Одинокий демон. Чёрт-те где.

Глава 1

Одинокий Демон. Черт-те где.

(книга первая)

Автор выражает благодарность Андрею Буревому, за разрешение использовать в произведении элементы его оригинального мира - «Охотник».

На севере дальнем, средь белых снегов

Родится способный снять с мира покров.

Пришедший из мрака со светлой душой,

Он сделает выбор, сверяясь с собой...

Место действия: мир Далор

– Шарехсах!! Шарехсах!! Ий кет то орел дрон!! – невысокого роста паренек в черном балахоне радостно скачет вокруг сияющей на полу зелёными нитями пентаграммы.

Я в онемелом изумлении взираю на него изнутри. Где я? И что случилось? Меня что, - призвали?! Вот этот мелкий паршивец? Сихот меня подери! Надо мной ведь теперь весь Эсферато ухахатываться будет! И шутить даже не придется! Стоит только на глаза попасться... Проклятье! Кто он такой и чего ему от меня нужно?

Откидываю назад голову и неожиданно ощущаю прикосновение затылка к крыльям. Сихот, я в истинном облике!

Смотрю на себя вниз. Да, так и есть – чешуя, когти и ещё крылья... А вот это уже не смешно. Вляпаться самому и засветить всех – дополнительный позор... Значит, необходимо по-быстрому прибить мага и валить отсюда...

– Порехот ма! Порехот ма! – вызвавший меня перестал бегать вокруг пентаграммы и, встав за пюпитр с лежащей на нем открытой книгой, начал заунывно произносить одну и ту же фразу: – Порехот ма!

Ну, так и есть - придурок! Демона вызвать он сподобился, а подумать о том, на каком языке с ним разговаривать, видать уже мозгов не хватило...

– Ку! – я присел, распахивая крылья и раскидывая руки с выдвинутыми когтями в стороны.

– Салик! – испугано возопил паренек, шарахнувшись назад.

Змееныш... Дай мне только до тебя добраться, такой Салик тебе будет!

Я двинул вперед, проверяя прочность пентаграммы. Крепко смастрячил, сихотово отродье!

– Порехот ма! Порехот ма! – снова забубнил паренек, осторожно выглядывая из-за пюпитра.

Чувствую, как во мне начинает подниматься волна злобы. Только вот в ярость впасть сейчас не хватало!

– Гарахаа!! – я заревел, пытаясь сбить поднимающуюся внутри алую волну гнева.

– Салик! – парень полетел на пол вместе со своей слетевшей с пюпитра книгой.

Заррраза! – я неожиданно ощутил волну страха, пришедшую от упавшего. Что? Он не поставил ментальный щит? Или он с него слетел? Ну - точно придурок!

Я чуть повернул голову, присматриваясь внутренним взором к эфиру. Есть! Вот он! Ярко пульсирующее разноцветное пятно. Судя по обильным переливам красного цвета – индивид с садистскими наклонностями... Хотя, чего ещё ожидать от некроманта? Вон, как темные полосы закручиваются...

– Че те нужно, придурок? – задал я вопрос, сцепившись с сознанием мага.

– Ой! Ты кто?! – испуганно прилетело в ответ.

– Я те щас дам – «ты кто?»! Демона вызывал?

– Вызывал...

– Ну, так я тебя и спрашиваю: чего надо?

– А как ты мне в голову попал?

– Слушай, мое терпение не безгранично. ещё раз повторяю: чего тебе от меня нужно?

– Покорись мне!

– Чего?!

– Признай мою власть над собою и покорись мне!

– Щаассс! Калоши только надену!

– Что?

– Чтобы Бассо эль'Эгардо покорился низшему, да ещё такому сопляку? Да я тебя на ленточки порежу! – зарычал я и, выпустив когти, начал яростно размахивать руками, показывая, как именно это будет.

Паренек приклеился к ним взглядом, затем как-то странно дернулся, и выражение его глаз неожиданно стало стеклянным и пустым.

Чего это он? Да он - шиза! – поняв, ахнул я. – Вон и зелень в голове появилась. Торкнуло, видать, со страху...

– Покорись мне! Покорись! – между тем снова начал завывать пацан, с перекошенной улыбкой и растопыренными пальцами приближаясь к пентаграмме.

Не люблю сумасшедших. У них такие мерзкие, хаотично пульсирующие ментальные цвета... По мне так, если сразу нельзя убить, то лучше держаться от них подальше. Убежать я не могу, значит, только один выход...

– Покорись мне!

– Облезешь... – нахально оскаливаюсь в ответ, одновременно готовясь к атаке на его мозг.

– Ты покоришься мне! Покоришься моей силе! Шагес Рах!

Пацан неожиданно выхватил из складок балахона какую-то дрянь и ткнул ею в мою сторону. В том, что это дрянь, сомнений не было никаких. Меня скрутило от боли так, что показалось, - глаза наружу полезли!

– А-ха-ха! Что, больно, демон? Сейчас будет ещё больнее! Шагес Рах! – некромант опять выкинул в мою сторону руку со сжатой в ней штуковиной. – Шагес Рах!

– А-а-а, гадина! Ну все! Конец тебе! – видя всё в багровом цвете от ярости и боли, я ринулся к мозгу этого маленького чудовища.

Убью! На! Получи!

– А-а-а-а! – завизжал мальчишка, сотрясаясь всем телом.

Что, не нравится? Будет тебе щас Шагес Рах по полной программе! На!

Пацан взвыл ещё раз и рухнул на пол.

– А-а-а!

Это уже ору я. Чудовищная сила скручивает мое тело, не выпуская из линий пентаграммы.

Хрум! - хрустнула какая-то кость.

Хрум! - хрустнула ещё одна.

Хрум, хрум, хрум...

А-а-а-а! Он же умер! Почему его магия продолжает действовать?! – это было последней мыслью, потом осталась только боль... И мрак...

Место действия: там, где собираются боги

– Как глава совета круга, я собрал всех для того, чтобы сообщить, об возникновении у нас, проблемы... – замолчав, толстенький человек с поблескивающей лысиной внимательно оглядывает сидящих за круглым столом.

– Неужели мир внял нашим молитвам, и они у нас наконец-то появились? – усмехается женщина в платье, целиком сшитом из тонких черных и белых ленточек.

– Да. Проблемы! – с нажимом в голосе повторяет толстячок. – И касаются они, Хель, как ни странно, и тебя тоже!

– Проблемы у богини смерти? – удивляется сидящий рядом с Хель здоровяк в сверкающих золотом латах. – Что за ерунда? Какие могут быть у неё проблемы?

– Ну... скорее в большей степени у нас, чем у неё... – после паузы нехотя признаётся толстяк.

– Значит, я - «не ваша»? Забавно! – мгновенно реагирует на его фразу Хель.

– Давайте только не будем опять с самого начала выяснять отношения! – вмешивается в разговор юная девушка в белой тунике. – Это невыносимо!

– Пусть Коин просто расскажет, что за причина побудила его нас собрать, – продолжает говорить она. – А мы его молча выслушаем. Не перебивая.

– Да, хотелось бы узнать подробности. – поддерживает её женщина, сидящая напротив Хель, в зеленом, словно трава, платье.

– «Подробности»? – Коин вновь неспешно оглядывает всех, кривится, словно от зубной боли, и неожиданно громко объявляет: – У нас, - пророчество!

– Забавно... – чуть слышно произносит Хель, улыбнувшись краешком губ.

– И ничего тут забавного нет! – неожиданно яростно орёт Коин, громко хлопая ладонью по столу. - Развели, балаган, понимаешь, с этими предсказательницами, пророками и провидцами! Всё шуточки! Развлекаются они! А я, - предупреждал! Говорил, - доиграемся! И вот вам, пожалуйста, – получите!

– Гм... не понял? Ну, пророчество, ну и что? – удивляется здоровяк в латах.

– Великое пророчество! Понятно теперь?! – продолжает «кипеть» Коин.

– Может быть уважаемый бог торговли немного поостынет и расскажет нам о его сути? – спокойно предлагает Хель.

– Да, а то как-то непонятно. – соглашается с ней здоровяк, пожимая плечами.

– Сейчас вам станет ясно, уважаемый бог войны. Сейчас всем всё станет ясно... – сбавив тон, обещает Коин. – Подробности такие... Пророчество было сделано какой-то монахиней. Причем, хочу отметить, монастырь, где она это сделала, находится под покровительством присутствующей здесь богини любви. И говорится в пророчестве, ни много ни мало, о конце света!

- По мелочам ваши подопечные, вижу, не размениваются, – с ядовитым сарказмом в голосе произносит он, обращаясь к юной красавице в тунике.

Та в ответ лишь чуть приподнимает вверх тонкие брови, как бы говоря: «Что за претензии?»

Не став отвечать на немой вопрос, Коин продолжает: всё бы было ничего, не первое предсказание и не последнее, но это неожиданно вплелось в мировые потоки и обрело силу Великого пророчества! Богиня судеб, Сатия, не может объяснить, как такое могло случиться. Впрочем, меня это не удивляет. У нас уже давно стало традицией, по которой никто не может внятно объяснить, что получилось после того как кто-то поразвлёкся, и главное, - что делать с этим дальше?! Теперь, - всё понятно? Если кто ещё так и не понял, то повторяю: –У нас есть действующее Великое пророчество о конце света! Уяснили?

– «Уяснили». – кивает в ответ бог войны. – Одно неясно, - с чего столько шума по этому поводу?

– «Шума»?! Развоплощение – не повод для «шума»?! Или ты устал и желаешь уйти? – пригнувшись к столу, шипит в его сторону Коин. – Желаеш-шшь??

– Не, не желаю! – поспешно отвечает тот, испуганно отодвигаясь от стола и отрицательно мотая головой.

– А если нет...

Закончить фразу Коин не успевает.

– И чем же будет вызван конец света? – перебивая его, интересуется Хель.

– Избранный снимет завесу.

– «Завесу»? Между моим миром и миром живых?

– Вы поразительно догадливы!

– Интересно, а как ему это удастся? Даже я не знаю, как это сделать, а он, значит, придет и снимет? Хотелось бы это увидеть!

– Боюсь, мы действительно можем это увидеть. – озабоченным тоном сообщает бог торговли.

– Какой ужас...– тихо произносит богиня любви, бросая неприязненный взгляд на Хель.

– В чём проблема-то? Соберем армию, устроим небольшую войнушку... А? – влезает с предложением бог войны.

– «Войнушку»? «Небольшую»?! Ты хоть представляешь, сколько у нее там? – снова взвивается Коин. - Да они тут всех за раз сожрут!! И вякнуть никто не успеет! Да, Хель?

всё сидевшие за круглым столом с невольным испугом смотрят на богиню смерти. Та, в ответ на взгляды, лишь загадочно улыбается.

– И что тогда будет? – растеряно спрашивает бог войны.

– Что будет, что будет… Попробуй представить себя без своих верующих! Тогда и поймешь, - что будет! – зло отвечает ему Коин.

– Так ведь это... Да я ... – неожиданно бог войны багровеет и орёт: – Да я её!

– Минуточку. – спокойно требует Хель, выставив вперёд правую ладонь. – Минуточку… Дорогой Марсус, ваша ярость явно не по адресу. Не я придумала это пророчество, и не я буду снимать завесу. Хочу ещё заметить, - в том, что у меня огромное число подданных, есть и ваша заслуга. Вы просто неутомимы в организации новых войн и побоищ. А в них, знаете ли, умирают...

– Зря смеешься, Хель. Ты ведь за нами пойдешь... только позже, – обещает Коин.

– Да? С чего бы? – иронично хмыкает та.

– Сама подумай. Вот прикончили твои всех живых. После этого, - больше никто к тебе за завесу не придет. Дальше-то что делать станешь? Со своими сидеть? Они тоже не вечные. Ну, высосешь ты их всех в конце концов. А других-то не будет! Так что, рано или поздно ты тоже отправишься вслед за нами, - ухмыляется Коин.

– Мне надолго хватит. – Хель приподнимает в улыбке уголки губ.

– Не стал бы на твоем месте на это рассчитывать. Когда эта катавасия начнется, верующие разом попросят защиты и помощи. Мы не сможем не откликнуться. И младшие боги тоже в стороне не останутся. В итоге, всё - против одной тебя. Хоть победить у нас не получится, но ощипать твоих – ощиплем. До костей. Может, и тебя успеем... – Коин пытается повторить на своем лице улыбку Хель.

За столом воцаряется нехорошая тишина.

– Следует рассматривать это как угрозу? – наклонив голову к плечу, спокойным голосом интересуется богиня смерти.

– Нет, ну что ты?! Я просто объясняю возможный ход развития событий…

– «Возможный» ... – не торопясь повторяет Хель так, словно ей нравился вкус слова. – У тебя, как всегда, есть ещё вариант?

– К сожалению, ничего конкретного на этот раз предложить не могу. Разве что... Поговори ты с ним! А?

– С кем? С избранным?! – в голосе богини слышно неподдельное изумление.

– Мугу... – уныло мычит Коин.

– Вмешиваться в Великое пророчество? Да ты что?! Ты знаешь, во что мне это обойдется?

– Ну, а кто еще? Только ты это и потянешь. Да и касается это тебя...

– Касается, как я уяснила, всех, а насчет, «кто еще?», пусть вон богиня жизни или любви этим занимается! Это по их профилю, да они, кстати, недавно хвастались, что почитателей у них побольше, чем у меня.

– Ну, мало ли чего они там говорили? Не смогут они. Нет у них столько сил, как у тебя...

Коин безнадежно машет рукой.

– Значит мне, богине смерти, предлагается спасти мир? Забавно...

– А какие ещё варианты? Больше никаких! Правда, если кто ещё чего предложит...

Коин без особой надежды окидывает взглядом сидящих за столом.

– Вот, сама видишь - только ты! – через несколько секунд провозглашает он, правильно интерпретировав растерянные взоры присутствующих.

– А с чего ты взял, что я вообще буду чего-то делать? Может, я давно мечтала стать владычицей мира?

– Хель, не стоит так шутить...

– Думаешь, - это шутка?

– Слушай, ну прекрати! Ну, какого «мира»? Кто тебе в нем кланяться будет? Твои только. Они и так сейчас это делают. А больше никого не останется. Даже нас! Тебе ведь и поцапаться будет не с кем. Помрешь со скуки. Сама помрешь!

– Хмм... может быть... А что я с этого получу?

– Хель, это уже просто невыносимо! Я, - бог торговли. Я! Это мне положено торговаться, а не тебе! Ну чего тебе не хватает? Моя фантазия просто отказывается работать, когда я пытаюсь представить, чего у тебя нет. Или я неправ?

– Неужели ты думаешь, что я задарма буду для всех таскать каштаны из огня?

– Я просто не представляю, что тебе предложить!

– Значит, - задаром?

– Ну, хорошо, хорошо... Скажи, чего ты хочешь? – сдаётся Коин.

– Чего я хочу?.. Я хочу... – приложив к левой щеке два пальца, задумчиво произносит Хель и замолкает, задумавшись.

За столом раздаётся противненькое хихиканье. Судя по голосу, это кто-то из богинь.

– Свои условия я сообщу чуть позже! – услышав смешок, громко объявляет богиня смерти. – И это будет дорого!

– Хорошо, мы согласны. – устало объявляет бог торговли, – Только сделай что-нибудь. А там - разберемся...

– Ладно, договорились,

Хель обводит всех взглядом прозрачных глаз.

– Надеюсь, это будет весело. Хотя бы для меня...

Бассо

Возвращение в сознание было быстрым и ярким, словно вспышка. Бац! И я нахожусь посреди чего-то белого и местами, - клубящегося. Без верха, без низа, без стен. Ровный яркий свет со всех сторон.

Недалеко от места моего появления, откинувшись на высокую спинку кресла, меня с интересом разглядывает женщина с ослепительно-снежными волосами и холодным красивым лицом. На ней какое-то непонятное платье из многочисленных черных и белых лент.

Кто это? Низшая? Тут я встречаюсь взглядом с ее прозрачными глазами и невольно вздрагиваю. Низшая? Ну, уж дудки! Похожий взгляд я видел только у повелителя!

– Приветствую тебя, прекраснейшая!

Я, не раздумывая, преклоняю колено.

– «Прекраснейшая»? Забавно... Хотя приятно осознавать, что воспитание оно и невесть где, – воспитание…

Не понял... «Невесть где», – это где? Ладно, потом разберёмся. Продолжаем разговор!

– Будет ли мне позволено узнать, с кем имею честь беседовать? –спрашиваю я.

– Хель. Богиня смерти.

– Богиня! – я низко нагибаюсь к полу, совершая поклон высшего уважения. В таком положении жду ее реакции, одновременно с этим стараясь успеть за стремительно несущимися в голове мыслями: Богиня! Сама богиня! Причем смерти! Я что, – умер? Если да, тогда почему у врат смерти меня встречает чужая богиня? А где Сатос? Странно... Умерших должен встречать Сатос. Откуда она вообще взялась, эта Хель?

– Встань!

Я послушно разгибаюсь и бросаю взгляд в сторону трона. Богиня, чуть склонив голову, с лёгкой улыбкой продолжает меня рассматривать.

– Кто ты такой? – после небольшой паузы спрашивает она.

– Позвольте представиться! Бассо эль Эгардо, младший сын князя д'Эгардо из дома Изменчивых! – и ловлю себя на том, что вновь, совершенно автоматически, делаю церемониальный поклон.

– «Дом Изменчивых»? Где это?

– Мир Эсферато, богиня!

– Никогда не слышала о таком.

Мда? Если богиня смерти не слышала об Эсферато, то куда же меня тогда занесло? Неприятное предчувствие больно кольнуло сердце. Молча таращусь, пытаясь понять, - как такое может быть?

– Откуда ты здесь?

