Однажды в Новый год
Глава 1
Морозное утро. 12 декабря 6.30.
Васенев Сергей Петрович, мужчина пятидесяти пяти лет, небольшого роста, средней полноты, по характеру очень вредный и мелочный человек, считает себя очень важным человеком в городе, так как является директором и владельцем сорока пяти процентов акций самой крупной корпорации в регионе «ИвРесурс». Он терпеть не может, когда его поручения не выполняются. Он считает, что с его мнением должны в этом городе все считаться, вплоть до мэра. Причем имея определённое финансовое положение, у него есть свои рычаги влияния на администрацию города.
Как правило, в конце рабочего дня, прежде чем пойти домой, Сергей Петрович давал задания своему заместителю, Володе. И Володя допоздна оставался в офисе, что бы выполнить всё, что велел директор.
Утром, в 6.30 Сергей Петрович, занимаясь на велотренажере, кричал в трубку телефона:
- Почему вчера не был подготовлен отчет? – Сергей Петрович посмотрел на часы, - меня не касаются твои личные проблемы!
Сергей Петрович любил манеру поведения «большого начальника», требовательного, который любит, чтобы все было, как он сказал. В какой-то степени такая тактика давала свои результаты. Подчиненные старались сделать всё, лишь бы Сергей Петрович не кричал.
- Я еще раз повторяю, это твои проблемы, у нас не детский сад, - продолжал кричать Сергей Петрович, - свои проблемы решай сам, они не должны влиять на работу корпорации. Володя, в 8.45 быть с отчетом у меня в кабинете. У тебя есть 2 часа 15 минут. Я всё сказал. В 8.45 жду.
Если Сергей Петрович сказал, это должно быть сделано любой ценой. В порыве гнева он переходил на личные оскорбления, но с Володей он вёл себя более сдержанно, чем с другими сотрудниками. Володя в компании пользовался уважением подчиненных, а именно такой человек и нужен был Сергею Петровичу. Он исходил из того, что в компании должен быть злой и добрый начальник. И роль злого исполнял сам Васенев Сергей Петрович, это ему удавалось на пять с плюсом, особо и в роль не приходилось вживаться. Он умел доводить человека до слёз, и получал от этого удовольствие. Он чувствовал власть, что унижая людей, ему никто не смел достойно ответить. Иногда он перегибал палку, даже не иногда, а довольно часто. И в таких случаях, компания могла лишиться ценного сотрудника. И для таких случаев, как раз должен быть добрый начальник. И эту роль исполнял Володя. Эта роль сложностей не вызывала. Володя не только на работе, но и в жизни добрый и порядочный человек. И этот странный тандем Сергей Петрович – Володя, давал фантастические результаты. Каждый последующий год у компании показатели были выше предыдущего. Поэтому Сергей Петрович ценил Володю, вернее не Володю, а результаты, которые достигали они в паре с Володей. Как человек, Володя был ему безразличен, впрочем, как и все люди. Люди это всего лишь инструмент. Главное результат. И Володя его делал. Но сегодня, досталось и Володе, а срываться на Володе Сергей Петрович себе никогда не позволял. Значит, поручение, которое не сделал Володя, для него было очень важным. А может быть, просто приближался новый год, а это был самый нелюбимый праздник Сергея Петровича. И в это время, Сергей Петрович был особенно раздражительным. Его раздражали улыбки людей, смех, видеть радостные лица в новый год ему было неприятно. Он уже давно перестал считать, что для веселья есть повод, даже в такой праздник, как новый год. Единственное, что ему доставляло радость, это увеличение своего капитала. Остальное, всё его раздражало.
Детский дом №10. Спальная комната. Дети спят. Владик Листьев, мальчик восьми лет, назван в честь знаменитого телеведущего. В грудном возрасте его подбросили к дверям детского дома. Была осень, и когда его нашли, он был весь в листьях, опавших с деревьев. Вся страна тогда переживала убийство любимого телеведущего, журналиста, директора первого канала, Влада Листьева. Директор детского дома, к которому подбросили ребенка, был дальним родственником этого телеведущего, и нашедшего в листьях мальчика, он решил назвать в честь этого талантливого и всеми любимого человека. Как и его теска, мальчик очень одаренный, поет в детском хоре, худой, волосы светлые. Он тихо встает, стараясь ни кого не разбудить, идет в коридор. Он заглядывает в кабинет директора детского дома. Директор, мужчина пред пенсионного возраста, седоват, худощав, спит за столом. Видно, что у него было много работы, он так и уснул за рабочим столом. Мальчик тихо закрывает дверь и подходит к окну. Он наблюдает, как падает снег, как снежинки переливаются в свете звезд. Он думает о предстоящем празднике, Новом годе. Он с нетерпением его ждет, это любимый его праздник, как и у всех детей. Очень тихо, чуть еле слышно, шепотом он обращается к Деду Морозу:
- Дорогой Дедушка Мороз, я желаю всем счастливого Нового года. Сделай, чтобы все в этот праздник были счастливы. Сделай так, чтобы Николай Николаевич не уходил на пенсию. Мы его все очень любим и не хотим с ним расставаться. Дедушка Мороз, я не прошу подарить мне на Новый год игрушки, я уже взрослый, если можно сделай, чтобы меня усыновили. Чтобы у меня была своя семья, в которой бы меня любили. Спасибо Дедушка тебе за этот праздник, только в этот праздник можно видеть всех счастливыми.
Звонок телефона будит Николая Николаевича:
- Десятый детский дом, слушаю.
- Николай Николаевич, это Михаил Юрьевич, у меня плохие новости.
- Говорите, - голос был в тревоге.
- В этом месяце вы должны освободить здание.
- Вы понимаете что говорите? Это же дети, куда же мы съедем?
- Мы ничего не можем сделать. Это был вопрос времени. Видит Бог, я сделал все возможное. Сейчас я уже ничего не могу поделать.
- Михаил Юрьевич, вы же глава города, у вас есть власть.
- Здесь замешаны очень влиятельные люди. От меня здесь ничего не зависит.
- Неужели вам не жалко детей? В канун Нового года детишек выселять из дома. Это бесчеловечно. Они ждут этого праздника. Только в это время можно увидеть их счастливые лица. Вы отнимаете у них праздник.
- Мы что-нибудь придумаем.
- Вообще, по какому праву нас выселяют?
- Понимаете, в вашем доме живет всего двадцать детей.
- Двадцать три, - поправил его Николай Николаевич.
- Хорошо двадцать три. Вы занимаете отдельное здание, довольно большое для такого количества людей, у вас большая детская площадка, очень большая прилегающая территория. Городу обходится слишком дорого ваше содержание.
- Перестаньте, вы прекрасно знаете, что финансирование нашего детского дома ужасное.
- Мне очень жаль, Николай Николаевич.
- Что будет с детьми?
- Пока еще не знаю. Скорей всего их распределят по другим детским домам.
- Как распределят? Вы же обещали выделить нам другое здание, поменьше.
- У города нет свободных зданий.
- Михаил Юрьевич, детей нельзя разлучать. Они же все одна семья. Как можно разлучать братьев и сестер. У нас не просто детский дом, у нас семья. А вы разрушаете эту семью. Вы представляете, какой стресс это будет для детей? Само выселение из дома это уже стресс, а разлука это вообще для них будет непоправимым ударом.
- Николай Николаевич, я все понимаю. Не в моей власти что-либо изменить, - в голосе мэра чувствовалось искреннее сожаление.
8.45 Стук в дверь.
- Кто там? – раздраженно спросил Васенев.
Володя, молодой человек лет тридцати, крепкого телосложения, спортивная стрижка, приоткрывает дверь:
- Сергей Петрович, можно?
- Заходи, Володя.
Володя проходит и кладет папку с документами на стол Сергею Петровичу.
- Слушаю Володя, - Сергей Петрович берет папку в руки и начинает листать в ней бумаги.
- Сергей Петрович, здание ткацкой фабрики подписано в нашу собственность, центральный рынок подписан в нашу аренду на десять лет, с итальянцами подписан договор на открытие сети ресторанов.
- Что с детским домом?
- В этом месяце он будет наш.
- Ты мне каждый месяц говоришь, что в этом месяце он будет наш. Сроки уже все вышли, - голос Сергея Петровича был раздраженным.
- С этим проектом есть определенные сложности.
- Володя, запомни, нет в мире ничего сложного. Всё легко. Вся сложность в нашем восприятии.
- Были кое-какие проблемы с документами, все-таки не так просто выселить детей, это все-таки их дом. Сами понимаете.
- Вот в этом и проблема. Проблема в твоем восприятии. У нас не благотворительная организация, бизнес есть бизнес. Если бы ты не думал о детях, а думал бы о бизнесе, то уже давно этот дом был бы нашим.
- Сейчас уже все улажено. В этом месяце здание детского дома будет нашим, и со следующего уже можно будет начать переконструирование его в базу отдыха. Не хватает только подписи мэра. Но буквально пол часа назад мне удалось получить его согласие. Ему просто деваться не куда. Он должен действовать в интересах города, а не в интересах отдельно взятых людей. Здание нуждается в ремонте, городу слишком дорого обходится обслуживание этого здания и его жителей. Гораздо экономичней будет перераспределить детей по другим домам, а здание использовать в коммерческих целях. В этом случае деньги, которые должны будут пойти на обслуживание этого здания останутся все в бюджете города и более того, город еще получит с этого здания порядка 30-ти миллионов рублей в качестве налогов. Так что, отказав нам в подписи, мэра можно будет обвинить в неграмотном управление бюджетом города. Что грозит ему потерей должности. В этом случае подпись поставит другой мэр, который придет на его место. У него безвыходное положение. Он умный человек и прекрасно все сам понимает.
- Володя, если в этом месяце здание не будет нашим, ты будешь уволен. Мне нужны люди, которые могут принимать жесткие решения на пользу дела.
- Но если…
- Никаких если. Более того, я поменяю весь персонал компании. Всех уволю, я не шучу.
- А остальные-то здесь причем?
- Притом! Слишком вы сдружились все! Это мешает работе! Я не намерен больше это терпеть.
- Сергей Петрович, новый год, нельзя же людей уволить в новый год.
- Мне наплевать! Мне наплевать на новый год, мне наплевать что можно, что нельзя, мне наплевать на этих бездельников, которых ты выгораживаешь постоянно, мне наплевать на их семьи, мне наплевать, что они останутся без средств к существованию, пусть с голоду сдохнут, мне на всё наплевать!
- Сергей Петрович…
- Володя! Я слышать больше ничего не хочу! Чтобы не случилось здание должно быть нашим именно в этом месяце. Чтобы не случилось. Ты меня понял?
- Да.
- Выполняй, иди, подписывай с мэром документы, после встречи с ним зайдешь ко мне.
Володя и так затягивал выселение детей из их дома как можно дольше. Но теперь уже тянуть было некуда. Единственное что оставалось, это выполнять поставленную задачу Сергея Петровича. До нового года, дети должны освободить дом.
Детский дом. Общая комната, в которой полным ходом идет ремонт. Посередине комнаты стоит стремянка, валяется строительный мусор, дети с энтузиастом принимали участие в ремонте. Все чем-то заняты, кто-то подметается, кто-то красит стены. Дети как никто другой с особым чувством ждут нового года. Они готовились в этой комнате встречать новый год, по – этому они с особым старанием выполняли все поручения Николая Николаевича по ремонту.- Папа Коля, а когда пойдем за елкой? – радостно подбежал Владик к Николаю Николаевичу.
- Владик, сначала надо закончить ремонт, подготовить ее для праздника, чтобы елка стояла в красивой комнате, и на следующей неделе я думаю, можно будет идти в лес за елкой.
- Так долго?- Владику не терпелось отправиться за елкой.
- Это разве долго?
- А меня возьмете с собой?
- Обязательно.
- Обещаете папа Коля?
- Обещаю, Владик.
- Папа Коля, а Дед Мороз на Новый год к нам придет?
- Владик, какой же Новый год без Деда Мороза? Ты уже загадал желание?
- Папа Коля я не хочу, что бы вы уходили на пенсию.
- Владик, я тоже не хочу, но не всегда получается так, как мы того хотим, некоторые вещи от нас не зависят. Я здесь счастлив и не представляю, что я буду делать без вас.
- Папа Коля, а куда выносить мусор?- к Николаю Николаевичу подбежала девочка лет шести.
- Юлечка, мусор пусть выносят ребята, он тяжелый, а ты лучше помоги тете Маше на кухне, только не забудь помыть руки.
- Хорошо папа Коля, - и девочка с радостью побежала на кухню.
- Владик поехали сейчас на рынок за продуктами и по дороге продолжим наш взрослый разговор. Беги к машине, сейчас я подойду.
- Игорек, я на рынок, остаешься за старшего, следи за порядком, - Николай Николаевич крикнул мальчику одиннадцати лет, который в другом конце комнаты красил стену.
- Так есть, – весело ответил паренек, приняв стойку смирно.
Компания «ИвРесурс». Совещание директоров.
- В этом году мы проделали большую работу, – Сергей Петрович стоял во главе стола, – много сделали, достигли значительного расширения бизнеса, почти вдвое увеличили оборотные средства. Небольшая заминка произошла с детским домом. Некоторые из вас на собрание проголосовали против этого проекта, но большинством голосов проект переоборудования детского дома в развлекательную базу отдыха был принят. В этом месяце дом переходит в нашу собственность. В следующем году предстоит полностью переоборудовать его. На переоборудование будет направлено 10 миллионов долларов. Срок окупаемости 5 лет.
- Довольно большой срок окупаемости, - стал высказываться один из присутствующих, - не целесообразно было бы направить эти деньги в разные более мелкие проекты, чтобы разделить риск?
- Мелкий бизнес, вытесняется более крупным, будущее за акулами бизнеса.
- Что будет с детьми из детского дома? – поинтересовался другой присутствующий.
- Это не имеет отношения к бизнесу.
- Зато имеет отношение к морали.
- Мы занимаемся не моралью, а бизнесом. С детьми ничего страшного не случится. Скорей всего их распределят по другим детским домам. Если вопросов больше нет, предлагаю закончить совещание. Спасибо за внимание все свободны. С наступающим Новым годом.
Люди стали вставать из-за стола и расходится.
- Сергей Петрович, неужели вам не жалко детей? – к генеральному директору подошел один из участников совещания.
- Вы можете купить им другой дом.
- А вы можете у них не отбирать этот.
- Не надо делать из меня злодея, в другом доме они может, будут более счастливы, чем в этом. Если у вас больше вопросов нет, то я займусь другими делами, с вашего позволения.
- Вы поступаете не красиво, – с этими словами собеседник вышел из кабинета.
Зазвонил телефон.
- Слушаю! – взял трубку Васенев.
- Сергей Петрович, это мэр.
- Здравствуйте, Михаил Юрьевич. Вы разве с моим заместителем не все уладили?
- Я хотел бы с вами лично поговорить.
- Слушаю вас.
- Сергей Петрович, вы окончательно решили о приобретение детского дома?
- Решение окончательное и бесповоротное.
- Вы уверены?
- Уверен. Ничего в этом мире не может мое решение поменять! – твердо сказал Сергей Петрович.
- В таком случае мне нужен подробный отчет об использование здания и дальнейшей судьбе детей, которые будут выселены из своего дома.
- Во-первых, это не их дом, а просто временно предоставлен им. Рано или поздно им в любом случае надо будет его освобождать. Во-вторых, этот дом целесообразней использовать для бизнеса. Это здание идеально подходит для дома отдыха. Оно находится на краю города, в живописном месте, экологически чистом районе, рядом протекает речка. В нем будут останавливаться гости города, для которых будут предоставлены бассейн, массажный кабинет, бильярд, теннис, спорт зал, бар, ресторан, танц пол и многое другое. Для желающих будет организована рыбалка, охота, баня. В общем будет все, что бы достойно встретить гостей города. Также сюда могут приезжать отдыхать горожане, естественно, которые себе смогут это позволить. В бюджет города этот проект будет приносить порядка двадцати миллионов рублей в год. Согласитесь, это хорошее пополнение для города.
- А с детьми что?
- На эти деньги для них можно будет приобрести здание поменьше.
- Да, но эти деньги поступят только через года два, а вы их выселяете сейчас.
- Михаил Юрьевич, согласитесь нецелесообразно занимать двадцати детям такое здание.
- Во-первых, их не двадцать, а двадцать три, во вторых другого дома у них нет.
- В крайнем случае, их можно перераспределить по другим детским домам.
- У них семья. Их нельзя разлучать. Уж поскольку вы у них отнимаете дом, предоставьте им другой. Пусть не такой большой, не в таком живописном месте. Но чтобы они остались вместе.
- У меня все деньги в обороте. Если бы даже я захотел им предоставить им другое здание, у меня для этого просто нет свободных денег.
- Пусть это будет на вашей совести.
- Папа Коля, а вы меня научите рулить? – Владику очень нравилось ездить в машине с Николаем Николаевичем.
Машина старенькая, в простонародье “бобик“, но служила верой и правдой. Николай Николаевич любил эту машину, не раз она его выручала.
- Владик, правильно говорить, не рулить, а водить, – улыбаясь, поправил Николай Николаевич.
- Папа Коля, научите меня водить.
- Когда немного подрастешь.
- Но я уже подрос.
- Владик, я понимаю, что тебе не терпится сесть за руль, но пока это невозможно. Сейчас ты еще до педалей не достаешь. Вот и приехали, вылезай.
Владик с Николаем Николаевичем вышли из машины.
- Давай посмотрим, что купить нам написала тетя Маша, – из кармана пальто Николай Николаевич достал список, – где здесь продается картошка?
- Папа Коля, я вижу, вон там, пойдемте, – Владик указал на ряд, где продавали овощи.
- Ну, веди.
Владик с Николаем Николаевичем идут по рядам прицениваясь, сколько стоит картофель.
- Почем картофель? – интересуется Николай Николаевич.
- По двенадцать, – ответил продавец, азербайджанец лет сорока.
- На прошлой неделе была у всех по десять, сейчас по двенадцать?
- А вы, что не слышали?
- Чего?
- У рынка новый владелец, который поднял арендную плату, что отразилось и на нашей цене.
- И кто теперь этот новый владелец
- Васенев.
- Какой Васенев? – удивился Николай Николаевич.
- Васенев Сергей Петрович, слышали о нем?
- Да лучше бы не слышал.
Николая Николаевича аж передернуло от этой фамилии. Он много о нем слышал, но не разу его не видел. Хотя Николай Николаевич много раз пытался встретиться с Васеневым, чтобы его убедить, не забирать детский дом у детей, но его так не разу и не пустили к нему. Единственное, ему удавалась встретиться с его заместителем, Володей, но Володя не мог ни чем помочь. Даже просто устроить встречу. Васенев наотрез отказывался встречаться с директором детского дома.
- Да, это не человек, а дьявол, - продолжал жаловаться продавец, - деньги для него важней, чем люди. Я уже думаю на другой рынок переходить. Чувствую, здесь житья он не даст. А я ведь здесь двенадцать лет проработал.
- Бог судья этому Васеневу, - тяжело вздохнул Николай Николаевич. - Ты мне лучше скажи, двенадцать это окончательная цена?
- А сколько хочешь взять?
- Пару мешков возьму.
- Максимум до одинадцати скину, больше не могу. Сейчас и так одни убытки терплю.
- Понимаете, я не для себя беру. Я директор детского дома, эту картошку покупаю для детишек.
- А разве вам не привозят продукты?
- Привозят, но их не хватает, поэтому приходится докупать. Ради детишек скинь хотя бы до десяти.
- Если бы не повышение арендной платы я бы тебе бесплатно этой картошки дал. Но сейчас не могу.
- Я не бесплатно прошу. Я прошу немного уступить. Иначе придется идти дальше искать.
- Только ради детишек отдаю за десять рублей пятьдесят копеек, дешевле тебе здесь никто не продаст.
- Хорошо, до машины только поможешь донести.
- Конечно дорогой.
- Я к Михаилу Юрьевичу, – Володя пришел на прием к мэру.
- Минуточку, сейчас я доложу, как вас представить? – красивая девушка лет двадцати пяти взяла трубку телефона.
- Скажите это Володя из « ИвРесурса », у меня назначено.
- Михаил Юрьевич, к вам пришел Владимир из «ИвРесурса». Хорошо, – девушка положила трубку, – проходите, он вас ждет.
- Спасибо, – Володя открыл дверь в кабинет мэра.
- Проходите Володя, – мэр увидел в дверях Владимира.
- Здравствуйте, Михаил Юрьевич, – Володя прошел к столу мэра и протянул руку.
- Здравствуйте, присаживайтесь, – мэр привстал из-за стола и пожал Володе руку.
- Я принес вам документы на подпись, – Володя положил папку с бумагами на стол мэра – здесь проект о переоборудовании детского дома в базу отдыха.
Мэр взял папку в руки.
- Документы все в порядке, юристы ваши с ними ознакомились, копии им были отосланы еще в прошлом месяце, – продолжил Володя.
- Я в курсе, они мне доложили, – сухо сказал мэр.
- Тогда я не вижу причины для отказа.
- Мое мнение к этому проекту вы знаете, я подпишу, потому что у меня нет выхода.
- Михаил Юрьевич, я сам не в восторге от всего этого.
- Володя, я хотел бы с вами поговорить не как мэр. Я знаю, что затягивать это дело больше нельзя. Я понимаю, что это ваша работа, но нельзя же ставить деньги выше всего.
- Я с вами согласен, – Володя искренне согласился с мэром.
- Я вижу у вас доброе сердце, ответе мне Володя, почему в этой грязной игре должны страдать дети? Они же невинные создания, которых судьба и так лишила любви родителей, вы подумали, как это все отразится у них на психике? Володя, вы как человек, который входит в близкое окружение Васенева, повлияйте как-нибудь на него. Может вас он послушает.
- На него уже никто не повлияет. В этом возрасте люди не меняются. Для него нет ничего святого, ради денег он переступит через кого угодно.
- Володя, хотя бы выселение перенесите на январь. Не в канун же Нового года детей выселять. Дайте им праздник дома встретить.
- Михаил Юрьевич, я, как и вы связан по рукам и ногам в своих действиях. Я ничего не могу сделать. Единственный человек, который может все это прекратить это сам Васенев. А он мне сам сказал, что бы не случилось, здание в этом месяце должно освободиться. И настроен он очень решительно. Честно вам скажу, здесь можно надеяться только на чудо.
Сергей Петрович сидел в кресле у себя в кабинете и играл на гитаре. Это особенная гитара. Как гитара может она и не представляла большой ценности, но на этой гитаре стоял автограф Пола МакКартни. В России больше ни у кого не было такой гитары. И этим очень гордился Васенев. Он посмотрел на часы, и отложил гитару в сторону. Собрал в свой портфель документы и вышел из офиса.
- Наташа, если кто меня будет спрашивать, скажите, буду в 15.00, - сказал своей секретарше Васенев.
