Охотник (рабочее)

Пролог

5 лет назад. Земля Вольных возле переправы через Великий Путь.

Походный шатёр герцога Эндора был огромен и роскошен. Своеобразный полевой дворец. Только в совещательном зале могли без проблем разместиться десяток тяжелых всадников вместе со своими лошадьми, причём верхом. В центре зала, вокруг овального стола над картой собралось человек пятнадцать, ещё больше, стояли за их спинами и внимательно слушали. Военный совет, так-то.

Высшие аристократы герцогств Эндора и Асколона или их наследники. На фоне цвета рыцарства двух герцогств, резко выделялись четыре капитана наёмных отрядов и трое князей-воевод Вольных. Наёмники одеты были дорого, но одноцветно, так как не дворяне. Всякой сволочи нельзя совмещать цвета в одежде. Вольные к этим сословным заморочкам вообще не имели отношения, ты или Вольный или нет, третьего не дано.

Герцог Эндора Дрого I, сорокалетний усатый коротышка с могучими плечами и ручищами бойца. Несмотря на жару, герцог парился в стеганном приталенном акетоне[1], который уже не скрывал начавшую расширяться в объёме талию. Толстеет герцог, труды правителя далеки от волчьей беготни, и питание гораздо лучше и чаще.

— Воевода Кречет! Ваши разведчики вернулись? — Герцог повернулся к одному из Вольных, рослому короткостриженому воину в льняной тунике.

— Да, Ваша светлость. Кон, доложи, что видел. — Князь-воевода Вольных на шаг отступил от стола, пропуская вперед жилистого, дочерна загоревшего парня лет пятнадцати.

— Ваша светлость, милорды. В семи дневных переходах большая орда куманов. Разделены на три примерно равные группы, идут параллельно друг другу. В течение полу дня могут объединиться. Мы насчитали тринадцать тысяч шестьсот всадников. У каждого минимум по две заводные лошади. Из них семнадцать сотен тяжелых латников в куяках[2] или колонтарях[3]. Большие ханы Баду и Тегин объединено выступили в набег. Младше восемнадцати и старше пятидесяти лет нет никого. Обоз из кибиток минимален. Идут очень быстро, от тридцати до пятидесяти километров в день.

— Что скажете воеводы? Степняков и местность вы гораздо лучше нас знаете. — Дрого I, обратился к Вольным.

Кречет склонился над картой. — Господа, у куманов при таком количестве воинов и маленьком обозе, вариантов мало. Скорее всего, они объединятся вот здесь, за дневной переход до крепости князя-воеводы Вислава. — Вольный указал точку на карте возле реки. — Часть из них заблокируют выходы из крепости, пока остальные будут переходить по переправе через Великий Путь. Дальше могут пойти на Асколон или Эндор, а могут туда и туда, если разделятся. Так смогут больше награбить и проще кормиться. Скорее всего, они и разделятся за рекой. Двум большим ханам душно вместе. Их племена часто враждовали друг с другом. Долго, своим авторитетом, они не смогут удерживать и контролировать своих воинов. И те обязательно передерутся при разделе добычи. Очень удивительно, что они вообще смогли договориться и выступить вместе.

— Предлагаю встретить их возле крепости. Левым флангом опереться на неё. У нас есть время построить укрепления для пехоты, а справа от этой позиции холмы, которые без проблем удержит наша конница. Если полезут на холмы, пехота ударит им во фланг. Если всей массой попрут на пехотные баталии, конница зайдет им в тыл и втопчет их в землю. Ваши рыцари и наши дружинники гораздо лучше в прямом таранном ударе. Лошади их тяжёлых всадников гораздо мельче и легче наших. В поле они нам не противники.

— Куманам ничего не останется, как атаковать нас в лоб на подготовленных рубежах. Через десять дней им просто нечего будет жрать. С собой припасов у них не много. За Великий Путь мы их не пустим. На реке семь наших и одиннадцать боевых кораблей ругов патрулируют. Там почти семь сотен дружинников. Других переправ в пределах восьми переходов нет. Вплавь им не дадут переправиться. Побьют стрелами при попытке перейти реку вплавь и утопят. Без еды орда откатится назад в степь и разделится. Наша конница пойдёт на их спинах, и очень немногие куманы смогут вернуться в свои кочевья.

Герцог Дрого задумчиво смотрел на карту. — Князь-воевода, благодарю вас за информацию. Я обдумаю выше предложение. Через два часа встретимся здесь ещё раз и примем решение. Вы свободны, господа.

Вольные первыми покинули шатёр герцога, запрыгнули в седла своих коней и направились в свой лагерь. Сдав лошадей младшим дружинника, трое князей-воевод расположились возле костра на брёвнах. Кон остался стоять рядом.

— Кречет, твой воспитанник не мог ошибиться? — Вислав кивнул на стоящего в ожидании парня.

— Мог, но помимо его сопляков ещё три десятка раздельно следили за куманами. Все данные сходятся. Группа Варга смогла утащить помощника шамана и разговорить его. Всё подтверждается. — Недовольно морщась, ответил Кречет.

— Тогда я вообще ничего не понимаю. Херня какая-то. С Баду я не сталкивался, а Тегин опытный лис, который умеет воевать. Получается что четыре пятых воинов двух больших племён прут на смерть, как бараны на убой. А они не бараны, волки.

— Херня — это ещё мягко сказано Вислав. — Князь-воевода Кречет посмотрел на своих соратников. — Откуда Дрого узнал о большом походе куманов раньше нас? Мы отслеживаем движение в степи постоянно. О том, что началось шевеление у куманов, мы узнали недели три назад. Даже если одновременно с нами это стало известно эндорцам, то они никак не могли успеть созвать и привести сюда рыцарское ополчение Эндора и пары графств Асколона. Плюсом подтянуть наемные отряды пехоты и амальфийских арбалетчиков. Я не верю Асканиям, уверен, что это какая-то подлость с их стороны. Что будем делать воеводы?

— У нас договор с Эндором, по факту они пришли к нам на помощь, хоть мы их и не просили. Встретим степняков совместно, только предлагаю идти с Дрого нашими дружинами. Ополчение Вольных придержать возле Старграда, не надо им к нам идти. — Глядя в огонь костра, высказался Яромар. Третий из присутствующих князей-воевод. Со шрамом от сабельного удара через левую сторону лица и заметной сединой в короткостриженых волосах. Он был самым старшим из воевод Вольных.

— Согласен, надо ещё хорошо потрясти наших магов. Дружинников обвешать защитными амулетами по полной. С собой боевиков брать не будем, только лекарей. Их и так очень мало. Хочет Дрого себя проявить, пусть своих в строй выставляет. — Добавил Вислав. — Кон, иди к своим и отдохни. Ты хорошо проявил себя в поле. В бой пойдёшь со старшей дружиной, заслужил.

Молодой дружинник, под усмешки воевод, гордо вскинул подбородок и побежал к своему коню. Отдохнуть и поесть он успеет потом, для начала обиходить своего коня надо. Ветерок — великолепный боевой жеребец. В бою агрессивен и умён, не раз уже выручал своего всадника, исправляя его ошибки, свойственные молодости и боевому азарту. Но в быту крайне упрямая и злобная скотина, по любому поводу и без него демонстрирующая свой дурной нрав.

Кон был горд собой, и было от чего. Он пойдёт в бой со старшей дружиной в пятнадцать лет. Два года он уже ходит в походы, но как младший дружинник. Легкий всадник, конный лучник, дозорный в бою и в походе. Мойщик кухонных котлов, копатель сортиров, пастух для дружинного табуна и исполнитель прочей грязной работы в мирное время помимо тренировок. Но теперь он старший, его признали таким князья-воеводы. Если бы ещё в первый ряд поставили, то парень бы полетел от счастья быстрее пикирующего сокола. Но пока не судьба, рано ещё.

Двое парней из младшей дружины принесли обед воеводам. Обычная наваристая пшенная каша с большим количеством мяса и приправленная травами. Воеводы не спеша подкрепились и продолжили свой совет.

— Что руги? Помощь окажут? — Кречет обратился к Яромару.

— Уже оказывают, сам знаешь, корабли с экипажами прислали. Так же собирают в кулак конные сотни. Собираются прогуляться по кочевьям куманов и встретить их, когда те от нас побегут.

— Очень разумно с их стороны, хорошую добычу возьмут без особых потерь. И племя хана Баду на семь — десять лет ослабят, пока новые волчата не подрастут. Только я не понимаю, на хрена это куманам? На убой же идут.

— Я вот что думаю, соратники. — Вислав вытянул ноги, расслабляя мышцы. — Мы ходим по кругу второй день, задавая друг другу одни и те же вопросы. Ответов у нас нет, так как нет информации. У нас союз с Эндором, которому больше трёх сотен лет. Вольные — щит Эндора от степи, мы им нужны больше чем они нам. Если сейчас мы будем биться с куманами отдельно, то герцог Дрого этого не простит. Наши товары мы продаём по большей части им, плюсом Вольные хорошо зарабатывают, оказывая услуги купцам, идущим по Великому Пути. И по договору, эндорцы не строят фактории на своём берегу реки и не создают артели на порогах. Нам с ними сориться очень дорого обойдётся. Поэтому предлагаю сражаться вместе под общим командованием Дрого. Тем-более у нас такой приказ от князей-старейшин. Но держим нос по ветру и смотрим за своими тылами.

— У нас договор с Вельфами, а не Асканиями. — Упрямо гнул свою линию Кречет.

— Всё, хватит Кречет. Мы знаем, что ты был побратимом Генриха Вельфа, но он мёртв, как и остальные Вельфы. Доказательств причастности Асканиев к смерти Генриха нет. Эндором теперь правят они и с этим нам жить. А ты теперь князь-воевода Вольных, а не командир конной гвардии герцогства Эндор. Своё недоверие к дому Асканиев, оставь при себе. С таким настроением, как ты поведешь людей в бой? Нас здесь трое воевод, Яромар, как старший из нас, возьмет командование сотнями старшей дружины. Я поведу младшую, а ты прочисть голову в первом ряду старшей дружины, заодно и за своим воспитанником присмотришь. Если кто-то из нас ляжет, то заменишь.

— Согласен. — Поддержал Вислава Яромар. — И Кречет, это не недоверие к тебе. Ты лучший из нас воин, но в твоём состоянии не стоит вести дружину в бой. Ошибка командира — большая кровь среди своих воинов. Закончим на этом. Пора к герцогу на совет.

По пути к шатру герцога интуиция Кречета кричала о неправильности происходящего. Кречет внимательно осматривал разношерстный лагерь из сборной солянки, приведенной армии герцогом Эндора. Холодные серые глаза князя-воеводы чётко видели то, что не видели и не понимали его соратники, в силу своего опыта, которого не было у Яромара и Вислава.

Вислав и Яромар великолепные воины и опытные командиры. Но они всю жизнь провели в степях, сдерживая куманов и охраняя границы Вольных. Для них война — это единственная возможность для выживания своего народа. Так было уже несколько столетий. Профессиональные дружинники, выбравшие путь воина, хранили свою землю. Но в королевствах и герцогствах на другом берегу Великого Пути все немного иначе.

Там война это, прежде всего власть и деньги. Отжал у соседа кусок его территории — получи новых крестьян, которые смогут давать тебе больше продуктов. Отдай эти земли своим безземельным рыцарям, вот тебе верные вассалы, которые поставят укреплённые замки и будут за тебя сражаться, что бы ни потерять феоды. Захватил город, вот тебе цеховые ремесленники, а соответственно расширение торговли и новые плательщики налогов. Взял под контроль перекресток торговых путей, вообще отлично. Торговые пошлины потекут в казну уверенной речкой живых денег.

Войны феодалов всегда про деньги. Романы про благородных рыцарей и их идеалы это сказки для бедных. Для власть имущих только прибыль, политическая и торговая выгода. По-другому никак. Правитель, следующий рыцарским идеалам, очень быстро теряет власть, вместе с жизнью. На его место приходит более хитрый, изворотливый и подлый.

Всё это прекрасно понимал Кречет, так как больше десяти лет был при дворе герцога Эндора. Многие политические шахматные партии разыгрывались на его глазах, в которых он принимал участие как воюющая фигура. И сейчас, в действиях Дрого I, он не видел выгоды для него.

Разношерстные наёмные отряды пехоты, которые на совете представляли четыре самых крупных и уважаемых капитана, стоили не мало. А их тут четыре с половиной тысячи. Жрут они много, снабжение за счет нанимателя.

Помимо денег за найм, им ещё полагалась доля в добыче. А какая доля в добыче со степняков-куманов? Да никакой! Куманы сами идут грабить. При себе у них ничего нет, кроме лошадей и личного оружия. Оружие степняков для запада полный хлам. Лук всадника кроме как кочевнику, никому больше не нужен. Дерьмовые сабельки и булавы, можно только продать как лом и пустить в переплавку. Степные лошади очень выносливые, но мелкие, для западной манеры боя не подходят совсем. Крестьянам они также на плуг не упали, так как злые. В хозяйстве их не используешь.

Доспехи тяжелой конницы куманов? Да не смешите серьёзных дядек, когда они на толчке сидят. Процессу помешать можете. Колонтари ещё найдут своего покупателя, но их мало. А куяки, после вонючего степняка, самый голожопый рыцарь себе не возьмёт, он лучше дедовский ржавый и дырявый хауберк[4] таскать будет.

Амальфийские арбалетчики — отдельная песня. Великолепные солдаты, но очень, очень дорогие. В год, сотня таких арбалетчиков, обходилась Генриху Вельфу дороже, чем содержание свиты герцогини. И они стоили того.

Амальфийцы — горцы. Через их горы проходил единственный торговый путь на Ибевильский полуостров к тамошним очень богатым королевствам. Формально графство Амальфи входило в королевство Эно. Титул графа Амальфи королями передавался своим младшим братьям, но они там не правили. Попробуй, собери налоги с тамошних горцев. Скалистые горы и узкие ущелья с наглухо отмороженным и драчливым населением. Попытки привести их в чувство и поставить в феодальное стоило, заканчивались печально для королей Эно. Не одна армия там осталась в виде трупов. Арбалетный болт в глаз через смотровую прорезь в шлеме, не добавляли здоровья рыцарям. Особо умным за ростовыми щитами, прилетала с высоты десяти килограммовая каменюка. Даже если шлем выдерживал, то головушка болела долго.

Горцы с детства учились стрелять из арбалетов. Детей много, а когда вырастут, большинству дома делать нечего. Вот и формировали отряды из младших сыновей, которые служили по найму. Отбор в такие отряды очень жесткий. Меткая стрельба само собой, но там стреляли все метко, даже женщины. А ты попробуй за короткое время десять раз руками взвести военный арбалет с попаданием в грудную мишень на пятьдесят шагов. Мало кто сможет, а кто сможет, тот сильно устанет. В бою, конечно, они пользовались козьей ногой и крюками на поясе, но один из экзаменов для поступления в отряд такой. Помимо этого, еще они были отличными рубаками в массовых свалках.

При штурме города, амальфийцы могли очистить из арбалетов участок стены от обороняющихся и держать его пока другие лезут по штурмовым лестницам. Уже в самом городе отлично зачищали улицы и здания, давя любое сопротивление защитников. Так что в тех кабаках, где гуляли горцы, остальные крутые ребята, предпочитали сидеть тихо или уходить, пока не началось.

Короли Эно после неоднократного, качественного выгребания трендюлей и раздумий в несколько поколений, поехали договариваться с горцами. Вы гордые горные орлы не платите никаких налогов. Зарабатываете на проводке и охране торговых караванов. Продаёте по нормальной рыночной цене свою богатую железом руду, так как сами выплавлять сталь не можете, потому что у вас мало древесного угля. Но если хотите, мы вам его продадим. Так же вы легко можете свои отряды сдавать в найм в столице королевства. Король гарантирует чистоту сделки за малый процент и обеспечит клиентурой. За это вы признаёте короля своим формальным сюзереном. При необходимости, сражаетесь за него, но только за деньги. Старейшины горцев почесали репы, обсудили данное предложение и согласились, всем выгодно.

И таких арбалетчиков герцог Дрого привел десять сотен. Серьёзный такой мешок золота. Кречет ещё раз мысленно собрал в кучу всю армию герцога Эндора. Сорок три рыцарские баннеры[5], около семи тысяч пехотного ополчения от городов герцогства, наёмная пехота — четыре с половиной тысячи, тысяча амальфийских арбалетчиков. Обозников, виночерпиев, гусляров, скоморохов, держателей стремян, лядей с пониженной социальной ответственностью, посыльных за пивом и прочую бесполезную на поле боя сволочь, считать смысла нет. Итого — пятнадцать тысяч людей, которые будут сражаться. Кто-то очень хорошо, кто-то средне, а остальных можно тактически использовать, задержав и ослабив на время самые боеспособные части противника.

Вся эта армия, даже собранная на пару месяцев, очень дорога. Дыра в бюджете герцогства Эндор образовалась огромная. И чем её компенсировать? Дрого I далеко не идиот. Тем более не идиот его папаша — герцог Асколона, а он в деле, судя по некоторым гербам из асколонской знати. В то, что вся эта армия прибыла подраться за спасибо, не поверил бы самый тупой демон, зачатый по пьяному делу. При всех этих раскладах, нет никакой выгоды для Дрого, собирать и приводить такое войско сюда, если целью является разгром кочевников.

Кречет мрачно смотрел по сторонам. Чувство глобальной катастрофы накатывало сильнее и сильнее. Приближающаяся жопа и полное бессилье, что-то с этим сделать. Приказ князей-старейшин ясен и однозначен. Под руководством герцога Дрого, раскатать по степи кочевников в тонкую лепешку. Это приказ не один князь-воевода отменить не мог. Тем-более соратники Кречета не видели и не понимали всех этих нестыковок.

Увести дружинников из своей крепости? Они пойдут за ним, в этом Кречет не сомневался. А дальше что? Идти к Старграду на соединение с ополчением? Так они ему не подчинятся, там командует равный ему по авторитету другой князь-воевода. Вряд ли он с ним согласится.

Тогда что делать? У Кречета было огромное желание, ночью пожечь лагерь эндорцев и несколько раз пройтись по нему всей старшей дружиной, пока младшие будут из луков выбивать метающийся в панике солдат. Но у него всего сто двадцать старших и чуть больше двух сотен младших. Такими силами он ничего не сделает. Прирезать герцога по-тихому? Так же не осуществимо. Дрого I серьезно к своей безопасности относится. Пара серьёзных магов и полсотни бдительной охраны посменно его берегут.

Князь-воевода не видел выхода. Оставалось только плыть по течению. Кречет твердо решил не дать разделить дружину Вольных на части. При первых признаках предательства постараться прикончить герцога любой ценой.

[1] Акетон — поддоспешная многослойная тканевая одежда в виде куртки.

[2] Куяк — пластинчатый доспех бригантного типа в виде тканевого или кожаного халата с наклепанными внахлёст изнутри металлическими пластинами.

[3] Колонтарь — кольчужно-пластинчатый доспех.

[4] Хауберк — кольчужный доспех в виде рубахи с кольчужными чулками.

[5] Баннера — знамя. Рыцарь баннерет вел в бой от 40 до 60 всадников под своим знаменем, полученным от сюзерена. Унифицированного регламентного состава баннеры никогда не было. Обычно это до десятка рыцарей со своими оруженосцами и сервантами (сержантами).

Глава 1

Вольный город Анкора. Настоящее время.

После полутора часов ожесточенного торга, спесивый надутый индюк окончательно сдулся. Вариантов у него особо то и нет.

- Охотник Конрад, приложите амулет к договору найма.

Ага, вот прям так всё брошу и кинусь. Болт тебе строительный на воротник, скотина. Сначала вдумчиво и не спеша почитаю, докапываясь до каждой закорючки. Я же не только мечом махать умею, ещё и букавки от циферок отличаю. За все три месяца, что я прожил и проработал в этом городе как охотник, каждую серебряную монетку, не говоря уже о золотой, мне приходилось с огромным трудом вырывать из потных ручонок, сидящего сейчас напротив меня важного господина.

Данный господин, чтоб его понос одолевал каждый раз когда он на девку залазиет, был заместителем бургомистра вольного города Анкора. Эта жадная скотина как раз и отвечала за взаимодействия городского магистрата с гильдиями, в том числе и с гильдией охотников, к которой я и принадлежал. И каждая выплата по закрытому контракту оспаривалась этим мудаком на грани разумного предела. Большинство охотников выплачивало этому уроду от десяти до двадцати процентов от суммы контракта, чтобы получить свои деньги.

А всё почему? Да, потому что в большинстве своём охотники народ не грамотный, читать и писать не умеет. И что напишет в контракте эта сволочь, узнают уже по факту получения денег. К примеру, один охотник взял контракт на уничтожение ветала. Взял и выполнил, уничтожить его не особо и сложно. Но деньги за него получил месяца через два, и то под угрозой ухода гильдии охотников из города. Так как в контракте было прописано предоставление доказательств в виде тела этой твари. А как его предоставить, если ветал - это полуразложившийся труп в который вселяется какой-нибудь дух, и после его изгнания этот труп разваливается на гнилые, жутко воняющие куски вперемешку с опарышами.

Вот и создалась ублюдочная система, или плати этому скоту деньги, с огромным риском заработанные, или обращайся к различным крючкотворам-толкователям. Которые на него же и работают. Так как он и выдаёт разрешение на их деятельность.

Со мной же данный вариант не прокатывал, так как я внимательно изучаю каждый документ, к которому прикладываю свою печать. Так что с самого начала моей деятельности, отношения между нами не заладились. Контракты я получал или самые низко оплачиваемые, или в конкретной дальней заднице. Куда желающих переться особо нет.

Но сегодня случай особый, правление города качественно посралось с гильдией магов. Главу одного из крупнейших торговых домов донимал неупокой. Заказ получили на его развоплощение пара охотников и некромант. Дело не сложное и они справились быстро. Только душа неупокоя оказалась родным братом главы торгового дома, который якобы пропал. Пропал то он на самом деле, только не в дальних странах от рук разбойников, а был утоплен родным младшим братом в бассейне. И тело сброшено в реку. Борьба за власть и деньги в лучших традициях аристократических домов. Когда идешь к своей вершине через предательство и кровь своих родных.

