. — В таком случае, Серра, ищи не стадо, а стаю, — холодно бросил Хибари, окончательно сбив меня с толку. Он обратился ко мне по фамилии. Не «Бесполезное Травоядное», и даже не просто «Травоядное», а именно Серра. Тем более если судить по его совету, вероятно ли, что он не считает меня больше травоядным? Стая? Как стая волков? — Хибари-сан, вы… — я была озадачена. Просто смотрела на спокойное лицо парня и не могла понять, что же творится у него в голове. После всего, что он обо мне узнал, этот человек в первую очередь должен держаться от меня подальше. Буквально на пушечный выстрел. Но нет. Сидит рядом и спокойно ест печенье в шоколаде. Словно… мы всегда так делали. Без сомнения и страха. У меня было такое удивлённое состояние, что я совершенно не заметила, как мимо кто-то прошёлся, останавливаясь прямо напротив нас. Хибари тут же устремил свой настороженный взор на потревожившую нас персону, но, а я посмотрела на неё, лишь тогда, когда услышала знакомую с детства фразу: — Ну, здравствуй, Сметанка, — голос женщины острым лезвием полоснул слух. Сердце буквально выпрыгивало из груди. Немного дрожа, посмотрела в сторону стоявшей перед нами высокой стройной тёмноволосой женщины в длинном лёгком чёрном пальто. — М… мама?!

Примечания:

Тут должен быть конец первой части или книги, кому как нравится. Но я продолжаю писать всё в один файл. =)

Глава 26. Василиск

Сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать.

Просто сидела на больничной скамейке и с раскрытым ртом смотрела на высокую тёмноволосую женщину, которая сжимала в руках небольшой букет разнообразных цветов. Цветы меня волновали в самую последнюю очередь. Дабы убедиться, что это не галлюцинация, слегка ущипнула себя за руку. Видение не исчезло. Женщина до сих пор стояла передо мной и мило улыбалась, изучая чёрными глазами, как меня, так и Хибари, сидящего рядом.

После, когда я поняла, что это не сон и не галлюцинация, шок сменился горечью разочарования.

— Хех, — негромко усмехнулась я, чувствуя жуткую усталость. — Надо же… — начала на русском языке. — Как оказалось, чтобы ты наконец-то напомнила о себе, достаточно было просто попасть в состояние комы. Однако, — натянула на своё лицо искусственную улыбку, которую я уже делала на профессиональном уровне, — как видишь, я жива и здорова. Только зря потратила время. Возвращайся туда, откуда приехала.

— Сметанка… — мать сделала неуверенный шаг ко мне на встречу. — Понимаю, ты имеешь право злиться, но…

— Злиться? Нет… — вновь усмехнулась. — Я не злюсь. Ни на тебя, ни на отца. Может первые ещё полгода и злилась, а потом… привыкла. Злятся, когда испытывают чувства, а мне… всё равно.

— Так, Дарья, — придала мама своему голосу строгости. — Можешь для начала выслушать меня? Потом уже и решай, как себя вести.

— Нет, — постаралась медленно встать, опираясь на костыли. — Я устала и хочу спать, — самое интересное, что это правда. Почувствовав лёгкую сытость, тело тут же потребовало немедленный отдых. Всё же, как не посмотри, а я не спала довольно долго. К тому же близился рассвет.

— Дар, — позвала меня мама, но я не обернулась. Не потому, что была гордая и хотела продемонстрировать всю возмутительность ситуации, а потому что чувствовала, что ещё немного и потеряю сознание. Вырублюсь прямо здесь и сейчас. Нужно хотя бы доползти до кровати. Хотя бы лечь на неё… хотя бы попытаться…

Ох, нет! Веки словно свинцом залиты. Тело и так болит, а сейчас кажется просто неподъемным. Всё перед глазами неожиданно поплыло, а ноги подкосились, и я полетела носом вперёд, прекрасно зная, что будет больно. Но какой-то частью мозга знала, что мне было плевать. Сон. Наконец-то наступил долгожданный сон.

Неожиданно почувствовала тепло. Кто-то обхватил меня за плечи, не дав упасть. И кто это? Мама? Кёя? Неожиданно вернувшаяся дежурная медсестра? Или ещё кто-нибудь?

Почувствовались тонкие нотки аромата миндаля. Хм… знакомый запах. Ему можно доверять.

— Не знаю, кто вы, но лучше вам держаться подальше, — стальные нотки в мужском голосе. — Второй раз предупреждать не буду.

— А ты что за чёрт?! — выругалась мама на русском, и я окончательно провалилась в мир Морфея.

Проснулась я этим же днём, когда солнце зашло за горизонт. При этом проснулась у себя дома в своей постели. Как тут очутилась, ума не приложу. Да, если честно, это не так важно. Важно то, что со стороны кухни были слышны разговоры, как минимум двух людей. Рядом с кроватью стояли костыли, поэтому потихоньку упираясь на них, прошагала в сторону кухонной комнаты, откуда уже вовсю пахло шоколадом, выпечкой, различными десертами и сладостями. Давненько я не чувствовала подобную смесь ароматов в том доме, в котором живу.

Как и ожидалось, за столом сидело двое. Мама и Реборн. Оба разом замолчали и посмотрели в мою сторону. Молчат. Ждут какой-то реакции. Может криков? Истерики? Скандала? Эм… извините, но актриса из меня так себе. Да и настроения как-то нет. Но тишину нарушить надо.

— Чаосс, — брякнула я на манер Реборна, на что малыш тут же улыбнулся.

— Как себя чувствуешь, Дар? — тут же спросил Реборн, спрыгивая со своего места и предоставляя его мне, так как оно было ближе всего.

— Как-как… — фыркнула я, медленно садясь на предложенный стул. — Так, словно встретилась с безумным убийцей, а после он по доброте душевной сделал мне лоботомию. В принципе…

— …Жить можно, — закончил за меня малыш, на что я согласно кивнула. — Уже неплохо.

Мама тем временем молчала, сидя напротив меня. Взгляд чёрных глаз был обеспокоен, но уверен. Она явно переживала за меня, но, если судить по её мимике, она не чувствовала сожаления. Всё в её теле говорило о том, что совершённые ею поступки были верными. Может и были другие варианты, но она не стыдится того, что выбрала. Хм, любопытно.

Ясное дело, что меня ждёт долгая и рассудительная беседа. Этого, конечно, хотелось избежать, но тут как с пластырем. Лучше дергать сразу и резко. Если действовать постепенно, то будет только больнее. Все молчат и ждут какого-то сигнала. Явно моего. Эх, чёрт с ним…

— Ну, с чего начнём? — устало бросила я, взяв со стола чайную ложку, пододвинув предложенный кусок торта на тарелочке к себе ближе. — Устраивать истерику и размахивать руками не собираюсь, можете успокоиться. Думаю, вам есть мне что сказать. Ну… я слушаю.

Мама и Реборн переглянулись, словно спрашивая друг друга, с чего начать.

— Сметанка, милая, что ты уже знаешь? — осторожно спросила мама.

— Ну, много всего, — двусмысленно ответила я. — Но это не столь важно. Важно другое — что вы мне скажете.

— Что ж… — женщина тряхнула густыми прямыми чёрными волосами, окидывая несколько прядей за спину, одёрнула серую вязаную водолазку, в которой сидела, разгладив собравшиеся на животе небольшие складки ткани, и, тяжело вздохнув, начала: — Думаю, пояснять о том, кто ты и что из себя представляешь, уже не надо, — я согласно кивнула. Уж этого дерьма наслушалась вдоволь за последний год. — Пожалуй, начну с того, как мы с твоим отцом встретились.

— Так! — остановила я её. — А это не слишком ли ты далеко ушла от основных событий? Меня, наверное, там ещё и в проекте-то не было!

— Конечно! — согласилась женщина. — Ведь мне был дан приказ убить Себастьяна!

— Эм… чего? Ты должна была убить папу? — неожиданный поворот.

— Тогда было совсем другое время, Дар, — пояснил Реборн. — В своё время мы с твоей мамой тоже пытались друг друга убить.

— Хах, да, весёлое было время, — неожиданно усмехнулась мама, и в её черных глазах заблестели искорки радости от воспоминаний. — Я тогда была довольно популярным русским киллером-одиночкой. Бралась за те задания, которые мне были интересны. Деньги, как таковые, не особо интересовали. И когда предложили избавиться от одного из членов семьи Серра, я не смогла устоять. Репутация об их интеллекте дошла и до наших берегов. Думаю, Реборн тебе уже сказал мой излюбленный вид оружия?..

— Да, — согласно кивнула я. — Яд.

— Совершенно верно, — женщина вновь улыбнулась. — Как по мне, данный способ великолепен. Человек умирает, но его тело остаётся совершенно невредимым. При правильной дозировке, ни один следователь не поймёт, в чем истинная причина смерти. Моё задание было простым и отработанным до автоматизма. Встретить цель, соблазнить, напоить ядом и исчезнуть. Вначале всё шло как по маслу. Мы встретились в Италии, как бы случайно столкнувшись на лодках в Венеции. Завязался разговор, который кончился приглашением вечером в ресторан.

— И тут явно что-то пошло не так, — буркнула я. — Яд забыла или он его не принял.

— Дочь моя, я профессионал! — повысила тон женщина, сверкнув оскорбительно взглядом. — Естественно, я его не забыла и, более того, он его выпил. Я подложила смертельную дозу яда в бокал с красным вином, которое Себастьян выпил до последней капли, — неожиданно щеки мамы немного порозовели, и взгляд стал мечтательным. Ей нравилось это воспоминание. — Но после того, как вино было допито, а нужное время на реакцию яда пройдено… ничего не произошло. Себастьян как был весел и романтичен, таким и оставался. Более того, когда я стала заметно нервничать и уже собиралась уйти, он предложил ещё раз встретиться, добавив, что моё «угощение» ему очень понравилось. На вопрос «о чём он?», Себастьян просто процитировал весь рецепт созданного мной яда, который добавила в бокал. Этот яд создала я. Никто не мог его знать. Никто! Но он знал…

— И что? После этого ты не пыталась его убить ещё раз? — спокойно спросила я, прекрасно понимая, что мы вообще-то говорим о моём отце, но… Ой, да ладно?!

— Хм, — мам задумалась. — В это же мгновение, как он поведал мне о моём же рецепте, я вытащила пистолет, прикреплённый к ноге под платьем, и приставила к его голове. Вот только выстрелить не смогла. Себастьян был совершенно спокоен. Улыбался. Продолжал есть заказанный ужин, понимая, что он может быть последним, и на последок спросил: «не интересно ли мне, откуда он узнал о яде? И, более того, почему он не сработал?» Естественно, мне стало интересно. Но сразу говорить всё он не собирался и пригласил меня на ещё одно свидание.

— Любопытство — ахиллесова пята всего семейства Серра, — вздохнула я, понимая дальнейший сюжет развития этой парочки. Как не посмотри, а папа умный человек и мог удивить маму. Причем неоднократно. — Что было после того, как вы стали встречаться?

— Хм, — мама задумалась. — Я забеременела Ромой. Стало ясно, что мы любим друг друга и хотим создать семью. Я и Себастьян решили отойти от дел мафии и спрятаться в какой-нибудь тихой заброшенной итальянской деревне, где никто ничего о тебе не знал. Были периодически нападения, но это были в основном новички-одиночки. Охотники за головами. С ними я и на девятом месяце беременности спокойно могла справиться. Родился Рома, мы жили довольно спокойно, не забывая при этом о былых временах. Спустя шесть лет, решились на второго ребёнка. Вся беременность протекала как обычно. Ну, если не считать того факта, что на меня странно реагировали соседские животные и местные дети. Но я думала, что это просто из-за беременности. Мол, молодая мамочка, и всё такое…

— Угу, как же… — фыркнула я, понимая, что сигналы были ещё в зародыше.

— Как бы то ни было, — продолжила женщина. — О том, что ты Представитель, мы узнали только после родов. Родимое пятно формы полумесяца на шее сзади, было очень хорошо видно. Словно его выжгли. Я знала, что это, — голос стал тих и еле уловим. Взгляд немного затуманен. — Знала, какие ожидают последствия. Знала, что теперь ждёт нашу семью, если мы не исполним протокол союзов мафии. Данный приказ исполнялся всеми без исключения и уже не одно поколение. Этого требовалось и от меня. Но… — женщина замолчала, нервно сглотнув. — Но как можно было подобное сделать, когда с нетерпением ожидал этого ребёнка все девять месяцев? — мама неожиданно резко ударила кулаком по столу, из-за чего я напугано подпрыгнула. — В тот самый момент, когда взяла тебя на руки, решила, что скорее вновь попытаюсь убить Себастьяна, но не дам тебя в обиду. Однако всё сложилось таким образом, что и Себастьян поддержал меня. Было решено дальше скрываться, проигнорировав все слухи и предрассудки и жить обычной полноценной семьёй. Три года нам это прекрасно удавалось делать. Однако… — мама перевела взгляд на мои белоснежные волосы, которые сейчас больше походили на огромный моток спутанной лески. — Случилось то, что случилось.

— Произошло нападение, — понял Реборн.

— Чёрт возьми, как будто это было впервые! — тут же гневно бросила женщина, но тут же успокоилась. — Нападения происходили и раньше. Не стоит забывать, кто я и кто Себастьян. Но в тот раз мы многое не уследили. Был день рождения Дар. Расслабились. Да и дома нас не оказалось по разным причинам. В итоге, когда мы уже вернулись, обнаружили полыхающий дом и пожарную машину. Тот день изменил всю нашу семью. Если раньше мы строили какие-то иллюзии спокойной жизни, то в тот вечер всё вернулось на круги своя. Вот только девочка была ни жива, ни мертва. Просто кукла. Вроде, дышит, но не ест, не пьёт, не плачет, не спит. Врачи лишь размахивали руками, совершенно не зная, что делать.

— Чем-то напоминает ту же ситуацию, в которой я была недавно, — задумчиво произнесла я вслух.

— Именно поэтому я и позвал твою мать, — пояснил Реборн. — Мне неведомо то, что произошло после, но я надеялся, что информация Василисы поможет тебе. Но ты пришла в себя раньше, чему я несказанно рад.

— Значит, тебя вызвал Реборн? — посмотрела на маму.

— Мне потребовалось поднять всех своих знакомых, чтобы найти хотя бы ниточку о твоих родителях, — тут же добавил малыш. — Они прятались. Но не от тебя. От кое-чего большего.

— Хоть я и рада находиться тут, — добавила мама. — Всё же моё пребывание рядом с Дарьей очень опасно для неё. К сожалению… надолго я остаться не смогу. Но всё по порядку, — тут же произнесла женщина, заметив мой хмурый взгляд. — Я продолжу историю. В тот момент, когда мы с Себастьяном уже отчаялись, что нашу дочь вылечат, в дом постучались. Это был некий мужчина, при этом лица его я не помню. Словно затуманены воспоминания. Он пришёл, не представившись, лишь сказал, что поможет Представителю, но взамен, мы должны кое-что сделать.

— Чего он хотел? — насторожено спросил Реборн.

— Он продемонстрировал нам документ, соглашение, подписанный самим Первым Боссом Вонголы, Джотто и Первым Представителем семьи Серра, Доротеей. В этом соглашении говорилось о том, что Представители Серра должны становиться Советниками и направлять их во всех делах. Ранее об этом документе я слышала только сплетни. Но видеть его, оказалось, совсем другим. Не думала, что спустя столько поколений осталось хоть что-то уцелевшее.

— Это могла быть подделка, — не задумываясь, бросил Реборн.

— Я тоже так подумала в начале, но было одно «но», — женщина наклонилась в сторону малыша через весь стол. — В углу документа имелась печать, которую мало кто сможет подделать.

— Пламя Посмертной Воли Первого?! — это похоже удивило Реборна, так как малыш тут же помрачнел. — В таком случае, сомнений быть не может.

— Вот именно, — кивнула женщина, облокачиваясь обратно на спинку стула.

Тут мама заметила, что я уже давно не ем, так как торт в моей тарелке кончился. Она спокойно встала, подошла к тумбочке, на которой стояли другие лакомства, взяла корзинку с шоколадными кексами и вернулась на своё место, молчаливо поставив десерт передо мной. Что ж… с сытым желудком истории воспринимаются куда легче. Особенно такие.

— Но разве этот документ не утратил свою силу? — спросила я, надкусывая кекс. — Сколько лет-то прошло. Да и поколения Боссов сменяли друг друга. Есть и тот приказ, в котором меня должны были убить.

— Тут всё несколько иначе, Дар, — пояснил Реборн. — Приказ Первого Босса, в некотором смысле, священен. Особенно учитывая то, что пламя до сих пор горело. Даже спустя столько времени.

— Это нас тоже удивило, — кивнула мама. — Более того, это соглашение незнакомец передал нам со словами, что как только он поможет девочке, мы должны сами лично встретиться с Девятым. В принципе, могли бы и дальше прятаться, но какова вероятность, что это бы не повторилось? Мы тогда, как родители, были сильно напуганы, — мама, не задумываясь, взяла один кекс из моей корзинки и надкусила его, чтобы немного успокоиться. — Что он тогда сделал, до сих пор понять не могу, однако минуту спустя, ты была уже самым обычным ребёнком. Без воспоминаний, о прожитых трёх годах, но всё же уже шевелилась, плакала и что-то требовала.

— Я помню тот день, когда вы пришли к Девятому, — неожиданно произнёс Реборн. — Чтобы пройти в штаб, избавились от многих наших людей.

— Они мешались, — гордо бросила женщина, задрав подбородок. — Однако, когда мы встретились с Девятым, всё кончилось. Он выслушал нас. Более того, увидел тебя собственными глазами. И именно тогда мы и заключили соглашение о браке со следующим Боссом Вонголы. В принципе, брак в мире мафии обычное дело. Чтобы приумножить силу семьи, это делалось как столетие назад, так и сейчас, только не афишируют так сильно. Но у Девятого был небольшой план по поводу этого.

— План? — спросила я, переводя взгляд с мамы на Реборна.

— Девятый понимал, что так просто ты и Тсуна союзниками не станете, даже если и заключите брак, — пояснил Реборн. — Поэтому он дал приказ воспитывать что тебя, что Тсуну как обычных детей. До определенного момента. Никто ничего не должен был знать, ни о мафии, ни о её жестокости, ни о прошлом ваших семей. После, когда вам исполнилось по четырнадцать, было принято решение, что пора бы вам познакомиться.

— Значит мы с Тсуной, в принципе, в одних условиях, — задумчиво произнесла я. — М-да… Нам везёт как утопленникам, ну да ладно. Что было дальше со мной, я и так знаю. А вот куда вы свалили? Вспомнили молодость? И где папа? Вижу, он с тобой не приехал.

— Подожди, не торопись, — тут же попросила мама, приподняв раскрытые ладони перед собой.

— Мне тоже интересно, — вставил Реборн, посмотрев на женщину. — Даже я, в итоге, потерял с вами связь. Что случилось на самом деле, Василиса? Изначально цель вашей поездки заключалась во встрече с Девятым, я правильно понимаю?

— Да, — вздохнула мама с некой усталостью в глазах. На мгновение показалось, словно она постарела лет на десять от того, что ей пришлось пережить. — Изначально цель была именно такая. И мы рассчитывали через месяц поехать в Японию к Дарье, однако…

Женщина стала хлопать по карманам, словно искала пачку сигарет. Не думала, что она начала курить. Мама всегда была против подобного. Даже с папой вечно ругалась по данному моменту. А тут… Но нет, достала пачку жевательной резинки. Не задумываясь, кинула парочку в рот, и только когда на кухне запахло мятой, продолжила:

— Вначале всё шло как надо. Мы приехали в Италию. Договорились о встрече и были радушно приняты Вонголой в их особняке. Но начались затяжные переговоры, — вздохнула женщина. — Многие были не согласны с решением Девятого. Альянс семей мафии трещал по швам. Имелись те, кто хорошо помнил последствия той войны во времена Шестого Босса. Выдвигались сильные аргументы того, что Дар в итоге всё равно предаст Вонголу и лучше от неё избавиться до того, когда девочка вырастет и станет независимой. Этим процессам не было видно конца. И днём и ночью шли споры. Зачастую они перерастали в потасовки и кончались чьей-нибудь смертью. Однако, настоящий кошмар начался, когда появились те, кто звал себя «старейшинами семьи Серра». Они были тоже недовольны тем, что девочка выросла без их участия и требовали немедленно выдать её местоположение.

— Разве Серра, в принципе, не живёт скрытно? — не понимал Реборн.

— Так и есть, — кивнула мама. — Но когда пошёл слух, что Представитель жив и, более того, ей уже больше четырнадцати, весь мир мафии перевернулся с ног на голову. Я не переживала за Вонголу, они как и обещали, защищали своего будущего Босса и будущего Советника. Тайна об их местоположении сохранялась до конца. Однако стали взламываться наши телефоны и банковские счета. Выходить на связь с дочерью стало просто опасно. Даже то, что я тут уже подвергает тебя большой опасности. То, сколько раз нас пытались взять в плен и допросить, я уже сбилась со счёта. В какой-то момент нас действительно прижали. И я, и Себастьян были в безвыходной ситуации. Нанимали киллеров высшего класса, чтобы одолеть нас. И в тот самый момент, когда надежды больше не осталось, на нас вышли те, кто назвал себя не просто «союзниками», а «друзьями» Представителя семьи Серра.

— И кто это был? — спросил Реборн, но кажется, я уже знала ответ.

— С вами связалась семья Бовино? — спросила, на что женщина вновь согласно кивнула.

— Я даже не знала о существовании данной семьи, — нахмурилась она. — Рогатый скот?! Думала, что это какие-то новички в мире мафии, на которых даже обращать внимание не стоит. Умрут через день другой, и всё. Сколько таких уже было на нашем пути? Не счесть. Однако… мы ошибались, — мама взглянула мне в глаза. — Не знаю, как ты связалась с данной семьёй, и, более того, смогла заручиться их поддержкой, но я была поражена тем, как технологически оснащена эта семья. Себастьян тогда был сильно ранен, и Бовино не медлили. Казалось, их технология шагнула на несколько лет вперёд. Буквально через несколько дней мы уже стояли на ногах и шли на поправку. Они нам ни в чём не отказывали и всячески помогали, как с деньгами, так и с оружием. Но когда Себастьян спросил, как ты вышла на них, все как один сохраняли молчание, ссылаясь на Омерту. Как Босс семьи Торо, так и самый мелкий по должности. С таким я столкнулась впервые в своей жизни. Даже сплетен не было.

— Вы не пытались бежать? — подал голос Реборн. — Как по мне, это было бы логичным.

— Куда? — усмехнулась мама. — Хоть у нас и имелись некоторые связи в России и в Китае, но если бы Себастьян покинул Италию, то признал бы, что проиграл, а это значит, что судьба нашей дочери решена. Пришлось идти на хитрость и устроить небольшую революцию в семье Серра. Это сложно, особенно учесть, что каждый член данной семьи, довольно умён, если не гениален. Но оно того стоило. В итоге, победа была за нами. И вот когда мы одержали вверх, последовала следующая проблема. Причём не откуда-нибудь, а из самого сердца Вонголы.

— О чём ты? — нахмурился Реборн, чувствуя напряжение.

— Девятый… — начала мама, посмотрев малышу в глаза. — С ним… что-то не так. Не знаю, как объяснить. Но… он изменился, Реборн. Всё, что мы обсуждали до этого и всё к чему пришли… он разом разорвал все переговоры и решил оставить то соглашение, к которому мы пришли больше десяти лет назад. Если ещё недавно сам Девятый согласился с тем, что брак это уже давно прошлый век и достаточно просто стать друзьями, как он вновь настаивал на браке с Десятым Босом Вонголой. Когда же мы пытались напомнить ему его же слова, нас чуть ли не обвинили врагами семьи. Ещё бы одно боевое столкновение, мы бы не перенесли. Тем более с самим Девятым. Пришлось отступить. Однако Себастьян всё ещё там и пытается наладить прежние отношения с Девятым. Вот только чувствует моё сердце, что это не принесёт результатов.

— Возможно, на него просто повлияли последние события, — предположил Реборн. — Встреча с Мукуро и его командой не осталась незамеченной.

— Возможно, — согласилась женщина. — Как бы то ни было, мы имеем то, что имеем, — посмотрела на меня. — Вот такая вот история. Думаю, не этого ты ожидала услышать, но…

— Да уж, — вздохнула я, отодвигая от себя пустую корзину из-под кексов. — Совсем не это.

И как мне на это реагировать? Думала, что тут будет речь наполненная извинением и сожалением, но нет. Всё оказалось совсем не так, как я себе представляла. По сути, родители меня не кинули, а спрятали. Всё то время, пока я строила планы по тому, чтобы сбежать отсюда, мне надо было наоборот залечь на дно и не высовываться. От полученной информации голова трещит по швам. Хотелось от всей души сказать: «Ну на хрен!» и с трусами на голове свалить в закат, вот только вряд ли у меня это получится.

Э-э-эх, пора признать, Дар, что твоя жизнь не просто дерьмо, а из дерьма и состоит. Ко мне относились ещё по-божески. Давали делать, что хочу. Реборн на многое закрывал глаза и не лез в мою личную жизнь. Если в начале и пытался везде контролировать и навязывать своё мнение, то в дальнейшем ослабил поводья. Даже сам прислушивался к моим словам. А ведь всё это ещё предстоит узнать Тсуне. Хотя я уже представляю эту сцену. С ним только попытайся заговорить на счёт мафии, как парень тут же закрывает уши и кричит во всё горло: «Ла-ла-ла! Я вас не слушаю!». Савада ещё пытается вернуть свою жизнь так, какой она была раньше. Что ж… тут я ничего делать не буду. Сам всё поймёт. А мне, как его Советнику, придётся принять суровую реальность раньше.

И то ли я ещё не до конца отошла от обезболивающих лекарств, то ли сейчас просто испытываю некое чувство облегчения от того, что наконец-то смогла насытить желудок, но информацию восприняла довольно… спокойно. Хотя, после того как я «пообщалась» с Мукуро, после того, как он пытался меня завербовать, после того, как просидела больше недели в мнимой коме… всё кажется таким… поверхностным. Видно, меня теперь ничего уже не удивит. Хотя, кое-что всё же интересует.

— Рома в курсе о мафии?

— Нет, — отрицательно покачала головой мама. — Возможно, раньше стал догадываться, но мы тут же отослали его в другую страну в университет, чтобы хотя бы он жил как обычный ребёнок.

— Ага, — кивнула я. — Значит, Роме повезло больше. Ну, ладно-ладно…

— Разве ты не хочешь… что-либо сказать после услышанного? — осторожно начал Реборн.

— Что именно? — фыркнула я. — Знаешь, после встречи с Мукуро, которого с детских лет использовали как подопытного кролика, думаю, моё прошлое ещё было неплохим.

— Хм?.. — не понял малыш. — Ищешь хорошие стороны?

— Ни черта подобного, просто отказываюсь думать о плохом! Иначе кому-то придётся всё-таки умереть… М-да…– тут же бросила я, на что Реборн и мама переглянулись. — Значит, меня выписали из больницы? Кстати, — посмотрела на маму. — Что произошло с Хибари-саном? Кажется, он…

— Так этот напыщенный, возомнивший о себе невесть что, загордившийся мальчик, Хибари-сан?! — ого! Похоже, маме он с первого взгляда не понравился. — Естественно, я намеревалась надрать ему зад. Кто он вообще такой? Мало того, что не позволял мне к тебе приблизиться, так и ещё умудрился нападать. И чем? Тонфами!? Он явно любитель старинных японских фильмов.

— Эм… — а вот теперь я была крайне озадачена. — Мам, ты сражалась с Хибари-саном?

— Тц! Тоже мне! — бросила злобно женщина. — Драться с таким невоспитанным ребёнком! Да я бы его по стенке размазала, не задумываясь. Просто вовремя подоспел Реборн и разрешил данную ситуацию.

— Должен отметить, что Хибари тебя защищал, — улыбался Реборн, наслаждаясь самой ситуацией. — Правда, объяснил это тем, что он тебе должен и что ты являешься его подчинённой.

— Ну, в принципе, так оно и есть, — кивнула я.

— Эх, не нравится он мне, — шикнула мама, скрестив руки на груди. — Слишком напыщен, злой, гордый, надменный, не знает, когда остановиться… меня в молодости напоминает. Да, мне он определёно не нравится! Дарья, я не хочу, чтобы ты дружила с этим мальчиком!

— Э-э-э… чего?! — от нахлынувшей волны возмущения я даже дар речи потеряла. Она мне ещё собирается указывать? А Реборн спокойно смотрит на эту сцену и хихикает втихую. Нет, мы с Хибари не друзья. И никогда ими не были. Но… Чего?! Какого она указывает с кем мне общаться, а с кем нет? Так-с… нужно расставить всё по своим местам. — Мам, скажу лишь раз — я сама решаю с кем дружить, а с кем нет.

— Дар, я понимаю, ты уже взрослая девушка, но от таких парней лучше держаться подальше, — родительский тон в голосе значительно вырос. — Им только драки и важны. Уверена, что его вся школа боится, если не город.

— Угу-угу, — кивал головой Реборн, делая глоток уже остывшего чая.

— И вообще, ты видела, какой у него взгляд недобрый? — продолжала женщина. — Из-за такого взгляда меня Василиском и прозвали. Нет, я определёно не хочу, чтобы ты с ним дружила! В твоём окружении разве мало парней?

— Мам… — попыталась её остановить.

— Вообще-то довольно много, — отозвался малыш.

— Реборн! — шикнула я на своего опекуна, чтобы он молчал.

— Значит, выбор есть, — задумалась женщина, потирая подбородок. — Хм… хочу всех посмотреть.

— Это тебе что, смотрины?! — уже кричала я. — Прекратите немедленно!

— Можно устроить вечеринку, — предложил Реборн, полностью игнорируя мои слова. — В честь выздоровления. Я приглашу всю «семью» будущего Десятого Босса Вонголы.

— Вечеринка?! — теперь в моём голосе отчётливо чувствовалась паника.

— Вечеринка!!! — зато в голосе мамы неподдельная радость. — Я займусь столом и угощениями.

— А я — пригласительными, — отозвался малыш. — Завтра к восьми вечера, подойдёт?

Более того, когда они обговорили все детали, Реборн и мама дружно хлопнули в ладоши друг друга, и на этом наш «семейный» разговор был закончен. Мама побежала в магазин за продуктами, а Реборн, как и обещал, занялся рассылкой приглашений. Я сидела на кухне, обхватив свою голову руками, и всё никак не могла сообразить — как до этого дошло? Как пояснение прошлого, превратилось в организацию вечеринки?!

Кто-нибудь, остановите Землю, я сойду.

Честно сказать, я не знала, как реагировать в присутствии мамы. Рядом с ней я чувствовала себя спокойно и уютно. Она вечно что-то готовила на кухне, периодически спрашивая, не надо ли мне чего-нибудь. Вроде бы, всё выяснилось и всё стало на свои места. Обычная девушка на моём бы месте давно устроила скандал со слезами и драматически хлопнула за спиной дверью. Но я не видела в этом поведении какой-либо выгоды. Зачем? В принципе, период шока прошёл быстро. Да и о многих вещах я уже знала. Второй раз должного эффекта они не принесут. А всё, что хоть как-то начинало пошатывать мою нервную систему, я мысленно отгораживала от себя. Как обычно, стеклянный ящик в голове всегда выручал.

Более того, мама давала мне целую кипу странных препаратов с той лишь целью, чтобы раны на теле стали быстрее заживать. И они помогали уже на вторые сутки. Боль притупилась и практически не ощущалась. Разве что сустав большого пальца на руке до сих пор ныл. Особенно тогда, когда я по привычке пыталась левой рукой что-то сделать. Выдернуть руку из кандалов без последствий? Это не про меня. На счёт ран на руке и ноге от трезубца, то с ними всё более благополучно. Ткани срастались. Главное будет потом, когда мне придётся заниматься немного физкультурой, чтобы ранее травмированные мышцы правильно функционировали. Но это потом… подождёт.

Мама практически ничего не спрашивала у меня про то, чем я занималась, пока её не было. Как выяснилось, она и так всё обо мне знает. Ну, как всё… со слов Реборна. Постоянно слал отчёт в виде писем. Думаю, что подробности содержания тех писем мне лучше не знать. Также маму заметила пожилая соседка-кошатница, что очень часто любила совать нос в чужие дела, особенно когда у меня были гости.

— Вы знаете, — обращалась соседка, когда узнала, что приехавшая женщина моя мать. — Ваша дочь — очень странный ребёнок. Мало того, что на неё мои котики странно реагируют, так ещё постоянно водит к себе всяких… парней. И уходят они от неё… полуголыми! А ведь она ещё несовершеннолетняя. Это так вульгарно!

— М-да?! — протянула мама, осматривая соседку каким-то странным оценивающим взглядом. — Да уж… ещё так юна, — согласилась мама, вздыхая. — От меня в её возрасте, ни один парень не сбегал. Просто не могли, хех. Ведь трупы не бегают, хе-хе-хе…

Соседка в тот момент так побледнела, что практически сливалась со своим седым париком. Но результат был: вопросов она больше не задавала и нос в наши дела не совала. А я поняла, что мама в совершенстве владеет японским языком. Во всяком случае, изъянов не наблюдалось.

Ближе к вечеру все стали приходить. Сначала пришёл Реборн в компании Тсуны, Ламбо, И-Пин, Бьянки и Фууты. Каждый сжимал в руках какой-нибудь небольшой подарок, словно пришли на день рождение, хотя это вечеринка по случаю нашего общего выздоровления. Но Тсуна заверял, что просто так с пустыми руками приходить было неудобно. Каждого гостя проводила на задний двор дома, так как в самом здании вряд ли бы все уместились. Вот только Фуута немного медлил и отставал, смущённо смотря в пол.

Мама тут же привлекла общее внимание, занимаясь раздуванием костра для шашлыка, так что мне удалось отойти с мальчиком в сторону.

— Фуута, что-то не так? — спросила я, его тихонько, присев на один из свободных кухонных стульев.

— Я… ну… Дари… ну… — мальчик мялся, то сжимая, то разглаживая один конец шарфа, что он вечно носил. Губы дрожали, а в глазах читалась вина. Особенно тогда, когда он посмотрел на мою ногу и руку. Ясно…

— Фуута, не переживай, ты не виноват, — улыбнулась я и по привычке потрепала мальчику голову. Простой привычный жест, но, кажется, он успокоился. Щеки впалые, кожа местами побелела как мел. Хоть прошло практически две недели, а последствия тех десяти дней плена до сих пор видны. — Мы с тобой всё такие же друзья, как и раньше. Лучше помоги И-Пин и Ламбо расставлять тарелки, ладно? А то, чувствую, что без битой посуды не обойдётся…

— А? Ага, — мальчик улыбнулся, и в его светло-карих глазах заблестели медовые огоньки счастье. Не выдержав прилив эмоций, Фуута тут же рванул меня обнимать. Ну, блин… опять неловкость… но, хорошо, что он пришёл в себя. Видно, действительно чувствовал себя виноватым.

Помимо меня, раненым были и Тсуна с Бьянки. Они ходили, передвигались, но периодически ойкали, когда неудобно нагибались или делали резкое движение. Бьянки была ранена в живот, но всё же держалась молодцом. А у Тсуны, в принципе, болело всё тело, хотя Реборн успевал над ним всё время подшучивать и помучить, ссылаясь на то, что он репетитор. Ему можно.

На удивление Бьянки тут же нашла общий язык с мамой. Они даже начали небольшой профессиональный спор о том, какой самый действенный из ядов. Моё действие в такие моменты — бездействие. Вообще, стараюсь издавать как можно меньше звуков. От одной мысли, что меня и Рому в детстве пичкали различными ядами как куропатку яблоками, становится не по себе. Хотя мама заверяла, что это всё ради того, чтобы её дети были здоровыми и никогда не болели. Эм… обычные матери, вроде бы, витамины своим детям дают. Хотя «моя жизнь» и «обычно» вещи несовместимые.

Во входную дверь вновь постучали. Я, хромая, пошлёпала встречать гостей. Хоть ходить всё ещё было не очень, но, в принципе, двигаться можно. На этот раз пришли Гокудера и Ямамото. Не успела произнести «Добро пожаловать», как тут же оказалась в объятьях Такеши. Причём, в таких крепких, что я стала задумываться над тем, как бы вновь в больницу не попасть. Хаято же лишь фыркнул, что-то типа: «С выздоровлением» и всунул мне в лицо пакет со сладостями. Именно с такими сладостями, которые я в основном предпочитаю покупать сама. Сам Такеши просто притащил набор суши, которые приготовил его отец.

— Спасибо, — улыбнулась я, прося ребят поставить гостинцы на свободное место на столе. — Идёмте, проведу вас на задний двор. Тсуна и детвора уже здесь.

— Десятый уже тут?! — ахнул Хаято и остановился. — А моя сес…

— Ах, да… — вспомнила я о недуге парня. — Хм, постой тут минуточку. Сейчас что-нибудь организую.

Идея пришла быстро. Достала свои солнечные очки, хотя уже вечерело, и пошла на задний двор, оставив парней одних. Объяснив ситуацию Бьянки, та лишь фыркнула.

— Эх, Хаято ещё такой ребёнок, — но очки всё же надела.

Когда вернулась обратно в дом, Ямамото уже не было. Он решил не дожидаться Гокудеру, а сразу направится в сторону шума и веселья. Там как раз Тсуна бегал за Ламбо, который решил быть умнее и хитрее всех, схватив огромную тарелку шоколадных конфет с общего стола.

— Ге-хе-хе-хе! Это всё Ламбо-сану! — кричал мальчик, наворачивая круги по двору.

Я проигнорировала этот безумный шум. Хаято тем временем бродил по дому, осматривая комнаты от скуки.

— Всё, она надела очки, — бросила я. — Идём.

— Значит, к тебе приехала мать, Советник?! — неожиданно начал Хаято, не двинувшись с места. — И что думаешь по этому поводу?

— А что я должна думать? — спокойно спросила парня.

— А разве не ясно? — похоже, парня это задело. Он сделал несколько резких шагов в мою сторону, останавливаясь буквально в метре. — Разве тебе не обидно? Разве не злит то, как все с тобой обошлись? Разве это вообще нормально устраивать вечеринки? Я пришёл, так как это просьба Реборн-сана. И Десятый тут, но… Дерьмо, я не понимаю! Что творится в твоей голове?

— Что творится, спрашиваешь? Эх… В двух словах не объяснишь.

— А ты попробуй, чёрт возьми! — парень уже не скрывал свою злость.

Почему-то его задевало то, что для меня было безразличным. Что же творится у меня в голове? Как пояснить всё то, что я чувствую? Не умею красиво говорить и уж тем более описывать свои чувства. Да и чувствую я несколько иначе, нежели другие люди. Это осложняет всё дело. Может попробовать «это»? Да, пожалуй, «это» будет неплохим вариантом.

Медленно обошла Хаято, подойдя к столу, на котором скопились гостинцы. Из пакета, который принёс Гокудера, вытащила небольшую упаковку шоколадного молока с приклеенной к нему трубочкой. Развернулась обратно к озадаченному Гокудере.

— Чёрт, нашла время для еды! — рычал он, но я проигнорировала замечание.

Спокойно достала трубочку и воткнула её в отведённое отделение. После чего, до того момента, когда парень произнёс ещё хоть слово, поднесла трубочку к его губам и надавила на упаковку шоколадного молока, позволив напитку проникнуть в полость рта. Эмоции, сменяющие друг друга, отчётливо отражались в бирюзовом взгляде Гокудеры. Сначала непонимание, далее вспоминание, что подобный момент уже был, и наконец осознание того, что находясь в коме, я всё прекрасно видела и слышала.

Сделала шаг назад, позволив парню свыкнуться с пониманием того, что я пыталась пояснить. Интересно, он понял? Не знаю, как ещё передать, что я благодарна ему. Сказать простое: «Спасибо», но в моих словах это получится сухо и без эмоций. Скорей всего, оно будет звучать как: «Отвали», а не этого результата я хотела.

Неожиданно Гокудера смутился. Покраснел и отвернулся в сторону. Видно, он испытывал неловкость от того, что тогда в больнице, вёл себя несколько мягко для такого парня как он. Но уже мгновение спустя, взял себя в руки. Шагнул ко мне, резко выхватил из руки открытую упаковку шоколадного молока, которое только что пил, и, брякнув на ходу «Ведьма!», вышел на задний двор.

Хотела последовать за ним, но в дверь вновь постучали.

На этот раз на пороге стояли Киоко и Рёхей. Правда Рёхей ко всему прочему стоял на костылях и улыбался беззубой улыбкой. Избит, ранен, но не сломлен. Более того, сиял счастьем, словно солнце. Вот уж кто видит всё прекрасным в любой, даже самый пасмурный, день.

— Привет, Дар! — отозвался Рехёй, заходя в помещение. — Устраивать вечеринку по поводу выздоровления, это экстремально круто! Уважаю и одобряю!

— Это вам, Дар-чан! — Киоко протянула в мою сторону небольшой пакетик с какими-то сувенирчиками. Уверена, что там имеются бейсбольные принадлежности. Так, на память. — Хоть врачи не рекомендуют братику лишний раз вставать, но он так был счастлив, когда его позвали… — смущалась рыжеволосая.

— О чём ты, Киоко?! — взревел Рёхей. — Конечно, я буду счастлив! Тем более такой повод! Как Глава Боксёрского Клуба, я просто не мог сидеть в стороне! — я буквально чувствовала нерушимую ауру парня. Чёрт, да если его подключить к электростанции, он будет вырабатывать бесплатное электричество только своим стремлением. Но через секунду он сам немного опустил в мою сторону голову, практически к самому уху и чуть тише спросил: — Я экстремально извиняюсь, но… где у вас тут туалет?

— Оу! — вырвалось у меня. — Вон та крайняя дверь, — указала направление. — Включатель с левой стороны.

— Спасибо! — парень в ускоренном темпе направился в сторону туалета.

Тем временем я решила проводить Киоко, но в дверь вновь постучались.

— Эх, я сегодня явно за дворецкого… — злобно бубнила я.

— Хи-хи-хи, — засмеялась девушка. — Дар-чан, ты иди проверь гостей, а я встречу гостя, так как это Хару, она немного запозднилась и не успела догнать нас. А после дождусь братика, и мы сами выйдем во двор.

— Ладно, — кивнула я, благодаря девушку. — Не заблудитесь, хотя тут это невозможно.

Киоко вновь хихикнула, а я тем временем направилась в сторону внутреннего двора. Что-то там на удивление тихо стало. Даже как-то не по себе. Чтобы Ламбо и И-Пин просидели хотя бы пять минут в тишине? Да не в этой реальности.

Картина, которая открылась передо мной, можно было рисовать маслом. Секунда была потрачена на размышления, прежде чем я задала свой вопрос:

— Что тут происходит?

А творилось вот что: в центр двора был вытащен стол для гостей, который как раз и сервировали ранее дети. Всё необходимое на нём уже было разложено. Более того, имелись стулья и другой дополнительный стол, на который сложили всю не вместившуюся еду. Но суть не в этом. За гостевым столом приклеившись к стулу, сидели Такеши, Тсуна, Хаято, Ламбо и Фуута. У всех были до жути натянуты улыбки, в то время как глаза буквально излучали ужас. И как я поняла, этим ужасом была моя мама, что напевала себе песенку под нос и продолжала готовить шашлык.

Что касалось Бьянки, Реборна и И-Пин, то те сидели около другого стола и молча попивали чай, наслаждаясь «природой».

— Д…д… д… д… — заикался Тсуна, когда увидел меня. — Д… д… д… — он словно пытался что-то сказать, но не мог, так как от ужаса всё тело свело. — Д… д. Дар… п… помоги!

— М... мам! — крикнула я, понимая, что она точно причастна к происходящему. — Мам, что происходит?

— Да ничего не происходит, — улыбалась мне женщина. — Через пятнадцать минут шашлык будет готов. Можешь садиться.

— Мам! — уже крикнула я. — Почему они выглядят, как окаменевшие статуи?

— Это эффект ауры твоей матери, — спокойно произнёс Реборн делая небольшие глотки зелёного чая. — Её вид настолько ужасает, что люди, которые впервые с ней столкнулись, цепенеют. Именно поэтому в мире мафии твою мать прозвали Василиском.

— Аура? — не понимала. — Почему же я её не вижу?

— Ты с ней выросла, — ответил малыш. — А значит, просто привыкла и не чувствуешь. Думаю, по этой же причине, не видишь ужасающую ауру Хибари. Но ничего, сейчас эти тоже привыкнут и начнут шевелиться.

Первый в себя пришёл как ни странно — Ламбо.

— Йа-а-а!!! Ламбо-сан больше не будет воровать сладости!!! — крикнул он, в ужасе смотря на мою маму и дрожа как листик на ветру.

— Боже! — следующим очухался Тсуна. — Эта аура хуже, чем у Хибари-сана! Мне на секунду показалось, что я видел Смерть!

— Ну, что же ты так, зятёк? — улыбаясь, произнесла мама, ставя на стол очередную порцию еды.

По правде сказать, от количества блюд стол буквально прогибался, но никто не смел и пальцем прикоснуться. Стоп… или смел? Мама никогда не любила, чтобы кто-то начинал таскать еду со стола раньше того времени, пока все не сядут за стол. А учитывая, как любит проказничать Ламбо, к тому же и Хаято тут думаю, это не могло закончиться хорошо. Вот мама и разозлилась, выпустив ауру злости наружу.

— Ма-а-ам… — медленно протянула я, прося тем самым успокоиться. — Они мои друзья. Прошу, держи себя под контролем.

— Сметанка, я даже пальцем их не тронула, — невинно захлопала женщина чёрными глазками. — Не правда ли, мальчики? — Тсуна, Ламбо и Фуута согласно закивали головами. Ямамото засмеялся, хотя лоб у парня явно взмок, а вот Гокудера произнёс то, что действительно думает:

— От женщин одни проблемы.

— Вот как? — мама, сжимая длинные, заострённые шампура, с кошачьей гибкостью подошла к столу, встав прямо напротив Хаято. — А ты у нас значит… Гокудера Хаято, верно? В Италии тебя прозвали как «Дымовая Бомба». Многие семьи пытались укротить твой бунтарский нрав, вот только видно, не каждому это по силам. Однако я, — прозвучал звонкий скрип металла. Теперь шампуры напоминали руку Фреди Крюкера, — Я тебе не любитель.

— Мама! — вновь влезла я, чувствуя нервозность.

— И вообще, — тут же улыбнулась женщина, и теперь лицо серийного убийцы сменилось на лицо добродушной тётушки. — Кто в наше время носит такую причёску? Она мне напоминает об одном извращенце из моего поколения. Вот ещё тот чудак был!

— Ты о докторе Шамале? — спросила я насторожено.

— О! Ты его знаешь? — усмехнулась женщина. — Так значит, этот пройдоха ещё жив? Надо будет это исправить…

— Тот старый извращенец даже имени вашего боится, — заметил Гокудера. — Что вы ему сделали? Он так ни разу и не сказал.

— Не сказал, да? — мама захихикала. — Ну, это и не удивительно. Скажем так, больше двадцати лет назад мы с ним пересекались пару раз. Но он точно относится к тем людям, которые не понимают слова «нет». Пришлось объяснять в своём стиле. Хоть мы и работаем приблизительно в схожем стиле, я смешала такой яд, противоядие которого он полгода отыскать не мог.

— И что же это за яд? — продолжал спрашивать Хаято. — Он, вроде бы, ещё жив.

— Этот яд не убивает человека, — пояснила женщина, а потом усмехнулась. — Во всяком случае, не всю его часть. Этот яд делает из здоровых мужчин импотентов. Ох, Шамал тогда был буквально в трауре, хе-хе-хе… — глаза у всех парней разом округлились, а лица уже не просто побледнели, а посинели.

— Чёрт возьми! — прошипел Хаято. — С трудом это признаю, но… я сочувствую… Шамалу.

— Госпожа, — позвала Бьянки, что всё это время сидела молча. — Рецептик не дадите? Думаю, у нас схожие проблемы.

— Ох, конечно, милая! — отозвалась мама. — Правда, потом мы ещё раз с Шамалом пересеклись. Он хотел либо отомстить, либо продемонстрировать, что выздоровел. Сейчас и не вспомню. Однако я ему сказала, что если ещё хоть раз встречу на своём пути, вколю такой яд, после которого он станет геем. Причём навсегда. В общем, — женщина всплеснула руками. — С тех пор мы больше не виделись, хе-хе-хе. Хотя я, вроде бы, слышала, что он и мужчин стал избегать. Даже не лечит их. Хм…

— Эта женщина — чудовище! — перешёл Хаято на итальянский язык, и сам того не заметил. Но мама на это лишь мило улыбнулась и подмигнула парням. Ох, чувствую, что ребята после этого никогда не будут такими, как прежде.

В какой-то период, когда все собрались за столом, ребята стали себя вести как обычно. Мама была предупреждена, что Киоко и Хару ничего не знают, поэтому вела она себя как обычная женщина, работающая по договору в Италии педиатром. Девушки были в восторге от такой новости. Стали спрашивать её о работе и о сложности лечения детей. В принципе, всё было даже очень… «обычно». Я старалась вообще говорить по минимуму. Сидела с краю и не привлекала к себе внимание. Эпицентром события стало знакомство моих друзей с моей мамой. Вот и пусть себе знакомятся. Кому надо, тот понял, что она за человек и уже старается вести себя как можно тише. Прям как я.

Однако сюрпризы на этом не закончились. Через двадцать минут, после того как все собрались и расселись за столом, неожиданно через высокий забор во внутренний двор запрыгнул сам Хибари Кёя. Честно, как чёрт из табакерки. Постучаться или позвонить в дверной звонок не судьба? Походу Глава Дисциплинарного Комитета любит эффектно появляться.

— Йо! — поздоровался он, с усмешкой осмотрев всех присутствующих. — Я маленько опоздал.

— Чаосс, Хибари! — произнёс Реборн, довольно улыбаясь. — Думал, что ты уже не придёшь.

— Возникли неотложные дела, — спокойно пояснил парень. Неожиданно ему на голову села небольшая жёлтая птичка. Канарейка? Точно, это канарейка. И не какая-нибудь, а та самая, которую держал рядом с собой Птичник, подчинённый Мукуро.

Воспоминания того дня разом нахлынули на меня. И эти слова Птичника: «Тебе нравятся мои птички? Они желтые, как твои глазки!». Тц! Лёгкая неприязнь к канарейке возникла сразу, стоило её только увидеть. И зачем Кёя притащил эту птицу сюда? Раздражает. Не хочу, чтобы она прикасалась ко мне. Не хочу, даже чтобы она приближалась. Птицы, животные, звери… хоть теперь и понимаю всю ситуацию, мне всё равно. Не могу себя изменить. Я очень тяжело к чему-то привыкаю и очень тяжело от чего-то отвыкаю. И принять животных, хоть и понимая, что с ними, всё ещё является проблемой.

У Хибари Кёи единственного не было подарка. Видно, он тоже понял, что это будет лишним. В любом случае, стоило его увидеть маме, как она тут же фыркнула:

— На кой чёрт ты его позвал, Реборн? — Женщине он явно не нравился. Да она это и не скрывала.

— Ну, как же? — усмехался малыш. — Сама ведь просила, что хочешь «на всех посмотреть».

— Тц! — бросила гневно женщина, демонстративно отвернувшись от него в сторону.

— Я здесь не для веселья, — холодно бросил Кёя, показав, что его не интересует вечеринка. — Я тут как Глава Дисциплинарного Комитета, — посмотрел на меня. — Мне необходимо знать, когда ты планируешь выходить на занятия? Работа, в отличие от людей, не может брать больничный.

— Эм… ну… — я посмотрела на свою перебинтованную руку. — Трудно сказать. Через месяц? — в идеале никогда.

— Через недёлю она сможет вернуться на занятия, — отозвалась мама. — Лечение уже в процессе. Так что…

— Завтра, чтобы вышла на занятия, — приказным тоном оборвал Кёя маму, даже не дослушав её.

— Чего?! — вырвалось у многих.

— Ты выписалась из больницы, а значит, признаёшь, что не нуждаешься в лечении, — холодно и расчётливо. — Следовательно, выходишь на занятия. Если этого не произойдет, тебе будет засчитан прогул и записан в личное дело.

— Хибари-сан! — вступился Тсуна, но увидев гневный взгляд Главы, тут же замолчал.

— Э?! — И с чего я вдруг решила, что после прошедшего, он поменяет ко мне отношение. Как был ледяным изваянием таким и остался. — Хибари-сан, я не могу завтра! Мне даже ещё лекарство от сонливости принимать нельзя! От меня толку будет ноль на работе!

— Повторяться дважды не буду, Серра, — после этой реплики я услышала, как нижние челюсти некоторых присутствующих парней буквально рухнули в их же тарелки. Он вновь обратился ко мне по фамилии, а не просто «травоядное», как обращается ко всем остальным ученикам в школе.

Ясное дело, что Кёя понимал, почему все удивлены, но, похоже, мнение остальных его совершенно не заботило. Парень развернулся обратно к забору, намереваясь уйти, но тут отозвалась мама:

— Хм, вот так просто покидаем дом? Раз заглянул, так хоть прояви уважение к хозяйке и съешь чего-нибудь, — лицом мама была спокойна и холодна как камень. Только блеск чёрных глаз говорил о том, как она сейчас зла. Кёя остановился и оглянулся через плечо, слегка не понимая такого поведения со стороны женщины. — Можешь считать, что это причуды русской женщины. Тем более, еды предостаточно. Прошу, садись и угощайся. Или, — глаза хитро прищурились, — ты напуган?

— И чего же мне бояться? — в голосе Хибари отчётливо послышалось раздражение.

— Не знаю, — пожала плечами мама. — Ты мне скажи, мальчик.

Это обращение окончательно взбесило Кёю. Не произнеся ни слова, он прошёлся до самого стола и присел на свободное место. Спокойно взял тарелку и набросал туда то, что считал более-менее приемлемым для еды. В основном там было хорошо приготовленное мясо. Не знаю, кто что кому доказывал, но, в итоге, всё доедали молча, не решаясь проронить ни звука. Ну, разве что мама и Реборн изредка бросали друг на друга двусмысленные взгляды. В итоге, когда тарелка была пуста, а Кёя, поблагодарив за угощение, собирался выйти из-за стола, произошло то, что совершенно не укладывалось у меня в голове, а именно Ламбо потерял сознание, рухнув лицом в тарелку.

— Ламбо?! — ахнули мы с Тсуной одновременно, так как он сидел между нами.

Следующим потерял сознание и упал на стол, был Фуута. За ним тут же последовали девушки Киоко и Хару.

— Что… что происходит?! — паниковал Тсуна.

— Чёрт! — крикнул Гокудера, отскакивая в сторону и доставая динамит, собираясь сражаться с моей мамой, которая даже ухом не повела. — Десятый, еда отравлена!

— ЧТО?! — ахнул Тсуна, но уже в следующую секунду сам потерял сознание.

— Десятый!!! — в ужасе воскликнул Хаято, пытаясь помочь своему Боссу, но добравшись до Савады, сам повалился на землю. За ним отключились Ямамото и Сасагава Рёхей.

— М… м. мама! Что… зачем ты это сделала? — не понимала я, осматривая парней. — Это что, я тоже?.. — женщина не ответила. Продолжала пить чай и наслаждаться спокойствием. К моему удивлению, также себя вели Бьянки, Реборн и И-Пин, хотя вот девочка всё же слегка нервничала, но всё же старалась держать себя в руках. — Хибари-сан! — я посмотрела на парня, который пришёл позже всех, но вероятно съел столько же, так что яд имеется и в его организме.

Парень вскочил на ноги, вооружившись тонфами и приготовился атаковать маму, но не успел, так, как сделав несколько шагов в сторону женщины, упал на землю лицом вперёд, разбросав тонфы в разные стороны.

— Да что тут, чёрт возьми, творится?! — уже злилась я, понимая, что сама сознание не потеряю из-за того, что яд на меня не действует. — Мама! Реборн!

— Эх, — вздохнула женщина устало, вставая из-за стола. — Ну, наконец-то можно приступить к работе. Сметанка, принеси мою чёрную рабочую сумку из кухни, — после чего посмотрела на Реборна. — Я делаю это, только потому, что обещала. Не больше!

— Я понял, — согласно кивнул малыш.

— Мне кто-нибудь объяснит, что тут происходит? — мои руки слегка задрожали от колотившей ярости. — Мама, что ты собираешься делать?

— Как «что»? — с непониманием спросила женщина. — Естественно, осмотреть этих детей. В конце концов, я — педиатр!

Глава 27. Стая?

Тёмноволосая женщина действовала быстро и точно, без секунды на размышления. Она точно знала, что необходимо делать. Её профессионализму можно только позавидовать. Ловко надела на свои руки белые резиновые перчатки, которые достала из принесённой мной чёрной широкой сумки. А также швырнула мне парочку, так как рассчитывала на то, что я буду ассистировать.

— Реборн, — обратилась я к малышу. — Разве не лучше будет обратиться к обычным врачам? Да и зачем надо было усыплять всех? Просто попросить, никак?

— Дар, твоя мать лучший специалист, — пояснил малыш, сохраняя полное спокойствие на лице. Даже сидящая рядом Бьянки не дрогнула, а ведь один из пациентов её младший брат. Но что она, что И-Пин, сидели молча, наблюдая за действиями тёмноволосой женщины. Полное доверие. — В отличие от обычных врачей, которые изучают медицину, чтобы отыскивать причину болезни, лечить людей и спасать жизни, Василиса изучала её с одной целью — убивать. Причём так, чтобы никто ничего не понял. Благодаря этому навыку, ей достаточно одного взгляда, чтобы понять причину недуга, но она не лечит.

— А что тогда?.. — начала я, но договорить не смогла.

— Я помогаю телу адаптироваться к недугу. Укрепляю тело, и, в итоге, болезнь уже не является болезнью. У организма вырабатывается иммунитет, — произнесла мама, посмотрев на меня. Но, заметив в моём взгляде сохранившееся недоверие, продолжила. — Ты знаешь, что в прививках, которые обычно вкалывают, нет лекарства, так, небольшая частица адаптированного вируса. Иными словами — болезнь. Совсем небольшая часть, и лишь та, с которой человеческое тело способно справиться. В итоге, когда организм справляется, у тела вырабатывается иммунитет, но вирус никуда не исчез. Он также в теле, просто адаптированный. Тут то же самое. Я не лечу болезни, я делаю так, чтобы тело адаптировалось к ним.

— Но о каких болезнях идёт речь, когда тут обычные травмы? — спросила я. — Да и Ламбо, Киоко, Хару… Они вообще не принимали участия в битве.

— Хм… — протянула мама. — Сейчас посмотрим. Надевай перчатки.

М-да… спорить тут бессмысленно. Либо я помогу и смогу проследить всё своими глазами, либо большинство вопросов так и не найдут ответов. Мне пришлось надеть перчатки, но только на одну правую руку, так как вторая была полностью перебинтованная и висела на уровне груди. Но и это было несколько проблематично, так как на здоровую руку перчатку я натягивала зубами. Однако когда всё было готово, обнаружила, что мама уже склонилась над спящим Ламбо и проводила осмотр. Его зрачки, цвет кожи, полость рта… Лицо женщины скрывала белоснежная марлевая повязка, в руках она сжимала миниатюрный фонарик, чтобы лучше видеть, и, кажется, там было на что смотреть.

— Ох, ты ж матерь Божья! — воскликнула мама, когда увидела то, что творилось у Ламбо во рту. — Этот ребёнок хотя бы знает, что такое зубная паста и щётка?

— Ламбо гордится тем, что за свою жизнь ни разу не чистил зубы и не был у стоматолога, — пояснил Реборн. — Однако в последнее время от него слышны постоянные вопли по поводу боли в зубах.

— Оно и видно, — фыркнула раздражённо мама, возвращаясь к своей чёрной кожаной сумке. — Кто он вообще такой? — спросила несколько брезгливым тоном. — Такой шумный и не воспитанный…

— Это будущий Босс семьи Бовино. Бовино Ламбо, — спокойно ответила я, на что у мамы брови медленно поползли вверх.

— Н-дэ? — протянула она, смотря на Ламбо уже совершенно другим взглядом. — Однако…

Несколько мгновений спустя, женщина достала оттуда шприц со светло-зелёной жидкостью. Быстро сняла колпачок с иглы, раскрыла рот мальчику и без капли сомнения вколола раствор в верхнюю и нижнюю десну. Я ожидала чего угодно, но не то что уже через секунду зубы Ламбо начнут вылетать изо рта. Только и успевала их вытаскивать, чтобы мальчик ненароком не проглотил их во сне. Но самое странное было то, что на смену старым зубам пришли новые. Сразу же выросли здоровые белоснежные зубы, которым могла позавидовать любая реклама зубной пасты.

Мама довольно сама себе кивнула, встала на ноги, прихватила сумку и перешла к следующему пациенту. Им оказался Фуута. Сняла длинный шерстяной шарф, расстегнула куртку и рубашку и осмотрела тело мальчика. То, что открылось её взору, совершенно не понравилось женщине. Брови нахмурились, а в глазах возникла озадаченность.

— Бледная кожа, пожелтевшее лицо, синяки в области живота и рук… Видно, в течение двух недель подвергался пытке в виде отсутствия регулярного сна и питания. Более того, и после испытывал сильные эмоциональные переживания, что не хорошо сказались на организме, — холодно говорила мама, словно делала запись на диктофон. Это скорее привычка, нежели необходимость. — Организм истощён, — приподняла веки Фууте, рассматривая блуждающий во сне зрачок. — Хм, Звездный Мальчик, да? Видеть его большая редкость. Никогда не думала, что встречусь с ним лично. Особенно… так.

— С ним всё будет хорошо? — спросила я насторожено.

— Хм? — удивилась мама. — Конечно! Сейчас сделаю несколько уколов с витаминным комплексом, и будет как новенький.

Не теряя минуты, мама вколола несколько ампул в мальчика. Руки, ноги, живот и даже шея. Как по мне, слишком много лекарства. Но мама не сомневалась. Да и результат не оставил себя ждать. Уже через несколько секунд на щеках Фууты появился лёгкий румянец, значащий, что мальчик пошёл на поправку.

Следующими на очереди были Киоко и Хару. С девочками она справилась довольно быстро, так как по её мнению они вполне здоровы, да и вообще, усыплять их не планировала. Просто противоядие вовремя не успела дать. Но на всякий случай вколет витамины, так как видно, что девочки также долгое время находились в напряжении из-за волнений и переживаний. Но это и не удивительно. У Киоко раненый брат, а Хару столько слёз пролила из-за Тсуны. Когда девушки проснутся, то почувствуют себя значительно лучше.

А вот на Тсуне мама задержалась. С минуту она ничего не говорила. Только осматривала тело парня с головы до пят. И с каждой секундой её взгляд становился всё серьёзнее и серьёзнее.

— Такое чувство, словно мышцы этого ребёнка прокрутили через мясорубку, — гневно бросила женщина. — Редко увидишь такую изношенность даже у стариков. Говоришь, что в тот раз он использовал впервые данный вид Посмертной Воли? — этот вопрос был обращён к Реборну. — Мальчик плохо натренирован. Выносливость минимальна. Возможно, он и хороший человек, раз так пытается защитить своих друзей, но как будущий Босс Вонгола… Эх, ты меня понял, Реборн, — малыш кивнул. — В их возрасте мы уже давным-давно города на уши ставили, а тут… это поколение детей совершенно неприспособленно к реальности.

— А кто в этом виноват? — злилась я. — Тсуна и так сделал всё возможное, и заметь, я жива! Но было бы лучше, если умела хотя бы ножом пользоваться для самообороны.

— Сметанка, с тобой я сделала всё, что нужно! — строго произнесла женщина, взглянув на меня чёрными глазами. — Ты — Советник. Тебе, в принципе, не надо сражаться. Единственное твоё оружие — это ум. Но до недавнего времени, ты его практически не использовала в подобных целях. Теперь пора взрослеть. С тобой, как со своим ребёнком, я буду строже всех. Если бы я научила тебя сражаться, то ты бы автоматически рассчитывала только на то, что умеет твоё тело. Но натренированное тело, это всего лишь натренированное тело. Самое главное находится тут, — мама указала на свою голову. — Поверь, в жизни порой бывают такие ситуации, когда под рукой не то, что пистолета, тупо лифчика рядом нет. А сражаться и выживать — надо. Учись использовать то, что находится рядом. Будь то просто ветка или песок — используй. Становись сильной независимо от смены условий и обстановки. Всё это в тебе есть! Ты уже само по себе оружие. Адаптируйся, учись, приспосабливайся, борись. Не надейся на то, что в следующий раз появится кто-то, кто протянет руку помощи. Такова наша реальность, в которой мы живём.

— Я эту реальность не выбирала.

— Знаешь, — усмехнулась женщина, — никто из нас не выбирал. Просто так, в мир мафии никто не попадает. Всегда происходит какое-нибудь дерьмо, после которого ты понимаешь — либо ты, либо тебя… третьего варианта нет. Со своей стороны я сделала всё, что могла, чтобы обезопасить тебя и Рому, а также сделать сильнее. И заметь, мои навыки уже столько раз спасли тебе жизнь…

С этим спорить я не стала. Хоть мама и пичкала нас с Ромой ядами как куропатку на убой, это сделало нас сильнее. Меня во всяком случае. Сколько раз я уже могла отравиться? Хех… и со счёта сбилась. Женщина вернулась к осмотру Тсуны. Достала из сумки несколько шприцов с ампулами и принялась делать уколы по всему телу в область мышц.

— Я помогу ему адаптироваться к этим повреждениям, но… Реборн, — женщина посмотрела на малыша. — Ты должен ужесточить тренировки. Это не дело. Да, противник был силён, но сколько их ещё будет впереди? Пятнадцать лет, ещё совсем юн… вся жизнь одна сплошная битва.

— Я с тобой согласен, — кивнул Реборн. — Наверное, как репетитор, я слишком привязался к Тсунаёши и стал мягок.

— Ничего себе! — фыркнула я, вспоминая некоторые тренировки парня. — Да ты его буквально держишь на грани жизни и смерти!

— Этого мало, — бросила мама, упаковывая медицинские принадлежности обратно в сумку. — Порой, чтобы жить, нужно умереть.

Учитывая, сколько раз Саваде в голову стреляли, он скоро терминатором станет. Но кто меня будет слушать? Что Реборн, что мама всё равно останутся при своём мнении. Лучшее решение просто промолчать и последовать за ней. Следующим кто был на очереди — Гокудера Хаято. Бьянки напряглась, но влезать не решалась. И-Пин вообще тем временем развлекалась с канарейкой, которую принёс с собой Хибари. Девочка поняла, что ничего плохого мама не сделает, поэтому можно расслабиться и продолжать отдыхать. Как по мне, единственная верная позиция.

Тем временем, только взглянув на раны Хаято, мама фыркнула и усмехнулась.

— А Шамал своё дело знает, — протянула она. — Сразу вижу его почерк. До сих пор с насекомыми балуется? Ох, сколько он мне в своё время жуков подсылал… Буквально рой! Ну да ладно… Как говорится, кто старое помянет… тому пулю в лоб. Хех, — осмотрела голову парня, потом его шею и руки. — Раны заживают, и это хорошо. Ещё немного, и он пришёл бы в норму, — Бьянки от таких слов с облегчением вздохнула. — Одно смущает, их частое наличие. Да, они мелкие, но их слишком много. Мальчик словно не бережёт себя. С таким стилем жизни долго он не протянет. Хотя это не моё дело. Я просто вколю ему витамины, и он пойдёт на поправку быстрее, но… проблему это не решит.

Как и было сказано, мама сделала несколько уколов и перешла к остальным парням. Про Ямамото она отметила совсем иное, что его рёбра и левая рука сильно повреждены, а вот правая цела. Словно он защищал её. Пришлось пояснить, что он бейсбольный игрок и скоро у парня соревнование. Эта новость была скептически воспринята женщиной. Бейсбол? Игра? Мафия? Парню нелегко придётся, особенно учитывая, что для него и мафия всего лишь игра. Как бы реальность не раздавила его сознание. Будет ли он готов морально?

А вот Сасагава маме очень понравился. Он даже спал так, словно готовился вот-вот вступить в бой, громко храпя. Было ясно, что сколько бы ран парень не получил, его это никогда не остановит. Боксёр — и всё этим сказано. Женщина вколола парню также несколько ампул и не забыла про зубы, ведь пять зубов у Рёхея изъяли подчинённые Мукуро. Думаю, он в дальнейшем сам собирался к зубному сходить, но нет, мама всё сделала сама. Как и у Ламбо, старые зубы повылетали сами, и на их смену появились новые совершенно здоровые и белоснежные зубы. Такими можно и канат перегрызть.

— Что это за лекарство? — спросила я, кивнув на использованный шприц.

— Хм? — мама проследила за моим взглядом. — О! Сметанка, неужели тебя заинтересовала мамина работа? — счастью в глазах женщины не было предела, а я уже пожалела о том, что задала этот вопрос. — Это «акулья сыворотка». Сама делаю. Ты ведь знаешь, что акулы способны в случае необходимости отбрасывать челюсти и заменять их новыми здоровыми рядами зубов? А ведь их у акул более тысячи. Вот я и готовлю сыворотку из белка акулы, адаптируя её к людям. Правда, когда я делала опыты, то у первых моих пациентов реально появлялись акульи зубы… Было забавно, — женщина захихикала, словно вспомнила весёлый момент из жизни, а для меня это было ещё одним уроком, что зубы лучше беречь. — Если хочешь, подкину рецептик, — подмигнула мне мама. — Хоть кто-то пойдёт по моим стопам и станет врачом.

— Что? — так и знала. — Нет, мам. Я не собираюсь становиться врачом. И мы это уже обсуждали.

— Дар, опять ты за своё?! — повысила тон женщина, хватая сумку и передвигаясь к следующему пациенту. К Хибари, который до сих пор лежал на земле вниз лицом. — Почему ты отказываешься от таких перспектив? У тебя такой потенциал! Такие способности! Тем более мать в данной сфере крутится. Есть у кого спросить.

— Мам, я на дух не переношу людей! Ни детей, ни взрослых, ни даже животных! А ты меня просишь их лечить? — вздыхала я, понимая, что этот разговор у нас уже проходит в десятый раз.

— Ну, так спокойно можешь становиться патологоанатомом! — всплеснула руками женщина. — Не прошу же быть педиатром или хирургом. А так, станешь судмедэкспертом и поможешь решать загадки преступников. Тебе же это нравится, я знаю.

— Отлично! — ахнула я. — Ковыряться в мертвецах! Пик моих мечтаний! Да я как вспомню, что ты меня и Рому на Новый год в морг отвела, так вздрогну. До сих пор этот запах формальдегида в кошмарах снится.

— Ну сколько можно?! — злилась женщина. — Я туда вас отвела для того, чтобы вы увидели все прелести медицины и тоже захотели стать врачами.

— Мам, мне тогда было семь! И единственное, что я тогда увидела, это труп с сокращающимися мышцами под воздействием тока. Сейчас я-то понимаю, почему он дергался, но тогда я была уверена, что мы создали зомби!

— Пф! — обиделась женщина. — А Роме понравилось.

— Ну конечно! Мальчику в тринадцать любой треш будет нравиться!

— Вот только не надо, ладно? — взмахнула руками женщина, резко переворачивая Хибари лицом вверх, словно тряпичную куклу. — Это всё ваш отец виноват. Тоже мне! Додумался на Новый год ребёнку в шесть лет подарить самый современный на то время компьютер и отвертку! И главное зачем? Чтобы ты его разобрала по винтикам!

Это правда. Когда мне было шесть лет, на Новый год папа привёз самый дорогой и современный компьютер, но не для того, чтобы в него играть и познавать мир, а для того, чтобы я разобрала его по частям и потом вновь собрала. Конечно, собрать обратно не получилось. Вернее я его собрала, но играть он не играл. Однако после того подарка я буквально загорелась техникой. Мне она нравилась во всех проявлениях. Это была просто мания. Всё стремилась разобрать и собрать. И, естественно, мама не очень горела желанием, наблюдать, как её дочь всё сильнее погрязает в болтиках и гайках.

— Ну, не переживай, — усмехнулась я. — У тебя ещё сын есть. Сама говорила, что ему понравилось. Вот и пусть становится на медицинский путь.

— Тц, — бросила мама, отводя взгляд в сторону. — Этот бабник если и станет врачом, то только гинекологом, чтобы баб цеплять. Одна надежда на внуков…

— Опять мимо, — усмехнулась я. — От меня детей не жди. Я скорее налысо побреюсь и в буддийский монастырь монахом уйду. Научусь спать сидя, притворяясь, словно медитирую, но уж детей точно не будет.

— Да что за дети у меня?! — это уже злило женщину не на шутку, но секундой позже задумчиво произнесла. — А может ещё одного заделать, пока кости гнутся?

— Кхе-кхе, — произнёс Реборн, привлекая внимание. — Я, конечно, всё понимаю, давно не виделись, есть о чём поговорить, но… — малыш указал на Хибари. — Кажется, пациент не спит.

Мы с мамой одновременно посмотрели на Кёю и охнули. Он действительно не спал. Более того, лежал на земле и с неким презрением смотрел то на меня, то на мою маму. Его глаза блуждали не в состоянии сосредоточиться. Видно, что он хоть и проснулся, но не до конца. Всё ещё находится под воздействием усыпляющего вещества.

— Хм, очнулся, значит, — усмехнулась мама, которая совершенно спокойно восприняла этот факт. — А ты выносливый, признаю, — с треском натянула резиновые перчатки. Вид был довольно угрожающий.

Семейные разговоры тут же были отброшены в сторону. Теперь тёмноволосая женщина полностью сосредоточилась на осмотре организма Хибари Кёи. Это было несколько странно, учитывая то, что он-то всё прекрасно видит, но не говорит, не шевелится и не пытается встать. Ясное дело, что он сейчас своего рода заложник своего собственного тела. Хоть сознание и работает в экономном режиме, тело до сих пор спит. То есть, даже если Кёя и хочет схватить тонфу и избить каждого, кто смел к нему прикоснуться, всё равно не может.

На этот раз брови мамы нахмурились сильнее обычного, а в глазах читался одновременно и ужас, и восхищение. Этот блеск был еле уловим, но я заметила его. Что же заметила она? Если вспомнить, то Мукуро не церемонился с парнем. Бил его так сильно и так долго, что в дальнейшем и сам его тело использовать не смог.

— У тебя врождённая анальгезия? — спросила мама, смотря Кёи в глаза. Анальгезия? Эта та болезнь, при которой человек теряет чувствительность к боли? Почему она это спросила? — Моргни один раз, если «да» и два раза, если «нет», — произнесла женщина. Кёя помедлил. Видно, идти на поводу у неё он совершенно не хотел. Однако секунду поразмыслив, всё же дал свой ответ и моргнул два раза. — Вот как, — хмыкнула мама, улыбнувшись. — В таком случае, тебе даже дышать, наверное, больно. Столько переломов так ещё и в одном теле… не каждый день увидишь. Принципиально отказываешься от гипса? Глупо. Такая гордость ни к чему не приведёт. Или просто боишься показать свою слабость? Перед кем? — вопросы остались без ответа. — Ах, чёрт с тобой. Помогу, раз обещала Реборну, но не обольщайся. Ты мне всё равно не нравишься.

Последовала процедура уколов вдоль всего тела. После, когда процесс был завершён, мама собрала все медицинские принадлежности, включая использованные шприцы и с ленивым зевком обратилась к Реборну:

— Обещание выполнено. Дальше справляйтесь сами, — направилась в сторону дома. — А я спать.

На заднем дворе воцарилась гробовая тишина. Если честно, с приездом мамы у меня полный кавардак в мыслях. Я никогда не могу предугадать дальнейший ход этой женщины, чем сильнее чувствую беспокойство. То есть, она выполнила часть своего некого уговора перед Реборном, а дальше что?

— Хм-м-м… — протянула Бьянки. — А мне нравится твоя мама, Дар. Эта женщина сделает многое во имя любви.

— Так, — начала я, подняв ладонь перед собой в знак того, чтобы девушка остановилась. — О любви поговорим на следующей вечеринке. У меня другой вопрос, — посмотрела на Реборна, что улыбался и допивал зелёный чай. — Что дальше?

— Вечеринка окончена, — пояснил малыш, звонко ставя пустую чашу на поверхность стола. — Пора по домам.

— Эм… А они? — указала на спящих ребят во дворе, на что Реборн преобразовал своего хамелеона в сотовый телефон, набрал какой-то номер и произнёс:

— Да. Мы всё, подъезжайте и забирайте всех, — после отключил связь и повернулся ко мне. — Спасибо за вечеринку Дар, было весело.

— Весело?! — мне никогда не понять принцип «веселья» мафии. Это что, чем ненормальнее, тем лучше? Эх, ладно, над некоторыми вещами лучше вообще не стоит думать. Логики там нет.

На следующий день я всё же, скрипя зубами, пошла в школу. За это время в моей голове успела пронестись тысяча и одна мысль. И нет, речь вовсе не о моём состоянии, хотя я хочу безумно спать, и у меня до сих пор болит нога и рука. Приходится хромать при каждом шаге, но к этому можно привыкнуть. По пути в школу я наконец-то смогла побыть одна со своими мыслями. Последние события, словно ураган или лавина, сменяли друг друга, не давая мне толком собраться.

Начнём с того, что "уход" из мафии мне заказан. Как не пытайся, а пути назад нет. Но если даже и так, то следовать за Тсуной не такой уж и плохой вариант. Нет, не за Вонголой, а именно за Савадой Тсунаёши. Он отнекивается и до сих пор не признаёт себя Боссом мафии. Не хочет принимать такое наследие и всячески избегает этого. Более того, на него не действует эта моя странная аура, чтоб её. Он и не злится, и не ненавидит меня, и не липнет как ребёнок. Он какой-то другой. Просто Тсуна, который с первого дня принял меня такой, какая я есть с моими тараканами и ненормальностью. Хороший парень, и если он таким и останется, я пойду за ним. Стану опорой, другом, товарищем… Советником. И по правде сказать, плевать какой путь он выберет. Захочет стать Боссом мафии? Хорошо, помогу. Захочет просто продуктовый ларёк открыть? Ладно, также буду рядом.

Это, наверное, главный и самый важный шаг за весь этот предыдущий год. И его я решила сказать лично. Для этого дождалась Саваду около ворот школы. Парень опаздывал. Причём прилично так опаздывал. Проспал. Видно, мамин препарат действовал лучше любого дорогостоящего снотворного. Тсуна бежал, сломя голову, всё время бормоча на ходу, что он труп и что ему влетит. Но как только повернул к вратам школы, я его перехватила.

— Йо, Тсуна, — подняла здоровую руку в знак приветствия. — Как спалось?

— Дар! — удивился парень. — Ты… ты тут? А? Ну, нормально спал. Кстати, не знаю, что твоя мама сделала, но Реборн сказал, что она нас вылечила, и я чувствую себя так хорошо. В общем, спасибо! — тараторил он, поклонившись в поясе. — И маме тоже спасибо передай, но я спешу и…

— Не так быстро, — обхватила его за локоть. — Тсуна, есть разговор. Давай спрячемся.

— А-а-а?! — щёки парня почему-то покраснели, но отталкивать меня он не стал.

Мы перешли в сторону небольшого сквера, специально выбранного мной, так как на то место не смотрит ни одно учебное школьное окно. Своего рода слепая зона. Спрятавшись среди зелени кустов и деревьев, присели на зелёную траву, высматривая, нет ли тут лишних глаз или ушей.

— Дар, — зашептал Тсуна, склонив голову поближе ко мне. — О чём ты хотела поговорить? И почему тут?

— Чтобы нам никто не помешал, — пояснила я. — Для начала скажи, как там малышня?

— А, всё замечательно! Особенное спасибо за Ламбо, — вздохнул с улыбкой парень, потрепав свой лохматый затылок. — Его вопли уже было просто невозможно слышать. А теперь хвастается, что зубы больше не болят и…

— Это хорошо, — кивнула я. — А теперь, один момент, — наклонилась в сторону Савады и положила свою здоровую ладонь на голову парня. Тсуна ойкнул и засмущался ещё сильнее, ничего не понимая. — Что чувствуешь? Опиши всё, как есть.

— А?! — щёки Тсуны полыхали алым пламенем, но потом он видно понял, к чему я клоню и успокоился. Перестал отодвигаться и закрыл глаза, сосредотачиваясь на ощущениях. — Хм-м-м… не знаю, — протянул парень. — Я знаю, что чувствуют дети, так как они постоянно об этом говорят. Но… для меня всё слишком смешалось. Я и раньше об этом думал.

— О чём ты? — теперь несколько озадаченной была я сама.

— Ну, — парень вновь виновато почесал голову, встряхнув каштановые волосы. — Реборн мне говорил о твоей ауре и её способностях, но я ничего подобного не чувствовал ни в первую, ни в последующие встречи. Ты выделялась, это правда, но я думал, что это, скорей всего, из-за твоей необычной внешности. Да и вела ты себя довольно странно. То спала, то ела, и знала ответы на все школьные вопросы… это бросается в глаза. Но это всё.

— А потом? — настаивала я.

— Но потом я узнал тебя и понял, что ты не такая уж и бесчувственная, какой кажешься сначала, — парень немного улыбнулся. — Да, ты странная. Это я считаю до сих пор, но в то же время, среди всех остальных, ты кажешься более нормальной. Всегда выручаешь, о чём бы я или ребята не попросили и ничего за это не просишь. Конечно, у тебя есть страхи и недостатки, но они есть у всех и с ними можно мириться. Во всяком случае, не пытаешься взорвать всю школу, как Гокудера-кун или Ламбо, и на том спасибо, хе-хе-хе…

— Тсуна, ты ведь наслышан о том, какую я представляю угрозу? — продолжала я. — Уверена, что Реборн тебе обо всём поведал.

Карие глаза стали несколько тусклыми и виноватыми. Он смотрел на траву, на свои ноги, избегая моего взгляда. Видно, Реборн действительно всё поведал парню. Что ж… тем лучше.

— Я не думаю, что ты угроза, Дар. Вернее, — вновь виновато заёрзал на месте. — Не чувствую это. У меня такое ощущение, словно ты никогда меня не предашь. Мы друзья.

— Э-э-эх… Ощущения значит… — вздохнула я. И что это? Интуиция или просто желание парня? Но это его выбор. Он всё знает, и вот ответ парня, каким бы он не был. — Ладно, Тсуна… нет… — секунда на размышление, а после посмотрела ему прямо в глаза. — Савада Тсунаёши, готов ли ты принять меня в ряды своей семьи в качестве Советника?

— Э?! — вот этого парень явно не ожидал. Сделав несколько неуверенных шагов на корточках назад, Тсуна шлёпнулся на землю, выпучив на меня глаза.

— Не знаю, к чему приведёт наше сотрудничество, но так и быть, я согласна пойти за тобой, пока это будешь ты. Мне всё равно, какой путь ты выберешь. Всё равно, какая цель у тебя будет. Пока остаёшься таким же светлым пламенем в этом мрачном мире, я буду помогать тебе тем, чем смогу, невзирая на сложность задания. Ну, так что? Ты согласен? — я протянула правую раскрытую руку в сторону Савады, чтобы он пожал её или оттолкнул. Неважно. Дело за ним.

Но, к моему удивлению, произошло то, чего я вообще не ожидала. Взгляд Тсуны помрачнел, а улыбка исчезла. Мрачная тень легла на верхнюю часть его лица. Казалось, что я его оскорбила или что-то в этом роде. Он обижен? Почему?

— Нет, — произнёс чётко парень. — Я не согласен.

— А? — это было несколько неожиданно, но, секунду спустя, я с грустной усмешкой опустила руку. — Ладно. Я понимаю, — всё же если я присоединюсь к нему, то мои с рождения проблемы, станут и его проблемами. Оно ему надо? Сомневаюсь. — Ну, извини, что потревожила. Пойду, пожалуй, а то занятия…

— Нет, подожди! — парень неожиданно приблизился, положив руки мне на плечи и не дав встать с земли. Потом сам немного смутился от такого поступка, но отходить не стал. — Я… Я к тому, что мне не нужен Советник! — я всё ещё с непониманием смотрела в светло-карие глаза парня. — Я и Боссом не хочу становиться. Просто… просто будь рядом, ладно? Не как Советник! Не как Представитель Серра! Не как подчинённый! А как… друг. Я хочу, чтобы помогала не только мне, но и ребятам, когда это требует ситуация. Хочу, чтобы ты, невзирая ни на что, всегда говорила, что на самом деле думаешь. Если тебе что-то не нравится — высказала это. Если что-то хочешь — тоже говори. Если что злит или пугает… просто будь собой! Просто будь моим другом, как и раньше.

— Вот как… — я улыбнулась. Внутри стало так тепло. Хоть сейчас на лбу Савады и не горело то яркое оранжевое пламя, однако я его почему-то хорошо чувствовала. — Что ж, тогда… — вновь протянула руку. — Примешь ли ты меня в качестве своего друга, Тсуна? — на это Савада широко заулыбался и закивал головой. А после, вместо того, чтобы пожать правую руку, резко накинулся и обнял за плечи, крепкой прижимая к себе. — Ой! Ой-ёй! Тсуна! Рука! Рука! Тсуна! Ай-яй!

— Ой, прости, — слегка отстранился, посмотрев на мою перебинтованную руку. — Совсем забыл, хе-хе…

Ну, что ж… в принципе, первая глобальная проблемная задача решена, и теперь стало несколько проще. Осталось разобраться с остальными.

— Что вы тут делаете? — послышался ледяной голос из-за спины. — Урок уже давно идёт.

А вот и вторая глобальная задача, которую только предстоит решить.

— Хи-и-и!!! — воскликнул Тсуна, бледнея на глазах. Я ещё не видела того, кто за мной, но прекрасно знала, кто это. — Хи... Хибари-сан!!!

— Травоядное, — произнёс он, шагая в сторону Савады. — За нарушение школьных правил, как Глава Дисциплинарного Комитета… я забью тебя до смерти, — в руках парня уже имелись тонфы. Да, он видно тоже неплохо себя чувствует. Неожиданно злобный взгляд стальных глаз был обращён в мою сторону: — А ты, значит, забыла, где находится кабинет? Мне тебе карту нарисовать или GPS-навигатор подарить, чтобы в следующий раз не опаздывала?

— Да всё вовсе не так, — вздохнула я, медленно вставая с земли, отряхивая при этом брюки сзади. — Просто… нога болит. Отдохнуть решила. Да и вообще, это, в принципе, моё первое опоздание, Хибари-сан, — бросила я, незаметно подавая рукой сигнал Тсуне, чтобы тот валил. Меня-то он не тронет, в этом я уверена, а вот Савада… одним фингалом не обойдётся. Тсуна всё понял с первого раза и тихо на цыпочках стал отступать. И чтобы окончательно привлечь внимание Хибари Кёи, я приступила к решению второй проблемы. — Ещё кое-что, Хибари-сан, — перекинула школьную сумку, что висела на плече, ближе к себе, заглядывая внутрь. Недолго ища, достала документ и протянула парню. — Прошу.

— Что это? — строго спросил Кёя, но лист всё же взял. Быстро пробежался взглядом по оглавлению и выпалил. — В кабинет. Живо.

Да, это было заявление об уходе из Дисциплинарного Комитета по личным причинам. Хех, второй раз я пишу такое заявление. Ещё немного и руку можно набить. Хотя… это уже лишнее.

Почему я решила уйти из Комитета? Да всё просто. Связав воедино все «за» и «против», поняла, что будет лучше, если я буду держаться от Кёи подальше. Начнём с того, что я до сих пор прекрасно помню слова Мукуро. И этот гадёныш не врал. Ему принципиально хотелось говорить только правду, чтобы заручиться моим доверием. Какой бы я аурой не обладала, Хибари Кёя подвержен ей. Более того, парень о ней и сам знает. Правильно ли будет после такого оставаться? Не думаю. А учитывая, что я видела результат… Например, тот же оборотень Кен. Хотя он наполовину животное. И всё же…

Убить или обнять… Забавный выбор бушует внутри у Кёи. Теперь зная это, просто-напросто отойду в сторону, и все заживут так, словно ничего не было. Тем более, именно это мы делаем просто прекрасно — вид, словно ничего не было. Разве нет? Тогда чего он такой злой? Хромая и ойкая, я всё же поднялась на второй этаж и прошла за Хибари в кабинет Дисциплинарного Комитета. Он мне не помогал и помощь не предлагал. Однако дверь, перед тем как войти, всё же придержал. Вот только это выглядело так, словно я, в принципе, больше не покину этот кабинет.

Ждала волну криков и угроз со стороны парня, так как столько злости в его глазах, редко когда можно увидеть. Лицо, правда, каменное. Никаких эмоций не выдаёт.

— Сядь, — приказал он спокойным голосом указав на стул перед его столом. Сам уселся на край стола, нависая сверху. В руке до сих пор находилось написанное мной заявление. — Поясни ситуацию.

— Там же всё написано, — раздражённо бросила я. — Заявление об уходе из Комитета, по причине…

— А теперь своими словами, — перебил меня парень, скрестив на груди руки.

Лёд стальных глаз пронзал насквозь. Отпираться и нести какой-то лепет по поводу того, это по причине учёбы, или семейным обстоятельствам, или болезни… да мало ли? В общем, я не стала. Думаю, Кёя и так всё прекрасно понимает. Именно он и понимает. С самого начала. Поэтому отгородил от матери, так как не доверяет ей. Поэтому настаивал, чтобы я пришла в школу раньше, чтобы была под присмотром. Возможно, это из-за чувства долга, о котором он говорит, а может что-то ещё… Да это и не важно.

— Будто вы не знаете, Хибари-сан, — вздохнула я, взглянув в глаза парня. Хотя бы сегодня снимем маски. Мы никогда не обсуждаем то, что происходит. Просто идём дальше, словно ничего не было. Но как часто мы сможем это делать? — Вы там были и всё слышали. Лучше просто подпишите заявление и разойдёмся в разные стороны.

— Это всё? — спросил Кёя, совершенно не меняясь в лице.

— А разве этого мало? — удивилась я.

— Если это всё, можешь возвращаться к работе, — холодно бросил Кёя, поворачиваясь в сторону шредера, что стоял вдоль стенки. Одним нажатием включил технику и пропустил через неё моё заявление, раскрошив на десятки мелких полосок.

— Хи… Хибари-сан! — просто не понимала, почему он настолько упрям. — Что вы делаете? Это не решит проблему! Прекрасно знаете, что вам следует держаться от меня подальше!

— Я сам решу, от кого мне следует держаться подальше, — всё тот же спокойный ледяной тон. Парень вернулся и сел за свой стол, беря в руки первый же попавшийся документ.

— Чёрт! — воскликнула я, вскакивая со стула и вставая прямо напротив парня, громко ударив ладонью по столу. Глупо, эмоционально, но надо было сделать хоть что-то, чтобы наконец-то одумался. — Вы понимаете, что это не конец? Что будут ещё нарушители, при этом в десятки раз сильнее того Мукуро. Понимаете это?

— В десятки раз? — парень усмехнулся, а в глазах возник стальной азартный блеск. — Вот и отлично.

— Отлично?! Что тут отличного? — он что мазохист? Его кости недавно в труху превратили, а он уже предвкушает следующую битву? Ненормальный!

— Успокойся, Серра, и иди работать, — бросил парень, вновь возвращаясь к документам. — Когда появится нарушитель… я забью его до смерти.

Чёрт, да он действительно спятил! С чего он взял, что справится с тем, кого ещё не видел? Нет, так нельзя. Последняя попытка. Последний шанс достучаться до него. Из-за своей гордости и желания расплатиться с неким долгом, что сам себе и приписал, решил меня защищать? Я об этом не просила!

— Хибари-сан, — на этот раз мой голос был спокойный и тихий. Он заставил парня оторвать взгляд от бумаг и посмотреть на меня. — Как вы и сказали, я нашла и выбрала себе стаю. Но это не вы.

— А был ли у тебя выбор, Серра? — глаза цвета стали из-под густой чёрной челки вновь сверкнули азартным огоньком. Казалось, что парень уже что-то решил и предчувствовал. Причём то, что мне пока не понятно. Однако кое-что всё-таки ясно как день — покинуть Дисциплинарный Комитет не удастся.

Дерьмо! А ведь хотелось как лучше, но получилось… как всегда.

День ещё толком не начался, а сюрпризов не счесть. Следующим, что я заметила, было то, что мой диванчик в кабинете Дисциплинарного Комитета исчез. Да, именно. Тот самый старый, заляпанный, поношенный диванчик пропал. На его месте теперь стоял вполне себе новый диван тёмно-синего цвета, и судя по запаху, только из магазина. Размерами чуть больше предыдущего, по внешности в сто раз лучше, чем тот, что был, но… мой диванчик! Он мне так нравился. Это первый уголок, на котором меня никто не трогал. Как игра, при котором я могла запрыгнуть на диван и сказать: «я в домике». А теперь… его нет.

Хибари игнорировал каждый мой вопрос. Где диван? Куда его убрали? Когда вернут? Почему убрали? Что с ним не так? Верните, я постираю! Он мой! Верни! Что значит: «иди работать»? Хибари-сан! Эй?!

Какой бы я довод не приносила, он, словно вооружился невидимой ракеткой, парировал все мои слова. А ведь прекрасно знает, что я привыкаю ко всему новому не очень хорошо. Не люблю перемены. Тем более сейчас. У меня и так дурдом дома творится, а теперь ещё и в школе? Хочу постоянства. Хочу стабильности.

— Хибари-сан, где мой диванчик? — уже в сто первый раз спрашиваю я, в надежде добиться внятного ответа.

— Сжег, — кажется, словно его слова созданы изо льда.

— Как? Зачем? — терпеть не могу перемены. И особенно когда кто-то что-то у меня отнимает, не предупредив.

— Он меня раздражал, — парень даже не смотрит на меня. Пьёт чай и читает отчёт.

— Но он был мой! — Хибари сегодня точно доведёт меня до истерики. Просто так. Потому, что может.

— Теперь этот твой, — если раньше я думала, что у меня проблемы с эмоциями, то рядом с Кёей я думаю, что с ними у меня всё в порядке. Проблемы у него. Причём серьёзные.

— Хибари-сан, я привыкла к тому, — ну, как до него достучаться?

— Привыкнешь и к этому, — спокойно бросил он, делая очередной глоток чая. В итоге, ему показалось, что этот разговор исчерпал себя, и парень, наконец-то взглянув в мою сторону, добавил: — Если не прекратишь ныть, я поменяю твой стол, компьютер и вообще организую тут ремонт и перестановку.

Он… он шантажирует меня?! Следующий поступок, который я совершила, можно записать в список «самых глупых». Каждый раз, когда буду его вспоминать, мне станет несколько стыдно, но тогда… я просто не знала, как ещё задеть этого консерватора. В общем, сорвалась с места, подошла к его столу, на котором идеальными стопочками лежали документы по разным делам, и одним мощным движением смела всё рукой на пол. Более того, не поленилась нагнуться и немного поелозить ладонью по бумаге, ещё сильнее смешивая документы. После чего встала, посмотрела на слегка ошарашенный взгляд Кёи, который то ли с удивлением, то ли с недоверием смотрел на произведенный мной хаос, и, гордо задрав подбородок, ушла из кабинета. Дверью не хлопала. Ученики, что прогуливались по коридору, могут подумать о чём-то лишнем.

Хотя, о чём это я? Стоило мне только покинуть кабинет и оказаться в коридоре, как я буквально осознала всю глупость своего поступка. Я, девушка, ум которой сравнивают с уровнем гения. И тут такой бред… Стыдно, но… Почему-то так приятно на душе после данной глупости. Как-то легко. Да и тонфа за мной в след не летит. Значит, Хибари сам пока ещё понять не может смысл моего поступка.

Ох, ладно, пускай разбирается сам.

Тем более следующая проблема, с которой я столкнулась, заключалась в канарейке Хибари. Да-да, той самой жёлтой птахе, которая теперь практически всюду следует за Кёей. Кстати, её зовут «Хиберд». Ох, не знаю, что за имечко такое, но вот так Кёя назвал своего питомца. Скажу честно, что эту птичку невзлюбила с первого взгляда. А вот он кажется, очень во мне был заинтересован. Вечно пытался уместиться на голову или плечо. Но стоило только услышать порхание крыльев, как я немедленно принималась размахивать рукой и со словами — «Кыш! Кыш!» отгоняла от себя пернатое нечто.

В основном это было во время уроков, так как я специально не возвращалась в кабинет Комитета, чтобы лишний раз не сталкиваться с Главой. А так, вроде и причина есть — на уроках сижу. Ведь полторы недели пропуска… это не есть хорошо, хотя и понятно, что не по моей воле. Сасагава Рёхей вечно поворачивался в мою сторону, чтобы хвастануть новыми зубами и поблагодарить. Мол, ничего не помню, но проснулся экстремально хорошо. Причём и он, и сестра. А ещё спросил, можно ли будет такое повторить после соревнований этой осенью по боксу? М-да…

На большой перемене встретилась с Тсуной, Хаято и Такеши на крыше корпуса. У Тсуны имелся свежий синяк под глазом. Задала вопрос — «Как?», потому что вопрос «Кто?» отпадает автоматически.

— Второй раз убежать не удалось, — вздыхает парень и с грустью приступает к своему бенто. — Он был явно не в духе. На этот раз даже не сказал за что.

— Фек! — фыркнул Хаято, открывая бутылку минералки. — Словно этому типчику раньше вообще нужны были причины.

— Ну-ну, — улыбнулся Такеши, делая глоток молока через трубочку. — Наверное, у него просто плохое настроение. А Тсуна попался под руку. Это мог быть кто угодно.

— Это точно, — кивнул Савада. — Вот только полоса «удач» досталась только мне.

— Не только тебе, — вздохнула я, злобно вгрызаясь в шоколадное печенье и запивая его какао. Надкусила половину печенья и вот уже собиралась съесть вторую половину, как мимо со скоростью истребителя пролетела жёлтая птаха и выхватила у меня из руки лакомство. Я даже охнуть не успела. Вот оно было — жёлтое пятно перед глазами, — и его нет. — Как он надоел…

— Что это было? — ахнул Хаято, также не успев разглядеть вора. — НЛО?!

— Ага, как же! — бросила я, ныряя правой рукой в пакет за новым печеньем. — Это как раз «опознанный летающий объект», — в это же мгновение над нашими головами зазвучал гимн Старшей школы Намимори. — Нет, честно, я эту птаху на шашлык пущу.

— А?! — удивился Тсуна, посмотрев на порхающего Хиберда. — Это канарейка Хибари-сана.

— Как он его вообще приручил? — не понимала я. — Это ведь одна из птиц, того подчиненного Мукуро, верно?

— Угу, — согласно кивнул Ямамото, точно понимая, о чём речь, а потом усмехнулся. — Эй, Дар, а может у Хибари такая же аура, как и у тебя? Вот и применил на птицу.

— Не думаю, — на полном серьёзе ответила я. — Хотя… я в этом точно не разбираюсь.

— Хех! — усмехнулся Гокудера, делая глотки воды. — Если у него такая же аура, как и у Дар, то отныне я женщина.

Все уставились на Гокудеру, не понимая, к чему он это ляпнул. Но секунду спустя, парень и сам понял, что сказал немного лишнего и засмущался. Тут же в ход пошла защитная реакция, а именно в лоб бутылкой получил Бейсбольный Идиот, а в меня он умудрился швырнуть недоеденный сандвич.

— Ведьма! — бросил напоследок парень.

— Гокудера-кун… — виновато произнёс Тсуна, стараясь успокоить друга, но я решила добить Хаято его же словами.

— Не Ведьма, а Ведьмак, — парни с недоумением повернулись в мою сторону. Ловя момент молчания, зачесала длинную чёлку и пряди по бокам назад, скрепив их рукой на затылке, нахмурила брови и придала своему голосу брутальный мужской баритон: — С этого момента зовите меня — Геральт.

Первым на спину от смеха повалился Ямамото, даже пролив на себя пару капель молока. Далее не смог сдержать смех Тсуна, хотя он и прикрыл рот ладонью, но от заливистого смеха Такеши, держать себя в руках оказалась очень трудно. Ну и, в конце усмехнулся сам Хаято, хотя вот он очень старался сохранить невозмутимость, но хихиканье все равно доносилось из его губ.

— Глупая женщина, — бросил он, отворачиваясь в сторону, так как смотреть на мой серьёзный вид, парень без улыбки не мог.

— Ой, да ладно! — махнула рукой. — Самому тоже нравится эта игра. Кстати, когда диски вернёшь?

— Да верну я, верну… Хе-хе…

В принципе, если не считать некоторых моментов, день получился весьма обычный. После занятий я не планировала оставаться в школе и возвращаться в кабинет Дисциплинарного Комитета. Возможно, стоило позвонить или что-то в этом роде, но проблема в том, что после происшествия в Кокуё-Ленде, мне не вернули мой потерянный телефон. То есть, да, надо покупать новый. Но на этот счёт я не переживаю, мы уже даже с Такеши договорились на этой неделе вновь пойти в торговый центр и подыскать что-то стоящее. Да и он себе новую форму ищет. Скоро ведь соревнования. Причём соревнования не только у бейсбольного клуба, а у всех спортивных клубов. Ох, чувствую, приближаются долгие и нудные совещания всех глав клубов и Комитета по поводу финансирования. Скука смертная. Отчёты читать и проверять их эффективность.

Ай, ладно… не хочу свою голову этим забивать. Во всяком случае, не сегодня.

Планировала дождаться ребят и пойти с ними в сторону дома. Даже к этому времени уже стояла на улице около ворот школы. Ученики носились мимо меня с улыбками от того, что занятия наконец-то кончились, и можно заняться тем, чем хочется. Всё как обычно. Смех парней и девушек. Щебетание птиц над головой. Лёгкий осенний ветерок колышет мои волосы. Хорошо… Ни тревог, ни печали, ни паники, ни страха… Даже Хиберд наконец отстал. Мне кажется, или эта птичка больно умная? Эх, потом разберусь… Сегодня видно все пернатые против меня. Что канарейка, что её хозяин, жаворонок. Хотя Кёю я тоже больше не видела.

Уверена, мне моя выходка аукнется. Глава Дисциплинарного Комитета умеет мстить. Устроит что-нибудь такое, после чего я семь раз пожалею, что, в принципе, связалась с ним. Но это потом… сейчас главное покой. Даже не против того, чтобы парни задержались, что они, в принципе, и делали. Уже двадцать минут прошло, как занятия кончились, где их черти носят? Ах, ладно… просто закрою глаза и послушаю, как листья над головой шуршат.

— Эй, вы видели? Что это? — услышала голоса школьников проходивших мимо. — Вот это да! Мечта всей моей жизни! Круто-то как! Вот бы хотя бы сфотографироваться с ней. Ага…

Что? О чём это они? Любопытство взяло вверх, и я, прекращая облокачиваться спиной о кирпичный забор, выглянула за территорию школы. То, что предстало перед моими глазами, невозможно описать двумя словами. Сначала передо мной возникла толпа школьников окруживших чью-то машину. Причём, чью именно и какую машину — не понятно. Пришлось расталкивать учеников, ссылаясь на свой статус. Ну, хоть где-то надо получить пользу от того, что я член Дисциплинарного Комитета?! Путь мне прочистили быстро, и вот тут… я окаменела.

— Привет, Сметанка! Ты уже всё? Запрыгивай, поедем развлекаться!

Передо мной была мама, одетая в чёрные брюки, белое осеннее пальто и чёрные солнечные очки. Более того, она стояла на фоне ярко-красного Феррари с открытым верхом. Такой автомобиль в местном тихом городишке не каждый день встретишь. Особенно у ворот государственной школы. Хотя я уверена, что она просто арендовала эту итальянскую иномарку, но всё же…

— Мама? — ахнула я.

— МАМА?! — воскликнула толпа учеников окружающая меня.

Ну, конечно. Про меня в школе бродят такие сплетни, что на десяток романов хватит. Самая популярная говорила о том, что родители меня бросили, а тут… Уже главное не то что мама появилась, а то «как» она появилась. Шикарная фигуристая женщина, возраст которой даже я не знаю, с длинными прямыми чёрным волосами, бледной кожей и сияющими чёрными глазами. А на фоне такая красавица-машина. Да у наших старшеклассников уже слюни до подбородка вытекли, а местные красавицы завистливо закусили губу. И тут я…

Здравствуйте, я — гадкий утёнок. Ага.

Низенькая, фигуры толком нет, выгляжу как призрак, да и как-то не стремлюсь стать Мисс Вселенной. В любом случае…

— Мам, что ты тут делаешь? — подошла ближе, краем глаза замечая у некоторых школьников вытащенные фотоаппараты. — Что это вообще такое? Феррари? Зачем?

— Что поделать? — вздохнула женщина, приподнимая чёрные солнечные очки на голову. — У меня слабость ко всему итальянскому…

— Да, но перед школой? Чёрт… — шум стал слишком сильный. Ученики продолжали толпиться и не расходились. Ох, сколько же завтра про меня новых сплетен будет. Признаюсь, небольшой части меня уже не терпится их послушать.

— Ой, да ладно тебе! — махнула рукой женщина. — Один раз живём! Тем более я прихватила компанию.

— Компанию? — а вот это уже опасно.

— Сюрприз!!! — из заднего сидения одновременно выскочили Фуута, И-Пин и Ламбо. — Идём кататься!

— Э?! А их-то зачем взяла?!

— Ну, — задумчиво произнесла мама. — Я поехала познакомиться с Савадой Наной. Кстати, святой души человек. Мы разговорились, и я пообещала, что присмотрю за детьми час-другой. Ну, что? Теперь поехали? Давай, а то тут становится несколько шумно…

— Мама Дари стоит на четвёртом месте из 6 560 мест, в списке профессиональных гонщиков мира, — заверил Фуута. — Кататься с ней будет очень здорово!

— Всего на четвёртом? — фыркнула мама. — Эх, видать старею…

Всё это не очень-то убедило. Кататься с гонщиком? Эм… Мои мозги всё ещё на месте, и я прекрасно понимаю, что это чертовски опасно. Вряд ли что-то может появиться такое, что подтолкнёт меня немедленно сесть в эту машину. Хотя многие школьники уже смотрели на меня с нескрываемой ненавистью. Уверена, если бы им предложили, они бы и секунды не раздумывали. Но нет… всё-таки я не…

— Эй, все, расходимся! Хибари Кёя на заднем дворе школы избил Саваду, Гокудеру и Такеши, а теперь идёт сюда. Говорят у него чертовски плохое настроение.

— Так и быть, согласна! — кивнула я, немедля, запрыгнула на переднее пассажирское сидение, игнорируя даже лёгкую боль в ноге и руке. После крика одного из школьников, не решаюсь играть с судьбой. — Поехали!

— Вот так бы сразу! — отозвалась мама, садясь за руль. — Ну, что ребятки, пристегните ремни. Следующая остановка — морской пляж Намимори!

— Пляж?! — удивилась я.

— Ура!!! — хором крикнули дети на заднем месте, подняв кулаки вверх.

— Пляж, — кивнула мама, заводя мотор и опуская солнечные очки к переносице.

Глава 28. Сговор пернатых

Не знаю, сколько заняло времени, пока мы доехали до пляжа Намимори. Хотя слово «доехали» ещё слабо сказано. Вернее будет сказать «долетели» или вообще «телепортировались». Такой скорости могли позавидовать и самолёты. Я даже не знала, куда мы несёмся. Всё окружающее пространство стало расплывчатым и сузилось до одной точки, к которой мы мчались.

Фуута, Ламбо и И-Пин весело смеялись, сидя на заднем сидении. Кричали: «Ещё! Да! Быстрее! Ура!», а я тем временем вцепилась в ремень безопасности всеми возможными способами, даже зубами, и молила об одном — при столкновении не вылететь из собственной шкуры. То есть, я даже не сомневалась, что авария будет. Потому что такого водителя встречаю впервые. Некоторые полицейские, что встречались на нашем пути, даже не пытались преследовать. Догнать нереально.

И вот наконец-то, когда я мысленно уже готова была поверить во что угодно, лишь бы выбраться отсюда, мы наконец-таки достигли пляжа. Он к данному моменту был абсолютно пустым. Сезон купания в Японии давно прошёл, так что волноваться о том, что встретишь тут кого-то, не стоит. Может и есть один-два человека, но это в основном рыбаки.

Светло-серый песок под ногами был еле тёплым, но мне этого вполне достаточно. В летнее время я бы чувствовала себя как на раскаленной сковородке. Малышня тут же выбежала на пляж, принимаясь развлекаться и строить песчаные башни. Мама занялась разжиганием костра и приготовлением места под пикник, а мне было велено идти в отведенные пляжные кабинки и переодеваться в купальник.

— Купальник?! — удивилась я, смотря на цветной пакет, который всучила мне женщина. — Я что, буду купаться? Эм…

— Сметанка, уверена, что летом ты и шагу в сторону моря не сделала, верно? — я задумчиво отвела взгляд. Про Мафия-Ленд лучше умолчать. Но женщина приняла это как знак согласия. — Вот-вот! — хмыкнула она. — А тебе сейчас как раз нужна плавательная гимнастика, для мышц.

— Но бинты…

— Мы их спрячем, — успокоила мама. — А теперь иди. Мне ещё костром заниматься.

Что ж… спорить с ней бессмысленно. Она является одной из тех людей, которой говоришь слово, а тебе десять в ответ. И учитывая, как я терпеть не могу все эти скандалы… легче согласиться и надеть купальник. В принципе, кабинки пустые. Очередь занимать не надо. Одна проблема — больные конечности, но если не торопиться, многого можно добиться.

Через какое-то время вышла на пляж и обнаружила, что пикник в самом разгаре. Мои бинты на руке и ноге упаковали в странную плотную повязку, благодаря которой вода не сможет попасть внутрь и намочить рану. Всё это было необходимо для того, чтобы мышцы правильно срастались. Водная аэробика идеально для этого подходит. Фуута, Ламбо и И-Пин купаться не стали. Для них вода была уже прохладной, но вот мне в самый раз. Давненько так не расслаблялась. Если не учитывать пережитый недавно микроинфаркт во время поездки, то всё как в старые добрые времена, когда я ещё жила в России.

Стало вечереть, и я наконец-то вылезла из воды, подсев к костру.

Дети вымотались за весь день и мирно спали, укутавшись в плед. Мама молчаливо смотрела на горевшие в пламени поленья. Взглянув в её чёрные бездонные глаза, в которых отражались искорки костра, я поняла, что женщина хочет что-то сказать, но тянет с началом разговора. Хм… учитывая ситуацию, я догадываюсь, о чём именно пойдёт речь и решила не медлить. Сама задала вопрос:

— Когда уезжаешь? — голос был тихим, чтобы не разбудить детей, и спокойным, лишенным каких-либо эмоций.

— Завтра, — коротко бросила женщина. — Вернее, сегодня ночью. К берегам Намимори подплывает корабль, что далее направится в Китай. Планирую на нём и уехать.

— Ясно, — короткий ответ. Ну, вот и конец семейному воссоединению. Было забавно, хотя и не долго…

— Сметанка, посмотри сюда, — мама разгладила ладонью, находившийся между нами, песок, а после стала вырисовывать на нём незнакомый набор цифр. — Запомни, — приказала она.

— Что это? — с непониманием посмотрела на женщину.

— Запомни, — вновь произнесла женщина, указав на цифры. — Запомнила? — я кивнула, и она тут же стёрла рукой всё, что написала. — Повтори.

— Один. Три. Семь…

— На песке, — пояснила она, вновь разгладив песчинки между нами. Недолго думая, я повторила всю комбинацию. Мама проверила цифры и довольно кивнула. Рисунок вновь был стёрт. Возможно, это лишь привычка, но видно, что женщина привыкла не доверять даже воздуху. Мы одни, но раз ты живёшь всю жизнь как киллер-профи, то и некоторые вещи совершаешь уже на автомате. — Не забывай этот порядок.

— Но что это? — вновь спросила я.

— Счёт в международном банке зарегистрированный на твоё имя, — пояснила женщина. — Сделала его, когда тебе было три года. Думаю, если учитывать время и проценты, то там скопилась довольно-таки приличная сумма. В связи с возникшими в Италии проблемами, мы с твоим отцом не могли пересылать тебе деньги, хотя были уверены, что ты справишься. И всё же… время бывает разным. Если срочно понадобятся деньги, ты знаешь, где их найти.

Я вновь прокрутила комбинацию цифр. Счёт? На моё имя? Звучит так, будто она не уверена, что ещё сможет вернуться. Не уверена, что вообще останется живой. Но зато убеждена, что должна вернуться и продолжить борьбу в Италии. Мне её не остановить. Даже не стоит пытаться. Там отец, и она ему нужна. В конце концов, это всё происходит по моей вине. Могу ли я просить о чём-то большем? Сомневаюсь.

— Хорошо, — произнесла я, кивнув. Мама украдкой глянула на меня. Знаю, её беспокоит то, с какой холодностью произношу данные слова, ведь, возможно, мы больше никогда не увидимся. Ну, а что она хочет? Чтобы я рыдала? Билась в истерике? Нет, я всё слишком хорошо понимаю. Да и к чему данные сцены? Только тяжелей будет расставание.

— Знаешь, я ещё с папой Ямамото Такеши познакомилась, — неожиданно бросила мама, словно вскользь. — Интересный мужик. Всё время благодарил меня за то, что ты помогаешь его сыну с учёбой. Посидела в его суши-кафе и выпила саке за здоровье наших детей. Ты знала, что мать Такеши на самом деле бросила их, когда парень ещё пешком под стол ходил? Он, наверное, и не помнит своей матери. Уехала с любовником за границу в поисках лучшей жизни.

— Чт… откуда ты?.. Это тебе дядя Тсуёши рассказал? — удивилась я. Таких подробностей парень мне не рассказывал. Да и вообще, как о таком заговоришь?

— Ну… — мама улыбнулась. — Японские мужчины слишком быстро пьянеют. Хотя видно, что он за собой следит и довольно крепок, как телом, так и духом. Хм… руки сильные. Думаю, он боевой мастер владением меча. Тем более я видела катану висящую на стене. Вроде бы как сувенир, но лезвие наточено хорошо.

— Зачем ты мне это говоришь? — нервничала я. — Не думаю, что должна знать такое. Такеши мой друг, и если есть то, чего он рассказывать не хочет, то пусть так и остаётся.

— Для начала это моя привычка, милая, — смущённо хихикнула мама. — Я как-никак киллер. Знать своего врага — это одно, знать своего друга — совершенно другое. А знать друзей своей дочери, так вообще третье. Я же хочу быть уверена, что отдала тебя в хорошую семью.

— Ага… в семью мафиози…

— Ну, у каждого свои недостатки, — пожала она плечами. — Но суть в другом. Ты — Советник, не забывай этого. Мало знать свои достоинства и недостатки. Нужно также знать их и у членов своей семьи, чтобы в случае опасности, враг не смог воспользоваться вашей слабостью, и ты не дала ложный совет.

— Да, я всё это прекрасно понимаю, но такие вещи выяснять за спиной не стоит, — настаивала я.

— Хм? За спиной? Ямамото Тсуёши мне всё сам рассказал, — фыркнула она. — Савада Нана правда ничего не знает про мафию. Считает, что это просто какая-то игра, а то, что Бовино-младший швыряется гранатами каждый день, так это просто фейерверк! Эх… Но готовит она вкусно, это да, — вздохнула женщина, немного улыбаясь при воспоминаниях. — Гокудера Хаято… С ним очень тяжело. В Италии я наслышана о том, что он ещё в детстве сбежал из довольно большой мафиозной семьи, Боссом которой являлся его отец. Но об этом парне я переживаю меньше всего, так как за ним вечной тенью ходит старшая сестра — Бьянки. Старается держаться на расстоянии, но видно, что сильно беспокоится.

— Ты всех проверила за одни сутки? — удивилась я.

— Мне было скучно! — вздохнула мама, надув обижено губы. — Смотреть телевизор я не люблю, а компьютер вечно требовал твой пароль, который не знаю, — мама бросила подозрительный взгляд, словно пыталась понять, какой же я пароль поставила, но потом отмахнулась от этой затеи. — Сасагава Рёхей… Чёрт, мне нравится этот парень! — усмехнулась мама. — Что бы ему ни сказала, всё равно ничего не поймёт и не запомнит, но примет бой в любом положении. Гордость бойца ему знакома. Правда, кажется, о мафии он тоже ничего не знает. Только о своём клубе бокса всегда твердит. Но родители порядочные люди, вполне обычных профессий. Да и сестра вполне милая девочка. Она ведь нравится Тсунаёши, верно? — мама усмехнулась. — Это было заметно на вечеринке. Он так смотрел на неё, словно зачарованный. Странно, что девочка ничего не замечает.

— Вообще-то он ей и в любви признавался, но она посчитала, что это шутка, — вздохнула я, немного жалея Саваду.

— М-да… — хмыкнула мама. — Бедный парень. Тяжело ему придётся. Хотя… — тут же добавила она. — Вроде, в самого Тсуну влюблена другая девушка. Вечно злилась на вечеринке, когда я называла его зятьком. Хочет стать его женой? — я кивнула, а мама на это засмеялась. — Отважная девушка.

— Ага, — согласилась я, учитывая то, что сколько бы Хару не видела странностей, она всё равно поддерживала Тсуну и говорила, что мечтает стать его женой.

— Хибари Кёя, — продолжала мама, и я почувствовала, как мои мышцы напряглись только от его имени.

— Ты… ты и про него узнавала? — в груди образовался плотный ледяной комок. Стало несколько страшно.

