Огненная Дева

Глава 1, или "Приятно познакомиться!"

Примечание:

Своего рода глава-предисловие. Примечания будут разноцветными, потому что автору так хочется.

_________________________________

Приятно познакомиться. Или не очень. А может, и нет.

Я — дочь Куруфинвэ Фэанаро и пятый ребёнок в семье.

Фэанаро решил, что раз уж я эльдиэ и, увы, нельзя наречь меня ещё одним "Финвэ", то пускай всё равно имя будет такое, чтобы я выделялась среди всех и чтобы все знали, что это вам не хухры-мухры, а дочь самого Фэанаро! Вот и назвал меня Ваньялиндис.

Мама, Нерданэль, назвала меня Нарвен, что значит "огненная дева". Впрочем, это имя мне подходит.

А ещё я Туилиэн, "дочь весны". Аммэ назвала меня так потому, что родилась я весной.

Волосы у меня светло-каштановые, непонятно почему. Больше всего люблю ухаживать за растениями. Садоводство и цветоводство — моя страсть. Обожаю выводить новые сорта и нередко сотрудничаю с майар Йаванны. А ещё я очень любопытная и любознательная, и всегда умею выкрутиться из ситуации и придумать отмазку. Ну, почти всегда. А ещё я сладкоежка, люблю сладости и фрукты. А ещё люблю котиков.

Владычица Палуриэн очень хорошо ко мне относится. Она всегда называет меня Туилиэн — считает, что это имя лучше всего мне подходит с моей любовью к цветами.

Семейка у нас большая, весёлая и дружная. Помимо меня, в семье ещё семеро детей: Нельяфинвэ Майтимо, он же Руссандол; Канафинвэ Макалаурэ, он же Линдо; Туркафинвэ Тьелкормо; Морифинвэ Карнистир; Куруфинвэ Атаринкэ, очень похожий на нашего отца и внешностью, и нравом. И, конечно же, рыжики. Близнецы Питьяфинвэ и Тэлуфинвэ, они же Амбаруссар. Именно Амбаруссар, множественное число, а не двойственное, ибо их постоянно очень много.

Нельо — миролюбивый и дружелюбный, ссор не любит и всегда старается всех помирить. Дружит с Финдекано, старшим сыном Нолофинвэ, несмотря на то, что Ноло и Фэанаро не ладят, и это ещё мягко сказано.

Кано у нас певец и музыкант, чудесно играет на арфе и лютне и восхитительно поёт. Правда, нередко муза снисходит на него ночью, и тогда .

Турко — мечта всех эльдиэр, красавец писаный, что называется. Часто ездит на охоту. Это его главное хобби. К тому же он умеет разговаривать с животными и понимать их язык. Оромэ научил, кто же ещё.

Морьо — тот ещё книгочей, вдобавок знает такие словечки и фразочки, что хоть стой, хоть падай.

Дальше по старшинству иду я, а о себе я уже рассказала.

Курво обычно работает в мастерской, как и Фэанаро.

А рыжики... Рыжики — те ещё проказники, шалуны и озорники. Впрочем, и я не без этого, хоть и заметно старше их. А у них ещё и параллельное мышление.

В общем, приятно познакомиться!

Глава 2

Ранним утром я проснулась от страшного грохота и лязга где-то в районе кладовки.

Я сразу подскочила и огляделась по сторонам. За окном светила Лаурэлин. Тэльперион уже почти закрыл бутоны.

"Что там случилось?" — подумала я, встала и переоделась в домашнее платье, желая выяснить, что это был за грохот. Впрочем, могла бы и не выяснять, а ещё понежиться в кровати, но любопытство пересилило лень, я вышла из комнаты и направилась к кладовке, откуда и донёсся разбудивший меня шум.

Войдя в кладовку, я остолбенела. Да любой бы остолбенел от такого зрелища.

Дело в том, что у нас в кладовке стоит стол. Деревянный шаткий стол, который держится на честном слове и непонятно как ещё не развалился. Отец всё собирается его починить, но руки не доходят, всё время он занят чем-то другим, а в последнее время вообще пропадает в мастерской целыми днями...