Утопленный купец при жизни был сильной личностью. Душа не ушла за грань на перерождние, а осталась здесь в виде духа. Силёнок у духа особых не было, так как при жизни он не имел магических способностей. Но жизнь своему младшему братишке-убивцу портил до полной потери мужской силы и раннего облысения.

Некромант оказался из молодых магов, перед развоплощением, плотно пообщался с мятежным духом. И донёс до жителей города причины его смерти. Брата-душегуба судили и повесили принародно согласно вынесенному приговору. А вот глава совета города всерьез обиделся на некроманта, так как на эту должность пролез благодаря деньгам и влиянию этого торгового дома. Да ещё и его родная сестра была замужем за братом – убийцей. Так что следующие выборы пройдут мимо него. Такое в людской памяти остается надолго.

Бургомистр попытался сначала договориться с некромантом, чтобы тот не распространялся о причинах возникновения неупокоя, но тот уперся, совесть на деньги не променял. Тогда бургомистр попробовал воздействовать на гильдию магов. Но старшие маги не сильно любят жадных торгашей. Послали его в лес, сусликов пасти. А за попытку вмешательства в деятельность гильдии, выкатили штраф городскому магистрату в размере непомерных десяти тысяч золотых монет. Что является нереальной суммой, примерно половина городского бюджета. И до выплаты всей суммы, маги на копье вертели все заказы от городских властей, вместе с этими властями.

По всем признакам, в славном граде Анкора появился не слабый вампир. За последнюю неделю уже восемь человек стали его жертвами. Трое последних — глава отделения Торгового банка союза вольных городов с семьёй. Горожане начали серьёзно волноваться и задавать бургомистру глупые вопросы.

- На хрена они платят городу за защиту, если их жрут всякие твари? И на хрена им такой бургомистр?

К глубокому разочарованию всего магистрата, в городе не было ни одного охотника хоть с какими-либо магическими способностями, кроме меня. Так что целый заместитель бургомистра прискакал ко мне лично, даже без лошади, с практически идеальным для меня контрактом. Тут то я и отыгрался на этом уроде за все наши предыдущие встречи. Сумму выторговал в сто пятьдесят золотых, с сотней аванса, хотя раньше, за самую опасную тварь больше тридцати не платили. Ещё и по мурыжил его, морща лоб и прося растолковать значение каждой запятой и точки.

- Контракт принят, господин Талер. - Я приложил свой амулет охотника к контракту ниже печати магистрата. На бумаги проявился магический оттиск в виде волчьей головы. Ну вот и всё, пора работать.

Вампир это хреново, особенно в городе. Попробуй его найди. Ещё смотря какой вампир. Есть два вида. Первый — истинные вампиры. Живые разумные существа, отдельная раса не сильно отличающаяся от людей. Кровь потребляют в виде пищи, но в небольших количествах и редко. Она улучает и обостряет их естественные способности.

Второй вид — это нежить. Люди, орки, гномы и прочие эльфы сознательно или случайно впускают в себя демона ради бессмертия и силы. Тот пожирает их душу. Разумы сливаются, получается жуткий симбиоз. Для них кровь, как наркотик, без которого они не могут существовать и развиваться. Без крови, тело начинает быстро разрушаться. Плюс жажда крови основа сущности любого демона. Мы для них пища. Если старые вампиры умеют контролировать себя, то вновь обращённые устраивают бойни.

Кто развлекается в городе, пока не понятно. Может, какой истинный поехал кукухой и начал геноцид в Анкоре, а может нежить зашла силёнок поднабраться. Вечером навещу своего приятеля из истинных вампиров. Насколько мне известно, он один такой в городе. Их представители редко забредают на территорию бывшей империи, сейчас превращённую в лоскутное одеяло из королевств, княжеств и герцогств. Истинные чувствуют друг друга на вполне приличных расстояниях. Если появился новый, то мой знакомый должен об этом знать.

Пока же подготовлю ка я оружие и снаряжение для охоты. На ура на тварей только дурные рыцари лезут подвиги совершать, обычно после таких подвигов без башки и остаются. Охота на тварь или нежить это расчет и тщательная подготовка с немалыми денежными вливаниями, помимо дурной головы (кто в здравом уме такую профессию выберет?) и стальные бубенцы.

Что мы имеем на данный момент? Вампир, истинный или нежить пока под вопросом, ночной охотник. В первом случае серьезная скорость, выносливость, запредельная ловкость и координация. Великолепный ночной хищник с магическим способностями, особенно в области разума. Истинные вампиры являются отличными убийцами и разведчиками. Крайне хреновый противник. Против такого в прямом столкновении только тяжелая броня и длинное оружие. Основная проблема, что не в моих силах его обнаружить. Только случайно встретить в момент убийства человека, что не реально. Тут работа для следователей из Белого Ордена или мага. Я же могу им помочь в качестве силовой поддержки. С магами ситуация понятна, о чём сказано выше, с Орденом ещё сложнее, храмовников в Анкоре нет.

Во втором случае мой профиль. Как маг самоучка я могу пользоваться силой и артефактами. Артефакты для определения нежити у меня есть, так что найду. Рукопашный бой с вампиром-нежитью, вариант так себе. Двигаются как обычные люди, но сила и выносливость запредельные. Жизнено важных органов нет, тело очень плотное. Очень быстро регенерируют. Единственный вариант — отрубить башку и сжечь. От солнечного света молодая нежить слабеет и получает ожоги, так что днём она забивается в глухую нору и ждет ночи. Вот и буду искать её днём, завтра. Катакомб и подземелий в городе нет. Так что тварь прячется, скорее всего, в районе порта, где много складов. Часть из них пустует и сдаётся кратковременно в аренду для перевалки грузов. Поищу там.

Из доспехов – стеганный поддоспешник, кольчуга, наручи и поножи. Можно надеть ещё зерцало или пластинчатый панцирь, но сильно я замедлюсь. Мне же не в строй тяжелой пехоты. На голову конический шлем с полумаской и кольчужной бармицей. Круглый щит – рондаш с выгравированным солнцем. Из оружия прямой короткий колющий меч с массивным посеребрённым эфесом и широким лезвием, одноручная секира. Но это всё на крайний случай, основное это вода, в легко бьющихся сосудах освещенная в храме и заклинания вспышки. Такое заклинание даёт яркий свет, имитирующий солнечный, но это не магия огня. Пожара от него не будет. Такое заклинание передали жрецы светлых богов для борьбы с нежитью. Охотники пользуются им, даже те, кто не владеет Силой. Покупают амулеты в виде колец и браслетов у артифакторов, и заполняют силой у жрецов или магов за деньги.

С оружием и снаряжением закончил, пора совершить пару визитов и начну со своего приятеля, истинного вампира. Очень неординарная личность. Как я уже говорил, истинные редко покидают свои родовые земли. Почему здесь осел Кир, я не знаю, да и он не распространяется. Живет он довольно замкнуто, тех с кем он общается и пускает в свой дом можно пересчитать на пальцах одной руки. В средствах не нуждается, иногда на несколько недель может исчезнуть из города. В городском Братстве Меча учит фехтованию желающих за весьма крупные суммы. В его доме довольно большая библиотека и огромная коллекция оружия.

Мы с ним сошлись на фехтовании. Я заплатил вступительный взнос в городское отделение Братства, и посещаю зал для тренировок и спаррингов. Кир мой постоянный партнёр по отработке навыков убийства разумных с помощью холодного оружия. Пожалуй, он лучший боец с кем я встречался, кроме моего наставника. Но какие мои годы, ещё встречу и не одного, если не убьют раньше.

Дом Кира находится не далеко от таверны где я живу, и в паре кварталов от центральной городской площади. Обычный такой каменный двухэтажный особняк состоятельного горожанина. Сигнальная сеть хозяина без проблем пропустила меня через кованную калитку. Не успел я постучать в дверь, как её открыла статная светловолосая красавица из племени нордов. Служанка и любовница Кира с легким поклоном приняла у меня плащ и перчатки, проводила на второй этаж в кабинет своего господина. Гостей Кир принимал обычно в гостиной на первом этаже, второй этаж был его личным пространством. И очень немногие удостаивались посещения второго этажа. Население города составляли купцы и мастеровой люд, для них манера поведения вампира казалась сильно высокомерной, аристократической. А аристократов, рыцарей и прочих сеньоров очень не любили в Свободных городах. На их нелюбовь Кир платил презрительным высокомерием. Присутствие истинного вампира с замашками аристократа терпели в городе только из-за его умений фехтовальщика, которыми он делился за деньги со всеми желающими.

Жители Свободных городов, получив определенные вольности, стали приобщаться к искусству владения железом. Так как вольности частенько надо было отстаивать с оружием в руках. Да что и говорить, только благодаря появлению Свободных городов, само фехтование стало развиваться. До этого, оружие могло носить только благородное сословие и боевые холопы синьора. Для них фехтование это бесполезное занятие, так как доспехи и щит обеспечивает хорошую защиту. И поединки больше похожи на молотьбу железными дубинами с элементами борьбы уже на земле с засовыванием граненых лезвий в сочленения доспехов. Теперь многие аристократы ищут наставников и тайно приезжают в города учиться владению оружием для бездоспешного боя.

Кир сидел в удобном кресле перед камином с книгой в руках. Приглашающим движением руки он указал мне на второе кресло, стоящее рядом через небольшой столик. Среднего роста, темные волосы, тонкие и резкие черты лица. Весьма субтильного телосложения, если не присматриваться, то истинный вампир похож на изнеженных аристократов со старых картин времён Империи. Но на тонких костях были весьма толстые сухожилия и серьезно развитые мышцы. Плавные и текучие движения превращались в молниеносные броски при необходимости.

Зная мои вкусы, он достал вторую бутылку и налил в кубок красного полусладкого вина. Сам же предпочитал сухое белое. Как он пьёт такую кислятину? В молчании мы сделали по несколько глотков. Я, как всегда с интересом, осматривал стены кабинета. Завешанные и заставленные различным колющие-рубящие-режущим оружием. Некоторые экземпляры даже я со своей буйной фантазией, не имел представления как использовать. Кир же всё тащил к себе в дом и упорно пытался освоить. Маньяк оружейный.

- Рад тебя видеть. Ты по поводу нападений в городе?

- Да. Магистрат отдал заказ мне.

- Ничего удивительного. После того, как эти идиоты разругались с магами, даже заезжие маги отказываются им помогать. Народ в страхе, сегодня на меня напали четверо матросов из команды торгового судна. Решили на костре сжечь, кретины.

- И как, успешно? – Спросил я.

- Для них, да. Никого из них я не убил, мечом в ножнах обезоружил и по головам настучал. Потом стража вмешалась. Так что я в плюсе на десять золотых. Компенсацию владелец судна заплатил в качестве извинений за своих людей.

- Иногда полезно быть вампиром. – Усмехнулся я. – Бьёшь людей, а тебе за это ещё и платят. Меня же всё норовят к городскому судье отвести и штраф впаять.

- Просто в тебе нет моей красоты и обаятельности. – В ответ ухмыльнулся Кир. – Отвечу на твой, пока не заданный, вопрос. Нет, это не истинный, я бы его почувствовал и сам бы убил. Тебя бы взял в помощь. Ты знаешь не хуже меня, для нас кровь это необходимость, но редко и в малых количествах. Мы не дуреем от неё, просто улучшаются естественные особенности нашей расы. А там работал какой-то мясник, не столько пил кровь, сколько упивался своей силой и рвал. Скорее всего, это клиент по твоему профилю из новообращенных. Сам знаешь, демон получивший тело, первое время постоянно голоден и не умеет себя контролировать. Поэтому вы охотники легко их находите и убиваете.

Кир прав, выживают только те вампиры, которые после обращения забиваются в глушь и питаются кровью животных. Постепенно осваиваются, так сказать. Но таких продуманных к счастью не много. Демоны получившие тело в нашем мире, памятью бывшего хозяина тела пользоваться начинают не сразу. Умом и сообразительностью не многие из них отличаются. А вот жажда крови это основной инстинкт. Но даже такие, как противники страшны. Сила и выносливость для человека запредельные. К тому же обладают кое-какой магией, умеют отводить глаз, накладывать морок и погружать в сон. Если человек ставший вампиром был воином при жизни, то с таким справится очень сложно, когда он полностью освоит память и навыки бывшего владельца. Слаженные команды охотников и магов брались за уничтожение таких. А если вампир был магом при жизни, то совсем беда. Такие становились личами, да и демонов впускавших в своё тело, такие маги подбирали старательно, из высших. Но это тема отдельная. Таких случаев единицы. Из-за таких личей-носферату, владетельные сеньоры собирали армии и пару тройку архимагов нанимали.

- Понимаю. Но спросить должен был. Вдруг кто из твоих сородичей рассудок потерял, и свирепствовать начал?

- Не реально. Там крови выпито столько, что мне лет на пятьдесят хватит. Ужинать будешь? – Спросил он.

- Нет, спасибо. Ещё к стражникам зайти надо. – Отказался я.

- Тогда удачной охоты. Нужна будет помощь, обращайся.

Покинув дом Кира, я прошёл на главную городскую площадь. Там находилась городская управа и здание стражи. Начальника стражи на месте не было, так как вечер, да и он себя заботами городской дружины особо не утруждал. Начальник был из местных, сыном богатого торговца и члена городского совета. По молодости, в компании таких же детишек из золотой молодёжи, качественно погулял в городе. Несколько раз его отец откупался от пострадавших, выплачивая нанесенный ущерб и компенсирую моральный вред. Потом закончилось бедой, пьяные уроды изнасиловали пару горожанок. Нынешнему главному стражу повезло, к тому моменту, как его дружки затаскивали в полу разгромленный кабак проходящих мимо двух девушек, он уже упился до бессознательного состояния. Чему нашлись свидетели. Его дружков повесили, а самого родитель отправил в наёмный отряд ума поднабраться и реальную жизнь узнать. В городе оставаться было чревато. Ярость горожан не сильно утихла после казни. Могли и с арбалета стрельнуть в неразумную дитятку.

Прошло время, непутевый сын смог вернуться в родной дом. Служба в вольном отряде ума добавила. В ряде локальных войн дитятко повзрослела. Война резко меняет мировосприятие и отношение к жизни, причём как к своей, так и к чужой. Отец пристроил его на доходную должность начальника стражи, и постепенно вводил в семейное дело, передавая связи и схемы.

По факту городской стражей командовал его заместитель. Пожилой ветеран, бывший капитан отряда в котором и пережидал бурю его нынешний начальник. Пожилой воин службу тянул исправно, стража хорошо справлялась со своими обязанностями. Хотя город был не сильно спокойный, особенно его при портовая часть. Команды торговых судов и караваны приезжающих торговцев, качественно оттягивались в кабаках и борделях, доходило до массовых драк между гостями города.

Бывший капитан наемного отряда, нынешний лейтенант городской стражи Даргол, на службу привлек пару десятков своих соратников-ветеранов. Всех кто остался в живых после одной «плохой войны». Вольный отряд Даргола был на хорошем счету у нанимателей. Полторы сотни хорошо обученных головорезов были наняты герцогским домом, для вразумления взбунтовавшихся жителей города. По нынешним временам история банальная.

Города являются центрами производства товаров и торговли, соответственно деньжата водятся и серьезные. Владетельный герцог, поиздержавшись, решил пополнить свою казну, подняв вдвое налоги с жителей подвластного ему города. Купцы и главы ремесленных цехов, почесав репы и прикинув хрен к носу, решили что им сеньор не нужен, город сам себе может быть сеньором. Тем-более примеры вольных городов перед глазами были. И горожане на пинках под жопу выставили герцогского наместника вместе с небольшой дружиной за стены города. Кого-то даже и насмерть приложили. Пожгли к епеням городские дворянские владения. Своё пешее ополчение у них было, и неплохо вооруженное. Горожане народ зажиточный, с голым пузом, как крестьяне, вассальную воинскую повинность не несли. К своим шести сотням тяжелых пехотинцев, наняли несколько вольных отрядов.

Герцог от такой херни слегка озадачился и привел под стены города дворянскую конницу в числе трёх сотен тяжелых всадников и пять сотен профессиональной наёмной тяжёлой пехоты со стрелками.

Переговоры ни к чему не привели. Хрен его знает, как так получилось, но горожане или массово в себя поверили, или все разом головой ударились. Вывели своё войско в поле за стены. При разгоне рыцарской конницы, горожане смогли построиться в корону и не дрогнуть. Рыцари не полезли на плотный строй копейщиков, да и городские арбалетчики не спали. Началась позиционная битва. То есть горожане стоят в круг, ощетинившись копьями. Кавалерия пытается найти слабое место в пехотной короне.

Маги присутствовали в обеих армиях. Их силы были примерно равны. От взаимных атак они смогли защититься, так что далее сосредоточились на защите. После нескольких таких ложных атак, рыцарские кони под устали. Командир герцогской армии был опытным военачальником. Конницу отвел на отдых, а наёмников построил в фалангу и отправил отрабатывать проплаченые деньги. Обе пешие армии втянулись в битву, и началось рубилово. Отдохнувшая конница наконец-то смогла себя проявить, нанеся таранный удар во фланг городскому войску. Всё бы хорошо сложилось для герцогской армии и для Даргола в частности, так как он был нанят именно герцогом, но вмешалась третья сторона.

Конкурирующий аристократический дом не мог упустить такой возможности. Больно напинать герцогу, потрепав его армию, а главное подгрести под себя такой лакомый кусок как город. Все войны ведутся за территории и ресурсы. Так что изрядно подуставшие и вцепившиеся друг в друга армии получили удар в свои фланги от рыцарской кавалерии соседей умников. Горожане побежали, бросая оружие. Герцогская кавалерия так же с гордостью отступила, решив, что ну её на хрен такую войну. «Плохая война»[1] ни кому не интересна. А наёмники, и отряд Даргола в частности, за плохую беговую подготовку были наказаны кардинальным образом.

Даргол, собрав своих выживших людей, двинул в Анкору к своему бывшему подчиненному с надеждой занять денег на возрождение отряда. Но вместо денег получил предложение, от которого не смог отказаться. Почесал шлем в области затылка и стал лейтенантом городской стражи, его выжившие ветераны заняли должности младших командиров и наставников для городских увальней. Те, за год из неумех-ополченцев, смогли сделать весьма качественную дружину. Так что казна города регулярно пополнялась за счет штрафов с бузотеров, и из них же формировались команды золотарей на добровольно-принудительных началах.

Дело к Дарголу у меня было простое. В городе было разрешено ношение личного оружия. Так как случались нападения разных тварей, да и было несколько нападений банд на торговые лавки и купеческие конторы. Последняя банда пришла на корабле под видом торговцев и напала на банк. Так их порубили, в основном, сами жители.

Но вот ношение доспехов и двуручного оружия было запрещено. Были прецеденты, когда заезжие рыцари развлекались в доспехах и задирали горожан. Рыцарь, как ни крути, профессиональный воин, который с раннего детства учился воевать. Вот против такого воина в броне, у горожанина с легким мечом шансов практически нет. Да и сами стражники мало что им могли противопоставить. Уровень мастерства разный. Вот и приняли закон, по которому броню в городе могли носить только стражники из городской дружины. А мне завтра без доспехов никак. Коготки у вампира не детские, да и клыки в наличии. Защита шеи бармицей лишней не будет.

Поздоровавшись с некоторыми знакомыми стражниками, я поднялся в кабинет Даргола. Показав бумагу магистрата на поиск, я попросил в сопровождение двух стражников. Даргол повертел бумагу в руках и поморщился.

- Смотри охотник. Людей я завтра выделю, но в драку они не полезут, не их это дело. Не подставь их.

Я согласно кивнул и попрощался. Использовать стражников против вампира я и не собирался. Они для него мясо. Просто будут рядом, пока я буду искать лежбище вампира, и другие стражники не будут мешать, задавая вопросы:

- С какого это бодуна, вы господин хороший по городу в броне шарахаетесь, честной народ смущаете?

Да и в присутствии стражников гораздо проще зайти на частную территорию, если я почувствую нежить. Но это всё завтра, а пока пора в таверну. Всё-таки двухкомнатные апартаменты мне хозяин выделил бесплатно не за красивые глазки. А за отсутствие драк и порчи имущества. До самых горячих голов доходило, что надо вести себя прилично, когда я их вежливо об этом просил. Причем с виду я далеко не страшный, но печатка мечника на руке и амулет охотника на нечисть почти всегда убеждали самых буйных. Правда была пара случаев, когда пришлось доставать и применять меч. Но это скорее исключение. Там рыцари целенаправленно нарывались и провоцировали. Хотели проверить мастерство мечника из не благородного сословия. Но ничего, городские маги быстренько залечили раны этим дуракам за не малые деньги. Да и казну города они солидно пополнили штрафами. Это вам тут не там, здесь Свободный город.

Посидев немного в зале таверны, я заодно и поужинал. Посетителей было немного, жители города с наступлением темноты сидели по домам, опасаясь вампира. Приезжие оттягивались в другой части города, в районе порта. Так что я со спокойной душой отправился спать. Вставать мне ещё до рассвета.

[1] Термин «плохая война» подразумевать под собой жестокое полевое сражение, приводящее к полному уничтожению одной стороны, и потерей дальнейшей боеспособности победившей стороны.

«Хорошая война» - легкая победа одной из сторон со взятием большой добычи и получения выкупа за пленников. С дальнейшим грабежом территории проигравших.

Глава 2

Вольный город Анкора. Настоящее время.

Утром я посетил баню и тщательно вымылся. Вампиры отлично чувствуют запахи. Тело, оружие, броня и одежда у меня покрывались алхимическим составом, который стоил как ночь с герцогиней, но зато на пару дней блокировал все запахи. Приходилось тратиться, вампир, скотина такая, даже ослепленный мог сражаться, ориентируясь по запаху не хуже чем видя противника.

Были прецеденты, когда охотники или храмовые рыцари гибли, казалось бы, от ослепленного заклинанием вспышки вампира. А всё почему? А потому что данные борцы с нежитью лезли за башкой вампира, предварительно приняв на грудь вина для храбрости. Потом уже разобрались, почему так получается, а поначалу немало народу полегло. Алхимики нахимичили состав и стали продавать его за звонкую деньгу. Охотники покупали данную жидкость, включая её цену в оплаты своих услуг. Рыцари это отдельная тема, храмовые получали подобный состав от жрецов. А те, кто лез воевать с нежитью во славу своей прекрасной дамы, обычно становились кормом для этой самой нежити.

