Окрест Кария

Пролог

Они любят скорость. Огромную скорость, с которой несутся, очертя голову, обгоняя смерть на каждом повороте, ускользая от встречных машин. Они любят рисковать, любят играть с опасностью.

Мотоцикл ревет, кровь кипит и, наверное, в эти мгновения они забывают обо всем – о проблемах, о бедах, о несбыточных желаниях… о родных, друзьях, близких. А те потом оплакивают их, не в силах осушить свои слезы.

Со дня его смерти миновал ровно год. Первый… Первый год со дня его смерти, а все кажется, что это произошло только вчера.

Мужчина, сидящий за большим дубовым столом в широком, просторном и светлом кабинете, вздохнул и, печально улыбнувшись, поправил цветок в маленькой вазочке перед фотографией улыбающегося юноши. Молодого… слишком молодого. Он навсегда запомнит его таким.

Его брат… Маленький, глупый братишка, единственный родственник, что у него был. Он всегда любил мотоциклы, любил скорость, любил быть безрассудным и никогда не слушался старшего брата, всегда верил в собственную неуязвимость.

А теперь его нет.

Мужчина моргнул и, совсем не желая, чтобы случайно зашедший секретарь вдруг увидел слезы на его глазах, повернулся вместе с глубоким креслом так, чтобы скрыться за его спинкой.

Уже год! Прошел целый год, триста шестьдесят пять дней, бесконечное количество часов, дурные сотни минут… Целый год. А боль все не утихает, боль продолжает разъедать изнутри.

Ах, почему, почему он никогда не слушал советов? Брат ведь говорил, предупреждал об опасности безрассудных гонок, умолял его быть осторожнее на дорогах!

Мужчина с силой сжал подлокотник кресла и закрыл глаза. К чему иметь крепкие мускулы, если они не помогают вернуть тех, кого любишь?..

Как все перевернулось, изменилось за этот год… Его жизнь, его собственная жизнь кончилась в тот самый миг, и все, что было прежде, перестало существовать.

Ах, эта беспечность юности! Ему казалось, что он бессмертен, он любил скорость, обожал носиться по дорогам, как стрела, и совершенно не думал в этот момент, что будет делать брат, если его не станет…

А теперь его нет, и брат до сих пор не знает, как ему жить и стоит ли продолжать делать это.

Этот год стал для него совершенным кошмаром. Все, что он делал, каждое слово, каждый свой шаг он посвящал ему, своему погибшему братишке, он делал все в его память, в его честь… Он расстался с девушкой, потому что она не хотела смириться с его незатихающим горем. Он перестал посещать спортивные соревнования, потому что каждый случайный удар, каждая травма вызывали у него слезы. Он забросил бизнес, забрал все деньги из компании и вложил их в новое дело - сам приблизился к мотогонкам – открыл мототрек, трассу, полную опасных препятствий, непроходимую, смертельную! Избрал для нее название… «Мертвая петля» - как напоминание о том страшном вираже, что сделала его, сделала их судьба. Он словно хотел отомстить ей за несправедливость, за то, что лишила его брата. Брата… единственного родственника, маленького мальчика, которого он вырастил, поставил на ноги! И потерял. Так глупо, и так неожиданно потерял.

Он даже отбор кандидатов на очередную гонку проводил всегда лично, подбирал ребят, соответствующих по возрасту ему, как будто надеялся их смертью или увечьем заглушить боль в душе.

Но черная дыра только расширялась, и уже, похоже, поглотила все его существо.

Мужчина опустил взгляд на правую руку и лицо его озарила слабая улыбка. Он с осторожностью погладил кончиками левой опоясывающий запястье деревянный браслет – последний подарок любимого брата. Единственная память о нем…

Господи, ведь от него не осталось даже тела! Мотоцикл вспыхнул, столкнувшись с грузовиком, и мотоциклист…

Мужчина закусил губу, давя поднимающуюся из глубины души горечь, не позволяя себе плакать.

Сегодня ровно год со дня его смерти. Надо съездить на могилу, туда, где установлен крест с фотографией на обочине дороги.

Он рывком поднялся на ноги и, проведя ладонью по лицу, приказал себе успокоиться, заставил себя принять обычный холодный вид. Демонстрировать слабость кому бы то ни было он не привык.

Глава 1

Это был замечательный день, идеально подходящий для мото-прогулки, для обкатки нового мотоцикла. Молодой человек в кожаной куртке, в шлеме и кожаных перчатках, уверенно сидя в седле недавно приобретенного транспорта, мчался по загородной дороге, то и дело опасно наклоняясь то на один, то на другой бок.

Он любил рисковать. Любил скорость, любил связанную с ней опасность, любил свист ветра вокруг и ощущение абсолютного единения с мотоциклом, когда несешься, разрезая воздух своим телом, сквозь проблемы и невзгоды, летишь сквозь жизнь. Он гонял, убегая от смерти, он чувствовал опасность на каждом повороте и смеялся над ней.

Даже после того случая.

Нет, он так и не смог толком вспомнить, что же случилось тогда – первым и последним его воспоминанием было дерево, о которое он изрядно приложился лбом. Это уже потом, в больнице, ему объяснили, что он попал в аварию. Судя по всему, во время этой аварии он был на мотоцикле – как раз неподалеку от того места, где его нашли, произошел несчастный случай: мотоцикл врезался в грузовик. Мотоцикл, как говорили, вспыхнул пламенем, мотоциклист погиб, а его отбросило в момент удара в сторону…

Иногда, вспоминая этот рассказ, он изумлялся, никак не мог понять, почему, если он был только пассажиром, его самого так влечет мототранспорт. Поначалу, первое время после выхода из больницы, он честно сторонился его, пытался держаться подальше от железных коней, хотя и останавливал постоянно на них взгляд, отчаянно завидуя наездникам. Потом плюнул.

Свою первую поездку после той странной аварии он запомнил, как нечто удивительно-прекрасное, лучшее в жизни, из которой проклятое дерево вычеркнуло прожитые годы. В памяти сохранился только последний год, все события, происходившие «после»… «До» исчезло безвозвратно.

В больнице ему говорили, что память вернется, однажды, возможно, внезапно, не исключено, что после сильного потрясения… Но дни летели, а потрясений все не предвиделось, как, впрочем, и возвращения памяти.

Оставалось только смириться и начать жизнь заново, с чистого листа. Он устроился на работу – у него оказались неплохие способности к программированию, похоже, сохранившиеся почти на уровне инстинкта, поэтому работа ему досталась хорошая, - заработал денег, приобрел квартиру, мотоцикл… Сначала один, а теперь вот другой.

И вот, сегодня, в этот чудесный солнечный день, в свой выходной, он с наслаждением несся по одному из загородных шоссе, испытывая ни с чем не сравнимое удовольствие от скорости. Мотоцикл слушался, как покорная собака, подчинялся любому, даже самому незначительному движению руки хозяина, и на губах того то и дело возникала довольная улыбка. Воистину, покупку он совершил отличную, и воистину, сегодня был великолепный день!

Он несся по почти пустому шоссе, под пронзительно-синим небом, с играющими на руле мотоцикла солнечными бликами, летел, как ветер, пронзая стрелой самую жизнь, и зеленые ветви окружающих дорогу деревьев слабо покачивались за его спиной. Он восторгался сам собой. Как хорошо, что он вспомнил свои способности, вспомнил, что был не только программистом, но и первоклассным мотоциклистом! Это признавали даже друзья, которыми он успел обзавестись за прошедший год, это признавал и он сам, и откровенно наслаждался собственным мастерством.

Легкая вибрация в наглухо застегнутом кармане куртки отвлекла его от блаженства, заставляя, недовольно сморщившись, резко вильнуть вправо и тормознуть у обочины, спуская одну ногу на землю и досадливо сдергивая с головы шлем.

Благоприобретенные друзья – оба, - имели неприятную привычку звонить в самое неподходящее время.

Выудив из кармана мобильный и бросив взгляд на его экран, парень вздохнул. Ну да, конечно, как он, в общем-то и предполагал.

- Чего тебе?

Друг был достаточно хорошим и достаточно понимающим, чтобы не обидеться на грубое приветствие, чем молодой человек частенько пользовался.

- Здоро́во… - голос приятеля прозвучал как-то странно-настороженно, и парень удивленно вскинул брови, - Кай… с тобой все нормально?

Изумление возросло многократно.

- Отлично все, - он поднял шлем, растерянно посмотрел на свое отражение в стекле, - Коня нового обкатываю, за городом гоняю… а что?

- Да так… - друг замялся, видимо, не зная, как объяснить свой неожиданный вопрос, - Я тут… мм, слушай, а ты далеко за городом?

Кай огляделся, прикидывая, как далеко успел уехать и, наконец, легко пожал плечами.

- Да нет, пара километров… Ну, может, пять. Хочешь компанию составить?

- Хочу, - на этот раз в голосе собеседника прозвучал непонятный вызов, - Сможешь через полчаса быть у заправки, где в воскресенье пиво пили?

Мотоциклист ухмыльнулся. «Полчаса» одновременно бросали ему вызов и давали фору, и он не преминул воспользоваться обеими возможностями.

- Буду через двадцать минут! – весело заявил он, - Надеюсь, при встрече объяснишься?

- Не сомневайся, - мрачно пообещал друг, и отключился.

Кай пожал плечами и, сунув мобильный в карман кожаной куртки, скрупулезно застегнул его, вновь натягивая шлем. Что такого вдруг могло прийти в голову приятелю, он не представлял, но уже успел усмотреть в предложении встретиться отличную возможность похвастать новым транспортом, поэтому и не стал отказываться.

Он вообще был довольно легок на подъем, а уж если учесть, что сейчас выехал просто покататься, то легкость эта становилась и более, чем объяснимой – какая, в конце концов, разница, куда ехать? Главное, чтобы дорога была под колесами, а остальное приложится.

…

На заправке он оказался через двадцать две минуты – немного замешкался, обгоняя какого-то придурка на джипе, шарахнувшегося от его мотоцикла, как от прокаженного, - и, покидая седло железного коня, был несколько недоволен результатом. Обычно, давая слово, он выполнял его и, определяя временной промежуток, в него укладывался.

Приятель уже ждал, стоял чуть в стороне от заправки, сжимая в зубах привычную сигарету и пуская дым – сам он не уточнил, через сколько подъедет, но, похоже, по какой-то невнятной причине сильно спешил.

- Ого, какой монстр! – завидев подъехавшего Кая, друг восхищенно присвистнул, поспешно выплевывая окурок и принимаясь рассматривать его приобретение, - Классная игрушка, а в дороге как?

- Выше всяких похвал, - мотоциклист, надувшись от гордости, приподнял подбородок, - Слушается на счет «раз», работает, как часики, - он потрепал мотоцикл по рулю, и устремил вопросительный взгляд на собеседника, - Так чего ты меня сдернул? Что за мрачные интонации?

Всю веселость с приятеля как ветром сдуло. Он ссутулился, тяжело вздохнул, напрочь забывая о восхищении мотоциклом и, угрюмо качнув головой, неожиданно махнул рукой.

- Тебе надо самому это увидеть, - в голосе его зазвучали какие-то очень странные, не то недовольные, не то скорбные, почти похоронные нотки, и Кай вновь удивленно вскинул брови. Что такого ему мог показать друг, он не понимал и, уж тем более, не представлял, почему это должно было вызвать такую реакцию в нем.

- Ну, ладно, - спорить он, тем не менее, не стал. Требования рассказать все прямо здесь и сейчас не высказал и, легко перекинув ногу через седло, привычно провернул в руках шлем.

- Дуй вперед, я за тобой.

- Один ты и не найдешь, - пасмурно буркнул собеседник, уже направляясь к приземистому байку неподалеку.

Его мотоцикл был значительно старше «коня» Кая, того, что он безжалостно сменил на более новую модель, но расставаться с ним мужчина не спешил. То ли это была память о бурной юности, то ли просто ему доставляло удовольствие ругаться на транспорт, когда тот начинал барахлить и болтать с ним, когда работал нормально – парень не знал, да и, говоря начистоту, никогда не вдавался в подробности. У каждого человека есть свои, нежно любимые и оберегаемые тараканы, к чему разгонять их? Своим видом байк вполне соответствовал приземистому, несколько тяжеловесному, хотя и довольно подтянутому хозяину, лишь подчеркивая его мощь и физическую силу. Можно прямо сказать, что вместе они составляли прекрасный тандем.

Как, впрочем, и Кай со своим – сам худощавый, жилистый и легкий, на спортивном мотоцикле он смотрелся очень органично.

Моторы взревели, и мотоциклы, один за другим, выехали на большую дорогу, направляясь в сторону, противоположную той, откуда приехал Кай.

Путь начался.

То, что удовольствия он не доставит, стало ясно практически сразу – парень, восхищенный своим новым транспортом, рвущийся в бой, мечтающий о высоких скоростях, был вынужден тащиться за приятелем, и тихо негодовал по этому поводу. Ему казалось, что он заставляет молодого горячего жеребца плестись со скоростью старой клячи, чудилось, что, не используя возможности транспорта, портит его, поэтому за время пути он совершенно извелся, принимаясь от нечего делать разглядывать все встречные авто.

Ничего интересного в этом занятии не было. Автомобили пролетали мимо, не замечая двух мотоциклистов, зеленые ветки также покачивались по сторонам дороги, и по-прежнему ярко светило солнце. Сейчас его свет бил практически в глаза, поэтому ехать было не так удобно, как прежде. Возможно, будь скорость выше, помеха не была бы так заметна, а так…

Кай попытался угадать, о чем думает едущий впереди друг, перевел взгляд на его спину, но заметил только, что тот часто косится на обочину, словно разыскивая что-то на ней.

Они повернули, покидая шоссе и выезжая на более узкую, почти проселочную дорогу, пролегающую через негустой пролесок. Зеленых ветвей по сторонам стало больше, замелькали толстые стволы, и Кай под шлемом мимолетно поморщился. Аварии он, быть может, и не помнил, зато хорошо запомнил дерево, в которое врезался лбом, и повторения этого приключения не хотел. К большим деревьям за этот год парень успел обрести стойкую неприязнь.

Транспорта вокруг почти не было, лишь изредка еще попадались автомобили, неспешно двигающиеся куда-то по своим делам, но обогнуть их, тем более на такой незначительной скорости, труда не составляло.

Миновав несколько чужих машин, Кай неожиданно нахмурился и быстро оглянулся. Ему почудилось, что джип, который он ловко обошел только что, был тем самым, что он объезжал по пути сюда… А впрочем, ничего особенного в этом быть не могло – должно быть, у водителя тоже были здесь какие-то дела.

Переведя взгляд вперед, парень торопливо сбросил скорость. Друг, вскинув руку, чтобы привлечь его внимание, уверенно сворачивал к обочине, и Кай поспешил за ним, рефлекторно озираясь.

Зачем он его сюда приволок? Дорога как дорога, обочина как обочина, лесок по сторонам как… а там что?

Заметив установленный на краю дороги крест, молодой человек снова нахмурился. Это еще что за ерунда? Неужели друг, бывший несколько старше него, вдруг решил поучить его уму-разуму, и продемонстрировать, к чему приводят гонки на мотоцикле? Продемонстрировать – ему! Как будто он и сам не знает, как будто не он пережил страшную аварию!

Приятель остановился, и Кай тоже резко тормознул, паркуясь несколькими метрами дальше. После чего решительно сдернул шлем, и недовольно оглянулся.

- Ну, и чего ты меня сюда приволок?

Друг, тоже стянувший шлем, мрачный и печальный, уверенно указал на крест.

- Посмотри.

Парень закатил глаза. Сочувствия к смерти постороннего человека он не испытывал, любоваться на его последний приют не желал, как и выражать смутные соболезнования смутным родственникам погибшего. Впрочем, друга обижать тоже не хотелось, поэтому, сохраняя на лице выражение вселенского одолжения, он слез с мотоцикла и приблизился к кресту, устремляя взгляд на фото на нем.

Земля ушла из-под ног.

Не отдавая себе отчета в действиях, парень вцепился в плечо понимающе поддержавшего его спутника и, приоткрыв рот, еще раз недоверчиво вгляделся в фотографию молодого, приятного на вид, загорелого человека с шальной улыбкой, озорными карими глазами и растрепанными светло-русыми волосами.

В свою собственную фотографию!

- Что… что за…

Приятным это назвать было нельзя: видеть собственное фото на могиле вряд ли бы кому понравилось. Да и обычным тоже назвать было трудно – прежде своих двойников Кай не встречал, и обнаружить одного из них мертвым…

- На имя посмотри, - буркнул друг, и парень, скользнув взглядом ниже, вцепился в него сильнее.

«Кай О’Ши» - значилось под фотографией. И радовала здесь только фамилия.

- Я… - голос сел, но парень попытался взять себя в руки, - Я Фоули…

- Знаю, - приятель, продолжая его поддерживать, на секунду сжал губы, - Но, Кай, таких совпадений не бывает! Нет, я, конечно, допускаю, что этот парень просто твой тезка и двойник, но… черт возьми, Кай, ты ведь не помнишь ничего, что было до аварии, которую ты тоже практически не помнишь! Может… может, это не совпадение, может, вместо тебя твоя родня похоронила тогда кого-то другого?

Кай не слушал. В голове звенело; он не мог отвести взгляд от фотографии и от имени, значащегося под ней, и чем дольше смотрел, тем хуже себя чувствовал. Ему казалось, что где-то в сознании пробуждается и ворочается раскаленный колючий ком, что он все растет и растет, заполняя собою всю голову, и вот-вот вырвется наружу…

Парень оттолкнул друга и, запустив руку в волосы, зажмурился. Он помнил… помнил это место, здесь, здесь, это произошло здесь, он был уверен в этом, он не сомневался! Дерево… дерево… то треклятое дерево, о которое он ударился лбом, оно же, наверное, по сию пору растет где-то тут!

Потрясение… Врачи говорили о потрясении, в результате которого память может вернуться, а разве может быть потрясение более сильное?

Он мотнул головой, пытаясь очнуться от бреда, застящего его разум.

- Я поеду домой, Фред, - голос прозвучал тихо, отстраненно и почти парализовано, - Поеду домой, мне… надо осмыслить.

- Хорошо, - Фред был старше, опытнее и, видимо, прекрасно понимал, что другу сейчас не до разговоров, - Тебя проводить? Сам доберешься?

Кай отрицательно покачал головой, но ответил совсем не то, что подразумевалось.

- Да. Мне нужно подумать… побыть одному.

- Как скажешь, - мужчина быстро облизал губы и тяжело вздохнул, поправляя шлем подмышкой. Другом он был хорошим, и приятелю своему сочувствовал совершенно искренне, да и переживал за него немало, переживал с тех самых пор, как узнал о его амнезии, хотел помочь ему вернуть память… Но, кроме того, очень хорошо его за время знакомства изучил. Он знал, должен был знать, что Кай Фоули – человек упрямый, что, если он что-то решил, лучше с ним согласиться, потому что переспорить его все равно невозможно. Тем более, что его новый мотоцикл куда как быстрее старенького байка и, если парень захочет избежать его общества, догнать его Фред просто не сможет. Кай был уверен, что друг все это понимает и даже испытывал благодарность. Но выразить ее вслух сил сейчас не находил.

- Только будь осторожен, ладно?

Парень дернул уголком губ.

- Мастерство не пропьешь, - буркнул он, и поспешил к своему железному коню.

…

По дороге ему стало хуже. Голова разрывалась от боли, в сознании теснились, сменяя друг друга, какие-то обрывочные, смутные воспоминания – казалось, вся его забытая жизнь вдруг нахлынула разом, одновременно, и выдержать этого он не мог.

Перед глазами все плыло, смазывалось; ехать становилось все труднее, а он, вопреки собственному состоянию, только увеличивал скорость. Ему безумно хотелось скорее попасть домой.

Автомобили мелькали по сторонам размытыми пятнами, он ухитрялся избегать столкновения с ними, и мчался, мчался, мчался вперед, не останавливаясь ни на миг.

Впереди, из смутной мешанины красок вдруг вынырнул красный огонек – запрещающий сигнал светофора, и он машинально сбавил скорость. Силуэты стали чуть более различимы, стало возможно рассмотреть машины.

Кай попытался отвлечься, изучая их.

Светофор переключился, он рванул с места и, краем глаза заметив справа от себя джип – все тот же джип, опять этот джип! – вдруг ощутил резкую боль в левом виске.

Руки выпустили руль, хватаясь за шлем. Мотоцикл вильнул вправо, врезался в тяжелый бок большой машины.

Он еще помнил, что его выбило из седла, что он прокатился по асфальту, а потом наступила тьма.

Глава 2

Этот день, день, когда исполнился ровно год непрестанному кошмару, годовщина смерти его младшего брата, выдался омерзительно чудесным. Светило яркое весеннее солнышко, плыли по небу белые барашки облаков, и тихо покачивались под легким ветерком недавно позеленевшие ветви деревьев. Птицы радостно пели, приветствуя жизнь, радуясь каждому ее мгновению, и хотелось зажать уши, чтобы не слышать их счастья.

Мужчина ехал, крепко стискивая руль, изо всех сил сдерживая наворачивающиеся на глаза слезы, пытаясь не позволить себе отвлечься от дороги. Своей жизнью он не дорожил – с тех пор, как не стало брата, собственное существование начало казаться обузой, - но не хотел стать причиной гибели кого-то другого.

В голове плыли мрачные мысли. Он любил такую погоду… Всегда говорил, что, когда на небе светит солнце, лучше нет, чем кататься по загородным дорогам – и путь отлично виден, и мотоцикл красиво блестит. Вот только теперь некому любоваться сияющим солнцем, да и мотоцикл уже никогда не заблестит так ярко и радостно…

Сердце болело, словно его резали на части.

Мимо пронесся какой-то мотоциклист, обгоняя его, и на душе стало еще гаже. Глупый мальчишка! Носится и даже не знает, не представляет, не задумывается… А погибнет он – ведь тоже будет кто-то о нем рыдать, как сейчас он о брате!

Он добрался до креста, слабо улыбнулся, будто приветствуя брата, скользнул пальцами по его фотографии, положил свежие цветы.

Сердце заболело еще сильнее; по щекам скатилось несколько слезинок. Мужчина поспешно стер их и, не будучи в силах дольше задерживаться здесь, поспешил отправиться в обратный путь. Лесная прохлада не успокаивала, только добавляла боли – ему казалось, что вокруг веет могильным холодом.

На узкой дороге, на этой проклятой дороге, где в тот день откуда-то взялся тяжелый грузовик, ему навстречу снова попались мотоциклисты, ловко разминувшиеся с ним. Он стиснул зубы, и сильнее сжал руль.

Нет, нет, нельзя сейчас плакать, нельзя! Только не так, не за рулем, не здесь… Он поплачет дома. Вспомнит о нем, выпьет…

Он мотнул головой, отгоняя мысли и надавил на газ.

Дорога вилась впереди серой змеей, постепенно выходя на широкое шоссе. Он притормозил на светофоре и, заметив в зеркальце заднего вида очередного мотоциклиста, досадливо вздохнул. Что же им неймется-то сегодня… все, что ли, вдруг начали любить такую погоду?

Светофор переключился, он дал газу, проехал несколько метров…

От удара в бок автомобиль вильнул по дороге, едва не въехав в столб; он торопливо вывернул руль и надавил на тормоз.

Мотоцикл, столь неожиданно влетевший в него, валялся на земле у обочины; мотоциклист, кубарем прокатившийся по асфальту, замер, лежа на боку.

- Дьявол… - голос дрогнул. Мужчина спешно отстегнул ремень безопасности и, выскочив из джипа, со всех ног бросился к пострадавшему.

Нет-нет-нет, только не сегодня, не здесь, не сейчас! Если бы это произошло на мототреке, он бы не переживал, но сейчас, в этот день, недалеко от его могилы… Нет, только не это! Он упал на колени рядом с неизвестным парнем и, осторожно перевернув на спину, аккуратно стащил с его головы шлем.

Рассыпались по асфальту светло-русые волосы. Слетел с красивых губ слабый стон.

Мужчина уронил шлем и, ощущая, как дрожат руки, осторожно провел кончиками пальцев по бледной щеке юноши.

Эт… этого не может быть… Призрак?.. Галлюцинация?.. Что… как…

- Кай… - слетел с его губ почти стон, и мужчина неуверенно сжал ладонями щеки молодого человека, приподнимая его голову.

Это был он, он! Его брат, его маленький глупый братишка, мотоциклист, гонщик, он, погибший год назад! Живой… и вновь попавший в аварию.

Нет, такого не бывает.

Он осторожно положил голову юноши на асфальт, выпуская ее из рук и, отшатнувшись, тяжело осел, хватаясь за собственную голову.

Что делать, что делать?! Вызвать «Скорую»? Кому – парню или самому себе? Это же невозможно, это… это же… нет, этого не может быть.

Трясущимися руками мужчина добыл из кармана мобильный и, кое-как потыкав в сенсорный экран, вызвал «Скорую помощь». Еще несколько минут ушло на то, чтобы объяснить, где он находится и что, собственно говоря, произошло.

Получив обещание прислать машину, мужчина немного успокоился и, убрав телефон, запустил руки в волосы, вновь устремляя взгляд на бледное лицо парня.

Светло-русые волосы, нос с горбинкой, красивые, четко очерченные губы, загорелая, хотя и бледная сейчас кожа… Это невозможно!

Это не он. Это не может быть он, это… просто какое-то странное совпадение, наказание, высшие силы решили посмеяться над ним, и послали на его путь двойника погибшего брата!

За что над ним так издеваются?!

Хотя… да. Он открыл этот чертов мототрек, дал возможность людям калечиться и погибать на нем. Да, он виновен и его следует наказать.

Но чем виноват этот мальчик, так похожий на Кая, чем?? Господи, только бы не погиб… Мужчина неуверенно придвинулся ближе, обеспокоенно вглядываясь в бледное лицо. Может, сделать искусственное дыхание?.. Но нет, оператор «Скорой» велела не трогать пострадавшего до прибытия бригады – неизвестно, что с ним и какие повреждения. Можно навредить по незнанию…

- Эй… - его окликнули, причем, кажется, уже в третий раз, и он только сейчас прореагировал. Огляделся.

Вокруг него и пострадавшего мотоциклиста уже собралась небольшая толпа – авария произошла на весьма оживленном участке дороги, и неравнодушные притормаживали с благородным намерением оказать помощь.

- Он жив? – какая-то испуганная женщина, не сводящая взгляда с парня, взволнованно глянула на сидящего рядом с ним мужчину. Тот мрачно кивнул.

- Жив. «Скорая» уже едет.

- Хорошо… - судя по голосу, ее это ни капли не успокоило, - Да пока они приедут сейчас… Может, искусственное дыхание мальчику сделать или еще как-то помочь?

- Верно, на асфальте-то ему небось плохо лежать, надо бы в машину перенести! – еще один самаритянин, на сей раз мужчина, уверенно шагнул вперед, - Давайте-ка его ко мне перетащим, а то пока эти врачи…

Мужчина медленно встал, выпрямляясь во весь рост. Прикасаться к мотоциклисту позволять он никому не собирался. Показывать свои эмоции не планировал, поэтому выглядел сейчас почти грозно.

- До приезда «Скорой» трогать его нельзя, - говорил он негромко, очень холодно, но так внушительно, что спорить с ним никто не решился, - У него могут быть внутренние повреждения, это опасно. Разойдитесь! Здесь не цирк!

- Да че ты завелся, мужик, мы ж помочь только хотели… - доброхот попятился, взирая на, как он полагал, виновника аварии с нескрываемой неприязнью и почти с осуждением.

Женщина оживленно всплеснула руками.

- Ой, вон и «Скорая»! Надо же, как быстро, прямо удивительно… Не паникуйте, мистер, скоро мальчику помогут.

Мужчина, не отвечая, обернулся и, обнаружив действительно близящуюся машину с мигалкой и красными крестами на боках, ощутил неимоверное облегчение. С плеч как будто упала гора, он шатнулся и, с трудом удерживаясь на ставших внезапно ватными ногах, глубоко вздохнул.

Дальше все смешалось. Люди по сторонам что-то говорили, кажется, успокаивали его, а он ничего не слышал, бездумно следя за приближающейся машиной. Вот она остановилась, появились другие люди, на сей раз облеченные в белые халаты. Парня осторожно погрузили на носилки и затащили в фургон.

- С ним все будет в порядке? – свой голос он услышал как будто со стороны. Один из врачей, обернувшись, ободряюще улыбнулся.

- Не волнуйтесь. Судя по всему, молодой человек просто прокатился по асфальту, особенных повреждений не заметно.

- Позвоните мне, когда он очнется, - мужчина торопливо достал бумажник и, вытащив из него визитку, сунул в руки медику, - Вот… Я Стефан, Стефан О’Ши, пожалуйста, позвоните. Да и вообще… если ему что-то потребуется – сообщите мне. Я помогу…

- Хорошо, - собеседник терпеливо улыбнулся и, сунув визитку в карман халата, торопливо забрался в машину.

Стефан, оставшись возле своего джипа, глубоко вздохнул. Потом оглянулся, мельком скользнув взглядом по расходящимся, разъезжающимся ротозеям и, остановившись на новом мотоцикле, валяющемся у обочины, на секунду сжал губы. А после, вновь достав мобильный, вызвал эвакуатор. Бросать транспорт двойника своего брата валяться вот так вот, он не пожелал.

По-прежнему светило солнце, нежно согревая своим теплом, все также плыли по синему небу барашки облаков. Легкий ветерок шевельнул встрепанные темно-русые волосы мужчины, потеребил расстегнутый ворот его рубашки.

Стефан снова вздохнул. День по-прежнему казался омерзительным, пение птиц все также раздражало, но дышать почему-то стало легче.

Глава 3

Кай пришел в себя по прошествии нескольких часов и, морщась от головной боли, попытался повернуться на бок. Сразу же заныли еще и ребра, и парень, тяжело вздохнув, открыл глаза. Вокруг было светло. Несколько секунд он тупо смотрел на белый потолок, потом неуверенно потянул носом воздух. Пахло больницей – какими-то медикаментами и свежим, продезинфицированным постельным бельем. Смутно доносились редкие голоса откуда-то со стороны, вероятно, из-за закрытой двери. Парень набрался духу и, кое-как повернув ноющую голову, окинул взглядом больничную палату.

Чувство крайне неприятного дежа-вю охватило его. Снова палата, медикаменты, опять противно болит голова… И как это его угораздило?

Он нахмурился, честно пытаясь восстановить минувшие события, но в памяти осталась только вспышка боли. Как странно… кажется, это он в кого-то врезался. Но ведь раньше за ним такого не водилось, он в любом состоянии был способен уверенно вести мотоцикл, ускользая от встречных машин! Сноровку, что ли, теряет?

В коридоре послышались шаги, явственно приближающиеся к двери, и молодой человек взволнованно приподнялся, с надеждой глядя на открывающуюся створку… но тотчас же, разочарованный, упал обратно на жестковатую подушку.

Вошел врач – серьезный мужчина в очках, - и, обнаружив, что подопечный его очнулся, легко улыбнулся.

- Ну-с, молодой человек, как вы себя чувствуете?

Кай поморщился – вопрос показался ему глупым и даже абсурдным (как он мог себя чувствовать, лежа в больнице после аварии?) и, предпочитая не отвечать, задал свой.

- Где мой брат?

Вопрос, судя по всему, поставил собеседника в тупик.

- Ваш брат?..

- Ну да, Стефан, - молодой человек осторожно приподнялся на локтях, - Я думал, он должен быть рядом, он всегда был! Мне казалось… - он нахмурился, - Казалось, я даже голос его слышал. Как странно…

- Мистер Фоули, вам не следует пока подниматься, - врач тоже нахмурился, осторожно укладывая юношу обратно, - Вы попали в аварию, у вас немного повреждены ребра, и мы подозреваем легкое сотрясение…

- Во-первых, моя фамилия О’Ши, - перебил его Кай, - Так и в паспорте записано, а паспорт у меня, кажется, должен был быть с собой.

Собеседник посерьезнел. Несколько секунд он безмолвно изучал лицо пациента, потом медленно, будто сомневаясь, опустил подбородок.

- Паспорт был у вас с собой, юноша, это верно… Но в нем значится фамилия Фоули, - он вдруг махнул рукой, подзывая кого-то. Парень, приподняв все еще ноющую голову, обнаружил, что в палате находится еще и медсестра.

Врач, немного склонившись, что-то тихо сказал ей, и та, кивнув, вышла. Доктор вновь обратил взгляд к больному, и мягко, сочувствующе улыбнулся.

- Ну-с, давайте постараемся восстановить с вами цепь событий, молодой человек. Вы помните аварию, в которую попали?

- Которую из двух? – недовольно буркнул Кай и, морщась, потер лоб. Не дождался сочувствия от собеседника или хотя бы помощи и, тяжело вздохнув, махнул рукой.

- Я помню, что у меня голова болела, а потом мотоцикл мотнуло… Подождите, - воспоминания снова нахлынули на него, и парень, не обращая внимания на негодование врача, резко сел, - У меня заболела голова, потому что я увидел собственную фотку на кресте… На той проклятой дороге, где на меня год назад наехал грузовик… Черт возьми, - в глазах юноши заплескался страх, - Так вот почему Стефана нет тут, да?.. Он же думает, что я мертв, он… он похоронил меня еще год назад! – ему вдруг стало холодно. Парень сжался, обнимая себя руками, не обращая внимания на ноющие ребра.

- Я помню… - на глаза у него навернулись слезы, - Боже, бедный Стефан, что же он пережил!.. Целый год, док, целый год мой брат считает меня мертвым! Как же… мне… я должен срочно его увидеть!

Хлопнула дверь, пропуская обеспокоенную медсестру с какими-то документами в руках. Врач, очень внимательно слушающий взволнованного пациента, сделал ему знак помолчать, и повернулся к коллеге.

Несколько минут они о чем-то тихо разговаривали, периодически поглядывая на него, затем доктор резко что-то велел и, выпроводив медсестру из палаты, взял стул, садясь напротив пациента.

- Ну-с, начнем сначала, - он мягко улыбнулся, - Вы, молодой человек – Кай О’Ши?

Кай согласно кивнул. Врач достал из нагрудного кармана белого халата ручку, сделал пометку в принесенных и оставленных медсестрой документах и продолжил допрос.

- Год назад вы попали в аварию, в результате которой лишились памяти. Это так?

- Памяти?.. – парень почесал висок, торопливо припоминая события прошлого года. Да… да-да-да, точно, он же ничего не помнил, не знал даже, как его зовут! То есть, имя-то знал, а вот фамилию… фамилию безбожно переврал.

- Да, точно, - он снова кивнул, - Мне говорили тогда, что память может вернуться в результате какого-то потрясения. Год я прожил спокойно, а потом увидел свое фото на кресте, и… Но погодите, кого же мой брат похоронил вместо меня? – он обеспокоенно подался вперед.

Врач терпеливо улыбнулся. Ответить на взволнованные вопросы пациента он не мог, или просто пока не желал на них отвечать – для начала следовало определить клиническую картину, чтобы максимально точно представить себе, что происходит с пациентом. Если к нему вернулась память – а это вполне вероятно, тут не поспоришь, - значит, следует помочь ему восстановить ее полностью, надо убедиться, что он поправился и, кроме того, необходимо исправить повреждения, полученные им в результате еще одной аварии.

Кай, прекрасно понимая все это, почти угадывая мысли доктора, мысленно поморщился. Опять валяться в больнице, да еще и неизвестно, сколько… А хотелось бы как можно скорее увидеть Стефана!

- Вам очень повезло, мистер… О’Ши, - в этой фамилии врач уверен пока не был, но предпочел называть парня именно ей. В конечном итоге, к чему дополнительно нервировать пациента?

- Год назад, попав в предыдущую аварию, вы оказались именно в нашей больнице. Мы отыскали вашу карту, вашу историю болезни: действительно, ретроградная амнезия, травма головы, перелом левой ключицы…

- Я помню, что чувствовал себя плохо, - перебил его парень, - И сейчас не лучше. Что со мной, что вы будете делать? Док, честно, я все помню – помню брата, помню, что случилось тогда… и сейчас, - он тяжело вздохнул, - Скажите, мне приснилось, что я слышал его голос?

Ответом ему была еще одна терпеливая улыбка.

- Я пока не могу ничего утверждать со стопроцентной точностью, - вежливо откликнулся врач, - Давайте-ка мы для начала сделаем томографию, проведем несколько тестов, сделаем анализы, рентген… а впоследствии уже будем решать, как поступить.

***

Плакать он не стал. Не стал пить за упокой души брата, даже не помолился о нем! Впрочем, молиться он никогда особенно не умел, но пытался, произносил какие-то слова, думал о брате… Но как можно молиться за упокой его души, если он?..

Нет, это все-таки невозможно.

Мотоцикл загадочного парня он попросил отвезти на парковку около мототрека, да так и оставил там, лелея робкую надежду, что владелец пожалует за ним, и он сможет получше его рассмотреть. Может, поговорить… Может быть, даже сдружиться с этим парнем, попытаться заполнить этим общением пустоту внутри. Ведь он так похож на Кая!

Но нет, нет, так нельзя. Это будет предательством по отношению к брату, к его памяти… нет. Хотя взглянуть на незнакомца, когда тот жив и дееспособен, все-таки очень хотелось бы. Просто, чтобы убедиться… Разувериться. Доказать самому себе, что чудес не бывает, и продолжать дальше влачить жалкое существование.

Стефан тяжело вздохнул и, проведя ладонью по лицу, откинулся на спинку кресла, прикрывая глаза. Врач со «Скорой» не обманул и не подвел – хорошие новости о состоянии пострадавшего мужчина получил еще полчаса назад, но вместо радости испытал еще бо́льшую горечь.

Он пришел в себя, да… Но, если бы это был Кай – непременно спросил бы о нем, о своем брате, а такого ему не передали. Конечно, остается тень надежды, слабый вариант, что врачи просто не посчитали нужным передавать слова пострадавшего, но… к чему обманывать себя?

Он слишком хорошо помнил тот день. Помнил, как ему позвонили и осторожно спросили, не принадлежит ли мотоцикл, номерной знак такой-то (сейчас он его уже не помнил) его брату. Помнил, как оборвалось сердце.

Помнил искореженные остатки транспорта и… тело. Тело, на которое он даже не смог заставить себя посмотреть.

Его хоронили в закрытом гробу, все, что от него осталось – фото над могилой, даже проклятый мотоцикл давно отправился на свалку, а теперь… А теперь вдруг этот парень. Живой, здоровый, на новеньком мотоцикле…

Какая-то глупость, какая-то насмешка судьбы! Может, надо навестить его в больнице?..

Нет, снова нет. Что он скажет? «Привет, я – тот мужик, что сбил тебя, и ты похож на моего погибшего брата, поэтому я пришел тебя проведать»? Да парень просто пошлет его куда подальше, посчитав психом, и будет абсолютно прав!

Нет, нельзя позволять себе надеяться на невозможное, нельзя мечтать о несбыточном счастье… Он уже давно не ребенок, он взрослый человек и вести себя должен по-взрослому. Мертвые не воскресают из могил. Это постулат, который еще никто и никогда не мог опровергнуть, и вряд ли он станет первым.

Мотоцикл парню он, конечно, отдаст. Вернее, тот может запросто сам забрать его, но вновь встречаться… нет, лучше не стоит. Ни к чему бередить старые раны.

…

Кай сбежал из больницы ровно через неделю, наплевав на неоконченное лечение. Ему не терпелось увидеть брата.

За время, проведенное в палате, парень успел узнать многое – что-то от врачей, что-то в интернете, куда нагло залез с уцелевшего в последней аварии телефона, - и теперь обладал несколько более полной информацией, чем до этого. Он знал, например, что в той, старой аварии, действительно погиб человек и, поразмыслив, даже сообразил, кем был этот человек. Ощутил мимолетную вину и, не задерживаясь на ней, продолжил изучение страшных подробностей. Наткнувшись на старую газетную статью, где сообщалось о его смерти и похоронах, Кай содрогнулся. Бедный, бедный Стефан, что же он пережил тогда! Как жил все это время?..

Ему хотелось как можно скорее встретиться с ним, хотелось обнять, успокоить, утешить, воскликнуть, что он жив, хотелось обрадовать его!.. И в то же время он колебался. Да, брат его был сильным мужчиной, не только физически, но и морально, но такое потрясение и на нем могло сказаться довольно негативным образом. Зла же Стефану парень не желал.

Необходимо было все продумать, все подготовить, надо было осторожно, аккуратно подвести брата к этой встрече, к этому известию… Правда, он пока не знал, как это сделать, но был уверен, что обязательно что-нибудь придумает.

Может, стоит написать ему электронное письмо? Рассказать, объяснить все, не скрывая подробностей… А может быть, и нет. Стефан, в конечном итоге, всегда был довольно недоверчивым человеком, все предпочитал перепроверять по двадцать раз, и просто так на электронное послание не купился бы. Да и потом, - вдруг ему станет плохо? Лучше быть рядом, чтобы помочь, поддержать…

Через интернет Кай узнал, что за последний год брат успел выйти из совета директоров крупной компании, где работал прежде, открыть на полученные деньги опасную мото-трассу, и почему-то сразу понял причину, по которой он это сделал. Прочитал о дурной славе этого места и только вздохнул, качая головой. Этого поступка он не одобрял.

Мототрек «Мертвая петля» считался настоящей могилой для молодых мотоциклистов, здесь люди гибли куда чаще, чем на обычных гоночных трассах, зачастую калечились, получали серьезные травмы… Причиной была повышенная сложность пути, практически непроходимость его, и владельцу трека не единожды делали замечания, требуя убрать половину препятствий, но Стефан только отмахивался, ухитряясь ловко обходить все препоны. С другой стороны, особых претензий предъявить ему тоже не могли – участвовать он никогда и никого не заставлял, не принуждал, всех кандидатов на участие честно уведомлял о предстоящих трудностях, об опасности, объяснял, чем все может кончится. Но люди все равно соглашались, люди шли на это, рисковали жизнью и здоровьем исключительно по доброй воле – формально Стефан О’Ши не имел к их выбору никакого отношения.

Это напоминало официально узаконенное самоубийство, выведенный на высокий уровень суицид, совершаемый на потеху публике, и Каю это не нравилось. Это не было похоже на Стефана, не было типично для него, это казалось скорее криком души, жестом отчаяния, какой-то невнятной местью живым за гибель брата.

Наверное, он специально создал такую трассу, чтобы привлекать таких… таких же идиотов, как он. Зная себя, Кай не сомневался, что тоже вызвался бы принять участие в опасной гонке. Но он до сей поры о «Мертвой петле» не слышал, туда приходили другие, молодые и отчаянные, жаждущие получить порцию адреналина, и хозяин трека с удовольствием допускал их к гонке, прекрасно зная, чем она может закончится для них. Он определенно мстил этим глупцам за удачу, не доставшуюся его брату…

Это было глупо, но Стефан, видимо, не понимал этого.

Кай тяжело вздохнул и, поморщившись, коснулся собственных, еще немного ноющих ребер.

Итак. Из больницы он сбежал, и вполне благополучно возвратился в свою квартиру, убедился, что на работе претензий к нему не имеют (он попросил, чтобы туда сообщили о несчастном случае), и теперь мог всецело погрузиться в составление плана по воссоединению с братом.

Но единственным вариантом представлялось заявиться в офис Стефана под видом идиота, желающего принять участие в гонке и, напросившись на личный разговор с большим боссом, высказать ему все прямо в лицо. Наверное, сложно – чего бы владельцу трека беседовать с претендентами на смерть? – но, в общем и целом, возможно. Есть масса мелких уловок, способных помочь в этом деле – очаровательная улыбка секретарше, пусть даже она будет толстой и страшной, правильное слово, добрый взгляд, даже кивок в нужное время и в нужном месте, - и все двери будут открыты. Этими маленькими уловками Кай владел, с их помощью ухитрился не так давно пробиться в крутую компанию на хорошую должность в отделе программирования, и сейчас намеревался пустить их в дело опять.

Конечно, можно было бы просто явиться к Стефану домой – он ведь вспомнил, где проживал раньше и был убежден, что брат живет там же, - но это делать парень опасался. На работе все-таки есть много людей, могущих, при случае, помочь, вызвать помощь, если брату вдруг станет плохо, а дома… К тому же, Кай и сам чувствовал невольный трепет при мысли, что может вновь оказаться в доме, где вел счастливую жизнь, что вновь увидит привычную обстановку, зайдет в свою старую комнату… Стефан-то, наверное, прибрался там, разобрал вещи после его «смерти». Теперь у него, скорее всего, нет комнаты в родном доме, и возвращаться туда – все равно, что вступить в обитель покойника. Жутковато.

Нет, лучше встретиться на более или менее нейтральной территории и поговорить спокойно. Они смогут. Обязательно смогут, они справятся даже с таким. В конце концов, они взрослые люди, взрослые мужчины! Всякое в жизни бывает, надо всегда сохранять здравый рассудок, оберегать свое спокойствие, рассудительность и уверенность… этому, во всяком случае, его всегда учил Стефан.

Да, еще было бы неплохо узнать, что же сталось с его мотоциклом. Сейчас Кай, ввиду все еще не самого лучшего самочувствия, планировал ехать на такси, но вернуть любимый транспорт все-таки хотелось.

А еще надо бы связаться с Фредом… Он же, наверное, волнуется.

Ладно, к черту все это! Он решительно поднялся на ноги, пошатнулся и, тряхнув головой, заставил себя побороть головокружение. Стефан убьет его, узнав, что он сбежал из больницы… ну, и пусть убивает, зато будет знать, что он жив.

Дел выполнить предстояло немало, но главным из них по-прежнему оставался разговор с братом, с единственным родным человеком в жизни Кая, и парень спешил к большому офису, расположенному рядом с гоночной трассой, летел, как на крыльях. Необходимость ехать на такси, правда, немного подрезала эти самые крылья, но зато давала возможность продумать разговор.

Кай тихонько вздохнул и, чувствуя, как колотится у него сердце и дрожат от волнения руки, решительно покинул квартиру. У подъезда его уже ждала машина, и парень надеялся за время пути немного успокоиться.

Глава 4

Сегодня Стефан был мрачен, как никогда. День опять выдался солнечным, радостным и усиливал раздражение многократно, снова напоминая о брате, а заодно и о загадочном парне, оказавшимся редкостным идиотом.

О состоянии пострадавшего мужчина справлялся каждый день, регулярно звонил, выяснял, как он себя чувствует. Его имени он ни разу не спросил, не смог заставить себя, опасаясь услышать ответ, каким бы тот ни был, но почему-то всегда оказывался понят врачами, и получал исчерпывающую информацию.

Сегодня ему сообщили, что молодой человек, едва оправившись, удрал из палаты, не закончив лечение.

Мужчина в сердцах бросил на стол письменную ручку. Ну, что за болван! Если бы это и в самом деле был Кай, он бы не дал ему спуску, устроил бы взбучку и отправил лечиться обратно. Вот только это не он.

С каждым днем он убеждался в этом все больше и больше. Убеждался в напрасности своих надежд, своих робких мыслей и мечтаний, уверялся, что парень – просто двойник его погибшего брата, и не более того.

Будь это Кай, он бы уже двадцать раз спросил о брате, ему бы сообщили, и он примчался бы… Но он ни о чем не спрашивал. Или же просто врачи не передавали таких подробностей, сообщая исключительно о состоянии его физического здоровья. Стефан слушал, благодарил, и мрачнел с каждым днем все больше и больше.

Как вести себя, он не знал. Хочет вновь увидеть загадочного парня или нет – тоже. Что делать, что предпринять, что вообще думать – на все эти вопросы ответа у мужчины не было, и непрестанно крутящиеся в голове мысли сводили с ума.

А теперь этот дурень сбежал! Нет, ну что за кретин, в самом-то деле, ну… ну… ну точь-в-точь каким был Кай! Тот бы тоже, скорее всего, смылся из больницы раньше времени, да еще и весомое оправдание бы присовокупил. Может, попытаться разыскать глупого парня?..

- Мистер О’Ши, - на селекторе вспыхнул красный огонек; по кабинету разлился приятный, хорошо поставленный голос секретаря, - Пришел молодой человек, желает поучаствовать в гонке. Вы поговорите с ним?

Он тяжело вздохнул и, надавив на кнопку, недовольно буркнул:

- Пригласи.

После чего решительно повернулся на кресле так, чтобы скрыться спинкой от очередного жаждущего смерти балбеса. Только этих дурней ему сейчас не хватало.

Сзади донесся звук открывшейся двери, послышались чьи-то шаги.

- Здравствуйте… мистер О’Ши, - негромко и осторожно произнес кто-то.

Сердце сжалось и заколотилось с бешенной скоростью. Мужчина замер, чувствуя, как леденеют пальцы.

Нет, этого не может быть… Голос, этот голос! Голос, который он не слышал уже целый год, но который так и не смог забыть. Голос, который преследовал его во снах, голос, который он так мечтал услышать вновь и был уверен, что не услышит уже никогда!

Нет… Не поддаваться, нет, нельзя, нельзя верить тому, чего не может быть! Иначе потом будет слишком больно потерять иллюзию надежды…

- Вы хотите участвовать в гонке? – он старался говорить максимально холодно и равнодушно, чтобы сбить спесь с визитера. Судя по всему, ему это удалось.

Услышав хлопок закрывшейся двери, Стефан даже подумал, что парень ушел… однако, тотчас же убедился в ошибке.

- Знаете… - собеседник мялся, то ли смущаясь чего-то, то ли опасаясь, - Год назад в моей жизни произошло кое-что… Авария. Мой мотоцикл врезался в грузовик, точнее, это грузовик влетел в меня, то есть…

Стефан закрыл глаза, изо всех сил держа себя в руках. Так мог бы говорить Кай, только Кай! Это он бы сейчас начал путаться, мяться, не в силах спокойно рассказать о драматическом событии, это его слова, его голос!

- Короче, - резко бросил мужчина.

- Извините, - судя по голосу, парень явно поник, - В общем… меня тогда выбило из седла, я отлетел в сторону и сильно ударился о дерево. Это все, что я помню. После удара из моей памяти начисто вычеркнулось все, что было до аварии, врачи говорили, что память вернется… - он неожиданно умолк и, вероятно, как-то очень резко потеряв терпение, топнул ногой, - Стефан, да посмотри же ты на меня!

Мистер О’Ши, чувствуя, как останавливается на каждом стуке сердце, ощущая, что еще секунда – и ему самому придется вызывать врачей, сделал медленный глубокий вздох и, пытаясь скрыть охватившую его дрожь, осторожно повернул кресло. Он знал, что увидит, знал, кого увидит, но вместо радости испытывал страх.

Он не ошибся.

Посреди широкого, просторного и светлого кабинета, одновременно взволнованный и возмущенный, замер высокий молодой человек с озорными карими глазами, с притаившейся в уголках четко очерченного рта шальной улыбкой, с растрепанными светло-русыми волосами, немного бледный, но ощутимо живой и дееспособный. Мельком подумав, что бледен парень, должно быть, от волнения, мужчина стиснул руки в кулаки, невольно чуть подаваясь вперед.

- Кто ты? – голос его прозвучал почти вызывающе: Стефан был умным человеком и, пытаясь смотреть на ситуацию с позиции холодной логики, вполне допускал обман. Если этот мальчишка, узнав о его горе, решил сыграть на нем, прикинувшись его воскресшим братом… он собственноручно убьет его!

- Кай… - голос юноши прозвучал растерянно: видимо, такого приема он не ждал, - Стефан… это я, честное слово, я! – голос его сорвался; парень мотнул головой, сдерживая эмоции, - Ну… ну, если хочешь, давай сделаем анализ ДНК! Стеф, клянусь, это я! Я целый год ничего не помнил, потерял память, и если бы не…

Он осекся. Стефан, почти не слушая его слов, решительно поднялся на ноги и, не глядя на визитера, уверенно направился к маленькой темной дверце с левой стороны от своего стола. Кай примолк, непонимающе следя за ним, не зная, что еще сказать.

Ситуация начинала принимать облик дурацкой, как объяснить брату, что он и в самом деле вернулся из мертвых, парень не понимал, и уже начинал подозревать, что домой ему придется возвратиться, не добившись никакого результата.

Мужчина уверенно повернул «вертушку», замок щелкнул и дверь распахнулась. Из-за нее, как ураган, вылетел молодой красивый пес – черный, с белой грудкой, с торчащими ушками и острым носом, - и юлой завертелся вокруг ног хозяина.

Кай приоткрыл рот, неуверенно улыбаясь. Пса он знал.

Стефан, сдержанно улыбнувшись, склонился и, мягко потрепав собаку по голове, аккуратно повернул мордой к неожиданному посетителю, словно направляя, переключая его внимание. Пес на мгновение замер, недоверчиво принюхиваясь. Хвост его неуверенно качнулся из стороны в сторону, а в следующую секунду он уже бросился со всех лап вперед, принимаясь скакать вокруг юноши, восторженно лая, поскуливая, пытаясь допрыгнуть до его лица и лизнуть хотя бы в подбородок.

- Джой! – Кай, весело рассмеявшись, присел на корточки, обнимая собаку за шею и ласково гладя ее, - Господи, я же совсем забыл про него! Тише, тише, малыш, ты опрокинешь меня!

Стефан наблюдал за этой встречей молча, чувствуя, как на губах сама собой расплывается неуверенная, безумно счастливая улыбка. Анализ ДНК был ему не нужен – собачьему чутью мужчина вполне мог довериться, да и глядя сейчас на радостную сцену, вновь узнавал с щемяще-приятным чувством, узнавал в этом парне своего брата.

- Кай… - слетел с его губ тихий вздох. Молодой человек, услышав его, вскинул голову и, придерживая пса рукой, медленно поднялся, неуверенно шагая к старшему брату.

- Стефан…

Мужчина шагнул ему навстречу… и внезапно отвесил вновь обретенному родственнику крепкий подзатыльник. Голова того мотнулась.

- Ай! – Кай недовольно уставился на него, потирая затылок, - За что?

- За что?! – брат надвинулся на него, взволнованный, гневный, почти разъяренный, - Ты хоть представляешь, что я пережил?! Что почувствовал, когда мне сообщили, что ты… - он осекся и, тяжело сглотнув, сдерживая слезы, попытался продолжить возмущения, - И тело… Черт возьми, я ведь говорил, говорил тебе не садиться на мотоцикл!

- Но… но, Стеф… - Кай заморгал, не зная толком, как оправдаться, и ощущая, что душу затапливает безмерное счастье. Как ему не хватало этого… Не хватало весь год, хотя понял, осознал он это только сейчас, не хватало безумно, сильно, безмерно!

Брат его не слушал.

- Две аварии за один год, Кай! Нет, больше ты у меня на этот чертов металлолом не сядешь, даже не проси! Ты… ты… - он вдруг замер и, всхлипнув, сгреб брата в объятия, крепко прижимая к себе, - Маленький идиот…

Парень, ощущая, как дрожат руки, обнял его в ответ и глубоко вздохнул, не пытаясь сдержать улыбку.

- Прости… - слабо шепнул он, и часто-часто заморгал, прогоняя слезы. Он стоял, крепко обнимая вновь обретенного брата, прижимаясь к нему, стоял посреди широкого, просторного кабинета, смотрел во вдруг оказавшееся напротив него большое окно, и сознавал, что еще никогда в жизни не был так безумно счастлив. Понимал, что еще мгновение – и он просто разрыдается, расплачется, как мальчишка, уткнувшись лицом в плечо брату, умоляя простить его за этот кошмарный год… Когда он успел повернуться лицом к окну? Должно быть, во время возни с Джоем, а потом во время разговора…

За окном что-то блеснуло, и Кай, думая, что это солнце слепит глаза, перевел взгляд на собственную руку, обнимающую брата. По ней, двигаясь медленно и уверенно, ползла красная точка…

- Ложись! – тело действовало быстрее разума. Парень резко дернул брата вниз, почти опрокидывая его на пол. Тот изумленно хлопнул глазами, хотел что-то сказать… но тут в воздухе что-то свистнуло.

Брызнуло осколками оконное стекло. Пуля прошила дверь, возле которой они стояли; Джой, не понимая, что происходит, завертел головой.

- Дьявол… - голос Стефана дрогнул: что творится, он тоже явно не знал.

- Како… - Кай сглотнул, испуганно приподнимая голову и завороженно созерцая сверкающий веер осколков на полу возле окна, - Стеф…

- Сюда! – мужчина рванул брата за запястье, утягивая его за большой крепкий стол, забираясь под него, скрываясь сам и прикрывая парня собой. Последний торопливо заполз под столешницу и, вцепившись в брата, попытался как можно сильнее сжаться, съежиться, стать как можно менее заметным, как в детстве, когда за окном грохотал гром. Только на этот раз «гром» был действительно опасен, и опасен смертельно.

- К-кажется, кому-то очень не по душе наше родственное воссоединение… - обалдело пробормотал он, не решаясь выглянуть из-под стола.

Пес, посчитав действия хозяев новой, очень интересной игрой, забрался к ним. Под столом сразу стало тесно.

Стефан, не отвечая, покачал головой и протер лицо дрожащей рукой – два потрясения за несколько минут даже для его психики (а может, особенно для его!) было явно чересчур.

- У тебя в жизни такое часто происходит? – Кай повернул голову, изучая брата взглядом и рефлекторно гладя Джоя. Мужчина рвано выдохнул.

- Первый раз! Я вообще не понимаю, что за черт, какого хрена… Я ни с кем не ссорился!

- Я тоже! – поспешил вставить юноша, предвосхищая возможный вопрос. В воздухе свистнула еще одна пуля, пробивая на сей раз стену над столом. Посыпались на пол шахматные фигуры – Стефан, когда-то очень любивший эту игру, всегда держал на столе доску с ними, расставленными для возможного поединка.

Братья рефлекторно пригнули головы. Джой восторженно гавкнул.

- Тише ты! – Кай, абсолютно не желая, чтобы пес выдал их укрытие (хотя собачий лай снайпер вряд ли бы расслышал) поспешил зажать ему пасть рукой, - Охренеть, блин… такое чувство, что твой кабинет просто планомерно обстреливают, только зачем? Надеюсь, стол не прострелят?

Стефан чуть повернулся и пару раз неуверенно стукнул по древесине сбоку от себя костяшками пальцев.

- Ну… наверное, нет, - с явным сомнением отозвался он, - Хотя вообще-то в мои планы входило работать за ним, а не прятаться от пуль.

Брат, проследивший его действие, неожиданно улыбнулся, приподнимая брови.

- Ты все еще носишь этот браслет?

Мужчина, бросив взгляд на опоясывающее его руку деревянное украшение, улыбнулся сам.

- Твой последний подарок… Я ведь обещал, что никогда не сниму его, - он перевел взгляд на воскресшего брата и улыбнулся шире, - Я держу слово. Кай, я…

Что он хотел сказать, так и осталось неизвестным – две пули, одна за другой, взвизгнули в воздухе. Одна продырявила фото Кая, стоящее на столе Стефана, другая разбила вазочку с цветком перед ним. Вода из нее закапала на пол. Хозяин кабинета скрипнул зубами.

- Какого дьявола они там добиваются?! Выкурить нас из-под стола хотят?!

- Или просто запугивают? – в тон брату отозвался парень и, пожав плечами, поежился, - Да, не так я себе представлял нашу встречу, честно сказать… Стеф, ты уверен, что тебе некому мстить? Может, родственники кого-то из погибших на треке…

Мужчина возмутился столь искренне, что даже пес отпрянул, подумав, что негодование хозяина обращено против него.

- Да причем тут я?! Эти придурки толпами прут на трассу, я всех и каждого предупреждаю, что здесь опасно! А они все равно ломятся, гоняют, а потом попадают в больницу, а я… - он внезапно осекся и, внимательно глянув на брата, медленно повторил, - Больницу… Кажется, подзатыльника ты заслужил, как минимум, два. Почему сбежал из больницы?

Кай пожал плечами. Оправдание у него было и, как ему казалось, весьма веское.

- Тебя не терпелось увидеть. Когда я вспомнил все, когда представил, что ты пережил… Я не мог больше оставаться там, не хотел, чтобы ты продолжал страдать! Страшно подумать, что ты чувствовал… Мой мотоцикл тогда, должно быть, узлом завязался… - юноша тяжело вздохнул и поморщился, - Придурки, гоняют на грузовиках по узким дорогам, не разъедешься с ними.

- А другие придурки гоняют на мотоциклах, не слушая старших братьях, - невозмутимо кивнул мужчина, и неожиданно поежился, - Но ты прав – от мотоцикла твоего осталось мало. Когда я увидел его, когда увидел… тело… - его передернуло, и тотчас же осенило, - Подожди! Но… но кого же я похоронил под твоим именем?..

Еще одну пулю, пробившую стену над столом, Кай даже не заметил. Он был мрачен. Вопрос брата вновь всколыхнул в нем воспоминание, довольно отчетливое, хотя и вернувшееся недавно, а вместе с ним – чувство неизбывной вины. Он тоже думал над этим вопросом, он уже успел найти ответ на него… Но так не хотел его озвучивать.

- В тот день… - парень на миг примолк и тяжело вздохнул, - Тогда… Я уже возвращался домой, когда увидел голосующего человека на обочине. Я тормознул, он удивился, но попросил подбросить до города. Вот я и… подбросил, - в голосе молодого человек зазвучала такая горечь, что брат, недолго думая, обнял его за плечи, немного прижимая к себе.

- Это не твоя вина.

- Разве? – младший О’Ши покачал головой, выдавливая из себя грустную улыбку, - Я был за рулем, Стеф. Я… я вообще не должен был останавливаться, если бы он поехал на машине!.. – он умолк, не будучи в силах продолжать.

Брат тяжело вздохнул и, притянув к себе младшего, на миг прижался губами к его виску – наивысшая степень проявления любви, единственная ласка, какую он, мужчина, мог себе позволить. И то позволял по одной-единственной причине – вырастивший брата, заботившийся о нем с юных лет, он порою воспринимал его почти как сына.

- Кай… мне очень жаль, что так произошло, честно. Жаль этого человека… Но сейчас я готов плясать и кричать во все горло от счастья, что в живых остался ты! Что ты вернулся ко мне, что спустя целый год… - он осекся и, безуспешно силясь скрыть дрожь в голосе, продолжил, - Ты знаешь, я же… я с ума сходил все это время. Не знал, что делать со своей жизнью, не представлял просто, как мне жить дальше. Я расстался с Сильвией, потому что она все твердила, что я должен забыть, должен отпустить тебя и жить дальше, я забрал свои акции из «Джентл-моторс», чтобы открыть мототрек. Я и его-то открыл только потому, что ты любил эти чертовы гонки!.. То есть, любишь, - мужчина неожиданно улыбнулся, - Кстати говоря, твой мотоцикл здесь, на парковке. Я привез его после того, как ты врезался в мой джип.

Кай, слушавший брата очень сочувственно, не сводящий с него печального взгляда, моргнул и вытаращил глаза.

- Так это был твой джип?? Мне казалось, он меня преследует – сначала в одну сторону с ним разминулся, потом в другую, когда ездили с Фредди к кресту, а потом, когда я опять увидел эту тачку сбоку от себя… - он нахмурился, припоминая произошедшее, - Должно быть, я что-то почувствовал. Может, случайно заметил тебя в окне, может… не знаю. У меня итак в голове мутилось, а тут как будто в висок гвоздь вбили. Я, кажется, бросил руль, схватился за голову, ну и… - он тяжело вздохнул и махнул рукой.

Стефан только покачал головой.

- В голове мутилось, а он полез за руль. Двадцать три года парню, а все воспитывать надо!

- Мне уже двадцать четыре, - буркнул юноша и, предпочитая сменить тему, осторожно выглянул из-под стола, не поднимая, впрочем, голову выше столешницы, - Вроде не стреляют больше… Может, можно рискнуть и попытаться добежать до двери?

- Тобой я рисковать не стану, - отрезал брат и, дернув младшего за локоть, вернул его в укрытие, - Не сегодня, не сейчас! Надо придумать что-то другое.

Кай искренне задумался, сверля взглядом нос Джоя, с любопытством обнюхивающий его колено.

- До селектора не дотянешься? – по прошествии нескольких секунд неуверенно предложил он: телефонный аппарат на столе брата юноша успел разглядеть еще переминаясь с ноги на ногу перед спинкой кресла.

Стеф призадумался, оглядел свои руки и, наконец, покачал головой.

- Дорожу своей рукой, признаться честно.

- Ну, тогда давай кричать и звать на помощь! – парень, не будучи в силах придумать ничего более разумного, немного насупился, - Хоть что-нибудь делать, у меня уже спина затекла.

- Будем кричать – прибежит секретарь, и его убьют! – осадил его мужчина и, осторожно выглянув из-под стола, окинул быстрым взглядом кабинет, - Видишь ту дверку? Ну, из-за которой я Джоя выпустил?

Кай неуверенно кивнул, глядя, правда, не на дверь, а на собеседника, пытаясь угадать, что тот задумал.

- За ней есть маленькая комнатка, я в ней иногда отдыхаю, - продолжал тот, явственно сомневаясь в выдвигаемом предложении, - Из комнатки вниз ведет лесенка – черный ход, по которому можно спуститься во внутренний двор. А там и до парковки рукой подать. Главное, чтобы эти твари нас не заметили…

- Стреляют в основном выше стола, - молодой человек, не объясняя своих слов, кое-как извернулся, вставая на четвереньки. Восхищенный Джой тотчас же поставил ему на спину лапы, и Стефану пришлось сгонять пса. Брат его только фыркнул.

- Поползли, Стеф. Глядишь, так и ускользнем… главное, Джоя не забыть.

- Его забудешь, - мужчина красноречиво вздохнул и, сам встав на четвереньки, осторожно выполз из-под стола, ежесекундно оглядываясь. Делать это он предпочел первым – рисковать жизнью внезапно воскресшего брата, рисковать внезапно обретенным счастьем, подставлять парня под пули, он не то, что не хотел: он просто не мог этого сделать. Наверное, попади сейчас в Кая пуля, он бы умер рядом с ним от разрыва сердца.

