Одна забытая история

Чернильное выступление

I ГЛАВА

***

Несколько столетий назад миром правили две расы: Люди и Монстры. Две расы жили в мире, пока однажды, монстры не почуяв свое львиное превосходство над людьми в физическом и магическом плане не объявили войну всему человеческому роду. Не сосчитать сколько всего жертв несла данная война с обоих сторон, но можно заявить точно — это была самая кроваво-праховая война в историю всего мира.

Однажды людям надоело это терпеть, слишком уж много жертв они понесли в этой бойне. Они предприняли отчаянный шаг — принести в жертву все остатки магии и святой силы, что у них остались, что бы заточить монстров под землей навеки. Ведь истребить целый вид невозможно, а заточить и уже походу дела отлавливать жалкие остатки…

На очередном поле боя, коим являлась огромная гора, в небе вспыхнуло несколько золотых кругов, из которых полезли странные цепи и нити, что хватали монстров и вбивали тех в землю, образую огромную воронку, куда начало затягивать всех нелюдей. Многие люди падали вслед, но уже мертвыми, ибо данное заклинание забирало жизнь в обмен на запечатывание.

Небеса облаками заволоклись, словно вуаль из туманного шелка, пряча свою тайну от глаз землян. Нити и цепи исчезли. Несколько людей, в широких мантиях, которые носили служители церкви, вышли вперед и начали зачитывать странные текста:

Под мраком черным, в бездонных глубинах, Громы грохот, молний сверканье. Тьмы демонов вечных заключаю я, Слов моих сила, смертью запах живых. Огненный круг, кровавый путь, Таинственный шепот, ветра вой. Зловещий заклинания мой зовет, Демоны, дрожьте, во тьме заплатите. Чтоб разорвать узы, страшные путы, Жизнь читающего моего заберу я. Силу свою, душу свою, Демонам подземным вечные оковы.

***

После прочтения люди вслед упали в воронку где и встретили свой конец. Неожиданная вспышка, небо осветилось ярким пламенем. Огромный сгусток энергии ударил точно в центр воронки. Появился ели видимый барьер, который впускал, но не выпускал.

Много времени прошло с тех пор, последние люди знающие о войне погибли, унеся тайну магии с собой. Лишь в нескольких деревнях люди следовали «старому свету», получая в свои владения мелкие крохи великой силы, что когда прекратила войну.

Вскоре между людьми вспыхнули войны, многие архивы, библиотеки были сожжены до тла. Поговаривали, что когда сгорали книги, сгорала и старая история. Люди не делились друг с другом о войне. Постарались быстрее забыть тот ужас, что они пережили, никто и не думал больше о монстрах. Война была забыта…

***

В темноте подземного мира, где свет не проникает и звуки приглушены, наша раса оказалась заточенной, лишенной свободы, которую мы так долго защищали. Страх, гнев, отчаяние — эти чувства охватили нас, но лишь на мгновение. Мы — сильные, выжившие в бесконечных сражениях с людьми, мы не позволим себе сломиться. Вместо того чтобы погрязнуть в отчаянии, мы решили использовать наше время под землей для развития, для укрепления наших сил и навыков.

Монстры начали изучать тайны этого мира, искать способы обойти барьер, который нас окружает. Мы обучаем друг друга новым способам борьбы, создаем стратегии выживания и планы освобождения. Мы понимаем, что путь к свободе будет долгим и трудным, но мы готовы пройти через все испытания, чтобы вернуть себе свободу. Наша раса не погибнет здесь, под землей — мы преобразим эту темную тюрьму в нашу арену, нашу школу, наше пристанище. Мы станем сильнее, умнее, более выносливыми. И когда придет время, мы выберемся на свет и вернемся к борьбе за наше место под солнцем.

После долгих дней и ночей в заточении под землей, монстры начали изменяться. Их кожа стала темнее, глаза светились ярче, мышцы укреплялись от постоянных тренировок. Они обучали друг друга новым боевым приемам, изучали тайны подземного мира, искали слабые места в барьерах, которые их окружали. Вожди расы собирали советы, обсуждали стратегии, разрабатывали планы освобождения. Настроение в лагере монстров было напряженным, но одновременно и решительным. Они знали, что только объединив усилия и используя свои навыки, они смогут преодолеть любые препятствия.

Каждый день под землей монстры обретали новые навыки и знания, которые помогали им приспособиться к жестким условиям своего заточения. Они научились использовать окружающую среду в своих целях, создавать оружие из доступных материалов, и даже общаться между собой без слов.

Вожди расы разработали стратегию, которая включала в себя тщательное изучение барьеров, их слабых мест и возможных путей к свободе. Монстры терпеливо и упорно работали над ее реализацией, не теряя надежды на лучшее будущее. Несмотря на темные и затрудненные времена, раса монстров стала еще более сильной и сплоченной. Они поняли, что только объединив усилия и действуя согласованно, они смогут преодолеть любые препятствия, в том числе и могущественный барьер, который их удерживал под землей. С каждым днем монстры приближались к своей цели — к свободе и возможности вернуться к борьбе за свои права и место на этой земле.

Однако для сплоченное работы нужен один единственный лидер…

Вожди понимали это и искали себе замену. Много недель прошло с объявления о выборах, которые могли изменить судьбы мира монстров. Оценивая списки кандидатов выбор пал на Азгора, монстра что хорошо показал себя на войне. Вожди одобрили выбор лидера по имени Азгор. Азгор был мудрым и сильным существом, обладающим харизмой и умением вдохновлять своих соратников. Его назначение на пост лидера было подтверждением его авторитета среди монстров.

Азгор принял свою новую роль с достоинством и решимостью. Он поставил перед собой цель — привести свою расу к свободе и вернуть им право на жизнь на поверхности. Под его руководством монстры стали еще более сплоченными и организованными, следуя его мудрым советам и стратегиям. С каждым днем под руководством Азгора раса монстров приближалась к своей цели. И хотя путь к свободе был еще долог и полон трудностей, монстры верили в своего лидера и в их общую силу. Под руководством Азгора они были готовы пройти через любые испытания, чтобы вернуть себе свободу и достойно вернуться на поверхность.

***

Темнота висела густым, липким туманом. Воздух, тяжелый и спертый, пропитывал собой самую суть этого места. Сотни глаз, сверкающих в непроглядной мгле, с нетерпением ждали. Шепот, хриплый и возбужденный, прокатывался по толпе, составленной из кошмарных теней и искаженных силуэтов. Монстры, существа тьмы и кошмаров, собрались здесь ради одного-единственного.

Внезапно, два луча прожекторов, словно копья света, пронзили темноту. Толпа ахнула — и затихла. На импровизированной сцене, купаясь в ослепительном свете, стоял он. Маленький чернильный демон Бенди. Но не тот Бенди, что сеял ужас и отчаяние. Нет, этот Бенди был… элегантен. Идеально сидящий смокинг подчеркивал его фигуру, белоснежные перчатки блестели в лучах прожекторов, а галстук-бабочка придавал ему озорной, но в то же время изысканный вид.

Тишина затягивалась, становясь почти осязаемой. Монстры, ошеломленные и заинтригованные, ждали. Что же им покажет этот маленький демон?

Из-под сцены, словно по волшебству, выплыло пианино — черное, лоснящееся, как смоль. Бенди грациозно уселся за инструмент, и в тот момент, когда его пальцы коснулись клавиш, произошло нечто невероятное. Из-под пола, струясь подобно жидкому серебру, начали подниматься белые потоки. Они змеились вокруг сцены, поднимались вверх, превращаясь в причудливые узоры на тяжелых бархатных шторах. Воздух наполнился мерцающими нотами, рождавшимися из-под пальцев маленького маэстро.

Музыка лилась плавно, обволакивающе. Монстры завороженно наблюдали за Бенди, их глаза блестели, а некоторые даже покачивались в такт мелодии. Ноты, словно ожившие, кружились вокруг пианино, гипнотизируя слушателей, убаюкивая их страхи и пробуждая забытые чувства. Когда последний аккорд растаял в воздухе, Бенди встал, одарив публику озорной улыбкой.

«Спасибо, спасибо за ваши аплодисменты!», — его голос, звонкий и чистый, прорезал тишину. «С праздником нас, товарищи! Надеюсь, в скором времени мы выберемся из-под заточения! И тогда ВЕСЬ МИР услышит наш рёв!»

Толпа монстров взревела. Аплодисменты, рычание, вой и скрежет — все слилось воедино в этой странной, но искренней овации. Бенди, маленький чернильный демон, сумел развеселить их всех силой музыки.

Под грохот аплодисментов и восторженных воплей на сцену вышел Азгор. Почти три сотни лет он правил монстрами, четыреста лет носил на своих плечах бремя ответственности за их судьбы. Время оставило на нем свой след: могучие плечи ссутулились, а в бороде прибавилось седых прядей. Но взгляд — взгляд оставался прежним: твердым, полным тяжелой мудрости и несгибаемой воли.

