Одарена и особо опасна

Глава 1

Столкновение было неизбежно.

— Ох!

Я потерла ушибленный нос и исподтишка оглядела агрессора.

Толпа несла меня, не позволяя свернуть в сторону, а этот гад не сделал ни малейшей попытки отступить или увернуться. Стоял себе непоколебимой скалой, которую обтекал бушующий поток пассажиров.

Сходство с камнем усиливал длинный серый плащ и дорогой серебристый костюм-тройка. На заказ сшит, сразу видно. И в скуластом мужском лице порода чувствуется. Пронзительные стальные глаза смотрели внимательно и, казалось, пронизывали насквозь.

Эх, если бы я не торопилась так, непременно задержалась бы познакомиться!

Или поскандалить.

Но увы, мне совершенно некогда развлекаться!

— С вами все в порядке? — осведомился «утес» глубоким чувственным баритоном.

Аж мурашечки по всему телу проскакали.

Нет-нет, никаких романов на бегу, тем более когда в саквояже муассанитов на пару миллиардов — в любой валюте.

— Да, нормально все! — буркнула максимально недружелюбно и протиснулась мимо, опустив голову, чтобы он не разглядел лица.

Опознает еще потом, чего доброго. А то и полицейским окажется или как их в этом отсталом мирке называют? Стражем? Дознавателем?

А, не важно.

Главное задерживать не стал, лишь проводил буравящим спину взглядом, что осязаемо воткнулся между лопаток и сверлил, пока я не скрылась снова в толпе.

Нервы и так напряжены до предела. В любой момент жду окрика «Стоять, вы арестованы!»

Только очумелых поклонников не хватало!

Торопливо стуча каблучками, я выбралась из людской массы на относительно открытое пространство и огляделась.

Огромный зал вмещал аж шесть переходов в соседние миры. Разноцветные воронки порталов на возвышениях мерно вращались, то затухая, то вспыхивая ярче и пропуская путешественников.

Которых тут же останавливали и пристально досматривали.

Каждого.

Вытряхивали вещи из чемоданов, ворошили белье, копались в дамских сумочках. Не коренные маги отсталого Траумфельда, где и автомобилей-то еще нормальных не изобрели, а профи с Альдера. Узнаю характерную униформу с алым кантом. Королевские ловцы!

За что мне такая честь? Неужели кража горстки камней из техномира заслуживает подобной облавы?

— Не упустите ее! — раздалось за моей спиной.

Я вздрогнула и скосила глаза. Толпу тщательно прочесывали два худощавых мужчины неопределенной внешности, без особых примет, в широких черных плащах, скрывающих амулеты и боевые артефакты от посторонних глаз. Один из них негромко раздавал указания через переговорник.

— Досматривайте всех, особенно женщин среднего роста. Она точно где-то здесь!

Твою мать, твою мать! Все-таки за мной.

И что теперь делать, спрашивается?

Я двинулась неспешным шагом, подстраиваясь под ритм толпы. Не выделяться, не суетиться, вести себя обыденно. Пока я не приближаюсь к порталу, меня нет причин задерживать.

Как же оно… неудачно получилось!

Над головой неожиданно закряхтел древний рупор, прокашлялся и объявил уверенным сиплым голосом:

— Внимание, внимание! Студенты первого курса Академии Лимбергер, вас просят собраться у фонтана! Повторяю…

Теперь понятно, откуда толчея. Родственники приехали проводить кровиночек на учебу.

Ненавижу толпу. Работать в ней, конечно, одно удовольствие, пальцы сами чешутся вытянуть бумажник-другой. Но нельзя! Пока рядом королевские ловцы, никаких опрометчивых телодвижений. Так что остается лишь теснота, какофония неприятных запахов и трущиеся рядом посторонние люди. Одним словом, фу.

Вывернувшись из потока, я присела на скамеечку, поставила рядом увесистый саквояж и перевела дух.

Лавочка состояла из двух зеркальных частей. Спиной ко мне, на противоположной стороне ворковала парочка. Чисто машинально я прислушалась — информация лишней не бывает.

— Не хочу учиться, Тоби, — капризно заявила девица. — Хочу за тебя замуж поскорее! Сколько можно ждать?

— Тогда… может убежим? — предложил парень. — Поженимся тайно, твои родители не смогут ничего возразить, когда мы вернемся мужем и женой! Тогда тебе и учиться не придется, займешься домом, а я стану помогать твоему отцу вести дела!

Я закатила глаза. Неужели кто-то еще ведется на такую туфту? Яснее ясного, что ухажеру интереснее папенька барышни, чем сама барышня!

Точнее, не папенька, а его финансы.

— Давай! — пискнула юная дурочка и бросилась на шею охмурителю, после чего, судя по звукам, они принялись самозабвенно целоваться.

Сделав вид, что потягиваюсь и разминаю шею, я перекинула руку через спинку лавочки. Так и есть, сумочка лежит себе без присмотра поодаль. Молниеносное движение, и тканый мешок с цветастой вышивкой, больше подходящий бродячей певичке, чем приличной юной будущей студентке, перекочевал на мою сторону скамьи.

Ну-ка, посмотрим, что нам небо послало!

Смотреть нужно быстро, потому что таланты молодого человека по части поцелуев сомнительны. Это Дижон, с которым я иногда работала в паре, мог увлечь даму так, что она забывала как ее зовут и где вообще находится. Тут же придется шевелиться, объятия не могут длиться вечно.

Так, расческа, платок — чистый, помада — розовая (гадость какая!), чеки, ключи от чего-то — не похоже, чтоб от дома, скорее от сундуков и шкатулок. Еще клатч с мелочью и конверт, который я тут же приоткрыла без малейших угрызений совести.

Внутри обнаружились документы. Паспорт, удостоверение студентки, приказ о зачислении в Академию Лимбергер и договор листов на двадцать. Стандартный, с печатью.

Тебя-то мне и надобно! Девушка на скамье со спины отдаленно на меня походила. Темные волосы, стройная, не слишком высокая.

Мельком глянула на студенческое удостоверение. Тиара! Да это просто судьба, даже имя созвучно, привыкать не придется. Тейра, Тиара — какая, собственно, разница?

Меткий бросок — и наполовину опустевшая сумочка мягко приземляется на прежнее место. Ее временного отсутствия никто не заметил. Парочка так увлеклась, что пришлось демонстративно вздохнуть, а после еще и покашлять, чтобы молодежь не перешла к делу прямо сейчас. Парень спохватился, что-то прошептал девице и увлек ее в толпу.

Я тоже поднялась, потому что ловцы не дремали и подбирались все ближе. Пока они кружили в основном между порталами, надеясь перехватить меня при переходе из другого мира на станцию или попытке с нее уйти, но чем больше времени проходило, тем вероятнее, что до них дойдет — я не собираюсь сдаваться и бросаться им на шею с воплем «Возьмите меня, арестуйте меня!»

И тогда они перекроют выходы.

Судя по толчее, там и сейчас идет вялый досмотр. Но не слишком пристальный. Еще полчаса назад никого не было, я спокойно миновала основные ворота, подгадав к указанному на билете времени.

Похоже, приказ о моей поимке отдали, примерно зная время назначенного перехода.

Неужели посредник меня сдал? Зачем ему? Мы прекрасно сработались, тем более Фальк получал такой процент от сделок, что впору меня на руках носить и пылинки сдувать. Разве что ему заплатили больше… лично за меня.

Интересно, кому я могла так сильно помешать?

Иллюзий не питаю, врагов нажила предостаточно. Но при этом я слишком ценный специалист, чтобы от меня избавляться, будто от мусора. И знаю я много.

Если только меня не собираются убить при аресте? Тоже вариант.

По спине пробежала неприятная ледяная дрожь.

Затолкав папку во внешний карман саквояжа, я вытащила вместо нее тонкую невзрачную шаль. Лучшее средство маскировки в отсталых мирах. Я всегда стараюсь одеваться нейтрально на задания. Несмотря на страсть к ярким нарядам, приходится сдерживаться, чтобы оставаться незамеченной. Вот и сейчас на мне была темная юбка в пол, лаконичная блузка, короткое пальто до середины бедра и удобная обувь, в которой в случае чего можно очень быстро бегать. Единственный выбивавшийся из образа аксессуар — пояс-корсет с декоративными вставками. В нем скрывалось очень много полезного, начиная с отмычек и заканчивая сонным порошком.

Не всегда можно использовать магию. Зачастую приходится полагаться на ловкость рук и подручные средства.

Закрыв шею и не слишком скромный вырез блузы, я наглухо застегнула пальто и небрежной расслабленной походкой двинулась к фонтану.

Произведение искусства отлично подходило в качестве ориентира. Вытянутый, стремящийся к куполу станции осколок мрамора, покрытый невесть откуда растущими карликовыми деревцами и ухоженным темно-зеленым мхом. С верхушки срывался бесконечный водопад и разбивался о водную гладь у подножия мелкими брызгами.

Галдящую толпу студентов не заметить было сложно.

Девушек оказалось крайне мало. Десятка два, не более. Они держались в стороне от фонтана, чтобы не намочить платья, и настороженно переглядывались. Я протиснулась между ними в середину, не обращая внимания на возмущенный писк. Саквояж у меня увесистый, металлические нашлепки по углам — твердые, а распихивала я девиц без особых церемоний.

Главное, чтобы у Тиары не обнаружилось здесь знакомых. Если меня прямо сейчас поймают на подмене, весь план насмарку.

— Все здесь? Начнем, пожалуй, перекличку, — зычно объявил знакомый баритон, и у меня дернулся глаз.

А он-то что здесь делает?

Похоже, судьба окончательно решила повернуться ко мне задом. Вот как так получилось, что бугай в сером костюме и пальто, с которым я недавно столкнулась — куратор первокурсников?

— Я новый ректор Академии Лимбергер, Рудольф Айзенхарт, — заявил утес в сером пальто. — Торжественная речь и напутствие вас ждет позже, в стенах учебного заведения, а пока быстро пересчитаемся и на платформу, остров ждать не будет!

Удивилась не только я. Студенты снова загудели, обсуждая невероятное — их встречает лично ректор!

Тем временем служащие станции шустро натянули алые канаты, обозначая дорожку к выходу. Путь к свободе, можно сказать. Ловцы на суету не обращали внимания — их интересовали отбывающие из этого мира, а не студенты, намеревающиеся целый год безвылазно посвятить учебе на неприступном летающем острове.

Мир Траумфельд обладал одной занятной особенностью. Некоторые участки его суши периодически отрывались от общей массы и бороздили небеса, зачастую превращаясь в дрейфующие на постоянной основе «спутники». Академию построили на одном из таких обломков. По преданию — с целью минимизировать отвлекающие факторы для студентов.

— Когда называют вашу фамилию, делаете шаг вперед, представляетесь полностью, и идете к транспортной платформе, — ректор кивнул в сторону огороженного коридора.

— Мы полетим? — восторженно выдохнул один из первокурсников.

— Разумеется, — хмыкнул мистер Айзенхарт. — На территории Академии не действуют порталы. На ближайший год вы станете пленниками знаний, и я вместе с вами. Участь незавидная, так что давайте вместе постараемся облегчить себе жизнь и не слишком испытывать терпение друг друга, договорились?

Шутка разрядила обстановку, послышались разрозненные смешки, а ректор принялся в алфавитном порядке называть фамилии. Студенты по одному выходили из толпы и исчезали за дверями станции.

Досматривают ли их там? Есть ли дежурные? Солнце било прямо в глаза, мешая разглядеть происходящее снаружи.

— Данквальд? — ректор нахмурился, и я спохватилась, что фамилию сбежавшей девицы назвали уже в третий раз.

— Здесь. Тиара Данквальд, — подтвердила наконец, подхватила саквояж и шагнула вслед за остальными в узкий коридор.

Серый утес сверлил мне спину уже привычным настороженным взглядом. Узнал?

С другой стороны, ну и что? Столкнулись мы, с кем не бывает.

Конечно, тогда я выглядела немного по-другому. Более нескромно. И разрез глаз немного изменился, и прическа тоже. Впрочем, многие ли мужчины обращают внимание на подобные мелочи?

Разве что следователи. Или ловцы.

Выход все ближе, уже можно различить по обеим сторонам от дверей высокие плечистые фигуры.

Сердце пропустило удар.

Что, если я просчиталась и студентов тоже проверяют? Где-нибудь там, за воротами? Отсюда же не видно.

— Документы, — раздалось неожиданно отрывистое требование справа.

Я подрагивающей рукой вытянула папку из кармана саквояжа.

— Тиара Данквальд? — переспросил ловец, заглядывая в паспорт.

К счастью, до фотооттисков местные технологии еще не доросли. Только портрет, магически скопированный с написанного красками оригинала и уменьшенный в несколько раз. Большие глаза и пышные темные волосы — вот все, что выделялось на фоне молочно-белой бумаги. У меня они тоже большие — и пышные, соответственно.

После секундного сомнения и плотного магического сканирования документа мне вернули паспорт.

— Поздравляю с поступлением! — дежурно пробормотал положенную фразу ловец и обратил свое внимание на следующую жертву.

Не чуя ног, я поднялась на огороженную высоким парапетом платформу и, поставив чемодан на пол, вцепилась в перила обеими руками.

Расслабляться рано. Мы еще не взлетели.

Глава 2

От неожиданного прикосновения к локтю я чуть не подпрыгнула. Хуже того, рвавшиеся с кончиков пальцев атакующие заклинания удалось остановить не иначе как чудом.

Украдкой оглядела платформу. Наверняка здесь где-то есть артефакты, определяющие магическую активность. Хороша я буду, если спалюсь на случайно выпущенном фаерболе!

Плоский каменный блин, огороженный по периметру хлипким заборчиком из полых трубок, рассчитан на перевозку как грузов, так и пассажиров. Стоит нам оторваться от земли, как включится купол. Защита от дурака, как называли это в народе. Мало найдется идиотов, готовых спрыгнуть с движущегося подъемника, но случайности исключать нельзя.

Как и неслучайности.

— Тоже нервничаешь перед полетом? — спросила прехорошенькая блондиночка, ставя саквояж рядом с моим и хватаясь за перекладину.

Я слабо улыбнулась и отвернулась. Учитывая, что в поясе спрятано три левитирующих артефакта, падения с высоты мне стоит бояться в последнюю очередь.

— Я еще никогда не бывала на парящем острове! Мама говорит, это небезопасно. Бывают столкновения, потеря высоты, а то и катастрофы.

— Насколько мне известно, остров, на котором расположен академический комплекс, на редкость стабилен, — произнес высокий мужской голос.

Скорее следовало бы назвать его подростковым — парню едва исполнилось восемнадцать.

Как и большинству первокурсников.

Хорошо, что мой возраст — всего лишь цифра, известная немногим, и на лице не отражается. Иначе спрятаться среди малолеток было бы нереально.

— Хардвиг Блуфрос, к вашим услугам, прекрасные создания! — парень лихо щелкнул каблуками и склонил голову в символическом полупоклоне. — Не бойтесь, я сумею вас защитить от любой опасности. Недаром же я учусь на боевом!

Ну, невинную деву это должно впечатлить. Особенно если она перечитала романтической ерунды в мягких обложках, или как их тут оформляют. Боевик в сияющих доспехах… то есть в отлично сидящем костюме. Плечи широкие, высокий, смазливый. Наверняка тот еще волокун.