– Меня подло завлекли в пентаграмму призыва... – начинаю было я.

– О, эту часть я знаю, – сделав отрицательный жест рукою в сторону, перебивает Хель. - Меня интересует, - откуда тебя в нее призвали? С Эсферато?

Торопливо прикидываю, о чем можно трепаться, а о чем лучше держать язык за зубами. Не рассказывать же первой встречной всё тайны дома?!

– Я путешествовал... Был в другом мире...– осторожно отвечаю я.

– Как интересно! Твой дом известен как дом великих путешественников?

– Нет, великая. Мы знамениты, в основном, другим...

Сихот, как бы это объяснить?!

– И чем же?

– В Эсферато мы известны… Своими шутками, великая!

– Чем? – с удивлением в голосе переспрашивает та.

– Шутками... – повторяю я, ощущая себя слегка кретином.

Понимая, что, услышав столь неожиданное признание, собеседница стопроцентно потребует подробностей, начинаю объяснять нюансы нашей жизни, при этом стараясь тщательно подбирать слова. Рассказываю про то, как у нашего повелителя порой бывают приступы черной ипохондрии, и тогда входить к нему осмеливается только мой отец, темный князь д'Эгардо, - личный шут его высочества. Что в Эсферато живут долго, некоторые до нескольких тысяч лет, и всё, что может вызвать эмоции в тысячелетней душе, ценится дороже кристаллов душ. Потом, ведь шутки разными бывают... Прожить несколько тысяч лет для того, чтобы последний миг твоей жизни закончился как анекдот? Большего позора в Эсферато, пожалуй, быть не может. Некоторые просто из чешуи вон лезли, пытаясь не сдохнуть, когда доходило, что их смерть будет смешной. Некоторым это даже удавалось. Однако, шутки нашего дома всегда славились оригинальностью…

Поэтому, клан Изменчивых один из самых могущественных в Эсферато. С нами могут конкурировать всего несколько домов - Разрушители, Темные клинки и, пожалуй, ещё дом Золотых. Но всё они обладают чистой силой и мощью. Никакого изящества и интеллекта.

Все это я, как мог, постарался объяснить богине.

– Смерть – «шутка»? Однако...

– Дело в том, что у нас...

– Не продолжай. Я прекрасно всё поняла. Скажу, что в твоем доме понимают смысл жизни, – усмехается Хель.

– Благодарю, богиня, – делаю благодарственно-уважительный поклон.

– Только мне никогда и в голову не приходило, что существуют демоны, основной доблестью которых является смертельная насмешка.

– О, нет! Это не единственная наша доблесть. Скажем так - она одна из многих! – снова, с полупоклоном, отвечаю я, невольно копируя отца.

– Не сомневаюсь, что подробности жизни в Эсферато окажутся весьма занимательными, но, к сожалению, у нас с тобой сейчас мало времени. Впрочем, я рассчитываю услышать о них при нашей следующей встрече…

После небольшой паузы Хель одаривает меня загадочной улыбкой.

– Непременно. Но, наверное, это будет ещё не скоро, госпожа?

– Кто знает... – получаю ещё одну таинственную улыбку.

«Оптимистичненько...»

– Видишь ли, Бассо, имеет место быть одна проблема...

Богиня пристально смотрит на меня своими прозрачными глазами.

– И проблема эта в том, что ты убил призвавшего тебя мага, а у него был долг...

Молча жду продолжения.

– Не хочешь узнать, какой именно?

– О, нет, госпожа. Это ведь не мой долг, а лишние знания прибавляют печалей...

– Весьма разумный жизненный подход, - кивнув, одобряет Хель, - Однако, дело в том, что убитый тобою Эриадор должен был воплотить пророчество, от исполнения которого зависит судьба этого мира.

– Я только защищался. Он вынудил меня прибегнуть к крайним мерам! – быстро озвучиваю в ответ свою версию случившегося.

– Собственно, по поводу смерти Эри у меня к тебе претензий нет. Это ваши смертные дела...

– «Эри»?

– Да. Эри – сокращённое от Эриадор. Честно говоря, он мне не нравился. Я долго откладывала разговор с ним, надеясь, что его неуравновешенность пройдет... Но, благодаря тебе, беседа, которую я не желала, - не состоялась…

«Неуравновешенность»? Да он был откровенной шизой! - думаю я, но вслух произношу другое: – Я весь внимание, богиня.

Та пристально смотрит на меня прозрачно-холодными глазами.

– Видишь, ли, Бассо, – после многозначительной паузы произносит она, – устройство нашего мира таково, что в нем существуют пророчества. Они появляются, когда возникает необходимость перемен. Они исполняются, или, не исполняются, – если течение мировых потоков возвращается к стабильному состоянию. Однако, существуют пророчества особого вида – «Великие пророчества», как их называют. Это несколько иное. Великие пророчества вплетены в структуру мира и являются, собственно, его путем движения. Эри, – был избранным Великого пророчества...

Я склоняю голову, выражая почтительное внимание.

– Великое пророчество не может не осуществиться. Для своего свершения оно выбирает избранного, но, если таковой вдруг погибает, оно находит другого...

Хель внимательно смотрит на меня.

– Я весь внимание, богиня! – внутренне напрягаясь, сообщаю я.

– Оно выбрало тебя.

Сихот меня побери! Похоже началась полоса неудач!

– И что теперь со мною будет?

– Тебе придется занять место Эри. Теперь ты - избранный. Поздравляю! – широко улыбнувшись, объявляет Хель.

– Благодарю, богиня, – с поклоном шаркаю я ногой. – А нет ли кого-нибудь более достойного чем я? Из этого мира?

– К твоему сожалению... нет.

– Очень печально. У меня были другие планы...

– Понимаю. Но Великое пророчество есть Великое пророчество и ничего с этим не поделать... Даже мне.

– Всё ясно, госпожа. Могу ли я узнать, о чем оно было?

– Суть его проста. Это предсказание о конце света.

– Вау! – у меня от неожиданности вырывается неуместный возглас.

– Вижу, ты впечатлен, – усмехается Хель.

– Прошу прощения, - но судьба целого мира?

– Рассчитывал сходить куда-нибудь, убить какую-нибудь тварь и быстро покончить с этим? – снова усмехается богиня.

– Просто, - такой размах!

– О да. Размах у нас любят. Но это к слову... Общий смысл пророчества понятен. Однако его текст, как и положено, маловразумителен...

– А уточнить у пророка нельзя?

Хель несколько секунд молча буравит меня взглядом.

– Не стоит казаться умнее, чем ты есть, Бассо, – наконец говорит она. – Это было сделано первым делом…

С чего бы ей вдруг разозлиться? - не понимаю я, с виноватым лицом делая поклон. - А кто ее знает?! Сихот этих богов разберет! Никогда не угадаешь, что придется им по нраву, а за что они пообрывают тебе крылья! Лучше помалкивать. Как бы Хель не вспылила. Наши боги вообще, - «пылят» по любому поводу...

Я ещё раз поклонился, изображая глубокое раскаяние.

– … Так вот, когда стало известно о случившимся, мы, конечно, попытались найти пророка, дабы узнать подробности. Однако, монахиня, которая его предрекла, к этому времени уже успела умереть. Я призвала её, но узнать ничего не получилось...

– А почему? – снова влезаю я и тут же принимаюсь ругать себя за свой длинный язык.

– «Почему»? – обращённый на меня взгляд богини был тяжел. – Потому, что она - «погасла». Души людей, проходя через завесу, предстают передо мною разными, Бассо... Некоторые из них сохраняют свою сущность и память о прошлой жизни. Однако большинство забывают, кем они были, или, проще говоря, «гаснут». У них не остается ничего, кроме желания пить свет и тепло живых. С прорицательницей произошла такая же история – она «погасла». И что-нибудь выяснить не получилось...

– Ещё вопросы?! – резко спрашивает Хель.

– Их нет, богиня, – низко кланяюсь я.

– Это хорошо... Значит, идем дальше. В общем, в пророчестве говорится об избранном, который разрушит преграду между миром мёртвых и миром живых. Снимет завесу, что неизбежно приведет к концу света. Зачем он это сделает и как, - непонятно. Завеса является частью мирового устройства и снять её в этом мире не по силам никому, в том числе и мне. Поэтому, пророчество казалось невыполнимым. Но с появлением тебя, демона, пришедшего из другого мира, ситуация становится неопределенной. Похоже, роль Эри была понята неправильно. Он был отнюдь не избранным, а только открывал путь к истинному избраннику. И мне это совсем не нравится. Проще всего было бы избавиться от тебя, но, к сожалению, я не могу этого сделать. Боги не имеют права изменять судьбу мира. Это могут делать только смертные. Мы слишком сильны и наша борьба за «правильный» путь неизбежно приведет к потере равновесия, а далее, соответственно, ко всеобщей гибели. Из-за этого мы вынуждены действовать через смертных. Такое мироустройство заставляет нас нуждаться в людях, а они нуждаются в нас. В итоге всё сбалансировано и всё сохраняется. Если же кто-то из богов напрямую попытается исказить пророчество с выгодой для себя, тем самым изменив мировой путь, то будет наказан за это самим миром. Нарушитель потеряет большую часть своей силы. А если бог окажется слабым, то дело может дойти до развоплощения, и он просто исчезнет. Поэтому, заниматься пророчеством приходится мне, самой сильной богине этого мира! Ты осознаешь это?

Голос Хель неожиданно обретает силу и мощь и становится подобен раскатам грома.

– Я потрясен, о великая! – в очередной раз склоняюсь я в поклоне, одновременно пытаясь быстро обдумать услышанное.

Вот это я попал! Съездил, называется, в экспедицию. Отец будет рвать и метать! Верховному магу не отвертеться. Его наизнанку вывернут за меня! А что эта светлоглазка говорила про то, что от меня лучше избавиться? Избавиться, значит, - убить? Хм... Правда она потом призналась, что это ей не по зубам... Получается, у меня теперь есть надежный защитник - Великое пророчество и связываться со мной за просто так никто не захочет. Это плюс. Хоть тут повезло... Значит, можно особо не гнуться перед высшими... Конечно, наглеть не надо. У них наверняка найдется масса способов сделать мне жизнь отвратительной и без моего умерщвления, но тут, ко мне, похоже, есть искренний интерес. Иначе, - к чему всё эти длинные разговоры?

– «Потрясён», говоришь? По тебе этого не скажешь...

– Не сомневайтесь, богиня, потрясён! Просто мне вдруг неожиданно показалось, что вы мне что-то хотели предложить... Или я ошибаюсь?

Выпрямляюсь и смотрю прямо в глаза Хель.

– Хм! – хмыкает та. - Ну что ж, тогда перейдем к делу…

– Слушаю, богиня! - я почтительно склоняю голову.

– Хорошо! Хочу предупредить, что этот разговор может стоить мне много сил и боли. Будь внимательным, Бассо, и постарайся попусту не раздражать меня, отвлекая на мелочи. Итак, как ты понимаешь, речь пойдет о пророчестве. В его тексте есть указание на то, что перед избранным будет стоять выбор - снять завесу и погубить мир либо не снимать и умереть самому. Поэтому я здесь для того, чтобы... – Хель поморщилась, – просить тебя сделать правильный выбор.

– Я польщен... богиня!

– Будь ты из нашего мира, всё было бы гораздо проще... Но ты чужак и я даже не знаю, как просить тебя умереть за этот мир!

– Ммм? – приподняв брови, мычу в изумлении.

– Да, Бассо, да! Хоть я богиня смерти, но в этот раз я буду просить за жизнь. Мир не должен исчезнуть!

– Хм... но тогда получается... Получается, что умереть должен я?

– Ты всё равно был обречен умереть. Ты же не собирался жить вечно? – лицо Хель внезапно искажает судорога.

– Но... богиня? Променять тысячи лет жизни на… На какие-то жалкие... А когда срок исполнения пророчества?

Собеседница делает неопределенный жест рукой.

– Что, может быть уже завтра? - изумляюсь я.

– Вряд ли. Пока ничего такого необычного в мире не происходит. Думаю, можно говорить о сотне-другой ближайших лет...

Сто-двести лет? Ха!

– Богиня, прошу прощения, но вы хотите слишком многого...

– Почему-то я так и думала! Самопожертвование, - это не для демонов. Однако, может, есть что-то, что изменит твое решение? Чего бы ты желал, Бассо?

Хм... чего бы я желал? На ум приходит сразу масса всяких интересных вещей! Но только... - оно мне надо? Чужой мир, ни разу не виденный, и судя по одежде Эри-призывателя, не слишком развитый. Зачем мне тут оставаться? Дома же у меня всё понятно и планы есть... Да и вообще, за просто так, боги ничего не дают. Эта вон, сразу требует жизнь в уплату! Причём неизвестно даже в обмен на что... Не, пусть такие подарки Сихот принимает, а мне лучше - домой!

– Пожалуй..., пожалуй, … Я бы желал вернуться в Эсферато! Прямо сейчас.

– Однако, – удивленно качает головой Хель, – я думала, демон захочет силы и власти. А ты собрался домой. Странный ты какой-то. Но вынуждена тебя огорчить – помочь вернуться тебе я не могу. Вообще никогда не слышала о твоем мире и даже не представляю, из каких глубин тебя вытащило сюда. Наверное, здесь замешано пророчество... Скорее всего, так оно и было... так что выполнить твоё желание невозможно. Проси что-нибудь другое!

– Гм... – сглотнул я, ибо горло внезапно пересохло, – а другие боги? Может, они знают, как попасть в мой мир?

– «Другие»? Может, и знают... Хочешь, чтобы я разузнала?

– Постойте! А есть ли смысл? Если я сниму завесу, то награды мне не будет. А если не сниму, то умру... зачем мне тогда награда?

– Чем тебе плоха посмертная слава? – интересуется Хель.

– Своей посмертностью...

– Понятно. Мм... послушай, Бассо. Тут есть ещё один момент... которого ты, как чужак, похоже, не понимаешь... – делая паузы, не спеша произносит Хель. – Короче говоря, если ты снимешь завесу, то в живых ты тоже не останешься. Дело в том, что у меня, за завесой, много подданных... Очень много! Мне неприятно признавать, но я просто не смогу удержать всех погасших, когда преграда на их пути в мир живых исчезнет. А потом ко мне хлынет поток умерших... Я не смогу ничего разом с ними со всеми сделать! Да и никто не сможет. Если падет завеса, - мир живых умрет! А вместе с ним умрут и боги. Боги живут, пока в них верят... Ты понимаешь меня, демон?

Так вот оно что! Вот к чему весь этот длинный разговор! Боги просто не хотят умирать!

– Очень хорошо понимаю, великая, – киваю я, – но пророчество говорит о том, что снявший завесу останется в живых. Вы же сами сказали!

– Текст смутен. Тебе об этом было сказано. Или уже забыл?

– Да... но всё же...

– Я тебе только что объяснила весь расклад. Надеешься остаться в живых, когда погасшие вырвутся на свободу? На твоем месте я бы не стала на это рассчитывать. Наверное, думаешь так потому, что просто их никогда не видел. Хочешь, я тебе покажу? Пойдем.

– Спасибо, госпожа. Давайте сделаем это как-нибудь в другой раз! – торопливо отказываюсь я от «просмотра». – Узнать, что твоя жизнь отменяется, и ты умрёшь, даже не прожив двести лет – я просто в шоке!

– В чем ты? – недоуменно переспрашивает богиня.

– В шоке. В смысле, - потрясен... Так говорят в одном мире... Но, что же мне теперь делать? Я совсем не хочу тут умирать!

– Понимаю, Бассо, – неожиданно мягко произносит богиня. – Я очень много общалась с умершими и твои чувства для меня открыты и ясны. Такое видела не раз. А на твой вопрос, - «что тебе делать?», могу ответить – смириться и принять свою судьбу. Спасти целый мир – разве это не подвиг, достойный жизни? Как думаешь?

– Да... только никто об этом подвиге не узнает... – вяло отвечаю я, при этом лихорадочно соображая, как выкрутиться из этой неприятной ситуации.

– Как не узнает?! Весь мир будет помнить своего героя! – с воодушевлением произносит Хель.

– Да мне на этот мир... если он ещё к тому же решил покончить с собой! Оно мне надо? Может, тут просто пришла пора «тушить свет», и пророчество появилось поэтому? Сами говорили – они появляются, когда требуется корректировка! Может, конец света – это как раз то самое лекарство, которое ну просто необходимо вашему миру? – зло отвечаю я, начиная раздражаться.

А нечего держать меня за идиота! «Весь мир будет помнить своего героя!» Ха! Мир низших! Тьфу! Как бы не так! Два дня повспоминают, на третий, - разбегутся по своим делам. Хорошо если за эти два дня успеют памятник сляпать. А то так и останешься – безымянным героем...

– Будем считать, я этого не слышала... – после продолжительной паузы негромко произносит Хель. – А насчет конца света – так это не моя идея и не мое пророчество. Прорицательница была вообще из монастыря, который патронирует богиня любви. Можешь при случае высказать свои претензии ей. Хотя она тоже, в общем-то, ни при чем. Так устроен мир... И я такая же заложница ситуации, как и ты. И сейчас испытываю давно забытое чувство – боль, потому что вмешиваюсь в пророчество, чего мне делать совершенно не следовало бы! Мои силы тают... Но вместо того чтобы прибить нахального иномирца, я вынуждена его уговаривать! Ты понимаешь меня, Бассо?! – голос богини снова усилился до громовых раскатов.

– А вы меня понимаете?! - твердо с нажимом спрашиваю я. - Я - демон! А это мир низших! Спасти мир низших, стать у них героем-спасителем – это худшая посмертная шутка, которую можно только себе вообразить!

– «Мир низших»... – повторила Хель в наступившей тишине.

– Прошу прощения, богиня...