— Конечно, — согласно кивнула мама, подбрасывая дров в костёр. — Кстати, «породистый» молодой человек. Из знатной семьи. Мать — политик, отчим — военный. В принципе, они редко когда появляются дома, так что мальчик предоставлен сам себе. Мать практически живёт в Токио. Работа для неё на первом месте. Отчим также из-за своей работы вечно переезжает с места на место, но постоять за себя парня научил.

— А отец? — неожиданно для себя спросила я.

— Хм… мёртв, — просто ответила женщина. — Причины смерти точно не известны, но если верить газетным сноскам, кажется, его забила до смерти толпа бандитов, промышляющая в городе больше десяти лет назад. Мальчику тогда было около трёх-четырёх лет. Вряд ли он что-либо помнит, хотя фамилию его оставил.

Ох, поверь, мама, помнит. Ведь именно таков его личный стиль. Что ж… действительно многое становится на свои места, но, чёрт возьми, не хотела я так это всё узнавать. Но услышала бы подробности своей жизни от Такеши? А Хаято? Или тот же Кёя? Не знаю… Хотя с другой стороны они всё обо мне знают. Ну… почти всё. Так и мне тоже хочется немного их узнать.

— Но что касается отца Тсунаёши… — продолжала женщина, чем сразу же заставила обратить на себя внимание.

— Савада говорил, что он пропал более двух лет назад. Ушёл копать шахты и не вернулся, — Тсуна, пожалуй, единственный, кто рассказал немного о себе в этом плане.

— Это не правда, — коротко бросила мама. — Нет, я не говорю, что он тебе врал, — тут же поправилась она, заметив мой взгляд. — Вероятно, мальчик и сам так думает, но поверь, это не не правда. Савада Емицу жив, здоров и скоро будет в Намимори.

— Чего?! Он скоро будет тут? Откуда ты это знаешь? А Тсуна знает о приезде отца? — я была маленько в шоке.

— Сомневаюсь, — задумчиво произнесла женщина. — Емицу ещё тот хитрожопый тип, должна сказать. Но ты обязана с ним встретиться, ведь он Советник Девятого. Грубо говоря, ты его замена, — вот тут я вообще дар речи потеряла. Отец Тсуны… нынешний Советник?! Ох, кажется, мне плохо… — Возглавляет «Consulenza Esterna Della Famiglia».

— Организация Внешнего Советника?! — удивилась я, автоматически переводя на русский. — То есть, у меня и организация, в итоге, своя будет?

— Не торопись, Дар, — бросила мама, нахмурив брови. — Тут всё слишком сложно. Емицу… был одним из тех, кто поддерживал твоё устранение в самом начале. Иными словами, сомневаюсь, что CEDEF примут тебя с распростёртыми объятиями. Доверие этих ребят придётся заслужить. Тем более ты считаешься не Внешним Советником, а Советником самого Десятого. Вряд ли тебе доверят саму организацию. Вряд ли тебе в ней поверят. Иными словами, всё только усложняется.

— И ты хочешь, чтобы я встретилась с тем человеком, который голосовал за мою смерть? — ахнула я.

— Именно, — кивнула мама. — Держи друзей близко, а врагов ещё ближе. Никогда никому не доверяй. И лучше, если к нему ты придёшь сама.

— Чёрт! Мама, да о чём ты? Что мне ему сказать? — я уже поднимала тон в голосе, забыв о спящих детях.

— Ну… скажи, чтобы этот хитрожопый засранец вернул покерный должок твоей мамуле, — усмехнулась женщина. — Об остальном можешь не беспокоиться. Во всяком случае, пока…

— Ох, ладно, — вздохнула я, потирая переносицу. — Но… когда он точно приедет? И стоит ли мне говорить Тсуне?

— Хм-м-м… — протянула мама, вновь подкидывая дровишек. — Думаю, его стоит ждать в следующем месяце, а говорить ли Тсунаёши?.. Емицу и сам это сделает. Уверена, что в стороне от семьи стоять долго не сможет. Он, конечно, и выглядит как бывший хиппи, но поверь, с ним лучше держать ухо востро.

— Мне вообще можно хоть кому-то доверять в этом мире? — задала я риторический вопрос, но ответ всё же получила.

— Нет, — спокойно ответила женщина. — Но это невозможно. Поэтому и существует «семья». Они о тебе позаботятся. Верь своему Боссу.

Час от часу не легче. А казалось, что мирные деньки всё же вернулись.

Угу, мечтай-мечтай…

Прошла неделя.

Мама, как и обещала, уехала через Китай обратно в Италию. При этом дала понять, что о поддержке постоянной связи даже не стоит и мечтать. Они напомнят о себе, когда всё станет тихо и безопасно. О большем просить я и не смела.

В школе появились новые сплетни. Мол, я дочь какого-то русского олигарха, которую прячут в Японии. И ведь частично это правда, на расспросы лишь мило смеялась и, отмахиваясь, произносила «Пожалуйста!». Таким образом, избегала много нежелательных бесед. Но сплетни о том, что я брошена своими же родителями — исчезли. Здоровье шло на поправку. Бинты сняли и хромать практически перестала. Правда лекарства всё ещё необходимо было принимать, а это значит, что таблетки от сонливости, что изготовил для меня Шамал, всё ещё ждут своего заветного часа.

Ох, сколько же раз уже было такое, когда я просто не выдерживала и вырубалась за работой?! То на учёбе, то за работой в Дисциплинарном Комитете. Да, я туда вернулась на следующий день, но это не потому, что я хотела, просто на следующее утро было совещание всех глав спортивных клубов. Обсуждали приближающиеся соревнования, план пользования спортивных площадок, так как тренироваться надо всем, и, конечно же, их финансирование. Без этого никак.

Мне пришлось пойти на эти совещания, так как я владела информацией об отчётах довольно-таки хорошо и сразу могла расставить все предложения по шкале эффективности и необходимости для Средней школе Намимори. На совещании был и Хибари, как Глава Дисциплинарного Комитета. Обычно он всегда становился у окна и игнорировал всё, что происходило во время совещания. Все сидели за столами расположенными в форме большого квадрата, на отведенных для них местах. С левой стороны от меня сидел Кусакабе, как Заместитель Главы Дисциплинарного Комитета. По сути, присутствие Кёи и не нужно. Процесс и так отработан до автоматизма, но нет. Он пришёл. Более того, сел по правую сторону от меня.

Все несколько занервничали, когда появился Хибари, но когда парень просто молча сел и равнодушно посмотрел в сторону окна, то решили, что можно продолжить в обычном режиме, и успокоились. Но не я. Почему-то чувствовалось, что он только и ждёт того момента, когда сможет спокойно, не спеша вскрыть тонфами мне черепушку. Из-за этого, я даже половину отчёта ребят не слушала. Не воспринимала информацию. Только делала быстрые пометки на полях своего блокнота с суммами запроса клуба, сроками и графиком тренировок. Но ничего конкретного сказать сейчас не могла, и совещание перенесли на следующий день.

Когда же все принялись расходиться, я на интуитивном уровне попыталась скрыться, смешавшись с толпой и пойти туда, куда и все остальные — в сторону учебных классов. Вот только тут же почувствовала, как меня схватили за воротник гакурана и развернули в сторону кабинета Дисциплинарного Комитета. Я даже скорость не сбавила. Сделала вид, что всё под контролем. Так и было задумано. Всё нормально. И ледяной взгляд Хибари меня не смутил. Более того, зайдя в кабинет, сразу устроилась на новом диванчике, с особым вниманием вчитываясь в отчёт, на котором делала пометки. Кёя зашёл следом и бросил на меня яростный взгляд.

Минуту стоит и смотрит. Делаю вид, что ничего не замечаю. Отчёт больно интересный попался. Хотя знаю, что физически он ничего мне не сделает, но как-то не хочется испытывать удачу. Да и если понадобится, бежать я пока не смогу. Пошла вторая минута. В итоге, что-то щёлкнуло, и парень решил замять ту мою выходку с документами. Как ни посмотри, а сейчас я на том самом диване, что мне вначале не понравился. Режим «Я в домике!» активирован. Однако кое-что он забыть не смог.

— В следующий раз попроси свою мать не устраивать шоу у ворот школы, — холодно бросил Кёя, направляясь к своему столу. — Такое поведение нарушает порядок дисциплины остальных учеников.

— Следующего раза не будет, — спокойно ответила я, не отрывая взора от документа, что сжимаю в руках. — Мама вернулась в Италию.

— А разве она не собиралась остаться до твоего полнейшего выздоровления? — Кёя был несколько озадачен, хотя всеми силами показывал своё полное безразличие.

— Я и сама могу о себе побеспокоиться, — тот же спокойный тон. — Лекарства есть, остальное неважно.

— Хм, — протянул парень, посмотрев на меня каким-то непонятным взглядом. Злости и раздражения больше не было. Серые глаза стали тёмными и спокойными. Казалось, что Кёя что-то решил для себя, но о своём решении вслух решил не говорить. Однако теперь он был спокоен и принялся за работу.

Мне стало любопытно, сколько парень сможет терпеть мои выходки? Нет, я вообще довольно тихий и терпеливый человек. Люблю всё делать с одного раза, чтобы после не возвращаться к этому вопросу. Не люблю шум и чрезмерное веселье. Но вот любопытство… это то, что сильней меня. Если не ошибаюсь, Хибари Кёя решил на многие мои поступки просто закрывать глаза. Словно их и не было вовсе. Странно как-то… Стоило что-то натворить, что точно не входило в устав правил Средней школы Намимори, как Кёя просто прослеживал за тем, чтобы это было исправлено, говорил мне то, чего делать нельзя, словно учил, и, гордо приподняв подбородок, удалялся. Зато остальные члены Дисциплинарного Комитета за такую оплошность могли и разбитый нос получить.

Вот, например, как-то раз я «случайно» оставила кусочек недоеденного шоколада на его столе. При этом сверху положила несколько документов и горячую чашку чая. Естественно, понятно, что стало потом. Шоколад растаял, стол и документы испорчены, из глаз Хибари сверкают искры. Ну, тогда он заставил одного из своих подчинённых полностью очистить стол, а меня восстановить испорченные документы. В принципе, на этом всё.

Решив, что парню просто легче игнорировать мои выходки, нежели разбираться с ними, я продолжила своё безмятежное существование. Ну… то есть… пыталась. Появилась ведь другая проблема — Хиберд. С этой птахой у нас не сложились отношения с самого начала. Начнём с того, что канарейка, как большинство животных и птиц, почувствовала мою ауру. Естественно, она хотела получить моё внимание. Вечно норовила сесть на голову или плечо, в то время когда Хибари не было рядом, так как если парень был по близости, то фаворитом тут же становился он. Но я не позволяла птахе к себе приблизиться. Отгоняла её документами, ругалась и вела себя довольно шумно, стараясь напугать птичку.

Но Хиберд не так прост. Что делают любимцы, когда с ними не играют должным образом? Правильно, пакостничают. И канарейка не была исключением. Сначала она пыталась привлечь моё внимание довольно невинными действиями. Во время работы могла быстро пролететь мимо и выхватить у меня из руки ручку, карандаш, ластик, линейку. Всё мелкое, что запросто умещалась в лапках птицы. Этим она пыталась заставить меня встать и погнаться за ней. Хоть как-то обратить на себя мой взор, но я так просто на провокации птахи не поведусь. Просто доставала запасную ручку или то, что было украдено, и продолжала работу как ни в чём не бывало.

Тогда Хиберд перешёл к более тяжёлой артиллерии. Он заметил, что я проявляю особое внимание своему деревцу — Шоколадке. Вечно обрызгиваю его с распылителя, поливаю, протираю листочки от пыли. Да и вообще — иногда говорю с ним. Какао-бобы вот-вот должны поспеть. Так что начал делать этот засранец? А всё просто — он стал клевать листочки дерева. Есть их. Вот только они горчат, и много птаха их не съест. Так только попортит слегка растение. Но и на это реагировать я не стала. Лишь подкормку для дерева улучшила. В итоге, на месте старых, обязательно появятся новые свежие листочки.

Уверена, что Кёя знал о нашей небольшой войне с Хибердом, но решил тактично не влезать в это противостояние. В конце концов, я же ничего птице не делаю. Наоборот, стараюсь её не трогать лишний раз. Это не мой любимец, а Хибари. Вот пусть он и развлекает свою птаху.

Так длилось до того времени, пока в один прекрасный день не заметила, что эта ненормальная жёлтая птичка стала испражняться на моё деревце. Вот тогда я просто не смогла молчать. Сначала думала, что это случайность, но подобные моменты начали повторяться ежедневно, и именно тогда, когда я ничего не видела. То есть, повлиять на ход событий никак. Попыталась пожаловаться Кёи, но парень, похоже, уже выбрал, чью сторону займёт.

— Ты это видела? — холодно спросил он меня, когда я рассказала о том, что делает Хиберд.

— Нет, но…

— Тогда с чего ты решила, что он? — всё также спокойно спросил парень, сверкнув стальным взглядом.

— А кто ещё? Кусакабе?! — злилась я, но Кёя лишь устало зевнул, прикрыв рот ладонью, и произнёс: — Если это всё, иди работать.

Вот и поговорили.

Понятно, что помощи с его стороны ждать не придётся. Придётся справляться самостоятельно по старинке — поймать птаху на месте преступления. Но это явно произойдёт не сразу. Ведь канарейка почти всегда рядом с Кёей. Да и, если честно, наблюдатель из меня просто ужасный. Особенно днём. Из-за того, что я не принимаю таблетки Шамала, вечно хотелось спать. Могла заснуть неожиданно где угодно и во время чего угодно. С трудом это признаю, но новый диванчик выручал как нельзя кстати. Практически любой обеденный перерыв на этой неделе проводила на нём. Очень часто просыпалась от того, что чувствовала, как кто-то копошится в моих волосах, а открыв глаза, замечала жёлтые перья. Хиберд вечно умудрялся урвать момент и усесться у меня на голове. Причём прям по его пернатой физиономии понимала, что этот жёлторотый доволен. Глазки маленькие, хитрющие…

Но настал тот момент, когда я всё же застала его на месте преступления. Не совсем понимаю, что должна была тогда сделать. Тело среагировало само. Схватила рукой стоящую в углу комнаты метлу и, словно спартанец метает копьё, кинула её в сторону Хиберда. Птаха со скоростью пули вылетела в открытое окно. В эту секунду я торжествовала. Да, чёрт возьми. Я не из тех милых девочек-школьниц, которые при виде милой птички тут же умиляются и стремятся его зарисовать на бумаге или сфотографировать. Сразу дала понять — «Мы враги. И я тут оказалась раньше тебя». Но не стоит забывать, что эта канарейка из рода болтливых…

В этот же день, ближе к вечеру, когда я зашла в кабинет, чтобы забрать свою школьную сумку и пойти домой, застала Хибари на своём месте за столом, а на его голове восседал распушившийся Хиберд. Лицо Кёи не выражало эмоций. Он спокойно сидел на стуле, облокотив руку о поверхность стола и подперев голову ладонью. Стальные глаза укоризненным пламенем прожигали меня из-под густой чёрной чёлки.

— Серра, подойди, — приказал Кёя, заметив меня.

— Эм… — чувствовала нарастающие проблемы. Надо бежать, но вот любопытство… — Что-то хотели, Хибари-сан? Уже поздно, пора собираться…

— Подойди, — повторил Кёя. Делать нечего. Подошла к его столу, сохранив небольшую дистанцию в пару метров. Когда я остановилась, парень продолжил: — Ты обидела Хиберда.

— С чего вы взяли? — с вызовом спросила я. Не видел же он это сам, верно? А раз не видел, то этого не было. Его слова.

— Кыш! Кыш! Пошёл вон! Клянусь, желторотый, что зажарю тебя и съем с кисло-сладким соусом какао-бобов! — затараторил Хиберд, вспоминая абсолютно всё, что я когда-либо произносила в его адрес. Эта птичка сдала меня с потрохами. Отпираться было бессмысленно. Часть ругательств была на русском и итальянском языках.

— Ябеда! — злобно бросила я, фыркнув в сторону Хиберда, а после посмотрела на Кёю. — Он первый начал! — знаю, это глупо и по-детски, но… это же правда!

— Извинись, — потребовал парень, сохраняя всю туже невозмутимость на лице.

— Что?! — а вот меня это несколько удивило. — С чего бы это?! Он гадит на моё деревце! Не буду извиняться!

— Извинись, — вновь спокойно произнёс Кёя.

— Нет! — меня уже начало немного трясти от всей этой ситуации.

— Извинись, — повторил парень, даже не изменяя тональности в голосе.

— Да чтоб!.. — фыркнула я на русском, а после наигранно широко улыбнулась и поклонилась в пояс. Если не сделаю то, что от меня хотят, это никогда не кончится. — Извините меня, дуру грешную! Можете продолжать гадить на моё деревце. Для вашего же удобства, Хиберд-сан, повешу на ветку рулон туалетной бумаги и освежитель воздуха. Так сказать, всё лучшее для вас! — подняла голову и посмотрела Кёе в глаза. — Всё? Теперь я могу идти?

— Нет, — всё также холодно произнёс парень, не меняя позы. — Погладь его.

— А? — не верила своим ушам.

— Погладь его, — повторил Кёя.

— Ну уж нет! — рефлекторно сделала шаг назад. — Этому не бывать!

— Погладь его, — мне даже на миг показалось, что Кёя робот. Спокойный и неподвижный, как каменное изваяние. Только бушующий в глазах пожар выражал все его эмоции. Ох, чувствую, что домой просто так не уйду… Сговор пернатых, ну точно же!

Ладно, просто сделаю это, и дело с концом.

Медленно приблизилась к парню, всё ещё стараясь сохранять дистанцию. Вытянула правую руку перед собой, намереваясь погладить птицу. Медленно и неуверенно прикоснулась указательным пальцем к хохолку канарейки. Опустила руку, проводя ладонью по изгибу шеи спины птицы. Хиберд закрыл глаза от удовольствия. Видно, что ему нравятся прикосновения. Нахохленные перья тут же разгладились, приняв расслабленный вид. Я не удержалась и даже улыбнулась, наблюдая за пернатым. Канарейка была довольна полученной лаской и, сорвавшись с места, вылетела в открытое окно, напевая гимн Средней школы Намимори.

— О… — вздохнула я от неожиданности, намереваясь выпрямиться и убрать руку, но стоило только начать опускать ладонь, как неожиданно почувствовала, что меня схватили за локоть. Кёя, непрерывно наблюдая за мной, схватил за руку, не позволяя убрать её со стороны его головы, хотя птицы уже и не было.

Наши взгляды встретились. Не знала, как реагировать и чего именно парень хочет. Но спустя мгновение Хибари сам дал понять. Медленно потянул руку обратно к своей голове, заставив ладонь прикоснуться к густым, чёрным шелковистым волосам. Неужели он хочет?..

Нервно сглотнула. Во рту неожиданно стало так сухо. Провела пальцами по его голове, вплетаясь в густые пряди. Локоть был медленно отпущен. Рука парня вернулась на своё место, подпирая голову хозяина. Значит, я всё делаю правильно. Именно этого он хочет. Но… зачем? Этого мне не понять. Если честно, то я и себя немного не понимаю. Вообще не думаю. Просто действую. Тут логика бессильна.

Делаю небольшой шаг ближе к Кёе. Теперь наши колени соприкасаются. Он тёплый. Чувствую его тепло. Такое странное противостояние ощущений. Ледяной взгляд и оболочка, но такой тёплый и мягкий, если подойти ближе. Зачёсываю ему волосы назад, слегка приоткрывая лоб. Он красивый. Я и раньше это замечала, но видеть это так близко… так ещё и прикасаться к нему…

Сердце стало ускорять темп. В груди разгоралось пламя, затрудняя дыхание, но это сейчас так не важно… Рука опустилась ниже к его уху. Интересно, позволит ли? Лишь провела подушечкой пальца вдоль раковины, слегка прикасаясь, как неожиданно заметила, что голова парня качнулась навстречу руке. Всего миллиметр, но я уловила это движение и стала прикасаться смелее. Серые глаза Кёи неотрывно следили за мной. Это так смущало. Он смотрит, ничего не говорит, но, кажется, его дыхание стало таким же тяжёлым, как и моё. А сердце? Оно также быстро бьётся?

Рука спустилась ещё ниже. К щеке парня. Под подушечками пальцев почувствовала, как пульсируют вены на висках и шее. Появился лёгкий румянец. Еле уловимый на бледной коже парня. Пальцами я очерчивала контуры его скул, век, носа. Словно скульптор, который пытается изучить то, что ему предстоит создать. Густые чёрные ресницы приятно щекотали пальцы. Такие мягкие. Но больше всего сейчас интересовали его губы… Всегда сомкнутые, прямые, бледные… Улыбаются только тогда, когда на его пути встречается достойный противник. Я не смогу вызвать у него улыбку. Я не смогу стать ему достойным противником. Он даже не обращает внимания на мои шалости. Я остаюсь безнаказанной и незамеченной… но сейчас… могу хотя бы прикоснуться к ним.

Провела подушечкой большого пальца по нижней губе, слегка приоткрывая его рот. Горячие дыхание тут же обожгло кожу моей ладони. Не замечая, я вновь сделала шаг в его сторону, встав теперь между колен. Жарко. Так жарко. Я чувствую, как по спине скатывается лёгкие струйки пота. Но… совершенно не интересуюсь этим. Голова кажется такой пустой и тяжёлой. Впервые за всю мою жизнь. Не думаю. Совершенно не думаю. Всё происходит на каком-то интуитивном уровне. Гул собственного сердцебиения заглушает всё вокруг.

Медленно проникаю большим пальцем в полость его рта. Не сильно. Слегка лишь касаясь краёв его зубов. Словно хочу проверить, есть ли у него клыки. При этом постоянно смотрю в его глаза. Глубокие, серые глаза. Теперь они напоминали мне дым. Словно парень несколько одурманен. Неожиданно чувствую, как он прикасается влажным горячим языком к пальцу, лишь пробуя его на вкус. Скорее всего, Кёя и сам делает это неосознанно. Всё это так неправильно. Нельзя этого делать. Но… остановиться уже просто невозможно.

Хочу…

Хочу большего.

Хочу прикоснуться к его губам. Медленно наклоняюсь. Сердце буквально проламывает рёбра изнутри. Я словно пьяная. Весь мир и существует, и не существует. Это так неправильно… Этого нельзя делать… Какая-то часть меня понимает, что это всё воздействие. Не только моей ауры, но и его. Мы словно пленники обстоятельства. Всё понимаем и одновременно отказываемся понимать. Нельзя… Но… я так хочу.

Наши лица на одном и том же уровне. Замираю, вновь всматриваясь в эти дымчатые слегка прикрытые глаза. Неуверенна… Чувствую скованность в теле. Неправильно… Но голова Кёи сама медленно подаётся на встречу. Осталось всего мгновение. Всего несколько сантиметров. Я уже упиваюсь ароматом миндаля. Таким сильным, что буквально чувствую горьковатый вкус на губах. Такой притягательный… такой опьяняющий…

Неожиданно в дверь с грохотом открывается и в помещение врывается один из подчиненных Кёи.

— Хибари-сан! Тут такое!!! — ахает он, сжимая в руках какую-то кипу документов, что изучал прямо на ходу.

За эту секунду мы словно протрезвели. Со скоростью молнии оттолкнулись друг от друга. Я тут же повернулась в сторону открытого окна, что находилось за столом Хибари и в которое недавно вылетела канарейка. А сам Кёя схватился за первые же попавшиеся документы, и пофиг, что верх ногами.

— Травоядное! — гневно бросил Хибари, в голосе которого зарождался Ад. — Тебя что, не учили стучаться?!

— Хибари-сан… но… тут… — судя по голосу, стало ясно, что он чувствует неминуемую гибель.

— За нарушение дисциплины, — холодно бросил Кёя, вставая со своего места и вооружаясь тонфами, — я забью тебя до смерти.

Стоя у окна, я слышала крики и мольбы о прощении. А также постоянные удары и шлепки. Но мне на всё это было всё равно. Я думала только об одном: «Что это, чёрт возьми, было?». Сердце продолжало биться, как сумасшедшее. Даже дышать было больно. Бросило в жар, и проносившейся мимо ветерок не помогал. Думать не получается. Логических ответов нет. Но оставаться тут больше нельзя.

— Я домой! — резко сорвалась с места, прихватила свою сумку, перепрыгнула через полуживого члена Дисциплинарного Комитета и скрылась за дверью, добавив: — До свидания.

Срочно домой и в ледяной душ!

Это всё недосып. Определённо из-за него!

— Наверное, этот тебе подойдёт.

— Угу…

— Или этот. Тоже не плох.

— Ага…

— А может этот? В нём и функций больше.

— Да-да…

— Эй, Дар! — окрикнул меня Такеши, резко хлопнув по плечам, и я подпрыгнула на месте. — Ты где витаешь? Тебе же телефон выбираем.

— Да тут я, тут! — вздохнула я, немного ворча. Хлопок по плечам был несколько неожиданным. — Просто… эх, ладно. Забудь.

— Хм? — поднял удивлённо брови парень, наблюдая за тем, как я обратилась к продавцу и указала на выбранную модель телефона. Судя по характеристикам, довольно неплохой телефон, да и цена приемлемая. Осталось только всунуть сим-карту и всё. Мир снова в моих руках. — Ладно, давай, говори, — улыбался бейсболист после того, как я расплатилась за покупку. — Что-то ведь случилось, верно? Ты прям вся не своя…

— Да ничего не случилось! — тут же попыталась оборвать разговор, но светло-карие глаза Ямамото казалось, пронзали насквозь, а его вечно ободряющая улыбка заставляла раскрыться. — Эх, ладно… случилось. Такое случилось, что я теперь не знаю, как мне завтра в школу идти.

— Во-о-оу!!! — протянул бейсболист, заливаясь смехом ещё сильнее. Я с непониманием взглянула на парня. — Прости-прости, — тут же попытался успокоиться он. — Просто слышать такое от нашей «Мисс Совершенство» слегка… кхем… необычно.

— Мисс Совершенство?! — фыркнула я.

— Ну, ты всё знаешь, всё умеешь, всё можешь… Порой кажется, что у тебя и изъянов вовсе нет, — перечислял парень, и с каждым словом я хмурилась всё сильнее.

— Нет, Такеши. Изъяны во мне всё же есть. И я допускаю также ошибки, как и все люди. Только мои ошибки… более глобальные.

— Ха-ха-ха! Так всегда кажется, когда ошибаешься ты, а не кто-то другой, — парень по-дружески обнял меня за плечи. — Ну? Что ты натворила?

Мы спустились в торгово-развлекательном центре на этаж ниже и направились в сторону кафе. Причём даже не сговариваясь. Всегда, когда собирались, тут либо кино посмотреть, либо просто что-то купить, в итоге, шли в кафе, чтобы завершить вечер чем-нибудь вкусненьким.

— Понимаешь, Хибари и я… — начала, но замолчала, как только вспомнила мягкость густых чёрных волос. Ладонь до сих пор ощущала жар его дыхания и тепло кожи.

— Хибари? — переспросил Такеши, слегка склонив голову набок. После сложив что-то в уме, выпалил: — Наверное, опять разозлила его? Ничего страшного! Думаю, обо всё можно договориться. Никто же не умер, верно? Ха-ха-ха!

— Думаю, если бы кто-то умер, мне было бы с ним проще разговаривать, чем сейчас, — выдохнула я.

— О-о-о, всё так серьёзно? А мы с Гокудерой даже ставки начали делать, когда же ты его по-настоящему взбесишь. Тсуне, вот, вечно достаётся. Я тоже получаю, но скорее за компанию. Наверное, сломала что-то? Если так, то почини или купи новое.

— Нет, не сломала, — отрицательно помотала головой.

— Хм? Обидела чем? Может, оскорбила? Тогда просто извинись, — продолжал парень.

— Эм… нет, не то, — вновь помотала головой.

— Хм… — парень вновь задумался. — Может сделать небольшой подарок?

— А? — не понимала я, но уже заинтересовалась.

— Я не совсем понимаю, что произошло, но раз ты так переживаешь, значит что-то важное. Просто подари что-нибудь. Например, что-нибудь из еды, — предлагал Такеши. — Старик говорит, что чтобы не стряслось, всё можно урегулировать за вкусной и сытой едой. Ха-ха-ха, ну ты знаешь, он вечно все проблемы решает через суши! — смущённо почесал затылок. Неожиданно, не дойдя до кафе всего несколько шагов, Такеши улыбнулся и произнёс: — Ух, ты! Смотри!

Я проследила за взглядом бейсболиста и увидела небольшой продуктовый магазинчик на витрине около кассы, которого стоял огромный стеллаж в человеческий рост. А на том стеллаже было доверху всё уложено киндер-сюрпризами. Шоколадные яйца, обмотанные разноцветной фольгой с игрушкой внутри.

— Идём! — настаивал парень, с сияющими как у ребёнка глазами, что увидел новую игрушку. — Возьмём парочку.

— Киндер-сюрприз? Серьёзно? — не понимала я, но всё же следовала за другом.

— Конечно! — отозвался Такеши, улыбаясь ещё шире. — Поверь, чтобы не стряслось, а это поможет!

— Ну… если ты так говоришь, — протянула я, рассматривая шоколадные яйца.

Должна признать, что людские отношения для меня несколько трудны, но вот у Такеши с ними никаких проблем не было. Его всегда окружали толпы поклонников и поклонниц. Даже сейчас восхищаются как ученики, так и учителя. Он и симпатичный, и добрый, и преданный, и просто хороший человек. С ним всегда просто и не боишься попасть в неловкую ситуацию. Думаю, в этом вопросе он разбирается лучше меня. И если киндер-сюрприз мог помочь, то значит, он мог помочь.

Присмотрелась к названию серии «Дары Природы». Хм? Это шутка? Хотя тут показано, что в игрушках могут попасться брелки в виде рыб, животных, птиц и даже растений. Самые популярные и редкие брелки опубликовали на афише, что была приклеена на стеллаже. О, а крокодил ничего такой. Я бы его хотела отыскать. И пингвин интересный. Но самым редким был цветок «лотос». Он даже являлся символом всей этой серии. Выглядит красиво. Как небольшой хрустальный брелок. Прозрачный. Вот бы он мне попался!..

— Ну, что? — улыбался Такеши. — Берём? Только вот что, — он развернул меня за плечи к себе, чтобы наши взгляды встретились. — Чтобы не попалось, вешаем на мобильник, как брелок.

— А если мне попадётся какая-нибудь ерунда? — фыркнула я.

— Эй! — воскликнул парень. — Мы же на равных условиях. Я и парням возьму. Это же как игра, верно?

— Эх, всё для тебя одна сплошная игра… — устало вздохнула я, но всё-таки согласно кивнула. Что бы ни попалось, да?

Купила два яйца. Такеши три, учитывая Гокудеру и Тсуну. После взяв по одному яйцу, одновременно принялись разворачивать фольгу, освобождая шоколад. Краем уха слышала довольные вскрики парня, так как его яйцо удалось разломать равно пополам без лишних трещинок.

«Повезло», — фыркнула я, так как у самой шоколад раскрошился на десяток частей. Теперь настал момент «Х». Достав оранжевые плотные упаковки, быстро раскрыли их, вытряхивая игрушку на ладони.

— Ух, ты! — радовался Такеши.

— Что за?.. — расстроилась я.

Всё было совсем не то, что я так хотела. Мне попался какой-то шарик, обклеенный пёстрыми коричневыми перьями с двумя торчащими длинными ножками и чем-то, напоминающими глаза и клюв. Не знаю, что это такое, но страшный он, как моя жизнь. Буквально так и слышала, как это нечто умоляет убить его. А у Такеши вообще брелок не из этой серии попался. Бейсбольный мячик. Как вам это нравится?

— Эй! Так не честно! — воскликнула я. — У тебя какая-то бракованная игрушка. Каким боком она относится к серии «Дары Природы»?

— Нет-нет, — покачал головой, с довольным видом нацепляя брелок к своему телефону. — Уговор — есть уговор. Теперь это мой талисман, — посмотрел на мой брелок. — Эм… а у тебя что? Похоже на какашку в перьях, ха-ха-ха! — я посмотрела на парня так, словно он у меня эту «какашку» сейчас съест. — Всё-всё, прости! — замахал он ладонями, извиняясь. — Так что это?

— Не знаю, — устало протянула я, но прекрасно понимая, что теперь с этим будет находиться мой мобильник. — Может на вложенной бумажке ответ будет? — обычно к каждой игрушке идёт инструкция, если игрушку надо собирать, и картинка с тем, кого в серии не хватает, для полной коллекции. У меня серия «Дары Природы: Птицы». И это пернатое нечто было: — Хибари?! Да вы шутите!!!

— Что? Серьёзно?! — не верил своим ушам бейсболист и наклонил голову ко мне через плечо, заглядывая в брошюрку. — Ха! Действительно! Ха-ха-ха-ха!!! — Ямамото еле на ногах стоял, смеясь до слёз. Обхватил руками живот и что-то выкрикивал сквозь слёзы, что это судьба. Ох, как же я хотела его тогда придушить! Особенно в тот момент, когда он буквально настаивал на том, чтобы я теперь его носила.

Уговор дороже денег? О, да! Конечно! И теперь у меня на мобильнике свой персональный жаворонок, который при тряске звонко звенит, так как внутри имелись бубенчики. Не знаю, на что я надеялась? На справедливость Вселенной? Думаю, ей на меня уже давным-давно насра… кхе-кхе… В общем, да.

На следующий день я всё же пришла в школу. Чувствовала себя несколько… не в своей тарелке. В принципе, я знала, что было со мной. Далеко не наивная девочка, и знаю, что такое гормоны и переходный возраст. Скорее всего, это был именно тот случай. Никаких мыслей, чисто животные инстинкты. Ну, а что тут такого? Я девушка, он парень. Мы постоянно находимся вместе, то и дело контачим друг с другом. Рано или поздно нечто подобное могло произойти. А если учитывать, как я на него влияю, да и он не так прост, то… ох, ладно, всё это вилами по воде писано. Одно дело — разложить всё по полочкам и совсем другое — участвовать лично.

Но если серьёзно? Что это было? Вряд ли я привлекаю его как девушка. Вряд ли привлекаю как противник. Долг? Нет, звучит как бред. Эх, ладно… просто отшвырну все эти мысли куда подальше и сделаю вид, будто ничего не было. Да уж… именно это мы с Кёей вечно делаем. Делаем вид, словно ничего не было.

— Доброе утро, — поздоровалась я, проходя в кабинет и спокойно шагая к своему столу.

— Доброе, — донеслось с другого конца кабинета. Голос Хибари ровный, спокойный, без лишних эмоций. В одной руке у парня чашка кофе, на другой сидела канарейка, что напевала гимн Средней школы Намимори.

Достала телефон, положив его на стол, а сумку повесила на ручку стула. Смачно зевнула, мечтая о том, чтобы быстрее наступили выходные, а после них я, наконец-то, смогу вернуться к принятию лекарств. Брелок на мобильнике звонко звякнул, привлекая внимание не только Кёи, но и Хиберда. Канарейка слетела с руки хозяина и приземлилась на мой стол, прыгая около мобильного телефона. С непониманием наклонила голову набок и клюнула брелок, и тот весело зазвенел. Пернатый встрепенулся, пытаясь повторить звук, но получилось не очень. Клюнул брелок ещё раз, прекрасно понимая, что таким образом вызовет звук бубенчиков.

— Да-да, знаю, — вздохнула я, обращаясь к Хиберду. Придётся всё же наладить с ним контакт. — Странный брелок, но уж какой попался. Хотя я хотела крокодильчика или пингвина.

Канарейка посмотрела на меня с неким непониманием. В глазах бусинках читалось любопытство. Он не понимал человеческую речь, но, кажется, птицу просто удивило то, что я сама обратилась к нему. Не игнорирую и не отталкиваю. Хиберд смотрел на меня и попытался вновь повторить звучание бубенчиков. Это выглядело забавно. Похоже, ему нравится этот звук. Непроизвольно усмехнулась, наблюдая за его попытками. С каждым разом становилось всё лучше и лучше.

— Что это? — послышался голос прямо над ухом. Я даже вздрогнула, так как не ожидала, что Хибари подойдёт так близко. Он передвигался бесшумно. Но всё равно. Наблюдая за канарейкой, совсем забылась. — Что это? — повторил вопрос парень, взяв в руки мой новый телефон. — Предыдущий где?

— Эм… ну… мне его так и не вернули после происшествия на Кокуё-Ленде, — пояснила я, прекрасно понимая, что то был его бывший телефон. — Пришлось покупать новый. Вроде неплохой.

— Хм… — протянул Кёя, включая его. Пароль я ещё не поставила, так что он с легкостью смог проникнуть в папку с меню. Там уже имелось несколько фотографий, как мы дурачились с Ямамото. В принципе, мы всегда так делали. В этом нет ничего удивительного. Хибари со спокойным лицом просмотрел фотографии, хотя это уже, как по мне, личное. После вбил свой номер, хотя я его и так знала наизусть, и уже собирался вернуть сотовый, как брелок вновь дрогнул, звонко звеня, и канарейка радостно вторила звуку. — Хм? — он поднёс маленький коричневый шарик ближе к глазам. Кажется, парень заподозрил что-то неладное. Пора брать инициативу в свои руки.

— Это брелок, Хибари-сан, — пояснила я, мило улыбаясь. — Попался в киндере-сюрпризе, — брови парня нахмурились. Он не отрывал взгляда от брелка. — Я, кстати, и вам один взяла, — полезла в сумку и достала шоколадное яйцо. — Вот, — теперь Кёя был несколько удивлён таким поступком. Он аккуратно взял яйцо, переведя на меня взгляд, словно спрашивая: «Это мне?». — Может, откроете его? Интересно, что за зверь попался вам.

Кёе, видно, тоже было любопытно, так как секундой позже он развернул фольгу, небрежно достал оранжевую пластиковую овальную коробочку и одним нажатием большого пальца открыл её, вытаскивая содержимое наружу. Парень даже не принялся есть шоколад. Он его не особо интересовал. Но вот то, что я увидела, меня несколько удивило.

— Лотос?! Ничего себе! — ахнула я, не скрывая удивления. — Его же в коллекции, в принципе, от силы десять штук! — на руке парня поблескивал полупрозрачный цветок, напоминающий форму лотоса, из центра которого торчала одна длинная петля. — Хибари-сан, давайте меняться!

— Что? — не понял парень.

— Мне попался… хибари, — указала на свой телефон. — Да-да, это жаворонок, не смотрите так на меня. Вот я его вам отдам, а вы мне цветочек. Всё чин по чину. Хибари-сан, вы куда?

— Работать, — холодно бросил парень, поворачиваясь ко мне спиной и направляясь к своему столу.

— Подождите, а как же лотос? — не сдавалась я.

— Это куплено мне? — указал на поломанный киндер.

— Да, но…

— Вот и отлично, — бросил парень, беря кусочек шоколада и закидывая его в рот.

— Хибари-сан, но не будете же вы его носить?! — настаивала я. — Он женский! — на это Кёя лишь фыркнул, достал из кармана брюк телефон и одним лёгким движением надел на него брелок. Вот же упрямый какой! — Хибари-сан!

— Серра, тебе нечем заняться? — спокойно спросил парень, садясь за свой стол. — Если нет, я подкину тебе работы.

— Да есть у меня работа, есть, — бубнила я, понимая, что обмен не удался. Посмотрела на канарейку, что до сих пор сидела передо мной и с любопытством изучала мою мимику. — И что ты в нём нашёл? — шёпотом спросила я птаху.

— Чирик! — на удивление ответил мне Хиберд.

— Вот и я не знаю.

Однако, как не посмотри, а Такеши оказался прав. Киндер-сюрприз помог.

Глава 29. Сорок восемь часов

Наконец-то наступили долгожданные выходные. Ох, как же я о них мечтала! Сделала всё, чтобы меня в это время никто не трогал и ни о чём не беспокоил. Отключила телефон, заперла дверь и легла в свою прохладную уютную постельку. Мне казалось, что такого удовольствия я лишала себя вечность. Буквально с первыми же лучами солнца провалилась в долгий, глубокий сон, в котором видела довольно любопытное сновидение.

Вообще, я редко когда вижу сны. Обычно они мне снятся, когда тело чего-то хочет. Еды, например. Тогда мне снится, что я ем шоколад. В общем, ничего конкретного, просто расплывчатые образы, которые можно с лёгкостью объяснить. Спустя двадцать минут после того, как проснулась, я многое и не вспомню. А может, и вообще забуду то, что видела. Но вот сегодня… Сегодня всё было иначе.

Изначально казалось, словно меня окутал густой синий туман. Настолько плотный, что я не видела даже своих рук. Однако слышала чей-то голос. Он звал меня. Звал по имени. Не понятно было, кому он принадлежит. Мужчина? Женщина? Но голос казался знакомым и таким мягким… Хотелось узнать, кому он принадлежит. Хотелось узнать, что от меня нужно. Хотелось просто покинуть эту область тумана.

— Дарья… Дарья… Дарья… — повторял вновь и вновь голос. С каждым шагом он казался чётче. Кто ты? Кому ты принадлежишь? Чего ты хочешь? — Дарья… Дарья… Дарья… Иди сюда…

Любопытство оказалось сильнее. Какая-то часть меня прекрасно осознавала — это сон. Всего лишь образ, сотканный твоим же собственным подсознанием. Ни больше, ни меньше. Но почему-то не могла отказать себе в том, чтобы не узнать источник голоса. Он продолжал звать. Заманивать. Теперь я была буквально уверена, что он принадлежит мужчине. Такой приятный и мягкий голос…

Передо мной из густого тёмного тумана, предстала тяжёлая красная деревянная дверь. Она просто висела в воздухе. Рядом ничего и никого не было. Да и позади двери был всё тот же туман. Но вот она, парит прямо передо мной, и голос звучит оттуда. За дверью. Что бы там ни было, оно зовёт меня.

— Дарья… Иди сюда… Открой дверь…

Медленно кладу ладонь на дверную ручку и поворачиваю её по часовой стрелке. Не почувствовала никакого сопротивления. Прозвучал лёгкий щелчок, говоривший о том, что механизм подаётся действиям. Дверь открылась, а за ней… Яркий, ослепительный поток света накрыл меня с головой, и я перестала что-либо различать. Свет был слишком ярким для такого тёмного места, как это.

Когда же глаза привыкли к свету, я обнаружила, что нахожусь… в неизвестной мне небольшой комнате. Белые стены. Четыре койки, прибитые к ним. Я как раз сидела на одной из них. На той, что ниже. Справа шумит вода, что вытекает из поломанного умывальника. Также в комнате имелся встроенный туалет и небольшой стол. Я бы даже подумала, что это своеобразная комната-купе, если бы не одно «но». После умывальника, там, где должна быть последняя чётвёртая стенка, находилась стальная решётка. Довольно крупная. Вывод оказался простым и не утешительным — я в тюрьме.

Но сюрпризы на этом не закончились.

Голова ещё медленно соображала. Тело казалось слегка тесным и… хм… Не моим. Ноги слишком длинные. Руки тоже. И мышцы… откуда столько мышц? Я вообще с физкультурой не знакома. И… хм… я парень? Стоп! У меня между ног точно что-то… есть. То, чего ранее никогда не было. Так, подожди. Возможно, это просто чудаковатый сон! Ну да. Мама опять намешала своих лекарств, а я принимала их неделю, вот и результат. Теперь мозг вырабатывает всякую ересь. Но должна признать, что сон довольно… реалистичный. Столько деталей. Например, та же самая белоснежная одежда. Всего штаны и футболка, но всё же…

Попыталась встать. Ой-ёй! Тело почему-то плохо меня слушается. Чуть не упала носом вниз. Еле успела облокотиться об кровать. Колени дрожат. Чёрт, почему так тесно? Словно я прижата в метро в час пик.

— Что за чёрт? — ругалась я на русском, но тут же поняла, что мой голос… не мой. Он мужской. Но это ладно. Проблема в другом. Я знаю этот голос. Знаю его обладателя. — Не может быть… — ахнула я, силой передвигаясь к раковине, над которым висело некое подобие зеркала. Хотя это была просто металлическая доска, прибитая к стенке, с зеркальной поверхностью.

Обхватила металлическую раковину руками, дополнительно отметив, какие у меня длинные музыкальные пальцы и крепкие руки. О такой мускулатуре моему телу остаётся только мечтать. Медленно подняла голову, вглядываясь в своё отражение.

— Ч… ч… что?! — только и смогла выдавить из себя, понимая, что такое даже в самом бредовом сне не могло бы произойти. Хотя… это же сон, верно? Однако, да… прямо здесь и сейчас, я смотрела в зеркало и видела… — Рокудо Мукуро?!

В это с трудом верится. Я никогда не была пьяной и вообще не употребляла спиртное, но почему-то сейчас мне кажется, что я неделю не вылезала из запоя. Раз такое вижу! Я просто не могла в это поверить. Отказывалась. Сон какой-то ненормальный. Слишком реалистичный. Но, чёрт возьми, другого объяснения нет. Я — Рокудо Мукуро!

Помахала своему отражению рукой. Медленно прикоснулась к лицу и голове, трогая кожу и волосы. Чувствую прикосновения. Всё чувствую. Вот только был один изъян — глаза. Глаза не были красными и синим, как у обычного Мукуро. Тот, что должен был быть красным, полыхал ярким оранжевым цветом, а тот, что ранее был синим, теперь определённо являлся зелёным. Это меня несколько смутило. Казалось, словно мои жёлтые глаза и глаза Мукуро просто-напросто слились воедино. Цвета смешались, словно краски в акварели.

Следующим, что я заметила, был белый ошейник на шее. Это явно какое-то устройство. Толстое и широкое, но вполне лёгкое и не давит на кожу. Пластиковое покрытие. Сбоку мигали лампочки, символизирующие об электроном устройстве. Что это? Датчик слежения? Отсюда мне довольно плохо видно, но должна заметить, что этот сон просто поражает своей детализацией.

— М-да… — протянула я, вслушиваясь в бархатный баритон парня и возвращаясь обратно к пустующим тюремным койкам. — Час от часу не легче. Пора бы уже проснуться.

— Ку-фу-фу-фу, это не сон, — ответил мне кто-то. Сначала я не была уверена в том, что услышала. Почудилось? Откуда этот голос? Он словно отовсюду сразу. Но этот смех ни с чем не спутаешь.

— Мукуро?!

— Здравствуй, милая Дарья, — только сейчас стала осознавать, что голос доносится из моего же рта. Осознание происходящего по крупицам скапливалось в моём разуме. И должна признать, оно вводило меня в ужас. — Надеюсь, ты уже освоилась в моём теле? Ку-фу-фу-фу!

— Нет… нет… НЕТ!!! — кричала я, чувствуя нарастающую панику. Это не сон. Это реальность. Я в теле Мукуро. Более того, он в нём тоже. Сердце стало биться как сумасшедшее. Вновь резко вскочила с кровати и подошла к зеркалу. — Нет! Ты… ты… — в отражении появился Мукуро, но с моим выражением лица. Глаза широко распахнуты, губы бледные и дрожали. А по лбу скатывался скопившийся ледяной пот.

— Оя-оя! — лицо тут же изменилось и стало спокойным. Даже улыбалось. Более того, руки приподнялись в воздух и стали махать отражению, как бы успокаивая. — Дарья, не нужно так волноваться. А то моё сердце не выдержит таких нагрузок. В конце концов, оно у нас одно на двоих, ку-фу-фу-фу.

— Ах, ты, грёбаный сукин сын!!! — лицо Мукуро тут же изменилось и стало выражать ярость. Губы искривились, слегка приоткрыв зубы. Казалось, ещё секунда, и он набросится на своё отражение, но проблема в том, что это мои эмоции, не Мукуро. — Что?.. Как?.. Чёрт… ВЫТАЩИ МЕНЯ ОТСЮДА!!!

— Ку-фу-фу-фу! — лицо вновь приняло спокойный безмятежный вид с лёгкой едва уловимой улыбкой. — Дарья, зачем же так ругаться? Ты же всё-таки девушка, ку-фу-фу. И тем более, — парень подпрыгнул и присел с краю раковины, приблизившись к зеркалу, — я тоже заинтересован в том, чтобы выбраться отсюда.

— Ч… что? — на миг в глазах Мукуро мелькнуло недоумение, выражая мои эмоции.

— Всё просто, милая Дарья, — улыбка парня стала шире, а блеск в глазах ярче. — Мы сейчас, своего рода, на перевалочном пункте, после которого нас повезут в ужесточенный регион тюрьмы. Оттуда не сбежать и не выбраться. Перевод состоится через два дня. За это время, ку-фу-фу-фу, ты должна помочь мне, Чикусе и Кену сбежать. Иными словами, у тебя сорок восемь часов на то, чтобы придумать план побега. Иначе… ты останешься со мной навсегда.

Это уже не казалось сном. Это было сущим кошмаром. Я действительно оказалась в теле Мукуро. Но не всё так просто. Он одержим мной. Согласна, странно звучит, но это так. Два разума управляют одним телом. Более того, всё, что чувствует Мукуро, чувствую и я. Как оказалось, парень вовсе и не думал, что такой эксперимент получится. Для него это оказалось тоже впервые. По сути, он всегда переселял свой разум в другие тела и таким образом контролировал их, но уж точно не чужой разум в своё тело. Однако проблема в том, что моим телом он управлять не может, хотя договор мы «заключили» дважды. Именно столько раз он пронзал меня трезубцем. Который, кстати, в итоге, раскрошился, но ведь, ко всему прочему, он ещё у меня в мозгах поковырялся. Вот и появилась некая связь, через которую парень пригласил к себе в тело погостить.

— Оя, это так возбуждает, — смеялся Мукуро, обнимая себя за плечи и закидывая ногу на ногу. — Теперь мы непременно станем близки.

— Даже слишком! — фыркнула я, размыкая объятья и скидывая ногу с колена. — Современные психологи этому извращению ещё даже название не придумали. Чёрт… Мукуро, какого хрена?! Тебе что, мало продвинутых людей в мире? Любого царапни и веселись сколько угодно!

Естественно, я знаю, что надо парню — свобода. Он хочет с моей помощью оказаться снаружи и при этом Чикусу и Кена с собой прихватить. Которые, кстати, теперь уже были внутри камеры. Парни сели на соседнюю койку и с неким напряжением смотрели на Мукуро. Они знали, что в его теле теперь двое. Знали, кто там. Но одно дело — знать, и совсем другое — видеть. С их стороны казалось, словно Рокудо Мукуро спятил, в чём, в принципе, я не сомневаюсь. Раздвоение личности на лицо. Многие заключенные, что также спокойно бродили по коридорам, зачастую просто крутили пальцем у виска и махали рукой, мол, парень пропал. А ведь такой молодой ещё…

Естественно, мой ответ был «нет». Помогать им? После всего пережитого он ещё смеет у меня что-то просить? Да этот парень вконец обнаглел! У меня слов не хватает, чтобы высказать всю ту злость, что во мне скопилась. Хотелось схватить Мукуро за волосы и долбануть пару раз о стенку, но вот беда — тело-то у нас одно. И боль я также почувствую. Пробовала. В принципе, это было первое, что я попробовала сделать. Ударила себя со всей силы по лицу, дабы проснуться. В итоге, лишь получила оплеуху и покрасневшую щёку. Хотя парню было тоже больно, уже не так обидно.

— Ну же, милая Дарья, я знаю, что у тебя всё получится, — мягко произнес парень, медленно поглаживая себя по бедру. Чёрт, вот какого я всё чувствую?!

— Прекрати немедленно! — крикнула строго я, одёргивая руку. От такой резкой перемены настроений Кен и Чикуса всё время вздрагивали, но промолвить хоть что-то не смели. Просто наблюдали за шоу. — Я сказала «нет»! Найди себе другого подчинённого и верни меня обратно! Что вообще с моим телом происходит? Я там что, мертва?

— Оя-оя! — парень поднял перед собой руки, стараясь успокоить. — С твоим телом всё хорошо. Оно спит. Когда ты вернёшься, то будет казаться, словно это всё был длинный сон. И я прошу тебя о помощи не потому, что ты мой подчинённый, а потому что мы… друзья. Не так ли?

— Просишь?! Друзья?! ХА! — я вскочила на ноги и вновь подошла к зеркалу, чтобы увидеть отражение лица Мукуро. — Да ты вообще, в своём уме?! «Просить» — это когда ты позвонил, предупредил о встрече, постучался в дверь, и мы оговорили все детали, сидя у меня на кухне за чашкой чая. Вот это я понимаю «попросить друга». А то, что сделал ты…

— Но у меня не так уж много вариантов, — пожал плечами парень, и тут же в его глазах сверкнула угроза. — Однако, если к концу второго дня ты нам не поможешь, останешься со мной.

— А ты не ухудшаешь сам себе положение? — фыркнула я, игнорируя угрозу. — В конце концов, до конца дней своих будешь как сумасшедший. Я ведь твоим телом тоже управляю, забыл? — для большей убедительности дёрнула сама себя за волосы. Крикнули в этот момент мы оба.

— Ох, не стоит так делать, — настоятельно рекомендовал он, потирая голову. — Ощущаем мы с тобой одно и то же. А ведь и я могу начать шалить, ку-фу-фу-фу.

— А? — вырвалось у меня, но я тут же почувствовала, как кто-то мнёт мой зад. Причём то сжимая его крепко в тиски, то потом нежно поглаживает. — Что за?.. — каково же было моё удивление, когда это делали собственные руки. — Мукуро! Ты… извращенец!

— Ой, не говори так, — мягко произнёс парень, смотря в своё отражение и приподнимая край белой кофты, запустил под неё руки, поглаживая свой живот. — Знаешь, как порой бывает тоскливо в камере? Особенно теперь, когда нас всех посадят в одиночные. Но раз со мной будешь ты, то мы повеселимся.

— Знаешь, — я улыбнулась отражению, от чего руки неожиданно замерли, а мышцы напряглись. — Мне абсолютно плевать, как ты себя развлекаешь в моменты одиночества. Это, как говорится, дело сугубо личное. Именно поэтому… НЕ ЖЕЛАЮ В НЁМ УЧАСТВОВАТЬ! — и на последней ноте, я выдернула руку из-под кофты и ударила себя по лицу ещё разок. — Чёрт… как же больно…

— Мукура-сама! — ахнул Чикуса, недовольный тем, что происходит.

— Всё под контролем, — успокоил его Мукуро, выставив перед собой раскрытую ладонь, как бы останавливая тёмноволосого парня.

— Да чёрта с два под контролем! — тут же крикнула я, повернувшись в сторону Кена. — Эй, ты, оборотень!

— Я? — неуверенно произнёс блондин, нахмурив брови и переглянувшись Чикусой. — Мукуро-сама…

— Не болтай! — приказала я и шагнула к парню. — Давай, не тяни резину. Ударь меня!

— Ч… чего? — вновь парни посмотрели друг на друга. В их глазах так и читалась немая паника. Их лидер спятил, а они совершенно не знали что с этим делать.

— Кен, не слушай её, — мягко произнёс Мукуро, и хотел уже засмеяться, как управление телом тут же перехватила я:

— Просто ударь! — так как у нас с парнем один голос, то я постаралась говорить на несколько тонов мягче, подражая бархатистому баритону. — Да так, чтобы с одного раза вырубился. Целься прямо в голову. Вот сюда, — указала на лоб.

— Ну, если вы просите, Мукура-сама… — неуверенно произнёс блондин, вставая с койки.

— Кен, сядь на место, — уже строже произнёс Мукуро. Плечи парня напряглись. Хм, кажется, даже Мукуро умеет злиться. — Пока не научился нас различать, лучше ничего не предпринимай.

— А лучше выруби обоих, — тут же добавила я. — Как не посмотри, а внутри — враг.

— Ку-фу-фу! Ну, зачем же ты так о себе, Дарья? — смеялся Мукуро, возвращаясь к зеркалу. — Да и Кену ты нравишься, не так ли? Кен?

— Вовсе нет! — тут же крикнул блондин, покраснев за одну секунду. — Она враг! И это всё её аура! Вот и всё!

— Ку-фу-фу! — забавлялся Рокудо. — Хорошо-хорошо. А что ты думаешь о Кене, Дарья? — спросил парень, украдкой подмигивая своему отражению.

— Ты что это, сводничеством занимаешься? Хех, — это уже просто превращалось в какой-то аншлаг. Цирк уехал, а клоуны остались. Причём в момент исполнения фокуса. — На домашнюю собачонку сгодится.

— Домашняя собачонка?! — ахнул Кен, подбегая ко мне и хватая за грудки. — Эй! Женщина! Знай своё место! Иначе в следующий раз я просто перегрызу тебе горло!

— Кен, успокойся! — блондина тут же взял за плечо подоспевший Чикуса, который то и дело, что поправлял очки на переносице. — Она провоцирует тебя. Тем более это до сих пор ещё тело Мукуро-самы.

— Мукуро-сама… — виновато произнёс блондин, отпуская воротник кофты и делая шаг назад.

— Ничего страшного, Кен, — ответил спокойно Мукуро. — Лучше пока поброди по тюрьме. В библиотеку сходи. А мы тут с Дарьей всё обсудим.

Кен согласно кивнул и вышёл из камеры, бубня проклятья и ругательства на итальянском языке. Чикуса что-то бросил о том, что присмотрит за ним и также покинул камеру. Я молчала и фыркала, понимая, что теперь простого способа отключить сознание Мукуро, так просто не найду. Лучше вообще сделать вид, что меня тут нет. Может, надоест тишина и сам меня выпустит? Вероятность такого исхода мизерная, но почему бы не попробовать?

Тем временем парень спокойно подошёл к краю кровати, где за стенкой отыскал небольшой тайник. Что же там? Оружие? Карта? План? Документы? Секретные данные? Золото? Деньги? Э?! Чего?! Конфеты?! Да, именно. В небольшом тайнике, о котором знал только Мукуро, имелась небольшая коробочка с шоколадными конфетами. И название какое-то странное — «Sognare». Что переводится с итальянского как «Мечта».

— Угощайся, — бросил парень, усмехаясь.

— Да ты, наверное, шутишь?! — меня от этого его «юмора» ещё долго трясти будет. Ох, ладно. Плюнув на всё «за» и «против», взяла одну конфету и развернув обёртку, закинула её в рот. В принципе, неплохо. Конфеты вкусные. — Одно утешает, — фыркнула я, — что шоколад мы с тобой всё же любим одинаково.

— Ку-фу-фу-фу! — смеялся парень, ловко слизывая кусочки шоколада, прилипшие к зубам, языком. — Значит, помогать не будешь?

— Не вижу выгоды, — тут же бросила я, потянувшись за второй конфетой. — Ты мудак. Причём редкостный мудак. Дай мне хотя бы три причины, почему я должна с тобой сотрудничать?

— Ну, — начал парень, пока я разворачивала обёртку. — Начнём с того, что если ты поможешь, то вернёшься обратно в своё тело.

— Это больше походит на шантаж, но хрен с тобой, сойдёт за причину. Что дальше? — вздохнула я, запихивая конфету в рот. После того, как мы её несколько секунд жевали, парень продолжил:

— Во-вторых, разве тебе не интересно, как устроена тюрьма, в которой держат весь неуравновешенный сброд мира мафии? И тем более, тебе не интересно, что это? — парень несколько раз ударил указательным пальцем себя по ошейнику. — Не хочешь посмотреть, на что ты способна, при этом ничем не рискуя?

— Ты играешь на моём любопытстве?! — шикнула я. — Мукуро, мне, конечно, любопытно, но инстинкт самосохранения буквально трезвонит о том, чтобы я держалась от тебя и твоих игр подальше. Вот только всё получилось крайне наоборот. Стала ближе к тебе, чем когда-либо!

— И в-третьих, — продолжал парень, и в его голосе послышались игривые нотки. — Разве мы не друзья? Друзья должны помогать друг другу, разве не так?

— Ха! Да уж… ты редкостный засранец, — усмехнулась я. — Другом моим себя возомнил? Серьёзно? Да теперь у нас только один путь в отношениях — в Загс. И то, чтобы подать на развод.

— Оя! Ну, зачем так? — хоть и не видела, но я чувствовала, как губы парня расплываются в мягкой улыбке. — Я же действительно стараюсь. Что там делают друзья? — откинулся назад, облокотившись спиной о стенку и запрокинув опять ногу на ногу. — О! Точно! Давай обсудим, кто тебе из окружения парней нравится! Хорошо? — на это я лишь протяжно вздохнула и рефлекторно шлёпнула себя по лбу. Получилось не очень удачно и больно. — Эй-эй, не забывай. Мы с тобой в одной лодке. Ну, так кто? Ку-фу-фу-фу! Кто тебе нравится? Ты у нас молодая, образованная. Уверен, кто-то да приглянулся. Или у Кена всё же есть шансы?

— Мукуро… — я уже принялась уставать. — Ешь конфеты.

— Не хочешь говорить? — усмехнулся парень. — Ладно, тогда попытаюсь угадать. Это даже веселей, ку-фу-фу-фу!

— Эх… — сама потянулась за следующей конфетой. — Делай, что хочешь. Мне всё равно…

— Хм? Ну, тогда начну с самых красивых, это я? — в эту секунду я попыталась, и проглотить конфету, и засмеяться в голос. Получилось неудачно, поэтому мы с Мукуро поперхнулись. При этом он пытался сплюнуть то, что прилипло к горлу, а я хотела смеяться и буквально до слёз.

Мне было так смешно, что даже в боку закололо и пришлось обхватить живот руками. Минут через пять я всё же немного успокоилась, вытирая рукавом выступившие слёзы. Вот только когда сердце вновь вернулась в стабильный ритм, услышала лёгкое фырканье и негодование парня.

— Оя! Это было не очень-то и вежливо. Частичка моего самолюбия задета.

— Да твоим чувством собственного величия только тучи разгонять, — хмыкнула я.

— Между прочим, думаю, мы бы с тобой были потрясающей парой. Убийственный дуэт.

— Ага. И наши бы лица печатали на всех мафиозных журналах, как «Пара года».

— Хм? — протянул Мукуро, почесав подбородок. — Об этом я не задумывался, но… почему бы и нет?

— Извини, Мукуро, но нет, — пожала плечами. — Ты не в моём вкусе.

— Ах, Серра Дарья, вы разбили мне сердце! — бросил парень, театрально приложив руку к груди.

— А вы, Рокудо Мукуро, — мой разум. Так что мы квиты, — после этого замечания Мукуро вновь тихонько засмеялся, признавая мою правоту.

Следующие три конфеты ели молча. И только когда третья окончательно исчезла во рту, парень сам себе засмеялся. Это было несколько странно. Хоть я и находилась в его теле, не слышала мыслей. Приходилось использовать общий рот, чтобы донести друг до друга мысли. При этом возникали порой чувства, словно мы сжимаем один пульт управления, стараясь, опередить друг друга.

— Ну, это точно не Савада Тсунаёши, — неожиданно произносит Мукуро. — Слишком бы было идеально. Да и ему другая девушка нравится.

— О! А ты осведомлён, — фыркнула я. — Как освободишься, вновь попытаешься захватить его тело?

— Конечно, — даже не пытался солгать. Даже настроение поднялось. Вон, как оживился. — Я всё равно уничтожу мафию, и Савада Тсунаёши идеально для этого подходит.

— А он вновь тебя побьёт, — устало вздохнула я. — Лучше бы ты прекратил ерундой заниматься. Какое уничтожение мафии? Какое уничтожение мира? В самом деле, а? Понимаю, детство дерьмовое, и, вообще, ты у нас злодей со стажем, но идиотом тебя назвать трудно, — потянулась за следующей конфетой, но раскрывать её от обёртки пока не стала. Крутила в руках. — Мукуро, сколько тебе лет? Семнадцать? Восемнадцать? По сути, ты ещё подросток с тяжёлым характером и психологической травмой. Не будь глупцом и не ведись на поводу своего прошлого. Живи настоящим. Будущего может и не быть, в принципе. У тебя есть товарищи, беги с ними туда, где о тебе никто не знает. Затеряйся среди толпы и просто попытайся жить, как все обычные люди. Найди себе девушку. Не красавицу, но и не страшную. Обычную. О любви не говорю. Главное, чтобы смотрела на тебя и принимала таким, какой есть. Со всеми тараканами, каких в тебе предостаточно.

— Оя, так вот чего хочет Советник Вонголы? Спокойной жизни? Ку-фу-фу-фу, удивительная штука — «Судьба». Те, кто мечтает быть таким как все, с рождения обделены данной возможностью, — я уже хотела огрызнуться и сказать, что не верю в судьбу, но парень не дал мне произнести и слова. Перетянув управление телом на себя, продолжил: — Ну, тогда может это Гокудера Хаято? Эмоционален, но довольно умён. Если бы я не знал, кто это, то подумал, что вы родственники. Уж очень он о тебе заботился, ку-фу-фу-фу.

— Мукуро, — вздохнула я, уже просто уставая от этого разговора. — Это и значит быть «друзьями».

— Ох, я ревную! — засмеялся парень, обхватив себя руками за плечи. — Но у нас с тобой ещё впереди долгие часы разговоров. Уверен, мы наверстаем упущенное…

— Мне уже страшно, — фыркнула я, силой дернув руками и возвращая их в нормальное положение.

— Ку-фу-фу-фу! — Мукуро явно наслаждался нашей ситуацией. — Ну, в таком случае, Ямамото Такеши? Высокий, весёлый и добрый бейсболист.

— Мукуро, может, хватит? Вот зачем тебе это? — хотелось немедленно сменить тему разговора. — Давай лучше поговорим о тебе и твоей неудавшейся мечте главного злодея.

— Хм? Снова мимо? — парень полностью проигнорировал мою последнюю реплику, словно её и не было. — О! Неужели это Хибари Кёя? — я ничего не ответила. Понадеявшись, что если буду молчать, то и Мукуро, в итоге, это надоест. Но вот только кое-что всё же произошло. Рука парня медленно поднялась и прикоснулась к груди. — Оя! Никогда бы не подумал, что всего лишь одно произнесённое имя может вызвать такие перемены. Моё сердце сейчас разорвётся, ку-фу-фу-фу!

Хотелось послать парня с этим его смехом куда подальше, вот только он прав. Сердце, которое являлось одним на двоих, забилось в ускоренном ритме. Словно небольшой барабан. Оно билось о рёбра, причиняя небольшую боль. Хотелось сказать, что это враньё, и Мукуро всё подстроил, но в то же время я понимала, что если что-либо скажу, лишь усугублю ситуацию. Молчала. Ничего не делала и не шевелилась. Вообще отошла от управления телом. Словно меня нет. Но Рокудо так просто не проведёшь.

— Ку-фу-фу, вы уже целовались? — продолжал Мукуро, из-за чего я вновь захотела ударить себя по лицу. — Нет? — как-то понял он. — Ой, да ладно тебе, Дарья. Смущаешься, как невинная школьница, ку-фу-фу-фу!

— Интересно, почему? — фыркнула гневно я. — Даже не знаю… а может потому, что ТАК ОНО И ЕСТЬ?!

— Оя! Действительно, — продолжал смеяться Мукуро, но его больше радовало то, что я подала признаки жизни. — Но знаешь, милая Дарья, сомневаюсь, что Хибари романтик, — как бы с грустью вздохнул Мукуро. — Да и тем более, учитывая гордость этого человека, сомневаюсь, что он вообще что-либо предпримет. Хибари ведь в курсе, что ты обручена с другим? Верно? Ку-фу-фу-фу! Он слишком консервативен и традиционен, чтобы идти против правил. Как не посмотри, а дисциплину он уважает.

— А я смотрю, что Хибари Кёя заинтересовал и тебя, — небольшая усмешка. — Столько про него знаешь. Неужели хочешь завладеть и его телом?

— Ку-фу-фу-фу, это было бы слишком просто! — засмеялся парень. — Но должен признать, он удивителен, — неожиданно Мукуро встал с койки и вновь подошёл к зеркалу. Это его хитрая ухмылка немного настораживала. Что он задумал? — Милая Дарья, раз у нас появился такой шанс… — небольшая пауза, при которой я буквально почувствовала напряжение в груди. — Хочешь, научу тебя целоваться? Ку-фу-фу-фу!

— Мукуро, иди к чёрту! — ну честно, сколько ещё мне терпеть эти его выходки? Всему же есть предел. Как же я хочу его ударить, да так, чтобы глаза из орбит повылезали. Но последней каплей было не это, а совсем другое, когда через секунду я почувствовала лёгкий дискомфорт внизу живота. Опустила взгляд, на ходу соображая, что это может быть. — Эм… Мукуро, ты хочешь в туалет?

— Ку-фу-фу-фу, «мы» хотим в туалет, — поправил парень, наслаждаясь тем, как тут же искривилась его собственное лицо от моих эмоций. — Это естественный процесс, знаешь ли. Тебя что-то смущает?

— Смущение? Нет, — ответила я. — Отвращение? Да.

— Оя! Не будь так строга, — парень подошёл к туалету, который был пристоен прямо в камере. — Я вполне неплохо сложён.

— Это можно было заметить и по обычной фотографии. В следующий раз, просто сфотографируй себя со всех сторон и вышли мне. Но «это»!.. — по привычке повернулась к унитазу спиной. — Чёрт, о таком даже враги не должны знать.

— Дарья, — хмыкнул парень, насильно развернув своё тело к унитазу передом. — Мальчики «это» делают стоя, — после чего принялся приспускать штаны, и именно в эту секунду я сдалась. Моя психика не железная. Уж простите.

— Хрен с тобой, Рокудо Мукуро! Ты победил! — отвернула голову в сторону, стараясь не смотреть, хотя руки всё прекрасно чувствуют. Ох, убейте меня! — Я помогу тебе бежать. Помогу тебе и этой твоей свите. Иначе… — подождала несколько секунд, когда парень закончит, — …я просто рехнусь.

— Ку-фу-фу, так бы и сразу, — улыбнулся мой похититель, направляясь к умывальнику, чтобы помыть руки. — С чего начнём?

Действовать решили немедленно. Изначально, парни предоставили мне полное положение тюрьмы. Здание состоит из трёх этажей, но под камеры используют только нижних два. Верхний этаж построен полностью под местную охрану. Хотя и на других этажах постоянно встречаются охранники, которые разбились по парам и патрулируют территорию. С собой у них нет оружия. Только небольшие пульты управления прикреплённые к запястьям. По сути, тут и охрана толком не нужна. Почему? Да потому, что у каждого заключенного на шее имеется достаточно взрывчатки, чтобы не только оторвать голову преступника, но и задеть соседей. В смысле, может произойти цепная реакция и у других устройств. Мгновенная смерть обеспечена. Из-за этого и драк не наблюдается. Всё стараются держаться друг от друга подальше.

В принципе, на этих ошейниках и построена вся здешняя тюрьма. Не знаю, что ждёт дальше, но как заверяет Мукуро, это ещё Оазис по сравнению со следующим пунктом назначения. Уточнять, какой круг Ада следующий, — не решалась. Тут можно было передвигаться. Заходить в столовую, мед-отделение, библиотеку, душевые и так далее. Окон не было нигде, что навело меня на мысль, что здание встроено в землю. При побеге необходимо передвигаться наверх. Но сколько там охранников, не известно. Зато прекрасно ясно, что стоит нам покинуть здание, как датчик на шее сработает автоматически и убьёт беглецов.

— Вся проблема в ошейниках и в охране, — понимала я, рассматривая предоставленный Чикусой план тюрьмы. Откуда они его достали, даже не хочу знать. В любом случае, Мукуро уже не в первый раз бежит из казённого дома, так что небольшой навык у него имеется. — Я должна рассмотреть их ближе. Хочу знать, что это за устройство. Кто-нибудь, сядьте передо мной и замрите.

— Чего?! — взревел Кен. — Совсем спятила, женщина?! Я тебе не доверяю! А если ты сделаешь что-то не так?

— То мы все умрём, — холодно бросила я, не спуская с блондина взгляда. — Но я пока ничего не планирую делать. Хочу только знать, с чем имею дело.

— Да хрена лысого я позволю тебе ковыряться в своём ошейнике! Если надо, рассматривай тот, который уже на тебе висит! — парень оскалился и выпустил когти, инстинктивно предупреждая своего противника, что с ним шутки плохи. Словно кот, который вздымает свою шерсть, чтобы казаться больше и грознее.

— Эх… — вздохнула я, закрывая глаза. — Мукуро…

— Да, — тут же отозвался парень, перехватывая контроль управления телом, и улыбнулся. — Всё в порядке, Кен. Я не позволю, чтобы она что-то сделала лишнее. На себе устройство рассматривать довольно проблематично, даже учитывая зеркало. Тем более, она права. Если взорвётся хоть один ошейник — погибнут все. Включая Дарью, ведь её разум здесь.

— Ну… — забубнил немного обижено Кен, отворачиваясь в сторону. — Если так говорит Мукуро-сама…

— Ладно, — неожиданно произнёс Чикуса, поправляя очки. До этого, он в основном сохранял молчание. — Я сяду. Тебе ведь главное узнать, как оно выглядит, верно?

— Да, — кивнула я, вновь управляя телом Мукуро. — Один вопрос — у вас имеются инструменты?

— А что тебя интересует? — спросил Чикуса, встав передо мной в полный рост.

— Да хотя бы банальная отвёртка, — пожала плечами.

— Найдём, — кивнул тёмноволосый. — Что-нибудь ещё?

Пришлось перечислить все самое предполагаемые инструменты, которые возможно пригодятся в разборе устройства. Естественно, они их не найдут, но аналог — вполне возможно. В конце концов, Кен, чтобы доказать, что он не трус, всё же выдвинул свою кандидатуру для демонстрации ошейника. Сел около нижней койки на пол так, чтобы парень находился около ног Мукуро. Склонилась над мигающим белым устройством, и медленно, без резких движений, принялась за пластиковый корпус. Чтобы открыть его, пришлось проникать отвёрткой в небольшие проёмы и надавливать. Покрытие быстро подавалось нажатию, с хрустом и щёлканьем открывая содержимое. При каждом щелчке тело Кена вздрагивало. По шее вниз поползли образовавшиеся тонкие капли пота. Более того, я почувствовала, как и на моём лбу появилась испарина. Сердце Мукуро ускоряло темп. Чтобы не говорил иллюзионист, а он тоже волновался. И сильно.

— Успокойся, — говорила я Мукуро, нежели Кену, так как его волнение мешало мне работать. — Я ещё ничего не делаю.

— Тебе легко говорить! — шикнул сквозь зубы Кен, считая, что это обратились к нему. — Не ты находишься на грани жизни и смерти.

— Да неужели? — усмехнулась я, на что блондин осознал свою глупость, но признавать её не собирался. Надкусил нижнюю губу и гордо отвернулся. Показушник! — Лишний раз не шевелись.

Приступила рассматривать детали взрывного устройства. Всё было мелким, однотонным и совершенно для меня необычным. Впервые с подобным сталкиваюсь. Да я, в принципе, впервые оказалась в подобной ситуации, но что делать? Не знаю, сколько так провела времени, согнувшись над ошейником Кена. Всё тело затекло, но никто не жаловался. Все терпеливо ждали.

— Дерьмо! — вырвалось на русском, когда до меня дошёл принцип данного механизма.

Кен тут же поспешил немного передвинуться в сторону, чтобы ему было лучше видно лицо Мукуро. Я же в свою очередь просто завалилась на койку, вытягивая затёкшие ноги и закидывая руки за голову.

— Ку-фу-фу, что-то в твоём голосе не слышу радости, — произнёс Мукуро, но позы не менял. — Может, поведаешь непросвещенным?

— Ты же всё видел сам, — отметила я. — Разве не понял сути?

— Милая Дарья, не стоит быть такой высокомерной, — мягко произнёс парень. — Я вижу и создаю то, чего не видишь ты. Как и наоборот — ты видишь то, чего никто иной не заметит. В этом наше достоинство и недостатки.

— Это не высокомерие, Мукуро, — вздохнула я, закрывая глаза. — Скорее откладывания неизбежного, — все с замиранием сердца смотрели на нас с иллюзионистом, дожидаясь окончательного вердикта. — Скажу как есть, парни, это дерьмо, что висит на ваших шеях, взорвётся сразу же, как только мы его снимем. Потому что работает оно от человеческого тепла. Иными словами, там имеются датчики, которые отслеживают ваше сердцебиение и передают информацию о вашем местонахождении в главный компьютер тюрьмы. Могу только предположить, что он на третьем этаже.

— Так, я не понял, ты можешь его снять или нет? — рычал с пола Кен, всё ещё находясь с открытым ошейником, и старался резко не шевелиться.

— Говорю же, снять его — не проблема, — приподнялась на локтях, чтобы встретиться взглядом с Кеном. — Проблема в радиоволнах, которые в этот момент перестанут функционировать, и произойдёт взрыв. А если взорвётся один, то значит, взорвутся и остальные, которые находятся поблизости.

— Что же тебе необходимо, чтобы этого не произошло? — перешёл к делу Мукуро.

Я задумалась. Что же необходимо? Необходимо человеческое тепло. И не просто батарея, а действительно живое здоровое человеческое тело. Также необходимо что-то, что позволит, хотя б немного замедлить детонатор. Хм… Встала с койки и вышла из камеры, которая находилась на втором этаже, в коридор. В центре тюрьмы имелось огромное пустующее пространство, благодаря которому можно было видеть всё, что творится на нижнем этаже и в камерах напротив. Хотя сейчас они по каким-то причинам были пусты.

Осмотрелась. Все охранники имели пульты управления. Да. Это вполне подойдёт. Но они ходят по двое, что усложняет ситуацию. Так просто к ним не подобраться. Тем более нужно как минимум трое.

— Хм… — протянула я, задумчиво закусывая нижнюю губу. — Мукуро, со мной дополнительным пассажиром, ты способен создавать иллюзии?

— Ку-фу-фу-фу, обижаешь, — усмехнулся негромко парень. — Как не посмотри, а я всё-таки прошёл через шесть слоёв Ада. Даже если в моём теле будет десяток нежданных гостей, своё дело я знаю.

— Даже в таких условиях? — уточнила я, на что парень лишь кивнул в сторону одного заключенного на первом этаже. Парень был один и сжимал в руках поднос. На вид ему было тридцать. Физиономия такая, словно по ней всю жизнь каждый понедельник кирпичом били. Мукуро щёлкнул пальцами, и произошло то, что парень неожиданно бросил поднос, упал на пол и стал кричать о том, что он горит, зовя на помощь. Хотя на самом деле ничего не было. — Что ж… неплохо, — согласилась я, возвращаясь обратно в камеру. — В таком случае, слушайте мой план.

Дожидаться истечения времени мы не стали. Каждый знал свою роль. Каждый знал, что от него требуется. Каждый действовал, как отложенный элемент общего механизма. Всего одна ошибка, и она будет последней.

Дождались наступления темноты. Хотя тут и не ясно когда день, а когда ночь, но охранники сменяют друг друга раз в двенадцать часов. Ориентируясь по ним, можно с уверенностью сказать, какое сейчас приблизительно время. Все разошлись по своим местам. Первым начал действовать Кен. Прогуливаясь по нижнему этажу, он нарочно задел плечом самого агрессивного местного парня, который ни за что не потерпит такого отношения к себе. Даже учитывая, что на его шее ходячая бомба.

Он держал дистанцию, но будучи под два метра ростом, требовал, чтобы такой пацан, как Кен, незамедлительно извинился. Вот только блондин только усмехнулся, показав язык и клыки.

— Пошёл ты! — бросил он, засовывая руки в карманы. — Буду я ещё перед такой трусливой курицей извиняться! Тхе!

— Что ты сказал, щенок? — утробным голосом прорычал мужик. Послышался скрип напряжённой рубашки. Заключённый мафиози явно не собирался отступать.

Тут все мафиози. Все серийные убийцы, маньяки, киллеры — те, кого даже мир мафии не выдерживает, но убить не решается. Долго ли они смогут сдерживать себя? Долго ли смогут играть в пай-мальчиков? Даже зная, что их собственная смерть прикована к шее? Многие из них не боятся смерти. Они видели её и, по сути, сталкивались с ней каждый день.

Остальные заключённые стали подбираться ближе, окружая Кена и здоровяка. Словно гиены, что почувствовали запах свежей прилитой крови. Все желали зрелища. Желали драки. Желали убийства. Причём как заключённые, так и охранники. Иногда они не вмешивались, чтобы дать сбросить бывшим мафиози пар. Даже делали ставки, и когда итог битвы был предрешён, только тогда подходили, препятствуя убийству.

Но сейчас Кен буквально провоцировал здоровяка. Бесил его до такой степени, чтобы тот даже не был в состоянии остановиться. Никто не смел вмешиваться. Битва исключительно один на один. Хотя видно, что многие на грани того, чтобы также присоединиться к мордобою.

— Мукуро, ты готов? — негромко спросила я.

— Ку-фу-фу, всегда, — отозвался парень, но перед тем как приступить к своей части плана, добавил: — Позаботься о моём теле.

В это мгновение возникло такое странное ощущение, словно стальной обтягивающий костюм стал значительно просторнее и легче. В теле Мукуро я теперь была одна, в то время как сам парень управлял, как минимум тремя заключенными, что сорвались с места и напали на Кена. Да именно на него, не на здоровяка. Иначе бы это вызвало много вопросов, учитывая, с кем он водится.

Блондин отлетел в сторону, рухнув на пол. Ему должно быть хорошо досталось. Он подаёт признаки жизни, но встать не может. Ему нельзя вставать. Иначе всё полетит к чертям. Должен показать, что борется, пытается придти в себя, но не получается.

— Эй! — заорал один из подчиненных. — Четверо на одного?

— Тебя забыл спросить, — усмехнулся один из тех, кем управлял Мукуро. — Если не нравится, подойди, и скажи мне это в лицо, петух!

— Что ты сказал? — взревели остальные.

Монета брошена. Обезумевшие заключённые набросились на тех, что ещё недавно напали на Кена. Хотя, каждому было абсолютно плевать, кого бить. Скопившееся ненависть и злость наконец-то вырвались на свободу, и теперь все просто избивали друг друга, ни о чём не заботясь. Такого расклада событий охрана допустить не могла. Тюремщики спустились на первый этаж, пытаясь разогнать заключенных электрошокерами и не прибегать к пультам, что устроен у них на рукавах.

В этот момент выступает Чикуса. Незаметно проскользнул вдоль всей толпы, словно кошачья тень, и, использовав новый трезубец Мукуро, слегка царапнул трёх охранников, хотя их было значительно больше. Причём с каждой секундой число, как заключенных, так и тюремщиков увеличивалось.

Поцарапав троих человек, Чикуса скрылся и дошёл до лежащего на полу Кена. Быстро подхватил его и утащил в сторону библиотеки, где я дожидалась парней. По моим подсчётам, бунт будет урегулирован через пятнадцать-двадцать минут. Действовать нужно немедленно. Пока Мукуро сменял тела троих заключенных на троих тюремщиков, я склонилась над сидящем на полу Кеном и приступила к вскрытию его ошейника. Сняла белоснежный пластиковый корпус, но на этом пока всё. Нужны пульты. Иначе все взорвутся.

— Скучали? — произнёс один из охранников, неожиданно появившийся в библиотеке. Глаза мужчины были разного цвета. Один из них имел ярко красный оттенок.

— Мукуро, не время красоваться, — фыркнула я. — Где остальные? — в эту же секунду в помещение вошло ещё двое охранников.

— Оя! — воскликнул один из них, усмехаясь. — Неужели тебе меня одного мало? Я оскорблён!

— Я сниму ошейник и надену его тебе на гениталии. Забавное будет конфетти, — холодно бросила я, на что лица мужчин побледнели и немного вспотели.

— Боже-боже, тебе точно всего пятнадцать лет? Такой жестокости даже у меня нет, — протянул один из охранников, подходя ко мне ближе.

Прекратив этот бессмысленный разговор, потянулась к браслету, с пультом управления от ошейников. Вскрыла один из пультов, чтобы осмотреть микросхемы. Всё, что сюда напичкано, мне не надо. Время, календарь и остальное барахло. Мне была нужна одна единственная функция, и я её нашла спустя три минуты. Быстро, не так ли? Но нет. В наших условиях каждая секунда на вес золота. Не знаю, сколько времени осталось до завершения бунта, а ведь мы ещё толком не приступили к побегу.

Нажала на нужную кнопку. На шее Кена тут же все лампочки замигали зелёным. Резко сняла с его шеи бомбу и нацепила её на шею охранника. Всё это заняло чуть больше двух секунд. То же самое проделала и с ошейником Чикуса. Парни теперь были свободны, а лампочки на ошейниках вернули своё стабильное мигание. Бомбы вновь в действии.

— Так, теперь я, — произнёс один из охранников, нависая надо мной.

— Ты всё запомнил? — на всякий случай спрашиваю. — Одна ошибка и…

— Знаю-знаю, — улыбается Мукуро. — Но это тело мне очень нравится. Да и лицом я красавец, ку-фу-фу-фу, так что не ошибусь.

— Хех, ну тогда давай, — бросила я, вручая отвёртку парню.

На удивление он сделал всё правильно и даже быстрее, чем я. Словно мысленно тренировался и проделывал эту операцию десятки раз. Спустя несколько мгновений, и шея Мукуро была свободна. А вот охранников принято было раздеть, связать по ногам и рукам и спрятать в библиотеке.

Переодевшись в форму местных тюремщиков, действовали незамедлительно и побежали по центральной лестнице на третий этаж. Охранников практически не было. Всё разбирались с бунтом. Встречались один-два человека, но при стрессовой ситуации мало кто вглядывается в лица, особенно когда они прикрыты козырьком фуражки.

— Быстрей! — крикнула я на итальянском, завидев другую парочку тюремщиков. — Кажется, у них оружие! Нужна подмога! Мы за ней!

— Ясно, — отозвались незнакомцы и ускорили бег в сторону первого этажа. — Нужно связаться с Вендетте!

— Мы займёмся этим! Не тратьте время! — крикнула вдогонку, и как только пара скрылась за лестницей, ахнула: — Вендетта?! Дерьмо!

— Давайте поторапливаться, — заметил Чикуса. — С этими парнями лучше не шутить.

С этим никто не стал спорить и каждый ускорил шаг. Буквально чудом и добрались до самого выхода. Вот только центральная дверь имела кодовый электронный замок, который мог открыть только контролёр, сидящей в кабинке за решёткой. Это был молодой парень с обычной итальянской внешностью. Светлая загорелая кожа, тёмные волосы и глаза.

— Эм… вы… вы… вы кто? — ахнул парень, не узнавший в нас своих коллег.

— Я — Морфей, — усмехнулся Кен, подходя к решётке.

— Что? — не понял, парень лет двадцати, но убежать был не в состоянии. Тогда Кен резко просунул руку в небольшой проём, под решёткой и схватил парня за воротник. Рывок, и молодой охранник ударился головой о сталь сплетений, тут же потеряв сознание.

— Вот так вот, — фыркнул Кен. — Пора спать, тхе-хе-хе!

— Справишься с этим? — спросил неожиданно Мукуро, кивнув в сторону двери.

— Думаю да, но нужно время, — ответила я, наклоняясь к электронному замку. В этот же момент, зазвучала сигнализация. Лампы над головой замигали ярко красным цветом. — А его у нас, видимо, нет.

— Тогда действуем по-старинке, — отозвался Кён, подбегая к двери уже в образе огромной гориллы. Схватил не то что замок, а саму стальную дверь и сорвал её с петель.

Тут же повеяло свежим ночным воздухом, которого всем так сильно не хватало. Мы бежали как сумасшедшие, не оглядываясь, хотя прекрасно понимали, что вряд ли долго протянем. Особенно когда я поняла, что нас начали преследовать. Трое. Их определёно трое, и они нацелены на нас. Чёрт! Страшно. Безумно страшно. Инстинкты подсказывают, что с этими противниками мы не совладаем. Живот свело судорогой. Это… это Вендетте? Они быстрые… Уже слышу грохот стальных цепей. Неужели Мукуро тоже это чувствует? Он понимает, что мы все пропали? Если он хочет сбежать? Нужна приманка. Нужен тот, кого придётся оставить. Парень не дурак и прекрасно это осознаёт. Что он будет делать?

— Мукуро-сама? — с непониманием обернулся Чикуса, заметив, как парень отстаёт. Все уже устали и держались на последнем слове.

— Ку-фу-фу-фу, — усмехнулся иллюзионист. — Думаю, на этом пути наши дорожки расходятся. Я смогу сбежать, если буду один, но если и вы будете со мной, то только помешаете. Расходимся, — приказал он. — После встречаемся в назначенном месте.

— Мукуро-сама… — бросил Кен, но потом, переглянувшись с Чикусой, согласно кивнул. Парни дважды спрашивать не стали. Сорвались с места, побежали дольше по тюремному полю, исчезая в ночной мгле.

— Что будешь делать? — спросила я, понимая, что теперь мы остались один на один. Парень не двигался с места. — Если хочешь бежать, лучше это делать сейчас!

— Ку-фу-фу, кажется, твоё общество на меня плохо влияет, милая Дарья, — произнёс парень с некой грустью и повернулся лицом в ту сторону, откуда мы бежали.

— Что ты задумал, Мукуро? — попыталась взять управление телом в свои руки и попытаться продолжить бег, но парень не позволял мне сделать и шагу. — Мукуро?!

— Спасибо за помощь, но на то, чтобы держать тебя рядом, затрачивается слишком много энергии, — отозвался иллюзионист. Грохот цепей стал значительно громче. — Ты свою часть сделки выполнила. Больше от тебя не вижу пользы. Прощай.

— Му… Мукуро!!!

— Мукуро!!! — крикнула я, вскакивая с постели. Со своей постели. В своём теле. В своём доме. В выходной день в полдень. Полдень? На улице светло? Стоп… ах, ну да, это же Япония. В отличие от Италии, где сейчас ночь, тут ясный осенний день.

Тело чувствует себя отдохнувшим и взбодрившимся, но вопросы, что блуждают в голове, так и остались нераскрытыми. Что это было? Сон? Нет, это точно не сон. Но… Твою ж мать, кажется, я пыталась помочь этой банде сбежать. Мысли путаются. Ничего не понимаю. Это ведь была правда? А Рокудо Мукуро… он… Он что, остался сражаться с Вендетте один? Неужели он пожертвовал собой? Нет… он не мог. Он не такой человек.

Что же делать? А что я могу сделать? Я в Японии в теле школьницы. В своём теле.

— Рокудо Мукуро… Хитрожопый ты засранец… — вздохнула я, вставая с кровати. Думаю, пока сна с меня предостаточно. Прихватила с тумбочки телефон и, направляясь на кухню, набрала номер Тсуны.

— Алло? — обеспокоено произнёс Савада. — Дар, ты чего звонишь в выходной? Так ещё и днём. Что-то случилось?

— Эм, с чего бы начать… — вздохнула я, потирая переносицу. — Тсуна, Реборн рядом?

— А? Нет, он на кухне обедает, — тут же отозвался парень. — Мне его позвать?

— Нет, не надо, — вновь вздохнула, собираясь с мыслями. — Давай, я сначала тебе расскажу, а далее ты сам решишь, как быть, ладно?

— Эм… Дар, что-то я начинаю нервничать… — напряжёно произнёс Савада. — Всё хорошо, верно?

— Даже не знаю… — усмехнулась. — Ты помнишь этих парней из Кокуё-Ленда?

— Д… да, — заикаясь, ответил Тсуна. — Правда, я много раз спрашивал Реборна, знает ли он что-нибудь о них. Не пойми меня не правильно, но… я не хочу, чтобы они погибали.

— Хм, они живы.

— Что?! Откуда… откуда ты знаешь?

— Во всяком случае, пока, — налила в пустую кружку воды из-под крана, и сделала несколько глотков. — В общем, Тсуна, смотрел «Побег из Шоушенка»? Сейчас я тебе расскажу новую версию данного сюжета. Всё началось, когда я легла спать…

Савада не перебивал и не задавал вопросы. Только по дыханию доносившимся из телефонной трубки, я понимала, что он до сих пор на линии и слушает мой рассказ. Старалась не упускать никаких особенно важных деталей, но часть нашего трёпа с иллюзионистом всё же пропустила. Тсуна такого просто не выдержит. Закончила историю тем, что я не знаю, где теперь Мукуро и эти двое. Но основную суть всё же передала — я помогла нашим врагам.

— Вот и всё, — допила воду из кружки. — Теперь можешь рассказать Реборну и…

— Нет! — неожиданно вставил Тсуна и тут же сам себе удивился. — В смысле… хм… ну… я даже немного успокоился, ха-ха!

— Чего? — Это было странно. — Успокоился? Я врагам помогла, а ты успокоился? Тсуна, да ты как Босс мафии должен меня изгнать или что-то в этом роде…

— Это так, но… В общем, мне кажется, что тебе это решение досталось намного труднее, — с долей извинения в голосе произнёс Тсуна. — Ведь в первую очередь похитили именно тебя. Но ты всё равно им помогла. И… я рад, что ты так поступила.

— У меня, по сути, не было выбора, — фыркнула я, вновь набирая воду в кружку. Кажется, у меня лёгкое обезвоживание. — Он угрожал, что я с ним останусь в одном теле навсегда. Но это ладно. Что-нибудь да придумала, но вот когда он захотел в туалет…

— Дар, мне очень жаль! — воскликнул парень, в голосе которого теперь слышалось смущение.

— Да ты тут причём? Ох, ладно… — ещё несколько глотков. — Реборну расскажешь?

— …

— Тсуна?

— Эм… не уверен, что ему это стоит знать, — протянул парень. — Давай… давай, пока повременим, ладно? Может… может, это и вовсе был сон?

— Сон об извращенце Рокудо Мукуро? Хех… Думаю, ни один сонник такое не растолкует. Ладно, как скажешь, — усмехнулась я. — Это был сон. А теперь я жутко хочу есть. Пока.

— А? Ах, да. Приятного аппетита, Дар.

Отключила телефон.

Сон значит? Хм… странное решение принял Тсуна. Решил скрыть это от своего репетитора? Что ж… Это последнее слово Босса. Думаю, таких моментов в будущем у нас ещё будет огромное множество. Вот только легче от этого не становится.

Так, всё. Немедленно в кондитерскую лавку!

Глава 30. Поверив в тишину...

Стабильность… Какое прекрасное слово.

Каким бы безумным не был мир, если ты знаешь, что будет завтра и послезавтра, возникает чувство уверенности. Беспокойство и паранойя отступает. Обожаю это чувство. Прошло несколько недель. За это время я успела привыкнуть к небольшим изменениям в кабинете Дисциплинарного Комитета. Ну, это я про диван намекаю. С Кёей как-то толком и не общаемся. Работа, работа и ещё раз работа. Вот, честно, иногда мне кажется, что он робот, который запрограммирован только на две вещи: работать и забивать кого-то до смерти.

А после одного случая вообще старался со мной не разговаривать. А всё почему? Всего лишь задала несколько вопросов, когда Хиберд в очередной раз запел гимн Средней школы Намимори, кружа в кабинете.

— Хибари-сан, это ведь вы птаху научили петь? — спросила я, подставляя руку для птицы, чтобы та спокойно смогла приземлиться.

— Я, — признался Кёя, не отрывая взгляда от папки с документами.

— А как? — подошла к столу Кёи, с любопытством вглядываясь выражение его лица. — Вряд ли у вас в тот момент в Кокуё-Ленде имелся при себе телефон или другое звуковоспроизводящее устройство, верно? Значит, вы сами спели гимн? — парень молчал. Я приняла это молчание за знак согласия. — Хибари-сан, а вы можете спеть? Мне очень хотелось бы послушать.

— Тебе больше заняться нечем? — раздражённо бросил Кёя, мрачнея на глазах. Хотя стоп, это тень, мелькнувшая на лице, не что иное, как смущение. Кёя смущён?! — Иди работать!

— Хибари-сан, это же обычная просьба, — тут же стала строить из себя невинность, замахав перед собой ладонью. — Хотя бы разок! — потом шагнула ближе к столу, наклонилась вперёд и шёпотом добавила: — Я никому об этом не расскажу, честно.

— Так, подготовь мне отчёт клуба садоводства, — холодно бросил парень, звонко захлопнув папку с документами, которую читал. — Также проверь предоставленные нам на прошлой неделе заявки, вбей все сведения в общую электронную базу, а после отнеси переработанный бумажный материал в архив. И сделать всё это необходимо сегодня.

— Э?! Хибари-сан, это же займёт весь день и даже больше! — ахнула я от такого количества заданий сразу. — Я не успею!

— В таком случае, лучше бы тебе приступить к работе уже сейчас, — строго произнёс парень, бросив на меня сердитый взгляд стальных глаз, а после спокойно встал из-за стола и вышел из кабинета, прихватив Хиберда.

И вот так всегда. Спрошу что-то лишнее, что ему не нравится или то, что хоть как-то ущемляет его в собственных глазах, как завал работы мне обеспечен. Потом же всё, что думала о Хибари, высказывала своему страшному брелку, висящему на телефоне. Более того, вечно его дёргала, не жалея сил, вызывая звон бубенчика, представляя, что это своего рода кукла Вуду. Признаю, становилось легче, но, в итоге, я перестала что-либо спрашивать, да и вообще делать регулярно работу. При любой возможности сваливала из кабинета и пряталась по округе школы, чтобы выкрасть себе часок другой и вздремнуть. Естественно, Главе Дисциплинарного Комитета это не нравилось.

Сначала, как обычно, не обращал внимание, но когда это стало регулярным, начал отыскивать меня и будить тем, что наизусть цитировал все школьные правила, которые я успела нарушить. Давал мне ещё больше заданий и гнал в кабинет работать. А ведь там так душно… Даже кондиционер не спасал. Осень в Японии, как обычно, жаркая.

В общем, прятаться от Кёи пришлось изощреннее. А под конец вообще приучила Хиберда выкрикивать фамилию парня, как только тот засветит на горизонте. Это была ещё та затея, но, скормив полпачки шоколадных палочек пернатому, он наконец-то понял, что я от него хочу. Теперь только Кёя направлялся в мою сторону, как над головой принимался кружить Хиберд, всё время произнося:

— Хибари! Хибари! Хибари! — этакая пернатая мини-сирена.

Быстро вскакивала с места, направляясь в противоположную от парня сторону. Оббегала школьный корпус и прямиком в пустующий кабинет. А после, когда Кёя, не нашедший меня, злобно врывался в помещение, я принималась стучать по клавиатуре, всем своим видом показывая непонимание такого агрессивного настроения. Конечно, он понимал, что я балду пинаю и работать не хочу. Но гордость парня была важнее. Кёя старался поймать меня на месте преступления, разгадав при этом весь фокус.

Эх, надеюсь, до парня не сразу дойдёт, что у меня сообщник.

Как бы то ни было, время наступило спокойное. Словно затишье перед бурей, но об этом думать хотелось в последнюю очередь. Пожалуй, всё закончилось в тот день, когда мне позвонил Такеши. Причём в мой законный выходной день.

— Алло? — гробовым голосом произнесла я, намереваясь бросить трубку и продолжить спать.

— Дар, привет! — радостно воскликнул бейсболист. — Пошли развлекаться! Тсуна, Гокудера и остальные тоже пойдут.

— А? — не сразу сообразила, о чём он. — Развлекаться? Да нет проблем, — усмехнулась. — Позвони после девяти вечера.

— Дар, — вздохнул парень, понимая всю сложность ситуации. — Сегодня воскресенье, надо же выглядывать хоть иногда на солнце.

— Я вампир, — коротко и ясно. Придала своему голосу небольшой иностранный акцент Графа Дракулы. — Солнечные лучи для меня подобны смерти, юноша.

— Ха-ха-ха! — это Такеши явно позабавило, но смех его тут же исчез, и он добавил с нескрываемым волнением. — Это для Тсуны. К нему возвращается отец, которого он считал уже больше двух лет пропавшим без вести. В общем… Ему надо немного развеяться.

— Э-э-эх… — протянула я, понимая, что всё равно придётся вставать. — Ладно, высылай адрес места встречи. Сейчас подойду.

— Сейчас всё будет сделано.

Парень отключил телефон, а я смотрела на гаснувший экран своего сотового и думала только об одном — отец Тсуны возвращается?! Вот это поворот. И почему у меня такое чувство, словно за этим приездом последуют одни проблемы?

Жарко было просто невыносимо.

Мне кажется, даже летом такого пекла не было. Пришлось надеть летнее платье, иначе сварилась бы в крутую, как яйцо. Хотя выглядела довольно мило. Светлое летнее платье ярко-жёлтого цвета с крупным узором в форме белоснежной ромашки. Также я надела соломенную шляпу с широкими полями и солнечные очки. Только превратившись в «Леди Инкогнито», появилась возможность жить.

Нас собралась довольно большая компания. Тсуна, Хаято, Такеши, Киоко, Хару и вся малышня, включая самого Реборна, который уже сидел на плече бейсболиста, как самого высокого. Гокудера был недоволен тем, что собралась такая толпа. Всё время ворчал и злился, по поводу того, что Ямамото собрал толпу идиотов. Его прекрасно слышала Хару, но к ней в карман за словом лезть не стоит. Сразу же старалась ставить парня на место, указав, что во всей толпе он единственный идиот, и если его что-то не устраивает, может сваливать.

Такие замечания для Хаято были равносильны красной тряпке перед глазами быка. Сразу же забыв о Ямамото, переключался на Миуру. Их спор был больше похож на ругань супругов, которые прожили друг с другом около сорока лет. И это притом, что ни один из них в список идиотов не включался.

Гокудера Хаято довольно умён. Учится на отлично по всем предметам. Нет того, чего бы он не понял с первого раза. Разве что сильно вспыльчив, и старается за агрессией скрыть свою добрую сторону, к чему я уже давно привыкла. Этакий защитный механизм. У кого его в наше время нет? Но вот его помешанный фанатизм на мистике и фантастике… это уже слишком. Нет, ну серьёзно, этот парень считает черепашку Дино морским богом! А ведь она всего лишь впитывает воду, как губка. Эх…

Миура Хару также интересна. Умная девушка и учится на отлично. Тем более не где-нибудь, а в школе для девочек с усиленным и углубленным учебным планом. Туда не каждый может поступить. Занимается гимнастикой и вообще сама по себе довольно весёлый человек. Вот только немного помешана на детях и карнавальных костюмах. Причём костюмы зачастую выбирает в стиле японских ужастиков. Духи, призраки, демоны, пожирающие детей… М-да…

Из Хару и Хаято получилась бы хорошая парочка. Думаю, если бы не возникшая обоюдная агрессия, у них бы было много общего. Вот только единственное, в чём они пока солидарны, это безграничная любовь и преданность к Саваде Тсунаёши. Эх… всё слишком сложно. Лучше к ним не лезть. Пусть грызутся дальше.

Тем временем сам Тсуна по уши влюблён в Сасагаву Киоко. Его щенячий взгляд не заметит только слепой. Однако Киоко, кажется, не видела. Она вообще мало что замечала. Чем-то маму Тсуны напоминает. Просто улыбается и радуется солнцу.

— Пригласил бы ты её куда-нибудь, — негромко произнесла я, ровняясь с Тсуной. Парень слегка вздрогнул от неожиданности, а когда понял, что это я, смущённо опустил взгляд. — Пригласи хотя бы в кино или в парк погулять. Только вы двое.

— Хах, странно это слышать от той, кто вроде как считается моей невестой, — усмехнулся парень, также негромко, чтобы наш разговор никто не слышал.

— Ты знаешь наш план, — фыркнула я, пихнув парня локтём. — После того, как ты станешь полноправным Десятым Боссом Вонголы, подаём на развод. Иначе… через недельку-другую я проснусь вдовой.

— Хи-и-и! Дар, не говори так! — ахнул парень, немного дрожа в коленях.

Но, секунду спустя, взял себя в руки. Да, этот план мы придумали с Тсуной сразу же, как только я признала себя его Советником. Сбежать не удастся. А сотрудничать планируем долго. Так, почему бы не выполнить часть сделки семей, а после развестись, мол, не сошлись характерами? Эта идея устраивала и меня, и Тсуну. А если старики будут ворчать, то мы лишь пожмём плечами. Да и их это не касается. Босс-то теперь Тсуна. Правда Савада ещё просит разработать план по тому, как избежать этого мира мафии. Он до сих пор хранит надежду зажить, как и прежде. Да уж… Немного наивно, но я пообещала в будущем над этим вопросом подумать.

— Да и как я её приглашу? — тут же зашептал Тсуна. — Ты только посмотри на неё, — парень украдкой взглянул на идущую впереди Киоко. У девушки было прекрасное настроение. Более того, она что-то напевала. — Киоко-чан прекрасна! — вздохнул Савада, мечтательно улыбаясь. — У неё всегда такая милая невинная улыбка, звонкий детский смех, а волосы напоминают лучики летнего солнца. Эх, такая великолепная девушка, как Киоко-чан никогда не посмотрит на меня.

— Ого! — удивилась я. — А она тебе действительно нравится.

— Хах, — с грустью усмехнулся парень. — В Киоко-чан влюблено больше половины парней из Средней школы Намимори. Разве это удивляет?

Хм… больше половины парней из нашей школы… А Хибари нравится такая девушка, как Сасагава Киоко? Вот бы узнать. Вот только если спрошу, опять завалит работой и злобно уйдёт из кабинета. Вечно он ворчит по пустякам. И что такого в том, чтобы узнать, какой у него любимый цвет? Толком ни на один вопрос не ответил. Сразу «Иди работать!» и так далее. Пф! Мы же работаем вместе! Это нормально стремиться наладить отношения и узнать друг друга. А то я вообще с ним теряюсь… Никакой логики и последовательности поведения. Меня это пугает. Эх, ладно…

— Тсуна, ты просто попробуй! — улыбнулась я, похлопав его по плечу. — Скажи, что просто хочешь провести с ней время и пригласи куда-нибудь. Уверена, она не откажется.

— Ты так думаешь? — в глазах парня засияла надежда, но его неуверенность в себе тут же всё отменила. — Нет. То есть… Потом. Позже. Подумаю.

— Тсуна… — вздохнула я, наблюдая эту внутреннюю борьбу парня с желаниями.

— Эй, ведьма! — окрикнул Хаято, смотря на меня недовольным взглядом. — Чего там шепчешься? Явно надоедаешь Десятому. Вон, какой он красный. Злится на тебя.

Отлично, Савада смущён, а виновата я. И главное, не скажешь в чём причина. Решила плюнуть на объяснения и, наконец-то, пойти купить себе что-нибудь холодненькое. Воды или мороженое. А почему нет? Ведь в центр города собрались. Развлекаться. Вот только… А где мой кошелёк? Хм… в карманах нет. Да и в сумке тоже… Ох, чёрт, неужели я оставила кошелёк дома? Ну, точно! Выложила его, чтобы проверить, если ли там наличка и так на кровати и оставила.

— Хаято, — обратилась я к парню, так как тот до сих пор недовольно на меня косился. — Купи мне мороженое! — улыбнулась как можно мило.

— Чего?! — возмутился парень. — Почему это я должен тебе что-то покупать? Обойдёшься! Пф!

— Жопа жадная! — бросила я, показав вдобавок язык. Ямамото тут же покатился со смеху, а Гокудера, полез рукой под рубашку, доставая одну из динамитных шашек.

— Жить надоело?! — взревел он.

— Я! Я куплю тебе мороженое, Дари! — радостно воскликнул Фуута, хватая меня за руку. — Идём! Я знаю, у какого магазина самые высокие рейтинги по качеству мороженого. Уверен, тебе понравится.

— О! Фунтик! — удивилась я, совершенно не ожидая такого поворота. После чего пошла за мальчиком, напоследок громко произнеся, чтобы Хаято было слышно: — Вот он! Настоящий мужчина, не то, что некоторые жмоты!

На лице Гокудеры буквально написано было, что он на грани того, чтобы схватить первое, что под руку попадётся и швырнуть в мою сторону. Даже пар из ушей повалил. Остальные тоже предпочли разбежаться по центру, не теряя друг друга из виду, и начать развлекаться. Например, Ламбо уже вовсю доставлял неприятности Тсуне. Хотя, как по мне, этот мальчик гений. Взял и залез в пустующую емкость на витрине зоомагазина. То есть в одной клетке можно было увидеть собачку, кошечку, мышонка и… Ламбо. И главное, учитывая костюм коровы, это ему очень шло. Продавщица даже подмены не заметила. Только дополнительные миски с водой и кормом поставила.

Блин, тоже так хочу. Только ешь, пьешь и ждёшь, когда тебя погладят. Не жизнь, а сказка!

Фуута, как и обещал, купил мне рожок шоколадного мороженого с тремя шариками. Себе взял ванильное. Сидя за столиками на улице при кафе, мы со счастливыми лицами уплетали лакомство. Причём, если посмотреть со стороны, не сразу скажешь, кому из нас десять лет.

— Ты знаешь, что это кафе находится на сороковом месте по рейтингу самого вкусного мороженого в мире? — начал мальчик.

— Правда? — удивилась я. — А сколько всего позиций?

— Ой, я не помню, — виновато произнёс мальчик. — Именно поэтому я всегда записываю свои рейтинги в книгу, так как вечно их забываю.

— Но про лучшее мороженое запомнил, — заметила я и подмигнула. — Молодец.

— Хи-хи-хи! — засмущался мальчик, болтая интенсивнее ногами.

Время пролетало незаметно. Видела, как Тсуна повёл Ламбо в соседнее кафе, чтобы купить тому сока. Туда же заглянула и Киоко с И-Пин. О, неплохой момент! Тсуна, дерзай! Ямамото пошел с Реборном в игровую комнату. Уверена, что многие автоматы не выдержат сурового натиска нашего бейсболиста. Хару исчезла в магазинчике, с элементами карнавальных костюмов, что недавно открылся. В принципе, я не против. Девушка нашла себе хобби по душе. Главное, это чтобы она мне не присмотрела костюм. Отказаться от её затей зачастую очень проблематично.

— Держи! — послышался ворчливый голос парня над головой, после чего передо мной на столик плюхнулась упаковка мороженого, на которой была изображён шоколадный мишка. Точно такое же мороженое досталось и Фууте, чему мальчик был несказанно рад. Свою изначальную порцию мы уже съели. — И посмей мне потом только вякнуть, что я никудышная Правая Рука Десятого, — грозно бросил Хаято, присаживаясь за наш столик и с грозным видом поворачиваясь сторону центральной улицы.

— Что ты?! Что ты?! Самый лучший! — улыбнулась я, хватая очередное лакомство. Мы народ не гордый. Дают? Беру. Бьют? Бегу. Всё просто. — Верно, Фуута?

— Угу-угу, — закивал головой Звёздный Мальчик, также раскрывая упаковку своего мороженого.

Настроение было прекрасным. Даже жара и палящее солнце казалось, пощадили меня. Подул прохладный ветерок, позволивший вздохнуть полной грудью. И только я подумала о том, чтобы эта минутка блаженства длилась как можно больше, прозвучал грохот из стоящего рядом многоэтажного здания. Сначала он напоминал простой свист, но уже через секунду верхний этаж взорвался, обрушивая на улицу глыбы кирпичей и осколков стекла. Поток ветра сдул шляпу и очки, которые были на мне, но я уже через секунду о них забыла, так как в сторону того кафе, в котором сидели Тсуна и Киоко, полетело что-то крупное. Разглядеть, что это я не успела, но… неужели это человек?

Прохожие с криком принялись разбегаться, крича что-то о теракте. Страшно стало не на шутку. Словно по команде все вскочили со своих мест и побежали в сторону Тсуны.

— Десятый!!! — кричал на ходу Хаято, опережая на несколько шагов.

— Ты в порядке, Тсуна?! — отозвался Такеши, также выбегая с Реборном из игрового отдела.

К моему удивлению, на Тсуну и в самом деле приземлился человек. Молодой парень моего возраста со светло-русыми волосами, голубыми глазами и самое главное — с ярко-голубым пламенем Посмертной Воли на лбу. Если судить по его мимике и телодвижению, то парень и сам удивлён тем, что налетел на Саваду. И, кажется, он его узнал. Да, он его определёно узнал. Помогал Тсуне встать с земли. Ох, чувствую мои спокойные денёчки подошли к концу.

— Кто ты? — спросила я спокойным тоном. Парень перевёл на меня взгляд и на мгновение обомлел. Он и меня узнал?

— Вы же!.. — начал парень, но его перебили.

— ВО-О-ОЙ!!! — оглушающий мужской рёв буквально сотрясал почву под ногами. Это же какую глотку нужно иметь, чтобы так орать?!

Все подняли головы и посмотрели на источник рёва. Это был высокий парень в чёрной одежде, напоминающей военную униформу. Длинный плащ и кожаные штаны. Но самое примечательное не это, а то, что у него имелись длинные белоснежные волосы, как у меня, а к левой руке был прикреплён длинный стальной меч, что сразу вызывало множество вопросов. Киллер? Определённо. Но он не по наши души, а гнался за этим парнем с голубым пламенем.

Чёрт! И надо же было этому случиться! Не везёт, так не везёт.

— Что это? — спросил мечник, заметив нас. — Кругом скопились аутсайдеры! Я разрежу любой мусор, стоящий на моём пути!!!

— Дерьмо! — вырвалось у меня. Так и знала, что и мы можем стать его целью. В серых глазах длинноволосого буквально бушевало азартное безумие. Мне это не нравится. Не могу предугадать следующий шаг незнакомца. Самый лучший выход — бежать. Сделать вид, что ты просто никто и также спрятаться, как и другие прохожие. — Ребята, уходим. Немедленно! — бросила я негромко, но так, чтобы услышали друзья.

Вот только, судя по взглядам Гокудеры и Ямамото, просто так они уходить не собирались. В венах заиграла кровь сражений. Вот только в двух словах не объяснишь, что этот парень им не противник. Он профессиональный убийца. Ноги, руки, стойка, лицо, оружие… Всё буквально кричало — он опасен. А инстинкты сходили с ума. «Беги!» — кричали они. Беги, сломя голову. Бросай всё и беги.

— Чт… что происходит? — подал голос Савада, приходя в себя.

— Дерьмо! — повторила я, но на этот раз отвечая на вопрос парня.

На улице стали толпиться прохожие. Все с непониманием и ужасом смотрели на длинноволосого парня, стоящего на козырьке ближайшего универмага. Мечнику определёно не понравилось присутствие зрителей. Поэтому с яростным рёвом он взмахнул в воздухе клинком, создавая этакий крест перед собой. По сути, это движение никому не могло причинить вред. Расстояние между ним и людьми составляло как минимум десять метров. Но не тут-то было. Что-то вылетело из клинка. Что-то совсем мелкое и с этого расстояния неразличимое. Но я уверена, что оно было, так как секунду спустя с разных сторон прозвучали небольшие взрывы, заставляющие бетонные плиты и асфальт крошиться, и подниматься в воздух.

— ВО-О-ОЙ!!! — кричал длинноволосый. — Я изрублю любой мусор, преграждающий мне дорогу!

На несколько секунд видимость стала нулевой. Мы потеряли из виду противника. Но и он нас не видел. Этим решил воспользоваться Реборн с напряжением во взгляде, но спокойствием в голосе произнеся:

— Женщины и дети должны уйти отсюда, — малыш уже схватил Киоко за руку, потащив её в сторону безопасной зоны. За этой парочкой поспешили Хару, И-Пин, Ламбо и Фуута.

Я также решила не стоять на месте и покинуть зону борьбы как можно быстрее. Вот только к этому моменту плотная пыль рассеялась, и нас заметил противник. Похоже, его бесило то, что нашлись люди желающие избежать сражения.

— Жалкий мусор!!! — крикнул светловолосый вновь взмахнув клинком в нашу сторону.

Учитывая тот факт, что я была самой последней, прекрасно знала, что нахожусь в зоне повышенного поражения. Более того, знала, что не вижу мелких снарядов и даже не знаю, как против него действовать. Слишком мало информации, слишком неудобное и не выгодное расположение для побега. Как на раскрытой ладони. Ещё секунда, и снаряд достигнет своей цели, пронзив меня. Это… конец?

— Осторожно, Серра-доно!!! — услышала я голос парня за своей спиной, буквально за мгновение до поражения, после чего почувствовала, как меня кто-то обхватывает со спины и резким толчком прыгает вперёд, падая на землю. Несколько метров пришлось проехаться по асфальту наполненным осколками бетона и стекла. Левая коленка жутко болела. Кажется, содрала верхний слой кожи. Но это пустяки… главное я жива. — Вы в порядке, Серра-доно?

— Жить буду… — скрепя зубами, отозвалась я, стараясь приподняться и посмотреть на того, кто только, что спас мне жизнь. Это был тот самый парень с голубым пламенем Посмертной Воли на лбу. Он знает, кто я? Более того, спас? — Кто ты? — вновь задала вопрос.

— Извольте простить меня, — неожиданно произнёс парень, всё ещё придерживая меня за плечи. — Была необходимость встретиться с вами и с Савадой-доно, но… — парень перевёл взгляд в сторону длинноволосого мечника. — Мой путь был отслежен.

Он говорил на японском, но вот слова и манера речи слишком старинная. Словно парень прибыл из другого столетия. Хотя, возможно, это из-за того, что он не местный и плохо знаком с языком данной страны. Откуда же он? Предположение было только одно, и я тут же попыталась проверить его.

— Ты знаешь, кто я? — спросила, переходя на итальянский язык. Парень явно не ожидал смены языка, но, кажется, суть понял. Посмотрел на меня и согласно кивнул.

— Это наша первая встреча… — с грустью произнёс парень, отвечая мне на итальянском. — А я уже втянул вас в такие неприятности… — после неожиданно вскочил на ноги, помогая и мне встать. К нам подоспели Савада, Гокудера и Ямамото, чтобы убедиться, что со мной всё хорошо. Остальным ребятам удалось скрыться. Это хорошо. Меньше беспокойства.