— Я Эрида, — пискнуло белокурое прекрасное создание и отчаянно покраснело.

— От любой? — мурлыкнула я, разворачиваясь к непрошеному ухажеру всем телом. — Интересно как, если провоз оружия на территорию Академии запрещен, использование магии первокурсникам позволено лишь под присмотром преподавателей, а за драки предусмотрены суровые наказания — вплоть до отчисления? Погрозите врагу пальчиком?

Мальчик обиженно заморгал, не находя слов. Похоже, его впервые так жестоко отшивают. Судя по дорогим вещам и личному портному, Хардвиг из местной элиты, а значит, привык, что женщины любого возраста падают к его ногам после первой же фразы.

— Ну ты и заучка! — подал голос другой студент.

О, подоспела группа поддержки. Аристократы, они поодиночке не ходят, предпочитая сбиваться в стаи.

Интересно, зачем им две наивные (теоретически) девицы?

Поиздеваться, позабавиться, соблазнить? Все перечисленное?

— Да, я изучила устав Академии.

Точнее, поверхностно проглядела договор, пока ждала своей очереди в толпе студентов.

Вспомнив о роли, скромно потупилась и принялась теребить юбку, якобы застеснявшись пристального внимания, одновременно украдкой разглядывая золотую молодежь. Мальчики, надо признать, выглядели неплохо. Как на подбор мускулистые, крупные и наглые.

Настоящие боевики.

Около парапета внезапно стало очень многолюдно. Подтянулись как парни, так и девушки, привлеченные обилием тех самых парней.

— Тогда ты понимаешь, что с нами лучше дружить? — проникновенно заявил Хардвиг, воодушевленный присутствием товарищей. — Все-таки еще пять лет учиться вместе.

— И какая нам от вас польза? — склонив голову набок, с интересом уточнила я.

— Мужское общество, ухаживания, бесценный опыт общения с противоположным полом. Еще и поможем книги донести, раз тебя так интересуют знания! — ухмыльнулся студент, явно считая, что достиг нужного градуса воздействия на слабое девичье сердечко.

Я одобрительно кивнула.

— Да, пожалуй, в качестве тягловой силы вы действительно сгодитесь. Что же касается опыта… тебе сколько? Восемнадцать? Двадцать? Опытным тебя не назвать при всем желании.

— Мисс Данквальд интересуют более зрелые мужчины? — неожиданно пророкотал знакомый мурашкообразующий баритон.

Что ж он так любит подкрадываться-то?!

Я медленно обернулась и одарила ректора невинной улыбкой.

— Меня интересуют знания в первую очередь! — пропела я, старательно изображая ту самую заучку.

— Похвально, — коротко отозвался мистер Айзенхарт.

И не поймешь, то ли одобрил, то ли поддел.

— Студенты, соберитесь в центре платформы, мы отбываем! — зычно воззвал ректор.

Первокурсники покорно потянулись куда приказано.

Я бросила прощальный злорадный взгляд на ворота станции, где все еще дежурили ловцы. Пусть караулят воздух. Птичка упорхнула!

Подхватив саквояж, последовала за остальными. Эрида держалась поблизости и, едва я остановилась, снова вцепилась в мой локоть.

— Кажется, ты ему понравилась! — пискнула она шепотом.

— Вряд ли. По-моему я его раздражаю, — покосившись на невозмутимый утес ректора, возразила я.

— Это первый признак симпатии! — мечтательно вздохнула девушка. — Жаль, что на меня Хардвиг даже не посмотрит.

— Погоди, ты о Блуфросе? — я чуть не расхохоталась в голос. — Не переживай, мне этот мальчишка неинтересен.

Мне вообще не до мужиков. Главное, убраться подальше от ловцов.

Попасть в Траумфельд относительно просто. Кроме официального портала по миру раскидано еще не менее десятка стихийных. Одним из них я и воспользовалась сутки назад. Их не охраняют, переходы возникают произвольно и так же непредсказуемо схлопываются. Рискованно, не без этого. Но в моей профессии без риска никак.

А вот выбраться отсюда можно только через портальную станцию. Стихийные исходящие настолько нестабильны, что лучше в них не соваться.

Даже сейчас.

Вообще этот мирок тихий, спокойный, без встрясок вроде войн и революций, да и катаклизмов в нем более ста лет не случалось. Идеальная перевалочная база для всяческих криминальных элементов, и не раз мною использовался по назначению. Как всегда, собиралась шмыгнуть в портал, ведущий в Альдер, получить вознаграждение и хорошенько отдохнуть перед следующим заказом.

Но теперь отпуск откладывается на неопределенное время.

Кто же знал, что еще ранним утром надо было тырить документы у ближайшей растяпы и удирать?

Еще один довод в пользу версии, что сдал меня именно Фальк. Он знал маршруты, которые я обычно использовала для возвращения, а также мою привычку по мере возможности действовать в рамках закона. Да, я могу незаметно вытащить что угодно у кого угодно. Но это не значит, что я ворую все подряд, как бешеная клептоманка. Если бы так себя вела, давно закончила бы в противомагических кандалах на рудниках.

Мне больше нравится сравнивать себя с шеф-поваром, что готовит раз в неделю восхитительное уникальное блюдо, а все остальное время подбирает для него ингредиенты. Я тщательно прорабатываю как план операции, так и пути отступления после.

На этом и попалась. Стала предсказуемой, непозволительно расслабилась.

Доверилась не тем людям.

Приняла не тот заказ.

Кража муассанитов* прошла как по учебнику. Если бы, конечно, в моей профессии существовали учебники и магистратура…

Техномиры не признают магию, зато магия очень хорошо взаимодействует с техникой. Потому замкнуть камеры, обчистить нужные ячейки и убраться подальше мне удалось точно в срок, за те три минуты, что к подземному хранилищу спускалась охрана. Они, наверное, до сих пор гадают, как мне это удалось. Но вряд ли поймут.

И сейчас в подпространственном кармане моего саквояжа покоилось несколько тысяч камней чистейшей воды и идеальной огранки. Если меня арестуют с ними в обнимку, условным сроком точно не отделаюсь.

Спрятать багаж я никуда не могу, «карман» питается от моей магии. Отойду от него дальше чем на километр — артефакт схлопнется и пройзойдет небольшое муассанитовое извержение. Расстаться с драгоценностями означает провалить дело, а я, несмотря на очевидное предательство посредника, все еще собиралась получить гонорар.

Попытаться продать самой? Какая-нибудь зеленая начинашка так бы и поступила. Но не я. Стоит мне начать сбывать партию, как мной заинтересуются не только правоохранительные органы, но и конкуренты с заказчиком во главе. Бегать по мирам, спасая свою жизнь?

Спасибо, я и так именно этим и занята.

Платформа дрогнула, оторвалась от земли и зависла на мгновение.

Студенты дружно задержали дыхание, девушки взвизгнули. Ухватиться на середине каменного блина не за что, разве что друг за друга. Эрида впилась в мой локоть как пиявка. Я поморщилась, но отдирать ее не стала. Бедняжка первый раз поднимается в воздух, ее переживания понятны и обоснованы.

— Следующая остановка — Академия магии при городе Лимбергер! — весело объявил ректор.

И мы взмыли в воздух.

Ахнули даже самые стойкие будущие боевики.

Глыба поднималась легко и плавно, словно облачко, а не скала с толпой народу на ней. Я оценила слаженность и качество работы левитационных артефактов.

Минуту спустя крыши домов и портальная станция остались далеко внизу и подернулись дымкой облаков. По невидимому защитному куполу поползла вязь изморози, но магия надежно прикрывала нас от холода.

Платформа влетела в очередную туманность и неожиданно сбавила ход, будто увязнув в водяной взвеси.

— Думаю, мало кто из вас наблюдал это явление вживую, — подал голос ректор. В густой тишине его голос низко вибрировал, заставляя ежиться от неясного чувства тревоги. — Познакомьтесь, магнис. Точнее, его смесь с водой. Именно благодаря этому веществу некоторые участки суши поднимаются вверх. Здесь, на высоте, им пропитано почти все — земля, облака, воздух. Чем ближе к академическому острову, тем насыщенность будет выше. Если бы не щиты, мы сейчас не могли бы дышать, а Академию никогда бы не построили.

— То есть за щиты выходить нельзя? — робко спросил один из студентов.

Судя по хлипкому виду — алхимик или целитель.

— Категорически! — очень серьезно ответил мистер Айзенхарт. — Пожалуйста, не пренебрегайте техникой безопасности и внимательно ознакомьтесь с брошюрами, что ожидают вас в комнатах общежития. Там указан порядок действий на случай, если со щитами вдруг что-то произойдет.

— Это что, остров Академии нестабилен? Нам не говорили, что учиться там настолько опасно! — заволновались первокурсники.

Нахмурившись, я молча внимательно изучала лицо ректора.

Показалось, или на нем мелькнуло виноватое выражение?

Неужели с островом действительно что-то не так? Тогда зачем туда тащить молодняк? Эвакуировали бы и разобрались потихоньку.

— Все артефакты работают бесперебойно, нет абсолютно никаких поводов для беспокойства, — заверил мистер Айзенхарт после небольшой паузы. — Однако на всякий случай рекомендую почитать правила. Это вообще всегда полезно. Устав изучить, опять же. Во время первой недели обучения вам придется выбрать старосту курса. Я физически не могу вникать во все проблемы студентов, но в то же время хочу вас заверить, что готов поддержать и помочь, чем могу. Как и преподаватели. Так что, если какие-то проблемы, не стесняйтесь передавать через старост просьбы и предложения.

Тему безопасности замяли, но сомнения меня продолжали глодать.

Правильно ли я поступила, подменив Тиару?

С другой стороны, а был ли у меня выбор?

Не было.

Вот и не о чем переживать.

Только молодняк в случае чего жаль. Надо бы присмотреть хотя бы за Эридой и заставить ее зазубрить все правила и нюансы нахождения на острове с магнисом. Напрасно я никогда не интересовалась этой темой. Ну, летают острова и летают. Эка невидаль, и не такое бывает в обитаемых мирах.

Придется вникать по ходу дела.

А еще найти способ сбежать из Академии, не разрушив ее окончательно.

Вот что выходит, когда действуешь по наитию, без предварительного плана! Я собиралась отсидеться недельку, дождаться пока снимут посты на портальной станции и дать деру в Альдер. Но как я выберусь с острова, защищенного магически от внешней среды — и наверняка с блокировкой от идиотов, запрещающей прыжки с края? С одним щитом я бы справилась, но здесь, похоже, задействована целая система артефактов.

Что ж. Люблю сложные задачки!

Платформа вылетела из облака и снова прибавила ходу. Если бы не пояснения ректора о примеси магниса почти во всем, никогда бы не подумала что с воздухом что-то не так, настолько он выглядел прозрачным и чистым.

На фоне яркого бирюзового неба темнела громада острова. Самый настоящий кусок тверди, будто вырванный гигантской рукой из земли и безмятежно парящий в пустоте, наплевав на все писаные и неписаные законы физики.

* Подробнее о муассанитах, их добыче и вообще о техномире можно почитать в цикле фантастики «ФОМ» Селины Катрин

Глава 3

Остров все рос и рос, и вскоре заполнил собой все пространство над нашими головами. У меня заболела шея от неудобной позы, но, как и прочие, я не могла оторвать глаз от необычной красоты.

Разнородный камень основы демонстрировал срез породы, открывая слои чернозема, глины и базальта, как своеобразное пособие по геологии.

— Это друза или мне кажется? — пробормотала я, прищурившись и изучая блеснувший фиолетово-сиреневым участок.

— Там еще небольшая золотая жила есть и малахит с агатом, — услужливо подсказал ректор. Он как нарочно переместился так, чтобы оказаться за моей спиной.

Внимание со стороны мистера Айзенхарта начинало откровенно нервировать.

Вот чего он прицепился?

Неужели что-то заподозрил?

— И как, добываете? — безмятежно осведомилась я.

Вокруг стало тихо до звона в ушах.

Не каждый день первокурсница осмеливается так небрежно беседовать с ректором. Только вот я ничего не нарушаю и не хамлю, почему бы и не обсудить прекрасное? Тема драгоценностей меня всегда интересует, особенно если они бесхозные.

Ну, почти.

— Нет, не добываем, — так же светски ответил мистер Айзенхарт. — Любые работы в основании острова категорически запрещены. Это может нарушить целостность залежей магниса и вызвать сбой траектории полета. А то и вовсе лишить фундамент Академии левитационных свойств. Нам бы этого не хотелось, не так ли?

— Разумеется, — величественно кивнула я, невзначай хрустнув шеей.

Платформа миновала край, поднялась над уровнем «земли» и причалила к скалистой пристани.

Извилистая дорожка петляла между кустами и клумбами, разветвляясь и множась. Ухоженный парк окружал старинное здание, похожее на дворец, но немного менее пафосное и более функциональное. Огромные окна вряд ли когда-либо служили для обороны, арочные галереи, опоясывающие академию в несколько рядов и соединяющие корпуса, казались белым кружевом на фоне массивной каменной кладки приятного бежево-кораллового цвета. Многосоставной комплекс оказался неожиданно ярким и жизнерадостным. Я-то ожидала увидеть унылый серый блок, больше похожий на тюрьму. Так в моем представлении выглядели все учебные заведения.

Потому в свое время образование я получала самостоятельно. То тут, то там, обрывками и набитыми шишками.

Допускаю, что лично мне просто не повезло.

Не попался на моем пути летающий замок при городе Лимбергер.

Нас встречали, но не сказать чтобы с помпой. Шесть слуг в сине-зеленой униформе засуетились, перекидывая и укрепляя сходни. Три девушки в аналогичных одеждах — юбка до щиколоток вместо штанов и передничек дополнительно — терпеливо дожидались на дорожке.

Негусто здесь с обслуживающим персоналом.

Прежде чем позволить нам ступить на твердую землю, ректор сошел сам и, развернувшись к студентам, воздел палец к небу, требуя тишины и внимания.

— Это работники Академии. Не прислуга! — четко и ясно заявил он. — Все проблемы личного характера вроде стирки и уборки вам отныне придется решать самостоятельно. К ним обращаться лишь по критичным вопросам вроде поломки чайника или замены постельного белья, если в нем вдруг обнаружилась дырка. Но желательно зашить ее ручками. Намек всем понятен?

— У нас для этого бытовой факультет есть, — пробурчал кто-то из парней.

Я не разобрала, кто именно, а жаль. С удовольствием бы зашила пару-тройку функциональных дырок в его организме.

Впрочем, для этого наверняка еще представится возможность. Ведь Тиара поступила как раз на бытовой. А значит, ко мне тоже попытаются пристать с глупостями.

Предвкушаю.

— Отдыхайте, приходите в себя. Вечером состоится торжественный ужин в честь начала занятий. Речь от главы Академии, приветствие новых студентов, всякое такое. — Ректор неожиданно усмехнулся, разом растеряв зловещую ауру.

«Он ведь довольно молод, — поняла я неожиданно. Тридцать, может, тридцать пять. Возможно немного больше, не помню среднюю продолжительность жизни одаренных в Траумфельде. В любом случае — рановато ему занимать столь ответственный пост. Разве что произошло непредвиденное и вакансию заполняли первым подходящим кандидатом?»

