Оксюморон. Князь Кривогорья

Глава 1. Гентвиль

Быть верховным жрецом темного бога – задача не из простых! Наверное. За прошедшие сутки Питер еще не успел до конца осознать и проникнуться масштабом этой ситуации, но нутром чуял глубину той задницы, в которую столь неожиданно угодил.

Мглор требовал не просто жертв, это еще ладно, он хотел последователей! А где их взять-то?! Ну в самом деле, не мог же Питер встать на центральной площади «Гентвиля» и призывать люд честный к служению темному божеству.

Не поймут-с!

Закидают тухлыми помидорами и лошадиным пометом. И это в лучшем случае! В худшем – просто сожгут. Или что тут с еретиками делают? Вешают? Колесуют? Четвертуют? На кол сажают? Хрен редьки не слаще!

– Тяжело... – выдохнул Питер, глядя на приближающиеся стены города.

Дорога от «Бархатного села» до города заняла всего двое суток, что было вдвое быстрее, чем четыре года назад. Мастер мог добраться еще быстрее, но покорно плелся за товарищем, не подгоняя и не упрекая его в медлительности. Лишь когда до городских ворот осталось не больше пары сотен метров, он заметил:

– Верхом могли за день добраться.

– А ты где-то бесхозных лошадей видел? – голубые глаза Питера смотрели на Мастера с удивлением.

Последний раз Питер видел лошадь во время схватки с бандой бывших драгун, ступивших на темную дорожку. Тогда он решил отпустить истощенных животных на волю, намереваясь купить крепкую лошадь по дороге в город.

Однако с этим возникла проблема. Деревни, мимо которых проходил Питер, оказались подчистую разграблены если не мародерами, то мало чем отличавшимися от них армейцами. Все животные, способные нести на себе всадника или тянуть груз, были беспощадно конфискованы на нужды армии.

Встреча со старьевщиками не в счет – их старый мул и пустую телегу-то едва тянул. Старичка наверняка уже забили на мясо или угнали вместе с повозкой мародеры.

– Лошадей? – насмешливо переспросил у Питера Мастер. – Еще недавно ты не был столь разборчив и радостно скакал у меня на загривке!

Питер внимательно осмотрел широкие плечи голема и мысленно дал себе затрещину. Идея оседлать Мастера не пришла ему в голову, а дух, как всегда, тянул до последнего, прежде чем озвучить идею.

Питер представил, как выглядел бы верхом на двухметровой статуе и невольно улыбнулся.

– Если б я имел коня, это был бы номер! – припомнил он прочитанный когда-то стишок.

– Если б конь имел тебя, ты б наверно помер! – не остался в долгу Мастер, многозначительно глянув на Питера.

Тот хмыкнул.

– А имелка не отсохла за сотню-то лет?

– Напротив, затвердела, прямо каменной стала! Хочешь посмотреть?

– Пожалуй, воздержусь.

Так, перешучиваясь, они добрались до «Гентвиля». Большой толпы на у ворот не наблюдалось, лишь две телеги и дюжина усталых путников позади них.

Одну из телег тащил тощий осел, другую – двое крепких мужчин. Обе телеги явно принадлежали тучному торговцу, что яростно спорил о чем-то с командиром стражников.

Пристроившись к концу очереди, Питер с Мастером стали наблюдать за разворачивающейся сценой.

– О чем спорят? – спросил парень у топтавшегося перед ним босяка.

– Пошлину опять подняли, господин! – пояснил бродяга, оценив одежду Питера. – За каждую повозку уже шкаль требуют!

– Так они же полупустые! – оценил загруженность телег Питер.

– Вот о том и спор! Стража хочет два шкаля, торгаш готов дать один.

– Понятно, а за пешего сколько дерут?

– На той неделе брали один лун, а сейчас и не знаю даже, – бродяга тяжело вздохнул, явно беспокоясь, хватит ли ему денег.

Поблагодарив мужчину, Питер протянул ему две круглые золотые монеты. Глаза босяка радостно заблестели, и он отвесил Питеру низкий поклон.