На площади возле здания городской стражи меня дожидались двое стражников. Одного я хорошо знал, не раз выпивали вместе. Свен Топор – здоровенный рыжий ветеран, соратник Даргола из племени ютов. Лет тридцать назад, Свен совершал экскурсию с познавательными целями в области географии в компании своих северных братанов на дракаре. Любят северяне путешествовать по морям-океанам, расширяют свой кругозор, заводят полезные знакомства и здоровье укрепляют греблей. Прибыла такая научная братия к небольшому городку на побережье, осмотрелась, вежливо раскланялась с местными. Пополнили запасы воды и прикупили свежих продуктов. Солонина всем надоела. Местные держались настороженно, и вздохнули с облегчением, когда такие торговые гости отвалили от берега.

А ночью они вернулись и решили приобщиться к местным культурным ценностям, отодрав всех девок и забрав понравившиеся материальные блага. Грабеж городка прошел успешно, северяне слегка обогатились и отдохнули. Местным нанесли тяжкие телесные повреждения, кто не сопротивлялся. Кто сопротивлялся, тех убили до смерти. Но не повезло пиратам. Местный сеньор охотился в тех местах с многочисленной свитой и соседями. Похмельных пиратов, уставших от ночного отдыха, побили, когда они груженые добычей возвращались на свой корабль.

Свен получил по башке булавой и попал в плен. Выкуп за него платить некому было, так что ждала его веревка на ближайшей ветке. Но молодой ют проявил недюжинную смекалку и отличные навыки бегуна. Помыкался по незнакомым краям, пока не прибился к наёмникам.

Второй стражник - молодой парень из местных жителей.

- Ну что охотник? Погуляем по городу? Погоняем нечисть? - Широко зевая, пожал мне руку Свен.

- Погоняем. Только найти сначала её надо. – Компании Свена я был искренне рад. Отличный напарник, опытный, спокойный. А главное, своим двуручным топором вкопанный столб пополам разваливает. Если вампир выскочит на улицу, на свет, то Свен не оплошает. А вот его молодой коллега явно нервничал и судорожно сжимал копьё.

Я похлопал его по плечу. – Не бойся парень, тебе сегодня вампиры не достанутся, мне за них заплатили.

Свен заржал. – Его можно и вперед пустить. Даргол сказал, что если он в штаны не наложит, то из меня плохой воспитатель.

- Что так? – Спросил я. – Из залетчиков воин?

- Из новеньких, решил, что раз у него есть бляха стражника, то можно дополнительный налог ввести на торговых гостей города себе в карман. Стоя на воротах, затягивал досмотр торговых караванов и вымогал деньги. Пока по мелочи брал, никто ни обращал внимание на такие шалости, а когда уже твердую таксу за каждую повозку установил, то народ жаловаться пошёл в магистрат. Даргола отимел бургомистр с извращениями, он и осерчал. Удивляюсь, как не убил этого идиота. Наверное, кто-то из родственников важная шишка, что даже из стражи не поперли. – Пояснил Свен.

- Да парень, сглупил ты. Лейтенант тебя со свету сживет теперь. Будешь охранять арестантов, что дерьмо выгребают, пока рак на горе не свистнет, да нижний город патрулировать. – Сочувственно, покачал головой я. – Ладно парни, потопали в порт. Эту тварь поискать придётся.

В порту возле свайных деревянных причалов народу было много, разгрузка-погрузка шла вовсю. Вряд ли вампир там день пережидал. В нижнем городе ему тоже особо прятаться негде. Таверны, бордели, гостевые дома с большим потоком людей. Народ, крутившийся там и делающий деньги опытный, странного посетителя в свежей кровище моментально заметит. Или сами прибьют, или страже сообщат. Проблемы никому с Орденом или охотниками не нужны.

Но рядом с портом и нижним городом было множество складов для временного хранения товара. Часть из них использовались постоянно, а часть пустовала, сдаваясь в аренду на короткий срок для перевалки грузов. Вот там и следует искать. Мест, где отсидеться, не привлекая внимания, хватает. В помощь мне интересный амулет, который слегка начинал покалывать руку, если в радиусе сотни метров была нежить. Мой дар некроманта был очень слаб. Сам я чувствовал нежить не дальше десяти метров. Но благодаря этим крохам, я мог использовать данный амулет, подпитывая его своей Силой.

Сам поиск в городе, крайне утомительное занятие. Разбиваешь квартал на небольшие сектора и бродишь вокруг зданий, ожидая реакции амулета. Складской квартал кажется небольшим, пересечь пешком его можно минут за десять, но попробуй каждое здание обойти кругом. Ноги до задницы сотрешь. Но работа охотника в основном такая скучная и нудная. Никто тебе связанную тварь не притащит, чтобы ты её прикончил и деньги получил. Ножками, ножками, а жаль.

Вот так и бродили. Часа три уже, как миновал полдень. Свен все чаще стал напоминать, что обед давно прошёл. А он до сих пор не съел кусок жареного мяса и не запил его литром другим пива. Солнце склонялось к закату, здания стали отбрасывать длинные тени. Что не есть хорошо. Вампиры из новообращённых не переносят солнечный свет, но в тени спокойно себя чувствуют. Так что надо пошевеливаться. Амулет уколол руку и я замер. Свен прервал свой очередной спич на тему мяса и пива.

- Есть?

- Где-то рядом. Ждите здесь.

Пять бревенчатых складских сараев в радиусе действия амулета. Я аккуратно начал обходить по очереди каждый из них. На третьем, амулет активно завибрировал. Тут скотина прячется. Я вернулся к оставшимся на месте стражникам.

- Свен, он в этом складе. Я осторожно осмотрюсь, а ты пошли молодого за помощью, всё равно от него толку в схватке не будет. Дежурный десяток пусть блокирует склад, только тихо.

Свен кивнул и отправил соратника за подкреплением, который с облегчением выдохнул и перестал трястись. За подкреплением побежал с завидной скоростью.

Я же пошел вокруг склада, внимательно осматривая каждое бревно стены. Сам склад метров двадцать пять в длину и шесть в ширину. Ворота давно не открывались. Дождями нанесло земли к створкам, и следов открытия не было видно, а серьезных дождей не было больше месяца. Сделав один круг, я залез на крышу соседнего здания. Как-то эта тварь должна входить и выходить. Крыша склада выглядела не тронутой, ветром земли нанесло уже неплохим слоем. Кое-где уже ростки травы пробивались. Явно не через крышу тварь себе дверь устроила.

А вот внизу нашёл. В основном, такие склады не имели полноценного фундамента. В землю забивались деревянные сваи, обработанные какой-то хренью, чтобы не гнили. На них собирались стены из бревен, нижние венцы которых так же обрабатывались. Быстро строились такие здания, и служили довольно долго. Сделать подкоп под стену не проблема. Тут так вампир и поступил, лишнюю землю аккуратно раскидал вдоль стены, а сам ход замаскировал всяким хламом.

Прибыл маг-стихийник и десяток стражников в длинных кольчугах с копьями и щитами, закрывающими от подбородка до колена. Серьёзные такие щиты с бронзовыми умбонами. Пара блюстителей покоя горожан были с арбалетами. Поприветствовав мага и стражников, я указал на склад.

- Парни, нежить там. Сейчас я заблокирую ход под стеной, трое из вас на всякий случай присматривайте за ним. Я зайду через ворота. Если полезет через ход, то бейте по башке. Нора там узкая, быстро не выскочит, даже если сможет пробиться. Остальные держите ворота. Если я не справлюсь, то он ваш. Но лучше просто закройте их за мной и спалите к ипеням этот сарай вместе с ним.

Силой я запечатал прорытый ход, поставив там пассивное заклинание из огненной стихии. То, что вампир понял, что за ним пришли, я уже не сомневался, вся суета возле склада наделала немало шума. Зрителей уже до хрена собралось, хорошо хоть держались зеваки в отдалении. Так что спешить особо не буду. Глотнул бодрящего эликсира и вернулся к воротам. На лезвие секиры, меча и поверхности щита у меня были выгравированы руны света. Против живых они бесполезны, обычное оружие из качественной стали, а вот для нежити весьма неприятный сюрприз. При наполнении силой эти руны на оружие наносят дополнительный и очень болезненный урон. Обжигают и дезориентирует. Эти руны я и активировал, пустив свою силу по ним. Щит в левую руку кулачным хватом, меч пока в ножнах, секира на поясе в петле. Правая рука пока нужна свободной.

Стражники сомкнули щиты, построив стену. Маг приготовил что-то убойное из огненной школы. Свен рывком приоткрыл одну створку ворот, в которую я бросил заклинание вспышки, прикрыв глаза. По очень радостному вою вампира, я определил, где эта тварь. Шаг вовнутрь склада. Створка за мной закрывается и подпирается чем-то тяжелым. Через щели стен пробивается немного света, да и в темноте я неплохо вижу. Вампир катается по земляному полу возле правой стены, понравилось, наверное, ему. Сейчас добавлю еще немного счастья. Отправляю два сосуда с освещенной водой, один за другим в эту тварь. Храмовая вода для вампира, как концентрированная кислота для живых.

Вой усиливается так, что уже неприятно бьёт по ушам. Вампир прыгает в сторону ворот. Перехватываю его ударом щита в голову и секирой по колену. Ответный удар рукой с резко удлинившимися когтями приходится в правое плечо. Уйти не успеваю, только смягчаю удар шагом влево. Достается не слабо, секира вылетает из руки и меня отбрасывает на пару шагов в сторону. Меч в руку, правой ногой шаг вперёд, левой в сторону. Рубящий удар по правой руке вампира, подшаг к нему и кромкой щита в голову. Сильная тварь, нога подрублена, лицо сожжено, вместо правой руки культя по локоть. Вот этой культей тварь и бьёт, ещё не поняв от боли, что лишилась руки. Промахивается естественно. Давлю его щитом к стене и короткими колющими ударами бью в грудь и шею. Один из ударов перебивает шейный отдел позвоночника и вампир падает.

Короткая схватка вымотала меня до предела, руки и ноги дрожат, дыхание как после длительного бега с серьёзным весом. Но ничего ещё не кончено. Живучая тварь, если оставить в таком виде, то регенерирует довольно быстро. Позвоночник восстановится через пару часов, рука отрастет за неделю. Есть определенные плюсы в том, чтобы стать вампиром. Идеальный вариант это отрубить ему башку, тогда точно всё. Но я жадный. Награда от магистрата у меня уже в кармане, но храмовые дознаватели за живого вампира ещё золотишка подкинут. Любят они выяснять, кто и где обратил, кто надоумил, зачем в город пришел, и кто помог пройти. Вот им сдам эту тварь. Для этих целей у стражников в наличии есть специальные цепи с рунами подчинения. Блокируют магические способности у живых и не живых. Руки, ноги и нижняя часть головы заковываются. Пленник, привыкший пользоваться магией, становится беспомощнее годовалого ребёнка.

Я убрал меч в ножны и подобрал свою секиру. – Свен открывай! – Пнул я створку ворот.

Судя по звуку, Свен выбил подпорку обухом своего топора и открыл воротину.

- Убил?

- Не, живой ещё. Цепи давай.

Взяв кандалы, я вернулся к вампиру. Зрение у твари уже восстановилось, так что таращился он на меня полными любви глазами. Но мне его взгляды ниже пряжки пояса.

- Будешь так таращиться, глазки полью храмовой водичкой. – Предупредил я его и пнул для лучшего понимания.

Перевернул на живот и заковал ноги. А вот с руками проблема, правую я отрубил ему по локоть. Ну, ничего, мы люди дурные, и так справимся. Руки заковал в районе бицепса, вывернув ему плечи назад под неестественным углом, и надел маску.

- Всё парни, забирайте его и тащите его к зданию магистрата. Для вас сегодня выпивка в «Усталом путнике» за мой счёт.

Доблестные стражи, в предвкушении халявной выпивки, замотали вампира в мешковину и потопали на главную городскую площадь. Я пошёл за ними. Бургомистр, как и старшие советники уже разошлись по домам. Мелкий чиновник попытался меня прокатить с деньгами, мотивируя тем, что все приличные люди уже разошлись. Завтра, мол, приходи. Взяв его за шиворот и встряхнув пару раз, я пообещал отпустить вампира. Пусть глава и советники завтра сами его ловят. Или деньги на бочку. Повздыхав, клерк вручил мне заранее приготовленный вексель на сто золотых, положенных мне после аванса.

Далее я зашел в храм Светлых и передал вампира церковникам. За что получил благословение от епископа, и ещё один вексель на полсотни золотых от их казначея. Удачно я поохотился, за день заработал примерно полугодовой доход охотника. Почаще бы так, за пару лет можно и на баронство поднакопить.

Выйдя из храма, я увидел картину маслом посреди городской площади. Два рыцаря на конях и в полном боевом снаряжении требовали от Даргола не мешать им в их благородных порывах. А конкретно, данные болваны хотели вызвать на честный бой моего приятеля Кира. Видите ли, они дали обет уничтожить по пять вампиров каждый. И им глубоко плевать каких, истинных или нежить. Услышав, что в городе свирепствует вампир, они решили покрыть себя не увядающей славой, и избавить жителей свободного города Анкоры от этой напасти. То, что вампир уже пойман и эта проблема в городе решена, не волновало даже их коней. Подайте им немедленно кого-нибудь для рыцарского подвига и исполнения обета. Есть и пить не можем, пока какого-нибудь вампира не зарежем.

Даргол стянул три десятка стражников, но этого было мало. Рыцари шли совершать подвиг в сопровождении десятка конных сержантов, не считая оруженосцев и пажей. Два полных рыцарских копья[1], остановить могла только тяжелая пехота в плотном строю, с поддержкой лучников или арбалетчиков. Глубиной строя не менее десятка рядов. Ещё желательно с вбитыми кольями в землю, метров так пять перед строем и установленными ежами из брёвен. И то не факт, рыцарь в хороших доспехах, на коне в барде проезжал через такой строй до шестого – восьмого ряда. Если конечно лошадь, достаточно отмороженная, и врезалась в такой строй на полном ходу, не сбрасывая скорость перед препятствием.

Два десятка тяжелых всадников могли наворотить серьезных дел в городе. Его стражников втоптали бы в мостовую, даже не заметив. Потом, конечно, данных индивидуумов постреляли бы из арбалетов на узких улицах города, из окон и крыш домов сами жители. Но скольких они перед этим вырежут горожан?

Так что Даргол не решался отдать приказ на успокоение смутьянов и послал за главой магистрата. Тот, не смотря на объёмное пузо, прибежал довольно резво. Оказывается наш бургомистр, и бегать умеет, а не только важно плыть на своих двоих. Чувствовал себя он не уверенно и смотрел по сторонам с тоской, не зная, что делать. Судя по гербам, рыцари из высшей знати герцогства, на территории которого и находился город.

Кое-как глава смог достучаться до разума благородных героев. Всё-таки бургомистр не зря занимал свою должность. Ораторское искусство, мастерство переговорщика, недюжинный ум у мужика в наличии и на высоте, хоть и сволочь. Разговор рыцарей и бургомистра с повышенных тонов и требований, перешёл в спокойное русло. Количество горожан на площади быстро увеличивалось, жители подходили не с пустыми руками. Хоть и без доспехов, но мечи, мессеры[2], фальшионы, а кое у кого и арбалеты, действовали успокаивающе на представителей военного сословия. Они слезли с коней и после длительных донесений своей позиции и выслушивания оппонента, согласились решить дело поединком.

Послали за Киром одного из присутствующих тут пацанов. Мой приятель пришел без спешки и оружия. Выслушал бургомистра и подошёл к рыцарям. Смотрелся мой приятель без оружия и брони, на фоне двух рыцарей в кольчужно-бригантных доспехах с латной защитой рук и ног, весьма жалко. Один из них снял шлем, стал в красивую картинную позу, бросил перчатку к ногам Кира и толкнул речь:

- Я - маркиз ди Клемонт! Вызываю тебя, мерзкая тварь, на бой до смерти.

Твою мать, маркиз. Это очень плохо, можно сказать архи херово. В этих землях титул маркиза очень редок. Чуть пониже герцога, но выше графа. Здесь, на западе и севере, маркизы были ближайшими родственниками королей или владетельных герцогов. Судя по гербу, кровная родня местного правителя во всей красе. Только свита что-то маловата для аристократа такого уровня. Валить насмерть такого никак нельзя. Мстить будут за него до победного конца, даже если он герцогу живым не нужен совсем. Тут дело будет фамильной чести, и деньгами его уже не решить.

- Завтра с утра на этой площади. Пешими, без доспехов, оружие - длинные мечи. – Кир поднял перчатку.

Следующим, повторив позу своего друга, выступил второй рыцарь:

- Я, барон ди Шалонн, клянусь встать против тебя, если каким-то злым колдовством ты выживешь.

Хорошо, что хоть этот всего лишь барон. Баронов в местных краях до хрена. Одним больше, одним меньше, никто и не заметит. Хотя, кто его родня, неизвестно. Не силён я в геральдике. Вот к чему приводят пробелы в образовании. Пока ты размышляешь, можно барона валить наглухо или нельзя, оный барон режет тебя с полным самозабвением.

Его перчатку поднял я. Не люблю живых и здоровых благородных. Такая у меня психологическая травма.

– Не стоит ждать окончания поединка своего друга барон. Я то же мерзкая тварь, так как с данным вампиром регулярно пью вино и играю в шахматы. Так что можете смело подраться со мной. Кстати, хорошая перчатка. Прибью завтра к стене в таверне, после того, как отрежу вам уши.

Барон, в полном изумлении, только кивнул в знак согласия.

- Тогда завтра, в тоже время и на тех же условиях. Если вы не против парной дуэли. Пошли Кир, выпьем, я нашёл вампира.

[1] Рыцарское копьё – конный отряд, состоящий из бронированных всадников и конных арбалетчиков. Численность копья была разной, но не более 15 воинов.

[2] Мессер (нож) – однолезвийное холодное оружие позднего средневековья. Более дешёвый вариант меча.

Интерлюдия

5 лет назад. Степь, граница Вольных и куманов.

Совместное войско пришло на границу Вольных и куманов через два дня после совещания. Кречет со скрежетом зубов вспоминал это грёбанный совет. Там он оказался практически единственный, кто не соглашался с планом герцога Дрого. План герцога, в общем, был очень неплох и разумен. Так что даже Яромар и Вислав неодобрительно на него косились.

Предложение Кречета, встретить степняков возле крепости Вислава, отвергли. Герцог решил вывести армию в степь к месту соединения куманов. Что и сделали. Совместная армия Эндора, Асколона и Вольных встала лагерем, взяв под контроль крупные источники воды. Всех не комбатантов оставили возле крепости. За сутки упорных копательно-махательных работ, возвели защищенный земляным валом укрепленный лагерь. Были оборудованы полевые позиции для пехоты. На протяжении всего фронта пеших баталий, вкопали заточенные деревянные колья и установили ежи.

Любая бронированная конница потеряет скорость, проходя через них, и не сможет сломать строй пехоты. Если конечно, та сама, дрогнув, не побежит со страха. Но не должна. Дрого I принял решение вывести в бой только опытных наёмников и пару тысяч, самых хорошо вооруженных ополченцев. Поддержку пехоте окажут амальфийские арбалетчики, в количестве шести сотен рыл. Поставят перед полосой кольев и ежей мантелеты[1] и качественно проредят атакующую конницу степняков. Потом отход на фланги и поддержка латной пехоты.

Десяток рыцарских копий, всех кто пришел из Асколона, и сотню амальфийцев герцог оставлял в резерве за позициями пехоты.Пять тысяч ополченцев оставались в лагере, в качестве дополнительного резерва и охраны колодцев. Общим командиром над пехотой и резервом герцог назначил асколонского аристократа Бруно из рода Гербельтинов, графа Вердена. Опытный военачальник, конюший[2] герцогства Асколон, был наставником и воспитателем Дрого I, в бытность того ещё наследником герцога Асколона. Бруно при необходимости не постеснялся бы встать в строй ополченцев или наёмников, воодушевляя их своим примером. Так же, граф Вердена в конном строю атаковал в первом ряду. Но это нормально.

В нынешние времена любой высший аристократ, включая королей и принцев крови, обязан был сражаться в первых рядах. Так как чем богаче и знатнее дворянин, тем качественнее оружие и доспехи, а так же лучшие кони под ними. Попробуй поруководить сражением с холма в тылу, собственные вассалы спросят на хрена нам такой сюзерен.

— Что это за трусливая тварь там с умным видом обозревает окрестности. Нам такой сеньор не нужен. А вам? Тоже нет? Иди ка ты мил человек вон туда в лес, а мы тут пока решим, как лучше разделить твоё бывшее имущество, и кому оммаж[3] приносить.

Хотя были и исключения, в силу преклонного возраста сюзерена, или регентства над малолетним наследником женщиной. Даме в битве делать нечего, вообще сиди во дворце, в поле есть, кому воевать за честь и богатства короны. Уважаемого старика в бой так же никто не пустит. Заслужил своими прошлыми ратными подвигами славу, опыта навалом, командуй через оруженосцев и пажей. Так сказать мудро управляй и руководи.

Так было на Западе. У степняков на востоке и накрийцев на юге порядки другие. Султаны, эмиры и прочие ханы могли себе позволить в сражениях не учувствовать лично. У них считалось, что власть дана от высших небесных сил и прочих богов. Так что руки свои они никогда чужой кровью не пачкали. Зато там такие интриги, отравления и убийства через найм специалистов, что клубок самых ядовитых змей покажется элитным борделем, с самыми умелыми, красивыми и покорными девушками.

Левое крыло, герцог Дрого I, возглавил сам, забрав себе оставшиеся три сотни амальфийских арбалетчиков, которые должны не дать степным лучникам безнаказанно закидывать стрелами рыцарей.

Рыцарские копья Эндора в количестве почти двух тысяч конников. Из них около четырех сотен рыцарей, носившие отличные доспехи на лошадях в бардах. Элита и гордость Эндора. Почти семьсот безземельных рыцарей и оруженосцев, у них доспехи похуже, кони за редким исключением без доспехов. Но личного умения воевать ничуть не меньше, чем у более богатых коллег по опасному бизнесу. А желания проявить себя, в надежде на лучшую долю в добыче и благосклонность высшей аристократии, серьёзно увеличивала их боевую мораль.

