Образ крови

Глава 1. Укусить Тень

Банда осаждала форт вот уже третьи сутки. Не давая и часа передышки. Лидер этих закутанных в красное уродов каким-то чудом смог объединить множество мелких группировок и заставить действовать сплочённо. Обычно отребье, населявшее близлежащие к границам Империи территории Рубиновой пустыни, вгрызалось друг другу в глотки при первом же признаке слабости. Они воевали за еду, лекарства, оружие и, конечно, за воду. Проигравшим доставалась смерть — чаще всего долгая и мерзкая. В отсутствии нормальных цивилизованных развлечений местные придумывали свои. Гарнизон, в котором служил Грегуар, насчитывал чуть более пятисот человек. Бандиты сумели набрать полторы тысячи. И атаковали форт волнами, периодически меняясь для восстановления сил и лечения. У сослуживцев Грега такой возможности не было.

В несколько прыжков он очутился на верхней ступеньке лестницы. Чуть не споткнулся о чей-то рюкзак, валяющийся на ней, и едва удержался на ногах, когда за спиной вдруг грохнуло. И, судя по звуку, завалило обломками взорванной стены проход, через который Грег только что проскочил. Полутёмный, заполненный красной пылью коридор перед глазами поплыл и на пару мгновений раздвоился, а в ушах появился характерный для лёгкой контузии противный свист. Но главная проблема только что метнулась в другой конец тоннеля гигантской многоногой тенью. Пыльный паук — не самый приятный противник. Слишком быстрый. Оборотень с такой паучьей Формой комфортно перемещался по вертикальным поверхностям и потолку. Прыгал на огромные расстояния, даже потеряв часть конечностей. Боли он почти не ощущал. Но у всех найдётся слабость. И обычный пыльный паук терял контроль, когда чувствовал кровь поблизости. Добравшись до раненого животного или человека, он рвал его до тех пор, пока жертва не переставала сопротивляться. Или погибал сам. Подходящей пищи в пустыне могло не появляться годами. Победа или смерть. Незаменимая Форма, если вы хотите устроить резню и точно не оставить живых. Потенциально оборотень способен контролировать инстинкты гораздо лучше, чем простое членистоногое, но рискнуть стоило. Грегу требовалось всего пару мгновений, чтобы отвлечь Паука. И спасти капитана. Чья гибель казалась почти неизбежной. Слишком узкий участок, чтобы Рэг мог успешно увернуться. Да и бесшумно мчащегося к нему по стене огромного Паука он просто не видел. Всё внимание капитана занимал другой бандит. Тот отчаянно сопротивлялся попыткам Рэга его задушить, вцепившись побелевшими от напряжения пальцами в стальную цепь, намотанную вокруг шеи. Грегуар потянулся сознанием к своему Медведю. Форма послушно отозвалась, и на правой руке появились тёмные медвежьи когти. Мужчина резко полоснул ими по левому предплечью и отрешился от всех остальных мыслей. У него оставался всего один шанс на удачный прыжок. Уловив новый, более сильный источник крови, уже изготовившийся к решающему броску, Паук на секунду замер, а потом животные инстинкты взяли верх над человеческим разумом. Слишком увлёкшийся азартом охоты оборотень резко развернулся и с той же скоростью рванул обратно, за мгновения сокращая почти всё немалое расстояние между ними. Грегуару хватило выдержки подпустить Паука достаточно близко. Мужчина оттолкнулся от пола и поднырнул под летящую на него тушу. С хрустом изменил человеческие челюсти на медвежьи, схватил ближайшие волосатые паучьи ноги и дёрнул оборотня на себя, целясь в середину мягкого брюшка — самую уязвимую часть. И самую отвратную на вкус, как он успел убедиться. Медвежьи клыки погрузились в тело Паука, как в тёплое рыхлое одеяло, и разорвали его почти с тем же звуком. Когда оборотень умирает, он переходит в изначальную, человеческую, Форму. Бывший Паук беззвучно рухнул на пол, заливая камни содержимым разодранного живота. Грег провёл рукой по медвежьей морде, постепенно возвращая нормальное лицо и отмечая, что звон в ушах от взрыва так никуда и не делся. Мужчина сплюнул остатки желчи и крови Паука и развернулся к медленно идущему в его сторону капитану, чей противник валялся без движения. Вид у Рэга был не лучше, чем у его спасителя. Уставший. Грязный. В частично изрезанной форме. И его характер это, естественно, не улучшило: — Тупее ничего не родил, лейтенант? — прохрипел капитан. Грег предпочёл не отвечать. Требовалось срочно придумать, как выбираться, раз путь назад оказался отрезан. Если дальше на этаже где-то уже образовался прорыв, через который сюда пролезли оба бандита, — значит, скоро появятся и другие. Рэг достал из оставленного у лестницы рюкзака аптечку и передал бутылку с антисептиком. Грегуар оторвал от рубашки остатки левого рукава и залил порезы от когтей жгучей жидкостью. Жара и пыль за час превращали даже неглубокие раны в очень большую проблему. Грег вернул бутылку капитану, который тут же распечатал упаковку с бинтом и с завидной скоростью принялся перевязывать его предплечье, прислушиваясь к тому, что происходит вокруг. — Велели отступить к зоне транспортного «Окна» и держаться там, — понизив голос, запоздало передал полученный приказ Грегуар. — Отряд уже отошёл. Остались только мы. Но проход завалило. Рэг закончил перевязку и кивнул: — Ладно. Сделаем так… И они оба повернули головы на резкий скрежещущий звук, донёсшийся из-за груды камней у подножия лестницы. Кто-то разбирал завал с другой стороны. Точнее — с невероятным усилием создавал в нём узкий проход. Грегуар попытался спуститься и помочь, но капитан молча дёрнул его за плечо, делая знак отойти. И не ошибся. Маги форта не славились аккуратностью. Гастингсу явно надоело ворочать камни по одному, поэтому он просто снёс часть энергетическим ударом. Если бы Грег сейчас стоял на лестнице, то заработал бы несколько переломов. Лицо, тёмные волосы и рубашку мага заливал пот. На мгновение в его голосе отразилось недоумение: — А я решил, что вы сдохли, — устало просипел он. — Пора валить. Двигайтесь. Грегуар удивился: смысл разбирать завал ради двух трупов? Но выбрал не тратить время на расспросы. Они с капитаном по очереди протиснулись через зазор, стараясь не закашляться от поднятой ударом пыли, и вернулись в слабоосвещённый зал. А дальше Грегуара спасли звериные инстинкты Медведя, который внезапно подал сигнал об опасности и заставил резко сделать дополнительный шаг вперёд. Раскрытая ладонь Гастингса с вложенным в неё заклинанием лишь скользнула по спине. Но и этого хватило, чтобы вывести его из игры. Грег осознал, что падает, не в силах даже поднять перед собой руки. Паралич постепенно захватывал тело, удалось только слегка повернуть голову. Боль от столкновения с полом полностью заглушило накатившее бешенство. — Тварина! Ты всех сдал! — прорычал он. Взрыв и разрушение стены не были атакой извне. Это Гастингс пытался убить его ещё при заходе на лестницу. Наверняка спелся с бандитами под какие-то сладкие обещания. Капитан Рэг благодаря опыту соображал и реагировал быстрее. Он изменил ноги на шакальи и длинным прыжком ушёл в сторону от такого же смертоносного касания. Но дрался Рэг с не менее старым оборотнем. Да ещё и магом. Скорость, с которой Гастингс сократил расстояние между ними, превратила его в размытое цветное пятно. И вот капитан уже стоит на коленях и уткнувшись лбом в пол, вцепившись в собственную шею, безуспешно пытаясь остановить невидимую силу, сдавливающую горло. Несмотря на сковавший спину паралич, Грегуар рискнул призвать медвежью Форму, но сделал только хуже. От судороги, безжалостно прошедшей по телу, захотелось взвыть и сломалось несколько рёбер. Второй раз за день он видел неизбежную смерть капитана. И второй раз ошибся. Как и Гастингс, который, достав из сапога нож, собирался добить Рэга ударом под левую лопатку. Разорванная в предыдущей драке рубашка капитана почти не закрывала спину, поэтому Грег смог рассмотреть шокировавший его процесс во всех деталях. Прямо перед тем как оружие коснулось кожи капитана, мышцы на его спине пришли в движение, формируя в месте удара жёсткий блок. Яркая демонстрация мастерского владения телом. И Гастингс явно этого не ожидал. Удар расколол нож, позволив лишь части лезвия воткнуться в плоть. Затем маг умер. Нижняя половина тела Рэга обратилась гигантским скорпионьим хвостом, и огромное жало пробило горло Гастингса, на лице которого застыла маска неподдельного изумления. Капитан упал на грязные камни рядом с поверженным магом, жадно хватая ртом пыльный воздух. Ноги мужчины постепенно возвращали человеческие очертания, а по окровавленной спине с торчащим осколком ножа расползался чёрный синяк. А ещё их нашли. Для разнообразия — не враги. Перенесли на носилках в безопасную часть форта и передали медикам. Даже в ослабленном варианте заклинание Гастингса могло убить, но Грега больше волновало увиденное — и вызванная этим здоровая зависть. Оборотнические Формы одновременно являлись и источником дополнительных сверхчеловеческих способностей, и сосудами энергии, увеличивающими срок существования. И время Грегуара постепенно истекало. Для продления жизни, помимо Медведя, развиваемого с детства, ему полагалось инициировать следующую Форму. Но она не проявлялась. Что бы он ни делал, а точнее — не ел. Ведь для активации лика в крови требовалось съесть соответствующее животное, птицу, насекомое и так далее. И ничего не работало… В идеале животная ипостась наследовалась от предков и просыпалась сама, без стимула. Но это в идеале. Капитан же владел не только полноценной второй Формой, но и невероятно эффективным умением трансформировать организм просто по желанию. Навыком, доступным лишь единицам. — Не кисни, лейтенант. Прорвёмся, — прохрипел с соседней койки Рэг, из спины которого хирурги как раз начали извлекать остатки ножа. — Если мы оба переживём сегодняшний день, научите вашей штуке со спиной? — успел внаглую спросить Грег, ощущая, как паралич подбирается к диафрагме. — Ну, от скромности ты точно не умрёшь…

***

Грег нуждался во второй Форме почти как в воздухе. Но она отказывалась проявляться, на какие бы ухищрения он ни шёл. Без неё ему никогда не присвоят звание капитана. Без неё он просто не сможет выжить. Его возраст давно перевалил за сто сорок — предельный этап для получения второго лика. Ещё немного и организм начнёт сдаваться. Сейчас он выглядел на тридцать с небольшим и чувствовал себя прекрасно, но скоро это закончится. Тело ослабеет, и за пару лет молодой мужчина превратится в настоящего старика. Умирать не хотелось абсолютно, как и бросать тень на свою Семью, в которой пока не рождалось тех, кто не смог развить все три Формы в положенный срок. А он застрял на второй. Грегуар сделал глубокий вдох и заставил внимание отвлечься от крутящихся по кругу назойливых мыслей. Закат над барханами Рубиновой пустыни никогда не разочаровывал. И если кочующие банды решали дать форту небольшую передышку между очередными попытками штурма — то этим великолепием можно было наслаждаться часами. Золотой диск солнца плавил горизонт, создавая многочисленные миражи и заставляя горы красного песка отбрасывать в стороны извилистые бурые тени. В такие моменты пустыня превращалась в единое море самых удивительных красок, накатывающих волнами друг на друга. Но сегодня среди них возник кое-кто ещё. Мужчина беззвучно выругался, когда тень от ближайшего к укреплениям бархана вдруг шевельнулась и обрела очертания двух длинных, очень худых фигур, лишь условно напоминающих человеческие. Странная пара выждала несколько минут, а затем побрела прочь, стараясь не выходить на яркие участки пространства, которыми пока ещё владело солнце. Скучающий рядом Рэг издал тихий смешок: — Серьёзно, Грегуар, сколько лет ты уже в Рубиновых песках? Двадцать четыре? — Двадцать шесть. — И никогда не слышал о «стоящих по обе стороны»? — продолжал улыбаться капитан. — Слышал, но не встречал. — Поздравляю. Кстати, пялиться на них — дурная примета. — Я не суеверен. Рэг пожал плечами и отвалил по своим делам, а Грегуар продолжил внимательно наблюдать за странными созданиями, коих одни народы пустыни называли злыми духами, другие видели в них заблудившиеся души погибших в песках людей. Самый распространённый миф утверждал, что эти существа являлись хранителями мира мёртвых — Фах-аш-кан-дин. На имперский слово переводилось как Владения Бесчувствия — место, куда, по верованиям пустынников, человек попадал после смерти, чтобы найти дверь в следующую жизнь. Считалось, что если ты встретил «стоящего по обе стороны», то лучше уступи ему дорогу. Среди живых они появлялись лишь для того, чтобы предупредить о чьей-то скорой кончине. В их гарнизоне часто травили истории, как люди-тени иногда приближались к караванам и просили что-нибудь, но Грегуару в это слабо верилось. В Империи маги предпочитали заниматься прикладными вещами — собирать артефактные устройства, сложные магические механизмы или лечить. А области мифов и легенд, для которых не находилось практического применения, их мало интересовали. Духи — в том числе. Природный энергетический фон в Империи был гораздо ниже, чем в Рубиновой пустыне, и подобные сущности в нём просто не выживали. Так писали в научных журналах. Непонятные создания, словно сотканные из бесплотной тени, наконец, исчезли за очередной «волной» песка, оставляя Грега с тысячей вопросов без ответов. Тогда он ещё не знал, что прощается с темой духов ненадолго.

*** Проверка близлежащих к форту пещер — рутинная задача. Их гарнизон не мог позволить себе постоянное нахождение там людей, поэтому периодически зачищал территорию от любых гостей, которым вдруг захотелось там обосноваться. Грегуар уже давно научился безошибочно ориентироваться в здешних узких коридорах. Опираясь на своё отличное чутьё, он всегда точно мог сказать — есть ли в следующем зале или проходе кто-то живой или нет. Поэтому капитан обычно отвечал на его инициативу «пойти первым» согласием, а точнее, словами: «Если хочешь сдохнуть первым, то — пожалуйста». Осмотрев очередной участок, мужчина подавал звуковой сигнал остальной группе с помощью специального свистка. Интуиция ошибалась крайне редко, поэтому, оказавшись в очередной «пустой» арке, оборотень дёрнулся и резко отпрыгнул назад, заметив на полу длинную чёрную фигуру. Человек-тень сидел, откинувшись на стену, и безуспешно пытался вытащить из живота короткое копьё, пригвоздившее его к камню. Полупрозрачная теневая рука раз за разом проходила сквозь древко и обречённо падала на пыльный пол, не поднимая и крупицы песка. Магия. В которой Грегуар мало что понимал. Мужчина внимательно присмотрелся к наконечнику. Бронза или другой похожий по цвету металл. Такие копья делали практически в каждом мирном местном племени, которое он встречал. Военные богатых пустынных королевств предпочитали более практичное оружие. Видимо, каким-то образом наконечник мог воздействовать на Тень, постепенно убивая её. Чуть ниже центра груди у «раненого» равномерно вспыхивала какая-то искорка. Однако происходило это всё реже и реже. Грегуар оторвал взгляд от копья и понял, что Тень на него смотрит. Её — его? — лицо, постоянно меняло черты. Нет ощущения опасности. Слушая инстинкты, он медленно подошёл к духу и показал на копьё. Тень кивнула. Тогда мужчина потянул за конец древка и вытащил его. Неожиданно до этого молчавшая Тень вдруг издала тихий, но полный облегчения стон. Десятым чувством Грегуар понимал, что она всё равно умирала, но теперь уже на своих условиях. Тёмный человек снова кивнул, но на этот раз с эмоцией благодарности, а затем засунул жуткие длинные пальцы внутрь своего тела и вытащил крохотный камешек, больше не вспыхивающий, но тускло светящийся золотым цветом. Тень протянула подарок лейтенанту, и тот его принял: — Спасибо. «Стоящий по обе стороны» улыбнулся, затем сделал странный жест, словно прощаясь, и беззвучно рассыпался в ничто. И Грег, наконец, заметил, насколько сильно у него трясутся руки и как по лбу и вискам, безжалостно разъедая глаза, течёт пот. Нужно что-то решать! Прямо сейчас! Камень вот-вот погаснет! Не придумав ничего лучше, Грег спешно положил самоцвет в рот, собираясь проглотить его. С тем же успехом он мог попытаться укусить транспортный портал. Возможно, это оказалось бы не так больно.

*** Сознание вернулось рывком, и он сразу же пожалел об этом. Его куда-то несли. Руки и ноги связаны, и через несколько мгновений, когда все ощущения вновь заработали на полную, мужчина понял — почему. Тело непрерывно трясло мелкой дрожью, ритм которой периодически нарушался только особо сильными судорогами, будто пытающимися сломать сразу все кости в конечностях. Он не мог кричать. Каждый вдох давался через силу. Вся нижняя половина лица сожжена. Нос, губы, язык, зубы, горло превратились в одну сплошную массу, едва пропускающую воздух. По ходу движения разум Грегуара периодически милостиво отключался, и в очередной раз вынырнув из забытья, он понял, что находится в госпитале форта. Врачи пытались сделать хоть что-нибудь для облегчения его состояния, но получалось у них плохо. Видимо, что-то повредило не только лицо, но и нарушило работу нервной системы. Судороги не прекращались, и организм игнорировал любые дозы обезболивающего и лекарств, которые доктора решались ему вколоть. Со временем пришёл жар — и страх, что это состояние уже никогда не закончится. За долгую военную карьеру лейтенант несколько раз находился при смерти, получал опасные ранения, переживал пытки и просто избиения, но эти состояния были ему знакомы. То, что происходило сейчас, являлось чем-то совсем другим, непохожим на обычную боль и грань смерти. Чувства начали то включаться, то выключаться сами по себе, без какого-либо намёка на логику или объективную причину. Он спал урывками и уже не мог определить, что реально перед ним, а что есть плод перегруженного ощущениями воображения. На этом фоне голод казался островком рациональности среди той какофонии чувств и эмоций, в которой оборотень варился круглосуточно. Сначала врачи старались кормить Грега через трубку, но желудок упрямо отвергал любую жижу, которую в него пытались влить. Медикам пришлось отступить. Всё, что им оставалось, — поддерживать пациента в элементарной чистоте. Что в условиях местной жары уже воспринималось большим благом и облегчением. Сколько прошло времени за пределами импровизированной тюрьмы, в которую внезапно превратилось тело, Грегуар не знал. Зато научился предсказывать наступление следующего мощного приступа судорог по волне жара, поднимающейся от пяток до макушки. Однажды мужчине удалось подслушать разговор двух медбратьев о том, что он давно комиссован, и Семья уже несколько раз пыталась его забрать или хотя бы навестить. Но им отказали. Никто не хотел подставлять себя, приглашая в зону повышенной опасности высокородных особ, а отправлять пациента с такими симптомами сквозь транспортное «Окно» доктор не соглашался категорически. В итоге всем, включая больного, приходилось ждать либо смерти, либо чудесной развязки. Грегуар чувствовал, что накапливающаяся усталость постепенно вытесняла из сферы внимания всё остальное. Он попробовал вывести судьбу на следующий уровень, обрести вторую Форму, в которой нуждался, но, видимо, не получилось. Ничего не поделаешь. Лик Медведя, живший в его сознании, поддерживал мнение хозяина полностью. Они пытались — но не улыбнулось. Единственным раздражающим и заставляющим невольно цепляться за унылую действительность фактором был капитан Рэг. Ненормальный человек, который никогда до этого не лез в друзья, в отличие от остальных сослуживцев, сдавшихся ещё в первые недели, приходил его навестить каждый ненавистный день. Рэг часами сидел рядом на стуле и нёс такой неповторимый бред, что если бы Грегуар мог скрутить уши трубочкой, чтобы не слушать, он бы так и сделал. Капитан рассказывал про своё детство, бывших и почему-то будущих девчонок, о планах на пенсию, о принципах непротивления року и даже пытался зачитывать письма от родни Грега, которые, скорее всего, сочинял сам. От полного безумия его удерживало другое безумие, не желавшее заткнуться хотя бы на сутки, чтобы Грег мог со спокойной душой уснуть и больше не проснуться. Спасение пришло, когда он уже перестал ждать. С ним случился приступ такой силы, что многострадальная кровать, к которой его привязали, наконец, частично сломалась, и Грегуар трясущимся мешком свалился в угол. Он попробовал скосить глаза, чтобы посмотреть — целы ли ступни, до этого пытавшиеся вывернуться под совершенно неестественным углом, и невольно задержал вдох. Вся нижняя половина тела не просто уцелела, она не тряслась. Руки, всё ещё прикованные к кровати, и туловище привычно сокращались в своём мелком ритме, но не ноги, на которые падала чёрная жирная тень от шкафа с медикаментами. Не может быть… Не понимая, откуда берутся силы, мужчина пополз в сторону шкафа, таща за собой куски бывшего ложа, жаждая обрести долгожданное облегчение, а получив его — отрубился. Как рассказывали впоследствии другие пациенты палаты, на шум, естественно, прибежал медперсонал, и Грегуара попытались переложить на свободную кровать, но его тело, не просыпаясь, отшвыривало от себя всех, кто пытался к нему прикоснуться. После нескольких неудачных заходов буйного решили оставить в покое на каменном полу, на котором спалось лучше любой самой дорогой перины. К вечеру, когда тень сместилась и темноты стало больше, Грег проснулся и, не дожидаясь следующего приступа, пополз к рабочему столу старшего медбрата, на котором горела свеча. И рядом с которым сохранялась спасительная тень. Через несколько дней весь форт увлечённо обсуждал, что Грегуар из Дома Северного Когтя окончательно чокнулся и ползал за каждой тенью в комнате. Но на самом деле оборотень шёл на поправку. Тень снимала приступы, она помогала отрешиться от всех физических ощущений. Они не исчезали, но теперь он мог их игнорировать. Каждый день Грег учился и учился черпать энергию из этой непонятной и молчаливой стихии, частью которой теперь, видимо, являлся. Ему требовались силы на выздоровление. Со временем его снова стали кормить через проклятую трубку, но эту мерзость можно было пережить. Когда он окреп, и врач убедился, что приступы судорог полностью прошли, ему оформили разрешение на транспортировку домой. Перед отъездом Грегуар попытался найти капитана Рэга, который предпочёл «исчезнуть» ровно в тот день, когда ему стало лучше, чтобы поблагодарить за поддержку, но в ответ получил новость, не имеющую ровным счётом никакого смысла. Капитан Луис Рэг погиб в бою на следующий же день после того, как Грегуар загремел на больничную койку. Ему показали могилу, точнее — место, с которого развеяли прах капитана. Вера Рэга предпочитала сожжение погребению. Грег не знал ни что сказать, ни что думать по этому поводу. Зато слухов о его безумии стало ещё больше. Разумеется, ни про какую «волшебную тень» или говорящих призраков он никому рассказывать не собирался. Настало время отправиться домой, взращивать вторую Форму, приобретённую столь тяжким трудом, и строить жизнь дальше. Со слухами о невменяемости можно легко справиться и потом.

*** Однако возвращение в «Исток Стужи», в родовое гнездо Дома, прошло сложнее, чем представлялось. В глаза ближайших родственников, всё это время пытавшихся до него добраться, было больно смотреть. Собрались все: родители, братья, сёстры, дядя. И Грег ровным счётом ничего не мог им сказать, только написать на бумаге, так как язык пока отказывался работать. Ему предстояли ещё месяцы, возможно, годы лечения. Лишь к вечеру первого дня он смог остаться с отцом один на один. Точнее, Доминик просто выгнал остальных вон из спальни, а затем начал молча разматывать бинты на лице Грегуара, которыми тот попросил врачей скрыть шрамы перед отъездом. По взгляду Главы Дома Грег понял, что лучше не спорить, а дать ему все ответы, которые тот хотел получить. Отец долго рассматривал обгоревшую челюсть: — Ты знал, что мы писали письма? — с горечью в голосе спросил он. Грегуар вспомнил капитана Рэга с «его» письмами… и кивнул. — В отчёте о нападении на тебя нет ровным счётом ничего, чтобы хоть как-то объясняло это, — Доминик указал на его рот. — С кем ты сражался? Грег отрицательно покачал головой и написал: «Всё происходило не так». — А как? «Я получил вторую Форму». Брови Доминика взлетели вверх: — И какую же? «Я покажу. Пока частично». Грегуар свесил правую руку с кровати и постарался полностью расслабить кисть. До состояния невесомости. До состояния по-настоящему бесплотной Тени. Отец следил за тем, как конечность постепенно превращается в нечто длинное и почти нечеловеческое, и улыбался: — Ты всегда умел удивить меня, сын. Факт инициации им второго лика пока скрыли. Никто, кроме родителей, не знал. Такие вещи далеко не всегда в принципе стоило афишировать, не говоря уже о необычности самой ипостаси, вписывающейся в общепринятые стандарты с большой натяжкой. Самый распространённый вид Формы — физическая. Оборотень буквально становился кем-то другим: зверем, птицей, насекомым, рыбой — неважно. Духовная Форма — огромная редкость. Склонность к ней демонстрировали лишь редкие этносы с уникальным набором наследственности. Но можно ли Тень считать духом? Ещё год ушёл у мужчины на полное физическое восстановление. Разговоры о безумии быстро «перекрыли» историей о героическом сражении Грегуара сразу аж с тремя вражескими шаманами, в котором, конечно же, он героически победил и не менее героически пострадал. Благо символический «отдел слухов» в их Доме возглавляла мать. И справлялась она со своей работой мастерски. Прочие «странности» списали на экспериментальные лекарства, которые ему действительно кололи. Пришлось заново пройти медкомиссию и сдать несколько дополнительных тестов. Грега восстановили на службе, и следующие два с половиной года он служил в столице, в одном из военных министерств. До того самого злополучного дня, пока чья-то подстава не перечеркнула его военную карьеру навсегда.

Глава 2. Трибунал абсурда

В культуре Великих и Малых Домов презирали праздность, безынициативность, лень. Каждый в Семье должен приносить пользу. Чем ближе ты к правящей верхушке клана, тем больше выдающихся умений и заслуг от тебя ожидают. Старший брат Грегуара, Александр, возглавлял юридическую службу Дома и считался одним из лучших специалистов по праву в стране. Второй брат, Калеб, командовал семейным торговым флотом. Сёстры, Бэлла и Аделин, занимались развитием производства красок и других товаров, необходимых художникам и скульпторам. Младшие родственники — Маркус и Леонард, тоже могли похвастаться ценными талантами. Первый уверенно строил научную карьеру, а второй активно поддерживал мать в её бесконечных кампаниях по управлению слухами. Грег же не чувствовал в себе склонности ни к одному из этих занятий. Поэтому, когда пришло время решать, куда пойти учиться, он выбрал Академию военных искусств. И через год после выпуска подписал бессрочный контракт. В общей сложности на разных участках границы Империи он провёл более века. Это считалось почётным. Хоть и очень опасным. Представитель Великого Дома, проливающий кровь за родную страну вместе с обычными солдатами, повышал значимость Семьи в глазах общества и Императора. Грегуар слишком долго варился во всём этом, чтобы представить себя где-нибудь ещё. В роли кого-то другого. Когда его комиссовали по состоянию здоровья, отец предложил поискать что-то новое. Поспокойнее. Но Грег отказался. Всё по тем же причинам. Не видел для себя ничего иного. Однако судьба распорядилась по-своему. *** В задании, которое выдали в министерстве, не было ничего необычного. Его отряд номинально являлся частью имперской гвардии, поэтому периодически сопровождал важных чиновников, перевозил посылки и документы особой секретности. Не задавая вопросов, разумеется. Так получилось и в этот раз. Требовалось эскортировать карету с имперским гербом от одного транспортного узла к другому. Работы часа на полтора. Некоторые представители знати никогда не путешествовали обычными дорогами. Для них между городами Империи, и даже многими странами, создали отдельную энергологистическую систему мгновенного перемещения, спрятанную от посторонних глаз в глубоких парках и лесных массивах, прилегающих к тому или иному городу. Грегуар вёл своих людей по закрытой транспортной ветке Восточного парка столицы, придерживая скорость колонны ровно настолько, чтобы государственного гостя не укачало в карете. До следующей развязки оставалось ехать всего ничего. Тихий гул заряжающихся энергией площадок уже отчётливо слышался, как минимум — оборотню с его опытом. Но появившееся без предупреждения «Окно», возникшее прямо посреди дороги, заставило мужчину мгновенно остановить группу. Согласно Уставу, в подобной ситуации следовало немедленно направить колонну в «Окно», так как открыть его прямо посреди пустого пространства и без нормальной приёмной площадки могли только из самого министерства. На практике такое случалось крайне редко — слишком энергозатратно, и лишь в том случае, когда «гостю» или «посылке» грозила опасность, о которой сопровождающих не уведомили. Инструкции предписывали пропустить карету вперёд, а затем последовать за ней. Однако инстинкты в крови нашёптывали противоположное. Что-то совсем неправильное слышалось в хищном треске, исходящем от «Окна», в сгущающихся тенях, скользящих по дороге, словно в предвкушении чего-то… Обе Формы выражали согласие с хозяином. Происходило что-то не то. — Милорд? — донёсся справа слегка удивлённый голос капрала. Джим привык, что приказы отдаются быстро. — Развернуть «Черепаху», — сделав судьбоносный выбор, велел Грегуар, уже почти не сомневаясь в том, что случится дальше. Задействовать самый мощный защитный артефакт оказалось единственным правильным решением, которое он мог принять за несколько секунд до того, как «Окно» разлетелось на куски, заливая всё вокруг жёлтым искрящимся огнём. Поступи он по Уставу — и убил бы всех, включая себя. Однако благодарностей в ответ не последовало.

Импровизированный трибунал над ним провели очень быстро. Можно сказать — даже с похвальной для министерства скоростью. Взорвавшееся «Окно» уничтожило лишь близлежащие зелёные насаждения, оставив после себя густое облако вонючего дыма. «Гость», отряд и лошади остались абсолютно целы, а примчавшаяся на место транспортная охрана сопроводила их до зоны перехода. Арестовали Грега уже потом. Подчёркнуто вежливо пригласили в подвалы министерства и заперли в одиночной камере «до выяснения». Очутиться в первый раз «по ту сторону» решётки было непривычно и даже почти интересно. До этого дня он всегда выступал в роли человека, запирающего других на замок. Спустя несколько часов созвали экстренное заседание по его делу, на котором объявили, что «промедление» Грегуара могло стоить жизни крайне важного для безопасности Империи гражданина. Что столь вопиющее нарушение Устава не должно остаться без внимания. Но о его прежних заслугах и безупречной репутации Дома никто не забыл, поэтому следующие пятнадцать лет он продолжит служить на благо Империи в любом регионе, который выберет на свой вкус Глава Дома Северного Когтя. То есть ссылка. Иными словами, министерство сказало его Семье ровно следующее: «Забирайте своего неуча. Такие идиоты нам не нужны». Про то, что «Окно» перехода со всей очевидностью появилось в неисправном состоянии, никто предпочёл не упоминать. Слово «абсурд» — самое мягкое из тех, что пришли на ум, но жизненный опыт и интуиция настаивали на молчаливом согласии. С непонятными и опасными сложностями Грегуар предпочитал разбираться с холодной головой, когда бешенство поутихнет.

Из камеры его выпустили только через три дня для разговора с отцом. Всё это время Глава Дома Северного Когтя решал юридические вопросы, и Грегу оставалось покорно ждать его волеизъявления. Несмотря на поздний час, свечей в кабинете не зажгли. Энергетические лампы Доминик не любил, поэтому из источников света — лишь камин, напротив которого и сидел Глава Дома. Он жестом указал на соседнее кресло. Сын молча сел, приметив конверт без адреса, лежавший на маленьком журнальном столике между ними. По лицу отца редко читалось, о чём он думает на самом деле. Грегуар ожидал длинной паузы, но Доминик заговорил практически сразу: — Надеюсь, ты понимаешь, что я должен отослать тебя как можно скорее. За долгие века жизни папа научился мастерски владеть эмоциями и вкладывать их в голос, только когда ситуация этого действительно требовала. В большинстве случаев его мимика и тембр речи сохраняли нейтральность. Но сегодня отец намеренно старался общаться мягко, что вызывало ещё большую тревогу. Только сейчас Грег заметил расстёгнутые верхние пуговицы на рубашке, что обычно свидетельствовало о крайней степени усталости. — Готов ехать куда скажешь. — Возьми конверт. В нём расписка о передаче земель провинции Иденс во владение нашему Дому. Побудешь там управляющим какое-то время. Грегуар удивился, но промолчал. — Твой дядюшка Станислав буквально вчера выиграл это место в карты. Клянётся всеми святыми, что «дело стоящее», — Доминик передал улыбку голосом, но выражение его лица осталось прежним. Мужчина осторожно взял конверт и рискнул спросить: — Далековато от моего обычного профиля. Отец бросил на него долгий взгляд, а затем снова повернулся к огню: — В необычные времена нужно пробовать нестандартные решения, — он немного помедлил. — Научишься новым вещам, а пока я найду тех, кто решил сыграть с нашим Домом в эту «занимательную» игру. — Думал, кто-то планировал убрать «Гостя», а моё участие лишь совпадение, — пока отец находился в подходящем настроении, стоило задавать назревшие вопросы. — Совпадения, в которых погибает сразу несколько представителей Высшей знати, за текущее десятилетие, даже два десятилетия, были очень редки, сын. Точнее сказать — их не случалось. — Поэтому ты отсылаешь меня настолько далеко. Ожидаешь повторения? Доминик сделал в воздухе неопределённый вращательный жест: — Некоторые партии можно разыгрывать очень долго, и пока предпочту, чтобы ты находился подальше от их эпицентра. Само предположение о том, что хотели убить и его тоже, меняло практически всё, но сейчас Грег поделать с этим ничего не мог. Его ждала ссылка.

*** Настолько сложные заказы Семье попадались нечасто. Обычно элита Империи не рисковала сильно мараться и предпочитала интриги пролитию крови. Но не в этот раз. Грегуар из клана Северного Когтя считался опасной целью не только из-за боевого опыта. Эффективность службы охраны его Фамилии была широко известна и за пределами страны. Иными словами — до «объекта» убийца мог просто не дойти. Однако работа есть работа. В прошлом Великий Дом Богомола либо выполнял контракт чисто, либо возвращал деньги. Для начала стоило изучить распорядок и окружение цели, явное и скрытое. Тем более что лорд намеревался выехать из столицы.

Глава 3. Взгляд в спину

Состав медленно набирал ход, позволяя пассажирам любоваться безупречностью старинного фасада Центрального имперского вокзала. Однако Грегуар, смотревший в окно, видел перед глазами совсем иные картины. Беспокойный ум снова и снова упорно и безжалостно возвращал к событиям прошлой недели, заставляя искать в памяти упущенные детали и подсказки, объясняющие, что же в действительности произошло.

Бесконечные интриги между Семьями считались в стране чем-то вроде национального спорта, но он никогда не принимал в них особого участия. Да и убийство — к излюбленным методам знати не относилось. Личных врагов, способных на подобный поступок, он не завёл. Всё это не имело никакого смысла. Разве что кто-то хотел нанести удар Дому Северного Когтя в целом, а Грег удачно подвернулся под руку.

При этом предчувствие, что увозящий его прочь из столицы экспресс и предшествующее покушение — лишь первые капли зарождающейся бури, а проблема намного сложнее и её последствия не смогут предсказать даже лучшие аналитики Дома, никак не желало отпускать. Или же потенциально сломанная карьера настолько выбила из колеи, что он начинал воспринимать всё в чёрном цвете. Общаться не хотелось абсолютно, но его родственника это не волновало.

Маркус зловредно мешал думать, безжалостно расправляя страницы купленной на вокзале газеты:

— Не надо хандры, брат. Всего пятнадцать лет ссылки. Погоны-то с тебя не сняли. Лишь отстранили на время.

Поезд двигался всё быстрее, прощаясь с праздничными улицами, щедро украшенными фонариками, уступающими место производственным кварталам.

Грегуар нехотя отвернулся от окна купе и бросил короткий взгляд на неспешно вращающееся под потолком заклинание «Беспорядка», не позволяющее подслушать разговор и прочитать по губам:

— Напомни мне, пожалуйста, ты-то зачем со мной едешь?

— Ну, — брат снова раздражающе зашуршал бумагой в поисках чего-то конкретного, — В замке есть библиотека, на которую моя научная душа желает наложить лапу.

— Сомневаюсь, что там осталось хоть что-то интересное.

— Ты не прав, — почти ехидно усмехнулся оппонент. — Именно в самых замшелых и никому не нужных «углах» чаще всего я и нахожу книги, за которые магические коллеги готовы выкладывать годовое жалование. Настоящие сокровища обычно лежат именно там, где на них не ожидают наткнуться.

— То есть твоя девушка снова заперла себя в лаборатории, и тебе нечем заняться, — не удержался мужчина, чьё плохое настроение искало выхода.

Маркус попытался бросить на него осуждающий прищур, но не смог сдержать быструю улыбку:

— И это тоже. Более того, — он задрал указательный палец вверх, заставляя «Беспорядок» вращаться чуть активней, — я буду полезен. Хочу провести эксперименты. У тебя в провинции много свободного места…

— Свободного места подо что?

Но Маркус уже притворялся, что не слышит, жадно поглощая «содержимое» газеты. А у Грегуара появился другой партнёр для споров. Леонард сразу после посадки отправился в вагон-ресторан, проторчал где-то целый час и только в этот момент соизволил объявиться.

Со всей присущей ему бесцеремонностью он без стука открыл дверь и радостно шагнул внутрь с внушительной корзиной съестного:

— А вот и я!

— Очевидно, — констатировал Грегуар.

Недружелюбный тон Лео ничуть не смутил. Брат водрузил нелёгкую ношу на столик у окна и спросил у Маркуса:

— Он всё так же мрачен и ко всему подозрителен?

— А когда Грег вёл себя иначе?

Мужчина решил игнорировать «этих двоих» и переключил внимание на содержимое корзины. Какое-то время они ели молча. Но первым тишина допекла, как всегда, младшего родственника, поэтому он продолжил беседу так, будто та прервалась всего пару секунд назад:

— И какой у тебя… в смысле — у нас, план?

Грегуар закинул скомканную салфетку в корзину:

— Желаешь поработать? Думал, ты на каникулы.

— Могу быть многозадачным.

На самом деле Леонард не преувеличивал. Он любил общение, легко вливался практически в любую компанию и играючи располагал к себе людей. Поэтому посылать его на светские мероприятия местного разлива казалось крайне заманчивой идеей. Берегло время и нервы.

— Я найду тебе применение.

— И всё же, каков план? — не унимался младший. — В Иденс есть город, несколько деревень, небольшой речной порт. Что снесём первым?

Грегуар вздохнул:

— Ничего из перечисленного. Сначала обоснуемся в замке, там вроде можно жить. Затем пойду знакомиться с местными. Хочу понять, с кем придётся иметь дело.

— Пойдёшь под настоящим именем? — подал голос Маркус, потерявший интерес к чтению.

Грег отрицательно покачал головой:

— Нет. Гораздо проще собрать информацию, если во мне не будут видеть лорда. Возьму имя бывшего сослуживца. Побуду пока «капитаном стражи» в замке.

— То есть весь официоз спихиваешь на нас, — подытожил Маркус. — А если местные тебя узнают?

— Во-первых, как именно? А во-вторых — какая, собственно, разница?

На самом деле фотографии представителей высшей иерархии Домов крайне редко публиковались в газетах. Зато этим активно «грешили» бароны среднего сословия. Истинная знать предпочитала не тиражировать лица широкой публике, часто пользуясь чужими именами и биографиями. Так и безопасней, и интересней. В зависимости от стоящей задачи.

— Кто самый значимый в списке коварных похождений? — продолжал допытываться Лео, пытаясь поудобнее устроиться на сиденье.

Грегуар переложил пустую корзину, теперь заполненную только салфетками, под стол:

— Рядом с городом арендует участок земли отставной полковник, Иван К-Тир. У него там что-то вроде частного детского приюта. Отец очень настаивал наладить с ним контакт одним из первых.

— Такое нельзя назвать обычным занятием для бывшего военного, — резонно заметил Маркус.

Мужчина кивнул:

— Я так понимаю, дети там учатся преимущественно состоятельных родителей, которые совершенно не хотели бы сообщать всему миру об их рождении.

— Что задумал поиметь с этого отец?

— Скажем так, многие из учеников полковника после совершеннолетия уходят либо в наёмники, либо в частные стражи. Он их неплохо обучает, а нашему Дому никогда не помешают новые дарования, лишённые иных перспектив.

***

Следующие восемь дней дороги пролетели как один в утомительной, но продуктивной попытке заранее организовать работу своих людей. Грегуар взял всего пятьдесят человек, которые заняли почти два полных вагона. Потенциально замок в Иденс мог вместить до полутора тысяч, однако такое мощное сопровождение, как минимум на старте, совсем не требовалось. Да и по расходам получалось оптимально. Чем быстрее он начнёт не черпать из казны Дома, а пополнять её, как привык, тем лучше. Более того, через полгода подходил срок ежегодного взноса баронств в пользу уже императорской казны. Хотелось заработать хоть что-то к этому времени.

С собой он забрал и личный отряд вместе с капралом Джимом Вудсом, возложив на него обязанности по организации охраны. Естественно, требовалась команда обслуги: сенешаль, повара, уборщики, прачки, конюх и другие работники, без которых нормальное функционирование замка просто невозможно.

Юриста, секретаря, бухгалтера и нескольких врачей Грегуар тоже вызвал из обслуживающего персонала Дома. Благо его род не бедствовал и мог содержать действительно опытных профессионалов, умеющих хранить секреты.

К концу поездки Грег наконец-то согласовал все вопросы, казавшиеся важными, и почувствовал, как мучившее его напряжение слегка отступило. Когда у тебя есть какое-то подобие контроля — это уже неплохо.

Хотя расслабиться до конца он себе не позволял. За прошедшие дни мужчина несколько раз ощущал чей-то внимательный взгляд: в вагоне-ресторане и когда выходил на перрон размять ноги во время длинных стоянок.

Лёгкое, едва уловимое касание, не похоже на внимание обычно человека. За ним следили. Что само по себе не удивляло. Это могла быть служба охраны Дома или соглядатаи других Семей.

И всё же.

Глава 4. Полуволк

Раск ещё раз внимательно перечитал приказ, прежде чем поднести бумажку с шифровкой к зажжённой свече. Сообщение гласило: «Сиди тихо. В Иденс выслали неугодного лорда. Он опасен. Не проявляй особой активности, пока не свалит. Точки встречи с курьерами лучше поменять заранее».

— Сколько суеты из-за очередного тупого лорда, — почти беззвучно пробормотал мужчина.

Новые хозяева пытались обосноваться в дыре под названием Иденс раз в два-три года. Но быстро оценив масштаб требуемых вложений — сливались, распродав активы.

Учитель предупреждал о каждом таком приезде, но слово «опасен» раньше не использовал. Раск же причин для паники не видел абсолютно. Первое место, куда направится «господин», — это бордель. Идеальный объект для проверки. А через месяц станет скучно, и новичок из кожи вывернется, но найдёт способ уехать в столицу или ещё куда. Вот уж проблема.

Точки передачи «Ночного цвета» на всякий случай перераспределить стоит, а за остальное волноваться нет смысла. Разве что смерть этих глупых стариканов привлечёт лишнее внимание. Хотя навряд ли. Лордам о таком не докладывают. Да и не факт, что та парочка вообще подохнет. В этом случае неприятностей окажется гораздо больше, но совершенно по иным причинам.

В последние месяцы паранойя вконец задолбала, и Раск решился на простую проверку. Если Учитель обманывает и смешивает освящённый «Ночной цвет» с обычным, то эти люди не умрут.

— Лучше бы они сдохли, конечно, — снова обращаясь лишь к себе, произнёс мужчина.

Когда-то этот человек его спас. Нашёл загибающимся от спонтанной трансформации сразу в две Формы. Смертельный диагноз. С таким долго не живут, а мечтают о следующем визите медсестры с обезболивающим. Раск грезил именно об этом.

Учитель не вылечил, но остановил боль. Дал шанс начать всё заново, пускай и вне закона. Он показал ему «образ крови» и силу, доступную лишь высшему виду. Сделал одним из своих. Поэтому Раск оставался предан, но не был идиотом.

Когда боль спустя много лет вернулась, это могло означать только две вещи. Либо время, купленное за счёт регулярного приёма освящённого «Ночного цвета», закончилось. Либо Учитель стал мухлевать с составом. Раск хотел верить, что его спаситель оставался честен. Просто смерть рано или поздно приходит за всеми.

Мужчина бросил мрачный взгляд на своё потное отражение в зеркале и усмехнулся. Человеческая половина лица отразила эмоцию, а волчья почти не пошевелилась.

***

Продолжительность жизни любого человека с активным оборотничеством зависела от степени проработки звериной ипостаси. Чем больше у тебя Форм и чем качественней они напитаны энергией, тем лучше здоровье, внешний вид и уровень навыков.

Согласно официальным записям историков Империи, эта необычная особенность крови, позволяющая человеку трансформироваться во что-то ещё — быть единым в нескольких лицах, в первый раз проявилась примерно шесть тысяч лет назад.

Оборотни не стали самым многочисленным видом. Обычные люди всё равно доминировали в численности, но предрасположенность к долгожительству позволила укрепить позиции в обществе и со временем создать Дома или Семьи, построившие костяк будущей Империи. В соседних государствах сложилось примерно так же.

При минимальных способностях и скудном питании оборотень доживал до ста двадцати — ста пятидесяти лет.

К представителям Средней знати (баронам и ниже) относились Семьи, чья наследственность позволяла развить по две Формы у каждого. Самые дисциплинированные или просто везучие доживали до восьмисот лет, что считалось очень неплохим результатом.

В Высшую знать входили Дома, где способность развить три лика устойчиво передавалась на протяжении многих поколений. Срок жизни в этом случае выходил далеко за пределы одного тысячелетия. Если, конечно, не настигала болезнь или просто кинжал.

Однако обладать потенциалом развить три активных Формы — это одно. А достичь этого — совсем другое. Успех зависел только от личной целеустремлённости, таланта, и в некотором смысле — желания или нежелания судьбы тебе помогать.

Поддержка родственников осуществлялась лишь опосредованно. Если у вас много денег и влияния, вы можете купить ребёнку дорогую лошадь — но не полноценную Форму зверя или другого существа.

Поэтому Семьи активно вкладывали средства в экспертов и учителей, помогающих ощутить Форму и развить её. Дома веками разрабатывали и совершенствовали собственные уникальные техники. И, естественно, держали их в строжайшей секретности. Утратив долголетие, Семья постепенно теряла и деньги, и политическую власть.

Ещё в детстве отец доходчиво объяснил Грегуару, что постоянное развитие — залог выживания в их обществе. И ежедневные тренировки стали нормой. Поэтому даже в дороге он выделял на них время, жертвуя несколькими часами сна.

Большинство практиков тренировали Форму до тех пор, пока не получали способность перекидываться в неё мгновенно. Причём обратное перевоплощение на этой стадии уже не «теряло» одежду, превращая её в бесполезные лоскутки. Многие научные труды, опираясь на этот факт, утверждали, что каждый оборотень в первую очередь — маг. Ведь среди обычных людей к управлению энергиями никто способностей не проявлял.

Грег, в отличие от Маркуса, никогда не ощущал в себе «бурлящей магической силы», но упорно оттачивал иные умения. Формой Медведя он владел превосходно. Мог легко обернуться в неё и полностью, и частично. С Тенью эти процессы происходили сложнее, но кое-какого прогресса за два года он всё же добился.

В перспективе мужчина планировал научиться вызывать атрибуты нескольких Форм одновременно. Например, голова Медведя и тело-тень. Так умели лишь единицы. И это давало огромные преимущества в бою. Но пока не рисковал пробовать. Неправильно сфокусированная воля могла вызвать случайную двойную трансформацию с неконтролируемыми последствиями, из которой обратно в полноценного человека перейти уже не получится. Только в могилу.

На текущем этапе Грегуар хотел освоить кое-что ещё. Техника фрагментарной трансформации без обращения к лику, которую показал покойный капитан Рэг, могла стать главной ступенькой к успешной двойной трансформации. Так как требовала очень высокого уровня концентрации сразу на нескольких областях тела.

Обычные практики до неё просто не поднимались. Незачем. В повседневной жизни она помогала мало, а бойцы обходились частичной трансформацией в одну из Форм. Как правило, большего не требовалось. Учебников по этой довольно старой технике в публичном доступе не осталось, а умельцы вроде капитана предпочитали держать полезные секреты при себе.

Грегуар снял рубашку, ботинки и носки. Плотно зашторил окно купе. Тусклого света энерголампы вполне хватало, чтобы видеть процесс. Стараясь найти правильный ритм дыхания, он заставлял мышцы резко сдвигаться и затвердевать в тех зонах, куда направлял мысленный приказ, и удерживал внимание, насколько хватало концентрации.

Но даже привычное к нагрузкам тело через час-полтора начинало сопротивляться издевательству и покрывалось потом. А в ушах появлялся противный свист.

Формы считали, что он занимается ерундой.

Глава 5. Тест

До восхода оставался примерно час, но Раск прекрасно видел в темноте. Волк в очередной раз обошёл вокруг пледа с трупами, стараясь не принюхиваться. Всё чисто. Освящённый «Ночной цвет» сработал, как и задумано. Принявшие его люди умерли. Их тела и психика просто не выдержали. И любящие супруги убили друг друга, совершенно не соображая, что делают. Тест успешно завершён — учитель не предавал. Пора возвращаться на остров, начинать готовить себе замену. Какое-то время нарастающую с каждым днём боль можно потерпеть.

Канителиться с перевозкой или утилизацией трупов Раск не стал. Смыл? Если переместить тела, история перестаёт выглядеть трагической случайностью. Передозом по глупости. Вывези эту парочку в соседнюю провинцию и утопи в болоте, толковый следопыт всё равно возьмёт след.

Да и новый лорд приезжал уже сегодня. Лучше не шастать по открытой местности. Ненужные свидетели — ненужные хлопоты.

***

Вверенное Грегу баронство считалось по меркам страны небольшим. На энергомобиле при сухой погоде можно пересечь за сутки. Главный вокзал баронства Иденс находился не в столице провинции, а в шумном посёлке Верхний Холм. Когда Большую Имперскую железную дорогу только строили, прокладывать пути до самого города с тем же названием — Иденс — оказалось нецелесообразно экономически. Поэтому «железку» подвели к удобной точке и просто построили вокруг деревеньку, впоследствии разросшуюся до нынешних размеров.

Верхний Холм встретил удушающей жарой и двумя новостями. Первая — достаточного количества машин, чтобы разом довезти пятьдесят человек, да ещё с внушительным багажом, не нашлось. Вторая — аренда гужевого транспорта вместе с извозчиками на фоне остальных расходов ничего не стоила.

После беседы с местными выяснилось, что до его замка есть более короткая дорога, не отмеченная на общей карте. До нового «дома» они могли добраться всего за пять часов. На решение срочных вопросов оставалось полдня.

Завидев внушительную колонну, селяне уступали дорогу, а некоторые даже кланялись, обратив внимание на нашивки герба Великого Дома. Грегуар успел предупредить муниципалитет о смене собственника через телеграф, но насколько распространился слух об их приезде — представления не имел.

Юридически все земли, природные ресурсы и производства Иденс теперь принадлежали Северному Когтю. Грегу отвели роль временного наместника или управляющего с ограниченным уровнем власти.

Он мог обложить налогом каждую ферму, мукомольню, пекарню и так далее, но нижний и верхний порог сборов регулировался государством.

Гражданские и прочие права гарантировались именно Империей. А это значит, что она содержала органы правопорядка, суда и других необходимых для функционирования общества институтов. То есть он вкладывал часть заработанного в казну страны, из которой содержались муниципалитеты.

Если требовалось расширить штат полиции, то посылался запрос в соответствующее министерство для одобрения. Разрешалось заводить свою, дополнительную, охранную службу, однако это автоматически «пересчитывало» сумму ежегодного налога. Иными словами: хочешь больше инструментов влияния — плати.

В случае совершения кем-либо тяжких преступлений, например, убийства, он мог сам решать судьбу преступника. Зато все карманники и прочая «мелочёвка» доставалась муниципалитету.

Правда, до всех этих тонкостей нужно было ещё дожить. Сейчас перед ним встала более насущная задача — инспекция замка, в котором давно никто не селился. Они приехали.

Несмотря на общее запустение, место показалось Грегу красивым. Тёмно-оранжевый камень, невысокие широкие башни удачно контрастировали с окружающей зеленью и цветом неба. Но любоваться всем этим, увы, некогда.

Первостепенные бытовые задачи отняли четыре длинных дня. Пришлось выбрать помещения под эксплуатацию, утвердить планы по ремонту, закупке продуктов, недостающего инвентаря, а также лошадей и энергомобилей, без которых быстро передвигаться по баронству просто невозможно. На первых этапах Грегуар предпочитал контролировать всё сам, игнорируя вежливое возмущение сенешаля.

Пригодились и братья. Леонарду достались светские мероприятия и заведение полезных знакомств. Учитывая, что все значимые люди баронства жаждали «засвидетельствовать своё почтение» новым хозяевам — в замке Лео практически не появлялся. Маркус же занялся «энергетической» проверкой всего, от подвалов до крыши, на предмет «нежелательных сюрпризов». И пообещал «сваять» экспериментальную защитную систему.

Сам Грег почти всё время проводил в кабинете, разбираясь с бумагами и прочими делами, нуждающимися в немедленном решении. Сюда же он велел перенести и кровать с личными вещами. Так удобней.

Вечера оставались для тренировки второй Формы. Тень, чем бы она в действительности ни являлась, была очень капризна и постоянно чем-то недовольна.

Заперев дверь на засов, мужчина сдвинул несколько кресел так, чтобы они бросали густую тень на пол, а затем сел в центр этого перекрестия и прислушался к внутренним ощущениям.

Пока тело восстанавливалось от ран и истощения, Тень безропотно «кушала» всё, что предлагали. Хватало просто сунуть руку или ногу в любой участок с теневой компонентой — и оттуда начинала поступать сила, наполняющая Грегуара приятным ощущением лёгкости и расслабления.

Однако, как только «физика» вернулась к норме, — всё изменилось. Обычные тени Форму более не впечатляли. Пришлось начать экспериментировать. И Грегуар быстро выяснил, что лик чаще всего говорит «Да!» на те варианты, в которых присутствовал либо естественный свет, либо живой огонь. С энерголампами дело обстояло хуже. Время, место и сам рисунок тени тоже стали важны. Как-то раз он три часа просидел в холле одного из театров столицы, потому что Форма никак не могла «наесться» тенью понравившейся ей скульптуры. Благо никто не понимал сути происходящего, а периодические перешёптывания, что «его кинули со свиданием», Грег пропускал мимо ушей.

Со временем он научился различать вкус теней и примерно предсказывать, какой эффект они вызовут. Одни могли источать запах сигарет, а другие моментально делать разум острым и чистым — вне зависимости от того, как чувствовало себя физическое тело.

Пока Грегуар только учился самостоятельно, по желанию вызывать те или иные состояния, которые потенциально давала духовная Форма. Получалось не настолько хорошо, как хотелось. Но кое-какой прогресс тоже чувствовался.

Он стал тратить гораздо меньше сил и концентрации на смену второго лика, мог дольше в нём находиться без естественного желания организма вернуться в изначальное состояние.

Иногда, увлекаясь экспериментами, мужчина забывал про сон. Так получилось и сегодня. Поднявшись с пола на затёкших ногах, он взглянул в окно и понял — до рассвета всего ничего. И решил, что ложиться уже бессмысленно. Умылся, переоделся в форму, соответствующую его новому статусу «капитана замковой стражи», и спустился в столовую.

Изначально Грег настаивал, чтобы все обедали в одном помещении ради экономии времени рабочих на восстановление действительно важных коммуникаций. Однако неугомонный сенешаль очень быстро «отделил хозяев от слуг», организовав последним другое место для принятия пищи, и не собирался принимать никаких возражений по этому поводу.

«Великий Адепт Свежей Утренней Газеты» — в смысле брат, который редко спал больше четырёх часов подряд — сидел на самом краю стола так, чтобы свет с улицы удобней всего падал на чёрно-белые страницы. Сколько Маркус платил мальчишке-курьеру, чтобы тот приносил очередной выпуск в такую рань — страшно представить.

Грег сел напротив брата, с благодарностью принял от горничной здоровенную чашку чая и отказался от плотного завтрака, ограничившись парой бутербродов. Трястись на лошади с полным желудком — не его любимое развлечение.

— Что пишут?

— Хорошие новости, — совершенно серьёзным тоном ответил Маркус.

— Неужели?

— Открытое письмо от «коллег по цеху» напечатали в Вестнике Министерства Науки и Образования.

— И что требуете от властей предержащих? — поинтересовался Грегуар, старательно пряча улыбку за стаканом с чаем.

— Мы смиренно просим министерство о замене этого бестолкового термина «маг» на более научный, прогрессивный и точный вариант — «энергоинженер». Надоело жить в какой-то сказке на ночь, честное слово…

— И ты тоже подписался?

— Конечно!

В чём-то Маркус с коллегами были правы. Оборотни, подобные его брату, как массовое явление, появились сравнительно недавно — примерно три века назад. Удачно развив первую Форму, они не инициировали культивацию следующей, а открывали видение энергетических каналов, из которых, как утверждала наука, всё в мире и состоит.

Если маг оказывался достаточно талантлив, он начинал не просто видеть, а воздействовать на эти токи, так появились «заклинания». Впоследствии, когда к «энерговидению» кто-то смог добавить и изобретательские навыки, возникли первые энерголампы, а затем различные генераторы, станки, печи и машины уже на новой основе — появились совершенно иные направления в механике, включая транспортные «Окна».

Многие учёные считали магов новым видом, который через какой-то период сменит доминирующий. «Энергоинженеры» жили столько же, сколько и те, кто освоил вторую и третью Формы, если, конечно, не погибали в результате экспериментов или от других причин.

Грегуар допил чай, попрощался с макушкой над газетой и отправился искать подходящую лошадь.

Глава 6. Следопыт

Его звали Гром. Статный чёрный конь получил имя за пепельное пятнышко прямо в центре лба, напоминающее грозовое облако в виде наковальни. Долго торчать в конюшне Гром явно не любил и отреагировал на слово «покататься» с завидным энтузиазмом.

В идеале хотелось бы уже иметь здесь собственную машину, но учитывая, что запрос оформили совсем недавно, и в Иденс, естественно, не оказалось всех требующихся видов транспорта, приходилось ждать, когда машины пригонят из ближайшего к провинции сервиса.

Грегуар выехал во двор и ещё раз с удовольствием взглянул на замок. Со временем его можно довести до ума. Но не всё сразу. Отец просил пообщаться с полковником К-Тиром, что следовало сделать уже давно.

Если бы не десятилетия, проведённые в Рубиновых песках, эта погода казалась бы ему невыносимой. Как только первый луч солнца появлялся над горизонтом, наглое светило начинало медленно прожаривать окрестности, что вкупе с безветрием у обычного человека вызывало ощущение апатии. Грег же воспринимал жару как нечто само собой разумеющееся.

До участка, который арендовал полковник под детский приют, «капитан», немного заблудившись, добирался почти два с половиной часа. Пришлось спросить дорогу у проезжающих мимо фермеров. Карту, которую он купил ещё по приезде, требовалось срочно заменить. Она никуда не годилась. С другой стороны — места красивые. С множеством лиственных деревьев, кустов орешника и разнотравья. Есть чем полюбоваться.

Въехав на очередной пологий холм, Грег заметил информационный столбик с номером нужного участка — «153». Мужчина спешился и медленно повёл Грома под уздцы, держась тени от деревьев, аккуратно высаженных вдоль дороги, но не выходя на само полотно. Коню полагалось отдохнуть, учитывая погоду и долгую езду, а Грегуару хотелось рассмотреть место повнимательней.

Участок полковнику достался приличный. Ему «принадлежало» практически целое поле. Постройки огородили символическим заборчиком. Чисто и ухоженно. Почти по-армейски, но и женская рука присутствовала. Семь домиков, видимо, для детей разных полов и возрастов. Ровные грядки, сарай, конюшня на пару лошадей, большая баня, резной колодец. Но что действительно удивило, так это наличие телеграфного столба и гаража, в котором могла поместиться далеко не одна машина. Хозяева явно не бедствовали. Пенсионное содержание Империя, конечно, платила неплохое, но всё это оно точно не покрывало.

— Выпускники помогают, да и сами работаем, милорд, — донеслось из-за спины.

Грег обернулся и встретился взглядами с говорящим, который тоже стоял рядом с лошадью. В принципе так он себе его и представлял. Высокий мужчина с привычной военной стрижкой, с тёмными очень внимательными глазами и осанкой, дающей понять, что полковник, несмотря на редкую седину в волосах, всё ещё оставался в очень хорошей физической форме. Насколько понимал Грегуар, возраст собеседника едва перевалил за триста. Какими ликами обладал хозяин приюта и почему так рано уволился со службы — отец не сообщил.

— И вам день добрый, полковник…

Мужчина прервал его небрежным отрицательным жестом:

— Теперь я просто Мастер Иван. Лишний официоз.

Мастером называли любого профессионала в своём деле вне зависимости от направления работы.

— Как скажете, — вежливо улыбнулся «капитан», прикидывая, с чего бы начать, но К-Тир продолжил сам.

— Чем обязаны визиту такого высокого гостя?

— Заехал поздороваться и по-соседски спросить «не надо ли чего».

На это раз полковник молчал чуть дольше, решая давать волю улыбке или пока нет:

— Обычно начинают просить, а не спрашивать, милорд Грегуар.

— Я не…

Иван снова взмахнул ладонью:

— Бросьте. Я достаточно в жизни видел, чтобы отличить настоящего лорда, даже со спины. Буду хранить ваш секрет так же хорошо, как вы притворялись, что не чувствуете, как я за вами еду.

На этот раз мужчины улыбнулись уже одновременно.

— Пойдёмте под навес. Поговорим как люди, — кивнул Мастер в направлении дома. — Как мне вас представить жене?

— Капитан Луис Рэг.

— Принято.

Со стороны города к открытым воротам приюта, которые тоже выполняли скорее символическое значение, чем действительно защитные функции, приближался белый «семейный» фургон с открытыми окнами. В машине могли спокойно уместиться человек восемь, но пассажиров в ней не оказалось. Только девушка-водитель.

Она завела энергомобиль во двор, вышла и стала выгружать с переднего сиденья тяжёлые тканевые сумки с продуктами. На вид лет двадцать восемь. Светлые волосы собраны в нечто наподобие косы с вплетёнными тёмными то ли лентами, то ли кожаными ремешками. Так делали многие женщины-наёмники. Простые, практически бесформенные штаны, белая майка и, что странно в такую жару, клетчатая рубашка с длинными рукавами. Однако кожа лица и кистей незнакомки была от природы смуглой.

— Это Ли-Энн. Помогает детей в школу отвозить и так, по мелочи, пока коротает время здесь в отпуске, — пояснил Мастер Иван, когда они уже подходили ко двору.

— Все ваши выпускники идут в наёмники?

К-Тир фыркнул:

— Нет. Только те, кто не усвоил слово «нельзя».

***

Ли-Энн быстро передала сумки вышедшей из летней кухни няне Вель и вернулась в фургон, чтобы загнать тот в гараж. Оказавшись под спасительной крышей, девушка медленно выдохнула и отключила блок питания. Машина замерла. Выходить снова под палящее солнце категорически не хотелось. Её Форма почему-то не любила дневное светило и теряла силы от нахождения под ним. Одежда из плотной ткани помогала, но ненамного.

Ли-Энн откинулась назад на водительском сиденье и закрыла глаза. Ей снова слышался дразнящий перезвон невидимых колокольчиков, который уже несколько недель не давал покоя. Он шёл будто из ниоткуда. Такой красивый. Такой заманчивый. Такой вкусный. Форма желала найти источник и слиться с ним. Испить из него.

Но как только Ли-Энн начинала его преследовать, он растворялся, словно и не существовал вовсе. Безумие.

Со двора послышалась мерная поступь нескольких лошадей.

— Моя жена Велена, — сказал голос Деда. — Вель, это капитан Луис Рэг. Командует замковой стражей.

Няня и новый капитан обменялись вежливыми приветствиями. Ли-Энн заметила незнакомца рядом с Дедом, когда подъезжала, но не рассмотрела.

Выходить под зной совершенно не улыбалось, и у неё появилась подлая идея так и сделать. Продукты она отдала. «Можно притвориться, что копаюсь в машине. Пока солнце хоть немного не опустится». Но «почти идеальный» план перечеркнули звуки ещё одной подъезжающей машины, быстро захлопывающейся дверцы и громкий взволнованный голос комиссара:

— Иван!

— Что-то случилось, Сол?

Комиссар полиции просто так, «на чай», редко к ним приходил.

— Случилось. Кажется, у меня сестра пропала, причём — вместе с мужем. Ли-Энн дома?

Девушка забрала с пассажирского сиденья маленький дорожный рюкзачок и вышла под солнце.

— Кажется? — продолжил уточнять Дед.

— Они вчера не приехали на ярмарку. На телеграф не ответили. Заглянул к ним сегодня… а… ты же не знаешь. Они перебрались из города в Щепково пару месяцев назад. В общем, помчался к ним, а там пусто. Последний раз соседи видели их четвёртого дня. Мои люди обходят дома, и поисковая группа волонтёров уже набирается. Но у меня совсем дерьмовое предчувствие, Вань.

Ли-Энн подошла к говорящим и молча кивнула в знак приветствия, чтобы не перебивать.

Дед хмурился:

— А в самом доме что?

Комиссар взъерошил заметно редеющие волосы пальцами и пожал плечами:

— А ничего. Ни следов сборов, ни драки, ни записки. Ни… ни попыток смыть кровь. Ничего! Как будто вышли в булочную… и всё. Вещи на месте. Вроде ничего не украдено.

— Твой «нюхач» нашёл что-нибудь путное?

Первый помощник комиссара, в отличие от него самого, являлся оборотнем. Форма Собаки давала ему отменный нюх, поэтому «нюхач» в этом случае не считалось за оскорбление.

— Так, по мелочи… Но конкретного следа нет, — комиссар повернулся к ней. — Вы поможете?

Ли-Энн снова кивнула:

— Конечно, если получится. Учитывая, сколько времени прошло. Нянь Вель, кому-то придётся забрать мелких с занятий.

— Мы разберёмся. Поезжай.

— Капитан, я могу попросить об услуге? — вновь заговорил комиссар. — Понимаю, что это чрезмерно и мы знакомы всего несколько дней, но… если моих увезли с целью шантажа или выкупа куда-то за пределы провинции, пока я налажу контакты с другими муниципалитетами — окончательно упущу время. Вы же вправе и границы заблокировать, и «позвонить на самый верх».

«Полных четыре дня «тишины» от похитителей для истории с выкупом или шантажом? Сомнительно», — подумала Ли-Энн. И, скорее всего, комиссар сам это понимал, но хватался за любую соломинку. Новый капитан имел полное право отказать Солу в помощи, но почему-то поступил по-другому.

— Поеду с вами и при необходимости отдам приказы через телеграф. Только вот… Мастер Иван, вы не могли бы присмотреть за Громом, пока я не вернусь?

— Присмотрим в лучшем виде. Поезжайте уже.

Девушка быстро дошла до машины комиссара и села на заднее сиденье. Капитан занял место рядом с Солом. Энергомобиль развернулся и двинулся в сторону Щепково, до которого было примерно полчаса езды. Радовало, что эта часть дороги проходила под деревьями.

Все молчали. Нормальных тем для бесед в такой ситуации не нашлось. Ли-Энн мельком взглянула на нового капитана в боковое зеркало. На вид — лет сорок, но, учитывая статус, ему скорее от сорока до бесконечности. Обычно чем ближе ты к знатному кругу, тем дольше ты живёшь. Тёмно-каштановые волосы. Армейская, но более ухоженная стрижка. Такие носили столичные военные. Загорелое лицо с выражением внимательной отрешённости и серые, почти голубые глаза. На классического злодея «из замка» не похож, но и на добряка не тянул. Взгляд мужчины скользил по окрестностям, запоминая местность.

Большинство хозяйств в Щепково занималось мёдом и заготовкой фруктов. Округа утопала в садах и цветниках. Приятный посёлок, но сегодня здесь царила совсем нерадостная атмосфера. Девушка успела заметить несколько поисковых групп, получавших последние инструкции.

Дом сестра комиссара купила сравнительно небольшой. Видно, что хозяйка только-только начала заниматься клумбами, но ставни и двери успели выкрасить в свежий тёмно-вишнёвый цвет. В такие моменты Ли-Энн всегда хотелось, чтобы пропавшие люди просто уехали куда-то в неожиданном романтическом порыве. Но желание обычно не сбывалось.