Тем временем спор у ворот подошел к концу. Судя по злой мине торговца, закончился он не в его пользу. Он зло прикрикнул на своих работников, и те шустро перегрузили товары из одной телеги в другую.

На этом инцидент был исчерпан. Торговец уплатил один шкаль за повозку и горстку мелких монет за пеших, после чего был пропущен в город. Пустая телега осталась стоять на обочине.

Люди стали проходить один за другим. Их бегло досматривали, после чего они платили и проходили внутрь. Но не все. Один крепкий крестьянин предъявил пластину пропуска и был допущен без платы и осмотра, а вот босяка попытались развернуть.

– Пошел прочь, голытьба! – зычно бросил стражник, отмахнувшись от нищего, как от навозной мухи. – Только попрошаек нам не хватало…

– Милостивый господин, да разве же я попрошайка? – ломая руки согнулся в поклоне босяк. – Подлые воры сняли башмаки, пока я спал. Все ноги стер, пока сюда добирался, смилуйтесь!

– Пошел прочь! Бродяг велено не пускать! – с этими словами стражник бесцеремонно пихнул босяка в грудь, да так сильно, что тот отлетел назад, врезавшись в Питера.

– Выходит, и нас не пустите? – холодно спросил парень, помогая бедолаге сохранить равновесие.

Стражник оценивающе осмотрел их с Мастером с ног до головы.

– А вы кто будете, господа? – уже совсем другим тоном спросил он.

– Странствующие наемники, – ответил Питер, придерживаясь заранее заготовленной легенды.

Медальоны чародеев они с Мастером еще накануне убрали на дно сумки, чтобы не ввязываться в ненужный конфликт.

– Наместник Скрам всегда рад добрым рубакам! Два лун за каждого и можете проходить.

Стражник протянул руку, но Питер не торопился платить. Вместо этого он подтолкнул вперед босяка, вынудив того сделать шаг вперед.

– Перед нами стоит вот этот господин. Его ограбили, он явно хочет поскорее купить себе новую обувь и оказаться в таверне, чтобы пропустить кружечку вина.

– Никак нельзя! – твердо заявил стражник и протянул руку, намереваясь вновь толкнуть босяка.

Питер перехватил его руку и сжал так крепко, что стражник вскрикнул от боли. Будь Питер один, возможно поостерегся бы идти на конфликт с городской стражей. Сила Деминьёна не бесконечна, да и энергоканалы пока не позволяли полноценно ею пользоваться.

Но сейчас за его спиной возвышалась могучая фигура Мастера. Кровожадного духа хлебом не корми, дай кого-нибудь убить! Питер был абсолютно уверен, что если он попросит, тот с радостью прикончит не только эту парочку, но и весь гарнизон «Гентвиля» вместе с наместником.

– Да как ты смеешь! – возмущенно воскликнул стражник, вырывая руку из захвата Питера, чтобы тут же потянуться к мечу. – Ты нарушаешь закон нашего славного города!

– Так ведь мы пока еще снаружи, – нагло ухмыльнулся Питер. – Здесь ваши законы не действуют! Лучше будь поосторожнее, а то ведь добрые рубаки могут и обозлиться.

Пару секунд они играли в гляделки. Первым не выдержал стражник. Он отвел взгляд, неуверенно покосившись на товарища.

– Да пропусти ты их, Вепрь! – благоразумно предложил тот. – Одним голозадым больше, одним меньше.

– Ладно уж… восемь лун и проходите! – нагло заявил тот.

Захотел на лапу получить? Питер был не против! Помимо шести аглов, которые он хранил отдельно, у него был кошель с мелкими монетами. Питер достал из него рах, который и протянул стражнику.

Монета исчезла, а стражник мигом подобрел. Рука, которой он еще недавно тянулся к мечу, услужливо указала на арку ворот.

– Добро пожаловать в «Гентвиль», господа!

Питер мягко толкнул в спину дрожащего от страха босяка, и тот неуверенно зашагал вперед. Питер последовал за ним, Мастер миновал ворота последним. Его тяжелые шаги гулко стучали по каменным плитам маршевой.