– По крайней мере, твое упрямство становится понятным...

– И что теперь?

– «Что теперь»? Можно оставить всё как есть и пустить всё на самотёк. Или, попробовать договориться с тобой ещё раз... Иногда я бываю ужасно терпеливой, Бассо... Но сейчас не та ситуация, в которой можно проявлять бездну терпения.

– Понимаю и прошу прощения…

– А если понимаешь, то прекращай артачиться! Всё равно тебе никуда не деться! Пророчество должен осуществить ты! Как бы ты этого не хотел. Единственное, что ты можешь сделать, это выбрать, как существовать до этого дня: либо ты живешь хорошо, жертвуешь собой ради мира и остаешься героем в истории, либо ты живешь плохо, очень плохо. Плохо умираешь, и никто о тебе больше не вспомнит, потому что вспоминать будет некому! Я доходчиво объясняю?

– Вполне. Только вот вы, богиня, кажется, тоже не вполне понимаете или не учитываете одного момента. Мы, демоны, - существа с весьма тонкой душевной организацией и очень не любим, когда нас принуждают. Мы от этого страдаем и стараемся убить приносящего мучения как можно быстрее. Не нужно заставлять меня страдать. Это не в ваших интересах. Надеюсь, вы меня понимаете, богиня?!

– О, даже так! – с изумлением восклицает Хель.

– Именно так! – наклонив голову, твердым взглядом смотрю в ее прозрачные глаза.

Я зол. А когда я зол, мне сам черт не брат, как говорят кое-где...

– Хм... А ты не пожалеешь, демон?

– Нет, богиня!

– Ну что ж, похоже, наш разговор в данный момент зашел в тупик. Или я ошибаюсь?

– Похоже вы правы и не ошибаетесь. Но мне бы не хотелось завершать нашу беседу столь категорическим образом. Поэтому я хочу сказать, что обязательно рассмотрю ваше предложение. – не отводя глаз, отвечаю я.

– «Рассмотришь моё предложение»? Да ты просто наглец... – негромко молвит Хель, смотря с нехорошим прищуром.

– Очень сожалею, великая, что у вас сложилось обо мне такое мнение. Но, в данной ситуации, я намерен в первую очередь думать о себе, а не о судьбе вашего мира. Как вы правильно заметили, - у меня нет никаких причин жертвовать своей шкурой ради его спасения. И поэтому я не собираюсь ничего обещать, не имея на то серьезных причин. Демоны не приносят клятвы просто так!

После моей фразы воцаряется молчание. Хель молча разглядывает меня из-под своих тонких бровей. Я намереваюсь сдохнуть, но не прогнуться.

– Скажи, Бассо, а враги у твоего дома есть? – после бездны тишины обращается ко мне Хель с неожиданным вопросом.

– Есть, и немало!

– Как ты думаешь, твое появление здесь – это случаем не шутка его врагов?

«Шутка»? Хм... шутка... Хм... нужно подумать... Может, и да. Хотя это выглядит довольно невероятно, но такое тоже случается... Хм... Или это Хель играет со мной, пытаясь как-то повлиять на мое решение? Тоже может быть... С богами нужно держать ухо востро, они тоже любят повеселиться за чужой счёт...

– Не знаю, госпожа Хель. Но если это так, то она достойна богов.

– Да вся эта история выглядит одной большой шуткой! – в голосе Хель слышится гнев. – Великое пророчество о конце света – уже дурная шутка, избранный, наглый демон из другого мира, из дома шутников – прекрасный повод улыбнуться. И богиня смерти, уговаривающая смертного... Одна сплошная забава!

– Хм... м-да, вы правы... В этом, действительно, есть что-то забавное. – соглашаюсь я, обдумав прозвучавшие слова.

– «Забавное»? Решается судьба целого мира! Ты находишь это забавным?

– Ну, это же не мой мир? И потом, я ведь тоже участвую. Меня поймал в пентаграмму какой-то ненормальный пацан. Разве это не смешно?

Некоторое время Хель молчит, потом спрашивает: Шутишь, демон?

– И в мыслях не было, богиня! - мгновенно открещиваюсь я от обвинения.

– Не забывай, Бассо, что разыгрывать можешь не только ты один... – Хель приподнимает уголки губ, обозначая улыбку.

– Прошу прошения, если невольно позволил себе лишнего. – извиняюсь с лёгким полупоклоном.

– Хм... наглый, но с воспитанием... Что ж, считаю свою миссию выполненной. Пусть теперь с тобой возятся другие. Посмотрим, как это у них получится... Или, может быть, ты все-таки передумаешь?

– Прошу прощения госпожа, что приходится огорчать вас отказом, но поставьте себя на мое место. Попадаешь неизвестно куда, а там от тебя сразу требуют поклясться в том, что пожертвуешь собой ради того, чего ты ещё и в глаза-то не видел!

– Тебе всё равно придется свершить пророчество.

– Я постараюсь этого избежать.

– «Избежать»? Не слишком ли ты самоуверен?

– Но это бы устроило всех. Мир остался бы цел, я остался бы жив. Как вы думаете?

– Пустое! Никогда и никому не удавалось избежать неизбежного, – небрежно взмахивает рукою Хель.

– Всё когда-то случается в первый раз. Почему бы не попробовать? – продолжаю настаивать я.

– И как ты себе это представляешь?

– Ну... Я думаю, для начала мне нужно осмотреться...

– Ну что ж, осмотрись. Спешить тебе некуда. До исполнения пророчества всё время мира – твое, – усмехается богиня.

– Спасибо, великая, – кланяюсь и продолжаю: – Тогда, рассчитывая на вашу щедрость и доброту, хочу просить вас о даре!

– О чем ты хочешь просить? – с удивлением в голосе и чуть наклонив голову набок, спрашивает Хель.

– О даре богини! – вновь кланяюсь я.

– Ну ты наглец, Бассо! Значит, просьбу мою ты исполнить не можешь, но дар просишь? Причем не молишь, а просишь! Или надеешься, что пророчество защитит тебя от моего гнева?

– Моя просьба продиктована только желанием скорейшего разрешения наших проблем, о великая! Ничего такого я и в мыслях не имел.

– «Наших проблем»? Забавно... Вот уж никогда не думала, что у меня со смертными будут одни и те же проблемы... Хотя... – Хель призадумывается.

– И что же ты хотел бы получить в дар от богини смерти? – спустя некоторое время спрашивает она. – Надеюсь, - ты умеешь просить?

Умею ли я просить? О да! Извратить желание смертного – любимое развлечение высших. Это примерно, как в анекдоте, услышанном мною на Земле. В нем, - один темнокожий житель, погибающий в пустыне от жажды, получил возможность загадать желание. Он пожелал стать «белым», и чтобы вокруг было много воды. В результате его превратили в белый унитаз. Формально желания выполнены, а по сути – сплошное издевательство. Обращаясь с просьбой к богам, нужно было быть предельно осторожным и оговаривать всё мелочи.

– Да, богиня. Умею.

– Отлично. Так чего же ты хочешь?

– Я хочу уметь читать, писать, говорить на всех языках живших и живущих народов этого мира и понимать их! – громко объявляю я свое желание.

– Однако. А ты не треснешь? – иронично-вкрадчиво интересуется Хель.

– Ээээ… Богиня? – делаю я непонимающий вид.

– Не прикидывайся, демон! Всё ты понимаешь. Читать и писать – это для отвода глаз. Главное в твоей просьбе – «понимать»! Чтобы понимать, нужно знать про этот народ все. Историю, культуру, обычаи и всё интеллектуальное богатство, накопленное ими веками. Только тогда ты сможешь понимать. Ты только что попросил у меня ни много ни мало - знания всего мира! В том числе и богов. Вот я и спрашиваю тебя: а ты не треснешь? Ты думаешь, в тебя это всё влезет? А, Бассо?

– Ну... я как-то не подумал...

– А мне вот почему-то кажется, что ты всё хорошо обдумал и просто пытаешься меня использовать. Знаешь, демон, я и не таких шустрых видала!

– Что вы, великая! И в мыслях не было как-то хитрить с вами! Я просто не успел до конца обдумать формулировку просьбы. Поэтому такая двусмысленность и вышла... – торопливо оправдываюсь я перед богиней смерти, ругаясь про себя за её догадливость.

А что делать? Не изучать же полжизни местные диалекты?

– Прибить бы тебя за наглость, демон...– задумчиво молвит Хель, – ну да ладно! Коль у нас теперь с тобой «общие проблемы» ... выполню я твою просьбу. Только частично, чтобы ты не умер. Думаешь найти способ отвертеться от пророчества в мудрых книгах? Ну-ну, дерзай, смертный!

Неожиданно мою голову пронзила дикая боль. Не удержавшись на ногах, я со стоном упал на колени. Ощущения были просто непередаваемые! С колен я перешел на карачки. Боль не прекращалась, а, казалось, наоборот, нарастала. Не выдержав, я плашмя рухнул на пол, распластавшись у ног Хель. Внезапно боль исчезла.

– Что ж, я выполнила твою просьбу... Надеюсь, что у тебя найдется время подумать и о моей... – прошелестел в голове голос богини. – До встречи, демон-шутник!

Белый свет в моих глазах померк, стянувшись в одну черную точку, и я, - отрубился...

––

Пиуу-у...! Сознание вернулось... Лежу... Очень неудобно лежу... Как-то наперекосяк. Ноги где-то навыворот сбоку и выше. Щекой плющу пол. Он каменный, холодный и грязный. Вон, что-то к нему прилипло... Скашиваю глаза на комочек грязи. Интересно, что это было?

Сихот меня побери! Мне что, делать больше нечего, как грязь на полу рассматривать? Это, наверное, последствия встречи с богиней. Интересно, она будет мне мстить или нет? Пожалуй, Хель до такого не опустится. Не ровня я ей. Прихлопнет по случаю, это да. Но целенаправленно заниматься не станет. Хорошо, если я в этом не ошибаюсь. Иметь во врагах богиню смерти... Брр!

Ладно, буду надеяться, что пронесет... а что же мне делать с этим пророчеством? Вот ведь не повезло-то как! Причем совершенно неожиданно. Никуда не лез, никого не трогал, занимался своими делами и вдруг – бац, нате! Избранный! Пакость-то какая! Что же делать? Ммм...

Наверное, для начала нужно подняться, а то валяться на грязном полу как-то унизительно, - решаю я.

Пытаюсь двинуть рукой. Та никак не реагирует. Это ещё что такое? Пробую ещё раз. Опять ничего не получается! Что со мной? Почему я не могу двигаться? Я ранен? Тогда почему ничего не болит? Или болит? Нет, не болит... Только слабость какая-то... Что тогда случилось?

Неожиданно в памяти всплыл хруст моих ломаемых костей. А! У меня, наверное, сломан позвоночник и меня парализовало! Ну ещё этого только не хватало! И сколько придется тут валяться, регенерируя? А если кто придет и наткнется на беспомощного меня? Ещё неизвестно, кто тут водится, могут ведь, и живем сожрать, костей срастить не успеешь... Нужно срочно восстанавливаться!

Я обратил взор внутрь себя, пытаясь определить степень повреждений тела.

– Сихот меня побери! – только и смог произнести я через несколько мгновений.

Я ничего не определил. Как будто тела у меня не было. Как же это так? Что со мной случилось?

Вновь пытаюсь пошевелить рукой. Вау, получилось! Рука начала неуверенно, но слушаться. И вторая вроде шевелится... Шевелится! Так. А ноги? О! И ноги двигаются! Хорошо! Нужно попробовать сесть! И рр-а-азз!

Сесть мне удалось только с третьей попытки. Сижу, дышу, упираюсь ладонями, пытаюсь унять головокружение.

Пол скользкий какой-то... Когти скользят... Перевожу взгляд на правую руку.

Это ещё что такое?! Вместо своей родной лапы наблюдаю какую-то тонкую бледную конечность с грязными человеческими ногтями. «Человеческими» ?! А мои, - где?!

Отдираю руку от пола, подношу к лицу, шевелю пальцами. Шевелятся! Я ими шевелю! Значит, это – мои? Бред какой-то!

Опускаю взгляд вниз.

Это что, - ноги? Шевелю. Шевелятся! Значит, - тоже мои! Но как же так? Это же не моё! А где моё? Смотрю по сторонам. Где я? Чёрт знает его, где!

Нахожусь в помещении без окон с каменными стенами из серого булыжника. В качестве освещения - многочисленные красные свечи. Они повсюду – на полу, на настенных полках. У дальней стены, по центру, похоже, жертвенник. На нем кто-то лежит в нехорошем виде. Перед ним, на полу, пентаграмма, со слабо мерцающими багровыми линиями. Внутри её, - какая-то большая темная туша. Вся жутко перекрученная и изломанная, а вокруг неё, - огромная черная лужа. Видимо, кровь. Сразу даже не поймешь, что это не шмат мяса, а останки, из которых торчат острые осколки белых костей, кусок кожистого крыла. Вид просто ужасный!

«Крыла»?!

Меня аж тряхнуло. Не может быть! Это... Это же… Мое крыло! Это же я был в пентаграмме, когда пацан шарахнул меня заклинанием! Так значит, эта куча там – все, что от меня осталось? А я тогда где?

Оглядываю себя. Вроде я уже видел этот черный балахон... Точно! На придурке, который меня призвал! Но... тогда получается, что... что... я в его теле? Как такое может быть?

Я сошел с ума? Или... или это месть Хель за мою наглость? Брр! Что же произошло? Как же меня угораздило попасть в такую ситуацию?

Некоторое время занимаюсь тем, что ошарашенно перевожу взгляд со своего тела в пентаграмме на чужие ноги в балахоне. Никаких мыслей. Одна растерянность.

– Господин Эриадор, вы слышите меня? Что случилось, господин княжич? – неожиданно я улавливаю чей-то глухой голос.

Это ещё кто?

– Господин княжич, откройте дверь! Господин княжич! Мы очень беспокоимся за вас, господин! Бум! Бум, бум!

Стучат! Куда стучат? Похоже, в дверь... а, вон она где! Открыть или пусть ломают? Зачем ее портить? Она же не виновата... Значит открыть... Кое-как встаю и с трудом переставляя ноги, делаю несколько шагов к двери. Взгляд снова упирается в неподвижное тело в пентаграмме.

Какой кошмар... Как же мне досталось… Одно крыло, пожалуй, и уцелело...

Бум! Бум! Дверь, сдается мне, начали ломать. Ну и Сихот с ними! Пусть ломают.

Делаю ещё несколько шагов вперед. Неожиданно под ноги что-то попадается, и я чуть не падаю. Что ещё там?

С трудом опускаю взгляд. Сердце! На полу, в луче пентаграммы, лежит сердце.

Мое сердце? Как оно сюда попало? Выскочило? Приглядываюсь. Нет, пожалуй, не мое. Слишком маленькое. А чье тогда?

Поворачиваю голову, смотрю на жертвенник. Теперь вижу, что к нему привязана молодая мертвая девушка. Живот и грудь разрезаны, внутренностей нет.

А... понятно! Это ее Эри ухайдакал. Видать, использовал для моего призыва... Придурок! Жаль, что его нельзя ещё раз убить! Я бы с удовольствием это сделал! Только на этот раз медленно...

Ба-бамс! Оборачиваюсь на звук выбитой двери. От резкого движения головой мир неожиданно перекашивается и наклоняется.

– Господин княжич, что случилось?!

«Убью! Всех убью!», - успеваю подумать я, падая лицом вперед в пентаграмму, а потом, в который раз за сегодня, вновь теряю сознание.

Конец первой главы

Глава 2

Там, где собираются боги

– М-да... вот это дела... – озадаченно произносит Коин, растеряно потирая рукой свою блестящую лысину, – дела...

– Действительно, выглядит как чья-то шутка. Глупая шутка! – сердито соглашается сидящая рядом с ним в зеленом костюме охотницы богиня жизни.

– А он, - точно демон? –спрашивает Мирана, задумчиво накручивая на тонкий указательный пальчик один из локонов своих золотых волос.

– Ты сомневаешься в моих способностях? – с иронией в голосе отвечает ей Хель.

– Нет, ну что ты! Просто... так … необычно...

Хель в ответ поджимает губы.

– А может это Прежние? – делает предположение богиня жизни, обращаясь ко всем.

Над столом внезапно повисает недобрая тишина.

– «Прежние»? Да, когда их видели?! Мы им так вломили последний раз, что они теперь вовек к нам не сунутся! – пренебрежительно взмахивает рукою Марсус.

– Не знаю, не знаю... Тогда мы тебя еле откачали... – задумчиво напоминает бог торговли, перестав гладить лысину и принявшись барабанить пальцами по столу. – Или уже забыл?

– Ничего не забыл... – недовольно буркает Марсус. – Просто некоторые моменты жизни не достойны частых воспоминаний...

– Если ты о моменте про чудные отравленные стрелы, воткнувшиеся в твой голый... гм... пониже спины, то, наверное, да, не стоит! Скажу откровенно, я до сих пор не могу понять, как им удалось тебя туда ранить? Это же твое самое защищенное место!

– Ничего, - не самое! – гудит бог войны, багровея лицом. – Просто я не учел направление ветра, когда показывал им наше отношение к ним... Стрелы оказались слишком легкими, вот их ветром и донесло...

– Ха-ха-ха! Ну ты даешь! «Наше отношение»!! Ха-ха-ха! А я-то всё голову ломал, как им это удалось? – ржёт в ответ Коин. – Ну ты и затейник!

– Не я один, – переставая багроветь, польщенно отвечает Марсус. – А помнишь, как Диная...

– Так, я не поняла, у нас тут что, вечер воспоминаний начался? – повысив голос, спрашивает богиня жизни. – Может, за бочонком сбегать, для большей чёткости воспоминаний?