Додумать мысль не вышло. Мимо заспешили студенты, торопящиеся занять лучшие комнаты, получить самые качественные простыни и тому подобное. Чтобы нас с Эридой не снесли, пришлось тоже пошевеливаться.

Только на минутку я притормозила и проводила ректора, направившегося к центральному корпусу, очень и очень внимательным взглядом.

Он словно почувствовал и обернулся. Я едва успела шмыгнуть за спину новой подруги, чтобы не поймали на горячем.

Девушек сразу же отделили от парней.

Вежливо, но непреклонно слуги погнали первокурсников в одну сторону, нас же цветастой стайкой отправили в другую в сопровождении горничных.

Понимаю теперь, почему барышни так отчаянно строили глазки всем подряд мужчинам на платформе. Где и когда бедняжкам еще набраться опыта, если общение с противоположным полом сведено к минимуму?

Эх, давненько я не задерживалась в закоснелых старорежимных мирках. Тут еще не самый жуткий вариант, хоть какое-то образование женщины все-таки получают, не сидят безвылазно у очага, который надо постоянно хранить.

Очень хотелось наложить на саквояж заклинание облегчения веса, а то и артефакт подходящий прицепить и активировать, но я мужественно тащила багаж сама.

«Применение магии на территории Академии должно осуществляться лишь в аудиториях, под контролем преподавателей, либо в специально отведенных для этого местах», — так гласил устав. А я не собиралась в первый же день, толком не устроившись, нарываться на неприятности. Наказание за проступок указывалось туманно, и ни малейшего желания уточнять его на собственном опыте не было.

Занятно, что за места такие специальные?

— Это женское общежитие. Прошу! — Одна из горничных распахнула дверь и придержала ее, пропуская нас.

Образовался небольшой затор: каждая хотела пробиться первой, чтобы получить лучшие комнаты.

Я скромно отошла в сторонку, утащив с собой Эриду. Еще затопчут бедняжку ненароком! Логика подсказывала, что все самое приличное жилье уже занято старшекурсницами, а из оставшегося — какая разница что брать?

Потому мы переждали столпотворение на свежем воздухе. Новая подруга то и дело порывалась нырнуть в самую мешанину, но я непреклонно удерживала ее за пояс.

Благодаря щитам и обилию зелени дышалось на острове легко. Легкий аромат хвойных напоминал некоторые курорты для легочных больных. Я в таком однажды притворялась медсестрой.

Богатенькие дамочки, чихнувшие дважды и возомнившие что у них нечто неизлечимое, составляли основной контингент. Врачи с готовностью шли им навстречу, подтверждая несуществующие диагнозы, поскольку один день проживания в санатории стоил как хороший домик в деревне.

Чем бы аристократы ни тешились, лишь бы платили.

Неплохо я тогда поживилась.

Наконец толпа рассосалась, и мы с Эридой чинно прошествовали внутрь.

Взъерошенные первокурсницы выстроились неровной очередью к конторке заведующей. Пожилая дама с пышным узлом из седых волос и роскошным кружевным воротничком, что наверняка аж хрустел от крахмала, записывала данные каждой в огромную амбарную книгу и выдавала ключи с таким видом, будто отрывала их от сердца с кровью.

— Я бы хотела отдельную комнату! — заявила одна из девушек.

— Есть по трое и по четверо, — скучающим тоном отозвалась заведующая. — Было по двое, но их быстро разобрали после выпускного. Можете попытаться занять следующую освободившуюся в конце учебного года. Если успеете.

— Гонки на выживание, — хмыкнула я.

А здесь весело! Жаль, что не задержусь на целый год. Развлеклась бы в борьбе за двухместный номер.

— Если можно, мы хотели бы поселиться вместе! — неожиданно оживилась Эрида.

Я недоуменно на нее покосилась — не припомню, чтобы выражала подобное желание — но промолчала. С кем жить пару недель, пока не разберусь в защите острова, мне совершенно без разницы. После вонючих грязных подворотен и колючих стогов сена уже ничего не страшно.

Девица у конторки смерила нас обеих презрительным взглядом и отвернулась.

— Поселите меня, пожалуйста, к кому-нибудь приличному! — громким шепотом попросила она.

Эрида прикусила губу и покраснела.

— Ты ее знаешь? — спросила я, не понижая голоса.

— Да, это моя двоюродная сестра Эмергарда Заубергер, — отозвалась девушка.

— Ну, тогда понятно, — хмыкнула я.

Блондиночка у стойки — некоторое семейное сходство действительно наличествовало — гордо вздернула хорошенький носик.

— Что же вам понятно? — фыркнула она.

— С таким именем приходится быть стервой. Иначе задразнят насмерть, — с показным сочувствием пояснила я.

Послышались сдержанные смешки.

Девица запыхтела и запунцовела.

— Ваш ключ! Комната триста семь, — прервала неловкую сцену заведующая. — Следующий!

Нам с Эридой повезло. А скорее всего, я просто приглянулась даме за конторкой, потому что номер нам дали трехместный, при этом третья кровать пустовала.

Второй этаж — можно выпрыгнуть в случае чего, не боясь переломать ноги.

Плющ, увивавший стену, выглядел прочным и надежным, разлапистые темно-фиолетовые листья замерли за окном, как приклеенные.

Только сейчас до меня дошло, что казалось неправильным все это время.

На острове почти не было ветра. Легкие колебания воздуха, едва ощутимые, на этом все.

Прочный купол. Надежный. Это плохо. Значит, вокруг действительно не слишком живительная атмосфера. Надо будет придумать, как миновать щиты, не прикончив при этом всех в академии.

Все-таки я мошенница, а не убийца. Поздновато переквалифицироваться.

— Тут даже душ есть! — восторженно пискнула Эрида. Пока я прикидывала возможные пути отхода, она изучала удобства и осталась в полном восторге. — Я уже разложила почти все вещи, оставила тебе половину шкафа. Если кого-то подселят, подвинемся, а пока насладимся простором!

Я невнятно поддакнула и приоткрыла саквояж.

Верхним слоем лежали вполне обыденные вещи. Запасное платье невнятного фасона, белье, косметика. Зато под подкладкой… и в пространственных карманах… Тот, что с муассанитами, ведь не единственный. В чемоданчике много чего полезного позапрятано на все случаи жизни, начиная от париков и нарядов на любой уровень развития мира, заканчивая палаткой и аптечкой.

Ну и оружие само собой, куда без него.

Местные сканирующие артефакты не заметили потайных ячеек. Вряд ли в Траумфельде подобные технологии развиты.

Система внутримирового патентирования категорически запрещала провоз чертежей и распространение инновационных изобретений. Что-то, разумеется, просачивалось благодаря таким, как я, но чаще всего миры, несмотря на портальную связь, развивались индивидуально.

Особенно захолустье вроде Лимбергера. Ни богатых месторождений полезных ископаемых, ни густого магического фона. Все средненькое, неинтересное. Ну, кроме этих летающих островов разве что. Смысла нет вкладываться в развитие периферии. Прогресс здесь двигали исключительно местные дарования. И до пространственных карманов пока не додумались, а значит, и выявлять не научились.

Соседка подошла ближе, тоже заглянула в саквояж и очень серьезно посмотрела мне в глаза.

— У меня только один вопрос. Зато очень важный.

Я на жуткое мгновение представила, что девочка знала предыдущую Тиару. И сейчас потребует объяснений по поводу присвоения чужой личности.

— Что ты наденешь на ужин? Надеюсь, не это? — Эрида ткнула пальчиком в пресловутое платье.

— Вообще-то я именно его и собиралась выбрать, — широко улыбнулась я.

Вытащила с позволения сказать наряд и хорошенько встряхнула, чтобы убрать заломы. Давненько я его не носила, ткань чуток слежалась, но не страшно. Отвисится, проглажу магией… ах да, здесь же ею нельзя пользоваться в общежитии.

Миссис Эйзешмит, заведующая, была в этом аспекте весьма настойчива и красноречива. К каждому ключу прилагалась брошюрка со сводом правил. Были там рациональные вроде «не шуметь после полуночи», но и абсурдные типа «не пользоваться магией на территории общежития» присутствовали.

Интересно, как предполагается практиковаться? Исключительно на занятиях под присмотром преподавателя? Эдак многому не научишься.

— Давай я тебе что-нибудь одолжу! — защебетала Эрида, бросаясь к шкафу. — Как насчет розового?

— Только не розовый! — вскинулась я в ужасе, украдкой вытряхивая из бокового кармана первый попавший под руку комплект подходящей эпохи.

В плотную восковую бумагу были плотно завернуты как платье с бельем, так и туфли в тон. На упаковку я давно наложила заклинание сохранности, так что проблем с лишними складками возникнуть не должно, как и с несанкционированным колдовством. Я ж магию прямо сейчас не употребляю!

— Думаю, вполне, — я приложила к себе закрытый верх с длинными рукавами и помахала пышной юбкой.

Эрида покачала головой.

— Лучше, конечно. Но ты уверена, что хочешь идти в таком… скучном? Все-таки торжественный ужин, новые знакомства, первое впечатление, которое дважды не произведешь.

— Оно не скучное, а скромное, — отмахнулась я и принялась разоблачаться.

Хватит с меня на сегодня впечатлений и знакомств, по самую маковку!

Глава 4

На ужин мы чуть не опоздали. Банально заблудились в переходах между корпусами.

Академия представляла собой настоящий лабиринт. Наверное, снаружи обойти было бы быстрее, но Эрида не пожелала царапать новенькие туфельки о щебенку.

В какой-то момент мы оказались в совершенно пустынном коридоре, где был слышен лишь звук наших шагов и прерывистое дыхание от беготни по лестницам.

— Надо было свернуть налево, куда и все, — признала мою правоту соседка.

Я изначально предложила следовать за толпой. Ясно, что в это время студенты тянутся за едой, а не за знаниями, и вряд ли нас заведут в библиотеку. Но Эрида решила срезать по галерее — ну и вот.

Девушка нервничала и переживала, что мы не успеем к приветственной речи. Я же изучала планировку и запоминала этажи.

Топографический кретинизм новой подруги мне был исключительно на руку. В случае чего это не я завела нас невесть куда, в каменные дебри.

А в том, что ненавязчиво подкинула идею сократить путь, и подавно не сознаюсь.

— Вверх или вниз? — задумчиво спросила вслух, останавливаясь у очередной лестницы.

Узкая и темная, она походила на служебную. А значит, могла вести в центр управления защитными артефактами, например. Или еще в какое интересное место.

Вряд ли в академии есть сокровищница, но должен же здесь быть склад древностей для демонстрации? Может, и ценные какие предметы найдутся.

Рефлексы берут верх, что поделать.

— Что вы здесь забыли?

Я не подпрыгнула. И даже не вздрогнула. Подсознательно уже ждала этого вопроса, заданного проникновенным баритоном. И волну мурашек тоже предвкушала.

Зато Эрида взвизгнула, будто ее за попу ущипнули.

— Мистер Айзенхарт, вы меня так напугали! — выдохнула она, поворачиваясь и явственно борясь с желанием броситься спасителю на шею. — Мы заблудились, представляете!

— Очень даже представляю, — хмыкнул ректор. — Первокурсники частенько поначалу блуждают по академии, но вы решили поставить рекорд. Не видели пометки «посторонним вход воспрещен»?

Эрида прикусила губу и отчаянно замотала головой.

Я видела, но тоже покаянно опустила глаза.

— Нет, простите.

— Ясно, — протянул ректор, буравя меня взглядом. — Повезло вам, что я проходил мимо. Пойдемте, провожу, чтобы вы снова вдруг… не заблудились.

Он так явственно выделил последнее слово интонацией, что я вскинулась. Неужели что-то заподозрил? Или сюда часто пытаются проникнуть студентки, потому нас подозревают в умысле?

Осознание пришло неожиданно.

— Вы где-то здесь живете, да? — выпалила я.

Мистер Айзенхарт молча смотрел на меня еще с минуту. Наконец его губы искривила усмешка.

— Не совсем. Но почти угадали. Вы не похожи на тех, кто станет караулить ректора в темном коридоре, рассчитывая затащить его в постель, Тиара. Так что вы здесь на самом деле делаете?

Рядом ахнула Эрида. Она не была готова к подобным обвинениям и собиралась упасть в праведный обморок.

— Не поверите — заблудились! — развела я руками с самым честным видом.

Тем более действительно не солгала ни единым словом.

Поверил нам ректор или нет, я так и не поняла. Утес он и есть утес — выразительности ноль. Но до столовой проводил. Или лучше было бы сказать — отконвоировал, строго следя, чтобы мы не сбились с дороги.

Зал был уже полон, шумен и суетлив.

Мы с Эридой устроились за «женским» столом и не сговариваясь чинно сложили руки на коленях. Я оглядела соседок.

Могла бы и не стараться, создавая скромный и наивный образ. Первокурсницы разоделись так, что впору их на бал отправлять, а не в Академию. Девушки постарше выглядели поскромнее, так что я скорее сошла бы за выпускницу, чем за новенькую.

Пожалуй, стоит учесть этот момент и в следующий раз выбрать алое или зеленое.

К моему облегчению, настоящая Тиара не успела завести знакомств за время экзаменов. Мной совершенно не интересовались — если не считать томных взглядов Блуфроса и то и дело замиравшего на мне строгого взора ректора, от которого хотелось спрятаться, как от поискового заклинания.

Абсолютно идентичные ощущения.

Неожиданная мысль пронзила сознание раскаленной иглой тревоги.

А не был ли ректор ловцом до того, как принял пост?

Бушующий внутри ураган сомнений на лице никак не отразился. Я механически положила на тарелку по ложке всего, до чего дотянулась, и принялась ковыряться в ассорти. Остальные девушки были заняты тем же самым.

Так дело не пойдет. Мне силы нужны! Надо разведать обстановку, найти центр управления полетом острова — наверняка где-то есть особый кабинет для контроля за артефактами.

Как бы не на том этаже, где мы бродили!

Действительно, логично было бы назначить именно ректора ответственным за безопасность Академии. Вряд ли он спит на рабочем месте, это я ляпнула не подумав. А вот отслеживать исправность и стабильность левитационных приборов следует регулярно.

Пожалуй, придется еще несколько раз «заплутать». Сам мистер Айзенхарт признал, что для студенток не редкость топографический кретинизм, особенно в первый год обучения.

У меня внезапно разовьется особо тяжелый случай.

Очнувшись от ступора, я осторожно попробовала местную кухню. Ничего, жить можно. Едали и хуже. А вот это зеленоватое пюре с травами и вовсе восторг, несмотря на невзрачный вид!

Жаль, мяса на столе почти не было. Только несколько сиротливых крылышек неизвестной мелкой птицы, что тоже быстро перекочевали ко мне в тарелку и превратились в хорошо обглоданные тоненькие косточки.

Я плотоядно обозрела прожаренное, с румяной корочкой мясцо в соседнем ряду. Судя по тому, что именно там обретался Блуфрос, усиленное белковое питание полагалось боевикам.

Парень поймал мой голодный взгляд и, видимо, принял на свой счет, потому что оживился и аж порозовел от радости.