– На службу можно записаться в ратуше! – уже в спину бросил им стражник. –Наемникам платят хорошо!

Едва они оказались за воротами, босяк буквально бросился Питеру в ноги.

– Милостивый господин, я никак не смогу отдать вам четыре луна! – дрожащая ладонь протянулась к Питеру, на ней лежали три луна и несколько су.

Питер решительно закрыл ладонь босяка, оставив монеты у того в кулаке.

– Лучше купи башмаки, чтобы тебя больше не принимали за попрошайку.

– Так и сделаю, добрый господин, – уперся тот лбом в грязную плитку маршевой. – Прямо сейчас пойду к башмачнику, клянусь Великими!

Питер оставил отбивающего челом босяка и направился в сторону рынка. Ему хотелось есть, и при мысли о сладкой босве рот сам собой наполнялся слюной. В обители чародеев единственной сладостью было вино, да и его ученикам подавали лишь изредка.

Рынок поразил Питера тишиной и безлюдием. Пусть сегодня не базарный день, но торговцев все равно было слишком мало! Палатки стояли через одну, а ассортимент в них вызывал уныние.

Это был совсем не тот шумный базар, который Питер наблюдал в свой прошлый визит!

В воздухе витал аромат подгнивших овощей, над прилавками клубились мухи. Питер прошелся по рядам, дивясь той дряни, что покупали горожане.

Завидев палатку со сладостями, Питер подошел к знакомому торговцу, который когда-то давно едва его не обобрал.

– Доброго дня, уважаемый! Хороша ли сегодня босва?

– Отменная, господин! Завернуть?

Питер кивнул, и торговец поспешно отрезал кусок сладкой белой массы.

– С вас один шкаль!

Брови Питера поползли вверх.

– Уважаемый, а не дороговато ли за кусок босвы? В последний мой визит вы продавали ее за один лун!

Торговец рассмеялся.

– Один лун? Разве что года три назад! Сейчас хорошей босвы не сыскать. Ну так что, берете?

Питер обреченно вздохнул. Ему очень хотелось босвы! Монета отправилась в руки жадного торгаша, а парень получил вожделенный сверток.

Уже погрузив зубы в сладкую массу, он представил, как будет хохотать Азель, когда узнает, что ушлый торговец все же развел Питера на шкаль за кусок босвы!

Покончив с едой за три укуса, парень обильно запил ее водой. Все это время Мастер молча нависал над ним, как и положено статуе. Питер ощущал на себе его взгляд, полный немого укора. Таким обычно кот на жрущего хозяина смотрит.

Питер сделал вид, что ничего не заметил. Отправив обертку в сточную канаву, парень задумался. Итак, в город он попал, босвы вкусил! А дальше-то что? Его план заключался в том, чтобы за малую плату купить себе место в повозке торговца, идущего в «Великое». Но план этот, похоже, накрылся медным тазом.

Как ни всматривался Питер, он нигде не видел лошадей или другую тягловую скотину. Не наблюдалось и торговцев, желающих нанять для своего каравана охрану или найти пассажиров.

– Пойдем в ратушу! – словно прочитав его мысли предложил Мастер.

– И что нам там делать? – задумчиво спросил Питер.

– Хотя бы разузнаем о текущем положении дел! А если повезет, сумеем записаться в охрану каравана до пустоши. Там стоит армия мятежников, а значит, туда должны возить провизию.

– Отличная идея! – одобрил Питер.

Так они и сделали. Ратуша находилась недалеко от центральной площади, где Питер безбожно переплатил за босву. Высокое монументальное строение больше походило на собор, и насчитывало не меньше пяти этажей.

Недалеко от входа стояла доска с объявлениями. Питер не глядя прошел мимо, но его окликнул Мастер.

– Ты только посмотри на это!

Палец статуи указывал на большой плакат, занимавший добрую треть доски.

– Хороший чародей – мертвый чародей, – вслух прочитал Питер.

