Охота на древнего

Глава 1

Алекс застыла перед дверью, продолжающей содрогаться под градом мощных ударов. Они сыпались один за другим, сопровождаемые нечеловеческими криками, наполненными и яростью, и болью, и отчаянием того, кто скрывался за ней.

— Мисс Кинг, если вы не хотите вернуться обратно, — слова Фроста прозвучали над самым ухом, пуская толпу мурашек по спине Алекс, — то поспешите.

Не успела она и глазом моргнуть, как сильный тычок, следом за которым послышался издевательский смешок Брока, вынудил поспешно шагнуть вперед.

— Давай шевелись, — нетерпеливо буркнул ей в спину тот, подгоняя.

Алекс развернулась, полоснув по своему конвоиру полным ненависти и обещания взглядом, но натолкнулась на его, холодный и издевательский. Питеру Броку было все равно на ее угрозы, он не боялся некроведьму, и именно это взволновало Алекс сильнее всего. Не то чтобы ее имя наравне с тем же Слендерменом использовалось, чтобы пугать детишек по ночам, а взрослых заставлять нервно вздрагивать. Но она, черт возьми, была Алекс Кинг, молодым, но уже достаточно известным своим непримиримым характером некромантом. И да, ее имя имело определенный вес. Кроме того, Алекс была еще и ведьмой, хоть сейчас и не могла по какой-то неведомой ей причине воспользоваться силой, чтобы достойно ответить обидчику.

— Ну что зыркаешь так злобно? — Брок сделал шаг ближе, практически вторгаясь в ее личное пространство, как это сделал совсем недавно Фрост, окончательно теряя образ милого и невероятно предупредительного парня. — Все равно ты мне ничего сделать не сможешь! Так что шевелись, пока я тебе нечаянно и вторую руку не сломал.

Алекс задохнулась от осознания того, что чертов придурок Брок знает! Знает и наслаждается тем, что она не может воспользоваться силой. Какого черта? Как? Откуда?

Девушка нервно сжала пальцы, борясь с паникой, и ошарашенно выдохнула, в первый раз с момента пробуждения вспомнив о подарке верховной. Нащупав на груди под слоем ткани тяжелый артефакт, не откликнувшийся на это прикосновение привычным всплеском силы, Алекс, вопреки логике и здравому смыслу, все же испытала облегчение.

Развернувшись на месте, она шагнула в сторону выхода, где скрылся Фрост. Бросив прощальный взгляд на дверь, из-за которой все еще раздавался рык и отчаянный вой, она дала себе обещание больше не поддаваться панике.

Дальше троица шла молча. Алекс следовала за сенатором, оглядываясь по сторонам и стараясь запомнить дорогу. Один коридор сменялся другим, внешне ничем не отличимым от предыдущего, только темные лестницы в конце каждого поднимали их все выше. Когда Алекс уже было решила, что это никогда не закончится, Фрост остановился. Дверь, преградившая им путь, выглядела так же, как и с десяток предыдущих. Она была огромной, выполненной из серебристого металла и «украшенной» массивным засовом, на котором висело около дюжины разномастных навесных замков.

Лишь одна деталь выбивалась из общего антуража — эта дверь была совершенно новой.

Преодолев «последний рубеж», как про себя назвала его Алекс, троица оказалась в… доме. В первые мгновения она даже напряглась, отмечая знакомые мелочи, ведь Алекс была совершенно уверена, что чертов монстр затащил ее на какие-нибудь склады Стейтен Айленда или заброшенный завод в Бронксе, или вовсе в район порта, о котором она и вовсе имела смутное представление. Но когда они оказались в уже знакомом кабинете, Алекс окончательно растерялась. Одно дело притащить ее на заброшенный склад и совсем другое — в собственный дом.

Но самое главное — зачем это все?

Прошла всего неделя с того дня, как Кинг побывала тут впервые, но она еще помнила забрызганные кровью стены со следами когтей ищеек. Как наяву видела глубокие отметины от пуль, превративших перегородки комнат в решето. Но теперь никто не смог бы с уверенностью сказать, что в доме сенатора Фроста произошло что-то страшное.

Однако кое-что еще изменилось — одна из стен в коридоре была «украшена» высоким ростовым зеркалом, которого Алекс не видела тут раньше. Должно быть, оно прикрывало что-то уж очень страшное, с чем не успели справиться строители, проводившие тут ремонтные работы. Пройдя мимо него, Алекс не смогла удержаться от удивленного вскрика.

Из темной серебристой глубины на нее глянула собственная тень, словно воплотившись из самых страшных кошмаров: всклокоченные грязные и местами слипшиеся от крови волосы, бледно-серая кожа. Один глаз заплыл, как раз с той стороны, где еще гудел болью висок после удара двуликого. А вот разбитые губы и прочие ссадины она просто не заметила, все ее внимание привлекли глаза. Собственные глаза Алекс, так непривычно мутные, лишенные цвета и, кажется, даже границ радужки. Глаза, больше напоминающие глаза покойника, а не живого человека.

Подтолкнув девушку к кабинету и указав на диван, сенатор кивнул Броку, застывшему в дверях позади. После того как адвокат развернулся и исчез в коридоре, Фрост вновь обратил все свое внимание на Алекс.

— Сок, виски? — он приглашающим жестом махнул рукой в сторону бара, но Алекс только отрицательно покачала головой. — Может, кофе?

В первое мгновение она уже готова была согласиться, все же пить хотелось ужасно, а желание отведать чашечку горячего бодрящего напитка и вовсе захлестнуло ее с головой, но тут же скривилась, вспомнив, чем закончилась ее последняя чашечка, приготовленная на собственной кухне этой тварью Броком.

— Нет.

— Как знаете, — Фрост якобы безразлично пожал плечами, но от Алекс не укрылась недовольная гримаса, на мгновение промелькнувшая на лице двуликого.

— Итак, кто ты такой? Что тебе нужно? Что ты со мной сделал? — Алекс быстро огляделась и чуть сжала пострадавшую руку, словно пытаясь приглушить боль. — Зачем я тут?

— Вот так вот сразу к делу? — усмехнулся сенатор.

— Как мне кажется, мы уже довольно долго танцуем вокруг да около, — со вздохом ответила Алекс. — Итак, с самого начала — кто ты такой?

— Себастиан Фрост? — вопросом на вопрос ответил он, разводя руки в стороны в театральном жесте. — Ведьмак? Сенатор, кандидат в президенты…

— Хватит! — рыкнула Алекс. — Что ты за тварь такая? Ты такой же чертов «ведьмак», как я балерина!

Не успела она закончить, как в кабинет вернулся Брок, но не один, а в сопровождении девушки. Алекс привычно сосредоточилась, желая понять кто это, но ожидаемо не получила отклика. Правда, она все равно узнала «гостью», ею оказалась рыжая ведьма, встреченная ранее в больнице.

— Какого… — то ли удивленно, то ли возмущённо выдохнула Алекс.

— Помоги ей, — Брок подтолкнул рыженькую в сторону некроведьмы.

Девушка зыркнула на Алекс, но, как показалось некроманту, опасливо, словно чего-то ожидая от неё. Но не дождавшись ничего, кроме не менее настороженного и неприязненного взгляда в ответ, подошла. Присев рядом на край диванчика, она опустила на пол крохотный чемоданчик и в приглашающем жесте протянула руки к Алекс, показывая, что хочет коснуться ее. При этом отвела взгляд, кажется опасаясь вновь встречаться им с некроведьмой.

— Нет! — крикнул Брок. — Никаких фокусов, просто обработай ей руку, и все!

Рыжая вздрогнула и поспешно схватила с пола чемоданчик. Когда она вновь протянула ладони к Алекс, ее руки явственно дрожали, а тонкие рыжие волоски на запястьях стояли дыбом. От Алекс также не укрылось и то, насколько сама девушка была бледной. Казалось, еще немного, и она начнёт биться в истерике или вовсе упадет в обморок. Алекс даже жалко ее стало в какое-то мгновение, но все в один момент изменили слова Фроста.

— Нет смысла жалеть ее, мисс Кинг, — он шумно пригубил виски из собственного стакана, противно чмокнув, — это был выбор мисс Косинской. Между прочим, добровольный.

— Не понимаю, о чем вы, — Алекс оторвала взгляд от рыжей макушки, сгорбившейся над ее протянутой рукой ведьмочки, — сенатор.

— Пальцы, — тихо выдохнула девушка, уже закончив мазать костяшки и тыльную сторону ладони какой-то пахучей мазью, — они будут болеть. Надо перебинтовать.

— Ладно, хватит! — вновь крикнул Брок, быстро приближаясь и хватая девушку за плечо. Он вздернул ее вверх так быстро, что ведьмочка не успела собрать инструменты, разложенные на коленях, и те, громко звякая друг о друга, рассыпались по полу. Алекс даже удивилась, что для такого простого дела как обработка руки требовалось столько всего.

Словно в подтверждение ее мыслей девушка, успешно вырвавшись из хватки Брока, бросилась к диванчику и начала торопливо собирать инструменты, не глядя закидывая их в раскрытый чемоданчик.

— Кисть наверняка сломана, надо бы сделать рентген, но… — сквозь стиснутые зубы выдавила ведьмочка.

— Обойдется, — поторопил нависший над ними адвокат-оборотень. — Давай быстрее.

— Мудак, — буркнула девушка, резанув его снизу вверх ненавидящим взглядом, — без тебя разберусь.

Не успела она закончить, как Брок схватил девушку за руку, буквально вздергивая ее на ноги и тут же отталкивая от себя. Та охнула и, не удержавшись на ногах, завалилась прямо на Алекс, инстинктивно выставив вперед руки. Изящные пальчики задели раненую кисть, а затем коснулись колен некроведьмы, холодя кожу даже сквозь плотную ткань джинсов. Алекс дернулась от боли, инстинктивно пытаясь отпихнуть девицу другой рукой, но ощутила, как металлический холод скользнул между ее колен вниз, прямо в высокий ботинок, а ведьмочка впервые с того момента, как оказалась тут, посмотрела прямо в глаза Алекс.

Брок резко подался вперед, крепче чем прежде хватая девушку за плечо и сжимая так сильно, что она, не сумев сдержать стона, разорвала зрительный контакт. Не теряя больше ни секунды, двуликий довольно грубо вытолкнул ведьмочку из кабинета и даже прикрыл за собой дверь.

— Нежнее, Питер, — бросил Фрост, невозмутимо наблюдая за всем этим со своего места и продолжая шумно потягивать виски.

Сейчас он выглядел так же расслабленно, как тогда, в своих апартаментах в Нью-Йорке, в компании Джека и Вэлмара. Происходящее его нисколько не трогало, хотя уголок красиво очерченных губ дернулся в притворной ухмылке, но слишком очевидной и натянутой, словно он должен был сделать это, а не хотел этого сам. «Мимикрирует» — мысль появилась из ниоткуда и, по сути, ничем не была обоснована. Просто неожиданно всплыла в сознании.

— Итак, — перехватив растерянный взгляд Алекс, вздохнул «ведьмак», — теперь, когда вам оказали помощь мы можем наконец перейти к делу.

— К делу? — Алекс всю перекосило.

— Да, мисс Кинг, не надо так кривиться, вам не идет. Итак... — он наконец отставил в сторону опустевший стакан и продолжил: — Ты хотела узнать, кто я такой, Алекс Кинг?

Глава 2

— Что значит все? — Негромко прошипел он, — мы толком еще ничего не узнали.

Алекс вырвала свою кисть из стальной мужской хватки.

— Я узнала все, что требовалось. Если бы он видел больше, то и рассказал бы сразу, но он слишком сильно, — она замолчала, подбирая правильное слово, — «задумался»...

Наполненные черными вихрями тьмы глаза угрожающе полыхнули, заставив мужчину разжать пальцы и отшатнуться. Тряхнув головой и прогоняя появившейся в ней туман, он снова глянул в сторону стола. Но все уже закончилось: Мэтью лежал в исходном положении и его глаза были снова закрыты. Перед ними был самый обычный труп маленького мальчика.

— Это кто—то очень древний...

Алекс стояла немного в стороне, обхватив себя руками, словно старалась согреться или унять охватившую ее дрожь. Она прижалась плечом к расположенному рядом шкафу с инструментами. Карл подтащил к ней поближе старенький стул, но та лишь мотнула головой отказываясь и просто не желая демонстрировать детективу свою слабость. Во время сеанса пробуждения она ничего не чувствовала, кроме наполняющей ее тело силы и совсем не ощущала выброс энергии. Но когда все подходило к концу, когда тело пробуждаемого вновь превращалось в пустой сосуд, внутри Алекс образовывался вакуум, ноги становилась ватными, а ее саму едва не шатало.

— И кто же?

Девушка подняла на детектива усталый и недовольный взгляд.

— Полагаю, что ведьмак, — повторила она, — Я слышала, что когда—то среди двуликих жили ведьмаки, способные забирать чужую жизнь, то есть, — она сглотнула, метнув быстрый взгляд на прозекторский стол, — молодость. Таким образом они продлевали свое существование в этом мире, за счет других… Но их всех уничтожили больше трех сотен лет назад еще в старом свете…

— Ты ведь с самого начала знала это, не так ли? — Солье кивнул на тело парнишки.

Алекс ответила не сразу. Подхватив из рук оказавшегося рядом Карла, свою куртку и благодарно кивнув, она направилась к двери. Девушке нужно было срочно отдохнуть.

— Мне необходимо было удостовериться. Столь древних двуликих очень мало, и один из них, возможно, — она сделала особое ударение на слове «возможно», — не тот, за кого себя выдает…

— Нонсенс, — Джек мотнул головой, — двуликие чувствуют друг друга, и один из них не может выдавать себя за другого. Кошка — не собака, Ал...

Девушка остановилась в проеме двери, оглянулась и внимательно посмотрела на детектива. Ей было что ему возразить, но она не могла. Никому и никогда она бы не смогла сказать этого.

— Джек, найди инкуба по имени Велмар, он вроде как летописец, и знает почти всех в Новых Штатах. Кого—то с серебристыми глазами уж точно встречал в своей жизни, их, как я уже сказала, не так уж много. — Она хмыкнула и добавила: — Не захочет сотрудничать, скажи, что я приду и оторву ему голову. Еще раз.

Солье изумленно приподнял бровь. О связях Алекс в полиции ходили почти легенды, а с некоторыми отбросами общества, с которыми нередко видели девушку, не хотело связываться даже Министерство Юстиции. Детектив знал о чем она говорит: двуликие, живущие больше двух тысяч лет огромная редкость, и наверняка их по пальцам можно сосчитать. Выдавали их глаза, с почти белые с темным ободком радужки. Самому Джеку не доводилось лично встречать таких, но на картинка их фотографиях выглядело это довольно жутко.

— И еще, — она вновь обернулась, уже держась за круглую пластиковую ручку, — еще раз тронешь меня во время сеанса, я и тебе что—нибудь оторву.

Патологоанатом кхекнул за его спиной, кажется пытаясь скрыть смешок, а Солье же предпочёл не отвечать, только поднял ладони вверх, словно сдаваясь, а затем обернулся к патологоанатому.

— Ни слова, — он ткнул пальцем в Карла, вновь разворачиваясь и направляясь к двери.

Броски только головой покачал, провожая Джека хитрым взглядом и пряча очередную ухмылку. Он бережно поправил простынь и выключил огромную лампу, расположенную над столом. Нужно было переложить тело жертвы в камеру и написать кучу отчетов о вскрытии, а значит Броски ждала очередная бессонная ночь.

Солье догнал Алекс у самого выхода из старенького здания, расположенного на самой окраине города. Вид у девушки был неважный, и он автоматически поддержал ее за локоть, когда та оступилась на стертых от времени бетонных ступенях. На это Алекс мрачно оглядела детектива с ног до головы.

— Полегче.

— Хотел помочь, — спокойно отозвался мужчина, выдержав ее взгляд, но руку благоразумно убрал, — тебя шатает.

Кинг не ответила, только сжала сильнее губы и, неровной походкой направилась к машине.

— Алекс, послушай...

— Почему ты все еще тут? — Она перебила его, доставая ключи, — ты уже должен быть на полпути в «Грот», искать Велмара.

— Как раз туда и направляюсь. Просто решил, может ты все же подумаешь насчет моего предложения?

Девушка поморщилась. Джек уже не в первый раз предлагал ей поступить на службу в полицию. Официально. Стать настоящим экспертом, получив кучу привилегий, значок консультанта , даже, табельное оружие. Но ее это не прельщало от слова совсем, слишком много официоза, рамок и глупых убеждений. Кроме того, все органы правопорядка, так или иначе, находились под надзором ФБР, ЦРУ, но хуже всего — МинЮста. Последние копались в таком дерьме с точки зрения морали и порядка, что связываться с ними вышло бы себе дороже. Гораздо спокойнее было работать с жадными до денег нотариусами, хитро—вывернутыми адвокатами и простыми людьми.

— Никакое из твоих предложений мне не повернулось, — нарочито грубо отрезала Алекс.

Разговор на данную тему всплывал уже не единожды, и каждый раз ответ был один и тот же. Она распахнула дверцу машины, и уже собиралась сесть, но мужчина удержал ее, наклоняясь вперед. Алекс уловила легкий аромат мужского одеколона после бритья. Вот уже два года они знакомы и все эти два года Джек использует старое доброе «Taбу». Она даже хмыкнула, ощутив как тяжелый и совсем немодный аромат защекотал ее ноздри.

— Кто знает, может, остальные ты плохо обдумала? — он лукаво изогнул бровь и, будь у девушки силы, она бы пнула его, или сделала бы что—то еще.

Но Алекс только хлопнула дверцей, заводя мотор. Машина рванула с места, обдав детектива выхлопными газами. Он усмехнулся и направился к своему «Мустангу». Пора заканчивать это дело, и Джек очень надеялся на то, что ему удастся провернуть все до того, как Алекс узнает правду.

****

Отец Алекс, Говард Кинг, был некромантом, и всю осознанную жизнь пытался скрыть свою натуру. Некроманты — любимчики смерти, но порой за ее благосклонность приходится платить непомерную цену. К тому же, некромантов боялись, сторонились и совершенно определенно не любили. Для всех остальных: как людей, так и других двуликих, они были своего рода изгоями, аутсайдерами, с которыми предпочитали не связываться, но иной раз не брезговали прибегать к их услугам.

Чему удивляться, что Кинг не стремился афишировать кто он, хотя в мире двуликих скрыться было довольно сложно: нелюди чуяли друг друга. Когда Говарду было двадцать пять он познакомился и женился на Эльсберет, своей первой и единственной любви. Эль, как ласково он называл жену, родила ему дочь, Александру. Полукровку: наполовину ведьму, наполовину некроманта.

Подобные браки и тем более подобные дети не приветствовались среди чистокровных, их боялись не меньше, если не больше остальных. Считалось, что полукровки обладают огромной силой, но нравственно неустойчивы, так как столкновение двух столько разных видов может дать непредсказуемый результат.