- Хорошо Сергей Петрович.
Васенев спустился на лифте и вышел из здания. У входа его ждал автомобиль, внушительного размера джип черного цвета. Васенев прошел к джипу.
Перед автомобилем к нему подбегают дети.
- С наступающим Новым годом вас, мы собираем деньги на постройку городского катка...
- Лучше бы школу не прогуливали, – не дал им договорить Васенев и садится в джип.
- Поехали, Алеша, – обратился он к водителю.
Водитель заводит машину и трогается с места.
- Куда ехать Сергей Петрович? – спросил водитель.
- Домой, – задумчиво ответил Васенев.
- Что-то вы сегодня очень усталым выглядите.
- Трудный день. Еще столько предстоит успеть сделать до Нового года.
- Отдохнули бы, пожалели бы себя.
- Отдохну после Нового года.
- Детский дом уже ваш?
- А ты-то откуда знаешь про детский дом?
- А сейчас только все про это и говорят.
- Это кто все?
- Да весь город.
- И что же говорят?
- Ну, что вы детей в канун Нового года из дома выселяете.
- Нашли из чего проблему раздувать, как будто больше говорить не о чем. Их же в самом деле не на улицу выселяют.
- Да, но это все-таки дети, их судьба в ваших руках.
- Алеша, следи лучше за дорогой, и не лезь в бизнес. Я же не учу тебя водить автомобиль.
- Как скажите, Сергей Петрович.
Джип подъехал к коттеджу. Двухэтажный дом из красного кирпича, перед домом высокий забор тоже из красного кирпича, с большими металлическими воротами. Сергей Петрович выходит из джипа и проходит в дом. На пороге его встречает жена, Елена, женщина сорока двух лет, но выглядит лет на пять моложе.
- Проходи Сережа, обед готов, я уже стол накрыла.
- Спасибо Леночка, – устало сказал Сергей Петрович.
Он проходит на кухню и садится за стол, пододвигает к себе тарелку супа. Елена садится рядом с ним.
- Что-то ты сегодня какой-то измученный, – начинает разговор жена.
- Устал просто.
- Много работы?
- В праздники всегда так. Надо будет куда-нибудь съездить отдохнуть, снять напряжение. Завтра заедь в какое-нибудь турагентство, посмотри, что они там предлагают на новогодние праздники.
- Хорошо Сережа.
- Приготовь сегодня вечером, Леночка, романтический ужин при свечах. Достань из погреба бутылочку хорошего вина. Посидим, расслабимся.
- С удовольствием Сережа.
- Лен, включи телевизор, так давно его не смотрел.
Жена включает телевизор, где по местному каналу в новостях говорят о переходе здания детского дома в собственность компании Васенева. О жадности Васенева, что он отнимает у детей Новый год.
- Всем кому не безразлична судьба детей, пишите в редакцию ИТВ, – диктор с телевизора смотрел прямо в глаза Васеневу, что последнему стало даже не по себе.
- Выключи, - раздраженно сказал Сергей Петрович. – Суются в это все кому не лень. Как у нас в России любят лезть в чужие дела.
- Успокойся Сереж, не нервничай, – Елена старалась говорить как можно мягче.
- Как здесь успокоишься, когда все считают своим долгом высказать свое мнение в этом вопросе.
- Сереж, может на самом деле оставить этот дом в покое. Он тебе столько проблем доставляет. И детишки останутся в своем доме.
- Лен и ты туда же?
- Сереж, ну я же вижу, как ты переживаешь. Ты стал таким нервным, когда затеял этот проект.
- И ты меня учить вздумала?
- Сереж, не волнуйся. Ну не ужели тебе не жалко детишек? – мягко спросила жена.
- Я не делаю ни какого преступления, все законно, все бумаги в порядке, мне не в чем себя винить.
- Сереж, мы могли бы из этого дома кого-нибудь из детишек к себе забрать жить. У нас нет своих детей, мы могли бы кого-нибудь из детишек сделать счастливым, подарить ему всю свою любовь. Это так здорово видеть, как ребенок бегает по дому, слышать детский смех.
Это такое счастье.
- Опять ты эту тему поднимаешь. Мы же договорились, как улажу все проблемы, так и обсудим этот вопрос.
- Ты их никогда не уладишь. Это просто отговорка. Мы уже не молоды. Из-за твоего бизнеса мы в свое время не завели детей. У тебя всегда были какие-то проблемы, тебе всегда было некогда. Твоя работа для тебя важнее, чем семья, я не понимаю, почему ты не хочешь завести ребенка, – Елена уже не могла себя сдерживать.
- Ты не представляешь, сколько от них проблем. Они постоянно шумят, они требуют к себе постоянного внимания.
- Сереж, это и есть счастье. Слышать счастливый смех ребенка, видеть, как он растет.
- Лен, у меня нет времени на детей, у меня сейчас другие дела, – уже кричал Васенев.
- Какие у тебя дела, отнять у детей их родной дом, лишить их Нового года? Сереж, не делай этого. Может когда-нибудь, кто-нибудь из них будет нашим, как ты ему в глаза посмотришь?
- Я ни у кого ничего не отнимаю. Они его встретят счастливо в другом месте. И я не хочу больше об этом говорить, – Васенев швырнул со стола тарелку.
- Как хочешь, – негромко сказала Елена немного погодя и вышла из кухни.
Васенев остался молча, сидеть за столом. Он смотрел в окно, за которым шел снег.
В это же время так же в окне за падающими снежинками наблюдал Владик.
- О чем думаешь? – к Владику подошел Николай Николаевич.
- Папа Коля, а правда, что нас выгоняют?
- Что ты имеешь в виду?
- По телевизору сказали, что наш дом продали какому-то бизнесмену.
- Да это правда.
- Но это же наш дом, как можно его продавать?
- Да, но здесь ничего не поделаешь.
- Что же с нами будет?
- Правительство еще решает.
- А зачем мы ремонтируем зал, сказали, что нам даже не дадут здесь встретить Новый год. Это правда?
- Владик, в этом году дом еще наш. 1, 2 января праздничные дни, все будут отмечать Новый год, поэтому я думаю, мы съедим отсюда не раньше третьего числа. Так что Новый год мы встретим здесь.
- Правда?
- Не отчаивайся Владик, все будет хорошо. А сейчас пойдем на кухню обедать, тетя Маша сварила вкусные щи.
И они пошли на кухню.
Сергей Петрович подъехал к рабочему зданию на джипе, на улице уже было темно, он вышел из машины и прошел в дом. Ни с кем, не говоря, прошел мимо охраны, поднялся на лифте на свой этаж.
- Наташа, попросите зайти Володю ко мне, – сказал сухо секретарю Сергей Петрович, когда заходил в офис.
Васенев прошел к рабочему столу и начал нервно перебирать бумаги на столе.
- Наташ, не знаешь что ему надо? – улыбаясь, спросил Володя, когда подошел к кабинету боса.
- Нет. Но он чем-то был не доволен. Так что помягче там с ним.
- Спасибо, что предупредила.
- Удачи Володя.
- Сергей Петрович, вызывали? – Володя зашел в кабинет.
- Да, с мэром встречался?
- Да.
- Результаты?
- Как я и говорил, он все подписал. Детский дом наш.
- Какого числа он переходит в нашу собственность?
- Формально, дом уже в нашей собственности.
- В смысле формально?
- До тридцать первого декабря живущим в детском доме людям дается время собраться и переехать.
- Почему так долго? Тридцать первое декабря это крайний срок. Не надо тянуть до последнего.
- Поймите, нельзя в одну секунду взять и выставить детей на улицу. Надо решить вопрос куда они переедут.
- Это наши проблемы?
- Да.
- Володя, это проблемы администрации города. Пусть они этим и занимаются.
- Но это мы забираем детский дом, а значит, несем ответственность за детей.
- Володя, каждый должен заниматься своим делом. Куда девать детей, это работа администрации, а не наша. Дети на балансе города. Почему мы должны разгребать чужие проблемы? У нас своих проблем достаточно!
- Сергей Петрович, я с вами не согласен.
- А мне плевать, согласен ты или нет. Делай, что тебе полагается делать. Пусть дом освободят немедленно.
- Это невозможно. Вы можете меня уволить, но до тридцать первого декабря мы ничего сделать не сможем.
- Хорошо. Значит, тридцать первого декабря в 24.00 дом должен быть освобожден, и ни минутой позже!
- По документам да.
- Что значит по документам?
- Сергей Петрович, первого, второго числа праздничные дни, рабочие преступят к работе только третьего января. Так что можно разрешить детям встретить Новый год в своем доме.
- Володя, мне кажется, ты меня плохо слышал. Я сказал, в этом году здание должно освободиться.
- Сергей Петрович, какая разница, когда они его освободят. Рабочие все равно раньше от этого не преступят к работе.
- Не слишком ли ты умным стал? – кричал Васенев.
- Сергей Петрович, вы получили, что хотели. Разрешите детям хотя бы встретить Новый год дома, это же семейный праздник, нельзя в этот день их разлучать. Здание все равно же будет простаивать.
- Значит, будет простаивать. Володя, тебе поручаю проследить, чтобы здание тридцать первого декабря освободили до 24.00. Сам лично поедешь и примешь здание в нашу собственность. В противном случае будешь уволен. Мое терпение не безгранично. Ты потеряешь все. Тебя в дворники даже нигде не возьмут. Поверь мне, со своими связями мне будет не сложно это сделать.
- Я не понимаю вас, Сергей Петрович, нельзя так. Новый год, это праздник добра и любви, чудес и волшебства.
- Чудес не бывает. В твоем возрасте пора бы это знать.
- Мне очень жаль вас. Вы несчастный человек.
- Дорогой Володя, я не могу быть несчастным. У меня есть все, о чем можно только мечтать. Я могу все купить.
- Любовь окружающих людей вы не купите, подумайте об этом, – спокойно сказал Володя и вышел из кабинета.
Васенев остался один в кабинете. Он сел за стол и стал смотреть куда-то в пустоту. Унылое настроение в канун нового года стало обычным делом.
- Неужели Володя прав? – размышлял Васенев, – меня действительно никто не любит, я со всеми поругался, даже с женой. Когда я последний раз радовался Новому году?
Он забыл, что по его просьбе жена приготовила ему романтический ужин при свечах и сейчас ждала его за столом в одиночестве дома. Васенев встал из-за стола, подошел к шкафу с баром. Он достал бутылку с виски и налил себе стопку. Не отходя от шкафа, он выпил стопку, ни чем не закусив. Васенев посмотрел на часы, было 22.30. Он прошел к столу, свалил со стола все бумаги в выдвижной ящик. Не спеша, прошел к шкафу с одеждой, одел пальто и вышел из кабинета.
Васенев вышел из здания и прошел к машине. Вокруг гуляли люди, веселились, взрывали хлопушки. Но Васенев всего этого не замечал. Он не чувствовал приближения праздника. Не было праздничного настроения. Васенев сел в джип.
- Трудный сегодня день, что-то даже голова разболелась, – Васенев выглядел утомленным.
- Куда ехать? – спросил водитель.
- Домой.
Водитель завел автомобиль.
- А вообще-то подожди. Прогуляюська я лучше пешком. Проветрюсь, погода хорошая. Подышу свежим воздухом, – Васенев вышел из машины, – поезжай Алеша.
- С вами все в порядке? – выглянув из машины, поинтересовался водитель.
- Не волнуйся Алеша, я в порядке.
Джип уехал. Васенев остался стоять на улице.
- С наступающим вас, папаша, – мимо проходила веселая компания.
- И вас с праздником, ребята, – Васенев посмотрел им в след.
- Папаша, неужели я такой старый? – думал Васенев.
Он брел по улицам в подавленном настроение, размышляя над разговором с мэром, женой, над Володиными словами. Канун нового года, а он уже успел со всеми поругаться, даже с теми немногими людьми, которые не смотря ни на что желали ему добра.
- Неужели я на самом деле такой негодяй, лишаю детей праздника? Я ведь на самом деле несчастный человек, и других делаю несчастными, – Васенев посмотрел вверх на звездное небо, будто ища там ответа, – Господи, как же так получилось, как я превратился в такое ужасное существо?
Так размышляя, он забрел в какой-то незнакомый район.
Улицу освещает один тусклый фонарь. Васенев осмотрелся и увидел не вдалеке какой-то бар. Над дверью в темноте светилась вывеска «Нора барсука». Рядом с баром был мусорный контейнер, в котором что-то усердно искали бродячие коты, рядом с контейнером валялись мусорные мешки. Раньше Васеневу было бы противно здесь проходить, а сейчас он даже всего этого не заметил и зашел в бар.
- У вас виски есть? – поинтересовался Васенев у бармена.
- Да.
- Бутылку виски и что-нибудь закусить.
Бармен выставил заказ на стойку бара.
- С вас одна тысяча восемьсот двадцать рублей.
Васенев достал туго набитый деньгами бумажник и положил на барную стойку две тысячные купюры.
- Сдачи не надо.
Недалеко от барной стойки, молодые ребята играли в бильярд и посматривали на нового гостя.
Васенев налил стопку.
- Счастливого Нового года, – Васенев посмотрел на бармена и выпил стопку.
- Я раньше вас здесь не видел, в первый раз у нас? – поинтересовался бармен.
- Да, случайно сюда забрел.
- У нас редко здесь виски заказывают.
- А у вас здесь ничего, давненько я не был в таких заведениях.
Васенев выпил еще стопку.
- Тебя как зовут? – обратился Васенев к бармену.
- Антон.
- А меня Сергей Петрович. Антош, зови меня просто Сергеем, я ведь еще не совсем старый, правда?
- Да нет, еще не совсем, Сергей, – ответил бармен, удивленно посмотрев на Васенева.
- Партеечку в бильярд сыграть не желаете? – к Васеневу подошел один из молодых ребят.
- Не играю, – опустошенно ответил Васенев.
- Развлечетесь, отвлечетесь от грустных мыслей.
- Нет спасибо. В другой раз.
- Хорошо, в другой раз, так в другой раз, – молодой человек повернулся и пошел назад к друзьям.
- Эй, как там тебя, - окликнул его Васенев, - подожди.
Молодой человек повернулся.
- Как тебя зовут? – спросил Васенев.
- Роман.
- Ром, извини, мне действительно сейчас не до бильярда.
- Ничего страшного, я понял, - ответил Роман.
Васенев опять достал свой бумажник и положил две тысячных купюры на стойку бара.
- Антош, дай еще бутылку виски.
Бармен достал бутылку виски.
- Ром, с наступающим, это от меня, - Васенев встал из-за стойки и пожал руку Роману.
- Спасибо, и вас с наступающим, - Роман взял виски и направился к своим друзьям к бильярдному столу.
- Антош, а ведь он прав.
- Кто?
- Володя.
- Какой Володя?
- Мой зам. Хороший он парень. Зря я так с ним. Знаешь что?
- Что?
- Я только сейчас это понял.
- Что?
- Что Володя прав.
- В чем прав?
- Во всем. Вообще все правы. Ты согласен со мной?
- Я не понимаю о чем вы.
- Это не важно, Андрюш.
- Антон.
- Извини, Антон.
- Ничего страшного.
- Я одержал большую победу.
- Какую?
- Я понял, что Володя прав. Это огромная победа.
Васенев потерял счет времени и рассуждал вслух о жизни с барменом до глубокой ночи. Бармен его не слушал, но Васеневу было все равно. Часа три Васенев просидел за стойкой. Уже поздно ночью, выпив всю бутылку виски, Васенев решил, что пора уже идти домой.
- Антош, а сколько времени?
- Два часа ночи, - ответил бармен.
- Надо идти, поздно, жена наверно беспокоится, хотя, что обо мне беспокоиться?
Васенев шатаясь, вышел из-за стойки. Бармен помог ему выйти из бара.
- Дойдете? Может вам лучше такси вызвать? – спросил Антон.
- Я еще в норме, не беспокойся Антош, в моем возрасте полезно ходить пешком. Это тебе чаевые, – Васенев вложил в руку бармену несколько крупных купюр.
- Спасибо, счастливого Нового года, – Антон зашел обратно в бар.
Васенев посмотрел вдаль улицы и медленно, немного шатаясь, пошел.
- А Володя все-таки прав. Надо детям разрешить встретить Новый год дома. Завтра скажу ему, что бы выселение перенес на третье января. Пусть дети новый год встретят дома.
Васенев стоял в тёмном переулке, недалеко от бара и соображал, где находится его дом.
- Закурить не будет? – к Васеневу обратился молодой человек, который предлагал в баре сыграть в бильярд. Он стоял со своими друзьями и смотрел на Васенева.
- Не курю, - ответил Васенев.
- Папаша, надо делиться с ближними, - проявили настойчивость ребята.
Оценив данную ситуацию, Васенев достал из-под пальто пистолет, но в этот момент получил глухой удар по затылку.
Глава 2
Сан Саныч, человек без определенного места жительства, лет пятидесяти, спокойный, добродушный человек, в прошлом электрик. Каждый день у него начинался одинаково. Как светало, он отправлялся к мусорному контейнеру бара «Нора барсука» завтракать, так как это было ближнее место от люка, в котором он жил. Утром в нем можно найти недоеденную пищу из бара. И в это утро, не спеша, он шел в хорошем настроение к этому контейнеру, который он уже считал своим. Как всегда в нем были навалены мешки с мусором. Подойдя, Сан Саныч начал разбирать мешки, под которыми он нашел человека. Это был Васенев.
- Твою дивизию, извиняюсь за свой французский! – выругался Саныч, увидев без сознания человека.
- Эй, мистер, – дернул за рукав Сан Саныч Васенева. – Мистер, что вы здесь делаете, вы слышите меня?
Человек приоткрыл глаза.
- Проснулся?
- Где я? – еле-еле сказал Васенев.
- Не перестаю удивляться, до чего люди могут докатиться, - искренне удивился Сан Саныч, решив, что он просто пьян. - Ты в моем контейнере, я здесь питаюсь, а ты сюда с грязными ногами запоролся. Так что вылезай из моей кормушки и ищи себе другую.
Потихоньку, Васенев начал вылезать из мусора.
- Давай я помогу, – Сан Саныч взял его за руки и помог выбраться.
Васенев стоял небритый, непричесанный, в помятых и грязных рубашке и брюках. Грабители кроме денег и пистолета забрали пальто, пиджак и обувь. Глядя на него нельзя было даже подумать, что это один из самых влиятельных людей в городе, богатый бизнесмен, купивший недавно городской рынок и детский дом.
- Что-то ты не по погоде одет, мил человек, – посмотрев на него с жалостью, сказал Сан Саныч, – шмотки-то твои где?
- Не знаю.
Сан Саныч достал из кармана фуфайки бутылку самогона и граненый стакан.
- Выпей, пока не окочурился, – протянул он новому знакомому стакан, – домашний самогон, хороший.
Если бы еще вчера Васеневу сказали, что он будет пить самогон с каким-то бомжом, он бы счел этого человека за сумасшедшего.
- Ноги замерзли, - пожаловался Васенев.
- Ладно, пойдем ко мне, я здесь неподалеку живу, дам тебе кое-какую одежонку.
Выйдя из переулка и пройдя метров пятьдесят, они остановились перед люком.
- Вот и пришли, - сказал Сан Саныч.
- Ты здесь живешь?
- Да.
Сан Саныч спустился первым и включил свет. Васенев спустился за ним.
- Ну, как, нравится?
- Здесь тепло.
- Сейчас согреешься, трубы горячие, располагайся на кровати поближе к трубам, ноги прям на трубы ложи.
Васенев лег на кровать, которая представляла из себя доски положенные на кирпичи, поверх досок вместо матраса была положена старая одежда.
- А ничего здесь у вас, – оглядываясь, сказал Васенев.
- Я правда здесь не один живу, здесь еще двое живут, но днем жилище пустует, все в поисках пропитания. Так что день можешь здесь провести. А ночевать пойдешь к себе, ты вообще где ночуешь, на помойках?
- Наверно.
- И давно?
- Не помню.
- Как до жизни-то до такой докатился, помнишь?
- Нет.
Сан Саныч копался в старых фуфайках, что бы подыскать что-нибудь Васеневу.
- Как зовут, тоже не помнишь?
- Нет.
- Как же обозвать тогда тебя? – Сан Саныч задумался, - Ну… так как я тебя нашел в мусорных мешках, будешь Мишкой, согласен?
- Нормальное имя.
- Ну и отлично, меня все называют Сан Санычем, можно просто Санычем - протянул он руку Васеневу.
- Миша, можно просто Михалыч.
- Ну, вот и познакомились. Вот что, фуфаек здесь полно, что-нибудь подберем, а вот с обувью проблема, без лаптей сейчас никак нельзя. В общем, ты оставайся здесь, грейся, а я пойду что-нибудь тебе на ноги подыщу, вечером вернусь.
- Сан Саныч, а если сюда кто придет, меня не выгонят?
- Не волнуйся, скажешь, Саныч разрешил.
- Спасибо, без тебя бы я наверно на смерть бы окочурился там, не знаю как тебя и благодарить.
- Никак, я точно знаю, что если бы мне понадобилась помощь, ты бы мне тоже помог. Я хороших людей сразу вижу.
Корпорация «ИвРесурс».
- Наташа, Сергей Петрович так и не объявлялся? – спросил Володя у секретаря Васенева.
- Нет.
- Куда же этот черт делся?
- Володя, а мобильный у него не отвечает?
- Нет.
- А домой ему звонил.
- Нет. Наташ набери его домашний.
Наташа набрала телефон.
- Здравствуйте Елена Дмитриевна, это Наталья, Сергей Петрович дома? Ночевать не приходил?
Володя подошел к Наташе и взял у нее трубку.
- Лен, это Володя, Сергей Петрович ночевать не приходил?
- Нет, – у Елены дрожал голос.
- А где он может быть?
- Не знаю, - Володя услышал, как Лена плачет, - Мы вчера с ним поругались.
- Лен не переживай, может он в какой гостинице остановился ночевать. В общем, я обзвоню все гостиницы, больницы, милицию. Потом позвоню тебе.
- Володя, только сразу позвони мне, как будут какие-то новости.
- Обязательно, Лен. Не волнуйся, все будет хорошо.
Володя положил трубку.
- Куда мог пропасть этот старый пень, он никогда о других не думал, только о себе. Жену хотя бы мог предупредить.
Зазвонил телефон.
- Главный офис Васенева, оператор Наталья, слушаю вас, – Наташа взяла трубку, - его нет.
- Тебя, мэр, – Наташа протянула трубку Володе.
- Слушаю, Михаил Юрьевич, - Володя взял трубку.
- Володя, где Васенев?
- Не знаю, сами его ищем.
- Что-то на него не похоже, чтобы вот так пропасть никого не предупредив.
- Да, я тоже не помню, что бы вот так он пропадал.
- Володя как он объявится, дай знать.
- Хорошо Михаил Юрьевич.
Володя расстроенный положил трубку.
