Обычная магия-5

Дурная примета

16 апреля

В пасхальное воскресенье работать Руслан не планировал. Празднично украшенный стол с нарядным куличом, пёстрыми яйцами и аппетитной пасхой так и манил посидеть дома с родными. Но в половине девятого неожиданно позвонил Лёня.

— Здоров, Рус!

— Привет! Всё нормально? — тут же уточнил Руслан: Леонид не имел привычки звонить просто, чтобы поболтать.

— Ага, всё тип-топ. Слушай, ты, эта, на работе?

— Нет, но могу подъехать, если надо.

— Да не, чё я буду тебя туда-сюда дёргать... да ещё и праздник же! Точно!

Они обменялись поздравлениями, но Руслан уже встревожился. Лёня не казался напуганным или страдающим, скорее уж нерешительным. А это совершенно на него не похоже и потому странно.

— Лёня, у тебя проблемы?

— Не, нету проблем. Всё норм. Ну, типа, есть кое-что, но это не по телефону. И вообще фигня так-то...

— Так, я через двадцать минут буду в офисе! Приезжай!

Лёня согласился, и Руслан, сказав родителям, что постарается вернуться к обеду, мигом собрался и вызвал такси.

По пути позвонил Бьёрну. Тот ответил почти сразу:

— Ты из-за Лёни?

— Да. Он тебе звонил?

— Да, только что. Сказал, что разговор есть.

— У него всё в порядке?

— Без понятия. Он не жаловался, — отозвался Бьёрн.

Руслану хотелось забросать наставника вопросами, но он сдержался. Бьёрн явно знает не больше его самого, так что разумнее всего будет дождаться встречи с Леонидом.

Лёня приехал через пять минут после Руслана.

— Здоров, мужики! Чё-то я зря вас, эта, дёрнул... ну, у меня тут тока один вопрос так-то...

Леонид замолчал, подбирая слова, и наконец выдавил из себя:

— Слышьте, эта, а приметы, они работают, а?

Руслан и Бьёрн изумлённо переглянулись.

— Типа чёрной кошки? — осторожно уточнил наставник.

— Ну, ладно. Тока не смейтесь! Мы, короче, с Леночкой решили пожениться! — Лёня, кажется, слегка покраснел. — И эта, можно свадьбу в мае играть, а?

Руслан еле сдержался, чтобы не улыбнуться: Леонид выглядел одновременно ужасно решительным и очень смущённым.

Бьёрн и глазом не моргнул. Сказал:

— Поздравляю вас с Леной! А свадьбу можно играть тогда, когда вам хочется. В любом месяце.

— Точно? Хотя чё это я — раз ты сказал, значит, точно! Спасибо! А то мы чуть, эта, с Леночкой не поссорились... хотели вот ща, в апреле, пожениться, а там всё ваще занято. Я и, типа, деньги предлагал, а нету мест. А я, эта, слыхал, что если в мае, то маяться... Сказал Леночке: давай, типа, до лета подождём. А она обиделась... Ну, раз приметы нету, то как Ленка хотела, так и сыграем! Шестого мая! Вы, эта, мужики, приходите! Во, приглашения вам чуть, эта, не забыл!

Лёня вытащил из внутреннего кармана куртки слегка помятые пригласительные открытки с голубками и протянул Бьёрну.

— Я ж, эта, благодаря вам с Леночкой познакомился... Спасибо, мужики!

Лёня взял с них клятвенное обещание быть на свадьбе и ушёл. Бьёрн спрятал свою открытку в стол и вручил ученику его приглашение. В нём значилось, что Руслан и его гостья/гость приглашены на торжество.

Он сразу решил, что пригласит с собой Регину. От этой мысли стало тепло и немного волнительно. А она согласится? А это не слишком смело с его стороны? А что подарить? И что там будет? Руслан когда-то был на свадьбе тёти, но тогда ему было лет семь, и он уже почти ничего не помнил.

От размышлений его отвлёк наставник:

— Всё, иди домой. А я к Демону поеду. Оксанка там такой вкусноты наготовила — просто...

Дверь открылась, и Бьёрн замолчал.

На пороге стояла бледная, болезненно-худая женщина. В светлом не очень чистом пальто, голубом берете, из-под которого свисали свалявшиеся блёкло-русые пряди, и в заляпанных грязью высоких сапогах. На плече чёрная сумочка с длинным ремешком.

Руслан так и не понял, сколько посетительнице лет. Она то казалась ровесницей Бьёрна, то выглядела старше Русланова отца. Наверное, из-за того, что выражение её лица постоянно менялось. Женщина непрестанно морщилась, щурилась, облизывала губы. Её руки тоже постоянно находились в движении: она дёргала ремень сумочки, щипала край рукава, барабанила пальцами по бедру.

— Вы что-то хотели? — прервал затянувшееся молчание Бьёрн.

— Не знаю... Здравствуйте... Можно зайти? — женщина говорила отрывисто и продолжала смотреть туда-сюда, словно не могла выбрать, на чём сфокусировать взгляд.

Руслану стало не по себе: очень уж она напоминала сумасшедшую. Левый глаз не болел, но тревога не уходила.

— С праздником, кстати... Так я зайду?

Руслан осторожно начертил знак. Как-то очень уж настойчиво она спрашивала разрешения войти. Может, это и не человек вовсе? Однако знаки ничего подозрительного не показали, всё чисто.

— Садитесь, — сказал Бьёрн, указывая на кресло для посетителей.

Наставник не выразил согласия: не сказал “да”, “входите” или “можно”. Тоже подозревает, что с этой женщиной не всё в порядке?

Посетительница медленно и как бы через силу дошла до кресла. Села. Снова огляделась.

Сказала:

— Помру я скоро... Покойник меня заберёт.

Её слова прозвучали совершенно безумно. И очень жутко.

— Какой покойник? — спокойно поинтересовался наставник. — Знакомый ваш?

— Что? Нет... нет-нет. Я его не знаю. Просто — покойник. Его машина сбила на проспекте...

— Когда?

— Что? А, в среду. В эту.

— И почему он должен вас забрать?

— Ну, его несли на носилках, накрытого. А я не поняла, что там. Бежала... быстро бежала... Все сейчас торопятся. Всё успеть. Всё быстро-быстро. А зачем?

Она уставилась на Бьёрна и, не дожидаясь ответа, продолжила:

— Споткнулась, упала, и тут его несут. Простыня сползла, а там — он. Мёртвый-мёртвый. Страшно! Я ж, получается, наперерез похоронам пошла. Ещё и почти на покойника упала. Заберёт он меня. Ох, заберёт...

Руслан слушал её отрывистые, тревожные слова и против воли верил. Так убедительно говорила эта странная женщина. При этом разумом он понимал, что посетительница безумна: не бывает никаких забирающих покойников. Но отчего-то всё равно казалось, что её слова реальны, и от этого становилось жутковато...

Так, стоп. Знаки ведь ничего не показали. Никаких существ или их следов заметно не было. А оживших мертвецов не бы-ва-ет.

— Плохо мне... — жаловалась женщина. — Спать не могу. Есть не могу. Помирать скоро, а неохота.

— Так, вас как зовут? — перебил Бьёрн.

— Нина...

— Так вот, Нина, давайте-ка разбираться. Покойник в гробу был?

— Нет, на носилках... там же, говорю, авария была. Врачи какие-то приезжали.

Руслан поискал городские хроники ДТП в сети. И отвлечься не помешает, и информацию проверить. Так, двенадцатого апреля, ДТП, проспект...

Оказалось, что ДТП в нужный день на проспектах были: на проспекте Победы и на проспекте Мира. В первом случае, к счастью, никто не пострадал. А вот во втором сбили пешехода. Возможно, женщина говорит о нём.

— Значит, это не похоронная процессия — не считается, — убеждал её Бьёрн. — Не за что покойнику на вас сердиться и тем более за вами приходить.

— Да? Но мне-то плохо... очень плохо... Он мне снится всё время. Жуткий, разбитый... Руки тянет ко мне...

Женщина поникла, сгорбилась. Руслан даже пожалел её, но, увы, с безумием они с наставником справиться не могут.

— А давайте мы к вам поедем и всё проверим, — заявил наставник.

— Что? Зачем?

— Ну вы же пришли за помощью, так?

— Да... Наверное... Мне Ольга Викторовна посоветовала к вам прийти.

Руслан удивился. Ольга Викторовна? Неужели Юлина бабушка? Имя и отчество не редкие, но среди их с Бьёрном общих знакомых Ольга Викторовна вроде бы была одна.

Руслан нашёл в телефоне номер пожилой дамы и написал ей.

“Здравствуйте, Ольга Викторовна! Скажите, вы отправляли к нам Нину?”

В ожидании ответа Руслан краем уха слушал, как наставник аккуратно продолжает допрашивать посетительницу. Выяснилось, что она живёт одна, временно не работает, чувствует себя всё хуже и хуже и порой видит кошмары из своих снов наяву.

Наконец пришло сообщение от Ольги Викторовны.

“Здравствуй, Руслан! Да, Ниночку я отправила. Давай я позвоню и объяснюсь?”

— Выйду на пару минут, — негромко сказал Руслан, дождался, пока наставник кивнёт, и выскользнул за дверь.

Юлина бабушка рассказала, что Ниночка — знакомая её невестки. Нина всегда была чувствительной и впечатлительной особой, но сейчас её эмоциональность перешла всякие границы: девушка не ест, не спит, ужасно выглядит и постоянно говорит о скорой смерти.

— Мы в прошлом месяце, восьмого марта, виделись — всё было в порядке, — вздохнула Ольга Викторовна. — А в пятницу Ниночка зашла меня с юбилеем поздравить — ужас! Я как её увидела, тут же к вам отправила. Вы ей поможете?

— Постараемся, — вздохнул Руслан. — С прошедшим юбилеем вас!

— Спасибо, мой дорогой! Ты, кстати, так и не зашёл к нам на пироги! А мы с Юленькой рады будем — заходи.

Руслан сказал, что постарается, и быстро попрощался.

Так, получается, есть шанс, что посетительница не сумасшедшая. Значит, действительно надо тщательно проверить и её саму, и её жильё.

Когда Руслан вернулся в кабинет, Бьёрн уже вызвал такси. Нина немного успокоилась, но по-прежнему казалась слегка чокнутой. Руслану было неловко от того, что он так предвзят к несчастной, но, кажется, безумцы — и те, кто на них похож, — по-настоящему его пугали.

Жила Нина неподалёку от Ольги Викторовны в старой серой пятиэтажке. В квартире клиентки оказалось удивительно чисто: Руслан ожидал, что тут повсюду будет грязь, какие-нибудь странные вещи вроде сломанных игрушек или чучел и, возможно, жуткое существо в придачу. Но ни грязи, ни странных вещей, ни существ в жилище Нины не было.

Обычная скромно обставленная однокомнатная квартира. Обои в цветочек, золотистые шторы, старая, но крепкая мебель, два кактуса на подоконнике.

— У меня ещё хлорофитум был. И фиалка... — сказала Нина, видимо, заметив, что Руслан разглядывает кактусы. — Только они завяли в начале недели. А это плохой знак. Плохой... ох, видимо, помру я скоро... придёт покойник, заберёт меня... ох, заберёт...

Руслан с трудом заставил себя не отшатнуться от запричитавшей женщины. Она снова показалась ему совершенно безумной.

Проверка не выявила никаких существ. Ни в квартире Нины, ни в опасной близости от неё не было ничего подозрительного. Возможно, женщина всё-таки и правда не в своём уме. Её состояние могло ведь ухудшиться само по себе, без всяких существ. Из-за стресса после того, как она увидела аварию со смертельным исходом, например. Говорила же Ольга Викторовна, что Нина всегда была впечатлительной.