Повзрослевшей Алекс тоже приходилось скрывать свою двойственность, ведьмовские навыки могли помочь в этом, и часто ее принимали за обычного некроманта. Но были и те, кто жил уже достаточно долго и с легкостью видел истинную суть девушки. Больше всего, конечно, ее боялись люди, вообще лишенные каких—либо способностей и сил. Для этих слабых существ она и подобные ей двуликие всегда оставались париями, несмотря даже на двухсотлетний договор о мире.

Трезвонил будильник, а может это был мобильный и голова Алекс просто разрывалась изнутри. Создавалось ощущение, что маленькие снаряды без конца бомбардировали ее мозг. Нащупав подушку и запустив ею в причину зубодробящего шума, какой бы она не была, девушка ощутила мимолетное удовлетворение. Она не осознавала, насколько сильно вымоталась, пока не добралась до дома и не провалилась в беспамятство.

Это всегда был тяжелый, полный мрачных неясных видений, сон. Часто ей снились те, кого она вызывала с ТОЙ стороны, мертвые и немертвые одновременно. С запавшими глазницами, с высохшей кожей, но неизменно осознающие кто они и что. Думать для мертвых было несвойственно и еще ни разу Алекс не доводилось видеть, чтобы пробужденные обладали сознанием, как правило, они лишь отвечали на вопросы, ведь их мозг функционировал лишь на два—три процента. Этого хватало, чтобы говорить, слышать и выполнять двигательные функции.

После сеанса Алекс доезжала до квартиры, принимала душ и падала на кровать, зарываясь в кокон из одеяла. Обычно подобное забытье продолжалось дня два, но в случае с Мэтью, ей досталось сильнее. Может, сказалось и то, что на это раз жертвой был ребенок, но Алекс буквально упала в обморок, едва переступив порог собственной квартиры и практически ползком добравшись до кровати. В этот раз снов не было, только темнота и больше ничего. Ее сознание уплывало за грань реальности, где даже сновидения не могли достать ее.

Надоедливый, раздражающий звук повторился, вырывая девушку из липкого небытия и, на этот раз, намертво вцепившись в нее клещами. Алекс с трудом разлепила веки, стараясь сфокусировать взгляд на настенных часах и одновременно с этим определить источник шума. Она все еще чувствовала себя истощенной и похожей на разбитый сосуд, из которого вытекала жизненная энергия. Звук опять ворвался в ее уставший мозг, словно набат, неприятно резанув по ушам. Кто—то звонил в дверь. Настойчиво и упорно, и Алекс мысленно пожелала ему все муки ада.

— Или я убью тебя сама, — прошипела она, кое—как выпутавшись из одеяла.

Соскользнув на пол, начала придумывать и тихо перечислять все те муки, что ожидали незваного гостя. Звонок повторился, но на этот раз пронзительно заверещал на одной длинной ноте. Кто бы там ни был, он явно злоупотреблял терпением некроманта.

— Чтоб тебя...

— Алекс! — теперь пришедший забарабанил по двери кулаком, и девушка узнала голос Солье.

Она смачно выругалась, припомнив всех демонов Вельзевула и стараясь спросонья поймать верную координацию.

— Алекс! Открывай!

— Иду я! Иду...

Дверь распахнулась внезапно, избежав очередной атаки извне, и на пороге перед детективом возникла заспанная Кинг в одной лишь белой майке—борцовке, едва прикрывающей стройные бедра. Солье замер с занесенной рукой, его щеки под небрежной щетиной немного покраснели.

— Что?! — Алекс рявкнула так, что мгновенно вывела его из ступора.

Мужчина поднял глаза выше, встречаясь с ее еще немного мутным ото сна взглядом.

— Карл мертв.

Краска схлынула с лица и без того излишне бледной девушки, ее разум в одно мгновение вышел из статуса автопилота, а внутри все болезненно сжалось в горячий комок.

— Что? — она сделала шаг в сторону, хватаясь за косяк.

Солье протиснулся в квартиру, прикрыл за собой дверь, и его вид не предвещал ничего хорошего.

— Его нашли сегодня утром… мне очень жаль, Алекс. Я решил, что лучше, если ты узнаешь это от меня.

Девушка медленно развернулась и прислонилась спиной к стене, словно в замедленной съемке сползла на пол хватаясь за голову. Сознание, что еще секунды назад ускользало от нее, теперь, как тонкая паутина, зацепилось за ужасную новость. Карл… Карл практически заменил ей отца, в свое время поддержав осиротевшего подростка, и теперь эта новость буквально сбила девушку с ног, вышибая и весь воздух из легких. На мгновение ее вынесло за пределы восприятия, перед глазами понеслись размытые круги и Алекс показалось, что ее уносит быстрым течением, вне зависимости от желания и попыток остановить все это.

— Алекс! Господи боже, Алекс! Да что с тобой?

Голос Солье буквально вытащил ее обратно, рванув из трясины забытья. Твердая мужская рука почти до боли сжала плечо, и это окончательно привело ее в себя. Кинг подняла на него влажные глаза.

— Как, — вдох—выдох, — как это произошло?

Джек помрачнел.

— Тебе придется увидеть это самой, Алекс. Потому что мы не уверены в том, что бы это могло бы быть.

Девушка сидела, не шелохнувшись. С одной стороны Солье понимал, что было слишком жестоко просить ее о помощи, но с другой, он был абсолютно уверен в том, что она не простит ему, если он не попросит. Ведь дело касалось Карла.

Произошло нечто, повергшее в шок всех, кто побывал на месте преступления. И даже если он не был уверен, что девушка справится – она единственная кому он мог бы довериться. Ведь нет такого человека или двуликого кто захотел бы найти убийцу больше, чем сама Кинг.

— Дай мне минуту, — Алекс медленно и тяжело поднялась, на этот раз безропотно приняв помощь Солье, и направилась в свою комнату, оставив мужчину топтаться в гостиной.

Глава 3

После того, как Джек выскочил следом за Алекс из прозекторской, доктор Броски тихо посмеиваясь вернулся к своим прямым обязанностям. До самой ночи он провозился с делом погибшего Мэтью Коллинза. Наконец закончив, перенес его в бокс, установил бирки на камеры с другими телами, заменяя на некоторых причину смерти и заполняя необходимые для полиции бумаги. Вообще—то ему был положен помощник, которому он мог поручить всю эту чепуху, но после того как уволился Свинни Болек, только что окончивший медицинский, никого нового на эту должность так и не нашлось. Карл уже заканчивал вносить последние изменения в файл, когда в дверь просунулась голова Хорхе, местного уборщика из ночной смены.

— Док?.. Вы еще тут?

— Да—да, Хорхе, — отозвался Карл, таращась на экран допотопного компьютера и пытаясь окончательно разобраться с базой данных, — еще пару минут и все.

Хорхе буркнул: «Окей, док» и снова исчез в коридоре. Карл слышал как он удалялся, громко скрипя подошвами своих стареньких кед и волоча за собой гремящую тележку с ведрами и швабрами. Карл бросил взгляд на часы: время уже перевалило за двенадцать и нужно было быстрее отпустить парня домой. Это у него, старика Броски, кроме Алекс не было ни детей, ни жены, а вот нормальные люди торопились домой, к семье и горячему ужину.

Наконец, когда последнее окно на экране компьютера закрылось, Карл снял очки и устало потер переносицу. Несмотря на то, что в обличье волка видел он отлично, но вторая его ипостась обладала всеми присущими пожилым людям чертами. Неожиданно что—то изменилось, будто мир вокруг застыл, а в следующее мгновение из коридора послышался громкий стук, словно на пол что—то упало и покатилось. Через секунду раздался дикий, почти нечеловеческий вопль, полный ужаса, но тут же сменившийся удушающим хрипом, а затем, спустя долю секунды все окончательно стихло.

Карл встрепенулся. Крылья его довольно крупного носа затрепетали, стараясь уловить посторонние запахи. Слух обострился настолько, что он мог расслышать как в дальней прозекторской из старого, подтекающего крана капает вода. Его зрачки расширились, затапливая уже ставшую огромной радужку.

Мужчина застыл и немного наклонил голову, словно огромная собака, прислушиваясь к тишине вокруг. Из коридора больше не раздалось ни шороха, только потянуло раздражающе—сладковатым запахом крови... и смерти. Броски медленно поднялся, двигаясь совершенно бесшумно, и направился к двери, продолжая прислушиваться к малейшему скрипу. Появившиеся в первые секунды клыки заметно обозначились, приподнимая верхнюю губу и Карл едва сдерживал рвущееся из груди рычание, ведь все его нутро кричало о присутствии чего—то враждебного, пахнущего злобой и тленом.

Хорхе был там. Вернее то, что осталось от парня.

В том, что это был именно уборщик—мексиканец, Карл не сомневался ни мгновения: в пяти метрах от лаборатории валялась голова бедняги, с повисшими на шее лоскутами кожи. Все стены и даже потолок были забрызганы кровью, словно нападавший специально, почти художественно, заляпал все вокруг. Но тела Карл не увидел, вместо него от оторванной головы вел красный жирный след, заворачивая за угол.

И патологоанатом отпустил свою истинную натуру, позволяя ей выбраться наружу и охватить его, подобно второй коже. Форма черепа трансформировалась на глазах, удлиняясь и вытягиваясь, нос так же приобрел волчьи линии, переходя в узкий высокий лоб и близко посаженные глаза. Шея мужчины стала больше, покрываясь узлами мышц, а затем густой темной шерстью. Руки вытянулись, став похожими на витые канаты, с каждой секундой все больше походя на мощные сильные лапы.

Коленные суставы выгнулись в обратную сторону, немного пригибая существо к полу, но удерживая его в устойчивом положении на двух задних лапах. Ладони так же покрылись шерстью, пальцы искривились, ногти выросли на добрых пять сантиметров, прежде чем полностью превратиться в острые и крепкие когти—кинжалы. Все его тело увеличилось в габаритах раза в три, и одежда вместе с белым халатом просто лопнула по швам, свалившись на пол грудой бесполезного тряпья. Карл—оборотень не издал ни звука, проходя трансформацию молча, ведь ему не хотелось спугнуть убийцу, хотя вполне возможно, что тот уже учуял его.

Броски двинулся по следу, хоть по прежнему ничего не слышал. Волчье чутье не могло обмануть его, это было просто невозможно, но все, что он чувствовал — лишь запах крови и внутренностей. След прервался внезапно, стоило только Карлу завернуть за угол. Дальше шел самый обычный коридор, с не очень чистым полом и тускло мигающими под потолком лампочками. Волк медленно втянул носом воздух: тут пахло смертью и определить точно куда могло деться тело вместе с преступником Карл никак не мог.

И тут он услышал звук падающей капли и он не был похож на звук протекающего крана. Он уже слышал нечто подобное ранее и без труда отличил его от сотен других. Густой, тягучий. Страшный и одновременно с этим чарующе опасный, звук, способный пробудить внутри любого двуликого его самые темные инстинкты. Броски опустил косматую голову, упираясь взглядом в красные разводы под лапами. На них застыла кривая клякса, напоминающая сюрреалистическую картину из кошмаров неизвестного автора. Следующая капля упала волку на загривок, зарывшись в жесткую шерсть и заставив кончик его носа нервно дернуться.

На осознание произошедшего оборотню понадобилась лишь доля мгновения, но и ее было слишком много.

«Джек был прав, тут замешаны сильней…»

Низко зарычав, он оскалил клыки и молниеносно вскинулся, пытаясь увидеть врага, но даже всей нечеловеческой реакции двуликого было недостаточно. Что—то огромное рухнуло сверху, тут же закрывая обзор, сбивая его с ног и прижимая к полу. До Карла донесся гнусный запах разложения и гнили. Утробный рык прокатился по коридору, отразившись от стен, и смешиваясь с его собственным рычанием, и последнее, что увидел карий глаз Карла Броски прежде чем черные когти вспороли ему горло — уродливая серая лапа.

Глава 4

Территория вокруг городского морга, как и положено, была оцеплена. Автомобили полиции, припаркованные поперек улицы, мешали дальнейшему движению, а потому Джек начал высматривать место, чтобы оставить свой мустанг. У желтой заградительной ленты с лаконичным «НЕ ПЕРЕСЕКАТЬ» уже собралась толпа зевак, а несколько репортеров с центральных телеканалов выгружали оборудование из припаркованных неподалеку фургонов.

Всю дорогу до морга Солье молчал, не спеша посвящать девушку в уже известные ему детали и дав Алекс возможность немного успокоиться. А еще он хотел, чтобы она сама все увидела и оценила, ведь то, что произошло этой ночью, совершенно не вписывалось в привычные рамки и не было похоже ни на что, виденное им ранее. И это его не столько пугало, сколько держало в нечеловеческом напряжении. Раньше, еще вчера он мог бы спросить совета у самого Карла, а теперь… Теперь у них осталась только Алекс, единственный специалист способный, по мнению Джека, практически с одного взгляда определить, была ли смерть результатом нападения двуликого или...

Но минуты шли, и детективу все больше казалось, что Алекс слишком глубоко погружалась в некое оцепенение, будто бы так до конца и не поверив в то, что ее друг, единственный родной человек, погиб. С того самого момента, как она, уже полностью одетая, вслед за детективом покинула собственную квартиру, девушка не произнесла ни единого слова. Она будто бы провалилась в другую реальность, молчала и, отвернувшись к окну, следила за пролетающими мимо городскими пейзажами. А потому, Солье был уверен, что не заметила ни одного из его встревоженных взглядов, украдкой брошенных через плечо.

Наконец Джек припарковал автомобиль, выбрав место на другой стороне улицы. Просигналив и спугнув стайку тинэйджеров с мобильными телефонами, он заглушил двигатель.

— Чертовы зеваки, — Солье проводил недовольным взглядом шарахнувшихся в сторону ребят, — Алекс, ты как?

Сейчас, взглянув на ее бледное, осунувшееся лицо, то и дело, подсвечиваемое синими и красными бликами, он неожиданно засомневался в правильности принятого решения. Не стоило вообще приходить к ней, и уж точно не было никакой необходимости тащить девушку сюда. «Идиот!» — отвесил он себе мысленно оплеуху.

Но девушка лишь молча кивнула, все так же продолжая безотрывно таращиться в окно. Вся ее поза казалась странно неестественной, будто деревянной. Джек потянулся, желая коснуться ее плеча, как—то подбодрить или выразить соболезнования, что сейчас были совершенно не к месту, и замер в неудобной позе, так ничего и не сделав.

Нет, он и раньше частенько засматривался на нее, позволяя себе любоваться сосредоточенным лицом, медленными, но наполненными какой—то потусторонней силой движениями рук во время «работы» некроманта. Что—то в ней, внешне столь хрупкой и уязвимой, а на самом деле невероятно сильной, притягивало его взгляд всякий раз как она пересекала границу жизни и смерти, призывая чужие души.

Ему было интересно, отчаянно интересно то, чего он сам, будучи обычным, чистокровным человеком, до конца постигнуть не мог. А еще ему импонировал тот факт, что суровая и непримиримая Алекс Кинг соглашалась работать именно с ним. Пару раз ему доводилось наблюдать за ней, оставаясь незамеченным, и тогда он видел совсем другую Алекс. Спокойную, улыбающуюся, смеющуюся над шутками Броски. Он даже позавидовал старику, способному не просто вызывать у девушки такие теплые чувства, но способному заставить ее проявить их.

— Пора, — девушка рывком распахнула дверь автомобиля и практически вывалилась на дорогу.

Алекс прекрасно понимала, что эта боль не пройдет ни завтра, ни через год, ни даже через сто лет, и чем быстрее она позволит себе ступить в нее, не пытаясь сбежать, тем лучше. Ничего нового не произошло, все это уже было с ней однажды, тогда Алекс потеряла родителей. И вот снова… А значит она сможет преодолеть и эту боль, просто примет ее.

Отрывать, так одним махом.

Джек вздохнул, еще раз прокляв собственную глупость и, следом за Кинг выбрался из автомобиля. Обогнув машину, он догнал девушку, что уже направилась к офицерам, замершим около заградительной ленты. Пара журналистов заметила новых участников и, молниеносно оценив ситуацию, рванула им наперерез. Хватило одного взгляда и вскинутой вверх руки с зажатым в крепких пальцах значком, чтобы остановить это движение и отправить ретивых парней обратно к их фургону.

Алекс ощутила тёплую ладонь, опустившуюся на плечо и чуть подтолкнувшую ее вперед. Отметив лишь краем глаза как Солье отогнал ребят с аппаратурой, она испытала прилив благодарности к этому мужчине, что не случалось с ней уже довольно давно. Он как никто иной знал, что становиться звездой криминальной хроники ей совершенно не улыбалось.

Расспрашивать Джека о том, что он видел на месте убийства Карла, девушка просто не решилась. Боялась, что не выдержит и выскочит из машины прямо на ходу. Боялась, что не справится с эмоциями и сбежит, куда глаза глядят. Ее лихорадило, но спина покрылась холодным, липким потом, а живот то и дело скручивало болезненными спазмами, и приходилось прикладывать неимоверные усилия, чтобы не позволить Джеку заметить хоть что—то.

Они проскользнули под ленту, что стоящий рядом офицер услужливо приподнял, и двинулись вперед.

— Джек! — У входа их встретил лейтенант Пирс. — Где тебя черти носят?! Дьявол...

Пирс был невысоким и тучным мужчиной, с которым Алекс уже приходилось встречаться ранее, но честно говоря, их знакомство вышло не очень приятным. Это был второй или третий раз когда она была вынуждена сотрудничать с полицией. В тот раз в течение нескольких часов ей пришлось выслушивать его сальные шуточки и игнорировать совершенно идиотские подколки. И все это рядом с телом молодой девушки и на глазах ее совершенно убитой и растерянной матери. Закончилось все скандалом и ее жалобой на лейтенанта. И вот теперь он стоял у входа в здание морга и неприязненно морщился разглядывая девушку.

— Дьявол! — Продолжил он, оторвав, наконец, свой взгляд от нее и переведя его на Джека, — через час все СМИ будут кричать о новом Потрошителе, — Пирс скривил губы в некоем подобии презрительной улыбки и развернулся. Махнув рукой, пригласил Солье следовать за ним, — Монро рвет и мечет! Уже даже из МинЮста позвонили, требуют от нас полного отчета...

Миновав автоматические двери, с готовностью распахнувшиеся при их приближении, Пирс двинулся в сторону лестницы, ведущей в подвал. Сердце Алекс снова екнуло, когда она поняла, куда они направляются. Горькая мысль вновь напомнила о себе — Карла больше нет.

— Ездил за Кинг, как видишь, — Солье оглянулся, — а МинЮст может и подождать.

Лейтенант притормозил и вновь смерил Алекс таким привычным, очень неприязненным взглядом. Ничего удивительного в этом не было, она была уверена, что та ее жалоба дошла до адресата. Но было в этом взгляде что—то еще, помимо личной обиды. Броски боялся ее. Боялся ее суть, страшился того, чем она была и того, что он постичь не мог.

И этот страх злил Алекс больше всего остального. Она и так ежесекундно ощущала себя изгоем, а каждый такой взгляд, полный ненависти, опаски, какого—то затаенного отвращения, словно она была больна проказой, лишь добавлял новую каплю в ее и так уже практически переполненную чашу отчаяния и ненависти к самой себе. Она не просила делать ее такой. Она бы с огромным удовольствием отдала все, что у нее есть, было и могло бы быть в будущем только за то, чтобы родиться обычным человеком или двуликим, таким как Карл.