- Тоже Васенева ищет? - поинтересовалась Наташа.
- Да
- Володь, а с детским домом теперь что будет?
- А ничего не изменилось. Документы о переходе в собственность и на выселение детей готовы, все подписано, все зарегистрировано. Единственное на что я надеялся, что он хотя бы выселение перенесет на третье или четвертое января, даст детям встретить Новый год, а этого поросенка нет. Так что дети будут выселены тридцать первого декабря. Вот не пропадалось ему на прошлой недели, когда документы не были готовы, когда все подписали он пропал, таракан вшивый, – Володи действительно было обидно за детей.
- Жаль детишек, – вздохнув, сказала Наташа.
- Мне тоже, но я не могу ничего здесь изменить. Наташ, я пойду к себе обзванивать больницы, морги, если кто будет спрашивать Васенева, направляй ко мне.
- Хорошо Володя.
Васенев лежал на так называемой кровати, у горячих труб. И читал старую газету. В это время открылся люк на верху и по лестнице стал спускаться Сан Саныч с каким-то мешком в руке.
- Ну как, согрелся ? – поинтересовался Сан Саныч, когда спустился.
- Да, здесь очень тепло и уютно, это самое лучшее жилище, в котором я был.
- Я тебе обувь раздобыл, - сказал Сан Саныч, копаясь в мешке с которым пришел.
- Даже не знаю как тебя и благодарить, - привстал с кровати Васенев.
- Я всегда рад помочь хорошему человеку.
Сан Саныч достал обувь. Ботинки оказались разными, разного фасона и размера. Левый ботинок был с большим круглым носом, правый с длинным острым носом. Но это было не важно. Васенев был искренне тронут таким вниманием.
- Ну, примеряй.
Васенев одел эти ботинки.
- Как по мне сделаны, более удобной обуви у меня и не было. Сан Саныч я так тронут твоим вниманием.
- Главное, что бы тебе они нравились. Специально на Горбушку ходил за ними.
- Горбушка это торговый центр?
- Нет, свалка, – удивленно смотрел Саныч на Васенева, - Туда все мои знакомые одеваться ходят. Видать здорово у тебя память отшибло. Даже свалку не помнишь. Тебе обязательно там надо побывать. Уверен, тебе там понравится. Может, что вспомнил бы там. Ты же раньше ходил на какую-то свалку одеваться.
- Ходил, наверно.
- Ну вот, завтра я тебя туда приведу, может, вернется память, когда увидишь знакомые места.
Сейчас тебе еще пальтишко подберем, и тебе никакие холода не будут страшны.
Саныч стал копаться в каком-то хламе.
Детский дом. Дети в зале готовятся к музыкальному конкурсу, который должен состояться в сорок первой школе, тридцать первого декабря. Главный приз музыкальные инструменты. Дети со всех школ съедутся на этот конкурс. Соберутся очень сильные команды всех стилей и направлений. В жюри будут знаменитые артисты, которые и будут оценивать исполнителей, от их решения и будет зависеть, кому же достанутся музыкальные инструменты. Ребята серьезно настроены победить и помногу репетируют. Четверо ребят постарше играют на инструментах, остальные поют в хоре. Владику, как самому музыкальному, отводится сольная партия. Но эта репетиция проходит без него. Николай Николаевич в данный момент с ним занимается по математике.
- Папа Коля, ну можно я пойду со всеми репетировать?
- Владик, решишь эти примеры и пойдешь.
- Я не могу, не мое это.
- Я помогу тебе. Здесь же все просто.
Зал находился по соседству, и было слышно, как дети репетировали. Доносилась песня Битлз «Twist and shout».
- Папа Коля, это моя любимая песня. Отпустите меня пожалуйста.
Владик так жалобно посмотрел на Николая Николаевича, что Николай Николаевич не смог ему отказать.
- Тогда вечером доделаем уроки.
- Хорошо.
- Ладно, беги, репетируй.
- Ура!
Владик с веселым криком побежал в зал.
- Ну что с ними будешь делать? - сказал Николай Николаевич тете Вале, которая сидела рядом в кресле и что-то вязала.
- А ничего здесь не поделаешь, дети есть дети.
- Не представляю, что я буду без них делать.
- Значит, уже точно нас выселяют.
- Точно, знали бы вы как мне тяжело. Вы то куда пойдете?
- Не знаю, я здесь уже двадцать девять лет проработала, это моя семья.
- Никогда не думал, что нас будут выселять отсюда.
- А вы то сами куда?
- Пойду на заслуженный отдых, буду корзинки вязать, говорят, они на базаре хорошо расходятся.
- Не представляю вас за прилавком на рынке, вы же никогда ничего не продавали, вы только всем все дарите.
- А я торгашам тамошним буду их сдавать, а они пускай продают, – начал шутить Николай Николаевич.
- Они вас в два счета обманут, – Тете Вале приятно было видеть, что Николай Николаевич уже шутит.
- А я вас финансовым консультантом к себе возьму работать.
- Я дорого стою.
- Не вопрос.
- Хорош из вас бизнесмен, финансовым консультантом няню нанимать. - Тетя Валя уже во всю смеялась с Николаем Николаевичем.
- Как хорошо мне с вами, даже не верится, что последние денечки здесь дорабатываем.
- Не горюйте, все образумится.
- Тетя Валя, добрый вы человек, у меня однокурсник глав врачом в первой городской больнице работает, я его попрошу что бы он вас санитаркой взял работать.
- Мы то ладно, мы свое пожили, а дети только начинают жить, и сразу с такой жестокостью сталкиваются.
- Деньги во всем виноваты.
- Да-а, Николай Николаевич, дожили мы, деньги сейчас важнее детей. Как они только Бога не боятся.
- А что им боятся, деньги их Бог, – с грустью сказал Николай Николаевич.
В соседней комнате было слышно, как ребята играют Twist and shout.
В это самое время в офисе Васенева в полумраке в кресле сидел Володя и наигрывал эту же песню на гитаре, только немного в замедленном темпе, от чего она казалась более грустной. В дверном проеме стояла Наташа и слушала, как играет Володя. Когда прозвучал последний аккорд, на несколько секунд настала тишина, которую нарушала Наташа.
- Володя, уже поздно домой не собираешься? Все уже ушли.
- Поиграю еще немного, и пойду.
- Я не знала, что ты так хорошо играешь.
- Тебе понравилось?
- Очень. Как в другое измерение попала.
- А эта музыка и есть не от мира сего. Ее очень Сергей Петрович любил. Поздно вечером, когда все расходились домой, он так же садился в это кресло и играл. Это было бесподобно.
Жаль, что он стал таким.
- Интересно, где он сейчас?
- Да, хотел бы я знать. Не смотря, на то, что он стал очень эгоистичным, есть еще люди, которые его любят, хотя он этого и не достоин.
- Гитара у тебя не обычная.
- Эта гитара Сергея Петровича. С ней вообще связана необычная история.
- Какая?
- Ты все равно не поверишь.
- Ну, расскажи, вдруг поверю.
- Помнишь, в Россию приезжал Пол МакКартни?
- Как же не помнить, сам президент его встречал. Тогда во всех новостях только об этом и говорили.
- Вот, но посчастливилось увидеть и пообщаться с Полом не только президенту.
- Неужели ты хочешь сказать, что и ….
- 24 мая 2003 года, перед концертом Пол давал интервью журналистам. Кроме журналистов было разрешено присутствовать еще и представителям Битлз - организаций. От русского Битлз клуба на интервью приехал конечно Васенев.
- Он входит в Русский Битлз клуб? – удивленно спросила Наташа.
- Он не просто входит в клуб, в свое время он был даже президентом клуба. Вел переписку с друзьями и людьми из близкого окружения Битлз. Йоко Оно, Питом Бестом… По приглашению первого менеджера Битлз он даже ездил в Ливерпуль. В молодости у него даже была своя группа, которая подражала Битлз. И у него была мечта, спеть дуэтом с кем-нибудь из Битлз.
- А сейчас он уже не президент клуба? – Наташа искренне заинтересовалась этой историй, и уже сама забыла про позднее время.
- Нет. Он стоял у истоков создания этого клуба, но со временем, он все больше и больше погружался в бизнес, и заниматься фэн клубом у него уже не оставалось времени.
- Очень жаль.
- Так вот, на интервью он пошел не просто так, а пошел с гитарой. Когда закончилось интервью, не знаю, как ему это удалось, он всегда своего добивался. В общем, всеми правдами и не правдами он смог пробраться в окружение Пола, и лично встретиться с Полом. И естественно рассказал ему о своей мечте.
- И что же Пол? – Наташе с нетерпением расспрашивала Володю.
- Легенда гласит, что Пол вместе с ним пел All you need is love . После чего, Пол на его гитаре написал All you need is love, поставил дату и расписался.
Володя медленно перевернул гитару, с обратной стороны которой было написано All you need is love 24/05/03 Paul McCartney.
Васенев стоял в своей «новой» одежде. Разные ботинки, фуфайка, старый шарф, шапка ушанка, варежки.
- Ну вот, теперь ты хоть на человека стал похожий, – Саныч искренне был доволен, как он одел Васенева, и никак не мог им налюбоваться.
- Да, теперь мне никакие холода не страшны, - Васенев, тоже был доволен своим новым обликом.
- Совсем забыл с этими нарядами, – Саныч подошел к мешку с которым пришел, – смотри, что я еще принес, – Сан Саныч вынул из мешка не большую елку, не больше 30-40 сантиметров, – теперь и у нас Новый год будет.
- А чем мы ее нарядим?
- Что-нибудь подыщем, здесь много всякого хлама. Но наряжать будем позжее, Сначала заморим червячка. Я кое-что поесть принес.
Сан Саныч стал доставать из мешка еду: неполную пол литровую банку с гречневой кашей, пол буханки черного хлеба, кусок колбасы.
- Михалыч, ты мне скажи, зачем ходить в магазин, когда можно все это набрать бесплатно на горбушке?
- Саныч, я давно тебя хотел спросить, а чем эта горбушка лучше других свалок?
- Да ты че? Эта не просто свалка, это - гипер свалка. В одном месте можно сразу все набрать. И одежду, и предметы бытового обихода, ну там тарелки, кастрюли всякие, мебель, тумбочка например эта от туда, – Саныч указал на какой-то старый ящик, отдаленно напоминающий бывшую тумбочку, – еду, в общем все. Так-то это все набирается на разных свалках, а на горбушке все в одном месте можно набрать.
- А, ну понятно, – Васенев сделал понимающее выражение лица.
- Михалыч, ты не стесняйся, там на полке бери кухонные приборы, расстилай на стол газету, щас будем обедать.
Васенев был так голоден, что готов был съесть слона. Он не думал в каких условиях и что есть. Сейчас он это все считал вполне естественным.
Они сидели за так называемым столом и беседовали.
- Саныч, а другие жители где, ты же говорил, что не один здесь живешь?
- Они сегодня на горбушке останутся ночевать, я их там сегодня встретил. Там тоже есть приличное местечко, где можно покемарить. На улице декабрь месяц, а добираться далеко. Я бы тоже там остался, да не хотел тебя одного оставлять. Так что сегодня здесь переночуешь, а завтра тебе подыщем другой ночлег.
- Какой?
- Есть у меня один знакомый, добрейшей души человек. Большой начальник. Я у него иногда подрабатывал. Платит немного, рублей 20-30 на хлеб даст, но это не главное. Главное, что он всегда тебя накормит и ночлег предоставит. Дом у него большой, но ночевать будешь в подсобном помещении, там тепло и сухо. Вот что для тебя сейчас самое главное.
- А что делать надо?
- Ну, там снег почистить, мусор убрать, крышу починить, ну, в общем, что-то в этом роде.
- У них что, нет дворника?
- Нет.
- В любой организации есть дворники.
- А в этой нет.
- Почему?
- Просто, организация государственная, а ты сам знаешь, как у нас финансируются такие учреждения. Денег ему вообще не выделяют, поэтому он не может позволить содержать дворника, он там практически все сам делает.
- Ты же сказал у него большой дом. Как же он тогда купил его?
- Это не его дом, а он в нем работает. Он директор этого дома.
- И что это за дом такой?
- Детский дом. А директор Николай Николаевич. Настоящий мужик. У другого давно руки опустились бы, а он до сих пор работает, хотя ему пора уже на пенсию.
- Жаль детей, что на них не выделяют денег. Им же страну будем оставлять.
Володя с Наташей разговаривая допоздна, так и уснули, полусидя на диване, в офисе Васенева. Наташа спала на плече Володи. В дверях офиса появилась Елена. Володя, слегка приоткрыв глаза, увидел Елену. Оглядевшись, он увидел на своем плече спящую Наташу. Оценив всю неловкость ситуации, стал будить Наташу. Проснувшись и увидев Елену, Наташа в спешке засобиралась.
- Володя, извини. Я не смогла дозвониться до тебя, поэтому приехала.
- Проходи Елена. Вчера допоздна работали, так и уснули в офисе, - попытался Володя объяснить ситуацию. - Чай, кофе, что будешь?
- Чай.
- Наташ, принеси пожалуйста две чашки чая.
- Хорошо, сейчас принесу, – Наташа в спешке вышла из офиса.
- Присаживайся, – Володя вынул из-за стола стул для Елены.
- Спасибо, – Елена присела.
Володя сел напротив.
- Как ты?
- Всю ночь не спала, - голос Елены дрожал, - никаких новостей нет?
- Обзвонил все больницы, морги, милицию, знакомых его, где бы он мог быть, нигде его нет.
- Володя, я не знаю что делать.
- Не волнуйся так, я уверен, он найдется.
Раздался стук в дверь.
- Володя, чай, – в дверях появилась Наташа.
- Проходи Наташ.
Наташа пройдя, поставила чай на стол.
- Спасибо Наташ, можешь идти.
Наташа вышла из офиса.
- Может тебе успокоительного принести? – предложил Володя Елене, увидев как она переживает.
- Нет, спасибо Володя, я его уже напилась.
- В 10 должен частный детектив приехать, один из лучших в стране, я уверен, он найдет Сергея Петровича, это вопрос времени.
- Что это за человек?
- Карцев Виктор Борисович. Живет в Москве. Ему сорок восемь лет, двадцать лет работы в секретных службах, уйдя на пенсию, открыл свое детективное агентство. Я вчера с ним созвонился, он берется за дело.
- Он приедет из Москвы?
- Да. В 6 он должен был выехать из Москвы, в 10 будет здесь. Сейчас я ему позвоню.
Володя набрал его номер.
- Виктор Борисович, это Володя… Хорошо, ждем.
- Едет, в 10 будет здесь. Елена, тебе надо его будет дождаться. Я думаю, он захочет с тобой поговорить.
- Хорошо… Володя, я чувствую себя виноватой в его пропаже. Мы с ним поругались.
- Елена, ты не в чем не виновата. В этом году он поругался со всеми, с кем только можно. И его пропажа с вашей ссорой никак не связана.
- Володя, спасибо тебе за поддержку, за все, что ты делаешь для нас. Я знаю, Сережа в последнее время к тебе не справедливо относился.
- Елена, скажешь спасибо, когда его найдем, пока что, меня еще не за что благодарить.
Утро. Суббота. 10.00.
- Михалыч, ты смотри какая прекрасная погода. Снег, солнце, ветра нет. Жить хочется, - Сан Саныч делился своим восхищением с Васеневым, идя с ним по заснеженной улице.
Сан Саныч был в валенках, зимней старой курточке, варежках, вязанной шапочке. На Васеневе были фуфайка, шапка ушанка, варежки, ботинки разного фасона.
- Согласен, Сан Саныч. А ты знаешь, зима это мое любимое время года.
- Вчера умирал от холода, а сегодня уже зима любимое время года.
- Я всегда зиму любил.
- Откуда ты знаешь, что ты любил, а что не любил, если ничего не помнишь.
- То, что зиму любил, это я помню.
- Такого не бывает, тут помню, тут не помню.
- Бывает.
- Если помнишь, то скажи, как ты ее любил.
- Всей душой.
- Это как?
- У тебя есть душа?
- Есть.
- Тогда ты должен знать, как любить всей душой.
Сан Саныч задумался, не зная, что сказать.
- Саныч, ты мне лучше скажи, далеко еще идти?
Саныч остановился.
- Да вот, собственно пришли. Вот он, этот дом.
Перед домом, была детская площадка, на которой играли дети. Вместе с детьми гуляли обе воспитательницы. Сан Саныч вместе с Васеневым прошли на площадку.
- Сан Саныч, где пропадал, давненько к нам не захаживал, - обрадовались тетя Валя с тетей Машей, увидав Саныча.
Сан Саныча любили здесь. Многое он помог отремонтировать в детском доме. И трубы менял, и крышу, и стены им штукатурил и красил, и много чего еще сделал. Саныч был работящим мужиком, и ему было в радость работать, тем более помогая детям. Так что его здесь любили как родного, и он всегда был тут желанным гостем.
- Здравствуйте мои дорогие, я то думал, вы меня уже забыли.
- Что ты такое говоришь, Сан Саныч. Лучше пойдем в избу чай пить.
- Теть Маш, я собственно говоря, по делу, Николай Николаевич здесь.
- Сейчас спустится, собирается в администрацию ехать.
В это время как раз выходит Николай Николаевич.
- А вот и он, – сказала тетя Валя.
- Саныч, рад видеть тебя, тетя Маша, что ж ты гостей в дом не ведешь, напоила бы их чаем, – обнимая Сан Саныча, сказал Николай Николаевич.
- Вот, Саныч, мне из-за тебя уже попало, – тетя Маша сделала строгий вид.
- Николай Николаевич, у меня дело к тебе.
- Саныч, я тороплюсь, подожди меня, я сейчас до администрации доеду и вернусь.
- Не можем, удили нам 5 минут.
- Ну, пойдем, пока машина прогревается, расскажешь, что у тебя за дело.
- Понимаешь, человеку не на что жить и ночевать негде, я хотел попросить тебя, может поможешь ему с работенкой и ночлегом. Хотя бы на время зимы. Человек он хороший, по хозяйству что-нибудь поможет вам, редко такие хорошие люди встречаются, а ты знаешь, в людях я разбираюсь, – начал рассказывать свое дело Сан Саныч.
- Саныч а ты разве не знаешь?
- Чего?
- Не могу я помочь ни чем твоему другу.
- Николай Николаевич, очень надо, я же не часто тебя о чем-то прошу.
- Саныч, я бы с удовольствием, но наш дом закрывают.
- В смысле закрывают? Это же детский дом, как его могут закрыть?
- Вот так вот. Купил его один олигарх, теперь это центр отдыха будет, вряд ли твой друг будет их клиентом.
- Вот так дела, - удивился Саныч.
- Вот так вот, - тяжело вздохнул Николай Николаевич.
- А ты сам куда?
- На пенсию.
- Какую пенсию ты еще придумал? Тебе работать и работать надо, ты еще столько для детей сделать сможешь.
- Не я придумал, я здесь ничего не решаю.
- Что ж с тобой теперь будет?
- А что со мной может быть? С детьми что будет?
- А детей куда?
- Распределят по другим приютам. Но дело не в этом. Они же одна семья, как они будут друг без друга? Семью они разрушают.
- Может написать куда следует.
- Здесь сам мэр ничего поделать не может. Вопрос сейчас даже не в этом, разрешили хотя бы детям Новый год здесь встретить, и то хорошо.
- А что могут не разрешить?
- Ни то, что могут, а не разрешают. Документы на передачу дома готовы, в этом году мы должны освободить здание. Ну, хватит об этом, у вас-то, что случилось?
- Да вот человеку жить негде, думали, может, ты поможешь. Кстати его Михал Михалычем зовут.
- Николай Николаевич, директор детского дома, - Николай Николаевич протянул руку новому знакомому.
- Михал Михалыч, – представился Васенев, и они пожали друг другу руки.
- А раньше где ты жил?- поинтересовался Николай Николаевич.
- Не помню.
- Ну, я имею ввиду до того как на улицу попал.
- Он память потерял, в этом и проблема, - вмешался в разговор Саныч.
- Вон чего. Так совсем ничего и не помнит?
- Совсем.
- Ну а где ты его нашел?
- Вчера утром пошел, как всегда завтракать в бар «Нора барсука», там его на обеденном столе и встретил. Он там спал, как ни в чем не бывало. Я его сначала хотел прогнать, потом гляжу человек он хороший, решил помочь ему.
- Ну, глядя на тебя, лет 10 ты точно бомжуешь, - Николай Николаевич оценил взглядом Михалыча. - Ты его на Горбушкинскую свалку не водил? Туда же все бомжи ходят, он наверняка что-нибудь там бы вспомнил.
- Нет еще, сейчас собираемся, - ответил Саныч.
- Вот что, садитесь ко мне в машину, я сейчас до администрации доеду, а потом вас на Горбушку отвезу, а по дороге еще подумаем, где ему жить.
- Николаич, ты мне скажи, откуда в тебе столько доброты берется? – Саныч, не знал, как выразить свою благодарность.
Дом Васенева.
- Елена, мне нужен полный доступ к его личным вещам, документам, может, знаете, где он хранил ежедневник или блокнот, где он вел записи? – Карцев осматривал дом, – естественно, все это конфиденциально. Я знаю, что все бизнесмены уходят от налогов, скрывая свои истинные доходы, так что можете, по этому поводу не беспокоится.
- Пойдемте, я провожу вас в кабинет Сережи.
Они прошли в кабинет. Карцев стал осматривать стол, вынимая бумаги из стола.
- Елена, скажите, в последнее время он с кем-то ссорился?
- Виктор Борисович, Сережа по характеру очень жесткий человек, в последнее время он особенно раздражительным был, поэтому его многие не любили.
- А враги у него были?
- Не знаю, может, и были, о них он никогда не говорил.
- Может, кого-то упоминал в разговорах, сейчас важна каждая деталь. О работе он с вами говорил?
- Нет. Сережа дома не любил говорить о работе, и всегда раздражался, если я его спрашивала про работу.
- Елена, раньше он пропадал, никому ничего не сказав?
- Нет. Он всегда говорил куда идет. Бывало, что он неожиданно уезжал во Францию, Англию, но он всегда предупреждал.
- А как неожиданно?
- Ну, придти вечером домой, скажет, что срочно ему надо ехать в какую-нибудь страну, буквально за час собраться и уехать.
- Без предупреждения он не мог уехать?
- На него это не похоже.
- Елена, сейф у вас где находится?
- В стене за картиной.
- Откройте его, может там какая-нибудь информация будет, которая укажет на его исчезновение.
Елена подошла к столу и нажала под столом скрытую кнопку, после чего картина отодвинулась в сторону. Она подошла к сейфу, набрала код, дверца сейфа открылась.
- Смотрите.
Виктор Борисович подошел к сейфу и стал вынимать из него бумаги.
- Может вам чай или кофе принести?
- Нет, спасибо. Вы на Новый год никуда не собирались?
- Он хотел куда-нибудь съездить отдохнуть, просил меня в тур агентстве что-нибудь присмотреть.