Но почему тогда завяли растения? Да ещё и одновременно. Правда, и тут возможен простой ответ: Нина забыла их полить.

Руслан подошёл к окну, чтобы снова посмотреть на уцелевшие кактусы. И увидел, как по стеклу со стороны улицы медленно сползает похожее на здоровенную гусеницу существо, оставляя за собой еле заметную почти прозрачную слизь. Бесследка!

— Бьёрн! Смотри!

Наставник тут же подошёл и радостно сказал:

— О, теперь стало интересно! Кто это там что прячет?

Насколько помнил Руслан, бесследки “прячут” от поиска и людей, и существ, и артефакты. Когда-то одержимый Мёртвым Сторожем Санёк заставил Руслана несколько часов просидеть в пустом доме, набитом бесследками, чтобы Бьёрн не смог найти своего ученика.

— Пойдём проверим? — Руслан вопросительно посмотрел на наставника.

— Ага! Нина, кто над вами живёт?

— Что? А, не знаю... там новый сосед поселился...

— Давно? — уточнил Бьёрн.

— Ну, перед Новым годом, кажется, въехал... не знаю...

Если Нине стало хуже только на этой неделе, то вряд ли в этом виноват сосед, живущий рядом уже не меньше трёх месяцев. Но проверить надо.

Бьёрн и Руслан поднялись на пятый этаж.

Наставник постучал в дверь. Никакой реакции. Тогда Бьёрн позвонил, затем постучал громче, настойчивее.

Левый глаз Руслана на секунду пронзило болью, но неприятное ощущение почти сразу пропало. Значит, кто-то есть там, в квартире. И этот кто-то только что пожелал незваным визитёрам зла.

Бьёрн надавил на звонок и не отпускал, пока дверь не приоткрылась на длину цепочки.

— Чё надо? — неприязненно поинтересовался хозяин квартиры, почти невидимый в темноте коридора.

— Поговорить надо! — заявил Бьёрн.

— С чего это?

— У тебя там бесследка убежала.

— И чё? Завелась так завелась, убежала — так и чёрт с ней. Идите-ка отсюда, пока ментов не вызвал!

Дверь захлопнулась.

Руслан покосился на наставника. Тот кивнул, развернулся и поспешил на четвёртый этаж.

У двери Нининой квартиры Руслан спросил:

— И что мы с ним делать будем?

— Ничего. Не пускать подозрительных незнакомых видящих не преступление. Заметил, кстати, как у него знаки грамотно выставлены — внутри дверного проёма?

Руслан, к стыду своему, знаков не заметил вообще.

— Будем устраивать засаду! — заявил Бьёрн Нине, когда та впустила их обратно.

— Что? Зачем засаду? — удивилась женщина.

— Будем ловить того, кто вас по ночам пугает!

Наставник отпустил Руслана домой пообедать с родителями и велел вернуться часов в девять: Нина сказала, что ложится она обычно около одиннадцати вечера, а к полуночи ей становится совсем страшно.

Когда Руслан вернулся в квартиру Нины, Бьёрн уже выставил там защиту, начертил с десяток ловушек и, кажется, сходил в магазин и приготовил ужин. Во всяком случае в доме Нины аппетитно пахло жареным мясом, а когда Руслан осматривал кухню днём, то из продуктов видел там только два пакета с гречкой, растительное масло и одинокий помидор.

Интересно, почему наставник взялся помогать этой Нине? Вряд ли её случай сразу заинтересовал Бьёрна: он ведь оживился только тогда, когда увидел бесследку. Выгодным это дело точно не окажется. Тогда почему? Надо будет спросить.

В двадцать три ноль-ноль Нина умылась, облачилась в пижаму и легла. Бьёрн остался в комнате с ней, а Руслан засел на кухне. Левый глаз не болел, но успокоиться всё равно никак не получалось. Что именно прячет негостеприимный видящий? Понятно, что какое-то существо, но вот что оно делает? Пугает? Насылает кошмары? Или сводит с ума?

Руслан до сих пор помнил тревожное ощущение, которое ему “подарил” паранойник: неуловимо неправильные лица родителей, фальшивые очертания знакомых предметов и твёрдая уверенность в том, что все вокруг — люди, собаки, птицы — все хотят тебе зла.

Руслан поёжился. Пожалуй, больше всего на свете он боялся именно этого — сойти с ума.

Левый глаз предостерегающе вспыхнул болью, и Руслан вскочил, сжимая в руке заготовленный заранее нож с выгравированными на лезвии знаками.

На кухне никто не появился. Руслан прислушался: в соседней комнате было тихо. Он покосился на окно. Темнота, тут и там прорезанная светящимися квадратами окон, казалась обманчиво спокойной.

Руслан хотел окликнуть наставника, но вовремя вспомнил, что не стоит будить Нину, если она всё-таки заснула. Надо пойти посмотреть. На всякий случай Руслан, встав на пороге кухни, начертил поиск. Скорее всего знак снова ничего не покажет, но...

Однако знак, ярко сияя, полетел к стене. Не к той, за которой находилась комната Нины, а к той, за которой была соседняя квартира. Там кто-то был.

Руслан метнулся к наставнику. Тот, увидев ученика, кивнул и сказал:

— Схожу к соседям. Будь начеку!

Нина лежала на раскладном диване, накрывшись одеялом до подбородка, и диковато таращилась на видящих.

Стоило Бьёрну уйти, как снова разболелся левый глаз. А Нина вдруг обмякла, и Руслан почему-то испугался, что она умерла.

Однако женщина тут же пошевелилась и тихонько то ли всхлипнула, то ли всхрапнула. Спит.

Руслана тоже потянуло в сон. Но знаки на одежде и на ноже вспыхнули — и желание лечь прямо на пол и уснуть прошло. А ведь вокруг дивана Нины тоже были знаки. И если какое-то существо махом снесло защиту и усыпило жертву, то это очень сильный монстр.

Женщина беспокойно заметалась. Руслан сосредоточился, готовясь, если придётся, драться не на жизнь, а на смерть.

Монстр взвился из-за спинки дивана к потолку. Длинная вёрткая серая тварь с многочисленными лапками метнулась сначала к Нине, но, заметив Руслана, резко развернулась в воздухе и кинулась к нему.

В первый миг на видящего напала такая одуряющая сонливость, что он чуть не упал. Потом пришёл страх. На секунду комната стала невыносимо тесной. Тени в углах жутко и неестественно зашевелились, а Нина, не открывая глаз, усмехнулась и погрозила ему зажатой в руке ложкой. Заточенная кромка ложки хищно блеснула. Вот сейчас вскочит — и...

Нет. Ты дома у Нины. Она не желает тебе зла. Там была другая женщина. Возьми себя в руки. Не позволяй какому-то монстру запугать себя.

Руслан открыл глаза — когда это он успел зажмуриться? Перед его лицом висела морда монстра. Три огромных красно-оранжевых выпученных глаза. Крошечный хоботок под ними. Нелепые оттопыренные уши.

Руслан шарахнулся в сторону и махнул ножом, изгоняя существо.

Жуткая тварь отшатнулась, прыгнула на стену и быстро-быстро уползла сквозь потолок. Вряд ли её напугало простейшее изгнание. Скорее этот монстр привык иметь дело с обездвиженными жертвами, и слишком прыткий человек заставил его изменить планы.

— Вы видели? — хрипло спросила Нина, и Руслан чуть не подпрыгнул. — Видели покойника?

— Видел. Но не покойника. Это другое... м-м-м, существо. Не волнуйтесь: мы с ним разберёмся.

От входной двери послышался шум, и Руслан, велев Нине сидеть тихо, пошёл проверить, кто там.

Бьёрн и незнакомый сердитый мужик. У незнакомца знаки на лёгкой куртке, накинутой поверх яркой жёлтой футболки. На футболке и джинсах броский узор из абстрактных линий, в который умело и почти незаметно тоже вплетены знаки. Видимо, сосед сверху.

— Как вы? — спросил наставник. — Целы?

— Да.

— Ну вот! — с нажимом сказал незнакомец. — Никто не пострадал. Берите деньги — и идите себе.

Да, судя по голосу, это действительно сосед. Что за деньги он предлагает?

— Что происходит? — спросил Руслан.

— Ваша тётка — дура нервная! Вот что происходит! Чокнутая! — зло сказал сосед. — Ну и чёрт с ней. Я через три дня уеду. Мой Крич никого не убил и не собирался.

— Кто он такой?

Мужчина неприязненно уставился на Руслана и спросил:

— А ты кто такой, чтоб мне вопросы задавать?

— Он мой ученик, — подчёркнуто спокойно вставил Бьёрн. — И он звонит в спецотдел.

— Да погодите вы! — повысил голос сосед. — Я вам русским языком говорю: Крич никого не убил. И не убьёт. Ему просто надо жрать. Через три дня мы с ним уедем. И всё! Все будут спать спокойно, включая эту чокнутую. За сколько вы согласны не звонить в спецотдел прямо сейчас?

— Твоя тварь питается кошмарами, которые сама же и создаёт. И я уверен: разрешения на неё у тебя нет.

Мужчина пробовал возражать, но Руслан не слушал. Он вытащил телефон и позвонил по знакомому номеру.

Хозяин жуткой твари грязно выругался, но, поняв, что никто его не слушает, ушёл.

“Спецы” обещали приехать через пятнадцать минут.

— Что это было? — спросил Руслан у наставника, закончив телефонный разговор.

— Любитель фантастических тварей! — фыркнул тот.

Когда приехали спецотделовцы, сосед уже собрался уезжать. Его задержали у двери подъезда. А потом всех причастных видящих увезли в спецотдел.

Оказалось, что Крич — серый тиморис. Несмотря на общее название, на Шустрика или его “мать” он походил только длинным гибким телом. Серые тиморисы запрещены почти во всех странах, поскольку их кошмары могут убивать. А ещё их нельзя приручить, можно только взять под контроль на некоторое время.

Когда Руслан спросил, зачем кому-то такая злобная и опасная тварь, молодой черноволосый специалист по редким существам, приятель Кошкина, по секрету поведал, что хозяин Крича, видимо, участвует в подпольных боях. Монстров стравливают, а зрители получают порцию адреналина и незабываемые впечатления. Билет на такое “шоу” немыслимо дорогой, а уж ставки там, говорят, такие, что раз победив, можно потом всю жизнь не работать.

— И у нас в городе проводят такое? — не поверил Руслан.

— Это “шоу” передвижное. Законом оно, само собой, запрещено, но деньжища там вращаются ого-го! Кстати, знаешь, почему этот мужик над вашей клиенткой поселился?

— Нет.

— Потому что там тринадцатая квартира в тринадцатом доме! Говорит: на удачу так селился в каждом городе, где бои идут. Вот же дичь, да? Руслан кивнул. Потом спросил:

— То есть он собирался победить при помощи Крича?

— Видимо, так. Тиморисы, они же могут пожирать некоторых существ. Но с ними всё непросто: чёрного очень сложно найти и приручить, а серого надо постоянно кормить и почти невозможно спрятать.

— А разрешение на него получить можно?

— На серого — нет. Он и для окружающих опасен, и для временного хозяина тоже. Чуть проголодается — может напасть.

— И не страшно ему было? — удивился Руслан.

— Кто его знает, — пожал плечами спецотделовец. — Вот победил бы, получил бы кучу денег, а потом тварюгу в расход. Всё просто. Эффективно даже по-своему.

А Руслан-то думал, что Катин Шустрик — это нехорошо. Но Катя и её папа любят своих жутких питомцев. А тут — сначала кормить кошмарами, рискуя убить кого-нибудь, а потом прикончить существо из-за денег.