Но сейчас, смотря в глаза Пирса, она заметила что—то еще, что—то новое, ранее не виденное. Да и МинЮст каким боком тут образовался? Что—то странное происходило и им с Джеком предстояло разобраться в этом.

— Не могут, — процедил, наконец, Пирс, пытаясь оттеснить девушку в сторону, — они уже отправили сюда своих людей, пока тебя не было.

— В смысле? — Детектив остановился так резко, что последовавшая за ним Алекс едва не впечаталась в широкую мужскую спину.

— Джек... — Пирс замялся, а потом кивнул головой на мощную, металлическую дверь ведущую в подвал, — они хотят сами разобраться с этим дерьмом. Без нас, и уж тем более без этой вот...

— Какого хрена?! — громогласный рык Солье заставил вздрогнуть даже Алекс, — это мое дело! Оно даже не в их юрисдикции! Черт, да как же они пронюхали—то?!

— Я знаю, — лейтенант успокаивающе поднял руки, — поверь, Джек, я все знаю. Но против них разве попрешь? Эй, это же МинЮст! Я думаю вам придется разворачиваться и тащить свои задницы обратно...

Джек громко выругался. На его щеках заходили желваки и, пожалуй, впервые Кинг подумала, что в гневе он, должно быть страшен. А еще, что за все время их знакомства, она ни разу не видела Солье в такой ярости.

Выудив из внутреннего кармана мобильный телефон, он торопливо набрал чей—то номер. Когда на том конце подняли трубку, Джек развернулся и отошел на пару шагов, начав тихий, но яростный спор с невидимым собеседником. Алекс не стала прислушиваться к этому разговору, итак было понятно, что звонил он кому—то в управление и пытался выяснить, почему МинЮст встал им поперек дороги. Алекс же осталась на том же месте, рядом с выходом на цокольный этаж, терпеливо дожидаясь, пока Солье закончит разговор.

— Нечего тебе тут делать, Кинг. — Неприязненно выплюнул Пирс.

Несмотря на небольшой рост, он все же умудрился окатить девушку волной презрения с головы до ног. Алекс нетерпеливо оглянулась на Солье, желая как можно быстрее покинуть коридор и спуститься уже, наконец, в подвал. Нет, она безусловно не спешила увидеть Карла, пожалуй это было бы последнее, чего бы она хотела сделать в жизнь, но ей совершенно точно хотелось скрыться от подобных заинтересованных, осуждающих и одновременно с этим, полных отвращения, как сейчас у Пирса, взглядов.

— Это не вам решать, лейтенант. — Сухо ответила она, прикрыв глаза и пряча внутри поднимающуюся волну ярости.

Джек, словно почувствовав что—то, торопливо обернулся все еще продолжая прижимать к уху телефон и слушать своего собеседника. Одними губами он поинтересовался у Алекс: “Что?”. Она мотнула головой и отвернулась, позволяя Солье продолжить нелегкий разговор. Судя по его хмурому виду и губам, моментально вытянувшихся в одну линию, новости были не самые приятные.

— Хех! — Хмыкнул Пирс, придвигаясь ближе и откровенно «вламываясь» в личное пространство Алекс.

На нее пахнуло потом и несвежим дыханием, и девушка резко выдохнула, инстинктивно отвернувшись.

— Что нос воротишь, Кинг?! — Зашипел Пирс, склоняясь ниже. — Нихрена тебе, любительница мертвечинки, не светит! Эти ребята из МинЮста подрежут крылышки и тебе, и, — он быстро обернулся на Джека, будто боялся, что его могут услышать, — этому выскочке Солье!

Алекс застыла, как громом пораженная. Конечно ее не любили в полиции, к этому она уже давно привыкла. Конечно Пирс имел право злиться, ведь она пожаловалась на него в отдел и лейтенант, она была уверена на сто процентов, получил взыскание. Но вот то, что хоть кто—то может не любить Джека Солье, было поразительно. Он, конечно не был душкой, но вот в том, что он был душой любой компании — не сомневалась. Даже сама Алекс чувствовала себя рядом с ним комфортно, не смотря на то, что порой он выводил ее из себя или откровенно смущал своими шуточными подкатами. Новая волна злости затопила ее существо, концентрируясь в одной точке.

— Кажется нам отказали! — Зло рыкнул Солье, неожиданно появившись рядом.

Пирс тут же отступил и отвернулся, стараясь скрыть довольную ухмылку.

— Я же говорил, — кивнул он проходящему мимо помощнику коронера, — что вам там нечего делать! Это уже дела МинЮста… Что там делать обычным копам и этой, — он уже откровенно неприязненно покосился на Алекс, — специалисточке по мертвякам!

— Лейтенант, хватит, — примирительно вздохнул Джек, который был в курсе возникшего между ним и Алекс напряжения, — она не просто специалисточка, а официальный консультант полиции...

— Мне плевать, — фыркнул Пирс, — как ни назови, все одно… в любом случае, если вы туда сунетесь, Монро с тебя шкуру снимет! Вы должны отвалить.

— Мы просто посмотрим, все же... — начал Солье, протягивая руку и хлопая лейтенанта по плечу, — это же Карл, лейтенант… Ну ты же знаешь…

— Мне плевать, Джек, — Пирс дернул плечом, скидывая руку детектива, — вы не можете спуститься туда и хозяйничать там, как у себя дома! А по поводу Карла, — он снова хмыкнул, — выдадим все, что от него осталось по справке и обязательно с оплаченной квитанцией…

— Какой еще к черту квитанцией, Пирс?! Мы не собираемся что—то трогать… — начал Джек, стараясь не ссориться с коллегой. — В конце концов, мы не вчера в это дело ввязались!

Одновременно с этим, Алекс, уже достаточно долго терпевшая презрительное отношение лейтенанта, прорычала:

— Но посмотреть—то мы можем?! Джек прав, все что нам нужно — увидеть своими глазами…

Устав ждать, и просто будучи не способна более сдерживать рвущееся наружу волнение, перемешанное с отчаянием, она протиснулась между мужчинами и схватилась за металлическую ручку. Однако, толкнув ее от себя, не успела сделать и шагу, как толстые пальцы сжались на ее плече.

— А ну стоять! Я же сказал, что вам нельзя!

Развернув девушку к себе, Пирс зарычал ей в лицо, брызжа во все стороны слюной:

— Кинг, ты вообще слышала меня? Ты туда только со справкой и…

Договорить он не сумел, Алекс развернулась вокруг своей оси, ловко вывернувшись из хватки. Какое—то быстрое, еле уловимое движение, и не успел лейтенант глазом моргнуть, как оказался прижат к стене. Внешне хрупкая, девушка без особого труда удерживала мужчину за горло одной рукой, а вторая застыла где—то на уровне его сердца. Секунда и ее ладони полыхнули синим огнем. В коридоре повисла напряженная тишина, однако никто из присутствующих не пришел Пирсу на помощь.

Лейтенант захрипел, пытаясь сделать вдох, но у него не получалось. Толстое, заплывшее жиром лицо начало стремительно краснеть. Снующие до этого момента мимо них полицейские и помощники коронера, да даже сам Солье, застыли в нерешительности. Все замерли, боясь сказать разъяренному некроманту хоть слово поперек. Так или иначе Кинг была двуликой, и не простым оборотнем, а особым видом, к тому же каждый из присутствующих тут слышал их диалог. Где-то справа раздался тихий щелчок, а следом голос Джека:

— Тише...

— Я все прекрасно слышала, — процедила она, навалившись на лейтенанта так, что кончик ее изящного носа уткнулся в его, и прожигая синей тьмой своих глаз, девушка продолжила: — а теперь ты меня послушай... Убили моего друга и я, поверь, уничтожу любого... Любого, кто встанет на моем пути или решит мне помешать. И начать я готова сегодня... Прямо с тебя. — Повернув голову, она подалась вперед еще сильнее, практически касаясь губами его уха: — потому что я чую твои грешки, Пирс.

— Алекс, — позвал ее Солье, осторожно касаясь плеча, — не нужно накидывать себе лишних проблем… Это того не стоит. Отпусти его… Пойдем, Ал.

Джек потянул девушку на себя, и Кинг моргнула, будто бы сбрасывая с себя наваждение. Выдохнув, она отступила, ослабляя хватку, позволяя перепуганному мужчине рухнуть на пол у ее ног и зайтись в кашле.

— Ты! — Прохрипел Пирс, — сука!.. Да ты никто без этого!.. Обыкновенная, слабая шлю… Кха—кха… Ты пожалеешь! Солье, а ты что стоишь?! Убери подальше свою бешеную псину! Я тебе устрою! Ты пожалеешь! И ты, Солье! Пожалеешь, что притащил ее сюда!

Лейтенант вновь зашелся кашлем и, несмотря на произошедшее и свою близость к неминуемому, состроил самое презрительное выражение лица, на которое был способен. Тряхнув головой, указал на все еще искрящиеся синим ладони и кривя рот выплюнул:

— Без этого ты самая обычная баба!

— Ну, — девушка отступила еще на шаг и, ехидно приподняв бровь, ответила, — я хотя бы “баба”. А ты без своей стальной пукалки, — бросила она, явно намекая на табельное оружие, — даже не мужик.

Алекс презрительно скривилась, продолжая смотреть на него сверху вниз. Солье был прав — как бы она не злилась на этого человека, получить проблемы за нападение на полицейского ей совсем не хотелось. Только и удержать рвущиеся наружу чувства с каждой секундой становилось все сложнее, словно кто—то сорвал стоп—кран с живущей внутри силы, размывая границы допустимого.

— Идем.

Солье, отступил в сторону, пропуская Алекс и с сожалением глянул на лейтенанта. Конечно, Пирс был не самым прекрасным представителем его отдела, но сейчас Джеку была противна сама мысль о том, что они работали вместе. Вздохнув и мазнув по мужчине предостерегающим взглядом, он развернулся и поспешил следом за Кинг.

— Давай—давай, сучка, они уже ждут тебя... — расслышал он сквозь хриплые ругательства, слова Пирса.

Осознав, о чем именно говорил лейтенант, Солье ускорился. Детектив не сомневался, что на эмоциях Алекс не глядя набросится на любого, кто встанет на ее пути. И это будет последнее, что они сделают... Только вот действовать так, нахрапом, было нельзя, уж кто кто, а он знал это получше других. Ему нужно было как можно скорее вернуть ее в нормальное состояние.

— Алекс, — Джек нагнал ее уже в самом низу и попытался схватить за руку, — Послушай меня… Да подожди же, Ал...

Неестественно прямая спина Кинг говорила сама за себя, и девушка даже не обернулась, просто не услышав его слов за шумом собственной, бурлящей и ослепившей ее ярости.

— Нам нельзя туда сейчас, Ал... Нас просто не пустят! — Шипел он, стараясь дотянуться до нее, — Алекс, да подожди же ты!

Солье выбросил вперед руку и, наконец достав, сжал плечо некроманта с такой силой, что Кинг глухо зашипела. Не дав ей совершить тот же маневр, что она только что проделала с Пирсом, он развернулся, уходя от движения ее руки и рванул девушку на себя, обнимая и прижимая к собственной груди. Зыркнув поверх белокурой макушки, заметил небольшую дверь за ее спиной и, распахнув ее одним ударом ноги, ввалился в крохотную коморку, оказавшуюся обычной подсобкой. Втащив шипящую и упирающуюся девушку внутрь, загромыхал полками с моющими средствами, и едва не наступил на стоящую рядом швабру.

— Какого хрена?! — Алекс зло зашипела, когда он, наконец, выпустил ее из объятий и торопливо захлопнул дверь.

Ее глаза пылали почти безумством, а все нарастающая ярость врожденной ведьмы требовала выхода. Джек вскинул руки и сжал ладонями ее плечи, стараясь хотя бы с помощью физической боли привести ее в чувство. Ему довелось видеть Кинг в бешенстве лишь однажды и что—то подсказывало ему, что это был далеко не предел. В такие минуты в хрупкой и изящной Алекс появлялось нечто безумное, сильное и всепоглощающее.

— Послушай же меня, наконец! — Его твердый, хоть и негромкий голос, кажется, произвел некий эффект. Алекс застыла, вскинув светящиеся ладони и сверля его таким же пылающим взглядом. — Там могут быть Ищейки! Слышишь?!

Джек ослабил хватку, осторожно поглаживая ее плечи, будто стремясь успокоить. Странно, но эти нехитрые движения несли успокоение и ему самому.

— Во—первых, нас с тобой просто не пропустят. А если ты устроишь там такое же представление, что и с Пирсом — тебя вырубят, а потом, в лучшем случае, упекут за попытку помешать расследованию. Про нападение на представителей МинЮста я вообще молчу! Это не мелкая ругань с полицией, и даже не Пирс… тут одним штрафом или повесткой в суд не обойдется! Ты же знаешь, что у них есть особые лицензии. Алекс...

Как бы зла ни была Кинг, все же она его прекрасно слышала. В подтверждение этого ее губы сжались в тонкую линию, а черный огонь в глазах начал угасать. Ее словно ведром ледяной воды окатили. Девушка поняла, так же как и сам Солье несколькими минутами ранее, что дальше идти нельзя.

И если Джек переживал за ее свободу, то сама Алекс беспокоилась уже за собственную жизнь. Ищейки МинЮста — это не обычные полицейские, и простым хлопаньем по плечу тут не обойдется. Эти твари обладали особыми способностями, не подвластными другим двуликим. Высшие из них были больше похожи на диких животных, вынужденных носить личину людей, чем на обычных двуликих. Быстрые и опасные, Ищейки не теряли своих звериных черт даже при условии, что практически не меняли личину, предпочитая пользоваться животным чутьем и силой, оставаясь в более универсальном человеческом облике.

В отличие от них, другие двуликие, живя в мире людей, теряли свойства своей второй натуры, и обрастали чисто человеческими чертами, среди которых были проблемы со зрением, сном и перееданием. Они были подвержены стрессу, страдали от депрессий, гнались за карьерным ростом, модой…

Рядовые Ищейки, более слабые и в какой—то степени обделенные силой, составляли большую часть штата МинЮста. С ними Алекс уже пару раз пересекалась по работе и каждый раз ей удавалось обмануть их, скрыв свою двойственную суть. Но теперь за ослабевшей из—за стресса и буйством чувств и эмоций защитой, Ищейки вполне могли ощутить ее «неправильность» — а это было уже куда серьезней.

Узнай хоть кто—то о том, что она не просто некромант, а еще и ведьма, пусть не обученная, пусть практически не способная управлять этой силой, тратящая большую часть своих скудных возможностей лишь на то, чтобы скрывать от всех свою суть, и жить ей останется совсем немного. Уж кто, а Ищейки МинЮста позаботятся об этом.

— Ты, — он чуть склонился заглядывая в ее глаза, — ты понимаешь, что сейчас туда соваться нельзя?

Алекс закусила губу и медленно кивнула.

Удивительно, но только в эту секунду самому Джеку в голову пришла неожиданная мысль — а ведь не смотря на то, как отреагировала девушка на Пирса, сам Солье ни секунды не сомневался в том, что она не причинит ему никакого вреда. Осторожно разжав пальцы, выпустил ее плечи. Выпрямившись, он развернулся и осторожно приоткрыл дверь, затем выглянул наружу.

— Тело наверняка отправят в центральный морг. Вот туда—то мы и наведаемся, а оставаться тут дольше не стоит. В любом случае, все не так просто… — Проверив, что рядом никого так и не появилось, он выскользнул наружу, что при его росте и габаритах выглядело практически невероятно, — идем.

Алекс несколько секунд колебалась, но была вынуждена признать правоту его слов, а потому вновь кивнула и последовала за мужчиной. Она сама удивлялась тому насколько быстро и резко менялось и ее поведение и состояние. Ярость, способная уничтожать все вокруг, в какие—то секунды сменилась глубоким, похожим на отчаяние, спокойствием. Ее мотало, словно на безумных горках, то поднимая на самый верх, даря ощущение вседозволенности и всесилия, то опуская на самое дно, заставляя пригибаться и прислушиваться к любому шороху.

— Как ты узнал, что они уже там? Я ничего не почувствовала...

— Пирс сказал... — Солье обернулся и мотнул головой, приглашая ее покинуть подсобку, — после того как ты ушла.

— Сволочь. — Вынесла она вердикт лейтенанту, и двинулась вслед за Солье вверх по лестнице, — мог бы сразу сказать, а не ходить вокруг да около...

— Надеюсь, он просто не успел, — Солье обернулся, — тебе не стоило так поступать, хотя, возможно он это заслужил…

— Ты знаешь, да? — Произнесла тихо Алекс, ни секунды не сомневаясь в том, что детектив в курсе того, что тогда произошло между ней и лейтенантом.

— Да. — Просто ответил он. — Идем в машину…

Когда они пересекали холл и выходили из здания, Солье заметил взгляд, коим одарил их Пирс: удивленный и, будто, немного разочарованный. Этот взгляд заметила и Алекс. Она застыла посреди улицы, смотря прямо на стоящего в компании полицейских мужчину. Но пару мгновений спустя сумела взять себя в руки, вновь ощутив теплую ладонь на собственном плече.

Когда они забрались в салон, Солье не спешил заводить двигатель. Он решил, что до того, как они сделают следующий шаг — расскажет девушке то, что не сообщил сразу. Он надеялся, что попав на место преступления и увидев все своими собственными глазами, Алекс сможет узнать что—то новое. Заметить то, что не заметил он сам и его коллеги. Но сейчас, после того, как им не удалось добраться до Карла, он понял, что скрывать дальше информацию бессмысленно.

— Есть кое—что, — мужчина медленно вытянул ремень безопасности из паза и пристегнулся, но ключ зажигания не повернул, — что я должен тебе рассказать.

Алекс замерла на своем месте, так же удерживая ремень, а затем медленно развернулась к нему, сверля не предвещающим ничего хорошего взглядом.

— Что?

— Это касается Карла и… Ал, я боюсь, что это моя вина… Я виноват в том, что произошло, но я…

Джек замолчал, отвернувшись к окну, а Алекс нахмурилась. Конечно они никогда не были особо близки и все их общение сводилось к нечастым встречам в морге или на местах преступлений, но сейчас она ощущала что—то новое между ними.

— Карл… Его не просто убили, Ал...

— Что значит не просто убили? — Голос у девушки осип.

— Послушай, — Солье втянул воздух через нос и продолжил, — кто—то практически разорвал его на куски. Буквально, Ал. Там… черт, я такого еще не видел. Ни одного целого куска, будто его через мясорубку пропустили...

Кинг побелела, словно полотно. Ее замутило так сильно, что она не могла сделать ни вдоха, ни выдоха, опасаясь того, что ее просто вывернут. Схватившись за ручку двери, девушка задергала ее, стараясь вырваться из вмиг ставшего крохотным и ужасно душным салона.

— Ал?.. — Солье подался вперед, не зная за что хвататься и как помочь.