В его руке, украшенной тяжелыми кольцами с рубинами, поблескивал кроваво-красный трезубец — немой свидетель пролитой крови и давней вражды. Азгор поднял трезубец, и в тот же миг из острых зубцов вырвался рой ярких искр. Они разлетелись по залу, словно крошечные огненные бабочки, и, коснувшись фитилей на старинных лампах, одна за другой зажгли их волшебным пламенем. Мрак отступил, открывая взорам грандиозность подземного зала, где собрались сотни, а может и тысячи монстров.

Азгор оперся на трезубец и обвел собравшихся долгим, пронзительным взглядом. На его лице не дрогнул ни один мускул, но в глубине глаз мелькнула скрытая печаль.

«Мои друзья, мои верные подданные…» — его голос, глубокий и гулкий, словно эхо прокатился под сводами зала.

***

После выступления

***

Пока Азгор вещал о величии монстров и грядущих свершениях, Бенди, ловко лавируя между гостями, пробрался к своим верным подружкам — Шарли и Кёрли. В одной руке он держал бокал с каким-то шипящим коктейлем, украшенным крошечным зонтиком, другой небрежно поправлял галстук-бабочку.

— Бенди, дорогой, ты был великолепен! — восхищенно воскликнула Шарли, ее глаза, обведенные густой черной тушью, сверкали ярче любых драгоценностей.

— Ты просто покорил их своей музыкой! — Кёрли, всегда более сдержанная, тем не менее, не скрывала улыбки. — Я даже заметила, как старый паук Джонс пытался пританцовывать!

Бенди самодовольно ухмыльнулся, делая глоток своего коктейля. — Ну, что я могу сказать? Талант — он и в Аду талант, — отшутился он, косясь на Азгора, который продолжал свою речь, — Хотя, признаюсь, я ожидал большего энтузиазма. Эти речи меня уже депрессией отдают.

— Да брось ты, — Шарли пренебрежительно махнула рукой, — Он же как заведенный: война, люди, победа… Каждый год одно и то же! Никакой фантазии! — Ей явно не нравилась подобная ситуация, но вот её подруга имела своё мнение на это. — Тише ты, — Кёрли осторожно тронула подругу за руку. — А вдруг услышит?

Бенди снова хихикнул, опуская взгляд в свой бокал. — Да пусть слушает. Может, хоть мелодия моя достучится до этого его… трезубца. Он вздохнул и сделал еще один глоток коктейля, все так же искоса поглядывая на короля. Что-то ему подсказывало, что этот праздник еще преподнесет сюрпризы.

***

Бенди, несмотря на свою демоническую сущность, выглядит как мальчик лет двенадцати, только что сошедший с рекламного плаката музыкальной школы. Ростом он, конечно не вышел — едва ли дотягивает до полутора метров, — но этот недостаток с лихвой компенсирует харизмой и стилем.

На нём всегда безупречно сидит чёрный, как смоль, смокинг, белая рубашка слепит глаза, а галстук-бабочка словно говорит: «Да, я демон, но демон со вкусом!» Его чернильная «кожа» блестит под светом софитов, а острые рожки задорно торчат из-под густой копны чёрных, вечно взъерошенных волос.

Бенди никогда не стоит на месте, он постоянно в движении: то пританцовывает в такт музыке, то жестикулирует, рассказывая очередную байку из своей «адской» жизни. Закалённый до невозможности в стенах пещеры, характер Бенди давал о себе знать. Его поведение было возведено до мастерства, а манерам могут завидовать самые престижные аристократы.

Но стоит ему сесть за пианино, как вся его сущность меняется: он закрывает глаза, и на его лице появляется выражение такой сосредоточенности и блаженства, что становится понятно: сейчас он не просто играет — он творит магию. Магию музыки, способную растопить самое холодное сердце и заставить танцевать даже самого угрюмого скелета.

***

Бенди уже собрался было ответить Шарли какой-нибудь язвительной шуткой про вкус Азгора в одежде, как вдруг почувствовал, что его кто-то грубо толкает в бок. Он чуть не выронил бокал и, развернувшись, обнаружил перед собой громадного тролля с носом, похожим на картофелину, и глазами, напоминающими мутные стекляшки.

— Эй, мелкий! — прорычал тролль, опираясь на Бенди всей своей немалой массой. От него разило дешевым пивом и чем-то ещё, не менее отвратительным. Он выглядел так, словно вылез из ближайшей помойки: на нём была грязная одежда и совсем неухоженный вид. Неприятный тип.

Рядом с Бенди и его подругами несколько монстров неодобрительно заворчали. Кто-то из толпы прошептал: «Опять этот Грязногоб нажрался…». Пьяные тролли редкость в таких местах, но во всём есть исключения.

— Чего это ты тут распиваешь всякие… — он с трудом прочитал название с бумажного зонтика, — «Май Тай»? Тебе ж ещё молоко надо пить, сопляк!

Кёрли испуганно всхлипнула, а Шарли, наоборот, выпрямилась во весь свой невысокий рост, готовая дать отпор нахалу. Но Бенди опередил её.

Он неторопливо поставил бокал на проходивший мимо поднос с закусками и, глядя на тролля снизу вверх, улыбнулся самой очаровательной из своих улыбок. От этой улыбки у Шарли по спине пробежали мурашки, а Кёрли инстинктивно отодвинулась подальше.

— Видите ли, уважаемый, — пропел Бенди голосом, сладким, как патока. — Я за свои почти трое веков успел напробоваться и молока, и не только. В отличие от некоторых, я предпочитаю отмечать праздники в приятной компании и с не менее приятными напитками. А вам, судя по аромату, давно пора было бы перейти на минеральную воду. Для печени полезно.

Лицо тролля вытянулось от удивления. Он открыл было рот, чтобы что-то возразить, но Бенди резко щелкнул пальцами прямо перед его носом. Раздался звук бьющегося стекла, и в воздухе повисла густая тишина. Только Азгор продолжал вещать со сцены о героизме монстров, но казалось, что даже его голос звучит каким-то приглушённым.

По толпе прокатился удивлённый шум. Все смотрели то на тролля, то на Бенди. Кто-то из задних рядов прокричал: «Да ты знаешь, кто это такой?! Да он же…»

— Так что я вам советую, — продолжил Бенди, и его глаза вдруг вспыхнули ярким зелёным светом. — Отправляйтесь-ка вы лучше домой и ложитесь спать. А то мало ли, вдруг вам приснится, что вас превратили в резиновую уточку и запустили в плавание по канализации?

Тролль побледнел, икнул и, шатаясь, попятился прочь. Бенди проводил его ледяным взглядом и, когда тот скрылся из виду, повернулся к подругам. — Итак, на чём мы там остановились? Ах да, вкус Азгора…

— Итак, вкус Азгора в одежде… — Бенди говорил настолько довольным и непринуждённым голосом, словно случилось что то хорошее. Зал был наполнен изумлением и… страхом?

— Бенди, — прошептала Кёрли, широко раскрыв глаза. — Это было… это было невероятно! Откуда ты знаешь все эти штучки?

— Три сотни лет — достаточный срок, чтобы научиться парам-тройкам… десяткам фокусов, — загадочно улыбнулся Бенди, отпивая свой коктейль.

— триста… — прошептала Шарли, поглядывая на удаляющуюся спину тролля. — Ты же не серьёзно?

— А ты как думаешь? — Бенди прищурил глаза, наблюдая, как в них отражается свет гирлянд. — Думаешь, я выгляжу на свой возраст?

— На какой ещё возраст? — не поняла Кёрли, озадаченно хлопая ресницами.

— На тот, который мог бы пить молоко, — хмыкнула Шарли, вспоминая слова тролля.

Она уже почти пришла в себя после происшествия и теперь с любопытством разглядывала Бенди. — А если серьёзно, то… ты правда родился ещё до того, как нас заперли под землёй? Бенди не ответил. Он молча наблюдал за тем, как по сцене расхаживает Азгор, рассказывая о подвигах монстров во время войны. Его улыбка исчезла, а в глазах поселилась какая-то недетская грусть. — Бенди?

— Шарли обеспокоенно коснулась его руки. — Ты в порядке? Бенди вздрогнул и поспешно отвернулся, пряча взгляд. Он снова принялся крутить в руках бокал, разглядывая пузырьки воздуха, поднимающиеся со дна.

— Всё хорошо, — наконец пробормотал он. — Просто… не люблю вспоминать об этом.

— О войне? — тихо спросила Кёрли.

— О времени, когда мы ещё не были заперты здесь, — поправил её Бенди. — О солнце… о небе… о том, как пахнет настоящая трава утром. Он вздохнул и, сделав большой глоток коктейля, добавил: — Не стоит ворошить прошлое. Лучше наслаждаться тем, что имеешь сейчас.

