Охотник

Пролог - Начало: 1 часть

3 января, 20ХХ года.

– Итак, мистер Воронов, я полагаю? – высокий, статный мужчина в деловом костюме, которых, разве что, любопытный глаз мог видеть, где-нибудь в огромных компаниях, являющимся, по своей сути, обычным офисным планктоном, коих можно увидеть на улице города рано утром. Что словно муравьи, торопятся начать, этот чёртов рабочий день, пару раз проклясть уже порядком доставшего босса, и где-то вечером, радостно упорхнуть домой, отгоняя мысли о работе, словно страшный кошмар.

Классика, что тут ещё добавить?

Н-о-о-о, если какая нибудь, не особо умная особь сказала бы, что человек, сидящий напротив меня неподвижно словно камень, является точно таким же обычным аккуратным пиджачком. То моё, несомненно, идеальное личико, плюнуло бы в лицо этому незнающему идиоту быстрее, чем тот успеет договорить свою безусловно – «Умную мысль».

«Так. Я тут всё разглагольствую без умолку, но так и не представился, где же мои манеры?»

Кхм. Тогда начнём с самого банально, как обычно, там начинают всякие авторы самых разных автобиографий?

Так вот. Зовут сего смиренного Воронов Александр Леонидович, в простонародье Саша, для друзей и хороших знакомых.

В этом году исполнилось шестнадцать полных лет.

Черные, короткие волосы ёжиком, довольно таки симметричная и симпатичная мордашка в купе с довольно подтянутым телосложением, делало меня, чего уж греха таить, довольно симпатичным парнем. Физкультурой заниматься любил, от того и не слаб телом.

Родителей... нет, был отдан в приют ещё в совсем малом возрасте, буквально чуть ли не новорождённым, по рассказу, конечно же, работников тамошнего детского дома.

«Мд-а-а-а, сразу же видно, как любила матушка своё чадо...»

«Тск...» – всё же не смог сдержать я собственную реакцию на то, что одну бедную душу, то есть мою, всё ещё терзают острые коготки по этому поводу.

Ладно, оставим столь некрасивый момент, и перейдём к другим страницам истории.

Отец у меня, так сказать, пошёл дорогой наиболее известнейшей людям моего контингента. Другими словами, этот человек не просто сходил за хлебом далеко и надолго, нет, он превзошёл этот уровень!

Его изначально не было!

Ну, вы же понимаете, да? Классика, простите конечно, за повторы, но как-то по другому, эту ситуацию ну никак не назовешь, хоть ты сука тресни.

Залетевшая не понятно от кого и когда, бравая молодая мать решила, что детдом просто на просто идеальное решение для нагулявшей себя, а дальше сценарий этой банальной истории, думается мне, до смешного понятна и предсказуема.

Имя и всё остальное с этим связанное, дали этой тушке с помощью пресвятого рандома и безумной фантазии работающих в приюте людей. И должен вам сказать, откровенно и абсолютно честно, имя мне нравилось, за что спасибо, опять-таки, упомянутым выше небесным силам.

Ну и вот. Жил себе не тужил, не курил, не пил, хотя жизнь очень даже располагала.

Друзей в доме брошенных как таковых найти не смог, а всё из-за того, что у этих смертных не хватало извилин оценить всю ту глубину и многогранность личности моей. Поэтому, оставался в гордом одиночестве.

Но по этому поводу я не волновался, ни на грамм, все цело погружаясь в свои хобби и увлечение.

Это было, а как бы это странно не прозвучало, искусство.

Да-да, вы не ослышались, обычный парень, подходящий под понятие – «Беспризорник» – почти что полностью, увлекался высоким.

В основном то было художество, рисование разных картин и достижение на этом поприще довольно видных успехов.

«Талант!» – кричали окружающие, «Труд» – устало отвечал я.

Простая бумага и карандаш были в инвентаре почти каждого ребёнка, а когда неравнодушные люди присылали разные ништяки, то этот не самый богатый набор пополнялся довольно-таки качественной бумагой и краской самых разных цветов. От блевотной ядовитости, до самых тёмных, словно ночь оттенков, различить которых можно было разве что, по еле заметным полутонам.

Вооружившись всем этим добром, я, словно до невозможности довольный кот, добравшийся, до стратегических складов сметаны, уходил писать свои шедевры.

И даже когда пошёл в школу, не бросил это прекрасное дело, успевая учится на твёрдого хорошиста.

Сначала выходило, чего уж таить, просто отвратно, но потом, после каждодневных практик, уровень качества работ, выходивших из-под моего карандаша, повысился довольно-таки существенно.

И что бы оценить масштаб уровня мастерства великого меня, картины даже стали покупать!