Остальные всадники это боевые слуги рыцарей, доспехи существенно по хуже. Часть была с арбалетами, могли выступить в качестве конных стрелков. Но даже они были существенно лучше основной массы степняков. А самое главное, все эти всадники умели сражаться в едином строю, были дисциплинированы и управляемы во время боя. В прямом столкновении Эндорцы сами бы раскатали степняков по полю, но кто же с ними лоб в лоб сталкиваться будет? Куманы так не воюют. Конные лучники на мелких степных лошадях максимально избегали прямого столкновения.

Правое крыло составляли Вольные. Четыреста пятьдесят тяжелых всадников и восемьдесят три десятка младшей дружины. Три четвертых всех старших дружинников, имевшихся в наличии у вольного народа, были здесь. Пожалуй, это была лучшая тяжелая кавалерия этого мира. Соперничать в качестве с ними могли только латные всадники орков и катафрактарии накрийцев.

Отличные доспехи, с учетом специфики степной войны. Максимальная подвижность в сочетании с качественной защитой. Каждый дружинник имел бахтерец или зерцальный доспех, одетый поверх стеганой куртки. Стальные наплечники с шинно-бригантной защитой рук и ног. Стальные шлемы с защитой лица личиной или забралом. Щит, в зависимости от предпочтений каждого воина — рыцарский тарч и или круглый рондаш. Из оружия — копьё, длинный прямой меч или тяжелая сабля, кавалерийская секира и шестопер, сложносоставной степной лук.

Главное это лошади в стеганно-пластинчатой защите. Вольные — знатные коннозаводчики. Очередь из покупателей на пять-семь лет из желающих. И лучшие лошади у дружины. Старшей дружине все самое лучшее. Будь их хотя бы пять тысяч, то они могли бы покорить полмира. Но их за всю историю вольного народа никогда не было больше восьмисот человек единовременно. Это очень дорого.

Вольных было не много. Общее население тысяч пятьдесят. В возрасте двенадцати лет, каждый мальчик Вольных уходил в одну из пяти крепостей-застав. Воины старшей дружины учили и тренировали их три года. Упор делался на физическое развитие и индивидуальное владение оружием. С пятнадцати лет акцент тренировок смещался в сторону общей подготовки в составе подразделения, конного или пешего. До восемнадцати лет юноши Вольных служили своему народу, как младшие дружинники. Мобильная легкая конница, но качественно вооруженная и подготовленная. За эти три года парни получали множественный боевой опыт. В восемнадцать лет Вольный получал право выбора. Вернуться в свой род или стать профессиональным воином, войти в старшую дружину и посветить всю свою жизнь войне. Девять из десяти возвращались домой. Оставшийся становился щитом и мечом Вольных.

Степь никогда не была спокойной. Ежегодно кочевники накатывали на поселения оседлых народов, за добычей и пленниками. В основном небольшими отрядами до трехсот сабель. Их принимали и били силами пяти крепостей-застав. Раз в пять — семь лет, случался большой набег, когда накатывала орда. Тогда созывалось ополчение из всех мужчин подходящего возраста. Совместно со старшей дружиной набиралась до шести — семи тысяч, очень качественная по боевым навыкам и вооружению армия.

Почти всегда, Вольные сами решали свои вопросы со степью. В самых плохих ситуациях, к ним на помощь приходили северные соседи из Ругского княжества. Как и они к ним, так как проблема с кочевниками была общая. Плюсом военную помощь оказывал союзный Эндор. Тамошние герцоги были кровно заинтересованы в боеспособности Вольных. Перешедшие Великий Путь кочевники, безнаказанно опустошали поселения герцогства и вытаптывали поля. Пока соберется феодальное ополчение, на этих землях целыми оставались только замки баронов и города с качественными стенами. Но жрать выжившим было нечего, степняки как саранча, что не уносили с собой, то надкусывали и сжигали.

******

Куманы пришли к вечеру и сильно огорчились. К колодцам не подойти, а пить хочется, особенно лошадям, после тяжелого дневного перехода. Примерно тысяча кочевников подошла вплотную к лагерю и закидала его стрелами. Урон, конечно, нанесли, но не существенный. В основном пострадали ополченцы, нет у них необходимых рефлексов. Так что стрелы отбивали своими тушками. До сотни убитых и раненых образовалось среди них.

Наёмники отреагировали правильно, быстро и организованно заняв оборону. Вольные вывели в поле младшую дружину, и завертелась степная карусель. Стрел обе стороны не жалели. Пока легкая конница соревновалась в меткости стрельбы на ходу, две сотни Вольных из старшей дружины и около трехсот рыцарей, двумя конными баталиями решили поковыряться копьями во внутренностях кочевников.

За атакой латной конницы очень приятно смотреть со стороны, красиво. Особенно в исполнении Вольных. При разгоне, шло перестроение в три шеренги. Расстояние между всадниками каждого ряда, позволяло атаковать противника идущим в следующей волне без помех. Вольные отлично держали линию каждой шеренги и расстояние между ними. У рыцарей с этим делом существенно по хуже. Сказывается отсутствие опыта совместных тренировок и боевых действий в составе крупных конных соединений. Каждое копьё и баннера взаимодействовали отлично внутри себя. Но единого строя не было, и быть не могло. Каждый рыцарь ориентировался только на знамя, под которым привык сражаться.

Кочевники в ближний бой не полезли. В собачей свалке у них были хорошие шансы победить при численном преимуществе пять к одному. Но тут такого численного преимущества не было, да и свалка не намечалась. Пять сотен тяжелых всадников шли в лобовую атаку плотным строем с копьями. Степняки, развернулись и быстро начали откатываться в степь. Десятка три самых нерасторопных были выбиты из седел. Остальные в рассыпную отступали, не прекращая обстрел из луков.

Князь-воевода Яромар остановил атаку Вольных и развернул их к лагерю. Рыцари, видя бегущего врага, останавливаться не собирались. А зачем останавливаться, противник бежит, значит надо догнать и рубить в спины. Но в степи такая тактика не работает. Атакующие рыцари попали в стандартную засаду. Ложное отступление кочевников с последующим окружением и избиением атакующих.

Яромар проклял тупость союзников и бросил старшую и младшую дружины в бой. Спасти удалось чуть больше половины рыцарского отряда. Остальных побили стрелами, выдернули из сёдел арканами или порубили в спину.

Старшие Вольных прорубились к окруженным рыцарям, разорвав кольцо окружения, и разогнали кочевников. Те особо и не упиралась, первый бой они выиграли в чистую, причем малыми силами. Основное войско степных ханов ещё даже не подошло. Под прикрытием лучников из младшей дружины, Вольные подобрали раненых и вернулись в лагерь совместно с оставшимися в строю рыцарями.

В лагере едва не произошёл раскол. Рыцари посчитали, что их бросили на поле боя, и при поддержке соратников ринулись выяснять отношения, причем сразу у ворот лагеря. Прозвучали первые вызовы на поединки. У Вольных с рыцарскими поединками совсем хреново, то есть никак. Зато кулаком в рыло и ногой по яйцам, всегда пожалуйста. Любой Вольный воспринимает вызов на поединок от не Вольного, как начало схватки. Следовательно, никаких правил.

Внутреннюю резню предотвратил герцог. Встал между двумя приготовившимися к схватке группами. Матюками разогнал своих вассалов, князей-воевод и старших командиров рыцарей пригласил к себе в шатёр. Там и потребовал объяснений.

— Господа, произошедшее требует некоторых пояснений. Такие потери, при ваших действиях в поле, многие из нас считают предательством. — Дрого I, выглядел спокойным, произнося это. Что не скажешь про остальных аристократов. Те с трудом контролировали себя, теребя рукояти мечей.

— Ваша светлость, что вы знаете о степной войне? О тактике кочевников? — Выдохнул в раздражении Кречет.

— Думаю достаточно!

— Достаточно для чего? Для того что бы гонять по окраинам своего герцогства пришедших пограбить мелкие отряды кочевников? — Князь-воевода снял шлем, и грохнул им по столешнице, приходя уже в нешуточную ярость.

— Кто-нибудь из нас учит вас, как осаждать и штурмовать замки или города? Как воевать против армии, состоящей из таких же рыцарей, наёмной пехоты и городского ополчения?

— Не думаю, что Вольные знают об этом лучше, чем мы сами. — Ответил герцог. — К чему вы это?

— К тому, что с какого это хрена, вы и ваши рыцари, решили, что знаете, что такое степная война? Когда это вы успели изучить тактику куманов и их манеру боя? Может на турнирах или подавляя рокош[4] одного из своих вассалов? Вы ничего не знаете о том, как воюют кочевники. А мы с ними сражаемся сотни лет и вполне успешно. Ваши потери — это глупость и самоуверенность ваших рыцарей. И те, кто сегодня остался жив в поле, это наша заслуга. Ваши люди попёрлись в явную засаду, такие ошибки у нас не совершают даже дети.

— Возможно, вы и правы, князь. Нам всем нужно успокоиться, и решить, что делать дальше. Потери хоть и неприятные, но относительно небольшие. Проблема в моральном духе. Первое столкновение и такой результат. Наёмники и ополчение могут завтра побежать.

— Ночью мы подними им боевой дух, только огромная просьба, слушайте наши рекомендации и вовремя по команде останавливайтесь.

*****

Следующим утром армия Эндора, Асколона и Вольных спокойно позавтракала и вышла в поле на подготовленные позиции. Степняки опаздывали к началу праздника. Ночка у них выдалась тяжелой. Четыре сотни рыцарей и сотня старшей дружины хорошо повеселились. Подкованные копыта лошадей обмотали тряпками. Спешенные всадники, ведя на поводу своих лошадей, на километр подошли к стоянке куманов.

Погрузили свои бронированные тела в сёдла, и постепенно набирая ход, прошлись по краям лагеря кочевников. Дозоры степняков были на месте и предупредили своих, подняв тревогу. Но это было и не важно. Никто и не стремился к ночной битве, вглубь лагеря не полезли. Так, испортили сон и кого-то рубанули с седла. На этом и остановились. Основную работу сделали младшие дружинники. Обошли стоянку куманов по широкому кругу и разогнали табуны пасущихся лошадей кочевников, пока те готовились встречать рыцарей, имитирующих атаку. Так что остаток ночи и всё утро, куманы собирали своих лошадей по степи. Пока союзники спокойно досыпали, вернувшись практически без потерь в свой лагерь.

Ближе к полудню начались степные шахматы. Герцог внял советам Вольных, по три опытных воина из старшей дружины были в качестве советников у герцога Эндора и графа Вердена. Ещё по десятку из младшей дружины, были предоставлены в качестве посыльных.

Кочевники разбились на три части. Примерно три с половиной тысячи, выставили на свой правый фланг, против конной баталии герцога Дрого I. Около трёх тысяч на левом фланге, против Вольных. В резерве тысяча латных всадников. Остальные в центре, против пехотной баталии наёмников и городского ополчения.

Шаманы степняков кинули на пехоту сильные порывы ветра с пылью, и под их прикрытием легкая конница атаковала, вплотную подойдя к кольям и ежам. Маги герцога, хоть и с небольшим опозданием, развеяли их заклинания, встречным потоком ветра. Кочевники попытались растащить колья и ежи, освобождая себе проход. Получалось у них не плохо, пока особо дерзких и наглых не проредили амальфийцы болтами. Степняки откатились от позиций пехоты метров на сто — сто пятьдесят. Навесом, засыпав стрелами арбалетчиков и пехотинцев. Массовые магические атаки парировались обеими сторонами, тут был пока паритет.

Правое крыло кочевников попыталось обойти конную армию герцога Дрого, и атаковала его. Три сотни амальфийцев сделали два залпа, и отошли за строй всадников. Рыцари пошли в атаку, но быстро остановились. Так как куманы не приняли прямого боя, а уходили в степь, оттягивая рыцарей от строя пехоты. Эндорцы, толи поумнели, толи вняли советам Вольных и вернулись на место, не став преследовать.

Вольных куманы особо не беспокоили, накатывали волнами и били из луков. Впрочем, особого вреда не было. Старшая дружина в отличной броне, и сама метко отвечала. Младшие держались позади старших, по команде Вислава засыпая стрелами площадь где плотно скапливались степняки.

Так и играли в смерть две могучие кучки дядечек. Ища более выгодный момент для решительной атаки. Стратегическое преимущество было на стороне армии союзников. Близость лагеря и вода в достаточном количестве. Так что, они могли играть спокойно от обороны. Ханы куманов это отлично понимали, и ближе к вечеру атаковали всерьёз.

На свой левый фланг против Вольных, кочевники перекинули резерв из своих бронированных всадников. Вольные пустили своих коней навстречу, походу перестраиваясь. Старшая дружина в три шеренги, следующие за ними младшие, так же выравнивали свои ряды. Луки убирались, время копий, а затем мечей.

Шаг, рысь, галоп. Всадники Вольных набрали скорость и врезались во встречную лаву кочевников. Треск сломавшихся копий, ржание валившихся лошадей и хрипы умирающих людей в облаках пыли. Конь кочевника четыреста — четыреста пятьдесят килограмм. У Вольного пятьсот пятьдесят — шестьсот. Плюс доспехи коня и всадника. Преимущество в двести килограмм минимум. На высокой скорости это огромная разница. Несмотря на трехкратный численный перевес в людях, Вольные буквально вытоптали куманов, разделив их лаву на две части.

Началось истребление. Кречет оставил своё копьё в теле степняка в куяке, проткнув того через щит. Рубил на обе стороны мечом, прорываясь через кочевников. Опытный воевода на одних рефлексах сражался, в то же время оценивая складывающуюся обстановку и приглядывая за своим воспитанником. Кон бился как опытный воин, спокойно и расчетливо, держась среди своих соратников. Внезапно противники впереди кончились. Вольные выскочили из винегрета железа, кожи, лошадей и людей на степной простор. Остатки куманов бежали.

— Яромар! Центр!

А в центре полнейшая жопа. Куманы атаковали по всему фронту пешей баталии. Маги эндорцев просрали момент атаки шаманов, и метров пятьдесят по фронту было выжжено на всю глубину строя. Туда и ворвались кочевники. Пехота дрогнула. Часть побежала, часть наемников пытались собираться в защитные круги возле знамён своих капитанов. Конный резерв графа Вердена завяз в бегущих пехотинцах, пытаясь локализовать прорыв строя встречным ударом. Рыцари топтали свою же пехоту.

— Светлого в рот болтом демона! Долбоёбы! — Лучшая оценка тактической обстановки на поле боя от князя-воеводы. На фланге герцога Дрого непонятно что. Идет резня в клубах пыли, но там, по крайней мере, поражением не пахнет. Центр разгромлен, и если им не помочь, то там вырежут всех.

— Сотня из младших подбирают наших раненых и убитых. Остальные, атака в центр свободной лавой.

Разгон уже уставших лошадей, в первом ряду те, у кого остались копья. Таранный удар в тыл кочевников и собачья свалка в мешанине из своих и чужих. Почти победа, вот именно что почти. Вся неправильность и нелогичность данного похода, что видел Кречет, вылезла в виде совместного удара рыцарской конницы герцога Эндора и куманов по сражающимся Вольным. Наёмная пехота стаскивала крюками алебард с коней, не ожидавших этого Вольных, и на земле закалывали и забивали их. Рыцари рубили, пехота колола, кочевники рубили и расстреливали из луков. В считаные минуты от дружины Вольных ничего не осталось.

Яромар пал проткнутый в спину рыцарским лэнсом, Вислава забили полэксами на земле наёмники. Кречет собрал вокруг себя кого только смог и пошёл на прорыв. Всё-таки Вольные одни из лучших воинов этого мира. Из почти тысячи трёхсот дружинников, вырвались в степь чуть больше двух сотен. Старшие и младшие вперемежку, на уставших лошадях, в иссечённых доспехах и практически все раненые.

Дружины Вольных больше нет, но есть ещё народ Вольных. Гонка наперегонки со смертью началась. Кречет и теперь остальные выжившие четко понимали, что герцог Эндора пришёл сюда не покорять и присоединять, а уничтожать под корень весь народ Вольных.

[1] Мантелет — стационарный деревянный (за частую обтянутый кожей) щит, за которым укрывались лучники или арбалетчики при осаде крепостей или при полевых сражениях.

[2] В средневековье, должность конюшего подразумевала собой командующего конницей.

[3] Оммаж — в средневековье, присяга приносимая вассалом своему сюзерену. В которой четко проговаривались обязанности обеих сторон, по отношению друг к другу.

[4] Официальный мятеж феодала против своего сюзерена, объявленный для защиты своих прав и свобод.

Глава 3

Вольный город Анкора. Настоящее время.

Выпить и обсудить ситуацию с Киром мы решили в таверне, где я проживал и выполнял функции вышибалы. Тем-более я обещал стражникам угощение за мой счёт. Так что хозяин таверны, скотина такая, радостно потирал руки в предвкушении заработка. На халяву стражники пьют много, не люди, а кони какие-то. Пока я снимал доспехи, переодевался и умывался, Кир занял стол в углу и заказал ужин и вино.

Ужинали мы не спеша и основательно, на выпивку не налегали, так как интуиция и жизненный опыт подсказывали, что скоро к нам прибудут гости. Отпраздновать поимку вампира сегодня точно не судьба.

Доесть мы успели. На серьёзный разговор явилась целая делегация в лице бургомистра, епископа храма Ордена и Даргола, лейтенанта захватили в качестве уважаемого нами человека. Его то мы точно сразу в лес посылать не будем. При появлении высокого начальства, бухающие за мой счёт стражники, испарились. Хоть какая-то польза от этих посетителей.

Если с Дарголом и епископом я довольно часто и нормально общался, то появление бургомистра что-то из рук вон выходящее. Очень редко он снисходил к таким как мы, обычно от магистрата со мной кто-то рангом поменьше общался. К владетельному дюку[1] проще на приём попасть можно было, чем к нашему главе.

Цель данной делегации была проста. Два рыцарственных дуболома, что прибыли совершать подвиг в наш город, были роднёй герцогскому правящему дому, на чьей земле стоял наш славный свободный город Анкора. Естественно, что городские власти не хотели ссориться с благородным сословием из-за их, возможной, смерти. На нас-то им было плевать. Но проблема в том, что Кир признанный мастер меча, являлся действительным членом гильдии свободных фехтовальщиков. Да и я консоме[2] не ботфортами[3] хлебаю.

Вот и распинался бургомистр, суля нам золотые горы. Уговаривал уехать на время из города под благовидными предлогами, чтобы поединки не состоялись. В виду нашей трусости.

В принципе, я был не против. На честь в понимании аристократов мне плевать с крыши ратуши. Для меня самый честный и благородный бой это когда я в спину противника из лука стреляю. А вот гордо скакать на коне под развивающимися флагами навстречу копью дурака в железе, это не для меня. Хоть и умею. Больно с такой высоты на землю падать. Тем–более повод для моего отъезда нашелся серьёзный. Мне предлагали заказ на уничтожение непонятной зверушки, что повадилась нападать на деревню в паре дней пути от города, по высшей двойной ставке. Но Кир, это совершенно другое дело. Истинные вампиры существовали с давних времён. На древность дворянских родов людей они смотрели, как на притязания приматов только что слезших с дерева и считающих себя пупами земли. Так что Кир никуда не уедет.

Бургомистр торгаш, пара-тройка графских дружин с ополчением под стенами города не способствует улучшению торговли. Но он не понимал главного, если сейчас мы избежим поединка, спрячемся, то завтра кто-нибудь из дворян может потащить в постель симпатичную горожанку. Только потому, что ему так захотелось. Дальше будет хуже, дюк начнет брать дополнительные налоги. Владетельные сеньоры начнут брать пошлины за проход торговых караванов через свои земли. Все вольности Свободного города постепенно, но довольно быстро исчезнут. Свободный город превратится в обычный, коронный. Не факт что из-за меня с Киром. Но наш отказ от поединка может стать одним из таких камушков скатывающихся с горы.

Город стоял на земле феодала, и статус Вольного получить было не просто. Вольный город сам себе являлся феодалом. Сеньору, чья земля, платился строго оговоренный ежегодный налог. Но не более того. Городской совет сам собирал налоги с различных гильдий. Эти налоги, город пускал на своё развитие по своему усмотрению.

Феодал же брал сколько хотел, и когда хотел. Собрался воевать, нужны деньги на армию. А где их брать? Конечно с горожан, они богатые. С крестьян особо денег не возьмешь, только продукты. Мало того, что вытрясет звонкую монету, так ещё и городское ополчение в армию поставь. Если цеховой мастер, подмастерье или ученик будут с копьями в строю стоять, то кто будет товары производить. И не факт что эти горожане с войны вернутся, там и убить могут.

Даргол это прекрасно понимал, епископ тоже. Городской храм в Анкоре приносил более высокий доход, чем храм в столице герцогства, хотя населения там было в три раза больше. Торговый люд в свободных городах жил побогаче, чем в городах под властью дворян. Но глава магистрата впадал в истерику при мысли о возможных боевых действиях.

Мы с Киром пообещали не убивать рыцарей, по возможности. Я пока не стремился менять место жительства. Судя по реакции Кира, он то же бегать от наёмных убийц не горел желанием. В общем, кое-как смогли успокоить главу городского совета. Хотя я слабо себе представлял, как такое возможно. Поединок на полуторных мечах без доспехов очень скоротечен. Два-три удара чередующиеся с защитными действиями и всё, уноси готовенького. В таком поединке у рыцаря, привыкшего к доспехам шансов не много. Они привыкли к мощным рубящим ударам, оставляя защиту на откуп доспехам. Фехтовальщики совсем другой тип бойцов. Свою тушку берегут тщательно. Работают с дальней дистанции на колющих или режущих ударах в уязвимые места, или наоборот уходят в диагональ, сближаясь с противником. Тут всё от мастерства и опыта зависит. Короче говоря, никто из нас жестко парировать удары рыцарей не собирается, чревато. Полуторник – тяжелый и длинный меч, такой блок продавит, если не с первого так со второго удара.

В общем, решили мы, что если будет возможность без особого риска, то постараемся оставить в живых благородных господ. Нет, так покинем город после поединка. Делегация нас оставила, но настроение испортили. Допили мы кувшин лёгкого вина и разошлись спать. За исход дуэли особо не переживал ни я, ни Кир.