- Давно это было?
- Прям перед его пропажей. У нас разговор перешел в ссору, он вышел и не вернулся.
- А из-за чего поссорились?
- У нас нет своих детей, и мы с ним давно хотим усыновить ребенка. Но Сережа всегда занят и откладывает это, уже много лет. Я ему сказала, так мы никогда не заведем ребенка. К тому же он еще здание детского дома купил, и детей будут неизвестно куда выселять. Я его пыталась переубедить оставить дом детям, но он это очень раздраженно воспринял. Раньше он был совсем другим. Более человечным. Сейчас я его даже не узнаю.
- Елена, может он поехал без вас отдыхать. Успокоится и вернется?
- Вряд ли, на работе бы он хотя бы сказал, что уезжает. А так у него даже не доделанные дела остались.
- Елена, сегодня я изучу его записи, а завтра начну проверять людей по записной книжке, знакомых, родственников, по работе партнеров и.т.д. Как будет какая-то информация, сразу позвоню. В любом случае, вечером отзвонюсь. Буду держать вас в курсе всех дел.
- Хорошо.
Глава 3
Кабинет мэра.
- Николай Николаевич, вот списки домов, куда переселятся дети, - мэр протянул бумаги директору детского дома.
- Михаил Юрьевич, нельзя ли их как-нибудь вместе оставить? - Николай Николаевич взяв документы в руки, стал их изучать.
- Я думал над этим. Не в одном детском доме нет столько мест, что бы их всех заселить в один дом.
- Понятно, – тяжело вздохнул Николай Николаевич, – в детский дом № 8 – двое детей, № 37 – трое, № 21- трое…
- В каком доме сколько смогли найти мест, столько детей туда и будем вселять.
- Двое, четверо, трое… – Николай Николаевич пробегал глазами по списку – Получается двадцать два, а их двадцать три, куда же денем еще одного? – взволновано спросил Николай Николаевич.
- Николай Николаевич, больше мест в детских домах нет.
- То вы говорите, что дети занимают слишком много места, теперь, что мест нет.
- Ваш дом был единственным, где было столько много места, остальные дома переполнены.
- И куда же мы денем двадцать третьего ребенка, на улицу выселим? – Николай Николаевич переходил уже на крик.
- Не волнуйтесь так, почему сразу на улицу. В нашем регионе нет свободных мест, а в другом есть, переселится просто в город в другом регионе.
- И в какой же город он переселится?
- Норильск например.
- Куда?
- Норильск.
- Вы что, смеетесь? А почему не в Сывтывкар?
- Николай Николаевич, удалось договориться только там.
- Мне чтобы повидать ребенка придется ездить в Норильск? И кого же я туда отправлю? Я не смогу сделать такой выбор.
- Я понимаю вас, но я ничего сделать не могу.
- Свяжи меня с Васеневым, мне надо ему кое-что сказать.
- Я бы с удовольствием и сам бы ему все высказал, но его нет в городе.
- А где он?
- Никто не знает, куда-то пропал.
- Сделал свое черное дело и уехал отдыхать. Сейчас где-нибудь на Кипре загорает, а что с детьми будет, неизвестно. Как можно быть такой тупорылой скотиной. Ведь должно же быть в человеке хоть что-то хорошее.
- В этом нет. Конченый зверь. За деньги он переступит даже через детей.
Машина Николая Николаевича, в которой ждут его из администрации Саныч с Михалычем.
- В общем, я думаю до Нового года Николай Николаевич разрешит тебе пожить в детском доме, а там видно будет, – в полуразвернутом положение говорил Саныч с переднего сиденья Михалычу, сидящему на заднем.
- Может не стоит его беспокоить? У него своих проблем хватает.
- Проблем действительно у него хватает, но где тогда ты жить будешь?
- На улице, до этого как-то же жил.
- Сейчас зима, ты не выживешь в такой холод.
- Все равно как-то не удобно его просить.
- А что делать?
Из администрации выходит Николай Николаевич, и садиться в машину. В двух словах пересказывает им разговор с мэром.
- Николай Николаевич, может мы тогда, пешком на горбушку пойдем? Что мы будем тебя еще своими проблемами загружать, – Михалычу действительно было неудобно отвлекать его своими проблемами.
- Не может быть и речи, горбушка на другом конце города. Вы туда только к вечеру дойдете, а как вы назад пойдете, ночью? – Николай Николаевич завел автомобиль, и они поехали.
- Так что Михалыч не переживай, сейчас увидишь знакомые места, и может, что вспомнишь, – продолжил разговор Николай Николаевич в машине, – в любом случае мы тебя не бросим, до Нового года поживешь у нас, а там мы с Санычем что-нибудь придумаем.
- Николай Николаевич, вы мне помогаете, а я ведь никогда не смогу вас отблагодарить, у меня ни дома, ни денег, ничего нет.
- Какая благодарность, я ничего особенного не делаю, просто надо быть человеком и все. Тебе повезло, что ты Саныча встретил, в первую очередь ему спасибо надо сказать, у него у самого ни дома, ни еды, ему бы о себе подумать, а он другим помогает.
- Николай Николаевич, это ты всегда всем помогаешь, а я-то чем могу помочь? – высказался Саныч.
- Я вам обоим обязан и благодарен вам, - сказал Михалыч, - всей душой. Николай Николаевич, если надо что-то по работе помочь, почистить снег, убрать территорию, я с удовольствием сделаю все, что скажешь.
Карцев сидел в своей машине с расклейщиком объявления.
- Вы обещали больше заплатить, - пересчитал деньги пожилой человек, который расклеивал объявления о пропаже Васенева, - я рассчитывал на ту сумму о которой мы договаривались.
- Будьте довольны, что вообще что-то заплатил, - раздраженно сказал Карцев. - Ту работу, которую вы сделали, вообще ничего не стоит.
- Вы велели расклеить объявления в этом районе, я расклеил. Объявления висят на всех остановках.
- А на столбы почему не наклеили? Я что ли буду за вас бегать и доклеивать? – возмутился Карцев.
- Про столбы вы ничего не говорили.
- Это и так понятно каждому идиоту, - кричал Карцев на пожилого человека, - идите и доклеивайте, чтобы через два часа объявления были на каждом столбе.
- Я не успею за два часа, у меня артрит, я не могу быстро ходить.
- Это мои проблемы? Идите и клейте. Времени у вас больше, чем достаточно. За два часа весь город можно обклеить объявлениями, а вы две улицы пройти не можете. Ноете и ноете.
- Я постараюсь.
- Старайтесь. Через два часа приеду и проверю.
Пожилой человек вышел из машины и пошёл клеить объявления.
- Вечно эти нищеброды пытаются кого-то надурить, - Карцев завел свой автомобиль и поехал.
Николай Николаевич, Саныч и Васенев стоят на холме свалки, которая растянулась на несколько километров, и смотрят вдаль. Вокруг летают птицы.
- Хорошо здесь, – начал разговор Саныч, любуясь просторами свалки. – Я прям здесь душой отдыхаю.
- Ну, что? Узнаешь родные края? – поинтересовался Николай Николаевич у Васенева.
- Ну-у… Не то что бы совсем узнаю, – Васеневу стало неловко, что он ничего так здесь и не вспомнил, – наверное я жил на другой свалке.
- И вон ту будку не помнишь? – Саныч показал на какой-то разваливающийся сарай.
- Нет. Мне очень жаль. Зря вы на меня столько времени тратите. Если бы я даже и вспомнил эту свалку, что толку. Как был бездомным, так им и останусь. Ничего от этого не изменится.
- Как не изменится, ты будешь знать кто ты, – Николай Николаевич пытался переубедить Михалыча. – Человек должен знать кто он.
- Не переживай Михалыч, когда-нибудь ты обязательно узнаешь, кто ты, – Саныч попытался приободрить Михалыча. – Не отчаивайся.
Васенев совсем поник.
- Михалыч, ты, что совсем расстроился, постепенно все вспомнишь, – Николай Николаевич тоже попытался поддержать Михалыча. – Сейчас поедем домой, пообедаем горяченьким с холоду, согреемся, прав я Саныч?
- Конечно, есть так хочется, тетя Маша наверно сейчас горячих щей сварила. Сейчас как их навернем. Николай Николаевич, как думаешь, Михалычу есть 60 лет?
- Я думаю есть.
- А если его тогда, в дом престарелых определить?
- Для этого нужны документы, паспорт, трудовая книжка, страховой полис и тонны другой макулатуры. А с какой скоростью у нас гос органы работают, ты знаешь. Как это все будет выглядеть, я не знаю. В этом году мы точно ничего не выправим, нами даже не будут заниматься.
- Что же делать тогда?
- До Нового года будет жить в детском доме, а там если не в дом престарелых, то куда-нибудь точно определим, а может он вообще все вспомнит, тогда документы намного быстрей выправим. Давайте садитесь в машину, поедем обедать.
Кафе « На Набережной». Володя с Наташей сидят у окна, из которого открывается вид на речку Уводь. На речке люди кормят уток.
- А здесь уютно, – Наташа была впервые здесь, – ты часто здесь бываешь?
- Я сюда обедать захожу, – ответил Володя, – здесь вкусно кормят, да и недалеко от офиса. Когда-нибудь у меня такое же кафе будет.
- Ты мечтаешь о собственном кафе?
- Да, я сам люблю готовить, и ценю хорошую кухню.
- А как же тогда эта работа?
- Я буду уходить.
- Что бы открыть свое кафе?
- Нет. Просто уйду. На открытие приличного кафе, нужны приличные деньги. У меня пока таких денег нет.
- Значит, ты уйдешь в никуда?
- Можно и так сказать.
- Почему? У тебя в компании хорошая должность, руководящая.
- Я здесь не развиваюсь. Для меня здесь все предсказуемо. Здесь есть четкая политика, с которой я не согласен. Эта политика ошибочна. Она противоречит морали. Поэтому своего развития в этой компании я не вижу.
- А как же деньги? У тебя хорошая зарплата.
- Главное ведь в работе не больше денег заработать, а получать от нее удовольствие. От сегодняшнейработы я никакого удовольствия не получаю. Ты сама видишь, какая сейчас обстановка. Васенев переступает через всех, а после того как он переступил через детей, я твердо решил уйти.
- А не боишься в никуда уходить? Может, стоит поднакопить денег, и потом уйти?
- А чего я должен бояться?
- Неопределенности. Сложностей.
- Как сказал Васенев: «Нет в мире ничего сложного. Все легко. Вся сложность в нашем восприятии». Кое-чему я у него научился. Сложности будут. Они неизбежны. На их возникновение мы повлиять не можем. Не эта проблема, так другая будет. Вопрос не в этом. Вопрос в нашем отношение к ним. Именно вот это может усложнить жизнь гораздо больше, чем сами проблемы. Проблемы решаться, а вот нервные клетки могут не восстановиться. Об этом и забыл Васенев. А вернее не забыл, а за призмой алчности, жажды денег, стал видеть в искаженном свете. Он стал все понимать, как достижение большего богатства. Хотя смысл в этих словах был изначально другой.
- Ваш заказ, – официантка составила с подноса на стол их заказ и ушла.
- Сейчас попробуем, что ты нам заказал, никогда не пробовала пиццу из яйца, – Наташа пододвинула к себе свой заказ.
- Эта такая вкуснятина, одно из любимых моих блюд. В мире только два места, где делают пиццу из яйца. В этом кафе, и я дома делаю, больше нигде это блюдо не делают.
- А вкусно. Даже вкусней настоящей пиццы, – сказала Наташа, когда попробовала. – И как готовят эту пиццу?
- Очень просто, намного проще, чем настоящую пиццу. Здесь не нужно тесто, а тесто это самый сложный компонент в пицце, настоящую основу для пиццы может только настоящий мастер сделать. Это целая наука. Так вот, в пицце из яйца, основу заменяет яйцо. Разбиваешь на сковородку яйца, прокалываешь желтки. Все, основа готова. А дальше на основу кладешь все что есть дома, колбаса, сыр, грибы, помидоры, зелень и.т.д.
- Так просто?
- Да. Ты умеешь готовить?
- Готовлю, пока никто еще не отравился.
- Все живы остались?
- Да.
- Ну и отлично. Пойдешь ко мне в кафе пиццы готовить?
- С удовольствием.
- Значит, вместе уходим от Васенева и открываем свое кафе.
- Тебе не жалко будет покидать компанию, коллектив? Мы ведь все друг к другу привязались, ты уже столько лет в ней проработал.
- А что делать, я больше не хочу, и не буду участвовать в проектах Васенева. Как можно детей выкидывать из их собственного родного дома, причем в Новый год. Это сверх зверство. С Васеневым я не буду работать ни за какие деньги.
- Я с тобой полностью согласна. Омрачить так всем праздник, это бесчеловечно, это действительно надо быть сверх злодеем. Володь, у меня есть к тебе одно предложение.
- Какое?
- Хотя вряд ли.
- Что вряд ли?
- Ты не согласишься.
- Ты о чем?
- Так не о чем.
- Нет уж, подожди. Давай рассказывай, что за предложение?
- Володь, забудь. Ты серьёзный молодой человек, брутальный, в дорогом костюме, тебе мое предложение не подойдет.
- Наташ, позволь я сам решу, что мне подойдет, а что нет.
- Ладно. Решай.
- Ну, так говори, я начинаю терять терпение, - улыбнулся Володя.
- Даже не знаю, как сказать, - неуверенно сказала Наташа.
- Говори как есть.
- Ты смог бы сыграть деда Мороза?
- Девочка, а ты в этом году хорошо себя вела? – спросил басом Володя, начав играть деда Мороза. – Садись к дедушке на коленки и расскажи стишок милая.
- У тебя здорово, получается, – рассмеялась Наташа, – я хочу тебе предложить поиграть деда Мороза. Одной благотворительной организации нужен дед Мороз, выступать на утренниках в детских домах, интернатах и.т.д. Конечно, за работу ничего не заплатят, зато ты поможешь детям.
- Ну, если Снегурочкой будешь ты, то я смогу сыграть кого угодно.
- Значит договорились. Завтра будешь дедом Морозом.
- Уже завтра? – перестал смеяться Володя.
- Да. Мы с тобой проведем праздник для детишек.
- Наташ, ты серьезно?
- Серьезней некуда.
- Наташ, ну посмеялись, и будет. На эту роль я не подойду. Я бы с удовольствием, но не обладаю данными.
- Все данные у тебя есть.
- Ну, подумай, какой из меня дед Мороз?
- Да ты лучший дед Мороз в мире.
- Я серьёзный молодой человек, брутальный, в дорогом костюме.
- Костюм снимем, серьезность уберем.
- У меня нет бороды.
- Приклеим.
- Нет Наташ, и не уговаривай. Дедом Морозом я ни за что не буду.
Наташа, наряженная в снегурочку, поет у елки новогоднюю песню на детском утреннике.
В лесу родилась ёлочка
В лесу она росла
Зимой и летом стройная
Веселая была
- А теперь дети давайте позовем дедушку Мороза, – сказала Наташа в микрофон, когда закончила петь песню, – Раз, два, три…
- Де-ду-шка Мо-роз, - закричали хором дети вместе со Снегурочкой.
- Тихо зовете, дедушка старый, плохо слышит, давайте звать громче. Раз, два, три…
- Де-ду-шка Мо-роз, – снова закричали хором дети.
Под новогоднюю музыку выходит Володя, наряженный в деда Мороза, с посохом, с длинной белой бородой. Радостный детский крик встречает Володю.
Володя давно не получал такого удовольствия от Нового года. Дети рассказывали ему стихи, водили вместе хоровод, проводили конкурсы. Володя на столько проникся праздником, что на это время даже забыл о всех проблемах, которые были связаны с работой.
Радостные, уже переодетые в свою повседневную одежду Володя с Наташей возвращаются с детского утренника. На улицах хлопают пикарды, дети катаются на санках, в городе уже чувствуется праздничная атмосфера Нового года.
- Давно не получал такого удовольствия, я уже с нетерпением жду следующего утренника, – Володя делился своими впечатлениями с Наташей.
- Я тоже, так здорово было отвлечься от работы.
- Когда у нас следующий утренник?
- 29 декабря.
- Так долго?
- Это всего несколько дней.
- И в какой детский садик мы с тобой пойдем?
- В детский дом.
- Отлично. Там дети особо остро нуждаются в празднике.
- А в этом еще острее.
- Почему?
- Это как раз тот дом, который купил Васенев.
- Если бы я мог что-то изменить, – с горечью сказал Володя.
- Ты им можешь подарить несколько счастливых мгновений.
- Знаешь, когда я увидел, как мне обрадовались дети, я вспомнил свое детство, как к нам на группу приходил дед Мороз.
- Ты наверно в детстве хулиганом был.
- Еще каким, я был лучшим хулиганом в детском саду.
- Как это?
- Поджигал заборы, убегал из детского сада, что меня даже искали с милицией, из детского сада домой я всегда пьяным возвращался.
- Серьезно? Никогда бы не сказала.
- Поверила? 1:0, - смеялся Володя.
- Обманщик.
- Да я лучший обманщик в мире.
- И еще ты лучший дед Мороз в мире. Я на какое-то время поверила, что ты настоящий дед Мороз.
- Посмотри на небо. Там не видать моих оленей? А то мне пора на север уезжать.
- Ты хорошо вжился в роль деда Мороза, у тебя актерский талант.
- А ты хорошо сыграла Снегурочку.
- Тебе понравилось?
- Я просто был в восторге.
- Ну, у меня уже просто опыт есть. Я в прошлом году играла Снегурочку.
- Да. А деда Мороза кто играл?
- Один человек, он переехал в другой город жить, так что я осталась без деда Мороза. В этом году острая нехватка дедов Морозов, поэтому я предложила тебе.
- Понятно, в самую последнюю очередь предложила мне, – Володя в шутку укоризненно сказал Наташе. - Ну хотя бы этот, чем никакой. Так?
- Это неправда. Что ты такое выдумываешь, выдумщик.
- А почему тогда в прошлом году мне не предложила роль деда Мороза?
- Я не знала, что ты хочешь стать дедом Морозом.
- Да я может с детства мечтал стать дедом Морозом.
- Ну и что ты возмущаешься, ты им и стал. Твоя детская мечта сбылась.
- Это так здорово, когда мечты сбываются. В детском саду я почувствовал себя очень счастливым. Никаких денег не надо, лишь бы снова испытать это чувство.
- Я рада, что тебе понравилось.
Радостно идя по улице Наташа поскользнулась, ухватившись за Володю упала, уронив его за собой. Смеясь, они стали вставать. В Володю попадает снежок, брошенный детьми. Они с Наташей вовлекаются в игру, и обкидываются с детьми снежками.
- Силы кажется не равны, нам надо отступать, - скомандовал Володя Наташе.
Под обстрелом снежных комков, они побежали спасаться. Пробежав несколько метров до горки, они с веселым криком съезжают вниз.
Детский дом. Васенев познакомился со всеми детьми, с тетей Машей, с тетей Валей. Дети его очень полюбили. Он вмести с ними, выходил гулять, вмести чистили снег, сбивали с крыши сосульки, лепили снеговика, помогал делать уроки. Воспитатели даже доверяли ему следить за детьми, когда они были заняты, стиркой, готовкой или другими делами.
Вечер. Дети сидели в зале и делали уроки.
- Ром, что-то не получается? – Васенев подошел к одному из детей.
- Да вот теорему Пифагора задали, я ее никак понять не могу, – ответил мальчик.
- Квадрат гипотенузы равен сумме квадратов катетов, – Васенев принялся объяснять Роме теорему.
Он присел рядом, нарисовал прямой треугольник, привел доказательство.
- Михал Михалыч, а как узнали, сколько весит Земля? – к Васеневу подошел Юра, который решал задачку по физике.
- Какая земля? – не понял вопроса Васенев.
- Планета Земля, - уточнил Юра.
- Да просто, взяли весы, на одну чашу весов положили Землю, на другую гири, вот так и узнали, - пошутил Васенев.
Дети засмеялись.
- Ну иди Юр, я немного погодя к тебе подойду, и посмотрим твою задачку, - сказала Васенев.
- Михал Михалыч, я написала сочинение, проверте у меня пожалуйста ошибки, – Васенева окликнула одна из девочек.
- Сейчас Юлечка. Ром, все понятно? – обратился он к Роме.
- Вроде все. Спасибо Михал Михалыч.
- Ну, тогда дальше давай самостоятельно решай задачки. Я пойду посмотрю как другие ребята с уроками справляются.
Васенев подошел к Юле проверять сочинение.
- Юль, «жи» «ши» пиши с буквы «и», - Васенев стал исправлять ошибки.
Он ходил от одного стола к другому, помогая делать детям уроки. В дверях стоял Николай Николаевич и наблюдал.
Кухня. Николай Николаевич пьет чай с тетей Машей и с тетей Валей.
- Ну как вам Михал Михалыч? – спросил Николай Николаевич воспитателей
- Мы в восторге от него, - ответила тетя Валя. - Он столько нам помогает, откуда у него столько энергии?
- Да я с тобой полностью согласна, - поддержала тетя Маша. - Жаль только, что он у нас появился тогда, когда нас закрывают.
- Я тоже им очень доволен. Я только не пойму, откуда он все знает. Его что не спроси, все знает. Бомжей с таким багажом знаний не бывает.
- Да удивительный человек.
- Николай Николаевич, пригласил бы его чайку попить, - предложила тетя Маша, - заработался наверно мужик, отдохнуть надо. Заодно и спросишь, откуда у него такие знания.
Николай Николаевич пошел в зал за Васеневым.
- Михал Михалыч, пойди отдохни, дети без тебя позанимаются.
- Да я не устал, Николай Николаевич. Мне общение с детьми только в радость.
- Пойдем, тетя Маша с тетей Валей тебя на чай приглашают.
Васеневу было не удобно отказываться, и он согласился.
- Михал Михалыч, ты чай с вареньем или с медом будешь? – спросила его тетя Валя, когда он зашел на кухню с Николаем Николаевичем.
- С вареньем.
- Варенье домашнее, хорошее, уверена, раньше ты такого не пробовал.
- Спасибо, – сказал Васенев, когда тетя Маша ему налила чашку.
- Михал Михалыч, ты лучше нам скажи, откуда ты все знаешь? – спросил Николай Николаевич.
- Не знаю.
- Даже я многое подзабыл из школьного материала, хотя я с детьми занимаюсь каждый день.
- Да вроде ничего сложного нет, все просто.
- А попробуй решить векторное уравнение, – Николай Николаевич берет лист бумаги и пишет на нем уравнение.
Васенев, недолго думая его решает.
- Вот, – протянул он назад Николаю Николаевичу уже решенное уравнение.
- Правильно, – удивился Николай Николаевич, смотря на решение, – А матрицы сложить сможешь? – Николай Николаевич, написал уравнение из двух матриц.