Всё это дело пошло несколько неожиданно. Один из сотрудников, Павел Васильевич, мужчина уже в немолодом возрасте, с еле подступающей сединой, заметив мои успехи в этом нелёгком ремесле, предложил продать ему несколько. Пусть тот рисунок лесного пейзажа даже и близко не стоил тех ста рублей, но слегка помятая бумажка грела душу сильнее даже самой жаркой печи.

А когда навыки стали более или менее приемлемыми, мной начали интересоваться, и прибыль стала больше.

Вообще, если бы не помощь Павела Васильевича, что в основном и помогал в нахождении клиентов, то вряд-ли бы что-нибудь из этого выгорело.

Несмотря на то, что друзей или даже близко к этому понятию людей мне завести не удалось, этот старик души не чаял во мне?

Ему было всё равно на все подколки, грубое отношение, тот всегда относился к обычному сироте, которых в можно найти тысячами, по-доброму и с некоторым... пониманием? Словно дедушка следил за своим нерадивым внуком.

И от подобного отношения, было как-то, ну не знаю, тепло на душе?

«Н-д-а-а-а, вот это меня ударило в сентиментальность. Неужели так со всеми людьми, после осознания скорой кончины, происходит подобное?» – устало вздохнув, упал мой невольно взгляд на как будто сбежавшего из матрицы агента Смита.

Нет серьёзно, этот мужик слишком сильно напоминал того персонажа, и мне даже начало казаться, что вот-вот во мне признают избранного, которому нужно срочно спасти мир от слишком умных железяк.

«Мечтать не вредно»

У вас уже, наверное, напрашивается вопрос, почему же столь благородный художник в лице меня, оказался в столь странной ситуации, и даже рассуждает о скорой кончине?

Сейчас поясню.

Всё из-за того, что этот самый благородный художник, то бишь я, имел честь иметь при себе заместо обычного, человеческого языка, самый настоящий ядовитый кинжал, который подобно неустанному ассасину, атаковал всех неугодных, и логично что люди, желавшие оторвать моё оружие, становилось всё больше.

Почему же я не затыкался, спросите вы? Да потому что не мог не ответить.

Понимал ли я, что это может принести проблем? Безусловно.

Но слова из моих уст вылетали даже без участия мозга, чисто на одни рефлексах. По этому, дрался крайне много, возможно, даже слишком много.

И как это бывает с подобными мне человеками в один не совсем прекрасный вечер – «Договорился».

И видимо, тот человек, что имел (не)счастье быть опалённым моим ядом собственного производства, имел весьма влиятельных знакомых, иначе объяснить похищение обычного сироты, мне даётся весьма с трудом.

Было бы понятно, если хотели сдать на органы или ещё что. Дело это не то что бы частое, но и крайне редким действом это сложно было назвать.

Верно. Кто будет волноваться о пропаже обычного приютского ребёнка? Если бы они происходили по много и почасту, тогда конечно да, начнётся такая буча, мама не горюй.

Ну, а так, пока пропадает, не так много ребятни, на это можно закрыть глаза, не так ли?

Суровые реалии нашей жизни, что тут ещё можно сказать?

Но что-то тут не видно разделочного стола, пугающей атмосферы, и людей в халатах.

Ничего из выше перечисленного мне на глаза не попалась.

Помещение, в котором одному не очень везучему мне довелось стать невольным узником, сильно походило на то место, где как раз таки допрашивали нашего избранного.

Та же белая плитка на стенах, тот же железный стол со стульями, белая, металлическая дверь и даже та камера в углу.

«И даже Смит на месте!»

Хоть и все фильмы этой прекрасной серии посмотреть бедному чукотскому мальчику так и не удалось, но, то, что было, запомнилось крепко-накрепко на подкорке черепа. А потому, не узнать того самого персонажа, было почти невозможно.

– И так, – громкий, глубокий голос сидящего напротив меня агента привлек внимание, вынуждая вынырнуть из чертога разума обратно в бренную реальность – Давайте я вам расскажу, для чего, вы здесь, Александр.

На такую постановку вопроса моя бровь невольно поднялась.

До меня всё никак не доходил смысл происходящего, но сердце в груди стучало с просто бешеной скоростью, и походу, даже и не подумывало о замедлении темпа.

«Если это действительно похищение, то какой смысл вести со мной беседу? От простого выходца приюта очень вряд-ли, что можно поиметь, а мои невероятные художественные навыки очень уж вряд-ли понадобятся этим серьёзным ребятам»

Правильно поняв мой незамысловатый жест, а также, по-видимому, прочитав в глазах явное непонимание, поторопился с ответом мужчина, не растягивая гнетущею паузу.

– Вам выпала невообразимо редкий шанс, можно даже сказать, что вам крупно повезло! – сидящий передо мной мужчина расщедрился показать слабую улыбку на своём каменном лице, от вида которой, по коже казалось, пробежал целый табун мурашек – Вы станете участником серьёзного эксперимента, очень серьёзного, – особенно выделил агент в конце.