Зря.

Звон ложечки о край стакана отвлек студентов от еды. За прошедшие полчаса все успели относительно насытиться и прийти в благодушное настроение, так что поднявшегося на возвышение ректора встретили нестройными аплодисментами.

После хлеба можно и зрелищ. То есть торжественную речь.

Надо отдать должное Айзенхарту. Витиеватость и замысловатость он презрел, перейдя сразу к делу:

— Студенты! Приветствую вас в стенах Академии Лимбергер, где каждый камень и каждый цветок пропитаны магией и магнисом. Первым делом хочу предупредить: привычный мир остался там, внизу. Здесь вас ждут не только знания, за которыми, надеюсь, вы и приехали, но и множество опасностей. Самая главная из которых — сам остров.

Первокурсники тревожно загудели.

Остальные сидели тихо, поглядывая на новичков с долей превосходства. Они-то отучились хотя бы год, исследовали территорию вдоль и поперек и наверняка нарушили все правила безопасности, а некоторые и не один раз. Их строгими нотациями не удивить.

— Первое, что вы должны запомнить крепко-накрепко: в Академии нет ветра. Если вы чувствуете нарастающий поток воздуха, немедленно сообщите куратору, мне или любому взрослому поблизости и бегите в укрытие. На здание Академии наложена дополнительная защита, оно выстоит, даже если весь остров разнесет в клочки.

Мистер Айзенхарт обвел нас тяжелым взглядом, будто вколачивая в разум этот тезис.

Я покосилась на побледневшую Эриду.

Не так я себе представляла приветственную речь в учебном заведении, пусть и экзотическом. Конечно, безопасность важна, но не до такой степени, чтобы пугать детей в первый же день.

Или до такой?

Нахмурившись, я внимательнее осмотрела преподавательский состав. В зале присутствовали не менее двадцати человек сильно постарше, точно не студенты. Они сидели за отдельным столом недалеко от возвышения и выглядели довольно напряженными.

Будто уже подготовились к тому, чтобы собирать по кусочкам разваливающийся остров.

Как я вовремя заскочила на огонек!

Суета и суматоха глобальных катастроф — лучшее время для личного обогащения.

— Кроме того, прошу вас внимательно отнесись к своему здоровью и психологическому состоянию, — продолжал тем временем Айзенхарт. — Пребывание в обогащенной магнисом среде и активные занятия магией зачастую сказываются на когнитивных функциях. Иными словами, если вы вдруг стали излишне раздражительны или забывчивы — немедленно обратитесь в целительское крыло.

Послышались недоуменные сдавленные смешки. Конечно, склероз и депрессия это же так забавно!

Дети, они и есть дети.

— Магия — это не только великий дар, сила и могущество. Это огромная ответственность! — Айзенхарт перешел наконец на более привычный текст, наполненный пафосом и педагогическим посылом.

Дальше можно не слушать.

Вместо этого я принялась разглядывать будущих преподавателей. Большинство явно достались ректору от предыдущего главы Академии. Пожилые, умудренные опытом и откровенные теоретики. Интерес вызвал лишь один, выделяющийся на общем фоне — мускулистый, подтянутый, он смотрелся среди прочих как матерый лесной волчище на псарне.

Вроде суть та же, а попробуй подойди.

И его, и ректора мне стоит избегать всеми силами.

Вопрос, как?

Пространная торжественная речь подошла к концу. Я вяло поаплодировала вместе со всеми, занятая невеселыми размышлениями на тему своей участи.

Для того чтобы убраться с острова, нужно обнаружить пульт управления. Значит, необходимо проследить за Айзенхартом, не попадаясь тому на глаза, а после взломать защиту.

Тут особых препятствий не вижу, а вот дальше начинаются сложности.

Отключу щиты — остров развалится.

Не отключу — не выберусь.

Возможно, получится дезактивировать выборочно небольшой участок или же все, но на время, скажем, на одну минуту… Тут все зависит от схемы артефакта.

Терзаться сомнениями прямо сейчас смысла нет. А потому я выбросила проблему из головы — временно — и перешла к более насущной.

А именно к изучению плана академии.

— Может, прогуляемся? — предложила я Эриде.

— Опять ведь заблудимся, — авансом покраснела девушка, представив отчитывающего ее ректора.

Я тоже оценила получившуюся картинку. Не пугает вовсе. Скорее интригует.

— Наоборот, освоимся и не будем больше плутать! — широко и уверенно улыбнулась я. — Ты, может, здесь кого-нибудь еще знаешь, кто нам может показать все уголки и достопримечательности?

— Я могу! — возник за нашими спинами Блуфрос.

Вот же… настойчивый!

— Хорошо, показывай! — неожиданно согласилась я.

Чего терять?

Если он в самом деле знает расположение корпусов, от него будет польза. А если мы совершенно случайно попадем куда-то в запрещенные для студентов районы — с меня взятки гладки.

Очень удобно.

Эрида затравленно глянула в мою сторону, но от прогулки отказываться не стала.

На пороге столовой я обернулась. Так и есть — ректор по-прежнему буравил меня тяжелым, внимательным взором.

Передернув плечами, словно сбрасывая груз, я скрылась за дверью и лишь тогда смогла нормально вдохнуть.

Нервирует этот мистер Айзенхарт, сама не знаю почему.

Может, это упомянутые им психологические проблемы начинаются? Что там было — раздражительность и забывчивость? На память пока не жалуюсь, а вот бесит он меня знатно.

— Куда проводить милых дам? — Блуфрос распушил подсознательный хвост и свернул обе руки калачиками — наверное, в его представлении мы с Эридой должны были дружно повиснуть на нем, пища от восторга и трепеща ресницами.

— Куда-нибудь в интересное место, — попросила я, скромно потупившись.

Будем отыгрывать невинную первокурсницу. Как раз с соседки можно брать пример, чтоб далеко не ходить. Идеальный объект для подражания.

Так, еще завести бы платочек и комкать его от смущения. Надо порыться в саквояже, где-то был.

Не дождавшись прильнувших к нему девичьих тел, парень развернулся и затопал по дорожке, прочь от здания. Я покосилась на здание общежития, прикинула допустимый диаметр и облегченно вздохнула. Пожалуй, смогу обойти почти весь остров вдоль и поперек, но на критическое для подпространственных карманов расстояние не удалюсь.

Малые милости госпожи удачи.

Мы чинно двинулись за провожатым. Его приятели и еще несколько юных барышень посмелее потянулись следом. Наверное, у студентов так принято — везде таскаться группами? Веселее им, что ли. Почти как для дам высшего света посетить уборную — в одиночку ни-ни!

Миновали длинную, присыпанную мелким разноцветным гравием аллею, деревья вдоль которой плодоносили и цвели одновременно. На соседних ветках покачивались спелые яблоки и осыпались крупные белые лепестки. Занятное применение стихийной магии. Вряд ли оно мне пригодится, но посмотреть любопытно.

— Вам это объяснят на втором курсе, — Блуфрос, заметив мой интерес, махнул рукой в сторону яблони. — У меня сестра Академию заканчивала, тоже на бытовом.

— Ее тоже заставляли обслуживать боевиков? — вежливо уточнила я.

Не понимаю, с чего парень вдруг побагровел?

К нам потребительски относиться можно, а к аристократочке — нельзя?

— Вот и край острова! — с наигранным энтузиазмом вмешался приятель Блуфроса прежде, чем тот разразился обличающей тирадой.

Ну, хоть у кого-то в этом детском саду есть мозги!

Обрыв выглядел обыденно: короткая пожухлая трава, сквозь которую проглядывал бурый камень, неровная линия среза — точно не человеческих рук дело, те любят чтобы ровно, по линеечке. Похоже, остров действительно в свое время взлетел самостоятельно.

Я подошла ближе.

Облака неспешно плыли рядом с нами, то обгоняя, то окутывая парящую глыбу и невидимый щит, выявляя прикрывающий академию купол. Судя по проплывающей внизу земле, на которой видно было лишь расчерченные поля и извилистые ниточки рек, неслись мы с немалой скоростью. Но воздух по-прежнему стоял неподвижно, как перед грозой.

Глава 5

Заходящее солнце окрашивало невероятную картину в золотисто-багряные оттенки.

Я невольно шагнула вперед, под ногами захрустел камень.

Посыпалась крошка.

Вытянув шею, я проследила, как мелкие осколки пролетели метра два и растворились в пространстве.

— Ого. С людьми тоже так сурово? — уточнила я у проплывающей мимо тучки.

— Вроде бы нет, — ответил Блуфрос, хотя его не спрашивали. — Говорят, студентов ловит, как в сеть, и возвращает обратно.

— Наверняка при этом оповещение срабатывает, — покачала я головой с притворным сочувствием. — Лазарет там, ректорат.

— Конечно! — подтвердил относительно разумный приятель Блуфроса. — Прыгать с края категорически запрещено. К нему и подходить-то близко нельзя!

— Насколько близко? — невинно моргнула, оборачиваясь на него и отступая.

Левый каблук повис над пропастью.

— Ты что делаешь?! — рванулся ко мне Блуфрос, намереваясь спасти и мужественно подхватить.

Только вот я молниеносным движением отшатнулась, и несостоявшийся герой с отчаянным воплем ухнул вниз.

Недалеко.

Прозрачная, невидимая глазу магическая пленка упруго прогнулась, заключая бедолагу в негостеприимные объятия. Судя по вытаращенным глазам жертвы пеленания, опыт ему не понравился.

Низкий вибрирующий гудок пронесся над островом, заставив сердце пропустить удар. Внушительная система оповещения, нечего сказать!

Блуфрос мерно покачивался в тисках щита, как в тесном гамаке. С облегченным вздохом я спрятала обратно в карман заготовленный было артефакт левитации.

Ну я же не зверь, право слово, и не убийца малолеток!

Если бы защита не сработала, вслед Блуфросу полетел бы маленький, но мощный приборчик, что замедлил бы его падение. Возможно, парень что-то бы и сломал при приземлении, если группироваться не умеет, но, скорее всего, обошлось бы даже без синяков.

Я-то натренирована для самых разнообразных способов побега, обожаю прыжки с парашютом, дельтаплан и всякое такое. Собственно, именно так и собиралась покинуть остров.

Если бы повезло и в щите обнаружились прорехи.

Но только что убедилась, что ничего не выйдет. Чуда не произошло. Защита надежна, без дырок и обходных тропинок.

Придется идти сложным путем.

— Что здесь происходит?! — гаркнул запыхавшийся ректор, вылетевший на обрыв и едва успевший затормозить, чтобы не свалиться вместе со мной следом за Блуфросом.

За плечом мистера Айзенхарта пыхтел тот самый качок, которого я заприметила еще в столовой.

Так и думала. Преподаватель из нового набора, наверняка приятель ректора.

Дайте угадаю… физическая подготовка? Боевая магия?

— Студент оступился и упал! — выпалила Эрида.

Я уважительно дернула бровью.

Надо же, не выдала! Или правда не заметила моего маневра? Искренне списала все на случайность?

— Оступился? — недоверчиво протянул мужчина и вытянул шею, оценивающе разглядывая Блуфроса. — Сам?

— Разумеется! — оскорбленно вскинулась я.

Между прочим, могу под артефактом правды подтвердить, что его не толкала!

Пальцем не тронула!

— Мисс Данквальд, вы меня поражаете, — приложив руку к груди, заявил ректор, разворачиваясь ко мне.

Я скромно опустила глаза. И притворяться не пришлось — похвала была приятна. Знаю, что произвожу неизгладимое впечатление, но чтобы так быстро…

— И суток не прошло, как вы здесь, а уже влипли в неприятности! — добавил мистер Айзенхарт, и мое благодушие улетучилось.

— Я здесь ни при чем!

— Может, вы меня все-таки вытащите? — жалобно подал голос из бездны Блуфрос.

Мы с ректором не обратили на его писк ни малейшего внимания.

— Хотите сказать, что представитель знатной семьи, с неисчислимыми поколениями предков, обучавшихся в Академии, по собственной дурости полез проверять на прочность защиту? — рявкнул мистер Айзенхарт. — Он же слышал о ней с детства и наверняка в курсе, что соваться туда не стоит!

Я демонстративно развела руками.

— Вы же знаете, что говорят по этому поводу медики. Близкородственное скрещивание, вырождение, деградация. Природе иногда нужно отдыхать!

— Вижу, на вас она перестаралась! — фыркнул ректор. — Ни капли уважения к старшим и почтительности к вышестоящим! В кабинет, быстро!

Он развернулся и широко зашагал обратно в сторону академии.

— А как же я?! — взвыл снизу бедолага Блуфрос.

Айзенхарт не глядя взмахнул рукой и незадачливый ухажер воспарил над обрывом.

Да так, спеленатый, и полетел следом.

Я посеменила за ними.

Эрида тоже увязалась, то ли из обостренного чувства справедливости, то ли за компанию, то ли из любопытства.

Остальные, видя к чему все идет, рассосались в воздухе не хуже щебенки.

Только бугай, приспешник ректора, топал, замыкая процессию.

Обратный путь мы проделали куда быстрее. Ни любоваться на цветуще-плодоносящие деревья, ни следить за стремительно темнеющими в сумерках облаками, обрисовывающими купол, времени не было. Ректор от раздражения почти бежал, и мне приходилось за ним поспевать, подобрав юбки.

Еще этот боевик-преподаватель дышал в затылок, мешая сосредоточиться!

Стоило нам оказаться в служебном корпусе, как я остановилась, едва успев увернуться от несущейся позади мускулистой туши.

— Простите, чулочек сполз! — запыхавшись, выдала я и, не дожидаясь ответа, задрала подол по самое некуда.

Мужчины поспешно отвернулись, Эрида смущенно отвела глаза.

Чего я и добивалась.

Зачерпнула из кармана нижней юбки с десяток следилок и щедро рассыпала их по каменному полу. Они тут же разбежались по щелям и трещинам, не хуже заправских тараканов.

Отлично. Ночью мне будет чем заняться.

Еще горсточку я зажала в кулаке и выпрямилась.

— Все, спасибо большое! Идем дальше? — бодро поинтересовалась у ректора.

Тот откашлялся и хрипловато согласился.

На стенах коридора постепенно разгорались светильники. За окнами наступала ночь, пробираясь мягкими темными лапами в старинный замок. Спутников у Траумфельда нет, зато звезды сияли так ярко, что можно было обойтись и без ламп.

Кабинет главы Академии выглядел солидно, роскошно, мрачновато и совершенно не соответствовал сложившемуся в моем сознании образу Айзенхарта. Подозреваю, обстановку он тоже унаследовал от предыдущего начальства, а менять поленился или не успел.

Я тут же устроилась со всем возможным комфортом в гигантском мягком кресле. Оно стояло в стороне и, скорее всего, предназначалось не для посетителей, а для отдыха самого хозяина, но какая, собственно, разница?

Айзенхарт уронил Блуфроса на пол, освобождая наконец от тисков заклинания, обошел массивный стол и величественно уселся.

Эрида осталась стоять, комкая злополучный платочек. Приятелю ректора пришлось проводить ее за локоток к ближайшему стулу и помочь сесть.

— Итак, я слушаю. Что на самом деле произошло?