И вот сейчас этот стол стоит, скособочившись набок, вокруг валяются какие-то тазы, лохани, кадки, бадьи, вёдра, стулья и табуретки, а посреди всего этого зрелища находятся рыжики: Тэльво сидит на столе, Питьо стоит возле стола. Так я и знала, опять это их проделки.

— Какого... Что у вас тут происходит? — спросила я, оглядывая творящийся в кладовой беспорядок.

— Мы... Мы варенье доставали... — робко ответил Тэльво.

— А зачем вам эти тазики? — я указала на раскиданную по полу всевозможную тару, — В них варенье складывали?

— Мы из них лестницу делали... — поведал мне Питьо. Я остолбенела ещё больше.

— Лестницу? Из тазиков?!

— Ага, — улыбаясь, сказал Тэльво.

— Зачем?

— Ну... Мы варенье достать хотели, — произнёс Питьо, потупив глазки.

— А тазы-то вам и вёдра зачем? — я никак не могла понять, что к чему.

— Ну, сначала мы хотели встать на стол, — начал рассказ Тэльво.

— Но оказалось, что низко и до варенья мы не дотягиваемся, — продолжил Питьо.

— Тогда мы поставили вот эти табуреточки, — Тэльво указал на стулья.

— Но и этого оказалось недостаточно, — вздохнул Питьо.

— И тогда мы взяли эти тазики и поставили их поверх табуреточек, — сказал Тэльво.

— И полезли на эту бандуру? — мои брови поползли куда-то наверх, желая спокойно переварить услышанное вдали от происходящего, — Вдвоём?!

— Ну да, — сказал Питьо. Умеют же они чередовать свои реплики и говорить по очереди!

— Но они не выдержали, — сказал Тэльво.

— Ещё бы они выдержали! — воскликнула я.

— И всё свалилось! — радостно закончили рыжики хором, пропустив мимо ушей мои слова, и засмеялись. Это, конечно, самое радостное известие, какое только может быть — надо же, всё свалилось, счастье-то какое!

— Что за шум с утра пораньше? — в кладовую заглянул Фэанаро, — Не говоря уже о том, что это был за грохот?

— Я объясню, — быстро сказала я.

— Ваньялиндис? — Пламенный Дух уставился на меня, — И ты туда же?

— Сначала послушай, — ответила я, — Амбаруссар хотели достать варенье, залезли на стол, но не дотянулись до варенья, поэтому соорудили лестницу из тазов и стульев, залезли на эту бандуру, и всё свалилось!

— Я так и думал. Амбаруссар, вы разве не знаете, для чего нужна приставная лестница?

— Знаем... — потупил глазки Тэльво.

— Тогда почему вы полезли на стол?

— Мы лестницу не нашли... — произнёс Питьо.

— О Эру... Линдис, достань им варенье и покажи, где стоит лестница. А я пойду спать, — сказал Пламенный Дух и ушёл.

Я отодвинула в сторону висящие на потолочной вешалке плащи, достала спрятанную за ними приставную лестницу, приставила её к полкам с вареньем и залезла на неё.

— Какое вам варенье нужно?

— Абрикосовое! — хором сказали рыжики.

Я достала две большие банки и вручила им.

— Это вам. С запасом, чтобы не шастали здесь по утрам. А это мне, раз уж я тут, — я достала большую банку малинового варенья и слезла с лестницы.

— А теперь давайте наведём здесь порядок, — сказала я.

Совместными усилиями мы вернули кладовой былой добропорядочный вид.

— Только никому не говорите, что я себе тоже взяла, — заговорщически подмигнула я младшим братьям, взяла свою банку и вышла из кладовки.

В своей комнате я спрятала банку с вареньем под кроватью. Спать уже не хотелось, поэтому я немного подумала, закрыла дверь изнутри на позолоченный откидной крючок, достала из-под кровати банку и серебряную ложку, специально украденную из тирионской дворцовой трапезной для таких целей, уселась на подоконник и предалась своим сладкоежским наслаждениям в виде поедания варенья.

