Ох уж этот Мин Джин Хо - 9

Глава I

Когда я озвучил команду его пропустить и охранник сдвинулся в сторону, Чон Ин Хван неспешно двинулся вперёд. Я тоже вышел из автомобиля. Ожидать нападения от генерального прокурора казалось некоторым перебором в плане осторожности, а остаться в машине, означало бы демонстрацию своей слабости.

Мужчину, одетый в недешёвый костюм, остановился в метре от меня, чуть поклонился и протянул руку.

— Приветствую, Мин Джин Хо. Вы не откажетесь со мной побеседовать.

Голос был ровным, а глаза внимательно следили за моей реакцией. Я же крепко пожал протянутую руку и утвердительно кивнул.

— Разумеется. Думаю, с учётом всех обстоятельств, проще всего это будет сделать в машине. Или вы предпочитаете доехать до какого-то заведения?

Тот улыбнулся и отрицательно качнул головой.

— Можем немного прокатиться. Потом водитель заберёт меня из любой точки города, так что о маршруте можете не беспокоиться.

На секунду замолчав, добавил.

— Конечно, если вы не решите отправить меня на дно реки Хан. Но смею выразить надежду, до такого не дойдёт.

Последние фразы были сказаны шутливым тоном, но вот за моей реакцией он следил по-прежнему внимательно. И по-моему был слегка раздосадован её полным отсутствием.

Спустя несколько мгновений мы уже оказались на заднем сиденье “Генезиса”. Когда машина тронулась, Чон Ин Хван нарушил тишину, чуть повернув голову ко мне.

— Последние события заставили нас всех пересмотреть многое. Генеральный прокурор в отставке, главный прокурор Сеула — в тюрьме. Почти тридцать прокуроров были вынуждены покинуть свои посты, и всё это произошло настолько стремительно, что внутри ведомства сейчас полный хаос.

Я встретил его изучающий взгляд и пожал плечами. После чего сухо озвучил ответ.

— Всё произошло так, как и должно. Нарушать закон нельзя. Особенно, если твоя работа в том, чтобы его охранять.

Он чуть улыбнулся, не демонстрируя никакого раздражения. Напротив, в его глазах мелькнула тень удовлетворения — видимо, он ожидал такого ответа.

— Разумеется. Я не собираюсь выдвигать к вам какие-то претензии, Мин Джин Хо. Моя цель прямо противоположна — наладить сотрудничество. Я пришёл сюда, чтобы заверить вас: проблем больше не будет. Никто из прокуратуры вас не потревожит.

Он бросил быстрый взгляд в окно. Потом снова посмотрел на меня.

— Скажу больше — я внимательно следил за пресс-конференцией Бён Хо. Его идея отделения прокуратуры от Министерства юстиции кажется мне более чем разумной.

Я тихо хмыкнул. Это было ожидаемо — для будущего генерального прокурора реформа означала реальную свободу действий, гораздо больше полномочий и меньше контроля.

— Внешнее влияние на вас и правда станет минимальным.

Чон Ин Хван едва заметно улыбнулся. Затем кивнул, соглашаясь с моей оценкой ситуации.

— Согласен. А ещё хочу вас поздравить. “Партия справедливости” наверняка займёт ключевые позиции в парламенте. Ваша фракция будет одной из крупнейших, а господин Бён Хо Шон, судя по всему станет новым президентом Кореи. Это полная победа по всем направлениям, которой я могу только позавидовать.

Он выдержал паузу, ожидая моей реакции. Поняв, что я по-прежнему молча сижу на месте, продолжил.

— Вопрос в том, видите-ли вы меня в качестве генерального прокурора? Парламент скорее всего не успеет утвердить меня до выборов. Да и хотят они слишком многого. Поэтому мне хотелось бы понять, как "Партия справедливости" отнесётся к моему назначению, когда получит контроль над Национальным Собранием?

Я продемонстрировал ему ироничную улыбку.

— Если получит. До выборов ещё больше недели. Обсуждать какие-то вопросы до их завершения, не имеет никакого смысла.

Чон Ин Хван снова улыбнулся, хотя в его глазах мелькнула тень лёгкого разочарования.