Вокруг все было тихо. Большой кабинет выглядел как обычно, стал, наверное, даже светлее благодаря разбитому окну. На полу валялись осколки, поблескивающие на солнце, в стене чернело несколько дыр, стояла на столе простреленная фотография Кая с дыркой в переносице, перед ней лежали остатки разбитой вазочки, валялись выпавшие из нее цветы и все еще капала на пол вода. Под столом лежало несколько шахматных фигур. В остальном же все казалось нормальным и можно было даже подумать, что снайпер ушел, не солоно хлебавши.

- За мной, - шепнул Стефан, быстро оглянувшись через плечо, - И гляди в оба! В прошлый раз ты заметил, что в меня целят, глядишь, заметишь и на этот.

- Если целили в тебя, мне бояться нечего, - рассудительно отозвался его брат и, на всякий случай пригибая голову, двинулся следом.

***

До дверцы добрались вполне успешно – неизвестный снайпер, видимо, решил передохнуть несколько минут и расстреливать кабинет больше не пытался, - но вот возле нее их поджидал неприятный сюрприз.

- Я ее захлопнул! – Стефан мимолетно закрыл лицо рукой, упираясь другой в пол, - Надо же так сглупить!

- Ты же не знал, что нас будут расстреливать, - Кай, привычно оправдывая брата: это он делал всегда, с самого детства, постоянно пытаясь защитить его перед всеми, как, впрочем, и Стеф защищал его; приподнял голову, устремляя изучающий взгляд на замок. Тот не казался сложным, даже наоборот – видимо, открыть его было очень просто. Хотя, конечно, нельзя было исключать обманчивости впечатления.

- Мне казалось, ты так просто открыл ее, когда выпускал Джоя…

Пес, крутящийся рядом, услышав собственное имя, снова радостно гавкнул и лизнул вновь обретенного хозяина в нос. Тот, хрюкнув от смеха и негодования, обхватил его за шею, сдерживая счастливые порывы питомца.

- Да открыть-то ее несложно, проблема в том, что надо приподняться, - мужчина неловко оглянулся через плечо. Привыкший за этот год сдерживать себя, он отчаянно старался не демонстрировать брату своего страха, силясь мыслить конструктивно. В конце концов, он ведь был старшим, нес за Кая ответственность, и находить решения проблем всегда должен был быстро.

- Может, проще до нормальной двери добраться?

Парень, тихонько вздохнув, подполз к стене и, привалившись к ней, полулег, следя, чтобы голова не была поднята слишком высоко.

- У меня голова кружится, - пожаловался он и, потерев висок, продолжил, - Тебе виднее, это же твой офис. Я здесь вообще в первый раз… Где, по-твоему, более безопасно?

Стефан призадумался, переводя взгляд с одной створки на другую, и периодически с беспокойством косясь на брата. Помолчал пару секунд и, наконец, уверенно кивнул на ту, к которой они подползли.

- Там. Окна на другую сторону выходят, а я не думаю, чтобы здание окружили. Попробую открыть…

- Только будь осторожен! – юноша, напрочь забывая о собственной безопасности, о головокружении, взволнованно подался вперед, - И, если увидишь красную точку на руке…

- Сразу ее отдерну, - мужчина кивнул и, помедлив мгновение, уточнил, - Руку, а не точку, - после чего глубоко вздохнул, быстрым движением вскинул руку и торопливо повернул «вертушку», отпирая замок.

Послышался тихий щелчок, дверь чуть-чуть приоткрылась… Стефан резко отдернул руку, и очередная пуля прошила дерево в том самом месте, где он только что его касался. Дверь от толчка дернулась, едва не захлопываясь вновь. Кай, в последний миг успевший ухватиться за ее нижний край, тихо зашипел, торопливо распахивая створку и дуя на прищемленные пальцы.

Брат, глянув на него, обеспокоенно сдвинул брови, но говорить ничего не стал, лишь уверенно указывая на открывшийся проход, очень явственно уступая младшему лавры первопроходца – рисковать его жизнью он сейчас позволить себе не мог, и надеялся таким образом уберечь и спасти. О себе Стефан в эти минуты почти не думал.

Кай, которого как раз в первую очередь волновало здоровье и жизнь старшего брата, столь неожиданно обретенного вновь, только вздохнул и покачал головой. В том, что мужчина в любом случае постарается пропихнуть его в более или менее защищенную комнату первым, он не сомневался – Стефан всегда поступал так, всегда думал сначала о нем, а потом уже о себе, не задумываясь, рисковал своей жизнью ради младшего брата, опекая его как наседка цыплят. Юноша кое-как повернулся, вновь вставая на четвереньки и, толкнув плечом вставшего на пути пса, уверенно пополз в спасительную комнатку. Джой весело бежал рядом, норовя укусить хозяина за ухо или за локоть, дергая его за рукав легкого джемпера, и парню приходилось ежесекундно шикать на разыгравшегося любимца.

Собак Кай любил. Любил всегда, даже будучи лишен памяти, а вместе с нею – львиной части своей жизни, подумывал завести щенка, но что-то все время останавливало. Возможно, это было подспудное осознание того, что, пытаясь заменить оставленного питомца другим, он предаст его, возможно, причиной тому являлись теснящиеся на периферии сознания воспоминания – трудно сказать однозначно. Одно парень знал точно – собак он любит, Джоя любит особенно и, спасаясь сам и спасая брата, конечно, ни за что не забудет про пса.

Стефан, наблюдая за тем, как брат вместе со зверем ползут едва ли не нога в ногу, только покачал головой и, дождавшись, когда младший скроется в комнатке, спешно юркнул следом, аккуратно прикрывая за собой дверь и на всякий случай отползая в сторону. Пуля, прошившая створку сразу после ее закрытия, дала понять, что это он сделал не зря.

Кай, успевший устроиться с другой стороны от двери, отпрянул, опасливо косясь на нее.

- Что теперь?..

Стефан тяжело вздохнул и уверенно поднялся на ноги, демонстративно легко пожимая плечами. Ему было важно показать брату, что и эту проблему он сумеет разрешить с той же легкостью, с какой разрешал плохие оценки в школе и разбитые коленки в детстве.

Он набрал в грудь побольше воздуха и, поспешно проскочив перед дверью, протянул брату руку, помогая подняться и ему.

- А что теперь? Вон дверца черного хода, уходим через нее. Только Джоя придется оставить тут.

- Ни в коем случае! – Кай так и вскинулся, взирая на брата с откровенным негодованием, - Как мы можем его бросить тут, Стеф?? Ты… ты что, приманку из него сделать решил?!

- Совсем с ума сошел?! – в свой черед возмутился мужчина и, не в силах сдержаться, отвесил брату легкий подзатыльник, - Ты за кого меня принимаешь, Кай? Я просто не хочу, чтобы Джой пострадал – если эта тварь продолжит охотиться за нами, он может попасть под раздачу!

Парень ощутимо сник и, присев на корточки, принялся чесать любимому, так давно не виденному псу лохматую шею. Джой, словно понимая, о чем идет речь, снова попытался лизнуть его, всем видом демонстрируя свою преданность. Кай вздохнул. Что делать и как себя вести, он не знал.

- Но мы же не можем бросить его…

Брат, не церемонясь, схватил его за шиворот, принудительно вновь ставя на ноги.

- Мы его и не бросим, - он сжал плечи младшего, внимательно глядя ему в глаза, - Кай… мой секретарь уже не единожды по моей просьбе кормил Джоя, когда я был вынужден уезжать по делам, я попрошу – и он отведет его домой. Главное, стрелка увести от офиса, чтобы было безопаснее…

Парень поморщился и безо всякого энтузиазма кивнул. Идея все-таки казалась ему не слишком перспективной.

- Ладно… - нехотя протянул он и, быстро улыбнувшись собаке, внезапно заинтересовался, - А что он вообще делает у тебя в офисе? Почему не дома?

Мужчина, выпустив его плечи, чуть поморщился и, отойдя на несколько шагов, недовольно мотнул головой. Сознаваться не хотелось – он вообще не любил расписываться в своих слабостях, а тем более не хотел делать этого перед Каем, опасаясь, что тем самым может подорвать его веру в старшего брата, и в способность того решить любую проблему. Играть же эту роль Стефан привык, и расставаться с ней, даже не взирая на то, что Кай уже вырос и сам мог постоять за себя, не хотел.

- Если я скажу, ты подумаешь, что я сентиментальный идиот.

Кай пожал плечами.

- Я итак знаю, что ты сентиментальный идиот. Ну?

- Баранки гну, - лениво огрызнулся брат, - После твоей… после того, как я узнал… мне сообщили… Тьфу. В общем, после всего, что произошло, мне стало казаться, что Джой – это какая-то тонкая ниточка, все еще связывающая меня с тобой. Ты же любил его! Да и он тебя… Я стал брать его с собой на работу. Поначалу оправдывался тем, что псу дома будет одиноко и скучно, потом… - он тяжело вздохнул, - Потом перестал себе врать. Я ужасно боялся, как бы чего не случилось и с ним тоже, у меня ведь никого не осталось, кроме него. Мне было намного спокойнее, когда я знал, что он рядом… Честно сказать, это мне было одиноко, а не ему.

Юноша нахмурился.

- Значит, с Сильвией ты порвал всерьез? И она даже не поддержала тебя?.. А другие женщины?

- Какие могли быть женщины, когда я был в таком состоянии? – Стефан невесело усмехнулся, - Я о них даже не думал. Мне было достаточно присутствия рядом Джоя, я был уверен, что даже, если мне придется уехать, мой секретарь о нем позаботится… Должен заметить, что он меня ни разу не подвел. Кстати, сейчас позвоню ему, скажу… - мужчина легко скользнул рукой за пазуху, добывая мобильный и уже начиная набирать номер.

Брат уставился на него, как собака на мышь.

- Так у тебя был телефон?

Вопрос прозвучал очень ровно и спокойно, и Стефан удивленно перевел взгляд на вопрошающего. Кай тяжело вздохнул.

- Стеф… мы думали, как нам выбираться, а ты мог позвонить в полицию прямо из-под стола?!

Мужчина медленно опустил глаза на аппарат в своих руках… и неожиданно сдавленно хихикнул.

- Кажется, после всего в больницу лягу я… - пробормотал он, медленно поднося мобильный к уху, - Или отправлюсь на прием к психиатру. Похоже, для меня это все уже чересчур.

Секретарь покладисто пообещал доставить оставленного боссом пса домой, и мужчина, убрав телефон, уверенно указал на темно-зеленую дверь в противоположной стене комнаты. Вообще, сама комнатка и казалась скорее какой-то проходной, чем-то вроде предбанника, коридора к лестнице, не неся, по сути никакой функциональной нагрузки. Из мебели в ней был только узкий диван, на котором, вероятно, и отдыхал иногда Стефан. На одном из подлокотников его покоилась аккуратно сложенная газета, как след пресловутого отдыха, но больше здесь не было совершенно ничего.

Даже ковра на полу, или картин на стенах – ничего, что создавало бы уют. Единственное окно выходило во внутренний двор офисного здания, и видно из него было только серую стену напротив, да кусочек неба. Комната казалась довольно унылой, но, наверное, вполне соответствовала тому настроению, во власти которого находился владелец мототрека на протяжении года.

Оставить здесь собаку было, в общем-то, разумным решением – комнатенка производила впечатление вполне безопасного, всецело защищенного бункера, где псу будет, с одной стороны, вольготно, а с другой безвредно для обстановки по причине отсутствия последней.

- Пошли, - Стефан уверенно шагнул к двери, - Но учти – поедем на джипе! Никаких больше мотоциклов, Кай, даже не думай об этом!

Парень недовольно насупился, однако, не испытывая ни малейшего желания ссориться со вновь обретенным братом, покладисто кивнул. В том, что рано или поздно сумеет уломать его, и вновь вернется к излюбленному способу перемещения, он не сомневался – в конечном итоге, Стефан и в самом деле сильно любил его, и долго сопротивляться просьбам и мольбам братишки не мог.

Джой, оставляемый в комнате, проводил их негодующим лаем.

Дверца закрылась, под ногами замелькали ступени крутой, сероватой лестницы. Мужчина, торопливо сбежав по ней первым, остановился возле двери на выход, поджидая брата. Тот, перемахнув последние три ступеньки одним ловким прыжком, приземлился рядом, устремляя на него вопросительный взгляд.

Стефан решительно кивнул и, осторожно приоткрыв створку, выглянул наружу. Пули в лоб сразу не последовало, никаких красных точек в пределах видимости как будто не наблюдалось, поэтому мужчина, на свой страх и риск, приглашающе махнул рукой.

- Чисто! – громким шепотом известил он, сам выходя на улицу первым и упрямо прикрывая брата собой. Тот, явственно недовольный таким раскладом – он, в конце концов, уже не был ребенком, и вполне мог взять на себя ответственность за свою жизнь, как и за жизнь брата! – так и норовил высунуться вперед, но Стефан уверенно задвигал его обратно себе за спину.

- Парковка там, - он указал на угол здания, - Несколько метров до угла, потом столько же по пустой площади, и мой джип. Надеюсь, что эту сволочь мы все-таки провели…

- Если он видел, как мы спрятались в той комнатушке, мог и про черный ход знать, - уныло возрази Кай, однако, поймав недовольный взгляд брата, покорно поднял руки, показывая, что более возражений не имеет.

До указанного угла здания добрались без приключений и, притаившись за ним, бегло осмотрелись. Вокруг, казалось, не было ничего угрожающего – яркое солнце мирно поблескивало на боках припаркованных на большой асфальтовой площадке, разделенной на отсеки для транспорта, мотоциклов и нескольких редких автомобилей (местный контингент отдавал предпочтение двухколесному транспорту); вдоль парковки лениво прогуливалась разомлевшая от солнечного тепла охрана, в основном наблюдающая за сохранностью чужого имущества. Впрочем, на то, что и чужую жизнь эти ребята при случае уберечь сумеют, надеяться Стефан вполне мог – набирал он их когда-то лично, отдавая предпочтение бывшим военным, и чувствовал уверенность в каждом человеке.

Джип из-за угла был отлично виден, резко выделяясь на фоне легких мотоциклов, возвышаясь над ними массивной черной горой. Стефан уверенно указал на него и дернул брата за руку, увлекая за собой. Кай, втягивая голову в плечи и настороженно озираясь по сторонам – парковка была открытой, и несостоявшиеся жертвы снайпера были здесь, как на ладони, - поспешил за ним.

- Надеюсь, он у тебя бронированный, - буркнул он, когда до машины оставалось всего несколько шагов.

Ответить мужчина не успел. Мимо правого виска что-то свистнуло, и заднее колесо автомобиля с тихим шипением начало спускаться.

Кай, дернувшись, отшатнулся; его брат рефлекторно схватился за не задетый висок.

- Да какого черта! – в голосе его прозвучало бессильное бешенство: создавалось впечатление, что их планомерно загоняют в угол, не давая даже покинуть мототрек. Охранник, находящийся в этот момент у дальнего угла парковки, ничего не заметил, только оглянулся мельком на негодующий голос.

Кай медленно перевел взгляд на брата и, безмолвно передавая мысль и читая ответ на нее, одновременно с ним опустил подбородок.

- На мотоцикле, - два голоса прозвучали как один. Парень, памятуя о том, что мотоцикл его должен бы находиться где-то здесь, завертел головой, силясь обнаружить транспорт где-то вдалеке, однако, Стефан, дернув его за рукав, уверенно указал на стоящий на соседнем парковочном месте новенький, почти не пострадавший в небольшой аварии, весело посверкивающий ярко-желтыми боками мотоцикл.

- На небольшой скорости, Кай! – предупредил он, делая первый неуверенный, но решительный шаг к железному коню. Молодой человек, оживленно кивнув, последовал, было, за ним… Но на половине пути вдруг остановился.

- А шлем?..

Стеф помрачнел.

- Шлем у меня в багажнике, - медленно проговорил он и, подняв голову, окинул долгим, неприязненным взглядом высокое офисное здание. Потом неспешно перевел его на соседние дома – не столь высокие, зато обладающие весьма перспективными и удобными для снайпера крышами и тяжело вздохнул.

- А откуда стреляет эта тварь, до сих пор непонятно…

- Я могу и так! – сообразив, что открывать багажник и копаться в нем, рискуя попасть под шальную пулю, будет слишком опасно, Кай заволновался: рисковать братом он не хотел в той же степени, в какой брат не хотел подставлять под удар его. Стефан скрипнул зубами и, внезапно махнув рукой, одним движением распахнул оказавшийся незапертым багажник, выхватил из него шлем и из-под крышки бросил младшему.

Парень ловко поймал привычный атрибут безумной гонки, и как-то машинально постучал по нему кулаком.

- Надеюсь, не прострелят, - довольно неловко пошутил он.

Ответом ему послужило спустившееся с тихим свистом переднее колесо джипа.

Глава 5

Сначала Кай искренне пытался соблюдать низкий скоростной режим, ехал, как казалось ему самому, неоправданно медленно, и опять ощущал себя верхом на дряхлой кляче. Правда, на этот раз причины сдерживать себя у него были более веские – позади, крепко вцепившись ему в пояс, сидел родной брат, совершенно не привыкший к гонкам, и парень из всех сил старался сделать поездку максимально комфортной для него. Удавалось ему это или нет, понять было сложно. Стефан, высокий, сильный мужчина, могущий без особых проблем выглянуть из-за брата, и цепляющий за него так, что, казалось, скорее ребра сломает, чем упадет с мотоцикла, явственно нервничал, и состояние его невольно передавалось и Каю.

Чего брат боится, юноша не понимал. Возможно, он не был уверен в мастерстве младшего, возможно, думал о снайпере за спиной, а может и – чем черт не шутит? – беспокоился за Джоя, оставленного на попечение секретаря.

Как бы там ни было, а Кая предпринимал все возможное, чтобы брат убедился в безопасности поездки на мотоцикле и успокоился.

Так продолжалось до тех пор, пока они не выехали, немного попетляв по переулкам, на большое шоссе. Парковку они покинули безо всяких проблем, ни одного выстрела в затылок не получили, что оба сочли хорошим предзнаменованием, и на широкой трассе почувствовали себя не в пример увереннее.

Кай внимательно следил за дорогой, крепко сжимая руль мотоцикла и одновременно старался контролировать крепость хватки брата на талии, надеясь, что тот не слетит случайно при резком повороте. Впрочем, он и резких поворотов-то особенно не планировал.

Беды ничто не предвещало. Мимо сновали автомобили, оставляя за собою бензиновый шлейф, долго плывущий в воздухе; овевал лицо приятный ветерок (Кай его не чувствовал, поскольку был в шлеме, а вот Стефан наслаждался сполна), мирно светило солнышко, покачивались рекламные вывески и перетяжки… Город жил, город дышал, и никому, казалось, нет дела до обретших друг друга родственников, устремляющихся куда-то.

Кай притормозил на светофоре, спустив одну ногу на асфальт, потом вновь тронулся с места, повернул на нужную улицу… и, внезапно вывернув руль, резко вильнул вправо, уходя от лобового столкновения с большим грузовиком.

Стефан, который за время спокойной поездки успел немного расслабиться, и сейчас едва не слетел с мотоцикла, вцепился в брата крепче и тяжело сглотнул, скользя взглядом по огромной махине, пролетающей мимо – должно быть, точно такой же, как и та, что встретилась Каю на пути год назад.

Сам мотоциклист, помрачнев настолько, что это было заметно даже сквозь шлем, прибавил скорость. Секунду или две брат его не понимал причин этого, не мог сообразить, чего вдруг испугался младший, а потом, повинуясь какому-то непонятному импульсу, обернулся…

- Он разворачивается! – он крикнул это почти в ухо брату, надеясь, что тот услышит. Кай быстро бросил взгляд на зеркальце заднего вида и, убедившись, что грузовик действительно медленно и вальяжно разворачивается, очень явно пристраиваясь ему в хвост, сжал правую руку, еще увеличивая скорость.

Грузовик, развернувшись, с неожиданной для такой махины скоростью рванулся вперед, по-видимому, стремясь настичь ловкого мотоциклиста. Тот, ухитряясь и контролировать происходящее, и следить за сохранностью пассажира, устремился вперед с такой скоростью, что у Стефана даже голова немного закружилась.

Вот когда стала очевидна необходимость шлема! Участвовать в мотогонках мужчине до сей поры как-то не доводилось, такой бешенной скорости он не знал, и сейчас откровенно испугался. Да уж, что и говорить, когда летишь вот так, сломя голову, совсем не мудрено врезаться во что-нибудь – тут же дорогу не различить!

И, тем не менее, Кай несся вперед очень уверенно, крепко сжимая руль и внимательно глядя на дорогу впереди, ловко лавируя в потоке машин и иногда косясь на зеркальце заднего вида, контролируя ситуацию позади.

Грузовик, страшно громыхая, подпрыгивая на ухабах и вмятинах, которые мотоцикл обходил легко и ловко, летел за ним, угрожающий, неотвратимый, жаждущий подмять легкий транспорт под свое железное брюхо.

Парень рывком вывернул руль, и мотоцикл легко, словно уж, скользнул в довольно узкий поворот. Возникла надежда оторваться.

Сзади послышался скрежет и грохот – грузовик, не сбавляя скорости, немыслимым образом помещаясь между домами, задевая боками фонарные столбы и походя снося их, следовал за ними.

- Да что за тварь!.. – прорычал себе под нос Стефан, ощущая, как в душе его просыпается абсолютно неправильный в данной ситуации, иррациональный азарт, приправленный гордостью за брата.

Последний, этих слов, разумеется, не слыша (шлем сильно приглушал звуки), ловко свернул раз, другой и неожиданно снова выскочил на широкое шоссе, еще прибавляя ходу.

Сзади послышалось знакомое громыхание. Стефан, не оглядываясь, сильнее стиснул талию брата, вовсе не желая вдруг слететь и оказаться под колесами этого металлического монстра. Мотоцикл, безусловно, превосходил его в скорости и, наверное, даже мог бы легко ускользнуть на прямой дороге… Кай внезапно вновь дернул руль железного коня и, не сбавляя скорости, избежал лобового столкновения с какой-то большой машиной с затемненными стеклами. Та попыталась, было, вильнуть ему навстречу, но юноша, вмиг сориентировавшись, вывернул руль, и они на полной скорости помчались в обратном направлении.

Грузовик, сбитый с толку, принялся поспешно поворачивать – мимо него они промчались в свисте ветра, не удостоив его даже взглядом; автомобиль, обойдя махину, устремился следом за излишне удачливым гонщиком.

Стефан, который, прижимаясь к брату, ощущал, как тот напряжен, чувствовал, как напружинены все мышцы его тела, тихонько вздохнул и тоскливо подумал, что в полицию позвонить все-таки следовало. Стрелок, оставшийся, как хотелось надеяться, где-то в районе мототрека, ловко загнал их на мотоцикл, направил на большую дорогу, прямо в лапы двум здоровенным железным монстрам. Теперь они давили, они прессинговали их, пытаясь раскатать по дороге и это, конечно, сильно действовало на психику. Если уж действовало ему, пассажиру, то что тогда говорить о Кае, управляющим мотоциклом, чувствующим ответственность за жизнь спутника? Брата своего Стефан знал хорошо, и был совершенно убежден, что ответственность эту парень испытывает. В конце концов, Кай всегда, даже в очень юном возрасте, норовил вступиться за него, и вряд ли изменился за минувший год настолько, что забыл об этом.

Сколько еще смогут они ускользать от врагов? Скольких еще встретят на своем пути…

Кай, по-видимому, задавался теми же вопросами, потому как, увидев очередной поворот на более узкую улочку, поспешно нырнул туда, надеясь оторваться.

Автомобиль влетел следом; за ним последовал грузовик. Рядом на узкой улочке они уже не помещались, но, если бы один сшиб, а второй потом добавил… Стеф сжал зубы, пытаясь не думать об этом.

Мотоцикл несся вперед. Пассажир, изредка оглядываясь, старался контролировать положение, и в какой-то момент вдруг заметил, что автомобиль, будто сдавшись, резко вильнул влево, ныряя в какой-то проулок.

Мужчина торопливо принялся припоминать эту часть города. Почему он свернул, чего испугался? Может, и они летят сейчас прямо навстречу погибели?..

- Один свернул! – крикнул он в ухо брату, надеясь, что тот поймет больше.

Надежды его, видимо, оправдались – Кай быстро опустил голову, давая понять, что все понял и, чуть склонившись над рулем, увеличил скорость до максимума.

Замелькали дома. Стефан расширившимися глазами смотрел вперед, ощущая, что они слезятся и что бешенный ветер сдувает с них слезы.

Они мчались, летели на невероятной скорости вперед, возможно, навстречу страшной судьбе, а позади, почти не отставая, грохотал грузовик.

Вот Кай повернул влево… и Стефан не сдержал испуганного вскрика. Стал очевиден хитрый план преследователей – свернувший автомобиль ждал их здесь, за поворотом и, лишь увидев, ринулся вперед.

Грузовик позади загрохотал, казалось, совсем близко, спасения, чудилось, ждать уже неоткуда… Мужчина слабовольно зажмурился. Перед внутренним взором вспыхнула яркая картина их мучительной смерти на взорвавшемся мотоцикле – судьба, настигшая их, в отместку за прошлую победу над ней.

Он уже почти простился с жизнью, почти ощущал жар воображаемого пламени, как вдруг почувствовал, что мотоцикл снова поворачивает.

Не веря себе, он распахнул глаза. Они ехали по узкой дороге, по сторонам которой были, кажется, сплошные дома, свернуть здесь было решительно некуда, и что задумал Кай было непонятно… поначалу.

Увидев узкий проход между двумя домами, не автомобильный, предназначенный скорее для пешеходов, но достаточно широкий для мотоцикла, Стефан едва не заорал от восторга. Людей в проходе, по счастью, не было, путь был свободен, путь к жизни, к спасению!

Мотор взревел. Они проскользнули между двумя домами и, выскочив на еще одну, идущую параллельно оставленной улочку, услышали жуткий грохот.

Кай вильнул рулем и, аккуратно притормозив у обочины, сдернул с головы шлем, переводя дыхание.

- Похоже, они врубились друг в друга, - нарочито хладнокровно заметил он, прислушиваясь к страшному, постепенно затихающему скрежету и вою за домами, - Твари. Это был он, Стеф! – хладнокровие кончилось; парня буквально прорвало. Он повернулся к брату, глядя на него горящими от страха и ярости глазами.

- Тот самый грузовик, что и в прошлый раз! Он, я клянусь тебе, это он, готов даже под присягой подтвердить! У него даже на переднем бампере вмятина от моего колеса осталась, мразь, даже не подумал от нее избавиться!

- Тише, тише… - Стефан, сам будучи изрядно под впечатлением, но вынужденный изображать спокойствие во имя психического здоровья младшего брата, покрутил головой и потер висок, силясь прийти в себя. Мысли прыгали и никак не хотели выстраиваться в ровную линию, события не стыковались и, пожалуй, размышлять об этом было бы лучше в обстановке более спокойной, нежели городская улица.

- Поехали отсюда. Не хочу задерживаться – мы не знаем, остался ли кто-нибудь из этих в живых, да и даже если остался… - он на секунду умолк, потом весомо прибавил, - Я бы не хотел встречаться с ними. Едем домой.

- Понял, - Кай резко выдохнул и, буркнув, - Держись крепче, - опять нахлобучил шлем.

На этот раз сдерживаться он даже не пытался – мотоцикл летел по широкому шоссе, как стрела, и до цели они добрались за считанные минуты.

Правда, сама цель вызвала у Стефана порядочное недоумение. Они остановились рядом с высоким домом, уверенно припарковались у одного из подъездов, и мужчина, вскинув брови, осторожно постучал костяшками пальцев по шлему брата.

Тот, упершись ногой в асфальт, легко сдернул «головной убор» и, вопросительно обернувшись, улыбнулся.

- Приехали.

- Куда?.. – мужчина непонимающе огляделся. Места этого он не знал, и никогда здесь не был.

- Хотели же домой…

- Ну, так домой, - Кай, судя по всем, удивился ничуть не меньше, однако, тотчас же и сообразил, в чем дело, - Ааа, блин. Прости, Стеф. Мы не уточняли, я и поехал по привычке к себе… ну, туда, где последний год жил. А вообще, может, это даже и правильно! – не дожидаясь реакции брата, он поспешно поставил мотоцикл на подножку и, соскочив с него, замахал перед собой шлемом, - Если эти сволочи нас преследуют, если снайпер выследил нас у тебя на работе – наверняка будут искать именно там, где живешь ты! А я бы не хотел еще и там прятаться от стрелка!

Стефан с тяжелым вздохом сполз с мотоцикла, и махнул рукой.

- Не буду с тобой спорить просто потому, что устал. Не думал, что мотогонки – такой изнуряющий вид спорта…

- Это еще что! – Кай воодушевленно заулыбался, - Почти безопасно! А то бывает же еще и знаешь, как… - сообразив, что брат как раз знает и знает очень хорошо, парень осекся и поспешил сменить тему, - Хорошо, что я сообразил, что можно между домами проскочить. Так от этих уродов точно можно было скрыться, а они и не ждали…

- Ты молодец, молодец, - старший О’Ши устало улыбнулся в ответ и, чувствуя, как спадает нервное напряжение, потрепал брата по плечу. Потом кивнул на подъезд.

- Идем к тебе. Надеюсь, выпить что-нибудь есть?

- Найдется, - парень радостно кивнул и, подавая позитивный пример, уверенно зашагал к подъезду. Однако, на половине пути ойкнул и, поспешно вернувшись, повесил на мотоцикл замок, заодно включая и сигнализацию. Стефан, глядя на смущенную улыбку младшего брата, только тихо фыркнул и, ласково пробормотав:

- Обормот… - сам первым направился к подъезду.

***

Квартира у Кая была небольшой, однокомнатной, однако, самим хозяином нежно любимой. Он ухитрился приобрести ее в личную собственность с рассрочкой на полгода, он обставил ее по своему вкусу, и теперь с чистой совестью называл ее домом, подчеркивая при этом, что дом его – действительно его крепость.

Стефан, вошедший в единственную комнату маленькой квартиры, этого постулата не одобрил. Взгляд мужчины скользнул по разбросанным вещам, валяющимся вперемешку с одеждой книгам, по столу, заваленному черти чем – начиная от компьютерных запчастей и заканчивая коробками из-под пиццы, и тяжелый вздох исторгся из его груди.

- Если бы я сомневался, что ты и в самом деле мой брат… - медленно проговорил, почти процедил он, - То одного взгляда на твое жилье хватило бы, чтобы в этом убедиться. Кай, когда ты научишься держать комнату в порядке?

- Гений господствует над хаосом, - отмахнулся юноша и, легко стянув через голову джемпер (куртку он снял еще в коридоре, а в квартире было жарко), бросил его на первый попавшийся стул. Потом распахнул маленькую полочку над компьютерным столом, и жестом фокусника извлек оттуда бутылку с янтарной жидкостью и два стакана.

Бросив взгляд на этикетку бутылки, Стефан нахмурился.

- Виски? Тебе не рановато такое пить?

- Мне двадцать четыре года, - с некоторым нажимом напомнил Кай и, открыв бутылку, уверенно плеснул виски сначала в один стакан, потом в другой. Протянул первый из них брату и, взяв другой, приглашающе кивнул на диван.

- Падай.

- Надеюсь, тут в задницу ничто не воткнется? – мрачновато поинтересовался мужчина и, брезгливо отодвинув коробку с недоеденной пиццей в одну сторону, а скомканные джинсы – в другую, осторожно присел. Взгляд его вновь устремился к брату.

- Ты все такой же мальчишка, Кай. Надеюсь, хотя бы не куришь?

Парень поморщился и, присев на краешек стола, сделал маленький глоток из стакана: виски он, на самом деле не любил, держал исключительно для особых случаев, когда надо было что-то срочно отметить, «обмыть» или, наоборот, немедленно успокоить нервы. Сейчас был именно последний случай – после сумасшедшей гонки со смертью остро требовалось выпить.

- Я не люблю курево, - выдержав паузу, буркнул он, - Я же не Фред, на которого работа свой отпечаток накладывает!

Стефан, усмехаясь, осторожно откинулся на спинку дивана и тоже отпил немного виски.

- И кем же это он работает, что курить вынужден?

- А, - Кай пренебрежительно махнул рукой, - Он… - парень внезапно осекся и, отставив стакан, неожиданно расплылся в улыбке, продолжая очень медленно и внушительно, - Полицейский!..

- Полицейский? – брат его, живо заинтересованный, немного подался вперед, - И ты, конечно, можешь позвонить ему сейчас?

Парень воодушевленно кивнул и, оглянувшись, схватил со столешницы подсоединенный к зарядному устройству мобильный телефон.

- Мы, правда, с ним не виделись с той поездки к кресту, и даже не созванивались, то есть, это я ему не звонил, а не он мне, - оживленно затараторил он, скользя пальцем по экрану, - Он, конечно, будет недоволен, что я не давал знать о себе, ну, что не говорил о больнице, и вообще о своем состоянии…

- Так это ты с ним ездил? – Стеф, решительно прерывая поток красноречия брата, заинтересованно приподнял брови.

- Ну да, - Кай, уже поднесший телефон к уху, удивленно глянул на него, - А чего?

- Да ничего… - мужчина помялся и, глотнув еще виски, махнул рукой, - Полицейский-байкер – это для меня что-то новенькое.

- Все имеют право на свои увлечения, - возразил юноша и, услышав в трубке голос, обратил все внимание на нового собеседника, - Фредди, здоро́во! Не буду тянуть резину, короче говоря, - можешь сейчас подъехать ко мне?

В трубке послышался тяжелый вздох. Фред, пропадающий целыми днями на службе, очень преданный своей работе, и наивно полагавший, что приятелю об этом известно, был явственно недоволен легкостью сделанного предложения.

- Я сейчас, на минуточку, на работе, - буркнул он, - Занят. Тут авария жуткая – на узкой улочке «Хаммер» влетел в…

- Грузовик? – Кай постарался не измениться в голосе.

Его брат, до которого слова полицейского, конечно, не долетали, но ответ младшего которому был слышен прекрасно, нахмурился, внимательно следя за ним.

Фред в телефоне явственно посерьезнел.

- Ты что-то знаешь?

- Может быть… - парень глубоко вздохнул и, явно рассчитывая на обоюдную пользу, уверенно кивнул, - Все расскажу при встрече. Ждать?

Собеседник недовольно фыркнул.

- Жди, шантажист, - бросил он и, не прибавив больше ни слова, отключился.

Кай медленно опустил телефон обратно на стол, беря вместо него стакан с виски.

- Он скоро приедет, - неспешно проговорил он и вздохнул, - Он как раз занимается той аварией, что случайно устроили мы. Точнее, которую я устроил, то есть, конечно, они сами… - наткнувшись на взгляд брата, парень поперхнулся и, вздохнув, неловко продолжил, - Интересно… мне полагается за это наказание?

- Они хотели раздавить нас, а мы спасали свои жизни – полагаю, это вполне можно считать самозащитой, - серьезно отозвался мужчина. Потом провел ладонью по лицу и, тяжело вздохнув, покачал головой.

- Боже, какой дурдом… Мой брат вернулся из мертвых, а я даже не приветствовал его как следует! Сразу какие-то странности, какие-то покушения… Кай, - он чуть нахмурился, выглядывая из-за ладони, - Ты уверен, что за этот год не натворил чего-то, за что тебя могли бы преследовать?

- Да что я мог натворить? – парень искренне попытался возмутиться, но не нашел в себе для этого сил и ограничился тем, что одним глотком допил виски. Сморщился и, поставив пустой бокал на стол, подошел к дивану, присаживаясь на подлокотник и сцепляя руки на колене в замок.

- Я спокойно жил, работал, встречался с девушками, гонял по дорогам… Я даже не могу сказать, чтобы подрезал кого-то или что-то в этом роде! С девчонками, правда, не клеилось, да и был случай один неприятный… - он мельком поморщился, но вдаваться в подробности не пожелал, - Нет, Стеф, это скорее тебя можно подозревать в чем-нибудь – это же ты открыл мототрек, где гибнут люди, ты был в отчаянии и мог совершить что-нибудь… этакое.

Стефан медленно потянул носом воздух, готовясь разразиться длинной тирадой.

- Во-первых, - тихо и нарочито медленно начал он, - За год существования «Мертвой петли» там погибло от силы один-два человека. Остальные калечились, попадали в больницу – не спорю, кое-кто даже остался инвалидом! – но выживали. Во-вторых, да, я был в отчаянии, но не до такой степени, чтобы самому искать смерти! Я хотел умереть, не скрою, было время, когда я только и мечтал, что заснуть и не проснуться… Но все время просыпался, и с отвращением продолжал жить, ругая высшие силы и молясь за упокой твоей души. Ну, и в-третьих, что за случай ты упомянул? Может, в этом все дело?

Кай тяжело вздохнул и неприязненно дернул уголком красивых губ. Лицо его ощутимо помрачнело.

- Не думаю, - буркнул он, - Это… довольно личное, если честно. Но, раз уж ты мой брат… Короче, я встречался с одной девчонкой, все у нас было на пятерочку и, конечно, в постели друг друга мы устраивали. Ну, и раз по глупости наделали интимных фоток… Потом мы поссорились и расстались, так эта дрянь слила все фотки в общий рабочий чат! – парень гневно выдохнул, - Можешь себе представить, какие глаза были у моего босса, когда он это увидел? Слава Богу, справедливость восторжествовала – ее выперли за провокацию, а мне сделали мягкий выговор и посоветовали осторожнее выбирать подруг. Я с тех пор вообще, блин, ни с кем не встречался – мало ли, что у них в башках! Все бабы одинаковы.

- Ну, не все, - мужчина успокаивающе улыбнулся, - Попадаются и среди них приличные экземпляры. Единственное, что тебе не следовало бы заводить роман на работе… вы же работали вместе, я правильно понял?

- Правильно, - тоскливо отозвался Кай, - Больше ни-ни, вот честно! Если встречу когда-нибудь достойную меня леди – уверен, что узнаю ее сразу. Но это к делу не имеет отношения, Стеф, я уверен. Все свои отношения мы с ней выяснили, да и отомстила она мне уже с чисто женским коварством… А ты, говоришь, молился за упокой моей души? – парень заставил себя улыбнуться, - Хорошо, что я не упокоился по-настоящему…

- Не то слово! – с жаром отозвался Стефан, вскакивая и крепко сжимая плечи младшего брата, - Я столько раз клял судьбу, не понимал, почему мне не дают умереть… Теперь знаю. Я должен был жить, должен был все вытерпеть, чтобы снова обрести тебя. Кай, если бы ты только знал, как я скучал по тебе! После всех лет, после того, как я растил тебя, после того, как у нас не было в целом мире никого, кроме друг друга… И вдруг я остался один. Мне было так плохо, и когда я увидел… - он мотнул головой и, выпустив плечи брата, взял с подлокотника оставленный мгновение назад стакан с виски, - И ведь, знаешь, я пытался убедить себя, говорил, что это не ты, что это не мог быть ты… Но единственным опознавательным знаком были остатки мотоцикла, и мне пришлось поверить. У тебя ведь даже не было никаких опознавательных знаков, вроде украшений, по которым можно было бы узнать, никаких там колец или браслетов…

- Ну, кое-что у меня было, - Кай смущенно улыбнулся и аккуратно приподнял висящую на тонкой черной веревке на его шее деревянную бусину. Стефан, до сей поры как-то не уделявший особенного внимания тому, как выглядит брат, скользнув взглядом по украшению, неожиданно отметил для себя и четки, опоясывающие правое запястье, и несколько браслетов на красных нитях на левом – на счастье и удачу. Раньше, как ему казалось, ничего подобного брат не носил. Вероятно, тут тоже сыграла свою роль авария – пережив трагедию, юноша пытался обезопасить себя хотя бы при помощи амулетов.

- Когда я пришел в себя в больнице, мне сказали, что она была у меня на шее в момент аварии, - продолжал, между тем, не подозревая о мыслях старшего брата, парень, - Я посчитал ее талисманом и решил не снимать… Это бусина из твоего браслета, Стеф, - молодой человек застенчиво пожал плечами, - Я не специально ее отковырял, честно. Просто после того, как подарил, обнаружил у себя в кармане, ну, и решил, что буду носить, как кулон. В этом даже был какой-то символизм – мы же с тобой всегда клялись, что будем вместе и не забудем друг о друге никогда. Жаль только… она не смогла напомнить мне о тебе, - здесь юноша помрачнел, виновато опуская голову и вертя бусину в пальцах.

Стефан ободряюще улыбнулся.

- Зато она привела тебя ко мне, братишка, - мягко напомнил он, - Но, если бы я даже и знал об этом кулоне… Он ведь мог сгореть в аварии, все-таки это дерево.

- Да… - Кай совсем поник и, спеша сменить тему, пару раз махнул на себя рукой, решительно вскакивая, - Жарко что-то после виски. Окно, что ли, открыть?

Он шагнул к окну, намереваясь распахнуть его, и Стефан, хмурясь, вскочил.

- Не вздумай! Еще не хватает нам и здесь прятаться от снайпера, Кай, неужели ты… а это что? – он шагнул к брату и, схватив его за запястье правой руки, чуть приподнял ее, изучая два рисунка на бледной коже.

Кай, сообразив, что прокололся, виновато потупился.

- Ну… татуировки, - осторожно проговорил он и, опасаясь смотреть на брата, закусил губу, сам изучая чернеющие на коже изображения. Ему самому они очень нравились, однако, памятуя о свойственном брату консерватизме, он вполне мог предположить, что тот не одобрит.

Стефан легко оттолкнул его руку и, закатив глаза, упал обратно на диван. Ухнул и, вытащив из-под себя какую-то твердую часть компьютера, брезгливо отбросил ее в сторону.

- Ты, я смотрю, вовсю пользовался свободой! Виски, тату, девочки, мотоциклы… но дружбу при этом водишь с полицейским. Как ты с ним ухитрился познакомиться?

Кай стесненно пожал плечами.

- На заправке пересеклись. Я как раз первый мотик купил, обкатывал и заехал заправиться, а там Фредди на своем древнем байке. Ему мой «конь» понравился, вот и разговорились. Кстати, он должен вот-вот приехать.

Парень, надеясь отвлечь брата, торопливо схватил со стула недавно снятый джемпер, замотал им татуировки и, демонстрируя чудеса разумности, задернул штору на окне.

- Надеюсь, так снайпер нас не рассмотрит. Но все-таки это странно… - юноша посерьезнел и, бросив джемпер обратно на стул, присел рядом с братом, облокачиваясь на колени и запуская руки в волосы, - Снайпер как будто не слишком хотел убивать нас – он просто пытался нас выкурить из кабинета. А когда вышли, загнал на мотоцикл… Получается, ему было надо, чтобы нас раскатали по дороге? – он опустил руки, устремляя на брата недоумевающий взгляд.

Тот пожал плечами и, куснув себя за губу, потер внезапно зачесавшийся нос.

- Все это выглядит как заранее хорошо спланированная акция – нас пытались выгнать под колеса грузовика, чтобы все потом выглядело как обычная авария… Причина?

Парень только покачал головой. Причины он не знал.

- Одно могу сказать точно… - медленно проговорил он после короткого раздумья, - Браслет, который я подарил тебе, и даже бусина из него – точно счастливые. Уже второй раз мне удается избежать смерти в автомобильной аварии, это не считая нашего с тобой столкновения, а заодно и спасти тебя! Теперь точно ее не сниму. И ты браслет не снимай, пожалуйста.

Глава 6

Не смотря на уверения Кая, прошло еще не менее получаса, пока Фред, наконец, прибыл. К этому времени братья уже успели не только всласть наобщаться, но даже и слегка поругаться. Причина для этого была проста – старший твердо и серьезно говорил, что возьмется за воспитание брата, младший же заявлял, что уже вырос и имеет право делать все, что ему вздумается. Со своей точки зрения оба были правы, а вот с точки зрения собеседника – не очень, что и привело к жаркому спору.

Впрочем, такие споры и до аварии происходили часто, поэтому к серьезной ссоре привести не могли, даже напротив, словно сблизили их еще больше. К приезду полицейского братья были совершенно довольны друг другом, а Стефан, ко всему прочему, еще и дополнительно убедился, что говорит именно с Каем, со своим родным братом, а не с его двойником. То есть, разумеется, он и так не сомневался в этом… но все-таки лишнее подтверждение получить было приятно.

Услышав звонок в дверь, парень оживленно вскочил с дивана (сам он место, чтобы сидеть на нем, умел находить мастерски) и бросился открывать. Вошедшего серьезного друга он поприветствовал крепким рукопожатием, однако, попытку сразу же выяснить, в чем дело, пресек загадочной улыбкой.

- Я не один. Проходи.

Фред прошел, недоуменно оглядываясь на приятеля через плечо, а обнаружив в комнате незнакомого мужчину, растерянно замер. До сей поры фраза «я не один» прочно ассоциировалась у него с присутствием девушки, и увидеть представителя своего пола полицейский не ожидал.

Кай, совершенно довольный произведенным эффектом, обошел друга и, картинно вытянув руку, представил:

- Мой брат, Стефан О’Ши. А это Фред Нарсао, мой хороший друг, - здесь он слегка хлопнул приятеля по плечу.

Тот осторожно кивнул и, хмурясь, медленно перевел взгляд на хозяина квартиры.

- О’Ши? Как фамилия того… - он осекся, начиная понимать, что происходит. Медленно повел головой из стороны в сторону и, указав поначалу на улыбающегося Стефана, а потом на совершенно счастливого Кая, сглотнул.

- Так это… это правда? Значит…

- Да, - парень радостно кивнул и, хлопнув друга на сей раз по спине, кивком указал ему на кресло. Сам же он предпочел вернуться на диван, усаживаясь рядом с братом так, чтобы родственное сходство было максимально заметно.

- Ты был прав, - начал объяснять он, - Брат похоронил вместо меня другого. Я… - тут юноша неожиданно смутился и потер висок, - Ну, да, мне не следовало тогда садиться за руль. Мне было плохо, а пока ехал, стало еще хуже, и я врезался в джип Стефа. Потом ко мне вернулась память, я пришел к нему…

- Осади, - Фред медленно перевел взгляд с одного брата на другого, и только сейчас сел в кресло, - Ты врезался в его джип?? Да ты шутишь, Кай, такого не бывает! Год ты его не помнил, а он тебя оплакивал, и вдруг вас буквально столкнуло лбами??

- Судьба, - Стефан, решительно вступая в разговор, чуть развел руки в стороны, - Я корил ее, но она вернула мне брата… Вы, если не ошибаюсь, полицейский?

Нарсао кивнул, сцепляя по старой привычке руки в замок. Он был одет в привычную и милую сердцу кожаную куртку-косуху, в черные джинсы и высокие ботинки, и совершенно не походил на представителя власти. По комнате, отделяясь от его одежды и волос, плыл запах крепких сигарет.

- К вашим услугам, мистер О’Ши. К тебе, Кай, это, между прочим, тоже относится, - он быстро перевел взгляд на друга, - У меня мало времени, поэтому рассказывай. Что ты знаешь о произошедшей сегодня аварии?

Кай открыл рот, однако, ощутив сжимающую его плечо ладонь брата, рот закрыл, непонимающе косясь на него. Стефан, сдвинув брови, чуть подался вперед.

- Тут потребуется небольшое предисловие, - лицо мужчины было серьезно и сосредоточенно, чувствовалось, что он уже устремил мысли к вещам более важным и серьезным, нежели родственное воссоединение, - Думаю, стоит начать со снайпера.

Рассказал он все быстро и четко – долго задерживаться на неприятных событиях не хотелось, живописать свои эмоции, рассказывать, что почувствовал, когда увидел ожившего брата, а потом едва не получил пулю в затылок – тоже, поэтому сообщать он старался одни только голые факты. Полицейского это вполне устраивало.

- И вы понятия не имеете, кому перешли дорожку? – он перевел взгляд с одного брата на другого. Те синхронно замотали головами, и Фред негромко вздохнул.

- Поня-ятно…

Повисла тишина. Полицейский размышлял, прикидывая что-то и просчитывая какие-то варианты; братья ждали. Наконец, Нарсао решительно вытащил из-за пазухи мобильный телефон – довольно старый, громоздкий, кое-где подклеенный изолентой, очень соответствующий его облику, - и, вызвав кого-то, поднялся на ноги, отходя к окну.

- Мототрек «Мертвая петля», - негромко проговорил он, когда гудки в трубке сменились голосом, - Снайпер. Проверить все близлежащие крыши, и само здание, прошерстить охрану. Ты уверен, что среди верных людей не мог затесаться предатель? – он мельком глянул на владельца трека. Тот, отметив для себя формальное, почти дружеское обращение, уверенно кивнул. В людях своих Стефан всегда был уверен, хотя после вопроса и начала испытывать некоторые сомнения.

- Хорошо, - бросил Фред, не то отвечая О’Ши, не то своему невидимому собеседнику, и неожиданно рыкнув, - Вчера! – отсоединился, убирая телефон и поворачиваясь к братьям. Те напряженно ждали его вердикта: Кай, стиснув кулаки, не сводил настороженного взгляда с друга; Стефан, не зная, беспокоиться ли самому или же успокаивать брата, скользил взглядом от одного к другому.

- Значит, так, - Нарсао вернулся к креслу и присел на его подлокотник, покачивая ногой, - То, что ты занавесил окно – правильный поступок, но не панацея. Есть оружие, способное реагировать на теплоизлучение, если от вас решат избавиться всерьез – занавеска не спасет. Да и жиденькая она у тебя какая-то, даже свет не перекрывает… Лучшим выходом для вас сейчас было бы перебраться в какой-нибудь загородный дом с хорошей охраной, где рядом нет высоток…

- Мы раньше жили в таком, до аварии, - Стеф, чуть приосанившись, кивнул, - Я и сейчас там живу. Но, мне кажется, здесь Кай прав – если на нас начали охотиться, значит, именно там в первую очередь ждать и будут.

- Там мы все проверим, убедимся, что место чисто – и можете заселяться, - полицейский чуть опустил подбородок, - Теперь что касается аварии… «Хаммер» всмятку, грузовик изрядно помят. Водителей ни там, ни там нет. Или машины ехали сами по себе, что вряд ли возможно ввиду отсутствия у обоих систем автопилота, или те, кто ими управлял – ловкие ребята и, почуяв, что запахло жаренным, успели выскочить. Мало кому это под силу, здесь требуется большая тренировка и немалый опыт… Когда я об этом услышал впервые, был откровенно изумлен, но теперь дело немного проясняется – на вас, парни, охоту объявил кто-то с большими связями и средствами. Услуги таких профи стоят недешево.

- А почему ты думаешь, что это кто-то… - Кай неопределенно пошевелил в воздухе пальцами, - Левый? Может, мы чем-то досадили этим двоим, хотя я не знаю…

- Сомнительно, - Фред нахмурился, - То, что они уцелели, в последний миг выскользнув из авто, дает возможность предположить, что это парочка каскадеров-наемников, специализирующихся на подстроенных авариях. Элита криминального мира, что б ее, дорогие ребята… Ловкость поражает. Такие не обижаются сами, Кай, таких обычно нанимает сильно обиженный богатый человек. Вы мне точно все рассказали?

Братья переглянулись, напряженно пытаясь сообразить, рассказали ли они действительно все, что могли, или же следует добавить еще что-то важное.

Стефану казалось, что говорить больше не о чем; Кай хмурился.

- Грузовик… - медленно проговорил он, наконец, - Этот грузовик – тот самый, в который я врезался год назад. То есть, который врезался в меня. Ну, я имею в виду…

- Кай, - старший брат чуть толкнул его локтем, - Короче.

- Да-да, - парень потер переносицу, - В общем, это он, и я готов подтвердить это под присягой. В этот раз я даже успел заметить на его бампере вмятину, оставленную моим передним колесом тогда!

Нарсао серьезно кивнул. Информация была важной.

- Это меняет дело, - негромко вымолвил он, - Если от тебя хотели избавиться еще год назад… А потом не трогали до тех пор, пока ты вновь не встретился с братом… - полицейский перевел взгляд с одного из собеседников на другого, - Что-то в вашей встрече не устроило того, кому вы перешли дорожку, ребята, что-то подтолкнуло его к решительным действиям, но что – я пока не знаю. Ладно, - он хлопнул себя по коленям и решительно поднялся на ноги, - Будем работать. Стефан, дай адрес своего дома, я пошлю туда наряд, чтобы все проверили. Потом можете туда перебираться. Кай…

- Фредди… - Кай, тоже поднявшись на ноги, на секунду закусил губу, - Скажи… есть возможность узнать, кем был тот парень, что погиб вместо меня?..

Фред глубоко вздохнул, на секунду опуская голову. Потом вытащил из кармана пачку сигарет, посмотрел на хозяина квартиры, убрал ее и достал зажигалку. Почиркал ей, высекая огонь, размышляя и, сдув язычок пламени, поморщился. Узнать, кем был человек, погибший ни много, ни мало, а целый год назад, а после похороненный под чужим именем, выяснить, где он жил, и кто его родня, не зная даже имени, было задачей не из легких.

- Я попробую, - тем не менее, решительно ответил Нарсао и, быстро улыбнувшись, легко хлопнул приятеля по обнаженному плечу, - Береги себя. Судя по всему, вокруг вас с братом идет игра не на жизнь, а на смерть, и то, чего они хотят… - он вдруг осекся и махнул рукой, - Хотя это пока не известно. Но я все-таки хочу предупредить вас, друзья: не отдавайте, - он перевел взгляд на Стефана, как на наиболее взрослого, - Чтобы это ни было, какие бы деньги не предлагали, чем бы ни угрожали – не отдавайте! По крайней мере, пока я не выясню, что это за дрянь.

***

До загородного дома добираться пришлось снова на мотоцикле – джип Стефана, как известно, остался на стоянке рядом с мототреком, стоял с пробитыми колесами, и мужчина, безо всякого удовольствия вновь взбираясь на двухколесный транспорт, торжественно поклялся по приезде домой вызвать эвакуатор, дабы отбуксировать автомобиль в ремонт. Брат его в ответ на это заявление только ехидно улыбнулся и скромно намекнул, что такое простое дело, как замена колес, Стефан мог бы сделать и сам. После чего, заметив, что старший уже поднимает руку для подзатыльника, торопливо натянул шлем. Мужчина ограничился тем, что щелкнул по последнему пальцем и, вздохнув, покрепче вцепился в пояс брата.

Дома оказались довольно скоро – Кай не пытался сдерживаться, и гнал достаточно быстро, - и, не успели притормозить возле больших ворот в высоком заборе, как услышали громкий радостный лай.

Кай, соскользнув с мотоцикла и сдернув шлем, удивленно покосился на брата.

- А как твой секретарь провел его внутрь?..

Стефан, хмыкнув, достал ключи и, подойдя к воротам, безмолвно указал на прокопанный под воротами лаз – Джой уже давно обеспечил себя свободным проходом к дому.

- Круто, - оценил, ухмыляясь, парень и крепко сжал руль мотоцикла, намереваясь завести его в ворота.

Тяжелая створка отворилась. Из-за нее, счастливый и восторженный, вылетел черный пес и, изнывая от радости, заскакал вокруг хозяев, безмерно желая уронить на землю хоть кого-нибудь из них.

Позволив любимцу лизнуть себя в нос, Кай фыркнул и, аккуратно отстраняя его, медленно повел мотоцикл вперед, вновь обращая взгляд к брату.

- Ты занимался его дрессировкой? Или…

Стефан глубоко вздохнул – с его точки зрения, об ответе младший мог бы догадаться и сам.

- Если кто забыл, мы собирались начать заниматься с ним через неделю после моего дня рождения, - он на секунду примолк и продолжил на тон тише, - Но через два дня после него ты пропал на год, и мне стало решительно не до этого. Уж можешь поверить, о дрессировке Джоя я тогда думал меньше всего, мне хватало других забот.

Юноша виновато втянул голову в плечи. За страдания, пережитые старшим братом, он до сих пор чувствовал свою вину, а как реабилитироваться, не знал.

- Извини, - тихонько шепнул он, осторожно заводя мотоцикл в ворота. Пес, почувствовав изменившееся настроение хозяина, перестал скакать и тихонько затрусил рядом.

Стефан, сообразив, какое впечатление произвели на младшего его слова, поспешил закрыть ворота и догнать его.

- Тут нет твоей вины, Кай, я ни в коем случае не сержусь на тебя, - он быстро улыбнулся и легонько взъерошил волосы брата, - Просто хочу объяснить, что мне было не до воспитания собаки в те дни – найти бы силы просто жить.

- Я понимаю, - молодой человек горько вздохнул, - И сознаю, что не виноват – я ничего не помнил, в те дни вообще лежал в больнице, да и грузовик себе навстречу не звал… но все равно получается, что твои страдания – моя вина. И мне больно это сознавать.

- Вина не твоя, - мужчина, хмурясь, обернулся от входной двери. Он успел подойти к ней, разговаривая с братом, и даже немного помедлил, ожидая, пока тот поставит мотоцикл на подножку, а теперь начал отпирать замок, да так и замер на половине оборота, увлеченный беседой.

- Тут скорее виноват тот урод, что пытался убить тебя год назад, а сегодня повторил этот подвиг! Ну, ничего, ничего… Приятель твой вызывает доверие, да и в любом случае, то, что этим делом занялась полиция, успокаивает. Здесь они все проверили и, если Фред дал нам отмашку возвращаться домой, можно надеяться, что будем в безопасности.

- Да уж, хотелось бы, - пробурчал Кай и, зайдя следом за братом в холл, резко затормозил.

Стефан, действуя, по-видимому, совершенно машинально, положил ключи на комод перед большой фотографией младшего брата, поправил цветы в вазе перед ней… и, только после этого сообразив, что делает, медленно обернулся, растерянно взирая на ожившего покойника.

Тот был мрачен и серьезен, словно и в самом деле находился на похоронах.

- Ты скучал по мне, - тихо проговорил он, не сводя взгляда с собственного смеющегося фото. Брат серьезно кивнул и, вытащив один цветок из вазы, резко сломал его, оставляя их нечетное количество.

- Да, я скучал, - твердо произнес он, - И теперь не отпущу тебя от себя ни на шаг. Понимаю, что у тебя есть теперь своя квартира, но, если быть честным…

- А что моя комната? – Кай, не давая ему завершить мысль, легко угадывая ее конец, чуть склонил голову набок, - Знаешь, я не хотел ехать домой, чтобы поговорить с тобой, думал… заходить в свою комнату будет жутковато. Как будто в склеп какой…

Стефан, искренне изумленный этими словами, часто-часто заморгал, недоуменно глядя на собеседника.

- Почему? Я так и не смог заставить себя разобрать твои вещи, разве что прибрался слегка. Но в комнате все так, как было год назад, ты можешь спокойно туда вернуться.

Кай, несколько успокоенный этими словами, медленно выдохнул и, улыбнувшись, опустил подбородок. Откуда-то из подсознания всплыло неожиданное понимание, что вернуться в свою комнату он, на самом деле, очень хочет, хотя бы для того, чтобы лишний раз напомнить себе то, что было забыто.

…

Много позже, уже вечером, они, как и в старые добрые времена, сидели в гостиной перед камином, в двух креслах, стоящих друг напротив друга. Тихо потрескивал огонь, бросая блики на пол и на фигуры двух молодых мужчин, тикали настенные часы, и все вокруг веяло каким-то домашним умиротворением, уютом, щемяще-приятным и безмерно радостным. Между креслами, недалеко от камина, лежал на полу Джой, стараясь не выпускать из поля зрения ни одного из хозяев, часто поднимая голову и переводя взгляд с одного на другого. Не соскучишься с этими людьми, вечно пропадают куда-то, а ты скучай потом, переживай!

Кай сидел, поджав по старой привычке ногу и, запустив руку в волосы, бездумно копался в телефоне; Стефан, обняв колено и положив на него подбородок, смотрел в огонь.

- И все-таки, он что-то темнит, - негромко молвил вдруг мужчина, заставляя брата вздрогнуть и недоуменно поднять голову.

- Кто?

- Да Нарсао твой, - Стеф нахмурился, - По-моему, он знает значительно больше, чем говорит нам. Что это были за странные намеки на предмет, который у нас якобы могут попросить, но который мы не должны отдавать? Что это за предмет? Нет, он что-то знает или, по крайней мере, догадывается, только говорить почему-то не хочет.

- Ну, знаешь… - Кай потер висок, размышляя, - Хотя, может, ты и прав. Он ведь прямо сказал, что мы чем-то обладаем, что отдавать нельзя. Но что, Стеф? И почему, черт возьми, такой временной промежуток, почему год?

- И почему только когда мы снова встретились? – подхватил брат, откидываясь на спинку кресла и протягивая обе ноги к огню, - Что это за предмет такой может быть, что важен он только когда мы рядом друг с другом? Как будто это… - он неловко взмахнул рукой, - Не знаю, талисман какой-то волшебный или амулет, который обретает силу только, когда мы вместе!

Парень задумался. В словах брата что-то мелькнуло, что-то очень важное, острое, царапнуло, как иголкой, зацепило… он знал, что. Но совершенно не был уверен в разумности вывода, сильно сомневался в реальности такого варианта.

И все-таки соображениями счел нужным поделиться.

- Браслет… - медленно проговорил юноша, осторожно опуская руку с телефоном и убирая последний от греха подальше в карман, - Бусину из него я считал, да и продолжаю считать талисманом, Стеф! Может быть… может, это неспроста, может, он действительно?..

Стефан, поначалу уставившийся подозрительно на украшение на своей руке, нахмурился и недовольно мотнул головой.

- Не выдумывай ерунды! Простые деревяшки – чего за них убивать? Да таких браслетов на любой ярмарке штук сто найти можно, разве я не прав?

Кай смущенно дернул уголком губ. Вдаваться в подробности приобретения им подарка он не желал.

- Прав, конечно. Просто я других вариантов не вижу – первое нападение случилось почти сразу после того, как я подарил тебе браслет, а себе на шею нацепил бусину из него. И теперь вот сегодня…

- Да еще и Фред велел «не отдавать», - мужчина насмешливо улыбнулся, поправляя браслет, - Ну, его я точно никому не отдам. Между прочим, в твоей теории есть пробоина, Кай – если браслет ты подарил мне, то почему напали на тебя? Нет, братишка, я склоняюсь к куда как более приземленным вариантам – думаю, кто-то просто решил прикарманить себе наши честно заработанные.

Кай дернул плечом.

- Твои, - поправил он, - Я же до аварии жил за твой счет, только год как устроился на работу. И то, по большей части все уходит на квартиру, да на мотоцикл.

- И, тем не менее, уже второй себе купил, - заметил его брат, и неожиданно ухмыльнулся, - Однако, авария тебе, безусловно, пошла на пользу – вот что значит хорошая встряска! Повзрослел, взялся за ум, пошел работать… кем ты работаешь-то?

- Программистом, - нехотя отозвался парень: с его точки зрения, профессия образу жизни и гонкам на мотоцикле не соответствовала, - Ты же знаешь, я всегда любил компьютеры… и мотоциклы. В любом случае, сейчас я пока на официальном больничном, если, конечно, на работу не сообщили, что я удрал.

Стефан, серьезнея на глазах, обеспокоенно подался вперед. За массой сегодняшних событий он как-то успел забыть, что брат нарушил больничный режим и, вместо того, чтобы проявить заботу о своем здоровье, носится, сломя голову, по городу, удирает от машин-убийц, и вообще ведет себя самым неподобающим образом.

- Я совсем забыл про это… Как ты себя чувствуешь? Я звонил в больницу, мне говорили, у тебя небольшое сотрясение, да и ребра…

- Вот ребра меня беспокоят меньше всего! – Кай хотел, было, прибавить что-то, но вдруг осекся, склоняя голову набок, - Ты звонил? А почему не приехал тогда? Я спрашивал про брата, просил позволить мне встретиться с тобой…

- Мне об этом ни слова не сказали, - мужчина несколько помрачнел, - А я так боялся ошибиться, думал, что просто встретил твоего двойника, что даже имени не спросил… Хорошо, что вопреки этому все хорошо кончилось. Однако, тебе надо бы продолжить постельный режим.

Кай, никогда не любивший повышенной опеки, сморщился, как вареный лимон. За последний год он и в самом деле повзрослел, возмужал и вовсе не хотел опять примерять на себя роль маленького мальчика, прячущегося за спиной брата.

- Стеф, я в порядке, честно. Голова немного кружится, конечно, иногда, но в целом… на мотоцикле ездить это мне не мешает.

- Кай… - старший медленно, угрожающе поднялся на ноги, и как-то по-особенному очаровательно улыбнулся, - Скажи честно… ты совсем дурак?! С сотрясением мозга он у меня на мотоцикле гоняет, да еще и утверждает, что все нормально! Живо в постель, я звякну Нэду – пусть приедет и осмотрит тебя!

- Ну, Стеф… - юноша честно пытался возмутиться, но получилось почему-то только заныть, будто он и в самом деле был маленьким мальчиком, - Ну, я хорошо себя чувствую, правда… Ну, зачем Нэда? Он же сейчас таблетки какие-нибудь выпишет, а я терпеть не могу их глотать…

- Будешь спорить – попрошу, чтобы назначил уколы, - пригрозил строгий брат и решительно протянул младшему руку, - Вставай. Сопровожу ваше неблагоразумие до постели… Клянусь, Кай, у меня иногда ощущение, что первая цифра в твоем возрасте лишняя, и тебе по-прежнему четыре года!

Молодой человек слегка поник и, ухватив брата за руку, поднялся с его помощью из кресла, тихо вздыхая.

- Когда мне было четыре, мама была еще жива… Стеф, - он вдруг посерьезнел, чуть сдвигая брови, - А за этот год… тебе не доводилось ничего слышать о… о нем?