Обожаю иллюстрации в таком стиле, если честно:)

Глава 3

Примечание:

Fanyalotë — гортензия (дословно "облачный цветок")

___________________________________

Утром все мы, как всегда, собрались за столом. На завтрак была моя любимая яичница. К яичнице были поданы всевозможные соусы, овощи, фрукты, колбасные и мясные изделия и прочие закуски, чтобы каждый мог взять себе добавки к яичнице по вкусу. Одним словом, не завтрак, а мечта. К тому же Нерданэль потрясающе готовит!

— Никто не знает, куда из кладовки пропала банка малинового варенья и банка абрикосового? — спросила вдруг аммэ.

— Малинового — нет. Банку абрикосового я разрешил взять Амбаруссар, а куда делась вторая, не знаю, — сказал атто.

Вот и не знай. Никто не знайте, хи-хи. Не надо вам это знать. А мне нельзя палиться. Блин, Нарвен! Хватит улыбаться!

— Нарвен, что ты улыбаешься? — спросил Фэанаро.

— Да так, ничего. Вспомнила, как рыжики варенье доставали, — с самым невинным, как мне казалось, выражением лица сказала я.

— Правда? Хорошо, — Пламенный Дух вернулся к завтраку. Но при этом он косо посмотрел на меня. Ой-ой. Неужели догадывается?

Ой, я же аванирэ не поставила! Я быстро исправила это обстоятельство и продолжила завтракать.

* * *

После завтрака я пошла во двор. Мои братья — тоже. Фэанаро вышел со двора и куда-то ушёл, предварительно закрыв мастерскую на ключ. Странно, Атаринкэ он туда в последнее время не пускает...

Турко первым делом залез на ветку яблони, растущей возле нашего дома, и устроился там. Эх... А я даже не успела...

Морьо уселся на скамейке под яблоней, открыл книгу и погрузился в чтение.

Рыжики и Нельо стали играть в мяч.

Кано устроился на качеле-скамеечке и, качаясь на ней, заиграл на арфе.

Курво расхаживал по двору. Ему явно было скучно и нечем себя занять.

Я же не захотела сидеть во дворе и побежала к вратам Тириона.

* * *

Выскользнув из Тириона, я побежала в одно тайное место, о котором знала только я.

Местечко это находится в Садах Йаванны, а именно в той их части, где расположена берёзовая роща. В центре той рощи есть полянка, где растёт большая старая раскидистая берёза. Я часто прячусь на её ветвях. Не на самых нижних, чтобы не заметили, но и не на верхушке, а где-то в середине кроны. Там как раз есть удобная развилка.

Вот туда я и прибежала. Забралась в эту развилку, удобно устроилась там и достала из потайного кармана пакетик леденцов. Карман этот я специально пришила, чтобы прятать там сладости и всякие безделушки.

Поедая леденцы и наслаждаясь жизнью, я вдруг услышала птичье пение где-то надо мной и посмотрела наверх. Птицу я, как и следовало ожидать, не обнаружила, зато увидела что-то интересное на ветке надо мной. С ветки свисала какая-то верёвка.

"Какого фига?" — удивилась я. Разумеется, оставлять это просто так я не собиралась. Поэтому убрала пакетик с леденцами в карман и полезла наверх.

Забравшись на ту ветку, я обнаружила, что тут кто-то побывал. На ветке лежал моточек верёвки. Эта-то верёвочка и свисала с ветки. На сучке возле ветки висела плетёная корзинка, накрытая клетчатым голубым платочком. Моё любопытство требовало посмотреть, что там, и в итоге оно победило. Я приподняла платочек и увидела в корзине несколько рулонов бумаги, цветные карандаши и несколько яблок.

В общем, до меня тут явно кто-то побывал. Но кто? Я решила это выяснить.

Я вот, между прочим, никогда не оставляю следов своего пребывания, чтобы никто мои тайные местечки (а их у меня немало) не обнаружил!