Девушка вышла из машины. Сделала глубокий вдох, прогоняя лишние ощущения прочь. Кроме одного. Она обратилась к Форме и зачерпнула из неё силы. На коже тут же возникло знакомое чувство тысячи жгущих огоньков. Ли-Энн провела заряженными ладонями по лицу сверху вниз и открыла глаза, вызывая духовное видение.

С точки зрения науки она не считалась классическим магом, но её таланта хватало, чтобы находить людей и энергетически заряженные вещи. В гильдии наёмников, к которой она принадлежала, ей отвели роль «следопыта». Платили прилично, но на территории провинции воспитанники Деда помогали бесплатно, по-соседски.

Мир разноцветных линий и образов плыл перед глазами, но пока ничего полезного не говорил:

— Комиссар, я зайду в дом?

— Давай.

Внутри шёл тщательный обыск, что создавало помехи для восприятия. Слишком много эмоций — мешанина самых диких оттенков. Чтобы как-то выкрутиться, Ли-Энн прислушалась к Форме, прося подсказки. И её потянуло на кухню.

Здесь всё выглядело нормальным, кроме стока раковины и одного из высоких бокалов, в которых для удобства смешивали напитки. Чуть хищный сизый дымок с алым отливом вился над этими предметами с завидной устойчивостью.

— Сол, ваша сестра с мужем не употребляют какие-либо сильные стимуляторы для здоровья?

— Обычно нет, но…

— Это «Ночной цвет». Его пьют при восстановлении после инфаркта и для… разжигания полового влечения, скажем так, — отозвался Роб, первый помощник комиссара. Он руководил обыском. — Я же говорил тебе, Сол.

— Пока его продают без рецепта, — огрызнулся на него комиссар.

— И что теперь? — продолжал дожимать «нюхач». — О его побочке и правильной дозировке всё ещё спорят.

— Выглядит так, словно они развели напиток и взяли куда-то с собой, — заключила Ли-Энн, возвращаясь в комнаты.

— Поэтому и собираем поисковые группы. Пройдём по всем возможным местам.

«Нюхач» явно не одобрял её присутствия. Ничего не поделаешь. Ли-Энн направилась к запасному выходу, который уводил в сады. Чутьё следопыта тянуло именно туда. Не отыскав чёткого следа, она могла попросить Форму привести к задуманному человеку, вещи или дому, если терялась в незнакомом городе. Однако, чтобы правильно зацепиться за цель, чаще всего требовался принадлежащий ей предмет. Тогда в переносном смысле «ноги сами несли Ли-Энн» куда нужно. И не подводили. Единственное, что пока не удавалось найти, — проклятый перезвон невидимых колокольчиков, который в Щепково почему-то стал сильнее.

— Комиссар, вы не могли бы пойти со мной? Я не знала вашу сестру лично. Присутствие родственника поможет, — попросила следопыт.

Брать вещи, которые успела перетрогать куча людей, она не рискнула. Непрофессионально. Это могло сбить фокус.

— Конечно!

— Отдам распоряжение поисковикам и вас догоню, — процедил «нюхач» и направился к главному входу.

— Идти придётся долго, Сол. Это далеко, — сказала Ли-Энн. Её ноги предчувствовали длинную прогулку.

— Просто веди.

Новый капитан в разговор не вмешивался, но, видимо, решил отыграть ситуацию до конца — и последовал за ними.

Полосу деревенских садов они преодолели довольно быстро. Часть фермерских огородов обошли, сделав петлю. Дальше оставались только заброшенные поля, на которых уже давно никто не работал, и Запертый лес. Последний — территория с особым статусом, которую бароны выделяли под выращивание редких пород деревьев или животных. В долгосрочной перспективе такие участки приносили колоссальные суммы, но на их получение уходило по сто, сто пятьдесят лет. «Запертый лес» представлял собой не красивое название, а полноценный общеупотребительный термин.

Несмотря на наличие нескольких прибыльных зон добычи полезных ископаемых, именно Запертый лес являлся главным активом баронства Иденс и основной причиной того, что провинция постоянно меняла хозяев. Землю либо перепродавали, либо проигрывали в карты или другие азартные развлечения, как это случилось недавно. Без разрешения собственника посещать территорию запрещалось.

Однако предчувствия подсказывали, что в сам лес идти не придётся. Ступни горели так, словно их опустили в булькающий кипяток, что на фоне палящего солнца, вызывало абсолютно тошнотворное ощущение. Ли-Энн мутило. Не помогали ни захваченная с собой вода, которая всегда лежала в рюкзаке, ни повязанная на голову бандана.

— Мы близко, — предупредила девушка.

Шедшие за ней мужчины молчали. Пришлось спуститься с очередного холмика к рукаву мелкого ручья. Отсюда, куда идти дальше, мог угадать уже любой. Запах говорил сам за себя.

Видимо, сестра комиссара с мужем решили устроить пикник там, где их гарантированно никто не услышит. Или проведать памятное место. В какую бы любовную игру они ни пришли сюда играть, в этот раз она пошла не по плану.

— Я сам, — тихо произнёс Сол и забрал у помощника сумку для работы с вещдоками.

Остальные отошли подальше, чтобы дать ему «свободного пространства». Комиссар вытащил большой отрез ткани. Накрыл два полуобнажённых тела, вцепившиеся друг в друга в приступе нечеловеческой ярости, и сел рядом. Ли-Энн успела разглядеть всего несколько крайне неприятных деталей, но даже от них сводило желудок. Оба — и муж и жена — выступали и в роли жертвы, и в качестве убийцы. Их пальцы не просто сомкнулись на горле партнёра, а вонзились в плоть словно в мягкое масло. Мухи, облепившие их чёрные от засохшей крови руки, никак не облегчали восприятие жуткой сцены.

— Это «Ночной цвет» так действует? — негромко спросил новый капитан.

— Крайне редко, но при неправильной дозировке может остановиться сердце, что у мужчин, что у женщин. — Роб с омерзением сплюнул в траву. — Проклятая дрянь.

***

Какое-то время они просто стояли, давая возможность комиссару осмыслить произошедшее. Воспитанница Мастера Ивана долго рассматривала место гибели людей, что Грегуару показалось бестактным, но, похоже, он поспешил с выводами.

Странная девушка без предупреждения повернулась, перепрыгнула через ручей и пошла дальше. Раздражённый «нюхач» тихо выругался и последовал за ней. «Капитан» сделал то же самое, но без проклятий.

— Куда тебя понесло, Ли-Энн? — недовольно процедил первый помощник.

— Здесь присутствовало что-то ещё.

— В момент… гибели?

— Нет, потом.

— И что именно? — с нажимом спросил мужчина.

— Не знаю, Роб. Большое животное.

— Не похоже, чтобы оно тронуло тела.

— А я не сказала, что оно их «трогало». Просто, — пожала она плечами, — ходило вокруг. Будто любопытствовало.

— И что тут такого?

— Это необычное животное. Словно переполненное энергией.

— Думаешь, зверь имеет отношение к смертям?

— Нет.

— Тогда какого крылатого рожна мы куда-то идём?!

— Возможно, по округе бродит волк размером с корову. Лучше мы удостоверимся в этом заранее и предупредим людей до того, как он сожрёт чью-нибудь бабушку. — Если Ли-Энн и испытывала раздражение, по ровному тону это не читалось.

— Зверь из Запертого леса?

— Сам посуди. Ему просто неоткуда больше появиться.

— Часто животные из заповедника выходят на общие территории? — решил вмешаться Грегуар. Всё-таки это уже по его части.

— Нечасто, — ответил Роб, — и обычно они «не размером с корову».

— Говорю, что вижу.

— С чего ты взяла, что это волк?

— След похож на волчий. Только лапа просто безразмерная.

«Нюхач» устало вздохнул:

— Давай так. Я обернусь, ты покажешь мне, где видишь след, и если что-то учую, то пробегу вперёд. Это быстрее, чем пёхом. А то мы так до ночи гулять будем.

— Ладно.

Грегуар сделал шаг назад, чтобы Роб нормально развернулся. Мужчина совершил характерный кувырок. Нагретый солнцем воздух чуть дёрнулся — и на них смотрела уже крупная пятнистая собака.

«Нюхач» сделал пару шагов вместе с Ли-Энн, которая указывала на что-то на земле. Затем собака рванула куда-то, распугивая сотни кузнечиков.

Если в местном Запертом лесу действительно водятся настолько необычные звери, то — это и опасно, и очень хорошо одновременно. До этого Грегуар гадал, почему интуиция посоветовала согласиться на просьбу комиссара. Видимо, в этом и заключался ответ. Хотя просто посмотреть, как работает местная полиция, тоже стоило. Да ещё этот опасный стимулятор, о котором он первый раз в жизни слышал.

— Вы в порядке? — неожиданно для самого себя спросил «капитан».

Стоящая рядом девушка подняла на него слегка удивлённый и заметно усталый взгляд. Находясь достаточно близко, можно было рассмотреть, что глаза у неё не чёрные, как показалось с первого раза, а тёмно-зелёные.

— Да, всё нормально. Просто жарко.

Грег почувствовал, что ему соврали, но не стал настаивать. Следопыт продолжила прислушиваться к чему-то, слышимому только ею, а мужчина повернул голову в сторону Запертого леса. В ту сторону, куда рванул Роб.

Мрачный массив смотрелся на фоне окружающих полей и холмов чуточку зловеще. Складывалось впечатление, что земля под ним приподнята над остальной местностью. Оборотень поставил мысленную пометку прогуляться туда как можно скорее. Новые богатства и их потенциальные опасности стоило разведать лично.

— Кому-то из нас придётся присмотреть за Солом, а остальным — сходить за подмогой. Тела по процедуре нужно правильно описать, прежде чем перемещать. Не оставлять же его одного, — вдруг заговорила Ли-Энн. — Вы с Робом идите, а я побуду здесь.

— Если по округе действительно бродит чудище размером с корову, то это так себе план. У вас даже оружия при себе нет. Или вы владеете боевой Формой?

Задавать вопросы про лики малознакомым людям считалось неприличным, но в этом случае ему не казалось, что он переходит границу вежливости.

— Нет, не владею, — нехотя ответила девушка.

— Тогда давайте решим, что делать, когда вернётся Роб. Тем более что вот и он.

Из высокой травы выпрыгнул взлохмаченный пёс, который кувыркнулся на месте и стал взлохмаченным мужчиной:

— Эта тварь, и правда, припёрлась из Запертого леса. Я аж до самого обрыва добежал.

— Обрыва? — переспросил Грегуар.

— Да, там разлом шагов восемь в ширину, и это чудище его просто перепрыгнуло… Предупрежу сёла вокруг. На всякий случай.

— А я узнаю, что с этим может сделать замок. Откуда такой обрыв?

Роб хмыкнул:

— Говорят, что изначальные хозяева, ну или те, кто сажал Лес, решили его обезопасить по максимуму — и наняли группу магов. Те устроили маленькое землетрясение и отделили большущий кусок земли от остальной территории. Там почти как ров, только очень глубокий и без воды.

— Необычное решение.

— И дорогое.

Их троица направилась обратно к ручью, чтобы поговорить с комиссаром и выработать какой-то план, но последнее не понадобилось. Грегуар сначала заметил двигающуюся к ним со стороны деревни группу людей в полицейской форме, а затем птицу, которая приземлилась рядом с Солом и стала ещё одним помощником комиссара. Видимо, их искали, в том числе с воздуха.

— Оперативно работаете.

— Стараемся, капитан, — откликнулся Роб.

***

Дежурный офицер отвёз их обратно в приют ближе к сумеркам. Учитывая позднее время, Грег хотел перенести разговор и уйти, но его усадили «за стол» без права на возражение. Большое семейство полковника собиралось ужинать. Его познакомили ещё с тремя молодыми мужчинами — Роном, Славой и Антоном, тоже воспитанниками Мастера, которого они почему-то упорно именовали «Дедом». Все с гильдейскими жетонами наёмников на классических чёрных шнурках.

Про то, что случилось в Щепково, никто не спрашивал. Особо горячие новости активно распространялись через местный телеграф. Стоило иметь в виду на будущее. Да и при младших учениках вести подобные разговоры как-то не улыбалось.

Пока взрослые подтаскивали длинный стол и скамьи, тихая девочка лет десяти помогала жене полковника что-то доделывать на кухне. Ли-Энн следила за тем, чтобы все остальные помыли руки и вышли к ужину причёсанными и опрятными.

Рядом с умывальником стояла вместительная корзинка для вещей, которые за стол брать не разрешали. И если трое самых младших четырёхлеток спокойно воспринимали водные процедуры, то с двумя последними близнецами, лет восьми и прохиндейского вида, дело обстояло гораздо интересней.

Ли-Энн вежливо попросила у одного из рыжих мальчишек «сдать оружие» — и он действительно отдал внушительную рогатку, которую прятал под футболкой, заткнув в штаны. Но как только девушка повернулась к его не менее рыжему брату, мелкий сорванец почти в одно движение выудил своё сокровище из общей корзины и спрятал на прежнее место. Ньётски ловко проделано.

Слово «ньётск» в переводе с языка соседнего с Империей Доминиона означало «очень быстрый». Это невероятно гибкое морское животное, несмотря на средние размеры, наводило ужас не только на обычных рыбаков, но и на команды больших кораблей, выпрыгивая из воды, обматываясь вокруг шеи жертвы и утаскивая её за борт. Отбиться и тем более поймать ньётска считалось крупной удачей. Да и, как рассказывал один из старших братьев, Калеб, практически всю жизнь посвятивший мореплаванию, уха из ньётска получалась выше всяких похвал.

Эти маленькие близнецы таили в себе огромный потенциал, который ни в коем случае не стоило упускать.

Мальчишка понял, что на него смотрят, и прищурился, пытаясь угадать — сдадут его или нет. Грег подмигнул. Близнец на секунду задумался и с серьёзным выражением подмигнул в ответ.

***

Ужин завершился довольно скоро. Или мужчина настолько проголодался, что не заметил, как пролетел целый час под тихие разговоры ни о чём и звон приборов о тарелки.

Грегуар совершенно искренне поблагодарил Велену за приём, махнул на прощание достающим пошарпанную доску для дартса парням, и вышел вместе с полковником на дорогу. Он спокойно ждал, пока Мастер выдержит паузу и выдаст, что действительно хотелось бы сказать.

— Люди здесь привыкли жить без Хозяев, милорд, — в какой-то момент начал он. — Никто не ждёт помощи, но и резкие нововведения навряд ли оценят.

— Я для них очередное имя в списке.

— Ну да, — подтвердил Иван. — И только вам решать, что с этим делать.

Пришлось лёгким кивком признать правоту собеседника. Что планировать в долгосрочной перспективе со случайно оказавшейся в его власти землёй, Грег пока не определился. По приговору смехотворного «трибунала» его отлучили от столицы на пятнадцать лет, но история в любой момент могла повернуться в другую сторону — и его бы вызвали обратно уже завтра.

— Для себя вам ничего не нужно?

— Да нет. Хотя мы с парнями всегда не прочь подработать. Зовите, если что интересное подвернётся.

— Не вопрос.

— И ещё, — добавил Грегуар, когда они обменялись прощальными рукопожатиями. — Не подскажете, где можно основательно пробежаться, не привлекая ненужного внимания.

Полковник задумался, подбирая варианты:

— Закрытую лесопилку на карте видели? Там деревенька, Лиственница, рядом.

— Да, видел.

— Вот от неё вглубь леса на пару километров отойдите и дальше до самой границы баронства никого не встретите.

***

Теперь, зная дорогу, «капитан» вернулся в замок гораздо быстрее, чем ехал до приюта. Он передал уставшего, но довольного жизнью Грома конюху, оценил внутреннее состояние и понял, что спать не хочется, несмотря на суетный день.

Грег вышел обратно во двор замка. Взглянул на набирающую силу луну. Ночное светило дарило прохладу и расслабление. Мужчина закрыл глаза, сосредоточился на знакомых с раннего детства ощущениях — и позвал Медведя.

Форма охотно откликнулась и пришла к нему с ленивой природной мощью. Мир цветов и запахов стал гораздо насыщеннее. Зверь с удовольствием втянул носом воздух. Все последние недели Медведь томился от безделья. Пора это исправить.

Он выбрал нужное направление и медленно пошёл в сторону, где находилась старая заброшенная лесопилка, постепенно ускоряясь. Его Форма не являлась обычным зверем. Он долго работал над тем, чтобы усовершенствовать её. Например, у многих настоящих медведей задние лапы короче передних, что в условиях холмистой местности сильно замедляет. Поэтому Грегуар «кое-что улучшил». И его Медведь действительно мог — Бегать!

С этими ощущениями мало что сравнимо. Любая случайно возникшая мысль тут же отбрасывалась, как ненужный хлам. Тело чувствовало дорогу и окружающие предметы словно часть себя. Зверь легко проскальзывал мимо любого препятствия, не сбавляя темпа.

Двигаясь вперёд длинными пряжками, Грег очень скоро оставил позади и лесопилку, и лай деревенских собак.

Он попал в хороший лес, не такой, как любимый ельник в родовом гнезде, но всё же очень неплохой. Местный кустарник хлестал по довольной морде скорее ласково, чем сердито, а деревья оказались не прочь подставиться под отметины от когтей.

Зверь промчался через уютную полянку с красивыми и, возможно, вкусными тенями, но решил оставить их на следующий раз. Лапы уверенно несли его к границам баронства, но вдруг резко остановились и повернулись на характерный стук топора.

Да вы шутите…

Все дикие животные могут ходить очень и очень тихо. Когда нужно.

На устроенной браконьерами делянке работали пять человек. Они неспешно срубали ветки с поваленных лиственниц и лениво переругивались между собой.

— Я не нанимался пахать весь день к ряду, где наша смена?

— Люди барона всегда опаздывают, Стю. Когда ты уже привыкнешь?

— Жрать охота, — простонал другой голос, — у нас что-нибудь осталось от ужина?

— Ты спрашивал то же самое час назад…

— Так осталось или нет?!

Грегуар сидел в кустах и улыбался так плотоядно, как только это мог делать настоящий медведь в малиннике. Тем более что ему действительно попалась малина.

Его грабили собственные соседи из ближайшей провинции. Очаровательно.

Высиживать в засаде было особенно нечего. Поэтому оборотень встал во весь рост, но его не заметили. Он нашёл сухую ветку и с удовольствием наступил на неё. Дальше оставалось только дождаться сакраментальной фразы, чтобы начать веселье.

— Медведь!!!

Понеслась.

Глава 7. Богомол

Обратный путь выдался сложным. Вести за собой на верёвке восемь человек, постоянно продираясь через кусты — то ещё удовольствие. Но настроение Грегуара это не испортило. Даже наоборот — за время прогулки по предрассветной прохладе у него созрел неплохой план.

В общей связке, помимо местных браконьеров, шли и люди соседского барона, которых Медведь решил вежливо дождаться. Благо они не сильно задержались, и ловить их было так же весело, как и первую партию идиотов.

В целом удивляться нечему. Чего в Империи действительно хватало — так это леса. Практически каждое баронство в том или ином виде его заготавливало. Но зачем тратить свой ресурс, когда можно просто украсть у соседей, которых «никогда нет дома»?

Добравшись до просёлочной дороги, «капитан» поймал «попутную» телегу, хозяева которой за нескромную оплату согласились довезти прямо до замка.

Работа закипела уже ближе к полудню. Грегуар передал удивлённому капралу партию браконьеров и велел секретарю вызвать людей из полиции, суда и муниципалитета. Последние примчались с удивительной скоростью, поэтому всего за четыре часа на нарушителей оформили все бумаги, включая чистосердечные признания, зафиксировали факт кражи (полиция, умеющая самостоятельно вылетать на место совершения преступления, нравилась «новому капитану» всё больше и больше) и документы передали в суд.

Юрист замка составил письмо «милому соседу» с официальной претензией. А дальше у того оставалось два выхода — либо пытаться доказать свою невиновность, что в этом случае затруднительно, либо выплатить компенсацию за нанесённый ущерб. И не маленькую — ведь пленники с великого перепугу сдали остальные делянки и примерные объёмы того, что вывезли за последний год.

Но это лишь первый этап плана. Пока специалисты возились с бумагами, Грегуар внимательно изучал карту провинции и отмечал точки, на которых потенциально могла вестись незаконная добыча. Собрав свободных людей, выделенных капралом, «капитан» принялся методично проверять каждую из них.

И следующие восемь дней оказались о-о-очень нескучными. Они носились практически по всей территории Иденс, «накрывая» одну группу за другой. В нескольких местах на браконьеров указали сами жители.

Зато, вдоволь «набегавшись», он нашёл ещё шесть точек, где добывали лес, торф и пушнину. И теперь некоторые нехорошие люди остались должны ему денег. Много денег.

***

Два дня спустя Грег сидел в одном из кафе столицы провинции, наслаждаясь хорошим чаем и приятным видом на центральную площадь города. Рядом на столе лежала папка с выпиской со счёта, сумма на котором грела не меньше, чем летнее солнышко.

— Не помешаю?

Грегуар чуть повернул голову и увидел Главного судью. Привстав, он пожал тому руку и вежливым жестом указал на стул напротив:

— Позволите вас угостить?

Судья улыбнулся, не разжимая тонких губ:

— Ещё как, молодой человек, у меня из-за вас столько работы, что некогда передохнуть.

Грег усмехнулся и подозвал официанта. Его собственный желудок не возражал против второго завтрака.

Ели преимущественно молча, изредка обмениваясь мнениями о нюансах местной архитектуры и кухни. Когда с едой покончили и остались одни напитки, судья достал портсигар:

— Я закурю?

— Пожалуйста, — нехотя согласился мужчина. Ему не нравился ни запах табака, ни эффект, который тот оказывал на организм.

Зато сам судья умел расположить к себе. Старый оборотень, невероятно худой, с цепким взглядом и ценным навыком работать быстро.

— Вы наделали шуму, капитан.

— Не то чтобы это стояло главной целью.

Курильщик затянулся и улыбнулся то ли сигарете, то ли собственным мыслям:

— Некоторые уже трясутся на своих местах — в ожидании, когда вы за ними придёте.

— А разве они в моей компетенции?

— Не то чтобы, — сумел пошутить собеседник, — но всегда можно найти обходные пути.

Грегуар вернул ему улыбку:

— Рекомендуете поискать?

Судья сделал новую затяжку и отрицательно покачал головой:

— Хорошие люди могут бездействовать только потому, что не хотят влезать в дела баронов, обычно всё решающих меж собой за закрытыми дверями.

Он откровенно намекал на то, что предыдущие владельцы являлись частью «схемы», работая в обход государственной казны. Естественно, никто не лез в их дела.

Грегуар вообще не собирался развивать эту историю дальше. Грандиозных планов на город и провинцию он пока не строил. И даже если судья врал, хотя и чувствовалось иначе, по сути, никакой разницы.

— Ну, раз хорошие люди ничего не совершали, значит — за ними никто не придёт.

— Приятно иметь дело с понимающим человеком.

— Я ещё и любопытный.

Судья затушил остатки первой сигареты и тут же взял другую:

— И что любопытно вам сегодня?

— «Ночной цвет».

Собеседник кивнул и снова сделал длинную затяжку:

— Мне говорили, вы присутствовали на месте недавней трагедии.

— Случайно оказался.

— Да, — продолжил мужчина помолчав. — Мы никогда не знаем, на каком углу нас поджидает судьба, — взгляд судьи задержался чуть дольше, чем нужно, на парне, который раздавал листовки на перекрёстке, — Но если оставаться внимательным…

— То можно найти, что ищешь.

— Именно. — Передумав, старый оборотень отправил сигарету в пепельницу и неожиданно посмотрел Грегуару прямо в глаза. — Капитан, вы знали, что у моей семьи есть собственная, связанная с этим… гм… «растением» история?

Грег удивился, и эмоция отразилась на лице.

— Увы, да. Один из моих сыновей имел неосторожность натолкнуться на людей… скажем так, торговцев упомянутой субстанцией. Так и не выяснил в чём заключалась их мотивация. Однако теперь я вижу Его только на кладбище.

— Мне жаль это слышать.

Мужчина кивнул и крутанул в пальцах портсигар:

— Убийцы моего ребёнка давно лежат в собственных могилах. Сами понимаете — «лопата» у меня хорошая, но чтобы докопаться до источника, её всё же не хватило.

— Думаете, у меня получится?

— Уверен, вы предпримете очень хорошую попытку.

Попрощавшись с судьёй и оплатив счёт, он забрал со стола вещи и направился к перекрёстку. Как только Грег оказался в непосредственной близости, молодой мужчина в забавной жёлтой кепке протянул цветной рекламный листок. Мужчина развернул листовку и прочитал: «Салон хорошего настроения «Бархатный бант». Не упустите пятничную скидку».

***

Ли-Энн положила в сушилку последнюю вымытую тарелку, вытерла руки о полотенце и вышла из летней кухни во двор, радуясь про себя, что приближалось время заката.

Няня Вель спустилась с крыльца хозяйского домика и сонно улыбнулась:

— Спать идёшь, Лисёнок?

Девушка отрицательно покачала головой:

— Не хочу. Лучше пробегусь сегодня.

— Ты что-то зачастила.

— Всё равно в такую жару не спится.

— Поаккуратнее, Лисёнок. Хорошо?

— Обязательно.

Она чмокнула няню в щёку и пожелала доброй ночи.

Забор в приюте был чисто символический. Ли-Энн перепрыгнула нехитрую преграду и пошла вдоль поля, наслаждаясь стрекотанием сверчков. Форма довольная, что солнце почти зашло, вальяжно разворачивалась внутри, желая встать на все четыре лапки.

Ли-Энн сделала резкий прыжок вперёд, уходя в кувырок, и оказалась всё среди того же поля. Только трава теперь стала гораздо выше. Полупрозрачная духовная Форма освещала окружающее пространство мягким оранжевым светом.

Мир вокруг словно плыл, создавая ощущение нереальности и полусна. Она снова весь день слушала проклятые колокольчики. Они уговаривали их найти. Хотя девушка уже и так знала, где они находятся. И бежала именно туда.

Если бы сейчас её кто-то заметил со стороны, то увидел бы лишь странную «искорку», которая стремглав неслась сквозь траву, уверенно выбирая направление на Запертый лес.

Форма Ли-Энн не имела боевых качеств. Зато обладала иными преимуществами. Например, скоростью. Стоило девушке только подумать о конкретном месте, как дух тут же устремлялся в ту сторону быстрее любой собаки. Форма почти всегда знала дорогу лучше самой точной карты. Именно так Ли-Энн и удавалось находить людей, предметы и места. Просто в человеческом теле это получалось сложнее.

Пушистая «искорка» бежала до тех пор, пока не упёрлась в хищную улыбку огромного обрыва, отделявшего её от основной цели. Здесь колокольчики пели не переставая.

Ли-Энн вернула человеческий облик и села, скрестив ноги, стараясь совладать с остатками сомнений. За прошедшую неделю она прибегала сюда уже трижды. Запертый лес — потому и «запертый», что по нему запрещалось гулять. Не обязательно что-то красть. Достаточно перейти границу, чтобы оказаться по уши в неприятностях. И местные предпочитали не рисковать. Новый лорд откровенно не любил, когда нарушают правила. Его капитан всю неделю носился по провинции в поисках браконьеров. Кто знает, может, у него и здесь свои «уши»?

Девушка легла спиной на траву, вдыхая её густой запах и пытаясь отрешиться от дразнящего перезвона. Получалось слабо. Форма хотела есть. И это всегда было проблемой. Духу сложно угодить. Много лет Ли-Энн удавалось кормить его отражением светил. Она ставила на окно большую чашу с водой, дожидалась, когда на поверхности начнёт отражаться лунный серп или звёзды, и предлагала духу «выпить» воду. Обычно он соглашался. Иногда лик просил пламя свечи. Но эти угощения начинали ему надоедать.

Больше того, их силы в принципе не хватало. Форма медленно росла, что не позволяло раскрыть все её возможности. Из-за чего продолжительность жизни Ли-Энн оставалась под вопросом. Оборотень, который не развил лик, старился как обычный человек.

«Либо я на что-то решусь, либо этот звон сведёт меня с ума».

Она поднялась на ноги и пошла вдоль обрыва в ту сторону, где находилось нужное место.

В Запертом лесу добыча чего-либо, тем более — древесины, не велась. Поэтому за полтора века здесь образовался такой бурелом — хоть картины пиши. Периодические грозы и сильный ветер ломали старые и больные деревья. Падали они и в обрыв.

В прошлый раз Ли-Энн удалось найти местечко, где случайная молния повалила несколько сосен, до которых следопыт могла добраться обычным способом. На длинные прыжки у Формы пока не хватало сил.

Ли-Энн потянулась в карман штанов за перчатками. Неровная стена «рва» давала шанс удачно зацепиться. Соблюдая осторожность, «нарушительница» спустилась, опираясь на каждый выступ, казавшийся надёжным. Почувствовав под ногами шершавую кору, следопыт медленно села и повернулась, ожидая, что в любой момент дерево соскользнёт ещё ниже, но этого не произошло. Девушка плавно подалась вперёд и, почти обняв ствол, поползла вверх, хватаясь за обломки веток.

На другой стороне она очутилась несколько позже, чем ожидала. Успело стемнеть. Перепачканную в земле и какой-то слизи одежду проще выбросить, чем отстирать, но сейчас Ли-Энн это не волновало. Звон колокольчиков стал просто оглушительным. Девушка вновь сменила Форму, и маленький Дух неуверенно двинулся к лесу, выбирая место, где протиснуться.

Требовалось действовать с большой осмотрительностью. Помимо жуткого волка, след которого она видела раньше, здесь мог обитать буквально кто угодно.

Запертый лес приветствовал непрошеную гостью мрачно и настороженно. Вымахавший до невероятных размеров кустарник заполнял всё свободное пространство между могучими деревьями. Кроны в некоторых местах смыкались в единый ковёр, полностью скрывая луну. Несмотря на сухую погоду, пахло мокрой землёй и мхом.

Мир энергий здесь воспринимался как-то иначе. Слишком сложно и многослойно, но тратить время на исследование — опасно. Ли-Энн нашла тонкий ручеёк «звенящего серебра», струящийся в воздухе, и пошла вдоль него к источнику её бессонных ночей. Блуждать пришлось ещё около часа.

Звук шёл откуда-то сверху. Дух поднял острую мордочку и попробовал подпрыгнуть как можно выше. Он упрямо лез, цепляясь крохотными коготками за каждую трещинку в коре. Как назло, попалась сосна, и все ветви располагались очень высоко. Человеческий облик здесь не подходил.

Дерево казалось бесконечно длинным. Больше всего Ли-Энн боялась упасть. Дух не разобьётся, но придётся начинать сначала. Вскарабкавшись на нужную ветку, она с опаской осмотрелась. Вроде ничего угрожающего. Ни подозрительной паутины, ни огромных гнёзд.

А ещё — источник звона находился прямо перед ней. Изящная лоза обвивала ветку несколько раз. На её вершине, на фоне общей темноты, отчётливо выделялся полураскрытый бутон, источавший слабый серебристый свет. Осторожно переставляя лапки, дух подошёл к цветку и понюхал его.

Теперь звон заполнял не только голову, но и всё тело. Чем больше она вдыхала, тем красивей становилась песня. Убаюкивающая. Навивающая удивительные сны.

Насытившись, Лисёнок свернулся калачиком рядом с лозой и действительно уснул.

***

— Вот такое обычно называют «внезапно», — прокомментировал Маркус, шумно переворачивая страницу газеты.

— Согласен.

Грегуар вернул письмо из министерства обратно в конверт. Основной завтрак мужчина успел закончить и с благодарностью принял от горничной чашку с горячим чаем.

Леонард страдал за этим же столом. Он ещё не ложился, а точнее, только что вернулся в замок после очередного светского визита вежливости. Голова младшего лежала на руках рядом с тарелкой нетронутой еды и весьма наслаждалась похмельем.

— Как думаешь, чего они хотят? — участливо простонал брат.

— Навряд ли извиниться и взять меня назад.

— В тексте упоминается адвокат. Возможно, надо дозаполнить какие-то бумаги, — предположил Маркус.

— Ну да, на моё заседание даже защитника не пригласили…

— У меня дурное предчувствие, — продолжал надрываться Леонард, не поднимая головы. — Как бы тебе настоящий юрист не понадобился.

Как бы ни хотелось возразить, пьяный родственник мог оказаться прав. При умелой манипуляции фактами можно подставить кого угодно.

Маркус бросил на него мрачный взгляд:

— Что планируешь предпринять?

— Поехать и узнать в чём дело, — пожал плечами Грег, не выпуская чашки из рук.

— Могу составить компанию, — проникновенно произнесло тело Лео.

Мужчина едва сдержал улыбку:

— Обойдусь. Но раз уж ты сегодня столь любезен, у меня для тебя другое дело, — он достал из кармана рубашки сложенную листовку и положил рядом с тарелкой Леонарда. — Сходишь вот сюда и купишь дозу «Ночного цвета». Это стимулятор. Сам не пей ни в коем случае.

— Хочешь провести тесты? — заинтересовался Маркус.

— Да, для начала посмотрим, что это такое.

— Посодействую, — откликнулась «газета».

— Я на это и рассчитывал.

Леонард раскрыл рекламное объявление и героически повернул голову:

— Здесь я ещё не пил.

Быстро попрощавшись, Грегуар сначала направился в комнату связи послать сообщение отцу, а затем вернулся к себе, чтобы сменить форму капитана на имперский мундир, от которого как-то быстро успел отвыкнуть.

Ответ Главы Дома пришёл через полчаса. При необходимости члены Семьи общались через телеграф с помощью закодированной системы. Доминик ничего не знал о срочном вызове в министерство и хотел встретиться вечером лично.

Из хороших новостей сегодняшнего утра — парк машин, наконец, доставили. Проверили, зарядили и даже нанесли клановый герб на дверцы. Как того требовала традиция. Чёткий контур дерева с четырьмя направленными вверх прямыми линиями ветвей в геральдике Империи символизировал осину — древо рода Северного Когтя. Тёмную краску пересекали пять грубых росчерков серебряного цвета — следы медвежьих когтей. Так как самой распространённой Формой в клане являлся Медведь.

Лейтенант ехал один, поэтому выбрал быструю модель. Машину характерного свинцового оттенка предгрозовых облаков. Символично. Грег вспомнил коня со знаковым именем Гром и усмехнулся про себя. Буря, которая развернулась над его головой недели назад, совсем не утихла. Он просто удачно про неё забыл. На время.

Интуиция намекала, что день предстоит сложный. И Грегуар давно научился принимать её советы всерьёз. Каждый оборотень потенциально мог обнаружить в себе и по желанию развить Особый Навык. Необычный природный талант, предрасположенность, дар, способность. Но для этого требовалось напрягаться десятилетиями, и реальных успехов добивались единицы.

Отец умел вкладывать силу эмоций в голос, что превращало его в мастера переговоров. Мама обладала феноменальной памятью на лица и запахи. Грегуару же досталась «интуиция», которую он попервости отказывался признавать за Особый Навык. Разве такое есть не у всех? Но потом смирился. Чутьё слишком много раз спасало жизнь, чтобы игнорировать его значимость. И сегодня оно предупреждало о проблемах.

Мужчина вырулил из ворот замка на основную дорогу, привыкая к машине и постепенно набирая скорость. До ближайшего баронства с частным транспортным узлом примерно пять часов езды. К обеду можно оказаться в министерстве.

До границ Иденс Грег добрался даже быстрее, чем планировал.

Джаркес — так назывался местный город, а точнее — единственный город соседней провинции, который занимал практически всю её площадь. Очень маленькое баронство. Можно сказать, крохотное. Однако хваткий хозяин умело превратил его в настоящий логистический оазис, а заодно — и в активную зону торговли.

По сравнению с сонным Иденс, здесь было о-о-очень людно. Однако клановый герб творил чудеса, и место для машины на привокзальной парковке нашлось само собой. Отмечая про себя продуманность инфраструктуры и расторопность обслуги, Грегуар мысленно занёс в список дел ещё и очное знакомство с местным бароном. Такие соседи ему нравились.

***

Выходя вместе с другими пассажирами из транспортного «Окна» на столичную брусчатку, Грег инстинктивно прислушался к тому, как оно работает. «Я становлюсь параноиком».

За те недели, пока лейтенант отсутствовал, в сердце Империи не изменилось ничего. Всё те же идеально ухоженные улочки, отделанные бронзой фонарные столбы и лавочки, фонтаны, окружённые клумбами, бесконечные магазины и офисы торговых представительств, военная форма, гильдейские сюртуки и куртки, длинные платья и элегантные кареты. Энергомобили в центр столицы не допускались, чтобы не портить вид.

До министерства дошёл пешком за полчаса, собираясь с мыслями и попутно кивая старым знакомым.

Мужчина передал документы администратору и получил приглашение в кабинет буквально через минуту.

— Милорд, я очень рад, что вы откликнулись так быстро. — Адвокат министерства вежливо поклонился, как того требовал протокол, и жестом пригласил присесть. — Из-за вашего срочного отбытия мне не удалось оформить некоторые документы. Прошу вас ознакомиться.

Грегуару передали целую папку разного рода бумаг, показаний, свидетельств, экспертиз и прочего официоза, которым его явно отвлекали от главного. Откладывая в сторону очередной листок, он заметил, что помимо «печатки министерства», которую традиционно выбирали юристы, на среднем пальце собеседник носил ещё одно знаковое кольцо. Перед ним был врач. Не абы какой, а профессор Академии Медицины и Энерготерапии.

Последующий разговор «ни о чём» под разбор ничего не значащих бумажек только убедил Грега в правильности первого впечатления. Ему приготовили полное списание. Видимо, нарыв побольше информации про сложность ранений в Рубиновой пустыне, кто-то решил сделать финальный ход и поставить жирную точку на его военной карьере. А мирно беседующий с ним врач составлял «профессиональное мнение».

Грегуар сжал зубы, но дёргаться сейчас не имело смысла. Ситуация, по сути, не являлась необычной или скандальной. Многие члены Великих Домов уходили на заслуженный покой раньше срока из-за полученных травм при исполнении воинского долга.

Подписав последний документ, он вежливо попрощался и вышел. Чувствуя, что эмоции начинают брать верх над разумом, мужчина проделал привычное ещё с детства упражнение на концентрацию — две цепочки счёта от пятисот до одного и от одного до пятисот нужно провести одновременно, последовательно чередуя их между собой. Когда оборотень добрался до подходящего магазина, привычное спокойствие вернулось на прежние позиции.

Раз уж попал в столицу, то помимо отца стоило встретиться ещё с одним человеком.

***

— Грегуар, вот это сюрприз! — Идлис привычно привстала на цыпочки, чтобы поцеловать его в щёку. На мгновение они обнялись и улыбнулись друг другу.

— А я с дарами, — он передал высокую прозрачную коробку, сквозь стенки которой виднелись три яруса разноцветных конфет и пирожных. — Настоящие учёные живут на шоколаде.

— Это верно, — снова рассмеялась девушка с эбеновой кожей и удивительными чёрными глазами.

Невеста Маркуса руководила лабораторией своего отца и большую часть времени проводила именно на работе. Куда Грег и решил заглянуть.

— Как там мой возлюбленный? — продолжила Идлис, с интересом рассматривая одну из конфет.

— Традиционно: хандрит, собирает какое-то жуткое устройство, питается газетами. Будет очень рад, если его навестят.

Девушка хитро прищурилась:

— Ты пришёл заманить меня в своё скромное захолустье.

— Истинно так.

— Что случилось?

— Скажем, есть субстанция, которую не мешало бы показать настоящему профессионалу. Как у тебя с графиком?

— Теоретически могу выделить несколько дней, но сначала нужно согласовать.

— Время терпит. Как только получу необходимое — свяжусь с тобой. Обещаю королевский приём и комфортную доставку.

***

Покидая здание исследовательского центра, он «поймал» спиной чей-то внимательный взгляд, но пока решил игнорировать. Сейчас требовалось вовремя попасть на встречу с отцом — и Грегуар устремился в сторону жилых кварталов.

В столице Семья владела несколькими домами. В одном из них жил самый старший брат Александр с женой и племянницей. В другом — родители.

Доминик ждал в саду:

— Сын, — они обнялись, и Глава Дома повёл его по песчаной дорожке вглубь цветника. — Рассказывай.

Грегуар вкратце перечислил события первой половины дня и мысли по этому поводу. Лицо отца хранило спокойное выражение:

— Наши недруги почему-то торопятся. Что планируешь предпринять?

Грег внутренне удивился тому, что ему предоставили право решать, но вслух произнёс:

— Ничего. Пускай делают что хотят. Это даст время подготовиться.

Глава Дома улыбнулся одними уголками губ и кивнул:

— Хорошо. Держи меня в курсе всего интересного.

***

Оказавшись в Джаркесе, Грегуар вновь испытал чувство тревоги, которое, правда, тут же исчезло.

Тот, кто вёл его, был очень неплох. Даже не смотрел прямым взглядом. Долго торчать в толпе не имело особого смысла, поэтому, проходя мимо стенда с информацией, мужчина мельком глянул на карту города. Сегодня удача покинула его не насовсем, поэтому место для встречи с «неожиданным попутчиком» он выбирал сам.

Рядом с вокзалом находились не только склады, но и внушительный кусок леса, который постепенно расчищали под дальнейшее строительство. Охрана дежурила только у зданий. Нет нужды «сторожить деревья».

Грег не мешкая углубился в зелень, сожалея лишь о том, что не взял с собой сегодня оружие. Значит, придётся импровизировать.

Ощущение чужого взгляда заметно изменилось и усилилось. Складывалось впечатление, что оно будто прыгает или перелетает с места на место, медленно настигая цель. Однако никаких посторонних звуков наёмный убийца не издавал. Словно двигался, не касаясь ногами земли.

Сумерки быстро отвоёвывали пространство у закатного солнца, что, наверное, являлось преимуществом для них обоих. Грегуар по-прежнему не видел преследователя, но чувствовал, что тот уже практически… здесь!

Опасность «летела» справа, поэтому он ушёл от удара, перекатившись по земле и резко развернувшись лицом к тому, кого всё ещё не мог обнаружить. Или же мог?

На стволе дерева, у которого мужчина только что стоял, сидел богомол, примечательной сиренево-чёрной расцветки.

«Всего одно касание, и я — труп».

Обе передних ноги этого вида, точнее — та их часть, что называлась когтем или клешнёй, содержали смертельный яд, останавливающий и сердце, и дыхание практически мгновенно.

Медведь внутри него рвался наружу, но Грегуар хотел увидеть больше, прежде чем начать действовать.

Богомол беззвучно «клацнул» челюстью и наклонил голову как бы в сомнении — стоит ли продолжать. Но, видимо, на сегодняшний день его лимит терпения оказался исчерпан, поэтому убийца прыгнул, за секунды накачивая свою Форму силой и превращаясь в уже очень большого богомола. Ещё пару мгновений назад он оставался не длиннее ладони — и вот уже возвышался над головой, как вставший на дыбы конь. Увеличение или уменьшение лика и считалось, и являлось крайне сложным приёмом. А это означало, что за ним прислали действительно опытного противника.

Гигантское насекомое резко выбросило вперёд смертоносную ногу, пытаясь рассечь одним ударом. Теперь конечности Богомола разили не хуже хорошей глефы или меча. Грег снова увернулся, привыкая к изменившимся размерам оппонента.

Хищное насекомое размахивало у него перед лицом острыми серпами, полагаясь на преимущество немалого роста, но в цель не попадало и выбивало из земли тяжёлые куски дёрна. Грегуар не сомневался, что наёмный убийца осведомлен о медвежьей Форме. Зато про Тень, скорее всего, ничего не знал.

В какой-то момент Богомол резко развернулся и нацелил удар точно в живот, но именно это от него и требовалось. Мужчина послушно подставился, расслабляя тело до состояния прозрачной Тени. Коготь прошёл сквозь него, и удивлённый Богомол начал терять равновесие, заваливаясь вперёд.

Вместо того чтобы вновь уйти в сторону, Грег прыгнул вверх, навстречу голове убийцы, двигаясь вдоль его передней ноги.

Пока тело сохраняло теневую Форму, неуязвимую для нападающего, челюсти Грегуара с усилием трансформировались в медвежьи.

Меняться лишь частично, да ещё сохраняя атрибуты обеих Форм, было крайне неприятно. По правде сказать, он делал это в первый раз, но ситуация не оставляла иного выхода.

Зубы Медведя с хрустом переломили серповидную ногу у основания «плеча» Богомола, и Грегуар мгновенно вернул себе прежний облик, хватаясь за новый трофей. В человеческой руке откушенная конечность сработала, как настоящая боевая коса.

Один взмах — и отрубленная голова Богомола покатилась в ближайшие кусты.

Глава 8. Нарушительница

Пока Грегуар с интересом рассматривал, как мёртвый наёмный убийца частично возвращается в прежнее человеческое состояние, набежала охрана.

Пришлось давать объяснения. Благо комиссар полиции Джаркеса очень быстро сообразил, что происходит, поэтому официальная процедура заняла минимум времени. Его даже напоили чаем.

Пользуясь моментом, «капитан» договорился о том, что вскоре его Дом заберёт тело, а также попросил об услуге. Учитывая обстоятельства, стоило проверить и энергомобиль, который почти весь день находился в охраняемой зоне… Но всё же. Всё же.

На осмотр машины сначала техническим специалистом, а потом и штатным «энергоинженером» ушёл целый час. Чисто.

Грег вернулся в замок уже глубокой ночью. Его встретил заботливый сенешаль, который, кажется, вообще никогда не спал. Он предложил хозяину «поздний ужин», от которого мужчина не собирался отказываться. Заодно отдал слуге важное поручение.

С предприимчивым бароном соседнего Джаркеса следовало срочно начинать дружить. Поэтому Грег решил отправить «скромный дар» из своих алкогольных запасов с вежливым письмом благодарности за оказанную в трудный момент помощь.

Будущий подарок и ещё кое-какие нужные мелочи лежали в личном хранилище, но уже в родовом замке клана. Пришлось выдать сенешалю соответствующую официальную записку, разрешающую забрать определённые вещи от его имени. Даже если владелец Джаркеса не любит алкоголь, как и сам Грегуар, то точно оценит истинную стоимость каждой бутылки.

Добравшись, наконец, до кабинета, Медведь с удовольствием рухнул в постель и уснул. Разумеется, без задних лап.

***

Главное представительство гильдии, в которой состояла Ли-Энн, находилось в городе Альдино, третьем по величине мегаполисе Империи. «Надкушенная башня» занимала несколько отреставрированных зданий в центре, а в жилых кварталах администрация снимала пару высотных домов под общежития.

Большую часть года Ли-Энн проводила именно в Альдино. Комнату в общаге предоставили добротную, поэтому тратиться на отдельную квартиру не приходилось.

Почти все воспитанники Деда состояли именно в «Надкушенной башне». Хорошая гильдия, не самая крупная, но она давала жирные заказы, не мухлевала с оплатой и следила за тем, чтобы права её членов соблюдались клиентом. Наёмники сюда стекались тоже сходного сорта. Здесь народ не любил лишний пафос и прочую ерунду, мешавшую заниматься делом.

Предыдущие осень, зиму и весну Ли-Энн проработала, поэтому планировала провести хотя бы лето в приюте, но внеурочный заказ выдернул её из дома. Пришлось срочно ехать на вокзал в Джаркес.

К обеду она добралась до Альдино и получила контракт от дежурного администратора. На удивление — заказ индивидуальный и, что более интересно, — бессрочный. Исполнение такого договора могло растянуться на годы — до полного выполнения задачи или же до момента, пока клиент сам не прервёт процесс. В описании значилось «найти вещь». Ли-Энн взглянула на предлагаемую сумму. Попробовать стоило.

В назначении указывался и номер «Окна», чтобы перенести её из гильдии в нужное место.

***

Она сошла с транспортной площадки и очутилась в каменном коридоре либо замка, либо крепости. Никаких опознавательных гербов, вензелей или элементов декора. Только слегка чадящие факелы.

Немолодой мужчина, одетый как сенешаль, с тем же успехом мог оказаться и актёром с улицы:

— Мисс Ли-Энн, прошу следовать за мной.

Он провёл её через несколько столь же безликих коридоров и открыл ключом одну из дверей.

Эта комната обладала двумя примечательными особенностями — невероятно яркое освещение и просто умопомрачительное количество предметов, занимающих практически всё свободное пространство. Они пылились на полках, были сложены в большие кучи на диванах, креслах, столах, книжных шкафах, валялись даже в камине и лежали в сумках на полу.

«Сенешаль» прошёл в угол комнаты, где стояли узкая кровать и пустой стол, а затем махнул рукой в сторону смежного закрытого помещения:

— Уборная.

Ли-Энн кивнула. Мужчина достал из кармана чёрный куб размером не больше спичечного коробка:

— Для наведения. Внутри находится… эм, частичка очень важного человека. Поэтому не открывайте, пожалуйста.

— Что именно я должна найти?

— Личную вещь этого человека.

«Сенешаль» явно не собирался ничего объяснять, поэтому она ответила, что поняла. Тот удалился, предусмотрительно щёлкнув замком.

Девушка заглянула в ванную. Ничего необычного. Просто душ и туалет. Хотя наличие нормальной канализации, конечно, радовало.

Ли-Энн села на кровать и прислушалась к ощущениям. Дух молчал, не чувствуя ничего опасного. Девушка привычно потянулась к его силе, провела заряженной рукой по глазам и… тихо вскрикнула зажмурившись.

Каждая вещь в этой проклятой комнате имела собственное свечение. Вместе предметы создавали такую какофонию цветов и образов, что невозможно смотреть. И, похоже, льющийся из многочисленных энерголамп свет этот эффект только усиливал.

Ли-Энн решила инициировать маленький эксперимент. Она взяла табакерку с ближайшего стула, накинула на голову одеяло и попыталась рассмотреть вещь, отделив её от остального энергетического поля. Но эффект сохранился. Волна оттенков и бессмысленных фигур начала затапливать сознание.

«Возможно, одеяло — слишком тонкая преграда».

Она вышла в ванную, закрыла дверь и снова уставилась на табакерку. Проблема никуда не исчезла. Безжалостный океан образов принялся ломать её концентрацию сотнями непонятных картин и оттенков.

Ли-Энн вернулась в комнату. Видимо, истории об экспериментальных защитах, например, сокровищниц от таких людей, как она, оказались правдой. Загадочный заказчик проводил какой-то тест.

Девушка вновь села на кровать и взяла в руки чёрный кубик. Духовным зрением не стоило пользоваться, но на этом её навыки не заканчивались. Она попыталась сонастроиться с тем, что находилось внутри коробки.

Энергия духа этого человека ощущалась тёплой и даже мягкой. Форма отреагировала на неё странной смесью любопытства и грусти. Ли-Энн потянула это чувство на себя, пытаясь сделать максимально своим. Будто бы она искала вещь, которая принадлежит ей лично, а не этому «человеку из коробки».

Следуя за инстинктом, она медленно обходила комнату, «отпуская ноги», чтобы они привели к нужному предмету. На третьем круге знакомое ощущение в ступнях всё же появилось. Оно подталкивало к одному из книжных шкафов. Девушка стала водить «кубом» вдоль книг, пока не ощутила характерного покалывания в пальцах.

То, что нужно. Старый учебник по картографии.

Ли-Энн перенесла книгу на пустой стол. Но, похоже, это было ещё не всё. Ступни продолжали гореть и водить по комнате. Что казалось странным, ведь просили всего одну вещь…

Через три часа на столе лежали: учебник, потёртая перьевая ручка, плетёная закладка для книг из непонятной бумаги и простое чёрное мужское кольцо, вырезанное из чего-то, напоминающего агат или рог.

Ли-Энн для проверки провела «кубом» над всеми найденными предметами. Они казались настоящими. Так говорили инстинкты следопыта.

Не зная, чего дальше ожидать, девушка подошла к входной двери и постучала. «Сенешаль» явился практически сразу. Он осмотрел содержимое стола, сделал пометки в папке и поставил подпись на контракте:

— Мисс Ли-Энн, мы благодарим вас за оказанные услуги. Они будут оплачены в полном объёме. Прошу проследовать за мной к выходу.

На самом деле она не являлась никакой «мисс». Но спорить с заказчиком — дурная примета.

Пришло время возвращаться домой.

***

Начало утра прошло для Грегуара в комнате связи. Он больше часа интенсивно «переписывался» с главой охранной службы Дома Северного Когтя. Советник отца по безопасности хотел не только отчитаться о том, что тело наёмного убийцы успешно транспортировали для дальнейшего изучения, но и уточнить подробности произошедшего.

Аристарх был стар, опытен, дотошен и подозрителен до состояния паранойи. Эти и многие другие качества делали его невероятно эффективным на должности, которую он занимал последние лет пятьсот, если не больше. Советник выдал целую череду сообщений, в которых выражал крайнюю обеспокоенность происходящим. Учитывая, что общение шло в зашифрованном виде, мозги Грега плавились и требовали пощады, но он старался сохранять предельную вежливость.

Затем вместо завтрака ему досталась не менее интересная беседа с капралом Вудсом, отвечавшим за фактическую охрану замка. Его подчинённый заметно волновался, но очень складно и лаконично «разъяснил», что в условиях изменившейся ситуации гарантировать безопасность главного работодателя, а также людей, служащих в замке, он не может.

Вверенных ему солдат для этого не хватало. Арсенал полупустой и… «вообще — в замке дыры!». Джим был готов сдать пост и перейти на любую другую работу, которую ему отведёт хозяин замка. Он также подготовил подробный список того, чего недоставало и что следовало, по его мнению, немедленно изменить.

Грегуар слушал, не перебивая, втайне гордясь тем, насколько вырос за такой короткий период человек, на которого он в принципе возлагал большие надежды. Пришлось признать правоту Вудса — и раз уж предстояло осесть здесь надолго, следовало наметить некоторые улучшения. К тому моменту, как они закончили обсуждать последний пункт из длинного списка, наступил обед.

Дальше Грег планировал потратить время на анализ состояния производств, зон добычи и фермерских хозяйств. Хотел знать — во что ещё не поздно вложить ресурсы до наступления осени или хотя бы зимы, чтобы быстрее начать получать прибыль. Возможно, кому-то требовалась поддержка, чтобы не прогореть и так далее. Однако отчёт оказался не готов. Появился шанс провести остаток дня в куда более интересной обстановке.

***

Медведь с удовольствием нёсся в сторону Запертого леса. Грегуар старался придерживаться полупустых территорий, чтобы не привлекать лишнего внимания. Наслаждаясь просто движением без необходимости думать, он добрался до того самого «рва», о котором так много слышал.

Из глубины хищно смотрели обломки поваленных деревьев и выпавшие из стен обрыва острые куски камня и глины. Другой «берег» действительно находился далеко. Зато пространства для разбега и хорошего прыжка хватало.

Оказавшись на противоположной стороне, Грег вернул нормальное обличье и решил пройтись. Красивый лес. Тёмный, дикий и молчаливый. Птицы почему-то предпочитали здесь не селиться или просто старались не обнаруживать себя.

Мужчина ещё раз окинул взглядом сросшиеся намертво кусты, огромные деревья — и понял, что человеком и тем более Медведем продираться сквозь всё это великолепие очень долго. Зато бесплотная Тень справится с задачей играючи.

Форма духа, к категории которой, предположительно, относилась Тень, могла свободно проходить через многие предметы. Например, в этом случае — через плотные кусты. Или сквозь стулья, если бы она перемещалась в помещении. Для движения она использовала внимание и концентрацию, а не физическую силу, как Форма животного. В зависимости от уровня развития сознания оборотня, дух мог превосходить зверя в скорости и ловкости. Однако имелись и ограничения.

Во-первых, само сознание человека лимитировало возможности духовного лика. Чем больше оборотень сомневался в себе, тем хуже проявляла себя Форма духа. Во-вторых, последний подчинялся миру энергий, в котором обитал. И многие живые объекты — деревья, представляющие собой мощные источники силы, плотные слои породы, камень и железо становились для него непроходимыми препятствиями. Но Грегуар и не собирался ломиться напрямик через деревья. Их можно спокойно обойти.

***

На полный осмотр всей площади Запертого леса у него ушло аж четыре дня постоянных вылазок. Немаленький кусок земли, который пешком можно пересечь часов за десять. При наличии дороги, конечно. Нашлось много потенциально ценного на дальнейшую перепродажу. Но требовалось всё нормально описать. Правда, егерская служба провинции пребывала не в лучшем состоянии. Кто-то из предыдущих хозяев вынес старые описи из архива, что вновь подтверждало причастность к незаконному вывозу леса и прочего. А ещё следовало убрать часть поваленных деревьев, сухостоя и вообще озаботиться вопросом пожаробезопасности, чтобы снизить вероятность дорогостоящих случайностей. Однако в первую очередь Грегуара интересовало не это.

Он искал волка и не находил его. Если бы не убедительные свидетельства того, что животное существовало, то мужчина бы не сомневался — крупных хищников в заповеднике не водилось.

Самые широкие тропы принадлежали кабанам и барсукам. И никаких признаков жизнедеятельности волка. Ни клочков шерсти на кустах, ни экскрементов, ни следов лёжки или «хорошего обеда», ни отпечатков лап на земле.

Пройдя вдоль очередной звериной тропки, он остановился отдохнуть. Грег стал человеком и отрешённо прислонился спиной к дереву. Время признать — поиск ничего не даст, потому что он изначально вёл его неправильно. Единственным знакомым ему видом Волка, способным «оставаться невидимым, ничего не есть и не пить», был Человек.

На территории Иденс жил очень хороший практик, скрывающий волчью Форму. Это объясняло и тот факт, что хищник по природе не тронул тела двух мёртвых людей, а просто решил полюбопытствовать.

Грегуару хотелось стукнуть себя по лбу за то, что не догадался сразу, но самобичевание не входило в список его любимых привычек. Тем более что в лесу, наконец, появилось что-то действительно необычное.

Маленькая оранжевая искорка пронеслась под кустами, а затем сосредоточенно полезла на сосну в шагах пятнадцати от того места, где он стоял. Мужчина сменил Форму на теневую, чтобы изучить эту странность поближе.

Он встретил духа. Точнее, духовный лик ночного животного, которого в Рубиновых песках называли «закатный лис». Некоторые народы пустыни смогли одомашнить изначально дикий вид и использовали его для поиска самого бесценного сокровища песков — воды.

Для человека, рождённого в Империи, закатный лис скорее походил на крохотную куницу, но с очень пушистым хвостом. Хотя куницы, как и лисицы, в отличие от конкретно этой, умели лазить.

Прозрачный оранжевый Лисёнок вскарабкался на желанную ветку и с упоением принялся нюхать непонятное растение. Грегуару пришлось ждать почти полчаса. Насытившись, дух исчез, зато его место заняла уже знакомая девушка. Воспитанница Мастера Ивана ещё какое-то время сидела, рассматривая цветок, а затем вернула Форму духа, спрыгнула на землю и устремилась в том же направлении, что и появилась.

В этом стоило разобраться.

Несколько следующих таких встреч навели на мысль, что Ли-Энн посещает Запертый лес только в послезакатный период. Это подтвердили люди Вудса, которым поручили присматривать за местом в светлое время суток. Дни Грег посвящал бесконечным делам по реорганизации замка, зато ночью — можно себя развлечь. И заодно узнать — зачем ещё следопыт ходит на запрещённую территорию.

Однако никакого «ещё» не случилось. Ли-Энн интересовалась только непонятными растениями, испускающими холодный серебряный свет. И за последующие восемь дней «капитан» смог убедиться в этом окончательно. Воображение рисовало заманчивые сюжеты, где девушка знала Волка, и даже помогала ему продавать или перевозить «Ночной цвет». Но, увы, детективной историей здесь и не пахло. Настало время что-то решать с этой дурацкой ситуацией. Поэтому дождавшись, когда Лисёнок удовлетворит аппетит, мужчина сменил Форму на подходящую и поинтересовался:

— Нарушаете?

***

Первый животный инстинкт — бежать! Однако человеческое сознание понимало, что не сработает. Ли-Энн медленно выдохнула и вернула обычный облик. Следопыт посмотрела вниз, уже заранее понимая, кого увидит. Капитан Рэг обладал очень специфическим голосом.

— Да, видимо, нарушаю, — тихо согласилась она.

Луис сделал жест, приглашающий спуститься. Пришлось подчиниться. Благо в этот раз ветка находилась невысоко. Спрыгнув, девушка заправила косу под воротник рубашки, чтобы волосы не цеплялись за кусты, и неуверенно скрестила руки на груди:

— Будете арестовывать?

Он смерил её полунасмешливым взглядом:

— Да пока нет.

Ли-Энн молчала, рассматривая рядом стоящее дерево и пытаясь найти хоть какой-то адекватный выход из ситуации: «Это же надо так глупо попасться».

— У вашего духа проблемы с питанием? — задал неожиданный вопрос капитан.

Она перевела взгляд на носки своих ботинок:

— Он в последнее время практически ничего не ест, кроме этих странных цветов.

— Как планируете это решать? — продолжал допытываться Луис.

— У меня подготовлен один долгосрочный вариант, но до него ещё нужно дожить, — через силу призналась она.

— А именно?

Ли-Энн безумно хотелось спрятать руки в карманы штанов, но приходилось сдерживаться:

— Я нашла наставницу в Рубиновой пустыне. Она путешествует вместе с Большим Караваном. Обучение уже оплачено, плюс ей не помешает помощница, но караван придёт на нужную стоянку только зимой.

Капитан удивлённо дёрнул бровью. Большой Караван составляли самые крупные торговцы Рубиновых песков. Объединившись в огромную группу, они перемещались между несколькими богатыми государствами западного региона. Союз создавался не из дружеских побуждений. На преимущественной части пустыни царила анархия. Слишком обширная территория, чтобы эффективно контролировать. Караван собирался в первую очередь из соображений максимально продуманной защиты.

— Не самый безопасный вариант, — заключил Рэг.

Ли-Энн пожала плечами:

— Какой есть.

— Мастер Иван вряд ли это одобряет.

Она кивнула. Какое-то время мужчина молчал, что-то обдумывая, а потом вдруг выдал:

— Ладно, сделаем так. Тебе можно сюда приходить, но только вместе со мной.

Девушка подняла на него удивлённый взгляд.

— Выработаем простые правила, — не останавливался капитан. — Если меня нет, ты остаёшься по ту сторону обрыва. Если я сказал «беги» или «прячься», ты выполняешь. У меня в лесу свои дела, и ты за мной не ходишь. Всё понятно?

Ли-Энн внутренне напряглась:

— Что вы хотите взамен?

— Ничего, — хмыкнул он. — Ну, почти. Если понадобится экспертиза по твоей части — проведёшь бесплатно.

— Почему вы помогаете?

На этот раз Рэг молчал дольше:

— Скажем так, я знаю, что такое попасть в безвыходную ситуацию и совершать безумные поступки, чтобы её решить.

Она смущённо отвела взгляд:

— Понятно.

— И ещё. Мастеру Ивану, да и никому другому, лучше не знать про наше маленькое соглашение.

— Само собой.

***

Доминик потратил очень много сил и времени, чтобы организовать эту встречу. И, наконец, загадочный «Гость», которого Грегуар охранял в тот злополучный вечер, согласился встретиться. Но на определённых условиях. Ему требовались гарантии не только полной безопасности, но и конфиденциальности.

Поэтому для беседы Доминик выбрал родовой замок «Исток Стужи» — самое надёжное место во владениях Северного Когтя. «Гость» не мог этого не знать. Для него приготовили индивидуальное «Окно», которое переносило в глухой коридор, заканчивающийся секретным кабинетом.

Глава охраны Дома выразил крайнюю степень обеспокоенности, так как ситуация выглядела отличной возможностью для попытки ликвидации. Но Доминик настоял на своём. Он чувствовал, что прав.

Тем более что гадать и рассуждать уже поздно. Дверь открылась.

— Мой принц… — он начал опускаться на одно колено в традиционном поклоне ещё до того, как полностью осознал, кого видит.

«Гость» быстро пересёк комнату и поднял Главу Северного Когтя за плечи:

— Мой друг, сейчас это ни к чему. Мы с вами слишком давно не виделись, чтобы тратить бесценное время встречи на церемонии.

Его Высочество Манганар — кровный брат действующего Императора и очень хороший друг самого Доминика. Более того, их связывали и другие обязательства перед государством, о которых знали лишь единицы.

Факт того, что целью неудавшейся попытки убийства оказалась персона из линии крови Императора, поднимал ставки в предстоящей игре на совершенно иную высоту.

— Вижу, моё появление вас по-настоящему удивило, — продолжил принц.

— Признаться, да. Был уверен, что вы до сих пор находитесь во владениях Доминиона.

По поручению короны Манганар несколько веков вместе с большей частью своей семьи жил на территории соседнего союза островных государств, занимаясь торговлей, решая щекотливые дипломатические вопросы и другие значимые для страны проблемы.

— Я тоже думал, что надёжно скрыл своё возвращение, но произошедшие события меня в этом разубедили.

Доминик кивнул и предложил принцу присесть — и тот занял одно из кресел. Алкоголь на переговорах Манганар не любил, поэтому Доминик просто сел в пустое кресло рядом и продолжил слушать.

— Хотел поблагодарить вас, мой друг, и вашего сына за спасение. Будь на его месте другой дежурный офицер, этой беседы бы не случилось.

— Рад, что всё обернулось так, как обернулось. Хотя не думаю, что Грегуар оказался рядом с вами в тот вечер случайно.

— Смею предположить, что вы, как и я, пока не знаете, кто действительно стоял за его назначением в мою охрану.

Доминик снова кивнул:

— Мне известны только ничего не значащие имена клерков. Не более. Я уже не говорю о причинах происходящего. Но, видимо, кто-то хотел одновременно и лишить меня очень важного члена Семьи, и стравить наш Клан с родом Императора, обвинив в вашей преждевременной кончине.

Манганар положил локти на подлокотники. Взгляд его льдисто-голубых глаз оставался спокойным, но губы слегка улыбались:

— Вы очень близки к истине, Доминик. Я вернулся на родину по серьёзной причине. Как вы, наверное, уже заметили — мой брат, Его Величество Император, стал реже появляться на публике. Всё-таки преклонный возраст начинает давать о себе знать. Он прислал личное письмо с просьбой о возвращении. В ближайшие несколько лет он планирует провести внутри Семьи очередные выборы.

— И у нас появится новый Император…

Манганар кивнул несколько раз.

— Вы планируете выдвигать свою кандидатуру? — чуть помедлив, спросил Доминик.

— Похоже, придётся.

— Тогда Дом Северного Когтя окажет вам всестороннюю поддержку, чтобы не потребовалось. Как всегда.

— Ничуть не сомневался в вашем ответе, Доминик, — улыбнулся одними губами принц.

— Есть что-либо, что я должен узнать прямо сейчас?

— Если вы про то, имеются ли у меня идеи, кто из родственников спланировал попытку убийства, то пока предположений слишком много, чтобы хоть что-то утверждать всерьёз. Но я почти уверен, что это не сам Император. В его распоряжении куда больше эффективных способов избавиться от меня, чем эта несостоявшаяся «подстава».

— Понимаю.

Лицо Манганара стало чуть расслабленнее, а голос более тёплым:

— Мой друг, могу я спросить о мальчике? Ему досталось из-за этой истории. Слышал, что готовят документы на его полное списание с воинской службы.

— Да, так и есть. Пока отправил сына подальше в провинцию. Возложил на него целое баронство. Хочу посмотреть, что он с ним сделает.

— Кажется, кто-то ещё догадался, что у вас на Грегуара большие планы, и решил избавиться заблаговременно.

Доминик позволил себе лёгкую улыбку:

— Видимо, я стал очень плохо хранить собственные секреты.

— Грег в курсе, что вы планируете сделать его Главой Дома?

Доминик отрицательно покачал головой, а в его глазах появились искорки смеха:

— Даже не близко.

— Помню, у него, помимо других достоинств, есть удивительный талант организовывать вокруг себя людей, особенно родственников по крови.

— Талант, а точнее — Особый Навык, которого он в упор не замечает.

— Я бы очень хотел, чтобы ваш сын начал чаще бывать в моей компании.

— Как отец, польщён просьбой. И постараюсь сделать всё необходимое для её реализации.

— Это хорошо. — Манганар на мгновение коснулся взглядом простого кольца из чёрного минерала, надетого на средний палец его левой руки. — Прежде чем мы попрощаемся, должен вас ещё кое о чём предупредить.

Глава Дома Северного Когтя невольно перевёл взгляд на собственное, точно такое же кольцо.

Принц продолжил:

— Как лидер нашего маленького… сообщества, обязан уведомить, что уже несколько лет веду активную подготовку по поиску останков другого нашего друга. Клянусь моей памятью о нём, Артур заслуживает нормальных похорон, даже спустя столько времени.

— Думал, следопыты ничего не могут сделать.

— Раньше не могли. В новом поколении есть несколько многообещающих талантов. Пока провожу их отсев. В этот раз, уверен, хоть кто-то из них должен справиться.

