"Обычный" Аристократ с Системой Биолога. Том третий

Глава 1

Комната 304 в общежитии Академии была погружена в сонную тишину. Мой сосед Лукас спал, разметавшись на кровати и что-то бормоча — судя по интонации, он снова спорил с кем-то о правильной дозировке крысиных хвостов в зелье выносливости. Я двигался бесшумно, как тень.

Моё снаряжение лежало готовым с вечера. Я выбрал всё черное: плотные штаны с множеством карманов, куртку и бронежилет, сапоги с мягкой подошвой. Никаких гербов или знаков отличия. Сегодня я не Максимилиан фон Эверт. Я — призрак, который пришел посмотреть, как горит мир.

— О, стелс-миссия, — промурлыкал Кот, материализуясь на спинке кровати. В темноте его глаза светились ядовито-зеленым светом. — Люблю классику. «Сплинтер Селл» в декорациях магического средневековья. Надеюсь, ты не забыл про очки ночного видения? Ах да, ты же сам себе ходячий тепловизор.

— Тише, — шикнул я на него, застегивая ремень.

На пояс я повесил шоковую дубинку и пару фляг с «заряженной» водой. Игольник «Шершень» занял свое место за спиной, скрытый под длинной курткой. А мечи у меня теперь всегда с собой.

Я скользнул к окну. Третий этаж. Для обычного человека — опасная высота. Для меня — легкая разминка.

Окно открылось без скрипа — я смазал петли жиром еще неделю назад. Ночной воздух ворвался в комнату, пахнущий остывающим камнем и далеким дымом.

— Выходим, — скомандовал я.

Главные ворота Академии в это время закрыты и охраняются. Там стоят дежурные маги и артефакты-сенсоры. Идти через них категорически нельзя.

Я направился к дальней стене, той, что граничила с хозяйственным двором. Пять метров гладкого камня.

— Ну что, паркур? — хмыкнул Кот.

Я не ответил. Я просто разогнался. Три шага разбега. Толчок.

Мое тело выстрелило вверх. Я взбежал по вертикальной стене, сделав два шага, зацепился пальцами за верхний край. Одним рывком я перебросил тело через парапет и мягко приземлился на мостовую с внешней стороны.

Свобода.

Ночной Арнштайн отличался от дневного. Это был другой город — город теней, крадущихся силуэтов и опасных сделок. Первым делом я вскарабкался по стене на крышу ближайшего здания. Бежать по земле слишком рискованно — патрули стражи, хоть и редкие, могли бы заметить одинокую фигуру. На крышах это гораздо менее вероятно.

Перепрыгивая с одной черепичной крыши на другую, балансируя на узких карнизах, я чувствовал себя великолепно. Я был быстрее, ловчее и сильнее любого обычного человека в этом городе.

Я приближался к кварталу аристократов. Здесь дома становились выше, богаче, а охрана — серьезнее. Мне нужно было занять позицию, с которой просматривались бы ворота особняка Айзенфаустов, но при этом оставаться незамеченным их магическими радарами.

Я выбрал крышу старого трехэтажного дома, который стоял чуть поодаль, через улицу от внешнего периметра владений Железного Кулака. Здесь, за широкой кирпичной трубой, была идеальная «слепая зона».

— Разведка, — шепнул я в темноту.

Пришло время задействовать мой главный козырь в информационной войне.

Я ментально потянулся к Паучихе-Матери. Связь установилась мгновенно. Я почувствовал её холодное, чуждое сознание где-то внизу, в лабиринте переулков.

«Ко мне», — отправил я беззвучный приказ.

Через пару минут я услышал тихий скрежет хитина о черепицу. Огромная тень скользнула по скату крыши. Паучиха приблизилась ко мне и замерла, перебирая передними лапами. Я протянул руку и коснулся её мохнатой головы.

[СИНХРОНИЗАЦИЯ]

Мир перед глазами мигнул. На секунду я увидел реальность её глазами — мозаичное, черно-бело-красное изображение, где тепловые следы живых существ горели яркими пятнами.

Отчет.

Паучиха передала пакет данных. Образы, ощущения, вибрации.

Я увидел внутренний двор особняка Айзенфаустов. Темнота. Тишина. Но эта тишина была обманчивой. У задних ворот, в тени высокой стены, стояла группа людей. Их было около пятнадцати. Они не двигались, не разговаривали. Их ауры были странно приглушены, словно накрыты тяжелым одеялом.

— Отлично, — я разорвал контакт и погладил паучиху по панцирю. — Ты молодец. Я не опоздал.

— Пока они там мнутся, мы могли бы перекусить, — заметил Кот, зевая. — У тебя метаболизм жрет ресурсы даже в простое.

— Потерпишь, — отрезал я. — Возвращайся на позицию, Мать. Следи за воротами. Как только они двинутся — дай сигнал. А потом следуй за ними на дистанции.

Паучиха беззвучно растворилась в ночи. Я остался ждать.

Ждать пришлось долго. Осенняя ночь была холодной, ветер с Пустошей нес ледяную крошку, но я не чувствовал дискомфорта. Моя «Амброзия», модифицированная кровь, работала как хороший терморегулятор, разгоняя тепло по телу. Я просто лежал на холодной черепице, сливаясь с темнотой, и смотрел на массивные ворота особняка.

Полчаса. Час.

Внутри начинало расти нетерпение. Неужели они передумали и отменили операцию? Нет, Вальтер фон Айзенфауст не из тех, кто упускает возможность ударить врага в спину. Особенно когда он уверен, что враг раскрыл свои карты.