Шарли и Керли переглянулись. Они чувствовали, что Бенди не договаривает, но настаивать не стали. В конце концов, у каждого есть свои секреты.

Тем временем по толпе разнеслась новость о том, что Бенди только что поставил на место Грязногоба, да ещё и намекнул на свой невероятный возраст.

— Слышали? — шептали одни.

— Говорят, он помнит время, когда мы ещё жили на поверхности!

— Брехня! — возражали другие. — Откуда ему помнить, он же ещё совсем молодой!

— А вот и нет! — упрямо твердили первые. — Он сам сказал, что ему почти триста лет!

Споры продолжались, пока на сцену не поднялся Меттатон, и все тут же забыли о Бенди и его возрасте, увлечённые зрелищем нового музыкального шоу. Но сам Бенди знал: слух уже пущен, и скоро о нём будет говорить весь Подгорный мир. Хорошо это или плохо — покажет время.

***

Огонь и вода

***

Огонь и вода — два стихийных элемента, столь разных, но в то же время неразрывно связанных между собой. Огонь — яркое пламя, сила, энергия, способная как согревать, так и уничтожать. Он подобен страсти, очищению, преображению. В его танце — буйство жизни, неукротимость, жажда движения. Он сжигает старое, давая дорогу новому, и в этом его великая сила. Вода же — спокойствие, умиротворение, источник жизни. Она мягка, но непреклонна, способна точить камень, утолять жажду, смывать грязь, давать жизнь. В её глубинах — тайна, в её течении — мудрость веков. «Но что происходит, когда эти два элемента встречаются?»***Вода способна погасить пламя, но и огонь может высушить воду. Они противоположны, но и дополняют друг друга, создавая удивительные природные явления — от бурных водопадов до горячих источников. Их взаимодействие рождает пар, туман, испарение, которые, в свою очередь, питают облака, дарующие нам дождь. Без огня вода застывает. Без воды огонь угасает. И в этом — их вечная гармония. ***

Бенди широко улыбнулся и выпрыгнул из беседки, которая была спрятана в дальней части подземелья, напоминающей скалы. Это было их секретное место. Тихое, уединённое, скрытое от посторонних глаз, где даже воздух казался другим - пропитанным ароматом жасмина и старых книг.

Здесь они могли укрыться от шумной суеты подземелья и насладиться спокойствием за чашкой чая в кругу самых близких друзей. Бенди нашёл это место задолго до знакомства с подругами, когда пытался отчаянно скрыться от стражи, и с тех пор оно стало его личным убежищем.

Тогда, израненный и загнанный, он случайно наткнулся на узкий проход между скал, почти незаметный среди камней. И за ним — этот оазис. Когда Бенди впервые увидел это место, он был сильно удивлён: поляна вокруг беседки была усеяна жёлтыми цветами, настолько прекрасными, насколько прекрасно солнце в свой последний закат, а их лепестки мягко шелестели на почти неощутимом ветерке.

Сама беседка представляла собой белоснежное строение из колонн и арок эпохи Возрождения, обнесённое золотом, что прекрасно сочеталось с цветами, наполняя решимостью и каким-то странным, почти забытым чувством дома.

Подземелье дышало вокруг, камни хранили свои тайны, а цветы беззвучно осыпались на белый мрамор, оставляя едва заметные следы пыльцы.

И где-то в этой тишине уже зрело нечто, что грозило нарушить их хрупкое спокойствие, что-то невидимое, но ощутимое, как лёгкое покалывание на коже.

-Мы изучили структуру барьера! У нас есть, что вам рассказать. — группа учёных подошла к Керли. Один из учёных, молодой монстр с трясущимися руками, настойчиво пытался получить внимание от лидера, его голос дрожал от волнения.

Бенди остановился и прислушался, вновь зайдя в беседку, его чёрные пальцы невольно сжали край мраморной колонны.

-Будьте тише, ваш отдел находится близко к головному штабу, Гастер тоже не поддерживает исследование барьера. — Керли настороженно огляделась, её глаза метались по сторонам, и подозвала к себе остальную группу жестом, в котором читалась и осторожность, и нетерпение.

-Вашего исследования я ждала больше всего, это может дать толчок к развитию. Я вас слушаю. — её голос звучал тихо, но в нём чувствовалась стальная решимость.

-Барьер представляет из себя полупроводниковую мантию, что-то среднее между аэрогелем и магматитом. Из магического тут только его установка, просто твёрдый барьер, не пропускающий материальные тела. Барьер есть не во всех частях — только видимая часть подземелья. Скорее всего люди не заморачивались и закрыли только то, что видели, чтобы существа не могли протиснуться. — учёный говорил быстро, словно боялся, что его прервут.

— Ну, хотя бы что-то, мы узнали, что барьер — это стена. — Керли улыбнулась, но, кажется, расстроилась, её плечи слегка опустились.

— Это ещё не всё! У нас есть более хорошие новости — барьер связан с помощью магии, он уже давно был бы пал, если бы его кто-то не поддерживал. И ещё, через барьер могут пройти метафизические тела: плазма, первородная плоть и некоторые благородные газы. — второй учёный добавил, его глаза блестели от возбуждения.

— Вот это уже лучше! — Керли сияла от счастья и уже придумала что делать с этими данными, её пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

— Значит барьер кто-то поддерживает, а душа человека способна сделать нас метафизическим объектом.

— Да, но… — учёные переглянулись, в их взглядах читалось беспокойство.

— Значит у нас есть повод проникнуть в архив Азгора! — Керли воскликнула, её голос звенел от предвкушения.

— Нет, мы не это имели ввиду! — учёные начали волноваться, их движения стали резкими. Керли давно хотела проникнуть в архив, просто не было достаточно веской причины, не было тупика, о котором мог знать только Азгор.

Учёные старались оттягивать этот момент, старались находить как можно больше информации и разводить её водой. Этому есть причина: проникновение может поставить под удар всё изучение барьера, а отдел учёных занимающихся этим обречь вечное гниение в темнице. Их страх был почти осязаем, он витал в воздухе, смешиваясь с запахом старых бумаг и магических реактивов.

Бенди как обычно сидел в беседке, откинувшись на спинку скамьи. В последнее время у него было крайне мало дел и всё свободное время он проводил в беседке. Музыка, прекрасный чай, замечательный вид и, конечно, отсутствие тревожного чувства невыполненных дел придавали ему решимости. Но сегодня в его чёрных глазах читалось какое-то странное ожидание, будто он предчувствовал, что что-то должно случиться.

Сегодня друзья договорились встретиться: у Шарли было важное заявление. Первой из девочек пришла Керли. Она сияла от счастья и казалась менее стеснительной, её обычная осторожность куда-то испарилась. Она никогда не придавала значения музыке Бенди, но в этот день она подпевала и качала головой из стороны в сторону, её движения были необычайно плавными.

-Что-то случилось? — Спросил Бенди, натягивая улыбку. Он был насторожен, потому что единственное чем восхищалась Керли был барьер, и такая непривычная раскованность говорила о чём-то важном.

-Да, и я хочу сказать вам об этом, просто немного подожди. — Керли загадочно улыбнулась и отвела взгляд в сторону, её пальцы нервно перебирали край платья.

Вдалеке показалась Шарли. Её шаг был быстрым, а взгляд крайне недовольным, губы плотно сжаты, а брови нахмурены. Бенди смекнул, что Керли снова сделала что-то, о чём мог узнать Азгор, и теперь Шарли придётся выручать подругу, как это уже бывало не раз.

Шарли влетела в беседку и сразу начала говорить, её голос звучал резко:

-Керли, тебе нужно прекратить своё исследование или хотя-бы остановить его на месяц! -Шарли выглядела обеспокоенно. Но её голос больше выражал страх и настойчивость, нежели гнев, в нём слышались нотки почти материнской заботы.

— Но я же так далеко зашла, да и к тому же скоро всё закончится! — Керли понимала серьёзность намерений Шарли и сразу показала ей отсутствие угрозы, подняв руки в умиротворяющем жесте.

— Нет, ты не понимаешь. Азгор что-то заподозрил и усилил охрану барьера, вы больше не сможете изучать его без проблем. — Шарли села рядом, её плечи были напряжены.

— Это и не нужно! Осталось последнее после чего мы успокоимся. — Керли говорила быстро, её слова сливались воедино.

— Точно? — Шарли посмотрела ей в глаза. Её взгляд выражал надежду. Она уже долгое время огораживала Керли и её исследование от королевской стражи и Азгора. Единственное чего она хочет — это чтобы с Керли и Бенди всё было в порядке, чтобы этот безумный интерес не привёл к беде.

— Да, точно. — Керли утвердительно кивнула и потупила взгляд в пол, подобно провинившемуся ребёнку, который знает, что неправ, но всё равно настаивает на своём.

— Мне нужна кое-какая помощь от тебя. — она добавила тише, почти шёпотом.

