Обжигающая

Урок первый

— Не двигайся, потерпи.

— Да больно же!

— Сейчас током шибану, если не успокоишься!

Конани сидела на маленькой табуреточке и тщетно старалась не дергаться, пока другой маг — имена девушка пока не запомнила — растирал онемевшие мышцы. Не то чтобы заботливо. Да и приятного в этом было мало. Право слово, лучше бы уж магией лечил, но сейчас каждая капля энергии на счету, а то у неё появилось неприятное свойство заканчиваться.

Остальная компания стояла в сторонке и, скрестив руки, смотрела на девушку. Та смотрела на них. Тоже скрестила бы руки, да только получила уже по этим самым рукам, чтоб опустила их вдоль тела.

— Рассказывай, — волосатый огромный мужик из тех, что стопроцентные оборотни, подошёл поближе к девушке и как бы между прочим втянул носом воздух. — Пахнет обычно.

— Что рассказывать? Какими духами пользуюсь?

— Не паясничай, Конани. Рассказывай, что умеешь.

— Шить, вязать, вышивать крестиком. Готовлю не очень, правда, но пока что никто не отравился. Петь лучше не просите.

Все находящиеся в пещере синхронно вздохнули. Конани тоже, просто за компанию. А что? Ей тоже, между прочим, ситуация не нравится.

Как девушка уже поняла, тут было каждой твари… не по паре. По одному. Зато все расы, кроме людей. Конечно, те не вникали особо в дела магического населения, но могли бы прийти за компанию. Пещера, девушка на алтаре, приглушённый свет свечей — романтика да и только.

Сейчас на том алтаре вполне удобно устроился эльф, подкидывая и ловя маленький красный мячик. И не морозит же ему жопу, окаянному, а она, между прочим, заледенела вся, пока лежала на этой каменюке!

— Не морозит.

Точно, из всех же именно он может читать мысли. Ну, точнее, остальные тоже могли, но это требовало определенных усилий, а у эльфов это врождённая способность, такая же естественная, как дышать. Конани показала эльфу язык и вернулась к молчаливым гляделкам с драконом — он у них тут, вроде, за главного. Пока что девушка проигрывала уже десять к одному. Дракон моргал раз в минуту.

Эльф усмехнулся и бросил красноречивый взгляд на дракона:

— Слушай, Антерр, может она все-таки не та? Сущий ребёнок.

— Та, — вздохнул желтоглазый и с сомнением осмотрел девушку с ног до головы. — К сожалению или к счастью пока не понятно.

— Эй, я вообще-то все слышу!

Крик души был проигнорирован. Неудивительно.

— Пошли.

— Куда?

— Приключения искать.

— Можем тут остаться, они сами меня находят.

Антерр кивнул орку, и тот, с хрустом размяв шею, бесцеремонно поднял Конани с табуреточки и закинул себе на плечо, большими шагами направляясь к выходу из пещеры.

Кричать — бесполезно. Использовать магию — тоже, у орков к ней природный иммунитет. Оставалось висеть обиженным мешком и — нет, не молчать — распевать во все горло дворфовские застольные песни. А что, она не шутила, когда говорила, что не стоит просить ее петь.

Но к сожалению, у ее похитителей оказались стальные нервы.

Спустя пятнадцать минут похода петь надоело, а висеть на плече стало ещё более неудобно.

— Отпусти, я сама пойду.

— Сбежать не получится.

— Да знаю я.

Орк спустил Конани на землю, и как только подошвы мягких кожаных сапожек коснулись земли, девушка попыталась дать деру. Ожидаемо не получилось, потому что дракон просто посмотрел в ее сторону, и через секунду Конани уже лежала на земле и не могла пошевелиться. Спасибо, что парализовал, а не в камень превратил, с него бы сталось.

— Ладно-ладно, я поняла. Но попробовать то стоило.