Залезла на пару веток выше той, на которой находились следы чего-то пребывания, улеглась на ветке и стала ждать.

Так я пролежала на ветке до вечернего смешения света Древ. Окончательно убедившись в том, что никто уже не придёт, я пошла домой.

* * *

Дома все уже сидели за столом и ужинали.

— Где тебя весь день носило? — едва я переступила порог дома, спросил Фэанаро. Я, конечно, часто гуляю целыми днями, но чтобы уйти утром и вернуться в час вечернего смешения света — такого ещё никогда не было.

— Сегодня сама Йаванна Кементари пригласила меня поучаствовать в выведении нового сорта fanyalotë! — гордо соврала я.

— Так долго выводили? — удивилась Нерданэль.

— Ага. Там всё через пень-колоду шло — то какой-нибудь майа куда-то смылся и что-то нужное с собой прихватил, и надо его искать, то что-то не по плану идёт и вместо fanyalotë получается какой-нибудь лопух... — если уж врать, то красочно и по полной, решила я.

— Ростки принесла? — спросил Тьелкормо. После очередного мастер-класса, конференции или ещё какого-нибудь мероприятия в Садах Йаванны я всегда приношу домой саженцы растения, которому было посвящено мероприятие.

— Нет. Госпожа Палуриэн не разрешила, сказала, надо подождать пару дней, пока побеги окрепнут, — быстро нашлась я. Надо будет завтра сбегать к Йаванне, попросить быстренько вдвоём вывести гортензию какой-нибудь новой расцветки и принести потом домой.

— Ох уж эти все цветочные премудрости, — улыбнулся Майтимо.

— Ага, — улыбнулась в ответ я, уселась на своё место и принялась за ужин, — Отличный ужин, аммэ! Впрочем, как и всегда.

На ужин у нас всегда целое маленькое пиршество.

А я готовить не умею. Все мои кулинарные таланты ограничиваются бутербродами, яичницей и фруктовым салатом (я обожаю салатики из фруктов).

* * *

Когда я укладывалась спать, в моей голове созрело решение.

Мне очень хотелось узнать, кто же посетил мою берёзу. Я подумала-подумала, и меня осенило.

Я сегодня пришла в своё местечко утром, и утром обнаружила следы пребывания кого-то ещё. За весь день никто не пришёл. Значит, скорее всего, другой посетитель берёзы пришёл утром ещё раньше меня.

Поэтому я придумала план.

Ночью, когда все будут спать, я тихонько приду к своей берёзе, спрячусь в ветвях над той веткой, где я обнаружила корзинку с яблоками, бумагой и карандашами, и буду караулить. А когда второй посетитель берёзы придёт, я его поймаю!

Решив так, я по осанвэ попросила рыжиков разбудить меня посреди ночи. Всё равно они ночью не спят, а свои шалости творят. В ответ на вопросы рыжиков я вкратце обрисовала ситуацию. Они пообещали меня разбудить за час до утреннего смешения света.

Я быстро собрала всё необходимое: моточек верёвки, плетёную корзину, пакет яблок и веник. Пакет яблок я положила в корзину, сверху положила веник и привязала верёвкой из того же моточка, не отрезая верёвку. Остальной моточек я сложила под веник.

После этого я легла спать, рисуя в голове план, как я ловлю другого посетителя берёзы, луплю его веником, привязываю к стволу дерева и кидаюсь в него огрызками яблок. Под эти радостные мысли я уснула, и снились мне кусты гортензий с абрикосово-жёлтыми цветами.

* * *

В час ночи Амбаруссар разбудили меня по осанвэ.

Я встала, переоделась в повседневный наряд, взяла корзину с веником, яблоками и верёвкой, и на цыпочках, стараясь не шуметь, вышла из комнаты.

Тихонько спустилась на первый этаж и выскользнула из дома.

Во дворе я огляделась по сторонам. Никого не было. Ярко светил Тэльперион. Я тихо вышла со двора и побежала к тирионским воротам.