— И что же? — С недоумением спросила Шарли, не понимая, чем она может помочь в исследовании, её брови удивлённо поползли вверх.

— Последнее…мне нужно в архив Азгора. — Тихонько произнесла Керли, закрыла глаза и сжалась, предчувствуя негодование подруги, её пальцы вцепились в край скамьи.

— После этого ты больше не притронешься к барьеру? — С надеждой в голосе и усталостью в глазах спросила Шарли, ожидая утвердительный ответ, её голос дрогнул.

— Не притронусь! — Керли сказала это так искренне, что даже Бенди, до этого молча наблюдавший за разговором, слегка улыбнулся в своём углу.

— Что думаешь, Бенди? — Шарли повернулась в его сторону и ожидала ответа, который ей поможет принять решение, её глаза искали поддержки.

— Пусть идёт, я уверен ты сможешь разобраться со стражей. — Сказал Бенди с непринуждённым видом, разводя руками. Он и сам испытывал интерес к барьеру и давно знал все его тонкости, но ничего не говорил Керли, опасаясь её опрометчивых действий. К тому же он имел влияние и мог если что прикрыть её, что не раз доказывал в прошлом.

Они начали обсуждать план. Шарли довольно рано стала стражем в королевской армии, поэтому уже сейчас она имеет более высокое звание и может отдавать приказы другим солдатам, используя свои привилегии.

План заключался в том, что учёные отвлекают Азгора отчётами о своих исследованиях, Шарли отдаёт приказ о смене караула в архиве Азгора, но на смену никого не посылает и Керли спокойно находит то, что ей надо, копирует данные и выходит, Шарли отправляет солдат на смену, а Азгор возвращается и ни о чём не знает. Просто и чисто, как они думали.

Все действовали по плану. Стражи нет. Азгор в лаборатории Альфис. У Керли есть всего 34 минуты, что бы выйти с документами, и она не собиралась терять ни секунды.

Прежде чем она окажется в архиве ей нужно пройти по коридору, поднятся на второй этаж, затем идти по правой стене, минуя повороты, развилки, большое множество книжных шкафов и полок. Это было главное здание королевской семьи, где находился кабинет Азгора, место, куда мало кто решался заходить без приглашения.

Весь этаж был его кабинетом. Он был очень умным монстром, поэтому на этаже было много книг, 90% из которых уже были прочитаны им, их корешки поблёкли от времени. Стены были выкрашены в фиолетовый цвет, а по краям были деревянные фигуры с древними рунами, которые, казалось, следили за каждым движением.

Пройдя все коридоры прямо перед Керли оказался большой книжный шкаф с золотой каймой. С боку были вырезаны руны, означавшие «знания». Керли набрала нужную комбинацию, её пальцы дрожали, и шкаф разделился на две части, каждая из которых отъехала в сторону с тихим скрипом.

— Осталось 28 минут. — Прошептала Керли, посмотрев на часы, и принялась рассматривать папки, её глаза жадно пробегали по названиям.

Помещение было достаточно пыльным, т. к. Азгор редко его посещал, а Альфис была занята важной разработкой. В помещении было три ряда по 6 больших стеллажей, а по сторонам были разбросаны коробки с папками, некоторые из них выглядели очень старыми.

На стеллажах были в основном большие фолианты с историей народов и королевства, поэтому сначала Керли принялась рассматривать папки. Она быстро просмотрела каждую коробку, но не нашла ни одну папку, название которой было бы хоть как-то связанно с барьером. Она начала рассматривать книги и тоже ничего не нашла, её разочарование росло с каждой минутой.

— У него точно должны быть хоть какие-то записи о устройстве барьера. — Нервно проговорила Керли и принялась читать каждую папку подряд, уже не смотря на время, потому что была уверена, что всё получится… или… или она была одержима барьером и не могла уйти без данных, даже если бы это стоило ей свободы.

— Времени не осталось, уходим. — Сказал Бенди и потащил Керли к выходу, его голос звучал неожиданно строго.

— Что ты здесь делаешь? — Удивлённо проговорила Керли с лицом, напоминающим картину Эдварда Мунка, её глаза были широко раскрыты от неожиданности.

— Ты слишком долго копалась, Шарли волнуется. — ответил Бенди не обращая взгляд к Керли. Он поднял её на руки, подошёл к одной из стен и нарисовал на ней странные символы, которые светились слабым голубым светом.

— Что это? — С недопониманием спросила Керли, её голос дрожал.

Бенди ничего не ответил. В месте, где Бенди нарисовал символы, стена треснула и разъехалась в разные стороны с глухим скрежетом.

Друзья оказались в небольшом коридоре и стена закрылась обратно, будто ничего и не было. Бенди посмотрел в окно: «второй этаж, вроде не высоко» проговорил Бенди, посмотрел на Керли и улыбнулся своей обычной беззаботной улыбкой, которая так контрастировала с ситуацией.

— Что это значит? — Успела выкрикнуть Керли, после чего Бенди открыл окно и выпрыгнул наружу, увлекая её за собой.

Когда они приземлились, Бенди огляделся вокруг и понёс Керли к беседке. Она очень сильно боялась высоты, хоть и жила в скалистой местности, поэтому уже была без сознания, её тело обмякло.

Когда Бенди с Керли пришли, их уже ждала Шарли. Она обеспокоено посмотрела на Керли и выкрикнула, её голос сорвался на высокой ноте:

— О Боже, что случилось?

— Ничего особенного, просто нам пришлось прыгать со второго этажа. — Ответил Бенди, попутно кладя Керли на скамейку. Он сел и закрыл глаза, его лицо было спокойным, будто они просто вернулись с прогулки.

— Ужас, я так переживала, особенно когда Азгор вышел из лаборатории, а вас не было. — Нервно сказала Шарли и выдохнула с облегчением, её руки дрожали.

— А помнишь, как она постоянно падала в обморок, когда тебя кто-то ударял. — проговорил Бенди и ухмыльнулся, пытаясь разрядить обстановку.

— Конечно помню, она падала в обморок каждый раз, когда чего-нибудь боялась. — Шарли слабо улыбнулась, но в её глазах всё ещё читалось беспокойство.

— Хорошо было, когда она не интересовалась барьером. Ну не в смысле, что это плохое увлечение или что-то типо того, просто кажется она зашла слишком далеко. — сказала Шарли и начала смеяться, но в её смехе слышалась нервозность. Бенди тоже посмеялся, его смех звучал неестественно громко в тишине беседки.

Когда Керли проснулась, она была уже дома, а на улице царила ночь, поэтому она просто легла спать, её сны были беспокойными и наполненными странными образами.

Керли вышла на работу как ни в чём не бывало и сразу пошла говорить о том, что она нашла, хотя, скорее о том, что она ничего не нашла. По пути её прервала Альфис, её лицо было серьёзным.

— Азгор узнал о вашей вылазке. Постарайся остановить исследование примерно на месяц. — Шёпотом проговорила Альфис, не желая терять лучшую учительницу, её глаза задергались от волнения.

***

— Но как? Неужели кто-то сливает информацию? — Шёпотом и не менее осторожно сказала Керли, её брови сдвинулись.

— Возможно, но сейчас это не важно. Тебя ожидает разговор. Просто скажи ему, что отказалась от этой идеи и прекрати исследование на месяц. — Сказала стажёр и ушла, её шаги были быстрыми.

Керли была весь день как на иголках и старалась не попадаться на глаза Азгору. Она понимала, что такой разговор не может состоятся в публичном месте, поэтому сразу после работы позвала всех в их «секретное место», её сообщение было кратким и тревожным.

— Что-то случилось? Ты выглядишь испуганно. — спросила Шарли, опасаясь, что это может быть связанно с вчерашней вылазкой, её пальцы сжали край платья.

— Азгор обо всём узнал. — проговорила Керли в полголоса, её глаза бегали по сторонам.

— Как так? — Успела только сказать Шарли, как в беседку вошёл Азгор, его тень на мгновение закрыла свет.

— Ох, это то самое место? Не думал что кто-то помнит о нём. — сказал Азгор и оглянулся вокруг, его голос звучал почти ностальгически.

— Да, это место откуда всё началось. Что же привело Вас сюда? — Сказал Бенди с ехидной улыбкой и посмотрел на короля, его поза была расслабленной, но глаза блестели.

— Точно, что меня привело. — сказал Азгор и посмотрел на Керли, его взгляд стал холодным.

— Кажется, ты занимаешься не самыми легальными исследованиями.

— Извините, мы изучили всё что могли поэтому я отказываюсь от своих исследований и больше не притронусь к барьеру. — проговорила Керли, смотря в пол и испытывая отчаяние, её голос дрожал.

— Нет, я не думаю, что ты прекратишь изучение, учитывая, что осмелилась проникнуть в архив. — Азгор скрестил руки на груди.