— Дар, ты в порядке?! — воскликнул Тсуна, подбегая к нам. Но не успела я толком ответить, как меня и Саваду схватил за руки этот незнакомец и резко потащил в сторону, прячась за ближайшее здание, прикрикнув:

— Пожалуйста, пойдёмте!!! — вновь перешёл на японский язык. Его хватка была крепче стали. Откуда столько силы в этом тощем парнишке? Чувствовала себя таким флажком, развивающимся на ветру. Да и Тсуна видно тоже. Только и успевал, что озираться по сторонам. — Необходимо отыскать безопасное место! — бросил нам через плечо незнакомый парень. — Там я кое о чём вам поведаю!

— Поведаешь?! — ахнул Тсуна, также замечая странную манеру общения парня. — Да в каком ты веке живёшь?

— Во-о-о-ой! — послышалось над нашими головами. Каким-то образом длинноволосый парень оказался на крыше того самого здания, за которым мы прятались, и стоило только свернуть за угол, как противник тут же спрыгнул на землю, перегородив собой путь к отступлению. — Давай закончим игру, наконец, — гневно бросил он, не спуская взгляда с парня с голубым пламенем во лбу.

— Хи-и-и!!! — воскликнул Тсуна, в ужасе отступая. Наши руки были свободны, что позволило отойти немного назад. — Он здесь!!!

— И? — усмехнулся длинноволосый, осматривая меня и Тсуну неким брезгливым взглядом. Словно мы никто и даже внимания его не заслуживаем. — Кто это? — Он не знает, кто я и Тсуна? Значит мы ему определёно не интересны. Хотя ответа он, естественно, не получил, поэтому ринулся в атаку, взмахнув клинком. — Давай ты всё просто расскажешь, как тебе?

Прозвучал стальной звон. Парень с голубым пламенем во лбу отразил удар, высвободив своё оружие, которое прятал за спиной. Точно сказать, что это — не могу. Но больше напоминало широкий треугольник с острым стальным лезвием на одной стороне. Им парень и сражался. Вот только недолго. Длинноволосый был значительно сильнее. С яростным воплем нанёс удар в область плеча противника и отправил молодого парня в сторону. Сделав сальто в воздухе, незнакомец с грохотом врезался в стенку ближайшего здания, пробив её насквозь своим телом.

Чёрт возьми! После такого удара вероятность выжить минимальна. Очень сильно удивлюсь, если он вообще встанет.

— Во-о-ой! — воскликнул длинноволосый, торжествуя над победой, после чего обратил внимание на меня и Саваду. — Эй! Вы! Да, вы! Что у вас за отношения с этим сопляком? Если не расскажете… я разрублю вас на куски!

— Хи-и-и!!! Невозможно!!! — воскликнул Тсуна, дрожа от ужаса.

— Мы не знаем, кто он, — призналась я, стараясь сохранить самообладание и спокойствие в голосе. Левое колено безжалостно жгло. Чувствовала, как по ноге медленно стекали небольшие капельки крови из-за содранной кожи. Но обращать внимание на эти царапины нет времени. — Мы вообще не знаем, что тут происходит!

— Хм?! — длинноволосый словно только сейчас меня заметил. Похоже, он не ожидал, что разговор будет вести девушка, так ещё такая, как я. — Что ж, — усмехнулся, по-звериному оскалившись. — Значит, я убью вас просто так!

Стоило длинноволосому сделать хотя бы шаг в нашу сторону, как над головой парня неожиданно что-то возникло. Не сразу до меня дошло, что это десяток брошенных динамитных шашек. Но парень похоже быстро сообразил, что необходимо отступить. К моему огромному счастью, и страху одновременно, это был Гокудера. И не один, а с Ямамото, который как раз держал за спиной катану, которая преобразовывается из бейсбольной биты.

— Убери руки от этих людей, — произнёс Хаято, выпуская облако сигаретного дыма и сжимая в каждой руке по четыре динамита. — И я позволю тебе спокойно уйти.

— Да, что-то вроде того, — улыбнулся Такеши, а после его лицо тут же стало серьёзным. — Я буду твоим противником.

— Вы, парни, тоже с ним как-то связаны, да? — спросил длинноволосый усмехаясь. — Я не совсем понимаю, но скажу то, в чём точно уверен. Если пойдёте против меня — умрёте!

Я это видела. Видела и ощущала разницу в силе. Даже если все парни разом нападут на мечника, вероятность победить мизерна. Он профессионал. Каждая клеточка его тела натренирована для одной цели — убивать. И это притом, что парень нападает левой рукой, но левшой не является. Однако что-то с его левой рукой не так. На ладонях имелись чёрные перчатки, но каждый раз, когда мечник взмахивал клинком, до моего слуха доходил скрежет какого-то механизма. Что это?

Сталь клинка широкая, так что вполне возможно, что скрежет исходит из неё. Ведь не просто так длинноволосый испускает какое-то взрывчатое вещество? Кстати, что это может быть? При падении об твёрдую поверхность происходит взрыв. В голове возникает только один подходящий вид вещества — порох. При взмахе он каким-то образом выпускает небольшие крупицы пороха и может таким образом атаковать противника. Результат поражает. По сути, он подобен выстрелу из пистолета.

Но другого оружия я при нём не вижу, а правая рука пуста, значит, в основном использует только меч. Он в себе уверен. Нет, даже не так… Он считает себя лучшим. Да, именно! Он считает, что с ним никто не может справиться, даже если у его врага в руках пистолет. Эта самоуверенность наводит на мысли. И причём не очень радостные.

Шансов нет! Ни единого шанса против такого противника. Чёрт! Что же делать? Я всё это вижу. Рассчитала варианты и поняла, что он нам не по зубам. И теперь совершенно не знаю, как действовать в такой ситуации. Ни Хаято, ни Такеши не одолеют его. Только оттянут неизбежное. В идеале, чтобы выжить, я бы отдала этого паренька со светло-русыми волосами. Он знает меня, он спешил ко мне и Саваде, следовательно, хороших новостей ждать не приходится. Избавились бы от него, избавились от большинства проблем.

Но… Он уже успел спасти меня. Просто так бросить? Нет, не получится. Да и вряд ли теперь длинноволосый откажется от возможности покромсать кого-то. Видно, парень убийца. Убил за своё время многих. Вижу этот безумный блеск в серых глазах. Словно он никак не может насытиться.

— Во-о-ой!!! — воскликнул мечник, неожиданно заметив мой взгляд. — Ты, жалкий мусор, смеешь читать меня?! — на его лице читалось возмущение, шок и раздражение.

Как? Он заметил? Он заметил, что я считывала с него информацию? Как он это сделал? Ранее никогда таких осечек не было. Это впервые. Более того, теперь мечник в ярости от моего поступка. Он нахмурил брови и сделал шаг в мою сторону.

— Кто ты такая? — требовательным тоном спросил он. — Ты умеешь читать людей, и это я заметил. Кто ты такая? Отвечай, иначе я разрублю тебя на десять частей!

— Никто, — ответила я, делая шаг назад. Он дался мне с трудом. Колено болит. Приходится хромать. — Просто никто.

— Никто, говоришь?! Ха! Да чёрта с два!!! Ты мечник! Я чувствую исходящую от тебя угрозу! — направил в мою сторону своё лезвие. — Доставай своё оружие, где бы ты его там не прятала, и сражайся! Остальной мусор меня не интересует.

— Я не мечник, — это была правда, и, кажется, незнакомец поверил, но это ему было мало. Он что-то почувствовал. Интуитивно. И теперь жаждал крови.

— Твои проблемы! — усмехнулся он, направляясь в мою сторону, однако буквально в самую последнюю секунду ему путь перегородил Ямамото, с оглушающим звоном скрестив клинки.

— Я твой противник, — спокойно произнёс парень, слегка улыбаясь.

— Во-о-ой!!! Твои навыки мечника… — длинноволосый окинул Такеши пристальным взглядом. — Их у тебя нет. Да?

— И что с того? — усмехнулся бейсболист, продолжая держать стойку.

— Это слишком просто!!! — взревел длинноволосый, вновь взмахнув клинком и атаковав парня. Хоть Такеши и блокировал выпад, но он не заметил выпущенный снаряд пороха из лезвия. Прогремел взрыв и бейсболист упал на землю, потеряв сознание.

— Ах ты!!! — гневно крикнул Гокудера, желая следующим вступить в бой, но из-за поднятой пыли, видимость вновь ровна нулю. Хаято, как боец на дальних дистанциях, медлил, и это стало причиной следующего поражения.

Две секунды. Ровно две секунды понадобилось для того, чтобы одолеть Дымовую Бомбу. Причём сделал он это не клинком, а ногой. Просто ударил его по голове, вырубив с первого раза.

— Во-о-ой! С этими парнями даже говорить не стоит! — мечник смеялся над своей жертвой, но они были ещё живы. Пока ещё живы. — Просто умри! — приказал длинноволосый, занеся клинок над головой Хаято словно палач.

Паника. Паника охватила меня. Что я делаю? Вот что я делаю? Почему ничего не предприму? Почему не сделаю хоть что-то? Но что? Я теперь даже убежать нормально не могу. Впервые сталкиваюсь с таким человеком. С такой силой. С такой жаждой убийства. Просто не знаю, что предпринять. Страшно. Паника буквально сковывает сердце. Он же… Он же сейчас убьёт его. Убьёт Хаято, потом Такеши, Тсуну и меня. Просто убьёт!

Это словно какой-то кошмар. Вот только проснуться не получается. Что же делать? Хотя бы одна мысль. Хотя бы одна!!!

— ОСТАНОВИСЬ!!! — крикнула я, после чего сама удивилась своему порыву. Этот вопль… словно волна отчаяния выплеснулась наружу. Что это? Мольба? Нет… Скорее приказ. Да. Я… приказала ему. Но почему? Не понимаю… Всё произошло слишком быстро.

Однако самое удивительно было то, что буквально за несколько сантиметров до того, как лезвие коснулось бы головы Гокудеры, клинок остановился. Замер в воздухе. Мечник замер, с неким недоумением смотря на свой меч, свою жертву, а после и на меня. Он и сам не мог понять, почему подчинился. Лёгкая испарина выступила у него на лице. В глазах бушевало пламя и тысяча вопросов, на которые даже у меня не было ответов. Но больше всего поразило то, что в серых глазах мелькнул страх. Да, именно, страх. И я заметила его.

— ВО-О-ОЙ!!! — взревел он, шагая в мою сторону. — Ты кто такая, чёрт возьми? Как смеешь указывать мне, мусор? Да я разрублю тебя на куски и раскидаю по всей Японии!

С каждым произнесённым им словом, я отступала назад. Задача выполнена, парни проживут чуть дольше, но что дальше? Что? Тсуна, сам толком не понимая, что делает, загородил меня собой. Ему страшно. Это точно. Но иначе он не мог.

Бежать. Надо бежать. Но как?

Неожиданно путь длинноволосому перегородил парень с голубым пламенем на лбу. Он в сознании? Я была уверена, что после такого падения люди даже не выживают, но нет. Но мало того, что стоит на ногах, так даже вступил в схватку с мечником.

— Во-о-ой!!! Ты кусок дерьма! — усмехался длинноволосый, обращаясь к парню на итальянском. — Не хочешь мне всё рассказать?

— Я отказываюсь! — уверено произнёс наш защитник, также на итальянском.

— Тогда здесь будет твоя могила! — крикнул длинноволосый, напоследок осыпая молодого парня дождём стальных ударов.

Движения были настолько быстрыми, что я не успевала их отследить. Хотя меня сейчас не это волновало. Я искала выход. Искала что-то, что могло спасти нас. Оружие? Помощь? Полиция? Чёрт, где полиция? Тут терроризм происходит, но их как всегда не дождёшься. Выкручивайтесь самостоятельно. И кто? Школьники. Чёртовы школьники против одного обезумевшего мечника. Он киллер. Убийца.

Нет, хватит ныть, Дар. Как говорит твоя мать: «Помощь ждать неоткуда, а выживать надо!». Думай! Отгони страх. Успокойся и думай. Ты не сможешь убежать и бросить ребят. Не потому, что не хочешь, а потому что не в состоянии. Признай правду и действуй. Тебе нужно оружие. Любое, но оружие. Где его достать? Кругом один сплошной хлам. Камни, стёкла, куски бетона и асфальта… Единственный, у кого, возможно, найдётся хоть что-то напоминающее оружие — это Гокудера. Динамит… Он вечно его прячет вдоль всего своего тела. Уверена, что ещё немного осталось.

Но вот дерьмо, Гокудера, как и Ямамото, находятся за спиной этого длинноволосого. Хоть сейчас он и отвлечён на действия парня с голубым пламенем, этого мало. Он заметит меня. Как его обойти? Да и сам парнишка долго киллера удерживать не сможет. Проклятье, думать нет времени. Действуй!

Слегка хромая, направилась в сторону сражающихся незнакомцев. Нужно обойти их. Наплевав на боль в колене, которая почему-то с каждым мгновением всё нарастала, охватывая всю ногу, я неотрывно следила за киллером и шла. Шла, к единственной возможности на спасение.

Длинноволосый заметил меня. Наши взгляды встретились, но этот безумный блеск в глазах, меня не напугал. Верней нет. Напугал до дрожи, но не остановил. Я смотрела в его серые, словно стеклянные глаза, но продолжала идти. Приближалась к сражающимся. На лице убийцы мелькнула азартная улыбка наполненная жаждой крови. Казалось, что передо мной не человек, а зверь, единственная цель, которого — убивать.

— Дар! Дар! Подожди! — кричал Тсуна, только сейчас заметивший, что я делаю, но было уже поздно о чём-либо сожалеть. Тем более, что парень с пламенем выдохся. Не жалея своего противника, длинноволосый полоснул его клинком вдоль груди, сильно задевая плечо. Теперь того, кто сможет тянуть времени не осталось.

— Во-о-ой!!! — воскликнул киллер, усмехаясь. — Неужели всё же решила сражаться? Отлично! Я уже предвкушаю битву! Даже дам тебе время на то, чтобы ты достала своё оружие! Меня твой внешний вид не обманет. Я сразу почувствовал, что ты опасна. Это профессиональное чутьё убийцы.

— Убийцы, говоришь? Хех… — усмехнулась я, остановившись и осмотревшись по сторонам. Он дал мне время на то, чтобы я взяла оружие? Это говорит о многом. Он мечник, и, видно, подчиняется какому-то своему кодексу чести. Мне это не знакомо, но упускать шанс было глупо.

Убийца… В голове сразу промелькнуло воспоминание слов Мукуро. Моя аура… я не умею ей пользоваться. Она есть, и иллюзионист не раз говорил, что при должном использовании можно многое сотворить. Вот только каждый раз когда я её использовала, была на грани жизни и смерти. Все мои действия неосознанны. Чёткого плана правления нет. Но когда я на эмоциях потребовала остановиться — он послушался. Из этого можно сделать вывод, что киллер уже под воздействием моей ауры, но пока на стадии «убить».

Как там говорил Мукуро? «Убить или обнять»? Дерьмовый план! Просто самый отвратительный план, который только мог прийти в голову. Но лучше пока не нашла. Это больше похоже на игру. «Пан или пропал»? Бросаю монетку в воздух и ловлю ей. Орёл или решка? Наклоняюсь и беру первый же попавшийся булыжник, что идеально помещается в моей руке. Длинноволосый с нескрываемым любопытством наблюдает за моими действиями.

— Камень?! — усмехнулся он. — Ты будешь защищаться этим камнем?! Женщина, ты хочешь, чтобы я тебя просто убил? — я продолжаю идти в его сторону. До Хаято не дойти. Слишком поздно. Это был первый план в том случае, если его будут отвлекать, но теперь всё сошло на нет.

Ох, кто-нибудь остановите меня! Я не верю в то, что собираюсь делать. Просто иду на поводу у сплетен и слухов. Отказываюсь верить логике. Или страх отупляет, или я окончательно сошла с ума. Что-то одно из двух.

Мои шаги ровные, не изменяются и не сбиваются с ритма, уверенно смотря в светло-серые глаза. Расстояние между нами было чуть больше метра, но оно сокращалось. Он умён и любопытен. Он понимает, что камнем я его не убью. Максимум поцарапаю и то, не серьёзно. Он словно играл. Ему хотелось посмотреть, на что пойдёт такая мелкая школьница с обычным камушком в правой руке.

Нас разделяло полметра. Подняла руку с камнем. Мечник не медлил и просто сильно ударил по моему запястью правой рукой, отшвыривая камень в сторону.

— И это всё?! — рычал он, оглушая меня. — Что за шутки?! Я убью тебя! Разрублю на куски! — свободной рукой схватил меня за волосы, сильно натягивая вверх, заставляя встать на цыпочки. — С какой части хочешь, чтобы я начал? — звериный оскал ужасал.

Он точно сумасшедший. Не человек. Ужас на мгновение сковал всё моё тело. Сомнения засели в сознании. Я сделала самую непростительную ошибку в своей жизни, и теперь этот человек просто напросто отрубит мне голову. Нет! Прочь эти мысли. Я близка как никогда. Он играется. Пытается разобраться, в чём мой фокус. Оружие же он отбросил. Ждёт, что что-то ещё припрятано под юбкой платья. Но… он ошибается.

Основное оружие… это я.

Игнорируя боль в голове от натянутых волос, шагнула в сторону длинноволосого и обняла его за пояс, крепко прижимаясь к телу.

Секунда… вторая… третья…

Парень не шевелился. Он не понимал что происходит. Рука, что сжимала волосы, расслабилась, выпуская спутанные белоснежные локоны и позволяя мне ещё сильнее прижаться к нему. Запах кожаной одежды, морского бриза, пороха, пота и чего-то ещё, трудноуловимого, тут же окружили голову. Слышу сердцебиение, которое ускорялось с каждой секундой. Моё сердце так вообще билось как мотор мотоцикла.

Не знала, сколько это продлится. Не знала, получится ли. Но старалась тянуть время всеми возможными путями. Вот только… убийца пришёл в себя.

— Какого хрена ты творишь?! — заорал он, силой хватая меня за плечо и отталкивая от себя. Не удержавшись на ногах, глухо упала назад. — Что ты… Что ты за дерьмо такое? А?

Это была попытка, видно, неудачная. Не получилось. Хех, как же я наверное глупо выглядела. Вижу, как он замахивается клинком, чтобы одним движением отсечь мне голову. Рефлекторно поджимаю к груди колени и прикрываю голову руками, каждой клеточкой своего тела выжидая удар и резкую боль, а может и свой конец. Но… этого не было.

Приоткрыв один глаз и взглянув на своего палача, я, к своему удивлению, заметила, что длинноволосый занёс клинок над моей головой, но закончить начатое не может. Стиснул зубы, потеет и бледнеет на глазах. Всё тело напряглось как тугая струна. Но опустить меч и завершить начатое не может. Что-то мешает. Более того, я видела в его глазах страх и понимание происходящего. Он всё прекрасно понимал. Понимал, что с ним что-то не так. Хотя нет… Со мной что-то не так. Я что-то сделала. Что-то вызвала. Но это спасло меня лишь на мгновение, так как секундой позже киллер чертыхнулся, взревел и вновь занёс острую сталь над моей головой.

Если мои действия и даровали спасение, то на мизерный срок. Наваждение спало с его глаз, пробуждая ярость.

— ВО-О-ОЙ!!! — крикнул он, завершая начатое, но и тут ему помешали. Нет, не он сам. Это был Тсуна.

Пока я тянула время, вернулся Реборн и вернул Саваде его перчатки, а также выстрелил в голову, вызвав пламя Посмертной Воли. Одежда школьника тут же слетела с тела, оставляя одни лишь трусы.

— РЕБОРН!!! — крикнул Тсуна, сжимая левую руку мечника. От такого напряжения я слышала скрип, доносившийся из этой руки. Она искусственная? — Длинноволосый! Я изобью тебя своей Предсмертной Волей!!!

— Во-о-ой! Что происходит? — киллер явно был в неком недоумении, так как он точно заметил ярко-оранжевое пламя на голове Тсуны. — Пламя Предсмертной Воли… и перчатки с эмблемой Вонголы… Не говори мне, что ты тот самый японец, о котором я слышал?! Тогда та девчонка… — посмотрел на меня, но уже каким-то иным взглядом. Более осмысленным. Этот человек слишком хорошо соображал. — Хэх! Я понял… Встретиться с вами… — ярость вновь запылала в светло-серых глазах. — Теперь мне нужно узнать, что вы планируете делать дальше! Я намерен выдавить это из вас, даже если вы умрёте, идиоты!!!

— НЕ ПОЗВОЛЮ!!! — крикнул Савада, атакуя киллера кулаками, вот только тот блокировал мощный удар Тсуны обычной ладонью. Даже в режиме Посмертной Воли Тсуна слабее этого длинноволосого.

— Во-о-ой! Ты слабак! — убийца атаковал Саваду клинком, но тот вовремя блокировал удар, выставив руки перед собой и отскочив назад. — Сколько ещё будешь убегать, размазня?

Мне казалось, что раз ему не удалось сразить до конца Саваду, то он переключится на меня. Так оно и было. Парень тут же покосился в мою сторону, где я до сих пор сидела на земле. Казалось бы, беги дура, вот только… смысл? Только для того, чтобы он разрубил меня со спины? Не выход.

В нашу сторону что-то полетело, врезавшись в землю, подняв в воздух густое облако серой пыли. Видимость вновь стала ровна нулю. Попыталась встать и изменить своё место положения. Но не успела. Кто-то резко схватил меня за руку и потянул в неизвестном направлении. Только когда мы выбрались за пределы густой пыли, я поняла, что это всё тот же незнакомый мне парень с голубым пламенем. Вот только теперь пламени не было, а сам парень еле держался на ногах сипло дыша. К моему удивлению, он успел также прихватить и Тсуну. Теперь мы спрятались за небольшими ящиками с продуктами, которые не успели занести в продовольственный магазин. В такой-то суматохе.

— С… спасибо! — поблагодарил Тсуна парня, и тут же заметил, что его собеседник еле живой. — Ты в порядке?

— «Спасибо»?! «Ты в порядке»?! — шикнула я, дрожа от злости и пережитых недавно эмоций. — Какого чёрта, Тсуна? — покосилась на светловолосого парня. — Кто ты? Что происходит? Что этому головорезу от нас надо? Почему ты знаешь, кто мы? Отвечай!

— Дар! — мягко произнёс Савада, тут же стараясь меня немного успокоить.

— Имя моё Базиль, — ответил парень. — Прибыл сюда по просьбе Мастера, чтобы передать… это, — незнакомец достал из внутреннего кармана небольшую плоскую чёрную коробочку, с эмблемой семьи Вонголы на крышке. И тут же открыл её. Внутри лежало восемь колец, рассмотреть которые я толком не успела, так как коробочка тут же закрылась.

— Что это?.. — не понимал Савада.

— Времени мало, но Реборн-сан всё знает, — пояснил Базиль, вручая коробочку Тсуне. — Реборн-сан не может принимать участие в битве по особой причине, поэтому молю, берите коробочку и убегайте!

— Подожди, даже если ты так говоришь, это всё как-то неожиданно и… — тараторил Савада.

— Тсуна! — бросила я. — Очнись, и бежим отсюда! Разбираться будем потом! Сейчас главное сохранить наши жизни, которые и так на соплях держатся! Ну, же! Вставай, а то…

— ВО-О-ОЙ! Вот вы где!

— Чёрт… — вырвалось у меня, медленно оборачиваясь назад в сторону уже нашего преследователя. Он улыбался и был доволен тем, что увидел коробочку, которую сжимал Тсуна.

— Ха! Это причина случившегося, — злобный оскал длинноволосого стал шире. — Я не позволю вам уйти! После того, как разрежу каждого на куски, верну это обратно.

— Обратно?! — спросила я, косясь на коробочку. — Хочешь сказать, что это украдено?

— Чёрт! — бросил Базиль, скрипя зубами от боли. — Всё должно было быть не так!

— Именно! — усмехаясь, ответил мне мечник. — Украдено! А теперь скажите, перед тем, как сдадитесь, на сколько кусков мне вас разрезать?

— Не подавайтесь ему! Савада-доно! Серра-доно! — воскликнул Базиль.

— Серра… — произнёс мечник. — Мой босс будет доволен такой новости.

Что? Босс? О чём он? Очередные догонялки и переманивание на свою сторону или желание убить до того, пока я не выросла? Проходили, знаем. Вопрос в другом, могу ли я из этого выудить пользу? Тц! Слишком мало информации… Не могу собрать общую картинку воедино.

— Ты такой же как и всегда, Суперби Скуало, — прозвучал спокойный монотонный голос за спиной мечника, который тут же даровал нам надежду. Прямо за спиной длинноволосого стоял Каваллоне Дино с приготовленным заранее кнутом и членами своей семьи. — Разве это правильно, быть настолько грубым к детям?

— Дино?! — ахнули мы с Тсуной.

— Бешеный Мустанг?! — напряжённо произнёс Скуало.

— Если не прекратишь эту мерзкую игру, — угрожающе понизил тон в голосе Дино. — То я буду твоим противником.

На миг Скуало замер, задумываясь над ситуацией. Он явно понимал, что в отличие от нас, школьников, Дино при своих подчиненных довольно крепкий орешек. Если поединок и начнётся, то определить того, кто выиграет — невозможно. Больше пятидесяти процентов того, что он постарается избежать данного столкновения. Вопрос заключается в том — как?

— Во-о-ой! Бешеный Мустанг, убить тебя не составит проблем, — усмехнулся длинноволосый. — Но если я буду драться с членами из союзных семей, то начальство придерётся ко мне. Поэтому… — секунда, и мечник оказался прямо перед нами, схватив правой рукой меня за горло и подняв над своей головой. Всё было так быстро, что я даже моргнуть не успела. — Я просто так не уйду домой!

— Ублюдок! — крикнул Дино, размахиваясь кнутом. — Убери свою руку!

Но что-либо сделать Босс семьи Каваллоне не успел. Перед глазами мелькнула тень, подобно молнии. Ноги не доставали до земли, и приходилось тратить все силы на то, чтобы держаться за руку мечника, иначе мне просто становилось невозможным дышать. В глазах заплясали звёздочки, но тут случилось то, чего никто не ожидал — в Скуало врезалась чья-то нога. Я буквально видела озлобленное лицо мечника и как со всей силы ему в челюсть летит пятка спортивного кроссовка, отталкивая киллера в сторону. И не просто в сторону, а заставляя его кувыркнуться вокруг собственной оси несколько раз, сплёвывая в конце кровь на землю. Казалось, что ещё больше гнева во взгляде просто не бывает, но нет. Теперь Скуало буквально прожигал насквозь того, кто посмел поднять на него… ногу.

— Какого хрена? Улыбка Дьявола?! Что… что наёмнику от меня надо? — рычал мечник.

Отдышавшись, я перевела взгляд на того, кто только что помог мне и буквально обомлела. Передо мной стоял высокий молодой брюнет двадцати двух лет с длинными волнистыми волосами, доходящих до лопаток, что скреплены на затылке тугим хвостом, бронзовой загорелой кожей и ярко-желтыми глазами. На нём была серая спортивная длинная майка, серые широкие штаны и белые кроссовки. Ничего не вызывало в парне опасность. Спортивная фигура, миловидная внешность и детская улыбка, однако то, с каким напряжением смотрел на него Скуало, говорило о многом. Во всяком случае, для меня. Вот только в голове сейчас царил совершенно иной вопрос:

— Р… Рома?!

— Привет, сестрёнка! — подмигнул мне парень. — Извини, немного задержался.

— Сестрёнка?! — произнёс Скуало, а потом усмехнулся. — ВО-О-ОЙ!!! Всё интереснее и интереснее! Я бы с вами и дальше поплясал, но… — парень показал в руках коробочку, что держал ещё недавно Тсуна. — Мне пора!

— Нет! — крикнул в ужасе Базиль. — Кольца Вонголы!!! — он уже хотел догонять Скуало, но рухнул на землю, потеряв сознание. Остатки сил покинули его тело. К парню тут же подбежал Дино, чтобы проверить состояние Базиля.

Всё закрутилось и завертелось. Стоило Скуало исчезнуть за горизонтом, как люди Дино принялись за раненых и больных. Ямамото и Гокудера пришли в себя и подбежали к Тсуне, чтобы узнать, как он и что было дальше, когда они вырубились. Но их строго остановил Реборн, заметив, что уровень их силы не принесёт ничего, кроме беспокойства, поэтому он отправил их домой.

Реборн и мне что-то говорил. Что-то о силе, ранах, моём состоянии, кольцах и так далее. Ничего не слушала. Моё внимание было сосредоточено на Роме. На Серра Роме, на моём старшем брате, который с виноватой детской улыбкой стоял передо мной и чесал затылок. Наёмник? Улыбка Дьявола? Он с Дино? Да… он всё же вступил к нему в семью. Но это ладно… Важно другое.

Игнорируя подбегающих ко мне врачей из семьи Каваллоне, я встала с земли в полный рост. Нога болела ещё сильнее и, кажется, опухла. Да и шея болела, всё же её неплохо сжали, но и это меня волновало в последнюю очередь. Не важно… всё не важно… Спокойно шагнула к Роме. Кто-то что-то говорил. Кажется, Тсуна. У него, как обычно, было куча вопросов, на которые я и сама бы хотела знать ответы. Например:

— Когда? — спросила я спокойным, лишенным эмоций голосом. Никто не понимал, о чём я спрашиваю, но Рома понял сразу. Он всегда всё понимал с первого раза. Улыбка парня исчезла.

— С девяти лет, — в тон ответил он.

— После того случая, — догадалась я, краем глаза смотря на свои волосы.

— Да, — согласно кивнул.

— Э? О чём вы? Что происходит? — протянул Тсуна, но на него никто даже не посмотрел.

— Тсуна, не лезь! — бросил на парня Реборн.

— Понял сам? — спросила я.

— Да, — вновь Рома кивнул.

— Значит, сам… — хмыкнула я, после чего сделала то, чего сама от себя не ожидала. Протянула руку к хамелеону Реборна, тот спокойно запрыгнул мне на ладонь и преобразовался в то, что я хотела. А именно, в бейсбольную биту.

Первый удар пришёлся парню по животу, хотя, кажется, и пах немного задела. Окружающие нас люди одновременно охнули и зашипели, сочувствуя парню. Рома обхватил ушибленное место руками, выдыхая остатки кислорода и, со стоном «Боженька!», сгибался пополам. Второй удар был нанесён по затылку. Парень с глухим звуком, рухнул на землю и больше не шевелился. Леон вновь стал ящерицей и вернулся на шляпу Реборна.

— А!!! — воскликнул Тсуна, хватаясь за голову. — Ты его убила!

— Очень даже надеюсь, — равнодушно бросила через плечо, направляясь в сторону машин скорой помощи семьи Каваллоне. Откуда-то издалека загудела сирена приближающейся полиции. Как всегда «вовремя», не так ли?

Глава 31. Семейные проблемы

Находясь в палате частной больницы, которую арендовала семья Каваллоне, я уже начала привыкать к данному запаху. Больничный запах. Он до сих пор раздражал и был неприятен, вызывая лишние ассоциации, но за последнее время сталкиваюсь с ним довольно часто, так что да — начинаю привыкать.

На белоснежной койке, подключённый к капельнице и медицинской электронной аппаратуре, отслеживающей состояние больного, лежал наш новый знакомый — Базиль. Парень был без сознания, но дышал ровно и, если верить словам Ромарио, его состояние стабильное, а раны не серьёзны. По сути, парню повезло. Хех… я видела, что с ним было, и должна сказать, что парню не просто повезло, а он родился в рубашке. Но… лучше помолчу.

Мне очистили мелкие раны и ссадины от мусора и стекла, вкололи обезболивающие в колено и забинтовали его, стараясь сильно не тревожить. Шею смазали специальной мазью, заверяя, что синяки через сутки сойдут. Так же говорили что-то о таблетках и лекарствах, которые следует принимать, если колено вновь заболит, но я не слушала врача. Хотя врач ли это? Сам в чёрном официальном костюме. Только белые перчатки и марлевая повязка на лице, говорили о его причастности к медицине. Мафиози… Видно это семейный врач семьи Каваллоне.

Ах, не важно. Всё не важно.

Сижу на стуле и смотрю куда-то в пустоту, краем уха прислушиваясь к разговорам Дино, Тсуны и Реборна. Они меня не трогали, но и домой не отпустили. Значит, есть ещё то, что мне следует знать. Вот только всё моё естество кричит о том, чтобы я бежала. Но, как бы там ни было, я во что-то уже серьёзно вляпалась. Настолько серьёзно, что мысли маленько путаются. Вопросы, вопросы, вопросы…

На Тсуне была новая чистая форма, которую всегда с собой таскает Реборн. После того, как парня осмотрели, он подошёл к Базилю и с волнением стал спрашивать о его самочувствии. Парень волновался о том, кого, по сути, даже не знал. Это так похоже на Тсуну.

Мой брат же сидел на другом стуле, что находился около противоположной стенки. К низу живота и затылку парень прижимал по большому тёмно-синему пакету со льдом. Однако недовольный взгляд золотых глаз был уставлен на меня. Видно, не этого приёма он ожидал от меня, спустя столько времени. Сколько мы друг друга не видели? Пожалуй, по меньшей мере, два-три года, а то и больше. Но сейчас я полностью его игнорировала. Делала вид, что парня не существует. Пустое место. И вообще, надо было бить по-сильнее. Даже минуты не прошло, как он очухался.

— Кто он? — спросил неуверенно Тсуна, смотря на Базиля. — Он… тоже член Вонголы?

— Нет, — ответил спокойно Дино. — Он не часть Вонголы. Но можешь быть уверен, он на твоей стороне.

— Что?! Да что происходит? — воскликнул Савада, демонстрируя оставшуюся панику. — Тот тип из Вонголы, но он враг. А этот… В смысле, — немного успокоился. — Я имею в виду, мне не нужны ни враги, ни союзники.

— Но, Тсуна, ты больше не можешь так говорить, — вздохнул Дино, улыбаясь с лёгкой грустью.

— Потому что кольца пошли в движение, — пояснил Реборн, и я посмотрела на него. Опять упоминают эти кольца. Что в них такого особенного? Разглядеть их толком не успела, но тот мечник готов был не то что убить, а сам умереть ради них.

— Эти кольца, — задумался Савада, посмотрев на меня, словно мысленно ожидал какого-то подтверждения. — Этот парень тоже что-то говорил о них, но… — вновь посмотрел на Реборна. — Это то, что украл длинноволосый парень, да?

— Да, — согласно кивнул малыш. — Их точное название — Половинные Кольца Вонголы. Это сокровище Вонголы, которые хранились последние три года в специальном месте. Эти кольца настолько ценные, что их цену невозможно определить, и это ещё не всё. За всю историю Вонголы, неизвестно, сколько крови было пролито ради этих колец.

— Что?! Серьёзно?! — в ужасе отскочил назад Тсуна, в один момент напрягая всё тело, но потом расслабился и заулыбался: — Просто прекрасно, что тот длинноволосый забрал их!

— Не совсем, — отозвался Дино, широко улыбаясь, и просунул руку во внутренний карман осенней куртки. Секунда, и вот он уже держит туже самую коробочку с эмблемой Вонголы, которую утащил с собой Скуало. — Они у меня здесь.

Вот чёрт! Значит те, что унёс с собой длинноволосый итальянец — подделка. Дерьмо! Хуже просто не придумаешь. И чему Дино так радуется? Когда подделку обнаружат, уверена, что он вернётся, и на этот раз жалеть нас не станет. Но свои мысли озвучить я не успела, так как на Саваду вновь нахлынула волна паники. Видно, он подумал о том же.

— Что?! — вопил парень. — Откуда они здесь?

— То была подделка, — мягко произнёс блондин. — Это настоящее. Я ради этого и приехал в Японию. Кое-кто попросил передать их тебе.

— Э? Снова мне?! Почему мне? Эти ужасные кольца! — Тсуна весь побледнел от страха и вспотел. Шаг за шагом принялся направляться в сторону выхода, размахивая перед собой ладонями, отказываясь принимать посылку. — П… Прекрати!!! — нервы не выдерживали, и Тсуна начал заикаться. Даже он понимал, что за этим последует. Я его не виню. Ещё удивляюсь тому, как он сохраняет рассудок, и от паники пена изо рта не пошла. — Аха-ха-ха! — наигранный смех. — Я должен возвращаться домой и готовиться к занятиям! Мне лучше заниматься усерднее!

— Что? — не понял Дино, немного шокированный поведением Савады. — Тсуна, подожди!

— Ладно, увидимся, Дино-сан! — Тсуна направился к выходу, бросая на меня вопросительный взгляд. Я лишь украдкой кивнула, давая понять, что всё нормально. — Реборн, я первым вернусь назад. Всем до встречи! И… — остановился напротив Ромы, про которого, кажется, вообще все забыли. — Очень рад с вами познакомиться, Рома-сан, — быстрый поклон. — Всего доброго.

Парень исчез за дверьми палаты.

В помещении воцарилась тишина.

— Он думает, что может избежать этого? — удивился блондин. — O mio Dio! Дар, — обратился ко мне, протягивая коробочку с кольцами. — Ты должна поговорить с Тсуной, и убедить его изменить своё решение. Он прислушивается к тебе.

— Должна? — усмехнулась я, с усталостью посмотрев на парня. — Тебе, Каваллоне Дино, я ничего не должна, — спокойно встала со своего стула, подойдя к койке, на которой спал Базиль. — Он говорил, что передать кольца ему велел некий Мастер. Думаю, тот же человек отдал оригиналы тебе. Кто это был? — посмотрела на Дино.

— Ты его не знаешь, Дар, — тут же бросил Реборн. — Это Внешний Советник семьи Вонг…

— Отец Тсуны? — перебила я малыша. — Хах, вот уж сюрприз, так сюрприз, — все несколько напряглись от того, что я знаю о таких подробностях. Конечно, ведь даже Тсуна толком не знает, кто его отец, но я знаю.

— Дар, что ещё тебе известно о Саваде Емицу? — насторожился малыш. Мрачная тень от шляпы легла на его глаза. Реборн был несколько удивлён, но лишь секунду. Видно, Аркобалено тоже смог сложить два и два, чтобы понять, откуда у меня сведения.

— Достаточно, чтобы понять, что он дерьмовый Советник, — бросила я. Такого Дино не ожидал. В шоке разинул рот и смотрел то на меня, то на Реборна. Но никто перебивать не стал. — Я не знаю этого Базиля, но в одном точно уверена — он доверял своему Мастеру. Во всём. Но тот сделал из него мишень. Грубо говоря, подставил своего ученика. Более того, вручив фальшивые кольца, не предупредил об обмане. Уверена, если бы этот парень, знал, что он приманка, всё бы было по-другому.

— Дар, я понимаю тебе его жалко, но пойми, — начал Дино мягким тоном, делая медленный шаг в мою сторону, — Уверен, что это было очень тяжёлое решение — послать своего ученика…

— Дино, ты — идиот, — это был не вопрос, а констатация факта. Устало вздохнула, проведя рукой по волосам и зачёсывая их назад. Подушечками пальцев тут же нащупала песок и небольшой мусор, что остался после происшествия. Хочу в душ. Блондин был в неком недоумении. В принципе, я всегда называла его идиотом, но тут он просто не мог понять, что не так? Придётся пояснить. — Повторяю, я не знаю, кто это, и мне на него абсолютно наплевать. Даже если он сейчас умрёт — всё равно. Однако из-за глупости Внешнего Советника враг узнал о Тсуне и обо мне. А ведь ранее Скуало не обладал данной информацией. Но нет. Заметив нас, Базиль сразу же постарался исполнить миссию. Из этого можно сделать вывод, что Савада Емицу даже не надеялся, что Базиль доберётся до Японии и столкнётся с нами. Мысленно он похоронил своего ученика. Однако если бы тот дал понять, что кольца фальшивые, уверена, Базиль бы сделал всё, чтобы направить врага по ложному пути.

— Подожди, Дар, — произнёс блондин, делая ещё несколько шагов в мою сторону. — Ты слишком поспешно делаешь выводы. Думаю, этому есть и другое объяснение.

— А ты наивен! — вновь усмехнулась я. — Спустись с небес на землю, Дино. Тем более, что Скуало, как только обнаружит подделку, непременно вернётся за оригиналом. Вот только на этот раз не один, — Реборн нахмурил брови. Он ничего не говорил и не спрашивал, но видно малыш хотел знать, почему я так уверена в своих словах. — В этот раз он отступил, так как увидел Босса семьи Каваллоне со своей свитой. Видно, Скуало о тебе наслышан, от того и решил помедлить с поединком. Понял, что на нашей стороне довольно сильные противники, с которыми в одиночку он не справится. Не знаю, сколько у нас времени, но он вернётся с подмогой за этими кольцами. И вот тогда…

— Десять дней, — неожиданно подал голос Рома, что до этого молча сидел в стороне. Все покосились в его сторону. — У нас десять дней, прежде чем подделку обнаружат.

— Тц! — фыркнула я, чувствуя очередную волну злости, которую довольно трудно сдерживать. — Откуда такая информация?

— Потому, что подделку сделал я, — спокойно пояснил Рома, смотря мне в глаза и улыбаясь. — У нас десять дней, но не больше. Возможно, немного меньше. Скуало вряд ли будет передвигаться по воздуху, значит, выберет морской транспорт. Путешествие до Италии займёт три дня. Четыре дня на обнаружение подделки, и ещё три дня на возврат в Японию за оригиналом. И того — у нас десять дней.

Поясняя всё это, брюнет улыбался ещё шире и искренне. Он был рад от того, что я наконец-то заметила его присутствие. Однако меня эта смазливая улыбка только раздражала. Хотелось вновь схватить Леона и огреть его хорошенько. Моя отработанная жизнью схема, когда я все плохие эмоции скидываю в воображаемый стеклянный ящик — не работала. За сегодня там скопилось уже слишком много всего, и места просто нет. Не влезает. Злость на брата просто так не унять.

— Мне всё равно, — бросила я, строго поворачиваясь к выходу. — Просто, когда они придут, отдайте кольца, и мы избавимся от проблем.

— Что? Дар! — Дино взял меня за плечо, пытаясь остановить. В другой руке он до сих пор сжимал коробочку с кольцами. — Дар, так нельзя. Ты и Тсуна…

— Руку убрал! — гневно произнесла я, не повышая тона. Что-то произошло, и Дино слегка вздрогнув, отступил назад.

— Ну и ну! Какой проблемный ребёнок, — усмехнулся блондин. — Однако, понимаю, ты имеешь право на меня злиться.

— Проблемный ребёнок? Имею право? Хех, — очередная усмешка. — В прошлый раз я по-человечески тебя попросила не связываться с ним. И ты сказал, что так и сделаешь. Но что я вижу?

— Всё совсем не так, — попытался оправдаться блондин. — Знаю, как это выглядит, но об этом мы поговорим чуть позже. Для начала обсуди это с Тсуной. Он должен принять кольца.

— Нет, — спокойно дошла до двери, взявшись за ручку. — Тут я с Тсуной полностью согласна. Какими бы не были дорогими эти кольца, не думаю, что они стоят хотя бы одной человеческой жизни. Драгоценности, они и в Африке драгоценности. Ничего особенного. Оставь эти кольца себе, Дино. Либо выкинь в ближайшей урне. А я, как и мой Босс, пойду домой, делать уроки.

Покинула больничную палату, тихо закрыв за собой дверь.

Пока шла домой, прекрасно знала, что за мной увязался хвост. Рома также покинул больницу и начал преследовать, толком не скрываясь, но всё равно сохраняя дистанцию. Вечерело, и поднялся сильный ветер, но этот парень, был спокоен, хотя одет всего в одну спортивную майку. По сути, плечи, грудь и спина открыты. Любой нормальный человек почувствовал бы лёгкий дискомфорт. Осень всё-таки.

Хотелось крикнуть и послать его как можно дальше, но если я это сделаю, то продемонстрирую, что замечаю его, а этого допустить нельзя. Как же он меня злит. Чёрт! С девяти лет! С девяти, чёртовых, лет он обо всём знает! Как? Как он всё это время скрывался от родителей, если жил с нами под одной крышей до шестнадцати лет? Хотя, Рома гений, не удивительно, что ему это удавалось скрыть. Но как он всё понял? Откуда добывал информацию? Да и вообще, что произошло? Кто он сейчас? Наёмник? Серьёзно? Мой старший брат, вечный гуляка и бабник, наёмник?

А родители… Они ведь ничего о нём не знают. Скрывал о себе? Зачем? Кто он вообще такой? Если подумать, то я этого человека и не знаю. Общались каждый день и по сети, и по телефону, но… Я не знаю, кто он. Можно ли ему верить? Хотя, о чём это я? Это же Рома! Но… Улыбка Дьявола? Почему ему дали такое прозвище? Он всегда улыбается. Даже сейчас засунул руки в карманы спортивных серых штанов, оглядывается по сторонам, осматривая достопримечательности, и улыбается. Вот чего он улыбается? Сам ещё ходит, как ковбой с седлом между ног, но улыбается. Видно, кое-что ценное до сих пор болит. Хех, надо было сильнее бить, чтобы даже стоять не мог. Жаль, сил тогда не было.

Дошла до своего дома и закрыла за собой калитку, бросив угрожающий взгляд на Рому. Парень остановился и нахмурился.

— Ой, да ладно! — воскликнул парень, на русском языке. — Дар, прекращай дуться. Это тебе не идёт.

— Зайдёшь во двор, и я тебя ещё раз битой огрею, — спокойно произнесла я.

— У тебя есть бита? — насторожился парень.

— Подарили на прошлый день рождения. Хочешь проверить? Рискни, — злобно усмехнулась.

— Ну, Да-а-ар… — протянул он, капризничая на манер маленьких детей.

Рома симпатичный парень с довольно женственными чертами лица и атлетическим телосложением. Уверена, что многих девушек это бы сразило на повал. От одной его улыбки они бы потеряли головы. Но я… Меня такими фокусами не купишь. Спокойно повернулась к нему спиной и ушла в дом, закрыв за собой дверь на замок.

— Ну, ёлки-палки! — донеслось с улицы. — Дар! Нам надо поговорить! Дар! ДАР!

Ага, поговорить он захотел. Нет уж… в последнее время от моего семейства одни только проблемы. Не хочу. Нет, даже не просите. Уверена, что бы Рома не захотел мне сказать, это не кончится ничем хорошим. Более того, думаю, что попытаюсь убить собственного брата, так как его счастливая физиономия меня буквально бесит. Ох, давненько я такого не чувствовала. В своё время Рома меня специально доводил до белого каления, чтобы увидеть мои эмоции. Разве это нормально? Брать и целенаправленно злить меня. Причём какими-нибудь глупостями. Зато добившись своего, парень был просто безумно счастлив. Этого я тоже не понимала. Чему тут радоваться? Я могла долго на него злиться. Зачастую это кончалась синяками и царапинами.

Начало темнеть. Включила телевизор и уселась на кровать с тарелкой шоколадных хлопьев. Обычно они меня успокаивают, но сегодня… как-то слабовато.

— Да-а-ар, — донеслось через слегка приоткрытую форточку. — Тут холодно.

Вот и отлично. Надеюсь, ты себе всё отморозишь, что надо.

— Дар, тут кругом комары.

И утром я встречу высушенную мумию.

— Дар, ну разве так встречают любимого старшего братика? А? — вопил он. — Япония тебя изменила. Вон, какая стала… С родными не здороваешься.

— Да он издевается!!! — уже не выдержала я, откинув тарелку с хлопьями в сторону, разбросав содержимое по всей постели. Встала на ноги и закрыла поплотнее форточку, чтобы не слышать его воплей. Кажется, братец заметил это движение, так как следующее, что я услышала было:

— Миллионы, миллионы, миллионы алых ро-о-оз!!!

— О, нет! — это был конец.

Рома начал петь. Только не это, прошу. Что угодно, но только не его песни. Нет-нет! Я этого не выдержу. Парень сам по себе симпатичный и даже, возможно, в какой-то мере, сексуальный. Но вот голос его… словно сам дьявол играет на скрипке сотканной из одних сплошных нервов. Никакого слуха или музыкального таланта. Это сущая пытка. Особенно для тех, кто любит музыку.

Вновь подбежала к окну и открыла его настежь.

— Замолчи! — приказала я, буквально срываясь на рык.

— Из окна, из окна, из окна видишь ты-ы-ы!!! — ещё громче продолжал Рома, усевшись на землю, облокотившись спиной к моему забору, посмотрев на ночное небо, где только-только начали появляться звёзды.

— Я вижу только мудака, что не может заткнуться! — чёрт, чтобы в него такое кинуть тяжёлое? Может посуду? Или кастрюли? Всё равно ими не пользуюсь.

— Кто влюблён, кто влюблён, кто влюблён и в серьё-ё-ёз!!!

Ох, нет… к этому меня жизнь не готовила. Из соседнего здания вышла перепуганная соседка с болтающимися бигуди на седых волосах. М-да… Теперь об этом происшествии будет знать вся улица. Конечно. Только этого мне и не хватало.

— Рома, что ты хочешь? Деньги? Драгоценности? Технику? — докатилась. Начинаю с ним торговаться. Но он прям террорист. Прижал меня к стенке.

— Хм… — протянул парень, оборачиваясь. — Хочу принять душ, покушать и провести ночь в тепле.

— Отлично, — фыркнула я. — Закажу и оплачу тебе номер в отеле.

— Тц! — недовольно фыркнул парень и, вновь повернувшись в сторону ночного неба, продолжил горланить: — ВСЁ ТАК ЖЕ ИГРАЕТ ШАРМАНКА-А-А!!! В ПАРИЖЕ ОНА…

— Задолбал! — отчаянно вздохнула я, пряча глаза в раскрытой ладони. — Ну, почему? Почему меня вечно окружают либо идиоты, либо садисты? Чёрт с тобой! Заходи!

Одного раза было вполне достаточно. Рома резко вскочил на ноги и со спортивной лёгкостью перепрыгнул через забор. Нет, чтобы как обычные люди, открыть калитку и нормально войти во двор. Так нет же! Нужно обязательно покрасоваться и продемонстрировать себя во всей красе. Причем неважно перед кем. Перед толпой юных красавиц или перед той соседкой бабкой-кошатницей. Рома… в любое время Рома.

Открыла дверь и отошла в сторону, пропуская парня в помещение. Но братец подумал, раз я его приглашаю, то всё, мы вновь друзья навек. С распростёртыми объятиями попытался меня обнять.

— Какого чёрта? — злобно бросила я, делая шаг назад. — Ванна там, — указала на нужную дверь. — Полотенца найдёшь в шкафчике сверху. Еда в холодильнике. Что делать дальше, знаешь сам.

— Боже… — вздохнул парень, с некой ленью потягиваясь и задевая потолок ладонями. Он довольно высокий. Метр девяносто с хвостиком. И уверена, это ещё не предел. Рядом с ним я выгляжу как карлик или ворчливый гном, но мне всё равно. Он всегда был выше меня. Да и итальянская кровь в нём сразу бросалась в глаза. Вот только он никогда раньше не был таким загорелым. Это из-за того, что лето провёл в Европе? — Дар, ты такая холодная… Ну точно, Каспер!

— Меня тут так не называют, — бросила я, закрывая за парнем дверь. — Максимум «Призрак» или «Зомби».

— Зомби?! — усмехнулся парень. — Это что-то новенькое! Учитывая, как ты их «любишь»… Хе-хе-хе!

— Закончил? — недовольно скрестила руки на груди. — Или уже душ не нужен?

— Нужен-нужен, — тут же замахал он руками, сдаваясь.

На лице брюнета промелькнула некая усталость и грусть, но потом, вздохнув, он побрёл в ванную комнату, даже не удосужившись запереть за собой дверь. Чёрт, если разведёт на полу лужи глубиной с японское море, я вытру их его же шевелюрой. Отрастил патлы, чтоб его! Казанова чёртов!

Вернулась к кровати и принялась сметать все хлопья обратно в тарелку. Лежать на такой постели просто невозможно. В принципе, я не привереда, но всё же предпочитаю еду есть, а не валяться на ней. За спиной послышались шлёпающие шаги. Кажется, брат уже успел искупаться. Сколько минут то прошло? Пятнадцать? Быстро он. Прям армейская сноровка.

— Кхе-кхе, Дар… — начал Рома, но я не оборачивалась. Продолжала сметать хлопья в тарелку. — Дар… тут такое дело…

— Ничего не хочу знать, — сразу оборвала парня. — Умолкни и иди на кухню.

— Да нет, я не об этом! — тут же отозвался парень. — Просто… ну… Дар, мне надо…

— Свалить из этого дома? Дверь не заперта, — так, вроде бы все хлопья нашла. Да, теперь тут чисто и можно лежать.

— Может, уже прекратишь?! — взревел Рома, повысив тональность в голосе. Это меня разозлило и, резко повернувшись в сторону парня, готовилась запустить в него собранными хлопьями, но замерла.

Картина, что открылась передо мной, выветрило все посторонние мысли, включая агрессию. Рома стоял около дверей в спальню, одной рукой поправляя длинные волнистые тёмные волосы, с которых на пол крупными каплями скатывалась вода, а другой рукой, держался за края небольшого белоснежного полотенчика, прикрывающего его бёдра. М-да… По правилам любого жанра кино, я должна почувствовать хоть что-то. Смущение из-за того, что брат голый, злость из-за того, что вода капает на деревянный пол, обиду, что он, в принципе, тут стоит… да вообще что-то! Но… нет. Ничего этого не было.

Правда на кое-что я обратила внимание, а именно на многочисленные тонкие шрамы, что были с правого боку, чуть ниже рёбер. Трудно сказать, что это, но больше похоже на ножевые ранения. И не одно, а ран пять, как минимум. Его ударили ножом? Судя по тому, насколько шрамы светлые, это произошло не меньше трёх лет назад. Хм… А это произошло не тем летом, когда он вновь задерживался из-за своих практик? У Ромы видно много секретов.

Далее я заметила ещё одну деталь, которой точно никогда не было. Небольшое тату на груди, чуть левее, где находилось сердце. Это был месяц. Своей формой он очень напоминал моё родимое пятно на шее. И зачем он его сделал? Э-э-эх… сколько вопросов. И ни одного ответа. Совершенно ни одного. Ай, к чёрту его!

— Чего встал? — холодно бросила я. — Взял швабру, тряпку и вымыл то, где наследил.

— Дар, мне нужна твоя одежда, — вздохнул Рома, а потом сам смутился от того, что ляпнул.

— Хех, — рефлекторно вырвалось у меня, но я тут же попыталась скрыть улыбку. — Да уж, думаю, если соседка увидит тебя в таком виде… Одними сплетнями не обойдусь. Ладно, терминатор, сейчас что-нибудь подберу.

Мы сидели в гробовой тишине.

Все попытки Ромы заговорить, я тут же обрывала без сожаления и жалости. Если пытался приблизиться, швыряла в него всё, что только попадалось под руку. Парень не сдавался, пока это «что-то» не оказалось кухонным ножом. Теперь он сидит в спальне перед телевизором, а я на кухне с ноутбуком. Но это не всё. Из одежды он у меня получил футболку и шорты, которые более-менее подошли по размерам. Сама не знаю, зачем купила эти тряпки. Просто в тот момент показались забавными. Но теперь, видя, как переливается на животе парня улыбающийся розовый единорог с радугой из задницы, понимаю, что это была покупка года. Да и тёмно-синие шорты с белыми косточками, которые обычно рисуют в мультиках, как лакомство собак, тоже сыграло свою роль. Эта одежда Роме не понравилась. Прям с первого взгляда. Но лучше так, чем с голым, незагорелым задом.

Сейчас было около четырёх часов ночи. Парень спать не ложился и, если судить по бодрому взгляду, даже не собирался. Вечно косился недовольный в мою сторону. Потом в какой-то момент он встал и пропал с поля моего зрения. Минуту что-то делал в комнате, откуда доносилось непонятное шуршание, а после вышел и спокойно направился на кухню.

— Мне это надоело, — произнёс парень, встав около дверей. — Нам надо поговорить.

— Я не хочу с тобой ни говорить, ни слушать, ни даже видеть. Исчезни! — небрежно махнула рукой, словно пыталась согнать назойливую муху, и вновь посмотрела на экран ноутбука.

— Так, Дар, давай уточним этот вопрос по-старинке, — теперь парень не улыбался, а в его ярко-жёлтых глазах читался вызов. Я знала, о каком вызове речь. Так в детстве мы часто решали споры и разногласия. Но не думала, что он и сейчас этот приём решит применить.

— Серьёзно? — усмехнулась я. — Ты хоть знаешь, кем я подрабатывала последние полгода?

— Знаешь ли я тоже сложа руки не сидел, — вызывающе фыркнул Рома. — Или ты таким образом признаёшь себя проигравшей?

— А теперь пытаешься взять меня на «слабо»? Рома, тебе сколько лет? — левое веко немного задёргалось. Я опять начинаю злиться. Кажется, где-то рядом лежал половник. Интересно, половники хорошо летают?

— Так «да» или «нет»? — всё ещё не сдавался парень. — Я готов. Только скажи.

— Если ты выиграешь, то мы поговорим, — задумчиво произнесла я, понимая какие на кону ставки. — А если выиграю я?

— Заткнусь навсегда, — спокойно произнёс парень.

— А ты самоуверен.

— Ну, так ты согласна? — Рома встал в деловую позу, скрестив руки на груди и бросая на меня надменный взгляд.

— Хех, потом не пожалей о решении, — усмехнулась я, вставая с кухонного стула. — Давай! Решим всё раз и навсегда.

Мы вернулись в спальню и сели друг напротив друга на колени. Ко всему, в дополнение, я повязала на лоб специальную белую повязку, чтобы она впитывала пот и не мешала мне работать. Рома сделал то же самое. Оба буквально прожигали друг друга взглядом. Готовились к поединку. В итоге, парень положил перед нами два джойстика от моей компьютерной приставки, два одинаковых небольших набора отвёрток и таймер, который смастерил сам.

Он представлял собой коробочку с двумя циферблатами и двумя небольшими красными кнопками сверху. Я знала это устройство. Рома его сделал ещё в то время, когда мы жили вместе в России. Сколько же ему лет, точно и не скажу, а парень до сих пор таскает это старьё. Хотя, кажется, он просто переделал таймер, который был создан для игры в шахматы. Мы одновременно вытянули руки над красными кнопками, но пока не касались их. Последний взгляд на противника. Уступать, пусть даже и старшему брату, в данном мастерстве, я не желаю.

Сердце стало биться быстрее. Давненько я такого предвкушающего азарта не испытывала. Мы словно ковбои из старинных фильмов. И если судить по тому, как сосредоточен взгляд Ромы, то он также чувствует некое волнение. Уверенность в своей бесспорной победе немного померкла.

— На старт… — протянул медленно Рома. Наши пальцы, что повисли над кнопками, немного задрожали.

— Внимание… — продолжила я. Ладони стали слегка потеть.

— МАРШ! — крикнули одновременно и ударили по кнопкам.

Стрелочки отклонились в сторону и начали отсчитывать секунды. Но, более того, заиграла музыка, которая действовала и бодрила лучше любого кофеина — AC/DC — Eye Of The Tiger. С первых же аккордов наша скорость возросла в разы. Правила соревнования просты — разобрать джойстик по болтикам и винтикам. Полностью. Как только ты заканчиваешь — вновь нажимаешь на кнопку таймера и останавливаешь свою сторону часов. Главная задача разобрать и разложить как можно удобнее, чтобы потом собрать.

Первым на кнопку нажимает Рома. Я — спустя три секунды.

— Ха, отстаёшь, — усмехнулся брат, смотря на циферблат. — Видно, тебе ещё учиться и учиться.

— Это только начало, — бросила я, ещё сильнее злясь. — Приступаем ко второй части.

— Хм! — фыркнул парень, будучи уверенным в своей победе. — Начали!

Вновь нажали на кнопки и в ускоренном темпе принялись собирать джойстик воедино. Вот только на этот раз, я точно знала, где и что у меня лежит, а вот у Ромы всё было в некотором беспорядке. Перед тем как собрать, нужно было отыскать болтики и небольшие схемы. Да и учитывая, что у меня руки меньше, с небольшими деталями я справлялась значительно ловчее, чем он. В итоге, во втором туре проиграл Рома. Но также ровно на три секунды. Пока ничья.

Остался последний шаг — проверить работают ли джойстики. Если кто-то что-то напутал в чипах или микросхемах, то, естественно, работать он не будет. Это и решит, кто окончательно победитель. Встав, подошли к компьютерной приставке, включили телевизор и выбрали самую первую же попавшуюся игру на двоих. Кажется, это был Mortal Kombat. Точно не уверена, так как даже не вчитывалась в название игры. Меня уже радовало то, что мой джойстик работал. Ха!

Но и джойстик Ромы работал. Чёрт! Опять ничья! Уже хотела выключить игру и вновь вернуться на кухню. Братец был также недоволен положением. Просто напоследок взяла и ударила персонажа, которого выбрал брат. Чтобы не так обидно было. Всего один раз, и я бы тут же выключила приставку. Но нет… брат ответил тем же. Более того, сама не заметила, как мы уже долбили каждый по своему джойстику и старались убить друг друга в игре. Желание победить охватило нас с головой. В комнате стояла тишина, и только щёлканье по кнопкам, злобное пыхтение и негромкое «БДЫЩ» со стороны динамиков телевизора, нарушали её.

Неожиданно я почувствовала, что за нами наблюдают. Остановилась и посмотрела в сторону окна. Там, в ночной темноте кто-то стоит и смотрит на нас. Причём ещё не понятно, какие у него намерения. Он опасен? И да, и нет одновременно. Кажется, Рома тоже это почувствовал, так как уже через секунду он одной рукой оттолкнул меня назад, чтобы я перевалилась через кровать и грохнулась на пол. Сам же парень откуда-то достал пистолет. Самый настоящий! Но откуда? Откуда, чёрт возьми?! На нём была только моя одежда!

Прогремел грохот тройного выстрела. Пули разбили оконное стекло, но, похоже, Рому это мало чем волновало. Он пригнулся и приблизился к подоконнику, стараясь лишний раз не выглядывать. Улыбка вновь вернулась на его лицо.

— Внешний Советник! — крикнул парень в проделанную им же дыру в стекле. — Я знаю, что это ты! Только тебе придёт в голову подкрадываться ночью к семейству Серра. Покажись, или разговор продолжит мой пистолет.

— Эй-эй! Не горячись, парень! — послышалось со стороны улицы. — Я лишь дряхлый старик, у которого милейшая жена и чудный сын. Сражаться, не намерен! Опусти оружие, Улыбка Дьявола!

— Ты всегда сначала стреляешь и только потом, вопросы задаёшь? — злобным шёпотом спросила я, выглядывая из своего укрытия.

— Хм-м-м… Да, — пожал он плечами. — Осечек пока ещё не было. Да и разговор сразу же более продуктивным становится.

Во входную дверь постучались.

— Серра Дарья, — произнёс Емицу. — Мне необходимо поговорить с тобой. Не впустишь своего будущего свёкра?

Мне всё с каждой секундой это больше и больше напоминает фильм ужасов. И после этой фразы обычно кто-то умирает. В основном самая глупая и наивная жертва. А ещё та, которая произносить самую тупейшую фразу: «Нам надо разделиться». И даже зная всё это, я всё равно выхожу из своего укрытия и подхожу к входной двери, открывая её. За моей спиной тут же появился Рома, молча выставив пистолет перед собой и готовясь выстрелить в любой момент.

Перед нами показался высокий худой мужчина средних лет. Со светлыми короткими волосами и в одежде шахтёра. Оранжевые штаны, белая майка, кирка за спиной и жёлтая каска в руке. При виде меня и Ромы он несколько удивился и настороженно сделал шаг назад, подняв пустые руки перед собой. Каска упала на пол.

— Ну-ну, ребята! — улыбался мужчина. — Разве мы с вами не в одной лодке? Я действительно пришёл только поговорить.

— Ром, убери пистолет, — бросила я через плечо. Парень какое-то время всё ещё держал оружие перед собой, направляя ствол в сторону Савады Емицу, но потом медленно опустил его.

— Что ж, поговорим, — фыркнул парень, всем видом демонстрируя недоверие.

Закипел чайник, что дало возможность залить в три кружки с заранее заготовленными пакетиками чая кипяток. Поставила их на кухонный стол перед каждым посетителем, включая себя.

— Хм? А покрепче есть что-нибудь? — улыбнулся мужчина. — Чай в четыре часа ночи?

— Кофе кончился, алкоголь не употребляю, — холодно бросила я, присаживаясь за стол напротив Емицу. Рома решил встать около прохода за спиной гостя, перекрывая тем самым путь к отступлению. — Предпочитаю мыслить на трезвую голову.

— Пф! Саке не алкоголь, — возразил мужчина. — Это волшебная вода!

— Неужели? — усмехнулась. — Теперь ясно как действует Внешний Советник семьи Вонгола. Не удивительно, что план с доставкой колец провалился, и Базиль теперь лежит без сознания.

Улыбка мужчины тут же исчезла, а взгляд стал жёстким, словно стальная бритва. Видимо, моё замечание задело его.

— Не говори того, чего не знаешь, — строго бросил он. — Я действовал, исходя из возникшего тогда положения. Не желаю выслушивать недовольство от школьницы, которая даже пороху толком не нюхала. Вполне хватило и Реборна, что уже успел прочистить мне мозги по этому поводу. Кстати, удивлён, что малыш Аркобалено так сильно прислушивается к тебе. Сколько лет его знаю, злым видел всего раза три, не больше.

— Ну, — взяла чайную ложку и начала медленно помешивать чай, дожидаясь, когда же он остынет. Изредка окунала ложку, стараясь потопить чайный пакетик, который то и дело всплывал на поверхность. — Ко мне многие прислушиваются. Не только Реборн, но и ваш сын — Тсуна. Однако не могу понять, что «вам» нужно от меня?

— Всё просто, — мужчина полез в карман оранжевых штанов, что-то выискивая. Рома тут же шагнул в сторону Савады, кладя ладонь на его плечо, словно предупреждая — без резких движений. — Успокойся, Улыбка Дьявола. Как я уже говорил, не намерен драться. Откуда столько недоверия к обычному старику, как я? — мужчина улыбнулся.

— Ну как же? — вздохнула я, откидываясь на спинку стула. — Думаю, Рома осведомлён в том, что вы в своё время голосовали за моё уничтожение. Признаюсь, я вам тоже несколько не доверяю. Ах, и ещё, — добавила я, видя настороженность и непонимание во взгляде Емицу. — Мама просила передать, чтобы вы вернули покерный должок.

— Мама? Василиск?! Ха-ха-ха! — мужчина засмеялся. — Ну, теперь всё понятно. Хорошо, — теперь во взгляде Савады Емицу не было волнения или непонимания. Одна уверенность и… надежда? Мужчина поднял раскрытые ладони перед собой. — Клянусь Вонголой, я не причиню тебе вреда, Серра Дарья. И тебе тоже, Серра Роман. Я безоружен, можете проверить. То, что я принёс, находится в правом кармане, — повернулся в сторону Ромы. — Проверь.

С небольшим сомнением, Рома всё же сунул руку в карман мужчины и вытащил оттуда небольшое кольцо. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что это одно из тех колец, которое я видела в коробочке. Зачем Емицу принёс его сюда.

— Значит, всё решено, — задумчиво бросил Рома, рассматривая кольцо. — Не рановато ли?

— Обстоятельства припёрли нас к стенке, — вздохнул Емицу, слегка поникнув. — Не забывай, что Десятый — мой сын. И одногодка Дарьи. Но рано или поздно это должно было случиться.

— Случиться, что? — нахмурилась я.

Рома шагнул ко мне и передал кольцо. Теперь я смогла рассмотреть его получше. Он был сделан из какого-то странного тёмно-серого сплава. Точно из какого, сказать не могу. Тяжёлый. Даже слишком. Значит, не серебро. Наверху не было драгоценных камней. Однако имелась небольшая фигурка напоминающая половину щита, на которой проглядывался рисунок. Он был не целым, но, кажется,

это был какой-то шарик или круг. Точка? Не знаю. А может тут что-то было?

— Серра Дарья, — начал Емицу, немного строгим голосом. — Я хочу, чтобы ты взяла это кольцо и отныне считалась одним из Хранителей Десятого Вонголы — Савады Тсунаёши.

— Хранителем? Я? — мысли путались. — А разве я не считаюсь уже его невестой и Советником.

— Это практически одно и то же, — кивнул мужчина. — Ты станешь Хранителем Луны. Та, кто освещает путь, в кромешной тьме.

— Хранителем… Луны? — взгляды Емицу и Ромы были такими серьёзными, что я не смогла сдержаться и в голос засмеялась, уронив голову на стол. — Пха-ха-ха!!! Вы хоть себя слышите? Хранителем? Луны? Я вам что, Сейлор Мун? Несу возмездие во имя Луны! Ха-ха-ха!!! Сейчас сделаю два хвостика на голове, надену матроску и побегу охранять Тсуну!

— Это не шутка! — повысил тон мужчина.

— Да вы спятили!!! — тут же крикнула я, резко ударив рукой по столу и встав со стула, нависая над собеседником сверху. — Какой к чёрту Хранитель? Избавьте меня от этой ереси! За кольцами вернутся меньше чем через две недели, а вы лично вручаете мне одно из них! По-вашему это нормально? Пускай его стоимость дороже, чем у картины Мона Лизы в Лувре, мне плевать! Не думаю, что смогу утащить все деньги на тот свет. Так что, — передвинула кольцо к Саваде старшему. — Забирайте побрякушку и уходите.

— Дар, ты уже приняла решение вступить в семью Вонголы в качестве Советника, — настаивал мужчина. Стоп! Откуда ему это известно? — Сама предложила это Тсуне, разве не так? — Да откуда он это знает? Тогда нас было только двое. Нет… Трое. Но сомневаюсь, что Хибари об этом поведал. Значит, нас подслушивал кто-то четвёртый? Реборн?

— Давайте кое-что уточним, — тут же успокоилась я и мило улыбнулась. — Я согласилась стать Советником исключительно для Тсуны. Не для Девятого, не для вас, не для всей семьи Вонголы. Только для Тсуны.

— В таком случае, — кольцо вновь было передвинуто в мою сторону. — Возьми его. Ради Тсуны, — не успев дать мне ответить, Емицу встал из-за стола, так и не притронувшись к чаю. С улыбкой надел на голову свою шахтёрскую каску. — Ну, я пошёл. Нужно и остальным Хранителям кольца передать.

— Подождите! — попыталась я остановить мужчину, но он довольно быстро дошёл до выхода. Более того, Рома его не задерживал. Уже нет.

— Надеюсь, что в предстоящей битве ты также будешь на стороне Тсуны, Дар, — бросил напоследок Емицу и тут же исчез, закрыв за собой дверь.

— Вот же… — как там мама про него говорила? А, точно! — Хитрожопый засранец!

Час от часу не легче.

Теперь у меня одно из колец, ради которых тот Скуало чуть не убил нас в центре города. Буквально чувствую, что в руке не обычное украшение, которое, кстати, мне слегка большое, а самая настоящая граната. Ещё немного, и как рванёт, оставив от меня одно воспоминание. И главное чувствую, что Рома про всё это что-то знает. Да что там, он «всё» знает. Всю оставшуюся ночь сидел и пристально на меня смотрел. Ждал, чтобы я сама к нему с расспросами подошла.

Но нет. Не в этот раз. Да, я любопытная. Да, порой очень. Но тут нужно быть последней идиоткой, чтобы совать нос туда, где тебя точно по головке не погладят. Убьют. Чувства самосохранения у меня ещё функционируют. Что же делать? Нужно вернуть это кольцо Саваде Емицу. Просто так он его не возьмёт. Опять тупо улыбнётся и свалит. Как же действовать? О! А передам я его через Тсуну.

Кстати говоря, Тсуна знает, кто его отец? Или он до сих пор тянет резину? Ладно, это не моё дело. У самой в семье настоящий кавардак и разбираться с этим не хочу. Вот абсолютно. А эта миловидная улыбочка Ромы в стиле — «а-ля, я мальчик-цветочек!»? До начала утра раз пять сдерживалась, чтобы не схватить подаренную биту Такеши и не огреть брата снова. Думаете, мне было жаль брата? Ха! Нет. Биту. В конце концов, это же подарок.

Но с наступлением утра, я собралась, как обычно, в школу и, ничего не сказав Роме, который тем временем вышел в туалет, побежала в направление дома Тсуны. Каково же было моё удивление, когда парень мчался с той же скоростью, только мне на встречу.

— А?! Дар?! — удивился Савада.

— Йо! — поздоровалась я, по привычке подняв правую руку. — Тсуна, тут такое дело… что это у тебя? — спросила я, заметив на шее парня странное украшение, поблёскивающее на солнце. — Это же одно из тех колец!!!

— Да! — согласно кивнул парень, вот только его лицо выражало ужас. — Я хочу вернуть его Дино-сану. Как раз и бегу в сторону больницы, где мы вчера были. Это… это… это… я не хочу!!! — кажется, парня сейчас охватит паника. Ну, хоть один трезвый человек в этом мире.

— Я с тобой согласна, — тут же положила ладонь на плечо парня, немного успокаивая его. — У меня тоже одно кольцо, — показала своё, достав его из кармана гакурана.

— Что?! И у тебя тоже? — Тсуна отскочил на несколько шагов назад, прикрывая лицо руками, словно оно точно сейчас рванёт. Вот-вот, мы точно мыслим одинаково. — Дар, от него нужно избавиться!

— Поддерживаю! — серьёзно кивнула. — Что ты там говорил? Вернуть Дино? Такой вариант тоже устроит. Вперёд!

Ни о чём не думая, побежали в сторону больницы. От того, что мы не одни разделяем эту мысль, становится как-то легче. Если бы и Тсуна твердил о важности этих колец и о каких-то Хранителях… я бы, наверное, предприняла попытку сбежать. Естественно, неудачную, так как тут вариантов мало, но всё равно попыталась бы. До здания мы добежали быстро. Даже не запыхавшись. Адреналин ускорил бег.

— Как думаешь, Дино-сан тут? — спросил негромко Савада, когда мы поднимались на второй этаж к палате Базиля.

— Не знаю, — честно ответила я. — Надеюсь, что тут.

Однако стоило нам выйти в коридор на втором этаже, как тут же столкнулись с совершенно неожиданными личностями.

— О! Тсуна! Дар! Привет! — воскликнул радостно Такеши.

— Десятый!!! — не менее радостно произнёс Хаято.

— Парни, что вы тут делаете? — удивилась я, ответ услышать не успела, так как тут же вклинился Савада.

— Ребята, вы… Извините меня за вчерашнее! — с грустью опустил голову. — Вы пытались помочь, а в итоге…

— Да… нет… — со смущением произнёс Хаято.

Вот только смущался он не от слов Тсуны, а от того, что вчера произошло. Что он, что Такеши хотели помочь и были уверены в своих силах, однако противник оказался слишком сильным. Нужно было что-то менять. Вернёмся к моему вопросу.

— Так что вы тут делаете?

— А! Ну, — начал Такеши, улыбаясь. — Что-то странное происходит.

— Да, — согласился Хаято. — Это точно!

— В каком смысле? — нахмурилась я.

— Вот, — бейсболист достал из кармана брюк небольшое кольцо, точно такое же, как и у меня. — Это было подброшено в мой почтовый ящик.

— Мы думаем, что это как-то связано с тем вчерашним парнем, — добавил Хаято, также показывая своё кольцо. — И узнали об этом месте от Бешеного Мустанга.

— Вот чёрт! — вырвалось у меня на русском. — Дерьмо!

— А-а-а!!! — завопил Тсуна. — Только не говорите мне…

— Да, это именно они, — никакой жалости, хотя сама была на грани отчаяния.

— Что такое? — не понимал Такеши, улыбаясь ещё шире. — Тсуна, Дар, вы что-то знаете об этих кольцах?

— Как бы тебе сказать… — протянула я, вытаскивая из кармана своё кольцо, а также указала на кольцо Тсуны, что висело у него на шее.

— О! Так у вас тоже есть! — теперь настроение поднялось у Гокудеры, в то время, как Савада чуть ли не сединой покрывался на глазах.

— Это опасно! Если у вас эти кольца, то вы автоматически становитесь мишенями!!! — вот только от вполне ясных слов, парни даже глазом не моргнули. Просто продолжали стоять, с непониманием переглядываясь друг на друга. — Чёрт, но почему? Почему у вас всех эти кольца?

— Потому что они все были выбраны, — послышался спокойный голос Реборна со стороны. Посмотрев на источник голоса, заметили, что в начале коридора стоял не только Реборн, но и Каваллоне Дино. Ребята были несколько удивлены такой неожиданной встречей, но малыш также спокойно продолжал: — Всего существует восемь колец Вонголы. Они служат целями восьми людям, входящих в семью. Однако семь колец отличаются от твоего, Тсуна. Все они были розданы людям, которые достойны защищать следующего Босса Вонголы, Саваду Тсунаёши.

— ЧТО?! — нет, точно. Сейчас Саваду инфаркт хватит. — Ты раздал кольца ещё кому-то?

— Это логично, — вздохнула я, потирая переносицу. — Вот только кому?

— Это традиция Вонголы, — пояснил Реборн, запрыгивая на подоконник. — Кольца Вонголы принадлежат восьми центральным членам семьи, и они передаются как доказательство принадлежности к одной семье. В каждом поколении восемь центральных членов семьи, должны получить восемь колец — это правило. И это является доказательством законного наследника. Вот только, — малыш посмотрел на меня. — Уже четыре поколения Вонголы используют только семь колец, так как восьмое, по тем же правилам, должен носить Представитель семьи Серра. Во времена Шестого Босса Вонголы оно было запечатано и спрятано подальше от посторонних глаз. Много лет прошло с тех пор, как его вновь явили на свет.

Значит, это кольцо, что мне передали, могу носить только я? Почему? С виду самое обыкновенное кольцо. Я бы даже сказала, что оно какое-то не полное. Словно только часть чего-то большего. Да. Думаю так и есть, даже резьба заметна. Надо будет как-нибудь заглянуть в кабинет химии или биологии и посмотреть кольцо поближе под увеличительным стеклом и тогда… Стоп! О чём я вообще? Какого чёрта?! Ох, это любопытство меня до гроба доведёт. Вот точно!

— Десятый!!! — воскликнул Гокудера, раскрасневшийся от смущения и счастья. — Это огромная честь! — он буквально сияет от того, насколько счастлив. — Я так возбуждён сейчас! — это точно. Им сейчас можно бесплатно город освещать.

— Кольцо Гокудеры Хаято — «Кольцо Урагана», у Ямамото Такеши — «Кольцо Дождя», — пояснял Реборн. — У Серра Дарьи — «Кольцо Луны».

— А? Они разные? — Хаято шагнул ко мне поближе, чтобы рассмотреть кольцо, что лежало на ладони. Я тем временем взглянула на его кольцо. Издалека кажется, что они полностью однотипные, но потом, приглядевшись, замечаешь небольшой рисунок на печатке. Там, где у меня круг, у Хаято странная спираль напоминающий смерч.

— Хм? Правда? — к нам подошёл Такеши, также желающий сравнить своё кольцо. У него был совершенно иной рисунок напоминающий каплю. Да, кольца определённо разные.

— Что? Ураган? Дождь? Луна? — бубнил озадаченный Тсуна. — Прогноз погоды? Небесные тела? Хм-м-м…

— Соратники Первого Вонголы были очень необычными, — пояснил Реборн. — И их особенности тоже отображены в кольцах. Говорят, что Первый Вонгола был похож на Небо, которое влияет на всё и всё охватывает. Поэтому его кольцо, было «Кольцом Неба». Его сторонники, ставшие Хранителями, символизировали погоду, изменяющую Небо. Ливень, очищающий всё — «Кольцо Дождя». Летящее облако, которое никто не может поймать, идущее своим путём — «Кольцо Облака». Иллюзия, которую невозможно заметить — «Кольцо Тумана». Яростно кружащийся ветер — «Кольцо Урагана». Солнце, излучающее свет — «Кольцо Солнца». Молния, наносящая жёсткие удары — «Кольцо Грозы». Луна, освещающая путь в кромешной тьме — «Кольцо Луны». Но с вашими кольцами ещё не всё решено…

— Так, стоять! — воскликнула я. Моя голова от всех этих чудаковатых высказываний немного заболела. В ушах слышался долгий и протяжный гул. — Всё это, конечно, мило. Ты этакий Мерлин, — указала на Реборна. — Тсуна наш Король Артур, ну, а мы все его Рыцари Круглого Стола. Весело! Давайте обнимемся и скажем: «Один за всех и все за одного». Но проблема от этого не исчезнет!

— Ха-ха-ха! — засмеялся Такеши от моих слов. — Новая игра? Ох, извините, что говорю это… Но я играю в бейсбол и не ношу кольца. Кроме того, совсем не понимаю, о чём вы разговариваете. Вот, держи, — Такеши вручил кольцо мне в ладонь. От поступка бейсболиста Тсуна немного приободрился, радуясь тому, что хоть кто-то уже отказался от кольца.

— Это хорошо! — заверил Тсуна. — Если вы оставите эти кольца у себя, то у вас появятся проблемы! Этот длинноволосый парень нападёт на вас снова!

— Он не просто нападёт, — вздохнула я, подходя к Гокудере. — Он будет не один и приведёт с собой точно таких же опасных ребят. И по нынешним подсчётам, это произойдёт через десять дней. За это время лучше избавиться от колец и желательно спрятаться. Хаято, давай сюда, — указала на кольцо парня, но тот неожиданно стал очень сосредоточенным. — Хаято?

— Десять дней… — негромко произнёс Такеши за моей спиной, словно говорил сам себе. Я хотела обернуться и посмотреть, что с ним, но не успела, так как меня резко обняли за плечи. — Ха-ха, это же всё-таки моё кольцо, верно? — парень с широкой улыбкой вновь забрал кольцо, которое мне же и отдал. — Думаю, я возьму его.

— Такеши… — не понимала я. Мы же чётко сказали, что это опасно. Что тут не понятного? Может, мой японский уже не тот?

— Кажется, я тот человек, который просто не может остаться проигравшим, — после этих слов, бейсболист потрепал мои волосы и с широкой улыбкой побежал к выходу из больницы.

— Такеши! — но его и след простыл. Более того, следующим побежал Хаято, также прихватив с собой кольцо.

— Я изменюсь за десять дней, чтобы не доставлять проблем, как обладатель кольца! — заверил парень, исчезая в коридоре. — В следующий раз я побью его!!!

— Это плохо, — ахнула я, смотря в пустоту. — Очень плохо. Настолько плохо, что даже мне сейчас плохо, — медленно села на одну из лавочек, что находилась в коридоре.

— Ой, да ладно вам! — смеялся Дино. — Всё вышло очень даже хорошо! Кажется, Гокудера и Ямамото теперь решились на тренировки.

— Да, — согласился Реборн, спрыгивая на пол и начиная переодеваться прямо перед нами. — Остальные Хранители тоже нуждаются в специальной десятидневной тренировке. Иначе они не смогут победить Варию.

— Вария? — не понимала я.

— Так называется группа независимых убийц, которая скоро прибудет сюда, — пояснил малыш. Тсуна начал трястись от переполняющей его паники и ужаса. Схватился за волосы и всё время повторял: «Это невозможно! Это невозможно! Это невозможно!». — Вария группа с непогрешимой верностью, — продолжал Реборн, игнорируя поведение Савады. — Они выполнили много миссий, но, несмотря на это, команда всегда работает в тени, оставаясь тайной. Но, к сожалению, над ними потерян контроль.

— Просто замечательно! — фыркнула я, понимая, что мой эмоциональный предел уже достигнут. — Вот же счастья привалило! Но я и Тсуна это хотя бы осознаём, а кто остальные? Они в курсе, во что вы их втянули? Кто они вообще?

— Вы их очень хорошо знаете, — спокойно ответил Реборн. — Хранитель Солнца как раз скоро будет здесь, — с этими словами малыш натянул себе на голову шляпу формы головы слона, а на руки боксёрские перчатки. Так, стоп…

— Только не говори мне…

— МАСТЕР ПАО-ПАО!!! — от этого крика у меня даже скамеечка на несколько сантиметров приподнялась. Зачем же так кричать?!

— Невозможно… — прошептал Тсуна, выпучив глаза в сторону коридора. Кто же сейчас выглянет из-за поворота?

— Мастер Пао-Пао, это правда? — в проёме появился сам Сасагава Рёхей. — Это правда, что вы меня будете тренировать? — на лице парня сияла самая счастливая улыбка. В то время как на левом кулаке сидело Кольцо Солнца. Он уже его носит?

— Старший брат Киоко-чан??!! — кажется, у Тсуны сердечный приступ. Во всяком случае, душу он только что выплюнул. А я уже просто ничему не удивляюсь. Сижу себе в стороне, как и Дино, и наблюдаю за всем этим шоу. Что дальше? Может и сама Киоко у нас Хранитель? Что там было по списку? О, точно! Хранитель Грозы! Я прям, чувствую, как между Тсуной и Киоко пробежала искра. — Подожди, старший брат!!! Ты понимаешь ситуацию?

Ага, конечно! Аж два раза понял. Тсуна, это же Рёхей!

— Мы принимаем вызов врагов, да? — начал парень спокойно. — Кажется, какая-то неприятная обстановка! Я слышал все о вчерашнем, о десяти днях, а ещё о кольцах… — Ого! Неужели я ошибалась? Даже как-то неожиданно. Сасагава действительно всё… — НО Я ВСЁ ЭТО ЗАБЫЛ!!! — рано радовалась… — Как бы то ни было, ОСТАВЬТЕ ВСЁ НА МЕНЯ!!! — М-да, энергии ему не занимать. Так кричит, что у меня вот-вот перепонки лопнут! Ненавижу шум! — Кстати, мастер Пао-Пао, я слышал, что вы пригласили для меня своего друга детства.

— Эм… друг детства? — спросил Тсуна.

— Это роковая связь, — загадочно ответил Реборн. — И он близко.

В это же мгновение пустышка, что висела на шее у Реборна, засияла ярким жёлтым светом. Это значило только одно — кто-то из Аркобалено совсем рядом. Но кто именно? Я их не всех знаю. Надеюсь это…

— Кора! Время пришло! — раздалось с улицы, после чего в помещение ворвалась большая птица, переносящая в лапах светловолосого малыша. Колонелло! — Кора, выглядишь хорошо! — бросил он Тсуне и тут же ударил парня ногой в лицо. Да уж, сразу вспоминаются мои летние каникулы. Мальчик спустился на пол и посмотрел на меня. — А вот ты не очень хорошо выглядишь! — приблизился ко мне, положив на колени три небольшие упаковки мороженого. — Гостинчик, кора!

— Ой, — только и смогла произнести я, немного приходя в себя. Настроение в момент поднялось. Вот, хоть кто-то понимает, что война войной, а обед по расписанию. С сытым желудком и враги милее кажутся. — Спасибо, — провела рукой по светлым волосам малыша.

— Вот опять так, меня бьют, а мороженое ей, — бубнил обижено Тсуна. — Почему тут Колонелло?

— Реборн приходил плакаться мне, — усмехнулся Колонелло, со всей силы ударив Реборна головой в лоб.

— Я не плакался, — ответил тем же. Я прям слышала, как трещат кости. — Сейчас мало времени, так что я не могу тренировать всех. Поэтому для каждого обладателя колец, я нашёл персонального домашнего репетитора.

— Домашнего репетитора?! — удивились мы с Тсуной одновременно, после я обратилась к Колонелло. — Хм, ты будешь моим репетитором? Я не против, — улыбнулась, смотря на мороженое. — Правда, предупреждаю, я в спорте просто ужасна. Никакой подготовки.

— Это, конечно, звучит как вызов, но нет, кора, — ответил светловолосый малыш. — Мне сказали, чтобы я занялся мальчиком-боксёром. Кстати, где он?

— Это я!!! — воскликнул Рёхей.

Колонелло осмотрел боксёра, потыкал его концом винтовки, проверяя мускулатуру, что-то себе решил и был весьма доволен результатом. Кстати, они с Рёхеем быстро нашли общий язык и договорились приступить к тренировкам немедленно. Также, не теряя времени, тут же покинули больницу «во имя экстрима».

— Что ж, думаю и мне пора приступить тренировать, — улыбнулся Дино и посмотрел на меня. — Может, проводишь?

— Что? — не поняла я. — Только не говорите, что ты мой тренер?

— Хах, нет, — усмехнулся Дино. — Мне поручили другого проблемного ребёнка. Хотя уверен, у вас много общего.

— Другого? Проблемного? Стоп… — мои глаза широко распахнулись от осознания того, к кому Дино хочет, чтобы я его привела. — Да вы шутите?!

Мы брели в сторону школы. Думаю, что Дино и сам прекрасно знал, где кабинет Дисциплинарного Комитета, но почему-то, всё равно, просил его сопровождать. Для чего? Хочет, чтобы я его с Кёей познакомила? Ох, это так стариной веет. Однако парень всё-таки шёл за мной. Молча. Мягко улыбался, словно я нашкодивший подросток, а он уже этакий взрослый и всё понимает. Это раздражало. Получать подобный взгляд и не от кого-нибудь, а именно от Дино — бесило страшно.

Кем он себя возомнил? Я не трогала его только по двум причинам: сильно устала, и это расстроит Тсуну. Да и вообще, если я врежу битой парню, в тот момент, пока рядом никого нет из его подчиненных, в итоге, все подумают, что это было нападение на Босса семьи Каваллоне. Скандал, интриги, расследования и так далее. Вся прелесть жизни. Хочу ли я этого? Конечно, нет. Тут уж играют приоритеты. Однако, один вопрос меня всё же мучает.

— Дино, какого чёрта Рома живёт у меня?

— Ну, наверное, потому, что он твой старший брат, верно? — всё так же мягко произнёс блондин.

— А он твой Советник, так что забирай его с потрохами и не показывай мне более! — остановилась и посмотрела в светло-карие глаза.

— Хм? — это похоже Дино слегка удивило. — Вы так и не поговорили, верно? — догадался парень. После чего устало вздохнул и потрепал себе волосы. — Эх, да, ты ещё тот случай. Упрямая, и предательства не прощаешь. Послушай, — сделал шаг в мою сторону так, что теперь буквально нависал сверху. — Он отказался.

— Что? — а вот это было неожиданно. — То есть? Как? Вы же приехали вместе, да и поддельные кольца он сделал. Не понимаю… Зачем ему это?

— От того я и говорил, что всё совсем не так, как выглядит на самом деле, — наставническим тоном произнёс Дино, вновь мягко улыбаясь и кладя ладони мне на плечи. — Поговори с ним. Хотя бы выслушай, а потом делай выводы. По правде сказать, мы и познакомились с ним не совсем так, как я рассчитывал.

— То есть? — спросила я, и мы вновь продолжили путь к школе.

— Думаю, ты знаешь, что я отправил ему письмо о просьбе встретиться, — я кивнула. — Так вот, я, пользуясь твоей информацией, ожидал увидеть обычного парня моего возраста, который совершенно ничего не знает о мафии. Если честно, я даже и не хотел его приглашать в свою семью. Просто поздороваться и познакомиться, ведь как не крути, а я себя считаю старшим братом Тсуны. Да и ты мне тогда очень помогла своим советом, помнишь? — очередной кивок. Дино тогда искал мафиозную группировку, занимающуюся поставкой оружия. Благодаря моему совету он отыскал не только их, но и метод поставки. — Но каждый раз, когда мы договаривались о встрече, начинали доходить слухи, что в город, в котором я находился, прибыл наёмник. Профессиональный киллер по прозвищу Улыбка Дьявола.

— Глупое прозвище, — фыркнула я.

— Возможно, — пожал он плечами. — Ходят слухи, что такое прозвище он получил от свидетелей, которые видели, как он исполняет свою работу. Последнее, что видела жертва перед смертью, это его спокойную и радостную улыбку. Словно сам Дьявол приходил за его душой, — после такой информации я нервно сглотнула. — Ну что, до сих пор считаешь это прозвище глупым? Думаю, «клиенты» твоего брата с этим не согласятся.

Тут я промолчала. Что ещё скажешь? В итоге, выходит, что я совсем и не знаю своего брата. Странно это как-то. Очень странно. Вроде живёшь с человеком под одной крышей, а потом в один момент выясняется, что он всю твою сознательную жизнь… лгал? Чёрт! И как тут быть? Нет, если серьёзно, то мне абсолютно наплевать на тех, кого убивал мой брат. Вот, правда. Плевать. Я самих не знаю и не знаю также того, за что кто-то захотел их смерти. Будь они невинными ангелами или такими же уродами, как этот Скуало. Всё равно. Но вот тот факт, что мне лгали… и не кто-то, а именно мой брат.

Хотя врали и родители, но тут совсем другое. Они словно… иные люди. Подсознательно им многое прощаешь и вообще не обращаешь внимание. Всё время либо оправдываешь, либо ищешь эти оправдания, либо просто стараешься не замечать то, что приведёт твое сознание в лёгкий диссонанс. Но Рома… Старший брат. Их всегда ставишь с собой на один уровень. Будь то младший или старший. Он такой же, как и ты. Вы одинаковые. У вас не может быть секретов, и вы принимаете друг друга такими, какие есть. Так я всегда думала. Вот почему мне так сильно обидно. Кажется, будто предал не кто-то там со стороны, а тот, кто, в принципе, предать-то и не может. Я знаю, о нём так много, чего, в принципе, сёстры знать не должны. Знаю, как звали его первую девушку. Знаю, сколько ему было, когда он впервые поцеловался. Знаю, чего он боится и что ему нравится. Я не хотела этого знать, но знаю. Он это рассказывал. А что теперь? В итоге, получается, что самой сути и не знаю.

— Каждый раз, когда доходили слухи о приезде наёмника, я решал собирать своих людей и покидал город, — продолжал свою историю Дино. — Это длилось довольно долго. В итоге, он сам меня нашёл. Проник в мой самолёт, и только когда транспорт взлетел, вышел из укрытия и сел прямо напротив меня. В принципе, он представился сразу, что позволило избежать драки, но должен сказать, я тогда немного… был напуган. Совсем чуть-чуть.

— Почему он отказался? — спросила я. — Почему отказался присоединиться к тебе в семью?

— Он сказал, что у него ряд условий, которые должны быть соблюдены. И первое из них — он должен получить твоё разрешение.

— Что за бред? Он же старший брат! — усмехнулась и разозлилась одновременно.

— Это так, — блондин кивнул. — Однако, у него свой кодекс чести, который не каждый поймёт. Ты — Представитель семьи Серра, а также его младшая сестра. Уверен, он поклялся защищать тебя любой ценой.

— Все эти пояснения больше похожи на сцены драматического фильма, — вновь начинаю злиться.

— Хм… Просто поговори с ним, — настоятельно рекомендовал Дино, как раз в тот момент, когда мы подходили к школьным вратам. — Уверен, вам есть о чём поговорить.

— Тц, — только и смогла произнести, вновь ускоряя шаг, чтобы вырваться немного вперёд.

Мы прошли в здание школы, поднялись на второй этаж, но вот только не успели дойти до кабинета Дисциплинарного Комитета, как услышали оглушающий грохот. Словно что-то тяжёлое и огромное влетело в стеклянный шкаф, разбивая его вдребезги. Но и это не всё. Были слышны глухие удары, сопровождающие стуком стали. Хибари вновь с кем-то дерётся? Давненько ему не попадались серьёзные противники. Может подождать пока закончит и только потом войти?

— Что там? — насторожился Дино, вытаскивая кнут из-под куртки.

— Убери, — раздражённо бросила я. — Твоих подчиненных тут нет.

— Ну, Ромарио немного задерживается, ха-ха, — немного засмущался. — Будет с минуты на минуту. Однако. — вновь посмотрел на дверь кабинета, откуда доносились звуки нешуточного боя.

Что ж, хотя бы глянем, что за противник сегодня достался. Подойдя к двери, медленно открыли её, чтобы не привлекать внимания, и заглянули внутрь. Вот только, стоило мне увидеть посетителя, как я остолбенела.

— ЧТО ТУТ ПРОИСХОДИТ?! — вырвался откуда-то из груди гортанный крик.

Хибари Кёя на полном серьёзе сражался с моим братом. Заметив нас с Дино, они на миг остановились, замерев в тех позах, в которых принимали бой. Кёя сжимал тонфы. Одной рукой прикрывался, второй атаковал. Рома блокировал все удары тонфами правой ногой, подняв её так высоко, что ещё немного и это будет полный шпагат, в то время как не стеснялся использовать кулаки. Правда, кажется, парень даже не вспотел. Опять в своей серой майке и штанах.

— Дар! — радостно отозвался он, широко улыбаясь. — А я тебя маленько потерял.

— Рома, что ты тут делаешь? — мой голос был строгим, но честно скажу, я себя сдерживала. Буквально на грани.

— Ты знаешь его? — коротко спросил Кёя, не опуская тонф.

— Да… — отозвалась я. — Хибари-сан, это… — зажмурилась и потёрла переносицу. — Это мой старший брат, Серра Роман. Но… — вновь посмотрела на братца. — Какого чёрта ты забыл в Средней школе Намимори?

— Да говорю же, тебя искал! — вздохнул парень, отходя от Кёи на несколько шагов в сторону. Говорил на русском, чтобы его понимала только я. — Ты ушла раньше, решил догнать. Пришёл в школу. Спросил, где находится Серра Дарья, несколько милых девушек указали на этот кабинет. Зашёл сюда, встретил этого… типа… Спросил, где могу найти Серру Дарью? Он давай допрос вести. «По какому вопросу? Кто спрашивает? Кто вообще такой?». А потом какое-то странное слово последовало… Я японский язык не совсем хорошо понимаю. Что означает «ками… камикоросу»?

— Эм… — вновь захотелось протереть глаза. Словно стремилась стереть то, что вижу. — Это означает: «забью до смерти».

— О! — воскликнул Рома, задумавшись. — Тогда это многое объясняет. Попытка была, и он довольно-таки неплох, но ему ещё многому предстоит научиться, — повернулся в сторону Кёи, что в свою очередь не убрал тонфы, но опустил. Брови нахмурились, а во взгляде скапливалась лёгкая неудовлетворённость и непонимание. — Ты ведь Хранитель, верно? — спросил Рома перейдя на японский. — Какое кольцо?

Кёя не ответил. Лишь слегка разжал ладонь и продемонстрировал одно из колец Вонголы. Так и есть. Он один из хранителей. Но Кёя не дурак и должен понимать, что от него лучше избавиться. Как мне быть? Честно признать, не хочу, чтобы ещё и Комитет в этом безумии был замешан. Но если скажу парню, что за этим кольцом через десять дней прибудет армия головорезов, он даже спать с ним будет. Соврать? Терпеть это не могу. Да и врать, толком не получается. Ладно, посмотрим.

— Хибари-сан, вам лучше избавиться от этого кольца, — спокойно произнесла я, проходя во внутрь кабинета, где кругом валялись документы, разбитые стёкла и остальной мелкий мусор. Чур, не мне это убирать!

— Дар! — насторожено бросил Дино. — Он Хранитель «Кольца Облака». Ты не можешь отменить уже сделанный выбор.

— Ой, да брось, Дино! — со смехом махнул рукой Рома, переходя в сторону «моего» диванчика и резко плюхнулся в него. — Она может делать всё, что хочет. Так было всегда.

— Я не совсем понимаю, что происходит, — неожиданно подал голос Кёя. Его спокойствию можно только позавидовать. — Но уверен в одном, — указал тонфой сначала на Рому, потом на Дино. — Вы не из Средней школы Намимори. Либо покидаете территорию школы сами, либо… я забью вас до смерти.

— Хех, весёлый парень! — воскликнул Рома, запрокидывая руки на спинку диванчика. — Мне нравятся такие! — посмотрел на меня. — Вы ведь друзья, верно?

— Мы не друзья! — произнесли мы с Кёей одновременно. И это было как-то смущающее. Слишком быстро ответили. Слишком одновременно. Слишком громко это произнесли. После ещё вопросительно друг на друга посмотрели.

— Оу-у-у… — протянул Рома, смотря то на меня, то на Кёю. — Как у вас оказывается… всё сложно.

— Что ты несёшь?! — уже злилась я. — Проваливай вообще из кабинета. Ты мешаешь!

— Не могу, — пожал плечами. — У нас десять дней, сестрёнка, нужно заняться твоими тренировками.

— Ты… ты мой личный репетитор?! Ха! — чёрт, я сейчас точно сорвусь. — И чему ты меня будешь учить эти десять дней?

— Да чему хочешь! — улыбнулся парень. — Дзюдо, карате, самбо… Я многое умею. Могу научить пользоваться оружием. Меч, ножи или вообще пистолет. Всё могу, всем владею, — произнося это, белоснежная улыбка парня становилась всё шире. Да уж, от скромности он не умрёт.

— Мери Сью, не ты ли это?! — фыркнула я, скрестив руки на груди. — Обойдусь как-нибудь без репетитора. За десять дней ты мало чему меня научишь. Моё тело просто не приспособлено к боевым условиям. Синяк с шеи до сих пор сходит. Уходи!

Рома недовольно скрестил руки и отвернулся в сторону, всем своим видом показывая «великое возмущение». Вот бы швырнуть в него что-нибудь. Это лицо меня раздражает.

— Эх, это, видно, надолго, — вздохнул Дино и повернулся к Кёе. — Ты ведь Хибари Кёя, верно? Я старший брат Тсуны, а также знакомый Реборна. Хотелось бы поговорить о кольце и символе Облака.

— Разговоры о кольце не главная моя забота, — спокойно произнёс Кёя, немного улыбаясь и приготавливая тонфы к бою. — Надо было вам самим уйти, но раз так…

— Вижу ребёнок и правда проблемный, — усмехнулся Дино, приготавливая кнут. — Отлично. Так дела пойдут быстрее, — после кивнул в мою и Ромину сторону. — О них можешь не беспокоиться.

— Что мне делать, я сам решу, — фыркнул Хибари. — Просто избавлюсь от него сразу же после тебя.

— А ты самоуверен, — улыбнулся Дино.

Я же тем временем подошла к дивану и стала пинать Рому по коленке.

— Проваливай! — злобно шикнула на парня. — Это мой диванчик! Тут, кроме меня, никто не сидит. Вали отсюда, говорю! Ты мешаешь мне работать.

— Не-а! — бросил парень, вообще приняв лежачую позу. Он ведь специально, верно? Специально делает так, чтобы взбесить меня.

Это было ещё с детства. Рома знал, что у меня проблемы с эмоциями, поэтому нашёл выход. Очень часто, когда я подолгу его игнорировала, научился злить меня. Причём так, что порой доводил до припадка. По его логике, когда я злюсь и готова парня убить, таким образом, выражаю свою «любовь». Любовь, что б её!!! А бесить этот парень умеет. Например, притворяясь идиотом. Он, человек, которого признали гением, и порой ведёт себя как настоящий кретин.

Дино и Кёя направились к выходу. Кажется, в сторону лестницы, что вела на крышу. Хотя, кажется, Хибари задержался. Что-то хотел сказать? Или прихватить? Не важно. Моя проблема развалилась на моём диванчике.

— Рома, по-человечески прошу, уходи! — стала пинать его ногами в живот, но тот только напряг пресс и вообще не мучился. Казалось, что его живот сделан из камня.

— Дар, ты ведь понимаешь, что если я тобой не займусь, через десять дней, ты станешь трупом? — улыбка наконец-то исчезла с лица парня, а в жёлтых глазах появилась строгость. Столь непривычная для этого вечно смеющегося парня. — Ты — Хранитель Луны, Советник и Представитель семьи Серра. Тебя попытаются убить в любом случае, откажешься ты от кольца или нет.

— Чёрт, так почему бы тебе не стать Хранителем, Советником и Представителем? — воскликнула я. — Ты же старше! И сильнее. И вообще умнее. Так вперёд!

— Хах, я пытался, — на губах мелькнула грустная улыбка. — С шестнадцати лет только этим и занимался. Привлекал к себе внимание мира мафии любым способом, — одёрнул ворот майки чуть ниже, демонстрируя тату формы месяца. — Но их оказалось не так просто провести. И вообще, — принял сидячее положение. — С чего ты решила, что я умнее? Я старше, это да. Но твой потенциал ещё даже не раскрыт. Да и всех навыков и знаний я добивался усиленным трудом.

— И зачем тебе всё это? — вздохнула я, чувствуя усталость.

— Ну как? Хотелось быть лучшим старшим братом, — и вновь это счастливая улыбка, которая заставляет меня хмуриться. Что он несёт? Каким «лучшим старшим братом»? Для меня достаточно того, чтобы он просто был! Нет, этот мир точно спятил. Всё, что меня окружает, просто разом сошло с ума. А может, конец света близок? Ох, да о чём я? Видно, тоже схожу с ума. — Итак, Дашка-какашка, идём тренироваться?

От этого его обращения я буквально почувствовала, как у меня по всем телу пробежал рой диких кусачих муравьёв. Хотелось содрать верхний слой кожи. Он знает, что ко мне так не обращаются. Я воспринимаю это как оскорбление.

— Хрен тебе, Ромашка-какашка! — вырвалось у меня и от сознания того, что я это сказала, почувствовала себя настоящей идиоткой. Шлёпнула себя ладонью по лбу. Деградация. Это самая настоящая деградация. Именно это происходит, когда сталкиваюсь с парнем своего же ума. А казалось бы должно быть наоборот. — Ты ведь не отстанешь от меня, пока я не соглашусь, верно?

— Хе-хе-хе, — злобно засмеялся парень. Вот тебе и ответ.

— Э-э-эх… — вздохнула, потирая виски. — Чёрт с тобой. Давай тренироваться, только…

— Ну, наконец-то! — воскликнул Рома, вскакивая с диванчика, в момент оказываясь рядом со мной и крепко обнимая в своих мускулистых руках. Я себя чувствовала этаким пёсиком Муму в руках Герасима. Сейчас задушит и не заметит.

— Рома… Рома! Воздух! — кряхтела я, но тот лишь ещё сильнее стиснул объятия.

— Идём! — наконец отозвался парень, запрокидывая меня на плечо. — Я знаю отличное местечко.

Мне хотелось сказать многое. Попросить, чтобы он поставил меня на пол, так как я сама могу ходить. Спросить, о каком месте речь? И вообще потребовать, чтобы он держал дистанцию, так как я не люблю, когда ко мне так близко находятся. Но всё это в миг вылетело из головы, когда я поняла, что парень идёт не в сторону дверей, как все нормальные люди, а в сторону раскрытого окна.

— Рома?! — паника. В моём голосе отчётливо слышна паника. — Дверь там! Рома!

— Сократим путь, — усмехнулся братец, забираясь на подоконник. — Всегда хотел это сделать.

— Рома!!!

— ДЖЕРОНИМО!!! — воскликнул этот ненормальный, спрыгивая со второго этажа со мной на плече.

— РОМА-А-А!!!

Глава 32. Отдых? Нет, не слышала

— Ну и, что мы тут делаем? Знаешь ли, в фильмах ужасов такие прогулки, в итоге, ничем хорошим не заканчивались.

— Говорю же, это идеальное место! Просто поверь мне.

Рома увёз меня как можно дальше от города, и теперь мы затерялись среди густого леса, что рос на склоне холмистых гор. При этом парень заблаговременно арендовал внедорожник, вот только домой мы так и не заехали. Как я была в форме Дисциплинарного Комитета, так и осталась. Ни минуты на размышления или переодевания. Сразу же в путь. И, если честно, я совершенно не знаю, где мы. Куда не глянь — одни деревья. Пахнет сыростью, землёй и начинающей желтеть листвой.

Более того, Рома оставил машину и заставил около часа идти вверх по склону в только ему известном направлении. Только когда мы вышли на своеобразную поляну, брат предложил остановиться. Чёрт, где это мы? Тут даже птиц не слышно. Однако воздух прохладный и должна признать, что чувствую я себя довольно комфортно.

— Чему ты будешь меня учить? — спросила я, наблюдая за тем, как парень скидывает с плеча небольшой походный рюкзак, что успел с собой прихватить, и поднимает с земли обычную длинную палку, что была такой же высокой, как и он. — Сражаться на палках? Что за бред?

— Это не для тебя, — поясняет сразу парень, несколько раз махнув палкой в воздухе, дабы проверить её прочность и гибкость. — Это для меня, так как я хочу проверить на что способно твоё тело.

— А то ты не знаешь?! — усмехнулась я. — Облегчу твою задачу — ни на что! Я ничего не умею и ни на что не способна.

— Это не совсем правда, — усмехнулся парень, подмигивая мне. — Подробностей твоих занятий не знаю, но у тебя стали довольно крепкие ноги, а также имеется гибкость всего тела. Ты занималась танцами? Причём довольно усилено.

— Я бросила это дело около полугода назад, — отмахнулась от нахлынувших воспоминаний. — Танцевала на выпускном предыдущих старшеклассников.

— Ну, хоть дело ты и бросила, — парень обошёл меня стороной. — Видно, что тело уроки помнит.

Подойдя ближе, Рома пару раз слегка ударил палкой по моим ногам и рукам, словно проверял на прочность. Я шикнула, отходя от него назад. Может от таких хлопков синяков и не будет, но всё равно как-то неприятно. На моё поведение парень лишь шире улыбнулся. Это всё для него игра? Забава? Что-то он ведёт себя слишком спокойно.

— Слушай, если ты будешь дурью маяться, то я лучше вернусь в машину и отправлюсь обратно в Намимори, — устало бросила я. — Время ещё ранее, возможно, до темноты вернёмся домой.

— Мы не вернёмся домой, — неожиданно строго произнёс Рома, но, увидев мой недоверчивый удивлённый взгляд, добавил: — Во всяком случае, пока не закончатся твои тренировки.

— О чём ты? Все десять дней мы проведём в лесу?

— Хм-м-м… В идеале, да, — задумчиво кивнул.

— Да ты, наверное, шутишь?! — усмехнулась, делая ещё несколько шагов назад. На этот раз Рома не улыбался. Он серьёзен. — Десять дней?! Надеюсь, что ты прихватил с собой палатку, еду, воду… в принципе, хоть что-то, если погода изменится. В конце концов, сейчас самый разгар осени. Каждый два дня идут небольшие дожди.

— Нет, я ничего с собой не брал, — кивнул на походный рюкзак. — Там только аптечка на экстренный случай. Понимаешь, сестрёнка, — начал парень, тяжело вздыхая и поднимая взгляд на лазурное небо, — долго думал, как же тебя тренировать? Ты особенная, и давать тебе обычное оружие? Хм… Слишком примитивно. К сожалению, за десять дней тебя не обучит ни один мастер. Тело слабое, базовые инстинкты есть, но не развиты, и, самое главное, никакого стремления «убивать». Но в то же время я могу вручить тебе в руку пистолет, и уже через три дня ты будешь обращаться с ним, как самый лучший профессионал, но делать это рискованно.

— Почему? — полюбопытствовала я.

— Сама подумай, — бросил Рома. — Представь себе такую ситуацию, в поле, наполненном хищниками, выбрасывают двух бойцов. Одному в руки дают полностью заряженный пистолет, другому лишь кинжал. Как думаешь, у кого больше шансов выжить? — я не ответила, дожидаясь продолжения повествования от Ромы, и он не заставил себя ждать. — Конечно, многие тут же скажут, что выживет тот, у кого пистолет. Пули и быстрее, и эффективнее, верно? Но их количество ограничено — это раз. Так что человек будет делать после того, как обойма опустеет? Типичная жертва, вот и всё. Но вот тот боец, у которого был нож с самого начала, ни на секунду не будет уверен в том, что выживет. Именно в таких ситуациях инстинкты раскрываются в полную силу. Первый боец будет чувствовать себя с огнестрельным оружием охотником, правда, временно. Второй с самого начала осознает — он жертва. И если не захочет стать чьим-нибудь ужином, то надо будет действовать умом и хитростью. Выживать.

— Так значит, ты дашь мне кинжал? — предположила я.

— Вновь не верно, — отрицательно покачал головой. — Я ничего не буду тебе давать. Абсолютно ничего.

— Тц! Тогда в чём смысл этих тренировок? Чему ты будешь меня учить?

— Я буду учить тебя, сестрёнка, самому главному — выживанию.

— То есть использовать то, что находится под рукой? Хех, что-то мне подобное мама уже говорила, — вновь усмехнулась, с усталостью зачёсывая рукой чёлку назад.

— Именно! — кивнул братец и тут же поинтересовался. — Кстати, как она? Как папа? Доходили слухи, что он был ранен. Хотел отыскать их в Италии, но они полностью пропали из виду. Тогда я понял, что они живы и прячутся, поэтому пришлось возвращаться в Англию.

— Как говорила мама, с ними всё хорошо. Нашли тех, кому можно доверять.

— Ты о Бовино? — усмехнулся парень.

— Ты и об этом знаешь? — начинаю злиться.

— Да об этом весь мафиозный мир знает. Они теперь не прячутся и в открытую заявляют о сотрудничестве с Представителем семьи Серра. Даже в какой-то мере хвастаются этим.

— Чёрт, да как ты вообще во всё это оказался втянут? И ведь мама с папой кажется, не знают. Когда это всё началось? Почему молчал и скрывал всё? Чёрт, Рома! — меня вновь начинало трясти от злости, но теперь фонтан вопросов казалось не остановить. Хотелось просто вытрясти из него все ответы, как это обычно делают гопники в тёмных переулках, вытряхивая деньги из прохожих.

— Ну, наконец-то! — вздохнул Рома, расслабляясь в плечах. — Я уже начинал паниковать. Долго же ты держалась. Позволь же перед началом тренировок рассказать тебе свою историю. Это началось уже после пожара, который произошёл около тринадцати лет назад. А именно тогда, когда к нам пришёл странный незваный гость, чтобы помочь тебе. И вот тогда…

Как оказалось, в тот самый момент, когда к нам наведался этот таинственный гость, девятилетний Рома спрятался в моей комнате в шкафу и наблюдал за всем через небольшую щель. Лица гостя он не видел, так как тот стоял к нему спиной, но одно он точно успел запомнить — символы, которые незнакомец вырисовывал перед моим лицом. При этом приговаривал, что меня ждёт тяжёлая судьба, так как я - Представитель семьи Серра. И если не научусь блокировать чувства, то мне придётся очень нелегко по жизни, ведь таких моментов, когда кто-то захочет меня убить, будет много. Очень много. Лучше мне найти семью, что сможет позаботиться обо мне. Сильную семью. А после прошептал, чтобы я всё забыла, и закончил действия. В следующую секунду я уже с непониманием хлопала глазами и была самым обычным ребёнком. Ну, так казалось во всяком случае…

Незнакомец покинул комнату, и Рома наконец-то смог выбраться из своего убежища. Тогда он понял, что я его не узнаю. Я вообще никого не узнавала. Память была начисто стёрта, но вот сам братец всё запомнил. В его маленьком детском, но гениальном мозге стали возникать вопросы. Кто это был? Что он сделал? О чём он говорил? Что угрожает его сестре? Почему? Кто такой «Представитель»? Почему её хотят убить? Почему это должно повториться? Почему ей нужна другая семья?

Вопросов было море, и ни на один из них родители так и не смогли дать логического ответа. Они отнекивались, говорили, что это была шутка или что-то в этом роде, но Рома видел — ему лгут. Причём не без оснований, родителям страшно. В итоге, Рома перестал задавать вопросы, но не перестал искать ответов. Он принялся учиться. Причём очень усердно. Зарегистрировался во всевозможные библиотеки и спортивные клубы города, чтобы стать сильным и понять, что именно угрожает его семье. По крупицам собирал информацию, но понял, что в России нужных ответов не найдёт. Да и родители стали что-то подозревать, когда ему исполнилось тринадцать.

Выход Роман нашёл быстро — уехать учиться за границу. Стал изучать учебный материал своих и старших классов как сумасшедший. Участвовал во всех олимпиадах, которые ему предлагали, чтобы обратить на себя внимание. В итоге, так и произошло. Спустя три года его признали юным гением и стали приглашать во многие учебные заведения. Таким образом, он переехал учиться в Англию.

Вот только… официально не проучился там и половины года. Маме, папе и мне говорил, что учится до посинения, пота и получает второе, а то и третье образование. Вундеркинд — одним словом. Но, уже спустя шесть месяцев, Рома понял, что не найдёт там ничего важного. Однако парень привлекал много лишнего внимания, и кое-кто сам на него вышел.

Это была неизвестная группа людей, которые не сильно стремились афишировать свои имена. Сначала они просто вели переписку, в которой Роме признались, что им многое известно о семье Серра и причинах, почему многие стремятся убить Представителя. Естественно, это не могло ни привлечь Рому. Любопытство — наша слабость, и самое главное — наконец-то хоть какая-то ниточка. Но братец не дурак. Хоть он и продолжал переписку с незнакомцами, ему нужны были доказательства. И он их получил.

Роме стали понемногу рассказывать о нашей семье и нашей истории. О том, кто мы такие и почему все так боятся Представителей. О том, какой договор заключили наши родители и, вообще, кто они на самом деле. О мире мафии. Об интеллектуальных способностях Серра. И о многом-многом другом. В итоге, так, капля по капле, Рома оказался в группе наёмников, которые в основном находятся в тени. Они не имеют ни своих имён, ни своего прошлого, ничего. Скрытые личности.

Завербовав шестнадцатилетнего подростка с гениальным умом, наёмники принялись обучать парня убивать. Мечи, ножи, пистолеты, автоматы… Рома изучал всё, что предлагали. Впитывал информацию как губка. Что касается учебы в университете, то он нашёл себе замену. Отыскал парня, похожего внешне на него самого, который, в принципе, неплохо учится и оставил на своём месте. Никаких подозрений подмена не вызвала. Прошло всего полгода, а новых учеников только к концу второго курса начинают запоминать. Так что Рома был спокоен. Просто периодически высылал парню, который его заменяет, кругленькую сумму, и вопросы исчезали сами собой.