И тут ворота дрогнули.

Они открылись без единого звука. Из ворот, словно черный дым, вытекла группа людей. Пятнадцать человек. Это явно не обычная стража и не наёмники. Это настоящая элита. «Тени Айзенфауста».

Я прищурился, активируя [Анализ]. Эта функция системы позволяла рассмотреть мелкие элементы более детально. В том числе, её можно использовать и как бинокль.

Воины отряда были одеты в легкие, облегающие доспехи из темной матовой кожи и металла, которые не бликовали в свете луны. Лица скрыты масками. Оружие — короткие мечи, арбалеты, кинжалы — тоже матовые.

Но самым интересным было не их снаряжение, а то, как они двигались.

— Смотри, Кот, — обратился я к своему спутнику и советнику. — Видишь их ноги?

Они не касались земли. Буквально. Между подошвами их сапог и брусчаткой оставался зазор в пару сантиметров.

— Левитация? — удивился Кот. — Для целого отряда? Это ж сколько маны надо жечь?

— Это Магия Воздуха, — понял я. — Высший пилотаж. Они создают воздушную подушку. Никакого шума шагов. Никаких следов. И скорость передвижения выше, чем у бегущего человека.

К тому же, я почти не чувствовал их магического фона. Обычно группа магов фонит как новогодняя елка, но эти… Они были словно серые пятна в эфире.

— Артефакты маскировки, — заключил я. — Экранирование ауры. Айзенфаусты вложили в этот рейд целое состояние. Они идут не на разведку, они идут целенаправленно за головой наследника.

Отряд двигался быстро, скользя над дорогой, как стая призраков. Они не оглядывались. У них была цель, и они шли к ней по кратчайшему маршруту.

— Пора, — я поднялся. — Нельзя их упустить.

Началась гонка по крышам.

Следовать за ними было непросто. Они двигались быстро, срезая углы через проходные дворы. Мне приходилось выжимать из своего тела максимум, чтобы не отставать и при этом оставаться незамеченным.

Я прыгал через пролеты улиц, карабкался по водосточным трубам, скользил по наклонным скатам. Мои два ядра работали синхронно, подпитывая мышцы и обостряя чувства. Я чувствовал себя хищником, преследующим стаю других хищников.

Мы миновали жилые кварталы и углубились в промзону у Восточной Стены. Здесь было темнее и тише. Огромные коробки складов стояли как могильные памятники.

Отряд Айзенфаустов замедлился. Они рассредоточились, взяв в кольцо одно из зданий.

Склад номер Семь.

Это было приземистое, длинное строение из кирпича и железа, окруженное высоким забором. Ворота склада были закрыты, света внутри не было видно. Идеальное место для тайной встречи… или для идеальной ловушки.

Я замер на крыше соседнего ангара, метров за сто от цели. Ближе подходить было нельзя — у элиты наверняка есть свои сенсоры. Я лег за ржавый вентиляционный короб, изо всех сил напрягая слух и зрение.

Айзенфаусты действовали четко. Трое остались снаружи, контролируя периметр. Остальные, разделившись на тройки, скользнули к стенам.

Я видел, как командир отряда — высокий человек с двумя короткими мечами за спиной — поднял руку. С его пальцев сорвались несколько искр, которые тут же погасли, коснувшись замка на воротах склада. Магический взлом.

Ворота приоткрылись, пропуская штурмовую группу внутрь.

Секунда. Две. Пять.

— Сейчас начнется, — прошептал Кот.

И оно началось.

ВУУУ-УУУ-УУУ!

Пронзительный вой магической сирены разорвал ночную тишину. Он был настолько громким, что у меня заложило уши. Одновременно с этим внутри склада и по его периметру вспыхнули десятки ослепительно-белых магических шаров. Склад, еще секунду назад темный и заброшенный, превратился в ярко освещенную сцену.

— It’s a trap! — радостно завопил Кот. — Классика! Акбар был бы доволен.

Ловушка захлопнулась.

Айзенфаусты, влетевшие внутрь в надежде застать врасплох наследника Драхенкрале, оказались в пустом помещении, залитом светом и звуком. Они были дезориентированы, ослеплены.

Но это было только начало.

Из окружающих зданий, из-за ящиков, из канализационных люков полезли солдаты в багровых доспехах. Гвардия Драхенкрале. Их было много. В три раза больше, чем нападающих.

Они не стали кричать «Сдавайтесь!». Они открыли огонь. Клаус не шутил, когда говорил о «неизвестных диверсантах». Он собирался их сжечь.

Склад номер Семь превратился в филиал ада. Драхенкрале не жалели маны. Они заливали здание потоками жидкого пламени, швыряли огненные шары, превращая кирпичную кладку в стекло. Казалось, ничто живое не могло уцелеть в этом инферно.

Но я знал, что это не так. Элита не зря носила свои маски.

БУМ!

Стены склада выгнулись наружу, словно картонные. Огромные ворота, которые еще секунду назад плавились от жара, вдруг сорвало с петель невидимой, но чудовищной силой. Ударная волна сжатого воздуха ударила изнутри, сметая всё на своем пути.

Двое солдат Драхенкрале, оказавшихся слишком близко к входу, отлетели на десяток метров, их доспехи смялись, как консервные банки. Пыль и дым мгновенно развеялись, выметенные ураганным ветром.

Из пролома вырвались «Тени».