Но это движение и его обеспокоенный взгляд, словно ушат холодной воды, вмиг отрезвили. Голос ее крови, сила некроманта поднялась из глубин, остужая рассудок и заставляя успокоиться. Кровь, что казалось заледенела в жилах, вновь побежала по венам, разгоняя тепло.

— Оборотни? — хрипло спросила она.

— Нет… — Детектив покачал головой. — Я видел жертв нападения оборотней. Это не они, да и вообще, не типично для любого двуликого. К тому же Карл сам был не самым слабым представителем этого народа…

Алекс нахмурилась, ее взгляд заметался по приборной доске. Она не могла не согласиться с Солье. Хоть Карл Броски и не был одним из сильнейших представителей своего вида двуликих, но назвать его слабым было невозможно.

Конечно же это не было простое нападение, о чем она подумала в самом начале. Да Карл бы просто не подпустил никого к себе и близко: острейшие нюх и слух, да все тридцать три чувства смогли бы его уберечь. Но, что тогда произошло? Джек сказал, что его разорвали…

— Что там было? — Нетерпеливо перебила его Алекс. Она уже и так догадалась, что не все чисто было с этим убийством, — если там было все так плохо и появились ищейки… Черт, что именно решил скрыть МинЮст?

— Скрыть? — Солье вскинулся, — ты все поняла?

— Не все, но… — Алекс вздохнула, — ты выдернул меня из дома в мой выходной, не предоставил ни одной бумаги на подпись. Уж извини, но бюрократическая составляющая твоей работы, — она невесело хмыкнула, — она меня просто убивает. Так что рассказывай, что именно вы с Карлом от меня скрыли?

— Карл не виноват, это моя вина…

— Джек, — практически прошептала Алекс, — я умоляю тебя, хватит! Просто расскажи!

Молчание повисло в салоне, не прерываемое даже скрипом кожи на старых, как и сам мустанг, сиденьях.

— Этот мальчик, — наконец заговорил Джек, — Мэтью, ты видела его. Это… То, что с ним произошло, это ужасно… Но самое ужасное, что он отличается от других жертв, понимаешь?

— Пока нет, — Алекс закусила губу, пытаясь понять ход мыслей детектива.

Но он был прав, она не представляла, так как не видела остальных.

— Так, — он развернулся к ней лицом и закусил нижнюю губу, внимательно разглядывая ее, словно в первый раз имел такую возможность, — я начну с самого начала.

— Давай… — протянула девушка, понимая, что все не так просто.

— Итак, тот мальчик...

— Мэтью.

— Да, — Джек кивнул, — он оказался пятой из обнаруженных нами жертв этого… этих… Я уже не представляю кого. Понимаешь, мы считали, что это вампиры, ведь первые жертвы не были в том состоянии, в котором мы нашли Мэтью…

Джек вздохнул, словно лишь только произнесение этого имени вслух давалось ему с трудом.

— У первых жертв Карл обнаружил проблемы с внутренними органами, он указывал в отчетах, что возраст и изношенность организма не соответствует реальному возрасту жертв.

— Что? Как это?

— А так… Легкие, печень, почки… казалось, что они принадлежали другим людям. Создавалось ощущение, что кто—то заменил внутренние органы этих детей, подменив их чужими.

— Но это невозможно!

— Карл считал так же, а потому мы искали… То есть я искал, а Карл, он… Он прикрывал меня, придерживая отчеты, а потом нам доставили этого мальчика. Все, абсолютно все сходилось: место, где его нашли, отсутствие явных причин смерти, состояние внутренних органов… Единственное, что отличалось — это его внешний вид, поверь такого мы не ожидали.

— Так… — протянула Алекс, — и? Как это связано со смертью Карла?

— Вчера Карл должен был отправить последние отчеты, ждать больше было нельзя. Я боюсь, что кто—то из МинЮста прознал…

— Погоди, что ты хочешь сказать? То есть вы?..

— Мы вели закрытое расследование, и тебя я привлек к этому делу незаконно, то есть, — он махнул рукой, — ты была там неофициально. Совсем неофициально, но это ты и так уже поняла… Надеюсь, что они не узнают о тебе.

— Там везде мой запах, Джек! — Алекс застыла на сиденье, пытаясь осознать сказанное Солье.

— Там и так везде твой запах… — детектив страдальчески нахмурился, — ты же там живешь практически. Но я уверен, что тебя это не коснется, Ал! Я нигде не светил тебя! Потому мы и молчали, Карл считал, что это кто—то из власть имущих… А теперь МинЮст! Неужели Карл был прав?

— Значит так… — тихо произнесла Алекс, в полной мере осознавая во что готова влезть, а то, что она безусловно это сделает — была уверена. Они не просто тронули Карла, они причастны к смерти детей.

Они заплатят за это, кем бы они не были.

Девушка приподняла голову и впилась взглядом в лицо детектива.

— Еще раз, с самого начала, что ты увидел там, Джек? Подробно.

— Его будто перемололи и выплюнули... Понимаешь о чем я? — Солье потянулся к карману, нащупывая пачку сигарет. Прохладная поверхность упаковки приятно холодила пальцы, придавая ложное чувство спокойствия, — крови море просто, всюду ошметки плоти, кости, или то, что от них осталось… и голова.., — мужчина затянулся, не решаясь вновь взглянуть в глаза девушки. Перед его внутренним взором все еще стояла картина обнаруженной бойни, — череп раскроен надвое, тот… тот ублюдок сожрал его мозг.

Алекс вздрогнула. По спине пробежал неприятный холодок, а волоски на коже встали дыбом. Что за тварь могла сотворить такое? Двуликие нередко совершали убийства: вампиры, вервольфы, гури… Кто—то считал людей самой обычной пищей, кто—то просто ратовал таким образом за чистоту вида, но все они оставляли после себя характерные признаки. А здесь бесчинствовало существо, не подходящее ни под одно описание, и Солье был прав — с таким они не сталкивались.

— Я знаю, — Джек приоткрыл окно со своей стороны и выпустил струйку дыма, — что Карла пробудить будет невозможно. Но возможно ты смогла бы идентифицировать убийцу по каким—либо признакам. Ты когда—нибудь видела нечто похожее? Может слышала?..

Молчавшая Алекс покачала головой. Ее бил легкий озноб, хотелось согреться и не думать, не представлять всего того, что рассказал ей Джек.

— Нужно… — она тяжело вдохнула, — нужно взглянуть. Лично…

Солье кивнул, он и сам об этом думал, и выбросив сигарету в окно, поднял стекло.

— Сегодня же наведаемся в морг при центре. У меня есть доступ, и у нас будет пара минут, чтобы оглядеться, — он замолчал, чувствуя, что надо что—то еще сказать, но что?

Его горячая ладонь легла поверх руки девушки и мужчина нахмурился. Пальцы Кинг были холодными, как лед. Джек аккуратно взял ее за подбородок, поворачивая к себе. Только сейчас он заметил ее почти неестественную бледность, испарину на лбу и дрожь сотрясавшую хрупкую фигурку. И если вначале еще как—то мог списать все на шок, то теперь взволновался не на шутку.

— Ты вся дрожишь, — прошептал он, стягивая с себя пальто, хотя это было довольно непросто. Сначала пришлось отстегнуть ремень, потом он долго копошился, стараясь не задеть своими ручищами застывшую на пассажирском сиденье Алекс.

Та, будто не сразу заметив его маневры, замотала головой, пытаясь сказать, что все в порядке. Но Джек действовал твердо и уверенно, укутывая ее в теплый кокон. Девушку тут же овеяло терпким запахом мужчины, свежим парфюмом, табаком и тем знакомым ароматом, что принадлежал исключительно Джеку Солье. Ей сразу расхотелось спорить, почему—то внезапно вспомнился отец, то, как он укутывал чихающую малышку Али в одеяло и подолгу баюкал, прижимая дочь к груди. В горле подозрительно запершило и девушка поспешно отвернулась к окну, не желая показывать свою очередную слабость.

— Поедем ко мне, — решительно продолжил Джек, бросая взгляд на притихшую Алекс, — надо держаться вместе.

И расценив молчание Кинг, как согласие, завел мотор. Впереди была тяжелая ночь, ей было необходимо выспаться и отдохнуть, и лучше, если она будет у него на виду.

Глава 5

Квартира Солье оказалась вполне себе типичной холостяцкой берлогой, именно такой о которых пишут в популярных женских журналах и третьесортных любовных романчиках. У входа на вешалке обнаружилась пара рубашек в прозрачной целлофановой упаковке, явно доставленных из ближайшей химчистки, но так и достигших пункта назначения в виде шкафа. Всюду были разбросаны вещи непонятного назначения, какие-то папки с бумагами, смятые газеты и пустые упаковки лапши быстрого приготовления. На кухне громоздились коробки из-под пиццы и целая батарея пустых пивных банок.

И в каком бы убитом состоянии не находилась Алекс, какой бы опустошенной она себя не чувствовала, девушка не смогла удержаться от полного удивления возгласа. А при виде личного хаоса бравого детектива Солье, ее бровь ошарашенно-язвительно изогнулась. И кто бы мог подумать, что у всегда собранного и идеального Джека имеется свой небольшой недостаток?

— Ванная там, — мужчина махнул рукой в сторону коридора, — чистые полотенца на полке справа. Я пока приготовлю кофе и сварганю что-то поесть Ты голодная?

Алекс молча мотнула головой, снова выразительно глянув на пирамиду из коробок, а затем протопала в указанном направлении и скрылась за дверью ванной.

За время всего пути до дома, девушка не проронила ни слова, что тревожило Солье все больше. Видеть ее в таком состоянии, сидеть рядом в гробовой тишине, более не разбавляемой бесконечными словестными пикировками, ощущать рядом ее словно неживую ауру, было непривычным. И пугающим. Уж лучше бы продолжала швырять его коллег об стены.

Проследив за скрывшейся в ванной комнате Алекс, детектив торопливо накинул на вешалку в прихожей свое пальто, что до этого момента держал в одной руке и, невольно прислушиваясь к шуму воды, наскоро распихал разбросанные вещи по ящикам комода.

Выудив из-под кухонной раковины огромный черный мешок, собрал весь мусор, до которого смог дотянуться и распахнул окно, впуская в комнату немного свежего воздуха. После этого сварил кофе, на скорую руку сделал несколько бутербродов с шоколадной пастой, совершенно неожиданно обнаружившейся на одной из полок его старенького пузатого холодильника, и даже нашел градусник. Некоторое время Джек задумчиво вертел его в руках, задаваясь вопросом — а болеют ли некроманты вообще?

Он знал, что после сеанса “пробуждения” Алекс требовалось как минимум дня три-четыре, чтобы выспаться, восстановить силы и полностью прийти в себя. Но такой замученной и опустошенной ему еще видеть Алекс не доводилось. Глянув на часы, Солье чертыхнулся, сообразив, что время уходит, а ему еще необходимо было заехать в участок и кое-что уладить.

Он нервно постукивал пальцами по крышке кофемашины, словно подгоняя ее и изо всех сил надеясь на то, что Алекс все же отдохнет, а не отправиться геройствовать в одиночку.

Из задумчивости его вырвал звук открывшейся двери и поспешно обернувшись он увидел стоящую на пороге Алекс, закутанную в его банный халат. Влажные волосы свободно падали на плечи тяжелым водопадом, оставляя на ткани темные круги влаги, а раскрасневшиеся от горячего пара щеки, наконец, придали ее лицу жизни.

— Я взяла твой халат, — проговорила Алекс и неуверенно нахмурилась, словно мысль о том, что делать этого не стоило пришла ей в голову только сейчас.

Джек поспешно кивнул.

— Разумеется. Он чистый, не волнуйся, я им не пользуюсь… — Солье зажмурился на секунду и торопливо добавил: — то есть, я обычно использую полотенце… — Запнувшись, он сделал непонятный жест рукой, неловко взмахнув кистью и с трудом удержавшись от того, что бы не прикрыть лицо ладонью в характерном жесте “рука-лицо”

— Я поняла, — Кинг слабо улыбнулась.

— Устраивайся, — мужчина указал на диван, где уже лежал сложенный плед и подушка, — я принесу кофе.

Алекс благодарно кивнула и устало опустилась на край дивана. Завернувшись в мягкий плед, ощутила, как холод внутри отступает, но пустота еще никуда не делась. Она невольно прислушалась к громыханию на кухне и внезапно поймала себя на мысли, что за все годы знакомства с Джеком, впервые оказалась в его квартире и, вообще, по сути ничего о нем не знала. Удивительно, насколько привычный образ детектива Солье отличался от того, что открылся перед ней сейчас. И то, что она увидела девушке определенно... понравилось.

Джек оказался единственным представителем закона, с кем Алекс в принципе смогла найти общий язык. Затем он стал для нее своего рода напарником, не слишком близким, но теперь единственным, кому она безоговорочно верила. Она понимала, что “вчерашняя” Алекс никогда не смогла бы принять Солье как друга, да и сегодняшняя вряд ли смогла бы так легко поменять свои убеждения…

Только вот она, сидит в его доме, в его халате, на его диване и совершенно четко понимает, что кроме Джека у нее больше никого нет. Совсем.

— Прости, из нормальной еды только бутерброды с шоколадным кремом. Но, — Солье появился из кухни держа в одной руке большую кружку с изображенной на ее боку недовольной рожей Гринча, а во второй - тарелку с хлебом, — еще я нашел холодную курицу, правда греть ее не стал, так как не знал, захочешь ли ты сейчас что-то серьезное пожевать… А вообще я заказал пиццу к своему возвращению. Но опять же не знал какую ты предпочитаешь, а потому взял пепперони.

Девушка снова едва улыбнулась.

— Отлично, я подожду тебя. Спасибо...

— Хорошо.

Повисла неловкая пауза и Алекс протянула руки, чтобы забрать у него чашку и небольшую тарелочку с лежащими там двумя неровными кусками белого хлеба, украшенными толстенным слоем шоколада.

— То, что нужно. — Тарелка тут же отправилась на край небольшого прикроватного столика.

Джек потер щетину, затем поспешно развернулся и, схватив с вешалки свое пальто, надел.

— Мне нужно слетать в отдел, уладить пару вопросов. А ты пока поспи. Обязательно поспи, слышишь?

Алекс слабо кивнула, спать и правда хотелось неимоверно. Она молча проследила за тем как детектив собрался, прихватил с небольшой, заваленной мелочами тумбочки, ключи и вышел.

Какая-то часть ее мыслей все еще витала вокруг того, что успел поведать Джек. Она старалась припомнить каждое его слово, каждую эмоцию что он вложил в свой рассказ. Солье не был новичком, но то, что произошло с Карлом напугало и его. По настоящему напугало! Только вот кто мог справиться с опытным взрослым двуликим, а Броски был именно таким, оставалось для нее загадкой. Другой двуликий?

Кинг зажмурилась от удовольствия и сделала глоток, с наслаждением ощущая, как тепло разливается по ее телу. Какими бы странными вкусами не обладал Солье, но кофе в его исполнении оказался очень хорош. Оглядевшись, Алекс еще раз попыталась соединить воедино того Джека, что знала уже не один год и того, что открылся для нее сегодня. Ее взгляд упал на старый комод, на котором стояла одна единственная фотография в серебристой рамке.

Алекс поднялась, стараясь не запутаться в полах оказавшегося на удивление длинным пледа, и подошла ближе, желая рассмотреть тех, кто был изображен на снимке. С немного поблекшей от времени фотокарточки на нее смотрел Джек. Это был одновременно он и будто бы не он. Словно его брат близнец, чем-то неуловимо отличающийся от уже знакомого ей мужчины.

На фотографии он обнимал незнакомую темноволосую девушку с невероятно милой и открытой улыбкой. Черты ее лица, хоть и были далеки от классической красоты, но равнодушными явно не могли оставить никого. Незнакомка на снимке выглядела очень молоденькой, как, впрочем и сам Солье. Джек был тут без уже ставшей привычной легкой щетины, а значит снимку не один год.

Только было одно большое но - даже сквозь тонкое стекло и бумагу, Алекс ощутила тот самый, сводящий с ума холод. Не просто морозный, а действительно могильный, тяжелый и давящий. Это означало только одно: девушки с фотографии больше не было в мире живых.

Алекс вернулась на диван, задумчиво покусывая губу. Они с Джеком совсем не знали друг друга, хотя, как казалось, довольно много времени проводили вместе. Его вечные шутливые признания не воспринимались ею всерьез, но и сама Кинг никогда не задумывалась о настоящих чувствах детектива. Что же он скрывает на самом деле? Так ли все, как кажется и не прячет ли Джек все еще не зажившую рану в сердце?

Отставив в сторону чашку с недопитым кофе, Алекс поплотнее укуталась в плед и медленно опустилась на подушку, столь щедро предоставленную ей Джеком и тут же уснула.

***

Детектив припарковал автомобиль не на своем привычном месте, на этот раз бросив мустанг практически у самого входа. Когда он ввалился в участок, тот непривычно гудел, словно улей, набитый дикими пчелами. И Джек готов был руку отдать на отсечение, что причина всеобщей суматохи — дело Карла Броски. Все было… странным. И это точно была не повседневная суета копов, спешащих на службу.

Мейсон Реймс, начальник полиции, почти не удивился, завидев детектива на пороге собственного кабинета.

— Я был уверен, что ты приедешь раньше. Где тебя носило?

Солье скривился и плюхнулся в кресло.

— Шэф, что за хрень происходит?

Реймс промолчал, ведь говорить о том, что Солье отстранили от дела не требовалось, опытный коп понял все и так.

— Министерство берет все под свой контроль, — мужчина вздохнул и тоже грузно опустился в свое кресло, — и лучше нам с тобой туда не соваться. Ты же понимаешь...

— Чей-то богатенький сынок сорвался с поводка? — Джек едва сдерживал рвущееся наружу раздражение.

Он, как и его начальник, понимал, что все это было шито белыми нитками. Попав в руки ищеек МинЮста, дело отправится пылиться в архив быстрее, чем пройдут сутки, а вскоре о нем и вовсе благополучно забудут.

— Это нас уже не касается...

— Господи, Мейс, ты видел отчеты, а я видел все своими собственными глазами! Этот подонок разорвал Карла на клочки! Карла!

— Я знаю! — Реймс с силой хлопнул ладонью по крышке стола, подняв вверх небольшой порох бумаг, — черт возьми, я все это знаю и понимаю, Джек! Но у меня связаны руки, как и у тебя, кстати. Да весь наш отдел, словно компания обосравшихся первоклашек, не имеет права совать нос в дела Ищеек. Я тебе больше скажу — я и не желаю этого делать...

Он замолчал, не высказав мысль до конца и поймал гневный взгляд детектива.

— Слушай, старик, — Реймс вздохнул, — возьми отпуск, в конце концов, отдохни. Ты ведь пашешь, как проклятый, уже семь лет с того самого дня… как Эми не стало. Съезди куда-нибудь , господи, сними себе шлюху на ночь! А лучше на все время отпуска! А все это, — он развел руками, словно старался охватить не только свой кабинет или отдел, а целый город. — Пусть разгребает МинЮст.