– Да ладно тебе, Дин! Уже и отвлечься на минуту нельзя, – обиженно басит бог войны.

– Мы тут собрались решать, как мир спасать, или чьи-то россказни слушать? Если языком трепать, то я пошла!

Рявкнув, богиня жизни делает вид, что собирается вылезти из-за стола.

– Хм... гм... да, мы несколько отвлеклись, – прокашливается бог торговли. – Диная, пожалуйста, останься! Давайте вернемся к нашим проблемам... всё слышали рассказ Хель. У кого какие мысли?

– Я думаю, - это происки Прежних, – быстро отвечает Диная.

– Км... Вряд ли... Если только они резко не поумнели с нашей последней встречи... Слишком сложно для них. Хотя проверить не будет лишним... Марсус, тебе не составит труда прокатиться с Динаей по внешней границе? Вроде сигналов не поступало, но свой глаз... сам понимаешь! – просит бог торговли.

– Да запросто! – ухмыляется в ответ здоровяк, переводя взгляд на богиню жизни.

– Ну и отличненько! Диная, у тебя возражений нет?

– Да я и сама могу, – сварливо отвечает та, безо всякого восторга глядя на Марсуса.

– Верю. Но если ты права насчет Прежних, то тогда одной по границе шастать не стоит.

Диная нехотя, медленно кивает, соглашаясь.

– Отличненько. Еще у кого какие идеи есть?

– Может, - отправить демона обратно? – предлагает богиня любви.

– Куда – «обратно»? – удивляется Хель.

– В его мир! Пусть сидит там, а у нас пророчество не исполнится!

– Вот как? Значит, ты знаешь, где его мир? – усмехается Хель.

– Нет, но я думала, ты знаешь...

– Я же всем сказала, что не знаю, откуда он взялся! Или ты меня не слушала?

– Почему... слушала...

– Я и вижу, как ты «слушала»!

– А мне нравится эта идея! – громогласно вмешивается Марсус. – Точно! Давайте выкинем отсюда - да и дело с концом!

– И наш мир решит, что мы препятствуем Великому пророчеству и выкинет всех нас за ним следом. Или может, выберем одного, кто пожертвует собой ради остальных? Я лично, – пас! – язвительно отвечает богиня смерти.

– Хм... Да... Пожалуй, ты права... И потом, что стоит пророчеству найти нового избранного? Тогда жертва окажется бессмысленной... – признаёт бог торговли.

– Что же тогда мы можем сделать? – спрашивает Диная.

– Я думаю, - его нужно убить! Пророчество выберет себе нового избранного, из наших смертных, и всё станет гораздо проще... – предлагает Марсус.

– Да кто ж против-то! Скажи только - как?! - восклицает Хель.

– Ну как... как? Как обычно! Как смертных убивают!

– Понятно, что как обычно. Меня интересует, кто потом за него перед пророчеством ответит?

– Мм-м.... ну тогда надо, чтобы это кто-то за нас сделал. Вроде само как-то вышло... Случайно... – объясняет Марсус, делая непонимающее лицо и разводя руками.

– Так сделай! Я с удовольствием посмотрю, как у тебя это получится. Единственно, помни, что сколько бы ты посредников не привлек, ты всё равно будешь организатором. А если так, то... Ну сам понимаешь... – предупреждает Хель.

– Э-э-э ...– озадачивается Марсус и замолкает.

– Ситуация... – подводя итог, резюмирует Коин. – Единственное, что приходит в голову: сделать так, чтобы избранный сам решил спасти наш мир!

– Это понятно, – хмыкнув, отзывается Хель, – только как это устроить? Ему тут просто не за что умирать.

– Значит нужно сделать так, - чтобы было! – громко хлопает по столу ладонью Коин. – Есть! всё просто!

– Что, - «просто»? – удивляется Марсус.

– Он же смертный! Что нужно смертному? – спрашивает, не обращаясь ни к кому конкретно, бог торговли и сам себе отвечает, поочередно загибая пальцы на левой руке: – Власть, богатство и женщины! Простой набор! Давайте ему это всё дадим, и он сам пожертвует собою ради этого.

– Да?– скептически отзывается Хель. – Что-то я сомневаюсь...

– В чем?

– Знаешь, когда наступает время уходить за завесу, смертные бросают и богатство, и власть, лишь бы пожить подольше. Столько раз это видела, уж поверь мне.

– Хм... да, пожалуй, так и есть... Ну, а женщины? Неужели он не пожертвует собой ради любви?

– Он демон, где мы тут ему демоницу найдем? – резонно возражает ему Диная.

– Уже не демон. Сейчас он в человеческом теле... – напоминает Хель.

– Это ты его туда засадила? – с интересом спрашивает Коин.

– И в мыслях не было! – фыркает Хель.– Мне уже досталось от пророчества, чтобы снова подставляться. Просто мага он убивал через ментальный канал, а пока это делал, призвавший уничтожил его самого. Душа демона умирать, похоже, не захотела и перебралась в новое тело. Так что наш избранный нынче – юнец семнадцати лет отроду...

– Обалдеть!– изумляется бог торговли, шлепая себя пятерней по лысине.

– Я думаю, здесь не обошлось без пророчества... – после некоторой паузы задумчиво говорит богиня смерти. – Трудно представить демона-избранника, который бы незамеченным ошивался десятилетиями по нашему миру в ожидании свершения. Наверное, пророчество его таким образом спрятало. Хотя, вероятно, я не права... Точнее может сказать богиня судеб. А кстати, где Сатия? Почему она не ходит на наши встречи? Она что, выше всего этого?

– Она сказала, что не видит будущего избранного и поэтому не собирается тратить время впустую, приходя на наши встречи... – потупив взор, сообщает богиня любви.

– Отлично! Я, значит, хребет свой подставляю под пророчество, а она ничего не видит и поэтому не считает нужным тратить свое время! Я тоже не вижу его будущего, но это не помешало мне растратить половину своих сил, пытаясь спасти мир, в котором, между прочим, живет эта старая карга! – вспыхивает от возмущения Хель.

– Половину?– тихо уточняет Коин.

– Да, половину! А эта ... – Хель внезапно замолкает и, глядя на присутствующих своими прозрачными глазами, продолжает неожиданно спокойным голосом. – Я ей это припомню! Надеюсь, вы не забыли, что обещали выполнить одно мое желание?

– Наш уговор остается в силе, Хель, – отвечает за всех бог торговли, немного ежась под взглядом богини смерти, – но я надеюсь, ты не потребуешь ничего такого...

– Посмотрим!– резко говорит Хель. – А пока, давайте вернемся к нашей проблеме. На чем мы остановились?

– На любви... – осторожно подсказывает бог войны, смешно вытягивая губы трубочкой.

– Да! Можно надеяться, что ради любви избранный пожертвует собой... – напоминает Коин.

– Но мы не в курсе, когда исполнится пророчество. Это могла бы знать Сатия, но ей некогда заниматься с нами всякой ерундой! Как угадать, что избранного пора влюблять? Не можем же мы держать его в состоянии любви веками? Или сможешь?– спрашивает Хель, обращаясь к богине любви.

Та в ответ отрицательно покачала головой.

– Смертные только раз могут испытать истинную любовь – тихим голосом говорит Мирана. – Но, чтоб веками..., да они столько и не живут...

Богиня сокрушённо покачала головой.

– Ну есть же у нас долгоживущие?! Эльфы, гномы... Найди там кого-нибудь! – раздраженно предлагает Хель.

– У долгоживущих, - своей судьбы..., и я не думаю, что их можно легко изменить...

– Опять Сатия! Мы что, не можем вызвать сюда эту маразматичку? Мы тут что, вообще никто?!– яростно шипит Хель.

– У меня идея! Дети! – громко восклицает бог войны, поднимая вверх руку с отставленным указательным пальцем.

– Что, - дети? – переспрашивает Коин.

– Смертные очень любят своих детей. И, не задумываясь, жертвуют собой ради них, – радостно поясняет Марсус. – Я такое много раз видел, во время штурма осажденные в первую очередь пытаются спасти детей. Ну и женщин...

– Хм... хорошая идея! Только у избранного нет детей... – напоминает Хель.

– Ну так будут! Процесс известный, богиня любви есть. Не вижу никаких проблем! – громко объявляет Марсус. – Или есть проблемы, Мирана?

– Нет...– неуверенно отвечает богиня любви, – Только вот, судьбы...

– Слушай, Мира! В конце концов, - ты богиня или нет? – наезжает на неё бог торговли.

– Богиня! Просто дар любви меняет судьбы, а судьбы это...

– Сатия!– перебивает её Хель. – Понятно. Значит, сама, без нее, ты ничего не можешь?

– Нет, ну почему, могу...

– А если можешь, - тогда делай!

– Хорошо, – кивает Мирана, – я подарю ему истинную любовь!

– Не ему!– говорит Коин.

– А кому?– удивляется богиня любви.

– Не ему!– твердо произносит бог торговли.– И вообще, не лезь к избранному. Если ты одаришь его, вполне возможно это будет расценено как попытка изменить пророчество... и может случиться так, что мы тебя после этого больше не увидим...

– А.… ну да... а как же тогда? – растеряно спрашивает Мирана.

– Действуй через его избранницу! Пусть она полюбит его, а он загорится ответным чувством, – советует Коин.

Мирана наморщила лоб, пытаясь осмыслить услышанное. За столом наступает тишина.

– Кои, я, конечно, понимаю, что ты разбираешься во многих вещах, но все-таки любовь, похоже, не твоя стезя! Откуда возьмется избранница, если он никого не любит? – нарушила длинную паузу Хель.

– Вы что, не слышите меня, что ли? Я же сказал, пусть его кто-нибудь полюбит! А он полюбит в ответ! Что тут сложного? – сердится Коин.

– Ну... это непросто... – растягивая слова, задумчиво произносит Мирана, видимо прокручивая в голове «варианты», – совсем непросто...

– А кто сказал, что спасать мир – легко? Зато скучно не будет! Придумаешь что-нибудь новенькое, покажешь, на что способна!

– Вот уж не думала, что ты у нас сторонник перемен. – удивляется Хель, обращаясь к богу торговли.

– О, вы и половины обо мне не знаете! – самодовольно отвечает тот. – Значит, так. Предлагаю план! Поскольку богиня судьбы у нас вне игры, будем действовать без оглядки на равновесие, так сказать, по обстоятельствам, – предлагает, энергично потирая руки, бог торговли.

– Основная надежда у нас на Мирану! Она должна обеспечить избранному любовь и детей, ради которых он пожертвует собой, спасая наш мир.

всё сидящие за столом разом смотрят на растерянно хлопающую глазами богиню любви.

– Но и остальным тоже не стоит оставаться в стороне, – также бодро продолжает Коин. – Пусть каждый из нас попробует привязать избранного к нашему миру, используя свои возможности. Лично я намереваюсь позаботиться о его благосостоянии. Даже если Хель и права в том, что смертные перед завесой бросают все, но случаи разные бывают... Может он захочет, чтобы нажитое не пропало? Поэтому, каждый из нас должен что-нибудь предпринять для своего спасения. Только учтите – никакого прямого воздействия на избранного! А то до конца света не доживете... – усмехается бог торговли.

– Еще вопросы или идеи, - есть? – после небольшой паузы спрашивает он.

Ответом ему служит озадаченная тишина.

– Ну и отличненько. Тогда действуем по моему плану!

Замок князя Шартона Аальста

Лежу... дышу... Лежу на чем-то мягком и не холодном. Уже хорошо... Медленно приоткрываю неожиданно тяжелые веки.

– Господин княжич, вы очнулись?

Фокусируюсь на вопрошающем... Низшая... Тетка. Не Хель... Это уже хорошо... Опять закрываю глаза.

– Господин княжич?

Шорох одежды, легкие удаляющиеся шаги, стук двери. Быстрый шепот.

– Княжич... доложить... Господин князь... Шу-шу-шу...

Стук закрываемой двери. Приближающиеся шаги...

– Господин Эриадор, как вы себя чувствуете?

Открываю глаза и впериваюсь взглядом в лицо женщины.

– Господин княжич? – меняется в лице та.

Неохота мне с ней разговаривать... Мне бы мозги в кучу собрать, а не с прислугой болтать... Обойдется...

Бамс! Грохот распахиваемой двери.

– А-а, очнулся красавец!

Смотрю на ворвавшегося. Кто это? Мм-м... Его высочество святейший князь Шартон Аальст, отец Эри, точнее теперь мой, отец. Хм... откуда я это знаю?

– Ну, что скажешь?

Князь с размаху плюхается в кресло рядом с моей кроватью.

– А что бы ты хотел услышать? – с трудом ворочая языком, спрашиваю я.

Князь, похоже, не ожидал встречного вопроса и малость притормозил.

– Что я хочу услышать? Что, - хочу услышать?! Для начала я хочу услышать о том, как мой сын украл у меня книгу и амулет! – повышает голос князь.

Чёт я такого не помню... Эри, что ли, подсуетился? Вот не было печали за чужие грехи отвечать...

– Не украл, а взял попользоваться...

– «Попользоваться»? А служанку ты - тоже взял попользоваться?! – еще повысив голос, продолжил князь и, оглянувшись на стоящую у стены девушку, орёт: – Пошла прочь, дура!

Та молнией метнулась через комнату.

Н-да, высокие отношения, - думаю я, провожая взглядом исчезающую в дверях юбку. - Какую служанку я у него взял? А, наверное, это ту, которую Эри выпотрошил... Интересно, сколько еще за ним грешков?

– «Служанку»?

– Да, её!

– У нас что – она последняя была?

– Что?!– искренне изумляется князь.

– Да ладно! Служанкой больше, служанкой меньше... У меня вот голова болит...

На несколько секунд наступает тишина, в течении которой князь пристально смотрит в мои глаза, затем неожиданно спокойно задаёт вопрос.

– Как ты сказал?

– Что-то не так? – интересуюсь я.

– «Не так»? Хм... – князь задумывается, начав барабанть пальцами в золотых перстнях по подлокотнику кресла.

Пока он о чем-то размышлял, я его рассматривал. Мужчина лет за сорок, с тонкими породистыми чертами лица. Густые, темные, слегка вьющиеся волосы до плеч. Лицо, пожалуй, чересчур бледное, и под глазами залегли круги. Привлекают внимание глаза. Странно темные, какого-то антрацитовое-черного оттенка, да еще с какой-то нездоровой искоркой внутри. Может, это признак семейной шизы, которую я наблюдал у Эри? Вполне вероятно...

– Я хочу знать, что произошло. Подробно! – заявляет Аальст, резко вынырнув из своих раздумий.

Всего-то? Я и сам был бы не прочь узнать подробности. Но кто ж мне скажет? Так что придется князю довольствоваться малым...

– Ну... если в двух словах... – мученически морщась, начинаю свой рассказ. – В общем, я вызвал демона...

– Это я уже заметил, – ехидно комментирует отец Эри. – Как, впрочем, и те, кто тащил его из подвала на костер!

– «На костер»?! – от услышанного я даже оторвал голову от подушки.

– Именно туда! Или ты думал, что он будет вонять в замке до тех пор, пока ты встанешь и решишь немного прибраться в своей лаборатории?

На костер! Меня сожгли! Подумать только! Меня сожгли... Все... это конец!

– Эй, Эри! Эри! Очнись! – князь щёлкает пальцами перед моим носом, привлекая внимание. – Эри, ты где?

– Тут...– буркнул я, выходя из ступора.

– Чего ты так опечалился?

– Ну... он... это... Он ведь был почти мой!

– Кто?

– Демон!

– Понятно, – хмыкает собеседник – А скажи-ка мне, сын мой, зачем это тебе понадобился демон?

Действительно, а нафига Эри, - демон? Помню, что он хотел сделать из меня слугу... Но вот для чего конкретно я был ему нужен? Как-то он не успел просветить меня в этом вопросе... Нужно сказать князю что-нибудь нейтральное... А можно ничего не говорить! Пусть сам догадается!

Молча пожимаю плечами.

– Надеюсь, это никак не связано с твоей помолвкой? – не дождавшись ответа спрашивает Аальст, при этом пристально смотря на моё лицо.

Оба-на! У меня тут, значит, - свадьба на носу, Сихот меня подери! И когда? Можно попытаться узнать...

– Почему это должно быть как-то связано с моей помолвкой? – сделав угрюмое выражение, интересуюсь я.

– Не придуривайся! Я же вижу тебя насквозь! Неужели ты призвал демона в надежде повлиять на мое решение?

На его решение! Похоже, Эри хотел жениться так же, как и я сейчас... Понятно.

– Ты ошибаешься... Это должен был быть подарок... Невесте... – насупившись, бурчу я.

Князь изумленно вздёргивает вверх брови и секунду спустя начинает хохотать.

– Ха-ха-ха! Ой, не могу! Подарок невесте! Ха-ха-ха! Хотел бы я посмотреть на рожу Гессена, когда бы ты вытащил свой подарочек! – смеётся он.

– Да и доченька его ненормальная тоже, наверное, бы, изумилась! Ну, насмешил!

Аальст, несколько раз хлопает себя по колену от избытка чувств.

– «Ненормальная»?

– Да не обращай внимания! Бабы они все, - с вывихом в голове! Просто вместо того, чтобы как всё девицы, сидеть и вышивать или на мандолинкедринькать, с мечами она любит скакать. всё неймется ей! Хочет, видно, отцу сына заменить. Гессен ведь так и не сподобился себе наследника сделать! – снова хохотнул князь.

Невеста-амазонка? Феерично...

– Может, обойдемся тогда без женитьбы? – закидываю я удочку, желая использовать хорошее настроение владельца замка.

– Опять ты за свое! – веселье с того моментом слетает. – Тебе что, -княжество не нужно?

– Почему, - «не нужно»? Очень даже нужно... Просто, может, отложить пока помолвку? Скажем, на год? - предлагаю я.