Их было меньше — я насчитал двенадцать из пятнадцати, трое, видимо, остались в огне, — но они двигались с пугающей эффективностью. Вокруг отряда вращался плотный вихрь, сбивающий летящие в них фаерболы.

— Контратака, — прокомментировал Кот. — Грамотно. Танк держит периметр щитом ветра, ДД работают по фокусу. Они прорываются.

Началась свалка.

Драхенкрале давили числом и яростью. Они лезли со всех сторон, пытаясь сжечь врагов, смять их, задавить массой. Но Айзенфаусты были быстрее. Намного быстрее.

Я видел, как один из «Теней» уклонился от струи пламени, просто скользнув в сторону по воздуху, и в то же мгновение его короткий меч, усиленный резаком ветра, разрубил нагрудник нападавшего вместе с грудной клеткой.

Другой Айзенфауст, окруженный тремя врагами, подпрыгнул на пять метров вверх, завис на секунду и обрушил вниз воздушный молот, расшвыряв противников как кегли.

Это была битва двух стихий, двух философий. Ярость против Скорости. Огонь против Ветра.

Воздух дрожал от магических всплесков. Грохот взрывов смешивался с лязгом стали и криками раненых.

Я наблюдал за этим с крыши, как стервятник, выжидающий момент.

— Они уходят, — заметил я, нахмурившись.

Несмотря на ловушку и численное превосходство врага, Айзенфаусты побеждали. Их командир — тот самый высокий мечник — действовал безупречно. Он был центром их строя, смерчем, который перемалывал любую атаку. Он парировал огненные плети клинками ветра, отдавал короткие команды, и его люди перестраивались, пробивая брешь в кольце окружения.

Они медленно, но верно двигались к пролому в заборе. Если они вырвутся на оперативный простор, в городские переулки, Драхенкрале их не догонят. И тогда «урок» превратится в фарс. Айзенфаусты вернутся домой злыми и знающими, что их подставили, но сохранившими костяк элиты.

А мне нужно было, чтобы они проиграли.

— Надо подкорректировать баланс, — решил я. Я снял со спины игольник «Шершень-М».

Я лег на живот, упирая приклад в плечо. Мир сузился до прицельной планки.

Внизу кипел хаос. Командир Айзенфаустов скрестил клинки с капитаном отряда Драхенкрале — огромным детиной в опаленной броне. Огненный маг ревел, нанося тяжелые, размашистые удары огненным мечом, но «Тень» легко уходила с линии атаки, жаля в ответ быстрыми выпадами.

Вот он, момент.

Командир «Теней» отбил очередной удар, его воздушный щит вспыхнул, принимая на себя всплеск пламени, и на долю секунды его защита ослабла, чтобы он мог нанести контрудар. Он развернулся, открывая левый бок.

Я задержал дыхание. Мое сердце, ведомое волей, замедлило ритм, чтобы не сбить прицел.

ПФТ!

Легкий хлопок сжатого воздуха потонул в грохоте битвы. Стальная игла, смазанная паралитическим токсином, прочертила невидимую линию в ночи.

Я видел, как командир Айзенфаустов уже заносил меч для смертельного удара. Он побеждал. Он был гораздо быстрее.

Но вдруг его движение прервалось. Он дернулся, словно наткнулся на невидимую стену. Его рука бессильно повисла. Ноги подогнулись.

Яд, сваренный мной в лаборатории из желез болотных гадов, действовал мгновенно. Он не убивал, но отключал передачу нервных импульсов.

Командир рухнул на колени прямо перед капитаном Драхенкрале. Его защита, лишенная концентрации мага, развеялась.

— Хэдшот, — удовлетворенно прокомментировал Кот. — Грязный и бесчестный. Император бы не одобрил, но комиссар бы наградил.

На поле боя возникла заминка. Айзенфаусты, лишившиеся лидера и координатора, на секунду растерялись. Их идеальный строй дрогнул.

Капитан Драхенкрале, не ожидавший, что противник вдруг упадет перед ним ниц, опешил. Он занес свой пылающий меч для удара, который должен был быть парирован, но блока не последовало.

В глазах капитана Драхенкрале мелькнуло торжество. Он не стал задавать вопросов, почему враг упал. Он просто завершил движение.

Пылающий меч капитана Драхенкрале опустился. Это перестало быть поединком и превратилось в казнь.

Лезвие, гудящее от вложенной в него маны Огня, разрубило ключицу парализованного командира «Теней» и вошло глубоко в грудную клетку. Вспышка пламени была такой яркой, что на мгновение затмила магические прожекторы склада.

Тело командира Айзенфаустов дернулось и вспыхнуло, как сухая солома, пропитанная маслом. Магия Огня всего за мгновение сожрала противника. Доспехи расплавились, плоть обуглилась, превращаясь в черный, дымящийся остов.

— Идеально, — выдохнул я. — Нет тела — нет улики.

Моя стальная игла, застрявшая в шее жертвы, расплавилась вместе с плотью. Теперь никто и никогда не докажет, что великий воин упал не от страха или ошибки, а от маленького кусочка металла, пущенного из темноты. Для всех присутствующих это выглядело как триумф силы Драхенкрале над скоростью Айзенфаустов.

— Фаталити засчитано, — прокомментировал Кот. — Но согласись, это было немного грязно даже для нас.

— Это война, — отрезал я, наблюдая за финалом битвы.