Блуфрос с кряхтением поднялся на четвереньки, мотнул головой и зачем-то подвигал челюстью.

— Я пытался спасти мисс Данквальд и немного не рассчитал бросок, — пробормотал он, поднимаясь в полный рост и вытягиваясь в струнку.

— Спасти? От чего? — ректор глянул на меня в поисках ответа.

Я пожала плечами и с любопытством уставилась на первокурсника.

Блуфрос уставился в ответ.

— Ты же почти упала! — не слишком уверенно заявил он.

Я вытаращила глаза.

— И не думала!

— Нет же, я видел, как ты пошатнулась на самом краю! — настаивал парень.

Упертый.

— Тебе показалось, — терпеливо повторила я. — Понимаю, спасти хорошенькую девушку в беде — мечта любого мужчины, но меня спасать не надо. Я как-нибудь сама, правда! И падать совершенно не собиралась, уверяю вас!

Я перевела искристо-честный взгляд на ректора и поняла, что стараюсь зря.

Все он понял.

Однако отчитывать меня за небрежность не спешил.

Вместо этого принялся за Блуфроса.

— Представитель древнего рода, отличник, подающий надежды боец! Вы хоть поняли, какую ошибку совершили?

— Не надо было ее ловить? — робко предположил парень.

Айзенхарт поморщился.

— Женщине помочь — святая обязанность любого мужчины. Но самое главное — не допустить встречи с опасностью! Зачем вы потащили девушек на обрыв?

— А что им еще показать на летающем острове? Не библиотеку же! — пожал плечами Блуфрос.

Я закатила глаза.

Похвальная честность, но на отличника он не тянет. Сообразительность на нуле.

Ректор тяжко вздохнул.

— Совет вам от всей души на будущее. Наш экспериментальный сад или оранжерея вполне подойдут для первого свидания, — мягко предложил он. — Только не суйтесь в закрытые зоны.

Я встрепенулась, но тут же сникла под внимательным стальным взглядом.

— К вам это тоже относится, мисс Данквальд! — добавил Айзенхарт строго. — В первую очередь — к вам. Ведите себя, как подобает приличной девушке, и постарайтесь не влипать в авантюры!

Мне оставалось только кивать, изображая раскаяние. Молча. Врать не люблю, а с предостережением ректор запоздал лет на -цать.

Айзенхарт пристально оглядел всех троих, заставив Эриду сжаться в комочек от ужаса.

Зачем только потащилась за нами, бедняжка? У нее же устойчивости нервной системы ноль, того и гляди в обморок рухнет!

— Речь идет не только о вашей безопасности! — проникновенно понизив голос, сообщил ректор. — Стоит защитному куполу исчезнуть, и мы все обречены. Прошу вас, отнеситесь со всей ответственностью и постарайтесь не подвергать академию излишнему риску.

Я повинно потупилась вместе со всеми и задумчиво прикусила губу.

Уже не первый раз поднимается тема повреждений купола.

С ним проблемы… или же меня каким-то образом успели вычислить и так ненавязчиво предупреждают, чтобы не наворотила лишнего?

«Вряд ли», — тут же мысленно отмахнулась от подозрений.

Если бы Айзенхарт знал, кто перед ним, не распинался бы об опасностях, а быстренько в безмагический карцер отправил. Уверена, здесь такой есть.

В любом общеобразовательном учреждении для одаренных имеется подобная комнатка с мягкими стенами и глухой изоляцией. Не столько для наказания, сколько чтобы ученики, потерявшие над собой контроль, не навредили себе и окружающим.

— Уже поздно, — после долгой паузы заявил ректор. — Идите отдыхать. И будьте осторожнее!

— Конечно! Обязательно! — вразнобой отозвались мы.

Я вскочила с кресла и потянула за собой Эриду.

Следилки, которые я успела запихать в мягкие складки обивки, забрались поглубже, чтобы не отсвечивать. Крошечные артефакты, гениальнейшее творение на стыке технологий и магии, в неактивном состоянии практически невозможно обнаружить. Не местными средствами — точно.

Зато я в любой момент могу активировать их через браслет и управлять на расстоянии.

Чем и займусь сегодня ночью, чтобы не откладывать в долгий ящик. Раньше обнаружу лазейку — раньше уберусь с острова.

Вариант просидеть в академии весь учебный год я оставила на самый крайний беспросветный случай. Он нежелателен сразу по нескольким причинам, из которых моя скука — последний фактор. А первый — нетерпеливо ожидающий отчета и муассанитов заказчик и потенциальный предатель-посредник, с которым тоже нужно разобраться.

Стоило нам оказаться в коридоре, как Эрида пошатнулась и чуть не сползла на пол. Я ее еле удержала.

— Боги, как я испугалась! — пролепетала она, обмахиваясь ладошкой. — Думала, меня отчислят!

— Никто никого не отчислит, — фыркнула я. — Разве что после окончания года. Куда они тебя денут сейчас, если связи с землей нет? Глупости какие.

— Но в уставе сказано…

— Это пугалка для особо ретивых, — успокоила ее я. — Чтобы не безобразничали откровенно. Да и быть отчисленным в конце курса немногим лучше, чем в середине, поверь мне. Недоучкам на работе не рады, так что лучше не доводить до крайности.

— Ты права. Конечно, ты права, — пролепетала девушка. Она все еще была бледна и цеплялась за меня, как за спасательный круг, но уже не шаталась былинкой. — Но, пожалуйста, давай больше не пойдем к обрыву?

— Хорошо, — легко согласилась я.

Потому что мне там действительно больше нечего делать. Я убедилась, что банально спрыгнуть с края невозможно и придется искать обходные пути.

Когда мы переступили порог общежития, на улице окончательно стемнело, а заведующая наградила обеих по очереди весьма красноречивым взглядом. Мол, я надеялась, что вы приличные, а вы…

Эрида покраснела снова, хотя, казалось бы, лимит на сегодня исчерпался. Но нет. У моей соседки потрясающий запас скромности. Надеюсь это не заразно!

В комнате нас хватило лишь на то, чтобы переодеться, привести себя по очереди в порядок и упасть в постель. Я старательно изображала умирающую лебедь и выждала не менее получаса, прежде чем с соседней кровати донеслось умиротворенное посапывание. После чего устроилась поудобнее и размотала многослойный браслет из мелких шариков, издалека напоминающих жемчужины. На самом деле каждый представлял собой управляющий артефакт, связанный с одной из следилок.

Осталось выбрать, какую из них я собираюсь использовать в качестве шпиона первой.

Пальцы привычно пробежали по цепочке, перебирая бусины как монахиня — четки.

Основное отличие в том, что цели у меня совершенно не благонравные.

Глава 6

Прикрыв глаза, я сосредоточилась на изображении, транслируемом с микроскопических шпионов. Те, что в кабинете, пока трогать не буду. Вдруг у ректора бессонница или завал документации и он засиделся, а тут я со своими блестелочками? Глаза у мистера Айзенхарта как у матерого хищника, мигом заприметит неладное.

Начнем с коридора.

Так-с, что тут у нас?

Послушный моей воле, шарик выкатился из убежища — трещины в камне — и шустро понесся, чуть подскакивая на ухабах. Здесь я уже была, ничего интересного: коридор, двери, зарешеченные окна, как в хорошей тюрьме. Разве что металл, изогнутый в виде цветочков и узоров, а не классической клеточкой.

Мы со следилкой не поленились и заглянули под каждую створку. Архив, склад канцелярии, пусто, пусто, пусто… Подозрительно. Целое крыло, в котором можно было бы проводить занятия, закрыто для посещения студентами. Кабинеты просторные, человек на сто, но ни столов, ни стульев, ничего. Даже пыли нет.

Шарик покатился дальше, к лестнице.

Вверх или вниз?

По логике, самое интересное люди подсознательно прячут там, где надежнее и меньше доступа. То есть в подвалах.

Значит, вниз.

Пока шпион спускался, я отдалилась сознанием, позволяя ему справляться самостоятельно. У меня от таких пируэтов голова кружиться начинает. Ну его. А вот когда следилка вновь заскользила по ровной поверхности, я вернулась со всем вниманием.

И снова ничего!

Первый этаж оказался так же чисто убран и законсервирован, как большая часть второго.

Значит, еще ниже.

Глянем на подвал и спать. Изводить себя я не собиралась, мне совершенно ни к чему черные круги под глазами. Получить их просто, а вывести потом — проблема. Поди сойди за первокурсницу с опухшей от недосыпа рожей!

И мы снова поскакали по ступенькам.

Освещения почему-то не было вовсе. Ни магического, ни факелов на стене. Будто специально, жути нагнать. Впрочем, на такой случай в шпионе имелась функция ночного видения, пусть и черно-белая.

Снова длинный ряд дверей. На этот раз комнаты оказались заполнены самыми разными вещами. Казалось, сюда стащили барахло со всей академии. Начиная с поломанных кресел с порванной обивкой, заканчивая стоящими ровными рядочками картинами.

Не удержавшись, подкатила следилку поближе. Неплохое масло, наверняка лет двести ему, а то и триста. Не уверена, поскольку не сильна в истории искусств конкретно мира Траумфельд, однако чисто теоретически — довольно ценное. И пылится без дела в темноте, когда могло бы радовать взор ценителей!

Мысленно отметила помещение. Если будет возможность, загляну, выцеплю парочку-троечку шедевров с собой, так сказать на вынос. Искусство ценится во всех мирах и контрабандой технологий не считается, а значит, кража с особой строгостью не карается. В общем порядке только.

А в общем — вы меня сначала поймайте, ага.

Занятая приятными мыслями и пересчитывая возможную выручку, я беззаботно нырнула в следующую каморку.

Тут меня и сожрали.

Не меня, а шпиона, но из-за нашей связи показалось, что меня тоже зажевали. Ощущение не из приятных: силы стремительно иссякают, свет меркнет и тьма поглощает разум.

Я вынырнула из транса, хрипло дыша и стискивая браслет. Повинуясь интуиции, поднесла цепочку шариков к лицу, чтобы увидеть, как одна из жемчужин прямо под пальцами рассыпается пеплом.

Какой занятный спецэффект. Получается, уничтожена не только следилка, но и ее дубль.

Стараясь не разбудить соседку, выбралась из постели, налила из кувшина воды и выпила мелкими, дробными глотками, стараясь не обращать внимания на стучащие о стекло зубы.

Давненько ничему и никому не удавалось меня так напугать.

Я могу сколько угодно язвить и хорохориться, но факт — неумолимая штука. Ко мне — следилке умудрились подобраться так, что я ничего не заметила, и молниеносно опустошить до дна.

Даже сейчас, в темной тишине спальни, нарушаемой лишь мерным дыханием Эриды, сколько я ни прокручивала заново происшествие, не могла понять — что это было?

Кто это был?

С какой стороны подошел?

Ни шагов, ни ауры, ни магического следа.

Ни-че-го.

Неужели ректор заметил присутствие постороннего, то есть меня?

Быстро перебрав по жемчужинам, я не без трепета погрузилась в одну из следилок, оставленных в кресле.

Мистер Айзенхарт сидел за столом и что-то вдумчиво писал в тусклом свете артефакта. Стоило мне-следилке шевельнуться, как мужчина вскинул голову и насторожился. Я тут же поспешно ретировалась.

Вряд ли он успел добежать от подвала до кабинета за ту минуту, что я переводила дух.

Но если это не он — то кто?

Подойдя к окну, я всмотрелась в сюрреалистичный пейзаж. Ухоженный парк резко обрывался, уступая место облакам и непривычно близким звездам.

Что же происходит в этой Академии?

В памяти всплыла торжественная речь ректора и его особое предостережение нам, нарушителям спокойствия. Возможно ли, что мистер Айзенхарт ругался не из-за того, что мы попрали устои и покой учебного заведения, а потому что здесь действительно опасно бродить невесть где и он переживал за нашу безопасность?

Не просто так целое крыло заблокировано. И он сидит там посреди ночи… в засаде?

Интересная версия. Увлекательная.

Но ни на шаг не приближает меня к основной цели — поиску центра управления щитами.

Теперь мне еще сильнее захотелось срочно сбежать с летающего острова.

Я вообще-то воровка, а не детектив и тем более не боевик!

Есть, конечно, в запасе трюк-другой, но столкновений с превосходящим противником я всегда старалась избегать. Да и в принципе столкновений. И уж тем более мне не улыбалось схлестнуться с чем-то, что может сожрать высокоточный артефакт с многослойной защитой в один «ам».

Странно, что при всем этом не отменили набор студентов на первый курс. Их же по идее должны были всех эвакуировать при первых же признаках опасности!

Я прошлась туда-сюда по комнате, шлепая босыми ногами по прохладным доскам пола. Эрида заворочалась, но не проснулась.

А что, если академию проверили и ничего не нашли?

Подумаешь, один артефакт сжевало. Может, оно травоядное — только магией питается, людей не трогает? Были бы случаи смертоубийств, до меня дошли бы слухи. А уж до родителей студентов и подавно. Поднялась бы паника…

Нет, случись что серьезное, замолчать это вряд ли сумели бы.

Значит, формально повода закрывать единственное на весь Траумфельд заведение высшего магического образования у руководства нет. Зато в качестве превентивной меры прислали вместо дедка-ректора молодого, энергичного и наверняка с военной подготовкой.

И с помощником, не будем забывать того гипотетического физрука.

Похоже, мистер Айзенхарт немало провинился перед начальством, раз ему прилетело столь незавидное назначение. Пойди поймай неизвестно что!

Я с трудом подавила порыв разбудить соседку прямо сейчас и задать парочку наводящих вопросов. За завтраком устрою допрос с пристрастием.

В конце концов, раз студентов набрали и расселили, значит, непосредственной угрозы их здоровью нет. Можно спать относительно спокойно.

Что я и сделала. Устроилась в постели, наложив дополнительную защиту на окна и двери, а также на прочие поверхности — чисто на всякий случай, и крепко заснула.

Проснулась от базарной многоэтажной ругани.

Кто же знал, что невинные губки Эриды способны исторгать… такое!

— Ой, ты проснулась! — милое создание снова покраснело. — Тут дверь заклинило, я на завтрак опаздываю.

— Уже завтрак? — я сонно покосилась в окно, где едва занималась заря, и повела рукой, незаметно снимая блокирующие заклинания.

— Боевики встают рано, у них дополнительные тренировки, — зардевшись еще пуще, пролепетала Эрида и выскочила в коридор.

Я хмыкнула, потянулась и лениво поплелась умываться.

Вставать с первыми лучами солнца мне не привыкать. Другой вопрос, удовольствия по этому поводу я никогда не испытывала. И уж точно не собиралась следить за бегающими по полю малолетками.

А вот спокойно перекусить, пока в столовую не набилась толпа народу — это было бы неплохо. И сладенького чего-нибудь, а то стресс, расход энергии, тут и до упадка сил недалеко.

Завтраком кормили там же, где мы вчера торжественно ужинали. Только украшения с зала за ночь поснимали, и выбор был куда скромнее. Свежесть еды поддерживали магически — над каждым блюдом стоял небольшой купол, аналогичный тому, что прикрывал весь остров, только в миниатюре.

Заинтересовавшись, я сгребла две порции блинчиков на одну тарелку и перевернула вторую, надеясь обнаружить защитный артефакт. Хоть бы знать, как он выглядит!