Под текстом была грубая карикатура, на которой отвратного вида стрик с рогами, хвостом и свиным пяточком вместо носа трусливо убегает от бравого воина с копьем. На шее старика болтался легко узнаваемый медальон с двумя скрещенными молниями.

У ратуши, опершись на древко копья, скучал немолодой стражник. Завидев куда смотрит Питер, он смачно сплюнул себе под ноги.

– Погань чародейская, Мглор забери их души! – буркнул он столь громко, что Питер отлично его расслышал, хотя между ними был добрый десяток метров.

– И не боитесь, что проходящий мимо чародей превратит вас за эти слова в жабу? – воспользовался известной пугалкой Питер, подходя к стражнику.

Тот побледнел, опасливо посмотрел по сторонам, но кроме Питера с Мастером рядом никого не было.

– Пусть только сунутся в город! – вновь осмелел он. – Господин Скрам велел снимать им медальоны вместе с головами!

Да уж, сильно тут орден невзлюбили!

– А вы кто такие будете? Почему возле ратуши ошиваетесь? – подозрительно сощурился стражник.

– Наемники мы, пришли в охрану наниматься. Где у вас тут можно о найме разузнать?

Тот объяснил, и они и направились на второй этаж, где обитал отвечающий за снабжение писец.

– Последний караван со снабжением отбыл три дня назад, следующий будет через месяц, – поведал им сухощавый старичок, не отрывая носа от своих бумаг.

Питер мысленно чертыхнулся. За прошедшие годы он понемногу привык к размеренности местной жизни, но иногда эта неторопливость его ужасно бесила.

– Мы хотим попасть в «Великое» как можно скорее. Есть для нас вариант?

– Планируете вступить в войско? – спросил писец, соизволив оторвать от бумаг свой крючковатый нос.

– Подумываем об этом, – не стал сходу открещиваться от предложения Питер. – Или пойти в охрану знатного господина. Мы с напарником весьма умелые бойцы!

– Есть для вас вариант, – кивнул писец, задумчиво пожевывая кончик пера. – Наш славный градоначальник и один из Владык севера господин Скрам через три дня отбывает на встречу с остальными Владыками, которая состоится близ «Великого». Для этого путешествия он набирает умелых защитников. Могу записать вас, но предупреждаю, что желающих много, отбор будет жестким!

Владыка севера? Это что за должность такая? Разве Скрам не был просто наместником? Видимо, открестившись от короля, мятежники придумали себе новые должности с более широкими полномочиями и звучными названиями.

– Записывайте! – решил юноша. – Питер и Мастер. Когда состоится отбор?

– Завтра с утра приходите к восточным казармам, вас будут ждать.

Поблагодарив писца, оказавшегося не таким уж и снобом, друзья покинули ратушу. Ночевать было решено в «Речном ките». Цены там подросли, но не так заметно, как на босву.

Дабы пощадить старый пол трактира и кошелек Питера, Мастер остался ночевать на улице. Он замер в темном переулке будто робот, отключенный от источника питания, и так простоял всю ночь.

Наутро зарядил мелкий дождь, но Питеру было не привыкать к непогоде. Съев невкусный завтрак, юноша зашел за Мастером, после чего уже вместе они направились искать восточную казарму.

Глава 2. Стражи севера

Как известно, начальство не опаздывает, оно задерживается! Когда Питер с Мастером пришли на плац, там уже столпилось человек пятнадцать. Полчаса спустя ответственного за отбор рекрутов все еще не было. Дежурившие стражники лишь плечами пожимали, да руками разводили на все вопросы.

Минут через двадцать к ожидающим присоединился еще один человек – невысокий и с виду ловкий малый со смуглой кожей, выдававшей в нем южанина. Вооружен он был двумя короткими мечами из добротной стали и отличным малым луком.

Ждущие сбились в небольшие группы, кто с кем пришел. Питер с Мастером стояли особняком, возможно поэтому южанин решил подойти именно к ним.

– Это вы проводите отбор? – с легким акцентом спросил он.