— Нет, правда, я больше и не подумаю о барьере

— И в правду, она ведь ничего не нашла, ей больше некуда двигаться.

— сказал Бенди и посмотрел на короля, его голос звучал убедительно.

— К тому же она организует работу всего отдела технологии, вы точно хотите проблем. — проговорил Бенди и посмотрел Азгору прямо в глаза, в его взгляде читался вызов.

Хоть он и привёл факты способствующие отмене недобрых намерений короля, в его голосе всё равно присутствовала угроза. Он имел влияние и большой багаж знаний об устройстве королевства, к тому же даже король не хотел переходить ему дорогу, поэтому Азгор согласился и направился к выходу, его плащ развевался за ним.

— Ну, что сделано — то сделано. — Сказал Азгор и покинул беседку, его шаги постепенно затихли.

Когда он совсем скрылся из виду, Керли ожила и яростным азартом заявила о намерении проникнуть в документы, которые ближе всего к Азгору, её глаза горели.

— Я должна узнать правду

— Ты совсем сошла с ума?! Азгор и так узнал о твоём проникновении, спасибо Бенди, что ты до сих пор не в темнице! И тебе этого мало?! — Крикнула Шарли в гневе. И злилась она совсем не на Керли. Она ненавидела себя из-за слабости. Она ничего не могла сделать, чтобы остановить подругу, и это разрывало её на части.

— Мы близки к разгадке! — С надеждой сказала Керли, её руки сжались в кулаки.

— Да ты… — Не успела договорить Шарли, как её прервал Бенди

— Давайте успокоимся, у каждого есть свои стремления, но всё же мы друзья, самые лучшие. И на счёт исследования: посиди немного на месте, скоро ты обо всём узнаешь. — Бенди улыбнулся и закрыл глаза. Затем он вышел из беседки и направился в сторону дома:

— Ну, мне тоже пора. — Он попрощался и ушёл, его тень на мгновение задержалась на пороге.

Бенди всегда знал больше других, а потому его улыбка насторожила девочек. Теперь уже обе чувствовали, что грядёт что-то ужасное, что-то, что изменит их жизни навсегда, и это "что-то" уже стучалось в дверь.

Чернильные будни

***

Чернила — таинственный эликсир, Что дарует нам силу творить. Темный поток, что течет по бумаге, Оживляя миры на страницах отважных.Как символ познания, мысли и слова, Чернила хранят в себе древнюю мудрость. Их капли, подобно живым существам, Рождают на листе новую реальность.Черные, словно ночное небо, Они таят в себе бездны неведомых тайн. Их глубина манит и завораживает, Зовя нас в путешествие без границ.О, чернила, Вы — кровь творца, Что оживляет его замыслы и грезы. Вы — проводник меж мирами: явным и тайным, Что соединяет реальность и грезы.Пусть Ваш поток вдохновляет поэтов, Рождая на листах шедевры искусства. Да будет Ваша сила безмерной и вечной, Дарующей миру прекрасное чувство!***

В тенистом закутке, затерянном на окраине подземелья, где шаг нечасто звучит. Сюда, в это забытое место, Бенди вложил свои корни. Мог бы он обрести приют в мире чернил, но там было слишком безмолвно даже для его странной души, где бродили таинственные существа, которых он прозвал «чернилышами». Там, в тишине, звучало что-то, что наполняло его паникой.

Эта тишина припоминала ему дни войны, когда погибли его братья, когда старший тащил его с поля битвы монстров. Почему именно тишина призывала воспоминания — никто не мог ответить, даже он сам. В своем чернильном пристанище он бывал редко, используя его как убежище в случае нехватки места в своей хижине.

Он жил несдержанно, ведь у него всегда были средства. Сквозь желто-оранжевые обитые краской стены тянулась его жизнь, сделанные под его рост мебель и самое драгоценное — музыкальные инструменты и особый граммофон, из которого льется странная мелодия, приносящая недолгую дрожь.

Рядом с его обителью расстилалась земля, где подземным чудом процветали ромашки, оживляющие этот скрытый уголок. Бенди заботился о своем саде, используя цветы для заваривания ромашкового чая. В его доме струились маленькие чернильные «коконы», придавая стенам уникальный шарм.

Те неприметные коконы служили как сундуки, из которых хозяин извлекал желаемое. Одинокий изгой, прозванный «Бенди, поющий демон», выбрал себе такой отдаленный и опасный приют, и никто не помнил, с кем он начинал свой путь. Слухи ходили о том, что если есть поющий, тогда должен быть и танцующий демон. Не подозревая, насколько правдивы эти слухи…

«Тайна окутывает меня, почему им так важно узнать мою истинную сущность? Я не так стар, как Азгор, чьи века пролетели… Хотя подобные нам, Чернильным демонам, обычно живут дольше… дольше… чернильный демон…»

Последнее время эти мысли преследовали меня, утомляя. Пыль покрывала радиоприемник, безмолвствие висело в воздухе.

— Это твоя вина, старый друг? — спросил Демон, глядя на пыльный аппарат.

Молчание.

— Я знаю, что ты виноват. «Всегда честен я! Судьба у нас будет одна!», вот что ты говорил. Каким же дураком был я тогда, начиная эту игру с тобой. Теперь приходится жить тут, думая, что однажды по твою душу придут Они…

«Может, стоит чаю попить…»

Бенди направился в соседнюю комнату, где стояла одинокая ромашка в вазе, ожидая своего конца. Монстренок бросил краткий взгляд на нее, попутно сравнивая ее судьбу и свою. Отмахнувшись и поставив воду кипятиться, Бенди уселся на мягкий диванчик и начал читать газету, которую принесли еще вчера вечером. Первое, что бросилось в глаза — заголовки.

«Речь Азгора вдохновила сотни монстров работать усерднее чем раньше! Сколько же лет нашему…»

Бенди скомкал газету, не дочитав. Слова «чернильному любимцу», казалось, прожигали страницу насквозь, оставляя после себя едкий дым разочарования. Смятый комок полетел в раковину, присоединившись к остаткам вчерашнего ужина. Вскипевшая вода напомнила о чае. Бенди достал из шкафчика надтреснутую кружку — единственную, что уцелела после… не важно. Мысли о прошлом были сродни раскалённому металлу — не прикоснись, обожжешься. Демон заставил себя сосредоточиться на настоящем.

«Что я имею: хороший дом, свой собственный мир, который меня пугает своей тишиной, двух хороших друзей, назойливого скелета, что пристает со своей кармой, душу братца… может, пора ее поглотить? Нет! Он мой брат, я не хочу… но могу»

Взгляд упал на кровать, а точнее на то, что было скрыто под ней в тени.

Бенди нащупывает в темноте старый, обтянутый кожей ларец. Пальцы его дрожали, ощущая грубую поверхность, и он слышит приглушенный стук собственного сердца, отбивающий ритм в звенящей тишине. Это оно. То, что он хранил так долго.

Ларец украшен тяжелыми, древними печатями, словно сковывающими неведомую мощь, заключённую внутри. Бенди знает их историю — эти печати когда-то сдерживали ярость могучего монстра, пока не были сорваны им же, жажду спасти своего брата с помощью запретной силы.

Его пальцы нажимают на запор, и ларец со скрипом открывается, выпуская наружу волну застоявшейся энергии. Внутри, на бархатной подкладке, покоится она. Душа. Но это не та душа, которую ожидал увидеть обычный монстр. Не бесформенное облако энергии.

Это сердце. пульсирующее сердце, обмотанное странной красной нитью. Душа мерцает неестественным светом, переливаясь двумя цветами — багровым, как кровь, и серым. Просто вид души, я, к сожалению, не нашел. Поэтому из underverse, суть та же. Два полумесяца соединённые вместе, бьются в унисон, сплетая судьбы монстра и человека в единый, неразрывный узел.

От сердца исходит тепло, и Бенди инстинктивно протягиваешь к нему руку. В этот момент он понимает, что способен стать богом, но нет, Бенди одергивает руку и закрывает ларец, вновь пряча его под кровать.

«О ЧЕМ Я ДУМАЛ?» — пронеслось в голове, вызывая легкую головную боль.

Тяжело вздохнув, Бенди потёр виски, прогоняя наваждение. «Богом… Кем я себя возомнил?» — прошептал он, чувствуя, как липкий страх оплетает мысли. Слишком большая власть, слишком большая ответственность. Не для него. Не для чернильного демона.

Он поднялся. Бенди решил проведать друзей — может, чашка чая в компании Шарли и Кёрли прогонит мрачные думы. И, конечно, нужно продумать план на следующую неделю.

***

В полумраке заброшенного театра, два огонька вспыхнули в темноте. Фигура в плаще, скрывающем скелетную фигуру, отложила газету с лицом Азгора. Рядом с ней, на пыльном столе, стояло старое радио, покрытое слоем пыли, словно забытое временем. Оно издавало трескучие звуки, как будто пыталось пробудиться от долгого сна.