Джек молчал несколько долгих секунд, не сводя глаз с Мейсона, потом так же молча поднялся и, развернувшись, направился к двери.

— Джек, не дури… Джек!

Но Солье никак не отреагировал. Он даже дверью хлопать не стал: просто аккуратно прикрыл ее за собой и, не оглядываясь на замершего в напряженной позе Реймса, покинул кабинет. К себе детектив заходить не стал, поняв, что в участке ему делать больше нечего. Вначале он еще думал сдать и значок, и табельное оружие, но это было бы глупо, с учетом того, что именно он задумал.

Информационный отдел находился в другом крыле, а потому, попрощавшись с ребятами, он покинул здание и обошел его с другой стороны. В конце концов, решил для себя детектив, если все вокруг играют по своим правилам, кто запретит это Джеку Солье?

— Джеки! — рыжеволосая девушка в забавных круглых очках радостно махнула рукой, приветствуя его, — что-то давненько тебя не было видно.

— Привет, Трейси, — мужчина обворожительно улыбнулся, — преступники, знаешь ли, не дремлют. К тому же, после твоей помолвки с Бредли, забегать стало совершенно незачем. — Он притворно тяжко вздохнул, — кстати, где он? Надеюсь мне не нужно опасаться его острых клыков?

Трейси усмехнулась. Как и сама девушка, Брэдли был оборотнем, но в человеческом обличье природа над ним посмеялась, наделив двуликого невысоким ростом и довольно щуплым телосложением.

— Не волнуйся, его отправили в Квантико, натаскивать рекрутов.

— О, так значит, мне повезло, — Джек склонился к Трейси и зашептал громким, притворно заговорческим тоном, — детка, мне нужна твоя помощь.

— Надеюсь, это не что-то противозаконное? — Подозрительно сощурилась та.

— Даю слово, что вся ответственность — на мне! Ты же знаешь, я никогда...

Он чуть отстранился и пальцами правой руки провел по своим губам, изображая что закрывает рот на замок и выкидывает ключ.

Трейси с сомнением покачала головой.

— Джек, я...

— Прошу тебя, Трейс...

— Это из-за Карла, да? — Она, как, впрочем, практически каждый, работавший в участке, знала и уважала Карла Броски.

Солье кивнул.

— Хорошо, Джек. Я должна тебе, а потому помогу, — помолчав, наконец, согласилась девушка, — только смотри, если хоть одна душа узнает откуда ноги растут, вовек не отмоемся.

Мужчина благодарно опустил ладони на ее плечи и несильно сжал.

— Спасибо! Ты же меня знаешь, Трейс, я бы низачто не попросил, но…

— Знаю, — она открыто улыбнулась, — потому и помогу.

Через час Солье покинул участок, став обладателем новой айди карты и дав клятвенное обещание Трейси, что он не попадется. Ну а в самом крайнем случае, поклялся сослаться на подпольные источники, что за деньги сделают из вас хоть Авраама Линкольна.

Уже в машине он внимательно изучил кусок пластика. Фотографии на нем не было, да это и не требовалось, главное, что база данных полиции теперь имела новый код. Детектив вздохнул и потер лицо ладонями, разгоняя усталость и сонливость.

Он и в самом деле ушел с головой в работу, забыв, когда в последний раз просто отдыхал, не говоря уже о том, чтобы взять отпуск. После смерти Эмили, все пошло под откос, а жизнь разделилась на до и после. И то, что осталось после - ему совершенно не нравилось.

Иногда Джека посещала шальная мысль попробовать связаться с Эми, но что это даст? Только разбередит затянувшуюся рану и снова швырнет в пучину тоски и боли? И он оставлял этот шаг, как последнюю соломинку, на случай полного отчаяния. Которое, однако, не наступало. И если в первые годы Джек был готов наложить на себя руки, то со временем он словно научился жить с этим. Боль никуда не делась, просто притупилась и саднила меньше, засев холодным колом под лопатками. Он привык к ней, как любой человек привыкает.

А еще в его жизни появилась Алекс. С ней бывало весело, в те минуты, когда трудно не было, ну и когда она не заставляла мертвых говорить.

Погруженный во все эти мысли, Джек и не заметил, как добрался до дома.

Вопреки ожиданиям Алекс не спала, он нашел ее точно в той же позе, в которой оставил — сидящей на диване. На столе стояла тарелка с нетронутыми бутербродами, а на кухне, наверняка, грустила холодная вчерашняя курица. Только чашка с Гринчем оказалась пуста.

— Ты не ела, — констатировал Солье, сбрасывая пальто и привычным движением кидая ключи на тумбочку.

— Аппетита нет... Что сказали в участке?

— Чтобы я держался подальше от дела Карла, — Джек скинул ботинки.

— Ты ездил туда только чтобы услышать это лично от шэфа Реймса? — Алекс поджала ноги.

Выглядела она уже лучше, хотя это было и очень громко сказано. Лицо девушки было все таким же уставшим, но из взгляда пропала пустота и отчаяние. Она успела переодеться в свою одежду и убрать волосы в конский хвост.

— Вообще-то нет, — Солье извлек из кармана идентификационную карту и протянул девушке. На пластике значилось ее имя.

Черт, он все продумал, но когда? И верно, без карты Алекс просто не пропустят в Центральный морг.

— Тебя лишат значка, если узнают, — она подняла удивленный взгляд и испытующе посмотрела на мужчину, — и не только...

Солье пожал плечами, устраиваясь рядом с ней на диване.

— Мы должны Карлу.

Алекс не ответила, внимательно разглядывая кусок пластика, что похоже вновь мог изменить ее жизнь.

Ну вот и сбылась мечта Солье, теперь она была в штате полиции Нью-Йорка.

Глава 6

— Думаешь, мы что-нибудь найдём?

Джек отвлекся от изучения казавшегося бесконечным списка преступников на мониторе своего ноутбука и глянул за замершую у окна девушку. После его возвращения, они все же немного перекусили подоспевшей пиццей, а детектив рассказал Алекс о том, что сейчас происходит в участке. Закончив, он удаленно вошел в базу полиции и принялся искать любые намеки и упоминания подобных случаев, хотя и слабо верил в то, что они смогут хоть что-то найти. Слишком необычным и откровенно чудовищным было произошедшее.

Конечно, несмотря на двухсотлетнее перемирие, стычки между людьми и двуликими еще происходили, да и элементарные войны между бандами или преступления на почве ревности и ненависти еще случались, да и будем откровенны безумных, извращенных маньяков, способных сотворить что—то столь же ужасное тоже никто не отменял, но… Подобные кровавые разборки — не были нормой и, случись на территории Новых Штатов хоть что—то похожее, оно бы моментально просочилось в массы — слишком люди и двуликие кичились свободой слова и отстаивали свое право на нее. А еще на открытость и максимальный доступ к информации.

Многое в этой ситуации было так же завязано на саму суть людей и двуликих. Если первые «перегорали» и остывали практически сразу после того, как совершат нечто ужасное, то звериная суть большей части двуликих вообще не располагала к подобному поведению. В прошлом они убивали ради пропитания, а потому просто надругаться над телом жертвы, разорвав его на части и не «употребив» в пищу — было против их сути. Значит у нас не просто двуликий, а как минимум слетевший с катушек, обладающий невероятной как физической, так и психологической силой.

И вновь все дело именно в изначально звериной сути двуликих, стайной психологии и поклонении более сильному лидеру. Настоящий, даже свихнувшийся двуликий, будь он слабаком не то, что не выстоял бы против более сильного представителя, а просто не поднял бы на него «лапу».

Итого она имела примерный образ нападавшего — двуликий, достаточно сильный психологически, чтобы пойти против Карла Броски, и физически, чтобы не просто убить мужчину, а разорвать его на части. Об остальных его способностях оставалось просто догадываться.

Все то время, пока Джек изучал базу, пробегая глазами по бесконечным строчкам на экране компьютера, то и дело хмурясь и устало вздыхая, Алекс вновь и вновь обдумывала его рассказ, иногда прося уточнить или дополнить. Она пыталась выстроить в своей голове образ убийцы, но никак не могла сделать этого. Что—то то и дело ускользало от ее понимания, нарушая, казалось бы четкую цепочку возможных, хоть и не подтвержденных фактов.

На город уже опускались сумерки и относительно тихий район, так сильно отличавшийся от того места, где жила сама Алекс, быстро превращался в тихий спальный уголок рая в самом сердце Сансет—стрит. За весь день, проведенный в квартире Солье, она не услышала ни шума соседских разборок, ни воя сирен. Все то, что уже давно и прочно стало привычным аккомпанементом ее долгих, наполненных лечебным сном дней и ночей. Глядя на зажигающиеся в опустившейся темноте окна, она внезапно подумала, что Джек жил здесь не всю жизнь. Возможно, он специально выбрал спокойное место для семейного гнездышка, что планировал свить с той самой девушкой на фотографии, стоящей на его комоде.

Это было глупо, но ее портрет, как и само наличие рамки постоянно отвлекало Алекс от ее собственных дум и размышлений. Ее взгляд то и дело возвращался к фотографии, а внутри поднималось неприятное чувство, схожее с обидой.

— Ты ничего там не найдешь, — наконец девушка заставила себя оторвать свой взгляд от фоторамки, — думаю, что его нет в базе. Это кто-то… кто-то другой.

Детектив снова защелкал по клавиатуре.

— Возможно, но я уверен, что есть нечто, какая—то зацепка! Нельзя быть настолько жутким монстром и оставаться в тени… Кто—то, где—то, наверняка упоминал о нем, или знал кого—то похожего!

Алекс развернулась и отошла от окна, затем опустилась в кресло. Слишком долго она наблюдала за тем, как он роется среди десятков, сотен чужих досье, действительных и архивных, и ее уверенность в собственной правоте с каждой минутой только сильнее укоренялась.

Их клиент совсем из другого теста.

— Джек, такие как он не заводят знакомств, — она потерла висок. — Да и то, что он кричал на каждом углу о своих способностях и силе тоже маловероятно. Если бы было хоть что—то, ты сам это понимаешь, мы бы уже давно это нашли.

— Думаешь, одиночка?

— Думаю, достаточно умен, чтобы не палиться, ему не нужны сообщники, поверь мне.

Джек устало откинулся на диване и взглянул на девушку. От долгой работы на компьютером и тщательного поиска, его глаза немного покраснели, а дневная небрежная щетина стала еще явнее. Свет в комнате был приглушен, так что в полумраке лицо мужчины выглядело сильно уставшим.

Хотя он и отказывался сдаваться, но вынужден был признать, что Алекс совершенно права. У убийцы хватило ума раскромсать жертву на куски и не просто раскромсать, а буквально выжрать его мозг, о чем Джек уже успел сообщить своей вынужденной напарнице. И по его мнению, это значило одно из двух: либо убийца знал про некроманта и разбирался в самых скрытых тонкостях их дара, и таким образом пресек все возможные пути пробудить Карла, либо это был действительно безумный и опасный зверь, лишенный логики и капли здравомыслия. Мысль о том, что им на пути попался “сумасшедший гурман» отмели сразу.

После того, как он впервые упомянул при Алекс о том, что обнаружил сам на месте преступления, она надолго впала в уже знакомое ему состояние «отсутствия». Правда теперь, словно обдумав все хорошенько и сумев взять себя в руки, девушка поделилась своими мыслями. Она уверенно настояла на том, что вряд ли кто—то кроме другого некроманта мог знать подобные тонкости работы с мертвыми. Только те, кому было даровано право или проклятие пробуждать души, знал что при отсутствии мозга, эта самая душа в мертвое тело уже не вернется. Ведь именно в голове, а совсем не в сердце, таилось самое сокровенное место: вместилище сути любого живого существа.

Звероподобный двуликий, слетевший с катушек — хоть и наиболее вероятная и реальная версия, но такого бы давно засекли патрульные, да и вряд ли кровожадный монстр смог бы долго разгуливать по городу, оставаясь в тени. Иная версия так же не имела под собой оснований — вряд ли это был кто—то из местных некромантов, все же сообщество подобных двуликих было крайне малым. Пришлые — тоже маловероятно — своих они чуяли за версту, как и любые другие двуликие одного вида. Да и безумный некромант — это что—то из разряда невероятного, слишком уж они прагматичны, хотя...

Их преступник прекрасно осознавал то, что делал и делал это намеренно. Солье не раз сталкивался с двуликими, совершившими убийство. Все они были по своему жестоки, но ни у кого не хватило бы ума вынуть мозг жертвы.

— Как бы этот недоносок не был умен, он все равно должен был оставить хоть что—то. Ошибаются все.

Алекс молча посмотрела на идентификационную карту, что вертела в руках последние минут пять и поднялась.

— Тогда нужно просто найти, где именно он допустил ошибку и прижать гада.

Уже в машине Джек протянул Алекс непонятно откуда взявшуюся беретту.

— На всякий случай, — ответил он на удивленный взгляд Кинг.

Девушка колебалась всего несколько мгновений, а поймав его хмурый и обеспокоенный взгляд, все же согласно кивнула, заправляя оружие за пояс. Пожалуй впервые в жизни она не испытывала недовольства от мысли, что кто—то беспокоится о ней, посчитав достаточно слабой, чтобы предложить некроманту огнестрельное оружие.

Не было ничего удивительного в том, что многие люди наделяли двуликих, таких как Алекс теми чертами и возможностями, которыми они на самом деле не обладали. В детстве мама читала ей сказки, в которых рассказывалось о том, что некроманты способны не только возвращать душу в тело и заставлять его говорить, но и оживлять мертвых. Поднимать и вести за собой разрушительные армии воинов, не испытывающих ни страха, ни жалости. Уничтожать саму жизнь, иссушая ее источники. И вот теперь Алекс поняла, что пожалуй, уже давно не встречала человека видящего в ней обычную, хоть и обладающую определенными способностями девушку. Ну да, и умение стрелять из пистолета в набор этих самых способностей как раз и входило.

Здание центрального морга встретило их темными окнами. Редко кто предпочитал оставался на сверхурочные, и Карл был, как раз одним из этих немногих. Он был представителем старой школы, отдаваясь всецело работе. Теперь же молодые специалисты предпочитали решать все посредством достижений техники и откровенной помощи двуликих.

Некоторое время Джек и Алекс просидели в автомобиле Солье, всматриваясь в темные окна, пока не удостоверились в том, что морг пуст.

— Готова? — Наконец, выдохнул Джек.

— Да, — Кинг чувствовала, как в один миг похолодели ее ладони.

Не сговариваясь, они выбрались из салона автомобиля и направились к зданию. Сквозь огромные окна, расположенные на первом этаже здания была видна проходная и пост охраны, расположенные у самого входа. Отсюда она могла без особого труда разглядеть высокую холодную стойку с несколькими компьютерами.

Внутри оказалось тепло, пахло лимонным освежителем и хлоркой. Навстречу вошедшим поднялся ночной охранник.

— Детектив Солье, — предупреждая вопрос и выуживая из внутреннего кармана документы, представился Джек, — а это мой напарник — детектив Кинг. Мы пришли взглянуть на тело.

Охранник, не очень высокий широкоплечий мужчина средних лет с тяжелым красным лицом, протянул руку, не сводя с них оценивающего взгляда.

— Ваши удостоверения.

Его совсем не удивили припозднившиеся посетители, похоже копы могли появиться тут в самое разное время суток. Но профессиональная выучка заставляла глядеть с подозрением на всех. Некоторое время он сверял информацию с их айди карт с данными, указанными в полицейской базе, бросая быстрые взгляды на Алекс.

— Новенькая? — улыбнулся он.

Алекс нервно кивнула, потупившись.

— Только из Квантико?

Кинг уже знала, что в Квантико обучались будущие агенты ФБР, но иногда рекруты шли работать и обычными следаками, при этом не оставляя мечту в будущем построить выдающуюся карьеру на правительственной службе.

— Мы можем пройти? — не дав ответить Алекс, Солье потянулся за документами. Охранник, на чьем бейдже числилось Хоффман, согласно кивнул и вернул карточки Джеку.

— Имя?

— Карл Броски.

Джек с Алекс переглянулись, пока Хоффман искал нужный им отсек.

— Нижний уровень, 12—А.

— Спасибо, — едва улыбнулась девушка, но ответной реакции не последовало.

Они шли в лифту и она все еще чувствовала внимательный взгляд на своей спине. Что—то было не так, и Кинг не сомневалась в том, что дело уже запахло жареным.

— Сколько у нас времени? — прошептала она Джеку, когда они замерли перед дверью лифта, ведущего на нижние уровни морга.

— Не более десяти минут, — он нажал на кнопку вызова. — Потом до кого—то дойдет перепроверить данные, убийство—то под надзором министерства, и в морг нагрянут Ищейки.

Алекс привычным движением поправила пояс джинсов, стараясь незаметно коснуться холодного металла ручки выданной ей беретты. Несмотря на то, что она была некромантом, но как и многие жители Новых Штатов, Алекс умела неплохо обращаться с огнестрельным оружием. В свое время на этом настоял сам Карл, и вот теперь, поддавшись какому—то елеуловимому настроению Джека, она инстинктивно стала больше полагаться на металл, чем на собственные силы.

Самый нижний уровень центрального морга был специально спроектирован и построен для жертв особо опасных преступлений. Там хранились тела жертв серийных убийц, маньяков и прочих представителей типичной шизофрении. Причем, отличительно было то, что последним страдали исключительно люди. Двуликие практически не были подвержены психическим заболеваниям. Только если не вследствие серьезных физических отклонений или каких—то жутких мутаций, но такие двуликие уничтожались своими же собратьями, как бы жутко это ни звучало.

В коридорах горел мягкий люминесцентный свет, приглушенный и неясный. На стенах висели указатели, а потому они без труда нашли нужный им отсек. Темно—синяя надпись на светлом фоне стены указывала влево. Двери тут были самые обычные, вакуумные, неавтоматические, во избежание блокировки в случае пожара.

— Сюда.

Джек пропустил девушку вперед и они оказались в темном помещении, куда свет ламп из коридора проникал только через окошко в двери. Алекс нащупала выключатель и под потолком вспыхнули и замигали продолговатые прожекторы. Несмотря на специальные камеры, пахло в отсеке тлением и смертью, а холод ощущался даже сквозь ткань куртки. И это было не только физическое ощущение. Такой же могильный холод она ощущала в любом месте, наполненном смертью: будь то центральное кладбище, или обычный морг. Это ощущение сопровождало ее всю жизнь, а потому она довольно быстро отмахнулась, будто отключаясь от него.

Солье подхватил с металлического столика, стоявшего практически в самом центре зала планшет со списками, отыскивая имя и фамилию Карла Броски.

— СН—15, — он вернул планшет обратно и указал вперед, — кажется, это там.

— Почему они не выставили охрану? — Алекс довольно быстро отыскала бокс с нужным им номером.

— Потому что только идиот сунется МинЮсту поперек горла, — Джек схватился за ручку камеры, — ты как, уверена?