– «На год»?! Я же тебе уже говорил, что к зиме сосед Гессена, Седрик, добьет этого неудачника Галиндо! – возмущенно восклицает князь.

– И… что из этого следует? – не понимая, спрашиваю я.

– Как, - «что»?! Ты опять всё забыл? Из этого следует, что он освободится и следующей весной нападет на Гессена!

– А причем тут моя помолвка?

– Совсем не соображаешь? Тогда Седрику придется воевать против нас и Гессена! А на это он не пойдет!

– Почему?

– Ну, он хоть и дурак, но со здравым смыслом у него всё в порядке. Меня одного ему не одолеть, а уж нас с Гессеном на пару – тем более!

Князь встаёт из кресла и, повернувшись ко мне спиной, подходит к окну.

– Поэтому, выдав Фелию замуж за тебя, Гессен спасет себя и дочь, а ты получишь княжество. Что тут неясного? – оборачивается он ко мне.

– И жену в подарок...

– Поверь, - это не такая уж большая плата. Потом, судя по портретам, невеста не так уж и дурна... Не понимаю, чего ты упираешься...

«Судя по портретам»! Значит, я её здесь живьем не видели. А если предложить другой вариант?

– А если подождать пока Седрик прибьет Гессена и сразу напасть на него? Его войска будут ослаблены потерями и окажутся легкой добычей. Тогда мы сможем захватить сразу земли Седрика и Гессена! И будем сами всем владеть, без родственников.– предлагаю я.

– Хм... мысль, конечно, интересная, но ты не учитываешь один момент. Смотри – владения Гессена сначала будет топтать армия Седрика, а потом мы. И что от них останется? Тебе нужно разоренное княжество? Я полагаю, нет. Подумать страшно, сколько потом понадобится денег, чтобы всё восстановить. Это плохая идея, – качает головой Аальст.

– А земли Седрика? – делаю я последнюю попытку.

– Та! – пренебрежительно взмахивает рукою князь. – У него кроме снега ничего нет. Он поэтому и воюет, что его крестьянам жрать нечего.

М-да, местный геополитический расклад более-менее понятен...

– Так что вопрос с твоей помолвкой решен! Осенью Фелия выйдет за тебя замуж. И я больше не хочу слушать от тебя никаких возражений на эту тему!

– А она согласна?

– При чем тут её согласие? Её отец согласен! Он прекрасно понимает, что если она за тебя не выйдет, то тогда она выйдет за солдат Седрика. Причем, - за всех сразу! Так что её мнение никого не интересует. Да и вообще... Чего это ты озаботился ее согласием?

– Ну... мне вроде жизнь с ней жить...

– Ха! Кто тебя заставляет с ней жить? Посадишь её в башню и живи себе в свое удовольствие! Я смотрю у тебя в голове полный бардак. Наслушался историй про благородных рыцарей?

– Да нет...– пожимаю я плечами.

– А если нет, то тогда выкидывай розовые сопли из головы и займись делом!

– Каким?

– Приведи себя в порядок! Помойся, подстригись, наконец. Да и одежду смени. А то ходишь по замку нечесаный, в драной черной хламиде, смотреть уже нет сил! Ногти подстриги!

Я подношу к глазам пальцы правой руки, рассматриваю.

М-да, ну и когти… Еще и грязь под ними. Фу! И тело чешется... Он что, - тут вообще не мылся?

– Быть темным магом это вовсе не значит ходить с метровыми ногтями в вонючей мантии, распугивая запахом прислугу! – продолжает воспитательную беседу князь.

«Темным магом»? Эри - темный маг? Просто замечательно! Что я еще узнаю интересного?

– В конце концов, ты почти князь! Сколько можно тебе это повторять?! – гневно заканчивает Аальст. – Ты меня слышишь?

– Слышу...– уныло отвечаю я.

– А если слышишь, то выполняй! Бери пример со своего старшего брата, который уже...

– Да понял я, понял! – восклицаю я, не желая выслушивать нотации, не имеющие ко мне никакого отношения.

– Не смей меня перебивать! Я твой отец, и поэтому изволь проявлять ко мне должное уважение! Мне надоело твое отношение к жизни! Все, хватит! Больше никакой магии до помолвки! всё твои книги я забрал, а подвал закрыл! Достаточно мне всяких неожиданностей! Еще не хватало, чтобы в один прекрасный день оттуда полезли полчища нечисти, приглашенные моим сыном на обед. Обед, на котором мы всё будем главными блюдами! Магия отныне только с наставником! Ты меня понял?! – под конец своего спича князь уже просто орал.

– Понял...– сообщаю я.

– Не слышу! Громче!

– Понял, отец!

– А если так, то выполняй! И только попробуй еще раз огорчить меня! Развернувшись, князь Аальст быстрым шагом выходит из комнаты, напоследок громко хлопнув дверью.

М-да... Высокие отношения! Родственничек... Сихот меня побери…

Откидываюсь на подушку и закрываю глаза.

А как всё хорошо начиналось...

Я невольно вздыхаю, припоминая цепь событий, приведших меня в эту постель.

В тот день, когда отец позвал меня к себе, я бил баклуши, предаваясь любимому развлечению – охоте на спайклов. Спайклы – это наша летающая дичь. На Земле эти птицы, пожалуй, по размерам, соответствуют гусям. Только в отличие от земных охотников, сидящих на земле и истерично пуляющих во все, что движется, наша охота состоит в непосредственной погоне за спайклом с преследованием и сворачиванием тому шеи. Они летают не очень быстро, так что за ними могут угнаться даже такие крупные крыланы, как демоны. Особенно если они молоды и не из дома Разрушителей или Золотых. Этим тушам вообще сложно удержаться в воздухе, не говоря уже об охоте. Но и для шустрых ловцов вроде меня, добыть подобный трофей, - задача не из лёгких. Эти крылатые заразы тоже хотят жить. А инстинкт самосохранения, как известно, резко обостряет ум. Пытаясь выжить, летуны придумали селиться в каменных дольменах, которыми щедро уставлены пустоши Эсферато. Видно, сообразив, что скорость не их конек, они сделали ставку на увертливость. Поэтому охота превращается в азартную погоню с крутыми поворотами, торможениями, проскакиванием на скорости сквозь щели между каменными плитами и прочими акробатическими трюками.

– Бассо, ты где? – неожиданно раздавшийся в голове голос отца заставил меня притормозить, что позволило почти пойманному крылатому мерзавцу нырнуть в очередную расщелину.

Шагес шах!– ругнулся я про себя и ответил: – На плато. Спайклов гоняю!

– Делать тебе больше нечего. Давай бросай это занятие и лети ко мне. Я жду тебя в кабинете.

– Хорошо, сейчас буду! – пообещал я и, с сожалением проводив взглядом улепётывающую во всё крылья несостоявшуюся добычу, развернулся к замку.

Через час я был дома.

– Привет!– сказал я, заходя в кабинет.

Отец, как обычно, что-то читал.

– Привет, привет! И когда ты думаешь начать взрослеть? – спросил он меня, выглянув из-за листа бумаги.

– Э... а что? – осторожно поинтересовался я.

– Ходят слухи, что спайклы скоро перейдут в разряд легендарных животных.

– Почему?

– Они кончатся. Благодаря тебе. – усмехнулся отец.

– Ой, да ладно! Там еще на тыщу лет хватит. Знаешь, какие они увертливые?

– Знаю, знаю. Сам гонял. Однако нельзя провести жизнь, занимаясь только охотой на спайклов! – родитель назидательно поднял вверх указательный палец.

– Возможно. Но это никем не проверенный факт! – возразил я, повторяя жест.

– Так ты собираешься проверить? – отец наклонил голову и с интересам посмотрел на меня.

– Вообще-то нет, просто хотел обратить твое внимание на этот момент.

– М-да, похоже, безделье влияет на уровень дури в твоей голове. Он непрерывно повышается... Поэтому, чтобы не произошло переливания через край, я нашел тебе полезное занятие... – отец снова сделал паузу и уставился на меня.

Не дождавшись с моей стороны никаких эмоций, он хмыкнул и продолжил.

– Я решил отправить тебя в экспедицию!

Куда?! «В экспедицию?!»

Я даже подпрыгнул от неожиданности! Вот чего не ожидал, так не ожидал!

– Вижу, ты не против... – усмехнулся отец.

– Совершенно! – замотал я головой, показывая свой восторг.

– Замечательно. Не хочешь спросить, - куда?

– В горы Клыков?

– Клыков? Хм... Бассо, если я узнаю, что тебя туда понесло – поймаю, и потом не обижайся! Понятно?

– Понятно... Но там же Древние...

– Вот именно поэтому!

– А куда тогда? Надеюсь, это не экспедиция в библиотеку?

– Кхм, у тебя сплошные крайности. Если не к древним могилам, то в библиотеку! Хе-хе... Крайности – признак молодости... Хе-хе.

– Молодость, - это такой недостаток, который быстро проходит. Сам говорил. И поэтому ее нужно провести весело и искрометно! – надулся я.

– В этом ты прав, – вздохнул отец и посмотрел в окно. – Поэтому я и решил немного добавить тебе ярких впечатлений... Ладно, шутки в сторону! Наши маги в кои-то веки сподобились сделать нечто полезное. Недавно им удалось установить портал в новый мир...

– Вот это да! – я невольно открыл рот от изумления. – Такого уже тыщи лет не было!

– Если точнее, то две тысячи двести лет. – уточил отец.

– И что теперь? Повелитель объявил поход? – жадно поинтересовался я.

– Не так всё просто... Канал нестабилен и просуществует примерно год, максимум полтора. Какие-то там проблемы с флуктуацией пространства... Какой тут поход! Маги обещали улучшить ситуацию, но надежды на это особой нет. Лично мне кажется, что у них руки не оттуда растут...

Отец усмехнулся.

- … Верховному магу давно пора разогнать половину своих дармоедов, глядишь, дело бы и пошло. Ну да ладно, повелителю виднее! – продолжил он. – Но канал у магов вышел практически односторонний. Туда можно с собой что-то протащить, оттуда - нет! Ко всему, в открытом новомирье очень слабый магический фон. Можно сказать, что его там практически нет. Затевать экспансию без магии мы не можем, это даже спайклу понятно, поэтому, повелитель, скрепя сердце, признал открытый мир бесперспективным в плане вторжения и представляющим интерес только для исследований. Он приказал отправить туда несколько экспедиций, - может, попадется что-то путное. Я решил послать с одной из них, - тебя. Как ты на это смотришь?

Вот это да! Меня, в новый мир! С ума сойти!

– А-а....– только и смог сказать я.

– Следует расценивать этот звук как согласие? – улыбнулся отец.

– А моя учеба? – неожиданно для себя выдал я совершенно не к месту дурацкий вопрос.

– «Учеба»? Вот уж не думал, что ты вспомнишь об этом. Неужели-таки Университет выполняет свое предназначение? – с удивлением в голосе спросил отец.

Нужно тут пояснить, что в истории Эсферато были неприятные страницы, приведшие к созданию Университета. Как-то из сопредельного измерения внезапно к нам завалила толпа вечно голодных и помешанных на убийстве тварей. То ли нам не повезло, то ли твари всё так удачно рассчитали, но портал они открыли точнехонько в замке тогдашнего повелителя. Его сожрали первым, потом и придворных. Все дома Эсферато, ощутив гибель повелителя, и опьяненные от этого чувством свободы и безнаказанности, вместо организации отпора занялись более насущными и интересными делами, необходимость которых назревала сотни лет, - сведением счетов и захватом чужого добра! Веселуха тогда была - ещё та! Наши жрали друг друга, твари жрали наших, и всё это происходило в таком быстром темпе, что вопрос о спасении Эсферато встал с неожиданно пугающей остротой. Не появись тогда новый повелитель, закончилось бы всё, наверняка, очень плачевно. Повелителю удалось вразумить особо буйных из наших, собрать оставшихся под свои знамена и вломить захватчикам по первое число. Агрессоров выбили, портал запечатали, но обошлось это всё ой как не дешево. Посчитав потери и осмыслив произошедшее, новый повелитель приказал создать Университет, дабы повысить у своих подданных уровень терпимости друг к другу и воспитать способность к совместной деятельности на общее благо. Теперь все молодые демоны, всех домов без исключения, должны проходить в нём обучение. Учить там толком ничему не учат, да это и неудивительно. Кто же согласится открывать свои секреты?! А вот мирное сосуществованию и взаимодействие пытаются привить. Повелитель надеется, что если еще раз приключится такая «заварушка», то его подданные сначала порвут на ленточки врагов и только потом начнут резать друг друга. Главное, чтобы Эсферато уцелел, а то править негде будет!

– Ну, не то чтобы я люблю посещать Университет, но ты же знаешь, как там строго с прогулами, – ответил я отцу.

– Знаю. Но ты не волнуйся. В новом мире время течёт по-другому. Примерно пять лет там за наш один месяц. Так что успеешь.

– Ого! А чего так?

– Маги его знают! – махнул рукою отец.

–Понятно... – глубокомысленно изрёк я.

– «Понятно»? Хм. Мне вот ничего не понятно, – хмыкнул отец. – Ну да ладно, перейдем, собственно, к экспедиции. Её решил возглавить сам верховный маг, так что о своевременности своего возвращения не беспокойся. Я не сомневаюсь, что он способен отследить состояние портала и сообразить, в какой момент что нужно делать. Когда дело касается его личной безопасности, тут я совершенно уверен в его умственных способностях. Твоей основной задачей в новомирье будет знакомство с историей, обычаями и главное – развлечениями местных жителей. Повелитель опять хандрит, а веселить его с каждым столетием становится всё сложнее и сложнее...

Отец задумчиво забарабанил пальцами по столу, уйдя в свои мысли.

– Гм...– напомнил я о себе, прерывая затянувшуюся паузу.

– Да, с местными развлечениями! Собирай все, что покажется мало-мальски ценным! Греби подряд, потом разбираться будем... Говорят, там совершенно невероятный мир. Местные очень искусны в обработке металла и понаделали всяких механизмов, которые используются у них вместо магии. Главный маг и рвется-то туда, чтобы на всё это глянуть. Наверное, мысль о мире без магии ему как нож в сердце…

Отец снова усмехнулся.

– А ты сам, - не хочешь поехать? – спросил я отца. - Ты бы, наверняка, лучше меня там справился.

– Хотелось бы, да не могу. Повелителя опять одолевает скука, соседи, как обычно, интригуют... К сожалению, нужно заниматься делами. Так что - начинай! Пора уже взрослеть, Бассо! И спайклы целее будут. – улыбнулся мне отец.

Так вот, совершенно неожиданно для себя, я оказался включённым в состав экспедиции. Далее последовало несколько суматошных недель подготовки. Пожалуй, сложнее всего было внутренне перестроиться. В принципе, у всех жителей Эсферато есть способность к частичной модификации своего тела, но только наш дом владеет этим искусством в совершенстве. Оттого мы и дом - Изменчивых. В этот раз требовалась память, память и еще раз память. Утащить на себе что-то материальное из нового мира не представлялось возможным ввиду «кривизны» канала, созданного магами, поэтому главной добычей экспедиции должна была стать информация. Две недели я под наблюдением отца занимался своим изменением. Поскольку ситуация была – «время не ждет»", всё делалось в ускоренном темпе. Расплатой стали непрерывные головные боли и передвижение по стеночке. Личины иномирцев мы натягивали уже под присмотром верховного мага и его команды. Пока занимались прилаживанием маскировки, у меня не раз был повод вспомнить отцовский комментарий про руки магов, и каждый раз меня пробивало на хи-хи. Верховный косился на меня, но молчал. То ли занес меня в свой личный список придурков, то ли решил не связываться с сыном главы одного из могущественных домов... В общем, у меня создалось впечатление, что верховный маг пытался олицетворять собой великотерпение, обладатель которого не опускается до проблем мелких личностей вроде нас. Правда, раз он все-таки вышел из себя. Это случилось, когда приперлись представители дома Разрушителей с полной уверенностью в том, что они тоже участвуют. У верховного в тот день и так было неважное настроение, а тут еще могучие, но простые, как копыто, Разрушители. Когда начальник экспедиции увидел эти туши, и узнал, зачем они здесь, то он не выдержал и разорался, что он, конечно, невероятно велик и могуч, но всё же не настолько, чтобы сложить их вшестеро, дабы они хоть отдаленно стали напоминать трехметровых землян. Разрушители сопели и долго не могли въехать, что шлагбаум перед ними закрыт. Потом, наконец, до них дошло, и они сделали то, что у них получалось лучше всего – они обиделись. Не, наш верховный маг, безусловно, невыразимо крут, но лично я не хотел бы иметь во врагах Разрушителей. Но самый писк произошел примерно полчаса спустя после того, как утопали разобиженные Разрушители. Едва верховный начал успокаиваться, как в дверях нарисовался дом Золотых. А эти ребята по комплекции совсем не уступают Разрушителям, разве только чуть менее непосредственны. Они тоже прибыли, - в экспедицию! Когда я дал отцу просмотреть из своей памяти беседу верховного мага c Золотыми, он просто сполз с кресла на пол от смеха.

– Какая прелесть! Экспедиция еще не началась, а уже такой материал! Думаю, увидев это, повелитель отложит свою хандру! – отсмеявшись, сказал отец.

Подготовка закончилась ускоренным изучением языка аборигенов, и ровно в конце третьей недели мы, увешанные сумками с золотыми пластинками, и с разламывающимися от боли головами, шагнули в портал, связывающий миры...

