Огни мёртвого города

Глава 1, в которой потихоньку начинается Конец света

Все события и персонажи вымышлены, любые совпадения случайны.

В этот город на Волге "Конец Света" пришёл как-то обыденно, можно даже сказать, скучно. Ближе к вечеру, пропал Интернет. В остальном же, жизнь продолжалась без особых изменений...

Программист-фрилансер Константин Зайцев, хоть и сидел постоянно во Всемирной Паутине и деньги там же зарабатывал, но отключение Интернета его не особо огорчило. Такое случалось регулярно, хотя и очень редко. Где-то раз в пару месяцев.

Поэтому Константин не сильно расстроился и решил использовать "передышку", дабы размяться и немного убраться по дому. Примерно через час с уборкой в квартире было покончено, и Костя снова уселся за компьютер. Увы, но Интернет не появился, что опять же, было воспринято, как возможность заняться другими делами, типа разбора скаченных файлов, да просмотра пары фильмов, которые давно ожидали, когда их посмотрят, но до которых всё руки не доходили.

За этими делами время тянулось быстро, плюс ужин, плюс обычные ежевечерние дела по дому, так что парень спокойно досидел до темноты. Интернет по-прежнему не появился и поэтому Константин решил пораньше лечь спать.

Таким он и запомнил этот "последний день нормальной жизни".

***

Ночь прошла спокойно, разве что за окном, вдалеке, несколько раз слышались хлопки, похожие на фейерверки, которые будили парня на короткое время. За исключением этого, ночь никаких сюрпризов не преподнесла.

Сюрпризы начались наутро. Встав еще затемно, Костя обнаружил, что электричества в квартире нет. Не было также холодной и горячей воды. Газ в плите также отсутствовал.

Взяв в руки свой смартфон, Костя почти не удивился, когда увидел на экране надпись "Сеть не найдена".

Ещё толком не осознав случившееся, парень вспомнил про стационарный телефон, которым он почти не пользовался, но который держал "на всякий случай", вроде вызова пожарных или скорой помощи. Взяв в трубку в руки, он услышал... Да ничего он не услышал, трубка молчала.

" - Это чего-то как-то не того... - появилась первая тревожная мысль. - Бред какой-то!"

Неприятно пораженный утренними открытиями, Костя вернулся в постель и быстро уснул.

Когда он проснулся во второй раз, за окном уже рассвело. На настенных часах стрелки показывали почти девять утра.

Одевшись и выдвинувшись на кухню, Константин с ещё более неприятным чувством констатировал, что коммунальные блага по-прежнему отсутствуют. Этот факт его встревожил не на шутку.

Если бы не работали только несколько из этих вещей, то это не страшно - починят по любому. Но когда не работают все сразу... Такого на его памяти ещё не бывало. Это начинало сильно тревожить.

Стало ясно, что придется вылезать из своей уютной квартирки и что-то предпринимать.

Позавтракав кукурузными хлопьями и запив это дело холодной водой, остававшейся в чайнике, парень решил выйти на улицу, дабы, так сказать, разведать обстановку, а заодно и прикупить в магазине пятилитровую бутыль с водой, если их там ещё не смели с полок. Одна такая бутыль в квартире была, но кто знает, на сколько дней отключили воду? Поэтому ещё одна-две бутыли не помешают.

Одевшись и выйдя в подъезд, Костя подошел к лифту и по привычке надавил на кнопку. Прошла пара секунд, прежде чем до него дошло, что лифт не работает, да и не может работать без электричества...

Двинувшись по лестнице вниз, парень обнаружил на междуэтажной площадке двух соседей дедков, которые оживленно переговаривались. Поздоровавшись и вклинившись в их беседу, Костя узнал, что электричество и всё остальное отключили ещё вчера - поздним вечером.

Рассказав об этом парню, старики вернулись к своему спору о природе происходящих событий. Один с жаром уверял, что началась война и скоро "нам всем крышка". Другой же отстаивал теорию техногенной катастрофы, нес околесицу про "износ инфраструктуры", однако при этом доказывал, что не всё так плохо...

Решив не тратить время на выживших из ума старпёров, Костя продолжил спуск по лестнице. Выйдя из подъезда, он увидел во дворе несколько небольших скоплений людей, состоящих, в основном, из окрестных жителей.

Влившись в ближайшую людскую кучку, он услышал, как полузнакомая женщина громким голосом рассказывала трагическую историю их соседки с первого этажа - бабки Илинишны, у которой чего-то там прихватило под утро, а скорую помощь вызвать не удалось. Телефоны ведь не работают, и что теперь делать, неясно.

Стоящие рядом тетки сочувственно кудахтали.

Костя, конечно же, не был чёрствым человеком, и эту Илинишну ему тоже стало жалко, но... не для этого он вышел из дома.

Подойдя к другой толпе, состоявшей в основном из пожилых мужиков, он услышал более интересные разговоры. Прямо сходу парень узнал, что с утра окрестные продовольственные магазины не открылись, а когда откроются и откроются ли вообще - неизвестно.

Услышав такие вести, Константин задумчиво потер подбородок.

"- Вот тебе и сходил за водой, - удрученно подумал он. - А если воды не будет дня три, то где тогда воду брать? Не на Волгу же за ней идти..."

В это время к толпе присоединились ещё несколько пенсионеров, один из которых с возмущением рассказал, что магазины по-прежнему закрыты, но зато открыт павильончик "У Самвела". И этот самый Самвел сейчас продает пятилитровые бутыли с водой по цене - тысяча рублей за штуку. А буханку позавчерашнего хлеба - за пятьсот рублей. Причем, барыга сразу заявляет, что товар ограничен, и цена будет только расти.

При этом известии в толпе послышались негодующие возгласы.

- Ноги моей у него там не будет! - трясущимся от возмущения голосом выкрикнул какой-то сухой очкастый старикашка.

Костя подумал, что сейчас этого торгаша начнут крыть последними словами, но тут же нашлись защитники, которые стали вспоминать, как этот Самвел делал им скидку на просрочку и иногда отпускал товар в долг. Началась дискуссия - хороший он торгаш или не очень...

Парень не знал этого Самвела, и в подобные маленькие магазины заходил крайне редко. Поэтому, ему стало неинтересно. Он выбрался из толпы и решил сам пройтись до магазинов на Продольной, дабы лично проверить услышанную информацию.

Костя уже двинулся к выходу со двора, когда услышал, как только что вошедший во двор мужик громко рассказал про свой поход к нескольким крупным гипермаркетам, что находятся в паре километров от них. По его словам, эти магазины сегодня тоже не открылись, и открываться не собираются.

Ещё один мужик рассказал, что видел, как "за дорогой" из аптеки какие-то "подозрительные бугаи" выносят и грузят в машины большие коробки.

От этой новости почему-то стало жутковато, и Костя решил, не теряя времени, глянуть, что делается в округе, выйти к Продольной и попытаться узнать там о текущей ситуации.

Отойдя от толпы и проходя мимо легковушек, припаркованных возле дома, Костя краем уха услышал, что два мужичка возле одной из машин разговаривали о том, что "дороги в центр перекрыты". Заинтересовавшись, парень притормозил, но мужички замолчали, сразу уставившись на него с подозрительным видом. Глядя на их глуповатые рожи, Костя решил не соваться к ним с вопросами, а найти более серьезные источники информации. Поэтому он двинулся дальше, покинув свой двор.

Город, в котором проживает Константин, называется Волгоград, и известен, в основном, по Сталинградской битве, проходившей в нем во время Великой Отечественной войны. Но не все знают особенности этого города, главная из которых в том, что данный населенный пункт вытянут вдоль берега реки Волги, а через весь город проходит всего одна магистраль, неофициально называемая "Второй Продольной".

Дом Константина расположился в северной части Кировского района, в жилом микрорайоне между Второй Продольной и Волгой. Называлось эта местность "Аванград", в честь бывшего одноименного кинотеатра, превращённого ныне в "центр культуры и досуга", который стоит рядом с автомагистралью. Именно к нему сейчас и направлялся Константин.

Выйдя со двора, парень оказался на широком бульваре, поросшим деревьями, который тянулся от "Авангарда" почти до Волги. Для начала Костя решил дойти до Второй Продольной, чтобы посмотреть, что там делается и, может быть, узнать, как обстоят дела в центре города.

Вокруг, кучками, стояли люди. В основном, почему-то, пожилые. Быстрым шагом, за несколько минут, парень дошел до "центра культуры и досуга". Обогнув его, он миновал небольшую площадь между "Авангардом" и Второй Продольной и вышел к пешеходному переходу через дорогу.

В обычные дни здесь всегда очень оживленно. Весь день по магистрали сплошным потоком двигались машины, автобусы, маршрутки... На остановках по обеим сторонам дороги толпились люди...

Но сейчас, дорога оказалась совершенно пустой. Однако на остановке, по направлению к центру, волновалась толпа. Как только Костя подошёл к остановке, к ней тут же подрулила маршрутная "Газель", к которой сразу же ломанулось множество людей. Из открывшейся же двери вылез всего один человек. Подошедшие люди, почему-то не полезли внутрь, а начали что-то выспрашивать у водителя. Через короткое время, люди из первых рядов, развернувшись, начали пробираться назад. Их место заняли другие. Между тем, у тех, кто не полез внутрь, были странные лица. Этакие недоуменно-оскорбленные.

Заведя разговор с ближайшим дедком, Костя узнал, что автобусы сегодня не ходят. Стоявшая рядом женщина ввернула фразу, что слышала от знакомой, что якобы рано утром автобусы ходили, но потом куда-то пропали.

Сейчас же, по словам собеседника, по дороге ездили только редкие частные маршрутки, которые драли за проезд бешеные деньги. Чтобы добраться "до центра" просили пятьсот рублей.

Также словоохотливый старик сообщил, что слышал, что дальше, через несколько километров, при въезде в Советский район, возле заправки, дорога перекрыта. Костя вспомнил, что в том месте находится перекресток, на котором от Второй Продольной, вправо, в сторону Волги, вела дорога, которая через несколько сотен метров соединялась с Первой Продольной - ещё одной длинной магистралью, которая начинается в этом месте и идёт, параллельно со Второй Продольной до самой северной окраины города. По этой трассе и направлялись в центр немногочисленные маршрутки. Почему была перекрыта Вторая Продольная - никто не знал.

Один мужик, подходивший только что к маршрутке, сказал, что эта едет по другому маршруту - пробираясь в сторону центра, окольными путями через частный сектор с левой стороны от Второй Продольной. За проезд просят уже шестьсот рублей.

Больше ничего ценного узнать не удалось. Но все почему-то уверены, что электричество и прочие блага отключены во всем городе.

Отойдя от остановки, Костя посетил несколько магазинов крупных торговых сетей, в которых он обычно делал покупки. Оба оказались закрыты, и перед каждым собралась небольшая толпа. Одни люди возмущались, другие чесали языком, а третьи стояли с таким видом, словно твёрдо собирались стоять тут и ждать, пока магазин не откроют. Все встречные на пути парня павильончики также стояли закрытыми. Внутри некоторых виднелись люди, но на дверях красовались таблички "Закрыто".

Постояв рядом с магистралью и немного поглядев на редкие легковые автомобили, набитые людьми и проезжающими в обоих направлениях, парень вернулся домой.

Не теряя времени, он провел осмотр своих запасов. В наличии оказалась пятилитровая бутыль с питьевой водой, десяток консервов, несколько пачек лапши и растворимой каши, а также полбуханки позавчерашнего хлеба. Плюс немного овощей и разных круп, приготовить которые без помощи газа или электричества невозможно.

В любом случае, имеющихся запасов вполне хватало, чтобы кое-как продержаться несколько дней.

Перекусив консервами и чёрствым хлебом, Константин взял планшет, в котором ещё не сел аккумулятор: посмотрел хороший фильм, послушал музыку, после чего задремал на диване.

Когда Костя проснулся, часы на стене показывали час дня. Чувствуя себя, как выжатый лимон, парень поднялся с дивана и прошелся по квартире, проверяя, что изменилось. Как выяснилось, всё осталось по-прежнему. Ни электричества, ни воды, ни газа...

"- Вот, блин! - только и подумал Костя, возвращаясь на диван. - Херня какая-то! И ведь непонятно, из-за чего это все? Отключили Интернет и я как слепой котёнок - ничего не знаю... Даже телевизор не посмотреть. Раньше, хотя бы были радиоточки. Может быть, и сейчас они где-то остались, но не факт, что работают".

Тут же, от досады, он чуть не хлопнул себя кулаком по лбу.

Радио!

Ругнувшись на себя, что ещё утром не додумался до этого, парень быстро достал свой смартфон, воткнул в него наушники и запустил радио. Включив автопоиск, он тут же наткнулся на работающую волну.

На одной из волн FM-диапазона, вместо музыки раздавался монотонный мужской голос. Он сообщал, что в связи с невозможностью обеспечить подачу электричества, производится временная эвакуация населения. Слушателей сего сообщения призывали перекрыть газ, воду и отключить от сети электроприборы, после чего, без паники, взяв документы и личные вещи, проходить к ближайшему пункту эвакуации. Местонахождения данных пунктов будут сообщать передвижные автомобили с громкоговорителями, а также полицейские патрули.

Данное сообщение крутилось без остановки. С тупым выражением лица, Костя прослушал его несколько раз, а затем почувствовал, что его вот-вот вырвет. Такие новости уже не лезли ни в какие ворота.

В расстройстве подойдя к окну и взглянув во двор, он увидел стоящие там кучки людей и вдруг обратил внимание, что где-то в отдалении слышны невнятные звуки громкоговорителя. Видимо, где-то рядом стояла или ехала машина с громкоговорителем.

Подумав, что народ внизу, скорее всего, ничего про эвакуацию не знает, парень решил сообщить эту "благую весть" соседям и посмотреть на их реакцию.

Глава 2, в которой всем предлагают пройти с вещами на выход

Выйдя из подъезда на улицу и подойдя к одной людской кучке, Костя не стал сразу вываливать свою информацию, а решил послушать, что говорят.

К его удивлению, об эвакуации тут уже знали. Более того, парню сообщили, что слышимые сейчас звуки доносятся не от машины с громкоговорителем, а от "Авангарда", рядом с которым уже сейчас всех желающих сажают в автобусы и вывозят в неизвестном направлении.

В глазах у него помутилось. Костя считал, что у него крепкие нервы, но события этого дня просто подкосили его. Отойдя от толпы, парень и сам не заметил, как добрался до "Авангарда".

Обойдя здание бывшего кинотеатра, он увидел на площади массу народу. Как раз отъезжал автобус. Внимательно глядя на него, парень отметил, что народу внутри не очень много. Все пассажиры сидели и даже были свободные места.

Тут же подошел следующий, обычный маршрутный автобус, открывший передние двери. Какой-то молодой мужчина в коричневом костюме, вставший возле входа, через громкоговоритель начал агитировать граждан не стесняться и занимать места в автобусе, который отвезёт их в "место временного размещения".

Всё это, до смешного, напоминало зазывание на туристическую экскурсию. Однако рядом никто не улыбался. Константин видел, что люди с отрешёнными, тупыми лицами стоят и просто наблюдают. Неподалеку от автобуса стояло несколько кучек полицейских, которые также выглядели растерянными и отрешёнными.

От толпы вдруг отделились несколько женщин, которые подошли к парню с матюгальником. Они что-то спросили, а тот отвечал, показывая на двери.

К автобусу подошло еще несколько людей. Первые женщины начали забираться в автобус. Из толпы показался мужичок с чемоданчиком, ведущий за собой жену и двоих детей.

- Какие идиоты... - с жалостью сказал кто-то позади.

Обернувшись, Костя увидел женщину, которая скрестив руки на груди, с неудовольствием смотрела на входящих в автобус людей.

- Раньше не так было, - подал голос какой-то пожилой мужичок. - Я в восемьдесят шестом, в Припяти жил. Так нас там быстро всех в оборот взяли. Приказали и всё. Подогнали автобусы прямо к подъездам и быстро всех погрузили. Кто умный был, сразу сел, а кто рядом бродили, те нахватались радиации.

- Ну и чего вы сейчас не садитесь? - ухмыльнулся какой-то парень в кепке.

- Ну, это уже другой вопрос, - смущенной улыбкой улыбнулся мужичок и бочком-бочком начал выбираться из толпы.

Окружающие посмотрели ему вслед, а затем обернулись к автобусу. Посадка там происходило вяло, хотя парень с мегафоном старался изо всех сил, убеждая всех не терять времени и отправляться во временный лагерь, где каждому предоставят крышу над головой и горячую еду.

В который раз за день Константину стало жутко. Он готов был терпеть лишения несколько дней, пока не вернутся блага цивилизации, но куда-то ехать и там жить... Нет. До этого он ещё не дозрел.

В стороне послышались хлопки. Костя подумал было, что это где-то идиоты развлекаются фейерверками, но люди рядом заволновались.

- Стреляют, стреляют, - зашуршало над толпой.

Тык-тык-тык, - слышалось издали.

Толпа зевак начала стремительно рассасываться. Менты возле автобуса тоже заволновались и выглядели при этом весьма беспомощно. Один мужчина-зазывала не растерялся:

- Спокойно, граждане, без паники! Активнее проходим на посадку! - надрывался он в мегафон.

Уже севшие в автобус люди выглядывали из дверей с озабоченными лицами. Мужик, убрав громкоговоритель от лица, что-то говорил им, явно успокаивая.

Видя, что все вокруг расходятся, Константин тоже двинулся прочь. Люди шли быстрым шагом. Какие-то подростки побежали со всех ног.

Дойдя по бульвару почти до дома, парень вдруг заметил, что выстрелов уже не слышно. Он, как и окружающие, еще некоторое время прислушивался, но затем успокоился. Некоторые люди оглядывались с тупыми лицами. Другие снова потянулись к "Авангарду".

Костя же стоял, задумчиво почесывая рукой небритый подбородок. Идти домой не хотелось - смысл какой? Раньше его квартирка представлялась крепостью, но сейчас, без воды, газа, компьютера и Интернета, это уже не крепость, а непонятно что... На душе стало на редкость погано.

"- Нет! - пришла здравая мысль. - Надо успокоиться и всё хорошенько обдумать!".

Дабы привести мысли в порядок и немного расслабиться, парень решил прогуляться до берега Волги. За спиной снова зазвучал голос, усиленный мегафоном и призывающий граждан садиться в автобусы.

Костя двинулся по бульвару и вышел к улице Кирова, состоящей из двух дорог, разделенных зеленой зоной - этакий проспект, который тянулся по северной части Кировского района, параллельно "Второй продольной".

По дороге, в сторону центра, ехал грузовик, в кузове которого стояла мебель. Провожая его взглядом, Костя заметил среди мебели пальму в кадке.

"- Бред какой-то! - подумал парень. - Нашли время переезжать. Или же они решили эвакуироваться вместе со всем барахлом? Идиоты что ли?".

Перейдя улицу, Костя двинулся дальше, через небольшой скверик. Деревья кончились, уступив место пустырю. Справа, за забором, осталась небольшая церковь с красными стенами, зеленой крышей и большими белыми окнами. Рядом со входом в храм толпился народ.

После церкви, справа потянулись склады, а слева расположился жилой квартал, где вдоль железной дороги высились две белые свечки-шестнадцатиэтажки и автостоянка.

Впереди показалась насыпь железной дороги. Дорога к берегу проходила под насыпью в небольшом пешеходном тоннеле. Навстречу шли мужчина с женщиной. Каждый нёс в руках по ведру с желтоватой волжской водой.

"- Интересно, зачем им вода из реки? - подумал парень. - Ей разве что в туалете смывать. В пищу вряд ли употребишь. Даже если через фильтр пропустить. Хотя, если прижмёт..."

- Здорово, Заяц! - раздалось за спиной.

Парень обернулся и увидел Алёху - своего бывшего одноклассника. В руках тот держал два пустых ведра.

Алёха был редким придурком и некой достопримечательностью их округи. Окончив школу, где он каким-то чудом ни разу не остался на второй год, этот дебильчик, к удивлению всех, смог охмурить дочку богатых родителей. Тесть-миллионер устроил его на учебу в университет, а после взял на работу в свою фирму, которую молодой "гений" едва не разорил. С тех пор Алёха успел открыть целую кучу разных бизнесов, каждый из которых благополучно прогорал. Однако деньги и связи тестя не позволяли Алёхе разориться, и он на полном серьёзе считал себя крутым бизнесменом. Характер у него также был чмошный, так что никто из одноклассников с ним не общался. Однако сейчас, Костя обрадовался встрече. Ведь тесть этого идиота имел тесные связи с чиновниками городской и областной администраций, а значит Алёха, возможно, знал что-то о происходящем.

Решив непременно выудить у него какую-нибудь ценную информацию, Костя пошел рядом, на ходу рассказал об эвакуации у "Авангарда", после чего спросил мнение балбеса о происходящем.

Однако болван пропустил важный вопрос мимо ушей.

- Ты лучше скажи, Заяц, - сказал он. - Чего ты не женишься? Уже за тридцать тебе, а ты всё один. Как ты жить дальше думаешь?

- Да погоди, Алёха! Я тебя про дело спрашиваю.

- И я тебя про дело! Вот у меня семья, мы вместе - сила, а ты что?

"- Идиот! - только и подумал парень. - Ну, какой же он идиот!".

Между тем, парни миновали тоннель, прошли немного по пустой дорожке и, преодолев несколько спусков, вышли на берег Волги. Спустившись по наклонным бетонным плитам, которыми был облицован берег, они подошли к самой воде. По пути им навстречу попались несколько мужчин с полными ведрами. Только сейчас Костя заметил, что Алёха обут в высокие резиновые сапоги. Возможно, балбес делал сюда уже не первую ходку.

Войдя в воду, тот начал не спеша, ополаскивать одно из своих оцинкованных ведер. Оглядевшись, Константин посмотрел на пустую водную гладь и вдруг заметил, что на севере, там, где находятся заводы-гиганты, над городом виднеются большие тучи дыма, почти как на фотографиях про Сталинградскую битву. Однако, это зрелище его не заинтересовало. Голова была забита другим, а именно действиями Алёхи.

Явно, что этот дебил не собирается эвакуироваться, а, по всей видимости, собирается отсидеться, поэтому и запасается водой. Но зачем? Теоретически, грязную волжскую воду можно пропустить через несколько фильтров кувшинного типа. Но чтобы употребить воду в пищу, её обязательно надо прокипятить. Но как?

Алеха, с женой, детьми и родителями жены проживал в трёх квартирах, объединённых в одну. И где они там кипятить воду собрались? Не будут же они жечь костер из мебели на балконе?.. Нет! Надо подробно расспросить его! Явно он что-то знает...

Дебил же, тем временем наполнил ведра и протянул одно из них Косте. Помоги мол. Тот, не возражая, подхватил ведро и вместе с Алехой двинулся вверх по плитам, снова выспрашивая того о ситуации.

Не доходя до верха, Алеха остановился и с усмешкой посмотрел на Костю.

- Дурак ты, Заяц. Так и не сказал, чего не женился то?

- Да при чем тут это, ты лучше скажи...

- Ну, чего ты добился в жизни? - гнул свою линию идиот. - Живёшь вот один. И сдохнешь один, некому будет и стакана воды подать.

Это выражение вызывало у парня вспышку ярости.

- Ну, извини! - язвительно сказал Костя. - Не всем же удаётся жениться на дочери богатеньких родителей, которые тебе жизнь устроят и в фирму возьмут.

На эту фразу идиот и бровью не повел.

- Да, меня тесть взял к себе, но я его фирму, считай, из руин поднял. И кому тут повезло больше - это ещё вопрос.

Он повернулся и двинулся дальше. Поднявшись на берег, он не останавливаясь, двинулся дальше, видимо, ожидая, что Костя понесет ведро за ним. Однако парень поставил ведро на бетонный бортик. Обернувшись, и увидев это, Алёха сказал:

- Давай-давай, бери. Хоть какая-то от тебя польза будет, Заяц...

- Да пошел ты! - ругнулся тот.

От бешенства его просто трясло. Не удержавшись, он пнул ногой ведро, которое расплескав воду, покатилось по бетону вниз, к воде.

Алёха тут же поставил свое ведро на землю и с перекошенной мордой, сжимая кулаки, двинулся к Косте. Тот тоже сжал кулаки. Драчуном он никогда не был, но сейчас, просто физически ощутил потребность в драке. Видимо что-то в его лице смутило дебила, поскольку тот сразу передумал драться. Вернувшись к оставленному ведру, он подхватил его и поставил на бетонный бортик. Посмотрев на Костю, Алёха ничего не сказал, то только, не отводя взгляда от парня, плюнул себе под ноги и с видом оскорбленного благородства пошел к воде за укатившимся ведром.

Костя подумал, не пнуть ли стоящее рядом второе ведро, но решил, что это уже чересчур. Посмотрев еще раз на реку, парень вздрогнул. Над синей гладью, метрах в двадцати над водой, против течения, бесшумно летел вытянутый беспилотник странного вида.

Раньше Костя не видел ничего подобного. Странное устройство, не менее трех метров в длину с шестью пропеллерами. Своим видом этот беспилотник был похож на кузнечика.

Удивленно раскрыв рот, парень проводил летящую хренотень взглядом, пока тот не превратился точку. Костя обратил внимание, что дрон летел почти точно над серединой реки. Алёха же внизу, возился с ведрами, и даже не заметил летающий аппарат.

Настроение стало ещё хуже. Явно этот беспилотник не принадлежит каким-либо частным лицам, а это или армия, или спецслужбы, или еще хрен знает что. Почему то сразу пришла мысль, что это не наш, не российский аппарат. И кто знает, с какими целями он тут летает?

Отвернувшись, Костя медленным шагом двинулся прочь от берега. Почти дойдя до тоннеля под насыпью, он обернулся и увидел, что дебил уже догоняет его, неся вёдра с водой. Машинально ускорив шаг, Костя тут же остановился. Не хотелось бегать от идиота.

Сам не зная зачем, он повернул в правую сторону от тоннеля и начал подниматься по насыпи, сильно заросшей сорной травой. Поднявшись наверх, он оказался на узкой автомобильной дорожке, тянущейся вдоль двухпутной железной дороги, которая связывала центр Волгограда с югом города.

В обеих сторонах на рельсах пусто, и парень подумал, что вполне возможно, что поезда здесь со вчерашнего дня не ходят.

Позади его окликнули. Обернувшись, парень увидел, что идиот, стоящий внизу, возле входа в тоннель, что-то неразборчиво ему кричит. Видимо, ругательства. Дебил поставил вёдра на землю, и, не смущаясь проходивших к берегу двух женщин с пустыми пластиковыми бутылями, нагнулся и похлопал себя по заднице в сторону Кости. Тот, вздохнул, показал идиоту средний палец, и, не слушая дальнейших криков, отошел от склона и двинулся вдоль путей к югу.

Впереди, всего в нескольких десятках метров, находилась станция "имени Николая Руднева". Простой остановочный пункт электрички, состоящий из двух бетонных платформ, вытянувшихся по обе стороны от двух железнодорожных путей. В дальнем конце правой платформы виднелась небольшое одноэтажное строение с кассой. На платформе стояли три человека, и Костя направился к ним.

Перейдя пути и поднявшись на плиты платформы, он разглядел стоящих типов. Тут тусовались трое - старик к фуфайке и грубых штанах, а также молодой по виду парень, но с испитым лицом профессионального алкаша. Одет он был в черный спортивный костюм. Немного поодаль от них, облокотившись на металлические перила, ограждающие платформу, стоял высокий худой мужик в темно-зеленой штормовке. По виду, типичный волжский браконьер.

Подойдя к этим явно уголовным типам, парень завел с ними разговор. Урки сперва смотрели настороженно, но когда Костя рассказал об эвакуации, то те немного расслабились и разговорились.

- Да знаем мы про эту эвакуацию, - хмыкнул спортсмен-алкоголик. - Знаем.

- Ну и, что думаете делать?

- А ты с какой целью интересуешься? - подозрительно прищурился старый урка, и Костя заметил на его руках татуированные "перстни" на пальцах. Татуировки наличествовали и на руках спортсмена. Парень решил прикинуться простачком, дабы узнать хоть что-нибудь нового о ситуации. Кто знает, вдруг эти типы знают что-то важное.

- Ну как почему? - развел руками он. - Там, вон, эвакуация. Садится ведь в автобусы народ. Не все, конечно... А тут, вон, за водой народ идет. Значит, они отсиживаться будут. И что делать - хрен его знает! А вы тут всё-таки стоите. Тут же народ ходит, может, они говорят чего? Что вообще происходит? Почему всё это?

"Спортсмен" хмыкнул, но ничего не сказал.

- Это называется, просрали мы свою страну, - криво усмехнулся дед-уголовник. - Не мы, конечно, а они там...

- Ты про китайцев слышал? - подал голос стоящий в стороне браконьер.

- Каких китайцев? - не понял Костя.

Все трое сразу ощерились.

- Китайцы, - с нажимом заговорил спортсмен. - Вчера ещё днем десант с самолетов выбросили на севере. Завод "Баррикады" бомбили. Слышал про это?

На сей раз усмехнулся Костя:

- Не... Я серьёзно вам говорю...

- А мы тебе, что? - ухмыльнулся "спортсмен".

- Нам не веришь, у людей спроси, - сказал старый урка.

Он показал рукой на край платформы, откуда пришел парень. Там, со стороны центра, по дорожке вдоль путей, шли три мужичка средних лет.

- Вон, - ухмыльнулся беззубым ртом старик. - У них вот спроси.

Идущие мужички сперва хотели было подняться на их платформу, но заметив, что на них указывают, почему-то не стали подниматься, а двинулись к противоположной платформе.

Костя понимал, что его разыгрывают и делают из него клоуна, но решил подыграть этим уркам. Может хоть какую-то информацию удастся у идущих мужиков узнать.

Подождав, пока бредущие по шпалам мужики подойдут ближе, он повысил голос и спросил:

- Эй! Уважаемые! Что там слышно про китайцев?

Он ожидал, что сейчас рядом последует взрыв смеха, но трое типов рядом молчали, глядя заинтересованными взглядами на приближающихся мужиков. Те же, сразу остановились и откликнулись.

- Китайцы на месте. На Тракторном сидят. Мы как раз оттуда. У них там свой сектор. Народ выпускают, а назад не впускают.

- А вы как пришли? - спросил старик.

- Так мы по рельсам, а они только на дорогах посты выставили. На Проспекте и на Ополченской.

Костя вспомнил, что улица Ополченская, это называние участка "Второй Продольной" в северных районах. А Проспект - это проспект Ленина - часть "Первой продольной", идущей параллельно.

- А ещё, что там нового? - подал голос браконьер.

- Да ничего. В центре эвакуация. Народ насильно сгоняют. Говорят, на своих машинах никого за город не выпускают - только автобусами. Куда-то за Городище вывозят.

Костя задумчиво почесал подбородок. Городищем назывался пригород Волгограда, находившийся на московской трассе к северо-западу от города. Видя, что вопросов к ним больше нет, мужички на рельсах поднялись на противоположную платформу и быстрым шагом двинулись дальше на юг.

- Ну, что, убедился? - хмыкнул "спортсмен".

- Так это чего? - пробормотал Костя. - Война что ли?

- Ну да, война, размечтался! - нехорошо улыбнулся браконьер. - Война, это когда воюют. А у нас кто будет воевать? Вот ты, за этих мудаков пойдешь воевать?

Костя понял, что тот имеет в виду тех, "кто наверху".

- Нет, конечно, - искренне вырвалось у парня.

- Ну вот. Пускай эти мудаки воюют, - браконьер кивнул в сторону берега Волги выше по течению, где находились коттеджные поселки богатых граждан.

- Так, а нам-то, что делать-то? - спросил Костя.

- А ты подумай, - ощерился "спортсмен". - Вот, сядь тут, посиди и подумай.

- Кстати, - старик взглянул на своих спутников. - Долго мы тут торчать будем?

Не сговариваясь и не прощаясь, они медленным шагом двинулись по платформе в южную сторону, оставив парня одного. Тот некоторое время смотрел им в спины, а затем тоже пошел прочь, но уже в другую сторону, назад, на насыпь.

В голове словно вихри гуляли... Парень не мог ни на чем сосредоточиться. Эти китайцы просто выбивали почву из-под ног. Как они тут? Откуда?

И ведь, самое страшное, не похоже было, чтобы урки на платформе и испуганные мужички сговорились. Вот, что страшно!

Наконец, в голове высветилась одна дельная мысль: надо ещё поспрашивать, уточнить!

Конечно, лучше бы выйти на "Вторую продольную". Там, наверняка, люди табунами идут в обоих направлениях. Наверняка, кто-то слышал о напавших китайцах, если те и взаправду существуют...

Но сейчас парень был слишком взволнован и решил расспросить людей здесь, тем более, что на дорожке, тянущейся вдоль рельсов справа, виднелись люди, ищущие со стороны центра города. Парень двинулся им навстречу.

Вот идут две пожилые нерусские тетки. Костя сунулся было к ним, то те так от него шуганулись, словно он был, по крайней мере, маньяком с ножом.

Потом показались трое лысых крепких парней в спортивной одежде. У каждого большая сумка в руках. Выглядели эти ребята очень серьёзно, и Костя решил к ним не лезть.

Затем появился одинокий молодой парень, похожий на студента. Когда Костя обратился к нему, этот студент ажнак подпрыгнул:

- Не знаю, ничего не слышал, - испуганно замычал парнишка и ускорил шаг.

"- Сколько же идиотов на белом свете!" - только и подумал Костя, глядя ему вслед.

Ещё через несколько минут, появился коротышка средних лет. Этот оказался нормальным и даже более того, любителем поговорить. Он остановился и подробно рассказал, что видел-слышал.

- Да, - говорил он. - Китайцы в городе. Еще вчера днем завод "Баррикады" бомбили.

- Но как это?! - не удержался и воскликнул Костя.

- Я не знаю, - пожал плечами коротышка. - Одни говорят, что якобы натовские штурмовики бомбили завод. А китайские истребители им мешали. Говорят, один самолет, вроде бы китайский, сбили даже. Кстати, там болтают даже, что это не натовцы были, а наши это были. Хотели разбомбить завод, дабы никому он не достался.

- Вот как? - выдохнул Костя.

Собеседник опять пожал плечами и продолжил рассказ.

- Вчера китайцы парашютистов выбросили. Прямо на ГЭС. Я сам видел. Думал учения. А сегодня они там уже хозяйничают. Магазины открыли и жратву людям раздают. Но никого не вывозят. Это в центре эвакуация идет сейчас. Но с "Тракторного" и "Красного" в центр народ толпами прет. Оттуда их уже автобусами и грузовиками вывозят за город куда-то.

- В Городище? - спросил Костя.

- Вроде бы, - пожал плечами коротышка. - А там, кто знает...

- У нас тоже тут, на "Авангарде" вон... - Костя рассказал, что видел недавно на площади.

- Вот как? - удивился коротышка. - Это интересно.

- Так китайцы как там? - снова спросил парень.

- Китайцы на севере города сидят. ГЭС заняли и весь Тракторный район. Люди говорят, что там уже плакаты висят с надписями "Китайский сектор".

- И, что это значит?

- Да фиг его знает. Он там теперь власть.

- Так, а наши-то где? Ну, армия там?

- Армия? - коротышка тихо засмеялся. - Я с Мамаева кургана и до Обувной фабрики, с парнем одним шёл. Он с призывного пункта. Знаешь, где это?

Костя кивнул. Городской призывной пункт находился в нескольких километрах к северо-западу от Мамаева Кургана. Можно сказать, располагался он в южной части Краснооктябрьского района. После окончания колледжа Костя "косил от армии" и несколько раз бывал там на медкомиссии.

- Так вот, - говорил коротышка. - Сегодня утром туда приехал наш генерал и с ним какие-то китайцы. Всех призывников и прочих военных собрали на плацу и объявили, что армии больше нет и, чтобы все шли домой. Ну и ворота открыли. Вот все и ломанулись... А ты говоришь, армия.

- Ну, так это же, эти... призывники, - протянул Костя. - А остальные? Всё-таки, какие-то боеспособные части ведь есть. Авиация там, ну и прочие.

- Не знаю. Там с нами люди шли, говорят, что ещё вчера, когда телефон работал, звонили в мэрию и в полицию, сообщали о парашютистах. Так там трубку не брали! Говорят, разбежались давно уже все.

- Ну, понятно, - протянул Костя, хотя ни хрена ему было не понятно.

Коротышка между тем пожал парню на прощание руку и бодрым шагом двинулся вдоль железной дороги на юг. Костя же перешёл рельсы и пошел вниз по насыпи, не обращая внимания на пыльные высокие сорняки, росшие там. Он совершенно не запомнил, как добрался до дома и пришел в себя только в подъезде, перед входной дверью. Войдя в квартиру, он почувствовал себя таким уставшим, словно не прогуливался, а таскал мешки с цементом.

В какой-то прострации Костя лег на диван и долго лежал, совершенно ничего не соображая.

Глава 3, в которой герой узнаёт, что это ещё цветочки...

Когда он немного пришел в себя, за окном начало уже темнеть. В рассеянности пройдя на кухню, Костя напился воды, отметив, что жидкости в доме вполне хватит на пару дней. Этот факт немного успокаивал, хотя, какое тут, к черту, спокойствие!

Подойдя к окну и постояв немного, до парня дошло, что шум громкоговорителя от "Авангарда" уже не доносился. Но внизу, во дворе, всё также кучковались люди.

Костя легко контактировал с людьми, но все-таки считал себя замкнутым человеком. Сейчас же, он чувствовал, что если не поговорит с кем-нибудь, то точно свихнется или еще что с собой сделает.

Поэтому он покинул квартиру и вышел во двор, подойдя к ближайшему сборищу. Пожилые соседки с удовольствием поделились с ним главной новостью. Старуха Илинишна, в обед "приказала долго жить". Это была новость номер один.

Начав расспрашивать о более интересных вещах, Костя с небольшим удивлением узнал, что слухи о китайцах уже дошли и досюда. Некоторые этому не верили, а какой-то дедок, посмеиваясь, доказывал, что все кругом дураки, а на самом деле "китайцы" - это обычные российские военнослужащие-азиаты. Типа бурятов, якутов, казахов или калмыков. Их, по версии деда, ввели в город, дабы взять под охрану стратегические объекты.

"- Бред, - подумал Костя. - Разве можно спутать иностранных азиатов с местными? Там ведь, даже форма другая..."

Тут же он услышал, что несколько часов назад, из центра города пришло известие, полученное по каким-то ещё работающим каналам связи. Сообщалось, что правительство страны эвакуировалось в Петербург, а на Москву сброшена атомная бомба. И якобы эти сведения самые что ни на есть точные!

Догадливый дедок и тут призывал не поддаваться панике, и не обращать внимания на вражеские "информационные вбросы". Он убежденно говорил, что надо потерпеть дней пять, а там снова электричество дадут, всё пойдет по-старому и, глядишь, пенсию прибавят.

Услышав такое, парень уже открыл рот, чтобы подискутировать с этим дедом, но вдруг обнаружил, что кроме него, никто этого старого болвана не слушает.

Все слушали недавно подошедшего мужчину, который сообщал, что прояснилось, куда эвакуируют людей на автобусах. Несколько местных прокатились на них и даже вернулись назад, в качестве агитаторов. Они рассказывали, что от "Авангарда" народ везут по "Второй продольной" на север, до Сельхозакадамии, а это центр соседнего, Советского, района. Там автобусы поворачивают вправо, на дорогу, ведущую на запад, и едут вдоль железной дороги, ведущей в Ростов-на-Дону. Конечная точка маршрута автобусов - поселок Горьковский.

Про этот поселок Костя знал только, что тот стоит на ростовской трассе, менее чем в десяти километрах от города. И, что в поселке том крупная железнодорожная станция. Вот где-то в окрестностях этого поселка и расположился временный лагерь. Там еда, вода, и тёплые палатки. Вроде бы сделано это всё добрыми европейцами.

Не зная, что про это и думать, Костя решил обойти дом, и, может быть, даже снова дойти до "Авангарда", пока совсем не стемнело.

Выйдя со двора, он сразу же наткнулся на кучку мужчин. Разговаривали трое. Ещё четверо стояли поодаль, словно слушатели, стесняющиеся подойти ближе. Присоединившись к зевакам, "греющим уши", парень услышал, как один из разговаривающих, усатый мужик, в полный голос едва ли не кричал собеседнику:

- Да говорю же тебе, всё это правда! Всё! Нет теперь страны такой, Россия! Можешь паспорт свой выбросить! Везде жопа в стране, везде! На Москву атомную бомбу бросили, ты только представь себе! На севере где-то АЭС рванула. На юге турки десант в Крыму и в Сочи высадили. НАТО уже в Крыму и у нас тут, вон, в лагерях за городом! Можешь ты себе это представить??? В ООН дебаты идут, чтобы Китай себе всю Сибирь не упер! В Казахстане беспорядки, Китай в Алма-Ату войска ввел! В Архангельске вон уже...