Наёмникам он доверял. Те раскрыли ему на многое глаза. Однако этого было недостаточно. Брату нужна была вся история нашей семьи. С чего всё началось? Почему именно Серра? Почему именно Вонгола? Кто был первый? Почему они решили заключить такое соглашение? Но наёмники утаивали эту информацию. А может просто не знали, уже не важно. Просто, спустя год, к Роме подошёл его куратор и сказал, что у него первое задание. Убить одного киллера, который проживал в Китае.

Вопросов, по поводу заданий, наёмники не задают. Есть цель — избавься от неё. Так брат и решил поступить. Он поехал в Китай, чтобы отыскать свою цель. Вот только всё пошло не по плану. Рома был неопытен, и цель сама отыскала парня, избив его до полусмерти. Китаец владел боевыми искусствами и буквально убил Рому, но в самый последний момент почему-то остановился. Тогда-то брат и понял, что перед ним самый настоящий ребёнок с красной соской. Один из проклятых младенцев Аркобалено, по имени Фонг.

На вопрос, почему он остановился, Аркобалено произнёс, что не чувствует от парня исходящую угрозу. Более того, указал на ошибки Ромы. Где он промахнулся, почему его рассекретили и, как выяснилось, подставили. Да, его подставили те самые наёмники, с которыми он находился в тесном сотрудничестве уже около года. Они испугались парня, ведь он задавал слишком много вопросов, был действительно умнее многих, особенно в плане техники и оружия, и в тот момент, когда наёмникам было бы нечего предложить Роме, он бы просто покинул группу. Было принято избавиться от парня, пока он не превратился в слишком большую угрозу. А сделать это решили, натравив его на одного из сильнейших и опасных бойцов.

— Кстати, ты знаешь, что он безумно похож на этого твоего Хибари-сана? Может они дальние родственники? Эй, не смотри на меня так! Боже, я же только предположил! Ладно-ладно, продолжаю…

Как бы то ни было, Рома верить в слова странного малыша отказывался. Уж очень ему хотелось верить в то, что он наконец-то нашёл тех, кто поддержит его в поисках истины и поможет пролить свет. Но парень хоть и был наивным подростком, однако глупцом его назвать трудно. Сопоставив факты в единое целое, понял, что это самая настоящая подстава. Более того, эта группа наёмников собиралась использовать полученную информацию от Ромы и избавиться от его семьи, которая тем временем проживала в России. Этого допустить он не мог.

Всё изменилось. Причём кардинально. Вдаваться в подробности своей жизни с Аркобалено Рома не стал, однако попросил у него помощи в ликвидации тех, кто его же и предал. На удивление, Фонг согласился, так как данная группа наёмников и ему успела надоесть. Что было дальше, Рома тактично умолчал, но отметил, что той группы больше не существует.

После, вновь сбившись с пути, парень получил предложение стать учеником Аркобалено. Возможно, из-за жалости, а может просто увидел в брате скрытый потенциал, но, в итоге, Рома остался в Китае. Три года он обучался мастерству боевых искусств. При этом успевал всё время поддерживать с нами, своей семьёй, связь. Телефонные звонки, фотографии, вечные истории о каких-то новых друзьях… Парень продумал каждую мелочь, и его не разоблачили. Ведь он даже на каникулы к нам приезжал. Всегда радостный, с кучей забавных историй.

Удивительно, что родители ничего не заподозрили. Должна признать, что работу Рома проделал огромную. Не каждый бы на это пошёл. Даже я, осознавая всё происходящее, не уверена в своих силах и выдержке.

Однако спустя три года, Рома покидает Китай, решив дальше странствовать в одиночестве. Парень долго тянул с основным решением, но всё же поехал в Италию, так как все нити вели именно туда. Почему тянул? Да потому, что родители оттуда бежали. Ясное дело, что парня с распростертыми объятиями не ждут. Скорей уж с ножом и пистолетом. Но жажда получить ответы оказалась сильнее. Там-то парень и приобрёл славу наёмника с прозвищем «Улыбка Дьявола».

Кто-то стал считать, что он и есть Представитель семьи Серра. Кто-то был уверен, что он вообще не из данной семьи. А кто-то клялся, что это сам дьявол, что пришёл за их душами. В общем, репутация шла впереди Ромы, но ему было как-то всё равно. В итоге, он нашёл то, что искал.

— И что же это? — спросила я, заметив, что парень замолчал. Начинало темнеть. Сама не заметила, как мы устроили небольшой костёр на поляне и теперь сидели около него, смотря на пылающую древесину. Правда я держалась от костра как можно дальше. Настолько дальше, что даже не чувствовала тепла.

— Правду, — бросил парень, тихонько вздохнув. — Правду нашей семьи. То, с чего всё началось.

— Вроде, всё началось с подписанного соглашения семьи Серра и Вонголы, — предположила я.

— Нет, — покачал головой. — Не совсем, — молчала, ожидая продолжения. — Первый Серра, которого я нашёл в архивах, был мужчина, у которого имелась довольно крупная оранжерея в то время. В принципе, от этого и зародилась наша фамилия. Из-за деятельности того учёного.

— Он был учёным? — слегка удивилась.

— Да, ты не ослышалась, — кивок. — И, должен признать, что в то время его деятельность была, не очень приветственна обществом. Тяжелая пора. Науку как таковую воспринимали плохо. Каждого, кто пытался хоть как-то понять окружающий нас мир, приравнивали к колдунам. Церковь до сих пор имела сильное влияние на людей, хотя первые изменения уже наступили. В итоге, этого учёного просто прозвали сумасшедшим и старались избегать, но ему было всё равно. В своей оранжерее, где также находилась и его лаборатория, Серра изучал наш мир. Растения были его хобби. Наблюдая за ними, он делал новые удивительные открытия, которые не понять обычным людям. Особенно в ту эпоху. Но однажды у него возникла некая мания улучшить людей. Возможно, в итоге, Серра достало то, что его все считают безумцем. Он хотел открыть глаза людям. Показать, что мир не ограничивается только на страхе и суевериях. Есть много интересного и неопознанного, ради чего стоит отбросить нелогичные верования в сторону.

— Он захотел улучшить людей, — догадалась я. — Сделать их умнее.

— Что-то вроде, — очередной кивок.

— Чем-то напоминает семью «Эстранео», — усмехнулась. — Они тоже экспериментировали над людьми, чтобы улучшить их.

— Что? — раздражённо удивился Рома. — Дар, не сравнивай нашу семью с этим отбросом, — кажется, Рома разозлился. — Учёные семьи Эстранео проводили опыты над детьми, тем самым убивая их. Наш же предок не мог себе этого позволить. Его пугала сама мысль причинить кому-то боль. Поэтому, чтобы убедиться, что всё будет как надо, единственный, над кем он проводил опыты, был он сам.

— Он пытался сделать людей умнее и при этом тестировал свои эксперименты на себе?! Это бессмысленно, если его ум и так был за гранью той современности.

— Возможно, — парень пожал плечами. — Однако проходили года, а эксперименты так ни к чему и не привели. Он испробовал всё. Основная его мысль заключалась в том, что каждый человек и так от рождения умён. Нет необходимости прибегать к каким-либо операциям. Достаточно раскрыть уже имеющийся потенциал, дарованный природой. Эту теорию он для себя вывел наблюдая за любимыми цветами. Но, как ты уже поняла, никаких изменений не было. Во всяком случае, Серра писал в своих дневниках, что ничего не изменилось. Спустя несколько лет провальных опытов, он сдался. Постарался зажить, как и все нормальные люди. Встретил девушку, женился, завёл детей. И вот тогда его эксперименты дали о себе знать.

— Опыты повлияли на его потомство?

— О да! — Рома усмехнулся. — И не просто повлияли. Его дети были гениальны. У него было три сына и дочь, которая являлась самой младшей. На её теле имелось довольно странное родимое пятно, на которое толком и не обращали внимание. Оно имело форму месяца. И, как не странно, именно дочь и оказалась самой гениальной. Её назвали Доротея, что переводится как «Подарок Бога».

— Хм, — усмехнулась я, понимая, что у нас довольно созвучные имена. Рома заметил это, но решил промолчать. Просто продолжил историю.

— Время шло, дети росли и взрослели. Каждый, хоть и обладал довольно сильным интеллектом, решил жить мирно и не выделяться из общей толпы. Тем более времена наступили неблагоприятные. Вечные революции и войны сказывались на поколении. Доротея решила в какой-то мере пойти по стопам отца и связала свою жизнь с медициной. Но однажды ей попался довольно необычный пациент. Молодой человек с ранеными руками. Было ясно, что он дрался, но победу не одержал.

— Дай угадаю, — вздохнула я. — Это был Первый Босс Вонголы?

— Да, но тогда он ещё не был Боссом, и Вонголы, как таковой, не существовало, — пожал плечами Рома. — Говорю же, тогда наступили тяжёлые времена. Вечные революции и грабежи. Люди буквально сходили с ума от нищеты и выживали, как могли. Никто не знал кто тебе друг, а кто враг. Но Джотто попал в больницу, и Доротея, будучи медсестрой, заботилась о больном, так как это была её обязанность. Она не задавала вопросов о том, кто он, и как получил эти раны. Возможно, он был враг, и лишние знания лишь поставят её в невыгодное положение. Однако Джотто сам заговорил. Обладая сильной интуицией, он почему-то с первого взгляда стал доверять медсестре. Да и, возможно, этому послужило то, что девушка единственная не побоялась работать с раненым незнакомцем, который запросто мог оказаться врагом. За время лечения они разговорились. Более того, выяснилось, что во многих вопросах у них общие взгляды. Политика, революция, бедность, жизнь… Они хотели что-то изменить. Хотели попытаться наладить свою жизнь и защитить тех, кто был им дорог. Это и стало зачатком идеи о создании организации, которая сможет защитить мирных граждан. То есть — Вонгола. Хотя… не точно. Этот участок истории слишком запутан.

Рома замолчал, позволяя мне переварить услышанную информацию. То есть, Доротея и Джотто встретились до того, как Джотто создал организацию Вонгола? Неожиданно. Я думала, что он принял её уже будучи Боссом. Возможно ли, что они ещё при этом и встречались? Хотя нет… В таком случае, у нас с Тсуной общие родственники были бы. А это определёно всё бы усложнило.

Подкинув новые дрова в костёр, Рома продолжил историю. Подробностей никто не знает, но из остатков записей, что ему удалось отыскать, стало ясно, что Джотто создал Вонголу и некоторое время занимался укреплением данной организации. Доротея ему всячески помогала, но, спустя десятилетие, отец девушки умер. Это стало основным толчком для того, чтобы открыть старую лабораторию отца и поднять документы по проведенным над собой опытам. Сколько именно это заняло времени, и как Доротея дошла до своих выводов, так и не ясно, но вывод удивил всех. Раз в поколение, в семье Серра, будет рождаться ребёнок с выдающимися интеллектуальными способностями. И на нём будет небольшая отметина в виде родимого пятна формы полумесяца.

Спустя ещё несколько лет, Джотто и Доротея заключают соглашение, в котором договариваются всегда идти вместе, как союзники и друзья. Но мирные времена долго длиться не могут. Вонгола выросла до невероятных размеров. Её больше не волновали интересы мирных жителей. С каждым днём основной целью Вонголы становилось реализация собственных идей и интересов. Расширение, вооружение, оснащение… Это и пошатнуло доверие Серра. Если в первом поколении Джотто и Доротея смотрели в одном направлении, то во втором и последующих, Советники уже не могли найти общий язык с Боссами. Из-за этого они уходили и действовали так, как считали нужным. Иными словами, становились предателями в глазах окружающих.

Однако Пятый Босс Вонголы был несколько другим. Его не интересовала власть, сила или богатство. Он в основном искал красоту этого мира, музыку, искусство и развлечения. Именно сотрудничая с Пятым, был создан Мафия-Ленд. Место, где каждый мафиози мог просто расслабиться и отдохнуть от забот. Александр, именно так звали того Советника, который от начала до конца оставался с Пятым Боссом Вонголы. И он был последним. Во временя руководства Шестого Босса произошла страшная война, вследствие которой всех Советников было принято убивать. Ну, до того момента, пока не появилась я — Серра Дарья.

— Вот такая вот история нашей семьи, — вздохнул Рома, поднимая взгляд к ночному небу, на котором уже вовсю сияли звёзды и полная луна. — Многого, конечно, я ещё не знаю. Дневники и летописи тех дней уничтожены. Даже эта информация далась мне довольно тяжело.

— Ром, — позвала я его. — Это всё, конечно, хорошо… наверное… Но зачем тебе это? Не понимаю. У тебя был великолепный шанс жить самой обыкновенной жизнью. Знаю, что вначале ты просто не мог понять, что происходит и что от тебя скрывают. Но, в итоге, когда глаза были раскрыты, мог просто отойти в сторону и забыть обо всём. Разве нет? Жил бы как обычный парень. Учёба, работа, девушка, семья… Ведь этого, вроде, все хотят. Так… зачем? И не говори мне о братской любви и подобной ерунде, ты знаешь, я верю только фактам.

— Что ж… — парень поправился, задумчиво поправляя майку. Его безжалостно кусали комары. — По правде сказать, логического ответа у меня нет. И сам не знаю. Просто в какой-то момент поиск ответов превратился в мой стиль жизни. И я уже просто не мог остановиться. Да и тем более уже давно решил, кто для меня семья, — парень улыбнулся и подмигнул. — Знаешь, меня многие мафиозные группировки пытались к себе завербовать. Каваллоне не первый и, думаю, не последний. Правда, Дино не так плох. Он, конечно, зачастую выглядит как настоящий идиот, особенно когда рядом нет его людей, но, по сути, парень знает, за что борется. Мне нравятся его принципы, цели и взгляд на жизнь. За таким Боссом я бы пошёл и постарался помочь.

— Так почему не идёшь? — вздохнула я. Рома взглянул на меня так, словно я только что чушь сморозила.

— Эм… ты не разрешила! — всплеснул руками. — В любое время ты останешься моим единственным Боссом. Это я, кстати, сказал и самому Дино. Так сказать, выдвинул ряд условий. Во-первых, должен получить от тебя, как от Представителя семьи Серра, разрешение. Во-вторых, я буду преданно и верно служить ему до той поры, пока ты сотрудничаешь с Вонголой, а Вонгола с семьёй Каваллоне. Если что-то из этого нарушится — я ухожу. В-третьих… я скорее застрелюсь, чем буду носить официальный костюм! Не желаю выглядеть как пингвин. Моё тело не вынесет того, чтобы его сковывал такой огромный слой ткани. Девушки это не поймут.

Тяжело вздохнув, шлёпнула себя по лбу. Кто о чём, а Рома о своём. Что ж… таков он есть, и он мой брат. Придётся принимать со всеми минусами и сдвигами по фазе. Ведь, как не посмотри, меня он принимает такой, какая я есть. Более того, всегда будет на моей стороне. А это многого стоит.

— Рома, я не против, чтобы ты стал Советником семьи Каваллоне, — спокойно произнесла я. — Думаю, это тебя немного обуздает. Особенно твою ненормальную страсть к противоположному полу. А также я буду знать, где ты и что с тобой. И раз Дино тебе как Босс вполне устраивает… помоги ему. Этот парень хоть и действует со светлыми намерениями, но… без своих людей, он просто «Ванька-встанька».

— Это точно, — с неким отчаянием вздохнул Рома. — Немного переживаю за него. Хотя мой тёзка, Ромарио, вечно рядом, так что думаю, проблем не будет. Но этот Хибари Кёя… Хм… Слушай, Дар, понимаю, что это глупо звучит, но он так маму напоминает. Вот честно. Особенно когда зол. Я сразу же вспомнил все моменты, когда дома баловался или любимую мамину вазу разбил. Она испускала такую же энергию… Бр-р-р…

— Хе-хе, немного понимаю, о чём ты, — улыбнулась, наблюдая за тем, как брат потирает плечи, словно замёрз.

— Хотя он немного странный, — продолжал Рома. — Взял и набросился на меня после того, как я «случайно» сломал небольшую веточку у какао-дерева. Хотел с собой взять, да и посадить. Уж очень оно приглянулось, а этот… как давай тонфами махать. Назвал травоядным. Это из-за дерева? Так я же посадить, а не есть.

— Ты… ты трогал Шоколадку?! — ахнула я, чувствуя, что злость вновь разгоняет кровь по венам. — Да если бы я тогда знала… Лично бы тебя придушила, понял?

— Эй, да ты чего? Шоколадку? Так… это твоё деревце? — Рома озадачено осмотрел меня с головы до ног. — Ой! Прости! Я не знал. Но, в свою защиту, должен сказать, что за неё я уже разок-другой получил. И это странно, — добавил он, на последок хитро сощурив глаза. — Вы точно не друзья?

— Точно, — шикнула на парня.

— Тогда любовники? Ау! Ты чего палками швыряешься?

— А ты поменьше чепухи неси! Бесишь уже! Может, хватит трепаться? Уже скоро полночь, а мы толком даже к тренировке не приступили.

— Вообще-то, — бросил брат, приподняв указательный палец вверх, словно просил внимания. — Я ждал этого времени. Чтобы предоставить тебе больше манёвров и возможностей. Ночная темнота — твоя стихия. Как не крути, а всё же Хранитель Луны. Думаю, это время идеально поможет раскрыть твой внутренний потенциал.

— И что от меня требуется? — недоверчиво спросила я.

Рома встал со своего места и подошёл к костру. Секунда на размышления, и он уже покрывал костёр сырой землёй, чтобы потушить пламя. Угольки тихо зашипели, словно высказывали своё возмущение. Когда же от костра осталось одно лишь напоминание, и мы погрузились в кромешный мрак, я стала усилено моргать глазами, чтобы побыстрей привыкнуть к темноте. Наконец-то стала видеть очертания тела парня. Он всё также стоял на месте, осматривая меня с головы до ног. Только ярко-жёлтые глаза поблёскивали при свете полнолуния, вызывая некое щемящие чувство в груди. На секунду по спине пробежался предостерегающий холодок. Опасность. Я в опасности. Но это чувство тут же исчезло, словно ничего и не было. Показалось?

— Знаешь, в мире мафии существует множество специальных школ, в которых будущих мафиози обучают такому навыку, как убийство, — неожиданно начал парень. Его голос был спокоен и даже немного нежен. Но было и что-то ещё. Что-то, что кричало мне хватать ноги в руки и бежать. Всё равно куда. Просто бежать. Но зачем? Это же мой брат, верно? Он ничего мне не сделает. — К сожалению, я не учился в подобных школах, хотя не отказался бы. Но в них учился Каваллоне Дино. А вместе с ним… такие люди как Суперби Скуало и Занзас.

— Скуало? — удивилась я. — Они так давно знакомы?

— Именно, — согласился парень. — Но суть не в этом. Дар, все, кто оканчивает такие школы, профессионалы в своём деле. Если со Скуало я ещё смогу тягаться, то Занзас… Хоть я и не видел его в бою, боюсь, что он мне будет не по зубам. Этот парень сын Девятого и, более того, он возглавляет Варию и претендует на пост Десятого.

— Подожди! — ахнула я, вытянув руку перед собой. — То есть, если он станет Десятым?..

— Да, совершенно верно, — подтвердил Рома. — По договоренности между родителями и Девятым, ты станешь женой следующего Босса Вонголы. То есть — Занзаса. Но ещё не всё так просто. Если мои догадки верны, то близится сражение между Варией и семьёй Савады Тсунаёши. Но это произойдёт только в самом плохом случае. Не думаю, что Девятый пойдёт на это. Однако… Лучше мы подготовимся. Вставай.

Я послушно встала и отряхнула отсиженные штаны, от прилипшей травы и земли. Мысли немного путались. То есть, Десятым может стать не Тсуна? Чёрт возьми! Что вообще происходит? Изначально ведь основной целью были кольца Вонголы, верно? Так как теперь всё свернулось в это русло? Нет-нет, подождите. Не стоит палить горячку, ещё ничего не ясно. Возможно, всё совсем не так, как выглядит на первый взгляд. Да и тем более, зачем я какому-то Занзасу? Я ведь даже не знаю, кто это! Соответственно, и он не знает, кто я такая. Сплетни и слухи много не дадут. Уверена, что он также наслышан о том, насколько Серра ужасны. Значит, попытается от меня избавиться и занять пост Десятого без балласта. Хм… Есть ли возможность договориться? Нужны кольца? Да, пожалуйста! Забирайте! Оставьте только нас в покое.

— Дар, ты готова? — позвал меня брат.

— К чему? — спросила я и тут же почувствовала, как мимо лица что-то со свистом пролетело, слегка всколыхнув растрёпанные волосы. Это было так быстро, что я даже не успела понять — что это? Но взглянув краем глаза, поняла — это палка. Та самая палка, которую Рома весь день держал в руках. Всё так же длинная и прямая, но уже с заостренным концом. Копьё? Буквально несколько сантиметров в сторону, и я бы как минимум осталась без глаза. Он… он что пытался убить меня? — Рома? — мой голос был взволнован. По спине побежали ручейки ледяного пота. Ноги рефлекторно согнулись в коленях, делая шаг назад и готовять бежать. — Что… что ты делаешь? Это было опасно.

— Я знаю, — холодно бросил Рома.

Его глаза вновь сверкнули в тени, ловя лучи сияющего лунного диска. Он словно кот. Нет, не так… Словно дикая пантера. Вот она его истинная суть. Улыбка Дьявола. Наёмник. Убийца. Хищник. Нервно сглотнув, я сделала ещё один еле заметный шаг назад.

— Рома, ты… меня пугаешь, — честно призналась я. — Это плохо смахивает на тренировку.

— Прости, сестрёнка, — в темноте послышался его мягкий смех. — Но… с тобой иначе никак. Ты должна всё почувствовать. Почувствовать это каждой своей клеточкой. Чтобы знать и понимать, как себя вести дальше.

— Почувствовать что? — ещё несколько шагов назад. Теперь брошенное в меня копьё было совсем рядом, но Рома до сих пор не двинулся с места.

— Инстинкт убийцы, — коротко отозвался он. — Лучше бы тебе бежать, сестрёнка, ведь я попытаюсь тебя убить, — в следующую секунду парень исчез из поля моего зрения.

Прошло шесть дней.

По своей натуре я люблю жаловаться на свою жизнь и в то же время испытываю лютое безразличие. Люблю ныть и капризничать тем, кого знаю, и также могу избегать их, решаясь держаться на расстоянии. Меня напрягают отношения любых видов. Не хочу лишних привязанностей, но если я к кому-то привыкну, то потеря этой привычки будет равносильна потерей какой-либо конечности. Я уже буду не я. И всё это понимая, стараюсь избегать того, что не продлится довольно долго. Кратковременное удовольствие не для меня.

Именно поэтому всегда выбирала технику в своих увлечениях. Она долговечна. Если что-то сломалось — починила. Если что-то не работает — заменила. Всё просто как дважды два. Когда жизни превращается в своего рода налаженный механизм, это даёт мне некое успокоение и счастье. Стабильность, повседневность, уверенность… Знаю, что будет завтра, послезавтра и даже через неделю. Работая с одним и тем же, я не устаю, так как люблю рутину. Люблю всё, что имеет своего рода стабильное повторение. Именно поэтому мне нравится Дисциплинарный Комитет. Мне нравится работать с членами Комитета. Нравится сотрудничать с Тетсуей и Кёей. Что бы ни произошло, я знаю, что наступит новый день, и всё будет так, как прежде. Таким не каждый может похвастаться. Я дорожу такими вещами. Стремлюсь к ним. К тому, что будет длиться долго. Очень долго. Иного просто не приму.

Но как быть, когда то, что казалось на веки вечные, неожиданно рушится на глазах? Старший брат, который никогда, по сути, меня и пальцем не тронул, ежесекундно пытался меня убить. Это было ужасно. Если Ад и существует, то он, наверное, такой. И это притом, что особых правил нет. Я могу использовать против Ромы абсолютно всё, что попадётся под руку. Будь то ветка или же обычный камень. Всё сгодится, если это позволит сохранить мою жизнь. И, должна сказать, никогда в жизни не испытывала столько стресса. Хотя… тут я, наверное, загнула.

В любом случае, и днём, и ночью я продолжала бежать. Бежать от Ромы в неизвестном направлении. В первые два дня я заблудилась и просто блуждала по округе, пытаясь понять, как мне выбраться к тропе, что приведёт меня к городу. Но на третьи сутки местность стала более привычной и знакомой. Узнала, где находится речка с питьевой водой, несколько кустарников с разнообразными ягодами, грибы, хотя и ядовитые, но мне какая разница? В общем, школа выживания в самом разгаре.

Одно сводило с ума и одновременно приводило в чувства — отсутствие шоколада. Ох, это, пожалуй, была самая чудовищная часть тренировок. Я так хотела сладкого, что буквально чувствовала, как мой мозг скукоживается от нехватки сахара. В какой-то момент, у меня возникла навязчивая идея, что в той походной сумке Ромы, обязательно найдётся хотя бы кусочек шоколада. Почему? Не знаю. Но возникла цель — отобрать сумку, что оказалось не такой простой задачей.

Ведь каждый раз, когда Рома меня ловил, то… нет, не убивал меня, но издевался точно. Например, сядет мне на спину и заставляет отжиматься от земли с его весом. А я даже дышать толком не могла, не говоря уже, чтобы подняться хотя бы раз. Или вот ещё был пример, двое суток назад вновь попалась, так этот козёл в наказание заставил меня сесть на полный шпагат и просидеть так час, а то и больше. Сначала я чувствовала долгую, мучительную боль в области мышц и связок, но потом… вообще ничего не чувствовала. Ни мышц, ни ног в целом. Передвигала конечностями чисто на интуитивном уровне.

Пришлось хитрить и создавать ловушки. В этом я не особый мастер. Тем более, что у брата в этой области больше навыков и опыта. Три ловушки подряд он обнаруживал и в момент разрушал, громко насмехаясь над моими попытками. При этом указывал, что будь на его месте самый обычный человек, то, возможно, они бы и сработали, но не против Ромы. Чёрт! Тяжело вести бой, когда твой противник так же умён, да к тому же и опытен. Осознав, что обычными способами его не одолеть, я решила использовать то, что знаю своего противника. А именно: его слабости. Ох, это подло. Я знаю. Но на войне как на войне.

Осознав, что обычные ловушки, в виде петли на земле и небольшой ямы, не помогут, пришлось менять стратегию кардинально. Всё это время я пряталась, убегала, старалась скрыться из виду Ромы, но теперь вышла на самое открытое место. Более того, притворилась спящей. Честно скажу, что спать мне удавалось всего несколько часов в сутки и то урывками. Братец был жесток в этом плане и сам, казалось, совершенно не спал. Да и не ел. Он вообще человек? Ай, ладно… В общем, как и ожидалось Рома меня нашёл. По отработанной схеме, он пытался схватить меня, а потом провести очередной урок экстремальной гимнастики, после которой тело толком не чувствую. Однако в тот самый момент, когда Рома оказался совсем близко, я медленно открываю глаза, приподнимаюсь и с самым невинным видом взираю на парня снизу верх, выдавливаю пару слезинок и мягким голоском произношу:

— Братик, не надо… Мне так больно! — даже немного хныкнула в конце, потирая кулачком один глаз. За такой ход, отдаю отдельное спасибо японской современной литературе, то есть — комиксам. Но я-то человек подкованный, и тут больше года уже живу, а вот Рома…

Ох, результат превзошёл все ожидания. Рома совершенно не ожидал от меня «такого» поведения. Глаза у парня расширились, дыхание сбилось, весь побледнел и вспотел. Более того, задрожали руки и ноги. Он даже отступил на несколько шагов назад, совершенно не зная, как реагировать. Вот тогда-то я и стала действовать. Отыскала верёвку, спрятанную в жухлых осенних листьях, которая по совместительству исполняла роль спускового крючка в ловушке. Дёрнула, что было сил, и с неописуемым наслаждением наблюдала за тем, как моего старшего брата схватывает верёвка за ноги и поднимает вверх, свисая с ветки дерева.

Более того, пока парень всё ещё не успел сориентироваться, хватаю заготовленную заранее дубинку, благо их в лесу предостаточно, и со всей силой и скопленной злостью бью парня в район солнечного сплетения. Я часто видела, как это делает Хибари Кёя. Его излюбленный способ утихомирить противника за несколько ударов. Причём если приложить достаточно усилий, противник может и потерять сознание от болевого шока. И, кажется, Рома, испустив последний кислород, отключился, обмякнув на верёвке. Но я так просто в это не верю. Необходим «контрольный выстрел», поэтому наношу очередной удар в область затылка.

Верёвка не выдерживает и рвётся, сбрасывая парня на землю, как мешок картошки. М-да, хоть материал, из которого сшит гакуран, и прочный, думаю, он не предназначен для того, чтобы из него делали ловушки. Хотя свою основную функцию он исполнил.

— Ну, наконец-то, — вздохнула я, отбрасывая дубинку в сторону. — Достал! — Пнула ногой отрубившегося парня в бок. — Я потом всё маме с папой расскажу!

Нужно было что-то с ним делать. Когда братец очнётся, добрым он точно не будет. Признаюсь, что на миг у меня возникла мысль швырнуть его тело бродячим по округе зверям. Вот бы была потеха, учитывая, что он также ненавидит животных. Кстати, и они его тоже. С детства было так. Рому вечно кусали, царапали и вообще буквально пытались уничтожить. Меня же преследовали, но видя, как они себя ведут со старшим братом, поняла — лучше от них держаться подальше. Это переросло в привычку.

Осмотрела походный рюкзак парня, но ничего толкового там не нашла. Бутылка родниковой воды, телефон, ключи от машины, нож, аптечка, зажигалка и рулон туалетной бумаги. Отлично, а меня лопухами заставил пользоваться. Как же меня это уже достало! Хочу домой! Хочу нормально покушать! Хочу принять ванну и лечь спать в своей постельке! Хочу тупо вернуться в школу, так как там спокойно! Эх… Как же меня это достало. Я стала сильнее? Не знаю… Злее? Определёно.

— Хм-м-м… — послышалось за спиной.

Ого! А он быстро пришёл в себя. Хотя не до конца. Движения ещё вялые, но должна признать, что этот загорелый Казанова ещё тот крепкий орешек. Может, вновь его огреть дубинкой, чтобы дал мне отдохнуть час-другой? Так, а где она? Блин, ведь только что под рукой лежала.

— Братик, значит? — кряхтел Рома, медленно приподнимаясь на локтях и злобно косясь в мою сторону. — Ну, подожди… сейчас-сейчас! Дай только прийти в себя, и… я те покажу «братика».

— Дерьмо! — вырвалось у меня. Энергия переполняющего гнева витала в воздухе, и её можно было почувствовать физически. Ярость в золотых глазах заставляла парня шевелиться и вставать, хотя ясное дело затылок ещё болит.

Что же делать? Попробовать вновь врезать ему? Нет, уже не прокатит. Он будет готов к подобному трюку, но учитывая то, что он несколько дезориентирован, у меня есть несколько секунд на побег. Именно. Схватила его рюкзак и, сорвавшись с места, помчалась вниз по склону. Плевать куда приведёт меня путь, главное как можно дальше. Уверена, что если Рома меня и в этот раз поймает, то на одной гимнастике он не остановится. Ох, я уже физически чувствую, как он сворачивает мои кости морским узлом. Не-не-не, не хочу! Бежать! Бежать! Не останавливаться!

Ой-ёй! Кажется, он окончательно пришёл в себя. Да, за последнее время мои инстинкты обострились, и я чувствую погоню, даже если не нахожусь в поле зрения преследователя. Нужно спрятаться.

Из-за того, что я вечно оборачивалась через плечо, выискивая взглядом Рому, совершенно забыла про то, чтобы следить за тем, что у меня под ногами. И, естественно, в один чудесный момент зацепилась ногой за ветку, полетев носом вперёд.

Кувырок. Ещё один. И ещё. Остановилась.

— Ох, остановите землю… — кажется, меня сейчас вырвет.

Схватившись за голову, пытаясь остановить нахлынувшее головокружение. Наконец-то, когда мир перестал вращаться перед глазами, я поняла, что нахожусь в небольшом широком углублении и, при этом… не одна. Передо мной сидел огромный бурый медведь, вес которого поменьше мере килограмм двести пятьдесят. Причём если судить по его взгляду, он был не меньше меня удивлён такой внезапной встрече. Сидим оба на земле в метре друг от друга. Я смотрю на него, он на меня, и вот вопрос: кто из нас начнёт орать первым?

Сверху по склону, с той стороны, с которой я бежала, зашуршали листья. Братец догоняет. Что же делать? Не хочу с ним сталкиваться. Я вымоталась за всё это время. Просто нет сил. Абсолютно нет сил! Хочу домой!

Появился какой-то внутренний порыв, который заставил резко вскочить на ноги и подбежать к медведю, положив раскрытую ладонь ему на мохнатую голову.

— Мне нужно спрятаться.

Сама не знаю, зачем это говорю. Тем более на русском. Это же японский медведь, верно? Так почему не на японском? Хотя, о чём я вообще? Это же медведь! Но отчаянные времена порой заставляют действовать очень и очень неразумно. Если бы кто-то ещё неделю назад сказал, что я так поведу себя, то… в моих глазах он был бы самым настоящим идиотом. Но… как оказалось, всё развернулось.

Однако, случилось… чудо? Медведь, казалось, спокойно всё понял и мотнул мордой себе за спину. Заглянув туда, увидела небольшую пещеру в склоне горы. Хм… медвежья берлога? В любом случае, выбирать не приходится. Я быстро сорвалась с места и побежала в сторону пещеры, которая внутри была довольно просторная. Признаться, если бы мне на неё не указали, я бы даже не заметила такое укрытие. И главное кто указал? Медведь!!! Животное, которое я боюсь! Но брата сейчас я боюсь гораздо больше. М-да… выбираем из двух зол?

Послышались шаги, доносившиеся снаружи. Что там точно происходит, не ясно.

— Да-а-ар! Где ты? — протянул брат, и в эту секунду я вспомнила все фильмы ужасов, которые видела за свою жизнь. Я, он, лес, мы одни… кто-то точно не доберётся до дома. — Дар! Выходи!

Ага! Уже бегу, чтоб тебя! Ну, уж нет. Буду сидеть тише воды, ниже травы. Тем более, что сейчас я не одна.

— РА-А-АР-Р-Р!!!

— Что?! Медведь?! Чёрт! — кажется, парень не ожидал такой встречи. — Дар! ДАР!!! Быстрее выходи и сваливаем! Тут медведь! ДАР!

— РА-А-А-АР!!!

— Огромный! Эй, не приближайся! Кыш-кыш! ДАР, чтоб тебя! — я всё ещё сидела в пещере. — Эй! Это мои штаны! А ну пусти, косолапый! Чёрт! — послышалась какая-то возня. Иногда то медведь рычал, то Рома ругался, но, в итоге, борьба была недолгой. — Фу-у-у… слюни… ДАР!

Любопытство всё же заставило меня выйти из укрытия. То, что я увидела, не опишешь двумя словами. Но если бы была такая возможность, то назвала бы это как — «полный привет». Рома валялся на земле, отмахиваясь от медведя небольшой веточкой, которая попалась ему под руку, и одновременно ухватился за свои штаны, не позволяя медведю окончательно их стянуть. Сам же медведь намертво вцепился в ткань штанов, и хлестание веточкой по морде ему явно по барабану. Рома хоть и терпеть не может животных, но, на удивление, он им никогда особого вреда не причинял. Они его кусали, жевали, царапали, но он, в основном, терпел и убегал. Словно что-то останавливало его, хотя как-то раз в детстве собака всё же сильно покусала.

— Хм, как это мило выглядит, — протянула я, принимая деловую позу, скрещивая руки на груди и облокачиваясь правым плечом об ствол ближайшего дерева. — Хоть садись, и пиши картину маслом.

— Очень смешно! — фыркнул Рома, повернув мою сторону голову. — Избила меня, а теперь эту зверюгу натравила. Твоя ведь работа, верно?

— Отрицать не стану, — задумчивым видом, посмотрела на свои ногти, словно проверяла их состояние. — Но ты сам виноват. Довёл меня до крайности! Рома, я устала! Хочу домой! Принять душ, нормально покушать и наконец-то по-человечески сходить в туалет!

— Эй! — усмехнулся парень. — Приличные девушки о таких вещах не говорят.

— Приличные девушки сидят дома и чаи гоняют, а не устраивают недельный тур на выживание!

— Ладно-ладно! — быстро вздохнул Рома, так как медведь перешёл со штанов на его любимые кроссовки. — Я всё понял! Домой, так домой! Ты только… Эй! Эй! Морда! А ну верни кроссовок!!! — но не тут-то было. Медведь схватил клыками один кроссовок и тут же умчался прочь, исчезая в лабиринтах леса. — Так, всё, теперь точно домой.

Когда мы добрались до дома, солнце уже давно зашло за горизонт. А парень мне всю дорогу успел прожужжать, какая я неблагодарная, избила своего любимого старшего братика и сбросила на корм диким животным. Более того, ограбила, и он лишился одного любимого кроссовка. За всё это время я так часто хотела его придушить, что сбилась со счёта, но логика и здравый смысл даровали мне силу. Если хоть что-то сделаю, мы можем попасть в аварию, ведь он был за рулём.

Однако Рома успевал и похвалить. Уверял, что за эти шесть дней я кардинально выросла и стала сильнее, хотя совершенно не понимала, о чём он. Единственное, что я делала — это выживала. Никаких изменений за собой не наблюдаю. Разве что чувствую себя безумно измотанной и голодной. Не представляю, что бы было, если бы я вообще осталась без сахара. Но, к счастью, в какой-то день наткнулась на улей пчёл. Разводила костёр, выкуривала пчёл, и в наглую тырила лакомство. Правда, много не поворуешь. Стоит только лёгкому ветерку сменить направление, как всё. Пиши — пропало. Приходилось вечно уносить ноги. Но, главное, трезвость рассудка сохранила.

Когда мы пришли домой, первое, что сделала я, — направилась в ванную. Рома — завалился на мою кровать, даже не переодевшись. Чёрт, там же совершенно чистое постельное бельё! Что он себе позволяет? Ай, хрен с ним… Всё равно. Мне абсолютно всё равно. Просто плевать. Однако… надо было дать медведю догрызть его. Так, всё… в душ!

После того, как я освежилась и нормально сытно поела, почувствовала некое облегчение. Словно заново родилась. Мне кажется, что после таких приключений, теперь даже атомная война не страшна. Вария? Скуало? Занзас? Пф! Да пошли они!

— Эй, Дар, ты поела? — донеслось из спальни, в тот самый момент, когда я закончила мыть после себя посуду.

— Ну, да, — спокойно отозвалась, не покидая помещения.

— Отлично! Сгоняй в магазин!

— Чего?! — это было неожиданно. — Ты знаешь, который час? Все магазины уже закрываются, а универмаг за несколько кварталов от дома.

— Вот и хорошо, — отозвался братец. — Этакая вечерняя пробежка, чтобы держать тебя в тонусе. Ах, да! И купи мне пару бутылок виски!

— А жопа у тебя не треснет?! — нет, этот человек просто ас в том, чтобы взбесить меня. — Ты не забыл, что твоей младшей сестре ещё и шестнадцати нет?! Тем более, я, знаешь ли, тоже устала. И вообще, иди в душ и не пачкай постель. Мне там ещё спать.

— Вот! — с тоном знатока произнёс парень, вставая на ноги и направляясь в сторону ванной комнаты. — Я плескаться, а ты, — указал на дверь. — В магазин! Ты девочка умная, уверен, что продадут всё, что надо. Виски, пару бутылок, не забудь, — зашёл в ванную, закрыв за собой дверь.

— Рома! — послышался шум включенной воды. — РОМА!!!

— Я во-о-одяной! Я водяной! Никто не водится со мно-о-ой!

— Виски, так виски, — кивнула я, быстро накидывая на ноги кеды, хватая кошелёк и выбегая на улицу. Слушать пение брата — выше моих сил. Хотя уверена, что и я пою не лучше. Это у нас семейное, но, чтоб его, я же не горланю при каждом удобном случае?

Эх, всё же я с каждым днём убеждаюсь, что меня окружают одни идиоты и садисты. Рома относится к разряду вторых личностей. Если с идиотами ужиться ещё можно, то вот с садистами… Эх…

Интересно, а что мне сказать при покупке алкоголя?

Вот это да! Продали! Даже возраст не спрашивали и документов не требовали. Во времена пошли! И куда только полиция смотрит? Хотя стоп… Куда Дисциплинарный Комитет смотрит? Опять не то… я же оттуда. А, ну тогда всё нормально. А то я уже стала волноваться, что за эти шесть дней состарилась на десяток лет. Этакое новое увеличение без помощи десятилетней базуки. Главное коллег своих случайно не встретить. М-да…

Может, дома и самой попробовать алкоголь? Я-то как никто другой заслужила поощрение. Но мне бы лучше баночку шоколадной пасты, нежели виски. Никогда не пробовала и как-то не тянет. И сколько тут градусов? Ого! Сорок пять! Интересно, если напоить этим Рому, а потом поджечь, как ярко он гореть будет? Хм… эксперименты мне нравятся.

— Ламбо-сан голоден!!! — послышался до боли знакомый голос впереди. — А ещё устал!!! Фуута, понеси меня!

— Ты тяжёлый, Ламбо! Иди сам!

— Что?! Фуута, ты дурак! Бе-е-е!

Пройдя немного вперёд, я подтвердила свои подозрения. Мне на встречу, держась за руки, шли Ламбо, И-Пин и Фуута. Вот только они были совершенно одни и без сопровождающих. На улице такая темень, да и прохожих уже не встретишь. Неужели они заблудились?

— Йо, малышня! — поздоровалась с детьми, по привычке приподняв ладонь. — Что вы тут делаете? Причём так поздно.

— Дари!!! — радостно воскликнул Фуута, подбегая ко мне и обхватывая за талию. Ламбо и И-Пин также не остались в стороне, вцепившись в ноги.

— Да-а-ар! — протянул мальчик в костюме коровы. — Ламбо-сан устал! Понеси!!!

— Ламбо! — злился Фуута. — Это ты виноват, что мы потерялись! Если бы ты не засунул рог в эскалатор, то мы бы не отстали от сестрёнок!

— Этого не было, дурак!!! — смущался Ламбо, пряча лицо в моей штанине.

— Так, с вами были Киоко и Хару? — поняла я. — Да уж… тоже мне защитники и любители детей. Вроде бы, их двое, а толку ноль, к тому же потеряли малышню посреди ночи.

— Нет, Дари, всё не так! — вступился Фуута, стараясь выгородить девушек. Видно, они ему нравились, ведь что у Киоко, что у Хару вполне добрый и миролюбивый характер. После мальчик грозно посмотрел на Ламбо, сразу показывая чья это вина. Но будущему Боссу семьи Бовино, кажется, на это абсолютно наплевать. Вон, уселся на земле и ковыряется в носу.

— Э-э-эх, ладно, — вздохнула я, почесав затылок. — Видно, ничего не поделаешь. Давайте я отведу вас к дому Тсуны, а там свяжитесь с девочками и скажите, что с вами всё в порядке.

— Хорошо! — хором отозвались дети, следуя за мной. То есть, кроме одного…

— Дар, понеси Ламбо-сана! — вопил мальчик, брыкаясь на земле.

— Эх, кто бы меня понёс, — вновь устало вздохнула. — Тело до сих пор болит. Синяков вроде нет, зато ощущения, будто я неделю половой тряпкой была.

— Это из-за тренировок? — предположил Фуута. — Тсуна-ни тоже на них постоянно пропадает.

— Дар, расскажи о тренировках, — попросила И-Пин, дергая за штанину. Её японский всё ещё слабоват, но уже делает продвижение.

— Если кратко: лес, страх, боль, отсутствие туалетной бумаги, — дети с непониманием переглянулись, пытаясь уловить связь всего того, что я перечислила.

Но неожиданно я замерла и огляделась. Нас преследуют. И не один человек, а несколько. Чувствую, словно змеи с разных сторон заползают мне на спину, сковываясь на шее. Плохой знак. Уж это выучить успела. Противник силён и не один. Вария? Нет. По подсчётам Ромы у нас в запасе ещё целых четыре дня. Возможно ли, что фальшивки обнаружились слишком быстро? Тогда у нас проблемы.

— Фуута, хватай И-Пин и ускоряемся, — бросила я на пол тона тише. Сама всё же взяла Ламбо на руки.

— Дари, что-то не так? — насторожился Фуута, чувствуя некое напряжение в моём голосе.

— Да, — не стала скрывать очевидного. — Нас преследуют. Быстрей. Необходимо спрятаться.

Больше вопросов дети не задавали. Я видела, что Фууте тяжело. Он и сам устал, но так как был старше и выше, всё равно продолжал тащить И-Пин. Сколько противников? Точно сказать не могу, так как нет визуальной картинки, но судя, по неприятным сковывающим ощущениям, по меньшей мере — четверо. Они близко. Выслеживают, но кого? Предположений не так уж много. Либо Фууту, так как он до сих пор считается ценным кадром, либо меня по той же причине. Хотя не стоит забывать и про Кольцо Луны, что сейчас висело у меня на шее на серебреной цепочке.

— Сейчас влево! — приказала я, обхватывая ребят и прыгая в небольшую канаву через мост. Ноги тут же ощутили прохладу ледяной воды. Она едва доставала до колен и, если честно, я успела привыкнуть к этим ощущениям, но вот дети стали дрожать. Им такое осеннее купание не очень нравится.

— Кто это? — дрожащим голосом спросил Ламбо. — Ламбо-сану совсем не страшно! Ламбо-сан — киллер!

— Ламбо, тихо! — попросила И-Пин, обхватывая рот мальчика ладонью.

Сверху на мосту послышались шаги. Нас потеряли из виду.

— Это «04», — прозвучал мужской голос на итальянском языке. — Цель сумела скрыться.

— Ищи их, — донеслось из динамиков рации, что держал при себе преследователь. — Далеко они не могли уйти. Это всего лишь три ребёнка и обычная школьница. Кольцо Грозы должно быть у них. Остальные, помогите ему и раскрошите всех!

— Есть! — произнёс преследователь, а также из динамиков отозвались остальные члены группы, готовые исполнить этот приказ.

Стоп, что? Кольцо Грозы? Значит, их основной целью являюсь не я, а кто? Фуута или И-Пин? Если подумать, то один может делать стопроцентные рейтинги, вторая стоит на третьем месте в рейтинге потенциальных киллеров. Но, чёрт возьми, они ещё дети! Как? Как они должны сражаться против Варии? У Внешнего Советника вообще мозги есть?

— У кого Кольцо Грозы? — спросила я, тихонько. — Фуута, у тебя? Ты Хранитель Грозы?

— Нет, — честно признался мальчик, мотая головой. — У меня ничего такого нет.

— И-Пин? — девочка также отрицательно покачала головой.

— Ламбо?! — это было несколько неожиданно. — Ты?

— Нет! У Ламбо-сана ничего нет! Это враньё! — кричал мальчик, немного трясясь от холода и страха. Я тут же попыталась его успокоить, положив руку на кучерявую голову, прекрасно понимая, что своим голосом он привлекает лишнее внимание.

Возможно, это лишь ошибка и охотятся всё же за мной. Это одновременно и упрощает, и осложняет задачу. Неожиданно мои пальцы наткнулись на какой-то хлам в волосах мальчика. Слегка приподнимая мусор на свет, чтобы посмотреть, что это такое, замечаю серебристый блеск металла. Кольцо… Кольцо Грозы. Сомнений быть не может. Так, Хранитель Грозы… Ламбо?! Чёрт, ну и выбор! Он слишком юн. Хотя у меня есть предположения, почему Внешний Советник сделал это. Учитывая, какими технологиями и научными достижениями владеет семья Бовино, было бы неплохо иметь в своих рядах того, кто рано или поздно возглавит всё это. Да уж… тем более за последнее время семья Бовино уже не раз и не два смогла продемонстрировать свои возможности.

Дерьмо! Тем более, что Ламбо ещё ребёнок, и выбора ему не предоставили. И если знать его капризный характер, так просто он не откажется от возможности «побыть крутым». Вот только это не игра.

Ладно, подумаю над этим чуть позже. Странно, но я уже чувствую некую ответственность за эту семью и включая Ламбо. Они выручали меня довольно часто, чтобы я просто так закрывала глаза на то, что происходит. Но сейчас вопрос в другом — что делать? Как выбираться отсюда? Пока на мосту только один преследователь, но с минуты на минуту нагрянут ещё люди, и тогда уж будет точно не до шуток. Нужно как-то избавиться от того, что уже есть и продолжить путь. Находиться на месте равносильно самоубийству.

Но как одолеть его? И-Пин? Её бомба с часовых механизмом была бы кстати. Но завести девочку довольно трудно. Может смутить? Нет. Это не вариант. Да и противник может убить её, ещё до того, как И-Пин перейдёт к атакующей форме. Тогда что же использовать? Фуута не вариант. Ламбо слишком напуган, хотя его гранаты в волосах могут пригодиться. Стоп!

Посмотрела на пакет, который я до сих пор держала в руках и в котором, тихонько булькая, находилось виски. Хм… в принципе, подойдёт. Извини, Рома. Сегодня явно не твой день. Не тратя драгоценные секунды, быстро открутила крышку бутылки, оторвала часть рукава своей мастерки, и, смочив ткань, запихнула его в стеклянное горлышко. Коктейль Молотова на скорую руку готов. Осталось только отыскать то, чем можно будет поджечь фитиль. И я не сомневаюсь, что наш юный клептоман что-то, да припрятал в своей чудной кучерявой голове. Ну-ка…

Спустя несколько мгновений в руках блеснул ещё один предмет. Металлическая зажигалка. Круто! Ламбо меня никогда не подведёт.

— Значит так, — обратилась ко всем. — Как только я брошу бутылку, срываетесь со всех ног в сторону дома Тсуны, не оборачиваясь. Всё ясно? — дети закивали головами. — Отлично. Выходим из укрытия. Только медленно и тихо.

Стали выбираться из воды. Каждый передвигался медленно, стараясь не создавать лишних всплесков. Однако, учитывая, что мы до сих пор были под мостом, этот Четвёртый нас не видел. Осмотрела его. Высокий мужчина. Возраст, скорей всего, за двадцать. Тёмные короткие волосы. Длинное кожаное чёрное пальто прикрывало всё тело, а лицо прятала чёрная маска. Из оружия в руках имелась катана. Мечник? Это хорошо. Значит, на дальних расстояниях он бесполезен. Пистолета с собой не вижу.

Подожгла фитиль. Ткань, смоченная спиртным, быстро запылала, подбираясь к горлышку бутылки.

— Эй! — окрикнула преследователя и тут же швырнула в него бутылку.

Мужчина не ожидавший, что в него что-то будет лететь, на автомате разрубил катаной мой снаряд. Вот только этого мне было и нужно. Стекло вдребезги разлетелось в разные стороны, покрывая преследователя с ног до головы алкоголем. Пламя мгновенно перекинулось на мужское тело и за несколько секунд полностью охватило его. Рефлекторно тот принялся хлопать по себе, стараясь затушить огонь, но это только усугубило ситуацию. Он пытался избавиться от пальто, но за это время огонь уже безжалостно поедал плоть на голове, причиняя мучительную боль. Мыслить трезво в таких ситуациях невозможно. Остаётся только кричать и звать кого-нибудь на помощь. А ведь совсем рядом водоём. Достаточно спрыгнуть с моста, но как это обычно бывают, умные мысли приходят в самую последнюю очередь.

Побежала прочь, догоняя детей и с ледяным спокойствием игнорируя вопли безумной боли. Он привлекает внимание. Надо будет это использовать, ведь противников как минимум ещё трое. Включая «начальника», которого я слышала из динамиков рации. Вот только почувствовать присутствие пока не могу. Но он точно где-то здесь. Сомнений быть не может.

Но у нас возникли очередные неприятности. К тому моменту, когда я догнала детей, позади вновь появился преследователь. Опять с катаной в руках. У меня осталась ещё одна не тронутая бутылка виски, но не думаю, что смогу её использовать в таких условиях. Дети бежали значительно медленнее меня. Подхватила Ламбо одной рукой, а второй схватила Фууту, стараясь хотя бы немного ускорить шаг. Фуута тем временем крепко держал за ладонь И-Пин.

Надо что-то делать. Мужчина нас догоняет, и, судя по жажде крови, он точно не остановится на одних угрозах.

— Ламбо!!! Фуута!!! И-Пин!!! Дар!!! — послышался знакомый голос впереди. Приглядевшись, я увидела, что в нашу сторону бежали Тсуна и Реборн. На лице парня читалась паника. Видно, в какой-то момент я сбилась с ритма бега, и преследователь догнал нас, взмахнув катаной. — Этот парень?! БЕРЕГИТЕСЬ!!!

Ох, будет больно.

Зажмурила глаза, готовясь… ко всему. Но в эту же секунду прозвучал грохот взрыва. Хотя нет. Это был не взрыв, а удар. И совершил его никто иной как…

— Хранитель Солнца семьи Вонгола и лучший ученик Колонелло, Сасагава Рёхей — прибыл!!!

Чёрт! Это, конечно, слишком, но… я рада его видеть. Своим ударом слева парень отправил преследователя в нокаут. Полная победа. Но это только один человек. Тут ещё как минимум двое за нами носятся.

— Это 02, — прозвучал незнакомый голос сверху. — Цель определена. Я атакую.

Уже хотела отыскать взглядом того, кто намеревался нанести удар, однако, он пропал из виду. Вернее, его удар блокировали. И тот, кто это сделал, был Ямамото Такеши с катаной в руках. Он возник из ниоткуда рядом с нами, прикрывая собой. Более того, с другой стороны появился Гокудера Хаято, что также одолел одного из преследователей, метнув в противника несколько шашек динамита. Теперь я и дети были защищены со всех сторон.

— Чёрт, — фыркнул Гокудера. — И почему одно из колец у тупой коровы?

— Привет, — улыбнулся Ямамото. — Как дела? Вы не ранены?

— Нет, — улыбнулась в ответ. — Ничего серьёзного. Но откуда вы?..

— Хех, кажется, Емицу успел вовремя, — улыбнулся Реборн, приближаясь к нам вместе с Тсуной.

Хм? Так их предупредил Внешний Советник? Что-то мне это очень не нравится. Что-то движется. Что-то опасное. Вот только откуда оно идёт?

Все стали осматривать нас с головы до ног. В принципе, мы были целы, если не считать небольшой царапины на лбу И-Пин, которую я не заметила в спешке. Может быть, её случайно задело, когда мы прятались под мостом. Девочка всю дорогу молчала. Парни были счастливы от того, что обошлось без жертв. Ну, кроме Хаято. Он вновь был не в духе. От всего.

— Эй, Ведьма, — обратился парень, хмуря брови. — Ты где шлялась целых шесть дней?

— А что? Волновался? — усмехнулась я.

— Фек! Тоже мне! С чего мне о тебе волноваться? Это я для Десятого спрашиваю, — гордо задрал подбородок и отвернулся в сторону.

— Ой, да ладно тебе, — пихнула Хаято локтём в бок. — В лесу я была. Тренировалась с братом.

— Брат… — фыркал парень, ещё сильнее выражая недовольство. — Уверен, что он ещё то трепло и одно сплошное недоразумение.

— В лесу? — воскликнул Ямамото, обхватывая меня за плечи. — Ха-ха-ха! Я бы тоже хотел там тренироваться. Сто лет на шашлыках не был! Природа, свежий воздух, красота…

— Э-э-э… всё совсем не так радужно, как ты себе представил, — замахала рукой перед лицом, но похоже это совершенно не убедило бейсболиста. Тот только стал намекать, что неплохо было бы всем нам как-нибудь собраться и отправиться на пикник.

— Тсуна-ни! — воскликнул Фуута, подбегая к Саваде. — Это было так страшно! Но Дари справилась с одним.

— Справилась? — удивился Тсуна, и все стали как-то странно коситься то на меня, то на Фууту. Видно, они не верили словам мальчика.

— Да! — отозвался Фуута. — Она его подожгла! Прямо как спичку!

— ЧТО?! — хором воскликнули парни, косясь в мою сторону.

Я сделала вид, что совсем не вижу этих взглядов. Тем более, что было не до разъяснений. Чувство опасности вновь змеями сковало мне спину. Причём так туго, что даже дыхание восстановилось не сразу. Плохой знак. Очень плохой. Противники сильны. Но сколько их? Не понятно. Передвигаются вместе.

— Они близко, — тихонько произнесла я, поворачивая голову в сторону, с которой ожидались гости.

Все мгновенно замолчали и насторожились. Реборн посмотрел в ту же сторону, что и я. Судя по плотно сжатым губам, он тоже что-то почувствовал. Я уже хотела уточнить, как в эту секунду на небольшое выступление перед нами из ночной темноты прыгнул высокий темнокожий иностранец. Парень около двадцати трёх лет. Он был одет в похожую форму, что и ранее преследователи. Растрёпанные чёрные волосы напоминали иглы ежа. Но также за спиной имелось странное оружие. С нашего расстояния не разобрать что это. Слишком темно. Мечи? Очень похоже. Тогда сколько их? Точно больше шести.

— Так это вы сделали, — произнёс парень на японском. Осмотрел всех присутствующих, остановив взгляд на Ламбо, что из-за всех сил жался к ноге Тсуны. Он вновь испытывал панику и как-то интуитивно понимал: это пришли за ним. — Так значит, мой противник, владеющий Кольцом Грозы, это ребёнок с кудряшками? — опять эти кольца. Неужели он готов убить его ради кольца? — Если вы вмешаетесь, я уничтожу всех!

Руки противника потянулись вверх за спину. Он собирается атаковать? Дело — дрянь. Я ещё не знаю его стиль сражения. Это точно мечи? Почему-то в этом не уверена. Так-так, что же делать? В руках до сих пор плескалась вторая неоткрытая бутылка виски. Может, и его использовать? Нет, я не настолько быстрая, а этот парень, вроде бы, скоростной. Тогда нужна завеса. Да. Необходимо бежать. Тут слишком много мишеней. Одна я бы давно уже смогла скрыться, но Тсуна, дети и остальные…

— По моей команде, делаешь дымовую завесу, — негромко произнесла я, обращаясь к Хаято. Гокудера ничего не ответил. Даже виду не показал, что услышал. Только красный огонёк на сигарете стал значительно ярче, в руках появилось больше динамитных шашек.

— Остановись, Леви! — донеслось до нас неожиданно, и противник замер. Позади него тут же оказалось ещё несколько людей.

Ох, чёрт! Теперь дела намного сложнее. О побеге и речи быть не может. Сколько их? По ощущениям восемь. Да, всего восемь человек.

— Не трави их лишь по своему усмотрению, — произнёс парень со странной причёской в виде выбритой головы и одной густой зеленной прядью справа. Также имеются солнечные очки, и это учитывая, что на дворе давно стемнело. А также одежда, с густым мехом на плечах и рукавах. Он явно выделялся из толпы. Очень.

— Ха! Действительно! — произнесла высокая девушка, стоящая рядом с зелёноволосым. — Иначе как мы будем развлекаться?

Девушка была приблизительно того же возраста, что и тот, кого назвали «Леви». Длинное кожаное чёрное раскрытое пальто, из-под которого виден чёрный кожаный топ, в виде бюстгальтера и обтягивающие чёрные брюки. А вот волосы пылали буквально, как огонь. Ярко-красные, волнистые с крупными кольцами, достающими до плеч. Казалось, что эта девушка и есть пламя. Даже в темноте можно было увидеть её яркий макияж. Алые пухлые губы, широкая подводка и вечный злобный смех. Более того, я заметила то, с какой ненавистью она смотрит на меня. Именно на меня. Её больше никто не интересовал. Эта ненависть буквально душила и доводила до безумства. Она меня знает.

— Кажется, остальные обладатели колец тоже здесь, — произнёс следующий незнакомец, который по возрасту казался не старше Ламбо. Однако из-за чёрного плаща, даже лица не могла его рассмотреть. Всё было в тени. Этот ребёнок словно специально старался скрыть своё присутствие и остаться незамеченным.

Также особое внимание привлёк парень, приблизительно моего возраста со светлыми волосами, вечной ухмылкой на лице и небольшой серебряной короне, сверкающей на фоне луны. Глаз не видно из-за длинной чёлки, но уверена, что они не излучают добро и понимание. За всей этой толпой стояло что-то огромное, словно шкаф. Я даже сразу не поняла, человек ли это? На голове что-то напоминающее противогазную маску, испускающую дым. Как механизм или мотор. Стоп! Механизм или мотор? Что это устройство? Ещё столько трубок подключены к лицу. Оно помогает дышать? В груди что-то больно загрызло. Любопытство с примесью недоверия. Не понимаю. После тренировок мои ощущения обострились, это факт, но я не все понимаю их. Только учусь распознавать. Словно запахи.

— ВО-О-О-ОЙ!!! — а вот этого парня я узнаю. Из-за спины здоровяка вышел Скуало. — Как вы посмели меня обмануть? Вы, куски мусора! Я порежу вас на куски!!! — для убедительности рассёк мечом воздух, вызывая звонкий свист. — Кто из вас обладатель Кольца Дождя?

— Я, — спокойно, без лишней паники и улыбок отозвался Такеши.

— Ох, это ты! — дикая усмешка на лице Скуало стала шире. — Три секунды! Мне понадобится три секунды, и я разрублю тебя!

Дерьмо! Драться? Сейчас? Посреди улицы? Это плохо! Видела, на что способен этот парень, и с ним просто так не справиться. Опять-таки, слишком много целей. Дети и парни… Учитывая их горячие головы и нрав, они тут же ринутся в бой, не задумываясь о последствиях. Но если Такеши и Рёхей бойцы ближнего боя, то пускать вперёд Хаято нельзя. Он как раз должен прикрывать всем тылы. Но послушаются ли меня парни? Реборн стоит в стороне. Вряд ли он примет участие в бою. Тсуна? Тут всё трудно. В его глазах также читается страх. Правда, если он перейдёт в режим Посмертной Воли, шансы немного возрастут.

Неожиданно из-за спины вышел ещё один парень.

— Он здесь, — с некой обреченностью и настороженностью произнёс Реборн. — Я никогда не думал, что день, когда его увижу снова, когда-нибудь наступит. Занзас!

Это Занзас? Я присмотрелась к вышедшему вперёд парню. Высокий, тёмные короткие волосы, с выбритыми висками по бокам. Сзади к волосам прицеплены перья различных птиц и хвост енота. На лице небольшие тёмные шрамы, словно родимые пятна или ожоги. И взгляд… этот огненный взгляд буквально прожигал насквозь. Но на этот раз не меня — Тсуну. Более того, чувствовалась некая удушающая энергия. Аура. Да, это именно она. Словно кто-то невидимый схватил тебя за горло и сжимал до такой степени, пока перед глазами серые круги не поплывут.

Ноги у Тсуны подкосились, и он упал назад. Ему не по себе от такой лютой ярости, ненависти. Да что там, остальные парни даже двинуться с места не могут. Они не ожидали столкнуться с такой волной страха. Не ожидали, что она будет такой удушающей. Но я… Теперь понимаю в чём заключалась тренировка брата. Я могла двигаться, так как этот ужас мне был знаком. Всё чувствовала, также боялась, но… двигалась. Вот только сражаться не могу. Зато могу кое-что другое…

Рядом со мной стояли Ямамото и Гокудера. Не задумываясь, ударила каждого в плечо костяшкам пальцев. Парни вскрикнули от неожиданности, но резкая боль тут же сняла наваждение ауры, как пелену с глаз. Было видно, что парни хотели что-то сказать, но сейчас не самое время для разговоров. Занзас решил действовать.

— Савада Тсунаёши, — прохрипел он, сжимая левую руку так, словно уже мысленно сдавливает Тсуне горло. Ладонь начала сиять. Что это? Пламя Посмертной Воли? Он точно может его испускать. При этом без специальной пули? Что… что он такое? Более того, этой техники боялись и его собственные соратники.

— Невозможно, Босс! — простонал парень с зелёными волосами. — Ты намерен использовать это!!!

— Ты планируешь нас тоже убить?! — даже Скуало был встревожен, а уж в его глазах видеть страх необычно.

— Это плохо! — окрикнул всех Реборн. — Бежим! — однако, никто не двинулся с места. Мы не успеем.

— Умри! — прохрипел Занзас, и каждая клеточка моего тела приготовилась к боли, но… за долю секунды, как произошло что-то опасное, прямо перед Варией в землю воткнулась кирка. Кто её метнул?

— Остановись, Занзас. Достаточно, — этот голос… Савада Емицу? — С этого момента я беру ответственность за всё происходящее.

— Отец?! — удивился Тсуна.

— Что?! — ещё больше удивился Хаято. — Отец Десятого?!

Но помимо Савады Емицу, там был ещё и Базиль. Он пришёл в себя? Более того, вроде, неплохо двигается. Значит, раны все зажили.

— Емицу, — бросил Занзас, выражая одним словом всё своё раздражение и недовольство. Он жаждал крови. Причем немедленно.

— Ты… ты… Что ты здесь делаешь? — прорычал Скуало, взмахнув клинком, словно на расстоянии пытался разрубить мужчину.

— Занзас, — холодно произнёс Емицу. — Один из твоих приспешников хотел поднять меч на меня, Внешнего Советника?

— Не вмешивайся, Емицу!!! — ещё злобнее прорычал Скуало. — Ты слабак, который ничего не может, только убегать!

— ЧТО?! — крикнул Базиль, намереваясь хоть сейчас вступить в бой за честь своего Мастера.

— Постой, Базиль, — остановил его Емицу и обратился к Варии. — Я не убегал. Я ждал ответа от Девятого. С одобрения Девятого, я расследовал вашу деятельность и послал ему сообщение с вопросом. И приказ, который я предполагаю, и есть его ответ, только что прибыл, — Емицу достал из-за спины два свёрнутых небольших свитка, умещающихся на одной ладони.

— Я не понимаю, что происходит! — воскликнул растерянно Тсуна. — Кроме того, почему мой отец?!..

— Он — Внешний Советник, — пояснил Реборн. — Это его работа в Вонголе.

— Внешний Советник? То есть, он как Дар?

— Не совсем, — в этот раз произнесла я, на что парни несколько удивились. — Да, я успела за последнее время многое узнать и о себе, и о твоём отце, Тсуна, — в карих глазах парня читалось непонимание и лёгкая озадаченность. Видно, его задело то, что молчала и не рассказала всё сразу ему. — Прости, — вздохнула, отводя взгляд. — Но думаю, было бы лучше, если бы Савада Емицу сам обо всём тебе рассказал. Сама была в схожем семейном положении, — посмотрела на Внешнего Советника. — Каков приказ Девятого?

Емицу передал один свиток своему подчиненному, которого я не знаю, а второй — Базилю. Парень тут же сорвался с места подошёл к Тсуне, протягивая ему свиток.

— Савада-доно, — обратился Базиль. — Это прямой приказ Девятого.

— Прямой приказ? — переспросил Тсуна, словно боялся, что не расслышал, но свиток всё же взял. Раскрыв свиток, перед парнем появилось письмо, в самом верху которого горело пламя Предсмертной Воли. Ярко-оранжевое, как и у Тсуны.

— Это пламя Предсмертной Воли Девятого, — произнёс ребёнок со стороны Варии. — Ошибки быть не может. Это настоящий приказ.

— А-а-а… — протянул Савада, вновь начиная паниковать. — Я… я не понимаю итальянский. Не могу почитать, — повернулся ко мне. — Дар… не могла бы?..

Было видно, что Хаято немного задело то, Тсуна обратился ко мне, а не к нему — «Правой Руке». Он ведь тоже владеет свободно итальянским языком. Да и Реборн поблизости. И всё же это наверное вошло в привычку, помогать в таких мелочах. Спокойно подошла к Тсуне, перехватывая у него письмо. На минутку замерла, вглядываясь в пламя. Так странно. Вроде бы, излучает тепло, но боли не причиняет. Скорее утешает и успокаивает. Это и есть пламя Девятого?

Пробежавшись беглым взглядом по тексту, принялась переводить:

«До сих пор я думал, что единственным, кто достоин стать наследником — сын Емицу, Савада Тсунаёши. И что я должен был пойти на это. Однако позже, конец моей жизни близок, моя интуиция обострилась, и я решил выбрать более достойного кандидата. Я выбрал моего сына — Занзаса. Он более достоин быть настоящим Десятым. Будут люди несогласные с этими изменениями. Емицу отказался от предложения отдать кольца Занзасу. Но я не намерен терпеть свару между членами моей семьи. Поэтому мы начнём традиционную битву Вонголы, чтобы удовлетворить требования всех. Иными словами, те, кто обладают одним видом колец, будут сражаться в битве один на один. Дополнительные инструкции о проведении поединков стоит подождать».

— ЧТО?! — завопил Тсуна. — Обладатели колец будут сражаться один на один?!

— Да, — отозвался Емицу. В его голосе чувствовалось недоверие и напряжение.

— Подожди, — воскликнул Хаято. — Что за инструкции?

— Тут не написано, — пожала плечами, поворачивая письмо парню.

— Спасибо за ожидание! — послышался женский голос, после чего недалеко от нас, появились две молодые девушки приблизительно моего возраста. Близнецы? Светло-розовые длинные волосы, черная маска на глазах, но разная одежда. Кто они? В этом переулке становится с каждой секундой всё теснее и теснее. — В этой борьбе за кольца мы будем судьями. Мы — Червелло, выступающие непосредственно от имени Девятого, — в доказательство своих слов, девушка продемонстрировала ещё один приказ с пламенем Посмертной Воли Девятого вверху страницы. — Во время конфликта колец, пожалуйста, считайте наши решения — решениями Девятого. Девятый сказал, что это удовлетворит всех членов семьи, — повернулись в сторону Варии. — У вас есть возражения? Лорд Занзас? — парень ничего не произнёс. — Спасибо за понимание.

— У меня есть возражения! — отозвался Емицу. — Я никогда не слышал об организации «Червелло». Как я могу доверить судейство кому-то из вас?

— Возражение отклоняется, — отозвались девушки. — Мы служим только Девятому, и поэтому у тебя нет над нами власти.

— Что?.. — кажется, Савада старший был раздражён таким ответом.

— Обычно один набор Половинных Колец находится у Босса, а второй у Внешнего Советника. Во времена церемонии наследования, части колец собирают и формируют целые кольца Вонголы. Они передаются людям, которых Девятый и Внешний Советник выбрали в качестве приемников. Однако сейчас исключительный случай, потому что Босс и Внешний Советник решили отдать Половинные Кольца разным людям. Это восемь человек во главе с Лордом Занзасом, которых выбрал наследниками Девятый. И восемь человек под руководством Тсунаёши, на которых указал Емицу. В этой битве, тот, кто истинно достоин владеть кольцами, докажет это ценой своей жизни.

— Ну что за бред? — вырвалось у меня. Секунды две я думала, что произнесла это мысленно, но, судя по тому, что вокруг возникла тишина, и каждый буквально буравил меня взглядом, пришлось раскрыть всё, что я думаю. А думала я о многом. — Меня от всего этого уже тошнит! Половинчатые Кольца? Вы за этим пришли? — резким движением срываю цепочку с шеи, на которой висело Кольцо Луны. — За этим, верно? Кто из вас Хранитель Луны?

— Ну, допустим, я, — произнесла красноволосая девушка, усмехаясь, словно огненная гиена. — Что? Уже сдалась? Страшно за свою жалкую жизнь?

— Вы идиоты! — крикнула я. — Все! Абсолютно все, что тут собрались! Умирать? За это? — Тряхнула рукой, в которой всё ещё сжимала цепочку с кольцом. — За этот чёртов металлолом? Да, сплав неплохой, и я ещё не знаю, что это за металл, но что дальше? Ради каких-то старинных колец готовы умереть? Серьёзно? Что за чушь? Это металл! Просто кусок металла! Опомнитесь! Оно не стоит человеческой жизни!

— Серра, успокойся, ты не понимаешь, что говоришь, — начал Емицу.

— Это я не понимаю, что говорю? — от злости меня буквально выворачивало. — Это вы все спятили! Почему бы тебе просто не отдать этот чёртов металлолом Варии? Так хочется видеть собственного сына во главе самой сильной мафиозной семьи? Да ты эгоист, Савада Емицу!

— Дар, прекрати, — произнёс спокойно Реборн, подходя ко мне ближе. — Ты пугаешь.

— Я сама напугана, Реборн! — гневно бросила в сторону малыша. — Но напугана не тем, что эта кучка головорезов может меня убить. Нет. Я напугана тем, что вы, мои друзья, готовы пойти на то, чтобы защитить эти кольца! Тсуна, — парень вздрогнул, когда я произнесла его имя. — Неужели тебе всё это нужно? Неужели ты смирился с тем, что станешь Боссом Вонголы? Неужели ты хочешь видеть, как твои друзья и одноклассники бьются на смерть ради… этого?

— Нет… Вовсе нет, Дар! — крикнул парень. — Но…

— Тогда, надеюсь, ты меня поймёшь, — уже спокойно произнесла я, слегка улыбаясь. — Эй, рыжая! — девушка недовольно фыркнула, когда я так к ней обратилась. — Хочешь это кольцо? Отлично! Оно твоё!

— ДАР! НЕТ! — прозвучали голоса со всех сторон, но было поздно. Размахнувшись, я швырнула кольцо в сторону девушки и, должна признать, довольно метко. Кольцо должно было попасть прямо ей в протянутую перед собой руку. Однако, не тут-то было. Кольцо перехватили. И не кто-то там, а сам Занзас.

— Б… Босс?! — отозвались спутники Занзаса, с непониманием смотря на своего главаря. Тот же с особой внимательностью разглядывал кинутое в их сторону Кольцо Луны и вдруг… засмеялся.

Я не понимала, чем вызван смех. Это сначала было простое хихиканье, но он мгновенно переросло в безудержный смех. Но больше нас, такому поведению были шокированы сами подчинённые Занзаса. Они смотрели на своего Босса с побледневшими и вспотевшими лицами. Казалось, что Варийцы испытывают ужас перед смехом своего главаря.

— Сколько лет? — произнёс Скуало.

— Восемь, — отозвался Леви. — Прошло восемь лет с того момента, когда Босс последний раз смеялся.

Восемь лет? Неужели в мире больше не осталось того, что способно его рассмешить? Странный человек. И что он делает? Занзас не отдал кольцо красноволосой, прыгнув вперёд, ко мне на встречу. Всё засуетились, не зная, что предпринять, но я приподняла ладонь, останавливая парней, который уже готовились выступить вперёд, защищая меня собою. Сейчас… сейчас я не чувствовала угрозы исходящей от Занзаса. Убивать меня он не намерен.

Ухмылка не сходила с лица парня. Ярко-красные глаза прожигали насквозь. Теперь, подойдя ближе, я смогла рассмотреть его лицо. Шрамы… что могло их сделать? В метре от меня остановился, осматривая с ног до головы. Наклонил голову на бок, словно к чему-то прислушивался. Сделал ещё несколько шагов вперёд, и теперь Занзас нависал надо мной. Если сделаю шаг назад, продемонстрирую свой страх и, возможно, спровоцирую его на открытую атаку. Этого делать нельзя. Что он хочет? Мне кажется, или Занзас испытывает мою ауру на себе? Хочет посмотреть, что из этого будет? Наверное, Скуало рассказал ему о моём поступке, и теперь его просто съедает любопытство. Но ничего не произошло.

Парень что-то почувствовал. Наклонил голову ко мне поближе, из-за чего мне всё же пришлось сделать несколько шагов назад. Слишком близко. Но к чему он принюхивался? Только сейчас заметила, что от меня за версту несло алкоголем. Виски. Из-за того, что смачивала ткань спиртным, на меня также прилично капнуло. Но в пылу сражения, совершено не обращала на это внимание. Зато ухмылка на лице Занзаса стала шире. Его это забавляло. Резко схватил меня за руку и вложил в ладонь брошенное мной Кольцо Луны. Движения были быстрыми, так как уже в следующую секунду перед моим лицом сверкнула сталь катаны. Ямамото пытался атаковать, но Занзас сумел отбежать в сторону и вернуться к своей команде, которая… скажем так… была в небольшом шоке.

— Что ты делаешь? — рычал Скуало.

— Босс, зачем? Оно было у нас в руках! — не понимала красноволосая девушка, но Занзас молчал. Игнорировал абсолютно любые вопросы. — Босс?! — не получив и капли внимания, девушка с удвоенной яростью посмотрела на меня. Физически чувствовала, как она жаждет моей смерти.

Какого чёрта происходит? Зачем он его вернул? Зачем? Что это ещё за фокусы?

— Итак, местом проведения боёв будет Средняя школа Намимори, — продолжили Червелло, словно ничего не происходило. — Остальные детали вы узнаете позже. Мы будем ждать вас завтра в одиннадцать часов вечера. До свидания, — после этого девушки растворились в темноте, словно их никогда и не было.

— Школа?! — воскликнул Тсуна. — Драться в нашей школе?

— Почему там? Почему не лес, новостройка, какое-нибудь поле или нежилые здания? Почему именно школа? — но мой вопрос остался без ответа. — Ох, Хибари будет злиться…

Следующими исчез полный состав Варии, не оставив после себя совершенно ничего. Словно всё это был лишь сон. Одни вопросы и непонимание. Я думала, раз у Занзаса есть свой Хранитель Луны, то от меня толку не будет. Но, видно, ошибалась. Парень желает увидеть нашу битву. Хочет узнать, что из этого выйдет. Требует пролитой крови. Дерьмо! Похоже, что у этой дыры просто нет дна. С каждой секундой всё становится только хуже. Хоть сейчас самой садись на землю и опустошай оставшуюся бутылку виски.

— Дар, — позвал меня приблизившийся Тсуна. — Он… он вернул кольцо?

— Да, — короткий ответ.

— Но… но что это значит? — не понимал парень. Думала, что сейчас хоть кто-то начнёт отчитывать меня за совершённый поступок, но видно, что сейчас не до этого. Все напряжены и взвинчены до предела. Ругаться и обвинять кого-то? На это просто не осталось времени.

— Завтра и узнаем, — ответил за меня Реборн. — А теперь расходимся по домам. Всем нам необходимо отдохнуть, — осмотрел присутствующих. Каждый уже витал в своих мрачных мыслях. — Во всяком случае, хотя бы попытаться…

Глава 33. Да будет свет!

Страшно…

Да, пожалуй, именно это я сейчас испытываю — страх. За последнее время столько всего произошло, что любой другой человек на моём месте уже бы давным-давно спятил. Ну, а я… ещё, вроде бы, держусь, хотя точно не уверена. Вечером, вернувшись домой, протянула оставшуюся бутылку виски брату, а сама молча направилась на кухню. Ничего не говорила, не кричала, не требовала разъяснений и не навязывалась. Просто села за свой кухонный стол и принялась поглощать все сладости, что в этот момент находились на кухне.

Рома, конечно, заметил, что что-то не так. Некоторое время просто следил за мной, наблюдал и делал определенные выводы, а потом задал один единственный вопрос:

— Они в Намимори?

— Да, — ответила я, после чего он также сел за стол и принялся уплетать ведёрко мороженого. Никто больше не проронил ни слова. И так всё ясно. Каждый из нас сейчас напоминал небольшую бомбу. Только тронь, и как рванёт. Хотя такое по силам только И-Пин.

Утром я спокойно собралась, как обычно, и пошла в школу. Было такое ощущение, словно исполняю роль ученицы. Не являюсь ей, а играю и притворяюсь. Словно актёр в театральной постановке. Ощущение реальности пропало. В кабинете Дисциплинарного Комитета видела стопки документов, которые должны были уже давно лежать в архиве, но к ним за всю неделю никто и пальцем не прикоснулся. Видно, Кёи тут также не было, а Тетсуя так до конца и не понял принцип работы с программой. Толку от него в этом деле ноль. И вот, сидя за своим столом, я смотрю на документы, но… больше не считаю это чем-то важным и нужным. Просто бумага.

В кабинете так тихо. Тут и раньше редко когда возникал шум, но сейчас… совершенно тихо. Интересно, может сходить на крышу? Вроде, именно там начинали свои тренировки Дино и Кёя. Да, лучше сходить туда, в кабинете чувствую себя запертой, словно в клетке. Наверное, это последствия недельного путешествия в лесу.

На крыше корпуса, в котором находился кабинет Дисциплинарного Комитета, меня ожидал такой кавардак, что ещё некоторое время пришлось просто стоять и моргать глазами. Не было ни одного целого места. Ограждение, бетонный пол и стены, всё в дырах, ямах, осколках и пробоинах. Более того, на полу имелись весьма яркие пятна крови. Видно, что во время схватки ни Дино, ни Кёя друг друга не жалели. Так много… Где они сейчас?

Эх, ушли и оставили весь этот бардак на Дисциплинарный Комитет. Надо будет сказать потом Кусакабе, чтобы занялся уборкой территории. Или не надо. Всё равно вечером будет сражение с Варией. После того, как я видела их собственными глазами, сомневаюсь, что школа, в принципе, уцелеет.

Подошла к краю крыши, где пол был более-менее цел и чист, и уселась на бетон, заткнув уши наушниками брата. Захотелось просто посидеть, послушать музыку и отчаянно надеяться, что этот день никогда не закончится. Впервые в жизни не хочу, чтобы наступала ночь. Поджала к груди колени, обхватив их руками. Чёрт! А ведь было время, когда мне вообще было бы на это плевать. Так что же изменилось? Почему я вдруг стала так переживать за Тсуну и остальных? Я себя просто не понимаю. И когда это всё началось? Хм… трудно сказать. Наверное… Да, именно тогда. После той истории в Кокуё-Ленде. После того, как Мукуро похитил меня и проник в мозги.

Может, после этого что-то изменилось? Нет, я понимаю, что до сих пор не совсем правильно выражаю свои эмоции и, вообще, испытываю их не так, как обычные люди. Но всё же испытываю. Однако, спустя полтора года общения с этими людьми, капля по капле, они засели где-то глубоко внутри моей души. Это и раздражает. Бесит! Не хочу этого испытывать. Не хочу волноваться и переживать. Глупые бессмысленные чувства. Никакой логики.

Даже вчера, зачем я помогла этим детям? В прошлом даже бы и попытки не предприняла. Просто развернулась и ушла в другую сторону, но нет. Вызвалась сама. Меня даже никто не просил. И даже после. Я насчитала как минимум десять возможностей, при которых могла спокойно убежать, но почему-то осталась со всеми, готовясь к неизбежному. Это на меня не похоже. Я сама себя не понимаю. Больше не понимаю.

Думаю, и они того же мнения. Отдать кольцо Вонголы врагу? Хэх, уверена, что парням это не понравилось. Как они кричали… Удивлюсь, если вообще захотят теперь со мной разговаривать. Хотя, возможно, оно и к лучшему. Луна, значит? Мне и правда подходит. Луна всегда на небе одна. Казалось бы, так много звёзд вокруг, но всё равно, звёзды — это звёзды, а луна… это луна.

Видно, я уже просто приняла всё, что происходит. Мой мир никогда не будет прежним. И даже сейчас, находясь посреди этой разрухи, я чувствую больше реальности, нежели когда я сидела в кабинете или дома. Может, теперь моя жизнь всегда будет такой? Жизнь, наполненная разрушением и кровью. Самое страшное то, что даже в таком положении, я пытаюсь отыскать выход. Такой, при котором выживут все ребята. И зачем мне это? Уже голова болит.

Когда же этот кошмар кончится?

Неожиданно я почувствовала, как к моему плечу кто-то прикоснулся. Резко открываю глаза и срываю с головы наушники. Это было крайне неожиданно. Я была уверена, что нахожусь на крыше одна, поэтому просто опустила голову на колени, погрузившись в размышления. Музыка полностью отстранила меня из этого мира, поэтому, когда увидела рядом с собой ещё одного человека, готова была рвануть со всех ног в неизвестном направлении. Однако… это был всего лишь Тсуна.

— Прости-прости! — тут же замотал руками перед собой парень, немного волнуясь. — Не хотел пугать! Я звал, но ты не слышала, и вот…

— Всё нормально, — успокоившись, ответила я, отключая музыку в мобильнике. — Ты чего-то хотел?

— Эм… ну… как бы… — Тсуна начал смотреть по сторонам, словно выискивая себе подсказку. — Что тут произошло? Выглядит довольно… жутко.

— Думаю, тренировка Хибари и Каваллоне, — пожала плечами с неким безразличием, однако этот ответ повлиял на Тсуну.

— Что?! Это… это всё они?! С ними всё хорошо? — вновь пожала плечами. Ответа на этот вопрос у меня не было.

Возникла неловкая пауза. Тсуна переминался с ноги на ногу, словно хотел что-то сказать, но всё никак не мог решиться. В карих глазах уже читалось заготовленное очередное извинение и слова о сожалении, но… слушать их как-то не хотелось. Ну, извинится он, и что? Мало того, что он ни в чём не виноват, так и ещё только всё усложнит. Вот зачем он здесь? Хочет поговорить насчёт вчерашнего? Ну, да. Это логично. Возможно, надеется, что я придумаю выход из всей этой ситуации. Но вынуждена его разочаровать. У меня ничего нет.

— Тсуна, не мог бы ты оставить меня одну, — попросила я, поворачиваясь в сторону городского пейзажа, что открывался с крыши. — Возвращайся в класс. Скоро прозвенит звонок на урок.

— Ах, ну да, — согласился парень, но всё ещё топтался на месте. Думала, что он так секунды три постоит и уйдёт, но нет. Неожиданно услышала шуршащие шаги рядом с собой, а после очередное прикосновение ко всему боку. Тсуна, плюхнувшись на бетонный пол, сел рядом.

— Тсуна? — с непониманием взглянула на него. Тот слегка смутился от своего поведения и опустил взгляд вниз, но не отступился. — Что ты делаешь? — устало спросила, сохраняя безразличие на лице. — Говорю же, звонок скоро…

— Эм… Дар, я… переживаю, — перебил меня Тсуна, и я услышала в его голосе довольно уверенный тон. Он переживает? За меня? Зачем? Хотя, это же Тсуна. Он за всех переживает. Таков уж он.

— Всё нормально, — вновь посмотрела в сторону города. — Как видишь — жива, здорова и полна сил. Вечером в одиннадцать приду.

— А? Нет! Я не это имел в виду! — замахал перед собой ладонями. Парень наклонил слегка голову в сторону, стараясь заглянуть мне в лицо. — Дар, если ты не хочешь, то можешь не идти. Я всё понимаю.

Если хочу? Да о чём он? По его мнению, у меня ещё есть выбор? Очнись, Тсуна! Мы в клетке! Пути назад нет. А если и был, то это лишь призрачная иллюзия. Это ловушка. Единственный путь выбраться из этого ринга — сразиться со львами. Или его волнует нечто иное?

— Если ты боишься, что я вновь швырну кольцо врагу, то можешь не волноваться. Этого больше не будет. Бессмысленно, когда кольцо становится бумерангом.

— Дар, — Тсуна крепко взял меня за руку, заставляя тем самым взглянуть ему в карие глаза. — Я не этого боюсь. По правде сказать, я даже был рад, когда ты вчера попыталась избавиться от кольца.

— Рад? — удивилась я.

— Да, — согласный кивок и мягкая улыбка. — В этот момент я почувствовал облегчение от того, что не один так же думаю. Просто у меня не хватило смелости сделать это первым. Но потом, когда кольцо вернули, понял, что это бессмысленно, — теперь рука парня расслабилась, но он до сих пор продолжал держать мою ладонь, словно таким образом мог лучше донести смысл своих слов. — Знаешь, сегодня утром, идя в школу, я думал о том, как бы сбежать. Этот…

— Занзас? — предположила я.

— Угу, — нервный глоток. — Безумно напугал меня вчера. Ещё и отец оказался Внешним Советником, который является вторым после Девятого. Он был несколько раздражён тем, как ты поступила, но… Э-э-эх, что за ужасный отец?! Исчез на два года, а как вернулся... Привез одни проблемы.

— Хех, — неожиданно для себя я улыбнулась. — Тут уж помочь не могу. У самой совсем не тот пример для подражания.

— Это точно, — согласился Тсуна, вновь улыбнувшись. — Но у тебя мама такая крутая. И брат тоже. Но к чему я веду, — лицо парня стало серьёзным. — Дар, ты не одна, — заметив моё удивление, Тсуна вновь смутился, отводя взгляд в сторону. — Вернее, это слова Ямамото, но мне захотелось их сказать и тебе. Ты не одна. Не одна сражаешься. Мы все вместе. Так что, раз всё так сложилось, давай выиграем этот поединок.

— Хм… — протянула я, улыбаясь.

Надо же! После его слов, почему-то в груди так тепло стало. Словно я вновь прикоснулась к ярко-оранжевому пламени Тсуны. В голове пронеслась фраза «Небо, что охватывает всё вокруг». Да, это Тсуне очень подходит. Ведь Небо охватывает и Луну.

— Тсуна, я… — меня прервал негромкий сигнал, доносившийся из телефона.

Сообщение? Подняв сотовый, увидела на экране пришедшее SMS от Сасагавы Рёхея. Эм? Чего это он? Редко когда пишет. Обычно есть что-то «экстремально» срочное и по поводу его боксёрского клуба.

«Дар, если тебя будет спрашивать Киоко, чем мы занимаемся, не могла бы говорить, что это подготовка к турниру по борьбе сумо? Буду экстремально признателен!»

— Борьба по сумо? Серьёзно? — посмотрела на Тсуну.

— Это идея Старшего Брата Киоко-чан, — тут же виновато ответил парень. — Но он не хочет, чтобы Киоко-чан волновалась, так как она всегда против того, чтобы Старший Брат дрался. Лучше ей ничего не знать о том, что происходит.

— Это точно, — вздохнула я, понимая, что если и Киоко узнает о том, что творится в её школе с её друзьями, обычным психическим расстройством не обойдётся.

«Хорошо», — отправила ответное сообщение. Эх, вот бы и мне ничего не знать. Начинаю завидовать Сасагаве Киоко. Живёт себе в идеальном мире состоящем из плюшевых барашков и радужных пони. Что может быть лучше?

Отправив сообщение, я попыталась вернуть сотовый телефон обратно в карман, но внимание парня привлёк звенящий брелок, в виде коричневого комочка с перьями.

— Хм… это?.. — начал Тсуна, пытаясь подобрать нужное слово для того, что он видит. Видно, также не сразу разобрал, что это могло быть.

— Хибари, — помогла я ему.

— Э-э-э?! — за одну секунду на лице Тсуны сменилось несколько эмоций: удивление, непонимание, шок и страх.

— Ну, в смысле птица, — туже добавила я, ссылаясь на жаворонка, хотя со временем нахожу в своём брелке и Хибари Кёе явное сходство. — В киндере сюрпризе попался.

— Эм… А Хибари-сан в курсе? — насторожено спросил парень, немного бледнея.

— Уж поверь мне, — фыркнула, с раздражением встряхнув мобильник, заставляя брелок звонко зазвенеть.

Он ведь до сих пор носит тот брелок в форме лотоса. Сколько его не просила, ни в какую не хочет размениваться. Но теперь почему-то это вызывает улыбку. Хибари Кёя упрямый человек. И его вкусы довольно странные. Не соответствуют тому образу, что он на себя нацепил. От того мне зачастую становится безумно любопытно, а какой он на самом деле? И чем больше он умалчивает, тем сильнее становится любопытство.

— Как думаешь, сегодня он тоже придёт? — спросил Тсуна, догадываясь, что мы сейчас думаем об одном и том же человеке.

— Было бы лучше, если бы он не пришёл, — честно призналась я. — Если что-то случится со школой…

— Хи-и-и… — протянул парень, хватаясь за волосы. Да, мы определённо подумали об одном и том же.

Помню, как с каждым шагом по направлению к школе мысленно себе говорила: «Поворачивай! Остановись! Уходи!», но ноги продолжали уверенно идти. Даже ускорили темп. Ещё дома, надевая чёрные спортивные штаны и тёмно-серую толстовку с капюшоном, я попросила Рому не идти со мной. Хотя тот был не доволен моим решением. Он также хотел видеть поединок между нами и Варией, но мне будет лучше, если буду уверена, что он в безопасности и волноваться за него не придётся.

На школьной центральной площадке к моему приходу уже собрались Ямамото, Гокудера и Сасагава. К моему удивлению, все, увидев меня, широко заулыбались. Даже Хаято, улыбку которого мог вызвать разве что Тсунаёши.

— Привет! — бросил Рёхей, хлопнув меня по плечу. — Чувствую твой экстремально боевой дух!

— Скорей уж дух отчаяния, — вздохнула я, накинув серый капюшон на голову.

— Ну-ну! — улыбнулся Такеши, также положив руку на другое плечо. — Раз ты пришла, значит, не всё так плохо, верно?

— Возможно, ты и прав, — кивнула головой. — А где Тсуна и остальные?

— Десятый задерживается, — ответил Хаято, выпуская клубок сигаретного дыма. — Меня больше интересует, придут ли сегодня Хранитель Облака и Хранитель Тумана? И вообще, кто знает, кому досталось Кольцо Тумана?

— Я не знаю, — хором ответили я, Такеши и Рёхей, синхронно пожав плечами.

— Ребята! — прозвучал голос Тсуны со стороны школьных ворот, что как раз бежал в наше направление с Ламбо в руках. С ним рядом также шёл Реборн. — Фух, извините за опоздание. Ламбо решил поиграть в прятки.

— Вот тупая корова! — фыркнул тут же Хаято, раздражаясь с полуоборота. — Вызываешь проблемы у Десятого! — на его слова Ламбо, что сидел в руках Тсуны, лишь скосил глаза и принялся ковыряться в носу, демонстрируя своё безразличие. — Ах, ты!..

— Ты не один, кто пока не появился, — заметил Такеши.

— Да, — кивнул Рёхей. — Мы как раз говорил об этом парне Тумана. Даже не показался.

— Тут так тихо… — оглянулся Тсуна. — Правильно, что выбор пал на Среднюю школу Намимори?

— Да и их ещё нет, — согласно кивнул Хаято. — Может, передумали?

— Они уже ждут вас, — прозвучал женский голос над головой. Посмотрев наверх, все увидели стоящих на крыше крыльца школы двух девушек-близняшек Червелло и Варию. Правда, не полным составом. Кажется, Занзас сегодня тоже не пришёл. И давно они там стоят? В тени… хотя думаю недавно, иначе бы я почувствовала жажду убийства, которая сейчас моментально тугими змеями стянула мне спину и шею. — После официальной конференции, порядок боя на сегодняшнюю ночь был решён. Первый бой пройдёт… — моё тело напряглось. Я даже не знала, что лучше? Пройти его первой, чтобы отмучиться или лучше оттянуть срок, чтобы пожить чуть дольше. Сердце забилось как мотор. — Между Хранителями Солнца.

В этот момент в груди что-то отпустило. Первой буду не я. Более того, это будет Сасагава Рёхей и его противник… Из группы Варии вышел высокий парень в солнечных очках и с длинным зелёным хохолком, показав себя. После чего все спрыгнули на землю, вызвав небольшой грохот и дрожь земли.

— Итак, — начали Червелло. — Спасибо за то, что собрались. Мы начинаем бой за кольца между наследниками. Пожалуйста, посмотрите сюда, — девушки указали в сторону небольшого внутреннего дворика, который всё это время находился в темноте. Но в это же мгновение там загорелись новые лампы, продемонстрировав огромную железную клетку, с установленным боевым рингом внутри. — Это специальный ринг, подготовленный для схватки между Хранителями Солнца. Он обладает всеми необходимыми качествами присущими Хранителям Солнца. И ещё, остальные бои будут проходить в других местах.

— ЧТО?! — в шоке воскликнул Тсуна. — Приготовить такую громадину?!

— Должно быть, эта организация Червелло имеет неплохие средства, — задумчиво произнесла я. — А также у неё есть опытные мастера. Не каждый сможет сконструировать и смастерить такое устройство всего за ночь.

— Но ведь это неплохо, — отозвался Такеши. — Думаю, что это подходит. Не так ли, семпай?

— О, да! — радостно отозвался Рёхей. — Ринг — это моя территория!

— Ох… — Тсуна схватился за голову и опустился на колени. — Бой… Я так переживаю!

— Поздновато ты очухался, — усмехнулась я. — Соберись. Раскисать будем потом.

Группа противников также что-то интенсивно обсуждала, но их слов расслышать было невозможно. Да и как-то не важно. Всё и так решится на ринге. Правда периодически я ловила косые взгляды на себе. Причём всех членов Варии. Видно, вчерашний поступок их Босса не остался незамеченным и теперь вызывал не меньше вопросов, чем у меня. А может, и даже больше. Вот только его самого тут нет. Интересно, почему? Уверен в своих подчиненных? Хм…

— Ну что ж, — произнесли Червелло. — Хранители Солнца, подойдите к центру ринга.

— Я пошёл! — бодро воскликнул Рёхей. — Оставьте это на меня!

Но стоило ему сделать хотя бы шаг в сторону ринга, как неожиданно Ямамото осенило:

— Эй, Тсуна, а мы не собираемся в командный круг?

— Чего?! — вырвалось у меня, Тсуны и Хаято. Общее выражение лица говорило о том, что нам эта идея казалась, как минимум глупой. Особенно в таких условиях.

— Я не спортсменка! — тут же попыталась сделать несколько шагов назад, но чёрта с два мне дали отступить. Рёхею эта идея очень понравилась, поэтому со словами «КРУТО ЗВУЧИТ!!!» схватил меня за шиворот, как котёнка, и заставил встать в кружок.

Все обняли друг друга за плечи. Я стояла между Сасагавой и Гокудерой. И думаю, не стоит описывать то, как я себя в этот момент чувствовала. Смущение вперемешку со злостью и озадаченностью. Это вообще реально происходит?

— РЁХЕЙ! В БОЙ! — крикнул один единственный боксёр, причём сам же себе.

— О-О-ОХ!!! — отозвался бейсболист, поддерживая своего семпая. Нет, мне никогда не понять спортсменов. И это должно вызвать боевой дух? Скорей уж мысли, что ниже падать уже некуда. Мы на дне.

Довольный тем, что мы проделали, Рёхей бодрой походкой направился в сторону ринга. Там его уже поджидал Хранитель Солнца Варии и девушки из Червелло. Каждая из близнецов подошла к бойцу и взглянула на их кольца висящие на шее.

— Всё правильно, — отозвались Червелло. — Мы подтверждаем, что это настоящие Половинчатые Кольца Солнца Вонголы. По правилам, кольцо нужно сорвать с шеи. И участник, который соберёт кольцо, будет считаться победителем.

Червелло вышли из зоны ринга и захлопнули за собой металлическую дверь. Теперь они в клетке. По идее, противники перед началом боя должны подойти друг к другу и поздороваться, как это полагает. Однако с первого же взгляда на Рёхея Хранитель Солнца Варии широко заулыбался и с женственной манерой пропел:

— Ох? Мой дорогой! Если посмотреть поближе, у тебя шикарное тело! Ты определёно мой «тип»!

— Что? — не понял Сасагава, который, кажется, столкнулся с подобным впервые.

— Что… Что… Что он только что сказал? — заикался Гокудера, понимая к чему клонит противник. Походу, парня сейчас вырвет от отвращения.

— Я… Я… Я не знаю? — почему-то спросил Тсуна, на лице которого также читался шок.

— Он — гей, — спокойно произнесла я, беря на руки Ламбо, что тянул меня за штанины. Время позднее, и мальчик давно хотел спать. Но вот лежать на сырой земле ему явно не хотелось. Реборн-то давно уместился на плече Ямамото.

— Гей! Гей! Га-ха-ха! Какое смешное слово! — смеялся Ламбо, когда оказался у меня в руках. — Дар, а что такое «гей»? Это как игра, да? — спросил он, у которого первая же ассоциация связалась со словом «game». И это не удивительно. Ребёнок же.

— Нет, Ламбо, это когда мальчик любит других мальч… — неожиданно мне заткнули рот ладонью. Посмотрев на владельца ладони, увидела красное и смущенное лицо Тсуны.

— Да, Ламбо, это игра! — крикнул Савада, перебивая меня. После чего уже шёпотом: — Дар, думаю, для таких подробностей он ещё слишком мал.

— Как скажешь, — попыталась произнести сквозь закрытый ладонью рот, но получилось только глухое «бу-бу-бу». Пришлось просто кивнуть головой.

— Я не понимаю, о чём ты говоришь, — послышался голос Рёхея с ринга. — Но я собираюсь драться честно, вот и всё.

Что ж, думаю это даже хорошо, что парень ничего не понимает. Иначе… мне, конечно, с трудом это видится, но думаю, Рёхей был бы очень зол. Хотя, никогда не видела парня действительно злым. Он был напряжён, энергичен, взволнован, но это всё его стандартное поведение. А когда он зол… Хм….

— О мой… — вновь засмеялся противник парня. — Это ведь поза из бокса, верно? Это так трогательно! Я, Луссурия, поиграю с тобой с помощью стиля Муай Тай.

— Значит, как я и думал, Хранитель Солнца Варии также боец, — задумчиво произнёс Реборн. — Если вспомнить предыдущих членов семьи, которые были Хранителями Солнца, то все они обладали крепкими кулаками. Уничтожать проблемы семьи с помощью своего тела и сиять, словно яркое солнце. Это обязанность Хранителя Солнца.

— Вы подбирали Хранителей Колец, ориентируясь и сравнивая внутренние качества предыдущих Хранителей? — спросила я у малыша. — Как по мне, это неправильно. Словно Вонгола хочет скопировать и повторить то, что было раньше.

— Всё так и есть, — согласился Реборн. — Но это не касается тебя и Тсуны. Ваш вопрос был решён наследием.

— Видно, не до конца решён, — вздохнула я, вновь поворачиваясь в сторону ринга.

Начался бой, о котором тут же объявили Червелло. Но стоило им это сделать, как ринг буквально утонул в ослепительно ярком свете. Настолько сильном, что я даже кожей стала ощущать лёгкую радиацию, так как очень восприимчива к теплу. Не переношу его.

— Чёрт! — вырвалось у меня на русском, после чего я зажмурилась и попыталась прикрыть свободной рукой глаза.

— Что? Что это? — доносился голос Тсуны рядом.

— Что это за свет? — также не понимал Хаято.

— Этот специальный ринг моделировался для боя Хранителей Солнца, — пояснили Червелло. — Солнечный Колизей, оснащенный искусственным солнцем.

Мне в руку стало что-то пихаться. Как оказалось, это Реборн пытался передать солнцезащитные очки всем ребятам. Надев очки, всё, конечно, стало значительно проще, однако всё равно ринг выглядел несколько расплывчато. Однако, если у Реборна очки, то он владел информацией о том, как будет проходить бой, верно? Почему не предоставил очки и Рёхею? Ему же сейчас безумно трудно сражаться. Это не равный и не честный поединок.

— ХА?! У парня из Варии солнцезащитные очки, поэтому он может так хорошо двигаться! Это нарушение правил! — воскликнул Тсуна, полностью подтверждая мои мысли. — Надо дать и Старшему брату очки!

— Вы не должны общаться с хранителями во время боя. Если ты вмешаешься, то мы его дисквалифицируем и отдадим кольцо противникам.

— Что?! Это нечестно!!! — начинал злиться Тсуна, но ничего не мог сделать.

Даже я толком не могла понять, что происходит на ринге. Хоть и надели солнцезащитные очки, тут могла помочь разве что маска для сварки. Слишком ярко. Только по голосу, вскрикам и звукам я могла приблизительно предположить, что творится. А именно: Рёхея избивали.

— О, да! Медленно, но верно ты приближаешься к моему идеалу тела, — буквально пропел Луссурия. — Единственная красота людей в том, чтобы быть холодным застывшим трупом.

— Ему нравятся мертвецы? — в голосе Гокудеры вновь прозвучало явное отвращение.

— ЧТО?! — не мог поверить Тсуна.

— Мало того, что гей, так ещё и некрофил, — устало вздохнула я, понимая, что в мире ещё много странных чудиков. Я, оказывается, ещё белая овечка, что несколько успокаивает.

— Дар, а что такое «некрофил»? — неожиданно проснулся Ламбо. Вовремя же он.

— Это когда человек любит… — закончить не смогла, так как теперь мой рот зажимало сразу три руки. Тсуна, Такеши и Хаято.

— Да-а-ар… — протянул Тсуна, выражая весь ужас и панику в одном слове.

— Господи… Женщина, иногда твоя прямолинейность меня просто убивает! — вспылил Хаято. — Пускай тупая корова останется тупой коровой в «этом» смысле!

— Ну-ну, — попытался успокоить всех Такеши. — Всё же хорошо. Дар, думаю… эм… с этим уроком жизни, стоит повременить.

Я лишь пожала плечами, давая понять, что мне всё равно. Как по мне, лучше уж сразу знать, каких уродов следует избегать в жизни. А тот, что сейчас играется с Рёхеем, как с игрушкой, самый настоящий урод. Ладони были медленно отодвинуты от моего рта. Вздохнув полной грудью, взглянула на Ламбо, что с не пониманием зажал указательный палец во рту и терпеливо ожидал, когда ему ответят.

— Ламбо, задай мне этот же вопрос чуть попозже, — обратилась я. — Лет так… через десять.

Мальчик что-то взвесил у себя в мозгу, и решил, что, в принципе, это подождёт, поэтому вновь закрыл глаза и погрузился в сон, совершенно не замечая ничего вокруг. Тем временем Рёхей, как мне пояснили остальные, нанёс первый удар по противнику. Однако это была лишь игра Луссурии. Он издевался и выводил боксёра из себя, пользуясь тем, что тот совершенно ничего не видит. Более того, я была несколько поражена, когда через мгновение услышала крик Рёхея наполненный болью и шоком.

— А-А-А!!! МОЯ РУКА!!!

Выяснилось, что всё это время у Хранителя Солнца Варии был запасной козырь в рукаве, и он порвал все мышцы на левой руке боксёра. Встретил удар кулака коленной чашечкой, на которой имелась прочная металлическая пластина. Теперь он не сможет использовать свою левую руку. Хотя в последнее время только ей и пользовался. К тому же, радиация яркого света от ламп ослабевает парня. Он потеет, и мышцы просто не могут приспособиться к данным условиям. Обезвоживание сильный аргумент на проигрыш.

— Кора, поднимайся!!! — прозвучал над нами командирский тон.

— Колонелло?! — удивились мы с Тсуной, выискивая малыша взглядом.

— Извините, — отозвался Колонелло, всё ещё нависая над головой. Для этого он использовал свою птицу, чтобы держаться в воздухе. — Я был отвлечен Киоко, поэтому опоздал. Но… Время пришло! Пора подняться и показать ему настоящую силу, Рёхей!!!

— Не имеет значения, — смеялся Луссурия. — Это бесполезно. Этот парень уже готов. Я сломал его.

— УЧИТЕЛЬ КОЛОНЕЛЛО!!! — тут же воскликнул Рёхей, привлекая внимание. — Хех… я ждал этих слов.

Что-то изменилось, и боксёр вновь встал на ноги, готовясь к продолжению сражения. Это одновременно и рассмешило, и обеспокоило Луссурию. Он был уверен, что сломил парня, но нет. Наш Сасагава Рёхей сделан совершенно из другого теста. Ведь, как не посмотри, а травмирована именно левая рука, хотя сам парень с рождения правша. И не мне ли это знать, ведь я учусь с ним в одном классе. Однако Рёхей не использовал ей в бою лишь по той причине, что давал возможность клеткам мышц отдохнуть.

Всё это только позабавило Хранителя Солнца Варии. Он решил прекратить играть и вновь принялся атаковать боксёра. Что именно там было, не знаю, но судя по звукам, удары были не шуточные. Чёрт! Как? Ну, как ему использовать свою руку, если никто ничего не видит? Хоть противник и силён, необходимо на некоторое время забыть о нём.

— Рёхей! — окрикнула я. — Тебе нужно прозреть!

— Чёрт, что ты такое говоришь? — рычал Хаято, который судя по голосу, был весь на взводе. — Будто это и так не ясно!

— Я понял! — к общему удивлению отозвался боксёр.

— Понял? — задумчиво произнёс Гокудера, после чего что-то стало происходить на ринге, от чего парень ахнул: — Его правая рука… она…

— МАКСИМУМ КАНОН!!! — проорал Рёхей, заставляя дрожать своим рёвом землю. Все сначала думали, что парень атаковал Луссурию, но тот вовремя увернулся. Однако, выяснилось, что основной целью были лампы над головой Сасагавы, которые один за другим гасли, под порывом ударов парня. Он умудрился использовать свой недостаток. Да, как и большинство обычных людей, Рёхей не может переносить такой сильный свет и радиацию. Тело, защищаясь, начинает выпускать пот. Но Рёхей использовал это, ведь влага на поверхности кожи испаряется, оставляя на себе крупицы соли. Используя её, как дробь, лампы ринга гасли один за другим. — Кажется, наконец-то мы с тобой дерёмся в равных условиях. Теперь я тебя вижу!

Это движение впечатлило Хранителя Солнца Варии, так как считал, что данный приём Рёхей совершил при помощи боевого духа своих кулаков. Такой прием мог сделать только Первый Хранитель Солнца. Однако через мгновение он понял, как боксёр сделал это. Более того, резко приблизился к Рёхею, собрал несколько крупиц соли с его тела и повторил приём, также швырнув их в уже разбитые лампы над рингом. Таким образом, он продемонстрировал, что ничуть не слабее Рёхея.

— Нет, — оборвал Реборн. — Это требует лучшей техники. Он сдувает кристаллы с Рёхея и посылает их обратно силой своих ударов. Это то, что называют «Уровнем Варии».

— Вария… Уровень? — не понимал Тсуна.

— Вария берётся за задания, которые никто не может выполнить. Они группа гениальных убийц, всегда выполняющая свою работу, что бы ни вставало у них на пути. Их стиль работы, и высочайшие, демонические навыки убийц… Люди это называют «Уровнем Варии».

— Точно, Реборн! — отозвался Луссурия, хлопая радостно в ладоши и чуть ли не прыгая на месте. — Ты так хорошо это сказал, — было немного странно видеть такого качка извращенца скачущего как маленькая девочка. Он посмотрел на Рёхея. — Ты разве ещё не понял разницу в наших силах? Понял, что я просто играюсь с тобой, а не дерусь?

И что несёт этот Реборн? В последнее время он только и делает, что разочаровывает меня. Если всё знал, то почему просто не предупредил парня? А теперь несёт этот бред. Зачем? Выглядит так, словно он болеет за противников. Разве не понимает, что это психологическое воздействие. Сасагава Рёхей всё слышит! Он на ринге и осознание того, что его же союзники не верят в парня, очень влияет на силу боевого духа. Даже если боец такой энергичный парень, как он. Дерьмо! Как же меня всё это бесит и злит. Когда-нибудь наступит такой момент, когда я не выдержу.

— Реборн, — тихо обратилась я к малышу, и все посмотрели в мою сторону. — Заткнись.

— Хэ-э-э?! — такого никто не ожидал. Особенно Тсуна, который почему-то смутился и побледнел. Но я игнорировала их. Сделала шаг в сторону ринга.

— Рёхей, соберись! — крикнула боксёру, стараясь сохранить строгость и уверенность в голосе. — Плевать, кто он такой! Ты что, первый день дерёшься? Таких противников у тебя на ринге было сотни. Чем он отличается от других? Две ноги, две руки, одна голова и туловище. Пускай себе с этим «Уровнем Варии» бейджик сделает и на лоб прикрепит, а лучше на задницу. Как по мне, никакой разницы!

В эту же секунду среди нашей группы послышались тихие смешки, которые еле удерживались сквозь кулаки. Краем глаза заметила, что смертельный ужас отступал от бледных лиц. В их взглядах появился проблеск надежды. Именно то, что нужно на каждой войне. Может, это было чересчур импульсивно, но лучше так, чем прибывать в коллективном унынии.

— Поддерживаю, кора! — отозвался Колонелло и плюхнулся мне на голову, словно шляпа.

— ВО-О-ОЙ!!! — заорал Скуало так, что даже клетка ринга задрожала. Парень был взбешён. Размахивал клинком перед собой и давал мне вполне не двусмысленные намёки. — Что ты там сказала, чёртово отродье?! Да я твою жопу разрублю на десяток частей! Иди сюда, раз кишка не тонка, тварь мелкая!

Я даже не посмотрела в его сторону. Игнорировала, так как знала, что этот человек не дурак. Сам он никогда не подойдёт близко, хотя и кричит громче всех. Он тактик, причём серьёзный. Это я заметила ещё при первой встрече. Однако к нему всё же подошла одна из Червелло, пытаясь успокоить. В принципе, как и ко мне.

— Прошу вас, придержите своё мнение при себе и не вступайте в диалог с бойцами, — предупредила девушка. — Иначе мы будем вынуждены прекратить бой и отнять кольцо.

— Ох, это было та-а-ак грубо-о! — протянул Луссурия, обращаясь ко мне, и при этом полностью игнорируя предупреждение Червелло. — Знаешь, ты совершенно не в моём вкусе. Низкая, худая, страшненькая… ни капли женственности! И что в тебе такого особого?

— Отлично, — фыркнула я, пропуская оскорбления мимо. — Значит, не войду в твою коллекцию и проживу капельку дольше.

— Хм… это да, — согласился он. — Но вот твой бра-а-ат… М-м-м… — Луссурия облизнул губы. — Он-то точно в моём вкусе. Жду не дождусь, когда смогу присоединить его окоченевший холодный труп к моей коллекции.

— Ха! — усмехнулась. — Да мой брат с ангельской улыбкой тебе яйца оторвёт и на шею намотает, прямо как гирлянды на рождественскую ёлку. Понял?

— Фу! — прыснул Луссурия, махнув в мою сторону руками. — Как вульгарно! Ни капли женственности! Однако, как бы то ни было… — парень повернулся в сторону Рёхея. — Для начала я убью тебя. Ты проиграешь. Лучше сдайся сам.

— Если не попробую, то не узнаю! — воинственно бросил Рёхей, вновь принимая боевую стойку. Бодрость духа вновь с ним.

— Чёрт, — вздохнул Хранитель Солнца Варии. — Ещё не сдаёшься…

— Отлично сказано, Рёхей! — взбодрил парня Колонелло, который продолжал сидеть у меня на голове, хотя не скажу, что он такой уж лёгкий. — Кора, это всё-таки мой ученик! Максимум Канон — навык, требующий освобождения всей энергии каждой клетки твоего тела. Но твоя энергия не полностью передалась в кулак. Если и есть шанс выиграть, то это он. Кора, сконцентрируй больше силы в своём кулаке!

— ТОЧНО!!! — взревел боксёр. — ЭКСТРЕМАЛЬНО ВПЕРЁД!!!

Поединок возобновился. Движения Луссурии были такими быстрыми, что я еле улавливала его взглядом. Он метался из стороны в сторону, чтобы противник не мог в него попасть. В какой-то момент даже казалось, что перед нами три Луссурии. Именно этот приём он применял в то время, пока лампы работали?

Рёхей наносит удар, но он приходится по всё той же металлической пластине на коленке парня. Пробить сталь не так просто и связки вновь рвутся на руках боксёра. Теперь и правая рука серьёзно ранена. Это плохо. Кажется, что Рёхею чего-то не хватает. Словно он не выкладывается на полную силу. Нужно то, что взбодрит его. Даст мотивацию. Но где это отыскать? В словах Реборна, что восхваляет «Уровень Варии»? В словах Тсуны, что только и твердит: «Это невозможно!»? В ворчании Хаято? Или в молчании Такеши? Нет… этого мало. Нужно что-то серьёзное. Меня и Колонелло мало.

Вария требовала, чтобы Луссурия прекратил играть и убил, наконец, своего противника. Тсуна в панике кричал и всё время задавал вопрос — «Что мне сделать?». Я же уже выискивала взглядом подручные средства на территории школы, чтобы можно было взломать эту стальную клетку и проникнуть внутрь. Надеяться на кого-то ещё, просто нельзя.

— Старший братик?! — прозвучал тоненький голосок позади нас.

Обернувшись, все увидели, что к нам приближалась Киоко со своей подругой Ханой. На лице девушки было недопонимание. Вся наша группа же пребывала в некотором шоке от такого посетителя. Более того, этих девушек привёл Внешний Советник. Хм… похоже он не так плох. Также осознал всю ситуацию и предпринял на удивление правильное решение. Младшая сестра Рёхея станет катализатором. Нужно только разыграть всё, как следует.

— Братик! — кричала Киоко, всё ещё не понимая. — Почему ты весь в крови?

— О, боже! — усмехнулся Луссурия. — Ты младшая сестрёнка этого мальчика? Твой братик проиграл мне, и теперь будет убит…

Вот и всё. Девушке прямым текстом сказали, что её брата убьют. Что она станет делать? Как по мне, правильным решением будет позвонить в полицию. Причём немедленно. Но если рассудить логически и поставить себя на место Киоко. Вот она пришла, видит своего брата израненным и всего в крови, так к тому же ей в лицо говорят, что он будет убит. Выводы просты.

— Братик, остановись! — неожиданно крикнула Киоко. — Ты обещал мне, что не будешь драться!

— Ась?! — вырвалось у меня.

Ничего себе у неё отрешенность от реальности! Это же как нужно было всё лишнее отбросить, чтобы сделать вывод, что перед тобой обычная школьная драка? Тсуна и Хаято также пребывают в некотором шоке от слов девушки. Однако Хана не из таких и смотрит на мир несколько иным трезвым взглядом.

— Подожди, Киоко, тут что-то не так…

— Братик!!! — вновь и вновь кричала Киоко, ничего больше не замечая вокруг.