Утром с восходом солнца, я пришёл на главную городскую площадь. Что за дурная привычка у благородных драться по утрам? Неужели нельзя убить друг друга ночью? Народу на площади собралось уже не мало. Ну да, хлеба и зрелищ всем хочется. С хлебом в городе всё было в порядке, горожане не бедствовали и не голодали. Нищих и попрошаек в Анкоре практически не было. Тунеядцев быстренько брала стража под белые рученьки и обеспечивала принудительными работами. Если с первого раза не понимали, то их сопровождали к городским воротам и указывали направление движения с помощью пинка под зад. А вот со зрелищами в виде поединков были проблемы. Редкость.

Стража толпу сдерживала, оставив место для поединков. Причём два десятка стражников были в полном боевом снаряжении и стояли отдельно. Десяток из ветеранов собрали строй, второй десяток стоял за ними с заряженными арбалетами. Сопровождающие рыцарей конные сержанты были на лошадях и в полной боевой выкладке, готовые ринуться в атаку. Вот на них и были направленны арбалеты и копья стражников, для освобождения горячих голов от дурных мыслей.

Маркиз с бароном, как истинные аристократы, наплевали на договоренности по условиям поединка. На бой явились в кольчужно-бригантных доспехах. На мой вопрос о нарушении договоренностей, ответили презрительно:

- Мол, рыцарской чести и так нанесён урон дракой с сиволапым мужиком и непонятной тварью. И так они нас осчастливили, вызвав на поединок.

Я посмотрел на главу города, тот сделал вид, что его это не понимает в чём проблема, дуэлянты на месте, оружие в наличии, так сражайтесь быстрее. Народу работать, понимаешь, надо, а вы ту мозги сушите про какие-то правила Храмовый рыцарь, назначенный маршалом дуэли, дал команду сходиться.

Мы с Киром отбросили ножны мечей и шагнули к центру отведенной площадки. Маркиз и барон пошли на встречу и встали в одинаковые атакующие стойки, с поднятыми мечами над головой, «День» называется такая позиция, или высокая стойка. Из такой позиции наносится очень быстрый и сильный удар по вертикали. Если попадешь, то противник не жилец.

Кир в «Глупце». Меч держится двумя руками перед собой, остриё направленно в стопу противника. Глупец не тот, кто так стоит, а тот, кто на это ведётся и атакует. Рубящий удар в голову Киру. Смещение влево с восходящим ударом в меч маркиза. Непростой ход со стороны истинного, рискованный. Но исполнено на высшем уровне. Маркиз открытым боком к своему противнику. Хочешь, руби, хочешь коли, вариантов масса. Хотя рубить не лучшая идея, маркиз в шлеме и доспехах, их не прорубишь. Но загнать острие длинного меча в подмышку, проколов кольчугу, самое то. Или подрезать заднюю поверхность ноги.

Но Кир пошел сложным путём. Следующим движением на ногах, сместился за спину провалившемуся противнику. Левой рукой схватил за кольчужную защиту шеи маркиза, идущую от шлема. И рванул на себя с подсечкой под опорную ногу. Маркиз с грохотом от двадцати пяти килограмм своих доспехов рухнул на землю. Попытался подняться и получил мощный пинок в голову, выпал в осадок. Кир запрыгал на одной ноге, виртуозно матерясь. Сапоги тонкие кожаные, без металлических вставок на носке.

Одновременно с этими событиями проходила и моя схватка. Мой противник, который барон, шагнул ко мне с точно таким же рубящим ударом из «Дня». Я из классической стойки «Плуг», когда меч направлен в голову противнику, вскинул свой полуторник над головой. Принял удар на плоскость меча, сливая его вниз по лезвию своего клинка. С одновременным шагом вперед и вправо передней ногой, я перехватил левой рукой свой меч за середину лезвия, перейдя в полумеч. Навершием рукояти врезал ему в лицо. А нечего с отстёгнутым забралом у нас по городу шляться. Надел броню, будь добр опустить забрало. Хотя с ним видно крайне хреново. Барон, потеряв передние зубы, прилёг поспать на мощенной камнем площади.

Не поединки получились, а избиение младенцев. Хотя рыцари младенцами не были, на пару лет постарше меня. Тут другое. Рыцарь это бронированный всадник, основным его оружием является копьё. После того как копьё сломается, берутся за палицу или секиру. Ими гораздо удобней стучать по голове и щиту такого же бронированного всадника. Меч для них вспомогательное оружие, символ статуса. Одноручным мечом они конечно пользоваться умеют и очень не плохо, но в паре со щитом, когда пеший бой. Полуторники они вообще стали использовать недавно. Со спины лошади им очень удобно рубить плохо защищенную пехоту. Но работать длинным мечом стоя на своих двоих это целое искусство, которому учатся долгое время. Еще попробуй, найди такого наставника. Да и занятия фехтованием для благородного сословия не очень почётное занятие. Так, по крайней мере, считалось до недавних пор. Сейчас ситуация меняется, многие из благородных, ищут наставников и берут уроки. Нам же достались не обученные. Бросили вызов Киру, не зная, что он профессионал-фехтовальщик. Узнав это, явились на бой в доспехах, не помогло. Уровень сильно разный.

Горожане радостно заорали, приветствуя нашу победу. Оруженосцы рыцарей кинулись к своим хозяевам и остановились. Мы свои мечи не убирали.

- Стоять. Нас на бой до смерти вызывали. А мертвых ещё нет. – Сказал Кир, уперев острие меча в горло одного из оруженосцев.

- Господин, оставьте в живых этих рыцарей. Мы заплатим выкуп. – Побледневший оруженосец старательно прятал испуг.

- Ладно, выкупайте их жизни и забирайте эти тушки. Пятьдесят золотых за каждого. – Согласился Кир. – Хотя, стой.

- Может обоссать их, пока валяются? Чтобы в следующий раз не кидались вызовами по сторонам? Дураков учить надо. – Спросил у меня Кир.

- Хорошая воспитательная идея. – Согласился я. – Только не стоит. По их благородным правилам, оружие и доспехи переходят в собственность победителя. Так что это теперь наше. Сам отмывать потом будешь.

- Точно. Вытряхивайте эту падаль из наших доспехов и тащите всё в таверну «Усталый путник» вместе с конями.

Оруженосцы вместе с пажами подхватили рыцарей и понесли к магу-лекарю. Он их быстро на ноги поставит, но денег стрясет по самым высоким расценкам. Мы мечами отсалютовали жителям города и, поблагодарив за моральную поддержку, разошлись по своим делам. У Кира обучение пары начинающих фехтовальщиков. Мне в таверну, вчера лень было чистить доспехи и оружие после боя с вампиром. Так что буду корячиться сегодня. Почистить и смазать кольчугу та ещё задачка.

С оружием и снаряжением я провозился долго. Десятилетний мальчишка, прислуживающий в таверне, позвал меня в низ. Пришёл Кир. В ожидание выкупа за жизни рыцарей мы пообедали. Господа маркиз с бароном явились в сопровождении своих оруженосцев. Один из них молодой парень, который кинулся первым спасать господ. Второй уже пожилой воин. Странно, что ещё в оруженосцах. В таком возрасте обычно уже его старшие сыновья должны щеголять рыцарскими поясами и золотыми шпорами.

Но там сложная система у вельмож. Носить рыцарские шпоры можно при наличии довольно не слабой суммы денег в наличии, или стабильного дохода от поместья. Те, у кого нет возможности подтвердить свой доход, до самой старости бегают в оруженосцах, или становятся рыцарями на поле боя за заслуги перед владетельным сеньором. Получают оружие и снаряжение от своего господина, нося его герб и кормясь с его стола.

По законам, наследный лен не делим, и достается старшему сыну. Младшие, вырастая в замке отца, получают навыки воина-рыцаря, кое-какое оружие и снаряжение и отправляются по миру в поисках своего счастья. Кому-то везёт, заслуживают своими подвигами землю. Кто-то пристраивается к храмам Светлых Богов, и становятся храмовниками. Большинство же служат у более богатых дворян оруженосцами. Некоторые выбирают путь откровенного разбоя. Создают вполне боеспособные банды и грабят, пока не повесят. Во время войн такие банды подаются в наёмники, сражаясь за звонкую монету. Кому-то везет, и получают в собственность землю. Кому-то не везёт, возвращаются к разбойному промыслу или гибнут.

Рыцари учтиво поклонились и поздоровались, волшебный мордобой учит вежливости. Особенно, если после полученной трёпки ещё и приходится платить звонкой монетой. А расходы у господ намечались не детские. Два комплекта полного кольчужного хауберка, крупнопластинчатые бригантины, сделанные мастерами оружейниками. Заклепки пластин на стёганной льняной основе образовывали гербы рыцарей. Шлемы – бацинеты[4] с пристегивающимися забралами и кольчужной бармицей. Латные перчатки, брассары[5], наручи, поножи. Мечи, булавы, копья, а самое главное и очень дорогое это кони в полном барде[6]. Кони, две здоровенные зверюги, приученные идти на строй пехоты с копьями. Такой конь, оружие и снаряжение стоили очень не дёшево, примерно годовой доход очень хорошего баронства. Папаши данных господ вряд ли обрадуются таким расходам, и весьма вероятно настучат больно своим отпрыскам ремнём по рыцарственным задницам.

Так что благородные являли собой эталон смирения и учтивости, в надежде выкупить всё это подешевле. Разговор решили начать с угощения нас дорогим вином, бочонок которого приволокли с собой. Даже позволили нам называть их по именам, без всяких господинов маркизов (баронов). Вполне общительные и компанейские парни.

После пары кубков вина приступили к обсуждению денежных вопросов. Выкуп заплатили сразу монетами. Остальное подверглось тщательному и длительному торгу. Тут основную роль взял на себя пожилой оруженосец. Видно, что не в первый раз приходиться ему это делать. Стоимость каждой из вещей он старательно занижал и торговался до последнего. Пока Киру это не надоело, и он не послал мальчишку за знакомым гномом оружейником. С помощью гнома суммы стали стремительно расти в нашу пользу. Время от времени спорщики клялись Светлыми Богами и проклинали демонов, хватались кто за меч, кто за молот. Потом запивалось это всё пивом и вином, и торг продолжался.

Нам с Киром эта торговля быстро надоела. На барона и маркиза ожесточенный спор оруженосца с гномом тоже навевал тоску. Они предложили оценить их коней, которые перешли теперь в нашу собственность. Киру лошади до фонаря. Для него это средство передвижения. Я же с детства с лошадьми. Первые мои воспоминания это сильные руки, которые сажают меня на спину лошади. Мой страх и восторг, когда я вцепился ручонками в гриву и проехал первый круг по двору крепости.

- Посмотрите господа, какие великолепные жеребцы. Они ни в чём не уступят лучшим лошадям этих ублюдков Вольных. – Похвастался Жан, который маркиз.

Зря он это сказал. Я – Вольный. Ненависть и ярость к благородным, которую я тщательно прятал глубоко в себе, моментально выветрила всё вино, что я выпил. Предательский удар в спину моему народу, уничтожение женщин и детей в городах. Когда рыцарские дружины и наёмные отряды устроили бойни, пока собранное войско Вольных выманивало орду степняков под удар армии герцогства Эндор. Этого я никогда не забуду и не прощу.

Кир перехватил мою руку на рукояти меча и кинул заклятие ослепления. Сделал вид, что поддержал покачнувшегося человека уставшего от вина.

- Не делай этого сейчас. Успокойся. Ночью их зарежем, если хочешь. – Зашептал на ухо мне Кир и снял заклятие.

Я глубоко вздохнул, успокаиваясь. Рубить сейчас этих дураков глупо. Самого повесят, да и не учувствовали они в той бойне. Герцог Эндора из рода Асканиев далеко отсюда на востоке.

- Вы правы Жан. Отличные боевые дестриэ[7].

- Для вас они совершенно бесполезны, так как ментально привязаны к своему хозяину. Никого другого носить на своей спине не будут. – Сообщил Жан.

- Ну, раз они бесполезны для нас, то и говорить не о чем. Сдадим их скотобойню, хоть колбасы из конины поедим. Под ваше отличное вино неплохая закуска получится. – Махнул рукой я.

От такого моего заявления рыцари выпали в осадок. С конями им явно не хотелось расставаться. Боевой обученный жеребец стоит очень дорого, да ещё и ментально привязанный магом. Вырастить такого и обучить, немалый и длительный труд для владельца. Так что торга по поводу коней не было. Рыцари согласились на полную рыночную стоимость. В это время гном и оруженосец пришли к общему знаменателю по цифрам за оружие и доспехи.

Таких денег на руках у дворян не было. Помощь им оказал бургомистр. Есть у него какие-то общие дела со знатью герцогства. Он попытался нас уговорить на рассрочку выплаты, когда это не прокатило, предложил часть суммы выбрать вещами на замену и остаток выплатить из своего кармана, таким образом, ссудив благородных.

Кир выбрал себе шахматы, мастерски вырезанные из бивней каких-то легендарных животных с далекого юга, отделанные золотом и серебром. И кожаный полный эльфийский доспех. Каким чудом он оказался у рыцарей, совершенно не понятно. Кожаные доспехи были хорошо известны, но использовались ими редко. Для хорошего уровня защиты их приходилось делать трехслойными и весили они гораздо больше того же хауберка. Ну и существуют другие недостатки у кожаной брони. Впитывала все запахи, почти не реально починить.

Эльфийский же кожаный доспех был однослойным. Легким, прочным, не впитывал запахи и легко чистился. Секрет такой обработки кожи был доступен только эльфам, а эти высокомерные твари им не делились.

Я выбрал полутораметровый двуручный меч гномьей работы, с идеальным для меня балансом. Второй вещью я взял лук. Пожалуй, за него я отдал бы все рыцарские доспехи, оружие и коня что мне достались. И доплатил бы всеми деньгами, которыми располагал и не считал бы себя в убытке. Истинную ценность этого лука здесь не понимал никто. Мощный, степной, сложносоставной лук всадника, отделанный рогом степных туров на сжатие, и жилами на изгиб. Покрытый несколькими слоями лака от влаги, этот лук являлся произведением оружейного искусства. Делал его великий мастер не менее пяти лет. Такими луками владели ильханы степных орд. И передавались они по наследству.

Мне же он достался за сущие гроши по сравнению с реальной ценой, за бард для боевого жеребца. Вернее цены у него не было, такие луки не продавались. В общем, обе стороны были довольны. За удачный исход дня мы допили вино из бочонка. Господа рыцари активно набивались к Киру в ученики. Я же был счастлив. Получил великолепный лук и огромную сумму денег, которую мог заработать лет за пять, трудясь охотником на тварей и нечисть.

- Я могу с вами поговорить?

Держа в руках лук, я не заметил, как все разошлись, и как к столу подошла молодая девушка, явно из высокородных.

- Пожалуйста, присаживайтесь. – Вернулся я в реальный мир.

- Я хочу вас нанять.

- Вам нужен охотник на тварей? – Удивился я, глядя на матерых пятерых воинов, которые её сопровождали.

- Нет. Мне нужны вы. Вернее ваши навыки профессионального фехтовальщика, виконт ди Мерсьер.

Шах и мат.

[1] Дюк (duxe - вождь) – дворянский титул, соответствующий герцогу.

[2] Консоме – осветленный бульон (суп).

[3] Ботфорты - кавалерийские сапоги с длинными стоячими голенищами, имеющие наверху пришивные клапаны (раструбы), закрывающие колено.

(в данном случае переделка поговорки «не лаптями щи хлебаем»)

[4] Бацинет – защита головы (шлем) с кольчужной бармицей и забралом. Появился в Европе в середине XIV века. Существует огромное количество бацинетов, отличающихся по форме и способу крепления забрала.

[5] Брассар – элемент защитного доспеха, защищающегоруку от плеча до локтя (набицепсник).

[6] Бард – защитный доспех лошади. Вариантов масса – стеганные, латные, кольчужные, пластинчатые.

[7]Дестриэ - крупный боевой рыцарский конь, как правило, жеребец.

Глава 4

Вольный город Анкора. Настоящее время.

Твою мать. Виконт ди Мерсьер. Ну да, это я, пять месяцев как. Прихотью моего наставника или преследованием им какой-то другой цели, я не знаю. Но прежде чем получить пинок под зад, которым меня вышиб в новую жизнь мой наставник, он отвел меня в храм Светлых Богов. Там провели необходимый ритуал признания меня наследником графа ди Мерсьер. Там же, в храме Светлых, мне вручили бумаги на владение двумя сеньориями в личной баронии конта[1].

Имуществом, землями и замками графа ди Мерсьер, управлял Орден Светлых. Платя моему наставнику четверть от всех доходов. Сам он туда вернуться не мог, так как являлся личным врагом владетельного герцога. Если бы мой наставник, с пьяных глаз, забрёл в то герцогство, то его бы сделали короче на голову. Титул конта передали бы кому-то из прихлебателей герцога. А потом бы решали вопрос с руководством Ордена по поводу владения землей и замками.

Так что я виконт только на бумаге. Хотя мне полагалась четверть от доходов моих формальных сеньорий. Насколько доходы большие, посмотрю в конце года, когда Орден выплатит их. А так, кроме возможных неприятностей, я плюсов в своём дворянстве не видел. Тамошнему герцогу наследник конта не был нужен от слова совсем.

Были и другие причины для обоюдной любви с герцогом. Именно этот герцог из рода Асканиев правил Эндором. Именно по его приказу почти полностью уничтожили народ Вольных, среди которого я вырос. Раскрывать свою принадлежность к дому конта ди Мерсьер, значит навесить на себя любителей яда и кинжала. Добавить к этому мою принадлежность к Вольным, то картина складывается совсем веселая для меня. Одно радует, герцог Эндора очень далеко отсюда.

Зато близко эта высокородная молодая дама, которой потребовался профессиональный фехтовальщик с титулом. О том, что охотник Кон, то бишь я, ещё и является виконтом Конрадом ди Мерсьер, в этом городе не знал никто. Да и кому нужно искать происхождение охотника? Тварей и нежить режет, деньги получает, по девкам бегает – значит, нормальный охотник. А то, что фехтованием занимается, та кто не без тараканов в голове?

В занюханом королевстве Бигорр, где осел Ринд ди Мерсьер и где я провел последние пять лет, о том, что я виконт знало всего человек пять. И это не те люди, которые будут об этом кричать на всех перекрестках. Отсюда вывод: - высокородная леди могла узнать только от моего наставника, гения – фехтовальщика и крайне хитрожопого и скрытного человека, преследующего не понятные мне цели. Очень похоже на то, что мой наставник решил дать мне очередного ускоряющего пинка в нужном ему направлении. Только вопрос, в каком направлении, и на хрена мне это?

Кто эта высокородная девушка я и так знаю, хоть она и пока скрыла своё происхождение. Княжна Ругская. Имел честь, познакомится с ней лет пять назад. Тогда ещё совсем сопливой девчонкой лет двенадцати.

После побоища в степи, которое устроили эндорцы с асколонцами дружине Вольных и массовой резни всего остального народа, я уходил от повисших на спине степняков и конных егерей герцогства на север, через степь. Сделав большую петлю по землям куманов, свернул на запад в княжество Ругское. И в небольшом пограничном городке княжества нарвался на десяток егерей, которые отлавливали выживших Вольных. Меня встретили как родного.

По коню и доспехам им стало сразу понятно, чьих я буду. От усталости я уже мало что соображал и въехал в городок, как к себе домой, в расчете на отдых. Всё-таки Вольные и руги старые союзники. Вот и нарвался. Повезло еще, что эндорцы были как на курорте, без доспехов и с похмелья. Заводного степного конька я бросил сразу. Усталого Ветерка пустил в рысь и насадил на копьё, бросившегося наперерез, эндорского егеря. Копьё в нём намертво застряло, жаль, отличное копьё было, моя гордость. Бездоспешного противника проткнул на ходу, так что крылья копья застряли в ребрах.

Парочку стоптал Ветерок, четвертому, попавшемуся мне эндорцу, я мечом разрубил голову. Жеребец набрал скорость, перейдя на галоп, и вынес меня из поселения. Но арбалетный болт я в спину поймал. Привык к тому, что щит на спине, остатки которого бросил после последнего боя. Разбили в труху вражины. Хорошо хоть из седла не выпал. Ветерок ушёл от погони и привез меня в лес к ватажке охотников на пушного зверя. Охотники – свободные люди, грабить и добивать меня беспомощного не стали. Помнят, что Вольные и княжеская дружина почти восемь сотен лет охраняют их от набегов степняков. Вот и укрыли меня в лесу, потом знахарку привели, которая меня и выходила.

Знахарка магическим даром обладала очень слабым, никто никогда её не учил. Так что выхаживала она меня в основном слабенькими эликсирами из трав. Магию применяла, в виду отсутствия знаний, на примитивном уровне. Направляя мою же жизненную силу на заживление дыры от арбалетного болта. Но вырезала она его вполне профессионально и не дала умереть от потери крови. Так что лечение моё затянулось.

Отлежался я, насколько смог привёл оружие и доспехи в порядок, и скрытным маршем двинул на поиски неизвестного мне на тот момент мастера, к которому меня отправил князь-воевода Кречет, при дружине которого я вырос.

Шёл я по лесным дорогам, не заходя в городки и поселения ругов. Ночевал подальше от троп и дорог, забираясь в чащу. После одного из таких ночлегов возле ручья, я услышал звуки боя не сильно далеко от меня. Кто-то кого-то увлечённо резал неподалёку. Аккуратно я решил посмотреть, что происходит. Тем более мне в ту сторону путь держать.

На лесной дороге была довольно грамотная засада на проезжающий небольшой отряд, охранявший повозку. Из лесу пять лучников постреляли лошадей, запряженных в эту крытую повозку. И отстреливали спешившихся воинов, которые её охраняли. Из охранного десятка осталось три раненых бойца, которые довольно бодро ещё отмахивались. Остальные были уже убиты или ранены так, что не могли сражаться. На этих трёх оставшихся на ногах дружинников вполне умело наседали человек пятнадцать. Трое давили большими щитами, ещё пятеро под их прикрытием работали копьями с дистанции. Остальные кто с чем. В основном небольшие щиты и топоры, у некоторых одноручные мечи.

