Очень приятно, Хтонь. Том 1

Глава 1

Сидя на троне я смотрел перед собой и думал. Долго думал. Настолько долго, что все послушники, которые собрались в главном храмовом зале сейчас испытывали благоговение и чувство страха, боясь как-либо потревожить меня. В нашем храме наступила тишина. Она давила. Крайне сильно давила на всех, кто находился сейчас в помещении. Но не на меня, так как я-то мог издавать звуки и шевелиться как мне заблагорассудится.

— Да, тяжело, — сказав это я облокотился на свои колени, уперев подбородок в руки и начал медленно осматривать всех присутствующих. Мой взгляд скользил по каждому и полностью сканировал их на наличие каких-либо дорогих вещей, которые я обязательно заставлю их пожертвовать нашему богу. Ну, как богу. Какому-то придуманному мной существу с непонятным ликом и очень скверным, капризным характером, — Грегор, вот ответь мне… Почему это так тяжело?

— Что тяжело, господин? — ближайший служитель храма Великого и Ужасного Хтоцера сглотнул накопившуюся слюну и немного попятился.

— Наш бог, он стал глух к мольбам. Кажется, мы его разгневали. Подношения были недостаточно хороши для него… Это конец, — наигранно тяжело вздохнул и посмотрел на красивую фреску под самым потолком, — кажется, скоро этому миру придет конец, если мы не сможем убедить нашего бога сжалиться и не карать нас своим правосудием.

Толпа оживилась и пошли шепотки. Все в зале начали переглядываться и осуждающе смотреть на соседей, мол, это вы недостаточно пожертвовали, из-за чего теперь всем придется несладко.

— Но господин Вальтер… Мы же выполнили норму, которую бог нам сказал в прошлое ваше откровение… Как же так?

Мало ли что вы выполнили? Мне не хватило, значит, нужно еще немного денег, вам жалко что ли? Вслух я, конечно, этого не сказал, но резко вскинул голову вверх, немного привстав с трона и страшно захрипел.

Люди в зале пришли в ужас и их роптание стало громче. Правильно, чем больше вы переживаете — тем больше вы мне принесете. Пришлось затрястись и чуть ли не упасть со своего места.

— О боже, это откровение. Второе за такой короткий срок, — Грегора было уже не остановить, он словил то самое настроение, когда не осознавал самого себя и был всецело отдан своей вере. Точнее, моей вере, которую я придумал ранее.

Все в храме снова оживились, начали истово молиться и биться головой о дорогой пол, который, кстати, было не так уж и просто достать. Вот же… Ладно, надо им дать что-нибудь такое, что принесет мне еще немного деньжат и позволит сделать мою жизнь комфортнее.

— Внемлите мне, паства! — Вот не зря я нанимал архитектора для проектирования храма! За счет того, что мы правильно спроектировали здание — мой голос усиливался и становился громогласным, что придавало нужного эффекта моим словам, — Ваши мольбы были услышаны! В ближайшее время у вас будет хороший урожай, а дети ваши не будут болеть! Запомните мое отношение к вам и отплатите мне сполна!

Снова пришлось трястись и оседать на трон. Не самая благодарная работа, скажу я вам, быть жрецом несуществующего бога. Хорошо еще то, что население у нас не самое умное, грамоте обучен только каждый десятый.

Резко все затихло и в храме наступила тишина. Давящая, тягучая и невыносимая для многих. Но не для меня. О нет, я же наоборот предвкушал это все, ведь не первый раз подобный спектакль проворачиваю. Сейчас я еще немного так посижу, потом открою глаза, слабо обопрусь на свой трон…

— Он живой! Отец-прародитель не оставил нас без пророка! Скорее, несите пожертвования чтобы наш великий бог не гневался! Несите все, что есть! — Нет, ну Грегор определенно иногда перегибает. Я ведь ничего не говорил еще, а он уже пытается ограбить до последней нитки этих бедных прихожан. В прочем, останавливать его я тоже не буду, пусть потом винят его, а не меня.

Огромный ларь для подношений медленно заполнялся, а звон, который разносился от каждой брошенной в него монетки приятно грел души.

Наконец я полностью сел на свой трон и открыл глаза, показывая, что да, все так, я с вами и бог вами доволен, несите денюшки.

Мы еще какое-то время проводили процедуры, связанные с поклонением богу. Странные ритуалы, нелепые действия — в дело шло все, чем я занимался раньше, будучи бедным. Дело в том, что когда я еще не придумал свою религию и не стал знаменитым — я работал обычным конюхом и убирал за животными местного правителя. Работа была не самой прибыльной, но и не трудной. Все, что от меня требовалось — держать конюшню в чистоте и кормить животных, которых было не так уж и много. В один момент моя жизнь серьезно поменялась. Эх, вот неправильно будет благодарить какого-то эфемерного за то, что в тот день я неудачно споткнулся и упал лицом с размаху в лошадиные экскременты, верно? Но я благодарен. А все потому, что это была лошадь какого-то важного налогового инспектора, который прибыл с визитом к нашему лорду и оставил свой транспорт прямо в конюшне. А лошадь, видимо, была не самая умная. Короче, упал в… То самое, а там были полновесные золотые монеты. Причем много и сразу в мешочке. Недолго думая я спрятал его в общую кучу, чтобы потом безопасно вывести и перепрятать. Ума не приложу как это животное смогло употребить что-то подобное в пищу и насколько оно мучалось, когда это все из него выходило.

Деньги я тогда благополучно смог сохранить и приумножить, в чем мне помогло то, что я часто общался с слугами тех, кто приезжал к моему прошлому господину. Пара недорогих закусок, самое дешевое пиво и я получал самую разную информацию, которую позднее смог применить для того, чтобы инвестировать в нужные и полезные вещи. Может показаться, что для обычного конюха я выражаюсь крайне мудрено и заумно. Согласен, так и есть, но это же воспоминания о временах былых, верно? Я сейчас, между прочим, один из самых значимых, знаменитых и просто богатейших людей нашего королевства. Одного моего желания достаточно для того, чтобы разрушить многие жизни. Судьбы. Короче, важный я, определенно.

Вырвавшись из объятий своих мыслей я еще раз глазами пробежался по опустевшему залу и тяжело вздохнул.

— Я ведь не плохой человек, правда? — Иногда полезно поговорить с самим собой, задать вопросы вслух или что-то подобное. Читал в какой-то умной книге, — кажется, что сегодня больше никто не придет в дом божий. Значит, пора считать прибыль и распределять деньги.

Поднявшись с трона и прошелся к огромному сундуку, доверху набитому различными драгоценностями и монетами, после чего нажал на небольшое углубление рядом с ним и все, что было накоплено внутри — скатилось вниз. Стану ли я лично таскать богатства? Нет. Хотел бы я посмотреть как кто-то другой этим занимается за меня? Возможно, но единственное, что я отлично запомнил за свою жизнь это то, что деньги — развращают людей. Они делают их хуже. Неважно, насколько человек был хорошим раньше, как только он начинает получать какие-то финансы — его аппетиты растут. Я еще не встречал ни одного человека, кто не хотел бы иметь больше, чем у него есть сейчас. Нет, я никого не осуждаю, ведь сам стремлюсь к бесконечному богатству. Но ведь я — это я, верно?

Поток моих бесконечных размышлений прервал Грегор, который вернулся с вечернего обхода.

— Господин! Все пожертвования опять пропали так быстро! Наш бог поистине великий!

— Все так, Грегор, все так. Как ты себя чувствуешь? Помнится, ты совсем недавно жаловался на то, что у тебя появились какие-то навязчивые мысли и тебе тяжело с ними справляться.

— Вашими молитвами, господин, все стало лучше. Сейчас я уже реже подвергаюсь дурным настроениям. Недавно даже начал выпечкой заниматься, хотите попробовать? — Грегор преданно смотрел на меня. В его глазах можно было увидеть надежду и плохо скрываемое желание.

— Конечно, Грегор. Если у тебя уже есть успехи в твоем новом начинании — я готов попробовать то, что ты приготовишь.

— Благодарю вас, господин! В таком случае я незамедлительно направлюсь на кухню и в ближайшее время принесу вам особый десерт, который я лично придумал! — Сказав эти слова он действительно быстрым шагом направился в сторону выхода и уже через считанные секунды пропал из виду. Хороший он все-таки прислужник, не зря я выкупил его в свое время у одного жирного торговца, который совершенно не ценил своих людей. Забавно то, что этот торговец — сейчас самый щедрый даритель нашего храма и пожертвований он приносит на порядок больше остальных, а с Грегором ведет духовные беседы.

Побродив еще немного по главному залу мне стало скучно, после чего я отправился в сторону подземных помещений. Моей настоящей обители. Туда, где не ступала еще нога никого, кроме меня. Ну и, пожалуй, строителей. Но они уже не смогут никому ничего рассказать. Не потому что я что-то с ними сделал, просто это были приезжие строители, которые совершенно не знают языка и они не знают для чего строили подземные этажи.

Основное здание сверху было огромным. Ему могли позавидовать правители небольших стран и королевств, которые были раскиданы по всему континенту. Ведь их дворцы и рядом не стояли с главным храмом Хтоцера. Но самое важное в этом храме было то, что он был единственным во всем мире. Я не стал терпеть конкурентов, поэтому в свое время озаботился тем, что издал закон божий. Дом у бога один и его нельзя изменить. Как нельзя изменить и пророка, но этот закон я издал уже на всякий случай, ведь никто другой не может общаться с богом. Нельзя поговорить с тем, кого нет, верно?

Подземные уровни храма составляли из себя огромные пространства, заполненные различными древностями и драгоценностями. Можно сказать это все было музеем или личной коллекцией. Фамильные вещи тут тоже присутствовали, я их тщательно изучал и выкладывал на витрины.

К моему огромному сожалению долго находиться под землей я не мог. Это связано с тем, что механизм, который использовался для открытия секретной двери работал только определенное время, после чего закрывался самостоятельно. То есть если кто-то посторонний войдет внутрь и пробудет там время большее, чем заложено в механизме — он останется внутри до тех пор, пока я не открою гробницу. Ну, или пока не умрет от удушья, так как при строительстве были допущены грубые ошибки и воздуха внутри категорически не хватает, особенно если дверь закрыта.

Зайдя прямо за трон я нажал на несколько секретных мест, после чего несколько плит в полу разошлись в стороны и открыли проем с лестницей. Спустившись вниз и подошел прямо к тому месту, куда происходила «выгрузка» подати и начал быстро, но аккуратно сортировать все, что там было.

Так, посмотрим, монеты можно сразу ссыпать в отдельную кучу, они мне не очень интересны. А вот это что? Золотой зуб? Серьезно? Кто додумался.? Ладно, золото есть золото. Что там дальше… Ага, маленький кинжал из золота с камнями, средний кинжал из золота с камнями, кинжал еще больше… Булава инкрустированная огромными алмазами вместо шипов? Надо будет выставить адептов на входе для проверки содержимого карманов у прихожан… Вот зачем они в дом бога принесли столько оружия? Нет, наверное стоит спросить иначе. Для. Чего. БУЛАВА. С ДРАГОЦЕННЫМИ КАМНЯМИ?! Это же не практично!

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

Продолжим. Кинжал, кинжал, кольца, ожерелье, какие-то бусы, опять кинжал. Не, ну это уже, как минимум, опасно! А если бы у них праведный приступ случился и они решили бы кого-нибудь в жертву принести прямо там, на месте? Все бы сразу сорвались и вместо человека была бы изрезанная отбивная?

Какое-то время я потратил на то, что продолжал заниматься распределением полученных даров и их сортировкой. В один момент мне стало тяжелее дышать. Обычно это служило для меня сигналом к тому, что надо выбираться наверх, что я, собственно говоря, и сделал. Поднявшись по лестнице я пошел сразу на улицу. По пути наружу встретил Грегора в приподнятом настроении, он ходил рядом из стороны в сторону и что-то напевал себе под нос, явно довольный чем-то.

— Грегор, все в порядке?

— А, господин! Конечно! Все хорошо! Я испек для вас просто восхитительный пирог с травами! Вы же еще не ужинали? Если вы не против — я приглашаю вас попробовать результаты моих трудов, — он очень пристально смотрел на меня и пританцовывал на месте. Его буквально колбасило из стороны в сторону от нетерпения.

— Конечно, веди меня, попробуем то, что ты приготовил. Прикажи подать еду в сад, сегодня великолепно видно звезды, хочу насладиться этим вечером.

— Будет исполнено, господин! — самый верный адепт ударил себя кулаком в грудь и убежал исполнять приказ. Надо будет его отдать на какое-нибудь хобби, что-то вроде шитья. Возможно, сможем продавать его поделки как-то, что благословлено богом. И таким образом мы получим еще больше денег. Деньжат. Золотых. Хе-хе.

Когда я подошел к летней кухне в саду там уже стояла горячая еда и напитки. Рядом находился только сам Грегор, остальные адепты уже куда-то ушли. На самом деле — не куда-то, а по своим делам, ведь я очень не люблю когда кто-либо смотрит за тем, как я ем. К сожалению, от этого фанатика я избавиться во время приема пищи никак не смог, он каждый раз с боем вырывает возможность остаться. Поэтому я уже даже перестал сопротивляться. Усевшись на свое место я оглядел стол и мысленно присвистнул. Мясо, овощи, всякие закуски — всего это было постоянно и так в избытке. Но вот огромный метровый аппетитно выглядящий пирог — это определенно было в новинку.

— И вот это ты самостоятельно испек, я правильно понимаю? — Пристально смотрю на послушника.

— Да, господин! Перед этим пришлось, правда, построить новую печь и вырубить небольшое количество деревьев для того, чтобы в ней готовить.

— У нас что, дров нет для этого?

— Были. Из-за неправильной конструкции тепло куда-то уходило, поэтому дрова были сожжены впустую.

— Надеюсь, мой любимый лес не пострадал?

Грегор замялся и отвел взгляд. Я тяжело вздохнул и потер переносицу, после чего постарался по доброму улыбнуться.

— Ничего, даже если пострадал — ты завтра же просто посадишь в три раза больше священных деревьев там, ведь так? — Продолжаю улыбаться, но уже немного не так по доброму. Чуть-чуть с напрягом, я бы сказал. Проклятье, глаз начал дергаться.

— В три раза… Господин, а где я.?

— Где хочешь. В три раза больше деревьев, чем ты срубил. И больше в этот лес никто не должен приходить, кроме меня. Никто — это даже ты.

— А как же…

— Постарайся избавить меня от твоего следующего вопроса. Давай есть.

Я показательно взял в руки столовые приборы и начал резать огромный кусок мяса, разделяя его сначала на маленькие куски, а потом делая их еще меньше. После чего положил себе еще овощей и также показательно измельчая их, не забывая пристально смотреть на Грегора. Он, почему-то, тоже очень пристально смотрел на меня, но в глазах его можно было прочитать недоверие и страх. Да, в азартные игры ему точно играть не стоит.

Хмыкнув я начал употреблять в пищу все, кроме того самого пирога, думая о будущих вложениях. Прямо сейчас при храме есть несколько небольших магазинчиков, где продаются всякие «святые» вещи, как, например, святая вода, святые овощи, святая бумага… Короче, обычные предметы, которые не очень дорого производить или перекупать, но очень дорого перепродавать после. Официально храм живет именно на деньги с продаж, а не пожертвований. А все, что жертвуют люди, отправляется прямиком к «богу» и никакими налогами не облагается. Хе-хе.

Увидев небольшую улыбку на моем лице Грегор решил действовать. Он взял небольшой нож и отрезал кусок от пирога, положив его на мое тарелку.

— Господин, пожалуйста, попробуйте! Я этот рецепт специально для вас придумал!

— Ладно, давай уже попробуем твою стряпню. Но если будет плохо — отправишься на обучение и не сможешь вернуться до тех пор, пока не исправишь свои навыки, так и знай!

— Я вас не подведу, поверьте, господин! — Снова он лучезарно улыбается, искренне веря в свои силы.

Аккуратно отделяю небольшой кусочек пирога и кладу его в рот. Хм, а вроде и недурно.

— Что ты туда положил, говоришь? Вкус какой-то странноватый.

— Специи, немного овощей с нашего огорода и травы из священного леса! Вы уже чувствуете, что становитесь ближе к нашему богу?

— Грегор, сука… Я чувствую что…

Сознание стремительно гасло и я понимал, что этот кретин только что прикончил меня своей тупостью.

От авторов: Для получения чибиков и достижение можно написать в личку

Глава 2

Пробуждение оказалось крайне болезненным и тяжелым. Глаза открылись далеко не с первой попытки и сфокусировать взгляд все никак не получалось. Окружение будто ускользало от меня, но вот что забавно, какая-то странная табличка с надписью перед глазами оставалась неподвижной и очень четкой.

Символы в этой табличке передо мной постоянно менялись, так что определить язык, на котором было все написано — было просто невозможно и в какой-то момент я просто решил закрыть глаза, чтобы не напрягаться лишний раз и попытаться отдохнуть. Не получилось. Издевательски медленно табличка отпечаталась прямо у меня в сознании, причем когда я говорю издевательски — я буквально имею ввиду то, что там была какая-то странная ехидная рожа, которая мерзко улыбалась.

— Невежливо игнорировать меня, жрец. Я ведь тебя спас, — голос эхом разнесся по моему сознаю, задевая каждую частицу моей души, — Не пытайся мне отвечать привычно для себя, ртом. Считай что сейчас у тебя его нет. Отвечай мне мысленно, как будто молишься. Так ведь ты учил свою паству?

Вот ведь мерзкая…

— А вот так не надо думать о своем спасителе. Ты прикрывался много лет моим образом, так чего же сейчас ты не рад наконец-то встретиться с своим благодетелем?

Много лет? Подождите, это что, Хтоцер?

— Ну, вообще у меня другое имя, но, видимо, за все годы, что я пытался тебе донести его — тебе было все равно.

Донести? Никаких знаков не было, сигналов и прочего. Что от меня хочет это существо? Я что, умер и теперь попал в его объятья?

— Так, мне надоело читать твои мысли, сейчас я сформирую тебе рот и будешь говорить в него. У тебя какая-то каша в голове, жрец. Как говорят в одном из миров — ты бы проверил котелок, свистеть начинает.

— Какой котелок? — Слова непривычно громко раздались где-то рядом, но в то же время далеко от меня. Будто и не я говорил вовсе.

— Забудь. В общем, я не просто так тебя решил, в некотором роде, спасти от бесславной смерти. Да, именно смерти, твой приспешник оказался настолько же исполнительным, насколько и тупым. Вместо того, чтобы взять уже известные специи и травы — он просто нарвал самых «красивых» в том самом лесу. Причем он совершенно не планировал тебя убивать.

— Так значит Грегор все-таки убил меня… Столько стараний впустую, столько денег не успел потратить…

— Ну да, неприятно вышло. Да и я получил только крупицу силы, мир тот еще не совсем развит был, слабый, в общем-то.

— В плане слабый? Что значит получил крупицу? Ты… Вы кто вообще?

— Я? — Было видно, что неизвестное существо задумалось. Толи оно подбирало слова, толи пыталось для себя сначала получить ответ кто оно. Молчание затянулось.

— Э-э-э, простите, господин Хтоцер? Вы еще здесь?

— Да не торопи ты. Я пытаюсь понять как тебе ответить таким образом, чтобы твое сознание не расщепилось в пустоте. Ладно, давай считать, что я действительно бог. Не добрый и не злой, как принято их делить в разных мирах. Я — нечто большее, чем просто какой-то бог. Я творец, я тварь, я…

— Высшая сущность, получается?

— Если сократить — да. У меня к тебе предложение. Мне очень понравились твои навыки создания религии, пусть она и была для тебя ложной, но подход и система определенно были, поэтому я хочу заключить с тобой договор.

— Моя душа и так ваша, господин…

— Да-да, но ты ведь хочешь снова быть живым, верно? И деньги тратить тоже хочешь?

— Что вы, господин, моя цель служить вам…

— Да кого ты пытаешься обмануть? Я же буквально вижу тебя насквозь. — В голосе было слышно неприкрытое осуждение.

— Простите. Да, я бы очень хотел жить и тратить деньги.

— Во-о-т! А чтобы жить и тратить деньги нужно всего лишь согласиться на небольшую услугу для меня. Ты уже это делал. Нужно создать культ и заставить всех мне молиться.

— Но у вас же уже есть культ, разве этого недостаточно?

Существо гулко рассмеялось. Его смех был похож на удары по каменному колоколу, после которых тот осыпался крошкой в глухой колодец и падал, ударяясь о стены.

— Зачем мне это слабое подобие веры? Я говорю про реальный культ, с помощью которого я смогу восстать из пепла и вернуться в большую игру.

— Большую… Что?

— Не бери в голову. Я отправлю тебя в новый мир, где ты должен будешь достичь целей. По мере того, как ты будешь развиваться и помогать мне — я буду давать тебе силы, которые позволят стать сильнейшим там.

— Но как я пойму, что все делаю правильно? Раньше вы никак не показывали себя, господин.

— О-о-о, а вот это особый момент, не переживай. На этот раз я тебя одного не оставлю. Будем считать, что я услышал твой ответ, так что приготовься. Будет немного неприятно.

— Что? Подождите, я…

Звуки стали отдаляться, а все вокруг резко закрутилось, превращаясь в кашу. Меня куда-то тянуло.

Я обнаружил себя на полу, корчащимся от боли и ощущения ломающихся костей. Попытался крикнуть, но из моего рта вырвался только лишь хрип. Где я? Это уже новый мир?

— Опять где-то шлялся, пьянь. — до ушей донесся чей-то голос и я бы не назвал его приятным. Еще и язык, на котором этот человек говорил был очень похож на северный диалект варваров с моего мира. Голову резко пронзило в очередной раз и я еще раз отключился.

— Господин, просыпайтесь, пора вставать. — То, как меня тормошили — совершенно не вязалось с нежным тоном, которым со мной говорили. С мешком картошки и то мягче обходятся, более чем в этом уверен.

— Что вам от меня нужно? Перестаньте меня трясти! — Все. Дожили. Не узнаю своего голоса. Или я — теперь не совсем я? Или совсем не я?

— Господин, все в порядке? Может врача вызвать? У нас есть замечательная больница недалеко для людей, которые сходят с ума от чрезмерного употребления алкоголя…

— Да вы что, ополоумели? — Неожиданным для себя образом вскакиваю с пола и, наконец, полноценно открываю глаза. Да, это определенно не мой мир. Тут все какое-то… Да я даже не могу придумать слова, чтобы описать как это все выглядит, если честно. В моем мире даже у самых великих императоров не было так странно и красиво одновременно. Все сияло, светилось и переливалось.

— Вижу, что вы все еще в состоянии думать. Жаль. Ваш отец просил передать, что ожидает вас сегодня на ужине. Отказ не принимается, одежду вы сможете найти в ванной комнате. Надеюсь, вы же сможете помыться самостоятельно?

— А вы, простите, кто?

— Шутите все, как погляжу. Ну, ничего, скоро все поменяется, не переживайте. Ваш батюшка тоже умеет хохмить, — после этих слов она, отчего-то, мерзко захихикала и вышла из комнаты, оставив меня одного с своими мыслями.

Осмотревшись еще раз я понял, что нахожусь в достаточно просторной комнате, вид из которой был на прекрасный сад, где сейчас работали какие-то люди. В самой комнате была добротная кровать, комод, письменный стол с кучей каких-то бумаг и прочие элементы жизни обычного человека. Ладно, в моем мире, возможно, не самого обычного, но точно образованного.

Помимо выхода из комнаты тут также было две двери, которые, как оказалось, вели в раздельные ванную комнату и туалет. Да, ну и туалет у них тут. Такого точно в нашем мире не было.

Судя по тому, что солнце уже немного скрылось за горизонтом — времени до ужина у меня оставалось не так уж и много, поэтому я направился в ванную комнату, как мне и рекомендовали ранее. Там я нашел стопку чистой одежды высокого качества. Так, а как тут помыться? Я не вижу бадьи с водой или какой-нибудь емкости с ней. Есть только какой-то чан странной формы и рычаги. Попробуем подергать эти самые рычаги, может быть, я смогу чего-нибудь добиться?

Стены содрогнулись от крика боли и обиды.

— Вода из стены — ладно, я это могу принять! Но горячая вода — это больно! Тут что, все безумцы и варятся, вместо того, чтобы мыться нормально?!

Не знаю почему, но именно ожог стал причиной того, что в мою голову полились какие-то странные воспоминания. В них я наблюдал со стороны за каким-то мальчиком, который рос прямо на глазах. По мере взросления его характер портился и становился совершенно невыносимым, а последние фрагменты, которые я увидел — и вовсе показывали его как человека, недостойного жизни. Пьяница, лудоман, бабник. Когда воспоминания прекратили литься в мою голову все снова прояснилось и стоял в ванной комнате и тупо смотрел перед собой. Да, теперь это моя реальность. Я больше не великий Вальтер, главный жрец бога Хтоцера и просто великий человек. Теперь я Дмитрий Нарышкин. Единственный наследник рода Нарышкиных и сын нынешнего главы внешней разведки Российской Империи. В моем прошлом мире не было и близко такой великой империи, как эта. Ладно. С реальностью я еще успею смириться, если я правильно понял из воспоминаний нынешнего тела — отец не очень доволен поведением Дмитрия и уже несколько раз конфликтовал с ним на эту тему. Не смотря на то, что он к нему строг — чувствуется, что он еще не махнул рукой на сына и пытается ему помочь. Попробуем адаптироваться к ситуации и заручиться поддержкой такого могущественного человека.

Вместе с воспоминаниями ключевыми я приобрел и некоторое понимание текущего мира. Он был более продвинутым, чем тот, где жил я. Я бы даже сказал, что мой мир, по сравнению с этим, древность какая-то. Совершенно не развитый. А еще тут тоже есть аристократы. И какая-то магия. Но я, честно говоря, не до конца понял что это такое. Все из-за того, что бывший владелец этого тела избегал любого применения магии и сторонился тех, кто использовал ее. Поэтому он просто прожигал свою жизнь. Но по ранним воспоминаниям и обрывкам фраз — эта самая магия у меня есть.

Приняв душ и одевшись в вычурный костюм и еще раз посмотрел в зеркало. Ну да, это определенно не я.

Худощавый мужчина двадцати восьми лет отроду, небольшая бородка, очки и пепельные волосы. Причем волосы стали пепельными только недавно, судя по всему. В воспоминаниях у Дмитрия были темные волосы. А еще у меня, почему-то, красные глаза, но это, видимо, особенности нынешнего мира. В целом, выгляжу я не так уж и плохо. Даже привлекательно, наверное.

Надо получше изучить этот мир если я хочу тут закрепиться и выполнить задание того существа. Странно еще то, что он мне не назвал свое имя. Хтоцера использовать как-то уже не хочется… Ну, будет значит Хтонью. Да, определенно. Великий и ужасный бог Хтонь, борец с несправедливостью и защитник праведности. Слоган еще хромает, но если что — смогу его изменить потом, по мере того, как будут идти тут дела. Насколько я понял по памяти этого тела — в это время решены многие проблемы моего мира, люди меньше болеют, они не зависят от погодных условий и практически не голодают. А значит, прошлые методы применять в работу не получится. Ладно, этот вопрос решаемый. Помнится в воспоминаниях мелькали какие-то движущиеся картинки, которые отображались вон в той странной картине на ножке. Мышечная память подсказывает мне, что тут где-то должно быть скрытое углубление, куда надо нажать и этот чудо инструмент включится. Ага, так и есть, вон кнопка торчит. Нажимаем, и… Оно заработало! Какие-то картинки действительно появились перед глазами, надписи и прочее. Тут где-то должна быть указана дата. Да, вот она. Странно, летоисчисление в этом мире похоже на наше. Какой тут год? 2053 год. А месяц? Июнь? Где понятные мне названия?

Время пролетело незаметно и я смог оторваться от изучения информации только после того, как услышал крики за дверью и то, как в нее долбили. Упс. Похоже, я слишком погрузился в это все и не заметил, как меня тактично звали на ужин. Выдохнув и встал с кресла и пошел открывать злополучную дверь, которая явно не являлась преградой для того, кто ко мне сейчас пришел.

— Молодой господин, ну чего же вы так долго открываете? — В голосе миловидной девушки было слышно открытую неприязнь и возмущение, — неужели вам так нравится заставлять красивую девушку ждать за дверью? Разве так себя должен вести наследник великого княжеского рода?

— Вы знаете… Для прислуги у вас очень острый язык. Понимаю, возможно между нами ранее и были какие-то разногласия или даже конфликты, но прошу впредь соблюдать субординацию. Благодарю за то, что напомнили об ужине, можете передать отцу, что я сейчас прибуду.

Сказать что девушка передо мной сломалась — значит ничего не сказать. Взгляд стеклянный, почти не дышит. О, еще и веко начало дергаться, а ноздри раздуваться. Может, ей врача вызвать? Она сама недавно рассказывала про какую-то больницу, где хорошо могут лечить.

— Девушка, если вам нужна помощь — мы можем обратиться в ту больницу, которую вы мне рекомендовали ранее.

— Н-н-нет, Ваше Сиятельство. Я в порядке, спасибо за заботу. Конечно, я сейчас же передам вашему отцу то, что вы скоро прибудете. Прошу вас не опаздывать.

— Конечно, благодарю за заботу, — после этих слов я закрыл дверь и прислонился головой к ней, пытаясь понять, зачем я вообще сейчас полез на рожон. Это было совсем не свойственное поведение для Дмитрия. А вдруг они что-то заподозрят? Так, это еще не самая главная проблема, я ведь не знаю куда идти! Резко открываю дверь, но горничной уже и след простыл. Проклятье, придется самостоятельно искать…

По итогу я все-таки смог дойти без опоздания, хоть судьба и пыталась сбить меня с пути. Еще бы, столько комнат, ответвлений и различных помещений. А еще куча незнакомых мне людей, которые с опаской и презрением смотрели на то, как я бездумно блуждаю по коридорам. Это точно слуги моего рода? Почему я чувствую, что мне тут совсем не рады? Ладно, решение этого вопроса — проблема меня из будущего.

Сейчас же я аккуратно сидел перед внушительного размера мужчиной с сединой в волосах, густой бородой и боялся дышать. Отец Дмитрия, Алексей Нарышкин был крайне значимой фигурой в Российской Империи, где я прямо сейчас оказался. Он был одним из великих князей, что являлись столпами власти в Империи и подчинялись только лишь самому Императору. Все боялись их и не думали даже лезть туда, где эти мастодонты власти варились. А отец был еще не просто князем, он был министром службы внешней разведки и руководителем секретной организации по отлову нелегальных магов «Волкодав». Откуда я знаю про секретную организацию? Бывшего владельца этого тела как-то брали на несколько операций по отлову, причем не на легкие, а на одни из самых опасных. Кажется, он после этого решил не использовать свою магию.

— Почему не ешь, Дмитрий?

Еда, которую я так тщетно пытался проглотить целую минуту наконец-то провалилась внутрь и я смог выдохнуть.

— Я кушаю, Отец. Просто стараюсь наслаждаться столь искусно приготовленными блюдами. Не зря же наши повара так стараются.

— Обычно ты проглатываешь все моментом и сбегаешь к себе в комнату или в очередной бар. Странно видеть тебя тут так долго. Что-то случилось? Это ты из-за предстоящей работы так переживаешь?

Какой работы?

— Простите, Отец, а есть из-за чего переживать? Возможно, из-за событий последних дней у меня из головы что-то вылетело…

— А как же! Ты же с этого года новый преподаватель коммерческого дела в нашей Великой Императорской Академии! Как ты мог такое забыть?

Ну все, конец. Я и преподаватель. Чему я могу научить детей? Как обманывать и получать деньги?

В этот момент время вокруг меня будто бы остановилось и перед глазами появилась та самая табличка, которую я видел перед тем, как меня впихнули в это тело.

Задача: Создать культ имени бога

Условия: Необходимо сформировать основу культа, завербовав первых последователей в него, которые будут помогать жрецу и дальше разносить веру по всему миру.

Необходимо: найти минимум восемь приспешников, готовых помогать в исполнении воли жреца.

Награда: Возможности и жизнь

Наказание: Смерть. Окончательное поглощение души.

Срок: 90 дней.

Чего? Завербовать 8 человек в культ за девяносто дней? Это шутка какая-то? Как я должен это сделать, если еще не освоился в этом мире?! Еще и преподавать придется! Течение времени вернулось в привычное русло, а табличка куда-то пропала. Надо попробовать отсрочить хотя бы отправку в академию.

— Отец, а мы не можем отложить мою работу в академии? Дело в том, что у меня, вероятнее всего, появились неотложные дела, поэтому я не смогу должным образом исполнять свою работу профессора.

Обстановка в помещении резко изменилась и все вокруг как будто почернело. А, вижу. Еще молнии появились, которые просто витают в воздухе.

— Нет. Мы и так долго откладывали твое будущее. Это твой последний шанс доказать то, что ты достоин быть Нарышкиным. Если ты не готов — я сегодня же напишу бумагу о том, что изгоняю тебя из рода и вывезу тебя в глухую деревню.

— Понял, простите, что так глупо пошутил, — пришлось сделать вид, что это была обычная шутка, хотя о таком, конечно же, не шутят, — Я готов стать профессором.

— Отлично. Тогда на этом и закончим. — Обстановка в помещении вновь стала обычной, а свет вернулся в привычное состояние. Я уже было встал из-за стола чтобы направиться в свою комнату как услышал голос отца.

— А, еще. Ты поедешь в академию со своей будущей невестой. Я уже обо всем договорился.

Чего? Невестой?

Глава 3

Вернувшись в комнату я просто открыл окно и долго смотрел в него. Хоть я и находился на втором этаже поместья, но мысль выйти в окно не покидала меня уже длительное время. Ладно, минутная слабость прошла, нужно думать как я буду выбираться из ситуации.

Академия — это меньшая проблема, наверное. Там я смогу наладить какие-нибудь связи и приступить к реализации своего плана, который позволит мне завербовать последователей. Нужно только подготовиться к своим лекциям, причем сделать это блестяще, чтобы я стал для молодых умов тем, кто приведет их к светлому будущему.

А вот невеста… Это уже проблема, если честно. В моей прошлой жизни я старался избегать каких-либо отношений, так как лично видел примеры где ревнивая жена или предприимчивая любовница лишала жизни хорошего человека. Да, возможно он согрешил и изменил им. Или не только им, я понимаю, что это не очень хорошо. Но забрать жизнь… Короче, страшно мне. Боюсь женщин. К тому же я жрец! А у нас есть эти, как их там… ограничения, да.

В местном интернете я провел еще какое-то время, пока у меня не начали болеть глаза и я не решил, что нужно бы и проветрить голову. А то с момента, как я попал в этот мир — я все время был только в помещении и совершенно никуда не выходил.

Аккуратно отворив дверь я посмотрел по сторонам, в надежде, что никого не найду. Так и оказалось, на моем этаже было тихо и никто не ходил. Возможно, потому что я никому и не нужен тут вовсе, но хочется верить, что это из-за поздней ночи. Одевшись потеплее я вышел из своей комнаты и направился в сторону единственной лестницы, которую я видел, пока блуждал в поисках обеденной. Мне потребовалось немного времени, чтобы вспомнить место и спуститься вниз. К моему удивлению внизу я обнаружил дворецкого, который стоял в зале и занимался своими делами.

— Доброй ночи, — постарался вложить все свое дружелюбие в эту фразу, — простите, что так поздно, но сейчас в саду есть кто-либо?

Дворецкий посмотрел на меня, как на призрака. Он начал трястись и что-то пытался сказать. Так, нужно аккуратно уточнить у него, все ли хорошо.

— Все в порядке? Может, вам выходной взять и посетить больницу? Недавно горничная рассказывала мне о чудесном медицинском учреждении недалеко от нас, крайне советовала.

После фразы про больницу он, почему-то, упал в обморок. Бедняга явно переутомился. Ладно, оттащу его поближе к камину, а сам пойду проветрюсь, небо выглядит абсолютно восхитительно сегодня. С огромным трудом я смог только лишь немного приподнять дворецкого за ноги и волочить его к камину. Оказалось, что мое тело невероятно слабое и щуплое. Эх, а вот в том мире я был сильным и спортивным. Обидно. Значит нужно будет приложить еще больше усилий для того, чтобы стать не только умнее, но и спортивнее. Стать примером, идеалом для подражания. Лучшей версией себя.

Добравшись до беседки я обнаружил внутри удобное и мягкое кресло. Было бы у меня такое в другом мире, я бы и на службах в нем сидел. Зачем мне неудобный и холодный трон, если есть удобное, мягкое кресло?

Недолго думая я оттащил его на улицу, чтобы навес не мешал созерцать звезды. Созвездия отличались от того, что я видел в своем мире. Не могу сказать, что я был большим фанатом астрологии в родном мире, но то, что я успел запомнить — совершенно не было похоже на звезды тут. Но, это не так важно, на самом деле. Я никогда не верил в силу звезд и надеялся только на себя. А теперь у меня тем более нет вариантов, раньше ведь не было ограничений. Только возможности.

Утро у меня началось совершенно беспощадно. Мало того, что я уснул на улице под открытым небом, так меня еще и разбудил какой-то резкий повторяющийся звук. Память мне подсказывает, что это называется сиреной тут. С огромным трудом я разлепил глаза и начал смотреть в сторону дома, где все бегали и суетились. У входа стояло несколько хорошо одетых людей, которые подозрительно озирались, как будто кого-то искали. Еще несколько человек в похожей одежде ходили вокруг поместья. Наверное, надо бы пойти уточнить что случилось и не нужна ли моя помощь. Окончательно приведя себя в порядок я поднялся с кресла и с трудом разогнулся. Вот уж не думал, что оно настолько удобное… Надо будет точно такое же попросить поставить ко мне в комнату. Спать в нем одно удовольствие.

Аккуратно покинув сад я медленно начал подходить к людям, которые стояли у входа в поместье. Только сейчас я обратил внимание на их одежду. Точнее, на детали этой самой одежды. Медали, различные переливающиеся вставки, какие-то непонятные символы символы, которые также мерцали. Наверное это какие-то солдаты или что-то подобное, выглядят они уж больно профессионально, возможно, что это далеко не простые солдафоны, которые только и выполняют приказы. Интересно, что им тут нужно в такую рань? Подойдя максимально близко и оставшись незамеченным я уже было думал просто войти внутрь, как меня резко одернули.

— Стоять! Кто такой? Почему неуставное лицо на территории поместья?! — Человек, который посмел меня тронуть выглядел не самым умным представителем вида своего. Ну, по нему реально было видно, что он туповат. Брови хмурит, на людей кричит, руки распускает. Разве так ведут себя в приличном обществе?

— А вы, собственно кто, чтобы так себя вести? Представьтесь по форме, пожалуйста, чтобы я мог знать на чье имя буду писать жалобу.

— Еще чего! Ты, салага, сейчас у меня получишь и потом будешь всю жизнь ходить под себя. Кстати, выглядишь ты как-то подозрительно, может это ты выкрал молодого Нарышкина и теперь пришел за выкупом? Так это моя премия, получается, мужики! — Сказав это он гулко рассмеялся и попытался начать выкручивать мне руки.

— Стоп. В пропаже молодого Нарышкина? Меня что ли? Так я не пропадал, просто уснул в саду. Вот он я, живой, здоровый. Ну, может не очень здоровый после того, как поспал на открытом воздухе и ты схватил меня за руку, но это дело поправимое.

— Ты думаешь мы тупые и не проверяли сад? Совсем нас за дураков держишь?! Пусть мы и временная замена гвардии Нарышкиных, но все еще элитное подразделение наемников.

В этот момент один из его коллег аккуратно похлопал его по плечу и привлек внимание, они отошли чуть подальше и начали о чем-то спорить. Сильно спорить. Я бы даже сказал почти драться. Когда они вернулись назад смельчак ранее говоривший со мной молча смотрел вниз, а его коллега извинялся. Оказывается, именно этому умнику приказали проверить сад, но он, откровенно говоря, забил болт на свои прямые обязанности.

— То есть вы хотите мне сказать, что с самого утра тут переполох из-за того, что какой-то не самый умный представитель вашей братии просто забыл проверить сад?

— Формально, из-за вашей пропажи, господин. Но ваша версия тоже имеет место быть.

— Как имя этого сотрудника?

— Герасим. Герасим Немой.

— Для немого ты какой-то слишком говорливый.

— Стараюсь не соответствовать фамилии.

Я еще раз осмотрел этих представителей охранной компании, или, как они выразились, отряд элитных наемников.

— Могу войти в свой дом? Да? Спасибо.

Не дождавшись адекватного ответа я открыл дверь и проследовал на второй этаж. Моя комната была открыта и прямо сейчас там кто-то находился. Аккуратно подойдя к двери я обнаружил, что внутри находится отец и что-то сейчас смотрит в моем том странном устройстве. Кажется, это называется компьютер.

— Отец, ты не против, если я зайду и переоденусь?

— Да, конечно, сын, проходи, делай свои дела, — он ответил даже не отвлекаясь от монитора. Когда я зашел в ванную комнату с вещами услышал позади себя сильный хруст. После этого Отец аккуратно вошел в ванну и очень страшным взглядом смотрел на меня.

— Тебя не украли?

— А должны были?

— Тебя не было в комнате с утра, а дворецкого нашли лежащим у камина без сознания. Когда он очнулся сказал, что видел как ты куда-то выходил и был предельно вежлив с ним. Вот и подумал, что тебя шантажируют и крадут таким образом, вынуждая покинуть территорию поместья.

— Отец, напомни, сколько мне лет?

— Двадцать восемь в этом году исполняется. Так где ты был?

Я тяжело вздохнул и покачал головой. Если в двадцать восемь лет этот человек все еще под надзором родителей — то он либо совсем пропащий, либо тут совершенно нет никакой свободы в стране. Второй вариант я сразу же отмел, потому что слышал, что другие люди, даже младше по возрасту гораздо проще уходят в самостоятельную жизнь. Дмитрий, как же ты мне поднасрал своим поведением, ты бы знал. Надеюсь, твоя душа упокоилась и ты теперь отдыхаешь.

— Отец, мне двадцать восемь, а ты до сих пор контролируешь мое передвижение. Но это ладно, другой разговор. Я ночью действительно вышел на улицу, дошел до сада, вытащил кресло, сел в него и уснул. Но знаешь что забавно? Никто в саду меня не искал.

— Просто уснул в саду.?

— Представь себе. Видимо, усталость накопилась или просто погода располагала. В общем, не суть важно. Скажи, пожалуйста, а где наша гвардия сейчас находится? Правильно ли я понимаю, что сейчас нас практически никто не охраняет, раз они даже базовый обход не в состоянии сделать?

На Алексея Нарышкина, великого князя Российской Империи было страшно смотреть. Мало того, что его выбила из колеи такая банальная ситуация, он еще и осознал, что в любой момент их могли атаковать враги рода и им никто бы не смог ничего противопоставить. В глазах зажглись молнии, а воздух в комнате стал тяжелее. Да что там в комнате, уверен все поместье теперь дышит с трудом.

— Никто не искал, значит. Понял тебя, сын. Прости, что проявил такое недоверие, как никак — ты скоро уедешь отсюда и будешь самостоятельно существовать в академии. На счет того, что ты сказал, ну, по поводу того, что тебя никто не искал из наемников — откуда ты узнал это?

— А я с ними столкнулся снизу, трое сотрудников в форме не хотели пускать меня внутрь. Если быть точнее — не хотел пускать только конкретный человек, остальные ничего не предпринимали. Оказывается, этот человек и должен был осматривать территорию сада, но благополучно не стал это делать.

— Вот значит как… Спасибо, информация полезная. А имя этого сотрудника тебе, случайно, не удалось узнать?

— А как же! Герасим Немой. Только ты его не казни, пожалуйста, есть у меня мысль одна.

— В рабство не отдам. И пытать тоже не дам, — что-то не нравится мне взгляд нынешнего главы рода, направленный на меня. Как же я чудил до этого момента, что меня никто не любит толком?

— Не пытать, но я бы хотел забрать его с собой в академию, если есть такая возможность. Дело в том, что человек теперь явно не сможет работать в своем отряде, особенно после того, как свидетелями нашего диалога стали его коллеги, да и ты не позволишь.

— Не позволю. Это прямое неисполнение обязанностей и халатность. По хорошему — его бы сослать в тюрьму на время, перевоспитать.

— Поэтому и говорю — отдай его мне, я постараюсь сделать из него человека. Да и мне лишние руки в академии не помешают.

Опять тяжелый взгляд отцовских глаз заставил меня начать сомневаться в этой идее, но что-то внутри подсказывало, что это правильный шаг. Люди, которые должны тебе — гораздо более внушаемые и подвержены твоему влиянию.

— Ладно, я не стану принуждать этого человека. Но я предложу вариант, где он получит контракт на несколько лет и сможет искупить свою вину, будучи подле тебя. Если он согласится — все отношения будешь разруливать с ним сам, но! — Отец сделал акцент на последнем слове и грозно на меня посмотрел, стараясь что-то найти в моих глазах, — если я узнаю, что ты над ним издеваешься или вы делаете что, что вредит репутации рода… Я не посмотрю, что ты мой сын.

— На этот счет можешь не переживать. Я не смею посрамить честь нашей семьи.

— Хорошо. Приберись тут, а я пойду потолкую на счет этого твоего. Как там говорил?

— Герасим, отец. Герасим Немой. Но на самом деле очень даже болтливый.

— Находка для шпиона, — сказав это отец усмехнулся и вышел из моей комнаты, закрыв за собой дверь.

Я все-таки дошел до ванной комнаты и принял душ, после чего нормально переоделся и направился в сторону обеденного зала. Время было уже обедать, поэтому я пришел как раз к моменту, когда еду уже выставили на стол. За столом находился только отец. Вообще, семья у нас какая-то не очень многочисленная, если честно. Только я да он, да мы с ним. Про мать я ничего не знаю. Видимо, воспоминания не до конца восстановились, а других детей нет.

— Я смог обсудить вопрос твоего поиска с руководителем наемников. Это Герасим действительно должен был проверить свой сектор и нормально доложить на счет того, что он там найдет или наоборот не найдет. В общем, из наемников его турнули, пока что без права на восстановление.

— Даже так… А что на счет моей просьбы?

— Это тоже обсудили и даже договорились на то, что он пойдет к тебе в услужение на два года. От твоей обратной связи на счет его рабочих навыков будет зависеть то, как именно примут его обратно и примут ли вовсе. То есть сейчас, по сути, его жизнь сейчас зависит только от тебя.

— Он согласился?

Отец звонко рассмеялся и его голос распространился по всему залу. Как в ад попал, ей богу, не хватает только дешевых спецэффектов и различных декораций. Хотя нет, вон молния сверкнула маленькая.

— Ну конечно. Кто его еще возьмет к себе работать с такой рекомендацией, с которой его турнули?

— С одной стороны его, конечно, немного жаль. С другой стороны — будь это серьезная ситуация — я, вероятнее всего, мог бы пострадать. Ну или кто-нибудь другой мог бы пострадать.

— Именно так. А ты изменился, сын, — не ожидал что он скажет это сейчас и с таким серьезным лицом, — последние дни даже алкоголь не употребляешь, хотя еще недавно тебя трезвым было практически не видно. Каждый день с утра до ночи ты был пьян. И груб.

Да. Я даже не знаю, что ответить на это, раз за два дня моего присутствия здесь настолько очевидна разница в поведении между мной и прошлым владельцем тела. Вот насколько надо быть козлом, чтобы собственный отец начал опускать руки и хотел уже выгнать?

— Я осознаю, что раньше вел себя неподобающе. Прошу меня простить за это. Человек в моем возрасте уже должен иметь семью и воспитывать детей, представляя из себя опору для будущего поколения. С этого момента я постараюсь не разочаровывать тебя и давать только поводы для гордости.

В ответ он лишь грустно улыбнулся. Так, пока у него хорошее настроение, я должен обязательно узнать что-то на счет будущей невесты. Что-то, что позволит мне избежать, по крайней мере сейчас, ограничений.

— Отец, я все хотел уточнить. А кто моя невеста?

— А ты не помнишь? Неужели забыл ту, за которой бегал безуспешно много лет и чьи отказы так тяжело переживал?

Переживал отказы?! Бегал много лет?! Проклятье, кажется, просто так избавиться от свадьбы не получится.

— Странно, почему-то ничего не могу вспомнить… Возможно, я не смог пережить отказы и поэтому сам для себя запечатал эти болезненные моменты?

— Действительно странно. В академии обязательно зайди к мозгоправу и пусть он тебя проверит ментальной магией. А что на счет твоей будущей жены — то не переживай, я договорился. Анастасия согласилась выйти за тебя, не смотря на все проблемы, что до сих пор доставлял. Кстати, совершенно неожиданным образом она решила посетить нас завтра, чтобы провести немного времени до того, как вы уедете вместе работать в академию. Правда здорово?

— Как завтра? Почему завтра? Отец, а когда мы должны уже отбывать в академию?

— Тебе точно стоит сходить к мозгоправу, если станет хуже — ты дай знать, я выпишу нам лучшего из Петербурга. В академию вам через несколько дней, как раз успеешь собраться и отправиться туда.

Я встал из-за стола и на негнущихся ногах направился в сторону выхода. Уже в дверном проеме меня остановил голос Нарышкина старшего.

— Кстати, твоя подруга детства Соня приедет вместе с Анастасией, так что не забудь и про нее.

У меня что, еще и друзья остались?!

Глава 4

В прошлой жизни у меня не было друзей. Если быть точным — они были, но только в самом начале. Когда ты становишься богатым друзья превращаются в тех, кто очень хочет быть богатым за твой счет. Причем я был не против делиться, ровно до тех пор, пока они не стали мое богатство, славу и положение приписывать себе. Это когда к тебе приходит представитель закона и обвиняет в том, что ты прилюдно избил человека в каком-то питейном заведении. А ты даже не пьешь. И вообще не выходил последние дни на улицу, так как болел или был очень занят.

В общем, не было у меня друзей. Только Грегор, но он был не другом, а скорее самым преданным приспешником. Поэтому фраза о том, что ко мне, помимо нежданной и совершенно мне ненужной невесты, приедет еще и подруга детства — очень выбило меня из колеи. Не люблю я женщин. А тут одна из женщин хорошо знает предыдущего владельца тела. Надо будет что-то делать, чтобы меня не раскрыли.

С такими мыслями и принял душ и отправился в объятья кровати. Мир сновидений ждал меня.

Проснулся ранним утром от того, что мою дверь пытался кто-то выломать. Подумал, что сон еще не кончился, накрыл голову подушкой и перевернулся на другой бок. Звук не прекратился и стал даже более громким, к нему добавилось какое-то злобное шипение. Это точно сон?

— Если ты сейчас же не откроешь дверь — я ее точно выломаю и тогда ничего хорошего тебя ждать не будет. Дмитрий, открывай! — шипение приобрело какой-то странно-знакомый диалект и я даже смог разобрать слова. Чудеса какие! Это влияние Хтони так работает или я просто научился общаться с женщинами?

Перед глазами возникла табличка с надписью. Пришлось открыть один глаз и прочитать то, что там было написано:

Нет, это не я. Но ты в опасности.

А, ну раз не он — то ладно, можно значит спать дальше. Меня резко пробило холодным потом. Если не он — то кто? Подожди, разве сегодня не должны приехать невеста и подруга? Как их там… Анастасия и Соня, точно.

— Может подорвем эту дверь?

— Может не надо, мы же у Нарышкиных, а тут любой чих — это казематы, допросы, пытки…

— Ничего такого, я когда тут гостила раньше — и не такое вытворяла!

— Так ты была ребенком еще, наверняка, а сейчас это будет считаться покушением на наследника рода… К тому же моего будущего мужа, так нельзя!

Шепотки за дверью превратились в негромкий разговор, из чего я понял, что меня сейчас натурально берут штурмом. Пришлось вмешаться:

— Простите великодушно, а можно я немного приду в себя, приму ванные процедуры, оденусь, хотя бы? — После моих слов за дверью воцарилась тишина. Слышно было только шуршание.

— А ты что там, голый? — тон, которым был задан этот вопрос — совершенно не соответствовал обстановке. Он был слишком вызывающим.

— А тебе зачем знать эту информацию? Чтобы что?

— Нет, ну вы только послушайте этого человека! К нему приехали ДВЕ замечательные девушки, в самом рассвете сил, одна из них вообще его невеста.

— БУДУЩАЯ, прошу заметить, я только недавно узнал про то, что будет какой-то брак.

— А тебе и знать не надо было! Ты если бы раньше узнал — сбежал бы опять куда-нибудь, опять тебя по всей стране в барах искали бы всеми спецслужбами!

Так, прошлый владелец тела, видимо, тоже не очень ладил с женщинами. Поэтому меня в него переселили? А почему со мной разговаривает только один голос, а второй не разговаривает?

— Анастасия, вы тоже там, да?

В ответ раздалось робкое:

— Да…

— Простите, а вас с собой захватила эта ненормальная, правда ведь?

— Мы встретились по пути к поместью, а потом я просто не могла отказать в просьбе…

— Понятно, спасибо большое, что приехали. Если вы не против — подождите меня в зале, я совсем скоро приду.

— Тот, что с камином и удобными креслами?

— Да.

— ХАМ! — Это опять встряла в разговор Соня, после чего я услышал, как от моей комнаты начали удаляться люди.

Все это время я смотрел вниз, немного свесившись в открытое окно и оценивал свои шансы на то, что я не получу серьезных увечий если спрыгну вниз и сбегу. Причем увечья от падения меня волновали меньше, чем урон, который я бы приобрел после встречи с разъярённой валькирией. Не, не вариант. Даже если никак не пострадаю — все равно догонят. Я же успел немного узнать про свою подругу перед сном, там вообще без шансов. Спортивная, преподает в той же академии основы ближнего боя и является магом огненного типа, причем не самым слабым. Ладно, надо привести себя в порядок и идти. Казнь никто мне не отменит.

Выйдя из комнаты и еще раз прикинул шансы на свой побег. Мозг все еще пытался найти решение из ситуации, в которую мы с ним попали. Шансов не было. Уныло вздохнув я поплелся в сторону зала. Как бы я не старался замедлить шаг — расстояние неумолимо сокращалось. Каждый шаг давался с трудом, а мысли путались.

— Ну нам тебя еще долго ждать? Между прочим две дамы! Вот каким был — таким и остался!

Видимо, я дошел. Ну да, подняв взгляд и увидел двух красивых девушек, одна из которых имела короткую стрижку, серый пронзительный и наглый взгляд, а также подтянутую фигуру. Вторая девушка была в аккуратном платье, у нее были рыжие длинные волосы и зеленые глаза, на меня, почему-то, не смотрела. Ну, я бы на себя тоже не смотрел, это тело — просто шлак.

— А ты чего волосы перекрасил? Раньше же темненький был. Еще и глаза из карих стали каким-то красными. Ты чего, употребляешь что-то? Из тебя дурь выбить?

Тяжело вздохнув я аккуратно проследовал в зал и уселся в кресло недалеко от окна. Подсознательно я выбрал это место, как самое возможное для отступления, в случае возникновения каких-либо происшествий. Надеюсь, они не возникнут.

— Я тоже рад тебя видеть, Соня. Анастасия, вы прекрасно сегодня выглядите. Отвечая же на твой вопрос — нет, не перекрасил, просто в какой-то момент они стали такого цвета. Аналогичная ситуация с глазами. И это не линзы. Не надо меня тыкать, пожалуйста, ты же даже руки наверняка не мыла! — После этих слов нахалка перестала пытаться попасть пальцем мне в глаз и как-то странно посмотрела на Анастасию, пока она что-то думала в своей голове я решил не терять инициативу и продолжил, — что привело вас так рано в мои покои? Мне казалось, что вы должны прибыть ближе к обеду, а сейчас только солнце недавно встало.

— У нас были… Обстоятельства, — Соня продолжала говорить за двоих, изредка поглядывая на вторую девушку, которая будто бы залипла глядя в огонь.

— Надеюсь, вам не угрожает никакая опасность? Я могу поговорить с отцом, он сможет помочь в такого рода деле.

— Нет, спасибо за беспокойство, ничего такого нам не угрожает… — Голос Анастасии звучал тихо и непривычно мягко, если сравнивать его с голосом Сони, — просто грядущая свадьба… В моем доме все на ушах из-за нее, вот я и решила узнать вас получше, перед тем, как мы окончательно заключим брачный договор.

Узнать получше, да? Это учитывая то, что мы будем вместе работать в академии и постоянно видеться, она решила еще больше времени провести в моей компании. Уверен, что ей рассказывали про похождения Дмитрия, поэтому она наверняка не в восторге от того, за кого вынуждена выходить замуж. Не хочу портить судьбу такой девушке, пусть лучше найдет своего человек и будет счастлива, чем всю жизнь будет жалеть о том, что не сбежала.

— Анастасия, понимаю, что мои слова сейчас могут прозвучать грубо или даже как-то неправильно, но вам совершенно не обязательно неволить себя. Если проблема лишь в том, что я ранее докучал вам и вынудил выйти замуж — только скажите, я смогу решить этот вопрос.

На меня ошарашенно уставилось две пары глаз, которые немигающим взглядом пытались прожечь во мне отверстие.

— Что значит решить этот вопрос? Ты что, хочешь отменить помолвку?! Тебе что-то опять не нравится, ты, неблагодарный урод?! — В этот момент мы с Анастасией оба ошарашенно смотрели на Соню. Вот это синхронность.

— Я просто не хочу неволить человека и ставить его в затруднительное положение.

— Об этом надо было думать раньше! Ты доставал Настю много лет!

Оп-па. Значит, вот тот состав, что сейчас присутствовал в зале — это общий круг друзей и Соня не просто так села на хвост Анастасии. Надо попробовать раскрутить этот клубок недопонимания.

— Возможно я совершал ошибки в прошлом, признаю. И приношу свои извинения за это… Но это было в прошлом! Сейчас я совершенно другой человек!

— Ты буквально неделю назад звонил пьяный вдрызг сначала мне, потом всему дому Лазаревых! Начал с кухарок, закончил патриархом. Как он тебя не убил — вообще ума не приложу!

Анастасия потупила взгляд и отвела его в сторону, делая вид, что в целом незнакома с ситуацией. А может и со мной, уж больно говорящим был этот взгляд. М-да.

— Стесняюсь спросить… Дозвонился?

— Дозвонился?! О да, ты дозвонился. Меня выдернули из моего дома и заставили приехать угомонить тебя, потому что все, почему-то, думают что только я в состоянии с тобой справиться, — говоря это она уже порядком запыхалась, волосы взъерошились, а глаза немного налились красным. Сейчас главное не совершить ошибки и не сделать еще хуже своими дальнейшими вопросами.

— У тебя получилось? Мне правда жаль за свое прошлое поведение, но я этого совершенно не помню… Пару дней назад я потерял память. Точнее, какую-то ее часть, из-за чего у меня сейчас есть определенные пробелы, которые я пытаюсь заполнить.

Похоже, про потерю памяти не стоило говорить, потому что в ту же секунду кресло, на котором сидела Соня — полетело на пол и она начала медленно двигаться в мою сторону. Я попытался отодвинуться настолько, насколько это было возможно, но она рывком оказалась рядом и взяла мою голову в тиски своих рук.

— Ничего не помнишь? Это очередная твоя издевка, да? Если да — я тебя всего переломаю и ты уже не сможешь восстановиться, поверь мне, — в ее глазах читалось то, что она не врет и моя судьба сейчас реально висит на волоске.

— Я не вру. Мне даже пришлось вспоминать такие базовые вещи, как душ или компьютер. Не знаю, что произошло ранее и что привело меня к такому состоянию, — я пристально посмотрел в ее глаза и постарался выглядеть серьезно, — но на текущий момент я мало что помню из своей жизни.

Она еще какое-то время держала мою голову, но в какой-то момент тяжело выдохнула и отпустила ее, отойдя к окну.

— Это все… Усложняет.

— Согласен, если у нас были какие-то договоренности ранее — я о них сейчас могу просто не знать, поэтому если есть такая возможность — прошу напомнить.

— Договоренности… Да, пожалуй они есть. Ты знаешь, почему просил ранее руки Насти?

— Потому что был влюбленным дураком не видящим препятствий?

— И да и нет, — хмыкнула она, открыла окно и прикурила сигарету, протянув мне еще одну, — будешь?

Чуть замешкавшись я взял протянутую сигарету. Соня подожгла ее кончик своей магией и затянулась. Выкурив целую сигарету она достала еще одну, а затем еще одну. Где-то успел прочитать что капля никотина убивает целую лошадь. Тут она похоже пытается прикончить целый табор.

— Несколько лет назад к Насте подкатывал очень нехороший человек. Засыпал ее подарками, караулил на мероприятиях, пару человек, которые хотели пригласить ее на танец вызвал на дуэль. В общем, всячески показывал, что претендует на ее руку. Ты тогда уже бросил свои нелепые попытки завоевать ее сердце и начал скатываться в бездну алкогольной поруки, стараясь забыться на дне стакана.

Так у Дмитрия была целая трагическая история и причины так себя вести! Не лудоман, бабник, алкоголик и прочие нехорошие эпитеты — а вполне себе романтик!

— В какой-то момент граф Мышкин решил, что сделал достаточно и прислал официальное письмо патриарху Лазаревых. Он там в красках описал то, как будет ухаживать из милым цветочком, как готов сделать из Насти настоящую мать и что его ухаживание — высшее благо. Конечно, Петр Константинович не стал терпеть такого и ответил отказом. Но это было только начало. На всех официальных приемах, куда была приглашена Настя резко все начали ее сторониться, как прокаженной, а когда она пыталась с кем-либо заговорить — вежливо уходили от разговора или вовсе демонстративно отказывались его продолжать, озираясь по сторонам.

— Подожди, это всего лишь какой-то граф, разве нет? Почему его все так опасаются?

— Потому что Мышкин — уже Магистр магии воды. Да, он не самый могущественный маг в Империи, но это тоже далеко не самый слабый ранг среди всех. Особенно если учесть, что перед ним только Архимаг и Энигма.

— Магистр, Архимаг, Энигма… Это что?

— Там есть еще Богоподобный, конечно, — она будто и не услышала мой вопрос, — но таких в мире всего несколько человек… Было.

— Что за ранги, Соня?

— Ранги магической силы. Ты реально ничего не помнишь? А, ну да, ты же и до этого не использовал свои силы, из-за чего завис на уровне Адепта по официальным оценкам. Сейчас, минуту, найду определения для детей, — она усмехнулась и достала свой телефон, где минуту что-то искала, после чего передала его мне, — держи, ты как раз по уровню развития сейчас как ребенок.

А вот это обидно было. Ладно, что тут у нас? Список с определениями и картинками? Реально для детей нашла?

Классификация и уровни оценки магов:

Неодаренный — обычный человек, не имеет магического потенциала.

Ученик — слабый маг, практически ничего не умеет, но может обучаться магии и впитывать ману из окружающей среды.

Подмастерье — Маг посильнее, обычно это тот, кто начал свое обучение, знает несколько техник и бытовую магию, по силе сравним с тремя взрослыми неодаренными.

Адепт — Маг, который прошел инициацию и закончил обучение в одном из специализированных учебных заведений. Средняя боевая единица, уже считается достаточно сильным против большой группы неодаренных или нескольких магов уровня подмастерья.

Мастер — Старший маг, способен противостоять группе Адептов. Смог постичь одну из стихий и она приняла его.

Магистр — Маг, который довел свою стихию до высокого уровня и может использовать ее быстро. Чаще всего имеет боевой опыт, так как для получения ранга необходимо участие в боевых действиях.

Архимаг — В совершенстве владеет своей стихией, считается угрозой для целого большого отряда магистров, мастеров и прочих низших рангов. Получил предрасположенность и модификацию своей основной стихии.

Энигма — Маг, который способен уничтожать государства. Крайне опасен и постоянно находится под контролем всемирной организации и не имеет права вступать в какие-либо конфликты. По силе сравним с укомплектованной армией Архимагов.

Богоподобный — Владеет несколькими стихиями или какой-то очень редкой. В истории было только несколько человек такого ранга, есть версия, что они были связаны с силами, которые существовали в этом мире очень давно. Уже никто не знает, кто были эти люди, да и люди ли они вовсе.а

— То есть ты хочешь сказать, что этот Мышкин — Магистр, верно?

— Так и есть. На самом деле ходят слухи, что он уже близко подобрался к тому, чтобы стать Архимагом. Его водный элемент имеет все шансы стать ледяным.

— А что, лед лучше, чем вода?

— В какой-то степени — да. Лед — это магия созидания, с ней можно сделать разные вещи, которые из воды никак не сотворить.

— Понял, ладно. А что на счет отца Насти? У него какой ранг?

— Он тоже Магистр, но тут проблема в другом. Настя — разменная монета. Мышкин за счет нее хочет заполучить больше власти.

— Ладно, с этим я понял, а что на счет моего обещания?

— Ах, да. Для того, чтобы защитить Настю — ты предложил хитрый план. Если быть точным — фиктивный брак.

Пришлось погрузиться в себя для понимания того, насколько этот Дмитрий был мазохистом. Судя по всему, он до последнего любил девушку и хотел защитить. Да, он спустил свою жизнь в помойку и превратился в маргинала, но при этом остался человеком. Достойно уважения.

— Тогда это имеет смысл. Анастасия, прошу прощения за то, что сказал ранее. Наш брак в силе и я уверяю вас, что не собираюсь пользоваться своим положением для того, чтобы как-то мучить вас. Наоборот, я планирую дать вам полную полную свободу действий и выбора себе человека, которого вы полюбите.

Ну вот опять на меня смотрят круглыми глазами. Что на этот раз не так? — Да, Нарышкин, жизнь тебя потрепала, конечно. Такое говорить девушке, которая уже приняла свою судьбу…

— В смысле приняла судьбу? Я думал это фиктивный брак…

— Фиктивный, да не фиктивный.

В этот момент Анастасия резко подскочила с кресла и убежала. Мы синхронно посмотрели ей вслед, после чего мне в челюсть прилетела пощечина, от которой я немного отлетел назад вместе с креслом. За Настей убежала и Соня, что-то бурча и шипя под нос, а я остался сидеть на полу в попытках понять во что я ввязался.

Глава 5

До конца дня со мной так никто не стал говорить. Даже во время приема пищи я сидел в одиночестве, потому как меня избегали. Наверное, это и к лучшему. Не будет нужды лишний раз обсуждать неудобные мне темы. Завтра планируется поездка, поэтому весь день я изучал вопрос моей будущей профессии. Профессор коммерческого дела в императорской академии для лучших из лучших. Звучит, конечно, престижно, но немного страшно.

По сравнению с моим прошлым миром тут все несколько… Сложнее. Слишком много инструментов для того, чтобы их можно было изучить за один день. Коммерческое дело тут развито очень хорошо, как в плане продвижение каких-либо вещей, так и в плане имиджа. Вот, например, взять какую-нибудь рекламу светящейся зубной пасты. В моем мире были только порошки, которые помогали не потерять все зубы к определенному моменту, а тут прям заботятся о цвете зубов. Так вот, в этой рекламе есть поющий маскот, да не простой. Он, якобы, какой-то великий волшебник, который управляет ротовой полостью и сражается с какими-то микробами, спасая людей от желтизны зубов, налетов на них и прочего. Короче, странно тут все. Но интересно.

До поздней ночи я просидел изучая разные доклады, статьи и прочую литературу, которая могла мне помочь не сесть в лужу при первом занятии. Вообще, чисто в теории, мой предмет в академии был для галочки. Потому как там, в основном, учатся отпрыски знаменитых аристократических родов, где чаще всего практикуется домашнее обучение. Да и наследовать они будут родовой бизнес, а значит уже знают какие-то нюансы того, как он работает.

Лег я спать, по итогу, ближе к утру. Поэтому когда через несколько часов в мою комнату опять начали ломиться с той стороны — я не сразу осознал где я и кто я. Если быть точнее — почему я. В общем, под монотонные удары в дверь и шипение я неторопливо умылся, оделся и собрался. Когда открыв дверь в комнату с шумным грохотом упала злая и взъерошенная Соня. Она была очень недовольна мной. Ну, если быть точным — она была в ярости, поэтому я сразу же получил несколько ударов в колено, после чего злым был уже я.

— Я так понимаю нормально будить людей ты не умеешь, да?

— А чего ты так долго копался?! Дам заставляешь ждать! Извинись!

— Извиниться? За то, что я в своей комнате пытался собраться?

— За то, что заставил нас ждать! Ты вообще понимаешь, что нам скоро ехать?!

— Через сколько?

— Через три часа!

После этого я немного завис. В каком смысле через три часа? А для чего меня будить так рано?! Я бы еще успел немного доспать или хотя бы не так резко просыпаться! Так, Вдох. Выдох. Вдох. Выыыыдох. Женщин в этом мире бить нельзя. Женщин бить нельзя. Если я ее ударю — мне прилетит в ответ и сильнее в несколько раз.

— Я понял тебя. Мои вещи собраны, сейчас я их аккуратно возьму и мы можем пройти пока в зал. Там мы уже сможем дождаться отправления, хорошо?

— Нет, мы подождем в саду! Чего постоянно дома сидеть? Надо и на природе бывать!

— Господи, да за что мне это все…

— Ты когда верующим успел стать? Ты в курсе, что уже несколько веков как теократия потеряла свою актуальность и её место заняла магократия, а говоря такое ты, мягко говоря, выглядишь странным.

Так, подожди, нет действующей религии?

— А кому у нас поклоняются?

— Никому. А зачем? Сейчас люди сами похожи на тех, в кого когда-то верили, поэтому поклонение идолам считается прошлым веком.

А вот это уже интересно, надо будет как-то использовать эту информацию в своих целях. Сейчас же мы мерно шли в сторону сада и я то и дело ловил на себе недовольные взгляды Сони. Если быть точнее — это были злобные взгляды, в которых читалась искренняя ненависть. Что я уже успел натворить? Или это после вчера такая реакция?

— Послушай… Соня. Я так сильно тебе ненавистен?

— А ты как думаешь?

— Возможно прошлый я действительно допускал… Ошибки, назовем это так. Но сейчас я изменился. Я теперь другой. Лучшая версия себя, правда.

Она остановилась и пристально осмотрела меня с ног до головы, приложила руку к лицу и даже немного принюхалась.

— Вроде не выглядишь больным или пьяным.

— Мне не нравится алкоголь, если честно.

Теперь взгляд, устремленный в мою сторону стал удивленным. А я и не знал что можно так глаза раскрывать.

— Тебе. Не нравится. Алкоголь? Тебе? Реально память отшибло или с тобой что-то сделали?

— Ну, я уже говорил, что какую-то часть воспоминаний я потерял… Давай считать, что я живу с чистого листа! — Я постарался вложить всю свою харизму в улыбку и принял максимально позитивную позу.

Ну вот опять она смотрит на меня, как на какого-то умалишенного. Надо переставать с ней общаться. И сменить тему.

— Ладно, забудь. Ты, кстати, не знаешь — где Герасим?

— Который?

— Немой который.

— Он не говорящий?

— Это фамилия. Герасим Немой.

Девушка задумалась, смешно наклонив голову набок. Спустя несколько секунд в ее голову, видимо, что-то пришло, иначе я не могу объяснить почему она резко подпрыгнула на месте.

— Да, слышала про такого! Это который тупой и не узнал тебя недавно, да?

— Ну, на счет тупого — не знаю, я с ним толком не общался. Но да, тот самый.

— Который теперь должен прислуживать тебе, хотя раньше был каким-то там элитным наемником, да?

— Не прислуживать, помогать и быть подле меня, остальное верно.

— Не, не знаю.

Теперь уже я завис. Зачем ты задаешь такие точные вопросы, женщина? Если ты не знаешь где он — зачем ты уточняешь лишнюю для тебя информацию?

Вдох. Выдох.

— Шут с ним, найдем когда будем отправляться. Пойдем, Анастасия, наверное, нас уже заждалась.

— Почему ты ее называешь так официально, а ко мне обращаешься по другому?

— Потому что она не ведет себя как какая-то деревенщина.

Мне прилетел еще один удар в колено, из-за которого я немного подкосился.

— Еще раз так меня назовешь — коленом не отделаешься. И это был не ответ, — она фыркнула и продолжила на крейсерской скорости свое движение в сторону сада.

— Вот поэтому я и не любил женщин в прошлой жизни, — шепотом произнес я, предварительно осмотревшись по сторонам. Вроде никто не слышал. Выпрямившись я аккуратно проследовал за Соней, но при этом старался держать расстояние.

Спустя несколько минут я таки доковылял прихрамывая до беседки, где уже сидели девушки. Соня с серьезным лицом нарезала яблоко на дольки, злобно поглядывая на меня, а Анастасия… Она лучезарно улыбалась мне и, кажется, действительно была рада тому, что я пришел. Как же неуютно. Грегор, дружище, никогда не думал, что так скажу — но я скучаю по тебе, друг.

— Дмитрий! Доброе утро! Как спалось! Надеюсь, наша Сонечка не сильно тебя встряхнула с утра?

Отодвинув кресло я сел напротив стола и передо мной тут же очутилась чашка с каким-то темным напитком. Так. Соберись. Такой же напиток у девушек, а значит он не должен быть отравлен. Может, конечно, быть еще такое, что они только в мою чашку что-то подмешали, но мы сейчас находимся в родовом поместье Нарышкиных, они точно не будут творить непотребное и злонамеренное. Не будут же?

Вдох. Выдох. Глоток! Мое горло обожгла горькая гадость, из-за чего я закашлялся.

— Дмитрий, все в порядке? Тебе не нравится кофе? Раньше ты его очень любил, поэтому я решила сделать его лично… — Ах, в этих глазах столько заботы и доброты, кажется, я начинаю понимать, почему предыдущий владелец тела влюбился в эту девушку. Особенно если они часто общались.

— Благодарю… Все в порядке, просто поперхнулся. Чудесный напиток, чувствуется забота, которую вы, Анастасия, вложили в него.

Щеки девушки налились румянцем и она немного отвернулась. Она что, смущается? Я же ничего такого не сказал… А вот Сонин взгляд стал острее и нож в ее руках угрожающе блеснул. Надо как-то разрядить обстановку.

— Соня, ты так умело обращаешься с ножом! Ты этому где-то специально училась?

— Ага. На курсах как резать всяких наглых алкоголиков и прощелыг. Там, кстати, твоя фотография висела на доске с подписью «Если вы увидите этого человека — обязательно пните его в колено.»

— Кхм, ладно. Но я же больше не пью алкоголь, поэтому эту, как ее, фотографию можно будет скоро снять, верно?

Анастасия резко повернулась на меня и ее глаза были похожи на два огромных блюдца. Я не понимаю, у них не пить алкоголь — это что-то сродни легендам, или что? Или Дмитрий настолько сильно употреблял, что слышать от него связку слов «Алкоголь» и «Не пью» — это что-то сродни чуду?

— Дмитрий, вы больше не пьете? А давно?

— С момента, как потерял память. Как-то не тянет, если честно. Да и не вижу я прелести в том, чтобы намеренно вводить себя в состояния слабости, — я достал из нагрудного кармана пачку сигарет, которую ранее обнаружил среди личных вещей и прикурил одну из них, — а вот от этой привычки, кажется, избавиться будет труднее.

Соня тоже прикурила сигарету и выпустила несколько колечек в воздух, где они в какой-то момент пропали в вспышке пламени. Завидую. Тоже хочу также с дымом делать.

— А как давно вы потеряли память? Что к этому привело? — Ее выразительный взгляд изумрудных глаз зачаровывал. Пришлось начать смотреть куда-то в даль и вспоминать. Я очутился в этом теле несколько дней назад, воспоминаний предшествующих моему появлению не было. Надо что-то резко придумать.

— Около недели, наверное. А вот что привело к потере памяти, хоть убейте, я не знаю. Единственное, что я помню — очнулся в своей кровати в одно прекрасное утро.

— Странно… Вам обязательно нужно будет сходить к ментальному магу в академии! Возможно, он сможет вам помочь и восстановить память.

— А так ли нужно восстанавливать эту память? — Горькая улыбка сама появилась на моем лице, — мне кажется, что это к лучшему. Несомненно плохо, что я не помню каких-то договоренностей, но не переживайте, это не значит, что я от них отказываюсь.

Теперь грустная улыбка была на лице Анастасии, а Соня просто встала из-за стола и отошла чуть подальше, отвернувшись от нас.

— Дмитрий, вы действительно изменились. Простите меня вчера, просто мне трудно принять… Новую реальность. Я рада, что вы все еще не против помочь мне и благодарна за то, что даже в таких обстоятельствах не меняете своего решения. Спасибо вам за это. Я обещаю вам, что, в свою очередь, стану для вас опорой и буду помогать в любых начинаниях. Постараюсь… Стать вам хорошей женой.

Так, вот этого мне точно не надо. Фиктивный брак еще ладно, но настоящая жена мне будет только мешать в том, чего от меня хочет Хтонь.

— Анастасия… Настя, если ты не против — давайте перейдем на «ты».

— Конечно, Дима.

— Ты уверена, что хочешь связать свою судьбу с таким, как я? Мы можем решить твою проблему и расторгнуть брак. В таком случае тебе не придется быть заложницей обстоятельств и страдать. Я ни в коем случае не хочу сказать, что ты мне как-то противна или неприятна. Просто…

— Просто что… — На девушку было страшно смотреть, в глазах снова появилась вчерашняя грусть, а руки сжались в кулаки.

— Просто я не уверен, что смогу сделать тебя счастливой. Но я желаю тебе счастья. Поверь, больше, чем никто другой — я хочу видеть счастливой такую девушку, как ты.

Настя еще раз посмотрела на меня, но этот взгляд был уже более живым, грусть потихоньку уходила из него и там появлялось что-то другое. Что-то теплое.

— Дима, спасибо, что честно сказал мне это все. Я рада, что ты не стал что-то утаивать и попытался донести до меня свои переживания. Я добровольно приняла твое предложение и не жалею об этом. Поэтому, пожалуйста, давай попробуем узнать друг друга получше.

Узнать. Друг друга. Получше. Ну все, это конечная. Мне нечем аргументировать это. Пока что можно занять оборонительную позицию, а позже уже принять какое-то решение. Так, надо еще раз покурить, кажется, мысли начали путаться.

— Конечно. Давай попробуем начать с самого начала. Тем более мы будем коллегами, это позволит нам чаще видеться.

— И то верно! Спасибо, Дима! — Девушка звонко рассмеялась и хлопнула в ладоши. Как маленький ребенок. С чистой душей. С такой будет трудно, ведь я совершенно другой. Прикурил еще одну сигарету и сильно затянулся. Надо готовиться к тому, что ждет меня в будущем.

— Вы договорили? — Соня вернулась к нам и села на свое место, глядя прямо на Настю.

— Да! Мы с Димой поговорили и теперь все в порядке! — Настя лучилась каким-то искренним счастьем и теплом. Видимо, эта девушка за последнее время очень сильно настрадалась, если ее так сильно воодушевил обычный разговор со мной. Слишком много испытаний выдалось на ее судьбу. Бедняжка.

— С Димой? Даже так… Ладно, Дима, — Соня назвала мое имя с нажимом и еще раз осуждающе на меня посмотрела, — нам с тобой нужно будет обсудить еще один момент, а именно как часто мы сможем проводить время с Настей.

Не понял.

— В плане?

— Что тебе непонятно? Ты вообще никак не подготовился к академии?! Ты в курсе, кто там также будет в преподавательском составе?! — Ну вот, она опять вызверилась.

— Нет, я просто не успел. Кто-то особенный?

— Ну конечно! Там будет Мышкин! Он — старший профессор и ответственный за дисциплинарный комитет!

Ага. Так. Подожди.

— Подскажи, пожалуйста, а какие у меня отношения с этим Мышкиным?

— Ты его прилюдно унизил на последнем светском вечере из-за того, как он давил на Настю. А еще он хотел вызвать тебя на дуэль, но ты ловко извернулся и послал его куда подальше, сказав, что он недостоин дуэли с княжичем.

Дмитрий, вот за что ты так со мной? Ладно ты алкоголь употреблял непомерно, это я еще могу понять. Шут с ним что ты в казино успел спустить несколько годовых зарплат профессора академии, это тоже можно как-то принять. Но прилюдно оскорбить Магистра, а потом потешаться над ним? За что?

— Видимо, жизнь до потери памяти была у меня крайне насыщенной…

— Не то слово! Ты еще с ректором успел зарубиться в казино, кстати.

— С ректором в казино? А он там что делал?

— Он пришел за каким-то студентом, а ты вызвал его на дуэль. В покер.

— Я, надеюсь, проиграл?

Соня рассмеялась, а Настя стыдливо улыбнулась и отвела взгляд.

— Сначала да, ты проиграл. Но потом ты поставил на кон что-то ценное и в ответ затребовал место в академии.

— В смысле чтобы поступить туда учиться?

— Нет, профессорское кресло.

Я нахмурился и попытался хоть как-то вытащить часть воспоминаний из своей головы. Получилось не очень.

— Судя по тому, что я еду вместе с вами и буду преподавать коммерческое дело — я выиграл.

— О-о-о, ты не просто выиграл! Ты посвятил свою победу сначала Насте, — девушка еще больше покраснела и закашлялась, — а потом, зачем-то, мне. Причем мне ты посвятил с словами «Эта дама пик очень напоминает мне о хорошей подруге! Она и то лучше вас играет в покер!». Короче, меня чуть не уволили из-за тебя.

— Простите великодушно, бес попутал…

— Бес его попутал, знал бы ты, как мы всем преподавательским составом смеялись, когда смотрели видео из казино. Особенно понравился момент, когда ректор кинул свою любимую шляпу на пол и закричал «Да не бывает пять тузов в одной игре! Откуда ты взял его и почему он у меня?!». — Соня впервые при мне искренне улыбалась и смеялась, будто сама лично присутствовала при игре, — и знаешь что ты ему ответил?

— Боюсь спросить — что?

— «А вы это сможете узнать на моих будущих лекциях!». Короче, зарекомендовал себя как профессионала своего дела. Ты думаешь почему твой предмет звучит так несуразно и глупо?

— Надеюсь, не потому что ректор на меня затаил обиду…

— Вообще нет, вы потом еще и напились в баре. Он тебе признавался в том, что такого эксперта давно не встречал и вообще будет часто посещать твои пары. Кстати, пар у тебя в первый день больше, чем у других профессоров.

— Вот сука злопамятная…

В этот момент к нашей беседке подошел Герасим и сообщил, что автомобиль ожидает. Выглядел он, при этом, немного потрепанно. Не выспался что ли?

Глава 6

Когда мы все уселись в местный аналог повозки Герасим не сильно раздумывая упал рядом со мной. Места было достаточно, девушки сидели в другом месте, а этот уникум решил ко мне прилипнуть.

— Герасим, добрый день, как спалось?

Было видно, что ему не очень уютно и крайне некомфортно.

— Благодарю, вполне неплохо.

— Успел закончить дела перед тем, как прибыл работать сюда?

— В какой-то степени, Ваша Светлость.

— Ну и хорошо. Кстати, Герасим, почему Немой?

Мужчина завис и как-то странно посмотрел на меня.

— Что значит «почему Немой»? Вам интересует происхождение моей… Фамилии?

— Ну это же не фамилия вовсе, верно? Скорее ее затычка, чтобы никто не интересовался настоящей.

— Откуда вы знаете?

— Откуда я знаю, что такой фамилии вовсе не существует? — Тут уже я немного опешил, — подожди, реально все верят, что есть такая фамилия? И даже ни разу не спрашивали?

— Нет, Ваша Светлость, ни разу… Наемники не интересуются такими вещами, а остальные и вовсе фамилию не спрашивали, вы были первым.

— Ну так ты может скажешь свое настоящее имя, а? Барон.

— Даже это узнали, значит. Ваша Светлость, Барон Карасев Герасим Владимирович, последний из своего рода, ныне отказавшийся от своих прав.

— Но-но! Отказался он. Вот не надо тут, официально ты еще барон и я даже знаю, что финансово поддерживаешь деревни и поселки, которые находятся на твоих родовых землях. Ладно, пытать не буду, для всех будешь Герасим Немой, если будут как-то докучать или разнюхивать про тебя — сразу можешь ко мне направлять, я разберусь.

— Спасибо, Ваша Светлость. И еще раз приношу свои извинения за свое прошлое поведение, бес попутал. Больше такого не повторится, — его тон был твердым и уверенным. Видимо, придется брать его под свою опеку, как никак — целый барон.

Может показаться странным, что я владею таким количеством информации на человека, которого вижу второй раз в жизни, но я, как никак, сын не последнего человека в Империи, к тому же безопасника. Короче, за день до того, как мы должны были уезжать я запросил информацию по каналам отца и узнал, что Герасим не такой уж простак, каким пытается себя выставить. Род в упадке, из-за войны между аристократами потерял семью, сам выжил чудом, так как в этот момент находился на службе в канцелярии. Чтобы не пострадали люди принял решение скрывать свое происхождение и через подставных лиц финансировал деревни. Причем себе практически ничего не оставлял, только самый минимум на расходы.

— Ладно, забыли. У тебя теперь кодовое имя Карась. А если спросят почему — я буду говорить, что ты обычно нем, как рыба, — не выдержал и рассмеялся с своей шутки. Это было не очень красиво с моей стороны, так сильно коверкать его фамилию, но надо же мне хоть какую-то компенсацию получить от того, как он себя вел, верно?

— Конечно, Господин. Уточните, пожалуйста, какие задачи меня ждут?

— Разные и очень специфичные. У меня есть определенная идея, которая будет полезна и тебе в будущем, в том числе, но об этом позже. Слишком много лишних слушателей, — я оглянулся на девушек, которые что-то обсуждали, но изредка бросали на нас какие-то странные взгляды. Могу их понять, огромный шкаф и щуплый задохлик сидят рядом. Герасим был крупным даже для наемников. Росту было у него под два метра точно, да и вширь тоже был немаленьким. Короче, машина для убийств.

— Понял, в таком случае буду пока вам ассистировать на занятиях. Вы же не против такого?

— А почему я должен быть против? Наоборот, только за. Тем более что документы на твое зачисление в качестве моего ассистента уже подписаны ректором.

Вот нравится мне удивлять этого парня, особенно забавляет то, как высоко он поднимает брови, совершенно не пытаясь скрыть своего состояния. Кажется, это заметила и Соня, поэтому они с Настей решили сесть поближе, чтобы пообщаться. Ну вот за что?

— Что обсуждаете? Ты, здоровяк, старайся, на будущее, держать себя в руках. А то тебя можно читать, как открытую книгу.

— Не трогай Герасима. Кстати, знаешь что я вспомнил?

— Внимательно слушаю тебя.

— Почему ты сказала, ну, в первый день, что я и не должен был знать про свадьбу, хотя это была моя инициатива, по сути?

Соня нахмурилась и закусила губу.

— Потому что там были лишние люди. Этот план, по сути, был секретным. Причем ты сам настаивал, чтобы все так и было. Я и подумала, что это была твоя проверка. Я же не знала, что ты память потерял.

— Вот значит как… Ну да, логично. Вопрос снимается, хоть и выглядело для вас это странно, наверное.

— Вовсе нет, ты раньше делал и более странные вещи, шифровался и всячески увиливал от ответов. Сказывалась твоя работа в разведке, скорее всего.

Вот тут уже моя очередь настала удивляться и высоко поднимать брови, широко раскрыв глаза. Так это что, Дмитрий еще работал раньше?

— Ага, значит этого ты тоже не помнишь, — Соня кивнула на Герасима, который крайне встревоженным взглядом смотрел то на нее, то на меня, — ему можно слушать такое? Уверен в этом человеке?

— Да уже без разницы, там свои обстоятельства. Пускай слушает, не думаю, что это какая-то секретная информация.

— Ну, я бы не была так уверена, — девушка усмехнулась, — вообще-то про это знает человек сорок в стране, если не меньше.

— Даже так. А почему я перестал работать, есть информация?

Настя поперхнулась и опустила взгляд, начав перебирать руками шнурок от своего платья.

— Потому что тебе запрещено было иметь какие-либо отношения на работе. Ты чего, даже не помнишь, где именно ты работал?

— Совсем не помню. Белый лист, ноль информации.

Девушка достала из своего чемоданчика листок и что-то начала там писать. Спустя несколько минут она протянула лист с ручкой Герасиму и очень выразительно ткнула в определенные места. Глаза Герасима стали огромными как блюдца. Он дрожащей рукой взял ручку и аккуратно подписал лист. Довольно хмыкнув девушка убрала лист в свой чемоданчик, а мне подмигнула.

— Ты был цепным псом императора. Лучший дознаватель и пыточных дел мастер. Причем тебе очень помогала твоя магия в этом деле, ты там так отжигал, как никто другой до сих пор не может. Почти сто процентов признаний, причем не каких-то левых, а настоящих. По сути, ты ничего не спрашивал, только смотрел и слушал.

— Прости, а что у меня за магия? С момента, как очнулся — вообще не понимаю как это работает и что я должен делать для того, чтобы хоть как-то прочувствовать ее.

— Правда? А я вот вижу прямо сейчас как ты ее используешь, да и Герасим, как погляжу, тоже видит. Да, Герасим?

На здоровяка было страшно смотреть. Он максимально далеко отодвинулся от меня в сторону настолько, насколько это было возможно и сейчас просто молча таращился и открывал рот. Оглянувшись вокруг я ничего не заметил. Ну и ладно, не больно то и хотелось.

— Ладно, потом разберусь, видимо. Я ничего не чувствую и не вижу, если честно.

— Что странно, потому что обычно без усилий колдовать могут только Архимаги, да и то — далеко не все. А ты у нас официально на уровне Адепта, а неофициально максимум Магистр.

— Давай вернемся к моему увольнению. Что стало причиной? Я переборщил с пытками или в моих услугах больше не нуждались?

— Нет. Ты просто познакомился с Настей. И пропал. Совсем. Мы тогда с тобой были на задании и ты, вместо того, чтобы ловить опасного преступника решил, что надо сначала спасти девушку. Хотя там уже работал другой отдел. Стоит признать, что сделал ты это не просто так, наши коллеги, мягко сказать, промахнулись. Ты там еще разнос устроил такой, что половину отправили в больницу, а остальных не переквалификацию.

— Дела… Подожди, то есть мы с тобой еще и коллегами были?!

— А что тебя удивляет? Тебе нужна была силовая поддержка, а мы с тобой вместе поступали по рекомендации твоего отца. Конечно я с тобой работала.

— Вообще не очевидно. А ты чего уволилась?

— Да из-за урода одного, который дел наворотил, а потом пропал. Не знаешь такого?

— То есть и ты из-за меня уволилась. Понял, извини, что так вышло.

— Не переживай, все равно без тебя там уже было не так интересно работать. К тому же меня перебросили на спокойный участок, где толком не удавалось повеселиться.

— А в академию ты как попала работать?

— Не поверишь… Нет, не делай такие глаза, на этот раз ты тут не причем. Настя постаралась, когда я узнала про ее ситуацию то по своим каналам пробила состав академии и увидела знакомую фамилию. Попросила Настю меня порекомендовать, а там как раз планировали вводить курс физической подготовки, вот и совпало. Моя-то служба, в отличие от твоей, у всех на виду была. Не секретная.

— Ох, слишком много информации за раз. Надо будет все это как-то уместить в голове. Есть, кстати, почитать какие-нибудь документы на этот счет?

— Неа, все уничтожили. Твой отец, кстати, постарался.

— Я бы даже сказал перестарался, но, видимо, так надо было. Герасим, надеюсь мне не нужно напоминать о том, что все услышанное тут не стоит куда-либо транслировать?

— Ваша Светлость, все будет в порядке, можете верить мне. Буду нем как рыба!

Карась будет нем как рыба.

Дальнейшая дорога прошла спокойно, мы аккуратно ехали по идеально ровным дорогам без единой кочки или ямы. Даже странно как-то, я не чувствовал никакого дискомфорта от быстрого перемещения в пространстве, даже наоборот — испытал удовольствие и немного задремал. Меня разбудил Герасим, когда мы уже подъезжали к академии. Девушки приводили себя в порядок, а я сам только и делал, что глазел в окно. Территорию этого учебного заведения можно было сравнить с небольшим городом. Хотя почему сравнить? Это и был небольшой город, который состоял из учебных корпусов, различных площадок и зданий, предназначенных для комфортного проживания студентов и профессоров. Тут были магазины, рестораны, различные лавки с вооружением и, как не странно, огромное количество салонов красоты. Тут что, больше девушек, чем парней учится? Хотя, насколько я знаю, мужчины чаще всего выбирают академии с уклоном в военное ремесло, чтобы была возможность поступить на службу Императору и принимать участие в военных действиях. А учитывая то, что сейчас очень большой конфликт назревает на границе с Монголией — многие выбирают военную карьеру, так как сейчас появляется реальная возможность выслужиться и добиться высот, при этом не обязательно быть аристократом. Местный Император достаточно лояльно относится к обычным людям, награждая по реальным заслугам тех, кто этого достоин.

Наконец мы добрались до ворот главного корпуса, где находились все административные офисы и залы для лекций особого курса. Курса, куда, почему-то, входил и мой предмет. Видимо, ректору было лень тащиться до соседнего здания каждый раз на мои лекции, поэтому он разместил меня поближе. Хорошо еще что сегодня не планируется никаких пар. Только разговор с ректором. Мы поднялись на третий этаж и остановились в приемной, где никого не было.

— А с ректором обязательно встречаться? Может, вы сами туда сходите, а я снаружи подожду? Сонь, выручи меня, пожалуйста.

Соня очень странно на меня посмотрела. В последнее время для нее и так было много потрясений, связанных со мной, поэтому она, конечно, ожидала какого-то странного движения, но явно не страха общаться с будущим начальником.

— Ты вообще в курсе, что никого из нас там так не ждут, как тебя? Я даже уверена, что никого в академии не хотят видеть больше, чем Дмитрия Алексеевича Нарышкина! Возьми себя в руки тряпка! Слухи про то, что наш ректор настоящий демон — всего лишь слухи. Мы проверяли.

— Какие, прости, слухи? Какой демон? В смысле?!

— Да была тут недавно парочка статей на местном сайте о том, что Виктор Петрович Распутин — пожирает негативные эмоции и вообще как-то странно мотивирует всех хорошо учиться и не прогуливать пары.

— То есть именно поэтому его обозвали демоном, да?

— Нет, там еще было что-то про ритуалы и жертвы, но думаю, что это все сказки. Еще раз скажу, что мы его проверили. Он чист.

— Ну вы все равно первыми идите, я уже после с ним поговорю, с глазу на глаз, скажем так. Мне так даже проще будет, наверное.

Девушки на меня странно посмотрели, а Герасим грустно вздохнул.

— Что я опять не так сделал?

— Ты опять заставишь девушек ждать! Ну вот тебе не стыдно?! — Соню было не остановить, я уже видел, как ее нога поднимается назад для удара и постарался отойти как можно дальше, но оказалось, что позади кто-то стоял и я в него немного врезался. Удара не последовало, а позади кто-то вежливо кашлянул.

— Простите великодушно, я совершенно не заметил вас. Вы не ушиблись?

— Что вы, Дмитрий! Не переживайте, пустое! Я мельком слышал ваш разговор, а если быть точным — ту часть, где вы пропускали девушек вперед для разговора со мной, но, если вы не против, давайте поступим наоборот, — он обратился к Соне с Настей и дождался утвердительных кивков, — вот и славно, проходите, пожалуйста, в мой кабинет. Своего друга можете оставить вот на том удобном диванчике, там рядом есть холодильник с напитками, которые так кстати можно выпить в столь солнечный день.

Странный человек в экстравагантной одежде улыбнулся и направился в огромную дверь, зайдя внутрь кабинета. Как еще можно назвать человека, одетого в белый с фиолетовым костюм, с огромным цилиндром и тростью? Выглядел он, конечно, эффектно, но странное ощущение меня не покидало. Сзади послышалось шипение.

— Ты идешь уже или что? Давай быстрее, я не хочу потратить последний выходной в этих стенах, хочу еще вещи разложить и, возможно, прогуляться!

Вот же нетерпеливая. Ладно.

Вдох. Выдох.

— Виктор Петрович, здравствуйте. Позвольте еще раз вас поприветствовать и принести извинения за то, что чуть ранее налетел на вас.

— Что ты, Дмитрий! Пустое! Можешь называть меня Петрович, если тебе будет так проще. Знал бы ты как я тебя ждал! Это же такая удача — урвать столь ценный кадр работать в мою академию! Расскажешь кому — не поверят!

— Вы мне льстите Виктор Петрович…

— Петрович.

— Что?

— Просто Петрович, без всяких Виктор, господин ректор и подобного. Для своих просто Петрович. Не люблю я этих, знаешь, официальных обращений, особенно от тех, кого считаю своим другом.

Не понял. Когда это мы успели стать друзьями? Я же только в казино с ним познакомился и провел не так уж и много времени, чтобы мы дошли до таких отношений.

— Викт… Петрович, простите великодушно, у меня после определенного случая пропала часть воспоминаний, — я опомнился и постарался исправить ситуацию, — но не переживайте, на качество обучения это никак не повлияет. Просто память сейчас несколько… Фрагментирована. Помню отрывками.

— Да, я понимаю. Мы же с тобой тогда прикончили столько алкоголя… — Ректор мечтательно закатил глаза и откинулся в своем огромном кресле, предаваясь каким-то хорошим, судя по его блуждающей улыбке, воспоминаниям. Сколько мы тогда выпили?! — Я, кстати, удивлен тому, что ты тогда смог самостоятельно добраться домой. Хоть и уверял меня, что это для тебя «плевое дело, как продать богатею его дом», но я все равно сомневался. Поэтому в этом месяце у тебя будет на несколько окладов больше, все-таки спор есть спор.

— Мы еще на это успели поспорить?! — Все. Я сдался. Не вижу смысла дальше скрывать какие-либо эмоции, слишком много в себе держать все равно не получится.

— Ну конечно! Причем ты сам предложил! Я тебя, конечно же, отговаривал, но не от чистого сердца, если честно. Бюджет-то не резиновый, поэтому в глубине души я надеялся, что ты не справишься. И работал бы у меня бесплатно два месяца. Эх, такой шанс был…

— Ага. Я понял. Наверное тогда хорошо, что я выиграл.

— Ну кому хорошо, а кому-то придется платить больше… — он посмотрел на меня грустными глазами, но я сделал вид, что не заметил. Деньги — это не то, от чего я готов отказаться. Даже если бы был самым богатым в мире — я бы все равно брал деньги, — Кстати, Дмитрий! Завтра у тебя больше всех пар, причем для всех курсов! Ты знаешь сколько людей записалось на твой курс? Пришлось даже конкурс устраивать, а некоторые даже дуэль проводили за место присутствовать на первом публичном выступлении Нарышкина младшего!

Чего? Дуэль?

— И сколько, если не секрет, планируется людей?

— Ну, тысячу мы наберем, думаю.

— А, тысячу. Тысячу… А сколько тут учится сейчас?

— Около трех, наверное. Ну, если учитывать специализированные военные корпусы. Но им запрещено покидать расположение до второго семестра, там есть свои условия для формирования курса.

Тысяча из трех на моих парах?! А я нормально вообще подготовился?

— А, еще там будет весь преподавательский состав, поэтому покажи там мастер класс, как ты это сделал в казино, — Петрович подмигнул левым глазом и залился смехом. Может он реально демон?

Глава 7

Из кабинета ректора я вышел в весьма странных чувствах. С одной стороны — было приятно и даже как-то привычно от того, сколько людей придет меня послушать. Раньше, в другом мире — все так и было. Я всегда выступал перед большой толпой, которая внимала каждому моему слову и ждала продолжения. Но это было в другом мире и я понимал, что никто не сможет проверить мои слова. Здесь же ситуация несколько иная, поэтому сейчас я откровенно был на взводе. Настолько, что не замечая никого вокруг прошел сразу к окну, открыл его и закурил. Девушки смотрели на меня с опаской, а Герасим понимающе кивнул. Ну вот чего ты киваешь? Как будто бы мог что-то услышать, сидя в десяти метрах от дверей.

— Ну как прошло? Все в порядке, Дима? — в голосе Анастасии слышалась тревога. Еще бы. На меня страшно было смотреть сейчас, глаз дергался, сигареты улетали одна за одной, руки сжимались.

Вдох. Выдох. Повернуться, улыбнуться.

— Что ты, Настенька, все просто прекрасно, — держать дружелюбную улыбку оказалось труднее, чем я думал, — мы мило обсудили все с Виктором Петровичем и он рассказал мне план на завтрашний день.

— Ого, у тебя уже есть план на завтрашний день! А нам пары не поставили, сказали только обязательно подойти в шестую аудиторию на какую-то важную лекцию. Причем пары сняли почти у всех преподавателей академии, представляешь! Видимо, тебе не нужно посещать эту лекцию, раз тебе забили весь день!

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

— Шестую аудиторию, значит, да? А где она находится уже известно? У меня тут план есть, где я буду пары вести, интересно насколько далеко она от меня будет, чтобы вам не мешать, в случае чего, — я протянул лист c планом главного здания и мне сразу же не понравилось как девушки посмотрели на него. Что-то было неправильно в том, что они просто тыкали пальцем в крестик на плане. Что-то было подозрительным.

— А что это за крестик, Дима?

— А это ректор обозначил мою аудиторию, где я буду вести лекции. Такой добрый, сразу же подумал о том, что я могу перепутать и нарисовал крестик, правда здорово? — глаз предательски дергался, а улыбка как-то уже меньше походила на доброжелательную. Голос внезапно зазвучал мерзко даже для меня, который говорил «Ну ты же знаешь, что твоя аудитория — шестая. И всех ради тебя отпустили».

— Так, получается, вот шестая аудитория и есть… А может он тебе ее крестиком обозначил, а твою забыл?

— К сожалению.

— Что к сожалению? — Если Соня уже начала догадываться и только сочувственно покачала головой, то Настя смотрела на меня своими невинными глазами и ничего не понимала.

— К сожалению, это моя аудитория. И по плану она самая огромная, — я закусил губу и начал бубнить себе под нос, — реально не обманул Петрович, более тысячи человек поместится… И как я должен буду для всех вещать? У меня голос не такой громкий и звонкий…

— Дима, так это мы на твои лекции пойдем, получается?! — Вот это искренность! Эх, тяжело же тебе живется в этом мире, будучи такой невинной девушкой… Реально понимаю, почему Дмитрий ранее в тебя влюбился.

— Да, Настя, получается на мои. Попробую вам выбить места получше, в первом ряду.

— Это же здорово! Ты — новый преподаватель, а уже собираешь столько народу на своих лекциях!

Она реально настолько наивная и не понимает, что меня ждет, если я завтра хоть немного опозорюсь? А может это хитрый план ректора и он так мстит мне за то, что я его обыграл в казино? А потом еще и оклады выиграл?

— Ой, Сонечка, нас же тоже ждут внутри! Дима, не скучай, мы постараемся долго не задерживаться, документы подпишем и все! — На этих словах девушки испарились внутри кабинета. Снаружи остались только я, мое желание курить и Карась. Причем Герасим старался не отсвечивать до определенного момента, тихонько поглощая снеки, что ему так любезно оставил Петрович, но когда он увидел мой взгляд — просто тяжело вздохнул, моментально уничтожил остатки еды и встал.

— Да сиди ты. Вкусные хоть были эти… Как их называют?

— Чипсы, ваша светлость. Фруктовые. Да, очень! Такие нежные, хрустящие, а еще у них текстура воздушная…

Тяжелый взгляд остановил здоровяка от продолжения его монолога.

— Ты знаешь куда нам заселяться?

— Нет, Ваша Светлость, но у меня есть вот эти ключи и вот этот план, их мне принесли в моменте, пока вы были в кабинете.

— Давай сюда, посмотрим, что тебе выдали. Какие-нибудь комментарий были еще?

— Да, девушкам ничего не дали и сказали, что в этом году мест не очень много, поэтому они будут жить с нами, — он на секунду улыбнулся, но потом осознал все будущие последствия, после чего грустно вздохнул.

— Жить с нами… Ну, я не могу сказать, что не ожидал от ректора такого. Петрович человек странный, но с юмором. Да и разделять будущую жену с мужем — было бы странно, наверное, по его логике.

— Я тоже так думаю! Но не очень понятно как к моему соседству отнеслись девушки.

— Мне кажется, что спокойно. Ладно, посмотрим, где там находится наше место размещения, — после этих слов я внимательно изучил план и, в очередной раз, мысленно поаплодировал юмору этого человека. Человека ли? С таким подходом он вполне может быть какой-нибудь скучающей сущностью, на подобие Хтони.

— Скажи мне, правильно ли я понимаю, что вот это здание — это то, где мы сейчас находимся? — Я ткнул пальцем на огромное пятно на карте и дождался утвердительного кивка, — а вот этот крестик — это то, где мы будем жить, верно?

Опять утвердительный кивок и восхищенный взгляд, мол, вот это вы, Светлость, умный!

— То есть нам даже особо никуда идти не надо, соседнее здание — наш будущий дом на какое-то время, — я резко выдохнул и снял очки, закинув голову назад. Я определенно не понимаю, это ректор так мне показывает, что будет за мной следить, или он просто настолько добрый, что решил выделить нам второе по величине здание для проживания?

— Все хорошо? Вы как-то странно начали скрипеть зубами и тяжело дышать? Может, окошко пошире открыть?

— Не надо, мне просто нужно расслабиться.

В этот момент из кабинета, громко смеясь выпорхнули девушки, а за ними вышел Петрович. Он хитро посмотрел на меня, пожурил пальцем и направился в противоположную сторону от выхода.

— Ой, Дима, а ты уже посмотрел, где будет наш дом? Надеюсь, он большой, ведь мы все вместе будем там жить, не хотелось бы стеснять вас своими вещами, — Настя искренне улыбалась и радовалась тому, что мы будем жить вместе. Соня же наоборот, как-то не очень позитивно отнеслась к этой идее и хотела уже было остановить Распутина для того, чтобы он разрешил эту ситуацию, но тот уже пропал.

— Да, на удивление — дом нам достался большой и удобный, поэтому переживать на этот счет не стоит. В брошюре, которая шла позади плана написано, что там больше никто не будет проживать, а все бытовые заботы будет выполнять прислуга.

— Так это же замечательно! Далеко нам идти?

Я посмотрел на Соню и подозвал к себе, показывая на плане наш будущий дом. Она сначала безразлично посмотрела на план, потом обратила внимание на крестик. Нахмурившись она подошла к окну и выглянула в него, убедившись в том, что план не врет.

— Ну, это будет ваша сторона.

— Да я уже понял.

— А что происходит? — Настя не до конца понимала что именно мы сейчас обсудили, поэтому пришлось показать план и ей, после чего наблюдать за мыслительным процессом этого милого создания. Сначала она хмурила брови. надув щеки проводила пальцем по плану территории. Потом она обнаружила крестик и узнала здание, в котором мы сейчас находились. Брови поползли вверх, а рот предательски приоткрылся. Она также, как и Соня подошла к окну и посмотрела на огромный особняк, который находился прямо перед нами.

— Вот тот? А ты точно ректору взятку не давал, чтобы он нас туда поселил? Выглядит как-то слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Ты имеешь ввиду то, что идти до работы недолго?

— Нет! Это же лучшее место для жилья во всей академии! Слышала, что туда пытались заселиться самый богатые люди страны, но им не разрешили! Как тебе это удалось?

Ну вот, теперь еще и на этой почве пойдут слухи. А может даже будут что-то предъявлять. Я хотел просто спокойно работать и выполнять задание капризного бога, за что мне это все?

— Честно говоря — не могу ответить на твой вопрос. Не потому, что не хочу. А потому, что не знаю, почему Петрович решил так расщедриться.

— Петрович? Ты чего, если ректор услышит — он же рассердится и выговор выпишет за то, что ты его так называешь! — Наконец и Соня включилась в диалог.

— Я не виноват, он сам попросил его так называть, — тут до меня начало доходить, что только ко мне какое-то особое отношение, — подожди, а вас что, не просил?

— Нет. Наоборот, исключительно официально с нами общался и допускал вежливые шутки… Ладно, пойдем уже, не хочу весь оставшийся день провести на будущем рабочем месте.

Все утвердительно кивнули и мы направились в сторону нашего особняка. На улице было достаточно людно, студенты уже несколько дней находились на территории академии и потихоньку приспосабливались к новому для них окружению. Старшие курсы занимались тем, что ходили по привычным местам, шатались по магазинам и просто хорошо проводили время, стараясь как можно больше отдохнуть перед учебным годом. Когда мы подошли к огромным воротам с аркой, отделяющим нас от особняка я достал ключ. Та штука, что была у меня в руках — только формально была ключом, на самом деле это была обсидианового цвета карточка, которая изредка светилась фиолетовым светом. Я поместил ее в специальный отсек в арке и оттуда проявилось четыре кольца, дверь же осталась закрытой. Недолго думая я раздал каждому из нас по кольцу и они засветились разным цветом. У Герасима это был коричневый цвет, у Насти — голубой с зеленым, а у Сони огненно-красный. Мое же кольцо сначала было черным, затем проявилось фиолетовое свечение.

Когда кольца перестали светиться дверь, наконец, открылась и перед нами предстал великолепный вид на сад, где по центру находился фонтан. Вода в фонтане была кристально чистой. Мы прошли внутрь, разглядывая все вокруг, а девушки что-то негромко обсуждали. Только мы с Герасимом плелись сзади без особого энтузиазма.

Особняк встретил нас чистотой и порядком. Все, как будто бы, лежало на своих местах. Прямо после прихожей начиналась просторная гостиная комната с двумя винтовыми лестницами наверх. По бокам от гостиной находился зал и каминная, а позади нее была большая терраса с выходом на задний двор особняка. Если смотреть из прихожей направо — то можно было обнаружить достаточно просторную кухню, а слева находился длинный коридор с какими-то помещениями. Мы прошли чуть дальше и начали осматривать внутреннее убранство дома. Это была не пустышка просто с каким-то ремонтом, а полноценное здание, готовое к использованию. Вся мебель, техника и прочие вещи были в наличии. Кажется, девушки с этого немного расстроились, но виду старались не подавать. Поднявшись наверх мы обнаружили небольшую комнату по центру и два коридора, которые вели в противоположные стороны. Кажется тот, кто строил этот особняк — был очень большим фанатом симметрии. По крайней мере второй этаж так точно был спроектирован именно такого рода человеком. Количество комнат было одинаковым, но девушки настояли на том, чтобы занять левое крыло. А, ну да. Они же не хотят, чтобы из учебного корпуса на них смотрели. Нам с Карасем ничего не оставалось, кроме как последовать в правое крыло и начать осматривать комнаты. Тут было несколько жилых комнат с достаточно большими кроватями, парочка кабинетов и даже небольшой закрытый балкон, который не примыкал ни к одной из комнат.

— Ну что, Герасим, выбирай. Какая комната больше понравилась?

Мужчина замялся и его взгляд забегал по сторонам. Ага, значит надеялся на то, что я приму решение за него. Ну нет, так не интересно, надо же и самостоятельно что-то думать, верно?

— Ваша Светлость, а вы бы какую комнату хотели выбрать?

— Ты стрелки не переводи, я первый спросил. И, между прочим, великодушно позволил тебе выбрать самому, чтобы тебе же было комфортно.

— Да я как-то… Не очень люблю такие места, если честно. За последние годы мне стало привычнее жить в более… Простых условиях.

— Ага, казармы, подвалы и все такое. Знаю, да. Ладно, давай ты будешь в самой дальней комнате обитать, а я поближе к лестнице. Один кабинет, кстати, можешь тоже занять.

— А зачем?

— В плане?

— Зачем мне кабинет, Ваша Светлость?

— Прекрати называть меня «Ваша Светлость», называй просто господин. Ну или, на крайний случай, Дмитрий Алексеевич. Нам с тобой еще столько времени вместе существовать, успеешь еще устать официально обращаться.

— Понял вас, Дмитрий Алексеевич. А что на счет кабинета?

— А что с ним?

— Зачем он мне, господин?

После этой фразы я несколько завис на месте и не сразу понял, почему он это спрашивает. Вот вроде работать он на меня будет эти несколько лет, но я как-то не подумал чем именно он будет заниматься. Н-да, как-то я не подготовился.

— Будешь проверять за меня домашние работы студентов и заполнять отчеты. Правда я здорово придумал?

На Герасима было грустно смотреть, он явно ожидал другой работы, особенно учитывая его комплекцию.

— Да ладно, не грусти. Не буду я тебя сильно нагружать, так, по минимуму. А вообще, думаю, что ты будешь иногда у Сони на занятиях помогать, пока я буду занят. Да и за Настей следить, если я вдруг буду недоступен. Короче, теперь ты — моя личная служба безопасности и адъютант. Правда, без звания и чина, так как я не могу тебе их жаловать, но это же все условности, верно?

— Конечно, Ваша Светлость. Как прикажете.

— Я же просил… Ай, ладно. Иди, располагайся, пока девушки заняты своими делами.

Мы разошлись по разными комнатам.

Когда все вещи были распределены, а комната начала выглядеть как обжитая ко мне в комнату бесцеремонно зашла Соня. Оказывается, они уже успели с Настей осмотреть весь дом и им стало скучно. Поэтому нам с Герасимом надо срочно собираться и отправляться вместе на прогулку по магазинам и кафе, чтобы уж точно успеть отдохнуть перед первым рабочим днем в академии. На вопрос чем успел провиниться Герасим мне прилетел удар в колено, который доходчиво дал понять, что если позвали — значит надо идти. Вот интересно, почему отдыхом называют трату энергии и времени на прогулки и людные места, а не посиделки где-нибудь перед камином? Этот вопрос я не стал задавать. К счастью.

Мы вышли из особняка и направились в центр, где было больше всего различных дорогих бутиков и ресторанов. Особенно девушки хотели посетить ювелирный магазин рода Хрусталевых. Таких магазинов по всей Империи было не больше десяти штук и попасть туда было возможно только по записи. Или если ты какой-то очень важный человек. В общем, достаточно респектабельное место не для всех.

Дойдя до того самого ювелирного девушки остановились у витрины и начали обсуждать какое-то украшение, я стоял неподалеку и курил, а Герасим изображал из себя камень. Он, зачем-то, надел официальный костюм, темные очки и ходил так, будто он охранник. Короче, всячески пытался всем видом показать, что к нам лучше не подходит. Какие-то студенты пытались это сделать в один момент, но быстро поняли, что ловить тут нечего. Причем они это поняли, почему-то, не глядя на Герасима, а только взглянув на меня.

Докурив сигарету я подошел к девушкам и мы уже было собирались зайти внутрь магазина, как дверь открылась и оттуда вывалилась туша неприятного вида с едкой ухмылкой.

— Ба! Какая встреча! Анастасия Лазарева и сам Дмитрий Нарышкин! А что сладкая парочка забыла у нас в академии? Неужели пришли, наконец-то, постигать знания? У вас, Настенька, не будет никаких проблем на моем предмете, если вы будете покладистой и нежной, — он раздевал девушек своим сальным взглядом, останавливаясь на самых неприличных местах.

Хмыкнув я встал между ним и Настей, обратившись к девушкам с вопросом:

— А это что за любитель выпечки? Вы его знаете?

— Это же Граф Мышкин…

Вот уж не думал, что наша встреча случится так скоро.