Шли долго, но наконец-то набрели на мост. Хлипкий деревянный мостик даже без поручней, который висел буквально над бездной, потому что соединял между собой две горы. Конани остановилась, как вкопанная.

— Я не пойду.

— Высоты боишься, заноза в заднице?

— Мостов.

Антерр поразмышлял буквально две секунды и превратился в огромного красного дракона. Буквально через мгновение Конани в его зубах взмыла в воздух и приземлилась, но не на другую сторону моста, а ровно на его середину.

— Это что ещё за шуточки?

— Учу тебя плавать.

— Забери меня отсюда!

— Эген.

Дворф хохотнул, как будто ждал только этого момента и с размаху ударил топором по началу моста. Конани взвизгнула и кое-как устояла, крепко зажмурившись, но за первым ударом последовал второй и третий. После четвёртого мост начал падать, и девушка вместе с ним.

Тогда-то оно и произошло.

Все тело наполнилось легкостью, и Конани просто зависла в воздухе, а затем почувствовала, что под ее ногами что-то твёрдое. Определенно заслуживающее большее доверие, чем хлипкий деревянный мостик. Девушка с опаской приоткрыла один глаз, а затем посмотрела вниз. Она стояла на горе. Не на одной и не на второй, ровно между ними выросла третья, которой тут и в помине не было. В следующий же миг грянул хохот — смеялись все, кроме эльфа, Антерра и, собственно, Конани.

— Это я сделала? Почему вы смеётесь?

— Гора очень... интересной формы.

Антерр, зависший над Конани, вздохнул, выпустив облачко дыма, и снова взял ее в зубы, спокойно перенеся уже на другую гору.

— Ну вот, а говорила, что самая обычная. Урок первый: в экстремальных ситуациях становится явственным подлинный потенциал мага. Вас в академии не учили?

Вместо ответа, Конани абсолютно явственно грохнулась в обморок.

Добрый вечер, а что это значит?

Это пробуждение явно не заслуживало место даже в сотне лучших из тех, что у нее были. Да и вообще по-хорошему просыпаться не особо хотелось, но солнце слишком назойливо светило в глаза, непрошенные попутчики слишком громко разговаривали, лошади ржали, да и все вокруг провоняло дымом. Причем было ощущение, что там сожгли целый пучок какой-то мерзопакостной травки, потому что запах стоял отвратительный.

Конани с трудом перевернулась со спины на бок и попыталась откашляться, но все закончилось рвотными позывами. Возможно, закончилось бы не только ими, да у нее уже неизвестно сколько времени даже крошки хлеба во рту не было.

— Очнулась? — дворф низко наклонился, хотя с его ростом это особо не требовалось, и теперь его грязно-коричневая борода щекотала нос девушки. Та поморщилась. От бороды воняло хуже, чем от костра. Видимо зря говорят, что для дворфов борода — предмет гордости, и они ее всегда в порядке держат. Ну или может это Эген такой безалаберный. А вот терпением он явно не отличался: — Эй, она, кажись, разговаривать разучилась! Вот счастье-то привалило!

— Дай воды ребенку, коротышка, у нее наверняка в горле пересохло после трех суток в отключке.

— Ты кого это коротышкой назвал, ушастый?

Конани закашлялась, прерывая уже привычный, видимо, спор между дворфом и эльфом и привлекая к себе внимание. Эген, бросив последний угрожающий взгляд в сторону ухмыляющегося эльфа, чье имя девушка пока не знала, протянул ей фляжку. И несмотря на все опасения, там была обычная вода. Полегчало моментально, но не особо сильно.

— Спасибо. А теперь объясните мне, почему я пролежала в отключке три-блин-дня?

— А ты сначала научись нормально магию контролировать, а не весь резерв разом расходовать, тогда может и сама поймешь.

Вот сколько раз она бы ни видела эту фразу в книгах, всегда считала ее ужасным клише, но теперь была бы не прочь, если бы это оказалось правдой: если бы взглядом можно было убить, то на одного эльфа в этом мире стало бы меньше. Того это, впрочем, не особо волновало. Тот широко улыбнулся, обнажив ряд ровных зубов и, также, как Эген до этого, склонился над Конани, заинтересованно разглядывая что-то на ее лице. И теперь уже его длинные светлые волосы щекотали ей нос. Ладно, они хотя бы приятно пахнут.

— В отличие от твоих, может сходишь помоешься?

— Я тебя гаргульям скормлю, если ты еще раз залезешь в мою голову.

— Я невкусный.

— Они камни едят, им немножечко пофиг.

Конани раздраженно отмахнулась от лезущих везде волос эльфа и попыталась встать, но потерпела сокрушительное поражение. Ноги не держали от слова совсем, и девушка успела как минимум пять сотен раз проклясть каждого члена их имитированной команды, что издеваются над ни в чем не повинной бедной жертвой случая, когда эльфу надоело это выслушивать, и он… куда-то смылся. Вместе с дворфом. Оставив Конани наедине с самой собой.

— Эй! Эй, вы двое! А вас не волнует, что я так и сбежать могу?

— Ты даже встать не можешь, а уже куда-то сбегать собралась.

Честно, она уже ничему не удивлялась, поэтому неожиданное появление дракона ее даже не испугало. Мысленно похвалив свои стальные нервы (а скорее уже полное отсутствие нервной системы в принципе), Конани повернулась к красноволосому воплощению бесчувственного куска камня и поджала губы. Она с ним не разговаривала. Антерра это, впрочем, не особо волновало. Вообще не волновало скорее.

Он поставил рядом с ней густую мясную похлебку, от которой исходил манящий аромат, сверток, похоже с одеждой, а также зелье, по цвету напоминающее маскировочное. Конани подняла на дракона вопросительный взгляд, на что тот лишь усмехнулся:

— Потом поймешь. Съешь это, термальные источники в ста шагах на юг.

— Почему тебя не волнует то, что теперь я уж точно смогу сбежать?

— Потом поймешь, — Антерр встал и, бросив взгляд на начинающую закипать девушку, улыбнулся и со вздохом ответил: — В свете новых обстоятельств ты захочешь продолжить путешествие с нами.

Ответ породил лишь новые вопросы, но их Конани уже решила не задавать. Опыт получен, опыт оказался горьким, даже от эльфа можно больше узнать, хотя он та еще ушастая зараза. Нужно, кстати, узнать, как его зовут, а то нехорошо получается. Но все потом.

О Святой Огонь, как давно она не ела чего-то, что было бы хотя бы вполовину таким же вкусным, как эта похлебка. Может быть дело в том, что девушка изрядно проголодалась, но сейчас ее это не особо волновало. Миска опустела вмиг.

Конани с хрустом размяла шею, потянулась, прохрустев всеми позвонками, — мда, говорила мама делать зарядку по утрам, но кто бы слушался — и встала, решив все-таки последовать настоятельным советам и сходить на термальные источники. Да и хотелось смыть с себя всю грязь путешествия, а то, кажется, ее уже ногтями можно сдирать, как вторую кожу.

В свертке и правда оказалась одежда, гребень и зеркало. И последнее девушка уже хотела запихнуть куда подальше, потому что и в свои лучшие моменты жизни не испытывала особого желания любоваться на свое самое обычное лицо без каких-либо отличительных признаков, не то что сейчас, когда похожа скорее на свинью, чем на девушку, но кое-что привлекло ее внимание.

Девушка протерла глаза и присмотрелась к отражению еще раз. Те же самые светло-русые жиденькие волосы, те же самые серо-зеленые невыразительные глаза. Ага. Ничего нового. Помимо пятна в виде язычков пламени на пол щеки, словно кто-то поставил на это место клеймо. Вот только она слишком хорошо знала, о чем говорит этот знак. И в этом не было ничего хорошего.

— Вашу мать...