«Кажется, у моего "старого друга" проблемы посерьёзнее газетных статей,» — проскрипел голос, полный сарказма. — «Что ж, карма подождёт. Пора вновь стать «большим». »

Фигура наклонилась ближе к радио, прислушиваясь к шороху, который доносился из динамиков. Это были отрывки разговоров Бенди, его тревожные мысли и сомнения, запечатленные в волнах эфира, словно невидимое существо подслушивало его внутренние переживания.

Фигура растворилась в тени, оставив после себя лишь звенящую тишину и запах озона. Старое радио продолжало трещать, напоминая о том, что тайны и интриги все еще существуют в этом заброшенном театре, словно кто-то невидимый внимательно следит за каждым словом и движением, готовый вмешаться в судьбы тех, кто осмелится говорить вслух. Неизвестный шагнул. Его яркие волосы мерцали в полумраке, а костюм, расшитый золотыми узорами, сверкал, как будто сам по себе излучал свет. Он выглядел словно выходец из другого мира, с игривым, но в то же время зловещим взглядом, который привлек бы внимание каждого зрителя.

— "Ну что, Бенди, готов ли ты к настоящему шоу?" — весело произнес неизвестный, его голос напоминал звонкий смех, полон безумия и веселья.

Театр воспоминаний

***

Братские связи — крепкая нить,

Что связывает сердца в час тревог.

В смехе и горестях, в радости, в битве,

Сила, что ведёт через шторм и тревогу.Как звезды на небе, светящие в ночи,

Братство — свет, что не гаснет в пути.

Словно корни деревьев, в землю вплетаются,

В единстве сила, в заботе живут.Пусть пройдут испытания, пусть будет трудно,

Сила братства ведёт, как яркий свет.

Вместе смогу горы свернуть,

Братские связи — вечный завет.О, брат, опора, поддержка в беде,

С тобой делится радость и горе на следе.

В жизни, как в песне, звучит мелодия,

Братская связь — святость, искренность, одарённость!***

Темнота окутала Бенди, когда он оказался в знакомом, но искаженном пространстве. Он стоял перед огромным стеклом, словно в зрительном зале ныне заброшенного театра, где когда-то раздавались аплодисменты и смех. Теперь же царила тишина, и только тихий ветер шевелил занавески, покрытые пылью.

С другой стороны стекла разворачивалась сцена, наполненная мрачными тенями и неясными очертаниями. Бенди узнал это место — это был их старый, ныне уже заброшенный театр, где они когда-то впятером мечтали о великом выступлении.

На сцене его брат, также чернильный демон, стоял будучи уверенный в своих силах. Это была финальная репетиция перед его юбилейным выступлением, его лицо светилось решимостью, но в глазах Бенди отражалась тревога. Брат начал высвобождать чернила из скрытых под его одеждой бутылей, его голос раздавался в пустом зале, но с каждой произнесенной строчкой, воздух становился всё тяжелее.

— Брат, не делай этого! — закричал Бенди, но его голос звучал глухо, словно утихал в бескрайних глубинах. Он бился в стекло, но оно оставалось непробиваемым, отделяя его от брата, как река, разделяющая два берега.

На сцене чернильная рука, которую брат наколдовал, начала вырастать из темноты, но, вместо того чтобы стать инструментом творчества, она приобрела зловещую форму. Бенди наблюдал, как рука, подобно чудовищному монстру, потянулась к брату.

— Прекрати! — вновь закричал Бенди, его сердце колотилось в груди. Он чувствовал, как страх проникает в его душу, но не мог вмешаться.

Брат, осознав свою ошибку, попытался оттолкнуть руку, но заклинание уже вышло из-под контроля. Чернильная магия, их кровная способность, обернулась против него. Сила сжала его, и он издал звук, похожий на стон, который эхом разлетелся по театру.

— Сенджи! — закричал Бенди, его глаза наполнились слезами. Он снова и снова бился в стекло, но оно оставалось неподвижным.

Сцена продолжала развиваться, и Бенди видел, как лицо его брата меняется — от страха к принятию. Он понимал, что не сможет спастись. Последние слова, произнесенные братом, были полны сожаления:

— Прости меня, Бенди…

Стекло запотело от его слёз, и Бенди, сквозь туман, снова увидел, как чернильная рука окончательно сжимает своего создателя. В этот момент время остановилось, и мир вокруг него рассыпался в чернильные капли.

На сцене Сенджи исчез, оставив только пустоту и мрак. Бенди, потрясённый и полный горя, упал на колени. Он чувствовал, как тьма накрывает его, и, казалось, он сам становится частью этого кошмара. Он воскликнул, но его голос потерялся в бездне, проносясь эхом вместе с искажëнным ветром.

— Я не могу спасти тебя… — прошептал он, ощущая, как безысходность охватывает его.

И в этот миг, когда всё казалось потерянным, он ощутил, как его сердце наполняется решимостью.

***

Тело било мелкой дрожью в истерике. Грудь сжимало от бессилия и горечи. Дыхание давалось с большим трудом, одной рукой он хватался за галстук-бабочку, стараясь дать доступ дыханию, но это не сильно помогало.

Старые душевные раны вновь открылись. Из них сочилась чёрная вязкая жидкость, они болели и расползались по краям, что даже «нитки», пытавшиеся зашить раны не помогали. Швы расходились и рвались, обнажая похороненные воспоминания.

«Снова этот театр, эта сцена и каждый раз это чёртово стекло. Бенди снова безучастный зритель своих призраков прошлого.»

Они преследовали его уже давно, но в последнее время приступы участились. Даже спустя столь давний срок, боль не утихала, а казалось только усиливалась. Демон старался не вспоминать об этом, закинуть воспоминания как можно дальше и глубже. Но рано или поздно, они находили его, как бы сильно он ни старался.

Отвлечься помогала музыка, времяпровождение с подругами и ромашковый чай, аромат которого круглосуточно витал в воздухе.

Кстати о чае…

Он тяжело поднялся с дивана и подошёл к столику. Интерьер был весьма скуден, но эту пустоту всегда дополняли ромашки, что были только у «элит» подземелья. Они даровали некое.. успокоение.

Пока кипятится вода, он уселся за стол. Одной рукой он придерживал свою голову, пальцами зарываясь в копну чëрных, как смоль, волос. Другой рукой он взял первый попавшийся предмет. Им оказалась ложка. Повертев еë, Бенди посмотрел на своë отражение. В ответ на него глядело лицо мальчика с опухшими глазами и растрëпанными патлами волос.

Он покачал головой, отгоняя ненужные мысли. Чайник известил о готовности и демон налил кипятка в кружку. В некоторых местах она была покрыта трещинами. Закрыв их рукой, он сделал глоток ромашкового чая. Приятное тепло разлилось по телу, успокаивая нервы.

«Надо будет встретиться с Кëрли и Шарли, разговоры с ними иногда помогают, да и всяко вредно не будет… Надеюсь. »***

Бенди отпил ещё один глоток чая, позволяя аромату ромашки окутать его, как теплый плед. Он чувствовал, как напряжение постепенно уходит, но тень прошлого всё ещё оставалась в его сознании, как неизгладимый штамп.

Он снова взглянул на ложку и заметил, как свет отражается в её поверхности, создавая искаженную картину. Это напомнило ему о том, как иногда реальность и воспоминания переплетаются, как тени в темноте. Он закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на настоящем, на том, что было здесь и сейчас.

Вспоминая о подругах, Бенди с уверенностью мог сказать, что имел с ними тëплые отношения. Шарли была намного общительнее, чем Кëрли. Девушка была нелюдима и тиха. Как два таких человека могли подружиться, являясь полными противоположностями друг друга?

«Кëрли и Шарли..» — подумал он, — «они всегда умели поднять настроение. Надо позвонить им, пока не стало слишком поздно.»

С этими мыслями он достал телефонстационарный и начал искать их номера. В этот момент в его голове снова подкралась тень — образ брата, который он старался забыть. Бенди вздрогнул, словно кто-то прошелся по его спине холодной рукой.

«Нет,» — прошептал он, — «я не могу позволить ему снова вмешаться в мою жизнь.»

Он нажал на кнопку вызова и стал ждать. В то время как телефон издавал характерный звук, Бенди смотрел в окно, где синие кристаллы, на фоне темно-серой каменной породы, были выложены в форме звезд. Это было красиво, но в его душе всё равно оставалась тяжесть.

«Алло?» — раздался голос Кëрли.

— Привет, это я, Бенди. Как дела? — спросил он, стараясь звучать как можно более непринужденно.

— Привет! Всё нормально, а у тебя? Ты как-то странно звучишь.

Он вздохнул и попытался скрыть свои переживания.

— Да всё в порядке. Просто думал, может, встретимся?

— Конечно! Мы с Шарли как раз собирались на прогулку. Где тебя найти?