- Да погоди ты! - перебил его мужик, на которого тот кричал. - Откуда ты всё это взял?

- Сам слышал! - навзрыд воскликнул усатый. - По телевизору говорят! На всех каналах!

- Да по какому телевизору? Электричества же нет!

- Ну, Коля, блин! Мы днем у Антона были и сейчас к нему идем. Он ведь в частном секторе живет, у него там генератор бензиновый. И тарелка спутниковая. Там такое говорят, что волосы дыбом!

- Ну, погоди...

- Да это ты погоди! Мы сейчас к нему идем. Хочешь посмотреть? Идём!

- А пойдём!

Трое мужиков быстрым шагом двинулись в сторону "Второй Продольной". Там, на другой стороне дороги, за многоэтажными домами, находился частный сектор.

Костя и другие слушатели остались на месте, глядя вслед уходящим мужикам. Парень только сейчас заметил, что возле "Авангада" светло - явно там светят электрические лампы. Однако в окнах всех окрестных домов царила тьма.

Один оставшихся мужиков вдруг рванулся и бегом бросился за уходящей компанией. Он догнал идущих и начал что-то говорить. Костя подумал, что тот набивается к ним, дабы те взяли его с собой, посмотреть телевизор.

"- А может и мне пойти, попроситься телевизор посмотреть?" - подумал он, глядя в спину уходящим. К оставшимся зевакам подошли ещё несколько мужчин.

- Ну, что скажете, аксакалы? - криво улыбнулся мужик с бородкой.

- Херня какая-то! - скривился пожилой мужик в кепке. - Быть такого не может.

- Ну, вы не говорите, - сразу возразил низкорослый тип. - Как раз у нас, в нашей стране, и не такое может! Я уже ничему не удивлюсь.

- Послушайте, - сказал Костя. - А может нам как-то за ними пойти? Ну, попросить, чтобы всем посмотреть новости.

- И что тебе это даст? - послышался голос за спиной.

Вздрогнув, Костя обернулся и увидел, что за ним стоит пожилой, седовласый мужик, одетый в серый пиджак, джинсы и белые кроссовки. Парень совершенно не слышал, как тот подошёл.

Старик выглядел крепким и бывалым. В руках он держал свёрток из бумаги. Подойдя ближе, старик уверенно вклинился в круг мужчин.

- Ну, посмотришь ты новости? - посмотрел он на Костю. - И, что дальше?

- Ну, как?.. - замялся парень.

- А что вы предлагаете? - спросил старик в кепке. - Мы сейчас только и можем, что новости и слухи собирать.

- А свою голову включить и самим что-то сделать? - прищурился на того бывалый дед. - Что не пробовали?

- А что мы можем? - фыркнули сразу несколько мужиков.

Бывалый усмехнулся и сказал наставительном:

- Самое главное, что мы можем, так это голову включить и, как бараны на бойню не идти.

Он кивнул в сторону освещённого огнями "Авангарда".

- Это почему? - скептически поинтересовался низкорослый мужчина. - По-моему, это как раз, самое разумное решение. Всё лучше, чем тут без света сидеть.

- Разумное? - усмехнулся бывалый. - А если голову включить и подумать?

- Да, о чём подумать?! - не выдержал Костя.

- О том, что эти люди довели страну до жопы! А теперь эти же люди хотят нас куда-то вывезти. А? Дважды два в мозгу сложить можете или нет?

- И, что вы предлагаете? - чуть не выкрикнул мужик с бородкой.

- Я предлагаю объединяться, - спокойно сказал бывалый. - Меня зовут Дмитрий Борисович. Я живу тут, - он кивнул головой. - В сто двадцать седьмом доме.

Названный дом совсем рядом, по соседству с Костиным двором, только по другую сторону улицы Кирова. Это была девятиэтажка, протянувшаяся в сторону Волги. За этим двором, в паре сотен метров, находилась станция, которую днём посетил Костя.

- Если у кого мозги остались или даже кто сомневается, - говорил старик. - То завтра утром, подходите к моему дому. Я в последнем подъезде живу, у арки. Подходите к восьми утра. Вы тут все местные, поэтому ничего с собой не берите. Там решим, как быть дальше и что понадобится.

- Погодите, - сказал низкорослый. - А с чего вы решили, что эвакуация, это что-то плохое?

- С того, что я уже был в том лагере!

- Когда?

- Сегодня!

- И что там?

- Палатки. Электричество. Еда. Но есть нюанс: на входе просят заполнить медицинскую анкету. Указать группу крови, болезни и прочее. Там весьма такой солидный медблок. Его наши "европейские партнёры" в первую очередь развернули.

- И разве это плохо? - удивился низкорослый.

- Кому как. Тем, кому ваши органы потом пересадят - хорошо. А вот вам...

- Да ладно пугать, - усмехнулся бородатый.

- Я никого не пугаю и никого силком не тащу. Выбор за вами. Хотите, вон, - старик кивнул на освещённый "Авагард". - Завтра берите вещички и вперёд, на автобусы в прекрасное далёко. И, кстати, обратите внимание, бывает, что они там сажают женщин и детей в автобусы, отдельно от мужиков. И дважды подумайте, если у вас женщины и дети есть. Потому как, приехав в лагерь, можете там их не найти.

- Это почему?

- По кочану! Вы тут не дети малые и должны уже понимать, что если ты живёшь барашком, то будь готов, что тебя зарежут, сварят и подадут к столу! Но сейчас я даю вам шанс выбрать, кто вы - телята с барашками или мужчины с яйцами!

- Ну, допустим..., - сказал старику ранее молчавший мужчина, как вдруг рядом захлопали выстрелы.

Стреляли совсем близко, вероятно на другой стороне "бульвара", в какой-то сотне метров. Сперва хлопнуло несколько одиночных, а затем затарахтела длинная автоматная очередь. Мужики застыли, но вдруг рядом свистнуло несколько пуль, и все отпрянули в стороны и побежали, словно тараканы, кто куда.

Костя тоже не стал ждать. Он кинулся назад, во двор, и, забежав за угол своего дома, остановился. Люди во дворе беспокойно вертели головами прислушиваясь. Но выстрелов больше не было. Вместе с ним, за угол забежали бывалый дедок и мужик в кепке.

- Видите, что делается? - сказал тот дедку.

Старик усмехнулся:

- Это ещё цветочки. Ягодки у нас с вами впереди.

- И какие же это ягодки? - скривился мужик.

- А вы сегодня ночью окно откройте и прислушайтесь. Я ручаюсь, услышите то тут, то там, выстрелы. И это, как я уже сказал, ещё цветочки. Уже ночью начнут убивать, грабить, насиловать. Помните, как у Высоцкого в песне: "Убивают, - говорю, - прямо на дому!" Готовьтесь! Дальше будет только хуже.

- Так, что же нам делать???

- Я же сказал. Приходите к моему подъезду. Там народ будет. Все вместе соберемся и решим. В лагерь эвакуироваться вы всегда успеете.

- Понятно, - задумчиво пробормотал мужик и, вдруг, не прощаясь, отвернулся и быстрым шагом пошёл прочь.

- А ты как? - посмотрел дедок на Костю. - Придёшь?

- Врать-обещать не буду, но, скорее всего, приду.

- Молодец. Приходи.

Дедок ещё раз назвал парню адрес, пожал руку и быстрым шагом двинулся в направлении "Авангарда", растворившись в сумерках.

Проводив его взглядом, Костя направился к ближайшей кучке пожилых людей во дворе, намереваясь узнать последние слухи. Не успел он подойти, как на бульваре снова раздалась стрельба. Рядом, возможно даже в их доме, на землю посыпались разбитые стекла окон.

Народ бросился врассыпную. Не мешкая, Костя рванул в подъезд. Обернувшись на бегу, он увидел, что грузные тетки бегут в разные стороны, словно огромные курицы.

Бегом поднявшись к себе, на четвёртый этаж, Костя влетел в квартиру, запер дверь и замер. Сердце бешено стучало. На улице тихо. Выстрелов не слышно.

Чувствуя себя препаршиво, парень опять разлегся на диване и взял в руки смартфон. Батарея ещё не разрядилась, и он прочитал на экране надпись "Сеть не доступна". Воткнув в уши наушники, Костя стал слушать любимую музыку, стараясь вообще ни о чём не думать. Так он лежал, пока за окном не стемнело. Парень отложил телефон, сходил в туалет, после чего, не раздеваясь, растянулся на диване и уснул.

Глава 4, в которой у героя просыпаются родственные чувства

Ночью его разбудил громкий шум в подъезде. Спросонья Костя вскочил с дивана, и, сам не зная зачем, выбежал в прихожую, к входной двери. Где-то на верхних этажах слышались удары металла о бетон, да так, что стены тряслись. Словно кто-то крушил стену. Вдруг что-то рухнуло и осыпалось. Раздался громкий удар по металлу, отчего страшно зазвенели перила на лестнице. И тут же, наверху загудели мужские и закричали женские голоса.

- Помогите!!! - навзрыд, на весь подъезд, завопил женский голос. - Мужчины, где же вы! Помогите!!!

Раздался мужской голос. Он что-то сердито закричал и тут же, на весь подъезд грохнул выстрел. Раздался крик боли. Снова грохнул выстрел и вопль затих. Послышались неразборчивые мужские и женские крики. Ещё два выстрела и крики затихли. Затем раздался визг, опять выстрел и тишина...

Костя отпрянул от двери, забежал в комнату и в ужасе присел на пол рядом с диваном.

"- Вот оно! - вертелось в голове. - Вот оно, как... Вот оно...".

Наверху явно кого-то убили! Кажется даже, не одного, а нескольких! Вспомнился бывалый дедок. Ведь прав он оказался!

Парень не помнил, сколько он так сидел, но затем, усилием воли, встряхнулся. На цыпочках снова вышел в прихожую, приник к щели у входной двери и прислушался. На лестнице слышались грузные шаги, словно там вверх и вниз сновали великаны. Где-то в отдалении, наверное, на верхних этажах, гудели мужские голоса.

По-прежнему, на цыпочках, пройдя на кухню, Костя осторожно выглянул в окно. Возле подъезда стояли несколько машин с заведенными двигателями. Одна - фургон типа "Газели" подъехала к самому подъезду, и в неё явно что-то загружали. А вторая, вроде бы крутой внедорожник.

Парень вернулся в комнату и задумался. Входная дверь у него была хорошая, поставленная два года назад. Но иллюзий он не питал. Если несколько громил с ломами за неё возьмутся, они быстро вырвут дверь из стены вместе с дверным косяком.

В голове возникли разные страшные сценарии нападения. Вдруг дошло, что его легко могут убить, и никто даже не пискнет в защиту. Телефона, чтобы вызвать полицию - нет! Да и есть ли она сейчас, эта полиция?

Но вдруг, все страшные мысли перекрыла трезвая мысль, что вряд ли сейчас вломились в первую попавшуюся квартиру. Нет! Там явно что-то необычное. Сюда, к нему, вряд ли будут ломиться, тем более, что тут и взять-то особо нечего.

Однако, это пока. Сперва будут грабить богатые квартиры, по наводке, а затем и до всякой мелюзги дойдут. Правильно сказал тот дед, то, что творится сейчас "это ещё цветочки"...

Парень вдруг понял, что нельзя сидеть и ждать, пока к тебе вломятся! Надо действовать! Вспомнился идиот Алеха.

"- А ведь этот дурень тоже правильно всё сказал! - подумал Константин. - Одному мне - кранты! Нельзя сидеть одному, надо спасаться сообща! Но с кем?".

Опять пришёл на ум решительный дед. Он был симпатичен парню, но кто знает, что это за хрен? Может они там соберутся в банду и начнут окрестности кошмарить? Хотя... Этот дед понравился Косте своей решительностью. По его мнению, именно так в данной ситуации и надо!

Однако этого незнакомого персонажа парень решил оставить на самый крайний случай, а пока подумать о других вариантах.

У Кости было много знакомых, но как таковых друзей, к которым можно обратиться за помощью среди ночи - не было. Была пара хороших товарищей, с которыми у него был общий интернет-бизнес, но они жили далеко и в разных концах города. Доберись он сейчас до них, не факт, что ему особо обрадуются...

Оставались только родственники, и среди них сразу же вспомнился самый близкий из них - дядя Юра - родной брат матери. Это был настоящий человек, к тому же хорошо относящийся к Косте. Сейчас ему почти шестьдесят, но он ещё весьма крепкий мужик, всю жизнь прослуживший в армии. По обрывочным данным, Костя подозревал, что раньше тот служил в каких-то спецподразделениях. Точно было известно, что он служил и в Афгане и на Кавказе.

Они тесно не общались, и Костя лишь несколько раз в год бывал у него дома, на днях рождениях дяди и его жены - тёти Ирины. Вспомнилось вдруг, как год-два назад, во время одного из таких празднований у дяди Юры, Костя вышел с мужиками на балкон "покурить" и там завязался разговор о политике. Один малознакомый дальний родственник начал вещать, что, дескать, "нас скоро душманы прямо дома резать будут". На что дядя Юра заметил, что "от этих-то отобьемся". "- Да как ты отобьешься?!"- воскликнул дальний родственник, и дядя довольно серьезно сказал - "на этот-то случай у меня не один автомат закопан".

Эти слова про "закопанные автоматы" почему-то врезались в память Константина. И сейчас, вспоминая об этом, парень чуть не завопил от отчаяния.

"- Идиот! - чуть не восклицал он. - Какой же я идиот!!! Весь день ходил, как дебил, горем убитый. Слонялся по округе... А надо было сразу, брать ноги в руки и бежать к дяде Юре. Сейчас бы у него сидел и знал уже, что к чему!".

Ведь дядя Юра из тех, кто умеет и знает, как действовать в подобных ситуациях. Наверняка у него самого или у его товарищей и спутниковые тарелки с генераторами есть, и рация, и даже оружие найдётся...

На ум опять пришёл новый знакомец, энергичный старик, как там его... Дмитрий Борисович, вспомнил Костя. Он тоже явно далеко не лох, но кто знает, что он за фрукт? Всё-таки, если выбирать между дядей Юрой и этим стариком - выбор дяди очевиден.

В голове вдруг прояснилось. Появилась цель, и парень не мог не отметить, что ещё днем, без цели, он ходил словно рыба варёная. Но сейчас, несмотря на позднюю ночь, он почувствовал себя бодрым и серьёзно вознамерился идти к дяде.

Проблема тут была одна - расстояние. Дядя Юра жил на самом северном конце города, на Спартановке, всего в одной остановке, к югу от ГЭС. А до туда километров двадцать, если не больше. На маршрутке ехать больше часа, а уж пешком...

Но дальний путь не страшил парня. Он принял решение, и отступать не собирался.

Найти дом дяди Юры легко. Через Спартановку, с юга на север, шла всего одна большая улица. Там, не доезжая до кольца троллейбуса одну остановку, нужно выйти из маршрутки, повернуться спиной к Волге, перейти автодорогу, и через три сотни метров будет стоять вытянутая с юга на север девятиэтажка, в которой живёт дядя Юра. На другой стороне дома, прямо под дядиными окнами расположился автобусный парк, а за тем, железная дорога, идущая на ГЭС и далее, в Волжский. За железной дорогой частный сектор, а далее уже загородные степи...

Сейчас сын дяди Юры служил по контракту в Мурманске, но в детстве Костя гулял с ним в окрестностях их дома, и знал, что всего несколько дворов отделяют дом дяди от северной границы Спартановки. Там находится широкий овраг поросший камышом. Через овраг проходит по насыпи автодорога, которая на другой стороне оврага раздваивается. Вправо, через волжскую плотину ГЭС, уходит дорога на город Волжский. А левая тянется на север, в сторону Саратова.

Подсвечивая себе экраном ещё не разрядившегося телефона, Костя покопался в книжном шкафу, разыскал и вытащил карту города. Не поленившись, он взял линейку, узнал масштаб и измерил предполагаемый путь до дяди. Подсчитав, он хмыкнул. Получилось ровно тридцать километров. И это "по прямой".

"- Не слабо, - подумал парень. - Но куда деваться? Пойду!"

Предстоящий путь, кроме расстояния, ничем не пугал. Идти было просто. Выходишь на Вторую Продольную и шуруешь по ней на север до конца, до места, где она возле бывшего тракторного завода соединятся с Первой Продольной. Там продолжаешь путь по Продольной дальше. А там, километра три, и вот она - нужная остановка, а там... Ещё пять минут - и ты уже у дяди!

Выходить парень решил утром. Ночью опасно, надо ждать, когда начнётся день. Хорошо бы выйти с первыми лучами солнца, но, учитывая ситуацию, это слишком рано. Надо хотя бы восьми часов дождаться. Тогда уже народ начнет из домов вылезать, на улицах станет люднее, и будет всё-таки немного безопаснее...

Глядя на схему, Костя не видел особых сложностей. На возможные перекрытия дороги было наплевать. Почти везде на предстоящем маршруте "Вторая Продольная" проходила через жилые кварталы и там масса способов обойти любые заслоны. Вряд ли какая-нибудь сила, включая китайцев, сможет перекрыть город пополам, надёжно заблокировав все улицы и переулки.

Парень учился в центре города, имел много знакомых в северных районах и довольно хорошо знал те места. Поэтому предстоящий путь ничем, кроме расстояния, его не страшил.

Решив выспаться и набраться сил перед дорогой, парень вернулся на диван и на удивление быстро заснул.

Ночью его несколько раз будил неясный гул. Явно где-то в темном небе летали турбовинтовые самолеты. Потом донесся далекий гул, словно где-то далеко громыхала канонада или взрывы. Вспомнились дневные рассказы о бомбардировке заводов. Не хотелось думать, что это опять непонятно чьи самолеты что-то бомбят в городе.

"- А ведь и правда, - подумал Костя. - Это ещё цветочки и будет только хуже, хотя... Куда уж дальше?.."

В голове закрутились виденные в новостях кадры военных конфликтов в разных местах земного шара. Виденное в таких сюжетах наводило на мысль, что ситуация вполне может ухудшиться и весьма значительно. Но, в любом случае, как бы там ни было, его мысль - отправиться утром к дяде Юре, только укрепилась и стала просто железобетонной.

Глава 5, в которой герой следует оптимальным маршрутом

Когда часовая стрелка настенных часов приблизилась к цифре восемь, Костя уже давно был готов к выходу. Проснувшись в шесть часов утра и доев с консервами остатки хлеба на кухне, он сразу же начал собираться в дорогу. Подобрал удобную одежду и обувь, подходящие для ходьбы на дальнюю дистанцию. В качестве "оружия" он взял с собой хороший складной нож, купленный по случаю ещё во времена студенческой юности и который долгие годы пылился без дела в ящике письменного стола.

С деньгами у Константина всегда было плоховато. Сейчас же он собрал всю наличность, включая заначку "на черный день". Оказалось не густо, но и не совсем мало. Сто тысяч в рублях и три сотни евро. Еще месяц назад у него были четыре тысячи баксов, но он продал их недавно, когда понадобились средства для запуска нового Интернет-проекта. Имеющиеся же деньги Костя распихал по разным карманам, засунув даже в носки на ногах.

Документы: паспорт, военный билет, медицинский полис, - он положил во внутренний карман куртки. Перед уходом парень собрал весь мусор, отключил все электроприборы из розеток, перекрыл воду и газ.

Часы показывали три минуты девятого, когда он решил отправляться в путь. Повинуясь непонятному импульсу, Костя вытащил батарейку из настенных часов, надеясь, что обязательно ещё вернётся и вспомнит этот момент ухода из дома. Оглядывая свою уютную спаленку и кресло перед рабочим компьютером, где он проводил почти всё свое время, не хотелось думать, что он уходит навсегда.

Тяжело вздохнув, парень подхватил пакет с мусором, распахнул дверь и вышел в подъезд. Выкидывая мусор в мусоропровод, Костя отметил, что тут сильно пахнет бетонной пылью. На лестнице сверху и снизу слышались голоса. Доносился плач.

Спускаясь вниз, парень не удержался, и остановился возле соседки, которая стояла на площадке второго этажа и плакала. От неё он узнал о ночных событиях.

Как оказалось, ночью какие-то бандиты напали на пенсионеров Самгиных, которые проживали на восьмом этаже. Выломав дверь, грабители ворвались в квартиру и убили пожилых супругов. Вместе с жертвами находилась их семилетняя внучка, которую тоже не пощадили. Не пощадили и соседа, который выглянул на шум. Сердобольный мужик, пытавшийся подать голос в защиту жертв, получил пулю.

Пока соседка, плача, рассказывала это, к ним на площадку вышел один из жильцов второго этажа, лысый хилый мужчина средних лет. Слушая женщину, он стоял, заламывая руки, и вроде хотел что-то сказать, но не решался.

Костя же не стал тратить время на выражения сочувствия и вообще зря трепать языком. Ясно было одно - дальше будет только хуже. И вообще - ситуация ухудшается не по дням, а по часам. Если бедолаг Самгиных убили ночью, то скоро будут убивать средь бела дня. Нужно спешить, пока волна анархии и беспредела не захлестнула город!

Спустившись вниз, парень вышел из подъезда и сразу же наткнулся на двух мелкоуголовных типов, куривших у подъезда. Те узнали и поприветствовали его:

- Здорово, Заяц! Куда намылился?

Парень, остановившись, пожал руки бывшим одноклассникам, Коляну и Сёме, которые после окончания девяти классов уверенно "пошли по кривой дорожке". У каждого за плечами, как минимум, одна ходка "на зону".

Обычно Костя старался контакты с подобной публикой сводить к минимуму, но сейчас решил пожертвовать парой минут и попробовать узнать, не сообщат ли эти шпанята чего нового?

В воздухе чувствовался запах гари и доносился голос громкоговорителя. Явно эвакуация продолжалась.

- Что тут нового, парни? - сразу спросил он.

Те криво ухмыльнулись.

- Про Самгиных слышал уже?

- Ну да, интересно, кто это их?

- А чего тут говорить? - хмыкнул Колян. - У Самгина сын в завязках с администрацией и его кореш - вице-губернатор. А тут они общак свой хранили. У Самгиных ведь четырехкомнатная, так там, говорят, одна комната баблом полностью забита была, до потолка. Всю ночь баулы таскали...

Такая осведомленность дворовой шпаны о вице-губернаторском общаке удивила, но Костя не стал выяснять, откуда эта информация. Поважнее дела были.

- А еще чего нового?

- Про Самвела слышал?

- Это, которого?

- Ну, в магазине.

Парень припомнил вчерашние разговоры пенсионеров во дворе и только сейчас вспомнил, что и сам раньше заходил пару раз в тот павильончик и видел этого Самвела - здорового такого бугая.

- Ну и чего с ним?

- Убили его. Ночью. А лавку разграбили.

Парни нехорошо ухмыльнулись и переглянулись странными понимающими взглядами. Вряд ли это убийство их рук дело, но возможно, это сделали их более серьезные дружки, подумал Костя.

- Если хочешь, сходи, глянь, - ухмыльнулся Сёма. - Он там, внутри, лежит.

Парню такой разговор не понравился, и он решил сменить тему.

- А эвакуация как, идёт? - Костя кивнул в сторону "Авангарда".

- Ещё как идёт! Если надумаешь, то туда не иди, иди вон...

Парни объяснили, что уже, вдоль Продольной протянулась огромная очередь, конец которой едва ли не в полукилометре от "Авангарда". Автобусы же отъезжают битком набитые. Костя тут же вспомнил, что накануне в автобусах было полно свободных мест.

- Да я в город собрался, - сказал парень. - Как там на дороге? По Продольной проход свободный?

- А хрен знает! Базарят, что посты где-то стоят. Вчера вечером уже машины обычные не пускали. Только автобусы, ментов и военных. Сейчас, вроде, тоже так.

Парень хотел уже быстро проститься и идти прочь, дабы самому увидеть, что там, на дороге, но тут к ним подошел еще один уголовный тип по имени Дрон.

Этот персонаж был старше Кости на год и в школе одно время довольно сильно доставал его. Сейчас же, он подошел и молча пожал парню руку.

- Вот, - ухмыльнулся Колян. - Заяц в центр собрался. Расскажи ему, как там?

- Чего ты там забыл? - пристально посмотрел на парня Дрон.

- Да у меня баба там.

- И ты из-за неё жопой рисковать будешь?

- Да у нас с ней серьезно всё, - быстро нашёлся и соврал парень. - Мы пожениться хотим.

- Пожениться, - скривил губы Дрон. - Смотри, нарвешься на китайцев, они тебе быстро женилку оторвут.

При этих словах почему-то никто даже не ухмыльнулся.

- Так что там, на дороге дальше делается? - спросил Костя. - Я по Продольной пойду, а там, говорят, посты какие-то?

- Да, - как-то с натяжкой протянул Дрон. - Посты и менты и прочее. Ты лучше туда не суйся. Ты вообще, куда конкретно идешь?

- Да в самый центр.

Поскольку Константин отлично знал центр города, то легко назвал убедительный адрес придуманной невесты, которая якобы живёт неподалеку от центрального железнодорожного вокзала.

- А чего ты по дороге идешь? - спросил Дрон. - Иди по "железке", там пока ещё патрулей нет.

"- А ведь и верно! - чуть не воскликнул вслух парень. - Как же я сам не догадался?"

До дяди Юры вполне можно добраться и по железной дороге. В детстве Костя, вместе с родителями, ездил в гости к дяде именно на электричке. Садились они здесь, на "Руднева", и ехали до самой Спартановки. А там, от станции "Новая Спартановка" до дома дяди Юры идти нет ничего. Метров сто от силы!

В голове за долю секунды высветился план действий. Выйти на железную дорогу и двинуться по ней до самого Мамаева кургана. Перед ним, в сторону, отходит тупиковая ветка к Тракторному заводу. Но она не нужна. Обойдя Мамаев курган, железная дорога снова раздваивается. Северо-западная ветка идет на Москву, а правая, на север, через Спартановку, к ГЭС и дальше, за реку Волгу, в город-спутник Волжский, и далее, на Астрахань. Вряд ли на железной дороге есть какие-то заслоны. Хотя, кто знает... Но в любом случае, похоже, это самый безопасный вариант!

Все эти мысли, за несколько секунд, пронеслись в голове парня. Дрон, между тем, говорил парням:

- На "обувной" какие-то патрули ходят. И это не менты ни разу. Типа местные самоорганизовались.

- И чего? - не понял Колян.

- А того. Документы проверяют, народ шмонают, - он посмотрел на корешей. - Сечёте о чем я?

- А это ведь тема! - оживился Сёма.

- А я тебе про что! Пойдём, перетрём.

Все трое, пожали Косте руку, и двинулись прочь от подъезда. Костя же быстрым шагом направился в другую сторону.

"- Вот какие дела начинаются, - думал он. - Не удивлюсь, если эти шпанята создадут свои "патрули" и начнут беззащитный народ грабить в переулках. Этак уже сегодня к вечеру тут не то, что со двора, а из подъезда нельзя выйти будет!"

Оказавшись на бульваре, он увидел людей, которые поодиночке и кучками тянулись в сторону "Авангарда". Почти у всех в руках багаж: большие сумки, чемоданы на колесиках и даже баулы. Видимо, народ направлялся на эвакуацию. Его же путь лежал в другую сторону, к Волге.

Перейдя через улицу Кирова, миновав скверик и памятник военачальнику Шумилову, Костя повернул левее, выходя на дорожку к Волге и обходя церковь. Глядя на неё, парень заметил, что там, во дворе, возле входных дверей, толпится несколько кучек народу. Константин считал себя верующим, но в церковь не ходил и попов недолюбливал. Сейчас же, глядя золотые маковки церкви, он испытал странное чувство умиления. Подумалось, что и эту маленькую церквушку, и свою милую квартирку, он никогда больше не увидит. От таких мыслей, прямо-таки плакать хотелось...

Костя вдруг вспомнил случай из юности. Когда, после окончания колледжа, он учился в Университете, то как-то прочитал в газете статью о том, что некоторые студенты не готовятся к экзаменам, а ходят в церковь, ставят там нужным святым свечки и легко сдают экзамены. Решив проверить этот способ, Костя тоже посетил церковь. Купив свечку и узнав, перед какой иконой надо её поставить "для успеха в учёбе", парень отправился сдавать трудный экзамен, который очень плохо знал, и... сдал его без проблем! Впоследствии он прибегал к этому "божественному способу" ещё пару раз и способ всегда срабатывал.

Шагая по дорожке в сторону железной дороги, и достигнув распахнутых настежь боковых ворот церковного двора, выходящих на эту дорожку, Костя вдруг остановился, ибо в голову ему пришла мысль ещё раз обратиться за помощью к "высшим силам". Дорога ему предстояла не близкая, а возможно и опасная. Поэтому, не лишним было бы поставить свечку "для удачи в пути". Нащупав мелкие купюры в кармане, парень решительно двинулся к церкви.

Рядом со входом стоят люди. В основном немолодые женщины. Есть также кучка мужичков разного возраста. У большинства заплаканные лица. Костя начал спрашивать, работает ли церковная лавка, но никто не знал. Ему сообщили только, что сейчас в церкви отпевают стразу трёх покойников.

Решив, что при таких делах лезть внутрь глупо, Костя уже собрался уходить, как вдруг раздался крик:

- Эй ты! Да ты!

Повернувшись на окрик, парень с неприятным удивлением увидел, что это обращено к нему. Его подзывал рослый детина, одетый в кожаную куртку. Своим видом, одеждой и поведением, бугай весьма сильно напоминал бандюков-рэкетиров из девяностых годов.

- Что надо? - спросил Костя, не двинувшись с места.

- Чё надо, - передразнил бугай. - Иди сюда!

Сказано это было таким уверенным тоном, словно этот тип не сомневался, что парень сейчас кинется к нему на полусогнутых. Костя же от такой наглости только усмехнулся, и уже повернулся, чтобы уйти, как "рэкетир" вдруг резко сорвался с места и пробился через толпу к Косте, схватив того за локоть.

- Ты чё??? - быканул бугай.

- Э... Ты чего? - попытался отстраниться парень.

- Короче!

"Рэкетир" уверенно начал объяснять, что сейчас Косте предстоит напрячься и помочь вынести из церкви и отнести куда-то гроб. Пока бугай говорил, из-за его спины вылезли двое: заплаканная тётенька с добрым лицом и какой-то широкоплечий, почти квадратный шпендик, одетый тоже в кожаную куртку и широченные светлые штаны. Он скалил зубы, оценивающе глядя на парня, а бугай, растягивая слова, объяснял, что мол, ещё немного, найдём ещё нескольких мужиков, и вы потащите гроб. Это "потащите" "рэкетир" упомянул несколько раз и Костя вдруг понял, что сам этот жлоб участвовать в процессе переноса не будет, а будет только руководить процессом, показывая дорогу.

От такого расклада парень просто опешил. Давненько он с такой наглостью не сталкивался. Пока бугай объяснял, заплаканная тётка жалостливо мямлила, что мол, ничего страшного, помоги уж нам...

Парень огляделся. Стоящие рядом мужички смотрели на него сочувственно-презрительными взглядами.

Тётка вдруг назвала адрес, куда надо тащить гроб, и Костя с изумлением понял, что ему предлагают вручную нести незнакомого покойника к месту, которое находилось километрах в трех от церкви.

- Извини, братан, - перебил "рэкетира" Костя. - Не могу, спешу.

На роже у бугая отразилось крайнее удивление. Он отпустил руку парня и угостил его пощёчиной. Получив сильный удар по щеке, Костя отшатнулся, резко развернулся и бросился бежать.

- Ста-ять! - зычным голосом крикнул ему вслед "рэкетир", но Костя и не думал останавливаться.

Несколько тёток что-то крикнули ему вслед возмущёнными голосами. Он же, вихрем пролетел по церковному двору, пересёк дорожку, по которой только что шёл и побежал далее. Преодолев три десятка метров и добежав до ещё одной асфальтовой дорожки, ведущей в сторону Волги, парень свернул на неё. Обернувшись на бегу, он увидел, что за ним бежит, потешно двигая ногами, шпендик. Тот сейчас только-только достиг ворот церкви. Ещё дальше за ним виднелся "рэкетир", который на бегу что-то кричал, угрожая.

Не сбавляя скорости, Костя понёсся дальше. Пробежав метров сто, оставив по левую руку шестнадцатиэтажку, парень остановился, восстанавливая дыхание, и обернулся. Шпендик в своих идиотских широких штанах только успел добежать до дорожки, на которой стоял Костя. Выйдя на дорожку, шпендик что-то закричал и помахал рукой, явно приглашая парня вернуться. К нему медленно подходил "рэкетир" тоже маша Косте рукой и что-то крича что-то вроде "мы тебя поймаем!"

Быстро сообразив, что от этих "мощных бегунов" опасности уже никакой, Костя развернулся и двинулся дальше обычным шагом. Ударенная щека пульсировала обидной болью, и парень вдруг почувствовал такую ярость, что сам удивился. Будь у него в руках пистолет он бы застрелил этих уродов, не раздумывая! Да и тётке досталось бы... Твари поганые!

Костя так разозлился, что остановился и обернулся. Шпендик и "рэкетир" медленно шли к церкви. Увидев, что он остановился, они снова замахали ему. Костя же только досадливо сплюнул. Его вдруг обуяла такая злость, что если бы эти гады повернули и пошли к нему, то он, не раздумывая, ринулся бы в драку.

Неожиданно пришла мысль, что "рэкетир" выглядит всё-таки криминально и у него вполне может оказаться в наличии огнестрел, а тогда уж руками не помашешь... Эта мысль подействовала, как ведро холодной воды на голову. Парень быстро остыл, развернулся и двинулся дальше.

Впереди, левее, автостоянка со шлагбаумом. Завидев парня, сторожевая псина, привязанная к будке у въезда, залилась лаем. На стоянке машин мало, а при входе, рядом со сторожкой разговаривают несколько пожилых мужиков, покосившихся на проходящего парня.

За стоянкой, совсем рядом, железная дорога. В этом месте насыпь низкая, не более метра. Увидев несколько стоящих за рельсами людей, Костя решил подойти к ним и расспросить о том, что делается на железной дороге. Нет ли заслонов по пути в центр?

Поднявшись на рельсы, он разглядел, что на автодороге, по другую сторону путей, стоят три молодых парня, одетых в кожаные куртки. Среди них выделялся высокий тип с орлиным носом и удивительно узким лбом. У ног парней стояли дорожные сумки и выглядели эти трое так, словно кого-то или чего-то ждали.

Переходя железнодорожные пути, Костя увидел, что к этой троице, с юга, по дорожке, подошел какой-то толстячок средних лет, несущий в руках большую сумку. Узколобый начал тому что-то говорить и толстячок тут же громко воскликнул:

- Да не вопрос! Я только "за!". Вместе веселее! - он засмеялся.

Когда подошел Костя, узколобый сам обратился к нему.

Из завязавшегося разговора, Константин узнал, что эти три парня местные, из квартала за Второй Продольной. Они направляются на север города, в Краснооктябрьский район, находящийся сразу за Мамаевым курганов, и решили идти именно по железной дороге, опасаясь полицейских заслонов на Второй Продольной. Тут же патрулей явно нет, но тоже опасно. Накануне вечером, двое каких-то их знакомых, возвращались по рельсам сюда, на "Авангард", с Ельшанки, и по пути на них напали. Один из них, сильно избитый, сбежал. А вот, что с другим - неизвестно до сих пор. Поэтому эти трое, с узколобым во главе, решили собрать здесь компанию и отправиться в путь толпой, поскольку к большой компании мало кто рискнет привязаться.

Глядя на крепкие фигуры парней, Костя подумал, что эти ребята весьма сильно опасаются, раз решили собрать тут целый отряд.

Тогда Константин, в свою очередь, решил рассказать об только что услышанной информации о непонятных патрулях в соседнем районе.

- Ну, а я тебе о чём? - сказал узколобый. - Поэтому мы тут и торчим...

Потекла неспешная беседа. Костя не стал скрывать, что идет на Спартановку. Толстячок же сказал, что пробирается ажнак в Поселок ГЭС.

Костя знал, что севернее ГЭС, берега Волгоградского водохранилища на многие километры между автодорогой и берегом оккупировали дачи горожан. Поселок ГЭС находился слева от дороги, немного выше плотины и являл собой самую северную точку Волгограда. Этот мужичок не выглядел опасным и Костя только порадовался, что сразу нашел спутника на всю дорогу.

Пока разговаривали, к ним, со стороны станции подошел худой мужик неопределенного возраста, который нес в руках древний коричневый чемодан. Молча выслушав предложение узколобого, мужчина сразу согласился идти вместе с ними, после чего уселся на свой чемодан, сообщив, что идет до проспекта Металлургов, что находится чуть дальше Мамаева кургана.

- Ну вот, - удовлетворенно говорил узколобый. - Ещё пару-тройку народу и двинемся.

Через несколько минут, со стороны станции, на дорожке показался очередной путник. Когда он приблизился, Костя разглядел низкорослого мужичка лет пятидесяти с седой головой. Одет тот был в черный спортивный костюм, а на плече у него висела объемная спортивная сумка с белой надписью: РОССИЯ.

Когда узколобый обратился к нему, мужик не притормаживая, не дослушав, сразу же раздраженно замахал рукой, словно мух отгонял. Сквозь зубы он проронил неразборчиво, нечто вроде:

- Некогда мне, спешу...

Быстрым шагом он миновал стоящих парней и двинулся дальше.

Минут через десять, с юга показались два молодых паренька, которые почему-то шли не по дороге, а двигались прямо по шпалам. Эти не стали отмахиваться, а сразу дали согласие присоединиться к шествию, после чего узколобый объявил об отправлении.

- Слушайте внимательно! - с нажимом сказал он. - Я думаю, мы нормально дойдем, но кто знает, что там дальше? Поэтому если какие уроды наедут, то не разбегаемся, а держимся вместе! Понятно? Всех сразу они не тронут, а по одному передавят только так! Ясно? Вот так!

Все подхватили свои вещи и двинулись по дорожке. Костя с небольшим изумлением заметил, что три главных парня, кроме сумок, подняли с земли, не замеченные им ранее, бейсбольные биты.

"- Повезло мне, - думал он. - Хорошо, что я к ним прибился. Вряд ли тут какие разбойники днём орудуют, но все-таки, в компании с этими крепышами гораздо безопаснее".

Быстрым шагом путники двинулись на север по дороге вдоль рельсов. Справа тянулся волжский берег, кое-где заросший кустарником. Отсюда до воды метров полтораста. Глядя на заволжский берег, Константин видел там деревья. Впереди и справа, там, где центр города - поднимались клубы дыма. Такие же клубы дыма виднелись и во многих других местах.

С левой стороны от железной дороги сперва тянулись многоэтажки, а затем они уступили место зарослям. То были остатки старинного сада, посаженного купцом Лапшиным более ста лет назад. В советские времена эта зеленая зона, протянувшаяся между железной дорогой и "Второй Продольной" километра на три, звалась "дендрарием Волгоградского университета", который располагался на склоне холма за Второй Продольной.

В "нулевые годы" началось уничтожение этих зеленых насаждений. В южную их часть врезались несколько элитных коттеджных поселков. А в середине сада вообще бесцеремонно отгрохали огромный молл и построили несколько больших супермаркетов. Оставшиеся насаждения превратились в запущенное редколесье...

Костя и его спутники шли по автомобильной дороге с правой стороны от рельсов. Эта дорога закончилась возле станции "Горная поляна". Станция, как и "Николая Отрады", так себе - две платформы и маленькое здание. Слева хорошо видны большие и дорогие коттеджи элитного поселка. Справа же растут деревья.

Без проблем миновав станцию по пустой платформе, путешественники продолжили путь по тропинке вдоль рельсов.

Менее чем через километр слева показалось здание молла. Справа же, на берегу Волги, возникла промзона. От нее, на север, вдоль путей, потянулась асфальтовая дорога, по которой они и двинулись. С левой стороны железной дороги тянулась Первая Продольная, но на ней почему-то вообще никакого движения.

Впереди, в ряд шли парни-вожаки и словоохотливый толстячок. За ними шагал Костя и мужик с чемоданом, которые изредка вставляли фразы в разговор. Замыкали их шествие двое парней, которые всё время молчали.