Руслан поёжился.

— А что будет с Ниной? Нашей клиенткой. Ей, кажется, знакомство с тиморисом сильно навредило.

— Постараемся на лечение за счёт отдела отправить. Как жертву видящего и подконтрольного ему существа.

Руслан поблагодарил, а затем его снова в деталях допросили. Кажется, в четвёртый раз.

Отпустили их только утром. Руслан и Бьёрн вышли в солнечный ветреный понедельник и несколько минут стояли, наслаждаясь упругим ветром и теплом после долгих часов сидения взаперти — сначала у клиентки в квартире, потом в здании спецотдела.

Кстати, о клиентке.

— Бьёрн, можно спросить?

— Попробуй, — хмыкнул наставник.

— Почему ты решил ей помочь? Она же вела себя как сумасшедшая. Причём небогатая. А благотворительностью ты заниматься не любишь.

Бьёрн помолчал, глядя в сторону. Потом ответил:

— Была у меня родственница. Странненькая такая, с причудами. Когда она стала жаловаться на голоса в пустой квартире, никто и не обратил внимания. А потом её одержала тварь. И она сначала семью из соседней квартиры вырезала, а потом на себя руки наложила. Так-то тётка добрая была. И сильная. Если бы всё по-тварьему пошло, там жертв гораздо больше было бы. Десятки! А так только четыре человека, — наставник тяжело вздохнул. — Так что иногда лучше проверить странную тётеньку. Или дяденьку. С нас не убудет.

А дома лучше...

17-21 апреля

В этом году Руслан спохватился вовремя и сел за курсовую в середине апреля. После Пасхи неожиданно выпал снег — Славик даже поинтересовался, не из-за существ ли. А потом день за днём дул пронзительный ветер. Подходящая погода для того, чтобы сидеть дома и работать над черновиком.

Пару раз звонила Катя. Один раз по делу: узнать, где в городе можно достать порошок серебрянки обыкновенной и ночного лилейника — Руслан отправил её к Бьёрну. Второй раз Кате было скучно, и она попыталась вытащить его в кафе. Руслан сослался на курсовую. Потом спросил:

— А твой отец что, уехал?

— Да не, занят просто.

— Слушай, а чем ты раньше занималась, когда он уезжал?

— Как чем? Сеяла ужас и разрушения. Но теперь у нас вроде как уговор.

Ему послышались насмешливые нотки в её голосе, и он на провокацию не поддался. Вместо этого задал вопрос, который давно его беспокоил:

— Кать, а твой отец как относится к твоей маме и её новой семье?

Девушка рассмеялась:

— Поздно спохватился, дорогой! Если бы папа хотел с ней разобраться, он бы уже это сделал. И не осталось бы от мамочки ничегошеньки! Но, к её счастью, папе плевать на маман. Лучшее, что он мог от неё получить, — это я.

Они ещё немного поболтали, и Катя отключилась, велев ему быть паинькой и вовремя написать курсач.

К пятнице Руслан закончил введение и первую главу. И понял, что устал от курсовой и вообще от учёбы. Надо было развеяться, и он решил пойти в “офис”.

Уже дойдя до сувенирного магазина, Руслан сообразил, что надо бы уточнить у Бьёрна, не с клиентом ли он.

“Привет! Ты не занят? Я тут рядом”.

Ответное сообщение пришло тут же:

“Заходи! Как раз вовремя!”

Руслан обрадовался и поспешил в “офис”.

— Как курсовая? — с порога спросил наставник.

— Черновик готов процентов на сорок.

— Ну, в общем-то неплохо, — хмыкнул Бьёрн. — Решил развеяться?

— Ага.

— Как раз клиент нарисовался. Звонил с час назад. Скоро придёт.

В дверь постучали, и Руслан торопливо повесил куртку на спинку своего кресла и сел.

— Войдите! — громко сказал наставник.

Потенциальный клиент оказался молодым мужчиной лет двадцати пяти в строгом сером костюме и с длинными светлыми волосами до плеч. Он чем-то напомнил Руслану рок-музыканта, решившего сменять музыку на менеджмент.

— Добрый день, я от Подольского, — нерешительно сказал молодой человек, войдя в кабинет и усевшись в кресло для посетителей. — Виктор Семёнович сказал, что я должен у вас проконсультироваться.

Руслан сразу вспомнил Подольского: это отец Маргариты, которого они с наставником в прошлом январе спасали от инсании.

— Так что вас беспокоит? — поинтересовался Бьёрн.

— Да ерунда какая-то! Вы не подумайте, я не псих! Во всякое сверхъестественное я не верю. Но Виктор Семёнович велел, а если он что-то говорит, то это что-то надо делать и быстро.

— Так, вас как зовут?

— Игорь. Игорь Ковалёв.

— Рассказывайте, Игорь. Никто вас сумасшедшим не посчитает.

— Ну, в общем у меня домовой завёлся!

Как оказалось, у Игоря с недавних пор кто-то повадился скрипеть полом, рассыпать крупы, раскачивать люстру, сбрасывать со стола кружки и еду и стучать в окно девятого этажа.

— Ну, допустим, пол скрипит потому, что доски старые, кружка и бутерброд упали потому, что я их на край поставил. Допустим. Хотя я точно помню, что кружку я поставил почти в центр стола. Но всё-таки допустим, что я перепутал. Заработался, утомился — бывает, — хмурился Игорь. — Но недавно кое-что вообще непонятное случилось! И как раз на домового похоже: я посмотрел в интернете.

Потенциальный клиент помолчал, продолжая хмуриться. Потом решительно продолжил:

— Этот домовой ночью мне волосы запутал. Натурально — свил гнездо! Я час распутывал это безобразие. Час! Разозлился до ужаса. На работу опоздал! И на входе на Виктора Семёновича наткнулся. Он у нас строгий, но справедливый. Говорит: чего это ты, Игорь, опаздываешь? А я говорю: вот не поверите, Виктор Семёныч, но домовой меня запутал! Думал, он меня психом обзовёт, но уж так меня этот домовой достал, что сил уже на фантазии не осталось. А Виктор Семёныч обзываться не стал. Велел рассказать, что к чему, и к вам отправил. Сказал, что у него тоже проблемы были. Типа, мелочи всякие, а в итоге чуть не помер. Но ведь домовых же не бывает?

Игорь посмотрел сначала на Бьёрна, потом на Руслана. В голове клиента никак не укладывалось то, что сверхъестественное существует, что оно как-то коснулось его самого и что его отправило к каким-то непонятным людям большое начальство. Но раз отправило, значит всякое потустороннее точно есть!

Руслан уже начертил несколько знаков поиска и опознания. Ничего.

— Ладно, едем к вам, — сказал Бьёрн. — Посмотрим, что там за домовой.

По пути видящие задали несколько дополнительных вопросов и узнали, что кошмары Игоря не мучают, на здоровье он в целом не жалуется, живёт один — снимает квартиру уже второй год. С соседями и арендодателями не ссорился и раньше ничего такого никогда не замечал.

Игорь привёз их на другой конец города и высадил у новенькой красно-белой десятиэтажки. Во дворе всё спокойно: играют дети, кувыркаются в остатках нежданного апрельского снега светящиеся создания, похожие на крылатых мышей, порхают с куста на куст мелкие птахи.

В ухоженной опрятной двушке клиента тоже всё, на первый взгляд, казалось чистым и спокойным. Однако знаки, слабо мерцая, показывали, что где-то в квартире кто-то прячется.

Но как ни старались видящие, узнать, где именно и кто притаился, им не удалось.

— Так, — сказал Бьёрн после получаса бесплодных попыток, — давайте-ка ещё раз уточним детали. “Домовой” по всей квартире шумит или только на кухне?

Игорь подумал немного и сказал:

— Еду швыряет и пакеты рвёт только на кухне, само собой. В окно стучится на кухне и в моей комнате. Той, которая рядом с кухней. Волосы мне запутал там же. Полами скрипит в коридоре. То есть в санузел не суётся и в большую комнату, гостевую. И в прихожей вроде бы его не слышно. Так что, это правда домовой?

— Не, не домовой. Какая-то другая штука. А вот какая именно — пока не ясно. Ладно, попробуем ловушку поставить и приманить это существо...

Бьёрн и Руслан минут сорок рисовали мелом на полу ловушку, старательно вычерчивая сложные связки. Но никто не попался.

— Так, значит, план такой, — объявил Бьёрн, мрачно покосившись на пустую ловушку. — Ещё раз всё осматриваем — и, если снова пусто, едем до домам. Я поспрашиваю у знакомых, кто что посоветует.

Игорь вздохнул и осторожно поинтересовался:

— А это опасно? Ну, раз вы сами найти не можете, значит, тут что-то особо хитрое, да?

— Насколько я вижу, вас оно не ест. Да и вообще, вряд ли это хищник или паразит. Этих-то мы бы легко обнаружили.

Бьёрн взялся проверять гостевую комнату, а Руслан пошёл на кухню.

В холодильнике никого. В духовке пусто. В микроволновке никаких существ. Ничего кроме посуды в шкафу над мойкой.

Руслан открыл узкий шкафчик, где, как он уже знал, хранились полотенца, пакеты и прочие мелочи. Из шкафа на Руслана вытаращились огромные глаза. Слабая аура существа явно должна была напугать того, кто открыл дверцу, но Руслан не почувствовал страха. Он с любопытством уставился на пушистый шар с глазами. Шар был размером с кружку. Глаза — примерно с грецкие орехи.

После секундной паузы существо осознало, что его не боятся. Оно смешно пискнуло и выпрыгнуло из шкафа. Вниз и направо. Руслан заметил, что оно покрыто золотистыми пёрышками.

Существо бодро скрылось в соседней комнате, прыгая как мячик.

— Бьёрн! — позвал Руслан.

Наставник тут же вышел в коридор.

— Нашёл?

— Да. Кого-то я точно нашёл, но этот кто-то ускакал вон туда, под кровать.

Видящие зашли в комнату. Игорь, опасливо глядя по сторонам, тоже увязался за ними.

— Как выглядит?

— Как шар из золотых пёрышек с глазами. Шар с глазами, не пёрышки. Он, кажется, хотел меня напугать, — усмехнулся Руслан.

— А, так это лешик! — сказал Бьёрн. — Теперь понятно, почему его знаки не видят. Он безвредный, как пенёк.

— А чего он меня пугает? — обиженно поинтересовался Игорь. — И вещи портит.

— Он не со зла, — заверил Бьёрн. — Лешики в лесу живут. Спят или с белками, или с птичками всякими. Короче им в тепло надо и компанию. Он пытался птиц приманить: крупу рассыпал, хлеб ронял. А в окна стучал — это он, видимо, голубей на подоконнике видел и хотел к ним выбраться. Пугал он Руслана: так лешик иногда всяких там куниц от детёнышей отгоняет.

— А волосы он мне зачем путал? — возмутился клиент.

— Это лешик пытался гнездо свить, — хмыкнул Бьёрн. — Ничего личного. В каком-то смысле голые инстинкты.

— И что с этими инстинктами делать? Вы же можете его изгнать или ещё что?

— Изгнать его как раз сложновато. Уничтожить, кстати, тоже. Большая часть знаков создана для защиты от опасных тварей, а это не тварь даже, а так — лешик, — развёл руками Бьёрн.

— А поймать его можно? — спросил Руслан.

— Во-о-от, это хороший вопрос! — кивнул наставник. — Можно. Только ловить будешь сам. Счас я на тебе тут нарисую кое-что.

Бьёрн достал из рюкзака маркер и спросил у Игоря:

— Резиновые перчатки есть?