– Ты обознался, дружище, мы такие же соискатели, как и ты, – вежливо ответил ему Питер.

– Вот как… просто вы выглядите иначе. Кто вы?

Питер бросил взгляд на собравшийся на плацу народ и понял, о чем говорит южанин. Хотя все присутствующие походили на заядлых рубак и были неплохо вооружены, по-настоящему умело сражаться никто не умел. Это было хорошо заметно по тому, как они держали свое оружие.

От необходимости отвечать на вопрос южанина Питера спас немолодой рослый солдат в легкой кожаной броне. С его плеч спадал пурпурный плащ, что свидетельствовало о высоком статусе.

– Бойцы, ко мне! – громко скомандовал он.

Все присутствующие подошли к нему. Питер с Мастером и южанин встали позади всех.

– Меня зовут Белрит, я капитан стражи «Гентвиля»! Вижу, сегодня хватает смельчаков, желающих охранять нашего доблестного повелителя, одного из владык севера, господина Скрама!

– Да живи долго и процветай господин Скрам! – раздался из толпы одинокий тонкий голос, который никто не поддержал.

Головы повернулись в сторону щуплого паренька лет шестнадцати, который вообще непонятно что здесь забыл.

– Прогиб не засчитан! – хмыкнул Белрит, чем вызвал в строю смешки. – Стройся в линию!

Когда приказ был исполнен, капитан принялся ходить вдоль строя, визуально оценивая кандидатов. Мимо Питера он прошел не задерживаясь, а вот напротив Мастера остановился. Оценил рост, ширину плеч, попросил показать оружие.

Каменному мечу капитан не сильно удивился, а когда Мастер ловко выбил им меч самого Белрита и вовсе широко заулыбался. Хлопнув Мастера по предплечью, он улыбнулся еще шире, по достоинству оценив крепкие мускулы его каменного тела.

– Отлично! Я чувствую, что сегодня мы наконец-то подберем достойных кандидатов!

Дальше начались проверки на силу, ловкость и владение оружием. Питер с легкостью сдал их все, а у Мастера возникла трудность только со стрельбой из лука. Но не потому, что он оказался плохим стрелком, просто подходящего под его лапищу оружия банально не нашлось.

– Ничего! – пренебрежительно махнул капитан. – Лук – оружие трусов! Такому бравому воину, как ты, он ни к чему!

На лицах многих присутствующих читалось желание оспорить это заявление, но смельчаков высказаться вслух не нашлось.

Два часа и дюжину изнурительных проверок спустя осталось десять человек. После небольшого перерыва капитан объявил:

– Молодцы! Вы все достойные бойцы! Но мест осталось только пять, поэтому сейчас мы устроим учебный поединок. Победитель войдет в число избранных, достойных оберегать владыку Скрама.

Все разбились на пары. Питеру достался жилистый мужчина с копьем, одетый в легкий кожаный доспех с серебряными вставками.

– Молись Светозару, парнишка! – самоуверенно хмыкнул он. – Сейчас я выбью из тебя все дерьмо!

– Надеюсь, ты не завтракал? – спокойно ответил на это Питер.

– К чему этот вопрос? – сдвинул брови тот.

– Опасаюсь, как бы ты не заблевал мне сапоги, когда я выбью из тебя весь дух!

Мужчина осклабился, презрение на его лице смешалось со злостью.

– Ты ответишь за эти слова, дерзкий сопляк, я заставлю тебя вылизать всю грязь с моих сапог! – объявил он, демонстрируя обувь, которая никогда не знала щетки. – Доставай свой меч!

– Меч я обнажаю только против достойных противников, а на такого таракана, как ты, мне хватит и ножа, – усмехнулся Питер.

Он специально выводил противника из себя, ведь в гневе люди часто допускают ошибки. От оскорбления мужчину перекосило, он с ревом налетел на Питера, намереваясь пронзить его копьем насквозь.

Учебным боем тут и не пахло!