Тройка защитников, как ни странно, попыток прорваться не делала. Хотя могли, их уровень мастерства был на порядок выше, чем у нападавших. Стояли до последнего и собрались умереть, не сходя с места от повозки. Чёрт меня дёрнул вмешаться не в своё дело. Нашёл лучников, хотя какие это лучники? Пяток бородатых мужиков с длинными тисовыми палками в рост человека и тесаками на поясах. Такие могли доставить неприятности в чистом поле под прикрытием тяжёлой пехоты. Хотя здесь на начальном этапе нападения из засады сработали неплохо. По крайней мере, лошадей постреляли и кое-кого из охраны достали.

Сейчас же сбились в кучу и бестолково метались вдоль дороги, пытаясь найти просвет для выстрела. В общем, не повезло им фатально. Меч в одной руке, кинжал во второй. Молниеносная бойня с быстрым перемещением на ногах и режущими ударами по уязвимым местам. Далее, лук из чехла и три стрелы. Две в копейщиков, одну в щитоносца. Все трое благополучно померли. Дружинники оказались матерыми профессионалами, отреагировали моментально. В образовавшуюся брешь строя ворвались и устроили резню, наглядно показав разницу между потомственными воинами и сиволапым мужичьем.

Судя по внешнему виду, нападавшие были из крестьян, которых поставили под копьё феодалы. Те, немного повоевав, к мирной жизни не вернулись. Решили пойти путём разбоя на дорогах, в светлое будущее весёлой и богатой жизни. Не повезло. Пошли на корм воронам. Я особо и не вмешивался. Так, срубил пару бедолаг, что ломанулись в лес в поисках спасения. Остальных порубили дружинники.

Из повозки один из выживших бойцов помог выйти девочке лет двенадцати в дорогом платье, расшитым золотом. Девчонка молодец, несмотря на пережитый страх и возраст, эмоции тщательно скрывала. На валяющиеся вокруг трупы смотрела спокойно.

- Я Лиана, княжна Ругская. Благодарю вас, благородный рыцарь, за своё спасение. Мой отец с радостью примет Вас и окажет достойные почести. Как ваше имя?

- Кон, княжна. Я не рыцарь и никогда им не стану, так как не благородный.

Восторженный взгляд девчонки резко потускнел. Похоже, что сказка её не состоялась. Ну, не прынц я, не прынц. Простой дружинник из Вольных, которых почти не осталось. Княжна молча вернулась к возку, а я стал вырезать свои стрелы. Мало их у меня осталось, мастера, который их делал, уже нет в живых, как и его сыновей и остальных Вольных, живших в трёх городах. Теперь сожженных.

Ветерок фыркал и толкал меня своей мордой, выражал недовольство, что ему не довелось подраться. Добрый у меня жеребец, растопчет в блин пару-тройку вражин и становится очень миролюбивым. А тут я, скотина такая, без него воевать пошёл. А как с ним? На маленькой лесной поляне на коне воевать негде. Ткнёт ирод какой-нибудь в коня копьём, где я ещё такого пацифиста возьму?

Пока я вытряхивал всё ценное из убитых мною, подошла служанка, выжившая в возке вместе с княжной. Вручила мне целых пять золотых монет. Дорого нынче жизнь дочери правителя не малого княжества стоит. Ну и хрен с ними, с правителями и их детишками. С трупов я собрал немного серебра и меди, пару клепаных коротких кольчуг, три неплохих одноручных меча и пару топоров, остальное откровенный хлам. В общем, не богато живут разбойники. С какого хрена они вообще полезли на десяток дружинников в таком составе?

- Я - Ильнор, сотник дружины князя Ругского. Спасибо, мы твои должники Вольный. – Представился старший из бойцов, рослый воин в отличном юшмане[2].

- Да не за что, сотник. За ваши жизни уже заплатили целых пять золотых. Вы там сами определяйте, кто сколько стоит.

- Не обращай внимания, княжна совсем ещё девчонка, начитавшаяся рыцарских романов. Ты всегда сможешь получить помощь и укрытие среди нашей дружины. Прими в дар от меня это и помни – ты желанный гость в моём доме. - Второй дружинник вручил мне тяжелый и довольно длинный сверток в мешковине и подвёл жеребца – тяжеловоза. Вот на него добычу и погружу. Чувствую, что обиженный Ветерок меня пару дней на себя не пустит, не то, что ещё груз повесить.

Так и распрощался с ними, с дружинниками по-дружески. С княжной обменялись холодными кивками. Подарком оказались великолепный бахтерец[3] и тяжёлая сабля всадника с ярко выраженной елманью и слабо изогнутым однолезвийным клинком. И то и другое сделанное отличными мастерами. Очень дорогой подарок. До сих пор у меня. Теперь и с княжной встретились, хотя меня она и не узнала.

Впрочем, ничего странного, с тех пор прошло пять лет. Длинное худое убожество, как меня называл мой наставник, стало выше на голову, раздалось в плечах и нарастило мышцу. Попробуй не нарастить. За те пять лет, что я провел в его поместье, я поднял такой вес различных железяк, что и команда портовых грузчиков не поднимает за всю свою жизнь. Так я не просто поднимал, а еще и бегал и махал ими до полной потери сознания и кровавых слюней. Мне иногда казалось, что мастер ставил эксперименты, сколько времени я продержусь, пока не сдохну. Ещё и удивлялся, что опять выжил.

Теперь княжне нужен фехтовальщик с титулом. Её ко мне направил мой наставник. Больше некому. Если почесать затылок и подумать, да к этому ещё и посмотреть на карту, то можно сделать определенные выводы. На восточной границе бывшей империи и степи, образовались три государства. Самоё южное – герцогство Эндор, далее на север герцогство Асколон, на северо-восток от Эндора – княжество Ругское.

Двадцать один год назад дочь герцога Асколона из дома Асканиев вышла замуж за герцога Эндора из рода Вельфов. Образовалась дружба между двумя соседними, до этого часто враждующими государствами. Через год родился наследник в Эндоре, только герцогиня умерла при родах, и маги не смогли вытащить. Ещё через пару лет отряд герцога Эндора попал в странную засаду степняков и весь полёг, вместе с герцогом.

Как степняки смогли пройти незаметно через Вольных и половину герцогства, в количестве достаточном, что бы перебить пятьдесят гвардейцев и многочисленную свиту герцога с парой магов, непонятно. А наследник куда-то пропал, скорее всего, удавили мальчонку по-тихому. Герцогом Эндора стал младший сын правителя Асколона из рода Асканиев, что бы хорошо было всему их роду до конца света. Именно этот герцог и вырезал мой народ пять лет назад.

Теперь загребущие ручонки Асканиев тянутся к Ругскому княжеству. Династический брак между наследником Асколона и княжной ругов вполне возможен и желателен для Асканиев. Князь, как и его наследник, могут случайно помереть в любой момент. Жизнь правителей такая непредсказуемая. Лошади спотыкаются на полном ходу, стрелы с болтами свистят постоянно, виночерпий, скотина такая, вино с отравой для крыс перепутает. Много разных неприятностей случается с аристократами.

Родственники князя и старшие воеводы обязательно сцепятся за княжью корону. Там с престолонаследием всё сильно не просто. А тут на белом коне и Асканий приедет при поддержке армии из двух герцогств. Будьте любезны, господа руги, принять в качестве нового князя мужа вашей княжны и зятя вашего бывшего князя. Посмотрите, какой достойный человек, не руг конечно, но зато в скатерть не сморкается и красивый, пока в шлеме.

Всё логично, странно другое. Старая империя после развала разодрана на лоскуты. Где-то у власти смогли остаться потомки имперской аристократии. Где-то утвердились новые правители, взявшие власть по праву меча. Между собой они грызутся постоянно, чутко следя, что бы кто-нибудь из соседей не усилился. А тут Аскании подгребли под себя уже одно герцогство, и всерьез посматривают на княжество. И никто из соседей не чешется по поводу такого усиления одного из домов. Эндор и Асколон очень крупные и богатые государства. Такое усиление одного из правящих домов в нынешней жизни не реально, но оно по факту есть.

Я не верю, что степняки смогли незаметно пройти через территорию Вольных, устроить засаду на герцога Эндора на земле герцогства и перебить его конную гвардию. Для этого степняков должно было быть сотен пять минимум, с пятёркой очень сильных шаманов. Да и то не факт. Половина гвардейцев набиралась из дружинников Вольных, которые любую засаду степняков видят ещё до того, как они её устроят. Вторая половина гвардии набиралась из самых отмороженных ухорезов герцогства, принесших личную клятву герцогу, обвешанных защитными амулетами.

Вот этой гвардией и командовал мой наставник – конт Ринд ди Мерсьер. В той бойне он смог выжить. По его словам, герцога убивали эльфы. Эльфийские маги легко продавили выставленный щит магов сопровождавших герцога. Пара сотен лучников в считанные минуты перебила выживших гвардейцев и свиту, чьи защитные амулеты были полностью разряжены, после очень сильного удара магов нападавших

Возникает вопрос: - А на хрена это эльфам? Ушастые уроды активно боролись со старой Империей. Цели своей они добились. Империя, раздираемая внутренними противоречиями, раскололась сначала на две части. Потом случился глобальный звездец, когда наш мир превратился в поле боя между теми, кого сейчас называют светлыми богами и демонами. Была длительная резня всех против всех.

Это окончательно добило Империю. Экономика развалилась, были разрушены крупнейшие города и утеряны многие ремесла. Торговля умерла, люди откатились в развитии существенно назад. Ели то, что сами выращивали. Необходимый минимум инструмента и вещей повседневного быта производили сами кустарно.

Своей кучи неприятностей не избежали и эльфы, примерно треть из них была выкинута из Великого Леса. Случился у них внутренний конфликт с массовой резнёй на непонятной почве. Эти стали называться орками, то есть отверженными.

Частично потеряв доступ к магии Леса, орки осели на его северной границе. Отжали часть степи у различных кочевников и построили своё государство. Довольно мощное. Перестроились в военном плане на конницу и серьезно потеснили кочевников, которые полезли на запад. К Вольным, ругам, Эндору и Асколону. Теперь орки, вздохнули с облегчением и регулярно наносят дружеские визиты своим кровным братьям. Великий Лес практически неприступная крепость для всех, кроме самих эльфов. Но кровь то у них одна. Так что эльфам очень грустно и больно бывает от своих ближайших родственников. Режутся они постоянно и самозабвенно.

Если допустить что Аскании действуют с помощью эльфов, то картинка складывается логичная. Восточные провинции старой Империи объединяются в одно государство и активно давят на степняков. Те, в свою очередь, вынуждены будут развернуть своих лошадей на сто восемьдесят градусов и опять скакать вперед, на орочье государство. И эльфы будут счастливы, заколебала их кровная родня. Сколько сотен лет прошло, а они всё никак ни успокоятся. Оркам будет долго не до мести своим родственникам из Великого Леса, когда кочевники волнами попрут к ним.

Лично мне наплевать на орков и эльфов вместе взятых. Но вот медленно отпилить головы всем Асканиям зазубренным мечом, это я сделаю с великой радостью. Отпилить им бошки не получится от слова совсем. Для таких целей нужна большая решительная компания, состоящая из пятнадцати-двадцати тысяч качественных ухорезов. Чего нема, того нема, и не предвидится. Очень дорого, такую армию далеко не каждый король собрать сможет. И уж точно ни виконт ди Мерсьер, тем-более ни охотник Кон. А вот помешать стратегическим планам Асканиев, вполне возможно.

Думаю, поэтому княжну отправил ко мне мастер. Решил, что не фиг мне тут в Анкоре прохлаждаться, всякую нечисть изничтожать, делом надо заниматься. Но прежде чем согласиться на предложение княжны, я с неё стрясу золота по максимуму. За пять золотых монет я точно работать не буду. Разовая ставка фехтовальщика выходящего на замену в поединке, начиналась от пятидесяти золотых монет. А там, в зависимости от знатности нанявшей тебя особы и от статуса противника цена росла в арифметической прогрессии.

Чем выше статус, темь меньше шансов остаться в живых, даже в случае победы. Сами наниматели частенько избавлялись от таких наёмников, боясь шантажа и огласки. Так что фехтовальщики, подписывающиеся на такие дела, деньги брали в перёд и готовили себе возможности сбежать после дела заранее.

[1] Конт – дворянский титул, соответствующий титулу графа. Виконт – наследник конта (графа).

[2] Юшман - Кольчато-пластинчатый доспех — разновидность доспеха из металлических пластин, соединённых друг с другом при помощи отдельных колец или вставок кольчужного полотна, зачастую дополненный кольчужными рукавами, полами. Мог носиться в комплекте с дополнительными защитными элементами, такими, как оплечья, наручи и поножи.

[3] Бахтерец (бехтерец) - Кольчато-пластинчатый доспех — разновидность доспеха из металлических пластин. Отличается от других кольчужно-пластинчатых доспехов малым размером пластин и большим перекрытием их друг друга.

Глава 5

Вольный город Анкора. Настоящее время.

На следующее утро после пробуждения и умывания, как всегда, если не работаю по профилю охотника, я вышел на задний двор таверны. Там у меня тренировочная площадка, которую соорудил собственными руками, выбив место у хозяина таверны. Соорудил балду[1], на стене нарисовал квадрат Бардена[2], установил перекладину. Мешки с песком, бревна, камни и куча железяк отлитых из свинского железа[3], различного веса. В общем, всё, что необходимо для одиночной тренировки воина и фехтовальщика. Для работы с партнером, я посещал тренировочный зал Братства Меча или работал с Киром. Конный бой и стрельбу из лука практиковал за городскими стенами.

Сегодня моя тренировка была со зрителями. Три дружинника из свиты княжны, ошивались на заднем дворе и делали вид, что птичками любуются. Ну и хрен с ними, пусть смотрят. Размялся, прогнал на дорожке основные стойки, защиты и атаки с длинным мечом. Универсальное оружие для тренировок. Позволяет работать как одной рукой, так и двумя. Комплекс приемов с ним позволяет оттачивать технику даже для древкового оружия, вроде копья и алебарды. Так как общие принципы работы схожи.

То же самое сделал с парой щит-меч. Поработал с двуручным мечом, который достался от рыцарей. Отличный меч по качеству стали и балансу. Единственный недостаток в его размере. Носится только в руках или едет на повозке завернутый в тряпку. Для конного боя не подходит совсем. Колоть лучше копьём, а рубить им с седла не получится совсем. Массу тела не вложишь в удар никак. Инерция двуручнику задается всем телом.

Дальше физкультура - перекладина, камни, бревна. Без неё никак. Сила, скорость и выносливость сами не придут, а без них никуда. Убьют сразу, сколько бы ты приёмов не знал. После тренировки водные процедуры. Далее заставил себя показаться на глаза Ветерку в конюшне. Так как с поиском вампира и поединком с рыцарем, два дня уже не выбирался на нём из города. Ветерок своенравный и злой жеребец, мог начать буйствовать и разносить конюшню по бревнышку, обидевшись на недостаток внимания с моей стороны. Так что перед походом к нему я затарился на кухне сладкими сухариками и яблоками. Может, простит.

К моему удивлению Ветерок был в прекрасном настроении. Белобрысый малец, лет одиннадцати, гладил его по голове и счастливо смеялся, когда конь, играясь, пытался его забодать своей головой. Очень странно. К Ветерку мало кто отваживался подходить, тем более трогать его. За такие вольности обычно прилетало копытом в лоб. Да и еду, и воду он брал только ту, что я ему насыплю и налью.

- Парень, ты откуда здесь? – Окликнул я мальчонку.

- С дружинниками приехал из Ругского княжества, за их лошадьми ухаживаю. Это мейрос[4]? – Ничуть не боясь незнакомого воина, спросил он.

- Да, а ты откуда знаешь? – Удивился я.

- Отец выращивал таких. Потом степняки пришли. – На глазах паренька появились слезы.

- Понятно. Ты из Вольных?

- Да.

- А родители твои где?

- Мамку и сестру степняки убили. Отец смог только меня спасти. Потом мы к ругам подались, отца приняли в княжью дружину. Год назад и он погиб в походе, когда с княжичем на куманов ходили. Меня к лошадям приставили. Княжна пожалела. – Пояснил он.

- Покорми Ветерка яблока и сухариками, он их любит. А я ему зерна насыплю, и воды чистой налью. – Потрепал я паренька по голове.

А что я ещё мог ему сказать? Много где встречались осколки Вольных, каждый со своей жизненной трагедией. Разлетелись по свету и пристраивались, кто как мог. Всем не поможешь. Гребанные Аскании, бревно им полуметровое в дупу.

После серьезного разговора с Ветерком, я осознал всю глубину своего скотского отношения к жеребцу. Два дня он уже, понимаешь, из конюшни не выходит, мало того, тут нет ни одной симпатичной кобылы. В общем, сволочь я, а не боевой соратник. С мейросами всегда так. Владеешь мейросом, трать кучу времени, средств и сил на его содержание и душевное спокойствие, и он никогда не подведет и не предаст.

В зале таверны за одним из столов меня с нетерпением ждала княжна. Вчера мы ни о чём не договорились. Не стал я отвечать сразу, взял паузу на подумать. А хороша девка. Высокая, гибкая и сильная с ярко синими глазами и пухлыми губками. Я поздоровался с ней и кивнул двум дружинникам, сидевшим за соседним столом в качестве охраны.

- Виконт, мне нужен ваш ответ. Вы согласны заключить контракт?

- Леди, прежде чем заключать контракт, я должен знать, что вы от меня хотите. Ваши туманные намеки меня не устраивают. Да, и представьтесь, наконец, своим настоящим именем. – Потребовал я.

- Разве недостаточно того, что меня к вам направил конт Ринд ди Мерсьер? – Удивлённо подняла она бровь.

- Для того, что бы я вас выслушал, достаточно. Для принятия мною решения, нет.

- Хорошо, я Лиана, княжна Ругская. Что вас интересует, спрашивайте.

- Для чего вам нужен фехтовальщик? Вас охраняют лучшие дружинники княжества, они в состоянии справится с любой угрозой. В крайнем случае, они останутся умирать, пока пара из них увезет вас от опасности.

- Угроза грозит не мне, а моему брату. В ближайшее время он посетит Велор с неофициальным визитом, для знакомства со своей невестой. Наш отец ведет переговоры с королём Велора о браке моего брата и его дочери. По некоторым причинам, такой брак очень мешает нашим соседям из Асколона. Пока мой брат будет в столице Велора, его очень постараются убить. Прямое нападение мало реальна. С братом серьезная охрана. С магическими угрозами справятся маги. Отец нанял очень серьезных специалистов. А вот с провокацией и вызовом на поединок брату придётся разбираться самостоятельно. Насколько я знаю, асколонцы искали профессиональных бретёров. Вот для защиты от них вы и нужны. – Пояснила Лиана.

- Ничего не понятно, но очень интересно. Насколько я знаю, аналогичные переговоры ведутся герцогом Асколона с вашим отцом, уже о вашем браке с наследником герцога.

- Мой отец отказал герцогу Асколона.

- С этим понятно, а как вы себе это представляете замену мною, вашего брата на поединках? – Тут уже удивился я всерьёз. Чтобы было понятно читателю, объясню кто такие руги.

Изначально ругский союз племён жил на берегу моря, которое сейчас называется Ледяным. Отличные мореходы и воины, многие из них собирались в команды и ходили далеко по морям-океанам в походы, с целью экспроприации ценных вещей, которые их владельцы не могли защитить. Если не получалось пограбить, то вполне успешно и выгодно руги торговали. Даже Империя, на пике своего могущества, ничего с ругами не могла поделать. Несколько раз посылались флоты и пешие армии для объяснения ругам принципов имперской демократии. Имперские корабли, с помощью абордажа, меняли владельцев. Остатки выживших в северных лесах легионеров, всех своих потомков заклинали не ходить туда. Мол, там не люди, а чудовища страшные и бьют сильно. И вообще, не по правилам воюют. В общем, не ходите, люди добрые к этим варварам, кроме пиндюлины ничего не получите.

На севере через море, располагались три очень больших острова и куча островов поменьше. На которых жили норды и юты. То же большие любители чужого имущества. Совсем не бедные были эти северяне. Соль, корабельная древесина, морской промысел, богатые оловянные рудники, залежи руды богатой железом позволили нордам и ютам жить очень не плохо. В то время ещё был довольно мягкий климат на островах и материковом севере.

С ругами островитяне соседствовали вполне нормально. При встрече на море, бывало резались, а чаще вместе ходили в походы. Выгоднее и безопаснее было трясти цивилизованных имперцев и их потомков. Добычу можно было взять существенно больше, крупные морские экспедиции ругов, ютов и нордов были страшным сном для прибрежных провинций имперцев. Тем более родственные связи имелись серьезные. Обмен невестами шёл в обе стороны вполне активно.

Во время войны Светлых и Демонов, применялась такая магия, что по всему миру возникали катаклизмы. Вот и острова ютов и нордов стали покрываться ледниками. Таны островитян почесали репу и погрузились на свои корабли. Высадились на территории ругов. Деваться им больше некуда было.

Руги отнеслись к переселенцам по-разному, где-то их встретили как родных и помогли обустроиться. Где-то началась война за жизненное пространство, пришлые гости вели себя сильно по-хозяйски. Часть ругов снялась с места и по рекам, впадающим в Ледяное море, ушла на юго-восток. Прошли каскад озёр, спустились по одному из притоков до Водного Пути[5], где и осели. Захватив пару северо- восточных провинций развалившейся империи граничивших со степью. Местному корольку из имперской аристократии больно накидали. Полностью заменив собой правящую элиту. Но первую сотню лет страдали от степняков, так как не всадники они, а землетопы и мореходы.

Много ругов было угнано в плен кочевниками и продано на невольничьих рынках юга. Воины северян в поле ничего не могли поделать с легкой конницей. За всадником не угонишься, а в плотном строю, стрелы степняков всё равно находят своих жертв. Да и стоя в доспехах за щитом, пить и есть хочется, а вода быстро заканчивается под жарким солнышком. К источникам хрен подберешься, те уже взяли под контроль кочевники. Много дружинных воинов бесполезно полегло в степи.

Руги снарядили торгово-познавательную экспедицию на юг по Водному Пути, наладили военно-торговое сотрудничество с Вольными, от которых переняли навыки степной конной войны. Вольные оказали существенную помощь в обучении дружинников ругов конному бою со степной спецификой. Попробуй из лука кочевника пострелять с лошади на ходу. Такому с раннего детства учатся. Князья старейшины Вольных отправили опытных воинов из своих дружин на помощь ругам в качестве наставников и командиров.