За несколько минут Васенев и это уравнение решает. Николай Николаевич был потрясен знаниями Васенева.
- Михал Михалыч, знаешь что это? – Николай Николаевич, держал в руке листок с решенными уравнениями, – Это высшая математика, ее проходят в институтах, – Николай Николаевич даже встал с места от возбуждения, – Это значит, что у тебя есть высшее образование.
- Ну и что?
- Ты сможешь устроиться на нормальную работу, наладить жизнь. А я тебе помогу.
- Да я и так не жалуюсь.
- Михалыч, я вижу что ты не жалуешься. Даже когда на улице ночевал, и то не жаловался. Саныч даже удивлялся, что тебя так жизнь скрутила, что ничего не помнишь, и все равно на жизнь не жалуешься. Все хорошо.
- А что плохого? Я встретил хороших людей, добрых, отзывчивых. Я считаю мне повезло.
- Михалыч, ты меня своим оптимизмом поражаешь. Несмотря ни на какие сложности, ты остаешься позитивным человеком.
- Николай Николаевич, в мире нет ничего сложного. Всё легко. Все сложности в нашем восприятии. Чтобы не случилось, надо жить дальше.
Вечер. Звездное небо, фонари освещают двор.
- Вот мы и пришли, – Наташа остановилась у подъезда своего дома.
- Здесь ты живешь?
- Да, может зайдешь чайку попить?
- Да уже поздно, – Володе было как-то не удобно соглашаться, – завтра рано на работу вставать.
- Не опаздывай.
- Хорошо. Постой, это я начальник, я должен это говорить.
- Говори.
- Разрешите завтра задержаться, у меня уважительная причина.
- Какая? – строго спросила Наташа.
- Я провел целый день с одной прекрасной снегурочкой, и очень устал, и у меня сил на роботу уже не осталось.
- Это не уважительная причина, – Наташа попыталась спародировать Васенева.
- Твоей строгости мог бы сам Васенев Сергей Петрович позавидовать.
- А то, – гордо сказала Наташа.
- Наташ, я хочу поблагодарить тебя за этот праздник, который ты мне сегодня подарила. Давно я не получал такого удовольствия, – Володя глядел прямо в глаза Наташе. - Спасибо.
- Это тебе спасибо, что согласился помочь детям, – Наташа глядела на Володю.
Они все ближе и ближе стояли друг к другу. При свете луны они слились в поцелуе.
Утро.
Детский дом. Дети собираются в лес за елкой.
- Михал Михалыч, сходи с детьми за елкой. А то завтра к нам дед Мороз придет, а у нас елки нет. А я за продуктами поеду. Договорились?
- Договорились.
- Только поглядывай там за детьми, чтоб не разбегались.
- Не беспокойся, Николай Николаевич. Пригляну.
Михалыч помог собраться маленьким детям, дети школьного возраста собрались сами. Дружной компанией отправились за елкой.
- Алексей, вы последний кто видел Васенева, – детектив Виктор Борисович, разговаривал с водителем Васенева. – Что-нибудь в его поведение необычное заметили?
- Он мне показался каким-то странным.
- Поясните.
- Ну, он всегда такой сосредоточенный, бодрый, а в последний раз был каким-то утомленным, погруженным в себя.
- Вы его каждый день домой возите?
- Да. С работы, на работу, куда скажет, туда его и везу. А в последний день он отказался ехать домой, сказал пешком дойду.
- Здесь, подробнее. Важна каждая мелочь. Даже самая не значительная деталь может оказаться решающей в поиске.
- Я как всегда ждал его в машине у выхода. Он вышел из здания.
- В какое время он вышел?
- Приблизительно половина одиннадцатого. Он сел в машину и сказал: «Домой». Я завел автомобиль. Потом он сказал: «А вообще-то я прогуляюсь пешком, погода хорошая». Я его спросил: «Все в порядке, Сергей Петрович?». Он ответил: «Не волнуйся, все в порядке, езжай». И он вышел из машины.
- А в каком направлении он пошел?
- Не знаю, Виктор Борисович. Я уехал, а он остался стоять.
- Что-то еще можете дополнить?
- Нет, я все сказал.
- Подумайте, может что-то упустили. Наверняка должно же быть что-то еще, вы же последним видели Сергея Петровича.
- Извините, больше мне нечего добавить.
- Понятно, Алексей. Если я узнаю, что вы чего-то не договорили, у вас будут проблемы.
Карцев опросил всех служащих в рабочем здание Васенева. Пытался сопоставить факты. Пропажа могла быть связана с его профессиональной деятельностью. Многие его не любили. Мог ли кто решиться на физическое устранение Васенева? Если кто-то мог, то кто? Тогда было бы тело, а тела нет. В моргах Васенева нет, в больницах нет, в полиции нет. Как будто сквозь землю провалился. Уехать без предупреждения не мог. Или мог? Вряд ли. Запланированные дела, совещания, встречи, ужин с женой в самом деле, логики нет никакой, строить планы на завтрашний день, чтобы куда-то уехать. Если только он сознательно не решил запутать следы. Но зачем тогда ему это надо? Не завершенные дела, требующие его непосредственного участия, он бы не оставил. Значит, ему помогли пропасть. Кто и зачем?
Карцев терялся в догадках. Чем больше он размышлял, тем больше возникало вопросов. И каждую версию пропажи надо проверить.
Лес. Природа. Михалыч с детьми гуляет по лесу. Выбирают елку. Посчастливилось увидеть белок. Дети с удовольствием за ними наблюдали. И пришли в полный восторг, когда Михалыч их кормил с руки. Другие дети тоже пытались их кормить, но у них ничего не получалось. Только у Владика белка быстро схватила с ладошки хлеб и убежала. Часа два они ходили и искали елку. Погода была хорошая, воздух свежий, лес был укрыт весь пушистыми белоснежными сугробами. На которых Владик даже нашел следы зайца, которые привлекли внимание всех детей. Гуляя, они разговаривали о природе, о предстоящем конкурсе исполнителей, об учебе. Елку нашел Владик. Метров пять высотой. Она стояла на полянке, среди сугробов. Все согласились, что эта самая красивая в лесу елка.
Самую тяжелую часть елки нес Михал Михалыч, он шел впереди, за ним остальные дети помогали нести елку. Каждому хотелось принять участие в этом процессе, если не нести, то хотя бы подержаться за нее.
Когда они вернулись, их ждал горячий обед. К этому времени как раз уже все нагуляли аппетит.
- Ба-а… – вскликнула тетя Валя, когда увидела елку, - какая красавица.
- Это Владик нашел, – ответил Михалыч, – его заслуга, без него бы мы такую красавицу не нашли бы.
- И где ты ее нашел? – обратилась тетя Валя к Владику.
- В лесу, – ответил Владик, – дядя Миша, пойдемте ее поставим, и будем наряжать.
- Идите, поешьте сначала, потом нарядите, - вмешалась тетя Валя.
- Тетя Валя права, Владик, надо сначала поесть. Сейчас все дружно идем мыть руки, и в столовую.
Дети с радостным криком побежали мыть руки.
- Любят тебя дети Михал Михалыч, – сказала тетя Валя Васеневу.
- Это такое счастье, видеть их счастливые глаза, слышать их радостный смех. Им так мало надо. Мне повезло, что я к вам попал, – Михалыч действительно был счастлив.
После обеда все дружно наряжали елку. Большинство игрушек было сделано самими детьми. Дети с большим азартом и желанием украшали пушистую красавицу. Тетя Валя, тетя Маша, Николай Николаевич, Васенев, все принимали участие в этом процессе. Все готовились к встрече деда Мороза. Завтра, тридцатого декабря к ним должен придти дед Мороз со снегурочкой. В детском доме праздников немного. Поэтому деда Мороза со Снегурочкой ждали с большим нетерпением. Все были счастливы в ожидании. Шутили, смеялись, веселились. Разговаривали о предстоящей встрече, о предстоящем конкурсе, о Новом годе. На какое-то время все даже забыли о проблемах с выселением.
Компания «ИвРесурс».
- Виктор Борисович, мне не нравится как вы допрашиваете служащих, - Володя высказал своё недовольство Карцеву, - можно делать это более мягко.
- Володя, не учите меня моей работе. Вы лезете не в свое дело.
- Это мои люди, вы вообще о чем?
- Это не ваши люди. Это работники компании «ИвРесурс». А компания принадлежит Васеневу.
- Но руковожу компанией в его отсутствие я.
- Это временно. Между нами вы никакой руководитель. Странно, как вас вообще Васенев взял к себе работать.
- Это чисто ваше субъективное мнение. Мне оно не интересно. Единственное, что я вас прошу, помягче себя вести с работниками компании.
- Я буду вести с ними себя ровно так, как надо. У меня большой опыт работы в этом деле, и мне лучше знать как надо действовать. Иногда приходится быть жестким. И от этого никуда не уйти. Если человек что-то скрывает, это может оказаться единственным, как можно от него получить информацию.
- В своих людях я уверен. Все что они знали, они вам сказали.
- А я не уверен. И если они что-то скрыли то я это узнаю.
- Еще раз повторяю, с моими людьми ведите себя корректно, не забывайте, это я вас нанял.
- Но работу мою оплачивает компания «ИвРесурс», а не вы. А компания принадлежит Васеневу. А единственной наследницей Васенева является его жена.
- Виктор Борисович, я вас прошу, не портите работникам праздник. Канун нового года, вы их уже не один раз опросили, оставьте их в покое, не портите людям праздник. Если будут какие-то вопросы, задавайте их мне.
- Извините, Володя, но я выполняю свою работу. Я их буду допрашивать сколько потребуется.
- Мерзкий вы человек.
- Непрофессионально переходить на оскорбления, вы ведь лицо компании, - усмехнулся Карцев.
- Извините, если у вас больше нет вопросов, то я продолжу работать, у меня много дел.
- Каких? Наряжаться в деда Мороза и развлекать детишек?
- Откуда вы знаете?
- Я детектив, я должен все знать.
- Это не ваше дело.
- Володя, вы управляющий, а не клоун. Вы должны компанией руководить, и не с бородой из ваты бегать по утренникам.
- Я сам буду решать, что мне делать.
- Решайте, но только не в рабочее время. Завтра утром мне вы понадобитесь.
- Для чего?
- Мне нужно разобраться в финансовых отчетах компании. Кроме вас мне это никто не объяснит.
- Финансовые отчеты компании никакого отношения к пропаже Васенева не имеют.
- Как знать.
- На что вы намекаете?
- Я ни на что не намекаю. Я должен проверить всю информацию, и потом уже на основе её делать выводы. Сейчас какие-то выводы делать преждевременно. Завтра утром вы мне нужны.
- Завтра утром у меня работа, я не могу по первому вашему требованию все бросать, что бы вам чего-то объяснить.
- Какая работа?
- Это не ваше дело.
- Мое. Какая работа?
- Завтра я иду в детский дом на елку.
- А какое отношение это имеет к «ИвРесурсу»?
- Это имеет отношение к простой человеческой морали.
- Не на какую елку вы не идете. Завтра утром мы займемся финансовыми отчетами компании.
- Я уже обещал что приду. Дети будут ждать. Это детский дом, я не могу подвести детей.
- Не надо обещать того, что не можете выполнить.
- Нет, могу.
- Володя, если вы пойдете на елку в детский дом, то когда я найду Васенева, я буду ему вынужден рассказать о вашем отношение к работе. Да и остальным учредителям это мало понравится. Вы здесь никто, и звать вас никак. Не думаю, что вы здесь задержитесь. И само собой незамедлительно об этом узнает Елена. Так что делайте выводы. Если вас завтра утром не будет на рабочем месте, то можете распрощаться с работой.
Тридцатое декабря, утро. Детский дом. Дети уже проснулись и у елки готовились к приходу деда Мороза. Михалыч чистил во дворе снег, торопился успеть к приезду деда Мороза. Уже заканчивая работу, неожиданно ломается лопата. Со сломанной лопатой он заходит в дом.
- Николай Николаевич, смотри, лопата свое отслужила, – Михалыч продемонстрировал сломанную лопату.
- Много осталось не чищенным? – поинтересовался Николай Николаевич.
- Да практически все вычистил, только вот завтра уже будет нечем чистить, если выпадет снег.
- Михалыч, сходи на базар, купи новую, зимой без лопаты нельзя сам понимаешь.
- Хорошо.
- У тети Вали возьми деньги, скажешь лопату купить.
Михалыч пошел на кухню к тете Вале. В это самое время к входной двери подошел Володя с Наташей, в нарядах деда Мороза и снегурочки и позвонили в дверь. Васенев, проходя через зал, услышав звонок, направился открывать дверь.
- Я открою, – сказала тетя Маша Васеневу. – Я бутерброды с колбасой приготовила, иди позавтракай, а то чуть свет убежал снег чистить незавтракши.
- Тетя Маша, ты за всем уследишь, – Васенев прошел на кухню.
Тетя Маша открыла дверь.
- С Новым годом вас, – в дверях стояли дед Мороз со Снегурочкой.
- Проходите, дети вас уже заждались.
Володя с Наташей зашли в дом.
- Вы сразу к детям, или может сначала на кухню чайку с холода попить.
- Дедам Морозам ничего горячего нельзя.
- Тогда прошу за мной, – тетя Маша повела их в соседний зал, где их уже ждали дети.
Увидав, деда Мороза, дети подняли радостный крик.
- Что надо сказать? – Николай Николаевич обратился к детям.
- Здра-вствуй-те! – закричали дети.
- Здравствуйте детишечки, - поприветствовали детей дед Мороз со снегурочкой.
- Николай Николаевич, я тогда пойду пироги печь, если нужна буду, позовете, – тетя Маша вышла из зала.
На кухне в это время завтракали Михалыч и тетя Валя.
- У меня лопата сломалась, Николай Николаевич сказал к тебе за деньгами подойти, – Васенев отпил горячего чаю.
- А ты когда за лопатой пойдешь?
- Вот как позавтракаю, так и пойду.
- Михалыч, купи заодно ниток, Владик вчера курточку порвал, а зашить нечем.
- Хорошо, тетя Валя. А какие нитки купить, я в них не разбираюсь.
- Черные, скажешь им, пуховик зашить, они тебе сами подберут.
Тетя Маша вернулась на кухню.
- Дед Мороз приехал, – сказала тетя Маша, зайдя на кухню.
- Мы уж по крику детей поняли, – тетя Валя, допила чай, и встала из-за стола.
- Сколько денег на лопату надо, Михал Михалыч?
- А ты куда-то собираешься? – поинтересовалась тетя Маша.
- Да вот лопата сломалась, пойду покупать.
- Купи продуктов заодно, сейчас тебе список дам, – попросила тетя Маша.
- Хорошо, давай свой список
Тетя Маша написала список и положила его на стол. Еще душевно поговорив минут пятнадцать, Васенев встает из-за стола.
- Хорошо с вами девочки, но пора идти за покупками, а то так я с вами до вечера просижу, – Васенев одел пальто и вышел из кухни. Уже подходя к входной двери, он вспомнил, что оставил список продуктов на столе и возвращается. Только выйдя из зала, в него тут же входят дед Мороз, Снегурочка, Николай Николаевич и дети. Пройдя через зал, они выходят на улицу гулять.
Кухня.
- Пошел за покупками, а список забыл, – Михалыч взял список со стола.
Направившись к выходу, его окликнула тетя Маша.
- Михалыч, посмотри, все ли я понятно написала?
Михалыч остановившись, стал читать записку.
- Да вроде бы все понятно. У тебя же самый лучший почерк в мире, тетя Маша.
Дед Мороз только что выйдя с детьми во двор, вспоминает, что в доме забыл свой посох с подарками.
- Николай Николаевич, я посох в доме забыл, я сейчас схожу за ним и вернусь.
Поднявшись по ступенькам на крыльцо, Володя протянул руку к ручки двери. В это же время, с другой стороны двери за ручку взялся Васенев.
- Дедушка Мороз, – окликнула Володю Наташа, когда он уж собрался открыть дверь, – посох в углу стоит, я его в угол поставила, чтобы он не мешался.
- В какой? – Володя отпустил ручку и повернулся к Наташе.
- Подожди, я пойду покажу.
Когда Васенев собрался открывать дверь, его окликнула тетя Маша.
- Михалыч, а как ты собрался идти за покупками без денег?
- И правда, что сегодня такое, я так никогда не уйду.
- Пошли дам тебе денег.
Васенев прошел на кухню. Только выйдя из зала, с улицы заходят Володя с Наташей. В третий раз за день Володю и Васенева разделила доля секунды от встречи.
- Какие здесь хорошие дети, – поделилась своими впечатлениями Наташа, идя через зал.
- Да. Так приятно видеть их улыбки, – согласился с ней Володя.
- Я счастлива здесь, – приостановилась Наташа.
- Я тоже, – Володя стоял напротив Наташи, держа ее за руки, – ты очень красивая Снегурочка.
Он приблизился к Наташе, что бы ее поцеловать.
- Подожди, – остановила Наташа дедушку Мороза.
- Я слишком стар для тебя? – шепотом спросил Володя.
На Наташу смотрел старый дедушка, с длинной седой бородой. Наташа приспустила с лица старика бороду на резинке, и на нее уже смотрело красивое лицо молодого человека.
- Так ты выглядишь моложе, – и они слились в поцелуе.
Васенев выйдя из кухни, увидел целующихся деда Мороза со Снегурочкой. Что бы их не смущать, Васенев старается пройти мимо их не замеченным.
Звук закрывающейся двери отвлекает Володю с Наташей от поцелуя.
- Надо за посохом идти, – еле слышно сказала Наташа.
- Да, за посохом, – вспомнил Володя.
Натянув бороду обратно на лицо, Володя с Наташей пошли за посохом.
Васенев выйдя из дома, видит счастливых детей, играющих в снежки.
- Николай Николаевич, я за покупками. Мне тетя Маша еще наказала продуктов купить, а тетя Валя ниток.
- Хорошо Михалыч.
- Дядя Миша, оставайтесь с нами, к нам дед Мороз со Снегурочкой приехали, – дети пытались уговорить Михалыча остаться, – они за посохом пошли, сейчас вернутся.
-Я знаю, я их только сейчас встретил в доме, но к сожалению мне надо идти.
Только выйдя за калитку, из дома выходят счастливые дед Мороз со Снегурочкой, с посохом и с мешком подарков.
Давно у детей не было такого праздника. Даже предыдущие Новые года проходили гораздо скромнее и сдержанней. Дети от души веселились, радовались, водили хоровод вокруг елки, проводили конкурсы. Володя с Наташей настолько вжились в роли деда Мороза и Снегурочки, что даже потеряли счет времени. И вместо положенных двух часов, провели в детском доме целый день. Володя был искренне тронут, видев счастливые глаза детей, когда он им дарил гостинцы. Дети рассказывали ему о своих желаниях, о том кем они будут, когда вырастут. И очень сильно переживал, что завтра он вынужден будет приехать в этот дом уже не в качестве деда Мороза, а проконтролировать выезд этих детей из их родного дома. Детей, с которыми он так сейчас счастлив. От этих мыслей он был готов сквозь землю провалиться, только бы не выполнять эту грязную работу. Единственное его желание на Новый год было, это завтра придти в этот дом опять в качестве деда Мороза.
- Знаешь какое мое желание на Новый год, - спросил Володя Наташу, когда они попрощались с детьми и пошли домой.
- Какое? – поинтересовалась Наташа.
- Это завтра, вернуться сюда опять в качестве деда Мороза.
- Это было бы здорово. А я бы опять бы пришла снегурочкой.
- К сожалению это невозможно.
- Володя, в новый год случаются чудеса, может и в этом году случится чудо?
- Я бы очень этого хотел. Но это невозможно. Завтра я приеду выселять детей, и ничего поделать с этим нельзя.
- А если найдется Васенев и перенесет переезд детей? Хотя бы на 3 января, чтобы дети встретили новый год дома.
- Если даже он и найдется, то вряд ли он это сделает. Мы с тобой взрослые люди, и должны понимать, что чудес не бывает.
- Володя, а вдруг он найдется, и подарит детям праздник.
- Наташ, да он как сквозь землю провалился, я бы отдал все, лишь бы было так, но его весь город ищет, и никто не может найти. Куда этот старый хрыч мог подеваться?
Немного отойдя от детского дома, в дом пришел с покупками Михалыч. Дети бурно, наперебой стали с ним делиться впечатлениями от встречи с дедом Морозом и со снегурочкой.
Виктор Борисович Карцев ходил по улицам и показывая фотографию Васенева, опрашивал прохожих. Заходил в магазины, аптеки, кафе, все, что попадалось на пути. Нигде, никто ему ничего не сказал. Так он проходил весь день. Уже поздно вечером, идя по переулку, он увидел вывеску «Бар. Нора барсука».
Осмотрев бар снаружи, Виктор Борисович зашел внутрь.
- Что будете заказывать? – спросил бармен Карцева, когда он подошел к стойке бара.
- Что у вас из горячего есть?
- Рекомендую попробовать жаркое по-домашнему.
- Хорошо. И чашечку кофе, натурального.
- Что-нибудь еще?
- Нет. Все.
- Заказ принят. Проходите, присаживайтесь, сейчас вам принесут.
Виктор Борисович прошел за стол, и стал ждать заказ. В зале ребята играли в бильярд. Виктор Борисович с интересом наблюдал за игрой, пока ждал заказ. Увидев, его интерес к игре, к нему подошел молодой человек, который подходил к Васеневу.
- Партеечку в бильярд сыграть не желаете?
- Я лучше понаблюдаю, - ответил Карцев.
- Ну, как хотите, – молодой человек развернулся и отошел.
Бармен приносит заказ Виктору Борисовичу на подносе и составляет его на стол. Собравшись уходить, его окликает Виктор Борисович.
- Минутку, пожалуйста.
- Что-то еще? – повернулся бармен к Карцеву.
- Да, посмотрите пожалуйста, вы видели раньше этого человека? – Карцев показал бармену фотографию Васенева.
- Да, - бармен его сразу узнал, так как ему никогда еще не давали столько чаевых, как Васенев, - недели две назад он заходил сюда, дал хорошие чаевые.
Наконец-то кто-то его видел. Карцев даже перевел дыхание.
- Я частный детектив. Меня зовут Виктор Борисович Карцев. Я ищу этого человека. Как раз две недели назад он пропал. В какое время он здесь был?
- Около двенадцати зашел. А может в начале первого ночи. Сейчас уже точно не вспомню.
- А вышел во сколько?
- Может около двух, трех.
- Что он заказывал?
- Он заказал бутылку виски. Его редко кто заказывает, поэтому я его и запомнил. Еще он хорошие чаевые оставил. Ушел он отсюда в хорошем состоянии. Даже в очень хорошем. Я предложил ему вызвать такси, он отказался.
- Почему?
- Не знаю.
- Он о чем-нибудь говорил?
- Было видно, что он о чем-то переживает. Говорил, что Володя прав. Не знаю кто это. Ну, знаете обычный пьяный разговор. Он что-то бормотал, я с ним соглашался.