— Да… — произнёс Рёхей, медленно поднимаясь. — Когда мне пробили голову, я дал обещание больше не драться. Но тогда я добавил: я мужчина, так что если наступят времена, когда вновь придётся драться, обещаю, ты не будешь плакать. Так как… я не проиграю! — парень вновь встал в полный рост, приняв боевую позу. — Я покажу тебе, что это правда!

— Чёрт! Как же ты раздражаешь своим упрямством! — воскликнул Луссурия, также переходя в атакующую позицию. — Давай покончим с этим!

— МАКСИМУМ КАНОН!!! — взревел Рёхей, вновь нанося удар правой рукой.

Вот только теперь что-то изменилось. Он был уверен в своих действиях и победе. Абсолютная нерушимость. Луссурия пытался блокировать такой удар стальным наколенником, но на этот раз такой трюк не прошёл. Со звенящим треском сталь раскрошилась на десятки частей, оголяя ногу противника и нанося по ней сокрушительные повреждения. Больше этой ногой Хранитель Солнца Варии пользоваться не сможет. Во всяком случае, в этом бою точно.

— А-а-а!!! Не.. Невозможно! — кричал и стонал от боли Луссурия, лёжа на полу ринга. — Мой наколенник сломан!!!

— Твой правый кулак воспламенился, — радостно произнёс Колонелло своему ученику. — Кора, ты сделал это, Рёхей!

— Колонелло, — негромко обратилась я к мальчику. Тот опустил голову вниз, вопросительно смотря на меня своими большими голубыми глазами. — Ты не мог бы… — взглядом указала на Киоко и Хану, — позаботиться об этом?

Что бы тут дальше не происходило, думаю девочкам лучше уйти. Меньше знаешь, крепче спишь. И эти именно тот случай. Эх, как же я им сейчас завидую, но, к сожалению, мы на совершенно разных берегах. Мне не разрешено иметь такую слабость. Но отнимать её у других… Это как-то бесчеловечно. Колонелло, похоже, всё понял с первого взгляда, поэтому согласно кивнул и вновь взлетел в воздух, используя своего питомца.

— Ну, идём домой, Киоко! — бросил малыш, хватая девочку за руку. — Уже всё закончилось. Я засыпаю, кора.

Киоко не хотела уходить. Пыталась остановить Колонелло, но он оказался сильнее её, так что долго противиться было невозможно. Киоко и Хана под контролем Колонелло исчезли за воротами школы, даровав парням некоторое спокойствие. Ну, кроме Ламбо. Тот как дрых у меня на руках, так и продолжает спать, посасывая большой палец вместо соски. Даже грохот и крики бойцов его не смутили. Что ж, как говорят в России, «здоровый сон — здоровый дух».

— Это была хорошая битва, — признал Рёхей. Честь бойца он не растерял и признал противника достойным воином. — А теперь… отдавай кольцо.

— Нет! Не хочу! — неожиданно завопил Луссурия, и в его голосе я почувствовала нотки ужаса. Но боялся он не Рёхея, который одолел его, а чего-то большего. Чего-то извне арены. Что происходит? — Я — часть Варии. Я смогу выиграть даже с одной ногой! Это просто! О-хо-хо! — да что с ним? Встаёт на ноги и пытается вновь вызвать Рёхея на бой. Ради чего? Чего он так жутко боится? Пот градом скатывается по его телу, а ведь он даже при ярких солнечных лучах был спокоен. — Вперёд! Давай продолжим! Быстрее!!!

Быстрее? Он торопит Сасагаву? Что-то должно произойти. Прямо сейчас. Если Рёхей не примет вызов вновь, то, что тогда?..

Прозвучала очередь выстрелов, которая десятками свинцовых пуль вонзилась в спину Луссурии. Потеряв сознание от резкой и безумной боли, он рухнул на пол, разбрызгивая тёмно-бордовую кровь по всему рингу. Никто не промолвил ни слова. Наша группа от шока и неожиданности, а группа Варии от того, что знали весь исход событий. Даже Скуало, что кричал всё время, и эта красноволосая были абсолютно спокойны. Просто наблюдали за тем, как их соратник истекает кровью и умирает. А выстрелил тот самый здоровяк с маской на лице. Причём выстрел произвёл через пальцы. Что за ерунда? Через пальцы? Он что, робот? Тогда почему я чувствую присутствие живого существа? Киборг? Нет, это маловероятно. Современная технология ещё не настолько хорошо продвинулась.

Мне плевать на то, что этот извращенец теперь лежит окровавленный и полуживой на ринге. Он даже это заслужил. Даже не буду против, если он умрёт. Однако тот факт, что этот контрольный выстрел нанёс не противник, а союзник, заставляет задуматься. Видно, Занзас не терпит слабаков и проигравших. Дал хотя бы раз слабину — умирай. Отношение к таким хуже, чем к мусору. Но я предполагала, что нечто подобное может произойти. Пора раскрыть глаза. Это мафия! Не сказка о радужных пони и верной дружбе. Тут каждый сам за себя. Именно об этом мне говорила мама, и обучал брат. Добро? Зло? Хех, кто победил, тот и добрый.

— Что происходит? — не понимал Ямамото. Впервые за всю битву он подал голос.

— «Уничтожение слабых», — пояснил Реборн. — Причина, по которой Вария сильнейшая команда из всех. Луссурия был этим напуган. Вот почему он так стремился продолжать.

— Уничтожение… слабых? — в ужасе произнёс Тсуна. Парень побледнел, а руки задрожали. Он не мог поверить в то, что видит. Просто не понимал это и не признавал. — Не… невозможно…

В какой-то степени, я испытывала что-то вроде сочувствия к Тсуне. Если я давно поняла, какая на самом деле реальность, и что нас ждёт впереди, то до парня только сейчас стала доходить истина. Именно поэтому просила выкинуть эти кольца. Именно поэтому взывала каждого одуматься. Но в глубине души каждого возникает этакая надежда, что это всего лишь игра. Шутка. Словно защитная психологическая реакция. Именно по такому принципу живёт Ямамото. Так проще. Но я так не могу. Всегда заглядываю наперёд и вижу весь кошмар, что нас ждёт. И даже зная всё это, у меня не хватает сил и навыков, чтобы помешать процессу. Остаётся только идти вперёд до самого конца.

— В настоящее время Луссурия не может больше сражаться, — прозвучал голос Червелло. — Поэтому Сасагава Рёхей победитель в борьбе за Кольцо Солнца. Это конец сегодняшнего матча. И теперь мы должны объявить участников следующей битвы.

— Что? Мы узнаем это так сразу? — удивился Савада.

— ВО-О-ОЙ!!! — зарычал Скуало. — Сделайте меня следующим!!!

— Пожалуйста, позвольте мне закончить, — спокойно произнесла одна из Червелло. — Завтра вечером битва пройдёт между Хранителями Грозы.

— Ламбо? — я посмотрела на мальчика, что спал у меня на руках.

Он уже завтра будет биться? Чёрт! Да как такое возможно?! Он же обычный шестилетний мальчик. Даже толком не понимает, что с ним и во что ввязался. Да у него и выбора нет. Считает, что всё это игра. Проклятье! Как же быть? Хотя, если использовать десятилетнюю базуку… Надо над этим поразмыслить. Нужна лазейка. Он ребёнок, но необычный. Довольно необычный. Этой же ночью займусь данной проблемой.

Здоровяк со стороны Варии переместился на ринг, сорвал с шеи Луссурии Кольцо Солнца и швырнул его в сторону Рёхея. После чего, забрал окровавленное тело и исчез вместе с остальными членами Варии и Червелло. Школа опустела. Более того, клетка ринга, словно по сигналу разрушилась, сложившись вместе, подобно карточному домику.

— Что они за парни?.. — произнёс Гокудера, пребывая всё ещё в некотором шоке.

— Не могу в это поверить, — также прошептал Ямамото.

— Соберитесь, ребята, — бросила я им, сохраняя спокойствие в голосе. — Всё уже кончилось. Лучше поздравьте того, кто одержал достойную победу.

На это парни одновременно посмотрели на меня и словно по команде выдохнули. Видно, что напряжение в телах было от начала до конца боя. Но, услышав, что теперь эта битва позади, и у нас есть победитель, они действительно расслабились. Слегка…

— Подожди, Киоко! Что за беспокойство?! Киоко!!! — послышался женский голос со стороны школьных ворот. Это была Хана, что бежала за своей подругой. Тем временем сама Киоко направилась к Тсуне.

— Тсуна-кун! — взмолилась девушка. — Тсуна-кун! Пожалуйста, ты скажешь мне правду? Что мой братик делает?

— Ну… — протянул парень, у которого на лице написано, что он вот-вот всё ей расскажет. Девушка посмотрела на меня.

— И ты тоже тут, Дар-чан? Ты же знаешь, что происходит, правда?

— Правда, — кивнула я головой. Хм… Рёхей просил молчать. Как мне быть? Не люблю врать. От этого внутри сразу всё сжимается, и чувствую себя нехорошо. От того и говорю всегда правду. Порой ненужную, жестокую, но правду. — Проблема в том, что это…

Неожиданно кто-то подошёл сзади и закрыл мне рот ладошкой. Третий раз за вечер. Это может стать привычкой. Однако на этот раз, тот, кто это сделал, меня крайне удивил. Ведь за спиной стоял ни кто иной, как мой старший брат, Рома.

— Киоко-чан, я же говорил, это матч по сумо, — расстроено произнёс парень, после чего обнял меня за плечи. — Меня вот тоже, как и тебя, не пригласили. А я так хотел посмотреть!

— Нечего тебе здесь делать, — шикнула я, отталкивая от себя Рому плечами. — Сказала же, сиди дома! Вот зачем пришёл?

— Я гулял, когда встретил Киоко-чан и Хану-чан, после чего мне тоже стало любопытно, — протянул Рома, театрально обижаясь, но через секунду его взгляд стал строгим и настороженным. — Кто победил?

— Я! — бодро отозвался Рёхей, продемонстрировав кольцо.

— О! Так держать, парень! — воскликнул Рома, широко улыбаясь и поднимая большой палец вверх. — Если бы ты не справился, то я точно сорвался и оторвал бы ему «кое-что» и это «кое-что» намотал бы на его же шею, — всё это Рома произносил с самой невинной улыбкой. Словно каждый день по несколько раз занимается данной процедурой.

О чём именно идёт речь, Киока не поняла, но вот я сразу сообразила, что братец ещё тот засранец и следил за всем боем от и до. И где он прятался? Гокудера, Ямамото и Савада слегка напряглись. Видно, то, что Рома говорит подобные вещи с такой лёгкостью, немного шокирует парней. Однако они тут же переключились на основной вопрос, что задала Киоко.

— Это был смешанный матч сумо, — пояснил Хаято. — Его проводят на ринге.

— Последнее время он становится очень популярным, — с улыбкой отозвался Такеши. — Сегодня был просто отличный бой, не так ли, малыш?

— Да, — согласно кивнул Реборн, что до сих пор сидел на плече бейсболиста.

— Так это правда… — наконец-то поверила Киоко, мягко улыбаясь. И именно в этот момент я почувствовала двойственные ощущения. С одной стороны это классно жить в неведении. Словно за огромной ширмой. Какое бы безумие не происходило, всё это тебя не касается. С другой стороны, осознавать, что тебе в лицо лгут родные люди… Хм… Из-за этого я своего брата чуть импотентом не сделала. Трудно, очень трудно.

— Я же говорил, что это был матч сумо, — улыбнулся в ответ сестре Рёхей. — Идём домой, Киоко.

— Эй, погоди! — произнёс Рома, подходя к Рёхею. — Позволь? — он кивнул в сторону рук боксёра. Тот насторожился, но лишь на мгновение. Что-то сверкнуло в глазах парня, и он решил довериться. Вытянул израненные руки перед собой. — Будет немного больно, — предупредил Рома, после чего прикоснулся сначала к левой руке, осматривая её от пальцев до локтя, потом к правой, проделав то же самое. — Хм, — нахмурился братец.

— Эй, если ты с плохими новостями, то слушать я их… — начал Рёхей, немного отстраняясь.

— Всё в норме! — тут же отозвался Рома, хлопнув Рёхея по плечу. — Серьёзных переломов я не вижу. Дай возможность телу восстановиться, и вскоре снова сможешь заниматься своим любимым боксом.

Эта новость осчастливила парня. Рёхей буквально засиял. Да что там? Всего за долю секунды мой наглый братец заручился доверием всей нашей группы. Даже в глазах вечно недоверчивого Гокудеры он стал чуть лучше. Вот так всегда! Роме никогда не надо было прилагать силу, чтобы понравиться людям. Не знаю, что это. Может, обаяние. Может, харизма. Но стоило ему пару раз улыбнуться и сделать какой-нибудь небольшой комплимент, как обычный собеседник готов был последние трусы отдать, но заполучить внимание Романа. Особенно женская часть населения. Бабы так и вешаются на него, а Рома-то и не против. Спокойно этим пользуется. Бабник!

Вон, даже у Ханы, которая, в принципе, не воспринимает парней должным образом, щёки покрылись румянами. Рома ей приглянулся. А вот дети его не любят, прям как и он их. Поэтому, взглянув на спящего Ламбо в моих руках, Рома недовольно фыркнул.

— И с каких это пор ты нянчишься с детьми? — спросил Рома, подходя ближе. — Давай-ка вернём его, — взял ребёнка, передал его Тсуне и с улыбкой всем добавил: — Ну, мы пошли. Всем спокойной ночи.

Я и вякнуть не успела, как меня уже взяли за руку и потянули в сторону школьных ворот. Иногда только оборачивалась и ловила недоумевающие взгляды ребят. Однако, судя по их уставшему виду, поняла, что сами они долго там находиться не будут. Да уж… сегодня был выматывающий вечер. Настолько выматывающий, что я даже ворчать на Рому не в состоянии. Просто следую за ним, позволяя себя тянуть за руку. Широкие загорелые плечи брата кажутся надёжными. Почему-то теперь образовавшийся комок в груди начинает потихоньку распускаться, развязывая нервы.

— Ты молодец, Дар, — услышала его голос. — Действовала так, как и положено Советнику.

— Это не так, — тут же отозвалась я, не сбивая шага. — Если бы я действительно действовала так, как надо, то смогла бы предотвратить всю эту битву. Но единственное, на что меня хватило, это стоять и смотреть за сражением.

— Дар, — Рома остановился и развернулся ко мне лицом. — Ты — Советник. Хранитель Луны. Ты не можешь действовать и что-то изменять. Это работа Босса и других Хранителей. Твоё оружие — слово. Ты должна дать совет, но слушаться его — уже дело остальных. Ты должна найти те слова, которые позволят двигаться дальше. Помогут встать и не сдаваться. Даже в самую беззвездную и тёмную ночь, как Луна, должна светить ярче всех и даровать то, что может потерять даже Небо.

— И что же это? Что я могу дать?

— Надежду.

Глава 34. И грянул гром...

Ещё никогда я так напряжённо не думала. За одну секунду в сознании проскальзывали десятки, сотни, тысячи мыслей. Искала выход из сложившейся ситуации с Ламбо, но пока ничего толкового не приходило. Наш Хранитель Грозы должен сразиться с Хранителем Варии. И если судить по тому, что я видела, он противник не из простых. У Ламбо нет и шанса. Мальчик даже не знает, что его ждёт.

— Может, хватит уже грызть ногти? — донёсся до моих ушей голос Ромы. — На, — перед глазами возникла огромная тарелка со всеми сладостями из холодильника. — Поешь и успокойся.

— Тебе легко говорить, — вздохнула, беря тарелку. — Но у меня плохое предчувствие, и я не знаю, что с этим делать. А когда я чего-то не знаю, то начинаю нервничать.

— Слушай, — бросил Рома, плюхнувшись рядом со мной на кровать, из-за чего шарики шоколадного мороженого в моей тарелке взлетели в воздух и поменялись местами. — У семьи Бовино же есть базука десятилетия, верно? Почему бы её не использовать?

— Дело не в этом, — взмахнула в воздухе ложкой, останавливая идею парня. — Он её использует стопроцентно. Тут даже к гадалке ходить не надо. Вопрос в другом, — что будет дальше? Уровень силы взрослого Ламбо я не очень хорошо знаю, но почему-то меня мучают сомнения по поводу того, что он одержит победу. Тем более, что действие базуки рассчитано на пять минут. Этого времени точно не достаточно.

— Может тогда подкорректировать время? — задумчиво произнёс братец, макая в своё подтаявшее мороженое вафлю. — Ты, вроде, неоднократно её разбирала и собирала. Таймер увеличь на сутки или неделю. Уверен, ты сможешь.

— Уже обдумывала этот вариант, — призналась я. — Но возникает ряд других вопросов, которые проверить за всё это время не удалось, — Рома молча погрузил вафлю в рот и вопросительно посмотрел на меня, ожидая продолжения. Растаявшее мороженое тонкими струйками потекло по подбородку, капая на грудь и серую майку. — Блин, Рома, ты хрюндель. Постель не заляпай!

— Ой, да ладно тебе, — бросил парень, вытирая подбородок рукавом. — Что за вопросы возникают?

— Эх, — вздохнула, облокачиваясь на спинку кровати и подбирая под себя ноги. — Понимаешь, каждый раз, когда подобное происшествие происходило, в базуке образовывался глюк. Иными словами — сбой программы. В первый раз, сознание нашего Ламбо осталось тут, а тело поменялось со взрослым. Но ненадолго. Через небольшой промежуток времени тело вновь стало принадлежать маленькому мальчику, а вот разум был взрослого. И вот уже эта вариация осталась на целую неделю. Второй случай ещё более загадочный. Тогда поменялся телами Хаято. Но не с будущим собой, а с собой из прошлого. Вернее сознание осталось на месте, а вот тела… нет. Но длилось это также неделю.

— Ничего себе! — присвистнул парень, улыбаясь. В его глазах засверкал огонёк любопытства. — Скажи честно, а ты… использовала на себе базуку?

— Эм… Ну, был разок, но… — смущённо отвела взгляд.

— Чёрт возьми! И что там?! Как? Чёрт! Это так круто! Хочу! Тоже хочу!!! — прыгал на месте парень, ведя себя как настоящий ребёнок. — Что ты видела? Также на пять минут? Кем ты стала? А меня видела? Я красавчик?

— Стоп-стоп-стоп!!! — пришлось наклониться вперёд, чтобы заткнуть парня ладонью. — Это было случайно. Один раз, и я ничего не видела, так как будущая я, позаботилась о данной ситуации. Просто… выпила чай с тортиком, вот и всё.

— Ты… осуществила мечту миллионов… побывала в будущем… И единственное, что сделала… это… Попила чай с тортиком?! — похоже, данный сюжет никак не мог сложиться в его голове. Губы парня искривились так, словно он хотел одновременно просто кричать и ругаться благим матом, но просто не знал с чего стоит начать. А левое нижнее веко вообще задёргалось. — Узнай об этом Джон Коннор, то застрелился бы к чёрту!

— Иди сам застрелись, терминатор недоделанный! — злобно шикнула я. — И вообще, хватит жрать на моей кровати! — попыталась спихнуть брата на пол, но тот не подавался, замечая, что я тоже ем. — Это моя кровать! — продолжила пинаться, срываясь на брате и выпуская лишний пар. И тут до меня дошла одна мысль. — Кстати… — резко вскочила с кровати и подбежала к столу, на котором стоял уже включённый ноутбук и сотовый телефон. Несколько мгновений, и вот уже прислушиваюсь к гудкам доносящихся из динамиков мобильного.

— Si? — прозвучал мужской настороженный голос.

— Синьор Торо, здравствуйте. Это Серра Дарья вас беспокоит.

— Госпожа Серра?! Ох, как я рад вас слышать! — голос тот же приобрёл радостные весёлые нотки. — Ваши звонки всегда становятся праздником для меня. Чем могу помочь?

— Синьор Торо, — замолчала, так как стала раздумывать над тем, с чего начать разговор. — Для начала хотелось бы извиниться за то, что втянула в историю с кольцами Ламбо. Он стал Хранителем и…

— О, нет-нет-нет! — тут же затараторил итальянец. — Семья Бовино и я, как её Босс, безумно счастливы знать, что Вонгола признал Ламбо своим Хранителем Грозы. В честь этого у нас был праздник, и длился он три дня.

— Ого! — а этот человек любит хорошо отдохнуть. — Что ж, в таком случае перейду сразу к делу. Боюсь, у Ламбо проблемы, — смех в трубке прекратился. — И мне бы хотелось с вами проконсультироваться по этому поводу. Есть ли возможность увеличить время действия базуки? Хотя бы на полчаса.

— Хм… — мужчина задумался. — Возможность-то есть, но это может вызвать временной резонанс. Пять минут оптимальное время для путешествия. Оно не влияет ни на будущее, ни на прошлое. Если же интервал времени увеличить, то может возникнуть своеобразное эхо, при котором создаётся параллельная реальность. Иными словами, представим, что длительность путешествия во времени — это камень, а вся временная реальность — это вода. После чего бросим камень в воду. Если размер камня не большой, то и волны, расходящиеся в разные стороны, будут небольшими. В конце они просто затеряются в водах. Но если камень увеличить…

— Будет большой всплеск, — догадалась я, однако кое-что не давало мне покоя. — Синьор Торо, у вас есть… скайп? — возникла небольшая пауза. — Просто хотелось бы сделать видео-звонок и оговорить детали…

— Я вас понял, — бросил Босс Бовино, и в его голосе я услышала небольшое волнение. — Да, наверное, так будет проще. Вот мои данные…

Бовино Торо продиктовал мне свой ник, после чего я незамедлительно вбила его в ноутбук и нажала «вызов». Зазвучали мелодичные гудки. Рома подвинулся поближе, также желая посмотреть на этого Босса семьи Бовино. Наконец-то вызов приняли, и на экране появилось изображение взрослого мускулистого мужчины сорока пяти лет, с густыми чёрными волосами, что сплетались в своеобразную причёску, состоящую из двух длинных закрученных вверх рогов и также закрученных усов. На нём был официальный чёрный дорогой костюм, но я заметила, что воротник белоснежной рубашки слегка помятый, да и пятнистый галстук перекошенный. Одевался на скорую руку, чтобы произвести впечатление. Ладно, сделаю вид, что ничего не заметила. На носу небольшие прямоугольные очки, из-под которых прекрасно видны зелёные, как у Ламбо, глаза.

— Рада вас видеть, синьор Торо, — ну, хотя бы знаю, как он выглядит. Хоть мужчина и в возрасте, однако мускулы у него — на зависть молодым. Не зря зовётся «быком». — Это мой старший брат, Рома, — познакомила я их. Мужчины немного склонили головы в знак почтения. — Ну, а теперь вернёмся к нашему вопросу. По поводу того, что вы рассказывали… Если увеличивать время нельзя, то почему в базуке заложена эта функция? Ведь я сама лично чинила её несколько раз и должна признать, длилось это намного больше пяти минут.

— Полностью с вами согласен, — кивнул Торо. — Но вы должны отметить, что тогда случаи были не совсем обычные. Что касалось Ламбо, то хоть разум и поменялся с ним же из будущего, то тело всё равно осталось детским. Многого не изменишь. Что касалось случая с мистером Гокудерой, то там вышло всё приблизительно также, вот только телом он поменялся из своего прошлого. Но сейчас мы говорим об обычном случае. Тому Ламбо, что отправится в будущее, ничего не будет. Своего рода — он факт, с которым ещё ничего не было, но должно произойти. Но вот тот Ламбо, что придёт из будущего… Это совсем другая история. Увеличивать время пребывания в прошлом для обычных людей чревато последствиями. Своего рода, это нарушение физики, и реальность рано или поздно заметит это, постаравшись от него избавиться. Может возникнуть временная петля, о которой будет знать только тот, кто путешествует. Или парадокс, после которого Ламбо, в принципе, исчезнет из данного витка истории. Иными словами, мы даже не будем знать, что он когда-то был. Воспоминания будут стёрты.

— Ну и ну! — присвистнул Рома. — По сути, у мальчишки в руках бомба замедленного действия. Учитывая, сколько он ей пользуется, не боитесь, что Ламбо просто раскрошит на мелкое конфетти и разбросает по всей реальности?

— Это исключено, — строго произнёс мужчина. — Так же, как и Серра, в своё время семья Бовино проводила опыты на самих себе. Правда, в несколько ином направлении. Прекрасно осознавая всю ситуацию и опасность касаемо путешествия во времени, наши предки старались усовершенствовать тело и придать ему совершенную защиту. Это привело к тому, что наша кожа изменилась, став, своего рода, проводником электричества.

— Проводником электричества?! — удивились мы с Ромой одновременно.

Мужчина решил, что вместо десятка слов он лучше продемонстрирует всё действием. Наклонился в сторону, достал что-то из тумбочки, и только по резкому трещащему звуку я поняла, что это электрошокер. Босс Бовино несколько раз ударил им себя в левую руку. Но если судить по выражению лица, то боли он совершенно не чувствует. Левая ладонь заискрилась. Кольца трещащего светло-голубого тока охватывали всю руку, пульсируя, словно живые. Однако мужчина мог управлять им и сдерживать, не позволяя спускаться ниже локтя. После чего, позволил току подняться к чёрным рогам, то есть причёске, и выстрелил в потолок.

— То есть, вам не страшно электричество, — понимала я, следя за тем, как Торо со смущением стряхивал с плеч крошки осыпанной побелки с потолка. — А Ламбо тоже на это способен?

— Да, — кивнул Торо. — По правде сказать, он самый способный в нашей семье. Уже в три года у него появились довольно серьёзные зачатки к проводимости электричества. Но не всё так просто. Хоть его большой объем тока не убьёт, боль причинить может, так как он всё ещё ребёнок. Кожа укрепляется с возрастом. Чем он старше, тем сильнее.

— Хм, — я задумалась. — Возможно, это как раз то, что нужно… Синьор Торо, — наклонилась к ноутбуку. — Если ли возможность связаться с Ламбо из десятилетнего будущего и рассказать о том, что его ждёт впереди? Чтобы он смог подготовиться к схватке.

— Эх, через десять лет, боюсь, он будет всё таким же плаксой, — с грустью признался Босс Бовино. — Но можно попробовать нечто иное, — теперь уже сам Торо наклонился поближе к экрану. — Это рискованно, но попробовать стоит. Раз вы волнуетесь о мальчишке, значит ситуации довольно серьёзная. Семья Бовино попытается предупредить Ламбо не из десятилетнего будущего, а из двадцатилетнего.

— Стоп… что?! — от самой идеи у меня аж сердце стал стучать быстрее. — У вас есть двадцатилетняя базука?

— Нет, но мы схитрим, — мужчина улыбнулся, накручивая на палец один из своих длинных густых чёрных усов. — Не волнуйтесь, госпожа Серра. Я обо всём позабочусь. Можете спокойно наслаждаться вечером. Всего доброго.

— Эм… доброго, — неуверенно отозвалась я, после чего экран погас. Посмотрела на Рому, у которого был точно такой же непонимающий взгляд. — Всё будет хорошо?

— Тебе утешительный дать ответ или так как я думаю?

— Лучше ешь мороженое.

С наступлением рассвета густые тёмные тучи закрыли небо, обрушивая на Намимори всю ярость осенних ливней. Я люблю дожди. Люблю их прохладу и влажность. Но вот почему-то настроение от этого не улучшалось. Послав школу куда подальше, завалилась спать, хотя прекрасно осознавала, что сны будут отнюдь не из приятных. Но выбирать не из чего. Лучше так, чем смотреть на часы и с каждой секундой выжидать момента встречи.

Когда стемнело, встала сама. Рома также уже не спал и хозяйничал на кухне, злобно бубня о том, что у меня нет ни кусочка мяса. Он же мужчина! А все мужчины должны есть мясо, но вот загвоздка, — я его покупаю не так часто. В первую очередь сладкое. Далее он начал ворчать, что ему необходимо подыскать мне мужика-мясоеда. Чтобы, когда «он» придёт ко мне в гости, в холодильнике всегда было мясо. Во как! Если и есть какие-то планы, то всё во имя себя любимого. Э-э-эх… Я скоро сама его на мясокомбинат сдам.

Когда направились в школу, то решили зонтики с собой не брать. Мне нравится, когда ледяные капли скатываются у меня по лицу и шее, впитываясь одеждой. Голова сразу мыслит так ясно. Туман в сознании рассеивается, и страх отступает. Только логика, что мне так дорога. Рома же всю жизнь закалялся, и предпочитает ходить в майке и зимой, и летом, обнажая свои, по его мнению, сексуальные плечи. Можно было его, конечно, попросить остаться дома, но… я знаю, что это бесполезно.

— Дар!!! — позвали ребята, когда мы встретились около школьных ворот.

Каждый держал в руках зонтик и периодически бросал встревоженный взгляд на Ламбо, что со звонким смехом шлёпал сапогами по лужам. Даже Рёхей пришёл, хотя руки парня были полностью перебинтованы, но огонь в глазах пылал всё так же.

— Чёрт! — злился Гокудера, смотря, как Ламбо шоркает ногами в грязи. — Эта тупая корова… У него нет мозга!

— Согласен, — неожиданно бросил Рома, также хмуря брови от одного взгляда на мальчика. — Вероятность победы меньше тридцати процентов. Полный провал.

— А ты какого хрена тут забыл? — ещё сильнее разозлился Хаято, уже вымещая свою злость на моём брате. — Все родственники сидят за кулисами и не мешаются!

— Охо-хо! — театрально усмехнулся Рома, похлопав парня по голове. — Ты же «Миленькая Бомбочка Хаято». Что, хотел пригласить сестру, но как-то не сложилось? Кстати, номер телефона её не дашь? Слышал, она великолепно готовит.

— Как ты меня назвал, Жертва Солярия? — на лице Хаято тут же выступили натянутые жилы. Руки до хруста вцепились в ручку зонтика, а потом усмехнулся. — С Бьянки хочешь встретиться? Да ты хоть знаешь, что она сделала со своим предыдущим ухажером?

— Знаю, — спокойно ответил братец. — Накормила едой, которую приготовила с любовью. А я, знаешь ли, специалист в любви и романах.

— Тц! — кажется, Гокудера был на грани. Вижу, как рука на автопилоте тянется за спину к одной из динамитных шашек. — Говорят, ты неплохо дерёшься…

— Говорят… — усмехнулся Рома, также замечая движение парня.

— Гокудера-кун! — взмолился Тсуна. — Прошу, прекрати!

— Рома, ты тоже прекращай ерундой маяться, — шикнула на брата. — Нечего делать — иди домой.

Парни ничего не сказали. Просто бросили друг на друга злобный предупреждающий взгляд и разошлись в разные стороны. Остальные восприняли это как шутку, ведь они уже привыкли к взрывному характеру Хаято. А вот Ламбо Рома тоже не понравился. Осмотрел его с головы до ног и со словами: «Ты дурак!» вытащил из носа козявку, прицепив её к штанам брата. М-да… теперь я уверена, что Роман сам жалеет о том, что пришёл.

— Ах, ты, мелкий гад! — вырвалось у парня на русском. — Если бы не тот факт, что сегодня сражаешься, давно бы сделал из тебя говяжью тушёнку.

Эх… хорошо, что русский знаю только я. Остальные могут только предполагать смысл сказанного. Хотя думаю… они всё поняли, взглянув только в лицо парня. Оно уж точно не выражало дружелюбие.

— Э-э-эх, — простонал Тсуна, почёсывая затылок. — Интересно, есть ли способ отказаться?!

— Да, есть, — кивнула я. — Нужно просто отдать им Кольцо Грозы и засчитать проигрыш.

— Что?! Сдаться без борьбы?! — закричал Рёхей, буквально излучая энергию бойца. — Я экстремально протестую!

— Не волнуйся, Тсуна, — улыбнулся Такеши. — Если что-то пойдёт не так, то мы вмешаемся.

— Вот именно! — кивнул Рёхей. — Оставь это нам!

— Не волнуйся, Десятый! — поддержал компанию Хаято.

Они его подбадривают, уверяют в победе, но, чёрт возьми… Это же Ламбо! Даже поговорив с Боссом Бовино, я не смогла успокоиться. Комок нервов вновь закручивается в непонятную спиралевидную форму, которую не развязать просто так. Но моё предложение просто отдать кольцо и признать поражение никто даже не хотел рассматривать. Даже не пытался. Словно я наступила на общую мужскую гордость. Ох, как же я порой не понимаю парней, да и людей в целом. Зачем нужна эта гордость, когда на кону стоит кое-что более важное, нежели простое украшение?

— Результатом подобных действий будет дисквалификация, — произнёс женский голос со школьной крыши. Там уже стояли близнецы Червелло. — Согласно правилам, те, кто вмешается и спасённый ими, лишатся своих колец в пользу противника.

— Чёрт возьми! — вырвалось у Хаято. — Да они должно быть шутят!

— Я знал это… — ахнул Тсуна.

— Моё предложение всё ещё в силе, — в полголоса бросила я, давая Саваде ещё один шанс всё обдумать.

— Пожалуйста, взгляните сюда, — произнесла одна из Червелло, указывая на крышу одного из школьных корпусов. — Это поле битвы на сегодняшний день.

В этот момент, словно по сигналу, в ту самую крышу ударила огромная сверкающая молния, осветив поле боя. На этой крыше что-то установлено. С этого расстояния видно плохо, но больше похоже на какие-то металлические шипы, которые подобно громоотводу притягивали любое проявление природного электричества. Да что ж такое-то?! Мне это не нравится. Мне это очень не нравится.

Всё было куда серьёзнее. Арена, которую подготовили на крыше школьного корпуса, действительно оснастили громоотводами, напоминающие огромные металлические шипы в три метра ростом, а может немного больше, с небольшим сужением у основания. Более того, пол крыши покрыт специальными проводами, благодаря чему, молнии, попадающие в громоотвод и перетекающие в провода, становятся ещё мощнее. И вся эта конструкция имеет название — «Электрические Цепи».

Для большей демонстрации несколько молний попали в громоотвод и я ощутила ужасный жар со стороны пола. Настолько сильный, что мне пришлось сделать несколько шагов назад. А ведь это притом, что сама с ног до головы промокла под дождём.

— Ух, ты!!! Ламбо-сан хочет сделать это! — весело произнёс Ламбо, направляясь прямо к одному из шипов. Словно под гипнозом, который больше ничего не замечает вокруг.

— О боже! — воскликнул Тсуна. — Он считает, что это парк развлечений?! Нет, Ламбо, постой! Это опасно! — Савада догнал мальчика, но в этот же момент у него отвалился рог. — Ты опять обронил свой рог!

— Тупая корова! — фыркнул Гокудера, подбирая с пола рог. — Ты опять заставляешь Десятого беспокоиться! А ну-ка… сейчас… — неожиданно парень достал из заднего кармана чёрный маркер и принялся что-то чиркать на поверхности рога. — Вот, — вздохнул парень. — Теперь всё будут знать, что он принадлежит тебе.

Приблизившись, я заметила, что Хаято написал: «Тупая корова». Оригинально, что тут скажешь…

— Просим посторонних покинуть поле боя, — произнесли Червелло, обращаясь к моему брату. — Серра Роман, вы не относитесь ни к одной из команд, поэтому вам следует уйти.

— Нет, — спокойно ответил парень, скрестив руки на груди. — Я останусь здесь.

— Что ж… — Червелло переглянулись. — Так как вы родственник одного из Хранителей, то можете остаться. Однако если вмешаетесь в поединок, то абсолютно все Кольца Вонголы, перейдут противнику и это будет считаться поражением. А теперь, Хранитель Грозы, пожалуйста, пройдите в центр поля, — напомнили о себе Червелло. — Твой противник уже два часа ждёт тебя.

Два часа?! Зачем кому-то приходить на два часа раньше? Встреча-то назначена на одиннадцать вечера.

Прямо на противоположной стороне показалась тень. Довольно мрачная тень, особенно при свете молний. Это был тот самый Леви. Темнокожий высокий парень в чёрном плаще со страной причёской, напоминающей иглы ежа. Один только его взгляд чего стоит. Сразу ощущаешь жажду убийства, вот только направлена она не на меня, а на Ламбо, которому только дай во что-нибудь поиграть. Более того, за спиной Леви находились остальные члены Варии. Недовольство читалось на их лицах. Кажется, им не нравилось просто стоять и мокнуть под дождём. Расстояние не позволяло нам видеть отчётливо выражение лица, да и шум дождя перекрывал любые голоса, но уверена, — они раздражены. Каждому не терпелось самому вступить в бой. Особенно той красноволосой особе. Она меня ненавидит, и эта ненависть ощущается на физическом уровне.

Эх, надеюсь, Рома будет вести себя тихо. Он порой бывает очень вспыльчивым и эмоциональным. Достаточно одного малейшего повода и предыдущий поединок и победа Рёхея будет бесполезна.

— Ладно! Давайте сделаем это! — вырвал меня из мыслей боксёр, резко схватив за воротник толстовки и потянув на себя. Только секунды через три я поняла, что парень, таким образом, хотел вновь собрать всех в командный круг. М-да… Вроде, делаем это второй раз, а по ощущениям всё так же стыдно. — ЛАМБО! ВПЕРЁД!!!

— О-О-ОХ!!! — отозвался Такеши, и, вроде бы, Тсуна подавал небольшой голос. На этом всё. Хотя самому Ламбо такое пожелание очень даже понравилось. Просил повторить, но Тсуна наотрез отказался.

— С ним точно всё будет в порядке? — начал сомневаться Такеши, смотря на веселящегося Ламбо.

— Не уверен, что он вообще понимает, что должен будет драться… — с отчаянием в голосе произнёс Хаято.

— Конечно, знаю, ты идиот! — бросил Ламбо, услышавший их разговор.

— Что б вас… — вздохнула я, потирая переносицу. — Повторяю уже в сотый раз, отдайте им кольцо! Оно того не стоит! Если я Советник, то почему меня не слушают?

— Дар права, — кивнул головой Савада, наклоняясь к мальчику. — Ламбо, если ты не хочешь, то можешь не ходить, — парень положил свою ладонь Ламбо на голову, взъерошив его кудряшки. — Я не понимаю, почему мой отец выбрал тебя, но… это не правильно заставлять драться ребёнка. Ты же не хочешь умереть таким маленьким, да?

— Что за тупой вопрос, Тсуна?! — шикнула на парня, и тот, смутившись немного, поёжился. Также присела на корточки перед Ламбо. — Послушай меня, если почувствуешь опасность, срываешь это кольцо, — указала на украшение, весящее у него на шее. — Швыряешь его в противника, и сваливаешь в нашу сторону. А ещё лучше — используй десятилетнюю базуку.

— Нет-нет! — замахал руками Тсуна. — Вчера взрослый Ламбо сказал…

— Ничего не знаю! — отмахнулась от слов парня. — Открой глаза, Тсуна! По-твоему, шестилетний ребёнок одолеет взрослого мужика? У него нет и шанса! Сейчас это равносильно пушечному мясу. На что вы надеетесь? На чудо? На небеса? Может даже молились? Отправляете его к этому головорезу… Понимаю, он многих раздражает, но это… чересчур.

— Дар… — на лице Тсуны возникло сожаление и вина. Он уже потянулся к кольцу Ламбо, чтобы сорвать его со шеи и швырнуть в сторону противника, признав поражение. Но неожиданно сам Ламбо шлёпнул парня по рукам, отталкивая ладони в сторону.

— Боже, боже, боже… — с гордой нотацией произнёс мальчик, отворачиваясь в сторону. Вся его поза говорила о том, что мальчик выше всего этого. — Разве вы не знаете? Ламбо-сан не может умереть, потому что он непобедимый. Всё. Я пошёл.

— Ламбо! Подожди! — воскликнул Тсуна, всё ещё пребывая в неком шоке от поведения мальчика. — Если ты решил, то хотя бы возьми это!

Тут я заметила, что парень передал Ламбо какие-то странные рога, которые я впервые вижу. Они выглядели старыми, потёртыми временем. Даже немного вызывали ужас от того, сколько на них было царапин и ссадин. Естественно, Ламбо не хотел их брать, да и зачем? Свои же есть. Но Тсуна был непоколебим. В итоге, мальчику всё же пришлось взять рога, но о бое он не думал совершенно. Первое, что спросил Ламбо, подойдя к Леви, это:

— Эй, как с этим играть?

Естественно, ответа он не получил.

— Время битвы Хранителей Грозы, — произнесли Червелло. — Леви-А-Тан против Ламбо. Вы можете начинать!

Какое-то время ничего не происходило. Ламбо и Леви просто стояли друг перед другом, вот только мальчик ещё ко всему прочему всё время смотрел на пол, пытаясь разобраться, как играть этим громоотводом. Но спокойствие не длится вечно. Спустя мгновение, сверкающая молния обрушилась с небес, вонзаясь в один из стальных шипов и заставляя крышу засиять. Больше всего досталось самому Ламбо, который не успел отбежать и стоял как раз на одном из оголённых проводов. Какой именно силой тока его пронзило, приходится только гадать. Большинство уже даже стали считать, что Ламбо мёртв. Но нет. На крыше раздался громогласный детский плач, дающий понять, что Ламбо жив, здоров, и его лишь немного потрепало.

— Это особенность его кожи, — пояснил Реборн. — После того, как Ламбо много раз ударило молнией, его кожа превратилась в проводник. В так называемую «Электрическую Кожу». Если Ламбо бьёт молния, электричество просто проходит вдоль всего тела и растворяется в земле, не затрагивая мозг или внутренние органы. Так же, как и молнии, он, словно громоотвод, отводит угрозы в семье. Это роль Хранителя Грозы. Тело этой тупой коровы идеально для данной задачи. Пускай он туп, надоедлив и раздражает, нет никого лучше, кто бы подходил на эту роль.

Леви-А-Тан изменился. Услышав каждое слово Реборна, он словно обезумел. Яростная зависть сверкнула в его глазах, и, не желая с этим мириться, сорвался с места, атакуя мальчика. Резким ударом ноги, Леви пнул Ламбо, заставив его отлететь на несколько метров в сторону, словно резиновый мячик. Плачь стал ещё громче. От такого удара я не удивлюсь, если у ребёнка появится сотрясение мозга или перелом костей.

— Ламбо, убегай! — кричал в ужасе Тсуна. Но как? Ему не убежать. Уже нет.

— Используй базуку! — также перешла я на крик. — Сейчас же!

— Что? — не понимал Хаято, он ведь слышал, что Тсуна против этого, но ситуация вынуждает идти на крайние меры. — Ох, нет…

Всё же Ламбо решил прибегнуть к базуке и выстрелил себе в голову. Прозвучал хлопок, и тело мальчика окружило плотное розоватое облако. Он успел? Ведь, в свою очередь, к нему стремился помешать сам Леви, который также атаковал мальчика в момент выстрела.

— Да уж… — прозвучал ленивый мужской голос, доносившийся из облака. — Не думал, что пельмени будут моим последним ужином.

— Кто это? — не понимал Рёхей, который видел такого Ламбо впервые.

— Это знакомый Тсуны, да? — с неким сомнением произнёс Такеши, а ведь он его видит далеко не в первый раз.

— Ох, нет! — напрягся Тсуна. — Он всё же вызвал его!

Перед нами на мокром полу сидел Ламбо нашего возраста со столовыми палочками в руках, в которых сжимал ещё горячий пельмень. Ужинать после одиннадцати? Видно, парень нервничал. Закинул пельмень в рот и встал в полный рост, осмотрев нас с головы до ног. Также заметил Рому, стоящего за нашими спинами. Улыбнулся и помахал ему рукой.

— Рад тебя видеть, старший брат.

Старший брат? Рома? Он же детей терпеть не может. В принципе, как и я. Видно, в ближайшие десять лет многое изменилось. Очень многое. Хотя… теперь я начинаю понимать, откуда в будущем Ламбо эта странная манера Казановы. Также старается хорошо выглядеть, дабы понравиться женской половине общества. Видимо, братец постарался и надавал лишних советов. Эх… Однако об этом подумаю позже.

Данной подменой были недовольны и сами члены Варии. Заметив взрослого Ламбо, они не сразу узнали его, посчитав посторонним.

— ВОЙ! — зарычал Скуало во весь голос. — Что за чёрт?! Тут посторонний!!!

— Раз так, то пусть они передадут нам все кольца! — добавила красноволосая девушка, хищно улыбаясь.

— Нет, — спокойно оборвала их одна из Червелло. — Он обладатель кольца, вызванный из будущего десятилетней базукой. Поэтому мы признали его кандидатом и продолжаем битву.

Что? Продолжать? Нет, её необходимо прекратить. И как можно быстрее. Он взрослый, а значит, до него элементарные вещи должны дойти.

— Ламбо, отдай им кольцо! — попросила я. — Отдай и возвращайся к нам!

— Ламбо, извини! — тут же добавил Тсуна. — Твоя детская форма не смогла справиться!

— Прошу вас, не извиняйтесь, — мягко произнёс Ламбо, подбирая с пола цепочку с кольцом. После секундного осмотра надел эту цепочку себе на шею. — Советник… Я понимаю твоё беспокойство, и предполагал, что такое случится, но… В любом случае, когда у меня не остаётся выбора, я не могу вот так всё бросить. Должен поступать как мужчина.

Да что б их! Почему меня никто не слушает? Парни всегда настолько упрямы. Да, он выглядит круто, но зачем? Кому она нужна, эта крутость? Нет. Тут я бессильна. Остаётся только смотреть и наблюдать за происходящим.

Ламбо решил столкнуться с противником лицом к лицу и доказать, что он лучший. Это не понравилось Леви, только ещё сильнее разозлив его, но как оказалось, у Ламбо имелся небольшой козырь в рукаве. Он сам призвал молнию, что ударила не в стоящие рядом громоотводы, а в него самого, насытив полностью тело электричеством.

Некоторое время Леви-А-Тан ничего не делал. Дожидался того самого момента, когда Ламбо будет на достаточной для него дистанции. Я ожидала всё что угодно. Рукопашный бой, мечи, пистолеты… да что угодно! Но противнику всё же удалось удивить меня. В одно мгновение из-за спины парня вырвались все предметы, которые я раньше считала клинками. Но на самом деле это были… зонтики. Все до одного! Они взметнулись в воздух, раскрываясь на ходу и окружая Ламбо. Каждый зонт стал накапливать электрические заряды. Мне хватило секунды, чтобы понять, что задумал Леви-А-Тан. Это ловушка.

— ЛАМБО! НАЗАД! — крикнула я, но мой голос потонул в оглушающем громе и молний, что разом вонзились в парня. Разряд был сильным. Обычный человек давно бы погиб, но Ламбо… парень ослаб и рухнул на колени.

— Нет! — кричал Тсуна. — Ламбо, убегай!

— Не позволю! — тут же отозвался Леви, проткнув плечо нашего Хранителя Грозы заострённой ручкой одного из своих зонтов, напоминающей клинок. Чёрт, он теперь даже убежать не может! Всё плохо! Очень плохо! Мои страхи подтверждаются. Мыслить трезво не получается. В висках стучит пульс, мешая рассуждать. Что же делать? — Я тебя уничтожу, сопляк! Разрежу на куски и сделаю из тебя стейк!

И тут я вспомнила… Точно! Слова Бовино Торо!

— Ламбо! Базука! Скорее!

— Что? — удивился Тсуна. — Ещё раз? Но если он это сделает… то…

С воплем, наполненным болью, Ламбо хватает валявшуюся рядом базуку десятилетия и вновь стреляет себе в голову. Густое розоватое облако вновь окутывает крышу школьного корпуса. Через секунду, ещё до того, как облако рассеялось, на интуитивном уровне почувствовала мощь. Да настолько сильную, что дышать стало трудновато. Это… это Ламбо из двадцатилетнего будущего?

Облако рассеялось, и перед нами предстал взрослый парень двадцати шести лет. Высокий парень с растрепанными чёрными волосами по плечи, одетый в осеннюю куртку с десятком заплаток, словно пытался её перешить. Но это точно Ламбо. Те же зелёные глаза. Те же черты лица. Но он вырос. Ламбо стал действительно сильным.

— А-а-а… — протянул парень, осматриваясь. — Эта ситуация… Припоминаю… Если не сплю, то я должно быть в прошлом благодаря десятилетней базуке.

— Это что, правда, Тупая корова? — не верил своим глазам Гокудера.

— Ламбо выглядит… надежным, — признался Тсуна.

— Не думал, что увижу вас снова, ребята, — улыбнулся Ламбо. — Ваши лица… Как ностальгично…

— Ламбо, — позвала я. — Прошу, тебе стоит…

— Знаю, — отозвался парень, а после улыбнулся ещё шире, вот только в его улыбке была неподдельная грусть и тоска. Казалось, что ему просто больно смотреть на меня. — Советник… — Ламбо развернулся ко мне всем телом и поклонился. Словно выражал своё уважение. — В любое время, в любом месте вы всегда будете умнее каждого из нас. И уверен, попросите сдаться. Но вы же знаете, я лишь Тупая корова и не способен мыслить правильно, — усмехнулся. — Так забавно видеть вас такой юной… Я уже давно не ребёнок, но чувства всё те же. Этого хватит, чтобы довести меня до слёз. Но, кажется, сейчас не время для эмоций. Какой-то грубиян пялится на меня.

Из слов Ламбо можно сделать один простой, но не маловажный факт — через двадцать лет нас не будет. Не то, что меня, а всех нас не будет, но, кажется, остальные этого не заметили. Пропустили слова парня и даже не вслушивались в них. Ладно, чтобы не пугать остальных, сделаю вид, что также ничего не заметила. Я и не надеялась, что доживу до старости с таким-то стремлением общественности меня уничтожить. Но вот чтобы и остальных не было… Этого не ожидала.

— Неважно, кто ты, — бросил Леви-А-Тан в сторону Ламбо с неким отвращением. — Я всё равно убью тебя!

— Кажется, — вздохнул в свою очередь Ламбо, подбирая цепочку с кольцом с пола. — У прошлого меня неприятности… Ну, это нормально, — выпрямился, тут же посерьёзнев. — Однако я другой.

— Достаточно разговоров! — крикнул Леви, высвобождая зонтики. — УМРИ!!!

Зонты зависли в воздухе, раскрываясь и набираясь электричества. Ламбо вновь оказался в эпицентре ловушки, вот только парень был полностью спокоен. По его взгляду можно было понять, что он догадался о махинациях Леви, но предпочёл не убегать. Значит ли это, что у взрослого Ламбо припрятан туз в рукаве?

Зонты заискрились, и в это же мгновение на Ламбо вновь обрушился поток электричества. Более того, и в громоотводы ударили молнии, только увеличивая эффект зонтов Леви. Всё стало настолько ослепительно-ярким, что я не смогла понять, кто и где находится. Да и жив ли Ламбо? Хотя что-то подсказывало, что с его взрослой версией ничего не произойдёт. Правда, остальные были иного мнения. Парни уже готовились вызывать скорую, а сам Леви повернулся противнику спиной, решив, что тот точно мёртв. Однако…

— Эй, куда это ты собрался?

— Что?! — не верил своим ушам Леви.

— Смотри, — только и произнёс Ламбо, после чего резко нанёс удар кулаком в пол крыши школьного корпуса. Весь ток, что он сумел поглотить, спустился по зданию вниз и растворился в земле. Правда, бесследно это не прошло. Во всех этажах корпуса повылетали стёкла от такого напряжения. — Электричество для меня как котёнок, — усмехнулся Ламбо. — Я могу управлять им так, как того сам пожелаю. Теперь понимаешь? В будущем я вернулся к исследованиям своей семьи и усовершенствовал безупречную Электрическую Кожу. Конечно, мне помогли, — добавил он, краем глаза бросая взгляд в мою сторону. — Но суть такова, что тебе меня не одолеть.

— Невероятно! — ахнул поражённый Тсуна. — Это Ламбо через двадцать лет?!

— Хм, он и, правда, как громоотвод, — заметил Реборн.

— Именно, — прозвучал мужской голос за спиной. Откуда не возьмись рядом с нами появился отец Тсуны, Савада Емицу и его ученик, Базиль. Выглядели они так, словно следили за боем с самого начала. — Я сделал ставку на его потенциал стать Хранителем Грозы. Но, кажется, он даже превзошёл мои ожидания.

— Отец?! — удивился Тсуна, но его голос остался незамеченным.

— Только ли на потенциал рассчитывали, Внешний Советник? — строго бросила я, прекрасно понимая, что тут ставка намного выше. Мужчина не ответил, только смущённо засмеялся, мол, «да, так и есть, виноват». Этот человек похоже любит притвориться идиотом.

— Я не совсем понял, что тут происходит, — воодушевлённо произнёс Рёхей. — Но, кажется, у нас преимущество!

— Да! — согласился Хаято. — Победа у нас в кармане!

— Слава Богу… — вздохнул Тсуна, считая, что волноваться уже не стоит.

— Ох, вы так хвалите меня, — улыбнулся Ламбо, слыша каждое слово. На щеках парня появился лёгкий румянец. — Это смущает…

Странно, но тот факт, что мы расхваливали Ламбо, буквально взбесил Хранителя Грозы Варии. Зависть поедала его целиком. Он словно маленький ребёнок, который не терпит конкуренции в любви родителей. Вот только перед кем он желает покрасоваться? Перед своей группой? Нет… вряд ли. Скорее перед Занзасом. Но его и сегодня нет. Не пришёл? Считает, что такие слабаки, как мы, не достойны его внимания? Что ж… это его выбор.

Леви-А-Тан атаковал Ламбо, стараясь пронзить наконечником зонта тело парня, но тот что-то использовал для блокировки. Не сразу поняла, что в руках Ламбо держал обычный рог. Один из тех самых, которые Тсуна пытался насильно впихнуть маленькому мальчику.

— Надо же! — усмехнулся Ламбо, отскакивая назад и рассматривая подобранные с пола рога. — Неделю назад я подал заявление в полицию, что они пропали. Никак не мог подумать, что они здесь. Последний удар стёр с них краску и истинный вид раскрылся, — даже с такого расстояния, мы смогли увидеть, что в руках, под толстым слоем краски, это были те же рога, что и у маленького Ламбо. В доказательство этого, на одном из рогов красовалась надпись, которую сделал Хаято несколько минут назад, — «Тупая Корова». — Оскорбление, написанное мистером Гокудерой, когда я был маленьким…

— Что?! — удивился Хаято. — Это же то, что я сейчас написал!

— Что происходит? — растерялся Тсуна.

— Эти рога принадлежат Ламбо через двадцать лет, — пояснил Емицу. — Нынешний Босс Бовино связался со мной неделю назад и передал их. После небольшой, но довольно странной беседы с ним, решил передать рога одновременно с Кольцом Грозы. По идее эти рога должны были стать ключом к данному поединку. Чтобы Ламбо всё понял и вызвал себя из двадцатилетнего будущего, — мужчина посмотрел на меня. — Также Босс Бовино намекнул, что об этом плане известно Дар.

— Стоп, что? — теперь моя очередь удивляться. — Да, мы беседовали с ним, по поводу того, чтобы помочь маленькому Ламбо в битве. И даже затронули идею о двадцатилетнем будущем, — глаза парней после каждого моего слова увеличивались вдвое. Ещё немного, и они вывалятся из глазниц. — Но это произошло буквально вчера ночью, не раньше! — замахала перед собой руками. — Неделю назад я и сама только-только получила кольцо.

— Это так, — кивнул Емицу. — Но не забывай, мы говорим о семье Бовино, а они первая семья, которой удалось соорудить машину путешествия во времени. Что для них неделя, если они спокойно путешествуют на десятилетия вперёд?

Что ж, тут спорить бессмысленно. Савада Емицу прав. Вновь вернулась к поединку. В этот момент Ламбо уже надел свои старые рога и, скопив в них электричество, помчался в сторону противника. Более того, ток стал видоизменяться и увеличиваться в размерах. Теперь ему необязательно приближаться вплотную к Леви, достаточно только прикоснуться. Энергия тока остальное сделает сама. Леви-А-Тан пытался блокировать электрические рога своим зонтом, но этот приём был малоэффективен.

— Ты недостаточно хорош, — заметил Ламбо. — Иди домой и больше практикуйся, — Леви не отступал. Что-то кричал о том, что желает похвалы Босса, но грохот грома многое не давал разобрать. — Я не безжалостный убийца, и у меня есть свой Кодекс Чести. Поэтому даю тебе последний шанс. Отступи и уходи. Иначе умрёшь.

Казалось всё предрешено. Леви не отступал, но ужас отчётливо читался в его глазах. Всё стало ясно, как дважды два. Ламбо достаточно было нанести последний удар, и битва стала бы решена в нашу пользу, однако… Произошёл громкий хлопок, и тело парня обволокло розоватое облако. Взрослый Ламбо исчез, а на его месте появился всё тот же шестилетний мальчик.

Перехватив на себя остаток электричества, Ламбо вновь окутало вспышками боли, из-за чего он вскрикнул и, потеряв сознание, рухнул на пол. Это конец. Леви-А-Тан победил. Но остановится ли он после такого унижения? Конечно, нет! Маленький Ламбо вернулся слишком быстро. Пять минут ещё не прошли, но если учитывать общее время с первым прыжком из десятилетнего будущего, то всё сходится. Ламбо лежал на поверхности крыши, даже не шелохнувшись. Трудно сказать, какие у него повреждения, однако Леви этого явно мало. Шагнув к нему, парень поднял ногу над ребёнком, желая раздавить его.

— А? Нет! Берегись!!! — воскликнул Тсуна.

— Чтобы его! Ублюдок! — фыркнул Хаято, вынимая динамит из-за пояса. Такеши и Рёхей также не собирались стоять в стороне.

— Подождите, — остановил всех Реборн. — Вас всех дисквалифицируют, если вмешаетесь.

Парни замерли, с шоком и непониманием смотря на малыша.

— Да, — подтвердили Червелло. — Один шаг в Электрическую Цепь, и вас дисквалифицируют, а кольца отдадут противнику.

— ЧТО?! ЧЁРТ! — парни просто не могли в это поверить.

Они чувствовали себя беспомощными. Перед таким препятствием просто остановились, хватаясь за голову, и в ужасе смотрели на то, как Леви-А-Тан раз за разом наносил удары ногой по бессознательному телу Ламбо. Я буквально слышала, как у мальчика ломаются кости. Рёбра, руки, ноги… Хранитель Грозы Варии вымещал на ребёнке абсолютно всю злость. Ни капли сочувствия или жалости.

— Что делать? — орал Тсуна. — Что делать, если мы не можем помочь?

— Всё, что мы можем, — начал говорил спокойно Реборн. — Это только молиться за него.

— Да пошли вы! — бросила в сторону парней, от чего те замерли и посмотрели на меня. — Я не верующая! А ты, — обратилась к Тсуне и шагнула к нему. Парень ожидал чего угодно, но не того, что я намеревалась сделать. Со всей силы, что у меня осталась, ударила Саваду Тсунаёши по лицу. Прозвучала звонкая пощёчина. — Очнись, наконец, Тсуна! Это не соревнования! И не игра! Это война! Что ты готов на ней потерять? Решай!

Я не смотрела на остальных. Не смотрела на то, с каким шоком, недопониманием и, возможно, ненавистью на меня теперь смотрит каждый. Просто сорвалась с места и побежала на поле боя Хранителей Грозы, игнорируя все предупреждающие сигналы Червелло. Леви-А-Тан ничего не замечал перед собой. Он буквально обезумел и погрузился в саму идею того, чтобы уничтожить тело Ламбо.

Естественно я задалась вопросом — что я делаю? Вот зачем это делаю и что вообще собралась делать? Вызвать на поединок Леви? Так я умру уже в первую секунду. Ток и я? Хах, это будет слишком просто. Для противника. Просто сгорю заживо. И это притом, что я безумно боюсь огня. Что я делаю? Зачем? В чем заключается логика моих поступков? Я ничего не могу сделать. Просто безоружна. В руках даже ножа нет, но всё равно иду. И самое странное то, что мне не страшно. Не боюсь. Я… в ярости. В безудержной всепоглощающей ярости.

Сняла кроссовок с левой ноги. Тяжёлый, влажный, пропитанный насквозь дождём и лужами. Не задумываясь, схватила его за носок и метнула в лицо Леви-А-Тана. Тот со звонким шлепком врезался в лоб и нос парня, отбрасывая его на несколько метров назад. Однако он не упал и устоял на ногах. Не теряя время, сняла правый кроссовок и вновь швырнула его в лицо Хранителю Грозы Варии. Тот пока не успел очухаться, получил второй точно такой же удар. Отпечаток моей обуви стал потихоньку выступать на лбу парня, небольшим потемнением и опухлостью. Далее шла босиком, спокойно шлёпая по влажному полу крыши.

— Я убью тебя! — гневно бросил Леви, поняв, что это моих рук дело. — Это поединок между Хранителями Грозы! — как только я загородила собой лежащего, но, к счастью, всё ещё живого Ламбо, Леви-А-Тан решил убить меня одним ударом при помощи одного из своих зонтиков.

Но я… не боялась. Не понимаю, почему. Обычно в такие моменты испытываю ужас, но сейчас страха не было. Совершенно никакого. Неожиданно, сама для себя, усмехнулась. Причём засмеялась, смотря прямо в глаза Леви. Тот замешкался. Он не ожидал, что его жертва будет смеяться, причём так откровенно.

— Что смешного? — не выдержал Хранитель Грозы Варии.

— Я вижу тебя насквозь. Ты жалок, — спокойно бросила я, продолжая смотреть на него снизу вверх. Леви высокий. Приходится даже голову задирать, чтобы взглянуть ему в глаза, но это не важно. — Ты настолько жалок, что тебя легче сравнить с куском мусора, нежели с человеком, — каждое моё слово было слышно по всей арене. Я оскорбляла его, но почему-то Леви-А-Тан не шевелился. Глаза расширились, а тело покрывала мелкая дрожь. Более того, остальные члены Варии также молчали и наблюдали за происходящим, не вмешиваясь. Словно я произнесла что-то такое, что заставило каждого остановиться. Но надолго ли? — Чувствуешь себя героем? Смог избить шестилетнего ребёнка и уже непобедимый? Найди себе противника по уровню! Хотя стоп… он же тут недавно был. Этот самый ребёнок из будущего практически твой ровесник, и, по сути, размазал тебя по стенке. Хочешь похвалы Босса? А за что тебя хвалить? Ведёшь себя как избалованный ребёнок, который в своё время недополучил родительской любви. Повторюсь, ты жалок! Тут каждый вдвое больше Хранитель Грозы, нежели ты, Леви-А-Тан. Уверена, что этот пост ты получил только благодаря одному единственному фокусу с зонтиками, Мэри Поппинс недоделанная.

После моих слов я буквально видела, как лопнуло несколько кровяных капилляров в глазах противника. Уверена, что у него в голове пронеслось тысяча мыслей по поводу того, как от меня следует избавиться. И желательно как можно безжалостнее. Но терпения у Леви оказалось не так уж много, поэтому произнёся лишь одно слово, он занёс зонтик над моей головой:

— Умри!

Ожидала чего угодно. Боли, ударов, небольшой схватки, оскорблений и что моё тело проткнёт наконечник зонта, но нет. Произошло совсем иное. Стальные громоотводы неожиданно разом согнулись и сложились к центру. В то самое место, где стоял Леви-А-Тан, не затронув при этом меня с Ламбо. Все растеряно начали оглядываться по сторонам, пытаясь понять, что произошло. Неужели от нагрева молний сталь расплавилась у основания? Нет. Исключено. Уверена, что Червелло позаботились об этом. Тогда что?

Ответ казался простым и для меня приятным — это Савада Тсунаёши в режиме Посмертной Воли. Только не в том режиме, при котором одежду сдувает ветром, а в том, когда парень начинает трезво и рассудительно мыслить. За всю жизнь я вижу уже второй раз такое проявление его силы. Ярко-оранжевое пламя, что горело на лбу и руках, освещало большую часть школьной крыши. Где-то внутри от такого света возникло нотка спокойствия и уверенности.

— Я решил, — произнёс Тсуна спокойным голосом. — Давно решил. Если я должен смотреть, как дорогие мне друзья умирают на моих глазах… Я не смогу искупить свою вину, неважно, сколько буду стараться.

Не все сразу узнали в этом парне Тсуну. В его голосе звучала стальная твёрдость. Словно другой человек. Глаза пылали ярким огнём. Но это он. Тот, за кем я согласилась идти. Тот, кому обещала помогать. А иногда и оплеуху дать, если он того заслужил. Однако, это точно Тсуна. Парни, что впервые видели пламя Посмертной Воли, сначала были шокированы таким появлением, а когда поняли, кто перед ним, успокоились, осознав, что иного от Савады даже и не ждали.

— Дар права, — продолжал Тсуна. — Неважно насколько ценно всё это… Кольца Вонголы… Место будущего Босса… Я не буду сражаться за такие вещи! Но… — пламя стало гаснуть, а сам Тсуна приходить в свой естественный облик. — Мои друзья… Я не хочу, чтобы моим друзьям было больно!

Все несколько расслабились, и я решила наконец-то подойти и осмотреть Ламбо. Его дыхание был слегка сиплым и булькающим. Имеются весомые подозрения на внутреннее кровотечение и проколотое лёгкое. О переломанных рёбрах даже заикаться не стоит. Всё на лицо. И столько увечий всего в каких-то шесть лет.

— Прекрати нести эту чушь! — прозвучал некий рычащий озлобленный мужской голос. Не успела отыскать источник взглядом, как Тсуну что-то ударило, отшвырнув парня на несколько метров в сторону.

Это был Занзас. Он всё-таки тут. Наблюдал за боем издалека, не привлекая к себе внимания. Но, когда дела приняли довольно странные обороты, решил показаться. Взгляд у Тсуны изменился. Он больше не боялся Занзаса как раньше, а также был зол. Это заметил и сам Занзас.

— Что случилось с твоим выражением? Неужели ты всерьёз думаешь, что сможешь победить меня и стать наследником? — по хрипловатому тону парня невозможно понять, в шоке он или же просто издевается.

— Меня это не волнует! — воскликнул Тсуна. — Я только не хочу потерять в этих драках моих друзей!

— Ясно, — бросил Занзас, сжимая перед собой руку, в которой тут же стало загораться ярко-оранжевое пламя. — Ты…

— Лорд Занзас, прошу, остановитесь! — к парню подбежала одна из Червелло. — Если вы вмешаетесь, значение конфликта колец будет… Пожалуйста, уберите ваше пламя!

— Заткнись! — гневно бросил Занзас, выпустив огромный поток пламени в сторону девушки. Этого было достаточно, чтобы отшвырнуть её от себя на десяток метров и сломать в придачу несколько костей. Не удивлюсь, если она умрёт через несколько минут. Вот только на неё мне абсолютно плевать. Даже то, что рядом с девушкой стала образовываться небольшая лужица крови, меня не волновало. — Я не потерял самообладание. Ещё бы. Я никуда не спешу, — на лице парня мелькнула улыбка, больше напоминающая волчий оскал. — Сейчас я наконец-то понял причину, по которой старикашка, пусть и на время, выбрал тебя наследником. Ты и старик очень похожи…

— Что? — не понимал Тсуна. Он сравнил его с Девятым?

— Пха-ха-ха! — в голос засмеялся Занзас. — У нас будет трагедия! Хотя нет… Комедия! — немного успокоившись, обратился к оставшейся Червелло. — Эй ты, женщина! Продолжай.

— А? Да, — немного поклонилась девушка и объявила: — Значит, мы огласим результаты боя. Победителем становится Леви-А-Тан. Однако учитывая то, что мисс Серра и мистер Савада вмешались в битву Хранителей, их кольца изымаются и передаются Варии. Таким образом, прошу, отдайте Кольцо Неба, Кольцо Грозы и Кольцо Луны.

— Что?! — не верил своим ушам Тсуна.

Я, молча, подошла к Ламбо и сняла с его шеи цепочку с кольцом, стараясь, как можно меньше шевелить мальчика. Ему и так сейчас безумно больно. После чего сорвала цепочку со своей шеи и швырнула кольца Червелло, чувствуя некое облегчение от того, что наконец-то избавилась от них. Парни пытались отстоять хотя бы Кольцо Неба, но Червелло были неумолимы. Собрав все кольца, передали их Занзасу. Вот только его кажется, интересовало только одно кольцо — Кольцо Неба. Парень сразу же соединил половинки, образовав целое кольцо, и надел его на руку.

— Как и полагалось, кольцо вернулось на своё место, — удовлетворённо произнёс Занзас. — Разве кто-то, кроме меня, может быть Главой Вонголы? Остальные кольца меня не интересуют. Я могу распорядиться, чтобы вас, ребятки, убили в любой момент. Однако, — парень сделал скучающий вид, — убить вас сейчас… совершенно не весело. Поэтому время твоей смерти придёт позже, когда ты вкусишь всё отчаяние Конфликта колец, — хитро усмехнулся. — Как и тот старикашка.

Он что-то сделал своему отцу? Если судить по его поведению, словами и усмешкам, то он ненавидит Девятого. Ненавидит своего отца. Почему? Жажда власти? Хотел побыстрее занять его пост? Это странно, ведь если судить по письму, которое прислал Девятый, он хотел, чтобы следующим Боссом Вонголы стал его сын, Занзас. Так в чём дело? Так же вспоминаются слова мамы, которая была здесь около месяца назад. Говорила о том, что с Девятым что-то не так. Причастен ли к этому Занзас?

— ЗАНЗАС!!! — крикнул Емицу, у которого также сложилась неблагоприятная картинка. — ТЫ УБЛЮДОК!!! Что ты сделал с Девятым?

— Пха-ха, — усмехнулся парень, которого вся эта ситуация действительно веселила. — А разве это не твоя работа, Внешний Советник?

— Т… ты… ублюдок! Только не говори мне!.. — Емицу буквально задыхался от ярости.

— Успокойся, Емицу, — произнёс Реборн. — У нас нет доказательств.

— Ты тоже убери пистолет, Реборн, — парировал Внешний Советник, ведь как не посмотри, а малыш всерьёз вооружился пистолетом против Занзаса.

Мне надоело всё это слушать. Спокойно повернувшись в сторону Ламбо, я аккуратно взяла его на руки и, встав в полный рост, направилась к выходу, игнорируя непонимающие взгляды, как друзей, так и противников.

— А не рано ли ты поворачиваешься ко мне спиной, Серра? — услышала недовольный голос Занзаса. — Для тебя большая ошибка открывать мне такую зону для поражения. Достаточно одного выстрела и ты труп.

— Кольцо Грозы у тебя. Кольцо Неба у тебя. Кольцо Луны у тебя, — спокойно отозвалась я через плечо. — Больше меня ничего не волнует и не касается. Если бы хотел моей смерти, то убил бы ещё раньше.

— Хм, — фыркнул парень. — Ошибаешься, — слегка обернулась, чтобы бросить на Занзаса вопросительный взгляд. И где это я ошибаюсь? — Тебя это касается в первую очередь. Не забыла о договоре между семьями?

— Как знать, — ответила, сохраняя ледяное спокойствие в голосе. — Раз Девятый ошибся насчёт Тсунаёши, то, возможно, ошибся и насчёт меня. Тем более, — кивнула в сторону красноволосой девушки, которая с неким недопониманием и настороженностью наблюдала за происходящим, надувая и лопая жевательную резинку. — Вижу, свой Хранитель Луны уже имеется.

— Ха! — вновь усмехнулся. Казалось, что эта беседа забавляла парня, вот только я не могу понять, что именно его забавляло. — Как бы то ни было, радуйтесь, идиоты. Я даю вам, ребятки, ещё один шанс. Мы продолжим турнир, и если вы выиграете большинство боёв, то я отдам вам кольца и место лидера. Но если проиграете, всё, что вам дорого, будет… уничтожено. Конечно, покажите мне силу, из-за которой вас выбрал старик, — повернулся в сторону одной из Червелло. — Ты, женщина… будь готовой.

— Да, — отозвалась девушка. — Тогда мы объявляем бой, который состоится завтра. Он состоится между Хранителями Урагана.

— Гокудера следующий? — удивился Ямамото.

— Если это ты, то у нас не будет проблем, — бодро заметил Рёхей.

— Д… да… — а вот сам Хаято таким энтузиазмом не пылал.

— Бел следующий, — задумчиво бросил Занзас. — Неплохо, — не успел парень уйти, как к нему подошёл Леви, встав на колено.

— Босс! — Хранитель Грозы протянул своему лидеру выигранное кольцо. — Это Кольцо Грозы. Пожалуйста, возьмите его.

— Не хочу, — гневно бросил Занзас. — Ты показал себя дураком.

— Я себя убью, — тут же заверил Леви-А-Тан. То есть, он даже раздумывать не стал? Хм… словно домашняя собачка.

Все члены Варии исчезли, оставив нас на крыше школы одних. Сегодня мы одержали грандиозный провал, однако учитывая то, что нам удалось сохранить жизнь Ламбо, думаю, не всё так плохо. А сейчас нужно немедленно в больницу.

Все возвращались по домам. Вот только шли довольно странным строем. Впереди были Тсуна, Хаято, Реборн, Рёхей и Такеши. Позади, в метрах пятнадцати, плелись я и Рома. И не потому, что мы не могли их догнать. Они, в принципе, и не торопились. Просто… мне не хотелось идти рядом с парнями. Я злилась на них. Да, думаю, и они на меня тоже. Подняла руку на своего Босса… Да уж… За такое обычные якудзы пальцы отрезают. Эх…

Но в мыслях царил полный кавардак. Нужно всё обдумать. Ламбо… хотелось помочь, но вышло всё совсем наоборот. Теперь он в коме, и неизвестно когда очнётся. Лучшие специалисты города лишь разводят руками. Мол, травмы слишком серьёзные, и нужно быть готовым к худшему. Чёрт! Чувствую такую беспомощность! Я — Советник, но никто не слушает меня! Никто! С самого начала как попугай твердила одно и то же. Отдайте им кольцо! Отдайте! Примите поражение. Сдайте этот бой, в пользу противника. Но нет! Мы соберёмся в дружественный кружок и крикнем: «Ламбо, Вперёд!», и всё будет чики-пуки. Так?

Идиоты! Нет, лучше не приближаться к ним. Только накричу и всё осложню. Лучше остыть. Жаль дождь перестал идти. Однако одежда до сих пор сырая. Что же мне сказать Бовино Торо? О-о-ох…

— Дар, — позвал Рома. — Думаю, мне следует поехать в Италию вместе с Савадой Емицу, — с непониманием посмотрела на брата.

Внешний Советник решил сорваться с места, и прямо сейчас уехать в главный штаб семьи Вонголы, где живёт Девятый. Он беспокоится о нём и хочет убедиться, что Занзас ничего не успел сделать. Но, что Роме там делать? Его-то каким боком это касается? Он оставит меня одну?

— Этот мальчик… — задумчиво начал Рома. — Бовино Ламбо… Думаю, я понимаю, почему он тебе так нравится. Хоть он и ребёнок, но довольно необычен. Особенный.

— Да нет, — пожала плечами. — Обычный, как и все капризные дети. Однако, я уже сбилась со счёта, сколько раз мы друг друга выручали.

— Ага, — кивнул брат. — Я так и понял. Особенный. Именно поэтому хочу, чтобы он побыстрее поправился. А для этого нужен специалист высшего разряда. Мы с тобой знаем только одного педиатра с подобной квалификацией.

— Ты поедешь за мамой? — удивилась я. Парень согласно кивнул. — Она ведь не в курсе, кто ты, Ром. Что собираешься говорить?

— Для начала куплю стальной пояс верности, — усмехнулся братец. — А то характером ты в маму пошла. Боюсь, стоит ей только узнать, что с шестнадцати лет я им лапшу на уши вешал, удары битой мне покажутся ласковым поглаживанием, — я согласно кивнула, вспоминая мамин темперамент. — А там, может, и помогу Емицу. В конце концов, этот вопрос меня также стал интересовать. Что произошло с Девятым? Раз у тебя кольца нет, то думаю, что и беспокоиться не стоит. Сражаться ты не будешь. А об остальном позаботятся парни.

— Да уж, — фыркнула я. — Позаботятся…

— Да ладно тебе, — Рома обнял меня за плечи. — Я побыл тут. Посмотрел на ребят. Понаблюдал за ними, и должен сказать, что тебе повезло с «семьёй». Если пойдешь с ними, то рано или поздно они приспособятся и начнут к тебе прислушиваться. Просто пока не привыкли. Дай им время.

— Время… А оно у нас есть? — усмехнулась.

— Ты о тех словах Ламбо из двадцатилетнего будущего?

— Тоже заметил? — вздохнула я. Парень кивнул. — Ну, похоже, мы узнали то, чего знать не следовало. В любом случае, позаботимся об этом после. Сейчас бы с кольцами разобраться.

— Согласен, — Рома остановился и крепко меня обнял. — Дальше иди без меня. Выше нос, сестрёнка. Я скоро вернусь, обещаю, — быстро чмокнул в голову и убежал в сторону порта, теряясь в ночной темноте.

Какое-то время я просто смотрела на ту улицу, по которой побежал Рома, а после, вздохнув, продолжила путь одна. Вот только, к моему удивлению, парни также остановились, о чём-то негромко разговаривая и бросая на меня мимолётные обеспокоенные взгляды. Ждут? Следят? Похоже на то, но подойти ближе не рискнут. Эх… ладно. Сунув руки в карманы толстовки, направилась в их сторону. Парни терпеливо дождались, когда я их нагоню, а после продолжили путь все вместе, так ничего и не сказав.

— Эм… — начал Ямамото, подойдя ко мне ближе. На его плече как раз сидел Реборн. — А куда твой старший брат ушёл?

— Решил поехать в Италию, — коротко ответила я, абсолютно спокойным голосом. Всем стало ясно, что я не злюсь. А если и злюсь, то ругаться не собираюсь.

— В Италию? — удивился Тсуна, что поравнялся с другой стороны. — А зачем? Он уехал с отцом?

— И да, и нет, — призналась, пожав плечами. — В основном он едет за моей мамой. Она лучший педиатр, которого мы только знаем. Да вы и сами в курсе. А учитывая состояние Ламбо…

— Она нам просто необходима, — закончил за меня Реборн.

Вновь воцарилась тишина, которая буквально оглушала. Вроде бы, хотелось что-то сказать, а сказать толком нечего. Одно сожаление и обида. Однако первым всё же заговорил Тсуна.

— Прости, Дар, — произнёс парень, опустив нос. — Ты с самого начала говорила, как следовало нам поступить. Повторяла вновь и вновь, но я не слушал. Надеялся на чудо, и в итоге… Помимо Кольца Грозы мы с тобой также их лишились. Да и Ламбо ранен. Эх… — Тсуна схватил себя за волосы. — Если бы я только прислушался к твоим словам…

— Успокойся, Тсуна, — произнесла я, взяв его ладонь и освободив каштановые пряди волос. — Что сделано, то сделано. Былого не вернёшь. Ты, как достойный Босс, веришь в своих Хранителей, и это похвально. Тем более, что Ламбо практически одолел Леви-А-Тана. Этого не стоит забывать. Просто время было не на нашей стороне. Теперь следует подумать о том, что нас ждёт впереди, — посмотрела на Хаято. — Ты как? Готов? Может, нужна помощь?

— Фек! Конечно, готов! — злобно бросил Гокудера, гордо отворачиваясь в сторону. Однако некое волнение в плечах я всё же заметила. Хотя, возможно, всё это списать на то, что впереди бой.

— А кто тебя тренирует? — спросила я.

— Доктор Шамал, — ответил за Хаято Реборн.

— О-о-о… — вздохнула, потирая переносицу. — Проблемы. Этот алкаш и бабник… Думаю, они бы с моим братом нашли бы общий язык. Однако, слушай, — посмотрела в бирюзовые глаза парня, который, к моему удивлению, был сосредоточен и внимал каждое слово. — Если этот хрен откажется тебя тренировать должным образом, намекни ему, что скоро сюда вернётся моя мама, и, так и быть, по старой дружбе, заглянет к нему.

Брови Гокудеры поползли вверх, однако он, в самом деле, решил использовать этот приём. Во всяком случае, ворчания от него не последовало, а по взгляду можно было сказать, что он что-то задумал. Пожелав друг другу спокойной ночи, мы разошлись по домам, пообещав друг другу, что сегодняшнее поражение сделает нас только сильнее.

Дома было несколько пусто. Видно, успела привыкнуть к тому, что тут обычно находится старший брат. Ему не обязательно о чём-то говорить, просто… Важно само присутствие. Он сильный и давал мне ощущение защиты и спокойствия. Но сейчас его нет. Парень ушёл.

Но делать нечего. От кольца я наконец-то избавилась. Значит, можно вздохнуть с облегчением. Остальное целиком и полностью зависит от парней. Они справятся. Каждый из них намного сильнее себя предыдущего. Это чувствуется. А учитывая, что мы проиграли разок, парни теперь так просто не отступятся.

Сбросив мокрую одежду в стирку, я побрела в ванную, решив принять душ, а также одеться во всё чистое и сухое. Дома можно ходить так, как хочется. Накинула на себя бельё и чёрную просторную футболку, что длиной была ниже бёдер и имела незамысловатый рисунок Эйфелевой башни. Она была длиной, широкой и больше походила на тунику или небольшое платье, но мне это нравилось. Ничего не сковывало и не мешало.

Промокнув влажные волосы полотенцем, вышла из ванной комнаты и тут же наткнулась на лезвие меча, что ледяной сталью прижалась к моему горлу. Я в доме не одна. Расслабившись под тёплой водой, не заметила, как в дом приникли посторонние. Чёрт возьми!

— С лёгким паром! — с усмешкой в голосе произнёс владелец клинка.

Это был Скуало. Собственной персоной. И не один, а с неким парнем моего возраста, которого Занзас назвал Бел. Если Скуало стоял около стенки, прижав к моей шее меч, то светловолосый парень уселся на один из моих стульев и с шипящим хихиканьем поедал печенье, взятое из кухни.

— Что вам надо? — спокойно спросила я, стараясь не делать резких движений. — Вы получили от меня кольцо. Чего ещё хотите?

— ВОЙ! А ты пораскинь мозгами и догадайся! — со злобной усмешкой бросил Скуало, немного надавив на сталь и заставив меня задрать подбородок. — Как не посмотри, а всё же Серра. Или нет? — улыбка резко исчезла. — Где твой дерьмовый брат? Хочу с ним сразиться, пока есть возможность. Он же наёмник. Ни к одной семье не принадлежит. Никто и слова не скажет, если я его прямо сейчас разрублю на десяток частей.

— Что ж, — всё также спокойно говорила я, смотря краем глаза на Скуало. — Он уехал в Италию. Если хочешь, можешь догнать, пока не поздно.

— Ха! Уехал, говоришь? — вновь надавил клинком на шею. Трудно сказать, но, кажется, там появилась небольшая царапина, которая тут же принялась ныть. — Так ты теперь совсем одна? И это они так охраняют своего Советника? Любой способен подойти и перерезать тебе горло, как фермерской свинье. Это так жалко, что даже скучно.

— Вы пришли меня убить? — предположила я.

— Ши-ши-ши, — засмеялся Бел. — А если и так? Начнёшь кричать? Тут было несколько охранников в районе квартала, но я каждого убил. Ши-ши-ши! Спасать тебя некому.

— Значит, вам не смерть моя нужна, — поняла я. Они угрожают, но пока к действиям не переходят. Пытаются напугать, чтобы я была более податлива и согласилась на любое предложение. — Кольцо Луны у вас. Ромы дома нет, но думаю, вы и так это поняли, раз проникли сюда. Грабить меня, как видите бессмысленно. Разве что только телевизор и ноутбук, но учитывая их состояние, много за них не дадут. Остаётся одно — вы пришли заключить сделку. Какую? Что вам надо?

— Ши-ши-ши! И всё-таки она с головой дружит, — усмехнулся Бел, отшвыривая пакет с печеньем в сторону и вставая со стула. Медленно подошёл ко мне. — Говорят, что ты прирождённый гений. Что из любой битвы выходишь победителем. Но как показывает практика — это не так. Сегодняшнюю битву вы проиграли. Ши-ши-ши.

— Это лишь показывает, что я обычный человек, — демонстративно пожала плечами.

— Может быть, — улыбнулся парень. Его глаз я не видела из-за густой чёлки, но почему-то и смотреть на них не хотелось. — Знаешь, меня тоже называют гением. Гением Варии, ши-ши-ши. А также Принцем Потрошителем. Знаешь, почему? — я не ответила, однако неожиданно в руке парня возник небольшой серебристый метательный нож, острие которого он приложил к моей груди. Но не сильно. Лишь касаясь футболки.

— Бельфегор! — рыкнул на парня Скуало, на что тот лишь вновь хихикнул и сделал несколько шагов назад.

Клинок также был убран от моего горла, но в ту же секунду меня крепко схватили за затылок и силой потащили вглубь комнаты, толкнув на тот самый стул, на котором сидел Бел. Из-за такого резкого толчка, я чуть было не упала на пол вместе со стулом, но нет. Удержалась.

— Перейдём к делу, женщина, — бросил Скуало. — Не знаю, что в тебе такого особенного, но ты определённо чем-то зацепила нашего чёртового Босса. Он нас послал, чтобы проверить, что ты та, за кого себя выдаёшь, и если это так, дать встречное предложение.

— Та, за кого себя выдаю? — напряжённо переспросила я, чувствуя, как мышцы сжимаются вдоль всего тела. Хотелось сорваться и бежать. Бежать без оглядки. Они хотят убедиться, что я Представитель семьи Серра. — А если это не я? Что если все ошибаются?

— Ради этого мы тут, — усмехнулся Скуало. — Считается, что на теле у тебя должна быть отметина, которая и показывает истинную подлинность. Покажешь её добровольно, беседа пойдёт более-менее спокойно. Откажешься — мы сами её найдём.

— Ши-ши-ши! Это будет весело, — отозвался стоящий рядом Бел. — Обещаю, будет больно, ши-ши-ши!

— И что же за сделку мне хочет предложить Занзас? — тянула время? Нет. Скорее любопытство. И инстинкт самосохранения. Они опасны. Вести за нос таких убийц чревато последствиями. — Уж не предложение ли это руки и сердца, верно?

— ВОЙ! Это ему делать не надо, — усмехнулся Скуало. — Ты и так будешь принадлежать ему, после того, как Занзас станет Десятым Боссом Вонголы. Предложение касается именно тебя и в твоих же интересах, — неожиданно в свободной руке Скуало блеснула цепочка, на которой имелось кольцо. Кольцо Луны. К тому же оно было целым. Две половинки соединены. Лёгким движением парень накинул мне цепочку на шею через голову. — Занзас принял решение. Так или иначе, это кольцо твоё.

— Что? — этого я не могла ожидать. — Что это за игры?

— Оно твоё, — повторил Скуало, в голосе которого начинало чувствоваться раздражение. — Но поединок Хранителей Луны всё равно будет. Вот только разыгрываться там будет нечто иное. Твоя свобода, — после такого я не смогла сохранить эмоции и в шоке раскрыла рот. Даже слова произнести нормально не могла. Моя свобода? О чём он? — Ты можешь отказаться от поединка. Тогда, после отказа, ты автоматически считаешься членом Варии и переходишь на сторону Занзаса. Можешь попытаться убежать, тогда Занзас также примет это как попытку отказаться от битвы. Но ты можешь и принять вызов. Когда объявят бой Хранителей Луны — сразишься. И призом битвы будет твоя свобода. Хотя, если ты проиграешь, то умрёшь. Уверен, что после такого унижения Эдда возжелает твоей смерти ещё сильнее.

— С чего это Занзас решил, что я ему стану верно служить? — кровь закипала. Начинала злиться. Безумно злиться. — Я не бездомная собака, и такие подачки мне не нужны!

— Станешь, — спокойно бросил Скуало, усмехаясь. — Уж поверь, Занзас знает своё дело. Так что решай. У тебя, пока Червелло не объявили о поединке, есть время. Ну, а теперь, докажи что ты та, за кого себя выдаёшь.

— Покажи! Покажи! — повторял Бельфегор, улыбаясь как безумец. — Хочу увидеть! Хочу посмотреть! Покажи!

— У меня его нет, — спокойно произнесла я, но тут же почувствовала, как меня вновь резко схватили за шею и заставили встать на колени, швырнув на пол.

— Если хочешь по-плохому, будет тебе по-плохому, — грозно бросил Скуало.

— Если покажешь ты, покажу и я, — смеялся Бел, встав передо мной и задрав полосатую кофту. В голове пронеслось тысяча мыслей. Одна страшнее другой. Но вывод был прост — целой и невредимой отсюда не выберусь. Но, к моему удивлению, то, что хотел показать Бельфегор, было обычным родимым пятном формы месяца. Оно было на животе, не превышая размерами монету.

— Так ты… — я не могла поверить. Может, он также Серра? Может, всё это действительно одно сплошное недоразумение?

— Нет, я не из семьи Серра, — поняв, о чём я думаю, произнёс Бел. — Я — Принц из далёкой страны. И просто… путешествую, ши-ши-ши. А теперь… твоя очередь.

Что ж… выбора у меня нет. Медленно, без резких движений, подняла руки к своим волосам, закидывая их на плечо. Парни были немного сбиты с толку, но лишь на мгновение. Первым, кто решил обойти стороной и посмотреть на мою спину, был как раз сам Бельфегор. Слышала, как он встал на корточки, чтобы ему было лучше видно, и слегка прикоснулся к шее, приподнимая влажную выпавшую белоснежную прядь волос.

— Ши-ши-ши, так и есть! — смеялся парень. Почувствовала дрожь. Но дрожала не я, а Бел. Он словно возбудился от того, что увидел моё родимое пятно. — Это она… Она… Она… — вновь и вновь повторял парень, который, кажется, терял рассудок. — Она Принцесса! Принцесса! А-а-а… — схватился за свою голову, смеясь как безумный. — Она… королевской крови. Ха-ха-ха!

— Бел! — взволнованно бросил Скуало. — Не сейчас! Возьми себя в руки! Чёрт! Бельфегор!

— Принцесса…. Принцесса… Как же… я хочу убить её! — неожиданно моё горло сжали крепкие ледяные пальцы. Причём так сильно, что голова закружилась, а перед глазами всё стало сереть. — Хочу вспороть ей живот… Хочу увидеть, как прольётся её королевская кровь… Хочу убить её. Убить… Принцесса…

Я пыталась оттолкнуть его. Пыталась ударить, но он словно был не здесь. Безумец. Точно безумец. Улыбался и только сильнее сдавливал горло. На какое-то мгновение он напомнил мне меня же. В тот самый момент, когда я теряю над собой контроль, и эмоции полностью исчезают. Остаются одни инстинкты самосохранения и ледяная логика. Убей или умри. Но, кажется, он испытывал удовольствие от того, что убивал. И кого? Принцессу? Чёрт… ненормальный. Они все ненормальные!

Самое странно, что Скуало всё это видел, но как-то не вмешивался. Лишь просил Бела наконец-то остановиться, но так, для галочки. Видно, ему самому казалось, что лучше от меня избавится. Хоть их Босс и приказал передать мне кольцо, вариант того, что я вступлю в Варию, не очень ему нравился. А значит, что? Нужно избавиться от помехи, и всю вину свалить на Бела. Дьявол! Это дерьмо мне совершенно не нравится.

Собрав всю силу в кулак, я повернулась в сторону Скуало и чётко произнесла всего два слова, но таким тоном, словно приказывала. Это был скорее зов самосохранения. Желание жить. Нечто такое, чего в обычной жизни, в обычной ситуации не повторю. Я сказала:

— Помоги мне!

Всего один раз. Произнесла всего один раз, но этого оказалось достаточным. Уверенности в том, что у меня получится, не было совершенно. Я уже проделывала с ним такое в нашу первую встречу. Просила остановиться, и он подчинился, хотя сам толком не понял, почему и как такое возможно. Аура. До сих пор не до конца понимаю её, но именно в такие моменты она становится последним оружием, что у меня есть. И, как ни странно, сегодня она также меня не подвела.

Резко сорвавшись с места, Скуало нанёс мощнейший удар сапогом по лицу Бельфегора, отшвыривая его назад. Но уже через секунду мечник пришёл в себя и понял, что я вновь одурманила ему разум.

— ВО-О-ОЙ!!! — зарычал Скуало. — Да как ты посмела, женщина?!

Не теряя ни секунды, я поднялась на ноги и побежала к выходу. Мне в спину уже летели как минимум три метательных ножа, которые швырнул Бельфегор. Хоть они и не коснулись меня, ощутила на щеке, шее и руке, немного ниже плеча с правой стороны три глубоких пореза. Что это? Как? Я же уклонилась? Ладно, не время думать. Беги. Беги со всех ног.

— Я разрублю тебя на куски, чёртово отродье! — рычал Скуало.

Если он выпустит в мою сторону порох из клинка, я не успею убежать. Это конец. Взрыв просто разорвёт меня на куски. Однако что-то ему помешало это сделать. Во всём моём доме появились десятки или даже сотни змей. Настоящих шипящих змей, что разом поползли в сторону Скуало и Бельфегора. Откуда эти змеи взялись? Они просто появились из неоткуда? А может, это их проделки? Нет, не важно. Беги, Дар. Спасайся, пока есть возможность.

В одной футболке и трусах, босиком я выбежала во двор, а далее на улицу. Даже не оборачивалась, хотя прекрасно слышала яростный вопль Скуало. Около своего забора столкнулась с невысокой девушкой в белом платье и с длинными тёмно-фиолетовыми волосами. Она ничего не произнесла, просто стояла и смотрела на меня несколько напугано и отстранёно. Возможно, её напугал шум, доносившийся из моего дома. Ха, он меня тоже до чёртиков напугал. Но, если буду просто стоять тут и всё пояснять, в итоге, и ей может достаться. А она всего лишь прохожий.

Ничего не говоря, побежала дальше, шлёпая по влажному асфальту босиком. Плевать на то, как я выгляжу. Плевать на то, куда бегу. Главное бежать. Бежать и не останавливаться. Они сильнее, они быстрее, они догонят и убьют. Мелкие камни, встречающиеся на пути, царапали до боли ступни. Периодически поскальзывалась и падала на колени, разбивая кожу об поверхность бетонных пешеходных дорожек, но это не важно.

Сейчас важно одно — выжить.

Только спустя час, когда я нашла укрытие и спряталась там. Решила наконец-то начать думать. А мыслей было много. Очень много. Кольцо опять тяжёлым грузом висело на моей шее. Теперь оно было целым. Что, чёрт возьми, творится? Что задумал Занзас? Ох… сердце до сих пор бьётся как сумасшедшее. Меня чуть было не убили. Всё… Нет больше сил. Я так устала. Так устала…

Хочу есть, лечь на кровать и отдохнуть. Но к себе возвращаться нельзя. Тогда куда мне идти? К Тсуне? Там у них и так много проблем. Ламбо в больнице. Нана вся на нервах. А если и я ещё посреди ночи заявлюсь… Думаю, бедная женщина этого не вынесет.

Тогда может к Такеши? Хотя нет. Его отец также может задать десяток лишних вопросов. Пускай хоть у кого-то будет спокойная безмятежная жизнь. Да и лишних хлопот Такеши приносить не хочется.

Хаято? Да. Он живёт один и возможно это самый оптимальный вариант. Конечно, объясниться парню придётся. Да и завтра у него бой… Но лучше так. Не торчать же на улице в одном белье, верно? Тем более его дом недалеко.

Через пять минут я уже стояла около его дверей. Постучалась. Свет в окнах не горит. Хаято спит? Вновь постучалась, чуть громче прежнего. Тишина. Возможно ли, что парня нет дома? А ну-ка…

Присев на корточки, достала из небольшого тайника запасной ключ Гокудеры, что он прятал в щели за дощечкой внизу дверного проёма. Почему я знаю? Да парень сам как-то проболтался, когда мы затеяли спор, где лучше прятать запасные ключи. И теперь была безумно благодарна за эту информацию.

— Извините за вторжение, — по привычке бросила я в тишину. Никто не ответил. Значит, парня действительно дома нет.

Прошла в зал и обнаружила в комнате огромное скопление бумажных самолётиков и ящиков с динамитными шашками. Странное увлечение. Или он, таким образом, тренировался? Надо будет спросить. А пока… просто полежу на диванчике. Плюхнувшись на мягкую мебель, наконец-то почувствовала, как тело медленно расслаблялось, хоть и не до конца. Всё время бросала косые взгляды на входную дверь и задумалась над одним единственным вопросом, который можно задать к любому моменту сегодняшнего дня:

— Ну и какого чёрта?

Глава 35. Скучала?

Когда я проснулась, то первым делом почувствовала жуткую ноющую боль по всему телу. Особенно её хорошо чувствовала в ступнях, коленях и шее. Шея вообще болела так сильно, что даже дышать было больно. Голова кружилась, а в висках стучало. Плохо. Мне чертовски плохо. Провела ладонями вдоль шеи и тут же отдёрнула руку назад. Как же больно! Шея вся вспухла, что даже лёгкое прикосновение кажется таким болезненным, словно поверхность кожи гладит раскалённый утюг.

— Чёрт… — вырвалось у меня с лёгкой хрипотой.

Это всё тот недоделанный Принц, будь он неладен!!! Я даже не помню, как уснула. Просто завалилась на диван в доме Хаято и вырубилась. Мысли жужжащим роем одолевали моё сознание. Столько вопросов. Позже, когда сердцебиение пришло в норму, и я почувствовала лёгкое присутствие безопасности, стала думать.

Для начала стоит учесть, что Занзас вновь вернул мне кольцо. И не половину, а целое. Что это может значить? Предложение руки и сердца? Хех, романтик, чтоб его… Думаю, суть проста, — ему, как и остальному миру мафии, я нужна как Советник. Поверив слухам и сплетням, что крутится вокруг семьи Серра несколько поколений, он уверен в моих выдающихся способностях. Но всё же это глупо. Вернее… Слишком банально. Если бы он просто хотел меня заполучить, то выиграл бы этот поединок колец, став Боссом. Тем более, что Кольцо Неба у него уже есть. Но нет… Он отдал мне Кольцо Луны, заверив, что при любом раскладе оно принадлежит мне. Более того, дал шанс решить свою судьбу самостоятельно. Почему? Хочет, чтобы я перешла на его сторону добровольно? Скорей всего.

Обычные люди, когда хотят переманить кого-то на свою сторону, предлагают что-то ценное. Своего рода, соблазняют. «Вот, посмотри, у нас печеньки. Переходи на сторону зла!». Пф! Неизлечимый кретинизм. В случае с Занзасом всё иначе. Видно, парень привык добиваться своего любым путём. Метод «кнута и пряника» отходит в сторону. Предложение простое — будь с нами или умри. Хотя уверена, что он желает увидеть мой поединок с Хранителем Луны Варии. Как там её зовут? Эдда, что переводится как «Воинствующая»? Хм… да. Ей подходит. Чувствуется эта ненасытная жажда крови и битвы.

Интересно, а что произойдёт, если я не одержу верх? Что тогда? Ясное дело, меня убьют, но как поступит Занзас? Нужно быть полной идиоткой, чтобы не осознать, что парню от меня надо нечто большее. В его команде уже есть гений — Бельфегор и стратег — Скуало. Я ему, по сути, не нужна. Вариант с «любовью» отметаю сразу. Это глупо и нелогично. Да и сомневаюсь, что такой человек способен на чувства. Тогда что? Чисто из принципа? Гордости? Желания обладать всем? Хм… Трудно.

Трудно вести переговоры с таким человеком, когда толком не знаешь, что ему нужно. Хотя, возможно, ему нужна даже не я, а то, что последует за мной. За последние полтора года многое изменилось. У меня появились союзники и враги. Брат последует за мной, какой бы я путь не выбрала, а он довольно видная фигура в мире. А о сотрудничестве Представителя семьи Серра с семьёй Бовино также знают все. Хотя Ламбо стал Хранителем Грозы, но он ещё ребёнок и не до конца всё осознаёт. Его выбор может поменяться в любой другой день. Может, именно это надо Занзасу? Поддержка со стороны других семей? Да, стратегически это будет верным решением. Значит, я своего рода марионетка или игрушка. Меня пытаются напугать и перетянуть на свою сторону, но надолго ли это?

Все прекрасно видели, что делает Занзас со своими людьми, которые разочаровали его. Тот же самый Луссурия. Проиграл хотя бы раз — умри. Но я не боец. Из меня отбивную сделают при следующей же миссии. Уверена, что он будет ждать от меня гениальных решений, как из рога изобилия. А как иначе? Я же, мать твою, Серра!

Дерьмо!

Как же меня это бесит! Навешали ярлыков, и теперь требуют того, чего во мне и вовсе нет. Во всяком случае, я этого в себе не вижу. Гений? Выдающиеся способности? Да я обычный живой человек! Самый обычный! Просто подросток со своими проблемами. Почему никто, абсолютно никто не хочет этого признать? Никто этого во мне не видит. Я же гений… чёрт возьми! И поэтому не имею права жаловаться. Должна везде и всюду выходить победителем!..

Устала.

Как же от всего этого я устала.

Однако, переходим к следующему. Скуало и Бельфегор не очень-то рады такому раскладу. Предприняли неплохую попытку убить меня. Шея до сих пор болит так, словно её облили кипятком, а также болят щека и плечо. Нужно посмотреться в зеркало. Ножи, значит? Всего несколько порезов, но они достаточно глубокие. А ведь я их даже не обработала. Просто забыла о них в пылу адреналина. Теперь испачкала всю футболку в крови. Да и ступни болят. Но это ладно… пробежка босиком по городу никогда не останется незамеченной. Но как назвал меня Бел? Принцессой? Что за чушь?! И из-за этого он и убить меня пытался? Ох, если бы я была Принцессой… А ещё лучше Королевой, то первый же мой указ звучал как — «Голову с плеч!». И одной проблемой на моём пути стало бы меньше.

Но тот факт, что я вновь смогла повлиять на Скуало, не может не радовать. Это странно. Два раза он находился в тот самый момент, когда я была на грани жизни и смерти. И два раза мне каким-то образом удавалось воздействовать на него. Думаю, что в обычной обстановке у меня подобный фокус вновь не пройдёт. Но тогда… я словно улавливала небольшую нить, за которую тут же хваталась и без раздумий дёргала. Ненадолго, буквально на мгновение, но она спасала мою жизнь. Могу ли я это делать с каждым? Нет. Не у всех имеются подобные черты. Скуало… Акула… Наверное, в нём намного больше от зверя, чем он сам о себе думает. Я просто использую то, что уже есть. Естественный инстинкт самосохранения. Интересно, а сам Скуало понял, что это? Сомневаюсь.

И ещё кое-что… Думаю, за то, что мне всё же удалось от двух профессиональных убийц убежать, стоит поблагодарить кое-кого ещё. Змеи… В момент ужаса и страха я не обратила на них должного внимания, но они были. И именно тогда, когда я больше всего нуждалась в помощи. Из всех знакомых мне людей только один человек способен проделать этот фокус — Рокудо Мукуро. Неужели?.. Он всё же выбрался из тюрьмы? Смог убежать?

— Хах… — из горла рефлекторно вырвался смешок. Сама не знаю почему, но я радовалась этой мысли.

Он в Японии? Хотя… Когда выбежала из дома, встретила только одинокую девушку, черты лица которой я даже не успела рассмотреть. Помню только белоснежное платье и длинные фиолетовые волосы. Она приблизительно моего роста. Возможно ли, что это очередная игрушка Мукуро? Он ещё тот извращенец, так что я не удивлюсь. Но почему раньше не показывался? Прячется? На Тсуну не нападает, и, думаю, попыток в ближайшее время предпринимать не будет. Хм… И всё же он в Намимори. Возможно ли?.. Нет, это, конечно, за гранью безумия, но… может быть? Чёрт, всё же это больше походит на правду. Но неужели Емицу пошёл на это? Неужели он сделал из Рокудо Мукуро Хранителя Тумана?

— Хах! — вновь рефлекторный смешок в пустоту.

Да, всё сходится. И, чёрт возьми, он идеально вписывается в эту роль! Иллюзионист, что прошёл шесть кругов Ада. Никого другого в роли Хранителя Тумана я больше не вижу. Но он согласился? Вот это уже немного удивляет. Чтобы сам Рокудо Мукуро согласился кому-то подчиниться и служить? Ему должны были предложить что-то очень весомое. Что-то такое, от чего даже он, ярый ненавистник мафии, не смог отказаться. Что же это? От чего Мукуро не смог отказаться? Его ничего не волнует, кроме его самого и мести, которую он взращивал с детского возраста. Он даже толком не понимает, что такое дружба. Спрашивал у меня пару раз в своей изысканной манере. Пытался понять и почувствовать… Называл себя моим другом, но… Хм… Возможно ли, в этом и кроится истина? Возможно, что ему предложили защиту не его самого, а его друзей детства — Кена и Чикусы.

Да. В прошлый раз, Мукуро отогнал их от себя, дабы спасти. Как обычно, в своей манере, но всё же он учится… чувствам. Если бы ему предложили защиту самого Мукуро, то уверена, он бы послал Емицу далеко и надолго. Но защиту Кена и Чикусы… Тут всё несколько сложнее. Он мог согласиться, но лишь при одном условии, — будучи уверенным, что сам этого сделать не сможет. Чёрт… в таком случае… выходит… Он всё ещё в тюрьме?

— Дерьмо! — вновь разозлилась.

Скорей всего, Мукуро нашёл себе новую оболочку и использует её, когда хочет прогуляться в этом мире, но правда такова, — он заперт. Вендетте схватили его. И я тому свидетель. Но всё же Чикуса и Кен на свободе. Им удалось сбежать, и они в Японии, раз Емицу уже успел подсуетиться по этому поводу. Где же они? Своего дома у них нет, а крыша над головой нужна. Да и деньги бы не помешали, ведь питаться хочется всем. Единственное место, в котором они могли бы скрыться, это то самое заброшенное здание, где всё началось и закончилось. В Кокуё-Ленде. Но если не показываются, значит, на то есть причина. Лучше пока не предпринимать попыток связаться с ними, хотя теперь слова Реборна о том, что всех Хранителей мы очень хорошо знаем, не кажутся таким уж необоснованным бредом.

Эх, ладно, пора приходить в себя. Где тут у Хаято зеркало? Ах, чёрт! Ноги! Больно! Ладно-ладно!.. Ко всему можно привыкнуть. Просто не торопиться. Сейчас всё пройдёт. Вот так, шаг, ещё один, и ещё… А аптечка у парня где? Он же вечно раны получает, но живёт один. Может в ванной комнате? Чтобы видеть какие раны обрабатывать.

Прошлась по коридору и зашла в ванную, попутно включив свет. О! А наш Гокудера Хаято ещё тот чистоплюй. Всё вымыто до блеска. Подошла к раковине, над которой висел шкафчик с зеркальной дверцей. Посмотрела на себя.

— Твою ж ма-а-ать… — да уж, так «шикарно» я ещё никогда не выглядела.

Сразу в глаза бросается шея. А именно — синяя шея. Буквально тёмно-синяя шея, как у повешенных. Кожа вздулась и опухла. Отчётливо видны следы рук, что сжимали горло. У меня всегда так. Только ткни, — уже синяк, а тут меня конкретно пытались убить. На тех местах, где Бельфегор особенно сильно надавливал пальцами, синяки казались даже чёрными. М-да… Да на меня теперь без слёз и не глянешь. Более того, три пореза на щеке, шее и плече с правой стороны также вспухли, а кровь свернулась, образовав грубые тёмно-бордовые полосы.

Угадайте, дети, кто я? Правильно, зомби!

— Да чтоб тебя конь поимел, Принц недоделанный! — гневно бросила я, ударив кулаком раковину. Знаю, грубо. Знаю, вульгарно. Но сейчас я настолько злая… Что всем сердцем желаю именно этого. Причём в довольно ярких образах. — Так, ладно… — вздохнула, успокаиваясь и открывая дверцу шкафчика.

Как и ожидалось, вся аптечка была на месте. Пластыри, спиртовые растворы, ватка, даже иголка с ниткой. Жизнь Хаято подготовила ко многому. Надо будет ему сказать на этот счёт отдельное спасибо. Хотя перед этим выслушаю целую речь по поводу того, что я домушник и чтобы сама больше этого никогда не делала. Ну, это если убрать целую лавину воплей, ворчания и оскорблений.

Ай-яй-яй! Щиплет! Щиплет! Ой-ёй! Как больно! Аж в глазах потемнело!.. Ну, а как иначе обработать порезы? Терпи. Главное терпение. У-у-ух… вроде, отпустило. Ладно, сейчас пластырем заклею, и… надо будет поискать одежду. Нет, но не домой же в таком виде возвращаться, верно? Хотя, по правде сказать, я вообще домой возвращаться не хочу. Страшно. Теперь вариация «жить одной» не кажется мне такой радужной. Любой может заглянуть на «чаёк» и оторвать тебе голову к чёрту.

Ладно… Эх, Хаято меня убьёт. Я начала ковыряться в его комоде, выискивая подходящую для себя одежду. Нашла довольно неплохой спортивный костюм чёрного цвета с вышитым пылающим черепом на всей спине. Он был мне слегка великоват, но всё равно сидел неплохо. Высокий ворот прикрывал синяки на шее. Длинные рукава закатала до локтей. На штанах также была цветная вышивка с головой черепа, у которого изо рта валило яркое пламя. Да уж, как раз в стиле Гокудеры Хаято. Любит он вещи в стиле рока, готики и панка. Тем более на мистике помешан. Хм… Но этот спортивный костюм ему будет мелковат. Возможно, просто вылез из него, а выкинуть или отдать как-то руки не доходили. А тут я! Повезло.

С обувью всё было немного проблематичнее. Любая его обувь мне большая. Пришлось взять то, что хоть как-то носить можно, а именно — шлёпки. И только когда поняла, что я более-менее собралась, посмотрела на часы.

— ЧТО?! — не верила своим глаза. — Как?.. Как такое возможно?

На них как раз стрелки показывали ровно 22:50. Через десять минут начнётся битва Хаято! А я даже не направилась в школу. Почему я так долго спала?! Почему проснулась так поздно? Тем более… не помню, как заснула. Вывод можно сделать один: этот урод-Принц сжал моё горло так, что смог надавить на сонную артерию. Не сильно, но достаточно для того, чтобы я вырубилась, как только сердце пришло в норму. Иными словами, я ещё благодарна должна быть, что вообще проснулась и не свалилась в кому. С этим шутки плохи. Слегка передавил и всё — легла вечным сном. Ох, как же я их ненавижу!

— Дерьмо! — вновь ругнулась, выбегая из дома и закрывая за собой дверь. Надеюсь, я успею хотя бы до того момента, когда поединок закончится. И посмотрю на то, как Хаято выбьет всю дурь из него.

Торопилась так, как только могла. Даже в какой-то момент перестала обращать внимание на боль в ступнях. Однако всё равно очень сильно опаздывала. К тому моменту, когда я примчалась к вратам школы, было уже пятнадцать минут двенадцатого. Ровно пятнадцать минут, как начался бой. Более того, как только подбежала к крыльцу школы, прозвучал оглушающий взрыв с третьего центрального корпуса. От такого грохота стёкла повылетали из окон, подобно конфетти, а за ним повалил чёрный густой дым. Там что-то взорвалось. Бомба? Может проделки Хаято? Хотя, нет. Слишком сильный взрыв. Я знаю, как взрывается динамитная шашка, и она действует совершенно не так.

Однако, ворвавшись в школу, я наткнулась на очередные проблемы. Она с верху до низу была усеяна подчинёнными Варии. По центральному входу передвигаться нельзя. Не думаю, что им важно, кто ты. Убьют на месте без каких-либо колебаний. Лучше их обойти и не встречаться. Тогда как мне действовать? Центральная лестница перекрыта. Да и пожарные выходы тоже. Остаётся только одно — потайные ходы Реборна. Я довольно щуплая, поэтому смогу в одном из них уместиться. Более того, один как раз находится рядом с входом в школу. Нужно только отвлечь этих громил и проникнуть незаметно. Что же делать?

Вернулась обратно на улицу и пробежала несколько метров в сторону. Взяла первый же попавшийся камушек и, не жалея сил, швырнула его в одно из окон на первом этаже, вызвав небольшое лязганье разбитого стекла. Оно уж точно привлечёт общее внимание. Вернулась к центральному входу. Как и ожидалось, всё решили посмотреть на причину шума. Путь, пускай всего на короткое время, открыт.

Приблизилась к батарее, за которой и находился лифт Реборна. Маленькая кабинка. Чтобы там уместиться, необходимо поджать колени к груди и пригнуться, но оно того стоило. Дверца тут же за мной захлопнулась, и устройство пошло в движение. Через несколько секунд я уже находилась на третьем этаже.

В тот самый момент, когда я выбралась из лифта, прозвучал ещё один взрыв, заставляющий меня засомневаться в правильности своего решения. Чёрт его знает, где этот лифт меня выкинет!.. А может, его вообще заклинит из-за тряски! Тут бой, и вероятность того, что я окажусь в эпицентре боевой площадки, равна пятидесяти процентам. Однако… отступать некуда. Да и медлить больше нельзя. Выскочила из лифта и убедилась, что хоть в этом мне сегодня повезло. Оказалась за спинами зрителей. Причём не абы где, а на своей стороне.

Там стояли Савада, Ямамото, Сасагава, Реборн, Базиль и доктор Шамал. Каждый смотрел на ряд мониторов, по которым показывали сражение Гокудеры и Бельфегора. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять — дело дрянь. Все они были изранены и держались буквально на последнем издыхании. Вцепились в кольца друг друга и пытались сорвать их с шеи. Они вымотаны и устали, это видно и невооруженным глазом. Но больше пугало то, что у них совсем не осталось времени. Некие турбины, установленные по всему этажу, взрываются один за другим. Время боя вышло, и теперь либо кто-то из них выиграет, а кто-то проиграет, либо они будут заживо похоронены под бетонными плитами.

— Отдай противнику кольцо и возвращайся, Хаято!!! — приказал Шамал. Надо же! Не ожидала умную мысль от этого извращенца. Но из всей толпы он единственный, кто более-менее трезво мыслит. — Не стоит жертвовать собой ради таких вещей. Поторопись и возвращайся!

— Хватит шутить! — крикнул Хаято, продолжая борьбу с Белом. — Как я могу проиграть?! Нам некуда будет отступать после одной победы и четырёх поражений! Это будет роковой потерей!!!

— Твой противник сошёл с ума! — уже кричал Шамал. — Этот бой бессмысленный! Просто возвращайся!!!

— Как я могу вернуться с пустыми руками?! — чёрт, он делает ту же ошибку! Ну, почему парни такие упрямые? — Если я вернусь вот так, то у меня не будет больше права быть Правой Рукой Десятого! — он идиот! — Десятый, если я выиграю, мы сможем изменить ситуацию к лучшему! Оставь это мне!

Парни стали кричать, перебивая друг друга, чтобы достучаться до парня, но он никого не слышал. Решил, что это кольцо важнее его жизни. Герой или идиот? Он словно смертник. Готов умереть за «идею».

— Боже… — ахнула я, поражаясь тому, что сама заговорила о Боге. — Как же я устала, — все разом повернулись ко мне, вообще не ожидая, что я стою позади них.

— Дар?! Ты тут?! — воскликнул Тсуна. — Когда ты пришла? Как?

— Где ты была? — взревел Рёхей. — Мы тебя искали, но ты словно сквозь землю провалилась!

Я не отвечала на их вопросы. Просто не хотелось. Игнорировала череду расспросов о том, где была, почему не отвечала на телефонные звонки, как попала сюда, если пути перекрыты и так далее. Всё это казалось такой чушью. Абсолютно всё. Зачем? Зачем они дерутся? Зачем вообще устраивают эти поединки? Чтобы показать свою крутость? Чтобы потешить своё мужское самолюбие? Не понимаю… Я их не понимаю. Отказываюсь понимать. Они не слышат меня. Хотят, чтобы я была рядом, но зачем? Вместе веселее? Что за ерунда? Это не игра! Уже давно не игра!

С негромкой усмешкой прикоснулась к лицу, потерев переносицу, а далее провела ладонью по голове, зачёсывая небрежно волосы назад.

— Довольно, — вздохнула я, с вздохом опуская руки. — Я так больше не могу.

— Ч… что? — удивился Тсуна. — Дар, о чём ты? Что случилось? — потом понял, что с расспросами лучше подождать, вновь повернулся в сторону экранов. — Дар, подожди. Что бы ни случилось, мы всё решим.

— Нет, не решим, Тсуна, — бросила я, также посмотрев на экраны телевизора. Хаято ведь нас прекрасно слышит. — Зачем я вам?

— А?! — этого вопроса никто не ожидал. Даже Хаято на мгновение замер.

— Зачем я вам? — повторила свой вопрос. — Я — Советник. По идее, вы должны прислушиваться ко мне, но, в итоге, я лишь твержу одно и то же, как попугай. Я вам не нужна. Вы и так всё для себя решили.

— О чём ты говоришь, женщина? — рыкнул Хаято. — Опоздала, а теперь несёшь какой-то бред!

— Гокудера Хаято, — обратилась я. — А что ты сейчас делаешь? — потом тут же, не дожидаясь ответа, сказала ему следующее: — Хотя знаешь, не говори. Плевать! Хочешь умереть ради какой-то безделушки? Пожалуйста. Это твой выбор. Останавливать не стану. Выиграешь или умрёшь, решай всё сам. Однако с этого момента официально снимаю с себя полномочия Советника Вонголы и ухожу из состава вашей группы. Это всех касается. Думаю, вы справитесь и без меня. Мне надоело твердить одно и то же. Я не железная, и устала. Прощайте. С этого момента… если хотите умереть — умирайте, но смотреть на это я не желаю.