Первое ощущение по прибытии – пустота. Нет чего-то привычного. То ли звуков, то ли запахов... Потом до меня дошло – магия! Эфирные потоки манны совсем не ощущаются. Непривычно. Я, пожалуй, до конца так и не смог привыкнуть к этой пустоте... Встречала нас команда разведчиков, прибывшая в этот мир перед нами. Тогда я впервые увидел автомобиль. Как потом оказалось, это было только началом тех невероятных штуковин и штукенций, которые есть на Земле. По пути к нашему жилью разведчики сразу начали пичкать нас свежедобытой информацией. Страна, на территории которой находился портал, называлась «Россия», и, как говорили местные: «тут бардак». Как выяснилось позже, бардак – это для нас очень даже неплохо. Золотые пластинки, которые мы притащили с собой, очень легко меняются на всякие местные нужности без лишних вопросов. Начиная от денег и заканчивая документами. В общем, как показало время, подготовились мы хорошо. Единственное, с чем мы прогадали, так это с языком. Русский язык оказался не самым распространенным в этом мире. Однако, с моей измененной памятью, изучение других языков не стало проблемой. Лично для меня основной трудностью стало общение. Я долгое время видел в аборигенах только низших, что никак не способствовало плодотворному сотрудничеству между нами. Первые несколько лет на этой почве у меня были непрерывные конфликты. Я - молодой демон, и личина, надетая на меня для маскировки, отразила юность моей души. Поэтому на Земле я выглядел юношей лет девятнадцати и крутился в студенческой среде, используя её как прикрытие. Но, как оказалось, студенты – народ простой, с массой энергии и непосредственной реакцией. Пока я обживался, мне постоянно кто-то хотел набить морду или пытался это сделать. Уже потом, изменив свой подход к аборигенам, я решил свою проблему общения с низшими. Правда, от придуманной каким-то острословом кликухи «Прибалт» избавиться мне так и не удалось. Но это, в общем, так - мелочи, а по большому счету, новый мир произвел на меня незабываемое впечатление. Столько живых, столько стран! Всё бурлит, взаимодействует, постоянно где-то что-то происходит! Наш мир, по сравнению с Землей – скучное зеленое болото. А всё эти технические штукенции! Не, магия, конечно, это вещь! Но уровень умений землян тоже можно назвать в каком-то роде магией. Причем, пожалуй, не хуже нашей. Верховный маг первое время вообще ходил в прострации, потом оклемался и начал где-то пропадать. Рожа у него стала хитрющая-хитрющая! И предовольная. Наверное, нарыл что-нибудь ценное. Я тоже рыл. Благо, было где. Интернет потрясающ! Какая классная штука! Я прямо пожалел, что в Эсферато нет такого. Правда, по первой в сети меня сильно напрягало то, какое значение аборигены придают вопросам размножения. Постоянно на экран вылезали полуголые и совсем голые местные самки. По одной или в компании с голыми самцами. Это я уже потом понял, что самое большое значение на Земле придается не размножению, а деньгам. И всё эти картинки - всего лишь один из способов их добычи. А тогда я честно запоминал всё увиденное, становясь экспертом в вопросах эротики и не совсем эротики. Нужно сказать, что с местными самками у меня было достаточно много проблем. Моя внешность оказалась, на их взгляд, привлекательной. Еще более привлекательным для них, как я понял, было у меня наличие денег. Поэтому я постоянно имел переизбыток ненужного мне внимания со стороны, как тут говорят, - «прекрасного пола». Наши за моей спиной ржали и муссировали тему: «Неплохо было бы провести эксперимент по близкому общению с самками новомирцев и положить этот бесценный опыт в копилку экспедиции». Хотя разговоры велись в отвлеченно-обезличенной форме, намеки были понятны. Однако придраться было не к чему и повода дать в морду тоже, поэтому приходилось терпеть. Конечно это не способствовало улучшению моих отношений с «прекрасным полом». Да я вообще не хотел иметь с ними никаких отношений! Я демон, а не суккуб-извращенец! И с низшими не собираюсь... Это же как с животными! Но дамы этого не знали и постоянно пытались наладить со мной контакт. В конце концов, я научился их отшивать, не вызывая подозрений своим нестандартным поведением. Как? Стал прикидываться местным извращенцем. Это их так огорчало, что будь я добрее, я бы, пожалуй, плакал каждый раз, когда сообщал им, что я голубой. Вообще надо сказать, что самкам в этом мире многое позволено. Когда я наткнулся в сети на статьи о феминизме, я поначалу всерьез думал, что очень удачно нарыл забавную юмористическую тему. Ну разве не смешно, когда одного профессора судят за то, что он слишком пристально смотрел на свою студентку – «за излишний визуальный контакт», а другого преподавателя – за то, что он вообще не смотрел на свою студентку – «за недостаток визуального контакта»? Прикинул, как я расскажу этот анекдот в нашем университете и чуть не упал со стула от смеха, представив выражение морд Разрушителей, обдумывающих услышанное. Однако оказалось, что феминизм не шутка, а местная реальность. Когда я это понял, в голову мою пришла одна только мысль – ненормальные! Вообще, у меня было много поводов сказать это слово. Я греб всё подряд – историю, литературу. Там было столько не укладывающегося в голове, что прямо хоть стой, хоть падай! Кино и телевиденье вызвали у меня не менее ошеломляющее чувство, чем Интернет. Вот что нужно повелителю! Когда вернусь домой, буду просить через отца, чтобы он заставил своих магов сделать нормальный двусторонний канал с Землей. Тут столько развлекухи, что проблема хандры повелителя не будет актуальна, наверное, с тысячу лет! Потом я увлекся местной музыкой.

Впервые услышав тяжелый рок, я под марш мурашек на своей спине понял: это музыка демонов! Пожалуй, это стало одним из моих самых сильных впечатлений. Настолько сильным, что я поступил в консерваторию и создал свою рок-группу. Дабы преуспеть, я втихаря от верховного мага потратил запас манны в амулете, взятом с собой с Эсферато. Изменил себе немного руки для улучшения подвижности пальцев и голосовые связки. Благодаря моим стараниям группа уверенно набирала популярность, и я, признаю, никогда не испытывал такого восторга, как занимаясь творчеством, разве что только от полета. Если бы не проблемы наших магов с руками, я бы приволок домой всю звуковую аппаратуру, до которой только бы смог дотянутся! Но поскольку это было невозможно, мне пришлось довольствоваться усиленным запоминанием слов и мелодий, в надежде воспроизвести их впоследствии. Я, правда, попытался разузнать подробную технологию изготовления электрогитары и усилителя, чтобы сделать такие же дома. Но это был дохлый номер. В сети я легко находил описания самых разных вещей, но как только дело касалось подробностей, всё тормозилось. Их знали собственно производители штукенций, но в свободный доступ они их как-то не выкладывали. Я, конечно, понимаю их мотивы, но было чертовски досадно! Одно время я пытался найти людей, знающих технику, но оказалось, что процесс изготовления вроде самых обычных вещей имеет столько различных промежуточных операций, что одному человеку знать его весь - просто невозможно.

Расстроившись, я махнул рукой на эту затею и дальше греб технологическую информацию по принципу «что попадется», делая основной упор на индустрию развлечений. Так в делах и заботах незаметно пролетели двенадцать лет моей жизни на Земле или два с небольшого месяца в Эсферато. Я играл в рок-группе, пытался засунуть себе в голову всё развлечения Земли и пора было уже потихоньку думать о возвращении домой, как тут этот дурацкий призыв! И вот я теперь избранный и спасаю мир, которого даже и не видел! Дурдом! Причем полный!

Пум! – прерывая воспоминания, где-то рядом хлопает дверь.

Шаги. Две пары ног. Опять кого-то несет... Неохота даже глаза открывать. Видеть никого не хочу!

Конец второй главы

Глава 3

Замок князя Аальста

– Господин княжич, – громкий шепот, – вы спите?

Открываю один глаз. Служанка. И с ней какая-то тетка с недовольной миной и поджатыми губами. Кто такая? Не помню...

– Господин княжич, целительнице нужно осмотреть вас!

«Целительнице»? А чего это она такая кислая, эта целительница? Живот болит? Или я ей не нравлюсь? С таким лицом к пациентам ходить – низкий класс. Зачем мне – «низкоклассная целительница»? Не надо! Пусть идёт, - коров лечит! Отрицательно качаю головой.

– Но, господин княжич, вам нужно поправить здоровье! – голос служанки становится просительно-жалобным.

– Вон!

– Что? – пугается служанка, а выражение на лице целительницы становится кисло-изумленным.

– Вон! Все, воо-он!! – неожиданно для себя ору я, приподнявшись на локте и указывая рукой на дверь.

Секундная пауза и посетительницы устремляются к выходу. Служанка торопливо и испуганно, а целительница - с видом оскорбленного достоинства.

– Вон! – ещё раз шепотом повторяю я и плюхаюсь обратно в кровать, поглубже зарываясь в одеяло. Меня бьёт дрожь.

Сихот меня побери! Сорвался! Это, наверное, у меня уже крыша едет. Столько впечатлений за последнее время, и каждое, - как удар ниже пояса! Так и с ума сойти недолго. Один разговор с Хель чего стоил! Видно, она загнала меня в это тело! Больше некому. Она же намекала, что не один я умею шутить. Вот и «пошутила»! Что ж, её это удалась на славу! Что может быть смешнее демона в теле низшего? Такого никто даже убивать не станет. Оставят на потеху...

Гадина! - я с силой сжимаю челюсти. - Ладно, у меня ещё будет возможность отыграться! Спасу я тебе мир – щас, размечталась! Калоши только надену... «Калоши»? Что за - «калоши»? Несколько мгновений пытаюсь вспомнить, что такое – «калоши»? После некоторого усилия наконец это удаётся. Ещё несколько мгновений лежу без единой мысли в голове, тупо разглядывая потолок.

Калоши... Похоже, дело дрянь. В голову лезет всякая чушь, которая должна тихо и спокойно лежать в памяти... – Калоши! И что теперь мне с этим делать? Что делать, что делать… На первый взгляд у меня есть следующие варианты: просто сдохнуть, отомстить и сдохнуть, и... и... ну и слинять отсюда, не сдохнув! А самый лучший вариант – отомстить и слинять! Отомстить и слинять... Как отомстить – понятно. А вот как слинять… Совершенно непонятно! Но если рассуждать логически, я ведь как-то сюда попал? То есть, возможность попадания сюда есть. Значит... Тогда значит... Что? А то, что для начала нужно узнать, как меня сюда призвали и посмотреть, как сделать то же самое, но только в другую сторону! Правильно? Правильно! А как это узнать? У того, кто это сделал! А кто это сделал? Эри! Но его уже нет, и я в его теле... Ну и что? Может, что-то осталось у меня в голове от его памяти? Вполне возможно... Потом, когда он меня призвал, у него была книга, за которой он прятался. Не думаю, что он сам додумался до формулы призыва. Наверняка прочел! А ну как в его книге всё и написано? Очень даже вероятно... Значит, мне просто нужна та книга! Причем - срочно! Может, всё проблемы и яйца выеденного не стоят? Ессс! Мне нужна книга! А... а где она? Последний раз я ее видел в подвале... Бегом в подвал!

Я подскочил на постели и опустил ноги вниз. В ответ на резкое движение закружилась голова, и стены комнаты лихо крутанулись вокруг меня. От слабости пробила испарина.

– Сихот меня побери! – ругнулся я шепотом, пытаясь не упасть обратно в кровать.

Просто чудные ощущения! Не тело, а недоразумение. Как можно жить в таком?

Я попытался оглядеться по сторонам. Однако разглядеть ничего особо не вышло, поскольку уже свечерело и в комнате царил полумрак.

– Тут что, на свете экономят? – бурчу себе под нос и пытаюсь перестроить зрение. Не тут-то было! Сумрак как стоял по углам комнаты, так в них и остался!

Тьфу ты! Я же не в своем теле! Какое-то убожество, а не глаза! Ладно, подсветим по-другому!

Делаю движение правой рукой, разворачивая ее ладонью вверх, для вызова малого шара огня.

– Ааа! Бжаса сахара ерк! – заорал я во весь голос эсфератское ругательство.

Руку обожгло огнем. Пытаясь уменьшить боль, я отчаянно затряс ею в воздухе.

– Это ещё что за... – я изумленно уставился на свою ладонь которая покраснела и вспухала прямо на глазах. На подушечках пальцев отчетливо были видны крупные черные подпалины. И они явственно дымились.

Расширенными глазами смотрю на этот ужас, пытаясь понять, что произошло.

На меня кто-то напал? Или это какое-то охранное заклинание сработало?

Перехожу в режим магического зрения, желая увидеть проявления волшбы вокруг меня, точнее пытаюсь перейти...

На третей попытке становится ясно, что ничего не получается. Осознание данного факта производит на меня просто ошеломительный эффект.

Я ничего не вижу! Этого же не может быть! - мысли мечутся моей голове, порождая цунами паники. - Я что, - потерял свою магию? Как же теперь мне жить? Это же просто невозможно! Нет! Этого не может быть!!

Торопливо пытаюсь создать сгусток огня. В этот раз боли не было. Ничего нет! Ни огня, ни боли. Как же так?!

Пробую ещё раз. В конце концов приходится признать, что не могу создать простейшее заклинание – сгусток огня. Ещё полчаса стараний убеждают в том, что вообще не способен создать никакое заклинание!

У меня нет магии! Это конец...

Я обессилено падаю обратно в кровать, где через несколько мгновений забываюсь тяжелым сном.

Всю ночь снились кошмары. В них меня не пускали в Эсферато, я упрашивал, уговаривал, доказывал, что меня ждут, но ничего не помогало. Мне не верили. Говорили, что я не демон, что у меня нет крыльев и я не умею летать. Я кричал, что это страшная ошибка, просил позвать отца, но привратники были неумолимы. Потом откуда-то появилась Хель, почему-то с белыми крыльями, и принялась демонстративно летать через границу, туда-сюда. При этом она гнусно ухмылялась и шипела: "Видишшшь, Бассо, я тоже умею шшшутить!"

В общем, - ночь протекала феерично. Но, к счастью, во всех мирах есть одна одинаковость. И заключается она в том, что всё когда-то заканчивается. Прошло время, наступил рассвет, и я проснулся, ощущая себя неожиданно бодрым и готовым к подвигам и свершениям.

Видимо, было совсем ещё раннее утро. Комната была ещё в полумраке, но с каждым мгновением становилось светлее. Рядом с моей постелью на стуле спала служанка.

«Хм, работнички! Сдохнешь тут, никто и не заметит.», - подумал я и перевел взгляд со служанки на окно, за которым начинался новый день.

Что ж, как говорится, утро вечера мудренее, попробуем ещё раз! Я вновь взялся экспериментировать с заклинаниями. Проверив так и сяк, был вынужден ещё раз признать, что действительно потерял способность создавать заклинания, и это никакой не сон.

Спокойно, только без паники! Примем это как данность. Способности были – способностей нет! Вопрос – в чем причина?

Минут пять, я, под сопение спящей на стуле служанки, пытался вспомнить об известных мне случаях исчезновения магии и способов ее восстановления. Однако ничего обнадёживающего не припомнил. Да, были в Эсферато такие случаи. Нечасто, но были. И конец их был всегда один – если способность к магии пропадала, то назад уже не возвращалась. А ещё у этих случаев имелась общая особенность – потерявший перед произошедшим обычно тратил до упора свою магическую силу. Но я ведь ничего такого не вытворял, чтобы довести себя до истощения?! Что же изменилось?

Тело! - неожиданно молнией мелькает мысль. - Чужое тело! И мир чужой! Точно! Наверно, тут просто всё по-другому, а не так, как я привык! Ведь вчера мне руку обожгло магией! Ничего другого быть не могло! Значит, она у меня есть, просто заклинание пошло наперекосяк! Точно! Уф!

Напряжение буквально скатывается с меня, оставляя после себя ощущение легкости и восторга.

Однако эйфория продолжается недолго.

«Ну и чего я радуюсь?» – спрашиваю я сам себя, – «Пользоваться-то я всё равно не могу! Толку-то с того, что способности остались?»

Что же делать? Как же снова научиться пользоваться магией?

Я задумываюсь.

А не переложить ли мне свои проблемы на чужие плечи? – приходит мне в голову здравая мысль? Ведь учил же кто-то Эрика магии? Учил! Князь говорил про наставника. Да и сам мой новообретенный отец, наверняка, владеет техникой заклинаний. Стал бы он так наезжать на мага, пусть даже тот молодой и его сын, не имея в запасе парочки серьезных контраргументов? Считаю, вряд ли. Так вот пусть Аальст меня и учит! Тем более, что он должен быть в этом заинтересован. Отличная идея! Так и поступим!

Только прежде чем идти к князю жаловаться на жизнь, нужно привести себя в порядок, выпить чашечку кофе... Тьфу! Опять какая-то ерунда в голову лезет! Ладно, со своими мозгами разбираться буду потом, когда восстановлю магические способности, а сейчас не мешало бы позавтракать, да и помыться надо, а то уже всё чешется! Секундочку! А как мне с князем общаться? Он же думает, что я его сын, а я даже не представляю манеру разговора Эри! Не бросится ли ему в глаза резкое изменение в поведении сына? Хотя... если Эри был не в ладах со своей головой, то, наверняка, закидоны у него и раньше случались. Так что князь особо поражаться не должен. Главное, чтобы чего чужого на магическом уровне не увидел. Но эту проверку я уже, похоже, прошел, будучи в отключке. Наверняка, меня осматривали, когда лечили. Если до сих пор никто ничего не сказал, значит, никто ничего и не заметил... Это хорошо. Для самоуспокоения буду считать себя по-прежнему «в экспедиции», только не на Земле, а черт-те где. А там видно будет! А сейчас мыться, стричься и завтракать!

Грм! – издаю я громкий звук.

– Ой! – подскакивает на стуле разбуженная служанка.

Я молча смотрю на нее.

– А... господин княжич уже проснулся? Как вы себя чувствуете?