- Нет, к счастью, - отрезал мужчина и уверенно потянул собеседника к лестнице на второй этаж, - Я, признаться, думал, что он может заявиться на похороны – об аварии писали в газете, о твоей «смерти» знали все! – но он не появился. И слава Богу! – здесь Стефан немного повысил голос, - Иначе я бы, наверное, его рядом с тем парнем закопал, вот честно. Кстати, а ты не читал в газетах об аварии, и о… похоронах?

- Мне не давали в больнице газет, - тоскливо заметил Кай, - Считали, что это может негативно сказаться на моем здоровье. А когда я вышел, все уже говорили о чем-то другом… Черт, - он пошатнулся и поморщился, - То ли устал, то ли голова закружилась…

- Марш в постель! – всполошился брат, обхватывая младшего за плечи и уверенно поддерживая его, - Я звоню Нэду.

Глава 7

Было уже поздно. Фред Нарсао, допивая четвертую за последний час чашку кофе, широко зевнул и, потерев переносицу, попытался сосредоточиться на экране компьютера. Только что пришел отчет эксперта по делу, совершенно не связанному с приключениями Кая и Стефана, и мужчине, думавшему больше, как помочь братьям выкрутиться из непростой и непонятной ситуации, пришлось заняться им. Мысли то и дело соскальзывали, он ежесекундно отвлекался, размышляя о неприятностях, окруживших его друга, даже можно сказать смело – друзей, - и полицейский тихо злился сам на себя.

Ради чего он, в конце концов, когда-то пошел в полицию? Что подвигло его на это? Впрочем, подвигло-то разбойное нападение, произошедшее на его глазах, пара шрамов, полученных в попытках отстоять справедливость, но дело вовсе не в этом. Всегда, с самого первого дня работы в полиции целью Фреда была защита справедливости, с самого начала он рвался помогать людям – всем людям, без исключения, а не только близким друзьям! – и сейчас должен был думать не только о ребятах. Мысли же постоянно сползали на переплет, в который угодили братья О’Ши и заставить себя думать о чем-то другом никак не получалось.

Кому же они все-таки могли так насолить, что на них вдруг объявили столь жестокую охоту?.. И ведь какой ловкостью надо обладать, чтобы успеть в последнюю секунду выскочить из готового взорваться автомобиля! Грузовик-то был не самым современным, безо всяких там подушек безопасности… зато с хорошим движком.

Фред откинулся на спинку стула и, безрадостно заглянув в пустую чашку, полез за сигаретами. Курение на территории участка, с одной стороны, не слишком поощрялось, но с другой – никогда особенно и не возбранялось, особенно при учете того, что сам шеф тоже дымил, как паровоз. Это только когда являлись комиссии с проверкой, он приказывал всем быстро выплюнуть сигареты, проветривал помещение, едва ли не выстуживая его до инея на столах, и встречал вышестоящее начальство при полном параде…

Нарсао затянулся и тяжело вздохнул.

Нет, это все-таки ерунда. «Хитрый» грузовичок, мощная тачка с другой стороны – и все это исключительно ради того, чтобы раздавить двух незадачливых ребят, чем-то не потрафивших… кому? В городе всегда было много шушеры, но кого из сильных могли разозлить братья, полицейский пока не понимал.

А еще эти его подозрения! Он ведь проговорился, обмолвился в разговоре с Каем и его братом, попросил, почти приказал им ни за что не отдавать… а если причина в чем-то другом, и этого у них нет?

Глупости, глупости и странности, голова уже идет кругом!

Нет, надо сосредоточиться на работе, отвлечься от этого безумия. Так, что у нас с отчетом… Падение с моста, предположительно – самоубийство, однако, травмы больше соответствуют картине насильственной смерти. Он быстро пробежал взглядом открытый документ, выхватывая некоторые, особенно важные подробности. Следы от наручников на запястьях, расширенные зрачки… Ну, последнее могло быть и следствием падения. А это что? Ага, интересный состав крови, с примесью психотропных веществ… Что ж, судя по всему, мужика сбросили вниз. Документов на теле нет, лицо обезображено – опознать возможным не представляется.

Висяк. Просто прекрасно. Можно даже не копать – в конце концов, есть делишки и полюбопытнее…

- Опять куришь? – голос напарника, тоже задержавшегося сегодня на работе, заставил мужчину вздрогнуть и, крутанувшись на кресле, вопросительно вскинуть брови, попыхивая сигаретой. Напарник, с которым у них уже давно установились довольно дружеские отношения, был ярым противником курения, и ужасно злился из-за того, что половина сотрудников участка смолит, как паровозы. Правда, перевоспитать он пытался только Фреда.

- Вертись поаккуратнее, кресло сломаешь, - напомнил он, окинув довольно грузного приятеля скептическим взглядом, и выразительно помахал какими-то бумагами, - Ты просил поднять дело годовалой давности, авария со смертельным исходом… Кай О’Ши.

- Да-да, - объяснять, что Кай на самом деле выжил, Нарсао пока не стал, решив углубиться в подробности попозже, - Нашел что-нибудь новое?

Напарник загадочно пожал плечами, и неожиданно ухмыльнулся. Долго держать интригу он, в отличие от Фреда, не умел.

- Тебе понравится. В тот день О’Ши на мотоцикле ехал не один – я поднял записи с дорожных камер на его пути, и нашел вполне четкие кадры. Смотри, - он протянул слушателю несколько листов бумаги: распечатанные в черно-белом цвете фотографии. Фред привычно всмотрелся и, различив мотоцикл, а на нем, помимо мотоциклиста, еще какого-то человека, кивнул.

- Известно, кто он?

Напарник хохотнул и, не говоря ни слова, протянул собеседнику тонкую папку – чье-то досье.

Нарсао перекинул сигарету из одного уголка рта в другой, открыл папку и, бросив взгляд на фото, приклеенное к главной странице, нахмурился, затем вновь обращая внимание на распечатанные снимки. Несколько минут он скрупулезно сличал изображения, затем недоверчиво поднял голову.

- Ты уверен?..

- Абсолютно! – собеседник, надувшись от гордости, скрестил руки на груди, - Мышонок выбрал себе новую жертву, но, похоже, в результате окочурился сам. То-то мы о нем уже год как ничего не слышали… - он внезапно вздохнул, - Жаль только, парня с собой забрал.

Фред стиснул зубы. Сигарета с откушенным кончиком упала на столешницу, и мужчина, чертыхаясь, поспешил переложить окурок в пепельницу. Информация, поступившая только что, была важной, даже очень важной, скрытничать теперь смысла не было, но думать о чем-то другом стало совершенно невозможно.

- Не забрал, - процедил мужчина сквозь зубы, опять вперяя взор в фотографии, - Кай О’Ши жив, Макс. Несколько часов назад я говорил с ним и с его братом, он просил меня узнать, кем был погибший вместо него человек, переживал…

Макс равнодушно развел руки в стороны. В слова напарника он поверил сразу же, безо всяких сомнений – за годы службы в полиции доводилось сталкивать еще и не с таким, поэтому мужчина, еще довольно молодой, давно научился принимать даже самые удивительные события сразу, без излишних рассуждений и изумленных причитаний.

- И где он целый год пропадал? Газеты орали о его смерти, брат с ума сходил…

- Память потерял, - быстро бросил Фред и, облизав пахнущие дымом губы, покачал головой, - Вспомнил обо всем после того, как врезался в джип брата… Ну, да неважно. Судя по всему, Кай оказал нам огромную услугу, избавив от Мышонка, надо бы ему об этом сообщить…

- И, судя по всему, - в тон ему произнес собеседник, - На этого твоего Кая ведется нехилая такая охота, да? Дважды избежал смерти, одним ударом двух зайцев! А теперь, насколько я понимаю, это именно на него кто-то опять наехал? Снайпер, «Хаммер» с грузовиком?

Нарсао пренебрежительно махнул рукой. К догадливости напарника он давно уже привык.

- Ты проницателен, я всегда говорил это. Да, Макс. Именно Кая О’Ши и его брата Стефана сегодня пытались для начала застрелить, а на сладкое – задавить. Признаться, я даже удивлен – мало кому так фартит, чтобы в один день столько раз ускользнуть от смерти! Кай, конечно, профи, но даже профи, чтобы ускользнуть от двух железных монстров нужна недюжинная удача… Я только не могу понять, кто и почему имеет на них зуб. Не могу понять, почему сейчас… или опять… - он резко отвернулся к монитору, скрипнув креслом. Вдаваться в подробности своих смутных подозрений не хотелось, лучше было сделать вид, что полностью поглощен новым делом.

Макс помолчал, сверля широкий темноволосый затылок напарника взглядом, потом вздохнул.

- Я давно тебя знаю, Фред, может, даже слишком давно… Скажи. Ты полагаешь, что дело снова может быть в том предмете?

Нарсао передернул широкими плечами.

- После того, как Эйс был убит, его так и не нашли. А я теперь начинаю сильно сомневаться, что это действительно он украл его…

***

Когда Стефан, дозвонившись до старого друга семьи (точнее, обоих братьев), а по совместительству – весьма неплохого врача, на одном дыхании выпалил причину позднего вызова, в трубке воцарилась тишина.

- Стефан… - прошло не меньше полутора минут, прежде, чем Нэд все-таки подал голос, - Ты хорошо себя чувствуешь? Ты, конечно, прости… я бы не хотел напоминать тебе о горе, но… Кай уже год, как мертв.

Мужчина, сам на секунду растерявшись, тряхнул головой.

- А, да, ты же не в курсе. Кай жив, Эдмунд! Я сам узнал только сегодня, буквально несколько часов назад, извини, что не сообщил… Но, когда ты приедешь, мы все объясним, честно. Я не спятил! – услышав в трубке очень красноречивый вздох, Стефан нахмурился, - Не веришь – приезжай и увидишь сам. Кай сейчас лежит в своей комнате, в постели и то только потому, что я убедил его лечь. У него легкое сотрясение мозга, он жалуется на головокружение…

Трудно сказать, какие выводы сделал для себя врач и кому помощь он, в конечном итоге, решил оказать, но прибыть он пообещал скоро. Стефан, вполне удовлетворенный этим, сбросил вызов и, обернувшись к ухмыляющемуся брату, покачал головой.

- Первая жертва. Представляешь, сколько людей сочтут меня психом, когда я расскажу им, что ты жив?

Кай каверзно хихикнул – он представлял, но усмотрел в словах брата повод для шутки.

- А ты не говори. Я буду твоей маленькой тайной, этаким скромным домашним привидением… - парень внезапно примолк и задумчиво почесал висок, - Кстати, может, мне и правда пока не объявляться? Поживу как Кай Фоули, глядишь, собью пару преследователей со следа…

Стефан, впервые услышавший о том, под какой фамилией жил этот год его брат, изумленно моргнул.

- Фоули? Ты назвался девичьей фамилией мамы?

Юноша виновато пожал плечами, отводя татуированную руку в сторону.

- Это было единственным, что я вспомнил. Не знаю, почему всплыла именно ее фамилия, но… - он тяжело вздохнул и махнул той же рукой, - Амнезия, говорят, штука коварная. Слушай, Стеф… а я ведь тогда, кажется, без паспорта поехал, да?

- Да, паспорт был дома, - брат молодого человека согласно кивнул, но тотчас поморщился, - Правда… я обменял его на свидетельство о смерти.

- Отлично! – Кай негодующе выдохнул и, демонстрируя крайнюю степень возмущения, резко закрыл лицо одеялом, под которым лежал, - Значит, теперь я – Кай Фоули, потому что О’Ши официально покойник! Нет, ну вот как воскресать в таких условиях?

Стефан фыркнул и, взяв стоящий возле стола стул, сел рядом с кроватью брата. На губах его против воли появилась мягкая, счастливая улыбка – видеть Кая живым, слышать его голос, его привычные шутки, было до такой степени приятно, что мужчина никак не мог на него наглядеться. Все-таки, имея, мы не ценим… А потеряв брата, и затем вдруг обретя его вновь, Стефан готов был ценить его так сильно, как не ценил даже в детстве, готов был заботиться о нем, готов был едва ли не посвятить ему всю свою жизнь!.. Даже если младший и не был с этим согласен.

То, что Кай – человек вполне самодостаточный, мужчина знал, и не сомневался, что за прошедший год парень привык к самостоятельности. Но видя сейчас, как этот бестолковый человек пренебрегает своим здоровьем, видя, как он рискует почем зря своей жизнью, он просто не мог остаться в стороне.

- Давай-ка для начала разберемся с твоим головокружением и твоими ребрами, хорошо? – он улыбнулся чуть шире, - А потом еще с теми ублюдками, которым твое воскрешение как кость в горле. Ну, а потом будем решать административные проблемы.

Юноша отогнул край одеяла, выглядывая из-под него.

- А до того я буду Фоули?

Стефан легко пожал плечами – ничего трагичного он в этом не видел.

- Кай Фоули удачливее Кая О’Ши, - заметил он, - Если второй погиб молодым, то первый чудесным образом воскрес из мертвых, возвратился к жизни, да еще и избежал нескольких покушений. Сохрани пока мамину фамилию, брат. Может… это и в самом деле принесет нам удачу.

…

Эдмунд, он же Нэд, как чаще всего обращались к нему братья, прибыл через полчаса – рекордный срок, особенно если учесть, что жил врач едва ли не на другом конце города. А Сан-Франциско, как известно, немаленький.

Стефан, отправившийся открывать поначалу входную дверь, а потом входные ворота, рассмотрев в сгущающемся полумраке выскочившего из старенькой машинки взъерошенного, взволнованного врача в очках набекрень, только покачал головой.

- Вижу, мои новости тебя и вправду сильно взволновали.

- Еще бы! – Эдмунд, хмурясь, поправил очки и окинул собеседника долгим, проницательным, почти изучающим взглядом. Потом неожиданно сочувственно вздохнул.

- Я должен был заметить это раньше. Не понимаю, как я мог проглядеть! Если бы я раньше понял, что твое горе столь велико, что ты дошел до галлюцинаций…

Стефан в сердцах сплюнул на землю и, схватив собеседника за запястье, втянул его в дом.

- Я тебе покажу «галлюцинации»! – негодующе зашипел он, сообразив, что старый приятель принял его за психопата, - Я тебе устрою больничный, блин, режим! Кай в своей комнате, пошли!

Судя по выражению лица, врача его слова не убедили. Все его волнение, весь его гнев он списал на психическое расстройство и, тихонько вздохнув, последовал за ним, уже явственно прикидывая, как будет лечить несчастного друга.

Конечно, он должен был заметить раньше. Конечно, следовало сразу понять, что такая ужасная трагедия не могла не сказаться на психике Стефана – все-таки с Каем они были вместе с детства, Стеф растил его едва ли не как сына, и потерять его мужчине было невыносимо больно.

Подходя к комнате, где, как он знал, жил брат его потенциального пациента до своей гибели, он был совершенно убежден, что сейчас обнаружит там пустую, аккуратно заправленную кровать, и уже прикидывал, как бы поаккуратнее привести спятившего Стефана в чувство.

Обнаружив на упомянутой кровати молодого, отлично известного ему, парня, он остановился, как вкопанный. Перед глазами как-то помутилось, в голове зазвенело. Нэд пошатнулся и, теперь уже сам цепляясь за Стефана, ошалелыми глазами уставился на еще одного своего хорошего друга, которого полагал давно отбывшим на тот свет, и чью потерю горько оплакивал.

- Кай…

- Привет, док! – Кай немного приподнялся на кровати, широко, как-то очень привычно улыбаясь и слегка помахал рукой. Потом бросил вопросительный взгляд на брата.

- Эм… Стеф ввел тебя в курс дела?

Эдмунд обалдело повел головой из стороны в сторону, силясь прийти в себя. Беседовать с ожившим покойником ему прежде не доводилось, и мужчина ощущал себя на редкость неуютно.

Стефан, прекрасно понимая, что приятелю сейчас не до разговоров и, тем более, не до лечения (он, в конце концов, сам совсем недавно пережил нечто похожее), тяжело вздохнул и, осторожно подхватив его, потрясенного, усадил на стул. Потом быстро улыбнулся и уверенно, довольно сильно хлопнул по плечу.

- Ты его как будто прибить к стулу решил, - хмыкнул его брат, - Гвоздики принести? Или…

- У тебя постельный режим, - хладнокровно отозвался старший, - Так что лежи и соблюдай его.

Юноша недовольно помахал в воздухе рукой, и решительно обратился к доктору.

- Док, ау! Очнись! Ты же, черт возьми, видавший виды медицинский волк, ты должен спокойнее реагировать на воскрешение старого друга!

- В моей практике такое впервые, - замороженным голосом отозвался Нэд и, шумно сглотнув, потребовал, - Пить.

Стефан фыркнул и, оглядевшись, налил из стоящего на столе и принесенного сюда недавно специально для Кая кувшина воду в стакан, протягивая его потрясенному доктору. Тот залпом выпил, поперхнулся, закашлялся и, по-видимому, все-таки придя немного в себя, тряхнул головой.

- Так… что, черт возьми, у вас здесь происходит?! Кай, ты… ты живой! Где тебя носило целый год?! Стефан тут с ума сходил, я не знал, что делать, где ты был???

- Жил, - коротко ответил немного поникший парень, - Понимаешь, Нэд, я… в общем… вышло так, что в той аварии погиб другой, а меня просто выбило из седла и впечатало в дерево. Последствия… Ретроградная амнезия – так это, кажется, называется, мне сказали в этот раз в больнице. Я ничего не помнил, кроме своего имени, не знал даже фамилию, назвался другой…

- Целый год жил, наслаждаясь свободой, - подхватил, не удержавшись, его брат, - Пил виски, встречался с девочками, гонял на мотоциклах, и даже… покажи-ка ему.

Кай тяжело вздохнул и, вытянув правую руку, продемонстрировал татуировки. Однако, Эдмунда почему-то заинтересовали вовсе не они.

- Четки? Ты что, парень, в буддизм ударился?

- Ну, почему сразу в буддизм… - Кай недовольно поправил четки на руке, - Я католик, как был крещен, так и остался. Это просто талисман, тут же и крест есть!

Врач махнул рукой – спорить не хотелось.

- Как же вы встретились?

- Мой друг случайно наткнулся на мою могилу, отвез меня туда, - парень пожал плечами, - Наверное, память начала возвращаться, когда я увидел свое фото, прочитал имя под ним… не знаю. Я поехал обратно, хотел побыть один, все осмыслить, но в голове у меня мутилось, а я хотел быстрее попасть домой, гнал… Потом голова резко заболела, я забыл обо всем, выпустил руль, ну и… врезался в джип Стефана.

Нэд длинно присвистнул, оценивая шутку судьбы.

- Возвращение памяти иногда сопровождается головной болью, - отметил он, - Не удивительно, что авария наложилась на это, и вызвала сотрясение… Но, черт возьми, это же надо так было вам столкнуться! Стеф, ты его сразу узнал, да?

Мужчина поморщился – тот момент вспоминать все еще было неприятно и даже болезненно.

- Я подумал, что это его двойник, - сквозь зубы признался он, - Вызвал «Скорую», его отвезли в больницу, я потом звонил… И хоть бы одна скотина сказала, что он звал брата, что спрашивал обо мне!

- Да, мне они про то, что кто-то моим состоянием интересуется, тоже не говорили, - безрадостно кивнул Кай, - Короче, я терпел-терпел, а через неделю сбежал и пошел к брату. Ну, то, что было дальше…

- Мы расскажем чуть позже, - перебил его брат, - Нэд, этот обормот, как я уже говорил, заработал легкое сотрясение и пару трещин в ребрах, но, наплевав на все, сбежал на волю. Потом гонял на мотоцикле, переезжал со своей квартиры сюда… А теперь жалуется на головокружение.

- Оно не постоянное! – негодующе вставил Кай, - Так… мотает время от времени, только и всего. А ребра вообще не болят.

Врач, выслушавший все очень внимательно, сделавший для себя какие-то неоспоримые выводы, озвучивать которые, впрочем, не счел нужным, глубоко вздохнул, поднимаясь со стула.

- Вот уже одного того, что ты смылся из больницы, вполне достаточно, чтобы понять – ты действительно Кай О’Ши. Других таких идиотов свет не видывал, честное слово… Так, давай-ка теперь посмотрим, насколько тебя не беспокоят ребра.

От первого же прикосновения умелых рук, от легкого нажатия в «удачном» месте, парень так пискнул, что доктор еще раз вздохнул и, поправив очки, покачал головой.

Дальнейший же осмотр выявил, и что головокружение мучает юношу неспроста, и что сотрясение его до конца еще не прошло. Вспомнив про упомянутую мельком гонку на мотоцикле, Эдмунд едва ли за голову не схватился.

- Ну, что за наказание иметь таких друзей! – откровенно застонал он, - Я-то, наивный, думал, что общение со мной вас сделает более разумными – так нет же! Вы, наверное, самые бестолковые из моих пациентов! Значит, так, - высказавшись, мужчина несколько успокоился и, еще раз поправив очки, подошел к столу, без сомнений беря маленький листочек из блока для записок и ручку. Почиркал ей для проверки и, убедившись, что чернила за год пересохли, и ручка не пишет, плюнул и схватил карандаш.

- Так… Я выпишу лекарства, чтобы снять головокружение, чтобы улучшить кровообращение мозга, чтобы помочь восстановиться после травмы… - он говорил, уже вовсю выводя сложные названия, - Витамины группы B – особенно важно! Так, так… Ну, и мазь, чтобы скорее восстановились ребра. Но самое главное, Кай, - постельный режим! Стефан, ты проследишь, чтобы он соблюдал его?

Брат молодого человека хмыкнул и решительно выхватил из рук друга листочек с названиями лекарств.

- Я его к кровати привяжу, чтобы точно никуда не делся. Поверь, Эдмунд… - он вдруг посерьезнел, но тут же широко улыбнулся, - Отныне я глаз с него не спущу. Так, а можно за лекарствами-то завтра? Сейчас поздновато, но, если без них никак…

- Думаю, до завтра он доживет, - Нэд ободряюще улыбнулся, - К нашей общей радости, Стефан, здоровье Кая больших опасений не вызывает.

Глава 8

На следующее утро Стефан проснулся совершенно счастливым и, поймав проглянувший сквозь плотные занавески солнечный луч, улыбнулся ему. Как же хорошо… Ужасы и боль остались позади, на сердце тепло и спокойно. Брат жив, дома, спокойно спит…

Мужчина вдруг нахмурился и резко сел. Или… нет? Господи, ведь ему уже снились такие сны – невозможно реалистичные, подробные, он видел Кая живым, а поутру… Поутру все возвращалось вновь.

Нет… Он мотнул головой и неуверенно улыбнулся. Нет-нет, такого его подсознание не могло бы выдать – гонки на мотоцикле, покушения!.. Или могло? Стефан закусил губу и нервно схватил с прикроватной полочки мобильный.

Позвонить Эдмунду?.. Задать наиглупейший вопрос, спросить хотя бы, не виделись ли они вчера? А если ответ будет отрицательным?..

Руки задрожали. Сердце болезненно сжалось; на глаза навернулись слезы.

Сколько же раз еще ему будет сниться это?! Сколько раз его подсознание будет издеваться над ним, показывая ему то, чего не может быть, то, чего уже нет, больше нет?!

Он вскочил и, не отдавая себе отчета в действиях, бросился в прихожую. На миг замер возле лестницы наверх, поставил, было, ногу на первую ступень… Но заставить себя подняться и заглянуть в комнату брата не смог.

Сжав губы, Стефан мотнул головой и, как был – в одних мягких домашних штанах, бросился к комоду, на котором всегда хранил ключи от машины. Ему хотелось ехать, нестись куда-то на предельной скорости, хотелось убежать от страшной реальности, забыть обо всем и, может быть, разбиться… Просто умереть, чтобы избавиться от этой жуткой боли, от этой страшной пустоты внутри.

Он уже не сомневался, что это был только сон. Очередной сон, мучительно-подробный, но все равно лживый…

Рука привычно схватила ключи; взгляд скользнул к фотографии брата, мазнул по трем цветам в вазе перед ней…

Стефан замер.

Медленно, очень медленно, не веря самому себе, он протянул левую руку, продолжая сжимать в правой ключи, и неуверенно пошевелил цветы. Один… два… три! Но вчера их было четыре, он точно помнил.

Да… нет… не может быть! Он… он же сломал и выбросил один цветок, когда они с Каем… Когда Кай вошел, и он…

Мужчина бросил ключи от машины на пол и, чувствуя, что сходит с ума, рванул наверх, к комнате брата. На секунду замер, давая себе маленькую фору, давая себе возможность отступить, на мгновение вновь поддаваясь отчаянию, представляя, как будет смотреть на пустую, аккуратно заправленную кровать, на покинутую комнату…

И резко толкнул дверь, окидывая диким взглядом помещение.

Стул, придвинутый к кровати… Джинсы на другом стуле, сверху них небрежно брошена футболка… Одеяло на кровати, сбитое с одной стороны и образующее холм с другой, определенно укрывающее кого-то!

Стефан быстро облизал губы и, прерываясь на каждом вздохе, робко вошел, приближаясь к кровати. Он должен был убедиться, должен был увидеть своими глазами…

Дрожащая рука потянулась к одеялу, замерла на мгновение и резко откинула его в сторону.

Кай, которому неожиданно стало холодно, недовольно завозился, пытаясь нащупать одеяло и, вздохнув, распахнул глаза. Пару секунд он определенно не понимал, что происходит, потом повернулся на другой бок и недоуменно уставился на замершего в позе памятника с одеялом в руке у его кровати брата.

- Стеф, что такое?

Одеяло упало. Стефан, чувствуя, как глаза наполняются слезами, подался вперед и порывисто сжал брата в объятиях, крепко прижимая к себе. Сказать он пока ничего не мог.

- Стефан… - Кай осторожно обнял брата в ответ, проводя ладонью по его темным, лохматым волосам. Ощутив, что тот дрожит, парень нахмурился.

- Стеф! Да что с тобой такое? Ты… - он осторожно отстранился и, заглянув в полные счастья и боли, влажные от слез темные глаза брата, неожиданно для себя испугался. Ему показалось, что он понял причину.

- Ты что, подумал… ты думал, что все это… что было вчера, ты думал… это был сон?..

Стефан порывисто отвернулся, спешно вытирая глаза. Показывать обожаемому младшему брату свою слабость он не хотел, не желал категорически и, постепенно приходя в себя, пытался сдержать эмоции.

- Мне часто снились такие сны, - негромким, все еще чуть дрожащим голосом проговорил он, - Снилось, что ты возвращаешься, снилось, что ты жив… Я боялся, что это просто был еще один сон.

- Но это не сон, - Кай, схватив брата за плечо, заставил его повернуться к себе лицом и широко, очень привычно улыбнулся, - Стефан, я не призрак, я действительно живой! И все, что было вчера, увы, случилось на самом деле, нам теперь предстоит разбираться со всем этим. Между прочим, я думаю, что скоро должен приехать Фред.

Старший О’Ши, постепенно сознавая и вспоминая, что на этот раз счастье и реальность едины, что все произошло на самом деле, воодушевленно кивнул.

- Точно, Фред. Я помню, да, конечно… Как ты себя чувствуешь?

Кай на секунду задумался, потом легко пожал плечами.

- Есть хочу. И, надеюсь, здесь найдется, чем мне почистить зубы… Стефан, ради всего святого, не пугай меня так больше, хорошо? Я не могу видеть тебя плачущим, я сам чуть не заплакал сейчас!

Мужчина мотнул головой, изо всех сил пытаясь подавить улыбку, силясь изобразить серьезность.

- Мне надо привыкнуть. Как я привыкал к тому, что тебя нет, так мне надо привыкнуть, что ты снова здесь. Я… действительно очень счастлив твоему возвращению, Кай, мой маленький, глупый братишка. И я действительно сделаю все, чтобы ты держался подальше от мотоциклов! – заметив протест в глазах парня, он нахмурился, - Не проси! Я не хочу рисковать тобой, Кай, больше никогда! Так… ты точно себя нормально чувствуешь? Сможешь до ванной дойти?

- Я же не инвалид, - юноша поморщился, - Я пойду чистить зубы, а ты готовь завтрак. Потом я спущусь на кухню…

- Нет, - мужчина погрозил брату пальцем, - Есть будешь здесь. Постельный режим тебе никто не отменял!

…

Когда Фред, прибыв уже ближе к обеду с новостями, обнаружил своего молодого друга в постели, с небольшой горкой упаковок лекарств на столе, рядом с которыми стояла грязная тарелка и стакан из-под сока, и с очень недовольным видом, он предпочел ограничиться тем, что вежливо приподнял брови. Вдаваться в подробности сейчас не хотелось совершенно – зная Кая, Нарсао мог вполне предположить, что рассказ о них затянется надолго, а временем свободным он, как обычно, не располагал.

- Ты просил выяснить, кем был тот парень, которого ты столь удачно прокатил, - спокойно произнес он, присаживаясь на стул рядом с кроватью парня, - Я выяснил.

Кай нескрываемо сморщился.

- Мог бы и не так… грубо об этом, - буркнул он и, тяжело вздохнув, попытался, было, сесть на кровати, однако, наткнувшись на взгляд стоящего неподалеку брата, ограничился тем, что приподнялся на локтях.

- Если ты сейчас не опознаешь его, я извинюсь, - невозмутимо отозвался Фред, аккуратно вынимая из принесенной с собой тонкой папки фотографию и протягивая ее собеседнику, - Он?

Кай нахмурился, вглядываясь в изображение. Это был светловолосый, сероглазый, какой-то неприятно-облезлый, потасканный, хотя и еще довольно молодой человек, одновременно знакомый и незнакомый – узнать в нем того, кого парень, в общем-то, особенно и не разглядывал, было затруднительно.

- Кажется… - неуверенно пробормотал он спустя несколько секунд, - Вообще, да, похож, я помню, тот парень был блондин… Сейчас, - он зажмурился, старательно припоминая день, перечеркнувший его жизнь, поделивший ее на «до» и «после». Вспоминать было очень неприятно, даже болезненно, но Кай, преодолевая себя, старательно вызывал в памяти каждый момент, силясь задержаться, остановиться на самом важном.

- У него… - он неожиданно распахнул глаза, и с таким удивлением уставился на ожидающего его ответа полицейского, словно не ожидал, что тот может скрыть столь важную информацию. Фред нахмурился.

- У него за ухом была татуировка – Микки Маус! Я заметил, удивился еще, что взрослый парень себе такую идиотскую наколку сделал, но, понятное дело, промолчал… Но тут тату не видно, - парень немного сник и принялся вертеть фотографию, как будто силясь заглянуть за нее. Полицейский решительно отобрал ее и, убирая обратно в папку, внезапно улыбнулся.

- Это он. Майк Митчелл, больше известный как Мышонок – профессиональный киллер, наемник, был известен способностью проскользнуть в любую дыру и вылезти из нее, не прищемив хвост. Это не совпадение, что он сел на твой мотоцикл, Кай, - мужчина посерьезнел, в упор взирая на растерянного приятеля, - Бывали случаи, когда он подсаживался в машину к жертве, а ту потом находили с перерезанным горлом. Мышонок ускользал, и даже, если его случайно захватывала дорожная камера, всегда находил способы увильнуть от ответственности за убийство. Мы знали, кто он и что делает, но взять не могли… Будь добр, припомни более точно, не было ли чего странного в той аварии? Я знаю, дорога там узкая, но все-таки разъехаться вполне возможно, да и ты, мой друг, отменный мотоциклист! Вспомни, быть может, пассажир пытался помешать тебе?

- Помешать?.. – Кай, совсем растерявшись, перевел взгляд на серьезного брата, - Я не знаю, я… не помню, это… Нет, Фредди, слушай, я думал о его безопасности и, когда увидел грузовик, волновался, прежде всего, о нем, но вот чтобы прямо мешал… - он потер внезапно занывший висок и тяжело вздохнул, - Мне было не до того, чтобы запоминать такое, если честно. Единственное, что я помню – я удивился в момент столкновения, потому что его не должно было произойти, мне это показалось странным… но почему – сказать затрудняюсь. Может, просто я оказался недостаточно ловким…

- Или тебе все-таки помешали, - безжалостно отрезал Нарсао, доставая сигареты и пытаясь выудить одну из пачки, - Как бы там ни было, Кай, а я хочу выразить тебе самую горячую благодарность от лица всего нашего отдела полиции. Не подвези ты Мышонка, мы и сейчас еще ловили бы его, не зная, как спасти людей от этой твари! Ты избавил нас от геморроя.

Молодой человек, весьма хмуро выслушавший дифирамбы в свой адрес, тяжело вздохнул, опуская голову. Слушать, как его благодарят за то, что фактически убил человека было, мягко говоря, очень неприятно.

Стефан, уже давно привыкший угадывать настроение брата по мельчайшим признакам, помрачнел сам и, шагнув вперед, перевел тяжелый взгляд на полицейского.

- Думай, за что благодаришь! Кай не был виноват в той аварии, хочешь сказать кому-то спасибо – скажи водителю того грузовика, если найдешь его! И, между прочим, курить в комнате больного не разрешается! – он резким движением выдернул изо рта собеседника незажженную сигарету, - Допрашивать его тоже не советую – мой брат еще не пришел в себя от недавней аварии, ему предписан покой и постельный режим, а ты его беспокоишь!

Нарсао, моментально капитулируя, замахал перед собой одной рукой, другой поспешно пряча пачку сигарет (как бы и ее не отобрали) и, едва не уронив при этом папку с фотографией Митчелла, в последний миг подхватил ее.

- Хорошо-хорошо, я вовсе не собирался никого допрашивать! В конце концов, я заехал просто узнать, как себя чувствует мой друг… ну, и сказать, что за смерть этого подонка он не должен переживать. То, что Мышонок, наметивший себе очередную жертву, оказался на ее месте – это не иначе, как промысел Божий, иначе и не скажешь. То, что ты спасся, Кай – это чудо, - мужчина немного посерьезнел, - Только я не могу понять, почему ты снова в постели. Вчера ты, кажется, чувствовал себя довольно неплохо?

- А я и сейчас довольно неплохо, - сварливо откликнулся парень, - Это Стеф требует, чтобы я валялся, не вставая, пока не поправлюсь окончательно! А между тем, когда я лежу, голова у меня кружится намного больше, но вставать он мне не разрешает, - Кай, не удержавшись, показал брату язык. Тот сделал вид, что ничего не замечает.

- После столкновения с моим джипом у него легкое сотрясение мозга, плюс пара трещин в ребрах, - видя, что признаваться в своем реальном состоянии здоровья младший не собирается, Стефан решительно взял эту обязанность на себя. Это давно вошло у него в привычку, с самого детства – постоянно быть «на подхвате», постоянно подставлять брату плечо, поддерживать и защищать его, а иногда: делать все возможное, чтобы посторонние люди прониклись к парню если не жалостью, то хотя бы сочувствием.

- Наш друг, Эдмунд, - продолжил он, - Он врач, мы часто обращаемся к нему. Он осмотрел Кая, велел соблюдать постельный режим, прописал лекарства… Одно из которых, кстати, тебе пора принять, Кай. Не помню, честно, какое именно, но какое-нибудь наверняка пора!

- Ты меня залечишь, - Кай недовольно зевнул, но акцентировать внимание на этом не стал, предпочитая вновь обратить взгляд к другу, - А про ту аварию, про «Хаммер» с грузовиком, какие-нибудь новости есть?

Полицейский пожал плечами.

- Кое-что есть, но, честно говоря, утешительного мало. У грузовичка под древним бампером отменный движок – как будто с гоночного болида сняли! – и поддельные номера. «Хаммер» уже два года как значится в угоне. Это, безусловно, подтверждает мою теорию о том, что авария, да и сама эта «охота» за вами была подстроена, но кто заказчик… увы. А у вас тут как? Никаких покушений, ничего странного или подозрительного?

Братья переглянулись, безмолвно совещаясь, обмениваясь мыслями, читая мнение друг друга во взгляде. Это за прожитую совместно жизнь они наловчились делать мастерски, угадывали размышления друг друга мгновенно, и даже умели принимать так решения. Сейчас решением было дать ответить Стефану.

- Да вроде бы нет. Окна держим задернутыми от греха подальше, сигнализацию проверяю каждые полчаса, да и Джой постоянно на страже.

Верный пес, лежащий возле кровати младшего хозяина, согласно гавкнул, подтверждая слова старшего. Последний усмехнулся, опуская подбородок.

- Да-да, я именно об этом. Я отлучаюсь иногда, конечно – сегодня, например, ездил в аптеку за лекарствами Каю, но, кажется, в это время все было достаточно спокойно. Я, во всяком случае, не встречал подстроенных аварий или чего-то подобного. Дома, вроде бы, тоже было тихо, да?

- Часы остановились, - парень дернул плечом, указывая взглядом на большие настенные часы, - Батарейку поменять надо.

- Вообще-то, они остановились два месяца назад, - брат молодого человека скрестил руки на груди, - Рад, что ты наконец-то это заметил. Впервые со вчерашнего дня на них посмотрел? Тебя спрашивают, было ли все нормально, пока меня не было?

Кай пожал плечами.

- Ну, раз или два Джой на кого-то лаял, но так ведь и раньше случалось – он не любит, когда чужие рядом бродят. А в остальном да, все совершенно нормально.

- Это хорошо, - абсолютно не успокоенный Фред быстро кивнул и, потерев переносицу, внушительно продолжил, - Однако, расслабляться вам, ребята, я бы все равно не рекомендовал. Охота, которая началась так жестко, не может вдруг оборваться. Особенно, если результат ее пока не достигнут… Кто бы к вам ни подбирался – он затаился, поняв, что вы теперь под крылом полиции, он выжидает подходящее время… Я уже говорил – они могут и попытаться прийти напрямую. Не впускайте посторонних, а о любых подозрительных личностях сообщайте мне. То, что пес лаял, меня настораживает – значит, кто-то ходил возле дома, быть может, хотел проникнуть внутрь. В любом случае, я повторюсь – не отдавайте! Если кто-то придет с предложением выкупить…

- Но выкупить что? – Стефан, наконец не выдержав, резко прервал оратора, сдвигая брови, - Ты и в прошлый раз весьма недвусмысленно намекал, что у нас что-то там могут пожелать выкупить или украсть, но что это, чем может быть, объяснить не захотел, а мы теперь теряемся в догадках. О чем идет речь, в укрывательстве какого такого супер-предмета ты нас подозреваешь?

Кай, периодически кивающий во время пылкой речи брата, напрочь забывая о постельном режиме, все-таки сел, немного подаваясь вперед. Ему узнать ответ на заданный вопрос было ничуть не менее интересно, чем Стефану.

Нарсао замялся, вероятно, не очень желая раскрывать свои тайны, рассказывать о каких-то своих догадках (а может, и уверенностях!) и, морщась, перевел взгляд с одного из собеседников на другого. Те ждали, не произнося ни слова, но с совершенно одинаковым выражением на лицах, настолько непреклонным и упрямым, что было ясно – отступать от своего братья не намерены. Фред, неожиданно отметивший для себя это сходство, мысленно усмехнулся. Да, в родстве этих двоих сомнений точно быть не могло. Это не подделать ни одной пластической операцией, это не внешнее, а что-то другое, что-то, идущее изнутри, роднящее их на генетическом уровне, что-то едва уловимо, тонкое, но совершенно очевидное стороннему наблюдателю.

Впрочем, сейчас было определенно не время предаваться лирическим мыслям и бурно радоваться воссоединению потерявших друг друга на целый год братьев.

Они ждали ответа, он отвечать не хотел, но с каждой секундой все больше и больше сознавал необходимость сделать это, понимал, что выбора как такового он лишен. Мужчина побарабанил пальцами по колену, продолжая размышлять, а потом внезапно хлопнул ладонью по ноге, резковато выдыхая.

- Окрест Кария, - бросил он.

Стефан, недоуменно хмурясь, посмотрел на Кая. Тот, столь же недоумевающий, уставился на брата, потом оба в едином порыве воззрились на полицейского.

Тот набрал в грудь побольше воздуха и, задержав его на секунду, давая себе небольшую фору, шумно выдохнул, принимаясь излагать не то, чтобы строго конфиденциальные, но все-таки не рекомендованные к разглашению сведения.

- Я не имею понятия, ни что это, ни как оно выглядит. Знаю только, что вся местная мафия в едином порыве пытается разыскать его уже года три как, и подозреваю, что нахождение данного загадочного предмета может оказаться исключительно неприятным для властей, - Фред на мгновение сжал губы, - Его ищут все и всюду. Периодически до нас доходят слухи, будто Окрест Кария всплыл, но схватить его никто не успевает, и поиски возобновляются. Поиски, надо сказать, ведутся довольно жестко – по какой-то причине эта штука считается очень ценной, поэтому ничьих жизней ради него не жалеют. Я опасаюсь, что, если на вас объявили охоту, он почему-то считает, что Окрест Кария в ваших руках, ребята, - полицейский окинул собеседником многозначительным взглядом, но вместо обреченного понимания встретил в них еще большее недоумение.

- Кто это – он? – Кай, прождав несколько секунд и не услышав объяснения, осторожно кашлянул. Покосился на брата, определенно разделяющего его мнение и осторожно продолжил:

- Ты говорил, что его ищут многие, но думаешь, что персонально на нас охоту объявил кто-то один?..

Нарсао ощутимо помрачнел. Иногда в разговоре с Каем он допускал одну и ту же ошибку – забывал о способности парня быстро выхватывать из его речи даже самые незначительные детали, подмечать маленькие оговорки и цепляться за них. Нет, не то, чтобы это была такая уж тайна, уж, во всяком случае, не более конфиденциально, чем Окрест Кария. Просто эту часть проблем мужчина хотел оставить при себе, полагая их скорее делом полиции, чем заботой братцев О’Ши.

Хотя, с другой стороны… Если все так, как он думает, не исключено, что ребята имеют к этому самое, что ни на есть, прямое отношение.

- Он, - с некоторым раздражением бросил полицейский и с тяжелым вздохом опустил голову, - Мы называем его Спасителем, хотя сам себя он зовет Адмиралом. Когда-то он служил в полиции, был на очень хорошем счету, отличный специалист, многих мерзавцев поймал и отправил за решетку… Но потом мужика сорвало. Все начиналось с мелочей – он застрелил парня, напавшего с ножом на женщину, прикончил пытавшегося скрыться грабителя… Потом понеслась. Он отбил девушку у насильника… и изнасиловал ее сам. Убил какого-то алкаша, рискнувшего ухватить его за руку и попросить денег на выпивку. Взорвал машину, занявшую его место на парковке… Что удивительно – во всех случаях находилось вполне логичное, и где-то даже разумное объяснение. Девушка была привлекательна, да к тому же и полуобнажена, а он, хоть и был женат на тот момент, все-таки мужчина; алкаш и так отброс общества и, схватив его одной рукой за рукав, другой полез к нему в карман, а он был вооружен… Историю с девушкой замяли, на смерть алкоголика закрыли глаза. Убитых и раненных преступников и вовсе не считали – при исполнении, в момент задержания, может случиться что угодно. А вот взорванную машину простить не смогли – она принадлежала кому-то из родственников высших чинов, а оправдать взрыв логично не смог даже он сам, привыкший выкручиваться человек. С женой он развелся, из органов ушел и пустился в вольное плавание… Несколько лет мы ничего не знали, и не слышали о нем, пока вдруг из ниоткуда в море преступности не вынырнул некий Адмирал. Мы даже не сразу поняли, что это одно лицо – Адмирал старался не светиться, лицо скрывал, но однажды все-таки попал в поле нашего зрения. Вот тогда и стало ясно, что мафия Сан-Франциско обрела по-настоящему сильного лидера, - Фред поморщился, поднимая взгляд на слушателей. До сего момента рассказывал все он скорее полу, чем им.

- Он как-то очень быстро занял высокие позиции. Может быть, это произошло благодаря тому, что он когда-то был копом и сохранил былые связи, а может, сумел сколотить за то время, что мы не слышали о нем, неплохую кубышку. Очень многих шестерок, ныне преданных ему по гроб жизни, он, появившись на криминальной арене, вытащил из рук правосудия, не дал посадить их за небольшие или даже серьезные преступления. Спаситель-Адмирал изменил свою жизнь в корне – он забыл про бывшую жену, про старых друзей, про работу, он забыл про свое законопослушное прошлое и устроил настоящий беспредел в городе. Клянусь, до его появления мафия так не бушевала! Целый год мы не успевали ловить и сажать ублюдков, грабящих и убивающих людей повсеместно, целый год город был во власти Адмирала! А потом на сцене появился Окрест Кария… И Спаситель притих. Предмет, видимо, действительно ценен – он бросил все силы своих головорезов на его поиски, - Нарсао куснул себя за губу, - Одно время поговаривали даже, что нашел. Окрест был почти в руках Спасителя, но в последний момент его украл некто Эйс – мелкая сошка, возжелавшая подмять под себя сильных. По приказу Адмирала Эйс был схвачен и жестоко допрошен – по свидетельствам некоторых, схваченных нами позднее негодяев, этот гад лично занимался пытками, однако, добиться сумел лишь признания… в невиновности. Эйс клялся и божился, что не крал Окрест Кария, даже не приближался к нему и не видел никогда, Адмирал не знал, что делать. Вожделенный предмет исчез из поля зрения, будто и не появлялся никогда. От Эйса он избавился (как вы понимаете, окончательно) и, будучи совершенно уверен, что хитрый подонок где-то припрятал Окрест, возобновил поиски. Это все, что я знаю, - полицейский перевел дыхание и, неожиданно поднявшись на ноги, явно машинально полез за сигаретами. После долгих речей ему всегда хотелось курить.

- Теперь ваша очередь выкладывать карты на стол, - он достал пачку сигарет, посмотрел на Кая и, вздохнув, пачку убрал. Взгляд его стал жестким, как у привыкшего к допросам дознавателя, каковым мужчина, в общем-то, и являлся.

- По какой причине мафия могла решить, что Окрест Кария находится в ваших руках? Более того – я подозреваю, что так решил не только Адмирал! Подослать к Каю Мышонка, чтобы тот вежливо прирезал его где-нибудь в кустах – это укладывается в картину, это почерк Спасителя, но вот грузовик… - мужчина поморщился, - Он не любит грязи, и не полагается на случайность. Его подход – это наверняка и сразу, а не может быть с робкой надеждой на удачу. Год назад Кая пытались прижать двое – Спаситель и кто-то еще, но потом, видимо, потеряли его из виду. А тут вдруг парень объявился, да еще и к брату в гости пожаловал! Здесь я снова теряюсь в догадках, - Фред развел руки в стороны, - Снайпер – это почерк Адмирала, но вот грузовик и «Хаммер»… Возможно, конечно, что Спаситель решил взять себе в напарники кого-нибудь из ублюдков помельче, но здесь что-то не вяжется. Насколько мы знаем, он всегда предпочитал быть главным, предпочитал подчинять, подминать под себя других, партнерство – не его профиль. Что-то здесь нечисто, что-то не складывается, и я не могу пока понять, что. Но одно ясно точно – многие полагают, что Окрест Кария в ваших руках. И я надеюсь, что вы объясните мне, почему.

Повисла тишина. Братья растерянно переглядывались, периодически косясь на полицейского, пытались понять, как ответить на странные слова, и никак не могли придумать достойного ответа. Стефан присел на край кровати Кая, потирая лоб; сам парень в совершенном обалдении крутил бусину, висящую на шнурке у него на шее.

- Но мы даже не знаем, что это… - именно он наконец и решился подать голос, осторожно и почти испуганно глядя на темноволосый затылок старшего брата, - Стеф…

- Мы понятия не имеем! – мужчине не требовалось оборачиваться, чтобы почувствовать взгляд брата, - Я вообще в толк взять не могу, с чего все эти твари вдруг решили, что мы владеем каким-то, как его…

- Окрест Кария, - подсказал Нарсао, и Стефан раздраженно отмахнулся.

- Какой-то фигней! – безапелляционно заявил он, - Слушай, Фредди, то, что произошло в нашей с Каем жизни, конечно, очень странно и удивительно, но это вряд ли имеет хоть какое-то отношение к мафии. До той жуткой аварии, до этого кошмарного года, мы вели совершенно спокойную, законопослушную жизнь, потом продолжали вести ее по отдельности, и теперь снова не планируем нарушать закон, правда, Кай? – здесь мужчина все-таки обернулся, взирая на брата.

Тот согласно кивнул, перехватывая эстафетную палочку.

- Поэтому предмет, интересующий мафию и полицию нам просто не нужен, Фред! Нас с братом наша жизнь полностью устраивает, тем более теперь, когда я работаю и могу не сидеть…

Его оборвал неожиданный звонок мобильного, забытого вчера в брошенных на стул штанах. Нарсао тонко улыбнулся и, предпочитая никак не комментировать негодующие высказывания братьев, а также начинающий воцаряться в комнате бардак, вежливо подал приятелю джинсы. За этот год полицейский успел убедиться, что Кай имеет сильную склонность устраивать хаос в любом помещении, где обитает и, в целом, не пытался его переучивать. Единственным, что его раздражало, был запрет друга курить в сильно захламленном помещении. Сам Фред полагал, что такую помойку уже ничто не испортит.

Кай, мимолетно кивнув, скользнул рукой в карман джинсов и, достав телефон, нахмурился. Потом быстро облизал губы и осторожно принял вызов.

- Слушаю. Что?! Нет-нет-нет, погодите… - лицо юноши сначала побледнело, затем покраснело, - Вы с ума сошли! Какое, к чертовой матери, заявление, я ничего не присылал! А вы передайте ему, что я как раз очень хочу… Да какое вы имеете!..

Разговор оборвался – невидимый собеседник бросил трубку. Кай, кипя от негодования и отчаянно пытаясь успокоиться, медленно опустил руку с телефоном, кусая губы и глядя на одеяло, скрывающее его ноги.

Брат, не имеющий ни малейшего понятия о том, что происходит, осторожно и участливо коснулся его плеча.

- Кай?..

- Меня уволили! – молодой человек рывком вскинул голову; стало видно, что он еще более бледен, чем несколько секунд назад, - Уволили, черт возьми, «по моему желанию»! Чертова секретарша сообщила, что, видите ли, мое заявление на увольнение было принято шефом, что я якобы прислал его по почте! Как подслушали, твари! – он занес, было, руку, чтобы швырнуть телефон в стену, однако, брат вовремя перехватил ее и аккуратно отобрал аппарат.

- Нет, и главное, как они могли! – Кай, постепенно остывая, медленно выдохнул, - Я же хорошо работал, без нареканий… Не могли же они из-за той дурацкой истории…

- Какой истории? – Фред, мрачнея на глазах, сдвинул брови и снова сел, потирая подбородок.

Парень недовольно отмахнулся.

- Я же рассказывал, меня одна… кхм, девица пыталась подставить. Но ее тогда вышибли, а мне… а меня…

- А ты хорошо знал ту девицу? – полицейский прищурился. В голове его, сменяя одна другую, с бешенной скоростью крутились и вращались мысли, и порою ему чудилось, что их движение он ощущает физически.

Кай ощутимо растерялся. Вообще-то, особенно близких отношений с девушками за этот год он не заводил, с родителями их не знакомился, да и вообще предпочитал встречи для получения обоюдного удовольствия, и не более того.

- Ну… не то, что бы… А в каком именно смысле тебя интересует, прости? Я хочу сказать, если в постели…

- Болван, - беззлобно буркнул Нарсао, - Слушай… Если ты не присылал заявления, и увольняться не планировал… Если тебя уже однажды пытались подставить, возможно, в надежде, что ты уволишься или будешь уволен… Значит, есть два варианта. Или кто-то не хочет, чтобы ты присутствовал на работе, или… Или, наоборот, этому кому-то ты очень нужен здесь. Дома. Рядом с братом и, возможно, рядом с…

Закончить ему не дал неожиданно донесшийся снизу звук дверного звонка, и последовавший за ним, как сигнал опасности, яростный лай пса.

Глава 9

Стефан, торопливо сбежавший вниз, глянул на экран видеофона. Потом повернулся к спустившемуся с ним и теперь ожидающему ответа полицейскому, и пожал плечами. Человек на экране не был ему знаком.

- Доставка, похоже… - мужчина еще раз покосился на экран. На нем был виден невысокий, юркий человек, в низко надвинутой на глаза кепке и неброской куртке, с какой-то коробкой в руках.

- Ты что-то заказывал? – Фред, тоже взглянув на визитера, сдвинул брови. Стефан уверенно покачал головой.

- Нет. Все, что мне нужно, я предпочитаю покупать сам, - он вздохнул и поморщился, - Эх, не подумал я сделать голосовую связь – сейчас бы послал его сразу. А так придется идти, открывать, объясняться…

- Не выходи.

Полицейский, продолжая сверлить взглядом экран, на мгновение сжал губы, будто размышляя о чем-то.

- Ты можешь открыть ворота отсюда? Если можешь – впусти во двор, потом открой входную дверь, но сам не высовывайся – жди внутри дома. Я буду рядом… на всякий случай.

О’Ши пожал плечами и, согласно кивнув, надавил на кнопку автоматического открытия ворот. Он знал, что сейчас там, на улице, замок негромко щелкнул, а потом противно запищал, давая визитеру понять, что путь свободен.

Полицейский, быстро глянув на экран и проследив, как посетитель неловко, словно стесняясь, переминается с ноги на ногу, а потом, воровато оглядевшись, заходит во двор, покачал головой и быстро шагнув к двери, занял место слева от нее, скрываясь в тени.

- Честный человек так себя вести не будет, - негромко резюмировал он и, внезапно наткнувшись взглядом на большое фото Кая с цветами перед ним, вздрогнул, - О, Господи. А это еще что?

- Я скучал по брату, - мужчина пожал плечами, и жест этот получился у него несколько виноватым. Стефан был сильным человеком, выдержанным, за этот год мастерски научился скрывать свои эмоции и демонстрировать всем и каждому, сколь велико было его горе и как сильно теперь его счастье, вовсе не собирался. Он и Каю-то показывать этого не хотел, уже полдня как корил себя за утреннюю несдержанность, и сейчас опять испытал очень неприятное чувство. Еще не хватало, чтобы жалеть начал… Нет уж, нет, он всегда справлялся с неприятностями и проблемами сам, справится и на сей раз!

- Бедняга, - Нарсао вздохнул и, покачав головой, чуть повернул ее, настороженно прислушиваясь, - Подходит.

Мужчина мрачно кивнул – он кожей чувствовал близость визитера и, вместе с тем, испытывал смутное ощущение близящейся опасности. Хорошо, хоть полиция здесь…

Вот и осторожный, почти робкий стук в дверь. Стеф открыл и, как было велено, отступил на шаг, не переступая порог. Фред затаился, готовый в любую секунду выскочить из своего укрытия.

- Стефан О’Ши? – говорил пришедший лениво, с выраженным шотландским акцентом и, похоже, жевал жвачку, помогая себе растягивать слова. Мужчина согласно кивнул, отступая еще на шаг.

Визитер продолжил все с той же ленцой:

- Вам посылка, - он шагнул вперед, минуя порог. Полицейского, притаившегося в тени, он по-прежнему не видел, поэтому действовал на редкость свободно и развязно.

Стефан развел руки в стороны.

- Здесь ошибка, мы ничего не заказывали.

- Да? – «шотландец», щурясь, криво ухмыльнулся в ответ, - Вот же жалость!

Коробка взмыла в воздух, направляясь точно в руки мужчине – посетитель освобождал собственные и, освободив, мгновенно выхватил откуда-то пистолет.

- Зато тебя заказали! – прошипел он, вытягивая руку с оружием в сторону мгновенно растерявшегося О’Ши. Он стоял, сжимая рефлекторно пойманную коробку, смотрел расширившимися глазами в черное дуло, и все, что мог заставить себя сделать – неловко прикрыться пресловутой «посылкой», уже сознавая, что это не поможет. Пуля пробьет картон насквозь, угодит точно в него… а как защититься от пули в лоб, Стефан не знал.

Грохнул выстрел, на мгновение оглушив его. Что-то хлопнуло; на мужчину сверху посыпались осколки.

Он медленно, неуверенно опустил сжимаемую в руках коробку и, почти ничего не соображающий, совершенно деморализованный, уставился на удивительную мизансцену.

Фред Нарсао, в последнюю секунду выскользнувший из своего укрытия и успевший резким толчком снизу подбить руки убийцы, меняя траекторию выстрела, замер, цепко сжимая его запястья. Тот, внезапно разочаровавшийся в собственной самоуверенности, не ожидавший такого подвоха, замер, не шевелясь и, как завороженный, глядя на разбитый плафон. Стефан отстраненно подумал, что менять теперь придется не только батарейку в часах в комнате Кая, но и лампочку с плафоном в прихожей.

Со стороны лестницы послышались быстрые шаги – Кай, услышав выстрел, не смог остаться в стороне. Увидев замершего с коробкой в руках, ошеломленного брата, в волосах которого посверкивали осколки, парень бегом бросился к нему.

- Стеф!

Мужчина потряс головой. Осколки посыпались в разные стороны, с тихим звоном падая на пол. Стефан моргнул. Что только что произошло, он понимал с трудом, думать тоже пока не получалось, и единственное, что до него дошло почти на уровне инстинкта – это что брат стоит босиком на полу, засыпанном осколками стекла.

- Все нормально, - голос звучал заморожено: Стефан не сводил взгляда с полицейского. Тот уже успел выхватить пистолет из рук не сопротивляющегося убийцы, и теперь четкими, привычными движением заламывал ему руки.

- Все в порядке. Ты должен соблюдать постельный режим, Кай.

- Как я могу соблюдать постельный режим в доме, где стреляют?! – юноша, видя, что брат пребывает в состоянии полнейшей прострации, резко тряхнул его за плечи, - Стеф, да очнись ты! Он не задел тебя?..

Мужчина медленно повел головой из стороны в сторону. На пол упало еще несколько осколков, и он осторожно потянул носом воздух, глубоко вздыхая.

Это было в первый раз в его жизни – вдруг оказаться на мушке заряженного пистолета, вдруг увидеть лицо человека, спокойно собирающегося убить его, и Стефан сейчас находился под изрядным впечатлением от проскользнувшей мимо смерти. Даже снайпер не произвел на него такого впечатления – в конце концов, лица его мужчина не видел, в глаза убийце не смотрел, да и вообще был тогда под впечатлением от возвращения брата, на адреналине, поэтому действовал почти автоматически. Во время гонки ему вообще было не до ступора, и не до осознания происходящего – не слететь бы с мотоцикла, успеть бы среагировать, когда Кай внезапно поворачивает…

Сейчас он испугался сильнее. Сейчас сердце колотилось, как сумасшедшее, и он все еще не мог оторвать взгляда от пистолета, из которого несколько секунд назад его едва не застрелили. А если бы… Он бы умер прямо здесь, дома, а убийца бы спокойно ушел, закрыв за собой дверь, оставив Кая наедине с телом брата! Господи, какой кошмар. Да во что же они впутались в такое, что им ежедневно угрожают смертью?!

Фред, видя, что несостоявшаяся жертва говорить сейчас не в силах, да и не видя смысла в расспросах (он, в конце концов, все видел и сам), ловко выхватил из-за пояса наручники, с которыми старался никогда не расставаться, и уверенно надел их на вывернутые назад руки убийцы. И только после этого, одной рукой удерживая мерзавца за цепочку «браслетов», быстро глянул на потрясенных братьев.

- Кай, налей брату воды, - негромко распорядился он, и тут же поправил сам себя, - А лучше – чего покрепче, пусть придет в себя. А ты! – здесь голос полицейского изменился, напоминая рык, - Отвечай! Кто заказал О’Ши?!

«Шотландец» противно рассмеялся, дергая скованные руки.

- Че, коп что ли, вопросы задавать? Без адвоката хрен я тебе чего…

- Ты пытался застрелить человека на глазах у представителя власти, - Фред, не желая миндальничать с преступником, пользуясь тем, что сейчас претензий за жестокое обращение с пленными ему никто не предъявит, резко ударил его по почкам. Потом схватил за волосы и, заставляя запрокинуть голову, приставил к подбородку отобранный у убийцы пистолет.

- В твоих интересах сотрудничать со следствием. Кто заказчик? Ну!

Преступник скривился – то ли от боли, то ли от презрения к полицейским вообще и к этому в частности, - и сделал довольно неловкую попытку ткнуть мужчину затылком в лицо. Фред ловко уклонился – не взирая на кажущуюся грузность, человеком он был достаточно тренированным и, к тому же, привыкшим к подобным подлым выходкам. Немного расплющенный нос его, правда, яснее слов говорил, что привычка эта была приобретена не без плачевного опыта.

- Я не знаю, придурок, - «шотландец» все-таки заговорил, - Мне присылают заказ на анонимную почту с анонимного адреса – все шито-крыто! Письмо, если хочешь знать, удалено, так что хрен ты чего докажешь!

- Ты, я вижу, паршиво разбираешься в законе, - Фред насмешливо хмыкнул и презрительно толкнул убийцу в спину, - Доказательства требуются в случае, если совершение преступления не видел никто, заслуживающий доверия. Но ты, кретин, стрелял в человека на глазах у копа, и доказательства мне не нужны! Я видел преступление и имею право арестовать преступника. Впрочем, ты можешь смягчить себе наказание…

Собеседник его хрипло расхохотался, демонстративно поднимая подбородок. Дурацкая кепочка во время стычки успела слететь, и сейчас было видно, что «шотландец» не так уж и молод, просто очень субтилен и пытается косить под подростка.

- Че ты от меня хочешь, легавый? Я ж сказал – заказ пришел от анонима, с подставного адреса, письмо удалено! Так что хрена лысого ты заказчика вычислишь… - он обернулся через плечо и, скривившись, им же дернул, - Я честный работяга, офицер, мне дали задание – ну, я денежки и отрабатываю. И все. А ты на меня злишься, какого-то сотрудничества хочешь… Откуда ж мне знать, кому твой дружок дорогу перешел? Помощи ты хочешь, ха! – он фыркнул, - Да подавись! У чувака ник кретинский – «Красный ангел» - самое то для заказчика, блин! Рой теперь землю, ищи…

Словно в ответ на его слова со стороны лестницы раздался лай. Джой, в последние дни целиком и полностью посвятивший себя охране Кая, и внезапно обнаруживший, что в доме мало того, что чужие, так еще и кто-то норовит обидеть второго из его хозяев, рвался наружу – Кай случайно закрыл его в своей комнате.

Нарсао криво улыбнулся.

- Да я-то найду, не сомневайся, - вежливо пообещал он и, слегка дернув за наручники, посоветовал, - Не дергайся. Я, знаешь ли, человек нервный, могу случайно и затылок прострелить из твоей же игрушки… а то, глядишь, и собака вырвется, а она ой, как не любит, когда ее хозяев обижают. Так что тихо, «шотландец»! Веди себя хорошо и, может быть, доживешь до того дня, когда с тебя потребуют отчет о выполненной работе.

Он легонько ткнул преступника пистолетом и, пользуясь тем, что угрозы, видимо, возымели действие, и тот ненадолго замер, быстро достал мобильный. Отправить вызов на знакомый номер тоже было делом секундным – даже в старом телефоне Фреда существовала функция быстрого набора, незаменимая при подобных обстоятельствах.

- Привет, Макс.

Между тем, Кай, уведший брата из прихожей в гостиную, и усадивший его в глубокое кресло у потушенного камина, торопливо плеснул из стоящей в мини-баре бутылки коньяк в глубокий бокал, и сунул его в руки все еще порядком деморализованному мужчине.

- Стеф…

Стефан дернулся, как от удара и уставился на брата совершенно дикими глазами. Бокала в руках он не замечал.

- Он… хотел убить меня, Кай… сказал… меня кто-то заказал, но почему, почему?! Я же… я ничего не сделал… Господи… - он попытался закрыть лицо руками, обнаружил бокал и тупо уставился в наполняющий его алкоголь, - Я даже тогда… вчера… не так. Сейчас… видеть дуло пистолета, знать, что вот-вот умрешь… Неужели это опять из-за какой-то дряни, которую ищет какой-то Адмирал?! А что будет в следующий раз? Он дом взорвет?! – мужчина, наконец, осознал, что в бокале налит коньяк и, чувствуя, что сходит с ума, залпом опустошил его. Потом с трудом выдохнул и опустил голову. Что еще сказать, он не знал.

Кай осторожно присел на подлокотник его кресла и участливо коснулся плеча – чем еще помочь, как поддержать брата, он не знал.

- Может, это не дело рук Адмирала, - неловко молвил он, - Фред же говорил, что не все происходящее делается по его приказу…

- Вот уж утешил! – Стеф всплеснул свободной рукой, едва не раздавив при этом бокал в другой. Вовремя остановился и аккуратно отставил его на широкий подлокотник кресла, сам прикрывая глаза. Чувство невероятной усталости навалилось на него; безумно захотелось спать.

- Вот же влипли мы с тобой в переплет, братишка… Хотя я даже не знаю, как нам это удалось, - он слабо махнул рукой, - Знаешь, честно говоря, если бы я знал, что такое этот Окрест кого-то там (и если бы он действительно был у нас) я бы его отдал к чертовой матери этому Спасителю, и пусть подавится! Может, тогда бы он от нас отстал.

Парень неловко дернул уголком губ. В голове его неожиданно пробудилась довольно странная, можно даже сказать – абсурдная мысль, которой он, тем не менее, посчитал нужным поделиться с братом.

- Может, нам самим поискать его? Найдем, отдадим Адмиралу, ну, и заживем, наконец, спокойно…

Старший О’Ши улыбнулся с мрачным оттенком отчаяния. Идея ему, говоря откровенно, понравилась, но поставленная задача казалась невыполнимой.

- Да я бы с радостью, Кай, честно. Но мы не имеем понятия, где искать – это раз, и Адмирал, получив, что ему нужно, скорее всего избавиться от нас, как от лишних свидетелей – это два.