Где-то внутри я всё же надеялся, что просто очень неудачная шутка, но глаза сидящего напротив меня агента, которые еле видны сквозь затемнённые очки, очень настойчиво намекали – всё взаправду.

Зная ответ на свой вопрос, тем не менее, я не мог не задать его.

– А что если... я откажусь от такого щедрого предложение?...

Посмотрев прямо мне в глаза, и не отводя взгляда, легкая улыбка на лице Смита, как я уже успел его окрестить, не слезала с лица, а висела будто приклеенная.

– Ну, в таком нежелательном случае, вы умрёте, мистер Воронов... – разводя руки как при досадном недоразумении, очень ёмко сообщил новость мужчина.

Сердце, которое хоть и ожидало подобного сюжетного поворота, всё-таки не сдержалось, и ещё больше ускорила свои мощные удары, грозясь выпрыгнуть из грудины в буквальном смысле этого слова.

– Бл*ть...

– Думаю, мне стоит принять это как знак согласия – договорив, улыбка на агенте стала немного шире, наполняя глаза злым весельем...

Комментарий автора:

Всем привет, что могу сказать, да здравствует новый фанфик!

Решил немного поэкспериментировать, так сказать, с характером главного героя. Подумал о создании подобного героя, и какие изменения с ним произойдут, после слияние с личностью почти полностью противоположной его?

Приятного прочтения.

НЕ бечено.

Глава 1 - Начало: 2 часть

– Мистер Воронов, можете возрадоваться. Ведь именно с этой секунды, с этого самого момента, закончится, как вы любите выражаться – «Пребывание в сомнительном месте с не менее, а то и более, подозрительным агентом Смитом».

Столь неожиданное, но от этого, ещё более долгожданное объявление, заставило всё это время мирно стучащиеся сердце, начать расчехлять свой моторчик для более активной работы по закачке крови.

А разум, до этого тоже пребывавший в состоянии познания катарсиса и открытия всех чакр, был вынужден пересмотреть приоритеты, после которых с явной неохотой отдал предпочтение новой информации, оставляя надежды на скорое познание космоса на дальний ящик глубин подсознания.

Голос, что так бесцеремонно нарушил тишину, был столь же глубок, как и при первой встрече, сейчас наполнился еле уловимыми нотками веселья и легкой иронии, где присутствие оных, лишь доказывал факт приподнятого настроения у здешнего надзирателя и своеобразного смотрителя.

***

Покидая уже ставшие мне, за эти четыре дня, как родными, стены, уставшему разуму они до жути напоминали те самые, уже ставшие привычными благодаря изобретению одного сумрачного гения – телевизору. Так вот, помещение, куда поместили тушку одного бедного сиротушки, просто до зубного скрежета смахивало на те самые стереотипные комнатки, для людей особенного контингента, находящихся на другом краю от понятия – «Духовная гармония».

Белые, словно крышка от унитаза, мягкие стены, о которых даже самые старательные и упёртые самоубийцы не смогут размозжить себе черепушку. И-и-и-и… всё.

То есть буквально всё. Лишь голые, как мой худенький кошелёк, стены, обитые чем-то мягким и достаточно крепким, да лампочка, маячащая над макушкой, словно спасительный маяк во время шторма, что и одаривала меня всё это время своим мягким светом.

Ну, заранее отвечая на ваши подступавшие вопросы, скажу. Все мыльно-рыльные ритуалы проводились под чутким присмотром этого бэтмена, по ошибке одетого в деловой костюм, и в отдельных помещениях. Что также неуловимой тенью следовал за мной всюду, куда бы ни ступала нога человеческая, то бишь моя, не отставая ни на шаг.

Помимо него, всюду шастали «обычные» люди, разодетые все без исключения в – «Кто бы сомневался» – медицинские халаты, которые постоянно брали у меня всяческие анализы, делали замеры, проводили самые разные тесты, как физические, так и психологические. И на протяжении всего этого, эти белохалатики также выступали некой надзорной силой. Круглосуточно следя за каждым моим действом.

От опрометчивых действий, одного начинающего художника беспризорника, останавливали те громилы, одетые в военную амуницию, при этом не стесняясь, щеголяя на показ своим увесистым оружием.

Стать живым подобием швейцарского сыра отклика внутри не нашло, поэтому, с болью в груди, было принято решение, которое буквально убивало меня, а именно – молчать в тряпочку, непосредственно, по туже завязав узел на своём остром, как кинжал, языке.

И так на протяжении четырёх, сраных, дней…

«Нет слов, одни эмоции»

И насчёт своих недавних слов, я боролся со своим желанием жить и желанием облить обитателей здешнего испытательного центра, просто тонной концентрированного убойного яда, любезно предоставленной моим главным оружием, целых, вы не поверите, пять минут!