— Да. Принести?

— Несите.

Резиновые перчатки Руслану было велено надеть поверх своих, обычных. Бьёрн нарисовал по два знака на каждой перчатке и сказал:

— А, чуть не забыл. Если надо в сортир или там воды попить, давай прям ща. Потом будет не до того.

Руслану стало слегка не по себе, но он тут же догадался: потом у него, видимо, будут заняты руки. Наверное, после поимки этого лешика надо будет отвезти туда, откуда он попал в квартиру Игоря.

Когда Руслан был готов, Бьёрн подтвердил его догадку:

— Счас ловишь лешика — кстати, имей в виду: он очень прыткий, а потом поедем с ним в лес.

— У нас тут в парке недалеко белки водятся, — вставил Игорь, явно заинтересованный всем происходящим. — Может, туда его закинуть?

— Не, ему лес нужен. Вы в лесу были недавно?

— Я? Нет. Мне некогда: работа же. Да и не особо лес люблю... Погодите!

Игорь вдруг выскочил из комнаты и тут же прибежал с кривоватым ежом, сделанным из большой шишки.

— Вот, племянник недавно подарил. Они семьёй в лес ездили, он мне подарок привёз. Может, эта штука отсюда?

— Запросто! — согласился Бьёрн. — Они как раз в шишках заводятся и, пока совсем мелкие, там сидят до настоящего тепла. Ладно, с этим разобрались, так что давай, ученик, лови его!

Руслан пошёл ловить. Лешик оказался не просто прытким, а очень, очень, очень прытким! Бьёрн закрыл ученика в комнате с существом, но оказалось, что даже одна комната для лешика — это простор.

Он уворачивался и отпрыгивал, петлял и метался. Скакал по мебели и залетал на люстру, проскальзывал под самой ладонью человека и уклонялся даже там, где и уклоняться-то казалось бы некуда. Вертелся и нырял под мебель, кидался то вправо, то влево и просачивался в щели, становясь плоским как пернатая тарелка. Хорошо хоть сквозь стены и предметы не ходил.

В результате Руслан уже через десять минут взмок как бегун под дождём. Через пятнадцать — передвинул всю мебель в комнате кроме встроенного шкафа. Через полчаса — передвинул мебель по второму разу.

— Тебе помощь нужна? — спросил из-за двери наставник.

Руслан отвлёкся — и загнанный в угол лешик ускользнул за кровать. Вот же, глупая штука! И как он не понимает, что Руслан для него старается?! — Нет! — резко отозвался он и взялся в третий раз двигать кровать.

Шум от сдвигаемой мебели, очевидно, пугал существо, и оно стремительно мчалось в другое укрытие.

Наставник всё-таки не поверил и, осторожно приоткрыв дверь, проскользнул в комнату.

— Давай-ка вместе.

Вдвоём видящие всё-таки поймали лешика. Правда, им пришлось ещё дважды передвинуть всю мебель в спальне клиента, и к концу миссии оба были взмокшими и злыми.

Но вот он, лешик. Руслан осторожно держал дрожащий шар из перьев, съёжившийся в комок. Наверное, существу казалось, что его сейчас съедят неведомые огромные хищники. Оно зажмурило глазища и постаралось стать незаметным. “Хищник”, однако, не поверил и держал крепко, стараясь и не выпустить юркое создание, и не повредить ему.

Ожидавший за дверью Игорь внимательно посмотрел на руки Руслана, в которых будто был зажат невидимый маленький мячик.

— Он тут? — робко спросил клиент.

— Ага, — ответил Бьёрн.

— А этот лешик, он какой?

— Круглый, в перьях, с двумя глазами. Счас испуганный. Сжался, зажмурился, чует скорую погибель, — хмыкнул наставник. — И будь он съедобным, я б его точно сожрал после того марафона, что он нам устроил!

Игорь спросил:

— И всё? Вы его увезёте — и никто больше не будет у меня тут стучать, скрипеть и еду раскидывать?

— Никто! — заверил Бьёрн. — По оплате — как договорились.

Возможно, Игорь взялся бы спорить: ведь и правда, сложно поверить, что во всём виновато что-то невидимое, которое сейчас как бы уносят как бы специалисты. Но то ли взмыленный Бьёрн, жаждущий оплаты, выглядел убедительно, то ли Игорь верил своему работодателю, отправившему его к этим людям. Так или иначе, спорить клиент не стал.

Руслан и Бьёрн вышли из подъезда.

— Счас вызову такси и махнём в лес, — сказал наставник.

В ожидании машины Руслан смотрел на лешика и еле сдерживался, чтобы не начать его успокаивать: мол, не бойся, смешная штука, никто тебя не обидит. Но Бьёрн же смеяться будет. Так что приходилось просто ободряюще смотреть на существо.

Лешик немного оправился и рискнул оглядеться, приоткрыв большие слабо светящиеся глаза.

Но стоило подъехать машине, как он пискнул и снова зажмурился.

Руслан неловко влез в такси, поздоровался со знакомым усатым таксистом. Бьёрн сел рядом с водителем, и вскоре они выехали за город.

Вокруг города весна уже была совсем-совсем настоящей. Пусть ветер, пусть немного снега тут и там, но это уже весна. Тёплая, цветущая, нежная, удивительно живая. И пусть руки ужасно затекли, а от сосредоточенного внимания почему-то гудела голова, всё равно Руслану было хорошо.

Бьёрн помог ученику выбраться из машины и сказал:

— Пошли подальше от дороги его выпустим.

Они шли по весеннему лесу, полному света, тепла и птичьего свиста, пока не набрели на живописную полянку с большущим деревом в центре. По стволу пробежала белка, и лешик в руках человека распушился, словно увидел друга.

— Беги, — сказал Руслан, отпуская существо.

Лешик в два прыжка оказался у дерева и тут же спрятался за ним.

— Всё, беглеца вернули, денег заработали, поехали в город поедим наконец! — потянулся Бьёрн и глубоко вдохнул лесной воздух. — От всей этой природы у меня зверский аппетит разыгрался!

Аномалия

28 апреля

Телефон зазвонил в глухой ночи. Руслан, ещё толком не проснувшись, решил, что это будильник, и вырубил музыку. Телефон тут же снова разразился трелью. А, это Бьёрн.

— Да, — хрипло и сонно сказал Руслан.

— Живо вставай, одевайся и дуй на Смолина. В городе ЧС — спецотдел всех уже поднял. Быстро сюда!

Наставник отключился.

Руслан пару секунд посидел неподвижно, приходя в себя. Потом вскочил с кровати: так, сначала в ванную, потом одеваться. Перекусить можно по пути.

Уже в такси Руслан задумался. Интересно, чрезвычайное положение объявили из-за погоды? Впервые в жизни Руслана в конце апреля выпал настоящий снег. Шёл весь вечер и до сих пор идёт — белый, чистый, новогодний и совершенно неуместный.

Ладно, Бьёрн всё объяснит. Руслан написал наставнику, что будет минут через десять, и вынул из рюкзака ореховый батончик. Он бы предпочёл позавтракать вчерашними мамиными котлетами, но на них времени не было, так что лучше батончик, чем ничего.

Силы ему сегодня наверняка понадобятся. За двенадцать минут дороги Руслан заметил три машины скорой. Две с включенными мигалками, но без сирен мчались в сторону горбольницы, одна заезжала во дворы.

Едва он вышел из такси, рядом тут же оказались трое видящих: Бьёрн, Сабрина и незнакомый пожилой мужчина. У всех в руках были объёмные мешки с чем-то тяжёлым, но бесформенным, вроде сахара. У Бьёрна так даже два.

— Так, ученик, ввожу в курс дела: к нам тут с ночным снегопадом ледовики пожаловали. И поскольку в апреле им не сезон, то они не лежат в снегу в ожидании, пока их съедят, а сами нападают на людей. Выморозят человека — и за новым ползут. За ночь уже десятки пострадавших. И ещё будут, как только солнце встанет и народ проснётся. Всё, идём!

Сабрина и незнакомец кивнули и пошли вдоль улицы.

— Мы с тобой во дворы. Я к Московской выхожу, ты к скверу, понял?

Руслан кивнул и спросил:

— А делать-то что?

— Встаёшь в снег, ждёшь минуту-две — к тебе сползаются ледовики. Ты их шарахаешь уничтожением и песком. Вот твой, — Бьёрн сунул ученику увесистый мешок. — Через час спецы ещё привезут. Всё, пошли! А, да, увидишь замёрзшего человека — фотай и отправляй в спецотдел с координатами. Погнали!

Насколько помнил Руслан, ледовики должны были выглядеть как шары вроде перекати-поля, состоящие из мелких острых льдинок. Однако когда он замер в снегу у фонаря, к нему подползло что-то вроде прозрачной колючей змейки. Только вместо морды у неё заострённый ледяной треугольник размером примерно в половину ладони.

Существо явно нацелилось пробить джинсы и вонзить острый угол “морды” в ногу человека. О, оно тут ещё и не одно! Вокруг Руслана поднялись из снега ещё три “змейки”. Так, уничтожение на вон тех двух. Ещё уничтожение. И ещё раз. Теперь песком из мешка. Пойманные уничтожением существа не разрушались сразу, а замирали. А вот песок заставлял их рассыпаться в пыль.

Руслан справился со “змейками” без труда. Но это потому, что он видящий и знает, чего ожидать, а до обычного человека, остановившегося, чтоб написать сообщение, например, эти существа доберутся без труда.

Руслану вспомнился мальчик, в которого в далёком декабре позапрошлого года попал ледовик: ребёнок превратился в жуткого ледяного монстра и спасти его удалось только чудом. Остаётся надеяться, что сейчас всех, кого атаковали ледовики, быстро доставят в больницу и сразу стабилизируют.

А вот и жертва. Неподвижная фигура в предрассветных сумерках выглядела действительно зловеще. Но проверить надо.

У детской карусели замер парнишка в синей куртке. В руках уже разрядившийся телефон. Лицо белое-белое. Руслан осторожно приблизился, окликнул парня. Ноль реакции.

Руслан сфотографировал его и отправил фото в мессенджер спецотделу.

В следующем дворе он наткнулся на сидящего на скамье мужчину, вокруг которого бегала нетрезвая напуганная женщина, бессвязно восклицая:

— Домой пора! Вадя, домой! Пошли! Ну... ты чё, а? Домой!

Руслана она сначала испугалась и убежала, оступаясь и нелепо размахивая руками. Её спутник был белым и холодным. Руслан вздохнул, сфотографировал его и отправил фото, куда положено.

— Эй, а вы ему врача вызвали? — женщина вернулась, но подойти не решилась.

— Да, помощь скоро будет. Идите домой.

— Не могу... как без Вади-то?

— Тогда не стойте на месте. Замёрзнете.

Она кивнула, и Руслан пошёл дальше, надеясь, что спецы приедут совсем скоро и помогут и ей, и её Ваде.

Третий человек обнаружился не скоро. Видящий успел обойти три двора, уничтожить ещё одну группу “змеек” и проголодаться.

Очередная жертва ледовиков лежала на снегу лицом вниз. Руслан огляделся. Ага, вон там скамья. Надо перетащить человека, а то замёрзнет и без всяких монстров.

Неподвижный мужчина хоть и выглядел щуплым, оказался тяжёлым. Его тело уже покрыли жуткие ледяные наросты, и Руслан чуть не порезался, пытаясь поудобнее перехватить человека. Плотные перчатки защитили. Он доволок мужчину до скамейки, сфотографировал и выслал координаты спецам.