- Значит, найдем и используем против него сами! – юноша, совсем возмутившись, вскочил на ноги, - Все лучше, чем сидеть и гадать, из какого угла тебя опять попытаются прикончить! Все, решено – ищем Окрест Кария! Только… мне кажется, Фреду об этом лучше не говорить.

…

Макс прибыл через пятнадцать минут – рекордно короткий срок, особенно с учетом обычных в это время пробок, - и, обнаружив коллегу с преступником на мушке, довольно ухмыльнулся. Эта картина ему никогда не надоедала – ловить негодяев он любил, испытывая в эти мгновения невероятно приятное чувство причастности к правосудию, ощущая, как их стараниями город становится чище и безопаснее.

- Что за крысеныш? – он окинул презрительным взглядом невысокого, юркого типчика, обратил внимание на валяющуюся на полу бейсболку, отметил для себя скованные руки и глянул на Фреда. Тот хмыкнул.

- Честный работяга! Ему, понимаешь, заказали убить Стефана О’Ши, так он не поленился – прикинулся курьером, приволок пустую коробку и чуть не пристрелил его у меня на глазах. Еще отнекиваться пытался, зар-раза… - Нарсао скрипнул зубами, толкая «шотландца» к напарнику. Тот ловко перехватил арестованного и, удерживая его (Макс силой ничуть не уступал своему напарнику и совладать с худощавым немолодым человеком был вполне способен), поинтересовался:

- Вместе поедем? Или у тебя еще дела тут?

- Да нет, с делами я уже все, - Фред огляделся, ища взглядом кого-нибудь из хозяев дома. Не обнаружив же в пределах видимости никого из них, он вздохнул.

- Сейчас, скажу только парням, что мы увозим эту пакость, и поедем.

Притихшая, было, «пакость» недовольно завозилась и, чихнув, с претензией уставилась на нового участника событий.

- Вам впаяют жестокое обращение с пленными, - желчно процедил пленник, - У меня руки затекли просто… ну… охренеть, как, шея чешется уже минут пять! А вы тут жвачку, блин, размазываете – один доехать никак не может, другой вообще шавка послушная, никак с хозяином распрощаться не может! Да я лучше пешком пойду, чем с вами, козлами…

- Убери его, - бросил Нарсао, не желая слышать дальнейших излияний, - Пусть в машине ждет. Я скоро.

Когда он двинулся в сторону гостиной, наверху снова залаял, а затем завыл пес, и мужчина вздохнул. Животных он любил, хотя сам и не мог позволить себе завести, и сейчас бедняге-Джою всецело сочувствовал. Надо бы напомнить безалаберным хозяевам, что у них там животинка страдает…

Безалаберные хозяева обнаружились в гостиной, возле камина, о чем-то увлеченно, хотя и не очень радостно, беседующими. Заметив вошедшего полицейского, они замолчали, обращая к нему вопросительные и настороженные взгляды.

Фред успокаивающе улыбнулся.

- Приехал мой напарник, - уведомил он, - Сейчас отвезет этого подонка в участок. А у вас наверху пес с ума сходит, вы бы хоть выпустили его!

Кай вскочил, было, но тут же снова сел, недовольно поморщившись.

- Если его выпустить сейчас, когда в доме чужие, он, пожалуй, бросится нас защищать. Неизвестно, что сделает, не хочу, чтобы потом на нас повесили превышение самообороны или, чего доброго, сочли Джоя бешенным… пусть эта сволочь лучше сядет. Он же сядет?

Полицейский негромко вздохнул и поморщился.

- Да сядет-то он сядет, вот только… Я по всем законам не могу повесить на него ничего, кроме покушения на убийство. Это минимальный срок. Надо бы больше, конечно, но… - он вздохнул и махнул рукой, давая понять, что законы не совершенны.

Кай, переглянувшись с братом, нахмурился.

- Но он же наемник! Стефана убить, к счастью, не получилось, но ведь были и другие…

- Доказательств этого нет, - Фред скривился еще больше, - И он нам их вряд ли предоставит.

- Ладно, хрен с ним! – Стефан, хмурясь, скрестил руки на груди, - Хоть немного пусть посидит. А мы за это время, быть может, успеем решить свои дела, выясним, кому мы мешаем жить, и все такое.

- Может быть, - Нарсао, не желая развивать тему, быстро кивнул и полез за сигаретами, - Ладно, ребята. С вами мы все обсудили, и я уже замучился, как хочу курить. Поедем мы. А вы помните, что я говорил – не открывайте дверь кому попало! Сами видите, к чему может привести. Ну, или, по крайней мере, старайтесь не делать этого в одиночку, хорошо? – и, дождавшись несинхронных, но согласных кивков в ответ, мужчина сам удовлетворенно опустил голову. После чего махнул в знак прощания пачкой сигарет и, более не задерживаясь, быстро покинул гостеприимный дом. На крыльце он с наслаждением закурил и, затягиваясь, неспешно направился к машине.

Стефан тяжело вздохнул и, откинувшись на спинку кресла, прикрыл глаза, безрадостно улыбаясь.

- Прямо как в детстве… не открывай дверь посторонним дяденькам и тетенькам, не бери у них конфетки…

- И лучше вообще с ними не разговаривай, - подхватил брат, сам ухмыляясь, - Дай деру и домой. А там нажалуйся братику – он защитит!

- Между прочим, это очень хороший вариант, - оценил собеседник и, открыв глаза, с ласковой насмешкой воззрился на парня, - Кстати, кто тебе разрешал нарушать постельный режим? Если уж я, как старший братик, тебя должен защищать от дяденек и тетенек с конфетками, то и здоровье твое от твоих выходок защитить сумею!

- Вообще-то, я уже взрослый, - Кай недовольно надул губы, но тут же махнул рукой, - И не мог же я оставаться в постели, когда в тебя стреляли! Да и в самом деле, Стеф, сколько ты еще заставишь меня валяться? Я придумал - давай, ты проявишь милость и заменишь мне постельный режим домашним арестом! А? – парень умоляюще сцепил руки, - Ну, пожа-алуйста!

Его брат фыркнул и, покачав головой, обреченно махнул рукой. Сопротивляться мольбам любимого брата, так неожиданно вернувшегося в его жизнь, мужчина способен совершенно не был.

- Но домашний арест не включает в себя гонки на мотоциклах, - он все еще тщился сохранить серьезность, - Это понятно?

Молодой человек оживленно кивнул – в ближайшее время он, в общем-то, и сам не планировал никуда выезжать, предпочитая насладиться пребыванием в родном доме. Странно, но, кажется, он скучал по нему не меньше, чем по Стефану, хотя и не сознавал это…

- Так точно, сэр! – он шутливо козырнул и опять поднялся на ноги, - Пойду, выпущу Джоя, пока он горло не сорвал. А потом займемся поисками! С чего их начнем?

Стефан фыркнул, неспешно поднимая следом за братом.

- Думаю, с уборки. Надо подмести осколки, ну, а потом… потом посмотрим. Не выпускай пока Джоя, я сначала подмету. Не хватает еще, чтобы он лапу порезал.

Глава 10

«Шотландец» сидел в камере предварительного заключения. Отправить его за решетку на полный срок полицейские, даже не взирая на то, что видели прямое покушение на жизнь человека, пока не могли – необходимо было получить официальный приговор судьи. Для этого следовало дождаться суда, а суд, как обычно, откладывался – слишком много было негодяев, которых следовало примерно наказать.

Фред и Макс, прекрасно сознающие, что правосудие вершится не быстро, в целом, относились к этому спокойно. Преступник был за решеткой, за время, что он проведет в предварительном заключении они, быть может, сумеют обнаружить и другие его грехи, и тогда мерзавец получит по полной.

А может быть, сумеют и извлечь некоторую выгоду из его пребывания здесь…

Ни Нарсао, ни его напарник не сомневались, что предыдущие покушения на их неожиданных подопечных и эта странная попытка между собой связаны, более того – они были уверены, что за всем этим стоит один человек. Или люди.

По кабинету плыл удушливый запах сигаретного дыма и крепкого кофе, было жарко. Макс, расстегнувший ворот рубахи и закатавший рукава, тяжело вздохнув, навалился на стол, отрывая взгляд от бумаг перед собой и устремляя его на напарника. Тот, грузный, взмокший в душном помещении, сосредоточенно попыхивал сигаретой, изредка сбрасывая с нее пепел, и отвлекаться от документов не планировал.

- Ты помнишь странное убийство недавно? – Макс прищурился, изучая напарника взглядом, - Ну, мужика сбросили с моста, пытались фальсифицировать суицид?

- Это к нам отношения не имеет, - Фред, не поднимая головы, перелистнул страницу дела и вдруг раздраженно хлопнул по ней рукой, - Дьявол! Ничего хоть сколько-нибудь полезного! Заказы он принимает через анонимную почту, письма после прочтения уничтожает… Доказать его причастность практически невозможно!

- Практически, - подчеркнул Макс, - Фред, я же не просто так тебе напомнил про того мужика. Пока ты возился с О’Ши и бесконечными покушениями на них, я копнул глубже, прошелся по набережной, поспрашивал торгашей…

- И что?

Отвлекаться от основного вопроса не хотелось, однако, необходимость заниматься и другими делами Нарсао понимал. И, раз уж напарник взял на себя в этом деле львиную долю работы, надо хоть выслушать его, поддержать, помочь…

- И ничего, - собеседник фыркнул, - Фотку показал. Один вспомнил, говорит, он у него сэндвич купил, только сам есть не стал – отдал спутнику. Уточнил, что тому, видать, нужнее было – уже больно тощий он, невысокий, субтильный… Говорил с шотландским акцентом.

Фред вскинулся. Так-так-так, картинка начинает складываться… По крайней мере, часть ее. Если «шотландец» замазан еще в одном деле, находящемся в его ведении – то это же просто подарок судьбы! Еще бы выяснить, за что он убил того человека, кто его заказал, да по какой причине… Может, дело опять в Окресте Кария?

- Между прочим, про анонимную почту я слышу уже не в первый раз, и не только от этого ублюдка, - продолжал, как ни в чем ни бывало, Макс, - Видимо, это что-то типа сан-франциской базы для киллеров и заказчиков, бизнес поставлен на широкую ногу. У нас к ней, правда, доступа пока нет.

- А пароль? – Фред задумчиво потыкал ручкой в протокол допроса, и затушил в пепельнице окурок, - Если как следует прижать «шотландца»…

- Я его уже прижал, - Макс насмешливо ухмыльнулся и, откинувшись на спинку стула, скрестил руки на груди, - Пароль меняют каждый день, присылают его в смс. Каждый раз с нового номера. Сообщения он, понятное дело, сразу же удаляет, а нового в ближайшее время ждать не приходится – ты же знаешь, как быстро расходятся слухи об аресте кого-то из… - он сморщился, - Этих.

Нарсао знал. Знал слишком хорошо, и всегда испытывал по этому поводу вполне обоснованное раздражение – выходило, что кто-то в полиции сливает информацию в криминальный мир, а поймать крысу за хвост, похоже, никто и не пытался. Если бы эта крыса был в их отделе – он не сомневался, ее бы схватили. Но тут, видимо, дело было поставлено более широко… Ладно, черт с ним.

- Так, хорошо, а адрес? – мужчина прищурился, - У нас есть толковые ребята, зная адрес, смогли бы взломать…

- Я попытаюсь узнать, - Макс серьезно кивнул, - Странно еще, что он слил ник заказчика… хотя «Красный ангел» говорит мало.

- Потому и слил, - Фред вздохнул и, достав пачку сигарет, покрутил ее в руках. Потом убрал и предпочел сделать долгий, прочувствованный глоток кофе.

- И, может быть, нам это сыграет на руку, - продолжил он после короткой паузы, - Подумай, Макс – кто из наших знакомых еще называется имечком такого… благочестивого рода?

Макс думал недолго.

- Кардинал?

- Возможно… - мужчина потер подбородок, - Но Кардинал, как правило, действует не через вторые, а через третьи, а то и четвертые руки… С чего бы ему лично оформлять заказ?

- Во-первых, это вполне могли быть те самые «четвертые» руки, а ник он мог придумать и сам, просто, чтобы поиздеваться над нами, если вдруг наемника схватят, - Макс развел руки в стороны, - Ну, а во-вторых, если речь опять идет о том предмете, я не удивляюсь. От Окреста Кария у них у всех просто башню сносит… Если Кардинал тоже включился в гонку за ним, значит, он тоже полагает, что эта хрень у братьев О’Ши.

- Но тогда кто из них стоит за покушениями?! – Нарсао неожиданно стукнул кулаком по столу, едва не перекинув чашку с остатками кофе, и вскочил на ноги. Лицо его пылало гневом.

- Кто из этих двоих, Макс, кто?! Покушения были, но все какие-то разные, такое чувство, что тут действует не один, и даже не два мерзавца! Кого, черт возьми, ловить, где искать, на кого делать ставку? Будем гоняться за Адмиралом – упустим и Кардинала, и его, потому что Спаситель, как обычно, вывернется, а ребята останутся под угрозой!

- Положим, упускать Кардинала нам не привыкать, - рассудительно отозвался напарник, - Не волнуйся так, Фредди, не дадим мы твоих друзей в обиду. Может, нам вообще лучше самим поискать Окрест Кария, да и спрятать его ото всех хорошенько?

Фред сжал кулаки и уверенно мотнул головой. Для себя он уже давно все решил, и прекрасно знал, что будет делать с загадочным предметом, если тот попадет к нему в руки.

- Если мы найдем Окрест Кария сами, - негромко вымолвил он, - То единственным верным выходом будет просто уничтожить эту дрянь. Слишком уж сильно от нее сносит всем крышу, мне бы не хотелось искушать кого-то из наших.

Макс не стал спорить. Ему вообще, по большому счету, было наплевать и на Окрест Кария, и на то, что будет с ним в дальнейшем – в полицию его привела жажда справедливости и желание защищать людей, и именно этим он и занимался здесь с полной самоотдачей.

- Что ж, уничтожить, так уничтожить. Осталось только его найти.

***

Кай немного опустил крышку ноутбука. Обнаружив его на столе, он был обрадован и изумлен одновременно – брат действительно не трогал его вещей, компьютер не включал, и тот даже сохранил несколько процентов зарядки. Настройки не были сбиты, все было привычно и удобно, и найти необходимую информацию труда не составляло. Знать бы еще только, что искать…

Кай повернулся к брату.

- Итак, - он картинно откашлялся, - Скажите мне, коллега, что мы знаем о предмете, который в едином порыве разыскивает вся мафия Сан-Франциско?

- Ни-че-го! – с готовностью отчеканил «коллега» и, хмыкнув, завалился на спину, укладываясь на кровать младшего брата. Тот мимолетно поморщился, но комментировать это не стал – были вопросы и поважнее.

- Неправильный ответ! Мы знаем, во всяком случае, как эта штука называется. Ну, и то, что он по какой-то причине действительно нужен всем вокруг. Если сложить все вместе и подключить воображение, можно получить на выходе древний артефакт, наделенный магическими силами.

- По-моему, кому-то надо читать поменьше фантастики, - Стеф фыркнул и, не меняя позы, скрестил руки на груди, - Что ты предлагаешь, археолог? Побродить по музеям, в поисках магической дребедени или лучше сразу пошляться по злачным местам, поспрашивать, где бы нам найти господина Адмирала?

- Чтобы нас пришил первый же, кого мы о нем спросим, - кивнул Кай и, вздохнув, снова открыл ноутбук, - Стефан, давай серьезно. Тот, кому мы неожиданно перешли дорогу, мечтает о нашей смерти и свято верит, что Окрест Кария мы храним у себя под подушкой. Раз мы не можем разобраться с этим «гением» лично, давай хотя бы найдем то, что ищет он!

- Как? – мужчина приподнялся на локтях, запрокидывая голову и искоса разглядывая брата, - Под подушки заглянем? Мы об Окресте Кария знаем даже меньше, чем мафия, Кай! Я даже не знаю, зачем ты включил ноутбук – если бы в интернете можно было найти что-то полезное, они бы не убивали ради его нахождения!

Парень в раздумье побарабанил пальцами по столу. Ощущать его гладкую поверхность, вновь испытывать утерянные, забытые на целый год ощущения, было приятно, это помогало настроиться на размышления.

В словах брата, вне всякого сомнения, имелось зерно истины, он, конечно, был по-своему прав… но Кай, дитя компьютерного века, все равно продолжал свято верить во всемогущий Интернет, и сдаваться не хотел.

- Ну, давай попробуем подумать вместе, Стеф, - он повернулся на кресле и, подтянув колено к груди, обнял его руками, - Знаешь, как бывает – ответ лежит на поверхности, и его никто не видит, потому что все ищут где-то глубоко… Окрест Кария… Кария Окрест…

- Кария? – Стефан повернулся на кровати, опираясь на нее теперь одним локтем и с любопытством глянул на брата, - А вот интересно – кто такой этот Карий?

- И почему его Окрест! – Кай оживленно повернулся вновь к ноутбуку, - Голову прозакладывать готов – Карий был каким-нибудь святошей, причем, скорее всего, древним… Иначе с чего бы ему креститься?

- Я вообще-то тоже иногда крещусь, так что не аргумент, - буркнул мужчина и, глубоко вздохнув, небрежно помахал в воздухе рукой, - Ладно, давай, ищи. Если вдруг что найдешь – свистни, я вздремну пока, пожалуй…

- Не на моей кровати! – Кай, не отрываясь от экрана ноутбука, схватил стоящую на столешнице мягкую игрушку – старый подарок на день рождения, оставшийся с детских лет, - и ловко швырнул ее из-под руки в брата. Стефан игрушку поймал и, демонстративно погладив, хохотнул.

- Да ты вандал!

- Уж какой есть… - парень, больше поглощенный своими поисками, нежели разговором, куснул себя за губу и в раздумье потер подбородок. Потом кликнул мышкой по ссылке и, быстро пробежав глазами несколько абзацев текста, набранного курсивом, нахмурился.

- Слушай, Стеф…

Закончить ему не дал внезапный лай. Джой, находящийся с ними в комнате, вскочил и, глядя на молодого хозяина, ощерился, зло рыча и не прекращая гневно лаять.

Кай открыл рот, чтобы успокоить любимца, но тут у него в кармане зазвонил телефон. Парень моргнул и, удивленно косясь на надрывающегося пса, сделал брату знак утихомирить того. Стефан, не менее удивленный, сел на кровати и, притянув Джоя к себе, принялся тихо что-то ему внушать.

Пес притих. Кай принял вызов.

- Да, Дилан?

- «Да»?! – судя по голосу, человек на том конце связи негодовал, и сильно, - И тебе хватает наглости вот так вот просто говорить «да»?! Кай, куда ты исчез? Я до тебя еле дозвонился сейчас – все это время ты был бессовестно недоступен! Домой к тебе заходил – тебя не нашел, соседи говорят, видели, что ты уходил с каким-то мужиком…

Юноша, выслушивающий возмущение со все более и более широкой улыбкой, честно попытался подавить ее и ответить серьезно.

- Это мой брат. Не надо так волноваться, Дилан, честное слово, у меня все в полном порядке…

- «Не надо волноваться»! – собеседник, похоже, попытался всплеснуть руками, так как в телефоне зашуршало, - Ты бы хоть набрал меня, сказал, что все окей, я же понятия не имею, что ты там, как ты там… Постой, ты сказал «брат»? Какой брат? Откуда он взялся?

- Учитывая, что мы родные, полагаю, он взялся оттуда же, откуда и я, - невозмутимо отозвался Кай и, покосившись на почесывающего Джоя за ухом Стефана, глубоко вздохнул, - Мм, Дил, слушай… я тут сейчас немного занят, а объяснять все долго. Да и не телефонный это… Давай я перезвоню попозже?

В трубке воцарилась тишина – хороший друг медленно переваривал тот факт, что его только что вежливо послали.

- Ну… ладно, - наконец, неуверенно откликнулся он, - Хорошо, что ты хоть живой, а то Фред про какую-то аварию упоминал… Если будет время – можем пересечься в центре. Да, Фред еще говорил, ты вроде новый мотоцикл купил? Я бы хотел взглянуть.

- Погоди, а причем тут Фред? – парень, с некоторых пор очень нервно относящийся ко всему, связанному с полицией, нахмурился. Дилан нескрываемо удивился.

- Я искал тебя, расспрашивал его… а что?

- Да нет, ничего… - Кай быстро облизал губы, - Что он тебе сказал?

Собеседник откровенно рассмеялся. Он вообще, как давно заметил младший О’Ши, был немного странным парнем, и иногда выдавал довольно неожиданные реакции на самые простые вопросы.

- Ты Фреда, что ли, не знаешь? Да у него какая погода просто так не узнаешь, ответ клещами надо тянуть! Боже, Кай… - собеседник тяжело вздохнул, прекращая смеяться, - Какой-то ты подозрительный стал, не нравится мне это. Короче, Фредди мне ничего толком не сказал, ограничился тем, что «все в норме». Ну, упомянул, что ты угодил в аварию, но сейчас уже вроде бы как дома и в полном порядке… Но я-то тебя дома не нашел, вот и волновался!

- Извини, - Кай, которому не терпелось вернуться к прерванным поискам, ужасно хотелось прочитать обнаруженную статью, и вообще надоело объяснять одно и то же по двадцать раз, безнадежно покосился на брата, будто надеясь на его помощь. Тот пожал плечами и, закрыв рот рукой, позвал, стараясь говорить будто бы издалека.

- Кай! Ты там скоро?

Парень благодарно моргнул.

- Ой, все, меня уже брат зовет. Созвонимся, ага?

- Заметано, - явно без особенного энтузиазма отозвался Дилан, и первым отключился. Кай перевел дыхание и с видимым облегчением отложил аппарат. Стефан вопросительно вскинул брови.

- Фред, Дилан… А ты и вправду не терял времени даром. Друзей у тебя, похоже, стало больше, чем было до аварии.

- Разве это плохо? – Кай отвлеченно пожал плечами, снова обращая взгляд к экрану, - Спасибо, что помог. Непонятно только, чего Джой лаял…

Мужчина легко махнул рукой – он в этом ничего странного не видел.

- Он просто еще не слышал, как звонит этот твой телефон, не привык. Когда ему непонятно – он лает, только и всего. Что ты там нашел?

- Да, наверное, - невпопад отозвался молодой человек, - Только залаял он до звонка. Да, тут кое-что есть. Про Кария.

Стефан недоверчиво приподнялся на кровати, даже слегка приоткрывая рот.

- Да ты шутишь… Только забил в поисковик запрос – и сразу нашел то, что надо? – он покачал головой, - Любит тебя судьба, братец… И что там?

- Ну… - Кай немного замялся, прикидывая, как бы донести информацию более сжато, - Короче, так. Жил-был как-то на свете святой по имени Карий. То есть, вообще говоря, святым он не родился, и стал не шибко-то рано, да и вообще не был единственным из святош, кто носил такое имя, но…

- Кай, - брат устало прикрыл глаза, - Короче.

Парень поморщился – короче говорить его заставляли все: брат, друзья и даже коллеги по работе, никто не давал сполна развернуться и довести мысль до конца, и это иногда раздражало. Впрочем, спорить со Стефаном ему не хотелось.

- Карий этот изначально был не слишком хорошим человеком, очень много грешил (подробностей здесь нет), и к церкви относился почти с насмешкой. Но потом вдруг ему привиделся какой-то благочестивый, пророческий сон – ну, ты знаешь, со святошами такое часто бывало, - и он понял, что ведет себя нехорошо, что должен изменить свою жизнь, измениться сам, и после этого крестился. Крестился, здесь даже указана церковь, где это произошло… - Кай слегка пожал плечами, - После того, как он обратился к Богу, ему стало в жизни везти неимоверно, с легкостью он начал обходить преграды, да невзгоды, что посылала ему судьба. Но вот от благ, которыми она его пыталась осыпать, святой теперь отказывался в пользу Бога и церкви, жил скромно и… до невозможности свято. В целом, это все, и я даже не совсем уверен, что это хоть что-то значит… - молодой человек вздохнул, - Но есть адресок церкви, где он крестился и – ты удивишься, - но это не слишком далеко отсюда. Видимо, Карий жил где-то на территории нынешнего Фриско… Короче, это единственная зацепка, какая есть, да и церквушка недалеко, и вообще все очень удачно складывается. А?

Стефан помолчал, переваривая информацию, потом резко встал, едва не поставив ноги на развалившегося у кровати пса. Джой недовольно хрюкнул, но особенно возмущаться не стал, просто со вздохом перелег в другое место.

- Знаешь… - мужчина потер подбородок, - Это все звучит, как без пяти минут бред сумасшедшего. Какой-то святой, какая-то церковь… Но других зацепок у нас действительно нет. Что ж… видимо, придется следовать тропою безумца. Как знать, может, после посещения церквушки и нам везти начнет?

Глава 11

- Никаких мотоциклов! – Стефан, услышав о намерении брата добираться до нужного места посредством двухколесного транспорта, искренне вознегодовал.

Кай только вздохнул, сдерживая терпеливую улыбку. Такое поведение брата было для него не в новинку – можно сказать, что с самой первой его поездки на мотоцикле, Стефан начал проявлять неуемное беспокойство.

Кай помнил, как это было в тот раз. Ему только-только исполнилось восемнадцать лет… Хотя нет, это началось раньше. Пожалуй, молодой человек и сам затруднился бы сказать, с какого конкретно возраста он стал интересоваться мотоциклами, когда начал просиживать часы перед телевизором, с открытым ртом глядя на мотогонки. Брат его увлечений не то, что не разделял – он их всецело не одобрял и, похоже, очень опасался, как бы интерес Кая к мотогонкам не перерос во что-то большее.

Видимо, боялся он излишне сильно, потому что страх этот, наконец, стал явью.

В восемнадцать лет Кай всеми правдами и неправдами, мольбами и угрозами выбил из брата свой первый мотоцикл и разрешение обучаться в автошколе. Когда же он завершил обучение, и с чувством абсолютной уверенности в своих силах отправился в первую самостоятельную поездку, Стефан просто схватился за голову.

Кай гонял, как сумасшедший, удивительно ловко избегая каждой опасности, уворачиваясь, уклоняясь от встречных автомобилей, совершая иногда безумные прыжки с трамплинов или просто при помощи «лежачих полицейских». И каждый раз, когда юный неслух лихо подкатывал к воротам дома, у брата его замирало сердце. Он вздрагивал от каждого звонка, опасаясь услышать страшную новость, у него дрожали руки, когда брат садился на мотоцикл…

Должно быть, он и в этот раз боялся излишне сильно. Страшное известие было им однажды получено, ужасная авария поделила его жизнь на «до» и «после»… Кай понимал это. Сознавал, до какой степени брат боится за него, а тем более после всего, через что ему, им обоим, пришлось пройти. Он даже признавал право Стефана бояться за него, признавал его право беспокоиться, заботиться о нем…

Но не желал, чтобы брат забыл, что он уже тоже взрослый человек и у него есть право голоса. А после двух аварий он стал намного осмотрительнее, и теперь ведет себя на трассе куда как аккуратнее.

- Мы поедем на джипе, Кай, - продолжал Стефан, не подозревая о мыслях брата, - Я говорил тебе и не устану повторять…

- Твой джип стоит с пробитыми колесами на стоянке возле «Мертвой петли», - Кай очаровательно улыбнулся и невинно пожал плечами, - Хотя, конечно, мы можем вызвать такси.

- Угу, чтобы встретить очередного Мышонка… - брат его ощутимо помрачнел, тяжело вздыхая. Парень сдержал довольную ухмылку. Он хорошо знал Стефана, настолько хорошо, что вполне мог предсказать его реакцию на собственные слова. Он видел, как потрясла брата новость о том, что в роковой день он вез за спиной убийцу, заметил, как напряглось его лицо тогда, и не сомневался, что это западет ему в память. Как не сомневался и в том, что сумеет склонить его на свою сторону.

В конце концов, машина-то Стефана действительно была, мягко говоря, недееспособна, а вызов такси сейчас был потенциально опасен, и значит, оставался только один вариант…

Стефан откровенно сморщился.

- Но ведь ты еще не пришел до конца в себя! – в голосе мужчины звучала почти мольба.

Кай, вновь напомнивший себе, что брат любит его и боится потерять, а теперь боится раза в четыре больше, терпеливо вздохнул и попытался свести все к шутке.

- Ничто не отрезвляет лучше, чем седло мотоцикла! – самоуверенно заявил он и, подумав с секунду, прибавил, - И не оздоравливает тоже. Сам же убедился, что мотоспорт – довольно энергозатратный, а значит, и чрезвычайно полезный вид спорта…

- Ты удивишься, но я никогда не считал, что энергозатратность и полезность – синонимы, - кисло отозвался Стефан и, вздохнув исключительно тяжело, обреченно махнул рукой. Он все еще тщился переубедить упрямого младшего брата, все еще надеялся воззвать к его здравомыслию и с каждым мигом убеждался, что последнего за прошедший год у Кая не прибавилось.

- А если у тебя вдруг закружится голова? Или за нами снова объявят охоту какие-нибудь чокнутые маньяки? Нет, Кай, давай уж мы лучше подождем, посидим дома, а вот когда ты поправишься… К этому времени я, быть может, уже и джип восстановлю.

- Ну, конечно! – Кай всплеснул руками, - А наш дом за это время заминируют и взорвут, убежденные, что у нас есть что-то такое, о чем мы не имеем ни малейшего понятия! Знаешь, если уж умирать – так хоть знать, за что страдаешь!

Брат его энтузиазма и тут не разделил.

- Ты снова удивишься, но я из-за этой дряни все равно не хочу умирать, - огрызнулся он и, запрокинув голову, покачал ею. А потом вдруг улыбнулся и, опустив взгляд, посмотрел на брата уже совсем по-другому.

- Как же мне этого не хватало, Кай… Вот этого твоего бестолкового упрямства, твоей неугомонности, готовности в любую секунду вскочить на мотоцикл и нестись, сломя голову, куда глаза глядят! Серьезно, - мужчина пару раз моргнул, очень надеясь, что собеседник не заметит его повлажневших некстати глаз, - Я безумно скучал по тебе.

На губах против воли появилась широкая улыбка. Как ни крути, а такие слова лестно слышать любому человеку, особенно же приятно, когда они звучат столь искренне.

Кай спешно подавил улыбку и, виновато вздохнув, опустил взгляд. Услышав такие слова, ему очень, просто безумно хотелось ответить брату тем же, сказать, что скучал не меньше, что тосковал, хотел увидеть… но сказать так – значило бы солгать. Он не помнил Стефана весь этот год, вспомнил о нем и начал скучать буквально несколько дней назад, и сразу же поспешил отыскать его.

- Прости меня, - он на мгновение сжал губы, - Прости, Стеф, я… я бы так хотел сказать тебе, что тоже скучал, просто… То есть, я и скучал, честное слово, просто я не понимал…

- Не надо, - старший О’Ши широко улыбнулся и, легко хлопнув младшего по плечу, слегка приобнял его, - Я все прекрасно понимаю, Кай. Слава Богу, что к тебе вернулась память… Надеюсь, больше она тебя не покинет. Поехали в твою церквушку. Вечно ты из меня веревки вьешь… И дай мне клятву не гнать во весь опор!.. Без веской причины. В прошлый раз я итак едва не поседел.

- Но в прошлый раз причина была! – юноша сверкнул озорной улыбкой и, на мгновение прижавшись к обнимающему его брату, тотчас же отстранился, оглядываясь. Схватил с тумбочки возле зеркала шлем и, провернув его в руках, воодушевленно кивнул.

- Погнали! Кстати, тебе надо тоже приобрести шлем. В последнее время тебе удивительно часто доводится ездить на мотоциклах…

…

Вопреки мрачным мыслям и ожиданиям Стефана О’Ши, на сей раз поездка на мотоцикле оказалась довольно удачной и, можно смело сказать, комфортной. Кай ехал не слишком быстро, но, в то же время, и не совсем медленно, никакие психи на грузовиках за ними больше не гонялись, поэтому на месте, чей адрес мотоциклист хорошенько затвердил перед выездом, оказались довольно скоро.

Здесь их, правда, ожидал неприятный сюрприз – по всему было видно, что церквушку, уже долгое время как мозолящую глаза кому-то из представителей администрации, приготовили к сносу, а дабы избежать проникновения нежеланных гостей еще и обнесли забором.

- Перелезть не трудно, - запальчиво заявил Кай и, окинув оценивающим взглядом довольно хлипкую конструкцию, махнул рукой, - Хотя можно и просто развязать вон ту веревочку на воротах.

- Главное, чтобы купол церкви нам на головы не рухнул, - мрачновато отозвался Стефан и, глубоко вздохнув, поспешил приблизиться вместе с братом к воротам, дабы контролировать процесс вандализма.

Веревочка поддалась легко – затянута она не была и две замочные петли были замотаны ей чисто символически, и «взломщики» наконец проникли на территорию церквушки.

- Надеюсь, нас не оштрафуют за проникновение на чужую частную собственность, - безрадостно пошутил мужчина и, вздохнув, потер лоб, - Вечно ты меня втягиваешь в свои авантюры… не понимаю, в кого ты такой уродился?

- Не знаю, - Кай легко пожал плечами и, культурно прикрыв ворота за собой, оживленно потер руки, - Так-с, надеюсь, церковь не заперта... Кстати, тебе не кажется, что она какая-то странная?

Стефан окинул возвышающееся пред ними здание долгим, оценивающим взглядом и тоже пожал плечами. В чем-то его брат, возможно и был прав – церквушка не походила ни на одну из известных мужчине, вместо куполов имела высокие башни с покатыми крышами, и была начисто лишена крестов и святых изображений на стенах.

- Может, она не католическая, - старший О’Ши сжал губы и качнул головой, - Или мы вообще влезли куда-то не туда – на церковь это как-то мало смахивает.

- Нет, ну почему! – парень, совершенно убежденный в своей правоте, мигом вступился за церквушку, - Колонны возле входа, старая кирпичная кладка, да и вообще, общий антураж такой… мм… церковный. Зайдем?

Его брат хмыкнул и, не желая спорить с юным авантюристом, приглашающе указал ему на массивные деревянные двери с тяжелыми кованными кольцами вместо ручек.

Кай воодушевленно кивнул и весело заспешил к ним. Стефан, хмурясь, направился следом, сумрачно размышляя, что для его брата это все, похоже, не более, чем забавное приключение. А между тем, самого мужчину это сумасшествие гнело и пугало, он не мог прекратить думать о могущих возобновиться покушениях на их жизнь, не мог забыть о снайпере, которого так и не поймали, о психах за рулем, о которых тоже ничего не известно, о Спасителе-Адмирале, объявившем на них охоту, да и вообще обо всей той страшной игре, что завертелась вокруг них, мешая спокойно жить. Им следовало бы сидеть дома, выходя лишь по особой необходимости, да и Фред не рекомендовал особенно шляться по городу, а что сделали они?

Отправились в никому не известное место, никого не предупредили, никому не сообщили, и лезут теперь к дьяволу в пасть, даже не помышляя об осторожности!

- Если нас здесь убьют, искать нас будут долго, - пасмурно уведомил Стефан брата, останавливаясь рядом с ним у дверей.

Кай беспечно отмахнулся.

- В церкви вряд ли будут стрелять – это же, все-таки, святое место!

- Наивный ребенок, - мужчина тяжело вздохнул и, видя, что брат не торопится, сам потянул тяжелую створку на себя.

Раздался скрип – петли здесь давно нуждались в смазке, но позаботиться о них, вероятно, было некому, - и дверь растворилась. Стефан, который малодушно надеялся, что церквушка заперта и им придется возвратиться не солоно хлебавши, угрюмо вздохнул и, не желая подставлять брата, сам первым вошел внутрь древнего строения.

Зашел – и замер, недоуменно озираясь и не зная, стоит ли верить глазам своим, и тому, что они видят.

Кай, поторопившийся следом за братом и выглянувший из-за его плеча, тоже растерянно притормозил, ошарашенно хмурясь и недоверчиво озираясь.

- Что-то… - он кашлянул и, сам испугавшись того, как громко это прозвучало в полупустом помещении, понизил голос до шепота, - Непохоже это на нормальную церковь. Скорее на какую-то… языческую? Сатанинскую?

- Надеюсь, мы тут не обнаружим следов жертвоприношений, - безо всякого энтузиазма и тоже шепотом отозвался Стефан и, осторожно шагнув вперед, огляделся.

Внутренний зал церквушки представлял собою правильный шестиугольник, от каждой вершины которого шло к центру по две длинных линии, образующих треугольники. В каждый треугольник был вписан какой-то, неизвестный братьям, символ, расшифровать который для них пока возможным не представлялось. С двух сторон от каждого символа стояли высокие подсвечники с незажженными свечами, очень изящные, очень красивые, но совершенно не вычурные, какие-то простые и незатейливые

Свет, дающий возможность сейчас рассмотреть внутреннее убранство помещения, исходил из трех больших окон, расположенных точно через одну вершину шестиугольника и, пронизывая мягкий полумрак широкими светлыми полосами, падал точно в центр странного зала.

Там, окруженный еще двумя высокими подсвечниками, стоял алтарь такой же шестиугольной формы.

С одной стороны на нем стоял предмет, кажущийся совершенно бессмысленным здесь – маленький подсвечник с ручкой, с огарком свечи в нем; с другой лежал обрывок пергамента, стояла чернильница с воткнутым в нее пером.

- Это что… - голос охрип, однако, кашлять Кай на этот раз не рискнул, - Рабочий стол, что ли?

Его брат неловко пожал плечами и осторожно сделал младшему знак следовать за собой, направляясь к странному алтарю.

- На что они молились? – не унимался парень, - Здесь ни икон, ни крестов – ничего! Кому тут могли поклоняться?

- Откуда мне знать! – шепотом огрызнулся Стефан, аккуратно ступая по мраморному полу и не сводя взгляда с алтаря, - Вон… там, на нем, кажется, что-то написано, может, имя их божества?

- Еретики укрылись от инквизиции и основали собственный культ, - презрительно буркнул Кай и, нахально обогнув брата, в два шага оказался рядом с алтарем, - Тут… ээ?

Мужчина, не успевший даже отреагировать на бессовестное безрассудство младшего, торопливо подошел к нему, устремляя взгляд на алтарь.

Брови его поползли вверх, рот приоткрылся, а глаза расширились.

На алтаре, выбитые на неровной каменной поверхности, ярко освещенные светом из окон, ясно читались странные символы, складывающиеся в неподдающуюся прочтению надпись:

Глава 12

- Это… еще что?.. – Стефан сглотнул и, не в силах удержаться, перекрестился. Ему на мгновение почудилось, что он столкнулся с сатанинскими символами. Его брат отрицательно покачал головой – он понимал ничуть не больше, если не еще меньше, чем старший и, питающий наивную уверенность, что тот, более мудрый и опытный, должен знать все на свете, сейчас испытывал почти отчаяние. Если уж даже Стефан не понимает, что тут написано, то где уж ему это расшифровать…

Мужчина неловко переступил с ноги на ногу и, неожиданно для себя пошатнувшись, рефлекторно ухватился за стоящий рядом с ним подсвечник.

Послышался тихий щелчок. Верхняя часть подсвечника, та, что была уставлена, похоже, никогда не знавшими огня, свечами, неожиданно ушла вниз, проваливаясь внутрь ножки.

Стефан, понимая, что понимает с каждым мигом все меньше и меньше, ошарашенно уставился на него, отстраненно прикидывая, как исправить поломку и вернуть верхнюю часть на ее законное место, но тут брат осторожно дернул его за рукав.

Мужчина непонимающе повернулся… и челюсть его, только-только вернувшаяся на место, вновь поехала вниз.

Стало ясно, почему окон в большом зале было всего три. Почему расположены они были с равным промежутком друг от друга, почему… Почему эта церковь казалась странной с самого начала.

Одна из сплошных стен, находящихся справа от исследователей загадочного места, мягко отъехала в сторону, открывая немного пыльную, чуть-чуть разрушенную, но все-таки вполне внушающую доверие лесенку, ведущую куда-то наверх.

Кай неуверенно глянул на ошарашенного брата и смущенно пожал плечами. Дух авантюризма молодому человеку был и в самом деле не чужд, приключения манили его, и открывшаяся тайная лесенка так и звала подняться по ней… но без резолюции старшего брата парень на это все-таки не решался.

- Пойдем?.. – осторожно осведомился он, еще раз дергая того за рукав: Стефан казался застывшим истуканом и, похоже, уже не был способен даже принимать решения.

Он вздрогнул и, переведя взгляд на брата, громко сглотнул. Затем неуверенно повел головой из стороны в сторону, подумал, так же медленно опустил подбородок и, наконец, зажмурившись, энергично протер лицо руками, силясь прийти в себя.

- Да что за чертовщина здесь творится! – мужчину почти прорвало: одно потрясение, наложившись на другое, наконец, привело его в чувство, - Идти туда?? Откуда ты знаешь, что это не чья-то очередная ловушка?! Может, нас заманили сюда специально, может, хотят избавиться от нас, может…

- Стеф! – Кай, видя, что брат от ступора перешел почти к истерике, резко тряхнул его за плечи, - Очнись! Кто бы нас сюда заманил, как? Я нашел про церковь в интернете, ты думаешь, за нами еще и какой-то крутой хакер охотится? Настолько крутой, что смог подменить результаты поиска… ой, - он нахмурился и, ухватив брата за запястье опоясанной браслетом руки, потянул его в сторону открывшейся лестницы, - Хватит нести чушь! Идем, я уверен, что это просто загадки старой церквушки и, может быть… там, куда ведет лесенка, мы обнаружим парочку разгадок.

Здесь Стефан предпочел смолчать и, сморщившись, будто собирался проглотить целиком лимон, последовал за братом.

Лестница оказалась не то, чтобы очень приятной или обнадеживающе-прочной, но все же вполне устойчивой и не слишком крутой, поэтому подъем по ней доставил почти удовольствие. Точнее, мог бы доставить, если бы не мысли о том, что ждет в ее конце.

Кай, впрочем, поднимался легко и уверенно, с видимым любопытством рассматривая старые, замшелые стены и покрытые пылью ступени. Стефан, будучи настроен не столь романтично, оглядывался с подозрением, разыскивая подвох среди древних стен.

Наконец, как ему показалось, подвох был найден.

Сбоку от отпечатка ноги поднимающегося первым Кая, среди вековой пыли обнаружился еще один след явно мужского ботинка, оставленный, по-видимому, не очень давно.

- Кто-то здесь был до нас, - негромко уведомил мужчина младшего брата, и тотчас же сморщился от пронзительного, резанувшего по ушам скрипа.

Молодой человек, опрометчиво распахнувший древнюю дверь в конце лестницы, оглянулся и, виновато улыбнувшись, чуть отвел одну руку в сторону.

- Должно быть, те, кто собирается сносить это строеньице. Вообще, жалко церквушку – такое удивительное, загадочное место, еще и тайный ход есть… Обидно, если снесут.

- Мне не обидно, - раздраженно буркнул Стефан и, зайдя следом за братом в маленькую комнатушку, скрывающуюся за дверью, остановился, засовывая руки в карманы и озираясь, - Прекрасно. Пусто, как в степи, и тихо, как в фамильном склепе. Хорошо, хоть скелетов по углам не сидит, а это что? – переход от одной темы к другой оказался резким, однако, Кай среагировал мгновенно. И, проследив взгляд брата, с большим интересом шагнул к прямоугольной каменной доске на противоположной от входа стене, испещренной какими-то письменами.

- Те же символы? – предположил предпочитающий пока топтаться в дверях Стефан, - Вот тебе и разгадки – как не было ничего понятно, так и не понятно до сих пор.

Брат его поморщился, видимо, не одобряя скептицизм старшего и, вздохнув, попытался отодвинуть каменную скрижаль.

- Может, тут где-нибудь перевод…

Тихий шорох прозвучал в абсолютной тишине, как гром среди ясного неба, заставив обоих братьев дернуться, а Кая еще и отскочить от скрижали, испуганно глядя на стену слева от себя.

То, что казалось каменной кладкой, отползло в сторону, открывая взгляду… нет, не еще одну лестницу.

На сей раз за потайным проходом скрывались лишь высокие стеллажи, сплошь утыканные торчащими краями неаккуратно свернутых, пожелтевших от времени пергаментов.

- Мы в библиотеке? – страх как-то сразу утих, начиная казаться откровенно глупым, и Стефан уверенно приблизился к стеллажам, наугад вытаскивая древний свиток и разворачивая его, - «И лишь когда последний грешник окрестится в лоне корталанской церкви, мир и покой снизойдут на грешную землю. И да будет путь его отныне легок и удачлив, и никое оружие, сотворенное руками человеческими, да не сумеет ранить его…» - мужчина оторвался от чтения и, глянув на внимательно слушающего брата, пожал плечами, - По крайней мере, это по-английски. Похоже на какое-то предсказание, или пророчество, или я не знаю…

- Может, в других есть объяснение? – Кай тоже пожал плечами и, следуя примеру брата, решительно выдернул другой свиток, с другой стороны стеллажей, - «И лишь когда последний грешник окрестится…» - он умолк и, пару раз моргнув, уставился на пергамент, - Что за черт… Сте-еф…

Стефан, хмурясь и уже понимая, что увидит, взял из рук младшего свиток и принялся придирчиво сравнивать со своим.

- Почерки разные, - наконец, вынес он вердикт, - Слова те же. Ну-ка, давай-ка проверим остальные…

…По прошествии минут пяти, наполненных шорохом проверяемых пергаментов, стало ясно, что на всех и каждом из них написаны одни и те же слова.

- Рискну предположить, что и на этой скрижали выбито то же, - мужчина недовольно сунул обратно один из добытых свитков, - Ну? И какие наши дальнейшие действия? Что, по-твоему, нам дают эти дурацкие бумажки?

Кай осторожно сунул на место свой свиток и, подойдя к скрижали, провел кончиками пальцев по выбитым на ней символам.

- По крайней мере… - неспешно вымолвил он, - Здесь есть упоминание о том, кто должен «окреститься». Стало быть, к Окресту Кария это тоже может иметь какое-никакое отношение… Только интересно, это они этого Кария последним грешником считали?

- Мне вот что-то совсем не интересно, - сварливо отозвался его брат, - Поехали домой, а? Здесь становится жутковато – все эти свитки, повторяющие друг друга слово в слово, старые стены, загадочные ходы… не удивлюсь, если мы нарвемся на призрак того самого грешника, честное слово!

К его искреннему изумлению, Кай возражать не стал – парню здесь уютно тоже не было и, хотя любопытство изначально и перевешивало страх, теперь чаша весов постепенно начала клониться в другую сторону.

- Поехали, - согласился он и, подумав с секунду, стукнул себя пальцем по губам, - Только, знаешь, что… Хорошо было бы для начала срисовать ту надпись, что выбита на алтаре внизу, а? – наткнувшись на выразительный взгляд брата, он поспешил объяснить, - Быть может, в интернете я сумею найти перевод этих символов, или хотя бы подсказку, как расшифровать их!

***

Внизу лестницы их ожидал сюрприз – стена успела вернуться на место, и выход в большой зал оказался перекрыт. Стефан, ощущая, что начинает нервничать, внимательно огляделся и, велев себе не поддаваться панике, с нарочито уверенным видом потянул один из небольших канделябров, расположенных четко по сторонам от закрытого прохода.

Расчет оказался верным – стена вновь отъехала в сторону, и мужчина, пропустив вперед совершенно искренне восхищенного им брата, покинул неприятное место сам.

Выйти из церкви, покинуть огороженное забором пространство оказалось и того проще – за предназначенным на снос зданием, вне всякого сомнения, никто не следил, мотоцикл угнать не пытался, поэтому уже вскоре братья мчались домой, переваривая свое приключение.

Лай Джоя Стефан услышал, когда они еще только свернули на нужную улочку и, насторожившись, слегка сжал плечи брата, пытаясь выглянуть из-за него.

- Джой лает… - негромко бросил он. Кай согласно опустил шлем – он слышал лай даже сквозь него, и тоже не понимал, чем он может быть вызван.

Впрочем, стоило подъехать ближе, как ответ стал ясен – вдоль забора, огораживающего дом, прогуливался туда-сюда неизвестный высокий мужчина в кожаной куртке-косухе.

Кай, не испытывая большого желания подъезжать к нему вплотную, тормознул чуть поодаль и, сдернув с головы шлем, вопросительно оглянулся на брата.

- Кто это?

Стеф покачал головой – он не знал.

- Понятия не имею… но выглядит довольно подозрительно, - мужчина уверенно слез с мотоцикла, очевидно собираясь направиться к незнакомцу, и брат поспешил остановить его.

- Может, лучше Фреду позвонить?

- Кай, мы взрослые мужчины! – Стефан решительно выдернул рукав из пальцев младшего брата, - Вооруженным этот тип не выглядит, а морду я ему и сам смогу набить!

Кай предпочел промолчать, лишь красноречиво вздохнул и, покачав головой, торопливо соскочил с мотоцикла, дабы при случае суметь сдержать пыл брата.

Незнакомец, их заметивший, остановился и, широко улыбнувшись, приветливо помахал рукой. Стефану этот жест не понравился – у него возникло ощущение, что приветствует он кого-то другого, не их, кого-то, приближающегося из-за спины. Брат его, у которого возникло сходное ощущение, даже обернулся, но никого не увидел – приветствие, вне всякого сомнения, предназначалось им.

Но кто это? Кай еще раз внимательно оглядел незнакомца. Высокий, крепко сбитый, уже не молодой – в черных волосах серебрится седина, - но еще не растерявший силы и, по-видимому, молодецкого задора. За последнее говорила одежда – кожаная косуха, черные джинсы и обычные кроссовки. Лицо мужчины никаких ассоциаций в памяти не вызывало, хотя с определенных ракурсов и чудилось смутно знакомым.

- Чего надо? – Стефан, взвинченный всеми последними событиями, готовый подозревать каждого встречного, сумрачно глянул на незваного гостя исподлобья. Тот удивленно моргнул, видимо, не ожидав такого приема.

- Почему же так невежливо? – голос у него был, в целом, приятный, и тоже почему-то знакомый, - Стефан… ты так вырос, повзрослел, возмужал… неужели к этому не прилагается хорошее воспитание?

Кай, замерший позади брата, на миг изумленно вытаращил глаза, затем легонько ткнул старшего в спину, едва слышно шепча:

- Он тебя знает!

Стефан неопределенно дернул головой, не столько подтверждая слова брата, сколько намекая ему на молчание. От незнакомца это не укрылось.

- Кай! – на лице его сверкнула широкая, очень радостная, можно даже сказать – восхищенная улыбка, - Господи, малыш, какой ты стал взрослый! Как же я рад видеть вас, мальчики, вы даже себе…

Договорить он не успел. Старший О’Ши, который уже несколько секунд напряженно вглядывался в собеседника, а услышав из его уст в адрес Кая обращение «малыш» и вовсе напрягся, резко шагнул вперед.

- Клэй… - он стиснул кулаки, сжимая заодно и зубы, из последних сил сдерживая себя. Названный Клэем мужчина растерянно заморгал.

- Клэй?.. А почему не «папа»?

Кай вздрогнул. Догадка, озарение, посетившее секунду назад его брата, теперь коснулось и его, и парень, не в силах сдержаться, поспешно сам подался вперед, выглядывая из-за Стефана, пытаясь рассмотреть, увидеть… Старший оттеснил его.

- Потому что в таком отце, как ты, мы уже давно не нуждаемся. Что тебе нужно?

- Я хотел увидеть, какими вы стали, хотел убедиться, что все хорошо, - Клэй развел руки в стороны, - Я скучал по вам, ребята.

Кай открыл, было, рот, чтобы что-то ответить, но Стефан опередил его.

- Скучал? – мужчина скривился, - Ври кому другому, Клэй. Ты даже не удосужился поддержать меня, когда газеты трубили о смерти Кая!

- На то была веская причина, сын, - последовал до отвратительного спокойный ответ, - Но не сейчас… чуть позже об этом. Быть может, ты все же пригласишь меня войти в дом?

- Черта с два! – Стеф раздраженно скрестил руки на груди, - Убирайся, откуда пришел!

Брат за его спиной негромко вздохнул. Негодование старшего он понимал, даже где-то разделял, но все-таки такого резкого разговора с родителем одобрить не мог. Впрочем, что тоже не исключено, это могло было быть продиктовано тем, что он отца помнил значительно хуже, чем Стефан. И, тем не менее, почел за лучшее вмешаться.

- Стефан…

- Помолчи, Кай! – мужчина, едва держащий себя в руках, гневно нахмурился, - Это взрослый разговор!

- Но и я уже не ребенок! – в свой черед возмутился парень, решительно выступая вперед, - Отец… Мы не видели тебя уже очень много лет, зачем ты вдруг пожаловал? Чего хочешь?

Стефан, не говоря ни слова, положил руку ему на плечо, всем видом демонстрируя, что брат не один, и в обиду он его не даст.

Клэй заморгал еще более изумленно, разводя руки широко в стороны.

- Неужели вы не верите в чистоту и искренность моих намерений?

- Не верим? – Стеф потянул брата за плечо, немного отодвигая его назад, - Скучал, значит, да? Ты исчез, когда мне было десять. Просто испарился, пропал! И не вернулся, даже когда умерла мама, когда я остался один в четырнадцать лет с восьмилетним братом на руках! Нет, Клэй, я все делал сам – учился, работал, отбивался от доброхотов, жаждущих отправить нас в приют или, по крайней мере, отобрать у меня Кая… Я сумел отбиться от них от всех, я даже поставил на место дядюшку Кармайкла! Сам еще ребенок, я трудился изо всех сил, пробивался, чтобы обеспечить Каю достойное будущее! И вот, когда мы с ним, наконец, зажили спокойно, когда даже страшный год остался позади, ты вдруг объявляешься и лжешь о своих добрых намерениях? По-твоему, мы должны верить в них… папа? – последнее слово было произнесено с неимоверным омерзением.

Повисло молчание. Пламенная речь Стефана, судя по всему, произвела определенное впечатление на его отца, потому как что ответить, он не находил, лишь в раздумье покачиваясь с пятки на мысок и переводя взгляд с одного сына на другого.

Братья ждали, не нарушая его раздумий. Кай мрачно думал, что следует открыть ворота и, во-первых, успокоить надрывающегося Джоя, а во-вторых, загнать на территорию мотоцикл, чтобы не отсвечивал на улице. О чем думал его брат, неизвестно, да он и сам, наверное, затруднился бы ответить. Стефан просто ждал.

Наконец, их отец принял какое-то однозначное решение и лицо его внезапно ожесточилось. Он в последний раз приподнялся на мысках и, резко опустившись на пятку, вновь окинул сыновей взглядом, на этот раз таким колючим, что старший из них как-то непроизвольно вспомнил о своем обещании набить ему морду.

- Вы искали снайпера, который стрелял в вас на мототреке, - резко бросил Клэй, останавливая взор на Стефане, - Вы нашли его. Точнее, я сам нашел вас.

На улице перед домом воцарилось глухое молчание. Стефан и Кай в немом поражении смотрели на родного отца, открывшегося им со столь неожиданной и неприглядной стороны; тот ждал ответа. Джой, видимо, ощутив изменившуюся атмосферу, примолк и теперь только неуверенно поскуливал за воротами.

Людей вокруг, как назло, не наблюдалось.

- Ах, ты… ты… проклятый ублюдок! – Стефан почти взревел, бросаясь на хладнокровно наблюдающего за ним родителя, намереваясь воплотить в жизнь обещание набить ему морду, однако, брат, упершись ладонями ему в грудь, упредил это.

- Тише, Стеф! Он… может быть вооружен, - парень неприязненно оглянулся на ухмыляющегося Клэя и попытался немного оттеснить брата назад. Тот резко выдохнул, стискивая кулаки. Во взгляде его сверкала ничем не прикрытая ненависть.

- Я не вооружен, - спокойно откликнулся отец, равнодушно засовывая руки в карманы джинсов, - И тот факт, что ни одного из вас я не убил, и не ранил, на мой взгляд, говорит о многом – вы вполне можете доверять мне, ничего не опасаясь.

Стефан снова зарычал, еле удерживаясь, чтобы не оттолкнуть брата в сторону и все-таки ударить собеседника.

- Доверять?! Ты расстрелял мой кабинет, ты загнал нас под колеса грузовика, ты пытался убить нас, чертова тварь!

- Я не собирался вас убивать, - голос снайпера похолодел на несколько градусов, - Да, мне велели загнать вас на мотоцикл, но сказали, что вас просто возьмут в клещи, чтобы забрать то, на что вы не имеете права. О вашей смерти речи не шло.

- Не шло?! – на сей раз не выдержал уже Кай, мгновенно вспыхивая, как фитиль и рывком поворачиваясь к отцу, - Год назад я чудом остался жив, когда грузовик наехал на меня! И тот же грузовик гонялся за нами несколько дней назад в компании «Хаммера», мы еле ускользнули от них! И ты говоришь, нас не собирались убивать?!

- Тихо, Кай, тихо… - Стефан вновь сжал плечо брата, на сей раз как будто успокаивая его и, прищурившись, окинул родителя долгим, презрительным взглядом, - Как я понимаю, речь опять идет об этой хрени, за которой гоняются мафиози всего города. Один вопрос, Клэй. На кого ты работаешь?

Клэй приподнял уголок губ, давая понять, что говорят они на одном языке и превосходно понимают друг друга, и легко повел правым плечом.

- Скажу одно, Стефан… о смерти Мышонка я узнал одним из первых. Это все, что вам следует знать, мальчики. Я пришел, чтобы поговорить по-доброму, попросить вас вернуть то, что у вас есть…

- Но у нас этого нет! – младший О’Ши, запальчиво сжав кулаки, рванулся, было, вперед, но был удержан братом, - Передай своему начальству, чтобы отстало от нас – мы ничего не знаем об Окресте Кария!

Странный блеск в глазах отца дал ему понять, что следовало быть посдержаннее.

- Но вы знаете, о чем я говорил вам сейчас… - Клэй немного приподнял подбородок и, неожиданно обреченно вздохнув, вынул руки из карманов, разводя их в стороны, - Что ж. Вижу, вы сейчас очень нервничаете, того и гляди полезете в драку, а драться с сыновьями я бы не хотел. Остыньте, обдумайте мои слова спокойно – Адмирал наградит того, кто принесет ему Окрест Кария, но не простит того, кто его скрывает… Я зайду снова через несколько дней. Надеюсь, к этому времени вы примете верное решение, - и, завершив короткую речь, мужчина резко развернулся, направляясь прочь.

Его сыновья, ошарашенные, потрясенные встречей, разгневанные донельзя, молча смотрели ему вслед, слушая вновь возобновившийся лай Джоя.

Глава 13

- Скучал он! – Стефан раздраженно швырнул ключи на комод и, проследив, как они соскальзывают за него, яростно сплюнул, - Только и думает, что о себе, все, как обычно! И хватает же совести врать!

- Да уж, папа порадовал своим визитом… - Кай, поглаживая по голове ластящегося пса, и наблюдая за тем, как брат пытается выудить из-за комода ключи, тихонько вздохнул, - Кто бы мог подумать, что он… он… я даже не знаю, что меня поражает больше! – парень скрипнул зубами, - Отец, блин, который живет на крыше. С винтовкой в руках и сыновей воспитывает пулями! Он же тебе чуть руку не прострелил, а говорит – не хотел навредить!

Стефан, распластавшийся по полу и силящийся нащупать под комодом заветную связку недовольно замычал.

- Да врал он, что навредить не хотел! – наконец, потерпев очередное фиаско, кое-как переводя дыхание, отозвался он и, поднявшись с пола, принялся обреченно отодвигать комод, - По-моему, надо известить Нарсао. В конце концов, они-то снайпера найти никак не могли, а к нам он вот, лично явился! Козел…

- И так толком и не объяснил, почему не поддержал тебя тогда, - парень негодующе всплеснул руками, - Что еще за «веская причина» у него могла быть, интересно знать?

- А ты не догадываешься? – ключи, наконец, оказались добыты, и Стефан, удовлетворенно подбросив связку на ладони, сунул ее от греха подальше в карман, принимаясь вновь задвигать комод, - Кай, вспомни - он сказал, что о смерти Мышонка знал одним из первых. А сами мы узнали об этом всего… не помню, в общем, недавно. Как, кстати, и полиция! А он знал одним из первых – что это, по-твоему, может означать?

Кай искренне задумался, почесывая макушку. Вариантов у него было одновременно так много и так мало, что выбрать какой-то один все никак не удавалось.

- Ну… - молодой человек еще помялся и, наконец, неловко пожав плечами, осторожно предположил, - То, что он был знаком с этим Майком Митчелом?

- То, что он знал, что ты жив! – брат, закончив издеваться над комодом, резко повернулся к нему, упирая руку в бок, - Знал! И даже не подумал как-то сообщить об этом мне, хотя мог бы догадаться, в каком я состоянии! Но нет, ему было плевать, ему всегда было плевать… Даже сейчас, он же явился с одной целью – выяснить для своего патрона про Окрест Кария, и не более того! Или ты поверил, что он соскучился?

- Ну, нет… не то, чтобы… - Кай замялся, потом тяжело вздохнул, - Но, если честно, в первые секунды мне очень хотелось в это верить. Я даже понадеялся, что он пришел с чистыми намерениями… пока он не признался в обратном.

- Кай-Кай… - Стефан покачал головой, и хотел, было, еще что-то добавить, но неожиданно осекся на полуслове и махнул рукой, - Хотя я понимаю. Ты не видел его с четырех лет, ты его толком и не знал никогда… Справедливо желать, чтобы он вдруг одумался и решил вернуться в семью. Но ты сам видишь – нам он не друг, увы. Надо известить Фреда.

Парень понуро кивнул и, еще раз потрепав наслаждающегося непрестанной лаской пса по голове, направился в сторону кухни.

- Только сначала поесть, - через плечо буркнул он, - На голодный желудок я больше подобных разговоров не вынесу. В конце концов, Стеф, неужели ты хочешь посадить нашего отца в тюрьму?

- Я не хочу, чтобы он убил нас, - бросил в ответ мужчина, шагая за братом и прибавил, - Руки помой сначала.

Кай сделал ему красноречивую рожу, однако, к раковине все-таки подошел.

…Фред примчался через пятнадцать минут после того, как Кай позвонил ему и с неохотой сообщил, что их только что посещал снайпер. Уточнить, кем был этот снайпер, парень не успел – Нарсао бросил трубку, спеша к друзьям.

Прибыл он на байке и, лихо тормознув у ворот дома братьев О’Ши, снимая шлем, с немалым изумлением обнаружил, что Кай уже встречает его, приоткрыв калитку. На вопросительный взгляд полицейского парень только пожал плечами.

- Джой залаял, - и, махнув рукой, пригласил того зайти в дом.

На пороге их встретил Стефан, который, перехватив гостя, вежливо сопроводил его в гостиную и, не давая брату сказать и слова, быстро обрисовал ситуацию. Фред призадумался – такого расклада событий он откровенно не ждал.

- Другими словами, - наконец, подвел он черту, - Ваш глубокоуважаемый папаша, Клэй О’Ши, пытался пристрелить вас или, как сам он утверждает, «всего лишь загнать под колеса грузовика», но вы не намерены возбуждать против него дело.

- Это Кай не хочет, - недовольно фыркнул старший О’Ши, - Я бы вот не отказался упечь этого мерзавца…

- Стеф, пожалуйста! – молодой человек нахмурился, взмахивая татуированной рукой, - Он наш отец, а твои подозрения насчет того, что он якобы знал, что я жив, ни на чем не обоснованы!

- Да? – Стефан полностью повернулся к брату, - А то, что он на твои татуировки не отреагировал, это как? Любой нормальный отец, заметив это, как-то прокомментировал бы, но он как будто и не увидел их! Он знал, Кай, может быть, следил за тобой, может быть, сам подослал к тебе Мышонка, а ты защищаешь его!

- Угомонитесь оба, - Фред Нарсао тяжело поднялся из кресла, окидывая братьев хмурым взглядом, - Кай прав, Стефан, - доказательств твоих подозрений у нас нет. Но это не значит, что они безосновательны! – заметив оживление на лице парня, полицейский нахмурился, - Скорее всего, твой брат прав, друг – папаша следил за тобой. Если уж знал, что ты жив, да еще и знал про Мышонка… хм, - он внезапно призадумался и, потерев подбородок, медленно вымолвил, - А ведь до нас когда-то долетали слухи, будто Мышонок работает не один, а в паре с каким-то снайпером…

Кай вздрогнул, недоверчиво переводя взгляд с друга на брата, затем обратно и качая головой. Обвинение в адрес отца было практически прямым, но верить все равно не хотелось.

- Неужели ты думаешь… - парень покачал головой и, неуверенно улыбаясь, опять посмотрел на брата, - Не-ет… нет, наш отец не завзятый преступник! Да, Стеф?..

Стефан только вздохнул.

- Мы его не знаем, Кай, - безрадостно напомнил он, - И никогда не знали. А все, что нам известно, говорит за то, что человек этот – не самый добропорядочный гражданин.

Фред, внимательно выслушавший короткий разговор братьев, сочувственно кивнул.

- Мы им займемся, ребята. По крайней мере, постараемся выяснить что-то большее, чем то, что уже сообщили вы. Ладно, мне пора… - мужчина потер подбородок, - Вы, пожалуйста, не рискуйте без причины, хорошо? Не знаю, чего вас понесло сегодня в эту церковь, о которой вы рассказывали, но буду признателен, если больше ничего подобного вы предпринимать не станете.

- Угу, - Кай, которому брат запретил упоминать о загадочных символах, полагая их абсолютной глупостью, мрачно кивнул, - Мы постараемся, Фредди… но дома безвылазно сидеть тоже тоскливо.

- А ты, между тем, насколько я помню, по сию пору считаешься больным, - язвительно напомнил полицейский, - Так что сиди дома! И внутрь впускайте только того врача, о котором мне рассказывали. Все, до связи, - он махнул рукой и решительно направился на выход, добавляя, - И, ради всего святого, уберите этот похоронный портрет Кая с цветочками! Каждый раз захожу и вздрагиваю.