– Просто замечательно. Желаю поесть, помыться и подстричься!

– А... – открывает рот служанка.

– Как желаете! – закрывает она рот.

Следующие полдня пролетели в хлопотах. Меня кормили завтраком, грели воду, мыли, обрезали ногти, снова мыли. Потом появился человек с ножницами и спросил, какую бы мне хотелось прическу?

– Покороче! – отрезал я, и местный парикмахер, чуть слышно вздохнув, приступил к работе.

Потом наступил черед одевания. Мне притащили какие-то шмотки и три служанки в шесть рук стали напяливать их на меня. Я молча терпел непритязательный сервис, рассуждая философски, что всё когда-нибудь заканчивается. Закончилось и это. В конце концов, меня одели и подвели к большому настенному зеркалу. Я взглянул в него.

Из него на меня смотрел невысокий, совсем молодой парень в светло-коричневом камзоле с вышивкой, в штанах в тон верхней части костюма и мягких кожаных сапожках. На боку – короткий клинок в черных ножнах. Темный шатен с большими выразительными глазами на бледном лице. Тонкие пальцы, тонкие руки, тонкие ноги, простое лицо.

Какое убожество! - подумал я после пары секунд знакомства со своей новой внешностью. – Хилое, бледное, несчастное создание... Смотреть противно! И это теперь я? Как же я смогу отомстить, имея вместо нормального тела это недоразумение?

Ещё некоторое время порассматривал себя в зеркале. С каждым мгновением настроение падало всё ниже и ниже. Мне уже просто хотелось плюнуть в отражение.

– Господину княжичу, - нравится? – с заискивающими нотками в голосе спросила одна из облачавших меня служанок, видно забеспокоившись по поводу моего долгого молчания.

– «Нравится»? Это? – я «оторвал» взгляд от зеркала и мрачно посмотрел на нее.

– А что вам не нравится? Скажите, мы исправим... – растеряно пролепетала та.

– Лучше, что ничего не было? – поинтересовался я, рукой оттягивая в сторону правую полу камзола.

– Э...э... это из вашего гардероба... Мы можем принести вам что-нибудь другое... Хотите? – предложила служанка.

– Потом. – поморщился я.

Будут они опять на меня тут тряпки пялить! Убожество, а не одеяние...

– Может, господин желает, чтобы его проводили в его комнату? – оживилась служанка, видно обрадовавшись, что можно сменить тему разговора.

Хм... Да я и сам дойду... Или тут княжича за ручку водили? Ну ладно, пусть ведет, а то ещё заплутаю здесь с непривычки.

– Проводи. – кивнул я, и мы направились по коридорам замка.

Однако в итоге пришли не в ту комнату, где я лежал, а в другую, у дверей которой стоял охранник в легком кожаном доспехе.

Это куда мы? - удивился я, потом неожиданно вспомнил. - Это же моя комната! И охрану я сам требовал поставить, чтоб никто не лазил.Странно память себя ведет... Пока не увижу глазами – не вспомню!

Служанка отступает в сторону, освобождая дорогу, стражник сделал движение типа «на караул», и они вдвоем вытаращиваются на меня, ожидая дальнейших распоряжений.

Ничего не сказав, молча шагаю мимо и толкаю рукой дверь. Она неожиданно легко поворачивается на петлях, открывая взору обстановку комнаты. И запах. Ну и вонь! Ну и бардак! И я тут жил? Во всем этом? Точнее, - он тут жил?

Я перешагиваю порог комнаты.

М-да... понятно, почему князь так вопил, требуя навести порядок…

На столе и на полу стояли какие-то посудины с засохшей и заплесневелой едой в окружении объедков, валяющихся уже просто так, без посуды. На неубранной кровати и стульях висит грязная одежда, один вид которой вызывает брезгливость и зуд по телу. Единственным более-менее чистым местом выглядит стол у запыленного окна. Видно, это было рабочее место.

Ну и типчик же этот Эри!

– Иди сюда! – призывно махнул я рукой служанке, исподтишка заглядывающей в комнату.

– Что желает... – начала было та, заходя и приподнимая край юбки над полом.

– Убрать! – перебил её я, делая широкий жест рукой вокруг себя. – всё, - убрать! Пол, окна, - помыть, постель, - поменять! Ясно?

– Как желаете... – растеряно ответила та.

– Желаю побыстрее! А пока, - проводи меня к моему отцу! – выдал я следующий приказ.

Служанка молча сделала книксен и, повернувшись, пошла к двери. Я последовал за ней, внимательно контролируя свою походку. Новое тело периодически путало ноги и теряло равновесие. Это не было для меня чем-то странным. После изменения всегда присутствовала некая инаковасть, к которой следует привыкнуть. Но это напрягает и требует повышенного внимания, не способствуя хорошему настроению...

Служанка привела меня к дверям столовой. Оказалось, уже обед, и князь трапезничать изволил.

– Сын, - это ты? – с неподдельным изумлением в голосе спросил он, увидев входящего в зал меня. – Неужели ты решил почтить нас своим присутствием?

Рядом с ним сидела миловидная девушка лет двадцати, со светлыми волосами и большими карими глазами. На ней было бежевое платье простого на вид покроя с глухим воротником. Девушка тоже с изумлением смотрела на меня.

«Эдария! Моя старшая сестра» ... – внезапно сработала память. – «М-да... просто чудненько у меня с головой...»

– Почему бы и нет? – небрежно ответил я на вопрос. – Надеюсь, у вас найдется для меня ещё один столовый прибор?

– Хм... найдется...

Аальст кивнул слуге, стоявшему рядом с ним. Тот быстренько метнулся куда-то в простенок и через мгновение выскочил с медным подносом в руках, на котором стояла посуда.

– Привет, Эда! – небрежно поздоровался я, усаживаясь за стол.

И так немаленькие глаза сестры стали ещё больше.

– И тебе... привет... – с запинкой ответила она.

– Чем тут нынче кормят? – спросил я, поддерживая «светский» разговор. – А то я страсть как проголодался!

– Сын, я тебя просто не узнаю! Ты, что ли, подстригся? – спросил меня отец Эри. – Что с тобой?

– Ты же сам мне велел привести себя в порядок. Или я что-то не так понял? – делая слегка изумленный вид, спросил я.

– А, ну да…

– Ну, вот я и привел себя в порядок! – объяснил я, запуская ложку в первое.

Князь и сестра обменялись удивлёнными взглядами, немного понаблюдали за мной и, убедившись, что я действительно ем, тоже приступили к прерванной трапезе.

Обед протекал далее в несколько напряженной обстановке. Присутствующие явно хотели поговорить с моей персоной, но, по-видимому, не представляли, о чем, или, - с чего начать? Я к ним тоже не лез, стараясь не смущать, и знакомился с местной кухней. Благо, княжеский стол предоставлял для этого неплохие возможности.

– Отец, я хочу поговорить с тобой... Наедине... – сообщил я, поймав на себе за десертом очередной изучающий взгляд князя.

– Хорошо. О чем?

– О грустном... – вздохнув, ответил я.

Аальст удивленно посмотрел, но больше спрашивать ничего не стал. После обеда, оставив Эду доковыривать десерт, мы прошли с ним к нему в кабинет, где я печально поведал о своих проблемах с магией. Князь сначала не поверил. Но видя мою серьезность, начал суетливо бегать вокруг меня и махать руками. Не знаю, чего он там делал, наверное, ауру исследовал. Потом стал орать, что у меня всё нормально, и мои дурацкие шутки совсем не смешные, а с такими вещами не шутят! Дабы убедить его, что не придумываю, я продемонстрировал, как у меня теперь получаются заклинания. Ничего не увидев, князь озадачился и принялся ставить различные опыты, результат которых мне был заранее известен.

– Ну как такое могло случиться?! – спустя пять минут орал на меня нервно бегающий по комнате Шартон Аальст. – Нет, ты скажи мне! Ну как?!

– У меня была схватка с демоном, и мне кажется причина в этом... – обтекаемо предположил я.

– Схватка? С демоном?! С дурью своей у тебя была схватка, а не с демоном! Понятно?! – резко остановился князь. – Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты сам ничего не придумывал! А? Говорил, - или нет? И ты меня послушал? И что теперь делать? Когда соседи узнают, что мой сын потерял способности? Ну?!

– Ничего я не терял…

– «Не терял»? А тогда чего ты мне тут рассказываешь?

– Просто у меня некоторые временные трудности. Магия есть, но как-то не так себя ведет... Может, мне нужно немного позаниматься, начать с самых простых вещей... Я думаю, - всё восстановится.

– Посмотрите на него! Он думает! А если не восстановится?

– Восстановится! – уверенным голосом ответил я и добавил: – Наверное, у меня это просто переход на новый уровень силы. После битвы с демоном!

– Чего? – князь аж рот открыл. – Какой такой, - новый уровень силы?! Что у тебя вообще в голове творится? Чему тебя Фестер учил? Не, ну это ж надо?! Новый уровень силы! Нет, пусть Фестер сам посмотрит на своего ученичка!

Князь подскочил к стене и яростно принялся дергать за свисающий с потолка шнурок.

– Магистра ко мне! Немедленно! – заорал он сунувшемуся в дверь слуге.

– Он уже здесь, господин! – поклонился тот.

– Зови! – махнул рукой Аальст.

В дверях нарисовался невероятно колоритный типаж. Пухленький, невысокого роста человек, абсолютно лысый, со свисающими щеками, бледной кожей и глубокими черными кругами под большими глазами. Одет он был в отделанный по краям серебряным шитьем камзол, из черного бархата. Под камзолом - белая рубаха без пуговиц, со стягивающим ее у ворота роскошным, хитро наверченным бантом. Пуговицы на камзоле тоже обшиты серебром. Ниже, до колен - мешковатые штанцы в тон костюму, далее – белые чулки. На ногах - черные тупоносые туфли с отливающими серебром пряжками.

Я чуть было не открыл рот, разглядывая это великолепие.

– Вот, Фестер, полюбуйся на это чудо! – протянул руку в мою сторону Аальст.

– Что случилось? – неожиданно писклявым голосом, совершенно не подходящим к его внешности, спросил Фестер.

– «Что случилось»? – переспросил малость успокоившийся князь. – Эри вызвал демона и теперь не может создать простейшее заклинание! И ты только послушай, что он мне тут наговорил!

Он с возмущением принялся пересказывать нашу с ним послеобеденную беседу. Магистр внимательно выслушал, кивнул, посмотрел на меня и сказал: Что ж, давайте посмотрим…

Началась вторая серия с маханием надо мной руками и смелыми магическими экспериментами с моим участием.

– Странно, очень странно... Что же это приключилось с тобой, Эри? – через некоторое время спросил Фестер и, подойдя практически вплотную, принялся пристально вглядываться в мои глаза.

В гляделки со мной решил поиграть? Ну-ну. Я тут недавно с самой богиней играл. Она уж покруче тебя будет!

– Не знаю. – безмятежно ответил я.

Услышав, каким легкомысленным тоном это было произнесено, Аальст вновь взъярился.

– Нет, ты только посмотри на него! Он совершенно спокоен! Наделал делов и в ус не дует! А мне - расхлебывай теперь всё это!

– Я думаю, господин князь, ничего страшного не произошло, – немного картавя, сказал Фестер, задумчиво глядя на меня. – Магия его при нем. Мы оба с вами ее ощущаем. Я бы даже сказал, - она стала несколько ярче... Думаю, дело просто в небольшом переутомлении. Вызвать демона – ведь совсем не шутка! Не многим это удается. Удачный призыв – это показатель высокого уровня мастерства и, скорее, повод для гордости, чем для наказания.

В голосе Фестера появились нотки осуждения непониманием такой очевидной вещи.

– Да? А если бы он его сожрал? – возразил князь. – Вызвать демона это пол дела. С ним ещё потом нужно совладать!

– Тут вы совершенно правы! – теперь осуждение в голосе Фестера было направленно уже в мою сторону. – С дисциплиной у вашего сына действительно плохо. Я неоднократно предупреждал его о возможных последствиях непродуманных действий.

– Вот именно, - «непродуманных»! Демонов мы призывать уже умеем, но думать о последствиях своих поступков так и не научились!

– Возможно, это проблемы подросткового возраста... – после небольшой паузы глубокомысленно пискнул Фестер.

– Тоже, надеюсь на это, – признался князь, – но делать-то сейчас с ним чего?

– Предлагаю устроить вашему сыну небольшой отдых. Минимум занятий, но побольше движения на свежем воздухе.

– Хм... думаешь, - поможет? – с сомнением в голосе спросил князь.

– Считаю, отдохнуть Эриадору совсем не повредит. Вспомните, сколько он занимался последнее время?

– Ну... может, и правда... – задумчиво кивнул князь.

– Эри, - ты слышал? – спрашивает он, обращаясь ко мне.

– Да я не против... – не стал возражать я. – Как раз смогу немного потренироваться с мечом...

– Чего?! – изумился Шартон Аальст. – Это тебе ещё зачем? Ты же бегал от него, - как от огня!

– А что я буду делать на свежем воздухе? Цветочки нюхать? Так хоть с пользой время проведу. Тем более, что невеста у меня, сам сказал, мечами махать горазда!

– Так ты решил в первую брачную ночь бой на мечах устроить? – иронично приподнял бровь князь. – Уж поверь мне, против новобрачной тебе понадобится совсем другое оружие!

– Всему свое время...– глубокомысленно ответил я на подколку.

– Ха-ха-ха! – засмеялся Аальст. – «Всему свое время»! Ха-ха-ха!

Фестер тоже заулыбался. Я молчал, скорчив страдальческую физиономию – подросток в кругу придурошных взрослых.

– Ладно! – отсмеявшись, махнул рукой князь. – Надеюсь, физические упражнения на свежем воздухе прояснят твою голову!

– Тогда, можно идти? – я исполнил легкий полупоклон, намекая на завершение разговора.

– А? Ну да, иди! – разрешил отец Эри, и я поплелся в свою комнату.

Там уборка была в самом разгаре. Лужи на полу, ведра воды, мешки с тряпьем на входе и довольный охранник, подглядывающий за моющими пол служанками. Все при деле.

А мне-то куда податься?

«Пойду по замку бродить!» - решил я и, сделав многозначительное лицо, направился прочь, исподтишка осматриваясь вокруг. Обстановка не впечатляла. Серые холодные каменные стены, факельное освещение, сквозняки. В общем, - аскетизм и примитивность. В Эсферато у нас замок гораздо лучше, - просто ни в какое сравнение!

Убожество! - скривился я, чуть не навернувшись на выщербленной каменной ступеньке. – Что, - дырку замазать нельзя? А-а-а! Тут, наверное, и цемента-то нет... Дикари! Хотя в Эсферато тоже цемента нет... Хм... а чем в Эсферато дырки в стенах замазывают?

Я задумался, пытаясь припомнить, что там у нас вместо цемента...

– Эри! – вдруг кто-то окрикнул меня.

– Да? – обернулся я на звук голоса. А, сестренка!

– Ты куда идешь? – спросила Эда, выходя из бокового коридора.

– Так, гуляю, – неопределенно махнув рукой, ответил я, – хочу подышать свежим воздухом...

– Возьмешь меня с собой? – как-то настороженно смотря, спрашивает сестра.

– Да запросто! – отвечаю я, делая приглашающий жест. – Куда пойдем?

– На башню. Свежего воздуха там предостаточно! – предлагает Эда.

– Хорошо, – соглашаюсь я.

Мне, в общем-то, всё равно, куда идти. Интересно, почему она так подозрительно смотрит? Я вроде не кусаюсь... А может, Эри кусался? Тогда объяснимо. Или она что-то заподозрила? Тоже вполне возможно. Не расслабляться!

Пока мы шли по коридору и поднимались вверх по винтовой лестнице, Эда не проронила ни слова. Я тоже на разговор не набивался: спокойно шел за ней, следил за своими ногами и глазел по сторонам. Вот и верхняя площадка. Яркий луч солнца ударяет в глаза, на мгновение ослепляя. Солнце! Здорово! Люблю солнце! В Эсферато всегда солнечно!

– Приветствую господина и госпожу! – неожиданно прогудел голос откуда-то сзади и сверху.

Оборачиваюсь. Мужик в кожаной тужурке и таких же штанах, с блестящим медным горном на ремне через плечо.

Стражник? Мм... нет, дозорный! – подсказала память.

– Оставь нас! – неожиданно приказала Эда, обращаясь к солдату.

– Как изволите, госпожа! – ответил тот и, сдвинув свой горн за спину, начал спускаться по лестнице.

Не глядя больше на мужчину, сестра развернулась к нему спиной и подошла к парапету башни. Легкий ветерок тут же принялся играть ее светлыми волосами, создавая из них летящую по воздуху паутинку. Эда молча глядела куда-то вдаль, словно позабыв о моем присутствии.

Кажется, сейчас будет неприятный разговор, - почувствовал я, подходя и становясь рядом с сестрой. - Ну, пусть начинает, посмотрим, что она хорошего скажет...

Та, однако, не торопилась, и я, воспользовавшись возникшей паузой, принялся разглядывать открывавшуюся с высоты панораму.

Вдали, на фоне голубого неба, выделялась синяя горная гряда. Пространство между ней и замком заполняли, постепенно сливаясь в одну линию, желтые и зеленые участки земли.

Леса и поля, - понял я и посмотрел направо. Там был город. Он начинался чуть ли не под стенами и уходил своими рыжими черепичными крышами дальше за реку. Река была широкой и блестела на солнце, напоминая о прохладе и свежести.

Интересно, - глубокая или нет? Наверняка и рыба есть... Додумать я не успел.

– Эри... я хотела тебя спросить... – начала Эда.

– М-да? – ответил я, отвлекаясь от созерцания окрестностей.