Покинув Тирион, я направилась в Сады Йаванны.

Прибежав туда, я залезла на свою берёзу и устроилась на ветке, которая находилась над той веткой, где обосновался другой посетитель моего тайного места.

Устроилась я следующим образом: поставила корзину, прислонив её к стволу. Достала из неё веник, села на ветке с веником в руках и стала ждать, размышляя при этом, как я спрыгну на второго посетителя берёзы и тресну его веником по тыковке. И при этом следовало бы завопить что-то вроде "За творения Йаванны!" для наилучшего эффекта. И вот я погрузилась в размышления, что лучше завопить. Остановилась я на варианте "За берёзы!", потому что "За тайные местечки!" как-то не звучит.

Глава 4

В час утреннего смешения света, когда Нинквелотэ уже почти закрыл свои бутоны, а Кулуриэн ярко сияла, мои ожидания были вознаграждены.

К берёзе подошёл юный ваниа примерно одного возраста с рыжиками. Хотя нет, наверное, всё-таки немного старше.

Ваниа взялся за нижние ветви и собрался лезть на берёзу.

От волнения я забыла, что хотела сказать, и выкрикнула первое, что пришло на ум. Ну и, понятное дело, с этим кличем я соскочила с дерева, представляя себя какой-нибудь майэ Оромэ.

Представляю, как опешил бедный ваниа, когда на него с громким воплем "За благоустройство!!!" откуда-то сверху падает встрёпанная нолдиэ с листьями в волосах и веником в руках и со всей дури лупит его этим веником по башке.

Ваниа так и сел наземь. Я продолжала лупасить его веником. Он был так ошарашен, что даже не сопротивлялся.

— Э-э-э... Что ты делаешь? Зачем? — наконец воскликнул он. Я перестала его лупцевать и перевела дух.

— Ты зачем в моё местечко лазаешь? — грозно спросила я, держа веник наготове.

— А... А разве оно твоё? — спросил ваниа, — Я всегда там прятался...

— Это моя берёза и моё местечко! — заявила я.

— Я не знал... Извини, больше не буду... — ваниа поднялся на ноги, — Сейчас только вещички свои заберу и уйду... — он подошёл к берёзе и полез на неё.

Мне стало его жалко, и я сказала:

— Погоди.

Он остановился, обернулся и непонимающе на меня посмотрел.

— Не надо, — сказала я и тоже полезла на берёзу, — Прости, что погорячилась. Берёза большая, всем места хватит. Давай дружить?

— Давай! — обрадовался ваниа, — Меня Алмаринвэ зовут. А тебя?

— А меня Ваньялиндис. Можно просто Линдис. Ещё я Нарвен и Туилиэн.

— Ты дочь Фэанаро, верно? — спросил Алмаринвэ, забравшись на свою ветку. Я устроилась на ветке над ним, где находилась моя корзина с яблоками. Веник я убрала в корзину, а яблоки достала и угостила ими нового знакомого.

— Да. Это в него я такая вспыльчивая.

— Ты же цветочница, да? Я видел тебя на мастер-классах у Йаванны.

— Да, я цветы очень люблю.

— Я тоже цветочки люблю. И рисовать. А прячусь тут, потому что в Валмаре шумно и никакого уединения.

— Я тоже люблю проводить время вдали от шума и суеты. За исключением конференций и прочих мероприятий в Садах Йаванны, разумеется, — я улыбнулась.

— У тебя, наверное, много друзей среди майар?

— Вообще-то не очень. Ну, с майар Йаванны я общаюсь и дружу, они всегда меня зовут на всякие мероприятия. Но с ними особо не повеселишься. Среди нолдор друзей тоже не очень много. Я не очень люблю большие компании. Могу познакомить тебя со своими друзьями. Большинство из них тоже занимаются цветами. Могу тебя с ними познакомить.

— Правда? — глаза ваниа засияли от радости, — Правда познакомишь? А то у меня друзей нет, — он сник, — Никто не понимает моего увлечения цветочками, и все смеются.