— Вижу, на аппетит вы не жалуетесь, — небрежно бросил проходивший в этот момент за спиной ректор.

Я чуть посуду не уронила. Удержала в последний момент.

Мистер Айзенхарт задерживаться и ожидать моего ответа не стал. Прошествовал за стоящий поодаль преподавательский стол и не глядя подтянул к себе ближайшее блюдо. Судя по темным кругам под глазами, бедняга ночью не спал.

Документы разгребал или караулил невидимого преступника?

Ни Эриды, ни боевиков видно не было. Зал был тих и спокоен, и в этой утренней умиротворенности мне отчего-то чудилось зловещее.

Больше всего страшила неизвестность.

Не подойдешь же к ректору с вопросом «А что у вас такое голодное в подвале живет? Оно опасное или дружелюбное?»

Ну и — «Где центр управления?» — заодно.

Делать нечего, придется усердно изображать рвение к знаниям.

Начнем с изучения сервировки.

Как я успела заметить, щит над едой реагировал на движение. Стоило поднести руку к блюду, как купол исчезал сам. Искать артефакт на днище тарелки пришлось методом тыка. Поверхность казалась ровной и монолитной.

Стараясь действовать непринужденно, я медленно поставила пустую тарелку на стол. Руку убирать не спешила, вдумчиво поглаживая чувствительными подушечками прохладный фарфор, и все-таки сумела нащупать едва заметную выпуклость.

Над белой гладью, расписанной незатейливыми цветочками, проступала небольшая бляшка размером с монету.

Неплохо здесь живут студенты, хочу заметить. Изделия подобного качества могли позволить себе лишь весьма зажиточные люди. А тут — для общего пользования, в столовке… С другой стороны, логично. За время учебы запомнят, как пользоваться приборами, привыкнут к этикету и не будут тушеваться в присутствии сильных мира сего. В Академии обучаются не только аристократы. Более половины — простолюдины, у которых внезапно обнаружился дар. И красоту эдакую фарфоровую они разве что на картинках видели.

Быстро подцепила ногтем и отколупала артефакт. Тот, кажется, был слит в одно целое с посудой при создании последней — но я еще и не такое отковыривала. Ценный объект незаметно перекочевал в карман строгого платья. Разберусь на досуге, как оно работает, может, тогда пойму хоть что искать и какие кнопки нажимать на пульте, когда найду его.

Блинчики я действительно смела, вместе с вареньем из каких-то крупных красных ягод и густыми сливками. На вкус получилось божественно — в том числе потому, что я была крайне голодна.

А вот кофе подавали просто ужасный. Я налила немного из здоровенного металлического термоса, на пробу, и скривилась. Такой даже сахаром не исправить. Ни крепости, ни вкуса.

Придется лезть в собственные запасы.

Грея ладони об изящную чашечку и делая вид что пью, я поглядывала по сторонам, изучая работу местных служащих. Посуду собирали служанки, после чего сгружали ее на неспешно ползущую ленту, ведущую в моющий артефакт. Что там происходило дальше, из зала не видно. Наверное, сушка.

В общем, скоро все тарелки перемешаются, и определить, кто чем пользовался и совершил акт вандализма, будет невозможно. Отлично! Следы преступления скроются без моего участия.

Бросив взгляд на вяло жующего ректора, я поднялась и отправилась на учебу.

Первой парой шла история. Траумфельда, разумеется.

К сожалению, я никогда не интересовалась захудалыми окраинными мирками и ничего связного сообщить не могла. Поэтому забилась на самую дальнюю парту.

Эрида недоуменно на меня покосилась и села впереди.

Я в ней не сомневалась — на девушке большими буквами написано: отличница!

Чуть позже я поняла подоплеку подобной стратегии. Рядом со мной плюхнулся Блуфрос и радостно оскалился. Занятие проходило в огромной аудитории, и рассчитано было на всех первокурсников. Даже боевиков.

— Итак, кто мне расскажет, когда в нашем мире появилась магия? — продребезжал убеленный сединами старичок, наверняка переживший не одного и не пятерых ректоров, и не собирающийся останавливаться на достигнутом.

Эрида вытянула руку, но дедок смотрел только на меня.

Будто чуял, что я даже его имени не знаю, не то что предмет.

— Вы, например, мисс Данквальд?

Точно ему ректор приказал до меня докопаться! Вот просто пятой точкой чую!

— В незапамятные времена! — четко и уверенно ответила я.

Преподаватель поперхнулся. Поди возрази!

Так ведь оно и было — магия зародилась вместе с мирами, и точной даты ее появления не знает никто.

А вот момент проявления способностей в людях во всех вселенных разный, а где-то и вовсе подобных случаев не зафиксировано.

Например, в некоторых техномирах. Энергия в них есть, а одаренных нет.

Такой вот казус.

Глава 7

Взять те же муассаниты, которые мне приказано было украсть.

Для техномира, в котором я их раздобыла, это только ценные блестяшки. Лишь недавно их начали применять в обработке стекла для прочности и еще где-то в производствах.

Зато для магов муассаниты — бесценный накопитель, вмещающий куда больше магии, чем рекордсмен-алмаз. Их вставляют в артефакты, амулеты, приборы, да просто оправляют и таскают с собой, как экстренный дополнительный источник при истощении.

И стоят в итоге те же камешки раз в сто дороже. Я могла бы неплохо заработать, покупая легально и перепродавая. Но простые пути не для нас!

— Допустим, — не сдавался профессор. — Но кто был первым магом?

— Доподлинно неизвестно! — широко улыбнулась я.

Потому что поди сохрани подобные сведения на протяжении тысячи лет, а то и больше!

Дед осуждающе покачал головой, но отстал.

— Согласно книге родов, первым магом в истории Траумфельда стал Мартин Стернелих. Он же основал Академию, в которой вы ныне имеете честь обучаться.

— Имею я ее, эту честь, да, — проворчала себе под нос. — Век бы ее не иметь.

— Тоже родители заставили, да? — сочувственно шепнул Блуфрос.

Я мысленно закатила глаза.

— Можно и так сказать.

— Он так же первым!.. — преподаватель повысил голос, тонко намекая на наше неподобающее поведение.

Я старательно вытаращила глаза, подалась вперед, всем телом изображая стремление к новой информации. Мне и в самом деле стало интересно, что там за основатель такой. Может, он и подселил нечто голодное в подвал?

— Первым заметил цикличность передвижений островов. Вычислил наиболее подходящий для освоения и заложил фундамент для будущего учебного заведения.

— Только сначала это был его личный замок! — наклонившись поближе, прошипел Блуфрос.

Он, видимо, отчаялся покорить меня бицепсами и харизмой и решил приналечь на интеллектуальный аспект.

— Да ну? — оживилась я.

Точно, вот и план по реализации плана созрел! Надо заглянуть в библиотеку, попросить биографию этого самого Стернелиха. После лекции по истории магии никто не удивится. Я же буду искать не яркие факты, а компромат.

Может, он в подземелье соперника держал? Или других магов? В некромантии я разбиралась так себе, поверхностно, но что из невинно убиенных может вырасти всякое разное нехорошее, в том числе жрущее, прекрасно помнила.

К сожалению, сразу попасть в хранилище знаний не вышло. Следующей парой в расписании значились основы алхимии, снова для всего потока. Чтобы успеть, пришлось нестись сломя голову в другой корпус.

Аудитория располагалась в полуподвальном помещении, что меня заинтриговало. Получается, голодная жуть скрывается в одном-единственном флигеле и не имеет хода в остальные? Или же студенты выполняют роль приманки?

На этот раз я встала рядом с Эридой, поближе к кафедре. Колбами и реакциями меня не удивить, тут я в своей стихии. Особенно если что нужно растворить или оплавить.

Стульев не было, лишь длинные, высотой мне по пояс, столы.

Когда появился преподаватель, я слегка удивилась. В основном потому, что не угадала: приятель ректора оказался не физруком и даже не боевиком.

Или он совмещает приятное с полезным?

— Я Эвальд Хаттегер, ближайшие полгода буду вести у вас алхимию и артефакторику, — зычно объявил бугай хорошо поставленным голосом. — Знаю, обычно начинают с теории, но мы с вами перейдем сразу к практике. Прошу всех подойти к столам и приложить ладонь к кругу перед вами.

На столах действительно на равном расстоянии друг от друга располагались одинаковые правильные окружности. Они казались вырезанными в досках своеобразными декоративными узорами, но стоило опустить на них руку, как линии засветились, а поверхность под пальцами приобрела лаковый блеск.

Перед моим носом задрожал воздух, защитный купол исчез, проявляя сложный прибор с прозрачными изогнутыми трубками и емкостями. На конце самой тоненькой финальной трубочки виднелся миниатюрный краник.

Рядом в подставках ровной линией выстроился десяток колб размером с карандаш, а перед ними обнаружилось блюдо с цветами.

Я огляделась. Все первокурсники получили идентичные наборы.

Чему те же боевики совершенно не обрадовались.

— И зачем нам с цветочками возиться? — мрачно выразил общую мысль парней Блуфрос.

— Что бы вы понимали! — хмыкнул Хаттегер. — Правильно обработанные масла в качестве подарка понравившейся девушке творят настоящие чудеса алхимии — как вам такой вариант?

Первокурсники вяло пожали плечами. Речь преподавателя их не вдохновила.

На его месте я бы напомнила, что это сейчас перед нами цветочки. А если заменить их на пшеницу или тростник, получится совсем другой разговор. Только проводить подобные эксперименты в стенах академии чревато — вряд ли пьянство магов поощряется.

Впрочем, лично меня куда больше интересовал исчезнувший купол, чем его содержимое.

Щит не просто прикрывал до поры до времени инструменты, чтобы те не запылились. Нет, он маскировал их так, что я не подозревала о наличии чего бы то ни было на столе до тех пор, пока блокировку не сняли.

Ничуть не хуже моих пространственных кармашков!

Получается, якобы отсталый мирок Траумфельд довольно прилично продвинулся в изучении защитных чар. Жаль, отколупать ничего на этот раз не выйдет — не полезу же я при всех под стол.

Хотя, если после занятий…

— Для начала выберите цветы, с которыми будете работать. — Хаттегер побрел между рядами, заложив руки за спину. — Лучше сконцентрируйтесь на одном сорте, хотя позже мы с вами будем отрабатывать их сочетания. В частности, именно поэтому я предпочитаю сразу переходить к делу — лучше один раз попробовать и понять, чем десять раз прочитать.

«И все равно не дойдет», — добавила я мысленно, откладывая в сторону желтые звездочки кананги*. Люблю ее сладковатый запах, почему бы и не сделать себе духи, раз под руку удачно подвернулась?

— Зажигаем горелку. Все умеют? — строго поинтересовался преподаватель. — Если нет, ничего страшного, сегодня первое занятие.

Несколько рук несмело поднялось. По одежде видно — из простых. Конечно, как и везде, доступ к артефактам получают семьи одаренных, а остальным приходится довольствоваться достижениями технического прогресса без магии. Либо тратить бешеные суммы на подзарядку у специалиста.

Я оглядела плоский прибор, напоминавший плитку, и коснулась кнопки в основании, вливая каплю силы.

Поверхность горелки засветилась красным. Вода в прозрачном пузыре над ней забурлила.

— Осторожно помещаем соцветия в кипяток. Руки туда не суем! — поспешно добавил Хаттегер, глядя на бесстрашных боевиков.

Вот сразу видно, готовкой никогда не занимались.

Кто-то зашипел, кто-то ойкнул.

— К целителю! — отмахнулся преподаватель. — Пока что засчитывать как пропуск не буду, но на следующих занятиях советую быть поаккуратнее.

Сразу три парня покинули аудиторию, баюкая обожженные пальцы.

Я задумчиво покосилась на закрывшуюся за ними дверь, но осталась.

Заявись я сейчас в крыло к ректору, случайностью не отмахаться. Там теперь обитают мои следилочки, если их еще никто не съел. Могу заглянуть в любое время.

Но на этот раз осторожнее.

Вместо разведки боем я принялась медитативно следить за ароматным, насыщенным паром, неторопливо ползущим по стеклянным изогнутым трубам. Процесс изготовления масел оказался на удивление увлекательным. Вряд ли сменю профессию, конечно, но для расслабления и отдыха — отлично.

Еще и треть колбы тонко пахнущего жасмином и солнцем дистиллята добрый мистер Хаттегер разрешил забрать с собой.

Перед этим правда понюхал, посмотрел на свет и чуть ли не лизнул. После чего одобрительно кивнул и что-то пометил в объемной тетради.

Надеюсь, я нигде не прокололась?

Стоит мне увидеть, как кто-то записывает мои действия, паранойя включается на полную катушку. Ошиблась? Узнали? Подозревают в чем-то? Перечисляют особые приметы? Последнее бесполезно, потому что я частенько меняю внешность, но мало ли…

— Отлично исполнено, мисс Данквальд, — соизволил похвалить меня вслух преподаватель. — Кажется, вам не в диковинку магические приборы.

— Приходилось иметь дело, — уклончиво отозвалась я.

Вроде бы папенька настоящей Тиары занимался каким-то прибыльным бизнесом, потому ее замуж и позвали. Но каким — откуда мне знать? Главное, деньги водились, а значит и артефакты в быту присутствовали. Опять же, дочь одаренная, для подзарядки сгодится.

Преподаватель, однако, не переходил к следующему студенту и явно заинтересовался моим ответом.

— А с какими именно? — живо уточнил Хаттегер. — Действовали вы уверенно, я бы сказал не глядя. Часто работаете с дистиллятами?

Не рассказывать же ему, что подручные средства я готовлю всегда сама, не доверяя посторонним. И снотворные бомбочки, и нейтрализаторы запаха, и смазку для отмычек, и перечный спрей для самых отсталых миров — собак, пущенных по следу, отгонять… Да всего не перечислить. Так что дома у меня целая лаборатория, а этот аппарат я могу собрать и разобрать с закрытыми глазами, несмотря на некоторые различия в конструкции.

— У дяди небольшая мастерская по производству артефактов, — недолго думая выдала я. — Я там иногда помогала, в свободное время.

О родителях базовые сведения в досье студента, скорее всего, внесены, а о родственниках уже вряд ли. К тому моменту, как вернется связь с землей (что произойдет не раньше чем через полгода), меня уже здесь не будет — пусть хоть запроверяются.

— Это просто прекрасно! — заявил преподаватель, еще что-то накарябал и пошел дальше, к следующему студенту.

К Эриде. У которой, мне отсюда видно было, вместо чистого эфирного масла больше чем на треть в пробирке вода. Похоже, где-то фильтр неправильно подкрутила.

Однако прежде, чем начать разбор ошибок, Хаттегер снова повернулся ко мне:

— Вы случайно не собираетесь предлагать свою кандидатуру на пост старосты? В обязанности помимо бумажной работы будет входить помощь преподавателю с инвентарем при подготовке к занятиям. Хотя, наверное, вы и без того устали от техники, подрабатывая у дяди… — Мужчина разочарованно махнул рукой. — Забудьте.

О нет, как раз забывать-то я и не собиралась!

Это ж идеально!