— Все понимают, что ситуация однозначна. "Партия справедливости" захватит парламент. Бён Хо станет президентом. Повторюсь, я слышал его речь и хочу заверить вас, что буду работать честно. Не один из моих людей не будет замешан в феодальных войнах. Прокуратура займётся своим делом — расследованием дел, надзором за полицией и защитой прав граждан.

Я внимательно смотрел на него, оценивая мимику. И пусть, сейчас он отчасти верил в свои слова, но ключевым моментом для прокурора были его личные интересы. Впрочем, то же самое можно сказать почти про любого человека на планете. А что до этого конкретного мужчины, стоило бы понять с кем я имею дело, прежде чем принимать решение. Потому как до этого я о Чон Ин Хване не слышал. Да и назначили его, судя по всему, буквально сегодня.

— Я вас услышал.

Тот подавил вздох, услышав формулировку ответа. Снова посмотрел в окно. Переведя взгляд на меня, уточнил.

— Могу я рассчитывать на вашу поддержку? Или это отказ?

Мне оставалось лишь обозначить лёгкое движение плечами.

— Это намёк на повторную встречу. Только вот говорить вам надо вовсе не со мной. А с человеком, который возглавляет “Партию Справедливости”. С Бён Хо Шоном.

Перед тем, как мужчина оказался в моей машине, охранник проверил его сканером. По идее, записывающей аппаратуры на нём быть не могло. Тем не менее, полевые условия оставляли место для случайности. Из-за чего я и решил перестраховаться. Даже если он ведёт запись и потом представит общественности только её часть, в моём распоряжении окажется полноценный файл с видеорегистратора. Который в том числе фиксировал и происходящее в салоне.

Прокурор понял всё правильно. Улыбнулся. Покивал. И попросил высадить его в ближайшем удобном месте, пообещав обязательно переговорить с Бён Хо после выборов в парламент.

Свою основную задачу он выполнил — мысль об отсутствии опасности со стороны прокуратуры донёс. Сомневаюсь, что он рассчитывал на нечто большее, встречаясь со мной таким странным способом.

Впрочем, у подобной схемы могли быть вполне логичные резоны. Так что, сразу как он покинул машину, я отправил сообщение в чат лидеров команд, попросив заняться анализом персоны Чон Ин Хвана. После чего бросил быстрый взгляд на водителя, который медленно катил по вечерней улице, ожидая распоряжения.

— Едем домой.

“Генезис” сразу же набрал скорость. А я откинулся на сиденье, приводя в порядок мысли. Которые снова закрутились вокруг пресс-конференции Бён Хо.

Реакция журналистов казалась более чем положительной. Некоторых из них даже можно было назвать восторженными. Тех, кто прежде сомневался, подкупила уверенность, с которой Бён Хо обрушил свой удар на бюрократическую машину и жёсткость его формулировок.

Телефон завибрировал сообщением от Мин Со Пэк, которая прислала свежую сводку прессы. Которая подтверждала то, о чём я уже догадывался. СМИ были заполнены новостями о новом лидере, который предотвратил переворот, а теперь шёл на президентские выборы. Заголовки рябили от пафосных фраз о "смерти старого мира" и "начале новой эры". Невольно складывалось впечатление, что половина сеульских журналистов работает в его предвыборном штабе. Собственно, скажи мне кто, что вся эта активность абсолютно бесплатна, я бы не поверил. По крайней мере точно не сразу.

Закончив с новостями, я переключился на мессенджер. Внутри ждал первый отчёт Хё Рин и Геон Шина, которые работали в режиме строгой секретности. Не посвящая в суть проекта даже Хён Ву и Мин Со. Я решил, что пока стоит повременить с откровенностями. Как ни крути, это дело разительно отличались от всего, с чем мы сталкивались раньше. И касалось лично меня.

Что до присланного документа, то отчёт по проекту "Хроникум" пока выглядел комплектом набросков. Единственное, что было подтверждено фактами - смерть троих подопытных, которые погибли в течение года после того, как выбрались из Бельгийского Конго.

Что касается смерти агента в Брюгге, попытки получить какую-либо информацию пока не увенчались успехом. Защита местных веб-ресурсов, на которых хранились данные, оказалась слишком хорошей.

По сути, сейчас оставалась всего пара вариантов. Либо запрос по официальным каналам, на который голландцы должны были отреагировать, либо поиск полевых агентов, готовых работать на месте.

Дочитав, откинулся назад, вновь прогоняя в голове всю информацию о "Хроникуме". Эксперимент в сердце колониальной Африки. Что они делали с этими людьми? Какие цели ставили? Могло ли это как-то отразиться на нынешнем времени и тех, кто остался в живых?

Самый простой вывод, который можно было бы сделать — некто произвёл манипуляции, которые притягивали сознания из моего мира именно к этим конкретным людям и их потомкам. При этом разбрасывая их по всей временной линии. Противовесов у этой теории было сразу два. Во-первых, даже окажись здесь кто-то, предполагающий, как можно провернуть подобную схему, технологический уровень девятнадцатого века выглядел не слишком вдохновляюще. Сложное медицинское вмешательство в организм при помощи тогдашних инструментов было попросту невозможным.

Во-вторых, сама мысль об условных путешествиях во времени, казалась бредом. Подобные исследования существовали и какое-то время ими активно занимались. Но после многочисленных неудачных попыток и громадного объёма потраченных средств, такие проекты стали уделом энтузиастов. Предположить, что некто мог поставить подобный эксперимент в конце девятнадцатого века и добиться успеха, было мягко говоря, сложно. Безусловно, мой случай намекал, что возможно всякое. Но я оказался в том же самом времени. Разница была лишь в технологическом прогрессе - местное общество солидно отставало от нашего.

Мозг лихорадочно пытался выстроить рабочую гипотезу, но каждая версия тут же распадалась на куски. Я снова прокрутил в голове те немногие факты, которые уже были известны: имена, даты, обстоятельства. Громадный пазл, в котором не хватало большинства частей.

Машина мягко свернула с шоссе на дорогу к дому и поморщился. Провёл рукой по лицу, стараясь отбросить в сторону мысли. Без дополнительной фактуры, выстраивание версий не имело ровным счётом никакого смысла. Лишь тратило мои ресурсы.

С недавних пор на территории около дома постоянно дежурила пара безопасников. Один из которых проводил меня от машины до дверей дома. Хорошо, что хотя бы не стал распахивать дверь. Учитывая, что Чжи могла встретить меня прямо на пороге, оказавшись при этом в весьма фривольном виде, мог бы выйти конфуз. Пожалуй стоило ускорить работы по выстраиванию тут полноценного защитного периметра. После завершения которого, охрану можно разместить во втором доме, убрав подальше от основного строения.

Впрочем, Чжи за дверью не оказалось. Как и в прихожей. Девушка нашлась в гостиной — сидела, задумчиво листая что-то на своём телефоне. Услышав меня, сразу же подняла голову и в уставших глазах сверкнула искорка довольства.

— Наконец-то мой генерал явился домой — произнесла она с лёгкой усмешкой, откладывая телефон в сторону. — Как твой день? Сколько сломал за сегодня ног? Как много новых трупов опустились на дно реки Хан?

Я усмехнулся, сбрасывая пиджак и подходя ближе. Опустившись в стоящее рядом с диваном кресло, задумчиво посмотрел на чашку кофе, над которым поднимался пар.

Девушка отреагировала сразу же.

— Вообще я варила его для себя, но если хочешь пей. Во мне и так слишком много кофеина.

Благодарно кивнув, я сделал глоток напитка. Повернул к ней голову.

— Удивительно, но все остались с целыми ногами. Да и реку Хан я сегодня решил не загрязнять. Никаких трупов. Только цивилизованные методы.

Чен чуть прищурилась, её взгляд стал более сосредоточенным.

— Пресс-конференция? Я всё видела. "Эта дата— день моей смерти", — процитировала она слова Бён Хо с театральным пафосом. — Довольно смело. И необычно. А теперь расскажи, что было за кулисами? Как прошли переговоры?

Я усмехнулся и снова отпил кофе.

— В клубе тоже всё прошло без неожиданностей. Представители чеболей, как и ожидалось, готовы поддержать нас. Конечно, с условиями.

Девушка цокнула языком и немного подалась вперёд.

— А подробнее? Не поверю, что главы чеболей так просто согласились играть по правилам. Что ты им предложил, раз они не задумали сбросить тебя в жерло вулкана?

Поставив чашку на маленький столик, я посмотрел на девушку и улыбнулся.

— Свободу для их бизнеса. Свободу от бесконечных налоговых проверок, выемок документов, арестов их людей и необходимости видеть врага в каждом полицейском или прокуроре, которому ты не платишь вторую зарплату.

Чжи задумчиво кивнула, прикусив губу.

— Хитро. То есть, ты предложил не власть, а равные возможности. Думаешь, они не попытаются тебя переиграть?

Я усмехнулся.

— Попытаются, конечно. Но рискнут начать только после того, как пройдёт какое-то время и у них появится ощущение, что они разбираются в ситуации. Тогда и появятся первые желающие нарушить новые правила.

Чжи вздохнула. Окинула меня взглядом.

— И ты оторвёшь им головы, чтобы насадить на пики нашей ограды.

Улыбнувшись, секунду помолчала, после чего неожиданно переключила тему.

— Как всё прошло с Хёнде? Ты ведь встречался с тем членом совета директоров сегодня?

Я медленно кивнул.

— С ним и с Ми Ён. А прошло всё удачно; Теперь у них будет два сопредседателя.

Чжи мгновенно напряглась. Выпрямившись, взглянула на меня совсем иными глазами.

— Какие именно сопредседатели?

Мне оставалось лишь выдохнуть.

— Те самые, что присутствовали на встрече.

Девушка прищурилась.

— Ми Ён станет сопредседателем Хёнде?

Увидев мой молчаливый кивок, поджала губы.

— Ащщщ... Вечно ты помогаешь всем подряд.

Я снова потянулся к кофе, а девушка порывисто поднялась с дивана, уткнувшись в меня взглядом.

— Знаешь, мне кажется тебе стоит отдохнуть. И снять напряжение.

Слегка приподняв брови, я вопросительно на неё посмотрел. Она же резко крутнулась на месте, исчезнув в одном из коридоров.

Несколько секунд я подождал. Когда стало ясно, что Чжи удалилась надолго, достал из кармана телефон, собираясь проверить задачу, которую по очевидным причинам не мог доверить никому из соратников. Но едва я вбил в поиск нужный запрос, как послышались лёгкие женские шаги.

Повернув голову, я невольно приподнял брови. Римская терма, безусловно врезалась мне в память. Но я не думал, что Чжи решит повторить эксперимент с образом из иной эпохи.

Сама девушка довольно улыбнулась, наслаждаясь произведённым эффектом и шагнула ближе.

— Думаю, пришла пора вознаградить своего повелителя, вернувшегося во дворец с победой.

Лукаво прищурившись, добавила.

— Конечно, если он не против.

Глава II

Я проснулся от лёгкого прикосновения к своему плечу. Открыв глаза, увидел улыбающуюся Чжи. Судя по её свежему лицу и короткому халату, в который она была одета, девушка поднялась чуть раньше меня и уже успела сходить в душ.

— Твоя очередь, мучитель египетских цариц. Только постарайся не задерживаться надолго.

Глаза девушки лукаво блеснули, а я потянулся и медленно поднялся с постели. Окончательно вынырнув из сонного марева только после быстрого контрастного душа, который заставил голову заработать.

Вернувшись в спальню, я обнаружил Чжи около окна, наблюдающую за садом. Услышав мои шаги, она чуть повернула голову.

— Готов к новому дню? — в мягком голосе легко угадывались нотки игривости, а на лице играла лёгкая улыбка.

Я чуть прищурился, пытаясь оценить её мимику. Пожал плечами.

— А я когда-то не был к нему готов?

Она развернулась ко мне, делая шаг вперёд.

— Скажи мне, бушующий нарвал, с чего начинается хороший день?

Теперь намерение девушки стало куда более очевидным. Впрочем, как быстро выяснилось, вопрос был риторическим. Спустя мгновение её руки обвились вокруг моей шеи и диалог стремительно перетёк в невербальную плоскость.

Как итог — к завтраку мы приступили лишь спустя полчаса. После того, как завершили неожиданную “беседу” и немного отдышались.

Пока мы неспешно позавтракали, Чжи рассказывала о последних новостях в компании. В какой-то момент девушка сделала короткую паузу и неожиданно переключилась на новую тему.

— Я размышляю над тем, чтобы вывести Чен Групп на публичный листинг. Может быть, стоит продать небольшой пакет акций. Пять процентов, максимум. Это принесёт дополнительные средства, которые можно вложить в новые проекты.

Я замер с палочками в руке. Глянув на неё, вопросительно приподнял брови.

— А как же деньги от продажи биодобавки? Там ведь должны быть солидные суммы.

Чжи поджала губы.

— Новых контрактов на поставки почти нет. Старые платежи ещё идут, но рано или поздно этот поток иссякнет. К тому же не забывай, что изначальной целью было перекрыть бюджетный разрыв у Чен Фармасьютикал. Да и производство нам пришлось несколько расширить.

Я тихо хмыкнул.

— Ещё есть банки с их кредитными линиями. И другие варианты. Деньги достать можно. Основной момент — понимать, для чего именно они нужны. И оценить точный объём.

Чжи улыбнулась.

— В целом ты прав. Но....

Девушка на миг замялась. Потом всё же закончила свою мысль.

— Забираться в кредитную кабалу я не хочу. Как и жить за твой счёт. Так знаешь-ли недолго привыкнуть. Оглянуться не успею, как из молодой драконицы превращусь в живущую на всём готовом нахлебницу. А ты нырнёшь в постель к той, которая ещё способна выдыхать пламя и подниматься в небо.

Вдохнув, я посмотрел на неё и девушка чуть смутилась.

— Ащщщ... Что? Почему так смотришь?

Усмехнувшись, я отложил в сторону палочки и потянулся к кофе.

— Не ожидал такое услышать сегодня утром, вот и всё.

Чжи нахмурилась, а сам я немедленно продолжил.

— Тем не менее, есть другой способ получить деньги. Ты можешь продавать акции миноритарным инвесторам, не выводя компанию на биржу. Привлеки двадцать тысяч корейцев в качестве мелких собственников. Сделай каждого воином Чен Групп, которые станет сражаться за неё, потому что ощущает сопричастность. Получи тысячи рекламных агентов, которые ещё и заплатят тебе за эту возможность.

Дискуссия о реальности привлечения такого количества микро-инвесторов и их полезности, затянулась на следующие десять минут. Техники воздействия на разум я не использовал принципиально, но в итоге вышло убедить Чжи и без них. Вернее, заинтересовать девушку потенциальной возможностью.

К моменту, когда обсуждение завершилось, с завтраком и утренним кофе было покончено. А спустя четверть часа, за которые девушка перебрала несколько вариантов нарядов, мы разъехались по своим офисам.

Ещё пара минут у меня ушла на то, чтобы переключиться в рабочее состояние. Теперь мои эмоции ничем не отличались от восприятия обычного человека. Разве что самоконтроль был намного лучше. Так что, я не мог моментально отсечь недавнее утреннее приключение и приступить к делам. Впрочем, много времени у меня это всё равно не заняло.

Первое, что я сделал — открыл свежие медийные сводки. Они приходили регулярно и давали полное понимание того, как журналисты и публика реагировали на вчерашнюю пресс-конференцию Бён Хо. Параллельно отслеживая все важные события в жизни Кореи и упоминания списка лиц, который имелся в распоряжении команды маркетинга.

Сводки были сугубо позитивными. Все ключевые каналы осветили вчерашнее выступление как важное политическое событие. Заголовки варьировались от "Человек, изменивший правила игры" до "Бён Хо: новый лидер, который обеспечит процветание Кореи". Статьи пестрили упоминаниями о его твёрдости, решительности и харизматичном выступлении, которое озарило политический ландшафт страны. Негатива почти не встречалось. А тот, что имелся, спросом не пользовался — аудитория реагировала на подобные материалы без всякого энтузиазма. Что было логично - прогремевший скандал обеспечил им достаточное количество отрицательных эмоций, так что теперь они жаждали позитива.

Я пролистывал присланные материалы, оценивая данные. В целом всё шло по плану. Уровень узнаваемости Бён Хо резко подскочил — это было видно по онлайн-опросах, которые мы проводили через наши информационные ресурсы. Да и предварительные выкладки рейтинговых агентств говорили о том же самом.

Уверен, рейтинг Бён Хо сейчас тоже уверенно полз вверх. Первые результаты социологических опросов должны были увидеть свет вечером. Но как мне казалось, они полностью оправдают мои ожидания.

Конечно, это был только предварительный эффект, но он был настолько мощным, что закладывал серьёзный фундамент для развития. И обеспечивал крайне эффективный старт. По сути, нам оставалось лишь не допустить серьёзных ошибок и не позволить конкурентам полить Бён Хо грязью. Этого будет более чем достаточно для убедительной победы на выборах.

Правда был ещё один нюанс — кандидаты в депутаты Национального Собрания. Хё Рин прислала углубленные данные по некоторым фигурам, которые вызывали у женщины вопросы и пару мне пришлось забраковать. Слишком уж много всего имелось за их плечами.

Закончив с анализом претендентов, я открыл отчёт расследования по “Хроникуму”, который пришёл буквально несколько минут назад.

На этот раз Хё Рин с Геон Шином добились куда более впечатляющего прогресса. Отыскали троих потомков подопытных, которые угодили в психиатрические больницы, где благополучно скончались. Причём, как минимум двое, умерли своей смертью. Конечно, если не рассматривать варианта, при котором некто решил устранить глубоких стариков, не располагающих ни единым шансом выбраться из психиатрического стационара.

По поводу третьего имелись вопросы — причиной смерти была указана болезнь. Но никаких веских доводов в пользу его убийства тоже не имелось.

Плюс, удалось обнаружить ещё двоих потомков. Один не представлял собой ничего интересного, до конца своей жизни проработав в ресторане. А вот второй попал под арест за мошенничество на бирже. После чего получил по этому обвинению солидный срок. Этот человек проводил сделки, приносившие ему баснословную прибыль, осуществляя их настолько филигранно, что суд посчитал сам факт их выполнения, достаточным доказательством. Мол, если кому-то повезло пару раз — это ещё можно объяснить проделками судьбы. Но вот серия из шестнадцати успешных сделок, которые суммарно принесли тысячи процентов прибыли к его изначальному бюджету, это уже нечто иное.

Я как раз заканчивал изучать короткое досье, которое они составили по последней фигуре, когда в верхней части экрана появилось новое уведомление. Из чата, посвящённого “Хроникуму”, где помимо меня находились только Хё Рин с Геон Шином.

Послание отправила женщина. И надо сказать, его содержание наталкивало на определённые мысли.

"Похоже, мы не первые, кто пытается раскопать эту историю, сонбэним. Кто-то прошел по тем же следам за несколько лет до нас."

Я нахмурился, а она сразу же отправила ещё одно сообщение.

“Через минуту сброшу отчет."

Файл с детализированными данными появился в чате даже быстрее. А изложенные в нём факты не слишком радовали. Кто-то двигался по тому же следу, что и мы сейчас. Только несколько раньше — примерно за пять-шесть лет до нашего расследования. По крайней мере, в каждой из этих психиатрических клиник уже интересовались личностями их пациентов и просили доступ к архиву. Даже основание было таким же — формально их требовал специалист для написания научной работы.

Чат завибрировал новым посланием:

"Те же фигуры и те же методы, что у нас. Они идут по тому же следу. И возможно смогли добиться успеха. Или организовали засаду и ждут. Нам нужно быть осторожнее, сонбэ."

Я развернул на экране клавиатуру, собираясь набить ответ, но женщина продолжила.

“Я нашла немецкое детективное агентство. Они могут заняться делом корейца, который погиб в Бельгии, плюс стать нашим основным подрядчиком в этом деле.”