По дороге активно обсуждали текущее положение. Уже не подвергалось сомнению, что на Москву сбросили атомную бомбу, но при этом появились подробности, что бомба до цели не долетела, и на подлете к городу была сбита. Но при этом также сообщалось, что население из Москвы спешно эвакуируют и там, то ли из-за радиации, то ли из-за чего другого, жить уже невозможно.

- Тут так же будет скоро! - убежденно говорил толстячок. - Это я вам, можно сказать, гарантирую!

За разговорами время тянулось быстро. Вскоре миновали еще одну станцию "Обувная фабрика" - состоящую из двух примитивных платформ. Слева потянулись заводские корпуса. То была бывшая обувная фабрика. Прямо за ней проходила Первая Продольная и где-то там шастали непонятные патрули. Здесь же, возле железной дороги, никого. Изредка доносятся шум машин. То ли с Первой, то ли со Второй Продольной. Спутники Кости сходились на мысли, что это автобусы вывозят из города беженцев.

Справа от железной дороги потянулся частный сектор. Сюда, на их дорогу выходили улочки элитного коттеджного поселка. На одной из улиц они увидели человека. Заметив путников, мужик замахал руками и побежал к ним. Когда он приблизился, все разглядели черноволосого мужчину лет пятидесяти. Он одет был в спортивные шорты и почему-то домашние тапочки.

- Мужики! - запыхавшись, выкрикнул он. - Помогите! Ну, помогите же!

Путники остановились.

- Чего надо? - жизнерадостно поинтересовался толстячок.

- Работа есть для вас! Нужны четверо, - быстро затараторил мужик. - Там вынести и погрузить в машину вещи надо. Всё уже упаковано. Работы на час от силы. Плачу каждому по пять тысяч за работу.

- Пять тысяч чего? - поинтересовался один из товарищей узколобого.

- Рублей! Чего же еще? - искренне удивился мужик.

- Спасибо, не интересует! - откликнулся узколобый и двинулся дальше. Остальные потянулись за ним.

Мужик не отставал:

- Ну, погодите! Семь тысяч плачу! Ведь час всего работы!

Ему никто не отвечал, и все только ускорили шаг.

- Хорошо! Десять тысяч! - взвизгнул мужик, отставая. - Жалеть будете!

Ему по-прежнему, никто не отвечал.

- В клоун! - ухмыльнулся один из дружков узколобого, когда мужик остался позади. - За пять тысяч нанять хотел.

- Да пошел он, - согласно хмыкнул узколобый. - Я сейчас и за пятьдесят тысяч никуда не пойду.

- Вообще-то, - рассудительно заметил толстячок. - Пять тысяч за часовую работу - это шикарно. Но вопрос в том, что с этими деньгами будет дальше? Сдается мне, скоро наши рублики в фантики превратятся.

- Если уже не превратились, - подал голос мужик с чемоданом.

- Ну, да, - кивнул узколобый. - Если бы он мне баксов триста предложил, я бы ещё подумал, а так...

Начались разговоры, в которых обсуждались перспективы национальной валюты. Костя помалкивал и особо не прислушивался, решив зря не портить себе настроение. Главное, думал он, добраться поскорее до дяди Юры. А там видно будет. С таким вожаком, как дядя Юра и деньги не нужны. С ним и без валюты не пропадешь...

Опять стало досадно, что он не додумался до этих мыслей вчера. Если бы к обеду сообразил, что дело дрянь, то ещё вчера, до темноты, вполне мог бы добраться до дяди.

Глава 6, в которой герой понимает, что поезд дальше не идёт

Миновали ещё одну примитивную станцию-платформу - "Завод им. Петрова". Коттеджи справа сменились зданиями промзоны. Железную дорогу изредка пересекали переезды. С обеих сторон к железной дороге подходили рельсы-ответвления.

Через километр, автодорога, по которой шагали путники, ушла в правую сторону, к Волге, и путники двинулись прямо по шпалам. Тут начиналась товарная станция. На путях стояли вагоны-цистерны.

Шагая по шпалам, Костя вдруг заметил впереди людей. От этого зрелища он оцепенел. Незнакомцев было трое, и виднелись они в левой стороне, прямо на рельсах соседнего пути. Один мужик, лет тридцати, стоял сутулясь, и с угрюмым видом смотрел на приближающихся путников. За его спиной, прямо на рельсе сидел молодой парень с дебильным лицом, который ёжился и держал руки у лица, словно ему было холодно. Рядом с ним, на коленях сидел еще один непонятный тип, который копошился в черной сумке с надписью: РОССИЯ.

Тут же, на шпалах, лежал владелец этой сумки. Уже знакомый путникам седой мужичок в черном спортивном костюме, который так торопился...

Судя по пятнам крови на его волосах и шпалах, ему проломили голову.

- Все нормально, парни, - сонным наркоманским голосом сказал сутулый, когда путники поравнялись с ними. - Тут человеку плохо, инсульт. Вон, ищем его адрес, чтобы вещи родным переслать... Все нормуль...

Путники молчали и только ускорили шаг. Наркоманы-убийцы остались позади...

Костя почувствовал дрожь. Попутчики сбились в кучку. У всех испуганные напряженные лица. Узколобый, оглянувшись, обвел всех многозначительным взглядом. Явно, он хотел что-то сказать, но не стал. Зачем? Всё и так было ясно.

Косте же хотелось просто расцеловать вожака.

"- Ведь кто знает... - думал парень, - пойди я в одиночку, возможно на месте седоволосого лежал бы сейчас именно я..."

Быстрым шагом путники двигались дальше. Впереди, справа, показались многоэтажные дома микрорайона Ельшанка. По левой стороне, на отдалении, также виднелись многоэтажные дома.

Станция кончилась. В левую, западную, сторону повернули две ветки рельсов. Они вели на Дон. Костя знал, что если идти по этим рельсам, в десятке километров далее будет поселок Горьковский, где по слухам находятся лагеря, куда свозят беженцев из "Авангарда".

Путники же, шли прямо, на север. Туда вела трёхпутная железная дорога. Самый крайний, правый путь, выглядел заброшенным.

Тут же, почти в месте, где на запад отходила ветка, расположился железнодорожный переезд. Раньше "Первая Продольная" в этом месте пересекала железную дорогу и тут часто скапливались пробки. Но потом под железной дорогой построили большой автомобильный тоннель, который спрямил Продольную и ликвидировал пробки. Переезд давно уже не функционировал. Справа от путей стоял домик смотрителя, рядом с которыми Костя увидел троих парней. Все в серой форме, похожей на омоновскую. У двоих он заметил калаши в руках.

При виде путников эти трое оживились и даже сделали шаг к ним. Костя заметил, как напрягся узколобый с дружками.

Шагая быстрым шагом, путешественники достигли переезда. Трое парней возле будки стояли и молча смотрели на них. Косте не понравились их лица, ибо смотрели те так, словно присматривались и гадали, стоит ли им задерживать этих путников или нет?

Видимо, эти трое решили не связаться, и поэтому идущие прошли мимо, оставив переезд за спиной. По краям от железной дороги потянулись капитальные гаражи.

- Видали? - уверенно сказал узколобый. - Если бы нас мало было, тормознули бы только так!

Железная дорога немного повернула в левую сторону. Гаражи по краям быстро кончились, и путники прошли поверху автомобильного тоннеля. Справа осталась надземная часть вестибюля скоростного трамвая, выстроенная из оранжевого кирпича. Это была станция волгоградского подземного трамвая. Теоретически, если спуститься туда, в тоннели и сесть на трамвай, можно было доехать почти до Тракторного завода, до места, где Вторая Продольная вливалась в Первую, а оттуда, где-то за час вполне дойти до дома дяди Юры. Но какие сейчас трамваи, без электричества-то?

Вестибюль метротрама остался позади. Глядя за него, в сторону Волги, парни увидели место, где выходящая из тоннеля автодорога соединялась с улицей, выходящей из микрорайона. Там стоял зеленый БТР и виднелось несколько человек. Путники ускорили шаг.

В правую сторону, куда-то к берегу Волги, ушел третий заброшенный путь, и теперь парни шагали по двухпутной железной дороге. Впереди справа хорошо просматривалось огромное зеленое здание волгоградского элеватора.

По краям дороги стояли частные одноэтажные дома. Миновав гаражный массив, железная дорога вышла на мостик, перекинутый через небольшой овраг. Слева, через такой же мостик, этот овраг пересекала однопутная линяя, идущая с запада, от поселка Максима Горького и соединяющаяся с путями, по которым шли путники.

Когда они вступили на мостик, на другой его конец, откуда-то сбоку, на рельсы вышли несколько молодых парней в рваной одежде. Они уставились на идущих такими же оценивающими взглядами, как парни у переезда, но, как и те, эти шпанята решили не связываться. Просто попросили закурить, а когда им отказали, ничего не сказали.

Поэтому маленький отряд преодолел мостик и без проблем оказался в Ворошиловском районе. После моста рельсовые пути начали расширяться. Явно тут начиналась станция.

- Это "Волгоград-2", - подал голос толстячок. - Тут вон вагонное депо, а сама станция дальше.

Впереди виднелись забитые составами пути. Костя знал, что здание станции находится с левой стороны, но узколобый увлек свой отряд в правую сторону. Вскоре они шагали между товарных составов. Пройдя несколько сотен метров, Костя взглянул назад и успел заметить, как два молчаливых паренька, не прощаясь, юркнули под один из вагонов состава, стоящего по левую сторону от путей, по которым они шли.

Костя знал, что станция "Волгорад-2" вроде бы не сильно маленькая, но миновали ее довольно быстро. Не прошло и двадцати минут, как пути начали сужаться и составы на них кончились. Стало видно, что впереди их трехпутная дорога пролегает по насыпи. Справа, рядом с насыпью, виднелся новый, недавно построенный футбольный стадион с красивым покрытием. Слева же, вдоль железной дороги протянулась трамвайная линия, за которой виднелись пятиэтажки.

Наконец, третий путь с правой стороны закончился тупиком над обрывом, за которым вперед, по насыпи тянулась уже обычная двухпутная железная дорога. Миновав мостик, под которым проходили трамвайные пути, Костя увидел слева, метрах в ста большую церковь и сообразил, что это "Казанский собор", про который он знал, что в советские времена это была единственная церковь в городе.

Взглянув в другую, правую сторону, Костя увидел уходящую в сторону Волги улицу из трех и четырехэтажных домов. По центру улицу, посреди автодороги, проложены трамвайные пути. На улице ходят люди, по двое, по трое... Идут в разных направлениях и почти у всех в руках сумки. Вероятно, спешат на эвакуацию.

Парни же шагали в сторону центра по железной дороге, которая проходила здесь по небольшой, метров пять высотой, насыпи. Слева от нее тянулась неглубокая канава. В десятке метров за ней, параллельно насыпи проходила двухпутная трамвайная линия, идущая в центральный район. За линией стояли жилые многоэтажные дома.

С правой же стороны насыпи тянулась небольшая асфальтовая дорога, забитая легковыми машинами. За дорогой, вдоль их пути протянулись несколько пятиэтажек.

Интересно было, что с левой стороны, склоны насыпи состояли из щебенки, поросшей травой, а справа насыпь была облицована квадратными бетонными плитами.

Узколобый вдруг обернулся и посмотрел на Костю:

- А где эти? - спросил он, имея в виду тихих парней.

Константин не успел ответить, как толстячок сказал:

- Так они и шли до Второго Волгограда.

- Ну, ясно, - узколобый отвернулся.

Впереди оказался очередной мостик в насыпи. Судя по количеству машин вокруг, тут проходила оживленная трасса. Сейчас же по обочинам стояли машины и, странное дело, многие были покорежены и выброшены на обочину, словно какие-то бульдозеры расчищали дорогу.

- Это улица Елецкая, - сказал толстячок, показывая в левую сторону.

Там тоже, кое-где видны кучки людей, но почему-то совсем не видно машин.

Костя, конечно же, слышал про эту улицу. Она соединяла Первую и Вторую Продольную. Большая часть пассажиропотока, идущего по Второй Продольной из центра города на юг, двигалась именно по ней.

- А вот это, улица Огарева, - толстячок показал на продолжение Елецкой в правой стороне.

Про эту улицу Костя тоже слышал и знал, что это продолжение Елецкой, и там, дальше, она соединятся с Первой Продольной. Тысячу раз он тут проезжал на автобусах и маршрутках.

Откуда-то издалека доносились звуки громкоговорителя. Толстячок предположил, что где-то там находится эвакуационный пункт.

Парни, идущие впереди, почему-то обратили внимание на лежащие и стоящие по краям насыпи автомобили. Костя сперва не понял их интереса, но затем услышал слово "бензин". Тут же он заметил, что у всех легковушек по краям дороги, что тянулась справа от насыпи, открыты бензобаки. Видимо, кто-то сливал бензин...

Двигаясь быстрым шагом, миновали еще один мостик. Слева тянулись жилые кварталы. На отдалении от насыпи стояли девятиэтажные дома, а за ними виднелись пятиэтажки. Справа Костя видел окруженную белым кирпичным забором большую электрическую подстанцию, к которой сходились несколько высоковольтных линий электропередач. Когда подстанция осталась позади, справа потянулись жилые пятиэтажки.

Впереди, на рельсах показался путник. По виду молодой парень. Спутники Кости оживились, вероятно, решив расспросить его о пути впереди. Однако, когда путник приблизился и узколобый обратился к нему, тот шуганулся. Он быстро побежал вниз по склону в левую сторону. Внизу перепрыгнул через канаву и остановился только на трамвайных путях, глядя на них.

- Дурачок какой-то, - только и сказал узколобый.

- Идиот, - усмехнулся толстячок.

Впереди показался очередной мостик над улицей, что проходит сквозь насыпь.

- Тихо! - вдруг скомандовал один из парней впереди, резко присаживаясь на корточки. Костя и остальные тоже присели, с тревогой глядя вперёд. Там, с правой стороны, на улице показалась белая полицейская машина с включёнными мигалками. За ней автобус, затем ещё один. Колонна быстро достигла насыпи, проехала под железнодорожными путями и двинулась куда-то влево.

- Это народ эвакуируют, - сказал толстячок. - На Вторую Продольную сейчас едут, а вот куда дальше, хрен знает!

Присев, парни смотрели на колонну. Костя насчитал двенадцать автобусов. В Конце колонны ещё одна машина с мигалками. Когда колонна скрылась за домами на улице слева от насыпи, путники поднялись и быстро двинулись вперёд.

Достигнув моста над дорогой, по которой проехала колонна парни увидели вдали с мигалки последней машины...

Железная дорога вела путников дальше. С правой стороны пятиэтажки закончились, уступив место частному сектору. Слева же, на улице, по которой уехала колонна, виднелись несколько девятиэтажек, а за ними другие жилые дома и какой-то то ли детский садик, то ли школа.

Впереди показался большой овраг, за которым лежал уже Центральный район. Костя приободрился. По его прикидкам, до железнодорожного вокзала оставалось километра полтора-два. И это уже, считай, полпути пройдено. Затем еще пара километров и будет Мамаев курган. Останется обойти его и там уже финальный участок до дяди Юры.

"- Часов через пять я точно уже буду на месте", - оптимистично думал парень.

Частный сектор справа кончился. Железная дорога пересекала овраг по огромной насыпи. По ней справа тянулась автодорога. Слева же - двухпутная трамвайная линяя. Между ними, на насыпи железная дорога, по которой топал Костя со спутниками.

Глядя вправо, в сторону Волги, Костя видел в полукилометре большой автомобильный мост, по которому этот овраг пересекала Первая Продольная. Рядом, перед ним, еще один мост - в два раза ниже. По нему овраг пересекает линия подземного скоростного трамвая. А еще дальше, за мостами, виднелась Волга.

С левой же стороны пейзаж немного другой. Тут, под насыпью находился большой овраг, заросший деревьями. На южном склоне оврага разместились многоэтажные гаражи. В нескольких сотнях метров к западу виднелась еще одна насыпь, по которой овраг пересекала Вторая Продольная. Далее, за дорогой, на южном склоне оврага, виднелась высоченная бетонная труба, видимо какого-то заброшенного завода. Во время поездок на маршрутках и автобусах, Костя часто её видел, но не помнил, чтобы она дымила.

Костя, шагал по шпалам, глядя себе под ноги. Впереди бубнил толстячок. Изредка ему отвечал узколобый или кто из его товарищей.

Бросив взгляд вперед, Костя увидел, что впереди железная дорога довольно сильно поворачивала в правую сторону. До вокзала рукой подать. Взглянув на часы, парень увидел, что ещё нет и полудня.

"- А неплохо мы идем", - самодовольно подумал Костя.

При этой мысли, он почему-то вдруг почувствовал сильную усталость и тут же вспомнил, что они ни разу во время пути не делали нормального привала.

"- Перед вокзалом скажу парням о привале, к тому же, надо решить, как через центр пробираться. То ли прямо по рельсам, в наглую, через вокзал, то ли обойти его по окрестным улицам".

Он начал было прикидывать возможный маршрут, как идущие впереди парни вдруг рванули в левую сторону.

- Быстро! - обернулся с перекошенной мордой узколобый.

Ничего не понимая, Костя застыл на секунду, но тут же подался вслед за ними, к левой стороне насыпи и далее, вниз к трамвайным рельсам.

- Что такое? - обратился он толстячку, который пыхтел, быстро спускаясь вниз по склону из щебенки и песка.

- Какие-то люди... С оружием... Справа, под самой насыпью.

- И чего? - подал голос мужик с чемоданом. - Они заметили нас?

- Не важно! - с нажимом обернулся узколобый. - Лучше тут обойдем.

Сразу же волнительно застучало сердце.

"- Интересно - , подумал Костя. - Как они их прошляпили и издалека не заметили? Тут же дороге влево поворачивает, за километр всё видно и за километр любые толпы надо обходить!"

Видя серьёзные лица спутников, парень не стал задавать им глупые и неприятные вопросы, молча шагал вниз по насыпи, стараясь не поскользнуться на склоне. Спустившись, путники перешли через трамвайные рельсы и двинулись по краю оврага, продолжив свой маршрут вдоль железнодорожной насыпи.

Костя осмотрелся. Они приближались к северной стороне оврага, по которому протекала река Царица. Внизу, прямо под ними, среди зелени и деревьев, росших на дне оврага, блестела узкая лента маленькой реки. С другой стороны насыпи и до самой Волги эта река была скрыта в подземном коллекторе.

Но не о реке думал сейчас парень. Впереди узколобый, его дружки и толстячок активно обсуждали увиденных вооруженных людей. Все путники часто бросали взгляд на насыпь, но наверху никто не показывался. Поэтому парни начали спорить, нужно ли вообще было бежать сюда, вниз.

Впереди трамвайная остановка без скамеек. Справа от нее железнодорожная насыпь. Слева же, густая стена кустарников. За кустами виднелись корпуса строительного техникума. Между ним и северным краем оврага разместился большой гаражный массив, который тянулся почти до Второй Продольной. Там, на этой стороне дороги, прямо за гаражами виднелся большой гипермаркет известной торговой сети. Далее, за Второй Продольной, виднелись редко стоящие многоэтажные дома.

Появилась мысль - а может, зря мы тут идем? Кто знает, что это за вооружённые люди по ту сторону насыпи? И что будет, если они сейчас появятся наверху и прикажут остановиться?

От таких мыслей стало очень неуютно и парень ещё раз огляделся. Путники вступали в Центральный район. Тут куча всяких учреждений. В частности, на этой стороне насыпи располагалась куча полицейских учреждений. За насыпью же их также хватало. Там и управления полиции, и ФСБ, и еще куча каких-то военно-полицейских контор. Тут же вспомнилось, что по эту сторону насыпи, в считанных сотнях метрах, впереди находится городское СИЗО. Кто знает, что и как там сейчас?

Да и вокзал впереди. Все-таки, это стратегический объект. Наверняка его охраняют и вряд ли пускают через его территорию всех желающих...

Настроение конкретно испортилось. Появилось какое-то нехорошее предчувствие, что зря лезем сюда. Лучше бы обойти эти места. Но как? Оглянувшись, Костя с досадой подумал, что обойти центр города не так и просто. Можно вернуться назад, на противоположный край оврага, и там, через дворы многоэтажных домов, пройти ко Второй Продольной и дальше, в частный сектор. Там пересечь овраг, и далее, по большой дуге, обходя центр, выйти к Мамаеву кургану.

Крюк огромный и стоит ли так заморачиваться?

"- А может, я зря панику развожу?" - подумал Костя, но все-таки решил поговорить с товарищами.

- Парни! - громко сказал он вслух. - Разговор есть!

Узколобый и толстячок тут же остановились и обернулись к нему.

- Короче, - решительно начал Костя. - Я вот чего подумал...

- Опа! - перебил его один из дружков узколобого, который смотрел куда-то вперед.

Взглянув туда, Костя увидел, что из зарослей рядом с трамвайной остановки, к рельсам выходят какие-то люди. Одеты они были в военную форму защитного цвета. Почти у всех в руках автоматы.

Константин почувствовал, как у него похолодела от страха спина.

Незнакомцев оказалось шестеро, и они двинулись навстречу. Через минуту вооруженные молодые мужчины стояли прямо перед ними. Костя оказался посредине. Слева узколобый и его дружки, а справа толстячок и мужик с чемоданом.

Глядя на вооруженных ребятишек, Костя отметил, что оружие, укороченные АК, у пятерых. Шестой, без оружия в руках, довольно молодой парень с жидкими светлыми волосами на голове, сказал:

- Одну минутку, господа. Проверка документов.

- А вы кто будете? - поинтересовался узколобый.

- Мы из ФСБ, - пояснил жидковолосый.

Он сунул руку на пазуху и быстро вытащил красную книжечку-удостоверение. Развернув, он продемонстрировал документ путникам. Костя не успел даже рассмотреть фотографию, не говоря о фамилии и звании, как парень убрал её.

- Спокойно, - говорил жидковолосый. - Ничего страшного. Приготовьте документы.

- Бросайте, - кивнул узколобому другой фээсбэшник.

Те, не пререкаясь, бросили свои биты на землю.

- П-фф, - выдохнул воздух толстячек рядом.

Глянув на него, Костя увидел, что тот смотрит куда-то в сторону и наверх. Проследив за его взглядом, парень увидел, что на насыпи стоит еще пять человек. Тут же трое из них начали спускаться по насыпи. Судя по тому, что стоящие перед путниками ребята не обратили на шум шагов спускающихся никакого внимания, Костя понял, что они все - одна компания.

Между тем начался досмотр. Узколобого и его парней отвели в сторону и начали обыскивать. Подошедшие с насыпи, занялись толстячком и мужиком с чемоданом. На минуту Костя остался один.

"- Бежать бесполезно, - беспомощно думал он. - Пристрелят только так. Кто тут разбираться будет? Лучше делать, как они говорят. А потом, если увижу, что дело труба, то и попытаюсь сбежать. Просто так стоять и ждать пулю я не буду!".

Больше он ничего не успел подумать. К нему подступил жидковолосый:

- Документы.

Костя подал паспорт. Фээсбэшник мельком скользнул взглядом по фамилии и открыл страницу с пропиской.

- Куда направляемся?

- На Спартановку.

Проверяющий отвел взгляд от паспорта и взглянул на парня, недобро прищурившись:

- С какой целью?

Костя вспомнил про тамошних китайцев и сразу понял, что тут надо быть убедительным и поэтому надо как-то соврать, дабы в китайские шпионы не записали. Поэтому он сказал:

- У меня девушка там. Она вчера должна была ко мне приехать, а не приехала. И вот я к ней шел.

- Адрес у девушки какой?

От этого вопроса спина Кости мгновенно похолодела. Хоть он и бывал у дяди Юры много раз, но его улицы и номера дома не знал. Да даже номера квартиры не помнил, хотя мог найти её, что называется с закрытыми глазами. Сейчас же Костя понял только одно - надо отвечать чётко и быстро, дабы не вызвать подозрений.

- Да я и не знаю номера дома. Второй подъезд. Я могу рассказать, где находится!

Он начал было объяснять, как идти к дому дяди Юры от остановки троллейбуса, но фээсбэшник его перебил:

- Почему по железной дороге идёте?

- Ну, так, это... Я хотел по Второй Продольной идти, но утром мне сказали, что там, на "Обувной", какие-то заслоны. Говорят, что какие-то уголовники и вообще непонятно кто, людей обыскивают. Вот я и решил...

Пока он говорил, к Коасте сзади подошел другой фээсбэшник, поднял парню руки и быстро обыскал. Вытащив из внутреннего кармана складной нож, обыскивающий подал его жидковолосому.

- Это зачем? - показал тот нож Косте.

- Ну как? Вообще... На всякий случай... Время ведь, какое...

Фээсбэшник раскрыл лезвие и осмотрел его, словно выясняя, нет ли на нем следов крови. После чего, закрыл нож и сунул его себе в карман.

- Всё ясно, - сказал он, возвращая паспорт Косте. - Вон там подождите.

Он кивнул в сторону, где стоял узколобый с дружками. Стоящий с ними рядом Фээсбэшник, как бы невзначай держал свой автомат наведенным на них. Двое его коллег, сидя на корточках, копались в сумках парней.

Костя сделал несколько шагов к ним, как его окрикнули за спиной:

- Эй, ты, стой!

Обернувшись, парень увидел, что его звал фээсбэшник, стоящий перед толстячком. Во время своего допроса Костя, что называется, "краем уха", видел-слышал, что у толстячка вроде бы не оказалось с собой документов.

Сейчас тот проверяющий и жидковолосый смотрели на Костю:

- Вы с ним вместе, что ли идете?

Толстячок смотрел на парня умоляющим взглядом, словно просил заступиться и сказать, что да, вместе идем, друганы мы. Но Костя не стал рисковать. Учитывая, что документов у этого типа не было, то кто знает, что это за пассажир такой? Поэтому парень сказал осторожно:

- Ну да, вместе. Мы тут все вместе идем.

- Вы с ним вдвоём идете? - уточнил жидковолосый.

- Да нет. Мы утром познакомились.

- Понятно.

Жидковолосый отвернулся, а взгляд толстячка обжег ненавистью.

- Идите, - стоящий рядом фээсбэшник кивнул парню в сторону узколобого.

Костя, не пререкаясь, двинулся туда. Пройдя немного, за спиной послышались крики:

- Стоять! На землю! Руки!

Резко остановившись и обернувшись, Костя увидел, что это не ему. Толстячок стоит на коленях с заведенными за голову руками, а другой их спутник вообще лежит на земле мордой вниз.

Подойдя к узколобому, парень увидел, что у него и его дружков напряженные бледные лица. Через несколько минут возня возле их незадачливых попутчиков прекратилась. На толстячка и молчаливого мужика надели наручники, сковав руки за спиной, после чего их погнали вверх на насыпь. Их вещи понесли за ними. Часть фээсбэшников двинулась наверх, а двое шли вдоль рельсов назад, к югу. Там, по краю насыпи между трамвайными рельсами и оврагом, приближались еще двое каких-то мужчин. Шли они очень медленным шагом, явно желая оттянуть момент встречи с обыскивающими.

В сумках узколобого и его друзей не нашли ничего криминального. К стоящим парням подошел жидковолосый.

- В общем, так, - сказал он. - В районе проводится эвакуация. У меня приказ, всех отправлять на эвакопункт и дальше, в лагерь временного размещения. Если возражаете, можете обратиться к моему начальству, - он кивнул на насыпь. - Но оно тут не скоро появится. Придется под замком посидеть вот с этими и другими. Я бы вам не советовал.

Он обвел многозначительным взглядом четырех парней перед ним.

- Что выбираете?

- Идем на эвакуацию, - глухо сказал узколобый.

Удовлетворенно кивнув, жидковолосый вопросительно посмотрел на Костю.

- Я тоже, - сказал Костя.

- Отлично. Идите.

Парни подхватили свои сумки и двинулись дальше вдоль трамвайных путей. Фээсбэшник дал знак и несколько его подручных, двинулись за парнями вдоль трамвайных путей. Автоматы они держали так, что в любой момент могли начать стрелять в конвоируемых.

Обернувшись, Костя увидел, что фээсбэшники подняли с земли дубинки, брошенные дружками узколобого, и покидали их в овраг. Вспомнив о своем ноже, парень поморщился, но тут же подумал, что не стоит лезть на рожон, поднимая вопрос о его возвращении. В любом случае, против подобных вооруженных ребят, нож никакая не защита.

Под конвоем двух вооруженных фээсбэшников четверо парней шагали вдоль трамвайных путей. Они миновали остановку трамвая "Строительный техникум". От остановки тут одно название - ни навеса, ни скамеек. С левой стороны, вдоль путей, потянулась автомобильная дорога, которая вела назад, к гаражному массиву на краю оврага. С левой стороны дороги стояла огороженная сетчатым забором асфальтовая площадка перед трехэтажным зданием, на которой Костя заметил несколько грузовых автомобилей со знаками "Учебный".

Впереди, железнодорожная насыпь и рельсы трамвая, плавно заворачивали в правую сторону. Далее, прямо по курсу, высились высокие жилые дома центра города.

Шагая по автодороге вдоль рельсов, парни с конвоем подошли к восьмиэтажному зданию, которое Костя заметил еще на подходе к оврагу. Стена здания была сделана в виде квадратных ниш с окнами. Стена вокруг окон в этих нишах была облицована голубым кафелем. Само же здание оказалось окруженным забором, выстроенным из дорогого светло-желтого кирпича. Пройдя вдоль забора, Костя увидел распахнутые стальные ворота, выходившие на дорогу, по которой вели их фээсбэшники. В проеме стояли несколько вооруженных мужчин.

- Заходите, - кивнул пленникам один из конвойных.

Без проблем миновав охрану, Костя со спутниками вошли во двор. Конвоиры остались за воротами.

Во дворике Костя увидел несколько дорожек и красивый газон с кустами. На газоне стояли офисные столы, рядом с которыми сидели и стояли несколько десятков человек. Парень сразу же понял, что это такие же, как они - остановленные бедолаги, ожидающие эвакуации.

На новоприбывших тут никто не обратил особого внимания. Просто взглянули разок и отвернулись. Узколобый с товарищами заняли место возле стены. Костя также решил держаться возле них и встал рядом - не вплотную, а в паре метров рядом. Однако не тут-то было. Узколобый неприязненно посмотрел на парня и сказал с раздражением:

- Ну чего ты тут трёшься? Вон, иди, там походи.

Признаться, такое отношение покоробило. Он к ним в друзья не лез, но все-таки можно было повежливее отшить. Да и вообще...

"- Вот мудак!" - только и подумал Костя.

Ни говоря ни слова, он развернулся и двинулся прочь, к ближайшей кучке людей. Народ там самого разного возраста. От совсем юных парней до пенсионеров. Говорили о политике, то бишь, ругали власть. В первую очередь местную.

Если честно, то Константин политикой не интересовался и даже не знал, кто мэр города. Поэтому среди называемых фамилий он узнал только фамилию губернатора.

Обругав местную, мужики перешли к государственной высшей власти. Тут знакомых Косте фамилий прибавилось. Однако рассуждавшие явно были искушенными знатоками, поскольку употребляли также и клички политиков. В них парень совсем не ориентировался. Кого тут только не было: и "плешивый", и "окурок", и "моль", и "беззубый", и "фанерный маршал", и "грустная лошадь" и даже "дебильный медвежонок".

Вдоволь прошедшись по власти, говорившие перешли к более насущным проблемам - к эвакуации. Худой старик, одетый в синюю спортивную куртку и драное трико, утверждал, что самые умные ещё накануне эвакуировались и сейчас в городе остались только всякие бестолочи.

- Ну а ты, Никитич, чего вчера не уехал? - ухмыльнулся один из мужиков.

- Значит, дела тут были! Вот и не уехал! - огрызнулся старик.

- И какие же у тебя тут дела? - поинтересовался сидящий на корточках мужик уголовного вида.

Старик посмотрел на того и спросил:

- А ты с какой целью интересуешься?

Сидящий на корточках урка ничего не ответил.

Разговоры опять вернулись в прежнее русло. Опять стали ругать власть и обсуждать последние слухи. Многие из них: про раздел страны и атомную бомбу, сброшенную на Москву, Костя слышал ещё вчера.

Осмотревшись, парень отметил, что мужиков на площадке чуть больше двух десятков. Большинство сидит в кучке рядом. Некоторые ходили взад-вперед. Были также и одиночки, сидящие на корточках или стоящие поодаль. Бросив взгляд на бывших попутчиков, Костя немного удивился. Те стояли с такими решительными и хитрыми рожами, что у парня не возникло сомнений, что те ждут не дождутся случая сбежать.

В любом случае, плевать на этих придурков. Хотят бежать - пусть бегут... Парень отвернулся.

На другой стороне двора виднелись ещё одни открытые ворота. Рядом с ними будка охраны. От тех ворот в голубое здание ходили взад-вперед люди, вынося из здания какие-то картонные коробки и, видимо, загружая их куда-то. За кирпичной стеной окружающей двор изредка проезжали невидимые со двора машины.

Медленно тянулось время. Через пару часов от будки охраны к "пленникам" направилась кучка вооруженных людей. Всех задержанных выстроили в колонну, по двое, и погнали к тем воротам, куда носили коробки.

Глава 7, в которой героя несёт по течению

Выйдя со двора, мужики увидели старый грузовик. Через открытый задний борт началась загрузка. Скамеек в кузове не было и, оказавшись внутри, люди приникли к бортам, которые доставали до груди. Костя занял место у правого борта, схватившись за него обеими руками. Слева от него оказался старик Никитич, а справа интеллигентного вида мужик в белом плаще. Те, кому не хватило мест возле бортов, встали вторым рядом, держась за борт одной рукой.

Через несколько минут после погрузки, грузовик тронулся. Проехав незнакомой дорогой, через минуту грузовик выехал на Вторую Продольную и повернул в сторону центра. Скоро показался перекресток двух крупных городских дорог. Вторая Продольная, по которой они ехали, вела вперед, на север. С этого места, до Мамаева кургана всего несколько километров. Если же на этом перекрестке свернуть направо, то это путь в самый центр города. До железнодорожного вокзала тут меньше километра.

А вот в левую сторону уходил проспект имени маршала Жукова. Эта дорога через десяток километров покидала город, превращаясь в "московскую трассу", которая, как следует из названия, вела на Москву.

Достигнув перекрестка, их грузовик повернул влево.

- Во! - тихо заговорили мужики в кузове. - В Городище повезли. Там лагерь...

Городищем назывался большой поселок в пригороде Волгограда, находящийся всего в каком-то десятке километров от центра города.

Дорога, по которой они ехали, превратилась в широкий проспект, состоящий из двух трехполосных дорог, между которыми расположилась разделительная полоса с двумя рядами деревьев.

Мужики, стоящие рядом, уверенно говорили, что их везут в лагерь беженцев, который устроен где-то за Городищем и куда со вчерашнего дня вывозят людей из центральных районов города.

Костя подумал, что из-за большой длины города, народ из разных районов развозят по разным лагерям. Как использовать эту информацию парень не знал и поэтому решил просто ждать, что будет дальше и пока зря не дёргаться.

Между тем, грузовик, переехал двойную трамвайную линию, проехал немного и остановился у правого края дороги. Там уже стоял грузовик, в открытом кузове которого виднелись мужики - вероятно, такие же бедолаги, как и спутники Константина.

Как только грузовик остановился, из кабины выскочил мужик в полицейской форме, который громко велел никому не покидать кузова.

Мужики в кузове предположили, что тут формируют колонну, дабы всех вместе везти в лагерь беженцев за городом, а парень тем временем внимательно осмотрелся.

Несмотря на близость к самому центру города, вокруг расположился так называемый "частный сектор" - массив из частных подворий, застроенный разнокалиберными домиками. Красивые современные коттеджи стояли вперемешку с одноэтажными лачугами советских времен. Дома, окруженные глухими заборами, тянулись параллельно трассе, по обе ее стороны.

Грузовик, в кузове которого стоял Костя, стоял возле правого края дороги. Тут вдоль нее проходил асфальтовый тротуар. За тротуаром, метров через двадцать пустого пространства, заросшего редкими молодыми деревьями, тянулись заборы частного сектора. Где-то за ними, километрах в двух-трех находился, невидимый отсюда Мамаев курган. Обернувшись, Костя увидел, что по другую сторону проспекта тоже стоят жилые дома, но они находились куда ближе к дороге, чем дома на этой стороне.

Послышался звук мотора, и позади остановился ещё один грузовик, в кузове которого виднелись люди. По всей видимости, еще одна партия задержанных патрулями бедолаг.

Мужики рядом опять, уже более уверенно, заговорили, что тут "формируют колонну".

Парень ещё раз осмотрелся.

"- Что же делать?" - досадливо подумал он. - Ну и глупо же я попался! И кто знает, что там в этом лагере?"

Костя с тоской посмотрел на заборы домов вдоль дороги. Где-то за ними, вдали, - вожделенная цель - дом дяди Юры.

"- А если сбежать?" - появилась в голове довольно толковая мысль.

Спрыгнуть из машины на тротуар - дело пары секунд. Пересечь пустое пространство - дело десяти секунд. А там - рывок через забор и, считай, свобода! Скорее всего, тут большинство домовладений пустые стоят. Перелезу еще через пару заборов, и я на улице, что тянется параллельно проспекту. Потом, таким же макаром, через заборы, можно перелезть на следующую улицу, а там уже идти нормально. Дойти до улицы, ведущей прочь от проспекта, на север, и двинуть по ней в сторону Мамаева кургана. Там, опять выйти на железную дорогу, и, с куда большей осторожностью, чем ранее, двинуться дальше - до самого дома дяди Юры.

Тут ведь охраны всего ничего! Не бросят же менты грузовики ради того, чтобы гоняться по частному сектору за одним беглецом.

План побега так захватил парня, что он, не в силах сдерживать возбуждение, отвернулся от борта и посмотрел на мужиков рядом, прикидывая, не будут ли они препятствовать его побегу?

В кузове, тем временем, происходил весьма интересный разговор. Какой-то мужчина в очках, с грустной улыбкой повествовал о своем соседе, который давно уже готовился к "концу света".

- Он мне так и сказал, - говорил очкастый. - Говорит, буду сидеть дома тихо, пока тушёнка не кончится. А у него там её ящика три!

- Да, - сказал кто-то. - Если у него там ящики консервов, то он там целый год без проблем просидит.

Рядом фыркнул Никитич. Оборачиваясь, дед задел рукой Костю.

- Дурак твой сосед! - сказал старик очкастому. - Тушёнка у него! А пить, он там что будет? Мочу свою?

- Так у него воды полно. Там бутылок - целая кладовая.

Никитич опять фыркнул.

- На воде и тушёнке он только до заворота кишок досидится. Без горячей воды и еды - кранты ему капитальные. Ему и всем дуракам, которые решат также, по-тихому, отсидеться.

- Ну, подождите, - возразил очкастый. - Воду ведь кипятить можно!

- Где? - Никитич, криво улыбаясь, посмотрел на оппонента. - На плите?

- Нет, конечно. Газа-то нет. Но ведь можно костер развести. Я же понимаю, что в квартире этого сделать нельзя. Но можно ведь и на крыше.

Несколько мужиков рядом усмехнулись. Очкастый и сам понял, что ляпнул глупость, быстро заговорил:

- Ну да, на крыше нельзя, там ведь рубероид... Но кто мешает во двор спуститься и там разжечь? Там и воду кипятить и суп варить можно. И не на одну семью!

- Суп варить, - хмыкнул Никитич каким-то зловещим тоном. - Ага! Чтобы каждый мимо проходящий мародер к тебе "на огонек" захаживал?

- Ну, подождите... - недоверчиво улыбнулся очкастый. - Вы что, считаете, что тут и мародеры будут?

Никитич посмотрел в сторону и улыбнулся, словно удивляясь глупости собеседника. Он взглянул на очкастого и сказал:

- Да они тут уже есть!

В этот момент сразу несколько мужиков рядом окрыли рты, словно хотели что-то сказать, но тут же тишину разорвали щелчки выстрелов.

Народ в кузове завертел головами и довольно быстро установил направление. Стреляли где-то в частном секторе на другой стороне дороги. Костя, не успев сильно испугаться, подумал, что стреляют не сильно близко. Возможно за сотни метров от них.

Одиночные хлопки перемешивались с короткими очередями. Вдруг выстрелы стихли. Мужики же, с напряженными тупыми лицами, продолжали смотреть в ту сторону.