– Это правда, что ты убил служанку? – резко развернувшись ко мне лицом, спросила сестра.

– Не-а, – протянул я, – неправда!

– Да? – пытливо всматриваясь в мои глаза, попыталась поверить Эда.

– Ага. – кивнул я.

– А ... а-а, а кто тогда?

– Её убило чудовище... – не отводя взгляда, совершенно спокойно ответил я.

– Правда? – с облегчением в голосе спросила та.

– Правда! – ответил я.

А то, что этим чудовищем был твой брат, тебе знать не обязательно... Я ведь вроде сейчас за него.

– Ой, Эри, я так рада, что это неправда!

– Да? А почему? – спросил я ее.

– Ну... – попыталась начать сестра и замолчав, отвела глаза.

– И все-таки?

– Эри, я боюсь за тебя, – ответила Эда, глядя в сторону, – последнее время ты совсем перестал быть похожим на моего младшего брата, которого я знала. Что с тобой происходит, Эри?

Сестра подняла на меня полные грусти глаза. – Скажи мне!

Что происходит, что происходит? Крыша у Эри едет, вот что происходит! Ну и что ей ответить? Что бы такого придумать, чтобы я бы оказался ни при чем? О! Идея!

– Магия. – коротко сказал я.

– Что – «магия»?

– За всё приходится платить, – пожал я плечами, – занятия берут своё...

– Я так и знала! – воскликнула сестра, хлопнув от избытка чувств ладонью по каменному парапету. – Сначала отец, теперь вот ты!

Да... Групповая семейная шизофрения? Или, - дурная наследственность? А собственно, - не всё ли равно? Мне-то какое дело? Я тут так, проездом...

– Думаю, всё будет хорошо. – уверенным голосом сказал я фразу-успокоитель.

– Правда? А я думаю, что дальше будет только хуже... – печальным голосом призналась Эда, теребя плетеный поясок на своем платье. – Иногда мне кажется, что это дурной сон. Что нужно только проснуться, и всё будет, как прежде...

Так, похоже, разговор собирается закончиться слезами! Если я не хочу, чтобы мне плакались в жилетку, нужно поговорить о чем-нибудь другом...

– А мне кажется, - ты преувеличиваешь! – бодро возразил я. – Вот увидишь, скоро всё образуется. Найдешь себе жениха, выйдешь замуж, заведешь хозяйство, и всё твои нынешние тревоги через пару лет покажутся смешными и надуманными.

– «Замуж»? – клюнула на смену разговора Эда. – Это за кого же?

– Ну прям так и не за кого? Мне же вот нашлась половинка. И тебе найдется.

– Я не хочу так! – нахмурилась сестра.

– Как, - «так»?

–Словно кота в мешке. Я по любви хочу.

Хм, и тут всё хотят «по любви»! На Земле с ней носятся, не зная, куда бы ещё её приткнуть, чтобы заработать, и здесь, похоже, она тоже – фэйворит фуд! Вот уж любители любви!

– А что плохого в практичном подходе? – поинтересовался я. – Когда родители выбирают, наверное, в первую очередь о своих детях думают?

– Ничего ты, Эри, не понимаешь. Это их выбор, а я хочу сама выбрать!

– Ха! Тогда тебе нужна свобода, а не любовь!

– Это почему?

– Ну не я же произнес слово «сама»? А сама, значит, - сделала, как хочу! Или, свобода, если коротко. Считаешь, - я не прав?

– Ну... может быть... Я как-то об этом не думала...

Вот и поразмысли, может, чего и придумаешь... Мне тоже нужно думать, как свалить отсюда. Не расслабляться, а думать, думать и думать! Ежесекундно, ежеминутно, ежечасно думать! Иначе придется исполнять дурацкое пророчество, на радость всяким вечноживущим...

– Эри, ты, о чем задумался? – выдернула меня сестра из моих мыслей.

– Я? О своей невесте! – с ходу выдал я первое пришедшее в голову.

– Да? – очень заинтересованно спросила Эда. – И о чем же именно ты размышлял?

– Да вот гадаю, удастся ли мне научить ее бить в барабан и маршировать?

– Что?!

– Да так... – ответил я.

– Зачем ей бить в барабан?

– В поход пойдет!

– Да ну тебя! Я серьезно его спрашиваю, а он дурака валяет! – обиделась сестра.

– Да че там! Ну, невеста! Две руки, две ноги, голова! А, ерунда всё это! – отмахнулся я.

– Эри, как же ты не понимаешь! Свадьба – это ведь такой момент, которого каждая девушка ждет всю жизнь!

– Прям-таки и всю! И кажется, это не мой вариант. Уж меня-то она точно не ждала! –отвечаю я.

– Это ужасно, Эри! – искренне произносит сестра.

– Зато удобно. Не нужно носиться в поисках суженой, выяснять, любит она тебя или нет, каково ее приданое...

– Бедный брат! – Эда неожиданно протянула руку и погладила меня по голове. – Не переживай. Я буду молиться, чтобы Фелия оказалась хорошей девушкой и полюбила тебя...

– А я? А как же я? Кто за меня молиться, будет?! – уворачиваясь от ее руки, воскликнул я.

– Я буду молиться за вас обоих! – щедро пообещала Эда.

Что-то разговор принял какое-то душеспасительное направление, нужно завязывать с этими слезными речами...

– Слушай, сестрёнка. Кажется, тут становится жарковато. Не пойти ли нам в тенек? – предложил я.

Солнце действительно припекало без всяких фантазий. В чистом небе не было ни облачка, и ничто не мешало ему изливать на землю свет и тепло.

Какое голубое небо! - я задрал голову к зениту. - Эх, сейчас бы распахнуть крылья и махануть бы прямо с башни вверх, к солнцу! Как же уже давно я не летал!

– Хорошо, пойдем, – согласилась Эда. – Куда ты хочешь?

– Хочу посмотреть, как там у меня убрались в комнате, вроде уже должны были закончить, – ответил я.

– Ты навел порядок у себя в комнате? Не может быть! Я тоже хочу посмотреть!

– Идем. – пригласил я.

И мы пошли. Эда впереди, я на своих хитро заплетающихся ногах за ней. Спустились по лестнице башни, мимо кайфующего в холодке наблюдателя с горном, минули пару коридоров, свернули несколько раз и оказались перед воином, охраняющим мою комнату.

– Прошу! – пригласил я и распахнул дверь, пропуская сестру вперед.

Комната сияла свежевымытыми окнами, пахла влажными деревянными полами и чистым бельем. Из воздуха исчез запах помойки и ношеной одежды.

М-да... аскетичненько так.

Я вновь оглядел обстановку. Особенно удались серые каменные стены. Интересно, а обшить их деревом, - недосуг было? Наверно, тут очень «уютно» зимними вечерами... Или здесь зимы не бывает?

А это ещё что? - мой взгляд упал на мольберт, сиротливо стоящий в углу комнаты. - Откуда он тут взялся? Его что, - служанки из-под тряпья выкопали?

Я подошел к мольберту. К нему был приколот лист бумаги, причем уже, видно, давно, поскольку выглядел он пыльным и посеревшем. На листе был начат рисунок – одинокий путник, идущий по дороге к горизонту. Была какая-то печаль в слегка ссутулившейся фигуре, в линиях, обозначающих закат...

Что-то знакомое. Где-то я это уже видел... Только вот тут нужно не так!

Я взял с полочки мольберта грифель и провел им по рисунку, поправляя линию. - И здесь...

Я вздрогнул, когда мне сзади на плечи легли две легкие ладошки.

– Эри, ты снова будешь рисовать? – спросила меня сестра, разглядывая рисунок из-за моей спины.

«Рисовать»?! Я?! Я никогда этим не занимался!

– А я всё твои рисунки сохранила. – продолжила между тем говорить Эда, не видя моего замешательства.

– Возможно... – уклончиво ответил я, пытаясь справиться с растерянностью от неожиданно открывшегося таланта.

– У тебя так хорошо получалось. А потом ты всё забросил, занялся своей магией... – с грустью в голосе сказала Эда и, убрав руки с моих плеч, отошла от к столу у окна взявшись что-то перебирать на нём.

Я подошел и встал рядом. Похоже, стол был единственным местом, по которому не прошлись тряпки служанок. Легкий слой пыли покрывал деревянную столешницу, стопку книг в зловещих черных обложках и писчий прибор на краю стола. Работницы, видимо, побоялись прикасаться ко всему этому, или им было запрещено тут убираться.

Книги! А нет ли среди них той, которая мне нужна?

Я с нетерпением протянул руку к стопке.

– Ах, Эри! – огорченно произнесла сестра, увидев мой нетерпеливый жест. – Похоже, это действительно сильнее тебя.

– Да нет, ерунда, – ответил я, открывая взятую книгу, – просто нужно глянуть одну вещь...

Эда немного постояла, смотря на меня, и чуть погодя сказала: – Я тогда пойду?

– Угу... – промычал я, пытаясь разобраться, что значат, нацарапанные в книге закорючки.

Сестра вздохнула, грустно взглянула на меня и, повернувшись, ушла...

(полгода спустя. Замок князя Аальста)

Солнце! Начинается новый день! Интересно, сегодня будет жарко или нет? – подумал я, потягиваясь в своей кровати и наблюдая за лучами солнца на стене. – Если будет жарко – неплохо...

Жара мне нравилась. Я мог целый день находиться на солнцепёке и не испытывать при этом дискомфорта. Правда, для начала, у меня пару раз обгорела и слезла кожа, но зато теперь я совсем не походил на то бледное существо, каким был Эри. Скорее, напоминал южан Земли, из Италии или ещё каких солнечных мест. Загорелая кожа, карие блестящие глаза, темные волосы и белые зубы – типичный андалузец! Местные солнце не любили, хотя, как я понял, жили на севере и вроде бы должны были страдать от его недостатка. Однако, как только начиналась жара, всё дружно прятались в холодных стенах замка и носа не казали на улицу. Я их иногда даже называл про себя: вампирье. Такие же бледные и бескровные. Моя страсть к солнцу, похоже, вызывала недоумение, но особо никто не докапывался. Я был сыном князя, и чудачества мне были положены по статусу. Прошло уже полгода с момента, как я «загремел сюда». Не скажу, что они были насыщены событиями, но и скучать не приходилось. Основные мои занятия за это время – простые и незатейливые развлекухи, а именно: сживание со своим новым телом, поиск утерянной магии, ну и ознакомление с местными реалиями. Последнее меня интересовали постольку-поскольку. Задерживаться тут я не собирался, поэтому получал в основном жизненно необходимые знания. Типа – «туда не ходи, - сюда ходи! Там снег в башку попадёт!». Тьфу ты, память моя! Меня больше волновали проблемы своего тела. Если о потере магии я мог ещё как-то забыть, отвлекшись на изучение того, куда меня занесло, или порисовать, то «туловище» было всегда при мне. Эта слабость, медлительность и вялость движений, эта тормознутая реакция – всё просто убивало! Я чувствовал себя больным инвалидом, лишенным даже надежды на выздоровление. Чтобы хоть как-то исправить ситуацию, - решил заняться физической подготовкой, чем вызвал немалое изумление у окружающих. Не став «шифроваться» и придумывать какие-то «левые» оправдания, просто сказал: хочу! И никто не стал перечить. Князь, правда, немного повращал глазами, когда услышал о моём желании, но вызвал командира гарнизона замка и велел, - обеспечить! Мне выделили двух инструкторов, умеющих размахивать железом, и напутствовали фразой вроде: флаг тебе в руки! Первое же занятие показало всю мою ущербность. У меня оказались слабые тонкие запястья и грубо кованные железные палки, которые здесь назывались мечами, совершенно не держались в руке. Они были слишком тяжелые и постоянно норовили вывернуться из кисти. Кроме того, бой мне совершенно не понравился. Это действо даже в исполнении местных мастеров выглядело более чем убого. Мечи здесь использовались скорее в качестве дубин, чем режущего оружия. Причина этого становилась понятна, стоило только взять их в руки. Качество! Просто ужас. В общем, через пару занятий с этими плоскими железками мне было совершенно ясно, что ловить тут нечего, и я сказал обучавшим меня мордоворотам: «Завязываем!» Судя по их ухмылкам, другого они от меня и не ожидали.

Однако мое предложение, последовавшее за этим, заставило их физиономии вытянуться. Просто предыдущим вечером я посидел, прикинул дальнейшее развитие событий и понял, что, если я хочу иметь здесь хоть какое-нибудь оружие, которым могу дать по зубам желающим, придется крутиться самому. В Эсферато мечи популярностью не пользуются. Основным нашим оружием являются когти, клыки и магия, но катающийся по земле клубок из двух сцепившихся демонов представляет собой неэстетичное и малоинформативное зрелище. Разобрать, кто как кого дерет когтями, крайне сложно, а о красоте ударов и стиле вонзания клыков говорить вообще не приходится. Поэтому для показательных боев на арене мы используем шагсс. Шагсс – это такая небольшая металлическая трубка, снабженная дополнительными частями. Нажимаешь на кнопку и – шагсс-с! Она превращается в длинный блестящий металлический шест. На его концах можно установить клинки, острые наконечники или магические камни. Кому, что нравится. Бой на шагссах выглядит потрясающе! Когда я на Земле первый раз увидел взлетающий грузовой вертолет, то на память мне сразу пришел Разрушитель с шагссом в руках. Это вам не мечами махать! В университете я входил в первую тридцатку по боям на арене. В моих планах было перейти в следующем году в двадцатку, но серьезной преградой на пути этого желания стояли бойцы из дома Темных клинков. Техника боя у них просто невероятная! Поэтому, вспомнив свои университетские подвиги, я решил вернуться к знакомому мне оружию. Плюсом ещё было то, что можно тренироваться самостоятельно, не прибегая к услугам сомнительных инструкторов. Шагсс тут, конечно, взять негде, но можно обойтись шестом из какого-нибудь легкого и твердого дерева. Насчет того, что его могут перерубить мечом, волноваться особо не стоит. Ну, во-первых, я умею сражаться и с двумя короткими шагссами в руках. А во-вторых, - видел я эти местные «мечи»! Сомнительно, что ими можно что-нибудь перерубить. Расплющить – это да! А вот перерубить – вряд ли! Да и на всякий случай, на шест можно надеть какие-нибудь металлические кольца... Конечно, не очень удобно будет таскаться с длинной, не складывающейся палкой, но что делать? Жизнь, она вообще штука, далекая от совершенства...

Приняв решение, я сообщил своим учителям, что мечами мы больше не занимается, а мне нужен шест и спарринг-партнер, умеющим тоже махать. Когда они это услышали, физиономии у них вытянулись, и они стали переглядываться друг с другом, словно пытаясь узнать: кто чего услышал? Как выяснилось, ничего они не услышали, а если и услышали, то мало что поняли. Про такую технику боя они отродясь не слыхали, да и подобного оружия у них в арсенале не было. Наличествовали из похожего, - только здоровущие копья. Пришлось, чертыхаясь про себя, всё делать самому. Ну не самому, конечно, но растолковать местному столяру последовательность действий было непросто. Однако, в конце концов, задуманное удалось и мне сделали несколько шестов. Три штуки - просто полированные сбалансированные палки из твердого дерева, и ещё пару с широкими бронзовыми кольцами. Кольца делал местный кузнец. Тоже тот ещё конструктор и технолог! А когда я свел вместе кузнеца и столяра для того, чтобы они обсудили совместную работу, дело вообще встало! Пришлось даже прибегнуть к угрозам. Обещания кар, готовых обрушится на их голову, взбодрили эти организмы, и они начали суетиться. В общем, на изготовление хорошего шеста ушел почти месяц. Это на палку с надетыми на нее металлическими кольцами! С ума сойти... Пока местная промышленность осваивала новую для нее продукцию, я приступил к тренировкам. Партнера для меня так и не нашли, пришлось заниматься в гордом одиночестве под ироничные взгляды окружающих. После первого дня моих занятий на тренировку пришел князь, поглядеть на мои чудачества.

– Ну и зачем тебе это нужно? – спросил меня он, понаблюдав за упражнениями.

– Я решил обзавестись посохом!

– Для чего?

– Ну, магу неплохо иметь посох ... – уклончиво ответил я, не вдаваясь в подробности

– Зачем магу посох? – удивился Аальст.

– Его можно зарядить магией...

– Хм ...!Почему тогда ты учишься им сражаться?

– А если возникнет такой момент, когда я не смогу использовать магию? Все подумают, что я беззащитен, а у меня есть внезапный козырь! Если неожиданно врезать палкой по кумполу, мало никому не покажется! – отмазался я сочиненной на ходу бредовухой.

Князь похмыкал, покачал головой и пошел по своим делам. А я остался заниматься дальше. Поначалу дело шло очень плохо. Тело было незнакомым для меня, движения, которые я разучивал, были незнакомы для тела. Но я не отчаивался. Я поставил перед собой цель – иметь оружие, и шел к ней, невзирая на ноющие мышцы и мозоли на руках. Первое время было очень тяжело, потом я втянулся, тело набрало сноровку и стало полегче. Пару месяцев спустя дело пошло на лад. Я уверенно размахивал шестом и выполнял более-менее простые связки между движениями. Однако в магии я не сдвинулся ни на шаг. Магистр Фестер списывал неудачи на то, что мне нужно отдыхать, и ни в какую не хотел общаться со мной. Похоже, он просто занимался какими-то своими делами, обрадовавшись возможности официально ничего не делать. Я особо не напирал, у меня хватало проблем с телом, да я и сам тренировался потихоньку. Получаться у меня ничего не получалось, но я надеялся на простой эффект перехода количества в качество.

Короче, к концу второго месяца, когда я, наконец, перестал запутываться в своих ногах и шесте, я решил, что настала пора заняться вопросом возвращения своих магических способностей вплотную.

Конец третьей главы