Девушка кивнула. Она вовсе не была уверена в том, что хочет видеть это, но разве у нее оставался хотя бы один шанс отказаться? Замок на крышке бокса тихо щелкнул, позволяя тому плавно отъехать в сторону и представляя их взору остатки того, что раньше было Карлом. Запах мертвой плоти, крови и смерти тут же забился Алекс в нос, ударив по рецепторам, и она невольно прикрылась рукавом. Джек стойко терпел, но глаза мужчины потемнели, а на лбу пролегла горестная складка.

Помощники коронера собрали все, что смогли обнаружить, но явно не утруждались распределением. Куски костей с наполовину содранной кожей и плотью лежали в беспорядке, что было неудивительно. Только опытный патологоанатом смог бы собрать остатки скелета в единое целое, позволяя другим специалистам восстановить полную картину произошедшего. Но МинЮст не посчитал нужным сделать это, просто отставив то, что осталось от Карла вот так.

Алекс рассматривала куски на дне бокса, и старалась не думать. «Просто анализируй» — повторяла девушка про себя, пытаясь зацепиться взглядом хоть за что—то. Всюду налипла темная шерсть, пропитанная кровью и, кажется, кусочками чего—то похожего на грязное желе.

— Господи, — прошептала она, прикрываясь ладонью, — Господи… бедный Карл.

Джек сжал ее плечо. Алекс подняла на него глаза, полные слез и тут же резко выдохнула, беря себя в руки. Она должна собраться, должна сделать все возможное, чтобы разобраться в этом деле.

— Я в порядке, — хрипло отозвалась Алекс с благодарностью, — нужно… Нужно заняться делом, времени, судя по твоим словам у нас в обрез.

— Даже меньше, — согласно кивнул Джек.

Кинг поспешно обернулась, хватая из стоящей рядом коробки пару синих перчаток, затем вновь, стараясь не дышать, склонилась над останками.

— Перенесем его на стол.

После того, как они, удерживая бокс с двух сторон, перетащили его на прозекторский стол, Алекс включила лампы, принимаясь за более детальный осмотр. То, что перед смертью Карл обернулся в свою нечеловеческую форму, было видно сразу, и, конечно, говорило о многом. Кости двуликого, по сравнению с человеческими, были крепкими и толстыми, шерсть и раскроенная надвое волчья голова, так же говорили сами за себя.

— Он что—то услышал. Или увидел, — произнес Солье, — там должны были находиться охранник и уборщик, но их так и не нашли, насколько мне известно.

Алекс не ответила. Им здорово помогли бы камеры наблюдения, но скорее всего МинЮст уже изъял все видео и теперь до них не доберешься.

— Раны странные, — Кинг приблизила одну из ламп с установленной на ней огромной лупой, чтобы лучше разглядеть, — я таких раньше не видела.

— Я вообще не видел, чтобы кто—то разматывал кость, как колбасу, — пробормотал детектив, — о чем ты?

Алекс повертела в руках что—то, напоминающее голень, а Солье только усилием воли сдержал рвотный рефлекс. И дело было не в том, что он впервые видел оторванную конечность, а в том, что он знал — это то, что раньше было стариной Броски.

— Они напоминают на лезвия от газонокосилки, посмотри сам, — она поднесла кость ближе к Джеку, и он вновь едва не отшатнулся. Но увидеть невооруженным глазом то, что нашла Алекс было невозможно.

— Черт, Ал, — просипел Солье, опять неосознанно сокращая ее имя, тем самым выдавая насколько девушка ему близка, — здесь нужно оборудование получше моего зрения.

Он честно пытался разглядеть те самые следы, но жалостливо нахмурился. Кинг отложила конечность обратно.

— Ладно, ты знаешь двуликого с подобными зубами или челюстью?

Она покачала головой, затем неуверенно замерла и вновь мотнула из стороны в сторону.

— Вид хищников очень невелик среди нас, так что я как ты, знаю практически всех, кто мог бы сделать нечто отдаленно напоминающее, но не это! Это… черт, тут приложена такая сила! Силища, среди наших нет таких…

— Может медведь?

— Нет, — Алекс вздохнула. — Не то. Хотя по размеру мог бы… Только, напомни где его нашли?

— Коридор, первый уровень…

— Медведь бы там просто не развернулся, — она аккуратно переместилась вдоль стола, — нет, это кто—то другой. Сильнее, мощнее, быстрее...

— Мутант? — снова высказал предположение Джек и Алекс неопределенно пожала плечами.

Глава 7

— Вполне возможно, что это и мутант… Ну или это будет первый в истории двуликий, что оказался способен на что—то подобное. Посмотри сюда, мне кажется, тут нет никаких других ран, или повреждений, — Алекс ткнула пальцем в то место, где раньше правая рука, а точнее лапа крепилась к плечу, — видишь? Еще сюда посмотри, вот сюда…

Солье замер с другой стороны стола и Алекс поманила его рукой, заставляя двигаться вдоль его края к тому месту, где лежали оторванные конечности.

— Видишь? — она склонилась ниже, потянулась, придвигая ближе к себе лампу с закрепленной на ней большой лупой, и ткнула пальцами в лежащую среди груды останков ладонь, тыльная сторона которой была покрыта жесткими темными волосами. Аккуратно ухватив ее за палец, перевернула. — Вот тут.

Джек тоже склонился над оторванной конечностью, стараясь не дышать и ежесекундно отгоняя от себя мысли о том, что это не просто «жертва». Но бросив быстрый взгляд на Алекс, на ее сосредоточенное и немного отстраненное лицо, он моментально собрался. Это для него Карл был не столько другом, сколько коллегой и приятелем. А для Кинг он был практически всем, и детектив просто не мог позволить себе разнюниться перед девушкой, потерявшей в лице Карла единственного родного человека.

— Тут ничего… — произнес мужчина, склоняя голову на бок и стараясь заглянуть под длинные, крепкие когти, — дай мне какой—нибудь…

Он махнул рукой в сторону стола, перебирая пальцами и боясь оторвать взгляд от лапы. Алекс тут же развернулась и, подхватив с жестяного подноса какой—то металлический инструмент похожий на тупой скальпель, вложила в протянутые пальцы.

— Спасибо, — буркнул Солье, тут же приступив к исследованию, а спустя бесконечно долгую минуту, добавил: — ничего… Совсем! Кожа нетронута, под ногтями чисто! Тут же везде полно крови и… — он махнул рукой, стараясь охватить все то, что осталось от доктора, — но его руки чистые!

Он разогнулся, удивленно, выдыхая.

— Он даже ни разу не ударил того, кто на него напал. На руках и ногах, и вот тут, — девушка указала на часть ноги, — никаких порезов, ран или чего—то такого. Но Карл не мог не почуять нападавшего, он же сменил облик, значит что—то услышал или ощутил… Ты и сам понимаешь, что несмотря на то, что он успел обернуться, среагировать должным образом на убийцу он уже не смог.

— Его застали врасплох?

— Только после того, как что—то заставило его принять эту форму. — Алекс сложила руки на краю стола, стараясь унять легкую дрожь. — Было что—то еще… Что—то, о чем мы не знаем. Или кто—то…

— Что ты имеешь в виду? — Джек обернулся, разглядывая Кинг, вновь склонившуюся над останками.

— Не знаю, — девушка повернула к нему лицо, и на нем была написана какая—то странная, еле уловимая мука, — но он обернулся, Джек, обернулся и был готов… Кто мог подобраться к Карлу так, что он даже не успел отреагировать должным образом?! Там было что—то или кто—то! Тот, кто привлек его внимание… Он сделал что—то, что Карл, — она вновь ткнула пальцем в стол, — посчитал угрозой.

— Ты хочешь сказать, что там мог быть кто—то еще? Тот, чье появление напугало его?

— Не напугало, скорее насторожило, но настолько, что он сменил облик. Я думаю, что это не один и тот же человек или двуликий… Там было как минимум двое. Один заставил его сменить форму, второй разорвал Карла буквально на части, не дав тому и шанса защититься или атаковать самому.

— Черт. — Солье нахмурился.

Алекс, продолжила осмотр, перейдя к волчьему черепу. Он треснул ровно посередине, разделив голову напополам до самого носа, нижняя челюсть оказалась выбита и свободно падала набок. Девушка бережно повернула массивную голову в сторону, предоставляя себе полный доступ. На шерсти жуткими кляксами засохли остатки мозговой жидкости, глаза были повреждены, даже язык оказался вырван. Губы Алекс сжались в одну линию, а внутри закипала дикая ярость. Бурлящая и горячая, словно готовая вырваться наружу и поглотить все вокруг огненная лава. Невероятное усилие воли потребовалось от Алекс, чтобы не выпустить наружу самые темные стороны сущности двуликого. Она сделала глубокий вдох, успокаивая злость и гнев.

— Черепная кость раскроена, — безэмоционально прокомментировала Кинг, — но трещина недостаточно широкая и глубокая, чтобы… кхм, чтобы извлечь мозг непосредственно. Думаю, преступник был снабжен чем—то вроде трубки или...

— Высосал? — подсказал Солье.

— Не похоже. Подожди, — Алекс склонилась еще ниже, подставляя голову волка под специальную лампу, — помоги—ка.

Джек выполнил просьбу, направив свет прямо на покрытую кровью трещину, но этого было недостаточно и Кинг беспомощно огляделась.

— Нужно рассмотреть получше, посвети фонариком!

Мужчина достал мобильный, отыскивая в гаджета нужный значок.

— Ну? Что там?

— Подожди, не торопи меня, — Алекс внимательно рассматривала череп изнутри, отогнув в стороны, захваченными со специального подноса щипцами, поврежденную кожу.

— Мозг извлечен… Полностью. Видишь эти белесые подтеки по краям?

Джек склонился максимально близко, практически уткнувшись в лоб девушки и прищурил глаза. Кровь из разорванных сосудов залила всю полость коробки, но местами виднелись тонкие полоски светлого вещества, которые по каким—то причинам на смешались с остальной массой и смахивали на крошечные ручейки.

— Что это?

Алекс положила череп на стол и, приложив усилия, расширила щель между половинками. Затем, сосредоточенно закусив губу, попыталась просунуть внутрь палец и дотянуться до непонятной субстанции.

— Постой! Что ты делаешь? — Джек схватил ее за руку, — мы не знаем что это за хрень!

— Успокойся, все в порядке, — Кинг быстро подняла руку и на подушечке указательного пальца осталась светлая капля. — Это слюна.

— Что?

— Это слюна. — Тихо повторила Алекс и ее голос был не менее ошарашенным, чем у Солье, — он не высосал мозг, Джек, он его слизал… И по какой—то причине оставшаяся слюна не высохла до сих пор! Нам бы экспертизу провести, не так много препаратов, способных сохранять телесные жидкости в исходном состоянии.

— Эксиертизу?

— Да, — Алекс кивнула, — дай мне пакет, прихватишь с собой, вдруг нам повезет и...

Джек, не отрывая от девушки внимательного взгляда, похлопал себя по карманам и выудил из одного из них пакет для улик. Протянув его Алекс, чертыхнулся про себя, ведь он сам должен был предложить ей его, сразу. Именно он тут детектив со стажем...

Солье перевел взгляд с напарницы на волчью голову в ее руках, силясь прикинуть каких же размеров должен был быть язык и что это за тварь такая. Он хотел сказать еще что—то, но тут Алекс встрепенулась, словно дикий зверек, потревоженный легким ветром. Вскинув руку, она сделала предупреждающий жест, приказывая Солье молчать. Застыв в этой позе, прислушалась, будто могла услышать что—то недоступное Солье.

— Они уже здесь, — ее тихий голос резанул детектива по нервам. — Ищейки здесь.

— Похоже пора убираться, — Солье кинулся к двери, аккуратно отворил ее и выглянул наружу.

Никаких признаков присутствия гостей на этом уровне не было, а потому Джек сделал знак Алекс, чтобы та бросала все и следовала за ним. В коридоре было тихо, но едва они завернули за угол, как услышали звук спускающегося лифта.

— Черт, — Джек развернулся на сто восемьдесят градусов и потащил девушку в обратную сторону, — давай по лестнице! Бегом! Нет, стой, подожди!

Он застыл и нахмурился, словно только что понял что—то невероятно важное. Развернувшись, он рванул обратно по коридору, бросая быстрые взгляды то на одну табличку, то на вторую. Наконец замер.

— Тут.

Ворвавшись внутрь помещения, схватил планшет с указанными на нем номерами холодильных камер.

— Нет… нет… — бубнил он, пробегая по списку глазами, — не то… да где же… вот! С512! 513… 14...

Отбросив планшет, Джек рванул к стене в поисках нужной ячейки. Обнаружив искомое, рванул ручку замка, открывая дверцу и выставляя на общее обозрение совершенно пустой металлический стол.

— Нет! — Рыкнул он, толкая стол обратно и вновь захлопывая дверь.

Схватившись за соседнюю ручку, он повторил маневр, правда с тем же результатом — ячейка оказалась совершенно пуста. Алекс, следившая за его странными действиями и одновременно с этим прислушивающаяся к тому, что творилось в коридоре, подхватила брошенный Джеком планшет и просмотрела список. Вереница незнакомых имен, номеров, начинающихся с 483 заканчивающихся на 548 пункте не привлекла ее внимание, пока на 514 строке она не увидела «Мэттью Коллинз».

Джек, уже переместившись левее, рванул на себя ячейку с этим номером и застыл, как громом пораженный. Тело Мэтью Коллинза исчезло, так же как и тела других.

Дав себе буквально пару секунд, детектив хлопнул дверцей холодильника и, выбив из рук застывшей у входа девушки планшет со списком, потянул ее за собой. Теперь коридор, по которому они бежали, уходил влево и, следуя подсвеченным указателям на стенах, они выбежали к пожарной лестнице, ведущую наверх.

— Скорее!

Ищейки были не обычными двуликими, невероятно развитыми и физически, и ментально, а особой группой самых сильных, самых умных и самых хитрых. Но даже среди них существовали касты, как впрочем и среди всех полу—зверей. Высшие двуликие были способны превращать людей в таких же двуликих. Яд, содержавшийся в их крови, попав в организм простого человека, был способен убить его, что чаще всего и происходило. Но некоторые выживали, пополняя ряды полу—зверей. Однако то, что за ними отправили не высших, давало им с Джеком надежду.

Выпустив немного собственной силы, она практически сразу ощутила тех, от кого за версту несло охотой, кровью и мощью. И к этому жуткому коктейлю примешалось что—то еще, не менее опасное и пугающее. Сама смерть.

— Боже, — выдохнула Алекс, осознавая произошедшее. — Охрана...

Им нужно было бежать еще быстрее, ведь охота уже началась, а кровь ее первых жертв успела коснуться земли. Алекс ни секунды не сомневалась в том, что они точно так же учуяли ее.

Бывали случаи, хоть и редко, когда ищейка мог потерять след человека, но потерять из виду другого двуликого было невозможно. Это были настоящие псы, специально обученные находить любого, на кого укажет перст закона. И Алекс стала понимать, что на кону теперь не просто работа и их с Джеком доброе имя, с этой секунды на них обоих началась настоящая охота.

Несмотря на то, что при входе в здание им пришлось преодолеть пропускной пункт, пожарная лестница вывела их сразу на улицу, а замок на мощной металлической двери щелкнул, вновь замыкаясь. Джек, не обладая никакими сверхчеловеческими способностями, то и дело оглядывался, пытаясь определить насколько близка к ним погодя.

Но Алекс, ощущая как смерть дышит им в спину, уверенно толкала его вперед, стараясь убраться из этого места как можно скорее. Она знала, что ищейки уже обнаружили останки Карла, и взяли их след, а потому сейчас им обоим необходимо было оказаться отсюда как можно дальше.

— К машине! — Коротко скомандовал Солье.

Наверняка Джек так же понимал, что им не удастся уйти от погони, но на его щеках заходили упрямые желваки. Джек был из той породы настоящих людей, что даже умирать предпочитали исключительно на своих условиях. И смерть увидела их быстро.

Едва они заметили мустанг в конце улицы, как за спиной раздались выстрелы. В ночной тишине, нарушаемой лишь их громким дыханием и топотом ног не прозвучало никакого предупредительного окрика. Гончие стреляли на поражение, и Алекс знала почему.

Ощутив резкий толчок в бок, она пригнулась, ныряя за один из припаркованных рядом автомобилей и нервным движением сунула руку за пояс, нащупав оружие. Сила некроманта, укрывшаяся внутри так и норовила вновь вырваться, стремясь защитить свою хозяйку. Но Алекс усилием воли удерживала ее, понимая, что обнажившись сейчас только привлечет лишнее внимание и упустит, возможно единственный шанс на спасение.

Девушка сжала рукоять тяжелой беретты, пытаясь отдышаться. Она заметила, как Джек буквально в несколько шагов добежал до своего автомобиля и скрылся за его хромированным боком за мгновение до того как раздалась новая череда выстрелов. Пули прошили крыло мустанга насквозь, издавая жуткий лязгающий звук. Это заставило девушку вздрогнуть, и на секунду она испугалась, решив что твари все же попали в Солье.

Она приподнялась немного, выглядывая из—за капота автомобиля за которым пряталась и стараясь получше рассмотреть ищеек. Это оказались двое мужчин в одинаковых светлых плащах, примерно одного роста и телосложения. Вообще, у Алекс создалось впечатление, что они даже двигались синхронно, хотя и совершали разные действия.

Они плавно приближались к мустангу, держа тот на прицеле и, словно не замечая, что совсем рядом прячется Алекс. Не отрывая взгляда от движущихся совсем рядом двуликих, она медленно вытащила беретту из—за пояса, одновременно с этим знакомым осторожным движением снимая ее с предохранителя. Затем, вытянув руки вперед, оперлась о бампер, чтобы лучше прицелиться. Охотников было лишь двое, и если получится подстрелить хотя бы одного, то у Джека, а возможно и у нее самой, появится реальный шанс на спасение.

Алекс и раньше приходилось стрелять, но только по пустым пивным банкам и движущимся мишеням в тире. Обычно Джек прикрывал ее, если возникала хоть какая—то мало мальски опасная ситуация, девушку вытащили прямо на место преступления, чтобы она могла пробудить жертву.

Еще несколько секунд тишины, нарушаемой лишь скрипом гравия под подошвами двуликих, и как громом среди ясного неба прогремел звук заводящегося мотора. Ищейки встрепенулись, будто боясь упустить добычу и вновь открыли огонь, стараясь, кажется превратить старенький мустанг в настоящее решето. Не теряя больше ни секунды и, зажмурившись, Алекс нажала на курок.

Глава 8

Пуля попала в плечо одному из ищеек, и от силы удара он качнулся, разворачиваясь и вскидывая свой пистолет. Не давая ему и шанса прицелиться, Алекс вновь нажала на спусковой крючок, на этот раз не позволяя себе прикрыть глаза. Вторая выпущенная пуля попала ему точно в грудь. Охотник в странном жесте вскинул руки и начал заваливаться назад. И будто только сейчас заметив это, второй мужчина, до этого момента продолжавший упорно двигаться к мустангу, повернулся к ней. Рванув прямо к Хонде, за которой пряталась девушка, он несколько раз выстрелил, кажется скорее наугад. Послышался треск разбитого стекла и Алекс пискнула, пригибаясь и закрывая голову руками от обрушившегося на нее водопада осколков.