Потеря командира сломила дух «Теней». Оставшиеся бойцы, лишенные координации и центра воли, дрогнули. Кольцо огненных магов сжалось. В ход пошли не убойные заклинания, а плети из пламени, которые обвивали ноги и руки, прожигая легкую броню и заставляя врагов падать на колени от боли.

Через минуту все было кончено. Десяток выживших элитных диверсантов стоял на коленях в грязи, окруженный торжествующими победителями. Их вязали анти-магическими цепями, грубо швыряли лицами в землю.

Клаус получил своих пленников. Вальтер потерял свой лучший отряд. А я… я получил именно то, что хотел. Хаос.

— Мне здесь больше нечего делать, — решил я, отползая от края крыши.

Я ментально коснулся сознания Паучихи-Матери, которая все это время пряталась в водостоке соседнего здания.

«Следи, — передал я ей образ пленников. — Куда их поведут. Кто придет. Слушай всё.»

Я почувствовал отклик. Она останется здесь. Ей не нужен сон, не нужна еда каждый час. Идеальный наблюдатель.

Я поднялся и, пригибаясь, побежал прочь.

Обратный путь в Академию был легче. Адреналин схлынул, оставив после себя приятное удовлетворение. Я перепрыгивал с крыши на крышу, чувствуя себя кукловодом, который только что дернул за нужные ниточки и заставил марионеток танцевать кровавый вальс.

«Два Великих Клана вцепятся друг другу в глотки, — думал я, скользя тенью по ночным улицам. — Айзенфаусты будут думать, что их предали, но не я, а их собственная разведка или удача. Драхенкрале будут уверены в своей силе и неуязвимости. А я буду стоять в стороне и подавать патроны обеим сторонам. Пока они не ослабнут настолько, что я смогу добить всех».

Я добрался до стены Академии и перемахнул через неё в обратном порядке.

Общежитие встретило меня тишиной. Я бесшумно скользнул в открытое окно своей комнаты, стараясь не скрипнуть рамой.

Лукас все так же спал, даже не поменяв позы. Его храп был самым уютным звуком, который я слышал за эту ночь.

Я быстро, но методично начал разоружаться. Игольник — в рюкзак. Черную куртку и штаны — в дальний угол шкафа, под груду грязного белья. Фляги — под кровать.

Через две минуты посреди комнаты стоял не ночной убийца, а сонный студент, который просто встал попить воды.

Глянул на часы в интерфейсе. До общего подъема и сбора «Саламандр» оставалось всего два часа. Два часа на сон — это ничто. Но я справлюсь, у меня есть Система.

Я разделся до белья и лег в кровать. Тело гудело, мысли роились в голове, мешая расслабиться. Эйфория от успеха не давала уснуть.

— Выключай рубильник, — посоветовал Кот, сворачиваясь в ногах. — Только будильник поставь, а то проспишь апокалипсис.

Я закрыл глаза и обратился к Системе.

[Таймер пробуждения: 120 минут]

[Протокол: Принудительный сон]

В затылке щелкнуло. Свет выключился. Мысли оборвались. Я не уснул — я просто провалился в небытие, словно кто-то выдернул шнур из розетки. Мое тело перешло в режим максимального восстановления, готовясь к новому дню, который обещал быть не менее кровавым, чем эта ночь.

Глава 2

[СИСТЕМНОЕ ОПОВЕЩЕНИЕ: ЦИКЛ СНА ЗАВЕРШЕН]

[ВРЕМЯ: 05:00]

[СТАТУС: ВОССТАНОВЛЕНИЕ 98%]

Зеленые буквы вспыхнули перед закрытыми веками, вырывая меня из небытия. Я открыл глаза за секунду до того, как они погасли.

Ощущения были двойственными. С одной стороны, разум был кристально чист. «Принудительный сон» работал лучше любой медитации, отключая сознание и позволяя мозгу структурировать информацию.

С другой стороны, голова жутко болела. В висках гудела тупая боль, будто голову сжимают невидимые тиски. В ушах стоял звон, а к горлу подкатывала тошнота.

— Давление упало. — прохрипел я, садясь на койке.

— Твои «батарейки» подсели, сервитор, — прокомментировал Кот. Он сидел на моем рюкзаке, наблюдая за пробуждением. — Если не подкинешь топлива, заглохнешь на полпути к Пустошам.

Я сосредоточился, отдавая Системе команду на начало регенерации.

Сердце толкнуло кровь сильнее. Я почувствовал, как биомасса разгоняется по телу и выступает в роли обезболивающего. Холод отступил. Тело снова стало легким и послушным. Но вместе с силой пришел и Голод. Желудок неприятно скрутило.

Лукас все еще спал, поэтому я одевался в темноте, полагаясь на свою память. Плотные штаны, высокие ботинки, куртка с кевларом. Игольник занял свое место на поясе, прикрытый полой куртки. Я проверил магазины с иглами — запас ещё есть, но не бесконечный.

— Идем, — шепнул я Коту.

Мы выскользнули из комнаты и направились в столовую. Она только открылась, и я был первым посетителем. Сонная повариха с недоумением смотрела, как я, не выбирая, сгребаю с раздачи всё, что там было: кашу, хлеб, куски вчерашнего пирога.

Я ел быстро, механически, почти не чувствуя вкуса. Моя задача была не получить удовольствие, а забить топку. Но даже после третьего подноса чувство пустоты внутри не исчезло полностью. Обычная еда была слишком низкокалорийной.

— На каше далеко не уедешь, — заметил Кот, обнюхивая пустую тарелку. — Нужен белок.