Если я буду настраивать приборы перед уроком, заодно посмотрю поближе, как они устроены. И смогу передвигаться по академии практически без ограничений — если что, всегда можно сослаться на статус старосты.

Осталось выяснить, как именно выбирают на эту должность.

На обед я шла посвежевшая, отдохнувшая головой и благоухающая.

Давненько не могла себе позволить подобной роскоши.

Заказы сыпались не переставая, а когда ты вскрываешь очередной сейф, глупо душиться — эдак тебя быстро вычислят. Так что о социализации, культурных мероприятиях и выходах в свет я забыла на несколько лет точно. Когда я вообще последний раз красилась не для маскировки, а просто чтобы хорошо выглядеть?

И не вспомню.

— Из тебя бы получилась отличная староста! — заявила догнавшая меня по пути Эрида. — Ты ответственная и умная. Уверена, девочки тебя поддержат.

Я была с характеристикой не совсем согласна, но покивала для приличия. Умная — да. Ответственная? Ну, смотря в чем. Задания я всегда исполняла безукоризненно, но, учитывая, что для этого приходилось воровать… так себе ответственность.

— Следующее занятие как раз у нашего куратора, мисс Гристейн. Если ты ей понравишься, она тебя назначит старостой! — Эрида аж в ладоши захлопала на радостях.

Меньше всего мне хотелось стараться прогнуться под какую-то старую деву-грымзу, но чего не сделаешь ради доступа к артефактам!

Ректора в столовой не было. Я поймала себя на том, что поглядываю на преподавательский стол, втайне надеясь что он вот-вот появится. После мысленно встряхнулась и постаралась выкинуть серый утес из головы. Не до него сейчас.

На первую, вводную лекцию по теории бытовой магии девушек собралось немного, не более двадцати. «Это и есть вся наша группа», — поняла я.

Негусто.

Впрочем, и раньше было очевидно, что мужчин в Академии куда больше. На той же истории магии три четверти аудитории занимали парни. Кроме бытового нам можно было поступить еще на целительский и алхимический, но туда женский пол брали крайне неохотно.

А уж про боевой факультет и говорить нечего.

А жаль. Я бы как раз на боевом с удовольствием поучилась… Но уж что есть.

— Проходите, девочки! — жизнерадостно заявила сухопарая дама с седым пучком на голове, протискиваясь мимо нас и распахивая дверь в аудиторию.

Я последовала совету не без опаски, ожидая сходу увидеть плиту, тазик для стирки и грязные пеленки.

*кананга, она же иланг-иланг — магнолиецветное растение, дерево с желтыми цветами, используется в ароматерапии и косметике

Глава 8

Не угадала.

Обычная комната, не слишком просторная, зато светлая и чистая. Окна выходили в сад, и пожелтевшие листья, осыпаясь с веток, украшали подоконник пестрым узором.

На аудиторию место для занятий бытовой магией походило мало, скорее, на светскую гостиную или же фойе прилично-звездного отеля. Уютные диванчики, глубокие мягкие кресла, в которых проще утонуть, чем потом выбраться, низкие столики. Я подсознательно ожидала подвоха, потому почти не удивилась, когда купола над столиками замерцали, являя сохраненные в свежести кремово-фруктовые пирожные и чайные наборы.

Девочки дружно восторженно ахнули.

— Проходите, присаживайтесь, угощайтесь, — тоном доброй бабушки предложила мисс Гристейн. — Знаю, многие из вас неохотно поступали на бытовой, но поверьте, нас ждет немало увлекательных открытий! Ничуть не хуже, чем у артефакторов. А временами и вкуснее!

По комнате пробежали сдержанные смешки.

— Некоторые полагают, что бытовая магия ограничивается уборкой и штопкой. А потому девушке необязательно ей учиться, ведь все то же самое можно сделать и руками, — доверительно сообщила преподавательница, устраиваясь в отдельно стоящем кресле с высокой спинкой.

Оно чуть возвышалось над остальными, позволяя видеть даму отовсюду. Выдержав драматическую паузу, мисс Гристейн подняла указательный палец и назидательно сообщила:

— Это совершенно не так!

Мой скептицизм проявился на лице крупными буквами.

То есть с тем, что бытовая магия — это еще стирка, глажка, готовка и мелкий ремонт, а не только уборка, я была совершенно согласна. Но вот учиться этому целых пять лет… трата времени и сил, как по мне.

— Как вы думаете, сколько мне лет? — задала неожиданный вопрос куратор бытового факультета.

— Сорок? — поспешно польстила ей Эмергарда.

Кузина Эриды тоже училась на бытовом, где же еще. Устроилась у окна, поближе к преподавательнице, всем телом подалась вперед, ловя каждое ее слово, в общем, всеми силами старалась произвести благоприятное впечатление.

Никак в старосты тоже метит?

Я нахмурилась.

У девицы имелась поддержка в виде подружек. Если те активно начнут продвигать Эмергарду, мой план провалится. Не видать мне свободы передвижения, как своих ушей.

— Нет, милая, — ласково улыбнулась мисс Гристейн, приложила руки к лицу и с силой потерла. У меня аж сочувственно заныли щеки. — А так? Что скажете?

Скажу, что начинаю даму уважать.

После своеобразного массажа морщины почти полностью пропали, гусиные лапки вокруг глаз подтянулись, нависшее веко разгладилось, а взгляд стал ясным и бодрым.

Кофе с омолаживающей сывороткой в одном.

Пожалуй, мне тут действительно есть, чему поучиться. В принципе, я могу так же, но куда медленнее и не так эффектно. Подкорректировать разрез, затемнить брови, всякое такое… а что выгляжу куда лучше реального возраста в естественном состоянии, то не моя заслуга, а наследство от папеньки. Или маменьки. Точно не знаю, но какой-то долгожитель в родословной точно потоптался.

— На самом деле, мне шестьдесят! — торжествующе сообщила мисс Гристейн, наслушавшись заслуженных комплиментов и довольно раскрасневшись. — Вам такое пока что ни к чему, за вас работает природа. Но после бессонной ночи или веселого вечера иногда необходимо немного взбодриться! Заклинание действует не слишком долго и довольно энергозатратное, но на одно свидание вам точно хватит! А потом уже можете поражать кавалера умением готовить, шить и прочим. Мужчины в первую очередь падки на внешность и лишь потом готовы рассматривать остальные плюсы.

Я налила в крошечную чашечку ароматный, черный как сама тьма чай и подцепила с тарелки воздушную корзиночку с темно-синими мелкими ягодами.

Урок обещал быть занимательным.

Заклинание разучивали хором, как стихи. Проговаривать его полагалось про себя, но сначала нужно зазубрить слова-триггеры, а уже после вливать в них силу. Формула тоже прилагалась, ее мисс Гристейн записала на доске. Для каждой из нас нужно было рассчитать необходимый объем магии, помноженный на площадь приложения. Вбухаешь слишком много — вместо свежего румянца получишь пылающие обожженные щечки. Недоберешь — и вот тебе чахоточная немочь вместо здоровой девушки.

В конце занятия преподавательница разрешила задавать вопросы, и Эмергарда немедленно вскинула руку.

— Я бы хотела стать старостой! — пропела она просительно. — Вы наш куратор, а значит, можете назначить меня прямо сегодня.

Вот же с… самоуверенная какая!

— Ну что ж, если других кандидатур нет… — протянула мисс Гристейн.

Я тут же подобралась и выпалила:

— Есть!

— В таком случае необходимо голосование. Я лишь могу вас обеих порекомендовать на должность, — покачала головой мисс Гристейн. — Но выбирать должны сами однокурсницы. Большинством голосов.

Я украдкой покосилась на торжествующую Эмергарду и вздохнула.

Задача только что усложнилась в разы.

Как, интересно, привлечь на свою сторону два десятка юных незнакомых девиц?

Были бы это адепты с боевого, вопрос не стоял бы. Декольте поглубже, разрез повыше, томный взгляд — и выбор очевиден.

Против опыта с шикарными формами свежесть и невинность не котируется. Особенно если речь о недавних подростках.

А вот чем заманить потенциальных соперниц?

У меня и подруг-то никогда настоящих не было. Не то что во множественном числе — в единственном. Какие подруги, если поделиться как прошел день нельзя, почаевничать некогда, а про совместное посещение магазинов вообще молчу.

Мало кто из женщин заинтересуется культурным мероприятием — открытием выставки новых сейфов мира Ариадия. Им театры подавай, картины. Желательно с мужиком под ручку.

Двойные свидания! Бррр.

Нет, спасибо.

Так вот, возвращаясь к вопросу выборов старосты.

Чем интересуются молодые девушки?

Чтоб я помнила…

Глянула на Эриду. Вспомнила ее увлечение Блуфросом.

Мальчики, конечно же!

Это в любом возрасте актуально. Разница лишь в том, что когда ты моложе, хочется семью и потомство. Видишь подходящего парня — сразу мысль: о, вот бы он на мне женился! И какие красивые глаза будут у нашего сына…ну или дочери.

А чем старше становишься, тем яснее понимаешь, как хорошо тебе в одиночестве. Особенно если на ровесниц глянуть, погрязших в пеленках и бесконечных детских болячках.

Внуковых.

От отношений я, само собой, не отказываюсь. Но обязательства — ни за что!

Итак. У нас дано: девочки с бытового, которых надо окучить. Мальчики с боевого, которые точно не откажутся. И я, которой нужно стать старостой.

Вывод?

Сегодня будет вечеринка!

Только не в общежитии. Наш цербер-заведующая парней и близко не подпустит. Значит, устроим развлечение в саду! По этому поводу в правилах Академии ничего не сказано. Есть про шум после полуночи и про запрет на распитие спиртных напитков, но нам это и ни к чему. Учитывая молодость участников, им и сока хватит, чтобы одуреть до безобразия!

Но все в рамках приличий, не забываем о добродетели и грядущем замужестве. Никаких обжиманий по кустам.

Ох, и заварила я кашу…

Чего не сделаешь ради побега!

Остались сущие мелочи. Пустить слух, что в академическом саду сегодня состоится небольшая тусня.

Донести его до будущих участников развлечения.

И все организовать.

Пустяки, чего уж.

Начала я с самого сложного.

Со сплетни.

Пришлось ждать ужина, чтобы зацепить как можно большее количество ушей разом.

Мы с Эридой устроились за столиком в углу и вполголоса принялись обсуждать полученные сегодня знания. Больше всего соседку, разумеется, взволновала бытовая магия, которая далеко не такая нудная и скучная, как ей до сих пор казалось.

У меня, если честно, закралось подозрение, что факультет специально дискредитируют, чтобы даже на него поступало как можно меньше девушек. Только самые стойкие и жаждущие независимости всерьез пробиваются, все остальные отсеиваются из-за нелицеприятных отзывов и вскользь оброненных намеков.

Жаль, очень жаль что образование до сих пор для некоторых является скорее минусом, чем плюсом в резюме будущей жены.

— А ты слышала про ритуал посвящения бытовичек? — свистящим шепотом поинтересовалась я у Эриды, выждав паузу в монотонном гуле голосов.

Сидевшие за ближайшими столиками девушки навострили уши.

— Нет, а разве такой существует? — ожидаемо удивилась девушка.

— Конечно! — я придвинулась ближе.

Соседские стулья качнулись в нашу сторону, будто подсолнухи за солнышком.

— Только это тайна! — значимо вытаращив глаза, заявила чуть громче.

Тут уж оглянулась половина столовой.

— А ты откуда знаешь, если это тайна? — с подозрением нахмурилась Эрида.

Умничка моя! Правильные вопросы задает, будто мы с ней репетировали.

— Потому что в этом году все я организовываю! — торжественно объявила я. — И выбираю тех, кто достоин присутствовать!

— А кто недостоин? Что с ними будет? — заинтересовалась соседка.

Я пожала плечами с деланым безразличием.

— Тем не повезло. Боевики, кстати, придут всем составом. Болеть за победительниц.

— Куда придут? — спросил Блуфрос, бесцеремонно подсаживаясь к нам за столик.

Вот в этом месте план мой тонковат. Весь расчет на то, что парень ловит намеки на лету и не откажется приятно провести вечерок в компании милых барышень.

Если он сейчас громко объявит, что слыхом ничего не слыхивал, неловко получится. И вся задумка псу под хвост.

Я развернулась всем телом к первокурснику и чуть наклонилась, якобы чтобы лучше донести мысль, а на самом деле — чтобы приоткрыть расстегнутую на лишнюю пуговичку блузку. Подобное зрелище мозг молодым мужчинам отшибает напрочь, они автоматически начинают со всем соглашаться.

— Ну как же, ты забыл? Сегодня в саду тайная церемония посвящения первокурсниц! — прошипела я театрально и придвинулась еще ближе.

Чтоб вид сражал наповал.

— Да-да, — ожидаемо промямлил парень, неотрывно пялясь мне в декольте.

— У пруда! Не забудь! Строго после заката! — добавила я и выпрямилась.

Блуфрос разочарованно заморгал, как человек, которого разбудили посреди приятного сна.

— У пруда, после заката. Понял, да. Что-то принести? — уточнил он.

За что люблю аристократов — у них вечеринки в крови. Сразу вливаются.

— Не надо. Еще притащишь запрещенку, а прилетит мне, — проворчала я для виду, ликуя мысленно.

Ура, все получилось! Уже через час по всему первому курсу пролетит слух, что Тиара организовывает нечто интересное.

Конечно, в этом случае девочки проголосуют за меня, а не за скучную Эмергарду!

Боги, знала бы я, чем придется заниматься, может и не сунулась бы на платформу. Поди, в тюрьме хоть развлечения для малышни придумывать не заставляют…

Пруд, который я указала ориентиром, мелькал между деревьями днем, пока мы прогуливались до края острова и обратно. Позже я разглядела его как следует на плане академического острова — к памятке с правилами и уставом он прилагался — и сочла подходящим местом для проведения мероприятия. Достаточно далеко от основного корпуса, чтобы преподаватели сразу не засекли несанкционированное сборище, прикрыто деревьями и довольно густым кустарником.

Теперь — следующий пункт плана. Обустройство объекта.

Хотя нет.

Дальше мы с Эридой занялись выбором нарядов!

При виде моего чемоданчика девушка пришла в священный восторг. Всех отделений я ей, естественно, показывать не стала, только те, что с одеждой.

Некоторые из них, подходящие по эпохе и стилю.

Обнаружь она комбезы для техномира, рухнула бы в обморок. Либо решила бы, что я легкомысленная особа.

Что есть, то есть, но лучше это открыто не демонстрировать.

На девушку и без того произвело неизгладимое впечатление извлеченное мною белье. Кружевное боди она рассматривала с полчаса, не меньше, прикладывая к себе и пытаясь определить опытным путем, какой из треугольничков куда идет.

Пышные многослойные юбки я отмела сразу. Они красивые, конечно, и впечатляют — но у нас испытание вроде как.

Ох, надо еще конкурсы…

— Не понимаю, ты все это придумала? Ну, инициацию и прочее, — наконец дошло до моей соседки, когда я поделилась проблемой и потребовала ее посильного участия.

— Конечно! — отмахнулась я. — Мне нужно стать старостой, а для этого необходимы голоса. Как думаешь, девчонкам понравится?

— Не знаю, — неуверенно протянула Эрида.