— Не расстраивайся, — сказала я, — Я познакомлю тебя со своими друзьями. Ты же не против общаться с нолдор?

— Нет, конечно! Не против!

— У меня ещё не было друзей среди ваниар. Только среди нолдор.

— Получается, я буду первым?

— Ага. Большинство моих друзей, конечно, старше тебя, но, думаю, это не проблема, раз ты тоже любишь цветы.

— Давай сегодня познакомишь меня с ними?

— С удовольствием. Мне всё равно надо кое о чём попросить Йаванну или кого-то из её майар.

— Я, конечно, больше люблю тишину и уединение, но против компании ничего не имею.

— Давай я покажу тебе некоторые свои тайные местечки?

— Давай! — Алмаринвэ обрадовался так, что чуть не свалился с ветки, — Сегодня?

— Могу и сегодня. Только сначала надо сходить к Йаванне. Будешь ещё яблочко?

— Давай!

Я протянула ему очередное яблоко.

— Вкусные какие яблочки, — сказал он, — Сама сорт вывела?

— Нет, это Йаванна. "Белый налив" называются.

* * *

С Алмаринвэ мы быстро нашли общий язык и весело болтали до самого полудня. Болтали бы мы и дольше, но я сказала:

— Слушай, я же хотела тебе свои тайные места показать! Пойдём?

— Пойдём!

— Только обещай никому про них не рассказывать!

Я спрыгнула с дерева, за мной — Алмаринвэ. И я повела его на экскурсию по тайным местам.

* * *

Весь день мы с Алмаринвэ гуляли. Я показала ему укромное место на крыше королевского дворца в Тирионе, местечко на заднем дворе дворца и многие другие места.

Возле кузницы Аулэ нас чуть не прогнал какой-то сердитый гном с рыжеватыми волосами и такой же бородой и с какими-то пассатижами в руках. Чтобы подобраться к моему тайному местечку на заднем дворе, пришлось огибать кузницу.

Когда я хотела показать Алмаринвэ местечко под сводчатым потолком Маханаксара (я там частенько прячусь и наблюдаю, как заседают Валар), на пороге Круга Судеб нас встретил майа с белыми волосами, в голубом одеянии — видимо, из свиты Манвэ, — и велел объяснить, зачем мы явились. Пришлось плести какую-то чепуху. Майа нам, видимо, не поверил, потому что в Маханаксар не пропустил, и нам пришлось залезать туда через крышу. Да, чтобы попасть в укрытие под куполом Круга Судеб, надо потрудиться...

Зато в местечко в Садах Лориэна мы проникли без проблем. Местечко это тоже находилось на дереве.

И ещё много мест я показала моему новому другу.

В общем, гуляли мы с ним до вечернего смешения света. Первым это заметил Алмаринвэ.

— Ой, мне пора! — спохватился он, увидев, что Тэльперион начинает сиять, а Кулуриэн закрывает бутоны.

— Мне тоже. До завтра! — я помахала ваниа и побежала в Тирион, а мой друг — в Валмар.

* * *

— Ваньялиндис, что за манера у тебя появилась — пропадать где-то с утра до вечера? — спросил Фэанаро, едва я вошла в дом.

— Не где-то, а в Садах Йаванны, — ответила я.

— Весь день? — Пламенный Дух явно сомневался в правдивости моих слов.

— Мельдо, успокойся, — с улыбкой сказала Нерданэль, — Негоже Нарвен сидеть в четырёх стенах. Если ей нравится заниматься у Йаванны, пускай занимается хоть целыми днями.

— Ладно, — атто махнул рукой, — Линдис, ты пропустила ужин.

Вот рауко... Придётся самой себе ужин готовить, а я не умею! Ладно, сделаю горячие бутерброды и дело с концом, чем не ужин?

Приготовив себе горямсе бутерброды, я поужинала и пошла в купальню, а потом в свою комнату.

Ночью я вдруг вспомнила про гортензии и сказала себе, что завтра надо обязательно сходить к Йаванне!