— Рынок, — коротко бросил я, вставая из-за стола.

Утренний Арнштайн был прохладным и влажным. Я бежал к Нижнему Городу, срезая углы через дворы. Мясные лавки только открывались. Я потратил последние свободные деньги, закупив несколько килограммов вяленого мяса и сухарей. Это был мой НЗ. Без воды, благодаря магии, я мог бы продержаться долго, конденсируя влагу прямо из воздуха или перерабатывая жидкости тела. Но без еды я превращусь в высохшую мумию за пару дней.

Набив рюкзак и рассовав свертки по карманам разгрузки, я двинулся к месту сбора.

Восточные Ворота уже были открыты для утренних караванов. Возле караулки, в стороне от основного потока, стояла группа людей.

Я узнал их издалека. «Саламандры».

Они выделялись из толпы серых горожан и сонных стражников, как хищники среди травоядных. Брут, огромный и шумный, что-то рассказывал, активно жестикулируя. Близнецы — Анна и Эльза — стояли рядом и смеялись. На них была полная походная экипировка: кожаные доспехи с металлическими вставками, плащи цвета пыли, рюкзаки.

Только Маркус не улыбался. Командир стоял чуть в стороне, изучая карту. Он выглядел сосредоточенным и жестким, словно сжатая пружина. Возле его ног, помимо его собственного снаряжения, лежал еще один объемистый рюкзак, похожий на тюк с камнями.

Заметив меня, Анна первой подняла руку.

— А вот и наш «больной»! — крикнула она. — Макс! Живой!

— Почти, — я подошел ближе, стараясь выглядеть бодрее, чем себя чувствовал. — Доброе утро.

Брут хлопнул меня по плечу, едва не вбив в землю.

— Здорово, студент! Мы уж думали, ты струсил или до сих пор в лазарете валяешься. Выглядишь… — он окинул меня критическим взглядом. — Ну, получше. Цвет лица уже не зеленый, а просто серый. Прогресс!

Я улыбнулся уголками губ.

— Стараюсь соответствовать элите.

— Кстати, — Брут заглянул мне за спину. — А где твои зубочистки? Те черные железки, которые были с тобой в прошлый раз?

Я был готов к этому вопросу.

— Сломались, — я пожал плечами, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно. — Сталь не выдержала… Дешевка оказалась.

— Я же говорил! — хохотнул гигант. — Тот кто их сделал — жулик. Надо было нести их мне, я бы перековал. Или хотя бы глянул, что там за сплав. А теперь ты с чем? С палкой?

— У меня есть это, — я похлопал по игольнику на поясе. — И магия. Мне хватит.

— Ну-ну, — протянул он с сомнением. — Игломет Древних — штука хорошая, но когда тварь прет на тебя в упор, добрый кусок стали надежнее.

— Отставить разговоры, — голос Маркуса прервал нашу беседу. Командир свернул карту и подошел к нам. Его взгляд был тяжелым, сканирующим. — Эверт. Готов?

— Так точно.

— Хорошо. Тогда твоя задача — не отставать и не сдохнуть. И еще кое-что, — он кивнул на лишний рюкзак у своих ног. — Твоя ноша.

Я подошел и поднял рюкзак. Он весил килограммов сорок, не меньше. Лямки врезались в плечи.

— Что там? — спросил я, закидывая груз за спину поверх своего собственного. — Кирпичи для строительства форта?

— Полезное, — уклончиво ответил Маркус. — Ловушки, концентрированный паек и несколько крайне полезных артефактов. Мы идем далеко. Туда, где магия иногда ведет себя… нестабильно. Нам нужна подстраховка.

— Я понял. Я справлюсь.

Я мог бы нести и вдвое больше, не сбавляя темпа бега, но я сделал вид, что тяжесть мне в тягость, слегка согнувшись.

— Инструктаж, — Маркус понизил голос, чтобы слышали только мы. — Цель рейда — Сектор 7. Старая промзона.

— Я знаю, где это, — кивнул я.

— Не перебивай. Разведка донесла, что там повысилась активность мутантов. Кто-то или что-то сгоняет мелочь в стаи. Наша задача номер один — разведка боем. Выяснить причину, зачистить территорию, если возможно.

Он сделал паузу.

— Задача номер два — сбор ресурсов. В тех цехах остались реагенты Древних. Алхимики Клана платят за них золотом. И третья задача… — он посмотрел мне прямо в глаза. — Нам нужно найти груз. Караван Клана пропал в том квадрате неделю назад. Там были… специфические вещи. В том числе, артефакты. Мы должны их вернуть. Или уничтожить, если вернуть нельзя. Вопросы есть?

— Никаких, — ответил я. — Найти, убить, забрать. Классика.

— Идем, — скомандовал Маркус. — Построение «Клин». Брут — авангард. Близнецы — фланги. Эверт — замыкающий, следишь за тылом. Я — центр и координация. Выдвигаемся.

Мы прошли через ворота, миновали сонных стражников и ступили на серую, пыльную дорогу, ведущую в Пустоши.

— Ну что, понеслась, — прошептал Кот, невидимо сидя на вершине моего рюкзака. — Квест принят, пати собрана, хилер — ты, танк — Брут. Надеюсь, у них не включен friendly fire, потому что спина у тебя сейчас — отличная мишень.

Я не ответил. Я просто шел, чувствуя тяжесть груза и привычное напряжение перед выходом в зону смерти.