Он на секунду задумался.

— В Вотерфолле, на поляне эхо-цветов.

— Хорошо, мы скоро подойдëм, до встречи!

Кëрли повесила трубку. Звонок был спонтанным и он даже не привëл себя в порядок. Глянув в зеркало, которое вновь открывало ему взор на не самую приятную картину: волосы были взлохмачены, под глазами остались засохшие дорожки слëз и небольшие покраснения. Он вздохнул, решив, что до выхода стоит быстро привести себя в порядок.

Из почти незаметного закоулка вынырнула низкая фигура в элегантном костюме и прежней, уже приевшейся, бабочкой-галстуком. В Водопадье был один из самых наилучших его плюсов — здесь никогда не бывало тихо. Постоянный поток воды сопровождался весëлым журчанием, эхо-цветки шептали какие-то фразы и слова, которые подслушали у проходящих мимо монстров. Может, для кого-то постоянный шум и был минусом, но для Бенди это, как раз-таки, являлось большим и жирным плюсом. Тишина была сравнима пытке.

Тем не менее, демон был подобен одиночке. Он жил далеко от ближних поселений и сюда редко заходили местные, что радовало его.

Он шëл, обходя многочисленные лужи и тихонько напевая что-то под нос. Наконец, показалась поляна с говорящими цветками. Они были довольно высокие, почти ростом с Бенди. Он прислушался к многоголосым перешëптыванием эхо-цветков, пытаясь скоротать время за разбором этой какофонии. Но внимание привлëк один конкретный цветок, который издавал странный звук. Он был похож на ветер, но искажëнный. Ему казалось, что этот звук он уже где-то слышал.

Но когда он хотел покопаться в своей памяти, показались две подруги, и ему пришлось отвлечься.

Шарли весело помахала рукой, шагая навстречу, а Кëрли сдержано кивнула.

— Давно ты не выбирался из дома, так и затухнешь в своей пещере!

— Слишком много домашних дел. — не моргнув, сказал он.

— Поливка ромашек ведь занимает целый день. — усмехнулась демоница.

— Не забывай про чаепитие.

Он почувствовал себя глупо, задумываясь над цветами. Решив отбросить ненужные мысли, он пошëл вместе с подругами.

***

Он бы и думать забыл про цветок, но на протяжении всей прогулки он слышал этот звук и от других эхо-цветков. Теперь Бенди уже не мог это игнорировать. Он и не заметил как в очередной раз отвлëкся от беседы.

— Бенди, всë в порядке? Ты выглядишь обеспокоенным чем то. — вернула его обратно в настоящее Кëрли.

— Ты уже третий раз так залипаешь. — добавила Шарли.

— Всë хорошо, просто немного утомился. — как можно более беспечным тоном проговорил он. — думаю, что мне пора домой.

Девушки переглянулись, но лишние вопросы решили придержать. Распрощавшись, они разошлись в разные стороны. Конечно, Бенди не собирался домой. Он прошëлся по Водопадье, убеждаясь, что говорящие цветы извещали звуки не только рядом с его домом. Казалось догадка была близка, но каждый раз она ускользала из рук.

Так ничего и не найдя, Бенди вернулся домой, где он решил продолжить размышлять. Отчасти, подругам он и не соврал, так как этот день его знатно измотал. Ложиться спать было страшно — видеть очередной кошмар не хотелось. За кружкой чая он силился не закрывать глаза, но усталость одолела демона и он уснул прямо за столом.

***«Этот звук… он кажется мне до боли знакомым, словно пробуждает что-то давно забытое, что таилось в глубинах моей памяти. Свобода? Нет, это не совсем то. Свист… Ветер? Как он мог оказаться здесь, в подземелье, где воздух всегда был тяжелым и неподвижным? Его присутствие здесь — нечто невероятное, почти что невозможное!»

Бенди стоял на краю своего сознания, словно на грани между реальностью и сном. В его голове всплывали образы: он и его брат, смеющиеся и играющие в старом театре, где каждый звук был наполнен жизнью. Он вспомнил, как они с Сенджи мечтали о свободе, о том, чтобы покинуть этот мрачный мир и вновь увидеть светлые звезды на ночном небе, но сейчас, в этом подземелье, где тьма всегда была его спутником, этот звук, этот свист, казались ему предвестниками перемен.

«Появилась трещина? Может быть, барьер, который всегда был надежной стеной меж монстрами и людьми, наконец, дал слабину? Почему же Водопадье, место, где я всегда искал укрытие от своих страхов, прошлого, вдруг наполнилось этим дивным свистом, который, казалось, несет в себе обещание чего-то нового и неизведанного?»

В его памяти всплывают моменты, когда он и Сенджи, будучи детьми, бегали по этому подземелью, полные надежд и мечтаний. Они искали приключения, а каждый шорох казался им началом чего-то великого.

«Каждый звук, каждый шорох, словно зовет меня, манит к себе, и я не могу игнорировать его. Это не просто ветер — это зов, который пробуждает во мне надежду и любопытство. Я чувствую, как внутри меня разгорается желание узнать, откуда исходит этот звук, и что он может означать для меня и для всего, что я знаю.»

Внезапно сон оборвался. Пару секунд Бенди просто пялился в потолок, но придя в себя, подскочил с кровати.

«Я должен это проверить.»

Тень свободы

Краски таят в облаках, Вдруг пропали боль и страх. Чувствуй же ты всё душой, Что конёк лишь твой. Пусть взорвутся небеса, Пусть застынем навсегда. Наша жизнь — забава игрока, Здесь всё было и не раз. Ты послушай мой рассказ, Что вещаю я давно. И пускай всем всё равно! Кучка красок и теней, Что играют роль коней, Коих он пускает в Колизей.

***

Бенди резко вскочил с постели, ощутив, как адреналин наполнил его тело. В этот момент все его чувства обострились, и он мгновенно стал внимательнее к окружающей среде. Он огляделся вокруг, стараясь вспомнить, откуда доносился тот странный, завораживающий звук. В подземелье царила тишина, но свист всё ещё звучал в его голове, как будто призывая его к действию, заставляя двигаться вперёд.

Он шагал по тёмным коридорам, стараясь не издавать ни звука. Каждый его шаг отзывался эхом в пустоте, словно нарушая покой этого мрачного места. Бенди чувствовал, как страх и волнение борются внутри него, создавая невероятное напряжение. Он знал, что должен быть осторожным; в этом месте, где тьма скрывает опасности, любое неверное движение могло привести к беде.

Наконец, он достиг того места, откуда исходил звук. Это было небольшое отверстие в стене, окружённое мхом и старыми камнями, которые казались живыми, словно хранили в себе тайны прошлого. Свист становился громче, и Бенди почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Словно что-то внутри него подталкивало его к этому месту, манило, заставляя забыть об осторожности.

«Что же там?»

подумал он, прокладывая путь к отверстию, полному загадок и обещаний.

Он заглянул внутрь и увидел белый, ослепительный свет, пробивающийся сквозь трещину. Это было удивительное зрелище, которое вызывало одновременно страх и восторг.

Бенди понимал, что это его шанс. Шанс выбраться из этого мрачного места, шанс узнать, что скрывается за пределами подземелья, осуществить совместную с братом мечту о свободе и приключениях. Он глубоко вдохнул, собравшись с силами, и, сняв перчатки, шагнул в неизвестность, просачиваясь в трещину.

Просочившись через трещину, Бенди ощутил, как его жидкая форма снова принимает человеческие очертания. Он вышел из лужи, которая оставалась на полу, и, собравшись, стал выглядеть как прежде. Чернила блестели, а глаза светились решимостью и стремлением к новым открытиям.

Он огляделся вокруг — белая комната казалась бесконечной, и в ней не было ничего, кроме яркого света, который обволакивал его, словно тёплое одеяло. Но теперь он чувствовал себя менее уверенно, ведь этот свет казался одновременно манящим и пугающим.

«Что это за место?»

произнёс он вслух, осознавая, что, возможно, здесь скрыта какая-то великая тайна, которую ему предстоит разгадать. Вдруг в груди появился дискомфорт, и его Душа, в форме сердца, разделившаяся на два цвета — фиолетового и белого, вырвалась из его тела. Она взвыла к барьеру, словно искала путь к освобождению, к пониманию того, что происходит вокруг.

Повинуясь зову души, Бенди последовал за ней. Половинчатая душа маячила из стороны в сторону. Она искрилась надеждой и упорством, отражая самого демона. С каждым шагом он чувствовал нарастающий внутри страх неизвестности. Но, оглянувшись назад, он помотал головой, отталкивая ненужные мысли.

«После стольких лет я не имею права отступить».

Крохотная надежда на свободу туманила разум, подгоняя вперёд, говоря отпустить сомнения, увлекая за собой, словно шепча не останавливаться. Его душа мерцала, словно тоже сомневаясь, но они точно знали, что обязаны закончить начатое.