Кстати, часы на телефоне показывали, что прошёл всего час. Песка в мешке было ещё достаточно, так что нужды встречаться со спецами не было, но, наверное, стоило выйти на связь, раз Бьёрн говорил о часе.

— Сколько ледовиков нашёл? — первым делом спросил наставник.

— Две группы по три-четыре змеи. Людей нашёл меньше: всего троих, фото отправил. Их точно откачают? До сих пор никто не приехал...

— Приехали, — заверил ученика Бьёрн. — Минут десять назад. Ты до сквера дошёл?

— Почти.

— Проверь, есть там кто или нет, и давай к нам.

Руслан пообещал проверить. Но в сквере не было никого: ни “змеек”, ни людей. Видимо, ледовики уползли искать добычу, а людей холодным ранним утром в будний день сквер мало интересовал. Вот и хорошо.

Он созвонился с Бьёрном и минут через десять нашёл наставника и машину спецов у супермаркета.

«Спецы» во главе с Антоном Иванычем выглядели неважно. Помятые, небритые, невыспавшиеся.

После обмена приветствиями Антон Иваныч обратился к Бьёрну, продолжая разговор:

— А смысл? Всё равно же не станет помогать.

— Да почему не станет? С ним всегда можно договориться.

— Уверен? — недоверчиво уточнил глава спецотдела.

— Да.

Антон Иваныч молчал, сердито глядя в сторону. И вроде бы злился не на наставника. Руслан терялся в догадках: о ком они говорят? Кто может помочь? С чем? С ледовиками? Да их вроде бы несложно уничтожать. Много их, наверное, но всё же не настолько, чтобы спецы и видящие совместно не справились.

— Ладно! — Антон Иваныч махнул рукой, став, кажется, ещё более сердитым, чем был. — Поехали на кладбище.

О, так речь о Стороже!..

— Садитесь в мою машину, — велел глава спецотдела. — Я сейчас ценные указания раздам — и поедем.

Молчаливый водитель Антона Ивановича молча пожал им руки и уставился на приборную панель.

Бьёрн и Руслан сели на заднее сидение.

— А что от Сторожа нужно?

— Помнишь, как он нам помог спасти мальчишку?

Руслан кивнул.

— Вот и сейчас что-то подобное надо сделать, но массово, — пожал плечами Бьёрн. — Жертв ледовиков в городе почти две сотни. И где-то четверть из них в критическом состоянии. Тут обряд нужен сложный, и спецам самим никак не справиться. Всех точно спасти не успеют.

Антон Иваныч, тяжело опираясь на трость, подошёл к чёрному джипу и сел рядом с водителем.

— На кладбище.

Машина тронулась, и глава спецотдела сказал:

— Я сам с ним поговорю.

— Не надо, Антон Иваныч. У тебя со Сторожем не ладится. Давай лучше я.

— Нет. Это мой город.

Сказано это было таким тоном, что и Бьёрну, и Руслану стало ясно: не обсуждается.

До кладбища доехали быстро. Солнце уже встало, обещая яркий погожий день. Снег стремительно таял, и где-то весело звенела капель.

Водитель остался в машине, а трое делегатов пошли к воротам.

Сторож ждал их. Стоял, сложив руки на груди и прищурив синие глаза. Рядом возвышались его помощники. Руслан так и не спросил у наставника, настоящие они или големы.

Антон Иваныч вошёл на огороженную территорию первым. Следом Бьёрн, а Руслан в конце процессии.

Несколько секунд над кладбищем висела могильная тишина. Потом Антон Иваныч сухо сказал:

— Добрый день.

— Кому как, — отозвался Сторож, — кому как.

Снова повисло молчание. Руслан не сказал бы, что оно было зловещим, но вот напряжённым — однозначно.

— Городу нужна помощь, — наконец произнёс глава спецотдела. — Ледовики. Упали на город ни с того ни с сего. Много людей пострадало.

Голос Антона Ивановича звучал глухо, а предложения получались неестественными и рваными. То ли он так волновался, то ли старался не сказать чего лишнего. Скорее второе.

Сторож молчал. Чуть приподнял брови, словно недоумевая, причём тут он.

— Нужно большое очищение, — продолжил Антон Иваныч. — Такое, какое только Сторожу по силам.

Руслан покосился на наставника. Тот совершенно невежливо завис в телефоне. Кажется, обменивался с кем-то сообщениями. Руслан удивился, но, само собой, промолчал.

— Так вы тут с просьбой, — насмешливо сказал Сторож. — А так и не скажешь.

— Пока мы тут в остроумии упражняемся, в городе люди гибнут! — рявкнул Антон Иваныч, теряя терпение.

— Ну это-то, положим, мне на пользу, — улыбнулся хозяин кладбищ.

— И что — дашь им всем умереть?! — глава спецотдела закипал на глазах.

Сторож пожал плечами:

— Почему нет?

— Твой долг — помочь городу!

— Мой долг — следить за кладбищами. И я с ними справляюсь.

Руслану было не по себе. Нет, глаз его не беспокоил. Но видеть, как Антон Иваныч ссорится со Сторожем, было странно. Неправильно.

— Ты же при людях живёшь!

— А не они при мне? — прищурился Сторож.

Его синие глаза стали совсем холодными, а голос ледяным:

— Если помощь нужна — проси.

Антон Иваныч так сжал рукоять трости, что пальцы побелели.

— Город у нас общий, — внезапно подал голос Бьёрн, пряча телефон в карман куртки. — И все мы о нём заботимся, кто как может.

Сторож смотрел на него холодными синими глазами. Антон Иваныч тоже недобро уставился на Бьёрна: то ли злился, что тот вмешался, то ли ещё не отошёл от слов хозяина кладбищ, но наставник не обратил внимания на неласковые взгляды.

— У меня есть предложение, от которого ты не откажешься, — обратился он к Сторожу. — Сейчас кое-что привезут, и я надеюсь, ты сменишь гнев на милость.

— Ты и так мне много должен, — проговорил Сторож.

— Знаю, — пожал плечами Бьёрн.

— Хм, готов ещё больше задолжать?

— Если придётся.

— А ты? — хозяин кладбищ перевёл взгляд на Руслана.

Тот поёжился — от Сторожа веяло тяжёлой силой, но кивнул.

— А что насчёт тебя? — этот вопрос был адресован Антону Иванычу.

— Я на сделки вслепую с... такими, как ты, не иду.

Руслан снова поёжился: что Антон Иваныч творит? Вот оскорбится Сторож — и никто тогда людям, заражённым ледовиками, не поможет.

— Даже ради города? — нарочито удивлённо поинтересовался Сторож.

Что собирался ответить глава спецотдела, так и осталось тайной. Рядом с воротами шумно затормозила забрызганная грязью серебристая “тойота”. Из неё выскочила Оксана, вытащила большущую сумку и поспешила на кладбище.

Завидев Сторожа, женщина остановилась и поклонилась ему в пояс. Поклоны Руслан до сих пор видел только в кино, но у Оксаны получилось удивительно естественно.

Руслан подошёл к ней, взял тяжёлую сумку и донёс до того места, где стояли переговорщики.

— Всем поздорову, — сказала, приблизившись, Оксана. — А вам почтение глубокое.

Она снова поклонилась Сторожу. Тот кивнул женщине. Как показалось Руслану, вполне благосклонно.

— Всё, что просил, привезла, — обратилась она к Бьёрну. — Пойду обратно. Серёженька ждёт.

Интересно, почему Демон сам не принёс сумку? Тяжёлая же. Может, приболел? Или там что-то такое, что может принести только Оксана? У Руслана от вопросов голова шла кругом.

Наставник между тем достал из сумки ярко-красную коробку сантиметров сорок в высоту и сказал:

— Санта Муэрте. Из Керетаро.

Открыл коробку и наполовину вытащил из неё статуэтку в виде одетой в подпоясанный балахон смерти с лицом-черепом. Смерть держала в одной руке косу с длинным лезвием, в другой вроде бы земной шар. Бр-р-р!

Сторож с интересом оглядел подарок, взял в руки. Потом сказал:

— Настоящая... Красота! Откуда она у тебя?

— У друга была. И вот ещё кое-что, — Бьёрн вынул из сумки мешочек, расшитый цветами, и протянул Сторожу.

Тот принюхался, мечтательно прищурился, но тут же с подозрением спросил:

— Откуда узнал?

— Рассказали, — уклонился от ответа Бьёрн и, как показалось Руслану, бросил быстрый взгляд в их с Антоном Ивановичем сторону: мол, не при посторонних.

Руслану стало немного обидно, но, с другой стороны, какая разница, что за тайны у наставника со Сторожем, если удастся помочь людям?

Сторож, словно подслушав его мысли, кивнул:

— Ладно, помогу. В счёт прежних заслуг и этого подношения. У Кириллова леса девять костров соберите. И быстро. Моим помощникам не мешайте.

Стоявшие за спиной хозяина кладбища здоровяки сорвались с места и с пугающей скоростью понеслись куда-то за ворота. Руслан невольно проводил их взглядом, а когда повернул голову, Сторожа рядом уже не было.

— Антон Иваныч, — сказал Бьёрн, — костры организуешь?

Глава спецотдела кивнул и достал телефон.

Через десять минут все трое вышли с территории кладбища.

— Не игрался бы ты с этой сущностью, Бьёрн, — покачал головой Антон Иваныч.

— Я и не играюсь, — пожал плечами наставник. — Ты вроде и сам хотел городу помочь.

Глава спецотдела вздохнул и сказал:

— Хотел. Спасибо тебе. Вас куда подбросить?

— Не, мы сами. Прогуляемся, поболтаем. Дай знать, как всё закончится.

Антон Иваныч снова покачал головой, но спорить не стал. Сел в чёрный джип и уехал.

— Бьёрн, а что ты ему привёз? Ну, то есть не ты, конечно, а Оксана...

— В коробке Святая Смерть из Мексики. Культ у них там такой. А в мешочке призрачный перец.

Руслан продолжал смотреть на наставника вопросительно, и тот пояснил:

— Культом смерти вроде как все Сторожа интересуются. А перец он при жизни любил.

— Кто? — глупо спросил Руслан.

— Сторож.

— То есть он...

— То есть это сложно объяснить — забей пока.

— А откуда ты знаешь про перец? Вы были знакомы?

— Не, он давно тут. С ним вроде как учитель Демона дружил. Ну и сам Демон знаком был. Я краем уха слышал, что Сторожа не любят встречаться с теми, кто знал их раньше. Потому попросил, чтоб Оксанка подношение принесла. Если слухи врут, то Сторожу без разницы, а если не врут, то не стоило его злить лишний раз.

— А почему Антон Иваныч Сторожа не любит?

— А за что его любить? Он непонятное и сильное существо — Иваныч спецотделовец до мозга костей. Какая уж тут любовь? — хмыкнул наставник.

— Но ведь Сторож помогает! И нам помогал, и сейчас спасёт, как я понимаю, кучу людей.

— А если бы Иваныч один пришёл, то не помог бы. В общем сам у него при случае спроси, что он против Сторожа имеет. По мне так не любит и не надо. Просто надо это иметь в виду.

Солнце вставало всё выше. Расчирикались воробьи, ожили светящиеся создания на всё ещё голых ветках. Снег таял, и, несмотря ни на что, весна уже была здесь.

Единственная моя

1 мая

На свадьбу Лёни Руслан пошёл с Катей. Нет, сначала он позвал Регину. Позвонил ей в понедельник и, жутко смущаясь, сказал:

— Слушай, а можно тебя в субботу кое-куда пригласить?

— Конечно! Я только... ой, подожди, в субботу у нас шестое?

— Да.