Я села, где стояла, сминая подвернувшиеся корсажи и подъюбники.

— Тебе такое не интересно? — упавшим голосом переспросила я.

Вот дура! Привыкла полагаться только на себя, а могла бы посоветоваться с представителем молодежи!

— Очень интересно! — поспешно заверила меня соседка. — Особенно то, что там будет… будут мальчики.

Она привычно покраснела и потупилась.

Я немного приободрилась.

— Вот, думаю, остальным тоже будет весело! — с преувеличенным энтузиазмом заявила я и вскочила снова. — Надо бы еще собственно испытания продумать. И задания. И призы. Нужны же призы, да?

— Ленточки хватит! — отмахнулась девушка. — Или заколку какую. Главное — азарт! Борьба!

Щеки нежданной активистки раскраснелись, но уже не от стыда, а от энтузиазма.

— Нужно что-то сложное, чтобы не все справились. Может, в пруд нырнуть? — увлеченно предложила Эрида.

— Погоди, опасные для жизни и здоровья испытания лучше не проводить. Помнишь, что ректор нам говорил? Легонькое надо, веселое, — попыталась я притормозить разгулявшийся поток фантазии соседки, но ее было не остановить.

И меня называют авантюристкой!

Они не видели юных девиц, что жаждут выделиться перед понравившимся парнем…

От заплывов в платьях я Эриду все же отговорила.

Но перед нами встала другая проблема.

Глава 9

Я не учла одной маленькой, но очень важной детали.

Кроме первого курса меня услышали и все остальные.

Разумеется, им стало любопытно, что это за церемония посвящения такая, которой они сами не проходили.

Так что после заката народ начал подтягиваться прямо-таки массово.

Толпой.

У пруда резко стало тесновато. И многолюдно.

И очень, очень шумно.

Утаить такое вряд ли удастся. Жаль, пока не получилось разобрать утащенный из столовой артефакт. Можно было бы увеличить радиус действия и стыдливо прикрыть беспорядки. Но увы. Поздно сокрушаться.

— Нам не влетит? — резонно поинтересовалась Эрида, глядя на веселящихся студентов постарше.

Они притащили с собой закуски и какое-то сомнительное пойло, хотя я четко выразилась — ничего нелегального!

— Если и влетит, я все беру на себя! — решительно отрезала я и подтолкнула сообщницу в спину: — Иди, развлекайся!

Тайное сборище давно перестало быть таковым. Огоньки, которые мы с соседкой любовно развешивали на деревьях, тщательно выверяя, чтобы их не было видно из окон главного корпуса, потерялись за переносными фонарями и светильниками. На площадке стало светло как днем.

Ситуацию не спас и отбой. Увлеченные студенты проигнорировали колокольный перезвон с одной из башен, сигнализировавший о том, что пора спать.

Кажется, и о теме сборища все успели позабыть напрочь. Какое испытание, зачем? Ведь можно просто болтать и танцевать — да-да, музыкальный артефакт кто-то особо умный тоже притащил. Первые мелодии слышно было плохо, потому Блуфрос попросил прибавить громкости…

Дальше я просто села на пенечек и пригорюнилась.

Не заладилась у меня студенческая жизнь. Старостой после такого оглушительного фиаско мне не быть, свободы передвижения не видать. Вообще, чем учеба в этой самой Академии от заключения отличается? Наличием парка и качеством кормежки разве что. Ну, еще и занятия довеском. Вот радости-то!

Сейчас как набегут преподаватели, как разгонят сборище, как влепят всем штрафы — или что тут бывает за нарушение порядка? В карцер посадят? Боюсь, столько камер в академии не найдется.

— А вы почему не веселитесь? — раздался над моей головой голос, который я меньше всего ожидала сейчас услышать.

Хотя, собственно, почему бы и нет?

Кто еще явится выдавать санкции, если не глава всея Академии?

— А что, если не веселюсь — не интересно будет наказывать? — вздохнула я и подперла кулаком подбородок. Подождала и побудительно повертела в воздухе запястьем: — Давайте, ругайтесь уже.

— Никто не собирается никого наказывать, — фыркнул мистер Айзенхарт. — Студенческая вечеринка, драк нет, относительно тихо…

В этот момент мимо нас три боевика со старшего курса проволокли на руках четвертого и с воплями и гиканьем сбросили бедолагу в пруд.

Тот всплыл, отплевался, вылез и потребовал выпить.

А потом повторить купание.

Я опасливо подняла глаза на ректора. Вроде и правда не злится. Портить веселье не собирается.

— Вы же не думали, что я не в курсе происходящего? — выгнул бровь мужчина. — Или, может, вы решили, что первая устраиваете подобное? Конечно, испытанием студенческую вечеринку до вас еще никто не называл…

Ближайшие парочки завертели головами, услышав знакомый голос.

Я вскочила и поспешно затолкала ректора поглубже в кусты.

К чести мистера Айзенхарта, возражать и сопротивляться он не стал. Но на лице был явственно написан вопрос, потому я соизволила пояснить:

— Вы мне всех тут перепугаете сейчас! Дети развлекаются, а тут раз и ректор! Если не собираетесь мешать, так и не мешайте!

— Дети… а вы кто? — хмыкнув, уточнил он, наклоняясь ближе.

Прикрыл глаза, потянул носом воздух. Я запоздало вспомнила про духи. Но не отмахиваться же теперь! Пусть нюхает. Говорят, цветочные ароматы успокаивают.

А что руки на талию положил — это чтобы я не упала ненароком. Кусты вокруг, земля влажная, испачкаюсь еще.

Заботливый.

— Как давно вы стали ректором? — поинтересовалась я невпопад.

Очень уж занимал меня этот вопрос.

Если давно, значит, мои выводы не верны. И этих двоих не поставили указом сверху надзирать за голодным существом в подвале и закрытым флигелем.

Если же я права… лучше бы я оказалась неправа.

Ладони на моей талии дрогнули, словно их обладатель хотел сжать кулаки и забыл, что они заняты девушкой.

— Не слишком давно, — подтвердил мои худшие опасения ректор. — А что? Плохо справляюсь, по-вашему?

— Прекрасно справляетесь! — горячо заверила я, раздумывая как бы вывести разговор на сокрытое нечто, не спалив моих шпиончиков.

— Рад, что вам нравится.

Руки со спины украдкой передвинулись чуть выше и коснулись обнаженной кожи. Я сглотнула. Прикосновение отзывалось тягучей дрожью во всем теле. Будто я действительно первокурсница-недотрога и впервые нахожусь в мужских объятиях.

Разговор принимал странноватый оборот.

Не знаю, как принято в Траумфельде, но обычно отношения студенток и преподавателей строго осуждались обществом. Особенно в отсталых мирках вроде этого, где честь девушки превыше всего.

— Так зачем вы затеяли это сборище? — тем временем продолжал светскую беседу ректор, делая вид, что ничего особенного не происходит и это не мы с ним обжимаемся в кустах. — Не похожи вы на жадную до внимания особу.

— Старостой хочу стать, — не стала скрывать очевидное. — Кстати, мне пора пройтись с опросным листом по однокурсницам. Надеюсь, они оценят мою жертву и поставят галочку с подписью. Позже, боюсь, они будут уже не в состоянии трезво мыслить и сделать осознанный выбор…

Подтверждая мою гипотезу, с пруда донесся пронзительный женский визг. Не «спасите-помогите-убивают», а «ой, какой вы сильный, ну поставьте меня на место, охальник».

Принесенное старшекурсниками пойло потихоньку воздействовало на неокрепшие юные умы и лишало девиц остатков благочестивости. Если не хочу потом больших-пребольших проблем, стоит действительно по-быстрому собрать голоса и разогнать заигравшийся детский сад по общежитиям.

— И на ответственную особу вы тоже не похожи, без обид, — хмыкнул ректор, красноречиво оглядывая меня с ног до головы.

Да, платье я выбрала довольно-таки безответственное. С небольшим декольте, зато с вырезом на спине по самое некуда, да еще и ярко-малинового цвета — чтобы точно в толпе не потеряться.

Ну, по плану я собиралась вести конкурсы, а значит находиться в центре внимания. Не то чтобы мне это так уж нравилось, но когда очень надо, я могу.

Безо всякого удовольствия.

Стоять среди колючих облетевших ветвей и редкой пожелтевшей листвы наедине с мистером Айзенхартом мне нравилось куда больше.

Голова кружилась от близости привлекательного мужчины.

А, погодите.

Это не я. Это весь остров дрожит!

— Что происходит? — растерянно пробормотала я, оглядываясь.

Студенты постепенно трезвели и сбивались в кучки по знакомству и курсам. Эрида перебегала от одной группы к другой — наверное, в поисках меня.

Мелкая дрожь прекратилась. Установилось глухое, тревожное молчание, прерываемое лишь тягучей медленной мелодией из артефакта. Вместо того чтобы создавать романтическую атмосферу, завывания скрипки лишь прибавляли зловещих ноток.

— Кажется, с островом что-то не так? — осторожно предположила, прислушиваясь и выпуская сканирующий щуп.

Жаль, бусинки-следилки в саду не разбросала. Не успела. Теперь получала лишь общие сведения — температуру, скорость движения… погодите, вроде только что было теплее?

По плечам скользнул морозной лентой слабый ветерок.

Даже такого здесь быть не должно.

Если, конечно, купол в порядке.

Мы с мистером Айзенхартом переглянулись.

— Быстро в академию, в центральный зал! — рявкнул мне ректор и бросился к пруду.

Музыкальный артефакт был без сожалений заброшен в воду — отключать времени не осталось.

В наступившей тишине усиленный магией мужской голос звучал грозно и страшно:

— Купол под угрозой! Немедленно направляйтесь в здание академии! Там вы будете в безопасности! Без паники, не толкайтесь, помогайте остальным!

Купол действительно не работает?

В лицо ударил еще один порыв ветра, подтверждающий невероятную новость. Вокруг стремительно холодало.

Айзенхарт выставил руки, и между деревьями засеребрилась туго натянутая паутина защиты. Лицо больше не обжигало ледяными иголочками, но, судя по тому, как кренило вершины лиственных великанов, это временно.

Старшекурсники тоже попытались изобразить что-то эдакое, но ректор их быстро одернул:

— Не дурите, парни, ступайте с остальными! Ваша магия еще пригодится, если защита академии не выдержит.

— А она может не выдержать? — испуганно пискнула Эрида.

Она наконец меня нашла и вцепилась в локоть мертвой хваткой.

— Не хочу вас пугать, но лучше быть готовыми ко всему, — очень серьезно заверил ее мистер Айзенхарт.

Соседка съежилась от ужаса и припустила вслед за остальными девицами в сторону основного здания.

Я тоже шагнула было за бегущими в панике студентами, чувствуя, как под подошвой хрустят замерзающие на глазах опавшие листья, и остановилась.

Это же мой единственный шанс! Пока купола нет…

Я развернулась и рванула к общежитию.

Протолкаться сквозь спасающихся в панике детей — та еще задачка. При этом нужно нестись с умным видом, чтобы никто особо одаренный не решил меня увлечь за собой.

Два парня со старших курсов попытались ухватить за руки со словами:

— Куда ты, дурочка, заплутала?

Но отдавленная нога и ушиб коленной чашечки решили вопрос в мою пользу.

— Сама разберусь! — прошипела я и скрылась в кустах.

По дорожкам лучше не передвигаться — слишком открытая местность.

Я бежала легко и плавно, перепрыгивая кочки и торчащие корни. Туфли не мешали благодаря наложенным на них противогрязевым чарам. Обычные каблуки давно увязли бы в мягкой земле, а так ничего, чавкали, но высвобождались.

Кто бы ни был тот добрый человек — или существо — что временно ослабил защиту над островом, спасибо ему преогромное! Все, хватит с меня развлечений и учебы, я сваливаю!

Свобода!

К общежитию я подобралась с черного хода, чисто на всякий случай.

Консьержки на посту не оказалось.

Конечно, она эвакуировалась в основной корпус вслед за всеми.

Окна первого этажа жалобно дребезжали. То и дело по стеклам проходились настоящие тайфуны из поднятой в воздух гальки и песка. Пока что обходилось царапинами, но видно было, что рано или поздно камни победят.

Каблучки гулко цокали по полу в гнетущей тишине. Лишь свистел за стеной ветер, все усиливаясь с каждой минутой.

Что-то у них в защите явно сломалось.

Я поскакала по лестнице, все прибавляя ходу. Скорее, нужно успеть, пока не починили!

Оглушительный треск, и мимо второго этажа пронеслось внушительное дерево, помахивая корнями с осыпающейся на ходу землей. Где-то вне поля зрения оно врезалось в ограду, раздался душераздирающий скрежет гнущегося металла.

Передернув плечами, я ускорилась.

Платье, прямо скажем, не самое подходящее для побега, но уж что есть, переодеваться и марафет наводить некогда. Как и собирать то, что успела разложить.

Плевать на тюбики, новые куплю.

Быстрей, быстрей, пока не восстановили щит!

Наша с Эридой комната встретила непривычной тишиной и темнотой. За окном что-то грохотало уже не на шутку. То ли ломались деревья, то ли выворачивались из земли камни.

Подхватила чемодан, наспех проверила ячейки. Все важное на месте, а что нет — не важно.

Выдернула три артефакта для полета и экстренного торможения, закрепила на поясе. Все надежнее со страховкой! Заодно привязала саквояж к себе покрепче заклинаниями.

Так даже если случайно из рук выпущу, далеко не унесет. Не хватало еще так глупо потерять ценнейший груз!

На улицу выбралась под прикрытием самой мощной из известных мне защит. Энергии она жрала как не в себя, зато торнадо из комьев земли и цветов с ближайшей клумбы растеклось по ней грязными разводами, не добравшись до меня. Уцелевшие деревья, державшиеся за почву из последних сил, стремительно покрывались морозными узорами. Температура уже упала до нуля и останавливаться на достигнутом не собиралась. «Пожалуй, стоило накинуть шаль», — пронеслась дурная мысль, и я нервно хихикнула. Да, шикарно я буду выглядеть в полете — мало платья, еще и шаль развевалась бы как флаг!

До ближайшего края острова я добралась в рекордные сроки, особенно учитывая оттягивающий руки саквояж и бушующий вокруг ледяной шторм. К обрыву подобралась боком, скользя на обледеневших камнях. Одно дело — спланированный контролируемый прыжок, и совсем другое — сорваться, шарахнувшись по дороге головой и потеряв сознание.

Застыла на мгновение над бездной, смерила расстояние до земли.

Далеко.

Честно сказать, немного страшно: с такой высоты мне эвакуироваться еще не приходилось. Активировать артефакт придется в свободном падении. Ничего, главное отлететь подальше от острова.

Прижав к груди чемодан обеими руками, я оттолкнулась от края и прыгнула.

Юбка взметнулась, закрывая обзор и демонстрируя кружевные трусики иной эпохи.

Ура, летим!

Впрочем, счастье длилось недолго.

Падение неожиданно замедлилось. Вокруг меня обмоталась ловчая сеть.

— Куда вы так быстро? Мы же еще толком не познакомились! — перекрывая вой шторма, проорал мистер Айзенхарт, подтягивая меня невидимой веревкой все ближе к себе.

Обратно на остров.