- Вспомните, что он еще говорил. Это очень важно.
- Жену, упомянул, сказал, что ее не достоин. Поздравил меня с Новым годом.
- А куда он пошел из бара, не сказал?
- Сказал.
- Куда? – в надежде спросил Карцев.
- Домой. Сказал, жена уже беспокоиться, надо домой идти. Я ему помог выйти из бара.
- И в каком направление он пошел?
- Вдоль улицы, слегка пошатываясь, в сторону Театральной.
- Понятно, - Карцев задумался. – А не подскажете, вон те ребята часто здесь бывают? – он указал на играющих в бильярд.
- Да. Практически каждый вечер.
- А в тот вечер они были, не припомните.
- Да. Роман, ему еще предложил сыграть.
- Кто это Роман?
- А который к вам тоже подходил предлагать сыграть.
- Понятно. И что Васенев согласился?
- Отказался, Роман ушел.
- Ясно, значит, стоит у них поинтересоваться, может что знают.
- Вряд ли они что вам скажут.
- Почему?
- Они не очень хорошо относятся к представителям власти.
- Я не представитель власти, я частный детектив.
- Какая разница. Ваши вопросы они могут воспринять как допрос.
- Ну, я все равно попытаюсь.
- Только поаккуратней, это серьезные ребята… ну вы понимаете.
- Местная братва что ли? – улыбнулся Карцев.
- Ну, типа того.
- Не беспокойтесь, все будет хорошо, - Карцев достал несколько купюр и дал бармену, - спасибо, вы очень помогли.
Карцев подошел к ребятам.
- Так как на счет партеечки? – обратился он к ним.
Роман посмотрел на него изучающим взглядом.
- Сколько?
- На интерес.
- Здесь не детское заведение дядя. Тут понимаете, на бабло играют.
Карцев хорошо играл в бильярд. И заранее знал уже исход игры, хотя на ребят произвел впечатление новичка.
- Ребят, не хочется оставлять вас без денег, - честно сказал Карцев.
Раздался громкий смех.
- А ты захоти, – сказал спокойно Роман, глядя ему прямо в глаза.
Как и предполагал Карцев, что переубеждать их бесполезно, спросил:
- Какие ставки?
- Сотка, – так же невозмутимо сказал Роман.
- Ну, это все равно, что на интерес, - улыбнулся Карцев.
Ребят это задело, что Карцеву и нужно было. Он неплохо разбирался в психологии, и знал, что ситуацией владеет лучше тот, кто остается более спокойным. Главное не перегнуть палку. А то может дойти и до мордобоя. Но если ребята местные завсегдатае, то маловероятно, что до этого дойдет. По крайней мере в баре. Иначе может получиться, что придется им искать другое место обитания. В любом случае у каждого есть свой порог терпения, и нащупывать его надо аккуратно.
Карцев внимательно наблюдал за реакцией ребят.
- А вы мне нравитесь, - после недолгой паузы произнес Роман. – Приятно иметь дело с серьезным человеком. Сколько?
- Давайте пятихатка что ли, - невозмутимо сказал Карцев, продолжая внимательно наблюдать за реакцией ребят.
- Я думал вы серьезный человек, - усмехнулся Роман.
- Сколько?
- Штука, - ответил Роман.
Обстановка накалялась.
- Ну что ж, – Карцев спокойно отсчитал тысячу долларов, - деньги пусть будут у бармена господа, - он подошел к стойке бара и положил на стойку деньги, – ваш взнос господа.
Ребята стали собирать у кого сколько есть. Роман не мог позволить, что бы какой-то левый пенсионер, зашедший с улицы, вот так их унизил. Он был уверен в победе. Не может же какой-то старикан выиграть его.
Роман подошел и положил свои деньги.
- Приступим?
- Прошу вас.
Они подошли к бильярдному столу.
Разговор завязался, это уже хорошо. Теперь нужно перевести разговор на интересующую его тему.
- Я ищу одного человека, - в процессе игры сказал Карцев.
- Кого же?
Карцев достал фотографию Васенева и протянул ее Роману.
- Он пропал две недели тому назад, - пояснил Карцев.
- Нет, здесь его не было, – уверенным голосом сказал Роман.
- Странно, а бармен сказал, что он был здесь.
- Не здесь ищешь дядя, лучше бы от игры не отвлекался бы.
- Игра под контролем, можете не волноваться, молодой человек.
- А никто и не волнуется, - тон голоса Романа все-таки выдавал его раздражение.
Карцев понял, что ребята что-то скрывают.
- Посмотрите повнимательней на фотографию, может все-таки вспомните? Я заплачу.
- Сколько?
- Сотни хватит? Баксов.
- Он приходил, заказал себе виски, поставил бутылку нам. Я предложил ему партеечку, он отказался. На этом наш контакт с ним закончился.
- Долго он здесь пробыл?
- Около трех часов.
- А потом куда он пошел?
- Я за ним не следил, откуда я знаю.
- Может, что-то необычное в нем заметили?
- Ничего необычного в нем не было. Пришел, напился, ушел.
- Ясно, – Карцев понял, что Роман больше ничего не расскажет, и чтобы не терять время, решил закругляться с игрой.
- Партия ребята, – Карцев забил в лунку последний шар. – Бармен, мы закончили, могу я свой выигрыш получить? – более громким голосом обратился он к человеку за стойкой бара.
Бармен неуверенно подошел с деньгами к игравшим. Карцев взял деньги и пересчитал их.
- Это тебе за обед, – Карцев щедро дал бармену из только что выигранных денег сотню баксов.
- Ребята, спасибо за интересную игру. В другой раз вам обязательно повезет. Это вам за информацию, – на бильярдный стол Карцев положил 100 долларов и вышел из бара, так и оставив ребят стоять у стола.
Выйдя на крыльцо, Карцев посмотрел наверх, на ночное, звездное небо. Воздух на улице был морозным и свежим. Было приятно сделать глоток свежего воздуха, после прокуренного, душного помещения.
- Уже что-то, - подумал Карцев. - И куда он мог пойти?
Виктор Борисович сошел с крыльца и направился по темному переулку.
- Завтра надо сюда вернуться, - размышлял Карцев, - осмотреть местность. Может он обронил что-то? Оставил какие-нибудь следы. Жаль времени уже много прошло. Маловероятно, что что-нибудь найду. Но в любом случае надо проработать все. Непонятно одно. Это заведение не его уровня. Он бы никогда бы в него не пришел. Может у него была встреча в этом баре? Бармен сказал, что он был один. Может просто тот человек не пришел? Но почему встреча в такой дыре? А не в ресторане или в офисе? Похоже, он забрел сюда случайно. Елене пока звонить не буду, уже поздно. Да и информации пока мало. Но уже что-то. Куда он мог пойти дальше, выйдя из бара? Бармен сказал, что он собрался идти домой. Значит на этом отрезке пути, от бара до дома он и пропал. А может он передумал идти домой? Этого тоже нельзя исключать.
- Мусорные контейнеры, - Карцев увидел контейнеры с мусором, в котором рылись бродячие коты, - в любом случае он проходил мимо них, - продолжал он размышлять, - Васенев вышел из бара, дошел до этих контейнеров, и куда он пошел дальше?
- Эй, папаша, - Карцев, услышал сзади себя голос.
Карцев обернулся, и увидел ребят, с которыми он только что играл в бильярд.
- Папаш, так не уходят, не дав отыграться, – ребята вплотную, кругом обступили Карцева.
- Мне некогда, в следующий раз отыграетесь.
- Извини отец, следующего раза не будет, – сказал Роман спокойным и уверенным голосом.
Глава 4
Тридцать первое декабря. Канун Нового года. Сан Саныч как всегда, утром шел к своей любимой и родной помойке. К бару «Нора барсука». Он шел в приподнятом настроение. В праздничные дни всегда там можно было найти что-нибудь вкусненькое. Подойдя к своей кормушке, Сан Саныч увидел выглядывающего из нее Карцева. Второй раз за месяц Сан Саныч натыкается на незнакомого мужика в месте, где кушал каждое утро.
- Да что это такое творится, ёперный театр, - негодовал Саныч, - в Новый год и то не дадут спокойно позавтракать.
Сан Саныч удивленно смотрел на мужика.
– Это когда-нибудь кончится, чтобы можно было спокойно придти поесть и не найти здесь какого-то бродягу? – продолжал возмущаться Саныч. - Сколько же вас развелось, нормальным людям уже некуда пойти перекусить.
Карцев продолжал сидеть в мусорном контейнере и смотреть на Сан Саныча непонимающим взглядом.
- Ты вообще, что здесь делаешь? – обратился Сан Саныч к незнакомцу.
- Не знаю.
- Раз не знаешь, тогда вылезай.
Карцев привстал, чтобы вылезти из контейнера. На нем были только рубашка и брюки.
- Ты сюда в этом пришел? – спросил удивленно Сан Саныч.
- Не знаю.
- Ты вообще кто?
- Не знаю.
- Как сюда попал, тоже не знаешь?.
- Да.
- У меня кажется Дежавю, – Сан Саныч понял, что завтрак сегодня у него отменяется. – Ладно вылезай, пойдем ко мне я тебе что-нибудь из одежонки дам. Так зимой не одеваются как ты. Давай поторапливайся, надо еще придумать, куда тебя пристроить, а у меня сегодня дел полно. Сегодня все-таки Новый год.
Детский дом. Утро 10.00. Дети собираются на конкурс талантов. Васенев заходит в кабинет к Николаю Николаевичу.
- Николай Николаевич, Владик сказал, что ты меня звал.
- Да проходи Михалыч, – директор за столом считал деньги.
- Что случилось?
- Михал Михалыч, присмотришь за детьми на конкурсе? – Николай Николаевич обратился с просьбой к Васеневу.
- А ты разве не поедешь сам? Ты же очень хотел поехать
- Понимаешь, так получается, что мы должны сегодня освободить здание. Я сейчас поеду в администрацию упрашивать, чтобы нам разрешили хотя бы еще на пару дней остаться, чтобы мы могли Новый год встретить.
- Так и не дают разрешение?
- Нет. И еще по магазинам мне надо успеть проехаться. Купить на праздник детям что-нибудь вкусненького и подарки.
- А денег хватает на подарки?
- Вот деньги администрация выделила нам, десять тысяч рублей. Последний раз, – со вздохом произнес Николай Николаевич. - Вот сейчас распределяю. Три тысячи рублей на праздничный стол, четыре тысячи пятьсот на подарки, по одной тысячи новогодние премии тете Маше и тете Вале и пятьсот рублей тебе за работу. Я знаю это мало, но больше я не могу тебе предложить, – директор протянул Васеневу пятьсот рублей, - ну что, договорились? Ты с детьми на конкурс, а я в администрацию и по магазинам.
- Николай Николаевич, какие подарки ты купишь на четыре пятьсот? Это только велосипед стоит, о котором мечтал Владик. А что тогда остальным?
- В этом году Владик останется без велосипеда, – с горечью сказал директор детского дома.
- Николай Николаевич, мне деньги не нужны, я хочу, чтобы мои деньги ты оставил на подарки детям.
- Михалыч, этого все равно не хватит, а тебе надо о себе подумать. Ведь скоро ты опять окажешься на улице, тебе понадобятся деньги.
- Николай Николаевич, все равно я хочу, чтобы деньги ты потратил на подарки. Дети важнее.
- Михалыч, я тронут. Не думал, что на земле есть еще такие люди.
- Так что езжай в администрацию и за подарками, а я с детьми на конкурс поеду.
- Даже не знаю, чтобы я без тебя делал. А деньги все равно возьми.
Площадка перед детским домом, на которой собрались все дети, Николай Николаевич, тетя Маша с тетей Валей и Михал Михалыч. За воротами их ждал автобус, который должен повести их в школу на конкурс.
- Владик, гитару не забыл взять? – поинтересовался Николай Николаевич.
- Она уже в автобусе.
- А какую песню будете исполнять, решили?
- Twist and shout. Видите, мы даже прически под Битлз сделали.
- А где Михал Михалыч? – директор потерял из вида Васенева.
- Я здесь, – Васенев отвлекся от разговора с детьми.
- Михал Михалыч, вроде бы все собрались, сажаем детей в автобус, ты едешь с ними, тетя Маша с тетей Валей здесь остаются готовить праздничный стол, а я в администрацию.
- Я готов.
- В школу приедете, спросишь там директора Владимира Ильича Сафиуллина, сразу скажу, человек он противный, дети его не любят, но не обращай внимание, он вам покажет, где вам разместиться, когда выступать и так далее.
- Хорошо Николай Николаевич.
В воротах появился Сан Саныч с незнакомцем.
- Николай Николаевич, как хорошо, что я тебя застал, – Сан Саныч обрадовался, увидев директора детского дома.
- Здравствуй, Сан Саныч, – директор пожал руку гостю.
- Я не один к тебе пришел, – Сан Саныч замялся. – Сегодня утром пошел завтракать и опять в своей кормушке нашел человека. С одеждой я ему помог, а вот с жильем…
- Ну, ты даешь, Саныч. Если ты мне будешь каждую неделю приводить бездомных людей…
- Не буду. Я сам не знаю, что с ним делать. Не оставлять же его было на улице замерзать. При чем сегодня Новый год.
- Это правильно. Что хоть за человек?
- Вот он, – Саныч указал на своего нового друга. – Только он тоже ничего не помнит.
- Даже как зовут?
- Да.
- И как ты его назвал?
- Петей.
- Нет, он на Петю совсем не похож. Он чем-то похож на Лужкова, пусть будет Юрием Михайловичем. Хочешь быть мэром столицы? – пошутил директор детского дом.
- Ну что, будешь Юрием Михайловичем, - сказал Саныч.
- Хорошо, – новоиспеченный бомж нехотя согласился быть Лужковым.
- Ну и что мне с Юрием Михайловичем делать? Ты знаешь, что мы сегодня последний день здесь?
- И куда вы теперь?
- Не знаю. Вот сейчас в администрацию поеду. Не с собой же мне его брать?
- Николай Николаевич, а пусть он с нами едет, – в разговор вмешался Васенев.
- Куда с вами?
- На конкурс. Он не помешает. А за одно мы и подумаем, куда нам теперь, я ведь тоже здесь последний день, так что у нас с ним одна проблема.
- Да ты прав Михалыч. Ну что ж, езжайте, вдвоем вам легче будет, может, что и придумаете.
- Ну, что пойдем, Юрий Михайлович, – Васенев с Лужковым пошли к автобусу, в котором уже сидели дети.
- Михалыч, – Васенева окликнул директор, – удачи на конкурсе, знайте, я за вас болеть буду.
- Спасибо Николай Николаевич.
Корпорация «ИвРесурс».
- Сегодня короткая смена, сообщишь служащим, что бы в 12.00 ко мне все зашли. Я их поздравлю и вручу подарки.
- Хорошо, Володя.
- Наташ, а ты Новый год, где будешь встречать?
- Дома.
- Одна?
- Да.
- Наташ, Новый год нельзя встречать в одиночестве. Давай вместе его встретим? Ты как на это смотришь?
- Честно говоря, я не думала куда-то идти на Новый год.
- Я тоже не думал никуда идти. Этот год был особенно тяжелым, и я хотел бы Новый год встретить с тобой.
- Хорошо, Володя.
Раздался телефонный звонок.
- Корпорация Всенева. Здравствуйте, – Наташа подняла трубку, – это тебя Елена.
- Елена? – Володя взял трубку у Наташи.
- Володя, Карцев пропал.
- Не понял. Куда пропал?
- Я не могу с ним связаться, – Елена говорила срывающимся голосом.
- Елена не волнуйся. Объясни по порядку, что случилось?
- Вчера я звонила Виктору Борисовичу, он сказал, что у него есть зацепка в пропаже мужа.
- Какая?
- Не знаю. Он сказал, что перезвонит, а вечером обещал подъехать. Я просила по телефону все рассказать, но он сказал это не телефонный разговор, все при личной встрече расскажет. Но так и не приехал и не перезвонил. Телефон у него не отвечает. Я всю ночь пыталась до него дозвониться.
- Елена, тебе надо успокоиться. Выпей что-нибудь успокоительного, и ложись спать. А я попробую выяснить, куда он пропал. Может у него аккумулятор сел и не стоит волноваться.
- Володь, в наше время связь это не проблема. Я думаю, он нашел бы, откуда позвонить.
- Лен, не переживай, выпей успокоительного и ложись спать, тебе надо отдохнуть. Я тебе перезвоню.
- Володя, только ты хотя бы не пропадай. Будь, пожалуйста, на связи.
- Обязательно Лен. Ну, все ложись и попытайся уснуть.
- Хорошо Володь.
Володя задумчиво положил трубку.
- Володя, что случилось? – поинтересовалась Наташа.
- Представляешь, детектив, которого я нанял найти Васенева, сам куда-то пропал. Даже не знаю, что и думать.
Школа № 41. Актовый зал.
- Проходите, конкурс уже идет, – директор школы Владимир Ильич Сафиуллин показал, куда пройти только что прибывшим Васеневу с детьми. - Вот сюда присаживайтесь.
- Спасибо, Владимир Ильич, – сказал Васенев. – Можно узнать, мы когда выступать будем?
- Выступает одиннадцать коллективов, вы выступаете шестыми. Сейчас выступает третья группа, – на сцене в это время пели матрешки старинные русские песни. – В финал выйдут двое участников. Каждый из них исполнит по одной песни. После чего определяется победитель. Как вы знаете приз – синтезатор, стоимостью 12 тысяч рублей.
- А победитель как будет определяться?
- Победителя будет определять жюри, которое состоит из 5 представителей из разных школ во главе с Вячеславом Зайцевым.
- А кто такой Зайцев?
- Вы не знаете Зайцева? – удивился Сафиуллин.
- У меня с памятью проблемы, - честно сказал Васенев.
- Ну, деревня. Не заморачивайтесь. Просто запомните, ваш номер шесть.
- Все понятно.
- Ну, тогда готовьтесь, а я пойду. Мне надо концерт вести, - пошел Сафиуллин по пути бурча, - какие дауны только не приезжают к нам в школу.
- Ну, что Владик, готов к выступлению? – обратился Васенев к Владику.
- Мне не понравился этот человек, - сказал Владик.
- Не обращай внимание. Ты лучше ответь, готов?
- Готов, Михал Михалыч, только волнуюсь.
- Это ничего, все великие артисты перед выходом на сцену волновались. Я уверен, тебя ждет успех.
- Спасибо. Вы меня подбодрили.
- Twist and shout будете исполнять?
- Да, она у нас лучше всего получается.
- Вы будете Битлз петь? – разговором заинтересовался Карцев.
- Да. Это моя любимая группа, - ответил Владик.
- Я думал в наше время Битлз не слушают.
- Это самая знаменитая группа в мире. Она существует уже вне времени. Их будут слушать всегда.
- Приятно слышать это от молодежи, – искренне сказал Карцев.
- Юрий Михайлович, ты бы слышал, как они поют. Не хуже Битлов.
- С удовольствием послушаю.
- Владик, а в финале, что будешь петь?
- Михал Михалыч, в финал надо еще пройти.
- Владик, ты пройдешь, я в этом абсолютно уверен. Ты самый талантливый.
- Скажите тоже.
- Это на самом деле. Тебе главное не забрасывать музыку, и я уверен, ты далеко пойдешь
- Вы так, говорите, чтобы я не волновался.
- Владик, это не только мое мнение, так думает и Николай Николаевич. Я думаю, того же мнения будет и Юрий Михайлович, когда услышит тебя, этого же мнения будут и жюри. Вот увидишь.
- Хорошо бы.
- Так что ты на финал приготовил?
- Если я пройду в финал, то буду выступать без группы. Один.
- Владик, одному я тебе не советую выступать. Это очень сложно.
- Я знаю.
- Так зачем же ты будешь выступать один? У тебя группа, они тебя в любой момент поддержат, тебе будет с ними намного проще.
- Михал Михалыч, я буду исполнять Yesterday, а Пол МакКартни на сцене всегда ее пел один без группы. Понимаете?
- А почему именно Yesterday?
- Это самая знаменитая песня в мире. Я верю, что она принесет удачу.
После выступления четвертой группы, на сцену выходит Владимир Ильич, чтобы объявить следующую группу. Группу своего сына, Ильи. Илья был старше Владика на 2 года. В детстве это очень существенная разница.
- Сейчас перед вами выступит очень талантливая группа. Которая в прошлом году заняли первое место в рок-феврале, встречайте Илья Сафиуллин и группа «Непутевые».
На сцену выходят сын директора с аккомпанирующей группой. В зале раздаются аплодисменты.
- Здравствуйте. Сейчас мы исполним хит Бориса Гребенщикова «Рок-н-ролл мертв».
Начинается вступление песни.
- Какие нервные лица, быть беде
Я помню, было, небо, но не помню где…
- Чисто играют, не знаю, как у них так получается, – Владик поделился своим впечатлением с Михал Михалычем.
- Владик, ты сможешь лучше.
- Не знаю.
- Владик, ты сможешь, – более уверенно сказал Васенев.
- Подождите, – Владик встал с кресла и куда-то направился.
- Ты куда, Владик, тебе следующим выступать.
- Я сейчас.
На сцене заканчивали свое выступление «Непутевые». Через некоторое время на свое место прибегает Владик.
- Михал Михалыч, они выступают под фанеру, по этому они так чисто и играют.
- Владик, это серьезное обвинение, ты точно это знаешь?
- Да. Он рот даже не под музыку открывает.
- Тогда надо сообщить об этом жюри.
- Бесполезно, он сын директора. Я думаю ему уже место приготовлено в финале.
В это время Владимир Ильич со сцены зачитывает оценки жюри.
- 5, 5, 4, 5, 5, 4. Четыре пятерки и две четверки. На сегодня это пока лучший результат.
- Вот видите. Выступив под фанеру, получает лучшие оценки.
- Владик, в рок-н-ролле не главное чисто спеть и сыграть. А главное энергия, а у тебя она есть. И после фанеры это сразу будет заметно.
- А сейчас я на сцену приглашаю группу «Грибы» из детского дома №10, – директор объявил следующую группу.
- Владик, тебе пора на сцену, группа тебя уже ждет. Докажи, что рок-н-ролл жив.
Владик поспешил на сцену.
На сцене его уже ждала группа. Два гитариста, ударник, и трое детей на подпевках стоящих у одного микрофона.
Владик выходит с гитарой на сцену, подходит к микрофону и сразу же с ходу начинает петь Twist and shout.
- Well, shake it up baby, now,
- Shake it up baby - вступили подпевки
- Twist and shout
- Twist and shout – повторили за Владиком дети на подпевках….
Владик начал с таким драйвом и задором, что зрители не могли усидеть на месте и выходили танцевать между рядами. Единственный человек, который оставался не возмутим, это был директор школы Владимир Ильич. Он стоял за кулисами и злобно наблюдал за происходящим.