Питер ловко увернулся от этого выпада, а затем взмахом ножа оставил на руке противника глубокий порез. Тот взвизгнул совсем не по-мужски. Копье выпало из его рук, но бой продолжился.

Несмотря на весьма болезненную рану, мужчина выхватил из-за пояса нож и вновь атаковал Питера. Пара широких взмахов заставила парня отступить, от прямого выпада он увернулся. Несмотря на недавние слова, Питер был вынужден признать, что ножом его противник орудует весьма недурно.

Для уличного головореза. Но воин из него никакой, так что исход боя был предрешен.

Уклонившись еще от двух выпадов, Питер подловил момент и с силой впечатал рукоять ножа в живот своего противника. Тот согнулся пополам, нож выпал из его ослабевшей руки. Секунду мужчина стонал, держась за живот, а затем его вырвало. Питер успел отскочить назад, но пара капель все же попала ему на сапоги.

– Ну кто же перед боем живот набивает! – укорил он противника, убирая нож в ножны.

Десять минут спустя на плацу осталось ровно пять человек. Неудачники ушли, бросая через плечо завистливые взгляды. Еще больших неудачников унесли с травмами различной степени тяжести. Противнику Мастера пришлось хуже всех. Кажется, дух случайно сломал бедолаге ногу. В двух местах сразу.

Помимо Питера с Мастером остался южанин, здоровяк с молотом и, неожиданно, тот самый щуплый паренек, что громко восхвалял Скрама. Как заметил Питер, он оказался на удивление ловок. Мечом и копьем он владел довольно плохо, зато виртуозно орудовал ножами и стрелял из лука на зависть Робин Гуду.

– Что ж, вот и достойные бойцы! – заявил капитан Белрит и пафосно объявил: – С этого момента вы – Стражи севера!

Группу поддержки не завезли, так что обошлось без аплодисментов. Новоиспеченным Стражам севера раздали золотые медальоны с изображением сжатого кулака.

Подвесив новый медальон на шею, Питер с усмешкой подумал, что ему впору начинать их коллекционировать!

После скромной церемонии посвящения капитан Белрит отпустил всех по домам, велев явиться на место сбора наутро третьего дня. Питер потратил свободное время на закупки провизии и снаряжения, которое могло понадобиться ему в пути.

Ему, а не им, поскольку Мастеру, по понятным причинам, ничего материального не требовалось. Кроме крови, разумеется, но ее на рынке не купишь!

Помимо всего прочего Питер приобрел швейный набор и рулон плотной ткани, из которой намеревался сшить себе палатку. Ночевать под звездами или в шалаше ему решительно не нравилось!

Закупки прошли быстро, оставшееся время парень коротал, отсиживая задницу в питейной. Там он неспешно потягивал эль, слушая россказни заезжих торговцев и местных выпивох, травящих байки за кружку кислого вина.

Днем Мастер скучал вместе с Питером, а вечером ушел, как он выразился, побродить по ночному городу. Наутро дух вернулся довольный, как обожравшийся сметаны кот.

Причина его радости стала понятна довольно скоро. За завтраком Питер узнал, что недалеко от их трактира нашли труп бедолаги, промышлявшего ночным разбоем. Поскольку тело было обескровлено, стража логично предположила, что охотник сам стал добычей, пойдя на корм голодному вампиру.

Питер не стал корить духа за эту смерть, ведь формально тот соблюдал их уговор не причинять вреда мирным людям.

Точка сбора отряда находилась не возле казарм, а на главной площади города. Ради этого случая торговые палатки отодвинули подальше от центра, что не доставило особой радости их владельцам. Торговцы бурчали и ворчали, но громко протестовать против произвола властей не смели.

К приходу Питера с Мастером колонна уже вовсю формировалась. Десять кавалеристов с пестрыми знаменами ожидали у своих лошадей. За ними стояли две грузовые повозки со снаряжением, а замыкала колонну изящная карета.

Капитан Белрит узнал их и приветствовал взмахом руки.

– Вы первые! – сообщил он, обращаясь почему-то к Мастеру. Питера он удостоил лишь брошенным вскользь взглядом. ­– Располагайтесь, владыка Скрам и остальные Стражи прибудут с минуты на минуту.