В этот момент в кузове произошло движение. Расталкивая стоящих мужчин, несколько типов с другой стороны кузова ломанулись в направлении борта, рядом с которым стоял Костя. Парень сперва не понял: чего это они? Однако несколько мужиков, вероятно подумали, что те просто испугались выстрелов. Видя, что его соседи начинают ухмыляться, Костя сам поддался этой "эпидемии радости", и тоже улыбнулся.

Через секунду, он вдруг узнал в одном из этих "трусливых мужиков" своего бывшего спутника - узколобого. И сразу же обратил внимание, что двое других "струсивших" - тоже знакомые ему парни - дружки узколобого.

Когда эта троица полезла на борт, улыбку смыло с лица Кости. Он, как и остальные, стоял и тупо наблюдал, как узколобый с друзьями, держа в руках свои сумки, спрыгнули на тротуар и бросились бежать к ближайшим заборам.

Хлопнула дверь кабины грузовика и оттуда выбрался крепкий тип в полицейской форме.

- Э!!! - заорал он бегущим. - Стоять!!!

От других машин тоже послышались крики, свист и приказы остановиться. Бегущая троица не обратила на эти крики никакого внимания.

- Стрелять буду!!! - орал полицейский возле машины.

Узколобый с дружками подбежали к деревянному забору напротив машины, перебросили через забор сумки, и, словно акробаты, сами быстро перелетели на другую сторону, скрывшись из вида.

Мимо грузовика, по направлению в первой машине в колонне пробежал какой-то тип в пятнистой военной форме без нашивок. Из их кабины выбрался еще один крепыш, с коротким калашом в руках, и встал на тротуаре рядом с бортом.

- Никто не выходит! - сказал он, глядя на людей в кузове.

- Когда поедем, начальник? - прокуренным голосом спросил тип уголовного вида, стоящий в конце кузова.

- Скоро поедем.

Между тем из кабин повылезали полицаи, которые начали активно ходить взад-вперед между машинами и о чем-то тревожно переговариваться.

Мужики в кузове тихо забубнили, обсуждая выходку троих парней. Косте же, просто выть хотелось от осознания своей никчёмности.

"- Какой же я идиот! - думал он. - Надо было сигать за борт вместе с ними и бежать. Не будет никто их преследовать - это ясно же. Сейчас бы не торчал тут, а шагал бы с ними к железной дороге. Даже если бы узколобый не взял бы с собой - не беда. Я и один легко доберусь!"

Пока он это думал, грузовик задрожал, запуская двигатель. Через пару минут они тронулись. Их грузовик почему-то выехал вперед, а за ним пристроились две остальные машины. Довольно быстро их колонна ехала по проспекту. На обочинах встречались покореженные легковые машины, которых неведомая сила отбросила на тротуар.

Вдоль края дороги тянулись двухэтажные здания с магазинами, за которыми виднелся частный сектор. Глядя на другую сторону дороги, Костя увидел здание военного госпиталя. Возле него стояли несколько БМП, стояли солдаты, а бетонный забор, ограждающий это заведение, в нескольких местах был сильно разрушен, словно его утюжили танки.

Частный сектор кончился, и вокруг, россыпями, торчали многоэтажные дома. Впереди показался крупный транспортный узел под названием "Самарский разъезд". Здесь проспект пересекала Третья Продольная, по широкому мосту проходящая над трассой, по которой ехали три грузовика. Также, параллельно этому мосту, прямо перед ним, проспект пересекала еще одна улица и, кроме того, за мостом, слева, начиналась дорога на аэропорт.

На перекрёстке стояла машина гаишников с включенными мигалками. Перед ней их колонна остановилась. Далее, под мостом, виднелись какие-то люди. Стояло несколько милицейских "бобиков".

Справа, на перекресток выехала странная колонна из красивых белых микроавтобусов, повернувшая под мост. Когда один из автобусов проезжал мимо, в его открытое окно высунулся смуглый мальчишка лет четырнадцати и, скорчив рожу, показал мужикам в кузове два средних пальца.

Костя обратил внимание, что борта этих белых микроавтобусов размалеваны буквами на незнакомом языке. Номера у них тоже оказались не российские.

Стоящие в кузове мужики молча наблюдали, как длинная колонна сверкающих автобусов с тонированными стеклами выезжала на перекресток, сворачивала под мост и там, проехав немного, на развязке, поворачивала на дорогу, ведущую влево, к аэропорту.

Через несколько минут, их колонна тоже двинулась. К удивлению Константина, проехав под мостом и достигнув близкой развязки, они тоже не поехали вперед, а повернули в левую сторону и двинулись по дороге в сторону аэропорта. По лицам мужиков рядом Костя понял, что удивлен этим манёвром не только он. Однако, почему-то все молчали, с удивленными и настороженными лицами глядя вокруг.

Колонна грузовиков быстро ехала по широкой дороге, не задерживаясь на выключенных светофорах. Вокруг громоздились промышленные здания. Вот справа миновали большой хладокомбинат, похожий на элеватор. Дорога повернула вправо и въехала на мост, пересекая железнодорожную линию, ведущую на Москву.

Впереди показался поселок Гумрак. На обочине дороги проходящей через поселок кое-где стояли военные грузовики темно-зеленого цвета. Виднелись люди в темно-серой полицейской и зеленой военной форме. Обычных же людей видно не было.

Когда выехали из поселка, то обогнали ранее виденную колонну красивых белых автобусов. Проехав мимо них, грузовик сбросил скорость и вскоре остановился, съехав на обочину. Глядя вперед Костя увидел прямо перед ними ещё три грузовика, в кузове которых находились люди. Среди них не только мужчины, но и женщины с детьми.

Глядя далее, вперед вдоль дороги, парень увидел, что там перекресток. В левую сторону поворачивала дорога к аэропорту. Почти сразу же после поворота начинался подъем на мост, который пересекал железную дорогу, что тянулась в нескольких десятках метров левее дороги, на которой сейчас стояли грузовики их колонны. От этого моста до аэропорта уже всего несколько сотен метров. Как раз сейчас, в воздухе слышался гул. Мужики в кузове завертели головами и наблюдали садящийся транспортный самолет. Несколько мужчин начали спорить какая это модель, но оба сходились, что это Боинг.

Костя призадумался. Ясно одно. Куда их везут - ещё не ясно. Но бежать пока нельзя. Парень досадливо поморщился, вспомнив упущенный шанс побега вместе с компанией узколобого. Сейчас эти ребятишки, небось, уже подходят к Мамаеву кургану...

На дороге послышался шум. Рядом проезжала давешняя колонна красивых автобусов. Их грузовик тоже завелся. Через минуту все грузовики на обочине пришли в движение, пристраиваясь в хвост колонне из блестящих автобусов.

Подъезжая к перекрестку, обе колонны замедлили ход и остановились. Через минуту автобусы начали поворачивать в сторону аэропорта, поднимаясь на мост.

- Походу, нас тоже на самолеты везут! - сказал громко кто-то за спиной.

- Держи карман! - хмыкнул рядом Никитич, даже не обернувшись.

- Да нет, точно вам говорю! Нас на самолеты посадят и мы куда-то полетим! - не унимался говорящий.

Обернувшись, Костя увидел, что это говорил какой-то совсем лысый мужик неопределенного возраста с улыбающейся глупой рожей. Другие мужчины в кузове оборачивались на него, явно, чтобы возразить, но видя глупую рожу, ничего не говоря, отворачивались.

Между тем их колонна набирала ход. Вот они достигли перекрестка и... проехали мимо. Взглянув в сторону аэропорта, Костя увидел на вершине моста последние автобусы сияющей автоколонны. Их же путь лежал вперед, по асфальтовой дороге, между полей.

Вдоль дороги, слева, тянулась лесополоса. В ее разрывах иногда виднелась тянущаяся вдоль трассы железная дорога. Какой-то пожилой мужик рядом, ни к кому конкретно не обращаясь, начал громко рассказывать, что они, дескать, сейчас едут "по старой московской дороге".

- Сейчас переезд будет, а за ним, чуть дальше, на московскую трассу выйдем.

Мужики же рядом, не вступая в разговоры, молчали. Константин опять вспомнил упущенный шанс побега.

Через несколько километров, как и предсказывал пожилой мужик, быстро проехали переезд через одну железнодорожную колею. Еще через несколько километров справа, приближаясь к ним, показалась дорога. Это была московская трасса. Если ехать по ней в сторону города, то она привела бы к Самарскому разъезду. Почему они не поехали по ней, напрямик, а сделали крюк через Гумрак, Костя не знал, да и не хотел знать.

- Вот, выходим на московскую трассу! - чуть ли не закричал пожилой мужик, но все это и так уже поняли.

Впереди виднелась дорожная развязка с мостом. Их колонна поднялась на мост, который проходил над широкой трассой, миновал ее, потом по кольцевому спуску они съехали на дорогу, под мост, который только что миновали.

Справа, у автострады, стояли какие-то дома и рядом машины. Виднелись люди в военной форме. Их колонна проехала мимо заправки и гостиницы, состоящей из вереницы домиков под красивыми красными крышами. Рядом стояли машины с мигалками и несколько банковских броневичков. Виднелись люди в непонятной военизированной форме.

Внимательно оглядывающийся по сторонам Константин заметил, что за этими домами справа находится большое распаханное поле. По другую сторону трассы стояла еще одна гостиница и заправка для туристов и дальнобойщиков.

Впереди по курсу показался перекресток. В правую сторону от трассы уходила прямая дорога, с двух сторон обсаженная пирамидальными тополями.

- Это в Кузьмичи дорога, - сказал кто-то рядом.

Достигнув перекрестка, их колонна повернула на эту дорогу.

- Ага! В Кузьмичи едем! - непонятно чему обрадовался давешний придурковатый мужик.

Он начал тыкать пальцем вперед и что-то рассказывать про какую-то сельхоз станцию, но его никто уже не слушал. Все в кузове смотрели в левую сторону.

Эта дорога в аллее пирамидальных тополей, по которой они ехали, была проложена прямо посреди колхозных полей. Справа и сейчас тянулись поля, а вот слева...

Константин, вместе с остальным в кузове, стоял и пожирал глазами открывшийся странный вид. Вероятно, раньше тут тоже были поля, но сейчас, насколько взгляда хватало, всё пространство было занято большими белыми палатками.

Палатки от дороги отделяло пустое пространство в несколько сотен метров.

Дорога, по которой они ехали, проходила тут на небольшой насыпи и стоящему в кузове машины, Косте казалось, что палатки тянутся прямо до горизонта.

Через короткое время показалась уходящая от дороги вдаль лесополоса, за которой открылся вид на небольшое колхозное поле. Вернее, это раньше было поле, которое с одной стороны было ограничено дорогой-аллеей, по которой они ехали, а с трех других сторон - кустарниковыми лесопосадками. Сейчас же поле превратилось в площадку, забитую автобусами и грузовиками. На другой стороне этого поля, в нескольких сотнях метрах, рядом с кустарником, виднелись белые палатки и кучки людей рядом. В воздухе потянуло выхлопными газами. Стали слышны неразборчивые мегафонные крики.

Их колонна замедлила скорость и тут же свернула с дороги на это поле. Грузовик остановился. Сразу же его окружили люди в полицейской форме. Один из них заорал в ручной мегафон, чтобы все вылезали из кузова.

Глава 8, в которой герой узнаёт, что его номер 13

Мужики начали прыгать на землю. Не успел Костя толком осмотреться, как всех их, а также людей с соседних грузовиков, согнали в толпу. Полицейский, через мегафон, поздравил их с прибытием в "Городищенский лагерь номер один" и сообщил, что первым делом им нужно пройти регистрацию в белых палатках, которые виднелись на краю поля.

Из толпы послышались вопросы, но полицай с мегафоном резко оборвал их, заявив, что "всё объяснят при регистрации".

После этого их толпу погнали к палаткам. Подойдя поближе, Константин увидел длинные очереди.

- Да тут, как в Мавзолей очередь! - ругнулся какой-то дедок рядом. - Мы тут до ночи стоять будем.

- Ничего! - ответил один полицейский, шагающий рядом. - Тут быстро идёт.

Очередей оказалось четыре. Костя, как и остальные новоприбывшие, занял место в одной из них. Потянулось время ожидания. Первое время он видел рядом "знакомых" мужиков: Никитича и других, с кем он стоял рядом в кузове. Но затем они как-то рассосались и почти все пропали из вида, поскольку рядом возникло ещё две новые очереди и многие бросились туда. Полицейских рядом почти и не было, поэтому, некоторые мужики время от времени покидали очередь и больше не возвращались назад. Становились они в другую очередь или еще куда пропадали - не ясно.

Прошло полчаса. Стоя в очереди, Константин внимательно осматривался. На площадку то и дело подъезжали машины и автобусы. Громко хрипел мегафон, поздравляющий прибывающих людей, и призывающий их становиться в очереди.

За прошедшее время, за спиной парня, в его очереди вырос большой хвост. Прямо сейчас на площадку, с дороги, обсаженной тополями, съезжала колонна из рейсовых автобусов. Через их окна парень видел, что те плотно набиты людьми.

Вспомнив про узколобого с дружками, парень с тоской посмотрел на дорогу с тополями. Где-то за ней, вдали, находилась цель его путешествия - дом дяди Юры.

"- Надо было бежать с узколобым! - в который раз досадливо думал Костя. - Сейчас бы, может быть, уже подходил бы к дому дяди Юры!"

Дорога-аллея по другую сторону площадки стояла пустой. Изредка по ней проезжали в разные стороны машины, но постов или пеших патрулей парень не заметил.

В голове начали формироваться мысли о побеге. Вспоминая географию окрестностей города, парень вспомнил про железную дорогу, которую они пересекли по дороге сюда. Эта ветка обходила город и направлялась к переправе через Волгу, которая проходила по ГЭС. С той железнодорожной веткой, по которой шагал Костя в компании узколобого, эта железная дорога соединялась в Спартановке, прямо рядом со станцией, что возле дома дяди Юры. Так что, если идти прямо к городу, то гарантированно выйдешь на эту линию. По прикидкам парня до неё совсем близко - километра два-три. Не больше!

Топчась на месте, Костя чувствовал возбуждение. Хотелось резко сорваться с места и побежать. Однако он понимал, что дело это не совсем простое. Вряд ли лагерь не охраняется со стороны города. К тому же на другой стороне дороги-аллеи - пустое поле, где идущий человек виден за километр. Так что, если будет погоня, то уйти от нее нет никаких шансов.

"- Нет! - думал парень. - Убежать отсюда явно не просто".

Поразмыслив немного, он решил не дергаться. Сперва надо пройти эту регистрацию, узнать, что там скажут, а дальше и думать. Имея статус "жителя лагеря" бежать будет легче. Если поймают, то можно соврать, что вышел погулять и заблудился...

Между тем, время шло. Очередь с одной стороны двигалась быстро. Однако сумятицу вносили прибывающие люди. Часть из них, главным образом иные народности, вклинивались в толпу, не обращая внимания на стоящих людей и, что называется, "перли буром" без очереди. То и дело в голове очереди возникали стычки и слышалась ругня. Полицейские хватали и куда-то уводили и правых и виноватых, а иногда, если дело касалось крепких и наглых ребят, делали вид, что их это не касается...

Изредка рядом проходили мужики в гражданской одежде, которые громко выкликали из толпы строителей и в особенности плотников. Откликнувшихся, по одному, и с даже с их семьями, куда-то уводили. Люди рядом говорили, что тех привлекают на строительства лагеря, и они имеют какие-то привилегии.

Так прошло несколько часов. Автобусы и грузовики, подвозящие народ, приезжали беспрестанно. В воздухе не смолкали мегафонные крики. Стайки людей бегали по площадке туда-сюда. Очередь почти остановилась, и Косте даже стало казаться, что она движется в обратном направлении. Знакомые по грузовику лица окончательно пропали. Рядом стояли мужики и женщины с испуганными и растерянными лицами. Слышались разговоры. В основном перетирали уже всем известные данные о крахе государственности, которые уже вызывали отвращение.

Но были и интересные данные. В частности из разговоров Костя узнал, что совсем рядом, в левой стороне находятся туалеты. Многие люди извлекли пользу из этих новостей - по очереди с соседями они отлучались туда, так сказать, для "справления надобностей". Костя тоже, по очереди, со стоящим перед ним мужичком, сходил в туалет, представляющий из себя недавно сколоченный помост с "кабинками" без крыши. Вместо унитаза - дыра в полу, но и на том спасибо. В отдалении виднелись синие пластиковые кабинки "евротуалетов", но как говорили люди рядом - это для работников лагеря и полицаев.

Также сообщали, что при регистрации человек получает "карточку беженца" по которой ему положено койко-место и трехразовое питание. Тут же рядом начались разговоры. Люди возмущались понятием "беженцы". Почему это мы беженцы?! - то и дело слышалось рядом. Косте это определение тоже не понравилось, но парень решил не забивать себе голову ерундой и подождать разъяснения в палатках...

Между тем, приблизился вечер. Посмотрев на часы, Костя увидел, что уже четыре часа. В воздухе вдруг запахло горелым деревом и едой. По толпе поползли слухи, что на другой стороне площади бесплатно раздают еду. Люди стали отходить туда. Через несколько минут уже появились твердые сведения, что там полевые кухни и бесплатно раздают еду всем желающим. Народ рядом стал сговариваться и по очереди отлучаться к кухням.

Мужичок, стоящий впереди и одетый в серую куртку с яркими оранжевыми рукавами, обернулся и посмотрел на Константина.

- Слушай, - обратился он к парню. - Я схожу, поем? А ты мне место погрей. Как вернусь - ты сходишь. А?

С этим типом Костя уже ходил по очереди в туалет, так что данное предложение вызвало у парня только положительные эмоции. Не успел он кивнуть, как мужик покинул очередь и двинулся по площади в правую сторону, туда, откуда тянуло запахами еды. Через несколько секунд, пробившись через соседнюю очередь, сосед скрылся из виду.

Пока он отсутствовал, до очереди дошли уточнённые сведения, что на другом краю площади стоят три военные полевые кухни на колесах и там выдают гречневую кашу с мясом, плюс стакан чая. Сообщались даже подробности, что кашу накладывают в одноразовые пластиковые тарелки, а чай наливают в картонный стаканчик...

Не прошло и часа, как сосед вернулся. "Ступай", сказал он, однако Костя с сомнением посмотрел на очередь впереди. До белых палаток оставалось всего каких-то метров пятьдесят.

- Да, я, наверное, не успею, - неуверенно пробормотал парень. - Уже подошли почти...

- Да ладно! Тут еще часа два стоять, - уверенно сказал оранжеворукий.

- Если не больше, - поддакнул стоящий за спиной парня бодрый дедок.

Есть и пить хотелось сильно, и поэтому парень решился. Быстрым шагом он двинулся прочь. Добравшись до края площади, он увидел перед чахлой кустарниковой лесополосой три полевые кухни. Заняв очередь к одной из них и, отстояв около получаса, он получил пластиковую тарелку, наполненную гречневой кашей, среди которой виднелись маленькие ломтики мяса, похожего на тушенку. Также ему выдали также ложку и стаканчик чая.

Против ожидания, еда оказалась весьма вкусной. Утоляя голод, парень подумал, что, возможно, этот лагерь не самое худшее, что могло с ним произойти.

"- В любом случае, зарегистрируюсь тут, осмотрюсь, а дальше видно будет. Либо к дяде Юре рвану, либо ещё куда" - решил он.

Быстро поев, Константин вернулся в очередь и тут его ожидал неприятный сюрприз. Мужичка-соседа в серой куртке, с запоминающимися оранжевыми рукавами, нигде не видать. Парень несколько раз прошел очередь из конца в конец, но нигде его не отыскал. Не было видно и стоящего за ними бодрого старичка, а также ещё нескольких людей, которых ранее приметил парень.

В отчаянии Костя начал расспрашивать народ про оранжеворукого, но никто ничем не мог помочь. Судя по разговорам, очередь каким-то образом ускорила ход, и сейчас его сосед уже прошел регистрацию.

"- Вот, блин!" - только и подумал парень.

Люди вокруг ему сочувствовали, но глядя на их суровые лица, парень ясно понял, что нечего и думать о том, чтобы пытаться пробиться без очереди. На всякий случай пройдясь мимо других очередей и не найдя там оранжеворукого, парень вернулся в самый конец и занял место в другой очереди...

***

В палатку он вошел только через три часа, когда уже наступили сумерки.

- Следующий! - сказал мордастый тип в полицейской форме, и Костя шагнул в проем. Внутри палатки его встретили еще два типа в форме с надписью ОМОН, которые выглядели весьма недружелюбно.

- А где твои вещи? - поинтересовался один из них.

- Почему без багажа? - нахмурился второй.

За секунду парень сообразил, что отвечать надо четко, бодро и правдоподобно.

- Так я это, - забормотал он. - Когда все началось, я не дома, а у девушки жил. А сегодня утром домой шел, к родным, а меня патруль остановил и вот сюда...

В голове закружились мысли о том, как лучше соврать о своем пути "к родным", но врать не пришлось. Это объяснение вполне удовлетворило омоновцев, и они только обследовали парня ручными металлоискателями, предварительно заставив его вытащить из карманов телефон и ключи от квартиры.

После этого его отпустили, и он оказался перед рядом письменных столов, за которыми сидели женщины с ноутбуками.

Присев на свободный стул перед одним из столов, Костя подал свой паспорт. Женщина быстро ввела его данные в компьютер. Тут же она начала заполнять медицинскую анкету, выспрашивая парня об имеющихся заболеваниях. Костя мгновенно вспомнил бывалого дедка с "Авангарда". Значит, тот не врал про анкету! Парень напрягся, но быстро сориентировался. Нарочито придав себе угрюмый вид, он поведал женщине о пороке сердца, мол, что-то с клапанами, о больных почках, давешней язве желудка и обструкции лёгких.

- Вы курите? - спрашивала женщина, внимательно глядя на парня.

- Да! - твёрдо ответил сроду не курящий Костя.

- Алкоголь употребляете?

- Раньше да, а сейчас нет. Месяца два уже капли в рот не брал! Клянусь вам!

- На учёте в наркодиспансере состояли?

- Да, то есть, нет! Меня хотели поставить, - забормотал Костя. - Но я вылечился... Я здоров и давно не пью. Я уже два месяца, как ни капли!

Скользнув по парню равнодушным взглядом, женщина снова уставилась в монитор.

"- Зачем рисковать? - думал Костя, вспоминая решительного старика. - Вряд ли тут и правда на органы людей режут, но, на всякий случай, прикинусь больным алкашом-доходягой, а дальше видно будет. В любом случае, вряд ли тут здоровячков обслуживают по высшей категории".

Где-то под столом послышался тихий звук, похожий на работу принтера и через минуту парень получил в руки картонку с надписью "Карточка беженца". Там были указаны его паспортные данные и ещё какие-то циферки и буквенные шифры.

Женщина объяснила, что по этой карточке он получит в лагере кров и еду, также, если понадобится, медицинскую помощь. На вопрос "что дальше?", женщина энергично затараторила, что "вопросы решаются, но вы не волнуйтесь, через пару дней всё узнаете. Через неделю тем более будет ясно. А сейчас в городе нет электричества и воды, так что там небезопасно и здесь вам будет гораздо лучше".

Люди за соседними столиками вовсю атаковали чиновников вопросами, спрашивая обо всём на свете - о распорядке дня в лагере, о правительстве, о реакции соседних государств и о прочей мути. Казалось еще немного, и они начнут вопрошать "есть ли жизнь на Марсе?". Разумеется, никто им подробных ответов не давал. Тех же, кто начинал скандалить, сразу успокаивали крепкие омоновцы. Сидящий за соседним столиком хилый мужичок начал было требовать, чтобы его отвели "к самому главному здесь", но к нему быстро подошел один из бугаев, приподнял за шкирку и негромко посоветовал успокоиться.

Костя сразу понял, что наседать на эту мадам-чиновницу с вопросами нет никакого смысла. Только время зря потеряешь. Поэтому он молча кивнул, а женщина, заканчивая разговор, пригласила его пройти к заднему выходу из палатки. "Там вас проводят к вашему месту" - напутствовала она и пожелала удачи.

Вставая с места, Костя попросил назад свой паспорт, но тут его ожидал сюрприз. В возвращении документа ему было отказано. Мадам опять затараторила, что "на время вашего пребывания документы будут храниться в охраняемом хранилище, а после вам выдадут документы нового образца". Она объяснила, что, если необходимо будет, то получить паспорт назад можно по этой карточке беженца.

Поняв, что тут уже ничего не сделать, Костя молча поднялся и проследовал к указанному выходу.

Выйдя из палатки, он оказался в небольшом переулке. Прямо перед ним тянулся еще один ряд белых палаток, сразу за которыми виднелись кусты и деревья лесополосы. В левой стороне улочки маячили несколько полицейских.

Не успел парень толком осмотреться, как к нему подскочил какой-то чернявый тип джинсах и белой курточке.

- Карточку! - потребовал он.

Взяв "карту беженца" чернявый парень быстро взглянул на нее и вернул со словами:

- Идите в палатку 24.

Только сейчас Костя заметил, что на палатке напротив намалеван краской большой номер 21.

Немного удивившись, что его койко-место так близко, Костя двинулся вдоль палаток. Найдя нужный номер, он отогнул полог и вошел внутрь. Там горели несколько ламп, стоящих на полу. В их свете парень увидел, что внутри уже есть люди. Человек пятнадцать мужчин и женщин разного возраста. Часть из них стояла, часть сидела на длинных и узких лавках. У многих, возле ног стояли сумки. В воздухе висел аромат свежеструганного дерева и парень подумал, что эти лавки сколотили те плотники, которых отбирали из очереди.

- Здравствуйте! - сказал парень.

В ответ тишина. Несколько женщин со смущенным видом кивнуло. Остальные же тупо и без эмоций посмотрели на парня.

Под взглядами людей он подошел к свободному месту на одной из лавок и присел. Сразу же к нему потеряли интерес. Возобновились тихие разговоры, из которых парень быстро понял, что эта палатка не для ночлега, а тут просто собирают группу, которую поведут к месту размещения.

Через несколько минут к ним присоединился еще один мужчина средних лет, держащий в руках чемоданчик. Потом зашли еще несколько пожилых женщин с объемными сумками в руках. Минут через пятнадцать, в течение которых к ним присоединился ещё десяток человек, в палатку заглянул давешний чернявый тип.

- Выходим, граждане! - скомандовал он.

Выбравшихся из палатки людей этот парень и еще несколько полицейских построили в колонну, и повели вдоль палаток.

Осматриваясь, Костя заметил, что уже сгустились сумерки и их ведут в сторону "московской трассы". Переулок кончился. Провожатые-конвоиры вывели колонну на широкую улицу, по краям которой стояли такие же белые палатки. Там уже стояла толпа из полусотни человек. Группа, в которой шагал Костя, присоединилась к этим людям. Под руководством чернявого толпа преобразилась в нестройную колонну, которую погнали по улице вглубь лагеря.

По краям улицы светили огни светильников, что стояли прямо на земле. Под ногами иногда попадались лежащие на земле провода. Везде гул голосов. Изредка рядом проезжали машины - как правило, полицейские. Слышался звук работы переносных генераторов.

Через несколько минут ходьбы их привели к белой палатке с номером 12-08. Чернявый остановил колонну и скомандовал:

- Кого я назову, заходят в палатку!

Он начал выкрикивать фамилии. По одному, люди выходили из толпы и проходили в палатку. Услышав свое имя, Костя также двинулся в палатку.

Оказавшись внутри, парень увидел довольно просторное квадратное помещение, в котором стояли стальные кровати, а в середине виднелось устройство вроде печки, но без трубы. Как понял Костя - обогреватель. Народ сразу же ломанулся занимать койки поближе к обогревателю в центре. Парень же занял одну из кроватей возле белой матерчатой стены. На койке лежал тонкий матрас с небольшой подушкой и покрывалом. Костя, дабы зря времени не терять, сразу лёг на свое место. Народ рядом тоже рассаживался по местам. Кое-кто ещё топтался у входа, тупо оглядываясь. Какая-то женщина громким голосом требовала показать ей, где находится туалет. На соседней кровати плюгавый мужичок, закрывшись с головой покрывалом, зашелестел фольгой и по палатке поплыл запах вонючей дешёвой колбасы.

Не прошло и получаса, как к ним в палатку стремительно ворвался какой-то долговязый тип, в сопровождении нескольких полицейских и с папкой в руках. Он громко потребовал всех сесть на свои места, после чего пошел вдоль кроватей, требуя предъявить карточки. У каждого, он в одной из пустых граф делал пометку. Также, жирным черным маркером он делал отметку и на картонной бирке, закрепленной на грядушке каждой кровати. Попутно этот тип объяснял, что теперь каждый из людей приписан к своей палатке и к кровати, и может занимать именно это и никакое другое место.

Отметка в карточке у Кости значилась как 12-08-13. Номер же на бирке его кровати - соответственно "13".

"- Повезло мне с номерком", - только и подумал парень.

Суеверным он никогда не был, но сейчас от номера 13 почему-то стало немного не по себе.

Когда тип с папкой закончил обход и двинулся прочь, за ним вслед побежали несколько людей, приставая с вопросами. Остальные же обитатели палатки вернулись к старым делам. Кто-то стал тихо жрать, кто-то ходить между кроватей, а кто-то, как Костя, опять улегся. Какая-то старуха в углу требовала от мужчин отвернуться, пока она переодевается. В другом углу весело заржали.

Константин же, лежа на постели, смотрел в белый потолок и размышлял о своем положении.

"- Ясно одно, - думал он. - Сейчас дёргаться не стоит. Переночую, позавтракаю и узнаю расклад. Может и удастся сделать ноги к дяде Юре. И кто знает, может вообще и не надо никуда бежать..."

С этими мыслями парень устало потянулся на кровати, и, неожиданно для себя, мгновенно уснул.

Глава 9, в которой герой видит зарю новой жизни

Когда он проснулся, на часах было полдевятого утра. По ощущениям немного прохладно, но вполне терпимо. Поднимаясь с кровати, Костя заметил, что в палатке весьма мало народу.

- Доброго утречка! - благодушно приветствовала его тетка в платке, сидящая на соседней, через проход, кровати. - Как спалось?

Непонятно было, то ли она прикалывается, то ли и правда такая благожелательная.

- Спасибо, - кивнул Константин, протирая глаза. - Хорошо спал.

- Ты, парень не сиди, - подала голос еще одна пожилая тетка, сидящая на своей кровати с другой стороны. - Иди, пока там завтраки не закончились.

Покинув палатку, Костя наткнулся на нескольких соседей-мужиков, которые на корточках сидели возле входа. Поздоровавшись с ними, он узнал, что еду: чай и кашу, раздают "за углом рядом". Мужики показали направление, и через минуту парень уже подходил к одной из полевых кухонь. В очереди стояло всего несколько человек, а вокруг, на грубых, недавно сколоченных лавках без столов, сидели и ели кашу люди. Те, кому не хватило места, поедали завтрак стоя, или же сидя на корточках.

Быстро отстояв мизерную очередь, парень получил свою тарелку каши и стаканчик чая. Присев на лавку и, ухитряясь держать одной рукой тарелку и стаканчик, он быстро съел не сильно вкусную кашу из неясных злаков. Несмотря на то, что еда по вкусу была хуже, чем вчерашний обедоужин, парень почувствовал себя более уверенно. Узнав где туалет и посетив его, парень направился назад, к своей палатке.

На улице не сильно холодно. Небо затянуто облаками, но горизонт чист и окрашен в красивые красные цвета. Рядом шли два старика, один из которых, глядя на небо, сказал:

- Заря-то какая! Загляденье!

- Ага, - зло откликнулся другой. - Заря новой жизни, мать её!

Он грязно выругался, а Костю передёрнуло.

"- И правда, - думал он, глядя на красивую зарю. - Это ведь первый день, который я встречаю бездомным беженцем. Хороша новая жизнь... Но, с другой стороны, нельзя отчаиваться. Надо оглядеться и думать, как быть дальше!"

Вернувшись к своей палатке и постояв минут пятнадцать с новыми соседями, парень не узнал ничего нового. Всё те же разговоры о крахе государства. Все мужики сходились во мнении, что сейчас дёргаться не надо, а надо просто ждать, пока ситуация прояснится.

Единственные ценные сведения, почерпнутые от соседей, состояли в том, что палатки тут стоят не абы как, а разделены по "блокам" - этаким палаточным кварталам. Номер их блока - 12, а палатки 8. Костя вспомнил, что эти цифры накануне, перед сном, вписали в его карточку.

Пока Костя с соседями торчал возле палатки, к ним подошли и вступили в разговор несколько пожилых мужиков. Они оказались из Центрального района, прибыли в лагерь в первый же день и теперь считали себя старожилами. Сейчас же они искали знакомых. Слушая разговор, парень узнал, что большинство его соседей по палатке также из Центрального района города. На подошедших "старожилов" насели с вопросами, но они также ничего нового не сообщили. Единственно, что Костя немного сориентировался на местности.

К югу располагался городской аэропорт и там же проходила "московская трасса". Дорога с тополями, по которой их привезли сюда, находилась на юго-востоке. Там дальше, лежит город.

Пока Костя говорил со стариками, мимо них, по улице, поднимая пыль, проехал большой белый броневик, похожий на БТР. На нем сидели несколько типов в военной форме и голубых касках. Не скрывая неприязни, "старожилы" поведали, что эти типы, которых тут называли "миротворцы ООН", появились ещё позавчера.

- Вчера утром они ничего ещё были, даже здоровались, - говорил один из мужиков. - А потом они тут совсем берега потеряли.

Мужик понизил голос и рассказал историю, как накануне, какая-то женщина, с помощью одного из "миротворцев" получила доступ к спутниковому телефону и куда-то там позвонила: в другой город или страну. В оплату этого звонка, она "подложила под этого урода свою дочь".

- А той ещё и десяти лет не было! - сказал мужик и обвел слушателей многозначительным взглядом.

- Дичь какая, - пробормотал один из соседей.

- Да это чего, - хмыкнул другой мужик-старожил. - Тут и не такое бывает.

Также понизив голос, он поведал про несколько случаев, как женщины, которым не хватило завтрака, расплачивались за тарелку каши своим телом.

Константин не то, чтобы поверил в эти истории, но настроение у него изрядно испортилось. Он вспомнил сытые и наглые рожи "миротворцев", сидящих на броневике, и подумал, что хорошего в этом лагере всё-таки мало.

Посмотрев на часы, парень увидел, что еще только-только минуло девять утра. Сильно захотелось что-то предпринять. В возбуждении парень отошел от соседей и осмотрелся, запоминая местность вокруг.

Сложности в ориентации вроде не было. На всех палатках большими цифрами были написаны не только их номера, но и номера их кварталов-блоков. Нумерация этих "кварталов" шла строго по порядку, так что найти свой адрес - дело несложное. Потоптавшись немного на месте, парень быстрым шагом двинулся по улице в северо-восточном направлении.

Чёткий план в голове еще не оформился. В месте, где он оказался, и в самой ситуации было ещё много неясного, и Константин решил ничего особо не планировать, а действовать по обстановке. План-минимум, который он себе отметил - осмотреться и собрать как можно больше информации о текущем местонахождении и о ситуации вообще. План-максимум - сделать отсюда ноги и пробраться на Спартановку, к дяде Юре.

Сперва парень решил осмотреть подходы к дороге, по которой их привезли в лагерь. В нескольких сотнях метров, между палаток виднелись заросли лесопосадки, за которой находилась площадь, куда свозили беженцев из города.

Для начала, Костя решил пройти вдоль этой лесополосы. Так что он шагал в сторону противоположную "Московской трассе", и осматривался.

Место, где расположился лагерь, в совсем недалеком прошлом было полем, вероятно, даже чем-то засеянным. Сейчас же, почва под ногами заезжена многочисленными следами колес автомашин и притоптана отпечатками ног многих сотен, а то и тысяч, людей.

Вокруг палатки-палатки-палатки. Вчера, зайдя в лагерь, в темноте, парень толком не осмотрелся, как следует, но сейчас он понял, что организовано тут всё весьма толково. Палатки стояли прямоугольными "блоками" по несколько десятков палаток. На каждой большими цифрами написаны номера палатки и блока. Между этими кварталами довольно широкие, не менее полусотни метров, просеки, пересекающиеся под прямым углом. Эти просеки-улицы тянулись строго в двух направлениях. Одно направление на северо-запад - строго параллельно московской трассе. Другое - на северо-восток, вдоль дороги с тополями, по которой их сюда привезли. Посредине такой улицы-просеки тянулась одна или две автомобильные колеи, по которым изредка, поднимая пыль, проносились легковые или грузовые машины. Изредка проходили колонны пустых автобусов.

Пройдя по одной из таких просек-улиц около километра, парень увидел в лесополосе справа промежуток и повернул в ту сторону. Подойдя ближе, Костя заметил, что эти заросли кустарников используют как большой общественный туалет. Подойдя к проезду между деревьями и кустарниками, парень увидел впереди поле. Слева на нем виднелись большие теплицы и ангары явно сельскохозяйственного назначения. Далее, за полем, в нескольких сотнях метрах, виднелись два ряда пирамидальных тополей. По всей видимости, это и была дорога, к которой стремился парень.

Перед выходом на поле стояли несколько полицейских. Тут же, на стороне лагеря, кучками толпились разговаривающие мужчины. Послушав немного, Костя потерял интерес, ибо тут всё то же "переливание из пустого в порожнее". Явно эти мужики не знали ничего нового о текущей ситуации. Внимание парня привлек старичок, который то и дело пытался вступить в разговор, делал реплики, но мужики, стоящие в кучке, не обращали на него внимания.

Не мешкая, Костя обратился к старику с вопросом "где тут найти туалет?".

От хоть чьего-то внимания старик сразу расцвёл. Он с удовольствием показал, в какой стороне тут общественные туалеты и доверительно сообщил, что хоть лесополоса рядом уже загажена почти по уши, но туда лучше не соваться. Могут скрутить полицаи.

Как и предположил парень, старик оказался любителем поговорить. Через минуту они отошли в сторону: парень стал задавать вопросы, а старик с удовольствием начал "чесать языком".

Этот дедок хоть и жил в центре Волгограда, но хорошо ориентировался в этих краях. Он находился тут с первого дня и знал многое. Расспрашивая о лагере, парень узнал, что дорога с тополями ведет в поселок с длинным названием "Посёлок областной сельскохозяйственной опытной станции". Дорога, по которой они приехали в лагерь, там поворачивает под прямым углом в левую сторону и всего через километр приводит в поселок Кузьмичи. По словам старика, именно в этих двух поселках жили сейчас миротворцы и прочие полицаи, охраняющие лагерь. Куда делись местные жители - ему неизвестно.

Дед также сообщил, что перед Кузьмичами начинается небольшой оросительный канал, который тянется в северо-западном направлении и пересекает московскую трассу. Хоть старик и не бывал на северном конце лагеря, но он предположил, что этот лагерь находится в треугольнике из двух дорог и этого канала.

Рассказывая, дед, даже нарисовал палкой на земле схему, так что Костя довольно неплохо представил себе географию окружающей местности.

Видя расположение старика, парень решил рискнуть и осторожно поинтересовался, нельзя ли как-то тут незаметно покинуть лагерь?

От такого вопроса старик даже изменился в лице и тревожно замахал руками.

- Даже не думай! - понизив голос, говорил он. - Тут стреляют только так! Вон, ночью сегодня стреляли, слышал?

Парень отрицательно покачал головой.

- Даже не думай, парень! - твердил дед. - Тут не выскочишь. Пристрелят, как собаку! Тут, вон, уже ездиют...

Еще больше понизив голос, почти шепотом, дед рассказал о неких страшных "черных камазах" которые ездят по округе и куда-то увозят трупы тех, кто пытается сбежать. Судя по тому, что эту историю старику рассказал "знакомый знакомого", Костя не сильно поверил в эту байку.

- Ну, а вообще, можно как-то сбежать? - понизив голос, вопрошал парень. - Может, через канал как?

- Да никак! Они же тут не дураки. Не зря же нас сюда загнали. Пока нельзя ничего сделать, надо сидеть и ждать.

- Да чего ждать-то???

- Я не знаю, парень, не знаю. Но выбор пока простой - либо сидеть, либо пуля в голову.

От таких разговоров и так невеселое настроение совсем испортилось. Но парень решил не впадать в отчаяние. Мало ли, что этот дед болтает. Дело тут, похоже, и правда, не сильно весёлое, но Костя решил не сдаваться. Для начала, он решил обойти лагерь по периметру и посмотреть, может быть и есть какая возможность улизнуть? К тому же, во время пути можно послушать и другие точки зрения на возможность побега.