Стефан, поднявшийся на ноги, вежливо проводил гостя до дверей и, заперев их за ним, повернулся к брату.

- Портрет-то убрать, наверное, и в самом деле стоит, а то еще, чего доброго, беду приманим… Ты слышал, что сказал мистер Нарсао? Ни шагу больше из дома, пока Конрад не подтвердит, что ты здоров!

- Он, кстати, сегодня вроде бы собирался заглянуть, - Кай потер нос и неожиданно нахмурился, - Слушай, Стеф… в разговоре с отцом ты упомянул дядю Кармайкла. Он что, тоже хотел, чтобы мы… ну… отправить нас в приют?

Мужчина хмыкнул и, скрестив руки на груди, прищелкнул языком, качая головой.

- Только меня. Тебя он намеревался забрать и воспитать как своего сына. Я послал его, - он развел руки широко в стороны, пожимая плечами, - Знаю, меня он всегда недолюбливал, полагал занозой в одном месте, а вот ты ему казался ангелком.

- Наверное, он ошибался, - «ангелок» Кай недовольно почесал татуировки, - Ты правильно сделал, Стеф. Я бы не хотел быть его сыном, я помню, что он был противный.

- Он просто постоянно норовил тебя потискать, как плюшевого медвежонка, - фыркнул Стефан и, решительно выдернув уже несколько подвядшие цветы из вазы, взял другой рукой большую фотографию брата, в раздумье ее созерцая, - Ну, вот куда это теперь деть, а?

- Выкинуть к чертовой матери! – решительно заявил молодой человек, сдвигая брови, - На фиг нам в доме похоронные фото? Еще с могилы надо стереть мое имя, и забрать фотографию…

Брат его согласно кивнул и, внезапно испытав чувство острого облегчения, распахнул дверь, решительно отправляя фотографию в траурной рамке в большой мусорный бак вместе с цветами.

***

Эдмунд прибыл не рано, и то только после звонка Стефана, вежливо напомнившего о необходимости контролировать состояние Кая. Сам врач, безмерно загруженный в этот период на работе, да еще и взявший небольшую частную практику, о своем пациенте, в общем и целом, конечно, помнил, но визит к нему все время откладывал. Впрочем, и с прошлого посещения больного времени прошло совсем немного, а Нэд не сомневался, что в случае серьезной неприятности его обязательно позовут. Раз уж не звали – значит, чувствовал себя друг вполне сносно и это не могло не радовать.

Долго задерживать у приятелей он не стал. Кая осмотрел довольно бегло, быстро проверив общее состояние здоровья и, наконец, вынес утешительный вердикт, что состояние больного больше опасений не вызывает – если парень еще и не поправился окончательно, то, во всяком случае, на поправку идет семимильными шагами. В связи с этим, к огромной радости молодого человека, врач разрешил ему прекратить постельный режим, и даже позволил ходить по городу. Мотоцикл, правда, пока оставался под запретом, но в ответ на эти слова Кай лишь невинно улыбнулся и пару раз хлопнул ресницами. О том, что постельный режим он особенно не соблюдал, да и на мотоцикле уже несколько раз гонял, упоминать он дальновидно не стал, но прекрасно понимал, что, коли уж сумел убедить брата пойти на такое медицинское «преступление», пока числился официально тяжело больным, теперь, будучи признан практически здоровым, убедить его уж точно труда не составит. А кроме разрешения Стефана, Каю, собственно, больше ничего и не требовалось.

- Останешься на ужин?

Взгляд младшего брата мужчина поймать успел, и расшифровал его тоже без особых проблем, но все-таки раскрывать его коварные планы Нэду не стал. В конечном итоге, зачем им лишние проблемы? И насущных-то хватает.

Врач отрицательно качнул головой – он спешил.

- Нет, не могу. У меня еще сегодня два пациента, назначил им неделю назад, не могу подвести…

- Что ж, ладно, - Стефан легко пожал плечами, - Не могу тебя винить – стряпня Кая всегда оставляла желать лучшего… А готовить сегодня будет он. Раз уж выздоровел.

Парень, в присутствии которого и происходил этот разговор, надулся и, скрестив руки на груди, демонстративно упал на кровать, на которой сидел.

- Мне все еще плохо! Я нуждаюсь в повышенной опеке, постельном режиме и ужине в постель!

Эдмунд только усмехнулся.

- Симулянт. Ладно, бывайте, ребята.

Врач ушел, и Стефан, чувствуя, как с плеч его падает еще один камень (первый отправился в мусорку вместе с похоронным фото Кая), удовлетворенно вздохнул, не скрывая улыбки.

- Что ж, дела начинают потихоньку налаживаться. Ты идешь на поправку, сегодня будешь готовить ужин… - он каверзно подмигнул ненавидящему готовку брату, - В церквушку съездили без особых приключений, да и Клэя, думаю, Фред вскоре схватит. Мы снова сможем спать спокойно, Кай, разве не чудо?

- Тебе вот прямо хочется засадить его в тюрьму, - Кай красноречиво поморщился и решительно скинул ноги с кровати, - Ладно… Не хочу об этом. Лучше давай решим вместе, что ты хочешь на ужин – яичницу или пиццу? Правда, пиццу придется подождать, пока доставят, но я знаю одно заведеньице, в котором ожидание стоит результата!

Стефан скривился.

- Господи, Кай, ты за этот год вообще питался нормально? Я, конечно, понимаю – готовить ты никогда не любил, но всему же есть предел! Живя один, мог бы и научиться.

- Я не видел в этом смысла, - парень улыбнулся совершенно очаровательной, по-детски шаловливой улыбкой, и невинно пожал плечами, - Хорошо, тогда другой выбор. Буду «готовить» я или все-таки ты?

Мужчина только рукой махнул – ему уже все было ясно.

- Да что с тобой поделаешь, идем на кухню. Уж не обессудьте, Ваше величество, наследный принц чего-то там, в постель я вам еду больше подавать не буду – будешь есть за столом, как нормальный, воспитанный человек! А заодно и мне готовить поможешь.

- А кто тебе сказал, что я нормальный, да еще и воспитанный? – Кай каверзно хихикнул и, не дожидаясь подзатыльника от брата, торопливо шмыгнул к двери комнаты. Надо признать, после года одиночества, все эти милые домашние глупости, вроде совместной готовки ужина, были ему просто необходимы.

…

На следующее утро Стефан проснулся в самом великолепном расположении духа, какое только можно себе представить. Сегодня его уже не одолевали страшные сомнения – он твердо знал, что брат жив и здоров, помнил, как выбросил вчера его траурное фото, помнил, как готовили ужин… Между прочим, вряд ли есть шанс добудиться сейчас Кая и заставить его приготовить завтрак. Значит, готовить придется самому…

Мужчина попытался натянуть на лицо суровое выражение, но предательские губы, растягиваясь в счастливой улыбке, мешали этому. Нет, конечно, он не должен давать слабины, он должен быть строгим, должен заниматься воспитанием младшего брата, не должен его баловать… Но, черт возьми, до чего же хорошо, что он жив! Да за это Стефан ему не только завтрак приготовить готов, он готов сделать буквально все, о чем попросит братишка! А тот этим нагло пользуется, и уже в который раз уговаривает его разрешить покататься на мотоцикле.

Нет, надо быть решительным и строгим, и пресечь это безобразие! А то мальчишка за год и вправду как-то распоясался…

Завтрак Стефан честно приготовил сам, сделал все так, как любил когда-то брат – поджарил с двух сторон тосты, положил на них бекон, приготовил омлет и кружку крепкого кофе… Хорошо, две кружки кофе – сам он отказываться от завтрака тоже не собирался.

И только после этого пошел будить брата.

На стук в дверь комнаты никто не отозвался, и мужчина, отгоняя поднявшуюся откуда-то из подсознания мрачную панику, резко распахнул створку.

Кай спал, приоткрыв рот, обняв левой рукой подушку и свесив правую на пол, спал крепко и беззастенчиво, словно бы и не приходилось ему никогда вставать рано утром на работу. Хотя, что тоже не исключено, узнав о своем увольнении, парень решил расслабиться.

- Кай.

Никакой реакции. Только сонное сопение стало несколько более настойчивым.

- Кай, просыпайся.

Сопение превратилось в яростное, и Стефан еле удержался от смеха. Уж кому, как не ему, было знать все уловки младшего брата, кому, как не ему, было понять, когда он спит, а когда притворяется!

Мужчина решительно подошел к кровати и сдернул с парня одеяло.

- Хватит притворяться, вставай! Уже петухи пропели.

- Какие петухи?.. – Кай с видимым трудом поднял голову над подушкой и уставился на брата сонными карими глазами, - Стеф, ты ополоумел? Мы ж не в деревне живем.

- Но, если бы мы там жили, петухи бы уже точно пропели, - не дал себя смутить старший О’Ши, - И я так и знал, что ты не спишь.

- Нет, я сплю! – парень недовольно надул губы и попытался отобрать у брата одело, - Ну, отдай! Стеф, так не честно – ты пользуешься тем, что я слабый и больной!

- Слабые и больные не гоняют на мотоциклах, - парировал Стефан и, демонстративно отбросив одеяло на другой край кровати, велел, - Вставай. Кофе остынет.

Кай ощутимо оживился. Он сел, одной рукой протирая глаза, а другой пытаясь пригладить взлохмаченные волосы и широко улыбнулся.

- Неужели ты приготовил мне завтрак? – улыбка тут же сменилась негодованием, - И даже не принес мне его?! Стеф, у меня же постельный… А, ну да, - вспомнив события прошлого вечера, юноша слегка понурился, - Вот облом, а… Значит, опять надо куда-то бежать, что-то изучать, расследовать… Лучше бы валялся себе, да и валялся, вот честное слово! Ладно… - вставить брату хоть слово он не давал, продолжая озвучивать одну мысль за другой, - Хорошо. Я позавтракаю, так уж и быть – на кухне, а потом, пожалуй, поеду в одно симпатичное кафе тут неподалеку. Там отлично ловит интернет, никто не мешает и можно в тишине поразмыслить над загадочными символами с алтаря. Ты же не против, да?

Стефан только рот приоткрыл – от такой вопиющей наглости он за этот год уже успел отвыкнуть. Брат, столь неожиданно вернувшийся в его жизнь, за эти несколько дней уже не в первый раз ставил его в тупик, давая понять, что в воспитании нуждается сейчас больше, чем в детстве.

- Если кафе неподалеку – на мотоцикле не поедешь! – в конце концов, нужные слова нашлись, - Пешочком прогуляешься, свежий воздух полезен.

- Пешком, с ноутбуком?.. – молодой человек тяжело вздохнул, обреченно склоняя голову, - Ну, ладно… А ты чем займешься?

- А я съезжу на работу, - Стеф негромко хмыкнул, скрещивая руки на груди, - Наверняка там опять толпа дураков, мечтающих отправиться на тот свет на моем треке, надо побеседовать с ними. Да и потом, надо же, в конце концов, забрать джип! Вызову эвакуатор, пусть оттащат его в мастерскую… короче, займусь рутиной. Вечером буду, ты, наверное, раньше вернешься?

- Наверное, - Кай пожал плечами, - Зависит от вдохновения. Да, Стеф… дай-ка мне свой номер телефона. В новом мобильном он у меня не забит, да и потом, я не знаю, вдруг ты его сменил?

- Не менял, но записывай, - мужчина согласно кивнул и уточнил, - Твой мне тоже записать не помешало бы.

…До кафе Кай добрался без приключений – город он знал, как свои пять пальцев, мог добраться до нужного места из любой его точки; чувствовал себя хорошо, и небольшой прогулкой откровенно наслаждался. Наказ брата не ехать на мотоцикле пришелся как нельзя более кстати – шагая по узким улочкам, вдыхая свежий, чуть прохладный воздух, парень неожиданно осознал, до какой же степени ему осточертел шлем. В конце концов, сумасшедшая гонка это, конечно, здо́рово, но порою хочется и просто расслабиться, пройтись и, наконец, ощутить себя по-настоящему живым человеком.

Кафе, куда он направлялся, Кай узнал не то, чтобы очень давно – чуть меньше года назад, - но быстро стал там завсегдатаем. Уютное, тихое местечко с умиротворяющей, домашней атмосферой манило его, согревая сердце, и действительно помогало сосредоточиться. В отличие от многих других, более шумных мест, здесь собирались преимущественно люди деловые, занятые работой, которые сидели, не отрываясь от экранов взятых с собой ноутбуков или, на худой конец, планшетов, и не тратили время на досужую болтовню. Тихий шорох клавиш настраивал на рабочий лад, и Кай даже в бытность свою программистом иногда заглядывал сюда, получив от начальства особенно сложное задание. Здесь легко писались программы, составлялись алгоритмы, здесь быстро находилась необходимая информация, здесь всегда и все ладилось и удавалось.

Неудивительно, что, не зная, как решить возникшую на его пути задачу, молодой человек пришел именно сюда поразмыслить над ней.

Столик, за которым он привык проводить время, был, к его радости, свободен, и уже вскоре Кай уютно устроился за ним со стаканчиком кофе в руке, и открытым ноутбуком перед собой. На клавиатуре последнего лежал листок с загадочными символами – парень намеревался поискать различные возможные знаки, какие только бывают на свете, и надеялся, что какие-то из них будут соответствовать заданным.

Он уже почти углубился в поиск (и в кофе), когда за спиной вдруг раздался полный веселого удивления знакомый голос.

- Ну, ты даешь! Совсем заработался, вокруг ничего не видишь?

Кай удивленно оглянулся и, моргнув, растянул губы в улыбке.

- Привет, Дилан. Какими судьбами?

- Я?.. – старый знакомый, тоже сжимающий в руке стаканчик с кофе, недоуменно указал на себя пальцем, - Кхм, Кай… у тебя чего, в памяти провалы? Я, вообще-то, завсегдатай здесь, мы с тобой когда-то здесь же и познакомились!

- А, ну да, - парень хмыкнул и, покосившись на кофе в руке друга, припомнил, - Ты тогда кофе на меня пролил.

- Ты сам меня толкнул! – делано возмутился Дилан, отводя руку со стаканчиком в сторону, однако, покосившись на нее, почел за лучшее опустить, дабы вновь не облить приятеля, - Кстати, ты мне так и не перезвонил. Я на тебя очень обижен, учти это! Во искупление можешь мне купить пирожок.

- Обойдешься, - фыркнул Кай и приветливо указал на стул напротив, - Присаживайся. Честно, Дилан, я хотел позвонить, но, понимаешь… дела, дела, - он демонстративно вздохнул и немного опустил крышку ноутбука. Друг понимающе, и даже сочувственно кивнул.

- На работе загрузили?

- Если бы… - скрыть некоторую тоску в голосе не удалось, и парень поморщился, - Меня уволили.

Дилан, очень удачно приблизившийся к стулу, практически упал на него, ошарашенно открывая рот.

- Как?.. За что??

- А ни за что, - Кай отодвинул ноутбук и сложил руки на столе, - Я якобы прислал по почте заявление, и они его приняли. Не уточняя, не удивляясь – просто приняли, и все. Мне сообщили только об окончательном результате. При этом заметь – я был на больничном!

- Может, они решили, что ты сильно головой стукнулся, и поэтому… - собеседник его тряхнул головой и, поставив стакан с кофе на стол, нахмурился, - Мне жаль, Кай, правда. Знаю, ты любил свою работу… А чем ты болел-то? Мне ты об этом не сообщал.

Мотоциклист поморщился, без особого желания делая глоток своего кофе, и пытаясь сформулировать все так, чтобы не слишком сильно напугать впечатлительного приятеля.

- Да, так… фигня. Я врубился в джип брата и прокатился пару метров по асфальту. Легкое сотрясение, пара трещин в ребрах…

- Ни фига себе! – Дилан вытаращил глаза, глядя на друга почти с ужасом, - И ты с легким сотрясением вот так вот запросто по улицам разгуливаешь?? Кай, ты что, правда рехнулся?! Тебе же надо, наверное, лежать, таблетки пить, или что там делают… И в каком смысле – в джип брата?

- В самом прямом, - отвечать на негодования приятеля Кай не стал: в конце концов, за последнее время эта тема настолько завязла у него в зубах, что на нее даже думать не хотелось, - Понимаешь, Дилан… тут такое дело. В общем, ты знаешь, что год назад я попал в аварию, после которой напрочь забыл все, что было до нее, да? – друг кивнул, и парень продолжил, - Ну, так вот… Как оказалось, забыл я не только события, но и родного брата. А брат, тем временем, считал, что я погиб в той аварии, представляешь? Переживал, оплакивал меня… Фредди увидел мою фотку на могиле, что на обочине дороги, где в меня влетел грузовик, сказал мне. Я приехал и своим глазам не поверил, у меня… - юноша тяжело вздохнул, - У меня в голове зашумело, я рванул, было, домой, но по пути меня мотнуло, и я влетел в бок джипа. Как потом оказалось, джип принадлежал моему брату, а сам я, пережив все эти потрясения, его вспомнил. В больнице сразу спросил, где он, но Стеф, наверное, глазам своим не поверил, когда меня увидел, поэтому не пришел… хотя, говорит, что звонил. В общем, я полежал недельку и смылся, поехал к брату. Ну, дальше не интересно, - Кай скупо улыбнулся, вовсе не желая сообщать о пережитых покушениях на их с братом жизни, - Когда мы приехали домой, Стефан вызвал нашего друга, Конрада, он врач. Он меня на несколько дней действительно уложил в постель, но сегодня, вот пару часов назад буквально, сказал, что мое состояние вполне удовлетворительно, и что я могу гулять по городу. Брат на работу поехал, а мне надо было кое над чем подумать, я сюда пришел, - он пожал плечами, - Вот и вся история.

Дилан помолчал, переваривая кажущуюся довольно невероятной историю, потом медленно, ошарашенно покачал головой.

- Ну… ты даешь, - наконец, выдавил он из себя, - Я-то думал, ты себе работаешь или, как обычно, гоняешь по дорогам, а ты… И брата нашел, и поболеть успел… А подумать-то над чем надо?

- Да так… - раскрывать все тайны мучительно не хотелось, однако, учитывая, что листочек с символами лежал на довольно видном месте, и утаить их вряд ли бы удалось, парень с неохотой начал, - Тут, просто… мм… В общем, мы с братом влезли в одну полузаброшенную церквушку, а там были странные символы на алтаре. Я их срисовал, теперь пытаюсь расшифровать, - Кай смущенно улыбнулся, очень надеясь сойти в глазах друга за идиота, который мается дурью.

- Символы? – судя по заинтересованному блеску в глазах, сойти за идиота все-таки не удалось, - Что за символы?

- Да вот, ерунда какая-то… - парень тяжело вздохнул, протягивая приятелю бумажку. Рассказывать слишком много не хотелось, но, если так подумать – что особенного могло быть в непонятных закорючках из корталанской церкви? Они ведь даже не знают, что это за церковь такая, вряд ли там что-то очень уж важное!

Дилан принял листок бумаги и, отхлебнув кофе, склонил голову набок, с видимым интересом изучая странные знаки на нем. Несколько секунд молчал, созерцая, о чем-то раздумывая, а потом вдруг удивленно поднял голову.

- Так это же руны.

Каю показалось, что его внезапно насквозь прошил разряд молнии. Он дернулся, чудом не пролив свой кофе, отодвинул его подальше и, с жадностью вглядываясь в собеседника, подался вперед.

- Руны???

- Ну да, руны старшего Футарка, - уверенно подтвердил Дилан, вновь прихлебывая кофе, - Скандинавские. Я когда-то интересовался ими, сейчас припомню… Так… - он сдвинул брови и, положив листок на стол, принялся скользить пальцем от одного знака, одной руны к другой, - Отал, Кано, Райдо… кажется, Эваз, Соулу, Тейваз… Интересно, кто составил это?

- Понятия не имею… - отстраненно отозвался парень и, выхватив из нагрудного кармана ручку, протянул ее собеседнику, - Можешь записать для меня названия всех рун, что здесь есть? Я потом подумаю, что это может значить, поищу про них…

- Без проблем, - молодой человек легко кивнул и, приняв ручку, принялся старательно выводить названия старых скандинавских рун, бормоча их себе под нос, - Угу, угу… Так, снова Кано, Ансус, Райдо, Иса… блин, а это что? – он почесал висок обратной стороной ручки и, поморщившись, виновато глянул на Кая, - Слушай, в предпоследней я не уверен. По-моему, Йера, но, вот честно… - он вздохнул и, разведя руки в стороны, покачал головой, - А самая последняя опять Ансус. Все, вот, держи.

Листок перекочевал вновь в руки Кая. Тот, с жадностью впившись взглядом в кривоватые буквы, выведенные приятелем, еще раз пробежался по ним глазами, пытаясь запомнить, впитать в себя непривычные слуху названия, а потом прижал лист к груди.

- Спасибо, друг! – с жаром выпалил он и, глубоко вздохнув, сам покачал головой, - Не представляешь, как я тебе благодарен!

- Да? – Дилан склонил голову набок, с подозрением всматриваясь в собеседника, - Интересно, с чего это? Ты же, кажется, сказал, что эти закорючки ничего особенного не значат, что это все просто глупый интерес… Кай, - парень ощутимо посерьезнел и, обняв руками стаканчик с кофе, нахмурился, - Давай-ка колись. Куда ты вляпался?

Кай тяжело вздохнул. Рассказывать не хотелось, но врать не хотелось еще больше – друзьями парень дорожил, и потерять никого из них не хотел. Поэтому он глотнул стремительно остывающего кофе из стаканчика, мысленно попросил прощения у брата и начал рассказ…

…Повествование заняло несколько больше времени, чем он рассчитывал – по его завершении Дилан, совершенно ошеломленный, принялся задавать уточняющие вопросы, что-то переспрашивать, живо обсуждать и, в результате всего, вырвался из кафе Кай лишь по прошествии двух часов. В кармане у него был листок бумаги с названиями рун, в голове – мысль о необходимости сообщить приятелю, когда вся эта эпопея удачно завершится, а на сердце – беспокойство о том, что скажет Стефан, когда он вернется домой спустя такой промежуток времени.

Впрочем, последнее, как оказалось, было напрасным – когда парень зашел в дом, и привычно приласкал Джоя, брата его еще не было.

На звонок Стефан ответил сразу же, весело сообщил, что все хорошо и пообещался спустя полчаса отправиться домой.

- Угу, знаю я тебя, заработаешься сейчас… - молодой человек вздохнул и махнул рукой. Брат в трубке самодовольно хмыкнул.

- Да, я немножко трудоголик. Что поделать! Ладно, готовь ужин, клянусь, что ровно через полчаса поеду домой.

- Значит, будешь дома минут через… - Кай посмотрел на неработающие часы, поморщился и попытался сосчитать навскидку. Стефан, не дожидаясь окончания его подсчетов, подсказал сам:

- Минут через сорок. Ну, максимум час, Кай, обещаю, что не дольше!

- Договорились, - парень кивнул, не думая о том, что брат его не видит, - Тогда готовлю ужин и жду.

Придумывать на ужин что-то особенное настроения не было, поэтому парень решил обойтись яичницей, а коль скоро ее готовить было недолго, на некоторое время вновь погрузился в изучение рун, пытаясь проникнуть в их смысл.

Первые признаки беспокойства Кай ощутил через час.

Стефана не было, звонить он не звонил, и парень, немного увлекшийся расшифровкой загадочной надписи, сообразив, что отведенный срок уже истек, несколько напрягся. Однако, запретил себе впадать в панику и честно выждал еще полчаса. Потом схватил мобильный и торопливо вызвал брата.

Посыпались в ухо длинные гудки, через некоторое время сменившиеся предложением оставить сообщение на автоответчике.

- Стеф, это я! – Кай почувствовал, как сжалось горло и попытался побороть спазм, - В общем… если ты через пятнадцать минут не приедешь, я не знаю, что сделаю с тобой!

Сообщение закончилось; вновь потянулись минуты ожидания.

Руны в голову уже не лезли – молодой человек сидел, как на иголках, кусая губы и ломая пальцы, и перебирал в уме различные варианты задержки: от самых обыденных до самых страшных.

Когда миновало два часа, а брат так и не появился, и не отозвался ни на один из звонков, парень поспешно вызвал его офис.

- Офис мототрека «Мертвая петля», добрый вечер, - ответил спокойный, официальный голос секретаря, и Кай на секунду испытал прилив горячей надежды: если секретарь еще на работе, может и босс его там!

- Извините, я… я брат Стефана О’Ши, вашего босса, - он решил не врать и сказать все, как есть, - Позовите его пожалуйста, к телефону, я…

- Извините, - непреклонно перебил секретарь, - Но мистер О’Ши уехал более полутора часов назад.

- Уехал… - эхом повторил Кай и, сглотнув, скомкано поблагодарил секретаря, бросая трубку и запуская руки в волосы.

Что же могло с ним произойти? С работы уехал, был весел и жизнерадостен, когда звонил… и вдруг перестал отвечать на звонки, просто испарился!

Руки сами схватили телефон, выискивая из списка номеров один знакомый.

- Фред!

Нарсао выслушал друга с величайшим вниманием, задал несколько быстрых, уточняющих вопросов и пообещал перезвонить. Помолчал секунду и попросил Кая не нервничать.

О’Ши швырнул телефон на диван, закрывая лицо руками. Не нервничать! Как он может не нервничать, когда его брат неизвестно где, когда с ним неизвестно что случилось! Учитывая все эти бесконечные покушения на их жизни… Господи, а вдруг до него добрался один из тех уродов, что пытались задавить их? Или папаша решил все-таки подстрелить сыночка? Или даже треклятый Адмирал сам, лично решил добраться до подозреваемого!

Он почувствовал, что сходит с ума. Подошел к мини-бару, взял из него недопитую бутылку коньяка… и тотчас же поставил обратно, понимая, что пить не хочет. Нет… нет, лучше выпьет, когда брат найдется, на радостях.

Зазвонил телефон, и Кай, бросившись к нему со всех ног, едва не упал, запнувшись о ножку дивана.

- Да!

- В ближайшие два часа никаких ДТП на дорогах не было, - зазвучал в трубке успокаивающе-официальный голос Фреда, - Я отправил запросы в разные службы такси, и послал людей проверить мототрек. Пока все, что удалось узнать – джип Стефана все также стоит на парковке, со спущенными колесами. Уехал он явно не на нем.

- А если он поймал частника? – парень ощутил, как дрогнул голос, - Если не вызывал такси официально, что, если…

- Кай, - Нарсао, судя по всему, нахмурился, - Мы найдем его. Обязательно найдем, сохраняй спокойствие!

- Легко сказать, - буркнул Кай и, отключившись, упал на диван. Руки у него дрожали, губы тоже.

В голову полезли дурацкие мысли – должно быть, именно так себя чувствовал Стефан, когда ему сообщили о той аварии. Когда сказали, что брат погиб… Нет! Нет-нет-нет, нельзя о таком думать, нельзя!

Кай интенсивно затряс головой, отгоняя плохие мысли. Стефан жив, с ним все хорошо, просто… просто… ну, мало ли, таксист тупой попался, города не знает, вот и катает его кругами, ища нужную улицу!

Господи, хоть бы это было действительно так…

Телефон зазвонил вновь минут через пятнадцать, когда парень уже просто метался из угла в угол, а Джой, ощущая состояние хозяина, притихнув, следил за ним с подстилки.

Кай схватил трубку и, увидев на экране имя Фреда, поник. Ему на миг почудилось, что это звонит Стефан.

- Есть новости, - не здороваясь в сотый раз за день, начал Нарсао, - Стефан действительно вызывал такси, он не собирался ловить частника. Таксист прибыл на вызов, какое-то время постоял у здания офиса и, не видя пассажира, сообщил диспетчеру. Та несколько раз пыталась дозвониться до мистера О’Ши, но не сумев сделать этого в третий раз, велела таксисту уезжать – ждали другие заказы, и времени стоять на месте не было.

- И… и что это значит? – голос дрогнул; Кай сжал свободную руку в кулак, пытаясь сдержать эмоции. Приятель, понимая его состояние, заторопился.

- Это значит, что либо Стефана… мм… перехватили еще до выхода из офиса, что маловероятно – мои люди уже прошерстили здание и допросили секретаря, - либо он вышел, но сел вместо такси в какую-то другую машину, что странно, но более правдоподобно.

- Но это невозможно! – Кай, едва присевший на диван, вскочил на ноги, - Фред, Стефан знал, что на нас ведется охота, он не повел бы себя так безрассудно! – сообразив, что его речи никак не помогут в поисках, парень вновь сел и попытался мыслить конструктивно, - Если… он все-таки сел в другую машину… что нам делать теперь?..

- Я подниму записи со всех дорожных камер недалеко от мототрека – какая-то наверняка должна была зафиксировать его, - Фред говорил по-прежнему твердо, где-то даже отстраненно: во время работы допустить излишне эмоциональную реакцию он не мог, за что Кай был ему нескрываемо благодарен. Не хватало еще, чтобы тот, на кого он возлагает такие надежды, тоже вдруг начал психовать.

- Спасибо… - прошелестел парень и, тяжело вздохнув, прибавил, - Жду новостей, Фредди… очень жду!

- Держись, - коротко бросил на прощание друг и отключился сам.

Кай вновь вскочил, прошелся по комнате, зачем-то поднялся на второй этаж в свою спальню. Постоял, бездумно глядя на неработающие часы. Отстраненно подумал, что Стеф так и не поменял там батарейку… И, ощущая, как на глазах вскипают слезы, резко отвернулся, устремляя взгляд на стол, туда, где лежал проклятый листок бумаги с загадочными рунами.

Все из-за них, из-за этих чертовых значков! Если бы не они, он бы, возможно, поехал вместе с братом, он бы не позволил никому похитить его! Похитить или… Нет!

Парень вновь мотнул головой, заставляя себя отбросить мысли о возможной смерти брата и, схватив листок бумаги со стола, быстро пробежал его взглядом.

А затем вдруг, резко выдохнув, поднял телефон, который не выпускал из рук и, найдя нужный номер, отправил вызов.

Абонент ответил почти сразу, как будто ждал звонка.

- Кай, хорошо, что ты позвонил! – Дилан был, как обычно, весьма оживлен, где-то даже взбудоражен: таинственная ситуация, в которую попал его друг, весьма тревожила парня, заставляя ломать над нею голову и, вместе с тем, вызывая жгучий интерес, - Слушай, я тут думал о нашем разговоре, и по-моему, то, что ты говорил про мафию…

- Дилан, - прервал его Кай, чувствуя комок в горле, - Мой брат пропал.

В трубке ненадолго повисла тишина.

- Как это – пропал?.. – неуверенно переспросил молодой человек, начиная явственно тревожиться.

- Вот так, - О’Ши тяжело сглотнул, понимая, что вот-вот разрыдается, - Обещал прибыть с работы через сорок минут… Уже четвертый час идет, его нет. Фред ищет, но пока безрезультатно…

В телефоне вновь воцарилось молчание.

- Ну… Кай… - Дилан явно пытался придумать, как утешить друга, - Слушай… Может, не зря поиски обычно начинают спустя сутки? Ты не подумай, я ничего такого, но мало ли, вдруг он куда-то загулял…

- Куда он загулял?! – Кай закричал, не в силах сдержаться и едва не швырнул телефон об стену, - Дилан, если мой брат обещал приехать не позднее, чем через час – он приедет! Если только ему не помешают… Я… - горло опять перехватило и парень, комкая листок, сжал его рукой, - Я не знаю, что и думать, я так боюсь, а ты… ты такое…

- Прости, - в голосе собеседника зазвучало искреннее раскаяние, - Извини, Кай, правда. Я просто не знаю твоего брата, вот и предположил… Прости, я не хотел тебя расстроить еще больше. Ты, это… знаешь… ты не волнуйся так. Фред – профессионал, он наверняка найдет твоего брата!

Парень шмыгнул носом.

- Да… я тоже хочу в это верить, - он торопливо стер кулаком выступившие слезы, - Меня просто с ума это сводит, понимаешь? Пока мы там возились с этими идиотскими знаками, с этими рунами, мой брат… - он махнул рукой и, дрожащими пальцами расправив скомканную бумажку, опять положил ее на стол, глядя на нее. Он плохо сознавал свои действия сейчас, не понимал, что и зачем делает.

- Подожди… - Дилан, который в отличие от друга был пока еще в состоянии мыслить здраво, попытался восстановить цепь событий, - Нет, Кай… Получается, что пока мы обсуждали Окрест Кария, твой брат был на работе. Ты потом позвонил ему, он сказал, что приедет…

Кай механически кивал, не сводя взгляда с листка бумаги. Руны перед глазами скакали и множились, буквы, написанные рукой Дилана, расплывались и словно тасовались между собой, а он безмолвно слушал, что говорит друг.

Опять эти слова, этот проклятый Окрест Кария! Уже тошнит от него, век бы не слышать об этой дряни!

Кай вновь шмыгнул носом и провел пальцем линию от первой руны к ее названию, затем повторил то же самое со второй.

Отал – О, Кано – К… ОК…

В голове что-то вспыхнуло. Дилан в трубке продолжал говорить, но Кай его уже не слушал, продолжая дрожащим пальцем проводить линии от рун к их названиям.

О-К-Р-Е-С-Т…

Дьявол!

- Дилан… - голос сел, но парню было на это наплевать, - Кажется… я знаю, что означают эти руны.

Глава 14

Его с оттяжкой ударили сначала по одной щеке, потом по другой. Пнули. Чей-то резкий голос раздраженно приказал:

- Просыпайся!

Его схватили за волосы и еще раз ударили сначала по одной щеке, потом по другой.

Стефан замычал, с трудом открывая глаза и попытался сфокусировать взгляд на своем мучителе. Удалось. Кто это?..

Невысокий, крепкий человек с широкими плечами и короткой шеей, немного приземистый, из-за чего создается впечатление, что его придавило сверху прессом. Незнакомый человек.

- Очнулся, - удовлетворенно резюмировал мучитель и, выпустив его волосы, позволил вновь упасть вниз. На пол?.. Да, кажется, под ним все-таки пол. Причем каменный – на нем холодно.

Стефан попытался что-то сказать, но язык не слушался. Хотелось пить.

Мучитель, видимо, понял это, потому как неожиданно ухватил его за ворот и, рывком усадив, приставил к губам открытую бутылку с водой. Благодатная жидкость потекла по губам, по подбородку, и Стефан открыл рот, жадно ловя ее и глотая.

Стало немного получше, но в голове все равно царил туман.

- Ну что, урод, прочухался? – коснулся его слуха уже знакомый голос. Он помотал головой, отчаянно пытаясь собрать мысли в кучу.

- Кто ты?.. – голос едва слушался; горло саднило, - Где я…

- А это не твое дело, придурок, - мучитель довольно хохотнул и легко оттолкнул его, заставляя вновь упасть на пол, - Тебя босс хочет видеть.

Стефан попытался приподняться на руках, растерянно моргая.

- Какой еще босс?..

- Узнаешь, - бросил его собеседник и в приказном порядке велел, - Поднимай свою задницу, я не собираюсь тащить тебя. Живо!

Тащить его все-таки пришлось: если подняться мужчина еще кое-как сумел, то сделать шаг оказалось для него задачей непосильной – каждое движение могло привести к новому падению. Его собеседник, а может быть и тюремщик, досадливо вздохнул и, красноречиво закатив глаза, пребольно сжал руку пленника выше локтя и потянул, вынуждая его, шатаясь, все-таки последовать за собой.

Пути Стефан не запомнил – ему было слишком паршиво, чтобы обращать на что-то внимание, он был целиком и полностью сосредоточен на том, чтобы удержаться в более или менее горизонтальном положении.

Кажется, они шли по какому-то коридору, может быть, поднимались куда-то… да, скорее всего так и было – если очнулся он явно в подвале, в какой-то холодной камере, то конечной целью пути оказалась теплая и вполне уютная комната. Во всяком случае, уютная для человека, обитающего здесь – самому пленнику она показалась похожей скорее на зал для допросов, и приятных ощущений не вызвала.

Тюремщик протащил его сквозь узкий дверной проем, изрядно приложив о косяк и, подведя к жесткому стулу с подлокотниками, грубо толкнул на него.

Стефан упал на сидение, непроизвольно откидываясь назад и подспудно ожидая, что сейчас самым глупым образом завалится на пол вместе со стулом. Но стул остался недвижим, будто был высечен из камня или, что более вероятно – намертво прикручен к полу.

Тюремщик, пока что заслоняющий собою основной обзор, грубо дернул его сначала за одну руку, пристегивая ее наручниками к подлокотнику, затем повторил то же самое с другой.

На душе сразу стало как-то по-особенному отвратительно; предчувствие чего-то чрезвычайно нехорошего и, скорее всего, даже болезненного, затопило его.

Оправдалось оно почти сразу же – приковав пленника, тюремщик сильно ударил его кулаком в челюсть. Голова мотнулась; Стефан закашлялся, облизнул случайно прикушенную в момент удара губу и… неожиданно пришел в себя.

- Да что происходит?! – даже голос его зазвучал тверже, увереннее, со вполне закономерным негодованием в нем, - Какого черта ты делаешь, где я нахожусь, почему?!

- Слишком много вопросов, - ответил ему вовсе не тюремщик, а кто-то еще, невидимый в эту секунду, заслоненный спиною мучителя, - Ударь его еще раз. Мне нужен сговорчивый собеседник.

На сей раз удар прилетел с другой стороны, заставляя голову пленника мотнуться в другую сторону. Мужчина зарычал, дергая руки.

Тюремщик мельком оглянулся и, видимо, получив разрешение продолжить, нанес целую серию болезненных ударов по всему корпусу: начиная с живота, по грудной клетке, по плечам и, наконец, еще раз по челюсти сбоку. На этот раз удар вышел особенно сильным – Стефан почувствовал, что ему рассекли губу и, не в силах сдержаться, зло плюнул, метя в лицо мучителю.

Тот, взревев от ярости, замахнулся, было, вновь… но на сей раз оказался остановлен.

- Достаточно. Отойди.

Тюремщик медленно выдохнул и, явно против воли опустив кулак, раздраженно шагнул в бок, занимая место по правую руку от пленника, в любой миг готовый продолжить избиение.

Стефан получил возможность рассмотреть того, с кем ему, по-видимому, и предстояло беседовать.

Это был дородный, крупный мужчина с приятным лицом, не полный, а скорее излишне мускулистый, серьезный, спокойный и уверенный. Темные глаза его смотрели насмешливо и сочувственно одновременно; прямой нос с едва заметной горбинкой и чувственные губы довершали облик неотразимого красавца, каким он, должно быть, был лет десять назад. Сейчас чело его уже избороздили тонкие морщины, взгляд выдавал хорошо пожившего человека, а общий облик давал понять, что жизнь свою он прожил не зря.

Облачен незнакомец был в темно-серый с искрой костюм и белоснежную рубашку под ним, в пальцах сжимал толстую сигару, которой изредка затягивался. На подлокотнике его глубокого, удобного кресла стоял пузатый бокал не то с коньяком, не то с виски.

По левую руку от его кресла замер, не шевелясь, еще один человек, вероятно, охранник или помощник, но уж больно странно одетый. Хотя, в принципе, в самой одежде этого парня не было ничего необычного – простой и удобный свитер, джинсы, кроссовки… Но вот лицо его, нижнюю его часть, скрывала повязанная на откровенно бандитский манер бандана, открывающая взгляду только жестокие, очень холодные и равнодушные, серо-голубые глаза.

При взгляде на этого человека у Стефана как-то сразу побежали мурашки вдоль позвоночника, и он поспешил отвернуться. Объяснения насчет профессии этого молодчика ему не требовались – взгляд выдавал в парне законченного садиста, способного только мучить и убивать.

- Кто ты? – мужчина, избегая смотреть на страшного человека, предпочел обратиться к тому, кто казался более или менее респектабельным, - Чего тебе надо от меня?

Собеседник лениво стряхнул пепел с сигары прямо на пол, и растянул губы в мягкой улыбке.

- Меня называют Адмиралом, - спокойно отозвался он, - И, думается мне, одного только моего имени должно хватить, чтобы ты понял, зачем находишься здесь, О’Ши.

Стефан помрачнел – он понял.

- Я не знаю, где находится то, что ты ищешь, - долго задерживаться здесь мужчине не хотелось и он предпочел сразу же расставить все точки над i, - Не знаю, как оно выглядит и что представляет из себя! И, уж тем более, не знаю, с какой радости ты решил, будто у нас с братом оно есть!

Адмирал негромко, бархатисто рассмеялся и, затянувшись, выдохнул дым в сторону пленника. Затем изящным движением взял бокал, сделал из него маленький глоток и, посмаковав напиток с секунду, причмокнул губами.

- Обидно слышать такие глупые речи от такого умного человека, - голос у негодяя был приятный, густой и низкий, обволакивающий и почти гипнотизирующий, - Ну, что ж. Если ты выложил сразу все карты на стол, пожалуй, я поступлю точно также, - он едва заметно повел плечами и, расслабленно откинувшись на спинку кресла, размеренно заговорил, - Окрест Кария я ищу уже очень давно и, если верить твоим словам, знаю о нем значительно больше, чем ты. Впрочем, от тебя тоже не секрет, что обладатель его обретает неслыханную удачу и потрясающую неуязвимость… Будь ты умнее, ты бы уже понял, на чем зиждутся мои предположения. Год назад я вышел на след Окреста Кария, я был уверен, что получу его. Мне помешал глупый случай – какой-то мальчишка опередил меня, украв предмет из магазина, где его по незнанию выставили на продажу. Украл он его довольно дерзко, практически у всех на глазах, в него стреляли, но… ни одна пуля не смогла коснуться его. Он бежал, а я стал искать его. Когда до меня дошли слухи о молодом мотогонщике, лихо обгоняющем смерть и избегающем любых катастроф, я понял, что нашел. К нему навстречу отправился один из верных мне людей на грузовике, я хотел убедиться, что мальчишка увернется и от этой аварии, хотел подтвердить свои подозрения. Каково же было мое удивление, когда я получил отчет, где было ясно указано, что мотоциклист сгорел вместе с мотоциклом! Это значило, что я ошибся, что Окрест Кария в руках у кого-то другого… я был разочарован. Целый год я искал, выискивал самые различные, невероятные случаи спасения жизни, целый год мои агенты неустанно трудились в самых разнообразных местах, о которых тебе не нужно знать. И вот однажды я получил удивительную информацию – попавший после легкой аварии в больницу парень вспомнил, что является кем-то другим, сказал, что год назад пострадал в аварии и потерял память… Это была та самая авария, что устроил я, Стефан. Мотогонщик, которого я подозревал, выжил, а значит, подтвердил мои подозрения! Да, я был уверен, что Окрест Кария у него… Но когда мои люди пришли в больницу, оказалось, что мальчишка сбежал, а учитывая, как сильно он стремился встретиться с братом, я быстро сделал вывод, что именно к нему он и отправится. Выяснить, кто является братом этого мотогонщика, было всего лишь делом техники. Снайперу пришлось ждать недолго – мальчишка заявился на следующий же день после того, как бежал из больницы. Когда он сумел уклониться от пули, да еще и увести с линии выстрела брата, снайпер сообщил мне об этом. Изначально я дал распоряжение снять обоих братьев одним выстрелом – я знаю, он способен на это, - но, коль скоро это не удалось, он ждал следующих распоряжений. Я велел ему во чтобы то ни стало выкурить везунчиков из кабинета и загнать их обоих на мотоцикл, а сам быстро отдал нужные приказы. Когда вы ускользнули от двух больших машин, вынудив их столкнуться между собой… - Адмирал покачал головой, - Мои сомнения исчезли окончательно, Стефан. Окрест Кария у тебя или у твоего брата, мне это известно. Где он? – заметив, что мужчина собирается ответить, он остановил его жестом, - Если ты отдашь мне его, я могу обещать, что ты выйдешь отсюда живым и я больше не буду тревожить вас.

Стефан, который слушал рассказ очень внимательно, со все возрастающей злостью, яростно дернулся, предпринимая заведомо проигрышную попытку встать, и скривился в презрительной гримасе. Разбитую губу неприятно кольнуло, но мужчина даже не обратил на это внимания.

- Ты думаешь, я идиот? Да когда бы это преступник отпускал пленника, выболтав ему все о своих преступлениях! Если ты так хорошо знаешь меня, знаешь Кая, то наверняка в курсе, что мы водим дружбу с полицейским, которому, конечно, захочется узнать, где я пропадал. И который, кстати, уже ищет меня, я в этом не сомневаюсь! И вот когда он меня найдет…

- Он тебя не найдет, - оборвал его собеседник, - Я не люблю досужей болтовни, Стефан. Отвечай на вопрос – где Окрест Кария?

- А я уже на него ответил! – дерзко бросил в ответ О’Ши, - Я понятия не имею, что это за хрень и где она находится! Ты меня хоть убить можешь, это не изменится – я не знаю!

Адмирал прищурился, изучая пленника внимательным, оценивающим взглядом, рассматривая его с головы до ног и, видимо, делая для себя какие-то выводы.

- А может быть, он сейчас у тебя с собой? – рука преступника скользнула за пазуху пиджака, - Поэтому ты не боишься, думаешь, что он защитит тебя… что ж, проверим.

Стефан едва успел заметить вытащенный на свет божий пистолет, не успел сообразить, что слышит выстрел, как левая рука его буквально взорвалась болью. Он взвыл, не в силах сдержаться и, весь дрожа, едва дыша, медленно перевел взгляд на нее.

Немногим выше локтя рукав его рубашки был пробит; из раны вниз вовсю струилась кровь. Белая ткань быстро пропиталась ею, краснея на глазах, и Стефан почувствовал, что теряет сознание.

Еще никогда в жизни не доводилось ему испытывать ничего подобного. Еще никогда его не ранили столь жестоко и беспощадно, никогда не пытали, и рассудок его оказался к такому не готов.

Да, он понимал, что находится в плену у преступников, у убийц и подонков, но почему-то наивно полагал, что пытки закончатся избиением, и к этому был готов. К тому, что его будут расстреливать, он подготовиться не успел.

Адмирал прищелкнул языком и, осмотрев пистолет, спокойно вновь убрал его в кобуру подмышкой, затем беря бокал. Склонил голову набок, любуясь раненым, дрожащим от боли и страха пленником, и с видимым удовольствием глотнул ароматный напиток.

- Мне удалось тебя ранить, - говорил он медленно, тягуче, будто размышляя вслух, - Значит, при тебе его нет… Хорошо. Значит, Окрест Кария у твоего брата. И сейчас ты мне скажешь, где он.

Стефан ощутил, как сжалось сердце. Если этот ублюдок доберется до Кая… если он будет пытать его, как сейчас пытает самого мужчину… Нет, нет, этого нельзя допустить! Черт бы его побрал, лучше он умрет, чем выдаст ему брата! Он… он же только его обрел. А эта тварь, скорее всего, убьет его, причем убьет мучительно, и этого допустить он не может!

- Я не знаю… - хрипло выдавил из себя мужчина, - Я… был на работе… где брат – не знаю.

Адмирал устало закатил глаза – убеждать пленника проявить благоразумие преступнику уже изрядно надоело.

Он медленно повернул голову, обращая взгляд к стоящему по левую руку от него человеку. Сердце у Стефана оборвалось.

- Поиграй с ним, - коротко бросил Адмирал. Парень быстро взглянул на него и, резко кивнув, шагнул вперед.

Тюремщик, по-видимому, прекрасно знающий, что сейчас надлежит делать, принялся торопливо отстегивать наручники от подлокотников стула, сковывая затем обе руки пленника вместе.

Неизвестный, приблизившись, ухватил его железной рукой за ворот рубашки и, заставив встать на ноги, перехватил за простреленную руку, сжимая ее, правда, ниже локтя, но с такой силой, что Стефан не сдержал болезненного стона.

Его снова куда-то повели.

Ноги едва слушались, заплетались; от боли, с каждым мигом как будто усиливающейся, в голове мутилось, и он совершенно не понимал, что происходит. Боялся подумать, что будут делать с ним теперь, не знал, как убедить мерзавца, мерзавцев, что он и в самом деле ничего не знает.

Он знал только, что не должен выдавать Кая. Если он выдаст его… если они что-то сделают с ним после этого… Он, пожалуй, застрелится сам.

Его завели в маленькую, пеналообразную комнатку, вход в которую находился в углу помещения для допросов, и толкнули на железный стул. Руки подняли и, зацепив цепью за какой-то крюк, свисающий с потолка, оставили так. Ноги привязали к ножкам стула.

Стефан почувствовал, как горло сдавливает страх – он был фактически распят, полностью открыт и делать с ним сейчас можно было абсолютно все, что угодно. И поделать он с этим ничего не мог.

Наверное, надо было попытаться вырваться, пока вели… Какая здравая мысль, почему она пришла ему в голову так поздно?! А. Да. Когда его вели, он сходил с ума от боли, и не понимал, что нужно сопротивляться. Он просто шел.

Дверь в комнатушку захлопнулась с металлическим звуком, отсекая их обоих – палача и его жертву – от внешнего мира.

Парень, все так же не опуская маски, засучил рукава и принялся скрупулезно раскладывать на металлическом столике какие-то инструменты. Стефан попытался рассмотреть их, но почувствовал, что к горлу приступает тошнота и предпочел отвернуться.

Довольно было и мыслей о том, что с ним будут делать.

Палач приблизился, сжимая в левой руке небольшой, тонкий нож – кинжал или стилет, более пригодный для метания и, окинув пленника внимательным взглядом, протянул правую, чтобы поправить его руки. В глаза бросились две татуировки, украшающие собою внутреннюю сторону запястья – мотоцикл, мчащийся куда-то вдаль, и солнце над ним. Татуировки, которые он уже видел…

Рука взметнулась, и Стефан глухо ухнул, сам не зная, как ему удалось сдержать крик. На груди его, рассекая наискосок рубашку, появилась длинная кровавая борозда. Следующая прошла накрест поверх первой, и мужчина слабо застонал.

Мучитель окинул его оценивающим взглядом и, отойдя на несколько шагов, ловко метнул нож.

Ощутив, как лезвие пронзает его плоть в районе ключицы, Стефан не сдержал болезненного крика. Палач равнодушно приблизился и, одним движением выдернув нож, вновь отошел, повторяя те же действия с другой стороны. Ему вообще, как мельком отметил для себя пленник, нравилась симметрия.

На сей раз нож остался в ране. Мучитель взял ножницы и принялся педантично разрезать рубашку жертвы, сдирая ее с него, освобождая себе доступ к телу.

Обнаружив, что помимо кровавых ран, на нем уже проступают синяки, он чуть заметно кивнул. Жестокие глаза удовлетворенно блеснули.

Рубашка полетела на пол; палач еще раз окинул взглядом свою жертву и, резко выдернув нож из плеча, полоснул им по щеке. Затем, с той же ловкостью – по шее с противоположной стороны.

Стефан тяжело задышал, уже начиная представлять, как истекает кровью.

Мучитель еще раз оглядел его и, неожиданно отбросив нож, вновь вернулся к столу, беря с него что-то небольшое, удерживая это двумя пальцами.

Подошел к жертве и, болезненно сдавив челюсть, вынудил открыть рот, вкладывая это что-то туда. После чего зажал ему рот рукой.

Язык ощутил горечь таблетки, и мужчина, вполне предполагая, что его собираются отравить, отчаянно замотал головой… но палач оказался сильнее и, увы, опытнее.

По-прежнему зажатый рот, один ловкий удар под дых – и таблетка проскользнула в горло, заставляя мужчину закашляться. Палач убрал руку от его рта и, отойдя на секунду, неожиданно поднес стакан с водой, принудительно вливая ее ему в рот.

Вода казалась обычной, и мужчина сглотнул. Таблетка проскользнула в желудок.

Мучитель отошел и, не обращая внимания на пленника, принялся что-то вновь перекладывать на столе, с металлическим позвякиванием кладя это на столешницу.

Стефан, ничего не понимания, продолжал сидеть. Что его заставили проглотить, он не знал, не хотел даже думать, был морально готов к мучительной смерти и мрачно размышлял, что со стороны Адмирала это было очень глупо. Если он умрет, он же ничего не расскажет! Какой бред, какое безумие. Или, может, палачу был дан приказ, если после нескольких ран пленник не сломается – устранить его?

Но умирающим он сам себе не казался. С ним вообще ничего не происходило, не считая легкого головокружения. И перед глазами как-то вдруг помутнело…

Заметив наплывающую из-под двери белесую пелену, Стефан удивился еще больше. Их что, сжечь решили? Обоих, заживо? Как странно и нелогично… Что-то Адмирал перемудрил со своими пытками, однозначно.

В поле зрения внезапно снова возник палач, поигрывающий угрожающего вида топориком. Перед глазами все плыло, смазывалось, и только этот металлический, кошмарный предмет постоянно находился в поле его зрения.

Палач склонился к его уху и что-то прошептал в него. А в следующий миг Стефан заорал от безумной боли, залился слезами, задергался… чертов ублюдок отрубил ему руку.

В поле зрения вновь мелькнул топорик, над ухом опять раздался шепот, и он лишился трех пальцев на другой руке.

Палач продолжал кромсать, уродовать, уничтожать его тело, Стефан кричал, не в силах сдержать себя, кричал до хрипоты, сходил с ума, истекал кровью, умирал, а тварь перед ним все не останавливалась.

Он не помнил, как потерял сознание. Он даже не знал, потерял он его, или просто умер.

Глава 15

- Надо поехать в эту церковь и еще раз там все осмотреть! – Дилан, зашедший в гости к приятелю, даже топнул ногой от негодования, - Почему ты сопротивляешься? Кай, я могу читать руны, вдруг я пойму больше, чем ты?

- А вдруг Стефан вернется? – Кай тяжело вздохнул, с ужасом слыша в собственном голосе нотки недоверия, - Вдруг он придет, а меня нет…

Дилан сжал губы, не зная, как высказать гложущие его сомнения так, чтобы не слишком расстроить друга.

- Кай… Я понимаю, честное слово, понимаю и очень уважаю твою надежду. Но подумай сам – идут уже вторые сутки, а его нет… Фред ищет, ищет старательно, его ребята прочесывают и город, и пригород, они найдут его! И, найдя, сразу сообщат тебе. Но, если все, что ты мне рассказывал правда, если его схватили действительно из-за Окреста Кария, не лучше ли будет нам постараться отыскать его? Найдем эту пакость, отдадим Адмиралу или кто там за ним гоняется, вернем твоего брата и заживем спокойно!

- У нас же нет доказательств, что в церкви можно найти что-то об этой дряни… - парень уныло вздохнул, опуская взгляд на собственные руки, - Вообще, мне кажется, все, что там было, мы со Стефаном уже нашли. А ты помог расшифровать, так что… искать надо в другом месте, Дилан. И поскольку мы понятия не имеем, где, собственно, это место находится, я предлагаю не бегать попусту, а остаться дома и дождаться Стефана!

- Ну, я же не поеду один… - Дилан, видимо, несколько растерялся, - Кай, в самом деле! Ну, позвони Фреду, спроси его, как продвигаются поиски, может, он что новое скажет… В конце концов, если мы уедем на часок, я не думаю, что произойдет что-то невероятное! – парень даже руками всплеснул, - Поехали, я же говорю – быть может, именно Окрест Кария есть ключ к спасению твоего брата!

Кай устало вздохнул и, протерев лицо обеими руками, мимолетно поморщился. Дилана он знал, как неутомимого авантюриста, был убежден с самого начала, что эта загадочная история с Окрестом Кария захватит его с головой, увлечет целиком и полностью, но не думал, что приятель станет втягивать его в это в такой момент. А с другой стороны… Чем он поможет Стефану, если будет просто сидеть дома и страдать? Может быть, Дилан и прав – найдя Окрест Кария, они смогут обменять его на Стефана, они смогут спасти его!

- Сначала я позвоню Фреду, - он все ее тщился продемонстрировать упрямство, - Если нет ничего нового… ладно, поедем.

…Нарсао ответил на звонок быстро и виноватым тоном сообщил, что нового, увы, так ничего и не появилось. На поиски Стефана О’Ши, предположительно похищенного Адмиралом, были брошены если не все, то немалая часть сил полиции, но пока что результатов это не дало. Где бы ни держали Стефана, а спрятан он был надежно.

Проверка камер дорожного движения тоже не принесла особенных плодов – автомобиль, где ехал О’Ши, был обнаружен, вычислен, а по прошествии трех часов найден разбитым вдребезги. Судя по всему, кто-то старательно заметал следы.

Кай тяжело вздохнул и, покосившись на Дилана, осторожно поинтересовался, считает ли Фред, что ему лучше сейчас безвылазно сидеть дома, ожидая брата, или можно куда-то отлучиться.

- Кай, я… - полицейский на секунду замялся, - Я боюсь, что, если Стефан не пришел до сих пор домой, то он вряд ли появится без нашей помощи. Если ты хочешь попытаться поискать его сам… - он еще раз замялся, а затем вдруг приказал, - Не рискуй! Не вздумай никуда лезть, если хочешь сходить за продуктами – иди, но больше ничего не предпринимай! Поверь, твои действия могут только усугубить положение.

- Понял… - тоскливо отозвался парень и, тяжело вздохнув, безрадостно кивнул, - Я ненадолго… Нет, я сам ничего не стану делать, обещаю. Тем более, и что делать-то я не знаю…

- Вот и хорошо, - невпопад ответил Нарсао и, скомкано попрощавшись, повесил трубку. Кай перевел взгляд на сидящего рядом друга.

- Поехали, - безрадостно бросил он, - У Фреда по-прежнему ничего нет, и он считает, что сам Стефан домой уже не придет…

- Еще придет, - неловко попытался утешить его Дилан и, вздохнув, легонько хлопнул по плечу, - Пойдем, Кай, может, ты хоть немного развеешься… - и, наткнувшись на взгляд друга, заторопился, - Успокоишься и будешь более конструктивно мыслить!

Кай предпочел не отвечать. Только дернул уголком губ и, полный самых мрачных мыслей, направился на выход.

…К церкви отправились на мотоцикле молодого О’Ши, как на наиболее быстром, легком и, как это ни странно, наименее заметном транспорте. Сам Кай, правда, свой мотоцикл незаметным не считал, но Дилан быстро убедил его в обратном – маленький юркий транспорт куда сложнее заметить, чем какой-нибудь громоздкий автомобиль.

Дорогу парень помнил, но ехать старался не слишком быстро – не хватало еще ему попасть в аварию, пока Стефан неизвестно где. Спутник его, впрочем, не подгонял.

Возле ворот забора, огораживающего церковь, они слезли; Кай поставил мотоцикл на подножку, включил сигнализацию, ловя себя на полной бессмысленности этого и, махнув рукой, решительно направился к воротам, развязывая веревочку на них.

Дилан, воровато озираясь, скользнул следом за другом на запретную территорию и, окинув церквушку долгим взглядом, присвистнул.

- Ни фига себе! – в голосе парня так и звенел восторг, - Черт, будет обидно, если ее вдруг решат снести, это же великолепный образчик архитектуры!

- Угу, - Кай, не столь восторженный, направился ко входным дверям, бросая на ходу через плечо, - Корталанская церковь, если верить манускриптам, что мы нашли со Стефаном. Заходи, не хватало еще, чтобы нас кто-то увидел.

- Кай, я тебя умоляю, кто нас может увидеть! – его спутник фыркнул и, широко разведя руки в стороны, огляделся, - Дворик закрытый, вокруг никого! Тут и смотреть-то, поди, некому… Да иду я, иду, - заметив взгляд друга, Дилан все-таки прибавил шаг.

Войти в церковь оказалось не труднее, чем в прошлый раз; двери спокойно отворились, пропуская новых гостей.

- Корталанская церковь приветлива… - пробормотал себе под нос Кай и, зайдя внутрь, огляделся.

Здесь ничего не изменилось с прошлого раза, все оставалось на своих местах и даже новых следов на пыльном полу как будто не наблюдалось. Впрочем, в прошлый раз они со Стефаном так здесь натоптали, что определить это навскидку было затруднительно.

- Ну, вон алтарь, - Кай без особенного желания взмахнул рукой, указывая на постамент, где и были выбиты заветные слова, - Если вон на тот подсвечник надавить – откроется проход к библиотеке с манускриптами. Что еще ты тут хочешь увидеть?

- Посмотрим, - Дилан, шагая очень осторожно, почти крадучись, непрестанно глядя себе под ноги, начал приближаться к алтарю. Его спутник, поморщившись, неспешно направился за ним – он в этом месте уже был, все здесь знал и ничего нового и интересного для себя встретить не надеялся. Впрочем, он сейчас вообще мало думал о том, что находится в церкви: мысли его были заняты тем, где сейчас находится брат.

- Значит, говоришь, если на этот подсвечник надавить? – Дилан с любопытством оглядел искомый и, прищелкнув языком, покачал головой, - Не буду трогать – ты все равно уже все видел и знаешь, нет смысла двадцать раз смотреть. А если надавить на другой подсвечник?

Кай равнодушно пожал плечами.

- На другой мы не нажимали.

- Так что мешает нам это сделать прямо сейчас? – на губах авантюриста сверкнула широкая улыбка, и он, недолго думая, шагнул к подсвечнику, стоящему справа от алтаря, уверенно надавливая ладонью на плоскую площадку наверху, рядом с углублением для толстой свечи.

Послышался тихий скрежет, и площадка медленно ушла вниз. Вместе с ней вниз начал неожиданно погружаться и алтарь, и молодые люди, такого не ждавшие, невольно отпрянули в сторону.

Открылась ниша – большой, хотя и не слишком глубокий провал в полу, там, где несколько секунд назад стоял постамент. На дне ее что-то смутно не то белело, не то чернело, и Кай, осторожно склонившись, попытался рассмотреть это.

- Я спущусь! – Дилан, как обычно, полный энтузиазма, воодушевленно хлопнул в ладоши, - Никогда такого не видел, до чего же интересно!

- Спу… ты с ума сошел?? – Кай, рывком обернувшись и сам едва не свалившись в проем, нахмурился, - Ты даже не знаешь, что там может подстерегать! Вдруг там какие-то ловушки?..

- Да ладно, это же церковь! – парень фыркнул, - Что там за ловушки могут быть? Вряд ли вера этих корталанцев позволяла пытать и убивать людей, тем более, что проем итак был хорошо закрыт. Не дрожи, я спрыгну.

- А вылезать ты как будешь? – его спутник, все еще силясь не пустить друга к провалу, даже руки в стороны развел, - Тут не так уж и низко, спрыгнуть спрыгнешь, а назад?

Дилан удивленно моргнул.

- Так ты же сверху останешься – вытащишь меня. Ладно тебе, Кай, как будто, будучи мальчишкой, ты не лазил по вот таким вот заброшенным местам! – он вздохнул, и сокрушенно покачал головой, - Скажу я, ты стал отвратительно взрослым, мой друг.

- Мне было, от чего повзрослеть, - мрачновато откликнулся Кай и, обреченно махнув рукой, отошел в сторону, - Лезь. Только, будь добр, хотя бы не сверни себе шею, идет?

Дилан расплылся в широкой улыбке и, согласно кивнув, поспешно бросился к проему, присаживаясь на его краю на корточки. Затем, удерживаясь одной рукой за край, аккуратно спрыгнул и, не раздумывая, склонился, хватая то, что лежало на дне.

- Тут какая-то шкатулка и еще один свиток! – громко известил он, - И, кстати, не так уж высоко.

- Я вижу, - Кай на миг поджал губы, глядя на торчащую над полом голову приятеля, - Вылезай оттуда.

- Сейчас, - авантюрист торопливо положил на пол рядом с проемом свои находки, и поманил его, - Дай руку.

Парень вздохнул и, сознавая, что отказывать в помощи другу, как минимум, нехорошо, протянул ему руку.

…Добрались до изучения находок они еще по прошествии нескольких минут, на протяжении которых Дилан педантично отряхивался, избавляясь от пыли, которой набрался внизу. Кай терпеливо ждал, косясь на лежащие на полу свиток пергамента и шкатулку с таким видом, будто подозревал их в укрывательстве особо опасного преступника.

Наконец, пыль была стряхнута, и Дилан, на правах первооткрывателя, с жадностью схватил шкатулку, тотчас же ее распахивая. С губ его слетел разочарованный возглас – шкатулка была пуста.

- Может, у нее двойное дно или что-то вроде того? – Кай, присев рядом на корточки, чуть склонил голову набок. Приятель его тотчас же шкатулку перевернул и аккуратно постучал по ее донышку. Потом еще раз заглянул внутрь и ковырнул ногтем бархатистую, но потертую от времени обивку.

- Да не похоже, - наконец, разочарованно констатировал он, - Если тут что и было, это уже отсюда забрали. Ладно, давай посмотрим, что в свитке написано…

Свиток первым схватил Кай и, разочарованно вздохнув, протянул его другу.

- Это твоя специализация. Я в рунах не так хорош, как ты.

- Да я вообще-то в них тоже не очень… - Дилан обалдело окинул взглядом длинный, плотный свиток, испещренный знакомыми символами и, тяжело вздохнув, уселся на полу по-турецки, внимательно вглядываясь в них.

Сбоку послышался негромкий щелчок. Алтарь, недавно опустившийся вниз, вынырнул из-под пола и занял свое законное место.

Вздрогнувшие от неожиданности парни переглянулись, обмениваясь одной и той же мыслью – если бы это произошло на несколько секунд раньше, Дилан бы, скорее всего, уже не покинул церковь.

- Я же говорил, осторожнее быть надо, - раздраженно буркнул Кай и, через плечо приятеля глянув на свиток, немного вытянул шею, - Ну, что там?

- Сейчас… - Дилан закусил губу, рассматривая руны, - Я вообще-то, правда, не слишком хорош в рунах, поэтому особенно подробного пересказа не жди… В общем, здесь что-то в том смысле, что «когда он наденет его на руку, свершится то, чему суждено. И не причинит ему вреда телесного ни одно оружие смертного, и будет путь его отмечен удачами…» - парень примолк, затем тяжело вздохнул, - В общем, понятно. Далее все следует приблизительно в том же смысле – дифирамбы тому, что́ «он» наденет на руку, и тому, кто́ наденет.