Глава 9. Рукопожатие Тени

Когда завтрак съели, а тарелки убрали, Леонард выложил на стол «боевой трофей». Наглухо заклеенный пакетик из светлой плотной бумаги высотой и шириной примерно в половину длины мизинца взрослого человека. Маркус взял со столешницы «дозу» и стал с интересом рассматривать на просвет. Забытая любимая газета — безжалостно отложена в сторону.

— Могу я спросить, почему так долго? Мягко говоря, не один день прошёл, — горячий чай выгонял прочь туман из головы Грега после очередной полубессонной ночи.

— Не придирайся, — отмахнулся Лео. — Дело оказалось чуточку сложнее, чем представлялось.

— Поясни.

— Да пожалуйста. Выяснилось, что «Ночной цвет» в «Бархатном банте» не продают, а только используют для внутренних нужд.

— Его пьют исключительно девушки? — удивился Маркус, который достал из многочисленных складок жилетки скальпель и аккуратно вскрывал пакетик.

— Да, по строгой формуле, чтобы не вызывал нежелательных эффектов, но они всегда оставались рады клиентам, скажем так.

— Как ты наложил лапу на образец? — продолжал допытываться Грегуар.

— Сначала пришлось долго договариваться с одной из девчонок, чтобы она отдала свою дозу, а потом ещё ждать «доставки». Обычно это по пятницам. Запаса в «Банте» нет.

— Сегодня суббота. Значит, у меня неделя на подготовку до следующего раза.

— Что планируешь делать? — заинтересовался Маркус.

— Прослежу за хозяйкой «Банта». Велика вероятность, что она получает заказ сама.

Леонард тоже соблазнился чаем и наливал себе немалую чашечку:

— Беседовать не собираешься?

Мужчина покачал головой:

— Пока нет смысла. Только наведёт на лишние подозрения. Она, скорее всего, сама ничего толком не знает или запугана. Лучше посмотреть на курьера и сделать выводы.

— А я пока попытаюсь выяснить, что это такое, — пробурчал Маркус, осторожно заглядывая внутрь пакета.

***

Пришлось выделить в расписании ещё несколько часов в день для «обучающих прогулок». Иденс по меркам Империи действительно небольшой город. Согласно официальным документам, в нём проживало лишь двадцать шесть тысяч человек. И это — столица провинции.

План города «на практике» мужчина выучил довольно быстро. Сказывались уроки от главы охранной службы Дома, которые он получил ещё в юности, но с тех пор пользовался редко. Теперь Грегуар знал не только, сколько времени займёт добраться до той или иной постройки пешком, но и как это эффективно сделать разными способами.

Он заранее нашёл те здания, в которых удобно прятаться и вести наблюдение в случае необходимости. Грег также попытался вычислить, в каких именно точках может осуществляться передача стимулятора. И обнаружил три места, достаточно удалённых от «Банта», но всё же — абсолютно доступных для женщины, которая, предположительно, выберет обычный городской наряд.

Разумеется, он мог ошибаться — и очередную партию мисс Росс, хозяйке «Бархатного банта», доставляли прямо на дом или по почте, или передача вообще происходила в лесу. Оставалось только ждать, чтобы выяснить, как оно — на самом деле.

***

В навалившейся череде дневных дел и ночных прогулок в Запертый лес неделя пролетела быстро. Одевшись в гражданскую одежду, Грегуар ранним утром поджидал цель недалеко от «Банта».

Сегодня ему повезло — достаточно много людей на улице, что позволяло передвигаться по городу, не привлекая ненужного внимания. Мисс Росс вышла из заведения около семи утра, прихватив пухлую сумочку, которую старалась посильнее прижать к себе. Видимо, с деньгами за очередную покупку.

Какое-то время женщина быстро шла по Центральному проспекту, а затем свернула в направлении промышленного района. Некоторые здания в этом секторе предназначались под снос или находились на реконструкции. Мужчина мысленно поздравил себя с тем, что это оказалось как раз одно из тех мест, которые он выбрал изначально.

Идти напрямую за мисс Росс представлялось опасным. Здесь гораздо легче себя обнаружить, да и прохожих стало значительно меньше. Поэтому, используя узкие проулки, Грег направился к потенциальной точке наблюдения, с которой открывался широкий обзор.

Старая типография ожидала даты сноса. Все ценные вещи отсюда давно вынесли. Охраны никакой. Бесплотной и бесшумной Тенью оборотень скользил от одного окна к другому, гадая, где появится цель.

Мисс Росс «обнаружилась» в захламлённом проулке между типографией и соседней фабрикой, окна которой выходили только на улицу.

Он нашёл место в помещении, откуда хорошо просматривалась точка встречи, чтобы не «торчать у окна», и наблюдал за парой, стараясь не смотреть на них прямым взглядом.

Второй — мужчина чуть выше среднего роста. С короткой стрижкой слегка вьющихся тёмных волос и резкими чертами лица. Одет на удивление не по погоде — в плотные брюки и куртку, кажется, из кожи. За спиной курьера — закрытый деревянной крышкой, старый и полуразрушенный колодец, который, похоже, выкопали ещё до того, как здесь появились первые фабрики.

Даже находясь на два этажа выше говорящих, Грегуар чувствовал напряжение и неуверенность, исходившие от мисс Росс. «Партнёры» явно друг другу не доверяли. В противном случае женщина могла оставить сумку с деньгами в условном схроне и забрать «посылку», припрятанную заранее. Вариантов хватало. Но обмен производился в очном порядке.

Взяв пакет и обменявшись документами о совершении покупки, женщина спешно покинула место встречи. «Капитан» же ждал, что новый знакомый станет делать дальше. Странно. Черноволосый мужчина просто стоял и словно прислушивался к чему-то. Будто чувствовал, что не один. Грег не шевелился, стараясь не выдавать в пространство и капельки эмоций и тем более какого-либо шороха.

А потом незнакомец удивил снова — резко подняв крышку колодца, сиганув внутрь и ловко закрыв за собой вход. Надо принимать какое-то решение! И выбор пал в пользу риска. Выждав немного, «капитан» спустился и выскользнул через разбитое окно первого этажа. Грегуар приблизился к колодцу, но теневая рука просочилась сквозь крышку. У Тени имелись свои ограничения. Пришлось менять Форму.

Он прыгнул в темноту уже будучи человеком и попробовав произвести как можно меньше шума. Получилось так себе. Грег злился. Не додумался осмотреть колодец в течение недели, а просто изначально решил, что тот давно завален камнями во избежание несчастных случаев. Всё-таки это не являлось его профессиональной областью.

Колодец оказался неглубок и без какого-либо намёка на наличие воды. Зато от пяточка, где замер Грегуар, начиналось три мрачных коридора. Место перестраивали.

Мужчина сделал один осторожный шаг вправо, так, чтобы между ним и потенциальными противниками, которые могли появиться в любой момент, находился хотя бы выступающий угол одного из тоннелей.

Из черноты не раздавалось ни звука — ни шороха опадающего со стен песка, ни капающей воды, ни шагов идущего по земляному полу человека. Тьма сама вслушивалась в то, чем занят Грегуар.

Опасный незнакомец никуда не ушёл. Он затаился и выжидал…

В следующее мгновение Грег услышал позади странный клацающий звук и почувствовал, как в спину ударило что-то очень-очень твёрдое. Перед глазами появилась целая россыпь ярких белых звёздочек, и выдох намертво застрял в центре грудной клетки.

Тело успело среагировать гораздо быстрее разума. Именно поэтому он всё ещё оставался жив. Сработал тот самый фокус, которому когда-то научил его покойный и настоящий капитан Рэг. Приём, который он так усердно тренировал, особенно после отъезда из столицы.

Молниеносно, повинуясь глубинному инстинкту, мышцы спины «срослись» в невероятно прочный единый узел, превращаясь в своеобразный щит из почти непробиваемой плоти. Удар выстрелившей из стены ловушки пришёлся точно меж лопаток.

Здесь следовало издать стон, но у Грегуара не осталось для этого воздуха. Игнорируя боль, он медленно повернул голову и увидел торчащий из открывшейся в стене ниши массивный кол. Правда, удар о спину расщепил дерево.

Незнакомец ждал. И Грег догадался, чего именно. Менять Форму в таком состоянии он не решился, поэтому «послушно» с шумом рухнул на колени, подражая «мёртвому телу». Колени отозвались болью чуть более приятной, чем в спине. Но это мелочи.

Враг наконец показал себя, выступив как раз из того самого, правого поворота, за углом которого скрывался «капитан». В руках курьер держал толстую длинную цепь. Грег резко бросил тело вперёд, подкатываясь под колени противника, сбивая того на пол.

Но в ответ незнакомец ещё раз продемонстрировал удивительную природную ловкость — и попытался прямо в полёте захлестнуть шею преследователя цепью. Всё, что последний успевал сделать, — это поймать левой рукой несколько звеньев и дёрнуть со всей медвежьей яростью, которую только смог собрать.

Послышался характерный «хлюп» рвущихся связок и выхода плеча из сустава. Но курьер не издал ни звука, хотя именно его рука сейчас покинула привычное местоположение. Грегуар пытался подмять его под себя, одновременно наматывая отобранную цепь вокруг его шеи и плеч, но не справился с тем, что случилось дальше.

В следующее мгновение тело курьера невероятно напряглось, и он, оскалив человеческие зубы, одной здоровой рукой и ногами отбросил Грега прочь от себя. Или скорее себя от Грега, так как мужчину отшвырнуло в центральный коридор вместе с обмотанной вокруг него цепью.

Одним мощным движением незнакомец вскочил на ноги и рванул прочь, в темноту. А через секунду раздался звук поворота какого-то механизма. Стены вокруг Грегуара пришли в движение и стали осыпаться.

Не думая, он прыгнул вверх, цепляясь медвежьими когтями на руках и ногах за поверхность колодца. Оказавшись на свободе, «капитан» отбежал на несколько шагов, наблюдая, как слегка проседает земля вокруг.

Единственное, что он успел прихватить с собой из смертельной ловушки — именной жетон гильдии наёмников «Надкушенная башня», который курьер выронил при падении.

Возвращаться к энергомобилю пришлось «окольными тропами». Появляться на людных улицах в одежде, полностью вымазанной землёй и песком, да ещё и в ботинках, порванных медвежьими когтями, — не лучшая идея.

Шёл довольно медленно, стараясь беречь спину. Уже привычно отрешившись от большей части болевых ощущений, Грег анализировал произошедшее.

«Прыгучий» незнакомец — невероятно хорош для обычного торговца лекарствами. Он обронил жетон наёмника, подлинность которого предстояло проверить. Курьер носил одежду для путешествия под землёй, где всегда холоднее даже летом. В отдельную категорию следовало вынести сам колодец, который не только перестроили, но и ловушек добавили, что опять выглядело слишком сложным. Хоть к нему и стали возникать вопросы, «Ночной цвет» был разрешен для официальной продажи. Тогда для чего такие «криминальные» сложности? Или компания, выпускающая стимулятор, занималась чем-то ещё?

История, поначалу вызвавшая просто любопытство, теперь разворачивалась с совершенно иной, весьма угрожающей стороны. Помимо неприятностей, которые у него уже имелись, Грегуар нашёл себе новые.

Вдобавок прошедшая драка показала, что Формой Тени он владеет пока на очень низком уровне. Да, с помощью неё удобно оставаться незамеченным, и она помогает отрешаться от боли. Но когда над его жизнью нависла реальная угроза, спасли совершенно иные рефлексы. Если бы вторая Форма «включилась» сама, то кол просто бы пролетел сквозь бесплотное тело. Однако этого не произошло. Тень всё ещё являлась неизвестной величиной.

Добравшись до замка, он попробовал самостоятельно осмотреть рану. Увидел в отражении впечатляющий кроваво-чёрный синяк практически во всю спину — и решил всё-таки позвать доктора. Пришлось терпеть медицинские премудрости, а также назойливую заботу родственников, но на третьи сутки он уже мог нормально двигаться.

Грегуар снова пережил непростую переписку с Аристархом, хоть и отчитываться, как маленькому, не хотелось абсолютно. Однако обещал отцу держать в курсе происходящего.

Хорошей новостью стал долгожданный приезд Идлис, который Грегу удалось провернуть в полной секретности. На какое-то время братья переключили внимание на неё. Объединившись с Маркусом, девушка могла выяснить что-то действительно полезное про «Ночной цвет». Конечно, Грегуар имел возможность переложить расследование на профессионалов Дома, но категорически не хотел этого делать. Здесь его земля и его ответственность.

Поэтому он начал переговоры о частной беседе с одним из владельцев гильдии «Надкушенная башня», чтобы разобраться с загадочным жетоном. Просто заявиться с претензиями считалось дурным тоном. Все щекотливые вопросы Высшая знать старалась решать за закрытыми дверями.

Вишенкой на торте бесконечных дел сегодня стало официальное письмо от барона Джаркеса, сердечно благодарившего за щедрый подарок, клятвенно уверявшего в оказании любой помощи, которая только понадобится милорду Грегуару, а также предлагающего назначить дату личной дружеской встречи.

К концу дня Грег окончательно осознал, что требуется прогулка. Тем более, теперь есть с кем на неё пойти.

На старте их маленького договора они практически не общались. Ли-Энн выбирала цветок. Грегуар уходил вглубь Запертого леса, питался тенями, бродил в надежде найти след таинственного практика в облике Волка. Каждый получал что хотел, а затем они расходились по домам.

Но за короткий промежуток времени всё как-то незаметно повернулось в другую сторону. Её интересовала Рубиновая пустыня, а у него нашлось что рассказать. Поэтому некоторые ночи проходили довольно увлекательно или даже весело.

***

Грегуар пытался сдерживать смех, учитывая, что спина ещё давала о себе знать, но едва справлялся.

Оранжевый прозрачный Лисёнок, в очередной раз, не долетев до цели, рухнул в кусты, из которых вышла раздосадованная и заметно уставшая девушка:

— Серьёзно, капитан, это бесполезно. Уже поздно, и у нас обоих завтра есть дела.

— Пробуй снова. Уверен, ты поймёшь, в чём проблема, — продолжал настаивать он, в шутку имитируя нарочито суровое лицо.

— Проблема в том, что у меня короткие лапы и мой дух в принципе не приспособлен к жизни на деревьях и прыжкам между ними, — пробурчала Ли-Энн, забираясь обратно на «стартовую площадку».

— Короткие лапы… Нет, всё гораздо проще.

Девушка устроилась на ветке, свесив ноги:

— Больше не стану пытаться, пока вы не объясните.

Её терпение явно заканчивалось.

— Хорошо, — сжалился «капитан». — Что происходит перед тем, как ты падаешь?

Она пожала плечами.

— Твой дух закрывает глаза.

— Он боится высоты.

Грегуар вновь рассмеялся:

— Но он же дух, а не зверь. Ему нужно видеть цель, куда он летит. Это животное прыгает на голых инстинктах, а духу важна концентрация.

Девушка недоверчиво прищурилась в его сторону, но Форму сменила. Несколько секунд Закатный лисёнок рассматривал ветку другого близстоящего дерева, а потом прыгнул. И долетел.

Мужчина улыбнулся вновь появившейся Ли-Энн.

— Это ничего не доказывает, — пробурчала она.

— Да?

Следопыт вздохнула и примирительно подняла руки:

— Ладно, хорошо. Вы правы, но вам самому не помешает внимательность и концентрация.

— И какие у тебя аргументы? — продолжал улыбаться Грег.

— Вы пошли сегодня «питаться», не сняв артефакта, а это, между прочим, очень опасно.

— Какого ещё артефакта?

— Да вот этого, — она указала рукой куда-то чуть ниже его груди.

Грегуар уже приготовился выдать в ответ очередную шутку, но она застряла в горле. Где-то рядом с солнечным сплетением мерно вспыхивали золотые искорки, просвечивая сквозь одежду. Отодвинув ворот рубашки, мужчина взглянул на живот. Что-то мерцало под кожей, как тот камень, который передала ему Тень из Рубиновой пустыни перед исчезновением.

Заметив его реакцию, Ли-Энн спрыгнула и подошла поближе:

— Вам плохо?

Он прислушался к инстинктам:

— Сделай шаг вперёд.

Следопыт глянула на него с сомнением, но выполнила просьбу.

Количество огоньков стало больше.

— Протяни ко мне руку.

— Капитан, какого, собственно…

— Просто сделай, как я прошу. Пожалуйста.

Ли-Энн направила в его сторону руку, раскрыв ладонь и устремив кончики пальцев вверх. Между ней и «капитаном» оставалось достаточно свободного пространства примерно в локоть длиной.

— Так?

— Да.

Теперь к искоркам, проявлявшим себя только внешне, добавились и новые ощущения, которые жадно впитывала Тень. Тёплая вибрация постепенно расползалась по мышцам, заставляя ушибленную спину и колени ныть сильнее. Но это не всё.

Тень начала приобретать новую для себя глубину. Если раньше она всегда ощущалась, как лёгкость и прохлада, то теперь у второй Формы будто появился дополнительный набор чувств. Она стала казаться более массивной и… плотной, словно теперь у неё имелось то, чем получалось «цепляться» за внешний мир.

И внутреннее давление только росло.

— Как ты это делаешь?

— Я ничего не делаю, капитан. Не умею передавать энергию, — тихо ответила девушка. — Что бы это ни было. Это вызываете вы сами.

— Не совсем так… Ли-Энн, тебе придётся сохранить ещё один мой секрет, — Грегуар пытался заблокировать процесс, но ничего не выходило.

— Какой секрет?

— Да вот этот, — повторил он её же фразу.

Пространство перед глазами потемнело, но в нём проявилось множество удивительных оттенков мрака. Мужчина почувствовал, что стал гораздо выше. Затем взглянул на руки. Они выглядели так, словно он искупался в самой чёрной краске, которую только сумел найти. Грег ощущал исходящую от окружающих теней расслабляющую прохладу и почти слышал их шорох.

Он заметил, что Ли-Энн отпрыгнула в сторону и рассматривала его со смесью любопытства и страха, готовая в любой момент броситься бежать.

Грегуар протянул теневую руку к сухой ветке и сломал сучок, так же легко, как если бы оставался человеком.

А вот это уже интересно.

Однако сила, заставившая теневую Форму самостоятельно вырваться наружу, быстро таяла. Он снова почувствовал, что центр тяжести возвращается в привычное положение, а лес обрёл обычные для сумерек цвета.

— Как вы? — произнесла девушка, стоя на безопасном расстоянии.

— Почти нормально. Извини, если напугал.

— Часто с вами такое?

— Нет. Первый раз. Ли-Энн, попробуй заново.

— Не думаю, что…

— Пожалуйста.

Она осторожно вернулась на место и повторила свой жест. Тень опять зашевелилась внутри, но с гораздо меньшей силой. Кажется, он потратил весь накопленный за сегодняшнее питание заряд.

Девушка смущённо убрала руки в карманы штанов:

— Могу я спросить, что с вами произошло?

Грегуар не видел смысла врать:

— Это моя вторая Форма внезапно вышла пообщаться.

— Она — дух?

— Скорее, Тень.

— Удивительно.

— Давай в следующий раз попробуем снова. Хочу разобраться, что к чему.

— Ладно.

Девушка начала искать глазами куст, под которым оставила любимый походный рюкзачок, откровенно намекая на то, что им пора собираться обратно. Грег поднял с земли сумку, намереваясь отдать. Ли-Энн поблагодарила, протянула руку к рюкзачку и замерла.

И у неё была на то причина. Помимо обычной правой руки, в которой он держал вещь, к девушке тянулась ещё одна «его рука», только сотканная из бесплотной Тени.

Новая конечность начиналась от плеча, выглядела значительно тоньше человеческой и заканчивалась узкой ладонью, которая медленно раскрывалась в символическом жесте, как бы предлагая поздороваться. Он даже не заметил, как она появилась.

Грегуар молчал, стараясь не спугнуть ни руку, ни девушку. Решившись, Ли-Энн с опаской протянула пальцы к Тени, но они прошли насквозь. Следопыт нахмурилась и, помедлив, повторила знакомое черпающее движение сложенной ладонью, которое обычно делала, заимствуя энергию у духа. В этот раз ладони Тени и человека сошлись в рукопожатии.

Сложно описать, что чувствует Тень, когда до неё дотрагиваются. Похоже, вторая Форма удивилась не меньше его.

— Здравствуй, — улыбнулась Ли-Энн.

«Третья» рука просуществовала несколько мгновений и растворилась в воздухе.

— Как это ощущалось для тебя? — осторожно спросил Грегуар.

— Сложно сказать… как будто здороваюсь с мыслящим и чувствующим существом. Дружелюбным.

— Ты использовала силу духа?

— Да. Видимо, некое родство у вашей Тени с духовным планом тоже есть.

— Понятно. Надо поразмыслить.

Девушка кивнула и забрала рюкзачок, про который они оба на какое-то время просто забыли. По лицу читалось, что её мучит любопытство, но Ли-Энн предпочла не задавать лишних и личных вопросов. И он был ей за это благодарен.

Иногда без должного обучения, из-за собственной недальновидности или просто неудачного стечения обстоятельств оборотень мог навсегда или надолго потерять контроль над Формой, и она начинала действовать сама.

Его ли это случай, или же просто сказывалось нестандартное происхождение Тени — только предстояло выяснить.

***

Обычно Большой ботанический сад Альдино открыт для всех в любой день месяца. Но не сегодня. Сад арендовали для частной вечеринки. Повсюду сновали официанты с подносами, слышался смех и звучала живая музыка. Сюда принесли дорогую мебель, поставили пару фонтанов с шоколадом.

В центре этого веселья красовался огромный искусственный пруд с цветущими по краям розовыми лотосами. Здесь же разместили несколько горок, и гости с криками скатывались в воду.

На приличном удалении от воплей и брызг покачивалась небольшая лодка. Правда, необычной формы. Круглая и с низкими бортами, чтобы отдыхающие с комфортом могли опускать руки в тёплую воду. Сверху от палящего солнца её защищал широкий зонт, под куполом которого медленно прокручивалось заклинание «Беспорядка», не дающие никому подслушать ведущийся разговор.

В лодке полулежали, полусидели трое. Двое мужчин и девушка. Откровенный купальный костюм последней едва прикрывал элегантный халатик. Она наблюдала за собеседниками ленивым взглядом притягательных карих глаз.

Один из мужчин, игнорируя мокрые тёмные волосы, постоянно соскальзывающие на лоб, сосредоточенно собирал, хотя, может, и разбирал сложную головоломку.

Третий же человек, безразлично подставив лицо под солнечные лучи, закинул обе кисти в воду и откровенно скучал. Он вытянул ноги и занимал почти половину пространства лодки.

Мифис разглядывала с лёгким интересом его атлетичную фигуру, улыбаясь собственным мыслям:

— Дени, ты не знаешь, почему хозяин вечеринки столь мрачен? — решила спросить она того, кто сражался с головоломкой.

— Ты, наверное, единственная не в курсе, — пришёл насмешливый ответ.

— Так будь добр, просвети, — мягко продолжила Миф, не обращая внимания на его тон. — Я ведь только вернулась. Хочу всё знать.

Греющийся под лучами солнца демонстративно молчал. На лице Дени ненадолго появилась ехидная улыбка:

— Ладно. Пожалею тебя. Наш общий друг не так давно мастерски недальновидно истратил очень серьёзную сумму в попытке преподнести отцу «отличный подарок на юбилей», — заговорил он, не отрываясь от своего занятия.

— Сложно представить, что же так неудачно можно купить…

— Наёмного убийцу.

Девушка удивлённо приподняла левую бровь:

— Прости?

— Зар узнал, что его отец в долгосрочной перспективе планировал избавиться от Грегуара из Северного Когтя для каких-то своих схем.

— И?

— И нанял убийцу из Дома Богомола.

— Тот самый Дом, который изгнали в полном составе за пределы Империи… сколько? Семьсот пятьдесят лет назад? — уточнила она.

— Он самый… проклятье! — головоломка издала противный звук и рассыпалась. Со вздохом разочарования Дени начал собирать детали с подушек, на которых сидел.

— И что случилось потом? — продолжила настаивать Мифис.

— Убийца облажался. Сын Доминика выжил, а их Дом заполучил тело Богомола для тщательного изучения.

— Зара вычислили?

— Да нет, конечно! Точнее, не сразу, — подал раздражённый голос третий мужчина, чьи длинные белые волосы теперь тоже погрузились в воду. — Просто отец был и всё ещё остаётся очень недоволен.

— А лучше подарка не нашлось?

— Думаешь, ты первая, кто так оригинально пошутил? — огрызнулся он в ответ.

— Именно поэтому мы торчим в Альдино, а не отдыхаем в столице? — проигнорировала выпад Мифис.

— Поэтому, — подтвердил Дени, начав собирать драгоценную головоломку заново. — Зару ограничили содержание до конца года.

— Невесело, но могло обернуться хуже, — подытожила Миф.

Зар поднял голову и принялся рассматривать фигуры прыгающих в воду девушек:

— И самое весёлое, что этот наёмный кретин даже не смог Его ранить, — произнёс он бесцветным тоном.

— Почему я чую нотку чего-то личного, — заметила обладательница халата.

— Потому что это и есть личное, — сдал друга Дениэл.

Мифи уставилась на блондина в ожидании объяснений, но тот не собирался их давать, поэтому говорить снова пришлось Дени:

— У них давнее соперничество. Ещё со временем военной кафедры.

— А Грегуар об этом знает?

— Угомонись, — устало произнёс Зар. — Твоего мнения здесь только недоставало.

Она с удовольствием потянулась, наслаждаясь искренним раздражением приятеля.

— Ну, не знаю. По-моему, Он красивый.

Дени вновь собрал головоломку и с довольной улыбкой любовался результатом:

— Неужели Грег имел несчастье попасться в твои сети?

— Может — и да…

— Тогда бы об этом все окрестные газеты писали, — перефразировал старинную поговорку Зар.

— Самое сладкое лучше оставлять лишь для себя, — медовым голосом откликнулась Мифис.

— Как же я от вас обоих устал, — тихо признался блондин.

— Чем планируешь заниматься в Альдино? — сменил тему Дени, почувствовав, что разговор заходит не туда.

Зар сел и провёл рукой по гладковыбритому подбородку:

— Готовиться к празднику Середины лета. Семья хочет, чтобы я выступил на состязаниях.

— Какие Кланы ещё собираются участвовать?

— Все.

Глава 10. Заложник

Идлис в который раз за последние несколько дней зачарованно остановилась у одной из стен комнаты Маркуса. Сложные многоуровневые чертежи пока несуществующей машины занимали практически всю поверхность каменной кладки.

С тёмных волос девушки на пол и на обёрнутое вокруг груди полотенце падали капельки влаги, но она этого не замечала. Маркус осторожно обнял невесту за талию, переключая её внимание на себя:

— Снова наслаждаешься? — с улыбкой, но не без нотки гордости за свою работу спросил он.

— Ты очень талантлив, любимый.

— Её ещё нужно собрать.

— Уверена, ты со всем справишься, — мягко ответила Идлис.

— Хотел бы я, чтобы ты осталась наблюдать за процессом.

— Дорогой…

— Знаю-знаю, работа и прочее, — согласился жених, настойчиво прижимая девушку к себе. — Ты и так сильно помогла с лабораторией и «Ночным цветом». Без поддержки неделями бы возился с тестами. Всё-таки химик в нашей семье — ты.

— Грегуар удивится их результатам.

— Он будет рад получить хоть какие-то ответы. Учитывая, какой оборот начинает приобретать ситуация.

Идлис на мгновение закусила губу и с тревогой посмотрела в глаза жениха:

— Считаешь, он в порядке?

— Грег? — усмехнулся Маркус. — Такой же, как и всегда. Упрям и скрытен.

— Твой брат назвался именем мёртвого человека, почти каждую ночь где-то пропадает, и я даже видела его в замковой церкви. Он делал подношение. Абсолютно на него не похоже.

— Обещаю, что присмотрю за ним, — вздохнул Маркус. — Но теперь нужно собираться на завтрак, если, конечно, не планируем опоздать, — добавил он с улыбкой.

— Хорошая идея.

***

Аккуратно сложенная свежая утренняя газета терпеливо дожидалась своего часа на краю обеденного стола. Трогать её казалось святотатством. Довольные Идлис и Маркус появились ближе к концу завтрака.

Пока парочка насыщалась тостами, он разбирал последние бумаги по раскопкам, оставшиеся со вчерашнего вечера. После впечатляющего погружения в колодец с ловушками Грег решил нанять группу инженеров, поручив проверить все подозрительные точки похожего плана сначала в городе, а затем и по всей провинции. Разумеется, под них требовалось выделить отдельное финансирование и охрану. Погрузившись в расчёты, мужчина не сразу заметил, что родственники уже успели запереть дверь, и даже запустили заклинание «Беспорядка».

— Готов нас выслушать? — с лёгкой улыбкой поинтересовалась Идлис, раскрывая тонкую папочку с лабораторными записями.

— Я весь внимание, — вернул ей улыбку Грегуар.

— Хорошо, — продолжила девушка. — Если без научных предисловий, то твой подозрительный «Ночной цвет» — вариация стимулятора роста мышечной массы. Возможно, изначально его разрабатывали как лекарство или добавку к восстановительной диете. А стимуляция полового влечения и другие, предположительные, более опасные проявления — скорее, незапланированный побочный эффект.

— То есть изначально его разрабатывали в приличной лаборатории, но потом по какой-то причине свернули проект и теперь пытаются отыграть вложенные деньги, продавая мимо аптек, пока его не запретили?

— Похоже на правду, — кивнула девушка.

— Что именно в нём намешано? Удалось понять?

— Немного, — расстроено нахмурилась Идлис. — Оригинальная смесь минеральных и животных компонентов, но что это я сказать не смогу, — она посмотрела на него почти виновато. — Это был очень маленький пакетик.

Он примирительно поднял руки:

— У меня нет никаких претензий. Ты и так сильно помогла. Как думаешь, сложно сделать такую штуку?

— Судя по грубости гранул в порошке, навряд ли у них оборудование выше среднего ценового сегмента. Хотя доза оказалась без лишней «грязи». Как минимум колбы они моют.

Грег задумался над тем, что ему делать с этой информацией.

— Могу поспрашивать по своим каналам. Вдруг кто что слышал, — снова заговорила девушка.

— Ни в коем случае, — в унисон запретили мужчины.

— Но если проект проводили официально…

— Нет, — с нажимом отрезал брат. — У этих людей специфические способы вести дела.

Грегуару осталось только кивнуть.

— Ну, как хотите…

***

Сославшись на другие важные вопросы, лорд вернулся в кабинет. И в некотором смысле дела у него действительно нашлись. Помимо обычной почты, которую он завёл за правило разбирать до завтрака, доставили письмо из военного министерства с полным комплектом документов по его увольнению в запас «по состоянию здоровья». Обсуждать «новость» с остальными членами семьи сегодня категорически не хотелось. Зато созрел план получше.

Мужчина спрятал в сейф письмо из министерства и достал оттуда пару припасённых заранее бутылок, а также коробку дорогих сигар, привезённую сенешалем вместе с подарком для барона Джаркеса. Из другой такой же коробки, уже вскрытой, он прихватил сигару и первым делом решил навестить скромный замковый храм.

Здесь на небольшой, но красиво украшенной витиеватыми символами и ритуальными предметами площадке располагалось три алтаря, посвящённых разным религиям.

Один из них предназначался для подношений предкам, животным тотемам или же просто важным для человека усопшим. С недавних пор Грег стал оставлять здесь зажжённую сигару для настоящего Луиса Рэга. Сам Грегуар никогда особо не верил «во все эти высшие планы». Однако бывший сослуживец спас ему жизнь, научив приёму, позволившему заблокировать удар колом. Да и за «пользование» именем Рэга — стоило «оплатить аренду».

Закончив нехитрый ритуал, мужчина заглянул на кухню, вызвав маленький переполох среди прислуги и набрав кучу закусок. Если уж праздновать отставку, то как следует.

Выехав из гаража, он свернул на дорогу, ведущую к дому Мастера Ивана.

***

Энергомобиль пылился на привокзальной стоянке Джаркеса там, где следопыт его и оставила. Вячеслав закинул куртку на заднее сиденье и открыл водительскую дверь.

Ли-Энн с сомнением глянула на его правую руку, туго обмотанную свежим бинтом от кисти до локтя:

— Давай лучше я поведу.

— Серьёзно? — усмехнулся Слава. — Садись уже, сестрёныш. Обед от няни Вель ждёт.

Девушка вздохнула, но выбрала не спорить. Они оба возвращались со срочной работы в Альдино. Оба дико устали. И действительно очень хотелось домой.

Ли-Энн пристегнулась и достала из рюкзака увесистую энциклопедию. Переиздание биографии одного из первых имперских путешественников по Рубиновой пустыне.

— Думал, ты уже всё по этой теме в городской библиотеке перечитала, — снова усмехнулся брат.

В некотором смысле он был прав. При любой удобной возможности она старалась уделять время подготовке к предстоящему путешествию в составе Большого Каравана. Ли-Энн изучала базовые правила общения и этикета. Техники выживания в пустыне, которую она никогда не видела — только на фотографиях. Девушка читала информацию о флоре и фауне, особенностях погоды. Пыталась самостоятельно учить язык, хотя бы письменный и немного устный. С этим, кстати, недавно стал помогать и капитан Рэг, подсказывая, в каких местах её акцент превращал фразу в непонятный набор звуков. Оставалось уповать на то, что будущая наставница хорошо знала имперский.

А ещё Ли-Энн завораживали сказки и легенды Рубиновых песков. И купленная в Альдино энциклопедия наполовину состояла именно из них:

— В городской библиотеке этой книги нет, — отозвалась она.

— Рассказывай, если выудишь что любопытное.

Вячеслав вывел машину за пределы Джаркеса, и дорога сама несла их к границам двух провинций.

Ли-Энн с удовольствием листала книгу, радуясь тому, сколько в ней всего интересного, и наслаждаясь запахом недавно напечатанного издания. Внимание остановилось на главе, посвящённой духам пустыни. В основном речь шла о духах животных, таких, каким располагала она. Но существовали и другие интригующие варианты.

Например, порождения самой тени, которые считались, по сведениям автора, отдельной расой духов. Их местное название на имперский переводилось лишь приблизительно — «стоящие по обе стороны границы». Народы пустыни верили, что «люди-тени» созданы богами для защиты мира духов от происков алчных шаманов, желающих заполучить слишком много власти над духовным планом.

Обижать этих созданий, если вы вдруг их встретили, не стоило. Некоторые рассматривали их появление как знак, что кто-то из каравана или племени скоро перейдёт в мир мёртвых и ему понадобится сопровождение. Ещё одна оригинальная особенность «людей из тени» — привычка держаться за руки. Автор энциклопедии выдвинул целую теорию, предположив, что это способ передачи информации. Так как, согласно наблюдениям, Тени никогда не издавали звуков.

— Это что за новости? — невнятно пробурчал Слава, сбрасывая скорость и заезжая на обочину.

Ли-Энн удивлённо подняла голову от книги. Судя по деревьям у дороги, они уже пересекли границы провинций. А вот и причина остановки. К ним навстречу шёл Роб, первый помощник комиссара, и усиленно махал руками, давая знак остановиться. Что они и сделали. Чуть поодаль стояло несколько машин, включая выездную медицинскую помощь из Джаркеса. Рядом топтались какие-то люди. Наёмники, если оценивать по одежде.

Слава опустил окно:

— Что стряслось, Роб?

— Вы-то мне и нужны, точнее — Ли-Энн. У нас… ситуация, — напряжённо выдохнул первый помощник.

— Чем я могу помочь?

Мужчина наклонился, заглядывая внутрь салона:

— Заявились наёмники из «Золотых крыльев» с личным заказом от барона Джаркеса по спасению заложника, — негромко начал он. — Сложность в том, что следопыт их группы утверждает: похищенный подросток где-то в подземельях старой крепости.

Роб махнул рукой в сторону едва видневшихся с дороги руин:

— И из этого вытекает сразу две проблемы. Первая: их следопыт — «предметник». И без карты быстро определить, где точно находится цель, не может. Вторая: даже в виде развалин, юридически крепость — собственность нашего лорда, которому направлен официальный запрос. Только вот «никого нет дома». Точнее, те, кто могут дать разрешение на проникновение, видимо, отсутствуют. Мы и вам в приют запрос про Ли-Энн посылали, но пришёл ответ, что вы только едете обратно.

Девушка с братом молча переглянулись. Слава отключил подачу питания на мотор, и они вышли.

«Золотые крылья» заслуженно назывались элитной гильдией наёмников. И пересекаться на профессиональном поприще с теми, кто изначально на две головы выше, как-то не улыбалось.

Следопыты-предметники на практике оказывались гораздо эффективней, чем такие, как Ли-Энн, которые искали в некотором смысле «ногами». Предметник с маятником, рамками или просто достаточно чувствительными пальцами мог, опираясь на карту местности, не только сказать, где находится человек, но и в каком он состоянии. И если уже совсем придираться к деталям, то предметник всё равно мог найти похищенного и в незнакомых тоннелях, просто задавая вопрос на каждом следующем повороте или по другой удобной схеме. Но, похоже, группа спешила, и этот вариант их не устраивал.

— «Крылья» хотят идти без одобрения лорда и утрясать все сложности потом, — снова заговорил Роб, когда они двинулись в сторону второй группы людей.

— Что известно о похитителях? — спросил Вячеслав.

— Их человек пять, может, больше. И какого... они спрятались именно у нас, я не знаю, — в недоумении фыркнул первый помощник. — Могли просто «промчаться» мимо, на какую-то другую территорию. Подальше. Что за маразм на мою голову?!

Они подошли достаточно близко к наёмникам, чтобы успеть услышать:

— Он пока жив, но сильно напуган, — сказал мужчина лет сорока пяти с классическим маятником в виде стальной иглы между пальцами.

Ли-Энн приметила на руке следопыта докторское кольцо. Совмещать две профессии в «Золотых крыльях» — частое явление.

— Вы обещанная нам подмога? — спросил, видимо, лидер группы, которая состояла всего из трёх человек, включая доктора и самого говорящего.

«Похоже, у барона Джаркеса хватило средств только на ограниченную команду», — подумала девушка. Правда, у каждого из троицы на груди болтался позолоченный жетон, что означало шесть сотен удачно выполненных заказов подряд. Очень хорошие специалисты. Её собственный жетон оставался пока абсолютно обычным. Зато Слава мог похвастаться серебряным. Двести завершённых заказов — тоже «весомый аргумент».

— Да, это я.

Вместо продолжения разговора мужчина с кольцом доктора протянул ей раскрытую сумку с какими-то вещами:

— Выбирайте. Времени совсем мало.

Ли-Энн автоматически зачерпнула силу духа правой ладонью и быстро выбрала из кучи разноцветной одежды вязаную зелёную шапочку. Настраиваться долго не пришлось. Владелец находился совсем рядом. Ступни девушки мгновенно отозвались характерным жаром.

— Готова идти.

— А я иду с ней, — послышался голос Вячеслава.

Лидер группы «крыльев» глянул на серебряный жетон, затем быстро отошёл к своей машине и вернулся с кожаными ножнами под длину мачете. Похожим оружием располагали и остальные члены группы. «Высокий» — так Ли-Энн решила его называть, раз мужчина не представился, передал ножны брату:

— Потом вернёшь.

По законодательству Империи, наёмники могли носить оружие только на задании. Естественно, что, закрыв заказ, Слава оставил «железки» в арсенале гильдии.

Вячеслав прикрепил ножны к бедру, и Высокий двинулся в сторону развалин. Видимо, того, что их заметят, он почему-то не опасался:

— У вас Форма быстрая? — бросил мужчина на ходу.

Ли-Энн уловила намёк и, призвав Лисёнка, понеслась к бывшей крепости, спиной ощущая, как остальные сделали то же самое.

Роб проводил их напряжённым взглядом.

Быстро приближаясь к входу, девушка пыталась понять, почему злоумышленники предпочли столь странное место, чтобы спрятаться. Ни точек связи — потребовать выкуп, ни потенциального подземного выхода куда-то ещё, чтобы просто сбежать. Что это — паника? Или часть какого-то более изощрённого плана?

***

Место для импровизированного застолья Мастер Иван предложил отличное. Недалеко от дома, но при этом есть ощущение уединения. Росшие на склоне холма молодые деревца и кустарник дарили тень. Небольшой сквознячок обеспечивал должный уровень прохлады.

Ритуальные сигары, в качестве благодарности Полковнику за раннюю наводку на незаконную вырубку, пришлись ко двору. Хоть Мастер и ворчал, что не стоило.

Грегуар «выкупил» у Велены мужа на большую часть дня с помощью внаглую украденных с замковой кухни пирожных. Однако клятвенно пообещал, что они оба вернутся к ужину — «поесть, как нормальные люди».

Первые часы пролетели очень и очень неплохо. Полковник оказался кладезем абсурдных историй на все случаи жизни. Хотя смеяться на полный желудок — специфическое удовольствие.

— Ну, и как вам первые полдня «в новом качестве»? — между делом спросил Мастер, наполняя стаканы.

Грегуар машинально понюхал коньяк:

— Непривычно.

Собеседник понимающе хмыкнул:

— Да. Знакомое ощущение.

— И как вы привыкали?

Иван пожал плечами:

— Жизнь быстро нашла мне применение, и даже жену. Сам не заметил, как втянулся в иную реальность.

Грег слегка взболтал тёмную жидкость:

— Ну, дел пока точно хватает. У меня теперь каждое утро начинается в четыре под звук топоров, пил и падающих камней, — неожиданно для самого себя пожаловался он.

Полковник издал короткий смешок:

— Решили сделать лёгкий ремонт?

— Да и, кажется, перестарался, — рассмеялся мужчина.

Мастер звякнул своим стаканом о его:

— За новые безумные начинания.

И они выпили за это.

— Думал, остальная мужская братия к нам присоединится, — озвучил Грегуар давно просившуюся на язык мысль.

Полковник развёл руками:

— Так нет никого. Рон с Антоном ещё вчера умотали в город к своим девчонкам. А Славик должен вернуться с гильдейской работы только к обеду.

— Понятно.

— Мои дети никогда не сидят на месте, — пришла очередь Полковника жаловаться. — Особенно некоторые.

— Со взрослыми должно быть попроще.

Мастер отрицательно мотнул головой:

— Вовсе нет. Поверьте моему опыту, если кто-то родился с шилом в одном месте, то это навсегда.

— Иногда шилу можно найти достойное применение, — сделал осторожную попытку Грегуар.

Ещё один смешок:

— И кого хотите «применить»?

— Близнецов отдадите? — не стал затягивать с ответом Грег.

Иван немного помолчал, затем кивнул:

— Отдам, но не сразу. Им всё ещё нужна адаптация. Несколько лет, как минимум.

— Годится. Специалисты моего Дома пока подумают над программой их подготовки.

— Когда они успели вас так впечатлить, если не секрет?

Грегуар спрятал улыбку за очередным глотком:

— Ну, из последнего… то где-то неделю назад стал свидетелем, как они в городе успешно завели энергомобиль без ключа за какие-то две минуты, пока Ли-Энн покупала булочки.

Мастер тихо рассмеялся:

— Обожаю этих паршивцев. Она хоть заметила?

— Заметила.

— И не наказала, — продолжил улыбаться Полковник.

— Нет.

— Два паршивца и бестолочь — убойное сочетание, — подвёл итог Иван. — Интересно, куда они собирались поехать.

— На соседнюю улицу. Там как раз новые часы на стену вешали. Хотели посмотреть.

— Вы-то откуда знаете? — недоверчиво сощурился Мастер.

— Спросил.

Иван явно еле сдерживал смех:

— А потом?

— А потом поехал с ними. Тоже хотел посмотреть.

Полковник заржал так, что испуганное эхо отскочило от соседнего холмика.

Просмеявшись, мужчина протянул руку к тарелке с бутербродами, но вдруг остановился и повернулся правым ухом в направлении дома:

— Кажется, закончилась наша с вами посиделка.

Грегуар понял, о чём он, только через пару мгновений. Из высокой шуршащей травы появилась взволнованная жена Мастера, держа в руках две маленьких бутылочки с жидкостью цвета мёда.

— Ну, и что у нас на этот раз случилось? — привычно проворчал Иван, хотя по лицу читалось: никакого раздражения тот не испытывает. Он прекрасно знал, что Велена не стала бы отвлекать по пустякам.

— Вам нужно ехать, — она отдала каждому из них по склянке.

«Капитан» в некотором удивлении посмотрел на бутылку, но Полковник сначала звякнул своей склянкой о его, словно чокаясь, а затем одним движением сорвал печать с горлышка и выпил содержимое. Грегу ничего не оставалось, как повторить процесс.

Жидкость действительно по вкусу напоминала мёд, но водянистый и горький. Видимо, какая-то хитрая семейная настойка для быстрого отрезвления, потому что первые эффекты проявились практически сразу. Сначала желудок попытался взбунтоваться, но затем в голове наметилось приятное ощущение прохлады, и хмель отступил. «Так гораздо лучше», — подумал Грегуар. Формы алкоголь не одобряли. Он усложнял общение с хозяином.

— На границе с Джаркесом, где развалины старой крепости, удерживают ребёнка. Там наёмники из «Золотых крыльев». Но в замке нет никого, кто бы мог дать разрешение на вход. Ли-Энн со Славой тоже там. Роб с ног сбился в поисках капитана, и за вами прислали машину, — быстро проговорила Велена.

Было безумно интересно, куда исчезли Маркус и Леонард, но выяснить это можно и потом. Мужчина поднялся.

— Вы не против, если я поеду с вами? Раз уж мои дети нашли себе очередное приключение, — попросил Полковник.

— Разумеется, идёмте.

Вместе с состоянием трезвости к Грегу пришло ещё одно ощущение. Нарастающей тревоги. И, судя по выражению глаз Мастера, «Дед» испытывал ровно то же самое.

***

Немного не добежав до входа, Ли-Энн остановилась. Видимую часть строений давно разрушили и разобрали. Оставались только подземные коридоры, путь в которые постарались надёжно закрыть во избежание несчастных случаев. Но сейчас замки на тяжёлых железных дверях отсутствовали.

Она обернулась и увидела трёх подбегающих Гиен и здорового лохматого чёрного Пса — её брата. У наёмников из «Золотых крыльев» оказались одинаковые Формы. Возможно, они приходились друг другу родственниками.

Одна из Гиен прошла вперёд и остановилась у дверей, прислушиваясь к происходящему внутри. Затем она развернулась и приблизилась к остальным. Высокий сбросил Форму и заговорил жестами.

У каждой гильдии имелась собственная система коммуникации без слов, но существовали и общие правила.

«Двери открыты. На первом ярусе никого не слышно. Они ушли в глубину. Сколько здесь этажей?»

«Три», — ответил Вячеслав, став человеком.

Высокий что-то прикинул в уме и продолжил:

«Следопыт, идёте со мной. Будете показывать дорогу, но не бегите. За нами Доктор и Пёс. Второй — замыкающий».

Группа сменила Формы. Ли-Энн сделала то же самое, чтобы не путаться ни у кого под ногами в виде мелкого Духа.

«Крылья» достали из карманов курток странные артефакты, выглядящие как кусок метала с линзой посередине.

Высокий заговорил снова:

«Внизу полная темень. Для вас «Факелов» нет. Поэтому не теряйтесь».

Лидер «Крыльев» оказался абсолютно прав. Густая темнота начиналась практически со входа. Они осторожно сдвинули железные створки, ровно настолько, чтобы протиснуться и шуметь как можно меньше.

Подземелье встретило холодом и шорохом опадающего с высоких потолков песка. Практически везде стены и пол укрепили камнем, но время настойчиво разрушало кладку.

Высокий освещал путь, и в некоторых местах в грязи различались свежие следы ботинок. Ли-Энн старалась прислушиваться только к ощущениям в ногах, подсказывающим, где мальчик, и не думать о том, в насколько уязвимом положении они сейчас находятся.

У похитителей хватало времени подготовиться. Да и свет превращал в отличные мишени, но без него тоже не обойтись. Собственное духовное зрение не являлось адекватной заменой нормальному источнику света. Оставалось уповать на удачу и таланты её спутников.

Они быстро и почти бесшумно прошли первый ярус, не осматривая его целиком, и Ли-Энн повела их вниз по лестнице на второй этаж. Ступни горели огнём — значит, цель находилась совсем близко.

На последних ступенях они остановились. Высокий опять к чему-то долго прислушивался.

«Фиксирую тихие хрипы. Один человек. Больше никого нет».

«Цель близко», — ответила ему Ли-Энн.

Лидер переглянулся с Доктором, и группа двинулась дальше.

На этом ярусе потолки сделали выше, да и всяческих ответвлений, комнат, арок тоже не в пример больше, чем на первом. Этаж использовался под кладовые.

Девушка уверенно провела их по одному из ходов, через несколько пустых просторных помещений, а затем свернула в узкую арку, выглядящую старше, чем всё остальное, что она здесь видела.

На полу у ближайшей ниши лицом вверх лежал подросток лет четырнадцати, одетый в частично разорванную школьную форму. Мальчик пребывал без сознания. Подбородок покрывало что-то тёмное, а чуть ниже левой ключицы торчал нож.

«Крылья» ещё раз осветили углы, коридоры и потолок, прежде чем подошли. Пока Доктор согнулся над ребёнком, остальные мужчины встали так, чтобы вовремя среагировать на любую неприятность, которая могла прийти из темноты и неизвестности.

Ли-Энн держалась поближе к Доктору на случай, если понадобится помощь. Повинуясь привычке, она провела «заряженной» рукой по глазам и стала рассматривать окружающее пространство. Помимо ярких артефактов «Факелы», которые использовали наёмники, обнаружилось кое-что непонятное.

Рядом с мальчиком, от пола и почти до самого потолка, висела и медленно вращалась невидимая для обычного глаза «конструкция», похожая на облако, скрученное в тугой канат. Признаки присутствия других живых существ отсутствовали.

Ли-Энн прислушалась к инстинктам, но Лисёнок заинтересованно молчал. Скорее всего, Высокий предположил верно, и на этом этаже никого не осталось. В теории похитители могли уйти на самый нижний ярус или знать о секретном выходе из подземелья. Последний вариант ей нравился больше всего.

Следопыт вернула обычное зрение. Доктор разворачивал простые тряпичные носилки, вытащенные из рюкзака. Он дал сигнал Вячеславу, чтобы тот помог. Они осторожно переложили мальчика, стараясь не потревожить торчащее лезвие.

«В каком цель состоянии?» — спросил Высокий, всё ещё избегая говорить вслух.

«Нож не задел артерию. Вошёл между первым и вторым ребром. Нести медленно и аккуратно до машины. Потом в хирургию. Будет жить».

«А кровь на лице?» — продолжал спрашивать Высокий.

«Она не его. Его пытались ею напоить».

Если лидер «Крыльев» и удивился, то по мимике это не читалось. Он отдал знак выдвигаться в обратном направлении. В конечном счёте задача — спасти заложника.

Доктор и Вячеслав бережно несли носилки. Путь по второму ярусу и лестнице они преодолели без проблем, затем атмосфера изменилась, и это заметили все.

Нет, первый этаж по-прежнему казался пустым, зато у них за спиной точно что-то происходило.

Ли-Энн почувствовала волну страха, которую передал дух, и подавила желание бежать на поверхность.

— Не успеем, — произнёс Доктор.

Высокий свернул в первое же помещение с одним входом, которое показалось достаточно просторным. «Крылья» разместили источники света так, чтобы видеть большую часть комнаты. Мальчика положили в дальнем углу. Девушка встала рядом с ним. Сейчас от неё меньше всего пользы. В руках у остальных появилось оружие.

Сначала это ощущалось беззвучно. Лишь постоянно нарастающее давление в воздухе. Затем раздалось эхо, напоминающее треск рвущегося на ветру паруса. И впечатление, что они одни в подземелье, тут же пропало.

По тоннелям разнёсся омерзительный цокот бесчисленного количества ног или костей о камень. Что бы это ни было, оно мчалось к ним с совершенно невероятной даже для оборотня скоростью.

Высокий бросил в сторону выхода искрящийся артефакт, одновременно с тем, как из коридора появилось сразу несколько огромных голов. Ли-Энн успела зажать уши ладонями и зажмуриться. Грохнуло.

Сквозь дым и песок девушка разглядела, как туши двух гигантских членистоногих ринулись в комнату по стенам в обход людей. Труп третьей Многоножки остался валяться в пыли.

В такие моменты всё кажется очень медленным…

Справа от неё Второй из «Крыльев» пытался всадить мачете в спину огромного оборотня, но оружие сломалось о надёжно защищающие тело пластины. Высокий активировал следующий артефакт, что-то крикнул товарищу и, мгновенно изменив ноги на некое подобие собачьих, прыгнул к голове Многоножки.

Вместе мужчинам удалось сорвать массивную тушу членистоногого со стены. Лидер «Крыльев» не мешкая засунул в мерзкую пасть готовый вот-вот взорваться артефакт. И попытался отскочить назад, но не успел. Грохнуло ещё раз. Оба наёмника рухнули рядом с обугленной Многоножкой, постепенно возвращающей человеческий облик.

Драка со вторым оборотнем происходила одновременно, но Ли-Энн воспринимала это, как два разных фрагмента сновидения. Создавалось впечатление, что Многоножка рвётся исключительно к ребёнку, а все остальные люди — лишь мелкое препятствие. Она ловко уворачивалась от ударов, которые на неё нацеливали Вячеслав и Доктор. Противник прыгал со стены на пол и обратно, стараясь обхитрить соперников. В какой-то момент, найдя решение, он резко взмыл вверх под самый потолок, скрутился в подобие улитки и бросился вниз.

Всё, что девушка успевала сделать, это закрыть мальчика собой, упёршись руками и коленями в грязный пол. «Ни в коем случае нельзя упасть на нож». Ли-Энн зажмурилась, ожидая удара. Однако его не последовало.

Следопыт ощутила движение рядом и открыла глаза. Слава прижимал скрученного рулеткой оборотня к камням, вкладывая в это совершенно запредельное усилие. Доктор уже стоял рядом и заносил лезвие над тем, что можно назвать горлом Многоножки, но последняя вновь продемонстрировала чудеса проворности.

Одним мощным рывком оборотень развернул огромное тело, ударив обоих мужчин, как гигантская стальная пружина. Доктора отшвырнуло в тёмную бездну коридора. Всё ещё находясь в воздухе, членистоногое, изогнувшись почти как змея, снова атаковало брата, хватая клыками его правую забинтованную руку.

Ли-Энн вскрикнула в унисон с Вячеславом, когда брызги крови от откушенной культи полетели в стороны рубиновым веером.

А потом мир замедлился сильнее, если такое вообще возможно.

Из черноты прохода сначала появился здоровенный, размером со взрослого кабана, Доберман — Форма её дедушки. Полковник преодолел расстояние от входа одним прыжком. Схватил Многоножку зубами за то, что обычно называется основанием шеи, и дёрнул на себя, отделяя тушу от Вячеслава. Ли-Энн прыгнула к брату, держа в руках откуда-то взявшийся ремень от собственных брюк. Она затянула жгут на плече Славы чуть выше жуткой раны, из которой торчал обломок кости.

Оглушающе рыча, Доберман вгрызся в шею членистоногого, и Многоножка резко забилась, пытаясь вырваться. Девушка моргнула и увидела проявляющегося из темноты Медведя, закрывшего массивным телом практически весь проход. Его огромная пасть сомкнулась на хвосте оборотня.

В следующее мгновение Доберман и Медведь рванули каждый в свою сторону, раздирая Многоножку надвое.

***

Первый взрыв они услышали ещё на входе в тоннели. Доберман Мастера Ивана одним рывком протиснулся в приоткрытые створки, распахивая их. Гулкий удар толстой железной двери о камень раскатился по подземелью. Но никто и не собирался прятаться.

Грегуар прыгнул следом, стараясь не потерять Полковника, тот ориентировался на свой Особый Навык — Слух. Медведь прекрасно видел в темноте, но, кажется, только Мастер Иван действительно понимал, куда бежит.

«Капитан» мчался за здоровенным Доберманом по одному из коридоров, в конце которого на слабоосвещённом пяточке метались тени.

Впереди снова что-то громыхнуло. Затем они увидели мужчину, которого выбросило из комнаты то ли взрывом, то ли чем-то ещё.

Здесь.

Внутри что-то происходило.

Потом раздался звук, словно мужской и женский вскрик слились в единый жуткий вопль. Когти Добермана высекли искры о каменный пол, и Полковник исчез, одним прыжком влетая в комнату.

Грег последовал за ним мгновением позже. И прямо перед мордой увидел мечущийся хвост гигантской жирной Многоножки. В её голову уже вгрызался Доберман, но она отчаянно пыталась освободиться.

Медведь пробил зубами защитные пластины, покрывающие тело оборотня, с наслаждением сомкнул челюсти и отпрыгнул назад. В ноздри звериной Формы ударил запах гнили. Разорванные фрагменты Многоножки залили пол красно-жёлтой жижей.

Кажется, всё.

Грегуар немного прошёл вдоль коридора прислушиваясь. Тихо. Медведь вернулся к освещённой комнате. Выброшенный до этого из помещения мужчина приходил в себя, осторожно вставая. Только сейчас рядом с ним Грег заметил почти неповреждённый труп, видимо, одного из похитителей.

Мужчина сменил облик на человеческий и приподнял руки в мирном жесте. Наёмник с кольцом доктора разглядел официальную форму, герб Дома Северного Когтя и почти беззвучно прошептал слова благодарности, затем вернулся в комнату. Грег последовал за ним.

Ли-Энн сидела на пыльном полу рядом с Вячеславом. Девушка придерживала его лицо одной рукой и что-то тихо говорила, заставляя концентрироваться на себе. Её брат выглядел бледным как мел, но не терял сознания. Мастер Иван зажимал ремень поверх культи сильнее, чем он, видимо, был до этого.

Несмотря на собственное состояние, доктор из «Крыльев» быстро раскрыл рюкзак и достал медицинский артефакт, похожий на тонкую серебряную «нитку». Кажется, он назывался «Блокада». Доктор надел цепочку на шею Вячеслава, и кровь из раны перестала литься.

Затем наёмник осмотрел мальчика, лежавшего в углу с ножом в плече. Проверил клиента и только потом переключился на товарищей, которых оглушило одним из взрывов.

Грегуар повторно присмотрелся к трупам преступников. Их Формы демонстрировали невероятную силу и скорость, зато в человеческом виде они выглядели почти обычно.

Но пора выдвигаться.

Мастер сам понёс Вячеслава на руках, похоже, вообще не замечая его веса. Парень держался как мог, но периодически отключался. Доктор из «Крыльев» и «капитан» вынесли так и не пришедшего в сознание мальчика и передали специалистам из быстрой медицинской помощи. Остальные наёмники кое-как дошли сами.

Врачи из Джаркеса готовили раненых к перевозке, и Грегуар попросил Роба снова запереть двери в подземелье, пока не прибудут люди из замка. Первый помощник в теории мог и не подчиняться, но обрадовался, «что всё закончилось», и согласился без разговоров.

Медики повезли Вячеслава с ребёнком в Джаркес. Грег направлялся туда же. Никого не спрашивая, он сел за руль арендованного энергомобиля, на котором «Золотые крылья» сюда приехали. Всё равно в их состоянии водить запрещалось.

Обладатели «жёлтых» жетонов не лучились счастьем, но миндальничать с ними — не его работа. Пока троица пристёгивалась, мужчина проводил взглядом вторую машину, на которой Мастер с Ли-Энн двинулись за врачами.

***

До Джаркеса отсюда оставалось меньше часа быстрой езды. Грег успел побеседовать с наёмниками, но много по Уставу гильдии они рассказать не могли. Однако имя заказчика ему и так предоставили. Поэтому, въезжая на территорию соседней провинции, Грегуар примерно представлял, что станет делать дальше.

Попрощавшись с «Крыльями», он двинулся к ближайшей точке связи. Следовало сообщить в замок, а также вызвать специалистов из охранной службы Дома. Требовалось «восстановить» произошедшее на месте преступления, а в его личном распоряжении таких профессионалов пока не числилось.

На выходе из здания его уже терпеливо дожидался доверенный слуга барона Джаркеса. «Капитану» вежливо изложили просьбу о немедленной встрече.

Его приняли в комнате отдыха частной медицинской клиники. На вид местному лорду было лет тридцать пять, но на практике, скорее всего, гораздо больше. Лёгкая, почти астеничная фигура и очень внимательные глаза. Он искренне пожал протянутую руку, обхватив её двумя ладонями:

— Милорд. Сегодня вы помогли предотвратить ужасную трагедию, за что моя Семья теперь перед вами в неоплатном долгу. Пожалуйста, присаживайтесь.

Грег сел в предложенное кресло и отказался от алкоголя. Зато минеральная вода пришлась по душе обоим собеседникам.

— Как чувствует себя мальчик? — вежливо начал он.

— Его прооперировали. Врачи говорят, что прогноз хороший, но ему потребуется время на восстановление сил.

Мужчина понимающе кивнул.

— Тот юноша, который помог освободить моего сына, тоже вне опасности. Взял на себя смелость пригласить для его полного излечения очень хорошего специалиста. Мой Дом восстановит откушенную руку. Правда, на это уйдёт примерно полгода. Я успел поговорить с приёмным отцом молодого человека. Тот проявил понимание. И, как описали наёмники из «Золотых крыльев», девушка, сопровождавшая раненого, тоже помогала найти моего Николаса. — Лорд Джаркеса в некотором недоумении развёл руками. — Но она отказалась что-либо принимать.

Грегуар улыбнулся:

— У неё свои… принципы. Я с этим разберусь. Барон…

— Пожалуйста. Просто — Трэнт.

— Трэнт. Помогите мне разобраться в том, что же всё-таки произошло.

Мужчина немного повертел в пальцах бокал с напитком. Без труда считывалось, что он не полностью переварил пережитое за сегодня:

— Рано утром мать Николаса срочно связалась со мной, сообщив, что тот похищен. Она, как обычно, проводила его до машины, которую я присылаю для поездки в школу. Но, когда сын сел в салон, она заметила, что что-то не так. Мальчик испугался и даже пытался выбраться, но они его увезли.

— А люди, которых вы обычно присылаете?

— Опоздали. Внезапно спустило колесо. Пришлось срочно менять.

— Какие-нибудь требования? Угрозы накануне?

Барон отрицательно покачал головой:

— Ничего такого. Да и у меня нет настолько беспринципных врагов. Понимая, что каждый истёкший час приближает гибель сына, я сразу связался с «Золотыми крыльями». В моей службе охраны на данный момент нет специалистов для подобных операций.

Грегуар наклонил голову, давая понять, что абсолютно согласен с ходом мыслей собеседника. Пытаться оповещать имперские охранные структуры — чревато потерей времени, да и демонстрация слабости.

— «Крылья» прибыли очень быстро. Они вычислили, что мальчика увезли в ваши владения, и кинулись в погоню. Я пытался связаться с вами, но…

— Но ни меня, ни моих братьев не оказалось дома, о чём я крайне сожалею, Трэнт.

— Не о чем сожалеть. Кто мог предположить, что нечто подобное вообще способно произойти, — вздохнул собеседник.

— Похитители повели себя крайне необычно. У вас есть мысли по этому поводу? — без особой надежды на что-то поинтересовался Грегуар.

— На самом деле есть, — сделал внезапное признание барон. — Вдруг остановиться, толком не начав убегать, они могли по той причине, что Николас внезапно стал для них проблемой.

Грег молча ожидал продолжения. Трэнт какое-то время рассматривал пузырьки в бокале.

— Догадываюсь, вы уже поняли, что мы с матерью Николаса не женаты официально, и держим нашу связь подальше от чужих глаз. Однако мальчик прекрасно знает, кто его отец, и хранит общую тайну наравне со взрослыми, — барон машинально взболтал минеральную воду. — Мой сын так хорош в хранении секретов, потому что у него есть собственный, не менее значимый. Беда в том, что он страдает от недуга, который десятилетия назад погубил его дядю, моего старшего брата. Ещё в юном возрасте у Николаса проявились сразу две Формы.

Грегуар позволил себе удивлённое выражение. Дабы освоить в должной степени один образ, требовались десятилетия упорного труда. Проявление двух Форм одновременно у ребёнка — огромная редкость, чаще всего приводящая к быстрой смерти. Для нервной системы, даже членов благородных семейств, это являлось слишком большой нагрузкой.

Такой человек очень скоро начинал демонстрировать разные умственные отклонения, а потом нестабильная гормональная система добивала его организм. Хотя при индивидуальном подборе лечения и грамотном подавлении одной из Форм шансы выжить оставались неплохие.

— Думаете, он обратился и кинулся на похитителей?

— Скорее всего, — подтвердил барон.

— И им пришлось спрятаться, чтобы разобраться с проблемой…

— Более того, предполагаю, что именно его необычная ситуация по здоровью и стала причиной похищения. Сами знаете, всегда найдутся извращенцы, желающие поставить на «редком экземпляре» очередной эксперимент. За пределами Империи их полно.

Грег согласно кивнул. Это вполне тянуло на одну из версий:

— А когда они поняли, что не справляются, то попытались избавиться от мальчика.

И барон удивил ещё раз:

— Нет. Николас сам всадил в себя нож. Это мнение врачей.

Грегуар припомнил, под каким углом и как именно торчало лезвие. Да, вполне могло оказаться, что юноша сделал это самостоятельно:

— Он раньше пробовал что-нибудь подобное?

— Ни разу. Видимо, в отчаянии придумал, как сделать себя бесполезным для них.

— Медики пытались исследовать кровь, которой его старались напоить?

Барон поморщился:

— До чего же мерзкая деталь. Да, её проверили. Насколько возможно. Кровь старая сразу в нескольких смыслах. Она от довольно пожилого оборотня, но несвежая. Её хранили продолжительное время. Остались следы характерных реагентов.

— И поразительный, и отвратительный элемент картины. Согласен с вами, Трэнт.

— Сообщу вам больше информации, когда Николас очнётся. Возможно, он поможет заполнить пробелы.

— А я, в свою очередь, соберу улики, которые смогу найти, и свяжусь с вами, как только появится что-то стоящее.

***

Когда волна основного напряжения спала, и врачи сообщили, что Вячеслав вне опасности, Ли-Энн испытала не только невероятное облегчение, но и тяжесть внезапно навалившейся усталости.

Девушка забралась вместе с ногами в огромное кресло рядом с кроватью. С трудом удавалось не заснуть. Медики предупредили, что усыпляющее после операции, через которую прошёл Слава, продержится ещё час, но она хотела оказаться рядом, когда брат очнётся.

Ли-Энн прокручивала в голове произошедшее в подземелье, пытаясь понять, могла ли она сделать хоть что-то, чтобы предотвратить случившееся. И каждый раз получала ответ — нет.

Напавшие на них оборотни продемонстрировали невероятную силу. Даже «Золотым крыльям» пришлось туго, что уж говорить о её маленьком духе.

Способности Формы и степень её могущества в первую очередь зависели от количества вложенной в неё энергии, от уровня интенсивности питания. Далее ключевую роль начинали играть воля человека, отточенный ум и умение концентрироваться. Посещение Запретного леса с его серебряными цветами стало отличной поддержкой Закатному лису, но не достаточной.

Пока возможности следопыта так и застопорились на уровне распознавания некоторых типов энергий и поиска пропавших. Она не могла сделать тело гибче, сильнее или выносливее, превратить руку в лапу, как почти все наёмники. И прочее, прочее, прочее.

Её шанс на нормальное развитие находился в Рубиновой пустыне вместе с источником необходимых знаний.

Чтобы отвлечь себя от унылого самокопания, девушка снова вернулась к энциклопедии. Тем более что рассказ автора о Закатных лисах изобиловал фактами, которых она до этого не знала. Например, что одомашненные лисы использовались не только для поиска воды, но и часто служили шаманам племён в качестве духовных зверей. Они сопровождали практика в Фах-аш-кан-дин, помогали искать как живых, так и мёртвых. Опытный Закатный лис прогонял опасных порождений мира энергий прочь от деревни, и даже питался ими.

Ли-Энн попыталась представить, каково это в принципе — просто взять и съесть энергетическое существо. Учитывая, что за всю жизнь она ни разу ничего подобного не встретила, возможно, автор что-то недопонял или преувеличил. «Или же мне просто не хватает должного умения».

Начать следующую главу она не успела. За дверью послышались тихие голоса, и усталый дедушка вошёл в палату.

— Подымайся. Отправляешься домой с капитаном Рэгом.

— Деда… — попыталась протестовать Ли-Энн.

— Я останусь со Славой. Как минимум до завтра.

— Мы оба останемся.

— А кто поможет Велене с мелкими? — нажал Мастер.

Девушка вздохнула, вернула книгу в рюкзак и обулась. Ли-Энн обняла дедушку на прощание, бросила взгляд на спящего брата и вышла в коридор, где уже ждали.

Капитан. Спокойный и сосредоточенный. Как всегда.