Нужно было бежать!

Но куда?

Звук шагов охотника приближался, а на Алекс, словно сорвавшись с поводка, обрушилась аура двуликого. Дикая и жаждущая крови сила пригибала девушку к земле, не позволяя поднять голову. В эту секунду она четко осознала, почему все так боялись ищеек — они просто парализовали волю своих жертв, лишая тех возможности сбежать. Их сила — не в скорости, не в развитых сверх мере мышцах. Контроль — вот их главныйк озырь.

— Чер—рт, — простонала она, таращась на черный асфальт и с усилием делая вдох. — Вот же…

Мужчина подходил все ближе, осторожно шагая, словно каждую секунду ожидал, что из—за припаркованных рядом автомобилей выскочит кто—то посильнее Алекс. Обогнув Хонду и скорчившуюся на земле девушку, встал прямо перед ней. Алекс все еще прижимало к земле мощью его силы, а потому она могла видеть только начищенные до блеска носы его щегольских ботинок. Она тяжело дышала, сжимая рукоять беретты, но больше не имея возможности пустить ее в дело.

— Некро... ве—едьма… — прошипел ищейка удивленно, — так, так, так…

В следующую секунду темноту ночи озарил свет фар. Мужчина, стоящий перед ней отвлекся, ослабляя ментальное давление на плечи Алекс, и обернулся. Визг шин по асфальту резанул слух. Ищейка вскинул руку с пистолетом и, рванув вперед, сделал несколько прицельных выстрелов. Алекс же, получив свободу, шарахнулась назад, приложившись затылком о крыло Хонды. Резкая боль пронзила голову, а из глаз будто звезды посыпались.

Звук удара отвлек ее от мыслей о собственной персоне и лишь краем глаза Алекс успела заметить мелькнувшую в свете фар мустанга тень ищейки, а следом за этим раздался визг шин. Напротив нее притормозил покореженный мустанг Джека, а в распахнувшейся пассажирской двери показался сам Солье.

— Скорее! Давай же!

Алекс бросилась вперед, отталкиваясь ногами и ныряя в машину. Мустанг сорвался с места, вильнув задом, а дверь с громким лязгом захлопнулась, осыпав девушку новым дождем мелких осколков.

— Пригнись! — Солье протянул руку в сторону ее окна и выстрелил.

Мустанг снова вильнул, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и срываясь с места, подняв столб выхлопных газов. В дверь со стороны Алекс удало несколько пуль, взрывая обшивку.

— Живучий, гад! Держись крепче, и пристегнись!

Алекс швырнула беретту вперёд и тут же ползла по креслу вниз, пригибаясь и едва успев защелкнуть ремень безопасности, как их резко мотнуло в сторону. За спиной раздались новые выстрелы и визг шин: ищейки снова были у них на хвосте.

Джек перехватил пистолет поудобнее.

— Ал, давай за руль!

— Что? С ума сошел?

— Живее! Перебирайся!

Не дав девушке возможности отказаться, он вырвал ремень безопасности из паза и, потянувшись вперёд, одним движением выдернул ее с пассажирского места. Перетащив Алекс себе на колени, прорычал:

— Держи руль крепко! Газ! Выжимай газ!

Автомобиль вновь вильнул, лишь чудом не зацепив идущую по соседней полосе Кию. Алекс охнула, стараясь протиснуть колени под рулевую колодку и нащупать педаль газа.

— Давай Ал, ты сможешь! — Одобрительно рыкнул Джек, стараясь выбраться из под девушки и перебраться на пассажирское место. В какую—то секунду мустанг заревел, теряя скорость и устойчивость на дороге, получив ощутимый удар в задний бампер, но тут же вновь вырываясь вперёд, когда Алекс удалось резко выжать газ.

— Держи прямо!

Джек наконец перебрался на соседнее сиденье и прежде чем Алекс успела сообразить, рукояткой пистолета выбил остатки стекла со своей стороны. Высунувшись по пояс, развернулся и открыл огонь по колесам идущей за ними следом машины. Они уже выехали на трассу и девушка изо всех сил старалась удержать набирающий скорость мустанг на дороге и не врезаться в проносящиеся мимо и идущие в одном с ними направлении автомобили. Со всех сторон раздавались гудки клаксонов и визг тормозов. Пару раз они чуть не столкнулись с грузовиком, получив новый удар в бампер, что практически выбросил их на встречную. Никакого гидроусилителя на этом раритете предусмотрено не было и Алекс приходилось прикладывать неимоверные усилия, чтобы вновь и вновь возвращать автомобиль на свою полосу.

— Ровнее! — Джек не мог толком прицелиться по петляющей позади Хонде, — ну же, держи ровнее!

— Я пытаюсь! — Прошипела Алекс, вновь резко выворачивая руль вправо.

— Сбрось скорость! — выкрикнул Солье, перезаряжая на ходу оружие, — сбрось скорость! Черт, дай беретту!

Пытаясь не выпускать руль, Алекс потянулась и постаралась нащупать пистолет, но на сиденье его не оказалось. Бросив быстрый взгляд на приборку, потянулась и не глядя нащупала еще теплое оружие.

— Джек! — Выкрикнула она, толкая детектива в бок.

Солье так же не глядя протянул руку. Беретта тут же исчезла в его огромной ладони, а в следующую секунду она услышала два выстрела.

— Сбрось скорость! — Повторил Джек.

Алекс нехотя послушалась, ожидая нового удара в бампер.

— Еще медленнее!

Алекс скинула до 70.

— Еще!

В зеркало заднего вида она заметила, как агент целился в Джека через разбитое лобовое стекло. Размахнувшись, он ударил еще пару раз по нему рукояткой собственного пистолета, окончательно убирая преграду между ними.

Секунда, вторая. И тут ее накрыло новой подавляющей волной.

— Осторожно! — выкрикнула Алекс, теряя контроль над своим телом и успев лишь заметить в зеркале заднего вида, как ищейка вытянул вперед руку.

Одновременно с этим раздался выстрел. Хонду мотнуло, Кинг увидела, как охотника нелепо отбросило, словно тряпичную куклу. Его голова откинулась назад и снова вперед. Прежде чем он упал на руль, Алекс ощутила свободу. Хонда снова вильнула, уходя в сторону, и столкнулась с идущей в попутном направлении BMW, смяв ее бок и перекрыв дорогу всем остальным автомобилям. Один за другим, те стали сметать все на своем пути. В этом месте моментально образовался затор, а вскоре темно—синяя Хонда и вовсе потерялась из виду.

Джек влез обратно и грузно плюхнулся на сиденье.

— Ты в порядке?

Алекс кивнула, вцепившись в руль дрожащими пальцами.

— Хорошо, — он странно повел плечами и, кивнув, будто самому себе, повторил: — хорошо.

Это движение привлекло внимание Алекс, а запах, заполнивший салон мустанга, не оставил у нее никаких сомнений. Лишь бешеное количество адреналина, затопившее ее кровь, не позволило заметить сразу...

— Ты ранен!

Солье, покосился на девушку, потом опустил взгляд на свое плечо, и чуть скривился. Конечно в пылу погони она ничего не заметила, да и некогда ей было по сторонам глядеть. А теперь, чуть успокоившись, она могла явственно рассмотреть темное пятно, расползающееся по ткани.

— Зацепили, на стоянке… Жить буду.

— Нужно перевязать рану, — девушка одной дотронулась до его плеча. — Слышишь? Черт, куда теперь? Раньше бы к Карлу завалились… Джек?

Она зарычала сквозь зубы, и с силой несколько раз ударилась затылком о спинку сиденья. Солье помолчал некоторое время, а потом глухо произнес:

— Домой, конечно, нельзя. Друзья и знакомые тоже отпадают... У меня есть одно место на примете, придется ехать туда.

— Уверен, что там они нас не найдут?

— Найдут. — Со вздохом ответил он, — но не сразу. Нам нужно сменить машину и достать оружие. Других вариантов все равно нет. Теперь или только вперед или сразу сдаваться этим тварям.

Он замолчал, как—то странно хмурясь, и почему—то Алекс показалось, что он совсем не в восторге от собственного предложения.

— Обратно нельзя. — Алекс сделала глубокий вдох, — они убили охранников.

— Черт! — Джек тоже откинулся назад и прикрыл глаза. — Значит точно только вперед.

Глава 9

Пострадавший в перестрелке мустанг Джека вынужденные напарники бросили между Пятой авеню и Палм—стрит, решив, что автомобиль наверняка уже объявлен в розыск, да и вообще слишком заметен. Дальше решено было двигаться переулками и проходными дворами, держась подальше от главных улиц и магистралей. Спускаться в метро они тоже не рискнули, ведь повсюду были установлены видеокамеры. Чуть больше часа им пришлось петлять среди относительно спокойных спальных районов, которые однако вскоре сменились грязными и темными кварталами опасной окраины.

Словно из ниоткуда вырастали обшарпанные стены домов, расписанные разнообразными граффити с далеко не невинным содержанием. Уличные фонари не горели, лампы либо отсутствовали вообще, либо были выбиты. Алекс знала, куда они попали, хотя с этой стороны моста сама не бывала ни разу. А потому ее сильно удивил тот факт, что детектив Солье без труда ориентировался в хитросплетениях местных подворотен и проулков.

Где—то слышался пьяный гомон местной шпаны, но это ни Алекс, ни Джека совершенно не беспокоило. Мужчина уверенно двигался вперед, одной рукой прижимая к ране на плече носовой платок — единственное, что он взял у Алекс, хотя на одной из вынужденных остановок девушка пыталась предложить свою рубашку, чтобы хоть как—то перетянуть рану на руке.

— А ты не можешь, — тихо выдохнул Солье, когда они, еще сидя в автомобиле, наскоро припаркованном под какой—то грязной эстакадой, решали куда двигаться дальше, — ну сделать что—то, чтобы остановить кровь?

— Я?.. — Девушка подняла лицо и ее брови удивленно изогнулись. — Джек, в любом случае заниматься этим в таком месте и в таких условиях нельзя! Грязь, да и вообще, нужно раздобыть хотя бы спирт и бинты, и мне кажется…

— Нет, — он тряхнул головой, — я имел в виду твои силы… ну…

— Некроманта? — Теперь в голосе девушки появилось что—то язвительное, — могу!

Она невесело хохотнула и продолжила говорить, поймав полный надежды взгляд детектива:

— Могу оторвать тебе руку, а потом оживить ее и заставить пережимать рану!

— Ха—ха, — Джек скривился. — Обхохочешься…

Он осторожно выдернул свою руку из ее, и инстинктивно накрыл рану ладонью здоровой руки.

— Извини, — Алекс осторожно коснулась его плеча, — это нервное… Я никогда не бывала в подобной ситуации и просто не знаю, что делать… Мне страшно… Я растеряна… Джек, я убила человека… Но в любом случае, мои способности никак не помогут тебе сейчас...

— Убила двуликого, — поправил ее мужчина. — Это был двуликий, Ал… И они убили тех наших ребят, они заслужили...

— Двуликого. — Она кивнула, соглашаясь. — разве есть разница? Я тоже двуликая, Джек…. Я знаю и чувствую смерть, я сотни раз призывала ее, давая призрачную надежду на жизнь… Но я никогда не отнимала жизнь… Это страшно, но одновременно с этим и так просто...

— Ничего, Ал. — Он качнулся вперёд, касаясь ее лица здоровой рукой и проводя вниз по спутанным прядям светлых волос. — Ничего… Я понимаю, знаю, что ты чувствуешь. Но ты должна собраться и не думать! Не сейчас. Они бы не пощадили тебя, Алекс...

И сейчас, свернув в очередную, лишенную какого—либо освещения подворотню, девушка, ощущавшая смрад смерти, не просто витавший в воздухе, а словно впитавшийся во все вокруг, тихо поинтересовалась:

— Джек, что мы здесь делаем?

Конечно это вопрос не относился к месту их фактического нахождения, а скорее к направлению движения. Кинг откровенно не понимала, почему Джек выбрал именно это путь и, главное куда он ее ведет. Сбоку что—то зашуршало и Алекс резко обернулась. Мимо проскочила серая тень и тут же исчезла за опрокинутым мусорным баком.

Крысы.

— Черт! — Зло рыкнула она, все же облегченно выдохнув.

В слишком большом напряжении они находилась последние часы, а потому ее собственные силы, словно сбитое с настроек радио, постоянно фонили, не давая возможности сосредоточиться.

— Добро пожаловать на мою малую родину, — так же негромко отозвался Джек и Алекс изумленно уставилась на него в темноте. — Давай, нам туда.

Чистенький и образованный Джек Солье вырос в Бронксе? Вот это поворот!

Больше они не разговаривали, продолжая пробираться только одному детективу известно куда. Джек берег силы, а Алекс думала, думала, думала.... Что—то упорно ускользало от ее внимания, теряясь в калейдоскопе последних событий, не даваясь в ее призрачные руки. Что же они пропустили?

Она не заметила, как стало светлее, а на улицах, все так же грязных и вонючих начали появляться работающие фонари. Беглецы свернули за угол, оказавшись к югу от железнодорожного моста, делившего весь Бронкс пополам. По эту сторону ютилась нищета и вечно обдолбанные подростки, у каждого из которых наверняка имелся "настоящий джентльменский набор", состоящий из пакетика, набитого разномастными сильнодействующими таблетками, на которые никто и никогда не выпишет рецепт, самодельного обреза и под завязку набитого песнями Паффа Дэдди, телефона. Южный Бронкс — место, откуда выбраться было почти невозможно, он лип к коже, как клеймо, как прожженный запах марихуаны и дешевого пива. Только вот Джек был лишён этого самого клейма...

Алекс уже видела таких ребят. К сожалению, или все же к счастью, эти встречи носили, что называется «рабочий характер». Погибших в перестрелках уличных банд совсем юных мальчишек пару раз доставляли к Карлу в морг и вызывали Кинг на помощь.

Джек же пер вперед, словно ледокол, не обращая внимания на ставшие появляться на пути нагловатые кучки разодетых и явно обремененных оружием детей, лет по 15—16, а может и того меньше. Пару раз их окликнули, но Солье стоило только зыркнуть и бравые вояки, к великому облегчению Алекс, тут же теряли к ним интерес. Она не сомневалась, что даже с раненым плечом и без какой—либо помощи с ее стороны, Джек мог бы справиться с ними, но в любом случае девушке не хотелось привлекать лишнего внимания.

Должно быть, от детектива за милю несло копом, а вкупе с внушительными габаритами и уверенным взглядом настоящего зверя, не имея однако особой ауры двуликого, он без труда добивался нужного эффекта. Так или иначе, Джек знал как себя вести в этой среде, уверенно шагая мимо моментально притихших компаний подростков. Один раз кто—то пошло цокнул вслед Алекс, но на большее никто так и не решился. Как все мелкие и слабые представители своего вида, эти дети словно безоговорочно признавали главенство нового вожака. И это было удивительно, просто потрясающе... Алекс впервые видела нечто подобное среди людей, а то, что процент двуликих в этих местах был крайне мал, она не просто знала — ощущала каждой клеточкой своего Я.

Так, минуя провожающую их странными взглядами шпану и такую же плотную толпу разодетых девиц, они вышли на центральную улицу самого злачного района Нью—Йорка, где неровными рядами громоздились бары, клубы, магазины и прочие злачные места. Где—то громко играла музыка, откуда—то доносились крики и ругань, а прямо на противоположной стороне улицы в открытой машине местный дилер травил дурь, нисколько не беспокоясь.

— Сюда.

Хриплый голос Солье вывел девушку из мрачных раздумий. Она подняла голову и наткнулась на яркую кричащую вывеску с многообещающим названием «Шальные дыньки», рядом мигая красным неоном светилась фигура девушки с явно гипертрофированным бюстом четвертого размера.

— Это... стрип—клуб? — Алекс шокировано уставилась на уставшего детектива.

Даже в бесконечно мигающем навязчивом свете было видно, насколько он бледен.

— Именно, — коротко процедил Джек, сжимая зубы. — Туда...

Боль становилась все сильнее, платок, который он крепко сжимал все это время, насквозь пропитался кровью и теперь, лишенная преград, она беспрепятственно стекала вниз темными струйками. В какую—то секунду девушка поняла, что Джек настолько вымотан и обессилен, что еще мгновение и он просто рухнет на асфальт огромной, безжизненной грудой.

Больше не говоря ни слова, она поднырнула под его его руку, закидывая ту на свое плечо. Под, кажется совершенно невозмутимые взгляды прохожих, она ногой распахнула подвижные двери и ввалилась внутрь. Перед ними оказалась широкая лестница, по которой они поднимались бесконечно долго, а последние ступеньки, казалось, мужчина просто не одолеет.

— Боже, Джек, — с трудом выдохнула она, — чем тебя кормили в детстве, что ты вымахал таким… ох, — она наконец, перевела дыхание, прижимаясь вторым плечом к стене, — бугаем?!.

Внутри их встретила оглушающая музыка и мигающие стробоскопы, отовсюду несло густым сигаретным дымом. Царивший полумрак, разрываемый цветными вспышками огней, однако, не скрывал, а лишь подчеркивал не очень изящные фигуры танцующих на подиуме девушек. Некоторые из них были совершенно обнаженными, если не считать тонкой полоски латексных трусиков, но и их отсюда разглядеть было практически невозможно.

— Прямо, — выдохнул Джек в ухо Алекс, — туда, потом направо по коридору.

Но не успели они пройти и десятка шагов в нужном направлении, как дорогу им преградили. Обритый наголо амбал в темном костюме, казалось занял все пространство небольшого коридора. На мощной шее висел не менее мощный трос, что на деле оказался пожалуй самой толстой из когда—либо виденных Алекс золотых цепей, а руки с легкостью могли переломить пополам даже Джека.

— Кто такие? — Его рык заглушил даже звуки музыки, а крохотные глазки, пробежавшись по застывшей в неудобной позе парочке, обласкали фигуру Алекс, а затем остановились на Солье, — копам здесь не место. Убирайтесь.

Пострадавший в перестрелке мустанг Джека вынужденные напарники бросили между Пятой авеню и Палм—стрит, решив, что автомобиль наверняка уже объявлен в розыск, да и вообще слишком заметен. Дальше решено было двигаться переулками и проходными дворами, держась подальше от главных улиц и магистралей. Спускаться в метро они тоже не рискнули, ведь повсюду были установлены видеокамеры. Чуть больше часа им пришлось петлять среди относительно спокойных спальных районов, которые однако вскоре сменились грязными и темными кварталами опасной окраины.

Словно из ниоткуда вырастали обшарпанные стены домов, расписанные разнообразными граффити с далеко не невинным содержанием. Уличные фонари не горели, лампы либо отсутствовали вообще, либо были выбиты. Алекс знала, куда они попали, хотя с этой стороны моста сама не бывала ни разу. А потому ее сильно удивил тот факт, что детектив Солье без труда ориентировался в хитросплетениях местных подворотен и проулков.

Где—то слышался пьяный гомон местной шпаны, но это ни Алекс, ни Джека совершенно не беспокоило. Мужчина уверенно двигался вперед, одной рукой прижимая к ране на плече носовой платок — единственное, что он взял у Алекс, хотя на одной из вынужденных остановок девушка пыталась предложить свою рубашку, чтобы хоть как—то перетянуть рану на руке.