Регина грустно вздохнула:

— Я не могу. Папа юбилей отмечает. Вообще у него день рождения второго, но он решил в субботу отмечать. И я обещала, что буду... А твое “кое-куда” нельзя перенести? — с надеждой поинтересовалась она.

— Нет. Это свадьба, — отозвался Руслан. — Ну, Лёня женится. Наш с Бьёрном знакомый. Я тебе рассказывал о лисице-огневице? Или о том, как Бася “головастиков” съел? Они тогда с Леной и познакомились. Лёня с Леной — не Бася, конечно.

Они немного поболтали о интересных существах, и Регина взяла с него обещание устроить ей вечер рассказов. Потом сказала:

— Давай я с папой поговорю. Отсижу торжественную часть, а потом убегу. Он, наверное, немножко обидится, но свадьба же раз в жизни!

— Папин юбилей тоже! Не надо его обижать, давай на следующей неделе вечер рассказов организуем? В понедельник можно. Или в пятницу. Когда тебе удобно?

Руслану очень хотелось пойти на свадьбу именно с ней, но настаивать он не решился. Всё-таки Регина редко видится с отцом, так что не надо заставлять её выбирать между ним и Русланом. Последнее, чего хотел бы сам Руслан, — причинить ей хоть малейшее неудобство. Пусть Регине всегда будет хорошо с ним. Легко, весело, интересно, безопасно, спокойно, радостно.

Они договорились о вечере рассказов, и Регина отключилась.

А в пятницу его у университета подкараулила Катя. С распущенными волосами, в короткой алой кожаной куртке и узких джинсах выглядела она как городское воплощение весны — красивая, дерзкая и современная. Кажется, он по ней соскучился.

И духи у неё были свежие и приятные. Это он ощутил, когда девушка обняла его и промурлыкала:

— Дорогой, я ужасно соскучилась!

Потом Катя взяла его под руку и сказала:

— Завтра мы идём в кино, потом в кафе, а потом по магазинам. Я почему-то захотела сделать тебе подарок! Угадай, что я тебе подарю?

— Кать, завтра я занят.

— Это чем же? — приподняла брови девушка.

— На свадьбу иду.

— Ого, да ты сегодня полон сюрпризов! С кем?

— Один. Регину звал, но у неё семейные дела.

— А ты её внятно звал? Или только намекнул? — хмыкнула Катя.

Руслан отмахнулся.

— Ладно, раз Регина не желает, то иду я! — заявила девушка. — И не спорь: а то будешь кислой физиономией одинокого гостя портить праздник — разве так можно? Да и вообще тебя же с гостьей звали, так? Ну вот, значит, новобрачные бюджет торжества рассчитали с учётом твоей спутницы, а тут ты один.

— Катя, это обычные люди. Тебе будет скучно.

— С тобой точно не будет! — она послала ему воздушный поцелуй.

— Ладно. А ты обещаешь вести себя прилично и никому не причинять вреда?

— Да, я буду милейшей лапочкой. И даже Шустрика буду держать при себе. Ну, если никто на меня не нападёт, разумеется.

— И никаких ехидных комментариев и едких фразочек?

— Если только совсем тихонько тебе на ушко, — очаровательно улыбнулась девушка.

— И кстати, если мы и пойдём вместе, это ничего не значит — не надо всем там рассказывать, что мы обручены или что у нас неземная любовь.

Руслан строго посмотрел на Катю. Та пару секунд изучала его взглядом, потом сказала:

— А ты и правда подрос с нашей первой встречи. Пожалуй, тебе уже не пять, а все десять!

Она рассмеялась, но потом пообещала быть воплощённым благоразумием.

6 мая

И вот сегодня, шестого мая, Руслана и нарядную Катю вёз в Олимп Роман. Катин папа всю дорогу бросал на Руслана испытующие взгляды, но молчал. По пути они заехали в цветочный, где Катя выбрала огромный белый букет в серебристой бумаге из роз, хризантем и каких-то мелких цветочков.

В магазине Руслан смотрел, как его спутница бродит вдоль рядов с вазами и вдумчиво изучает цветы, и думал, что всё-таки она очень красивая. Нет, влечения он не испытывал. Скорее эстетическое удовольствие, как от созерцания картины. “Картина”, почувствовав его взгляд, повернула голову и показала ему язык. Руслан улыбнулся.

Катин папа высадил их у нужного участка, пообещал забрать дочку после мероприятия, ещё раз посмотрел на Руслана, хмыкнул и уехал. Ладно, хочется ему таинственность нагнетать — пусть.

С участка доносилась громкая музыка. Сначала что-то про солнышко в руках, потом про студента, который увёл чью-то девушку. А ещё кричали дети, кто-то смеялся и гомонил.

Катя наморщила носик и спросила:

— Твои молодожёны, что — из прошлого века?

— Я ж говорил, что тебе будет скучно — теперь не дуйся.

— Нет, ну правда, сколько им лет?

— Я точно не знаю. Но Лёня вроде ровесник Бьёрна. А Лена, она же женщина, так что вообще непонятно.

— Пх! — фыркнула Катя. — Если я тут умру от тоски, будешь меня оживлять сказочным поцелуем.

— Доверю эту миссию Басе, — хмыкнул Руслан.

Кажется, Катя хотела спросить, кто это. Но тут распахнулась дверь в воротах, и в проёме показался Бьёрн.

— О, ученик! И его миленькая подружка! Привет! Так и думал, что это ты. Заходите!

К ним тут же подошёл Лёня. Радостно поздоровался. Сказал Кате, что она “типа, ваще красотка, прям ух!” и повёл новых гостей знакомиться с уже прибывшими.

— Вон там у нас, типа, клятвы будут, — Лёня махнул рукой в сторону пруда.

Там стояла роскошная цветочная красно-белая арка, в паре метров от неё ряды белых стульев. На каждом бант из длинной алой ленты. Ветер поднимал ленты в воздух, и казалось, что стулья вот-вот улетят. Среди лент трепыхались слабо светящиеся существа, похожие на полосы тонкой прозрачной ткани. Их Руслан знал: безопасные.

— Красота! — с нежной улыбкой сказала Катя.

— Ага. Мы в ЗАГСе-то уже, типа, всё — расписались. Но Леночка, эта, хотела, чтобы вот типа так, как в киношке. Ща моего батю дождёмся и, типа, начнём.

Лёня подвёл их к столу, накрытому рядом с домом под большим деревом. За столом обнаружились три Ленины лучшие подруги, её родители и сестра с мужем. Оказывается, все шесть или семь детей, носящихся по участку, были Лениными племянниками. Руслан подумал сначала, что сестра старшая, но оказалось, что она моложе Лены на пять лет.

Со стороны жениха были Бьёрн с красивой брюнеткой, которую Руслан, кажется, видел на дне рождения наставника, Виктор, хозяин клуба “Зеркало” и друг Лёни, с супругой, а также молчаливый мужчина, которого представили как Валеру. Ну и сам Руслан с Катей. И, конечно, Бася: он возлежал в корзинке на табурете под присмотром Виктора и всем своим видом не одобрял происходящее.

Новоприбывшим сразу налили сок и выдали тарелки с обалденными мясными рулетиками, симпатичными бутербродиками и мясной нарезкой. Основная еда будет после торжественной части, а торжественная часть начнётся, как только подъедет Лёнин папа.

Над столом порхали “бабочки” и мелкие “светлячки”, белые и золотые.

Невеста ждала начала церемонии дома, и сразу после прихода нового гостя её подруги тоже упорхнули в дом, чтобы она не заскучала.

Руслана быстро утомил шум от разговоров, музыки, детского смеха и непрекращающееся внимание незнакомых людей. Но люди были милыми, а еда вкусной, так что настроение не испортилось.

Минут через пятнадцать снаружи посигналила машина.

— О, вот и, типа, батя! — обрадовался Лёня.

Папа невесты сказал:

— Пора! — и удалился в дом.

Приехал, однако, не только батя. С ним прибыл подвыпивший дядька непонятного возраста с недовольной женой.

— Ну не мог я Ваську не взять! — оправдывался батя. — Ну, единственный же твой брат, хоть и двоюродный!

Он, кажется, тоже был не совсем трезвым, но держался лучше своего спутника. Тот уже подошёл нетвёрдым шагом к столу, оглядел его и спросил:

— А чё так скучно сидим, а? Где водочка?

Подошёл Лёня.

— Васёк, свадьба, типа, эта, без алкашки.

— Чё?! Это баба твоя тебя в оборот взяла, чё ли, а? Где она, кстати? Хочу посмотреть, кто моего братюню захомутал!

Лёня железной рукой отволок Василия в сторонку и что-то ему разъяснил. Достаточно сурово, чтобы тот притих.

Гостей рассадили на стульях напротив цветочной арки. Перед Русланом и Катей оказалась мама невесты, рядом Бьёрн с подругой, а сзади Василий.

Музыка на секунду затихла, а потом зазвучала какая-то старая песня Киркорова. Василий забулькал чем-то. Руслан обернулся: Лёнин гость пил из фляжки. И судя по запаху, далеко не чаёк.

— Чё зыришь? — неприязненно поинтересовался Василий. — Ты ваще какой-то мутный. А вот девчуля у тебя зачётная!

Катя и бровью не повела. Зато жена стукнула Василия по затылку, но тот отмахнулся. — Не то, что ты — вобла старая. Эй, э, девчуля!

Руслан уже привстал со стула, намереваясь объяснить пьянчуге, что так себя не ведут, но тут со всех сторон зашикали — появилась невеста.

Лена в шикарном алом платье шла из дома к арке с цветами под руку со счастливым улыбающимся отцом.

— Единственная моя! Звёзды падают в моря... — пел Киркоров.

— Единственная-я-я-а-а-а! — заорал Василий.

Руслан вскочил. Поднялся Бьёрн и ещё несколько гостей. Однако Лёня сказал:

— Я, типа, разберусь. Леночка, солнышко, прости.

— Без драк на моей свадьбе! — непреклонно заявила невеста. — Мы договорились.

— Ага. Витёк, эта, подсобишь?

Бородатый здоровяк всплеснул татуированными руками и поспешил на помощь. Вдвоём они живо вытащили дебошира за ворота. Кажется, Лёня всё-таки врезал ему разок, но вскоре и жених, и Виктор вернулись.

— Вася, типа, эта погуляет.

Жена Василия начала было возражать, но Лена холодно предложила ей либо пойти за мужем, либо радоваться жизни. Идти за мужем она не захотела.

Лёня спросил:

— Ты ещё раз, типа, пойдёшь?

— Нет. С этого места и продолжим.

— Ты, эта, красавица, Лен.

— А то ж, — усмехнулась невеста. — Тоня, врубай музыку!

Снова запел Киркоров, и Лена с папой прошествовала под арку. Выглядела она королевой: статная, властная и очень женственная.

Катя наклонилась к уху Руслана и шепнула:

— Вот я в детстве тоже хотела цветочки и красное платье, прикинь!

Ленина подруга возвестила:

— Свадебный танец молодых! Кто хочет — давайте с ними! Потом клятва, а потом еда!

Руслан полагал, что жених и невеста будут вальсировать, но вместо вальса раздались ритмичные звуки какой-то румбы или самбы.

О, как плясали Лёня и Леночка! Катя потащила Руслана присоединиться, но он отказался: в принципе танцевать не умеет, а в таком ритме — тем более. Кате составил пару Виктор. Спутница Бьёрна отплясывала с одной из подруг невесты. Танцующие лихо зажигали: вскидывали ноги, изгибались, ритмично раскидывали руки. Было в этом что-то дикое и притягательно красивое. Руслан впервые в жизни пожалел, что никогда не интересовался танцами.

После бурных аплодисментов отдышавшаяся подруга Лены объявила:

— Клятва молодых!