- Думаешь, речь об Окресте Кария? – Кай почесал в затылке, неуверенно переводя взгляд на алтарь, - Если там выбиты эти слова, а под ним хранится шкатулка, откуда что-то уже забрали… Получается, Окрест – это что-то, что носят на руке? Но что?

Собеседник его досадливо вздохнул и, махнув рукой, решительно поднялся на ноги.

- Откуда я знаю! Браслет, перчатка, кольцо – все, что угодно! А может, оно и вовсе не похоже на то, что обычно люди на руках носят, но его там носить надо… - он потряс головой и нахмурился, - Знаешь, я предлагаю забрать свиток со шкатулкой с собой. Я дома еще раз все внимательно изучу, может, и найду что интересное… Тихо! – он внезапно повернулся вполоборота к двери, и нахмурился, - Сюда кто-то идет…

***

Стефан очнулся совершенно внезапно – как будто выпрыгнул из глухого небытия в противную реальность. Под спиной был по-прежнему холодный пол, на котором было твердо лежать. Все тело ныло; левой руки он не чувствовал.

Мужчина вздрогнул и открыл глаза. Да… он все еще был в той же камере. Нет, не все еще – снова! Снова в той же камере, после всего, что с ним сделали.

Господи!

Воспоминания нахлынули сплошным потоком и Стефана затрясло. Он… ему… его же изувечили, отрубили руку, пальцы, ему казалось даже, что и глаза выкололи…

Но он видит. Определенно видит.

Мужчина тяжело сглотнул и, сделав над собой титаническое усилие, поднял правую руку, с ужасом готовясь увидеть окровавленные обрубки собственных пальцев… Пальцы были на месте. Все, до одного.

Стефан нахмурился и, начиная понимать, что произошло что-то не то, сжал и разжал кулак. Затем попробовал шевельнуть левой рукой, но ту мгновенно пронзило такой болью от плеча до кончиков пальцев, что он вскрикнул и окончательно пришел в себя.

Шевельнул ногами – целехоньки, все от и до! И, очень надеясь, что сейчас он не спит, а вот ужасы все ему лишь привиделись, уперся здоровой рукой в пол, с огромным трудом садясь.

Сразу стало плохо: голова закружилась, к горлу подступила тошнота и безмерно захотелось пить.

Стефан зажмурился и, пару раз тряхнув головой, заставил себя сделать несколько глубоких вздохов. Сейчас было не время переживать, не время жалеть себя – надо было как можно скорее оценить те повреждения, что ему все-таки нанесли и попытаться как-то восстановить собственную жизнеспособность.

Если бы только попить…

Мужчина открыл глаза и, ни на что особенно не надеясь, обвел взглядом свою камеру. Думать, что ему, по доброте душевной, оставили хотя бы воду, было, конечно, весьма наивно и опрометчиво… но, как ни странно, именно так все и обстояло.

Неподалеку от двери на полу стояла двухлитровая бутылка с водой, а рядом лежал запаянный в целлофан кусок сыра. При виде последнего к горлу вновь подступила тошнота, но почти сразу же и отступила, сменяясь зверским голодом.

Стефан торопливо подполз к подачкам: вставать он не рисковал, опасаясь упасть, и, кое-как, зажав бутылку между ног, одной рукой скрутил с нее крышку.

Пил он долго, все никак не мог напиться и, когда оторвался, оказалось, что опустошил бутылку почти наполовину.

Теперь пришла очередь сыра. Упаковку с него мужчина сорвал зубами и, ощущая себя диким зверем, варваром, впился в солоноватую мякоть.

Съел он не так много, как выпил; отложив сыр, вновь прильнул губами к горлышку бутылки, но в эти секунды, в эти мгновения, ему чудилось, что это самая вкусная еда, самая прекрасная трапеза в его жизни.

Дверь отворилась, когда он, немного успокоив голод и жажду, откусывал куски сыра, запивая их водой.

Человек, вошедший в камеру, замер, глядя на это. Стефан, устремив на него взгляд, помрачнел, оставляя свою трапезу и чувствуя, что есть больше не хочет.

- Зачем явился? – голос звучал хрипло: он сорвал горло, когда кричал во время пытки, - Полюбоваться, к чему привела твоя «забота»?

- Пойдем, - Клэй протянул ему руку, глядя очень серьезно и сосредоточено. Мужчина фыркнул, и демонстративно отодвинулся подальше.

- Куда это, интересно знать? На очередную пытку? Сам меня на сей раз мучить будешь?

- Идем! – его отец нахмурился, - Мы должны успеть выйти отсюда, пока Адмирал и его прихвостни спят. Скорее же!

Стефан насторожился. Верить или нет этому человеку он все еще не знал, руки ему до сих пор подать не решался, но слова его все-таки к сведению принял.

- Хочешь сказать… - он быстро облизнул губы и недоверчиво покачал головой, - Ты меня вывести хочешь? Спасти? Ну да! – он хохотнул, - Тебя ж самого убьют за это! С чего бы такая доброта?

Клэй помрачнел. Руки он все еще не убирал, надеясь, что сын образумится.

- Ты все-таки мой сын, Стефан, - негромко произнес он, - У тебя есть право ненавидеть меня, злиться на меня, но прошу – прояви благоразумие! Или ты доверишься мне и будешь спасен… или он будет снова мучить тебя, раз за разом, пока не сведет с ума.

Стефан помедлил еще ровно одну секунду, давая себе маленькую фору, возможность переосмыслить сказанное, и… резко схватил отца за руку, с его помощью кое-как поднимаясь на ноги.

Его шатнуло. Отец поспешно обхватил сына поперек туловища, поддерживая его, и торопливо повлек на выход.

На сей раз Стефан старался запоминать дорогу, не обращая внимания на головокружение и странные звездочки в глазах. Он чувствовал, что ему это может пригодиться.

Вот они покинули камеру, отец захлопнул за ними дверь. Вот идут по полутемному коридору, по сторонам которого видны другие железные двери – наверное, еще камеры для несчастных узников Адмирала. Интересно, они пусты сейчас? Или у него за каждой дверью свой скелет…

Стефан тяжело вздохнул, вновь сосредотачиваясь на ходьбе. Надо было шагать быстрее, надо было добраться до выхода… если, конечно, Клэй и вправду ведет его на выход, а не на очередную пытку. Ах, до чего омерзительна неопределенность!

Пол коридора неожиданно стал наклонным, и идти стало сложнее – не взирая на то, что склон был пологим, Стефану чудилось, будто он взбирается на Эверест по отвесной скале.

Он уже не смотрел ни вперед, ни по бокам, сосредоточено изучая пол под своими ногами. Когда отец аккуратно повернул его, мужчина на миг даже испугался и, вскинув голову, взволнованно огляделся.

Они находились в большом, чистом и богатом холле, покинув только что пространство под лестницей - коридор, ведущий вниз, к подвальным камерам. От свободы, закрытой на большие двустворчатые двери, их отделяло всего несколько шагов.

- Почему здесь нет охраны? – говорил Стефан все-таки тихо, не желая привлекать излишнего внимания, но по сторонам смотрел с большим подозрением. Происходящее начинало казаться ему какой-то подставой, обманом и приятно это, разумеется, не было.

- Потому что охрана – это я, - так же тихо, но довольно мрачно отозвался Клэй и, аккуратно отперев входную дверь, помог сыну выйти.

Стефан вздохнул полной грудью чистый, свежий воздух улицы и, неожиданно обнаружив возле одной из колонн крыльца мирно спящего человека с пистолетом в кобуре на поясе, удивленно вскинул брови, переводя взгляд на своего спасителя. Тот, как раз прикрывающий за ними дверь, тяжело вздохнул и пренебрежительно махнул свободной рукой.

- Пара таблеток сильного снотворного в вечерний кофе. Проснется. Идем.

Они спустились с крыльца, быстренько обогнули колонны и, пройдя немного вдоль дома, остановились около подземного гаража.

Клэй, одной рукой продолжая поддерживать сына, другой выудил из кармана брелок и, щелкнув им, открыл створку. После чего с сомнением глянул на сына и, аккуратно подведя его к стене, отпустил.

- Подожди, пока я выведу машину, - негромко произнес он, - Вниз тебе будет тяжело спускаться.

Стефан кивнул. Ему уже было, говоря откровенно, все равно, где стоять, сколько стоять и что вообще делать. На улице было свежо, он был в одних штанах, сильно ранен, избит, и сейчас жестоко мерз, чувствуя, как холод сковывает даже разум. Хотелось сжаться в комочек, упасть на землю и заснуть. Или расплакаться. Но после этого все равно заснуть.

Отец, окинув сына сочувствующим взглядом, торопливо сбежал в гараж и спустя несколько секунд оттуда донесся негромкий рокот мотора.

Стефан продолжал стоять у стены, привалившись к ней спиной. Стена была холодной, и он мерз еще больше, но сил отстраниться у него не было в любом случае.

Наверное, это все-таки подстава. Сейчас из гаража выскочат люди Адмирала, может быть, даже тот самый палач с маской на лице и странными татуировками…

Его как будто окатило горячей волной. Татуировки! Нет, не может быть! Это же… это… точно такие же татуировки он видел на руке Кая! Но… но это же не мог быть его брат, он не мог оказаться способен на такое, это же… да это просто маразм какой-то, это невозможно, нереально!

Из гаража медленно выполз большой черный джип. Клэй, выскочив из него, поспешно подошел к подозрительно бледному сыну и, аккуратно поддерживая, помог ему устроиться на переднем пассажирском сидении. Потом снова сел за руль, и надавил на газ.

Стефан молчал. Ему не давало покоя внезапное осознание, его мучили невнятные подозрения, а сердце разрывалось от боли.

Неужели… неужели это был Кай?? Завербовали его брата, заставили его мучить его, зачем?! Почему… почему он пошел на это? Как…

- Куда ты меня везешь? – они уже миновали ворота большого особняка, когда Стефан впервые подал голос. Клэй стиснул руль.

- В больницу.

- Я хочу домой… - он закрыл глаза, не в силах бороться с подступающей усталостью. Да… Ему хотелось домой. Хотелось увидеть брата, еще раз рассмотреть чертовы татуировки, и убедиться, найти хоть какое-нибудь отличие… Это не мог быть Кай, нет, не мог, не должен был!

- Сначала в больницу, - твердо повторил отец и, переключив скорость, вдавил педаль газа в пол, - Дома ты не выживешь.

…До больницы они добрались, наверное, в рекордные сроки – Клэй гнал, как сумасшедший, практически не притормаживая даже на светофорах. Сына из автомобиля он почти выволок – размякший от тепла Стефан вновь находился на пороге обморока, и едва мог шевелиться. Впрочем, это сыграло им на руку – стоило медсестрам в приемном покое увидеть пациента, как они тотчас же развили бурную активность.

Прибежали врачи, Стефана уложили на носилки, куда-то унесли…

Клэй опустился на кушетку и закрыл лицо руками. Он точно знал, что должен делать, знал, что ждать результата здесь будет бессмысленно и значительно правильнее было бы заняться делами. Но пока что медлил.

Он ждал. Ждал новостей о состоянии здоровья сына, ждал с тревогой и надеждой, и не мог заставить себя уйти, не узнав, что его жизни более ничто не угрожает.

Ждать пришлось долго. Стефана отнесли сразу же в операционную – мужчина потерял много крови, был жестоко избит и изранен, и ему требовалась срочная помощь, - поэтому быстрого результата ожидать было бы наивно.

Уже знакомая Клэю медсестра появилась в поле зрения лишь спустя два часа – усталая, замотанная и очень серьезная. Он вскочил и бросился к ней.

- С мистером О’Ши все будет в порядке, - обронила она, завидев взволнованное лицо мужчины, - Но, должна вам сказать, здесь следовало бы вызвать полицию. Мужчина жестоко избит, изувечен, над ним явно измывались, об этом следует заявить!

- Я заявлю, - Клэй махнул рукой, - Обязательно заявлю. Скажите, его можно увидеть?

- Лучше не сейчас, - медсестра нахмурилась, - Погуляйте часок, пока он не придет в себя – ему пришлось нелегко, сейчас он отдыхает. И, знаете… - она немного понизила голос, - Когда все-таки пойдете к нему, постарайтесь убедить остаться в больнице. Он всерьез вознамерился подписать отказ от госпитализации!

Мужчина быстро улыбнулся и, резко кивнув, вежливо попрощался. Он знал, что сына ему не переубедить – тот слишком привязан к брату, и сейчас безмерно хочет его увидеть. Знал, и что Каю следует сообщить о здоровье Стефана, чтобы тот перестал волноваться. Знал, что у него есть час, чтобы найти своего младшего сына и, рассказав ему все, вернуться в больницу уже вместе с ним, и не стал медлить.

Кай в это время вместе с Диланом решал, стоит ли ему ехать к корталанской церкви.

Глава 16

Черный джип вновь летел по городским улицам. Клэй, не слишком довольный, суровый и задумчивый, вел его, изредка поглядывая на сидящего на соседнем сидении сына.

Стефан, в категорической форме изъявивший желание сию минуту встретиться с братом, не внял никаким уговорам и решительно подмахнул отказ от госпитализации, чем отец его, конечно, доволен не был, но, в целом, понимал причины такого поступка.

Сейчас мужчина выглядел уже значительно лучше, чем несколько часов назад – самые серьезные раны ему зашили, обезболивающее вкололи, синяки смазали кремом для заживления, а простреленную руку повесили на перевязь. Ему даже сделали рентген и, к вящему изумлению самого пострадавшего, не обнаружили никаких внутренних повреждений.

Похоже было, что калечить его все-таки не собирались, и били в основном с целью причинить как можно бо́льшую боль.

- Я даже до сих пор не знаю, как они меня схватили, - негромко вымолвил он, когда отец притормозил на светофоре.

- На Адмирала работают профи, - голос Клэя звучал мрачно и несколько отстраненно, словно бы мужчина был погружен к глубокие раздумья, - Ты сел не в ту машину, водитель ловко вколол тебе транквилизатор – и все.

- А что за дрянь мне впихнул в рот тот тип в маске? – Стефан сглотнул, вспоминая, что последовало за этим, - Я понимаю, те ужасы, что мне чудились, не были правдой, он что-то сделал… как-то сумел убедить меня, что все происходит на самом деле.

Автомобиль двинулся; водитель уверенно свернул направо.

- Сильный наркотик, - бросил он, - Любимая игра Адмирала. Жертву накачивают наркотой, показывают жуткие орудия пыток и внушают, что при их помощи мучают. Предварительно, правда, не возбраняется и в самом деле немного потрепать, чтобы жертва быстрее поверила. Человеку кажется, что его истязают, он сходит с ума от боли, а когда приходит в себя, или все рассказывает… или снова отправляется на пытку. Чаще всего, после пары повторов люди сходят с ума, поэтому я поторопился забрать тебя до того, как это произойдет.

- Ясно, - Стефан поморщился и, не желая продолжать беседу, отвернулся к окну, мрачно глядя на мелькающие мимо дома. Несколько минут он молчал, созерцая дорогу, затем вдруг опомнился.

- Куда ты меня везешь? Ты говорил, что после больницы домой…

- Нет, - отец мужчины терпеливо вздохнул, - Я обещал отвезти тебя к брату. А он сейчас не дома – я видел, как он уехал со своим приятелем, проследил, куда они направились, и сейчас везу тебя туда. Что-то мне подсказывает, что там они должны были задержаться, но, если мы опоздали – отвезу домой.

…То, что они не опоздали, стало понятно сразу, стоило лишь добраться до места – мотоцикл Кая возле ворот, закрывающих проход к корталанской церкви, так и бросался в глаза.

Стефан, скрипнув зубами, осторожно выбрался из автомобиля и зябко повел плечами. На них болталась куртка от больничной пижамы, призванная если уж не согревать, то хотя бы защищать от ветра, да и чувствовал себя мужчина не в пример лучше, мог даже здраво мыслить, но прохлада ему все равно не нравилась.

Клэй запер автомобиль, щелкнул брелоком сигнализации и, поманив сына за собой, осторожно направился к воротам.

Стефан, пожав правым плечом (левым он старался не шевелить во избежание новой вспышки боли), последовал за ним. Он не понимал, что могло вновь понадобиться его брату в стенах этой церквушки, недоумевал, что еще Кай хотел здесь обнаружить. Хотя отец, кажется, упоминал про какого-то приятеля… Хм. Может, этот приятель – Фред, и Кай демонстрирует ему их находки?

Они шли довольно осторожно, ступали относительно мягко и, пожалуй, добрались бы до дверей церкви неуслышанными… но в последний миг ноги подвели Стефана, и он, споткнувшись о ступеньку, болезненно ойкнул.

Дилан в церкви, услышав это, предупредил друга о возможной опасности и поспешил спрятаться вместе с ним за алтарь.

Клэй, оглянувшись на сына через плечо, неодобрительно покачал головой и открыл дверь, пропуская его вперед. Сзади ему казалось более сподручным поддерживать пострадавшего.

Мужчина зашел и, сдвинув брови, недоуменно огляделся – в большом зале никого не было, и где сейчас Кай, оставалось только гадать. Может, они с Фредом пергаменты изучают? Или уже и в самом деле вернулись домой…

- Здесь никого… - начал, было, он, однако, оказался прерван.

- Кто ты такой?

Резковатый голос, донесшийся из-за алтаря, заставил мужчину непонимающе нахмуриться. Голос принадлежал, вне всякого сомнения, не Фреду Нарсао.

- Стефан О’Ши, - тем не менее, ответил он и, не в силах сдержаться, шагнул вперед, спрашивая настойчиво и почти грубо, - Где мой брат?!

Кай за алтарем рванулся, было, но приятель сдержал его.

- А второй кто? – подозрительно осведомился он, - Вообще, имейте в виду – мы вооружены!

Кай сдержал вздох и закатил глаза.

- Что ты несешь? – зашипел он, - Пусти меня к брату, я…

- А вдруг это подстава? – так же тихо отозвался Дилан, - Вдруг его заставили привести их к тебе, и сейчас схватят вас обоих? Эй! – он вновь повысил голос, - Я жду ответа.

- Со мной наш отец, - голос Стефана зазвучал откровенно раздраженно, - Какого дьявола, меня уже достали допросы! Где мой брат?!

Кай не выдержал. Сбросив руку приятеля с плеча, он вскочил на ноги и, ловко перемахнув через алтарь, со всех ног бросился к брату.

- Стеф!

Он стиснул его в объятиях, и мужчина, болезненно охнув, неловко потрепал брата по спине, прикидывая, как освободиться. Впрочем, Кай уже и сам осознал, что для порывов сейчас не самое подходящее время и, выпустив брата из объятий, взволнованно отступил на шаг, оглядывая его.

- Господи… Стеф, что с тобой произошло?! Что… кто это сделал?!!

- А ты не знаешь? – Стефан, все еще терзаемый смутными подозрениями, немного склонил голову набок. Если Кай и в самом деле был там, если это он мучил его… наверное, не сумеет сейчас сыграть недоумение. Все-таки, как помнилось мужчине, хорошим актером его брат никогда не был.

Кай растерянно заморгал.

- Как я могу знать?.. Стеф, ты… да что случилось, что ты такое говоришь?!.. – взгляд парня скользнул дальше, и он помрачнел, - И что он здесь делает?

Его брат глубоко вздохнул и, решив оставить свои сомнения до более подходящего времени, легонько хлопнул его по плечу здоровой рукой.

- Он меня спас, Кай. Вытащил оттуда… вывел, рискуя жизнью. А что случилось… - он еще раз вздохнул и покачал головой, - Если коротко – я имел неудовольствие познакомиться с Адмиралом, который пытался выбить из меня то, чего я не знаю. А кто твой приятель?

Молодой человек, напрочь сраженный известиями, ошарашенно помотал головой. Нет, конечно, нечто подобное он и предполагал, он подозревал, что здесь может быть замешан этот чертов мафиози, но… но… Это же безумие какое-то!

- Они с ума, что ли, все посходили с этим Окрестом Кария… - пробормотал он и, мельком оглянувшись на уже обошедшего алтарь и стоящего практически у него за спиной друга, прибавил, - Мы с Диланом, кстати, нашли еще кое-что здесь. И я тебе не успел рассказать, Стеф – те знаки, что выбиты на алтаре... Это руны. Дилан расшифровал их, там написано именно «Окрест Кария»! А сейчас мы нашли шкатулку, где он, видимо, хранился когда-то, и свиток, где сказано, что его надо надевать на руку. Господи, Стеф… Тебе же в больницу надо, ты бледен, как мел!

- Я только что оттуда, - отмахнулся мужчина, - Значит, на руке носят… ну, и что это, интересно? Перчатка, кольцо?

- Или кастет, - неожиданно подал голос из-за его спины внимательно слушающий Клэй, - Может быть все, что угодно. Но Кай прав, Стефан – тебе лучше если не вернуться в больницу, то, во всяком случае, отправиться домой. Идемте, я отвезу вас, а мотоцикл…

- А мотоцикл отгоню я, - Дилан, отстранившись от алтаря, пожал плечами и, обогнув братьев, приблизился к их отцу, с видимым интересом созерцая его, - Так значит… ты их отец, Клэй?

Мужчина приоткрыл рот, намереваясь выразить удивление – его имя сейчас здесь не звучало, и откуда парню оно известно, было непонятно, но не успел вымолвил и слова. Дилан, действуя удивительно четко и резко, выхватил из-за пазухи, точнее из кобуры подмышкой, тяжелый пистолет и наотмашь ударил его по виску.

Удар был сильным и неожиданным. Клэй упал, попытался встать, но упал вновь, теряя сознание.

Дилан резко обернулся к ошарашенным братьям и, наставив дуло пистолета на них, хладнокровно взвел курок.

- Думаю, ваш папаша не в состоянии вести машину сейчас. Я подвезу вас сам, ребятки. На выход, оба!

Кай открыл рот и, не веря себе, пару раз моргнул. Затем рот закрыл, моргнул еще раз и, чувствуя, что не понимает ровным счетом ничего, потряс головой.

- Дилан, что…

- Закрой рот, О’Ши, - голос бывшего приятеля резал слух, звучал холодно и резко, - Признаться, я не рассчитывал на такой улов сегодня, но я не мог и предположить, что твой братец сумеет удрать от Адмирала! Но теперь все встало на свои места, - парень скривился, - Папочка пришел на помощь сыночку, ах, как трогательно! Думаю, он будет рад узнать, что, привезя тебя сюда, подставил вас обоих! Я сказал – на выход! Живо!

Стефан, которому совсем недавно довелось испытать на своей шкуре, как опасны могут быть вооруженные люди, осторожно тронул совершенно остолбеневшего брата за плечо.

- Кай… лучше подчиниться.

- Умненьким стал, - Дилан ядовито ухмыльнулся, - Что ж, снимаю шляпу – учить Адмирал все же умеет. Пни своего братца, или… - глаза преступника нехорошо блеснули, - Его потороплю я.

Дальнейших понуканий не потребовалось. Кай, сраженный наповал предательством друга, с трудом соображающий и признающий, что все это происходит на самом деле, услышав последние слова, вздрогнул и, глянув на брата, неловко двинулся вперед, отчаянно пытаясь прикрывать его собой. Стефан, шагающий рядом с ним, таким раскладом доволен не был, и пытался отодвинуть брата с линии огня.

Дилан, ведущий их к выходу под дулом пистолета, ухмылялся, изредка вставляя ядовитые реплики насчет взаимной преданности братьев.

Впрочем, как вскоре выяснилось, делал он это не без умысла.

Стоило неожиданным пленникам покинуть пространство за воротами и приблизиться к джипу, как преступник резко приказал им остановиться. Чем-то звякнул и, подойдя, насмешливо улыбнулся.

- Давайте руки, родственнички.

В руке у негодяя были блестящие наручники, и цели его сомнений не вызывали. Стефан тяжело вздохнул и, действуя без особой охоты, вытянул вперед здоровую правую руку. Кай, сочувственно глянув на брата, вытянул левую, и циркониевые браслеты с легким щелчком сковали их. Надо заметить, Дилан одной рукой действовал с той же ловкостью, с какой проделывал бы это двумя, что давало возможность предположить – берет людей в плен мерзавец уже не впервые.

- Дилан, я не понимаю… - Кай все еще надеялся если не переубедить бывшего приятеля, то хотя бы прояснить для себя ситуацию. Преступник цыкнул на него и, подойдя к джипу… внезапно достал из кармана ключи. Когда он успел забрать их у Клэя, было непонятно – разве что исхитрился выдернуть их, едва ударив того. Впрочем, по большому счету, значения это не имело – ключи у него были, автомобиль открыть труда для него не составило, и вскоре уже братья, повинуясь еще одному резкому приказу, кое-как забрались на заднее сидение.

- А теперь слушайте, - Дилан сел за руль и, повернувшись вполоборота, мерзко улыбнулся, - Если один из вас попытается предпринять попытку побега – я выстрелю в другого. Знаю, вижу – вы сильно привязаны друг к другу, соскучились, поди, за год разлуки-то. Думаю, ни один из вас не хочет опять потерять брата?

Кай со Стефаном переглянулись и предпочли промолчать. Впрочем, ответ преступнику и не требовался.

- Вот и чудненько, - спокойно резюмировал он и, вставив ключи в замок зажигания, завел автомобиль.

- Куда ты хочешь нас отвезти? – Кай, уже потерявший надежду воззвать к остаткам совести того, кого полагал приятелем, нахмурился. Стефан неодобрительно покачал головой – с его точки зрения, вступать в беседу с преступником было занятием довольно бессмысленным, особенно с учетом того, что ответ можно было угадать и так.

- Верну пропажу Адмиралу, - бросил через плечо Дилан и, надавив на газ, резко стартанул.

***

Первые минуты пути прошли в абсолютном молчании – пленники только переглядывались, опасаясь лишний раз подавать голос, да косились на хладнокровного водителя. Пистолет тот вновь убрал в кобуру, но безопасности это не добавляло – оба брата помнили, с какой легкостью и ловкостью этот человек выхватывает оружие. Угроза же в любом случае убить одного из них сковывала получше наручников – терять брата действительно ни один из пленников не хотел.

Кай, которому роль узника выпала впервые, тихо изнывал от невозможности свободно шевелить рукой и, косясь на брата, вспоминая о том, что тот и сам-то едва вернулся из плена, безмерно ему сочувствовал. Стефан мрачно смотрел вперед, пытаясь вычислить путь, по которому их везут.

Наконец, младший О’Ши не выдержал. Человеком он был горячим, порывистым и молчать, когда вокруг творилось черт знает, что, не мог просто органически.

- Значит, выходит, он тебя подставил, - парень сжал губы, косясь на хладнокровного преступника и понизил голос еще больше, - Привез туда, где был этот…

- Я так не думаю, - так же тихо ответил Стефан, - Если бы он хотел передать меня в руки этому, сейчас на нас были бы направлены два дула.

Водитель, от которого этот разговор в секрете остаться не мог, по-прежнему не реагировал, и Кай немного расхрабрился.

- Я все равно ему не доверяю! Вспомни – ведь он был напарником Мышонка…

- А об этом ты откуда знаешь? – Дилан, который действительно слышал разговор, не поворачиваясь, чуть повел головой. Судя по всему, услышать такие подробности от своего обманутого приятеля он не ждал.

- Фред рассказал! – Кай, ощутив внезапный приступ раздражения, сжал кулаки, - И даю тебе слово – он быстро просечет, что я пропал! И так просто этого не оставит, можешь не сомневаться!

- Какая жуткая угроза, - равнодушно отозвался водитель, изящно сворачивая в какой-то проулок, - Твоего брата Нарсао так и не нашел, не найдет и тебя. Папаша ваш вряд ли отправится в полицию с повинной головой – он человек другого склада, скорее попытается вызволить вас самостоятельно. Но теперь Адмирал будет предупрежден о том, что в его рядах завелся предатель, - Дилан криво ухмыльнулся, - Не думаю, чтобы ему осталось долго жить. А вообще, Кай, должен заметить – во всем виноват ты. Если бы Мышонок тогда просто перерезал тебе глотку, как я ему и велел, и забрал Окрест Кария, сейчас Стефан бы не страдал.

Стефан скрипнул зубами и, забывая об осторожности, рванулся, было, вперед, но брат успел удержать его.

- Так это ты подослал Мышонка?? – он изумленно покачал головой, продолжая аккуратно сдерживать брата, - Я думал, что ты просто прихвостень этого Адмирала, не более, а ты…

- А я его коллега, - вежливо уведомил преступник, - Все верно – Мышонок работал на меня, Клэй – на Адмирала, но при этом они нередко работали в паре… Впрочем, Адмирал всегда боялся конфликтовать со мной. По-дурацки получилось. Мышонок погиб, ты выжил, а этот увалень в костюме ни сном, ни духом! Пришлось вмешиваться мне, искать тебя, заводить дружбу… ненавижу делать грязную работу лично. Ну, да ничего, скоро расходы окупятся – я привезу Адмиралу подарочек, и он станет моим должником. А должники – очень полезный ресурс, с их помощью многого можно добиться…

- Тоже мне, крестный отец… - Стеф скривился, - А чего это ты вдруг разоткровенничался? Все, что ты говоришь, потом обязательно будет использовано против тебя, я гарантирую.

- Адмирал вас не выпустит, - Дилан равнодушно повел плечом, - Поэтому мне нечего бояться. Боюсь, до новой встречи с Фредом Нарсао вы просто не доживете, родственники, ну, а я… - он хмыкнул, - Меня в любом случае не поймают.

Стефан стиснул зубы.

- Такие самоуверенные обычно проигрывают, - процедил он сквозь них, сверля ненавидящим взглядом затылок преступника. Тот весело хохотнул.

- Может быть. Но пока что проигрываешь только ты, О’Ши. Ну, и твой брат.

- Какая же ты сволочь, Дилан… - Кай покачал головой и, предпочитая на этом закончить разговор, отвернулся к окну. Преступник в ответ негромко рассмеялся, но отвечать не стал, и беседа прекратилась сама собой.

…Они въехали в ворота, через которые этим утром Стефан и Клэй выезжали с территории особняка и остановились возле роскошного крыльца с колоннами. Охранник, усыпленный предусмотрительным Клэем, уже пришел в себя, и теперь, мрачный и злой на весь свет, прохаживался перед входными дверями. Особенных претензий к нему никто не предъявлял, все понимали, что упущенный пленник – не его вина, но взгляды бросали весьма красноречивые, да и разговаривали сквозь зубы. А этого слугам Адмирала было вполне довольно для того, чтобы начать беспокоиться за собственную жизнь.

Увидев джип, который только сегодня утром исчез из гаража хозяина, дерзко притормозивший перед самым крыльцом, охранник выхватил пистолет.

Дилан, усмехнувшись, высунулся из окна и мягко поманил его. Судя по всему, здесь, в ставке Адмирала, он был действительно известным человеком – охранник, вне всякого сомнения, узнав парня, мигом успокоился и, убрав пистолет, торопливо приблизился.

- Оружие зря убрал, - отметил преступник, - Оно тебе пригодится. Видишь ли, я привез Адмиралу подарочек… он у меня на заднем сидении, можешь взглянуть, - он дождался, пока собеседник взглянет на пленников и кивнул, - Посторожи их, пока я пообщаюсь с твоим боссом. Если кто-то один попытается бежать – стреляй в другого. Если оба – сделай все, чтобы одного точно убить. Все понял?

Охранник кивнул.

- Как прикажете, сэр.

- Прекрасно, - Дилан выдернул ключ из замка зажигания и, распахнув дверцу, спокойно покинул автомобиль, направляясь к входным дверям особняка. Охранник, поигрывая пистолетом, заглянул в машину.

- Вернулся, ублюдок… - он скрипнул зубами, явно желая сплюнуть, но не решаясь портить чужую собственность, - Теперь уж босс тебя не выпустит, даже не рассчитывай!

Стефан промолчал и демонстративно отвернулся. Вступать в полемику с прихвостнями Адмирала мужчине было просто противно.

***

Адмирал, в раздумье изучающий газету, поднял голову, заслышав знакомые шаги. Обнаружив парня, уже миновавшего добрую половину комнаты, газету он аккуратно сложил и, устроив ее у себя на коленях, сцепил руки в замок.

- С какими новостями ты пожаловал сегодня?

- Зависит от того, насколько ты соскучился по своему пленнику, - Дилан легко отвел одну руку в сторону и, не желая долго тянуть интригу, продолжил, - Он на улице, в угнанном утром джипе. Вместе с братом.

Его собеседник подался вперед, жадно вглядываясь в старого знакомого. Он знал, что этот парень не склонен к глупым шуткам, знал, что все его слова надо воспринимать буквально, но никогда не мог понять, как ему удается совершить почти невозможное.

- А предатель Клэй?

- Валяется без сознания в старой церквушке, - парень пожал плечом, - Если, конечно, уже не очухался. Убивать не было ни времени, ни смысла – его сыновья с меня бы шкуру спустили.

Адмирал приоткрыл рот. Таких заявлений он не ждал тем более.

- Сыновья?..

Дилан расплылся в широкой, самодовольной улыбке.

- Да, Адмирал, сыновья. Те самые сыновья, что сидят сейчас в машине и ждут разрешения на аудиенцию. Теперь ты понимаешь, почему он вытащил старшего?

- Никогда не думал, что Клэй такой сентиментальный идиот, - мрачновато откликнулся мужчина, - Я же убью его! И плевать мне, сына он спасал или родную мать – этот парень был в моих руках, он – мой пленник, моя собственность! Дураку, освободившему его, пощады не видать.

- Энтони, Энтони… - Дилан успокаивающе поднял руки, - Я понимаю, что ты зол. Но не надо выплескивать свою ярость на меня, тем более… что у меня есть и другие новости.

Адмирал, впервые названный своим настоящим именем, насторожился. Чего ждать от своего собеседника, он никогда не знал, угадать по выражению его лица, хорошие или плохие вести тот намеревается сообщить, не мог, и сейчас испытывал даже некоторое опасение.

- Что еще за новости?

- Я убедил младшего О’Ши отвезти меня к той церквушке, что ты выкупил, но так и не удосужился изучить, и где они с братом успели полазить, - парень сунул руки в карманы, - Мы кое-что нашли там. Окрест Кария действительно хранился некогда в ней, но кто-то опередил нас, забрал… - он покачал головой, изображая самую искреннюю скорбь, - Однако, стало известно, что предмет этот представляет собою нечто, что надевается на руку. Это уже кое-что, не находишь? Мы близимся к разгадке.

Энтони помрачнел.

- К разгадке близишься ты, - голос его зазвучал ниже, в нем послышались грозовые раскаты, - Ты же не считаешь меня дураком, Кардинал? Думаешь, я не знаю, для кого ты ищешь Окрест Кария?

- Неужели ты не веришь в мою бескорыстность? – Кардинал, один из самых опасных, если не самый опасный человек в городе, неуловимый преступник, извечная головная боль полиции, он же – Дилан, приятель Кая О'Ши, насмешливо сузил глаза, - Обидно. Не думал, что уже успел исчерпать свой лимит доверия.

- У тебя его никогда и не было, - отрезал его собеседник, - Я всегда отдавал себе отчет, с кем связался, парень, никогда не сомневался в тебе! Чего ты хочешь в обмен на пленников?

Дилан задумчиво постучал себя пальцем по губам.

- Чего я хочу… я скажу тебе позже. Твое дело сейчас – выбить из парней правду, и я убежден, что они знают ее! Кай хитрец, это я успел понять за год общения с ним, а его брат – просто упертый баран, который будет стоять на своем даже на пороге смерти. Позволь дать совет, - парень растянул губы в улыбке, и голос его зазвучал очень мягко, почти нежно, - Посади мальчишек в одну камеру… на время. Им не терпится пообщаться, обменяться впечатлениями и, я полагаю, даже если они не знали, что и где искать, вдвоем они могут сообразить. Ну, а после… сделай так, чтобы им захотелось предать друг друга. Я знаю, что это ты умеешь.

Адмирал чуть склонил голову набок и, размышляя над предложением, побарабанил пальцами по сложенной газете у себя на коленях.

- Хорошо, - наконец вынес он вердикт, - А ты займись тем, чтобы копы на нас не вышли. Если меня повяжут, выйдут и на тебя, ты знаешь.

Кардинал возвел очи горе.

- Еще одно одолжение… - насмешливо пропел он, - Энтони, ты становишься дважды должником! Это сыграет мне на руку. Итак… куда велеть отправить ребят?

…Их отправили в ту самую камеру, где сидел Стефан. Провели по уже знакомому мужчине коридору, освободили руки, обыскали под дулом пистолета, забрали мобильный Кая, и небрежно втолкнули внутрь.

Кай, влетевший первым, поспешно обернулся и успел подхватить брата, удерживая его от падения.

Дверь захлопнулась. Стефан тяжело вздохнул и огляделся.

- Даже не убрали ни воду, ни сыр, - он кивнул на остатки своего утреннего «пиршества», - А я даже не успел нормально поесть… Чертов Окрест Кария! Чертов Карий, из-за которого все это началось, чтоб ему на том свете пусто было!

- Стеф… - Кай сжал губы и, не зная, как успокоить брата, ободряюще коснулся ладонью его плеча, - Чертов не Карий, а Адмирал, я уж молчу про этого ублюдка Дилана… Я ведь верил ему! Я думал, он искренне хочет мне помочь! А выходит, он все время мне лгал… да что там – он меня убить мечтал все время! – парень на секунду примолк, и на тон ниже спросил, - Что теперь с нами будет?

Его брат раздраженно пожал правым плечом.

- Пытать будут, - огрызнулся он и, переведя дыхание, закрыл лицо здоровой рукой, - Извини. Извини, Кай, я просто… Когда отец меня вывел отсюда, я думал, что все кончилось, что я спасен! А теперь все начинается сначала. Избиение, стрельба, наркотик, пытка… - мужчина содрогнулся и умолк. Брат ошарашенно созерцал его.

- Это… все это… они с тобой… Господи, Стеф, что же они вытворяли с тобой?! – он закусил губу, стискивая кулаки, - Увижу Адмирала – собственными руками придушу! Тварь, мерзавец, сволочь…

- Кай! – Стефан, опустив руку, нахмурился, - Угомонись. Чем больше будем психовать, тем хуже нам будет – в этом я уверен однозначно. Не знаю, с какими целями нас с тобой посадили в одну камеру… но что-то они затеяли, это несомненно. Надо подумать… собраться с духом, и попытаться спокойно все обдумать, может быть, мы что-то упускаем? Ты сказал, эту пакость надевают на руку… Может, мы сумеем понять, что это и отправим их искать эту дрянь?

- А сами будем ждать, пока за нами придет папа, - мрачно кивнул Кай и, привалившись спиной к стене (мест для сидения в камере предусмотрено не было, был только голый пол и на него пока садиться не хотелось), скрестил руки на груди, - Не знаю, Стеф… Мне в голову ничего не лезет. Даже если предположить, что эту заразу носят на руке – это же может быть все, что угодно! У нас же никаких зацепок, мы даже отследить путь этого Окреста Кария бы не смогли!

Его брат, призадумавшись, подошел к той же стене и, не мудрствуя лукаво, сполз вдоль нее на пол, сгибая ноги в коленях. Требовалось немного упорядочить мысли, а сидя ему сейчас думалось лучше.

- Путь, говоришь… - мужчина в раздумье облизал губы и, покосившись на бутылку с водой, слегка махнул в ее сторону рукой. Чтобы попить, надо было встать, и пока что это того не стоило.

- Когда они меня схватили, притащили к Адмиралу… Я сказал, что ничего не знаю, объяснил, почему не могу ничего знать. Ну, его это не убедило, но он сказал, что коли уж я выложил все карты на стол, он тоже это сделает. Правда, я из его бреда уловил немного – кто-то когда-то украл Окрест Кария, который продавался в магазине, и он почему-то стал подозревать тебя. Видите ли, ты слишком удачливым ему показался.

- Прикольно… - протянул парень и, пройдясь по камере, почесал в затылке, - Стеф, но я не крал Окрест Кария! Вообще, единственную вещь, которую я украл в своей жизни, ты сейчас носишь на руке… - сообразив, что сболтнул лишнего, он закусил губу и, быстро оглянувшись, виновато воззрился на брата.

Стефан, не сводя с него ошарашенного взгляда, кое-как уперся правой рукой в пол и с видимым трудом встал.

- Ты… украл?? Ты??? Кай, черт возьми! Как тебе в голову могло прийти такое?! Я всегда утверждал, что мой брат – образец добродетели, что он никогда не нарушал закон, а теперь оказывает вот как?! И я все это время на руке таскаю ворованную вещь, с ума сойти!

- Ну, Стеф… - молодой человек, не зная, как просить прощения, виновато прижал руки к груди, - Ну, извини, правда, я… я не хотел, но я очень хотел сделать тебе хороший подарок. А за браслет была выставлена какая-то несусветная цена – ну, это же смешно за эти деревяшки! Тем более, что пока я удирал, у него бусина отвалилась – бракованный, стало быть, товар!

- Ты еще и удирал?!! – Стефан, прекрасно понимая, что время сейчас для разборок совершенно неподходящее, едва ли не зарычал, - Удирал, как бандит, как преступник, как… как… как вор, черт возьми! Если ты сейчас скажешь, что тебя полиция преследовала, я вообще не знаю, что думать!

Кай немного надулся.

- Ну… не полиция, но какие-то парни в камуфляжке. Я… понимаешь, Стеф, все случилось очень по-идиотски. Я хотел сделать тебе хороший подарок, увидел в витрине ювелирного деревянный браслет, обрадовался, думал, он должен стоить какие-нибудь несколько центов. Когда увидел цену, у меня просто глаза на лоб полезли! – парень сжал губы и неловко переступил с ноги на ногу, - Ну и… витрина была открытой, в магазине никого не было, продавец в другую сторону смотрел… Я просто протянул руку и взял его. Завизжала сигнализация, завизжал продавец, откуда-то взялись эти парни… Продавец спрятался под прилавок, а я бросился к открытому окну – в помещении было душновато, а магазин находился на первом этаже. В меня, кажется, даже стреляли – я слышал выстрелы, но мне адреналин в голову ударил, я даже не испугался. Наверное, поэтому в меня и не попали! – по губам юноши скользнула гордая улыбка, но он тотчас же вновь понурился.

Его брат, погребенный под лавиной новой информации, ошарашенный, потрясенный, несколько секунд молча смотрел на него. Затем неуверенно поднял правую руку и, кое-как откинув рукав пижамной куртки, уставился на опоясывающий запястье браслет.

- Кай… - голос его зазвучал приглушенно, - Но он мне рассказал именно это…

Парень заморгал, ничего не понимая.

- Кто что рассказал?..

- Адмирал! – Стефан вскинул голову, недоверчиво глядя на брата, - Он описал все то, что рассказал ты, сказал, что так произошло при краже Окреста Кария!

Теперь уже Кай с обалдевшим видом уставился на браслет на руке брата. Несколько секунд смотрел, затем недоверчиво улыбнулся.

- Да нет… ну, нет, Стеф, этого не может быть! Это же… это просто какое-то идиотское совпадение, не больше того! Разве может быть, чтобы…

- Его надевают на руку, - перебил брата мужчина и, шипя и кривясь от боли, принялся стаскивать левой рукой браслет с правой, - К черту, я отдам его Адмиралу, может, он выпустит нас!..

- Не дури! – парень перехватил его руки, - Ты с ума сошел? Да если мы скажем, что это Окрест Кария, он просто прикончит нас и все! А между тем, это, может быть, даже и не… - он опустил взгляд на наполовину снятый браслет и осекся. Затем медленно, неуверенно коснулся руки брата и, сам стянув украшение, принялся изучать его внутреннюю часть.

- Отал… - голос сел; парень едва находил силы говорить, - Кано, Райдо… Окрест… Кария… Стефан… - он поднял взгляд на брата и испуганно покачал головой, - Я… это… тут руны… этот ублюдок, Дилан… он рассказал мне, что значат те руны на алтаре… здесь они же… И… и это…

- И это действительно та дрянь, из-за которой мы здесь оказались, - жестко резюмировал мужчина и, выхватив браслет из рук брата, окинул его неприязненным взглядом, - И что нам делать? Отдать его к чертям собачьим Адмиралу, положившись на его честное слово?

Кай, от такого предложения как-то сразу пришедший в себя, негодующе всплеснул руками.

- Ты спятил? Он получит его и убьет нас, Стеф, это же очевидно! Нет, говорить нельзя… но что делать, я не знаю. Может… потянуть время, соврать, что мы, мол, знаем, где искать, но вам не расскажем, пока полиция не придет…

- И этот человек говорит, что спятил я… - Стефан покачал головой и, принимаясь вновь неловко натягивать браслет – тот самый пресловутый Окрест Кария! - на руку, тяжело вздохнул, - Кай, ты не знаешь, как они пытают!.. Или… - он внезапно замер, вновь ощущая прилив, казалось бы, забытых сомнений, - Знаешь?.. Кай… Прежде, чем мы продолжим разговор, я хочу задать тебе один вопрос. И, пожалуйста, ответь максимально честно и искренне! Хорошо?

Парень, несколько обескураженный словами брата, неловко пожал плечами.

- Ладно… Что случилось?

- Скажи… - мужчина на миг замялся, а затем, понизив голос, все-таки произнес, - Ты бы мог причинить мне боль?

Кай потряс головой. Такого вопроса он от брата как-то не ожидал, и не совсем понимал, чем тот может быть вызван.

- В смысле… ударить в запале?

- Нет, - Стефан нахмурился, внимательно вглядываясь в брата, - Осознанно и расчетливо, бить ножом, резать, мучить?

Парень поперхнулся на ровном месте и, не в силах вымолвить ни слова, отступил, глядя на родного брата почти с ужасом.

- Стеф… Стефан… ты… ты что… с чего ты… Да я не выношу вида твоей крови! – глаза его подозрительно блеснули: слова сильно ранили юношу, - Вспомни, что со мной было, когда ты упал с велосипеда и разодрал себе колено!

По губам мужчины скользнула слабая улыбка. Он помнил этот эпизод из их общего прошлого.

- Да… Ты тогда чуть в обморок не упал.

- Чуть?! – Кай возмущенно всплеснул руками, - Я упал! Ты меня домой тащил! Да я… я до сих пор как вспомню, сколько тогда было крови… - он содрогнулся.

Стефан, начиная чувствовать, как его огромной волной затапливает облегчение, улыбнулся шире.

- Подумаешь, пара капель. Какой ты, оказывается, неженка, - он фыркнул и, покачав головой, внезапно посерьезнел вновь, - В таком случае, Кай, будь очень осторожен и очень внимателен. Когда я виделся с Адмиралом, по левую руку от него стоял человек… очень страшный человек. Лицо у него наполовину закрыто маской… ну, не маской, платком каким-то, глаза ужасно холодные, жестокие… - он внезапно осекся и, шагнув к брату, схватил его здоровой рукой за подбородок, пристально вглядываясь ему в глаза. Кай, не успевший прийти в себя, опешил вновь.

- Глаза… - Стефан заулыбался снова, - У тебя карие глаза…

Парень заморгал, чувствуя, что сходит с ума.

- Ну… да, всю жизнь такие. Стеф, да что происходит, черт возьми?!

- У тогда парня глаза были не то серые, не то голубые! – с восторгом отозвался мужчина, - Да мне бы и в голову не пришло, что это ты, если бы…

- Стоп-стоп-стоп, - Кай начал что-то понимать, и осознание это ему не понравилось, - Ты думал, что это я пытал тебя?? Стеф, да как ты вообще мог такое подумать?!

Стефан обреченно опустил руку и виновато пожал плечом.

- У него татуировки как у тебя – мотоцикл и солнце.

- Какое ко всем чертям солнце?! – молодой человек, приходя во все большее негодование, рывком задрал рукав тонкого свитера, демонстрируя изображения на внутренней стороне своего запястья, - У меня звезда! Ну да, я всегда говорил, что эта звезда – мое личное солнце, но изображение-то другое!

Стефан схватил его за руку, вгляделся в татуировки… и, расплывшись в совершенно счастливой улыбке, шагнул к брату, насколько возможно крепко обнимая и прижимая его к груди. Кай, абсолютно недовольный выходкой брата, обнял его в ответ, стараясь сжимать не слишком сильно, чтобы не причинить боли.

- Дурак, - обиженно буркнул он, - Вот уж выдумал – чтобы я над тобой издевался!

- Все-все, - мужчина, силясь погасить улыбку, замахал рукой перед своим носом, - Ладно. Но, слушай, Кай, я не думаю, что это было сделано случайно. Меня явно пытались убедить в том, что это ты… Значит, надо быть готовыми, что они могут попытаться вновь провернуть что-то подобное или со мной, или теперь уже с тобой.

- Я точно знаю, что ты мне вреда не причинишь, поэтому им меня не переубедить! – Кай горделиво выпятил грудь и, закусив губу, на секунду задумался, - Но что с Окрестом Кария? Мы же не можем отдать этому мафиози то, что сделает его неуязвимым и…

- Меня он неуязвимым что-то не сделал, - Стеф сморщился и, покосившись на браслет, глубоко вздохнул, - Но отдавать его все равно нельзя, ты прав. Ладно. Я уверен, что рано или поздно Фред найдет нас, а если учесть, что теперь он не сможет связаться с тобой, есть вероятность, что искать он будет с еще бо́льшим рвением. Давай сделаем, как ты предлагал. Скажем, что знаем, где находится Окрест Кария, но говорить откажемся… Или, знаешь… - мужчина задумчиво потер подбородок, - Если нас будут допрашивать по отдельности… давай валить все друг на друга? Мол, так и так, брат знает, а я нет, ничего поделать не могу. Они, конечно, опасные люди… но, если нам удастся хоть немного запудрить им мозги, мы можем дождаться Фреда! – и, не дожидаясь реакции брата, он внезапно озадаченно нахмурился, - Кай… а как ты спасся в той аварии, если Окрест Кария уже был у меня?

Парень мягко усмехнулся и что-то аккуратно вытащил из-за ворота свитера.

- Бусина, Стеф, - напомнил он, - Бусина из браслета. Видимо, Окрест Кария и по частям на что-то способен…

Глава 17

- Кай пропал!

Макс, только что решивший перекусить, поперхнулся от неожиданности глотком кофе и, кашляя, ошарашенно уставился на напарника.

- Как пропал?.. Ты же разговаривал с ним утром!

- Утром разговаривал, - Фред резко выдохнул и, не в силах сдержать раздражение, прошелся по кабинету, - А сейчас не могу до него дозвониться, а дома его нет. Макс, я знаю Кая – он бы так не поступил! Он волновался, что Стефан может вернуться, когда его нет дома, он не ушел бы так надолго!

- Подожди-подожди… - напарник полицейского, прокашлявшись, попытался помочь ему успокоиться, - Для начала возьми себя в руки. Сам же учил меня, что эмоции мешают холодной логике… Куда он мог пойти? За продуктами?

- Откуда мне знать! – Нарсао всплеснул руками и, остановившись возле стола, уперся в него ладонями, силясь взять себя в руки, - Может, за продуктами, может, сам отправился искать брата, а может, его сманил этот прохиндей Дилан, подбил на какую-то авантюру…

Макс, хмурясь, мотнул головой.

- Кто такой Дилан?

Фред поморщился.

- Приятель Кая. Мне он никогда не нравился, не могу даже толком объяснить, чем именно… Но, знаешь, чутье. Гнилая у парня душонка, поклясться могу.

- Ладно… - его напарник облизал губы, хлебнул еще кофе, и попытался мыслить конструктивно, - Фред. Я понимаю твое беспокойство, честно, даже разделяю его! Но, все-таки, кому, как не тебе, знать, что поиски начинают лишь спустя сутки после исчезновения человека! И, может быть, не зря – парень мог загулять с горя, напиться, а теперь не слышит звонка…

Нарсао побледнел и, медленно потянув носом воздух, угрожающе надвинулся на напарника.

- Думай, прежде, чем говорить, - весомо вымолвил он, - Я даже не стану кричать, что это не похоже на Кая, и он на такое не способен, Макс. Я лучше напомню тебе, что на братьев О’Ши – на обоих братьев! – было совершено несколько покушений. Что их пытались убить, и мы даже логически можем предположить кто и почему. А теперь исчезает сначала Стефан, затем Кай… По-твоему, это совпадение?

Макс нахмурился – признавать правоту напарника он не всегда любил, но сейчас спорить с очевидными фактами просто не мог.

- Не похоже… - наконец, медленно вымолвил он, - Но, Фред, если это Спаситель… - он вздохнул и покачал головой, - Мы ничего не сможем доказать.

- Мы знаем, где его особняк! – Нарсао ударил кулаком по столу, - Придем к нему, и…

- Опомнись! – напарник ощутимо помрачнел, - Без ордера мы не имеем права к нему вламываться, да он и не впустит нас и будет сто раз прав! Как ты себе вообще это представляешь? Приходим мы к «респектабельному» человеку, и говорим – «здравствуйте, а не вы ли похитили двух человек?», так что ли?

Фред промолчал и, постучав пальцами по столу, отошел к окну, выглядывая в него. Мысли его были достаточно безрадостны, что в полной мере отражалось на лице.

- Доказательства… - мужчина тяжело вздохнул, - Чтобы получить ордер на обыск, нам нужны доказательства. Чтобы получить доказательства, нам нужен ордер… Замкнутый круг, черт возьми! Я знаю, уверен, убежден на сто процентов, что Спаситель замешан в этом! Не удивлюсь даже, если в этом деле обнаружатся и следы Кардинала… Окрест Кария нужен всем этим подонкам, они за него глотки готовы друг другу перегрызть! И попробуй докажи, что это не наш вымысел, что эту загадочную дрянь действительно ищут, и что из-за нее способны не только похитить, но и убить!

- Да… - Макс вздохнул сам, - Судье не докажешь, подозрения к делу не пришьешь. Эх, если бы у нас была поисковая собака… Можно было бы невзначай прогуляться рядом с особняком Спасителя, а если бы пес взял след, это уже было бы некоторым оправданием. Или нет?..

- Не знаю, - Фред досадливо мотнул головой, о чем-то размышляя и, неожиданно замерев, даже рот приоткрыл от внезапной догадки, - Но собака у нас есть… Не знаю, насколько уж поисковая, Кай упоминал, что Стефан дрессировкой Джоя не занимался… Но, думаю, хозяев пес учует! Стефан рассказывал, как он отреагировал, когда снова увидел Кая! Точно, точно, Макс, ты гений!

Гений Макс, не понявший из слов напарника ровным счетом ничего, ошалело потряс головой.

- Эм… Фред… можно пояснения для прессы?

- Пресса обойдется, а тебе можно, - Нарсао, осененный какой-то мыслью, ощутимо повеселел, - У ребят есть пес, Джой. Он меня знает, я бывал у них дома, думаю, позволит взять себя на поводок. Если мы с ним пройдемся возле особняка… у нас может появиться надежда. По крайней мере… - он немного поник, - Я очень хочу в это верить.

…Джой встретил знакомого человека громогласным лаем и, разрываясь между дружеским расположением и необходимостью защищать дом, завертелся у него под ногами. Фред широко улыбнулся и, склонившись, приветливо потрепал пса по голове. Затем быстро оглянулся на товарища и, кивнув ему, уверенно взял валяющийся на комоде возле двери поводок.

Джоя такое поведение ощутимо смутило. Пес отступил на несколько шагов, сел и, повернув голову вбок, озадаченно гавкнул. Почему его собирается вести на прогулку друг хозяина, а не сам хозяин, ему было непонятно.

- Мы пойдем к твоим хозяевам, дружок, - Фред, у которого животных не было, но который, тем не менее, всегда относился к ним с большой теплотой, присел перед псом на корточки, - Да? Ты поможешь нам их найти и вернуть домой. Поможешь ведь?

- Что-то я сомневаюсь, чтобы он ответил, - Макс, насмешливо улыбаясь, прислонился плечом к дверному косяку. Напарник недовольно глянул на него.

- Не вмешивайся. Джой… - он снова обратился к псу, аккуратно поднося к его шее ошейник, - Твоим хозяевам нужна твоя помощь. Ты сейчас пойдешь с нами, со мной, и мы вместе их найдем, да?

Пес повернул голову в другую сторону, и мужчина, пользуясь его замешательством, торопливо застегнул ошейник на мохнатой шее. Джой негодующе залаял, однако, почувствовав крепкую, уверенную руку, держащую поводок, присмирел. Макс, глядя на него, вздохнул с нескрываемым сочувствием.

- Бедняга… Он ведь ничего не понимает, не знает, почему пропали хозяева, думает, что ты хочешь забрать его… Жаль собачку.

- Так говоришь, как будто я его на живодерню веду, - Нарсао скривился и, аккуратно дернув поводок, позвал, - Идем, Джой. Рядом.

Макс фыркнул.

- Он же не дрессированный!

- Слушай, сейчас сам его поведешь! – мужчина быстро нахмурился в сторону напарника, и легонько постучал себя краем поводка по ноге, - Пойдем, мальчик, пойдем… все будет хорошо, не волнуйся.

Макс примолк, сдерживая обуревающий его скептицизм, и уверенно зашагал впереди своего спутника на выход. Впрочем, тут и идти-то было всего ничего.

Когда они подошли к автомобилю, парень снова не сдержался.

- Ты уверен, что он умеет ездить в машине?

- У Стефана джип, - Фред попытался сдержать мимолетное раздражение, - И Джоя он часто брал с собой на работу. Так что уймись, все будет нормально – доедем почти до особняка, и сделаем вид, что гуляем.

- А его охрана сделает вид, что нам верит, - хмыкнул Макс и, не желая опять выслушивать недовольство напарника, решительно распахнул дверь пассажирского сиденья.

Как выяснилось почти сразу, опасения парня были напрасны – Джой к машине отнесся довольно спокойно, можно даже сказать – равнодушно и, всем видом демонстрируя, что такой способ передвижения ему привычен, улегся на заднем сидении. Нарсао, который наивно думал, что пес удовлетворится местом на полу, тихонько вздохнул, но сгонять его не стал – в конечном итоге, он ждал от Джоя помощи, и надеялся предварительно заручиться его дружбой. Трудно сказать, что в эти секунды думал сам пес, но недовольства он, во всяком случае, не выказывал.

***

- Слушайте, у меня собака одна дома! – Кай раздраженно дернул прикованные руки, негодующе глядя на сидящего перед ним человека. Стефан описал Адмирала довольно точно, узнать его для парня труда не составило ни малейшего, особенно при учете того, что по левую руку от него снова стоял человек с наполовину закрытым лицом и холодными, жестокими глазами. Двух совпадений для узнавания оказалось довольно, но ждать, пока ему начнут задавать вопросы, Кай не стал, решил сыграть на опережение.

- И что я должен в связи с этим делать? – Адмирал вежливо приподнял брови, изучая пленника с равнодушным интересом инквизитора, наблюдающего за сожжением колдуна.

Парень пожал плечами.

- Отпустить меня и моего брата, чтобы мы могли вернуться и покормить ее. Ну, и выгулять тоже, конечно.

Мужчина склонил голову немного набок, и тонко усмехнулся. Новый пленник забавлял его.

- Любопытное предложение, мистер О’Ши… или мне следует называть вас мистером Фоули? Кажется, вы еще не успели восстановить свое настоящее имя, и по всем документам полагаетесь мертвым.

Кай презрительно улыбнулся – осведомленность негодяя его не удивила.

- От Дилана, что ли, узнали? Ну, да, я еще считаюсь официально покойником, и даже хотел сохранить тайну, чтобы меня никто не нашел, но… - он сжал губы, давя некоторую горечь, - Не получилось. Если бы эта тварь, которую я считал своим другом, не разболтала…

- Не будем переходить на личности, - Адмирал остановил его повелительным жестом, - Ваши личные проблемы, ваши обиды меня не интересуют, мистер… О’Ши. Надеюсь, вы не против? Я предпочту все-таки использовать ваше настоящее имя при обращении к вам. Итак, меня не интересуют ваши личные симпатии или антипатии, мне важны факты. И ты сейчас мне их преподнесешь на блюдечке с голубой каемочкой, мальчик, - лицо мужчины как-то потемнело, - Ты видел брата, говорил с ним. Знаешь, что мы с ним сделали… С тобой может произойти то же самое, а может быть, и что-то похуже, если ты не заговоришь.

Кай, не позволяя себе бояться, немного приподнял подбородок.

- А чего вы хотите? Стеф вам уже итак рассказал все, что нам известно. То есть, сказал, что нам, собственно, ничего и неизвестно.

Мужчина негромко, раскатисто рассмеялся и, воздев указательный палец, легонько покачал им.

- Это ложь, Кай, ложь и ты прекрасно это знаешь. Твой друг… как ты его называешь? Дилан?

Парень моргнул, не желая ни подтверждать, ни опровергать слова преступника, но тому этого оказалось достаточно.

- Итак, твой друг Дилан уже успел поведать мне, что вы навещали церквушку, которая – приоткрою завесу тайны! – находится лично в моей собственности. Таким образом, замечу, что ты, мальчик, нарушил закон – забрался на частную территорию без разрешения, за что заслуживаешь наказания… - Адмирал прищурился, - Но я добр. И, если ты расскажешь мне, что же вы нашли там, расскажешь подробно и понятно – я пощажу тебя.

Кай выслушал его с величайшим вниманием, даже пару раз кивнул, не то в знак согласия, не то подтверждая слова собеседника, потом задумался на секунду.

- А можно попросить зеркало?

Вопрос был до такой степени неожиданным, что даже видавший виды преступник на миг опешил. Затем настороженно повернул голову вбок и, как бы невзначай нащупывая подмышкой пистолет, поинтересовался:

- Зачем?

- Хочу увидеть, действительно ли я так похож на дурака, как вам кажется, - юноша еще раз пожал плечами, и самым наглым образом откинулся на спинку стула, - Если даже я расскажу вам все от и до, если сообщу, что и где надо искать (чего я, к слову, не знаю), вы все равно не пощадите ни меня, ни моего брата. Поэтому сделайте одолжение – хотя бы не бросайтесь лживыми обещаниями.

Мужчина промолчал, размышляя о чем-то. Мальчишка, сидящий перед ним на стуле, был потрясающе дерзок, удивительно нагл и, говоря начистоту, откровенно восхищал преступника, но демонстрировать пленнику свой восторг тот, ясное дело, не хотел. Ах, и почему этот парень и в самом деле не работает на него! С его-то бесстрашием, безрассудной смелостью, с его дерзостью и наглостью – он был бы превосходным союзником! Не то, что его брат.

- Хорошо, - наконец, обронил Адмирал после долгого размышления, - Я не стану тебе лгать, мальчик. Может быть, я и не освобожу вас, может быть, даже не пощажу… Но, если ты расскажешь мне все честно и без утайки, ваша смерть будет легкой и быстрой. Если же нет – мои люди сумет выбить из вас правду, а потом заставят молить о смерти.

Теперь настала очередь Кая размышлять. Пока что особенного вреда ему не причинили – ну, так, съездили пару раз по челюсти, один раз даже пнули, но в целом ничего страшного, - но то, на что могут быть способны эти люди, парень себе прекрасно представлял. В конце концов, он видел Стефана, и сейчас больше всего боялся именно за него, а не за себя.

Но и умирать, конечно, желанием не горел.

- А что я должен вам рассказать? – наконец, вымолвил он, - Вам же Дилан небось уже все сказал – что на алтаре в той церкви рунами выбиты слова «Окрест Кария», что под алтарем есть шкатулка, где он, наверное, лежал, а рядом свиток, в котором написано, что его надевают на руку. Но что это – откуда мне знать? На руку можно надеть все, что угодно!

- Ну, положим, не все… - Адмирал соединил пальцы домиком, - Хотя, конечно, при должной доле старания… Ты разговаривал с братом, парень. Долго. Вы должны были обсудить и это, скорее всего, пришли к какому-то выводу… к какому?

- К такому, что вы – идиот, - огрызнулся Кай, - Потому что не хотите понимать очевидного! Не знаем мы, что такое этот ваш Окрест Кария, не знаем и не видели никогда!

По губам его собеседника медленно, как тающее масло по сковороде, расплылась насмешливая улыбка.

- Не видели? – промурлыкал он, - Однако, именно ты украл его когда-то… мальчик.

Кай изобразил недоумение так натурально, что даже сам себе поверил.

- Чего?.. Вы свихнулись совсем, что ли? Ничего я не крал, я же не дурак, чтобы с законом в азартные игры играть!

Глаза Адмирала потемнели. Правая рука скользнула за пазуху, а еще мгновением спустя прогремел выстрел.

Кай вздрогнул и завертел головой, пытаясь понять, ранили его или все-таки просто напугали. По всему выходило, что напугали, и это немного успокаивало.

- Да что вы ко мне привязались? – он добавил в голос плаксивых ноток, - Я же говорю – мы ничего…

Адмирал поднял пистолет и прицелился точно в него.

Сердце екнуло, и теперь страх в голосе юноши зазвучал вполне реальный.

- Ладно, ладно, я… но я правда не знаю, где он! Мы… мы так договорились – Стефан знает, но мне не сказал, чтобы я случайно не проболтался! Не стреляйте, дяденька Адмирал, я же правда ничего не делал! – он часто-часто заморгал, пытаясь вызвать слезы, но вскоре бросил это тщетное занятие. Нужный эффект и так уже был произведен.

Адмирал в сердцах сплюнул на пол и, вновь убрав оружие, кивнул стоящему рядом с ним человеку.

- Уведи его. И… - он поманил незнакомца пальцем и что-то негромко приказал ему. Тот резко кивнул и, приблизившись к начинающему нервничать юноше, отковал его руки. Затем рывком поднял из кресла, сковал руки за спиной и, ткнув в спину дулом неожиданно появившегося на свет пистолета, повел вперед.