— Нам потребуется подзарядиться перед выездом. Не думала, что сегодня придётся так много перемещаться, — предупредила она.

— Просто давай ключи, — мягко попросил Рэг.

Буквально третий раз за день у неё отбирали возможность вести собственную машину.

Зарядка автомобилей производилась преимущественно на государственных площадках. Лишь очень богатые люди могли позволить себе купить частную установку, накапливающую заряд за счёт движения воздуха. Более сложные системы, где энергию собирали с помощью перемещения больших масс воды или, например, гроз, имели разрешение использовать исключительно предприятия, подконтрольные Империи.

Кроме того, только государство производило энергомобили и проводило их ремонт. Зато подзарядиться можно практически везде.

В Джаркесе таких точек открыли целых пять. Они выбрали ближайшую и остались отдыхать в «водительской зоне». К самим терминалам никого по правилам не подпускали.

Ли-Энн дождалась, пока работник станции отойдёт подальше, и попыталась сказать, что давно хотела, но не представлялось возможности:

— Капитан, должна поблагодарить за то, что вы сделали для нас сегодня. Если бы вы с Дедом не подоспели вовремя, — она смущённо пожала плечами. — Нас бы всех загрызли. Да и после всего… тоже сильно помогли.

Он немного помолчал:

— Разрываюсь между ответом «Это моя работа» и вопросом «У тебя всегда такое унылое лицо, когда ты благодаришь людей?»

Девушка не смогла сдержать обескураженную улыбку:

— Нормальное у меня лицо. Не выдумывайте.

— Это, наверное, оттого, что у тебя медики всю привычную одежду отобрали, — продолжал издеваться Рэг.

В больнице её действительно попросили сменить запачканные кровью и грязью вещи, а вместо испорченных рубашки и брюк выдали подобие длинного сарафана или халата с короткими рукавами на размер больше и лёгкие тапочки.

— Вы специально это говорите…

— Чтобы переключить тебя на весёлый тон, я и не такое могу сказать, — хмыкнул капитан.

— Пожалуйста, пощадите мою гордость. Она и так ощутимо пострадала.

— Ты из гордости отказалась принимать благодарность от барона Джаркеса? — не унимался упрямый собеседник.

Ли-Энн опёрлась ладонями о пуфик, на котором сидела, и вытянула перед собой ноги:

— Он взял лечение Вячеслава на себя. Чего вам ещё?

— Ты нашла мальчика.

— И без меня бы нашёлся. Меня там вообще не подразумевалось.

Рэг повертел в пальцах карточку с номером заказа:

— Кстати. Почему не убежала, когда стало совсем плохо? У тебя быстрый дух.

— Почему половина разговоров с вами превращается в допрос? — улыбнулась она в ответ.

— Потому что ты постоянно попадаешь в истории, для которых требуется составлять протокол.

Улыбка Ли-Энн невольно стала ещё шире:

— Ладно. Вы выиграли — вы меня насмешили. Что хотите добавить к протоколу?

— Расскажи, что происходило. От начала и до конца.

Завершать историю пришлось уже в машине. Капитан постоянно задавал уточняющие вопросы:

— Ты действительно считаешь, что «они взялись из ниоткуда»?

— Да, считаю. Не верите?

— В том-то и дело, что верю, — нахмурился Рэг. — Ли-Энн, давай перенесём наш обычный «побег в лес» дня на три. У меня следующие несколько суток получатся очень занятыми.

— Сама хотела просить о том же.

Глава 11. Ньётская уха

Следующие несколько дней Грегуар спал лишь урывками. Сначала он довёз Ли-Энн до приюта, где забрал свой энергомобиль. Затем вернулся к развалинам старой крепости, рядом с которой разворачивали походный лагерь люди из службы охраны Дома.

Специалисты по крохам восстанавливали последовательность того, что же здесь произошло. И их выводы оказались по большей части точны. Они почти полностью совпадали с тем, что рассказала Ли-Энн.

Следователи подтвердили — Николас, сын барона Джаркеса, обращался несколько раз, пока его тащили с первого яруса подземелья на второй, и что изначально похитителей было пятеро.

Нашли они и много новой информации, которую стоило обдумать. Например, тайник, где раньше прятали запас крови, которым пытались напоить мальчика. Схрон оказался старым. И это не увязывалось с версией того, что похитители выбрали развалины крепости в качестве временного убежища случайно.

Вторая находка выглядела ещё более странно. Грегуару показали место, где обрывались следы всех пяти похитителей. Они завершались совсем рядом с точкой, где нашли раненого Николаса. И из этой же точки появились три оборотня с Формами многоножек. Правда, бежали они преимущественно по стенам.

Последующие сутки тоже принесли крайне интересные новости. Во-первых, после того, как отработали профессионалы из охранной службы Дома, группа инженеров, которую он собирал как раз для подобных задач, проверила тоннели и обнаружила несколько ловушек, по типу сходных с той, что использовали против него в колодце.

А во-вторых, пришло сообщение от барона Джаркеса. Николас очнулся и смог дать частичные показания. Он описал всех пятерых похитителей, и никто из них и близко не походил ни на кого из троицы Многоножек, напавших на группу спасения из «Крыльев».

Во избежание инцидентов в будущем, «капитан» велел разработать систему блокировки каждого яруса подземелья, чтобы не дать кому-либо войти или выйти, «случайно появившись внутри из воздуха». Результат требовался незамедлительно, поэтому стройка шла и ночью.

К обеду третьего дня он сидел в палатке рядом с развалинами и делился с братьями выводами:

— Вот, смотрите… у нас есть «Ночной цвет», который изначально разрабатывался, как стимулятор роста мышечной массы. А теперь добавьте к этому того курьера, который даже не пикнул, когда ему практически оторвали руку. «Огромного Волка», который приходил посмотреть на мёртвую пару. Приплюсуйте к получившемуся трёх оборотней с гигантскими Формами, которые оказались слишком сильны, даже для элиты из «Золотых крыльев». Только я это вижу, или и вы тоже?

— Ты считаешь, что существует более совершенная версия «Ночного цвета», которую принимает некая группа, занимающаяся похищением людей, — полуутвердительно, полувопросительно произнёс Маркус.

— Да, я так и думаю.

— Тогда подтверждение твоей версии обнаружат в телах Многоножек, когда специалисты из Дома с ними закончат, — потёр подбородок Маркус в размышлении.

— А при чём здесь кровь, которую пытались влить в ребёнка? — подал голос Леонард, у которого на свежем воздухе всегда просыпался бешеный аппетит, поэтому он не отлипал от тарелки с остатками бутербродов.

Грегуар пожал плечами:

— Спрашивал у наших докторов о том, могло ли это сойти за попытку остановить приступы смены Формы, которыми страдает Николас. Но они назвали это крайне сомнительным методом. Даже если оборотень, чью кровь использовали, когда-то успешно переболел тем же недугом, не факт, что её можно применить как лекарство. Иными словами — я пока не знаю.

Леонард философски вздохнул и продолжил гастрономическое занятие.

— Маркус, не поделишься рассуждениями? — решил слегка подтолкнуть Грег учёного брата, чей взгляд без цели блуждал по столу.

Изобретатель чуть скривился и виновато развёл руками:

— Не нравится идея, что нападавшие куда-то «перенеслись» из подземелья. Я лично всё там проверил. Там нет и намёка на типичные энергетические возмущения, которые всегда остаются после работы «Окна». Оттуда никто никуда не перемещался.

— Твоя версия?

— Например, такая. Мы ведь не знаем, какими именно Формами обладала первая пятёрка похитителей, и не знаем, какими вторыми ликами располагали Многоножки.

— Не знаем.

— А что, если они были очень маленькими и летучими. Например, преступники могли обращаться в мух или мотыльков. Мальчик ранил себя, и они свалили, а потом прилетели их такие же летучие подельники, добить заложника.

Грегуар почувствовал, как у него закипает голова:

— С уважением отнесусь к твоей теории, но есть пара вопросов.

— Излагай, — согласился довольный собой Маркус.

— Первое. Какой смысл тащить мальчика на второй ярус подземелий, чтобы напоить треклятой кровью, если схрон находился на первом этаже? И зачем именно там же «превращаться в мух», если это можно сделать на выходе из тоннелей. Второе. Всякие мотыльки и иже с ними летают не слишком быстро. В каких именно соседних кустах сидели Мотыльки-Многоножки, раз они так шустро прилетели? И почему первая группа похитителей сама не добила Николаса? Третье. Зачем Мотыльки-Многоножки долетели опять до второго яруса, чтобы обратиться там, и уже оттуда побежали снова на первый этаж с целью уничтожить отряд спасения? — на одном дыхании выпалил Грегуар и почувствовал, что окончательно устал.

— Я тебя сейчас почти ненавижу, — улыбнулся Маркус.

— У меня созрел вопрос, — снова подал голос Лео.

Мужчина заинтересованно повернулся в его сторону:

— И?

— А что с энергомобилем похитителей?

— Ничего. Обычная арендованная машина на обычные украденные документы. Внутри салона ничего не оставили действительно полезного, даже фантиков от конфет.

— Ладно, — не сдавался Леонард. — У нас есть ещё какие-то неотработанные зацепки?

— Наёмнический жетон «курьера». Я до сих пор не имел возможности встретиться с одним из лидеров «Надкушенной башни», но скоро это исправлю. Проверим, настоящий жетон или нет.

— Что-то эта игра начинает выходить далеко за пределы одной нашей провинции, — подал голос Маркус, лицо которого вновь стало серьёзным.

— Это не повод останавливаться на полпути, — ответил Грегуар.

***

Практически весь задний двор этого арендованного поместья перестроили сразу под несколько тренировочных площадок. От посторонних глаз их легко скрывала широкая полоса густых лесных насаждений, создающих обманчивую иллюзию спокойствия.

Сегодня с раннего утра по одной из тренировочных зон, полностью состоящей из хаотично следующих друг за другом укрытий, возвышений, мостиков, поваленных деревьев, раскачивающихся в разные стороны острых железных кольев и других опасных предметов, метался огромный Саблезубый лев.

Мощными прыжками, перенося свой немалый вес, он ловко уворачивался от бесконечного числа ножей и дротиков, которые безжалостно кидали в него люди в традиционной одежде Дома Каменного Льва. Саблезубый не атаковал нападающих. В его задачу входило избегать прямых попаданий по себе. И с этим он успешно справлялся. В самых сложных ситуациях тело Льва частично или полностью менялось на человеческое, чтобы преодолеть наиболее опасный участок, но затем вновь возвращалось на четыре внушительных лапы.

Мифис наблюдала за увлекательной игрой с неизменным полуленивым интересом. Её зонт от солнца и удобный шезлонг располагались слишком далеко от места тренировки, чтобы действительно разобрать, что кричат друг другу участники процесса.

Поэтому девушку больше занимали многочисленные каталоги, которые она медленно перелистывала в поисках «хорошей идеи». Мимо быстро промчался Дени, придумавший охлаждающий финал для пробежки. Он не сбавляя темпа прыгнул в расположенный рядом бассейн и с той же невероятной скоростью устремился к противоположному краю, чтобы оттолкнуться от бортика и не менее увлечённо начать грести обратно.

Мужчина вылез на каменный пол и, заливая всё вокруг водой, потянулся за полотенцем на свободном шезлонге.

Мифис поморщилась и одним лёгким жестом смахнула капли влаги со страницы.

— Ты-то почему не тренируешься? — выдохнул Дени, почти падая на пустое место.

— А мне зачем? — немного удивлённо отозвалась она. — На состязаниях выступаете только вы с Заром.

— Тогда почему торчишь здесь? Нет других дел?

Девушка мило улыбнулась невежливому собеседнику:

— Не знаю. Уточни у Зара. Он попросил меня остаться.

Со стороны тренировочной зоны раздался грохот. Миф и Дени повернули головы на шум. Часть конструкции обрушилась в результате очередного львиного прыжка.

Оборотень приземлился позади атакующей команды и сменил Форму. Уже в виде человека Зар отдал несколько резких приказов и с недовольным выражением на лице пошёл к бассейну, раздеваясь по ходу движения. Он прыгнул, почти не подняв брызг, и в несколько гребков проплыл практически всё расстояние под водой.

Как и Дени, он выбрался на бортик, заливая окружающие предметы.

— Кругом бардак, — проворчал Зар, «приземляясь» на шезлонг Мифис.

Девушка ловко подобрала обнажённые ноги и бросила на друга недовольный взгляд.

— Второй раз за неделю ломается, — заметил Дени.

Зар с раздражением выдохнул и повернулся к Миф:

— Ты достала список?

Девушка сначала передала ему полотенце и только потом вытащила из-под стопки буклетов планшетку:

— Он всё ещё дополняется.

Какое-то время Зар молча изучал написанное, а затем передал список Дени:

— На состязаниях действительно появятся практически все Дома. Но самое интересное — под номерами 28 и 47.

Темноволосый перевернул несколько страниц:

— Не узнаю эти фамилии.

— И не должен. Таким способом записывают гостей королевских кровей, чтобы не афишировать их приезд заранее, — участливо пояснила Мифис.

— Обычно члены императорской Семьи игнорируют подобные сборища, — прокомментировал Дени.

— Я же говорил, что в этот раз намечается что-то серьёзное, — ответил Зар.

Мифис поудобнее устроилась на своём месте:

— Что бы это ни было, мы можем лишь реагировать в процессе.

— Без разницы, — проворчал Зар, поднимаясь одним гибким движением.

Блондин широким шагом направился к следующей тренировочной площадке, на которой помощники запаливали огромный костёр. Какое-то время Зар просто стоял, глядя на разрастающийся огонь и дожидаясь, пока люди отойдут подальше.

Алое пламя жадно захватывало новые куски сухого деревянного помоста и ведущей к нему лестницы. Зар поставил ничем не защищённую ступню на горящую ступеньку. Мужчина явно не боялся огня. На мгновение он замер, внутренне настраиваясь, а затем уверенно пошёл вверх, игнорируя танцующие языки смертоносной стихии.

Добравшись до центра помоста, он лёг, раскинув руки, и стал ждать. Пламя яростно металось вокруг, словно искало лазейку, и, обнаружив её, алчно бросилось к телу оборотня, всеми силами пытаясь поглотить его.

Однако было поглощено само. Огонь накатывал на Зара целыми волнами, но бессильно разливался по коже и опадал. Прислуга Дома периодически подкладывала в костёр новые поленья, продлевая процесс, но помост неумолимо таял. А Зар всё глубже погружался в раскалённые угли, тщетно пытавшиеся «укусить» незваного гостя, но не способные даже поджечь его волосы.

Напитавшись, мужчина медленно встал и направился к ближайшей полосе деревьев.

— Думаешь, сегодня получится? — тихо произнесла Мифис, не в силах оторвать взгляд от движущейся фигуры, покрытой копотью.

Дени не ответил.

Чуть пошатываясь, Зар подошёл к одному из дубов. Положил обе ладони на широкий ствол. И «выдохнул». Дерево вздрогнуло.

Сначала раздался треск, а затем изнутри стали появляться первые языки оранжевого пламени. Зар сделал шаг назад и задрал голову, любуясь собственной работой. Крохотные очаги огня вскоре превратились в бурные ручейки, а затем слились в единый ревущий поток. Дикое пламя устремилось вверх по стволу, поджигая его, как искра сухую траву.

— Вот это точно можно назвать Особым Навыком, — ухмыльнулся Дени. — Ради такого действительно стоит напрягаться.

— Так это правда? — невзначай поинтересовалась Мифис.

— Что именно? — рассмеялся собеседник.

— Что отец Зара специально обжигал его до тех пор, пока не проснулась вторая Форма.

Дени неопределённо пожал плечами:

— Зная методы лорда Энго, скорее всего, — да. Дед Зара обладал Формой Духа Огня. Роскошный лик. Так что через поколение он вполне мог проявиться вновь. Стоило попробовать.

— Звучит жутко, Дени.

Тот криво усмехнулся в ответ:

— Напоминаю, что Зар не любит лишние… сопли. Раз уж решила… задержаться.

— Да иди ты.

***

Временем возвращаться в замок, чтобы привести себя в порядок после двух ночёвок в поле, Грегуар не располагал. Поэтому взял одежду, привезённую братьями, и рванул в Джаркес.

Снял в городе на час номер в гостинице, где с удовольствием принял горячий душ. Побрившись и переодевшись, он в очередной раз за последние недели отправился к транспортному узлу. Встречу с Главой гильдии «Надкушенная башня» назначили на вечер. Переместившись в Альдино, дабы не блуждать по полузнакомым улицам, он нанял энергомобиль с водителем, чтобы добраться до «Ньётской ухи».

Ресторан принадлежал господину Квентину Мартиару, одному из совладельцев «Башни». Элегантное трёхэтажное здание располагалось почти в центре. У входа образовалась внушительная толпа. Однако к Грегуару «подошли», и ждать очереди не пришлось.

Его сразу провели на второй этаж, в отдельный зал, в котором пустовали все столики, кроме одного. Квентин Мартиар оказался мужчиной среднего роста, с модной ухоженной короткой бородкой и плавностью движений хорошего танцора или фехтовальщика. На вид — не больше пятидесяти, но с оборотнями никогда нельзя угадать наверняка.

Они пожали друг другу руки, но Мартиар добавил к жесту и лёгкий поклон головой, как того требовали правила этикета при приветствии высокородной особы.

— Могу я предложить вам ужин, милорд? — задал вежливый вопрос Квентин, когда они сели.

— От кофе сегодня точно не откажусь. И зовите меня по имени.

Хозяин ресторана сделал серию коротких жестов куда-то в сторону портьер, за которыми на приличном удалении от столика пряталась обслуга.

— Признаться, я удивился вашему предложению встретиться, Грегуар, — всё так же вежливо улыбался Мартиар. — У кого-то из моих людей неприятности?

Грег вытащил из кармана повреждённый, но вполне целый жетон гильдии и положил на стол перед Квентином:

— Как раз надеялся на вашу помощь в прояснении этого вопроса.

Глава гильдии взял жетон в руки и придирчиво осмотрел:

— Да, вещь действительно принадлежит нам. Хотя её потеря не сулит владельцу ничего хорошего, — с сожалением произнёс он.

Рядом со столиком почти из ниоткуда появился официант с двумя полными чашками и кофейником. Двигаясь абсолютно бесшумно, он ловко выставил на стол ещё и сахарницу, два пустых бокала и графин с водой. Слуга забрал у хозяина жетон и скрылся за портьерой.

— Через четверть часа мы получим нужную информацию, — пояснил Мартиар. — Я могу спросить, как именно наш знак попал к вам в руки?

Грегуар попробовал кофе и кивнул. Его рассказ занял больше получаса. Квентин хотел получить максимум полезных подробностей. В особенности его заинтересовала нечувствительность наёмника к боли и другие редкие боевые качества.

Всё тот же официант вернулся аккурат к концу истории. Он передал хозяину папку и несколько дополнительных листов к ней. Мартиар за пару мгновений просмотрел содержание документов и передал папку собеседнику.

Тот открыл первую страницу с фотографией:

— Он. Состоит в гильдии всего несколько лет?

— Да. Только согласно отчёту, не явился уже на четыре вызова. Хотя до этого не пропустил ни одного контракта.

— Дайте угадаю: ваши люди уже обыскивают его квартиру или комнату, — улыбнулся Грегуар.

— Разумеется, — отзеркалил улыбку хозяин ресторана. — Вынужден спросить, подаст ли ваш Дом официальную жалобу на нападение?

Грег отрицательно покачал головой:

— Пока не вижу никаких причин для этого. Вы явно хотите найти ответы не меньше меня.

— Мы крайне признательны за проявленное понимание, — Мартиар легко поднял увесистый кофейник одной рукой и налил гостю вторую чашку.

Тот не возражал. Напиток предложили действительно хороший.

— Должен прояснить, что жетон выдан абсолютно легально. На основании настоящих документов этого человека. Мы тщательно проверяем всех кандидатов. Однако он всё-таки попал «на карандаш» нашей внутренней службы, но по другой причине, — осторожно начал Глава гильдии.

— И в чём она заключается?

Квентин снова пробежал глазами по тексту, который лежал перед ним на отдельном листке:

— Напавший на вас нетипично быстро прогрессировал. Брал задания не по опыту и… как-то справлялся.

— Он один такой уникум? — решил немного дожать Грегуар.

— К сожалению, нет, — вздохнул Мартиар. — У нас таких ещё трое.

Грегу тут же вспомнилась троица Многоножек:

— Можете прямо сейчас уточнить, где они находятся?

Квентин жестом указал на отчёт:

— Могу. Они сдали последний контракт буквально час назад. Наблюдение за ними мы выставили, но у меня пока нет ни одного основания, чтобы действительно их допрашивать. Сами понимаете, даже я не вправе столь вольно нарушать правила гильдии.

Грегуар отодвинул пустую чашку и вежливо отказался от третьей порции:

— Понимаю. Поделитесь идеями, зачем этот человек в принципе получил ваш жетон?

Собеседник искренне развёл руками:

— Чтобы просто торговать стимулятором, членство в гильдии не нужно от слова совсем. — Он несколько раз тихо ударил указательным пальцем по столу, не обрадованный собственной догадкой. — Однако принадлежность к нашей организации даёт иные преимущества.

— Поиск людей «на перепродажу», — закончил за него мысль Грегуар.

Мартиар снова улыбнулся, но на этот раз мрачно:

— У вас за плечами явно больше, чем одна история.

— Увы, да. Но этой я поделиться не могу, так как имею к ней лишь косвенное отношение, — Грег напоследок взглянул на фотографию своего несостоявшегося убийцы и закрыл папку. — Как думаете, кого именно он у вас искал?

— Скорее всего, других наёмников. Из тех, чья пропажа мало кого опечалит.

— И были пропажи?

Квентин с сожалением кивнул:

— В прошлом году мы недосчитались нескольких человек. Полагаю, пришло время открыть их дела заново.

— Хочу получить напавшего на меня, когда найдёте, — озвучил вполне ожидаемую просьбу Грегуар.

— И вы его получите, — со всей серьёзностью ответил Глава «Башни», — так же, как и другие сведения, которые нам удастся отыскать. Однако осмелюсь попросить вас об ответной услуге…

— Если мне попадётся что-то полезное для внутреннего расследования, я незамедлительно передам это вам.

Попрощавшись с хозяином ресторана и забрав копии документов на сбежавшего наёмника, Грег отправился в обратную дорогу. Мрачные предчувствия бодрили не хуже двух чашек отличного кофе.

Торговцы «живым товаром» существовали всегда. С ними боролись и официальные охранные структуры Империи, Доминиона, Рубинового Треугольника, и сами Дома. Однако эта зараза неизменно возвращалась. Чаще всего людей вывозили за пределы страны, в другие государства, где действовали иные законы или оные вообще отсутствовали. Особым спросом пользовались именно люди с активным оборотничеством в крови. В лучшем случае их заставляли выступать на какой-нибудь арене в боях насмерть, а в худшем — Грегуар даже не хотел представлять.

Правда, следовало трезво оценить и другие факты. «Ночной цвет» не запретили. Хотя этот вопрос уже давно стоило прояснить отдельно. Связь между торговцами «цветом» и похитителями сына барона Джаркеса рассматривалась в качестве предположения. Единственным серьёзным и доказанным преступлением являлось нападение на самого Грега. Поэтому разводить панику и информировать официальные власти он считал, мягко говоря, преждевременным.

***

В замок попал лишь после ужина. Однако об отдыхе речь не шла. На сегодняшний вечер оставалось намеченным ещё одно дело. Да и перегруженная мыслями голова требовала смены обстановки. Поэтому, вернув энергомобиль под охраняемую крышу, оборотень направился в сторону Запертого леса. На четырёх лапах.

Медведь воспринял последующую многочасовую прогулку с огромной благодарностью. Наступающие сумерки приятно охлаждали эмоции, заботливо возвращая Грегу привычное спокойствие. Тень тоже предпочитала именно эту часть дня. Можно сказать — тот редкий случай, когда все его ипостаси просто наслаждались моментом.

Абсолютно выгоревшие на солнце светлые волосы Ли-Энн резко контрастировали с окружающей полутьмой. Следопыт ждала на краю обрыва. Звук глухих ударов медвежьих лап о землю, учитывая немалый вес зверя, невозможно было не заметить, но девушка не поворачивала головы.

В несколько длинных прыжков Грегуар достиг места, где она сидела, и с удовольствием плюхнулся рядом на пятую точку, свесив мохнатые медвежьи ноги. Земля при этом ощутимо вздрогнула.

Ли-Энн медленно повернула в его сторону традиционно серьёзное лицо, но не выдержала и тихо рассмеялась:

— Вам только удочки и соломенной шляпы не хватает.

Грегуар сменил Форму на человеческую и на всякий случай присмотрелся ко «рву»:

— Для рыбалки обычно нужна река.

Девушка продолжила смеяться:

— Нельзя получить всё сразу.

— Удивлён, что к этому времени ты все деревья в лесу не облазила, — ответил он, стараясь не улыбаться.

— Мы же договорились, что без вас я туда, — Ли-Энн жестом указала на противоположную сторону, — ни ногой. Так что…

Грегуар встал:

— И это похвально. А теперь забирайся, у нас куча дел.

Мужчина принял облик Медведя, дождался момента, когда прозрачный Лисёнок вскарабкается ему на спину, и прыгнул. Оказавшись на другом «берегу», он привычно позвал прозрачную Тень, чтобы упростить передвижение через колючие кусты и прочие прелести заросшего леса. Ли-Энн предпочитала оставаться духом по той же причине.

Раньше на этом этапе они разбредались в разные стороны, каждый в поиске «подходящей еды». Но сегодня сложилась особая ситуация, поэтому «ужинали» их Формы недалеко друг от друга.

Насытившись, Лисёнок спрыгнул на крохотный, свободный от кустов пятачок, где его уже дожидался «капитан». Став человеком, Ли-Энн подошла ближе:

— Вы уверены? — спросила она с сомнением в голосе.

— Уверен. Пробуй.

Девушка осторожно выставила перед собой правую руку с раскрытой ладонью. В этот раз золотые искры не проявились, поэтому получится или нет, Грег не знал.

Сначала казалось, что не происходит ничего. Но он ошибся. Лес за спиной Ли-Энн вёл себя странно. Тёмные краски пребывали в беспорядке. Они меняли оттенки, сливались в плавные ручейки. Будто каждая деталь вдруг задышала в каком-то своём индивидуальном ритме. Ритме, к которому хотелось прикоснуться.

Невозможно оторваться. Тени проскальзывали друг в друга и убегали куда-то дальше, за пределы видимости…

Всё звучало по-новому. Словно он внезапно очутился в оркестровой яме в момент, когда музыканты только рассаживаются по местам, проверяя инструменты.

Хорошо и спокойно. Угол обзора вдруг расширился. Он стал значительно выше.

Грегуар удивлённо наклонил голову. Если раньше Ли-Энн едва доставала ему до ключиц, то теперь она не дотянулась бы до них, даже подпрыгнув.

Он попробовал поднести руки к лицу и увидел две узкие чёрные ладони, вокруг которых клубились причудливые завихрения тени. Он изменился и не заметил этого.

Оборотень с интересом взглянул на Ли-Энн. Её волосы среди пляски теней казались ещё более яркими, чем обычно. От них пахло солнцем. И это единственный запах, который он чувствовал в этом обличье.

Грег попробовал ущипнуть себя за теневую кожу на руке, но почти безрезультатно. Она не тянулась, как человеческая, и не передавала никаких ощущений. Он шагнул к ближайшему дереву и резко провёл раскрытой ладонью по стволу. Часть коры осыпалась, в руке застряло несколько больших заноз, но боль так и не пришла.

Мужчина попробовал представить медвежью лапу вместо руки — и она появилась. Только такая же тёмная, как и остальное тело.

Оборотень снова протянул лапу к дереву и оцарапал его. Обновлённая теневая Форма могла воздействовать на физические объекты. Осталось только научиться вызывать её самостоятельно.

В какой-то момент Грегуар моргнул и понял, что конечности становятся сначала вновь прозрачными, а потом человеческими. Новое состояние продержалось недолго.

Ли-Энн убрала руку:

— Как вы?

— Почти нормально. Как это выглядело со стороны?

Она переступила с ноги на ногу:

— Ну, вы стали заметно выше и… уже. Черты лица не различить.

— Как это повлияло на тебя? — спросил «капитан», пытаясь на глаз оценить её самочувствие.

Девушка пожала плечами:

— По-моему, никак. Не понимаю, как это работает. У вас самого есть идеи?

Единственное объяснение, которое приходило на ум Грегуару, — своеобразное энергетическое родство духа Закатного лиса Ли-Энн и его Тени. Ведь Рубиновая пустыня являлась домом для них обоих.

Тень резонировала с Закатным лисом, что позволяло ей сильнее проявлять себя. Лис не реагировал по причине малого запаса сил. Но Грег не мог озвучить догадку, не указав на происхождение Тени:

— Я пока не уверен, — почти не соврал он.

***

Доминик не любил новомодные энерголампы, поэтому в спальне всегда горел камин и множество свечей. Все три его змеиные Формы предпочитали настоящее тепло от живого огня. Кэрол прижималась к мужу, с наслаждением предаваясь любимой привычке. Она осторожно водила локоном волос по коже Доминика, внимательно наблюдая, как меняется в процессе выражение его глаз:

— Думаешь, теперь покушения на Грегуара прекратятся?

— Со стороны Дома Каменного Льва — да, — тихо ответил он.

— С трудом верится, что Зар действительно пошёл на такой опрометчивый поступок.

— Очевидно, что Энго очень сильно на него давит, требуя постоянных достижений. Отсюда и непродуманные шаги.

— Как мы можем этим воспользоваться?

Доминик довольно улыбнулся:

— В некотором смысле мы уже это сделали.

— Ты про свои контакты с Домом Богомола?

— Вполне успешные контакты, прошу заметить. — Он ловко перехватил её кисть и осторожно положил себе на плечо.

— Хорошо. Признаю. Вежливо вернуть Главе Дома Богомола тело сына, хоть и в разобранном состоянии, стало твоей очередной гениальной идеей.

— Как я и предполагал, Э-ундин человек прагматичный, но при этом любящий свою семью. Его мальчика похоронят согласно традициям их Дома. Со временем они станут нам надёжными союзниками. Учитывая предстоящую драку за трон Императора, от лишнего козыря в рукаве я не откажусь.

— Очистить их имя и вернуть ко двору — непростая задача, — заметила Кэрол, поудобнее устраивая голову у него на груди.

— Именно это я им и предложил.

— Посмотрим, согласятся ли они.

— Посмотрим. — Доминик осторожно взял один из локонов жемчужных волос жены и стал медленно накручивать на указательный палец, обдумывая следующую мысль.

— Мы расскажем Грегуару, кто пытался его убить?

— В ближайшее же время. Нужно постепенно вводить его в курс всех дел.

Кэрол вновь подняла голову, немного обеспокоенно всматриваясь в лицо мужа:

— Тем более, принц желает, чтобы наш сын выступил в качестве его чемпиона на состязаниях праздника Середины лета, на которые приглашён и Зар.

— Грегуар рассудителен. Справится с эмоциями, — спокойно отозвался Доминик.

— Я не только про эмоции, — нахмурилась она. — У Зара очень сильны обе Формы. И мальчик неглуп, несмотря на последнюю «историю».

— От Грега не требуется победить в личном поединке. Просто достойно выступить, — одним мягким движением он уложил голову жены обратно себе на грудь и стал поглаживать её распущенные волосы.

— Он рассказывал что-нибудь новое о своей Тени? — продолжила спрашивать супруга, нежась под его пальцами.

— Пока ничего.

— Скучаю по ним… — неожиданно произнесла Кэрол после короткого молчания.

— Кому именно?

— Грегуару, Маркусу и Леонарду. Если ещё в конце весны они сводили меня с ума в столице, и я была вынуждена постоянно придумывать для них всякие поручения, то теперь мне их не хватает. Хочу, чтобы они вернулись.

— Они наши дети. И то и то нормально, Кэрол.

Глава 12. Огненный эксперимент

Всё свободное время занимала реализация утверждённой стратегии по «подготовке к зиме», как Грег сам это называл. В Иденс присутствовало несколько потенциально прибыльных областей, которые требовалось привести в порядок, чтобы они начали приносить нормальные деньги к теплу следующего года. Собранной с соседей суммы за причинённый ущерб вполне хватало, чтобы закрыть налоговые обязательства перед Империей и покрыть текущие расходы. Однако Грегуар не считал этот результат достаточным.

Тем более что проблем тоже хватало. Когда местные фермеры и мелкие производства поняли, что новый лорд не собирается их «душить», а наоборот — помогает тем, кому надо продержаться в сложный сезон, то на него посыпались просьбы и предложения. Чтобы действительно вникнуть и не полагаться только на чужое мнение, приходилось изучать каждое обращение лично. И это занимало практически весь день, не забывая о замковой стройке, которая и не думала завершаться.

Дела потихоньку складывались.

Вудс успешно осваивал новый арсенал и бойцов, прибывших из казарм Дома. На Джима у Грегуара имелись особые планы, но об этом только предстояло кое с кем договориться. Маркус начал собирать жуткое, глубоко экспериментальное устройство, предназначенное для охраны замка. Леонард умчался в столицу выполнять поручение от материи.

Квентин Мартиар, Глава гильдии «Надкушенная башня», прислал опись вещей, найденных в квартире сбежавшего наёмника. Но его самого пока нигде не обнаружили. Ни в каком виде.

Группа инженеров, успешно обследовавшая подземелья под старой крепостью, теперь изучала другие подозрительные объекты, но пока не нашла ничего стоящего.

Грегуар даже начал понемногу обсуждать совместный проект с бароном Джаркеса. Идея выглядела перспективно.

Через ночь «капитан» посещал Запертый лес вместе с Ли-Энн, постепенно приучая тело самостоятельно вызывать плотную Тень, истинные умения которой ещё только предстояло раскрыть.

Учитывая разросшиеся планы и проекты, расписание Грег забил до середины осени. Однако срочное письмо от отца заставило отложить ежедневник в сторону и сосредоточиться на новой задаче.

Личный курьер Доминика приехал за несколько часов до завтрака. Одно его внезапное появление уже взбодрило не хуже большой чашки крепкого чёрного чая. Отец отправлял такое письмо лишь в том случае, если встретиться по каким-то причинам не успевал, но передать новости и приказы хотел срочно.

В зашифрованном письме Доминик подробно описывал, кто нанял убийцу из Дома Богомола и кого на самом деле спас Грегуар, когда решил нарушить Устав и не отдал приказ переходить через сломанное «Окно».

И что он должен сделать дальше.

Они сидели в столовой вдвоём. Над головами у них вращалось заклинание «Беспорядка».

— Не могу решить, чему сейчас удивился больше. Тому, что Зар из Каменного Льва внезапно дозрел попытаться убить тебя по-настоящему, или факту, что ты спас целого принца, — философски подытожил Маркус, который «ради такого дела», даже ненадолго выпустил газету из рук.

— Выбирай, что нравится, — небрежно бросил мужчина и понял: фраза прозвучала грубее, чем хотелось бы.

Брат только усмехнулся в ответ на внезапно вырвавшуюся эмоцию и с наслаждением отхлебнул чай:

— И что конкретно тебя злит в этой ситуации?

Грег провёл ладонью по щетине на подбородке и признался сам себе:

— Не хочу ехать на этот дурацкий праздник.

— Выступать чемпионом особы императорских кровей крайне почётно, — справедливо заметил Маркус.

— Знаю.

— Празднование Середины лета начинается через две недели. Мы приехали сюда буквально в первый день лета. В месяце по шестьдесят два дня. Значит, мы здесь уже… семьдесят девять дней. Быстро время летит, — с улыбкой заключил учёный.

— У меня всего две недели подкопить сил перед состязанием. Придётся немного перекроить расписание, — Грегуар вспомнил про чай и обрадовался, что тот ещё не остыл.

— Отец предупредил, в чём предстоит состязаться?

— Нет. Программу огласят только в день открытия.

— Похоже, готовят что-то интересное. Обычно всё заранее известно.

— Гадать нет смысла, — пожал плечами Грег. — Разберусь на месте.

***

Четыре дня он потратил на совершенствование навыка вызова плотной Тени. И та наконец-то начала слушаться «без всяких возражений». Теперь перед ним стояла следующая цель — освоение частичной трансформации на более сложном уровне.

Он передвинул почти все встречи в расписании на поздние сроки, оставив лишь дела, требующие решения прямо сейчас. Это дало возможность спать во вторую половину дня, а ночи проводить в Запертом лесу, где тренировки шли лучше всего.

Грегуар учился «переключать» конечности, торс и голову с человеческой базы на любую другую доступную ему Форму в разном порядке и последовательностях. Крайне изматывающий процесс.

В первую очередь страдала нервная система, которой постоянно приходилось реагировать на смену совершенно разных состояний. Поэтому головная боль стала его постоянной спутницей.

Ли-Энн наблюдала за стараниями «капитана» с заметным беспокойством, но разумно предпочитала не говорить ничего вслух. Девушка помогала на тех этапах, где он просил, и возвращалась к собственным тренировкам.

Сегодня она притащила толстенную энциклопедию по лекарственным и ядовитым травам и экспериментировала с поиском растений. Что, как понял Грегуар, считалось «задачей повышенной сложности». Так как на людей и энергетически мощные предметы настроиться гораздо проще. Хотя, возможно, он что-то путал.

Следопыт периодически появлялась из глубин леса, делала пометку в блокноте, рассматривала страницу книги с изображением очередного растения и снова убегала оранжевым Лисёнком куда-то в темноту.

И этот расклад не очень ему нравился.

В качестве следующего «тренажёра» оборотень выбрал тонкую, низко растущую ветку, которая находилась как раз на уровне его горла. Мужчина делал резкие шаги вперёд и назад, превращая шею в бесплотную Тень на пару мгновений, а затем возвращал в человеческое состояние.

Если он не успевал среагировать, ветка била по кадыку или по задней части шеи. Ощущение, когда дерево проходило сквозь теневую плоть, специфическое. В негативную сторону. Однако ему всегда удавалось избегать застревания ветки в горле, что не убило бы сразу, но принесло бы неприятное ранение, которое сейчас совсем некстати.

Ли-Энн снова вернулась и рассматривала следующую страницу книги, поудобнее подставляя её под свет луны, частично пробивающийся через плотную крону.

— Как успехи? — поинтересовался Грегуар, которому требовался небольшой перерыв.

Девушка пожала плечами:

— Пока пятнадцать подтверждённых трав и четыре неудачи.

— Недурно. Оставь мне итоговый список, когда закончишь.

Она подняла на него озадаченный взгляд.

— Мне всё равно нужна опись местных ценных трав. А твой вариант гораздо лучше, чем таскать по бурелому какого-нибудь профессора или бегать с книжкой самому, — пояснил он.

Ли-Энн снова пожала плечами:

— Как хотите.

— И, кстати, почему растения? — продолжал спрашивать Грег, попутно меняя руки на медвежьи лапы, плотную Тень, человеческие, бесплотную Тень и обратно.

Следопыт вздохнула и начала быстро объяснять:

— Пыталась найти хоть что-то про эти необычные цветы, которыми питается мой дух. Библиотека в городе ничем не помогла. Местных учителей по ботанике я не решилась спрашивать, чтобы не привлекать лишнего внимания. Поэтому заказала вслепую самую большую и полную энциклопедию в каталоге. Но, увы, в ней тоже не оказалось ничего полезного. Вот и нашла ей иное применение.

Грегуар сменил пальцы на левой теневой руке на настоящие медвежьи когти и с огромным удовольствием почесал правое человеческое плечо через рубашку. Местные комары были настолько суровы, что кусали даже оборотней.

— Ясно. Может, для разнообразия, попробуй искать что-нибудь более стоящее, чтобы не так скучно, — предложил он совершенно без какой-либо задней мысли, но, кажется, его не так поняли.

Ли-Энн с сомнением глянула на него через типичный неодобряющий прищур «Мастера Ивана»:

— Звучит как вызов.

Грег почувствовал, что улыбается:

— Понимай как хочешь.

Она стекла с ветки, на которой сидела, одним плавным движением:

— Ладно. Вызов принят.

Перед ним опять появился Закатный лисёнок. Пару мгновений дух к чему-то прислушивался, а потом резво бросился в выбранном направлении. Грегуар искренне постарался смеяться не очень громко.

***

Прозрачные лапы несли куда-то на окраину Запертого леса. Потерянная капитаном Рэгом вещь, если верить инстинктам, находилась в той стороне.

Частые ночные прогулки научили её гораздо лучше ориентироваться в полутьме, чем раньше. Ли-Энн ловко огибала большие деревья и легко проскальзывала через колючий кустарник.

Здесь лапки горели огнём. «Нашла».

Девушка вернула человеческую Форму и провела «заряженной» рукой над дёрном. Пальцы отозвались характерным покалыванием, и она извлекла из-под слоя травы и грязи влажный кожаный кошелёк. «Судя по внушительной сумме внутри, а также визиткам некоторых высокопоставленных чиновников из муниципалитета, это действительно вещь Рэга. Видимо, обронил в одну из вылазок по лесу, причём достаточно давно».

Довольная собой, Ли-Энн положила находку в задний карман штанов и перекинулась в Лисёнка. Обратная дорога заняла совсем немного времени.

Капитан снова экспериментировал с шеей. При слабом освещении казалось, что его голова движется отдельно от тела. Крайне опасное упражнение, но Рэг вряд ли бы послушал. Поэтому девушка дождалась, когда шея снова станет нормальной, и протянула кошелёк:

— Что-то стоящее.

Пока капитан, улыбаясь своим мыслям, рассматривал «добычу», Ли-Энн залезла обратно на ветку, где лунный свет падал наиболее удачно. По плану нужно найти ещё один редкий цветок. Если получится, конечно.

— Думал, что потерял его с концами, — сказал Рэг, перебирая содержимое кошелька. — Даже чек от обеда с судьёй почти целый.

Кажется, это не требовало какого-то конкретного ответа с её стороны.

— Спасибо, — продолжил Луис, пряча вновь обретённое имущество. — И не ходи больше никуда.

— Почему? — удивилась она.

Левая нога Рэга стала тонкой и бесплотной Тенью, а на правой руке появились медвежьи когти:

— Тот Волк пока где-то бродит, а твоего духа из-за свечения слишком далеко видно.

— О Волке никто не слышал почти месяц. Сомневаюсь, что он всё ещё здесь.

Оборотень на мгновение стал заметно выше, и черты лица почти стёрлись в чёрной дымке, а затем снова вернулись в изначальное состояние:

— Не собираюсь это выяснять, используя тебя как наживку, — капитан внезапно улыбнулся. — И вообще, потушишь меня, если что.

Ли-Энн обескураженно моргнула, ожидая продолжения, но его не последовало. Вместо объяснений Рэг принялся расчищать площадку под безопасное место для костра. Затем быстро набрал побольше сломанных сухих веток, благо этого добра хватало в избытке. Не дожидаясь прямой просьбы, девушка молча вырвала несколько листов из блокнота. Капитан скомкал переданную бумагу и сунул под ветки.

Хватило одной спички. Костёр стал радостно разгораться. Какое-то время Рэг щедро кормил его новыми ветками, что-то обдумывая.

Даже сидя на своём месте, Ли-Энн ощущала исходящий от пламени жар и напряжённо гадала, что Луис собирается делать дальше.

С собой она всегда брала несколько бутылок воды, но их польза в этой ситуации казалась сомнительной. Ещё можно попытаться «потушить Рэга» собственной рубашкой. Она из достаточно плотной ткани. «Даже если сгорит, останусь в майке. Ничего постыдного в этом нет».

Капитан, наконец, принял какое-то решение. Сел на голую землю рядом с костром и протянул к пламени левую руку, которая вновь стала чёрной и клубящейся. Рэг продолжал медленно подносить длинные теневые пальцы всё ближе и ближе к огню, пока они не соприкоснулись с оранжевыми языками.

Ли-Энн неподвижно замерла, вцепившись руками в книгу, готовясь спрыгнуть в любой момент. Но не потребовалось.

Теневые пальцы исчезли в жаре пламени, но капитан продолжал держать руку в огне. Его лицо выражало лишь сосредоточенность и интерес.

Когда он вытащил конечность обратно, кисть исчезла. Только слегка вибрирующая культя бесплотной тени. Но, похоже, капитана это несильно волновало. Мужчина внимательно рассматривал полученный результат. И через пару мгновений рука начала вновь постепенно проявляться, пока полностью не восстановила исходную Форму.

Рэг усмехнулся, смешав в одной гримасе выражение удовлетворения и боли. Эксперимент явно не прошёл для него легко. Теперь он менял теневую кисть на человеческую, но процесс шёл не очень быстро. Кожу покрыло тонким слоем сажи, но хотя бы без ожога.

Всё с той же жуткой ухмылкой Луис стёр ладонью копоть с руки и начал развязывать шнурки на левом ботинке. Капитан снял обувь, но не носки, превратил ногу в Тень и сунул в огонь. Эксперимент пошёл по второму кругу. Попав в языки пламени, бесплотная Тень таяла, но восстанавливалась, когда её вытаскивали из костра. Правда, в этот раз при возвращении человеческой части носок и штанина начали тлеть, но Рэг сбил пламя сам.

Судя по счастливому выражению, мужчина собирался продолжить «веселье» и залезть в огонь целиком. Но у неё закончилось терпение.

— Капитан… — как можно мягче начала следопыт.

— Что? Думаешь, не получится? — мужчина улыбался, но на лице читалась усталость.

Ли-Энн постаралась правильно подобрать слова:

— Человеческий облик восстанавливается слишком медленно. Что означает, недостаток сил. И вы это знаете. Если что-то пойдёт не так…

— Я загорюсь, — кивнул он.

— Или застрянете на середине трансформации, и вам уже никакой доктор не поможет. Пожалуйста, остановитесь. Хотя бы на сегодня.

Он смерил её своим коронным цепким взглядом и на удивление быстро согласился:

— Ладно. Главный тест пройден. Остальное уже детали.

Капитан спешил. Ни один оборотень в нормальной ситуации никогда бы не стал так гнать тренировки. Одновременная трансформация сразу в две Формы и уж тем более в три, как это делал Рэг, — крайне сложная задача и испытание само по себе. Большинство практиков предпочитали классическую смену Форм, без смешивания образов. Так проще и куда безопасней.

Хотела бы она знать, какая причина заставляла Луиса так рисковать. Но Ли-Энн не решалась спрашивать. Он всё равно не ответит. В течение следующего часа мужчина молча наблюдал, как догорает костёр, и кормился от теней. Ли-Энн читала энциклопедию, периодически бросая на капитана мимолётный взгляд. Просто на всякий случай. В одну из тренировочных ночей он довёл себя до такого состояния, что у него пошла носом кровь. Сегодня — пытался сжечь конечности…

Рэг дождался, пока ветки прогорят, залил угли водой и забросал кострище влажной землёй.

— Пойдём прогуляемся. И по домам, — предложил он.

Ли-Энн засунула книгу и пустую бутылку из-под воды в рюкзачок и осторожно пошла за ним. Иногда под самое утро они прогуливались по одной из звериных троп, достаточно удобной для них обоих. Местная живность всегда старалась держаться от них подальше. Видимо, чуя Медведя капитана и благоразумно выбирая — не попадаться на глаза.

Кажется, прогулки помогали с его головной болью, хоть он ни разу не признался, что она у него вообще есть. Солнце щедро заливало кроны деревьев золотыми лучами, но внутри леса властвовала полутьма.

— Как самочувствие твоего брата? — нарушил молчание Рэг.

— Лучше. Медики барона шутят, что к Новому году у него будет новая рука, — невольно улыбнулась Ли-Энн. — Мы устроили его девушку временно в гардеробную больницы, да и сами часто стараемся навещать.

— Лисёнок больше не привередничает на тему еды? — продолжил спрашивать Луис, раздвигая перед ними низко висящие ветви.

— Вовсе нет. Он всем доволен. Даже стал держать концентрацию намного лучше. За что вам большое спасибо.

— Не за что, — усмехнулся мужчина. — И прекрати называть меня на «вы».

Сегодня запас внезапностей капитана был неисчерпаем.

— Почему это?

Рэг пожал плечами:

— Не знаю. Надое… — он остановился на полуслове и уставился на тропинку впереди.

Ли-Энн повернула голову, пытаясь отыскать взглядом то, что его так удивило. И нашла.

Примерно в половину человеческого роста от земли порхал мотылёк. Он кружил, поднимаясь по невидимой спирали. Правда, делал это очень и очень странно. Каждый последующий взмах крыльев выглядел заметно медленней предыдущего. Насекомое постепенно меркло, безвозвратно растворяясь в воздухе, пока не пропало полностью.

Ли-Энн рефлекторно провела по глазам «заряженной» рукой, открывая духовное зрение. В пространстве, где исчез мотылёк, активно вращалась знакомая по подземелью конструкция, похожая на туго скрученное облако. Разбуженная энергия расходилась от неё волнами в разные стороны, заставляя Лисёнка внутри метаться в непривычном беспокойстве.

— Что видишь? — послышался голос капитана.

Девушка описала «картину» и где она встречала это раньше.

— Здесь есть что-то или кто-то ещё?

Ли-Энн осмотрелась. Ничего заслуживающего внимания.

— Нет.

— Уверена, что эта штука не проявляла активность в подземелье? — спросил Рэг после того, как она вернула нормальное зрение.

— Уверена. Пока мы находились рядом, она «спала».

— Ладно. Хорошо… — он жестом указал место, где она должна оставаться.

Девушка замерла, скрестив руки на груди, с любопытством ожидая, что Луис станет делать дальше. Капитан подобрал ближайшую валяющуюся ветку и бросил в пространство, где исчез мотылёк. Ветка шлёпнулась на тропинку. Он проделал то же самое с несколькими шишками и камушками. Результат одинаковый.

Немного поразмыслив, Рэг углубился в кусты и скоро вернулся, осторожно пряча что-то в сложенных ладонях. Затем занёс руки над тропинкой и выпустил ещё одного мотылька, который радостно улетел прочь.

Они переглянулись.

— Кажется, больше не работает, — сказала она.

— Или мы не понимаем принципа работы, — ответил Рэг, внимательно осматриваясь и запоминая место. — Пошли. Нам обоим пора возвращаться.

Они обогнули опасный участок тропы и какое-то время шли молча, пока капитан снова не заговорил:

— С познавательными пробежками по лесу ты закончила. Теперь ходим только вместе. Это понятно?

— Да.

Когда он выбирал этот тон, спорить не имело смысла.

— Как думаете… думаешь, что это вообще было?

— Не знаю, — ответил Луис. — Но выясню.

***

Несколько дней назад Зар приказал притащить на крышу поместья пару кресел, диван и низкий столик. Чтобы с комфортом наблюдать, как вдалеке на огромном поле постепенно разрастается яркий палаточный лагерь. В вечернее время это выглядело даже красиво.

Дени увлечённо впился пальцами в очередную игру-головоломку и великолепия заката не замечал. Зар вытянул ноги на раскладном кресле и допивал второй бокал минеральной воды. Естественно, перед состязаниями никакого алкоголя он себя не позволял.

Мужчина слегка повернул голову в сторону Мифис и ровным голосом спросил:

— Уже выбрала что-нибудь?

Девушка полулежала на вышитом диване и, откровенно скучая, листала очередной рекламный буклет:

— Нет. Мне ничего не нравится.

— Типичная Мифис, — хмыкнул Дени, проворачивая какую-то хитрую деталь внутри шарообразной конструкции.

Зар вновь вернулся к молчаливому созерцанию палаточного лагеря.

— На границе земель лорда Норлана сегодня снова многолюдно. Видимо, слухи оказались верны, и он предоставит свой заповедник для проведения одного из этапов состязаний, — ни к кому особо не обращаясь, бросила девушка, переворачивая лакированный листок.

— Но от неё есть польза, — тут же отреагировал Дени.

Зар отставил пустой бокал:

— Значит, предположительно, одним из испытаний намечена охота.

— Занятная перспективка, — откликнулся черноволосый приятель.

Заповедник Дома Терновника представлял собой обширную лесистую местность, главное богатство и опасность которой — невидимое человеческому глазу излучение, идущее из-под земли. Официальная наука утверждала, что некогда там произошла катастрофа невероятной мощи, вызванная взрывом неустановленного источника энергии. «Эхо» катаклизма продолжало влиять на окружающую местность, заставляя деревья чернеть, а животных — трансформироваться и приобретать навыки, несвойственные их видам в обычных условиях.

Для оборотней заповедник тоже считался крайне опасным. Долгое нахождение на его территории вредило не только человеческому телу, но и Формам. Однако же для Дома Терновника это во многих смыслах гиблое место веками оставалось почти неиссякаемым источником обогащения. Они отлавливали особо необычные и зачастую смертоносные особи и продавали. Несмотря на то что многие звери, покинув заповедник, быстро умирали, торговля «диковинами» процветала.

— Семейство приезжает через несколько дней, поэтому мне придётся покинуть нашу скромную обитель и перебраться в общий лагерь, — между делом сообщил Дени, понемногу добавляя к головоломке новые детали.

— Не тебе одному, — отозвалась Мифис. Она закончила с каталогом и теперь просто любовалась закатом, последние лучи которого окрашивали её тёмно-каштановые волосы в глубокий винный оттенок.

— Кто выступает от Дома Северного Когтя, так и не известно? — вместо ответа спросил Зар.

Дени безразлично пожал плечами:

— Кто бы ни заявился, у «медведей» против нас мало шансов. Правда, Мифис у нас — главная собирательница слухов…

— Я не знаю ничего наверняка, — нехотя подала голос девушка.

Зар молча повернулся к ней в ожидании продолжения.

И она бросила на него недовольный взгляд:

— Только слышала, что Кэрол срочно вызвала Леонарда в столицу из того захолустья, где он поселился с… братом.

Зар поднял брови в знак удивления, хотя выражение в глазах мужчины не изменилось никак. Он откинулся обратно на спинку кресла.

— Странный выбор, — вставил ещё один комментарий Дениэл. — Хотя оттого, что мы теперь не произносим имя Грегуара вслух, он никуда не денется с повестки дня.

***

Пришлось ждать два дня, пока Маркус закончит первоначальную сборку секретного изобретения и изолирует образец в одном из подвальных помещений замка. Как Грег понял из объяснений брата, любая ошибка, допущенная в процессе, могла вызвать случайное воспламенение прототипа. Поэтому — никаких отвлечений.

Однако сама история «об исчезающих мотыльках» захватила Маркуса не на шутку. И он действительно горел желанием помочь. Брат с нескрываемым воодушевлением ходил по тропинке взад-вперёд, периодически щупая воздух руками и что-то бормоча, но результат, похоже, получался не очень. Сделав третий круг, родственник с подозрением спросил:

— Это точно то место?

— Точно, — Грегуар стоял, прислонившись к дереву так, чтобы не мешать упражнениям брата.

— Ровным счётом ничего не чувствую и не вижу, — нехотя признал Маркус.

— Может, дело в том, что тогда это происходило ночью, а сейчас день?

— Нет, не думаю, — в знак несогласия покачал головой энергоинженер. — Подземелья я обследовал и в дневное время, и в тёмное. Результат аналогичный.

Грег встал поудобнее, чтобы не скользить по траве:

— Мой специалист утверждает, что и там, и здесь висит абсолютно одинаковая «конструкция».

— И я верю, — примирительно поднял руки Маркус. — Здесь скорее проблема в том, что каждый видящий воспринимает только свой уровень энергии. Например, Идлис не всегда различает мои действия, а я её. Отсюда столько сложностей. Империя вложила уйму средств в разработку технологий строительства транспортных «Окон» и сборки полезных артефактов. И это помогло стране сильно продвинуться в технологическом плане. Но настоящих высококвалифицированных энергоинженеров, способных двигать науку дальше в изучении мира энергий, мало. Оборотней, обладающих духовной Формой и зрением, тоже совсем крохи. А наработки в этой области от Доминиона и Рубинового Треугольника для нас не годятся. В них слишком много всякого… «околомистического».

— Понятно. У тебя есть хоть какие-то идеи?

Маркус по-птичьи наклонил голову в раздумьях, давно переняв эту привычку у своей Формы Орла.

— Ну, оно явно переносит живых существ… Транспортное «Окно» без самого транспортного «Окна». Понятия не имею, что это такое. Зато знаю, у кого спросить, — на последних словах к нему вернулся прежний энтузиазм, и он даже задрал по этому поводу указательный палец вверх.

— И кого же?

— Моего старого профессора по энергологистике. Я у него диплом писал. Он уже не преподаёт, но до сих пор как ходячая библиотека, — разъяснил Маркус. — Проще сразу уточнить у него, чем самому сидеть в архивах.

— Это обнадёживает. — Грегуар проводил взглядом вышедшее на тропу семейство кабанов, которое, трезво оценив перспективы, отправилось в противоположную сторону. — И ещё кое-что. Состязания совсем скоро, и кому-то придётся остаться в замке за главного. Большую часть проблем на себя возьмёт сенешаль, но кто-то должен говорить от имени Семьи.

— Справлюсь, — заверил Маркус. — И да, признаю — в прошлый раз мы с Леонардом повезли Идлис на ознакомительную прогулку в город, и помощнику комиссара пришлось рыть носом землю, чтобы тебя найти. Больше не повторится.

— Отлично, — кивнул Грег. — Пора возвращаться.

— Мы не выставим здесь наблюдение? — удивлённо спросил брат, направляясь следом.

— Я в итоге отмёл эту идею. Неизвестно, насколько часто невидимка срабатывает, и кто через неё ходит. Наши люди либо проторчат здесь кучу времени без дела, либо встретят того, с кем не смогут справиться.

— Ладно. Тогда другой вопрос, — бодро продолжил Маркус.

— И?

— Одолжи своего специалиста на денёк.

— Зачем?

— Новое устройство нужно от чего-то запитать. Желательно на природные источники рядом с замком. Возможно, твой человек сможет их найти.

Грегуар пожал плечами:

— Хорошо. Пришлю к тебе Ли-Энн, когда она освободится. Вопрос оплаты услуг тоже решу сам.

— Гре-е-ег? — протянул Маркус.

— Ну, что?

— Ты долго ещё собираешься носить этот капитанский маскарад?

— Пока не решил.

Глава 13. Благословение

Над огромным палаточным лагерем в первых лучах восходящего солнца плавно поднимался в небо великолепный воздушный шар. С него открывался отличный обзор и на место готовящегося праздника, и на зелёный пригород Альдино. Отсюда хорошо виднелась сцена для предстоящих фейерверков и огороженная от посторонних глаз дыра в земле непонятного назначения.

Но шар привлекал внимание и сам по себе. На куполе светлого песчаного цвета отчётливо выделялись два знаковых символа. Красная Императорская Пчела красовалась в центре, говоря о том, что борт принадлежит флоту Его Величества Императора. А чуть ниже стильно чернел ствол осины с характерными отметинами медвежьих когтей — герб Великого Дома Северного Когтя.

Поднявшийся в воздух шар демонстрировал первый прототип будущей серии. Сегодня поздно ночью Дом Северного Когтя стал официальным Поставщиком Императорского двора. В первую очередь речь шла о пока не представленных нигде на рынке уникальных, особо прочных технических тканях, хорошо сопротивляющихся оледенению и сильному ветру, необходимых для производства куполов нового поколения. Их изготовление шло по передовой оригинальной технологии, которую Великий дом охранял не хуже собственной сокровищницы.

Весь лагерь гудел этой неожиданной новостью. Протокольные службы сбивались с ног, организуя переговоры и встречи. Горячие обсуждения в преддверии неизбежных изменений на рынке перевозок грузов в особо отдалённые и горные районы, недоступные иным видам транспорта, вспыхивали спонтанно, даже просто на улицах лагеря. Какие бы мнения ни высказывались на тему грядущих перемен, в одном спорщики соглашались наверняка — «Медведи» снова переписывали правила, и каждый хотел запрыгнуть в вагон поезда перспектив.

***

С одного из холмов неподалёку от палаточного городка воздушный шар был прекрасно виден. Однако прогуливающаяся по тропинке пара сознательно игнорировала его, предпочитая для обсуждения собственные темы. Слуги и охрана держались на почтительном расстоянии, не имея возможности подслушать разговор.

— Ваш сын прекрасно проявил себя на сегодняшней церемонии, — нарушила молчание Её Высочество. Принцесса старалась ступать как можно осторожней, но подол юбки всё равно безнадёжно промок от утренней росы и немного испачкался.

— Зар понимает уровень возложенной на него ответственности, — вежливо отозвался лорд Энго, шедший достаточно близко, чтобы успеть спасти Тхаис от случайного падения, и достаточно далеко для соблюдения приличий.

— Благодарю за радушный приём. Ещё вчера в обед я никуда не собиралась, а сегодня уже посвятила своего чемпиона на состязаниях в честь празднования Середины лета, — она смущённо рассмеялась. — Иными словами, свалилась вам на голову.

— Дом Каменного Льва считает честью и долгом позаботиться о ваших нуждах. Можете располагать нами в любое время.

Тхаис некоторое время молчала, откровенно разглядывая спутника:

— Мне вас так и описывали. Как надёжного и благородного человека.

— Кажется, кто-то из императорской Фамилии слишком высокого обо мне мнения.

— А вот про скромность они ничего не говорили, — снова рассмеялась Её Высочество.

Лорд ответил лёгкой улыбкой и вопросом:

— Те, кто вас прислал, озвучили иные просьбы?

Принцесса отрицательно покачала головой:

— Пока нет. Всё, что они попросили, — это по возможности выиграть состязания. Но мы осознаём, что в таких делах всегда присутствует элемент случайности.

Энго понимающе кивнул:

— Решение принца Манганара приехать на праздник, да ещё и выставить чемпиона, нас всех застигло врасплох.

— Брат знаменит подобными ходами. — Они дошли до края холма, и глава Дома Каменного Льва жестом предложил обратный путь. Тхаис повернулась вслед за ним. — Что вам известно о его чемпионе? Сыне Доминика.

Скользкая от влаги трава неожиданно «вмешалась» в разговор, и Энго подставил руку, давая возможность принцессе ухватиться и предотвратить падение.

— Практически столько же, сколько и вам. — Мужчина продержал руку достаточно долго, чтобы Тхаис могла выбрать опираться на него и дальше, но девушка осторожно отступила, возвращая между ними прежнюю дистанцию. — Он кадровый военный и сильный воин. Умён и скрытен, даже его вторая Форма пока загадка.

— А как же слухи о сумасшествии? Я читала отчёты медиков из форта, где он служил. Они описывали странные вещи.

Лорд покачал головой в знак несогласия:

— Я бы на это не очень надеялся.

— Вашему Зару, кажется, не в первый раз с ним соревноваться.

— Да, это правда, — не стал отрицать Энго.

Принцесса почувствовала, что затронула не ту тему, и перевела разговор в более практическую плоскость:

— Как бы там ни было. Меня уверили, что с первым испытанием нам немного помогут.

— Не боитесь, что высшие силы нас за это накажут? — искренне улыбнулся Глава Каменного Льва.

— Давайте рискнём.

***

Транспортный узел Альдино встретил его нервозностью и суетой. Люди, как разлившаяся вода, заполняли всё пространство. И, похоже, в городе творилось то же самое.

Грегуар сильно недооценил масштаб внезапно возникшего внимания к празднику. И если бы не предусмотрительность протокольной службы Дома, топать до палаточного городка пришлось бы пешком. Найти свободную машину не представлялось возможным. Ни за какие деньги.

Наблюдая за активностью на улицах через полуоткрытое окно, Грег поймал себя на мысли, что пытается хотя бы примерно оценить, сколько местный лорд заработает на торжестве, и внутренне усмехнулся. Новая «должность» изменила его гораздо глубже, чем представлялось.

На подъезде к палаточному городку образовалась небольшая пробка, но выходить и идти пешком — не по статусу. Поэтому пришлось немного «пожариться» в салоне под самым мощным солнцем в году.

Именно его могущество чествовали древние народы, населявшие эти территории за много тысячелетий до образования Империи. Часть традиций всё же сохранялась, и некоторые религиозные группы и Дома собирались раз в год вознести молитвы о хорошем урожае и благоденствии. Правда, теперь к солнечным ритуалам примешивались и другие практики, относящиеся к совершенно разным конфессиям. В честь различных божеств и духов стали устраивать не только танцы и обильные пиршества, но и состязания.

Обычно интерес к празднику выказывали немногие, так как повода для других торжеств в Империи хватало. Однако в этом году собрание вдруг приобрело политический оттенок. Здесь присутствовали все хоть немного значимые Дома, религиозные группы, даже часть бюджета мероприятия официально финансировалась государством. Хотя раньше организаторы могли рассчитывать только на средства от добровольных пожертвований.

Из проходного праздника чествование Середины лета превратилось в событие, на котором заключались политические и экономические союзы. Степень перспективности и серьёзности последних подчёркивал внезапный визит представителей Доминиона и Рубинового Треугольника, которые тоже прибыли на торжество «с целью более глубокого знакомства с культурой ближайшего соседа и надёжного партнёра».

Далёкая от официального объявления борьба за трон Императора уже направляла течение событий в новое, пока неизведанное русло.

На входе пришлось пройти короткую регистрацию, где Грегуару выдали плотную картонку с подробной картой лагеря, позволяющую легко найти нужный Дом, представительство заграничных гостей, местную администрацию и так далее.

Грег снова отметил про себя сложный процесс организации мероприятия. Требовалось не только разместить Великие Фамилии и религиозных деятелей так, чтобы никто не обиделся и не переругался, но и гарантировать пожарную и санитарную безопасность. За жизни и имущество членов Семей отвечали собственные охранные службы. Но, судя по форме, которая то и дело мелькала в людских потоках, некоторые виды государственных войск здесь также присутствовали.

У стойки регистрации Грегуара «забрал» человек из протокольной службы и повёл дальше по разноцветным улицам из шатров и палаток. Но мужчина и без него бы не потерялся. Практически на каждом повороте встречались столбики с указателями и стойки с информацией. Да и штандарты Великих Домов, устремлённые в небо, хорошо выделялись на его фоне.

— Когда слуга доложил, что видел тебя у входа, я не поверила. И решила убедиться сама.

Мужчина остановился и повернулся к говорящей, появившейся из бокового коридора. Этот силуэт, как и бархатный грудной голос, сложно перепутать с чьим-то другим.

Сопровождающий благоразумно дожидался момента, когда хозяин сможет продолжить движение, на благоразумном расстоянии.

— Миф, — с полуулыбкой поздоровался Грег.

Длинное платье из тонкой ткани скрывало её ноги, но почти полностью открывало нежную линию плеч. По обнажённой правой руке девушки «полз» дорогостоящий ювелирный шедевр в виде бабочки.

Мифис подошла поближе так, чтобы он мог чётко ощутить аромат её духов:

— Мне говорили, ты стал отшельником.

— Очень старался.

Она оглядела его сверху донизу:

— Будешь выступать?

— Узнаю на месте, — соврал он. — А ты?

— Нет, — фыркнула Бабочка. — За Семью отдувается один из братьев.

На внезапно застрявшую на дороге пару стали обращать внимание. Грег перевёл взгляд на ожидающего слугу, а потом снова на девушку:

— Рад повидаться, но должен идти. Много дел.

— Да. Тебя нужно привести в порядок, — неожиданно согласилась она.

Одним изящным жестом Мифис поправила застёжку на его воротнике, более детально демонстрируя роскошный браслет и откровенно напрашиваясь на комментарий.

Грегуар решил не выяснять, что же нет так с его внешним видом, и вместо этого спросил:

— Заметная вещь. Подарок поклонника?

Она довольно улыбнулась его догадливости:

— Того, кто пытается им стать, но ничего пока не решено.

— Буду иметь в виду.

— Очень на это надеюсь.

Миф развернулась и пошла в направлении шатров для прессы.

Они познакомились примерно шестнадцать лет назад. Впервые за долгие годы службы его отправили в длительный отпуск. Пробыв целую неделю с семьёй, он поддался на уговоры родных, что нужно сменить пустыню на море, и снял домик в одной из курортных зон побережья. Обновление обстановки действительно оказалось неплохой идеей. Тем более что весь дом в его распоряжении, и никакая обслуга не доставала своим присутствием.

С Мифис он познакомился на третий день. Она крупно поссорилась с тем, с кем изначально приехала отдыхать, и не возражала против новой компании. Месяц пролетел, и расстались они на самой приятной ноте, довольные друг другом.

Встреча с пустынной Тенью и последующие события как-то отодвинули эти воспоминания в дальний угол памяти. Но, кажется, они решили вернуться в его жизнь в самый неожиданный для этого момент. Оставалось только понять, что с ними делать.

Потом. Сегодня полно других забот.

***

Его Дом занимал целый комплекс продуманно расставленных шатров и палаток, соединяющихся между собой отдельно огороженными коридорами. Здесь преобладали цвета Семьи: чёрный, зелёный и песчаный. Судя по активности, намечалось какое-то мероприятие. Грегуару оставалось надеяться, что он появился вовремя.

Слуга пригласил его в самый большой шатёр, где Кэрол руководила расстановкой столов и карточек для гостей. Длинные жемчужные волосы мать собирала в тугой и элегантный пучок, охваченный ниткой аметистов. Женщина на мгновение оторвала взгляд от планшета, который держала в руках, и тёмный оттенок её глаз заметно потеплел:

— Грегуар.

Она отложила в сторону бумаги и подошла к нему. Пришлось немного наклониться вперёд, чтобы мама могла его нормально обнять.

— Не опоздал?

— Почти нет, — улыбнулась Кэрол и бегло осмотрела его с головы до пяток. — Хотя понадобятся усилия, чтобы привести тебя в подобающий вид.

И вновь за последние полчаса Грег решил не тратить слова на выяснение нюансов про свою внешность и вместо этого спросил:

— Отец здесь?

— Да, но занят, — лицо матери снова стало серьёзным. — Поговорите уже после официальной церемонии, — она сделала небольшую паузу и поймала его взгляд. — Ты готов к ней?

— Готов, — произнёс Грегуар, сам не зная, обманывает сейчас или нет.

Но, кажется, ответ её устроил.

Кэрол кивнула:

— Хорошо. Иди собираться. Тебя введут в курс дела.

***

Пришлось сдаться на милость парикмахера и мастера по эстетике ногтей. Бороды оборотень не носил, что сэкономило немного времени. Затем его проводили в ту часть шатра, которая служила в качестве «покоев» ему и Леонарду на следующие несколько дней. Здесь находился и гардероб, заранее одобренный матерью.

Брат уже поджидал, поэтому переодевались они вместе.

— Моя работа — описать примерный план мероприятий и прочее, — улыбаясь каким-то своим мыслям, начал он.

— Слушаю, — пробормотал Грег, сражаясь с дорогостоящим ремнём и стараясь завязать его так, как требовала традиция Дома.

— Скоро начинается внутрисемейное сборище. Будут старшие представители клана, а также особо приближённые друзья и, конечно же, окружение принца. Придётся много общаться.

Грегуар кивнул, принимая задачу.

— К вечеру стартует официальная часть состязаний, — продолжил Леонард. — Выступление организаторов, представителей некоторых религий и вручение подарков от гостей из Рубинового Треугольника и Доминиона. Такого раньше не припомню…

— Первый этап испытаний назначен на сегодня? — вернул его в конструктивное русло Грег.

— Да! И довольно специфический, — усмехнулся Лео. — Делать практически ничего не нужно, зато проблем в итоге — куча.

Мужчина справился с жутко неудобной рубашкой и поясом. И теперь рассматривал пары запонок, пытаясь выбрать подходящие:

— Всё ещё слушаю.

— Первая часть самая религиозная, — Леонард с явным удовольствием почесал переносицу, — Нужно выбрать правильное благословение.

— Это как?

— Ну, изначально на праздник Середины лета съезжались только солнцепоклонники, а также те, кто делал подношения духам урожая и дождя. Но, учитывая, что в этот раз собрались вообще все конфессии, чтобы никого не обидеть, организаторы придумали хитрый трюк.

Брат пересел на низкий походный топчан, заменявший ему постель, и тоже углубился в набор запонок:

— Местных ма… эээ… энергоинженеров попросили наделать весьма оригинальных фейерверков, в которых запечатали символ духа или божества в случайном порядке. От каждого Дома, а в нашей ситуации Дома и имени принца, запустят один традиционный фейерверк с гербом Дома плюс случайно выбранное благословение.

Грегуар стал понимать, к чему клонит многословный родственник, но от этой мысли становилось как-то не по себе, поэтому уточнил:

— То есть вечером от имени нашего Дома и Его Высочества в небо полетит герб Семьи, императорская Пчела… и… и символ какого-нибудь духа защиты от зубной боли?

— Да, — бодро отозвался Леонард, закончивший одеваться и теперь вертящийся перед зеркалом. — Фейерверки выглядят по-разному, но они никак не помечены. Поэтому любой из участников, включая тебя, может выбрать буквально что угодно. Мистики решили, что это — отличная проверка на духовный уровень каждой Семьи и тест на истинное покровительство небес.

Грег привычно провёл ладонью по лицу, сбрасывая внезапно возникшее напряжение. Политические и репутационные последствия от такого «невинного развлечения» просто колоссальные. Одним неудачным решением он мог бросить тень и на родных, и на будущую выборную игру принца. Одно дело вести борьбу за трон, когда в глазах людей тебя направляют высшие силы, и совсем другое, когда эти же силы, пускай их существование и не доказано, насмехаются над тобой.

— Думаешь, найдутся желающие «подложить нужный фейерверк»? — вернул мысли к привычному расчёту Грегуар.

— Найдутся, безусловно, — участливо улыбнулся брат. — Только кто им позволит? Там такая имперская охрана сейчас, что о-го-го.

— Не утешает. В сломанное транспортное «Окно», а затем под трибунал меня отправили именно официальные лица.

Леонард бросил на него короткий взгляд и отмахнулся:

— Мы с мамой уверены, что ты справишься.

— Не разделяю вашего энтузиазма, — покачал он головой. — Что запланировано на следующие испытания, уже известно?

— Более или менее. Третьим состязанием станет своеобразная охота в заповеднике Дома Терновника. Правда, животное убивать не нужно, только как-то пометить, но, чтобы попасть на охоту, необходимо пройти второе испытание — «на выбывание». Оно назначено на завтра, что именно придётся делать, естественно, не говорят.

Грегуар осмотрел себя в зеркало, а затем пробежал взглядом по импровизированной комнате на случай, если что-то забыл:

— Понятно. О моём участии успели объявить?

— К этому моменту, скорее всего, да. — Леонард с нарочитой заботой смахнул с рукава его пиджака прилипшую белую нитку. — Ты, кстати, не единственный представитель императорской Фамилии.

— Я почему-то так и думал.

Лео довольно продемонстрировал одну из самых широких своих улыбок:

— Угадаешь имя чемпиона принцессы Тхаис? Или подсказать?

— Нет, спасибо. Уже понял.

Леонард переступил с пятки на носок и обратно, готовясь выдать остальную часть инструктажа в наиболее удобоваримой форме:

— Это ожидаемо. Каменный Лев — один из самых крупных Домов, как и наш. И мама просила тебя быть обычным собой, то есть вести себя так, словно тебе безразлично, что сделал Зар.

— Мне действительно всё равно.

Грегуар не врал ни себе, ни брату. Когда ситуация с подосланным Богомолом прояснилась, единственная эмоция, которая у него осталась по этому поводу — это лёгкое раздражение.

Бывший сокурсник и соперник по спаррингам и соревнованиям, похоже, так и не научился вовремя останавливаться. Хотя, что послужило поводом для столь радикального хода, оставалось любопытным. О чём мужчина и спросил Леонарда.

— Таких подробностей я не знаю, — ответил брат. — Поговори с родителями. Мне сообщают только то, что необходимо.

***

Церемония посвящения в чемпионы прошла куда более торжественно, чем он предполагал. Семейное собрание началось именно с неё, в присутствии множества гостей. До этого Грегуар почему-то пребывал в уверенности, что традиционный ритуал проведут в приватной обстановке. Но ошибся.

Все слова и действия, которые ему следовало сказать и совершить согласно протоколу, он помнил наизусть с подросткового возраста. Этому учили всех отпрысков Великих Домов. Ничего сложного. Беспокойство вызывало совсем иное.

Когда Его Высочество надел на шею Грега старинный тяжёлый кулон с символом правящего Дома, мужчина, наконец, задал себе по-настоящему важный вопрос. Что если по окончании торжеств принц решит оставить кулон на месте? Ведь снимать его совсем не обязательно.

Подобный жест со стороны Манганара превращал Грегуара в одного из официальных доверенных лиц Его Высочества. Не того, кто говорит от его имени, но того, кто действует в его интересах. Личные задачи отодвигались в сторону. Такое положение называли Великой честью и Великими оковами.

Правила разрешали чемпиону попросить о снятии возложенных обязанностей. Например, когда человек терял физическую возможность исполнять долг. Но в остальных случаях… так опозорить себя и тем более Семью не рискнул бы никто.

Строя собственные планы на преобразование провинции и развитие второй Формы, он совершенно упустил, что не единственный человек в мире с далекоидущими целями. И в масштабах планов более крупных игроков он выступал лишь очередной полезной фигурой.

Самому себе Грегуар никогда не казался особо ценным ресурсом. Пятый ребёнок у родителей, сделавший ставку на военную карьеру. Так как искренне считал, что других весомых талантов у него нет. Но, видимо, Манганар имел свои резоны выбрать именно его.

Внезапное осознание происходящего удесятеряло вес украшения, которое теперь придётся носить неизвестно сколько времени. Однако «скромное семейное сборище» требовало проявления несколько иных эмоций, приходилось соответствовать обстановке. Тем более здесь присутствовали дальние родственники, а также друзья Дома, которым Грег искренне обрадовался. Например, брату и отцу Идлис.

В итоге маленькая вечеринка получилась довольно неплохой. Да и отпраздновать новым Поставщикам Императорского двора нашлось что.

Набранного позитива Грегуару как раз хватило благополучно пережить официальное начало торжества, которое стартовало ближе к ночи на открытом воздухе. Даже религиозная часть показалась красиво срежиссированной.

За полчаса до объявления первого испытания организаторы дали гостям немного отдохнуть, освежиться, пообщаться.

— Уже подготовил хитрый-хитрый план, как выкручиваться? — Леонард ублажал себя разносимыми официантами канапе и бокалом чего-то безалкогольного.

Грег же сегодня решил побыть немного параноиком — и ничего, приготовленного организаторами, не ел и не пил.

— Нет никакого плана. Моим Особым Навыком считается интуитивное чутьё. Положусь на него, — ровно ответил он.

Мужчина нашёл взглядом Мифис, которая мило беседовала с группой незнакомых женщин. Она сменила платье на вечерний и чуть более откровенный наряд, распустила тёмные волосы, но «бабочку» оставила. Девушка постоянно улыбалась, явно наслаждаясь мужскими взглядами, бросаемыми на неё — украдкой и не очень.

— На чьей стороне в этот раз Дом Лунной Бабочки?

Леонард повернулся туда же, куда смотрел Грегуар, и понимающе ухмыльнулся:

— На своей, как всегда. Они пока не примкнули ни к одной потенциальной группе. Инструкций от мамы по их поводу у меня нет.

Лунная Бабочка считалась Малым Домом, то есть представляла собой малочисленное семейство, не владеющее крупными землями или производствами. Однако на протяжении многих веков его члены развивали совершенно особенные качества. Они становились известными художниками, актёрами, театральными режиссёрами, скульпторами, певцами, музыкантами, архитекторами, модельерами. В силу «специализации» они старались поддерживать хорошие отношения абсолютно со всеми.

— Ясно. Так и предполагал.

На сцене, с которой планировалось запускать фейерверки, началось движение. Доверенные представители от каждого Дома занимали места рядом с крохотными столиками. Чтобы не вызывать ни у кого подозрений, организаторы придумали переложить обязанность активации артефактов на сами Дома.

Поэтому в задачу участника входило: найти «удачное» благословение и отнести его на сцену. Далее Грегуару следовало вернуться на зрительское место и «наслаждаться» тем бардаком, который вызвал его случайный выбор.

Между посадочной зоной и длинным столом для благословений спешно убрали непрозрачную перегородку, украшенную религиозными символами, до этого полностью закрывавшую обзор на то, что творится за ней.

Грегуар никак не отреагировал на ободряющее подмигивание Леонарда и, не теряя времени, направился к невероятно длинному столу, заваленному разноцветными предметами всевозможных форм и размеров.

Они стояли в ряд, складывались в пирамиды, размещались на «горках» для пирожных и бутербродов, валялись в хаотичном беспорядке. Каждая из этих пёстрых коробочек, конусов, шаров и коротких тубусов таила в себе как потенциальную победу, так и огромное разочарование.

Мужчина медленно выдохнул, изгоняя из головы лишние мысли. Его интуиция предпочитала тишину. Он переглянулся с Раулем, братом Идлис, остановившимся у одной из пирамид, и пошёл дальше. И даже не сразу понял, что миновал Зара, ощупывающего какой-то малиновый предмет.

Грег практически достиг края стола, когда тело всё же решило остановиться. Он с интересом всмотрелся в яркую россыпь артефактов и усмехнулся. Почему-то вспомнилась Ли-Энн, которая в этой ситуации как раз и могла бы найти «правильный ответ». Жаль, что он не имел возможности её нанять.

Грегуар протянул руку к небольшому зелёному кубику и тут же замер, гадая — видят ли люди, уставившиеся ему сейчас в спину, то же самое, что и он. Оставалось надеяться, что нет.

От его человеческой ладони отделилась едва заметная в полутьме Тень и указала длинным пальцем на другой артефакт. С того самого случая в Запертом лесу вторая Форма более не проявляла никакого своеволия, и Грег убедил себя, что это единичный сбой. И, очевидно, неправильно оценил «молчание».

Мужчина понял, что бездействует слишком долго, и сделал вид, будто рассматривает сразу несколько предметов одновременно. Тень же продолжала «тыкать» пальцем в короткий тубус непонятного жёлтого оттенка.

— Уверен? — как можно тише спросил он, почти не разжимая губ.

В ответ теневой палец стал чуть длиннее.

— Хорошо.

Грег забрал артефакт, на котором настояла Форма, и направился к сцене, боковым зрением отмечая, что почти вся посадочная зона смотрит именно на него.

Он передал «Благословение» официальному представителю Дома и занял прежнее место, ощущая, как стремительно растёт напряжение среди зрителей.

Первые фейерверки полетели в ночное небо. Высоко в воздухе расцвёл огнями герб Империи. Затем появился знак Дома, владеющего провинцией Альдино, как привилегия принимающей стороны. Каждый залп сопровождался громкими аплодисментами.

Дальше по протоколу следовали особы королевской крови, если они присутствовали, конечно. Как понял Грегуар, этот момент оговорили с организаторами заранее, и принц «уступил» первое место сестре в качестве элегантного мужского жеста.

Каждому члену императорской Семьи предоставлялась собственная «пчела». Герб принцессы Тхаис больше походил на изящную осу. Она проявилась в окружении переливающейся радугой огоньков. Вслед за ней взлетела оскалившаяся морда саблезубого льва — герб Дома Зара. Формой этого животного владел практически каждый мужчина их Семьи. А затем рядом с роскошной золотой гривой на чёрном небе возникло огненное солнце, оплетённое зелёной виноградной лозой — символ Середины лета.

В этот раз раздались не только бурные аплодисменты, но и одобрительные выкрики. Чистое попадание. Если хотите — знак свыше. Естественно, что Грегуар хлопал вместе со всеми, как обязывали приличия. Попытаться понять — случайность это или же нет, он мог и потом.

Тем более что следующим на прочность и везение судьба испытывала именно его. «Пчела» Его Высочества Манганара обладала стальным оттенком, а её нижняя часть представляла собой щит. В следующий момент рядом с ним на тёмном фоне искрящиеся серебряные линии прочертили «когтистый» символ Семьи. Стоило отдать должное мастерам, его сделавшим, выглядел герб Дома Северного Когтя без преувеличения впечатляюще.

А потом над головами удивлённых зрителей раздался громкий звук. Будто кто-то ударил в огромную золотую чащу. И она действительно проявилась. Из неё бурно извергался переливающийся красным пурпурный огонь или дым. На мгновение чаша зависла в воздухе, словно давая себя получше рассмотреть, а затем немного наклонилась вперёд, заливая людей на поле магическим пламенем.

Грегуар ощутил, как по телу прошла тёплая густая волна, оставив после себя устойчивый аромат персика и вишни. Кажется, он заработал эти восторженные аплодисменты и слова поддержки, посыпавшиеся на их Семью со всех сторон.

Ему достался довольно древний символ духа изобилия и порядка, но Грег так и не смог вспомнить, как тот назывался. Зато поймал одобрительный взгляд принца и довольную полуулыбку отца. Мама оживлённо беседовала с кем-то из представителей Рубинового Треугольника. Видимо, обсуждая тот факт, что выбранного духа почитали не только в Империи, но и на территории соседних королевств.

Грегуар с облегчением выдохнул, постаравшись сделать это как можно незаметней, и мысленно пообещал накормить Тень чем-нибудь особо питательным, как только представится шанс.

Следующий час он провёл, задрав голову вверх и постоянно хлопая. К счастью для приглашённых Фамилий, никаких особо мрачных или откровенно комичных знамений всё же не последовало.

Дом Терновника, который по объективным причинам участвовал только в первом туре состязаний, выбрал для себя бога, покровительствующего охоте, что идеально ему соответствовало. А старший брат Идлис принёс своей Семье защиту Духа Совы, что вполне вписывалось в их наследственную линию. Многие представители Дома становились видными учёными и владели Формой Совы.

Грег не хотел себе в этом признаваться, но к ночи стал ощущать невероятную усталость. Нормально поговорить с отцом так и не получилось. Поэтому, когда организаторы, наконец, объявили о завершении первого дня состязаний, вместо «продолжения праздника» он с удовольствием отправился спать.

Глава 14. Салочки в темноте

Отдохнуть удалось всего четыре часа. А потом без предупреждения за ним явилась команда от организаторов, чтобы подготовить ко второму испытанию. Грегуару предложили переодеться во что-то удобное и относительно тёплое, что он и сделал.

К правой ладони тугим эластичным бинтом примотали незнакомый артефакт. А к поясу прикрепили другое устройство, не больше яблока размером. Им разрешалось пользоваться только в том случае, если возникла потребность завершить испытание по любой причине.

Артефакт на руке активировался лишь в ситуации, когда владелец касался ладонью другого участника. Он создавал вокруг «жертвы» барьер, за который она не могла выйти до конца состязания, и как-то «сообщало» организатором о том, что конкретный человек выведен из игры. Устройство на поясе тоже подавало «запрос», но о помощи. Чтобы администрация могла обнаружить попавшего в беду и забрать его в безопасную зону. Грегуару объяснили, как это включить.

Осваиваясь с новыми «игрушками», он параллельно пытался представить — сколько времени и денег ушло на их создание, учитывая, что они собирались энергоинженерами вручную. Все артефакты, которые он использовал до этого во время службы, отличались простым функционалом. Они ставили энергетическую защиту, освещали помещение, взрывали что-нибудь, иногда запаивали металлические конструкции. То, что предложили организаторы праздника, представляло следующее поколение изобретений.

Достать что-то подобное без государственной поддержки абсолютно невозможно. Единственный тип артефактов, которые обычный человек мог купить в специализированном магазине, — это осветительные модели и устройства для формирования иллюзорных визуальных эффектов. Например, лампы с необычным оттенком зелёного или голубого, иллюзии дождя, тумана, радуги и даже целых пейзажей. Последние чаще всего приобретали либо владельцы увеселительных заведений, либо устроители частных вечеринок.

Далее начался инструктаж по правилам прохождения второго состязания. Дабы участники не заскучали, бегая друг за другом по обычному полю, своеобразную игру в салочки перенесли в старую недостроенную канализационную систему.

Грегуар слышал эту историю лишь частично. Изначальный проект Альдино имел другого автора. Одобренный Императором план строительства городка с перспективой роста поручили к реализации одному из лордов. Однако ещё на стадии рытья основы под будущие коммуникации исполнителя отстранили за какие-то сомнительные дела, и на его место назначили нового человека. Последний, естественно, продвинул уже свой проект — и Альдино «перенесли». А самую первую канализацию, чтобы не тратить ресурс, не засыпали, а просто заблокировали, закрыв в неё входы.

Теперь понятно, зачем просили одеваться потеплей. Под землёй, даже летом, нежарко. В задачу участников испытания входило «осалить» как можно больше конкурентов и остаться нетронутыми самим, чтобы из семидесяти соревнующихся определить пятнадцать человек для финальной охоты. Об окончании испытания предупреждал особый звуковой сигнал.

Всё время инструктажа в «комнате» Грега находилось несколько сотрудников службы охраны Дома. Судя по всему, они собирались сопровождать его до самого входа в канализацию. Грегуар мог только гадать, насколько сильное напряжение испытывает сейчас Аристарх, вынужденный учитывать множество «случайностей», способных привести к смерти любого члена Семьи или гостя Дома. Хотя, возможно, за столько веков он привык ко всему этому.

Выходя следом за командой организаторов, Грег обратил внимание, что постель Леонарда нетронута. Для кого-то вечеринка всё ещё продолжалась.

В лагере утро только начиналось. Его вывели за пределы основного периметра к общей группе других соискателей. Зрителей, желающих посмотреть на спуск, оказалось не очень много, но среди них Грегуар успел разглядеть лицо отца Идлис и помятую, но довольную физиономию Лео.

Участникам завязали глаза. «Защита» против оборотней, способных видеть в темноте и легко запомнить дорогу в тоннелях. Против таких, как он. Медведь отлично ориентировался в лесу, даже в самую пасмурную ночь.

Однако считать шаги и идентифицировать звуки ему никто не запрещал, чем он и занялся. Принимая во внимание размеры группы и ограниченное пространство канализации — шли медленно. Периодически участников останавливали и заставляли тянуть жребий. Так организаторы решали вопрос «с равномерным распределением» людей по всему пространству тоннелей.

В зависимости от жребия человека могли повести в боковые переходы или же оставить на месте, дожидаться звукового сигнала о старте испытания.

Чем дальше они удалялись от изначальной точки, тем более стоячим и затхлым становился воздух. Даже если входов предусмотрели несколько и их усиленно проветривали, этого не хватило. Грегуар постарался привыкнуть делать более короткие вдохи, чтобы случайно не закашляться.

По ощущениям для него прошло не менее четырёх часов, что в принципе совпадало и с количеством шагов. Он насчитал примерно двадцать четыре тысячи.

Его довели до какой-то устраивающей организаторов точки и разрешили снять повязку.

Пока зрение переключалось с человеческого на медвежье, Грег менял только глаза, провожавший вежливо попросил дождаться сигнала и лишь потом начинать движение. В итоге мужчина успел разглядеть лишь спину, быстро удаляющуюся по одному из коридоров.

Похоже, он оказался последним «счастливчиком», которого завели в самую глубину. По замыслу организаторов, между участниками рассчитали одинаковое расстояние, хотя бы для иллюзии равных условий. С другой стороны, самого жребия ему так и не показали. Может, они просто вытаскивали шарики одинакового цвета, а расставляли их по подземелью согласно иному плану.

Грегуар находился в нешироком земляном коридоре. Часть стен укреплена досками. Более ничего примечательного. Какое-то время мужчина просто стоял, прислушиваясь и привыкая к новому месту. Опасности он пока не чувствовал. Однако логика подсказывала, что стоит соблюсти правила и дождаться сигнала к старту игры. Кто знает, какой ещё дополнительный функционал имели те артефакты, что ему выдали.

Готовясь к «игре», Грег прокручивал в голове примерную схему той части подземелий, через которую его провели, пытаясь понять, насколько успешно он сможет ориентироваться при необходимости. Странный, почти мелодичный гул разнёсся по коридорам примерно через час после того, как ушёл сопровождающий. Лёгкая вибрация пару мгновений провисела в воздухе, а потом будто впиталась в стены — и всё вернулось в прежнее состояние. Почти.

Из некоторых коридоров стали доноситься едва уловимые шорохи и другие характерные звуки, например, хлюпанье по воде. Видимо, соскучившиеся за время бездействия участники жаждали активности.

Грегуар решил выждать час, а лучше два. Чтобы самые нетерпеливые встретились и «обменялись рукопожатиями». Более того, как он понял из озвученных правил, главное — «остаться в живых». Ведь испытание именно на выбывание. Никаких привилегий за лично выбитых тобой игроков не давали. Поэтому в идеале лучше выбрать подходящее место и просто дождаться окончания этого этапа в тишине и разумной экономии сил. Охота в заповеднике Дома Терновника их явно потребует.

Однако у других участников имелись свои идеи насчёт оптимального сценария состязания. Приходилось с этим считаться. Грег призвал Тень за секунды до того, как на потолке одного из коридоров появилась сначала голова гигантского паука, а затем и его получеловеческое тело, которое прекрасно держалось за неровную земляную поверхность стен и потолка.

Оборотень замер, прислушиваясь к тому, что происходит вокруг. Грегуар гадал, насколько хорошо конкурент видит в темноте. Собственные глаза он предпочёл оставить медвежьими. Они давали максимально возможную чёткость зрения. Но их приходилось держать полузакрытыми. На всякий случай. Прямой взгляд опасен, так как опытный человек мог его почувствовать и определить направление.

Паук сделал несколько осторожных шагов в сторону Грега и снова замер. Тень не шевелилась. Похоже, оппонент выстреливал паутиной в соперников, связывая их, и только потом прикасался ладонью с артефактом. Правила ничего подобного не запрещали.

Конкурент кружил вокруг ещё полчаса, но в итоге предпочёл отправиться дальше по тоннелю. Грег выбрал не дожидаться его возвращения и пошёл в противоположную сторону.

Пока он собирался придерживаться того пути, который «насчитал». Другие ветки можно исследовать и потом, если понадобится. Мужчина отмерял нужное количество шагов и поворачивал в тех местах, где казалось правильным. Очень быстро на пути стали попадаться первые «находки».

Выбывшие участники запирались в коконе длиною несколько шагов. Самые сообразительные медитировали или делали простейшие гимнастические упражнения. Другие откровенно скучали или спали, сидя прямо на земле. От сковывающего поля исходил слабый мерцающий свет, что могло обернуться потенциальной проблемой.

Решив немного поэкспериментировать, Грегуар прошёл мимом нескольких бодрствующих, но его не заметили. В одном из коридоров он встретил группу из шести человек, двигавшихся сообща, демонстрируя завидный уровень взаимного доверия. В этот момент Грег пожалел, что раньше никогда особо не уделял внимание светским сборищам. Тем более что последние годы службы в столице это позволяли. Возможно, он тогда бы узнал этих людей.

Запомнив лица на будущее, оборотень направился дальше. Соревноваться с целой командой в ловкости — бессмысленный риск. Спустя несколько поворотов он увидел в тоннеле одинокого мужчину лет сорока пяти, который брёл почти на ощупь, ориентируясь лишь на слух.

Грег дождался, пока незнакомец поравняется с ним. Сменил правую теневую ладонь на человеческую и осторожно коснулся его плеча. Защитный барьер появился почти мгновенно. А от головы мужчины строго вверх, в потолок, устремилось что-то белое. Тот самый сигнал, про который говорили организаторы. Мужчина с удивлением осматривал «пустое» пространство перед собой, но Тени не замечал. Любопытный опыт.

В следующие несколько часов Грегуар практически никого не встретил, за исключением множества выбывших, конечно. Он насчитал сорок девять человек, уже не участвующих в состязаниях. Что означало — «салочки» близки к завершению.

Поэтому он не спеша двигался в обратном направлении, чтобы оказаться как можно ближе к выходу при объявлении финала. Однако кое-что привлекло интерес. В одном из боковых туннелей горел свет. Точнее, периодические вспышки красного пламени ритмично озаряли подземелье, не отдаляясь и не приближаясь.

Другого шанса лично посмотреть на знаменитые способности Зара могло не представиться, поэтому Грег решил попробовать.

Тень скользила по песку абсолютно бесшумно, но мужчина всё равно предпочёл не двигаться слишком резко. Заказчик его несостоявшегося убийства сидел скрестив ноги на каменном полу небольшого зала. Эту область тоннелей частично облицевали плиткой и диким камнем. Тот сегмент канализации, которой всё же успели достроить. Что подтверждало догадки — выход на поверхность близко.

Примерно раз на четыре счёта от неподвижной фигуры Зара исходила огненная волна и равномерно распределялась вокруг. Судя по отсутствию выбывших вблизи, желающих подойти поближе не нашлось.

Грегуар тоже не имел таких планов. Первый тест в Запертом лесу показал, что частичный контакт с огнём ему не навредит, но это не гарантия реального преимущества. Зар, конечно, частенько действовал импульсивно, но в их спаррингах в Академии Грег побеждал далеко не всегда. Противник был хорош, и это стоило уважать.

Оборотень медленно развернулся и направился обратно, «на свою тропу». Но пришлось почти сразу же остановиться. По параллельному коридору в ту же сторону, что и он, шёл Дени. Его фигура периодически мелькала в просветах коротких смежных тоннелей, соединявших две подземные линии.

Снова проявить терпение в этом случае — самое разумное решение. О Дени из Дома Медной Реки он слышал довольно много. Крайне хитрый и могущественный энергоинженер с внушительным списком изобретений, принёсших его Семье кучу денег. В качестве хобби тот любил конструировать не только сложнейшие головоломки, чертежи которых появлялись в специализированных журналах, но и всевозможные ловушки на животных, птиц, морских обитателей и людей.

Многие из последних воплотили в жизнь для охраны сокровищницы Дома Медной Реки. И, если верить слухам, они отлично работали. Отец как-то рассказывал, что Аристарх убил кучу времени на то, чтобы достать схемы хотя бы одной из них, и остался более чем доволен результатом.

Дени с Маркусом родились с разницей в три года. Даже участвовали в нескольких совместных исследовательских проектах, но друзьями так и не стали. Зато каким-то чудом Дениэл смог сблизиться с Заром. Не самым дружелюбным парнем. Хотя, возможно, этому способствовали их Дома для достижения каких-то своих целей.

Грегуар прождал достаточно долго, чтобы Дени ушёл как можно дальше. И успешно вернулся на прежний маршрут к выходу из тоннелей. А затем Тень и Медведь одновременно взбунтовались так, что он не смог противостоять их объединённой воле и «рыбкой» прыгнул в боковой тоннель, в который не планировал сворачивать.

Оставаясь бесплотной Тенью, Грегуар вжался в ледяной пол и замер, слегка повернув голову так, чтобы видеть, что происходит на том месте, где он стоял мгновение назад.

Дениэл двигался по коридору, широко расставив руки и открыв глаза. Он явно ничего не видел в темноте, но это ему и не требовалось. Его энергетические возможности позволяли ощупывать пространство вокруг, замещая зрение. Несмотря на то, что соперник двигался в человеческой Форме, ступал оборотень абсолютно беззвучно.

Ещё немного и игра для Северного Когтя завершилась бы.

Когда Дени снова отдалился, мужчина осторожно поднялся, прикидывая, куда лучше пойти так, чтобы больше на него не натолкнуться. Но придумать ничего не успел. Пришлось срочно пятиться вглубь неисследованного тоннеля.

Дениэл вернулся и теперь шёл точно в направлении чемпиона Его Высочества.

Тень быстро двигалась, стараясь держать преследователя в фокусе бокового зрения. Через пару поворотов мужчина окончательно убедился, что Дени идёт именно за ним. При этом противник его не видел. Или искусно притворялся забавы ради.

Этот вариант полностью отметать не стоило. Если Грег не ошибся в расчётах, то Дениэл методично загонял его в тот же коридор, где он обнаружил Зара.

Срочно требовался дельный план. Грегуар постепенно начал менять направление движения, возвращаясь на тот отрезок, где он встретил большую часть «выбывших». Ведь там бродил кое-кто ещё. Если повезёт.

Дени не отставал.

Грег услышал знакомую серию тихих шорохов и прибавил шаг. Отлично. В желаемый широкий тоннель он повернул на довольно приличной скорости, но только здесь по-настоящему побежал. Рискнуть стоило.

Тень почти «промелькнула» мимо группы тех самых «дружных» оборотней, которые где-то потеряли своего шестого члена и теперь остались впятером. Они явно почувствовали, что пространство вокруг как-то изменилось, но ничего не успели предпринять. Навстречу им вышел Дениэл.

Он сбавил шаг, привыкая к новым условиям, а затем выдал то, что Грегуар никогда раньше не видел. У энергоинженеров свой уровень специфики энергетических способностей. Большинство из них становилось либо сборщиками артефактов, либо врачами. Те, кто делали упор на «боёвку», встречались редко в силу медленного срабатывания их талантов, а в драке важна скорость.

Но Дени проявил изобретательность и в этом вопросе. Грег едва успел заметить, как воздух вокруг энергоинженера загустел и, изогнувшись гитарной струной, бросил оборотня вперёд, на «пятёрку», начавшую запоздало менять Формы. Не долетев до них несколько шагов, Дениэл оттолкнулся руками и ногами от боковой стены и совершил прыжок наискось, дотрагиваясь правой ладонью до стоящего к нему ближе всего. Сработало защитное поле и частично перегородило выход из тоннеля.

За эти мгновения Дени достиг противоположной стены и, использовав её как трамплин, отбросил себя за спину слишком неповоротливым противникам. Он «осалил» ещё несколько человек, защитные барьеры которых теперь полностью блокировали проход, заперев двух не выбывших из игры участников на крохотном пятачке.

Дени впервые за всё время издал какой-то звук, похожий на смешок. Грегуар с искренним интересом наблюдал, как тело мага снова становится обычным, хотя мгновение назад оно напоминало жидкий пластилин.

Грег тоже позволил себе лёгкую довольную улыбку. План сработал. По коридорам мелодичным эхом раскатился узнаваемый гул. Дениэл сократил количество оставшихся до нужных организаторам пятнадцати человек — и испытание закончилось.

Вместе со звуковым сигналом по коридорам стал разливаться мягкий свет, исходящий от стен. Чтобы не демонстрировать никому свою Тень, мужчина шагнул в ближайший закуток, вернуть человеческую Форму.

***

На поверхности он оказался только после обеденного времени. Пятнадцать «выживших» по задумке оргкомитета выходили последними под продолжительные аплодисменты. Как выяснилось, чтобы размещённым в лагере зрителям не пришлось скучать, площадку, рядом с которой проводили фейерверк, оперативно перестроили под ресторанную зону со всеми сопутствующими услугами.

Гости праздника вкушали изысканные угощения, слушали живую музыку, льющуюся со сцены, и периодически наблюдали, как из-под земли появляются красочные символы выбывающих из состязания Домов. Атмосфера сложилась культурная, вкусная, но напряжённая.

На удивление, среди перешедших на следующий этап испытаний оказался и брат Идлис, Рауль. Грегу была крайне любопытна его стратегия «выживания», но ситуация не располагала к долгим разговорам. Они с улыбкой пожали друг другу руки и разошлись.

Отец увёл его в их с матерью шатёр, чтобы нормально перекусить и пообщаться. Грегуар, который ни то что не завтракал, но толком не ужинал, абсолютно не возражал.

Доминик дал ему время умыть запылённое лицо и насытиться. Сам он практически ни к чему не притронулся, но с удовольствием пил чай с лимоном и какими-то травами.

— Аристарх просил передать благодарность за то, что ты не стал ничего есть вчера. Как выяснилось, организаторы перед самым началом почему-то заменили часть официантов, — заговорил Доминик.

Грегуар вытер рот салфеткой и кивнул:

— Решил не рисковать. Рад, если это хоть как-то облегчило ему задачу.

— Сегодня можешь брать что хочешь, но только у обслуги, у которой манжеты не белые, а светло-голубые, — продолжил отец.

— Постараюсь повнимательней, — с полуулыбкой ответил Грег и решил воспользоваться моментом, чтобы задать давно мучивший его вопрос под хорошее настроение Главы Дома. — Почему мне думается, что доброй половиной этих официантов окажется сам Аристарх?

Среди членов Семьи ходило множество историй о том, что начальник охраны часто маскируется под прислугу, солдат, случайных прохожих и следит за ними. Подтвердить ни один из слухов так и не удалось, но почему-то в их правдоподобности никто не сомневался.

Доминик позволил себе лёгкий смешок:

— Вполне возможно. Хотя я больше верю в новое поколение, которое он успел обучить. — Отец поставил пустую чашку обратно на блюдце. — Мама говорила, ты хотел что-то обсудить.

— У меня есть пара более серьёзных вопросов, — признался Грегуар.

— Слушаю.

— В письме говорилось: кто заказал меня, но не почему он это сделал.

— А-а. Это. — Доминик свободно откинулся на спинку стула, привычным движением положив руки на подлокотники. — Зар всего лишь попробовал доделать то, что не получилось у его отца. Именно Энго постарался подтасовать твоё назначение на тот вечер, когда полагалось погибнуть принцу. Зар плохо уловил суть происходящего. Или его о ней не проинформировали. И несвоевременными необдуманными действиями он буквально признался в вовлечённости собственного клана, попытавшись тебя «добить».

— Энго собирался подставить меня, чтобы обвинить наш Дом в гибели члена императорской Фамилии? Единственное объяснение, которое приходит в голову.

Отец кивнул:

— Одна из его целей, да. Но здесь Лев перехитрил сам себя. Ведь именно ты принял решение, которое и спасло Манганара. Будь на твоём месте любой другой дежурный офицер — и минус один достойный кандидат на императорский трон.

— А отстранение и последующее списание?

Доминик сделал красноречивый вращательный жест:

— Всего лишь искажённое продолжение сломанной цепочки. Тебя планировали быстро осудить в обход некоторых процедур. А потом начать разбор нашего Дома «на запчасти». Подкупленных Энго официальных лиц предупредили «о некоем знаковом событии», но не сказали, каком именно. Поэтому они работали с тем, что есть, вольно интерпретируя правила и факты твоей биографии, — на мгновение Доминик встретился с ним взглядом. — Я не мешал им сразу по ряду важных причин, одна из которых… тебя давно следовало выводить на более далекоидущие задачи.

Стараясь рассортировать услышанное в голове, Грегуар наполнил собственную чашку чаем и жестом предложил отцу ещё, но тот отказался.

— Ты упомянул, что Энго, убив меня, хотел достичь нескольких целей. Какую я не увидел?

Доминик помолчал, детально структурируя ответ:

— Самый простой способ ослабить Дом и остановить его потенциальный рост — заранее вычислить представителей клана, которые принесут ему продуктивное развитие. В идеале, когда они ещё не достигли пика силы. Такого человека можно полностью вывести из игры, то есть ликвидировать, нанести травмы, которые сделают его бесполезным, как-то перетащить на свою сторону, сломать любым подходящим способом. Такими методами можно веками и даже тысячелетиями держать Семьи «в предстартовой позиции».

Грег пытался переварить сказанное, не зная, какой вопрос задать следующим, а отец продолжил.

— А ты думаешь, откуда у нас столько Малых Домов? Из-за таких, как Энго. Им больше нравится слово «ликвидация», чем «конкуренция», — Доминик перевёл взгляд на часы, давая понять, что их время на сегодня заканчивается.

Поэтому Грегуар переключился на другую, не менее значимую тему:

— Принц говорил, чего именно хочет от меня?

Доминик понимающе кивнул:

— Он не станет злоупотреблять властью над тобой. Его обещание мне как другу. Однако периодически придётся выполнять и эту работу тоже. Ну, как сегодня, например. Как предпочтут действовать наши оппоненты, мы пока не знаем, поэтому и чёткого плана нет.

Грегуар испытал некоторое облегчение:

— У меня остались ещё вопросы, но они подождут.

— Это хорошо. Возвращайся на праздник. Светскую часть мероприятий никто не отменял.

***

Музыка раздражала сегодня как-то по-особенному, но слишком рано уходить не стоило. Зар глянул на недоеденный ужин, не желающий лезть в горло, и подал знак официанту. Тарелка исчезла почти мгновенно. Дени с удовольствием плюхнулся на стул рядом, не сильно заботясь о приличиях, и налил бокал охлаждённой минеральной воды:

— Жарко, — прокомментировал он.

— Ты не торопился.

Приятель поморщился:

— Наша служба охраны устроила целый допрос на тему того, что произошло в канализации.

— Да, мне тоже интересно, — отозвался Зар и перевёл взгляд на Мифис, а точнее, на толпу мелкой знати вокруг неё, рассматривающую его подарок.

Дени фыркнул и сделал внушительный заказ вновь подошедшему официанту:

— Согласен только на короткую версию. Не готов умирать голодной смертью, даже ради тебя.

— Главное, излагай по сути.

Дениэл повертел в руке уже пустой бокал, заодно оглядываясь, нет ли кого рядом:

— Могу поклясться, что прошёл за Грегуаром почти четверть подземелья, а то и его половину.

— И?

— Так и не понял, что за Форму он использовал. Она тихая, быстрая, размером с человека.

— Атаковал бы и узнал больше, — заметил Зар, продолжая изучать толпу.

Дени бросил на друга выразительный взгляд:

— Или выбыл бы из состязаний. Спасибо, не надо. Я обещал родителям дойти до финала. И дошёл.

— Тихая Форма размером с человека… это, скорее всего, какой-то дух, — предположил блондин.

— Они обычно светятся в темноте. Никакого света я не видел.

— Как ты вообще понял, что идёшь именно за ним?

Дени криво усмехнулся:

— По остаточному фону от чемпионского кулона. Он прятал его под одеждой, чтобы не отсвечивал, но для меня это не преграда. Такой старый и заряженный металл я где угодно учую.

— Понятно. Он тебя использовал, кстати.

— Мог бы по-дружески промолчать по этому поводу, — Дени безразлично пожал плечами. — Ну, увлёкся охотой. С кем не бывает.

Официант принёс заказанный ужин, что означало — разговор прекращён до его полного поглощения. Зар встал и двинулся в сторону «чирикающих» барышень. Его приближение привлекло внимание, но он не желал разговаривать. Мужчина молча взял Мифис за руку с красующейся на ней «Лунной бабочкой» — его подарком — и повёл в сторону танцующих пар.

— Как грубо, Зар, — с улыбкой констатировала девушка, грациозно укладывая ладонь ему на плечо.

Эта мелодия казалась вполне сносной.

— Ждать следующие два часа, пока ты соизволишь дойти до стола, я не собираюсь.

Она продолжила улыбаться:

— Слишком хорошо танцуешь для мужлана.

— Тебе не угодишь.

— Ну, почему же? — ответила Мифис, следя за тем, чтобы расстояние между ними оставалось на уровне приличий. — С украшением ты не ошибся. Хотя в твой интерес я по-прежнему не верю.

— Неужели?

— Х-ммм, давай проанализируем. Сколько мы лично знакомы? Лет сорок? И всё это время тебе не было до меня никакого дела. Но стоило прозвучать в разговоре волшебному имени, и ты вдруг воспылал вниманием.

Зар ловко увёл их от столкновения с заболтавшейся парой, и Мифис смогла закончить мысль:

— Ты просто хочешь получить то, что принадлежало Грегуару.

Но мужчину этот очевидный вывод ничуть не смутил:

— С аналитикой или без… ты мне кое-что пообещала.

— Да, так и есть, — её улыбка вернулась. — Только сначала выиграй состязания, Зар.

Глава 15. Остров Волка

Огненный дух не любил долгого бездействия хозяина. С обретением второй Формы Зар научился высыпаться за четыре-пять часов. И часто это приносило пользу.

Уже знакомые люди от организаторской команды явились, чтобы отвезти его в заповедник Дома Терновника, как только начало светать. Каждого из оставшихся пятнадцати участников ждала собственная машина. Какое-то время колонна ехала вместе, но за полчаса до пересечения границы провинции Альдино и владений Дома Терновника Зару завязали глаза, и он почувствовал, что энергомобиль свернул с основной дороги.

Для всех участников предусмотрели индивидуальный вход в заповедник, что имело смысл. Позволяло избежать потенциальных стычек между конкурентами хотя бы на старте. На этом этапе состязаний правила не запрещали драться, например, за понравившуюся цель.

Условия финального испытания были довольно просты, но своеобразны. Егеря Терновника пометили тридцать целей третьего уровня, шесть второго уровня и всего две первого. Абсолютным победителем считался тот, кто «заарканит» добычу именно первого уровня. «Арканом» называли специальный следящий артефакт, при соприкосновении с животным передающий информацию о том, какого уровня поймана цель и представитель какого Дома это сделал.

Участники, которым не удалось отыскать цель первого уровня, но сумевшим «заарканить» другую, Дом Терновника обещал соответствующие добыче призы и награды. Владельцы заповедника также выразили искреннюю просьбу — не убивать обитателей леса без крайней на то необходимости. Ещё бы, кому понравится, когда кто-то безнаказанно уничтожает их дорогостоящую собственность?

Однако в плане организаторов присутствовало два крайне неприятных момента, которые здорово портили Зару настроение.

Первое — высокий фактор случайности обнаружения цели. На практике любой из «уровней» мог бродить где угодно, и наткнёшься ты на него или нет, зависело лишь от личного везения, на которое он совершенно не привык полагаться.

Второе — крайне короткий промежуток времени, за который нужно «заарканить» хоть какую-то цель. Срок поставили до полудня. Оставалось примерно часов восемь.

Зара попросили выйти из машины, затем повели по заросшему травой полю. Только по окончании пути с него сняли дурацкую повязку и дали нормально оглядеться.

К правой руке тут же начали крепить элементы «Аркана», который внешне сильно напоминал артефакт со второго состязания. На пояс повесили знакомое устройство, через которое подавался сигнал о помощи в случае сильного ранения или полной невозможности выйти из леса самостоятельно. Разумеется, так откровенно позориться и использовать эту штуковину он точно не собирался.

Зар дождался официального разрешения и быстро углубился в чёрно-зелёные заросли. Заповедник Дома Терновника напоминал нормальный лес лишь отчасти. Деревья раза в два ниже, чем нормальные. Здесь росли редкие лиственные породы, более характерные для самых северных районов Империи. Возможно, местные лорды просто экспериментировали с новыми посадками. Ведь некоторые разновидности животных специально завозили, чтобы посмотреть, как они адаптируются и как их появление скажется на всём заповеднике.

Очень быстро Зар перешёл на первую львиную Форму, которая обычно хорошо чувствовала себя в лесу, но сегодняшний день стал исключением. Воздух казался чистым, но всю растительность будто обволакивало мутное жёлтое марево, нарушающее чёткость зрения и заставляющее часто моргать.

Через несколько часов оборотень заметил — Лев начал уставать, что для него крайне несвойственно. Такую прогулку сложно назвать настоящей нагрузкой. Однако глаза зверя слипались, а лапы просили отдыха.

Он начинал понимать, почему на испытание отводили так мало времени. Неподготовленные к местным специфическим условиям участники дольше, скорее всего, просто не выдержат и окажутся в серьёзной опасности.

За время поисков Зар успел насчитать четырнадцать целей третьего уровня. Как хищные виды, так и вполне безобидные травоядные, но они его не интересовали.

Оборотень глянул на солнце, затем наметил новую тропинку для проверки, и Лев, наконец, отреагировал на что-то опасное. Первая Форма крайне не хотела идти в направлении почти «лысого» пятачка размером не больше трёх-четырёх парковочных мест. «Опираясь» на ощущение опасности, Зар принялся осторожно обходить странную зону по её периметру, пытаясь понять, где она на самом деле начинается и заканчивается.

Ещё одна подозрительная странность — среди низкорослого кустарника, на равном друг от друга расстоянии торчало шесть тонких чёрных стволов, лишённых веток или иной зелени. А их верхушки загибались к центру непонятной поляны.

Возможно, подходящая цель пряталась именно здесь. Но как определить где? Зар хотел вернуться немного назад, где он видел несколько оленей, чтобы загнать в эту многообещающую зону. Однако лично стараться не пришлось. Грязную работу за него сделал беспечный хряк, который, рассчитывая на свои немалые размеры в случае опасности, с шумом продирался через кустарник.

Лев как можно лучше вжался в землю, чтобы животное его не заметило и не рвануло в обратную сторону. Минут пять не происходило ничего подозрительного. Свинья спокойно преодолела почти половину опасного участка и, только оставив несколько чёрных стволов позади, вдруг остановилась, нервно осматриваясь и громко пыхтя.

К сожалению, Зар и сам слишком поздно понял, что на самом деле происходит. Земля под лапами внезапно дрогнула и ощутимо просела. Лев успел сделать мощный длинный прыжок в сторону, но место, куда он приземлился, также стремительно проваливалось вместе с огромным куском территории вокруг.

Оборотень резко рухнул в неизвестность, ощутив неприятный удар по нижним рёбрам. Где-то за спиной истошно вопил хряк, но визг очень быстро сменился характерным чавканьем и хрустом костей.

Зар глянул вверх, пытаясь найти возможный путь обратно, но тщетно. Он упал в гигантскую яму высотой в несколько этажей с почти идеально вертикальными стенами. Небо с предательски стремящимся к полудню солнцем находилось слишком далеко.

Лев крутанулся на месте и оскалил клыки. Длина его земляной тюрьмы составляла всего несколько железнодорожных вагонов. Ширина примерно такая же. И застрял он здесь не один.

Из противоположной стены наполовину торчала бледно-жёлтая туша кого-то монстра, напоминающего термита, но с уникальными отличиями. Те чёрные «стволы», которые Зар заметил ранее, оказались вовсе не деревьями. А длинными щупальцами, росшими из тела этого отвратительного существа. И над поверхностью торчали далеко не все из них. Термит увлечённо шевелил смертоносными конечностями, прицеливаясь в новую жертву. Остатки первой валялись на земле под огромными челюстями. За головой жуткого насекомого возвышался мешок или зоб, крепящийся к спине чудища бесформенным комком.

Первое щупальце просвистело в воздухе, но там, куда оно целилось, Льва уже не оказалось. Дно ямы завалило старыми костями, поломанными деревьями и веткам кустарника. Зар успешно проскальзывал между самыми крупными препятствиями, заставляя термита постоянно промахиваться. Насекомое раздражённо шипело, но попыток схватить слишком прыткую добычу не бросало.

В такие моменты больше всего проблем доставляла вторая Форма, которую охватывала ярость, и она постоянно стремилась вмешаться в процесс. Зар привычным усилием воли сбросил первую волну гнева Огненного Духа и переключил внимание на реализацию плана по спасению из этого бардака.

Лев стал периодически сближаться с термитом, заставляя того бить только по определённым местам. Мощными ударами щупалец враг ломал стволы и сгребал их в одну кучу.

Когда импровизированная «гора» показалась достаточно высокой и устойчивой, Зар взобрался по ней и прыгнул. Термит теперь находился внизу и справа от него, а заветный край ямы совсем близко. Лев вцепился когтями всех четырёх лап в землю и не мешкая пополз. Благо эта часть стены была глинистой и не осыпалась сразу под его весом.

Однако противник для такой ситуации припас «контраргумент». Термит ещё дальше высунул тушу из норы, в которой прятался почти во весь огромный рост, приподнялся над полом ямы и резко плашмя упал на него обратно.

Земля дрогнула снова, и стены стали обваливаться. Лев полетел вниз. Он рефлекторно успел сгруппироваться перед приземлением и ловко ушёл от очередного удара.

А ещё, падая, Зар успел заметить кое-что важное. На брюхе термита красовалась огромная, искрящаяся красным цифра «2». В голове Льва возникла парочка вполне человеческих ругательств, но обдумать их времени уже не оставалось.

Монстру явно надоела прежняя тактика, поэтому он применил новую. Очередной взмах щупальцем полетел не в Зара, а в странный нарост на спине насекомого. Тонкая бледно-жёлтая кожа лопнула с отвратным чавкающим звуком, выпуская из себя тысячи термитов поменьше.

Лев рефлекторно сделал прыжок в самый дальний край ямы и стал человеком. Отключая голову и давая выход накопленной ярости, Зар выбросил обе руки вперёд, упираясь ими в ближайшие деревья. Бледная смертоносная волна насекомых находилась уже в нескольких шагах от него, заполняя пространство пола ямы.

Рёв пламени слился с его собственным. Поток жара, до этого надёжно запертый в теле оборотня, жадно и яростно рванулся наружу, с удовольствием пожирая и дерево, и плоть, наполняя воздух копотью и вонью.

Пламя уничтожило почти весь выводок, но и не сумело докатиться до главного источника проблем. Термит нервно махал несколькими щупальцами, кончики которых успели загореться.

Зар откинулся на стену, хватая ртом воздух и тут же кашляя. Руки била мелкая дрожь. Этот проклятый лес отнимал энергию слишком быстро. Мужчина снова с сомнением глянул на положение солнца. Если не ошибся, то до полудня оставалось меньше часа.

Оборотень криво усмехнулся собственному «везению» и собрал силы для финального рывка. Львиная Форма вернулась через боль, но отработанными движениями бросилась к цели, не замечая ни слабости, ни скрипа в рёбрах.

Зар проскочил между несколькими щупальцами, добежал до стены и, оттолкнувшись от неё, устремился к незащищённому боку чудища. Правая передняя лапа всего на несколько мгновений стала человеческой рукой, и этого хватило, чтобы «Аркан» успел активироваться.

Казавшийся непобедимым враг дёрнулся и просто застыл. Зар на всякий случай отпрыгнул поближе к «своему углу» ямы и стал внимательно наблюдать. От тела термита исходило едва различимое голубоватое сияние. Монстр не умер, но и двинуться не мог. Над его жуткой башкой сформировалась чёрная цифра «2» и саблезубый герб Дома Каменного Льва. Повисев несколько ударов сердца, они взлетели в небо, подавая сигнал.

Для Зара испытание окончилось. И не хватало сил даже на злость.

***

Многие из слухов про заповедник Дома Терновника оказались правдивы. Грегуар почувствовал первые признаки интоксикации примерно через час нахождения в лесу. Желудок периодически сводило болезненной судорогой, и мужчина радовался, что не стал завтракать перед испытанием. Лапы Медведя быстро теряли привычную твёрдость, поэтому оборотень сменил Форму на человеческую, чтобы сохранить силы зверя для непосредственной охоты, которая пока шла совсем не очень.

Он бродил по низкорослому лесу уже около пяти часов, но из всех целей ему встретился лишь лось с номером «3». Остальная живность будто специально пряталась от него, периодически шурша кустами и резво убегая. Гнаться за тем, кого даже не видел, Грег не рисковал.

Тем более что местная энергетика вовсю играла с сознанием в игру «кто уснёт первым». Чтобы сохранить хотя бы часть необходимой чистоты мышления, Грегуар сначала делал привычные ментальные упражнения на счёт, а когда они перестали помогать, стал по очереди вспоминать и представлять каждый предмет из своего кабинета-спальни. Это позволило продержаться ещё какое-то время без соскальзывания в опасное пограничное состояние. Тень, скорее всего, отреагировала бы на этот лес лучше, но призывать её пока не стоило. В таком месте никогда не знаешь, кто за тобой наблюдает.

Оставалось медленно брести вперёд, всматриваться в отметины лап и копыт на земле и надеяться на чудо, которое не спешило. Оборотень выделил среди прочих отпечатки очень большого кабана и последовал за этой зацепкой дальше.

Примерно через полчаса мужчина вышел на широкую поляну. Вепрь тоже находился здесь, но уже в непригодном для охоты состоянии. Огромная туша завалилась набок, часть брюха сильно обгорела, и из него виднелись фрагменты запёкшихся внутренностей.

Грегуар заметил на другом конце поляны Рауля и быстро направился в его сторону, постоянно оглядываясь на тот случай, если из леса решит вылезти что-то ещё.

Брат Идлис стоял на коленях в одних штанах. Куртку и рубашку, а также наломанные толстые ветки он использовал, чтобы зафиксировать открытый перелом ноги одного из участников. Грег узнал его не сразу.

Не лучший день для Паука, который охотился на него в канализации вчера, а сейчас лежал без сознания на залитой кровью траве и едва дышал. Из правого бедра торчал острый обломок кости, а вторая нога до колена полностью отсутствовала. На ней Рауль закрепил жгут из поясного ремня. Одна из рук раненого оборотня застыла на середине трансформации. Крайне опасный признак. Это означало, что мозг сильно повреждён. Видимо, первым вепрь встретил именно его.

— Чем тебе помочь? — спросил Грегуар, стараясь встать так, чтобы не испачкать обувь в крови. Оставлять за собой чёткий след он точно не планировал.

— Да уже ничем, — пожал плечами мужчина. — Я сделал всё, что мог, но если быстро его отсюда не вывезти, то ему хана.

— Каждому выдали артефакт вызова помощи, — Грег внимательно осмотрел пояс Паука, но желаемого не обнаружил.

Рауль встал:

— А его нет. Похоже, потерял, пока улепётывал от этого чудища.

— Ты его завалил? — он кивнул в сторону мёртвого животного.

— Ну да, — усмехнулся собеседник. — Собрал из своего «Аркана» и второго артефакта летающую бомбу, пока они с Пауком «бодались». Но теперь для меня игра окончена. Жаль, конечно, что это не цель. Да и ладно.

Брат Идлис, так же как и она, родился весьма одарённым энергоинженером, поэтому Грегуар несильно удивился его творческому подходу к решению проблемы:

— Хорошо быть умным.

— Не жалуюсь.

Мужчина снял с пояса сигнальное устройство и передал Раулю:

— Выбирайтесь оба тогда. Это место сильно давит на мозги.

Тот с сомнением принял артефакт:

— А ты?

— Разгребусь как-нибудь.

— Ладно. Удачи, друг.

Они обменялись рукопожатиями, и Грегуар развернулся в сторону той части леса, в которой ещё не успел побывать. Спиной он почувствовал, как энергоинженер активировал артефакт, и постарался не думать о том, какой переполох в Семье это вызовет.

До финала испытания оставалось примерно несколько часов.

Снова углубившись в зелень, мужчина какое-то время брёл наугад, но потом изменённый на медвежий нос кое-что учуял. Что-то сладкое и очень приятное. Так «приторно» могла пахнуть только настоящая ловушка или цель, в которой он так нуждался.

Грегуар попробовал предположить, что самый страшный зверь в таком лесу может выглядеть или пахнуть крайне привлекательно, чтобы выгодно отличаться от типичных местных монстров и успешно охотиться на «дураков» вроде него.

Источник нашёлся довольно скоро. Влажная белая субстанция, похожая одновременно и на паутину, и на своеобразную патоку. Она покрывала часть деревьев и кустов и источала совершенно умопомрачительный аромат. Владей мужчина собой чуть хуже — уже бы давно сунул кусок этой гадости в рот.

Медведь, объединившись с Тенью, требовали, чтобы он немедленно повернул назад, но вместо этого оборотень направился вглубь, стараясь двигаться как можно тише и пытаясь понять, насколько далеко находится цель.

Однако не шуметь отлично умел не только он. Его противники в этом оказались гораздо лучше. Несколько веток упали справа и слева, накрывая мужчину полупрозрачным покрывалом из всё той же белой субстанции, и на этот раз она попала прямо в глаза и нос. Грег отключился.

Теперь сознание загоралось и засыпало рывками, выдавая очень странную картинку. Будто кто-то лихорадочно листал книжку с цветными иллюстрациями. Здесь «патоки» образовалось настолько много, что она закрывала небо. Его тащили по верхним ярусам деревьев. Кто-то достаточно сильный, чтобы игнорировать его вес и с лёгкостью перемещаться с ветки на ветку.

Грегуар попытался скосить глаза, что стоило ему ещё большего искажения картинки, но он сумел разглядеть несколько здоровенных рыжих обезьян, которые организованно и абсолютно бесшумно несли его спелёнатое патокой тело. Куда-то.

Белая дрянь будто разъедала мозги изнутри, но он всё же пытался думать. Обезьяны удивляли непрозрачными белыми глазами и совершенно нетипичной манерой поведения. Животные не кричали, не метались из стороны в сторону, не дрались между собой. Зато в едином порыве следовали какой-то поставленной задаче. Словно ими кто-то управлял.

Грег попытался напрячь силы, чтобы разорвать липкие путы, но смог лишь со стоном выпустить воздух изо рта. Эта субстанция превращала не только мозги, но и мышцы в тёплый кисель. Но расстроиться по этому поводу он не успел.

Видимо, они «приехали», потому что пленители всё так же абсолютно беззвучно сбросили его на землю. Кокон и расслабленное тело несколько смягчили падение, хотя спина мнения хозяина не разделяла.

Грегуар снова попытался оглядеться, наслаждаясь каскадом теперь уже чёрно-белых иллюстраций, так как почти всё вокруг покрывала светлая патока. Он лежал недалеко от пещеры. Точнее — нагромождения земли и веток со входом, из которого только что показалась туша жирного червя или кого-то очень его напоминающего.

Рот у существа располагался прямо на туловище и шёл сверху вниз. Вместо губ — отростки, похожие на короткие крабьи клешни разного размера. Монстра защищали тёмные хитиновые пластины, скрипящие при каждом движении. А ещё на его брюхе алела цифра «2».

Червяк неспешно направился к Грегу, явно намереваясь попробовать новое подношение на вкус. И «заначка» в виде очень злого на всё Медведя, которую он берег на крайний случай, пригодилась.

Форма вырвалась наружу, разрывая ненавистный кокон на мелкие лоскутки. Медвежий рёв метнулся вдоль деревьев и эхом отразился в пещере. Но вместо того, чтобы атаковать, червяк, наоборот, чуть отпрянул назад, словно защищая вход в своё логово. Зато за работу резво взялись обезьяны, коих оказалось гораздо больше, чем он успел заметить в начале.

Медведь сбивал их когтистыми лапами и срывал со спины зубами. Пришлось убить пятерых, прежде чем животные поняли, что это немного не та цель, на которую они рассчитывали. Выжившие обезьяны вернулись на ветки и снова замерли в ожидании чего-то.

Червяк вёл себя странно. Он не рвался в драку и остался абсолютно безразличен к гибели своих миньонов. Более того, в процессе схватки одна из обезьяньих тушек долетела до него, и монстр с завидным аппетитом отщипывал клешнями маленькие кусочки и просто… питался, не замечая ничего вокруг.

Медведь зыркнул на присмиревших обезьян и сделал осторожный шаг вперёд. Затем ещё один. Червяк ел.

Оборотень заглянул внутрь пещеры. Только непонятные красно-белые комки на стенах. Отравленный токсином мозг не сразу сообразил — на что он на самом деле смотрит. Здесь прятали кладку с яйцами, а червяк не порабощал обезьян. Они пытались его перехитрить, подкинув человека в качестве отвлечения. Или десерта.

Желая проверить догадку, Грег распотрошил когтями другую мёртвую обезьяну и кинул чудищу так, чтобы ему пришлось чуть дальше вытащить тушу из пещеры. Монстр послушно отвлёкся и переключился на более удобоваримую добычу.

Стоило рискнуть. Из-за патоки, заслоняющей небо, Грегуар не мог определить время. В любом случае на поиск цели «1» его точно не осталось.

Оборотень сменил Форму на человеческую, а потом на теневую, стараясь стабилизировать картинку перед глазами, которая постепенно ухудшалась. Он с огромной осторожностью приблизился к обедающему монстру сбоку и трансформировал правую руку в обычную.

«Аркан» сработал, и червяк застыл, не донеся до жуткого рта очередной кусок. Над головой чудища появилась цифра «2» и герб Дома Северного Когтя. Уже вместе знаки взмыли куда-то вверх, за пределы видимости.

Грег вернул человеческий облик полностью и, оторвав от рубашки рукав, сделал плотную повязку для носа и рта, пытаясь хоть как-то минимизировать скорость попадания яда патоки в организм.

Мужчина медленно повернулся в том направлении, в котором, как он считал, располагался выход, и тут же оказался в целом сугробе отвратительной белой субстанции. Тело рефлекторно ушло от удара гигантского чёрного хвоста, не заботясь о том, куда именно прыгает.

Грег выкатился с другой стороны, попутно смахивая с себя липкую гадость. Глаза слезились, а ноги стремительно слабели. Он успешно избежал повторной атаки и, наконец, смог рассмотреть нового гостя.

Такой же червяк, но гораздо больше. Если у пещеры замерла «мама», то это определённо будущий папа. Очень недовольный папа. Обезьяньей тушкой от него точно не отделаться. Монстр не только интенсивно махал хвостом, но и бил верхней частью головы, которую защищали дополнительные пластины.

Снова уходя от смертельного хлыста, Грег прислушался к собственному организму и Формам, пытаясь понять, сколько осталось времени, пока голова полностью не отключится под действием токсина. Выяснилось, что немного.

Поэтому мужчина решил потратить последние крохи сил на один хороший ход. А дальше либо — да, либо — нет.

Когда массивная чёрная башка в очередной раз промахнулась, Грегуар успел заметить несколько рядов глаз, надёжно прикрытых хитином. Но не до них ему нужно было добраться. Грег сместился так, чтобы червяку стало проще в него целиться. И тот атаковал.

Оборотень вложился в прыжок, обтекая противника сбоку, запрыгивая ему на «шею» и обхватывая скользкое тело ногами. Сил пробить даже медвежьими когтями хорошо защищённую голову монстра ему бы не хватило, поэтому стоило попробовать альтернативу. Этот приём числился следующим в списке тренировок, но у Грега так и не нашлось времени его опробовать.

Червяк резко поднялся, заметив на себе непрошенного пассажира. Чудище несколько раз мотнуло башкой в попытке сбросить двуногого наездника и в бешенстве зашипело. Не дожидаясь момента, когда зверюга додумается постучать им о деревья, Грег превратил руки в теневые и запустил в то место, где у монстра должен располагаться «череп».

Тень послушно вошла в плоть, как нож в мягкий пирог. А тело Грегуара отреагировало на очередную частичную трансформацию потоком крови из носа и ушей. Оборотень слишком быстро приближался к своему пределу, поэтому вместо попытки сфокусировать зрение вложил всё внимание в концентрацию на кистях, превращая их в человеческие. Пальцы нащупали что-то желеобразное и несколько упругих жилистых струн. Он порвал их, и передняя парализованная половина червяка рухнула как подкошенная.

Хвост монстра ещё продолжал метаться, поднимая клубы белой дряни, но делал это беспорядочно и постепенно обессиливал. Грег, у которого теперь остались лишь тактильные ощущения, снова сосредоточил волю на кистях, возвращая им теневую лёгкость. Мужчина ощущал, как рубашка на груди и плечах быстро пропитывается кровью, но всё-таки смог успешно вытащить пальцы обратно.

Если он ничего не перепутал в процессе «катания», то потенциальный выход находился слева от места падения. Грегуар выбрал нужное направление и просто пополз, не рискуя вставать на ноги. Повязка на лице надувалась кровавыми пузырями, но лучше уж с ней, чем без неё.

Тлеющая медвежья ярость помогала двигать тело вперёд, а холодная прохлада Тени не давала разуму окончательно заснуть. Прошло полчаса, прежде чем он почувствовал под пальцами нормальную траву. Однако продолжил ползти, чтобы оказаться как можно дальше от места охоты обезьян. Да, они сбежали, когда появился «Папа», но могли вернуться и начать игру сначала.

В какой-то момент Грег ощутил, как дрожит земля. Характерный топот не одного, а целой группы всадников. Оставалось надеяться, что это друзья.

В чувства его приводили прямо на месте. Оттащили в приятный прохладный тенёк, сорвали с лица грязный кусок тряпки, в который превратился рукав, и накормили безвкусным порошком. Незнакомцы представились егерской службой Дома Терновника. Пришлось поверить им на слово. Зрение пока подводило.

Непонятное лекарство, видимо, достигло желудка. Оборотень отполз в кусты, чтобы выплюнуть всё, что попало внутрь с дыханием. Это заняло какое-то время. Затем ему сделали укол в бедро и снова дали что-то выпить.

Но самочувствие улучшалось. Сердцебиение и дыхание постепенно выравнивались, а конечности переставали напоминать вату. Грег смог сфокусировать глаза и рассмотрел эмблему Дома Терновника на егерской форме одного из членов отряда — колючая ветка.

Незнакомец заметил, что на него смотрят, и спросил:

— Говорить можете?

— Да, — просипел Грегуар, заодно отмечая, что через запёкшуюся в ушах кровь звук доносится хуже. — Здесь недалеко на поляне ждали серьёзно раненный участник из Дома Первой Паутины и Рауль из клана Клевера и Линзы. Что с ними стало?

— Их уже отвезли к выходу из заповедника. Хотя пришлось потратить время, чтобы выяснить, кто из вас кто, милорд.

Грег решил не расходовать силы на ответ и просто пожал плечами, заодно проверяя, как они работают. Он поднял голову и разглядел солнце, преодолевшее положение полудня. Помимо светила, на голубом небе на разном расстоянии друг от друга сверкали антрацитом гербы трёх Домов, включая его собственный.

— Ваша эмблема появилась одновременно с саблезубой, милорд, — участливо пояснил тот же егерь. — Знак Дома Медной Реки взлетел чуть позже.

Пришлось сощуриться, чтобы убедиться:

— Сплошные «двойки». Никто не выиграл?

— Нет, милорд, — мужчина сдерживал улыбку.

И Грег его не винил. Действительно смешно. Он даже попытался усмехнуться, но получилось только закашляться.

— Дорогу на лошади выдержите?

— Давайте попробуем.

***

Чем дальше он уезжал от места охоты, тем лучше ему становилось. Лекарство по выводу токсинов и стимулятор, которые ему вкололи, действовали как надо. Каждое движение лошади отдавались тупой болью в желудке и спине, но эти мелочи он мог легко игнорировать.

Мужчина предпочёл использовать время дороги, чтобы обдумать некоторые вещи. Например, факт того, что никто, по сути, не выиграл третьего испытания. Согласно правилам, праздник на этом завершался, не считая вечеринки, которую организаторы, скорее всего, приготовили, чтобы занять гостей во вторую половину дня.

Егеря Дома Терновника тоже привлекли внимание. Кажется, они вообще не замечали воздействия, что оказывало это место на других людей. Похоже, Терновники за века практики накопили полезных и уникальных техник, с которыми при случае стоит ознакомиться.

По мере движения к границам заповедника они забрали ещё несколько участников. Уставших, немного потрёпанных, но в гораздо лучшем состоянии, чем Грегуар.

Из пятнадцати человек цели поразили только он, Зар и Дени. Грег попытался придумать, что за подарки приготовили для отличившихся владельцы заповедника, но очень быстро понял — ему абсолютно всё равно. Самое важное — доволен ли принц? Со своей стороны он сделал всё, что мог.

Обратно в лагерь везли снова на машинах, поэтому Грегуар успел даже поспать полчаса, чтобы хоть немного освежить голову. Палаточный городок оказался шумен, беспокоен и как-то совсем неторжественен.

Сообщение о сильных травмах члена паучьего клана, а также «ложный» вызов помощи от Северного Когтя заставил многих представителей знати задаться вопросом, а не перегнули ли организаторы палку с таким уровнем сложности.

Отдельные спорщики соревновались в трактовке правил испытаний. В лагере устроили целые дебаты на тему того, чей герб появился над лесом первым, «саблезубый» или «когтистый»? И, соответственно, кому полагается первое место? Образовалась и третья сторона с альтернативным мнением: «Они финишировали одновременно. Давайте уже праздновать».

В итоге организаторы приняли единственно правильное решение — перенесли культурную часть завершения праздника на следующий день, чтобы финалисты могли нормально отдохнуть, а их родственники и сочувствующие — успокоиться.

Грегуара этот вариант слабо устраивал, но деваться некуда. Ему дали время привести себя в порядок и пройти быстрый осмотр у врача, который прописал сон и хорошее питание. С поздним обедом всё прошло отлично, а вот остальное пришлось отложить на вечер.

Сначала навестил принц, желающий убедиться в нормальном самочувствии чемпиона и заверить, что полностью доволен результатом испытаний. Это принесло облегчение. Потом пришлось пообщаться с Семьёй, которая не паниковала и вела себя благоразумно, но тоже сильно беспокоилась.

Отец Идлис и Рауль заглянули на чай — обменяться мнениями на тему прошедших испытаний и ещё раз сказать спасибо за отданный Грегом артефакт. Затем появились старшие представители Дома Первой Паутины, чей участник пострадал больше всех. Они принесли благодарности за помощь и выразили желание расширить контакты с Домом Северного Когтя — и деловые, и дружеские. Кажется, к концу дня объявились визитёры от Семьи Терновника, что-то выяснить на тему подарка за цель второго уровня, но их взял на себя Леонард.

Грегуар забрался в нехитрую походную постель и сказал суете «счастливо» до наступления утра. Но после завтрака всё вернулось в привычную колею. Первые несколько часов пришлось посвятить общению с аналитиками из службы охраны Дома, которые хотели узнать подробности прохождения второго и третьего этапа испытаний.

Следующий час ушёл на то, чтобы пережить «инструктаж» у Леонарда, который в нюансах расписал Грегу, с кем должно поговорить, о чём и в какой последовательности. Их мать подготовила целую программу по коммуникации. Финалисты третьего этапа испытаний ненадолго превратились в желанные объекты внимания, стоило этим воспользоваться.

Грегуар уговорил себя рассматривать происходящее как тренировку соответствующих навыков, и дело пошло чуть веселее. Весь праздник он переключался с одного официального лица на другое, продвигая финансовые и политические интересы Семьи, раздавал вежливые улыбки. Вёл себя образцово. Поэтому, когда Леонард попросил заглянуть в семейный шатёр, Грег без обдумывания выполнил просьбу. И только на входе сообразил, что не спросил, с кем именно нужно встретиться. Некоторая усталость всё-таки сказывалась. Благо в этот раз сюрприз оказался приятным.

Мифис всегда выбирала легкоузнаваемые духи. Даже в полной темноте ни с кем не перепутаешь.

Она притянула мужчину к себе за лацканы пиджака, умело раздвинула язычком его губы, и на несколько минут стало не до разговоров.

— Решил, как будешь отмечать? — через время спросила она, милостиво позволяя сделать нормальный вдох.

— Кажется, у тебя есть идеи.

Девушка издала тихий утвердительный мурлык:

— В Эль-тиньёо, здесь недалеко, я заранее сняла квартиру на тот случай, если семейство доведёт меня до предела терпения. Адрес записать?

— Так запомню.

***

Выйти из машины, потянуться и немного пройтись — истинное наслаждение. Сутки работы, а затем пять часов за рулём давали о себе знать. Ли-Энн снова с удовольствием вытянулась и вышла из гаража на только начинающее припекать солнце. Няня Вель помахала ей из окна летней кухни.

Девушка заглянула внутрь:

— Доброе утро.

— И тебе, Лисёнок.

— Мы одни?

— Да, Иван спозаранку собрал мелких и повёз в город. Там весь день какие-то представления.

Ли-Энн зашла в кухню, «незаметно подкрадываясь» к кастрюле, от которой шёл знакомый умопомрачительный запах:

— А ты почему не поехала?

— У меня здесь каждый день собственный концерт, — рассмеялась Велена.

И Ли-Энн невольно улыбнулась в ответ:

— Вареники?

— Вареники.

— Пища богов, — девушка на мгновение обняла няню и развернулась к выходу с кухни, чтобы сбегать умыться и переодеться.

— Кстати, тебе записку оставили, — перехватила её Велена и достала из ящика стола небольшой конверт. — Капитан просил передать, когда вернёшься.

Ли-Энн в недоумении вскрыла неожиданное послание.

— Что пишет? — поинтересовалась няня, помешивая будущий завтрак.

Следопыт нахмурилась и с сомнением глянула на настенный календарь:

— Одному из лордов в замке требуется помощь с поиском каких-то энергетических точек. Давно Рэг это оставил?

— Да вроде… третий день уже.

Девушка спрятала записку в карман:

— Ясно. Значит, отдых пока отменяется.

— Без завтрака не отпущу.

— Без завтрака я просто не доеду.

***

Замок поразил масштабом произошедших перемен. Деревенские, занятые на части работ, рассказывали, что новый лорд решил многое переделать, но ей и в голову не приходило, насколько далеко он зайдёт. Старые стены не просто укрепляли. Их делали выше и шире, видимо, под стандарты нового вооружения. Хотя представить осаду замка в этом веке она могла с трудом.

Под землёй и во внутреннем дворе тоже шли трансформации, но Ли-Энн не разбиралась в строительстве настолько хорошо, чтобы понять, что на самом деле происходит. На нескольких освобождённых от леса участках спешно выстроили бытовки, полевые кухни и санитарные зоны.

Это место всегда казалось ей красивым, даже в годы запустения. Радовало, что владельцы предпочли сохранить изначальный, экзотичный для этой части страны тёмно-оранжевый камень, который совершенно роскошно смотрелся под солнечным небом. И почему-то навевал мысли о Рубиновой пустыне.

Однако долго стоять и любоваться — непозволительная роскошь. Один из лордов дожидался её появления несколько дней. Что, мягко говоря, нехорошо. Ли-Энн расправила официальную наёмническую форму, проверила, не растрепались ли волосы, и пошла к воротам. А то охрана уже стала к ней всерьёз присматриваться.

Пришлось объяснить в чём дело, затем дожидаться аж самого сенешаля. Вежливого мужчину лет шестидесяти со строгим профилем и идеально прямой спиной. Он ещё раз оглядел девушку с ног до головы, перечитал оставленную Рэгом записку и велел следовать за собой.

Шли быстро, нормально рассмотреть хоть что-то внутри замка не удалось. Лордом, нуждающимся в помощи, оказался не главный владелец провинции, а один из его братьев — Маркус. Кажется, третьего из родственников звали Леонард. Он чаще всего появлялся на светских мероприятиях местной знати. Его описывали как «кудрявого, светловолосого и улыбчивого».

Маркус походил на кого-то другого из Семьи. Его отличал редкий жемчужный цвет волос, собранных в простой хвост, невероятно тёмные глаза и по-птичьи крючковатый нос.

Лорд принял её в просторной столовой и показал карту местности. Требовалось найти любые активные природные энергетические точки для экспериментов. Какое-то время им пришлось потратить на обсуждение, как лучше всего это делать. Ли-Энн собиралась искать и «глазами», и «ногами», отмечая нужные точки на карте.

Однако Маркус хотел получить описания свойств каждого из мест, точнее — как с точки зрения следопыта они воспринимаются. В итоге решили передвигаться по территории вокруг замка вместе. Так проще.

После первых находок к ним вежливо присоединился ещё один человек в форме капрала. Полчаса мужчины тихо спорили о том, куда можно пускать «незнакомцев», а куда категорически нет. Из-за чего область для исследования сильно сократилась.

Закончили работу лишь глубоко после обеда. Родственник нового лорда показал себя очень приятным собеседником. Увидеть мир глазами энергоинженера — любопытный опыт. Редкий случай, когда заказ попался по-настоящему интересный. Но изматывающий.

Отмечая, как усталость уверенно берёт верх над остальными ощущениями, Ли-Энн вышла из ворот замка и направилась к энергомобилю. Пора вернуться домой и полноценно отдохнуть. Тем более через несколько дней снова встречаться с Рэгом, а это всегда означало бессонную ночь.

Любимая машина ждала не одна. Антон стоял, прислонившись к водительской двери и подставив лицо солнцу.

— Привет, что ли, — поздоровался брат, щурясь на дневное светило.

— Привет, — удивилась ему Ли-Энн. — Что-то случилось? Думала, ты в городе.

— Был, — усмехнулся он, разминая затёкшую ногу. — Потом встретил Деда, который купил что-то скоропортящееся для мелкоты и попросил срочно отвезти няне. Где меня ждало другое «спецзадание», — продолжил улыбаться Антон. — «Башня» снова прислала на тебя вызов через телеграф, так что давай ключи и поехали обратно в Джаркес.

— Четвёртый заказ без нормального перерыва…

— Да. Это не по правилам. Но следопыт, который собирался работать сегодня, резко слёг, а из свободных только моя сестра.

— Понятно. Ты сюда бежал?

— Ну да, в Форме, — пожал он плечами. — От самого приюта. Ключи давай.

— Да я доеду.

— Доедешь, не сомневаюсь. Но разумней поспать перед заказом, а я пока к Славе загляну. Вернёшься завтра и отвезу обратно.

Хотелось спорить, но Тоха предлагал разумные вещи. Без отдыха нет эффективности. Она забралась на переднее пассажирское сиденье, отодвинула его немного назад, чтобы вытянуть ноги, и пристегнулась.

— Как работа в замке? — спросил брат, выруливая на дорогу.

— Нормально, даже интересно.

— Кого видела?

— Маркуса, если ты про лордов, — отозвалась она, устраиваясь поудобнее.

— Ясно, — чуть разочарованно протянул родственник. — Главное действующее лицо так и остаётся загадкой.

Ли-Энн беззвучно рассмеялась:

— Придерживаюсь мнения, что Грегуар здесь почти не появляется. А управляет через Рэга и остальных. Какая нам, собственно, разница?

— Кстати, про это, — бросил Антон, переключая скорость, — С каких пор капитан замковой стражи оставляет тебе записки?

— С тех пор как я единственный следопыт на всю провинцию, — спокойно ответила она, закрывая глаза.

Девушка скрестила ноги, спрятала руки в рукава рубашки и уснула.

***

Антон гнал машину на скорости близкой к предельно разрешённой, поэтому в Джаркесе они очутились через три с половиной часа. Ли-Энн самой хотелось навестить Славу в больнице, хоть они и виделись четыре дня назад. Но следовало поспешить.

Контракты с подменой другого следопыта, часто сопровождались проблемами. Хотя бы потому, что заказчику приходилось ждать и копить недовольство. Но хорошо, что при таком раскладе за «прыжки» между городами платила «Башня» плюс доплата за переработки.

Транспортная зона Альдино напоминала логистическое побоище. Празднование Середины лета близилось к окончанию. Вчера пришлось весь вечер простоять в очереди, чтобы переместиться в Джаркес.

Протискиваясь через толпу, Ли-Энн заметила огромную табличку со своим именем и повернула к парковочной стоянке. Администрация «Башни» всегда отличалась расторопностью. Чтобы не дожидаться, пока она доберётся до центра города самостоятельно, прислали водителя. Листок договора передали прямо в салоне.

Войдя в здание гильдии, Ли-Энн задержалась в холле, чтобы привести в порядок растрёпанные волосы и помявшуюся одежду.

Ни имени заказчика, ни задачи в контракте не значилось, но стояла отметка, что клиент обращается не в первый раз. В принципе, ничего необычного. За полную конфиденциальность платили вдвойне. Девушка планировала финансово поддерживать приют и во время путешествия с Большим Караваном с помощью ежемесячных переводов. Постоянный доступ к цивилизации не требовался. Достаточно написать заявление в банк, чтобы процедура проходила без её участия. А для этого стоило подкопить как можно больше.

***

Девушка шагнула через индивидуальное «Окно» в мрачный деревянный коридор. Сквозь просветы в досках виднелись покосившиеся строения. Где-то разговаривало сразу несколько человек, пахло потом и солёной водой.

Ли-Энн чуть повернула голову и увидела, что зона перехода погасла, отключившись на автоматическую перезагрузку. Неприятное ощущение. Лисёнок поддержал хозяйку. Духу здесь тоже не нравилось.

Видимо, её появление как-то заметили. Открылась дверь, и в коридор вышла пожилая женщина с обветренным морем и солнцем лицом. Ли-Энн молча протянула контракт, сразу поняв, что та не собирается придерживаться вежливого тона общения.

Незнакомка изучила документы:

— Мы ждали не тебя.

— Я замена.

Женщина недовольно поджала губы.

Следопыта провели в просторную комнату практически без мебели. Слишком темно. Свет падал только из пары открытых окон. Девушка на всякий случай остановилась рядом с одним из них.

Помещение постепенно заполнялось какими-то людьми. Преимущественно молодого возраста. И среди них оказался и тот, кого она узнала, а он явно узнал её. Она встречала этого наёмника несколько раз в холле «Башни». Запоминающиеся хищные черты, однако раньше его руки выглядели обычно. А теперь одно плечо мужчины располагалось заметно выше другого из-за неправильно сросшегося сустава.

Не похоже, что собравшееся отребье желало предложить ей работу. Общаться здесь не с кем и не о чем.

«Как же я влипла-то».

Пока чем-то обрадованное молчаливое сборище ожидало кого-то ещё, Ли-Энн украдкой глянула на видный с её места кусок деревни. Грязь и запустение.

Но времени на раздумья ей не оставили.

«Заказчик» умел тихо передвигаться, несмотря на скрипучие полы, немалую мышечную массу и очень высокий рост. Абсолютно белые, напоминающие длинную шерсть волосы спускались ему за спину. Нос, левая щека и подбородок незнакомца словно застыли в мгновении перехода от Волка к человеку, но возможность нормально владеть лицом он сохранил. Говорил без напряжения. Только голос звучал по-звериному сипло:

— Добро пожаловать на наш маленький выпускной вечер, мисс Ли. Хоть мы вас и не приглашали.

Раздались лёгкие смешки, и монстр продолжил:

— Раз судьба решила за нас. Не стоит с ней спорить. — Он скомкал контракт и сунул бесполезную бумажку в карман просторного халата. — Как и все ваши предшественники, вы получите то же предложение. Доживите до утра, мисс Ли, и заслужите право остаться среди нас. Мы находим применение достойным.

Девушка отметила «нечитаемый» акцент, будто незнакомец являлся уроженцем Империи, но слишком давно не жил дома:

— Вам понятны условия?

— Мне непонятно, что вы такое, — проговорила она без эмоций, медленно перенося вес на нужную для прыжка ногу.

Все её знания по медицине говорили, что с такими увечьями не живут.

Волчий рот улыбнулся лишь одной половиной лица:

— Я — высший вид, мисс Ли, а вы — добыча.

Последнюю фразу он произнёс абсолютно спокойно, но, похоже, это был какой-то код или команда, потому что вся комната пришла в движение. Ли-Энн не стала разглядывать, какие Формы примут преследователи. Лисёнок уже летел в открытое окно.

Она пронеслась через небольшую деревню, даже не надеясь, что ей помогут. Вокруг сплошняком росла исключительно южная растительность, что подтверждало догадку — в этот раз она забралась слишком далеко от дома.

Всё, что сейчас следовало сделать, — найти выход из этого жуткого места. Поэтому следопыт вкладывала остатки силы в лисьи лапки, которые несли к шуму прибоя, что настораживало.

Ли-Энн несколько раз увернулась от брошенных в неё металлических предметов, похожих на самодельные морские гарпуны. Обычные палки и зубы ей не вредили, а вот металл действовал на духов разрушительно.

Лисёнок перепрыгнул через очередной цветущий куст и едва успел затормозить у края обрыва. Насколько хватало глаз простирался неспокойный океан.

«Проклятье».

Её дух почти всегда мог указать нужное направление, но не «построить» дорогу. Империя находилась где-то в той стороне. Где на горизонте собирались грозовые тучи.

Единственные пути с острова — это лодка, морская или летающая Формы. Ли-Энн не обладала ничем из этого. Девушка инстинктивно увернулась от чьей-то когтистой лапы, закладывая вираж вдоль высокого берега, а противник улетел вниз.

Следующие несколько часов её гоняли по острову, не давая и секунды передышки. Ли-Энн оставалось лишь непрерывно двигаться под вопли звериных Форм, людские выкрики и хруст ломаемых мощными тушами веток, пытаясь заметить хоть что-то полезное.

Пробегая один из поворотов, следопыт разглядела крохотную пристань с несколькими рыбацкими лодками. Небольшой корабль без опознавательного флага или других знаков бросил якорь чуть дальше в море. Но ей в любом случае не стоило на него соваться. На пристани ждали.

Загонщики явно не в первый раз здесь охотились. Она уже привычно резко развернулась, меняя направление, и столкнулась с двумя Формами — Рыси и Гиены. Лисёнок легко проскользнул мимо их зубов, но в этот раз что-то изменилось.

Раньше удары, попадавшие в прозрачную Форму, всегда проходили насквозь. Так вышло и сейчас, но по-другому. Появилась боль. Ли-Энн с тревогой глянула на своё светящееся тельце. Вроде целое.

Она второй раз за сегодня попала в полуразваленную деревню. Местные готовились к наступлению вечера. В землю воткнули несколько тряпичных факелов. Теперь Лисёнок специально чуть притормозил, чтобы особо жаждущие успели допрыгнуть, — и своими тушами опрокинуть пламя на соломенный настил на земле.

Это не остановило всех, но хотя бы немного отвлекло некоторых. Ли-Энн принялась петлять в массиве зелени, надеясь, что инстинкты вот-вот подскажут: «Окно» уже перезарядилось, можно пробовать прорваться к нему. Но Лисёнок продолжал отвечать — «нет». Видимо, у бешеных сектантов, или кто они там, имелся алгоритм действий. И психи просто обесточили точку перехода.

А ещё следопыт начинала осознавать кое-что совсем неприятное. Вот уже в третий раз она почувствовала влажную землю и листву не лапками духа, а нормальными ладонями. Ли-Энн вновь ощущала, как бьётся в ней напуганное человеческое сердце.

Она теряла контроль над духом. Желание выжить и выбраться отсюда придавало ей сил, так что проблема крылась не в усталости. С вниманием тоже всё в порядке, даже зрение не затуманилось. Оставалась воля. Как будто что-то извне заставляло сбросить Лисёнка и стать человеком.

«Полное безумие. Такого не бывает». Но это происходило. На очередном повороте Ли-Энн зацепилась человеческой ступнёй за торчащий корень и полетела кувырком, невольно подкатываясь под чьи-то лапы. Девушка почувствовала, как что-то рассекло бедро, но вновь вернувшийся Лисёнок уже нёс её прочь.

Крохотный дух свободно просочился сквозь брошенную сеть, но «пропустил» нож в спину. Боли стало больше, как и привкуса металла во рту. Следопыт вновь оказалась на том же скалистом берегу, с которого начала «путешествие» по негостеприимному острову, и глянула вниз.

Камни у кромки воды казались острыми, что обнадёживало. Хороший запасной план…

Ли-Энн ощутила чьё-то прикосновение, вздрогнула, дёрнулась в сторону и встретилась глазами с наёмником из «Башни». Мужчина весь перемазался в грязи, но, кажется, был дико доволен охотой. А ещё он держал девушку за абсолютно человеческую руку.

Всплеск паники инстинктивно призвал Форму обратно, и Лисёнок вновь побежал.

Что бы ни влияло на волю, обычным духовным зрением это не увидеть. Требовалось импровизировать. И она выбрала рискнуть.

Ли-Энн помчалась обратно к деревне, точно зная, что в этом направлении нет никаких крупных препятствий. Так она могла бежать, зажмурившись и перекачивая остатки сил в лисьи глаза.

Когда головная боль от избытка энергии стала почти невыносимой, следопыт решилась посмотреть в ночное небо. И дух увидел совсем не звёзды. Это кошмарное место накрывала огромная энергетическая конструкция. Больше всего она напоминала сферическую «лазалку» на детской игровой площадке, состоящую из неровных шаров и широких перемычек между ними.

От непонятной недопаутины к острову спускалось множество змеящихся лент, будто другой их конец «бегал» по земле. Ли-Энн попыталась глянуть на себя и, кажется, получила ещё один удар лапой, но сейчас это не имело значения.

Она нашла проблему, но не способ от неё избавиться. К духу не крепилось никакой ленты. Они предназначались только на преследователей. Конструкция помечала своих, а затем давила волю попавших на остров чужаков.

Ли-Энн попыталась сбросить энергию обратно в лапы, но потеряла концентрацию и на полном ходу, уже человеком, влетела в открытую дверь сарая, сбивая рыболовные снасти и пыльные мешки. От перенапряжения сосуды во рту полопались, поэтому она рефлекторно сплюнула накопившуюся кровь.

Девушка рванулась к единственному выходу, но тут же отпрыгнула, чтобы не попасть в руки одному из сектантов, по глупости тоже сменившему Форму на человеческую. Оранжевым Лисёнком проскользнув у него между ног, следопыт бросилась к скалистому берегу, который успела хорошо запомнить.

Кажется, всё. Ни она, ни дух не хотели умирать. Но это лучший выбор, чем попасться этим нелюдям живьём.

Ли-Энн добралась до обрыва и снова инстинктивно повернула в сторону, проклиная себя за трусость. Какое-то время она так и бежала, не в состоянии принять решение. В голову закрадывались предательские мысли о том, чтобы сдаться, «дожить до утра» и попытать счастье с побегом потом.

Но поддаваться им не стоило. Во-первых, кто сказал, что «заказчик» не соврал? А во-вторых, как повлияет на её сознание долгое нахождение под энергетической конструкцией, способной давить чужую волю, совершенно неизвестно. Перспектива стать «одной из них» казалась страшнее остальных вариантов, которые она ещё могла попробовать.

Точнее, последнего полубезумного плана, по уровню сумасшествия вполне соответствующего сегодняшнему дню.

Деда всегда старался учить их хорошо. По мере сил и знаний, конечно. Ведь Формы у его детей разнились. Однако одну из лекций Мастер читал абсолютно каждому.

В дубле Человек-Форма главный всегда Человек. Именно он осуществляет контроль и распределяет силы, как считает нужным. В некоторых кризисных ситуациях Форма способна полностью перехватить управление и действовать исходя из личного опыта. Человек при этом уже не возвращается. За редким исключением.

Однако, получив доступ абсолютно ко всем энергетическим ресурсам, Лисёнок, «рождённый искать выход», мог раскрыть спящий потенциал.

Безумие нужно побеждать безумием.

Ли-Энн заложила крутой вираж куда-то в ночные заросли и разрешила себе перестать чувствовать. Затем думать. А потом существовать.

***

Оставшись один, маленький прозрачный Лисёнок какое-то время в панике метался меж деревьями, не веря в то, что его бросили. Но это было не совсем так. Его Хозяйка, его друг, всё ещё находилась рядом.

Теперь её сила стала его силой, а её воля — его волей. И он постарался принять и впитать предложенный дар как можно лучше.

Странные злые люди, завёрнутые в Формы, пытались их поймать, но теперь он сразу замечал приближение опасности по тёмным вьющимся лентам, идущим с неба, и успевал спрятаться или убежать.

Хотя долго так продолжаться не могло. Чем дольше Хозяйка спала, тем сложнее пройдёт возвращение. Лисёнок настроился на остров в поиске подходящего ответа. Вдохнул в себя всю информацию, до которой сумел дотянуться. И кое-что нащупал.

Бурлящее, опасное и почему-то немного знакомое. Их шанс на спасение.

Дух ловко прошмыгнул мимо огромного белого Волка и рванул в сторону, где ждал единственный выход. Или быстрая смерть.

Глава 16. Артур

В камере держался запах гари после вчерашнего пожара в деревне. Утренний свет понемногу проникал в подвал через единственное окно под потолком, но мужчина предпочитал находиться к нему спиной. Он давно научился не проявлять ни к чему интерес, так тюремщику было сложнее на него давить.

Поэтому обычно пленник не спускался с нар, а просто неподвижно сидел, подтянув колени к подбородку и разглядывая дальнюю стену. Зато наверху царила ничем не объяснимая тишина. Он ожидал совсем другого.

Первая из дверей в камеру скрипнула старыми железными петлями. Эту тихую поступить мужчина легко отличал от всех остальных, даже в самый суетный день.

Высокий оборотень с длинной белой волчьей шерстью вместо волос подошёл к основной клетке и без особого напряжения отпер массивный замок левой рукой. В правой тюремщик держал любимый складной стул.

Он бросил на пленника оценивающий взгляд:

— Не выспался? Прости, что шумели ночью, — сумел пошутить Волк.

Ответа не последовало. Заключённый продолжил неподвижно созерцать стену.

— Удивлён внеурочному визиту? — спросил тюремщик, ступая внутрь.

— Нет. Ты приходишь по мою душу, когда заканчиваются идеи, — наконец, отозвался пленник, не отрываясь от основного занятия.

— Горды-ы-ня, — протянул Волк, устанавливая стул на безопасном от нар расстоянии. — Могу понять, — он быстро улыбнулся. Получилось почти по-человечески. — А я с хорошими новостями, Артур.

— В это сложно поверить. — Пленник позволил себе пожать плечами, и кольца цепей на его шее и единственной руке слегка звякнули. — Хотя, возможно, ты окончательно повредился рассудком. Давно пора.

— Ты всегда умел меня насмешить, — без нотки иронии или веселья ответил Волк. — Может, в этот раз уже я тебя осчастливлю.

Он выждал время, ожидая хоть какой-то реакции, но тщетно.

— Старый зануда, — фыркнул тюремщик. — Надеюсь, твоя замена окажется более разговорчивой.

Пленник так и не повернул голову, но сделал слишком заметный и глубокий вдох.

— А! — обрадовался Волк. — Я привлёк твоё внимание.

— Какой-то чушью.

— Ну почему же? — деланно огляделся тюремщик. — Как раз пришёл оценить, хватит ли вам обоим места. Или уступишь комнату даме?

— Бессмыслица.

Последовавший сиплый смех прозвучал по-настоящему искренне:

— Как же тебе сложно поверить, что ты такой не один, Артур.

— Кажется, я один на этом острове понимаю, что вы провалили охоту, а значит, надо бежать. Хотя можешь просто оставить меня здесь. — Он вновь звякнул цепями. — Я не против.

— Не-ет. Ты — мой счастливый талисман. Куда я без тебя? — продолжал развлекаться Волк. — Если помирать, то только вместе. Но не беспокойся, никакого штурма не предвидится. Ни одному следопыту не найти это место.

— Я бы поспорил, — выдал пленник бесцветным тоном.

— Привезу твою коллегу, и спорь с ней сколько хочешь, — не сдавался тюремщик, наслаждаясь столь продолжительной беседой. Обычно его просто игнорировали.

— Понял, — догадался мужчина в оковах. — Ты не сообщил хозяевам, что засветился, поэтому мы всё ещё разговариваем.

Волк достал из кармана халата скомканную бумажку и помахал «находкой» в воздухе:

— К тому моменту, как они узнают, я приготовлю отличный сюрприз в качестве извинений.

Сегодня пленник решил позволить себе удовольствие повернуть голову и посмотреть Волку прямо в глаза:

— Когда они узнают… сделают из тебя жаркое. Это действительно день хороших новостей. Ты не соврал.

***

Зар медленно обходил гостевые покои, внимательно осматривая комнаты. К приезду сестры он хотел привести всё в идеальное состояние. Дени шёл за ним, тоже изучая интерьеры, но немного с другой целью. В руках мужчина держал запакованный в красивую тиснёную бумагу подарок для Алисы и искал подходящее место, куда его положить.

Она обожала головоломки, которые он придумывал, и всегда радовалась новым изобретениям, хоть и раскалывала их за два-три свободных вечера. На сюрприз, спрятанный в пакете, энергоинженер потратил почти полтора месяца. Ей обязательно понравится.

— Ты видел Мифис после финала? — поинтересовался Зар, заглядывая в гардеробную.

Дениэл разочарованно вздохнул:

— Я же тебе говорил: не связывайся с женщинами Дома Лунной Бабочки. Они сожрут твой мозг ложечкой для десерта и исчезнут в туман при первой же возможности.

— Большой опыт?

— Некоторый. И нет, я её не видел.

Зар пожал плечами:

— Ладно. Без разницы.

Дени решил присмотреться к старинному секретеру, но быстро передумал:

— Долго Алиса собирается оставаться?

— Пока не поправлюсь окончательно.

— На вид — с тобой всё в порядке, — он встал в центр комнаты и с энтузиазмом покрутился в поиске оптимального решения.

— Я сказал ей то же самое.

Факт туго затянутых в медицинский корсет рёбер Зара они оба игнорировали.

— Она всегда заботится о других. И истории про то, как ты чуть не умер, естественно, заставили её волноваться.

— Не я их распространяю. — Он не пустил Дени в уличных ботинках в ванную комнату и сам не стал заходить, осматривая всё с порога.

Друзья дошли до конца гостевых покоев и начали проверку в обратном порядке.

— У тебя есть ещё дела здесь — в Альдино?

— Помимо подарков и надоедания тебе?

— Да.

— Почти никаких. — Дени «облюбовал» изящный чайный столик, соответствующий вкусам Алисы, и оставил пакет на нём.

— Чем планируешь оплатить право здесь находиться тогда?

— Полезной информацией, конечно.

Зар дождался, пока приятель выйдет в коридор, и запер дверь на собственный ключ:

— Можешь начинать излагать.

— Приступаю, — улыбнулся Дениэл, направляясь вслед за Заром к лестнице на первый этаж. — Про что больше интересно? Про Грегуара или про то, что говорит о тебе принцесса?

— Начни со второго.

— Не удивляйся, но она довольна. Причём, кажется, вполне искренне. Никто не думал, что испытание сделают настолько сложным. Так что ты произвёл нужное впечатление, и её кулон всё ещё на тебе, кстати. Как доказательство.

Они спустились в холл и двинулись в сторону выхода, где на улице собирались первые за последний месяц грозовые облака.

— Жаль, что для отца этого недостаточно. Он хотел безоговорочной победы.

— Навряд ли кто-то мог достичь её в этом году. Я тоже старался, но, увы.

Двор встретил их утренней прохладой и отдалёнными раскатами грома.

— Ты нашёл цель с меткой «2» буквально в первый час после захода в лес, — усмехнулся Зар.

— Ну да! — воодушевлённо подхватил Дени. — Парализовал её, а потом всё остальное время летал вокруг в поисках цели «1». Безрезультатно.

— Устал, наверное.

Зар по привычке повернул в сторону тренировочной зоны, но вспомнил, что врач запретил обращения в ближайшие недели. Чтобы закрепить несколько сломанных рёбер, понадобилась операция. Смена Формы могла сорвать крепления, и процедуру пришлось бы проходить снова, а при худшем раскладе — подвижные куски кости повредили бы органы. Мужчина раздражённо дёрнул уголком рта и пошёл по дорожке вглубь парка, не обращая внимания на боль.

Дени пришлось ускорить шаг, чтобы поспевать. Он многозначительно глянул на корсет, но продолжил прежнюю тему:

— В итоге первый приз мне не встретился, зато смог подглядеть кое-что интересное. Я наблюдал, как Грегуар пробирается по лесу. Конкретно его путь перед той поляной, где местный вепрь покалечил бедолагу из Дома Первой Паутины. Второй Формы так и не увидел, но отметил интересный момент — от него разбегаются животные.

— Он их отпугивает чем-то?

— Если честно, не думаю. Они просто чувствуют его приближение и валят в разные стороны.

Зар всмотрелся в хмурящееся небо, прикидывая, сколько осталось до дождя:

— Ладно. Это любопытный штрих. Можешь оставаться.

***

Грегуар провёл рукой по влажным волосам и прислушался к шуму проливного дождя, только что зарядившего за окном. Дожидаться, пока они окончательно высохнут, смысла не имело. Поэтому мужчина продолжил одеваться. Пора возвращаться домой и заниматься делами, которые он вынужденно забросил из-за праздника и подготовки к нему.

— Обязательно уходить в такую рань? — Мифис прижалась к спине, пытаясь вслепую расстёгивать пуговицы его рубашки обратно.

— Если вспомнить, что я и так задержался на два дня дольше, чем собирался, то обязательно.

Он осторожно, но настойчиво убрал её руки. Однако вместо того, чтобы остановиться, девушка просто обошла его и теперь, стоя к нему лицом, уже заботливо застёгивала пуговицы рубашки снизу вверх. Пришлось с усмешкой сдаться и позволить ей делать, что задумала. Не драться же с ней, в конце концов.

— В этой твоей деревне красиво?

— Красиво.

— А мне там понравится?

Ему стало смешно:

— Я не возьму тебя с собой, Миф.

— Почему нет? — явно не собираясь сразу принимать отказ, спросила она, закидывая руки ему на шею. Учитывая, что короткий халатик девушка никогда не запахивала, жест получился эффектный.

— Потому что через пару дней тебе станет скучно, и ты начнёшь выносить мне мозги, — совершенно честно ответил Грегуар.

Мифис сделала вид, что прикидывает что-то в уме, а потом тихо рассмеялась:

— Это правда.

— Мне действительно пора. — Мужчина снова убрал с себя её руки и потянулся за пиджаком.

Девушка понимающе вздохнула и направилась в сторону ванной комнаты. Провожать его до двери она со всей очевидностью не планировала.

— В следующий раз, когда решишь вернуться в цивилизацию… — бросила она на ходу.

— Я тебя найду, — закончил он фразу.

— Ловлю на слове.

Грег перешёл в маленькую гостиную и взял сумку, с которой приехал в Альдино. Проверил, всё ли забрал, а затем надел чемпионский кулон. Пока он в этой провинции, нельзя, чтобы его видели без него.

Мужчина захлопнул дверь и вышел под дождь. Эль-тиньёо оказался очень маленьким, но продуманным городком не только с широкими цветочными клумбами, но и собственной службой найма машин с водителем.

Пик активности уезжающих после окончания торжеств пришёлся на вчера, поэтому сегодня Грегуара довезли до Альдино за каких-то полчаса.

В городе он сначала хотел заглянуть в один из хороших книжных магазинов, где торговали в том числе и специализированной литературой. В Иденс такого пока не открыли. Однако здесь его ждала неожиданная заминка. Нужного разговорника не нашлось даже на складе, чему, в принципе, не стоило удивляться, учитывая низкий уровень спроса. Пришлось заказывать книгу курьером прямо в замок. Разобравшись с этим маленьким делом, чемпион вернулся к энергомобилю и попросил отвезти к центральному транспортному узлу.

***

В Джаркесе тоже прошёл дождь, но гораздо раньше. Самые большие лужи уже успели почти высохнуть. Грег с трудом вспомнил, на какой именно стоянке оставил машину. Правда, попасть на неё сразу всё равно не смог. Его неожиданно догнал сам барон. Видимо, о прибытии некоторых гостей тому сообщали незамедлительно.

Они обменялись рукопожатиями, и Трэнт тепло поздравил с успешным прохождением испытаний и чемпионским титулом. Похоже, новости распространялись с очень большой скоростью. Грегуар поблагодарил и спросил о здоровье Николаса. И, как выяснилось, именно о нём и хотел спешно поговорить Трэнт.

Они отошли к пустому углу стоянки, подальше от людей.

— Новость краткая, но сложно объяснимая. Поэтому очень рад, что не придётся шифровать её в письме, — честно признался несколько смущённый барон.

Грегуар терпеливо ждал, давая собраться с мыслями.

— Николас начал рассказывать больше о том, что происходило с ним во время похищения, и упомянул одну совсем странную деталь. Помните, мы обсуждали причину того, почему мальчик решил пырнуть себя ножом?

Грег заинтересованно кивнул.

— Так вот, мой сын утверждает, что идея ранить себя пришла к нему после того, как эти… ненормальные напоили его той самой кровью, которую мы пытались как-то проанализировать.

Мужчина удивлённо поднял брови, ожидая продолжения.

Барон нахмурился, подбирая подходящие слова:

— Всю дорогу с похитителями Николас, в силу ограниченных знаний и умений, пытался придумать, как спастись, но, естественно, ничего не мог. Но когда кровь оказалась у него во рту, к нему вдруг пришло сразу несколько неожиданных решений, одно из которых сделать себя нетранспортабельным или бесполезным. Ещё, как он утверждает, сын понял, в какую сторону лежит самый короткий путь из подземелий, а также где в катакомбах есть специальная комната, в которой можно переждать опасность. — Трэнт тяжело вздохнул. — Из всего «предложенного» он выбрал именно вариант с ножом, так как возможности добраться до комнаты не представилось.

— Мальчик упоминал, где именно находится убежище?

Барон с сожалением покачал головой:

— Пока он только вспомнил, что это где-то на втором этаже.

— Но я могу это проверить, — завершил мысль Грегуар.

— Если вам не трудно, — с облегчением выдохнул Трэнт.

— Обязательно сделаю и дам вам знать. Возможно, не в ближайшие дни, но непременно, — заверил взволнованного отца Грег, сам заинтригованный тем, что может найтись.

Однако стоило уточнить кое-что:

— Николас не упоминал… похитители не разбавляли кровь чем-то… дополнительно? — построил он как можно более обтекаемую фразу. Вариант снотворного, тоже не мешало рассмотреть. Мальчику могло просто присниться.

Барон кивнул:

— Сам подумал о том же и задал вопрос. Сын ответил, что добавляли и сами пили что-то вместе с кровью, но разницы в их поведении он не заметил. Хотя навряд ли его мнение можно считать объективным.

— А момент, когда похитители куда-то пропали, он помнит?

— Увы, нет, — досадливо поморщился Трэнт. — Но они определённо ушли уже после того, как он воткнул в себя лезвие.

Попрощавшись с бароном, Грег в первую очередь отправился на подзарядку машины. Неизвестно, как дальше повернётся день, лучше заранее подготовиться. Изначально он планировал заглянуть в больницу к Вячеславу, но уже чувствовал, что времени на это не хватит.

В свете откровений барона и мыслей по этому поводу дорога до замка показалась очень короткой. За пять дней, которые он отсутствовал, строители на стенах успели хорошо продвинуться, что радовало. Значит, от общего графика пока отставания не намечалось.

Наспех перекусив, лорд вместе с сенешалем разобрали самые срочные вопросы, что отняло практически всё время, вплоть до позднего ужина, который прошёл уже в компании Маркуса. Брат постепенно доводил своё чудо-защитное устройство до нужного состояния и планировал сделать первый тестовый запуск в ближайшие дни. Он проявил крайний интерес не только к событиям прошедшего праздника, но и к новым артефактам, которые на нём продемонстрировали. Поэтому часть ужина пришлось доедать уже холодной. Слишком много разговоров.

Но дела на сегодня пока не заканчивались. Переодевшись в удобную одежду, Грег вышел за ворота замка и прошёлся вдоль спящего лагеря строителей. Тихо.

Выйдя к соседнему полю, он с удовольствием позвал Медведя, успевшего несколько соскучиться по долгим пробежкам. Вечерняя прохлада нравилась всем его ипостасям. Недовольны происходящим оказались только кузнечики, спешно убирающиеся с пути огромного зверя, с упоением мчащегося в сторону Запертого леса.

Однако остаток дня получился не таким, как планировалось. Грегуар вернул человеческую Форму и остановился у той части обрыва, у которой они обычно встречались. Ли-Энн здесь не появлялась. Если бы девушка заглянула раньше, но ушла по какой-то причине, то оставила бы соответствующую метку. О такой возможности они условились достаточно давно.

Оборотень прогулялся вдоль границы Запертого леса и вернулся через час. Результат тот же. Ли-Энн так и не пришла.

Он перебрался на другую сторону обрыва. Если девушка всё же появится, то в любом случае сможет его найти. Лес без привычной компании казался пустым. Бесплотная Тень посетила несколько стоянок, которые они предпочитали, и проверила тропинку, где исчез мотылёк. Всё как обычно.

Грег добрался до места последней тренировки, где в прошлый раз жёг костёр. Став человеком, он залез на дерево, у которого часть ветвей попадала под плотные лучи лунного света, чудом пробивающегося через почти сплошную крону. Здесь в качестве эксперимента мужчина повесил одну из немногих вещей, которую считал по-настоящему личной — маленький медвежий коготь на серебряной цепочке.

Будучи подростком, только-только начинавшим учиться управлять звериной Формой, он по глупости сломал коготь, чего почему-то сильно устыдился. Мальчик спрятал «проблему» в карман, не зная, что дальше делать, но отец заметил и попросил предъявить спрятанное. Разобравшись, в чём дело, папа вернул коготь, прикрепив к нему цепочку от собственных карманных часов. Сказав, что не стоит циклиться на промахах. Нужно превращать их в опыт, который станет только ценнее со временем.

Грегуар не копил памятные безделушки, не коллекционировал сувениры. Его характер этого не требовал, а военный образ жизни просто не позволял таскать за собой кучу барахла. Однако этот своеобразный амулет всегда путешествовал с ним.

В многочисленных тестах по поиску «самого вкусного и питательного» для теневой Формы он пробовал разные предметы, а также источники света. Тень по привычке играла роль ресторанного критика и соглашалась далеко не на всё. Ей нравился пляшущий огонь, «фигуры» от живых деревьев, старинной мебели и даже произведений искусства. Но он никогда не пробовал «выпить» тень чего-то, что имело значение для него лично.

Тёмный абрис от висящего на цепочке когтя падал на ствол дерева. Порождение лунного света казалось гораздо больше своего оригинала. Теневой коготь иногда покрывался мелкой рябью и выглядел как-то по-особенному тёмным, но не хищным.

Оборотень осторожно протянул к нему руку, привычным усилием вытягивая энергию тени и пытаясь ощутить её вкус. И он был. Густой, почти сладкий, пропитанный запахом костра и старого мёда, дарующий ощущение сытости и успокоения.

Иногда, только избавившись от напряжения, мы замечаем, насколько глубоко находились в его власти. Мужчина почувствовал, как несколько позвонков хрустнули и вернулись в нормальное положение. Сила тени нашла в теле проблемные зоны и активно взялась за их исправление. Это ощущалось настолько хорошо, что шевелиться казалось преступлением.

Он пришёл в себя только после того, как луна ушла по ночному небосводу достаточно далеко, и свет перестал падать на цепочку с когтем. Грег снял амулет с ветки и надел на шею, спрятав под рубашку. Впечатление, как после долгого и глубокого сна, когда сил много, но организм настолько расслаблен, что вставать не хочется совсем.

Грегуар мысленно поздравил себя. Такого успеха у него ещё не случалось. Тень тоже излучала удовлетворение, поэтому он решился на следующий любопытный эксперимент и произнёс вслух:

— Поговори со мной.

Дважды вторая Форма проявляла самостоятельность, причём в последний раз с объективной для него пользой. Обычно своевольный лик оборачивался проблемой и часто пытался подчинить человека, но здесь оборотень ничего такого не чувствовал. Пока Тень демонстрировала лишь дружелюбие. В первый раз — поздоровавшись с Ли-Энн, а потом дав бесценную подсказку на испытании с благословениями. Следовало развить успех.

Глубокое слияние с Медведем дарило инстинкты, которые часто спасали ему жизнь. Дружба с Тенью могла открыть те грани собственных умений, о которых он пока и не догадывался.

— Знаю, ты меня слышишь.

Почти вплотную к лицу появилась узкая ладонь из клубящейся черноты. Сама рука «росла» прямо из грудной клетки, что выглядело жутковато. Но Тень ответила.

— Не против чаще общаться? — улыбнулся он ей.

Ладонь заметно расширилась, превратилась в копию его собственной, а затем забавно пошевелила пятью пальцами, пытаясь что-то изобразить.

Грег рассмеялся:

— Так, стоп. Давай попробуем по-другому. Один палец — это «да». Два — это «нет».

Теневая рука замерла, «обдумывая концепт». А потом втянула все пальцы, оставив только указательный.

— Отлично.

Следующие несколько часов он провёл, общаясь со второй Формой, пытаясь определить границы её понимания задаваемых им вопросов. Рамки оказались пока достаточно неширокими, и Грегуару приходилось подбирать фразы с минимальным количеством слов.

Ещё они условились, что Форма не станет проявляться на людях, а будет дожидаться, пока он останется один. Хотя с этим тоже возникли трудности. Сначала пришлось разобраться с «на людях — это сколько человек», а потом понять, почему Тень упорствует и не соглашается на эксклюзивность общения только с ним. Когда к изначальным условиям добавили имя Ли-Энн, Форма, наконец, согласилась с таким «вопиющим нарушением своих прав».

На самом деле у него оставалась куча вопросов, но Тень откровенно устала от сверхактивного хозяина, а ему пришло время возвращаться в замок. Дневные дела никто не отменял. Благо заряд бодрости, полученный от «теневого когтя», не давал сну даже скромно намекнуть о себе. Так что до самого завтрака лорд разбирал накопившуюся почту и запросы на финансирование.

Сегодня в столовой вместо любимой газеты Маркус увлечённо читал собственные расчёты, что чуточку пугало, но позволяло без предисловий уточнить пару волновавших Грега деталей:

— Давай ещё раз… что именно делает твоя энергомашина?

— Отслеживает обстановку вокруг замка и предупреждает о нападении, — ответил брат, не поднимая голову от толстого блокнота.

— И как именно это происходит?

— Надеюсь, очень громко. Хотя надо проверять.

— Я про «отслеживание», — терпеливо пояснил Грегуар после очередного глотка чая.

Маркус по-птичьи повернул голову в сторону, что-то представляя, а затем сделал несколько вращательных движений карандашом:

— Ну, по-простому, она улавливает энергетическое состояние людей. И если вдруг к замку подойдут собирающиеся напасть на его обитателей, то «машина» подаст сигнал.

— Это вообще возможно уловить?

— Теоретически, да. Гипотезы на эту тему ходят давно, но я стану первым, кто попробует проверить их на практике. Как минимум, официально первым. — Маркус на ощупь попытался найти чашку на столе, почти её опрокинул, но головы так и не поднял.

— Звучит здорово, но обязан спросить о безопасности устройства для обитателей замка. Должен формироваться постоянный энергетический фон. Стандартные транспортные «Окна» не зря держат подальше от жилых кварталов.

— По этому поводу я тебе целый доклад накатал, — ответил брат, перечёркивая какие-то пометки.

Грегуар отставил в сторону пустую чашку:

— Нет, определённо нет.

Маркус, наконец, повернул к нему лицо, но, судя по глазам, думал всё так же о чём-то своём. Затем моргнул, перевёл взгляд на блокнот и вытащил из нижней его части большой плотный лист, сложенный вчетверо:

— Вот.

Грег с интересом развернул огромную таблицу со списком источников энергии, их распределения вокруг замка, с потенциальными побочными эффектами, формулами на среднюю массу тела и прочими премудростями, и вздохнул:

— Ладно, спасибо. Прочту чуть позже.

— Куда-то опаздываешь? — спросил Маркус, снова разговаривая с блокнотом.

— Есть одно дело, которое лучше решить прямо сегодня. Я тебе зачем-то нужен?

— Завтра запуск, — напомнил он.

— Обязательно буду, — заверил Грегуар и вышел из столовой.

Поздоровавшись с капралом Вудсем, лично проверявшим каждый патруль, мужчина спустился в комнату связи.

Пока позволяло расписание, следовало съездить к катакомбам с Ли-Энн и попробовать найти убежище, о котором говорил сын барона. Правда, сперва хорошо бы уточнить через телеграф, когда девушка вернётся с очередного вызова.

Ответ «прилетел» почти мгновенно. Прочитав его, Грег беззвучно выругался и пошёл в гараж за машиной.

***

— Не стоило приезжать. Мы бы сообщили, когда всё прояснится, — сказал Мастер Иван после того, как они обменялись коротким рукопожатием.

— Возможно, я смогу что-то сделать, — не согласился с ним Грегуар и по очереди поздоровался с Антоном и Роном, вышедшими на звук его заезжающего во двор энергомобиля.

Мужчина окинул взглядом пустое пространство рядом с домом и понял, что дети, скорее всего, в школе и детском саду, учитывая день недели. Велену он так и не увидел. Она дежурила у машинки телеграфа в ожидании свежих новостей о Ли-Энн.

— Расскажите, что произошло.

Полковник жестом пригласил его под широкий навес, чтобы не стоять на палящем солнце. Рон с Антоном последовали за ними.

— В день, когда она работала у вас в замке, мы получили ещё один срочный вызов из «Башни», — начал Иван.

Грегуар мысленно поставил пометку, что для него это был вечер второго дня испытаний.

— Антон довёз её до Джаркеса и остался дожидаться вместе с машиной. К вечеру следующего дня она так и не объявилась, поэтому он попытался связаться с администрацией «Башни», уточнить, насколько длинным планируется заказ. Ему ответили, что произошло ЧП, и подробности пока не разглашаются.

Мастер говорил абсолютно ровно, но, судя по мрачным теням под глазами и по тому, как он избегал произносить имя Ли-Энн, эти дни дались «Деду» непросто.

— Тогда Антон отправился в Альдино сам. Есть у него в «Башне» пара друзей, которым не всё равно. И выяснил, что индивидуальное «Окно», настроенное для её заказа, погасло сразу же, как она им воспользовалась. Они больше суток пытались его перезапустить, но безрезультатно. Вторая сторона не принимала сигнал.

Грег понимающе кивнул. Иван набрал в лёгкие побольше воздуха, скрестил руки на груди и продолжил:

— Как выяснилось чуть позже, её нашли без сознания на территории транспортного узла города Тертач спустя примерно восемнадцать часов после исчезновения. — Он инстинктивно сжал и разжал пальцы на правой кисти, словно у него болели суставы. — Ещё через сутки после обнаружения она вышла на связь сама. Написала, что в порядке. Идёт расследование, и она постарается вернуться как можно скорее. Больше вестей нет.

— Мы даже не знаем, действительно ли это Ли-Энн выходила на связь, — подытожил Антон, и Иван бросил на него неодобрительный взгляд.

— Я вас понял, — сказал Грегуар, вставая и протягивая руку Мастеру.

Полковник поднялся со скамьи вслед за ним:

— Что собираетесь делать?

— Пообщаюсь уже со своими «друзьями в башне» и получу нужные нам ответы. Свяжусь с вами в ближайшее время.

Он попрощался с ребятами и отправился в Джаркес. Однако не пришлось удаляться от приюта слишком далеко. В проезжающем мимо энергомобиле он заметил Ли-Энн.

Видимо, арендованная машина. Водитель развернулся и поехал в обратную сторону, когда девушка вышла. По какой-то странной причине следопыт предпочла не доезжать до дома, а направилась пешком по тропинке, ведущей в ближайшую рощицу. Выглядела наёмница вполне целой, но слегка подавленной и рассеянной.

Грегуар с облегчением и раздражением выдохнул и съехал на обочину. Отключив питание, он запер машину и быстрым шагом стал догонять Ли-Энн, которая, кажется, ничегошеньки не замечала вокруг.

***

Кожа под бинтами зудела, но врачи запретили чесаться. Девушка спрятала руки в карманы куртки, которую выдали в гильдии взамен испорченной. Хотелось собраться с мыслями и прогнать в голове план на предстоящие дни, дабы ничего не упустить.

— Я, конечно, здесь человек новый, но почти уверен, что твой дом расположен чуть левее.

Ей не хватило сил даже вздрогнуть, только в очередной раз удивиться, как капитану вечно удаётся к ней подкрадываться.

— Как вы… ты здесь оказался? — бессильно выдохнула она.

— Вообще-то, ехал искать тебя, — выдал он, подойдя практически вплотную. — И смотри, как отлично справился. Хороший я следопыт?

Ли-Энн невольно улыбнулась впервые за последние несколько дней:

— Замечательный.

Рэг протянул к ней раскрытые ладони:

— Дай посмотрю.

Девушка снова вздохнула и нехотя вытащила руки из карманов. Мужчина осторожно взял её за кисти и нахмурился при виде бинтов, пропитанных мазью:

— И так везде?

— По верхней половине тела, да.

— Насколько больно? — спросил он, давая возможность высвободить руки.

— Терпимо. Просто придётся какое-то время пользоваться мазью от интоксикации растениями.

— А в остальном? — продолжил спрашивать капитан, внимательно всматриваясь в её лицо, что несколько смущало.

— Порядок, — пожала она плечами и тут же поморщилась. Пока её кожа не жаловала подобных вольностей. — Просто безумно устала.

Рэг кивнул в сторону тропинки, правильно угадав её желание:

— Прогуляемся.

Ли-Энн повернулась и пошла рядом. Всё-таки было очень странно обращаться к Луису на «ты».

— Я не могу рассказать всего, — через время ответила она на невысказанный вслух вопрос. — Большая часть засекречена службой внутренних расследований гильдии.

— Расскажи что можешь, — попросил капитан.

Пришлось опустить суть диалога с Волком и информацию об энергетической структуре, подавляющей волю. Девушка предпочла ничего не говорить и о своих «планах на прыжок». Лишнее. И к сути происходящего не относилось.

Мужчина слушал молча и очень внимательно.

— Поменяться с Формой местами — гениальная идея, Ли-Энн, — в итоге заключил он.

Снова захотелось пожать плечами:

— Не знаю. Наверное.

— Со всей очевидностью, — к Рэгу вернулся привычный цепкий взгляд. — Есть догадки о том, как Лисёнку удалось сбежать?

По ходу рассказа они успели чуть углубиться в рощу и теперь наслаждались приятной прохладной.

— Несколько. Учитывая, что меня нашли рядом с транспортным «Окном», дух, скорее всего, смог как-то воспользоваться зоной перехода. Возможно, она успела зарядиться к тому моменту, как он получил контроль. Или же Лисёнок обнаружил другое действующее «Окно», о котором я не подумала.

Ли-Энн закусила губу, а затем призналась:

— В определённые моменты я паниковала и формулировала запрос неправильно. Спрашивала, не зарядилось ли то «Окно», которым я воспользовалась изначально. Возможно, если бы я стала просто искать другую зону перехода, всё обернулось гораздо проще.

— Не позволю тебе погрузиться в критику и самоедство, — со своей типичной ухмылкой предупредил капитан. — Что произошло дальше?

— Очнулась в одной из камер полиции Тертача, — вздохнула девушка, стараясь не особо цепляться за это воспоминание. — Меня обнаружили рядом с повреждённым «Окном» и сначала решили, что я напилась и сломала его. Пришлось сообщить в гильдию, которая прислала адвоката.

— Ясно.

— Спустя часов восемь меня перевезли в Альдино, где пришлось очень долго давать самые подробные в моей жизни показания и получать освидетельствование у медиков. — Она пнула маленький камушек, который попался на тропинке в ближайшие кусты. — Я описывала много странностей. Администрация хотела убедиться, что я… ментально стабильна и не употребляла ничего такого.

Капитан бросил на неё понимающий взгляд:

— Они пытались искать остров?

— Да, конечно. — Ли-Энн остановилась. Её душило чувство досады и обиды за собственное бессилие. — Множество хороших следопытов-предметников пытались это сделать. И я, естественно. И ничего! Как будто его не существует. Клянусь, если бы на моём теле не отпечатался добрый десяток ядовитых разновидностей пыльцы и прочих прелестей, мне никто бы вообще не поверил! — последние слова девушка почти прокричала и заставила себя замолчать, пытаясь хоть немного успокоиться.

Рэг снова остановился рядом, рассматривая с откровенным сочувствием:

— У любого умения есть пределы, Ли-Энн.

Она предпочла ничего не отвечать.

— Осталось прояснить, почему ты не хочешь идти домой, — задал он следующий вопрос.

Девушка неосознанно спрятала руки в карманы и скользнула взглядом по окружающей зелени:

— Я хочу домой. Но там придётся объяснять Деду и остальным, почему не могу жить с ними, хоть и обещала переехать на лето. Возвращаюсь в общежитие Альдино.

— Зачем?

— Ты прекрасно понимаешь зачем.

На мгновение показалось, что она его чем-то разозлила. Обычно спокойные светло-голубые глаза Рэга вдруг приобрели странный клубящийся тёмный оттенок:

— Нет, не понимаю. Объясни мне.

Ли-Энн подняла на капитана удивлённый взгляд и едва сдержала вдруг накатившее раздражение:

— Я же видела Их лица и Их остров. Разумно предположить, что они станут искать выжившего свидетеля. Я не могу привести этих монстров в дом, полный маленьких детей!

На загорелом лице собеседника проявилось упрямое, почти каменное выражение:

— Напоминаю, именно портал гильдии отправил тебя в лапы к этим монстрам. А теперь ты собираешься переехать к тем, кто тебя практически им сдал.

— Всё не настолько просто, — вздохнула она.

— Напротив. Это настолько просто. Достаточно лишь ещё одного подставного наёмника, чтобы у твоего Дедушки была минус одна внучка, — продолжил давить капитан.

— Я могу переехать куда-то ещё…

Рэг иронично повёл бровью:

— В какое-нибудь чудное местечко, где никто тебя не знает и не поможет в случае опасности?

Ли-Энн молчала, глядя в сторону и пытаясь найти нужные слова, но Луис не унимался:

— Или разумней остаться среди людей с военным опытом? Которые действительно способны тебя защитить.

— Я не могу никого просить о чём-то подобном, даже родственников, — совсем тихо произнесла она.

— А тебе не нужно просить! Дай нам самим решать, что делать!

«Нам? Мне послышалось?» Оценивая объективно, несмотря на их неожиданную дружбу на почве совместных практик, Рэг не имел перед ней никаких обязательств. Гулять по лесу — это одно. Рисковать жизнью — совсем другое. «Интересно, как хороший человек способен успешно прятаться за суровым лицом и такой же репутацией».

— Так не может продолжаться всегда, — спохватилась она, когда пауза затянулась.

— И не будет, — согласился капитан. — Но на первое время — это оптимальный вариант.

Она не знала, что сказать, а Луис снова придирчиво изучил её мимику:

— Ты ведь и продолжать работать собираешься, да?

— Да, собираюсь.

— Ли-Энн…

— Я уже утвердила с куратором в администрации список старых клиентов, которым можно доверять. Обойдусь пока этим, — попыталась объяснить девушка.

— Где же взять столько терпения, чтобы…

— Нигде, — ответил за неё голос Деда. — Её ослиного упрямства всегда оказывается больше, чем чьего-либо терпения.

Они с Рэгом обернулись на звук. Полковник, ни чуть не прячась, стоял шагах в пяти от них с кухонным полотенцем в руках и его коронным неодобряющим прищуром:

— Идёмте обедать. Хватит орать на весь лес.

Глава 17. Маски

Многие великие дела совершаются именно утром. И чем раньше, тем лучше. Поэтому к тому времени, когда только половина солнечного диска поднялась над горизонтом, абсолютно все люди, жившие в замке, его покинули. Вместе со строителями, которых разместили за пределами каменных стен, они собрались на свободных от леса площадках и наблюдали за происходящим с безопасного расстояния.

Среди них стоял и Грегуар. И беспокоился. Маркус — единственный, кто остался внутри. И если что-то пойдёт не так, ни он сам, ни команда медиков могли не успеть добежать, чтобы спасти брата. Хоть родственник и заверил, что контролирует ситуацию. Грег перевёл взгляд на капрала, тот тоже хмурился.

Вчера вечером у них состоялся продолжительный разговор на тему непосредственной охраны устройства, если оно сработает. Ведь тогда любой злоумышленник, который решит проникнуть внутрь, сначала попробует его выключить. И если устройство реагировало только на тех, кто собирался убить, то оставалось совершенно беззащитно перед планирующими его отключить.

Грегуар наслаждался этими беседами всё сильнее. Стоило поставить перед Вудсем задачу посложнее — и тот рос вместе с ней. Раньше он просто помогал осуществлять охрану высокопоставленных персон в процессе их пересадки между транспортными узлами. Теперь Джим строил планы, теории, командовал гораздо большим количеством людей и активно действовал самостоятельно. В этого человека действительно стоило вкладывать ресурс.

Но прямо сейчас внимание следовало уделить Маркусу, который запустил… что-то. Не будучи энергоинженером, Грегуар мог наблюдать лишь сторонние эффекты, которые видели и остальные.

Откуда-то из центра замка к небу поднялось около десяти прозрачных жгутов, трепещущих, как воздух над раскалённым песком пустыни. На несколько мгновений они замерли в задумчивой неподвижности, а затем устремились вниз, каждый в своём индивидуальном направлении.

Видимо, как только они достигали нужной точки, к центру возвращался плотный искрящийся поток нового вида энергии. Даже находясь на удалении от замка, Грег ощущал покалывание на коже и странное напряжение. А за стенами творилось нечто посерьёзней.

Когда все выпущенные жгуты «подключились» — началась вторая фаза. Теперь из замка по земле шли гудящие, потрескивающие волны, возникающие в едином ритме, будто кто-то отбивал ладонью по столу короткую мелодию. Вибрации поднимали в воздух кусочки бумаги, перья, обрывки ткани. Оставалось надеяться, что ничего не загорится. Хотя на этот случай дежурила пожарная команда.

После того как энергия стихла и впиталась в грунт, примерно полчаса не происходило ничего. Маркус предупредил на этот счёт, поэтому они терпеливо ждали. Брат, наконец, появился в воротах и вроде бы выглядел нормально. Он быстрым шагом направился в их сторону, сжимая в руке рабочий блокнот с привязанным к нему карандашом.

Приблизившись, Маркус счастливо улыбнулся:

— Ну, пора пробовать. Готовы, капрал?

Вудс кивнул и жестом подозвал несколько солдат.

— Мы их где-то месяц подбирали, — пояснил брат.

Грегуар всё равно ничего не понял, но решил не встревать в процесс. Пять отобранных человек отошли друг от друга шагов на сто и стали медленно двигаться в направлении замка. Форм они не меняли, оружия в руки не брали, но когда пересекли какую-то невидимую границу…

Это напоминало звон огромного колокола, который от удара по нему свалился с колокольни и долго-долго летел вниз, отскакивая то от одной стены, то от другой. Лорд, как и остальные зрители, закрыл уши руками, но это не особо помогло. Грохот прекратился, когда солдаты вернулись на стартовые позиции, выйдя из зоны действия защитного устройства.

— Я потом починю звуковой сигнал!!! — «проговорил» Маркус, который так увлёкся, что не додумался защитить уши.

— Обнадёживает!

— Что?!

Вместо ответа Грегуар взмахом предложил продолжить эксперимент. И они продолжили. Тестовых запусков запланировали много. Требовалось проверить: среагирует ли система лишь на одного человека с чётким намерением убить или навредить жителям замка, можно ли её обмануть, окружив «агрессора» обычными людьми, и так далее. Список Маркус с Вудсем подготовили длинный.

Как позже объяснил капрал, среди своих подчинённых он смог подобрать несколько человек, которые умели безупречно вживаться в различные роли, в том числе и убийц. Именно эти люди и стали главными тестировщиками новой охранной системы.

В итоге испытание устройства продлилось ещё два часа. За это время Грег успел сделать из половинок носового платка импровизированные затычки для ушей. Не идеально, но это работало. Он подозвал сенешаля и попросил объявить для почти всех работников, кроме тех, кто занимал жизненно важные для замка роли, на сегодня выходной. Для людей постоянный грохот тоже обернулся своеобразной проверкой на прочность.

Грегуар подошёл к довольному Маркусу и похлопал того по плечу:

— Ты молодец, брат.

— Да! Теперь я официально гениален! — улыбнулся он в ответ, явно читая по губам.

— Думаю, если сначала телеграфируешь об успехе Аристарху, а уже потом отцу, никто из них не обидится.

— Да! Прямо сейчас и займусь, только перепроверю хранилище с образцом!

— Не забудь — вечером отмечаем.

— Ещё бы!

Когда они вернулись в замок, их ждал небольшой бардак. «Подключение» разбросало кучу ветоши и заставило треснуть несколько стёкол. Но обошлось без реальных разрушений. Парк энергомобилей, защитные ларцы с артефактами, лошадей, коз, коров и даже кур заранее эвакуировали. Сейчас всё это суетно возвращалось на места.

Грегуар втайне радовался, что не придётся участвовать в этом «весёлом приключении». Он спешно поднялся в кабинет, переоделся, забрал машину и выдвинулся в сторону Джаркеса. На сегодня ему назначили ещё одну срочную встречу.

***

Вторая половина вчерашнего дня оказалась более чем занятой. После обеда Велена увела Ли-Энн в дом отдохнуть, дав ему и Мастеру Ивану возможность спокойно составить приемлемый для обеих сторон план.

Грег предложил сразу несколько вариантов, но Полковник согласился лишь с одним — и то частично. Свой дом он собирался защищать сам. Учитывая, что любой из его обитателей теперь превращался в потенциальную мишень или объект похищения для обмена на Ли-Энн, следовало организовать кое-какие приготовления. Естественно, делать это Мастер планировал не в одиночку, а с некоторыми из своих выпускников, в чьих боевых качествах не сомневался. Первые из них обещали подъехать в ближайшие часы. На подобный случай давно имелась внутрисемейная договорённость.

Через день Грегуар забирал девушку в замок, заключив с ней официальный контракт. Благо «Надкушенная башня» не запрещала наёмникам частную практику. Теперь Ли-Энн временно прикреплялась к инженерно-поисковой группе, которая работала на территории провинции, но пока не нашла ничего действительно стоящего. Так куда бы Ли-Энн ни пошла, она всегда находилась под охраной и наблюдением.

Единственный серьёзный минус этого плана — факт того, что с ролью «капитана Рэга» приходилось прощаться, но рано или поздно это и так бы произошло.

Вернувшись из приюта, Грег сразу же отправился в комнату связи. Назначить встречу с Квентином Мартиаром. Но Глава «Башни» сам прислал сообщение с просьбой о скорейшей очной беседе.

Так что сегодня на выходе из транспортного узла Альдино его ждала присланная машина. Грегуар думал, что снова окажется в «Ньётской ухе», однако водитель повёз в пригород. Двухэтажный дом Мартиара утопал в садовой зелени, но выглядел довольно скромно на фоне тех сумм, которые потенциально зарабатывал его владелец.

Квентин предпочитал простоту и функциональность в интерьерах, что импонировало Грегу, который придерживался тех же вкусов.

Глава гильдии вежливо приветствовал его в библиотеке, где для них сервировали стол с прохладительными напитками, на котором также лежало несколько увесистых папок с документами. В первую очередь Мартиар поздравил с успешным прохождением испытаний и чемпионским титулом и только потом перешёл к сути:

— Рад, что смог, наконец, найти для вас кое-что полезное. Хотя, по правде сказать, это важно для обеих наших сторон.

Грегуар кивнул, давая понять, что внимательно слушает.

— Как вы уже, наверное, знаете. Совсем недавно на одного из наших наёмников совершили неудачное нападение. Человека похитили с помощью подложного камня наведения для транспортного «Окна». Перенесли на какой-то остров, находящийся за границами территориальных вод Империи, где устроили своеобразную охоту ради развлечения.

Квентин выбрал из общей стопки нужные папки и пододвинул поближе к собеседнику:

— Нашему человеку удалось сбежать, но он успел опознать того самого наёмника, напавшего на вас. К сожалению, мы оказались правы, и в этой истории замешаны торговцы людьми. Я приготовил копии материалов, но сами понимаете — не все мои коллеги одобрят.

— Никто не хочет огласки и связанных с ней проблем, — с пониманием отозвался Грегуар.

— Верно, но в данном случае считаю — вам стоит знать подробности. Тем более слухи всё равно поползли, и наши наёмники начали задавать неудобные для администрации вопросы. Оставлю вас ненадолго, чтобы вы могли изучить документы подробно.

Квентин спешно исчез в соседней комнате. Хозяин параллельно активно занимался чем-то ещё, но у Грега сложилось впечатление, что этот вопрос уже никак с ним лично не связан. Поэтому углубился в бумаги.

Да, здесь нашлось много того, о чём Ли-Энн принудили умолчать.

Во-первых, странный лидер «охотников», застрявший на середине перехода из человека в Форму. Обычно такое убивало, причём очень скоро и крайне неприятно, но в его случае выглядело так, будто это, наоборот, лишь добавило ему мощи.

Во-вторых, кошмарная энергетическая конструкция, подавляющая волю. Грегуар сильно сомневался, что даже Маркус со всем его багажом знаний слышал о чём-то подобном.

Третий поразительный факт — как Ли-Энн описывала местные звёзды. Словно случайную мешанину, «налепленную» на небо в произвольном порядке. Кто-то сумел сотворить иллюзию невероятной сложности, чтобы не дать определить местоположение острова по рисунку ночного неба.

Отчёт о медицинском освидетельствовании Ли-Энн не понравился больше всего. И не только потому, что следопыт «забыла рассказать» о многочисленных порезах и ушибах.

Эту бумагу явно прикрепили сюда, чтобы подтолкнуть читающего к определённым решениям. Пытаясь разобраться в том, как действует машина на психику оборотня, девушку заставили рассказать всё, что творилось с её головой во время нахождения на острове. Крайне сомнительно, чтобы она действительно хотела таким делиться с кем-либо.

Присутствовал среди документов и подробный анализ не увенчавшихся успехом попыток найти остров. Грегуар ещё раз пробежался глазами по лежащим перед ним бумагам и, кажется, понял основную причину, почему Мартиар пригласил его для приватного диалога.

Тем более Квентин вернулся продолжить беседу предметно.

— Хотите, чтобы я помог попасть на тот остров, — озвучил выводы Грег.

— «Башня» должна показать всем вовлечённым и заинтересованным сторонам: так обращаться с её людьми нельзя. И наказание за любую попытку последует незамедлительно, — не стал увиливать Глава гильдии. — Это самый простой способ свести недовольство наших наёмников к минимуму и хотя бы частично предотвратить подобные инциденты в будущем.

Мартиар разлил ароматный прозрачный напиток по бокалам и вежливо предложил гостю попробовать:

— И в свете вашего вероятного знакомства с воспитанниками Мастера Ивана… рискну предположить, что вы сами захотите нанести хозяевам острова визит вежливости, который они откровенно заслужили.

Грег кивнул и немного пригубил угощение:

— Вы правы, и я абсолютно уверен, что Полковник не откажется составить нам компанию.

Квентин позволил себе лёгкую, но довольную улыбку:

— Сочту за честь познакомиться с живой легендой лично. Надеюсь, злоумышленники явятся за девушкой как можно скорее и не станут заставлять нас ждать.

— На их месте я бы действовал быстро. Вам нужны живые «охотники» или не очень?

Мартиар бросил задумчивый взгляд на раскрытые папки:

— В идеале живые, конечно. Так мы узнаем больше полезного, но если не получится, то ничего страшного. Наши следопыты-предметники наведутся на остров и по трупу. Главное, чтобы перед этим он пробыл там достаточно долго. И даже если нам совсем не повезёт, и это окажется кто-то со стороны — получим новую зацепку.

Грегуар вернул бокал на тонкую деревянную подставку:

— Подготовлюсь к их появлению. На самом деле уже начал.

— Да, я так и понял, когда Ли-Энн сегодня не связалась с общежитием уточнить статус проживания, — снова улыбнулся собеседник.

— Предпочитаю охотиться в своих угодьях.

— Ваше полное право, — несколько раз кивнул Глава «Башни». — И предлагаю задержаться, обсудить кое-какие детали.

— Например?

Квентин достал из верхней папки нужный лист и положил перед гостем:

— Несоответствие внешнего вида похитителей их потенциальному финансовому уровню. С одной стороны — у них явно водятся деньги. Они нанимают корабли, подставных лиц изображать наших клиентов и тому подобное. Но при этом деревня на острове выглядит развалившейся, да и одеты сектанты, судя по описанию, почти в рваньё.

— Думаете, они лишь часть картины?

— Скорее всего, да. Если, конечно, это не своеобразный фетиш. Но мои товарищи по бизнесу не желают «увязать во всём этом», — со вздохом пожаловался Мартиар. — Им достаточно «просто сравнять остров с землёй» и похвастаться как можно громче.

— А вы желаете большего.

— Считаю, копнуть чуть глубже для расширения кругозора не помешает. Хотите присоединиться?

— Почему нет, — поддержал инициативу Грегуар. — Тем более что любопытные странности на этом не заканчиваются. Скажем, их загадочный лидер, который не только смог пережить сбой при трансформации, но и стал от этого сильнее. Да и другие члены группы демонстрировали необычные способности.

Глаза Мартиара на мгновение блеснули неподдельным интересом, но затем снова приняли спокойное выражение:

— Совершенно с вами согласен. Даже из любопытства вложился в скромную лабораторию, которая провела пару тестов «Ночного цвета» для меня.

— И выяснили, что это стимулятор роста, — улыбнулся ему Грег.

— Точно так. Однако сам по себе он вряд ли бы мог вызвать столь удивительные увеличения и усиления Форм. Вы и так знаете, что я скажу дальше, да? — ухмыльнулся Квентин.

— У вас есть теория о том, что «Ночной цвет» — лишь компонент какой-то более сложной формулы.

— Словно говорю с зеркалом.

— Просто мы оба слишком долго думали в одном и том же направлении, — пожал плечами Грегуар. — И если это действительно так, то вы нашли решение ещё одной потенциальной для нас сложности. Энергетическая конструкция на острове способна стать очень опасной проблемой, ведь абсолютно всех её свойств мы пока не знаем.

Вместо ответа Мартиар достал из кармана пиджака крохотную энерголампу без накопителя. Мужчина небрежно повертел устройство в пальцах, и оно зажглось само собой. Вслед за ним засветились и другие лампы в комнате. Ради зрелищности Квентин изменил цвет свечения со светло-жёлтого на тёмно-зелёный, и на какое-то время комната словно погрузилась на дно пустой бутылки.

— Вы энергоинженер.

— И не самый плохой. Я найду управу на «эту штуку». Пока не завершим задуманное.

— Это успокаивает. И раз уж подняты неохваченные вопросы…

Мартиар поймал его взгляд, демонстрируя готовность слушать.

— В прошлый раз, когда мы встречались, вы упоминали пропавших наёмников. Что о них известно?

— Опытные одиночки с развитыми вторыми Формами. Хороший боевой потенциал. Такому следопыту и вызвали Ли-Энн на замену в тот день.

— Значит, они действительно предпочитают тех, кто способен оказать сопротивление. Интересно. А периоды похищения?

Квентину пришлось свериться с отчётом, прежде чем ответить:

— Между каждым исчезновением проходило восемь — десять месяцев. Полагаете, так называемый «выпускной», о котором говорил Волк, не метафора? А важное событие в их… гм… сообществе. И не получив желаемого…

— Они найдут кого-то ещё. Скорее всего.

— Сомневаюсь, что это окажется кто-то из наших людей. Сейчас идёт настолько жёсткая проверка каждого заказчика, что они вряд ли рискнут сунуться к нам снова, — высказал мнение Глава «Башни».

— Вам удалось прояснить схему похищения?

— Да, это мы уже сделали. Сначала они находят лицо со стороны — с нормальной репутацией, но желающее подзаработать ощутимую сумму без огласки. Затем этот человек делает несколько обычных заказов с предоставлением собственного камня наведения для портального «Окна». Сам он думает, что работает на кого-то из знати или на крупную компанию. Но в какой-то момент ему дают портальный камень с местом назначения «в никуда». И «заказчик» остаётся крайним. Разумеется, что всегда открыт вариант похищения прямо с улицы, если нашли кого-то подходящего, но не могут до него добраться другим способом.

— Понятно.

Они обсудили несколько организационных деталей и попрощались. Тот же водитель домчал Грегуара обратно к транспортному узлу, где его уже дожидался Леонард.

— А вот и ты! — обрадовался брат.

В правой руке он с усилием держал многоярусный набор всевозможных закусок из новомодного столичного ресторана.

— Лео, в замке есть еда. Обещаю.

— Ты ничего не смыслишь в праздниках, — отмахнулся родственник. — Подарок от Идлис я тоже захватил. Бедняжка очень переживает, что не может обнять Маркуса лично.

— Ты надолго к нам? — сменил тему Грег.

— На несколько дней, а потом мама вызовет меня назад. У неё очень плотный график встреч в связи с новыми поставками ткани. Ты бы тоже не расслаблялся. Его Высочество посещает нас очень часто. Так что дёрнуть тебя с каким-нибудь поручением могут в любой момент.

— Ясно. Спасибо, что предупредил. Пошли, наша очередь на переход.

***

Три фигуры в масках сошли на причал. Жители острова приветствовали их традиционным поклоном, уткнувшись лбами в землю и не поднимая головы без дозволения. Высокопоставленные визитёры стали споро подниматься по единственной тропинке, ведущей в маленькую деревню, спрятанную в изумрудных зарослях.

Несмотря на летнюю жару, их тела закрывали мантии из плотной ткани. Однако просторная одежда не сковывала ловких движений. Лица гостей «заменяли» широкие маски. Разные по дизайну.

Самый высокий мужчина носил абсолютно глухую грязно-белую без отверстий для рта, глаз или хотя бы носа. Однако совершенно не воспринимал это как неудобство.

Женщина выбрала пурпурно-золотую маску с застывшим, иронически усмехающимся ртом.

А второй мужчина предпочёл тёмно-зелёную, мастерски склеенную из множества малахитовых пластинок.

В деревне их уже ждали. Уткнувшись лбами в землю и побросав все дела, разумеется. Последовал традиции и мужчина с длинной белой волчьей шерстью вместо волос.

Узкие улочки, как и многие постройки в этом месте, пребывали в беспорядке. Всюду валялась разбросанная домашняя утварь, которую не успели собрать, виднелись следы недавно закончившейся драки. Огромное кровавое пятно между сараями медленно впитывалось в песок на радость целому полчищу мух.

— Вижу, охота прошла успешно, хоть и с некоторым опозданием, — глухо произнёс Малахитовая Маска, остановившись рядом с Волком.

— Да, Учитель, — ответил тот, но звук преимущественно ушёл в землю.

Два остальных визитёра не стали участвовать в беседе. Пурпурная женщина зашла в самое большое и прилично выглядящее здание и скрылась внутри. Белая Маска углубился в местный лес.

— Поднимись, Раск, — разрешил Малахитовый.

Волк выполнил пожелание частично, преклонив колено и опустив голову.

— Скольких из твоих он убил?

— Четверых, Учитель.

— Достойная цель, — заключил Маска. — Но пиршество окончено, пора приниматься за работу.

Раск молча ждал приказаний, «вцепившись» взглядом в землю перед собой.

— Расчисть место под новые бараки. Через несколько недель, может, месяц пришлю ещё людей. Их нужно обучить.

— Сделаю.

Пурпурная женщина вышла из дома, ведя на толстой цепи очень худого, сгорбленного мужчину. Обрывки старой одежды почти не прикрывали наготы, а грязные слипшиеся волосы соломенного оттенка постоянно лезли в лицо. Но не похоже, что хоть что-то из этого его действительно волновало. Пленник смотрел немигающим взглядом и никак не интересовался происходящим. Его единственная рука скреплялась цепью с оковами на ногах. Поэтому каждое движение вызывало короткий, но раздражающий «звяк».

— Заберу Артура на время, — пояснил Учитель. — Есть одно дело, с которым справится только он.

— Как угодно.

Малахитовая Маска повернулся вслед за пленником и его надсмотрщицей и направился обратно к причалу. Однако люди на острове оставались неподвижны, как и прежде.

Белая Маска ещё час бродил по лесу, делая долгие остановки и касаясь ладонью травы. Там, где он ставил «метку», земля и песок нагревались и медленно поднимались по невидимой обычному глазу спирали. Воздух в зарослях постепенно наполнялся ароматом грозы и странными мелодичными щелчками. Когда мужчина вернулся, двое его спутников вместе с заключённым уже сидели в лодке.

Маг внимательно оглядел пленника и только потом занял место. Он свесил руку за борт и раскрыл ладонь, словно пытаясь коснуться поверхности воды. Без вёсел или других зримых приспособлений лодка сдвинулась с места и быстро поплыла в сторону корабля, с которого спускали верёвочный трап.

***

Убедившись, что неразговорчивый подопечный надёжно прикован в трюме, Пурпурная женщина поднялась на верхнюю палубу. Она присоединилась к компаньонам, стоявшим у фальшборта, и какое-то время просто любовалась постепенно отдаляющимся островом.

— Словно прощаюсь со стайкой наивных слюнявых щенят, — промурлыкала она.

— Ещё не поздно устроить отличный костерок и решить проблему раз и навсегда, — тут же отозвался спутник в белом. Звук его голоса беспрепятственно проходил через сплошной щиток, который он носил.

— Мы обсуждали это. И не раз, — осадил Зелёный. — Не вижу смысла разбрасываться хорошим ресурсом.

И получил короткий смешок в ответ:

— Твой драгоценный ресурс давно испортился. Раск много месяцев демонстрирует явные признаки разложения ума и паранойи. Он подарил освящённый «Ночной цвет» обычным людям, чтобы проверить работает ли тот правильно. В итоге их странная смерть попала в местные газеты и привлекла внимание лорда. И ты всё спустил ему с рук.

— А ещё он думал: мы не узнаем, что с его острова сбежал человек, — поддержала Пурпурная. — Так и не решила пока, что это в большей степени — глупость с его стороны или просто оскорбление.

Малахитовая Маска пожал плечами и скрестил руки на груди, без труда удерживая равновесие только ногами, несмотря на то, что корабль начал набирать скорость:

— То, что Волк откровенно тупеет, сейчас нам только на руку. Он наделает ещё ошибок и приведёт к себе на остров «всех желающих проявить героизм». Пускай думают, что разобрались с проблемой.

— Если Раск в порыве энтузиазма убьёт кого-нибудь из представителей знатных Домов, станет только хуже, — не согласился Белая Маска.

— Никто никогда не свяжет нас с этой историей.

— Согласна, — внезапно поменяла сторону Пурпурная женщина. — Артура мы забрали. Вот он действительно ценен. А остальное — мелочи.

— Ты подготовила для него новое место? — спросил Малахитовый, внимательно следя за руками второго оппонента, чтобы тот не устроил нежелательную «импровизацию» и не взорвал остров.

— Даже лучше прежнего. Там у охраны пока с головой всё в порядке, — рассмеялась женщина, полностью соответствуя выражению лица собственной маски.

Белый щиток что-то недолго прикидывал в уме, рассматривая раздуваемые ветром паруса:

— А сбежавшая с охоты наёмница? Её мы тоже пощадим по доброте душевной?

Пурпурная дама безразлично пожала плечами:

— Я читала отчёт «Надкушенной башни». Девчонка не видела ничего по-настоящему интересного.

— Ей всё ещё нужно сыграть роль приманки, — напомнил Зелёная Маска. — А там посмотрим.

***

Прошедшие несколько ночей вернули ей силы лишь частично. Всё-таки нормально заснуть, когда почти половина тела покрыта ожогами от ядовитых растений, порезами и синяками, оказалось сложно, несмотря на давящую усталость. Поэтому большую часть времени следопыт просидела на полу своей комнаты, раз за разом повторяя выученные в детстве гимнастические упражнения для ускорения заживления ран.

Она также напоила Лисёнка чашкой с лунным светом, как делала раньше. Маленький дух слишком сильно оголодал, чтобы ворчать из-за внезапной смены меню. Кто знает, когда они попадут в Запертый лес, если вообще смогут теперь туда ходить.

Одеваясь, Ли-Энн услышала, как няня покинула хозяйский домик и открыла летнюю кухню. Девушка перепроверила, все ли вещи собраны, и пошла помогать готовить.

Вчера приехало множество братьев, которым она безумно обрадовалась. Хотя повод для встречи не позволял никому особо веселиться. Дедушка составил расписание на месяц с дежурствами по кухне и другими обязанностями в помощь няне. Это успокаивало. Но в более серьёзные планы её посвятили лишь поверхностно.

Через час после завтрака за ней приехал капитан. Они подписали официальный контракт на услуги, хоть ей это и показалось излишним. Забрав вещи и попрощавшись с родными, Ли-Энн села в машину. Пришлось пристегнуться, дабы не нарушать правила, но девушка старалась сидеть так, чтобы не слишком сильно вжиматься спиной в кресло.

Рэг сегодня выглядел чуточку странно. Вместо привычной капитанской формы он выбрал удобную рубашку и штаны фамильных цветов Дома Северного Когтя. За время её отсутствия Луис успел коротко остричь волосы, хотя предыдущая стрижка ему шла гораздо больше. А ещё мужчина о чём-то усиленно размышлял, поэтому первый час дороги прошёл в молчании.

— Мастер Иван объяснил суть твоей роли? — внезапно спросил он, когда они пропускали колонну со строительными материалами, идущую в сторону замка.

— Да, я — приманка, — кивнула Ли-Энн. Её такой вариант полностью устраивал. Чем быстрее она сможет снять с семьи нависшую угрозу, тем лучше.

— К инженерной группе, в которой предстоит работать, приставлена охрана. Они не относятся к моему замку, а напрямую подчиняются главе службы безопасности всего Дома. Слушайся их во всём, пожалуйста.

— Хорошо.

Рэг снова вернулся на нужную полосу и стал набирать скорость:

— И раз уж сегодня есть возможность, съездим в одно место. Проверим кое-что.

Ли-Энн удивлённо повернула к нему лицо в ожидании продолжения.

— Нужно спуститься в подземелье, где нашли Николаса. Поискать потайную комнату, если она там есть, конечно.

Девушка согласно кивнула, оставляя Луиса наедине с его мыслями. Для поиска «просто места» или специализированного помещения обычно не предоставлялось предмета для наведения, но при достаточной чувствительности следопыта это удавалось проделать.

Где-то через полчаса она обратила внимание на группу крупных чёрных птиц. Казалось, они летят над полями, но на самом деле преследовали их машину.

— Это те самые люди, о которых я уже сегодня говорил, — спокойно пояснил капитан, проследив направление её взгляда. — Не переживай.

— Да я просто…

Их энергомобиль начал медленно огибать аварию, где каким-то чудом на довольно широком участке смогли столкнуться сразу несколько машин. Ни люди, ни техника особо не пострадали, но водители настолько увлечённо спорили, что даже офицеры полиции не могли заставить их успокоиться. Однако при виде герба Северного Когтя все дружно замолчали и не стесняясь пялились в их сторону.

Ли-Энн стало немного неуютно.

— Не бери в голову, — вновь заговорил Рэг. — Люди всегда ищут новую тему посплетничать, а потом переключаются на следующую.

Она бросила на него немного озадаченный взгляд и удержалась от привычного пожимания плечами:

— Про наш приют постоянно небылицы сочиняют, поэтому… без разницы — кто что подумал.

— И что про вас говорят? — усмехнулся капитан, занимая правильную полосу на дороге.

Ли-Энн невольно улыбнулась вместе за ним:

— Ну, самое популярное, что все наши дети — тайные потомки Великих родов, а ещё принцы и принцессы из соседних государств, конечно же.

Рэг беззвучно рассмеялся:

— А что? Это совсем не так?

— И ты туда же. Естественно, нет. — Девушка положила ладони на сиденье, перенося на них часть веса, чтобы дать спине немного расслабиться. — Большинство из нас абсолютно обычные люди. Найдёныши. Вроде меня. Или такие, как близнецы. Дети, которых забрали из очень плохих условий, скажем так.

— Тебя нашли?

— Ага. Рядом с цветочной гадкой в зале ожидания транспортного узла города Роскир.

— И сколько тебе было?

— Примерно месяца два.

— Ясно.

До развалин старой крепости они добирались около трёх часов. Ли-Энн в очередной раз перечитывала автобиографию путешественника по Рубиновой пустыне, не отвлекая капитана от дороги, которая, на удивление, оказалась забита и машинами, и обычными повозками.

Рэг поудобнее поставил энергомобиль, дождался, пока девушка наденет лёгкую куртку, и выдал компактный ручной артефакт. Кажется, он назывался «Светлячок». В прошлый раз наёмники из «Крыльев» использовали для освещения куда более тяжеловесную модель.

— Он слишком дорогой, — попыталась протестовать Ли-Энн. — Можем просто факел сделать?

— Пожалей мой медвежий нюх. Кроме того, живой огонь поджигает паутину.

Несколько крупных птиц с красивым матовым оперением приземлились в шагах пятидесяти от них. Ещё одна уже сидела у входа в подземелье, которое теперь запирались на очень хитрый замок.

Прежде чем открыть дверь, Рэг долго прислушивался к тому, что происходит по ту сторону. Затем глянул на чёрную птицу, породу которой девушка так и не смогла определить, и перешагнул порог. Через время из темноты появилась рука, показывающая, что можно зайти.

Ли-Энн проскользнула внутрь и потёрла холодную полоску минерала на артефакте, активируя его. Она держала «Светлячок» лучом в пол, стараясь не направлять его на капитана, который пользовался ночным медвежьим зрением.

— «Птицы» с нами не пойдут?

— Пока в этом нет необходимости.

Он внимательно рассматривал поверхность двери, видимо, пытаясь понять, хотели ли её открыть изнутри:

— Но если что-то пойдёт не так, ты бежишь обратно к выходу, — закончил он тоном, не принимающим возражений.

Ли-Энн медленно выдохнула, выбрасывая из головы лишние мысли и желание спорить:

— Какую именно комнату нужно найти?

— Что-то вроде убежища для ребёнка переждать неприятности. Или просто тайную комнату, хотя таких может обнаружиться много.

Довольно расплывчатое описание, но Рэг и сам это понимал. Следопыт прислушалась к окружающей тишине, позволяя той влиться в себя и наполнить знанием об этом месте. Ступни потеплели, но совсем немного.

— Необходимо спуститься на второй этаж, — попросила Ли-Энн.

— Хорошо, иди за мной.

Они осторожно пошли по знакомым коридорам, минуя жуткое место, где Вячеслав потерял руку. Лестницу на второй этаж тоже оснастили отдельным замком. Быстро спустившись по ступенькам, они наткнулись на ещё одну дверь. Капитан никуда не торопился, снова вслушиваясь в звуки «той стороны», а затем тщательно проверяя защитные механизмы.

— Куда теперь? — спросил он.

— До места, где мы подобрали Николаса, а потом нужно повернуть.

По второму ярусу Рэг двигался медленней, но никаких опасностей им не встретилось. В этот раз ноги вели Ли-Энн гораздо дальше, чем в истории с похищенным мальчиком. Пришлось пройти почти до конца тоннеля, и только здесь ступни, наконец, подали нужный сигнал.

— Где-то здесь, — сказала она, проводя «Светлячком» по пустой стене.

Луис вежливо отодвинул следопыта в сторону и стал ощупывать камень сам, действуя по какой-то схеме. Мужчина несколько раз хлопнул ладонями, а затем начал осторожно подпрыгивать вдоль стены. Через минут пять ему удалось понять принцип открытия «невидимой» двери — и с шорохом опадающего песка образовался узкий проход.

— Как ты это сделал?

— Меня учили таким вещам.

Ли-Энн оставалось только молча удивляться. Капитан осмотрел маленькое помещение сам, затем разрешил зайти и ей. Совсем крохотная комната с давно истлевшими нарами и древним запасом продуктов, который успел превратиться в труху. Рэг поднял ладонь к одной из стен и пошевелил пальцами, показывая, что оттуда идёт воздух.

— Любопытно.

— Ли-Энн, а ещё спрятанные комнаты здесь есть?

Она вышла обратно в коридор. Так проще ориентироваться. Но на вопрос о других помещениях инстинкты никак не прореагировали.

— Нет, думаю, нет.

— Жаль. Хотя, — он размял подбородок пальцами, что часто делал размышляя, — А если просто поискать бутылку с кровью?

Она нахмурилась, вспомнив бедного Николаса с перепачканным красным лицом:

— Сейчас попробую.

Отклик на вопрос появился, но какой-то невнятный:

— Нужна бутылка с чистой кровью или возможны варианты?

— Всё, что отзовётся, — ответил заинтересованный голос капитана из темноты. Ли-Энн уже погасила «Светлячок» и спрятала устройство в карман.

— Тогда отсюда поведу в виде духа. Хорошо?

— Ладно. Только не беги слишком далеко вперёд.

Ли-Энн расслабила тело и резко прыгнула, приземлившись на пол Лисёнком. На четырёх лапах она чувствовала себя гораздо лучше. Почти ничего не болело.

Она уверенно направилась по коридору в обратном направлении. Рэг не отставал. На месте обнаружения Николаса вращалась та же самая загадочная конструкция, но не проявляла никакой активности, как это произошло в Запертом лесу. Других «достопримечательностей», доступных духовному зрению, девушка не приметила.

Лисёнок прошмыгнул мимо лестницы наверх и отправился искать спуск на третий ярус. Инстинкты звали именно туда. Здесь их тоже встретили две запертых массивных двери.

Ли-Энн терпеливо дождалась, пока капитан убедится в их безопасности. И стала крадучись пробираться по нужному тоннелю. Третий этаж производил мерзкое впечатление. Свисающие со стен и потолка клочья порванной паутины. Вонючий влажный земляной пол. Холод.

Здесь, как и на предыдущих ярусах, побывало множество людей, судя по следам. Но краткое присутствие живых никак не разбавило сформировавшуюся за много веков тягостную атмосферу.

Прозрачные лапки Лисёнка стали нагреваться и уводить в узкие коридоры с низким потолком. Капитану приходилось пригибаться. Внезапно тоннель закончился глухой стеной и клубком из грязной паутины.

Ли-Энн помахала лапкой в сторону «гнезда» и отошла, чтобы Рэгу не пришлось на неё наступать. Похоже, в этой жизни его вообще ничего не могло смутить. Даже не поморщившись, мужчина спугнул парочку особо жирных пауков, разодрал клубок паутины, провёл ладонью по плесневелой земле и разрыл её пальцами.

Луис достал маленький сосуд. На пару глотков, не больше. Хотя не каждый согласился бы пить его содержимое. Зрение Лисёнка показывало, что внутри флакона есть «персонифицированная» энергия. Почему-то смутно знакомая. Но следопыт ничего толком не успела понять. Капитан завернул сосуд в большой носовой платок и положил в карман куртки.

Рэг сделал несколько шагов к выходу и повернулся к Ли-Энн, продолжавшей задумчиво рассматривать схрон, пытаясь вспомнить, когда до этого она испытывала такой же набор ощущений.

— Тебя донести? — со смешком бросил Луис.

Лисёнок беззвучно фыркнул, проскользнул между пыльных ботинок и бодро устремился к лестнице. Поднимаясь обратно, они запирали за собой каждую дверь. Оказавшись на первом ярусе, Ли-Энн стала человеком, вытащила из кармана «Светлячок», активировала его, а затем повернулась к капитану, как раз обнаружившему в капюшоне неожиданного пассажира. Мужчина бережно снял с одежды паука размером с ладонь и дождался, пока тот переползёт с пальцев на стену.

Девушку внутренне передёрнуло, но обсудить она намеревалась совсем другое. Непонятная бутылка не давала ей покоя:

— Рэг, хотела спросить, можно мне…

— Меня зовут не «Рэг», — прозвучал неожиданный ответ.

У неё возникло впечатление, словно камень под ногами стал немного мягче и куда-то сместился. Ли-Энн сделала крохотный шаг назад, принимая более устойчивое положение.

— И я уж точно не собирался этого говорить в почти полной темноте с пауком в руках. Просто весь день думал, как сказать, и вот само вырвалось.

Следопыт продолжала молчать, пытаясь осознать уровень мастерства энергоинженера, способного принять облик капитана. Как-то многовато сюрпризов подкинула жизнь за последнее время.

— Видела бы ты своё лицо, — вздохнул незнакомец. — Ли-Энн, меня не нужно бояться. Я Грегуар из Дома Северного Когтя.

— Ну да, конечно.

Он медленно убрал руку от стены, избегая резких движений:

— Спроси у Лисёнка, где сейчас находится лорд провинции Иденс.

Страх всё равно говорил бежать, но она инстинктивно передала вопрос нервничающему духу, и ступни обожгло огнём.

Ответ стоял прямо перед ней. Ли-Энн набрала в грудь побольше воздуха и прикоснулась кончиками пальцев к переносице, пытаясь успокоиться.

— Давай всё-таки отсюда выйдем. Пожалуйста, — предложил Грегуар.

«Его же теперь так зовут».

Под ярким солнцем глаза сразу заслезились. Дожидающиеся птицы поднялись в воздух, описывая над полем широкие круги. Ли-Энн вспомнила про «Светлячок» и погасила его. Наниматель за спиной несколько раз громко лязгнул стальными замками.

Девушка никак не могла решить, как теперь себя с ним вести.

— Ничего не изменилось, Ли-Энн, — сказал мужчина, став рядом. — Я — всё тот же человек, с которым ты нормально общалась полчаса назад.

Следопыт избегала смотреть собеседнику в глаза.

— Так казалось проще поначалу, — терпеливо объяснял он, хотя мог и не делать этого.

— Да, понимаю. Нормальная практика, — ответила она, привычно пряча руки в карманах.

Грегуар усмехнулся:

— Вроде того. Давай сделаем так, — «капитан» глянул на связку с ключами, проверяя, всё ли на месте, — На людях лучше общаться, как того требуют социальные условности. Так меньше вопросов. В остальных случаях всё остаётся по-старому. Например, мы сейчас поедем в Джаркес. У меня там дело к местному барону, а ты пойдёшь навестить брата. В ближайшее время нужно наведаться в Запертый лес. Твой дух, скорее всего, дико голоден. Со временем ты убедишься, что поменялось только имя, — подытожил лорд и пошёл к машине.

***

Крупная красивая бабочка летела вдоль тенистой аллеи, стараясь не попадать под палящий жар солнца. Как и полагается обычному насекомому, она периодически садилась на розовые кусты, «исследовала» тугие белые бутоны, отдыхала на ветвях деревьев, однако медленно приближалась к нужному месту.

Её удивительные крылья, сотканные из оттенков рубинов и шоколада, восхитили бы любого художника. Но бабочка, наоборот, старалась не привлекать к себе внимание. Делая остановки, она складывала крылья вместе, чтобы солнечные лучи не отражали их металлический «лунный» блеск.

Бабочка ориентировалась на запах жжёного дерева и очень дорогих женских духов. Интересующая её пара уединилась в отдалённой части парка, играя в необычную версию настольного тенниса. Но подлетать слишком близко к ним точно не стоило. Дени и Алиса — энергоинженеры экстра-класса. Следовало учесть их уровень чувствительности к окружающему пространству.

***

Это была одна из самых любимых ими игр. С оригинальными правилами. Пользоваться обычными ракетками и мячиками скучно. Поэтому вместо инвентаря они предпочли собственные пальцы и деревянный мяч, предварительно хорошо вымоченный в спирте. Тот, на чьей стороне мяч догорит окончательно или упадёт за пределы стола — теряет одно очко.

Только что счёт составлял два — три, но Дени отвлёкся на появившегося в конце аллеи слугу с садовыми инструментами и пропустил удар Алисы. Горящий шарик стукнулся о твёрдую поверхность стола и развалился.

— Два — два, — улыбнулась соперница, заправляя за ухо выбившуюся из причёски светлую прядь.

— Страсти накаляются, — усмехнулся Дени, смахивая ладонью горячие деревянные фрагменты в ведро с водой.

Он протянул левую руку к сосуду со смоченными заготовками, уплотняя слой энергии вокруг одной из них и поднимая её в воздух. В голове Дени мелькнул образ горящей свечи — и мяч охватило пламя уже в реальности. Энергоинженер не направлял огонь, как Зар, но мог поджечь легковоспламеняющийся предмет, накачивая избыточным количеством силы. Тот перегревался — и воспламенялся.

Мужчина щёлкнул двумя пальцами, словно сбивая со стола надоедливое насекомое, и мяч полетел в сторону Алисы, которая таким же щелчком отправила тот обратно.

— Ещё года два, и мне за тобой не угнаться.

— Да-да, заговаривай мне зубы, — не поддался он.

Кажется, в этот раз они оба поспешили с ходом, ударив одновременно. Негромкое «пуффхх» — и мяч распался на мелкие фрагменты, упавшие по обе стороны стола.

— Один — один, — предложил Дени.

— Согласна, — поддержала Алиса, поднимая в воздух новый горящий мяч.

Ден позволил миниатюрному огненному снаряду ударить по его половине стола и оставить на поверхности подпалину. Но для первого касания мяч оказался достаточно крепок, поэтому уцелел и даже подскочил вверх. В этот раз мужчина точно подгадал момент, и энергетический щелчок предал мячу нужное ускорение.

Ответ Алисы чуть запоздал и пришёлся вскользь. Шар завертелся, разбрасывая длинные жгучие искры, и упал у ног девушки.

Она снова рассмеялась, затаптывая огонёк изящной туфелькой:

— Ноль — один. Победитель в представлении не нуждается.

Дени церемониально поклонился, сорвав дополнительные аплодисменты:

— Ещё партию? — предложил он.

— Я бы с удовольствием, — ответила целительница, пытаясь отдышаться. — Но нам пора возвращаться. Если мы не напомним, Зар, как обычно, забудет про обед.

Прежде чем выйти из прохладной тени, в которой они играли, Алиса забрала со скамейки изящный зонтик от солнца, прикрывающий лицо и плечи. Её светлая кожа быстро обгорала под прямыми лучами.

Они пошли обратно. Правда, не слишком торопясь.

— Брат продолжает сопротивляться твоим попыткам вылечить его более современным энергетическим способом? — поинтересовался Дени, надевая на ходу жилетку.

— До некоторой степени, — с сожалением вздохнула Алиса. — Он не даёт мне работать дольше двух-трёх часов. Считает, что слишком устаю. Но я хотя бы подготовила его к следующему выходу в свет.

— Выглядит он действительно гораздо лучше, — поддержал собеседник. — На приём к принцу тоже с ним отправишься?

Девушка отрицательно покачала головой:

— Отец сопровождает Тхаис, а Зар идёт, как её чемпион. Спутницу брать не планирует.

— Но расстраивает тебя совсем не это, — заметил Дени, который знал её достаточно хорошо.

Алиса чуть крутанула в пальцах ручку зонта, что всегда делала в раздумьях:

— Отец с Заром наломали дров, придумав убрать с дороги Грегуара, который по факту им ничем не мешал. А «медведи» не ответили. Никаких шансов, чтобы Доминик просто забыл об этом.

— Понимаю твои опасения.

Целительница бросила на него короткий взгляд, полный беспокойства, и снова переключила внимание на песчаную дорожку:

— Ден, думаю, это ещё не всё, — произнесла она тихо. — Если отец решил чего-то достичь, он этого добивается. В чём бы ни крылась причина… Грегуар по-прежнему в опасности. Папа настроен…

— Погоди, — Дениэл внезапно поднял руку, делая знак замолчать.

Мужчина повернулся в обратном направлении, осматривая аллею через энергетическую призму. Алиса присоединилась к нему, но ничего подозрительного не обнаружила:

— Видишь что-то?

— Нет. Но лучше зайдём в дом. Это не разговор для улицы.

***

Предусмотрительная бабочка просидела следующий час, практически не шевелясь. Широкий ивовый ствол послужил хорошим укрытием от энергетического зрения Дени, который сумел ощутить её внимание, обращённое к говорящим.

Мифис дождалась, пока садовник доберётся до дерева, на котором она сидела, и ловко прицепилась к сумке с инструментом. Железо пришлось очень кстати. Оно хорошо размывало ауру.

Пожилой мужчина так ничего и не заметил и благополучно вынес шпионку за пределы обзора окон поместья, обращённых во внутренний двор.

Её нанимательница ждала новостей.

Глава 18. Вечеринка с торнадо

Переезд в замок перевернул с ног на голову привычное расписание. Теперь Ли-Энн проводила дни с поисковой инженерной группой, исследовавшей все заброшенные и полуразрушенные строения в провинции от старых церквей и мельниц до высохших колодцев и закрытых производственных зданий.

В основном они искали забытые схроны, потайные комнаты и ловушки, но с появлением следопыта список расширился до спрятанных ценностей, зарытых или замурованных тел и тому подобного. Ли-Энн сама предложила главе группы такой вариант, хоть это добавляло проблем ей лично. Учитывая сумму, которая значилась в контракте, хотелось действительно отработать эти деньги. И получалось, в принципе, неплохо.

В замке девушке выделили скромную, но собственную комнату. Сначала ей показалось это странным, но потом стало ясно, что все специалисты здесь жили отдельно, в довольно комфортных условиях.

Если Ли-Энн не участвовала в раскопках, то работала с лордом Маркусом, занимавшимся усовершенствованием загадочной энергомашины, каким-то образом защищающей замок. Само устройство следопыт никогда не видела, но охраняли его очень тщательно. За всеми передвижениями тщательно следили. И практически каждый день ловили очередного нарушителя, пытавшегося проникнуть на территорию и выяснить полезные детали об изобретении. Кажется, Маркус даже вёл этим людям особый счёт. Это его здорово веселило.

Большая часть ран, полученных во время «охоты», успешно затянулась. Помогли и личные усилия, и здешний доктор, который поначалу делал перевязки и дал несколько полезных советов.

Однако главная цель пока оставалась недостигнутой. Никто так и не попытался похитить её или убить. А учитывая, сколько времени Ли-Энн проводила за пределами замка, возможности для этого злоумышленникам предоставили. Но загадочные сектанты так себя ничем и не проявили. Кто знает, может, они вообще решили не рисковать и просто сменили место обитания.

Но делиться этими мыслями с Грегуаром девушка не решалась. У него хватало забот. То, что капитан стражи вдруг оказался лордом, поначалу вызвало переполох, но люди быстро успокоились и переключились на другие новости. Зато Иденс ждала мощная экономическая перестройка, обещающая изменить её привычный и вечно сонный дом до неузнаваемости.

Так что Грегуара она теперь видела только во время посещений Запертого леса. На чём мужчина настоял категорически. Он с завидным энтузиазмом тренировал новые приёмы трансформации и совершенно не собирался менять напарника. Грег вёл себя как и прежде, возможно, даже более расслабленно. Хоть периодически и пугал очередной сумасшедшей идей.

В этот раз потенциально интересное место обернулось пустышкой. Старый колодец, который вырыли, наверное, ещё до появления границ самой провинции, оказался просто завален камнями и песком и не хранил ровным счётом ни одного полезного секрета. Поэтому группа собиралась вернуться в замок.

Но для Ли-Энн лично план пришлось немного подкорректировать. В наступающих сумерках следопыт не сразу поняла, на что в небе так пристально смотрит охрана. Огромный Орёл очень быстро приближался к их половине поля, закладывая большой круг на разворот.

Однако лорд Маркус явился не один. Со стороны леса мощными длинными прыжками к ним мчался здоровенный Медведь, выглядящий так, будто на завтрак съел парочку таких же медведей и теперь сам в себя не помещался. В вечерних красках тёмно-коричневая шерсть казалась почти чёрной, и нетипично светло-голубые глаза резко контрастировали с ней.

Ли-Энн мельком глянула на побледневших коллег и постаралась сдержать улыбку. Каждый, кто видел медвежью Форму Грегуара в первый раз, реагировал примерно одинаково.

Оборотень принял человеческий облик одним пластичным движением, вежливо поздоровался со всеми, сообщил главе группы, что забирает следопыта, и сделал знак Ли-Энн следовать за ним.

Прозрачный Лисёнок, за счёт духовной сути, базирующейся на воле и концентрации, а не физической силе, ничуть не уступал медвежьим лапам в скорости. Следопыт без труда поспевала за оборотнем, ловко перепрыгивая через небольшие препятствия. Охрана наблюдала за ними с воздуха.

Они срезали часть пути через узкую полоску деревьев и повернули в сторону Запертого леса, бежать до которого оставалось примерно час. Солнце спряталось за горизонтом, и Ли-Энн наслаждалась наступающей ночью и избавлением от дневной жары.

Поэтому время пролетело незаметно.

Грегуар привычно дождался, пока Лисёнок, беззвучно пыхтя, заберётся к нему на спину, и играючи перепрыгнул на другую сторону обрыва. Теперь оборотень менял Форму на теневую, только когда заходил глубже в лес. Птицы всегда оставались снаружи, о чём, видимо, договорились заранее.

Ли-Энн не сразу поняла, куда он ведёт, но быстро догадалась, когда они вышли на хорошо знакомую звериную тропу. Похоже, Грег не собирался показывать Тень даже Маркусу, поэтому принял облик человека, прежде чем двинуться дальше. С собой мужчина взял небольшой рюкзак, который Ли-Энн почему-то в первый раз не заметила. Она отпустила запыхавшегося Лисёнка отдохнуть и встала на тропинку рядом с напарником.

— Вечер добрый, — улыбнулся он.

— Добрый.

— Сегодня всё не по плану, но брату нужна твоя помощь.

— Хорошо.

Учёный уже ждал их на месте, где исчез мотылёк, и увлечённо раскладывал какие-то камни и кристаллы прямо на траве в понятном только ему порядке. Маркус повернулся к ним с толстым блокнотом в руках и острозаточенным карандашом.

— Ага, вот и вы. Ли-Энн, описывайте всё, что заметите духовным зрением. Ничего не упускайте.

— Поняла.

Грегуар остановился чуть поодаль, пристально наблюдая за всем, что происходит в окружающем пространстве.

Девушка провела по глазам заряженной ладонью. И эксперимент начался. Маркус периодически подставлял под энергетическую конструкцию кристаллы, а следопыт описывала те изменения, которые с её точки зрения происходят «с этой штукой». Если они происходили, конечно.

Задача несложная, хоть и утомительная. Однако Лисёнок проявлял странное беспокойство. Он возился внутри, желая то подойти к месту поближе, то, наоборот, отбежать подальше. Словно пытаясь выразить ранее невысказанную мысль и переживая, что что-то пойдёт не так. Приходилось постоянно тратить часть внимания на попытки его успокоить.

Тестирование всего «арсенала», приготовленного лордом Маркусом, заняло около трёх часов.

— Ты доволен? — спросил Грегуар брата, сосредоточенно запаковывающего свои «богатства» обратно в сумку.

— Главное, чтобы мой профессор оказался доволен, — хмыкнул тот. — Он пока отказывается давать экспертную оценку без дополнительных сведений. И я полетел строчить длинное и подробное письмо. Вы со мной?

— Нет, — мотнул головой Грег. — Здесь ещё есть дела.

— Тогда увидимся утром.

Орёл резко взмыл в воздух и быстро исчез в темноте.

— Пошли перекусим, — предложил напарник.

И она не имела ничего против.

Они вернулись на обычное место, где «капитан» совал руки в огонь. Лисёнок легко нашёл подходящий цветок и с энтузиазмом вскарабкался на ветку, где тот рос. Мягкое серебряное сияние всегда успокаивало. Какое-то время Ли-Энн с неподдельным удовольствием вдыхала живительный аромат, ощущая, как восстанавливает силы не только Форма, но и человеческое тело.

Затем девушка спрыгнула на землю и помогла Грегуару набрать больше сухого хвороста для костра. С некоторых пор оборотень питался от тени, падающей от самодельного амулета из маленького медвежьего когтя. Это явно насыщало гораздо лучше, чем предыдущие варианты питания.

В такие моменты она старалась на него не смотреть. Поэтому привычно открыла энциклопедию по Рубиновой пустыне, которую перечитывала, наверное, уже в пятый раз, не переставая удивляться опасному миру шаманов, песчаных львов и призрачных оазисов.

— Нет-нет, это не годится, — раздался снизу голос напарника.

Ли-Энн в недоумении повернула к нему голову. Мужчина поднял с земли рюкзак и достал толстенный том в прочной кожаной обложке. Грег подошёл к дереву, на котором она сидела, и протянул книгу:

— Эта поинтереснее.

Ли-Энн с удивлением взяла неожиданный подарок и прочитала название: «Разновидности традиционных диалектов народов Рубиновой пустыни». Словарь-разговорник.

— Можно просто сказать «спасибо». Хотя растерянно хлопать ресницами тоже сойдёт, — усмехнулся он.

— Я не… в смысле ты не обязан дарить мне что-то…

Но напарник уже повернулся и сделал несколько шагов обратно к костру:

— Купил, чтобы расплатиться за ту самую первую твою работу для Маркуса. Просто книга пришла только сегодня. Назад отправлять не намерен.

— Спасибо, — запоздало произнесла она.

Грегуар снова издал тихий смешок и погрузил ладонь в тень от медвежьего когтя, с довольным видом закрывая глаза.

***

В столичной резиденции Его Высочества Манганара третьи сутки шла активная подготовка к скромному приёму в честь его официального возвращения в Империю. Учитывая жару, которая всю неделю мучила жителей города, большую часть развлекательных мероприятий перенесли в чудесный тенистый сад, хоть как-то спасающий от безжалостного зноя. Тем более что с приездом хозяина снова заработали фонтаны, заметно освежающие атмосферу.

Чтобы добавить настоящей зимней экзотики, для приёма заказали десять ледяных скульптур. Однако обычная замороженная вода не выдержала бы против такого солнца и трёх часов. Поэтому Его Высочество распорядился привезти воду из своих северных владений, из озера Нетающих снов. Это уникальное место располагалось совсем рядом с богатыми залежами соли и одновременно находилось на границе нескольких мощных подземных источников энергии, предающих воде редкие свойства.

Замёрзнув, она крайне неохотно таяла — и делала это по-настоящему эстетично. Ледяные фигуры не раскалывались, не «оплавлялись», не разваливались на куски, а постепенно уменьшались в размерах, превращаясь в свои красивые миниатюры. Растаявшая вода не испарялась полностью, а ещё какое-то время висела в воздухе мелкой радужной пылью, источая ароматы соли и чайной розы. Душистое масло последней, конечно же, в воду добавляли уже сами организаторы.

К установке скульптур приступили сразу после завтрака, чтобы успеть к обеду. Устроители придирчиво осматривали и сами ледяные фигуры, и точки их закрепления, чтобы избежать любых несчастных случаев.

Естественно, что на маленькую, почти невзрачную птичку, которых в саду водилось много, внимание никто не обращал. Зато ей очень приглянулась одна из скульптур, от которой веяло приятной прохладой. Дождавшись, когда суетливые люди отойдут подальше, она вспорхнула с ветки и приземлилась на ободок вполне реалистичного ледяного торнадо. Закрыла птичьи глазки. И умерла.

Крохотное тельце сразу же свалилось за постамент, так что найдут «улику» далеко не сразу. Однако если бы рядом находился энергоинженер, человек, обладающий духовным зрением, или шаман из Рубиновой пустыни, то они бы заметили кое-что ещё. Перед падением тело птицы спешно покинула почти бесцветная бесформенная субстанция, впитавшаяся в лёд.

Она постаралась спрятаться как можно глубже в структуру скульптуры, чтобы избежать любых шансов на обнаружение. Сущность обладала собственным сознанием. И оно помнило, что должно убить одного человека, носящего особый кулон с уникальной энергетикой. Но его прихода ещё требовалось дождаться. Поэтому, чтобы сберечь силы, нечто временно погрузилось в беспокойный сон.

***

Выражение лица супруга никак не изменилось. Мужчина молча положил принесённую ею записку на стол. Но за долгие века брака она научилась чувствовать, что творится у него внутри.

Кэрол успокаивающе провела ладонью по плечу мужа:

— Не люблю приносить тебе плохие новости, — тихо произнесла она.

Доминик сжал кончики её тонких пальцев и поднёс к губам:

— Наоборот. Предпочитаю знание незнанию. Хоть пока и не понимаю, что на самом деле происходит.

— Сложно проникнуть в мысли безумца. — Кэрол медленно обошла письменный стол и села напротив, стараясь не помять праздничного наряда. — Энго рискует начать войну между Великими Домами, если продолжит в таком же духе.

— У его действий всегда есть логика. Нам просто нужно её найти.

— Любой на его месте затаился бы, причём надолго. Продолжать попытки избавиться от Грегуара прямо сейчас… не могу понять столь острой мотивации.

— Значит, истинная причина лежит за пределами стандартного поля ответов, — заключил Доминик, всё ещё никак не меняя интонации голоса.

Кэрол бросила взгляд на записку от Мифис, а потом снова встретилась глазами с мужем:

— Если так и продолжим «не реагировать», люди начнут задаваться вопросом, а не ослабли ли мы.

Глава Дома Северного Когтя кивнул:

— Поэтому наш «ответ» давно готов. Осталось отдать приказ. И если у меня снова появится повод, я его отдам.

— Хорошо. Грегуар уже приехал. Сообщу ему новости.

В голосе супруга внезапно появился намёк на улыбку:

— Он так и не решил проблему с «Надкушенной башней» и наёмницей?

— Нет, — улыбнулась в ответ Кэрол. — Обложил лучшей охраной и, видимо, гадает, почему рыбка не клюёт. — Она отчётливо ощутила, как Доминик внутренне смеётся, но его лицо, как обычно, осталось непроницаемым. — Ты уже давно мог указать сыну на ошибку. Тебя бы он послушал.

— Лишнее. Лет через пятьсот-шестьсот это кресло придётся занять ему. Пускай набивает собственные шишки.

Жена бросила на мужа слегка осуждающий взгляд, демонстрируя несогласие с такой позицией, и поднялась с места:

— Карету подадут через час. Принц просил нас появиться пораньше.

— Буду готов к этому времени.

***

Все вокруг почему-то называли это «маленькая вечеринка». Хотя толпа разодетой знати полностью заняла первый этаж резиденции и плавно растеклась по красиво украшенному саду, в разных частях которого играла музыка и подавали всевозможные закуски и прохладительные напитки.

В знак особого уважения некоторые из Великих Домов, включая его собственный, прислали оригинальные подарки для гостей. Например, воздушный шар от Северного Когтя, оснащённый дополнительным охлаждающим артефактом, поднимал желающих в воздух полюбоваться на чудесные столичные виды.

Дом Медной Реки привёз несколько «живых» статуй из редкого сверхпластичного тёмно-синего металла, который добывали в его шахтах. Под воздействием воли энергоинженера, а сегодня эту роль отвели Дениэлу, фигуры периодически меняли позы и форму, срывая восхищённые аплодисменты.

Подарков прислали много. И даже очень вкусных. Например, остро-сладкий ореховый десерт из королевств Рубиновой пустыни. Грегуар ел это угощение каждый раз, когда его знакомили с очередной «дочерью, которая только-только вернулась в столицу… в позапрошлом году», когда вновь просили рассказать о монстре, побеждённом на испытаниях, или «о громкой чудо-машине, которую изобрёл ваш брат». То есть постоянно.

Чемпионский кулон привлекал слишком много внимания. Благо к вечеру, когда начало темнеть, гости устали и постепенно расходились. Однако возможности сосредоточиться на собственных мыслях пока так и не представилось.

Его Высочество сделал знак подойти и повёл Грега в дальнюю часть парка:

— У вас взгляд человека, которому не помешает небольшая прогулка, — улыбнулся Манганар. Несмотря на занятой день, он смотрелся вполне бодро.

— Да, вы абсолютно правы.

— Меня сегодня забросали просьбами приглашать вас почаще.

Они свернули в одну из аллей, откуда веяло приятной, почти солёной морской прохладой.

— С этим могут возникнуть сложности. Министерство фактически запретило мне посещать столицу некоторое количество лет. И я сейчас открыто нарушаю это предписание, — вежливо отозвался чемпион.

Они миновали прекрасно сделанного, выпрыгивающего из пенной волны ледяного дельфина и направились к следующей статуе.

— Это недоразумение нетрудно устранить. Надеюсь, вы не против, если я так и поступлю, — сказал принц.

Грегуар не успел найти подходящие слова для ответа. С одной из ближайших тропинок в «зимнюю аллею» свернула вторая пара. Видимо, Энго продолжал беседовать с министром, поэтому Её Высочество Тхаис сопровождал Зар со своим обычным — надменно бесстрастным выражением лица. Брат с сестрой поравнялись и обменялись вежливыми улыбками, наверное, уже в десятый раз за сегодняшний день.

Грег успел коротко переговорить с матерью до приёма, но пока не решил, что именно станет делать дальше. Самый неприятный противник — это тот, чью мотивацию и методы ты не можешь предсказать. Почему-то новость, что покушения на него продолжатся, не вызвала никакого особого эмоционального отклика. Он слишком часто за свою жизнь попадал в сложные ситуации, поэтому воспринимал чувство опасности скорее как помощника, а не препятствие, мешающее принимать быстрые решения.

Опасность не сковывала, она предупреждала. Например, как… сейчас! Грегуар вложил все имеющиеся у него силы в один короткий рывок. Он схватил Манганара за плечи и отшвырнул от себя как можно дальше вперёд. Сам Грег уйти с линии атаки уже не успевал, как и не видел нападающего, который, судя по ощущениям, находился где-то справа.

Повинуясь чистому инстинкту, Грегуар превратил шею в бесплотную тень и тут же почувствовал, как сквозь неё прошло что-то тонкое и ужасно холодное, словно только что вытащенное из морозильной камеры лезвие. Боковым зрением мужчина уловил движение слева и увидел, как Зар повторяет его действие, буквально выбрасывая Тхаис из зоны поражения. Летящего к нему прозрачного «клинка» он не успел заметить, так как бросок развернул его спиной к атакующему.

Не думая, что делает, Грегуар резко присел, сбивая блондина с ног. Смертоносное лезвие почти беззвучно прошило воздух над головой Зара и рвануло обратно. Или просто начало уменьшаться с какой-то невероятной скоростью…

Падающий Зар выставил руки перед собой и, оттолкнувшись ими от земли, вскочил обратно, выбрасывая из правой ладони яркую гудящую огненную плеть. В первое мгновение Грегуар подумал, что удар направлен на него, но тот предназначался находящемуся за его спиной.

Грег развернулся и отпрыгнул назад, поднимаясь во весь рост. Только что стоящий абсолютно неподвижно ледяной торнадо ожил и раскручивал кольца для новой атаки. Лента пламени врезалась в его центр, прошивая бывшую статую насквозь. Зар успел нанести ещё несколько быстрых ударов, прежде чем лёд, наконец, развалился на десятки неровных осколков.

С разных концов парка к ним уже бежала охрана и представители знати. Грегуар бросил взгляд на Манганара, которого, кажется, не задело, и начал разворачиваться к Зару, собирающемуся что-то сказать. Именно в этот момент остатки «торнадо» вдруг издали резкий «хлюп» и устремились во все стороны, как из эпицентра взрыва.

Всё, что Грег успевал сделать, — это призвать Тень и дать кускам льда пролететь сквозь себя. Рядом полыхнуло красное пламя. Зар поступил точно так же — обратился к Духу Огня, и лёд ему не навредил. Грегуар раскрыл тайну своей второй Формы, но сейчас приходилось думать о другом.

Лёд, которому полагалось просто разлететься, реализовал это очень оригинальным способом. Не успев достичь земли, он в один миг распался на тысячи водяных капель, которые стали заполнять окружающее пространство, сжимая вокруг чемпионов странное широкое кольцо из плотного белого тумана.

Блондин попытался пройти насквозь, но его отшвырнуло обратно, будто он с разбегу врезался в каменную стену. С другой стороны преграды к ним пыталась прорваться охрана, но тоже совершенно безуспешно. Температура быстро падала. Даже пламя вокруг Огненного Духа не могло согреть воздух или хотя бы растопить летающие в нём мелкие крупицы льда.

А туман продолжал меняться. Где-то в его глубине зарождались длинные острые стрелы, которые летели в них со всех сторон. Зар вплотную подошёл к стене и высвободил в неё невероятный по мощи заряд огня, но хищный холод просто поглотил его силу.

Грегуар переглянулся с блондином и на его изменённом Формой лице прочитал тот же вывод, что осознал сам. Проходя сквозь духовные лики, лёд не наносил физического вреда, но раз за разом отнимал толику силы, которая и без того стремительно покидала тела из-за лютой стужи, даже для Тени казавшейся чрезмерной.

Приняв единственно возможное решение, мужчины стали уворачиваться от летящих снарядов, стараясь выиграть время для помощи, которая пыталась до них добраться.

Заметив перемену в их поведении, туман снова переиграл правила. И вместо ледяных стрел и копий создал целую тучу тонких игл, которые атаковали одновременно. Не увернуться. Теперь старым врагам пришлось окончательно объединиться, чтобы хотя бы частично уменьшить потенциальный ущерб друг для друга.

Зар выбросил руки вперёд, в одной ослепительной вспышке испаряя часть нацеленных с его стороны игл. Грегуар, прикрывающий его спину, сделал плотной переднюю половину тела и быстро превращался в морского ежа, принимая порцию смертоносного холода на себя. Всё-таки хорошо, что Тень не имела языка и не могла кричать. Энергетический удар ощущался крайне болезненно.

Однако Зар всё равно рухнул, сохраняя духовную Форму теперь лишь частично. Лёд добрался до его ног и поглощал из них энергию с потрясающей скоростью. Брюки чемпиона Тхаис, превратившись в дырявую марлю, моментально пропитавшись кровью.

Одним движением Грегуар сбил с себя большую часть игл, делая Тень полностью плотной. Он закрыл Зара собой от очередного залпа, но одномоментно с этим произошло кое-что ещё. Энергоинженеры по ту сторону тумана, видимо, поняли, что нужно делать, — и ударили.

Вжатый в землю блондин издал громкий стон, и первый раз в жизни Грег не желал с ним спорить. От этого ощущения хотелось выть и блевать в одно и то же время. Грегуар частично закрыл голову правой рукой, но это не возымело эффекта.

Их «спасатели» не жалея сил, давили волю, управляющую туманом, и накрывали всю его площадь, не размениваясь на «мелочи» в виде двух оборотней внутри. Жуткий пресс исчез так же внезапно, как и появился. Казавшийся несокрушимым враг вдруг растаял, оставив после себя частично замороженную траву и густой аромат соли. Грегуар упал рядом с Заром, теряя контроль над Формой, и от всей души сипло выругался.

***

Для своего забытья он выбрал самую прохладную в замке комнату. Высокий мужчина лежал на старинной узкой кровати вот уже шестнадцать часов подряд и не шевелился.

Всё это время окна в покоях оставались широко распахнуты, чтобы та часть его сознания, которую маг отправил в столицу, могла беспрепятственно вернуться к нему.

Внезапно полученный приказ застал его врасплох, но отказать своему Наставнику мужчина тоже не мог. Наконец, когда над горизонтом уже забрезжило утро, крохотная уставшая птичка присела на подоконник. Поразмыслив, она нашла в комнате того, кого искала, и вспорхнула на спинку кровати. Человек делал очень медленные вдохи и выдохи, источая вокруг себя приятный предгрозовой аромат.

Птичка прыгнула на кисть мужчины, и пальцы инстинктивно сжались. Теперь веки человека подёргивались, а голова периодически поворачивалась из стороны в сторону. Во сне он видел то, что смогло сделать его ограниченное переносом сознание. И результат ему не понравился.

Пробудившись, маг сел на кровати и бросил задумчивый взгляд на мёртвую птичку на полу — вроде бы никто не видел, как она улетела с места нападения.

Мужчина ощущал ужасную слабость во всём теле и раздражение на самого себя. Последствия удара сразу нескольких энергоинженеров ещё будут беспокоить его какое-то время, но не это главное.

Он со вздохом поднялся с кровати и забрал с тумбочки любимую белую маску в виде сплошного щитка. Впереди ждал длинный день.

***

Пережить нападение — одна задача. Пройти через суету после него — совсем другая. Вечеринка закончилась на довольно громкой ноте, но гости как-то не торопились домой. Ещё бы — такая тема для обсуждения.

Пока службы охраны проводили экспертизы на месте, медики занимались им и Заром. Блондину досталось больше, поэтому, когда его состояние стабилизировали, второго чемпиона сразу же увезли.

В итоге Грегуар общался с представителями охраны принца и других Домов один. Хотя рассказать он мог немного. Ведь сам так до конца и не понял, что, собственно, произошло.

На линии первой атаки находилось сразу четыре человека: он, Зар и два представителя императорской Фамилии. Кто на самом деле являлся целью — только предстояло выяснить, хотя чутьё подсказывало, что убить хотели именно его.

Кто напал — тоже совершенно неясно. Настолько сложных артефактов, способных заставить лёд «ожить» и «думать», точно не делали. Все энергоинженеры на празднике знали друг друга в лицо, не стоило забывать и о наблюдателях из охраны. Никто из них не смог бы провернуть что-то подобное незаметно для остальных. Не говоря уже о немалой мощи, вложенной в смертоносный туман. Находись они с Заром на каком-нибудь пустыре, то не выжили бы.

Грегуар раз за разом прокручивал в голове детали произошедшего, пытаясь найти те элементы, которые упустил. Это не помогло найти правильный ответ, но хотя бы отвлекало от чувства звериного холода, не желающего покидать мышцы и кости, несмотря на старания энергоинженеров и обычных медиков. Ему прописали постельный режим, но он считал, что его место рядом с отцом и принцем, которые пока не ложились.

Для них сервировали ранний завтрак в малой столовой резиденции. Активное заклинание «Беспорядка», созданное службой охраны, медленно вращалось вокруг центральной люстры. Грегуар пил горячий чай с какой-то горькой настойкой, радуясь тому, что пальцы перестали дрожать, но говорить он старался поменьше.

Отец и Его Высочество снова вернулись к теме цели нападения. И оба сходились во мнении, что принц оказался в зоне атаки случайно.

Чемпион не вмешивался в обсуждение, тем более что прервал его кое-кто ещё. Один из ближайших помощников Манганара сообщил, что посол Ильфар просит о немедленной встрече с Его Высочеством и лидером Дома Северного Когтя.

Грега познакомили с послом буквально на вчерашней вечеринке. Представитель делегации от Рубинового Треугольника — трёх самых богатых королевств пустыни, в которых, помимо других сокровищ, добывали уникальные рубины редчайшего на континенте жёлтого оттенка. Резкие перепады энергетического фона в этом регионе влияли на минералы, заставляя их менять цвет.

Кажется, мужчины произвели друг на друга исключительно благоприятное впечатление. Грегуар вполне сносно говорил на нескольких пустынных диалектах, поэтому часть общения прошла на родном языке посла. Всё-таки многие образы и понятия, распространённые в культуре стран Треугольника, крайне сложно переводились на имперский.

Но что вдруг могло понадобиться послу в такой ранний час?

Его Высочество распорядился немедленно поставить дополнительные приборы для гостя и, конечно же, пригласить его войти.

Принц вышел навстречу послу, как того требовали приличия, тогда как Грегуар с отцом приветствовали Ильфара предписанными по протоколу поклонами.

Это был хорошо сложенный оборотень на вид лет сорока пяти, одетый в традиционную просторную одежду его королевства. Замысловатый головной убор, практически полностью скрывающий тёмные волосы, украшал крупный жёлтый рубин на линии лба, что говорило о принадлежности к одной из правящих династий.

Ильфар вежливо поприветствовал всех, принял предложение присесть и на безупречном имперском произнёс:

— Надеюсь, Ваше Высочество простит мне внезапный визит, но я обладаю жизненно важными сведениями, которые считаю себя обязанным сообщить. Мой Владыка крайне ценит дружбу с вами, поэтому, получив одобрение на разглашение, я бы хотел попытаться пролить свет на событие, которое омрачило вчера столь прекрасный праздник.

Гость убедился в том, что присутствующие внимательно слушают, и продолжил:

— Я, как и советник по безопасности нашего посольства, уверен: напавший на уважаемого чемпиона на самом деле — маг. В вашей стране их теперь именуют «энергоинженерами». Однако это не тот тип специалиста, к которым мы все привыкли. А практик, умеющий переносить сознание частично или полностью в другие предметы или даже животных.

Его Высочество на мгновение удивлённо поднял брови, но, естественно, перебивать не стал.

— В нашей стране таких уникальных людей совсем немного. Как вы сами понимаете, все они служат при дворе Владыки Пустыни. И особо их существование мы, по понятным причинам, не афишируем. До вчерашнего вечера я не сомневался, что в Империи нет такого типа магов, но, видимо, мои данные оказались ошибочны или же это «визитёр» откуда-либо ещё.

Владыками Пустыни называли лидеров королевств Рубинового Треугольника. Логично, что себе на службу они забирали лучших и редких профессионалов. Однако сам факт того, что послу разрешили разгласить нечто подобное, говорил о многом. Кто-то из Владык строил на Его Высочество долгосрочные планы.

Ильфар развил мысль дальше:

— Как маг, могу дать экспертную оценку его действиям. Абсолютно уверен, что ваши люди имели дело лишь с частью сознания этого человека. Если бы его личность присутствовала при нападении полностью, он бы ретировался после первой же неудачной попытки. Однако сущность, вселившаяся в скульптуру, продолжала атаковать даже под угрозой уничтожения.

Посол едва заметно шевельнул пальцами правой руки, и Грег невольно обратил внимание на одно из его украшений. В отличие от остальных дорогих и крайне искусно сделанных перстней на мизинце Ильфар носил очень старое кольцо. Символ на нём практически истёрся, но Грегуар был готов поклясться, что это та самая «Чаша», которую он выбрал на испытании «Благословений». Или показалось?

Грег моргнул и снова сосредоточился на словах посла.

— Считаю, что нападающий находился физически очень далеко от места событий, поэтому перенёс себя лишь фрагментарно, задав внушение на определённое действие. Что довольно рискованно. Память в такой ситуации сильно лимитирована. Предполагаю, для того, чтобы идентифицировать цель, он выбрал старинный кулон, который носит ваш чемпион. Однако судьба вмешалась, и чемпионов со сходным украшением оказалось двое.

— Кулоны действительно сделаны из одного самородка одним и тем же мастером, — подтвердил Манганар.

— Как я предполагал, — медленно кивнул Ильфар.

— Существует способ определить такого мага среди остальных? — спросил Его Высочество.

— Только если он сам захочет. Хотя напавший на вашего чемпиона должен чувствовать себя сейчас очень и очень плохо. Маги нанесли его сознанию серьёзный удар.

***

Следующие два дня Грегуар провёл под присмотром врачей в семейном доме в столице. Путешествовать пока запретили. Медики считали, что его энергетика слишком слаба и нестабильна для перехода через «Окно».

Оборотень трижды в день делал специальную восстановительную гимнастику, кормил Тень и Медведя и старался спать как можно больше. Силы постепенно возвращались, а незапланированный отдых дал возможность многое обдумать.

Тех навыков и умений, которыми он располагал сейчас, явно не хватило, чтобы защитить себя от нападения нового вида энергоинженеров. Следовало поскорее начать развиваться дальше и пересмотреть тактику по самозащите. Если раньше он пренебрегал ношением артефактов и оружия, то теперь от этой привычки приходилось отказаться.

Из Иденс за несколько суток никаких сообщений не пришло, что несказанно радовало. Хотя план по поимке торговцев людьми требовал пересмотра. Окружив Ли-Энн самой лучшей охраной, которая только имелась в его распоряжении, он свёл риски похищения или убийства девушки к минимуму. Иными словами, не оставил злоумышленникам ни шанса. А задача стояла несколько иная.

В самой провинции тоже постепенно копились дела, которыми следовало заняться в ближайшее время, чтобы не упустить благоприятный период. Однако нахождение в столице позволило закрыть пару полезных вопросов через юридическую и исследовательскую службы Дома. Поэтому, когда ему, наконец, разрешили вернуться в Иденс, с собой он привёз официальные документы по производителю «Ночного цвета», а также заключение медицинских специалистов по крови, что они с Ли-Энн нашли при повторном визите в подземелье старой крепости.

Всё это он с радостью передал Маркусу, который постоянно донимал этими незавершёнными вопросами. Брат увлечённо раскладывал документы на столе, забыв про обед:

— Ну вот! Я же говорил. Нет в этой крови ничего такого особенного. И наши специалисты это подтверждают. Кровь довольно старого оборотня… наверное, возраста отца. Когда её брали, донор пребывал в крайне плохом состоянии и находился на очень скудном питании.

— А другие жидкости, найденные в бутылке, тебя не смущают? — всё ещё сипло спросил Грегуар, убирая пустую тарелку на поднос.

Маркус вздохнул и переключился на другую папку:

— Да, вижу, что реагент для предотвращения свёртывания крови сделан кустарным способом из ингредиентов, характерных для фармакологии островных стран. И это с натяжкой можно рассматривать как косвенное доказательство, что похитители сына барона Джаркеса и девушки-наёмницы… связаны. Предположительно. Но в любом случае, — родственник поднял ладони в саркастическом жесте и пошевелил пальцами, — никакого «волшебства» здесь нет. Мальчишка ударился головой и сильно перепугался. А «тайную комнату» вместе с остальными способами спасения он себе просто навоображал.

Брат многозначительно поднял указательный палец вверх, предупреждая следующую реплику Грега:

— И то, что в тоннелях нашлось отдельное убежище на всякий случай, — всего лишь совпадение. В твоём замке тоже есть такие комнаты. В этом нет ровным счётом ничего удивительного.