***

Первые два часа мы шли в полном молчании. Это был не прогулочный шаг и даже не марш — это был бег трусцой, сменяющийся быстрым шагом. «Саламандры» двигались привычным ритмом, экономя дыхание и силы. Я, нагруженный двойным весом, не отставал от них. Рюкзак Маркуса тянул к земле, лямки врезались в плечи через куртку, но я даже и не вспотел. Мое сердце билось ровно, словно метроном, а легкие перерабатывали воздух с эффективностью промышленного компрессора.

— Ты смотри, держится, — донесся до меня шепот Эльзы, которая бежала чуть впереди, на фланге. — Я думала, сдуется на первом километре.

— У него шаг тяжелый, — буркнул Брут. — Но идет ровно. Упрямый.

Когда городские стены окончательно скрылись за горизонтом, растворившись в сером мареве, напряжение в отряде немного спало. Мы вошли в зону «Низкой угрозы» — территорию, где крупные хищники были редкостью, а мелких распугивали патрули.

— Привал пять минут! — скомандовал Маркус, не останавливаясь, а лишь замедляя шаг до прогулочного. — Поправить снаряжение, глотнуть воды.

Я с благодарностью, наигранной, конечно, скинул тяжелый рюкзак на камень и припал к фляге.

— Ну что, студент, — Брут подошел ко мне, вытирая лысину огромным клетчатым платком. — Как оно? Не жалеешь, что вписался?

— Пока терпимо, — ответил я. — Воздух здесь… чище.

— Это пока, — хохотнул гигант. — Подожди, дойдем до Промзоны, там воздухом можно гвозди забивать. Слушай, а правда, что говорят в казарме? Что ты в одиночку приносишь добычи больше чем отряды сталкеров?

— Слухи всё, знаешь же, как люди любят приукрасить, — уклончиво ответил я.

— Да ладно тебе скромничать! — он понизил голос, оглянувшись на Маркуса, который сверял маршрут по компасу. — Нам сейчас каждый боец на счету. Время-то, сам видишь, какое. Смутное.

— В смысле? — я насторожился.

— Да брось, весь клан гудит, — Брут махнул рукой. — Вчера ночью была заварушка на складах. Говорят, Айзенфаусты совсем страх потеряли, полезли на нашу территорию. Но наши их там… встретили. И теперь, говорят, Глава собирает ударный кулак. Настоящую армию. Не для рейдов по мусоркам, а для большой войны. Говорят, там замешан кто-то очень сильный…

— Брут! — голос Маркуса хлестнул, как кнут. — У тебя язык без костей? Может, мне его укоротить?

Гигант осекся и виновато втянул голову в плечи.

— Да я так, командир… Разговор поддержать.

— Разговоры будешь поддерживать в таверне, — отрезал Маркус. — А здесь — закрой рот и смотри под ноги. Эверт, подъем! Выдвигаемся.

Я снова накинул рюкзак, но мысли мои были далеко.

«Армия для большой войны», — эхом отдалось в голове. Моя дезинформация сработала лучше, чем я ожидал. Клаус не просто защитил склады, он использовал это как повод для мобилизации. Айзенфаусты наверняка делают то же самое. Маховик войны, который я раскрутил, набирал обороты.

— Поздравляю, кукловод, — ехидно заметил Кот, устроившийся прямо поверх моей ноши. — Ты хотел хаоса? Ты его получил. Теперь главное — не попасть в жернова собственных амбиций.

Мы шли еще часа три. Ландшафт менялся. Серая пыль сменилась каменистой почвой, усеянной обломками бетона и ржавым железом.

Вдали показались очертания высоких зданий. Я узнал их — это были окраины того сектора, где я охотился на козлов.

— Почти пришли? — спросил я.

— Нет, — Маркус сверился с картой. — Эти руины — дурное место. Там завелась какая-то новая стая, ментально-активная. У нас другая цель, мы пойдем в обход. Крюк в пять километров, зато мозги не расплавятся.

Я мысленно улыбнулся. Он говорил о Глашатаях, которых мы с Элиасом размазали по асфальту. Если бы он знал, что «страшная стая» уже кормит червей, мы могли бы сэкономить час пути. Но я промолчал. Не знаю как они отреагировали бы на эту информацию.

Мы сделали большой крюк, огибая жилой сектор по дуге. И наконец, перед нами открылась цель.

Сектор 7. Промзона.

Это было величественное и жуткое зрелище. Гигантские скелеты заводов, трубы, уходящие в небо, как стволы окаменевших деревьев, паутина ржавых трубопроводов, опутавшая землю. Здесь не было зелени, только серый бетон, рыжий металл и черная копоть.

— Добро пожаловать в кузницу Древних, — тихо сказала Анна, поравнявшись со мной. — Говорят, раньше здесь делали машины, которые могли летать к звездам. А теперь здесь делают только трупы.

Мы углубились в лабиринт цехов. Здесь нужно было смотреть в оба. Тени были густыми, а эхо наших шагов разносилось далеко, отражаясь от металлических стен.

— Стоп, — Маркус поднял кулак. — Впереди движение.

Мы мгновенно рассредоточились, заняв укрытия за бетонными блоками и остатками забора.

Я выглянул в щель. Метрах в двухстах, на открытой площадке перед огромным ангаром, бродили фигуры.

Они были похожи на людей, но лишь отдаленно. Сгорбленные, с неестественно длинными руками, которые волочились по земле. Их кожа была серой, местами покрытой язвами или вросшими кусками металла.

— [Сканирование], — мысленно приказал я.