— А ты не можешь, — тихо выдохнул Солье, когда они, еще сидя в автомобиле, наскоро припаркованном под какой—то грязной эстакадой, решали куда двигаться дальше, — ну сделать что—то, чтобы остановить кровь?

— Я?.. — Девушка подняла лицо и ее брови удивленно изогнулись. — Джек, в любом случае заниматься этим в таком месте и в таких условиях нельзя! Грязь, да и вообще, нужно раздобыть хотя бы спирт и бинты, и мне кажется…

— Нет, — он тряхнул головой, — я имел в виду твои силы… ну…

— Некроманта? — Теперь в голосе девушки появилось что—то язвительное, — могу!

Она невесело хохотнула и продолжила говорить, поймав полный надежды взгляд детектива:

— Могу оторвать тебе руку, а потом оживить ее и заставить пережимать рану!

— Ха—ха, — Джек скривился. — Обхохочешься…

Он осторожно выдернул свою руку из ее, и инстинктивно накрыл рану ладонью здоровой руки.

— Извини, — Алекс осторожно коснулась его плеча, — это нервное… Я никогда не бывала в подобной ситуации и просто не знаю, что делать… Мне страшно… Я растеряна… Джек, я убила человека… Но в любом случае, мои способности никак не помогут тебе сейчас...

— Убила двуликого, — поправил ее мужчина. — Это был двуликий, Ал… И они убили тех наших ребят, они заслужили...

— Двуликого. — Она кивнула, соглашаясь. — разве есть разница? Я тоже двуликая, Джек…. Я знаю и чувствую смерть, я сотни раз призывала ее, давая призрачную надежду на жизнь… Но я никогда не отнимала жизнь… Это страшно, но одновременно с этим и так просто...

— Ничего, Ал. — Он качнулся вперёд, касаясь ее лица здоровой рукой и проводя вниз по спутанным прядям светлых волос. — Ничего… Я понимаю, знаю, что ты чувствуешь. Но ты должна собраться и не думать! Не сейчас. Они бы не пощадили тебя, Алекс...

И сейчас, свернув в очередную, лишенную какого—либо освещения подворотню, девушка, ощущавшая смрад смерти, не просто витавший в воздухе, а словно впитавшийся во все вокруг, тихо поинтересовалась:

— Джек, что мы здесь делаем?

Конечно это вопрос не относился к месту их фактического нахождения, а скорее к направлению движения. Кинг откровенно не понимала, почему Джек выбрал именно это путь и, главное куда он ее ведет. Сбоку что—то зашуршало и Алекс резко обернулась. Мимо проскочила серая тень и тут же исчезла за опрокинутым мусорным баком.

Крысы.

— Черт! — Зло рыкнула она, все же облегченно выдохнув.

В слишком большом напряжении они находилась последние часы, а потому ее собственные силы, словно сбитое с настроек радио, постоянно фонили, не давая возможности сосредоточиться.

— Добро пожаловать на мою малую родину, — так же негромко отозвался Джек и Алекс изумленно уставилась на него в темноте. — Давай, нам туда.

Чистенький и образованный Джек Солье вырос в Бронксе? Вот это поворот!

Больше они не разговаривали, продолжая пробираться только одному детективу известно куда. Джек берег силы, а Алекс думала, думала, думала.... Что—то упорно ускользало от ее внимания, теряясь в калейдоскопе последних событий, не даваясь в ее призрачные руки. Что же они пропустили?

Она не заметила, как стало светлее, а на улицах, все так же грязных и вонючих начали появляться работающие фонари. Беглецы свернули за угол, оказавшись к югу от железнодорожного моста, делившего весь Бронкс пополам. По эту сторону ютилась нищета и вечно обдолбанные подростки, у каждого из которых наверняка имелся "настоящий джентльменский набор", состоящий из пакетика, набитого разномастными сильнодействующими таблетками, на которые никто и никогда не выпишет рецепт, самодельного обреза и под завязку набитого песнями Паффа Дэдди, телефона. Южный Бронкс — место, откуда выбраться было почти невозможно, он лип к коже, как клеймо, как прожженный запах марихуаны и дешевого пива. Только вот Джек был лишён этого самого клейма...

Алекс уже видела таких ребят. К сожалению, или все же к счастью, эти встречи носили, что называется «рабочий характер». Погибших в перестрелках уличных банд совсем юных мальчишек пару раз доставляли к Карлу в морг и вызывали Кинг на помощь.

Джек же пер вперед, словно ледокол, не обращая внимания на ставшие появляться на пути нагловатые кучки разодетых и явно обремененных оружием детей, лет по 15—16, а может и того меньше. Пару раз их окликнули, но Солье стоило только зыркнуть и бравые вояки, к великому облегчению Алекс, тут же теряли к ним интерес. Она не сомневалась, что даже с раненым плечом и без какой—либо помощи с ее стороны, Джек мог бы справиться с ними, но в любом случае девушке не хотелось привлекать лишнего внимания.

Должно быть, от детектива за милю несло копом, а вкупе с внушительными габаритами и уверенным взглядом настоящего зверя, не имея однако особой ауры двуликого, он без труда добивался нужного эффекта. Так или иначе, Джек знал как себя вести в этой среде, уверенно шагая мимо моментально притихших компаний подростков. Один раз кто—то пошло цокнул вслед Алекс, но на большее никто так и не решился. Как все мелкие и слабые представители своего вида, эти дети словно безоговорочно признавали главенство нового вожака. И это было удивительно, просто потрясающе... Алекс впервые видела нечто подобное среди людей, а то, что процент двуликих в этих местах был крайне мал, она не просто знала — ощущала каждой клеточкой своего Я.

Так, минуя провожающую их странными взглядами шпану и такую же плотную толпу разодетых девиц, они вышли на центральную улицу самого злачного района Нью—Йорка, где неровными рядами громоздились бары, клубы, магазины и прочие злачные места. Где—то громко играла музыка, откуда—то доносились крики и ругань, а прямо на противоположной стороне улицы в открытой машине местный дилер травил дурь, нисколько не беспокоясь.

— Сюда.

Хриплый голос Солье вывел девушку из мрачных раздумий. Она подняла голову и наткнулась на яркую кричащую вывеску с многообещающим названием «Шальные дыньки», рядом мигая красным неоном светилась фигура девушки с явно гипертрофированным бюстом четвертого размера.

— Это... стрип—клуб? — Алекс шокировано уставилась на уставшего детектива.

Даже в бесконечно мигающем навязчивом свете было видно, насколько он бледен.

— Именно, — коротко процедил Джек, сжимая зубы. — Туда...

Боль становилась все сильнее, платок, который он крепко сжимал все это время, насквозь пропитался кровью и теперь, лишенная преград, она беспрепятственно стекала вниз темными струйками. В какую—то секунду девушка поняла, что Джек настолько вымотан и обессилен, что еще мгновение и он просто рухнет на асфальт огромной, безжизненной грудой.

Больше не говоря ни слова, она поднырнула под его его руку, закидывая ту на свое плечо. Под, кажется совершенно невозмутимые взгляды прохожих, она ногой распахнула подвижные двери и ввалилась внутрь. Перед ними оказалась широкая лестница, по которой они поднимались бесконечно долго, а последние ступеньки, казалось, мужчина просто не одолеет.

— Боже, Джек, — с трудом выдохнула она, — чем тебя кормили в детстве, что ты вымахал таким… ох, — она наконец, перевела дыхание, прижимаясь вторым плечом к стене, — бугаем?!.

Внутри их встретила оглушающая музыка и мигающие стробоскопы, отовсюду несло густым сигаретным дымом. Царивший полумрак, разрываемый цветными вспышками огней, однако, не скрывал, а лишь подчеркивал не очень изящные фигуры танцующих на подиуме девушек. Некоторые из них были совершенно обнаженными, если не считать тонкой полоски латексных трусиков, но и их отсюда разглядеть было практически невозможно.

— Прямо, — выдохнул Джек в ухо Алекс, — туда, потом направо по коридору.

Но не успели они пройти и десятка шагов в нужном направлении, как дорогу им преградили. Обритый наголо амбал в темном костюме, казалось занял все пространство небольшого коридора. На мощной шее висел не менее мощный трос, что на деле оказался пожалуй самой толстой из когда—либо виденных Алекс золотых цепей, а руки с легкостью могли переломить пополам даже Джека.

— Кто такие? — Его рык заглушил даже звуки музыки, а крохотные глазки, пробежавшись по застывшей в неудобной позе парочке, обласкали фигуру Алекс, а затем остановились на Солье, — копам здесь не место. Убирайтесь.

— Я к Арлетт, — прохрипел Джек.

Глава 10

— Она сегодня не принимает, так что валите отсюда.

— Отойди с дороги или я тебе ноги переломаю.

Кинг напряглась, готовясь к потасовке, ведь не смотря на всю видимую слабость, что—то в голосе Джека заставляло верить в его слова. Она, постаравшись как можно незаметнее принять удобную для отражения физической атаки позу, ощутила как ладонь Джека на ее плече сжалась в успокаивающем жесте. Девушка обеспокоенно покосилась на Солье. Амбал тоже застыл, видимо, прикидывая, что делать дальше.

Наконец, приняв какое—то решение, он еще раз оглядел бледного Джека и плотоядно скривился, являя миру щербатый оскал.

— Да ты, я смотрю, самоубийца.

Алекс инстинктивно сжала кулаки и шагнула назад, делая упор на правую ногу и готовясь отразить нападение. Но тут Джек резко сбросил свою руку, второй толкая ее в бок с такой силой, что девушка буквально перелетела через ближайший столик, смахнув с него бутылки с пивом и тарелки, наполненные ореховой шелухой. Напугав сидевших за ним посетителей, она приземлилась на мягкий диванчик у стены. В тот же момент здоровяк ринулся на Солье, выбрасывая вперед кулак, размером с кувалду. Джек среагировал молниеносно, уходя от удара и подныривая под руку бритоголового. В его ладони оказалась беретта и мужчина, хитро извернувшись, со всей силы опустил приклад на затылок вышибалы, заставив того рухнуть на пол, как подкошенного. Джек громко вздохнул, переступил одной ногой через две тонны мышц и склонился к поверженному врагу.

— Зря ты нас не пропустил...

Алекс почти с ужасом наблюдала, как амбал что—то мычал, пытаясь подняться, но удар Джека сильно дезориентировал его и тот мог только лишь мотать головой. Казалось, что Солье действительно намеревался свернуть охраннику шею. Девушка уже собралась броситься в нему и оттащить от ничего не соображающего вышибалы, как из—за спины Джека появился еще один, ничуть не меньше предыдущего.

— Джек! — Алекс вскочила с места и рванула к детективу, но тут произошло непредвиденное: качок вполне миролюбиво опустил огромную лапищу на плечо Солье и пробасил:

— Остынь, Джек, он же не знал.

Мужчина обернулся.

— Надо было подождать пока он нас вышвырнет, а потом все ему объяснить?

Здоровяк виновато пожал плечом.

— Ты тут нечастый гость, вот и не узнают. К тому же он новенький, сделай парню поблажку, как никак, а работу свою он выполняет наотлично.

Детектив устало вздохнул и повернулся к все еще ничего не понимающей Кинг, замершей буквально в паре шагов от них.

— Ал, ты в порядке?

Она заторможено кивнула, переводя взгляд с одного на другого.

— Мог бы и предупредить. — Наконец произнесла она тихо.

— Прости, — Солье подал ей руку, — черт, даже убивать нет сил.

Девушка невесело хмыкнула и сжала его прохладную ладонь.

— Она у себя? — Солье кивнул в сторону двери, притаившейся в конце темного коридора.

— У себя. Проводить?

Джек отрицательно покачал головой.

— Лучше помоги своему приятелю.

Оглянувшись у самой двери, Алекс заметила, что второй амбал, склонился над своим поверженным приятелем и довольно беспощадно лупит того по щекам.

— Здесь, — Голос Джека отвлек ее от этого зрелища, а сам он рассеянно провел здоровой рукой по волосам, — будем надеяться Арлеттт не вышвырнет нас вон.

Кинг только собралась уточнить насколько жизнеспособно подобное развитие событий, но Солье уже повернул ручку двери шагая внутрь.

Комната, а скорее кабинет, в котором они оказались был отделан темным деревом и обставлен кожаной мебелью с намеком на претенциозность. Навстречу им из—за стола поднялась высокая дородная женщина, ее темные волосы были завиты крупными кольцами и свободно спадали на полные плечи. Глаза оказались столь густо были подведены черным, что оттеняли почти неестественно голубые глаза, а талантливо подобранные румяна подчеркивали белизну кожи и высокие скулы.

Женщина не была двуликой, но тем не менее весь ее вид, движения и голос — все это вызывало внутри девушки какой—то диссонанс. Словно расстроенная струна, портившая чудесную мелодию.

— Джеки, мальчик мой! — низкий и глубокий вибрирующий голос соответствовал внешнему виду.

Дама на удивление легко и почти грациозно шагнула им навстречу, явно намереваясь сжать «Джеки» в своих медвежьих объятиях. Но заметив рану на его плече, напряженно замерла, — Mon Dieu, que s'est—il passé?* Во что ты вляпался, негодный мальчишка?!

Арлеттт мягко, но уверенно подхватила его под локоть и увлекла от Алекс, тут же усадив в свободное кресло. Даже не заставив, а практически с силой стянув с его плеча куртку, она склонилась над ним, рассматривая рану.

— Тебе нужен врач, Джекки. — Безапелляционно произнесла она, — я пошлю за доком.

— Нет, — резко выдохнул Солье, — мы в дерьме, Арлеттт, никаких врачей.

Женщина метнула острый взгляд на Алекс. Что—то в ней было не так, но что Кинг никак не могла понять.

— Как скажешь, как скажешь... Итак, что стряслось? — Арлеттт прошла в бару, наполнила стакан виски и протянула его Джеку.

Солье принял алкоголь и сделав большой глоток, поморщился

— Долгая история... Это Алекс, — он кивнул на девушку, — моя напарница.

____

* (Боже мой, то случилось? фр.)

Арлеттт оценивающе оглядела Алекс с головы до ног. Хотя девушка все еще не могла понять в каких отношениях состоят эти двое, взгляд голубых глаз хозяйки стрип клуба не оскорблял, а даже наоборот. Алекс вдруг стало весело и она смело ответила хозяйке легкой ухмылкой.

— Худовата, конечно, но дерзкая, — вынесла вердикт Арлеттт, — и давайте уже выкладывайте, что там у вас за дерьмо?

Махнув рукой, она указала на другое кресло и Алекс, наконец, устало плюхнувшись в него, позволила себе расслабиться.

— За нами идут ищейки, — отбросив предстоящие хождения кругами, выпалила девушка.

Мало кто захочет связываться с охотниками, поэтому необходимо было сразу расставить все точки над i. Как она и ожидала лицо женщины удивленно вытянулось, на нем проступили замешательство и тревога, что сразу накинуло ей с десяток лет, а Джек раздосадованно застонал. Возможно он планировал начать разговор издалека, но времени на разглагольствования и долгие танцы вокруг да около у них не было. Ошарашенное молчание длилось всего пару мгновений и почти тут же складка на лбу Арлеттт разгладилась, вновь придавая женщине беззаботно—бесшабашный вид.

— Святые угодники, — она спешно вернулась на свое место, — даже знать не хочу за что они натравили их на вас!

Одним глотком женщина опустошила стакан с каким—то явно алкогольным напитком, что стоял на ее столе еще до их появления в кабинете и резко выдохнув, хохотнула:

— Ха! Черт возьми, и все же — что вы натворили???

Алекс спрятала ухмылку. Несмотря на подступающие проблемы, Арлеттт непостижимым образом вселяла в нее уверенность. Что—то подобное она испытывала и рядом с Джеком, хотя сейчас совершенно не была готова признавать это.

— Произошло убийство, его жертвой стал наш друг и, — девушка запнулась и глянула на бледного Солье, — коллега.

— Двуликий. — Арлетт не спрашивала, а констатировала факт.

— В общем, делом занялось Министерство. — Кивнула Алекс.

— Тем не менее, это не в их юрисдикции, — добавил мужчина.

Арлеттт хмыкнула, словно и не ожидала от Солье ничего другого.

— И ты, Джеки, решил поиграть в справедливость.

— Карл был нашим другом, — мрачно повторила Алекс и заслужила еще один настороженный взгляд, — но сейчас важнее другое, Джеку нужна медицинская помощь.

Женщина всплеснула руками и схватила со стола телефонную трубку.

— Разумеется! И чем только я думаю? — Она торопливо набрала номер, — Беби, скажи Рози пусть зайдет ко мне. Сейчас же! Значит так, — Арлеттт отложила трубку в сторону и снова посмотрела на гостей, — переночуете здесь. Но потом вам лучше убраться, к утру ищейки уже будут тут. Я дам вам денег и машину. Хотя не знаю… — она покачала головой, — детки мои, вы в таком дерьме!

Не успела она закончить, как дверь без стука открылась и на пороге появилась девушка—афроамериканка. Ее кожаные шорты едва прикрывали тылы, не говоря уже о топе с едва помещавшимся в нем бюстом. Должно быть это и есть Рози, решила Кинг. Танцовщица с интересом оглядела посетителей, и заметив Джека оценивающе вскинула брови. И хотя ее внимание явно привлек окрашенный в алое рукав его рубашки, но сам Солье вызвал в гостье немалый интерес.

— Арлеттт? — Наконец Рози перевела взгляд на хозяйку.

Та в свою очередь махнула рукой на Алекс и Джека.

— Отведи их на второй этаж, в комнату Пипс. И принеси виски побольше, да еще чистых полотенец, бинты и иглу с ниткой. Ну что я тебе объясняю, сама видишь...

Рози понятливо кивала, слушая указания Арлеттт и стреляя острым заинтересованным взглядом на детектива, что уже начало довольно сильно раздражать Алекс.

— И скажи всем помалкивать, ясно?

Та вновь кивнула и махнула Кинг рукой, направляясь к выходу и приглашая ее двигаться следом.

— Пойдем.

— Если что, позовете.

Арлеттт распахнула ящик стола и выудила из его недр потертый портсигар, коими уже практически никто не пользовался. Повертев его в руках, как—то привычно огладила пальцами истертые края и достала тонкую сигарету.

— Спасибо, — Джек поднялся, но удержаться на ногах ровно не сумел.

Его качнуло и Алекс тут же подскочив со своего места, оказалась рядом.

— Тебе все же нужен нормальный врач, Джеки—малыш.

В голосе Арлеттт послышались по—настоящему тревожные нотки. Бросив быстрый взгляд через плечо, Алекс заметила как тонкая сигарета, зажатая между накрашенными губами Арлеттт, подрагивает.

— Я справлюсь, — Кинг уже знакомым движением закинула руку Джека на свое плечо. Осторожно приобняв его за талию, уверенно повела в выходу из кабинета, — просто распорядитесь принести побольше спиртного.

Позади послышалось невеселое хмыканье.