Развернулась к шокированным парням спиной, собираясь покинуть третий этаж. Тсуна от моих слов сначала побледнел, потом посинел. Остальные просто разинули рты и выпучили глаза. Не верили в происходящее. Единственные, кто был абсолютно спокоен в этот момент, — это Шамал и Реборн. Они даже не шелохнулись. Словно понимали, почему я так поступаю. Да и останавливать меня у них нет права. Однако Ямамото, Савада и Сасагава были в шоке от такого поступка.

— Подожди, Дар! — крикнул Тсуна. — Дар!!!

— Серра-доно! — обеспокоился Базиль.

— Дар! — произнёс Такеши, подбегая ко мне и хватая за правую руку, чуть выше локтя.

Как раз за то место, где была одна из ран. Если её не трогать, то боль притупляется, и ей практически не чувствуешь, но бейсболист схватил руку крепко, сжав ладонь так, словно боялся, что я исчезну. Всего одно движение, но оно причинило мне резкую острую боль. Рефлекторно я шикнула на парня, стараясь вырваться и избавиться от причины причиняющей столь болезненные ощущения. Ямамото тут же заметил, что с моей рукой что-то не так. Отпустил меня, взглянув как-то по-другому. Посмотрел сначала на мою правую руку, потом на свою ладонь, на которой даже через чёрную плотную ткань проступило несколько капель крови. Рана вновь открылась. Чёрт! А ведь она только-только начала заживать.

Теперь Такеши осмотрел меня иным настороженным взглядом. Заметил рану на щеке, хотя я заклеила её пластырем, подходящим под мой цвет кожи. Далее его взгляд спустился к шее, но синяки он не видел из-за высокого воротника. Возможно, он просто их чувствует на интуитивном уровне.

— Дар… — уже более спокойно произнес парень. Он хотел что-то спросить, по глазам видела. Хотел узнать, что со мной произошло, но не успел. Прогремел взрыв, из-за которого весь этаж вновь затрясся, а коридор заполонил тёмно-серый клубящийся дым.

Все экраны телевизоров погасли. Это конец.

— Гокудера-кун!!! — воскликнул Тсуна.

— Гокудера!!! — также закричал Такеши, в ужасе понимая, что только что произошло.

— Этот идиот… — гневно бросил Шамал.

— Не… невозможно… — ахнул Тсуна, сползая на пол. Казалось, что он потерял всю волю к жизни. Душа покинула тело. — Невозможно… Как… Как это могло случиться? Почему… Гокудера-кун?

Именно этого я и не хотела видеть. Именно этого и хотела избежать. Но всё равно стала свидетелем неизбежного. Более того, теперь просто не знаю, как поступить. Тсуна морально раздавлен. Оставлять его одного опасно. В принципе, как и остальных. Что же мне делать?..

— Посмотрите, — неожиданно подал голос Реборн, указывая взглядом в сторону дыма.

Сначала я ничего не видела, но уже через несколько секунд услышала шоркающие шаги и легкое итальянское ворчание, которое в данную секунду было подобно музыке для моих ушей. В нашу сторону шёл Гокудера Хаято. Потрепанный, раненый, избитый и лишенный сил, но всё же живой.

— Гокудера-кун!!! — крикнул Тсуна, тут же направляясь к парню.

— Гокудера! — также поспешил к другу Такеши.

— Осьминожья башка! — подал голос Рёхей, не отставая от остальных.

Хаято рухнул на пол. Клубы дыма всё ещё исходили из его тела. Волосы стали темнее из-за копоти. Одежда местами порвана. Но всё же вот он, собственной персоной.

— Извини, Десятый, — бросил Хаято, лёжа на полу. — Кольцо было захвачено. Но я вернулся к вам, так как хочу, чтобы мы были вместе, как и раньше.

— Гокудера-кун… я рад, — с облегчением вздохнул Тсуна. — Я очень… рад!

— Что?! Но я проиграл! — не понимал Хаято.

— Спасибо, Гокудера-кун… — всё продолжал радоваться Тсунаёши.

— Пожалуйста, не говори так, — взмолился парень, чувствуя смущение и благодарность. — Я не заслуживаю это! — однако, после этого попытался встать с пола и шагнул в сторону Такеши. Шаги давались ему с трудом. Он даже толком стоять не может, но всё равно подошёл к бейсболисту, схватив его футболку. — Ямамото! — голос парня стал серьёзным. — Я оставляю… остальное на тебя. Но я не хочу, чтобы ты делал мне одолжение. Это всё из-за того, что никого не осталось, кроме тебя!

— Хах! — усмехнулся Такеши. — Я понял.

— Отлично, — фыркнул Хаято. — А теперь свали с дороги. Мне надо кое-кого убить.

— Ты хочешь вновь драться? — удивился Ямамото.

— Думаю, это он про меня, — подала я голос, стоя за спиной бейсболиста.

— А ты ещё сомневаешься, Ведьма?! — зарычал Хаято, шагая в мою сторону, но его тут же попытался остановить Такеши, схватив под руки. — Что за концерт ты тут устроила? У меня чуть инфаркт не случился! Цену себе набиваешь, глупая женщина? Я тебе сейчас покажу «Прощайте!»!!!

— Это подождёт, — неожиданно между нами появился Реборн. — Дар, где ты была целые сутки? Почему опоздала? Тебя искали по всему городу, но ты вечно исчезала подобно миражу. За целый день девушку с приметами похожими на тебя, находили по всему Намимори больше десяти раз, но потом вновь пропадала из виду.

— Хм… — я задумалась и усмехнулась. Находили больше десяти раз, а потом вновь теряли словно мираж? Этому есть только одно объяснение — работа Мукуро. Этот парень меня прятал. Чёрт, он вынуждает меня признать, что я ему должна. — Если коротко, я действительно пряталась, — все замерли и задумчиво посмотрели на меня, ожидая продолжения. — Ночью меня посетили нежданные гости, пришлось бежать. Мобильный телефон, деньги, одежду… всё оставила дома. Не до этого было. Кстати, — посмотрела на Хаято. — Ничего, что я у тебя спортивный костюм одолжила? Он довольно милый.

— А, нет, ничего, — словно под гипнозом начал парень, задумываясь о чём-то другом. — Он мне всё равно маленький, я вырос из него, и… Стоп… ЧЕГО-О-О?! Почему на тебе моя одежда???

— Ну, я ночевала у тебя дома, — пожала плечами. — А из своей одежды прихватила только трусы и футболку. Не могла же я в таком виде в школу заявиться, верно?

— ГДЕ ТЫ НОЧЕВАЛА?!! — у Хаято сейчас будет инфаркт. Рёхей, Тсуна, Такеши и даже Базиль молча побледнели, а после почему-то покраснели, словно я сказала что-то пошлое и смущающее. Странные они…

— Кто напал на тебя? — спокойно продолжал Реборн, спокойно приняв факт того, где я была всё это время.

— А ты как думаешь? — посмотрела в сторону приближающейся к нам группы Варии. Все полным составом, если не считать того факта, что Бел без сознания висел на руках здоровяка в противогазовой маске, да и Босса их нет. Вновь решил проигнорировать битву?

— Итак, — послышался голос Червелло. — Кольцо Урагана получает Бельфегор. Он победитель поединка.

— ВО-О-ОЙ!!! Что за нелепый конец? — усмехнулся Скуало. — Теперь ваши жизни стали как пламя, колеблющиеся на ветру!

— Чёрт, — злобно бросил Рёхей, понимая, что противостоять этому никак.

— Обладатели Колец Тумана и Облака с вашей стороны ещё не появились, — заметил ребёнок с лягушкой на голове. — Может быть, мы выиграем из-за их неявки?

— Тогда мы объявим боевую программу следующего матча, — решили вклиниться в разговор Червелло. — Завтрашний матч состоится между Хранителями Дождя.

— Ну наконец-то! — воскликнул Скуало. — Я ждал этого момента так долго! Ха! — посмотрел на Такеши. — Теперь я смогу разрезать тебя на куски, мальчик-мечник! Не убегай с поджатым хвостом из-за силы, которую я показал тебе в прошлый раз.

— Ха-ха-ха! — засмеялся звонко Такеши. — Не волнуйся, — взгляд тут же стал серьёзным и сосредоточенным. — Я так восхищён, что… засыпаю.

— Тц! — фыркнул Скуало, усмехнувшись. — Ублюдок… Будет очень забавно посмотреть на ужас в твоих глазах. Особенно в тот момент, когда я буду отрубать тебе одну конечность за другой.

— Извините, что прерываю! — в коридор неожиданно вышел один из подчиненных Варии, которых я видела на первых этажах. Мужчина встал на колено перед Леви-А-Таном и продолжил. — Кто-то проник в школу. Грозовые радары уничтожаются один за другим!

— Что? — не понял Леви, возмущаясь.

— Неизвестный нарушитель движется прямо сюда! — повторил подчиненный, в голосе которого чувствовалась паника.

Я прислушалась к своим ощущениям. Кто это мог быть? Посреди ночи, так ещё и в школе… Крики поражённых и стуки ударов становились всё громче. Но я уже понимала, кто это. Чувства после тренировок с братом они стали намного ярче. Я буквально утопала в них. В этом безмятежном спокойствии. Как же оказывается, мне не хватало этого чувства. Надо же! Неужели… я скучала?

— Ублюдок! — гневно прошипел Леви, сощурив глаза и посмотрев в сторону центрального входа на третий этаж. — Кто это может быть?

— Мне интересно увидеть, — произнёс ребёнок с лягушкой. — Что за муха летит к нам?

— ВОЙ!!! — отозвался Скуало, азартно усмехаясь.

— Что… что происходит? — Тсуна вновь начинал паниковать. Оглядывался по сторонам и ожидал чего угодно, причём видно, что одна мысль страшней другой.

— Кто-то движется сюда, — подал голос Базиль, и, судя по его позе, он собирался атаковать любого, кто подойдёт. Это заметил и Реборн, поэтому решил внести небольшую ясность:

— Этот парень вернулся с тренировки.

— Этот парень?! — всё ещё не понимал Тсуна и глянул на меня. — Дар, почему ты улыбаешься?

Я улыбаюсь? В любом случае, ответить парню не успела, так как послышался очередной резкий металлический стук, и в коридор на третий этаж с центральной лестницы влетел весь избитый один из подчинённых Варии. А следом за ним…

— Хибари-сан?! — воскликнул Савада, счастливо улыбаясь. — Хибари-сан… Он пришёл! Он действительно пришёл участвовать в битве за кольца! Сильнейший парень, Хибари-сан!!!

Тсуна был на седьмом небе от счастья. Хибари, как обычно, выглядел так, словно только что из ателье. Хоть он и был в школьной форме, в виде чёрных брюк, белоснежной рубашки и тёмно-синей жилетки сверху, всё равно всё сидело идеально. С иголочки. В руках стальные тонфы, а на лице ледяное спокойствие. Он осмотрел всех присутствующих, задерживая на каждом взгляд ровно на полсекунды. Правда, на мне задержал аж на целую секунду, но, если судить по его глазам, парню от этого ни горячо, ни холодно. Он зол. Зол от того, что сделали в школе. Зол от того, что тут творится такой кавардак и к этому причастна я, как член Дисциплинарного Комитета. Думаю, пока он не забьёт каждого здесь, не успокоится.

— Из-за незаконного вторжения на территорию школы и разрушения школьного имущества, — холодно начал парень. — Я забью здесь всех до смерти. А ты, — Кёя вновь посмотрел в мою сторону. — Я разочарован.

— Хах, — только и смогла произнести я, с грустью усмехаясь. Он разочарован во мне? Что ж… наверное, это и к лучшему. А что он хотел? Чтобы я встала посреди коридора и также избивала каждого, кто посмеет вступить на территорию здания? Он что, шутит? Ай, плевать! Пускай делает всё, что хочет. Мне уже всё равно. Отвернулась в сторону, глянув Варийцев, которые также были заинтересованы в неожиданном появлении парня.

— Что, даже нас? — не верил своим ушам Гокудера, который и так не в состоянии на ногах стоять и рухнул на пол, приняв сидячее положение.

— Он просто с ума сошёл из-за того, что школа была повреждена! — в ужасе осознал Савада.

— Должно быть, — зато Ямамото улыбался так, словно это обычное дело. Как воды попить. — Он очень любит свою школу.

— Хм-м-м… — протянул ребёнок с лягушкой на голове. — Разве он не Хранитель противника?

— Всё равно ребёнок, — фыркнул Скуало, сразу давая понять, что разберётся с ним так же просто, как и с остальными.

— Интересно, что у него за кольцо? — подала голос красноволосая девушка. — Туман или Облако?

— А не всё ли равно? — вновь бросил Скуало. — Умирают они одинаково, хех!

— Как ты посмел… — прохрипел яростно Леви, от которого пошла просто удушающая волна жажды крови. Он ненавидел Кёю. Причём так сильно, что от его зонтиков, торчащих из-за спины, повалили лёгкие искры. — Как ты посмел… уничтожить всех моих подчинённых?!

Но Кёю, видимо, это мало волновало. К нему подошли Червелло, чтобы убедиться в том что он, один из нас.

— Ты Хранитель Кольца со стороны Савады? — спросила одна из девушек. — Если да, то такое поведение…

— УБИРАЙСЯ, ЧЕРВЕЛЛО!!! — взревел Леви, не выдержавший того, что его игнорируют. Решил расправиться с Кёей в одиночку. Ошибка. Серьёзная ошибка. — Он всего лишь нарушитель!!! И я убью его, прямо сейчас! — парень достал два зонта из своей спины и помчался в сторону Хибари, у которого даже бровь не дрогнула. Полное спокойствие.

Более того, когда Леви-А-Тан был совсем близко, он просто сделал шаг назад, выставив одну ногу слегка вперёд. Споткнувшись об неё, Леви мешком рухнул на пол. Это был так забавно, что когда прозвучал глухой «шлёп» при столкновении лица и пола, я не смогла сдержать смешка. Пришлось прикрывать рот рукой. Ну, в самом деле! Не каждый день видишь, как такой грозный бугай в похоронной одежде целует пол, отпятив задницу вверх. В чем дело, Леви? Не получилось, да? Это тебе не с дошкольниками сражаться.

— Я должен забить тебя до смерти первым? — спросил Кёя, напряжённо сжимая тонфы.

— Что?! — не верил своим глазам Хранитель Грозы Варии, но продолжал валяться на полу. То есть, ему там удобно? Я вновь не выдержала и хихикнула в кулак.

— Ой-ой, — улыбнулся Шамал. — Это так кру-у-уто!

— Этот идиот… — вздохнул Хаято. — Он начал доставлять проблемы в первые же секунды своего появления.

— Но, как и предполагалось, он удивителен, — восхищенно заметил Тсуна. — Так легко отражает атаки члена Варии…

— Да, — согласился Такеши. — Как и ожидалось от Хибари.

— Удивительно! — ахнул Базиль, также замечая скорость Кёи. — Кто он?

— Он Хранитель Облака с нашей стороны, — пояснил Реборн. — Глава Дисциплинарного Комитета Намимори, Хибари Кёя.

— О-о, — протянул малыш с лягушкой на голове. — Если он Облако, то значит, Гола Моска его противник.

— Пф! — фыркнула Эдда, деловито скрестив руки на груди. — Он всего лишь ребёнок, Мармон. Каким бы он сильным не казался с первого взгляда, против Моски у него нет и единого шанса. Да и к тому же, Леви по жизни кретин.

— Согласен, — кивнул ребёнок. — Пусть Леви и член Варии, он неуклюж и проблематичен. А также этот мальчик хорошо подготовлен, что видно невооруженным взглядом.

— Ублюдок, — гневно бросил Леви, всё ещё сидя на полу. Вот только непонятно, к кому он обращался, к Кёе или к одному из своих, что так отзывался о союзнике.

— Да, — усмехнулся Скуало. — Обучен хорошо, но не для такого, как я! — Что? Скуало хочет сразиться Кёей? Странно, но тут я уверена на все сто процентов, что победа будет за Главой Дисциплинарного Комитета. Хибари ему не проиграет. Ни вчера, ни сегодня, ни завтра. Никогда. Мысли о пятисекундной победе Скуало лишь забавляют меня. Что, кстати, он и заметил. — ВО-О-ОЙ! Ты смеёшься надо мной? Ты?! Тебе ли смеяться после вчерашнего? Когда бежала со всех ног, что только пятки сверкали, ха-ха-ха! Ну и, как тебе ночная прогулка в одном нижнем белье? Освежает, не правда ли?

Члены Варии дружно засмеялись. Видно, им доставляло удовольствие унижать кого-то. Например, меня. Хотя каждый из них знает, что Занзас желает видеть меня в их же рядах. Однако, для них я слаба. Слишком слаба, что непозволительно элитному отряду убийц. Это даже унизительно. Именно поэтому они и предприняли попытку убить меня вчера. От воспоминаний шею больно полоснуло раскаленной кочергой. Мои же друзья с непониманием и тревогой смотрели то на Варию, то на меня, потихоньку вникая в суть дела. Осознание происходящего медленно, но доходило до них.

— Надо было убить тебя вчера! — продолжал Скуало. — Такой отброс, как ты, даже не должен существовать!

— Что ты сказал?! — воскликнул Гокудера, сразу разозлившись. Даже в таком положении я была уверена, что он соберёт оставшиеся силы и ринется в бой. Хоть он заблаговременно проигрышный.

— Ты прав, — спокойно произнесла я, вызвав гробовую тишину. — Тебе следовало убить меня вчера, пока был шанс, так как другой такой возможности больше не будет. Более того, Скуало, советую тебе держаться от меня подальше. Кто знает, что я «прикажу» тебе сделать в следующий раз? Может, мне взбредёт в голову, чтобы ты ударил или даже убил одного из членов своей команды. А может, даже убил себя или… своего Босса. Это было бы забавно, как думаешь? — впервые за всё время парень побледнел так сильно, что стал сливаться со своими волосами. Я блефовала. Но не была уверена, что у меня это получится. Более того, я скорее уверена, что это у меня никогда не получится, но мечник-то этого не знает. Так почему бы не сыграть на этом? — Ты знаешь, что выполнишь мой приказ. Достаточно… только… — сделала один небольшой шаг в его сторону, хотя самой было до ужаса страшно. — Нам… быть… достаточно… близко… — сделала ещё пару шагов. Голос был негромким, но его слышали все.

Осознав, что вопрос в расстоянии, Скуало решил не играть с этим и рефлекторно отступил назад. Всего шаг, и я остановилась, осознав, что выиграла этот словесный бой. Но уже через секунду-другую мечник разозлился с новой силой. Ярость можно было буквально ощутить физически.

— ВО-О-ОЙ!!! — взревел он, вновь вернувшись на своё положение, приподняв клинок. — Да я убью тебя прямо сейчас!!! Ха! На сколько кусков тебя разрезать?

— Хм-м-м… — протянул с усмешкой Кёя, делая несколько шагов вперёд так, чтобы я оказалась за его спиной. — Так ты следующий?

— Пожалуйста, остановитесь! — тут же влезли Червелло. — Сражения между Хранителями вне назначенных матчей станут причиной дисквалификацией обоих участников.

— ЧТО?! — воскликнул Рёхей.

— Это плохо… — запаниковал Тсуна.

— Хорошо-хорошо, — произнёс Такеши, подбегая к Кёе с поднятыми руками. — Я знаю, ты рассержен, но…

— Не вмешивайся. И прекрати стоять передо мной! — бросил Хибари, взмахнув тонфой. Он собирался оттолкнуть от себя парня, но не тут-то было.

Такеши вовремя увернулся от парня, сделав странный манёвр. Эти движения… Он словно танцевал, но так быстро и необычно, что уловить это мог не каждый. За долю секунды бейсболист оказался за спиной Кёи, схватив за конец стальной тонфы, дабы остановить удар.

— Длинноволосый парень — мой противник, — с улыбкой отозвался Ямамото, стараясь успокоить Хибари. — Так что прошу, смирись с этим.

— Такеши… — ахнула я, осознав, что парень тоже изменился.

Он уже совсем не тот, что был ещё неделю назад. Видно, также не сидел сложа руки. Эти движения… что это? Похоже на стиль боевых искусств. Но единственное оружие, которое передал ему Реборн, это бита, что становилась мечом. Так может это умения мечника? Он овладел навыком мечника?

Хибари резко развернулся в сторону бейсболиста, приготовив тонфы. Похоже, сегодня Кёя настолько зол, что ему просто плевать, с кем вести бой. Да хоть со всеми сразу.

— Любой вмешавшийся будет забит до смерти, — бросил Глава Дисциплинарного Комитета, встав в боевую позу. Он намеревался атаковать Ямамото.

— Ой-ёй! Это плохо! Кажется, я его спровоцировал!!! — запаниковал парень, делая несколько шагов назад и натыкаясь на меня. Недолго думая, Ямамото обошёл меня стороной и спрятался за спину, пригнув колени. Он словно был уверен, что меня Хибари не тронет, поэтому я этакий своеобразный щит против ярости Главы Комитета.

— Хи-и-и!!! Хибари-сан!!! — закричал в ужасе Тсуна. — Прошу вас, остановитесь!!!

Вот только Кёи, видно, всё равно. Это уже просто физическая потребность избить кого-то и сбросить лишнюю энергию. И, кажется, тот факт, что Такеши спрятался за меня, лишь ещё сильнее его разозлил.

— Чаосс, Хибари! — неожиданно вклинился Реборн.

— Малыш? — произнёс Кёя, только сейчас замечая присутствие Реборна. — Извини, но я занят.

— Выйти сейчас из-под контроля весело, — отметил Реборн. — Но ты упустишь тогда что-то более весёлое.

— Весёлое? — заинтересовался Кёя.

— Это произойдёт не сразу, — продолжал хитрый Аркобалено. — Если ты смиришься сейчас и примешь участие в битве, в ближайшем будущем у тебя, возможно, будет шанс снова сразиться с Рокудо Мукуро.

— Хм? И почему я должен тебе верить? — Кёя не дурак, и все эти слова в виде «возможно», «шанс», «в ближайшем будущем» — одновременно говорят о том, что этой встречи может и не быть. По сути, Реборн ведёт его за нос. Однако…

— Если не веришь мне, спроси у Дар, — продолжал малыш. — Она уже успела столкнуться с ним.

— Что?! — воскликнули одновременно Тсуна, Такеши и Хаято, посмотрев на меня. Рёхей и Базиль лишь с непониманием переглянулись. Они-то не знали, кто это такой.

— Это правда? — спросил Кёя, в голосе которого услышала волну радости, злости и предвкушающий азарт.

— В каком-то смысле, да, — вздохнула я. — Он помог мне вчера сбежать.

— ЧЕГО?! — вот этого теперь точно никто не ожидал. У нашей троицы чуть глаза не выпали.

— Хм… — стальные тонфы были медленно опущены, а на лице парня заиграла улыбка. Вот только я всё никак не могла понять: он зол или рад? Лицо спокойное, дыхание ровное, а в серых глазах пожар. — Школа будет отремонтирована? — обратился к Червелло.

— Да, — кивнула девушка. — Это под ответственностью Червелло.

— Что ж… — Хибари развернулся в сторону центральной лестницы. — Тогда я изменю своё мнение, — слегка повернул голову в сторону Такеши. — Не проиграй ему до моей битвы…

Все ожидали, что он уйдёт. Более того, Кёя сделал шаг в сторону выхода из коридора, но неожиданно остановился, чем вызвал нешуточное волнение среди парней. Неужели он передумал, и всё же начнёт драться? К этому мало кто готов. Но нет. Всё вышло совсем не так. Кёя просто вернулся обратно в коридор, подошёл ко мне, со спокойным выражением лица взял меня за руку и потащил за собой.

— Э-э? — протянул Тсуна, сбитый с толку.

— Что он?.. — также не понимал Такеши.

— Эй! Какого чёрта?! — крикнул Хаято, сидя на полу.

— Оставьте их, — бросил Реборн. — Так даже лучше.

Но больше всего были удивлены сами члены Варии. Уж они точно не ожидали такого поворота событий. Однако, стоило нам скрыться за первой же стенкой, как до нас долетел их смех. Они смеялись. Но над чем именно? Надо мной? Кёей? Нашей группой в целом? Эх, не хочу знать. Ничего не хочу знать. Просто пойду за Кёей, хотя сама не понимаю, зачем и почему. Наверное, просто захотелось капельку спокойствия, которого меня в последнее время лишили.

Мы зашли в кабинет Дисциплинарного Комитета. Только когда дверь за нами захлопнулась, мою левую ладонь наконец-то отпустили. Кёя, не произнося ни слова, прошагал к своему столу, осматривая состояние документов. Парень молчал, только ещё сильнее нагнетая обстановку. Даже не смотрел в мою сторону. Просто читал сложенные стопкой документы, о которых заблаговременно позаботился Кусакабе. В принципе, он обо всём заботился. И о чистоте, и о порядке, и о выполнении должностных обязанностей, даже за Шоколадкой успевал следить, за что я несказанно благодарна.

Прошло, наверное, минуты три, но никто так ничего и не сказал. Слегка удивлена, что кабинет, в принципе, уцелел. Особенно то, с какой жестокостью и беспощадностью Червелло разрушают школу… И ведь на следующий день ни ученики, ни учителя ничего не замечают. Ведут себя так, как и прежде.

И всё же эта тишина затянулась.

— Хибари-сан, — негромко обратилась я. — Вы злы?

— Да, — без лишних эмоций ответил Кёя.

Интересно, на меня? Забавно, что, спустя неделю, первое, что я от него слышу, так это то, что он во мне разочарован. Да, это забавно, и как-то… обидно. Почему-то хочется уйти, но я не в состоянии сделать этого. Просто стою около дверей. Ни в кабинет, ни из кабинета — замерла на месте. Завтра битва у Ямамото. Что ни день, то один сплошной стресс. Хочется просто врезаться головой в стенку и на миг забыть обо всём.

Ладно, молчание ни к чему не приведёт. Голова начинает болеть, да и рука тоже. Надо будет позже осмотреть раны и вновь обработать их чем-нибудь. Но где? Дома? Нет. Я не хочу домой. До сих пор страшно. В таком случае лучше направится в больницу. Общественное здание, а если возникнут вопросы, скажу, что навещала Ламбо.

— Хибари-сан, вы хотите мне что-то сказать? — парень наконец-то оторвался от документов и посмотрел на меня. О чём он думает? Ничего не могу понять.

— Где твой брат? — неожиданно спросил он.

— Уехал в Италию.

— Надолго? — и зачем ему это знать?

— Точно сказать не могу. Возможно, на несколько дней, — он собрался сразиться с Ромой? Зачем? Однако, похоже, Кёя получил то, что хотел знать. — Если на этом вопросы кончились, я пойду. Доброй ночи.

— Серра… — начал Хибари в тот момент, когда я всё же повернулась к двери, но отреагировать на его фразу не успела, так как дверь распахнулась сама, и в кабинет ввалился Каваллоне Дино.

— Так и знал, что найду вас здесь, — вздохнул блондин, счастливо улыбаясь. Похоже, сейчас он был один и без своих подчиненных. Улыбчивое лицо тут же посерьёзнело. — Дар, рад тебя видеть. Слышал, что на тебя сегодня было совершено покушение.

— Не сегодня, а вчера, — поправила я. — И это уже в прошлом, так что я, пожалуй, пойду. Устала.

— Что? — удивился Дино, когда попыталась пройти мимо него. — Эй-эй! Подожди! Мы столько не виделись! А где Рома? Вы поговорили? Дар?! Да подожди ты! — Чтобы остановить, Дино резко схватил меня за руку выше локтя. То же самое место, за которое недавно схватился Такеши. Острая боль вновь молнией прошлась по всему телу, эхом отдаваясь в спине.

— Да чёрт возьми! — выкрикнула я, рефлекторно вырываясь. — Что за тупая привычка — вечно хватать за руку?! — Больно, очень больно. Приложила левую ладонь на потревоженную рану. Старалась унять боль, но это получалось не так уж просто. Она буквально пульсировала, мешая контролировать мысли и раздражительные эмоции.

— Дар… — с настороженностью и волнением произнёс Дино, смотря на мою руку, к которой прикоснулся. — Ты ранена, — это не вопрос, а утверждение.

После этой фразы Кёя отошёл от своего стола и сам подошёл к дверям, где мы столпились с Дино. Его брови нахмурены, а губы поджаты. Наконец-то хоть какие-то эмоции. Он подошёл близко. Слишком близко, но не прикасался ко мне. Плечом отпихнул Дино в сторону. Может случайно, а может специально, но блондин еле устоял на ногах. С его-то природной неуклюжестью.

— Покажи, — приказал Кёя.

— Послушайте, это всего лишь царапина, — попыталась отделаться я парней. — Просто пластырь наклею, и всё само заживёт, — постаралась отступить назад и вдоль стеночки уйти, но не тут-то было.

Парень резко ударил кулаком в стенку, перегораживая мне путь и нависая сверху. Он был слишком близко. Я слышала его дыхание и даже сердцебиение. Видела, как жилы пульсируют на шее. Всё тело напряжено. Хоть Хибари и сдерживал себя, он определённо был на грани бешенства.

— Дар, — мягко произнёс Дино, выглядывая из-за плеча Кёи. — Да ты не волнуйся. Я просто обработаю рану, какой бы она не была, и можешь идти. Расспросами мучить не буду. Мы же, в конце концов, как родные. Знаю, что разрешила брату вступить в мою семью. Как ты думаешь, что он скажет, когда узнает, что я был рядом и не смог побеспокоиться о его младшей сестре?

— Мне этого не надо, — спокойно бросила я, отворачиваясь в сторону и избегая взгляда с Кёей. — Я сама о себе могу позаботиться.

Нет, это не гордость и не упрямство. Это страх. Мне страшно представить, что последует после того, как парни увидят все синяки и ссадины. И больше всего боюсь вопросов, которые пойдут, когда Дино увидит целое Кольцо Луны на моей шее. При этом сражения ещё не было. Да и Тсуне я об этом простом факте сказать ещё не успела. Просто… не до этого было. Парень и так на грани сумасшествия, а тут ещё я с грузом своих проблем. Подростковая несформировавшаяся психика просто не выдержит. Особенно если учесть, что он всегда и во всём винит именно себя.

— Ой, да ладно тебе, Дар, — вздохнул блондин, неуклюже проводя рукой по своим волосам. — Будто первый день знакомы. Давайте не будем шуметь в коридоре, а просто вернёмся в кабинет.

— Тебя, конь, никто не приглашал, — бросил Кёя, но, на удивление, отступил на шаг назад, увеличивая между нами дистанцию. На мгновение замер, бросая на меня косой взгляд, чтобы убедиться, что я всё же возвращаюсь в кабинет.

— Где у вас аптечка? — спросил Дино, закрывая за мной дверь.

— Третий шкафчик, вторая полка, — одновременно произнесли мы с Хибари, на что Дино был несколько удивлён, но всеми силами старался сделать вид, что ничего странного не произошло.

Наконец-то плюхнулась на свой диванчик и только сейчас почувствовала всю тяжесть этой реальности. Особенно в ступнях. Как же они у меня болели!.. Буквально чувствую гул, а также то, словно ноги в кипяток окунали. Да уж, после такого я, наверное, больше не встану. Хочу сунуть ноги в снег. Как же они горят… Чтоб их всех! Мне скоро стукнет только шестнадцать, а я чувствую себя так, словно прожила сто лет, и вот-вот коньки отброшу.

Дино присел рядом на диванчик. Отвернувшись, Кёя присел на край моего стола, скрестив недовольно руки на груди, словно его всё это не касалось. Однако я знаю, что он наблюдает. Иначе, зачем настаивать? Хотя действительно… Зачем настаивать?

— Ну, — бросил блондин, раскрывая аптечку. — Снимай мастерку.

Тяжело вздохнув, я взялась за бегунок змейки и медленно опустила его вниз, избавляясь от верхней одежды. Под чёрной мастеркой на мне была моя же чёрная футболка с белым рисунком Эйфелевой башни. Вот только их точно не рисунок с отголоском Франции привлек внимание, а те жуткие синяки на шее, по которым можно было различить две мужские ладони.

— Il bastardo! — вырвалось у Дино. Надо же, оказывается, ругаться он умеет. Но потом тут же взял себя в руки и принялся искать в аптечке подходящие медикаменты. Думаю, мазь для таких случаев там точно есть. Ей многие пользуются. Особенно остальные члены Дисциплинарного Комитета. — Так, кто это был? — как бы невзначай спросил Дино, не отрываясь от поисков.

— Одного сегодня, вроде, неплохо отделали, — начала я, стягивая кофту с рук. Остальные порезы были спокойны и довольно быстро заживали, но вот на руке… Из-за того, что вечно тормошили, вот и начала вновь кровоточить. Пластырь пропитался кровью и буквально отклеивался. — Хех, — усмехнулась я, позволяя Дино проводить вдоль раны ваткой смоченной в перекиси водорода. Жгло, но терпимо. — Мама как-то раз сказала, что если мальчик называет тебя «Принцессой», то ты ему нравишься. Но она определённо забыла упомянуть тот факт, что мальчик после этого захочет тебя убить.

— Бельфегор был один? — продолжал спокойно расспросы Дино. Не хотел меня спугнуть. Ну, лучше уж я расскажу ему всё и сразу, а он уже поведает всем остальным, чем потом по триста раз повторяться.

— Нет, с ним был Скуало, — пояснила я.

— Чего они хотели от тебя? — неожиданно спросил Кёя.

— Хм… — протянула я. — В основном они хотели не забрать, а дать, — протянула руку к цепочке, на которой висело Кольцо Луны.

— Они вернули тебе кольцо?! — воскликнул Дино и на эмоциях слишком сильно надавил на рану, где наложил новый пластырь. Я тут же ойкнула, отстраняясь в сторону. — Прости, не хотел! — извиняясь, замахал руками. — Но… ведь битвы Хранителей Луны ещё не было, верно? Тогда… что это?

— Хех, это своеобразное предложение о сделке, — вновь указала на кольцо. — Суть проста: проиграю я или выиграю, кольцо, так или иначе, принадлежит мне. Но бой Хранителей Луны будет.

— И что стоит на кону битвы? — настороженно спросил Дино. Я медлила с ответом. После того, как раны были обработаны, решила вновь надеть мастерку. — Дар, — торопил блондин, теряя терпение. — За что ты будешь бороться?

— А разве не ясно? — в моём голосе чувствовалась усталость и раздражение, но я старалась сохранять спокойствие. — На кону моя свобода, — светло-карие глаза парня резко округлились от шока. — Если Занзас станет Десятым Вонголой, по договоренности наших семей, я автоматически становлюсь его невестой. Я же, чёрт возьми, Советник! Вот они и пришли вчера ночью со стандартным предложением: «Переходи на нашу сторону или… умри!». Но я слишком слаба для того, чтобы вступить в отряд Элитных Убийц Варии. Поэтому эти двое решили избавиться от меня раньше, чем их Босс узнает о моём ответе. Вот такие вот дела.

Застегнула змейку и поправила воротник так, чтобы шеи не был видно, прикрыв всё в дополнение волосами. В кабинете воцарилась мёртвая тишина. Каждый думал о своём. Но, спустя несколько минут, Дино всё же рискнул задать вопрос:

— А если ты откажешься сражаться?

— Автоматически засчитывается как то, что я приняла предложение Занзаса и вступаю в его команду. При этом без разницы стал он Десятым или нет.

— Тсуна знает?

— Нет, — покачала головой. — Да и смысл? Ну, скажу я ему, и что? Только ещё больше будет паниковать. Боя, так или иначе, не миновать.

— Значит, на сторону Занзаса ты не планируешь переходить… — как бы сам для себя произнёс Дино, но меня эта его фраза задела. Взглянула на Босса семьи Каваллоне, при этом своим взглядом выражая всё, что сейчас про него думаю.

— Дино, ты идиот! — парень был несколько удивлён такой резкой переменой. — Ты хоть иногда можешь мозгами пользоваться? — злость буквально закипала во мне кровь. — Это, конечно, очень удобно послать к чертям Намимори и уехать в Италию! Почему нет? Зачем мне здешняя жизнь? Зачем мне друзья и социум, который выстраивала месяцами? Вперёд, в объятия убийц и психопатов! Да и сражаться не придётся. Пока не придется… Повторяю, я не ровня Варии. Думаешь, меня там так просто примут? Всего одна ошибка… Одна ошибка, и… — сделала из левой руки воображаемый пистолет подставив его к виску. — БЭНГ!!! Пойми, я не банкомат с гениальными идеями. Я человек! А тот радужный образ, что выстраивался вокруг моей семьи веками лишь миф и сказки для таких, как ты. И верить в это…

— Ладно-ладно, — вздохнул Дино. — Я понял. Прости. Значит, ты всё решила, однако… — Дино повернулся в сторону Кёи, который всё это время, молча, слушал наш разговор. — Кея, думаю, тебе всё же придётся меня выслушать и узнать о том кольце, что ты теперь носишь.

— Так, стоп, — я посмотрела на Дино, потом на Кёю и снова на Дино. — Ты ему ничего не сказал?

— Ну… — смущённо почесал затылок. — Он как-то не очень хотел слушать. Хе-хе… Однако теперь, как Хранитель…

— Подожди, — остановила я блондина, сама не веря в то, что творю. — Подожди… Ничего не говори.

— Что? — удивился Каваллоне.

— Что? — также не понимал Хибари.

Чёрт, я понимаю, что это безумие, но должна это сделать. Должна. Должна предоставить ему то, чего меня лишили. Это будет правильно. Да, без Кёи у нас минимальный шанс на победу, но его эта битва не касается. Пускай живёт, как и раньше. Пускай идёт домой, ложится спать, а завтра возвращается в школу, как обычный Глава Дисциплинарного Комитета. Демон Намимори. Гроза всех нарушителей, но не член мафиозной организации Вонголы.

— Ничего не говори, — повторила я, после чего взглянула на Кёю. — Хибари-сан, прошу вас, передайте мне Кольцо Облака. Тсуне и остальным я всё объясню, об этом можете не волноваться.

— Дар, что ты такое говоришь?! — уже повышал тон в голосе Дино. — Без него у вас нет шансов выиграть, а на поиски и тренировки другого Хранителя Облака у вас просто нет времени.

— Что-нибудь придумаем, — спокойно отозвалась я, с напрягом поднимаясь на ноги и делая шаг в сторону Кёи. — Прошу, — протянула раскрытую ладонь. — Верните мне кольцо и забудьте обо всём, что здесь видели или слышали. Это вас не касается. Вы правильно поступили, что отказались слушать весь этот бред про кольца Вонголы. Официально вы никому ничего не обещали, поэтому свободны. Используйте эту свободу и уходите, пока есть шанс. Какой бы исход у этой битвы не был, он не затронет вас.

— Да что ты такое говоришь, Дар?! — уже кричал Дино. — Я тебя понимаю, ты не хочешь обременять его, но подумай об остальных членах команды! Они же надеются на Кёю!

— Повторяю, — бросила через плечо в сторону блондина. — Что-нибудь придумаем. А теперь, — взглянула в серые глаза Хибари. — Передайте мне, пожалуйста, кольцо.

— Oh, mio Dio! — ахнул Дино, с отчаянием потирая лицо ладонями. Для него сам факт того, что весь его недельный труд канул в пустоту, был подобен грому. Парень побледнел, и, кажется, его вот-вот стошнит.

— Хм, — протянул Кёя, доставая из кармана брюк Кольцо Облака. С каким-то особым вниманием посмотрел на него, словно только сейчас заметил. Я терпеливо ждала, когда парень насмотрится вдоволь на украшение и передаст его, вложив в мою ладонь. — Это так, — неожиданно начал он. — Я делаю всё, что хочу, и никто не смеет ставить мне условия. Именно поэтому, — кулак резко сжался, перекрывая мне возможность, забрать кольцо, — я хочу узнать об этих битвах, кольцах и вообще обо всём, что происходит в моей школе. Конь, — грозно бросил Дино. — Ты немедленно мне всё расскажешь, иначе… — в стальных глазах сверкнула предупреждающая угроза.

— Хах… — выдохнул Дино, не веря своим глазам и ушам. — Ты это серьёзно? Я неделю пытаюсь тебе всё объяснить, но ты даже слушать меня не хотел. Что же изменилось?

— То, что, если ты сейчас же не начнёшь говорить по существу, я забью тебя до смерти, — грозно бросил Глава Дисциплинарного Комитета. — И не посмотрю, что в кабинете тут только мы. На этот раз Ромарио тебе не поможет.

Дино нервно сглотнул.

— Боже, что за упрямый ребёнок… — вздохнул Босс Каваллоне.

— Боже, что за упрямые люди… — в тон вздохнула я, понимая, что если с Тсуной и остальными ещё можно договориться, то с Хибари Кёей этот метод бесполезен. Подняла ладони вверх. — Если что, я пыталась… Ладно, — обошла Кёю и направилась к шкафчику, где Дисциплинарный Комитет обычно держал копии ключей от всех кабинетов в школе. Немного повозившись с ключами, нашла тот, что мне был сейчас необходим, и направилась к выходу.

— Дар, подожди, ты куда? — полюбопытствовал Дино. — На твоём месте я бы не передвигался один. Подожди немного, я свяжусь со своими людьми, чтобы они были постоянно рядом и присматривали за тобой. Не факт, что Вария вновь не попытается убить тебя.

— Сомневаюсь, что они снова нападут, — задумчиво произнесла, остановившись около дверей. — Червелло ясно дали понять, что драки между участниками запрещены. Вряд ли они будут рисковать своими кольцами. Однако, есть доля истины в твоих словах, поэтому возвращаться домой я не намерена.

— Хорошо, — кивнул Дино. — В таком случае, останься. Чуть попозже провожу тебя до гостиницы, которой остановился со своими ребятами.

— Это не обязательно. Я просто вернусь туда, где ночевала вчера, — парни посмотрели на меня несколько озадачено.

— И где же это? — всё же полюбопытствовал Кёя, всем видом показывая, что ему всё равно.

— Дома у Гокудеры Хаято, — пожала плечами. — В принципе, наши дома чем-то похожи, так что свыкнуться я успею быстро.

— У этого травоядного? — фыркнул Хибари, выражая своё явное неодобрение.

— Дымовая Бомба?! — воскликнул Дино и тут вновь осмотрел меня с головы до ног. — Эм… Дар, это ведь его одежда, верно? — парень почему-то покраснел и засмущался, что мне было несколько не понятно. Что в этом такого? Да, одежда не новая, поношенная, но вполне приличная, чистая и не рванная. Что не так?

М-да… Люди меня порой удивляют. Такое чувство, что если бы я пришла в одних трусах и футболке, все бы тут же подняли большие пальцы вверх и зааплодировали. Эх… Вышла из кабинета, также проигнорировав тот факт, что Хибари на удивление молчалив. И… мрачен. Очень мрачен. Также если судить по тому, что Дино слегка поёжился и отодвинулся от Кёи подальше, аура парня Хранителя Облака вновь чернее самой грозовой тучи.

Ладно, сейчас это не важно. Мне не стоит упускать такой момент и всё же проверить несколько гипотез относительно Колец Вонголы. То Кольцо Солнца, что выиграл Рёхей, Тсуна носит с собой в коробочке. С ним провести опыты не получится. Это я тоже должна была отдать Саваде, но как-то… Вот… Я должна понять, что в них такого особенного. Почему подделки не подошли? Ведь как не посмотри, а Рома своё дело знает. Выходит, в этих кольцах есть что-то такое особенное, что заставляет людей из поколения в поколение убивать друг друга ради них. Что же? Пока у меня есть время, направляюсь в кабинет химии, чтобы провести поверхностные опыты и выяснить хотя бы состав сплава. Остальное подождёт.

И, какого чёрта, они пришли также в кабинет химии? Причём, меня не трогали. Вообще. Разговаривали только между собой. Верней, говорил только Дино, Кёя слушал. И довольно внимательно, должна признать. Дино рассказал о семье Вонгола и семье Серра, о той договоренности между нашими семьями, хотя он, вроде бы, это и так знал. Разве нет? Ну… вроде бы, у меня ничего не спрашивал, а я в подробности не вдавалась. Единственный, кто наговорил лишнего, был Рокудо Мукуро в своё время. Но парень преподнёс всё не в лучших красках, Дино же описывал всё словно сказку, чем меня несказанно бесил. Вонгола — это рыцари, Серра — волшебные феи, а Вария — злобные драконы. Но нет. Я влезать в этот разговор не буду, и если Дино так удобно — прошу.

Рассказал о кольцах, о том, чего желает Вария, и что стоит на кону. Рассказал о предыдущих боях, и почему именно нас выбрали Хранителями. Хотя в моём случае и в случае Тсуны всё решил вопрос родства. В принципе, рассказ не был нудным, поэтому, если не обращать внимания на лёгкое желание парня всё приукрашать, слушать можно.

Да и занята была. Вопросы мне не задавали, и, думаю, они и так прекрасно поняли, что я делаю. Надеюсь на это, но всё же любопытные взгляды периодически на себе ловила. Не знаю, сколько времени прошло. Час? Два? Десять? Когда увлечена каким-то процессом, время движется с сумасшедшей скоростью. Однако, что я только не перепробовала, многого достичь не смогла. Вполне обычное кольцо. Да, там есть сталь, серебро и кое-какие минералы, которые мне так и не удаётся распознать. Что это? Минерал раздроблен в пыль и добавлен в основной сплав, поэтому сказать точно его состав никак не получается. Эх… хоть языком пробуй, честное слово. Хотя… ой, тьфу! Солёное!

Дар, ты, видимо, головой тронулась, раз любопытство довело тебя аж до такой крайности. Успокойся. Вдохни поглубже. Водички попей. Вот… уже лучше. Продолжаем. Но должна признать, что в школьной химической лаборатории многого не достигнешь. Да и знаний у меня в этой сфере не так уж много. Может, связаться с мамой и книжек у неё всяких попросить? Э… нет, лучше не стоит.

В какой-то момент я взяла пробирку с заранее заготовленным раствором и стала им трясти перед собой, чтобы взболтать вещество и получить осадок. Вот только на улице уже начало светать, и мой организм по привычке захотел спать. В какой-то момент я задремала и резко опустила руку на металлическую поверхность стола перед собой. Естественно, ничего хорошего из этого не вышло. Пробирка разбилась, раствор растёкся по всему столу, к тому же я умудрилась покалечиться, порезав большой палец. Правильно, Дар! Так держать! Тебе же мало. Нужно добить себя! Халк, блин!

— Дар?! — подал голос Дино с конца класса.

— Всё нормально! — тут же отозвалась я, успокоив парней.

Хорошо, что ранка небольшая, зализал, и всё нормально. Можно жить. Однако, пара капель всё же капнуло на стол и даже на само Кольцо Луны. Побежала за бумажными салфетками, чтобы всё убрать. Кто свинтус? Я свинтус! Однако мой неудавшийся эксперимент привёл к совершенно необычным открытиям.

— Что за?.. — вызвалось у меня, когда я уже потянула руку к кольцу, и заметила, что капля крови на нём ведёт себя как-то неестественно.

Кольцо само по себе широкое, и когда капля крови попала на внутреннюю сторону металла, то стала подниматься вверх, вырисовывая спиралевидные узоры. Раз круг, второй круг, третий круг… При этом само кольцо находилось в состоянии покоя. Да и стол никто не трогал. В чём дело? Почему? Как? Там что, гравировка? Нет, я бы точно знала, так как осмотрела кольцо вдоль и поперёк. Тогда что за сила заставляет каплю крови вести себя так… странно? Может, это из-за жидкости?

Взяла кольцо и качественно очистила его. После чего поставила на металлическую подставку и капнула на внутреннюю сторону металла обычную воду. Хм… ничего не происходило. Вообще ничего. Капля как зависла на месте. Я даже попрыгала рядом, чтобы всё было по-честному. А может это была случайность? Пока ранка свежая, вновь выдавила небольшую каплю из пальца. Секунда, и вот она уже ползёт вверх, вырисовывая спирали.

Это ненормально. Хотя, возможно, на кольцо действует железо, что содержится в крови. Но тогда само украшение должно было быть намагничено, а это не так. В таком случае, может любая кровь подойдёт? Это нужно проверить.

— Эм… Вы там сильно заняты? — парни обернулись. Интересно, как много вопросов они зададут. — Тут такое дело… мне нужна ваша кровь. Совсем чуть-чуть. Всё равно чья именно.

— Чего? — Дино был крайне обеспокоен моими опытами, и, похоже, пока не задаст ряд вопросов, которые успокоят его нервную систему, делиться кровью просто так не намерен. Но, а вот Кёя…

Хибари спокойно встал со стула, подошёл ко мне и протянул свою раскрытую правую ладонь, не задавая совершенно никаких вопросов. Лицо выражало абсолютное спокойствие. Что это? Уверенность или доверие? Как-то непривычно. Однако, лучше поспешить. Может и передумать.

Действовала быстро и точно. Мама, как не посмотри, врач, и поэтому я прекрасно знаю, что надо делать. Протёрла указательный палец спиртом, резкий укол, собрала каплю крови пипеткой и прижала ватку, смоченную спиртом, к ране. Поблагодарив Хибари, я вернулась к кольцу и продолжила опыты. Сам Хибари встал рядом, не желая уходить, и наблюдал за тем, что я делаю с его кровью. Ясное дело, что он был несколько удивлён тем, как её использовала. Но я была удивлена ещё больше, когда кровь в это же мгновение свернулась и высохла, оставив после себя лишь небольшое ржавое пятно.

— Что за?.. — ахнула я, уже во второй раз, задаваясь одним и тем же вопросом. — Почему?

— Что происходит, Дар? — рядом появился Дино, который также следил за моими действиями.

— Дино, дай-ка и ты мне своей крови, — нужно убедиться. Я должна знать наверняка.

— Эм… ну… ладно, — парню эта идея не очень нравилась, но всё же решил не спорить. Я проделала ту же операцию. Хоть по лицу блондина было ясно, что ему не очень приятно, но, в принципе, терпимо. — А зачем тебе? — спросил он, прижимая ватку к пальцу.

— Я голодная.

— Ч… чего? — парень побледнел, а Кёя впервые за последнее время улыбнулся, оценивая шутку. Хотя и на мгновение.

Отвечать на вопросы Каваллоне не было смысла. Просто вернулась к столу и вновь капнула кровь на внутреннюю сторону кольца. На этот раз капля вела себя совершенно по-другому. Капля сделала один круг, завершая спираль, после чего также высохла, оставляя после себя лишь кровавый отпечаток.

— Хм… надо же, — протянула я, улыбаясь такому открытию. Парни ждали объяснения. — Я не знаю, кто создал эти Кольца Вонголы, но должна признать, что он мастер своего дела. Теперь понимаю, почему никто, кроме Серра, не может носить это кольцо. Если кто-то другой его наденет, высока вероятность того, что в ближайшем будущем этого человека ждёт сердечный приступ. Мне же наоборот будет только лучше.

— То есть? — Дино наклонился ближе к кольцу, осматривая его со всех сторон.

— Ну, пока я мало что могу сказать, но он каким-то образом воздействует на человеческое тело. Минералы, магнетизм, источник энергии… не знаю. Но факт есть факт, и против него спорить бесполезно. Кольцо подходит мне идеально. Будет улучшать моё давление, сердечный ритм и кровообращение. Больше пока сказать не могу, но теперь понятно, почему Вария от него отказалась. Для них оно бесполезно.

Взяла кольцо и протёрла его салфеткой, стирая остатки ржавых пятен. После чего просунула цепочку и накинула себе на шею. Вновь почувствовала сонливость и смачно зевнула. Эх, чёрт, без таблеток Шамала чувствую себя как-то не очень. Может, домой вернуться по быстрому? От одной этой мысли колени слегка задрожали. Э-э-э… не сегодня. Так, а Хаято вернулся домой? Или он сегодня в больнице? Тогда дом вновь свободен? Сегодня вновь могу переночевать?

— Ладно… — зевнула. — Дино, пока. Хибари-сан, до свидания, — направилась к выходу. — Рада была вас увидеть, кажется, я даже скучала. Но сейчас пора спать.

— Согласен, — неожиданно произнёс Кёя, после чего взял меня за левую руку и повёл в коридор.

— Э? Чего? Хибари-сан? — и куда он меня тащит. Начинаю беспокоиться. Ещё большее удивление увидела в глазах Дино, но через секунду парень усмехнулся и со счастливой улыбкой пожал плечами, помахав мне ладошкой. Мол, счастливого пути. Он точно что-то понял, чего не поняла я. Думаю, они с Кёей за эту неделю сблизились, и он стал понимать Главу Комитета лучше любого другого человека. Но я… не понимала. — Куда… куда вы меня ведёте?

— На задний двор школы, — спокойно отозвался парень, не останавливая шаг.

— Зачем? — он не многословен, и это вызывает ещё большее любопытство. Вечно такой таинственный. Порой кажется, что это не человек, а шкатулка с самыми потайными секретами и ещё более интересными загадками.

— Там мой мотоцикл, — пояснил парень.

— А зачем мне ваш мотоцикл? — так, только не говорите мне, что всё идёт к тому, о чём я сейчас подумала. Ведь нет?

— Не тебе, а нам, — всё тот же спокойный голос. — Мы едем ко мне домой.

— Э-э-э… — чёрт, он всё-таки это сказал.

— Как было замечено ранее, оставлять тебя одну небезопасно, — произнёс Кёя, не сбивая шага. — А как Глава Дисциплинарного Комитета, думаю, я смогу защитить одного своего подчиненного, — вышли на улицу во двор и сразу же наткнулись на припаркованный чёрный мотоцикл Хибари-сана. Парень ловко запрыгнул на мотоцикл, включая двигатель и хлопая ладонью по сиденью позади себя. — Забирайся и держись крепче. Упадёшь, возвращаться не буду.

— М-да… где-то я это уже слышала, — вздохнула я, также запрыгивая на мотоцикл и обхватывая парня руками за пояс. Аромат миндаля тут же окружил меня. Такой сильный сладковатый, но с лёгкой горчинкой… Эх, кажется, я действительно скучала.

Забавно.

Глава 36. Луна, скрытая Облаком

Весь путь на мотоцикле мы проехали молча. Да и вряд ли бы услышали друг друга при такой-то скорости. Кёя определённо любит, когда ветер не то, что развевает волосы, а сдирает верхний слой кожи. Теперь я нашла ещё одну общую черту, схожую с моей мамой. Лишь бы ей об этом не сказать, а то она решит тряхнуть стариной и проверить, кто из них лучше, и ведь Кёя с удовольствием примет вызов. Тот вообще никогда от таких вещей не отказывается.

Но рано или поздно поездка должна была прекратиться. Мотоцикл замедлился и остановился около высоких стальных ворот с электронным замком. Это уже говорило о многом. Как и ожидалось, семья Хибари довольно богатая. Однако я знаю, что Кёя живёт один, и мне всегда хотелось узнать, где и как.

Ворота открылись, и мы прошли вовнутрь всё ещё зелёного двора, в котором был небольшой фонтанчик с мелодично журчащей водой. Всё здесь говорило о любви к японской культуре и архитектуре. Особенно дом, при виде которого я не смогла сдержать вздох удивления. Он был огромен, хотя состоял всего из двух этажей, но сразу скажу, что ему, как минимум, пятьдесят лет. Это здание можно вносить в список исторической архитектуры. Изгиб крыши, стены, небольшие ступеньки перед входом, фонари, прицепленные к карнизу… Однако имелись и современные элементы, что несколько удивительно. Стены состояли не из дерева или бамбука, а из плотного бетона, да и входная дверь была самой обычной. Видно, даже такие здания не могут полностью обойти современное время.

— Проходи внутрь, — неожиданно бросил Кёя, кидая в мою сторону связку ключей. — Я припаркую мотоцикл и вернусь.

— Хорошо, — кивнула головой, наблюдая за тем, как Кёя утаскивал свой транспорт за край здания. Наверное, там небольшая пристройка в виде гаража. Интересно, он только мотоциклом управляет или есть ещё что-нибудь?

Знаете такое чувство, когда ты находишься в какой-то незнакомой тебе компании или в каком-то новом месте, и из-за этой новизны чувствуешь себя крайне сковано и сжато? Так вот, именно это я ощутила, когда вошла в дом Хибари. Это совершенно не то место, где я привыкла находиться. Всё… как бы это сказать… слишком идеально для меня! Хоть и знаю Кёю уже не первый месяц, но, в итоге, выходит, что я его вообще не знаю.

Дом действительно большой. Кругом можно было увидеть картины с пейзажами японской природы и животными. Но, в то же время, чувствовалась присущая японцам скромность и простота в дизайне. Разулась в начале коридора и босыми ногами встала на деревянный паркет. Медленно прошлась вдоль длинного коридора. Столько комнат… И куда мне свернуть? Куда вообще идти?

— Хибари! Хибари! Хибари! — послышался тоненький голосочек, который стремительно приближался на встречу. Через секунды я встретилась с Хибердом, который летел прямо к выходу. Полёт замедлился, когда вместо своего хозяина птичка увидела меня. Но, осознав, что я тоже знакомое лицо, продолжил путь, сев мне на макушку головы. — Серра! Серра! Серра!

— О! Ты запомнил, как ко мне твой хозяин обращается, — усмехнулась я. После чего медленно осмотрелась. — Ну и, куда мне идти, птаха? Здесь всё такое… чистое и дорогое… — слегка поёжилась, обхватив себя за плечи. — Теперь понимаю, почему Хибари практически ко всем обращается «травоядное». Думаю, для него мы действительно выглядим как плебеи.

— Не говори ерунды! — послышался строгий и слегка раздражённый голос Кёи за спиной, из-за чего я вздрогнула. Совершенно не ожидала, что он уже в здании. Передвигается бесшумно, словно тень.

— Хибари! — радостно воскликнул Хиберд, тут же забираясь на плечо парня, прижимаясь к его щеке головой. Серые глаза грозного Главы Дисциплинарного Комитета на миг смягчились, словно в них добавили всего по капле топлёного молока, но лишь на мгновение, так как уже через секунду он вернул свою невозмутимость и бросил в мою сторону:

— Надень тапочки, — кивнул в сторону запасной пары обуви около небольшой тумбочки. Хм… эта пара для парня маловата. Больше на женские похожи. Но новыми их не назовёшь. Тёмно-серого цвета. Может, они принадлежат его матери, которая сейчас в Токио? — Меня раздражает звук шлёпающих босых ног.

Послушалась. Лучше не выводить парня, который, вроде как, тебе пытается помочь. Но всё равно чувствую себя как-то неуютно. Не моё это. Потолки такие высокие, хотя этого у японцев как раз и не наблюдалось. Их традиционные дома всегда имели низкие потолки, так как рассчитаны в основном на сидячий образ жизни. Но тут… Я словно заблудилась. Иду за Хибари, то и дело оглядываясь по сторонам. Заметила, что на тумбочках и шкафчиках нет фотографий или вещей, которые бы напоминали о прошлом. Хибари словно специально избегал их. Интересно, почему? Вообще ничего. Может быть какие-нибудь детские рисунки, сувениры, игрушки… да хоть что-то! Но нет.

По сути, дом очень красив и выглядит так, словно с картинки дорогих журналов, но… тут словно отсутствовал дух домашнего уюта. То, чего просто так не купишь. Даже я, в том съемном доме, смогла со временем обустроиться. Воссоздать что-то тёплое и комфортное. Мой мир, который даровал мне небольшое утешение. Многие говорили мне, что как только заходят ко мне домой, сразу чувствуют запах шоколада и ванили. Но это естественно. Я же только этим, по сути, и питаюсь, но вот тут… Всё идеально. Даже слишком идеально.

— Что не так? — спросил через плечо Кёя, заметив мою сжатость.

— А? Да нет, ничего, — тут же постаралась с улыбкой отмахнуться. Хибари этой улыбке не поверил. Ясное дело, не первый день работаем вместе. Уж что-что, а блеф он научился различать. Особенно учитывая то, что я ему не вру. Вздохнула. — Ну, просто… чувствую себя слегка не в своей тарелке, — что ж, и в этот раз скажу правду. Лучше так, чем терпеть его выпытывающий взгляд. — Боюсь, что если к чему-то прикоснусь, то тут же сломаю. Потом же в жизни не расплачусь! А я только недавно избавилась от долга храму за разбитую скульптуру.

— Тц! — фыркнул парень. — А у Гокудеры Хаято ты себя нормально чувствуешь, так? — голос приобрёл стальные нотки. Он точно не доволен моими словами. Однако, если это правда, что я могу поделать?

— Ну, с Хаято мы чем-то похожи. Я не о цвете волос или возрасте. Он, конечно, вечно ворчит и ругается, но всё это так, мишура. Да и дома я у него периодически появляюсь. Привыкла.

— Привыкла… — повторил Кёя, скорее для себя, нежели для меня. Настроение у парня не улучшалось. Но кое-что он заметить успел. — И что же это за история о долге храму за разбитую скульптуру?

— Хм-м-м… Да это уже не столь важно, — вновь усмехнулась, с смущением потирая затылок. — Долг уже выплачен. Монахи на меня не злятся и не бросают в спину проклятья, — надо менять тему разговора. — Хибари-сан, а куда мы идём?

— На кухню, — спокойно бросил парень.

— На кухню? — это было несколько неожиданно.

— Я голоден, — вот и всё. Если Хибари хочет есть, значит, Хибари хочет есть. Остальной мир пускай подождёт.

Мы пришли на кухню. Здесь так же, как и во всём доме, была стерильная чистота. Интересно, кто тут прибирается? Не Дисциплинарный Комитет, верно? Скорей всего, домработница приходит несколько раз в неделю и наводит порядок. Да и финансы думаю это позволяют.

В помещении вдоль стенки находились кухонные шкафы, плита, холодильник и плоский широкий телевизор, прикрученный на полочке в углу. Парень тут же его включил, скорее по инерции, но решил не выключать, так как беседы у нас как-то не получаются, а находится в гробовой тишине как-то… хм… В общем, пусть шумит. Всё равно что. Главное - звук.

Я не задавала вопросов и ничего не просила. Нет, кушать я, конечно, тоже хочу. И очень. Столько стрессов. И как я только держусь в руках? Хотя… Во время прошлых тренировок с братом, где мне пришлось выживать шесть дней в лесу, многое в себе открыла. Во-первых, та сторона, которую я всегда боялась в себе и остерегалась, по сути, позволила остаться целой и невредимой. Когда эмоции отходят на второй план, в голове возникает тишина. Самая настоящая тишина. Я не сомневаюсь. Не задаюсь вопросами. Я просто вижу цель и иду к ней, невзирая на препятствия. Ох, сколько же раз мне за это время пришлось столкнуться с Ромой!.. Он был готов к данному повороту событий, и заставлял моё тело привыкнуть к такому состоянию.

Сначала было страшно. Я искала сахар. Везде, где он только может быть. Растения, корни, ягоды, даже к пчёлам полезла… Но разве много так найдёшь? Правило джунглей: «Хочешь выжить? Адаптируйся к новым условиям!». И я адаптировалась. Стала приспосабливаться к тому новому состоянию. Использовать его. Правда, первая цель заключалась в самом предсказуемом. Отыскать автомобиль, на котором мы приехали, завести его при помощи подручных средств и свалить восвояси. Но и Рома, будучи довольно умным парнем, ожидал данного хода. Вечно попадалась на его ловушки. А дальше… было больно. Как вспомню о его жестоких уроках «жизни», так вздрогну.

В итоге, всё вышло к тому, что тело как бы замедляется. Я могу войти в режим безумия, но… не так быстро. Постепенно. Более того, мне удаётся немного контролировать это состояние. Эх, и за это должна сказать спасибо Роме.

Так, ну забудем об этом. Что сейчас делает Кёя? Пахнет приятно. Он достал из холодильника яйца и ещё какие-то ингредиенты. Соевый соус? Саке? Подсолнечное масло? Зачем всё это?

Была немного смущена тем, что могу понаблюдать за готовкой от самого Хибари Кёи. Я не надеюсь на то, что он будет готовить, рассчитывая и на мою персону, но сам факт того, Гроза Нарушителей стоит у плиты… Ох, чёрт, где же мой фотоаппарат? Это же редчайшие кадры! Хотя, я давно знаю, что парень предпочитает домашнюю японскую кухню и иногда покупает гамбургеры высокого качества. Он живёт один, причём довольно давно. Доверие к людям сведено к минимуму. Это значит, что вряд ли парень позволит кому-то неизвестному и непроверенному прикасаться к своей еде. Естественно, будет готовить себе сам. Хотя… не уверена. С Хибари вообще ни в чём нельзя быть уверенной.

Сама села за небольшой обеденный стол, за который могло сесть максимум четыре персоны. Он находился в центре кухни, и оттуда было прекрасно видно и то, что творится около плиты, и то, что показывают по телевизору. Кстати, там, вроде бы, какая-то научная передача с замысловатым названием «Загадки вселенной». Миленько. Там обычно столько всякой чуши говорят. Что-то на грани фантастики. Воспринимать информацию за истину вообще нельзя. Поэтому переключусь к тому, что происходит за плитой.

Движения парня были ловкими и уверенными. Он знал, что делает и действовал быстро, без колебаний. Запахло жареными яйцами. Он готовит омлет? Через несколько минут Кёя выложил получившееся блюдо на тарелку и произвёл кухонным ножом несколько быстрых движений.

Подошёл к столу, за которым я сидела, и поставил две тарелки. Одну себе, одну мне. Присмотревшись к блюду, я поняла, что это тамаго-яки. Японский омлет, свёрнутый в небольшой ролл и разрезанный на мелкие одинаковые части. Готовить его не умею, но за всё время проживания в Японии успела несколько раз попробовать это блюдо. Особенно когда заглядывала в суши-кафе Ямамото.

Также на стол была поставлена тарелочка с соусом, в которую можно было макать роллы и наборы столовых палочек. Надо заметить, что вилку мне не предложили, хотя я, вроде как, иностранка. Всё делалось спокойно и с некой отстранённостью. Словно на мой рабочий стол сложили очередную кипу документов, с которой необходимо немедленно разобраться. Но это не рабочий стол и не кипа документов. Ладно, дарёному коню в зубы не смотрят, Дар. Веди себя прилично. Хоть иногда…

— Итадаки…

— Просто ешь, — перебил меня Кёя, беря один из роллов и погружая его в рот.

Ел он с идеально выпрямленной спиной и слегка прикрытыми глазами. Не чавкал, не шумел, не совершал резких необдуманных движений. Чувствовалась аристократическая порода. Воспитание. Рядом с ним я прям какой-то поросёнок, честное слово. Вечно сутулюсь и дую на каждый кусочек, так как очень восприимчива к высокой температуре. Однако должна кое-что признать:

— Очень вкусно, — негромко произнесла я, но уверена, что Хибари слышал каждое слово. Вот только виду не подал. Даже не посмотрел в мою сторону. Продолжал есть.

«Когда я ем — я глух и нем»? Хорошо. Пусть будет по-вашему. Повернулась в сторону телевизора и прислушалась к передаче. Там как раз шло интервью с одним учёным физиком-теоретиком, который рассуждал по поводу путешествий во времени.

— То есть вы хотите сказать, что путешествие во времени невозможно? — спрашивала ведущая.

- Конечно же, невозможно! — отозвался эксперт. Мужчина пятидесяти лет, в деловом костюме и с приличным пивным животом. — Послушайте, милочка, в будущее мы ещё можем отправиться, и то, под большим вопросом, но вот в прошлое… это не реально. Сказка, вот и всё.

— Откуда у вас такая уверенность? — спросила девушка, продолжая мило улыбаться.

— Действительно, — фыркнула я, немного раздражаясь от слов данного «эксперта». Кёя перевёл непонимающий взгляд в мою сторону, а потом также на телевизор, прислушиваясь к интервью.

— Поверьте, если бы хоть кто-то вернулся в прошлое, то мы, современное общество, это давным-давно бы заметили, — мужчина усмехнулся. – Но в будущее можно попасть, вот только навсегда. Обратно ты не вернёшься, так что… это, по сути, конец.

— Да что он несёт? — уже злилась я. — Такому «эксперту» давно пора на пенсию.

Эх, да. У меня порой бывает странная привычка разговаривать с телевизором и комментировать всё, что там происходит. Это забавно и как-то веселей становится. Но тут я, видимо, забылась. На телевизоре началась реклама, которая позволила придти в себя и осознать, что я всё ещё в гостях. И хозяин дома с любопытством смотрит в мою сторону.

— Хочешь сказать, что путешествие в прошлое и в будущее возможно? — неожиданно спросил он. Надо же! Он говорит! Ладно, может у нас наконец-то завяжется здоровый разговор? Нельзя упускать такую возможность.

— Конечно! — кивнула головой. — Более того, уверена, что путешествия в прошлое уже происходили неоднократно, но мы этого не знаем. Это же прошлое! Если его изменить, то изменится и настоящее, причём этого мы никогда не заметим. Если только не являемся самими путешественниками. Однако если появится какой-то человек, который отправится в прошлое только для того, чтобы сказать, что он из будущего, то… хех… Даже в наше время с такими легко справляется психбольница. А чуток ранее — инквизиция.

От такого замечания, Кёя слегка кашлянул в ладонь, словно подавился, хотя кажется, таким образом, он сдерживал улыбку, которую не желал демонстрировать мне.

— Хорошо, — наконец-то произнёс парень, возвращая ледяное спокойствие своему выражению лица. — А что на счёт будущего? Можно ли отправиться туда и вернуться обратно?

— Да, — вновь уверенный кивок. — Но лучше этого не делать. Будущее слишком зыбко. Если мы отправимся в будущее, например на десять лет вперёд, то увидим то, что нас ждёт. Но когда вернёмся в настоящее, сознательно будем готовиться к тому, что видели, или постараемся его изменить, и, в итоге, это будущее не наступит. Создаётся альтернативная вселенная.

— Хм, — протянул Кёя, усмехаясь. — Так говоришь, словно сама путешествовала во времени.

— Был разок, но… — и тут я замерла. — Чёрт… — посмотрела на парня. Он же ничего не заметил, верно? Нет, глаза парня широко распахнулись, уставившись на меня. Он всё слышал. Более того, поверил мне. Сразу, даже не задумываясь. Нужно что-то делать. Я так расслабилась, что сболтнула лишнего. — Ха-ха-ха, — наиграно засмеялась. — Это шутка, Хибари-сан! — а теперь помолчим. Для большей уверенности, что лишнего не скажу, запихнула в рот сразу три кусочка омлета.

Надо же! Как я расслабилась рядом с ним. Это начинает напрягать. Теряю бдительность. Видно, меня сбило с толку то, что мы в кой-то веки просто разговариваем. Без напряга или угроз. Просто беседуем. Вот я и начала болтать без остановки. Эх, что за непрофессионализм! Раньше из меня и слова не вытянешь, а теперь… Словно баба базарная. Советник, чёрт возьми! Советники должны молчать! Но почему-то рядом с Хибари Кёей я всегда говорю то, что лежит у меня на уме. При этом остановиться не могу.

Парень же что-то уловил. Теперь хочет добраться до сути. Он вновь был спокоен и холоден. Продолжал свою трапезу, нажав на пульт и выключив телевизор. Теперь даже отвлечься не на что.

— Значит, — начал он, как бы, между прочим, — ты путешествовала во времени, — я лишь улыбнулась и тут же постаралась отвернуться в другую сторону. Мол, вон та дощечка на полу уж очень интересная. — И где ты была? В прошлом? В будущем?

В рот пихнула ещё несколько кусочков омлета. Теперь тарелка была пустой, а рот доверху забитый. Даже щёки выпирают как у хомяка. Хибари терпеливо ждал, когда я закончу. По сути, еда не спасала, а только оттягивала неизбежное. Нужно что-то делать.

— Хибари-сан, может, покажите, где мне можно лечь спать? — вновь улыбнулась. — А то в сон тянет просто ужасно.

— Хм, — вновь бросил парень, смотря на меня каким-то хищным взглядом. Чёрная густая чёлка отбрасывала тень на лицо, что делало взгляд ещё более проницательным. — Могу судить по твоему поведению — делиться впечатлением о путешествии не хочешь. Из этого следует, что-либо ты видела что-то, что ухудшит твою репутацию, либо это приключение косвенно касается и меня. Но на слухи и собственную репутацию тебе всегда было плевать. Значит… ты была в будущем. Я прав?

— И когда это вы стали увлекаться дедукцией? — ахнула я.

— Тогда, когда принял тебя в свой Комитет, — с безразличием отметил он. — Ну, а теперь говори. Или мне следует применить силу?

— Вы будете бить меня? — не верила своим ушам. Медленно встала со стула и отошла в сторону. На мою голову тут же уселся Хиберд, который взялся буквально из неоткуда. Видно, надоело летать без цели по всему дому.

— Серра, — раздражённо начал Кёя. — Сядь на место. Физически ты не выдержишь ни одного моего прямого удара. Даже если я буду бить в полсилы. Тем более, — на лице вновь мелькнула хитрая улыбка. — Кто сказал, что я буду бить? — от такого заявления я просто замерла на месте.

Мысли крутились и вертелись в разные стороны, подобно конструктору, но ни к чему хорошему не приходили. Нет, я не полная идиотка и понимаю, как это выглядит. Я добровольно пришла домой к взрослому парню, который живёт совершенно один, и планирую остаться тут у него с ночёвкой. Как это всё выглядит? Да ужасно! Уверена, что большинство учеников с моей же школы уже нафантазировали чёрт знает что. Но… почему-то была некая уверенность, что до этого не дойдёт. Логика трезвонила колоколом одно, но вот интуиция говорила мне о том, что ему можно верить. С ним безопасно. Он ничего плохого не сделает. Чему верить, когда собственное тело разрывается напополам?

В итоге, всё же вернулась на своё место и села на стул.

— Итак, — начал он, по-деловому скрестив руки на груди. — Говори.

— Эх, — если честно, то я очень устала, и после еды меня безумно тянет в сон. Ещё сильнее, чем прежде. Думаю, если побыстрей ему всё расскажу, то наконец-то смогу завалиться спать. — Да, вы правы. Я была в будущем. И да, видела вас, — губы Кёи напряглись. Ясное дело, что он весь в нетерпении. Ему хочется узнать подробности, но торопить он не смеет. — В сущности, моё путешествие длилось всего пять минут, и я ничего особого не видела. Кажется, в тот момент была у вас в гостях, и мы играли в шахматы. Вы угостили меня тортом, ну и… всё.

— Всё? — удивился парень. Похоже, он несколько разочарован. А чего он ожидал? Летающие тарелки и драки с инопланетянами? Хех, не в этой реальности. — И насколько это далёкое будущее? Год? Два?

— Хм, десять лет, — а вот тут он замер. Видно, такой срок показался ему довольно большим. Чтобы я вот так просто пришла к парню в гости, поиграть в шахматы и выпить чаю с тортом… так ещё и через десять лет. Значит, эта наша связь будет довольно долгой. И даже после старшей школы и университета мы будем общаться. Он призадумался. — Правда, я уже не уверена, что это будущее сбудется. По правде сказать, я вообще была уверена, что это… сон. В тот момент, когда случайно оказалась в будущем, я вас… ненавидела. Однако вот что странно, вы… — посмотрела на Кёю. — Вы знали, что я появлюсь. Ждали меня. Ни капли не удивились, когда перед вами появился подросток четырнадцати лет.

— Четырнадцати лет? Это было год назад? — парень нахмурил брови, что-то подсчитывая в уме. — А точнее, когда это произошло?

— Хм… Помните тот день, когда вы болели и я пришла в больницу? Тогда вы ещё весь мой торт съели и не подавились, чтоб вас… — почувствовала лёгкую волну злости, но тут же постаралось её подавить. Всё же за это время многое успело произойти. — В общем, это произошло в тот день.

— Ясно, — Кёя гордо приподнял подбородок и отвернулся в сторону, выражая всем видом, что не сожалеет о том своём поступке. После чего встал из-за стола и направился к выходу из кухни. — Следуй за мной, — успела услышать краем уха, перед тем как Кёя скрылся за дверью.

Что? Никаких больше вопросов? Он услышал то, что хотел услышать?

— Чирик! — воскликнул Хиберд, который до сих пор сидел у меня на голове.

— Я тоже несколько удивлена, — ответила птахе и всё же пошла за парнем.

Двери, двери, двери… Чёрт, сколько же тут комнат? И как назло все однотипные. Ни одного отличительного знака. Если выйду, заблужусь, это как пить дать. Просто длинный коридор с японскими выдвижными тонкими дверями. Пока шли, Кёя успел добавить, что пока мой брат не вернётся, или пока эта история с кольцами не закончится, я поживу у него. Но если я рассчитываю на его милость, то это зря. Деньги он не возьмёт, да они ему как-то не нужны, а вот от дополнительной рабочей силы не откажется. В общем, я теперь своего рода сожитель.

Готовую еду он не покупает, так что готовим по очереди. Следующая очередь, как я поняла, за мной. В доме не шуметь, громкую музыку не слушать и не бегать. Он спит чутко. Даже падающий лепесток цветка способен его разбудить. И если это произойдёт… В общем, как я поняла, мне этого лучше не знать. По другим комнатам не бродить, вещи без разрешения не трогать. И ещё куча всего того, из-за чего я вновь и вновь подумывала о том, чтобы вернуться в свой опасный, но уютный домик.

— Всё поняла? — спросил Кёя, неожиданно остановившись и повернувшись в мою сторону. Я от такого даже слегка вздрогнула и кивнула согласно головой. — Хм, — бросил на меня недоверчивый взгляд, словно говорил: «Ну-ну, поняла она. Ага. Посмотрим, насколько поняла». — Проходи.

Открыл дверь, около которой мы остановились. Оказались в небольшой комнатке, в которой было… буквально ничего. Только небольшие бамбуковые коврики на полу и несколько шкафов вдоль стенки. Ничего того, к чему я привыкла. Кровать, ноутбук, телик перед тобой… Да уж, мы с Хибари Кёей определёно живём в разных мирах. Но как я тут буду спать? На полу, что ли? Как-то это… Думаю, у Хиберда и то условия более удобные.

Хотя, Дар, о чём ты? Стыдно должно быть. Тебе, по сути, жизнь спасают, а ты о таких пустяках задумываешься. Будто никогда на полу не спала. Да в школе только и делала, что дрыхла. Причём всё равно где и как. И сейчас ситуация не лучше. Тут сухо, прохладно, да и крыша над головой. Всё, что надо здоровому человеку. Кёя всё это время, пока я осматривала комнату, стоял в дверях и чего-то ждал. Не долго думая, развернулась в его сторону и с улыбкой слегка поклонилась на японский манер.

— Спасибо большое, Хибари-сан, — парень сделал вид, будто не заметил моих слов и указал на один шкаф около стенки.

— Футон и постельные принадлежности найдёшь там.

О! Так значит, на голом полу спать не придётся. Здорово! После чего Кёя неожиданно зевнул, прикрывая рот рукой и заражая зевотой меня. Парень протянул в мою сторону ладонь, слегка выпятившим вперёд указательным пальцем. До меня не сразу дошло, зачем это. Только когда Хиберд наконец-то слетел с моей головы и уселся на руку своего хозяина, поняла, что он просто подзывал любимца. Мне хотелось сказать что-то ещё. Пожелать спокойного сна? Не знаю… Но парень тут же вышел, задвинув за собой дверь. Хотя уверена, при толщине межкомнатных стен, он бы меня прекрасно услышал. И всё-таки промолчала…

Хм… странный человек этот Хибари Кёя. Он словно стыдится того, что способен проявить заботу. Боится потерять этот образ горделивой невозмутимости. Что ж… как бы то ни было, он мне помогает. Значит, не столь он и грозен. Хранитель Облака… Ему подходит. Вот только облака бывают разные. Да, есть такие мрачные и чёрные, рядом с которым и кровь стынет в жилах. Подобные облака могут породить дожди, грозы, ураганы и многое другое.

Но ведь в мирное время, они напоминают плюшевых барашков, которые безмятежно пасутся по бескрайнему небу. И почему, в то время, пока Кёя старается продемонстрировать свою первую мрачную сторону, я упорно вижу вторую? Причём с самого начала нашей встречи.

Эх… ладно. Подумаю об этом позже. Где там футон, он говорил?

Расстелив постель, я сняла с себя спортивный костюм, периодически ойкая от того, что неудачно касалась то ран, то шеи. Но, в итоге, запрыгнула под одеяло, забывшись через какие-то пять минут. Ох, об этом я мечтала целые сутки!.. И должна признать, что не чувствовала себя так надёжно и спокойно уже довольно давно.

Честно скажу, что просыпаться не хотелось, но всё же пришлось это сделать по двум причинам. Во-первых, кто-то стучал в мою дверь, периодически тоненьким голоском повторяя: «Серра! Серра! Серра!». Хиберд исполнял роль будильника? Забавно. Вторая же причина, по которой всё же встала это то, что я безумно хочу в туалет. Темнеть только начинало, так что могу предположить, что на часах сейчас было начало девятого вечера.

— Серра! Серра! Серра!

— Да иду я, иду, — пробубнила в сторону двери, натягивая штаны и мастерку, но не застёгивая её. Отодвинула дверцу. — А вот и я! — Хиберд тут же взметнулся в воздух и закружил над моей головой, радуясь тому, что я наконец на ногах. — Эх… и где тут у вас туалет? Если не найду его в ближайшие десять-пятнадцать минут, случится беда.

Птаха села мне на плечо явно не до конца понимая, что я от неё хочу. Действительно, чего я требую от птицы? Придётся всё-таки нарушить правило и начать бродить по всему дому. Эх, кто ж так строит? Дом большой, но ни одного понятия о том, где самые нужные комнаты. Двери везде одинаковые.

Сначала просто заглядывала впервые попавшиеся. Комната, комната, комната, кабинет, кабинет, библиотека, комната, кладовка, комната…

— Ой-ёй! — ахнула я в тот момент, когда при следующем раскрытии на мою голову чуть не свалился небольшая картонная коробка.

Это была очередная кладовка, в которой, кажется, Хибари хранил различные вещи. Причём забита она была под завязку, но самая верхняя коробка лежала несколько криво из-за чего дверь, при открытии, задела её, и всё, как правило, валится мне на голову. Вовремя схватила коробку за её дно, не позволив содержимому разлететься по всему коридору. Несколько раз предприняла попытку подпрыгнуть и вернуть коробку на своё законное место, вот только я коротышка. С моим-то метр пятьдесят с хвостиком…

В итоге, я сдалась и поставила коробку на пол, решив, что с этим лучше разберётся Хибари. А мне и так есть куда спешить. Однако… что это? Коробка была полуоткрытой, так что я смогла увидеть содержимое. Там было несколько школьных журналов из Дисциплинарного Комитета, книги и, самое главное, медали, в виде награды за победы в спортивных соревнованиях и распустившийся цветок лилии. Тот самый, который я купила у бабушки на фестивале летом. Кёя от него не избавился? Он высох, но сохранил цвет и форму. Надо же. Более того, эта награда… её ведь я прошлой осенью выиграла. Что она делает у него дома? Ничего не пойму. Может он просто забыл эту коробку вернуть в Дисциплинарный Комитет? А может наоборот унёс её оттуда?

Желание спросить об этой коробке у Хибари довольно сильное. Но если я так сделаю, уверена на все сто процентов, что он просто её выкинет у меня на глазах. Не потому что так этого хочет, а чтобы избежать ненужных расспросов. Кёя не любит, когда я его одолеваю вопросами о нём самом. Вечно злится и избегает подобного любыми способами. Ладно… В любом случае, я не должна была её видеть. Лучше вернуть всё на своё место. Правда, всё это не так просто.

Эх… ну-ка… и ещё разок… И ещё-ё-ё… Эх! Хоба! Получилось! Ура! Ай да, я!

Так, а теперь… туалет.

Срочно!

Это чудо, но да, я нашла всё-таки то, что было нужно. Не с первого раза, а с десятого, но нашла же. Так что конфуза избежать удалось. Далее надо было отыскать самого хозяина этого лабиринта. Ну, и где этот минотавр? Потому что шумела я знатно, но никто на мой шум не пришёл. Ну, разве что Хиберд, но он сразу меня около двери встретил.

— Где твой хозяин? — обратилась я к птахе. Та наклонила голову на бок, выражая тем, что совершенно меня не понимает. — Хибари. Где Хибари?

Тут она уже встрепенулась, слетела с моего плеча и, напевая гимн Средней школы Намимори, направилась вглубь коридоров. Не прошло и трёх минут, когда птица провела меня к внутреннему двору дома. К моему удивлению, там Кёя занимался. Он был одет в обычную серую футболку без каких-либо надписей и чёрные спортивки. Впервые вижу Главу Дисциплинарного Комитета не в школьной форме, а в обычной одежде. Значит, дома он всё-таки выглядит как обычный человек? Забавно.

В руках парень сжимал стальные тонфы и принял боевую позу перед высокой каменной глыбой, которая находилась в центре двора. С виду она казалось прочной. Даже очень. Хибари тренируется? Я знала, что он силён. Да что там. С первого дня ощутила это. А то, сколько на его пути было поверженных, уже перестала считать. Но вот увидеть его тренировки собственными глазами… Парень открывается для меня с другой стороны. Словно… он живой человек. Обычный, как и все остальные. Никто из его подчиненных не знает, как Кёя развил в себе такую нешуточную силу. Ведь качком его не назовёшь.

Тихонько присела на ступеньки, что вели во двор, и поджала к груди колени. Решила его не тревожить и понаблюдать за тренировкой. Что он собирается делать с этим монолитом? Уж не скульптуру из него вырезать?

Кёя сорвался с места и одним резким взмахом буквально уничтожил каменную глыбу. Казалось, что он разрезал её на пополам, а потом какая-то внутренняя энергия заставила камень взорваться изнутри, разбросав осколки по всему двору. Несколько кусков полетело и в мою сторону. Пришлось вовремя с вскриком пригнуть голову, а то мне и так синяков хватает. Но этот звук Кёя наконец-то заметил моё присутствие и, если судить по его взгляду, был несколько недоволен зрителями.

— Что ты здесь делаешь? — грозно бросил он.

— Эм… сижу, — а что я ещё могу делать? Крутить хула-хуп?

Этот ответ, естественно, не удовлетворил его, но больше вопросов он не задавал. Подошёл к ступенькам, на которых сидела я, и взял, сложенное там полотенце, протирая лицо и шею от пота. Расстояние между нами была чуть больше двух метров, но и этого оказалось вполне достаточным, чтобы я почувствовала просто сногсшибательный аромат миндаля. Мне даже пришлось немного отворачиваться и дышать через раз, так как запах был очень сильным. Так и знала, что это не шампунь или мыло. Это запах его тела. Но почему именно это? Почему мой мозг ассоциирует именно с горькими орешками рода сливовых? Тут, похоже, логика бессильна.

Желудок жалобно заурчал.

— Хибари-сан, вы кушать хотите? — спросила я, резко вставая на ноги и возвращаясь к дверям. — Сейчас же моя очередь готовить, так? Только я японскую кухню не знаю. Уж извините. Только русскую и итальянскую немного.

— Мне всё равно, — послышалось за спиной. — Главное, чтобы это было съедобно.

— Тогда договорились, — проскользнула обратно в здание. Терпеть не могу готовить, но уж лучше так, чем сходить с ума от желания съесть что-нибудь сладкое. Ещё немного и меня запишут в каннибалы, вот честно.

— Серра, — остановилась. Неужели он что-то заметил? — Ты идёшь не в ту сторону. Кухня прямо по коридору, пятая дверь налево.

— Ха-ха, — улыбнулась. — У вас такой большой дом, что я уже три раза потеряться успела, — обернулась через плечо, стараясь своим видом показать этакую беззаботность, и надеялась, что увижу в серых глазах Кёи безразличие, но нет. В них отчётливо читалось подозрение. Ой-ёй!

Ничего больше не говоря, направилась по указанному пути. Так-с, а что мне приготовить-то? Скажу честно, что хоть я и не люблю это дело, не очень хочется ударить лицом в грязь. А что у него есть? Давай уже отходить от этого.

Зашла на кухню и заглянула в холодильник. Хм-м-м… Мясо, овощи, фрукты, яйца, молоко… Мини-супермаркет, чёрт возьми! Хотя, о чём это я? У самой же «Шоколадная Фабрика», как выражаются некоторые. О! Свиной фарш! Может котлеты по-быстрому сделать? На двоих думаю, это будет не долго. Вроде бы, Хибари нравятся гамбургеры. Ну, а тут у нас будут котлеты с… гарниром. То есть с салатом. Огурцы и помидоры, чем не салат?

Фарш, яйца, лук, чеснок, специи… А где специи? Я точно помню, что днём Кёя их использовал. Такая баночка среднего размера бордового оттенка. Может куда-то переставил? А, нет. Вон они. На вершине холодильника. Э-э-эм… и как мне их достать? Холодильник высотой в два метра минимум. Может, допрыгну?

Неожиданно за спинной почувствовалось тепло, а над головой возникла длинная мужская рука, которая спокойно дотянулась до баночки со специями.

— Я вроде бы просил не шуметь, — раздалось над самым ухом. Он слишком близко. Слишком. Я буквально утопаю в жаре его тела. Но самое главное то, что аромат миндаля вновь вернулся. Почему он вернулся на кухню? Пускай уходит в душ! Немедленно!

— Извините, Хибари-сан, — бросила я, не оборачиваясь. — Забылась. Вы, пожалуй, — медленно забрала баночку со специями, — идите в душ. Когда вернётесь, всё уже будет готово.

— Хм! — фыркнул парень, но не отходил. Буквально чувствовала, как он с непониманием и подозрением прожигает мне затылок. Но я прекрасно помню тот вечер, когда мы вместе побывали на кладбище. Хоть мы ни разу этот момент не обсуждали, одного воспоминания достаточно, чтобы вновь испытать стыд. Вот, щёки опять полыхают. — Если сломаешь что-нибудь, чинить будешь сама.

— Договорились, — кивнула головой, но всё ещё не поворачивалась. — Можете не волноваться.

Блин, просто иди! Что ты за человек такой? Иначе я тебя сейчас швырну на сковородку и зажарю до хрустящей корочки. Тут даже специи не нужны. Бр-р-р… о чём это я? Дар, вернись на землю. Ты думаешь не совсем о правильных вещах.

— Тебе бы тоже не мешало искупаться, — раздражённо бросил Кёя, и тут у меня сердце ускакало в пятки. Варианта два: первый — намёк на что-то большее и от него мне немного дурно, второй — от меня действительно исходит неприятный запах. — Однако женской одежды у меня нет, а делиться своей я не намерен, — наконец-то отошёл в сторону, направившись к выходу из кухни. — После сегодняшней битвы, сходим к тебе домой. Возьмёшь всё самое необходимое.

Битва… Надо же, а я о ней совсем забыла. Как же быстро привыкаешь к повседневности и спокойствию. Только когда чего-то лишаешься, понимаешь, насколько оно ценно. Сегодня дерётся Ямамото Такеши против Суперби Скуало. Битва Хранителей Дождя. Однако на этот раз почему-то в груди волнение не настолько сильное как при битве Хранителей Грозы. Такеши другой. Он даже толком не понимает, что происходит. До конца считает, что это игра. Хотя и довольно жестокая.

Знаю, что у некоторых людей существует своеобразный защитный механизм. Они обманывают себя, заверяя, что это всё игра или шутка. Как бы понарошку, чтобы двигаться дальше. Подобные люди слишком ранимы. Приняв реальность такой, какая она есть, они могут сломаться. Такеши один из них. Ему всегда нужно держать в уме мысль, что если всё зайдёт слишком далеко, можно вернуться. Это даёт возможность двигаться дальше. Сохранить рассудок.

Он не может услышать фразу — «Конец игры». Это его травмирует. Именно подобный случай был больше года тому назад, когда парень чуть было не спрыгнул с крыши школы только из-за мысли, что он больше не сможет играть в бейсбол. Но в одном его не сломить. Он предан и верен своим друзьям. Если кто-то в опасности. Невзирая на боль, страх или скованность — его ничего не остановит. Сейчас он думает, что мы играем. Матч проходит за матчем. Кто-то выигрывает, кто-то проигрывает, но он не один. Вот что главное. Он не один. Мы команда. Именно эта уверенность дарует Ямамото Такеши невероятную силу. Будь он мечником, бейсболистом или просто учеником-троечником, которому по десять раз надо объяснять одну и ту же задачу — проигрывать одному и тому же противнику, он не станет.

Во всяком случае… мне хочется так думать. Хочется в это… верить.

— Эй, ты почему не ешь? — услышала голос Кёи рядом с собой. Он уже давно вышел из душа, да и я приготовила то, что планировала, но, погрузившись в свои мысли, всё делала на автопилоте. Словно машина. Тело действует, а мысли далеко-далеко… Теперь просто сидела перед обеденным столом и перекатывала котлету из одной стороны тарелки, в другую.

— Ах, да… — тут же постаралась улыбнуться. Надломила котлету и погрузила её в рот. Успела остыть, но получилось неплохо. Вроде, получились сочные, и со специями не промахнулась.

Кёя какое-то время просто наблюдал за мной. Парень, видимо, решил не тормошить меня лишний раз. Назначенный час близился, поэтому тут и так ясно, что у меня в голове. Сам же Хибари был невозмутимо спокоен. Вновь переоделся в форму Дисциплинарного Комитета и выглядел как обычно. Таким я его привыкла видеть. Всё выстирано и выглажено. Сразу видно — Глава Дисциплинарного Комитета — пример окружающим.

Наконец-то когда с едой было покончено, я хотела собрать посуду и помыть её, но Кёя остановил меня, сказав, что на это больше нет времени. Пора выдвигаться в сторону школы. От одной мысли, что мне придётся вновь смотреть на поединок моих друзей, желудок больно кольнуло. Нервничаю. Очень.

Забравшись на мотоцикл, я крепко обхватила Кёю руками вокруг пояса, уткнувшись лбом ему между лопаток. Не знаю, как он оценит этот жест. Возможно, проигнорирует. Или просто не заметит. Но, кажется, от всего пережитого, у меня явная нехватка спокойной жизни. Того, что хоть на мгновение замедлит паническое сердцебиение и даст возможность действовать дальше. Я знаю, что это обман. Что это просто ощущения ауры Хибари. Не настоящий покой. Ложь во спасение. Но… иначе я просто сойду с ума. Не могу… Не могу всё это осознавать одна. Не могу всё это переносить и позволять разрушать тот маленький мир, к которому я привыкла. На который потратила столько сил.

Однако должна… Должна, скрипя зубами, окунуться в тот самый мир, который пыталась избежать с самого начала. И почему-то именно в такие моменты одиночество, которое я так люблю и ценю, кажется мне подобно петле на шее. Чем сильнее сопротивляешься, тем сильнее эта петля затягивается. Одной не выбраться, как не старайся.

— Держись крепче, — донесся до моих ушей голос Хибари. Я ожидала услышать продолжение его фразы, что если упаду, он возвращаться не будет, но её не последовало. Вместо этого он просто завёл двигатель мотоцикла и тронулся с места.

В темноте школа выглядит совсем иначе. Мрачно, таинственно и несколько жутко. Уже с того самого момента, как только мы прошли центральные ворота, я ощутила волну ярости и жажды крови, которая исходила со стороны корпуса «B». Это дало мне ясно понять, что Вария на месте. Причём в полном составе. Даже Занзас здесь.

— Похоже, сегодня бой будет проходить в корпусе «B», — произнесла я, наблюдая за тем, как Кёя паркует мотоцикл так, чтобы его не было видно.

— С чего ты взяла? — тут же спросил парень.

— Они все там, — пояснила, кивнув в сторону нужного здания. — Чувствую их гнев, ярость и желание убить.

— Хм? — Кёя посмотрел в указанную мной сторону и раздражённо добавил: — Я ничего не чувствую.

— Это потому, Хибари-сан, что вы — хищник, — медленно зашагала в сторону центрального здания, где, по идее, мы должны встретиться с Тсуной и остальными. — Хищники по своей природе охотники. Они не становятся жертвой, они её ищут. А я как раз та, на кого охотятся. От того прекрасно чувствую направленную в мою сторону жажду крови.

— Что ж… — бросил Кёя более спокойно и строго, после чего почувствовала, как меня взяли за левую ладонь и потянули в сторону корпуса «С». — Тогда пускай и дальше ищут.

— А? — не понимала я. — Хи… Хибари-сан, мы идём не туда. Ребята собираются у центрального корпуса.

— Мне всё равно, где собираются эти травоядные, — донеслось до меня, после чего почувствовала, как рука Хибари крепче сжала мою ладонь. Но не причиняла боль.

Больше вопросов задавать я не стала. Возможно, Кёя сделал это от того, что не любит собираться в группы, и ему лучше за всем наблюдать со стороны. Но тогда бы он просто отпустил меня к парням и отошёл в сторону. Тогда он испытывает некую ответственность за меня и старается защитить, хотя я об этом и не просила. Так он пытается вернуть свой долг за тот случай в Кокуё-Ленде? Не знаю. Однако всё равно следую за ним, поднимаясь по лестнице на самую крышу здания. Увидим ли мы что-нибудь оттуда?

Только когда мы наконец-то оказались на крыше корпуса «С», Кёя наконец-то отпустил мою руку и запрыгнул на вершину большого металлического бака, в котором хранилась пресная вода. Я туда запрыгивать не стала. Во-первых, слишком высоко, во-вторых, небезопасно. Но должна признать, что весь корпус «В», теперь был как на ладони. Обратила внимание, что окна и двери были напрочь заколочены, а сверху на крыше здания установлен огромный контейнер напоминающий аквариум. Там вода. Много воды. Точно сказать, сколько, не могу, но несколько десятков тонн имеется. Они там что, бассейн устроили? Эх… Средняя школа Намимори, превращается в «ничто».

Увидела ребят. Тсуна, Такеши, Рёхей и даже Хаято, весь перемотанный словно мумия, пришли к назначенному времени. Также Тсуна прихватил с собой Базиля и Реборна. Они оглядывались по сторонам, и, казалось, кого-то ждали. Не меня ли случайно?

— Хибари-сан, у вас телефон с собой? Можно его одолжить на минутку? — обратилась я к парню. Свой-то телефон оставила дома. Кёя бросил на меня несколько высокомерный взгляд. Особенно это отчётливо виделось с моей стороны. Такой величественный и гордый. Однако он, молча, достал свой сотовый из внутреннего кармана гакурана и небрежно швырнул мне. Блин, кто же так кидает? А если бы не поймала? В жизни бы не расплатилась. — Спасибо!

Быстро выбрала приложение камеры, направила её в сторону группы ребят и выставила вперёд свою руку с поднятым большим пальцем вверх. Сделала кадр. Получилось довольно чётко. Камера на этом телефоне не плохая. После чего отправила эту фотографию Ямамото с надписью: «Выиграй, Такеши!».

Далее наблюдала за тем, как парень достал из карманов брюк свой сотовый и прочитал пришедшее сообщение. Бейсболист засмеялся, показывая остальным сообщение. Многие стали оглядываться по сторонам, пытаясь понять, откуда сделан снимок. Больше всех шумел Рёхей, нежелающий признавать того, что мы не встанем вместе со всеми в общий командный круг. Но он-то должен понимать, что Хибари скорее убьёт их всех вместе с Варией, нежели совершит нечто подобное. Ему даже предлагать такое опасно.

В любом случае, попыталась вернуть мобильник. Если кину, то парень может его тупо не поймать из принципа, и, в итоге, я опять останусь виноватой. Подошла вплотную к баку с водой и вытянула левую руку с мобильником вверх.

— Хибари-сан, — позвала я. — Ещё раз спасибо. Не могли бы забрать мобильный?

Парень посмотрел на меня сверху вниз и замер. Он словно раздумывал тем, брать ли сотовый телефон или нет. В ночной темноте, при таком положении его серые глаза отдавали синевой. Красивый цвет и немного холодный. О чём он думает? Никак не получается понять. Лицо словно мраморное. Никаких эмоций.

Кёя наклонился вниз. Я думала, что он наконец-то возьмёт свой сотовый, но нет. Парень схватил меня за запястье и одним резким движением закинул на поверхность бака. От такого рывка я чуть шлёпанцы не потеряла. Только и успела, что негромко вскрикнуть. И то не от боли, а скорее от неожиданности действий. Секунда, и вот я уже сижу рядом с Главой Дисциплинарного Комитета, собирая мысли в кучу. Эм… И что это было? Я же теперь сама отсюда просто так не спрыгну. Во всяком случае, либо что-то порву из одежды, либо травмирую тело. Это же я, тут вариантов не много.

— Хибари-сан? — Повернулась в сторону парня. — Хм… зачем? — Кёя не ответил. Просто забрал свой мобильный телефон и устало зевнул, давая понять, что ему скучно.

И как на это реагировать? Может попробовать слезть? Эх, нет. Не получится. Ладно. Всё равно пришли сюда чисто посмотреть бой, а так будет лучше видно. Кёя полностью сосредоточился на корпусе «В». Я украдкой поглядываю в его сторону, стараясь предугадать действия, но уже который раз подряд понимаю, что рядом с ним любая логика даёт слабину. Говорит одно, делает другое. Я теряюсь. Хотя это немного вызывает любопытство. Что же движет им? Вот бы узнать. Самое забавное то, что рядом с его «ненормальностью» я сама становлюсь… нормальной. Да, пожалуй, это так можно назвать. Забавное чувство.

Поднялся ветер, что дул с моей стороны, взлохматив и приподняв все белоснежные волосы, направив их в сторону лица парня. Упс! Постаралась пригладить непослушные пряди, но это равносильно, что вилкой суп есть — невозможно. Постаралась немного отодвинуться в сторону, но куда? Тут и так тесно.

— Эти Червелло… — неожиданно начал Кёя. — Потратили довольно большую сумму денег, чтобы организовать подобное шоу. Смотри, — он указал рукой в сторону стенки корпуса «В», там как раз появился огромный экран, через который зрители и будут наблюдать за поединком. — И это всего за одну ночь.

— Думаю, их финансирует семья Вонгола, — произнесла я, поджимая под себя ноги. — Червелло в прошлый раз говорили, что они служат только Девятому и никому больше. Но у меня такое чувство, что они что-то скрывают. Знают что-то, но молчат. Словно весь этот маскарад им больше необходим, нежели всем остальным.

— С чего такие мысли? — хмыкнул Кёя.

— Делаю вывод, ориентируясь на опыт предыдущих битв, — пожала плечами. — Если бы им был нужен только результат, то они могли провести все бои в один день. По часу на каждый поединок, и результат известен, но нет. Один вечер — один бой. Они растягивают процесс. Подготавливаются к нему. Придумывают правила и поле для боя. Я не совсем понимаю, кто эти Червелло, но, кажется, что если они потеряют возможность судить, то и потеряют смысл жизни.

— Слишком громкие слова, — устало бросил Хибари, вновь зевнув. — Как по мне, было бы проще убить их всех сразу и дело с концом.

— Вы так спокойно это говорите, — негромко усмехнулась. Кёя с непониманием посмотрел в мою сторону. Что именно меня развеселило? Чувствовалось раздражение и некое возмущение. — Нет-нет, — постаралась его успокоить и посмотрела в сторону корпуса, где будет проходить бой. — Как ни странно, тут я с вами полностью согласна. От них нужно избавиться. Это не подростки и не добродушные дяди и тёти. Это убийцы, причём профессионалы. Если избавимся от них, то избавимся и от многих других проблем. Это логический и верный ход. Но, — вновь усмехнулась. — Боюсь наш командир, в виде Тсуны, не одобрит таких методов. В отличие от меня, он испытывает сопереживание как друзьям, так и к врагам.

— Это глупость, — фыркнул Кёя.

— Возможно, — согласно кивнула. — Но скажите, Хибари-сан, вы убивали когда-нибудь людей? — Кёя посмотрел на меня так, словно я только что сморозила самую невообразимую глупость. На его лице буквально читалось, где я была всё это время? Разве не работала последний год в его Комитете? Что за чушь спрашиваю? — Да, я знаю, что довольно жестоко расправляетесь со своими врагами и нарушителями. Избиваете их до смерти, но… не убиваете. Можете припугнуть, сломать пару костей, но не убиваете. На самом деле я думаю… Что вы ещё никогда никого не убивали, — Кёя молчал и ледяным взглядом изучал каждую мою мимику или движение тела. — На самом деле убивать одновременно и просто, и сложно, но самое главное то, что чтобы кого-то убить, нужно для начала избавиться от «человека» в себе.

— Хех, — парень усмехнулся. Глаза сверкнули поразительно ярко в такой ночной глуши. — И откуда тебе столько известно, Серра? От кого-то уже успела избавиться?

— А разве не вам это должно быть хорошо известно, Хибари-сан? — повернулась лицом в его сторону. — Вы — второй человек в моей жизни, которого я действительно пыталась убить.

— Хм, — улыбка немного померкла. — А кто же первый?

— Мой старший брат, Рома.

— Хм, — вновь хмыкнул парень, однако мой ответ почему-то пришёлся ему по душе. Опять вскинул гордо подбородок и посмотрел в сторону экрана, на котором Червелло как раз озвучивали правила сражения.

— Это поле битвы для сражения Хранителей Дождя, — раздался голос девушек из школьных динамиков. — Поле имеет трёхуровневую структуру с водой, постоянно поступающей в герметичную арену. Вода поступает из резервуара уровнем выше, а также из водохранилища на первом этаже. Во время боя уровень воды будет увеличиваться. Кроме того, вода, поступающая в помещение, идентична с морской водой, и, когда она достигнет определенного уровня, будут выпущены дикие животные океана. Итак, — на экране появилось лицо Такеши и Скуало. — Хранители Кольца Дождя, Суперби Скуало против Ямамото Такеши — бой начался!

На экране появились Такеши и Скуало. Оба вооружены мечами. Вот только меч Ямамото изначально походил на обычную бамбуковую палку, но взмахнув ей в воздухе, она моментально преобразовалась в стальной клинок. Чем-то напоминает его биту, которой парень пользовался ранее. Уверенность отчётливо читалась в глазах парня. Он не проиграет.

— Туман? — неожиданно произнёс Хибари, оглядываясь по сторонам.

— Туман? — в тон спросила я, не понимая о чём он.

О каком тумане речь, если на улице такой ветер? Да и звёздное небо прекрасно видно. Но Кёя был абсолютно уверен, что вокруг нас сгущается туман и это его несколько беспокоило, ведь при плотном тумане не будет виден поединок. Вот только одно «но» — я не видела этот туман.

Вывод только один — иллюзия. Так, но если куклы разбросаны, то где же сам кукловод? Осмотрелась, выискивая взглядом того, кто решился скрыться от глаз Хибари. В итоге, искать долго не пришлось. На крыше школьного спортзала я обнаружила три человеческие тени. Две из них определёно принадлежали парням. Высокие и слегка ссутулены в плечах. Но та, что стояла впереди всех, принадлежала девушке. Невысокого роста, стройного телосложения, с растрепанными волосами. Кажется, она заметила, что я рассматриваю их. Ожидала чего угодно: того, что они постараются скрыться, спрячутся, убегут, проигнорируют или вообще просто повернутся ко мне спиной. Но нет. Всё было куда необычнее. С такого расстояния трудно судить, но кажется, девушка мне широко улыбнулась, более того, замахала над головой рукой, словно здоровалась.

Неужели это… Мукуро? Только он может себя так странно вести. Значит, он теперь использует эту девушку? А остальные две тени? Это ведь Чикуса и Кен, верно? Они тоже в Японии? Странно, но я почему-то испытываю облегчение от того, что с ними всё хорошо. Может, от того, что я причастна к их побегу? Не знаю… Главное парни в порядке, остальное приложится. Но и ещё кое-что немало важное — Мукуро действительно Хранитель Тумана. Забавно…

— Ты что-то видишь? — услышала голос Хибари, который обратил внимание на мою мимолётную улыбку.

— Да, — отрицать очевидное бессмысленно.

— Что же? — насторожился Кёя. Я буквально услышала, как туго напряглись его мышцы.

— Туман, — это была правда, но со своим значением.

Думаю, Кёя ещё пока не знает, кто Хранитель Тумана, но и спешить с этой информацией не стоит. Уверена, если он узнает кто там, то всё кончится довольно быстро. А именно — Хибари сорвётся с места и помчится в сторону Мукуро выяснять отношения. Этого пока допускать не стоит. Да, они определёно встретятся в поединке ещё не раз, но только не сегодня. Ведь именно сегодня всё внимание сосредоточено на Ямамото Такеши, который в свою очередь уже вёл нешуточный бой со Суперби Скуало.

Скуало решил не сдерживаться и нападал на парня, нанося яростные удары. Иногда казалось, что он буквально парит. И даже учитывая то, что отовсюду стекала вода, не выдавало его истинное местоположение. Действовал резко, быстро сокрушая противника одним мощным ударом. Вот только сам Ямамото тоже не так прост. Всё это время он тренировался и обучался мастерству мечника, которым владел его отец. Этот стиль позволял использовать воду, скопившуюся вокруг сражающихся, в свою пользу. Такеши уклонялся и прибегал к защитным формам своего боевого стиля. По его же словам, я поняла, что приёмов всего восемь.

Боевой стиль «Шигурэ Соен Рю» делится на четыре атакующих формы и четыре защищающих. И Такеши смог овладеть ими всеми. Вот только Скуало лишь посмеялся над этим, так как заверил, что успел похоронить многих мечников обладающих различными стилями, в том числе и стиль «Шигурэ Соен Рю». Не знаю, правда ли это или способ напугать своего противника, чтобы вселить в его сознание страх, но уверена в одном — Ямамото не повёлся. Он лишь усмехнулся своему оппоненту и добавил, что пока не попробуешь — не узнаешь.

— Он удивителен, — улыбнулась я, прижимая к груди колени и обхватывая их руками.

— Ты так в него веришь? — спросил Кёя с неким безразличием и скукой.

— Главное, чтобы в это верил сам Такеши, — пояснила я. — Пока он верит, что всё будет хорошо, всё на самом деле будет хорошо, — Хибари продолжал смотреть на меня краем глаза, вслушиваясь в каждое слово. Но, кажется, ему не нравился этот ответ. Не знаю, почему, поэтому решила продолжить: — Он не такой, как остальные. Пока относится ко всему играючи, мир для него будет подобен огромной песочнице. С широкой невинной улыбкой пройдёт все невзгоды.

— Похоже, ты его неплохо знаешь, — заметил Глава Комитета.

— А разве не это задача Советника? Знать слабые и сильные стороны своих союзников, — вновь улыбнулась, наблюдая за сражением Такеши. — Тем более, мне понадобилось довольно много времени на то, чтобы хотя бы чуть-чуть узнать их.

— Ты знаешь их, но кто знает тебя? — на этот вопрос у меня не было ответа.

Кто меня знает? Думаю, никто. Нет тех, кто бы точно меня знал. Разве что… сам Хибари. Да, думаю, он единственный, кто видел разные стороны моей личности и… принял их? Хотя нет, не так. Не принял, скорее осознал. После чего не стремится противиться им или подавить. Мы просто сосуществуем.

Тем временем, положение дел у Ямамото ухудшилось. Исполнив несколько атакующих позиций, выяснилось, что Скуало их действительно видит. Словно предугадывает движения парня. Это не рефлексы или интуиция. Это знания. Скуало видел эти атаки и знает, как с ними бороться. Уверенность Ямамото пошатнулась, и он получил несколько ран. Одну за другой. Сначала глубокий порез на левом плече, потом в правый глаз попал осколок бетонной стены, и нанёс серьёзную травму. Из-за крови, который было довольно много, не было ясно, остался ли глаз вообще цел?

Но это не всё. Скуало словно с цепи сорвался. Он наносил удар за ударом, решая прекратить забавы и окончательно избавиться от Ямамото. Хотел убить его. Конечно, Такеши всё ещё защищался, но уверенность в победе, подобно песку, ускользала сквозь пальцы.

— Это плохо, — вырвалось у меня, понимая, что парню нужна помощь. Ведь он всё ещё может двигаться и сражаться. Нужно просто заставить его вновь поверить в свои силы. Но как? Даже если я подбегу к корпусу «В» и закричу во весь голос, вряд ли он меня услышит. Там всё закрыто и наглухо запечатано. Есть только один способ достучаться до него, и он не совсем законный. — Хибари-сан, разрешите… — резко наклонилась в сторону парня, просовывая ладонь в его внутренний карман гакурана, где он держал мобильный телефон. Причём получилось так, что при наклоне, я соприкоснулась с ним телом. Рукой, плечом и… щекой. Это глупо, но наши щеки соприкоснулись. Слегка, лишь на пару секунд, пока я не вытащила сотовый телефон, но это было. Более того, в тот самый момент, Кёя замер. Его глаза округлились, и он словно окаменел, смотря в пространство перед собой. Кажется, даже не дышал. — Чуть позже верну! — заверила я, отстраняясь и медленно слезая с металлического бака.

Причём спиной назад, держась руками за крышку бака, чтобы смягчить падение. Пришлось шлёпнуться на пятую точку, ойкнуть, но всё же, скрипя зубами, вскочить и вернуться в здание корпуса «С», на крыше которого мы сидели. Перед самым уходом с крыши обернулась, оглянувшись на Хибари. Он всё также сидел на вершине бака с водой и смотрел на битву, вот только почему-то медленно прикоснулся пальцами к своей щеке, к которой я недавно прижалась. Словно пытался убедиться, правда ли это только что было?

Стало как-то неловко. Да и что в этом такого? Ай, ладно. Не до этого сейчас. Мне немедленно нужно отыскать в корпусе «С» компьютерный класс. Надеюсь, моя теория будет верна.

Компьютерный кабинет оказался на втором этаже. Червелло для демонстрации всей битвы через экран использовало огромное количество техники в виде видеокамер и звукозаписи. Благодаря чему мы можем наблюдать за ходом событий со всех сторон. Но вот вопрос: к какой системе они подключились для данной демонстрации? Не свою же притащили, верно? Это было бы нелогично и невыгодно. Да и по времени установка данной системы слишком долгая. За ночь они бы не успели всё организовать. Вывод прост: они использовали школьную систему. А если это так, то у меня есть возможность к ней подключиться.

Встала на колени и залезла под компьютерный стол, добираясь за огромной паутины различных проводов. Искала USB-вход. С ним проблем не оказалось. Подсоединив телефон, принялась влезать в школьную систему и взламывать корпус «В». Ясное дело, что это не так просто, как кажется на первый взгляд. Но я знаю эту систему от и до. Сама лично неоднократно её чинила. Поэтому проблем во взломе не нашлось.

На экранах мониторов появилось видео, по которому стало ясно, что на данный момент происходит на поле боя Дождя. Ямамото выдохся из сил. Лежал окровавленный на осколке бетона и с грустью усмехался. В его глазах полностью пропала вера в собственную победу. Зато Скуало был доволен зрелищем и смеялся в полную силу.

— ВО-О-ОЙ!!! — зарычал он. — Ну, что, отродье?! Я собираюсь пронзить твоё сердце!!! Ха! Будут ли последние слова на прощанье, сопляк?

— Хах, — улыбнулся Такеши. — Надо же… Это была односторонняя битва… У меня не было и шанса. Вот и всё… Правда, если отец узнает… он сойдёт с ума…

Дерьмо! Он что, уже хоронит себя? Буквально погрузился в бездну отчаяния. Ну, уж нет, парень. Я тебя там не оставлю. Пора выбираться и показать, из чего ты сделан. Последние настройки завершены. Взяла мобильный телефон Кёи и поднесла ко рту.

— Кхм-кхм… раз-раз, проверка. Как слышно? — наверное, с моей стороны это было очень глупо, но это уже скорее привычка, нежели какой-то коварный план.

— ВО-О-ОЙ!!! Что за чёрт?! — крикнул Скуало, осматриваясь по сторонам. — Откуда этот голос?

На других экранах, я видела, как на улице удивились Тсуна и остальные. С ними также появился Дино, лицо которого буквально вытянулось от того, что он услышал мой голос. Никто не понимал, что происходит, но всё были до предела напряжены. Особенно Червелло, которые переглянулись и одновременно помчались в центральный корпус. Хах! Я не там, девчонки.

— Такеши, — обратилась я к парню. — Это не бой, — лицо Тсуны и Хаято приобрели общее выражение, которое можно описать двумя словами: «Она сумасшедшая?». Но я знаю, что делаю. — Это не бой, Такеши. Это игра, помнишь? Игра в мафию. Правда очень серьёзная игра, и со строгими правилами, но игра.

— Ха-ха, — усмехнулся Ямамото. — Да, — он слегка кивнул головой. — И я проиграл.

— С чего ты это взял? — я повысила тон, от чего улыбка парня слегка померкла. — Такеши, Кольцо Дождя всё ещё у тебя, но на то это и игра, что в ней можно менять правила. Ты же любишь бейсбол, верно? Что происходит с игроком, если он не справляется? Его заменяют и игра продолжается.

— Считаешь, что меня нужно заменить? — парень устало закрыл глаза, уже мысленно ожидая вердикт.

— Нет, не тебя, — Такеши вновь был несколько сбит с толку. — В этом случае ты целая «команда», а «игроков» ты сжимаешь в правой руке, — Ямамото посмотрел на свою правую руку и заметил там лишь бамбуковую палку для тренировки в кендо. Понял ли он то, что я хотела ему донести?

— ВО-О-ОЙ!!! — с рыком закричал Скуало, усмехаясь. — И что это было? Голос разума? Ха! И много ли он сделал? Как по мне, это чушь собачья! Ты всё ещё хочешь продолжать со своим излюбленным стилем «Шигурэ Соен Рю»? Или подохнешь тут, как жалкий мусор? Что такое?! Прошлый приемник показал мне все восемь позиций! Правда, после того, как он открыл мне восьмую позицию, «Акисаме», закончил очень трагично!

— Так вот оно что значит… — неожиданно в глазах Такеши вновь запылал пожар. Отлично! Не знаю, что он задумал, но теперь он вновь на коне. Давай, Такеши, соберись!