После окончания песни из зала раздались радостные крики и аплодисменты.
- Рок-н-ролл жив, – сказал Владик в микрофон и ушел со сцены.
На его место вышел Владимир Ильич.
- Ну что ж, посмотрим какие оценки, выставят судьи.
Судьи в жюри один за другим стали поднимать высшие оценки. Директору все что оставалось, это их огласить.
- 5, 5, 5, 5, 5, 5.Все пятерки. Переходим к следующей группе…
Владика все поздравляют с удачным выступлением, жали руку, хлопали по плечу.
- Ты был в ударе.
- Я на репетициях не видел, чтоб ты так пел.
- Поздравляю, – к Владику подходили выразить свое восхищение даже не знакомые люди.
- Это заслуга всей группы.
- В финал ты уже прошел, а ты сомневался. Я уверен, победа за тобой.
- Спасибо, Михал Михалыч. Без вашей поддержки я бы никогда не смог бы так выступить.
Кабинет директора.
- Папа, мы проиграли, – Илья жаловался директору. – У меня нет шансов.
- Ты рано сдаешься, – спокойно сказал Владимир Ильич.
- А что мы можем сделать?
- Уже все сделано. Они не будут выступать в финале.
- Почему?
- Посмотри, – Владимир Ильич указал на стоявшую в углу гитару.
- Что это?
- Это гитара Владика Листьева. Без нее он не сможет выступать. Больше ему не где взять гитару.
- Но как тебе это удалось?
- Это не важно. Иногда двоечники тоже могут быть полезны. Небольшое давление, и они сделают всю грязную работу.
Илья сразу повеселел.
- Так что иди и не переживай. Победа у тебя в кармане.
Корпорация Васенева.
- Ну что, вроде бы всё. Всех поздравили, теперь можно и самим идти, – Володя собирал вещи со стола.
- Теперь сюда вернемся только в следующем году? – Наташа сидела на диване.
- Да.
- Немного грустно только.
- Почему?
- Под конец года столько разных проблем.
- Да. Не понятно, что будет с компанией без Васенева.
- А что с ней может быть?
- Не знаю. Все что угодно.
- А кому она теперь принадлежать будет?
- Не знаю. Елена не сможет вступить во владение компании еще три месяца. По закону. Поэтому руководить компанией будут оставшиеся инвесторы. Значительная доля акций компании принадлежит главному конкуренту Васенева, господину Керцелю, владельцу компании «ОптИнвест». За три месяца он легко нашу компанию подомнет под себя, и завладеет контрольным пакетом акций.
- И ты ничего сделать не сможешь?
- А что здесь сделаешь?
- Ну, ты же управляющий.
- Я временно заменяющий Васенева. В начале года будет совет директоров, на котором изберут нового управляющего. И это будет человек Керцеля. Наташ, это грязный бизнес. Ничего хорошего здесь нельзя ожидать.
- А как же ты?
- Никак. Мне конечно для вида предложат здесь должность какого-нибудь офис менеджера, где я не принимать ни какие решения, не повлиять на работу компании не смогу. И мне останется только наблюдать за развалом компании.
- Ты считаешь компания развалится?
- Скорей всего. Керцель ее или развалит и останется монополистом на местном рынке. Или объединит со своей компанией, и опять же станет монополистом. Развалить проще.
- Почему?
- Сложно объяснить. Но попробую. На примере детского дома. Сейчас его перестраивают в базу отдыха. Крутятся здесь деньги инвесторов. Выстраивается база. Делают ее убыточной и продают. Дешево. Продает управляющий, заметь, человек Керцеля, значит сам Керцель. И продают компании «ОптИнвест», компании Керцеля. Получается Керцель, сам себе продает Базу отдыха. Зачем? Все очень просто. В компании «ИвРесурс» он частичный владелец, а значит и прибыль от базы будет получать маленькую часть, а в компании «ОптИнвест», у него контрольный пакет акций, и следовательно основная часть прибыли будет уходить к нему. А компания «ИвРесурс» будет терпеть убытки.
- А как же он внедрился в нашу компанию?
- Господин Васенев потихоньку завоевывал рынок и вытиснял Керцеля. Что бы как-то подстраховаться, Керцель перемещает часть активов в нашу компанию.
- Это как?
- В нашу компанию внедрился его человек, через которого он скупал акции компании. Когда его вычислили, Керцель успел скупить двадцать процентов акций, это пятая часть компании.
- А зачем ему это надо было?
- Для подстраховки. Если его вытесняют с рынка, он все равно остается в игре. Потому что с рынка его вытиснит компания, совладельцем которой он является. Керцель мошенник еще похлеще Васенева. Он подобным образом стал владельцем «ОптИнвеста».
- Это как?
- Еще не потеряла нить? Необразованному человеку тяжело разобраться во всех этих тонкостях, - Володя мягко улыбнулся.
- Ну, спасибо. Что меня необразованной назвал.
- Извини, я не имел в ввиду ничего такого. Я даже удивлен твоей эрудиции. Так на чем я остановился?
- Как Керцель стал владельцем «ОптИнвеста».
- Ну да. Ты сама удивишься, на сколько все просто и какой гениальный он мошенник. «ОптИнвест» была государственной компанией, в которой Керцель начинал еще студентом. Закалывал пары в институте и подрабатывал в ней как грузчик. Через это наверно все студенты прошли. После института он стал работать в компании в отделе закупок. Через год он уже возглавлял отдел закупок. У него появился доступ в бухгалтерию, к документам, к счетам, прибыль, расходы и.т.д. И вот здесь он сделал хитрый ход. Он берет большую сумму денег взаймы у компании, и на эти деньги покупает контрольный пакет акций этой компании. Проще говоря, купил саму компанию. И становится владельцем компании. И получается, что он должен деньги той компании, которая ему принадлежит.
- Получается, что он должен сам себе.
- Совершенно верно. Ну ладно, Наташ, надо идти. Сегодня все-таки Новый год.
Наташа встала с дивана. Володя набрал номер на телефоне Службы Охраны.
- Можете кабинет ставить на сигнализацию, мы уходим, – Володя встал из-за стола и с Наташей направился к выходу.
- Михал Михалыч, у меня пропала гитара, – Владик запыхавшись подбежал к Васеневу.
- Как пропала? – удивился Милал Михалыч.
- Я ее оставил за кулисами, сейчас ее там нет.
- А куда могла она деться?
- Не знаю. Без гитары я не смогу в финале выступать.
- Возьмем у кого-нибудь.
- У кого?
- Неужели ты один с гитарой выступаешь?
- А кто еще? Детский хор «Котята» выступают без аккомпанемента, «матрешки» играют на ложках, из двадцать седьмой школы виртуоз на гуслях, из двадцать первой играют на стаканах и бутылках. На гитаре я один.
- А этот перед тобой выступал? Сын директора, он же то же на гитаре играл.
- Сафиуллин? Я думаю, он ее у меня и украл. Что бы от конкурента избавится. У меня только нет доказательств, но больше она не могла никуда деться. Михал Михалыч, через два часа финал, что делать? – Владик отчаявшись смотрел на Васенева.
- А если на электрогитаре?
- Михал Михалыч, на электро Yesterday?
- Ты прав. Мы что-нибудь придумаем.
Васеневу было больно видеть этот взгляд Владика. Для Владика этот конкурс значил очень многое. Для мальчика, который с детства был лишен родительской любви, игрушек, каруселей, каких-либо развлечений, сладостей, всего того, что должно присутствовать в жизни каждого ребенка, этот конкурс был очень важным событием в его жизни. И в Новый год столкнуться с человеческой подлостью, предательством для ребенка это было сильной трагедией.
- Можно собираться домой, – с болью в голосе сказал Владик, – приехали выиграть призы, а уезжаем даже без того, с чем приехали. Теперь, даже дома мне не на чем будет играть.
Васенев присел на корточки напротив Владика и взял его за плечи.
- Ты рано сдаешься, ты будешь выступать в финале! – Михал Михалыч смотрел Владику прямо в глаза.
- Без гитары?
- У тебя будет гитара.
- Откуда ее взять? За 2 часа мы ни где не раздобудем гитару.
- Владик, раздобудем. Ты будешь выступать в финале, – уверенно, но мягко сказал Васенев. – Юрий Михайлович, последите за детьми, пожалуйста, я скоро приду.
Васенев быстрым шагом вышел из школы и стал ловить такси. Он подбегает к остановившейся машине.
- Мне срочно в ближайший магазин музыкальных инструментов.
- 100 рублей.
- Хорошо, – Васенев садится в машину, – только, пожалуйста, побыстрее.
- Как скажите, – водитель, срываясь с места поехал в магазин.
- Далеко еще ехать?
- Так мы только еще 3 минуты едем.
- А сколько еще ехать?
- Я думаю, минут через 5 будем у магазина.
- Так долго?
- Так-то до него ехать 20 минут, я вас еще короткой дорогой везу, свою машину разбиваю.
- А еще быстрее нельзя?
- Куда быстрее? И так 80 едим по этим оврагам и пенькам. Если б у нас дороги еще были хорошими.
- А 85 нельзя?
- Ну, ты даешь отец. Куда такая спешность?
Магазин музыкальных инструментов «Мелодия». Продавец выходит из магазина, что бы его закрыть. К магазину подъезжает Васенев на такси. Он в спешке расплачивается с водителем и бежит к магазину.
- Извините, мне срочно нужна гитара, – выпалил продавцу Васенев.
- Извините, но магазин уже закрыт.
- Извините, но мне она нужна очень срочно.
- Извините, но ничем не могу помочь.
- Не извиняйтесь, можете, сегодня же Новый год.
- Вот поэтому мы и закрываемся. Короткая смена.
- Значит, не откроете?
- Нет.
- Подскажите тогда, где здесь ближайший магазин, где я могу купить гитару?
- Все магазины уже закрыты, сегодня вы ни где не купите, приходите после праздников и купите.
- После праздников будет поздно, мне нужна гитара прямо сейчас.
- Куда такая спешность?
- Вас как зовут?
- Сергей.
- Хорошее имя, – немного задумавшись, сказал Васенев, – Сережа, сегодня праздник, это самый светлый праздник, который празднуют во всем мире. Это Божественный праздник. Сережа, у вас есть родители?
- Есть.
- Вы счастливый человек. У вас есть семья. А есть дети, у которых нет родителей, и единственная радость в их жизни это Новый год. И в этот праздник у одного мальчика, который лишен родительской любви, украли гитару. А ему надо выступать в праздничном концерте. Понимаете? Проявите понимание и немного любви к этим детям, и Господь обязательно вас отблагодарит, у вас не займет это много времени. – Васенев с надеждой смотрел на продавца.
- Ладно, заходите, – Сергей снова открыл дверь.
Васенев с продавцом вошли в магазин.
- Вот не плохой вариант, хорошее звучание, к ней уже прилагается медиатор, – Сергей выложил на прилавок гитару.
- Хорошо, подходит, я беру, – Васеневу очень она понравилась, гитара действительно была очень красивой.
- Одна тысяча семьсот.
- Что одна тысяча семьсот?
- Стоит гитара одна тысяча семьсот рублей.
- А что-то подешевле у вас есть?
- Вот за одну тысячу двести не плохой вариант.
- А самая дешевая сколько стоит?
- Девятьсот сорок рублей.
- Дешевле больше ничего нет?
- К сожалению нет.
- Понимаете у меня только четыреста рублей, больше нет.
- За четыреста рублей у нас нет вариантов.
- Мне гитара нужна только на конкурс, после конкурса я вам ее верну. Честно. Я заплачу вам четыреста рублей за прокат.
- Извините, я не могу. Это не моя гитара.
- Понимаете, этот конкурс очень важен. Через 2 часа я принесу гитару назад.
- Я вам верю, но все равно я не могу дать вам гитару.
Васенев медленно развернулся и направился к выходу.
- Извините, я честно не могу, – вслед Васеневу сказал продавец.
- Я все понимаю, – прошептал еле слышно Васенев.
Васенев стоял у магазина и не знал куда идти. В школе его ждал Владик. И как возвращаться в школу без гитары Васенев не представлял.
Может вас куда подвести? Я на машине, – услышал Васенев позади себя голос.
Он обернулся и увидел продавца запирающего магазин.
- Нет спасибо, – Васенев медленно побрел вдоль улицы.
- Ну, как хотите.
В подавленном состоянии он брел по улице. Падал снег. Васенев повернул на улицу, на которой располагалась корпорация «ИвРесурс». Его корпорация. И проходя мимо этого здания, он остановился. Он никак не мог понять, почему его так тянет в него зайти. Он открыл стеклянную дверь и вошел внутрь. Ни кого, не увидев, он прошел к лифту, и нажал кнопку вызова. Двери открылись, и Васенев зашел в лифт. Как только за ним двери закрылись, спустившись с лестницы после обхода, в зал зашел охранник. Другой охранник, застигая брюки, выходит из туалета.
- Ну, как на верху все чисто?
- Да, как здесь?
- Здесь тоже все нормально.
- Тогда ставь здание на сигнализацию, и повалили отсюда. Я хочу сегодня пораньше домой вернуться. Сегодня же Новый год.
Васенев машинально нажал кнопку седьмого этажа, этажа на котором находился его офис. Он вышел из лифта и подошел к стеклянной двери, за которой находились офисы «ИвРесурса». Вход в офисы надежно охранял электронный код, состоящий из девяти цифр. Васенев как под гипнозом поднес руку к коду и одну за другой стал нажимать цифры. Дверь открылась, и Васенев зашел внутрь. Он не понимал и не осознавал, что делает. Он прошел к своему офису. Открыв дверь, он зашел в свой родной кабинет, в котором он проработал много лет. Он никак не мог понять, откуда ему все так знакомо. Он стоял и осматривал кабинет, пока на глаза ему не попалась гитара. Та самая гитара, с автографом Пола МакКартни.
Глава 5
Школа №41. Актовый зал, на сцене директор школы, Владимир Ильич Сафиуллин.
- Вот мы и подошли к финалу. Напоминаю, главный приз синтезатор стоимостью двенадцать тысяч рублей. Оглашаю решение жюри. В финал выходят Влад Листьев - группа «Грибы», и Илья Сафиуллин - группа «Неприкаянные», - сделав ударение на последнюю группу. – Напоминаю правила финала. Если один из участников не принимает участие по каким-либо причинам в финале, то победителем автоматически становится другой участник, и соответственно получает главный приз. Правила всем понятны? Тогда с вашего позволения объявляю финал. В финале участники решили выступать сольно. И первым на сцену выходит Илья Сафиуллин – чуть ли не крича, директор объявил исполнителя.
На сцену выходит Илья и, аккомпанируя себе на гитаре, начинает петь песню Бориса Гребенщикова «Город».
- Под небом голубым
Есть город золотой
С прозрачными воротами
И яркою звездой…
Карцев сидел с детьми и наблюдал за конкурсом. Он тоже очень проникся этим настроением и искренне переживал за Владика.
- Что-то я не пойму, почему Илья с такта сбивается? – Владик смотрел на сцену.
- Просто он поет живьем, – объяснил один из друзей Владика.
- Почему?
- Потому что его фонограмма у меня.
- Это как?
- Очень просто, я украл ее у него. Они украли у нас гитару, а я украл у них фонограмму. Так что борьба будет честной.
- Борьбы не будет, гитары то все равно нет.
- Михал Михалыч обещал, что будет гитара, значит будет.
- Ну, где же он? – переживал Владик.
- Владик не волнуйся, Михал Михалыч будет, – попытался Карцев успокоить Владика.
- Ну, скоро мое выступление, а его нет.
- Владик, в любом случае ты для нас победитель.
Другие дети тоже переживали за Владика. Кто как пытались его подбодрить. В это время Илья закончил песню. На сцену выходит директор.
- 3, 3, 3, 4, 3, 2, – Владимир Ильич зачитал оценки жюри, – оценки низкие, но ничего не поделаешь. Это честная игра. Посмотрим, как выступит второй финалист. Я приглашаю на сцену Влада Листьева!
- Ну, все, конец. Объявили меня, а гитары нет, – еле слышно проговорил Владик.
В это время в дверях актового зала появился Васенев с гитарой в руках.
- Владик, беги на сцену, – Карцев обрадовался появлению Михал Михалыча.
Владик подбежал к Васеневу. Михал Михалыч присев, обнял Владика.
- Михал Михалыч, я думал вы не придете.
- Прости, что задержался. Бери гитару, я буду за тебя болеть.
- Михал Михалыч, как бы я хотел, что бы вы были моим папой, – у Васенева от этих слов, глаза наполнились слезами.
Владик обнял за шею Васенева и побежал на сцену.
- В связи с тем, что второй финалист не вышел на сцену, то победителем конкурса становится…- директор уже хотел объявить победителем своего сына, как в этот момент на сцену выходит Владик. Директор немного растерялся. – Ну, вот и второй финалист. С опозданием, но все-таки вышел. Владик Листьев, – немного запинаясь, сказал Владимир Ильич и ушел со сцены.
Владик прямо у микрофона проверил настройку гитары и заиграл вступление «Yesterday».
- Yesterday, all my troubles seemed so far away
Now it looks as though they`re here to stay
Oh I believe in yesterday…
Зрители слушали песню, затаив дыхание. После окончания песни все встали со своих мест и аплодировали стоя юному таланту.
- 5, 5, 5, 5, 5, 5 – зачитал оценки Владимир Ильич – Через несколько минут будет объявлен победитель.
Володя у себя дома с Наташей.
- Владимир, это вас из службы охраны беспокоят. В ваш офис зафиксировано проникновение. На место прибыли наши люди, но ни кого не нашли.
- Что-нибудь пропало?
- На месте работают эксперты. Пока никаких следов взлома не обнаружено. Скорей всего это сбой в системе. Вам нужно приехать сюда проверить сейф, все ли на месте и засвидетельствовать, что все в порядке.
- Хорошо я сейчас буду.
- Наташ, у нас на работе ЧП. Мне надо будет, ненадолго отлучится, – извинился Володя, – не скучай, я скоро буду.
Володя приехал в офис.
- Ну что у вас тут?
- На базу поступил сигнал проникновения, сразу же выехала охрана, но ни кого не обнаружили. Посмотрите, все на месте?
Володя открыл сейф, покопался в документах.
- Да, не похоже что бы что-то пропало, все на месте, все так как я оставлял, – Володя закрыл сейф и встал осмотреть кабинет. – Вы никуда ничего не переставляли?
- Нет.
- В том углу стояла гитара.
- Нет. Гитару не брали.
- Значит, она пропала, – еле слышно сказал Володя.
Актовый зал.
Владика все поздравляли с удачным выступлением.
- Жаль, меня Николай Николаевич не видел, он бы мной гордился.
- Ты для него отдельно эту песню исполнишь, – сказал Васенев.
- Михал Михалыч, если бы не вы, я никогда бы этот конкурс не выиграл. Я хочу, что бы вы знали, что я вам очень благодарен.
- Владик, на самом деле это ты всем нам доставил огромное удовольствие. Ты очень хорошо выступил. Не знаю как там Николай Николаевич, а Пол МакКартни бы гордился тобой.
- Михал Михалыч, как я бы хотел, что бы вы были моим папой.
- Владик, любой был бы счастлив, иметь такого сына, как ты, – Васенев был настолько тронут, что готов был расплакаться, но сдержался.
В актовый зал заходит Николай Николаевич.
- Я смотрю у вас праздник здесь в самом разгаре? – сказал Николай Николаевич, увидев счастливые лица детей.
- Владик победил на конкурсе, – наперебой с веселым криком кинулись дети к Николаю Николаевичу.
- Я уже понял.
- Николай Николаевич, концерт был отличный. Владику не было равных, – улыбаясь, сказал Васенев.
- Я это всегда знал.
На сцену выходит представитель жюри Вячеслав Зайцев, гордость Иванова, и произнеся небольшую речь, объявляет победителя:
- Вот и подошел к концу наш конкурс. Я счастлив, что наш край богат такими талантами, которых я сегодня увидел. Спасибо всем ребятам, принимавшим участие в этом празднике. Все были молодцы. Томить больше вас не буду. Победитель и так очевиден. Это Владик Листьев! – объявил громким голосом победителя Зайцев, – прошу его подняться на сцену.
- Ну, беги на сцену, а то приз проворонишь, – поторопил Николай Николаевич Владика.
Кабинет директора, в котором все равно слышатся радостные крики из актового зала.
- Папа, мы проиграли, – в кабинет забежал Илья, – там ему уже приз вручают.
- Садись, успокойся.
- Я не могу успокоиться. Я хотел этот приз выиграть.
- Не кричи ты, в следующий раз выиграешь. Лучше посмотри новости по телевизору, – Владимир Ильич сделал погромче телевизор.
Илья развернулся к телевизору.
- Сегодня, в 13.45 была украдена коллекционная гитара стоимостью 30 000 долларов, принадлежащая бизнесмену Васеневу Сергею Петровичу. Гитара была изготовлена на заказ в Канаде, имеет двухслойное лаковое покрытие, чем объясняется ее неповторимое звучание. Но уникальность гитары состоит в том, что на ней стоит автограф Пола МакКартни. Это единственная гитара в России с автографом знаменитого Битла, – голос диктора был ровным, – Все кто располагает какой-либо информацией о местонахождении этой гитары, просим позвонить по ниже указанным телефонам. Чья информация поможет найти преступника, получит хорошее вознаграждение.
- Теперь понял? – директор выключил телевизор.
- Ты думаешь, Владик играл на той самой гитаре?
- А на какой еще? У него не было гитары, Михал Михалыч куда-то пропадает и появляется с гитарой.
- Надо тогда позвонить в милицию.
- Я уже позвонил. Милиция уже едет.
Актовый зал. Владика поздравляют на сцене. Желают творческого развития, поздравляют с Новым годом. Из зрительного зала за Владиком наблюдают Васенев с Николаем Николаевичем.
- Молодец Владик, – на ухо Васеневу сказал Николай Николаевич.
- Да, молодец.
- Михалыч, я гляжу у вас с Владиком особые отношения.
- Николай Николаевич, я хочу усыновить Владика. Он стал мне как сын. Я выправлю паспорт, устроюсь работать, думаю, у нас будет все хорошо.
- Тебе не дадут его усыновить.
- Почему?
- Усыновить может только полная семья, а ты один. Понимаешь?
- Я уверен, все равно что-то можно сделать. Ведь главное счастье Владика. Николай Николаевич, посмотрите, как он счастлив на сцене.
- Я вижу, – вздохнув сказал Николай Николаевич.
- Николай Николаевич, что случилось?
- С чего ты взял?
- Я же вижу. Не разрешили в доме остаться?
- Ты прав, Михалыч. Сегодня до 24.00 мы должны освободить здание. Список расселения утвержден. Я не представляю, как сказать об этом детям. У них сегодня праздник. После праздника мы должны ехать собирать вещи и ехать в чужие дома.
- Да, время совсем не подходящее.