За пару поколений руги в степи освоились. Стали грозной силой в степных раскладах. Довольно быстро расширили свою территорию за счет куска степи, потеснив пару орд. Так и живут с тех пор.

Руги, образовав новое государство на имперских землях, сохранили свой строй. Князем нельзя было родиться, им можно было стать. Для этого человек, претендующий на княжеский титул, должен был обладать несколькими качествами. Быть потомком княжеского или воинского рода. Самому быть отличным бойцом и обладать качествами вождя и лидера. То же самое касалось и всех значимых должностей в княжестве. Только их уже назначал князь, смотря на заслуги и возможности, а не на знатность рода. Так что брату Лианы княжеский титул далеко не факт что светил по праву рождения.

Хотя по слухам, парень был не промах. Сыном князя он родился, а вот сотником латной конницы он стал заслуженно. Три года назад возглавил поход из пяти кораблей на бывшие территории ругов. Напомнил нордам и ютам, на чьей земле они теперь живут, и взял большую добычу. А в прошлом году участвовал в разгроме объединённой орды степняков, показав себя отличным воином и командиром.

Вот такого человека мне предстояло ограждать от поединков. Только как? Для руга претендующего на власть личная доблесть на первом месте. Он может выставить на поединок себе замену, но тем самым потеряет авторитет среди своих воинов. Что это за лидер, который не может отстоять свою честь самостоятельно? Хотя в бою эти же дружинники будут прикрывать своего вождя ценой собственной жизни. Родившись сыном князя, его с детства учили лучшие воины и наставники. Так что княжич, несомненно, является элитным бойцом, как верхом на коне, так и пеше. И как такому объяснить, что ему нужен защитник в моём лице, я не понимал.

- Виконт, всё довольно просто. Оскорбить на прямую наследника князя никто не осмелится. Коронное преступление против царственной особы, за это сразу повесят в Велоре. Оскорблять будут намёками меня, мой брат вынужден будет вызывать их на поединок, по праву крови и рода. На поединке его будет ждать профессиональный фехтовальщик вроде вас. Вы же объявите меня дамой своего сердца, которой поклялись служить и защищать. По принятым правилам среди западных рыцарей, вы и будете защитником моей чести. Как мне объясняли отец и конт ди Мерсьер, в поединке без доспехов и щита у моего брата шансов очень мало.

Тут княжна полностью права. Бездоспешное фехтование сильно отличается от боя в снаряжении. Воина в броне защищают доспехи, которые довольно трудно прорубить, или уколоть в уязвимое место. Особенно когда воин двигается. Поединки в доспехах строятся на мощных рубящих ударах, если не прорубишь броню, то за броневую травму нанесешь или собьёшь с ног, а там заколешь кинжалом.

Фехтовальщик ведет поединок без надежды на защиту доспехами, нет её. Защита одна, собственное оружие и передвижение на ногах. Соответственно и клинком работает совершенно по-другому. Быстрыми уколами и режущими короткими ударами, которые гораздо быстрее мощных рубящих, и дистанция атаки больше. Хотя тот же фехтовальщик может качественно рубануть, когда имеет такую возможность. У фехтовальщика практически нет шансов во время массового сражения против бронированного воина. Заколбасят и затопчут. А вот в поединке ситуация обратная.

Всё это понятно и имеет свою логику. Вот только становиться воздыхателем княжны меня совершенно не привлекает. При таких раскладах, асколонцы наняли или наймут лучших профессионалов. Далеко не факт что они мне будут по зубам. У меня отличная школа, пожалуй, одного из лучших мастеров меча современности. Физически я развит великолепно, техника на очень высоком уровне. Но мастерство фехтовальщика, к школе и физическим качествам, это ещё и опыт реальных поединков с разными противниками. Этого опыта у меня почти нет. Неоткуда ему пока было взяться.

Судя по всему княжна расчетливая змеюка, несмотря на довольно юный возраст, да и стерва редкостная. Хоть и красивая. Заплатит чужой жизнью за безопасность своего брата и глазом не моргнёт. Меня убьют, другого наймёт. Далеко не факт, что я единственный к кому она обратилась. В принципе я согласен, только поторгуемся немного о цене моей жизни.

Ох, зря я решил с ней торговаться. Поначалу я охренел от тех жалких медяков, в которые она оценила мои услуги и жизнь. Я же назначил цену примерно в годовой бюджет всего княжества. Тут княжна потеряла дар речи на короткое время. Потом начала отчаянно торговаться. Я даже подумал, что веду переговоры с гномом, которому перевалило за сотню лет. Далее я сбавлял цену по немного, княжна так же немного прибавляла.

Через некоторое время княжна начала ругаться как сотенный старшина дружины или портовый грузчик. Я же был максимально спокоен и язвительно вежлив. Сидевшие за соседним столом дружинники с интересом прислушивались к нашим переговорам, потом начали ржать как кони. На их смех сбежалась остальная свита и присоединилась к бесплатному зрелищу.

- Хорошо Лиана, я согласен. Двадцать пять золотых монет в неделю и вас на месяц в наложницы. Больше я вас не вытерплю. Болтаете много и манеры у вас отвратительные. Вас бы в гарем на пару недель накрийским султанам на перевоспитание отправить. Цены бы вам не было. За каждый поединок сотня.

- Убью скотина, отравлю на стоянке ядом мантикоры. Твоего султана распну на дереве, и весь его гарем сожгу к демонам. Пятнадцать в неделю, пятьдесят за поединок и всё. Потом прикажу тебя четвертовать, за оскорбление княжеского достоинства. – Огонь девка, в гневе великолепна.

- Уговорила, оставь княжеское достоинство себе. Двадцать в неделю, семьдесят пять поединок и повозку запряженную лошадьми с возницей для перевозки моего снаряжения. Курс благородных манер можно и здесь пройти. Тут в Анкоре элитный бордель есть, его владелица мне кое-чем обязана. Я могу договориться, на недельку возьмёт тебя на перевоспитание. Да, ещё мальчишку, который за лошадьми у вас присматривает, забираю себе в оруженосцы. Я же буду вас сопровождать как благородный, а таких без оруженосца в приличные места не пускают.

- Согласна, уйди с глаз сволочь. Ещё раз заикнёшься про мои манеры, прикажу тебя кастрировать несмотря ни на что. С мальчишкой сам договаривайся, он свободный. – Облегчённо вздохнула всерьёз разозленная княжна. Выскочила из-за стола и унеслась в свои апартаменты.

Довёл я е качественно, девчонка вне шуточной ярости. Зато, какое удовольствие получила её свита. Сначала пытались сдерживать смех, потом ржали так, что даже городская стража на шум заглянула. Потом уже просто хрипели, держась за животы. Когда ещё свою княжну, так матерящуюся увидят.

А я довольный пошёл искать парнишку. Маленькая месть за пять золотых состоялась.

[1] Балда – манекен для отработки ударов.

[2] Квадрат Бардена – отсылка к квадрату Мейера (добро пожаловать в ГУГЛ).

[3] Свинское железо – в средневековье так называли чугун, так как он не подвергался кузнечной обработке.

[4] Мейрос – порода лошадей, выведенная эльфийскими Погонщиками Зверей и магами людей во время войны Светлых и Демонов. Маги и эльфы смогли добиться увеличения жизни лошади до 70 -80 лет. Эти лошади совместили в себе силу и мощь тяжеловозов, скорость и подвижность накрийских скакунов,выносливость и неприхотливость степных коней. Обладают склонностью к ментальной привязке с всадником. Отличаются умом, бесстрашием и преданностью своему всаднику. Очень тяжело приручаются и дрессируются. Подчиняются и служат только одному всаднику. Процент привязки очень низкий.

[5] Река пересекающая континент с севера на юг. Исток берёт с каскада больших озер, имеющих соединение с Ледяным морем. Я вляется одним из крупнейших торговых путей данного мира.

Глава 6

Вольный город Анкора. Настоящее время.

Итак, согласно заключенному контракту, я теперь рыцарь, сопровождающий свою прекрасную даму. А что такое рыцарь, и с чем его едят? Рыцарь — это вершина сословной эволюции. Всадник, живущий войной. У всадника есть конь, странно как-то, откуда у всадника конь? Помимо коня у него есть копьё, щит, шлем, доспех и еще ряд определенных инструментов для нанесения членовредительства окружающим. С точки зрения западных рыцарей, дружинники ругов и Вольных, точно такие же рыцари, как и они. На коне, с копьём, вон даже щит в наличии. Встретились, вежливо раскланялись. По-другому нельзя, так как коллеги по опасному бизнесу.

Только вот дружинники хоть и коллеги, почти братаны, но слегка не правильные. Оруженосцев нет, пажей нет, вместо сержантов придумали какую-то младшую дружину. В общем, в степи солнце им шлемы напекло, а так вполне нормальные люди. Основное отличие в том, что рыцарь является владельцем земли, с которой кормится и снаряжается. Дружинники ругов кормятся со стола князя. От него же получают оружие и доспехи. Слуг могут себе позволить содержать только воеводы и приближенные старшие из княжеской дружины. Дома у них и есть слуги и прочие посыльные за квасом. В поход со слугами ходить не принято, свои же не правильно поймут. Чем удачливее и богаче князь, тем больше и качественнее дружина.

У Вольных немного по-другому. Дружину содержит весь народ. Можно сказать, что дружина Вольных это профессиональная армия, на содержании государства, как во времена Империи. Что у ругов, что у Вольных грязную работу, недостойную уважаемого воина, выполняли младшие дружинники. Так сказать ученики младших классов. Но тут всё по справедливости, стал качественным воином, заслужил уважение, добро пожаловать к старшим. Тут тебе младшие со всем почтением коня подведут, и за пивом сбегают, и кольчугу от ржавчины почистят и маслицем смажут.

Свита княжны сплошное недоразумение по местным меркам. Пара служанок, охрана из матерых дружинников и полтора десятка обозных слуг. Но про ругов я уже говорил, солнце им голову напекло. Их чудачества принимают вполне благосклонно.

Дочь же владетельного герцога, не говоря уже о королевской дочери, если путешествует, то в сопровождении огромной толпы. Там одних трубодуров под полсотни рыл. А сколько там нянек, подружек, строгих родственниц для блюдения девичей чести? Обязательно должен быть суровый авторитетный дядька из родни для управления всем этим стадом. Могучая кучка гвардейцев, подбиратели оброненных платочков, глашатаи, томные воздыхатели-поэты. Ловчие, конюшие, выносители ночных горшков, смахиватели пыли с сапог, держатели стремян и прочие полезные людишки. В общем, выезд владетельной особы происходит в сопровождении небольшой армии, и это только они собрались родного дядюшку за тридцать километров навестить.

Мне же, как виконту ди Мерьсер, немного попроще. Можно обойтись свитой человек в десять — пятнадцать. Но на люди вообще без слуг показываться нельзя, не поймут. Что это за виконт такой, без свиты. Все встречные и поперечные будут коситься и вопросы задавать. Устану резать. Так что надо свитой обрастать, что бы соответствовать. Пока буду в свите княжны, особо выделяться не буду. Начну хотя бы с пажа, на оруженосца малец не тянет в силу возраста.

Паренька нашёл быстро там же на конюшне. Он с одним из дружинников проверял состояние коней. Подозвал к себе.

— Пойдем, позавтракаем и поговорим.

Паренёк от завтрака не отказался. Поставленную перед ним большую миску с гречневой кашей с мясом и политой густым соусом очистил моментально. Подливу выбрал хлебом и запил это всё довольно кислым соком. Недостатком аппетита малец явно не страдает.

— Пойдёшь ко мне в пажи? — Покончив с завтраком, спросил я.

— Не знаю, я при дружине.

— С дружинниками и пойдём, меня княжна наняла.

— Княжна меня может не отпустить. — Засомневался парнишка.

— Она не против, но решать тебе. Ты свободный человек.

— Я хочу стать дружинником, чтобы сражаться со степняками. Отомстить за мамку и сестру.

— А за отца отомстить не хочешь? — Спросил я.

— Отец погиб в бою как воин. Не за что мстить, ему хорошо, он в дружине Светлых Богов. Зачем я тебе?

— В принципе не зачем. Но ты Вольный, и я Вольный. Мало нас осталось, мы должны быть вместе.

— Ты Вольный? Откуда? — Удивился мальчишка.

— Из дружины князя-воеводы Кречета.

— Почему ты не с ним? Про князя-воеводу и его дружину песни слагают. Я, когда вырасту, к нему уйду с куманами воевать.

— Так сложилось. Кречет меня на запад отправил учиться. Согласен ко мне пойти?

— Да, если научишь сражаться.

— Научу, но жалеть не буду. Сможешь выдержать, станешь воином. Как тебя зовут?

— Когда на наш дом напали степняки, мне было семь лет. Сам знаешь, имя дают в дружине. Я только в этом году должен был уходить в крепость. Дома меня Лучиком мама звала.

— Лучик значит. Станешь воином, получишь имя. Доведётся, ещё повоюешь с Кречетом. Пошли, снаряжать тебя будем.

Посмотрел на личные вещи Лучика, да, не баловали руги мальца. Из личных вещей только сменный комплект одежды, да и та далеко не новая. Вся в латках, но чистая. Покинув таверну, я повёл парня по лавкам торговцев, у которых снаряжался сам. Времени не было делать обувь и одежду под заказ, пришлось выбирать из готового.

Две пары крепких сапог для тихого перемещения по лесу подобрать смог, хотя они немного были великоваты для Лучика. Но с портянками в самый раз. Подошва в несколько слоёв кожи, но довольно гибкая. Носки сапог усилены металлическими вставками. Так что пнуть вражину по бубенцам вполне можно, даже если эти бубенцы прикрыты кольчужной юбкой. Третья пара парадная, из тонкой кожи расшитая серебром. Комплект парадной верхней одежды, расшитой и отделанной в том же стиле что и сапоги. Два комплекта верхней одежды для путешествий верхом, но в ней можно было вполне удобно и на пузе ползать. Несколько нательных рубах и портков в виде коротких штанов до колена из некрашеной ткани. Плащ с капюшоном, пропитанный алхимическим составом для защиты от намокания. На этом с одеждой и обувью закончили. Вполне прилично получилось одеть парня, не стыдно будет к приличным людям зайти.

Заскочил к мастерам бронного дела. Доспехи для парня нет смысла покупать, мал ещё, растет постоянно. Купил для Лучика многослойный стёганый поддоспешник в виде куртки. Который можно было подогнать по фигуре с помощью ремней. Так же приобрёл более-менее подходящую по размеру тканевую основу для бригантины. Только на этот вариант металлические пластины не наклёпывались на внутреннюю часть. Там были крупные карманы для вставки металлических пластин. Как защитный доспех, такая бригантина не очень, тут другая цель. Приучить парня к лишнему весу носимых доспехов, постепенно увеличивая количество вставляемых пластин. Так же, подобрал стеганый капюшон в виде койфа[1].

Среди торговцев луками ничего стоящего не было. Да и откуда? Здесь на западе пользовались луками в виде тисовых палок в рост человека. Дерьмо а не луки, такими с коня не постреляешь. В общем, отдам парню свой старый лук, только тетиву более длинную поставить надо, а то не согнёт. Силенок не хватит.

Из оружия подобрал одноручный топор, которым можно рубить и метать. Меч парню рано. Пользоваться не умеет, да и одноручник для него по размеру, как длинный меч для меня. Подарю широкий кинжал с обоюдной заточкой и широким лезвием из своих запасов. Таким можно колоть и рубить, длина клинка сантиметров сорок, баланс возле гарды. Для ношения оружия купили кожаный широкий пояс, усиленный стальными пластинами с петлёй для топора.

Дальше было сплошное разорение, алхимик. Для себя у меня зелий на все случаи жизни с большим запасом. А вот для Лучика пришлось покупать, если собирался тренировать его. Два вида зелий для восстановления сил. Мерзость редкостная, то, что нужно пить, на вкус как будто нассал медведь. Второе для втирания, воняет и жжёт кожу. Но впитывается очень быстро и запах улетучивается. Средства очень действенные, проверено на себе. Когда меня учил мастер Ринд, то тренировка прекращалась только тогда, когда я падал без сил и пальцы не могли сжимать рукоять меча. Пара глотков первой гадости, второй тебя натирали, и ты снова полон сил и можешь тренироваться. Благодаря этим зельям я быстро прогрессировал. Но они полезны только лет до двадцати, когда организм растёт и может переваривать чудовищные нагрузки. После двадцати лет их можно применять, но они уже расходуют твою жизненную силу, забирают часть твоей жизни. Так что теперь я такими зельями пользовался только в самых крайних случаях.

Третье зелье для ночного зрения. Покупал с запасом. Если пить по не многу месяца четыре, то эффект получишь постоянный. Можно пить разово по необходимости, но не всегда успеваешь. Так что лучше потратиться сразу и получить постоянный эффект на всю жизнь.

Потом к знакомому гному-кузнецу. Скупердяй редкостный, но мастер великолепный. Подобрали и подогнали по размеру Лучику несколько колец и пару браслетов из стали. Заготовки для артефактора. Тот выгравирует руны на них и будет парню защита от физического урона и стихийной магии. Пару-тройку ударов мечом и пяток арбалетных болтов такие артефакты выдержат. А там уже я разберусь или Лучик убежать сможет. С магической защитой сложнее, от какого-нибудь простенького огнешара или воздушного копья не сильно мощного спасут, а дальше по той же схеме. Или бежать без оглядки, или приду я и всех защитю.

Артефактор упёрся, мол, работы много, через неделю приходи. Пришлось заряжать готовые у него к продаже амулеты своей силой. Заряженные он сможет дороже продать, чем пустые. За пустые покупателю придётся ещё магу платить, что бы тот наполнил их силой. В общем, я спустил весь свой запас сил, так что до завтрашнего дня из меня маг только теоретик. А теоретик я гениальный, как топором по башке приложу, так сразу теория считается доказанной. Артефактор обещал к завтрашнему утру с заказом справиться. Так что осталось только самому собраться и определиться с транспортом.

С транспортом определялись после позднего обеда или скорее раннего ужина. Считай целый день по торговым лавкам бродили. Отдельную повозку княжна решила мне не выделять, не было свободных. Освободили половину от той, что была в наличии у свиты княжны, переложив часть вещей на другие повозки. Да и за эту освобождённую половину с княжной пришлось ругаться. Лиана демонстрировала крайне стервозный характер. Хрен её знает, может у неё счастливые женские дни? Не дай бог она такая постоянно. На месте её будущего мужа, я бы удавился ещё бы до свадьбы.

Приказ освободить часть повозки она отдала после длительного спора и её ехидных комментариев на тему мужчин барахольщиков. А что я могу поделать? Личных вещей у меня мало, но много различного тренировочного и боевого оружия. Тот же двуручный меч или полэкс на руках никто не таскает, такое оружие едет в повозке. Стрелы я всегда покупал с запасом, хорошего мастера здесь на западе найти сложно. Так что стрел у меня почти три сотни. Все свои различные комплекты доспехов я на себя сразу не надену. Не налезут, да и Ветерок под их тяжестью рухнет. При погрузке на повозку всего этого, выделенной половины едва хватило.

Зато порадовали свиту княжны, похоже, что наши споры и ругань ими воспринимаются как бесплатное развлечение. Так что вечером я, прихватив Лучика, сбежал с постоялого двора. Подальше от княжны. В Анкоре у меня практически не было друзей кроме Кира, вот к нему и направился попрощаться.

Истинный, как обычно, медитировал с книгой в руках. Пару раз я заглядывал, что он там читает. Читает стихи и философские трактаты, ищет старые книги ушедшей Империи и других народов. На мой взгляд, бесполезно тратит время. Но мышление истинного вампира отличается от человеческого, они живут намного дольше. Тому же Киру лет сто пятьдесят точно есть, по меркам своего народа он молодой. Большинство людей к ста пятидесяти годам уже к смерти готовятся от старости. Если не убиты к тому времени. Главное отличие людей от других рас, это резать друг друга по поводу и без него. Орки, эльфы, гномы, истинные вампиры между собой не воюют. У них есть внутренние конфликты и противоречия, но без массовых воин. Всё как-то спокойней, кто-то внезапно заболел и умер, несчастный случай на охоте, поскользнулся и упал головой на камень раза три или смерть на поединке.

— Уезжаешь? — Скорее утвердил, чем спросил Кир.

— Да, есть возможность нагадить за шиворот моим врагам.

— Кто этот мальчишка?

— Он из моего народа, сирота. Буду присматривать за ним.

— Будешь учить мечу?

— Буду.

— Парень, пойдём во двор. Посмотрим, стоит ли тратить на тебя время. — Переключил внимание на Лучика Кир.

На заднем дворе дома у Кира была тренировочная площадка. Я не раз здесь был, так сказать, обменивался опытом с хозяином дома в качестве его спарринг-партнёра. Присел на скамейку.

— Возьми меч и убей меня!

Лучик не решительно поковырялся в стойке с мечами и выбрал одноручный меч, который явно был тяжеловат для него. Подошёл к спокойно стоящему Киру и рубанул его диагональным ударом. Удар сдерживал, боясь нанести рану. Кир легко сместился чуть в сторону.

— Смелее, бей в полную силу! Ты взял в руки меч, чтобы убить противника, а не погладить котёнка.

На площадке началось форменное безобразие. Лучик махал мечом как дубиной. Кир легко уходил от таких ударов, иногда сбивал меч с траектории ладонью по плоскости или выбивал его из руки парня. Лучик немного перестроился, стал более экономно рубить.

— Чего ты ждёшь, я безоружен? Нападай!

Экономные и чёткие движения Кира происходили под шумное дыхание Лучика. Мальчишка явно устал и держал меч уже двумя руками. После очередного удара не справился с инерцией меча, не удержал равновесие и упал. Попытался встать и снова рухнул на землю. Я помог ему подняться и отвел в гостиную, где усадил в кресло. Служанка принесла кувшин с соком и кружку.

— Пей и отдыхай. Ты молодец! — Похвалил я ничего не соображающего от усталости парня.

— Хорошая скорость и подвижность, отличная координация, есть характер. Дистанцию не чувствует, баланса нет и силёнок маловато. Но это всё приходящее, годный материал. Если с ним поработать, то может получиться отличный боец. — Подвёл итог Кир.

— Вижу. Если мне станет не до него, примешь? — Спросил я.