Внезапно она остановилась у стены, незаметной, если не приглядываться. Подойдя ближе, Бенди не поверил глазам. В огромной стене красовалась трещина размером с ладонь. Наклонившись, он почувствовал ударивший ему в лицо лёгкий порыв ветра. Просочившись через разъём, он прошёл эхом по казалось бы бесконечному помещению.

«Так вот откуда был этот звук».

Половинчатая душа вернулась к своему хозяину, будто говоря, чтобы дальше он поступал сам. Когда она вновь заняла своё место в области груди, он почувствовал, как решительность растекается по его телу.

Он осторожно попытался выглянуть из дыры, но свет мешал, резал глаза, мешая что-то внятно рассмотреть. Отпрянув, он просунул туда руку. Демон почувствовал пустоту, рука свободно проходила, не встречая препятствий. Он сделал рваный вдох, чтобы успокоиться, и почувствовал, как тело начало растекаться.

Просочившись через разлом, Бенди вновь стал материализовывать тело. Перейдя через арку, расписанную какими-то символами, он больно сощурил глаза, поднимая голову. Было мало что видно из-за слишком сильного света. Постояв так какое-то время и проморгавшись, он огляделся.

Лёгкий ветерок трепал его волосы. Он стоял рядом с краем обрыва, с которого открывался вид на закат, солнце мягко освещало облака, придавая им жёлтый оттенок.

«Солнце?..»

Он шокировано смотрел на светило и не мог поверить своим глазам. Солнце, которое перестало светить для него века назад, сейчас отбрасывало яркие лучи, освещая его маленькую фигуру. Трава под ногами мягко колыхалась. Он стоял, не в силах двинуться или сказать что-либо.

Внезапно ноги перестали его держать, и он рухнул на колени. По щекам побежали слёзы, капая на зелёную траву. Он не мог в это поверить, казалось, что сейчас он проснётся в своей кровати. Казалось, солнце вновь исчезнет, как и тогда, когда он был маленький, когда он начал забывать тепло рассветов и познал вековую тьму.

Бенди не мог сдержать всхлипы. Он наконец-то выбрался из Подземелья.

***

Бенди брёл вперёд, он оказался в каком-то лесу. Уже почти стемнело, и дороги почти не было видно. Демон старался как можно аккуратнее обходить препятствия. Он старался запомнить дорогу, чтобы вернуться назад. Сейчас он решил оценить обстановку.

Вскоре деревья закончились, и он вышел на поле. С него открывался вид на небо, где догорали последние капли солнечного света. Скоро стемнеет, и идти будет сложнее.

Тёмные тучи заволокли небо, закрыв солнце, не дав в последний раз осветить путь страннику. Внезапно на мгновение что-то вспыхнуло и громыхнуло прямо сверху. Бенди поднял голову.

«Что это было?»

Вдруг небо рассек луч света, за которым последовал очередной грохот. Казалось, он был совсем рядом, но высоко. Он стал чувствовать нарастающую тревожность.

Но самый большой страх он испытал, когда ему на нос упало что-то мокрое. Проведя там ладонью, он увидел тёмные разводы. Следом он почувствовал ещё одну каплю, затем следующую и ещё, и ещё, пока мало-помалу это не переросло в ливень. В поисках укрытия он бежал через поле, оставляя чернильные следы на траве.

Впереди показался лесок с несколькими деревьями. Добежав, он укрылся под одним из них. Переведя дыхание, демон прислонился к стволу.

«Дождь? В Вотерфоле он уже наблюдал такое явление и старался избегать. Но что за странный световой луч? Это он так шумел? В любом случае ему следует переждать ливень».

Среди шума ливня и грохота он услышал ещё один звук. Он отличался, это был не то рёв. Тут, где-то вдалеке, Бенди увидел луч света, но тот стремительно исчез, забрав с собой и звук. Но не успели те огни полностью затихнуть, как последовали новые, и вновь те же огни промчались мимо.

Демон встал. Может, эти огни приведут его куда-нибудь?

Неизвестно, когда закончится ливень, а огни могли больше не появиться. Он вздохнул, прежде чем выйти из укрытия, и побежал к тому месту, где видел странное явление.

Если и существовало что-то, что вызывало бы в нём больше негатива, чем Азгор, то это определённо был дождь. Бенди чувствовал, как его тело вновь начало таять от воды, оставляя чернильные разводы. Он обязательно приведёт себя в порядок, когда разберётся со всем этим.

Когда он дошёл до места, перед ним раскинулась тёмная дорога, напоминающая дороги между стен в подземелье. Они были такими же ровными и длинными. Когда он хотел подойти поближе, вновь последовал нарастающий гул. Демон успел отбежать в кусты, прежде чем сквозь ветки он наконец увидел существо. Оно было огромным, в сияющих доспехах и имело четыре колеса. Освещая путь, оно умчалось вперёд, оставляя облако едкого дыма. Бенди поморщился от смрада.

«Что это за существа? Куда они направляются?»

Вынырнув из куста, он огляделся. Все железные кареты едут туда, может, там есть какая-нибудь деревня или что-то, что помогло бы ему в осмотре?

Но внезапно он почувствовал чью-то хватку на своей руке. Посмотрев вниз, Бенди заметил на ней цепь с браслетом, крепко сжимающим запястье. Внезапно в памяти всплыли мутные воспоминания.

Монстры кричали в ужасе, когда магические цепи и нити хватали их и утаскивали под землю. Все эти звуки: крики монстров, их проклятия, лязг цепей, сливались в единую какофонию. Тогда он смог сдержаться, люди, что пытались ему помешать, лежали в своей луже крови. В конечном итоге его, как и брата, отправили в Подземелье.

Бенди попробовал дёрнуть руку на себя, однако цепь стала его тянуть обратно, обратно в подземный мир.

Бенди почувствовал, как цепь крепче сжалась на его запястье, словно невидимые силы начали тянуть его обратно в тёмные глубины подземелья. Он попытался сопротивляться, но с каждым усилием цепь лишь сильнее сжималась, словно напоминая о его страхах и сомнениях.

«Нет! Я не вернусь!»

зарычал он, не хуже некоторых представителей его демонического вида, дёргаясь в попытках вырваться. Но цепь неумолимо тянула его назад, и он ощутил, как ноги начинают поддаваться, словно земля уходит из-под него.

Сердце его забилось быстрее, когда он вспомнил, как долго он ждал этот момент свободы. Воспоминания о тёмных коридорах, о криках и страхах охватили его. Он боролся с нарастающим чувством безысходности, понимая, что не может позволить себе сдаться.

Тем не менее, цепь продолжала тянуть его, и он вновь ощутил, как мрак подземелья начинает окутывать его. Бенди упал на колени, чувствуя, как слабость охватывает его тело. Он в отчаянии закрыл глаза, зная, что если не соберётся с силами, то всё закончится именно здесь.

В этот миг он вдруг вспомнил о брате, о мечтах о свободе и о том, ради чего он боролся.

«Я не могу потерять это!»

мысленно закричал он, открывая глаза. Он снова поднялся на ноги, несмотря на тянущую силу цепи, и сосредоточился на желании выбраться наружу.

Каждый шаг вперёд был трудным. Цепь сжималась, но он не собирался сдаваться. Бенди боролся с тьмой, которая тянула его назад, и, несмотря на страх и слабость, он знал, что должен двигаться вперёд.

Но цепь оказалась сильнее, и с каждым мгновением он чувствовал, как теряет силы. Вскоре он снова оказался на коленях, цепь неумолимо тянула его в мрак. Бенди закрыл глаза, смиряясь с тем, что, возможно, ему не суждено выбраться.

«Силы одной души недостаточно. Я не смог пробыть на поверхности и десяти минут, нужно стать сильнее. Нужна. Ещё. Одна. Душа»

думал он, сжимая кулаки. В ладонях оставались кусочки свежесорванной травы, сок которой замарал его перчатки зелёным цветом.

«Ц, ещё и замарался, ещё и запястье ноет, это называется "святым" ожогом?»

промелькнула мысль о том, как мелочи могут казаться незначительными в такие моменты. Но в этом была своя ирония: даже такая простая вещь, как трава, могла напомнить ему о том, что он был там.

Бенди сделал глубокий вдох, собирая в себе остатки решимости. Он вспомнил о брате, о том, как они вместе преодолевали трудности.

«Если я смогу найти ещё одну душу, то я смогу бороться с этой тьмой, с этими оковами... Судьба злодейка, показала вкус свободы и сразу же его отняла прям из под носа... Стоп у меня же нет носа»

Бенди огляделся вокруг, ища пути, которые могли бы привести его обратно к дому. Он знал, что его путешествие только начинается, и он не собирался останавливаться, пока не добьётся своей цели. С каждым шагом он чувствовал, как его упорство возрастает.

«Время придумать план, кажется, я знаю, где взять душу для побега».