[ОБЪЕКТ: Techno-Ghoul (Промышленный Упырь)]

[Тип: Мутант-падальщик]

[Угроза: Низкая/Средняя]

[Особенность: Токсичный укус, использование примитивных орудий]

— Упыри, — определил Брут, сплевывая. — Мерзость. Бывшие рабочие или сталкеры, которые нахватались радиации и дряни из отходов. Их там десятка два.

— Многовато для прямой атаки в лоб, — оценил Маркус. — Они тупые, но давят массой. Если окружат — порвут на сувениры.

Солнце клонилось к закату, окрашивая ржавый металл в цвет запекшейся крови.

— Давайте передохнем, — решил командир. — Сделаем привал в той низине, под скалой. Поедим, восстановим силы. Атакуем в сумерках. Упыри плохо видят в темноте, а у нас есть тепловизоры и магия.

Мы отошли назад, в безопасную зону. Сбросив рюкзаки, отряд расположился на отдых.

Я с облегчением скинул свою ношу. Плечи ныли — даже с усиленными мышцами таскать сорок килограммов полдня было утомительно. Но сильнее всего меня мучил голод.

Я достал свой запас вяленого мяса и сухарей. Остальные тоже достали пайки, но мой аппетит вызвал у них уважительное удивление.

— Ну ты и жрешь, парень, — покачал головой Брут, глядя, как я уничтожаю третий кусок мяса. — Куда в тебя лезет? Ты ж тощий, как жердь, хотя с мышцами у тебя проблем нету…

— Метаболизм, — буркнул я, запивая еду водой. — Стресс заедаю.

— Стресс — это нормально, — кивнула Эльза, проверяя заточку своих сабель. — Главное, чтобы руки не дрожали, когда начнется замес.

Мы сидели в тени, наблюдая, как небо темнеет. «Саламандры» перекидывались короткими фразами, шутили, но напряжение росло.

Через двадцать минут Маркус встал.

— Подъем. Время работать. Построение «Стена». Брут — центр, я — поддержка, девочки — фланги. Макс, держись позади Брута, прикрывай его от захода в спину. И не лезь на рожон.

— Понял, — я проверил игольник. Иглы на месте. Фляги полны. Батарейка внутри заряжена.

Мы двинулись к площадке, где видели упырей. Шли тихо, используя каждый куст и кучу мусора как укрытие. Я активировал систему, готовясь включить анализ и увидеть тепловые сигнатуры врагов.

Мы вышли на позицию для атаки. Маркус поднял руку, готовясь дать сигнал к залпу.

И замер.

Площадка перед ангаром была пуста.

Ни упырей. Ни звуков шаркающих шагов. Ни чавканья.

Абсолютная, мертвая тишина. Только ветер скрипел ржавой дверью ангара, которая раскачивалась на одной петле.

— Где они? — прошептала Анна. — Их же тут была целая толпа!

— Может, ушли внутрь? — предположил я.

— Все сразу? — усомнился Маркус. — Упыри не организованны. Они бродят хаотично. Чтобы вся стая разом снялась с места и исчезла…

Кот на моем плече напрягся.

— Виктор, мне это не нравится, — его голос звучал тревожно. — Радар чист. Слишком чист. Так бывает, когда на локацию заходит кто-то настолько страшный, что даже мобы разбегаются по углам и притворяются текстурами.

Я просканировал местность. Никаких тепловых следов, кроме быстро остывающих пятен на земле, где сидели упыри. Они ушли совсем недавно. И ушли в спешке.

— Здесь что-то не так, — громко сказал Маркус. — Строй не ломать! Двигаемся к ангару, но предельно осторожно. Щиты на максимум.

Мы двинулись через пустую площадку. Я чувствовал себя неуютно. Тишина давила на уши. Отсутствие врага пугало больше, чем его наличие. Мои инстинкты вопили об опасности, но я не мог понять, откуда она исходит.

Мы подошли к черному зеву входа в цех. Изнутри несло холодом и затхлым запахом старого масла. И еще чем-то. Слабым, едва уловимым запахом… мускуса?

— Входим, — скомандовал Маркус. — По двое. Свет!

Анна создала на ладони яркий шар огня и швырнула его внутрь. Он повис под потолком, освещая огромное, пустое пространство цеха. Совсем пустое.

— Куда они делись? — Брут опустил щит, оглядываясь. — Сквозь землю провалились?

— Хуже, — прошептал я, глядя на пол.

На слое пыли и грязи были видны следы. Множество следов упырей. Но они не вели к выходам. Они обрывались в центре зала.

Словно их кто-то забрал.

— Вверх, — вдруг сказал Кот. — Посмотри наверх, идиот!

Я резко задрал голову.

— Наверх! — крикнул я, но было уже поздно.

Из темноты под потолком, с высоты двадцати метров, на нас что-то падало. Что-то огромное, быстрое и многорукое.

Это было не падение. Это был удар пресса.

Гигантская туша, сплетенная из хитина, металла и жесткой шерсти, рухнула прямо на Брута. Звук удара был такой, словно локомотив врезался в скалу.

— ЩИТ! — взревел Маркус.

Но Брут уже действовал. Его башенный щит, раскаленный докрасна внутренней магией, встретил удар. Огонь вспыхнул, освещая тварь.

Это был паук. Но не такой, как моя Мать. Этот был размером с микроавтобус. Его лапы, оканчивающиеся зазубренными стальными шипами, скребли по щиту, высекая снопы искр. Множество глаз горели неоново-красным светом.