- Михалыч, это еще не все, – с тревогой в голосе произнес Николай Николаевич.
- Что еще?
- Дети остались без подарков на Новый год. Я потерял деньги. Сам не знаю, куда они делись.
- Ты внимательно смотрел. Карманы проверил, в машине может выронил…
- Я все обыскал, их нигде нет. Я положил их во внутренний карман, и видимо промахнулся. Михалыч скажи, имел ли я право терять деньги детей?
- Все когда-нибудь что-нибудь теряли.
- Но это деньги детей. Мне видимо действительно пора на пенсию.
- Николай Николаевич, Владик спускается со сцены, давайте отложим разговор, у него сегодня праздник, не хотелось бы при нем о наших проблемах говорить.
- Ты прав Михалыч.
- Мы обязательно, что-нибудь придумаем.
- Папа Коля, как жаль, что вы не присутствовали на концерте. Тут столько всего произошло, – радостно, прямо со сцены к ним подбежал Владик.
- Я счастлив за тебя Владик. А что у тебя за гитара? – поинтересовался Николай Николаевич, – у тебя же другая была.
- Папа Коля, тут столько всего произошло. У меня украли мою гитару, чтобы я не попал в финал. И если бы не Михал Михалыч, я никогда не выиграл бы этот конкурс.
- Владик, если бы ты даже не выиграл, мы все равно бы тебя любили и ценили. Мы-то знаем, что ты самый лучший, самый талантливый, а это главное, – сказал Васенев.
- Михал Михалыч, а где ты взял гитару? – спросил Николай Николаевич.
- Я ее позаимствовал, специально для Владика. Мне ее надо будет вернуть.
- Ты ее сегодня вернешь?
- Да. Это ведь не наша гитара. Люди могут беспокоиться за нее.
- Михал Михалыч, поблагодари их за меня, - попросил Владик.
- Обязательно Владик, – Васенев взял гитару. – Ну я пошел, скоро вернусь.
- Михал Михалыч, можно мне с тобой, я не хочу, чтобы ты меня оставлял.
- Владик, я должен вернуть один. Я тебя не надолго покидаю.
- Обещаешь?
- Обещаю.
В дверях появляется милиция, которую уже встречает Владимир Ильич Сафиулин. Директор им указывает на Васенева.
- Это ваша гитара? – люди в форме, подошли к Васеневу.
- Нет.
- А чья?
- Я не знаю. Я ее позаимствовал. Но я собирался ее вернуть.
- Сегодня из корпорации «ИвРесурс» пропала гитара. Вам придется пройти с нами.
- Не забирайте моего папу! – Владик схватил за руку Васенева.
- Я ее хотел вернуть, - повторил Васенев.
За происходящим, ухмыляясь, наблюдал Сафиуллин Владимир Ильич.
- В отделе разберемся, пройдемте, - милиция повела Васенева к выходу.
- Не забирайте моего папу, - не отпускал руку Васенева Владик.
- Подождите, это я взял гитару, – в разговор вмешался Карцев.
- А вы кто? – люди в форме повернулись к Карцеву.
- Юрий Михайлович.
- А кто вы Юрий Михайлович? – недоверчиво спросил милиционер.
- Никто. Я просто пришел на концерт.
- Можно ваши документы.
- У меня их нет.
- Тогда пройдемте с нами, в отделении разберемся, кто из вас взял гитару, – милиция стала уводить Васенева и Карцева.
- Не уводите моего Михал Михалыча! Он ни в чем не виноват. Он хотел вернуть гитару.
- Мальчик, не волнуйся. Мы обязательно все выясним. И если Михал Михалыч не в чем не виноват, то мы его отпустим, – милиционер обернулся к Владику.
- Владик, чтобы не случилось, верь во все самое хорошее. Я обязательно вернусь. Я люблю всех вас. Вы моя семья.
- Михал Михалыч, ты обещал не оставлять меня.
- Я никогда тебя не оставлю. Я обязательно вернусь
Володя у себя дома с Наташей.
- Не представляю, кому могла понадобиться гитара, – Володя терялся в догадках.
- Ну, ты говорил, что она дорого стоит, – предположила Наташа.
- Понимаешь, это такая вещь, которую просто так не продашь. Такие вещи в основном на специализированных аукционах продаются, таких как «Сотби» или «Кристи». Так что при продаже она легко засветится. Знаешь, что я не пойму?
- Что?
- В офисе лежало бриллиантовое колье, которое Васенев купил на Новый год в подарок Елене. Почему его не взяли?
- Может не нашли?
- А его и искать не нужно было. Оно лежало на видном месте. Его надо было только взять. Да и вообще не понятно как воры проникли в офис. Откуда узнали электронный код? Причем если со второго раза его неправильно набираешь, система блокирует дверь и в течении 7-8 минут приезжает группа захвата. Потом, если они смогли проникнуть в офис, то с легкостью смогли бы открыть сейф, в котором лежала большая сумма денег, а они даже не попытались его взломать. Да и просто в офисе лежало много ценных вещей, которые оказались, не тронуты.
- Да, в этой истории много не понятного? – согласилась Наташа.
- У меня еще не было такого Нового года.
- У меня тоже. Я этот год на всю жизнь запомню.
Звонок телефона.
- Алло, – взял трубку Володя.
- Владимир, это начальник службы охраны Дмитрий Малюткин.
- Есть новости?
- Да, мы нашли гитару, по описаниям похожую на вашу.
- Быстро работаете.
- Владимир, вам надо приехать в октябрьский отдел, подтвердить, что эта та самая гитара.
- Хорошо, сейчас буду, – Володя положил трубку.
- Из милиции звонили? – поинтересовалась Наташа.
- Да. Кажется, нашли гитару. Мне срочно нужно в отделение.
- Надолго?
- Нет. Надо подтвердить подлинность гитары.
- Я буду ждать.
- Можешь готовиться к Новому году. Я скоро вернусь, – Володя накинул куртку и быстро направился к выходу.
Николай Николаевич с детьми заходят в детский дом.
- Николай Николаевич, здесь какие-то люди пришли. Сказали, что они судебные приставы, – тетя Валя прямо на пороге начала жаловаться Николаю Николаевичу.
В холле сидели двое мужчин в черных пальто.
- Я знаю. Нам надо будет освободить дом, – тяжело сказал Николай Николаевич, – собирайте вещи. Детям я все в автобусе объяснил, они сейчас тоже соберутся.
- Но через несколько часов Новый год. Мы и праздничный стол приготовили.
- Тетя Валя. Мне очень жаль. Праздник отменяется, – с горечью сказал Николай Николаевич.
Тетя Валя от волнения даже закрыла лицо руками.
- Тетя Валя. Не надо, не плачьте, – попытался успокоить ее Николай Николаевич, – Всё образумится.
Николай Николаевич обнял бедную женщину.
- Николай Николаевич, мне очень жаль, – к директору обратился один из приставов. – Это наша работа. Мне очень неприятно, но вам надо освободить помещение. Простите.
- Вы ни в чем не виноваты. У вас работа такая. Но можете не волноваться, за нами через два часа приедет автобус, и мы уедем.
- А где Михал Михалыч? – тетя Валя увидела, что нет Васенева.
- Тетя Валя, пойдемте на кухню, присядем, я все объясню.
Тетя Валя с Николаем Николаевичем заходят на кухню, где тетя Маша собирала вещи.
- Тетя Маша, налей что-нибудь успокоительного, – Николай Николаевич присел за стол.
- Николай Николаевич, нам всем тяжело, но мы должны держаться. Ради детей, – тетя Маша преподнесла директору лекарство и присела рядом с ним.
- Николай Николаевич, может чайку? – предложила тетя Валя.
- Да. Налейте, пожалуйста.
Тетя Валя налила три чашки чая.
- Как хоть конкурс прошел?
- Владик победил. Он молодец.
- Да мальчик талантлив. За него можно только порадоваться.
- А почему вы без Михал Михалыча вернулись?
- Дело в том, что у Владика украли гитару. И Михалыч для Владика позаимствовал гитару, но не успел вернуть.
- Что с ним?
- Он в тюрьме, – подавленно сказал Николай Николаевич.
Октябрьское отделение милиции. Камера предварительного заключения. В полумраке сидят Васенев с Карцевым.
- Тебе то зачем понадобилось влезать?
- Михалыч, дети тебя любят. Ты им нужен. Поэтому я возьму вину на себя, а ты выйдешь отсюда.
- Это неправильно. Если я провинился, то я и должен отвечать.
- В чем ты провинился? То, что хотел помочь детям? Михал Михалыч, я прошу тебя, подтверди, что это я взял гитару.
- Я не могу.
- Почему?
- Потому что это не ты сделал.
- Михалыч, сам подумай. Куда я отсюда пойду? Я ничего не помню, у меня нет ни дома, ни имени, меня никто не ждет. Мне не куда идти. Здесь мне будет лучше, чем на улице. Между прочем на улице холодно, там зима. Ты хочешь, что бы я простудился?
- Юрий Михайлович, ничего хорошего здесь нет. Я ценю твое благородство, но отвечать буду за все я.
- Михалыч, за тебя там дети волнуются. Подумай о них. Ты Владику стал как отец. Ты ему нужен. Когда я увидел реакцию Владика, когда тебя стали уводить, у меня сердце кровью облилось. Поэтому я и сказал, что гитару взял я. Ты нужен Владику.
- Юрий Михайлович. Я не знаю что делать. Мне тяжело. Я не могу тебя предать.
- Михалыч, что же мы будем тогда вдвоем здесь сидеть?
- Почему вдвоем?
- Я не собираюсь отсюда уходить. Через несколько часов Новый год, а ты собираешься меня на улицу выкинуть?
- Нет.
- Когда у меня еще такой шанс выпадет? Попасть сюда. В общем так, Михал Михалыч, мне здесь нравится, и отсюда я никуда не пойду! – твердое слово свое сказал Карцев.
Володя пришел в отделение милиции.
- Это та самая гитара? – следователь смотрел на Володю.
Володя держал в руках гитару и не мог поверить, что она нашлась.
- Да, это она. Вы быстро ее нашли, я уже и не надеялся. Спасибо.
- Мы только пока вам ее не отдадим, это вещественное доказательство.
- Хорошо. Только поаккуратней с ней. Она очень дорогая.
- Не волнуйтесь, она будет в целости и сохранности.
- Вы нашли вора?
- Да. Они задержаны.
- И кто это?
- Да какие-то бомжи.
- Что за бомжи?
- Обыкновенные бомжи, без документов.
- А как обыкновенные бомжи смогли забраться в офис, который оборудован самой современной системой охраны?
- Они сами толком ничего объяснить не могут.
- Я не могу понять. А как они электронный код взломали?
- Этого я не знаю.
- Странно. Вы хотите сказать, бомжи шли мимо, взломали самую современную сигнализацию, ни деньги, ни драгоценности не взяли. А взяли только гитару, чтобы под мостом петь песни на досуге? Вам не кажется странным, что людям, которым нечего есть, не нашли ничего лучше, как взять гитару?
- Они сами во всем сознались.
- Могу я их увидеть, что это за такие уникальные бомжи завелись у нас в городе?
Камера. В углу на деревянной лавке сидит с опущенной головой Васенев, в нескольких метрах от него сидит Карцев. Открывается дверь и в полумраке появляется Володя. Свет от дверного проема падает на Васенеа. Володя увидел человека, чье лицо скрывала трехнедельная щетина. Васенев был в поношенном сером пальто, старых потертых брюках. В таком человеке невозможно было узнать, когда-то преуспевающего бизнесмена. Но Володя узнал.
- Сергей Петрович? – негромко и удивленно произнес Володя.
- Володя? – Васенев приподнял голову и вглядывался в вошедшего человека.
Глава 6
Детский дом. 23.00. Все с вещами в подавленном состоянии сидят в главном зале, некоторые прямо на чемоданах.
- Извините, но я напоминаю, что до 24.00 вы должны освободить дом, – к Николаю Николаевичу подошел один из приставов.
- Ждем автобус. Как приедет, так сразу и освободим. Не на мороз же детей выгонять.
- И когда автобус приедет?
- Должен был приехать еще 3 часа назад. Может, сломался, где-то по дороге.
- Я не помню такого Нового года, – тетя Маша, еле сдерживала слезы, говорила с тетей Валей.
- Да, в праздник выгонять людей из их собственного дома это кощунство, причем детей, это вообще преступление.
- Для них нет ничего святого.
- Я 30 лет проработала здесь и никогда не думала, что такое может произойти.
Раздается звонок в дверь.
- Это автобус, собирайтесь, – Николай Николаевич обратился к детям, – я пошел открывать.
Директор направился к двери. Дети с нежеланием стали вставать, брать сумки, чемоданы, вещи. Николай Николаевич открывает дверь. Удивлению его не было границ. В дверях стоял Михал Михалыч.
- С Новым годом! Можно к вам?
- Заходи дорогой! – Николай Николаевич крепко обнял гостя, – тебя отпустили?
За Васеневым в дом вошла его жена, Елена, а за ней и Карцев. Директор даже не сразу обратил внимание на внешний вид гостя, вместо валенок и старого пальто на Михалыче были начищенные ботинки, и черное новое пальто.
- Кстати, это моя жена Елена. Оказывается, я женат, даже сам об этом не знал.
- Я счастлив за тебя. Я гляжу, ты сменил одежду.
Васенев ничего не успел ответить, так как его заметили дети и с радостным криком стали подбегать к нему и обнимать. Все радостные прошли в центр зала. Больше всех выражал свою радость Владик. Он был безгранично счастлив. Все смеялись, радостно и шумно обсуждали встречу, пока эту радостную встречу не нарушил один из приставов.
- Извините, но пришло время освобождать дом.
Наступило молчание. Все вспомнили о реальности.
- Хоть одна радостная новость, тебя выпустили, – директор посмотрел на Васенева, – мы все счастливы за тебя. Ну что, давайте собираться. Ничего не поделаешь, – с грустью сказал Николай Николаевич.
- Подождите, – Васенев Николая Николаевича взял за руку, – сегодня же Новый год.
- Это ничего не меняет – вздохнув, сказал директор детского дома.
- Это все меняет. Это время чудес и волшебства. Это время любви и счастья. Это время подарков. И у меня есть для вас подарок.
- Честно говоря, с этим переездом сейчас не до подарков.
- Никто никуда не переезжает, все остаются здесь, – Васенев из внутреннего кармана пальто достает какие-то бумаги, – это документы на собственность здания. Они теперь ваши, – он передал бумаги в руки Николаю Николаевичу.
Николай Николаевич их не доверчиво взял.
- Я прошу подойти судебных приставов, и удостоверить подлинность документов, – Васенев обратился к приставам.
Судебные приставы берут бумаги и внимательно в них вглядываются. Все молча в ожидании, ждут ответа.
- Да, это подлинные документы на собственность здания, – нарушил тишину пристав.
- Ура!!! – дети от радости кричали и стали веселиться.
- Так что разбирайте вещи, сейчас будем встречать Новый год! – Васенев был очень рад видеть такую реакцию детей.
Все подбегали к Васеневу, что бы его поблагодарить.
- Какой же Новый год без деда Мороза? Елена, ты не знаешь где дед Мороз?
- Не знаю, пойду, посмотрю, – Елена пошла к двери.
Елена открывает дверь, за которой стоят дед Мороз со Снегурочкой.
- С Новым годом, с новым счастьем! – веселые дед Мороз со снегурочкой заходят в дом.
Все веселятся, дед Мороз раздает подарки из своего большого красного мешка. Хлопают хлопушки, дети бегают, играют. В стороне стоят и разговаривают Николай Николаевич и Васенев с женой.
- Володя с Наташей хорошо в роли вжились деда Мороза и Снегурочки, – Васенев улыбаясь, наблюдал за детьми.
- Да, согласен, главное с любовью, искренне.
- За долгое время я чувствую себя счастливым человеком.
- Михалыч, жену ты представил, а про себя еще ничего не рассказал. Кто ты на самом деле? И почему тебя выпустили из тюрьмы, как у тебя оказались документы на дом?
- Николай Николаевич, я очень виноват перед всеми вами.
- О чем ты говоришь? Более доброго и щедрого человека я не видел.
- Когда я вспомнил кто я, мне так стало больно за того человека, которым я был.
- Кем бы ты ни был, знай, здесь тебя любят и тебя здесь всегда ждут.
- Спасибо Николай Николаевич. На самом деле вы не представляете, каким я был злодеем. И не знаю, сможете ли вы меня когда-нибудь простить,– Михалыч смотрел на Николая Николаевича.
- Не переживай ты так из-за гитары. Тебя выпустили из тюрьмы, а значит, ты ни в чем не виноват.
- Меня выпустили из тюрьмы, потому, что я не воровал гитару, это моя гитара. Так получилось, что я украл у себя свою собственную гитару… Я Васенев Сергей Петрович, директор компании «ИвРесурс», вы приютили меня, не дали замерзнуть на улице и умереть с голоду, человеку, который пытался выселить вас отсюда. Я не достоин прощения. Но всё равно, я его прошу. Простите меня.
Николай Николаевич стоял в шоке. Как такое может быть? Такого не бывает. Человек, который пытался выселить детей из их собственного дома, разлучить друг с другом, сейчас стоял перед ним и просил прощения.
- Перестань Михалыч, ты сделал для нас очень много и мы любим тебя, – сказал Николай Николаевич после небольшой паузы. – За то короткое время, что ты был у нас, у детей повысилась успеваемость, за это время никто из них не принес ни одной двойки. И не важно кем ты был раньше, главное кто ты сейчас. А сейчас я перед собой вижу искреннего, очень хорошего человека, который пожертвовал собой ради детей, не побоялся тюрьмы. Михалыч, у тебя любящее сердце и мы тебя очень любим, - Николай Николаевич обнял Васенева
- Спасибо. Мне повезло, что меня судьба пересекла с вами. Благодаря детям, я чувствую себя молодым и счастливым. Они отдают тебе всю свою любовь и видеть их счастливые лица, это самое приятное, что может быть.
- Да, глядя на них, я тоже забываю про возраст и веселюсь с ними как ребенок.
- Николай Николаевич, помнишь, мы говорили об усыновлении Владика?
- Да, помню.
- Ты мне сказал тогда, что это не возможно. Что я не семейный человек, материально не обеспечен.
- Да, говорил.
- С материальным положением у меня все хорошо, жена у меня хорошая. Мы хотим усыновить Владика. Лена будет ему хорошей мамой, я сделаю все, что бы он был счастлив. Ты директор дома, и судьба Владика в твоих руках.
- Михал Михалыч смотрите, что мне подарил дед Мороз, – Владик прямо на велосипеде подъехал к Васеневу, – я давно мечтал о таком велосипеде.
- Михалыч, пусть решение принимает Владик, – ответил Николай Николаевич Васеневу.
- Владик, с Новым годом тебя! – Васенев присел к Владику.
- И вас с Новым годом.
- Владик, мы хотим тебя усыновить. Поедешь к нам жить?
- Конечно, папа! – Владик радостно обнял Васенева.
Все сидят за праздничным столом: Дед Мороз со снегурочкой, Карцев, тетя Маша с тетей Валей, судебные приставы, Васенев с Еленой, рядом с ними Владик.
- Этот год для нас был очень трудным, но и также самым счастливым, – Николай Николаевич смотрел на счастливые лица за столом. - Я счастлив за Владика, за его победу на конкурсе, но самое главное он обрел в этом уходящем году семью. Я уверен, что вы все обретете семью и будете счастливы. Я хочу поблагодарить Михал Михалыча, за этот праздник. Благодаря ему, этот Новый год для нас стал самым лучшим. До Нового года остается пять минут, и я хочу попросить произнести Новогоднюю речь Михал Михалыча. Прошу вас, наш дорогой Михал Михалыч.
- Спасибо, – Васенев встал из-за стола. Все его приветствовали аплодисментами и радостными криками, – Я счастлив здесь, находиться с вами. Я хочу поблагодарить вас за помощь, за любовь, за доброту, за поддержку, которую вы мне оказали, когда я оказался в трудном положении. И это притом, что у вас у самих свои проблемы. Живя здесь, я обрел счастье. Когда я был богатым, когда у меня было все, деньги, недвижимость, производства, я думал, что являюсь хозяином этого мира, а на самом деле, я являлся рабом своего благополучия, рабом денег. Потому что при всем при этом у меня не было самого главного, счастья. И когда я оказался на улице, без денег, без еды, без одежды, на самом деле я не потерял, а нашел. Я открыл для себя другой мир. Где есть любовь, дружба, сострадание, честность, понимание. Здесь я по настоящему почувствовал себя счастливым. Здесь я научился любить, сочувствовать, слышать и ценить других. И все что я хочу, это делиться своим счастьем с людьми. И я благодарен Господу, за то, что я оказался в вашем детском доме. Потому что это время, которое я провел здесь, это было самое счастливое время в моей жизни. Я благодарю вас за все, что вы для меня сделали, и поздравляю вас с Новым годом!!!
Раздается бой часов, ровно 00 часов 00 мин. Все встают со своими бокалами лимонада и чокаясь, поздравляют друг друга с Новым годом.
Постскриптум
Отдел милиции.
- Я требую свое вознаграждение, – твердо настаивал Сафиуллин Владимир Ильич, – я сдал вам преступника, где мои деньги?
- Извините, но вам никакое вознаграждение не полагается
- Как это не полагается? – продолжал возмущаться директор школы №41.
- Вознаграждение полагалось за информацию о воре, а вы никакого вора не сдали.
- Как это не сдал? А этот бомж?
- Это не вор. Вы сдали владельца гитары.
- Как владелец? Этот бомж?
- Да этот бомж, владелец этой гитары. Это его гитара, и он как хочет так ей и распоряжается.
Недоумению директора школы не было предела.
- Вы лучше объясните, как к вам в кабинет попала вот эта гитара, – следователь выложил на стол гитару Владика.
- Как она к вам попала?
- Принес один из ваших учеников, сказал, что эта гитара победителя конкурса Владика Листьева, ее у него перед финалом украли.
- Кто именно из учеников принес?
- Здесь вопросы задаю я. Может вам какое-то время, хотя бы года два, надо у нас посидеть, подумать, – спокойно спросил следователь, - а то вы какой-то нервный, злой, а ведь Новый год, нельзя таким быть.
- Идите вы со своими шутками, – директор испугано встал из-за стола и поторопился к выходу.
- Вы только из города не уезжайте, я вас еще вызову, – уже вслед директору сказал следователь.
Раздраженный Владимир Ильич вышел из отделения милиции. На улице было темно, на небе ярко горели звезды. Он спешно пошел вдоль плохо освещаемой улицы. Он никогда еще не был в новый год так раздражен. Идя по улице, он увидел вывеску «Бар. Нора барсука».
- Дядя, закурить не будет? – услышал голос позади себя Сафиуллин.
Владимир Ильич обернулся и увидел улыбающихся молодых людей. Это были Роман со своими друзьями.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге