Обычная магия-4

Удар ниже пояса

4 декабря

Начало декабря выдалось снежным и насыщенным. Руслан и Бьёрн помогли коллегам уничтожить две ледяные стаи, вытащили из бродячей метели заплутавшего мужика, изгнали из строящегося ЖК хищных снеговиков — и это всё за три дня!

Руслан надеялся, что в воскресенье ему удастся выспаться и отдохнуть. Лениво смотреть сериалы, помогать родителям с уборкой, есть мамины блинчики...

Но уже в девять его разбудил звонок.

— Спишь, ученик? Тут Лёня звонил. Хотел встретиться. Если у тебя в планах день отдыха, то я и сам разберусь. Но вдруг тебе интересно?

По голосу слышалось, что Бьёрн полон сил и энтузиазма. Руслан тоже был бы полон сил, но вчера весь вечер общался со Славиком, а потом на минуточку открыл игрушку, чтобы отвлечься перед сном — и лёг в полчетвёртого.

— У Леонида проблема? — стараясь проснуться, спросил Руслан.

— Вроде того. Но не срочно, раз согласился встретиться через пару часов. В общем в полдень он приедет. Соскребёшь себя с кровати — приходи.

Мамины блинчики со сметаной примирили Руслана с воскресным утром. Он долго и вдумчиво завтракал, пока окончательно не проснулся, а потом собрался и поехал в “офис”. Без четверти двенадцать он был на месте.

Довольный Бьёрн уже сидел за своим столом и листал какую-то потрёпанную тетрадь, то и дело хмыкая и делая пометки в блокноте.

В две минуты первого приехал Лёня.

— Здорово, Бьёрн! Рус, привет!

После обмена рукопожатиями Леонид уселся в кресло напротив Бьёрнова стола и сказал:

— У меня, эта, типа дело по вашей части!

— Что стряслось? — поинтересовался Бьёрн.

— Ну, типа, не знаю... И так-то не у меня. У знакомых, типа. Они, эта, меня попросили им с квартирой помочь. А там чё-то не то.

— Так, давай-ка с начала. Помочь с квартирой — это в смысле что сделать?

— Ну, всякую красотень навести. Ну, вы же, типа, знаете, чё я по жизни делаю, да?

Леонид посмотрел сначала на Бьёрна, потом на Руслана. Но и старший видящий, и младший покачали головами.

— Я, типа, дизайнер. Вы же дома у меня были? Вот это тоже моя работа. Но ваще я всякие центры торговые проектирую, гостиницы, эта, рестораны.

Лёня помахал руками в воздухе, как бы изображая проектирование “всяких торговых центров”, но понимания в глазах видящих не прибавилось.

Руслан честно пытался представить себе Леонида в роли архитектора или дизайнера интерьера, но получалось очень плохо.

— Ладно, — сказал наставник, — тебя позвали поработать с квартирой. А там что?

— Там ваще! Работать и работать! Перепланировка, там, зонирование... А... ты про эти дела... Ну смотрите, короче: там мужик с женой купили, типа, бывшую коммуналку. Там щас, эта, семь комнат, а дом ещё при царе построили — потолки во такенные! Метраж — во такой!

Лёня взмахнул руками.

— Ух, короче! Всё круто, но проводка, говорят, отстой. Свет мигает и мигает. Ну, думаю, это чё проблема, что ли? Не, не проблема! Приехал, типа, на объект. Смотрю: всё вроде норм. Ничё не мигает. А со мной, типа, жена клиента. И такая говорит: вон, опять мигает! Сначала, эта, подумал, может, у неё с глазами беда? Я проверил там всё: норм, проводка новая. Да и дамочка такая, типа, недавно же меняли. Ну, думаю, точно с глазами проблема. А во второй раз на объект со мной, эта, Саныч и Мишка приехали. И оба говорят: типа, мигает! А я смотрю: ну норм всё. Вот, думаю, типа, странное. Тогда...

Дверь вдруг распахнулась, и на пороге возник парень, в котором секунду спустя Руслан с удивлением узнал Дениса, хозяина ящера Люси.

— О, здрассьте! Извиняйте, я на секунду. У вас могильной осины не найдётся? Буквально один колышек нужен. Я заплачу! О, Руслан! Здорово! Какими судьбами?

Денис радостно шагнул к столу Руслана, протягивая руку.

— Привет, Денис.

— Вы простите, пожалуйста, что я так ворвался, — Денис покосился на Бьёрна. — Мне просто позвонили вот только что, позвали страшника ловить в соседнем районе. Я подзаработать всегда согласен! А тут понял: нету кольев. Пока до дома доеду, пока обратно — страшника уже и прибьют! А тут, я от кого-то слышал, видящие принимают. Ну дай, думаю, сунусь: вдруг повезёт? За спрос же не бьют!

Денис широко улыбнулся и оглядел “офис”.

Бьёрн продавать могильную осину не стал, и вскоре Денис вышел, ещё раз шумно удивившись тому, что встретил Руслана.

Когда за ним закрылась дверь, Лёня вдруг завозился в кресле и спросил:

— Это приятель твой, а?

— Да нет, просто знакомый...

— Не нравится он мне, — Леонид покачал головой. — Мутный он какой-то.

— Скорее просто беспардонный, — хмыкнул Бьёрн. — Ну так что там с той квартирой?

— А, ну так вот. Ну, я тогда вечером один приехал. Ну, как — один? С Басей. А Бася как давай шипеть и шерсть дыбить! В дальние комнаты ваще заходить не захотел. Короче, что-то там, типа, с вашей стороны.

Бьёрн и Руслан переглянулись. Действительно похоже, что в этой квартире завелось какое-то существо. Проблемы с электричеством — да ещё и видимые не каждому! — плюс реакция обычно спокойного кота — определённо что-то или кто-то там есть.

— Ладно, едем! — сказал Бьёрн, вставая из-за стола.

Лёня привёз их на улицу Мира. По пути видящие выяснили, что никаких мрачных историй с квартирой не связано: в ней никто никого не убивал, никто не убивал себя, не было и жутких несчастных случаев. Разве что один жилец пропал без вести, но это было давно, и если с ним что и случилось, то далеко от дома.

Леонид припарковался у старинного обшарпанного здания с остатками лепных украшений на фасаде. Руслан задрал голову, рассматривая дом. Да, потолки там и правда высоченные! И наверное, сто лет назад здание действительно было красивым...

Лёня провёл их на третий этаж из четырёх, объяснив по пути, что фирма его знакомого выкупила старый дом, расселив коммуналки, и теперь продаёт желающим просторные апартаменты.

У двери нужной квартиры у Руслана зачесался левый глаз. Чуть-чуть, почти не заметно. Он бы и не обратил внимания, если бы уже не привык прислушиваться к ощущениям от паранойника. Лёгкий зуд быстро прошёл, будто его и не было.

Сначала для проверки включили свет. Нигде ничего не мигало.

Потом они с наставником обследовали пустую квартиру, тут и там заставленную мешками со шпатлёвкой, банками с краской и ящиками с инструментами. Знаки опознания, тревожно мерцая, летели к двум дальним комнатам, которые так не понравились Басе. Но ничего определённого не показывали.

Если внимательно присмотреться, можно было заметить следы существа почти по всей квартире. Но самого монстра нигде не было. Сбежал? Затаился? Непонятно...

Знаки поиска тоже указывали на две дальние смежные комнаты. Но не могли определить место, где находится существо.

— Спрятался, гад такой, — констатировал Бьёрн. — Ладно, давай искать тут. Ты в левой комнате, я в правой.

Лёню оставили в коридорчике перед комнатами.

Так, если существо спряталось, оставив столько заметных следов, значит, оно хитрое и довольно сильное. Если существа не видно, то оно или переваривает кого-то, как придорожень, или маскируется под человека, как ночной прятальщик. Но жертв тут нет, одержимых тоже.

Руслан на всякий случай проверил Лёню, но, как и ожидалось, тот был чист.

Никого больше в здании сейчас нет: Леонид подтвердил.

Что же остаётся?

Вещь! Существо может прятаться в вещах. Однако из квартиры вывезено всё. Тут только голые стены.

В комнату сунулся Бьёрн:

— Какие есть идеи, ученик?

— Возможно, где-то спрятана вещь, в которой сидит существо.

— Отлично! Ищем тайник!

Пол в комнате, доставшейся Руслану, был ободран до перекрытий. Тайник на потолке представлялся маловероятным. Значит, остаются стены. И если и кот, и знаки реагируют на обе комнаты, то скорее всего тайник в смежной стене.

Руслан начал простукивать стену со своей стороны. Бьёрн, судя по звукам, со своей.

Минут через пятнадцать послышался довольный голос наставника:

— А вот и тайничок! Леонид, чем у вас тут можно дыру в стене раздолбить?

Лёня принёс два лома, и скоро Бьёрн проломился в тайник. Руслан, перебравшийся к наставнику из “своей” комнаты, стоял рядом, но так, чтобы не мешать. Он успел заметить стопку тетрадей, несколько шкатулок и какие-то статуэтки, а потом из пролома вырвались тёмные щупальца и заметались по комнате.

Бьёрн схватил ученика и рявкнул:

— Бежим! Живо!

Видящие бросились в коридор. Там Бьёрн дёрнул и Лёню.

— Быстро из квартиры! Живо!

Через пару минут все трое пытались отдышаться, стоя на лестнице двумя пролётами ниже.

— Что это? — спросил Руслан, с трудом переводя дыхание.

Если наставник велит бежать, то это наверняка какой-то особо опасный и жуткий монстр.

— А это, ученик, тварь не то чтобы прям страшная, но мерзкая. Раз встретишься — больше точно не захочешь.

Руслан и Леонид уставились на Бьёрна, ожидая объяснений.

— Названий у него много, но самое приличное — истощитель. Ворует мужскую силу.

Леонид опасливо глянул наверх:

— Типа, раз — и всё, не мужик больше?!

— На время, Лёнь, на время.

— Всё равно чё-то это стрёмно.

— Есть такое, да.

— И что мы с ним будем делать? — подал голос Руслан.

— Лично мы — ничего, — заявил Бьёрн, доставая телефон. — Тут надо девчонок звать.

— А им не опасно?

Наставник покачал головой, ища нужный номер.

— А как этот истощитель туда попал? — не отставал ученик. — Он охраняет тайник?

— Не, охранник из него так себе. А, Сабрина, привет! Слушай, тут такое дело...

Пока наставник договаривался с видящей, Руслан пытался понять, как истощитель очутился в тайнике. Наверное, какой-то видящий запечатал его, но не смог уничтожить или передать в спецотдел. Не успел, например. Возможно, это был тот самый пропавший без вести жилец.

И то ли запечатал плохо, то ли печать со временем ослабела, но истощитель выбрался наружу. И кто знает, что там, в этом тайнике, ещё лежит?

Руслан поделился соображениями с наставником, закончившим разговор.

— Вот поэтому мы и зовём опытных коллег! Пусть истощителя обезвредят, а уж со всем остальным — если оно есть — мы разберёмся.

— А свет-то, типа, из-за него мигает? — поинтересовался Лёня.

— Ага, и притом это ж он только лапки свои высунул. И вот их уже достаточно, чтобы частично свет перекрывать — для самых восприимчивых — и бить по самому дорогому. А если полностью вылезет, то сможет высасывать всю силу досуха. Причём из нескольких человек разом.

Лёня поёжился, Руслан сдержался.

Скоро приехали три видящие: Сабрину и “русалку” Руслан знал с Хэллоуина, а третью, коротко стриженную брюнетку в джинсах, представили как Саванну.

Девушки выслушали краткий отчёт о расположении тайника и истощителе и направились наверх. Сабрина оглянулась на остающихся внизу и сказала:

— Правильно сделали, что нас позвали! Вам, мальчики, надо беречь самое дорогое!

Фыркнула и под смех подруг побежала вверх по лестнице.

Стоять и ждать оказалось неожиданно тяжело. Даже мучительно. Руслан извёлся и уже начал жалеть, что не пошёл с девчонками. Увернулся бы уж как-нибудь от этого монстра! А вот так стоять и ждать... Невыносимо!

Послышался перестук каблуков, а потом голос Саванны:

— Закончили! Пойдёмте тайник смотреть!

Лёне рекомендовали не ходить, и он ушёл в машину, попросив позвать, когда они тут со всем справятся.

В тайнике нашлись и дневники хозяина, и деньги, и амулеты, и оружие — три ножа и что-то вроде шила. Особый интерес у видящих вызвали шкатулки и фигурки. Девушки и Бьёрн с Русланом осторожно рассматривали их, разбирая знаки.

Сабрина не удержала одну из статуэток, передавая подруге. Глиняный многоголовый человечек грохнулся на пол, раскололся в пыль — и во все стороны понеслись крошечные человечки, коричневые, большеголовые, с похожими на веточки руками и ногами.

— Это шушуки! — крикнула Саванна. — Надо всех поймать!

Следующие полтора часа видящие носились по комнатам, спотыкаясь о банки с красками, стремянки и вёдра. Швырялись знаками поиска и ловили шушук. Маленькие создания оказались ужасно вёрткими — поймать шушуку можно было только, если прицельно угодить в большую голову на тонкой шее. Изловили тридцать пять штук, но Саванна сказала, что их всегда чётное количество.

Снова пришлось мотаться по нежилым комнатам, всматриваясь в мешки и заглядывая между ящиков.

Поймали ещё семь.

Саванна и Сабрина начертили большой круг из замысловатых знаков. В него и сложили всех шушук.

— Убить их почти нереально, — пояснила Саванна. — А для запечатывания сложный ритуал нужен. Звоним в спецотдел — пусть сами тут разбираются. И с остальными штуками тоже.

— А чем они опасны? — спросил Руслан, которому действительно было жутко любопытно. — И откуда они? Я таких ещё не видел.

— А они и не местные, — пояснила девушка. — Из Африки. У побережья Красного моря в основном обитают: Судан, Египет, Эфиопия... Шуршат в домах, вещи перекладывают, еду портят. А в ближайшую полночь набрасываются на человека и щипают его — не физически, конечно — иногда до беспамятства, иногда до смерти.

— Фу, ужас! — вздрогнула Сабрина.

Остальные закивали.

— Но мы тут всех поймали! Молодцы! — улыбнулась Саванна.

Вызванный из машины Лёня заплатил девушкам, и те уехали, оставив парней дожидаться спецов. Договорились, что положенную нашедшим клад долю получит за всех Бьёрн, а потом поделится с коллегами.

— Ух, ну и опасная у вас работа, мужики! — хлопнул Леонид видящих по плечам. — Я-то думал: вас, это, тока съесть могут, а, оказывается, ещё и истощители бывают! Эта, типа, ваще! Бесстрашные вы, братаны!

Руслан подумал, что лично он не то чтобы бесстрашный, просто чаще всего бояться времени нет.

Атака

11 декабря

Паранойник беспокоил Руслана уже неделю. Волнами накатывала головная боль, не очень сильная, но изнурительная. Левый глаз зудел и слезился. Но Руслану никто не угрожал — никакой опасности не было ни дома, ни в университете, ни в “офисе”. Ни подозрительных существ, ни странных людей. Даже заказов не было.

Поначалу Руслан тревожился, то и дело рисовал знаки, пытаясь понять, в чём дело. Но ни поиск, ни опознание, ни изгнание результатов не дали. Наставника, как назло, вызвал в соседний город приятель, и Бьёрн уехал ещё во вторник.

Сегодня, впрочем, болели и слезились оба глаза: Руслан угодил в метель. Самую обычную, с завывающим ветром, бьющими в лицо колючими снежинками и промораживающим насквозь холодом. Ветер швырял в лицо пригоршни снега, раскачивал вывески, гремел жестью на крышах, опасно натягивал провода. Белые снежные вихри поднимались до пятого этажа. На улицах никого не было видно, будто Руслан оказался в фильме про природный апокалипсис.

А в метель он угодил потому, что с утра Бьёрн отправил ученика к Сторожу за могильной осиной. Прогноз обещал ухудшение погоды только к вечеру, так что шанс добраться до кладбища и обратно казался вполне реальным. Но прогноз, как это часто бывает, подвёл.

Руслан брёл с остановки сквозь гудящую ледяную стену снега и ветра и мечтал об одном: поскорее добраться до “офиса” и согреться.

Уф, вот и сувенирный магазин. Чтобы попасть в “офис”, можно было пройти сквозь торговый зал, пробраться за прилавок, выйти в коридорчик и дойти до неприметной двери с табличкой “Посторонним вход воспрещён” (ниже была надпись невидимыми для обычных людей чернилами: “Но если очень надо — заходи!”) или обойти здание магазина и зайти через чёрный ход. Обычно Руслан выбирал второй вариант, но сегодня брести в обход сквозь метель не хотелось абсолютно.

Он вошёл в магазин и мысленно удивился тому, что в зале есть покупатели. Не сидится же им дома в такую погоду! Стряхнул снег со всего себя и побрёл мимо стеллажей с поющими чашами, хрустальными лотосами, китайскими веерами и фигурками кроликов, стараясь ничего не задеть ни рюкзаком, ни связкой кольев из могильной осины.

Затрезвонил входящий звонок, и Руслан порадовался тому, что уже в тепле. Осторожно вытащил телефон и глянул на экран: Бьёрн.

— Ученик, ты там уцелел в ветрах и морозах?

— Удивительно, но да.

— Колья добыл?

— Да. Сторожа не было, но один из его... кхм, помощников выдал мне семь штук.

— Отлично! Я тут уже закончил, обратно еду, но ты меня не жди. Бросай колья в офисе — и шуруй домой.

Руслан, не прекращая разговора, кивнул Мурату, хозяину магазина, стоящему за прилавком Тот улыбнулся в ответ. Когда Мурат впустил его за прилавок, в магазине мигнул свет. Потом ещё раз.

Владелец магазина покачал головой:

— Опять сбоит! Как бы свет не отключился. Тут в сильный ветер всегда так.

— Эх, Мурат говорит: свет может вырубиться, — Руслан вышел в коридорчик и направился к “офису”, продолжая разговор с наставником. — А я думал чайник согреть и переждать эту погодку. Но, видимо, придётся домой идти. Ай!

— ...о? — донеслось через помехи.

— Ещё и глаз! Слушай, по-моему, паранойник у меня там испортился!

— В смысле? Силь... болит?

— Да достаёт меня без причины который день уже!

Руслан подошёл к “офису”, и лампочки в коридоре снова мигнули.

— А сейчас вообще щиплет. Но это, наверное, из-за мороза.

Сунул ключ в замочную скважину.

— Эй, ученик... ты где?

— У дверей. Открываю две...

Вспышка боли была настолько колоссальной, что Руслан не заметил, как выронил телефон, из которого слышался голос наставника:

— Не входи! Эй! Ученик! Руслан!

Дверь распахнулась, и что-то огромное ринулось на него. Швырнуло в сторону — Руслан отлетел на пару метров в сторону подсобки и больно приложился правым плечом и бедром об стену.

Мелькнула мысль: “Ну хоть не голо...”

Но додумать он не успел. Тёмное нечто врезалось в него, ударило в левый бок так, что боль в глазу показалась пустяковой.

Вспыхнули знаки на куртке и рюкзаке. Неведомый враг с топотом убежал обратно в “офис”.

Руслан лежал на полу и пытался понять, как нужно дышать. Получалось плохо.

Свет в коридоре снова мигнул, как бы напоминая: некогда разлёживаться.

Руслан стиснул зубы и с трудом сел, опираясь на стену. Так, вроде бы всё цело, хоть бок и болит так, будто под машину попал.

В ушах звенит. Хотя нет, это не в ушах... это телефон?

Руслан собрался с силами и сконцентрировался. Вон там, у двери в “офис”, лежит телефон. И кто-то пытается по нему дозвониться. Бьёрн! Да, наверняка это он.

Раз всё цело, надо вставать. Для начала забрать телефон, а там посмотрим. Руслан оглядел куртку: защита заметно ослабела. Пожалуй, второго такого же удара она не выдержит. И Руслан тоже. Если существо снова швырнёт его на стену, то ему уже ничего не поможет.

Кажется, когда тварь выскочила, свет мигал. Сейчас лампы светят ровно, и монстра не видно. Возможно, он боится света. Но это не точно.

Руслан встал. Вдохнул-выдохнул и прыгнул к телефону. Схватил его и тут же метнулся обратно к стене.

Сердце стучало как бешеное. В “офисе” было тихо, но существо определённо там. В щель приоткрытой двери Руслан заметил, как горят красными огнями глаза в темноте. И, судя по расстоянию между этими огнями, башка у твари здоровенная.

Руслан, не сводя взгляда с двери “офиса”, перезвонил наставнику.

— На меня напали. Какое-то существо у нас в кабинете.

— Ты цел? Я уже еду! Что за тварь?

— Не знаю, не разглядел. Большая, мощная. С красными глазами. Сидит в темноте. Возможно, боится света.

Свет снова мигнул. А вместе с ним оборвался и звонок.

Руслан глянул на экран. Нет сети.

Только этого не хватало!

Так. Выбежать из магазина в метель, кажущуюся теперь совсем не такой страшной, нельзя. Вдруг существо ждало именно его и кинется за ним, если он захочет уйти? Оно вроде боится света, но что если только электрического? К тому же, потеряв намеченную жертву, чудовище может начать искать новую. И, если оно способно проникать сквозь стены, то ворвётся в жилой дом, к которому пристроен магазин. Не вариант

И как оно вообще попало в их “офис”?! Там же защита!...

Ладно, некогда задаваться вопросами. Надо решить, что делать.

Если свет погаснет, существо сможет выбраться в магазин и гонять по нему Руслана. Причём учитывая скромные размеры магазинчика, погоня продлится недолго.

Надо понять, что это за тварь и как с ней бороться. Надо вывести людей.

Руслан начертил в воздухе несколько знаков поиска и опознания. Они полетели в сторону двери. Одни зависли у кабинета, другие скользнули внутрь.

Из “офиса” тут же раздался такой рёв, что Руслан вздрогнул. Чёрт, тварь точно не любит свет! А знаки светятся ох как сильно. Кажется, он только зря рассердил монстра. Проверка всё равно не показала ничего нового: сильный, способен влиять на материальный мир, не опознан.

Надо сказать Мурату, пусть под любым предлогом выгоняет людей из магазина.

Только сначала нужно кое-что сделать. Руслан достал из рюкзака фонари. Поставил их включёнными у двери, направив в потолок. Если светить внутрь кабинета, монстр может взбеситься, а так получится подобие световой защиты на случай, если электричество всё-таки вырубится. Очень сомнительное подобие, но это лучше, чем ничего.

Может, и телефон тут оставить? Без сети он бесполезен, а фонарик в нём есть... Руслан задумчиво посмотрел на экран: надо же, появилась связь!

Бьёрн написал, что уже едет. Но как долго он будет добираться сюда в такую погоду?

Хватит отвлекаться. Он на всякий случай отключил звук у телефона и попытался дозвониться в спецотдел. Никто не ответил.

Руслан вернулся в зал и, пробормотав что-то о важных делах, вытащил Мурата в коридор.

Тихо сказал:

— Надо срочно выставить посетителей!

— Они как раз передумали уходить, — всплеснул руками Мурат, покосившись на светящиеся фонари. — Ты слышал, как там метель воет?

— Это не метель, Мурат. Это монстр! И он вот-вот выскочит из нашего кабинета.

— Ох, — вздохнул владелец магазина.

Мурат вроде бы не был видящим, но знал, чем занимаются Бьёрн и его ученик, и не возражал против их работы и их дара.

— Давай пожарную тревогу включим? — предложил Мурат.

— Отлично! Возвращайся в зал — сейчас включу.

Через несколько секунд тесное помещение заполнилось пронзительным звуком пожарной тревоги. Хотелось верить, что люди испугаются огня больше, чем ветра и снега.

Со стороны их “офиса” раздался бешеный рёв. Такой силы, что предыдущий вопль монстра казался теперь почти робким.

Мигнул свет — и все лампы разом потускнели. В коридоре послышался тяжёлый топот.

Руслан юркнул в зал. Запер дверь и огляделся: никого. Хоть это хорошо. Теперь вопрос в том, куда спрятаться самому. Может, залезть на шкаф за прилавком? Хотя нет: с рюкзаком да в зимней одежде он туда точно не поместится.

Дверь, возле которой стоял Руслан, сотряс чудовищный удар. Интересно, как называются обратные вмятины? Выпуклости? Именно они появились на металле створки. Ещё удар-другой — и тварь пробьёт в двери дыру. Зато теперь ясно, что она не проникает сквозь стены.

В кармане куртки завибрировал телефон.

Всё потом!

Монстр ещё раз саданул по двери, и она отогнулась по левому краю. Руслан отскочил от двери и чуть не споткнулся о маленькую стремянку, с помощью которой Мурат доставал товары с верхней полки.

Свет в магазине ярко вспыхнул и в ту же секунду погас.

В темноте дверь слетела с петель, и в зал ворвался монстр. Руслан скинул рюкзак и молнией взлетел на верх шкафа. Скрючился там в невозможно неудобной позе, следя за монстром.

Тварь, выскочив почти к самой стеклянной входной двери, взревела, словно её обожгло светом с улицы, и саданула рогатой головой по ближайшему стеллажу. Послышался звон стекла, а монстр, тяжело топая, вернулся в коридор. Скрывшись с глаз Руслана, он начал гулко биться в стену. Паранойник в левом глазу саднил, не переставая, но Руслан уже не обращал на него внимания.

Звук пожарной тревоги затих. Интересно, это резервная батарейка села или монстр что-то повредил во время своих “упражнений” со стеной? Впрочем, неважно.

Надо проверить связь и таки дозвониться в спецотдел. Сам он тут явно не разберётся. Бьёрн говорил, что “спецы” знают о существах побольше обычных видящих. Может, там кто-то в курсе, что это и как его усмирить?

Стоило пошевелиться, как шкаф предательски заскрипел под весом человека в зимней одежде. Но Руслан сумел осторожно достать снова завибрировавший телефон.

Надо же, на ловца и зверь! Спецотдел, то есть стажёр Кошкин.

— Макс, — прошептал Руслан, принимая звонок.

В телефоне что-то зашипело и зашуршало.

Из коридора тут же высунулась огромная башка с красными глазами. Светящиеся гляделки медленно обшарили зал и в итоге воззрились на Руслана. У монстра действительно были рога и вытянутая морда, слегка напоминающая коровью.

Существо недовольно тряхнуло головой и убралось обратно в коридор. Оттуда снова послышались размеренные удары.

— Живой! Ура! — обрадовался Кошкин. — Что там у тебя?

— Боюсь, не надолго живой.

— Нам Бьёрн позвонил, мы едем. Видел существо?

Руслан рассказал всё, что знал: монстр похож на минотавра, может влиять на материальный мир, вроде бы боится света. Очень сильный и яростный, но при этом не хищный, ведь заметив Руслана на шкафу, он не попытался этот шкаф опрокинуть.

— У меня тут спец по редким существам. Сейчас передам ему телефон.

— Привет! Так, я всё слышал, но уточняю: боится света, глаза красные, рослый, здоровенный, рогатый, ходит на задних ногах?

— Ага, — прошептал Руслан.

— На звуки реагирует?

— Да! Кажется, пожарная тревога его взбесила окончательно. И свет ему не нравится.

— О, тогда это пещерный бык, и я знаю, как...

Связь снова прервалась. Прекрасно! Вот как нельзя вовремя!

Руслан еле сдержался, чтобы не швырнуть телефон со стеллажа куда-нибудь под ноги монстру.

Секунду спустя телефон засветился, принимая сообщение.

”Быка успокаивают однообразные мелодичные звуки”.

Это, конечно, очень хорошо, но откуда он их извлекать будет?

Так, а что у нас тут вообще есть? Руслан задумался, припоминая, что находится в том шкафу, на котором он сидит. Сувенирные тарелки с видами города. Поющие чаши. Всевозможные кролики, но это ниже, за закрытыми дверцами.

Тут же мигнуло ещё одно сообщение.

“Ты в магазине сувениров? Поющие чаши есть? Бери самую большую!”

Как хорошо, что чаши здесь! Руслан глянул в сторону двери, потом осторожно поменял положение тела — шкаф снова заскрипел. Теперь надо свеситься и дотянуться до полки с чашами. Как назло, они не под потолком, а на третьей сверху полке.

Что ж, давай. Нельзя же просто сидеть тут и ждать, пока приедут “спецы”. А вдруг кто-то попытается войти в магазин, чтобы погреться, например? Вряд ли Мурат запер дверь, зная, что там внутри Руслан. А этого быка, судя по всему, легко вывести из себя.

Руслан вдохнул. Выдохнул. Аккуратно придвинулся к краю и потянулся вниз. Вытянул правую руку, упираясь левой в край. Ещё чуть-чуть...

Он ещё потянулся, стараясь игнорировать боль в левом боку, — и ощутил, как тело валится в проём между шкафом и прилавком. Дёрнулся назад, ушибся. Чудом не упал. Взмок, как будто пробежал марафон под дождём.

Так, теперь надо повторить. Второй раз заставить себя свеситься со шкафа оказалось сложнее. Тело помнило недавнее почти падение и рисковать не хотело.

Надо. Руслан стиснул зубы и снова потянулся к полке с чашами. Давай. Ну же. Ещё немного...

Есть! Схватил чашу, легонько стукнув её о соседнюю, и снова угнездился в тесном пространстве под потолком.

Пещерный бык опять сунулся в зал. Видимо, его привлекли странные звуки.

Руслан стукнул по краю чаши пестиком, как показывал когда-то Мурат, и начал водить по внешней стороне кромки. Поначалу не услышал ничего, успев испугаться, что ему попалась бракованная штука, но уже секунду спустя различил мерный гул.

Бык прислушался и замер. Начал раскачиваться, словно гул чаши его убаюкивал, но не уснул. Продолжал стоять и качаться.

Руслану пришлось долго-долго “баюкать” быка, вгоняя существо в транс.

А потом распахнулась дверь — и “спецы” с порога сковали существо упятерённой сетью знаков.

Руслан только теперь ощутил, как болит всё тело, но жаловаться, конечно, не стал. Неуклюже спустился со шкафа, мысленно ругнувшись: рёбра слева болели жутко. Отдышался и начал искать рюкзак. Удивительно, но на него никто не наступил: ни бык, ни “спецы”.

Приятель Кошкина, такой же стажёр, опознавший быка по описанию Руслана, радостно ходил теперь вокруг монстра, шумно удивляясь тому, откуда тут “этот зверь”. Потом не менее шумно жалел, что попавшийся бык не оказался коровой. Оказывается, молоко пещерных коров невероятно ценно.

Потом со стороны “офиса” пришёл Бьёрн, схватил Руслана, оглядел со всех сторон и прижал к себе. Руслан не удержался и зашипел от боли в отбитом боку. Бьёрн тут же отпустил его и стал спрашивать “спецов”, что тут творится и где медики. Ни того, ни другого “спецы” не знали.

— Руслан, Бьёрн, глядите! — позвал Кошкин.

Когда они подошли, стажёр показал на шею неподвижно стоящего в сети из знаков быка.

На шее виднелся тонкий кожаный ошейник, густо изрисованный непонятными знаками.

Коллега Кошкина, жизнерадостный темноволосый парень, пояснил:

— Судя по всему, это миниатюрный защитный контур, отстроенный на монстра. Занятная штука, надо сказать! С ней он без проблем через вашу защиту прошёл. Точнее его провели, но вот кто — неясно.

— Пока ясно одно, — произнёс Кошкин. — Это была ловушка. Вот только на кого из вас?

Бьёрн и Руслан переглянулись.

Врагов Бьёрна и Руслана обсудить не успели: все “спецы” вдруг повернулись в сторону входной двери, замолчали и, кажется, даже вытянулись в струночку.

В торговый зал, подсвеченный фонарями “спецов”, вошёл мужчина лет сорока и решительно направился к несостоявшимся жертвам пещерного быка.

Вблизи оказалось, что мужчина слегка похож на Лазарева: очки в модной тонкой оправе, правильные черты лица, холодный взгляд. Но этот старше и неприятнее.

— Так, так, так, — произнёс он, оглядывая Бьёрна и Руслана по очереди, — снова частники шалят.

— А вы кто такой, собственно? — хмыкнул Бьёрн, окидывая незнакомца пристальным взглядом.

— Начальник городского спецотделения, Григорий Викторович.

— Начальник горспецотдела — Антон Иваныч, — возразил Бьёрн. — И что-то вы на Иваныча ни разу не похожи.

Григорий Викторович слегка нахмурился:

— Я наслышан о том, какие вольности себе позволяли некоторые частники при моём предшественнике.

— Вы же пока и.о., Григорий Викторович! Или уже приказ пришёл? Тогда пора стол накрывать! Я же обещал: как только станете начальником — мы такой пир закатим! Ух! — радостно встрял молодой спец по редким существам.

Григорий Викторович посмотрел на него так, словно пытался понять, дурак перед ним или нет. По счастливой улыбке спеца сложно было разобрать, так что его начальник предпочёл фыркнуть и снова повернуться к частникам.

— Пока я формально исполняющий обязанности, — он подчеркнул голосом слово “пока”, — но на деле Антон Иванович после ранения отправится на пенсию. Возраст уже.

— А что с ним? — встревоженно поинтересовался Руслан.

— Для приятелей Антона Ивановича вы слишком плохо осведомлены, — неприятно улыбнулся Григорий Викторович. — Или вы не приятели? Вы о старом знакомом только тогда вспоминаете, когда вам от него что-то нужно?

Новый глава спецотдела приподнял брови и выжидательно уставился на неподчиняющихся ему видящих.

— И чего это вы, такой важный, сюда припё... пришли? — поинтересовался Бьёрн, игнорируя вопросы.

— Покушение, совершённое общественно опасным способом, само по себе требует моего внимания. Как и слишком деятельные частники. Итак, кого вы так достали, что на вас натравили пещерного быка? Или сами тут решили редкости поразводить — да не справились?

Руслан покосился на Бьёрна, опасаясь, что наставник сейчас вспылит и наговорит этому типу грубостей. Вполне справедливых, но неуместных.

Однако Бьёрн казался удивительно спокойным. Они с Григорием Викторовичем какое-то время попрепирались, а потом Руслана повезли в больницу проверить, не сломаны ли рёбра.

С рёбрами всё оказалось в порядке, а вот допрос, который учинили “спецы” по дороге в больницу и в самой больнице, утомил Руслана изрядно.

Спрашивали в основном о его врагах и врагах Бьёрна. Насчёт наставника Руслан ничего не мог сказать, на свой счёт в общем-то тоже. Кто мог затаить на него зло и иметь при этом достаточно возможностей, чтобы совершить эту выходку с пещерным быком?

Мужчина, которого наняли, чтобы убить Демона, заточён в спецотделе. Винсент умер. Санёк в психиатрической клинике. Больше вроде бы никто Руслану зла не желает.

“Спецы” ещё раз расспросили всё о том же и оставили его в покое.

— А что случилось с Антоном Ивановичем? — спросил он на прощание.

Старший из “спецов” вздохнул и сказал:

— На облаве на него выворотень напал. Иваныч его прикончил, конечно, но и сам в больничку угодил. Вот теперь лечится.

— А давно?

— Да в середине ноября.

Спецотделовцы вышли. А Руслану стало стыдно: получается, Антона Ивановича ранили (и притом серьёзно) целых три недели назад, а они с Бьёрном не в курсе. Как будто Григорий Викторович прав, и они интересуются жизнью старого “спеца” только тогда, когда им что-то нужно. Да ведь так и есть, если подумать...

Следующие четыре часа тянулись и тянулись. Руслан ждал новостей, но их всё не было. Бьёрн на звонки не отвечал: наверное, его всё ещё допрашивали в спецотделе. Руслан хотел уйти домой, но врачи настоятельно порекомендовали ему отлежаться хотя бы до утра.

Он хотел заупрямиться, но вдруг понял: а что, если тот, кто устроил ловушку в “офисе”, всё ещё горит желанием причинить какой-нибудь вред Бьёрну или Руслану? Тогда идти домой нельзя. Больница всё-таки под охраной, а дома беззащитные родители и соседи. Руслан сделал родителям по амулету, густо украсив их знаками. Амулеты отгоняли агрессивную мелочь и реагировали на негативное воздействие со стороны существ, но против ночной пади или вот такого быка они бесполезны.

Он написал маме, что переночует не дома, и спросил всё ли в порядке. Мама заверила, что у них всё хорошо, и попросила поберечь себя.

На всякий случай Руслан написал Славику и Регине. К счастью, у них тоже всё было хорошо.

Бьёрн появился в палате после шести часов вечера. Злой, уставший и недовольный.

— Ну как? — тут же спросил Руслан. — Что-нибудь выяснили?

— Ничего!

— Я понятия не имею, кто это мог быть... О твоих врагах я ничего не знаю, а у меня — Винсент, Санёк и тот мужик, который Демона чуть не убил... Но Винсент мёртв, Саньку это не по силам, тем более после Мёртвого Сторожа, а тот мужик вроде бы под контролем спецотдела.

Руслан вопросительно посмотрел на наставника: мол, а у тебя что?

Бьёрн пожал плечами:

— Есть у меня пара человечков на примете, но оба далеко живут. Я уже проверил: сюда не приезжали, моей жизнью не интересовались, а такую операцию только очно можно провернуть.

— Но теоретически можно же кого-нибудь нанять? — предположил Руслан.

— Конечно! — усмехнулся Бьёрн. — И это подводит нас к твоему новому знакомцу Денису.

Руслан удивлённо смотрел на наставника, не понимая, каким боком тут причастен Денис.

— После того, как он ворвался к нам в кабинет, я поспрашивал знающих людей, навёл справки... Так вот, этот Денис промышляет работой на заказ. Причём всякой. Никакого криминала пока вроде не было, но, возможно, он просто хорошо следы заметает. Я вот собрался к нему наведаться. Ты со мной?

— Конечно!

Из больницы Руслана отпустили неохотно, но он не стал слушать советы врачей. Потом отлежится. Когда они найдут Дениса, поговорят с ним и убедятся... А вот, в чём они убедятся, Руслан не знал. В том, что Денис что-то напутал и случайно привёл к ним в “офис” пещерного быка? В том, что Денис — давний недруг Бьёрна? Ну, или, как оно в кино бывает, сын или брат недруга?

Ладно, скоро они всё узнают. А пока нечего изводиться.

Незнакомый таксист привёз видящих в тот район, где они недавно охотились на “чернушек”, и высадил у кирпичной пятиэтажки рядом с домом клиента, который их тогда вызвал.

Бьёрн рассчитался с таксистом и некоторое время стоял, пристально глядя на нужный дом. Потом начертил четыре знака опознания и один поиска. Знаки, ярко светясь, понеслись к дому и зависли на уровне второго этажа. Бьёрн махнул рукой — и они растаяли.

— Идём. Будь осторожен.

С Денисом они столкнулись на лестничной площадке. Он отреагировал первым: выругался и, перехватив поудобнее большой чемодан, метнулся обратно в квартиру. За ним в квартиру ринулось что-то прозрачное, еле заметное. Неужели Люська?

Бьёрн не дал Денису захлопнуть дверь и заскочил в квартиру следом. Крикнул:

— Жди тут!

Руслан замер, хотя больше всего на свете хотел помчаться следом за наставником.

В приоткрытую дверь видно было, как Бьёрн огляделся, перепрыгнул через невинный с виду коврик с надписью “Welcome!” и замер, прижавшись к стене.

— Куда это ты собрался, Денис? — громко и почти весело поинтересовался наставник, вычерчивая перед собой сложную связку из двух знаков.

— Вы кто? Пошли вон! Я вас не звал, — донеслось из глубины квартиры.

Руслану невольно вспомнилось, как Винсент за несколько минут до смерти звал их из недр такой же обычной квартиры. Воспоминание было на редкость паршивым, и Руслан встряхнулся, прогоняя ненужные ассоциации.

— Поговорить надо, Денис. Выходи! — многообещающе предложил Бьёрн.

Руслан подумал, что на месте Дениса не вышел бы. Хотя, с другой стороны, куда ему деваться?

Вместо Дениса из коридора прямо на Бьёрна выскочила приземистая тварь, похожая на росомаху с двумя головами.

— Вот как? — хмыкнул Бьёрн и метнул в неё нож. И когда успел достать? Тварь, соприкоснувшись с ножом, взвилась в воздух и тут же разлетелась на сотни вспыхнувших лоскутов.

Из стены над головой Бьёрна вдруг проросла чешуйчатая голова Люськи.

Руслан крикнул:

— Сверху!

И метнул в ящера изгнание. Люська ловко увернулась, тяжело спрыгнула на порог между видящими, встряхнулась — и в следующую секунду на пороге появился страшник. Руслан рефлекторно отшатнулся от клешни, которой монстр собирался отхватить ему ухо.

— Детский сад! — фыркнул невидимый за многоногой и многоголовой тушей Бьёрн. — Разберись с этой тварью, ученик, а я поймаю её хозяина. Это ящер. Укусить может, а так — иллюзия!

Руслан вычертил перед собой знак, а потом кинулся на страшника, метя ножом ему в живот, туда, где должна быть голова ящера.

Люська поменяла облик, став сначала здоровенной зубастой птицей, и Руслан нырнул вниз, уходя от укуса. Потом сообразил, что ящерица опять подловила его иллюзией, и ринулся прямо на тварь.

Она тут же стала жуткой пастью на трёх многосуставчатых лапах. И думать не хочется, кто это. Бр-р-р! Здоровенные зубы, покрытые влажно поблёскивающей слизью, щёлкнули, но Руслан не поверил. Развеял новую личину — и уже замахнулся ножом, метя в горло, как вдруг ящер принял новый облик.

Руслан вздрогнул — и не смог ударить по “человеку” со странно знакомым лицом с разными глазами. Замер, глядя на свою копию. Копия внимательно смотрела на него в ответ. Знакомое лицо незнакомо улыбнулось, и Руслану показалось, что двойник хочет что-то сказать.

Но тут раздался короткий свист, и огромная ящерица резво уползла в коридор.

— Иди сюда, ученик! — позвал Бьёрн. — Денис готов с нами побеседовать.

Руслан, на всякий случай не выпуская из руки ножа, осторожно пробрался в комнату, не касаясь изрисованных непонятными знаками стен.

Наставник и Денис обнаружились в гостиной. Бьёрн стоял у шкафа, разглядывая что-то на полках, а хозяин квартиры морщась прижимал к лицу мокрое полотенце, усевшись на край дивана.

— Сам расскажешь или я? — поинтересовался Бьёрн, отрываясь от созерцания полок.

— Да что рассказывать-то? — проворчал Денис, неприязненно покосившись на Руслана. — Меня просто попросили кое-что сделать...

История Дениса казалась совершенно фантастической. Оказывается, помимо Люськи у него есть и другие питомцы, и один из них, немного похожий на птицу с четырьмя крыльями Попугай — вон он сидит, на карнизе, — может общаться с другими существами.

От Попугая Денис узнал, что кто-то ищет молодого недавно практикующего видящего и мужика со сверхъестественной собакой. За информацию о них заказчик готов неплохо заплатить.

Денис на всякий случай велел Люське “копировать” всех незнакомых видящих мужского пола. Что? А, да, конечно, она вовсе не багдадский ящер. Очень надо заводить такую бесполезную тварь как он! Люська внешне похожа, да и то — только на первый взгляд, но для получения разрешения этого сходства хватило. Видимо, с экспертами по тварям у “спецов” беда.

Так заказчик получил порцию “фотографий”, сделанных Люськой. Он сразу опознал Руслана как нужного ему видящего. Расплатился честь честью: объяснил, где найти тайник с полезнейшими вещичками. И поручил новую миссию. Посложнее, но и поприбыльнее.

Денис поднял глаза на Руслана и сказал:

— Так что извини, парень, ничего личного. Это просто работа.

В указанном заказчиком тайнике он нашёл оплату и ошейник для существа. Существо надо было найти на территории старого завода на Восточном, там, где летом граффити-фесты проводят. Заказчик велел надеть на монстра ошейник и провести его в “офис” Бьёрна и Руслана. Обязательно ночью.

Денис съездил на Восточный и обнаружил на территории завода пещерного быка. Как он изловчился надеть на него ошейник — отдельная история.

— Кстати, этот ошейник у “спецов” теперь? — вдруг поинтересовался Денис. — Такая работа!

Он восхищённо покачал головой и добавил:

— Там защита такого уровня, что ух! Никогда такого не видел... и бык ведь не только сквозь ваш контур прошёл незамеченным: про такую технику я хотя бы знаю, он ведь ещё и слушался меня! И как такое можно было создать? Прям магия какая-то...

В общем-то это всё, что знал Денис.

— Договориться с вами не получится, да? — спросил он, пристально глядя на Бьёрна.

Тот фыркнул и сказал:

— Пошли-пошли, договорщик. Со “спецами” договариваться будешь.

До здания спецотдела доехали без приключений. Там Бьёрн передал Дениса и увязавшийся за ними “зоопарк” из пяти существ, включая Люську, кому следует, и потребовал встречи с главным.

Не сразу, но их провели к Григорию Викторовичу.

— Этого Дениса нанял тот мужик, который у вас в лабораториях со своими “ценными наработками” возится! — с порога заявил Бьёрн.

“Главный” снял модные очки, протёр линзы замшевой тряпочкой, спрятал тряпочку в ящик стола, надел очки и только после этого сказал:

— А теперь всё сначала. Добрый вечер, молодые люди.

Руслан видел, что Бьёрна так и подмывает ответить что-то вроде “Добрый вечер, старый хрен!”, поэтому он вмешался:

— Здравствуйте, Григорий Викторович. У нас есть все...

— Проходите, садитесь, — перебил его спецотделовец.

Тут и Руслану захотелось назвать его старым хрычом.

— Это тот наёмник, которого год назад спецотдел забрал по делу Демона, — проговорил Бьёрн, тяжело глядя на неприятного собеседника. — Только он мог искать Руслана и человека с непростой собакой.

— Какое обвинение тому наёмнику выдвинули?

— Покушение на убийство первой степени. Похищение. Незаконные манипуляции с существами. Да там обвинений было на три пожизненных! — Значит, этот страшный человек всё ещё сидит там, где ему положено, — непроницаемо улыбнулся уголками губ ио начальника спецотдела.

— Да вы хоть проверьте! Поднимите трубочку и позвоните, куда следует! — почти прорычал Бьёрн.

Григорий Викторович коротко рассмеялся.

— Таким тоном с учеником своим разговаривайте, молодой человек. У нас тут не дешёвый боевик, чтобы вы в начальственные кабинеты с пинка врывались и что-то там требовали.

Бьёрн стиснул кулаки, но сдержался.

— Для начала, молодой человек, надо ещё проверить показания этого Дениса. И кстати, кто вам дал право его допрашивать? И как вы это делали? — он посмотрел сначала на Бьёрна, потом на Руслана. — Может, это вас надо по соседнему ведомству за причинение телесных повреждений провести, а?

Он сделал паузу, явно рассчитывая на гневный и, возможно, нецензурный ответ. Не дождался.

Продолжил:

— Если слова этого Дениса подтвердятся, вот тогда я проверю, что за мужчина с собакой, где они пересекались с вашим учеником и что там с тем наёмником. Не раньше. Такие, как вы, ничего диктовать мне не будут. От таких, как вы, одни проблемы. Свободны. Если спецотделу что-то понадобится, мы знаем, где вас найти.

— Вот, значит, что на смену Иванычу прислали, — негромко и на удивление спокойно проговорил Бьёрн. — Ну посмотрим, чем это для “спецов” кончится.

— Угрожаете?!

— Сочувствую.

Бьёрн дёрнул плечом и вышел не прощаясь. Руслан за ним.

Когда они отошли от спецотдела на приличное расстояние, Руслан сказал:

— Это точно тот наёмник. Больше некому.

— Знаю. Значит, или он сбежал, или у него есть сообщник — привёл же кто-то быка на завод! — или он как-то сам наловчился выходить на связь из спецтюрьмы. Вот был бы на месте Иваныч, он бы проверил... А этот...

Наставник скорчил брезгливую мину и встряхнулся.

— И что теперь? — спросил Руслан.

— А теперь ждать. И быть настороже. Постоянно.

Тёмная ночь

24-25 декабря

Руслан каждый день напряжённо ждал непонятно чего. Может, сегодня неведомый враг себя проявит? Или вот сегодня? Утром? Вечером? Поздней ночью?

Но ничего не происходило, и это мучительное ожидание изводило почище драки.

День за днём приближался Новый год. Родители уже поставили дома ёлку, и надо было думать о подарках и грядущей сессии, но Руслан не мог ни на чём сосредоточиться.

Когда в субботу перед зачётом к нему подошёл Славик, Руслан не сразу понял, что что-то не так.

— Слушай, — сказал друг без обычной улыбки, — надо поговорить. Сможешь после зачёта?

— Да, конечно.

Непривычно хмурый Славик кивнул и сел на своё место. Руслан встряхнулся и внимательно посмотрел на приятеля. Нет, никаких существ не видно. Но Славик определённо выглядел не как всегда.

Даже препод заметил и сказал:

— Станислав, вы сегодня удивительно молчаливы! Как-то странно даже начинать общение с группой без ваших комментариев. Всё выучили и боитесь расплескать знания или наоборот?

Славик вяло сослался на головную боль.

Весь зачёт Руслан мучился, пытаясь понять, что не так с другом. Ему полагалось на выходных ехать в деревню, и обычно в преддверии застолий, бани и встреч с родней Славик был весел, бодр и оживлён. Но не сегодня.

Зачёт Руслан сдал еле-еле, но не расстроился. Учёба вообще интересовала его мало: лишь бы не отчислили.

Славик отвечал одним из последних, и Руслан окончательно извёлся в ожидании друга.

Наконец дверь аудитории открылась, выпуская последних троих студентов. Славик молча пошёл в конец коридора, к окну с большим подоконником. Там можно было поговорить, не беспокоясь о том, что кто-то подслушает.

— Что стряслось? — спросил Руслан, когда Славик уселся с ногами на широкий подоконник.

Друг долго смотрел в окно, на заснеженные деревья возле университетских ворот. И лицо у него было такое, что Руслан не решился переспросить.

Через несколько минут Славик, не отводя взгляда от снежного зимнего пейзажа, сказал:

— У меня дед умер. Он... он самый лучший был. Болел долго. Тётка говорила: звал меня, ждал, что я приеду...

Губы Славика дрогнули, лицо на секунду исказилось, но он судорожно втянул воздух и продолжил:

— А я думал: успеется! На каникулах же перед Новым годом приеду обязательно. И не успел... Не успел, дурак!

Славик прижался лбом к стеклу и заплакал. Руслан не знал, что сказать, что сделать, как помочь другу. Поэтому молча стоял рядом. Лучше снова с чёрным человеком сразиться или с пещерным быком, чем вот так стоять рядом с другом, которому нельзя помочь.

Плечи Славика перестали вздрагивать, и он хрипло сказал:

— Извини. Дома-то мама, а перед ней держаться надо.

— Не извиняйся. Не надо.

— Ладно. Понимаешь, он мне как отец был. Пока я мелкий был, он... а я думал: успею же, а пока надо к зачёту готовиться, сериал посмотреть, на свиданку сбегать... А он же ждал меня, он...

Славик спрятал лицо в ладони и замолчал.

Руслан помедлил секунду-другую, потом протянул руку и положил другу на плечо.

Славик долго шарил по карманам, искал платок. Наконец нашёл, привёл себя в порядок и ещё более хрипло проговорил:

— Но я к тебе не за этим. Там по вашей части, кажется, проблема есть. Деда второй день похоронить не могут. Дядья на знакомом кладбище в метель попали и выйти не могли до позднего вечера. А, ещё три человека с температурой свалились и лежат плашмя. Как бы нормально, но заболели только мужчины, никто больше. И самое главное: вся дедова родня видит один и тот же сон. Мне тётя рассказывала, но я и других расспросил: и тётя Аня, и баба Катя, и Иришка, и Игорёк, и... ну в общем все, кто со мной поговорил, видят одно и то же со дня смерти деда.

— А что видят? — Руслану действительно было интересно.

— Описывают немного по-разному, но в целом... как будто их спящих заматывают в какие-то тряпки или бинты. Жуть жуткая, от страха и одышки просыпаются. Не знаешь случайно, кто это? Или что это?

Руслан покачал головой:

— Нет, не знаю. Но определённо это что-то противоестественное. Хорошо, что ты мне сказал.

— Я вечером в деревню. Можешь со мной? Если ты занят, то ничего. Посоветуй только, к кому обратиться. Ваших же можно нанять для проверки?

То, что говорил Славик, звучало разумно: да, нужно найти для него хорошего опытного видящего, а самому не соваться непонятно куда, ведь тот, кто нанял Дениса, может в любой момент открыть охоту.

Но перепоручать проблемы друга специалисту не хотелось. Не хотелось поступать как Сергей, хотя, строго говоря, ничего плохого в подобном варианте не было.

— Я с тобой поеду. Только Бьёрну позвоню, ладно?

Руслан связался с наставником, и тот решение ехать к Славиковой родне неожиданно одобрил. Ещё и сам с ними поехать вызвался.

— Если с нами ещё и Бьёрн будет, твои родственники не слишком напрягутся? — спросил Руслан, пряча телефон.

Славик пожал плечами:

— Если там что-то есть, и вы это что-то изгоните, я потом скажу родне, что вы специалисты. А если нет, то тёти-дяди, конечно, не одобрят, что я с собой на похороны друзей таскаю, но сделать-то мне ничего не сделают. Ну пошепчутся, поругаются, посмотрят косо и пусть. Пригородный автобус в шесть сорок, если что.

— Хорошо. На автовокзале и встретимся тогда.

До шести нужно было успеть предупредить Бьёрна, собрать вещи, сказать родителям, что он уезжает ориентировочно на пару дней, перекусить и на всякий случай дважды проверить, не следят ли за ним.

К пяти часам погода испортилась, и в шесть было уже совсем темно. Мелкий снежок, казалось, не падал с неба, а нёсся со всех сторон одновременно и даже поднимался с земли и летел вверх.

Здание автовокзала со светящимися окнами выглядело как последний оплот человечества в каком-нибудь сериале про зомби-апокалипсис.

Руслан поёжился и поспешил внутрь.

Бьёрн и Славик уже ждали его у газетного киоска.

— Билеты я купил на троих, — сказал Славик. — Ехать долго и тряско, так что морально готовьтесь.

— А твоя мама с нами не едет? — уточнил Руслан.

— Не, она утром уехала.

Полупустой автобус тронулся в путь, как и полагалось, в шесть сорок. Ехать предстояло почти четыре часа, и было совершенно непонятно, чем их встретит незнакомая Руслану деревенька Краюхино.

За окном метался во все стороны снег, и изредка разрезали вечернюю тьму фары встречных машин. По сторонам от дороги темнел лес.

Руслан с трудом отвлёкся от медитативного созерцания дороги и уставился на карту Краюхино.

— Вот тут дед живёт... жил, — показал пальцем Славик. — Вот там кладбище деревенское.

Деревня, судя по карте, была совсем невелика: пять улиц и два переулка. Но в Краюхино было и кладбище, и фельдшерский пункт, и почта, и даже школа.

— Мамка тут родилась, — пояснил Славик, — потом учиться уехала в город. У неё три сестры и брат, они все в Краюхино остались. Так что у меня там семь кузенов и кузин! А, Артур только уехал учиться в соседний город. Уже на четвёртом курсе. Это старший сын дяди Вовы. Кстати, а вот когда...

Славик всю дорогу вспоминал родню из деревни, и Руслану было стыдно от того, что он, знакомый со Славиком с пяти лет, только сейчас узнал о многочисленных родственниках друга и смешных историях, случавшихся в детстве с ним и его родными.

Бьёрн сидел позади Руслана и в разговор не вмешивался.

Люди входили и выходили, то заполняя автобус, то оставляя видящих и Славика наедине с водителем.

Наконец, автобус дотрясся до конечной. После душного салона на улице было зябко и свежо.

К Славику тут же подошли две пожилые женщины, высокий мужчина с седыми усами и две девчонки лет семи-восьми.

— Славик приехал!

— Славик!

— Ну здравствуй, родной! Как вырос-то!

— Жалко, дед не дожил...

Одна из женщин всхлипнула, девочки зашмыгали носами, а вторая женщина зашикала:

— Ну-ка хватит сырость разводить! Славик, ты мальчиков-то своих представь, а то стоят, смущаются чего-то.

Славик уже успел пожать руку седоусому мужчине, обнять девчонок, расцеловать в обе щёки заплаканную женщину.

— Тёть Катя, тёть Лен, дядь Вова, это мои друзья — Руслан и Бьёрн.

— Как? Бьёрн? Ох и имена нынче пошли! — покачала головой тётя Лена.

— А у нас в классе, — сказала одна из девочек, — есть Ратмир, Мирослав, Алесия и Люция!

— А у нас только Ванесса, а остальные все обычные.

— Вот я и говорю: ох и имена...

Встречающие повели гостей к дому. Решено было, что Славик с матерью поселится в доме деда, а его друзей разместят у дяди Вовы, в соседнем доме.

Руслан к такому количеству людей не привык — ему хотелось тишины и покоя. И еды. Почему-то за время пути он ужасно проголодался.

Во дворе глухо и сердито лаял пёс.

— Пятый день лает! — всплеснула руками тётя Лена. — Вот как у бати видения начались, так Барс и начал лаять. А Мурза к Вовке сбежал, а...

— Да не было у отца никаких видений! — строго перебила тётя Катя.

— Были!

— Не было!

— Были! Он же видел чудищ всяких! Сам мне жаловался!

— Раз-другой померещилось — это не видения. У него ж температура поднялась под сорок!

Женщины взялись спорить, а одна из девочек тихонько шепнула:

— Деда монстра видел... И мне показывал, но я не увидела...

Руслан хотел расспросить девочку поподробнее, но они уже подошли к нужному дому.

Разговоры, знакомства, ужин, баня заняли много времени, так что остаться наедине со Славиком удалось только в час ночи.

Почти все местные уже спали, когда Славик, поминутно оглядываясь, провёл видящих в холодную комнату, где из мебели сейчас были только две табуретки, на которых стоял гроб, и несколько стульев. Руслан старался не смотреть на покойника. Но он притягивал взгляд, и просто невозможно было игнорировать тело, казавшееся одновременно и пугающе реалистичным, и ненастоящим.

Проверка знаками показала, что с телом всё нормально. А вот следов незнакомой сущности вокруг было полным-полно. Они опутывали этот дом и, кажется, пару соседних.

— Надо сходить на кладбище, — сказал Бьёрн, — со здешним Сторожем поговорить.

— Я с тобой! — тут же отозвался Руслан.

— Я тоже,— хмуро заявил Славик.

Руслан хотел отговорить друга, но заметил, как друг старается не смотреть на гроб, в котором лежал худощавый восково-бледный покойник, и промолчал.

— Ладно, — кивнул Бьёрн. — Только ни слова, ни полслова Сторожу без моего разрешения.

— Так я его и не увижу, — пожал плечами Славик.

— Увидишь. У Сторожа тело человеческое.

Они выскользнули из затихшего дома. На всей улице ни фонаря, ни светлого окошка. Может, кто и не спит, но за запертыми ставнями не видно. Морозный воздух пах совсем не так, как в городе, а в высоком тёмном небе перемигивались тысячи звёзд.

До кладбища дошли быстро. Ветер гонял вокруг идущих людей беспокойные снежинки, но ничего похожего на метель не наблюдалось.

На территории кладбища ветер стих. Зато стало холодно настолько, что Руслан мигом промёрз под тёплым пуховиком и свитером.

— Здравствуй, Сторож! — негромко, но отчётливо произнёс Бьёрн. — Поговорить нужно.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом из ниоткуда вышел приземистый пожилой мужчина с невыразительным лицом. Только глаза выдавали в нём Сторожа: ярко-синие, хорошо различимые даже в зимней ночи.

— Отчего не поговорить? — пророкотал хозяин кладбища густым басом. — Про похороны старого Никитина разговор будет?

Руслан во все глаза смотрел на чужого Сторожа, пытаясь понять, похож он на Сторожа знакомого или нет.

— Да, — кивнул Бьёрн. — Судя по тому, что рассказывают, Сторож его на покой не пускает.

— А ты видел, какая погань вокруг него вьётся? Мне на кладбище такая пакость не нужна. Коли выгонишь её, тут же старого Никитина упокою.

— А кто там вьётся? Мы только следы видели.

Наставник казался напряжённым и сосредоточенным. Как будто не с мирным хранителем кладбища беседовал, а шёл по тонкому мостику над пропастью. Руслан и сам не знал, откуда взялась эта ассоциация, но образ был ярким, отчётливым и, кажется, верным.

Сторож некоторое время пристально смотрел на Бьёрна. На его спутников хранитель вроде бы и не обращал внимания, но Руслан чувствовал его внимательный тяжёлый взгляд, от которого ныли виски и немели кончики пальцев.

— Жизнепряд вокруг покойного вьётся, — пробасил Сторож наконец.

— Жизнепряд?! — изумился Бьёрн. — Откуда?

— Не знаю. Ищи. И его, и откуда взялся.

Бьёрн кивнул. Сторож кивнул в ответ и повторил:

— Ищи.

Стоило моргнуть — и хранитель кладбища исчез. Ветер тут же проник на территорию и начал гонять позёмку между оградок и надгробий.

— Идёмте обратно, — сказал Бьёрн.

— А говорить уже можно? — поинтересовался Славик, попрыгивая на месте, чтобы согреться после стояния столбом.

— Можно, — разрешил Бьёрн, — но лучше по пути.

Они двинулись к воротам.

— Ух, а кто такой этот Сторож? Раз я его видел, то вроде бы человек. Но и как бы не очень. Он кладбище караулит? Только это или всякое?

Вопросы сыпались из Славика один за другим.

Руслан больше интересовало другое:

— Кто такой жизнепряд? — спросил он у наставника, пытающегося объяснить Славику, кто такой Сторож.

— Очень любопытный паразит, — отозвался Бьёрн. — Высасывает жизнь из одного, чтобы передать другому.

— Сам заводится?

— Может и сам завестись. Только я не в курсе, что для этого надо. А ещё его вызвать можно.

— Славик, у тебя видящие в семье есть? — повернулся к притихшему другу Руслан.

— Да вроде бы нету... На твой глаз кто-нибудь обратил внимание? Мне Регина рассказывала, что она не видит, а он у тебя светится.

Действительно: на глаз Руслана обратил внимание только чей-то совсем маленький сын и вроде бы одна из бабушек, пробормотавшая что-то про “енту странную моду”.

— Сначала давайте жизнепряда найдём и уничтожим, а потом разберёмся, откуда он тут.

— Подожди, — нахмурился Славик, — ты сказал, что этот жизнепряд может передавать одному человеку жизнь другого? То есть, если он кружится вокруг дедушки, то...

Бьёрн покачал головой:

— Нет. Мёртвого ему не оживить.

— А зачем он тогда...

— Я не знаю. Мне жаль, но он не поможет. Он только мешает.

Славик кивнул и замолчал. Смотрел под ноги и ничего не говорил до самого дома.

У дома покойного Бьёрн велел ученику остановиться и поискать монстра.

Руслан начертил перед собой знак поиска. Потом ещё один. И парную связку. Наставник добавил символ, уточняющий поиск по конкретному существу. Знаки зависли в воздухе, искрясь и сияя, а потом полетели к дому. Метнулись вверх и пропали на чердаке.

— Ага! Вот где этот голубчик! — пробормотал себе под нос Бьёрн.

На чердаке среди пыльных коробок с книгами и сломанных стульев обнаружился странный слабо мерцающий объект. Больше всего эта штука напоминала здоровенное осиное гнездо. Руслан поёжился и спросил:

— Это жизнепряд?

— Да вроде нет, — отозвался наставник. — У него должно быть длинное такое тело и морда жуткая с хоботком.

— А тут у нас что? — поинтересовался Славик, в упор не замечающий “осиного гнезда”.

— А тут, — сказал Руслан, — что-то типа кокона... наверное...

— Так, может, этот жизнепряд окуклился? — выдвинул предположение Славик.

Руслан вопросительно покосился на наставника. Тот пожал плечами: мол, не знаю, не в курсе.

Раздался хруст — и по поверхности “гнезда” прошла трещина.

Бьёрн швырнул в рушащееся “гнездо” связку знаков уничтожения, но они не причинили существу никакого вреда. Руслан удивился: оно не казалось настолько сильным.

— О, защита второго подуровня! — восхитился Бьёрн, хищно усмехаясь. — Не знал, что жизнепряд вот так умеет!

— Что с ним делать? — напряжённо спросил Руслан.

Славик продолжал оглядываться по сторонам, ничего не понимая.

— Пока ничего, — сказал наставник. — На какое-то время эта тварь практически неуязвима. Сжечь можно, но, думаю, Славикова родня не оценит. Ждём. А ты держись за нами, и если я скажу драпать — драпай, понял?

Славик, которому было адресовано последнее предложение, кивнул.

Между тем трещина расширилась, и оттуда, как в ужастиках, полезли тонкие длинные лапки, круша стенки “гнезда”. Показалась жуткая голова с огромными выпученными глазами и крючковидным хоботком. Затем существо стало выбираться быстрее, вытягивая из останков кокона длинное мерзкое туловище, опутанное какими-то мятыми склизкими полотнищами.

Тварь выбралась на стену, встряхнулась и расправила полотнища, оказавшиеся серыми кожистыми крыльями. Эдакая страшенная смесь мотылька и летучей мыши.

— Ничего себе! — присвистнул Бьёрн. — Никогда не видел монстров личиночного типа! Так, бьём его!

В жизнепряда полетели знаки, но он неожиданно прытко для существа размером с солидный комод дёрнулся в сторону, уворачиваясь от атаки. Замер на секунду и заверещал так, что у Руслана чуть не лопнула голова. Бьёрн тоже схватился за голову, тихо ругаясь. Славик, кажется, ничего не почувствовал.

Жизнепряд ринулся вправо, к чердачному окну, и просочился сквозь дерево и стекло наружу.

— За ним! — Бьёрн кинулся к чердачной лестнице и вниз.

Руслан метнулся к окну, но оно не поддалось.

— Забито оно, — пояснил Славик. — Что там?

— Монстр на улицу вылез, — бросил Руслан на ходу.

— Опасный? Людей спасать надо?

— Пока нет, но будь готов.

По лестнице вниз, потом через две комнаты, огороженные занавесками, в сени и на улицу.

Во дворе заходился яростным лаем пёс, скалясь на машущего крыльями жизнепряда. Монстр завис над заснеженными кустами, растущими вдоль забора, и словно бы выбирал, куда податься.

Бьёрн атаковал тварь связкой знаков. Та снова увернулась — сияющие символы лишь слегка коснулись серого кожистого крыла. Жизнепряд заверещал. От его вопля захлебнулся лаем и заскулил пёс, а у Руслана разболелась голова, и в левом глазу будто петарду взорвали.

Со стороны дома послышался шум, и на крыльцо выскочили люди.

— В дом! Живо! — рявкнул Бьёрн.

Руслан подумал: наверное, родня Славика решит, что городские гости съехали с катушек. Ну или что их какие-нибудь бесы одержали. Но переживать по этому поводу было некогда: надо было разбираться с существом.

Руслан создал несколько знаков, отгоняя существо от дома и крикнул:

— Бьёрн, что с ним делать?!

— Ловушку ставь. Потом жечь будем!

Так, и где ставить ловушку? Сжигать дом или баню не годится. Забор?

Славик загонял перепуганных родственников в дом и помочь советом не мог.

Ох, хватит тупить! Рисуй ловушку на снегу!

Руслан спохватился и начал чертить знаки.

Существу надоело уворачиваться от врага, и оно ринулось в атаку. Крылья жизнепряда подняли ветер, едва не сбивший видящего с ног. Бьёрн встряхнулся и отскочил влево. Тварь метнулась за ним и попыталась ужалить удлинившимся хоботком.

Бьёрн не дался. Отмахнулся ножом и запустил в жуткую рожу жизнепряда серией знаков.

Крикнул ученику: — Быстрее!

Руслан и так торопился как мог. В обычную ловушку это чудище явно не заманишь, вот и пришлось вычерчивать по памяти круг третьего уровня. А это двадцать четыре знака, большая часть которых не используется в обычное время. Ошибёшься — ловушка не сработает.

Бьёрн явно старался не дать жизнепряду коснуться себя даже краем крыла. Видимо, это существо опасно не только со стороны жала.

Знаки всё не кончались и не кончались, и Руслану казалось, что он чертит их уже не первый час, и за это время тварь уже сто раз добралась до Бьёрна. Но отвлечься и посмотреть, так ли это, не было ни времени, ни желания. Рисуй знаки. Не отвлекайся!

Наконец последний знак оказался на снегу, и Руслан поднялся, чувствуя, как дрожат затёкшие от напряжения ноги и руки.

— Готово!

Бьёрн запустил в жизнепряда очередной светящейся связкой знаков и подскочил к самому краю ловушки. Монстр кинулся следом и попытался вонзить жало на конце хоботка в шею человека. Бьёрн нырнул вниз, заставляя жизнепряда пролететь над собой, а затем врезал по крылу сдёрнутым с плеч рюкзаком. Защита на рюкзаке вспыхнула, на секунду ослепив Руслана. А когда он проморгался, существо уже упало в середину круга ловушки. Заверещало, оглушая всех вокруг, забилось, хлопая серыми крыльями, но вырваться не сумело.

— А теперь огня! — Бьёрн выхватил из рюкзака небольшую бутылку с “бензинкой”, выдернул пробку и швырнул бутылку на корчащегося в ловушке жизнепряда.

Пламя взметнулось выше крыши. Монстр мгновенно загорелся и за секунду обуглился.

Взмокший, тяжело дышащий Бьёрн усмехнулся:

— Вот теперь мы оба знаем больше о жизнепрядах. Не слышал раньше, чтоб они окукливались, но практика показывает, что могут.

— Может, тот, кто его вызвал, подробнее расскажет? — выдвинул предположение Руслан.

— Наверное. Только вот кто.

Бьёрн оглядел пустой двор.

Из двери дома высунулся Славик.

— Мариша говорит, что злую бяку Артур привёл. Дядь Вовин сын. А вот и он...

Славик смотрел в сторону ворот, и видящие тоже повернули головы туда. У ворот стоял высокий тощий парень на пару лет постарше Руслана и Славика. Без шапки, в накинутом на плечи пуховике. Смотрел на останки жизнепряда с непонятным Руслану выражением лица.

Потом поднял голову, уставился на Славика и сказал:

— Ты, значит, тоже видишь?

— Нет, — помотал головой Славик. — Я ничего не вижу. Ну кроме чёрного пятна на снегу. Артур, ты тварь вызвал? Зачем?!

Кузен Славика сделал два шага к брату и замер. Потом проговорил совсем другим голосом:

— Я пытался деду помочь. А ты где был? Он же ждал тебя, любимого внука! Спрашивал всё: “Когда Славик приедет?”, а сам кашлял и дышал еле-еле. Где ты был?!

Славик с застывшим лицом молчал, глядя прямо перед собой.

— Учёба у тебя? — продолжал Артур, и его голос подрагивал от сдерживаемой ярости. — У меня вот тоже. И я свои зачёты бросил. Друзей-приятелей бросил. Потому что деда болеет. А ты!..

— Не надо так, — вмешался Руслан.

Парень развернулся к нему и злобно прорычал:

— Не лезь не в своё дело! Это наша семья! Наш дед!

Руслан на секунду задохнулся от страшной смеси чужой злости и горя и не сумел подобрать ответ.

Артур снова повернулся к Славику.

— Я нашёл, как деда спасти. А тебе всё хиханьки-хаханьки. Ты-то деду внук любимый только когда он здоровый и весёлый был?!

Славик судорожно попытался вздохнуть, но не смог. Всё смотрел глазами раненого пса на разъярённого брата. И, кажется, ни говорить, ни даже плакать не мог.

— Эй, парень, — окликнул Артура Бьёрн, — а что ж не помог деду жизнепряд-то?

Парень помолчал. Потом тихо сказал:

— Отказался деда. Но я хотя бы пытался!

Он явно снова собрался накинуться на Славика, но Бьёрн не дал.

— А если б согласился, то что — ты бы дал жизнепряду других убивать ради деда? Он ведь так работает: жизнь за жизнь. Тем более если энергию старому и больному человеку отдаёт. Дяди твои потому ведь заболели?

— И что? Дядя Игорь — бобыль, так что по нему никто особо не плакал бы. Дядя Толя, хоть и здоровый как бык, а алкаш ведь. А дядя Ваня после того, как у него дочка умерла, всё равно что неживой.

— Ну вот забрал бы жизнепряд этих троих. Дал бы твоему дедушке месяца три-четыре. А потом?

— Потом разобрались бы! Может, этого времени и не хватило, чтобы он вылечился!

— От старости нет лекарства...

— Своему деду так скажи, когда он умирать будет!

Бьёрн нахмурился, и Руслан испугался, что наставник не выдержит и вспылит из-за таких слов о дедушке. Но Бьёрн сдержался.

— Я сам разберусь, о чём с дедом в последний час поговорить. А ты скажи, кого скормил бы жизнепряду, когда жизни этих людей закончились бы?

— Не твоё дело!

Артур плюнул на истоптанный снег и вышел со двора.

Руслан посмотрел ему вслед, но решил, что никуда он не денется. Потом перевёл взгляд на Славика. Тот стоял неподвижный, как статуя, с тем же застывшим выражением лица.

Руслан кинулся к нему.

— Пошли в дом. Замёрзнешь же.

Славик позволил себя увести, механически переставляя ноги.

В доме за них тут же взялись многочисленные тёти и сёстры. Они ахали и охали, но одновременно грели чай, тащили тёплый плед продрогшему Славику и выставляли на стол нехитрую снедь.

Выяснилось, что Артур действительно поругался с дедом за пару дней до его смерти. Тётушки утверждали, что давно не видели отца таким сердитым. Видимо, решил Руслан, Артур предложил деду помощь жизнепряда, а тот отказался. Бьёрн предположил, что набравшийся жизненной энергии жизнепряд окуклился и переродился в хищника другого типа.

— Об этом надо в спецотдел сообщить. Даже не знаю, в курсе ли они, что так бывает!

— А что будет с Артуром? — спросил Руслан.

С одной стороны, он чуть не убил троих человек и явно не собирался останавливаться на этом. С другой — Руслан не мог заставить себя считать чудовищем человека, пытавшегося спасти любимого дедушку. Что, если бы мама или папа Руслана умирали от болезни, например? Он смирился бы? Или искал спасения для них? И на какую цену он сам был бы согласен?

Отвечать на эти вопросы не хотелось даже мысленно.

—Я с ним поговорю, — сказал Бьёрн. — А там видно будет.

— Я с тобой!

— Нет. Такие разговоры в компании не ведут. Тем более тебе со Славиком побеседовать надо.

Руслан кивнул, признавая правоту наставника. Хотя в глубине души этого разговора он не хотел. Что сказать другу? Как его утешить? Что всё будет хорошо? Что поболит и перестанет?

Если бы кто-то самому Руслану такое сказал в сходных обстоятельствах, то этот кто-то рисковал бы получить по физиономии.

Когда тётушки и прочие родственники улеглись, а Руслан и Славик остались одни, стало понятно: разговора не избежать. То есть, конечно, можно сделать вид, что ничего такого не происходит и лечь спать. Но это будет ошибкой.

— Славик, — тихо сказал Руслан, — прости, я не знаю, что тебе сказать. Не представляю, как тебе больно и плохо. И не уверен, что будет лучше. Я не знаю, чем тебе помочь. На редкость бесполезный друг, правда? Но я знаю одно: Артур не прав, хотя его слова звучали очень убедительно.

— Спасибо, Рус. Но врать не надо: брат прав, во всём.

— Нет, Славик. Тот вариант, который он нашёл, не спас вашего дедушку. Артур чуть не убил несколько человек! Твой дедушка, он же был против такой помощи! Я понимаю: твоему брату было страшно и больно, и он пытался хоть что-то сделать. Но это не значит, что ты должен был поступить так же...

— А я никак не поступил, понимаешь? Артур хоть что-то пытался сделать. Пусть плохое, или опасное, или глупое. Но он старался ради деда. А я просто надеялся на лучшее. На то, что с дедом же не может случиться ничего такого... непоправимого... что деда будет всегда.

Славик отвернулся к ковру на стене и надолго замолчал.

— Это потому, что ты его любил, — сказал Руслан спине друга.

— Оказывается, просто любить — недостаточно, — глухо отозвался Славик.

— Мне кажется, твой дедушка прекрасно знал, что ты его любишь. Даже если вы и не увиделись в последний раз.

Хотел ли Славик возразить, так и осталось неизвестным: вернулся Бьёрн.

— Ну как? — тут же спросил Руслан.

— В своих поступках не раскаивается, но ответственность за последствия принять готов. Молодец. Завтра за ним из районного спецотдела приедут.

— А откуда он узнал, как вызвать жизнепряда?

— Познакомился в библиотеке с видящим. Тот ему дневники учителя показал. Их тоже изымут наверняка.

— Но ты так и не сказал, что с Артуром будет, — подал голос Славик. — Его накажут?

— Ну да. Типа же покушение на убийство. И, возможно, общественно опасным способом.

— Но он же не со зла...

— Да. Но ты уверен, что убивать дядей ради дедушки — хорошая идея?

— Нет, конечно...

— Вот то-то же. Всё, давайте спать.

Но до рассвета, кажется, все трое пролежали без сна.

На первом автобусе в семь пятнадцать видящие поехали в город. Славик остался на похороны.

На прощание Руслан сказал:

— Слушай. Если что, я знаю, где обитает плакальщица. Это такое существо, которое забирает и развеивает человеческое горе. Хочешь, отведу тебя к ней? Никаких разговоров и объяснений, если что, она не ждёт.

Славик покачал головой.

— Не знаю, как объяснить, Рус. Но это мой дед и моё горе. Я должен сам с ним справиться. Должен сам его пережить. Вот если не смогу, то я знаю, где тебя найти.

Он криво усмехнулся и попрощался.

Руслан смотрел на друга в окно автобуса и надеялся, что у Славика хватит сил справиться. Или обратиться за помощью, если сам он справиться не сможет. Но на душе всё равно было горько.

Новогодняя метель

31 декабря-1 января

Отмечать Новый Год Руслан не планировал. Но утром тридцать первого декабря неожиданно позвонила Регина.

— Привет! — сказала она. — С наступающим! Понимаю, что я не вовремя, но... есть планы на новогоднюю ночь?

— Нет. Родители к родне едут, а я собирался дома сидеть.

“И ждать, не нападёт ли тот, кто нанял Дениса, сегодня”, — мысленно закончил Руслан.

— Тогда я приглашаю тебя отмечать Новый год с нами! Со мной, Сергеем, Бьёрном и ещё парой ребят. Ты придёшь?

Ему показалось, что голос Регины дрогнул. Так, будто ей был очень важен ответ. Но, скорее всего, он выдавал желаемое за действительное. Регина же не на свидание его звала, а отметить праздник в компании. Ещё и с Сергеем — неудивительно, конечно, но не слишком приятно.

Кажется, пауза затянулась, потому что девушка негромко произнесла:

— Прости, что весь год почти не звонила. Друг из меня так себе. Я пойму, если ты останешься дома, честное слово! Но... но я буду очень рада тебя видеть.

— Я приду! А что до дружбы в почти прошедшем году, так ведь и я такой же. Так что пора исправляться! Отмечаем у тебя дома? Сколько народу будет? Что купить?

— Спасибо! — девушка улыбнулась. — Отмечаем в коттедже в Садах. Сергей арендовал. Подарков не надо: это ж я тебе как снег на голову свалилась, так что с меня и подарки, и угощение! Спасибо! Адрес скину. Да, и если хочешь кого-то привести с собой, я за!

Она отключилась, а Руслан ещё некоторое время смотрел на экран телефона, пытаясь понять, померещилась ему искренняя радость с нотками облегчения в голосе Регины или нет.

Если бы Сергей её обижал, не давал общаться с друзьями и всячески ограничивал как настоящий абьюзер, то он не дал бы своей девушке друзей приглашать на Новый год. Вряд ли Регина тайком пригласила его, Руслана, чтобы он спас её от Сергея: это было бы совсем пошло и не похоже на неё. С другой стороны, она заметно изменилась, насколько он мог судить...

В общем, непонятно.

Пришло сообщение с адресом. И тут же ещё одно: “Приезжай к семи! На всю ночь!”

Руслан подумал и позвонил Бьёрну. Наставник в этом году не поехал на родину к дедушке. Видимо, чтобы не оставлять ученика один на один с неведомой угрозой.

— Привет, ученик! Ты по поводу Регининого приглашения?

— Ага. Она тебе уже звонила, видимо. Ты идёшь? Я сказал, что приду, а теперь вот подумал, стоит ли? Мы Регину не подставим под удар?

— Не думаю. На нас уже сто раз напасть могли, если бы организатор имел ресурсы и желание. Так что либо у него нет возможности атаковать при всяком удобном случае, либо он чего-то ждёт. И вряд ли новогодней ночи.

Наставник помолчал и спросил:

— Как там Славик?

— Держится, — вздохнул в ответ Руслан.

Славик вчера прислал пару стикеров с новогодними зверями и велел не киснуть и отмечать Новый год. Мол, будешь меня потом фотографиями праздничными развлекать.

— Хорошо. Он парень сильный. Справится. Но ты за ним всё-таки приглядывай.

— Конечно.

— Вот и славно. А на праздник едем.

Наставник отключился. Руслан решил, что с пустыми руками являться к новогоднему столу нехорошо, и собрался в магазин. Надо хотя бы фруктов купить и конфет. И что-нибудь милое Регине.

Едва он отошёл от подъезда, как в плечо угодил снежок. Руслан обернулся, ожидая увидеть соседских детей, но в паре метров от подъезда стояла стройная девушка в белом пуховичке, радостно машущая ему левой рукой.

Правой девушка придерживала ручку здоровенного чемодана. Рядом с чемоданом стояли две большие сумки.

— Привет, дорогой!

— Катя...

Катя была весела, очаровательна и довольна произведённым эффектом. Когда Руслан подошёл, она сказала:

— Да, это я! Ты скучал? Я очень!

Она выразительно посмотрела на Руслана и сделала вид, что хочет кинуться ему на грудь.

— А ты чего тут стоишь с сумками?

— Я решила пожить у тебя! Здорово, правда?

Катя рассмеялась и тряхнула волосами, рассыпавшимися по плечам.

— Такой, знаешь ли, подарок! И маминой семейке, и тебе! Ты рад?

— Не думаю, что жить у меня — это хорошая идея.

— Родители не одобрят? — приподняла брови девушка. — Тебе уже почти двадцать! Пора сепарироваться, дорогой! Давай снимем квартиру вместе.

Она лучезарно улыбнулась, как бы приглашая Руслана во взрослую жизнь, полную новых возможностей.

— К таким переменам я пока не готов, — покачал головой Руслан.

— И что? Мне придётся пугать маман и её миленьких детишек в новогоднюю ночь? — Катя со скорбным видом воззрилась на собеседника: мол, судьба бедных детишек в твоих руках.

— Так, давай вещи сейчас ко мне занесём. Но это не навсегда, слышишь? Только на эту ночь. Кстати, — спохватился Руслан, — как там твой отец?

— Хорошо! Выздоравливает. Сейчас, правда, грипп подхватил, так что отправил меня с глаз долой, пока не заразилась. А мы будем Новый год отмечать с твоими родителями?

— Кхм, нет. Так, давай сумки занесу, потом позвоню кое-кому, а там видно будет.

Из-под Катиного пуховичка высунулся Шустрик — кажется, он подрос с осени — оглядел Руслана многочисленными глазами, фыркнул и убрался обратно.

Багаж пришлось заносить в два приёма, поскольку и чемодан, и сумки оказались удивительно тяжёлыми.

Дома Руслан предложил Кате чай и перекусить. Пока грелся чайник, он позвонил Регине.

— Слушай, я приду не один. С девушкой, у которой очень, кхм, своеобразный характер. Это долгая история. Может, она будет мило себя вести, а может, нет. Но если что, я её увезу.

— Хорошо, — сумела наконец вставить слово Регина. — Не надо ничего объяснять: если ты решил взять её с собой, то всё в порядке.

— Спасибо.

Девушка рассмеялась и отключилась.

— Я вообще-то всё слышу, — недовольно произнесла Катя. — Всё-всё! И всё запоминаю. Но прямо сейчас я хочу в ванную, а не выяснять отношения. Одно скажи: ты звонил Регине?

— Да.

— Вот и отлично! — она захлопала в ладоши. — Мечты сбываются! Я ведь так хотела с ней познакомиться! Чудесно! Всё, пошла наводить дополнительную красоту! Руслан и опомниться не успел, как Катя с незнакомым полотенцем и парой каких-то сумочек скрылась в ванной.

Он налил чаю себе и попытался не думать о том, зачем она приехала и чем это грозит. Всё равно ведь не угадает.

По-домашнему уютная Катя в пушистом халатике смотрелась одновременно мило и настораживающе.

— Вот так мы и будем с тобой коротать вечера, дорогой, — улыбнулась незваная гостья, поймав его взгляд. — Только ты и я.

Она как-то по-особенному повела плечами и поправила волосы таким жестом, что Руслану стало жарко.

На стол, разрушив магию момента, заскочил Шустрик, до того, видимо, бегавший где-то по квартире. Обнюхал Катину кружку с чаем, фыркнул и спрыгнул под стол.

— Кстати, не хочешь рассказать, откуда эти шрамы? — она протянула руку и коснулась уже почти незаметного шрама на правом виске, а потом второго, ниже, на челюсти.

— От чёрного человека.

— О, рассказывай, дорогой мой! Я в нетерпении!

Руслан уже и забыл, насколько внимательным слушателем умела быть Катя. Как-то незаметно для себя он рассказал ей и о чёрном человеке, и про плакальщицу, и про механическую келпи, и ещё много о чём. Не стал говорить только о Славике.

Время до семнадцати тридцати, когда пора было бежать в магазин и ехать в Сады, пролетело незаметно.

Катя довольно быстро переоделась в чёрный с серебром свитерок, выгодно подчёркивающий фигуру и узкие чёрные джинсы. Кажется, накрасилась по-другому и хитрым образом убрала волосы на одну сторону. Нарядная и, нельзя отрицать, красивая. Но Руслан комментировать её преображение не решился. А то опять обниматься кинется.

Катя выжидающе посмотрела на него, не дождалась реакции и раздражённо фыркнула.

Они дошли до ближайшего супермаркета и накупили фруктов и пряностей: Катя сказала, что ей очень нужны всякие корицы и гвоздики с мускатными орехами. Руслан купил десяток наборов: чай, шоколадки и сладкие “таблетки” для радости, вдохновения, от забот и прочее. Его спутница прошлась по рядам, взяла себе что-то в отделе “Для ванны” и прихватила у кассы коробку рафаэллок.

— Вот теперь едем, дорогой мой!

— Я же просил так меня не называть.

— Нет, ты просил не называть тебя “милый”. Я всё помню, — она весело подмигнула и взяла его под руку.

Ладно, в конце концов Кате надоест его подначивать, если Руслан перестанет реагировать.

На улице разлились стремительно сгущающиеся сумерки. Тут и там сверкали витрины, мерцали гирляндами ёлки у магазинов и окна жилых домов.

Автобус пришлось ждать почти двадцать минут, и на пронизывающем ветру и Руслан, и Катя изрядно промёрзли.

Двухэтажный коттедж уютно сиял фонариками. Справа от дома росли три ёлочки, заботливо украшенные к празднику серебристой мишурой. Вдоль забора со светящимися гирляндами высились сосны, а сразу за забором начинался настоящий лес.

На крыльце стоял улыбающийся Бьёрн:

— Вы поглядите: какая красота! Здорово, ученик! Привет, Катя. Отлично выглядишь, кстати.

— Спасибо! Вот, Руслан, учись! На то тебе, собственно, и учитель дан, — фыркнула девушка.

В доме, в большой комнате с накрытым столом, обнаружилась Регина. В красивом коротком платье из серебристого материала и со сложной причёской. Очень взрослая и непривычная.

— Здравствуй, Руслан, — улыбнулась она знакомой улыбкой.

— Привет! — ответная улыбка тут же появилась на губах.

— О, так ты и есть Регина? — встряла Катя. — Я так много о тебе слышала! И просто умирала от любопытства.

Она откровенно разглядывала хозяйку праздника, то ли сравнивая её с собой, то ли оценивая.

— А ты Катя? Я тоже о тебе слышала, — спокойно ответила Регина. — Кстати, все уже собрались. Через десять минут собираемся тут, за столом.

— Мы тут принесли фрукты и презенты. Новый год всё-таки! — Руслан протянул ей два пакета.

— Эй, давай-ка сувениры под ёлку, — Катя махнула рукой в угол комнаты, где и правда стояла небольшая чёрная ёлка, увешанная белыми шарами и бантами, — а фрукты на кухню.

Временная хозяйка коттеджа кивнула. Катя забрала у Руслана пакет с фруктами, поручила ему ёлочные дела и удалилась на кухню.

— Я очень рад тебя видеть.

— Взаимно. Мне кажется, мы не виделись толком с моего дня рождения...

Руслан хотел сказать, что это зря и надо чаще встречаться, но в комнату вошёл сначала наставник, а потом незнакомая парочка.

— Это мои друзья из поискового сообщества, Алекс и Нина, — представила Регина. — Это мои друзья из... другого сообщества, Руслан и Бьёрн.

В процессе обмена приветствиями к компании присоединился Сергей. Всё такой же холёный и неприятный.

Затем пришла Регинина подруга, которую Руслан вроде бы видел целую жизнь назад на Лысой горе. После ещё один смутно знакомый парень и, наконец, Катя.

Все расселись за столом, выпили сока, морса и чая за знакомство, поели. Оказывается, Сергей нанял выездное обслуживание, так что подавали салаты и тарталетки с закусками две девушки в униформе.

То ли из-за них, то ли из-за общей разнородности компании общий разговор никак не клеился. Все были милы и любезны, но видящие общались с видящими, поисковики между собой, а Сергей вообще не общался ни с кем кроме Регины.

Катя всё это время таращилась на Сергея. Среди застолья к изумлению поисковиков, так и не понявших, что делает эта странная девушка, вытащила из-под свитера Шустрика и зачем-то внимательно его осмотрела.

Из-за стола начали выбираться около девяти. Решено было пойти в комнату с камином и во что-нибудь поиграть.

Но в дверях столовой Регину остановил поисковик Алекс и вполголоса сказал:

— Регин, ты извини, но нам с Ниной и Василием надо бежать.

— Что случилось?

— В беседку сообщение кинули: тут неподалёку пропал ребёнок. Уже сорок минут ищут.

Регина невольно покосилась на окно: на улице началась метель, и ветер с завываниями бросал туда-сюда пригоршни снега.

— Я с вами!

— И я! — заявил Руслан, слышавший весь разговор.

— Что такое? — хором, но с разными интонациями спросили Бьёрн и Сергей.

— Ребёнок пропал где-то рядом. Ребята идут его искать, — пояснила Регина. — Я с ними.

— Я тоже, — сказал Руслан. — Вдруг чем-то смогу помочь.

Бьёрн кивнул и последовал за поисковиками в прихожую.

— А чей ребёнок? — уточнила высунувшаяся из соседней комнаты Катя.

— Не знаю, — отозвался Алекс, шнуруя ботинки. — Девочка Вероника, шесть лет.

— О, то есть не ваша знакомая?

— Нет. Мы всех пропавших ищем. Не только знакомых, — несколько сердито сказала Нина.

У Кати сделалось такое выражение лица, что Руслан счёл нужным вмешаться:

— Кать, ты можешь тут подождать.

— О, вот уж нет! Я с вами! — Катя снова стала весёлой и беззаботной на вид.

— Давайте вызовем спасателей, — предложил Сергей.

Идти в метель за каким-то посторонним ребёнком за несколько часов до Нового года ему явно не хотелось. Наверное, менять ужин на подобное безрассудство в принципе было не в его стиле.

— По такой погоде и в такую ночь сюда хорошо, если к утру доедут, — покачал головой Алекс.

— Оставайся тут, — предложила Регина и повязала шарф.

Из кухни вышла её подруга и предложила свои тёплые штаны:

— Я, вы извините, не пойду: только замёрзну — сразу свалюсь с простудой. А вот свитер и штаны тёплые дам.

На том и порешили.

Сергей всё-таки начал одеваться.

Вскоре все вышли в метель.

Откуда-то издали донёсся жуткий глухой вой. Регина поёжилась, а Бьёрн и Руслан переглянулись.

— Так, судя по карте, — сказал Алекс, сунув телефон в карман, — нам вон туда.

Он махнул рукой в лес правее коттеджа.

— Делимся на тройки и пары. Опытный с неопытным. У кого есть возражения, тот сидит дома. Счёт идёт на минуты. Я с Региной и Русланом. Нина с Бьёрном и Катей. Сергей с Василием.

— Можно я с Русланом? — спросила Катя. — Если нельзя, то идём так, но вдруг можно?

— Хорошо. Родители тоже её ищут. Если встретите их, берите с собой, а то тоже заблудятся. Расходимся!

Первыми в темноте пропали, как ни странно, Сергей с Василием. Потом ушли налево от группы Руслана Нина, Регина и Бьёрн.

— Будь осторожен, — бросил на прощание наставник.

Руслан кивнул. И они с Катей пошли следом за Алексом.

В метельной лесной дали снова завыло. И это точно не ветер. И вроде бы не животные. Руслан плохо разбирался в диких животных. Слышал краем уха, что маралы жутко кричат в период гона, знал по видеозаписям, как ревёт медведь. Но в такую погоду все нормальные животные должны сидеть по своим логовам, а не носиться по лесу с дикими криками.

— Мне кажется, там какой-то монстр вопит! — сказала Катя голосом принцессы, готовящейся упасть в обморок.

— Это ветер, — успокоил её Алекс.

Он и Руслан включили фонари. Вдруг девочка заметит их и подаст голос?

Нос и рот пришлось обмотать шарфом, но даже так дышать было трудно и больно. Щёки кусал мороз и резали снежинки, гоняемые ветром.

Минут через пять хождений по лесу они заметили мечущийся из стороны в сторону фонарь в чьих-то руках. Владелец фонаря побежал к ним, сорванным голосом вопя:

— Веро...ника...

Оказалось, что это Вероникина мама. Она заплакала, поняв, что дочери тут нет, но идти домой отказалась.

— Тогда возьмите себя в руки и идите с нами, — велел Алекс. — Не отставайте. Нельзя потерять ещё и вас.

И тут Руслана осенило: Тимофей! Вот, кто без труда найдёт девочку. Он тронул поисковика за плечо и сказал:

— Я могу позвонить другу с собакой. Его пёс, он умеет искать людей.

— По такой погоде собака след не возьмёт, — покачал головой Алекс. — А то мы бы и своих знакомых позвали.

— А это такой пёс, который точно сможет!

Поисковик покосился на Руслана, как на идиота, но кивнул:

— Хорошо. Но мы пока тоже ищем. Вряд ли шестилетка по такой погоде далеко ушла.

Руслан позвонил Бьёрну.

— Можешь связаться с Игорем и Тимофеем?

— Уже. Сказали будут, как только машина приедет. Я дам знать, как они подъедут.

Игорь и Тимофей приехали через четверть часа. Невероятно быстро, учитывая погодные условия. Да и водитель наверняка знакомый, раз согласился приехать за пару часов до Нового года и мчаться по метели в Сады.

Вскоре все участники спасательной миссии, включая заплаканную мать и замёрзшего отца Вероники, были у коттеджа.

Тимофей незаметно кивнул Руслану, в остальном делая вид, что он просто овчарка. Игорь поздоровался со всеми, пожав руки парням и кивнув девушкам.

Бьёрн попросил вещь ребёнка.

Женщина тут же вынула из кармана пуховика розовую шапочку и снова заплакала:

— Ника без шапочки... без шарфа... о боже...

Муж обнял её и погладил по спине.

Тимофей деликатно обнюхал шапочку и огляделся.

— Ваш дом далеко? — спросил у родителей Бьорн.

— Нет, через один налево, — ответил отец.

— Идём туда.

Все остальные потянулись следом. Правда, у Сергея было такое выражение лица, что лучше бы он оставался в коттедже.

У нужного дома Тимофей легко взял след и потянул к лесу через сугробы.

Брести по сугробам сквозь метель было тяжко и холодно, но мысль о том, что Тимофей обязательно приведёт их к ребёнку, которому, вероятно, срочно нужна помощь, заставляла идти и идти, проваливаясь в снег, на пределе возможностей.

В лесу завыло. На этот раз гораздо ближе.

Из-под пуховика Кати вынырнул Шустрик и ощерил жуткую морду, шипя в сторону глухого воя.

Игорь огляделся на ходу. Тимофей продолжал тащить, раскидывая лапами снег.

Идущие растянулись цепочкой, вытаптывая дорожку в сугробах: сразу за ведущими группу Тимофеем и Игорем шёл Бьёрн, за ним Руслан и Василий. Потом Катя. Следом за ней Алекс, Сергей и, кажется, родители девочки. Нина и Регина шли позади.

Наконец Тимофей остановился. И тут же послышался жуткий рёв. Совсем-совсем близко. Руслан заметил справа сверхъестественное свечение метрах в трёх от них.

А впереди, перед Тимофеем пролегал широкий и глубокий овраг. И внизу что-то тоже светилось.

— Вероника! Ника! Девочка моя! — закричала женщина и попыталась бежать по склону оврага.

Бьёрн схватил её за руку.

— Мама! Папа!

Алекс и Нина перехватили отца, тоже вознамерившегося ринуться в овраг.

Рядом завыло-закричало существо. Прыгнуло к краю оврага, точь-в-точь как мама Вероники.

Руслан с изумлением разглядел большого, метра четыре в холке, шестиногого “оленя”. Тело существа покрывали мерцающие разводы, а голову венчали маленькие косульи рожки.

Существо не обращало на людей никакого внимания. Оно смотрело вниз, ревело и стучало по краю передними копытами.

Снизу донеслось тоненькое попискивание и детский голос:

— Мама, папа, я тут застряла. И олешек застрял.

Руслан внимательно присмотрелся: на дне оврага сидело светящееся небольшое существо, смутно похожее на то, что било копытами, не способное, видимо, спуститься вниз по крутому склону. А рядом, обняв “олешка”, сидела девочка в розовой курточке.

Видимо, существо грело ребёнка, так как замёрзшей Вероника не выглядела, хоть и была на снегу без шапки в метель.

Отец прокричал девочке, что скоро её спасут.

— Какой олешек? — тихо спросила Нина. — Девочка бредит, да?

— Нет, — тут же сказала мама Вероники, — она у нас видит то, что нам не видно. Особенная девочка. Индиго! Мы ею так гордимся!

Потом она закричала:

— Солнышко, подожди... — но голос подвёл женщину, и она раскашлялась, не в силах больше кричать.

Бьёрн уже достал из рюкзака верёвку.

— Так, ученик, давай-ка тебя спустим. Сначала девочку, потом этого оленя, — тихо сказал наставник, чтобы не было слышно невидящим.

Руслан кивнул, и через десять минут, обвязанный верёвкой и сосредоточенный, он уже спускался по крутому склону.

Метель внезапно прекратилась, и в небе появились сотни звёзд и половинка луны.

Девочка обрадовалась спасателю и сказала:

— А вы олешка спасёте? Я без него не пойду!

— Сначала тебя, Вероника, потом олешка. Видишь, тебя мама и папа ждут.

— А олешка тоже мама ждёт!

— Да, я знаю: вон она, — Руслан показал пальцем на существо, стоящее на краю оврага метрах в двух от наставника.

— Вы вот этим волшебным глазом видите, да?

Девочка встала, отпустив маленькое существо, и сказала ему:

— Подожди здесь, олешек! Дядя тебя спасёт!

Но олешек прижался головой к плечу девочки и жалобно-жалобно запищал. В ответ заревело большое существо. И теперь Руслан явно слышал в этом рёве не ярость, а боль и страх.

— Давай я попробую вытащить вас двоих.

Многие существа, насколько уже успел убедиться Руслан, почти не имели веса. Он на секунду задумался, как подхватить обоих детей. Потом сказал:

— Олешек, я тебя сейчас возьму на руки, ладно? Не бойся.

Взял существо, и вправду оказавшееся лёгким, и положил себе на плечи как воротник. Девочка прыснула и радостно пошла к нему на руки.

Поднимали Руслана с грузом аккуратно, долго и с трудом. Так ему показалось во всяком случае.

Едва он очутился на ровной земле, как Вероника вывернулась из его рук и кинулась к родителям, плача и смеясь одновременно. Её мама и папа тоже радовались, не скрывая слёз.

Бьёрн помог ссадить на землю олешка, и тот, путаясь в шести ногах и спотыкаясь, побежал к большому существу. Наверное, это и правда его мама. Олениха начала вылизывать малыша длинным узким языком и издавать низкие урчащие звуки.

— Кхм, — сказала рядом Катя, — всех мамы ищут. Одну меня нет.

— Не злись, Кать...

— О, я не злюсь. Я констатирую факт! А теперь давайте домой! Я замёрзла и есть хочу. И до Нового года меньше часа!

Существа унеслись, оглашая окрестности непередаваемыми булькающими звуками.

Вероника по пути домой рассказала, что пошла посмотреть на лисичку, выскочившую прямо у забора. Но скоро услышала писк и решила узнать, что там. А там плакал олешек, который не мог выбраться из большой ямы. Она хотела ему помочь, спустилась, но вытащить его не сумела. Потом прибежала мама олешка, и сначала Вероника испугалась такого большого волшебного зверя, но потом поняла, что это — мама. Пыталась попросить эту маму найти её, Вероникиных, родителей, но она, наверное, не поняла.

К счастью, олешек был тёплым-тёплым, так что она не замёрзла. Но очень волновалась, что мама и папа её потеряли.

Игорь и Тимофей распрощались со всеми у первого коттеджа.

Родители Вероники благодарили всех и каждого. Звали к своему столу, предлагали деньги, говорили добрые-добрые слова. В итоге их отправили домой, а сами спасатели вернулись в коттедж.

Долго отогревались, пили горячий чай и какао, почти пропустив сам Новый год. Если бы не соседские салюты, смена года так и прошла бы незамеченной.

Спешно чокнулись стаканами.

— С Новым годом! С новым счастьем!

Потом с аппетитом ели и обсуждали случившееся. Поисковики оттаяли и охотно делились случаями из практики с хорошим финалом.

Правда, они были уверены, что девочка нафантазировала волшебных оленей от стресса, а вот почему не замёрзла — это загадка. Только Василий то и дело кидал испытующие взгляды на Руслана и Регину.

Когда гости поднялись из-за стола: кто на кухню, кто покурить, кто в уборную, Катя решительно направилась к Сергею.

Руслан за ней. Совершенно непонятно, что она задумала, так что лучше держаться к ней поближе.

Катя встала на пути Сергея и чарующе улыбнулась.

— Вы такой шикарный мужчина, — сказала она.

Сергей слегка приподнял левую бровь, но не удивился.

— Можно я вас обниму? А то когда ещё такой шанс выпадет — обнять настоящего мужчину!

Катя говорила так проникновенно, что Руслан почувствовал себя задетым. Не то чтобы ему так нужно было внимание Кати, но всё-таки...

— Не думаю, что могу обниматься с другими девушками — даже столь красивыми.

Катя шагнула к Сергею и прижалась к его груди. Смотрелись они, надо сказать, вместе очень стильно. Как герои дорогого зарубежного сериала.

Катя отошла от опешившего Сергея, достала Шустрика, глянула на него и сказала:

— Ну вот, как я и думала! Экстракт белоцветника!

— Он не запрещён, — холодно сказал Сергей, нахмурившись.

— В России — нет, — улыбнулась Катя.

— Вот именно. Не вижу причин для вашей эскапады, милочка.

— Ну что вы так нервничаете, дорогой мой! Подумаешь, не хватает уверенности для самостоятельного покорения публики. Это же распространённая проблема. Или вы хотите поговорить об этом? — участливо поинтересовалась девушка, мило улыбаясь.

Руслану на секунду показалось, что Регинин парень её ударит. Он собрался вклиниться между ними, но Сергей пересилил себя и улыбнулся так, что Руслану стало не по себе.

— Это не ваше дело, милочка.

— Нет, конечно, не моё. Я обожаю лезть в чужие дела! Но уверена, это дело той девушки, с которой ты встречаешься, дорогой. Твоя девушка в курсе?

В комнату зашла Регина, неся белый в снежинках торт на большом блюде.

— В курсе чего я должна быть? — спросила она.

— Это тебе твой красавец-мужчина расскажет, — улыбнулась Катя. — Ну, или я. Новогодний подарочек!

Сергей забрал торт, поставил на край стола поверх тарелок и вывел Регину из комнаты.

Катя спасла торт, переставив его на ровное. Руслан тихонько спросил:

— Что это за белоцветник?

— Сверхъестественная травка. Очень популярна и очень запрещена во Франции, например. Притягивает внимание и повышает популярность. Строго говоря, конечно, накладывается на природную харизму, то есть совсем уж жалкий человечек ничего не получит от использования этой травки. Подай вон тот большой нож — будем торт резать! И, кстати, это и тебе новогодний подарочек!

— Ты о чём?

— Ой, Руслан, ты как ребёнок! Она же тебе нравится? Нравится. Ты ей тоже. Теперь красавца Сергея отправят в отставку — и она твоя. Скажи спасибо прекрасной мне! Всё в твоих руках. О, а крем очень вкусный! Это крем-чиз?

Ожидание

1-8 января

В новогоднюю ночь Сергей уехал из коттеджа, о чём, кажется, никто не жалел. Оставшиеся доели торт и разбрелись спать, утомлённые поисками Вероники.

Только Руслан, Бьёрн, Регина и Катя просидели на кухне до утра. Наставник, занятый какими-то мыслями, молчал и переписывался с кем-то по телефону.

А Руслан и девушки всё говорили, говорили и говорили. И было удивительно хорошо и правильно. На рассвете Катя варила глинтвейн на каркаде, а Регина пекла блинчики из ничего: ну, по крайней мере, с точки зрения Руслана, на кухне не было практически ничего, а тут — раз! — и блинчики.

Утром Катя забрала вещи и сказала, что пару дней поживёт у Регины, а потом переберётся на съёмную квартиру. Посмотрела на Руслана выразительно: мол, у тебя ещё есть шанс присоединиться! Но он сделал вид, что ничего не заметил.

Бьёрн перед отъездом велел ученику набираться сил и следить за паранойником. Если будет себя хоть как-то проявлять, пусть Руслан сразу звонит наставнику в любое время суток.

Так и начался новый год.

Руслан хотел навестить Антона Ивановича на январских выходных, но оказалось, что тот уехал отдыхать куда-то на море. Должен был вернуться в середине месяца.

Славик приехал из деревни пятого числа. По-прежнему шутил и слал смешные стикеры в мессенджере, но при личной встрече показался Руслану старше и печальнее, чем был. Что, конечно, неудивительно. Сказал, что пока справляется.

Квартиру Катя нашла, но от Руслана не отстала. Заявила, что он по-прежнему должен её развлекать, раз уж ей даже Шустрика покормить некем.

Поскольку левый глаз не болел, не зудел и не слезился, Руслан охотно сходил с Катей и на каток, и в старый сквер, где они видели осенью пенсионера с Савелием, и на площадь любоваться ледяными фигурами. На площади к ним неожиданно присоединилась Регина, всё ещё одетая не так, как Руслан привык, но с чёрной помадой на губах и знакомо подведёнными глазами.

Когда Катя отошла за кофе к стоящему тут же, на площади, фургончику, Руслан спросил:

— Слушай, это, конечно, не моё дело, но что у вас там с Сергеем?

Регина нахмурилась, но тут же встряхнулась и сказала:

— Не хочу пока об этом говорить, ладно?

Она улыбнулась и добавила:

— Но спасибо, что спросил. Я скажу тебе, когда сама во всём разберусь. О, вот и кофе!

— А ты сам себе купишь! — заявила подошедшая к ним с двумя стаканчиками в руках Катя.

И вроде бы новый год начался беззаботно и весело, но Руслану было не по себе. Паранойник не даёт о себе знать, но это только пока. Ведь неведомый враг готовит новое нападение. Но когда оно случится? Кто нападёт? Как? Ни одного ответа...

И каждый день — дома, на катке, в автобусе, в магазине — Руслан прислушивался к своим ощущениям. Всё было в порядке. Пока.

Кате он так и не рассказал о нападении пещерного быка и о подозрениях насчёт наёмника, пойманного спецотделом в прошлом декабре. Надо было, но всё было как-то не до того.

В воскресенье позвонила Катя и, не поздоровавшись, начала:

— Я хочу в кино! Без разницы, на какой фильм. Просто хочу в кино! Будем сидеть с тобой на последнем ряду и обниматься в темноте. И есть попкорн! А потом пойдём шататься по торговому центру.

— Ладно, идём, — согласился Руслан. — Но никакого “обниматься в темноте”. И не на комедию!

— Тогда на ужастик! Я выберу нам самый смешной, раз уж тебя комедии не устраивают.

Катя отключилась.

Сейчас Руслан чувствовал ответственность за Катю. Осенью она внушала ему страх, смешанный с недоумением и недоверием, а теперь ему почему-то казалось, что он должен о ней заботиться.

На вечернем сеансе оказалось не слишком многолюдно, хотя торговый центр, в котором располагался кинотеатр, был полон. Люди бродили по супермаркетам и бутикам, разглядывали витрины, ели и пили кофе. Играла музыка, а с первого этажа из игровой зоны доносились радостные детские крики.

Катя сегодня красовалась в тёмно-сером свитере, расшитом пайетками, и в светло-голубых джинсах. Образ завершали сапоги на высоченных каблуках и серая в голубую клетку сумка, отороченная мехом. Девушка тряхнула волнистыми волосами, свободно лежащими на плечах, и улыбнулась.

— Опять не скажешь мне, что я хороша?

— Хороша, — согласился Руслан.

— И почему комплименты из тебя приходится вытягивать? Обычно мне их без напоминаний говорят, — фыркнула Катя. — Попкорн купил?

— Пошли купим. До начала ещё пятнадцать минут. Тебе сладкий или солёный?

— И тот, и другой! И газировки купи. И шоколадный батончик!

Из-под свитера высунулся Шустрик и непонятно за что осудил Руслана взглядом всех десяти глаз зараз. Фыркнул и тут же спрятался обратно, на пояс хозяйки.

— Голодный, бедняжка, — вздохнула Катя. — Тебе перед ним не стыдно?

— Нет. Кстати, он же не только страхом питается. Почему ты его не отпускаешь поискать негатив вокруг?

— Он же ещё маленький! — возмутилась Катя, заботливо погладив Шустрика через свитер.

Кажется, она всё-таки шутила. Или нет?

Начало корейского фильма про загадочный дом Руслана не слишком впечатлило. Нарочитая страшность, подчёркнутая жуткой музыкой, напоминала скорее о детских страшилках, чем о настоящих ужасах вроде адского потрошителя или чёрного человека.

Но раз пришёл, придётся смотреть.

От диалога главного героя с подозрительным управляющим Руслана отвлёк опоздавший мужчина, протискивающийся мимо сидящих в креслах зрителей. Руслан почти сразу заметил слабое свечение, окутывающее голову “опозданца”.

Существо светилось еле-еле, и будь место опоздавшего дальше, разглядеть сверхъестественное мерцание не удалось бы. Но человек сел напротив Руслана, на три ряда ближе к экрану.

— Что ты ёрзаешь? — недовольным шёпотом спросила Катя, перестав на секунду хрустеть попкорном.

— Видишь? — еле слышно спросил в ответ Руслан. — На голове у опоздавшего мужчины?

— Что? Паразит? Вижу. И?

— Знаешь, что это?

— Паразит из слизняков. Примитивный и мерзкий.

— Опасный?

— Относительно. Провоцирует головную боль, зубную боль, боль в ушах, в носу. При этом анализы чистые и всё как бы здоровое. Изматывает человека, питается страданиями, но не убивает. Насытится — бросит носителя, несчастного, но живого. Так что давай смотреть дальше. У, сгоревшие дети — точно будет жуть! — радостно воскликнула Катя, глядя на экран.

Руслан, мысленно порадовавшись тому, что они сидят на последнем ряду, начертил перед собой несколько знаков.

— Они блестят и мешают мне смотреть! — недовольно проворчала Катя, шурша попкорном. — К тому же они бесполезны.

— Почему? — удивился Руслан — и тут же увидел, как знаки уничтожения прошли сквозь паразита, не причинив ему заметного вреда.

— Это же слизень! — снисходительно хмыкнула Катя, не отрываясь от экрана. — Их убить можно только в прямом контакте.

Руслан с запозданием припомнил, что наставник говорил что-то такое. Существ типа “слизни” вживую Руслан уже видел, но бороться с ними ему не приходилось, вот и не сообразил.

— Слушай, а можешь Шустрика отправить, чтоб он этого паразита снял и сюда принёс?

— Фу! Зачем он тут?

— Ну, вплотную-то я его легко уничтожу.

Катя закатила глаза и неодобрительно покачала головой, но вытащила Шустрика из-под свитера. Погладила своего питомца по округлой голове и что-то шепнула ему на ухо. Потом поставила Шустрика на спинку кресла перед собой. Секунда — и Катин питомец резво ринулся вниз.

Руслан напряжённо всматривался в темноту зала, освещаемую экраном. Вот Шустрик взобрался на спинку пустого кресла рядом с жертвой паразита. Подобрался к сидящему мужчине и ударил лапой существо. Воинственно выгнул спину, подпрыгнул на месте и снова ударил.

Паразит неохотно отвалился от человека и упал на спинку кресла, повиснув на ней как тряпка. Шустрик схватил его пастью, но тут же выплюнул, ощетинился и мигом прыгнул вниз.

Через несколько секунд он уже забрался Кате на руки и принялся яростно умывать мордочку и лапы, словно кот, то и дело ёжась всем телом.

— Он не может принести существо?

— Может, но это конкретное — очень гадкое. Да, зайчик? — Катя сунула Руслану почти опустевшее ведёрко из-под поп-корна и стала ласково поглаживать своего “зверька”. — Шустрику слизняк не нравится, так что пусть валяется там, где упал.

— А как этот слизняк добирается до людей?

— Цепляется к тем, кто мимо проходит, доползает до головы — и давай пировать!

— Значит, надо его подобрать!

— Да пусть лежит! От этого мужика отстал — значит, ты свою человекоспасательную миссию выполнил. Хотя по мне, тех, кто опаздывает и другим мешает, надо карать карательски, а не от паразитов спасать, но, как видишь, я внимательна к твоей жизненной позиции. Я вообще чудо, правда?

Катя оторвалась от поглаживания Шустрика и лучезарно улыбнулась. Руслан молча кивнул и полез под кресла.

— О, смотри: там, в кино у мужика тоже голова болит! Может, и у него какой-то паразит? Интересно, какой... Если смотреть на симптомы...

Но Руслан не слушал. Он пытался высмотреть паразита. Ага, вот он где! Паразит медленно полз влево, в сторону прохода между креслами.

Руслан с трудом выбрался из-под кресла и спросил:

— Шустрика никак не уговорить поймать и принести эту штуку?

— Не-а, Шустрику неприятно его трогать. Он, наверное, очень склизкий, а Шустрик такое не любит.

— Ладно, тогда я сам схожу.

— Ой, Руслан! Ну подожди ты до конца фильма!

— Он за это время точно к кому-нибудь присосётся. Светится паразит слабо, так что придётся поиск чертить, а потом за кем-то гоняться. Так себе вариант, по-моему.

— Ладно, уговорил, — протянула Катя. — Давай ловить твоего паразита. Он куда ползёт, направо или налево?

— Налево.

— Значит, мальчики налево, девочки направо. Если сам поймаешь, будешь молодец. А если я поймаю, будешь должен мне поцелуй. И не спорь! Давай живее, пока он не схватил какого-нибудь несчастного человечка.

Катя хихикнула и встала. Хорошо, что на последнем ряду они никому не мешали. Руслан тоже встал и пошёл влево.

Так, надо будет пойти вдоль кресел ряда, следующего за тем рядом, где сидит опоздавший. Возле паразита придётся сделать вид, что что-то уронил и наклониться: благо там три пустых кресла подряд — есть, где развернуться. Потом схватить существо и быстро-быстро вернуться на место.

Руслан чувствовал себя нелепо. Что может глупее ловли слизня-паразита в кинозале? В то время, когда неведомый враг готовит ловушку. Или атаку. Или и то, и другое.

Но, наверное, лучше делать хоть что-то, чем сидеть и бесконечно и бессмысленно задавать себе вопросы: когда? Кто? Почему? Как?

На экране что-то с грохотом упало, а потом раздался детский смех и тревожная музыка. Да уж, ну и фон для ловли существа!

Руслан спустился до нужного ряда и присел, высматривая монстра. Тот почти незаметно мерцал возле четвёртого с краю кресла. Отсюда не дотянуться — придётся идти.

Руслан чуть не наступил на ногу девушке, внимательно следящей за событиями фильма. Извинился. Протиснулся мимо неё, затем мимо двух хихикающих школьников.

Женщина из следующего ряда, которой он перегородил экран, возмущённо сказала:

— Ну куда вы лезете?! Нельзя на месте сидеть, что ли?

Руслан извинился и присел, освобождая зрительнице доступ к экрану и одновременно приглядываясь в попытке найти паразита. Однако хитрый монстр уже сполз на полтора ряда ниже. Руслан попытался дотянуться, но не сумел. Вот ведь!

Пытаясь вернуться в прежнее положение, Руслан понял, что застрял где-то в подкресельных глубинах. Да что за день сегодня?!

Дёрнулся. Впереди и чуть левее девичий голос прошептал:

— Тань, там, кажется, извращенец!

Так стыдно Руслану, кажется, не было никогда. Он дёрнулся ещё сильнее, качнув кресла в ряду перед собой — и выбрался.

Он протиснулся обратно в проход между рядами, вызвав вполне уместное негодование окружающих. Выставят его из кинозала, вот точно выставят! Он бы и сам себя за такое поведение выставил вон.

Но монстра ловить надо, других вариантов нет.

Герой на экране бродил по тёмной квартире, пытаясь понять, кто шумит в ночи. Да уж, ему определённо страшнее.

Руслан огляделся в поисках Кати. Вот она, сидит с какими-то парнями, ест чужой попкорн. Да уж, видимо, ей охота за слизнем и даром не нужна. Что ж, он и сам справится.

Руслан присел в проходе между креслами, высматривая существо. Не видно. Так, если не замечаешь свечения, лови взглядом движение. Или знак начерти.

Он вытащил маленький ножик и начертил крошечный знак поиска. Светящийся символ тут же полетел между рядами кресел, не поднимаясь выше пяти сантиметров над полом. Знак облетал сапоги, угги и прочую обувь и наконец завис над паразитом, притаившимся за брошенной на пол литровой бутылкой из-под минералки. Сидел он, как оказалось, недалеко — можно было попробовать дотянуться, но сидящая рядом с проходом тётка с негодованием воскликнула:

— Ты что тут ползаешь?! У тебя что — нож! Сумку хочешь порезать?! Я сейчас буду кричать! Пошёл вон!

Со всех сторон и на неё, и на Руслана зашикали — пришлось подняться выше, скрываясь из поля зрения возмущённой тётки. Та развернулась в кресле и сверлила Руслана пристальным взглядом.

Мимо тётки просочился к проходу тощий тип в меховой шапке. А на его штанине висел слизень. Вот повезло! Типу то ли разонравилось кино, то ли захотелось в туалет, но в любом случае он сейчас выйдет из зала, а снаружи Руслан его догонит и найдёт способ стряхнуть паразита.

К мужику вдруг подскочил Шустрик и сбил слизняка лапами. Не успел Руслан обрадоваться удачному повороту, как Катин питомец стукнул существо лапой, отфутболив под кресло подозрительной тётки, и, взъерошившись всем собой, убежал.

Слизень резво пополз обратно под кресла.

Руслан чертыхнулся про себя и посмотрел туда, где в последний раз видел Катю. Но её там не было. Неужели ей надоело ловить монстра, и она ушла?

Скорей бы поймать эту пакость и тоже уйти.

На экране призрачная жуть набирала обороты, а в центре зрительного зала вдруг поднялась с места девушка и быстро пошла налево, ловко минуя чужие колени. Катя? Да, Катя.

Она подошла к Руслану, взяла его за руку и потащила на их места в конце зала.

Когда они сели, Катя разжала другую руку, бросив на колени своему спутнику светящегося желеобразного монстра.

— Я же говорила, что это “фу!” Вот теперь ты и сам видишь. Но я его поймала, так что ты должен мне поцелуй! Долг возьму не сейчас. Сейчас мне мерзко.

Катя картинно поёжилась.

Руслан ухватил начавшего съезжать с его колена монстра на скользкий край, начертил на желеобразном теле уничтожение — и от паразита не осталось ничего. Кроме ощущения слизи в левой руке.

В фильме началась вторая мистическая история, но что случилось в первой Руслан, конечно, не запомнил.

— Всё, настроение на кино прошло. Пойдём кофе пить, — недовольно сказала Катя. — И не вздумай там кого-нибудь ловить!

Под зловещую музыку они вышли из зала и направились к фуд-корту. Но там Кате не понравилось, и она повела Руслана в кофейню на другом этаже.

— Вот тут миленько! — сказала она. — Заказывай кофе на свой вкус, но чтоб сладкий и вкусный! И чизкейк хочу, классический. А я пошла отмывать руку от этой твоей мерзкой слизи!

Катя ушла, а услышавшая её последнюю фразу официантка с изумлением посмотрела на Руслана. Но тот не обратил на неё внимания. Левый глаз вдруг разболелся с такой силой, что Руслан едва не упал со стула. Он стиснул зубы и ждал, пока боль ослабеет.

Что-то происходит. Что-то, касающееся его, Руслана. И он понятия не имеет, что это и где оно.

— Рассказывай давай, что с тобой происходит, — сказала невесть когда вернувшаяся Катя. — Я и так вижу, что с тобой какая-то ерунда творится, но очень интересно, какая именно!

И Руслан рассказал.

Жертва

11 января

Первый экзамен поставили на среду. К сессии Руслана допустили без проблем, несмотря на то, что курсовая пребывала всё в том же состоянии, в каком он оставил её в начале учебного года. Видимо, Лазарев милостиво решил дать ему время до весны. И то хорошо.

Славик, получивший “отлично” автоматом, с утра прислал пять стикеров на удачу. Катя тоже пожелала удачи и написала, что собирается сегодня заниматься с Региной “девчоночьими делами”. Вот и славно.

Яркое солнце за окном обманывало только самых доверчивых: который день было ясно, но очень холодно.

На остановке подмёрзший Руслан краем глаза заметил немолодую женщину в зелёном длинном пуховике. Пуховик был неправильно застёгнут: правая половина некрасиво топорщилась. Женщина не замечала неправильности. Наверное, надо было подойти и сказать, но как раз подошёл нужный троллейбус, и Руслан, секунду помедлив, заскочил в открывшуюся дверь. В конце концов, ничего опасного в неправильно застёгнутой одежде нет.

Через остановку он почувствовал чей-то взгляд. Огляделся. Женщина в “неправильном” пуховике стояла в глубине салона и ласково улыбалась, глядя на него. Руслан попытался вспомнить, где он её видел. Может, знакомая родителей? Вроде бы нет...

Между ним и женщиной встал высокий бородач. Ладно, наверное, она просто заметила чужой взгляд, вот и стала смотреть в ответ. А улыбается потому, что дружелюбная. Бывает и такое.

В наушниках мощно заиграл трек Rammstein, и Руслан отвлёкся от пустых мыслей. Надо или музыкой наслаждаться, или об экзамене думать. Он выбрал первое.

Перед университетом Руслан снова заметил в толпе зелёный пуховик. Но, наверное, это другая женщина в похожей одежде. Не гоняется же за ним эта тётка?

На экзамене по истории социологии Руслан получил четвёрку. Преподавательница долго-долго мучала его дополнительными вопросами, но в итоге кивнула и поставила “хор.”

После экзамена утомлённый, но вполне довольный собой Руслан собирался ехать к наставнику.

В прошлое воскресенье после разговора с Катей он позвонил Бьёрну, и тот приехал в торговый центр. Осмотрел ученика, выслушал отчёт о приступе и сообщил, что тот наёмник, который прошлой зимой охотился на Демона, сидит, где ему и положено. А вот Лиля, к которой у Бьёрна было много вопросов, погибла. Наставник как раз выяснял детали, и ему обещали предоставить информацию в среду.

Левый глаз, кстати, перестал болеть и с тех пор Руслана не беспокоил.

Он задумался, не зайти ли в кафе согреться и выпить кофе или сразу ехать к наставнику, и тут увидел стоящую у газетного киоска женщину в “неправильном” пуховике. Она опять смотрела на Руслана и улыбалась.

Руслан, тут же забыв о холоде, настороженно оглядел её: никаких существ вроде бы нет. Осторожно, чтоб прохожие не заметили, начертил опознание и поиск — ничего.

Тогда Руслан решительно подошёл к женщине и спросил:

— Извините, мы знакомы?

— Ну как сказать, может, и знакомы, а может, и не знакомы... — пробормотала незнакомка, будто продолжая давний разговор. — Я тебя всегда ждала, только не знала, что ты — это ты! А ты знаешь, что ты — это ты, а? А кто знает? Я вот много чего не знала, а теперь знаю!

Она улыбнулась, вроде ласково, но необъяснимо жутко, и протянула руку, намереваясь прикоснуться к его лицу. Руслан отшатнулся.

— Ну ты чего скачешь? — так же монотонно проговорила женщина. — Ты не скачи. Хотя тут, наверное, не место, не время, не судьба... Ну ничего: скоро и место, и время будет, а судьба, она уже...

Руслану стало жутко от её безмятежной улыбки и пристального взгляда светлых немигающих глаз. Но его собственный левый глаз не болел и чесался. Значит, всё в порядке?

— У вас пуховик неправильно застёгнут...

— Почему неправильно? Правильно всё. Они же перессорятся, если за ними не глядеть. А я не могу на них смотреть, мне на тебя смотреть надо. Так что я вот эту выше ставлю остальных, чтобы она за ними глядела. Под приглядом-то ссориться не будут же.

Женщина неожиданно хихикнула.

— Вам нужна помощь? — неуверенно спросил Руслан.

— Помощь, она всем нужна, — пробормотала тётка. — Всем, всем. И мышке, и кошке, и дяде Пете, и Антону со второго этажа, и мне...

— Может быть, позвать ваших родных? Или доктора?

— Доктора! — обрадовалась странная собеседница. — Доктор, он знает, что делать! Доктор скажет... Доктор, он...

Продолжая бормотать, она развернулась и поспешила прочь, неуклюже семеня на скользкой дороге.

Руслан поёжился. На всякий случай вычертил сложную связку распознающих знаков и запустил вслед уходящей. Ничего.

Видимо, это просто женщина не в себе. Может, она потерялась?

Руслан вытащил телефон и позвонил Регине:

— Привет! Ты не в курсе, что делать с потерявшимися людьми, которые... ну, не очень понимают, что с ними и где они?

— Так, если человек дезориентирован, то надо звонить в больницу. Если следы насилия есть, то в полицию.

— Нет, она просто не в себе, по-моему. Одежда надета неправильно, говорит странно. Но ходит нормально. Выглядит, не считая кнопок на пуховике, хорошо. На вопросы отвечает, но как-то сильно по-своему.

— Фото можешь сделать? Я сейчас посмотрю, нет ли у поисковиков ориентировки.

Женщина уже свернула за угол ближайшего дома. Руслан прошёлся следом, но зелёного пуховика не увидел.

— Зелёный пуховик, чёрная вязаная шапка, чёрная потёртая сумка, сапоги вроде бы. Взгляд странный. Глаза голубые.

— Погоди, сейчас узнаю.

Регина перезвонила через шесть минут: нет, ориентировок на такую “потеряшку” не было, но она на всякий случай предупредила знакомых. Потом извинилась, сказала, что сейчас занята, но потом обязательно выйдет на связь, и отключилась.

Руслан вызвал такси и через десять минут был у наставника.

— Здорово, ученик! Как твои дела? Дай-ка я тебя осмотрю на всякий случай.

— Привет. Всё нормально. Экзамен вот первый сдал. На четыре.

Бьёрн оглядел его со всех сторон, проверил знаками, потом кивнул и велел раздеваться и идти обедать.

Через пять минут Руслан осознал, насколько он голоден. Приготовленный наставником стейк выглядел так аппетитно и пах так умопомрачительно, что какое-то время Руслану было не до разговоров.

Бьёрн дождался, пока ученик сыто вздохнёт и отодвинет тарелку, потом сказал:

— Так вот, Лилька.

— Ты говорил, она умерла... — нахмурился ученик, тут же стряхивая сытую сонливость.

— Да, покончила с собой. Если точнее, то затолкала себе в рот простынь. Толкала, толкала и толкала, пока не задохнулась. Жуть. И сдаётся мне, неспроста она так.

— В смысле — убила себя или в смысле — вот таким образом?

— И то, и другое. Жуткий способ самоубиться.

— Она умерла там, где её от нервного срыва лечили? Или её уже выписали?

— Там же, в клинике.

— Ну, в клинике же нельзя просто под машину кинуться или вены порезать...

— Нельзя. За этим бдят. Но мне говорили, что Лилька склонностей к депрессии и суициду не проявляла. Ну и насколько я её знаю, такие фокусы не в её духе. И ещё один штришок: умерла она за день до того, как к нам в “офис” притащили быка. Ничего себе совпадение, да?

Руслан кивнул.

— Но как тот наёмник это делает?

— Без понятия, — пожал плечами наставник. — Но отправь-ка ты своих родителей куда-нибудь подальше пожить на неделю-другую. Он как-то следит за нами. Ну, по крайней мере за тобой. И лучше обезопаситься по максимуму. Родителей твоих надо спрятать. Славика, наверное, тоже. Игоря и Тимофея я ещё раньше предупредил. Осталось прикинуть, где нам с тобой затаиться на время.

Руслан между делом рассказал и о странной женщине. Наставник велел быть осторожным: существа существами, а люди и сами по себе могут быть опасны.

Договорились, что Руслан поедет домой и попробует уговорить родителей уехать к каким-нибудь родственникам или отправиться в путешествие. Денег Бьёрн обещал подкинуть: мол, потом однажды сочтёмся.

На улице стремительно стемнело, хотя час был непоздний. В уютном свете фонарей заснеженные улицы казались декорациями рождественского фильма, и Руслан решил пройтись. Если срезать через вон тот переулок, можно будет выйти к автобусной остановке и спокойно доехать до дома. А можно ещё...

В следующую секунду в левый глаз будто спицу воткнули. Руслан рухнул на колени, зажмурившись и прижимая ладони к лицу. Но тут же заставил себя убрать правую руку и открыть правый глаз. И в ту же секунду упал на снег и перекатился в сторону. Вскочил, еле сдерживаясь, чтоб не орать от боли в глазу.

Рядом стояла тётка в “неправильном” пуховике. Сейчас пуховик был застёгнут нормально, зато на шее красовались два шарфа, белый и синий.

Но Руслан смотрел не на шарфы, а на её правую руку. В тёткиной руке была зажата столовая ложка. Это выглядело настолько дико, что он ощутил, как по спине пробежал холодок, а губы почему-то онемели.

— Время и место! — почти пропела тётка. — Время и место, Руслан!

Он совершенно не ожидал услышать своё имя, поэтому оторопел на секунду — и странная женщина настигла его в прыжке. Подскочила почти вплотную и попыталась ударить ложкой в лицо. Руслан не дался, подставив руку, — ложка пропорола рукав пуховика. Кромка у неё заточена, что ли?

Что же это такое?! Он оттолкнул женщину и отскочил. Не бить же её. Или, если напала, то можно?

— Время и место! Потерпи! И у нас всё будет хорошо!

Тётка прыгнула, снова метя ложкой по лицу. Руслан еле увернулся, чувствуя, как нарастает паника. Что делать?!

— Волшебный глаз! Доктор сказал: глаз волшебный! Дай!

Руслан уклонился от новой атаки, прикрывая лицо, но безумной тётке удалось схватить его за руку. С невозможной силой она дёрнула видящего за плечо и почти опрокинула на снег.

— Дай глаз! Мне нужно! Нужно! Дай!

О нет. Нет-нет-нет!

Во рту пересохло. Головная боль затопила и расплавила мозг. В ушах звенело. Левый глаз слезился и ныл, отвлекая от реальной опасности.

Руслан попытался вырвать руку, но сумасшедшая не отпускала.

— Дай! Дай! — вопила она и уже совсем-совсем не казалась нормальной.

Шапка упала, взлохмаченные светлые волосы придавали ей вид ведьмы из фэнтезийного фильма. Только в пуховике. И с ложкой. С заточенной по краю ложкой, которой она хотела вырезать ему глаз.

Сердце колотилось как бешеное где-то в висках и в горле. Чокнутая сумела располосовать ему руку в запястье, между перчаткой и рукавом, и ещё дважды распороть пуховик.

Зато ему наконец удалось вырваться.

Руслан собрался бежать. Позорно и быстро. Но тётка с яростным криком кинулась на него и сшибла с ног. К счастью, он упал лицом вниз, и сумасшедшая не сумела сразу сделать то, что хотела.

Руслан извивался и дёргался, пытаясь скинуть женщину. Но она держала его изо всех сил.

И шептала:

— Время и место! Мы будем вместе! Твоё во мне! Твоё во мне!

Тётка сорвала с него шапку и схватила за волосы. Потянула на себя, заставляя запрокинуть голову.

Руслан зарычал и саданул её локтем в бок. Не деликатничая, со всей дури. Тётка взвизгнула и скатилась с него, кажется, сорвав с него скальп. Ощущения были именно такие.

Плевать. Главное, что она не добралась до его глаза.

Он вскочил.

Гулко хлопнула дверь подъезда — и рядом оказался наставник. В незастёгнутой куртке, без шапки и в тапочках.

— Ложка острая! — хрипло бросил Руслан.

— Вижу.

Бьёрн бросился на тётку. Та отмахнулась ложкой и устремилась к Руслану, не посчитав нового противника достойным внимания. Зря.

Бьёрн сшиб безумную с ног, выбил из рук ложку и велел ученику:

— Вяжем её шарфиками!

Тётка вырывалась и выла, билась в их руках и несла околесицу о счастливой семье с Русланом.

Наконец чокнутую увязали её же шарфами, а поверх затянули запястья Бьёрновым ремнём.

Быстрая, но основательная проверка никаких существ не выявила. Бьёрн вытащил из-под футболки амулет на длинном шнурке, приложил к тёткиному лбу — ничего.

— Значит, не одержимая, — пожал плечами наставник. — Просто сумасшедшая.

— Я не сумасшедшая! — обиженно сказала тётка из сугроба. — Я просто хочу родить избранного! С волшебным даром!

— А ложка тебе зачем? — хмыкнул Бьёрн. — Дети не так делаются.

— Да нет же! Это просто дети, а мне нужен избранный. Мне надо съесть его волшебный глаз, и тогда во мне зародится жизнь!

Она ласково улыбнулась и добавила:

— Иди ко мне, Руслан. Дай мне ложечку!

Руслан почувствовал, что его сейчас вывернет. Он судорожно сглотнул и на всякий случай отошёл от тётки подальше.

— А может, и не надо ложечки, ты прав, — продолжала улыбаться и бормотать безумица. — Я и так справлюсь, сама!

Руслан побледнел и чуть не выдал ужин наружу.

— Не слушай её, — сказал Бьёрн, доставая телефон. — Счас позвоним в спецотдел. Пусть они её забирают... Да-да, вы! У нас тут такое...

Пока наставник живописал “спецам”, что тут творится, Руслан старательно боролся с дурнотой и головной болью. Левый глаз перестал невыносимо болеть, осталось лишь лёгкое жжение.

— Эй, дамочка, глаз-то какой нужен, правый, левый? — поинтересовался Бьёрн.

Тётка задумалась, не глядя на Руслана. Потом убеждённо сказала:

— Левый, да.

— Она не видящая, — заявил наставник телефонному собеседнику. — Ладно. Ждём.

Потом спрятал телефон в карман и спросил:

— А почему левый?

— Ну как почему?! — возмутилась тётка. — Он же волшебный! Мне доктор так сказал!

— Какой доктор?

— Так мой же доктор, Валерий Петрович Маркин. В поликлинике. Я к нему уж шесть лет хожу.

Бьёрн и Руслан переглянулись.

“Спецы” приехали быстро. Наставник даже замёрзнуть не успел. Тётка тоже.

Видящих забрали в спецотдел и долго-долго допрашивали.

Григорий Викторович лично заходил задать пару вопросов. И смотрел на них так, будто эти двое виноваты во всех проблемах города, а то и страны или даже мира.

Отпустили их на рассвете. Из здания спецотдела за ними вышел Кошкин, не менее усталый и помятый, чем Бьёрн и Руслан.

Сказал:

— К доктору Маркину выслали группу. Его уже задержали, но он не помнит, что делал и где был в течение последней недели. А проверка показала следы одержимости. То-то в городе в последние дни какая-то дичь творится. Как будто массовое помешательство! Теперь хотя бы ясно, куда копать. Я позвоню, как новости будут. А пока — будьте осторожны, парни. Будьте очень осторожны.