Увидев небольшую дверцу в углу помещения для допросов – ту самую, о которой рассказывал Стефан, - Кай понял, что погиб.

Глава 18

Фред затормозил так резко, что Джой съехал с заднего сидения на пол и незамедлительно высказал свое возмущение в самой резкой форме. Макс, который, опрометчиво забыв пристегнуться, избежал столкновения с приборной панелью лишь упершись в нее обеими ладонями, резко выдохнул и, всецело поддерживая негодование пса, рывком повернулся к напарнику.

- Между прочим, он прав! – парень повысил голос, перекрывая лай Джоя, - Ты совсем рехнулся, Фредди?!

Нарсао выдернул ключ из замка зажигания. Лицо его было мрачно.

- Мотоцикл Кая, - бросил он и, не прибавив больше ни слова, распахнул дверцу, покидая автомобиль. Напарник последовал за ним, недоуменно озираясь.

Ярко-желтый спортивный мотоцикл, припаркованный возле деревянных ворот, он заметил сразу, но вот само место вызвало у него самое искреннее изумление. Какое-то древнее строение, судя по всему, предназначенное под снос, обнесено хлипковатым заборчиком… Ворота открыты, на них болтается развязанная веревочка – судя по всему, никакой важности место не представляет, искать здесь решительно нечего.

- Чего его сюда понесло… - Макс нахмурился, и на всякий случай достал пистолет. Учитывая все, что он знал о Кае О’Ши, все события, происходящие вокруг этого парня, можно было смело предположить, что оружие не помешает.

Фред, разделяющий мнение напарника, вынул свой пистолет и, держа его в приподнятой руке, в любой миг готовый выстрелить, осторожно приблизился к воротам. Осматривать мотоцикл он не стал – беглого взгляда вполне хватило, чтобы понять, что с транспортом все в порядке. Непонятно было только, как Кай мог бросить своего обожаемого железного коня, да еще и в таком местечке.

- Либо заманили, либо… - Нарсао закусил губу и, аккуратно приотворив створку ворот, бесшумно скользнул внутрь. Макс последовал за ним, настороженно озираясь и прислушиваясь.

- Двери открыты, - тихо доложил он, быстро глянув в сторону загадочного здания. Фред коротко кивнул – это он видел и сам.

Они продолжали подходить, подкрадываться с максимальной осторожностью, совершенно бесшумно, очень аккуратно, в любой миг готовые броситься в атаку на возможного врага.

Они почти дошли до ступеней, ведущих к дверям, когда изнутри донесся слабый стон, а затем раздраженное ругательство.

- Вот чертов ублюдок!

Фред подал напарнику знак и, одним прыжком перемахнув через ступени, распахнул двери, врываясь в загадочное здание.

- Полиция, не двигаться!

Сидящий на полу и держащийся за голову человек медленно поднял руки, глядя на полицейского исподлобья. Макс, влетевший следом за напарником, хмыкнул и, опустив свой пистолет, покачал головой.

- Похоже, с ним уже кто-то до нас поработал.

Нарсао, не опуская оружия, мотнул головой.

- Обыщи его.

Парень пожал плечами и, ступая, согласно инструкции, так, чтобы не перекрывать собой линию обстрела, чтобы не мешать напарнику прикрывать его, приблизился к незнакомцу.

- Вставай, - лениво велел он, - Руки за голову.

Мужчина перевел мрачный взгляд на него, однако, подчинился. Поднялся он с некоторым трудом, немного пошатнулся, но все-таки устоял и руки за голову покорно завел.

Обыск дал результат сразу же – за поясом у незнакомца, прикрытый курткой, обнаружился дорогой пистолет, профессиональное оружие, намного превосходящее то, каким были снабжены полицейские.

- Профи, стало бы, - Макс хмыкнул и, сунув пистолет за пояс собственных штанов, продолжил обыск.

Во внутреннем кармане куртки обнаружился нож, и несколько дополнительных патронов. За голенищем высокого военного ботинка – еще один нож, явно предназначенный для метания.

- Неплохая экипировка, - отметил Нарсао, когда напарник подошел к нему, демонстрируя трофеи, - Что ж. Теперь, думаю, можно и побеседовать… Кто ты?

- Клэй, - хрипло ответил наемник и немного опустил взгляд, - А ты кто?

- Не твое дело, - Фред вежливо улыбнулся и, продолжая держать мужчину на мушке, покусал губу, - Клэй, Клэй… где-то я недавно слышал это имя. Ладно, не суть важно. Что это за место и что ты здесь делаешь?

- А вам-то что? – мужчина перевел с одного полицейского на другого неприязненный взгляд, - Церковь предназначена под снос, кроме меня здесь никого нет… Это скорее я должен спрашивать, чего вы сюда вломились.

Нарсао стиснул зубы, пытаясь не допустить раздражения. Этот тип пудрил ему мозги, активно тянул время, а между тем, времени у них не было. Неизвестно, что сейчас происходит с Каем, с его братом, ребят надо вызволять, а этот… наемник только и делает, что вставляет палки в колеса!

- Возле ворот стоит мотоцикл пропавшего человека, - в голосе полицейского зазвучали жесткие нотки, - И, если уж ты тут так случайно оказался, я спрошу только один раз… Где Кай О’Ши?

Клэй с видимым интересом склонил голову набок, рассматривая собеседника. Затем перевел взгляд на его напарника, опять вернулся к тому, кто казался более взрослым… и неожиданно усмехнулся.

- Так ты, стало быть, тот самый коп, с которым дружен мой сын? Как это… Фред, кажется?

- Для тебя мистер Нарсао, преступник, - процедил не терпящий фамильярности Макс и, внезапно спохватившись, растерянно заморгал, - Погоди, сын?..

- Я – отец Кая и Стефана О’Ши, - Клэй внезапно опустил руки, - И, если вы хотите помочь моим сыновьям, хотите найти их – мы с вами в одной лодке, ребята.

Фред взвел курок.

- Руки, - коротко напомнил он, - Я пока в этом далеко не уверен. Что тебе известно о местонахождении братьев?

- Почти ничего, - наемник мрачно шмыгнул носом, и вновь поднял руки, - Стефан был в руках Адмирала. Тот пытал мальчика, требовал рассказать про чертов Окрест Кария, будь он трижды неладен, чуть не свел его с ума! Стефан ничего не сказал, и на следующий день его ждала новая пытка. Я не стал ждать – вывел его оттуда… Отвез в больницу, надеялся, что он останется там и будет в безопасности. Он сказал, что хочет увидеть брата. Пока он был в реанимации, я съездил к ребятам домой, успел увидеть, как Кай уезжает с каким-то дружком, проследил их до этого места. Потом привез сюда Стефана, - мужчина замолчал, мрачнея еще больше и вновь опустил взгляд.

Фред, вопреки ему, немного приподнял голову, сдвигая брови.

- Дальше, - приказал он. Клэй тяжело вздохнул.

- Да что дальше? Привез я его, Кай действительно был тут. Вместе с еще одним парнем, он его как-то называл… Не помню, имя на «Д», что ли. Короче, они со Стефаном обнялись, все было прекрасно, а потом этот ублюдок, его дружок, вдруг вытащил пушку и приложил меня ей по виску. Черт знает, сколько я провалялся… Пришел в себя минуту назад, но вместо сыновей увидел вас – двух копов, которые в чем-то подозревают меня.

- Имя на букву «Д»… - Макс быстро глянул на напарника, - Как, ты говорил, зовут того парня, с которым общается Кай и который тебе не нравится?

- Дилан, - Нарсао на секунду сжал губы, вновь обращаясь к преступнику напротив, - Так его звали?

- Да… - Клэй потянул носом воздух, - Тварь… Я не узнал его, хотя как-то раз видел возле Адмирала. Не узнал, потому что это было давно, а внешность у парня не запоминающаяся… да и звал он его иначе.

Полицейские быстро переглянулись.

- Как? – вопрос был задан Максом, но отвечать их собеседник предпочел все же Фреду.

- Кардинал, - бросил он, - Дурацкая кличка. Только последний олух так себя назовет, тем более, что этот мальчишка мал еще в кардиналы-то метить!

Нарсао медленно опустил пистолет. Угрожать отцу похищенных ребят больше не было смысла – судя по всему, Клэй был всецело настроен на сотрудничество, да и при дворе Адмирала являлся не более, чем пешкой, настолько пешкой, что даже не знал, кто такой Кардинал.

- Этот чертов ублюдок… - слетело с губ Нарсао тихое рычание, - Сколько раз я его видел! Надо было выяснить о нем побольше, надо было раньше…

- Эй, парень, - Клэй поморщился, неспешно опуская руки, - Ты не отвлекайся, идет? Мои сыновья в опасности, этот ублюдок, скорее всего, опять потащил их к Адмиралу, и я даже боюсь представить, что тот с ними сделает! Надо ребят вытаскивать.

Макс заинтересованно склонил голову набок.

- И ты что, против босса пойдешь? – он ухмыльнулся, - Тебе ж голову снесут за предательство! Неужели муки совести перевешивают даже страх?

- Смерти я никогда не боялся, - наемник выпрямился, сжимая опущенные руки в кулаки, - Угроз – тем более. Пытать меня ему нет смысла – я ничего не знаю. Но Стефан и Кай – мои дети, мои родные сыновья, и бросить их на произвол судьбы я не могу. А совесть это или нет… не касается ни тебя, ни твоего приятеля.

- Касается, - Фред нахмурился, - Ты стрелял в них тогда, на мототреке. Тогда совесть не мешала?

- Я не собирался их убивать! – Клэй скрипнул зубами, - Он велел мне снять их обоих одним выстрелом, но я метил выше! Хотел только напугать… Кай заметил точку прицела, дернул брата – все выглядело вполне естественно. Я сообщил о провале и получил новое задание – выкурить из здания, и загнать на мотоцикл. Мне сказали, что их возьмут в клещи и отберут то, на что они не имеют права… Я подумать не мог, что он захочет их убить!

- Прр, - Макс взмахнул рукой, прерывая негодование собеседника, и заодно останавливая и напарника, - Спокойно. Значит, ты утверждаешь, что мы в одной лодке и ты нам хочешь помочь спасти твоих ребят… Ладненько. Как попасть в особняк Адмирала, минуя охрану?

Клэй хмыкнул и равнодушно пожал плечами.

- Никак. Есть черный ход, но он тоже охраняется. Когда-то за ним следил я… Если вы направляетесь к особняку Адмирала – я с вами. На месте решим, как попасть внутрь, только… Если парней где-то заперли, черта с два вы их отыщете. Ордер-то есть?

- Ордера нет, - бросил Нарсао и, мотнув пистолетом в сторону выхода, приказал, - Пошли. Поедешь с нами… надеюсь, ты не боишься собак?

…Пса Клэй не испугался, чего не скажешь о Джое – ему неожиданный спутник крайне не понравился. Услышав озлобленное рычание, Фред вздохнул и велел Максу самому сесть на заднее сидение.

- Этот поедет рядом со мной, - коротко добавил он, - Послежу.

Они уже отъезжали, рассевшись по своим местам, когда Нарсао неожиданно еще раз оглянулся на загадочное здание и нахмурился.

- Почему «церковь»?.. – пробормотал он. Сидящий с ним рядом преступник ухмыльнулся – быть более сведущим, чем представители власти ему было приятно.

- Потому что это церковь, Нарсао. Церковь, где очень много информации об Окресте Кария…

***

Дилан демонстративно размял руки.

- Его старшим братом я займусь сам, - парень приподнял уголок губ, изображая какую-то тягучую ухмылку, - Мужик, конечно, упрям… но тем интереснее будет его сломать.

Адмирал хмыкнул и, откинувшись на спинку своего кресла, привольно расположил руки на его подлокотниках.

- Не перестарайся. Если ты убьешь его сейчас, пользы нам это не принесет.

Его собеседник красочно разыграл самое, что ни на есть искреннее изумление и, прижав руку к груди, часто-часто заморгал.

- И в мыслях не было! Я не настолько глуп, чтобы повторять твои ошибки… - невинное выражение стекло с его лица, как смытое водой, сменяясь маской жестокого садиста, - Болью его не сломить, это ты уже проверил. Но есть другие методы…

Адмирал пренебрежительно махнул рукой, словно отсылая его.

- Довольно болтать. Если собираешься заниматься делом – иди и займись им. И, да, Кардинал… - мужчина едва заметно прищурился, - Хочу напомнить тебе, что в данный момент ты находишься на моей территории. Поэтому веди себя… уважительно. И не только по отношению ко мне.

- Может, мне еще и твоих пленников уважать? – Дилан удивленно изогнул бровь, однако, раздувать ссору не стал, и лишь пренебрежительно махнул рукой, - Не волнуйся, Энтони. Я всегда помню, где я нахожусь.

Адмирал промолчал и, проводив покидающего его общество парня долгим взглядом, только покачал головой. Чего ждать от него, мужчина представить себе не мог и, безусловно, рад этому не был.

С Кардиналом вообще никогда нельзя было быть ни в чем уверенным. Единственное, что можно было сказать точно, так это то, что парень этот начисто лишен какой-либо жалости, абсолютно не обременен морально-этическими предрассудками, и поэтому способен на что угодно.

…Стефан мрачно посмотрел на прикованную правую руку и криво улыбнулся. Тюремщик на сей раз, должно быть, по приказу Адмирала, проявил великую милость – левую руку приковывать мужчине не стали. Впрочем, учитывая, что она была по-прежнему на перевязи, и шевелить ей он практически не мог, смысла в этом и в самом деле не было.

Интересно только, чего от него хотят добиться на сей раз. И куда, собственно говоря, привели?.. Сначала забрали Кая, а после, не успел он даже как следует заволноваться за брата, увели его самого. И приковали к стулу в каком-то помещении, совершенно не похожем на то, в котором он был прежде… хотя это-то как раз и не удивительно – судя по тому, что вели его недолго, его просто перевели из одной камеры в другую. Эта тоже была начисто лишена окон, располагалась в подвале, но здесь, к удивлению пленника, находился стул, на которой его и усадили.

И, что самое непонятное – оставили одного, прикованного, лишенного возможности перемещаться, ушли и заперли дверь! Ну, не бред ли? Он прикован, он еще не до конца пришел в себя после побоев и пыток, а они его считают способным не только вырваться из оков, но и сбежать? Было бы смешно, если бы он не знал, что ждет дальше.

А дальше ничего хорошего ждать совершенно точно не могло.

Стефан убедился в этом довольно скоро – почти сразу, как щелкнул замок, распахнулась дверь и в камере появился тот самый мерзавец, что обманул его брата и привез их обоих сюда.

- Явился, - мужчина неприязненно скривился в его сторону, - И чего надо? Теперь ты меня пытать будешь?

Дилан изобразил искреннее изумление и, скрупулезно заперев дверь, развел руки широко в стороны.

- Разве я так похож на палача? Что ты, Стефан, я пришел просто поговорить с тобой, побеседовать по душам, так сказать, - парень неприятно улыбнулся, - Но, чтобы беседа была плодотворной, тебе придется кое-что принять. Будешь хорошим мальчиком?

Рука негодяя скользнула в карман, и появилась вновь уже сжимающей маленькую коричневую таблетку. Стефан, моментально сообразив, что́ его хотят заставить принять, отвернулся и без слов сплюнул на пол. Вновь глотать наркотики ему не хотелось.

Дилан сокрушенно вздохнул и, покачав головой, в два шага оказался рядом, хватая мужчину за волосы и запрокидывая ему голову.

- Открой-ка ротик…

Стефан стиснул зубы и отчаянно замотал головой, силясь высвободиться. Преступник прищелкнул языком и, явно пытаясь успокоить пленника, несильно, но весьма ощутимо ударил его в челюсть. Волосы он его при этом отпустил, и голова мужчины мотнулась.

В следующую секунду он вдруг почувствовал, что ему нечем дышать – проклятый ублюдок зажал ему нос, вынуждая открыть рот и, как мужчина не старался сдержаться, организм все равно взял свое.

Он терпел до последнего, он готов был умереть от удушья, но не сдаваться, у него уже начали расплываться круги перед глазами… и, видимо, в этот момент он перестал контролировать себя.

Рот приоткрылся. Вместе с воздухом в него моментально влетела и таблетка, а рука с носа сместилась ниже. Мужчина попытался сопротивляться, но тот же прием – четкий удар под дых, вынудил его проглотить проклятую дрянь.

- Опять будешь внушать мне, что отрубаешь руки и ноги?! – он понимал, что дело проиграно, но все-таки старался сохранить хоть остатки мужества. Дилан, уже успевший убедиться, что жертва его проглотила наркотик, широко улыбнулся и, покачав головой, отступил на несколько шагов, с любопытством изучая пленника.

- Нет, это не мое амплуа. Если бы я хотел лишить тебя конечностей – так бы и сделал, и не стал прибегать к этим глупым уловкам. Нет-нет, Стефан, сегодня я хочу с тобой просто побеседовать…

- Побеседовать?! – перед глазами уже заскакали разноцветные точки, однако, мужчина еще держался, - Нам не о чем с тобой беседовать, мразь!

- Как не о чем? – судя по голосу, парень искренне огорчился, - Разве совсем не о чем? А как же твой братец? – улыбка, расплывшаяся по его губам, так и сочилась медом, - Вернее… тот парень, которого ты принял за него?

Стефан мотнул головой. Что-то происходило, его пытались в чем-то убедить, в чем-то глупом, невозможном, опасном! И ему это решительно не нравилось.

- Что за чушь… - он медленно выдохнул, заставляя себя не поддаваться наркотику. Получалось плохо.

- Почему же чушь? – Дилан хмыкнул, и неожиданно присел на корточки, заглядывая снизу в глаза жертве, - Ради Бога, Стефан! Подумай сам – разве такое бывает? Разве возможно, чтобы человек, которого ты считал мертвым уже целый год, вдруг вернулся к жизни? Это же чушь, бред, это нереально! К тебе приходит какой-то парень, говорит, что он твой брат – и ты веришь ему! Так?

Наркотик действовал, мутил разум, и мыслить конструктивно становилось все труднее. Слова собеседника казались правильными, верными; собственное мнение, собственная воля засыпали, отключались и понять, где правда, а где ложь казалось невозможным.

Стефан приказал себе не поддаваться на провокацию.

- Его… вспомнил Джой, - голос прозвучал хрипло, но уверенно. Собеседник обидно расхохотался.

- Есть много способов обмануть собачье обоняние! Если я приложу достаточно усилий – Джой и меня узнает, поверь! Брось, Стефан… - Дилан прищурился, пристально глядя на собеседника, - Я искренне сочувствую тебе, хочу помочь, хочу открыть тебе глаза! Парень, которого ты считаешь своим братом – не Кай. Это была идея Адмирала – одному из его ребят сделали пластику по фото, превратили его в Кая О’Ши, чтобы он вытряс из тебя все, что тебе известно об Окресте Кария! Парень круто сыграл свою роль, все поверили ему, даже я в первый момент подумал, что он действительно твой брат! Это уж потом он сказал, что на самом деле им не является. Ах, Стефан, Стефан… - парень сочувственно покачал головой, - Надо было тебе все-таки сделать анализ ДНК этому парню…

- Ты лжешь… - соображать было очень тяжело, возражать – и того тяжелее, но сдаваться так просто Стефан не собирался. Он знал своего брата, знал его с пеленок, помнил присущие только ему одному жесты, улыбки, слова, манеры – все! Он знал, что Кай вернулся, знал, почему это произошло, знал, что ублюдок напротив врет… но почему же тогда не мог не верить ему?

Мужчине стало страшно. Казалось, еще секунда – и проклятый Дилан переубедит его, заставит поверить, что Кай – вовсе не его брат, и тогда… Тогда все. У него не останется, ради чего бороться, у него не будет, ради чего жить.

- Если ты не хочешь верить мне, поверь собственным ощущениям, - вкрадчивый голос мерзавца вновь ядом заструился в уши, - Собственным догадкам, подозрениям… Кай ведь всегда был хорошим мальчиком, ты сам воспитывал его! Разве он бы мог украсть? Нет-нет, Кай не был на такое способен! А разве сделал бы твой настоящий брат себе столь кричащие татуировки? Мотоцикл и солнце – это же уму непостижимо, это совершенно не похоже на Кая!

Сердце резко кольнуло, и на душе вдруг стало спокойно. Мотоцикл и солнце… нет, таких татуировок Кай бы не сделал, это точно. Просто потому, что на его руке – и Стефан видел это собственными глазами, он помнил это! – была изображена звезда. Значит, эта тварь лжет. Значит, с помощью наркоты он затуманил ему разум, а теперь пытается переубедить… ради чего? Зачем?

- Да… - Стефан изобразил смятение вперемешку с отчаянием, - Кай не сделал бы этого… Нет, нет, Кай не мог! Это… это… кто этот парень? Где мой брат?!

Последний вопрос, к слову, мужчину действительно живо интересовал, поэтому прозвучал искренне.

- Твой брат давно мертв, - Дилан равнодушно пожал плечами, - Мне очень жаль, но ты уже оплакал его. А этот парень… его имя тебе ничего не скажет, поэтому называть я его не буду, так вот, этот парень уже все рассказал нам. Рассказал о том, что вы обсуждали, когда мы посадили вас в одну камеру… Скажи, это правда, что вы спрятали Окрест Кария где-то в вашем доме?

Стефан едва не расхохотался. Действие наркотика, казалось, разом ослабло; в голове больше не мутилось, он мыслил удивительно ясно и четко. И прекрасно помнил, что ничего подобного они с Каем не обсуждали.

На сей раз, чтобы разыграть страх, ему потребовалось намного больше усилий и мастерства.

- Как… он все сказал вам? Значит, я говорил с ним, а он все передал вам… - мужчина зажмурился и, давя смех, замотал головой, - Дьявол! Чертова тварь, ублюдок! Если я встречу его еще раз… - он заскрежетал зубами и сделал страшные глаза.

Дилан, судя по всему, полностью удовлетворенный этим, поднялся с корточек, и сочувствующе похлопал собеседника по плечу.

- Ну-ну-ну, Стефан, не стоит так горячиться. Вряд ли ты еще когда встретишься с ним… Но я попрошу Адмирала, чтобы он был с тобой полегче – ты ведь итак намучился. Давай-ка я освобожу тебе руку… - он чуть склонился и, предупредив, - Без глупостей! – действительно снял наручники. Затем улыбнулся, не скрывая торжества и, вздохнув, развел руки широко в стороны.

- Побудь пока здесь. Не думаю, что тебе стоит возвращаться в ту же камеру, где ты был с тем парнем… Извини, что пришлось открыть тебе глаза.

Стефан мотнул головой, всем видом изображая горечь и отчаяние. Дилан, совершенно довольный, пожал плечами и уверенно направился на выход.

Он уже закрыл дверь, когда пленник позволил себе широко, с нескрываемым облегчением и торжеством улыбнуться.

Глава 19

Все было так, как предупреждал Стефан. Его посадили на железный стул, правда, руки не задирали – оставили скованными за спиной. Зато ноги привязали к ножкам, лишая даже малейшей надежды на то, чтобы встать и предпринять заведомо обреченную на провал попытку сбежать.

Палач в маске, хладнокровно привязавший пленника, отошел к столу и, взяв с него что-то маленькое, приблизился вновь. Сжал ему челюсть, вынуждая открыть рот, и сунул это в него.

Ощутив какую-то таблетку, Кай попытался выплюнуть ее, но мучитель уже успел зажать ему рот, а потом четко ударил под дых. Парень ухнул, чуть сгибаясь и ощутил, как таблетка проскальзывает в горло.

Палач отошел, принес стакан воды – и таблетка провалилась в желудок.

- Что это?! – парень зло дернулся, - Наркотой меня накачать решил, да?!

- Это для того, чтобы ты быстрее осознал правду, - ответил ему холодный голос. Вспомнив, что по рассказам брата, палач с ним не говорил, Кай искренне удивился. С чего бы это вдруг такая милость?

- Так ты все-таки говорящий?

- А ты как думал? – легко отозвался собеседник, и парень внезапно подумал, что тот едва ли намного старше него. Откуда только в таком возрасте такая жестокость?..

- Расслабься, - бросил палач и, подвинув крутящийся табурет, присел на него, - Я тебя не собираюсь мучить, парень. Поговорить надо.

- Может, тогда намордник свой снимешь, да имя назовешь? – съязвил Кай, прекрасно понимая, что такой радости ждать смысла нет. Он не ошибся – единственным ответом на его вопрос стал приглушенный маской смех.

- Тебе мое имя ни о чем не скажет, приятель. Тем более, что и говорить-то я буду не от своего имени… Видишь ли, Адмирал благоволит тебе. Ты, должно быть, заметил, что тебя не пытали и не мучили?

Перед глазами начали разбегаться разноцветные круги, и Кай потряс головой, силясь прогнать их.

- Ну…

- Босс знает – ты не хотел красть Окрест Кария, - голос собеседника зазвучал мягче, - Ему известно, что ты совершил ошибку, и он не хочет наказывать тебя за нее. Он хочет дать тебе шанс ее исправить!

- Рассказав то, чего я не знаю? – Кай остро пожалел, что не может закинуть ногу на ногу, и фыркнул. В голове это отозвалось глухим звоном, и парень поморщился.

- Я ведь сказал – все знает Стефан, мне он не говорил…

- Стефан? – палач хохотнул и покачал головой, - Кай, черт возьми, как тебя оказалось легко провести! Да ведь этот мужик никогда не был твоим братом, он был подослан специально, чтобы выбить из тебя правду и не более того!

Кай еще раз потряс головой. Теперь в сознании забренькали, сталкиваясь между собой, колокольчики.

- Чего?

- Того, - передразнил собеседник и юноша понял, что не ошибся: палач явно был не намного старше, чем он сам, - У мафии свои законы, правила и порядки. Твой брат давно у нас, уже рассказал все, что знал. Это произошло еще до того, как ты его вспомнил… Просто, когда Адмирал понял, что ты хочешь встретиться с братом, он подослал своего человека, и…

- Тпру, - Каю на миг почудилось, что он несется вскачь на лихом скакуне и среагировал он соответственно, - Я знаю своего брата, я помню его! Помню… в лицо помню.

- Пластическая хирургия творит чудеса! – издевательски пропел палач и, поправив маску, покачал головой, - Ну ты и дурак, парень. По фотке вылепили из одного человека другого и подослали к тебе – вот и все. То, о чем ты беседовал с ним в камере, нам уже известно, так что можешь не запираться…

- А чего мне запираться? – вместо собеседника вдруг распустился цветок, и Кай моргнул, - Если он уже все вам рассказал, зачем я буду повторяться?

Палач примолк – такой реакции он, по-видимому, не ждал.

- Мы хотим убедиться, что нас не обманул он или что его не обманул ты…

- Так если я его обманул, я и вас обману, это не проблема, - Кай ухитрился пожать плечами и мимолетно погордился собой. Голова закружилась, и настроение как-то сразу упало.

- И вообще… - он шмыгнул носом, всем видом изображая несчастье, - Мне твоя гадость последнюю память отшибла, я уже не помню… мы о чем сейчас говорили?

- Об Окресте Кария, - собеседник понизил голос, делая его более угрожающим, - Мой босс хочет знать, где он.

- Твой босс или ты? – парень с интересом склонил голову набок, почувствовал, как мозги вытекают через ухо и поспешил вернуть ее в надлежащее положение, - Да ладно, признайся – ты ж небось тоже хотел бы себе такую крутую игрушку! Чего он там, неуязвимость дарует, удачи прибавляет… Короче, полный апгрейд человеческого существа.

Палач снова замолчал. Судя по всему, с наркотиками он все-таки перестарался – крышу его подопечному снесло капитально, ничего путного добиться от него сейчас бы не удалось. И все-таки он попытался.

- Хорошо, - он встал и прошелся по комнатке, затем останавливаясь рядом с собеседником, - А мне ты расскажешь, где он? В благодарность на то, что открыл тебе глаза на обман.

Кай непонимающе заморгал – он почти не лукавил, говоря, что от наркотика ему отшибает память. Никакого обмана он сейчас не помнил.

- Какой обман?

- Стефан, - темные брови над жестокими глазами сдвинулись, - Этот человек не тот, за кого себя выдает, он не твой брат!..

- Аа, - парень заулыбался, согласно кивая, - Так я же не поверил в этот бред. Чего бы мне тебя благодарить?

- Бред? – глаза палача сузились, - А если в следующий раз мучить тебя придет он – это будет бредом в твоих глазах? А он может, верь мне, он способен на все, этот человек! На его руках крови больше, чем ты можешь себе…

- Ой, да уймись ты, - Кай недовольно поморщился, - Ну не смешно, вот честное слово, не смешно. Будь он вашим агентом, зачем бы вы его пытали? Ранили? Почему он сбежал от вас, и не вернулся бы, если бы не поганый Дилан…

- Кто такой Дилан? – палач, от которого этот аспект происходящего как-то ускользнул, чуть повернул голову вбок, - Вас обоих вернул Кардинал.

- А кто такой Кардинал? – в тон ему отозвался парень, - Первый раз вообще об этом слышу. У вас тут, может, и папа Римский где-то завалялся?

Его собеседник потряс головой. На секунду ему почудилось, что он все перепутал и, вместо того, чтобы дать наркотик пленнику, принял его сам – от бреда, несомого одурманенным Каем О’Ши просто голова шла кругом.

И, как это ни странно, просыпалась смутная симпатия к смелому парню, даже под воздействием психотропного вещества не сказавшего ни единого слова по делу.

- Я хочу только узнать, где вы спрятали Окрест Кария, - он все-таки попытался действовать согласно инструкциям, - Тот человек, которого ты упорно продолжаешь считать своим братом, уже рассказал нам обо всем, но уточнил, что к месту можешь привести только ты. Ты прятал его без него, один?

- Фигня, - безапелляционно заявил Кай, - Мы вместе. Только я потом заблудился и ушел, а Стефан остался собрать пару цветочков, чтобы подарить их папе в знак благодарности.

- Ты заговариваешься, - палач отступил на шаг, презрительно качая головой, - Похоже, эта штука для тебя излишне сильная… Кай, - он внезапно прищурился, вглядываясь в парня пристальнее, - Что такое Окрест Кария?

- Понятия не имею, - без запинки солгал О’Ши, - Но его надевают на руку, и используют как компактный щит. Ну, и с удачей там что-то, я уже говорил.

Собеседник его быстро оглянулся на дверь и, резко шагнув обратно к пленнику, встряхнул его за плечи.

- Ты украл его! – голос его теперь напоминал шипение, - Украл, ты должен знать, как он выглядит, должен знать, что́ это! Скажи мне! Я… - он еще раз оглянулся на дверь и понизил голос еще больше, - Я не собираюсь докладывать Адмиралу. Такая штука и мне пригодится…

Послышался негромкий стук – кто-то барабанил по дверной створке снаружи. Палач помрачнел, что было заметно даже под маской и, бросив быстрый взгляд на дверь, шепнул:

- Скажешь хоть слово – будешь молить о смерти! – и, не дожидаясь реакции одурманенного и плохо соображающего собеседника, направился впускать неожиданных гостей.

Кто это, Кай уже не заметил. После того, как собеседник встряхнул его, сознание куда-то затерялось, заблудилось в темных лабиринтах и, наконец, очевидно, решив, что тут ему делать нечего, капитулировало. Парень неловко повис на стуле, едва не падая с него, не то отключился, не то заснул, и больше ничего не слышал.

…Адмирал, выставив палача вон, окинул пленника задумчивым взглядом и, покосившись на своего спутника, покачал головой.

- Знаешь, а этот парень действительно хорош… - задумчиво вымолвил он, - Не расколоться даже под наркотиком, запудрить мозги моему человеку, почти переманить его на свою сторону! Я бы не отказался от такого помощника. Даже жаль будет его убивать…

- Никогда не понимал, зачем твой палач закрывает двери, если ты все равно смотришь все в онлайн-режиме по скрытой камере, - Дилан, избегая прямого ответа, передернул плечами и, приблизившись к Каю, ухватил его подбородок двумя пальцами, приподнимая. Помолчал, раздумывая о чем-то, затем со вздохом выпустил его и качнул головой.

- Но этот чертенок и вправду хорош, я понял это чуть ли не в первый день знакомства. У него талант морочить людям голову, при этом не говоря ничего по существу… Ты знаешь, с какой скидкой он купил мотоцикл? Чуть ли не за полцены, притом, что транспорт был совершенно новый! – Кардинал поморщился, - Поэтому я и говорил, что с обоими О’Ши лучше разговаривать мне, твоим дуралеям Кай не по зубам. Ладно, хоть Стефан заговорил. Теперь дело за малым – надо только обыскать их дом…

Прервал его на полуслове совершенно неожиданный в этом месте собачий лай.

***

Фред притормозил на соседней с особняком улице, чтобы не привлекать лишнего внимания – автомобиль был служебным, да и оба полицейских были отнюдь не в штатском, а люди, подобные тому, к кому они собирались наведаться в гости, почему-то никогда не любят властей. Кроме того, следовало подготовиться.

- Значит, так, - он многозначительно посмотрел на сидящего на соседнем сидении Клэя и, оглянувшись, глянул на Макса, обнимающего Джоя за шею, - Ордера у нас, как известно, нет. Значит, придется идти напролом, потому что пока мы его получим, от ребят неизвестно, что останется. Клэй, обрисуй расстановку вражеских сил.

- Как будто на войну собрался, - преступник хмыкнул, однако же, пренебрегать возложенными на него обязанностями не стал, - Ладно. Особняк трехэтажный, охрана на каждом этаже. Здесь вообще много людей, не обязательно непременно охранников, но они все вооружены и способны атаковать без раздумий. Впрочем, ваша форма нам дает маленькую надежду… - он постучал себя пальцем по губам, - Немногие из этих подонков рискнут открыто нападать на копов. Побоятся.

Джой гавкнул, перебивая его, и Макс согласно кивнул.

- Дурацкая манера болтать не по делу, - перевел он собачий комментарий, - Тебя спросили где и сколько их?

- А я ответил – везде и много, - огрызнулся Клэй, - Возле главной двери один, внутри второй. Возле черного хода – один, плюс снайпер на крыше. Раньше этим снайпером был я, потом меня перевели на охрану главной двери. Теперь, думаю, переведут в могилу, но это так, между делом. Может быть, через главную дверь попасть даже проще, чем через черный ход – снайпера вычислить труднее. А снять того, что снаружи – плевое дело, если, конечно, вернете мне пистолет.

- Мы полиция, а не мафия, - Нарсао нахмурился, - Мы не убиваем просто так, и тем более я не позволю, чтобы ты убивал у меня на глазах… наемник, - последнее он процедил сквозь зубы, с откровенным презрением, и Клэй откровенно обиделся.

- Я – снайпер, - напомнил он, - И ни хрена я не наемник – как работал на Адмирала, так и работаю!

- Обалдеть, как благородно – как связался с одним маньяком, так только для него и мочит всех подряд! – Макс фыркнул и, потрепав пса по ушам, прищурился, - Наверное, Спаситель хорошо платит?

- Какой еще Спаситель?.. – снайпер недоуменно перевел взгляд с одного полицейского на другого и, не дожидаясь ответа, продолжил, - Так что мы будем делать? Если нет ордера – надо идти напролом, а если идти напролом, убить кого-то все-таки придется.

- Спасителем мы называем твоего Адмирала, - Фред поморщился, - Из-за его славного прошлого. Что же до твоего заявления… Убивать не придется, если ты – именно ты, Клэй! – сработаешь, как надо. Я знаю, что ты неплохой снайпер – других, в конечном итоге, твой босс просто не держит, - поэтому сможешь справиться с тем, что я тебе скажу. Слушай…

…Когда правую ногу ниже колена вдруг пронзила острая боль, охранник даже не успел понять, что произошло. Он споткнулся, начал падать, ухватился за колонну… и неожиданно получил сильный удар по челюсти. Отлетел и, очень удачно приложившись затылком о ту же колонну, в которой искал помощи, медленно сполз вдоль нее.

Фред потер кулак и, оглянувшись через плечо, поманил своих помощников. Клэй, довольный собой и возвращенным оружием, вынырнул из-за куста; Макс с Джоем на поводке немного задержался, но спустя секунду все-таки приблизился.

- Естественные собачьи потребности, - он пожал плечами. Пес прижал уши, всем видом показывая, что вину сознает, но поделать с зовом природы ничего не может. Фред досадливо отмахнулся – на такую мелочь ему сейчас было наплевать, тем более, что Джой уже начал подозрительно принюхиваться к крыльцу, скользя по нему носом, словно чуя чей-то след.

- Чисто сработано, - коротко отметил он и, переведя взгляд на входные двери, кивнул снайперу, - Теперь следующий. И не вздумай убить!

- Есть, босс, - ухмыльнулся преступник и, двигаясь легко и уверенно, бесшумно приблизился к дверям, приоткрывая их, а затем проскальзывая внутрь. Полицейские замерли снаружи, держа наизготовку оружие, и готовые в любую секунду прикрыть союзника.

Тот вошел походкой уверенного в себе человека и, обнаружив хмурого охранника, неприязненно глядящего на него, широко улыбнулся.

- Здорово, должно быть, в охране стоять?

- Чего приперся? – охранник помрачнел еще больше, - Босс занят сейчас, ему не до того, чтобы разбираться с предателем.

- А ты думаешь, я пришел, чтобы говорить с боссом? – Клэй удивленно поднял брови и, шагнув ближе к старому знакомому, пожал плечами, доверительно сообщая, - Я, вообще-то, к тебе.

Продолжил его речь резкий апперкот, отшвырнувший охранника на несколько шагов, а затем – сильный удар выхваченным пистолетом по виску. Прием, позаимствованный у Кардинала, сработал на ура – охранник обрушился на пол, более не представляя опасности.

Клэй торопливо выглянул и дал знак спутникам, что путь свободен. Полицейские поспешили зайти – стоять на улице, отсвечивая формой, смысла не было.

- Теперь осталось только понять… стой, куда?!

Джой рванул поводок так резко, что Макс еле удержал его и с трудом сам удержался на ногах. Пес залаял, негодуя, что его не пускают, и полицейские, забывая даже об осторожности, переглянулись.

Рвался Джой куда-то влево, в сторону двустворчатых дверей, расположенных немного наискосок от широкой лестницы, спускающейся в холл, и поведение его говорило яснее слов. Кто-то из хозяев пса, вне всякого сомнения, находился там, и медлить, сохраняя тишину, более не хотелось.

Макс глянул на Фреда – Нарсао в их паре был старшим, и он всегда беспрекословно подчинялся ему. Клэй взвел курок.

- Вперед, - коротко велел полицейский и, подавая пример, сам бросился к дверям, на ходу выхватывая оружие.

Двери распахнулись от толчка легко и беззвучно, представляя взглядам большую комнату, зал, очевидно, предназначенный для допросов. Во всяком случае, стул, с болтающимися с одной стороны на нем наручниками, стоящий напротив большого, глубокого кресла, навевал именно такие ассоциации.

Джой на секунду замер, потянул носом воздух, и метнулся, было, к стулу… но на половине пути внезапно остановился и, бросившись (и дернув за собой Макса) к небольшой, закрытой дверке в углу зала, принялся яростно лаять на нее.

Фред не стал медлить.

Дверь от его пинка отлетела в сторону и, ударившись о стену, противно заскрипела, покачиваясь на несмазанных петлях; два человека, находящихся внутри, замерли в немом изумлении.

- Полиция, руки за голову! – голос Нарсао прозвучал как рык: он уже успел увидеть то, что скрывалось за спинами этих людей.

Джой, попытавшийся ворваться в комнатенку вместе с полицейским, залаял еще яростнее, заметался, пытаясь броситься вперед. Макс кое-как оттащил его.

- На каком основании? – Адмирал, поднявший руки, спокойно улыбнулся, - Надеюсь, вы имеет ордер, позволяющий вам врываться в мой дом, господа?

- Ордер без сознания сидит на стуле за твоей спиной! – рявкнул Фред, - Похищение человека, избиение, причинение тяжкого вреда здоровью, удержание против воли – ты сядешь надолго, тварь, уж я об этом позабочусь!

- Стоп-стоп-стоп, - Дилан, совершенно не пытающийся скрыться, спокойно демонстрирующий старому знакомому свое лицо, неожиданно опустил руки, - С чего вы взяли, что мы похитили этого мальчика? Наоборот! Мы пытаемся помочь ему – неизвестно кто бросил его у дверей особняка, избитого, без сознания, скованного, поэтому мы…

- Оттащили его в пыточную камеру, - Клэй, не выдержав, внес свою лепту в мирное течение беседы и, силясь держать себя в руках, криво улыбнулся, - Но, если все так случайно повернулось, может, вы не будете против, если мы заберем его?

Взгляд Адмирала скользнул к нему; глаза его сузились. Прощать предателя, позволять ему выполнить то, ради чего он, собственно, и предал босса, последнему не хотелось смертельно, но, по-видимому, альтернативы сейчас не было.

- Ну, разумеется, - он растянул губы в сладкой улыбке, - Если вы позволите, я сниму с него наручники – мы как раз прикидывали, не подойдет ли мой ключ к ним и, по счастливому совпадению, он подходит.

Фред чуть мотнул пистолетом.

- Снимай. А потом проводишь нас к его брату… - заметив, что Дилан хочет возразить, он нахмурился, - И без глупостей. Наш пес найдет Стефана О’Ши – с вашей помощью или нет! Вам обоим, подонки, будет куда как разумнее сотрудничать с нами.

Адмирал, морщась, склонился, отпирая замок наручников, удерживающих руки Кая, затем аккуратно расположил юношу на стуле в более удобной позе, заботясь, чтобы он не упал. Со стороны казалось, что он беспокоится о родном сыне и, в общем-то, доля истины здесь была – в сохранении ушлому парню жизни преступник был вполне заинтересован, пока еще не оставив надежды однажды переманить его на свою сторону.

Кардинал равнодушно следил за этим, не выпуская, впрочем, из поля зрения и полицейских.

- А ты, оказывается, ловкач, Нарсао, - заметил он, когда стало ясно, что Кай свободен и устроен самым наилучшим образом, - Молодец.

- С тобой я побеседую позже… Кардинал, - Фред быстро улыбнулся и, не опуская пистолет, продолжая держать на мушке обоих преступников, бросил через плечо, - Клэй, останешься с Каем. Нас эти подонки сейчас отведут к Стефану. Я прав?

Дилан вежливо поднял руку, как школьник на уроке.

- Прошу прощения, господин полицейский, боюсь, я не совсем понял ваших слов, обращенных ко мне. О чем таком вы желаете побеседовать, если сейчас уже, казалось бы, все сказано?

На этот раз улыбка полицейского была откровенно ядовитой.

- Узнаешь позже, тварь. А сейчас живо, живо! Где Стефан О’Ши? Ведите нас к нему, и чтобы без глупостей!

- Никто же не хочет, чтобы я спустил пса? – мягко прибавил Макс и, аккуратно оттащив так и рвущегося к хозяину Джоя, пропустил Клэя к сыну, - Попытайся привести его в чувство. Тебе лучше знать, что эти мерзавцы могли с ним сделать и как это исправить.

…Перераспределились все довольно быстро – оба преступника, все-таки не решающиеся откровенно противоречить полиции, послушно покинули камеру пыток, отправляясь указывать путь; Клэй остался с сыном. Он примерно представлял, что могли сделать с ним здесь, знал, каким образом Адмирал и верные ему люди выбивают информацию, поэтому и способы привести парня в чувство придумать мог. Тем более, что здесь, на столе, стояла большая бутылка с водой, а в стакане, присутствующем тут же, еще сохранилось небольшое ее количество.

Тем временем, Фред, держащий преступников на мушке, и Макс, ухитряющийся одновременно держать пистолет и воевать с продолжающим рваться вперед Джоем, уже вовсю шагали по длинному коридору под лестницей.

Обилие запертых дверей по его сторонам впечатляло и ужасало одновременно – судя по всему, дело у Адмирала было поставлено на широкую ногу, и не исключено, что за этими створками скрывались и другие несчастные узники. Впрочем, что тоже могло быть правдой, на данный момент никакие другие преступнику были просто не нужны – все его мысли были сосредоточены вокруг Окреста Кария, и пользу в нахождении этого предмета, как ему казалось, могли принести только несчастные братья О’Ши.

Дилан шел, выпрямившись, как струна и демонстративно заложив руки за спину, изображая из себя несчастного пленника, шел так легко и спокойно, что у внимательно следящего за ним Фреда возникло странное ощущение, будто парень целиком и полностью убежден, что так и останется безнаказанным. Впрочем, сейчас, наверное, он действительно мог быть убежден в этом – их проникновение в особняк было довольно несанкционированным, пленников мерзавцы спокойно согласились отдать сами, да еще и выдумали слезливую историю о том, как пытались им помочь.

- Ну, а со Стефаном ты что выдумаешь? – мрачновато поинтересовался Нарсао, когда Адмирал остановился возле одной из дверей и принялся отпирать ее, - Кая вы якобы нашли на пороге, отволокли в ту камеру, а с его братом что? Почему он у вас взаперти?

- Он пытался нас обокрасть, мы заперли его здесь, пока не приедет полиция, - пожал плечами в ответ Дилан, не давая подельнику сказать и слова, - Уже собирались вызвать вас, но обнаружили парня и занялись им. Такая неприятная цепь совпадений!

- Угу, удивительно удачных совпадений, - презрительно кивнул Макс и, оглушенный громким лаем, дернул пса за поводок, пытаясь его усмирить.

Это, впрочем, не помогло – дверь распахнулась, и Джой, обезумев от счастья, рванулся вперед, протискиваясь мимо отпершего дверь мафиози. Тот хмыкнул и, отступив, глянул на второго из полицейских.

- Умная собачка. Я бы себе тоже такую завел.

- Спроси у своего пленника, где он такую купил, - усмехнулся Макс и попытался перехватить поводок поудобнее, но тот выскользнул у него из рук.

Счастливый Джой скрылся в камере. Оттуда послышался шорох, удивленный и немного болезненный вскрик и, наконец, радостный возглас.

- Джой!

Адмирал открыл дверь шире, делая несколько издевательский приглашающий жест внутрь.

- Останься снаружи, - бросил Фред и, продолжая держать пистолет наготове, осторожно шагнул в камеру.

Стефан, сидящий на стуле, не прикованный, но с болтающимися на подлокотнике наручниками, с левой рукой на перевязи, бледный, с ясно прослеживающимися на его лице и теле следами побоев, гладящий здоровой рукой скачущего вокруг пса, взволнованно поднял голову. И тотчас же, расплывшись в улыбке, вскочил, едва ли не бросаясь на шею вошедшему полицейскому.

- Вы нашли нас!

- Он вас нашел, - Фред усмехнулся, кивая на Джоя, - Бери поводок и пойдем. Я еще не знаю, пришел ли в себя Кай…

- Что с ним? – Стефан, мигом забеспокоившись, торопливо подобрал поводок и, привычным движением обмотав его вокруг руки, легонько дернул, - Тихо, Джой. Спокойно.

Пес, ощутив хозяйскую руку, мигом присмирел и, прижавшись к ноге мужчины, довольно оскалился.

- Им сейчас занимается Клэй, - коротко ответил Нарсао, - Что с ним – пока не знаю, подозреваю, что его накачали какой-то дрянью. Он без сознания, но, надеюсь, скоро очнется. Идем, нечего здесь задерживаться.

Стефан кивнул и, уверенно направляясь вперед вместе с Джоем, попытался, было, выяснить еще кое-что.

- А те два мерзавца, они… - он не успел закончить фразу. В коридоре его ждали, лучась отвратительно-слащавыми улыбками те самые два мерзавца в компании еще одного, держащего их на мушке полицейского.

- Как вы себя чувствуете? – подобострастно осведомился Дилан, увидев вышедшего в коридор мужчину, - Уж простите, мы не знали, что вы важный человек. Если бы вы не попытались нас ограбить…

- Что?! – Стеф задохнулся от негодования; пес, чувствуя хозяйское настроение, зарычал на обратившегося к нему человека, - Да ты… да как ты смеешь…

- Тише, Стефан, - Фред, не желающий сейчас раздувать конфликт, мягко коснулся здорового плеча мужчины, - Потом объясню. Идем, надо забрать Кая и убраться, наконец, из этого притона. Вперед, оба! – последние слова были адресованы обоим преступникам. Те переглянулись и, старательно изображая святую невинность, вновь направились вперед под прицелом двух пистолетов.

Стефан плелся в хвосте процессии, уверенно сдерживая стремящегося покинуть неприятное место, и безмерно счастливого от встречи с ним пса.

- Хорошо, что ты хотя бы на ногах, - Макс, быстро оглянувшись на освобожденного пленника, улыбнулся, - Вытаскивать вас обоих, держа на мушке этих тварей было бы затруднительно.

- Меня на сей раз почти не били, - мрачновато отозвался мужчина, - Боюсь подумать, что сделали с моим братом…

Дилан, услышав эти слова, едва заметно вздрогнул, и недоверчиво оглянулся – до сих пор он все еще пребывал в наивной уверенности, что сумел убедить Стефана, будто Кай братом ему не является. Мужчина, заметив его удивленный взгляд, насмешливо улыбнулся и предпочел ничего не говорить. Объяснять преступнику, где он ошибся, ему почему-то не хотелось, тем более, что и мысли сейчас были заняты совершенно другим.

Макс, несколько раз оглянувшийся на экс-пленника через плечо и переведший взгляд с него на довольно оживленного пса, тихонько вздохнул. К Джою за время операции он уже успел привязаться.

- Он тебя не слишком дергает? – полицейский быстро улыбнулся, - А то, если хочешь, я сам могу его повести…

- Да ничего, нормально, - Стефан даже негромко рассмеялся в ответ, - Спасибо, но с Джоем я уже давно привык справляться. Меня больше волнует, что с Каем.

Ответить ему никто не успел – они уже приближались к большим двустворчатым дверям, и голоса, доносящиеся из-за них, были неплохо слышны.

- Да нет, только голова болит… - отвечал на что-то Кай, - И слабость противная. Но идти я смогу, папа, честное слово! Только скажи, где Стефан? Что с ним?

Мужчина прибавил шаг, решительно обгоняя полицейских, а затем обходя и двух преступников. Клэй, завидев приближающегося сына через открытую дверь пыточной камеры, улыбнулся и, предпочитая не отвечать, просто вытянул в его сторону руку.

Кай повернул голову… и, счастливый до безумия, так и подскочил, намереваясь броситься навстречу брату. Пошатнулся, ухватился за подлокотник стула и попытался, было, вновь… но теперь уже возразил подошедший Стефан.

- Сядь, не суетись. Все со мной нормально, меня даже почти не били в этот раз… ты сам как?

- Голова болит, - отрапортовал Кай, - Мне пытались внушить, что ты – вовсе не ты, а какой-то подставной тип. Такой бред, что голова кругом шла! Ой, Джой!

Пес, тщетно пытающийся обогнуть одного хозяина, чтобы броситься к другому, наконец сумел вывернуться и попытался запрыгнуть на молодого человека. Тот весело засмеялся, аккуратно спихивая пса с себя.

- Меня пытались убедить в том же, - Стефан, усмехаясь, кивнул, позволяя Джою радоваться возвращению обоих хозяев, - Твой дружок Дилан пытался. И, кажется, был очень удивлен, когда наконец понял, что ему это не удалось.

- А ты знал, что он на самом деле – Кардинал? – парень осторожно покрутил головой, - Такая дурацкая кличка, я и представить себе не мог…

Фред Нарсао, честно давший ребятам время обменяться впечатлениями и побеседовать, тихонько вздохнул.

- Парни! – мягко окликнул он, - Давайте-ка вы поболтаете снаружи. А еще лучше – уже дома, когда мы вас довезем и вызовем врача.

Стефан, мельком оглянувшись на полицейского, согласно опустил подбородок.

- Он прав, - заметил он, - Идем… ты идти-то в состоянии? Когда мы подходили, я слышал, что ты говорил о слабости, да и видел, что ты шатался…

Клэй, решительно вклиниваясь в беседу, выступил вперед.

- Я поддержу его. Идемте, ребята, идемте, здесь задерживаться больше ни к чему. Ни вам… ни мне.

…Они уже покинули особняк, уже уверенно направлялись прочь от него, оставляя за спиной обоих преступников, когда Джой внезапно зарычал и, рванувшись назад, на всю длину поводка, вдруг вцепился в правое запястье Адмирала.

Тот вскрикнул, роняя только что вытащенный пистолет. Фред, мигом наставив на негодяя свое оружие, нахмурился.

- Забери пушку, - бросил он напарнику и, прищурившись, покачал головой, - Я сделаю вид, что ты просто случайно достал его, дабы почистить, а наша собака ошибочно приняла это за угрозу… Спаситель. Сделаю так только потому, что не хочу возиться с твоими ушлыми адвокатами сейчас! Но попомни мое слово – однажды ты сядешь, Энтони. И сядешь очень надолго!

Макс подобрал пистолет и, сам держа предпочитающих на сей раз промолчать преступников на мушке, медленно отступил к напарнику. Тот подождал его, хотел, было, отправиться дальше… но вдруг остановился, растягивая губы в улыбке.

- А теперь оба отправляйтесь в дом, и сидите там. Ах, и да, еще кое-что… Если кто-нибудь из вас выстрелит – у меня будет повод арестовать вас обоих безо всякого ордера. Так что… - он пожал плечами и неожиданно убрал пистолет, разводя руки в стороны, - Дайте мне повод.

Повода давать полицейскому никто из мерзавцев не решился. Они переглянулись и, так и не вымолвив ни слова, уверенными, резкими шагами скрылись за дверями особняка, захлопывая их за собой.

- За что я восхищаюсь тобой, Фредди… - задумчиво промолвил Кай, опирающийся на руку отца, - Так это за то, что ты сущий псих. А психам-полицейским, по-видимому, везет…

Глава 20

Конрад был в шоке. От своих друзей, от самых несознательных своих пациентов врач, конечно, ожидал всякого, и в том, что Кай нарушит постельный режим, не сомневался ни на миг, но… такое? Избиение, огнестрельное ранение, да еще и последствия приема каких-то наркотиков – такого набора он совершенно не ожидал, и был напрочь сражен, услышав, что довелось пережить его друзьям.

Впрочем, когда он примчался и обнаружил обоих братьев дома, совершенно спокойных и умиротворенных (если не обращать, конечно, внимания на следы побоев), в чистой одежде и, по-видимому, недавно вышедших из душа, он немного успокоился.

Полицейских рядом с ними уже не было – Фред и Макс, сердечно поблагодарив гордого собой Джоя за помощь, и выразив большую надежду, что в ближайшее время братья О’Ши больше никуда не влезут, отправились на работу, разбираться с возможными последствиями своего дерзкого поступка. В том, что Адмирал вполне способен позвонить начальству и накапать ему на мозги о незаконном проникновении, оба напарника ничуть не сомневались.

Нарсао, правда, еще попытался узнать, не появилось ли новой информации об Окресте Кария, но оба брата решительно выразили протест.

- Мы устали, пережили много малоприятных вещей, дай нам отдохнуть, Фред! – Стефан взмахнул здоровой рукой, - Завтра побеседуем и все обсудим, а сейчас я уже вызвал врача.

- Стеф прав, - поддержал брата Кай, - После всего, что было, мне лично вообще противно говорить об этой пакости. Потом, Фредди, потом… обещаю, до завтра с нами ничего не случится.

- Будем надеяться, - буркнул несколько раздосадованный полицейский и, вежливо попрощавшись, покинул их общество.

Братья, пользуясь тем, что Конрад еще не пришел, а полицейские уже ушли, понимающе переглянулись.

- Ты думаешь, нам вообще стоит говорить им, что мы знаем, что такое Окрест Кария? – Стефан бросил быстрый взгляд на браслет на своей руке. Его брат, глядя туда же, сжал губы, неуверенно качая головой.

- Не знаю… За ним ведется постоянная охота, если Адмирал или Дилан узнают, что Окрест Кария у полиции… Но, с другой стороны, сейчас они свято убеждены, что он у нас.

- И совершенно правы, - вставил мужчина. Тяжело вздохнул и медленно опустился в кресло, откидываясь на его спинку.

- Утро вечера мудренее, Кай. Сейчас пусть пока Конрад придет, осмотрит нас, может, что-нибудь хорошее сделает… У меня сил нет думать.

- У меня тоже, - Кай, из кресла и не поднимавшийся, виновато вздохнул, - Странно, меня, в отличие от тебя, не били, только заставили выпить ту гадость… Может, это от нее?

- Скорее всего, - брат молодого человека прикрыл глаза, - У меня после наркотика тоже слабость во всем теле была. И голова болела. Хотя у меня это могло быть не только из-за него…

- И даже скорее всего не только из-за него! – парень нахмурился, - Стеф, почему ты сбежал из больницы? Отец сказал, ты подписал отказ от госпитализации, но…

- Кстати, а где отец? – мужчина, как-то сразу оживившись, распахнул глаза и, приподняв голову, завертел ей, - Я не заметил, когда он исчез, от меня это как-то ускользнуло. Вот вроде только что тебя вел он, а уже ведет Макс…

Кай пренебрежительно махнул рукой – уж в этом событии он ничего особенного не видел.

- Он ушел, едва мы остановились возле дома. Помог мне выйти, передал меня Максу – и все. Не захотел продолжать общение с полицией, должно быть, опасался, что его упекут. Ты не ответил.

Стефан поморщился – поднимать вопрос о своем отказе от госпитализации мужчине не хотелось. Тем более, что сам он был убежден, что поступил верно.

- Отказался, потому что был уверен – ты волнуешься. Хотел успокоить. Вообще, кто бы говорил! Сам-то не так же поступил недавно? Да и потом, Кай, разве лучше было бы, если этот ублюдок схватил тебя одного?

- Лучше! – запальчиво воскликнул юноша, делая вид, что намеков не понял, - Ты был бы в больнице, и до тебя бы они не добрались!

Послышался звонок видеофона, и парень попытался подняться, но брат опередил его. С кряхтением встав, он приблизился к небольшому экрану и, глянув на него, надавил на нужную кнопку. Снаружи с тихим писком снялась блокировка с металлической створки входной калитки.

- Конрад, - спокойно пояснил Стефан и, отперев входную дверь, вновь вернулся в кресло: стоять ему было утомительно, - Сейчас еще он мне будет читать лекцию о вреде прогулок в таком состоянии…

- И будет совершенно прав! – Кай нахмурился, - Мало того, что у тебя рука прострелена – ты весь в синяках и порезах! На плечах у тебя раны… Их, конечно, зашили, но все-таки, Стеф, все-таки!

- Что с вами опять случилось?! – Конрад влетел в дом друзей, как ураган и, решительно захлопнув за собою входную дверь, перевел взволнованный, внимательный взгляд с одного на другого, - Твою мать… Стефан, что с твоей рукой?

- Мне ее прострелили, - старший О’Ши спокойно пожал здоровым плечом, - Ничего особенного, сущие пустяки, тем более, что я уже успел побывать в больнице. Меня перевязали, как видишь, другие раны зашили…

- Другие раны?.. – врач ошарашенно покачал головой и, честно пытаясь взять себя в руки, потер переносицу, - Так. Кай, с тобой что? Ты выглядишь лучше брата, но при этом какой-то… недееспособный.

Парень неловко пожал плечами – что с ним, он не знал и сам.

- Я без понятия, Конрад, честно. Мне… меня заставили проглотить какую-то дрянь, какой-то наркотик, сначала у меня были какие-то идиотские глюки, потом я отключился. Когда пришел в себя – болит голова и во всем теле жуткая слабость, я едва могу ходить!

- Прими какой-нибудь сорбент, - доктор подошел и принялся скрупулезно осматривать друга, - Скорее всего, это просто последствия принятия отравляющего вещества, чем скорее ты выведешь его остатки из организма, тем лучше. Сейчас посмотрим, что со Стефаном, потом я сам принесу тебе… если, конечно, найду у вас в аптечке то, что надо.

Братья переглянулись и совершенно синхронно пожали плечами. Есть ли в их аптечке что-нибудь, что друг может посчитать правильным, они не знали.

…Осмотр занял немалое количество времени – Стеф пострадал значительно больше брата, чем почти гордился сейчас: все-таки Кая он в той или иной степени защитил; и Конраду пришлось изрядно повозиться.

Впрочем, в конечном итоге, врач вынес вполне утешительный вердикт, что с ранами ничего страшного не произошло, а зашиты и перевязаны они были вполне профессионально и на совесть. Все, что пришлось сделать сейчас – это сменить повязки, но и только. Правда, от себя Конрад еще посоветовал братьям попить антибиотики, на которые тут же и выписал рецепт, во избежание нежелательных, как он выразился, последствий.

Закончив же выполнять свои непосредственные обязанности, доктор вежливо присел на подлокотник кресла Кая и, сцепив руки на колене в замок, выразительно посмотрел сначала на одного брата, потом на другого.

- Итак, - голос его напоминал глас прокурора, и обоим О’Ши сразу стало как-то неуютно, - Рассказывайте, куда влезли на этот раз.

Стефан неуверенно посмотрел на брата, безмолвно советуясь с ним, тот посмотрел в ответ… и, тяжело вздохнув, принялся каяться. Стефан поддакивал, вставляя некоторые комментарии, пытаясь одновременно с братом поведать свою версию событий. То, что Конрад в результате все-таки сумел кое-что уяснить для себя, наверное, можно было считать поистине чудом.

- И что теперь? – он перевел взгляд с одного брата на другого, - Или вы думаете, что теперь они к вам больше не полезут?

Кай выразительно фыркнул.

- Да я более, чем убежден, что полезут! Они же убеждены, что Окрест Кария в наших руках… хотя могли бы предположить и что мы отдали его Фреду, - он растерянно глянул на брата. Высказанная мысль пришла парню в голову только сейчас и, надо заметить, самому ему показалась чрезвычайно поразительной.

Стефан пренебрежительно махнул здоровой рукой.

- Во-первых, они, по-моему, нас судят по себе и свято убеждены, что мы такие же жадюги, как и они. А значит, Окрест Кария мы скорее оставили бы себе, чем кому-то отдали. Ну, а во-вторых, к нам они полезут в любом случае – на нас-то нападать проще, чем на копов!

- Логично, - Конрад мрачно вздохнул и немного поник, - Ох, ребята, ну и попали же вы в передрягу… Нет, я, конечно, давно привык, что вы частенько влипаете в какие-нибудь глупости, но прежде эти глупости такими опасными не были.

- Да уж, сравнил, - Стефан поморщился, - Напиться в стельку и поцеловаться с женой директора ресторана, а потом с ним же устроить кулачную дуэль и вернуться домой с синяком под глазом и… все вот это, - здесь он красноречиво приподнял свою левую руку, поморщился и поспешил вернуть ее обратно.

Брат, сочувственно посмотрев на него, кивнул.

- Стеф прав, Конрад. То, что было раньше, было не более, чем детскими шалостями. А вот на сей раз мы и вправду попали в переплет… причем совершенно не по своей вине. Ну, почти… - здесь он вновь покосился на брата, на сей раз виновато. Тот, поняв намек на приложенные братом усилия, приведшие к обострению ситуации, дерзкую кражу, совершенную им, только вздохнул и покачал головой.

Открывать тайну Конраду они все-таки до конца не стали, о том, что знают, что представляет из себя Окрест Кария, не сообщили, непроизвольно начиная ждать подвоха теперь уже с любой стороны. Конечно, Конрад давно и прочно заслужил их доверие… но Дилану Кай тоже доверял.

- Ладно, - видя, что больше ничего конструктивного друзья сообщить ему не могут, врач решительно поднялся на ноги, - Надеюсь, что когда мы увидимся в следующий раз, я буду иметь удовольствие видеть вас выздоравливающими, а не снова избитыми. Берегите себя, ребята, - голос его зазвучал очень мягко, - Вы, судя по всему, ввязались в действительно опасную игру, поэтому, прошу вас – будьте максимально осмотрительны. Вообще, лучше поменьше выходите из дома, предоставьте разбираться с мафией полиции!

- Мы постараемся, - Стефан, бросив быстрый взгляд на брата, скупо улыбнулся. Почему-то в то, что им и в самом деле удастся избежать новых столкновений с их неприятными знакомыми, мужчина не верил.

***

Подозрения Стефана получили свое подтверждение на следующий же день, как раз после того, как он сам, выпив кофе, расслабленно сидел в кресле, рассуждая о том, что, может быть, их жизнь теперь все-таки придет в норму. Полиция схватит этих мерзавцев, до Окреста Кария никто не доберется, ну, а они, ясное дело, сообщать кому-то о своем маленьком секрете не будут, так что…

Его рассуждения прервал звонок. Джой, им разбуженный, негодующе гавкнул.

Кай глубоко вздохнул и, взяв с тумбочки телефон, бросил быстрый взгляд на его экран. Лицо его мигом помрачнело.

- Это Дилан, - медленно вымолвил он и, сглотнув, нервно облизал губы, - Поговорить?..

- Они разве не отобрали у тебя телефон? – Стефан, пока позволяя аппарату звонить, недоуменно нахмурился. Брат его недовольно мотнул головой.

- Макс мне его вернул, сказал, что Кардинал в качестве жеста доброй воли отдал. Мол, вот, пожалуйста, мы у бедного мальчика даже не забрали ничего, нас винить не в чем… Так что, взять трубку?

Мужчина подумал с секунду, затем тяжело вздохнул и махнул рукой.

- Возьми. Только связь включи громкую, я тоже хочу знать, чего ему надо.

Кай быстро кивнул и, набрав в грудь побольше воздуха, принял вызов, тотчас же включая громкую связь.

- А ты не спешишь подходить к телефону, - наполнил комнату знакомый голос, - Что такое? Уже забыл старого приятеля?

- Старый приятель был готов убить меня, - мрачно бросил Кай, - Я бы предпочел о нем не вспоминать. Чего тебе надо?