Удар был такой силы, что Брута, несмотря на его массу и броню, вдавило в бетонный пол. Камень вокруг него пошел трещинами.

— Огонь! — скомандовала Анна.

Близнецы среагировали синхронно. Две струи жидкого пламени ударили пауку в бока. Тварь заверещала — звук был похож на скрежет металла по стеклу — и отпрыгнула назад с невероятной для такой туши скоростью. Она взбежала по стене вертикально вверх и зависла в темноте под потолком, шипя и капая кислотной слюной.

— Броня у него толстая, огнем прожаривать будете долго. — быстро проговорил Кот. — Виктор, не стой столбом!

Я и не стоял. Мой игольник уже был в руках. Я выискивал глаза в темноте.

— Уходим! — рявкнул Маркус, помогая Бруту выбраться из кратера. — Здесь мы как на ладони. Наверх! На галерею!

Мы рванули к ржавой лестнице, ведущей на второй уровень цеха, к диспетчерским будкам и мостикам.

Паук не собирался нас отпускать. Он плюнул. Сгусток серой, клейкой массы пролетел мимо меня и шлепнулся на пол, мгновенно затвердевая. Это была паутина, но армированная, похожая на стальной трос.

— Прикрой! — крикнул я Эльзе.

Она развернулась и полоснула огненным хлыстом по воздуху, отгоняя тварь, которая попыталась спикировать на нас снова.

Мы взлетели по лестнице, грохоча сапогами по металлу.

— В диспетчерскую! — скомандовал Маркус. — Там узкий вход, удержим!

Мы ворвались в помещение на втором этаже, выбили заклинившую дверь и тут же принялись баррикадировать проход старыми шкафами и пультами управления.

— Брут, держи дверь! Девочки, окна! Макс… ты как?

— Цел, — спокойно ответил я. — Что это за тварь?

— Страж улья, — мрачно ответил Маркус, проверяя заряд в своих наручах. — Если есть страж, значит, где-то рядом…

Он не договорил. Свет, который Анна зажгла в центре комнаты, озарил то, что находилось у задней стены.

Мы замерли.

Вся дальняя часть огромного зала управления была превращена в гнездо. Стены и пол были выстланы той самой серой субстанцией, похожей на застывший цемент и паутину. А в центре этого кокона лежали яйца. Десятки полупрозрачных, кожистых яиц размером с человеческую голову. Внутри них что-то шевелилось.

Но страшнее всего было то, на чем эти яйца лежали.

Кости.

Горы костей. Человеческие черепа, ребра, берцовые кости, перемешанные с остатками брони, оружия и лохмотьями одежды. Здесь были сотни, тысячи скелетов.

— Твою мать… — прошептала Эльза, прикрывая рот рукой. — Это… это же кладбище.

— Это не кладбище, — поправил я, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Я подошел ближе, активируя сканер. — Это буфет.

[СКАНИРОВАНИЕ ОБЪЕКТА]

[Тип: Кладка яиц Arachnida Titanus]

[Состояние: Инкубация (97,6%)]

[Питательная среда: Кальций, органика]

— Вот куда делись упыри с улицы. — догадался я. — Паук просто притащил их сюда. Он кормил ими выводок.

— А пропавший караван? — спросил Брут, указывая на угол.

Там, среди костей, валялся искореженный металлический ящик с эмблемой Драхенкрале.

— И караван тоже здесь, — кивнул Маркус. Лицо командира посерело. — Мы нашли груз. Но, похоже, мы нашли и свою могилу. Если эти яйца вылупятся…

Внезапно здание содрогнулось.

— Оно ломится в дверь! — крикнул Брут, упираясь плечом в баррикаду. Снаружи раздавались мощные удары, от которых металл стонал и гнулся.

— Нет, — я поднял голову. Звук шел не от двери. И не снизу. — Это не тот паук.

— О чем ты?

Я посмотрел на потолок. Бетонные плиты перекрытия дрожали, с них сыпалась пыль.

— Босс второй фазы, — в голосе Кота впервые прозвучал неподдельный страх. — Тот, что внизу, был просто нянькой. А сейчас вернулась Мамочка. И она очень недовольна, что кто-то трогает её детей.

В следующую секунду мир раскололся.

КР-Р-Р-А-А-А!

Звук был таким, что даже у меня потемнело в глазах. Это был не рык и не визг. Это был ультразвуковой удар, смешанный со скрежетом разрываемого металла.

Крыша над нами прогнулась. Огромные когти, каждый длиной с меч, пробили бетон, словно картонку. В пролом хлынул ночной воздух и лунный свет.

А следом в зал заглянуло Оно.

Я увидел только голову — огромную, уродливую, покрытую хитиновыми пластинами и множеством горящих глаз. Но эта голова была размером с малолитражку.

Тварь открыла жвалы, и по залу снова прокатилась волна оглушающего визга, от которого зазвенели зубы.

— [Ментальный удар]! — крикнул я, чувствуя, как давление на мозг становится невыносимым. — Закройте уши!

— Назад! — заорал Маркус. — Все к лестнице!

Но путь к отступлению был отрезан. Дверь, которую держал Брут, вылетела внутрь вместе с баррикадой — «нянька» снизу тоже прорвалась.

Мы оказались в ловушке. Снизу — бронированный паук-убийца. Сверху — чудовище, способное разорвать здание на части. А вокруг — тысячи костей тех, кто пытался сражаться до нас.