Лёня и Лена встали под арку. Взбудораженные танцем, довольные, улыбающиеся они показались Руслану невероятно счастливыми.

Со стороны ворот послышался шум: вернулся Василий. Он тихонько прокрался к столу под деревом, но, не найдя нужного — выпивки, начал методично переставлять тарелки и стаканы. Шумел вроде бы не сильно, но внимание отвлекал.

В конце концов Лёня не выдержал и крикнул:

— Батя, ну посади ты его, типа, в машину!

— А твой батя как раз за моим козлом ушёл, — отозвалась Васина жена. — Разминулись, видать!

Тогда Лёня окликнул дебошира:

— Васёк, эта, пшёл вон!

— А то чё? Ты догони меня, а! Догони!

— Ленусь, можно я его догоню? — нахмурилась одна из подруг невесты. — Он у меня живо забудет, как праздники портить!

— Не поймаешь! Ха-ха-ха! — Василий помчался за дом.

Лёня обнял невесту, что-то шепнул ей на ухо, потом отстранился, снял пиджак и направился за родственничком.

— Помочь? — спросил Руслан.

Наставник молча встал и пошёл с Лёней. С ними отправилась и суровая Ленина подруга.

— Рус, Витёк, вы тут его, типа, подождите, ага? — с этими словами жених скрылся за углом.

Коттедж у Лены был солидный: не таунхаус, как у Лёни, а отдельно стоящее здание с большой застеклённой верандой и жилой мансардой.

Дверь в воротах открылась, и на участок зашёл Лёнин отец, таща за собой помятого и грязного Василия.

— Ого, вот это уже интересно! — обрадовалась Катя.

Да уж, Василий никак не мог успеть выбраться с участка, найти отца и вернуться обратно.

Руслан сунул руку в карман и зажал в ладони маленький ножик. Катя усмехнулась, хищно глядя на грязного алкоголика.

Из-за дома между тем неслись азартные детские крики, вопли Василия и брань Лениной подруги.

Только что появившегося Василия подвели к стулу под пристальными взглядами гостей и знаками видящих. Проверка показала слабые следы существа — и всё.

С “охоты” вернулся Лёня и сразу поспешил к невесте. Обнял её и что-то сказал на ухо. Лена замерла, потом неожиданно резво вывернулась из объятий и отвесила жениху оплеуху.

Катя и Руслан, почуяв неладное, уже бежали к арке, на ходу вычерчивая знаки.

Невеста отошла на шаг и закричала:

— Это не он!

Лицо Лёни вдруг пошло рябью — и начало перетекать в другое. Будто кто-то невидимый смял лицо пластилиновой фигурки и в режиме ускоренной съёмки начал лепить новое. Стремительно менялось не только лицо, но и фигура: “Лёня” стал ниже ростом, уже в плечах, зато обзавёлся пышной грудью и алым платьем.

Когда видящие оказались у арки, одна Лена сползла на деревянный помост, а над ней стола другая Лена. На первый взгляд не отличимая от настоящей.

— Очищение! — крикнул Руслан, рисуя в воздухе знак.

— Не, гони её к дереву! — отозвалась Катя. — Я знаю, кто это.

К ним подбежал Бьёрн.

— Древесный перекидень! — сказал наставник.

Тут же вытащил из кармана куртки зажигалку.

Фальшивая Лена шарахнулась вправо, но там стояла Катя, тоже вооружённая зажигалкой. “Лена” кинулась в другую сторону — там её ждали знаки Руслана.

Мимо них пронеслись Лёня и Виктор.

— Лена! — кричал жених. — Лена!

Вокруг суетились родственники и друзья, кто-то громко жаловался на то, что телефон не снимает. Плакал ребёнок. Шипел Бася.

А видящие медленно, но верно оттеснили существо к дереву.

— Живо ныряй! — велел Бьёрн.

— Да что ты его уговариваешь?! — возмутилась Катя. — Давай его сожжём! Красиво же будет! Руслан, дорогой, перекидень зелёно-голубым огнём горит. С пёстрыми искорками!

Кажется, перекидня напугали Катины угрозы. Во всяком случае, “Лена” шагнула к дереву и быстро слилась с ним. Секунду виднелась фигура женщины, будто раскрашенная умелым художником под древесный ствол, а потом фигура вросла в него и исчезла.

— С Леной, эта, всё хорошо будет? — встревоженно спросил подбежавший Лёня.

— Да, — ответила Катя. — И с тобой тоже.

— Да я то что! — отмахнулся жених. — Главное же — Лена!

Бьёрн успокоил Леонида: после контакта с перекиднем человека парализует на некоторое время, но без всяких долгоиграющих последствий.

Лену привели в себя. Гостей успокоили. На дерево нанесли три круга защитных знаков. Бьёрн обещал на днях заехать и извести монстра.

— Древесный перекидень спит в деревьях, — объяснил наставник Руслану и всем желающим. — Просыпается, если чувствует кровь и определённое, паршивое такое настроение с примесью зависти и обиды. А потом, приняв облик человека, превращается в кого угодно по одному касанию. Значит, Василий разбудил... У вас тут деревья в свободном доступе есть?

— Ага, типа, сосны в сквере. Там, эта, через улицу, — Лёня ткнул пальцем куда-то влево.

— Ну вот, значит, перекидень взял его внешность и пришёл на свадьбу. Он негатив всякий ест. Так что плохо себя вести на массовых мероприятиях — его любимая тема. За домом его как раз Лёня поймал. И пока я разбирался, что к чему, копия пристала к Лене.

— Чё он тебе сказал, Ленусь?

— Жопец мой похвалил! — с каменным лицом сказала новобрачная.

Леонид посмотрел на дерево с угрозой.

В конце концов молодые всё-таки встали под аркой и взялись за руки.

— Обещаю, типа, любить тебя всегда, Лен! И вместе стать, эта, прикольными старичками!

— Обещаю любить тебя, Лёня, всегда. Больного и здорового, богатого и бедного, весёлого и грустного. Будет всякое, Лёнь: сердитая буду, и злая, и замотанная. Но всегда буду тебя любить.

Леонид расчувствовался и поцеловал свою единственную, крепко-крепко прижав к себе. Все гости умилённо молчали, и только дерево разочарованно шуршало ветками. Но никто его не слушал.

Добро пожаловать

28 мая

Май пролетел незаметно: после Лёниной свадьбы Руслан писал курсовую, готовился к сессии и встречался с Региной. Они каждые выходные гуляли по солнечному городу, сидели в уютных кофейнях, любовались парками и скверами, окутанными лёгкими облаками свежей зелени, и болтали обо всём на свете. А в прошлую субботу устроили обещанный вечер рассказов, и тогда Руслан узнал кое-что важное.

Речь зашла о родителях, и он упомянул о том, как его возили в Рябиновку.

Регина вдруг нахмурилась и задумчиво повторила:

— Рябиновка... знаешь, что-то знакомое, но так — еле-еле... Там точно не живёт никто из друзей или родственников. Но, кажется, я там была. И почему-то ассоциации неприятные... Расскажи побольше об этой Рябиновке. Если хочешь, конечно: я помню, что ты тогда из дома ушёл.

Руслан заверил её, что ничего страшного, и рассказал всё-всё, включая своё позорное бегство в глухую ночь от бабки.

Регина слушала внимательно, кажется, даже не дыша. А когда он замолчал, сказала:

— Кажется, я была у этой бабки. Ещё до школы, когда родители вместе жили. Как думаешь, она меня ослепила?

Руслан на секунду задумался. Звучало ужасно, но вполне убедительно. Если родители отвезли маленькую дочку в Рябиновку, то этому может быть только одно объяснение — желание избавить ребёнка от дара.

Регина смотрела на него растерянно и, кажется, не совсем понимала, как ей относиться к этой новости. Родители, конечно, хотели как лучше. Но легче ей от этого наверняка не было.

Потом они долго говорили о разном: о Кобре и Сергее, о детстве, о страхах, о любимых фильмах, о книгах и музыке...

Руслан надеялся, что вот таких душевных разговоров в их жизни будет ещё много-много.

Но сегодня, в последнее майское воскресенье, Регина пошла на день рождения подруги, а Руслан наконец добрался до “офиса”.

— О, здорово, студент! — обрадовался наставник. — А я как раз клиента жду.

Руслан уселся на своё место, и в дверь тут же постучали.

Посетительница была настроена решительно и с порога заявила:

— Я соседей сглазила!

Надо же, обычно жалобы потенциальных клиентов звучат как раз наоборот. Хотя, может, это не клиент, а коллега? Правда, знаков Руслан не заметил ни на блузке, ни на юбке, ни на тонкой зелёной кофте, небрежно накинутой на полные плечи, ни на большой бежевой сумке.

— Вы заходите, — отозвался Бьёрн. — Расскажите поподробнее.

Посетительница внимательно оглядела сначала его, потом Руслана. Покачала головой, словно её не очень-то устроило увиденное. Но прошла в “офис” и села в кресло для клиентов.

— Открыли рядом со мной шалман, понимаешь! — женщина негодующе нахмурилась и воинственно сжала ручку сумки. — Целыми днями и ночами ходят туда-сюда, туда-сюда. Двери хлопают, у верхних соседей собака лает, ещё и голоса эти противные! Одни пищат, другие визжат, третьи сами как собаки гавкают. Фу!

Разнообразие голосов настораживало: ох, только бы не сумасшедшая.

— Ну я-то, — продолжила посетительница, — с ними боролась, конечно: и ругалась, и жалобы куда следует отправляла, и отзывы писала негативные. Да только толку ноль!

— Так, а что у вас за соседи? На кого отзывы писали?

— А, это хостел! Ну и словечко, прости господи! Хостел “Райский сад”. Название-то, название какое придумали, а?

Женщина долго и пространно ругалась на владельцев и постояльцев хостела, а ещё на холодный май, высокие цены, распущенную молодёжь, бродячих собак, мэра города, поликлиники. Руслану показалось, что нет ничего и никого, способного обрадовать эту даму.

Но в конце концов Бьёрну удалось вытянуть из неё нужные сведения.

Когда Татьяна Петровна — а назвалась женщина именно так — исчерпала все обычные способы, она решила избавиться от соседей необычно. Вспомнила, что ей рассказывала тётка, которую за глаза родственники называли колдуньей, и взялась за дело. Три дня и три ночи в нужный час ложилась на пол и желала хостелу под собой зла. Потом написала злые пожелания типа тараканов, потопа и налоговых проблем на бумажке, бумажку сожгла, а пепел подкинула под коврик у входа в мерзкое заведение.

И через день там начались проблемы. Вечером в хостеле кто-то орал и, кажется, дрался. В один день съехали сразу шесть человек — такого Татьяна Петровна никогда не видела: трое уехали нормально, двое улепётывали из гостиницы в тапочках и без вещей, а ещё один уходя пел странные то ли песни, то ли заклинания и размахивал большущим ножом.

— Получается, всё, как вы и хотели: у хостела проблемы? — уточнил Бьёрн.

— Ну да. Но я не так хотела! — возмутилась Татьяна Петровна. — Я хотела, чтоб всё по-нормальному было. Просто и понятно. Пожарные нарушения или санитарные какие-нибудь. А там что-то такое творится, ненормальное! То ли с ума все посходили, то ли барабашка у них завёлся...

— Хм, а от нас вы чего хотите?

— Как чего?! Идите и проверьте! Узнайте, что там и точно ли это я сделала...

— А если вы? — не удержался Руслан.

— Значит, я ведьма! — строго сказала Татьяна Петровна.

То ли с гордостью, то ли ещё с каким чувством — Руслан не понял.