Мои пальцы заскользили по клавиатуре, отправляя подтверждение и запрашивая новую информацию. Ход я оценил практически сразу. Использовать немцев в качестве ширмы, через которую будут реализовываться все задачи — неплохои решение. Вопрос только в том, как скрыть конечного заказчика от них самих, не допустив утечки информации. Потому как если до них доберутся, то основная часть вопросов будет связана с клиентом.

Впрочем, свой план у Хё Рин имелся. На самих немцев она вышла при помощи давнего знакомого корейца. Друзьями они не были, но контакт поддерживали давно и женщина была в нём более или менее уверена. А единственное, что она ему сообщила — факт наличия клиента, которому требуются детективы на территории Европы.

Теперь же, они на пару с Геон Шином разработали детализированную легенду. Парень отыскал в сети качественный пакет документов на гражданина Австралии. Создав с его помощью личность ещё одного корейского эмигранта. Несуществующего, понятное дело. Именно от его имени и поступит заказ в немецкое агентство.

Изложив основной концепт схемы, Хё Рин продолжила.

"Для самих немцев подберем еще одно агентство. Небольшое, которое станет выполнять роль хаба для любых их запросов. Естественно, за соответствующую плату. Получится двухуровневая система маскировки. А при самом плохом раскладе, противник уткнётся в фальшивого австралийца. "

На самом деле, при максимально негативном для нас исходе, враги выяснят, кто такая сама Хё Рин и обратят внимания на “Бушующего Кита”. Но это и так было очевидно, так что поправлять женщину я не стал. Вместо этого дал указание приступить к делу, одобрив план.

Собственно, техническая часть уже была частично готова. Документы оказались у Геон Шина через минуту после того, как я в целом согласился с идеей внешней ширмы. Теперь оставалось открыть на них счет в одной из непрозрачных юрисдикций, который можно было бы пополнять криптовалютой и создать аккаунты в мессенджерах. Плюс, подготовить качественную модель голоса для переговоров по телефону.

Ключевым звеном в системе должен был стать тот самый кореец, работающий на немецкое агентство. Хё Рин объяснила ему, что у нее есть задача, но почти ничего не раскрыла о заказчике и целях расследования. Ему предстояло свести детективов с подставным австралийцем. Деньги на оплату услуг пойдут через офшорную компанию, зарегистрированную в одной из дальних юрисдикций. Платежи будут поступать в криптовалюте — еще один уровень безопасности. Все это было продумано до мелочей.

Закончив беседу, я отложил телефон. Вздохнув, посмотрел в окно. Если кто-то прошёл той же самой дорогой несколько лет назад, он вполне могу получить нужный результат. То есть отыскать всех потомков подопытных, выяснить их личности и после этого реализовать те задачи, ради которых всё это затевалось.

Или нет. Потому как, мой прадед в том списке тоже был. И его биографию наверняка проверяли. Конечно, поиск в Корее был осложнён громадным количеством одинаковых фамилий и массовой потерей документов. Сначала японская оккупация, потом гражданская война со всеми её прелестями. Редкие архивы пережили те события в целости. Тем более речь шла не торговце, аристократе или военачальнике. Отыскать требовалось обычного крестьянина.

На момент я даже допустил мысль, что всё это безумное совпадение. И в Бельгийском Конго оказался однофамилец, который со мной никак не связан. Потом прикинул вероятность подобного и издал ещё один печальный вздох.

Один из основных вопросов, который сейчас крутился в голове, касался личности неизвестного. Первый вариант — аргентинский конкурент. Уверен, у него хватило бы денег, чтобы финансировать подобное расследование.А разработанные им технологии, указывали на его связь с моим прошлым миром. Он мог бы разыскивать тех же людей и те же улики, что мы. Руководствуясь идентичной мотивацией — разобраться в происходящем.

Другой вариант — третьи лица, о которых я пока ничего не знаю. Человек или группа людей, которых по каким-то причинам заинтересовал этот проект.

Третья версия - правительственная организация, которая тщательно маскировала свою работу, действуя в формате частных лиц и не привлекая лишнего внимания. Возможно вовсе группа отдельных специалистов из какой-то структуры.

Ещё один важный момент — эти неизвестные расследователи вполне могли быть связаны с гибелью корейца в Брюгге.