Попрощавшись со словоохотливым стариком, Костя двинулся прочь по дороге-улице, по которой пришел. Первым делом он решил дойти до московской трассы, а там вдоль неё до канала. Далее, по каналу пройти к этим двум поселкам, а после, если ничего интересного не будет вырисовываться, просто вернуться в свою палатку и там уже думать, как быть дальше.

Шагая быстрым шагом, и не задерживаясь возле гомонящих кучек людей, Костя добрался до своей первой цели почти через час, что немного удивило. Ему казалось, что до московской трассы тут куда меньшее расстояние, ведь вчера на грузовике ехали всего ничего...

Добравшись до южной границы лагеря, парень зашел в проулок между двумя палатками из крайнего ряда, и его взгляду открылась автодорога.

От крайних палаток до проходящей по небольшой возвышенности автострады - открытое пространство. Метров сто голой земли. Нечего и думать, чтобы незаметно перебежать. Тем более, что по трассе изредка проезжали полицейские легковые машины. В сторону города быстро пронёсся броневик "миротворцев". К тому же по дороге то и дело ходили парами полицейские. То ли просто по делам, то ли патрулируя.

"- Нет, - подумал парень. - С этой стороны не выбраться. Тут меня за километр видно".

Пришла мысль, что лагерь так со всех сторон охраняется и просматривается. Однако силой воли Константин запретил себе унывать и решил окончательные выводы делать только после полного обхода лагеря по периметру.

Развернувшись, он чуть не налетел на какого-то щуплого кудрявого паренька с мерзкой мордой. На лбу у того словно было написано "Чмошник".

- Здорово! - сказал паренек и улыбнулся нехорошей гадливой улыбкой. - Ты куда собрался?

- В смысле?

- Ну, туда хочешь? - чмошник кивнул в сторону дороги. - За дорогу?

- Зачем мне за дорогу?

Разговор Косте не понравился, он двинулся в сторону, обходя придурка. Однако, не успел он пройти и метра, как этот тип вдруг схватил его за куртку и начал громко орать:

- Иван! Митяй! Я его поймал!

Ошарашенный парень замер, не зная, что и думать. Тут же он заметил, что с разных сторон к ним быстрым шагом идут четверо полицаев. Люди рядом стали оборачиваться, взирая на происходящее с большим интересом...

"- Вот это я влип!" - только и подумал Костя.

Между тем полицаи приблизились.

- Вот, Митяй, - по-прежнему держа Костю за куртку, верещал чмошник. - За дорогу бежал.

- За какую дорогу??? - воскликнул Константин.

Не в силах сдерживаться, он сильно ударил кулаком по руке придурка и тот отпустил куртку, схватившись за ушибленную клешню.

- Видали?! - заорал он и пнул Костю ногой.

- Стоять! - крикнул один из полицаев и обратился нормальным тоном к Косте:

- Карточка есть?

Парень вытащил и молча подал полицаю карточку. Взяв ее в руки, полицай посмотрел на номер палатки. На лице его отобразилось нечто вроде разочарования.

- С какой целью вы здесь находитесь?

Костя пребывал в небольшой прострации и еще не отошел от воплей придурка, но понял, что надо выкручиваться. Поэтому он быстро, но стараясь быть убедительным, забормотал:

- Да я просто тут, это, гулял, а вот ссать захотел и за палатку хотел зайти. А тут этот пристал. Говорит: бежим за дорогу. А чего мне там делать? Я лучше вон туда схожу.

В стороне, в полусотне метров от них, виднелись кусты, которые, скорее всего, были лесополосой, тянущейся вдоль трассы.

Похоже, это объяснение удовлетворило полицаев. Держащий карточку, вернул её Константину и сказал:

- Ну, ладно. Вы тут гуляйте, но на дорогу выходить нельзя.

- Да я и не собирался...

Взяв за локоть чмошника, полицай двинулся в сторону, за ними потянулись и остальные полицаи.

Придурок же и не думал успокаиваться:

- Да ты чего, Митяй! Стрёмный же тип! Ты посмотри на него, он тут чего-то высматривал, и так на дорогу зыркал, что...

Полицай начал что-то тихо тому говорить. До Кости донеслись обрывки фраз:

- Я тебе, что говорил?.. Тебя за чем тут поставили смотреть?..

Когда те отошли на десяток метров, парень повернулся и двинулся в противоположном направлении, в сторону виденных ранее кустов. Он ожидал, что сейчас ему крикнут в спину, прикажут остановиться, но ничего не происходило. Краем глаза он видел, что успевшие столпиться зеваки, тоже начали расползаться...

Достигнув кустарника, Костя увидел, что это и правда лесополоса, тянущаяся вдоль трассы. Решив не рисковать зря, он зашел в уже порядком загаженные заросли, справил малую нужду, а затем вернулся назад. Оказавшись на улице, тянущейся вглубь лагеря, он миновал пару перекрёстков и повернул в нужном ему направлении. Пройдя немного, он увидел среди палаток пустое пространство, где находилась волейбольная площадка, на которой играли две женские команды. Парня удивило, что игроки были одеты каждые в свою форму и играли явно профессионально.

На всякий случай, ещё не отошедший от стычки парень присел среди зевак и начал смотреть на игру. Из разговора зрителей, он узнал, что данные игроки - профессиональные женские команды из других городов. Они были в Волгограде на каких-то соревнованиях и теперь ожидают тут, пока их не вывезут по домам.

Как реагировать на эту информацию Костя не знал - не до того было. Парень сидел, просто смотрел в сторону прыгающих по полю женских фигурок, а сам думал-гадал, что это было с ним только что: недоразумение или же он чудом избежал больших проблем? Кто был тот чмошник - просто придурошный знакомый полицаев, то ли какой-то изощренный стукач-провокатор? И вообще, не наблюдают ли за ним сейчас?

Около получаса парень старательно делал вид, что живо наблюдает за волейболистками. Он сперва сидел на корточках, а потом обошел вокруг площадки, незаметно мониторя окрестности. Рядом стояли полицаи, но они вроде бы не следили за ним. Придурка-провокатора тоже не видать.

Во время обхода площадки, парень задержался рядом с кучкой пожилых мужиков, дабы поговорить с ними. Те, сперва подозрительно косились на него, но когда Костя рассказал о недавней "стычке", то мужики разговорились.

- Чего-то у них там за дорогой есть, - сказал седоусый старик. - Чего-то секретное.

- Чего там секретного? - ухмыльнулся пузатый тип в пиджаке на голое тело и в пляжных шортах.

- Не знаю. Может штаб охраны лагеря или каталажка. А вообще, кроме шуток, лучше к краю лагеря не лезть...

Все смотрели на усатого, ожидая, что он что-то добавит, но старик молчал.

- Да мне тоже это дело не нравится, - подал голос еще один дедок, одетый в старомодный костюм в полоску. - Вроде всё как надо, кормят, но чего-то тут не то. Я вот копчиком чую, где-то нас надуют!

- Ну, да, - хмыкнул другой, лысый и небритый дед. - У меня отец, во время войны, в плену был. Он рассказывал, что их тоже сперва согнали в кучу, как здесь. Охраняли конечно, но по ночам можно было сбежать. И бежали некоторые. Но большинство сидели и ждали. А потом их в другое место перевели, но там уже колючая проволока, и попробуй, побегай! Ну, а потом, их в вагоны погрузили и уже в настоящий концлагерь повезли.

Еще один пожилой мужик сказал:

- Зря я вчера сюда приехал! У нас как было. Во двор заехали менты и два автобуса. Менты пошли по квартирам, в двери стучать. Кто открыл - тех в автобусы и сюда. А кто не открыл, те дома остались. Надо было и мне остаться, а я, дурак, дверь им открыл. Думал, узнаю чего полезного. Вот, узнал...

Тут же возник спор, где лучше в текущей ситуации - в этом лагере или дома, при неработающем электричестве и без водопровода?

Парень, ещё раз внимательно осмотрелся и, не заметив ничего подозрительного, отошел от спорящих стариков и двинулся прочь от спортивной площадки.

Глава 10, в которой "все флаги в гости к нам"

Не пройдя и сотни метров, Костя заметил впереди небольшую толпу, в центре которой стояли полицаи. Подойдя к толпящимся людям, парень увидел, что происходит какая-то перебранка между "мирными гражданами" и полицейскими. На земле, на коленях, стояли трое молодых парней. Из разговоров Костя узнал, что их только что задержали при "попытке к бегству" из лагеря. Несколько мужчин и женщин из толпы активно защищали парней, аргументируя, что, дескать, тут не тюрьма. Однако старший из полицаев довольно успешно им возражал. Да, говорил он, здесь не тюрьма, но при этом лагерь - это охраняемый объект и они отвечают за его охрану. И делают это в интересах граждан.

Также полицай начал нагонять жути, рассказывая про мародеров в городе и в окрестностях. Упомянул он и про террористов, которые, дескать, могут устроить теракт прямо в лагере и для своих целей могут использовать беглецов из лагеря. Мол, выйдут парнишки за периметр, а там их злые террористы и поймают. Допросят, узнают слабые стороны лагеря, убьют их, а тут устроят налёт и резню. Надо это вам?

После таких аргументов, защитники парней поутихли, и толпа начала понемногу рассасываться.

Костя же решил подождать, чем закончится дело.

Минут через пять, подняв пыль на улице, подъехала полицейская газелька-фургон. В неё стали грузить арестованных парней.

Какой-то мужик начал истеричным голосом вопрошать, "куда их везут?" на что получил ответ: "мозги вправим им немного и отпустим". На это сказать было нечего, и народ молчал. Парней погрузили и "воронок" уехал. Зеваки и полицаи начали разбредаться в разные стороны. Пошел прочь и Костя.

Парень медленно шел по улице и обдумывал только что увиденную ситуацию.

"- С одной стороны, - думал он. - Полицаи правы. Кто знает, что там сейчас в городе и в окрестностях творится? Вполне вероятно там мародеры и прочие отморозки лютуют. Сейчас там ведь можно убить любого и попробуй тебя найди. Так что, тут действительно, охрана лагеря нужна".

Но, с другой стороны. Как-то это пугает и несмотря вроде бы на логичное поведение полицаев, подсознательно чувствовалось, что ситуация намного хуже и сложнее, чем кажется на первый взгляд.

Шагая по улице, Костя внимательно оглядывался. Вокруг палатки, палатки и палатки. Море палаток и люди между ними. Наблюдая за народом, парень отметил, что людскую массу можно разделить на три части. Часть стоят на месте, либо, словно зомби, бродят не спеша с тупыми, испуганными, а иногда и обреченными лицами.

Другие же собираются в кучки, где, либо обсуждают положение, либо тихо слушают других.

Третья же часть - снуют быстрым шагом с деловыми лицами. Куда, зачем? Кто их знает?

Задержавшись у нескольких кучек, Костя послушал последние слухи. Дескать, их собираются вывозить куда-то на север, по слухам в Воронеж. Другие же называли пунктом назначения Ростов-на-Дону. Утверждали также, что где-то в верховьях Волги случилась страшная экологическая катастрофа. Одни говорили, что взорвалась АЭС, другие же настаивали на взрыве какого-то крупного химического комбината. Из-за этого по Волге-матушке вниз уже плывёт огромное радиоактивное пятно, убивая всё живое по обоим берегам реки. В связи с этим Волга и её окрестности в несколько сотен километров по обе стороны, объявлялась "зоной экологического бедствия". Из-за масштаба случившегося, у ООН нет средств для ликвидации последствий такой катастрофы и поэтому уже принято решение отселить всех жителей с обеих берегов реки до самого Каспийского моря.

На этой почве возникали бурные дискуссии. Одни яро доказывали, что на Волге находятся куча городов, от Астрахани до Нижнего Новгорода. В каждом из них, считай, по миллиону жителей - попробуй их высели. Плюс мелкие населённые пункты по обоим берегам. Там тоже живёт немало. Выселить всех подчистую? Это же безумие!

Другие возражали, приводя в пример самих себя. Мол, в Волгограде миллион жителей было, а теперь вон как - эвакуировали всех.

Тут же им возражали, что не факт, что всех вывезли, и ещё неизвестно, сколько народу в городе остается. Далее начинались бессмысленные споры, основанные на домыслах и фантазиях, после чего Костя отходил от спорящих и шёл дальше.

Продвигаясь по выбранной улице, шагая по неровной утоптанной земле, парень удивлялся размерам лагеря. По его расчёту, он прошел уже более трех километров, а конца-края лагерю не видать. Везде палатки, люди и палатки. По самым скромным прикидкам тут сейчас размещались не то что тысячи, а многие десятки тысяч людей...

Изредка по улицам проезжают машины. Броневики миротворцев, военные и полицейские машины. Несколько раз парень даже увидел проносящиеся кареты скорой помощи с включенными мигалками. Везде кучки людей и снующие взад-вперед граждане...

Решив однажды свернуть в сторону трассы и осторожно там оглядеться, Костя наткнулся на большую охраняемую площадку. Осматриваясь и разговаривая с людьми рядом, парень узнал, что это ещё одна площадь, на которую автобусами привозят эвакуированных из города людей. Новоприбывших, имевших весьма растерянный и глуповатый вид, небольшими колоннами разводили по лагерю. Глядя на них, становилось досадно, что наверняка и он выглядел также, когда прибыл вчера в лагерь.

Как утверждали "старожилы", сегодня народ привозили едва ли не в больших количествах, чем вчера.

Продвигаясь все дальше на северо-запад, парень дошел до мест, где народу стало сильно меньше. Длинные улицы, с десятками кварталов-блоков из белых палаток уходили к горизонту. Судя по отсутствию людей, эти палатки ещё только ждали своих жильцов.

Шагая по улице между пустыми палатками, парень даже подумал, что он достиг нежилой части лагеря. Это его насторожило, ибо кто знает: может тут запрещено ходить? Однако на этой улице он видел идущих в том же направлении людей. У всех напряженные, но целеустремленные лица. Большинство из этих людей - нерусские, смотрят настороженно, и поэтому обращаться к ним с вопросами парень не стал. На перекрестках же, оглядываясь по сторонам, Костя заметил, что по параллельным улицам, в том же направлении идут и другие люди.

Один раз его обогнала колонна из трех автобусов набитых людьми.

Через несколько минут парень миновал небольшое футбольное поле, где азартно крича, гоняли мяч мордастые мужики. Как быстро сообразил парень, это играли команды из миротворцев и местных полицаев. Зрителей было мало, но, судя по их форме, это коллеги игроков. Так что парень не стал к ним подходить, а прошёл мимо.

За футбольным полем раскинулись новые кварталы пустых палаток.

Еще через пять минут ходьбы Костя заметил на перекрестке впереди кучку полицаев. Парень придал себе целеустремленный вид, а в голове быстро сложилась легенда-оправдание. Дескать, увидел несколько минут назад знакомого, который рассказал, что тут "за футбольным полем" стоит кучка мужиков, среди которых его родственник дядя Юра.

Однако врать и оправдываться не пришлось. Полицейские на перекрестке скользнули по одинокому парню равнодушными взглядами и не окликнули.

Пройдя немного дальше, Костя перевел дух, но при этом сильно встревожился. Кто знает, что это за место и куда все люди вокруг идут. Как бы не нарваться на неприятности! В любом случае, назад по этой улице идти уже не стоит.

Миновав ещё не менее километра, парень увидел, что кварталы пустых палаток закончились. Колея, вдоль которой он шел, выходила на пустое пространство шириной около сотни метров. На другой стороне тоже виднелись палатки. Однако белых, обычных для лагеря, палаток там мало. В основном виднелись темно-зеленые и большие палатки других цветов. Все они стояли они не ровными рядами, а как-то хаотично, словно островки. Над каждым островком, на высоких флагштоках, развивались разноцветные флаги. Идти туда почему-то стало страшно, и Костя даже решил развернуться, но тут заметил, на пограничном пространстве фигурки полицаев.

"- Кто знает, что они подумают, если увидят, как я тут метаюсь?" - подумал он

Однако из основного массива, по параллельным дорожкам, на пустое пространство выходили люди и быстро шли вперед. К новым платкам продвигались отдельные люди и небольшие группы людей. Костя только сейчас обратил внимание, что почти все они в руках несли сумки или чемоданы.

Приняв решение не выделяться, Костя двинулся вперед.

"- Покручусь там, огляжусь, и быстро назад" - подумал он.

Тут же пришла мысль:

"- А что, если это уже граница лагеря и тут можно спокойно его покинуть?".

"Но, с другой стороны, как-то просто всё это!" - подумал он через минуту.

Между тем, палатки приблизились. Прямо по курсу парень видел впереди площадку, на которой стояло несколько военных грузовиков.

Тут же за спиной возник гул моторов и ему засигналили. Костя резко рванулся в сторону от колеи, по которой шел, и мимо, продолжая гудеть, пронеслись, поднимая пыль, два больших автобуса.

Когда они проехали немного вперед, парень даже через густую пыль увидел, как зажглись их стоп-огни и автобусы остановились. Шагая в пыли дальше, Костя приблизился и увидел, что из автобусов быстро выбираются люди. В основном пожилые женщины и мужчины. Двигаясь прямо через толпу, парень увидел, что из ближайших палаток, навстречу прибывшим, начали выходить люди, которые направились к автобусам. Рядом возникли несколько девушек, одетых в нарядные, бело-красные платья-вышиванки. Девушки стали быстро обниматься со всеми подряд, что-то неразборчиво щебеча. Одна из них быстро обняла Костю, проговорив:

- Ласкава просимо!

Парень сразу понял, что его ошибочно приняли за новоприбывшего. Но что это за язык? Польский? Или...

Тут же взгляд парня наткнулся на высокий флагшток, на котором развивался желто-голубой флаг.

"- Э-э-э... - только и подумал парень. - Да это, по ходу, украинское представительство. Но как оно тут и откуда? Это получается, что Украина своих эвакуирует что ли? Похоже, что так. Но как быстро они сюда прибыли!".

Между тем, автобусы развернулись и поехали в сторону основного лагеря. Рядом слышалась вроде бы знакомая, но совершенно непонятная Косте, украинская речь. Появились люди с папками-планшетами в руках, и начавшие что-то громко говорить-объяснять.

Решив, что негоже тут дальше оставаться, парень пошел в сторону. Он миновал двух пожилых вислоусых мужиков, которые обнимались и страстно лобзались, так что казалось, что это встретились разлученные в детстве братья. Выглядело это трогательно, но парню было недосуг их разглядывать.

Он увидел стоящего в стороне мужичка и двинулся к нему. Подойдя ближе, Костя разглядел взлохмаченного и небритого старика. Тот, с перекошенным лицом, криво улыбаясь, стоял и наблюдал за толпой людей, которые приехали на автобусах.

- Слушайте, - обратился к нему Костя. - А чего это тут?

Старик посмотрел на парня и открыл рот, словно сильно удивился данному вопросу. Они стояли глядя друг на друга некоторое время, так что Костя даже решил, что дед безумен и не собирается отвечать. Парень уже хотел уходить, как старик сказал:

- А ты чего, не с ними приехал?

- Да нет, я просто гуляю.

Старик еще больше скривил рот в усмешке:

- Ну и чего тебе?

"- Шизик какой-то", - подумал Костя, но сказал:

- Да просто, не понятно, что это тут.

- А чего тут непонятного, - весело, но со злостью в глазах, ощерился старик. - Это вот представительство великой державы Украины! У тебя хохлы есть в предках?

- Да нет, вроде...

- Ну, значит, тебе не повезло. Не видать тебе ридной украинушки.

Старик зло сплюнул.

- А при чем тут предки-то? - не понял Костя. - Это ведь наши граждане же...

- Да какие, граждане! - чуть не взвыл старик. - Вон!

Он кивнул на толпу людей, приехавших на автобусах.

- Вчера они русскими были, а теперь, как прижало, в украинцы перекрасились. Да и ты ещё можешь. Вон, иди! Если докажешь, что ты щирый украинец, то и тебя примут!

Старик грязно выругался.

- Интересно, - пробормотал Костя. - Так это они как бы?.. Если ты, как бы, украинец, то тебя?..

- Конечно, - хмыкнул дед. - Или вон. У тебя армян в предках нет?

Он показал рукой в сторону. Посмотрев туда, Костя заметил неподалеку реющий на высоком флагштоке красно-сине-оранжевый флаг.

- Вон там армяне, - показывал старик, зло улыбаясь. - А вон там турки. А вон эстонцы. А как у тебя с евреями? У них отдельный лагерь, за каналом. Их отсюда самолетами на историческую родину вывозят. Их в самую первую очередь! Ну и остальных тоже... Автобусами... Я слышал, сейчас уже колонны отчаливают. Говорят, на Кавказ и дальше...

Костя слушал старика в каком-то отупении.

- Подождите, - пробормотал он. - Так это, если предки какие есть или ты там докажешь... То тебя на "историческую родину" отправят?

- Ну, а я тебе про что!

- А как же нам быть, русским?

- А это хороший вопрос, - в бесконечный раз скривил рот старик. - Как видишь, нет у тебя родины! Это мы, дураки, думали, что она есть, а её, как оказалось, нет и не было никогда!

- Ну и чего нам тогда? Нас же говорят, вывезут куда-то...

- Ага! Вывезут! Уже вывозят... Про "чёрные камазы" слышал?

Старик понизил голос:

- Тут карьеры рядом, недалеко. Сейчас уже туда вывозят жмуриков и как говорят, всех нас там и прикопают. Места хватит... Вот такая у нас "историческая родина" будет.

Всю жизнь Костя считал себя крепким и стойким парнем со стальными нервами. Он совершенно спокойно смотрел "страшные" фильмы про "конец света" и к вестям о войнах относился довольно спокойно, считая, что в случае чего, придумает, как выкрутиться...

Но сейчас, всё произошедшее с ним за несколько прошедших дней, довольно сильно разболтало психику, и речь старика произвела угнетающее впечатление.

Резко развернувшись, парень двинулся прочь от сумасшедшего дедка.

"- Бред! - думал парень. - Конечно, что эти государства вывозят своих - это правильно. Но что до нас! Нас тут вон сколько, десятки, а то и сотни тысяч только в этом лагере. Попробуй, тронь!".

Тут же мозг пронзила страшная мысль:

"- А что если, и правда, тронут? Что тогда?".

Навстречу быстро пронесся белый джип-пикап, в кузове которого он заметил троих смуглых бородачей с автоматами в руках. Раньше подобные картинки Костя видел только в репортажах из Ближнего Востока или Африки. Именно так выглядели "тачанки" всяких террористов. Но одно дело видеть это на экране телевизора, а другое дело, когда вот они.

Глотая пыль, оставленную пикапом, парень стоял и тупо смотрел вслед проехавшей машине. А в голове опять поднималась волна очень неприятных мыслей. Подумалось, что вот если эти бородатые джигиты начнут стрелять? Что тогда? Кто им будет противостоять? У большинства полицаев в лучшем случае, пистолетики на поясе. А у этих, вон, автоматы. Может и еще чего, посолиднее, найдется. И как против них попрешь?

Конечно, есть миротворцы, но будут ли они за нас грудь свою подставлять? Они приехали сюда бабло зашибать, а не под пули лезть...

Усилием воли, заставив себя очнуться, парень двинулся дальше. Он шел между палаток, обращая внимание, что рядом почти нет европейских лиц, и он словно куда-то на Ближний Восток попал. Громко звучала чужая речь. Играли незнакомые музыкальные инструменты. Возле палаток, прямо на земле, "по-турецки" сидели мужчины. Кучками стояли женщины. В пыли копошились дети. В одном месте, на небольшой площади, под звуки барабана и дудки, толпа мужчин, в которой были и дети и старики в папахах, в большом хороводе галопом неслись друг за другом...

Замечая на себе странные взгляды окружающих, парень начал думать, что пора убираться отсюда. Он уже собрался развернуться, как заметил идущих навстречу пятерых молодых парней, которые были одеты в одинаковую ладную темно-зеленую форму, похожую на форму американских летчиков из голливудских фильмов. По лицам "летчиков" Костя легко определил, что это евреи. Он уже почти разминулся с этой группой, как внезапно встретился взглядом с парнем, который шёл последним.

Костя отвел было взгляд, как тут же взглянул снова и узнал идущего.

Это был Леонид Шмуттер. Одногруппник. В универе учились вместе и особо не общались...

Лёня тоже узнал его. Он со странным выражением лица поднял в приветствии руку. Привет, мол. Но подавать руку не стал.

Хоть в универе они и не дружили, но сейчас Костя просто ринулся к нему, протягивая руку. Пожимая бывшему одногруппнику руку, Лёня остановился, но сделал этого без особого энтузиазма. Видно было, что если бы Костя не рванулся к нему, то он просто прошел бы мимо.

- Привет, Костян.

Остальные его спутники-евреи, пройдя несколько шагов, остановились, ожидая товарища.

Почувствовавший нервное возбуждение Костантин не стал задавать глупых вопросов. Всё и так было ясно. Явно его бывший одногруппник сейчас готовился к эвакуации на "историческую родину".

- Слушай, Лёня! - быстро забормотал парень. - Я слышал: вывозят вас.

- Ну да. В землю обетованную.

Судя по кислой роже Лёни, видно было, что он не в сильном восторге от переезда.

- Так что у вас говорят-то? Ну, про ситуацию?

Лёня несколько секунд смотрел на Константина, словно не понимая, о чем это тот, а затем сказал с досадой в голосе:

- Да какая тут ситуация? Жопа тут. А дальше ещё хуже будет! Ты-то тут как устроился? Куда едешь?

- Никуда я не еду! Некуда и не к кому.

- Ну, тогда тут поосторожнее. Чего один ходишь? Не видишь, что за народ тут? Скрутят тебя как барана и в автобус к себе кинут. Их колонны никто проверять не будет. Будешь потом всю жизнь на кирпичном заводе вкалывать или баранов пасти. Ладно, пойду я.

- Подожди, Лёня! Ты вот, что мне посоветуешь делать?

- Да откуда я знаю? Если тебе некуда, то в Ростов беги. Там, говорят, все, что западнее Дона, под Украиной будет, но все равно, лучше, чем здесь. Про нейтральную территорию по Волге слышал? Тут уже сейчас в городе жопа, а будет вообще...

- А что про город слышно? - сам не зная, зачем, спросил Костя.

- Плохо там! - Лёня понизил голос, приблизил лицо и быстро заговорил. - Там народ валят уже в полный рост! Мародёры там. Мы еще вчера должны были улететь, но у многих там барахло разное и надо время, чтобы ходоки его вернули.

- Что за ходоки?

- Да люди такие, которые ходят в город и ценности назад приносят. Ты им ключи от квартиры, а они тебе твои вещи приносят. Ну, документы там, деньги и прочее. Понял?

- Ну... - протянул Костя.

Мысли путались. Хотелось задать много вопросов, но в голове царил сущий водоворот из мыслей. Ходоки какие-то...

- Ладно, пойду я.

Не подавая руки на прощание, Лёня отвернулся и двинулся к своим "летчикам". Все вместе они двинулись прочь.

Костя же тупо стоял и смотрел им вслед. Почему-то накатила слабость и усталость, словно парень все утро тут мешки с цементом тягал.

Послышался клаксон. Парень резко отскочил в сторону и мимо на большой скорости промчался дорогой черный джип с открытыми окнами. Внутри машины парень заметил весёлые бородатые рожи.

"- Ерунда какая-то, - билось в голове. - Быть не может, что так плохо всё!".

- Ещё как может! - раздалось рядом.

Парень вздрогнул и понял, что он сейчас думал вслух. Тут он взглянул на говорящего и вздрогнул вторично. Рядом стоял давешний криворотый дедок.

- Списали нас с тобой в утиль парень, - скривил рот он. - Смирись и наплюй. Вон, посмотри лучше.

Он показал пальцем, но отупевший парень не стал смотреть, куда тот указывает.

- Вон. Видишь флаг? Это Египет. Даже они своих уродов отсюда вытаскивают. Или вон, гляди. Это Пакистан. До меня только сейчас дошло, что значит фраза "все флаги в гости к нам".

Старик зло сплюнул и грязно выругался.

Костя заторможено повернул голову и несколько секунд тупо смотрел на указанные флаги.

"- Все флаги в гости к нам! - звучало в голове. - Все флаги в гости к нам!"

Эта мысль внезапно показалась очень смешной, и парень захохотал, да так, что живот скрутило от смеха. Он смеялся и бил себя рукой по коленке и даже присел на корточки. Перед глазами стояла пелена какая-то.

Когда он немного отсмеялся, пелена рассеялась, и парень увидел, что к нему идут два бородатых абрека, очень пристально и недобро глядя на него.

Тут же в голове всплыло предупреждение Лёни - быть осторожным!

"- Украдут! И в рабство увезут!"

Парня охватил ледяной ужас. Не в силах себя контролировать, он заверещал, вскочил на ноги и быстро побежал.

Дальнейшее он помнил только отрывками. Он бежал словно в тумане. Кажется, ему вслед кричали и свистели, но он летел, как на крыльях, подгоняемый доселе неизвестным ему ужасом. Вроде бы, за ним кто-то даже бежал... Какой-то чумазый мальчонка попытался сделать ему подножку... Рядом мелькали палатки, а по сторонам какие-то тени - то ли столбы, то ли люди. Перед глазами возник какой-то лес и озеро, а потом вообще непонятно что было...

Когда Костя пришел в себя, то увидел, что сидит на коленях на берегу небольшого канала. Вниз, к воде, спускались старые бетонные склоны, поросшие травой. Внизу виднелась жёлтая, застоявшаяся вода.

Оглядевшись, парень увидел, что рядом кто-то стоит. На секунду он подумал, что это давешний дедок, но это оказался молодой русский полицай, который пристально смотрел на него.

- Чего ревешь? - равнодушно поинтересовался тот. - Не признали тебя своим?

Костя, совершенно не понимая о чем тот спрашивает, вдруг заплакал. Он сел на колени прямо на землю и затрясся в рыданиях.

Глава 11, в которой герой получает ненужную информацию

Неизвестно, сколько он так просидел, пуская пузыри, но когда очнулся, мента рядом уже не было. Поднявшись на ноги и отряхнувшись, парень двинулся по грунтовой дороге в правую сторону, вдоль канала.

Сейчас он пришел в себя, и голова вдруг заработала на редкость ясно.

"- Вот это я дал!" - подумал Костя.

Захотелось закричать от стыда и от злости на самого себя.

"- Это же ведь истерика какая-то у меня была! Как же это я так? Ведь не баба же..."

Шагая вдоль канала, парень внимательно осматривался по сторонам. Скорее всего, это именно тот канал, который ограничивает лагерь беженцев с северной стороны. Достав из кармана смартфон, парень увидел, что сотовая сеть по-прежнему недоступна. Запустив компас, Костя определил, что канал тянется с северо-запада на юго-восток. Явно это был именно тот пограничный канал, про который ему недавно рассказывал дедок.

Оба бетонных берега заросли редкими кустарниками и на другом берегу, за кустами, виднелась грунтовая дорога, за которой тянулось пустое поле. Вдали виднелась лесополоса.

Оглядывая на ходу противоположный берег, Костя заметил за каналом, в кустах, нескольких полицаев.

"- По ходу, канал охраняется, - смекнул парень. - Нечего и пытаться сейчас бежать".

Он пошёл назад в лагерь по грунтовой дороге, что тянулась вдоль правого берега канала. Справа, на расстоянии полусотни метров виднелись пустые, еще не обжитые палатки лагеря.

Через несколько минут ходьбы, Костя подошел к месту, где от дороги вправо, в сторону палаток, тянулась натянутая на столбы сетка-рабица. Ворот, закрывающих проезд по дороге, по которой он шагал, не было. Там стояли полицаи, за которыми виднелась небольшая толпа людей.

Когда парень приблизился, то увидел, что полицаев пятеро и среди них какой-то долговязый тип неопределённого возраста в гражданской одежде. Этот тип живо напомнил Косте фээсбэшников, что остановили его вчера на железной дороге.

Когда Костя подошел к стоящим на дороге полицаем, тип в гражданском шагнул к нему.

- Вы из этого лагеря? - поинтересовался он, наморщив лоб.

- Ну, да.

- А карточку вашу можно?

Костя подал свою "карточку беженца". Тип в штатском скользнул по ней взглядом и вернул.

- Проходите.

Не мешкая, парень протиснулся между полицейскими и двинулся дальше. На дороге и по обеим ее сторонам, на чемоданах и баулах сидели какие-то нерусские люди, похожие на цыган. Возможно, они ждали, пока их колонной переправят в лагерь с представительством их "исторической родины".

Миновав сидящих, Костя увидел, что дальше начинается обычный лагерь. Между палатками справа мелькали люди с европейскими лицами. Слева же, на берегу канала также было достаточно народу. Костя увидел кучку мальчишек, которые бросали в воду камни и куски земли.

Проходя мимо, Костя отметил, что на другом берегу видны полицейские, которые зорко следят, чтобы никто не сунулся на другой берег.

Через пять минут ходьбы, впереди, на берегу канала, показались деревья и какие-то здания среди них. На дороге опять виднелись полицаи, но толпы людей с чемоданами не наблюдалось. Без объяснений поняв, что прохода дальше нет, Костя сверну в сторону, чтобы обойти запретную территорию. Граница тут не была огорожена и представляла собой "запретную полосу" в виде полусотни метров голой земли. Там прохаживались полицаи и криками шугали всех, кто пытался нарушить невидимую границу.

Решив идти дальше строго по границе лагеря, Костя прошел через лесополосу, которая тянулась в сторону московской трассы. Поглядывая в сторону канала, парень определил, что тут довольно большая запретная территория. На той стороне "границы" виднелись какие-то большие ангары из нержавеющей стали, а за ними виднелась лесополоса. Пройдя еще немного вдоль "границы" парень увидел вдали пирамидальные тополя, которые, скорее всего, росли вдоль канала. За тополями виднелись здания посёлка. Шагая все дальше, Костя увидел, что лагерь в этой стороне не подходит вплотную к каналу.

Это открытие не особо опечалило. Решив, что ещё рано делать какие-то выводы, парень наметил себе идти вдоль границы, пока не дойдет до площади, где происходит прием беженцев и где он вчера вошел в лагерь.

На другой стороне "запретной полосы" всё также виднелись редкие полицейские, которые изредка криком одергивали местных, которые пытались выйти за границу лагеря.

- Обед! Обед! - раздались сбоку громкие крики.

Народ зашевелился и потянулся в сторону, откуда кричали. Двинувшись туда вместе со всеми, Костя увидел несколько полевых кухонь. Рядом стояли длинные недавно сколоченные столы с лавками. Понаблюдав за раздачей пищи и увидев, что документов не требуют, парень встал в очередь и вскоре быстро получил тарелку с супом, два куска хлеба и стакан с чаем. Вся посуда и выданная ложка были сделаны из пластика.

Присев за один из столов парень съел полученный обед, который, на удивление, оказался довольно вкусным.

Пообедав, Костя продолжил обход границы. В одном месте, возле "запретной полосы" собралась кучка уже пообедавших людей. Какой-то дед рассказывал, как он в молодости работал на полях в этом месте. Рассказывал, что-то про какие-то семена и исследования. Костя подумал о том, чтобы расспросить этого дедка об окрестностях, но заметил среди стоящих рядом мужиков несколько подозрительных молодых людей. Выглядели те весьма "стрёмно" и сильно походили на давешнего стукача, встреченного возле трассы. Поэтому, на виду у них, Костя не стал лезть к рассказчику с вопросами, а решил постоять немного рядом и потому тихо отойти. Когда он уже надумал уходить, к толпе причалил какой-то растрепанный дед и, перебив рассказчика, начал вопрошать присутствующих, не видели ли они каких-то Филимоновых? По его словам, он вчера отправил свою семью: жену, дочь и внучку, в одном автобусе. Ему самому не хватило места, и он поехал на следующем. Но по прибытии сюда, своих он не обнаружил. С тех пор он кружит по лагерю, пытаясь их найти.

В очередной раз Костя вспомнил решительного старика из соседнего двора. Ведь тот именно про это и говорил, призывая быть острожными!

Судя по виду старика, потерявшего семью, тот был близок если не к потере рассудка, то к нервному срыву.

- А в справочной ты был? - поинтересовался у несчастного один из мужиков.

- Да был я! - досадливо кивнул дедок. - Говорят - нет их в базе данных, а значит, они не зарегистрированы тут! А как они не зарегистрированы, когда они за полчаса до меня уехали?

Услышав про справочную, Константин немного удивился.

- А что за справочная? - сразу поинтересовался он.

К нему повернулись несколько мужиков, которые охотно объяснили, что есть тут такой сервис - называешь фамилии своих родственников или других близких и тебе выдают номер их палатки.

Расспросив, где находится эта справочная, парень быстрым шагом пошел в указанном направлении.

Через десять минут поисков, уточнив маршрут у нескольких встречных полицаев, парень оказался в некоем "административном центре", состоящем из десятка домов-вагончиков и дюжиной больших очередей перед ними. Отстояв в нужной очереди около часа, парень вошел в один из вышеупомянутых вагончиков и присел на стул перед столиком, за которым сидела утомленная девушка с ноутбуком. Первым делом Костя назвал имя дяди Юры. Девушка пощелкала клавишами и сообщила, что его нет в базе. Не оказалось в базе и жены дяди Юры и еще десятка более-менее близких родственников, которых вспомнил парень. Когда имена в его памяти закончились, от отчаяния и сам не зная зачем, он назвал имя Леонида Шмуттера, на что получил ответ, что тот находится в "первом спецлагере". Тихо заработал под столом принтер, и Костя получил на руки узкую бумажку с указанием адреса палатки бывшего одногруппника.

- Это там, в самом конце, - пояснила девушка. - За каналом. По этой бумажке вас пустят в тот сектор.

- Я понял, - кивнул парень, поднимаясь со стула. - Спасибо вам...

В бумажку он даже не заглянул и выбросил ее, как только вышел из вагончика.

"- Плохо дело", - думал Костя, шагая по улице между палатками.

Явно дядя Юра не из тех, кто, как баран, покорно пойдет эвакуироваться. Наверняка у него свои планы о происходящем и о том, как жить-быть дальше!

Парень поморщился и мысленно обругал себя, вспомнив, как глупо он провел первый день кризиса.

"- Ладно, чего уж там! Чего плакать зря? Надо думать, что дальше делать!"

Костя бесцельно ходил по улицам около получаса, но ничего путного в голову так и не пришло. Более того, накатила апатия и безразличие. На душе стало так погано, что хоть кричи.

Усилием воли парень встряхнулся и решил все-таки закончить начатое утром - обойти лагерь по периметру.

Отыскав место, где ему рассказали о справочной, Костя увидел, что там по-прежнему толкутся кучками мужики. Двинувшись вдоль границы в восточном направлении, через сотню метров он наткнулся на бригаду рабочих, которые рыли ямы. Рядом стояла грузовая машина, с которой другие рабочие брали деревянные столбы и устанавливали их в эти ямы. Работали без бетона, просто утрамбовывая землю вокруг установленных столбов. Работа примитивная и явно не рассчитанная на века.

Немного далее виднелась бригада, которая натягивала на установленные столбы сетку-рабицу, попутно опутывая забор колючей проволокой. Несколько мужиков в гражданской одежде объясняли окружающим, что это делается для безопасности, дабы оградить обитателей лагеря от бандитов и мародеров.

Шагая дальше, Костя видел за забором поле. В нескольких сотнях метрах за ним слева и справа виднелись дома явно нескольких стоящих рядом посёлков. По дороге довольно часто проезжали машины. Костя наблюдал там полицейские легковушки, броневики миротворцев и зеленые армейские грузовики. Изредка проезжали автобусы и кавалькады из дорогих внедорожников.

Как понял парень, слева был поселок Кузьмичи, а справа другой - с длинным названием, которое ему назвали утром, но которое он сейчас забыл.

Парень дошел до места, где граница повернула вдоль лесополосы в сторону московской трассы, и скоро добрался до места, где он утром встретил говорливого дедка. Тут граница лагеря уже была чётко закреплена сеткой-рабицей и колючей проволокой. Проходы в этой сетке наличествовали, но везде в них стояли полицаи.

Дойдя до места, где происходил прием беженцев, парень из разговоров людей узнал, что люди продолжают прибывать из города. В свою палатку идти не хотелось, и Костя повернул вглубь лагеря, где стал без цели ходить по улицам, прислушиваясь к разговорам и просто наблюдая за жизнью людей.

Через полчаса он интересно "погрел уши". Пробираясь между двумя палатками на соседнюю улицу, он, через брезентовую стену палатки подслушал весьма занимательный разговор. Собеседники, видимо, сидели в самом углу жилища, уединившись от остальных обитателей палатки, и не подозревая, что их могут подслушать снаружи.