Бьёрн договорился об оплате, записал адрес, и они с клиенткой решили, что лучше будет, если видящие проведут расследование самостоятельно, а потом позвонят и отчитаются.

— Вы только им не говорите, что это я, ладно? — обернулась в дверях Татьяна Петровна.

Её заверили в том, что тайна клиента — это святое, и женщина ушла.

— Ну как, ученик, что думаешь? — поинтересовался наставник.

— Пока не знаю, — пожал плечами Руслан. — Надо на месте осмотреться. Но если там кто-то ножом махал, но на людей не кидался, то может и коллега. Позвоню, пожалуй, Максиму Кошкину, уточню, не было ли вызовов по этому адресу.

— Я тоже кое-что уточню, а потом и поедем.

Через четверть часа выяснилось, что вызовов по улице Привокзальной, дом сто сорок, у “спецов” не было и что среди знакомых Бьёрна никто ничего подозрительного про хостел “Райский сад” не слышал.

Ехать до Привокзальной было неблизко, так что вызвали такси.

Машина остановилась между бело-красными девятиэтажками. Видящие вышли из такси и огляделись.

В правой девятиэтажке на первом этаже располагались аптека, кондитерская, туристическое агентство, зоомагазин, салон-парикмахерская, банк, пункт выдачи “OZON” и магазин игрушек, а в левой — хостел “Райский сад”. Из окна хостела высунулось прозрачное щупальце с глазом на конце, уставилось на видящих, моргнуло и тут же втянулось обратно. Бьёрн и Руслан переглянулись.

— Ну что, ученик, пошли глянем, что это тут такое весёлое.

Дверь в “Райский сад” была заперта. Бьёрн очень долго и очень настойчиво стучался, и наконец дверь приоткрылась.

Высунувшаяся темноволосая женщина в длинном жёлто-зелёном платье с бахромой затараторила, то и дело оглядываясь через плечо:

— Простите, мы нет работать. Вы от Жан? Идти “Визит”, там скидка будет!

Она попыталась закрыть дверь, но Бьёрн не дал.

— Давайте-ка мы посмотрим, что там. Или сразу спецотдел вызывать?

Женщина испуганно покачала головой.

— Не надо спецотдел... — и дала им войти.

— Вы хозяйка? — поинтересовался наставник, настороженно оглядывая крошечный вестибюль.

Что-то тут было не так. Для начала — всюду виднелись мелкие существа: ползали на стенах и по стойке ресепшн, висели на потолке, копошились на полу, на коврике у стойки, среди листьев лиан в подвесных горшках, на шторах.

— Да. Натали. А вас кто вызвать, а?

Руслан слушал диалог хозяйки хостела с наставником краем уха, пытаясь понять, что ещё ему не нравится. Левый глаз не болел, но всё равно было не по себе.

А, вот, в чём дело! В вестибюле куда-то исчезло зеркало. Рама от него на стене напротив окна была, а самого зеркала не было. Руслан задумался, почему его так смутила пустая рама: ведь ни осколков под ней, ничего другого подозрительного не было. Но тут сквозь потолок пробилось здоровенное полупрозрачное крыло, похожее на крыло летучей мыши. Потом ещё одно. И ещё.

— Ой, — вскрикнула хозяйка, — кажется, Туан проснуться! Я сейчас его баюкать, а вы идти. У нас всё хорошо!

Натали метнулась к лесенке сбоку от стойки и унеслась наверх.

— Давай-ка поиск и опознание. Что-то же сюда заманило всех этих тварюшек, — нахмурился Бьёрн.

Знаки сияли и сверкали, устремляясь вверх. Но никакой ясности не вносили. В здании много существ — и опасных, и не очень, на втором или третьем этаже что-то притаилось. Вот, собственно, и всё.

Сверху донёсся мелодичный звук чего-то вроде флейты. Кожистые полупрозрачные крылья исчезли с потолка. Зато оттуда свесились длинные “лианы” с хищными светящимися цветами.

На лестнице показалась хозяйка, успевшая переодеться в красно-оранжевое платье, и сказала:

— О, видящие! Здорово! Идите сюда, у нас тут форс-мажор!

Надо же, не только платье новое, но и манера речи! Разве такое может быть?

Бьёрн начертил знак в её сторону и спросил:

— А вторая Натали где?

— Уже и к вам выскочила?! — всплеснула руками женщина. — Вот я ей устрою! По первое число! Извините за неё. Вы поможете?

Руслан спросил:

— А что у вас там? Давайте я посмотрю, а мой коллега здесь подождёт. На всякий случай.

— Ты когда успел таким дерзким стать, а? — фыркнул Бьёрн. — Пошли вместе.

Новая Натали провела их на второй этаж и встала перед закрытой дверью, густо изрисованной знаками.

— Вот тут у нас корень всех зол! Я так поняла: кто-то на китайский чайнолист пролил бульон или что-то ещё мясное. И теперь там чайнолист-хищник. Всех тварюшек вокруг взбудоражил!

— Чайнолист у вас откуда? Редкая же штука.

— Кто-то из постояльцев привёз, — развела руками женщина. — У нас постоянно так: что-то привозят, что-то увозят... Но разрешения у меня нет, так что давайте без “спецов”, а? Я вам заплачу! И ингредиентов подкину, каких хотите! Только помогите!

— Помочь поможем, а дальше — посмотрим, — строго сказал Бьёрн.

Дверь открываться не хотела. Но двойное изгнание её впечатлило. Медленно и неохотно створка, усеянная знаками, приоткрылась.

— Там ещё кто-то есть? — поинтересовался Руслан, доставая большой нож.

— Нет, — покачала головой Натали. — Чайнолист всех съел.

— Всех существ! — добавила она, заметив, как нахмурился видящий. — А людей там нет.

— А существо с крыльями? — вмешался Бьёрн.

— Туан? Он на третьем. Спит пока.

— Он кто, кстати?

— Мексиканский крылоящер. Ужасно милый!

Бьёрн хмыкнул, распахнул дверь и сказал:

— Ученик, найдёшь цветочный горшок — разбивай!

В комнате было почти темно. Слабое свечение красивых зубастых цветов скорее отвлекало, чем помогало. А цветов было море: всё помещение заполнили длинные толстые “лианы”, усыпанные светящимися венчиками.

“Лианы” зашевелились, явно недовольные вторжением.

— Я его отвлеку, — сказал наставник. — А ты горшок ищи.

С этими словами Бьёрн остановился и вычертил в воздухе незнакомый ученику витиеватый знак. К нему разом потянулись все зубастые цветочки.

Руслан двинулся по периметру слева направо. Приходилось перешагивать через “лианы”, отодвигать их и внимательно вглядываться в скопление хлама на полу: под чайнолистом обнаружились завалы одежды, посуды, журналов, фантиков, мятых коробок и газет. Встречались в этих завалах игрушки, жестянки из-под газировки, какие-то провода. А ещё Руслан видел бусы, разбитое зеркальце, спрей от комаров, термос, аптечку и три фонарика.

Где же цветочный горшок?

Руслан обошёл всю комнату, но так и не увидел ничего похожего. Так, ладно. Надо пройтись ещё раз, тщательнее отодвигая и “лианы”, и вещи. К счастью, чайнолист по-прежнему был увлечён Бьёрном и на его ученика не обращал никакого внимания.

После третьего утомительного и безрезультатного прохода по комнате Руслан спросил:

— А может, он не в горшке растёт?

Бьёрн окликнул хозяйку, и та из-за двери поведала, что очень даже может быть. Возможно, он в пластиковой бутылке со срезанным горлом. Или в большой эмалированной кружке. А может — в картонной коробке из-под китайской лапши. Да, она в курсе, что чайнолист должен расти в керамическом горшке с пеплом, морскими камнями и порошком из водорослей на дне, но его как раз собирались пересаживать, и тут въехали гости, а потом закрутилось-завертелось. В общем, хозяин чайнолиста убежал ещё три дня назад, а сама Натали не могла попасть в комнату.

— Ну что ж, ученик. Давай работай: режь, бей и ломай всё, в чём может чисто теоретически сидеть растение. Могло. Сейчас-то он вылез уже, но со своим “горшком” связан.

На то, чтобы найти пристанище монстра, у Руслана ушло почти два часа. Он устал резать коробки, ломать посуду, гнуть пластик и крушить всё, что хоть как-то могло вместить растение.

“Горшком” в итоге оказалась небольшая коробка из-под сувенирной кружки. Стоило вспороть её ножом, как все “лианы” разом съежились и высохли.

Дверь тут же распахнулась, и в комнату впорхнула Натали.

— О, вот и бедный чайнолист! — она ловко извлекла из груды каких-то тряпок вялый маленький кустик с одиноким белым цветком без всяких зубов. — А уборки тут на целый день!

Она вздохнула, бережно покачивая кустик в ладонях. Потом крикнула:

— Ната Ли!

В комнату осторожно заглянула копия хозяйки в жёлто-зелёном платье.

— Ты зачем людям показываешься, а? Что за поведение! Вот сдам тебя обратно!

Ната Ли поникла и, кажется, готова была расплакаться.

— Ну ладно, не хнычь. Давай убираться.

— Не сдать меня? Не прогнать?

— Нет. Если наши гости в спецотдел на тебя не нажалуются!

— А если я их съесть? — с надеждой спросила Ната Ли.

— Цыц! Она пошутила. Пойдёмте вниз! Тут уборка будет, шум, пыль. А внизу я вас чаем напою, ну и денег дам и всё такое.

Видящие спустились с хозяйкой хостела в её комнату. Тут было чисто, светло и красиво: восточные мотивы сплетались с африканскими, и комната казалась причудливой и очень интересной. Ширмы и занавески, веера и маски на стенах, вышитые подушки и низкий столик.

— У меня хостел для видящих, — начала Натали, как только они вошли в её апартаменты. — Можно с существами. Но, сами понимаете, разрешение на это мне не получить. А как быть тем, кто с волшебными питомцами путешествует? Или редкости перевозит? Да и вообще обстоятельства, они разные бывают... Так что давайте без спецотдела.

Бьёрн покачал головой.

— Нет, так не выйдет. У вас же никакой системы безопасности. И это однажды плохо кончится.

Они с Натали долго спорили, но в итоге Бьёрн настоял на своём. А хозяйке хостела предложил запросить у спецотдела помощи: мол, давайте попробуем создать гостинцу для людей с существами из разных стран — и людям удобно, и “спецам”. Да и самой Натали, если её проект примут, получить разрешение будет легче лёгкого.

Хозяйка, как и обещала, щедро заплатила и выдала каждому по пакету с ценными сверхъестественными травами, зельями и порошками.

На прощание Руслан спросил:

— А Ната Ли, она кто?

— Лисовень. Только тс-с-с. Я её раненую отобрала у одного идиота и выходила, так что она совсем ручная. Но таких “спецы” совсем не любят. Так что я её спрячу. Вы нас не сдадите?

— Она не опасна? — уточнил Руслан.

— Она может быть опасной. Как и человек, кстати. Но Ната Ли мне обещала быть паинькой. А слово лисовени держат.

Бьёрн кивнул, подтверждая слова женщины, и Руслан почти успокоился:

— А зеркало в холле?

— Ой, всё забываю раму снять. Ната Ли зеркал не любит.

На том и попрощались. Видящие вышли на улицу, и наставник сказал:

— Езжай домой, я Татьяне Петровне звякну. Скажу, что она не ведьма. До конца сессии можешь дома сидеть. Ну, если не облезешь со скуки!

Бьёрн усмехнулся на прощание, велел беречь пакет от родителей и достал телефон. А изрядно утомлённый Руслан побрёл на остановку.