— Да, с удовольствием возьму на обучение, с сырой глиной ещё не приходилось работать. А то мне поднадоели ученики, что ко мне приходят. Нахватаются по верхам и считают себя фехтовальщиками. За десять лет, что я здесь живу и тренирую, только трёх я могу назвать учениками и гордиться своей работой. Остальные так, средство для заработка. Пойдём наверх, поговорим.

Мы поднялись в кабинет Кира и разместились в креслах. Мы так часто сидели с Киром по вечерам, после совместных вечерних тренировок. Я рассказал о своём контракте, который подписал с княжной.

— Твой контракт попахивает дерьмом, то бишь политикой. Будь очень осторожен, потому что странные вещи происходят с Асколоном.

— В чём странность? Обычная борьба за власть и расширение территорий. — Пожал плечами я.

— Странность в том, что Асколонцы фактически поглотили Эндор, сменив правящую династию. Такого не было уже очень давно на всех людских территориях. После войны Светлых и Демонов, Империя развалилась. Этому активно способствовали эльфы. Теперь они следят, что бы ни один из правителей людей не усилился. Хотя у вас были талантливые полководцы с возможностями объединить часть бывшей Империи. Их потомки могли продолжить этот путь. Но все они странно умирали в самом расцвете сил. Сильнейшие ваши маги исчезают, как только наберутся опыта и мастерства. И это длится не одну сотню лет. А теперь подумай, почему Асколон смог фактически присоединить к себе Эндор, уничтожить Вольных. И никто ничего не предпринимает против такого усиления. Ни эльфы, ни соседи. Только руги зашевелились, и то после того как Асколон начал активно работать против них, расшатывая княжество изнутри. Думаю за всем этим, из каких-нибудь кустов торчат кроличьи эльфийские уши. Цель эльфов понятна только самим эльфам, но тебе, возможно, придётся с ними столкнуться. А они убивают безжалостно и исподтишка, в основном чужими руками. Может не стоит тебе во всё это лезть?

— Контракт я уже заключил. Да и хочется потоптаться по больным мозолям Асканиев, большой должок за ними перед Вольными.

— Понятно, значит поедешь. Если будет сильно тяжко и нужна будет помощь, дай весть через Храм Светлых. Мой меч лишним не будет.

— Кир, а на хрена тебе это?

— Скучно здесь стало. Да и мой отец всерьёз решил меня женить и передавать управление родовыми землями. А к этим делам у меня стойкое отвращение пока. Не нагулялся я ещё.

Кир порылся в своих оружейных запасах и взял толстую книгу из шкафа. Мы спустились вниз. Лучик уже более-менее пришёл в себя.

— Это мой тебе подарок. В книги основы тренировок и базовые приёмы с мечом, копьём, топором и саблей, с понятными картинками и описанием. Если с твоим наставником что-либо случится, то ты сможешь по ней усвоить базу. Далее сам сможешь развиваться. А это дюссак. Обычно его может сделать любой деревенский кузнец их плохого железа. Крестьянину в самый раз для защиты и не дорого. Этот же сделан по моему заказу из отличной стали с рукоятью. Дюссак очень быстрое и маневренное оружие. Особой техники применения нет, как им работать понятно на интуитивном уровне. Примерно как с топором, берешь его в руки и понимаешь что делать. Пока ты не умеешь пользоваться оружием, эта железяка в самый раз для тебя. Против воина в броне бесполезна, а вот в городе от грабителей очень даже неплохо можно отмахаться. Удачи парень и тренируйся. — Кир вручил свои подарки Лучику.

На этом мы распрощались и покинули его дом. Спать пора, с утра завтра выход.

[1] Койф — кольчужный капюшон, закрывающий шею и плечи. Традиционная защита головы у западных рыцарей, одевался на подшлемник. Мог использоваться в качестве единственной защиты головы у небогатых воинов. Более состоятельные кроты надевали сверху ещё и шлем.

Глава 7

Дорога в королевство Велор. Настоящее время.

Утро добрым не бывает, хотя начиналось всё не плохо. Во время завтрака подмастерье артифактора принёс кольца и браслеты, заказанные вчера. Я их зарядил и отдал Лучику, объяснил, как пользоваться. Пользоваться очень просто, амулеты пассивные. Пока в них есть сила, они работают, нет силы, не работают. Потом пошёл на конюшню и занялся Ветерком и заводным конём.

Дорога до Велора в основном идёт по лесам. На этих дорогах хватает разбойного люда, в том числе и весьма благородного происхождения. Владелец замка и пары, прилегающих к нему деревенек, наплодит трёх-четырёх сыновей, старший наследует всё. Младших то же надо подготовить и снарядить к будущим трудностям жизни и обеспечить стартовым капиталом. А где его взять? Правильно, на дороге, собирая дорожный налог. Так и пропадают люди, вышел купеческий обоз из точки А, а в точку Б не пришёл. Демоны знают, что с ним случилось. Смотришь, а у какого-нибудь синьора, через земли которого и проходит дорога, новый боевой конь и доспех справный появился, который ему совсем не по доходам.

Так что на Ветерка пришлось надевать стёгано-пластинчатый бард. Весьма не плохая защита от стрел из кустов и скользящих ударов. В степи проще, врага из далека видно и стрелы пускают навесом с дистанции. Снарядив и оседлав лошадей, я был готов к походу, все мои вещи уже в повозке. Путешествие по лесным дорогам не предполагает быстрых скачек. Так что поеду на Ветерке, заводной для моего пажа пока.

Заводной жеребец всем хорош, породистый, рослый, сильный, выносливый. Внешне выглядит как отличный боевой конь. Один у него недостаток, перечеркивающий все достоинства. Он чрезмерно спокойный и флегматичный. Для рабочей лошади это огромный плюс, для боевого коня минус.

Лошадь — травоядное животное, а не хищник. От любой опасности она старается убежать. Редкая лошадь не затормозит перед препятствием, которое не сможет перепрыгнуть. Для конезаводчиков огромная проблема вырастить и правильно воспитать коня для боя. Коня, который пойдет на строй пехоты или навстречу другому всаднику. Отсюда и очень высокая цена за такого коня. Попробуй, выбери нервную и злую лошадь из общей массы травоядных.

Лучик одет, обут и накормлен. Поедет на моём заводном или на повозке рядом с возницей. Сопровождающие княжну дружинники то же в полной готовности, а вот саму княжну понесло в храм Светлых Богов за благословением. Так что выход задержался на полтора часа. У Лучика случилась не запланированная тренировка, которая сильно его разочаровала.

Парень думал, что сразу узнает секреты мастерства и будет рубить мечом направо и налево. А вместо этого пришлось делать разминку и упражнения на развитие силы и ловкости. Потом час шагать определенным образом.

— Для чего всё это? — Возмутился парень.

После такого вопроса мастеру Ринду, я получил палкой по голове. Больше старался ему вопросов не задавать. Мастер лучше знает, что надо делать. Но Лучику по голове не досталось, пожалел. Показал для чего.

— У меня в руках меч, я бью им нисходящий удар тебе в плечо. Что ты будешь делать?

— Блокировать!

— Чем? У тебя ничего нет в руках. Даже если бы и было что-то, толку от этого? Я гораздо сильнее. Твой блок продавлю и достану тебя в корпус. Понятно? — Спросил я.

— Понятно. Тогда что делать?

— Шагать. Под такой удар шагаешь влево и вперёд, уходишь от удара и сокращаешь дистанцию со мной. Тот рисунок, что я тебе начертил, станет родным для тебя на ближайший год, пока ты не будешь шагать на автомате. А что бы ты ни задавал тупых вопросов, весь дневной переход бежишь на своих двоих. Вечером будешь шагать под моими ударами.

Под конец моей лекции вернулась княжна, и весь отряд тронулся в направлении городских ворот. Свита княжны и её обоз резко отличались от путешествующих рыцарей. Рыцарь путешествует в нескольких случаях, на войну, на турнир или на охоту. Если двигается на турнир, то его обоз похож на купеческий. Потому что рыцарь одиночка на коне это фантастический бред. За ним везётся его шатёр с мебелью, даже цельные кровати тащат, на которых без проблем может разместиться четыре человека. Свита из различных слуг, конюхи там, повара и прочая челядь, не считая личных дружинников. Если рыцарь женат и имеет детей, то в обязательном порядке они тоже едут. Дочку там выгодно замуж пристроить. Сыновья, если более-менее взрослые, свою лихость на турнире оруженосцев покажут, да обратят на себя внимание власть имеющих и попадут к ним на службу.

Жёны благородных рыцарей тоже не пропускают такие события, скучно сидеть постоянно в замке и курей подсчитывать. Считается моветоном для благородной и замужней дамы не иметь поклонников. Дойдёт там до постели дело или не дойдёт, другой вопрос. Но в благородном обществе иметь любовника даме вполне можно, главное чтобы это не выходило за рамки приличий и не умаляло достоинство мужа. Муж тогда вынужден будет мечом отстаивать свою честь, царапая рогами потолки. И дама может оказаться вдовой, что не приветствуется, так как вдов и так навалом. Небольшие феодальные войны идут постоянно, благородных рыцарей гибнет много, потом кровавые разборки за наследство погибшего.

Свита княжны состояла из пары служанок, пятнадцати дружинников Ругского князя, одного мага и полутора десятков обозных слуг. Дружинник по своему статусу приравнивался к безземельному рыцарю. По подготовке, оружию и доспехам ни в чём не уступал рыцарю, а зачастую и превосходил их. Так как тактическая и индивидуальная подготовка гораздо разнообразнее. Да и князь на снаряжении своих воинов не экономит.

Рыцарь, как и дружинник, тренируется с малых лет. Только будущего рыцаря учит отец или ветеран из личной дружины отца. А ругские дружинники растут при дружине, там наставников гораздо больше и каждый из них передаёт свои знания весьма щедро. Так как завтра, безусый мальчишка которого учишь, мог оказаться справа или слева от него в строю. Знания и опыт у ругов гораздо разнообразнее. С востока степняки со своей спецификой боя, на юге и западе тяжелая рыцарская конница, на севере мореходы из нордов и ютов. С упором на пеший строевой бой тяжёлой пехоты. Вот из ругов и получился сплав универсальных бойцов, которые могут накидать каким угодно соседям.

Но в отличие от Западных государств, жесткого сословного деления не было. Любой свободный руг мог прийти и стать княжьим дружинником, лишь бы навыки и мастерство были в наличии. А там как себя покажет, вполне может дослужиться до статуса боярина или воеводы.

Так что воины ругов вполне обходились необходимым минимумом в дороге, без толпы слуг и виночерпиев. За своими лошадьми ухаживали сами, как и пищу готовили. Та же княжна Лиана в походных условиях не чуралась, есть из одного котла с дружиной. Единственное послабление это личная посуда из серебра, в которую пищу накладывали ей первой. Дань уважения её отцу и предкам, славным воинам и вождям. И личная большая палатка, которую она делила со служанками. Не спать же ей на лапнике накрытым плащом? Княжне ещё детей рожать, будущих воинов.

Сама Лиана ехала на нервной, своенравной молодой кобыле с мужским седлом, а не в возке. С которой легко справлялась, не новичок княжна в искусстве конной выездки. Оделась в мужскую одежду и сверху напялила байдану[1] плетением 4 в 1, без поддоспешника. Этакая амазонка с легкой сабелькой на поясе и без шлема. Как боевая единица ноль полный, но красивый образ женщины-воительницы получите под роспись.

Отношения с княжной не заладились сразу. Увидев бегущего Лучика, княжна высказала своё возмущение издевательством над мальчишкой и потребовала усадить его на повозку. Лучик проигнорировал данное требование и упорно пыхтя, трусил рядом с повозкой. Я внял требованиям княжны. Нечего парню просто так бегать, пусть привыкает к оружию. Выдал ему тренировочный меч и небольшой щит.

После этого княжна обозвала меня безжалостным негодяем, наёмником и убийцей. Тут уже я не выдержал и заржал.

— Что вы нашли смешного в моих словах?

— Насчёт негодяя я ещё могу согласиться с вами. Вопрос конечно спорный, но если вам угодно так ко мне относиться, ваше княжеское дело. Насчёт наёмника напомню, что именно вы меня упорно уговаривали наняться. Только с какого перепугу я стал убийцей? — Отсмеялся я.

— А как мне ещё называть человека, который готов за деньги убивать?

— Раз пошёл такой разговор, давайте разложим по полочкам. Я не убийца, за ваши деньги я буду драться на поединках далеко не с беспомощными детьми и стариками, и тем более не буду резать их из-за угла или травить. Насколько я понял, мне предстоят дуэли с вполне профессиональными бретёрами в равных для обоих условиях. Каждый из них может оказаться лучше и сильнее меня. Второй момент, именно вы нанимаете меня. Так что убийцей будете вы, княжна. Я просто инструмент, который вы оплачиваете. Меч, топор, копьё и прочее оружие не являются убийцами сами по себе. Их направляет рука разумного, для каких целей, это уже другой вопрос. В данном случае, рука разумного это вы. Данную претензию и свои моральные терзания адресуйте себе.

— Далее, если я вам настолько неприятен и противен, то мы можем расторгнуть контракт. Заплатите неустойку в размере недельной платы, и я с радостью избавлюсь от вашего общества. — Предложил я.

Расторгать контракт княжна не захотела. Но стала полностью игнорировать моё присутствие. Да и хрен с ней. С дружинниками и магом я вполне нормально общался по дороге. К тому же я не сильно компанейский человек. На дневной стоянке занимался Лучиком. Парень демонстрировал характер и на повозку не сел. Пришлось приводить его в порядок с помощью эликсиров. Вторую половину дня он проехал в повозке, давя руками дубовые шары для укрепления кистей рук.

На ночлег остановились в деревне у дороги, обнесённой земляным валом и мощным частоколом. Обиходил Ветерка сам, заводным занимался Лучик. А на хрена мне паж, если я сам всё буду делать? Поужинали на постоялом дворе, и до темноты работал с Лучиком. На ночлег устроился в одной из общих комнат, снятых для дружинных.

До столицы Велора порядка четырёхсот километров, таким темпом будем идти ещё примерно семь-восемь дней. Второй день пути ничем не отличался от первого. Только не было посещения княжной храма. А так, та же самая лесная дорога, с такой же дневной остановкой на подходящей поляне на обед. Километров за пять до деревни, в которой предполагался ночлег, один из дружинников идущий в головном дозоре услышал жалобное ржание и обнаружил оседланную лошадь. Застрявшую на мертво в густом кустарнике метрах в пятидесяти от дороги. Повод животного запутался в кустах. Лошадь дрожала от страха. Повод освободили и вытащили животное из зарослей. Похоже, что она, потеряв всадника, бежала, не разбирая дороги по лесу. Где сам всадник разбираться не стали, коняшку забрали с собой.

Деревня практически ни чем не отличалась от той, в которой ночевали накануне. Три десятка домов из брёвен, постоялый двор, кузница. Вокруг земляной вал и частокол по нему. Въездные ворота двухстворчатые из толстых досок усиленные железными полосами, открывались вовнутрь. Такие ворота долго не продержаться, если к ним приложиться тараном из бревна. Но если подпереть их изнутри телегой нагруженной мешками с землей, то некоторое время простоят. Такая телега обнаружилась рядом с воротами. Возле неё стояли три бородатых мужика крестьянской наружности с копьями в руках и топорами за поясом. Мужики с опаской поглядывали на въезжающий отряд, но агрессивных действий не предпринимали.

— Здорово любезные! С кем воевать собрались? — Подъехал я к ним.

— Не знаем, ваша милость! Странные дела творятся в округе. Мальчишку пастушка сожрал кто-то и корову. Отправили гонца в город за помощью, да вот лошадку его вы назад и привели. А где гонец?

— Гонца не видели, а лошадь нашли в лесу у дороги.

— Значит, не дошёл до города гонец. — Сделали вывод мужики. — Что же теперь делать?

Я пожал плечами и направил Ветерка к конюшне постоялого двора. Смысла разговаривать с мужиками не было, умом и сообразительностью те не отличались. Не птицы-говоруны.

На конюшне я расседлал и почистил Ветерка. Лучик за ухо притащил мальчишку конюха и заставил его вычистить стойло. Меняется парнишка, пару дней назад сам был таким конюхом. Теперь статус пажа и ученика мечника заставляет по-другому себя вести. В принципе правильно, но надо присматривать, чтобы не увлёкся и не перегибал палку. Нельзя допускать резкого перехода из грязи в князи. Может получиться не качественный воин, а дурак с высоким самомнением, который без повода хватается за оружие и использует его против тех, кто не может ответить.

Ветерка завёл в стойло и накрыл попоной, в поилку налил чистой воды из колодца и в торбу насыпал отборного зерна. У меня боевой конь, а не деревенская лошадка, траву не любит. Так что содержание Ветерка обходилось в серьёзную монету, на свою еду я меньше тратил. Закончив с Ветерком, я умылся и отправился ужинать. Хотел сесть за стол к дружинникам, но княжна соблаговолила пригласить меня за свой стол. Так как я являюсь благородным и её воздыхателем — защитником, то нечего мне с охраной стол делить в людных местах. Без лёгкой ругани и тут не обошлось, так как я за стол взял Лучика. На претензии княжны по поводу нахождения слуги за господским столом, ответил тем, что я сам определяю, где питаться моему ученику.

Вообще княжна Лиана производила двоякое впечатление. С одной стороны умная девушка с сильным характером, чьё мнение всерьёз воспринимают окружающие её люди. Тот же старший дружинник Тверд, опытный и умный ветеран, выполнял все её распоряжения. Кроме тех, которые касались её личной безопасности и безопасности отряда. Точно так же вёл себя и маг. Да и остальные члены свиты уважали княжну. И такое отношение отнюдь не из-за того, что она дочь князя. Княжна, ну и что с этого? Вежливо поздороваемся с тобой, присмотрим, что бы ни обидели и на этом всё. Тут же уважение заслуженное.

С другой стороны постоянные придирки ко мне и ко всему, что я делаю. Не так смотрю, не так говорю и вообще мерзавец. Такое ощущение, что я заделал ей ребёнка и жениться забыл.

Мои размышления насчёт Лианы прервал пузатый пожилой дядька, добротно одетый с хитрым взглядом. Подойдя к нашему столу, повалился в ноги княжне и запричитал.

— Спаси и защити светлая госпожа, не оставь тружеников села в беде. Совсем житья нет от напасти страшной. Только ты можешь нас спасти. Вон у тебя, сколько воинов сильных.

Проситель оказался старостой деревни. Хитрозадый пузан, после того как его подняли и усадили на лавку, пояснил в чём дело. Три дня назад общинное стадо коров вернулось с выпаса без пастуха и одной коровы. На следующее утро пятеро мужиков отправились искать пропажу. Возле берега речки, где у скотины водопой, в лесу нашли на половину съеденный труп коровы. Чуть дальше нашли труп мальчишки. Ну как труп. Полностью обглоданный скелет с раздробленными костями, в которых был костный мозг. Мужики перепугались и убежали в деревню. Староста отправил гонца с письмом в город за помощью, так как подати платили в городскую казну. Только вот гонец до города не доехал, именно его лошадь мы и нашли в лесу.

По действующим законам, владетель земли должен защищать свою деревню, в данном случае владетель — город Анкора. Если это какие-нибудь разбойники, то посылали солдат из городской дружины или наёмный отряд. Если твари или нежить, то магистрат нанимал охотников или храмовых рыцарей.

Помощь из города откладывалась на неопределённый срок, а тут отряд княжны Ругской. Вот староста и решил сэкономить деньги и избавиться от непонятной угрозы, сыграв на жалости молодой леди.

С княжной этот номер не прошёл. Есть владетель земли, пусть у него и голова болит. Если нападут на деревню пока мы здесь, то поможем отбиться, и защитим. А искать по лесам, кто тут людей и скотину жрёт, не наше дело. Но то позиция княжны и она правильная с точки зрения сообщества.

Со мной ситуация другая, я охотник на тварей и нежить. Гильдия охотников — самая странная гильдия в мире. Она не платит налогов и не подчиняется никому. Боги, демоны, короли, все идут мимо. Есть только кодекс охотника и взносы в гильдию. Пять процентов от заработка.

Охотники не самоубийцы. Никто из нас не полезет сражаться с демонами, нежитью или тварями без серьёзных шансов на успех. Мы рискуем своей жизнью за деньги. А мертвым, деньги не нужны. Поэтому каждый охотник, перед тем как взять заказ, трезво оценивает свои шансы. Изучает, с чем столкнулся и принимает решение, брать контракт или нет. Один момент присутствует всегда, охотник не имеет право пройти мимо.

Даже если меня не устроит предложенная сумма за уничтожение твари, или я не в силах с ней справиться самостоятельно. То я обязан выяснить, кто угрожает людям и объяснить, что им делать в этом случае и к кому обращаться. Кодекс охотника. Если я его нарушу и не окажу минимальной помощи, то мне никто и никогда не даст больше заказ. Мой амулет расплавится прямо на мне. Они изготавливаются в храмах Светлых и привязываются конкретно к человеку.

Можно конечно сделать копию, но при самой простой проверке подделка определиться. Такого самозванца прикончат сами охотники весьма не гуманным способом. Проверка простая, кровь из пальца на амулет. Если он принадлежит тебе и привязан, то меч в волчих зубах становится кроваво-красного цвета. Если подделка, то просто капля крови на серебре. Во втором случае извольте пройти господин мошенник в уютный подвал для вдумчивой беседы.

Любой охотник, предлагающий свои услуги, проходит такою проверку перед нанимателем. Были случаи, когда самозванцы брали аванс за предстоящую работу и исчезали. Потом разработали такой ритуал проверки и создали гильдию охотников.

Я показал свой амулет охотника старосте, проколол палец и капнул кровью на него.

— Теперь давай разговаривать по делу. Что, где и как случилось. И позови тех мужиков, которые нашли труп мальчишки.

[1] Байдана — кольчужный доспех из крупных шайбовидных колец, носившийся, как правило, не самостоятельно, а в качестве верхнего или же парадного доспеха. Кольца байданы изготовлялись путём штамповки из заготовки в виде «проволочного» кольца с перехлёстом, которая ложилась в штамп (нередко имеющий выгравированные надписи) по которому били тяжёлым молотом, в результате чего получалась незамкнутая шайба с перехлёстом концов и надписями, в концах которой иногда делали отверстия, чтобы при плетении закрепить эти концы заклёпкой.