Один из говоривших уверял другого, что из лагеря нужно как можно скорее "делать ноги". Второй соглашался, тем более что, его самого давно "домик в теплом месте заждался". Однако многие документы, главным образом на заграничную недвижимость и банковские счета, остались в городе и как их достать - неясно. Да, про ходоков он слышал, но как-то опасливо доверять тем такие вещи. Лучше уж подождать немного и посмотреть, не появится ли возможность самому посетить свою квартиру.

Собеседник же уверял, что мысль о личном посещении города - безумна.

- Там же не только мародеры! - с надрывом говорил он. - Там ведь и партизаны сейчас! Мы ведь для них хуже китайцев. Если узнают, зачем мы там, пристрелят без разговоров.

- Да, ладно... - усмехнулся второй. - Суну им в зубы тыщ по сто рубликов - не только отпустят, но и на руках понесут.

- Не дури, Пётр! - тихо воскликнул первый. - Это три дня назад ты мог сунуть. Да и то, не всем. А сейчас там такие отморозки, что из принципа не берут. Они из всех щелей повылазили и у них оружие! Повесят, как фашистов!

- Договориться всегда можно... - усмехнулся второй.

- Да как ты не поймешь???

Первый тихо выругался и поведал собеседнику, что он сам вчера нанял ходока и ожидает его возвращения с минуты на минуту. Более того, он начал рассказывать, как и где найти ходоков, поучая своего товарища. Из этих объяснений Костя узнал, что ходоки самым тесным образом связаны с охраной лагеря. Стоимость их ходки начиналась от десяти тысяч долларов или евро. Их можно было отдать с вынесенных денег, и гонорар напрямую был связан с принесенной суммой. Кроме того, еще до отправления ходока, нужен был "задаток", размер которого начинался от трехсот тысяч рублей. Но это было вчера и, по словам рассказчика, сегодня эта сумма куда выше.

После этой информации, голоса пропали, и Костя подумал, что разговаривавшие ушли. Парень тоже, тихо и осторожно, двинулся прочь.

Не успел он толком обдумать услышанную информацию, как по какой-то дьявольской случайности и совпадению, подслушал еще один подобный разговор двух хорошо одетых, начинающих стареть, мужчин. Оба имели сытые и чванливые рыла, которые с избытком встречаются в кабинетах разного рода администраций и казённых заведений.

Правда, тут много подслушать не удалось. Говорящие заметили "греющего уши" парня и отошли в сторону. Однако и того, что услышал Костя, оказалось достаточно. Один из этих типов уверял собеседника, что ситуация серьёзная и оставаться в лагере "смерти подобно". Соваться же в город - ещё опаснее.

Увидев, что его заметили, Костя придал себе беспечный вид и пошел прочь по одной из улиц, пытаясь привести мысли в порядок и обдумать только что услышанное.

Однако, несмотря на небезынтересную информацию, в голову ничего толкового не лезло. Парень опять начал ходить по улицам, присматриваясь к народу, и обратил внимание на интересную деталь, на которую совершенно не обращал внимания раньше. Основная часть людей в лагере, выглядели ждущими, когда их повезут обратно по домам. Выглядела эта публика, как обычные - средне-бедно одетые люди. Но вот граждане, одетые в дорогую одежду, просто так, без дела, не сидели. Если они где и виднелись, то только спешащими куда-либо. Костя специально обратил внимание на детские площадки и там почти не увидел дорого одетых мамаш с детьми.

Это наводило на мысли, что все более-менее "приличные граждане" стремились унести ноги из лагеря. Остальные же просто ждали, когда их судьбой займутся "те, кому положено". Небольшая часть "ждущих" уже смирилась с возможным переездом в другое место.

- Поживем там, "пока всё не наладится", - говорили они, улыбаясь глупыми улыбками. - Это же ведь временно!

Пунктом назначения в разговорах назывался, как и прежде, то Ростов-на-Дону, то Воронеж. Причём сразу говорилось, что в этих городах беженцев ждёт лишь перевалочный пункт, а далее их эвакуируют куда-то далеко на Запад, возможно куда-то в Восточную Европу.

Другие же граждане, которых было большинство, просто не верили, что им не позволят вернуться домой. Да и самому Косте еще не до конца верилось, что старая жизнь уже не вернётся. Как это так, взять и уехать из места, где прожил всю жизнь и за просто так бросить квартиру, в которой всё твое, накопленное за жизнь, имущество?

Однако поведение более богатых горожан указывало, что дело действительно дрянь...

"- Глуп, глуп я! - вертелось в голове у парня. - Надо было к дяде Юре бежать сразу же, как всё началось..."

Бродя среди палаток, парень подходил к разным кучкам, прислушиваясь к разговорам. Очень скоро он опять услышал про ходоков, которым доверяли ключи от квартир и ждали, что те принесут им нужные документы и ценности. Всё, подслушанное ранее, вплоть до тарифов - полностью подтвердилось!

Кроме того, Костя узнал, что из лагеря, оказывается, можно легально выехать. Пунктов назначения было всего два: Воронеж и лагерь в поселке Максима Горького. До этого лагеря можно было добраться за двадцать тысяч рублей. А вот до Воронежа цена куда выше - двести тысяч. Но это на автобусе. Предлагался и более бюджетный вариант - за сто тысяч. Но это стоя, в кузове грузовика. Причем путь занимал не менее пяти часов.

Костя разговорился с двумя парнями, предлагавших эти поездки, и осторожно поднял тему выхода из лагеря.

Один из парней сказал, что в первый день, выйти за периметр стоило всего три тысячи рублей. Но сейчас он бы делать этого не советовал, ибо на его глазах один мужик заплатил полицаям, те пропустили его за ограду, после чего спокойно расстреляли в спину. Байка это или реальный случай - Костя не понял. Понятно только одно - покинуть лагерь не так просто.

Другой парень, тоже предлагавший "билеты в Воронеж", посоветовал доехать до горьковского лагеря и попытаться уйти в город там.

Сказав, что он подумает, Костя отошел от "продавцов билетов".

Наткнувшись на очередную кучку мужиков, которые выглядели как обычные обыватели, Константин поделился своими наблюдениями и информацией про "билеты". Оказалось, что мужики уже в курсе, однако ехать куда-либо откровенно опасаются.

- Тут вот какой у меня сегодня случай был, - сказал один из мужиков.

Он настороженно оглянулся по сторонам и Константин вместе с остальными приблизил к нему голову.

- Вот как было, - тихо рассказывал мужик. - Мой сосед, Диман Клюев, сегодня утром с семьей в грузовике в Воронеж поехал. Семьдесят тысяч за "билет" заплатил. За каждого, конечно. Я тоже хотел с ними, но как-то не решился. Однако, на всякий случай, номера машины запомнил, чтобы когда они вернутся, то с водилой хорошо потолковать. Решил взятку ему дать и узнать, что там, ну, в Воронеже, делается... Ну и что вы думаете? Сегодня, к обеду, часа два прошло, как они выехали, вижу эту же машину. Те же номера, а я их хорошо запомнил! Стоят себе те же рожи и народ зазывают. А ведь в Воронеж часов пять, только в один конец, пилить!

- Так вы чего, думаете, их не довезли? - не удержался от вопроса Костя.

- А кто знает? Может, высадили их в поле, а может, и прикопали где!

- Запросто может такое быть, - серьезно кивнул один из мужиков.

- Ну, а я вам про что? - сказал рассказчик. - Я даже и спрашивать ничего не стал. Эти ребятки за такие вопросики сейчас тут завалить только так могут! Охрана ведь с ними в доле!

Когда Костя начал расспрашивать про выход из лагеря, то мужики советовали даже не думать об этом.

- Партизан они боятся. Боятся, что народ отсюда к ним пойдет. Те ведь всех рубят в городе. Мстят за эти все дела...

- А что за партизаны-то? - полюбопытствовал Костя.

- Да толком неизвестно. Говорят, что народ, который совсем отчаялся. За вилы взялись и теперь против всех - против китайцев, против старых властей и против миротворцев. Говорит и мародеров и ходоков они тоже, за милую душу, мочат.

- Партизаны это да, но и китайцев у нас тут тоже боятся, - заметил еще один мужик. - Вы слышали, как разоблачили вчера вечером тут их агента? За калмыка себя выдавал!

От таких сведений голова шла кругом. Однако никаких сведений и реальных советов парень не получил и поэтому отошел от мужиков и двинулся дальше.

Походив несколько часов по улицам, и дождавшись ужина, парень поел возле одного из пунктов питания. В голове по-прежнему царила неразбериха. Что делать - неясно.

-" Даже если меня отсюда увезут прямиком в Европу. Что я там делать буду? Начинать жизнь заново, с самого низа? Но, если не это, то тогда как? Как ни крути, при таком раскладе, дядя Юра, пока что, самый интересный ориентир. Но вряд ли он дома сидит. Вот приду я туда, а дверь заперта. Что тогда? Назад в лагерь? А примут ли меня назад? Не подумают, что я агент китайский или партизанский?"

От таких мыслей голова начала болеть. Ничего уже не хотелось, и парень побрёл "домой".

На улице начало темнеть, когда уставший парень вернулся в свою палатку. Подойдя к ней, он увидел, что у входа, на корточках сидят местные мужики, ведя бесконечные унылые разговоры.

Когда Костя подошел, то соседи приняли его не ласково и даже подозрительно. Оказалось, что за прошедший день его уже успели забыть. Поэтому пришлось продемонстрировать окружающим свою карточку с указанием койко-места. Только тогда мужики смягчились. Чтобы немного поднять свой авторитет, парень рассказал им про поход на дальний конец лагеря.

С удивлением он узнал, что мужики знают про "национальные лагеря" и про эвакуацию других национальностей. Мужики также оказались в курсе и о "ходоках" и о "билетах на Воронеж".

При его появлении в очередной раз стали говорить о ходоках. На этой почве возник даже спор. Одни утверждали, что это безумие - отдавать ключи и доверять свои ценности чужим людям. Другие же не видели в этом ничего странного. Во-первых, многие ценности это не деньги и золото, заявляли они, а какие-либо ценные бумаги или другие документы, воспользоваться которыми сможет только их владелец. Плюс, эти ходоки не левые типы, с которыми богатый человек знакомился в очереди в сортир, а серьезные ребята, которые имели завязки в полиции и спокойно покидали лагерь ради этих миссий.

Также от соседей Костя узнал, что у них в палатке поселились несколько новеньких мужиков, которые прибыли в лагерь сегодня в обед. По рассказам новичков, в городе сейчас совсем плохо. Стреляют даже днем и на улицах уже валяются трупы, которые, конечно же, никто убирать не собирается.

По словам этих мужиков: сейчас там даже самые упёртые поняли, что оставаться в городе не дело. Также они рассказали, что с ними в автобусе ехал один мужик, который ещё годы назад начал готовиться к "концу света" и держал в своей квартирке большие запасы воды и консервов. Было у него и ружье. Но и этот "выживатель", столкнувшись с реальностью, уже через день бросил свой "дом-склад-крепость" и бежал сюда, в лагерь, словно в рай.

Кроме того, тут знали и про партизан. По словам мужиков это были непонятные вооруженные формирования, которые воюют и с мародерами, и с миротворцами, и с китайцами. Что это за люди - не ясно, но высказывались мысли, что это такие более продвинутые и хорошо вооруженные мародеры.

За разговорами быстро прошло время. Сумерки сгустились. В девять часов, к палатке подошел патруль из четырех полицаев и объявил, что через час начнётся комендантский час и ходить по улицам запрещается. Костя и часть мужиков пошли в палатку. Там парня ожидал небольшой сюрприз. Его постель захватила какая-то пожилая толстая тетка, которая во время его отсутствия самовольно переселилась поближе к подружкам. Парень не стал скандалить и без шума занял кровать этой тетки, что находилась в другом конце палатки. Усталость, накопленная за день, дала о себе знать, и Костя заснул, едва только прилёг на кровать.

Глава 12, в которой героя грабят средь бела дня

Спал он плохо. Много раз просыпаясь, Костя изредка слышал далекую трескотню, похожую на треск фейерверков и петард. Было ясно, что это не хлопушки, а выстрелы из боевого оружия, но страха почему-то не чувствовалось. Было как-то всё равно...

Утро парень встретил разбитым и измученным. Выбравшись из палатки, он увидел, что как раз начали раздавать завтрак. Стоя в очереди, Костя с небольшим удивлением обнаружил, что в голове у него почти нет никаких мыслей. Вроде информации всякой много, а вот что конкретно делать - совершенно неясно...

Навалилась апатия. Стало как-то всё равно, что дальше будет и куда их отсюда повезут. Да и если никуда не повезут - тоже всё равно.

"- Буду тут вместе со всеми, - тупо решил он. - Подыхать, так подыхать..."

Позавтракав, Костя отправился бесцельно бродить по лагерю, не переставая удивляться, как медленно и равнодушно текут мысли в его голове.

Через полчаса ноги сами вынесли его к северо-восточной окраине лагеря, откуда были видны населенные пункты и дорога между ними. Путь к ним преграждала ровная сетчатая ограда, любовно опутанная колючей проволокой.

Немного поглазев на колючку, Костя повернулся и двинулся в сторону. Пройдя немного, он почувствовал, как его кто-то тронул за локоть.

- Парень! - раздалось сбоку.

Немного удивленный, Костя остановился, повернувшись. Перед ним стоял незнакомый мужик лет пятидесяти. Среднего роста, лысый, весьма крепкий, одетый в джинсы и спортивную куртку нараспашку. Почему-то он сильно напомнил дядю Юру. Возможно, тоже бывший военный.

- Слушай, - сказал лысый. - Разговор есть. Отойдем?

Парень машинально кивнул, и они двинулись по краю улицы, прочь от ограды.

- Послушай. Ты не подумай, что я к тебе лезу, - тихо говорил мужик. - Но я тебя вчера тут два раза видел. И если тебе надо за колючку, то есть способ нам отсюда свалить.

Сказанное подействовало на Костю магически. Апатия и равнодушие сразу же испарились, уступив место сильному нервному возбуждению.

- Так вы что, убежать хотите? - напрямик спросил он лысого.

Тот обернулся, быстро огляделся по сторонам, а затем кивнул:

- Да. Если тебе тоже в город надо, то можем вместе ноги отсюда сделать. Надо тебе это?

- Вообще-то, да.

Костя с большим интересом смотрел на собеседника. Выглядел тот довольно серьезно и на вчерашнего ушлепка-провокатора совсем не походил.

- Так как вы собираетесь?.. Тут вон, колючка же... Да и вообще?..

Лысый хмыкнул.

- Да какая колючка? Ты видел, как забор вчера делали?

Он обернулся и кивнул на ограду.

- Видишь, какое расстояние между столбами? Да поднять сетку и под ней пролезть - говно-вопрос. Ребёнок справится. Ты даже не сомневайся...

- А охрана? Там же посты!

- Это тоже не проблема. Ты скажи только - пойдешь со мной?

- Пойду... Но вы бы рассказали: как и что?

Новый знакомый начал объяснять, что бежать надо ночью, когда начнется "комендантский час". По словам лысого, он присмотрел место, где с вечера можно затаиться, а ночью, когда начнётся комендантский час, можно легко выбраться за ограду. Единственное неудобство - канал придется преодолевать вплавь. Но там неглубоко, утверждал новый товарищ. Максимум по грудь. Вода грязная, но через пару часов доберемся до нескольких прудов, где можно отмыться. Также придется ползти довольно долго по полю и по лесополосе. Крюк придётся делать большой, но, по словам собеседника, уже завтра к утру он собирался войти в город в районе ГЭС, что весьма соответствовало планам Константина.

- Так что, согласен? - спросил лысый, изложив свой план.

- Согласен, конечно. Так это... Когда мы всё это?..

- Вечером! Ужинать приходи вот сюда. Я к тебе сам подойду.

Лысый кивнул в сторону, где виднелись лавки кухни, на которой Костя обедал вчера днем. Парню понравилась эта идея, но были и несколько мыслей, которые, словно червяки точили мозг, и вызывали некое подозрение.

- Послушайте. А мы вдвоем побежим?

- Нет. Есть ещё несколько парней. Дело тут опасное и если какой шухер будет, то сыпанем врассыпную. Так нас труднее будет поймать. Кто-нибудь, да убежит. Логично?

Парень кивнул, хотя этот довод ему и показался не сильно убедительным и даже подозрительным.

"- Плевать! - подумал он. - Главное из лагеря выбраться и отползти на пару километров. А там я и без этого лысого до города доберусь".

Договорившись встретиться во время ужина, они пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны.

Шагая по краю улицы, парень обдумывал только что полученное предложение. Этот новый лысый товарищ не вызывал особых подозрений. Выглядел довольно убедительным и надежным. Конечно, побег страшил. Также душу точила мысль: что, если дома у дяди Юры его встретит только глухая запертая дверь? Но поразмыслив, парень решил, что если он и дальше останется в лагере, то точно крышей поедет...

Дабы убить время, Костя стал бродить по улицам и наблюдать за жизнью лагеря. Увиденное не сильно радовало. Нет, народ вёл себя довольно спокойно. Встречались, конечно, люди, которые бродили по лагерю, словно в воду опущенные, но в основном, судя по разговорам, большая часть обитателей лагеря твердо ждали, что им скоро объявят, что жизнь наладилась и можно ехать назад в город, по домам. По крайней мере, так выглядело или пыталось выглядеть большинство, несмотря на все ужасные известия о крахе правительства и прочих международных договорах, которые объявляли реку Волгу "нейтральной рекой".

Так что, народ держался уныло, но с надеждой. А вот полицаи Костю не радовали. Еще вчера они выглядели уверенно, а вот сегодня почему-то, парень специально всматривался, выглядели стражи порядка весьма озабоченными и не сильно весёлыми. Лишь миротворцы излучали спокойствие и уверенность.

Несмотря на ветры, пролетающие над лагерем, воздух тут ощущался, словно спёртым и наполненным какой-то безнадегой и отчаянием.

"- Бежать отсюда надо!" - крепла мысль. В этом Костя был уверен. Оставаться здесь нельзя!

"- Но что делать, если дяди Юры не будет дома? Что тогда?" - эта мысль тоже не отпускала и сильно напрягала.

Парень посмотрел на часы. Ещё утро. Нет и десяти часов. До вечера - целый день. Необходимо продумать какой-то "План Б" на случай отсутствия дяди Юры дома. Причем Костя иллюзий не строил. Вероятность обнаружения дяди дома - околонулевая. Поэтому необходимо продумать, что делать без дяди Юры.

"- Пойду по железной дороге назад, - размышлял парень. - Вернусь к месту, где отходит линия на Ростов. Пойду по ней. В городе, как говорят, стреляют, но кому я нужен? Мародеры богатые дома, магазины и банки грабят. На кой черт им железную дорогу перекрывать и нищих путников грабить? Хотя, конечно же, надо быть чертовски осторожным, чтобы опять не попасться, как позавчера. А что касается партизан, то..."

Тут мысли его были прерваны. Из переулка между двумя палатками вышли несколько мужиков в рабочих халатах. Он поставили прямо на землю несколько картонных ящиков и начали их вскрывать.

- Народ! - громко выкрикнул один из мужиков. - Подходи - бери шоколад!

Костя, который оказался ближайшим к этим мужикам, подошел и увидел, что в ящиках "сникерсы" - шоколадные батончики с орехами.

- Бери, парень, - сказал один из мужиков.

Протянув руку, Костя взял один батончик. Тут же подошло еще несколько мужчин.

- А два можно? - деловито поинтересовался один из них.

- Хоть три! - ухмыльнулся "продавец".

Мужики с удовольствием стали распихивать "сникерсы" по карманам. Костя же никогда жадным не был. Удовлетворившись одной шоколадкой, он пошел прочь, на ходу срывая упаковку. Со всех сторон к коробкам устремились люди. Мужчины, женщины, несколько старух. Начался гвалт. Раздалась истеричная женская ругня.

"- Можно подумать, они тут голодные сидят, - досадливо подумал парень, жуя вкусную шоколадку. - Мало им..."

Парень шел и на ходу ел вкусный шоколадно-ореховый батончик. Внезапно его поразила страшная мысль.

"- Вот я тупой! - чуть не воскликнул он. - Ведь до города хоть и не сильно далеко, но в лучшем случае, я к утру буду. И без завтрака! Да и там, вряд ли меня сытный обед ждет. Возможно, завтра целый день без еды придется прожить!"

Резко обернувшись, Костя увидел, что рядом с ящиками волновалась уже целая толпа.

- Всё! Всё! - говорил один из раздающих мужиков. - Нету больше.

Народ, возмущаясь, стал потихоньку расходиться.

"- Идиот! - досадливо поморщился Костя. - Взял бы еще штуки три и на завтрашний день хватило бы. А теперь... Чего я завтра днём есть буду?"

В раздражении парень отвернулся и оказался перед несколькими типами босяцкой наружности.

- Чего там? - спросил Костю ближайший парень.

- Сникерсы раздают.

- Во лохи! - весело ощерился беззубым ртом парень. - Тут вон, на той улице, их тоже дают и пайки в придачу, и никого народу нет, а эти дураки дерутся тут...

- Подожди! - сразу заинтересовался Костя. - Что за пайки и где это тут?

- Да вот, рядом. Пойдем, покажу.

Беззубый вступил в проход между двух палаток. Быстрым шагом он двинулся вперед. Его дружки почему-то не пошли за ним, а встали и стали смотреть в другую сторону. Костя решился и бросился за беззубым. Тот быстро шел вперед, рукой показывая вперед.

- Вон они, видишь! Вон тот раздаёт, в синей куртке...

Костя быстрым шагом догнал беззубого. Парень посмотрел вперед, но видел только переулок между палатками. Вдали виднелась соседняя улица, по ней ходят люди...

Не успев толком ничего и подумать, Костя вдруг ощутил, как его словно кто-то резко схватил руками за ноги и дернул. Ничего не понимающий парень рухнул на землю. Тут же последовал удар в шею и по голове одновременно. В короткий миг дневной свет сменился тьмой, и парень потерял сознание.

Глава 13, в которой герой офигивает от произошедшего

Открыв глаза, Костя некоторое время бессмысленно смотрел в светлый матерчатый потолок.

"- Это я в палатке" - с трудом проявилась первая мысль в голове, раскалывающейся от боли.

Рядом раздавались какие-то голоса. Появилась тень в белом халате и то ли женский, то ли мужской, голос сказал-приказал:

- Пей!

Невидимые руки приподняли голову и сунули что-то маленькое в рот. Проглотив это и запивая водой из поднесенного ко рту стакана, парень понял, что ему сунули в рот таблетку.

Голову отпустили, и он опять лежал, глядя в потолок. Через какое-то время боль в голове утихла, и парень наконец-то сообразил повернуть голову в сторону. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что он не в своей палатке. Более того, увиденное так удивило, что Костя приподнялся и рывком сел на постели. Голова чуть закружилась, но он с удивлением осматривался.

В этой палатке кровати стояли более кучно. Пахло лекарствами. Везде вокруг, на кроватях сидели и лежали люди. Многие в бинтах. На соседней кровати, рядом сидел какой-то пожилой мужик. Костя сразу обратил внимание, что у того только одна нога. У кровати стоял костыль. Через несколько кроватей за одноногим сидели, прижавшись друг к другу, две женщины. Взгляд притягивала одна из них. Очень красивая блондинка средних лет. Женщина сидела и рыдала, словно на неё обрушилось страшное горе. В отдалении ещё кто-то плакал. В дальнем углу, сонный детский голос, словно в бреду, вопрошал:

- Мама, мама, а Митя придет? Придет?

"- Это я в какой-то больничке", - наконец сообразил Костя.

- Что, очухался? - тихо спросил одноногий.

Парень кивнул и свою очередь задал вопрос:

- А я это?.. Как тут?..

- Без сознания тебя принесли. Ограбили что ли?

- Да нет... - сказал Костя, как вдруг его кольнула страшная мысль.

Он только сейчас заметил, что сидит на кровати разутый и рубаха под курткой на нем расстегнута. Посмотрев на пол, парень с облегчением увидел, что его обувь валяется на полу. Появилась мысль о деньгах. Парень посмотрел на носки и скорее понял, чем почувствовал, что денег, что он спрятал в них, там уже нет.

Парень начал шарить по карманам. Тоже пусто. Ни денег, ни карточки беженца, ни ключей от квартиры.

Интересно, что его недорогие наручные часы остались на руке и во внутреннем кармане куртки остался телефон. Модель его была далеко не новая и видимо грабители им побрезговали. Но плевать было на бесполезный телефон. Костя понял, что его ограбили. Все его деньги - сто тысяч рублей и триста евро - исчезли.

Эта мысль ошеломила и показалась такой страшной и нереальной, словно это не с ним произошло и вообще всё это какой-то дурной сон.

Сбоку к его кровати подошел и без спроса сел рядом какой-то молодой кудрявый парень в белом халате. Он наклонил голову к Косте и тихо сказал:

- Тебя уже принесли с вывернутыми карманами. А потом санитары тут сами шарили. Я видел, как у тебя из носок деньги вытаскивали.

Костя смотрел на кудрявого с раскрытым ртом, не зная, как реагировать на эту информацию.

- Только ты не вздумай на них жаловаться, - предупредил тот. - Тут санитары те ещё звери. Будешь орать, они тебе укольчик сделают и... готово.

Кудрявый посидел немного, посмотрел многозначительно на парня, после чего поднялся и ушел. Ошалевший от этой информации Костя встретился взглядом с одноногим. Тот нагнулся к парню и тихо сказал:

- Он из ихней компании. Но ты не ссы. Никто тебя тут убивать не будет, но лучше, и правда, не бодайся с ними. Здоровее будешь.

Костя же сидел в каком-то оцепенении.

Реальность не укладывалась в голове!

"- Меня!!! Такого умного и предусмотрительного, вдруг взяли и ограбили, как какого-то лоха!"

Он вспомнил парня, который обещал показать, где дают бесплатно "пайки".

"- Его дружки меня и вырубили. Как последнего лоха, - досадливо думал Костя. - А потом уже тут, местные санитары поживились тем, что те не догадались вытащить. И что же теперь делать?"

В другое время Костя почувствовал бы страшную ярость и злость. Но сейчас он пребывал словно в каком-то тумане. Казалось, что внутри пусто и что теперь делать - не ясно.

- Послушайте, - из последних сил обратился он к одноногому. - А как тут это? Ну, куда мне? Ведь в полицию сообщить надо?

- Надо, - кивнул сосед. - Скоро врач обход делать будет. Скажешь ему.

"- При чем тут врач?" - тупо подумал Костя, но спорить не стал и прилег на кровать.

Посмотрев на часы, он увидел, что уже полдвенадцатого.

"- Получается, я почти полтора часа без сознания провалялся", - сообразил парень.

Через двадцать минут, которые показались вечностью из-за сонных голосов, стонов и плача, больные в палате оживились.

- Идут, идут, - зашелестело над кроватями.

Повернув голову, Костя увидел, как в палатку зашли три здоровых типа в белых халатах и докторских шапочках. Лица их скрывались за марлевыми повязками. В руках у двух врачей какие-то папки. Среди этой троицы выделялся один, по всей видимости, главный доктор. Речь его была уверенна и деловита: Сделаем, Ждите, Я выписал, Вам принесут, Ждите...

Когда он подошел к кровати Кости, то один из сопровождающих, сказал:

- Это, которого утром, без сознания, принесли.

- Ну, как голова? - поинтересовался у Кости врач.

- Да, вроде ничего.

- Сотрясение есть?

От этого вопроса парень впал в ступор. По его разумению, это врач должен был сообщить ему, что у него, Кости, с головой.

- Да я это, не знаю... - выдавил он из себя.

- Покачай головой.

Парень глупо покачал головой в разные стороны.

- Болит? - поинтересовался доктор.

- Да нет, вроде...

- Ясно. Сотрясения нет, - уверенно кивнул врач и, потеряв интерес к парню, повернулся к одноногому. Тот начал что-то говорить, но Костя воскликнул, перебивая:

- Подождите, доктор! Меня это... Ограбили ведь... Надо же в полицию как-то...

Доктор на секунду обернулся к одному из своих сопровождающих и неразборчиво сказал несколько слов. Тот присел на кровать к парню и спросил его имя и фамилию. Костя назвал. Врач открыл свою папку, записал там что-то и поднялся на ноги.

- Ждите. К вам подойдут.

Он двинулся за доктором, который уже отошел от одноногого соседа. Костя опять откинулся на подушку. Потянулось время ожидания. Парень начал уже дремать, как ощутил чувствительный удар в бок. То сосед тронул его своим костылем.

- Ты Зайцев?

- А? - приподнялся парень.

- Зайцев здесь?! - раздался громкий голос рядом.

Парень сел на кровати и поднял руку:

- Это я!

Только сейчас он рассмотрел вопрошающего. Какой-то очкастый тип в гражданской одежде. Тот по узким проходам между кроватей протиснулся к нему.

- Это вас избили?

- Да. Меня. И ограбили!

- Идти можете?

- Да.

- Идёмте!

Парень присел на кровати, быстро натянул обувь и поспешил за очкастым.

Глава 14, в которой у героя тухлые дела

Выйдя из палатки, Костя заметил неподалеку несколько приземистых одноэтажных кирпичных домиков, которых раньше, во время своих прогулок по лагерю, не встречал. В один из домов и направился очкастый. Шагая за ним, Костя миновал пост из нескольких полицаев при входе. Внутри дома оказался длинный пустой коридор. Заведя парня в один из кабинетов, мужик присел за стол. Парень расположился на стульчике напротив.

По просьбе мужика Костя подробно рассказал тому, что с ним приключилось утром. Костя, как мог, описал парня, что "заманил" его в переулок. Очкастый выслушал с большим вниманием, однако никаких записей при этом не вел.

- Понятно, - сказал он, когда Костя закончил свой рассказ. - Дело неприятное. Не буду обещать, что мы их найдем, но кое-какие мероприятия проведены будут. Это я вам обещаю. Вы же пока походите по улицам, если встретите кого из них, то обратитесь к ближайшим полицейским. Постараемся разобраться.

- А как мне сказать им?.. Как ваша фамилия? - спросил Костя.

- Фамилия моя вам ничего не даст, - быстро сказал очкастый. - Вашим делом не я занимаюсь, и кто будет заниматься, не знаю. Я сейчас уезжаю в Воронеж, и вернусь, в лучшем случае, поздно ночью. Поэтому вы, если опознаете кого, то обращайтесь к дежурному по лагерю. Ваше дело у него будет.

Очкастый поднялся из-за стола, давая понять, что разговор закончен.

- Подождите, - пробормотал Костя. - А как с документами? Они мою карточку украли!

Мужик несколько секунд, словно не понимая, смотрел на парня, я затем сказал:

- Вот как? Подождите немного.

Он быстро покинул кабинет. Костя не успел заскучать, как очкастый вернулся и опять уселся за стол.

- Тут проблема есть, - сказал он, потирая нос. - Чтобы получить дубликат, нужен ваш паспорт. А база данных и все документы уже эвакуированы. Поэтому выдать карточку мы вам сейчас не сможем.

- Так что же мне делать?

- Идёмте.

Выйдя на улицу, они прошли немного и оказались возле площадки, где стояла вереница автобусов. Перед ними стояли полицаи и типы в гражданской одежде, явно тоже менты или даже фээсбэшники. Парень заметил, что в автобусах уже сидели люди.

Коротко переговорив с несколькими типами в гражданском, очкастый велел Косте усаживаться в один из автобусов.

Парень, не задавая вопросов, полез внутрь. Это оказался не сильно новый рейсовый автобус. Заняв место в середине, Костя присел на свободное место рядом с каким-то старикашкой. Тот оказался весьма неприятным. На все вопросы раздраженно отвечал: "не в курсе!" и, разумеется, он не знал, куда едет этот автобус. Изредка в автобус входили люди, главным образом нерусские женщины, которые занимали места. Через полчаса внутрь вошел молодой полицай с папкой в руках, который громким голосом объявил:

- Кого я назову, выходят!

Он начал выкрикивать фамилии. Услышав свою, Костя поднялся и вышел из автобуса. Там у него уточнили фамилию и один из полицаев, велел ему и еще нескольким мужчинам следовать за ним. Отойдя от автобусов, миновав несколько переулков, они оказались в промежутке между рядом палаток и лесопосадкой. Тут проходила грунтовая дорога. Рядом стояли и прямо на земле сидели люди. Человек десять.

Еще через полчаса ожидания подъехал военный КАМАЗ с темно-зелёным тентованным кузовом. Изнутри на землю выпрыгнули несколько полицейских с лицами, закрытыми марлевыми повязками. Не успели они опустить задний борт, как Костя почувствовал крайне неприятный запах.

Да что там говорить, в лицо дыхнуло таким смрадом, что Костя, подумал, что его сейчас вырвет. Судя по выражению лиц окружающих, они тоже испытывали подобные ощущения.

- Залезаем, - скомандовал один из полицаев, опустивших борт.

Только сейчас Костя понял, почему у того марлевая мазка на лице.

Народ покорно полез в кузов. Костя решил помочь залезть каким-то то ли девчонкам, то ли миниатюрно-высохшим тёткам, как его грубо толкнули в спину:

- Иди, давай, без тебя помогут, - донесся грубый пропитый голос позади и его грубо толкнули в спину.

Парень даже оборачиваться на грубияна не стал. Не теряя времени, он быстро забрался в кузов, где вообще дышать было нечем. Стоял такой смрад, что слезы на глазах выступали. На полу виднелись какие-то грязные серые-жёлтые разводы.

- Слышь, начальники, что это за сортир? - обратился к полицаям юный шкет с хитрой рожей. - Тут же дышать нечем!

- Ничего, - пробормотал полицай в маревой маске. - Недалеко ехать.

- Вы тут трупаки что ли возили? - поинтересовался другой парень.

- Не твое дело, кого мы тут возили, - ответил, глядя в сторону, другой полицай. - Не нравится, пешком пойдёшь.

Сделав несколько шагов вглубь кузова, Костя увидел, что внутри у бортов нет лавок. Он, как и остальные, приник к бортам. Погрузка быстро закончилась, полицаи подняли задний борт и сами залезли внутрь, отогнав вглубь кузова нескольких людей, которые было остались рядом с выходом, где еще кое-как можно было дышать.

Грузовик задрожал и поехал. Очень быстро пассажиры заметили, что в тенте, над бортом, во многих местах есть прорезанные квадратные отверстия размером немного больше ладони. Люди быстро сгрудились рядом с ними, ибо свежий воздух, бьющий в эти отверстия, немного разбавлял удушливый смрад, царивший в кузове.

Костя занял место возле одного из таких отверстий, рядом с каким-то бородатым типом в плаще. Сперва грузовик трясло по грунтовой дороге, а затем выехали на асфальт. Оборачиваясь к заднему борту, парень увидел, что они явно выехали на московскую трассу и едут по направлению к городу. Это немного удивило. Через несколько минут миновали развязку и двинулись в сторону аэропорта, по "старой московской дороге", которой ехали из города день назад.

Через какое-то время свернули в правую сторону, переехали железнодорожный переезд и потряслись по грунтовке. Позади машины ничего особо и видно не было - обзор закрывали клубы пыли.

Вдруг грузовик остановился. Снаружи послышались голоса. Борт опустили, и Костя увидел, что на земле стоят полицаи. Однако команды на выход не последовало. Вместо этого в кузов впихнули несколько человек. Мужчину с женщиной и двух детей, лет десяти: мальчика и девочку. Вероятно семью. Костя не стал на них глаза таращить, обратил только внимание, что эти муж с женой выглядят весьма упитанными и одеты в дорогую одежду.

Борт быстро закрыли, и тронувшийся с места грузовик снова окутало облако пыли. Не прошло и минуты, как Костя почувствовал сильный удар в бок. Это было так неожиданно, да что и говорить, неприятно, что парень не удержался и вскрикнул. Посмотрев в сторону, он увидел ту самую тетку, что им подсадили в кузов. Она смотрела удивлённо и зло. Заплывшая жиром рожа сильно напоминала свиное рыло.

- Ну, отойди! - протянула она таким возмущённым тоном, словно её сильно удивляло непонимание парня.

Удивленный парень отступил от борта и оказался без поддержки на трясущемся полу. Тетка шагнуло на него место, и грубо пнула бородача в плаще.

- Пошёл! - скомандовала она, намереваясь отогнать того от дыры в кузове. - Детям дышать нечем!

Бородач развернулся и секунду смотрел на нее.

- Ну, пошёл! - повторила тетка.

Мужик вдруг резко, без замаха, врезал кулаком тетке прямо в пятак. Та, словно полено, отлетела на пол и заревела-заблажила.

Её муженек, несмотря на комплекцию, быстро подлетел к бородачу.

- Ах ты, сука! - проревел он, замахиваясь рукой.

Еще удар и этот болван отлетел на грязный пол, сбив с ног, не успевшую подняться женушку.

Их мальчишка, размахнувшись кулаком, с криком бросился на бородача, но и он получил довольно сильную оплеуху, от чего отлетел к уродам-родителям на пол. Дочка же дурковать не стала, а держась за борт, громко заревела. Окружающие, кто равнодушно, кто с интересом, а кто и с весельем, наблюдали за стычкой.

Пострадавшие придурки попытались было подползти к полицаям возле борта, но те, грязно ругаясь, пинками отогнали их вглубь кузова.

За этой стычкой Костя наблюдал, балансируя без опоры посреди кузова. Когда всё закончилось, он вернулся на свое место рядом с бородачом.

Грузовик трясся по грунтовой дороге ещё около получаса. За это время останавливались несколько раз. Один раз подсадили двух новых пассажиров - парня и девушку, одетых почему-то в камуфляжную одежду.

Наконец, во время очередной остановки, сидящие у заднего борта полицаи выпрыгнули наружу и опустили борт. Послышалась команда вылезать. Шагая к выходу, Костя заметил снаружи ряды белых палаток. Видимо, это еще какой-то лагерь, смекнул парень.

Спрыгнув на землю из зловонного кузова и вдохнув всей грудью свежего воздуха, Костя оказался перед здоровенным типом в омоновской форме, который скомандовал строиться в ряд. К здоровяку-командиру тут же бросились получившие в рыло супруги и начали жаловаться на бородача. Тот тоже вылез из кузова и остановился рядом.

Командир несколько секунд разглядывал мужика, а затем спросил его фамилию. Тот ответил неразборчиво. Какой-то парень с папкой в руках, наклонив голову, что-то стал тихо говорить на ухо командиру.

Тот еще несколько секунд посмотрел на бородатого и спросил:

- Ко мне, в охрану лагеря, пойдешь?

- Пойду, - пожал плечами мужик.

Командир отдал распоряжение и бородача куда-то повели. Придурошные супруги, открыв рот, смотрели тому вслед, пока их не погнали в строй.

- Внимание! - громко сказал парень с папкой. - Кого я назову, делают три шага вперёд.

Он выкрикнул всего три фамилии, среди которых была и Костина.

Парень чётко сделал три шага вперед. Его и еще двух мужиков парень с папкой повел прочь. Позади, здоровяк-омоновец что-то говорил оставшейся шеренге.

Константина и его спутников привели в "административный центр" лагеря. Там, в одном из вагончиков, его коротко опросили и опять же, заполнили медицинскую анкету. Как и в предыдущем лагере, Костя старательно назвал свои "болячки". Всё это, не менее старательно, ввели в компьютер и выдали еще одну "карточку беженца". Такую же, как и в прошлом лагере. Разве что ни какой палатке его не приписали, напутствовав "занять любое свободное место".

После этого парня выставили за дверь. С новой карточкой в кармане он пошел осматривать лагерь.

По виду, этот лагерь был сильно меньше, чем предыдущий. Вокруг холмы, и жидкие лесопосадки. К востоку, на горизонте, виден город. Костя не стал сразу делать обход лагеря по периметру, но в нескольких местах, делая вид, что прогуливается, подошел к границе. Увиденное не очень обнадежило. Этот лагерь был по периметру обнесен ажанак двумя рядами колючей проволоки. Посмотрев на брёвна, вкопанные в землю, парень легко определил, что ограда сделана совсем недавно.

Кроме того, довольно большую часть лагеря занимала "санитарная зона". Туда обычных обитателей не пускали. Внутри этой части, которая была отделена от основного лагеря одним рядом колючей проволоки, виднелись большие белые палатки с красными крестами. Также там довольно часто мелькали фургоны "скорой помощи", которые то приезжали, то выезжали из лагеря. Когда ветер дул с той стороны, то приносил смрад из чего-то невероятно вонючего, тухлого и химического.