Разум зацепился за эту мысль и покрутив её какое-то время в голове, я отправил в чат ещё одну команду — получить доступ к личным данным Лаваньена и всего его окружения, тщательно проверив все контакты французского актёра. Плюс всех, с кем он в последнее время общался. Да, дополнительную нагрузку на техническую команду, это обеспечит неплохую. Но для такой задачи вполне можно привлечь Сэ Ян Бэ и пару новых стажёров, которых постепенно начинали подпускать к второстепенным задачам.

Геон Шин подтвердил, что вопросом займутся немедленно., А потом сбросил мне отчёт о готовности нашей собственной корпоративной системы связи. Последние дни он разарабывал комплексную систему, которая позволила бы передавать данные без риска быть перехваченными. Сейчас мы нуждались в этом как никогда. Потом как мессенджер, это безусловно удобно. Но функционал у него ограничен. Плюс, получив физический доступ к устройству, вполне можно заполучить доступ к переписке.

В корпоративном комплексе, который он проектировал, должно было быть всё: от защищённой почты до собственного облака — всё это на базе собственного софта, который можно было использовать исключительно на корпоративных устройствах. Геон Шин адаптировал даже браузер, чтобы исключить любые риски утечки. Да, при таком раскладе имелись и минусы - переписываться можно было исключительно с теми людьми, у которых имелось устройство, относящееся к системе. С точно таким же внутренним софтом. Да и интерфейс программ оставлял желать лучшего.

Тем не менее, это позволяло обеспечить максимальный уровень защиты. К тому же выход в сеть всё равно был возможен. Через антидетект браузер с открытым кодом, который допилил Геон Шин.

Единственным возможным способом взлома оставался физический доступ к устройствам оставался. Для чего требовалась биометрия сотрудника, плюс его пароль. При этом любое устройство могло быть удалённо заблокировано. В каждое из них была загружена неотключаемая электронная сим-карта одного из международных операторов. Постоянно находящаяся в сети. В теории устройство можно было выключить, но для подобного тоже требовалась биометрия. А кнопка выключения была сделана так, что автоматически сканировала отпечаток пальца. И если он не совпадал с зарегистрированным, блокировала его, отправляя сигнал тревоги.

Обнаружив в отчёте строчку о том, что первая партия планшетов будет готова уже завтра, я удовлетворённо хмыкнул. Теперь вся информация, которой я и моя команда оперировали ежедневно, будет в полной безопасности. В то числе данные по расследованию “Хроникума”.

Спустя минуту водитель остановил машину около здания офиса, а я, ответив на приветствия охранников, двинулся наверх.

Поднявшись, быстро пробежался по плану реализации медийной компании, который сбросила Мин Со, сделав пару мелких пометок. С работой девушка справлялась на отлично. Вот только объём наших личных контактов в последнее время предпочитала сознательно ограничивать. Причина казалась очевидной и на первый взгляд никакой угрозы не несла. По крайней мере в текущем моменте. Но позже с этим надо будет что-то придумать.

Закончив, увидел ещё одно сообщение в чате по “Хроникуму” — Хё Рин сбросила ориентировочную сумму бюджета, который потребуется для изменения формата операции. Учитывая два детективных агентства и дополнительных людей, которых они станут привлекать для выполнения задач. Вышло, мягко говоря, немало. И пусть на счетах компании пока с лихвой хватало денег на всё, в ближайшем будущем стоило озаботиться вопросом прибыли.

А потом, когда я откинулся в кресле и собрался попросить кого-то из безопасников принести мне кофе, завибрировал телефон. Высветив несколько неожиданное имя абонента — звонил Аун Кья Лин, глава бирманского правительства.

Чуть помедлив, я принял вызов и в динамике послышался глухой и тяжелый голос бывшего полевого командира.

— Мин Джин Хо, когда ты говорил про выборы в парламент, то обещал, что их можно будет сделать чистой формальностью. А теперь тут целая банда напыщенных идиотов, которые суют свой нос в каждую пыльную щель. Сделай что-нибудь или я их прямо сейчас отдам приказ поставить их к стенке!