- Мои желания неизменны, - Дилан, видимо, даже немного удивился, - Окрест Кария, Кай. Я знаю, что он у вас, я даже не сомневаюсь в этом! После вашего ухода мы с Адмиралом побеседовали… и пришли к выводу, что вы ловко нас надурили, ребята. Очень ловко. Вы знаете, где он находится, прячете его, а мы хотим его заполучить…

- Я звоню в полицию! – оборвал его парень, - И с ними потом разбирайтесь, где и что мы прячем, не хочу даже слушать больше…

- Погоди, - голос собеседника зазвучал ниже, с насмешливыми нотками в нем, - На сей раз у меня другое предложение, Кай. Ты же у нас гонщик, не правда ли?

Молодой человек быстро, непонимающе взглянул на такого же недоумевающего брата и, пожав плечами, кивнул.

- Ну.

- Если вы так упрямы, что не отдаете Окрест Кария даже под пытками, как насчет сыграть по-честному? – из телефона донесся смешок, - Гонка, Кай. За Окрест Кария. Мототрек «Мертвая петля», я надеюсь, твой брат соблаговолит предоставить его нам? Только ты и я. Друг против друга.

Стефан приоткрыл рот и, сделав страшные глаза, отчаянно замотал головой. Пускать брата на трек он не был согласен ни под каким видом – слишком хорошо знал, насколько опасна эта трасса, слишком сильно дорожил его жизнью и здоровьем.

Кай прикрыл телефон рукой.

- Что? – громко шепнул он, - По-моему, нормальная мысль – я его сделаю!..

- Там опасно! – Стеф сжал зубы, и вновь мотнул головой, - Смертельно опасно, Кай!

- Но мы с ним будем на равных, - парень пожал плечами, - Я буду осторожен, Стеф, а вот он…

- Эй! – голос в трубке стал недовольным, - Я слышу ваше шушуканье и смею предположить, что мистер О’Ши не желает пускать брата в такое опасное место… Что ж, достойно уважения. Но, позвольте заметить, друзья мои, что, если вы откажетесь – вместо гонки мы начнем убивать. Вашего друга Фредди, его напарника… Вашего папашу, вашего докторишку, даже вашу шавку! Прежде, чем мы доберемся до вас, погибнет куча народу, умрут все, кто вам дорог… Решай, О’Ши. Оно того стоит? – из телефона донесся издевательский, неприятный хохот, сменившийся холодным голосом, - Завтра. Два часа пополудни. Ты меня услышал.

Из трубки понеслись короткие гудки, и Кай, вздрогнув, опустил руку с телефоном, растерянно взирая на брата. Тот был бледен.

- Он ведь действительно способен сделать все это… - парень робко сглотнул, - Стеф… я… я не могу ему позволить…

- Я не хочу снова потерять тебя! – голос мужчина сорвался; он закрыл лицо здоровой рукой. Брат, поспешно приблизившись, легко коснулся ладонью его плеча.

- Ты не потеряешь! Стефан, Стефан… опомнись же! Вспомни – на моей стороне будет Окрест Кария. Я не собираюсь снимать бусину, и убежден, что выиграю эту чертову гонку!

- Тогда они придумают еще что-нибудь! – Стефан рывком опустил руку; глаза его наполнились отчаянием. Кай тяжело вздохнул и, не в силах удержаться, легонько потрепал брата по волосам.

- Вот тогда и будем думать, что еще делать и как решать. А сейчас мне хотелось бы знать, где мой мотоцикл…

…О предстоящей гонке известили всех – начиная с Фреда Нарсао и заканчивая Конрадом. Последний от такой перспективы пришел почти в ужас, и спешно прибыл, дабы еще раз осмотреть Кая.

- Может, мне тебе какой-нибудь допинг прописать? – осторожно поинтересовался он, придя к выводу, что, в общем и целом, состояние здоровья парня можно полагать удовлетворительным, - Примешь таблеточку перед гонкой – и вперед, а?

- Еще чего! – Кай, поборник честной игры, раздраженно дернул плечом, - Он предложил сыграть по-честному – вот и буду играть по-честному! Мне не нужны стимуляторы, чтобы сделать его, Конрад, я сам…

- Но он-то наверняка что-то примет, - вмешался Стефан, - Кай, я, конечно, ценю твою честность, но, по-моему, сейчас она несколько неуместна.

Кай бросил на брата безмолвный, очень выразительный взгляд, и тот, тяжело вздохнув, махнул перед собой здоровой рукой.

- Понятно. Кая О’Ши не переубедить! Ты мотоцикл-то как забирать будешь, гонщик?

- Фред обещал привезти, - гонщик легко пожал плечами, - Мотоцикл, оказывается, так и стоит себе возле той церкви. Там, должно быть, и в самом деле не самое оживленное место, раз его никто не украл. И сказал, кстати, что его люди осмотрят церковь более внимательно – тот факт, что она находится в собственности Адмирала, его чрезвычайно заинтересовал.

С улицы смутно донесся шум остановившегося автомобиля, и молодой человек оживился.

- О, а вот, видимо, и Фредди. Надеюсь, с моим мотоциклом все в порядке – все-таки он стоял, совершенно беззащитный, на улице, мало ли… - он вздохнул и, махнув рукой, перевел разговор на другую тему, - Конрад, ты уверен, что утренняя слабость больше не вернется? Я принял ту… этот… короче, то, что ты дал, сделал все, как ты велел, и сейчас чувствую себя вполне сносно, но хотелось бы быть уверенным и в том, что завтра это не изменится.

- Завтра ты, по всем параметрам, должен будешь чувствовать себя еще лучше, - врач кисло улыбнулся, - Чему я, признаться, с одной стороны рад, а с другой не очень – чувствуй ты себя плохо, отказался бы от этой чокнутой гонки.

Стефан тяжело вздохнул и покачал головой – он своего брата знал достаточно, чтобы запросто угадать его ответ.

- Он бы не отказался, - мрачно бросил мужчина, - Он бы поехал, даже если бы был на грани обморока. Безрассудный, упертый баран!

- Я тебя тоже люблю, дорогой брат, - хладнокровно отозвался Кай, - И, да – я бы поехал. Потому что этот ублюдок угрожает убить тебя, Конрад, Фреда, убить нашего отца, нашего пса – убить всех, кто нам дорог, и я не могу этого допустить. Даже если Стеф прав, и потом они выдумают еще что-нибудь – этот вызов я приму. И я выиграю! – он подошел к негромко зазвонившему видеофону и, бросив взгляд на экран, улыбнулся, нажимая нужную кнопку, - Ну, что я говорил? Фредди все-таки привез мой мотоцикл! Сейчас буду слушать нотации еще и от него.

Как показала практика, Кай не ошибся – Нарсао набросился на друга сразу же, с порога, негодующий и возмущенный до невозможности.

- Ты совсем ополоумел?! Да где это видано, чтобы Адмирал и его прихвостни играли по-честному! А тем более – Кардинал! От этого ублюдка вообще можно ждать чего угодно, Кай, гонка не будет честной!

- Но Дилан хуже сидит в седле, чем я, - младший О’Ши легко пожал плечами, - Фред, ты же знаешь – я свое мастерство оттачиваю постоянно, меня никогда никто не мог обогнать! Что мне с того, что этот придурок – Кардинал? Броская кличка не поможет ему одолеть меня, я выиграю гонку!

- Рад, что ты настолько в себе уверен, - полицейский поморщился, скрещивая руки на груди, - Но, знаешь, что… кое-какие меры предосторожности я все-таки приму. Мототрек будет оцеплен, Стефан будет находиться под моей личной охраной – я не хочу, чтобы ты, победив, обнаружил или, что брат опять похищен, или… еще чего похуже. Стоп, а это кто? – взгляд мужчины упал на по сию пору не представленного ему человека, и тот как-то сразу печально сник. Строгий взгляд полицейского не внушал ничего хорошего, заставляя чувствовать себя под присягой, как минимум. Как максимум же – под прицелом пистолета.

- Конрад, - поспешно представился он, протягивая новому знакомому руку, а другой поправляя очки, - Я друг Кая и Стефана… ну, и заодно их личный врач. Они мне рассказали в общих чертах, что происходит.

- Поэтому при нем ты можешь говорить спокойно, - вставил Кай и, потерев друг о друга руки, поинтересовался, - Где мой мотоцикл?

- Во дворе, - отстраненно бросил полицейский. Взгляд его, устремленный на Конрада все еще казался подозрительным.

- Насчет спокойно говорить – это ты, конечно, здорово придумал, приятель, но я все-таки проявлю сдержанность. Прошу прощения, господин врач, но вы не кажетесь склонным к партизанству. И, если Адмирал до вас доберется… Вы завтра будете на гонке?

Конрад уверенно кивнул – решение он принял, наверное, сразу, как услышал о безрассудной идее друга, и был готов ради того, чтобы иметь возможность оказать ему помощь, даже пожертвовать одним рабочим днем.

- Не знаю, чем все закончится, но, если Каю потребуется помощь – я предпочту быть рядом, чтобы оказать ее. Вы правы, мистер Нарсао – гонка вряд ли будет честной. Судя по всему, что ребята рассказали об этом Дилане… Одна надежда на мастерство Кая.

- У меня надежды иного рода, - буркнул Фред и, тяжело вздохнув, покачал головой, - Значит, завтра. «Мертвая петля», два часа пополудни… Стефан, ты уверен, что они будут на трассе только вдвоем?

- Мой секретарь меня никогда не подводит! – мужчина гордо выпятил грудь, - Трек будет свободен, остальные любители риска подождут на трибуне. Мне сказали, что посмотреть на поединок уже напросилось довольно много народу… Трибуны будут полны.

- Тем лучше, - Кай воодушевленно хлопнул в ладоши, - На глазах у всех ему будет труднее сподличать!

Фред снова вздохнул и, присев на подлокотник кресла, в котором расположился Стефан, печально улыбнулся.

- Плохо же ты знаешь Кардинала, парень… Ладно. Запугивать я тебя не стану, но предупредить обязан – будь готов к любым выходкам с его стороны.

- Есть, сэр! – весело козырнул в ответ Кай.

Глава 21

Предсказание Стефана сбылось на все сто процентов – трибуны были забиты людьми; взглянуть на состязание, на поединок двух гонщиков хотелось всем.

Кай на гонки приехал в полной экипировке – в кожаной куртке, кожаных штанах и кожаных перчатках, в новых удобных ботинках и ярком шлеме. Со своим мотоциклом гонщик составлял великолепный тандем, привлекая многочисленные взгляды и вызывая буйный восторг.

Его противник, прибывший чуть позже парня, казался его полной противоположностью – облаченный в черное, на черном мотоцикле, он выглядел тенью, отражением Кая, поэтому симпатии толпы, вне всякого сомнения, были на стороне О’Ши.

Свое имя перед гонками парень сообщил ясно и четко, уже даже не пытаясь представляться девичьей фамилией матери – смысла в этом не было, его настоящая личность была уже прекрасно известна всем.

Дилан, усмехаясь, назвался Кардиналом – этого скрывать он тоже не хотел, бросая вызов не только своему непосредственному противнику, но и всей, собравшейся вокруг мототрека, полиции. Такая дерзость граничила с безумием и, одновременно, восхищала – судя по всему, этот парень и в самом деле ничего не боялся, что делало его, безусловно, опасным противником.

Стефан, на правах хозяина мототрека, занял место в вип-ложе, вместе с Фредом Нарсао, который на привилегированном положении оказался впервые. Там же, к абсолютному изумлению обоих, даже более того – к их нескрываемому негодованию, неожиданно появился Адмирал.

Он обстоятельно прошел к месту рядом с тем, которое занимал Стефан и, опустившись на него, язвительно улыбнулся.

- И как это вы, мистер О’Ши, позволили своему брату так рисковать? Мой друг привык к опасным трассам и бешенным гонкам, а вот Кай… - он сочувственно прищелкнул языком и скорбно покачал головой, - Боюсь, сегодня вас ожидает очередная трагедия. Мальчику не одолеть матерого волка.

- И как это вы рискнули заявиться сюда? – Стеф, итак-то бывший изрядно на взводе, повернулся к собеседнику всем корпусом и нескрываемо скривился, - Хватает же наглости – демонстративно вертеться перед полицией, показывать свою харю! Да мой друг арестует тебя в любую секунду и будет иметь полное право, Адмирал, потому что сейчас ты уже не у себя дома! Ты на моей территории, черт возьми, веди себя скромнее!

- Скромность – не мой конек, - улыбнулся в ответ мафиози и, облокотившись о поручень ложи, чуть склонил голову набок, - Похоже, отсюда нам будет хорошо видно все, что происходит. Это приятно.

Фред, сидящий с другой стороны от Стефана, сжал руки в кулаки и скрипнул зубами. Арестовать чертова ублюдка хотелось безмерно, но сейчас он опять не мог себе этого позволить – следовало охранять старшего О’Ши, на которого вполне могли совершить покушение в отместку.

- Кажется, наши спортсмены уже на старте, - Адмирал широко улыбнулся, - Ну, что ж. Приятно, что в этой ложе кроме Кая О’Ши будут болеть еще и за Кардинала.

Стефан стиснул здоровой рукой поручень ложи, глядя прямо перед собой.

- Окрест Кария тебе все равно не получить, тварь, - тихо проговорил он, - Никогда. Ты скорее сдохнешь, чем получишь его!

- Увидим, - последовал совершенно спокойный и немного насмешливый ответ, и Стефан понял, что прав был и в этом: даже если Кай выиграет гонку, в покое их не оставят. Выдумают еще что-нибудь, будут придумывать до тех пор, пока они не сломаются и не отдадут проклятый браслет и бусину с шеи Кая… Но сейчас она еще при нем. И, если однажды сумела помочь, спасти его от верной смерти, может, и сейчас не подкачает?

Фред, тоже услышавший слова мужчины, и весьма заинтригованный ими, несколько секунд внимательно смотрел на него, но затем все-таки отвернулся, мимолетно покачав головой. Разбираться сейчас, где и у кого находится Окрест Кария, ему казалось несвоевременным – за друга он волновался ничуть не меньше, чем его брат.

Тем временем, Дилан и Кай действительно уже приблизились к старту.

Кардинал казался насмешливо-расслабленным, словно в противовес своему серьезному, сосредоточенному спутнику, но на последнего не смотрел, собирался ехать будто бы сам по себе. Казалось, для него эта гонка, смертельно опасная трасса – не более, чем увеселительная прогулка, легкий пустячок, на который не следует обращать внимания.

Кай же нервничал. Эту трассу он не знал, ни разу не гонял здесь, и единственное, что имел в запасе – это подробное ее описание из уст брата, да мимолетный взгляд из верхней ложи вчера, уже в сумерках. На последнем настоял Стефан и сейчас парень был ему чрезвычайно за это признателен.

Он немного согнулся над рулем, крепче сжимая его, готовясь сорваться с места в любую секунду. Дилан, бегло оглядев его, насмешливо покачал головой, но молодой человек этого даже не заметил. Было не до того.

Выстрел возвестил о начале гонки, и рев двух моторов слился в один оглушающий грохот.

Они сорвались с места одновременно, рассекая воздух, как две стрелы – ярко-желтая и черная, гонщик и его тень.

У Кая в какой-то миг мелькнула мысль, что он и в самом деле похож на идиота, пытающегося обогнать собственную тень, но он тотчас же отогнал ее, пригибаясь к рулю и весь устремляясь вперед.

Стефан в ложе стиснул поручень сильнее, напрягаясь всем телом и почти с ужасом следя за братом. Трассу он когда-то разрабатывал лично, разрабатывал в порыве отчаяния, стремился сделать ее как можно более опасной и вот теперь ему это аукалось. Его расплата… Расплата за все, через что по его милости прошли другие люди, за все, что пережили их родные! Его расплата. Так почему же страдать должен Кай?

Мужчина скрипнул зубами. Он же сам, сам разрабатывал эту чертову трассу! Ему говорили, что он безумен, что ни один мотоциклист не сумеет пройти ее, и что он отвечал? «Мой брат бы прошел».

Он всегда был уверен в этом, не сомневался, что Кай бы справился… и вот теперь ему представился случай проверить.

Небольшой прямой участок дороги для большего разгона, и – вот оно! «Змейка», извилистая, довольно узкая дорожка с резкими поворотами, аккуратно обнесенная бетонным забором по сторонам. Риск максимальный – нужно лететь, как стрела, успевая вовремя повернуть, и не врезаться при этом в бетонную стену.

Для многих трасса заканчивалась здесь… Справится ли Кай?

Стефан взволнованно подался вперед. Вот они приблизились к началу чертовой «змейки» - мотоциклист и его тень, идущие бок о бок, не обгоняя друг друга, но и не отставая.

Вместе влетели в узкий проход…

Мужчина вскочил, с ужасом следя за тем, как ярко-желтая стрела петляет по дороге, как резко и удивительно четко сворачивает каждый раз точно в нужную секунду; он смотрел, замирая от ужаса и восхищения, не веря собственным глазам. Впервые в жизни у него в голове мелькнула мысль, что он недооценивал брата.

- Ловкий парнишка, - Адмирал равнодушно повел плечами, - Но мой приятель не отстает.

Стефан чуть сместил взгляд, и с неприятием понял, что он прав.

Противники шли колесо к колесу, повороты проходили быстро, четко и ловко, настолько, что сердце замирало при взгляде на эту потрясающую синхронность, на этот удивительный тандем. Чудилось, что Кай и в самом деле соревнуется с собственной тенью, которая не отстает от него ни на шаг, что само состязание глупо, ибо противники равны по силе.

Дилан резко вывернул руль и, совершенно внезапно вдруг немного повернул его еще, прижимая Кая к стене на самом опасном участке дороги.

Стефан едва не выпал из ложи, всем телом подаваясь вперед и безумно жалея, что правилами запрещено отстреливать играющих нечестно гонщиков. Какого черта он творит?! Он же… да он же просто убьет Кая, как… какая же тварь!

В голове что-то щелкнуло, и мужчина медленно опустился назад. Он вспомнил, внезапно вспомнил то, что было почти год назад… Тогда он как раз разработал и только-только выстроил «змейку», тогда ему прожужжали все уши о невозможности ее пройти… И тогда же появился неизвестный парень, который, ухмыляясь, сказал, что пройдет этот «аттракцион», как он выразился. Парень, одетый во все черное, на черном мотоцикле, парень, похожий на тень…

Дьявол! Он знает эту трассу, он уже проходил ее! Поганая тварь, ублюдок, это с самого начала была нечестная игра!

Трибуны ахнули, и Стефан снова подался вперед.

Кай летел вдоль стены, почти цепляя ее боком, прижатый мотоциклом противника, и удерживался в седле не то благодаря невероятному чуду, не то благодаря собственному потрясающему мастерству. Мужчина поборол желание зажмуриться и вгляделся пристальнее.

Молодой О’Ши, тем временем, поняв, что честной игры и в самом деле не предвидится, решил, что теперь и он имеет право слегка смухлевать.

Он летел вдоль стены, видел впереди поворот, понимал, что из такого положения вывернуть руль не сумеет и неминуемо разобьется, и… сбросил скорость.

Дилан, несколько растерявшийся от столь легкой победы, промчался вперед, и Кай сумел спокойно повернуть.

Он помнил, чем заканчивается «змейка». Еще одна подстава, очередная опасность, как будто специально для того, чтобы прошедший опасный участок гонщик все-таки пострадал, а то и погиб.

В конце узкой дорожки ждал трамплин. Следовало взлететь по нему, взмыть в воздух и, пролетев несколько метров по воздуху, приземлиться точно на два колеса, продолжая гонку.

Опасное место для опасного трюка, и оно уже прямо за поворотом.

Мотор снова взревел – проигрывать О’Ши не собирался.

Стефан на трибуне закусил губу: последний поворот ему не был виден, что происходит на трассе, он сейчас не знал, и безумно волновался за брата.

Толпа гомонила, толпа шумела, обсуждая, что могло случиться с молодым гонщиком; на участке трассы, ведущем к трамплину показался черный мотоцикл…

Мужчина закрыл глаза, ощущая, как душу затапливает отчаяние.

И тотчас же распахнул их вновь, услышав ликующий рев толпы. Из-за опасного поворота, набирая все бо́льшую и большую скорость, стрелой вылетел ярко-желтый мотоцикл и, в последний миг обогнав противника, первым взмыл в воздух.

Несколько секунд свободного полета – и вот уже он приземлился на оба колеса, и с ревом помчался вперед.

Стефан почувствовал, как по губам сама собою расплывается улыбка. Да, брата он определенно недооценивал, тут даже двух мнений быть не может! Кай – мастер, профессионал, настоящий гонщик и, похоже, ему можно не волноваться за исход гонки.

Хотя, конечно, волноваться он все равно будет – в конечном итоге, опасности на пути его брата еще не закончились, да и противник его отстал всего на несколько сантиметров.

- Чертов Кардинал… - Фред, тоже всецело болеющий за друга, сжал руки в кулаки и медленно потянул носом воздух, - Кто бы мог подумать, что он умеет так гонять!

Стеф, покосившись на полицейского, негромко вздохнул. О том, что Нарсао и сам не отказывается прокатиться на байке, он был прекрасно осведомлен, и сейчас вполне мог предположить, что мужчина оценивает умения Дилана со вполне профессиональной точки зрения.

Не важно. Не отвлекаться…

Сейчас перед Каем лежит прямой отрезок дороги – здесь имеет значение только скорость, мощность мотоцикла и мастерство гонщика, здесь нет никаких поворотов и ограничений, здесь нужно просто гнать.

И он гнал. Он гнал со всей возможной скоростью, он выжимал из нового мотоцикла все, подчистую, не глядя по сторонам, устремляясь вперед всем своим существом.

Дилан не отставал. Кай постоянно видел краем глаза эту проклятую тень, постоянно чувствовал близость неприятеля, ощущал кожей его недобрые намерения, но паниковать себе не позволял. Нет, нет и еще раз нет! Чтобы ни задумал этот ублюдок, он должен выиграть проклятую гонку, он обязан ее выиграть, в конце концов!

В конце концов… на его стороне Окрест Кария, о чем противник не знает.

- Ну же… - он шипел сквозь плотно сжатые зубы, почти не отдавая себе в этом отчета, подстегивая сам себя, - Давай… помоги мне…

Он едва закончил свою просьбу, свою мольбу, как ощутил удар. Дилан, чертов мерзавец Дилан, все-таки настиг его на ровной трассе и, резко вывернув руль, ударил его передним колесом в бок.

Удар был сильным. В голове на мгновение помутнело, перед глазами все закружилось. Мотоцикл вильнул, заваливаясь на бок, и гонщик, слетев с него, прокатился несколько метров по асфальту.

Трибуны ахнули; Стефан испуганно вскочил, готовый перепрыгнуть ограждение ложи и со всех ног броситься к брату, удерживаемый лишь перепуганным Фредом.

Кай уперся ладонями в асфальт и, не позволяя себе раскисать, вскочил, одновременно поправляя шлем. Он немного съехал от удара и, должно быть, именно поэтому не смог полноценно защитить его – парень ощущал, как по виску скользит струйка крови.

И как раз после того, как он попросил помочь… Вот уж спасибо, черт побери!

- Да и катись ты к Дьяволу! - прорычал он, злясь больше всего на проклятую бусину на шее, так обманувшую его ожидания, - Без тебя справлюсь!

Он рывком поднял мотоцикл и, не обращая внимания на боль в голове и небольшую – в левой руке, на которую упал, ударил ногой по стартеру.

Когда мотоцикл сорвался с места, парню на миг показалось, что сам он остался на месте, отделился от собственного тела, следя за ним со стороны и не успевая догнать, но он предпочел не сосредотачиваться на этом ощущении.

Падение и подъем отняли драгоценные несколько минут, противник был далеко впереди, и теперь только от него зависело, сумеет ли он настичь его.

Кай стиснул руку, увеличивая скорость до максимума.

Сейчас он не думал о том, что где-то на трибунах, скорее всего, сходит с ума от беспокойства брат, что продолжать гонку в таком состоянии может быть откровенно опасно, он даже не думал об окончательном результате.

Весь мир его сузился до мотоцикла, все его мысли поглотила скорость.

Стефан, задыхаясь от волнения и страха, следил за тем, как желтая стрела проносится по прямому отрезку дороги и, вовремя среагировав, четко входит в резкий поворот.

Теперь тоннель… Полутемный, очень опасный, несколько раз сворачивающий под довольно неожиданными углами… Дилан влетел в него несколько секунд назад, а Кай уже совсем рядом.

- Похоже, щенок на кое-что годится, - задумчиво отметил Адмирал, и неожиданно вздохнул, - Потрясающий парень. Мне бы такой сильно пригодился… Стефан, твой брат не интересуется высокооплачиваемой работой?

- С тобой он за все деньги мира не связался бы, - огрызнулся мужчина и, не желая отвлекаться, нахмурился, следя за тем, как желтый мотоцикл скрывается в тоннеле.

Теперь осталось только волноваться. Появится ли гонщик из тоннеля или же нет – это всегда было загадкой, на каждой гонке целую минуту зрители томились в нетерпеливом ожидании, чтобы либо поприветствовать победителя радостным ревом, либо горестно вздохнуть, осознав, что очередной храбрец потерпел неудачу.

Стефан почему-то был уверен, что Кай справится. Сейчас он сам не мог объяснить себе этого – просто знал и все, был убежден на сто процентов, что меньше, чем через минуту, желтый мотоцикл снова появится на свет.

И, к своему сожалению, был уверен, и что противник его не облажается на этом участке. Эта уверенность уже была весьма неприятной, но ничего с собой поделать мужчина не мог.

Он просто ждал. Ждал, мысленно считая секунды, гадая, кто же из противников покажется первым, кто победит на этом маленьком отрезке дороги…

Секунды тихо тикали у него в сознании; руки подрагивали, и со стороны ни в коем случае нельзя было бы подумать, что мужчина убежден в победе брата. Напротив – что полицейскому, что преступнику, поглядывающим на него, казалось, что Стефан уже мысленно похоронил Кая.

Оставалось пятнадцать секунд до истечения минуты, когда трибуны взорвались радостными, приветственными воплями.

Из тоннеля, по-прежнему яркий, неукротимо-быстрый, великолепный, стремглав вылетел желтый мотоцикл и устремился вперед.

Противник его опоздал почти на минуту, чем несказанно обрадовал и, одновременно, изумил хозяина мототрека.

Что произошло в тоннеле, по какой причине Дилан так задержался? Понять навскидку это было почти невозможно, и мужчина решил позднее хорошенько расспросить брата.

Он не знал, да и не мог знать, что Кай ничего ему не расскажет. Не расскажет, просто стыдясь собственного поступка, совершенного им в порыве злости, в пылу гонки.

В тоннеле действительно было не слишком светло, но разобрать окружающее все-таки возможным представлялось, как и увидеть черное пятно впереди.

Дилан вывернул руль, ложась в поворот, и Кай вдруг ощутил что-то… какое-то очень странное чувство, говорящее ему, что сейчас сила на его стороне.

Въезжая в тоннель, он незначительно сбросил скорость, не желая разбиться о стены и, судя по всему, противник его сделал то же самое, потому что сейчас О’Ши явно был быстрее.

Мерзавец, сбивший его на землю, явно желавший убить его, был прямо перед ним; по виску по-прежнему струилась кровь, наполняя шлем одуряющим запахом, и Кай потерял голову.

Он рванулся вперед, ударяя черный мотоцикл в бок своим передним колесом и, тотчас же вывернув руль, вылетел из тоннеля, не заботясь судьбой противника.

Впоследствии ему действительно было стыдно за то, что он поддался злости, поступил так отвратительно, но сейчас, в эту секунду, парень об этом не думал.

Он вообще сейчас не думал, жил исключительно чувствами, эмоциями, дышал скоростью и хотел только достичь финиша. Первым. Обязательно первым.

- Думаешь, у него получится? – Фред, безмерно нервничающий за друга, ничуть не меньше, чем его брат, стиснул руками поручень, немного подаваясь вперед. Глаза его горели, дыхание было частым – полицейский был полностью поглощен гонкой, даже немного забывая о своих непосредственных обязанностях.

Стефан промолчал, сжимая зубы. Он хотел верить, хотел надеяться, что брату все удастся, но… он слишком хорошо знал эту трассу. Да, Кай прошел уже несколько опасных поворотов, сложных мест, даже сейчас он, скользнув по очередному трамплину, на несколько бесконечно долгих мгновений завис в воздухе… Но впереди ждало последнее, самое страшное и самое опасное препятствие, и мужчина вновь испытал отступивший, казалось бы, страх.

- Я бы не ставил на этого парня, - Адмирал издевательски прищурился, - Молодой лихач, конечно, ловок… но, как я уже говорил – с матерым волком ему не тягаться. Я хорошо знаю своего друга. Ах… и да, кстати. Мистер О’Ши, вы успели проститься со своим маленьким братиком перед тем, как отправить его сюда?

Стефан скрипнул зубами, изо всех сил сдерживая ярость. Устраивать драку на трибуне было делом абсолютно глупым и напрасным, а с некоторых позиций даже и опасным – если бы Кай случайно заметил это, он мог бы отвлечься, а это значило бы конец молодого гонщика.

Противник-то его, скорее всего, отвлекаться не стал бы ни при каких условиях, уж в этом-то мужчина был уверен. Наверняка эту провокацию подельники тоже успели обсудить и хорошенько продумать перед началом гонки…

Кай летел вперед. Он слышал краем уха рев чужого мотора за своей спиной, понимал, что противник упрямо настигает, но не позволял себе даже думать об этом. Он просто несся вперед, выжимая из своего мотоцикла выше максимума, больше, чем тот мог сделать, гнал с такой скоростью, что иногда у него даже сердце замирало от восторга.

А иногда, когда мотор за спиной ревел особенно громко – от тревоги.

Нет, он не боялся, он не позволял себе бояться, но некоторое волнение все-таки испытывал. Тем более, что, говоря начистоту, не ожидал, что Дилан окажется до такой степени умелым гонщиком. Прежде Каю казалось, что его приятель в седле держится едва-едва, и ездит только так, исключительно для себя. В качестве крутого гонщика он никогда его не рассматривал… Значит, чертов мерзавец врал и об этом. Значит, он врал вообще обо всем!

Парень нахмурился и, опасно склонившись на очередном повороте набок, стиснул зубы. Впереди его ждало последнее, самое опасное испытание, то, благодаря чему мототрек «Мертвая петля» получил свое название.

Дорога, идущая по прямой, внезапно очень резко уходила наверх и, закрутившись в кольцо, вновь спускалась вниз. Гонщику следовало описать круг почти в воздухе, на несколько мгновений зависнув вниз головой, удерживаясь лишь благодаря центробежной силе, и Кай знал, что способен сделать это.

Но все равно нервничал.

Вот и кольцо. Кай кожей ощутил, как напрягся на трибуне его брат и, стараясь не отвлекаться на это чувство, сильнее стиснул руль. Он сможет, он справится, в этом нет сомнений, и здесь, на этом участке, Дилану уже не обогнать его. Кардинал парень, конечно, рисковый, но, вроде бы как, не безрассудный – он не пойдет на обгон, зависая вниз головой.

Итак, еще три секунды… две… одна… Дорога пошла вверх, и парень максимально сосредоточился, выбрасывая из головы все лишние мысли.

Его брат в ложе вновь вскочил на ноги, напряженно следя за тем, как желтый мотоцикл на полной скорости взлетает по почти отвесному склону, на мгновения зависает вниз головой и – ура! – начинает спускаться. Оставались считанные метры до финиша, Кай определенно лидировал, он уже практически победил!..

Странное движение где-то слева заставило хозяина мототрека немного повернуть голову. Глаза его расширились от ужаса.

Стал понятен издевательский тон Адмирала, стала ясна его насмешка, его слова. В голове мелькнула ужасная мысль, что он и в самом деле не успел проститься с братом…

На самом опасном участке пути, как раз там, где мотоцикл, пройдя мертвую петлю, должен был выйти на ровную дорогу, внезапно возник большой черный джип и плотно закупорил собою проезд.

Обойти его было невозможно – свернуть было некуда, дорога шла между двух бетонных стен, проехать можно было лишь по ней… и на ней стоял большой, тяжелый автомобиль.

Стефан упал на сиденье, ощущая, как сжимается сердце и слезы вскипают на глазах. Кай несся с огромной скоростью, затормозить он бы уже не успел, а на такой скорости врезаться в тяжелую махину… это верная смерть.

Ужас стиснул горло. Мужчине захотелось закричать, захотелось ударить проклятого Адмирала, сидящего рядом с ним с издевательской улыбкой на устах, захотелось прикончить мерзкого подонка, чтобы сразу же отомстить за гибель брата!

Как же так? Почему? Кай едва вернулся в его жизнь, и… и теперь он потеряет его снова?.. На этот раз навсегда?!

Стефан в ужасе следил за тем, как ярко-желтая стрела приближается к своей гибели, смотрел, не в силах закрыть глаза, оцепеневший от ужаса. Рядом с ним замер Фред, с другой стороны гаденько ухмылялся преступник, а трибуны безмолвствовали в ожидании ужасной развязки.

Кай, тем временем, тоже заметил препятствие.

То, что джип привели сюда с единственной целью – не дать ему выиграть, а заодно и оборвать его жизнь, было ясно как день: прежде на трассе ничего подобного не было, но легче от этого как-то не становилось.

Парень летел на всех парах, на принятие решения у него было меньше пяти секунд, и он понимал, что если не примет его – погибнет наверняка. А второй раз погибать в аварии ему как-то уж очень не хотелось.

- Твою мать… - прошипел он сквозь плотно сжатые зубы и, поймав себя на том, что это были бы самые глупые последние слова, резко дернул руль мотоцикла на себя, поднимая его.

Пара метров на заднем колесе – и вот уже переднее тяжело опустилось на высокий бампер подставного автомобиля.

У Кая словно крылья выросли за спиной. Когда он решался на этот трюк, ему казалось, что бампер слишком высок, что, даже опустив переднее колесо на него, заднее поднять он не сумеет… он сам не понял, что произошло.

Мотоцикл буквально взмыл в воздух, взлетел по бамперу вверх и, прокатившись по крыше джипа, легко опустился с другой его стороны на дорогу.

Трибуны взревели; Стефан вновь вскочил, расплываясь в счастливой улыбке, заорал что-то нечленораздельное, восторженное… и вдруг воцарилась тишина.

К оставшемуся на месте джипу приблизился второй мотоцикл, тоже успешно миновавший петлю; все замерло, все ждали повторения удивительного трюка… но на этот раз чуда не произошло.

Дилан врезался в джип на полной скорости и, не успели еще перепуганные люди прореагировать, как грянул взрыв. Автомобиль разлетелся на тысячу кусков, разнося и мотоцикл, и мотоциклиста.

Кай, пролетевший без остановки несколько последних метров, как раз миновавший финишную черту, резко затормозил и, поставив одну ногу на землю, обернулся, сдергивая с головы шлем.

Брат его, потрясенный произошедшим не меньше прочих, но при этом абсолютно счастливый, что парня такая участь не постигла, уже спешил к нему, дабы убедиться, что он здоров и, если требуется, оказать какую-то помощь. Фред торопился вместе с ним, пораженный в не меньшей степени, и никто, ни один из них не обратил внимания, что Адмирал, в отличие от хозяина мототрека и полицейского каменно-холодный, тоже поднялся с места.

Кай продолжал смотреть на догорающий автомобиль, не находя в себе сил даже двинуться с места. Кардинал… Дилан… Дилан был его другом, он считал его таковым, и совершенно не желал ему смерти! Тем более, такой.

А он, сам он? Каким образом ему удалось миновать этот проклятый джип, как так вышло? Он же не должен был…

Рука рефлекторно скользнула к шее; пальцы, все еще затянутые в кожаную перчатку, нащупали заветную бусину. Должно быть, она все-таки помогла, только не тогда, когда он просил об этом… Должно быть, Окрест Кария помогает только в самых критических ситуациях.

Его кто-то схватил за плечи, встряхнул.

- Кай! – в уши ворвался голос брата, и парень медленно обернулся, ошарашенно глядя на совершенно счастливого Стефана.

- Я не хотел… - он мотнул головой, - Не хотел, чтобы так вышло… Стеф…

- Ты здесь ни причем, - Фред, подоспевший следом за мужчиной, чуть нахмурился, - Я видел ухмылку Адмирала – джип пригнали специально для тебя, они надеялись, что ты погибнешь! Непонятно только, как они могли пробраться сюда… Стефан, у тебя разве нет охраны?

Хозяин мототрека, по-прежнему сияющий, воодушевленно кивнул.

- Есть, и я всех их уволю к чертовой матери. Или, если хочешь, можешь допросить этих подонков – наверняка кого-то из них хорошенько подмазали… Кай, у тебя кровь!

Молодой человек, все еще молчаливый, все еще едва-едва воспринимающий реальность, тряхнул головой, затем кивнул.

- Я ударился, когда он сшиб меня на землю… Что теперь будет, Стеф?

Стефан удивленно моргнул – вопрос показался ему странным.

- Да ничего не будет, сейчас позову Конрада – он где-то здесь должен быть, - и он тебя подлатает… А если ты про гонку, то ты, несомненно, выиграл! Ты явно опережал Кардинала, у финиша ты был первым…

- Да, это верно, - чей-то спокойный, жесткий голос, прервавший его восторженную речь, заставил мужчину, хмурясь, обернуться, продолжая сжимать одной рукой плечи брата. Кай, тоже повернувшийся, вздрогнул и рефлекторно, как маленький, прижался к нему.

Адмирал, все-таки спустившийся к финишу, стоял с очаровательной улыбкой на лице, наставив на братьев пистолет. Фред, злой, как черт, схватился, было, за кобуру своего оружия, негодуя, что пропустил миг, когда этот мерзавец приблизился… но преступник, ухмыляясь, погрозил ему пальцем свободной руки.

- Нет-нет, мистер Нарсао, на сей раз я не позволю вам выиграть. Мой друг погиб не напрасно, ибо сейчас ваши подопечные отдадут мне Окрест Кария. Я прав?

- Но выиграл Кай, - Стефан попытался возразить, - Был уговор – кто выиграет, тот и получает…

Адмирал легко пожал плечами.

- Вы договаривались с Кардиналом, но он мертв. И это доказывает яснее слов, что мальчик обладает Окрестом Кария. Никому не удалось бы дважды спастись, никто не может столько раз ускользнуть от смерти… Но ты смог, парень, - мужчина вытянул руку вперед, - Отдавай.

- Вы не понимаете, о чем просите, - Кай, от неожиданности даже немного приходящий в себя, нахмурился, - Окрест Кария… Он ни черта не помогает, когда вам это надо! Он помогает только в критических случаях, когда есть угроза жизни, он не принесет вам…

- Мне довольно уже того, что с ним я стану неуязвим, - преступник тонко улыбнулся, - А ты поступаешь правильно, не пытаясь отнекиваться, парень. Отдавай Окрест Кария. Или, клянусь, я выстрелю и убью если не тебя, коль скоро ты неуязвим, то твоего брата точно! У него Окреста Кария нет, это я уже проверял, иначе он сейчас не ходил бы с рукой на перевязи.

Стефан сглотнул. Фред, хмурясь, вновь потянулся к своему оружию, не в силах смотреть, как у него на глазах творится черт знает, что, остро сожалея, что напарника с ним сегодня нет, что Макс отправился изучать дурацкую церковь… И где, черт побери, оцепление?! Где вообще хоть кто-нибудь, такое чувство, что всем плевать!..

Щелкнул взводимый курок. Адмирал продолжал улыбаться.

- Если в течение трех секунд… - начал говорить он, заставляя всех троих напрячься… и вдруг дернулся, взмахивая рукой с пистолетом и неловко заваливаясь назад.

Фред, мгновенно сориентировавшись, бросился к преступнику и, глянув на него, тихо охнул. Затем опустился на одно колено, приподнял его голову, посмотрел на аккуратную темную дырочку между бровями и, вздохнув, сжал губы.

- Готов… - негромко резюмировал он и, поднявшись на ноги, огляделся, - Дьявол! Где этот чертов снайпер?!

- Г-готов?.. – Кай, у которого на глазах за короткий промежуток времени погиб уже второй человек, судорожно сглотнул и, подняв трясущуюся руку, неловко провел ей по лицу, - В смы… смысле… уби-бит?..

Полицейский мрачно кивнул – убийства преступников он не одобрял, полагая, что они должны понести заслуженное наказание, то есть сесть и надолго. В особенности же это касалось Адмирала-Спасителя, посадить которого Нарсао мечтал уже очень давно.

- Не удивлюсь, если это дел рук вашего глубокоуважаемого папаши, - раздраженно бросил он, - Понимаю, конечно, он стремился защитить своих детей… но, черт возьми!

Стефан, впечатленный не до такой степени, как его брат, даже более – вполне удовлетворенный случившимся, чувствующий несоизмеримое облегчение, негромко хмыкнул.

- Лично мне его ни капли не жаль.

- Стефан… - Кай, которому определенно требовалась лошадиная доза успокоительного, перевел взгляд на брата и неодобрительно покачал головой. Тот нахмурился.

- Он прострелил мне руку, Кай, он пытал меня! Черт возьми, он пытал тебя, пытался запудрить нам мозги, да он… это по его приказу сюда подогнали проклятый джип, он чуть не убил тебя! Дважды! Мне не жаль его – собаке собачья смерть!

Молодой человек, несколько ошарашенный бурной реакцией брата, тяжело вздохнул, посылая ему еще один неодобрительный взгляд.

- Стеф… - он секунду помолчал, а затем прибавил, - Ну, причем здесь собаки?

Мужчина, как-то сразу умолкнув, широко улыбнулся. Вопрос был ему понятен, подоплека его тоже – узнавший некоторых людей с самой плохой стороны, собачник Кай теперь не желал допускать оскорблений в адрес горячо любимых им животных.

Но Адмирала он, судя по всему, больше не жалел.

Эпилог

Клэй пришел к сыновьям лишь по прошествии нескольких дней, когда оба они уже немного остыли и успокоились. Когда оба решили для себя, что, как ни крути, а жуткие события на мототреке пойдут им на пользу, поскольку жить теперь будет не в пример проще.

Он пришел в тот самый день, когда Фред Нарсао, занятый осмотром места взрыва на треке, изучением какой-то обнаруженной в церкви информации, и еще тысячей разных дел, как раз обещался прибыть, чтобы в той или иной степени прояснить происходящее, а заодно решить, что все-таки делать с Окрестом Кария.

Что это такое, братья уже сообщили ему, решив, что от полиции сию важную информацию лучше все-таки не утаивать.

Итак, Клэй заявился довольно неожиданно, свалился, как снег на голову, однако, старший его сын, глянув на изображение на экране видеофона, хмыкнул и дверь открыл. Пообщаться с родителем сейчас обоим братьям хотелось, причем хотелось сильно – в конечном итоге, он тоже мог кое-что прояснить.

- Отец, - пояснил Стефан несколько удивленному Каю и, вздохнув, отпер дверь, затем присаживаясь в ожидании в кресло. Стоять мужчине было не то, чтобы слишком уж тяжело, да и рука у него уже почти не болела, как и прочие ранения, но перед родителем ему хотелось изобразить несчастье.

Джой, которого младший О’Ши как раз вычесывал, насторожился и подозрительно принюхался.

Клэй вошел легкой походкой, улыбающийся и, судя по всему, чрезвычайно довольный чем-то. Он остановился, окинул долгим взглядом обоих своих сыновей и, улыбнувшись шире, шагнул к младшему. Джой предупредительно зарычал, однако, видимо, ощутив, что на сей раз угрозы этот человек не представляет, да и хозяева к нему относятся хорошо, быстро успокоился.

- Мои поздравления, Кай, - говорил мужчина серьезно и, вместе с тем, откровенно восторженно, - Ты справился, ты победил! Я видел, как ты гнал – это была великолепная гонка, парень, очень красивая и четкая! Признаться, я был в восторге.

- Значит, ты и в самом деле был на гонке, - Стефан, не давая брату ответить, немного склонил голову набок, - Это ты застрелил Адмирала?

Клэй не стал отпираться и, легко пожав плечами, кивнул. Затем легонько хлопнул мигом помрачневшего Кая по плечу и, присев на диван, закинул ногу на ногу.

- Я видел, что этот ублюдок угрожает вам. Терпел до последнего, но когда он взвел курок… - снайпер развел руки в стороны и покачал головой, - Вы, ребята – мои дети, мои сыновья, и за вас я убью любого. Тем более такую паскуду.

- Спасибо, - Кай тяжело вздохнул, откладывая собачью расческу и сцепляя руки в замок, - Не скажу, чтобы я одобрял твои методы, папа, но… ты все-таки спас нам со Стефаном жизни, да, Стеф?

Его старший брат согласно опустил подбородок. Он вообще был настроен значительно более благодушно, чем младший, видимо, потому, что питал самую искреннюю признательность к родителю за свое спасение.

- Кстати, я вот не знаю, убийство чокнутого мафиози вообще подсудное дело? – Стефан почесал висок здоровой рукой и легко пожал плечами, - Я к тому, что скоро к нам придет Фред Нарсао, так что, если ты не хочешь, чтобы тебя арестовали…

Клэй пренебрежительно отмахнулся.

- Он не арестует меня. Того небольшого времени, что мы провели вместе, было довольно, чтобы как следует узнать этого копа… Нарсао – честный человек. Думаю, он скорее «спасибо» мне скажет за то, что я избавил его от головной боли. Ребята…

- Да конечно, скажет он, - Кай фыркнул и, упав на диван рядом с отцом, скрестил руки на груди, - Папа, Фредди признает только один способ наказания – тюрьму! Он мечтал упечь Адмирала за решетку, а ты обломал его в лучших намерениях, - парень пожал плечами, - Так что вряд ли он будет сильно благодарен.

Мужчина вновь отмахнулся, на сей раз досадливо, недовольный тем, что его перебили.

- Да плевать мне на этого копа, - буркнул он, - Меня другое интересует. Так что, в конце концов, с Окрестом Кария? Вы нашли его, как-то узнали, что это? Или это так и остается загадкой, похороненной вместе с Адмиралом…

Стефан быстро покосился на брата, затем легко улыбнулся. Скрывать что-то, тем более скрывать от родного отца, он смысла больше не видел.

- Окрест Кария Кай подарил мне год назад, - начал он, говоря очень спокойно и даже где-то расслабленно, - Тогда он, конечно, не знал, что это… просто так получилось. Он хотел сделать мне хороший подарок, увидел в витрине ювелирного деревянный браслет, продающийся по несусветной цене. Ему показалось, что такой подарок достоин меня, но денег у него не было, поэтому он решил поступить просто – украсть его, - он быстро глянул на ошарашенного Клэя и вздохнул, - Да, я уже возмутился таким его поведением, и таким решением. Но, как бы там ни было, мой братишка решил пойти ва-банк, и выкрал браслет почти на глазах у изумленной публики, роль которой исполнял продавец. Как он говорит, после этого появились какие-то парни в камуфляжке, стали стрелять в него, но ни одна пуля его не задела, и Кай ловко выскользнул в окно. Тогда ему не пришло в голову, что неуязвимостью своей он обязан браслету… - Стефан примолк, переводя дыхание. Его брат, словно только того и ждавший, перехватил инициативу.

- Да, я даже не подумал ни о чем таком, решил, что мне просто повезло. Браслет я подарил Стефану, а через пару дней произошла эта чертова авария, после которой мне отшибло память, и Стеф берег его, как мой последний подарок. Когда я ему дарил браслет, он пообещал, что никогда его не снимет, и свое обещание выполнил… - парень слегка погрустнел, возвращаясь мыслями в прошлое, и снова примолк. Его брат, успевший перевести дух, уверенно продолжил сам.

- Поняли мы, что́ я ношу на руке уже когда были в подвале у Адмирала. И то благодаря тому, что Кай успел к этому мигу побывать с Кардиналом в церкви, прочитать там загадочные руны, и даже узнать их расшифровку. Он рассказал мне, что украл браслет, я психанул, начал его стягивать, и он заметил буквы, руны на обратной его стороне. Я-то браслет и вправду не снимал никогда, ничего не видел, поэтому был изрядно удивлен. Короче говоря, на обратной стороне моего браслета четко и ясно значилось «Окрест Кария», тут сомнений уже просто не могло возникнуть. Ну, и мы стали думать, как скрыть это от Адмирала и его прихвостней…

- Погодите-погодите, - Клэй помотал головой, - Но, если браслет был на твоей руке, то каким образом Каю удалось спастись в той аварии? Да и на треке в этот раз… Или в этот раз ты одолжил ему Окрест Кария?

Кай усмехнулся и, выпростав из-за ворота футболки бусину, продемонстрировал ее родителю.

- Пока я удирал от стреляющих мне в спину типов, от браслета в моем кармане отвалилась бусина, - парень чуть пожал плечами, - Я подумал, что пытаться нанизать ее обратно – глупо, вот и нацепил на веревочку, стал таскать сам. Думал, что это даже символично – как будто мы со Стефом теперь точно связаны навеки… Судя по всему, Окрест Кария на что-то способен и по кусочкам. Но, если честно… - молодой человек ненадолго замялся, а потом очень искренне выпалил, - Фуфло этот Окрест Кария полнейшее! Когда я гнал по трассе, я просил его помочь мне, и что? Как раз после моей просьбы Дилан меня ударил в бок, и я покатился по асфальту. Он помог мне позже, когда у меня на пути появился джип, из чего я сделал вывод, что помогает эта пакость не тогда, когда хочется, а тогда, когда сам считает нужным. Спасибо, конечно, что он снова меня спас, но… - Кай умолк и красноречиво махнул рукой.

Внимающий ему отец задумчиво покачал головой, затем неожиданно улыбнулся.

- В любом случае, ребята, главное, что все закончилось хорошо. Адмирала больше нет, Кардинала – тоже, вас никто не тронет теперь! Можете жить спокойно и радоваться жизни.

Кай задумчиво кивнул, невольно возвращаясь мыслями к насущным проблемам, к тем, что ненадолго отложил.

- Одно я не могу понять – какого черта они подстроили мое увольнение. Теперь опять искать работу…

- Ну, увольнение твое, как я понял, подстроил Кардинал, - Клэй чуть повернулся к сыну, - Я слышал как-то его болтовню с Адмиралом, они говорили, что-то о том, что работающий гонщик теряет стаж, и гонка с ним становится не интересной. Кардинал со смехом говорил, что теперь тебе работа не помешает, а тот факт, что ты вдруг оказался уволен, немного собьет с тебя спесь. Имен не называли, я не сразу понял, о ком они… - мужчина вздохнул и пожал плечами, - Как я не узнал его тогда, в церкви… Ведь видел пару раз, голос слышал, еще подумал, что что-то в нем знакомое есть!

Стефан, решительно вмешиваясь в разговор, махнул здоровой рукой.

- Да ладно, папа, теперь уже все позади. А тебе, Кай, я вполне могу предложить место у себя, на треке – моему административному центру давно нужен хороший компьютерщик, да и гонщик профессиональный не помешает. Если ты и в самом деле на кое-что способен… - он не договорил, загадочно улыбаясь. Кай, судя по всему, изумленный и воодушевленный этим предложением одновременно, немного подался вперед.

- Серьезно? Стеф, это было бы здорово!.. О, похоже, Фред пришел, - последняя фраза была вызвана звонком видеофона, к которому Стефан сейчас же направился.

Глянув на его экран, он кивнул и, нажав на кнопку открытия двери, вернулся в кресло. Джой, вновь насторожившись, пару раз гавкнул, но хозяева на это не прореагировали – к поведению пса они давно уже привыкли, и даже гордились его охранными способностями.

Входную дверцу домика открывать нужды не было – она итак была отперта, ибо запереть ее после прихода Клэя никто так и не удосужился.

- Расслабились мы, - негромко резюмировал мужчина и, усмехнувшись, закинул ногу на ногу, немного сползая в кресле и даже прикрывая глаза, будто собираясь вздремнуть.

Отец, покосившись на него, неодобрительно кивнул и, предпочитая не отвечать, перевел взгляд на дверь, мысленно прикидывая, как строить беседу с представителем власти.

Кай, полностью поглощенный обдумыванием предложения брата, вообще не обратил ни на кого внимания, погрузившись в приятные мечты.

Дверь скрипнула, приотворяясь; вошел Фред Нарсао. И сразу же остановился, обнаружив кроме двух своих друзей здесь еще и их родителя, человека, которого видеть не хотел бы ни в коем случае. Хотя бы уже по той причине, что опять не мог арестовать заведомого преступника в его лице.

- Ты что здесь забыл? – полицейский немного понизил голос, делая его более угрожающим, - Кто тебя звал, черт возьми?!

- Фредди-Фредди, - Стефан примирительно помахал здоровой рукой, - Остынь. Отец здесь находится с нашего ведома, мы мирно общаемся и больше не держим на него зла. В конечном итоге, наши с Каем жизни он все-таки спас.

Кай, отвлеченный от своих мыслей, согласно кивнул, всем видом показывая, что мнение брата разделяет и полностью поддерживает.

- По всем статьям я должен арестовать тебя сейчас, - Нарсао, не желая сдавать позиций, хмуро уставился на Клэя, - Это ты стрелял в Адмирала, Снайпер, ты убил его! И, не взирая на то, что с наших плеч это сняло большую ношу – это преступление, за которое следует суровое наказание!

- Не спорю, - окрещенный Снайпером мужчина легко пожал плечами, и совершенно очаровательно улыбнулся, - Но у тебя нет доказательств, коп. Я или нет убил этого мерзавца – для полиции это большая услуга и, как по мне, ты еще спасибо должен был бы сказать. А не грозить тюрьмой.

- А я и не грожу, - ядовито отозвался полицейский, - Я констатирую факт, ставлю тебя в известность, что однажды схвачу тебя за руку! Кто тебе заплатил за его смерть?

Братья О’Ши одновременно напряглись; Стефан подался вперед, а Кай повернулся к отцу вполоборота, настороженно глядя на него. Клэй, оставаясь все так же спокоен и безмятежен, легко повел рукой.

- Никто. Он угрожал моим детям. С чего ты взял, что кто-то мог оплатить смерть этого подонка? Его боялись трогать.

- Вот именно, - Фред подошел к еще одному, пустующему креслу и с размаху упал в него, мрачно созерцая подозреваемого, - Только у тебя был мотив, Клэй, только ты мог сделать это… Особенно, если учесть, что ради сыновей готов был пойти на все. А теперь скажи-ка… ты знаешь, что Кардинал жив?

- Что?! – три голоса прозвучали как один. Отец и оба его сына подались вперед, недоверчиво всматриваясь в собеседника; Кай прижал руки к груди. Джой от неожиданности вскочил и непонимающе завертел головой.

- Но… но как? Почему ты так решил? – парень сглотнул, - Фредди… Я видел взрыв…

- А его все видели, - легко откликнулся полицейский, - Только тело на месте взрыва обнаружено не было.

Стефан неуверенно покосился на брата: то, что мысли о гибели Дилана до сих пор причиняют ему боль, мужчина знал, и бередить рану не хотел.

- Но, может… - он кашлянул, стараясь говорить тише, словно пытаясь скрыть свои слова от Кая, - Может… Просто от тела ничего не осталось, взрыв был сильным…

Фред уверенно покачал головой.

- Вспомни аварию, в которую угодил Кай год назад, - он перевел взгляд на немного побледневшего парня, - Тогда взрыв был не менее сильным, однако, тело Мышонка уцелело, как вы оба помните. Эксперты проверили все не единожды – на месте взрыва не было ни одного человека. Клянусь, я не знаю, каким образом Кардиналу опять удалось сбежать… - он вздохнул, и неожиданно повеселел, - Но, честно говоря, уверен, что после смерти Адмирала этот мерзавец заляжет на дно, и не будет досаждать вам, ребята. Окрест Кария ему, конечно, был нужен… но об этом чуть позже, - здесь мужчина красноречиво взглянул на снайпера, который тотчас же закатил глаза.

- Ради всего святого! Такое недоверие просто обидно, особенно при учете того, что сыновья мне уже все рассказали, - Клэй перевел взгляд с одного из сыновей на другого, - Верно ведь, ребята?

Кай согласно опустил подбородок – ему тоже казалось глупым скрывать что бы то ни было от отца, особенно при учете того, что тот уже все знал.

- Верно. Говори, Фредди, что ты задумал? И, кстати, нашли твои ребята что-нибудь в той церквушке? – он неожиданно поморщился, - Надеюсь, теперь ее не станут сносить. Жалко зданьице – оно такое красивое, такое загадочное, там наверняка еще куча тайных ходов!

Полицейский усмехнулся и, закинув ногу на ногу, расположился в кресле более вольготно. Лицо его приняло снисходительно-насмешливое выражение человека, знающего много больше своих собеседников.

- В этом можешь не сомневаться, - спокойно произнес, почти промурлыкал он, - Ходы там действительно были, как и тайные ниши. Мои ребята клянутся, что они там едва ли не в каждой стене! И, да, кое-что они там действительно нашли, - Нарсао примолк, окидывая слушателей значительным взглядом, затем весомо продолжил, - Нашли точное указание, чем являлся и чем стал Окрест Кария.

Стефан недоуменно покосился на деревянное украшение на своей правой руке.

- В смысле – чем стал? Браслет он браслет и есть… - он кашлянул и вежливо поправил упомянутый предмет, доставивший им столько проблем. Фред усмехнулся.

- Изначально Окрест Кария не был браслетом, Стефан. Это был обычный крест, деревянный, который надел себе на шею пресловутый Карий, окрестившийся в ложе корталанской церкви. К сожалению, подробностей о том, что это за церковь и кому она поклоняется, мы так и не обнаружили, но с крестом все более или менее ясно – нашли дневники Кария. В церкви они хранились в особо засекреченном месте, похоже, в качестве удивительной реликвии или чего-то в этом роде. Короче, - он откашлялся, - Суть в том, что Карий таскал на шее достаточно крупный деревянный крест, умел договариваться с высшими силами, и даже получал от них какие-то блага, которые, правда, тратил на благотворительность. После его смерти крест долгое время хранили, как святыню, но потом решили использовать на дело. Не знаю, кому это пришло в голову, но крест распилили на множество кусочков, и состряпали из него браслет. Это, кстати, объясняет, почему удачу кроме самого Окреста приносила еще и бусина на шее Кая. Этот браслет носили на своих руках главные священники корталанской церкви, но им он особой удачи не принес. Только один из них, последний владелец Окреста Кария, заметил в своих записях, что святыню окружают странные условности. Так, если ты просишь ее о помощи, она ни за что тебе не поможет, но если ты сам предпримешь шаги в желанном направлении – на пути своем получишь поддержку, о какой и мечтать не смел. Другими словами, если ты будешь сидеть на диване и молить браслет послать тебе миллион долларов, и даже если ты купишь лотерейный билет и будешь молить о выигрыше – ничего ты не получишь. Но вот если ты начнешь активно работать, имея своей целью заработать пресловутый миллион, и будешь носить при этом браслет на руке – обязательно заработаешь.

- Стоп, - Стефан, внимательно выслушавший полицейского, нахмурился и мотнул головой, как упрямый ослик, - Давай без аллегорических миллионов, ладно? Объясни мне с этой позиции, почему, если Каю он подарил неуязвимость и не дал ни одной пуле попасть в него, меня от выстрела в упор не защитил?

Нарсао пожал плечами.

- Почем мне знать? Должно быть, Окрест Кария не всесилен и, если стреляют в упор, защитить не может… А может, это служило, так сказать, высшей цели – защити он тебя, Адмирал бы просек, что браслет у тебя и выстрелил бы не в руку, а в голову. Сорвав, конечно, предварительно браслет с руки. В любом случае, результатом твоих страданий стало то, что отец вытащил тебя из застенок Адмирала, вернув себе твое расположение, так что, думаю, вполне можно сказать, что Окрест Кария повернул все во благо. С Каем-то дело обстояло иначе, когда в него врезался грузовик, тут не было никаких компромиссных вариантов… Впрочем, он потерял память, что на время оградило его от покушений.

- Если задуматься, всему можно найти объяснение, - Кай в раздумье покивал, теребя бусину на шее, потом вздохнул, - И что мы теперь будем делать с ним? Если оставим у себя, кто-нибудь, возможно, тот же Дилан, может снова попытаться отобрать его. А если отдадим в полицию… - он не закончил и безрадостно махнул рукой. С точки зрения молодого человека такой поступок мог бы вызвать распри в полицейском участке, мог бы заставить бравых офицеров желать получить удивительный предмет, и результат был бы непредсказуем. Мало ли, вдруг найдется еще один такой же Спаситель-Адмирал? Заграбастает себе Окрест Кария – и пиши пропало.

- Я копам не доверяю, - негромко бросил Клэй, решительно вмешиваясь в беседу, - Не хочу им отдавать эту штуку.

- А тебя вообще никто не спрашивает, - Нарсао, мимолетно поморщившись в его сторону, поднялся на ноги, - Вообще говоря, ребята, я к вам ехал не только, чтобы рассказать о Кардинале, и о том, что есть Окрест Кария… У меня есть одно решение, я его уже обсудил с Максом. Понимаете… - он окинул виноватым взглядом внимательно слушающих его братьев, - Кроме нас с ним никто, собственно, толком и не знает, что это за Окрест Кария и для чего он нужен, и я бы совсем не хотел, чтобы кто-нибудь узнал… Это опасная вещь, ребята. Очень опасная, особенно, если попадет в чужие руки. Поэтому я подумал… разумнее всего было бы сжечь к чертовой матери эти деревяшки. Без них к вам никто претензий иметь не будет, вы себе заживете, как раньше, радуясь тому, что снова вместе! Окрест Кария сделал вам обоим подарок, сведя вас вновь вместе после той ужасной трагедии, но оставить его себе было бы с вашей стороны очень опрометчиво. И очень рискованно.

Повисло недолгое молчание. Братья О’Ши переглядывались, поглаживая каждый свою часть волшебного предмета: Стефан браслет, а Кай – бусину. Клэй переводил взгляд с одного сына на другого, затем вновь возвращая его к полицейскому, и размышлял, прикидывая, насколько верным может полагаться это решение. Фред ждал.

Наконец, отец молодых людей медленно, тяжело поднялся на ноги и, откашлявшись, кивнул.

- Это разумно, - негромко вымолвил он, - Если вы привыкли к этим безделушкам, ребята, можете заменить их чем-то похожим, но оставлять Окрест Кария у себя… - мужчина сжал губы и покачал головой, - Это опасно. Слишком опасно!

Стефан помолчал еще несколько секунд, затем решительно поднялся на ноги, и принялся кое-как стаскивать левой рукой браслет с правой. На лице его застыла мрачная решимость.

- Мне этот браслет ничего хорошего не принес, - резко бросил он и, переведя взгляд на брата, вздохнул, - Прости, Кай, но это так. Ты подарил мне его, и едва ли не сразу после этого попал в ту жуткую аварию, после которой я целый год сходил с ума. Мне не жаль расстаться с ним.

Молодой человек, нахмурившись, решительно вскочил на ноги и, рванув тонкий шнурок, на котором болталась бусина на его шее, поднял ее повыше, демонстрируя всем.

- Мне тоже не жаль! Стефан прав – ничего хорошего Окрест Кария нам не принес, от него следует избавиться.

К камину, в котором пылало пламя, они подошли вместе и, переглянувшись, одновременно вытянули вперед руки.

Стефан набрал в грудь побольше воздуха и, разжав пальцы, выпустил браслет, позволяя ему упасть в огонь. Кай зажмурился и резко швырнул туда же бусину.

Несколько долгих мгновений проклятые деревяшки лежали среди пламени, будто неподвластные ему, но потом, наконец, занялись и, спустя несколько долгих секунд уже полыхали вовсю. Еще чуть-чуть – и от Окреста Кария остался лишь пепел.

Братья отвернулись, возвращаясь на свои места. Дело было сделано, проклятый предмет уничтожен, и теперь оставалось только не допускать глупых сожалений. Отец и Фред всецело поддерживали их, беседа потекла мирно и спокойно, и спустя несколько минут ребята и думать забыли о сожженных предметах.

…Вспомнили они о них уже позже, когда Клэй и Фред ушли, оставив их наедине друг с другом.

Стефан вздохнул и, подойдя к камину, принялся в раздумье смотреть в его пламя. Кай подошел и обнял его за плечи.

- Жаль, конечно, твой браслет, - негромко проговорил он, чуть улыбаясь, - Я уже привык видеть его на твоей руке.

Стефан живо обернулся и неожиданно широко улыбнулся.

- Да что там жалеть-то? Таких браслетов на каждой ярмарке штук по сто найти можно! – он ухмыльнулся и, сунув правую руку в карман, жестом фокусника извлек из него браслет, как две капли воды похожий на сожженный. С одной только маленькой разницей – на задней стороне этого украшения виднелись вырезанные руны, яснее ясного сообщающие о том, что́ мужчина держит в руке.

Кай, не веря своим глазам, схватил браслет, осмотрел его… и, расплываясь в широкой улыбке, самолично натянул его на руку брата.

- Так ты провел полицию, сжег поддельный… - он покачал головой, пытаясь скрыть улыбку, - Стеф, это нехорошо. Какой пример ты мне подаешь?

- Нехорошо? – мужчина поднял руку, любуясь возвращенным на законное место Окрестом Кария, - А чего ж тогда ты сжег поддельную бусину?

Кай, не сдержавшись, расхохотался и, выудив из кармана свой извечный талисман на целом шнурке, аккуратно завязал последний вокруг шеи.

- Так ты заметил! Что еще следовало ожидать от моего брата… Знаешь, Стеф, - парень внезапно посерьезнел, - Может, он и принес нам много проблем. Но, в конечном итоге, именно благодаря ему я остался жив тогда, год назад, да и сейчас, во время гонки. Это все искупает.

- Да… - Стефан задумчиво кивнул, - Главное, что он вернул тебя мне, что он не позволил Адмиралу завершить свой замысел, да и вообще повернул все самым наилучшим образом. Не знаю, как там насчет неуязвимости и удачи… но счастье он нам обоим точно принес.

06.11.2020