«Что бы, понимали, насколько один ну очень скромный паренёк превзошел сам себя, то вам срочно нужно узнать тот факт, что даже тогда, когда меня избивали до кровавых соплей, намереваясь выпустить потроха на свет божий, мой мозг наносил неустанно хлёсткие удары по самооценке недругов. Будто древний рабовладелец, неутомимо бьющий кнутом ленивых рабов»

И жертвой моего яда стали все те, кому не посчастливилось оказаться рядом.

И это дало некоторый эффект. Некоторое напряжение, что скапливалось просто бешеными темпами, за подобным преинтересным занятием неплохо так сбрасывалось, помогая порядком вымотавшему разуму хоть немного передохнуть и отвлечься от порядком выматывающих бесконечных опытов.

И вот что было странно. Как бы я не измывался над этими учёными, какие бы словесные конструкции не сочинял, с целью как можно сильнее и извращённее пройтись по интеллектуальному уровню, или по другой любой теме для тотального унижения ближнего своего, те никак не отвечали.

Мои глаза крайне чётко улавливали настроение этих белохалатиков, а нереальное желание придушить прямо на месте одного крайне бесящего гадёныша, и отправить того на досрочную встречу с богом наиболее кровавым способом, н-о-о-о… Несмотря на все те помои, которыми я, не теряя возможности, их обливал с головы до пят с завидной регулярностью, они со стойкостью просветлённых монахов, терпели все нападки и ужасающий террор имени меня.

И видимо, познав таки катарсис уже на четвёртый день, они перестали хоть как-то реагировать на выпады со стороны моей персоны, что, безусловно, очень огорчило мою хрупкую душу.

И когда я наконец-то смог выбраться наружу, за стены этого уже успевшего порядком надоесть месте, хотелось запеть как какая нибудь принцесса из мультика – настолько радостно было на душе.

И вот, идя по длинному коридору с, конечно, большим таким конвоем, в лице уже узнаваемых работников организации, которые имели честь быть основной целью моего террора, и уже знакомых громил, в дорогой военной амуниции и с оружием наперевес. Ну и, конечно, бессменный агент Смит, идущий немного впереди нас всех.

«Кстати о нём»

Невольно взгляд чёрных глаз остановился на широкой спине агента, что был одет в туже форму, как и на первой встрече.

Идеальная осанка и плавные, и немного даже хищные, движения, в купе выпирающими мышцами, мощь которых не в силах спрятать и толстая ткань пиджака… все эти факторы заставляли сильно напрячь извилины о силе, идущего напротив меня человека.

После того, как я был перенесён в не самое приятное место – психушкой именуемой, как успел ту окрестить, возможность, что-либо разузнать о событиях, которые крутиться вокруг моей персоны, не представлялось возможности.

А поговорить со своим соглядатаем так и не получалось, тот просто-напросто молча следил за мной из темноты аки бэтмен, ну или партизан, кому как, и делал это, к слову, очень даже хорошо. Я бы сказал, отлично.

«Х-м-м? Что происходит?» – оглянувшись по сторонам, мой цепкий глаз заметил, как вся наша бравая бригада стоит прямо напротив огромной футуристической двери, от которой прямо-таки разило этакой… монументальности?

Уже собираясь выяснить, что твориться, как от молчавшего всю дорогу и ещё пару дней агента Смита, повернувшегося к нашей бравой бригаде малибу, послышалось воодушевленная речь.

– Ну что, мистер Воронов, прямо сейчас, вам представиться шанс Эдем, рай для учёных деятелей и светил науки всего мира. Многие бы продали душу, лишь ради того, что бы заиметь возможность заглянуть на миг Святыню. Гордитесь собой, мистер Воронов – с этими словами, стоило только Смиту закончить столь необычайно длинную, и торжественную тираду.

Уже спустя секунду, монструозного вида дверь начала медленно, словно пытаясь до последнего придержать интригу, отворяться. На моё удивление, какого либо звука, или хотя бы того же еле слышимого скрипа не раздалось, огромные железные двери открывались столь тихо и незаметно что без нарастающего ослепительного света, выбивающего из постепенно расширяющего прохода, то врядли кто что-нибудь вообще заметил.

И наконец. Как только двери в названный Смитом – «Рай» – полностью раскрылись, этот самый Эдем явил себя неискушенному взору обычного художника беспризорника.

Комментарий автора:

Всем добрый вечер, вот и новая глава нового фанфика.

Главы не выпускались из-за жёсткой аллергии автора, что случается с ним каждый август.

Постоянная слезливость и постоянное желание чихнуть не слабо так мешали, но сегодня мне стало немного лучше, поэтому сел за написанием главы.

Знаю-знаю, глава несёт в себе мало действий, но она нужна. Дальше уже пойдет какой-никакой движ.

Приятного прочтения.

Не бечено.