На межпалаточных улицах, по которым бродил Костя, публика была так себе. Плохо одетые, подозрительно выглядящие люди. Много пожилых. Молодые же, почти все стрёмного вида и сильно напоминающие босяков, которые ограбили его несколько часов назад.

Когда подошло время ужина, парень успел поболтать с несколькими мужиками, которые объяснили ему, что этот лагерь называется "Царицын" и находится в Ворошиловском районе. Что отсюда не сильно далеко до Третьей Продольной и до Ростовской трассы. Мужики выглядели очень подозрительными и явно рассказали парню меньше, чем знали. Упомянули только, что сюда из других лагерей свозят сильно больных и совсем уж дряхлых стариков. Когда парень начал спрашивать, куда будут эвакуировать этих бедолаг, мужики посмотрели на парня со странным выражением лица и молча двинулись прочь.

После таких разговоров, на душе стало совсем уж погано.

Костя бродил по лагерю, а в голове опять ветер гулял. Что делать - не ясно. Это ведь Ворошиловский район, а значит, почти середина города. К центру тут ближе, но до Спартановки куда дальше, чем от прошлого лагеря. И как теперь до дяди Юры добираться? Несмотря на то, что парень примерно представлял, где он сейчас оказался, но мозг почему-то упорно отказывался прокладывать маршрут до дядиного дома.

Ужин тут раздавали из полевых кухонь, также как и в прошлом лагере. Дождавшись своей очереди, Костя получил тарелку непонятной вязкой каши с редкими микро-кусочками мяса, несколько ломтей хлеба, да стакан чая. Хлеб и чай, в отличие от каши, оказались на редкость вкусными.

Поужинав, парень озаботился поиском места для ночлега. В первой же палатке, куда он сунулся, оказалась половина свободных коек.

Мужики в этой палатке одеты все бедно, но выглядели прилично. Все молчали, настороженно поглядывая на соседей. Однако, в целом, атмосфера в этой палатке показалась парню терпимой, и он решил заночевать здесь.

Перед сном, когда уже начало темнеть, Костя посетил общественный туалет. Обычный свежеструганный настил с рядом дырок, закрытый навесом и тонкими фанерными перегородками. Закончив свое дело над дырой, парень уже собрался уходить, как его внимание привлек один пожилой мужик, сидящий на корточках в своей "кабинке". Лицо старика показалось Косте знакомым. Через секунду он его вспомнил. Никитич - дед, с которым они вместе ехали из города в лагерь день назад!

Парень также вспомнил, что старик этот вроде бы разумный, поэтому он решил поговорить с ним. Порасспросить про данный лагерь и о ситуации вообще.

Покинув туалет, он стал ждать возле умывальников. Старик, выйдя из туалета, ополоснул руки и, скользнув по Косте равнодушным взглядом, хотел пройти мимо, но парень сказал:

- Здорово, Никитич!

Старик вздрогнул, остановился и подозрительно посмотрел на парня, прищурившись. Костя быстро начал говорить, рассказывая, кто он такой. Через минуту старик явно вспомнил его, и взгляд его смягчился.

- Ну, и чего тебе? - поинтересовался дед.

- Да я это, Никитич... Не подумай чего... Просто я тут вижу, хоть кто-то знакомый...

- Идём, - старик взял парня за локоть, и они отошли в сторону.

Костя быстро рассказал о своих приключениях в предыдущем лагере и пути сюда. Старик слушал парня, глядя на него непонятным взглядом, словно что-то прикидывая в уме. Когда Костя закончил, Никитич спросил:

- Так ты когда прибыл?

- Да вот, сегодня, после обеда.

- Ну и какие у тебя планы?

- Да какие? Никаких! Вот тебя увидел и хотел расспросить, чего тут, как и вообще... Ты скажи, Никитич, чего тут такое?

- А чего такое? - старик нехорошо усмехнулся и сплюнул на землю. - Ты сам не видишь, что ли, что тут делается? Немцам за такие шалости Нюрнбергский трибунал устроили, а этим, считай, уже всё с рук сошло.

Костя не понял, о чем тот, и поэтому, стараясь разговорить старика, рассказал о своем несостоявшемся побеге; про мужика, который сейчас, наверное, ждет его в условленном месте на краю лагеря.

При этих словах старик усмехнулся:

- А... Это у него родинка вот здесь? - старик показал себе на лицо.

- Да нет, вроде. Не было у него ничего такого.

- Ну, не важно. Там, значит, их много.

- Кого много?

- Ты чего, не понял еще? Лохов они ищут! Выбрались бы вы за колючку и на вас там, как на зайцев охоту бы начали. Это у них "сафари" называется. Отведут таких дуриков на пару километров от лагеря и на машинах, с включенными фарами, по степи гоняются. Иногда стреляют, а иногда, под настроение, колесами давят.

При этих словах парня передернуло.

- Да ладно, Никитич, не пугай, я тебе ведь серьезно...

- Да ты чего, парень, не понял что ли? - криво усмехнулся старик. - Ты глаза разуй! Не видишь, что ли, что тут за место? Видел стариков сколько, еле ходят они. А больных сколько! Ты что, всерьез думаешь, что всех их в Европу эвакуировать будут? Кому они там нужны?

- И куда их? - не понял парень.

- А никуда. Тут и прикопают. Тут вон целые команды в "котловане" за лагерем работают. И вполне возможно, что и нас с тобой рядом положить собираются.

Хотя парень и так был настроен на худшее, но сказанное стариком вообще в голове не укладывалось.

- Так и что же делать-то? Бежать?

Никитич поморщился.

- В общем, так, - начал он, но в этот момент тишину разорвал треск далеких выстрелов. Несколько секунд они вслушивались, а потом старик сказал:

- Да ты не ссы, это далеко. Тут охрана, не полезет никто. И кстати, ты про мародёров слышал?

- Да слышал.

- Вот. В городе кого только нет. А про партизан слышал?

Старик пристально посмотрел на парня. Тот кивнул:

- Да слышал.

- Что именно?

- Да так... Никто толком и не знает про них. Говорят, что они серьезные ребята, со всеми рубятся...

Никитич задумчиво покачал головой и вдруг попросил показать карточку беженца. Достав документ, Костя подал его старику. Посмотрев несколько секунд, тот поднял на парня прищуренный взгляд и спросил:

- Ты наркоман?

- Нет, конечно, - опешил Костя.

- Бухаешь?

- Нет, - парень сильно удивился вопросам, как вдруг до него дошло, и он спросил:

- Это в карточке указано?

- Да.

- Понимаешь, какое дело, Никитич!

Парень быстро рассказал об энергичном старике, который уже в первый день предостерёг его о лагере беженцев, рассказал о медицинских анкетах, и о том, как сам оговорил себя, прибыв в лагерь.

Старик усмехнулся, возвращая карточку:

- Молодец, что догадался, да только хрен редьки не слаще.

Костя немного не понял, о чём тот и, оглянувшись, понизил голос:

- Слушай, Никитич. А может, можно отсюда выбраться как-то?

Несколько секунд посмотрев на парня, старик сказал:

- В общем так. Как ты говоришь, тебя зовут?

- Костя.

- Вот, Костя, - проговорил старик, понизив голос. - Я думаю, через неделю, а то и раньше, эту лавочку прикроют. Всех хворых тут уложат и сверху бульдозерами заровняют. И нам надо думать, как бы и самим тут не остаться.

- Ну, и, что же нам делать?

- Я тебе ничего советовать не буду. Сам смотри. Если будет возможность, то рви когти отсюда или ещё как устройся. Но, главное, здесь тоже есть такие уроды, как там, и они тоже дураков для "сафари" ищут. Тут не так далеко, у поселка Максима Горького, ещё один большой лагерь есть. Ну, примерно, как Городищенский. Оттуда тоже сюда больных и стариков привозят. Вот ушлые ребятишки, которые лохов ищут, предлагают в тот лагерь бежать, якобы там и кормят хорошо и горы там золотые... Так ты их посылай к херам!

- Ну, а это... Как же мне?..

- Я тебе ничего советовать не буду! - перебил его старик. - Сам тут на птичьих правах. Но если ты ничего интересного не найдешь, то завтра, сразу после обеда, приходи сюда. Я тебе ничего обещать не буду, но возможно будет какой-то вариант, так сказать. Понял?

Парень ничего особо не понял, но кивнул. Никитич пожал ему руку и быстрым шагом двинулся прочь. Костя же, обдумывая этот странный и страшный разговор, направился в свою палатку. Не раздеваясь, он лег на кровать и почти сразу же уснул.

Глава 15, в которой герой получает подарок судьбы

Ночь прошла без происшествий. Только изредка, издалека долетал треск выстрелов, к которому, как ни странно, Костя быстро привык.

Утром оказалось, что завтрак здесь выдают рано - полвосьмого. Причем еда неприятно удивила парня. Если ужин накануне был вполне терпимым, то завтрак оказался ниже всякой критики. Отстояв небольшую очередь, парень получил тарелку полную какой-то переваренной слизи, а не каши. Не только на вид, но и на вкус еда оказалась такой мерзкой, что Костя, попробовав немного, брезгливо выбросил тарелку в мусорный бак. Чай же напротив, как и накануне, был очень сладким. Хлеба не дали, так что парень, отойдя от столов пункта питания, чувствовал себя голодным. Плохо было, что неподалеку находилась еще одна кухня, от которой нестерпимо несло вкусными запахами жареного мяса.

Один из соседей за столом, одноглазый мужик мелкоуголовного вида, объяснил Косте, что вкусной едой тянет из кухни, которая специально для обслуживающего персонала лагеря. При наличии денег, беженцы могли купить там хорошей еды. Вот только цены "кусались". Обычный хот-дог стоил там тысячу рублей. И эта цена была вчера. Сегодня, говорил одноглазый, скорее всего, ещё дороже.

После неудавшегося завтрака парень "продолжил знакомство" с одноглазым соседом по столу. Они присели на корточки на краю одной из главных улиц лагеря. Мужичок оказался любителем "почесать языком" и не упустил случая поучить новичка уму-разуму. От него парень узнал много информации о лагере, которая дополнила вчерашние наблюдения и информацию от Никитича. По словам одноглазого, который обитал тут с самых первых дней, в этом лагере с самого начала кормили не очень вкусно, но была возможность улучшить рацион, выполняя кое-какую работу. Например, в первые дни народ, за еду, активно работал на огораживании лагеря колючей проволокой. Сейчас работа уже окончена, но каждый день необходимы люди, чтобы вытаскивать из медицинской части трупы. Но и там все хорошие места давно уже заняты, ибо за эту работенку кормят весьма недурно.

Но гораздо интереснее, по словам одноглазого, работа в самой медчасти, куда тоже можно, но очень трудно, устроиться. Там заставляют делать самую разную работу: от уборки территории, до ухаживания за больными. Работа грязная, но очень выгодная.

Одноглазый рассказал, что он сам там подрабатывает и не сегодня-завтра устроится на постоянную основу. Расплачиваются там едой, но также есть возможность получить плату от самих клиентов или их родственников. Улыбаясь нехорошей улыбкой, собеседник поведал, что недавно какая-то женщина попросила его позаботиться о лежачей матери и расплатилась не только деньгами, но и своим телом.

"- Она сейчас в городищенский лагерь уехала, - говорил одноглазый. - А как вернётся, обещала ещё дать".

Мужик захохотал от двусмысленности фразы.

- Да, можно там иногда перехватить. Но мы что?.. Вон, посмотри, - одноглазый показал Косте на двух молодых парней, одетых в одинаковые серые плащи.

Еще вчера, бродя по лагерю, парень несколько раз встречал парней, одетых в такую одежду.

- Это "деловые", - пояснил собеседник. - Вот у них - бизнес так бизнес! Мы отсюда с голыми жопами уедем, а вот они на самолётах улетят! В золоте, суки, купаются.

- И откуда это у них? - поинтересовался Костя.

- Как откуда? Да у них тут такие возможности! Лекарствами барыжат только так. Знаешь, сколько богатых в госпитале? На таких тачках приезжают, что... Да и кроме этого, разные дела здесь. Тут ведь некоторые своих стариков сдают, чтобы они тут... Ну, насовсем остались. Понял?

- Ну... - пробормотал парень, которому пришло в голову, что ситуация просто на глазах превращается в сущий ад.

- Ладно, - сказал одноглазый, посмотрев на свои часы. - Пойду я, а то меня хватиться могут.

Костя отметил, что часы на руке у него блестящие и небольшие. Женские, и возможно, даже из серебра. Поднявшись на ноги, одноглазый пошел в сторону медчасти. Костя тоже поднялся и двинулся в другую сторону. Он нисколько не сомневался, что всё сказанное этим типом было правдой. Самой настоящей правдой. И это никак не противоречило информации, полученной вчера от Никитича. Но тогда что делать? Чего тут ожидать-то?

"- А может ну это все? - появилась малодушная мысль. - Может самому прекратить этот бред? Ну, там... Найти веревочку, петельку сделать и..."

В этот момент сбоку послышался голос:

- Заяц, ты?!

Костя вздрогнул, посмотрел в сторону и увидел, что там, в нескольких метрах от него, стоит парень в сером плаще. Именно "деловой" о котором только что рассказал ему одноглазый.

Пару секунд Костя смотрел на него, а потом узнал. Это был Генка Ляхов. Одногруппник из университета.

- Геннадий... Привет.

Тот сразу же расплылся в улыбке и с размаха подал руку, так что когда их ладони соединились, раздался хлопок. Генка на этом не успокоился и даже приобнял Костю, который только и подумал, что хотя они и не сильно близко дружили в универе, но этот товарищ встретил его куда радушнее, чем Шмуттер вчера.

- Ну, ты как тут? - улыбался товарищ.

- Да я чего? В жопе я! Ты-то тут как?

- Слушай, Костян, ты устроился тут где?

- Да какой там! Говорю же - в жопе я!

- Есть хочешь?

- А что?.. Ты можешь?..

- Идём!

Через десять минут парень сидел за столом в одном из вагончиков на краю лагеря. Товарищ привел его сюда, отперев своим ключом дверь в комнату, в которой стоял стол и несколько стульев. Попросил подождать и через несколько минут вернулся с тремя горячими сосисками в тесте и двумя бутылками лимонада.

- Угощайся!

Костя не стал искать причины такой щедрости, а просто набросился на еду. Когда он поел, товарищ начал задавать вопросы. Парень, ничего особо не скрывая, рассказал о своих злоключениях.

- Ну, Костян, - сказал Геннадий, когда тот окончил рассказ. - Тебя мне сам бог послал!

- В смысле?

- А вот слушай. Видишь, какая херня тут делается? А будет ещё хуже! У меня тут куча дел, работы выше крыши, а людей толковых нет. Сейчас как раз, кровь из носу, нужен надёжный человек. Я чуть не выл, а тут ты навстречу... Слушай внимательно! Есть возможность хорошо заработать и свалить отсюда подальше. Но придется и напрячься. Работа не простая, но и ничего особо сложного. Главное - уметь башкой думать!

- Это в медблоке что ли? - не понял Костя.

- Да какой там! - товарищ махнул рукой. - Про "ходоков" слышал?

- Слышал.

- Так вот. Надо ходоком поработать. В город метнуться. Там работа простая. Дадут ключ от квартиры и скажут, где ценности брать. Надо их взять и сюда доставить. Как тебе такое?

- Ну... - пробормотал Костя.

Это предложение его сильно изумило. Он совершенно не ожидал, что его попросят лезть в город, полный опасностей.

- Да ты не ссы, Костян! - товарищ положил ладонь ему на руку. - В городе задница, но не так страшно, как болтают. Да и кто знает, где хуже: там или здесь. Я тебе пока не могу рассказать, но скоро здесь такое будет, что ты просто обделаешься, если узнаешь!

- Так, а... что конкретно надо делать?

- Надо сходить в город и принести оттуда чужие деньги! Дело не сложное. Причем тебе сейчас не надо самому пробираться. Есть уже у нас ходок, он профи в этих делах, а тебе надо просто с ним идти. Ну, просто сопроводить. Да, опасное дело, но в город люди только так ходят. К тому же дело стоящее. Если всё пройдет как надо - через пару дней в Ростове уже будем и не просто так, а при бабле хорошем!

Не зная, что и сказать, Костя призадумался.

- Так что, согласен? - вопрошал товарищ.

- Да я, это... Гена... Согласен, да... Но там ведь в городе, говорят, опасно.

- Не о том думаешь, Костян! Тут ещё не известно, где опаснее. Ты хотя бы в курсе, сколько только в нашем лагере всего за одну ночь дохнет? Я тебе потом скажу - ты офигеешь! И это просто старики и больные. Вон, самолеты летают. Отсюда не только народ вывозят, но и транспортники летают!

- И что? - не понял Костя.

- А то! Там самолеты битком загружены почками и другими органами. Тебе просто повезло, что ты внимания не привлёк. А в городищенском лагере здоровый народ на запчасти режут так, что только в путь.

От таких сведений голова шла кругом. Гена еще что-то говорил, жестикулируя, а Константин сидел и думал: "Как же так? Все жизнь считал себя хладнокровным человеком с железными нервами, а тут вот сижу и того гляди расплачусь!".

Парень почувствовал, что еще немного и его затрясет в истерике. Одно он понял точно, если и дальше останется в этом лагере, то точно умом тронется. Нужно срочно что-то делать! Да хоть бы и в город лезть...

- Ладно! - сказал он, прерывая товарища. - Я согласен, Гена! Говори, что конкретно надо делать?

- Значит согласен?

- Ну, я же сказал!

- Отлично! Ты не пожалеешь! Я тут не один работаю. Есть у меня напарник. Сейчас я его приведу, и он тебе объяснит расклад. Я сейчас.

Быстрым шагом товарищ покинул вагончик.

Оставшись один, Костя попытался собраться с мыслями и проанализировать ситуацию. Однако получалось это плохо. Ясно одно - альтернатив предложению Гены нет и не предвидится. Туманно маячило предложение о сегодняшней встрече с Никитичем, но кто знает, что у того там? В любом случае если выбираться из лагеря, то лучше это сделать при поддержке "делового" Геннадия, чем мудрого, но обычного старика без связей.

"- Нет, - думал Костя. - Правильно я сделал, что согласился. Эта встреча - подарок судьбы. В любом случае, послушаю, что они скажут. Схожу в город. Ведь сам отсюда я вряд ли смогу выбраться, через колючку-то. А так меня выпустят... В конце концов, если вообще какую-то дурь мне предложат, то, как снаружи окажусь, попытаюсь в сторону дяди Юры рвануть".

Через десять минут ожидания в вагончик вошел Гена в сопровождении мужика в черной форме ОМОНа. Этот напарник выглядел весьма серьезно - средних лет, небольшого роста, очень крепкий, с короткостриженой головой.

- Вот! - радостно говорил Гена. - Это Костян. А это Олегыч!

Костя приподнялся из-за стола. Пожимая руку этому Олегычу парень ощутил, какие мощные у того пальцы. Мужик уселся за стол напротив парня.

- Гена, - сказал он, не глядя на товарища. - Мы тут поговорим, а ты проведай нашего друга.

- Я понял, - Геннадий развернулся и покинул вагончик.

Костя подумал, что в этой парочке главным является именно этот Олегыч.

Мужик между тем сразу перешел к делу. Он начал подробно расспрашивать парня: кто он, что он, откуда он? Довольно подробно расспросил его об учебе вместе с Геннадием и только потом перешел к вопросам - как парень попал в лагерь? Когда Костя рассказал о своих приключениях, мужик перешел к делу.

- Ну, что же, - говорил он. - Я вижу, парень ты нормальный и подходишь нам. Тебе Гена рассказал о работе?

- В общих чертах.

- Дело не хитрое. Тебе дадут адрес, ключи от квартиры и скажут, где и чего там искать. Список дадут. Находишь всё, складываешь в сумку и возвращаешься. Не сильно сложно. Конечно, в городе ситуация не простая, но и не такая адская, как болтают. Я тебе потом, по дороге, всё объясню.

Костя внимательно слушал и не задавал вопросов.

- Вот такой расклад, - говорил мужик. - У нас уже есть один ходок. На первую ходку пойдешь вместе с ним, как сопровождающий, вещи понесешь. Но главное не это!

Мужик посмотрел на Константина многозначительным взглядом.

- Этот ходок работает у меня уже два дня. Тут бывало серьезные люди, с боевым опытом, на дело идут, а потом их находят с пулей в башке, а этот ничего. Ни одной осечки! И вот, слушай внимательно! Ты с ним пойдешь, словно лох-первоход. Типа шестёрки. Но главное твое здание - это присмотреть за ним!

- Это как? - не понял парень.

- Ну, я же говорю. Ходок этот очень успешный. И главное твое задание - выяснить, что он за человек такой? Реально он профи или же просто лох, которому везёт по-зверски. Понял?

- Ну, да, - пробормотал Костя, еще не до конца понимая.

- Смотри за ним внимательно, - наставлял омоновец. - Как он себя ведёт, что делает, может быть, с кем-то встречается. Понял? Я тебе прямо скажу - то дело, по которому вы сейчас пойдете - это пустяки. Платят нам за него хорошо, но не это главное. Главное в том, что есть тут у нас на примете, куда более выгодное дельце. Как его сделаем, так отсюда втроем и свалим: ты, я и Гена. Но надо, чтобы на это дело надёжный человек пошел! В нашем ходоке я сомневаюсь, а вот ты мне показался. Поэтому, твоя задача - выяснить, что он за хрен - лох фартовый или профи? Короче: можно ли ему, по-настоящему крутое дело доверить?

- Я понял, - уже более уверенно кивнул Костя.

- Вот и отлично! Посиди пока тут, а я...

В этот момент открылась дверь, и в вагончик заглянул Гена.

- Он тут.

- Заходите, - велел Олегыч.

В вагончик зашел Геннадий и с ним незнакомый мужик.

- Вот, - представили Косте вошедшего. - Это Митя. Наш ходок и твой командир.

Парень привстал, во все глаза разглядывая эту легендарную фартовую личность.

Костю представили, и они обменялись рукопожатием. Ладонь у ходока была вялая, да и сам он выглядел не лучше. Мужичок небольшого роста и неопределенного возраста. Брюнет, с усами на глуповатом лице. Одет он был в чёрные брюки, клетчатую рубашку и серую ветровку. За плечами висел довольно нелепо смотрящийся на нем черный рюкзачок.

Во дворе у Кости жил очень похожий персонаж. Тоже мужичок неопределенного возраста и с такими же усами. Жил он с матерью, нигде не работал, а всё свободное время проводил на лавочке у подъезда, без устали дымя дешёвыми сигаретами, купленными на пенсию старухи матери.

Разглядывая этого весьма невзрачного, да что там и говорить, весьма лоховато выглядящего типа, Костя начал понимать, почему Олегыч сомневается в нем. Не похож этот Митя на закаленного в боях ходока, который без проблем выживает в опасном городе.

- Вы тут подождите, - сказал Олегыч, посмотрев на часы. - Выход через полчаса. А мы пока отойдем.

Новые коллеги покинули вагончик, а Костя и ходок остались одни. Парень ожидал, что сейчас тот начнет расспрашивать его, как он дошел до жизни такой. А может даже проведет какой-то инструктаж. Однако ходок, поглядывая на парня, молчал и не делал попыток начать разговор. Молчал и Костя, которого весьма сильно удивило молчание этого Мити.

Минут через двадцать вернулись Олегыч с Геннадием.

- Вот, - говорил Геннадий, кладя на стол сумку.

Из нее он вытащил небольшой черный рюкзачок. Такой же, как и тот, что за плечами у ходока.

- Это тебе, - подвинул он рюкзак Косте. - Наденешь. А вот еда.

Товарищ вытащил из сумки и положил перед каждым ходоком сверток из плотной фольги и бутылку из тёмного пластика.

- Вода и хотдоги, - пояснил он. - Перекусите, как на место придете.

- А вот это, главное, - подал голос Олегыч.

Он протянул парню что-то белое. Взяв в руки, парень увидел, что это толстая повязка из марли. Такие же были на лицах полицаев, которые сидели в вонючем грузовике по дороге в этот лагерь.

- В городе дышать нечем. И гарь и трупов по улицам раскидано. У нас тут целый цех повязки шьет. И вот это тоже наше производство.

Омоновец протянул парню пластиковый пузырек, на этикетке которого значилось, что внутри сироп от кашля.

- Бормотуха. Пить нельзя. Смачивай ей повязку - легче дышать будет.

- Я понял, - кивнул парень, отправляя две марлевые повязки и бутылочку в свой рюкзак.

- У тебя как, Митя? - повернулся Олегыч к чудо-ходоку. - Повязки нужны?

- Не надо, - ответил тот.

- Ладно. Перейдем к заданию. Дело простое. Пройти в нужный дом и забрать из сейфа документы с деньгами.

- Далеко? - спросил Митя.

- У Торгового центра, - пояснил Олегыч и повернулся к Косте. - Тут по прямой - километров восемь. За пару часов можно дойти. Теоретически. А на деле, назад вечером вас ждем.

Он начал объяснять местонахождение объекта. Оказалось, что найти искомый дом весьма легко. Он находится по адресу: улица Циолковского, дом семнадцать. Квартира находилась на двенадцатом этаже.

- Там всё просто, - объяснял Олегыч.

Как понял Костя, эта улица Циолковского находилась между Волгой и Первой Продольной, которая в тех местах называлось "улица Рабоче-Крестьянская".

- Найти улицу легко! - объяснял Олегыч. - Она там к первая, как к Волге идти, и по ней трамвай ходит. В месте, где он поворачивает к Волге, стоят три высоких дома из белого кирпича. Один из них - это нужный вам - номер семнадцать. Он как раз на повороте стоит. От двух других домов его рельсы отделяют.

Олегыч передал Мите связку ключей, а также белый лист бумаги, на котором был написан список нужных документов, места, где их найти и даже нарисованная от руки схема квартиры с указанием мест.

- И вот ещё что. Клиент поставил условия. Надо сфотографировать квартиру изнутри и снаружи. Ну, чтобы он понял - разграблена она или нет? Пофоткаете там всё. Входную дверь в подъезде, внутри, ну и прочее... Там, кстати, два сейфа будут - их тоже сфоткаете. Вот вам. Сфоткаете на них.

Омоновец подвинул к Мите небольшой портативный фотоаппарат-мыльницу, а Косте дешевый смартфон.

- Они заряжены полностью, - пояснил Олегыч - И не забудьте! Фотографии - это тоже часть сделки.

- Ясно, - кивнул Костя, принимая телефон.

- Вопросы есть? - заключил инструктаж омоновец.

- Так мы сейчас что, уже сразу уходим? - спросил парень.

Омоновец глубоко вздохнул и пояснил:

- У нас здесь, в часе ходьбы, есть "точка". Прямо рядом со Второй Продольной. Сейчас туда куча местных ходоков идёт. И я вас туда сопровожу. А оттуда, вы уже вдвоём стартуете. Понял?

- Понял, - кивнул парень.

Хотя у него оставалось много вопросов, он решил, что по пути к этой "точке" Олегыч и Митя проведут подробный инструктаж.

- Тогда идём! - скомандовал омоновец.

Глава 16, в которой герой узнаёт, что рация - это первый признак мародёра

Костя закинул тощий рюкзак с едой за спину и пошёл следом за новыми товарищами. Все вместе они покинули вагончик и двинулись между палаток лагеря. Их путь окончился на окраине поселка, возле опутанных колючей проволокой ворот лагеря, обращенных в сторону города.

Там уже стояла кучка из полусотни людей. Из обрывков разговоров Костя понял, что это и есть ходоки с "покровителями", которые тоже сейчас готовились к вылазке в город. Наблюдая за другими ходоками, парень удивился, ибо выглядели они весьма невзрачно. Крутых ребят почти и нет. Большинство - молодые люди и пожилые мужики. Костя обратил внимание на одного совсем уж древнего, но бодрого старичка-боровичка, одетого в темно-зеленую куртку, камуфляжные штаны и ковбойскую шляпу. Судя по рюкзаку за плечами, этот старик тоже собирался в город.

"- Хотя, - подумал парень. - Возможно, этот хрен и не ходок, а идёт, дабы вынести из города личные ценности".

Другие ходоки были куда моложе, и тоже не вызывали особого трепета. По виду обычные граждане-обыватели. Все это никак не вязалось с героическим ореолом, которым была окутана опасная профессия ходока.

Скорее всего, смекнул Костя, большинство "ходоков" - обычные бедолаги-доходяги, которые подписались на это опасное дело из-за безнадеги.

"- А ведь и я точно такой же", - кольнула неприятная мысль.

Через пять минут несколько полицаев открыли ворота, и ходоки потянулись в проем.

- Удачи вам, - сказал Геннадий и кивнул Косте, прощаясь. - Ни пуха!

- К чёрту, - буркнул Олегыч, шагая через ворота.

Оказавшись вне лагеря, вышедшие люди разбились на кучки и вытянулись в цепочки. Костя прикинул, что тут, кроме них, не менее десятка отдельных компаний состоящих из трех-четырех человек. Почти в каждой такой кучке наличествовал человек в полицейской форме.

Вокруг царила тишина. На небе небольшие облачка. Дует приятный ветерок.

В любое другое время Костя обрадовался бы такому приключению. Как же - самый настоящий поиск сокровищ. Даже карта есть. Однако, учитывая обстоятельства, парень понимал, что предстоящая прогулка вполне может стать последней прогулкой в его жизни...

Путь их проходил по пространству, густо заросшему деревьями и кустарниками. По пути в изобилии встречались балки, заросшие кустарником. Вытянувшись длинной и прерывистой колонной, компании ходоков шагали по тропинке, а потом вышли на грунтовую дорогу. Впереди показался огромный автомобильный мост, пересекавший большой овраг с пологими склонами. По правому склону оврага сейчас и шагали ходоки. Справа виднелся какой-то коттеджный поселок.

Как пояснил Олегыч, мост впереди - это Третья Продольная.

В этих местах отчетливо завоняло гарью.

- Это из города тянет, - сказал Олегыч. - Там пожаров много, воняет гарью сильно. Но это лучше, чем трупная вонь.

По совету омоновца, они остановились и надели марлевые повязки, обильно смочив их жидкостью из своих бутылочек. Жидкость сильно пахла спиртом и хвоей. Другие ходоки тоже одевали повязки, но Митя не спешил одевать повязку, а наблюдал за товарищами с глупой улыбочкой.

- А как там, в городе, вообще? Опасно? - задал давно мучающий его вопрос Костя.

- Да как сказать? - нахмурился омоновец. - Как везде. Ты смотри на Митю. Он в курсах всех опасностей.

Парень посмотрел на ходока, шагающего рядом, ожидая, что тот что-нибудь скажет, но тот шагал молча, поглядывая на них с глуповатым видом.

- И сам тоже смотри, ушами не хлопай, - поучал Олегыч. - Опасностей много. Во-первых, миротворцы. Они там улицы днем патрулируют. На колесах, конечно. Стреляют без предупреждений. Кроме них есть отморозки разные. Про "сафари" слышал?

Парень кивнул.

- Вот. Иногда они туда специально дичь завозят, отпускают и потом на машинах гоняются. Но могут и просто так налететь. Будь внимателен. Если что - беги, либо прячься, так сказать, используя складки местности. Понимаешь, о чем я?

- Да, - кивнул парень и не удержался от вопроса. - А мародёры?

- А чего мародеры? - поморщился омоновец. - Серьёзных банд, чтобы со стволами были - таких мало. Да они в основном сейчас по элитным поселкам, да по центру города шарятся. А вот всякой мелкой шелупени хватает. Но они в основном по ночам работают, днем, как правило, прячутся. У них и оружия-то толком нет.

- А партизаны?

- Эти опасны. Но они, как говорят, сейчас на севере города, с китайцами серьёзно схватились. Там война в полный рост. По слухам, на юге, в Кировском районе, тоже партизаны есть. Возможно, что и тут бывают. Но, по моим данным, тут рядом их нет и никогда не было.

- А вообще, чем они занимаются?

- На миротворцев нападают и на остальных. Но ты особо не бойся. Они сразу представляются, так что постарайся отовраться. Дескать, у тебя мать больная в лагере, нужны лекарства и ты пошел в ходоки, чтобы помочь ей. Ну и к тому же они русских не трогают. Если, конечно, не подумают, что ты мародёр или еще кто.

- Ну, понятно, - пробормотал Костя, подумав, что "еще кто" явно относится к представителям силовых структур.

- А китайцы?

- В центре китайцев нет. Их вообще, южнее Мамаева кургана ни разу не видели. Так что, вряд ли вы их встретите.

Эти сведения его не очень обнадежили, но подумалось, что раз у местных тут панического страха перед городом нет, так что, может и удастся проскочить. Тем более, сейчас, они шли хоть и по частному сектору, но все-таки это уже город. И ничего тут вроде страшного нет. Даже выстрелов пока не слышно.

- А как на счет связи? - поинтересовался парень. - У Мити рация есть?

Олегыч криво улыбнулся странной улыбкой.

- Забудь, - хмыкнул он. - Вы тут все сейчас под дуриков косите. Типа, люди подневольные и вас нужда в город погнала. А если у вас рацию найдут, то хана вам. Рация - это первый признак мародёра. Вас и наши, и миротворцы, и партизаны, да и китайцы, за жабры возьмут. Да и другим мародёрам тоже может стать интересно, чьих вы будете, и зачем в город лезете? Поэтому, лучше без неё.

- Понятно, - пробормотал Костя.

"- Интересно, - подумал он. - А как тут с оружием?"

Но, почему-то, стало как-то неловко задавать этот вопрос омоновцу, и парень решил спросить про оружие непосредственно у Мити. Когда они вдвоём на дело пойдут. Ведь тот уже не одну ходку сделал и знает, как там, в городе с этим делом...

Пройдя под большим и высоким мостом, они двинулись по улочкам дачного массива и почти сразу наткнулись на труп. Посредине дорожки, лицом вниз, лежал рослый мужчина в камуфляже. Ветер шевелил его темно-русые волосы.

- Это Виталик, - пояснил Олегыч. - Крутой он был, в спецназе служил. Его вчера утром хлопнули, когда он с ходки возвращался. И это у него первая ходка была. А Митя уже шесть сделал.

Костя посмотрел на Митю. Тот шел с пренебрежительной улыбкой, словно говоря, чего вы меня тут с какими-то спецназовцами равняете...

- И кто это его? - спросил парень, глядя на труп.

- Вон оттуда его стрельнули, - омоновец показал в правую сторону, на дома, стоящие выше по склону. - Ушлые ребята. Засели там и решили, что самые умные. Думали, будут тут, как в тире, ходоков возвращающихся стрелять, а груз забирать.

- Так и что? - выдохнул Костя, со страхом взглянув в сторону, куда указывал Олегыч.

- Не ссы. Мы их ещё вчера наказали. И тут патрули наши ходят. Да и мы теперь ходим только толпами. Эти крысы на толпу никогда не полезут.

- Понятно, - пробормотал парень.

"- И на хрена я сюда полез? - мелко задрожав, подумал парень. - Тут вон, опытных мужиков, спецназовцев, валят на раз-два, а что уж про меня говорить!"

Он беспомощно огляделся и остановил взгляд на Мите, который шагал беспечно, словно шёл в магазин за сигаретами.

"- С другой стороны, если такой кекс, как Митя тут ходит только так, то вряд ли в городе так опасно. Хотя, убить тоже могут. Но, я думаю, на приключения нарваться можно и лагере. Только тут, по крайней мере, убежать можно, а в лагере дальше колючки не убежишь!"

Такие мысли немного успокоили.

"- В конце концов, - думал Костя, - никогда не поздно будет рвануть к дяде Юре".

Пройдя немного по улочкам частного сектора, Костя увидел, что идущие впереди смотрят куда-то в правую сторону. Подойдя ближе, он увидел, что там ворота во двор, где стоит двухэтажный дом. Перед красивыми коваными воротами лежали трупы. Похоже, что целая семья. По виду цыгане или армяне, Костя точно не определил, ибо не стал вглядываться в лица. Один, пожилой мужчина, плюс несколько женщин, молодая женщина и трое детей, девочек. Младшей, на вид, лет шесть. Одна из толстых женщин лежала на спине, и её лицо, обращённое к небу, являло собой сплошную кровавую рану с неестественно раскрытым ртом.

Костю от этого вида прямо замутило, и он услышал, как идущий впереди пожилой мужик в гражданской одежде, то ли ходок, толи его шеф, сказал идущему рядом с ним молодому парню:

- Видал, вон? У неё золотых зубов полон рот был, так ей плоскогубцами их...

Услышав это, Костя посмотрел на Олегыча. Тот только поморщился:

- Не обращай внимания, Костян. Это не мародёры. У них тут свои разборки. Типа "кровной мести" или вендетты. Такие дела творятся, что в башке не умещается. Ну, а ты как думал? Потом под это дело и не такое спишут...

"- Херня какая, - озабоченно задумался парень. - Если тут вон, людям, плоскогубцами зубы выдирают, то это значит, что вообще у людей ничего святого не осталось!"

Олегыч подошёл ближе и обнял его за плечи.

- Не ссы, Костян, - доверительным голосом сказал он. - Тут много всякой херни лазит. Но мародёры не так страшны. Мы ведь тут ситуацию тоже мониторим.

Костя не понял, кто это "мы", Олегыч с Генкой или же менты из лагеря, но уточнять не стал, а лишь внимательно слушал.

- Тут сейчас, - говорил шеф, - мародёры конкретными делами заняты. Грабят, в основном, по наводке. Либо тех обувают, на кого давно зуб точили. Есть и всякая шелупень беспредельная, но и они редко кого просто так мочат. Не ссы! Не будут на вас зря патроны изводить. Ну, может ошмонают...

- А если они ключи у нас отберут?

- Ничего страшного. Тогда всё равно идите дальше и сфоткайте квартиру, хотя бы входную дверь.

- А если на обратном пути кто поймает?

- Если деньги заберут, хрен с ними. Тем более, если там рубли будут. Самое важное - это документы. Они мародёрам нафиг не нужны. Но, в любом случае, вы не должны попасться! Как это сделать, у Мити спроси, он знает.

- Знаешь ведь, Митя? - спросил он идущего рядом ходока, повысив голос.

- Я понимаю, - ухмыльнулся тот.

- Вот, - тоже ухмыльнулся Олегыч. - Смотри на него и учись!

Он посмотрел на парня многозначительным взглядом и Костя понял, что тот имеет виду его "особое задание" - приглядеть за ходоком и выяснить, что он за хрен такой.

Послышались выстрелы. Тык-тык-тык. Где-то левее и далеко, почти на пределе слышимости. Однако все ходоки перед ними, сразу посмотрели в ту сторону. Не удержался и Костя. Взгляд его наткнулся на дымящую дымовую трубу в одном из домов рядом.

- А это что? - спросил он у Олегыча, показывая на трубу. - Люди живут?

- Конечно, - хмыкнул шеф. - Полным-полно народу осталось. Тут вот, в частном секторе, и в городе, в квартирах, тоже сидят.

- И как же они дальше будут?..

- Тебе что, и правда, интересно, как они жить дальше собираются?

- Да нет, я вообще, об обстановке в городе...

- А обстановка такова. По нашим расчётам, пока ещё терпимо. Ещё не все магазины выгребли и у людей кое-какие запасы есть. А вот уже через недельку-две будет значительно хуже. За бутылку с водой убивать будут, а потом и до людоедства дойдёт! Но, для нас, Костя, главное тут, к этому времени уже "ноги сделать" отсюда. И от тебя зависит, как быстро мы свалим. Делайте быстро наше дело и пулей назад!

Омоновец глянул в сторону Мити и, отведя Костю немного в сторону, сказал тихо, чтобы ходок не услышал:

- Если всё пройдёт, как надо, завтра настоящее дело сделаем и свалим. Ты, я и Генка. Через пару дней уже в нормальном месте будем. Помни об этом!

Он многозначительно посмотрел парню в глаза.

Вышли на небольшой перекрёсток, где стояли пять сожжённых дорогих внедорожников с кучей дырок в дверях. Рядом валялись, уже начавшие разлагаться трупы. Кроме запаха гари, почему-то сильно воняло бензином.

- Это позавчера было, - кивнул на трупы Олегыч. - Местные разборки. Им тут не до вас. Крутые ребята сейчас своими, серьёзными делами, занимаются.

- Но ведь ходоков тоже грабят?

- Бывает. Но, как правило, либо просто не везёт, либо по наводке. У вас тут дело чистое - денег не сильно много и задание дурацкое - квартиру пофоткать. Я не думаю, что кто-то вас выслеживать будет. Но, в любом случае, я тебе уже сказал, ушами не хлопай, да смотри за Митей.