Хотела ещё что-то сказать и взбодрить парня окончательно, но неожиданно в USB-провод, который связывал компьютер и телефон, воткнулся длинный заострённый кинжал с расписным лезвием. Связь оборвалась. Я видела, что происходит через монитор компьютера, но сказать ничего не могла. А причина тому…

— Так вот ты где, Серра Дарья… — огневолосая девушка медленной кошачьей походкой вошла в кабинет. — Не честно так влезать в чужой бой, не считаешь? — алая улыбка обезоруживала, но больше всего ужасал её пытающий взгляд. Ярко-оранжевый цвет радужной оболочки приковывал к месту, не давая даже возможности вздохнуть. А эта жажда убийства… тугими змеями сковывала мне спину и без того больную шею. Но всё же я отступала. Медленно отходила назад, пока не упёрлась спиной в стенку. — Где же ты пряталась целые сутки? — поинтересовалась Эдда, доставая из-за спины очередной точно такой же кинжал, длиной по локоть. — Я заглядывала к тебе в гости, желая познакомиться, — девушка обижено надула губы, наклонив голову набок, а тон голоса стал напоминать тон капризной девочки. — Но тебя не было. Или ты так напугана «признанием» Бельфегора, что решила скрываться? Ну, не стоит воспринимать его признание так близко к сердцу! — звонко засмеялась. — Между нами, девочками, — понизила тон в голове и немного наклонилась вперёд, словно рассказывала секрет. — Он ещё тот конченый психопат. И это уже не лечится.

— Кто ты? И почему так сильно ненавидишь меня? — стала отступать вдоль стенки, но из-за компьютерных столов, стульев и десятков проводов по всему кабинету это удавалось не так просто. Ноги путались, а тело то и дело натыкалось на очередное препятствие. Но я всё равно старалась обойти девушку стороной.

Вблизи я отчётливо видела насколько она высокая. Тело фигуристое и тренированное. Значит, сильная, и занимается своим делом не один год. Чёрные кожаные обтягивающие штаны, высокие чёрные сапоги и чёрный топ, придерживающий пышную грудь. Она красива, должна признать. И эротична. Но также и безумно опасна. Рядом с ней я выглядела жалкой и побитой. У неё явное преимущество, как в силе, так и в расположении местности. Я безоружна и ещё не знаю, что следует использовать против убийцы такого уровня.

— Кто я?! — усмехнулась девушка. — Действительно, кто я? Ха-ха-ха! — её смех стал безумен. — Чёрт… Да! Ты умрёшь и даже не поймёшь, почему! Наша гениальная Серра, мечта и ужас многих мафиози, умрёт! Но скажу одну вещь… этакая подсказка тебе… — улыбка исчезла, но глаза вспыхнули очередным пламенем бурлящей ненависти. — Ты мне должна, Серра Дарья. Должна… свою жизнь!

— Что? — растерялась я, понимая, что у неё действительно есть причины меня ненавидеть, но какие именно — не ясно. Однако… — Я тебя вообще не знаю!

— Пусть оно так и будет, — прошептала Эдда, после чего с яростным воплем и занесённым кинжалом накинулась на меня. Это было так быстро, что я даже вскрикнуть не успела. Её сила… Её прыжок… Словно дикая огненная кошка, что охотилась на мышонка.

Мысли были разные. Я уже сознательно готовилась принять удар на руку, чтобы спасти остальное тело. Это рискованно и очень больно, но так я хотя бы останусь жива. Она ранит предплечье, вонзив кинжал по самую рукоять, а я тем временем постараюсь нанести удар по её голове. Один резкий удар в нужную точку и потерянность на несколько секунд обеспечена. Только бы вытерпеть боль. Это самое сложное.

Всё тело напряглось, но удара так и не последовало. Зато появилось нечто иное. Перед глазами мелькнул чёрный цвет, который возник буквально из ниоткуда. Только через секунду поняла, что этот чёрный цвет является формой Дисциплинарного Комитета, на левом предплечье которого закреплена красно-оранжевая повязка. Хибари Кёя блокировал удар кинжала тонфой.

— Хм? — удивлёно произнесла Эдда, обращая свой пламенный взор на парня, после чего широко усмехнулась. — Оу, так Луну скрывало Облако? Хах! Как символично! Однако тебе, мальчик, лучше не лезть. Если хочешь поиграть, так и быть, я займусь тобой после того, как убью это «недоразумение»…

Однако Кёя не отступил. Более того, усилил давление тонфой, заставляя девушку немного отклониться назад. Но её это не напугало, скорее позабавило.

— Посторонним вход в Среднюю школу Намимори запрещён, — не повышая тона, произнёс Хибари. — Все нарушители… будут забиты до смерти.

— Ха! А ты с характером, так? — ещё громче засмеялась девушка. — Мне такие нравятся! — Эдда наклонила голову к самому уху Кёи. — Особенно люблю смотреть, как они потом ломаются, подобно тростинкам.

Это возмутило Хибари, и он занёс вторую руку, стремясь нанести удар по убийце, но та лишь с лёгкостью отскочила назад, сделав колесо в воздухе. Каждое движением было гибким и плавным, словно она акробат. И довольная улыбка не сходила с её губ. Кажется, Кёя и Эдда собираются начать сражаться, даже зная, что это запрещено. Однако их всё же остановили.

— Пожалуйста, прекратите! — в кабинет ворвалась одна из Червелло, а вместе с ней и Занзас собственной персоной.

— Эдда! — грозно бросил он, на что девушка лишь фыркнула и, опустив кинжал, отвернулась в сторону, выражая недовольство.

Тем временем бой между Такеши и Скуало нарастал новыми оборотами. Парень воспылал духом и смог удивить своего противника. Более того, стал действовать нестандартно. Вышел за рамки правил и принял позицию, напоминающую бейсбольную стойку отбивающего.

— Стиль «Шигурэ Соен Рю», девятая позиция, — произнёс Ямамото. Меч трансформировался обратно в бамбуковую палку. Девятая позиция? А разве их всего не восемь? Это значит, что он решил создать нечто новое?

— ВО-О-ОЙ!!! — взревел Скуало. — Что за чушь? Ты шутишь? Собираешься играть в бейсбол?!

— Извини, — усмехнулся Такеши. — Но, как и сказала Дар, это игра. И играть в бейсбол, это всё, что я могу делать.

— Ты за идиота меня держишь, юнец?! — Скуало сорвался с места, атакуя Такеши. — Это не игра! Почувствуй настоящую силу моего меча!

Далее всё пошло слишком быстро. Скуало атаковал, используя окружающую его воду, как стену, но и Такеши не стоял на месте. Всё это походило на танец. Танец, в котором использовалось всё. Столбы воды закрывали общий обзор. Был виден только Скуало, который пригнулся, выискивая своего противника. Он же оказался за спиной с поднятым над головой клинком. Один удар решает всё. Но нет тут-то было. Левая рука Скуало отсоединилась от общей руки и вывернулась назад, наводя меч в сторону Такеши и пронзая его тело. Рука искусственная. Так вот почему я всё время слышала странный стук в ней. Это протез.

Казалось, всё решено. Ямамото ранен или даже убит, однако не успели мы даже осознать всю трагедию данной ситуации, как настоящий Такеши появляется из совершенно неожиданной стороны и наносит решающий удар по голове Скуало. Правда, тупой стороной клинка, так как не желает его убивать.

Это конец.

Победитель — Ямамото Такеши.

— Эй! — воскликнул радостно Такеши, демонстрируя в камеру собранное в одно целое Кольцо Дождя. — Я победил!

— Тц! — фыркнула Эдда, скрещивая руки на груди. — Позорище! Проиграть такому сопляку. Я была о нём большего мнения.

— Скуало… — произнёс Занзас, но уже через секунду смеялся в голос. — Ты дерьмо!!! Ты проиграл!!! Ты падаль!!! Ха-ха-ха! С ним закончено, — парень хотел направиться в здание корпуса «В», дабы лично уничтожить своего подчиненного, но его остановила Червелло также находящаяся в компьютерном классе.

— Пока слишком опасно входить в данное поле боя, — произнесла девушка. — Так как вода достигла установленной глубины, то были выпущены на волю дикие монстры океана.

— Эй, подождите! — обратил на себя внимание Такеши. — Что вы собираетесь делать со Скуало?

— Мистер Скуало проиграл, — подала голос другая Червелло. — Так что мы не можем гарантировать ему жизнь.

— Так я и думал, — с грустью улыбнулся бейсболист. — Предполагал, что случится нечто подобное. Ну, ладно… — парень подошёл к поверженному противнику и подобрал его тело, запрокидывая руку себе через плечо.

Таков наш Такеши. Даже зная, что враг собирался его убить, он всё равно испытывает к нему уважение и сочувствие, стараясь спасти, а ведь на самом живого места нет. Всё тело истерзано ранами. Да и кровь привлекает хищников, плавающих в воде. Акула вновь и вновь била головой бетон, стараясь скинуть парней в воду. Большая акула. Такая проглотит и не заметит. Но самое удивительное то, что в какой-то момент Скуало очнулся и в место того, чтобы выбираться из здания, оттолкнул ногой Такеши в сторону, позволив акуле себя поглотить. Никто и слова молвить не успел. Вот он был, а теперь… нет.

— СКУАЛО!!! — практически с отчаянием прокричал Такеши, но было уже поздно.

— Пф! Акулу поглотила Акула… — протянула Эдда. — Какая ирония!

— Пха-ха-ха!!! — смеялся Занзас. — Его последние мгновения — стать едой! Ха-ха-ха! Этот кусок мусора!!! — немного успокоившись, добавил: — Я смыл ещё одну часть своего прошлого.

Надо же… никакой жалости к своим союзникам и подчиненным. Что же ты за человек, Занзас, раз смерть тех, кто тебе верен, вызывает улыбку? Должно быть, ты прогнил насквозь в своей гордыне и ярости, раз больше ничего не может тебя позабавить. Пустая оболочка. Ходячий мертвец.

Даже сейчас он смотрит на меня, но в его глазах я вижу только жажду получить всё и сразу. Ни капли жалости или рассуждения. Он словно состоит из одного дерьма этого мира. Мира мафии. Всё зло, что можно было только поместить в него, уже давно это помещено. Он смотрит то на меня, то на Хибари, который до сих пор держал тонфы перед собой и прикрывал меня спиной. От этого зрелища Занзас усмехнулся, после чего обратился к Червелло:

— Объявляйте следующий бой.

— Да, Лорд Занзас, — поклонилась девушка, после чего на экранах появилось лицо другой Червелло. Они как-то связаны? Возможно, микрофон. Не важно… — В битве за Кольцо Дождя победил Ямамото Такеши. Теперь, я объявляю условия следующего поединка. Завтра вечером, в тоже время сражение произойдёт… между Хранителями Луны.

На экране тут же показались кадры с камер направленных на Тсуну и ребят, а также на самого Ямамото. У всех на лице читалось всего одно слово — «Что?». Они были уверены, что я не приму участия в битве. Не знают о том, что успело произойти за последние несколько дней. И, если честно, я бы и дальше скрывала от них этот факт. Не хотелось пугать их ещё больше, но… ничто не вечно.

— Серра, — обратился ко мне Занзас. — У тебя двадцать четыре часа. Надеюсь, ты примешь верное решение, ведь если нет… Ха-ха-ха, тебя ждёт судьба этого мусора, Скуало!

— До завтра, — усмехнулась Эдда. — Очень надеюсь, что ты не сбежишь и примешь бой. Однако и ты, и я прекрасно понимаем, что шансы у тебя не велики. Хех, слышала, что ты боишься огня… Так вот, — её улыбка превратилась в злобный оскал напоминающий гиену. — Я сожгу тебя дотла! А после займу своё законное место Хранителя Луны. Хранителя Кровавой Луны.

После этих слов Занзас и Эдда в сопровождении Червелло покинули компьютерный кабинет, оставив нас с Кёей наедине. Экраны мониторов погасли. Стало темно и тихо. Слишком тихо. Медленно по стеночке я сползла на пол, мысленно погружаясь во весь ужас, что меня завтра ждёт. Это конец. Это определёно конец. Меня убьют.

— Вот и всё… — только и смогла сказать я, переходя на русский язык. — Моя песенка спета.

Мне необходимо было побыть одной.

Необходимо подумать.

Сказав Кёе о том, что я сама схожу домой за вещами, покинула школу. Парень решил не настаивать. Он был уверен, что на меня не нападут. Время вышло, и теперь мне просто нужно решить для себя, как действовать дальше. И ведь если я предприму попытку сбежать, уверена, он останавливать меня не станет. Это мой выбор, так что и действовать придётся мне.

Что касается ребят, то с ними я также не желала сталкиваться. Уверена, они постараются задать множество вопросов, на которые просто не хочется отвечать. У них есть Дино, пусть он всё и рассказывает. А я… Чёрт, а что мне делать? Этот ужас, сковывающий тело, до сих пор в моём сознании. Ноги и руки заледенели, а ведь я никогда не чувствую холода. Теперь же, кажется, что мои конечности отчасти мертвы. Уже пора хоронить? Чёрт!

Дома всё было точно так же, как и в тот самый миг, когда я убежала. Ничего не тронуто и не потревожено. На автомате зашла на кухню и включила чайник. Я хочу чай? Нет. Хочу сладкое? Как ни странно, тоже нет. Тогда чего я хочу? Мне сейчас так страшно, что я и кусочка еды в рот положить не смогу. Хочу, чтобы время остановилось, и завтра никогда не наступало.

Села на кухонный стул, уставившись в пол. Панический крик буквально застрял в горле, но логически я понимала, что это ничем не поможет. Только соседей распугаю.

— О-о-ох… что же мне делать? — простонала я, хватаясь за голову. Был бы у меня свой собственный Советник. Как бы было проще жить.

Неожиданно под ногами что-то звякнуло. Опустив туда взгляд, увидела бутылку виски, которую в своё время купила Роме, но он так до неё и не добрался. Градус там крепкий. Достаточно крепок для того, чтобы жидкость воспламенилась. Хм… Мысль пришла мгновенно, и отказывать ей я не видела смысла. Взяла бутылку и не задумываясь, открыла её, хотя это действие у меня заняло несколько больше времени, чем предполагалось. В нос сразу ударил запах самогона с примесью мужского одеколона. Фу… А хотя… что я теряю? Завтра всё равно помирать, так хоть будет веселей.

Сделала большой глоток, словно выпила сока, но в это же мгновение пожалела о содеянном. Полость рта и горла обожгло бурлящей лавой. Часть даже вырвалась наружу, так как всё целиком проглотить было невозможно. Но я упрямо повторила попытку. Теперь эта жгучая смесь пошла лучше, так как ртом я вообще перестала что-либо чувствовать. Ни вкуса, ни ощущений. Всё сожгла.

Через какое-то время в плечах стало свободнее, а в голове появился некий шум. Мысли плыли в безмятежном пространстве и улавливать их как-то не хотелось. Откуда-то появилась смелость, и мне захотелось вернуться в школу, чтобы всё сразу выяснить с этими Червелло и Варией полным составом. Драки захотели? Будет им драка! Всех поколочу!

Забыв закрыть входную дверь, но не забыв про бутылку виски, я петляющим шагом направилась в сторону школы. Как добралась, не помню. Кажется, по пути сбила парочку мусорных контейнеров, демонстрируя самой себе, что так же крута, как и Джеки Чан. Но, в итоге, оказалась в воротах Средней школы Намимори.

— Хэй! Червелло! Выходи по одному! — бросила я тут же в пустоту, делая очередной глоток виски из горла. — Ща я вам накостыляю… Хм? — но ко мне никто не вышел. — Прятки, значит? Окэ-э-эй!

Шатающейся походкой направилась прямо к центральному корпусу. Там как раз в одном из кабинетов горел свет. Хм? Стоп. Это же кабинет Дисциплинарного Комитета. Они что там забыли? Вообще уже совесть потеряли. Ну, я им…

Грозной и шаркающей походкой поднялась на второй этаж. Пару раз чуть с лестницы не свалилась, но это пустяки. Я — Джеки Чан, а у него всегда самые неудачные дубли только в конце показывают. Не ищите логику. Главное — это утешает.

Резко открыла дверь в кабинет, на ходу делая глоток виски. Заметила сидящего за своим столом Хибари Кёю, который работал с документами и был довольно-таки удивлён моему появлению. Однако сам факт того, что это непосторонний, а свой человек, меня безумно обрадовал.

— Хибари-и-и-суа-ан! — протянула я, от чего у парня задергалась левая бровь. — Хэллёу-у… это… я… — попыталась закрыть дверь, но в место этого чуть опять не упала.

— Серра, ты что… пьяна? — в это Кёя просто не мог поверить, поэтому продолжал сидеть за своим столом, сжимая в руках одну из рабочих папок.

— Агась… — счастливо кивнула головой, вновь сделав глоток из горлышка бутылки. — Правда, это у меня впервые, — заметила я. — Но я подумала, если не сегодня… то когда? Вот и… — посмотрела на парня. — А вы всё работаете и работаете… зачем? Завтра всё равно всё будет разрушено. Всё… Всё будет развалено и уничтожено ради каких-то битв. Бессмысленно что-либо чинить и заполнять. Бессмысленно что-то строить. Бессмысленно…

Подошла к столу Главы Комитета и одним большим взмахом смела руками всё на пол. Абсолютно всё. Даже настольную лампу. Документы белоснежным дождём разбросались по всему кабинету, не оставляя ни одного места на полу, где бы не лежал бумажный лист. Самое интересное, что в этот момент у Кёи не дрогнул ни один мускул. Он словно окаменел. Просто сидел на своем стуле и следил за моими действиями. А мне в свою очередь было на всё плевать.

Взобралась на стол Хибари, усевшись так, чтобы своими ногами упиралась в подлокотники стула парня. Это напомнило ту самую ситуацию, когда он сел передо мной точно также около года назад в торгово-развлекательном центре. Вот только ситуация совсем не такая же. Посмотрела в его серые глаза. Почему-то сейчас в них читалось спокойствие. Не злость, не ярость, не угроза, а именно спокойствие и смирение… Сделала очередной глоток алкоголя, чувствуя, как он выжигает всё у меня во рту.

— Серра, что ты хочешь? — неожиданно подал голос Кёя.

— Что я хочу? — засмеялась. — А разве не ясно, Хибари? — поняла, что убрала приставку «сан», но мне было как-то всё равно. — Я хочу свободы. Хочу, чтобы мне вернули «мою» жизнь. Хочу опять приходить в школу, учиться, работать в Дисциплинарном Комитете. Мне… мне здесь нравится! Мне нравится эта спокойная жизнь. Нравится уверенность в том, что будет завтра и послезавтра… Нравится стабильность… Я… — почему-то по глазам потекли слёзы, хотя не совсем понимаю, почему, я ведь улыбаюсь, верно? А когда люди улыбаются, они не должны плакать. — Я так устала от этого… Так устала бояться… Почему? Почему меня все хотят убить? Что им от меня нужно? Мои мозги? Чёрт… — вновь усмехнулась. Я смеялась, но слёзы не прекращали идти. Пришлось периодически вытирать их рукавом и заглушать некое чувство отчаяния в груди спиртным. — Всем нужны мои мозги, Хибари. Всем, без исключения… Даже ты оставил меня в своём Комитете по двум причинам: первая — это возможность сразиться с Реборном, вторая — это мои умственные способности. Будешь отрицать?

Кёя молчал. Ничего не говорил и не делал. Просто смотрел на меня из-под своей густой чёрной челки с каменным, слегка отстраненным выражением лица. Ему всё равно? Возможно и так. Но тот фонтан, что уже вырвался наружу, мне не остановить.

— По правде сказать, идея согласиться на предложение Занзаса так заманчива… — глоток из бутылки. — Вот только я знаю, что будет дальше. Они ждут от меня гениальных идей. Но я же человек. Ошибусь раз — меня не убьют, а отрежут какую-то часть тела. Чтобы в следующий раз знала, что советую. Ошибусь ещё раз, вновь что-нибудь отрежут. Им не надо, чтобы я ходила или что-то делала руками. Им главное это то, чтобы я думала и говорила. Для этого руки и ноги не нужны. И это я делаю вывод по тому, как он относится к своим подчиненным. «Мусор». Эх… — сделала довольно большой глоток виски. — Вот и судьба у меня быть женой одного из Боссов мафиози. Хотя я в судьбу не верю, но факты есть факты. М-да… А я ведь ни разу ещё даже не целовалась, — посмотрела на Кёю и наклонилась в его сторону. — Эй, Хибари, можно я тебя поцелую? Пускай женой стану другого, но хотя бы первый поцелуй будет с тем, кто мне хотя бы нравится. Ты мне нравишься. Так, можно?

— Нет, — спокойно ответил Кёя, вызывая во мне волну разочарования.

— Почему-у-у??? — протянула я, отклоняясь назад. — Разве я тебе не нравлюсь?

— Ты пьяна, вульгарна, ворвалась в кабинет и испортила большую часть документов, нарушила больше десяти правил школьной дисциплины, и ещё что-то там просишь, — холодно произнёс Кёя, продолжая смотреть мне в глаза. — А теперь скажи: ты мне нравишься?

— Пф! Подумаешь, — фыркнула я, отворачиваясь в сторону окна и делая глоток виски. После чего обратила внимание на своё отражение, что было прекрасно видно в стекле окна на фоне тёмного ночного неба. — В принципе, я тебя понимаю, — пожала плечами. — У меня внешность… скажем так, на любителя. Может, постричься? — одной рукой приподняла свои белые волосы и сложила их на макушку. — Не! Так вообще на мальчика похожа. Вот от того и ведутся только психи и извращенцы. Нормальных людей «такое» не привлекает. Тебе, наверное, нравится такие девушки как Киоко.

— Киоко? — не сразу понял Кёя, о ком я говорю. — Сасагава Киоко?

— Ага, — кивнула головой. — Она милая, добрая, красивая, и вообще подобна солнцу. Её все любят и берегут. Никто не стремится либо убить её, либо использовать в своих целях. Я завидую ей. Мы ведь даже чем-то похожи. Обе одного возраста. У обеих есть старшие братья. Вот только судьбы совершенно разные. Она — Солнце, а я… Луна. Да что там, в неё даже Тсуна влюблён. Хех, — опять поднесла бутылку к губам, вливая в себя алкоголь. — Хочу быть такой же. Не хочу быть умной. Мне этого не надо. Я этого не просила. Хочу быть глупой, но милой, и чтобы меня все любили. Может… тогда от меня наконец-то все отстанут? Хибари, — наклонилась к нему, беря в свою руку его ладонь. Кёя её не отдернул, лишь с неким напряжением наблюдал за моими действиями. — Может, ты ударишь меня? — рука парня дрогнула и замерла на весу, но лишь на мгновение. — Всего лишь раз, — заверила я. — Но вот только сюда, — указала на свой лоб, уткнув в него ладонь Кёи. — Лишь раз, тонфой, но так, чтобы я больше не была способна мыслить. Не хочу. Ничего этого не хочу. Ну же!

— Серра! — парень отдернул руку, вернув её на своё прежнее место.

— Не хочешь? — вздохнула я. — Обычно ты любишь избивать людей до смерти, что же со мной не так? — парень не ответил, но в его глазах появился мрак. Он злился. — Знаешь, иногда мне кажется, что было бы лучше, если бы меня убили. Ещё тогда, в детстве. Да и тогда, в Кокуё-Ленде. Хотя… Чёрт, попыток было слишком много. Если бы я была мертва, то не пришлось бы переживать всё это.

— Прекрати! — строго бросил парень, все ещё сохраняя спокойные нотки, но чувствовалось, что он на грани.

— Но это правда! — вновь засмеялась. — Если бы я умерла, то всё было проще, но проблема в том… что мне страшно. Я трусиха! Мне безумно страшно умирать! Я не верю ни в Рай, ни в Ад. И уверена, что после смерти я просто исчезну. Ничего не останется. И это меня пугает.

Вновь со смехом вытерла выступившие слёзы, которые, то появлялись подобно тоненьким ручейкам, то исчезали. Боль в груди усилилась, и я постаралась заглушить её алкоголем, которого осталось не так уж много.

— Но… но есть кое-что, чего никто не знает, — допила остатки виски, поставив пустую бутылку рядом с собой на стол. — Это секрет. Хочешь, расскажу? — Кёя молчал. Взгляд его вновь смягчился, но лицо ничего не выражало. — Только никому, ладно? — с улыбкой подставила палец к губам, словно показывая, что это наша общая тайна. Наклонилась вперёд, делая тон тише. — Знаешь, Хибари, я не вижу твоей ауры, — парень фыркнул, усмехаясь. Делая такой вид, мол, я для него ничего нового не открыла. — Нет-нет, я знаю, что её видят другие. Знаю даже, как её описывают, но сама не вижу. Правда, чувствую, — теперь парень заинтересовался. Усмешка исчезла. — Я её заметила с того самого первого дня, когда мы встретились. Вот только, если она на окружающих действует довольно угрожающе, то меня… успокаивает. Странно, не правда ли?

Брови Хибари нахмурились. Он словно пытался припомнить, когда мы впервые познакомились, и как это было. Потом расслабился, видно, припоминая этот день, и сам убедился в том, что тогда заметил во мне что-то особое. Что-то, что его напугало или насторожило.

— Хотя, возможно, это из-за того, что похожей аурой обладает моя мать, — пожала плечами. — Но суть такова — когда вы рядом, я чувствую покой, умиротворение и уверенность, что со мной всё будет хорошо, — улыбнулась. — Да… именно это. Этакий домашний уют, который не везде отыщешь. Однако, — вновь отодвинулась от парня. — Это плохое чувство. Ему нельзя доверять.

— Почему? — неожиданно спросил Кёя.

— Потому, что это мираж. Эти чувства… противоречат моим суждениям. Логику и реальность никто не отменял. Эта уверенность лишь иллюзия того, что могло бы быть. Я не в безопасности и никогда в ней не буду. На меня всегда будут охотиться головорезы. Не сегодня, так завтра. Не завтра, так послезавтра. Всегда найдётся рыбка покрупнее, что захочет оттяпать мою голову. И если я буду верить в эти чувства, в эту уверенность… могу забыться и умереть. Хотя… — всплеснула руками. — Какая уже разница? Завтра мне и так конец! Хех! Сегодня же… — опустила ноги на пол и сползла со стола с краю. После чего боком села к Кёе на колени и обхватила его за пояс.

— Серра, что ты делаешь? — строго произнёс парень, но не сталкивал меня. Вообще не прикасался. Я же прижалась головой к его груди.

— А на что это похоже? — улыбнулась. — Обнимаю тебя.

— Прекрати, — требовал он. — Ты пьяна, и совершаешь глупость! Завтра будешь сожалеть о содеянном.

— Хах, Хибари, я буду сожалеть о чём угодно, но не об этом, — негромко засмеялась, чувствуя, как веки тяжелеют. — Да и разве не всё равно? Понимаю, тебе неприятно, но прошу, позволь хотя бы пять минут так посидеть. Пять минут… Потом, можешь швырнуть меня куда угодно. Плевать. Даже если я каким-то чудом завтра выживу, всё равно, в итоге, сделаем вид, словно ничего не было. Верно?

— Ничего не было? — в его голосе послышалось недоверие и некое беспокойство.

— А разве не это мы делали последние полтора года? — крепче прижалась к парню, чувствуя, что покой проникает в самое сознание, расслабляя мышцы. — Что бы ни произошло сегодня… завтра и ты, и я сделаем вид, что этого не было… что это сон… и всё… Но пока… всего пять минут…

Веки тяжелели. Как и всё тело. Под волной спокойствия и умиротворения я погружалась в сон. В глубокий сон. Что было несколько странно, ведь я никогда не засыпаю ночью. Может, уже рассвет? Ах, не важно. Не хочу думать. Только не сегодня. Скоро пять минут кончатся, и всё вернётся на свои места. Я задремала, осознавая реальность какой-то далёкой частью себя. Тело стало таким тяжёлым, из-за чего объятия начали слабеть, а голова сползать вниз. Знала, что если упаду, то будет больно. Однако… я не падала. Спину и ноги бережно прижали, не позволяя соскользнуть. Это ведь Кёя, верно? Или это всего лишь сон?

Глава 37. Та ночь, что ярче дня

Ох, как мне плохо…

Голова словно свинцом залита. Во рту так сухо, и тело ломит. Хм… знакомое чувство. В меня опять вкололи ампулу яда и похитили? Хотя нет… Ничего подобного не было. Единственный, кто вливал в меня яд, это я сама. Воспоминания тяжёлым грузом всплыли в моей голове. М-да… Впервые выпила спиртного, в одиночку, так и ещё начала не с пива, как большинство подростков, а с виски. Ну и гадость! Никогда… Больше никогда!

Ох, мне плохо…

Постаралась приподняться и принять сидячее положение. Стоп, а где это я? Приоткрыла один глаз, осматриваясь. А? Я что, дома у Хибари? Точно. В той самой комнате, где спала вчера. А как мы сюда добрались? Этого не помню. Вроде бы, вырубилась в школе. Сидя… на коленях… Кёи…

Хм…

Наговорила я ему, конечно, много. Ладно… Очень много. Думаю, теперь простое «забудь» и «давай сделаем вид, словно ничего не было» не прокатит. По идее, должно быть стыдно, но, учитывая, как у меня сейчас ломит всё тело, особенно шея и голова, и ведь это не конец моим страданиям — мне как-то плевать. Немного жаль, что поцеловать его так и не получилось. А ведь я реально хотела это сделать. Хех, чего только в пьяном бреду не натворишь. Но, видно, как говорят обычные смертные, не судьба.

Чёрт, нужно срочно в туалет.

Медленно, опираясь руками о стеночку, поднялась на дрожащие ноги. Тихонько. Без резких движений. Голова ещё плохо соображает. О-о-ох, как же тянет желудок… Его нужно немедленно освободить… И эти отрыжки… мне от них ещё хуже становится.

Вышла в коридор, совершенно забыв о тапочках. Босые ноги звонко шлёпали по деревянному полу, хотя, как по мне, я их тупо волочила. Так, туалет должен быть где-то за этим поворотом, если не ошибаюсь. Если нет… он там всё равно будет. Нет больше сил нести в себе эту ношу. Открыла дверь. Да! Это туалет. Дальше пошёл не самый приятный процесс, который я очень хочу забыть. Скажу так, что, в итоге, когда я посмотрела на себя в зеркало, висящее над умывальником, удивилась, что «такое», в принципе, ещё живое.

Синяки на шее проходили и теперь покрылись раздражающими жёлтыми пятнами, которые идеально сливались с цветом моих глаз. Да уж, милое сравнение, Дар. Однако под самими глазами образовались отёкшие синяки. Это из-за выпивки или из-за бессмысленных рыданий? Хм-м-м… Не думала, что продемонстрирую свою слабость таким образом. И главное перед кем? Перед самим Хибари Кёей! Перед тем, кто считает любое проявление слабости бесполезной тратой времени. Ну, не удивлюсь, если он вновь начнёт звать меня травоядным.

Наклонила голову к раковине, сполоснула лицо и шею под струёй холодной воды. Стало значительно легче. Также прополоскала рот от пустынной сухости и смочила волосы, приглаживая их назад. Теперь хотя бы мыслить можно.

— Наконец-то очнулась? — послышалось со стороны двери. Повернув голову, увидела сложившего на груди руки и облокотившегося плечом о дверной косяк Хибари Кёю. Его взгляд был холоден и строг. Лицо, как обычно, не выражало каких-либо эмоций. Из одежды на этот раз была обычная тёмно-фиолетовая футболка с каким-то чёрным абстрактным рисунком напоминающим шипы и треугольники, а также серые шорты, которые были ниже колен, и имели множество карманов. — Время уже половина шестого вечера, не думал, что ты будешь так долго спать.

Если честно, сама не думала. Получается, я проспала и ночь, и день? Хм… Определенно больше двенадцати часов. Это из-за алкоголя? Ладно, подумаю над этим позже.

— Вы перевезли меня к себе домой? — спокойно спросила я.

— А должен был оставить в школе? — тон Кёи был явно недовольным. Он зол. Вот только почему? — Ты вообще помнишь, что вчера натворила? — кивнула головой. — И? — парень замер, ожидая моей реакции, но понял, что просто так до меня ничего не дойдёт. Голова соображала медленно. — Не хочешь извиниться за содеянное?

— Нет, — спокойно ответила я. Странно, но сожаления я не чувствовала. Ни стыда, ни смущения, ни сожаления… Наверное, мир кардинально меняется, когда понимаешь, что меньше чем через шесть часов тебя уже не будет. Начинаешь ценить жизнь ещё больше. И сожалеешь не о том, что сделал, а о том чего не сделал. — Я ни о чём не сожалею. А вам нужно моё извинение?

— Да, — теперь в его голосе чувствовалось раздражение. Видно, его злило это безразличие на моём лице.

— Хорошо, — повернулась к парню всем телом и поклонилась. — Прошу меня извинить, Хибари-сан. Как член Дисциплинарного Комитета, я повела себя неподобающим образом. Пришла в кабинет пьяной, устроила там разгром, наговорила лишнего и пыталась вас соблазнить. Моё поведение непростительно, и я приму любое наказание.

— Соблазнить?! — что это? Возмущение? Недоверие? Непонимание? Он не зол, да и голос не повышает, но буря эмоций чувствуется.

— Ну, да, — также спокойно ответила я, не разгибая спины, но приподняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза. — Конечно, в соблазнении опыта у меня маловато… — честно призналась. — Однако, смею заверить, что этого больше не повторится, — через секунду раздумья добавила: — Никогда.

Возникла неловкая тишина. Я всё ждала слов парня. Какого-нибудь вердикта, угрозы, оскорбления, насмешки, удовлетворения… Да хоть чего-нибудь! Но Кёя лишь стоял на месте, скрестив недовольно руки перед собой. Через минуту он что-то для себя наконец-то решил и, фыркнув, повернулся ко мне спиной.

— Приведи себя в порядок, — грозно приказал Глава Дисциплинарного Комитета. — На тебя смотреть жалко, а перегаром разит за километр, — я украдкой дыхнула себе в ладонь и принюхалась. Вроде, ничего не чувствую, хотя может уже привыкла. — Прими душ. Полотенце и халат в верхнем шкафчике справа, — вышел в коридор и задвинул за собой дверь, однако не до конца, так как хотел кое-что добавить: — После сразу иди на кухню, — раздав приказы, наконец-то закрыл дверь.

Послышались отдаляющиеся шаги, и я поняла, что осталась одна. И что это было? Немного странно. Но с другой стороны, сколько я уже в этом костюме бегаю? Наверное, от меня действительно разит как от алкаша Василия. Ладно… Интересно, а каким Кёя шампунем пользуется?

После хорошего душа, действительно чувствуешь себя так, словно заново родилась. Накинула на себя найденный в шкафу банный махровый халат белоснежного цвета и вышла в коридор. Всю грязную одежду решила сложить в тугой узелок и вернуть в свою комнату, после постирать на досуге. Если появится такой шанс. А пока… поброжу в халате.

По пути на кухню мне послышался аромат приготовленной еды. Пока трудно сказать, что это, вроде бы, пахнет вкусно. Морепродукты? Тихонько зашла на кухню. Кёя заметил меня, но ничего не сказал. На фоне шумел телевизор, на котором показывали очередную безумную японскую передачу. Стоило мне сесть за стол, как услышала голос парня:

— Рядом с тобой пакет с одеждой, — Кёя, как обычно, был спокоен и холоден. Воплощение айсберга. — После еды наденешь.

— Вы купили мне одежду? — удивилась я, хотя прекрасно понимала, что не в халате же пойду потом в школу. Но единственное, на что смела надеяться, это то, что Кёя одолжит свою одежду, хотя он, кажется, очень щепетилен в этом отношении. И, вероятно, брезглив.

— Покупал не я, — коротко отозвался парень, не поворачиваясь в мою сторону. — Послал одного из своих людей в магазин, дав приблизительные предпочтения и пропорции.

— О как! — теперь мне стало даже любопытно.

Вот будет забавно, если там окажется какой-нибудь костюмчик в стиле секс-шопа. Тогда думаю, дар речи потеряю не только я, но и сам Кёя. А после и тот, кто решился на такую покупку. Уж Хибари об этом позаботится. Хотя, возможно, Кёя уже успел посмотреть на покупку и одобрил её.

Приоткрыла бумажный нежно-голубой пакет, заглядывая внутрь. Хм? Форма? Нет, не совсем. Эта одежда очень похожа на форму Дисциплинарного Комитета, что я обычно ношу в школу. Чёрные брюки, белоснежная рубашка, красный галстук… Вот только вместо стандартного чёрного гакурана, женский чёрный пиджак. Более того, даже имелись лакированные блестящие ботинки моего размера, и… нижнее бельё. Причём то, что я обычно предпочитаю. Значит, всё-таки в чём-то я была права. Но откуда он знает? Ах, точно… Как-то раз оставался у меня дома, в тот день, когда были травмированы мои глаза. Уж не думала, что парень всё запомнит. Забавно.

Если подумать, то я сейчас сижу у него дома, рядом с ним на кухне в одном халате, без нижнего белья. Чёрт, и почему у меня эта мысль вызывает смех? Наверное, потому, что я уверена, что Кёя ничего мне не сделает. Особенно после вчерашнего. Но и ещё по одной причине. Давайте глянем в лицо реальности. Я не красотка. И тело у меня далеко от идеала. Как по мне, оно худое, костлявое, тощее, без нужных женственных изгибов и форм. Действительно, без жалости на меня не глянешь. Но что поделать? Такой уж я уродилась.

Хотя родители и Рома заверяют, что я пошла телосложением в маму. Знаю, что её в детстве вообще Васей называли. Уж очень она была похожа на мальчика. И меня, значит, такая же участь ждёт? Вот только после шестнадцати мама стала расти как на дрожжах и превратилась в этакую красотку, но я что-то сомневаюсь, что меня ждёт такая же судьба. Мне скоро шестнадцать, но вот тело… как было костлявым и угловатым, таким и осталось.

Передо мной появилась тарелка с каким-то незнакомым мне супом, с плавающими в нём моллюсками. Запахло морем и специями.

— Ешь, — приказал Кёя, после чего также сел за стол и принялся за свою еду.

Стоп. Суп с моллюсками? А не его ли готовят в Японии как средство от похмелья? Я, конечно, в этом не спец, но мне душа вполне хватило. Голова немного шумит, да и в теле некое томление и усталость, но это естественное моё состояние. Особенно в последнее время. И всё же спорить с Хибари на этот счёт? Не-е-е… не то настроение.

Зачерпнула бульона и погрузила его в рот.

— Ох, чёрт! — ну, естественно. Все люди как люди, а я так погрузилась в свои мысли, что совсем не обратила внимания, что суп-то горячий. Теперь язык ошпарила. Молодец, Дар! Высший пилотаж!

Я думала, что Кёя сейчас усмехнётся и отметит, насколько я нелепо себя повела. Но нет. К моему удивлению, парень просто встал со стула, подошёл к холодильнику, достал оттуда небольшую бутылку холодной минеральной воды и передал её мне, также поставив на стол. Опять странный жест. Что это? Забота? Ни слова не произнёс. Более того, даже сейчас тупо смотрит в свою тарелку и молчит. Телевизор выключен. Эх, эта тишина давит на нервы. А почему бы не воспользоваться ситуацией? А что я теряю? Пф! Всё страшное, что может со мной произойти, ожидается в одиннадцать часов вечера. Пан или пропал.

— Знаете, Хибари-сан, — начала я, сделав несколько глотков из бутылки и с наслаждением заметив, что от прохлады боль с языка потихоньку сходит. — Это несколько нечестно.

— О чём ты? — спросил парень, насторожено переведя на меня свой грозный взгляд.

— Вы обо мне знаете практически всё, что только можно, — заметила, подперев подбородок рукой. — По сути, я для вас как раскрытая книга. Но о себе вы ничего не говорите. Хотя я задавала множество вопросов.

— И этим раздражала, — бросил гневно парень, вновь вернувшись к супу.

— Ой, да ладно! — вздохнула я, чувствуя некую обиду. — Дайте мне задать вам несколько вопросов. Возможно, это мой последний шанс! — стальные глаза с яростью уставились на меня, вот только на этот раз не из-за раздражения, а из-за какой-то внутренней злобы. Ему мои слова не понравились. Но на это я лишь ответила расслабленной и слегка ленивой улыбкой.

Несколько секунд Кёя испепелял меня взглядом, в надежде сломить и отступить назад, но, видимо, поняв, что сегодня такой фокус не пройдёт, решил уступить сам.

— Только один вопрос.

— Один? — застонала я. — Слишком мало! Давайте хотя бы пять!

— Два, и не вопросом больше, — фыркнул парень, гордо задрав подбородок и посмотрев куда-то в сторону, словно аристократ, которому противно смотреть на своего слугу.

— Четыре! — предложила я, игнорируя его надменность. — Хотя у меня этих вопросов сотня, не меньше…

— Два! — настаивал на своём Кёя. — Или вообще забудь об этой идее.

— Подождите-подождите! — взметнула раскрытые ладони перед собой, решив, что Кёя собирается вновь уйти, как это обычно происходило в школе. — Давайте так, ни мне, ни вам. Три! Три вопроса, и я от вас отстану! — Хибари задумался и через несколько мгновений расслабился, позволяя мне задать свои вопросы. Но… с чего начать? Ух, аж голова кругом. Столько всего хочется узнать. Но вопроса всего три… Так, что не давало мне покоя? Я вообще любопытная натура, но выбрать что-то одно… это трудно. Хотя… Учитывая нынешнюю ситуацию… — Только отвечайте честно и полно, ладно?

— Задавай уже, — раздражался парень.

— Хорошо-хорошо, — улыбнулась я. — Итак, вопрос первый: вы ведь хорошо поёте, верно? — Кёя посмотрел на меня так, словно спрашивал: «Ты окончательно спятила?», но я не жалею. — Меня всегда мучил этот вопрос, особенно учитывая, как Хиберд точно попадает в ноты. У вас музыкальный слух, и, возможно, даже имеется несколько лет музыкальной школы за плечами. Так?

— Эх… — закрыл глаза, словно надеялся, что когда он их вновь откроет, меня тут уже не будет. — Да, я умею петь. И пою неплохо. Насчёт музыкальной школы ты также оказалась права, но, посчитав это бессмысленным делом, бросил её ещё в начальной школе. Хотя причина, по которой я туда поступил, несколько иная. Довольна?

— Ка… ага, — чёрт, чуть не спросила, по какой причине он поступил в музыкальную школу, но уже сам факт того, что Хибари Кёя поёт, вызывает во мне ещё большее любопытство. — Спо…

— Если ты попросишь меня спеть, — предупреждающе начал парень, — то об остальных вопросах можешь забыть.

— Блин, — фыркнула я, понимая, что тут без шансов. — Хорошо. Второй вопрос: какой ваш любимый цвет? — Кёя устало закатил глаза. Его это действительно начало раздражать.

— Может, ты спросишь что-то более существенное? — отметил парень. — У тебя такой шанс, а ты задаёшь всякую чушь.

— Нет-нет, — отрицательно покачала головой. — Мне действительно интересно знать, какой у вас любимый цвет. Ну так?

— Тц! — бросил парень, беря в руку свою чашку чая, и сделал небольшие глотки. Кёя медлил, но, видно, осознав, что я так просто не отступлюсь, ответил: — Жёлтый.

— Жёлтый? — это было несколько неожиданно. Даже очень. — Надо же… Я думала, что вам нравится какой-нибудь чёрный или фиолетовый, или синий цвет. Что-то мрачное и холодное. Уж очень у вас образ соответствующий. Но… — пожала плечами. — Теперь ясно, почему Хиберд вам так приглянулся.

— Задавай, наконец-то, свой последний вопрос, и покончим с этим, — чашка чая вернулась на стол.

— Хорошо, — кивнула я, собираясь с мыслями. — А теперь третий вопрос, — мой голос стал серьёзнее. — Хибари-сан, почему именно город Намимори и Средняя школа Намимори? Ведь с вашими финансовыми и умственными возможностями вы можете поступить куда пожелаете. И это притом, что ваши родители работают в Токио. Уверена, они звали вас за собой, но вы всё равно решили остаться именно в этом городе, и стараетесь поддерживать здесь порядок. Довольно своеобразными, слегка криминальными методами, но всё же…

— Хм… — неожиданно Кёя облокотился на спинку стула и усмехнулся, смотря на меня несколько насторожено. Словно я представляю угрозу. Правда, недолго. — А говорила, что ничего обо мне не знаешь. Что ещё тебе известно?

— Ну, — задумалась. — Немного. Только то, что и так лежит на поверхности. Ваша мать — политик и работает в Токио. Отчим — военный и устроился там же. Причём переехали они уже довольно давно, но вас оставили здесь и редко когда навещают.

— Это всё? — уточнил Кёя, сохраняя всё ту же ледяную улыбку.

— Также я слышала про смерть вашего отца, — продолжая я, понимая, к чему он клонит. — Но в основном это просто выписки из старых газет. Ничего большего.

— Однако даже для этого требуется немало усилий, — заметил Кёя. — Никто в школе не знает о том, что мой отчим мне не родной отец. Об этом не известно даже Кусакабе. И давно ты собираешь на меня сведения? Как ты это сделала, не спрашиваю, так как знаю, что с компьютером ты…

— Эту информацию отыскала не я, — к своему удивлению, перебила парня. — Моя мать. У неё имеется плохая привычка выяснять всю подноготную тех, с кем я общаюсь. Издержки профессии. Вот она и сказала, хотя я этого не просила. Предпочитаю задавать вопросы лично.

— Хм, — Кёя вновь улыбнулся. — Хорошая привычка, — ничего себе! Он только что похвалил мою маму?! Я не ослышалась? — Что ж… договор, есть договор, — вздохнул парень. — Я отвечу на твой последний вопрос. Всё просто. Этот дом, — взмахнул рукой, указывая на здание, которое нас окружает. — Дом моего отца. Он здесь вырос и жил, при этом учился в Средней школе Намимори.

— Хибари-сан, — задумчиво наклонила голову набок. — Вы пытаетесь прожить жизнь своего отца? Говорят, что вы его толком не помните, так как потеряли родителя в юном возрасте. Но, видно, все ошибаются. Что же случилось?

— На этом вопросы закончились, — грозно бросил парень, возвращаясь к еде, но потом усмехнулся. — У тебя был шанс узнать меня лучше, но только один из трёх вопросов чего-то стоил.

— Ну, не скажи… — также усмехнулась я, приступая уже к остывшему супу. — Я теперь знаю, что вам нравятся мои глаза, — Кёя с недоумением приподнял правую бровь. — Они жёлтого цвета.

— Серра, — голос стал значительно ниже и угрожающе. Глаза хищно прищурились. — Ты что, вновь пытаешься соблазнить меня?

— Э? Нет, — замотала головой.

— Тогда ешь молча.

— Да ем я, ем, — пробубнила, вылавливая ложкой из супа ракушку.

Всё оставшееся время, я только и делала, что сознательно избегала мысли о предстоящем бое. Смотрела телевизор, бродила по дому Кёи, стараясь узнать его лучше, отыскала на кухне упаковку шоколадного печенья, которое без раздумий начала трескать. А после, вообще, вышла во внутренний двор и села на ступеньки, предаваясь природной тишине. Слышала журчание воды в фонтане, щебет птиц и пение гимна Старшей школы Намимори, дуновение ветерка, который слегка колыхал висящие над выходом колокольчики. Единственное, что не вписывалось в эту радужную картину, это я сама, сидящая в приготовленной мне одежде и с хрустом поглощающая печенье.

М-да… Если во мне и жил когда-то японец, то он умер, содрогаясь в конвульсиях. Теперь тут только я: пофигист, лентяй, сладкоежка, трусиха, зомби, призрак и, с недавних пор, алкаш Василий. Хех, а весёлая во мне собралась компания.

На хруст печения с ближайшего дерева ко мне выскочила белка. Сначала неуверенно и несколько насторожено, но желание полакомиться пересилило страх. Теперь эта белка сидела на скамеечке рядом и с таким же энтузиазмом ела предоставленное ей печенье. Сжала его в лапках, крутила как баранку и сгрызала лакомство с поверхности.

За спиной послышались шоркающие шаги. Белка немного напряглась, передвигаясь ко мне поближе. Было видно, что ей не по себе, но отказаться от источника сладости — выше её сил. А я даже не оглядывалась, так как прекрасно знала, кто это.

— Не думал, что у меня водятся белки, — задумчиво произнёс Кёя, приближаясь, после чего взял печенье из общего пакета и протянул его белке. Зверёк ещё какое-то время был неуверен в том, что Кёя именно передаёт лакомство, а не пытается что-либо отнять, но, спустя несколько секунд, схватил печенье зубами и ускакал к себе в дупло. Какое-то время мы просто следили за животным, после чего парень решил заговорить: — Время близится. Решила, что будешь делать?

— А у меня есть выбор? — спокойно спросила я, понимая, о чём он.

— Он у всех есть, — Кёя медленно присел рядом. — Например, бежать.

— Хм, и долго я смогу так бегать? — улыбнулась. — Нет, Хибари-сан. Я не буду убегать. Это как пластырь. Лучше дёрнуть резко и сразу, испытав острую боль, нежели медленно и постепенно. Да и я слишком труслива, чтобы жить отшельником, вечно от всех прячась.

— Ты не труслива, — бросил Кёя, заставив меня с удивлением посмотреть на него. Взгляд парня был уверен и сосредоточен, но смотрел он куда-то вдаль. — Чтобы решиться на подобный бой, нужна редкая смелость. И она в тебе есть.

— Спасибо, — негромко отозвалась я, хотя уверенность от этого не прибавилось. Но кое-что я всё-таки хотела сказать: — Хибари-сан, я хочу, чтобы вы не приходили на сегодняшний бой, — теперь очередь парня смотреть на меня с удивлением. — Останьтесь дома. Я бы попросила и ребят не приходить, но вряд ли они меня послушают.

— И с чего ты решила, что я буду тебя слушать? — с неожиданной злостью спросил Хибари. — Серра, не забывайся. Ты может и Советник семьи Вонгола, но я не давал согласие на то, что присоединюсь к этим травоядным. Единственное, что меня волнует, это состояние школы, в которой и происходит поединок. А также уверенность, что мой подчинённый не опозорит гордость и честь Дисциплинарного Комитета, — встал в полный рост. — Собирайся. Мы выдвигаемся через пять минут.

— Эм… хорошо, — ну вот. Он разозлился. И чего так завёлся? На первых двух битвах его вообще не было. Ладно… И в самом деле пора собираться. Иначе мою казнь без меня проведут. Странно… И почему я так расслабленно к этому отношусь? Видно, прошла все семь стадий принятия трагедии. Остался только смех.

К тому моменту, когда мы приехали в школу, около центрального корпуса успели собраться абсолютно все команды. Правда, держались они на значительном расстоянии, дабы не провоцировать друг друга, а Червелло за этим качественно следили. Как только я слезла с мотоцикла, ко мне подбежали Тсуна, Реборн, Базиль, Хаято, Рёхей, а также Такеши, который был весь перебинтованный.

— Дар! Дар! — кричал Тсуна, приближаясь. По его взгляду стало ясно, что он в ужасе. Кожа бледная, синяки под глазами, волосы ещё более взлохмачены. Не спал сутки, это точно. Да и остальные выглядели не лучше. — Дар! — подбежав, Тсуна схватил меня за плечи. — Ты… ты не должна драться! Это неправильно! Мы… мы… мы что-нибудь придумаем!

— Полностью согласен с Десятым! — кивнул Хаято. — Ты — Советник, поэтому единственное твоё оружие — это слово.

— Я экстремально возмущён! — взревел Рёхей. — Не женское это дело — в боях участвовать! Требую замену! Я выйду второй раз вместо неё!

— Раз на то пошло, то лучше я выйду, — фыркнул Хаято. — В этот раз не проиграю!

— Или я могу, — улыбнулся Такеши, хотя видно, что эта улыбка даётся ему с трудом. — Тебе бы лучше раны подлечить, — хлопнул Хаято по плечу, от чего тот тут же вскрикнул. Видно, что тело покрыто многочисленными травмами, и они ещё болят.

— На себя посмотри, бейсбольный идиот! — шикнул Гокудера. — Думаешь, с одним глазом многого добьешься? — да уж, на прошлой битве Такеши повредил глаз осколком бетона, и теперь его прикрывала белая повязка, которую наложил Ромарио, подчинённый Каваллоне Дино.

Казалось, что никто вообще не заметил присутствия Хибари. Да, если честно, он куда-то исчез. Не любит он группы людей. Скорей всего, опять выбрал для себя самый выгодный наблюдательный пост и следит за происходящим оттуда. Останавливать меня он не пытался, да и напутствующих слов от парня не услышала. Просто довёз и исчез. Но вот остальные не могли успокоиться. Перебивали друг друга и спорили о том, кто должен пойти вместо меня. Даже Тсуна и Базиль успели предложить свои кандидатуры. Это было забавно.

— Эй, ребята! — позвала я с улыбкой, и парни тут же замолчали. — Чего это вы неожиданно против битвы? Неужели за ум взялись? Не надо так, а то мне работы, как Советнику, не останется.

— Но… Дар! — воскликнул Тсуна, и я почувствовала напряжение во всём его теле. Он не уверен в моей победе. В принципе, как и я.

— Ни о какой замене не может быть и речи, — послышался женский голос со стороны. К нам подошли Червелло вместе с Варией. — Это бой только между Хранителями Луны. Однако Серра Дарья имеет право отказаться от боя.

— Что? Имеет право? То есть, она может не сражаться? Это же круто! — кричали парни, в голосе которых послышалась надежда.

— В таком случае Кольцо Луны останется у неё, но сама Серра Дарья становится членом команды Варии, — пояснили Червелло. Именно в этот момент шок возник на лице каждого из моих друзей. Они осознали, что в моём случае ставки намного выше. Тем временем сами члены Варии усмехались всё шире и шире. Видеть ужас на лицах своих противников для них бесценно.

— Ши-ши-ши, — засмеялся Бельфегор, который был также перемотан бинтами и опирался на костыли. — Будет забавно посмотреть на то, как Принцесса сражается. Хотя ещё забавнее, если появится шанс её убить. Так что… Ши-ши-ши, иди к нам, Принцесса.

— Я бы на неё и монеты не поставил, — произнёс Мармон. — Умрёт. В первые же пять минут. Против Эдды у неё нет и шанса.

— Какого чёрта?! — взревел Хаято. — Что ещё за условия? Она что, по-вашему, мебель?

— Успокойся, Гокудера, — произнёс Реборн, не повышая тона. — В принципе, я ожидал, что Занзас устроит нечто подобное. Если он станет Десятым Боссом Вонголы, то по договоренности, Дар должна будет следовать за ним. Именно поэтому этот бой и проводится. В нём Дар сможет отвоевать себе свободу. Во всех смыслах. Ставки довольно высоки. Если она победит, то ты, Тсуна, также не смеешь на неё претендовать. Договор между Серра и Вонгола, подписанный Девятым, будет аннулирован.

— Реборн! — ахнул Тсуна.

— Но, Реборн-сан, — обратился Базиль. — Не значит ли, что мы, так или иначе теряем Советника? — на это малыш только натянул шляпу к глазам, словно отстраняясь от всех.

— На это Занзас и рассчитывает, — пояснил он.

— Я ничего не понял, но если ты решила драться, то я экстремально на твоей стороне! — неожиданно закричал Рёхей, приняв боевую боксёрскую позу, хотя руки у него до сих пор перебинтованные. — Выложись по полной, во имя экстрима!!!

— Хах, семпай, — засмеялся Ямамото. — Ты как всегда полон энергии.

— МЫ ИМ ПОКАЖЕМ!!! — продолжал кричать Рёхей. — ТАК ДЕРЖАТЬ!!! НЕ СДАВАЙСЯ!!!

— Старший брат… — Тсуна буквально засмущался, смотря на то, как Сасагава кричит на всю школу, хотя мы все в метре друг от друга стоим. От его бурлящей энергии действительно стало теплее. Не зря он Хранитель Солнца. Странно, но смотря на него, во мне появилось странное чувство. Хм? Что это? Словно… я действительно смогу победить.

— Боже… — фыркнул Хаято. — Ну, что за придурок? Торфяная башка, потише никак?

— Заткнись, осьминожья башка! — бросил Рёхей. — Это мой боевой дух! А теперь… — неожиданно боксёр схватил меня за шиворот и потянул к себе, обхватив рукой за плечи. — Все в круг! Так, стоп! А где Хибари? Опять отлынивает!!!

— Эм… — протянула я, понимая, что Кёя, в принципе, поблизости, но вот обнимашки… Думаю, только от одного прямого предложения Хибари переломает Сасагаве ещё больше костей. Рискует парень, рискует.

Все встали в круг, обхватив друг друга руками. Даже Базиль не остался в стороне.

— СЕРРА, ВПЕРЁД!!! — закричал Рёхей.

— О-О-ОХ!!! — отозвались одновременно остальные.

Что ж, вроде, вдохновляющий круг позади. Теперь пора и в бой, однако, я посмотрела на Тсуну. Он паниковал. Губы вытянуты в тугую прямую линию, руки сжаты в кулаки и немного дрожали, а взор виновато опущен вниз. Он опять во всём винит себя. Тсуна… Подошла к нему, снимая с шеи цепочку с целым Кольцом Луны и вкладывая её в ладонь Савады.

— Держи, — улыбнулась. — Это кольцо моё, так или иначе, так что я вернусь и заберу его.

— Дар… — начал Тсуна, но его перебили.

— Хранители Луны, прошу, подойти ко мне, — это была одна из Червелло, которая стояла практически у самого входа в центральный корпус школы. В её руках было две чёрные небольшие повязки. Для чего они? Я и Эдда спокойно подошли к девушке. Эдда улыбалась. Алые губы буквально смаковали весь этот момент.

— Ну, что? — спросила она, кивая в сторону Тсуны и ребят. — Успела попрощаться? Это было так мило, наблюдать за вашим детским поведением. Объятья, вскрики, пожелания удачи… Для чего? Всё равно, в итоге, все встретитесь на том свете. И довольно скоро. Хах! Уж я вам это гарантирую.

На это я ничего не сказала. Просто проигнорировала слова девушки, так как прекрасно понимала, что она желает вызвать во мне ужас и панику. Страхом легче манипулировать. Ей необходим мой ужас, чтобы быстро разделаться со мной. Вместо этого лишь спокойно стояла на месте, осмотрев тех, кто стоял за спиной Эдды. Занзас восседал в неком подобии кресла, словно король. Запрокинул ногу на ногу и с усмешкой ожидал шоу.

— Поединок Хранителей Луны пройдёт на первом этаже центрального корпуса Средней школы Намимори, — начали пояснять Червелло. — Весь первый этаж здания перестроен под условия, которыми должны обладать Хранители Луны. Внутри находится лабиринт, оснащенный ловушками и оружием, в центре которого находится комната с шахматной доской. Но чтобы попасть туда, вам необходимо будет завязать глаза. Мы, Червелло, проведём вас в центр комнаты, откуда вы и начнёте свой поединок. Задача поединка: выиграть партию в шахматы. Между каждым ходом будет дано время, равное пяти минутам. Если противник не успевает сделать ход за отведённое ему время, хотя бы раз, это считается поражением. Также засчитывается победа, если один из соперников мёртв. А теперь прошу, — в наши стороны вытянули чёрные повязки. — Плотно завяжите свои глаза. Вы не должны ничего видеть.

Эдда фыркнула, явно выражая своё недовольство по этому поводу. Она предпочитает видеть куда идёт, но Червелло настаивала на своём. В итоге, девушке ничего не осталось, кроме как позволить завязать себе глаза. Я тоже не с радужными объятиями приняла это условие, но понимала, что спорить бессмысленно. Взяла повязку и завязала глаза, как того и требовали девушки. Мир погрузился во мрак. Ночью тут и так хоть глаз выколи, а сейчас…

Однако должна заметить, что мои ощущения тут же обострились. Слух, обоняние и чувство самосохранения. Я ощущаю на себе взгляды каждого присутствующего. Занзаса и его команды, Червелло, моих друзей, Хибари, который оказывается намного ближе, чем я предполагала, и… кого-то ещё. Их трое. Но они не настроены по отношению ко мне агрессивно, поэтому я не заметила их сразу. Прячутся. Должно быть, это ребята из Кокуё-Ленда. Они движутся. Вернее, передвигается только одна из них. Та девушка. Довольно медленно, не желая себя обнаружить. Тем временем Червелло проверяли повязку на глазах Эдды. Но прозвучал небольшой шорох за зданием корпуса.

Червелло его услышали, это точно, так как одна решила отойти в сторону и посмотреть на источник подозрительного шума. Её не было буквально мгновение, и вот послышались возвращающиеся шаги.

— Просто птица, — послышался голос девушки, объясняющей те непонятные звуки, вот только это был не голос Червелло. Вернее её, вот только что-то с девушкой не так. Она больше не она. Произошла подмена. Мукуро, что ты делаешь? Похоже, он оглушил одну из Червелло и, заключив с ней договор в виде царапины от трезубца, проник в тело девушки. Но я-то иллюзии не воспринимаю. Зачем?

Теперь по правилам мою повязку должны были проверить следующей. В этот момент одержимая Червелло подошла ко мне, незаметно впихнув что-то в карман. Проверять, что это, не было времени. Тем более, кажется, забеспокоился Тсуна. Он тоже почувствовал что-то не ладное, но пока ещё не способен понимать собственные ощущения. Только учится доверять своей интуиции.

— Ку-фу-фу, — дошёл до моих ушей еле уловимый шёпот. Тем временем руки девушки ощупывали повязку на голове, проверяя её плотность. Вернее делая вид, но не суть. — Кто же знал, что всё будет настолько интересным?

— Ты… — я даже не знала, с чего начать. Хотелось столько всего сказать, но в то же время я прекрасно понимала, что он меня выручает. Не знаю, почему, но это происходит уже неоднократно. Рокудо Мукуро играет в свою игру, правила которой ведомы только ему одному. Спасает и выручает меня. Что это? Благодарность? Или своего рода прелюдии к чему-то большему? В любом случае он… — Сумасшедший.

— Оя! — также тихо прошептал Мукуро устами девушки. — Я тоже соскучился, — это не могло не вызвать еле заметную улыбку на моих губах. Время идёт, а этот извращенец всё о своём. Ну, хоть что-то в этом мире стабильно. — Милая Дарья, у меня мало времени, но… не умри.

Я хотела что-то сказать, но не успела, так как в нашу сторону направился ещё один человек. Это Занзас. Он тоже обладает сильной интуицией и заметил что-то не ладное. Мукуро тут же покинул тело девушки, оставив её одну, с непониманием смотревшую на меня, но уже через секунду Червелло грубо отпихнули в сторону. Занзас желал завладеть всем моим вниманием, хотя я и стояла с плотно завязанными глазами.

— Лорд Занзас, прошу, остановитесь! — крикнула одна из Червелло. Кажется, именно та, которую толкнули на землю. — Бой ещё не начался и любое вмешательство…

— Успокойся, Червелло! — грозно бросил парень, продемонстрировав свою властность. — Я ничего не делаю. Пока ничего не делаю… — наклонился в мою сторону, так как я отчётливо почувствовала аромат алкоголя. Виски? Да, этот запах я уже ни с чем не спутаю. — Хм, — фыркнул парень. — Объясни мне, Серра, что это? Гениальная уверенность или глупое упрямство? Ты ведь прекрасно знаешь, каковы твои шансы. Неужели перспектива умереть от рук Эдды намного лучше того, чтобы смириться со своей жалкой участью и служить мне? Пускай, расплата за неповинность высока, но и награда за послушание соответствующая.

— Я не знаю, в какие игры ты играешь, Занзас, — ответила, чувствуя жар, исходящий от Босса Варии. Он буквально сжигал поверхность моей кожи. Хотелось сделать шаг назад, но тогда я продемонстрирую, что боюсь его, а это не так. Сейчас… я вообще ничего не боялась. Просто устала бояться. Фитиль со страхом перегорел вместе с вчерашним виски. — Понимаю, что у тебя ещё имеется козырь в рукаве, но пока не могу понять какой именно. Однако, рано или поздно, правда, подобно дерьму, всплывёт на поверхность. И в одном я точно уверена — такой Босс, как ты, мне не нужен.

— Ха! — усмехнулся Занзас, выдыхая мне в лицо перегар. Так вот как я пахла утром. М-да… не фонтан. Удивляюсь тому, насколько Хибари терпелив. Мне уже сейчас хочется двинуть Занзасу, вот только я прекрасно понимаю, какие потом будут последствия. Парень наклонился к самому моему уху. Его утробное дыхание заставляло волосы слегка колыхаться, щекоча кожу. По спине побежали неприятные мурашки, словно от холода. — Ты, как Советник, мне тоже без надобности. Все, кто не могут за себя постоять, лишь никчёмный мусор. Однако, тебя такой сделал старик, решив поиграть чужой жизнью. Именно поэтому, — парень выпрямился, и его голос зазвучал намного громче, чтобы слышали и остальные. — Дам шанс одуматься. Не сейчас, так как уверен — ты откажешься. Он тебе понадобится там, на поле боя Хранителей Луны. Достаточно произнести лишь две фразы, и всё кончится. Скажи — «Я больше не могу» и «Помогите». Как только ты это озвучишь, бой будет остановлен, и ты становишься членом Варии.

Какого чёрта происходит? Что он удумал? Занзас определенно ненавидит своего отца. Даже знает о его приказе, и, вероятнее всего, считает, что точно такая же ненависть живёт и в моём сердце. Но я его даже не видела ни разу. А если и видела, то так давно, что и не помню. Так чего же ищет Занзас? Единения мыслей? Понимания? Но для чего? Мне необходимо узнать причину того, почему Занзас так сильно ненавидит Девятого. Я буквально физически ощущаю его ярость. Особенно с закрытыми глазами. Она выжигает его изнутри.

Хм… Странный он человек. В чём его цель? Хочет занять позицию Десятого, но для чего? Ради команды? Нет. Они для него подобны мусору, и я это видела собственными глазами. Уничтожает слабых, смеётся над смертью подчиненных. Ради славы и популярности? Уверена, что его имя и так гремит по всей округе. Будучи сыном Девятого… Да и силу его можно буквально потрогать. Это же отменяет вариацию с поиском дополнительной силы. Всё наводит на одну единственную мысль — что-то произошло между Занзасом и Девятым. Что-то такое, после чего он возненавидел своего отца. И, вероятнее всего, попытался убить его. Да, именно эта мысль и посетила Внешнего Советника, но тут имеется несколько не состыковок.

Хоть Емицу и направился проверить состояние Девятого, уверена, что не обнаружит потери. Девятый слишком крупная личность, чтобы так просто исчезнуть. Тем более в главном штабе Вонголы. Замена? Да, это вероятнее всего. Но и убивать своего отца так просто Занзас бы не решился. На эту мысль меня наводят те письма, которые продемонстрировал Внешний Советник с печатью Девятого. Печать с пламенем Посмертной Воли подлинная, никаких сомнений, но добровольно ли он подписался под тем приказом? Сомневаюсь. Передать пост тому, кто тебя ненавидит? Это высшее безумие. Значит, Занзас не убил Девятого, а похитил его и держит в плену. Да, это больше похоже на правду. Вот только мои же собственные мысли мне очень не нравятся. Где Занзас скрывает Девятого?

Меня взяли за руку и повели в сторону центрального корпуса. Это были Червелло. Время поединка началось. Мы шли прямо, никуда не сворачивая. При этом я прекрасно слышала, как за спиной что-то задвигается. Оно тяжёлое. Бетон? То есть, пути к отступлению нет. Наконец-то, когда мы оказались в центре, прозвучал голос Червелло со всех сторон, говоривший о том, что мы можем снять повязки с глаз.

Сорвав повязку, первым делом я обнаружила себя в довольно тёмной круглой комнате размером в три квадратных метра. Причём вдоль стены было больше десяти дверей, что окружали нас. Куда они вели — неизвестно. Но над каждой дверью к потолку прикручен небольшой экран, на котором мелькало изображение лица Червелло. Именно от этих телевизоров и исходил голос. Скорее всего, подобные экраны находятся и снаружи, показывающие битву Хранителей Луны.

В центре комнаты стоял столик с расставленными шахматными фигурами. Ничего необычного. Просто столик и шахматные фигуры. Выиграй партию, и путь свободен! Заманчиво, не правда ли? Даже как-то слишком просто. Но между каждым ходом должно пройти не больше пяти минут, иначе будет засчитано поражение. За каждой из этих дверей, скорее всего, десяток ловушек, которые не позволят так просто покинуть эту комнату. Зачем? Да всё просто, во время этих «пяти минут» каждый из нас может делать всё, что ему захочется. Но, оценивая своего противника, думаю, Эдда сделает свой ход сразу же. Я помню её оружие. Два больших кинжала. Значит, она боец ближнего боя. Нужно держаться от неё на расстоянии. Но, ко всему прочему, необходимо также и помнить, что она их неплохо метает. Но их всего два. Несколько раз увернуться, и она безоружна. Хотя бы от кинжалов избавлюсь, а дальше как получится.

Эдда усмехалась. Она была довольно расслабленной, уперев руки в бока. Всё в ней говорило об уверенности и своей непобедимости. Но стоит прозвенеть сигналу к бою, как она, подобно кошке, сорвётся с места и накинется на меня.

— Хранители Луны изначально позиционировались как люди, способные помочь семье в самые мрачные времена и даровать свет надежды тогда, когда этого больше и не ждёшь, — произнесла Червелло с экранов. — Такие Хранители становились Советниками, стратегами, верными соратниками, причём не только для Боссов Вонголы, но и для остальных членов команды. Они знали секреты каждого. Знали их сильные и слабые стороны. Более того, умели это использовать в бою. Именно поэтому здесь основное оружие, которое вам необходимо продемонстрировать — это ваш интеллект. Битва Хранителей Луны: Серра Дарья против Серра Эдды. Началась!

— Что?! — не верила своим ушам. — Ты тоже Серра?!

— Сюрприз! — девушка громко засмеялась, всплеснув рукам. — Ну, а теперь… потанцуем?

Всё… всё не так!

Всё не должно было закончиться именно так!

Где я? Чёрт! Заблудилась. Прижимаю окровавленную рану на левой руке, чуть выше локтя, стараясь остановить кровотечение. Всё было так быстро. Трудно дышать. Пепел и сажа першило горло. Катастрофически не хватало воздуха. Жарко. Слишком жарко. Кругом огонь, и я в тупике. Прижата к стенке. Не выбраться. Огненная стена перекрывает пути к отступлению. Слишком много огня. Оно пожирает всё. Пол, стенки, потолок. И с каждой секундой всё ближе и ближе ко мне. Страх сковывает тело. Страх обезоруживает.

С отчаянием я вжалась в угол и медленно сползла на пол, обхватив себя руками за колени. Как тогда… как в тот день, в детстве. Мне вновь приходится всё это переживать. Вновь проходить через этот ужас. Моя плоть… она также сгорит. Я буду кричать, извиваясь в агонии. Страшно… безумно страшно. Огонь… он везде…

Всё не должно было так случиться.

Не должно…

Как только объявили о начале битвы, мы не набросились друг на друга. Нет. Всё было медленно и постепенно. А именно — Эдда предложила подбросить монетку, которая и определит, кто за какой цвет играет в шахматах. Это было разумно, и я согласилась. Монетка была брошена. Эдда ходит первой. Недолго думая, походила обыкновенной пешкой, выдвигая её вперёд. Я уже потянула руку к своим фигуркам, как на экранах появилось изображение ещё одной тёмной комнаты, с расставленными по всему полу шахматными фигурами в человеческий рост. Загремели цепи, и щёлканье некого механизма. Одна из фигур, точно такая же, которую передвинула Эдда, выдвинулась вперёд. Вернее, её выдвинул механизм, который скреплялся с каждой фигурой стальной цепью сверху.

Скрежет металла об бетонный пол эхом отражался от динамиков. Что это за комната? Что это за фигуры? Зачем нам их показывают? Это вообще в школе? Если судить по взгляду Эдды, то она тоже ничего не может понять. Значит, хотя бы здесь мы в равных условиях. А что будет, если кто-то из нас попытается пожертвовать своей фишкой? Что тогда? В янтарном взгляде Эдды так же горело любопытство. Она пожертвует или я?

Сделала свой ход, также использовав первый ряд фигур, но не поддавалась девушке. Если ей тоже любопытно, то она уступит. Да, именно это она и сделала. Следующий ход с её стороны был таким, при котором я смогла забрать фигуру. Каждый наш ход отображался на экранах, где показывали ту тёмную неизвестную мне комнату. Может, это подвал?

Но случилось то, что заставило нас на несколько минут замереть на месте. Когда я забрала одну фишку противника, моя стальная фигура на экране с механическим треском передвинулась к нужной статуи противника. После чего мелькнул свет. Всего на мгновение. Настолько яркий, что даже камера не успела толком ничего зафиксировать. Но уже через секунду фигура Эдды, которую она пожертвовала, была разрублена на две половины и повалена на пол. Более того, из-под неё потекла густая вязкая тёмная жидкость. Кровь? Нет-нет-нет… Откуда в этих статуях кровь? Но ответ, подобно молнии, ужаснул даже моего противника, так как из одной половинки статуи вывалилась отрезанная человеческая рука, которая продолжала изредка вздрагивать кончиками пальцев.

— Ч… ч… что… — еле шептала я, чувствуя, как к горлу подступал тошнотворный комок. Только что… я убила человека. Я убила человека! Я!!! При этом даже не знаю, кто это и за что он там оказался.

Червелло посадили в эти стальные фигурки живых людей! Настоящих живых людей! Эдда не выдержала и начала ругаться на итальянском, оскорбляя и проклиная всех, кого только вспомнит. Она также была в недоумении и требовала немедленно пояснить ситуацию.

— Хранитель Луны, давая любой совет, должен учитывать, что распоряжается чужими жизнями, — прозвучал голос Червелло из динамиков. — Иными словами, в каждой шахматной фигуре находится живой человек. Это может быть преступник или серийный убийца, а может быть ваш друг или родственник. Для вас это всего лишь игра, но из-за неё умирают другие. Именно это Хранители Луны и обязаны всегда помнить.

Иными словами, под нас действительно построили идеальное поле боя. Тут мы отвечаем и за жизни неизвестных нам людей, а также за свои собственные. Миниатюрный вариант военного положения. Ты и стратег, что руководит фигурами на шахматной доске, и воин, который ведёт битву.

Вот только мне всё равно, что происходит с теми людьми. Это больше психологическое давление со стороны Червелло. Сомневаюсь, что они взяли мирных жителей или кого-то из моих родственников. Это маловероятно. Значит, использовали тех, кого для мира мафии не жалко — преступников. Меня сначала шокировало то, что Червелло пошли на это, но глубоко вздохнув, отодвинула свою панику в дальний ящик. Давно я уже так не делала. Просто собрала все лишние эмоции и погрузила в стеклянный ящик, через который всё прекрасно видно. Полная отрешенность от событий.

Возможно, это неправильно, ведь таким образом я избегаю проблем, но это лучшее, что я сейчас могла себе дать. Но самой Эдде было попросту плевать. Как на своих врагов, так и на своих друзей. Так как у неё лишь один ответ на всё это:

— Если это враги, то это мне даже на руку, — усмехнулась девушка. — А друзей у меня нет.

Девушка подошла к шахматной доске и сделала свой ход. Не теряя времени, я также намеревалась сдвинуть фигуру, игнорируя оглушающий рокот цепей со стороны динамиков мониторов, которые показывали ту тёмную комнату с людьми. Но не успела прикоснуться ни к одной фигуре, так как почувствовала оглушающую ярость и всплеск жажды крови. Эдда перешла к действиям и, не позволяя мне сделать ход, метнула один из своих кинжалов. Бросок был слишком неожиданным, а расстояние между нами слишком коротким. Толком даже отскочить нормально не смогла. Лезвие воткнулось остриём в дверь, что находилось за моей спиной, при этом сильно ранило мою левую руку, чуть выше локтя.

Не успела опомниться, как Эдда перепрыгнув шахматный стол, оказалась прямо надо мной с поднятой над головой рукой, в которой сжимала второе лезвие. Рефлекс сработал моментально. Так как я лежала на полу, перевернулась на спину и ударила ногой девушку в живот, причём делая основной упор на пятки. Эдда со стоном выдохнула остатки воздуха и рефлекторно наклонилась торсом чуть вперёд. Тут же воспользовалась данной ситуацией и вновь нанесла удар ногами в солнечное сплетение, отшвырнув от себя противника.

Эдда упала на спину, выронив кинжал и обхватив руками ушибленные места. Вот только лежала она так не долго. Это не школьник и не обычный подросток. Её тело натренировано и привыкшее к боли. Не успела я даже на ноги встать, как она уже ползла за своим выпавшим лезвием. У меня появился выбор, либо попытаться перехватить кинжал, так что вряд ли получится, учитывая расстояние, либо наброситься на Эдду и продолжить борьбу, пока она в невыгодном положении, либо сделать шахматный ход, что я и выбрала. Время не вечно и беспощадно отсчитывало секунды.

Сделала ход и тут же увидела краем глаза, как в мою сторону летит что-то маленькое, светящееся красным и мигает при этом. За долю секунды, скорее на интуитивном уровне, я с ужасом осознала, что это, поэтому пришлось сорваться с места, даже не рассмотрев до конца, что это, и бежать в первую же попавшуюся дверь. Как ни странно, это была та самая дверь, в которую Эдда метнула кинжал.

Прозвучал взрыв. Он был небольшой, достаточно хорош для того, чтобы выбить дверь с петель. По мощности напоминал динамитную шашку, но это не динамит. Это нечто большее.

— Ха-ха-ха! Ну, как тебе моё творение? — послышался голос Эдды со стороны шахматной комнаты. — Да будет тебе известно, что моё основное оружие не кинжалы. Я мастер по изготовлению бомб! И поверь, твой приятель, Гокудера Хаято, мне и в подмётки не годится. Как не посмотри, а я отношусь к семейству гениев. Хех! Будь оно проклято…

— Что? — удивилась я её последним словам, но уточнить не смогла, так как в это же мгновение из шахматной комнаты, влетает очередной красный светлячок, ускоряя мигание.

— УМРИ! — крикнула Эдда, после чего прозвучал очередной взрыв. Но мне вовремя удалось вскочить на ноги и попытаться убежать за угол коридора. Правда, к сожалению, пиджак задет, и после воспламенился. Избегая племени, я резко сорвала его со спины и откинула в сторону.

Что это за бомбы? Они мигают, а значит, имеют встроенный электрический таймер. Приблизительно в пять-семь секунд. Довольно лёгкие и по размерам не больше пальчиковой батарейки. В тоже время в них нет пороха. Иначе одним испорченным пиджаком я бы не отделалась. Тогда что это? Сжатый газ? Да, скорее всего. Он лёгок и хорошо воспламеним. А ударная волна в некоторых случаях сильнее, чем при динамите. Дерьмо!

Мне нужно пространство для манёвров. Она вряд ли покинет шахматную комнату так быстро. Но стойте… Где я? Это коридор, но тут нет ни окон, ни дверей, ни источников света. Лабиринт, о котором говорили Червелло, полон ловушек и оружия. Вот только главная ловушка заключается в том, что тут темно, словно ослепла. Единственным источником света является шахматная комната. Но идти туда равносильно смерти. Как быть?

Прежде чем я успела придумать хоть какой-то план, услышала приближающийся стук каблуков. Эдда решила действовать. Далее, подобно приговору из динамиков, по всему лабиринту одна из Червелло произнесла:

— Серра Эдда сделала свой ход. Следующий ход за Серра Дарьей. На его обдумывание даётся пять минут. Время пошло.

Очень хорошо! Пять минут? Да прекрасно! Но смогу ли? Особенно сейчас, когда в мою сторону, по коридору, уже летело около трёх красных светлячков. Нужно укрыться. Немедленно! Ни о чём не думая, я сорвалась с места и побежала в неизвестном направлении. В шахматную комнату ведёт несколько дверей, значит, есть возможность завернуть где-нибудь и добраться до цели другим путём.

Но не всё так просто. Пока я бежала, что-то щёлкнуло под ногой. А? Ловушка? Чёрт! И что это? Что произойдёт, если я уберу ногу? Видимость практически нулевая. Остаётся только инстинкт. Сразу вспомнились занятия с братом в лесу. Тогда он выматывал меня до обморочного состояния. Ох, сколько ловушек он на мне использовал. И не счесть. В итоге, всё сошлось к тому, что я принялась их предугадывать. Но это Рома! С ним проще, так как я просто изучила его привычки, а тут… кто делал эти ловушки? На что они ссылались? Что использовали? Возможно, что как только уберу ногу с рычага, в меня со всех сторон полетят копья и стрелы, а я их даже видеть не смогу.

Нет-нет, Дар, постой… Не думай. Чувствуй. Именно этому тебя обучал брат. Доверяй своим инстинктам. Доверяй своему природному чутью. Бывают моменты, когда логике верить нельзя. Ни глазам, ни ушам, ни обонянию. Есть только внутреннее чутьё. Шесть дней Ада ради этого. Так, расслабься… Дыши… Копья они использовать не могут. Стрелы тоже. Червелло могут напугать, но убивать не станут. Это поединок между Хранителями Луны, а не их истребление. Значит, впереди нечто такое, что заставит меня остановиться и замедлить ход. Что именно? В голову приходит только огонь. Ну-ка!

Резко отскакиваю назад, и как по команде передо мной возникает стена огня, выпуская пламя из установленных в потолке и поле устройств. Но лишь на пару секунд. Правда и их оказалось достаточным, чтобы понять, впереди ещё с десяток подобных ловушек. При этом напольный включатель установлен именно посередине. Хм, это может пригодиться. Решила дальше передвигаться держась ближе к стенке.

Через несколько метров наконец-то добрела до очередной двери. Раненая рука ощутимо болела, но под воздействием адреналина я практически не обращала на это внимание. Открыла дверь, прекрасно понимая, что минуты летят с сумасшедшей скоростью. Времени практически не чувствуешь. Нужно немедленно сделать свой ход. Однако стоило мне открыть дверь, как я осознала, что шахматная комната буквально освещена пульсирующим красным сиянием. На каждой двери было прикреплено взрывное устройство. Эдда устроила мне ловушку, а я, поспешив, о ней даже не подумала.

Мгновенно захлопнула дверь и прыгнула на пол в коридоре, прикрыв голову руками. Оглушающий взрывной грохот сорвал дверь с петель и отправил в полёт, вглубь лабиринта. От жары и пепла мне трудно дышать. Страх костлявой рукой подкрадывается к горлу, но встряхиваю головой, стараясь не допустить паники, и поднимаюсь на ноги. Более того, изредка нажимаю на собственную рану. Тупая боль отрезвляет.

В шахматной комнате теперь не было ни одной закрытой целой двери. Эдда не знала, с какой стороны я подойду, и позаботилась о каждом выходе. Но где она сама? Уверена, что уже спешит на такой шум, посмотреть, захлопнулась ли ловушка. Не медля, передвигаю шахматную фигуру и засчитываю за собой ход. Об этом тут же оповестил голос Червелло, что раздался со всех динамиков как в комнате, так и в коридорах.

Так, нужно что-то делать. У Эдды и в самом деле преимущество. Она подготовилась и просто так вечно убегать я не смогу. Мне нужно хоть какое-то оружие, которое смогу использовать в бою. Так, стоп… Мукуро! Он… что-то положил мне в карман. Точно! Похлопала себя по карманам. Ничего! Но как же? Ах, точно! Пиджак! Я его скинула после того, как спина воспламенилась. Значит, нужно вернуться.

Та дверь, которую Эдда выбила в первую очередь, так и валялась на полу с воткнутым в неё кинжалом. Девушка посчитала, что такое орудие ей ни к чему. Раз она решила сжечь меня дотла, то именно это и сделает. Ну и чёрт с ней! Зато мне пригодится. Ударила ногой ручку кинжала, заставляя его слегка наклониться вбок и выпасть из двери. Подняла лезвие, держа перед собой так, чтобы в случае нападения с любой стороны, могла сразу отразить атаку. Ноги рефлекторно пригнулись в коленях. Передвигалась медленно, вслушиваясь в тишину. Чем дальше я отходила от шахматной комнаты, тем темнее становилось, и вот тогда в темноте я заметила ещё один сюрприз. Вдоль всех стенок, в метре друг от друга, располагались красные бомбы-светлячки, которые при моём движении, усилили своё пульсирующее мигание и принялись взрываться, устроив небольшую цепную реакцию.

Если Ад и существует, то он, наверное, выглядит именно так. Темнота и верный удушающий огонь. Сама не знаю, как мне в этот раз удалось избежать пламени. Хотя о чём это я? Ранее белоснежная рубашка вся в чёрной саже. Волосы местами закоптились и оплавились. От нехватки кислорода стало тошнить и мутить. Кружится голова, а панику из-за огня уже просто не выходит подавлять. Страшно. Как же мне страшно. Огонь везде. Буквально везде. Я сама горю. Как изнутри, так и снаружи.

Тут я почувствовала что-то под рукой. Хм? Мой пиджак. На спине красовалась огромная дыра, но рукава и карманы не затронуты. Наконец-то довелось заглянуть на подарочек Мукуро. К моему удивлению, это был телефон. Довольно дорогой и со множеством функций, но простой телефон. И сеть он не ловил. Что… что он хотел мне этим сказать? Что я могу ему позвонить во время боя? Как? Чёрт… Голова совсем не варит. Плохо. Мне так плохо. Этот кашель уже раздирает моё горло. Глаза слезятся от едкого дыма. Больно… Так устала. Хочу, чтобы это всё прекратилось.

Динамики вновь подали голос. Эдда сделала свой ход и, более того, забрала одну из моих фигур. Она убила человека, хотя теперь всё прекрасно знала. Ход за мной. Попыталась встать и подняться в полный рост. Но не успела даже вытянуть ноги, как почувствовала резкий удар в правый бок. От такого резкого толчка пролетела несколько метров и, рухнув на пол, почувствовала, как у меня спёрло дыхание. Боль буквально ослепила. Уверена, что теперь нижнее ребро если не сломано, то треснуто однозначно, а о внутренних органах даже задумываться не хочу.

Сухой гортанный кашель с новой силой стал одолевать моё горло. Слёзы, наполненные болью, обидой и злостью, затуманили взор. Хотелось бежать, кричать, сражаться, но я даже дышу с огромным усилием, не говоря уже о том, чтобы встать на ноги. Но вот сама Эдда совершенно иного мнения на этот счёт. Девушка со смехом подошла ко мне и крепкой хваткой вцепилась мне в волосы, силой заставляя подняться на ноги. Мне казалось, что хуже просто быть не может, но нет… я ошибалась.

Эдда не жалела никого. А видеть мои мучения ей вообще доставляло радость. Рывком она швырнула меня в сторону стенки, придавив после шею рукой, чтобы я не смела дёргаться.

— Ну и где вся твоя напыщенная гениальность? — смеялась девушка, буквально выплёвывая каждое слово мне в лицо. — Ты не сильнее бродячего котёнка, которому я с лёгкостью могу свернуть шею. Что в тебе такого особенного, Представитель? Почему ради тебя должны умирать другие?

— Я… не понимаю… о чём ты говоришь… — с трудом прошептала.

— Не понимаешь?! — воскликнула она и тут же нанесла удар в область живота, по поврежденному ребру. Острая боль заставила вскрикнуть и чуть не потерять сознание. Ноги затряслись, и я бы рухнула, если бы не рука Эдды, что до сих пор прижимала меня к стенке. — Так я тебе поясню, — с ненавистью прошептала девушка. — Знаешь, семья Серра на самом деле стала довольно большой и сильной за последние четыреста лет. И все живут довольно мирно, стараясь никого не тревожить. До той поры, пока не появляется некая выскочка, которая разрушает чужие жизни. Я говорю о тебе, Представитель. Тогда все Серра разбиваются на два лагеря. Те, которые готовы убить Представителя ради своего же спокойствия, и те, кто готов умереть ради сохранности Представителя, которого даже в глаза ни разу не видели. И знаешь, что делают вторые со своими детьми, Представитель? Знаешь?

Я ничего не ответила, однако начала догадываться. Но Эдда всё же решила ответить в своеобразном стиле. Она усмехнулась и показала язык, высунув его как можно дальше. Именно на поверхности языка я увидела чёрное пятно, которое было точной копией моего родимого пятна на шее, формы полумесяца. Вот только в случае Эдды это было не с рождения. Это было тату. Причём сделано оно давным-давно. Вероятнее всего, в детском возрасте.

— Да, — произнесла Эдда, наблюдая за моей реакцией. — Каждого ребёнка, подходящего под общий возраст и описание, делали мишенями для других киллеров и мафиози. Чтобы спасти тебя, Представитель, нас отстреливали как собак. Так скажи мне, какого чёрта я должна была рисковать своей жизнью ради такого куска дерьма, как ты? Что в тебе такого особенного, чего нет во мне?

— Ничего… — прошептала я, так как говорить в полный голос не было возможности. — Во мне нет ничего особенного…

— Хех, как я и думала, — усмехнулась девушка. — Тогда сделай всем милость — умри!

Девушка занесла над моей головой тот самый кинжал, который я выронила при падении. Подобрав собственное оружие, она всё же решила использовать его, а не бомбы. У меня не было ничего. Ни вырваться, ни спрятаться, ни убежать. Только и оставалось, что стоять и шаркать руками по стенке, в надежде наткнуться хоть на что-нибудь. И, к моему удивлению, это «что-то» нашлось. Больше похоже на включатель света, что находился недалеко от моей правой руки. Не зная, зачем, просто нажала на него, будучи совершенно уверенной, что это мой конец.

Прозвучал звонкий механический скрежет над нашими головами. Я и Эдда одновременно посмотрели наверх, и в эту же секунду девушка отскочила от меня в сторону, а я со всей возможной мне силой вжалась в стенку. По центру коридора подобно маятнику со свистом прилетела гильотина. Если бы девушка не отбежала, то лишилась как минимум головы, а по максимуму так вообще пол тела. Так, значит, вот о каком оружии шла речь. Что ж, буду знать.

Не теряя время зря, я проскочила мимо маятника и попыталась скрыться от Эдды, которая из-за своей комплекции просто так проскочить, как и я, не в состоянии. Услышала её яростный крик, который только ускорил мои шаги. Всё тело ломило и стонало. Но я не останавливалась. К боли можно привыкнуть. Во всяком случае, я так себя мысленно успокаивала. Через какое-то время начала замечать ловушки и оружие, что установлены в полу и стенах. Они были довольно однотипны, но пока что использовать их не решалась. Моё время истекает. Нужно сделать ход.

Отыскала очередной ход в шахматную комнату, но не успела в неё войти. Кажется, Эдда также заметила ловушки и решила одну применить на мне. Девушка догадалась обойти коридор с другой стороны, поджидая моего возвращения. И только услышала приближающиеся шаги, как нажала на скрытый рычаг. Прогремел взрыв, который горячим воздушным потоком, оттолкнул меня в небольшое ответвление в лабиринте. Теперь я в тупике. Весь путь перекрыт пламенной стеной. Темно, страшно, горячо и невыносимо больно. Сил больше не осталось. Просто не осталось.

Обхватила одной рукой рану на руке, другой за больные рёбра. Огонь… он искалечил всю мою жизнь и, похоже, будет преследовать до самого конца. Вот я забилась в углу, обессиленная и сломленная. Я не справлюсь… Я не настолько сильная, как они. Всё это… О чём только думала? Противиться такому? Как бы сказал Тсуна… это невозможно. Огонь приближается. Подкрадывается всё ближе, пожирая всё на своём пути. Так пожрёт и меня. Он хотел это сделать, когда мне было три, хочет и сейчас…

— Я так больше не могу… — прошептала я, с усталостью и некой обреченностью закрывая глаза. Кислорода с каждой секундой всё меньше и меньше. Голова кружится, перед глазами всё плывёт. Губы пересохли и трескались до крови. Воды, мне так хочется воды.

Послышался треск из динамиков, немного приводя меня в сознание.

— Отлично, Серра, — это голос Занзаса. — Осталось одно слово. Умоляй меня о помощи, и всё прекратится.

Точно, Занзас. Всего одно слово? Мне стоит произнести всего одно слово, и весь этот Ад закончится? Точно? Соблазн так велик. Мне даже дышать больно. Ярость Эдды неисчерпаема. Она так ненавидит меня только из-за того, что я есть. В какой-то степени мне даже её жаль, но… Хех, это ведь никогда не кончится. Попрошу о помощи сейчас, и что дальше? Разве Эдда оставит попытки уничтожить Представителя семьи Серра? Сомневаюсь. Это повторится. И будет повторяться снова, снова и снова. До той поры, пока я не буду выжата как лимон. Та же смерть, только с оттягиванием неизбежного… Не хочу. Лучше уж так. Лучше один раз, но навсегда. Я слишком устала…

— Серра! Серра! Серра!

— А? — вновь с трудом открыла глаза и увидела парящего над моей головой Хиберда. — Птаха? Что ты тут делаешь?

— Серра! Серра! Серра! — жёлтая канарейка выкрикивала мою фамилию, привлекая к себе внимание. Зачем Кёя послал её сюда в такое пекло? Это же равносильно смерти. И как она смогла проникнуть сюда, если все пути перекрыты? — Серра! Серра! Серра!

— Хиберд, уходи, — бросила я, стараясь придать голосу приказной тон. — Уходи… тут опасно.

— Серра! — птичка села мне на коленку, с неким непониманием наклонив голову набок. Потом вновь защебетала что-то на птичьем, размахивая крыльями, но не взлетая. — Серра, борись! Серра, борись!

— А? Что-то новенькое… — усмехнулась. — Это тебя Хибари научил?

— Серра, борись! Борись, Серра! Серра!

— Не могу… — это правда. — Я устала… слишком устала…

— Серра! Борись, Серра! — канарейка кричала и кричала, не переставая ни на секунду, тем временем языки пламени уже добрались настолько близко, что стали плавиться носки ботинок. Я надеялась, что птица, в итоге, почувствует опасность и улетит, но нет. Осознав, что я ничего не буду делать, Хиберд вновь встрепенулся и пересел ко мне на плечо, уткнувшись головой в щёку. Он что, собрался остаться со мной до конца? Зачем? Глупая птица…

— Улетай… — канарейка не шелохнулась. Вот, чёрт. Если с птахой что-то случится, Хибари ведь меня с того света вытащит ради расплаты. — Дерьмо… — подняла глаза к потолку, усмехаясь над своими же собственными мыслями. Даже в такой ситуации от ругательств становится несколько легче.

Однако я успела кое-что заметить, что установлено в самом углу потолка. В общей темное оно не заметно, но при свете яркого пламени на потолке стало поблёскивать небольшое стёклышко объектива камеры. Камеры… они ведь расставлены повсюду. От этой мысли меня словно током ударило. Причём таким, который отчётливо и ясно говорит тебе, что выход есть. Мукуро… так вот что ты хотел мне сказать.

— Подъём, Хиберд! — ткнула пальцем пернатое нечто, что уже засыпало у меня на плече. — Мы ещё поборемся.

Облокачиваясь на стенку руками, медленно поднялась на ноги и подошла к тому углу, где имелась видеокамера. Так, ростом я маловата, а подпрыгнуть… нереально. Вижу, что камера работает. Она направлена на меня, то приближая, то уменьшая обзор. Думаю, тем, кто снаружи сейчас прекрасно видно в каком я положении. Хм… ну и пофиг.

Сняла с шеи красный галстук, сделав из него своеобразное лассо. Ну-ка… Эх! Чёрт, не доходит. Ещё раз! Оп! Мимо… Сил не хватает дотянуть. Но на помощь пришли. Хиберд понял, что я хочу сделать, схватил край галстука и, взлетев, нацепил его на видеокамеру.

— Молодец, пернатый, — улыбнулась я, после чего несколько раз подёргала, убеждаясь в том, что галстук держится крепко. Ага. То, что надо! Резко дёргаю ткань вниз и на себя. Как и ожидалось, камера съехала вниз, потянув за собой огромное количество различных проводов. Улыбнулась в камеру и выдернула всё провода.

Так, посмотрим. Если судить по тому, что я вижу, то Червелло вновь подключилась к школьной системе. Отлично. Наверное, они подумали, что раз я участник, то второй раз один и тот же трюк не совершу. Ведь советы раздавать больше некому. Ха! Не тут-то было. Достала из кармана телефон. Надо же, мне удалось его не разбить. Вставила необходимые переходники в мобильный. Так-так-так… Да, это точно школьная система! Хм…

Достаточно ввести несколько стандартных паролей, которыми владеет Дисциплинарный Комитет, и вот уже вся карта лабиринта центрального корпуса у меня на ладони. Так, для начала дам школьной системе приказ, который Червелло решили заблокировать, а именно: режим пожарной сигнализации. В эту же секунду во всех коридорах из потолка полил прохладный дождь, туша пламя. Ох… какой же кайф… столь желанная прохлада.

Так, теперь посмотрим на то, что показывают другие камеры. Хм, Эдда, как и предполагалось, сторожит шахматную комнату, но тот факт, что кругом полил дождь как из ведра, её несколько беспокоит. Огонь даровал хоть небольшой свет в коридорах, а теперь все слепы как кроты. Её бомбы тут не помогут, хотя, если судить по камерам, что могут снимать в темноте, девушка успела развесить свои бомбы в большей части лабиринта. Они сработают сразу же, стоит им заметить хотя бы малейшее движение. И в тоже время Эдда будет знать, где искать своего противника.

Так… А если мы схитрим? Буду очень удивлена, если Червелло не подсоединили ловушки и оружие к общей электронной сети. Хм… Да! Так и есть, они подсоединили их к сети. Скорее всего, чтобы проверить надёжность и точность. А учитывая то, что время на постройку лабиринта ограничено, они также использовали школьную сеть.

Использовала командную строку и приказала сработать одной из ловушек. В это же мгновение на одной из камер из пола повалило пламя. Не такое мощное, как в первый раз, так как его усилено сбивал дождь, но достаточное, чтобы датчики движения бомб начали цепную реакцию, указывая Эдде, где меня искать. Девушка хищно усмехнулась и сорвалась с места, нагоняя свою мнимую жертву. Тем временем я заглушила все динамики. Во всём корпусе. А после побежала в сторону шахматной комнаты и на последних секундах сделала свой ход.

Вот это да! Прошло всего пять минут? Как по мне, прошла вечность, если не две.

На экранах появилось лицо одной из Червелло, которая оповещала, что я сделала свой ход, и следующий идёт Эдды, но вот беда… его голоса не было слышно. Эдда не знает, что ход теперь за ней. Теперь главное оттягивать время. Вернулась в коридор, где был подключён мобильный к школьной сети. Посмотрела на изображение камер. Что-то не так. Эдда, похоже, заподозрила что-то неладное, так как победителя долго не объявляют, а ведь у меня оставалось всего каких-то несколько секунд. Девушка спешит обратно в шахматную комнату.

Недолго думая, я стала включать на её пути абсолютно все ловушки и оружия, желая замедлить, но Эдда не я. Её пластика и гибкость намного превосходят мой уровень. С грацией кошки она и преодолевала одно препятствие за другим, добравшись до шахматной доски. Сделала ход и тут же поняла, что с динамиками что-то не так. Её яростный вопль был слышен во всём лабиринте.

Больше оставаться в шахматной комнате она не намерена. Рванула на мои поиски и, должна признать, выбрала верный путь. Интуиция охотника в ней имеется. И довольно сильная. Надо что-то делать.

Учитывая, сколько взрывов произошло в коридорах, мусора скопилось довольно много. Но для кого-то это мусор, а для кого-то оружие. Я отыскала одну деревяшку, размерами чем-то напоминающий биту. Хотя, кажется, это был просто один из десятков осколков от дверей. Подошла к углу перед поворотом и, встав около стенки, присела на корточки, выжидая, когда Эдда будет поблизости. Из-за пожарной системы, что я включила, кругом была вода. Любые шаги, хлюпающим эхом отражались от стен. Даже в темноте можно сориентироваться по звуку. И она приближалась. Ритмичный бег, и всплеск луж. Однако перед самым поворотом она замерла. Неужели почувствовала моё присутствие? Ведь я даже не дышала, а Хиберд, что скрывался на плече под прилипшими волосами, давно спал.

Над головой что-то просвистело и впилось в стенку.

— УМРИ!!! — с яростью кричала Эдда, вонзив кинжал в стенку по самую рукоять. Вот только я ожидала нечто подобного и именно поэтому присела на корточки. Большинство людей подсознательно атакуют именно зону головы или сердца, но вот я…

— Достала! — со всей силы нанесла удар деревяшкой по ногам девушки, чуть ниже коленных чашечек. Болевое место.

С вскриком Эдда рухнула на пол, вызвав небольшой всплеск воды. Я уже заносила деревяшку над головой, приблизительно представляя, где у неё должна быть голова, но нет. Почувствовала резкий толчок в рёбра и выронила деревяшку, обхватив своё туловище, и вновь принялась учиться дышать. Боль… какая боль… буквально ослепляет, хотя я и так ничего не вижу. Тот факт, что ничего не видно, Эдду тоже беспокоил, поэтому она тут же достала откуда-то несколько ампул, размером с её бомбы, вот только сжав их, ампулы засветили приглушенным зелёным светом, давая лёгкую видимость происходящего.

Где она, чёрт подери, это всё берёт?

Хотела отбежать или подхватить вновь деревяшку, но мне не позволили это сделать. Боль всё ещё была острой и пульсирующей и не желала притупляться, что замедляло мои движения. Противник тут же воспользовался этим и повалил меня на спину, придавив одной рукой горло к полу, а во второй она опять сжимала свой кинжал, которым и замахнулась. Резко с боевым воплем опустила лезвие, целясь мне в голову. Благодаря зелёному свечению, что окружало нас, я теперь могла видеть её движение и успела отодвинуть голову в сторону. Правда, кажется, кожу всё же слегка царапнуло на уровне висков, но в целом голова целая.

Лезвие кинжала успело застрять в полу. Так просто его не вытащить. Воспользовавшись заминкой, я всё же нащупала потерянную деревяшку и со всей силы взмахнула ей, ударив Эдду в голову. Со вздохом девушка повалилась на пол, вызвав шумный всплеск окружающей нас воды. Кровь в организме закипела. Адреналин ударил в голову и заставил позабыть о боли. Также накинулась на девушку, сев ей на живот. Я была беспощадна. Снова, снова и снова, пока девушка не перестала шевелиться вовсе, и её тело не обмякло. Наносила тупые удары в область головы. Без жалости и сожалений. Только тот факт, что дерево разломилось в моих руках, заставило наконец-то прийти в себя и остановиться. Но лишь для того, чтобы осмотреть положение дел.

Она жива. Дышит. Из её головы, носа и рта медленно стекала кровь, но она до сих пор жива.

Взяла её же кинжал и крепко сжала ручку обеими руками. Она не остановится. Не остановится, пока кто-то из нас не умрёт. Не остановится, даже если у неё будет минимальный шанс меня убить. Сделает всё, но воспользуется им. Либо я, либо она. Выживает сильнейший. Крепче сжала рукоять кинжала и замахнулась им над головой, зрительно целясь в область сердца.

— Дар, остановись! — я замерла, услышав голос Савады Тсунаёши, что доносился из всех динамиков. Видно, программисты Червелло всё же вернули им рабочее состояние.

— Тсуна… — даже не верилось, что он пытается меня остановить. — Не сейчас…

— Нет, постой! — взмолился Савада. — Дар, пожалуйста, не надо! Ты… ты же совсем не такая! Ты уже победила! Разве не видишь?

— Тсуна, что ты несёшь? — начинала злиться, но кинжал не отпускала. — Разве ещё не понял? Я именно такая! Либо убью, либо умру сама. Третьего не дано.

— Нет, подожди, Дар! Разве не ты постоянно говорила нам, что есть третий путь? Разве не ты его всегда предлагала? Прошу, послушайся же сама своего совета. Я знаю… Знаю, кто бы что не говорил, ты добрый человек. Дар… пожалуйста…

— Тсуна… — вздохнула я с некой горечью в душе.

Стало противно от всей этой ситуации. От того, что парень немного идиот и не замечает таких элементарных истин, как выживание. Он до сих пор живёт в иллюзорном мире. До сих пор верит в сказки. Такой наивный… но… почему-то от его слов стало несколько теплее, а злость потихоньку отступала на второй план.

Эдда негромко застонала, потихоньку приходя в себя. Чёрт! Хорошо, я не убью её, но всё же сделаю это по-своему. Сложив руки девушки над её же головой, так, чтобы ладонь лежала на ладони, я скопила всю оставшуюся злость в кулак, в котором сжимала кинжал и пронзила им ладони, пригвоздив девушку к полу. Та, даже будучи без сознания, закричала от боли. Теперь она так просто никуда не денется.

Медленно встала с пола и направилась в сторону шахматной комнаты. Сделала свой ход, после чего вернулась обратно к тому месту, где лежала Эдда. Она проиграла, но всё равно необходимо выждать пять минут. Только тогда поражение засчитается.

— Что за глупость, — донесся до меня хрипловатый голос моего противника. — Ты должна была убить меня, а не вестись на поводу у этого мальчишки. Ты же знаешь, что я не остановлюсь. Мне плевать на кольца и Вонголу. Мне и на Занзаса плевать. Кусок напыщенного дерьма, у которого свои проблемы. Я хочу уничтожить тебя, Представитель.

— Знаю, — бросила я, сползая вдоль стеночки на пол, но не бросая из виду девушку. — Твоё убийство действительно было бы логичным выходом для всех. Особенно для меня. Но мой Босс против этого, а я ему подчиняюсь.

— Хех… ты ведь можешь… — смеялась Эдда. — Можешь их всех обвести вокруг пальца и уничтожить…

— Могу, — вновь призналась я. — Но не стану этого делать.

— И почему же? — её голос был грозен, но теперь в нём чувствовалось скорее непонимание, нежели злость.

— Ты же тоже Серра, должна знать, — вздохнула я. — Если мы выбрали какой-либо путь, нас, в итоге, очень трудно направить в другую сторону. Скорее даже невозможно.

— Хех, это точно, чёрт возьми… — произнесла девушка, после чего мы выжидали окончания пяти минут молча. В тишине. Никогда ещё тишина не казалась мне столь прекрасной…

Я победила.

В безумной битве, в которой не было и шансов, я победила. Одержала победу. Выходя из школы, парни кричали и перебивали друг друга, без усталости восклицая о том, что они потрясены и безумно рады моей победе. К моему удивлению, тут был и Дино со своим помощником Ромарио, который сразу же подбежал ко мне, предлагая медицинскую помощь.

Прошла мимо Червелло и Варии так, словно их не существовало. Даже не смотрела в их сторону, хотя знала, что лица у них мрачнее тучи. Никто… никто не верил в мою победу! Все в глубочайшем шоке! Но условие есть условие, даже если Занзас и станет Десятым — я свободна! Я, в принципе, свободна! По сути, я одержала вверх над всеми. И имею право расторгнуть ту сделку, о которой договорились Девятый и мои родители. Я — свободна!

Надо же… даже не верится.

Ромарио быстро работал с бинтами, заботясь о моих ранах. Парни наперебой говорили мне о том, какая я классная и крутая. Даже Хаято признавал некоторые вещи, заверяя, что до многого он бы никогда не додумался. Правда, на территории школы не было Кёи и Мукуро. Их присутствия я не ощущала. И давно они ушли? Да и Хиберд встрепенулся, отряхивая лишнюю влагу с перьев, и взлетел в воздух, напевая гимн Средней школы Намимори.

Я смотрела на друзей, Ромарио, школу и мило улыбалась всем, совершенно никого не слушая. Просто изредка кивала головой и улыбалась, как болванчик. Внутри же чувствовала бездонное утомление и усталость. Словно я опустошена. После, мне советовали немедленно направиться в больницу, чтобы проверить наличие внутренних травм, но… я этого не хотела. Хотелось… тишины и покоя. Поэтому, извинившись, я медленно встала, поблагодарила всех и вся, а потом направилась в сторону своего дома, оставив друзей в некотором недопонимании. Но Реборн почему-то всё понял и сказал, чтобы никто не следовал за мной.

Конечно, я услышала о том, что завтра будет бой между Хранителями Тумана. Мукуро наконец-то покажет себя. Но приду ли я на его бой? Время покажет. А пока… просто пойду домой. Медленно, не тормоша раны. Завтра, возможно, пойду в больницу. Скорее всего, там всё серьёзно. Но это будет завтра. Сегодня же я просто хочу оказаться у себя дома, в своей постели. Пускай, обезболивающее, которое мне передали, не поможет, и вовсе не засну, но… это просто важно.

Одежда вся промокла до нитки, и от моих волос до сих пор исходил запах гари и пепла. Кожа местами почернела, покрывшись сажей, но… губы продолжали улыбаться, словно на меня кто-то смотрел. Нет, не потому, что я радовалась победе. Просто если я прекращу улыбаться, то не выдержу и разрыдаюсь прямо посреди улицы, не дойдя до дома. Пустота в груди… её теперь так просто не убрать. Интересно, почему? Я же победитель, но то, через что пришлось пройти… Мне вновь и вновь приходилось переживать свои ужасы и кошмары, открылась ещё одна сторона моей «семьи», и я действительно хотела умереть… Такое нельзя прожить бесследно.

Вижу свой дом. Однако, не дойдя до него, чувствовала, как плечи начали дрожать. Нет, не здесь. Потерпи ещё немного. Ещё хотя бы чуть-чуть. Облокотилась на фонарный столб, что находился около моей калитки.

— Серра, — послышалось за спиной. Медленно обернулась, увидев Кёю. На лице вновь засияла улыбка.

— Хибари-сан, — повернулась к нему всем телом, облокотившись спиной об столб. — Вы видели? Я победила… ха-ха…

— Видел, — кивнул Кёя, продолжая шагать ко мне. В его взгляде не было радости или удивления, было что-то другое. Злость? Нет… Но что-то близкое. Он очень взволнован, хотя лицом не показывает.

— Ах, да… — вспомнила я. Улыбка не сходила с моего лица. — Спасибо большое за Хиберда. Он мне очень помог.

— Тц! — Кёя повернул голову в сторону. Губы напряглись, а брови нахмурились. Парень злился от каждого произнесенного мной слова. — «Спасибо» в карман не положишь, — неожиданно бросил он, вновь шагая ко мне. Теперь между нами расстояние составляло меньше метра.

— Хм, — задумалась. — Вы правы. Можете взять всё, что вам хочется, — неуклюже махнула в сторону своего дома. — Хотя, там мало, что может вас заинтересовать, но… всё что понравится — берите.

— Могу взять всё, что захочу? — уточнил Кёя, делая ещё один шаг ко мне.

— Конечно, — расслаблено пожала плечами.

— Отлично, — бросил парень, после чего наклонился в мою сторону, мягко и бережно обхватывая моё лицо ладонями, а после прижался к моим губам своими.

Кажется, в этот миг мир и в самом деле остановился. Я просто стояла и не шевелилась, совершенно не понимая того, что происходит. Этот контраст… холодные, но сухие ладони Хибари, обхватившие мои горячие от пламени щёки, а также тёплые губы, которые не кусали и не причиняли боли… Он был нежен. Прикасался едва-едва, словно боялся сломать. Но в тоже время чувствовалась такая нежность и мягкость, словно птичий пух. В нём хотелось утонуть. Завернуться в несколько слоёв и никогда не выбираться.

Все страхи, кошмары и ужасы сегодняшнего вечера отступили назад. Был только он, нежные мягкие руки, которые хотели уберечь, спрятать от всего мира, и губы… губы, дарующие желание жить.

Парень медленно сделал шаг назад, отстраняясь и давая возможность собраться с мыслями, вот только… это не очень хорошо получалось. В голове появился какой-то гул. Ноги подкашивались, но уже по другой причине. Внутри возникло какое-то странное приятное чувство, напоминающее порхание небольшой птички. Кёя молчал и не смотрел в глаза. Кажется, он немного смущён. Лицо всё такое же без эмоций, но глаза… теперь там не было злости. Только блеск… радости?

— Что… что это было? — почти шептала я, потихоньку приходя в себя. Мысли совершенно не желают работать так, как надо.

— Твой первый поцелуй, — спокойным тоном произнёс парень, наконец-то посмотрев мне в глаза. — Я взял его.

— Но… но… — сглотнула, чувствуя очередной прилив жажды. — Я не понимаю…

— Я тоже… — неожиданно на несколько тонов тише произнёс Кёя, бережно проводя рукой по моим волосам и зачёсывая одну из влажных выпавших прядей мне за ухо. Точно такое же движение, что в своё время сделал взрослый Кёя из будущего. В серых глазах было столько тепла, хотя в ночной темноте они отдавали синим. — Я тоже ничего не понимаю.

Его рука замерла на моей щеке. Она была такой мягкой и успокаивающей. С трудом должна себе признаться, но я бы отказалась от всего постельного набора, включая самой кровати, лишь бы эта рука всегда была рядом. Рядом с ней все страхи исчезали. Кёя вновь сделал шаг в мою сторону. Неужели он опять хочет меня поцеловать? А я? Не знаю, но от одной мысли, что это повторится, маленькая птичка в груди счастливо захлопала крыльями.

— Хи… Хибари-сан?! Дар?! — послышался шокированный голос со стороны, что прервал нас. Мы с Кёей одновременно посмотрели на источник голоса и обнаружили стоящего далеко от моего дома, буквально через дорогу, Саваду Тсунаёши. Давно он там стоит? Судя по красному, как свёкла, лицу — да. — Вы… Вы…

Эх… какой же сегодня длинный день.

Глава 38. Развей мой страх

И всё-таки тишина так прекрасна…

Даже сейчас, сидя на кухне и прислушиваясь лишь к одному свисту кипящего чайника, я наслаждалась этим мгновением. Мысли… их не было. В голове полный штиль. За один день прошло столько событий, что они никак не могли нормально сложиться воедино. Словно разбросанный коробок спичек. Вчерашняя моя пьяная выходка, после битва Хранителей Луны, и, наконец, поцелуй от Кёи… По спине до сих пор бегают приятные мурашки. Но вот сложить всё это никак не получалось. Пыталась пару раз, а потом просто махнула рукой. Сегодня не получится. Сегодня я думать отказываюсь. Решу всё это завтра. Наверное… может быть…

Кухонька у меня маленькая, и три человека — уже толпа. За столом сидел Хибари с каменным выражением лица, слегка вздёрнутым гордым подбородком и прикрытыми глазами, а также Савада со свежим синяком под левым глазом. Глава Дисциплинарного Комитета не сдержался. Стоило Тсуне появиться на горизонте, как тот, молча, избил его до полуобморочного состояния. При этом ничего не просил, не требовал и не ставил условий. Вообще ничего не говорил! Просто бил, пока Тсуна сам не сказал то, что Кёя хотел услышать. Сначала это было — «Я никому не скажу!», а после — «Я ничего не видел!». Как не посмотри, а для Тсуны метод Кёи более эффективен. Сразу сам до всего дошёл.

Теперь парень сидел на стульчике, смущённо потупив взор в пол и прилежно сложив руки на коленях, словно в школе. Да уж… ну и, картина. Хоть маслом пиши. А ещё эта тишина… Видно, только меня она устраивает. Потому что, если я начну задавать вопросы, боюсь услышать то, чего вовсе не хочу, а именно о том, что между нами с Хибари. А мы… мы… А что между нами? Нет-нет, Дар, не думай. Не сейчас. Голова сразу начинает болеть, а я и так еле держусь.

Чайник закипел, поэтому я спокойно залила кипяток в три чашки, заваривая чай. Хотела взять чашки и поставить на стол перед парнями, как того и следует делать хозяевам дома, но нет. Стоило поднести руку к горячему источнику, как пар воды буквально лезвием прошелся по моей руке, пришлось отдернуть ладонь в сторону и отойти назад. Сейчас моя кожа, после недавно пережитого, чувствительней обычного. Слишком восприимчива к теплу. Такое чувство, словно со всего тела содрали верхний слой кожи, и любое, даже самое лёгкое прикосновение, причиняет боль. Хех, но раз болит, значит, жива, верно? Однако, не удивлюсь, если завтра утром обнаружу на всем своём теле покраснения и ожоги первой степени. И рёбра… Чёрт, кажется, обезболивающее проходит раньше, чем планировалось. Рассчитывала хотя бы на несколько часов забыться, а тут… Думаю, через час я почувствую все прелести своего организма. До кровати хотя бы успеть добраться. Но кое-что нужно решить сейчас.

— Тсуна, — парень вздрогнул от моего голоса, но потом расслабился и с виноватой улыбкой посмотрел на меня. — Ты хотел что-то сказать? Пошёл за мной, хотя Реборн просил этого не делать…

— Ах, да… — Савада кивнул. — Но… Но я беспокоился и… Твои раны… Дар, может пойдём всё же в больницу, а? Я точно не уверен, но Ромарио-сан говорил, что у тебя могут быть серьёзно повреждены внутренние органы.

— Если я сейчас пойду в больницу, то врачам непременно понадобится логическое объяснение тому, откуда у меня эти раны, — устало вздохнула я. — В итоге, одной полицией это не обойдётся. Лучше вот что мне скажи, вы нашли тех людей? Тех, которых прятали в шахматных фигурах? — после этого вопроса даже Хибари проявил интерес и посмотрел на Саваду.

— Не совсем, — Тсуна потупил взор, но на этот раз в его взгляде было не смущение или вина, скорее… озадаченность.

— Как тебя понимать, травоядное? — строго произнёс Кёя, давая понять, что его терпение на исходе. Если оно вообще у него было по отношению к таким, как Тсуна.