Вскоре подошла оставшаяся тройка вчерашних соискателей, а ныне Стражей севера. Питер поприветствовал южанина рукопожатием, остальным просто кивнул. Они принялись обмениваться новостями, но долго поболтать им не удалось.

– Встать в строй, идет владыка Скрам! – громко объявил Белрит, вытягиваясь по струнке.

Повинуясь команде капитана, все пятеро встали в линию и вытянулись, стараясь придать себе бравый вид.

Питер с интересом покосился на прибывших. Опознать Скрама труда не составило. Он выглядел… как типичный северный аристократ. Густые черные волосы обрамляли аккуратное овальное лицо. Рот изгибался в легкой уверенной улыбке, в которой читались твердость и решительность. Изогнутые брови добавляли лицу суровости, а едва заметные заломы на лбу – мудрости. Глаза Скрама излучали холодную силу. Бледная кожа его лица свидетельствовала о том, что он нечасто подставляет ее солнцу.

Одет Скрам был просто, по-походному, но с той неуловимой изысканностью, которая присуща истинным аристократам. Одежда сидела на нем свободно, не стесняя движений, и вместе с тем подчеркивала его крепкую фигуру. Скрам выглядел довольно молодо, хотя тонкие морщины у глаз и резкость черт лица выдавали человека, давно перешагнувшего сорокалетний рубеж.

За Скрамом шествовала дюжина бойцов самого разного вида и с разнообразным вооружением. Мечники и копейщики, лучники и арбалетчики. Пара человек держала в руках угрожающего вида митии, а трое сжимали посохи.

Выглядели и одеты они были по-разному, но их всех роднило одно – у каждого на груди висел медальон в виде сжатого кулака. Точно такого же, как болтался на шее Питера, только из серебра, а не золота.

– Маги, – прошептал Питеру Мастер, едва заметным движением указав на людей с посохами, – я чую их силу! И еще…

– Да? – спросил парень, поскольку дух не закончил предложение.

– Помнишь, я рассказывал тебе о сильном духе, которого кто-то призвал в этот мир?

Питер кивнул.

– Неужели…

– Да! Он тоже здесь. Кто-то из этих магов стал его господином!

У Питера перехватило дыхание. Не приведи Светозар, если этот дух опознает Мастера! Но тот его успокоил.

– Он не сможет меня почуять, слишком молод еще, а я умею прятать ауру.

Юношу отпустило, он облегченно выдохнул.

– Сможешь определить точнее, где его сосуд?

Мастер качнул головой.

– Он надежно заточен, но пытается вырваться. Я чую всплески его энергии, когда он пробует границу своей темницы на прочность. Он где-то там, среди Стражей, но пока я не могу сказать точнее.

Час от часу не легче… А ведь Питер просто хотел добраться до пустоши! Быстренько пересечь ее верхом на Мастере и оказаться, наконец, в «Корне». Если хранитель знаний не ошибся, он сможет соединить оба амулета воедино, что дарует Питеру огромную силу.

Поскольку договор с Мастером уже был расторгнут, Питер мог не особо усердствовать. Но в нем продолжало гореть желание вернуться на Землю, увидеть родителей, обнять тетушку Ханси. Как бы Питер ни старался вписаться в этот мир, он не ощущал себя дома.

Но дело принимало скверный оборот! Молодой дух, скорее всего, равен по силе Мастеру, а может даже силнее его. Этот Скрам, вместе с остальными Владыками севера, явно неспроста едет к пустоши и уж тем более не просто так везет туда вместилище духа.

Если оставить все как есть, велик риск, что королевство проиграет эту войну. А вместе с королевством исчезнет и шанс Питера на возвращение домой. Поэтому духа следовало уничтожить. Вопрос в том, как это сделать!

Об этом Питер тихо спросил Мастера.

– Уничтожить духа непросто, – заявил тот. – Гораздо легче его поглотить или низвергнуть обратно в мир духов.