Костя неосознанно обернулся и не увидел командира, который только что шёл за ними.

- А где он?

- Поссать, наверное, пошёл, - предположил Олегыч. - Короче, Костя, смотри за Митей в оба глаза! Как вернётесь, крайне важно будет твоё мнение, кто он: крутой тип или лошара, который просто не соображает, куда он лезет? Так что, смотри внимательно, от этого и твоё, и наше будущее зависит!

- А ты что, думаешь, что он может быть просто дурачком, которому везёт?

- В том-то и дело, что может! Я видел ребят, которые два раза хорошо ходили, а с третьей ходки не возвращались. И это не какие-то там "перекати-поле" были, а у них в лагере дети и жёны оставались. Так что, не могли они сбежать. Явно, хана им.

Костя подумал, что эти лоховатые ходоки, что идут сейчас вместе с ними, отобраны для такой работы не просто так. Наверняка у них в лагере кто-то остался в заложниках, дабы не было соблазна присвоить ценности и сбежать.

Вдруг чертовски захотелось спросить:

"- А не боишься, что я сбегу с деньгами?".

Однако шутить такие шутки с серьёзным омоновцем Костя не стал и поэтому просто промолчал. Через минуту на дорожку вернулся Митя и снова пристроился следом за ними.

Дорога тянулась вперед, по улочкам частного сектора, который оккупировал обе стороны оврага. Изредка, слева показывалась небольшая речка, текущая к Волге по дну оврага. Далеко впереди виднелась высоченная бетонная труба какого-то завода.

Миновав несколько километров по частному сектору, они свернули на тропинку, петляющую в море камыша на дне оврага. Затем миновали асфальтированную автодорогу, пересекающую этот овраг по небольшому мосту, и затем снова около километра шли задворками частного сектора, среди камышей. Прямо по курсу высилась огромная бетонная труба из бело-серо-красных секций. К ней вела высоковольтная линяя тянущаяся по оврагу откуда-то с запада. Чем-то труба казалась Косте знакомой, однако подобных труб в городе встречалось достаточно.

- Там котельная, мы её "Трубой" называем - пояснил Олегыч, показывая на трубу. - Тут у нас что-то вроде поста. Отсюда ходоки свои набеги делают. Тут, почти сразу за ней, Вторая Продольная проходит. Сейчас посидим немного и узнаем - нет ли патрулей миротворцев рядом? Как патруль проедет, так вы и стартуете.

Через пять минут они входили под своды довольно высокого старого помещения из бетонных плит. Видимо, заброшено или даже не достроено, оно было очень давно, ибо внутри пусто и все стены оказались расписаны граффити. Шедшие вместе с ними ходоки разбрелись по полутемному залу.

- Ждите тут, - велел спутникам Олегыч и двинулся к кучке полицаев.

Те оживленно переговаривались и время от времени оттуда доносились звуки помех, идущих из рации.

Костя и ходок присели на корточки у стены. Парень посмотрел на напарника, всерьез ожидая, что тот сейчас проведет инструктаж. По его разумению, этот Митя должен был хотя бы вкратце охарактеризовать территорию, куда им предстоит делать вылазку, рассказать о методах передвижения и об условных сигналах.

Также парня весьма интересовало, как себя вести в случае, если их кто-либо заловит. Что говорить и как себя вести?

Однако напарник сидел и тупо смотрел на Костю, не делая попыток чего-то рассказать или объяснить. Так они и сидели, глупо переглядываясь, пока к ним не подошел Олегыч и не присел рядом.

- Сейчас пойдёте, - сказал он. - Отсюда до вашей цели километра два. В старое время, вы бы за часа за полтора, только так обернулись, а сейчас, кто знает?.. Я вас буду ждать здесь до семи вечера. Если что случится, и позже придете, то ничего страшного. Тут наши всё время дежурят. Скажете, что со мной работаете. Если кто меня не знает, скажите, что мы все работаем с полковником Елсуковым. Тут все под ним ходят. Мне по рации сообщат, и я за вами приду.

Внимательно слушающий Костя не понял, что значит это "приду". Этот Олегыч один из лагеря придет что ли? Однако парень решил не лезть с лишними вопросами. Пусть Митя эти "технические вопросы" разруливает.

От кучки полицаев донеслись звуки работающей рации. Олегыч рванулся к ним. Народ рядом начал подниматься на ноги. На полпути омоновец круто развернулся и посмотрел на Костю.

- Идите!

В это время остальные ходоки уже двинулись к выходу.

- Ни пуха вам! - сказал Олегыч.

- К чёрту! - ответил Костя, а Митя промолчал.

Глава 17, в которой до героя доходит, что умереть ничего не стоит

Выйдя на улицу, парень увидел, что все ходоки бегут в сторону виднеющихся за деревьями панельных девятиэтажек. Он опять заметил старичка-боровичка. Тот, в своей ковбойской шляпе, бодро размахивая руками, бежал в числе первых.

Костя тоже хотел бежать, но Митя, презрительно глядя на убегающих, шёл обычным шагом, так что парню ничего не оставалось, как идти рядом с той же скоростью. Через минуту они остались одни - все ходоки вырвались далеко вперед.

Он же вместе с Митей миновал основание огромной бетонной трубы, что стояла рядом с котельной, и двинулись тропинкой под деревьями. Через минуту они вышли на улицу частного сектора. Вдоль этой улицы в сторону Волги уходила высоковольтная линия, поддерживаемая стальными опорами из тёмного металла. Впереди виднелись девятиэтажные многоквартирные дома. Глядя в ту сторону, Костя заметил спины последних бегущих ходоков.

Идя по улице, парень бросил взгляд в сторону и вдруг увидел в окне одного из домов жуткое лицо. Вроде женское. Огромная белая ряха, лежа на подоконнике, смотрела прямо на ходоков и широко улыбалась. Не ясно, то ли она пьяна, то ли мертва, но выглядело это жутко.

- Митя! - не удержался и вскрикнул оцепеневший Костя, показывая на рожу в окне. Он вдруг понял, что это всё-таки мертвец.

Ходок спокойно остановился, взглянул лениво и вдруг тихо захихикал. Отвернувшись, он двинулся дальше, посмеиваясь и вертя головой, словно увиденное его знатно повеселило.

Костя же некоторое время смотрел на мёртвую рожу, а затем заставил себя очнуться и двинулся вслед за напарником.

Через полторы сотни метров два ходока вышли ко Второй Продольной - широкой шести полосной автостраде. На дороге пусто. Ни машин, ни людей. По краям магистрали стояли помятые легковые автомобили. Остальных, ушедших вперед ходоков, уже не видать.

Высоковольтная линия шагала за магистраль, в сторону Волги, туда, где стояли жилые девятиэтажные дома. Линия как раз проходила между двумя домами. Девятиэтажка слева была панельной, а справа - кирпичной.

Костя увидел, что на другой стороне магистрали ранее находилась платная автостоянка, окруженная бетонными блоками, на которых стоял сетчатый забор. Сейчас же часть забора разломана. Блоки валяются по краям, словно эту дыру проделал танк или бульдозер. Та м же стоял покосившийся рекламный щит. Мельком прочитав надпись, Костя вздрогнул, прочитав:

УМЕРЕТЬ НИЧЕГО НЕ СТОИТ

Удивлённый парень снова перечитал надпись и увидел, что там рекламный слоган: "Изменить ничего не стоит" и рекламировался тариф сотовой связи.

"- Вот, уже какая херня мерещится, - подумал парень. - Не к добру это".

- Бегом! - скомандовал Митя, и они со всех ног побежали через дорогу.

Оказавшись на другой стороне, напарник резко замедлил ход и снова двинулся обычным шагом. Вслед за Митей парень прошел через разгромленную автостоянку, которая оказалась узкой - всего на два ряда машин. На другой её стороне находился открытый выезд. Рядом будка охраны. В стороне лежит мёртвая собака на цепи.

Выйдя со стоянки, ходоки прошли между двух девятиэтажек. В обоих зданиях внизу пристройки. В правой пристройке находились магазины, а в левой организация под названием "Энергосбыт".

Асфальтированная дорога и высоковольтная линия тянулась дальше, в сторону Волги. Митя с беспечным видом шел вперед, видимо и не помышляя об инструктаже новичка, но Костя не выдержал.

- Митя! - обратился он к товарищу.

Тот сразу же застыл на месте и повернул к нему свою усатую морду. Константин как-то стушевался. Накатила непонятная робость. Он не знал, как правильно попросить провести инструктаж. Должны же быть какие-то правила передвижения, перебежками там или ещё как. Какие-то условные знаки в случае опасности...

- Послушайте, - запинаясь, начал парень. - Тут вот это всё... Ну, где мы идем... Как-то вот...

Усатый молчал.

- Ну, вот эта, территория... - тужился Костя. - Ну, где мы сейчас...

Парень чувствовал себя идиотом, а Митя смотрел на него дурак дураком, как вдруг лицо ходока изменилось. Он взглянул на парня со снисходительным видом, словно мудрый учитель на глупого ученика.

- Ты Стругацких читал? - спросил он.

От такого вопроса Костя опешил. "Где мы и где Стругацкие?" - только и подумал он.

- Читал что-то, - промямлил парень. - Давно.

- "Пикник на обочине" читал? Про Зону?

"- Про какую еще зону? Тюремную? Вряд ли?" - удивленно подумал Костя.

- Да я не помню, - сказал он.

Митя опять улыбнулся и наставительно сказал:

- Это всё Зона. А мы сталкеры. Понятно тебе?

- Ну... - пробормотал парень, совершенно сбитый с толку.

- Идём, сталкер, - напарник повернулся и двинулся дальше.

"- Во, блин, - подумал Костя, шагая рядом. - А ведь он похоже и правда, на всю голову отбитый. Не зря Олегыч в нём сомневается".

Между тем два ходока-сталкера миновали первую линию девятиэтажек. Высоковольтная линия тянулась дальше. Слева вдоль неё вытянулась пятиэтажка и асфальтированный проезд, тянущийся в нужном направлении. Справа же расположился окруженный сетчатым забором детский садик. Далеко вдали виднелись быстро удаляющиеся спины нескольких ходоков.

Парень внимательно оглядывался, стараясь запомнить все детали. Он думал, что они пойдут по дороге вдоль высоковольтной линии, но Митя свернул левее, в жилой двор. Их путь лежал между трансформаторной будкой и большим мусорным баком, куда жители окрестных дворов сносили мусор. Сейчас же, несмотря на марлевую повязку, Костя почуял неприятный запах. Но кроме запаха было и другое. В мусорном баке, на куче мусора лежали три трупа в спортивных костюмах. Молодые ещё мужчины. Явно их специально закинули туда, да ещё расположили так, чтобы казалось, будто их специально выкинули, как мусор. Один из них, белобрысый тип, лежал на боку, положив голову на край бака и страдальчески ощерив зубы. После смерти кто-то воткнул ему в оскаленные зубы окурок, что смотрелось просто жутко.

Митя только усмехнулся. Он посмотрел на Костю и сказал многозначительно:

- Зона есть Зона!

Оставив слева двухэтажное здание, а справа, виденную ранее и тянущуюся в сторону Волги пятиэтажку, они вошли во двор в виде буквы П, составленный из трех пятиэтажек. В правом дальнем углу здания соединялись, и там находилась арка. В дальнем же левом углу, между зданиями Костя увидел узкий проход-проезд. Туда и направились ходоки. Костя отметил, что в этот двор выходили подъезды только дальнего и правого здания.

При входе во двор парень увидел женщину. Одетая в коричневый деловой костюм, она стояла, привязанная широким скотчем к фонарному столбу. Голова с длинными рыжими волосами поникла, свесившись на грудь. Судя по пятнам крови на одежде, женщину привязали, а затем расстреляли.

Костя подумал, что это сделали те же "шутники", которые бросили трупы в мусорку.

Тропинка, по которой шли ходоки, тянулась наискосок через двор, в середине которого стояла коробка небольшого футбольного поля, обнесенного деревянным бортиком с сеткой. Посредине двора, рядом с тропинкой лежали два трупа. Костя увидел, что один из мертвецов - пожилая женщина с добрым, как у бегемота, лицом. Она лежала, ещё держась одной рукой за тележку с колёсиками. Рядом были разбросаны вещи из этой тележки - какие-то цветастые платки, несколько пар блестящих старых туфель, пожелтевшие фотокарточки. В метре от убитой лежал ещё один труп. Молодой бородатый мужчина в темно синих джинсах и расстегнутой белой рубашке. Живот его так распух, что смотреть было жутко.

Митя миновал убитых с равнодушным видом, но Костю увиденное взволновало.

"- Кому понадобилось убивать эту беззащитную бабушку? Зачем?".

Перед глазами вдруг встали все трупы, встреченные во время этой вылазки. Не важно, хорошими людьми они были или нет, но все они люди и ещё неделю назад жили, планировали будущее и даже подумать не могли, как страшно закончат свои дни. В голове просто не укладывалось, что ещё неделю назад миллионный город жил себе спокойно, люди ходили на работу, по дорожкам бегали дети, а теперь вон чего тут делается...

Миновав двор, ходоки оказались в его углу, между двумя зданиями. Впереди Костя увидел стальной забор и пешеходный проход-калитка. А за забором, впереди и левее, через ряд пирамидальных тополей виднелось двухэтажное кирпичное здание. Явно школа.

Не успев ещё толком осмотреться, парень услышал гул в воздухе.

- Бежим! - ударил его по руке Митя и, потешно перебирая ногами, бросился назад во двор.

Преодолев секундное замешательство, Костя бросился за ним следом.

Добежав до ближайшей пятиэтажки, тянувшейся вдоль школы, и свернув за угол, ходоки забежали под козырек подъезда. Замок домофона, оставшись без электричества, не действовал, и поэтому Митя легко распахнул стальную дверь в подъезд. Пропустив Костю, он заскочил следом. Ходоки стояли в полутьме, прислушиваясь. Глянув вглубь подъезда, парень увидел там пустую площадку первого этажа, на которую выходили двери четырех квартир. Там валялся какой-то мусор, пустые пластиковые бутылки и картонные коробки.

Гул нарастал. Только сейчас Костя понял, что это такое.

Вертолёт!

Звук стал очень громким, ибо вертолёт, вероятно, летел очень низко, почти над крышами домов. На пару секунд гул стал ну очень громким, а затем стал стихать и вскоре пропал. Митя открыл дверь.

- Интересно, - сказал Костя, выбираясь вслед за напарником из подъезда. - Чей это вертолет был?

В ответ - молчание.

Ходоки продолжили путь. Они вышли со двора и вошли через калитку без двери в школьный двор. Костя с интересом оглядывался. Асфальтированная дорога, по которой они шли, делила школьный двор ровно пополам. Слева от них располагалось здание школы. Старое кирпичное здание в виде буквы Н.

В подобной школе Костя уже бывал. Два корпуса - соединенных двухэтажным переходом. В одном корпусе, что стоял ближе к ним, находились столовая, актовый и спортивный залы. В другом, четырехэтажном корпусе, расположились учебные классы. Оба корпуса соединены двухэтажным переходом, в котором располагались раздевалки, кабинет труда, а на втором этаже - административные кабинеты.

С правой же стороны дороги парень увидел баскетбольную площадку и далее, за деревьями, школьный стадион с беговой дорожкой и турниками.

Ходоки дошли до середины школьного двора, когда Костя посмотрел на школу, вернее, на внутренний дворик между корпусами. Там, возле стены спортзала лежали люди в гражданской одежде. Судя по выбоинам и крови на стене, их поставили туда и расстреляли. Кто это лежал и кто это сделал - ответа, конечно же, не было. Глядя на узкоглазые лица трупов, Костя подумал, что, возможно, убитые это китайцы. Хотя... Может, и не китайцы. Кто их пустил в расход - неясно. Да и не интересно. Митя же вообще не посмотрел в ту сторону.

"- А может, зря я сюда полез? - кольнула малодушная мысль. - Ведь тут, и правда, умереть ничего не стоит. Но, с другой стороны, какие у меня варианты? Сейчас бы шатался по лагерю голодный..."

Конечно, смутно маячил на горизонте старик Никитич, но кто знает, что там у него? Возможно, что и ничего. Нет! Лучше Генки с Олегычем держаться, ибо с ними в Ростов, в цивилизацию, куда больше шансов добраться.

Миновав школьный двор, Костя увидел ещё три пятиэтажки. Здания с этой стороны являли собой зеркальное отражение двора, который они миновали. Две пятиэтажки расходились в стороны, а та, что между ними, смотрела на школьный двор торцом, находясь на небольшом расстоянии от прохода в заборе.

Тут Митя не стал никуда поворачивать, идя по автомобильной дорожке, идущей по правую сторону дома, что стоял торцом к школьному двору.

Шагая вдоль стены дома, Костя разглядывал пустой двор с правой стороны. Ни живых, ни мертвых тут видно не было. И то хорошо.

Активно оглядываясь, парень понял, что они идут по кварталу, внутри которого пятиэтажки, а по периметру девятиэтажные дома. Обычный спальный район. Плохо только то, что парень пока понятия не имел, в каком месте города они находятся. Был бы толковый напарник, он бы рассказал о местности, по которой идём. Но попробуй, поговори с этим сталкером.

Пятиэтажка, что тянулась вдоль дороги слева, кончилась. За ней, взгляду ходоков открылась автостоянка забитая легковушками, и можно было видеть двор, что находился по другую сторону дома, мимо которого они только что прошли. Справа же потянулась другая пятиэтажка. Костя бросил в её сторону рассеянный взгляд и вздрогнул.

Из-за края дома, который они почти миновали, показались три человека. Два молодых парня и толстая девушка. Все трое, заметив идущих по дороге ходоков, резко остановились. Не успел Костя испугаться, как эта троица быстро развернулась и скрылась за углом. Вероятно, они сами их испугались. Почувствовав, как застучало сердце, Костя перевёл дух.

В голову пришла мысль об оружии.

- Митя, - обратился он к напарнику, который и не заметил троицу. - Сталкер!

- А? - откликнулся тот.

По довольной морде Костя понял, что ходоку нравится, когда его называют сталкером.

- А у тебя оружие есть? - поинтересовался Костя. - Пистолет там?..

- Нет, а зачем? - на лице напарника читалось такое искреннее удивление глупому вопросу, что Костя прямо опешил.

- Понятно, - пробормотал он.

"- А если бы тут не эти болванчки были, а какие-нибудь уголовники-мародёры? - подумал парень. - И бросились бы они на нас, что тогда? В рукопашную с ними вступать?"

- Сталкер! - подал голос Митя. - А у тебя пистолет есть?

- Нет, конечно! - тоже удивился вопросу Костя.

- Эх! Плохо! - усмехнулся товарищ. - Если бы у тебя был пистолет, я бы его у тебя там, ещё у дороги, взял бы и спрятал бы где-нибудь. А потом, на обратном пути, отдал бы.

На его глупой и веселой роже Костя легко прочёл желание вопроса.

- Это почему? - не расстроил он напарника.

- Не с кем в Зоне воевать, сталкер! Зона это Зона!

- Понятно, - опять пробормотал парень.

"- Ну и шиза, - только и подумал Костя. - Это он в том "Пикнике" что ли прочитал, а теперь цитирует? Вон, минуту назад, мы прошли кучу жмуров в школьном дворе, а ему, видите ли, воевать тут не с кем. Шиза - самая настоящая!"

Стало ясно, почему Олегыч не доверяет этому дурику.

Между тем, дворы справа и слева кончились. Прямо по курсу показалась мусорка, стоящая между двумя старыми девятиэтажками, протянувшимися в разные стороны.

Перед мусоркой небольшая подъездная дорожка для мусоровоза. Справа, у торца ближайшей девятиэтажки, стояли в ряд три сгоревшие легковушки. Рядом с ними лежал труп. Заметив его, Костя привычно отвел взгляд, как вдруг что-то шевельнулось в его памяти. Бросив взгляд на мертвеца, на его темно-зеленую куртку, камуфляжные штаны и ковбойскую шляпу, парень узнал лежащего. Тот самый старичок-боровичок, на которого он обратил внимание перед выходом из лагеря.

Сильно забилось сердце. Сам не зная зачем, Костя тронул товарища за руку:

- Митя! Подожди! Смотри!

Не в силах сдержаться, Костя быстрым шагом подошел к покойнику. Так и есть! Тот самый бодренький дедок, лежит себе на спине, в луже крови. Как его убили, неясно: может, ножом, а может и застрелили. Неподалеку лежал распотрошённый рюкзачок.

В голове закружилось настоящее торнадо из мыслей. Ведь этот дедок опережал их всего на несколько минут! И ведь они шли, считай, за ним следом. Но ни выстрелов, ни криков - не слышали. Возможно, его убили во время пролета вертолета, и его шум заглушил выстрелы. Но ведь с того времени ещё и пяти минут не прошло!

Потрясенный парень стоял и таращился на покойника. В голове вдруг мелькнуло, что убийцы, возможно, где-то рядом...

- Митя, это же, вот, дед, который вместе с нами из лагеря шёл...

- Да, сталкер, - сварливым голосом откликнулся напарник. - Зону не понимают, а лезут...

- Митя! - резко повернулся к нему парень. - Тут это... Ведь кто его убили, они где-то тут ведь...

- Зона его убила, сталкер, - невозмутимо ухмыльнулся товарищ. - Не люди. Людей тут не осталось. Идём, сталкер.

Повернувшись, ходоки двинулись дальше. Мимо мусорных баков, к открывшейся железнодорожной насыпи, за которой виднелись три пятиэтажки.

На смену сильному испугу пришла глухая апатия. Шагая за напарником, парню вдруг стало всё равно. Плевать на жизнь! Если даже убившие старика убийцы целятся сейчас в них - тоже плевать. Пускай убивают!

Глава 18, в которой герой понимает, что ни одна нормальная собака человека не тронет

Пройдя через небольшое пространство с деревьями и кустарниками, ходоки перешли через двойную трамвайную линию, затем преодолели небольшой ров и поднялись по склону из крупного щебня на насыпь. Тут их встретили две линии пустых железнодорожных путей.

Глядя на них, парень немного взбодрился. Он сразу вспомнил, как несколько дней назад, шёл к дяде по железной дороге. Чем-то эти места показались ему знакомыми.

Внизу, по другую сторону насыпи Костя видел проходящую вдоль нее автодорогу, сразу за ней высоковольтную линию, а за той три пятиэтажки. Они вытянулись вдоль дороги, но каждый дом стоял к ней под небольшим углом. Прямо по курсу, за домами, метрах в двухстах виднелись три высокие стальные трубы котельной, идущие одна за другой.

Осмотревшись и увидев, что опасности вроде нет, парень подумал, что сейчас они пойдут дальше, но Митя тронул его за руку:

- Стой, сталкер. Садись, отдыхай.

Напарник первым уселся прямо на щебёнку между путями. Костя последовал его примеру. Он посмотрел на ходока, ожидая объяснений остановки, но тот молчал.

- А чего мы сидим-то? - поинтересовался парень. - Может там, внизу, у домов, передохнем?

- Зона это Зона, - ухмыльнулся бывалый сталкер. - Её понимать надо!

Он замолчал, видимо пытаясь подобрать нужную фразу, и сказал:

- Зона торопливых не любит.

После этой фразы его глупое лицо просто расцвело от удовольствия.

"- Наверное, опять цитату из своей книжонки выискал", - подумал Костя.

Он некоторое время смотрел на напарника-идиота, но затем стал озираться по сторонам. Через несколько секунд парень узнал это место.

"- Эге... Да это же та самая насыпь, по которой я шёл в тот день! - вдруг понял он. - Вон там, станция "Волгоград 2". Здесь же, всего в десятке метров, мы тогда присели, наблюдая колонну автобусов. А вон там, дальше, - он посмотрел в сторону центра города. - Там, в каких-то пятнадцати минутах ходьбы отсюда, нас и тормознули фээсбэшники".

Костя продолжил осматриваться. Вон, правее, электрическая подстанция. А вон машины с выкачанным из баков бензином. Оглядевшись, он заметил неподалеку от трамвайной линии огромную опору электропередач. От нее провода уходили на подстанцию за железной дорогой. От этой же опоры в сторону Второй Продольной также тянулись провода. Костя понял, что это та самая высоковольтная линия, вдоль которой они шли недавно и которая тянется почти до самой Трубы.

Эти мысли, вернувшие ему "ориентацию в пространстве" подействовали на парня магическим образом.

Если несколько минут назад, его неожиданно сильно потряс увиденный труп старичка-боровичка, и словно пришибло, то сейчас, мозг вдруг энергично заработал.

"- Хватит тупить! - зло подумал парень. - Увидел трупак знакомый и расчувствовался, размяк... А может это коррупционер какой, пилил бюджет, и теперь за своим наворованным баблом лез, а я тут по нему слезы лью... Хватит! Надо о себе подумать, чтобы также не прилечь тут".

Сразу же пришла мысль, что, несмотря на кажущееся спокойствие, в любой момент можно лишиться жизни. Однако Костя, силой воли прогнал эти мысли и запретил себе думать о плохом. Он еще раз осмотрелся, и увиденное, странным образом вселило в него уверенность. Это немного знакомое, ранее им пройденное место, словно вернуло ему "почву под ногами".

Настроение резко улучшилось. Парень сидел и просто наслаждался жизнью. Его всё радовало. И знакомая местность, и рельсы, и низкие облачка, закрывающие небо, и даже дебильный сталкер рядом.

"- Отсюда, куда хочешь можно дойти, - думал Костя оглядываясь. - Хочешь - назад домой. А хочешь, вон электролиния, иди вдоль нее и придёшь назад, к Трубе".

Только сейчас до него дошло, что Труба, рядом с которой находится аванпост ходоков, это и есть та самая труба, которую он видел перед задержанием фээсбэшниками несколько дней назад.

"- А может ну этого Митю и ну этого Геннадия с Олегычем? - деловито подумал он. - Что, если рвануть сейчас по железной дороге на север, к дяде Юре?"

Поразмыслив немного, Костя с досадой констатировал, что его стремление к дяде, довольно сильно устарело.

"- Нет, - досадливо морщась, думал парень. - Дядя Юра - это не то, что я. Он там зря сидеть столько дней не будет. Два дня назад, когда я шёл по этим рельсам - тогда ещё была вероятность застать его дома. А сейчас, когда такие дела в городе творятся... Тут вроде более-менее тихо, но кто знает, что на севере города делается? По слухам, в северных районах настоящие бои между партизанами и китайцами идут. Кто знает, что там, на улицах, творится?.. Нет! Надо как-то самому выкручиваться!"

Повернув голову и посмотрев на напарника-босса, Костя увидел, что тот сидит и смотрит на него с дурацкой улыбкой.

"- Дебилушка, - лениво подумал парень, отворачиваясь. - Ну, ничего, понаблюдаю за ним. Скорее всего, он, и правда, шизик конченный. Сейчас сходим, возьмём, что надо, и я выложу Олегычу про него отчет. Потом ещё одно дело какое-то крупное и хорошо бы с Олегычем и Геннадием убраться из города".

Конечно, Костя понимал, что эти Олегыч с Геннадием вполне могут расплатиться пулей в затылок, но альтернативных вариантов пока не имелось.

"- Эх! - с досадой подумал он. - Был бы сейчас напарник толковый, то можно было бы посоветоваться, серьёзно обсудить ситуацию. А то и взять сейчас в квартире бабки и свалить вдвоём из города. Но что тут обсудишь с этим сталкером?"

Взглянув на напарника, Костя все-таки решился и спросил:

- Слушай, Митя, а что там слышно про выход из города? Ну... Там... До Ростова трудно добраться?

- А тебе зачем это знать, сталкер? - ухмыльнулся Митя.

- Ну, вообще... Сколько денег надо, чтобы в Ростов попасть? И вообще, реально это?

- Сталкер, - ворчливо откликнулся напарник. - Пойми ты! Весь мир теперь - это Зона, а мы в ней сталкеры. Только те, кто познал Зону и выживут, а остальные сдохнут. Понятно тебе?

- Понятно, - кивнул Костя.

Ему и правда, стало понятно, что никакой серьёзный разговор с этим шизиком не возможен.

"- Ладно, - решил он. - Буду пока ориентироваться на Олегыча - делать, что он велит. Жалко от дяди Юры отказываться, но и правда, вероятность, что он сейчас на месте - около нулевая. Буду держаться Геннадия с Олегычем..."

Минут через десять послышался тихий гул. Шел он с левой стороны, с улицы, ведущей к Волге. Именно оттуда тогда ехала колонна автобусов.

- Ложись! - тихо вскрикнул Митя.

Ходоки залегли на щебенке между железнодорожными путями.

Через несколько секунд Костя понял - едет машина. И не маленькая.

Шум доносился с левой стороны, от центра города. Явно машина не поехала, как колонна, под мост, а повернула в их сторону.

Парень напрягся в испуге. В голове мелькнуло, что если машина остановится напротив них, то надо резко бежать на другую сторону и далее, за трамвайную линию.

Вот шум приблизился, машина проехала вдоль насыпи, шум удалялся.

Митя поднял голову, Костя, перевел дух, и тоже выглянул, и тут же рука товарища пригнула его голову вниз, но парень успел заметить как на перекрестке справа, между крайней правой пятиэтажкой и электроподстанцией, по улице в сторону Волги поехал белый броневик. Вроде бы шестиколесный. В глаза бросилась большая надпись на борту - UN. Сверху торчали то ли мигалки, то ли синие каски.

- Это миротворцы? - спросил Костя.

- Дураки это, - презрительно бросил Митя.

Он быстро поднялся на ноги и, не отряхиваясь, двинулся вперед. Костя поспешил следом. С противоположной стороны насыпи, её склон выложен квадратными бетонными плитами. Спустившись по ним, ходоки перебежали трехполосную асфальтовую дорогу, прошли мимо стальной высоковольтной опоры и вошли во двор, пройдя в проём между правой и центральной пятиэтажками.

Во дворе, впереди и левее, Костя увидел детский садик - двухэтажное здание, обложенное серыми блоками, стоявшее в середине довольно большого дворика, окруженного стальным забором. Митя направился было прямо, по дорожке вдоль правой стороны садика, но дойдя до угла забора, вдруг замер, посмотрев на Костю странным взглядом.

- Смотри, сталкер, - показал он вперед.

Глядя туда, Костя не заметил ничего странного. Справа от садика, торцом к нему, виднелись две пятиэтажки. Здания стояли параллельно, одно за другим. Торцами они смотрели на садик, а другие их концы выходили на ту улицу, по которой к Волге уехал броневик. Расстояние между зданиями - метров тридцать. Между их торцами и оградой садика не было автодороги. Просто небольшое пространство в десяток метров. Там виднелась тропинка. На территории садика росли деревья. Снаружи ограды - пусто. Костя заметил, что за виднеющимся впереди дальним углом садика стоят несколько бетонных гаражей. Одним словом - ничего страшного.

- И чего? - не понял Костя.

- Зона не такая простая, сталкер, - светясь от удовольствия, говорил Митя. - Вроде бы путь открыт, а знаешь, сколько сталкеров так себе головы свернули? Нет, сталкер, я тут не пойду. Я Зону понимаю и чувствую - ловушка там. Лучше обойти, чтобы в какую дрянь не вляпаться.

Он двинулся вдоль ограды детского садика в левую сторону, по всей видимости, намереваясь сделать крюк, обойдя "плохое место".

Костя не сомневался, что этот болван сейчас процитировал очередную фразу из "Пикника на обочине" и просто ради хохмы не пошел по кратчайшему пути.

Не пререкаясь, парень двинулся следом.

"- С одной стороны, - размышлял он, - этот Митя тот ещё идиот, помешанный на "Пикнике на обочине". Но с другой... Вон он как отреагировал на вертолёт. Плюс броневик этот. Явно он знал, что машина появится, поэтому и ждал. Всё-таки непонятно, что это за хрен? С одной стороны дурак дураком, а с другой... Кто знает, может он и правда "ходок от бога". В обычное время жил себе, как простой неудачник, а сейчас, когда кризис, то он в этих опасностях, как рыба в воде, так что даже такие серьёзные мужики, как Олегыч, диву даются!".

Митя же впереди не шёл, словно парил над землей, изредка оглядываясь и одаривая Костю глупой улыбкой.

"- Нет, - решил Костя. - Мы ещё ведь, считай, в начале пути только. Как сделаем дело, вернёмся, тогда я и буду выводы на счет этого сталкера делать. А пока, буду наблюдать, и собирать информацию. В конце концов, у него оружия нет, поэтому на обратном пути можно забрать себе баблишко, "сделать ручкой" этому дурику и двинуть по железной дороге на север, к дяде Юре, или же в другую сторону - на Ростов".

Между тем они дошли до второго угла детского садика, миновали его, повернув в сторону Волги. Костя, осматривая двор, не заметил ничего подозрительного. Обычный жилой двор: мусорка, несколько детских горок, песочницы, брошенные машины да деревья. Возле одного из подъездов лежат два трупа, словно мешки, но парень уже привык и спокойно скользнул по ним взглядом.

С левой стороны и впереди, этот двор ограничивали две длинные пятиэтажки, смыкающиеся в дальнем левом углу двора буквой Г. Костя разглядел, что на их стыке находится арка, ведущая к левой дороге, по которой тогда ехала колонна автобусов. Ещё одна арка для машин находилась в середине дома слева, что протянулся в двадцати метрах от ограды детского садика, вдоль которой сейчас шли ходоки.

Достигнув очередного, третьего, угла садика, Костя увидел, что впереди справа, возле последнего угла садика, стоят виденные им ранее гаражи. Они протянулись от угла садика к кирпичной трансформаторной будке. Прямо за ними, на той стороне, проходила тропинка, по которой не захотел идти Митя.

Осматриваясь, Костя отметил, что все гаражи стояли между оградой садика и будкой, но по другую её сторону притулился еще один небольшой гараж, рядом с которым проходит дорога для машин, идущая вдоль пятиэтажки.

На этой стороне двора их тропинка шла сперва вдоль садика, а затем поворачивала в левую сторону, наискосок, прямиком к гаражу за будкой и выводила со двора.

Миновав несколько старых стальных детских горок, ходоки двинулись по этой тропинке.

Неожиданно Костя услышал впереди какой-то шум. Парень ещё не понял, что это, но тут же увидел, как из-за крайнего левого гаража, из-за электробудки, на тропинку выбегает собака. Потом ещё одна. И ещё. Все разных пород и размеров.

- Митя! - вырвалось у Кости.

- Не бойся!

Напарник обернулся и посмотрел на него. По виду ходока было видно, что ему понравился испуг Кости.

- Запомни! - сказал ходок. - Ни одна нормальная собака человека не тронет!

Пока он сообщал это наставительным тоном, на тропинке показывались всё новые собаки, которые бежали к ним. Костя сразу обратил внимание, как целеустремленно они бегут. Сам не понимая своего страха, он не выдержал и рванул назад. Рядом только две стальные детские горки. Парень устремился к ближайшей.

Обернувшись на ходу, он увидел, как Митя наклоняется к первой собаке и протягивает руку, чтобы погладить её. В следующий момент, собака, словно мохнатый шар прыгнула и вцепилась ему то ли в горло, то ли прямо в лицо напарника. Ещё несколько подбежали и тоже прыгнули, сбив мужичка с ног.

Костя, сам не помня как, взлетел на горку и замер наверху, сидя на корточках и схватившись за маленькие закругленные поручни. В каких-то десяти метрах от него, на земле, собаки рвали товарища. Митя сидел, раскорячившись, растопырив руки, в которые вцепились несколько псов. Балбес верещал на удивление тихим голосом. Собаки же рычали и от этих звуков Костя просто оцепенел.

- Помоги! - вдруг закричал Митя. - Помоги, предатель!

Он завизжал бабьим голосом, и вдруг резко вскочил, раскидав собак. Тут же крупный пес прыгнул ему на грудь и опять сбил с ног. Митя растянулся на земле и над ним закружился мохнатый и рычащий собачий водоворот...

Костя с трудом очнулся и отвернулся от жуткого зрелища. За спиной рычали и повизгивали собаки, а вопль Мити затихал, словно кто убавлял на магнитофоне громкость.

"- Помоги, блин! - только и подумал Костя. - Как я тебе помогу?"

Только сейчас, со всей ясностью, парень понял, что этот Митя обычный придурок, которому просто сильно везло. Сделал несколько удачных ходок и возомнил себя профессионалом. А на деле обычный баран. Ведь даже идиоту ясно, что в город без ствола соваться - смерти подобно. А у этого балбеса даже дубинки не было. Ну не идиот ли? А теперь я ему помогай и я предатель...

Костя не помнил, сколько он сидел в прострации, но когда немного пришел в себя крики за спиной уже стихли. Осталось рычание.

Парень посмотрел на часы. Почти полдень. Заметив краем глаза движение, Костя посмотрел вниз. Сердце ухнуло и в груди тревожно заныло...

Собаки! Прямо под ним.

Древняя горка, на которой он сидел, сделана из темной стали. Почти вертикальная лесенка, ведущая на мизерную площадку, на высоте чуть выше полутора метров. От неё отходит довольно крутой и закруглённый внизу скат, для скатывания детворы на заднице.

Собаки стояли внизу. У некоторых морды в крови. Бросив быстрый взгляд на Митю, или вернее то, что от него осталось, Костя увидел, что ходок-неудачник, он же "сталкер, который понимает Зону", уже не подаёт признаков жизни.

"- Готов", - без особых эмоций констатировал парень.

Труп лежал на боку. Странным образом собаки содрали с одной его руки куртку и она, словно как парашют, тянулась от его тела в сторону. Всё лицо разорвано и, как и тело, залито кровью. Косте показалось, что он видит несколько обглоданных ребер, но всматриваться не стал и поспешно отвел взгляд.

Возле мертвеца копошились, изредка рыча друг на друга, несколько шавок. Основная часть стаи, около десятка собак, собрались вокруг горки, на которой сидел Костя.

"- Дело ясное, - думал парень, стараясь не смотреть в сторону растерзанного ходока. - Мите уже не помочь. Хоть он и лох был, но жалко его, конечно. И сейчас надо о себе подумать. Ситуация, конечно, жуткая, но это ведь не монстры какие. Просто собачки. Странно, что они так быстро с ним управились... Но это не важно. Надо просто сидеть тут спокойно и ждать, пока они не уйдут. В самом деле, не будут же они сидеть здесь до ночи?"

Тут же пришла беспокойная мысль:

"- А что, если будут?"

"- Да нет! - отмахнулся Костя. - Тут в округе полным-полно трупов. Зачем им тут сидеть? Нет, мне надо только подождать!".

Он, насколько это было возможно на мизерной площадке, устроился поудобнее и начал ждать.

Прошло полчаса. Собаки и не думали уходить. Часть стояли, часть сидели. Выглядели они так, словно сидящий на горке парень был призом, который они всерьёз вознамерились добыть.

"- Блин! - думал Костя. - А ведь как всё было хорошо!".

Когда он оказался на железной дороге и узнал знакомое место, то настроение у него резко улучшилось. Парень тогда почувствовал даже какую-то надежду на лучшее. И вот, на тебе! Сталкер долбанный! Шли бы себе по той тропинке вдоль садика. Ну, увидели бы собак и что? Залезли бы вон на гаражи и сидели бы себе, да плевали сверху на этих тварей. Там хотя бы лежать можно, а тут сиди, как курица на насесте, того и гляди, вниз навернёшься.

Парень завозился, устраиваясь поудобнее, и это вызвало оживление у собак внизу. Сразу несколько страшно гавкнули в его сторону.

Не считая звуков, издаваемых собаками, вокруг тишина. Небо затянуто тучами...

От нечего делать, Костя вспомнил про еду. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, он решил перекусить. Устроившись спиной к мертвецу, парень осторожно достал и развернул сверток из фольги.

Собаки, видимо, почуяли мясо. Часть псов сгрудилась внизу у горки. Некоторые даже завиляли хвостами, словно ожидали, что парень покормит их.

"- А вот хрен вам! - мысленно ругнулся Костя. - Вон, Митю доедайте!".

От этой чёрной шутки замутило. Сняв с лица марлевую повязку, парень начал есть, но весьма вкусные хот-доги не лезли в горло. В довершение, когда он начал пить воду из бутылки, оказалось, что внутри не сладкий чай или ещё какой напиток, как он ожидал, а простая вода, имеющая к тому же неприятный металлический привкус.

Так что, перекусив, Костя не почувствовал сильного удовлетворения. Единственная хорошая мысль, что пришла ему в голову - попробовать беречь воду. Он выпил только половину бутылки, убрал её в рюкзак и начал ждать.