— Дино-сан со своими людьми отыскал комнату, где их держали, — пояснил тут же Савада, нервно поглядывая в сторону Хибари. — Это был школьный подвал. Также они отыскали шахматные фигуры. Вот только людей там не было. Они все пустые.

— Людей не было? — нахмурила брови я. — Червелло их успели убрать?

— Вероятно, это была просто иллюзия, — спокойно предположил Кёя, отворачиваясь в сторону окна. — Очередной фокус.

— Нет, — отрицательно покачала головой. — Я не вижу иллюзии. У меня к ним, своего рода, иммунитет. Поэтому то, что было в фигурах — настоящее. Да и тем более, думаю, если б это была иллюзия, Хранитель Тумана со стороны Варии непременно занервничал по этому поводу. Но теперь я также сомневаюсь, что это были реальные люди.

— А что же тогда? — спросил Кёя, в голосе, которого послышалась настороженность.

— Хм… — подставила ноготь большого пальца к губам, слегка покусывая его. — Манекены? Куклы? Игрушки? Может быть всё, что угодно. Основная задача Червелло не убить как можно больше людей, а провести бой по всем правилам. Для Хранителей Луны был необходим психологический сдвиг, чтобы они почувствовали ответственность не только за себя, но и за тех, кому дают советы. И это вышло у них на высшем уровне.

— Значит… — начал Тсуна, глубоко дыша. — Там не было людей, да? Слава Богу… — парень негромко засмеялся и устало потёр лицо, избегая ушибленного места. — Я так переживал по поводу того, что там были живые люди. Но раз ты так говоришь…

Парень заулыбался, и было видно, как расслабляются его плечи. Словно гигантский валун свалился с его плеч. Даже дышать стал ровнее. Он мне верил. Верил каждому слову. Даже не подвергал их сомнению. Может, от того, что он привык мне верить, а может и от того, что верить в это было легче. Не важно… если парню так проще, то пусть будет так. Мы одного возраста, но он смотрит на мир иначе. Всё ещё цепляется за свою подростковую беззаботную юность, я же уже давно смирилась со своей реальностью. Это моя ноша. Ноша Советника. Чтобы уберечь друзей от жестокой реальности, буду молчать и изредка направлять в нужное русло. Драться я не могу. Мои руки не созданы для физической борьбы, хотя недавнее событие говорит об обратном. Но это единичный случай. Единственное, на что способны мои руки, это закрыть каждому глаза и даровать душевное успокоение, нашёптывая путь, по которому они смогут пройти. Пускай верят в сказку, а реальность… так и быть, возьму на себя. Это моя Омерта. Омерта Советника.

Но есть ещё кое-что, чего я не могла понять.

— Тсуна, а как ты смог связаться со мной? — парень с непониманием приподнял голову и посмотрел на меня. — Там, в школе, из динамиков я слышала твой голос. А также голос Занзаса несколькими минутами ранее. Как? Я думала, что Червелло не позволят совершить нечто подобное.

— А, это всё Реборн, — пояснил Савада. — Вернее… — смущёно почесал затылок. — Занзас первый потребовал связать его с полем боя. По неизвестной причине Червелло ему уступили. Основываясь на этом, Реборн потребовал, чтобы и мне, как Боссу другой стороны, дали слово. Червелло не могли отказать, но при этом остальные должны были молчать. Как-то так… — нервно засмеялся.

— Ясно, — вздохнула я, согласно кивнув головой. — Кстати, — отошла назад, с облегчением прислоняясь спиной к прохладному холодильнику. Боль в теле стала ощутимой. Если до этого я и так бродила, как ёжик в тумане, то теперь мысли потихоньку сворачивались в трубочку, словно яичница на сковородке. — Я свободна, — улыбнулась. — Так что, извини, Тсуна, с тобой было хорошо, но мы не сошлись характерами, — парень вновь с непониманием нахмурил брови. — Я не выйду за тебя. Так что у Хару появился прекрасный шанс.

— Э?! Дар… — щёки Тсуны вновь запылали алым. Это его смущало. Но через секунду другую его взгляд стал серьёзным. Слишком серьёзным, из-за чего он даже перестал быть на себя похожим. Повзрослел? — Дар, после твоей победы ты полностью свободна и вольна делать то, что хочешь. Если ты захочешь уйти и больше никогда не видеться со мной и ребятами, я пойму. В конце концов, — Тсуна тяжело вздохнул. — От нас пока были одни проблемы. Вонгола, мафия, драки… Ты ведь скучаешь по спокойной жизни. Уж я-то знаю… — с грустью улыбнулся. — Так что… Лучше тебе больше не влезать в это. А Реборну я позже всё объясн…

— Тсуна, — перебила я парня. — Всё это, конечно, очень благородно, но есть кое-что, что мы не можем отрицать. Начнём с того, что, даже обретя свободу, я не перестала быть Представителем семьи Серра. За моей головой в прямом и переносном смысле будут приходить снова, снова и снова. Это, может, произойдёт не сегодня и не завтра. Может, даже не в этом месяце или году. Но это произойдёт. Более того, как успел заметить, это могут быть члены моей, казалось бы, семьи. То есть, врагов у меня больше, чем звёзд на небе. Связавшись со мной, тебя ждёт бесконечная череда проблем и сражений. И не только у тебя, но и у остальных ребят. Понимаешь? Я ведь это уже говорила. Забудь о том, что будет лучше для меня, так как для себя я уже давно приняла решение и менять его не собираюсь. Лучше подумай о себе, своих друзьях и своей семье. Готов ли ты рискнуть всем, связавшись со мной? — парень, молча, смотрел на меня с раскрытым ртом. В глазах бушевало сомнение. — Я не требую ответа сейчас. Вот, — взяла со стола уже давно остывший чай. — Пей и иди домой, ложись спать. Подумай над этим вопросом потом. Завтра бой Хранителя Тумана, — усмехнулась. — Думаю, будет весело.

— А? — Савада взял кружку, скорее на рефлекторном уровне, тем более, он заметил мою улыбку. — Ты знаешь кто это, Дар?

— Возможно, — кивнула головой.

— Кто? — неожиданно спросил Кёя, который всё это время молчал.

— Реборн тебе не сказал? — удивилась я, взглянув на Тсуну.

— Нет, — парень отрицательно покачал головой. — Сколько бы не спрашивал, вечно умалчивает.

— Да… — протянула я задумчиво. — И на это есть причина, — парни напряглись. Вот только, кажется, в глазах Кёи блеснула догадка. Он начал вновь злиться. Этого ещё не хватало. — В любом случае, лучше и мне помолчать. Завтра ты всё узнаешь и так. Иди домой. Поздно уже. Нана, скорее всего, волнуется.

— Ах, да… — Тсуна выпил чай одним залпом и, встав на ноги, направился к выходу. Правда, сделав несколько шагов, остановился. — Дар, — парень обернулся. — Мне… мне не надо думать. Ты тоже мой друг, поэтому… — немного потупил взор. — Я стану сильнее. Намного сильнее, и… ты можешь не бояться.

— Хм, — я вновь улыбнулась и только сейчас почувствовала некую лёгкость в теле. — Что ж, Босс, спокойной вам ночи.

— Дар… — протянул Савада, чувствуя лёгкое смущение. Вот только этот диалог совсем не устроил Кёю. Его злость заметил и Тсуна, после чего нервно сглотнул. Кажется, Хибари прямо сейчас вновь хотел всем продемонстрировать, что Савада никогда в жизни не станет сильнее. Вновь встал и достал свои тонфы, шагая в сторону Тсунаёши. Тот понимал, что побег не спасёт, а молитва лишь ещё больше разозлит, только и оставалось, что обливаться потом и кричать: — Хи-и-и!!!

— Хибари-сан, — попыталась остановить парня на полпути, но даже прикоснуться к нему не успела.

Из-за моего резкого рывка внутри тела что-то звонко хрустнуло, после чего боль яростной волной разлилась по всему телу. Я не то, что вскрикнуть, дышать не смогла. В глазах всё побелело, а ноги стали словно ватными. Медленно, держась ладонями за холодильник, который стоял рядом, стала сползать на пол, понимая, что теперь обезболивающее окончательно вышло из строя. Но я уговаривала себя, что ещё немного, и боль отпустит. Ещё чуть-чуть, и станет лучше… Какая глупость!

Лучше не будет. О чём я только думала? Чем только думала? А думала ли вообще? Перед глазами мелькали огоньки, бросало то в жар, то в холод. И боль… эта дикая пульсирующая боль… В какой-то момент тело просто не выдержало всей нагрузки, и я потеряла сознание. Вернее, мне так казалось. Краем уха слышала отклик голосов, словно через толщину воды.

— Дар! Дар! — Тсуна был в некоторой панике. — Что… что с ней? Дар?!

— Ослеп, травоядное? — злился Кёя, чей голос был значительно ближе. Кажется, он держал меня на руках. — Открой дверь и придержи её.

— Куда вы, Хибари-сан? — не понимал Савада.

— В больницу.

— Но Дар сказала…

— Если запишем её на моё имя, вопросов не возникнет, — после этого я окончательно погрузилась в сон, который был таким же серым и мрачным, как и следы пепла на моей одежде. Пепел…

Когда я пришла в себя, то первым делом, что, в принципе, увидела… была рожа доктора Шамала. Мужик заметил, что я проснулась, улыбнулся и попытался поцеловать. Рефлекс сработал моментально. Ещё до того, как я успела нормально придти в чувства. Ударила со всей доступной мне силой кулаком по этим шлёпающим в воздухе перед лицом губам. Мужчина кувыркнулся назад, сделав небольшое сальто, и грохнулся на пол, негромко посмеиваясь.

— Ух, какая бойкая! Сразу видно — победитель! — воскликнул извращенец. — Можно успокоить твоих друзей и заверить, что жить будешь.

Я осмотрелась. Хм… Нахожусь в больнице. В одиночной палате — это точно. На прикроватной тумбочке горкой лежали различные шоколадки и сладости. А также несколько открыток с пожеланием скорейшего выздоровления. Так… Сколько я побыла в сонном состоянии? Битва Хранителей Тумана уже была? За окном темнеет. Нужно выбираться отсюда и…

— Эй-эй-эй, юная леди! — неожиданно Шамал оказался прямо рядом со мной, надавливая на плечи, чтобы я оставалась в кровати. — Я понимаю, в юном теле юный дух, но лучше тебе не делать резких движений, — с непониманием посмотрела на мужчину. — Должен признать, что ты выжила чудом, и только по той причине, что рядом оказались верные друзья. Во время битвы получила сильные внутренние травмы. Имеется перелом нижнего ребра. Сначала там была просто трещина, но в последний момент произошёл какой-то резкий толчок, и возникли серьёзные осложнения. Возможно, ты упала или просто неудачно резко повернулась… В общем, это послужило тому, что из-за острой боли ты потеряла сознание. Это, кстати, и спасло тебя. Почему сразу не пошла в больницу? Я-то думал только у того Хаято в голове ветер, но ты-то девушка с мозгами! Должна понимать, что последствия борьбы с одним из членов Варии, так просто не пройдут. Особенно с твоим телом. Совершенно никакой приспособленности к битвам.

Он всё говорил и говорил, а я тем временем прислушивалась к своему телу. На мне больничная пижама, тело вымыто до белоснежного блеска, а также повсюду наложено десятки бинтов. Но удивительно то, что рёбра не болели. Да вообще всё тело не болело. Обезболивающее? Хотя нет. Безумно сильно чесалась шея в одном месте. Укус насекомого? Шамал, видно, излечил все мои травмы своим методом. Но это не важно. Важно другое…

— Долго я уже сплю?

— Чуть больше двенадцати часов, — ответил доктор. — Но ты вообще слышала, что я тебе говорил?

— Да, — кивнула головой, вот только доктора это не очень убедило. — Шамал, я прекрасно знаю, какие получила травмы, так как присутствовала при этом процессе. И благодарна тебе за помощь, но сидеть в больнице весь вечер не могу. Сегодня бой Хранителей Тумана.

— Тебе нельзя двигаться, — строго произнёс Шамал. В его взгляде возникло что-то угрожающее. Мужчина не позволит мне так просто покинуть больничную палату. — Хоть моё лечение и действует довольно быстро, кости всё равно срастаются медленно. Одно лишнее движение и ребро сломается вновь. Вот только на этот раз помочь я не смогу. Твоё тело слишком быстро приспосабливается к большинству моих препаратов. А на создание нового понадобится много времени. Лучше тебе пропустить сегодняшнюю битву и довериться своим друзьям, — мужчина кивнул на горку сладостей, что лежала около моей койки. — Уверен, что они справятся и без тебя.

— Да не в этом дело! — вздохнула я, понимая, что против такого соперника не пойду. И тут кое-что вспомнила. — Подожди, а где те, кто меня привёз сюда?

— А, ты о Вонголе и том крутом парне? — Шамал усмехнулся, посмотрев куда-то в сторону. — Савада ушёл на тренировку вместе с Реборном. Конечно, он хотел остаться, но услышав, что твоё состояние стабильно, всё же послушался малыша. Что касается второго, я с ним толком не разговаривал. Видел, как он заполнял какие-то документы в регистратуре, после чего также перекинулся парой фраз с Реборном и ушёл. Вид у него был не очень. Правда, перед уходом с угрозой потребовал от меня обещания, что в скором времени ты придёшь в себя. Хех, — Шамал расплылся в улыбке. — Крутой… Пару лет назад я таким же был.

— О-о-очень сомневаюсь, — натянуто улыбнулась.

— И это твоя благодарность? — возмущёно простонал мужчина, слегка сонно наклонив голову на бок.

— Да нет, просто мама пару историй вашей общей молодости рассказала, — виновато пожала плечами. На это Шамалу ответить было нечего, поэтому задумчиво почесал щетину на подбородке и согласно кивнул головой.

— Как бы то ни было, — произнёс Шамал, вставая в полный рост и медленно отходя к входной двери. — Делать резких движений тебе нельзя. Полежишь пару дней в больнице под моим присмотром. Всё равно свой бой уже выиграла, — мужчина открыл дверь в коридор. — Знаю, что ночью не спишь, поэтому поищу парочку миленьких журнальчиков тебе, чтобы не скучала.

— Вот только не забывайте, что мне ещё восемнадцати нет! — бросила я в закрывающуюся дверь, на что мужчина лишь загадочно пожал плечами. Уверена, что этот извращенец подыщет мне журналы на свой вкус. — Э-э-эх…

Неожиданно за дверью палаты послышались скребущиеся шаги нескольких пар ног. И шёпот, который вызывал во мне противоречивые чувства.

— Этот извращенец наконец-то свалил. Давай, быстрей! У нас всего пять минут не больше.

— Да ладно тебе! Уверен, что мы всё успеем. Не зря же мы твою сестру попросили нас прикрыть.

— Я с ней и учитывал, бейсбольный идиот! Без Бьянки в запасе было бы минуты три, а то и меньше. Ладно, входи.

Дверь в палату открылась, и в кабинет вошли Гокудера Хаято и Ямамото Такеши, собственной персоной. Оба в медицинских халатах и с огромными чёрными очками на пол лица, чтобы не узнали. Просто мастера маскировки, что ещё могу сказать? Я была так удивлена их появлением, что даже усмехнуться не в состоянии.

— Парни? — только и смогла произнести.

— Привет, Дар! — улыбнулся Такеши, подняв приветливо ладонь. — Как дела?

— Эм… Нормально. Вот, лежу и загораю, — наконец-то усмехнулась. — А вы чего? Так ещё и тайком под покровом ночи?

— Хватит трепаться! — фыркнул Хаято. — Говорю же, времени мало! — повернулся ко мне. — Значит так, Ведьма, решай быстрее — хочешь пойти на битву Хранителей Тумана или нет?

— Хочу, конечно! — отозвалась я, не задумываясь. — Но как? Мне нельзя лишний раз шевелиться. Иначе ребро вновь треснет.

— Хех! — Хаято усмехнулся, стягивая с плеч врачебный халат, а после повернулся к Такеши. — Затаскивай! — бейсболист подмигнул мне одним неприкрытым бинтами глазом и вышел в коридор, но уже через пять секунд вернулся и не с пустыми руками. Перед собой Ямамото тащил инвалидное кресло, которое, уверена, парни взяли в больнице без спроса.

— Да вы, наверное, шутите?! — ахнула я, смотря на ждущий меня транспорт. — Как?

— Выбор не велик, — начинал ворчать Гокудера. — Поэтому либо садись в инвалидное кресло, либо оставайся тут. Повторяю — времени в обрез.

— Эх, чёрт с вами! — бросила я, срывая с ног больничное одеяло. — Помогите мне, только аккуратно. Словно держите хрустальную вазу.

— Фек! Тоже мне, хрустальная ваза, — бубнил Хаято, подходя с одного края кровати и медленно запрокидывая мою руку к себе на шею. — Это ты ему говори! — кивнул в сторону Такеши. — А то примет тебя за бейсбольный мячик, и всё… ты в игре.

— Боже-боже… — вздохнул Такеши, немного смущаясь. Парень также подошёл к кровати и обхватил меня с другой стороны. — Я просто иногда сильно увлекаюсь.

— Иногда? — усмехнулся Хаято, засовывая свободной рукой себе сигарету в рот, но не поджигая её, просто ему так привычнее.

— Не отвлекаемся! — бросила я, немного нервничая. — Должна увидеть сегодняшнюю битву. Если наш Хранитель одержит вверх, то у нас будет четыре кольца. Явное преимущество.

— Это же хорошо, разве нет? — не понимал, Такеши. — Мы одолеем Варию, и всё вернётся на круги своя.

— Вот именно! — бросил Хаято, медленно опуская меня в инвалидное кресло. — Тем более мы так и не поняли, кто этот наш Хранитель Тумана. Может, какой-нибудь придурок, от которого одни проблемы.

— Всё не так просто, — вздохнула я, чувствуя облегчение от того, что наконец-то в кресле. — Если мы выиграем, а в этом я почему-то не сомневаюсь, то да, у нас будет абсолютное преимущество. Останется одна единственная битва, в которой будет участвовать Хибари Кёя. При ней Занзас либо выиграет партию и у нас будет ничья, либо проиграет, так как у нас будет на два кольца больше. Но… что-то тут не так. Занзас слишком спокоен. Слишком. У него определёно какой-то козырь в кармане. Это и настораживает. Я не вижу его дальнейших ходов. Не могу предугадать, что задумал этот человек. И меня это безумно злит. Незнание… Хм…

— Ну-ну, Дар, — с улыбкой произнёс Такеши, погладив меня по волосам. — Ты же не предсказатель и не читаешь мысли. Обычный человек, как и мы. Давай решать проблемы по мере их возникновения.

— Как бы ни было противно это осознавать, но я согласен с Ямамото, — спокойно произнёс Хаято. — Сейчас главная проблема — это бой Хранителей Тумана. И ещё кое-что, — нахмурившись, посмотрел мне в глаза. — Откуда такая уверенность в нашем Хранителе Тумана, Советник? Ты знаешь что-то больше, чем мы?

— А разве когда-то было иначе? — с улыбкой спросила я, на что Хаято и Такеши задумчиво переглянулись.

— Хм, нет, — ответил первый Такеши. — Всё как всегда, ха-ха!

— Фек! Идёмте уже! — Гокудера смахнул с моей тумбочки все сладости в общий пакет, небрежно швырнул его мне на колени и, взявшись за ручки инвалидного кресла, направился к выходу. — И старайтесь не шуметь, когда будем проскакивать мимо регистрации.

Битва Хранителей Тумана должна была произойти в здании школьного спортзала. Мы ещё даже не успели войти на территорию школы, как у самых ворот встретили Червелло. Они и сказали, куда следует идти. А уже спустя мгновение исчезли, дожидаясь прихода Варии.

В спортзале нас уже дожидался Рёхей, Базиль, Реборн и Тсуна, который почему-то спал на полу. Это было несколько странно. Все нервничали, а он… спит.

— Чего это с ним? — спросила я, обращаясь к Реборну.

— Кто знает… — как обычно, загадочно ответил малыш, при этом усмехаясь. Хаято и Такеши тут же подбежали к Тсуне, пытаясь его разбудить и убедиться, что с другом всё хорошо. — Дар, как ты сама? — тем временем спросил Реборн. — Всё же решила явиться на битву Хранителей Тумана. Я был уверен, что Шамал тебя не пустит.

— Хм… он предпринимал попытки, — кивнула я. — Однако упустить возможность посмотреть на появление нашего Хранителя Тумана не могла.

— Вот как? — малыш задумался. — Ты поняла, кто это?

— Давно, — улыбнулась. — Вы с Емицу, конечно, психи, но солгу, если скажу, что не одобряю этот выбор.

Реборн хотел мне что-то по этому поводу сказать, но не успел, так как в себя начал приходить Савада, сонливо потирая затылок. Парень принял сидячее положение, всё ещё мысленно блуждая и не в состоянии толком сосредоточиться.

— Ты уже очнулся? — поинтересовался малыш.

— Реборн? — откликнулся Тсуна, медленно открывая глаза. — Где я?

— На поле битвы между Хранителями Тумана, — пояснил репетитор.

— Точно! — сонливость Тсуны мгновенно отошла на второй план. — Битва!!! — огляделся. — СПОРТЗАЛ?!

— Десятый!!! — воскликнул Хаято, присев рядом с Тсуной. — Как ты себя чувствуешь?

— Ты, наконец, очнулся! — усмехнулся Рёхей, также подходя к парню.

— Хах, нам сказали, что тебя принёс Базиль, — мягко добавил Такеши, на что Базиль с улыбкой вежливо поклонился, как бы говоря, что рад был помочь.

— Ребята!!! — ещё больше удивился Тсуна, а после смущённо посмотрел на Базиля. — Спасибо тебе. Я… хах… — заметил меня. — Дар?!

— Йо! — подняла приветственно руку. — Вовремя очнулся. Пока ещё ничего не начиналось.

— Дар! Ты… ты… — кажется, Тсуна начинал паниковать. Особенно когда увидел, что я сижу в инвалидном кресле. — Как ты? Я думал, что ты будешь сегодня в больнице. И… всё так плохо?

— Успокойся! — подняла вверх ладони. — Со мной всё в порядке, — ну, если это можно назвать «порядком». Сама-то в больничной светло-голубой пижаме, с босыми ногами и в инвалидном кресле. Мне не холодно, но выглядит… странно. И вообще, когда я в последний раз носила «свою» одежду? Хм… Ладно, главное, что подаренные сладости со мной. Хаято об этом позаботился. — Просто резких движений делать нельзя. От того и сижу в кресле. А так, мне намного лучше. Вон, даже синяки все сошли. Шамал, хоть и лечит только женскую часть населения, но делает это качественно.

— Ха-а-а… — выдохнул Тсуна, расслабившись. — Это хорошо. Я рад… — мягко улыбнулся.

— Десятый, — привлёк внимание Хаято. — Этот туманный парень… он ещё не появился.

— Э-э-э?! — Тсуна вновь начал волноваться. — Невозможно!

— А он вообще существует? — хмыкнул Рёхей. — Слишком он таинственен.

— Как бы то ни было, — начал Реборн, кивнув в сторону центрального входа в спортзал. — Враг уже тут.

Все проследили за взглядом малыша и увидели, что на другом конце спортзала уже стояла Вария. Вот только не полным составом. Сейчас там были Занзас, Бельфегор, Леви-А-Тан, здоровяк с противогазовой маской на лице и малыш Мармон, который сегодня собирался принимать участие в битве. Эдды также не было. Занзас не терпит проигравших, и не удивлюсь, если он разобрался с ней в своём стиле. Точно так же, как и со своим проигравшим Хранителем Солнца.

Занзас, в отличие от всех остальных, сидел в своём кресле, словно король, который пришёл сюда полюбоваться шоу, не более. Его уверенность и ярость буквально пропитывали воздух. Особенно это ощущалось тем, что взгляды противников сосредоточились на мне. Они до сих пор не могли поверить в мою победу. Просто не могли. Не принимали её. Однако, теперь воспринимали меня всерьёз. Даже вечно-улыбающийся Бельфегор убрал свою ухмылку.

Неужели увидели во мне серьёзного противника? Неужели приняли за равную? И это даже учитывая то, как я сейчас жалко выгляжу? Светло-голубая пижама, босые ноги, перемотанное бинтами тело и инвалидная коляска. Вот уж точно, гроза мира! Но их взгляды не врут. Они… опасаются меня? Бред! Определёно бред!

— Хранитель Тумана нашей команды тоже здесь, — отозвался Реборн, вырывая меня из собственных мыслей.

В эту же секунду в спортзал вошли ещё три человека, которые были одеты в форму Старшей школы Кокуё. Двух я сразу же узнала. Это Кен и Чикуса. Их также узнали и парни, вот только радушного приёма воссоздать не удалось. Что Такеши, что Хаято моментально напряглись, приготовившись к битве. Более того, Гокудера выскочил вперёд, стараясь одновременно прикрыть собой друзей, и приготовил партию динамита. Облако сигаретного дыма тут же окружило парня. Так как он в основном стоял передо мной, я не успела увидеть третьего гостя.

— Чёрт возьми! — ругался Хаято. — Почему именно сейчас?!

— Хаято, подожди… — позвала я парня, дотягиваясь до ткани его кофты за спиной и немного подёргивая её, привлекая внимание. Гокудера был крайне удивлён и обернулся ко мне через плечо. — Подожди, — повторила я. — Всё не так…

— Ребята, успокойтесь! — оповестил голос Реборна. — Они привели с собой Хранителя Тумана.

— Что?! Что ты сказал, Реборн?! — тело Хаято напряглось ещё сильнее. Лицо побледнело, а на лбу выступил лёгкий пот. Динамитные шашки убирать он не намерен. — Не… не… невозможно!!! Если это так, то Хранитель Тумана…

— Не может быть! — прошептал Такеши, который также был напряжён, а беззаботная улыбка исчезла. — …человек, которого они привели…

— Нет… — так же шептал Тсуна. — Не… невозможно… Хранитель Тумана… Рокудо Мукуро?!

Я уже хотела дать правильный ответ, так как видела, что паника у парней нешуточная. Вместо того, чтобы наблюдать за боем, они сами его устроят. Прямо тут и сейчас, это учитывая, что каждый из них серьёзно ранен после своих битв.

— Ку-фу-фу-фу! — послышался женский смех. — Ку-фу-фу-фу! — из тени Кена и Чикуса вышла невысокая хрупкая девушка с точно такой же причёской, что и у самого Мукуро. Телосложением она была чем-то похоже на меня, вот только, кажется, намного младше. Ей точно не больше четырнадцати. Возможно, чуть младше. Чёрная повязка на правом глазу. Именно её я видела тогда около своего дома. Фиолетовые волосы и глаз. Милое личико. Кто же она? — Меня зовут Хром! — произнесла девушка на итальянском. Более того, я заметила в её руке трезубец. Точно такой же, как и у самого Мукуро. — Хром Докуро!

Так-с… это что же получается… Раньше я думала, что эта девчонка лишь игрушка для Мукуро. Надевает её как костюм, чтобы прогуляться под солнцем, а после снимает и идёт к себе спать. Но всё оказалось намного забавнее. Эта девушка… и это имя… Если использовать японские символы, то её имя будет писаться как «Докуро Курому». Иными словами это анаграмма имени «Рокудо Мукуро». Словно его тень? И причёска, и оружие… Она помогает ему добровольно. Как и Кен с Чикусой. Любопытно… Но сейчас самого Мукуро нет, как я поняла.

— Хром… Докуро?! — не понимал Базиль. Парень вообще не понимал, почему Хаято, Такеши и Тсуна так себя ведут. Ещё бы, он-то не знает, какая у нас произошла история в начале осени. Но также с непониманием смотрел на девушку и Рёхей.

— Кто эта девочка? — спросил боксёр, осматривая каждого, чтобы добиться простого и логичного ответа, но его пока не было. Ни у кого.

— Это твоя знакомая, Тсуна? — Такеши решил поменять тактику и идти с более миролюбивой позиции. Она не Мукуро, а значит, драться не нужно.

— Хранитель Тумана… — бубнил Тсунаёши, прислушиваясь к своим ощущениям. — Но эта девочка… Она не Рокудо Мукуро.

— Да, — кивнула я, немного радуясь от того, что парень развивает свою интуицию. Причём кардинально. — На самом деле она…

— НЕ ОБМАНЫВАЙТЕСЬ!!! Это определённо он!!! — кричал Хаято, делая шаг вперёд к противнику, из-за чего ткань кофты выскользнула у меня из руки. — Мукуро управляет ею! Ради своей собственной цели он сделает что угодно! Он такой человек!!!

— Хаято, притормози! — бросила я, стараясь достучаться до парня. — Всё несколько сложнее!

— Да о чём ты?! — взревел Гокудера, подобно урагану. Его теперь мало что может остановить. — Только взгляни на её оружие! А также подозрительно, что она прячет правый глаз! Я ей не верю!

— Ох, Хаято… Да притормози, тебе говорят! — уже злилась я, на что парень наконец-то немного успокоился, но динамит всё равно не убрал. Словно дикий кот, наворачивал круги вокруг нас, предугадывая, с какой стороны решит напасть противник.

— Да… — подал голос Тсуна. — Я думаю… она не… Рокудо Мукуро.

— А?! — когда ещё и Тсуна принял мою сторону, Хаято вообще растерялся. — Десятый? Это… это так?

— Э? Нет… то есть… я так думаю, но… — стал заикаться Савада, но Хром решила не терять время и подошла к парню.

— Вы защитили меня, — произнесла она спокойным голосом. — Спасибо вам, Босс, — после чего чмокнула парня в щёку.

Этот жест буквально снёс крышу не только Тсуне, но и самому Хаято, который, кажется, скорее ревновал нежели беспокоился. Ну, мне так показалось со стороны. Пытался наброситься на девушку, размахивая руками и ногами. Хорошо хоть Такеши вовремя подоспел и обхватил этого ворчуна под руки со спины. А то ведь реально побежал бы сражаться с тринадцатилетней девчонкой.

Сам же Тсуна покраснел, как рак, и не мог сообразить, зачем она это сделала. Потом почему-то покосился на меня и покраснел ещё больше. Ох, вот уверена, что у него сейчас в голове всплыли вчерашние картинки меня и Хибари. Вот о чём он вообще думает! Хром же смотрела то на одного, то на другого и не понимала, а что не так? Это ведь было просто благодарность и приветствие. Но после, немного подумав, она подошла ко мне, взяла за ладонь и вложила в неё несколько шоколадных конфет, на фантике которого красовалась надпись: «Sognare». С итальянского языка переводится как «Мечта». Именно такие конфеты мы ели с Мукуро. Вернее, ел только он. Я же… хм… Всё трудно.

В любом случае, уверена, что это своего рода передача от Мукуро. Только он знал об этих конфетах. Я про них даже Тсуне не рассказывала. Все замерли, пытаясь понять, что происходит. Девушка вопросительно следила за моей реакцией. Хм… и что это? Своего рода, предложение «дружить»? Ведь за мной также следят Кен и Чикуса. Причём Кен старается держаться на довольно большой дистанции. Даже в глаза не смотрит. Забавный парень.

Спокойно взяв одну из конфет, я развернула её и закинула в рот, накусывая лакомство. Хм, довольно неплохо. Хром улыбнулась.

— Ты что делаешь, Ведьма?! — заорал Гокудера. — А если они отравлены?!

— Эм… ну и что? — пожала плечами. Хаято сначала хотел возмутиться, а потом вспомнил, что я, пожалуй, единственная, кто может без лишних проблем питаться едой его сестры. Но это если не считать других моих родственников.

— Так что будем делать? — спросил Сасагава, возвращая всех к основному вопросу. — Позволим ей вступить в нашу команду?

— ЧЕГО?! — Хаято сейчас удар хватит от такого избытка негодования. — Невозможно, чтобы мы признали её!!! Мы даже не знаем, откуда, чёрт возьми, она пришла! А у Ведьмы походу все мозги спеклись от последней битвы.

— Что?! — воскликнула я, чувствуя лёгкое оскорбление. — Ты неуверен в моих умственных способностях?!

— Что?! — неожиданно подал голос Кен, немного пригибаясь в коленях, словно приготовился к прыжку. Чикуса за секунду вооружился йо-йо. — Мы не будем терпеть такое унижение!

— Это вызов, — решил Хаято, вновь угрожающе выпуская клубок сигаретного дыма.

— Так, Хаято, притормози! — вновь попыталась его остановить. — И убери ты, наконец, динамит! Это не игрушка.

— Кен, Чикуса, успокойтесь, — также обратилась к своим спутникам Хром. — Это не вам решать, — после чего повернулась к Тсуне. — Босс, разве я не подхожу на роль Хранителя Тумана? Я хочу сражаться как Хранитель Тумана, но… Если вы не одобряете, я сделаю как прикажите…

— Э-э-э?! — протянул Савада, чувствуя лёгкое психологическое давление. — Подожди… просто, ты говоришь это так внезапно! И это… такое важное решение! Но… Эх… — парень схватился за голову и стал ерошить себе волосы. Кажется, он вообще запутался.

— Но Хром единственная, кто может сражаться как Хранитель Тумана, — подкидывал дров в очаг Тсуны Реборн.

— Реборн-сан! И вы тоже?! — ахнул Хаято, понимая, что на его стороне всё меньше союзников.

— Да, но… — Тсуна сходил с ума. Я тем временем, пока Савада делал окончательное решение, с хрустом и шелестом развернула ещё одну конфету и погрузила её в рот. Как не посмотри, а с сытым желудком и думать веселее. — Дар, — обратил на меня внимание парень. — Ты… ты ведь что-то знаешь, так? Тебя не удивило то, что наш Хранитель Тумана девушка. Что… как… хм… — парень пытался сформулировать вопрос, но даже он у него получался не так, как надо. Однако, я его поняла.

— Как не посмотри, Тсуна, а основное решение останется за тобой, — начала я с самого начала. — В чём-то Хаято прав. Мы не знаем, кто эта девушка и откуда она. Вы её видите впервые, тем более в такой безвыходный момент. Это, несомненно, вызывает подозрение и недоверие. Наше положение шаткое и доверять кому-то такое ответственное дело, так и ещё учитывая, какое прошлое нас связывает с Кокуе… — Хаято демонстративно фыркнул, показывая тем самым, что он прав, но я продолжила: — Однако, я вижу Хром не первый раз.

— Что? Чего? Как? Когда? — раздались вопросы со стороны парней.

— В тот день, когда ко мне домой пробрались члены Варии и пытались убить, Докуро Хром была рядом, помогая сбежать и сохранить жизнь. Более того, она и эти парни посодействовали в том, чтобы меня после никто не мог отыскать. Хотя после я целые сутки пряталась у тебя дома, — посмотрела на Гокудеру, который теперь выглядел несколько шокированным и сосредоточенным. — Понимаю, — продолжала я. — Возможно, этого мало, для полного доверия. Его нужно заслужить. Но есть ещё кое-что, против чего вы не можете спорить: если откажемся от Хром и её помощи, боюсь, мы так или иначе теряем Кольцо Тумана. А с девушкой у нас хотя бы будет шанс.

— Я не проиграю! — тут же вставила Хром, демонстрируя уверенность в глазах.

— Тогда, — подал голос Тсуна, который также взбодрился. — Пожалуйста, сделай это! Я думаю, что это правильно… Хранителем Тумана, должна быть она…

— Десятый! — Гокудера был ещё не уверен, хотя и его неуверенность давно пошатнулась.

— Спасибо, — поклонилась девушка, благодаря за оказанное доверие.

— Хе! Понял! — фыркнул Кен, показывая язык Гокудере, тот аж дар речи потерял от такой наглости. Уже собирался высказать всё, что думает в стиле горячих итальянцев, но не успел. Окно спортзала резко распахнулось, и в спортзал влетел ещё один малыш, которого держала птица.

— Колонелло?! — удивились многие.

— Мастер! — воскликнул Рёхей. — Разве вы не должны сейчас спать вместе с Киоко?

— Кора! — отозвался малыш, зависая над головами группы. — Именно из-за этого я сейчас сонный! Но этот коротышка с лягушкой… — добавил Колонелло, обращаясь к Реборну, который забрался на плечо Такеши. — Я хочу проверить, на самом ли деле он Аркобалено.

— Понимаю твоё любопытство, — кивнул Реборн.

Что? Аркобалено? Этот малыш? А разве так разрешено? Разве он может быть Хранителем? Но если это Аркобалено, то почему другие ничего не заметили? Что-то тут не так. Возможно, он как-то скрывает свою силу, благодаря чему я и была уверена в беспроигрышности Хром, но если это не предел? Теперь я нервничаю…

— Кстати, — произнёс Тсуна, оглядываясь. — А где Дино-сан? Он сегодня не пришёл.

И Хибари тоже тут нет. Я не чувствую вообще какого-либо его присутствия на территории школы. Но об этом лучше пока умолчу. Эх, лучше вообще пока об этом парне не думать. Почему-то возникает какой-то шум в голове, мешающий думать.

— Прошлой ночью он неожиданно получил сообщение и отправился на встречу со своим старым другом, — пояснил Реборн.

— Что? — удивился Савада. — В такое время?

— Ну, раз такое дело, — тут же оживился Рёхей, в голосе которого чувствовалась бодрость. — Давайте сделаем общий призыв!!!

— Э-э-эм… — протянул Тсуна, оглядываясь на остальных. — Д… да…

— Отлично! — согласился Такеши.

— Я пас! — подала голос, но, судя по суровому взгляду Рёхея, он не одобряет. Пришлось пояснить. — Я, — указала на инвалидное кресло, — в положении.

— ЧТО?! — заорал Рёхей на весь спортзал. Мне кажется, даже Вария слегка вздрогнула от такого ора. — ТЫ БЕРЕМЕННА?!

Это… просто… жесть… Я даже злиться на него не могла. Просто опустила своё лицо на раскрытую ладонь и тихо смеялась, замечая косые взгляды всех присутствующих. В основном это были члены Варии и банды Кокуё. Представляю, что у них сейчас творится в голове. Рёхей… ты…

— Ты идиот! — воскликнул Хаято. — Торфяная башка, она в затруднительном положении! В за-тру-дни-тель-ном!!! — проговорил последнюю фразу по слогам. — Ей резких движений делать нельзя! Рёбра треснуты.

— Оу! Я экстремально ошибся! — боксёр с поклоном извинился. — Ну, в таком случае… — повернулся к Хром, подзывая к себе.

— Нет, — девушка повернулась к парням спиной, напоследок добавив: — Для меня нет необходимости делать это.

— Э? — не понял Тсуна.

— Да что с ней такое? — уже начал расстраиваться Рёхей.

— А она не особо дружелюбная… — задумчиво произнёс Такеши, но ничего не поделаешь. Девушка была настроена решительно и уже направилась к своему противнику в центр спортзала.

— Я начинаю, — оповестила она своего врага и Червелло.

Розоволосые девушки переглянулись, после чего кивнули друг другу, решив, что пора начинать.

— Сегодняшнее поле битвы — весь спортзал, — начали они. — Здесь вы можете использовать всё, что угодно. В дополнение к этому для битвы мы не подготовили особых машин или технологий.

— Что? — удивился Савада. — Здесь ничего нет?

— Всё просто, — отозвался Реборн. — Для битвы между Хранителями Тумана механизмы не требуются. Притворяться, что существует что-то, когда его нет и наоборот. Делая это, они обманывают врагов и не позволяют им увидеть истинный облик семьи. Обман иллюзией — это работа Хранителя Тумана.

Я хотела отметить, что, как не посмотри, а Мукуро свою работу уже выполняет на все десять баллов, но не успела, так как ко мне подошли Червелло. Это было несколько неожиданно и не понятно. Что им надо? Я сегодня не борюсь. Да и состояние у меня точно не для боя. Хаято вновь напрягся, но и не он один. С другой стороны предупреждающе показал клыки Кен. Хотя, возможно, он просто продемонстрировал девушкам, что им не доверяет и лучше держать дистанцию.

— Что вам надо? — фыркнул Хаято. — Сегодня не её бой.

— Мы это знаем, — ответили Червелло. — Серра Дарья, нам необходимо проверить вас на наличие электронных устройств.

— Что? — удивилась я, хотя и остальные были также в недоумении. — О каких электронных устройствах речь?

— Любых, — ответили девушки. — Места для зрителей будут иметь ограждение в виде инфракрасных лучей, как при битве Урагана. Мы просто хотим обезопасить как зрителей, так и участников.

— Да о чём вы, чёрт подери?! — Хаято сегодня явно на взводе. И вся эта ситуация, да ещё учитывая, что парни из Кокуё рядом, очень на него давили с психологической точки зрения. Но я сразу поняла, к чему Червелло ведут и усмехнулась.

— Ясно. Боитесь, что я достану какой-нибудь плеер или сотовый, а после отключу инфракрасные лучи, ворвавшись в битву Хранителей Тумана, так ведь? — улыбка стала шире. — Вот только сейчас при мне только больничная пижама и пакет со сладостями. Его тоже попытаетесь отнять? Вдруг я печеньем вскрою замки и выберусь? Тц! Да даже если бы имела при себе чемодан с инструментами, как, по-вашему, я его использую? Мне двигаться нельзя!

— Нам очень жаль, но просим уступить, — настаивали Червелло. — После демонстрации действий на прошлых битвах с вашей стороны, Червелло решили предпринять дополнительную защиту. Здесь мы устанавливаем правила, так что, будьте любезны соблюдать их. Либо будете вынуждены покинуть поле боя.

— Какого?.. — взорвался Хаято, вновь выхватывая динамит. — Это угроза!

— Гокудера-кун! — взмолился Савада, стараясь успокоить своего друга. — Прошу, ты всё усложнишь.

— Ну и ну, — бросил Такеши, также делая шаг вперёд. — Разве это правильно?

— Ещё один шаг, и ваше кольцо будет отобрано и передано команде противника, Ямамото Такеши, — произнесли Червелло, после чего бейсболист замер на месте. — Повторяем, здесь мы устанавливаем правила. Соблюдайте их или покинете поле боя.

— Хорошо, — вздохнула я, прикрыв глаза. — Пожалуйста, проверяйте. Только где я, по-вашему, могу спрятать электронику? В белье?

Девушки не ответили. Они просто подошли ко мне и принялись… да, ощупывать моё тело. Всё это звучит довольно забавно, если бы не было всё так ужасно. Женственной ласки от них не дождёшься. Всё жали по несколько раз. Особенно в тех местах, где наложили тугие бинты. Всё надеялись отыскать там что-то. А ведь их не просто так намотали. При каждом прикосновении тупая боль напоминала о себе по всему телу.

— Чёрт, — шикнула я на русском языке, когда меня схватили за раненную руку. Как бы кровь не пошла. — Может, хватит? — гнев уже стало тяжелей сдерживать. — Стриптизёрам за это хотя бы платят!

Наконец-то девушки отошли в сторону, убедившись, что ничего подозрительного у меня с собой нет. Но тупая пульсирующая боль всё ещё чувствовалась. Червелло… не бабы, а мясники какие-то. Вокруг всех людей возникло ограждение, состоящее из инфракрасных лучей. Попытаемся пересечь ограду, и одним простым ожогом не отделаемся. Конечно, могу ошибаться, но уже тот факт, что мы видим лучи, говорят о том, что нас разрубит как раскаленный нож сливочное масло.

— Битва сегодняшнего вечера — между Хранителями Тумана, Мармон и Докуро, — продолжили свою работу девушки. — Итак, бой начался!

В это же мгновение Хром взмахнула трезубцем и звонко ударила им об школьный пол. Многие тут же закричали, заверяя, что земля разбилась на части и взлетела в воздух. Особенно сильно кричал Тсуна, как и некоторые члены Варии. Например, Хранитель Грозы, Леви-А-Тан. Но вот я… ничего не видела. Вообще ничего. Не единого движения. Для меня Мармон и Хром продолжали стоять на месте, смотря друг другу в глаза.

— Так она тоже мастер иллюзий, — бросил Мармон. — Но её трюки такие слабые. Если это всё, то ты не принесёшь мне никаких денег, — что-то явно происходило. Парни не на шутку занервничали. Кажется, Хром достаётся. — Слишком слаба. Она даже не может использовать защитный экран.

— О ком ты говоришь? — спросила Хром, всё также стоя на своём месте. — Я вот здесь.

— Чёрт, — вздохнула я, облокотившись на подлокотник и подперев голову. — Мне нужен суфлёр. Совершенно ничего не вижу. Даже… несколько завидую.

Неожиданно на помощь ко мне пришёл тот, от кого я не ждала:

— Эта девчонка превратилась в корзину с баскетбольными мячами! — воскликнул Рёхей.

— Что это? — Хаято усилено принялся тереть глаза.

— Что происходит? — также не понимал Тсуна. — Дар, ты ничего не видишь? — я лишь виновато пожала плечами.

— Это иллюзия, — пояснил Реборн. — Стремительный обман и иллюзии без каких-либо движений. Не слишком часто можно стать свидетелем такой впечатляющей битвы, — я вновь с лёгкой завистью вздохнула. Для меня они просто стоят на месте.

— Я рад, что ты можешь сойти за противника, — произнёс Мармон. — Значит, я могу использовать эту вещь так, как хочу. А также перед этой парочкой тупых коротышек.

Хм? Это он о Реборне и Колонелло? Неожиданно из-под чёрного плаща на пол сползла цепь, издавая звонкое металлическое цоканье звеньев. Лягушка на голове Мармона стала изменяться. Поменяла цвет и окрас на золотой, вытягиваясь, словно змея и укусила сама себя за хвост, приняв кольцевидную форму над головой Мармона. Будто нимб. Более того, из-под плаща показалась соска, которая засияла синим цветом. Соски Колонелло и Реборна также дали о себе знать.

— Кольцевидная лягушка и синяя пустышка, — заметил Колонелло. — Кора! Он всё-таки жив!

— Я так и думал, — бросил Реборн. — Он один из Аркобалено, Вайпер.

Всё тут же изменилось. Именно этого я и опасалась. Мармон или, как его теперь называл Реборн, Вайпер взлетел в воздух над головой Хром. Он не использовал какое-либо оружие, но всё же видеть как младенец парит в воздухе… Несколько неожиданно. Даже я это вижу. Интересно, как он это делает? Уверена, что ответ кроится в этой золотой лягушке над головой малыша.

Обстановку также накаляли слова Реборна и Колонелло. Они заверяли, что Вайпер лучший колдун с экстрасенсорными способностями среди Аркобалено. Один из сильнейших среди проклятых младенцев. В своё время этот малыш пропал без вести во время боя, но он оказался всё-таки живым.

— Колдун? — не на шутку занервничал Хаято. — Это что-то сверхъестественное? Оккультизм?

— Успокойся, Хаято, — бросила я. — Колдовства не существует! Сколько ты ещё будешь верить в эту чушь?

— Если ты чего-то не видишь, то это не значит, что его нет! — злобно фыркнул парень, немного смущаясь.

— Кора! — бросил Колонелло, привлекая к себе внимание. — Если он Аркобалено, тогда почему наши пустышки засветились только сейчас?

— Я не знаю, — признался Реборн. — Но, кажется, он запечатал способности своей пустышки той цепочкой.

— Эх, тупые коротышки! — воскликнул Вайпер. — Вы не знаете, но это побочный продукт проведённого исследования. К несчастью для вас, я не пренебрёг им — попыткой разрушить заклинание.

Разрушить заклинание? О чём он? И почему Реборн и Колонелло так напряглись. Даже в какой-то степени напугались. Остальные ребята также с непониманием посмотрели в стороны малышей, выжидая пояснения, но нет. Они решили даже не затрагиваться этой темы. Зато сам Вайпер обратил свой взор на меня. Малыш взмахнул рукой.

— Дар! Берегись!!! — закричал Тсуна, стараясь прикрыть меня от чего-то невидимого, но во время бега споткнулся и шлёпнулся прямо около инвалидного кресла. — Ой-ёй!

— Тсуна, ты чего шумишь? — спросила я, наклоняясь к парню. — Что случилось?

— А?! — удивился парень. — Ты не видела? В тебя летели огненные стрелы! Это тоже иллюзия? Я был уверен, что ты в опасности!

— Тсуна, повторяю, я не вижу иллюзий, — устало вздохнула. Порой надоедает твердить одно и то же. Но, видно, парень просто не посчитал это иллюзией.

— Прошу вас, Мармон, впредь не атаковать зрителей противника, — произнесла одна из Червелло. — Ещё одна такая выходка, и мы будем вынуждены забрать ваше Кольцо Тумана.

— Пф! — фыркнул малыш с синей соской. — Больно надо мне кого-то атаковать! Мне за это не заплатят. Однако, — вновь посмотрел на меня. — Несколько беспокоит, что она не восприимчива к иллюзиям. Теперь понимаю, почему Эдда так хотела её уничтожить. Избавившись от этой девчонки, дышать станет легче. Ну, а пока… — повернулась в сторону Хром. — Мне надо избавиться от тебя.

— Кто бы ни был моим противником, я не проиграю! — уверенно заявила девушка, срываясь с места и нанося физическую атаку в сторону парящего Аркобалено. Тот ловко увернулся, но появилось кое-что ещё — змеи. Настоящие змеи, что обвили тело малыша. И я их видела. Значит, это не иллюзия.

Таким навыком обладает только один иллюзионист, которого мы все прекрасно знаем — Рокудо Мукуро. Это заставило парней вновь засомневаться, что перед нами просто девушка. Хаято заверял, что это Мукуро. Он управляет девушкой. И Тсуна с ним в чём-то соглашался, но в тоже время был не уверен, так как не чувствовал присутствие дополнительной личности. Я же решила не вступать в диалоги с ребятами и просто следила за боем. В той степени, в которой у меня была возможность. Да, эта девочка не Рокудо Мукуро, но она с ним непременно связана. Не знаю, как именно, но учитывая то, что этот парень успевал провернуть ранее, я уже ничему не удивляюсь. Просто смотрю.

Тем временем бой принимал иные обороты. Мармон с лёгкостью избавился от змей, хотя они и были настоящими. Казалось, что малыш даже испытывает удовольствие от самой борьбы и возможностей девчонки. Более того, добавил, что после сражения, продаст её в цирк или пустит на органы. Кажется, этого Аркобалено ничего больше не волнует, кроме как собственно финансовое благополучие. Алчность у Аркобалено? Это что-то новенькое.

— Иллюзии обычно просто контролируют часть мозга, отвечающие за пять чувств, — пояснял тем временем Мармон, когда все заговорили о том, что были пойманы в иллюзию и поверили, что их окружает холод. Словно вокруг лёд и даже пар идёт изо рта. Хм… как по мне ничего не изменилось. — Что касается этой девчонки, — Мармон кивнул в мою сторону. Думаю, он это пояснял в основном своей команде. — Могу предположить, что эта часть мозга у неё кем-то блокирована и хорошо защищена. Хм, знать бы кем. Если способность иллюзиониста увеличивается, его контроль над жертвой должен быть сильнее. Вероятность провала иллюзии поднимается, всё становится более реалистичным. Но если иллюзии заклинателя перекроются другими иллюзиями, — малыш посмотрел на Хром. — Значит, она потеряла контроль над своими чувствами в пользу противника.

С Хром что-то стало происходить. Она окаменела. Буквально не могла пошевелиться. Видно, Вайпер сильнее девушки. Более того, заметив, с каким рвением она оберегала свой трезубец, малыш что-то сделал, и девушке показалось, будто трезубец исчез. Раскололся на десяток частей. Но это не так. Вон он! Я его вижу. Цел и не вредим. Но Хром поверила в иную версию событий.

Из её рта тут же хлынули сгустки крови. С кашлем девушка повалилась на пол, теряя сознание. Живот стал впадать и буквально проваливаться к позвоночнику. Что происходит? Это же не иллюзия, верно? Что с её органами? Их как будто нет. Стоп! Возможно ли, что эти органы были созданы иллюзией? Нет-нет, как такое может быть? Как можно жить, существуя на одних иллюзиях? Это невозможно!.. Или же… Это невозможно для меня, но не для этой Хром. Она-то иллюзии видит и чувствует. Даже сама создаёт и управляет ими. Но раз это иллюзии, то, что случилось? Почему она их вновь не создаст? Или эти органы были не ею созданы? Ох, я запуталась… В любом случае, что-то идёт не так. Девушка умирает, и помочь ей никак. Ни ребята, ни я… никто не может помочь. Остаётся только смотреть и надеяться на лучшее.

Неожиданно Тсуна схватился за голову.

— Он… Он идёт! — все посмотрели на парня, не понимая о ком он говорит. — Он идёт! — ещё громче крикнул Тсуна. — Рокудо Мукуро! Он идёт!!!

Не знаю, что видели другие, но опишу то, что видела я. Живот Хром вновь принял естественное положение, а на лице появилась самодовольная улыбка. К тому же этот смех… Определёно Мукуро. Вот только все говорили, что это мужской голос, но нет — он точно принадлежал Хром. Девушка вновь взялась за трезубец и поднялась в полный рост. Чувствовалась сила и уверенность. Причём такая, какую увидишь лишь раз и никогда не забудешь. Хоть я и видела девушку, на интуитивном уровне прекрасно понимала — она не одна.

— Ку-фу-фу-фу, прошло много времени, — произнёс Мукуро телом Хром. — Я вернулся. С другой стороны цикла.

М-да… это определёно Мукуро, уж очень он любит пафос, да и покрасоваться больше обычного. Хотя этот приём эффективно подействовал на остальных ребят. Даже Аркобалено были под впечатлением. Они не могли оторвать глаз от того, кто стоял перед ними. Более того, они видели именно парня, Мукуро, а не Хром.

— Му… — произнёс задумчиво Мармон. — Рокудо Мукуро… мне было интересно, где я слышал это имя раньше? Но теперь вспомнил, — малыш вновь поднялся в воздух. — Примерно месяц назад, кто-то пытался сбежать из тюрьмы Вендетте. Устроил бунт, напал на охрану, взломал кодовые электронные замки и отслеживающие ошейники. И всё это провернул некий Рокудо Мукуро. Но с ним должно было быть покончено, когда побег не удался. Я слышал, что его вернули в тюрьму даже в более суровые условия, нежели прежде. Вот только я сомневаюсь, что всю работу проделал какой-то жалкий иллюзионист. Тебе ведь кто-то помогал, не так ли?

— Ку-фу-фу-фу, — засмеялся Мукуро. — Информационная сеть особого элитного отряда убийц Варии оказывается, не так хорошо информирована, как считается. Я просто сходил в библиотеку и нашёл книгу «Как покинуть тюрьму за сорок восемь часов». Тебе тоже иногда стоит читать книги, Аркобалено. Говорят, это полезно, ку-фу-фу. В любом случае, я сейчас здесь, не так ли?

Мукуро утаивает мою причастность к побегу? Хм, но ведь никогда не делает что-либо просто так. Так в чём причина? Не знаю. Возможно, он до сих пор питает надежду на нашу своеобразную «дружбу». Хотя… я бы нашла несколько других более подходящих слов на эти отношения, вот только, боюсь, их в лексиконе подростка лучше не использовать.

— Какой проблемный парень, — фыркнул Мармон, и тут я с ним согласна. — Отлично, давай проясним. Ты только иллюзия, созданная той девчонкой, верно? Я не настолько добр, чтобы проиграть иллюзионисту, созданному иллюзией.

Бой разворачивался с новой силой. Они успевали не только использовать свои иллюзорные техники, которыми восхищались практически все присутствующие, но и обмениваться дерзкими фразами, заставляя друг друга разозлиться и потерять контроль над чувствами. Я же только и успевала слышать отдаленные слова ребят, и по этим словам предполагать, что происходит. Цветы, лотос, как холодно, как жарко, это потрясающе… Чёрт, я и в самом деле немного завидую им. Тоже хочу посмотреть на то, что происходит. Не выдержав это, я с грустью вздохнула и подпёрла ладонью щёку. Хром, что стояла ближе к нам, услышала мой вздох. Вернее, это не Хром, а Мукуро, но суть та же.

— Скучаешь? — улыбнулся. — Да, мне самому грустно, что ты не видишь «моего мира». Но, чтобы немного взбодрить… — неожиданно девушка сорвалась с места, и атаковала Мармона трезубцем. Он, конечно, не ожидал подобного, но всё же увернулся.

— Му-у!!! — простонал возмущенно Аркобалено. — Как низко!!! Маг, использующий боевые приёмы!!! Я осуждаю тебя и твой бред про цикл перерождения! Люди будут повторять свои жизни бесконечное количество раз. Именно потому я должен собрать как можно больше денег!

— А-а-а!!! — закричал Тсуна, смотря себе под ноги. — Пол движется!!!

— Чего? — не понимала я, но посмотрев на остальных, поняла, что каждый видит нечто пугающее. Что же там? Что они видят? Реборн даже воспользовался тем, что Колонелло со своей птицей летают, и зацепился за него, поднявшись в воздух. Даже эти двое не могут противостоять иллюзии. Поверили в неё. Но не Мукуро.

— Оя! Жадный Аркобалено? Забавно, — смеялся парень устами девушки. — Но если речь идёт о жадности, то я тем более не проиграю.

Физически я ощутила мощную волну силы, исходящую от Хром. Это Мукуро? Он решил больше не церемониться со своим противником и уничтожить его одним ударом. Более того, эти действия каким-то образом стали влиять на остальных ребят. Заболела голова, начало тошнить и некоторые просто не были в состоянии стоять на ногах. Это воздействие иллюзий Мукуро? Словно каждый из парней побывал на мощнейших аттракционах. Не у каждого организм выдержит такое. Тсуна схватился за голову и рухнул на колени, заверяя, что она сейчас треснет. Ямамото и Гокудера подбежали к парню, стараясь понять, что с ним. Я хотела также убедиться в целостности друга, но неожиданно услышала голос:

«Дарья, иди сюда».

— А? — повернулась в сторону Кена и Чикусы. — Вы что-то сказали? — те на меня посмотрели так, будто я умом тронулась. Тем более, что чувствовали они себя не лучше остальных.

«Дарья, иди сюда. Закрой глаза».

Что? Не может быть! Этот голос… Мукуро? Но как? Он же ведёт бой с Мармоном, верно? И всё же любопытство взяло вверх. Последний раз взглянув на спокойную улыбку Хром, закрыла глаза, немного расслабившись, словно собиралась ко сну. Сначала ничего не происходило, но потом голос появился вновь:

«Молодец. А теперь иди сюда», — это странно, но перед глазами появился туман. Точно такой же когда я видела во сне перед попаданием в тело Рокудо. Неужели он решил проделать тот же ход? Да, я иду на голос и оказываюсь перед той же красной дверью. — «Заглянешь?» — доносится голос Мукуро из-за двери. Но если я войду туда, обратно не выберусь. Где же сам Мукуро? — «Загляни и узнаешь».

Наклонилась и посмотрела в замочную скважину. Темно. Там так темно. Только изредка видны всплывающие пузырьки. Это вода? Где он? Почему воды так много? Мукуро, во что ты опять вляпался?

«Ку-фу-фу, волнуешься за меня?» — послышался голос из-за двери. Он каким-то образом слышал меня, как и я его. — «Иди сюда. Я хочу, чтобы ты кое-что увидела. Обещаю, тебе понравится».

Любопытство вновь сковало тело. Медленно взялась за ручку двери, повернула её и вошла в мир Рокудо Мукуро. В следующую секунду я почувствовала, что всё моё тело сковано. Абсолютно всё. Ступни, колени, пояс, руки, плечи, шея… И не чем-нибудь, а стальными кандалами. К лицу приставлен некий аппарат позволяющий дышать. К правому глазу прицепили некую трубку, блокирующую зрение, из-за чего я могу видеть только левым глазом. Но этого достаточно, чтобы понять — я в бездонной тьме. Это тюрьма? Кругом ледяная вода и тяжесть цепей не позволяет даже шелохнуться. Не единого лучика света. Всё… безнадёжно.

Сквозь толщу воды вижу руки Мукуро. Они оголены по локоть, но даже так видны грубые шрамы от проведённых над ним опытов в детстве. Это место… ужасно. Отсюда не выбраться. Даже если я проведу месяцы и годы в теле Мукуро, не смогу ему помочь. Просто не знаю, как.

«Дарья, иди сюда» — вновь послышался голос. То есть, самого Мукуро тут нет. Он в Хром. Так чего же он хочет? Чтобы последовала за ним и так же оказалась в той девочке? Он что, окончательно спятил? Хотя о чём это я? Конечно же, да! — «Ку-фу-фу-фу, тебе понравится».

Очень сомневаюсь, но почему-то вновь закрываю глаза и пытаюсь расслабиться. Вновь оказываюсь в густом тумане прямо перед тёмно-фиолетовой дверью. Это мир Хром? Логически я понимала, что это безумие. Да кто в здравом рассудке на это согласится? Но у меня встречный вопрос — а когда вам ещё такое предложат?

Открыв дверь, вошла в мир неизвестной мне девушки Хром. Надеюсь, она не против. Тут оказалось намного теснее, чем в теле Мукуро. Чувствовалось, что я буквально вжата впритык.

«Расслабься и посмотри на мир чуточку иначе», — говорил голос Мукуро. — «Просто на миг, поверь в чудеса. Хотя бы попытайся».

Я не понимаю, о чём ты говоришь! Нахожусь на поле боя. Вижу со стороны ребят, которые нависли над Тсуной, вижу себя спящей в инвалидном кресле, вижу членов Варии и противника Хром. Но… что я ещё могу видеть?

«Поверь в чудеса», — повторил парень. — «Попробуй».

Он вновь и вновь нашёптывал эти слова, словно некий личный демон, соблазняющий и искушающий. Но я всё никак не могла понять, о чём он просит? Расслабиться? Я и так расслаблена. Поверить? Во что? В чудо? В какое? Однако всё же попыталась это сделать. Медленно, но пыталась. Во что угодно. Хотя бы чуть-чуть. А разве то, что сейчас со мной происходит, не стоит назвать чудом? Разве веры в это уже не достаточно?

Неожиданно перед глазами всплыли образы. Сначала еле уловимые, но с каждой секундой они становились всё ярче и отчётливее. В итоге, получилась так, что я увидела цветы. Лотосы. Они окружали всё: меня, зал, противника… Но были так прекрасны, что оторвать от них глаз было невозможно.

— Спуститься в Ад, — произнесли, казалось бы, мои уста, но голос звучал определёно Мукуро. — Чтобы вернуться вновь.

Оба Кольца Тумана оказались у парня в руке. Он побеждал.

«Ну, на этом пока хватит», — прозвучал голос парня, после чего я почувствовала, как меня буквально вышвырнули и закинули в собственное тело.

Причём так быстро, что я даже ахнуть не успела. Вот только что рассматривала цветы, и тут вновь сижу в инвалидном кресле. Дыхание сбилось, а тело бросило в жар. Не знаю, что это, но было круто. Правда, больше я ничего не видела. Опять обычный спортзал. Более того, теперь на поле боя Мармона не было. Он сбежал, когда осознал, что не сможет противостоять иллюзиям Мукуро. Хотя, как мне пояснили ребята, выглядело всё так, словно его разорвало на части. И всё же Занзас посчитал, что этого мало и, приказал Гола Моске отыскать и уничтожить Мармона. Никакой жалости к слабакам.

— Докуро Хром получила Кольцо Тумана, — произнесла одна из Червелло. — Поэтому победителем сегодняшней битвы становится — Докуро Хром.

— Боже мой, — вздохнул Мукуро, смотря на Занзаса. — Ты действительно тёмная сторона мира мафии, Занзас, — возникла напряженная пауза. — Я несколько любопытен и успел кое-что узнать, — Мукуро в теле девушки пожал плечами. — Но твои отвратительные планы, которые ты готовишь, даже мне внушают страх. Но я не собираюсь совать в это свой нос. Всё-таки я не особо хороший человек и также преследую свои цели. Кроме одной вещи, ты не должен относиться легкомысленно к другому кандидату в наследники, к тому, кто слабее и меньше тебя. Тем более, как показывает вчерашний опыт, преимущество в физической силе ещё не делает тебя полноценным победителем. Не так ли? Ку-фу-фу…

Инфракрасные лучи были убраны, и теперь все могли передвигаться так, как им хотелось. Мукуро направился в нашу сторону, мило улыбаясь. Словно только одной походкой хотел всем сказать, что он победитель по жизни. К нему тут же подбежали Кен и Чикуса, восхваляя своего предводителя и уверяя, что он был неподражаем. Тем временем количество динамитных шашек в руках Гокудеры увеличилось троекратно. Он готовился не просто к битве, а к полномасштабной войне. Тсуна и Такеши тут же попытались его успокоить.

— Вы должны быть с ним осторожны, — произнёс Мукуро, говоря о Занзасе. Но его слова звучали довольно двусмысленно, поэтому он тут же добавил: — У меня нет желания связываться с мафией. Причина, по которой я решил стать Хранителем Тумана проста — так мне будет легче завладеть твоим телом, Савада Тсунаёши, а также заручиться доверием Серры Дарьи. Мы ведь до сих пор друзья, да? — посмотрел на меня и вновь улыбнулся. — Надеюсь, ты не в обиде за наше бурное прошлое. Ну, я о Кокуё-Ленде и тюрьме… Ку-фу-фу-фу!

— Что ты! — также улыбнулась. — Какие обиды? Просто в следующий раз при личной встрече позволь мне разок ударить бейсбольной битой тебя по яйцам, и мы в расчёте, дружище!

— Ку-фу-фу-фу, договорились, — улыбка стала шире. — При личной встрече. Я, ты, бита… мои яйца… Может быть, тогда и с тюрьмой вновь поможешь?

— Может быть, — кивнула головой, вспоминая то холодное тёмное место, где сейчас находился Мукуро. Девушка, в которой находился парень, слегка удивилась, но потом засмеялась ещё сильнее.

— Ку-фу-фу! Так и знал, что ты от меня без ума, — на эту его фразу я лишь устало вздохнула. Время бежит, враги сменяют друг друга, а он всё о своём.

— Да что несёт этот кретин?! — зарычал Хаято, теряя терпение. — Что он там удумал? Никакая бита не понадобится, я сам там ему взорву всё, что надо!

— Гокудера-кун! — взмолился Тсуна.

— Ну-ну, успокойся! — Такеши положил ладонь на плечо Хаято, но тот лишь фыркнул выпуская клубок сигаретного дыма.

— Это… Сейчас… — начал Савада, немного теряясь. — Спасибо тебе…

Мукуро на мгновение замер, явно просто не зная, как реагировать и что ответить в такой момент. Он злодей. И ассоциирует себя со злодеем. Более того, сразу признался, что собирается завладеть телом Тсуны. Разве за это благодарят? Тело девушки пошатнулось, а фиолетовый глаз принялся медленно опускаться.

— Я немного… устал… — голос Хром стал тише. — Эта девочка… — договорить он не успел, так как просто потерял сознание, и женское тело с грохотом рухнуло на пол.

Грудь вздымалась, а живот имел нормальное положение. Она жива и, скорее всего, сейчас спит. Кен и Чикуса фыркнули, отмечая, что тело Хром слишком слабое. После чего направились к выходу, оставив девушку одну. Словно им всё равно. На вопрос Тсуны, почему они оставляют её здесь, парни ответили коротко:

— Она не Мукуро-сан, и нам плевать, что с ней будет.

Довольно грубо, но в тоже время чувствовалась лёгкая ложь. Вот только кому они врут? Нам или себе? Ведь Кен и Чикуса знают, что Тсуна просто так её не оставит. Поможет и присмотрит за девушкой, даже если та будет против. Таков уж у нас Босс. Жалеет всех. И врагов, и друзей. Но Хром иная. Она пришла добровольно и попыталась помочь, зная, что ставки высоки. Хотя и делала это по просьбе Мукуро.

— Не жалейте его, — бросил Реборн, хотя в основном эта фраза относилась к Тсуне. — Ты никогда не должен забывать, что Мукуро делал раньше.

Савада от этих слов немного поёжился. Он словно ломал себя напополам и выбирал две стороны: логику и сердце. Однако в этом случае я с Реборном была немного не согласна.

— Странно слышать это от того, кто причастен к выбору нашего Хранителя Тумана, — усмехнулась я. — Мукуро засранец и таким всегда будет. Но одно в нём действительно меня привлекает, — Тсуна и остальные с непониманием посмотрели на меня. — Это честность. С того самого момента, когда мы встретились в Кокуё-Ленде, он ни разу не солгал. Может быть, скрывал часть правды, но не лгал. Прямо говорил то, что думает. Даже если этого от него не требуется.

— Дар, ты так говоришь, словно защищаешь его, — слегка удивился Ямамото.

— Вот как? — задумалась я, а потом просто пожала плечами. Такой цели у меня не было. — В любом случае, Такеши, припрячь для меня одну бейсбольную биту. Такую, что не жалко сломать. Стальную, например…

— Ты… — теперь парни немного побледнели. У некоторых появилась испарина на лбу, а веки нервно задёргались. — Ты… это была не шутка? Дар… это… слишком. Даже если он и враг, — вновь пожала плечами. Этих парней не понять. То я слишком его жалею, то теперь слишком жестока. Определитесь, наконец!

— Итог: четыре победы у Савады и три у Занзаса, — произнесли Червелло. — Но бой продолжается, и завтра будет последний поединок. Бой между Хранителями Облака. Если команда Савады победит, это будет решающий бой. Но если счёт уровняется, — все нервно сглотнули. — Об этом вы узнаете позже.

— Что за чёрт?! — фыркнул Хаято.

— Эй, Занзас! — воскликнул Реборн. — Что собираешься делать? Если Хибари выиграет битву, то количество колец будет пять против трёх! Даже если Кольцо Неба у тебя, Тсуна победит. Тогда тебе придётся признать поражение, как и было обещано. Ты уступишь свои права на роль наследника?

Услышав вопрос Реборна, Занзас улыбнулся. При этом в этой улыбке чувствовалась некая ирония. Словно он смеялся над всеми, так как знал нечто большее. Уверен в победе?

— Да, — отозвался парень. — Уважая дух Вонголы, я сдержу свою сторону соглашения. Если Гола Моска проиграет бой Облака, я отдам вам всё, ребята.

Абсолютная уверенность. Что-то не так. Что-то точно не так! Что задумал Занзас? Мне не понять его. Но теперь я уверена, завтрашняя битва решит всё. При этом такое чувство, что мы проиграем, даже если Хибари выиграет. Что за бред? Не понимаю. А когда я чего-то не понимаю, начинаю нервничать. Чёрт! Чтоб этого Занзаса! Что он задумал?!

Меня вернули в больницу.

Не будем уточнять тот факт, что Тсуне пришлось извиняться перед местной старшей медсестрой за побег, главное то, что я опять находилась в своей палате и не могла заснуть. Лежала на койке и пялилась в потолок. Мысли, подобно бушующему урагану, кружили в голове, не желая смирить мой дух. Эх, надеюсь, хоть другие сейчас спят нормально. А Хибари? Он сильный. Это точно. Но… Ох, как же тревожно!

Даже мобильный телефон, который я отобрала у парней, чтобы мне не было скучно, не спасал. Мысли всё кружились и кружились. Интересно, а как сам Кёя? Не думаю, что он вообще о чём-то волнуется. Спокойно сидит у себя дома и спит. Спит ведь, да? На часах два часа ночи. Скорее всего, спит… Хотя… может и нет. Проверить? Стоп! И что я собираюсь делать? Позвонить ему? И что скажу? Блин, да что со мной? Собралась звонить парню в два часа ночи. Это вообще нормально?

Что-то я в последнее время совершаю какие-то нелогичные поступки. Но… мы с Кёей так и не обсудили тот поцелуй. Хотя, возможно, ему всё равно, и он это сделал чисто из принципа. Просто потому, что хотел. А завтра, как у нас обычно бывает, мы встретимся и сделаем вид, будто ничего не было. Разве нет? Но раз так, то что я теряю? Решено — звоню ему!

Набираю номер телефона по памяти и с замиранием сердца прислушиваюсь к монотонным гудкам. Щелчок.

— Да? — голос был немого груб и раздражён. Ясное дело, ведь не все любят, когда их будят посреди ночи. Возникло неописуемое желание отключить сотовый телефон и вышвырнуть его в окно. Так сказать, убираем улики. Тем более, что Кёя не знает, чей это номер. Никаких зацепок. Но я также понимала, что это слишком глупо, и подавила в себе эту резкую паническую атаку.

— Хибари-сан? — негромко произнесла, нервно хихикая. — Это я.

— Серра? — удивился Кёя. — Ты сменила телефон?

— Эм… нет. Просто звоню не со своего. Он, кажется, принадлежит Такеши или Хаято… Точно не знаю. Мне его всучили, чтобы скучно в больнице не было.

— Тц! — фыркнул парень. — И ты решила позвонить посреди ночи мне? Звонила бы кому-то из своих травоядных.

— Ну, в принципе, да, — согласна с его выводами. Выглядит всё так, словно я отыскала дополнительное развлекательное шоу. — А вы спите?

— Уже нет, — блин, ну что я за тупые вопросы задаю? Естественно, не спит уже. Иначе, как бы я с ним разговаривала? М-да… деградация.

— Знаете, сегодня наш Хранитель Тумана одержал победу, — решила сменить тему. — Завтра ваша битва последняя.

— Мне всё равно, — бросил Хибари, устало зевая в трубку. — Кто бы там ни был, я просто приду и забью его до смерти.

— Это да, но… — я замолчала. Слишком много «но», которые имеются только в моей голове. Лучше помолчать и не тревожить парня. Тем более, что у него завтра бой. — Ладно, ничего важного. Удачи вам.

— Серра, — прозвучал голос Хибари, который тут же приобрёл раздражительные нотки. — Ты что, не веришь в мою победу?

— Что? — это было несколько удивительно. — Конечно же верю, Хибари-сан! Просто… эх…

— Говори, — приказал так, словно если откажусь, силой мысли расплавит мой телефон.

— Это всё Занзас, — начала я. — Не могу его понять. Моя интуиция сходит с ума! Предчувствую большие проблемы, но как их избежать, не знаю. Он точно что-то задумал. У него имеется некий козырь в рукаве. У меня возникает чувство, что и после вашей победы мы только проиграем. Да и этот ваш противник… Гола Моска… Он меня с первой встречи настораживает. Словно некий киборг. Вроде бы интеллект есть, но выглядит как машина для убийства. Робот! Чего только стоит его атака на собственного Хранителя Солнца. Он стрелял из пальцев! Разве это нормально? Не думаю… — наконец-то замолчала, так как мне тупо понадобился кислород. И, только отдышавшись, поняла, что опять болтаю лишнего. Вот зачем я всё это говорю? Почему именно ему? И почему никак не могу себя остановить? И ведь такое уже не в первый раз. Стоит ему что-то спросить, как меня несёт словно на санках с горки.

— Выговорилась? — спросил Кёя вполне спокойным тоном.

— Угу, — почувствовала лёгкую неловкость, но он прав, высказав свои страхи ему, почему-то стало легче. Хоть логически я и понимаю, что всё это самообман, но тот факт, что он настолько уверен и бесстрашен… успокаивает. — Извините, Хибари-сан. По правде сказать, до конца не знаю, зачем я позвонила. Просто набрала ваш номер и… В последнее время я совершенно не могу понять своих собственных поступков. Просто делаю что-то, но логически оправдать их не в состоянии. Это больше похоже на секундный порыв, нежели на обдуманное действие.

— Хм… — парень на секунду замолчал. — Думаю, я понимаю, о чём ты.

— Правда? — интересно, он говорит о поцелуе? Сожалеет ли о нём? Что вообще думает? То есть, это было такое же необдуманное действие? А что потом? Ох, сколько вопросов. Но спросить их я уже точно не могу. Что-то внутри мешает. Наверное, то, какой я ответ могу услышать. — Разве это нормально совершать подобное? Вы о таких поступках не жалеете? — Кёя минуту молчал, явно обдумывая ответ.

— Я немного сбит с толку и смущён, но точно не жалею о них, — в голосе чувствовалась стальная уверенность. — За любой поступок я готов ответить, даже если это всего лишь «секундный порыв».

Ох, как сердце-то бьётся. Мы же говорили об одном и том же? Мы ведь точно говорим об одном и том же, верно? Прошу, пусть это будет так! Не знаю, почему, но я очень этого хочу.

— Хибари-сан… — голос стал тихим и неуверенным, но я должна задать этот вопрос. Куда делась вся моя смелость? Сама на себя не похожа. Но… это так. Рядом с ним я какая-то другая. Словно… живая? — Это… нормально желать повторить «глупый поступок»? Нормально хотеть этого, даже зная, что это всего лишь «секундный порыв»?

Но с той стороны трубки возникла гробовая тишина. Даже дыхания не было слышно. Может, он бросил трубку? Нет, со связью всё в норме. Тогда он просто не хочет отвечать. Как обычно, скажет что-то холодное и дерзкое, а после уйдёт, избегая вопроса.

— Нормально, — наконец-то ответил парень, в голосе которого чувствовалось стальное спокойствие. Правда… уж слишком официальное. Словно маска или актёрская игра. — В конце концов, ты всего лишь человек, Серра. И совершать глупости — это нормально.

— Ясно, — я улыбнулась. Хоть ответ и был положительный, всё же он прозвучал как-то не так. — Спасибо.

— А некоторые вещи действительно стоит повторить, — добавил Кёя тихим голосом.

Лицо заполыхало. Я ведь даже до конца не уверена, что мы говорим и думаем об одном и том же, но от его слов становится как-то уютнее. Может, это всё из-за голоса? Я никогда не слышала, чтобы он кричал. От гнева, от боли или просто так… Никогда. Всегда тихий, спокойный, в меру строгий и мягкий. Сейчас, когда в голове царит полный хаос, мне хотелось бы его послушать чуть-чуть подольше. Позаимствовать эту его уверенность в том, что завтра наступит новый день, и всё будет хорошо. Плохо ли это?

— Хибари-сан, вы не могли бы рассказать ещё что-нибудь? — неожиданно попросила я. — Что угодно, просто ваш голос… — и тут я поняла, что опять слишком расслабилась. Кто-нибудь, заткните мой рот! Так, нужно менять положение. — Извините! Сказала, не подумав. Ха-ха! Очередная глупость! Вам спать надо, а я… Спокойной ночи, Хибари-сан! Удачи в завтрашней бит…

— Серра, — перебил меня Кёя, после чего послышался небольшой отдаленный шелест. Словно страницы книги. Что он делает? — Ты меня разбудила, а теперь вот так просто бросаешь трубку? Нет уж, будешь ждать, пока я вновь не усну.

— Эм… хорошо, — согласилась я, облокачиваясь на подушку. — А что помогает вам уснуть?

— Книги, — ответил он, после чего услышала очередной шелест переворачиваемой страницы. — Я читаю перед сном.

— Ну, тогда, может, почитаете? — секунду спустя. — Вслух.

— Хм, — парень задумался. Откажет? Точно откажет. — Я не буду перечитывать то, что прочёл ранее, поэтому о сюжетной линии догадывайся сама, — кивнула головой, хотя прекрасно понимала, что Кёя этого не увидит. Просто ответить словами не получилось, боюсь, сорвусь на радостный смех и хихиканье.

Хибари начал читать. Сначала я не прислушивалась к сюжету, так как не понимала, кто что сделал и сказал. Особенно в диалогах. Путала реплики. Да и сам Кёя не старался читать с выражением, передавая эмоции через слова. Читал словно очередной отчёт, присланный от школьных клубов, но мне нравилось. Мне просто хотелось услышать его голос. Забавно, как, оказывается, мало надо для того, чтобы успокоиться. Однако через час я стала различать, кто есть кто в выбранной истории Хибари. Это был детективный роман прошлого века. Устаревшая литература, но, тем не менее, интересная. Более того, стала прислушиваться к истории и постаралась догадаться, как поступят те или иные герои.

Сама не заметила, как прошла ночь. Я не перебивала Кёю, но с наступлением рассвета почувствовала дремоту и усталость. Так и уснула с телефоном около уха. Раньше самого парня. В какой-то момент услышала его вопрос:

— Серра, ты спишь? — но ответом было лишь моё сопение в телефон. Вроде бы, ещё осознаю, что творится вокруг, но уже нет сил. Сплю. — Серра? — вновь позвал Кёя, после чего понял, что с рассветом я уснула. — Что ж… — шелест страниц и лёгкое хлопанье закрывающейся книги. — Спокойных снов… Дар.

Трудно понять, произнёс ли Кёя действительно моё имя или это лишь отголосок нахлынувшего сна? Но знаю одно — кошмары меня больше не мучили.

Глава 39. Сорванный бой

— Да почему так чешется? Может, мазь какая-нибудь есть?

— Укус насекомого всегда немного неприятен. Нужно просто перетерпеть.

— Пф! Один укус, может быть. Но не шесть в одном и том же месте! И главное рукой не достать.

— Зато теперь можешь спокойно передвигаться и вернуться домой, — Шамал усмехнулся. — Но если хочешь, так и быть, спинку почешу.

— Маме расскажу, — бросила я через плечо, и эта реплика на доктора действовала лучше любого ледяного душа. Лишь усмехнулся, пробубнив что-то, что я и не очень-то в его вкусе, и ушёл из палаты.

Однако, да, после комплекса укусов насекомых Шамала моё тело восстановилось на девяносто процентов. Теперь могу сама передвигаться, не волнуясь о рёбрах. Но зуд на спине между лопаток буквально сводит с ума. А если и умудряешься достать до беспокоящей точки, то чесаться начинает уже вся спина. Короче говоря… действительно, лучше просто перетерпеть.

Сегодня меня выписали из больницы, хотя… это не совсем так. Я просто взяла и ушла домой. Врачи, конечно, не хотели отпускать, особенно учитывая, на чьё имя зарегистрирована. По их мнению, лучше задержать на несколько дней в больнице, нежели выпускать просто так. Да и как-то слишком быстро я выздоровела. С такими-то ушибами…

В любом случае, свалила домой. Наконец-то!!! Нет, ну, в самом деле. Прямо лягушка-путешественница. Ночую где угодно, но только не дома. Правда, там я побыла не так уж долго. Уже вечерело, так что единственное, что успела — это переодеться в свою нормальную одежду, перекусить… плотненько… и выдвинуться в школу. Сегодня битва Кёи, и думаю, волнуются абсолютно все, кроме самого Кёи. Даже я иду и на каждом шаге мысленно проговариваю одну и ту же фразу: «Всё будет хорошо! Всё будет хорошо! Всё будет хорошо!». Словно гипнотизирую себя.

Неприятные, предостерегающие ощущения никуда не исчезли. Более того, они только увеличивались, трезвоня колоколом по всем нервам. Кожа покрылась мурашками, хотя мне не было холодно. Все мышцы напряглись, словно струна. Но боялась я не за Хибари… что-то другое меня тревожило. Сегодня точно что-то произойдёт. Что-то нехорошее. Подобное предчувствие у меня было перед битвой Ламбо. Но там всё было ясно, и можно было предугадать исход битвы, а тут… Словно на кофейной гуще гадаю, честное слово. Ладно, успокойся… Всё будет хорошо. Всё точно будет хорошо. Вон, и парни уже стоят у центрального корпуса, как всегда. Правда Тсуна, Реборн и Базиль чего-то задерживаются. Хм-м-м… Также на месте нет Хром и самого главного игрока сегодняшнего вечера — Хибари Кёи.

— Йо! — поздоровалась с парнями, подходя к ним. — Все бодрячком?

— О! Дар! — отозвался Такеши. — А мы в больницу заглядывали, но там сказали, что ты уже выписалась. Смотрю, тебе уже лучше.

— Ага, — кивнула. — Шамал проявил чудеса медицины, — усмехнулась.

— Эй, а чего он нас тогда не подлечит? — не понимал возмущённый Рёхей. — Раз такой хороший доктор…

— Этот старый извращенец никого, кроме женщин, не лечит, — фыркнул Хаято. — От этого алкаша одни проблемы! В любом случае, — парень взбодрился, а в его глазах запылал боевой огонь. — Мы победим, во что бы то ни стало!

— О чём ты? — улыбнулся Такеши. — Единственный, кто сегодня участвует, это Хибари.

— Чёрт… Я ЗНАЮ!!! — гневно крикнул Хаято.

— Да чего ты такой взвинченный? — усмехнувшись, бросил Рёхей.

— Десятый надеется на нас! — пояснил Гокудера. — И то, что его сейчас здесь нет, не повод позволять себе проигрывать.

— Ха-ха-ха! — засмеялся Такеши. — Ну ты и сказанул!

— Тц! До тебя так ничего и не дошло, идиот! — Хаято немного засмущался и тут же перешёл в наступление.

— Да что такое, осьминожья башка? — также повысил голос Рёхей. — Я ничего не понял, но вы меня достали!

Зато я всё поняла. Парни на пределе. И тот факт, что они сегодня не участвуют, и битва последняя, очень их тревожит. Они также напряжены до предела, и при любом поводе готовы сорваться с места. За нашими спинами послышались тихие размеренные шаги. Кто-то приближался. Под покровом ночи не совсем понятно — кто это, но мои собственные ощущения тут же дали положительный сигнал. Наш главный сегодняшний игрок вышел на сцену.

— Вы трое… — обратился Кёя к Такеши, Хаято и Рёхею. Меня он либо не замечал, либо игнорировал. — Что вы здесь забыли?

— Какого чёрта?! — тут же взревел Хаято, чуть и не дымясь от гнева. Такого отношения к себе он терпеть не может. Хотя, он, в принципе, Кёю недолюбливает. Даже очень.

— Здесь… — Такеши улыбался, но он понимал, что слова нужно подбирать правильные, чтобы ненароком не разозлить парня. Уж очень Хибари вспыльчивый. Уже успел убедиться. — Мы… мы… мы…

— ПОБОЛЕТЬ ЗА ТЕБЯ!!! — нашёл, что сказать, Рёхей, причём так, словно это самое лучшее, что только может быть на свете.

— Хм-м-м… — протянул Глава Дисциплинарного Комитета и, наконец-то, посмотрел в мою сторону. — Ты тоже?

— Нет, — пожала плечами, а остальные парни были несколько шокированы таким ответом. Особенно учитывая, что мы, вроде как, работаем вместе. — Я здесь, чтобы убедиться в том, что ошибаюсь.

— Э-э? — протянул Хаято. — Ошибаешься? Ты?

— Ничего не понял! — бросил Рёхей, хмурясь. — Это как?

— Ха-ха, действительно! — засмеялся Такеши. — Чтобы Дар ошибалась?! Да быть такого не может!

— Очень надеюсь, что может… — вздохнула я, нервно сжав ладони в тугие кулаки и сунув руки в карманы толстовки.

— Понятно, — равнодушно произнёс Хибари. — Вы, — обратился к парням. — Не стойте у меня на пути. Не слиняете — убью.

— Да что это за отношение, вообще?! — заорал Рёхей, тут же переходя в режим Хаято. — Ты меня в корне ЗАДОЛБАЛ!!! — да уж, парень явно недоволен тем, что все предыдущие битвы Хибари толком и не появлялся.

— Тише-тише, — пытался успокоить разгневанных парней Такеши. — Успокойтесь, — после посмотрел на Кёю. — Мы мимо проходили. Так что не обращай на нас внимание, Хибари, ладно?

Кёя ничего не ответил. Просто развернулся ко всем спиной и направился к другому корпусу. Возможно, там будет проводиться бой? Не знаю. Или он просто решил от нас отделиться, так как терпеть не может скопление людей.

— Не понимаю, — бросил до сих пор злой Рёхей. Причём обращался он ко мне. — Как ты с ним проработала больше года? Что в нём такого особенного, что заставило тебя остаться в Комитете? — кажется, Хибари услышал вопрос боксёра, так как замедлил шаг.

Так, а что мне сказать? Я вообще-то пыталась покинуть Комитет, причём в первый же день как в него поступила. Да и после предпринимала серьёзные попытки. Даже уходила и заявление писала, но так сложилось, что я вновь вернулась к дверям Комитета. Так что мне сказать? Надо дать ответ короткий и такой, чтобы даже у Рёхея не возникло дополнительных вопросов. Что-то короткое, яркое и простое одновременно. Хм-м-м…

— Ну… — протянула я. Эх, расписывать всю историю не хочу, да и времени нет. — Он красивый.

После моего ответа у всех парней было такое выражение лица, словно им на голову кирпич упал. Причём неоднократно.

— Женщины… — с некой обречённостью произнёс Хаято.

— Ха-ха, вот это поворот! — смеялся бейсболист, считая, что это я пошутила.

— Нет, это вообще ни о чём! — а вот Рёхей явно был недоволен ответом. — Что ещё? — блин, что за настырный парень? Да откуда мне знать? Какой ответ ему нужен?

— Эм… — попытка номер «два». Хибари как-то уж слишком медленно передвигается. Но мне всё равно. Пускай слушает. Я же ничего плохого не говорю, верно? Чего мне стыдиться? — Он добрый.

— ЧЕГО-О-О?! — заорали в один голос Рёхей и Хаято.

— А мы точно об одном и том же человеке говорим? — Ямамото теперь точно уверен, что я таким образом шучу.

— Оставь её, торфяная башка, — фыркнул Гокудера, махнув в мою сторону рукой. Это выглядело так, словно я одно сплошное безнадёжное дело. — У неё по жизни проблемы с человеческими эмоциями. Любой, кто её не прибил, в первые десять минут считается «добрым».

После этих слов Хибари, в принципе, остановился, оставаясь к нам спиной. Почему-то я была уверена, что он немного зол и готов прибить тут каждого. Вот только из-за чего? Из-за того, что назвала его добрым? Или из-за неверия парней? В любом случае, в следующее мгновение перед центральным корпусом появились ещё одни гости, а именно Вария. Противник Хибари, Гола Моска, прибыл.

— Хм, — произнёс Кёя. Негромко, но его голос оказалось очень хорошо слышно. Акустика ночного школьного двора очень хорошая. Кажется, парень улыбался. — Это как раз то, что мне надо, чтобы рубиться до смерти.

Нас привели на школьную спортивную площадку. К нашему удивлению, теперь от этой площадки осталось только одно название. Это было поле. Самое настоящее военное поле. Тюрьму так не вооружают, как этот клочок земли. Имелось ограждение в виде металлической колючей проволоки. Более того, вдоль ограждения, внутри поля, имелось восемь автоматизированных пулемётов, которые реагировали на любое движение в радиусе тридцати метров. Хотя бы одно малейшее движение, и оружие наводит цель, делая из неё решето. В дополнение к этому, в земле огромное количество ловушек, реагирующих на вес. Они взорвутся после предупреждающего сигнала.

Колючая проволока, пулемёты, мины… Червелло решили не скупиться на последнюю битву. Путей к отступлению нет. Совершенно никаких. Ты либо победитель, либо труп.

— Обязанности Хранителя Облака — охранять семью в стороне ото всех и без чьего-либо контроля, — пояснила одна из Червелло. — Как облако, плывущее над всеми.

— Это… это словно военное поле! — ахнул Рёхей. Его явно беспокоил такой уровень. Хотя тут Кёя хотя бы видит, где опасность. Если не считать скрытых мин. Но, приглядевшись, и их можно обнаружить. Они выделяются тем, что земля, под которой скрыта мина, рыхлая и слегка влажная. Копали недавно. Уверена, Кёя это заметил.

— Если ты напуган, — усмехнулся Леви-А-Тан. — Тогда беги. Как и твой Босс.

— Ши-ши-ши! — Бельфегору это замечание показалось забавным.

— Что ты сказал?! — взревел Гокудера. — Не раздражай меня!!! Десятый не сбежал!!!

— Тсуне не нужно приходить, — с мягкой расслабленной улыбкой произнёс Ямамото, кладя ладонь на плечо друга, чтобы немного успокоить его. — Потому что Хибари — наш профессионал. Он не проиграет.

— Что? — протянул Леви, явно не ожидавший такого ответа.

— Хех? — фыркнул Занзас, бросая на Хибари оценивающий взгляд. — Профессионал… — он словно пробовал это слово на вкус. Говорил тихо, с рычанием, но отчётливо. Мне даже показалось, что он рассчитывал на то, что это правда. А ведь он противник и должен болеть за своего члена команды, разве нет? — Бха-ха-ха-ха!!! С нетерпением этого ожидаю!!!

— Этот ублюдок… — злился Хаято.

Занзас… Что он задумал? Он смеётся, и мне от этого смеха не по себе. Он счастлив знать, что Кёя довольно хорош. Он хочет, чтобы Кёя был отличным бойцом. Но зачем ему это? Почему он настолько доволен? В кровавых глазах блеск и нетерпение. Даже некий азарт и желание действовать. Что? Что у тебя на уме? Чёрт! Не могу понять. Бесит!

— Что-то не так… — тихо произнесла я, скорее для себя, нежели для ребят, но каждый услышал мой голос.

— Что? — воскликнул Рёхей. — О чём ты?

Но я молчала. На поле боя пришли ещё гости, а именно ребята из Кокуё-Ленда. Они не приближались ко всем. Просто сидели в стороне на траве. Уверена, что они также в нешуточном напряжении.

— Так, давайте сделаем это! — неожиданно воскликнул Гокудера, поворачиваясь ко всем лицом. Мы были несколько в недоумении. О чём это он? — Давайте встанем в круг, как обычно!

— Эм… ты уверен? — спросила я, физически ощущая смущение парня. — Без Хибари?

— Да! Уверен! Вперёд! — Хаято обхватил одной рукой меня за плечи, а другой плечи Такеши. Тот с улыбкой обхватил Рёхея, а уже боксёр закинул здоровую руку мне на плечо. Небольшой круг, но всё же состоялся.

— Хибари, вперёд!!! — крикнул Рёхей.

— ДА!!! — отозвались остальные.

— Чёрт! Торфяная башка, твой голос слишком тихий! — недовольно бросил Хаято.

— Не могу нормально взбодриться, раз Хибари сам в этом не участвует! — заметил боксёр.

— Но я удивлён, что именно ты предложил сделать круг, — улыбнулся Такеши. — Ведь обычно ты последний, кто делал это, Гокудера.

— Естественно!!! — повысил голос Хаято, но уже через мгновение спокойно добавил. — Ведь если бы здесь был Десятый, он сделал бы также!

Червелло отошли в безопасную зону и решили объявить о начале боя:

— Поединок за Кольцо Облака. Гола Моска против Хибари Кёи. Битва начинается!!!

Сорвавшись с места, Гола Моска полетел в сторону Хибари. Все боялись даже моргнуть, чтобы не пропустить хотя бы один элемент сражения. Парни были напряжены. Порой даже дышали через раз, так как очень сильно переживали за своего Хранителя Облака, но не я… Нет. Моё внимание было приковано к Занзасу. Я старалась уловить любое его движение или мимику, чтобы понять, что он задумал? Ясное дело, что у этого человека имеется козырь в рукаве. Его положение хуже некуда, но он уверен. Уверен, что получит всё. Но на чём основывается его уверенность? Этот парень реалист и больше похож на меня. Он не станет жить, питаясь одними иллюзиями, подобно Хром. Его уверенность основывается на материальных вещах. То, что можно потрогать, увидеть, ощутить и уничтожить. Что же он задумал?

Не прошло и минуты, как Гола Моска был повержен. Одним ударом тонфы Кёя отрубил ему руку, которая состояла полностью из металла, и собрал Кольца Облака воедино. Победа за нами. Так просто, что даже Червелло потеряли дар речи. Бел и Леви также смотрели на поле боя с вытаращенными глазами. Как? Так просто? Не может быть! На его победу ушло всего три секунды. Ровно три секунды, и Хибари Кёя в дамках! Но единственный, кто был абсолютно спокоен, — это Занзас.

Сидел в своём кресле, подобно королю, взирая на всех свысока. Да чёрт возьми!!! Что? Что ты задумал?! Вот он, твой Хранитель Облака, поверженный лежит на земле! Груда металлолома, испускающая дым и гарь. Ты проиграл! Так почему ты так улыбаешься? Почему до сих пор уверен в своей победе? Что творится в твоей голове?

— Чёрт! — вырвалось у меня. Зубы стиснулись, а кулаки в карманах были так плотно сжаты, что костяшки немели под тугим напрягом, а ногти до крови впивались в ладонь. Если парни и были расслаблены, то не я. Возникло чувство, что это только начало. Начало чего-то безумного.

— Дар, ты чего? — спросил Такеши, стоя рядом. Он заметил мою немую панику и страх, но просто не мог понять, в чём причина. Ведь Кёя победил.

Тем временем Хибари, услышав наши голоса, повернулся и посмотрел на нас. Ему было достаточно нескольких мгновений, чтобы сделать в уме какие-то выводы. Небрежно отшвырнул выигранное кольцо одной из Червелло, добавив, что ему оно не нужно. Теперь его интересовала другая цель. Шагнул в сторону сидящих за оградой противников.

— Ну, давай, иди сюда, — произнёс парень спокойным голосом. Словно с самого начала знал, что будет именно так. — Ты, сидящий там. Я не могу уйти домой, пока не изобью Босса с обезьяньей горы до смерти.

Кёя решил вызвать на поединок самого Занзаса. Исход этой битвы не ясен. Более того, если они сойдутся в схватке, это может перерасти в настоящие проблемы для всех остальных. Я понимаю Хибари и его желание избить этого заносчивого и самодовольного типа, но тут нельзя действовать, отталкиваясь от одних эмоций.

— Хибари-сан! — крикнула, стараясь достучаться до Кёи. — Подождите! Мы выиграли! Не предпринимайте ничего!

— Хм? — протянул парень, с задумчивостью посмотрев в мою сторону. Кажется, он решил послушать меня и остановился, но тонфы не убрал.

Однако, произошло то, чего никто не ожидал. Занзас, вскочив со своего кресла, перепрыгнул через ограду, приземлившись ногой прямо на Кёю. Если бы не его скоростная реакция, при которой он прикрылся тонфой, то боюсь, одним синяком парень не отделался. Что Занзас делает? Это же самая настоящая провокация! Он специально злит Кёю, чтобы тот потерял над собой контроль и принялся атаковать противника.

Занзас отскочил назад, становясь на землю.

— У меня соскользнула нога, — бросил Босс Варии, как бы оправдываясь за свой поступок.

— Я так и подумал, — спокойно произнёс Кёя, прекрасно понимая, что Занзас врёт.

— Это не ложь, — настаивал противник, после чего наступил намерено на выступающий клочок земли, после чего прогремел взрыв. Это была мина. Он наступил на неё, чтобы доказать, что им не движет желание сражаться. — Я просто спустился обратно, чтобы забрать этот кусок отбросов. Это наш проигрыш! — произнося это, Занзас улыбался. Всё в нём буквально говорило, что это не конец, а мы, идиоты, вот-вот попадём в его ловушку.

— Ага, — бросил Хибари. — Но на твоём лице написано иное.

Занзас вновь добился своего, так как Кёя не желал больше слушать его оправдания и ринулся в бой. Вновь и вновь взмахивал тонфами, желая нанести сокрушительный удар по противнику. Вот только Занзас с насмешкой уклонялся. Более того, заверил, что не намерен использовать против Хибари руки, что ещё сильнее разозлило Главу Дисциплинарного Комитета. Его не считают за противника? С другой стороны, основная цель заключается в другом.

— Делай, как хочешь, — спокойно произнёс Хибари, атакуя Занзаса. — Всё равно ты будешь избит до смерти.

— Хибари-сан! Подождите! — позвала я, пытаясь остановить Кёю. Хотя прекрасно понимала, что это равносильно тому, чтобы остановить голыми ладошками скоростной поезд. Нереально. — Вы победили! Вернитесь!

— Хех! Слышал, что тебе эта женщина сказала? — усмехнулся Занзас. — Отступи! Хотя… если вам не нужен Советник… Ха! Так и быть, моё предложение в силе. В отряде элитных убийц ей самое место! Ха-ха-ха!!!

Что происходит? Это ведь самая элементарная провокация. Более того, Занзас намерено цепляет Кёю, а тот почему-то злится. Это не заметно по лицу. Оно всё такое же, без эмоций, а вот тело... Оно словно ускорилось вдвое. Атаки стали мощнее, яростнее. Отступать парень точно не намерен. Его задело поведение Занзаса. Задело абсолютно всё. Взгляд, улыбка, надменность, а ведь это школа Кёи. И он тот, кто её ревностно охраняет. Достучаться теперь до парня невозможно. Он никого не услышит, пока не увидит своего врага поверженным.

В итоге, Занзасу всё же пришлось обороняться, и он использовал свою руку, чтобы блокировать удар тонфы. Кёя тут же это заметил и успел озвучить, также цепляя Занзаса за гордость. В глазах забушевал пожар. Казалось, что Занзас плюнет на свои принципы и всё же вступит в настоящую схватку с Кёей, но нет. Он сдерживал себя. Такой выдержки можно только позавидовать. Действовал мудро и расчётливо.

— Эй, Червелло! — окрикнул Занзас, во время уклона от атак.

— Да, лорд Занзас, — тут же отозвались девушки.

— Не забудьте всё, что сейчас произошло, — приказной и властный тон чувствовался, даже учитывая обстоятельства. — Я не атаковал ни разу.

Тем временем с Гола Моской что-то стало происходить. То надломленное место, где ещё недавно находилась рука, заискрилось с удвоенной силой. Но из-за чёрных клубов дыма его было трудно разглядеть. Именно поэтому, когда в сторону Занзаса и Кёи вырвался яркий огненный луч, никто не мог толком понять, что произошло. Даже Хибари был в некотором недоумении, а ведь его ранило. Луч задел левую ногу, чуть ниже бедра, прожигая кожу и мышцы. Не устояв на месте, Хибари рухнул на колено. Под высокой температурой штанина продолжала полыхать. Чёрт, это должно быть довольно больно, но парень даже не ойкнул. Только губы слегка искривились, выражая болезненные ощущения.

— ЧТО?! — вскрикнул Рёхей, не веря своим глазам.

— Хибари!!! — паниковал Такеши.

Я посмотрела на Голу Моска. Что с ним не так? Почему он выстрелил? Разве эта махина не сломана? Что происходит?

— ДАР, БЕРЕГИСЬ!!! — почувствовала, как меня резко толкнули в бок, сдвигая в сторону. В это же мгновение на то самое место, где стояла я и парни, обрушился шквал ракет, которые испускал Моска. — Ты в порядке? — как оказалось, меня только что спас Такеши. Убедившись, что я в норме, повернулся к остальным. — Ребята?!

— Ох, — послышался стон Рёхея. — Голова… Что это было? — поднявшаяся пыль улеглась, и я увидела Сасагаву и Гокудеру. Оба были живы и более-менее невредимы.

— О нет, — позвучал голос Занзаса из поля боя. — Я планировал его забрать, но из-за вмешательства другого Хранителя Облака Гола Моска вышел из-под контроля.

Что? Из-под контроля? Дерьмо! Если говорить простым языком, то теперь на территории школы летает огромная, неуправляемая машина для убийства. При этом отключить эту технику дистанционно невозможно. Если только один шанс — подойти к Моске ближе и попытать счастья пробраться внутрь управления. Но кто это сделает? Парни? Нет, они ранены и вряд ли разберутся в технике. Члены Варии? Ха! Они скорее подумают о собственной шкуре нежели об остальных. Чёрт, что же делать? Рискнуть самой? Да о чём я вообще?! Я не герой! И никогда им не была! Думала только о себе! Всегда! Что же изменилось?

Гола Моска обстреливал всё. Людей, корпусы школы. Всё, что было в радиусе поражения, атаковалось.

— А?! — воскликнул Гокудера, наблюдая за тем, как под выстрелом Моска верхний этаж соседнего с нами корпуса просто сдуло, словно ветром карточный домик. — Это что, сжатые лучи компрессора?! — шоку и ужасу Хаято не было предела. — Откуда у них такое оружие в наше время?

— Иди, спроси!!! — злобно бросила я, прижимая голову к земле, так как над нами вновь просвистели ракеты Моска. — Авось и ответят!

— Это беспорядочная атака!!! — крикнул Рёхей, понимая в каком мы сейчас «месте». — При таких условиях умрут все!!!

— Чёрт… — даже этот тугодум всё понял.

Если ничего не предпринять, в любом случае все умрём. Так может хотя бы попытаться выжить? Нужно попытаться добраться до этого устройства. Это всего лишь машина. Груда металлолома. И сейчас здесь нет никого, кто лучше меня разбирается с техникой. Как бы мне не было страшно, вывод очевиден — нужно запрыгнуть на эту летающую аппаратуру и добраться до его компьютерной сети. Куда она вживлена? Уверена, что куда-то в голову, район затылка. Только там нет никакого оружия. Ох, страшно-то как… я ума не приложу, как к нему приблизиться, не пострадав при этом. В его атаках нет системы. Только и делает, что наворачивает круги по полю боя Хранителей Облака. Хм, но за его пределы не выезжает, что уже плюс.

Нужно пробраться на поле. Ограды из колючей проволоки уже нет. Её снесло одним из выстрелов Моски. Путь открыт. Я поднялась на ноги.

— Ведьма! — крикнул Хаято, вцепившись мне в ступню. — Даже не думай!!!

Что? Он понял, что я хочу сделать? Да, по его глазам ясно, что он до всего догадался. Гокудера Хаято — умный парень. Слишком вспыльчивый, но умный. Если бы не его характер… А так он является одним из самых успевающих учеников. Я хотела ответить парню, что это единственный логичный вариант в здешней ситуации. Либо рискуем и живём, либо мы все мертвы. Мне как-то второй вариант не очень… Но неожиданно раздался хохот Занзаса.

— Бва-ха-ха-ха!!! Это ужасная случайность!!!

— Он… смеётся, — не верил своим глазам Ямамото.

— Этот ублюдок… — злился Гокудера. — Ему с самого начала было плевать на матч! Он планировал убить всех, притворившись, что это — несчастный случай! Вот почему он провоцировал Хибари!

— Именно, — бросила я. — Именно поэтому… — вырвала ногу из руки Хаято и помчалась в сторону поля.

Скажите мне, что я делаю? Я приехала в Японию, чтобы стать камикадзе? Пф, а почему нет? Как бы сказал мой брат — «Один раз живём!». Вот только в этом случае я делаю это не из собственной прихоти. Страшно так, что ноги подкашиваются, а колени дрожат. Но ещё страшнее — это бездействие. Когда ты видишь, что вокруг тебя всё рушится. Всё то, что ты успела полюбить. Всё то, что тебе стало дорого. И я не только о школе и её стенах. Я о тех людях, что сейчас рядом со мной. Раньше… раньше я бы на это даже не обратила внимание. Нашла бы минимум десять способов спасти свою шкуру, а на остальных мне как-то всё равно. Раньше бы именно так и поступила — сбежала. Но не сейчас. Сейчас я подобно пересаженному и привитому цветку на новой местности — пустила корни в землю. Пути назад нет. Если потревожить тот клочок земли, на котором успела устроиться, могу и погибнуть. А что делает растение в таких случаях? Защищается! Вот и я… попытаю счастье защитить себя и всё то, что меня окружило.

Мины были видны. Они выступали как бугорки со свежей рыхлой землёй. Их обходить было просто. А вот то, что летало над головой, избежать вряд ли получится также быстро. Добежав до края середины поля, рухнула на землю и пригнула голову. Тут же сверху раздалась автоматная очередь одной из пушек, расставленных Червелло вдоль периметра поля. Они засекли моё движение и не стали церемониться. Как только выстрелы прекратились, вновь вскочила на ноги и увеличила безопасную дистанцию. Вот только теперь моё движение заметил сам Моска.

Нет, в принципе, это хорошо. Я же сама к нему шла, вот только план о том, как добраться до его головы, так и не появился. Может, запрыгнуть? Ага, конечно! Как? Гола Моска направил в мою сторону целую руку, у которой каждый палец подобен пистолету.

— Дерьмо, — только и смогла произнести я, после чего почувствовала толчок в бок.

Кто-то вновь толкнул меня и повалил на землю, прижав своим весом. Только открыв глаза и сфокусировав зрение, поняла, что это Кёя. Как он это сделал? Когда успел? Парень довольно тяжёлый, просто так не выбраться. Хибари оттолкнул меня в сторону и лёг на землю так, что нас теперь скрывал от Гола Моски огромный столб чёрного дыма, куда недавно стрелял сам Моска. Потеряв цель из виду, машина продолжила беспорядочно обстреливать территорию школы.

— Для такой умной девушки, как ты, это был наиглупейший поступок, — произнёс негромко парень, нависая сверху. Хоть в его словах и чувствовался укор, в глазах я видела понимание. Он понимал, почему я так сделала. Понимал, что выхода нет, но всё равно помешал. Лицо парня было бледным, словно мел, а со лба стекал пот. Рана… Его рана доставляла ужасную боль, но он был слишком горд, чтобы принять это и, ещё хуже, признать это. Но от правды не убежишь. Она такая, какая есть, и с ней надо бороться.

— Хибари-сан, — воскликнула я, лёжа на спине. — Мне необходимо добраться до Моски. Только я могу его обезвредить и остановить. Иначе… иначе нас всех… — договорить не смогла, так как Кёя просто-напросто прикрыл мне рот ладонью. Что ж… как вариант, ещё один неплохой способ избегать правду. Вот только надолго ли?

Тем временем Моска выбрал новую цель. А именно — Хром, Кена и Чикусу. Они также лежали, прижатые к земле, но в них ещё и целились автоматические пушки, установленные Червелло, так как были в радиусе поражения. Поднимутся в полный рост — умрут, останутся лежать — умрут. Они окружены и в безвыходном положении. Я хотела крикнуть, но что? «Осторожнее!» или «Берегись!»? Очередная глупость. Тут и так всё ясно. В любом случае, из моих уст вырвалось лишь одно мычание, так как кричать в полный голос я не могла.

Но в самую последнюю секунду перед ребятами что-то появилось. Ярко-оранжевое пламя, подобно щиту, окружило Хром, Кена и Чикусу. Оно принимало и отражало любые атаки, которые выпускали Моска и автомат Червелло. И имя этому пламени — Савада Тсунаёши. Почему-то на мгновение стало легче. Тело наконец-то расслабилось, а ужас потихоньку отступал, но не до конца. Что-то ещё было не так.

Повернулась в другую сторону, выискивая взглядом Занзаса. Как оказалось, он был недалеко от Тсуны и с усмешкой наблюдал за ним. При этом был доволен. Так, словно только что выиграл джек-пот. Сам ничего не делал. Просто стоял на месте, но это сковывающее шею чувство… словно змеи уже не просто пытаются задушить тебя, а пробираются внутрь, через порезы и ранения… Так и хочется содрать кожу с костей.

Моска выбрал новую цель. Теперь единственный, кого он пытался уничтожить, это Тсуна. Все ракеты, лазерные лучи и пули были направлены только на него одного. Вот только, ко всему прочему, Тсуна умел использовать своё Посмертное Пламя так, что мог летать. Перчатки с эмблемой «Х» то усиливали пламя, то уменьшали его, удерживая баланс.

— Этот мусор сгниёт первым, — усмехнулся Занзас. — Это точно.

Так уверен… И это даже после того, что он увидел? После того, как Тсуна показал, на что он способен? Даже тот факт, что Тсуна оторвал и сжёг вторую руку Моски не убедило Занзаса в обратном. Да в чём дело? Что с этим Моской не так? Мне… мне надо кое-что проверить.

— Му-у-ухм! — произнесла я, привлекая внимание Кёи, что до сих пор нависал сверху. Ладонь наконец-то была убрана с моего лица. — Хибари-сан, где… Где вы бросили оторванную руку Моски? — он нахмурил брови и с непониманием посмотрел на меня. Видно, не мог понять, зачем она мне. — Так где? — настаивала. — Быстрее! Времени нет!

Парень не ответил, лишь посмотрел в нужную сторону. Оторванная рука Гола Моски спокойно покоилась на земле в центре боевого поля и лишь изредка пускала искры. Попыталась выбраться из-под Хибари, что удавалось не так просто. Во-первых, Кёя тяжелый. Во-вторых, он не очень-то и хотел, чтобы я куда-то там ползла. Беспокойство? Пф! Сейчас не самое подходящее время, чтобы об этом задумываться. В итоге, Хибари всё же уступил, позволив мне подняться и ползком, не привлекая лишнего внимания, под грохот взрывов, добраться до оторванной руки робота.

Ещё до того, как оторванная часть робота оказалась у меня в руках, я заметила то, что заставило замереть моё сердце и несколько раз пропустить удар. Присоски… Это точно присоски! И не какие-нибудь, а медицинского предназначения. Они торчали из оторванного отверстия, тянувшись вдоль всей механической руки длинными проводами. Для них есть только одно применение — считывать показатели жизни тела. Человеческого тела.

— Это же… — мои губы задрожали, а дыхание стало прерывистым.

Казалось бы, всё самое страшное, на что только способен мозг за одну секунду продемонстрировал мне это в реальности. Всё сложилось, подобно мазайке. Получив последние кусочки, картина выстроилась воедино, дав мне все те ответы, которые так искала. Прошлые предположения, догадки и вероятности исхода… всё обрело смысл. Занзас… что же ты за человек?!

Посмотрела в сторону Тсуны, который как раз разбирался с Моской. Его победа очевидна. Моска ринулся в сторону Савады, намереваясь сбить его с ног своим массивным телом, но Тсуна остановил его одной левой рукой, надавив на плечо противника. Пламя на правой руке стало ярче. Он хотел разрезать робота напополам, и я уверена, что так оно и будет. Тсуна стал сильным. Очень сильным! И это его сила погубит всех…

— ТСУНА, НЕТ!!! — что есть сил, крикнула я.

От моего неожиданного крика, рука парня дрогнула, а пламя начало колебаться. Он всё же нанёс удар по Моске, но не разрубил противника. Только вскрыл его грудину, подобно консервному ножу. Я в это время уже со всех ног бежала в сторону Тсуны, до сих пор держа в руках оторванную руку Моски. Зачем? Не знаю… Может для того, чтобы наглядно пояснить, хотя тут всё уже поздно. Из проделанного разреза, на землю с глухим ударом упал пожилой мужчина, который был связан по рукам и ногам.

И больше чем уверена, что этот мужчина отец Занзаса. Девятый Босс семьи Вонгола.

Над боевым полем наконец-то воцарилась гробовая тишина. Все с недоумением смотрели на то, что вывалилось из робота. Только Занзас не мог скрывать своей истиной натуры и улыбался. Я подбежала к старику. Седовласый, с небольшими густыми усами и окровавленной раной в груди, которую проделал Тсуна. Она не глубокая, но учитывая то, насколько измотан старик и то, что он давно не молод… любая травма может стать последней.

Тсуна задрожал. Он не мог поверить в то, что натворил. Шок и ужас за содеянное сковали парня. Он просто смотрел на Девятого с выпученными глазами и не мог прийти в себя.

— Что… что происходит? — заикался Тсуна, шепча. — Почему… внутри Моски?..

Рядом показался Реборн с небольшим чемоданчиком аптечки. Малыш собирался оказать Девятому первую помощь.

— Хей, — негромко обратился Реборн к мужчине, прикоснувшись к его лицу. — Проснись! — естественно, ничего не произошло. Хоть человек ещё был жив, но травмы для его возраста он получил серьёзные. — Тц, — кажется, Реборн был в ярости. Впервые почувствовала ужасающую мощь с его стороны. Аркобалено был на грани того, чтобы самому вступить в бой. — Я однажды… уже видел конструкцию Моски… — повернулся в сторону того, что осталось после робота. Оттуда, подобно лианам, торчали провода и присоски со всех сторон. Именно ими был обмотан Девятый. — Кажется… Девятый использовался как источник энергии Гола Моска. Дар, что ты видишь?

Я также посмотрела на то, что осталось от Моски.

— Одного взгляда мало, Реборн, — негромко сказала я. — Но могу с уверенностью сказать, что он там находится уже довольно-таки давно. Возможно, с месяц, может, больше. Тело Девятого истощено. Ему срочно нужна профессиональная медицинская помощь.

— По… почему?! — воскликнул Тсуна.

— Не спрашивай меня, почему! — прозвучал грозный голос Занзаса, и все посмотрели в его сторону. Теперь он не улыбался. Выражал всем своим видом гордость и ненависть ко всему, что его окружает. — Это ты сделал с Девятым.

— Я… я сделал? — всё тело Тсуны задрожало. Он смотрел на свои вязаные перчатки с цифрой двадцать семь и не мог поверить, бледнея на глазах. Шок, паника, страх, который доводил до безумия. Всё это было написано у него на лице. — А? Нет… Нет!

— Кто был тем человеком, который безжалостно избил старика? — продолжал давить Занзас, наслаждаясь зрелищем. Тсуна задыхался от каждого произнесенного Занзасом слова. — Кто был тем человеком, который разрезал и сжёг человека вместе с Моской?

— Заткнись! — гневно бросила я, заставляя Тсуну вздрогнуть. Голос был резким и громким, но меня на такой крючок не поймать. Психология? Чувство вины? Я не Тсуна и на эту лапшу не поведусь. — Кто был тем человеком, который засунул в эту консервную банку своего отца? Кто был тем человеком, который сковал его ремнями и любовался тем, как он сражается? Кто это был, Занзас? Не ты ли случайно? Пытаешься скинуть вину на Тсуну, а сам выйти мстительным героем? Чёрта с два! Тут достаточно свидетелей, чтобы сказать, чья это на самом деле вина!

Губы Занзаса сжались в плотную нить. В глазах бушевала ярость, а опущенные вниз ладони неожиданно начали сиять. Ясное дело, что он попытается меня убить. Но не только меня. Всех остальных также. Свидетели ему не нужны. А кто потом будет разбираться в истинных причинах?

— Нет… — неожиданно послышался хриплый старческий голос. Девятый пришёл в себя. Он кашлял, а изо рта текла густая тёмная кровь, но в глазах не было ненависти. Лишь безграничная любовь и доброта, а также… сожаление. — Я тот… кто виновен… только я…

— Де… ДЕВЯТЫЙ!!! — воскликнул Тсуна, наклоняясь к старику, чтобы лучше слышать его голос.