– Ты сможешь это сделать?

– Низвергнуть точно нет, я ведь не шаман! А вот поглотить… Это возможно.

– Как-то неуверенно ты это сказал, – заметил небольшую заминку в его словах Питер.

– Для этого нужно знать объем его силы. Поглотить того, кто сильнее тебя, крайне сложное и рискованное дело.

Пока они перешептывались, Скрам добрался до центра площади. Перекинулся парой слов с капитаном, оглядел новых Стражей, после чего разместился в карете. Весьма комфортной, как успел заметить Питер!

– Драгуны – в седло! – громко скомандовал Белрит. – Передаю командование старшему Стражу!

Хмурый седой мужчина в кожаной брони крепко сжимал в руке длинное цельнометаллическое копье. Дорогущая шутка! Аглов на десять тянет, а то и больше. Кивнув капитану, мужчина начал раздавать указания.

– Стражи – стройся за каретой! Гел и Барс – на передок. Астери, на запятки! Анбус и Домирас, полезайте внутрь. Остальные – в арьергард!

Стражи быстро заняли указанные позиции. Питер с удивлением отметил, что среди магов есть женщина. Астери, довольно красивая, не старше тридцати лет. Правда, взгляд колючий, будто ее изжога мучает.

Гел и Барс – бойцы с митиями, Анбус и Домирас – маги. Вполне логичная расстановка сил. Сильнейшие стрелки прикрывают карету спереди, маги защищают господина изнутри и с тыла. Ну а остальные бойцы следуют за каретой пешком, готовые в любую минуту принять на себя первый удар.

– Вперед! – скомандовал командир, и колонна тронулась в путь.

Городская стража расчищала маршевую перед ними, так что город они преодолели быстро и без задержек. У самых ворот, за спинами вытянувшихся по струнке солдат, Питер заметил у обочины несколько попрошаек.

Среди них сидел тот самый босяк, из-за которого Питер чуть не скрестил меч с городской стражей. Обувью мужчина так и не обзавелся, его руки умоляюще тянулись к толпящимся рядом зевакам.

«А ведь Великими клялся, стервец!» – подумал Питер, пристально глядя на босяка.

Тот, будто почувствовав внимание парня, резко поднял на него глаза и смерил оценивающим взглядом. Прошелся по одежде, ненадолго задержал внимание на хмуром лице Питера. Не узнал. Более того, не обнаружив потенциальной выгоды в идущем мимо Страже, попрошайка немедленно переключился на толпящихся рядом горожан, в надежде выклянчать у них хоть су.

– А ты что думал? – хохотнул марширующий рядом Мастер. – Твои денежки он, небось, в тот же день на дешевое пойло спустил!

Эти слова заставили Питера поморщиться.

– Я хотел ему помочь.

– Ты и помог, – вполне серьезно заявил дух. – Помог пробраться в город и дал деньжат на выпивку. Уверен, он сделал пару глотков за твое здоровье!

– Не понимаю, – покачал головой Питер. – На эти деньги он мог купить старые башмаки и вымыться в бане. А затем найти себе работу, хотя бы за еду и ночлег. Это всяко лучше, чем спать в переулке и унижаться за горсть мелочи!

– Ты судишь по себе, – возразил на это Мастер. – Бродяги и попрошайки всегда были одинаковыми. Бесцельное скитание по миру они называют свободой, а кружка дешевого пойла и гнилой кусок мяса, отобранный у вшивой псины – отличной трапезой. Сколько для них ни делай, это не изменит их образа жизни.

Питер тяжело вздохнул, понимая, что Мастер совершенно прав, и печально сказал:

– В моем мире о таких говорят: «Горбатого – могила исправит».

– Очень емкое выражение! – одобрил Мастер.

Пока Питер размышлял о бессмысленности бытия бездомных, отряд Стражей миновал южные ворота и оказался на дороге.

Едва высокие стены «Гентвиля» остались позади, над колонной пронесся окрик командира с командой ускорить темп, и Питеру стало не до философских рассуждений.