— Ну а кровь-то при чём? — снова задал старый вопрос Леонард, который уже полчаса ковырялся ложкой в супе, решая — доесть или нет.

Маркус бросил на него снисходительный взгляд и снова полез в только что закрытую папку. Он извлёк оттуда бланк с заключением и положил рядом с Лео:

— Сам прочти. Наши специалисты считают, что живая человеческая кровь, скорее всего, часть какого-то ритуала, характерного, например, для особо диких верований Доминиона.

— Гадость какая, — заключил самый младший брат и отодвинул от себя еду. — А производитель «Ночного цвета»?

Маркус передал ему следующий документ:

— Здесь негусто. Юристы пишут, что компания, которая его делает, официально зарегистрирована за пределами Империи. Владельцев уже уведомили, что если экспертная комиссия сочтёт стимулятор опасным, то их лицензию аннулируют. Собственники, в свою очередь, подтвердили, что готовы принять любое решение наших властей.

— Что-то комиссия долго думает, — с сомнением произнёс Леонард.

Маркус пожал плечами:

— Не могут найти причины побочных эффектов. Нет прямых доказательств, что именно «Ночной цвет» убивает людей. Ведь непонятно, как он это делает. А вдруг это подстава от конкурентов? Кроме того, все случаи с негативной реакцией или побочными эффектами действительно очень редки. Жалоб практически нет.

— А странный способ продажи стимулятора? — решил продолжить играть в следователя Лео.

— Пфф… если вещество надёжно запаковано, правильно хранится и покупка оформлена официально, то без разницы. Это не полноценное лекарство, а пищевая добавка.

Кажется, младший брат иссяк, да и у Грегуара не нашлось никакого желания спорить с «научно настроенным» Маркусом. Шея и горло после неудачного отсечения ледяным клинком пока ещё ощутимо болели. Говорил он с трудом.

Мужчина собирался попрощаться и вернуться к делам, но в дверь столовой тихо постучали. Слуга передал аккуратно сложенную записку.

Грегуар развернул листок и быстро пробежал по короткому тексту взглядом:

— Что это ещё за выкрутасы…

***

Ли-Энн в очередной раз сделала несколько шагов по комнате, дойдя от кровати до письменного стола. Всё-таки «покои» у неё не настолько большие, чтобы гулять.

Слишком длительная концентрация на вопросе уже несколько часов проявляла побочные эффекты, поэтому девушку мутило. Следопыт наклонилась и попробовала размять икры и ступни, которых практически не чувствовала, словно вместо них она опиралась на комки старой ваты.

В дверь, наконец, постучали:

— Ли-Энн. Это я.

Голос показался ей странным. Девушка поспешила впустить мужчину в комнату.

— Что с тобой случилось? — невольно вырвалось у неё.

Бледность Грегуара по-настоящему напугала. Складывалось впечатление, что он резко потерял несколько килограмм веса всего за несколько дней отсутствия в провинции.

— Сейчас речь не обо мне, — глухо произнёс оборотень и развернул перед её глазами посланную ему записку. — Это что?

Ли-Энн на мгновение закусило губу в сомнении. Он оказался недоволен, но переигрывать ситуацию слишком поздно.

— Я пыталась найти собственное решение нашей «маленькой проблемы» и вроде бы нашла, — начала объяснять она.

Грег скрестил руки на груди, испытующе глядя в ожидании продолжения.

— Так обычно не делается… но я попробовала. Уже неделю подряд задаю себе разные варианты вопросов на тему моих похитителей. — Ли-Энн присела на краешек стола, снижая давление на ноги. — И сегодня чутьё вдруг ответило. Эти люди находятся примерно в трёх часах бега от замка, но я могу указать только общее направление, пока просто стою на месте.

— Где они, по-твоему? — Выражение его лица стало более спокойным и сосредоточенным.

— Двигаться нужно в сторону руин старой башни. Преступники, скорее всего, в одной из зимних сторожек лесничества. Летом туда редко кто ходит, но точно смогу сказать только в процессе.

Грегуар кивнул, всё больше становясь прежним собой. Это успокаивало.

— А с глазами у тебя что?

Ли-Энн на всякий случай глянула в маленькое зеркальце, стоящее на столе. Глаза действительно болезненно поблёскивали, как при обычной лихорадке:

— Последствия слишком продолжительной концентрации на вопросе без соответствующего действия по поиску.

— И долго ты так?

— Часов восемь. Послала записку, как только узнала, что ты вернулся.

— Экспериментаторша, — сипло выдохнул напарник. — Сколько ещё продержишься?

— Час, возможно, два. Если ничего не делать. При поиске дольше, — Ли-Энн отвела взгляд в сторону. — Знала бы, что ты в таком состоянии, то промолчала бы.

— А вот это уже глупости. — Грегуар провёл ладонью по подбородку. — Чем быстрее разберёмся с проблемой, тем лучше. Сделаем так. Спускайся к воротам и жди меня. Я соберу людей и сообщу твоему дедушке, что происходит.

***

Обычно в этом месте разливали совсем другие напитки, но сегодняшние гости предпочитали нечто совершенно особенное. Обладающий духовным зрением смог бы разглядеть опасную хищную ауру, поднимающуюся над кипящим котелком, но, кажется, присутствующие и так о ней знали.

Самый массивный из обитателей охотничьего домика, не стесняясь своих впечатляющих объёмов, свободно перемещался между людьми, разливая освящённый «Ночной цвет» по протянутым к нему кружкам. Мужчина периодически наступал на чью-нибудь ногу или лапу, вызывая раздражённое шипение в свой адрес, и абсолютно его игнорировал.

Тем более что после очередной вылазки к замку Иденс уже поднадоевший спор разгорелся с новой силой.

— Я же говорил, что к ней тихо не подобраться, — сухо бросил один из двух мужчин с тигриной шерстью на шее и руках.

Оба сидели на чудом уцелевших стульях, прислонившись к стене, поэтому пострадали от неуклюжих передвижений своего лидера меньше всего.

— При любом раскладе кто-то из нас точно сдохнет, да и добраться до перехода незаметно сейчас без шансов, — поддержал брата второй Тигр.

Невысокий и очень худой парень, как-то умещающийся на одной из прибитых к стене, наверное, ещё в прошлом столетии полок, случайно пролил горячее варево на сидящего внизу и ловко отбил полетевший в ответ ботинок:

— Раск всё ещё ждёт от нас результата, — меланхолично напомнил он, переводя внимательный взгляд на тончайшую паутину позади себя.

— Раск может зайти себе в тыл и там окопаться. Я ему разрешаю, — откликнулся первый Тигр.

Бросивший ботинок поймал его и попытался надеть обратно, но вместо этого пришлось снова уворачиваться от проходящего мимо громилы с почти опустевшим котелком:

— Тогда срать на его приказ. Убьём её, и всё. Нет связи с островом, нет проблем. — Под рубашкой вокруг пояса оборотень намотал что-то большое и плотное, поэтому не мог нормально согнуться, чтобы вернуть обувь на место.

Сидящий рядом с ним человек выглядел точно так же, включая необычный бандаж под одеждой, и с усмешкой наблюдал за страданиями родственника:

— Должна быть причина, почему Раску девчонка нужна живой. Может, дорого стоит?

— Предлагаешь соврать, что убили, и вместо этого продать? — пропыхтел его брат, втиснув грязную ступню в ботинок.

— Как продать то, ценность чего не понимаешь? — спросил один из Тигров, с удовольствием допивая кровавую жижу.

— Допросим и узнаем, что в ней такого особенного, — ответил оборотень с ботинком.

— Ты не умеешь допрашивать, не испортив товар, — всё так же меланхолично донеслось с полки.

— Можно подумать, вы переживёте встречу с её охраной. — Здоровяк закончил «путешествовать», плюхнувшись прямо на пол и вызвав небольшое локальное землетрясение.

— Ну, кто-то точно переживёт и получит долю тех, кто сдох. Звучит неплохо, — не сдавался «ботинок».

— Нет, все деньги загребёт Раск, когда раскусит вас — идиотов.

Сказавший это мужчина выглядел неприятнее остальных. Форма Таракана занимала практически всю левую половину тела, а правая постепенно отмирала, несмотря на поддержку «Ночного цвета». Поэтому Таракан постоянно чесался, выбрасывая в крохотное оконце отвалившиеся кусочки.

Второй Тигр поднял волосатую руку:

— Голосую за убийство. Кто желает пожертвовать собой ради блага остальных?

— Предлагаю Рокки, он и так уже разваливается на части, — с мрачной улыбкой предложил «ботинок».

— Надо решать быстрее, а то мы тут уже вечность торчим, — подвёл итог здоровяк, допивая остатки прямо из котелка. Красное горячее месиво потекло по руке, но благодаря невероятно толстой коже мужчина этого даже не почувствовал.

— Поддерживаю… — произнёс начавший спор Тигр, но не успел договорить.

Гнездящийся на полке паренёк уловил едва заметную вибрацию на паутине и подал остальным сигнал замолчать:

— Нас нашли, — прошептал он.

***

Большую часть пути получилось преодолеть на машинах. И только потом Лисёнок уверенно повёл их глубже в лес. То, что чутьё Ли-Энн неожиданно сработало — большая удача, которую нельзя упускать. Обычно неконкретные вопросы в стиле — «где сейчас находятся люди, которые хотят меня убить», у следопытов не срабатывали. Так как требовали очень высокого уровня чувствительности из-за отсутствия более точных деталей для наведения. Но, видимо, мотивации и упорства Ли-Энн хватило, чтобы перейти этот барьер.

С собой Грегуар взял «четвёрку», выделенную Аристархом для охраны девушки, капрала Вудса, в чьих умениях не сомневался, а также пятерых человек, которых подобрал уже сам Джим. Двое остались с транспортом, остальные отправились дальше. Собирать слишком большую группу или использовать летучие Формы Грег не решился. Это значительно повышало шансы, что их заметят слишком рано.

Этот отрезок пути привёл в глубокую чащу, по которой они старались идти медленно и аккуратно в подходящих для этого ликах, дабы не производить слишком много шума. Если он помнил правильно, то до ближайшего охотничьего домика оставалось полчаса пути. Может, чуть меньше, но Ли-Энн вдруг остановилась.

Какое-то время задумчивый Лисёнок крутил головой в разные стороны, осматривая кусты и деревья. Затем девушка внезапно вернула человеческий облик и снова принялась внимательно разглядывать… что-то.

Дав остальным знак не шевелиться, Грегуар приблизился к следопыту вплотную, благо Тень позволяла делать это вообще бесшумно. Девушка подняла на него встревоженный взгляд и осторожно поднесла указательный палец к пустому пространству между ветвями. Точнее — почти пустому.

Пришлось практически уткнуться лицом в тончайшую желтоватую паутинку, чтобы заметить её. Ли-Энн сделала широкий жест, показывая, что эта штука здесь повсюду. Мужчина кивнул и отошёл в сторону, убеждаясь в правоте следопыта.

Паутина отличалась от обычной. Очень тонкая, но при этом почти не реагирующая на движение воздуха. Она хаотично покрывала кустарник слишком широкими ячейками, чтобы поймать насекомое, даже некоторые птицы пролетели бы сквозь неё без каких-либо сложностей. Загадочный Паук охотился на что-то крупное.

Инстинкты Грега подсказывали посмотреть под ноги. Он вернулся чуть назад, осматривая «дорогу» и осознавая, что времени составить приемлемый план у него уже нет. Самый плотный слой паутины лежал на земле. И они только что его потревожили.

Глава «четвёрки» по-птичьи повернул ухо в направлении, куда оборотни изначально двигались. Из всей группы он обладал наиболее острым слухом. Общались языком жестов, принятым внутри Дома.

«Сколько человек?» — спросил Грегуар.

«Шестеро. Окружают нас».

Грег отдал молчаливую команду рассредоточиться и зарядить арбалеты. С собой они взяли только самые лёгкие модели, для которых использовались болты с артефактными наконечниками. Их обычно хватало, чтобы навсегда успокоить практически любого, даже очень сильного оборотня. Ли-Энн снова стала Лисёнком и держалась за спинами «четвёрки». Ещё в замке они условились, что в драке следопыт не участвует. Так что Грегуар надеялся на её благоразумие.

Тем более что теперь он и сам слышал и чувствовал кое-что. Помимо шума, издаваемого группой людей, которые, уже не скрываясь, прорывались сквозь густой кустарник, по земле ритмично прокатывались мощные удары лап или ног какого-то очень крупного животного. Продвигающиеся к ним напрямик явно отвлекали внимание на себя. Что означало — первый удар на самом деле нанесут с флангов.

Четыре арбалета с «огненными» наконечниками разрядились в первую вырвавшуюся из сплошной зелени цель, и ошмётки огромного Тигра разбросало по кустам.

Вудс сорвался с места, на котором стоял, живой змеящейся пружиной и сбил на лету второго Тигра. Мощные петли Питона намертво обвились вокруг противника, ломая тому кости и шею.

Боковым зрением Грегуар заметил двух совершенно одинаковых мужчин, появившихся со стороны «четвёрки». Их толстые скорпионьи хвосты играючи ломали молодые деревца и кустарник в попытке попасть ядовитым жалом в прозрачного Лисёнка или кого-то из охраны.

Широкая многоногая тень пронеслась над головой, едва касаясь крон, и Грег отпрыгнул в сторону, одновременно отталкивая от себя одного из солдат Вудса, перезаряжавшего арбалет. Тяжёлое кольцо тёмной паутины со стальным лязгом упало на то место, где они оба только что стояли.

Паук скрылся из зоны видимости, но перед Грегуаром возник новый, сотрясающий землю противник. Носорог. Вполне обычных размеров, но даже этого хватило, чтобы устроить настоящий хаос, учитывая, что драться приходилось на заросшей территории.

Зверь атаковал несколько ближайших к себе солдат, но они успешно ушли от столкновения, успев выпустить по нему ещё один залп из арбалетов. Правда, завершился он ничем. Этот оборотень, вместо того, чтобы вложить накопленную силу в увеличение Формы, предпочёл использовать ресурс для защиты. Артефактные болты, разорвавшие Тигра на кусочки, оставили на его толстой шкуре лишь несколько грязных подпалин.

Паук вернулся и теперь плёл новую смертоносную сеть, с огромной скоростью описывая неровные круги над сражающимися. Носорог, в свою очередь, метался по земле, выбирая противников так, чтобы никто не успевал прицелиться в его товарища наверху.

Позволив Носорогу промчаться сквозь Тень, Грегуар вернул человеческую Форму. Мужчина на ощупь нашёл в кармане куртки более подходящий под задачу артефакт под названием «Ледяной конфликт». Обычно его применяли, чтобы потушить начинающийся пожар. Например, загоревшуюся мебель или машину. Но оставались и иные варианты.

Грег одновременно вдавил в деревянную пластину три выступающих из неё фрагмента кварца и бросил под ноги развернувшемуся в его сторону Носорогу. Обширный кусок земли мгновенно покрылся толстым слоем льда, сбивая массивную тушу с разгона, что помогло выиграть бесценные мгновения для нормального прицела и удачного выстрела.

Глаза, скорее всего, оставались единственной частью, которую Носорог не смог хорошо защитить. Оборотень рухнул на лёд, ломая его грязной мордой. Из его носа, пасти и левой глазницы текла густая чёрная кровь.

Остановленный рогатый зверь дал возможность остальным солдатам разрядить арбалеты по Пауку, который успел закончить свою жуткую ловушку со стальным блеском. Однако трёх оторванных лап оказалось недостаточно, чтобы заставить его остановиться. Он потерял в ловкости, но не в скорости. Паук резко развернулся к подобравшемуся сбоку Джиму и одним движением сбросил капрала с ветки.

Оборотень поднял две уцелевшие передние лапы, как это делают нормальные пауки при атаке, намереваясь обрушить стальную паутину на противников. Повинуясь внезапному инстинкту, Грег прыгнул, вкладывая медвежью силу и ярость в руки. Поймав Питона, он швырнул того обратно в Паука и крикнул людям отойти.

Они за секунды убрались из зоны поражения паучьей сети, но это оказалось излишней мерой. Питон удачно проскочил между крупными ячейками паутины и врезался в туловище Паука, опрокидывая его назад. Ломая ветки, два схватившихся противника полетели в кусты, а ловушка осталась на прежнем месте.

Вудс с нескрываемым удовольствием добил «хрустящего» Паука и поднялся с земли уже человеком, слегка пошатываясь. Однако «на ногах» внезапно оказался не только он.

Носорог вскочил одним резким мощным толчком, разбрызгивая вокруг капли тёмной крови. Оборотень повернул к Грегуару уцелевшую половину морды и смерил его бешеным взглядом. Но вместо того, чтобы броситься или попытаться скрыться, зверь вложил последние силы в длинный и удивительно гибкий для его массы прыжок в ту сторону, где добивала бандитов «четвёрка».

Большинство своих людей Аристарх учил с детства, подбирая для каждого максимально эффективный тип боя. Охрана Ли-Энн сражалась в одном из «воздушно-птичьих», трудновыговариваемых стилей, позволяющем двигаться так, словно тело практически не имело веса.

В качестве оружия они использовали трости с выдвижным острым лезвием. Оборотни постоянно меняли Формы с человеческой на птичью и обратно, никогда не оставаясь на месте дольше пары мгновений. Частично этим стилем владели одна из его сестёр, Бэлла, и мама. Прочие члены Семьи, включая его самого, не подходили по комплекции и характеру, как объяснял Аристарх.

Пока Носорог играл с ним «в салочки», Грегуар успел заметить, как Лисёнок проскочил между близнецами-Скорпионами, уворачиваясь от укола смертоносным жалом, усиленным искусственным стальным наконечником. Девушка пыталась заставить одного брата случайно атаковать другого. Но безуспешно. Зато подарила лидеру «четвёрки» возможность нанести мастерский удар, отсекающий хвост одного из близнецов. Раненый оборотень попробовал сменить Форму, но что-то пошло не так. Его тело свело сильной судорогой — так что следующей в траве оказалась уже его отрубленная голова.

Второй Скорпион успел полностью принять нужный облик, но это помогло ему ненадолго. Короткое время он держал «четвёрку» подальше от себя, разбрызгивая вокруг полупрозрачный яд. Но сперва они добрались до его клешней, а потом и до шеи.

«Четвёрка» слаженно, словно единый организм, отпрыгнула от бросившегося в их сторону Носорога, однако целился тот совсем не в них. Всей тушей зверь приземлился на ещё не успевшее измениться тело мёртвого Скорпиона. Раздавленный носорожьим весом труп почти беззвучно лопнул, выбрасывая в воздух ядовитую водянистую пыль.

Охранники один за другим стали падать на землю, роняя оружие. Наконец сдохший Носорог рухнул вслед за ними и уже не двигался.

Ли-Энн тут же сменила Форму на человеческую и стала осторожно стирать носовым платком с лица ближайшего к ней оборотня отравленную влагу, уменьшая долю контактного яда, впитывающегося через незащищённую кожу. Глаза мужчины оставались открытыми, но не реагировали. А тело замерло в неестественной неподвижности.

Грегуар отдал остальным солдатам приказ помочь пострадавшим, а сам вместе с Вудсем развернулся на новый источник шума.

— Свои, — предупредил голос Мастера Ивана.

Дед Ли-Энн появился в сопровождении Антона и ещё одного незнакомого воспитанника:

— Мы не с пустыми руками.

На толстой жерди они несли привязанный к ней труп. И выглядел он точно так же, как и два только что убитых Скорпиона.

— Тройняшки, — заметил вслух Джим.

— Пытался сбежать, — пояснил Полковник. — Сторожка пустая. Больше никого.

— Вы быстро.

— Так места-то знакомые, — усмехнулся Мастер.

Иван подошёл к обездвиженному лидеру «четвёрки», оценивая его состояние:

— А они у вас живучие.

— Многие из наших людей хорошо сопротивляются ядам. Главное — доставить их в замок вовремя, — ответил Грег и повернулся к Вудсу. — Нам потребуется ещё транспорт.

Капрал кивнул одному из солдат, тот принял птичью Форму и скрылся за кронами деревьев. Грегуар приказал готовить пострадавших и «гостей» к транспортировке, благо несколько тряпичных носилок они додумались захватить сразу.

Как только зону поражения обезопасили, мужчина выстрелил в центр паутины обычным болтом, приводя её в движение. Странная сеть упала на землю и начала резко съёживаться, сгребая в единый ком фрагменты веток, травы и листьев. Если бы под неё попали люди, то из них бы получился увесистый мясной рулет.

— Отведите меня к охотничьему домику, Мастер, — попросил Грег.

— Идёмте.

До сторожки они добрались очень быстро. Большая часть мебели оказалась сломана. Внутри и вокруг домика стоял устойчивый приторный аромат «Ночного цвета», крови, а также стандартной смеси перцев, отбивающей нюх у собак и оборотней, хорошо ориентирующихся по запаху.

— Тот, которого мы поймали, пытался скрыть следы и уйти, бросив своих, — прокомментировал Полковник.

Грегуар кивнул и пересчитал кружки, валяющиеся на полу:

— Семь штук. Скорее всего, мы убили их всех.

— Похоже на то.

Грег обошёл дом, наткнулся на остатки разделанной оленьей туши, но больше ничего интересного не увидел. Он сделал себе мысленную пометку — чуть позже прислать сюда экспертную группу.

Учитывая обездвиженную «четвёрку», а также немалые размеры человеческой туши поверженного Носорога, обратная дорога заняла много часов. Зато охрана успела подогнать дополнительный транспорт.

В замок они вернулись только к сумеркам. Мастер Иван с воспитанниками остались на ночь. Завтра предстояло отправиться в Джаркес и встретиться с Квентином Мартиаром и его группой. Давно запланированный «визит на остров» не стоило откладывать ни на день.

Глава 19. Зверь из тени

Дени стоял у ворот в сад, рассматривая дорожки через призванную энергетическую призму. Самый яркий объект находился не так далеко, в пятидесяти шагах за густыми розовыми кустами. Вернув нормальное зрение, мужчина быстро пошёл в нужном направлении.

— Вот и ты, — мягко улыбнулась Алиса, вставая со скамейки и делая шаг навстречу.

— Я же обещал вернуться как можно скорее.

Она обняла его за плечи и тут же смущённо отступила:

— Пойдём в дом. Время завтрака.

— Чуть позже, — вернул ей улыбку Дениэл. — Сначала поработаю почтальоном.

Они присели, и он достал из кармана пиджака маленький конверт с личной печатью её брата:

— Зар передаёт привет.

Алиса аккуратно вскрыла записку и прочла короткое послание:

— Просит не волноваться и присмотреть за домом, — вздохнула она. — Ты его видел?

— Да, ваши медики пустили ненадолго. Бледный, но вне опасности. Уверяет, что в порядке.

— Сюда врачи отписали, что моя помощь не нужна, но его нельзя пока перевозить.

Целительница спрятала письмо в сумочку, затем осторожно взяла Дени за левую кисть, разворачивая руку мужчины ладонью вверх.

— А ещё Зар не единственный притворщик. Ты во многом искусен, но не в иллюзиях. Убери обманку, дай нормально посмотреть.

Энергоинженер не удержался от кривой ухмылки и перестал подпитывать маленькую иллюзию, открывая неприятный глубокий холодовой ожог. Толстая жёсткая корка сковывала практически всю ладонь и пальцы.

— Кто-то забыл заглянуть к доктору, — с ноткой неодобрения оценила увиденное девушка, проводя своей рукой над его и вызывая ощущение лёгкого покалывания.

— Кто-то просто тренируется в самоисцелении. Правда, получается так себе.

— Упрямец, — тепло произнесла она. — Предлагаю небольшое соглашение: рассказываешь, что произошло на празднике у Его Высочества и как получил ожог, а я приведу рану в порядок.

— Кто же отказывается от хорошей сделки?

Рассказ складывался из описаний разных людей, так как Дениэл добежал до аллеи уже к финалу схватки:

— Потом общими усилиями мы подавили туман, но сначала пришлось оттащить от него несколько охранников, которые попытались проникнуть внутрь и сильно пострадали. Последствия перед тобой.

Алиса кивнула, не отводя внимательный взгляд от повреждённой ладони. Пальцы целительницы продуманно двигались над ожогом, но самое интересное происходило в энергетическом поле. Дени с лёгкой улыбкой наблюдал, как девушка буквально рисует ему новую ладонь и наполняет её силой. Теперь боль ушла, но возникло едва сдерживаемое желание почесать руку.

Ден отозвал энергетическое зрение, чтобы полюбоваться на итоговый результат. Мышечный слой восстановился полностью, и ладонь покрывала тонкая, почти прозрачная бледно-розовая кожа.

— Работа мастера, — заключил он.

— С видимыми ранами всегда проще, — пожала плечами Алиса, скромно улыбаясь, но голос выдавал усталость. — Попробуй пошевелить рукой.

Дениэл медленно сжал и разжал кулак:

— Всё отлично. А тебе положен день хорошего отдыха, и хозяйка что-то говорила про завтрак.

— Говорила, — согласилась она, осторожно отпуская его кисть и не очень уверенно поднимаясь со скамейки. — Но, похоже, тебе придётся проводить меня.

— Это всегда с удовольствием. — Дени предложил целительнице руку.

Алиса взяла его под локоть, и они неспешно пошли в сторону особняка.

— Вся эта история с ожившим ледяным торнадо звучит почти как… даже не знаю. Видимо, пора начинать верить в злых и добрых духов.

Дени не удержался от короткого смешка:

— Излишняя мера. Я, и не только я, уверен, что это человек. Осталось понять, как он проделал свой трюк.

— Духовные Формы существуют.

— Лик зависит от наследственности, особенностей сознания и личности оборотня, — напомнил Дениэл, уводя девушку с палящего солнца на теневую часть дорожки.

— Но сознание же где-то берёт этот образ.

— Люблю спорить с тобой на профессиональные темы, но в этом придётся разочаровать. Я чувствовал волю этого человека. Он такой же, как мы, просто с оригинальным талантом.

— Аргумент принят, — медленно кивнула Алиса, обдумывая следующий вопрос. — Есть шансы, что ты узнаешь его, если встретишь, или, возможно, вы уже знакомы?

Дени взял небольшую паузу, прежде чем ответить:

— Не думаю, что когда-либо видел раньше, как этот энергоинженер работает, но точно узнаю, если он начнёт снова использовать дар при мне.

Целительница сжала локоть мужчины чуть сильнее:

— Очень надеюсь. Наша служба охраны пока ничего не смогла сделать в этом направлении. А Дом Северного Когтя уже ответил, — добавила она расстроенно.

— Что я пропустил?

— Примерно сутки назад четыре наших корабля, доставлявшие из Доминиона редкую минеральную смесь… помнишь, ту самую, которая делает камень мягким? Одновременно затонули в нейтральных водах, получив пробоины от неизвестного источника. Совершенно непонятно как.

— Весомо.

— И более чем загадочно. Наши люди спаслись, что, конечно же, хорошо. Их подобрал имперский флот, который «удачно» следовал по тому же маршруту. Но финансовые и репутационные потери ощутимые. Наш Дом отброшен назад по некоторым проектам на десятки лет. Мы не успеваем вовремя выполнить многие обязательства перед другими Семьями.

— Оставить людей в живых и «пустить на дно», уж прости за такой каламбур, ваши стратегические планы — действительно похоже на работу Доминика, — подытожил Дени, внимательно изучая через энергетическую призму стайку разноцветных птичек, показавшуюся ему подозрительной.

— Не сомневаюсь, что это он. Наши люди внимательно следят за изданиями, связанными с Домом Северного Когтя, на предмет статей и заметок на эту тему. Ждём, когда они «официально» подпишутся под сделанным. Очередное нападение на Грегуара получилось слишком громким. «Медведи» просто обязаны оформить ответ «публично».

— Хоть вы и ни при чём.

Алиса бросила на него грустный взгляд:

— Да, но мы дали им другие причины действовать. Кроме того, «когтям» нужно сохранить лицо.

— Даже если истинный виновник последних событий вдруг найдётся…

— Это навряд ли остановит противостояние между нашими Семьями, — подтвердила девушка. — И вовлечение в это, вольно или невольно, непонятной третьей стороны и членов императорской Фамилии делает ситуацию ещё сложнее.

— Да. Мне тоже дико интересно, кому Медведь так сильно наступил на мозоль, что он устроил весь этот бардак.

***

Её волосы всегда пахли солнцем…

— Грегуар, что мы делаем?

— А на что похоже?

Ли-Энн вздрогнула, почувствовав его пальцы под своей майкой, но не отстранилась. Она пила поцелуй с нежной жадностью, привстав на носочках и медленно обвивая руки вокруг его шеи.

Приятный сон. Жаль, что он всегда заканчивался одинаково.

Мужчина почувствовал, как ладони Ли-Энн упёрлись ему в плечи, пытаясь оттолкнуть. Её голос звучал слишком тихо и с усилием выдавливал каждое слово:

— Твоя Тень… больно. Отпусти меня.

Его «третья», теневая, рука прошивала грудную клетку девушки, как копьё, и сжимала сердце с почти медвежьей хваткой. Оборотень попытался отозвать руку, но она не подчинилась. Сделать шаг назад, но ноги не слушалась.

— Отпусти…

Грег дёрнулся всем телом, и сцена изменилась. Из леса они переместились на тот самый холм, где он отмечал отставку с Мастером Иваном. Ли-Энн лежала на смятом одеяле. Глаза девушки быстро наполнялись слезами, а пальцы бессильно скользили по его запястью. Теперь уже человеческая рука безжалостно сдавливала её горло.

— Отпусти, — беззвучно повторили губы Ли-Энн.

Грегуар дёрнулся ещё раз и проснулся окончательно. Правая рука ныла от удара о кресло, рядом с которым он нечаянно заснул в процессе питания. Амулет из медвежьего когтя висел на месте, а толстая свеча, служившая основным источником света, не успела прогореть даже до середины. Значит, он проспал всего ничего.

Мужчина взглянул в окно. До рассвета и отбытия в Джаркес — часа четыре. Он умыл лицо, прогоняя остатки сна, и переоделся для предстоящей поездки.

Непричёсанный Маркус открыл дверь до того, как Грег успел в неё постучать:

— А! Думал, показалось.

— Извини, что разбудил.

— Не разбудил. Ты же знаешь, как я сплю. Мне много не надо. А вот у тебя вид не очень.

— Поэтому и пришёл.

Большую часть комнаты брата занимали сложенные неровными стопками книги, четыре стола с инструментами и незнакомыми материалами, кровать и пара кресел у камина. В последнем, несмотря на тёплую погоду за окном, весело плясало оранжевое пламя и догорали скомканные бумажки.

— Работаешь?

— Поднялся и начал записывать названия для устройства, — усмехнулся родственник. — Но когда проснулся окончательно, понял, что ничего из этого мне не нравится.

Маркус жестом предложил присесть, а сам направился к столу, на котором с трудом помещалась скромная лаборатория. Брат взял объёмную колбу с тёмной жидкостью и переставил на круглый артефакт, предназначенный для нагрева.

— Напоминаю, у меня с утра важное дело, — на всякий случай предупредил Грегуар.

Маркус фыркнул, разлил странное варево по высоким кружкам и начал щедро насыпать в них то, что выглядело как сахар:

— Это всего лишь чай, а не слабительное. Правда, по моему любимому рецепту.

— Обнадёживает.

Брат передал кружку и сел в кресло напротив. Грег попробовал напиток и понял, зачем столько сахара. Чёрная жидкость оказалась обжигающе горькой, но хорошо помогала прогнать из головы раздражающую муть.

Родственник не без удовольствия приобщился к горячему напитку и поинтересовался:

— Чем могу помочь?

— У меня потенциальные проблемы с Формой. Хотел послушать мнение эксперта, — признался Грегуар, одновременно отмечая, что голос по-прежнему звучит слишком сипло.

— О! Точно! Твоя поразительная вторая Форма. Ты так про неё ничего толком и не рассказал.

Грег спрятал улыбку за очередным глотком:

— Потому что окончательно охрип, два часа отвечая на чьи-то вопросы про ледяной торнадо.

— Согласен. Сам виноват, — с серьёзным лицом поддержал брат, но его глаза смеялись.

Оборотень поднялся, предварительно опустив кружку на пол:

— Проще показать. — Он призвал Тень в её изначальном виде, став слишком высокого роста для нормального человека.

Какое-то время Маркус рассматривал его с восхищением воодушевлённого учёного, случайно наткнувшегося на редкое насекомое:

— Вот это да…

Брат поднялся, забыв, что напиток всё ещё в руках, и ткнул пальцем в теневой бок Грегуара. Естественно, что мизинец прошёл насквозь.

— Поразительно. Ты выглядишь как «стоящие по обе стороны» из легенд Рубиновой пустыни, даже лица почти не видно.

Тень кивнула.

— Ты первый в роду с такими способностями, — резюмировал Маркус, возвращаясь на место. — Чтобы добавить в кровь что-то новое, это надо съесть. Ну… по общепринятой пока теории. — Он одарил Грега широкой улыбкой. — Как ты смог укусить Тень?

Грегуар вернул человеческую Форму, поднял с пола кружку с живительным горьким варевом и сел обратно в кресло:

— Не представляешь, сколько всякой дряни я съел до этого, пытаясь активировать второй лик. Пустынные пауки, скорпионы, стервятники и прочие деликатесы. Ничего не работало.

— Я весь внимание.

Стрелки на часах в комнате сделали два полных часовых оборота, прежде чем Грег смог завершить «доклад», включая часть про опыт прямого общения с Тенью, а также различные способы питания и ответить на «самые важные» вопросы.

Брат налил ему вторую порцию чая, поддержать сипящее горло:

— Твой случай, конечно, очень необычный. Но пока не вижу серьёзной проблемы в будущем. Наоборот. Возможность общаться с Формой на такой ранней стадии — значительный прорыв. Отец как-то поделился, что самые удачные идеи ему подсказывал один из Змеев, но для того, чтобы научиться их понимать, он трудился многие века.

— Дело не в общении, а ещё кое в чём.

Грег как можно более сжато изложил сюжет мучающих его сновидений. Откровенничать с кем-либо, даже с близкими, не входило в его любимые привычки.

Маркус поставил локоть на подлокотник и заинтересованно подпёр щеку ладонью:

— И давно у тебя эти сны?

— С тех пор как Тень и Ли-Энн в первый раз пожали друг другу руки.

— Спрашивал Тень про всю эту ситуацию?

— Спрашивал. И дух всегда отвечает, что мы действительно навредим, если погрузимся в подобные… сюжеты.

— Но при этом Форма настаивает на продолжении общения, — уточнил брат.

— В некотором роде.

На лице Маркуса появилась и тут же исчезла короткая улыбка:

— Ага, кажется, понял. Но ещё пара важных вопросов.

— Например?

— Простые ответы: да или нет. Когда находишься рядом с девушкой, замечаешь прибавление сил? Формы чувствуют себя лучше? На коже появляются мурашки? Снятся сны, неотличимые от реальности… это мы уже выяснили. Ты быстрее прогрессируешь? Ты…

— Ответы: да, — остановил его Грегуар. — Можешь не продолжать.

Родственник с трудом выдерживал нейтральный тон:

— На других девушках проверял?

— Проверял. Результат отрицательный.

— Отлично. — Учёный подался вперёд, переставляя локти на колени и сплетая пальцы между собой. — Хорошая новость в том, что ни ты, ни Тень на самом деле не являетесь прямой угрозой.

— Внимательно слушаю объяснение, — ответил Грег, снова вспоминая про чай.

Маркус несколько мгновений собирался с мыслями:

— Как бы это выразить попроще… Твоя ситуация — ещё одно доказательство того, что духовные Формы и силы, с которыми взаимодействуют энергоинженеры, во многом похожи или как-то пересекаются.

— В смысле?

— Чувствую примерно тоже, находясь рядом с Идлис. Очевидно, что когда индивидуальные энергии совпадают, то реакция на это у всех примерно одинаковая. — Учёный предупредительно поднял обе ладони перед собой. — И да, я не вижу кошмаров, где убиваю будущую жену… пожалуйста, дослушай до конца.

Грегуар молча отпил из кружки. Он и так не собирался перебивать.

— Ты, наверное, не обращал внимания, но все пары, которые создают энергоинженеры, как правило, одинаковы по возрасту и по силе. У этого есть объективная причина. — Маркус чуть помедлил в поиске нужных слов. — Энергоинженеры не сходятся надолго с обычными людьми, оборотнями или с теми, кто просто слабее их энергетически. Потому что интенсивное… взаимодействие вредит энергетике, здоровью и ментальности того, кто недотягивает. Хотим того или нет, мы для них слишком «тяжёлые».

Грег дёрнул бровью, удержал комментарий и продолжил слушать.

— Рискну предположить, что в отношении родственных духовных Форм принцип тот же. Хоть у меня и нет никакой статистики по этому вопросу. — Маркус пригладил пальцами растрёпанные волосы и снова соединил руки в удобном для себя жесте. — А теперь: вот что с тобой происходит. Ты гораздо старше Ли-Энн, и твои Формы куда более развиты. Тень, которая в силу происхождения является вполне самостоятельной личностью, ощущает твой интерес к девушке. И во сне, духу так проще, символически показывает, что может произойти. — Брат на мгновение поймал его взгляд и ещё более серьёзным тоном добавил. — Ты не превращаешься в безумного монстра, Грег. И Тень не собирается намеренно вредить Ли-Энн. Вам с ликом просто нужно усовершенствовать процесс коммуникации.

Грегуар с облегчением провёл ладонью по лицу:

— Спасибо, — сказал он поднимаясь. — Одной проблемой меньше. Извини, что так надолго отвлёк от работы.

— Пожалуйста, но я не всё сказал, — попытался остановить Маркус. — Вам с Ли-Энн совершенно необязательно воздерживаться от… чего-либо. Просто нужно установить некоторые правила, пока она набирает силу.

Грег дошёл до стола и поставил пустую кружку:

— Вот это уже ни к чему. Не собираюсь ничего делать в этом направлении.

— Почему? — искренне удивился родственник, тоже поднимаясь с места.

— Ради чего? — Мужчина развернулся к выходу. — Чтобы её случайно убил очередной наёмник, который рано или поздно снова явится по мою душу? Чтобы покалечить её, напутав что-то с «правилами»? Чтобы взбесить Мастера Ивана, с которым отец настоятельно просил наладить нормальные взаимоотношения? Не думаю, что это хорошая идея.

— Не всё в жизни можно поставить на правильную полку, брат. Некоторые вещи с тобой просто происходят.

— Ещё раз спасибо за помощь, — не стал продолжать спор Грегуар и потянул ручку двери.

Оглушающий звон гигантского колокола наполнил коридоры замка несколькими мгновениями позже. Устройство Маркуса снова сработало.

***

Ли-Энн в ужасе металась по острову, но монстр всегда находил, где бы она ни спряталась. Его длинные окровавленные канаты проникали всюду и волокли девушку обратно к центру деревни. Тело чудища состояло из толстых корабельных верёвок и цепей, смотанных в один большой кокон, пытающийся проглотить её целиком.

Испуганный Лисёнок в очередной раз в последний момент выскользнул из смертельного захвата и бросился в зелёные кусты. Алые канаты тут же метнулись следом. Маленький прозрачный дух очень устал. Давящая сила острова не давала ему вздохнуть. Он ощущал жар и удушье, хоть и не должен…

Ли-Энн всхлипнула и проснулась. Девушка лежала, уткнувшись носом в подушку и почему-то полностью спрятавшись под махровым покрывалом, несмотря на очень тёплую ночь. Страх, преследовавший её весь сон, заставил залезть под одеяло. Он ощущался таким реальным, что чудилось: стоит повернуть голову — и враг окажется за спиной.

Страх не исчез вместе с кошмаром. И он приближался. Нет, уже просочился в комнату и медленно полз к кровати. Инстинкты кричали именно об этом. Бежать слишком поздно…

Стараясь почти не шевелиться, Ли-Энн засунула руку под вторую подушку, где прятала один из защитных артефактов, что дал Грегуар. Устройство обладало направленным холодовым действием, но его требовалось правильно активировать. «Повернуть до упора обе металлические вставки по часовой стрелке и надавить на центр», — вспомнила она.

Пальцы Ли-Энн успели сделать два нужных оборота, но потом её тело резко подняли в воздух, перевернули и придавили обратно к кровати. Из ладони, зажавшей следопыту рот, текла желеобразная жидкость, быстро склеивающая губы.

Мужчина, проникший в комнату, мог называться таковым лишь условно. Его левая тараканья половина совершенно без усилий прижимала девушку к кровати несколькими кривыми ногами. Правая часть тоже не сильно походила на человеческую или хотя бы просто живую из-за обилия тёмных пятен на руке и лице. За спиной у незнакомца висел полупустой походный рюкзачок с привязанной к нему деревянной кружкой.

Таракан повернул к девушке единственный человеческий глаз и прошептал с самодовольной улыбкой:

— Привет, Лисичка.

Ли-Энн постаралась как можно лучше расслабиться и успокоить пульс. Дедушка учил, что таким людям нельзя открыто бросать вызов, но и демонстрировать излишний страх тоже опасно. Лучше всего они относились к тем, кто слушался и не боялся. Следопыт отвела взгляд в сторону, ожидая продолжения. Если не убил сразу, есть небольшой шанс.

Таракан какое-то время приглядывался ко входной двери, прислушиваясь, как проходит мимо охрана этажа:

— Вчера из-за тебя умерло много людей, — проникновенно произнёс вторженец и тут же гадко усмехнулся. — Хорошо, что они были придурками, да? Так что теперь только ты и я.

Таракан одним движением оторвал рукав её пижамы и перехватил кисть Ли-Энн грязными человеческими пальцами:

— Мой бывший лучший друг… ты его тоже знаешь — такой напыщенный белобрысый волчара. Решил, будто Рокки сдулся и больше ни на что не годен. Поэтому послал меня сюда подыхать. Но Рокки умный и сам продаст то, что волчара так хотел получить.

Ли-Энн стиснула зубы, наблюдая, как «мужчина» разрезает кожу её запястья чёрным обломанным ногтем. Кровь быстро заполняла ладонь, которую Таракан заботливо и заранее сложил «чашечкой».

— Правда, сначала стоит убедиться в том, что в тебе есть хоть что-то ценное. Не хочу позориться перед покупателями.

Таракан приподнял руку девушки, игнорируя красные капли, срывающиеся с переполненной ладони. Он сделал глубокий вдох, принюхиваясь к запаху крови и прислушиваясь к инстинктам. Усмехаясь собственным мыслям, почти минуту вторженец пил из «чашки», пока та не опустела.

Таракан облизнулся, но только сильнее размазал алое вокруг мерзкого рта:

— Рокки сегодня везёт. — Он по-хозяйски заклеил рану на запястье той же липкой пакостью, что скрепляла губы девушки. — У тебя знакомый вкус, Лисичка. Полезный и дорогой, — подмигнул безумец. — Так что Рокки купит себе пару лет отличной жизни, пока судьба окончательно не заберёт своё.

Таракан повертел у неё перед лицом почти почерневшей человеческой рукой, затем снова замер, прислушиваясь к тому, что происходит за дверью. Ли-Энн не шевелилась.

— А я смотрю, ты сговорчивый тип. Тихая, мне такие нравятся. С вами проще. — Незнакомец наклонился ближе к её лицу. — Сделаем так. Я сейчас вколю тебе простенький яд. Ничего неприятного, но без противоядия некрасиво сдохнешь через несколько часов. Потом ты без фокусов и сюрпризов спустишься в гараж и возьмёшь свою машину.

Таракан неожиданно зачесался, пачкая и без того неновую одежду в крови:

— Я же правильно помню, твоя машина тут стоит?

Ли-Энн медленно моргнула.

— Вот и славно. За меня не волнуйся. Я легко уменьшусь и помещусь в любом кармане. Но попытаешься сдать меня или сбежать, — он распахнул жилетку, демонстрируя несколько закреплённых с внутренней стороны тонких флаконов и шприцев, — Первым делом разобью противоядие. Усекла?

Ли-Энн снова моргнула.

— Умница, Лисичка. А теперь быстро одевайся, уже почти утро.

Вот он — шанс. Туша Таракана перестала на неё давить, и следопыт постаралась сесть, не задев ногами непрошеного гостя. Пересаживаясь на ту часть кровати, где на изголовье висела приготовленная заранее одежда, Ли-Энн оперлась на подушку со спрятанным под ней артефактом и отодвинула её в сторону Таракана.

Девушка застёгивала пуговицы рубашки, отсчитывая нужное количество ударов сердца. На четвёртом она бросилась на пол и уже Лисёнком прыгнула в сторону ванной комнаты. В спину ударил холод ледяного взрыва и грохот гигантского колокола.

***

Рассказ Ли-Энн оказался кладезем полезной информации, но сначала приходилось закрыть текущие задачи. Они оставили девушку на попечении медиков в лазарете и переместились в столовую для быстрого завтрака перед отъездом.

— Пролез через открытое окно, как таракан, — дёрнул щекой Вудс, усаживаясь на свободное место. — Моя вина, милорд, недосмотрели.

— Невозможно всё предусмотреть, Джим. Необходимо сделать правильные выводы, — спокойно ответил Грегуар.

— Мы прочёсываем замок и окрестности, но я почти уверен, что это действительно последний из них.

Мастер бросил на Вудса понимающий взгляд:

— А если бы я не спустился в это время в мертвецкую, то услышал бы его. Некоторые вещи иногда просто должны произойти.

Капрал кивнул в ответ, но, кажется, остался при своём мнении.

— Нашли что-то стоящее, Полковник? — сменил тему Грег.

Иван принял из его рук корзинку с хлебом.

— Приметные ребята. У половины шрамы от срезанных армейских татуировок, а также следы ожогов от клейм, что ставят на легальных боях без правил в Доминионе. Их не так сложно опознать. И, судя по вашему лицу, вы уже сами догадались так поступить.

— Всё правильно видите, — подтвердил Грегуар с мимолётной полуулыбкой. — Охранная служба Дома заберёт тела из Джаркеса для дальнейшего освидетельствования. Постараемся выжать из этой ситуации максимум. Правда, придётся поделиться частью трупов с Мартиаром.

Минут десять мужчины молча ели, понимая, что остальные темы можно отложить. И громче всего в столовой звучал скрип карандаша Маркуса о толстую бумагу блокнота. Брат так и не наполнил тарелку едой.

— Что-то беспокоит? — привлёк его внимание Грегуар, покончив с завтраком. — Устройство сработало как-то не так?

— Оно функционирует как надо, — отозвался учёный, отвлекаясь от новых расчётов. — Просто желание убить наш гость испытал, только когда артефакт оторвал ему нижнюю половину тела. И устройство тут же замолчало, когда он сам свернул себе шею, поняв, что его ждёт дальше. — Маркус почесал кончик носа, не выпуская карандаш из пальцев. — Думаю, что можно улучшить, не меняя основной конструкции. Но это потом. Сейчас долго объяснять.

***

Изначально с собой он планировал взять только «четвёрку», Мастера Ивана и тех воспитанников, каких тот сочтёт необходимым. Однако люди Аристарха нуждались в интенсивном лечении, и Вудс категорически отказывался оставаться в замке, поэтому Грег разрешил Джиму подобрать ещё четверых.

В Джаркес они отправились колонной из пяти машин, учитывая, что требовалось доставить тела. Барон предоставлял им отдельную охраняемую транспортную площадку, дальше дело оставалось за следопытами Мартиара и его специалистами по настраиванию «Окон». Если поиск пройдёт удачно, они не просто определят, где именно находится проклятый остров, но и смогут пройти через его стационарное «Окно».

Решение всех задач в Джаркесе заняло почти шесть часов. Опираясь на исключительное «обилие исходного материала», следопыты-предметники нашли остров на карте крайне быстро. Он прятался среди тысяч подобных клочков суши в нейтральных водах между владениями Империи и Доминиона в Поющем океане. Морской путь занял бы почти два месяца, поэтому возможность настроиться на уже используемую точку входа была для них идеальным решением.

Энергоинженеры Квентина утверждали, что теперь у них есть всё необходимое: портальный камень, с помощью которого похитили Ли-Энн, точное местонахождение острова, неограниченное количество энергии и несколько часов. Маркус как-то описывал способы взлома «Окна» на дистанции, но Грег не хотел отвлекать профессионалов от работы глупыми вопросами, тем более что Полковник и Мартиар собрались что-то обсудить.

— Думаю, не нужно объяснять: если наш противник умён — они давно поменяли дислокацию, забрав всё, что могло навести на их след. Тогда наше путешествие пройдёт скучно. Если они тупые или преследуют иные цели, то нас ждут. Поэтому я кое-что подготовил. — Мастер достал из кармана куртки сложенный листок из плотной бумаги и развернул. — Восстановил примерную карту острова по описанию Ли-Энн и заодно отметил места, где, скорее всего, установили для нас ловушки.

Грегуар переглянулся с Квентином, и они без слов договорились не показывать свои версии карты. Полковник в этих вещах, без сомнения, обладал гораздо большим опытом.

Грег окинул предложенную схему внимательным взглядом:

— Первыми они бросят на нас всякую шушеру, дабы посмотреть, что мы можем, и постараются рассеять наших людей по территории.

Иван кивнул:

— Да, поэтому рекомендую не тратить поначалу силу Форм, а полагаться на обычное оружие и артефакты.

— Предвкушаю много парней с уникальными трансформациями, — добавил Квентин.

С ним никто не спорил.

Они детально обсудили, в каком порядке проще перемещаться по острову и что делать в той или иной ситуации. Затем присланная Аристархом команда спецов забрала трупы сектантов. Мартиар скромно выбрал наугад Скорпиона и одного из Тигров, сославшись на то, что его маленькая лаборатория больше не потянет.

Оставшийся до перехода час посвятили перепроверке амуниции и личной подготовке. В общей сложности их отряд включал двадцать одного человека. Квентин привёз десять обычных бойцов и «запасного» энергоинженера по имени Влад.

Молодой мужчина сильно походил на своего нанимателя, на практике представляя тонкокостную незаматеревшую версию самого Мартиара. Грегуар отметил очевидную родственную связь, но, естественно, ничего комментировать не стал.

С его стороны отправлялся Вудс, четыре человека из охраны замка, Мастер Иван, Антон и Кит. Точнее, второго воспитанника Полковника, звали Никита, но тот просил называть его «Кит».

— Так короче, — объяснил он.

Самые тяжёлые виды защиты выдали группе, отвечавшей за охрану «Окна». Остальные предпочли оставить в приоритете возможность двигаться быстро, а также решили не рисковать использовать металлические вставки на одежде, способные случайно срезонировать с артефактом в момент смены Формы. Тем более что глава энергоинженеров, обеспечивающих работу «Окна», предупредил: отряд и так слишком многочисленный для этого типа транспортного узла. Да и перебор в количестве артефактов мог создать никому не нужные сложности. В итоге с собой взяли только необходимый минимум, полагаясь на собственные умения и удачу.

***

Первое сопротивление они встретили здесь же, в доме с транспортным «Окном», но легко его подавили. Загоревшееся здание потушили артефактами «Ледяной конфликт».

Деревня стояла пустой. Как они и предполагали, обыск строений ничего не дал. Самая интересная находка — старая камера, где, судя по оставленным кандалам, держали человека с одной рукой. Местные бросились в лес при первых звуках драки, очевидно, действуя согласно намеченному плану.

Частично поломанные деревья и отсутствие крыш на некоторых сараях — последствия недавно прошедшего шторма. Пахло водорослями и гнилью.

Пока Грегуар осматривал здания, Мартиар стоял в центре деревни, оценивая работу странной энергетической конструкции, о которой предупреждала Ли-Энн.

— О да, — прошептал Квентин, задрав голову и изучая «небо» немигающими глазами. — Здесь много любопытного, но это займёт моё внимание полностью. Так что остальная поддержка на тебе, Влад.

Сын Мартиара кивнул и занял удобную ему позицию рядом с отцом:

— За нас не беспокойтесь и в бухту пока не суйтесь, — предупредил он. — Там активна какая-то сложная иллюзия. Попробую её взломать. На острове или где-то рядом с ним прячется как минимум ещё один энергоинженер. Не зевайте.

Последующие часы слились для Грегуара в единое бесконечное движение. Первыми в драку, как и ожидалось, вступили обычные жители деревни, если их так можно назвать, и команда бросившего в бухте якорь корабля. После рассказа Ли-Энн о жалости думать не приходилось. Да и бились они так, что в плен могли попасть только по частям.

Благодаря стараниям Мастера Ивана самые крупные ловушки они без труда обнаружили и обошли. С собой Грегуар прихватил несколько вспомогательных артефактов, лёгкий арбалет и цеп. Последний пока пригодился больше всего. Периодически рядом возникали фигуры Антона и Кита. Парни орудовали простыми широкими мачете и, судя по выражению лиц, отводили душу.

Наёмника, который напал на него в старом колодце, Грег нашёл пригвождённым к дереву несколькими простыми болтами и на всякий случай перерубленным горлом. Видимо, Полковник успел встретить его чуть раньше.

В итоге при зачистке верхушки острова никто по-настоящему мощный им так и не встретился. Трое людей Мартиара получили неглубокие ранения, но об эвакуации в Джаркес речи пока не шло. Грегуар вернулся в поселение с крайне неприятным ощущением, что «второй акт» окажется совсем другим. Он пересёкся взглядами с Мастером Иваном, поддерживающим его опасения.

Квентин продолжал стоять, подняв лицо к небу. Глаза мужчины слезились и не мигали, а губы и пальцы периодически шевелились. Влад выглядел уставшим и чуть бледным:

— Иллюзию я только что снял, но теперь у нас другая проблема, — сообщил он.

Красочная картина живописной бухты у подножия холма постепенно растворялась в воздухе, уступая место совершенно иному виду. Преимущественную часть берега занимало полуразрушенное, частично обгоревшее судно, скорее всего, ранее принадлежавшее одному из государств, входящих в островной союз Доминиона. Здесь определённо поработал не только шторм.

Сломанная мощнейшим ударом мачта наполовину погрузилась в волны. Часть палубы и песок у борта покрывал слой высохшей крови. Запутавшись в покрасневшем парусе, на мелководье плавало несколько трупов, жадно объедаемых мелкими рыбками. Корма судна с огромной пробоиной едва виднелась из воды.

Но главная активность развивалась не здесь. Бросивший поодаль якорь корабль оказался всё-таки настоящим. И подкрепление с него уже подоспело на четырёх вместительных лодках. Новая группа споро высаживалась на берег, начиная постепенное восхождение.

Их лидер — невысокая темнокожая женщина с многочисленными косичками, закинутыми за спину, выглядела совершенно обычной, кроме закрытых чем-то вроде катаракты глаз. Хотя, возможно, серая одежда, драпирующая фигуру, скрывала иные сложные мутации.

Два чернокожих здоровяка, которых Грегуар сперва принял за телохранителей, оставили хозяйку стоять на причале и неторопливо двинулись за основной группой.

— Поигрались и хватит, — с сильным островным акцентом произнесла она. — Время спать.

Её голос звучал так, будто она находилась совсем рядом, а слова заполняли пространство, как тёплый расслабляющий кисель, обволакивая и тело, и разум.

Как же долго ему хотелось нормально отдохнуть…

Оборотень без интереса наблюдал, как медленно приближается к нему грязная трава. Тем более что вместо неё постепенно проявлялась знакомая сцена сна с ночной лесной поляной и руками Ли…

Перед глазами из ниоткуда возникла узкая ладонь, клубящаяся тёмным дымом, и отвесила ему пощёчину. Отрезвляя. Тень, ничего не стесняясь, влепила ему ментальную оплеуху, спасая жизни их обоих. Выставить перед собой руки мужчина не успел, зато в последний момент отвернул лицо, чтобы не сломать нос о землю.

Удар плашмя сбил вдох, но следовало пошевеливаться. Грегуар заставил рывком подняться всё ещё ватное тело и развернулся к Вудсу, который сполз спиной по стволу дерева и спокойно дремал, улыбаясь чему-то во сне.

Грег одной рукой приподнял капрала за грудки и повторил терапевтическую процедуру, но уже в реальности, сопроводив громкой командой подняться.

Сработало. Джим встрепенулся и удивлённо уставился на начальство, моментально приходя в себя. Уже через пару мгновений он будил своих людей «проверенным способом». Справа от него оставшийся на ногах Полковник приводил в чувство упавшего без сознания Антона. Грегуар бросил взгляд на берег. Вновь прибывшие гости успели преодолеть почти половину подъёма, но резко остановились.

Каким-то чудом не поддавшись на уловку женщины в сером, Влад «сплёл» из обычного звукового сигнального устройства и взрывного артефакта единую конструкцию. Пробрасывая белые молнии между гудящими элементами, она быстро раскручивалась, вливая в воздух гадкий вибрирующий звон, частично нейтрализующий звук голоса незнакомки. Люди Мартиара стали неуверенно шевелиться, пытаясь подняться.

— Маленький храбрый маг, — почти нежно произнесла сектантка. Она протянула в его сторону правую руку в элегантном жесте, словно срывая с ветки перезревший фрукт.

Влад стоял к нему спиной, поэтому выражения лица мужчины Грег не видел, зато чётко расслышал характерный всхлип, как будто в горло вдруг попало слишком много воды. Сын Квентина потерял концентрацию и упал на колени, натужно кашляя и выплёвывая на песок сгустки свернувшейся крови. Звуковая конструкция стала опускаться, постепенно теряя силу, а команда гостей продолжила восхождение.

Грегуар взял в левую руку перезаряженный арбалет, а в правой поудобнее устроил цеп. И чуть не выронил их обоих, услышав оглушающий, почти человеческий вскрик, который издало новое устройство Влада.

Вышедший из многочасового транса Мартиар широким шагом приближался к спуску, напитывая упавшие на землю артефакты силой. Грегуар не видел самого процесса, но отчётливо ощущал разлившийся в воздухе предгрозовой аромат.

Устройство взвыло ещё громче, но теперь волна звука шла только вниз, к берегу, заставляя людей на склоне пригибаться и зажимать уши. Несколько метких выстрелов взрывными болтами оставили без голов парочку ближайших к вершине атакующих.

Квентин «нажал» сильнее, и грохот стал разрушать склон, вынуждая оборотней спешно спускаться. За это время один из подручных Мартиара успел подбежать к кашляющему Владу и оттащить парня в сторону здания с «Окном». На сегодня его приключения закончились, но для всех остальных пока продолжались.

Женщина в сером смерила Квентина оценивающим взглядом и сделала полушаг назад, принимая более устойчивое положение. Она открыла рот, будто имитируя глубокий вдох, но её нижняя челюсть продолжила опускаться, словно вообще никак не крепилась к черепу. Рот женщины превратился в неестественный тёмный провал, втягивающий в себя не только воздух, но и наполняющий его звук. Мартиар попробовал вложить в атаку больше силы, но жуткая магичка поглотила и это.

Через секунду сектантка резко сомкнула челюсти, складывая губы неровной буквой «О», и невидимая волна, прошивая воздух с громовым раскатом, ударила по Квентину, отбрасывая того на спину. Грегуар в одно движение допрыгнул до мага. Из носа Мартиара текла кровь, и взгляд не сразу смог сфокусировать, но мужчина оставался в сознании.

Стоящая в одиночестве незнакомка отсюда представляла отличную мишень, и Грег выбросил вперёд левую руку, нажимая на спусковой механизм. Болт не долетел до неё каких-то несколько шагов и взорвался в воздухе, наткнувшись на волну от очередной буквы «О». А женщина инстинктивно взмахнула кистью, защищая глаза от дыма. Сам того не ожидая, Грегуар подарил Полковнику необходимые мгновения для решающего броска.

Доберман Мастера Ивана промчался мимо с такой скоростью, что визуально превратился в тёмную гибкую кляксу, которая в несколько длинных зигзагообразных прыжков добралась до берега и взлетела на деревянные мостки. Магичка в сером попыталась сбить оборотня в воздухе ещё одной невидимой громовой волной, но только заставила Добермана крутануться в полёте и сменить Форму.

Развернувшиеся чёрные крылья гигантской Летучей мыши на удар сердца скрыли сектантку из виду, словно два раздутых паруса в ветреный день. Затем Мастер обрушился на жертву, прерывая её запоздалый испуганный крик одним точным укусом в горло и увлекая незнакомку в воду.

Грегуар помог подняться пришедшему в себя Квентину. Энергоинженер остановил заливающую куртку кровь и вновь принялся давить гостей на берегу, но теперь прицельно. Его люди помогали меткой стрельбой последними из оставшихся артефактных болтов.

Однако потерявшее лидера подкрепление самоорганизовалось и выбрало другую тактику. Большинство сменило Формы и, ловко уворачиваясь от нацеленных на них атак, стало успешно подниматься, несмотря на осыпающийся склон.

Грег встретил первую добравшуюся до него зубастую пасть ударом цепа, скидывая уже бездыханное тело обратно. Преимущественно все гости обладали ликами гибких гончих или волкодавов, но несколько здоровых оборотней в человеческом обличье просто продолжали переть вперёд, пока никак не демонстрируя своих возможностей.

Правда, беспокоили Грегуара не только они. Он успел заметить, как в момент, когда Мастер Иван свалил с причала женщину в сером, от стоящего поодаль целого корабля отделилось чёрное неровное пятно и скользнуло в сторону берега. Учитывая расстояние и предполагаемую скорость водной Формы, новый противник уже почти достиг пристани.

Грег не чувствовал уверенности, что успеет. Полковник выбрался обратно на причал, держа в руке отгрызенную голову поверженного противника. Выглядел дедушка Ли-Энн препаршиво. Из ушей текла кровь, а нижняя челюсть периодически вздрагивала. Энергетическая атака не прошла для него даром.

Медведь бросился вниз по склону со всей доступной при его массе скоростью. Волки Антона и Кита ринулись следом мгновением позже. Грегуар сбил по пути двух перепачканных в песке Гончих, но остановиться и добить их времени не оставалось. Он буквально вылетел на причал, не отрывая взгляд от тёмной массы, несущейся под водой в сторону Мастера Ивана. Грег толкнул Полковника обратно на деревянные мостки и почувствовал болезненный удар в плечи и шею.

Вырвавшиеся из-под поверхности волн бурые щупальца обвились вокруг передних лап, проволокли его по всему причалу и утащили в океан.

«Никогда не давай им утянуть себя на глубину», — всегда говорил один из старших братьев — Калеб. И он знал в этом толк, ведь сам обладал Спрутом. Грегуар пока не представлял, как поведёт себя Тень, находясь полностью под водой, поэтому положился на Медведя. Тот вгрызся зубами в щупальце, попытавшееся обмотаться вокруг шеи, и постарался как можно резче провернуться на месте, притянув основную тушу противника, практически неразличимую в грязной после шторма воде.

Получилось слабее, чем он рассчитывал, но достаточно, чтобы задние лапы смогли дотянуться до Осьминога, раздирая того когтями. Щупальце в пасти стало слоиться и разваливаться. Когти тоже зацепили что-то чувствительное, так как соперник, выпустив густое чёрное облако отравы, освободил передние лапы Медведя.

Осьминог отплыл чуть в сторону, приходя в себя и разворачиваясь для нового удара. Сменив Форму на человеческую, Грегуар погрёб туда, где по его представлениям находилась пробоина доминионского корабля. И почти не ошибся. Практически на ощупь он нашёл лазейку в трюм, стараясь не открывать глаза. Яд Осьминога ощутимо жёг кожу и мог сильно навредить зрению.

В трюме плавали тела погибших матросов, сломанные доски и куча какого тряпья. Выбравшись на сухой участок, Грег схватил первый попавшийся отрез ткани и вытер им лицо и руки. Жжение уменьшилось. Но на передышку рассчитывать не стоило. Судя по всплескам, Осьминог последовал за ним.

Лёгкая бесплотная и абсолютно бесшумная Тень удачно вписалась в обстановку, учитывая практически полную темноту. Грегуар старался одновременно следить за поверхностью воды и осматривать помещение в поисках какого-нибудь оружия. Цеп и арбалет он оставил в деревне. Единственное, что у него оказалось с собой — последний артефактный болт для перезарядки.

Поднявшийся из воды мужчина смог удивить по-настоящему. Идеально белые волосы или же волчья шерсть росли не только на голове, но и на спине, а лицо застыло в мгновении от перехода в звериную пасть. Волк, которого описывала Ли-Энн, всё также носил длинный шёлковый халат. Только в этот раз он не прятал под ним осьминожьи щупальца, а скользил по трюму, опираясь на них. Этот оборотень как-то пережил сбой трансформации сразу двух Форм и даже научился эффективно использовать своё уродство. Более того, его раненые конечности срастались обратно с невероятной скоростью. Значит, убивать его следовало быстро, и, учитывая специфику мутации, сердце сектанта наверняка имело «запасной вариант».

Волк не торопясь обвёл взглядом трюм, хорошо ориентируясь в темноте. Грегуар на всякий случай постарался не шевелиться и не смотреть на него прямым взглядом.

— Молодец, что заглянул в гости, «некапитан», — вдруг произнёс вслух Волк. — А то я уже сам собирался наведаться по твою душу.

Он медленно двигался, прислушиваясь к любому шороху внутри корабля:

— Привёз с собой мою Лису? Заказал для неё новый поводок.

Грегуар осторожно скользил следом.

— Что нет? Ла-адно, — с деланным сожалением протянул Волк. — Сначала доставлю учителю твою башку в красивой упаковке, а потом заберу Лису. Каждую мелочь приходится делать самому.

Грег понадеялся на продолжение потока откровений, но Волк решил поменять условия.

— Ты хорошо прячешься, «некапитан», но ещё ни одно животное не смогло спрятаться от огня.

Оборотень поднял небольшую бочку, играючи выбил из неё пробку и стал методично заливать пол какой-то жидкостью, по консистенции напоминающую ламповое масло.

Выход на верхние палубы завалило. Так что сектант рассчитывал либо вовремя скрыться в воде, либо на свою феноменальную регенерацию. Оставаясь прямо за спиной Волка, Грег на секунду предал ноге человеческую Форму, сделал теневую руку плотной, вытащил последний артефактный болт и вернул ногу в теневое состояние. Противник оказался достаточно чувствителен, чтобы заметить или услышать движение. Он тут же повернул голову в сторону Грегуара, но недостаточно быстро, чтобы успеть понять, что происходит.

Наконечник болта вошёл сектанту точно в ухо и взорвался, засыпая всё вокруг яркими красными искрами. Левая часть головы Волка обуглилась и запеклась, а руки безвольно обвисли, но он продолжал смотреть на Грега осмысленным взглядом второго уцелевшего глаза. Смотреть и видеть.

Первая волна огня прокатилась по трюму, освещая пространство. И мужчина, наконец, заметил то же, что и Волк. Использованный болт держала не его теневая рука, а обычная, человеческая. Он приказывал телу совсем не это! Если, конечно… энергетическая конструкция, подавляющая волю любого пришлого оборотня, снова не начала работать. Ведь Мартиар перестал её контролировать.

Теневые пальцы вонзились под левую лопатку Волка примерно в тот же момент, как вдруг удлинившаяся челюсть противника сомкнулась на плече Грегуара. Инстинктивно он выпустил в сердце Волка медвежьи когти. Но это волевое усилие далось с огромным трудом, будто бы он делал свои первые упражнения на уроках трансформации. Однако белый оборотень продолжал жить. Его щупальца медленно обвивались вокруг ног Грега, а челюсти всё глубже вгрызались в плоть, пытаясь раздробить кость и сустав.

Мужчина сосредоточил внимание на плече, создавая из мышц живой щит, как учил покойный капитан Рэг, а затем направил волю в ноги, превращая их в Тень. И крайне вовремя — огонь уже начал покусывать ступни. Грегуар вырвал медвежью лапу из спины Волка и тут же вонзил когти в то место, где у обычных людей находились почки. Он не ошибся. Второе сердце Волк прятал именно там. Челюсть разжалась, и оборотень осел на пол, падая прямо в разгорающееся пламя.

Повинуясь внезапной догадке, Грегуар наклонился и сорвал с поглощаемого огнём халата необычно тяжёлый для шёлка пояс, быстро свернул его и сунул в карман куртки. Пора выбираться.

На берегу и в деревне шла ожесточённая драка. Подкрепление с корабля отчаянно сопротивлялось, но проигрывало. Больше всего проблем доставляли два огромных Буйвола, давившие в крошки всё, что попадалось под копыта.

Грегуар как можно скорее выбрался на причал, игнорируя болевые ощущения в плече. Не хватало ещё, чтобы морская живность решила им перекусить. Мастер Иван с трудом поднимался по дорожке в сопровождении одного из людей Вудса. Квентин и его помощники следили за тем, чтобы Полковник добрался в целости.

Волки Антона и Кита танцевали вокруг Буйвола на берегу оригинальный танец. Чёрный зверь Никиты мощными укусами ломал толстые жёлто-зелёные побеги, напоминающие по строению бамбук, пока его серый брат отвлекал рогатого оборотня, заставляя того постоянно поворачивать морду. Догадавшись, что они пытаются сделать, Грег через боль сменил Форму на Медведя и разбежался для удара.

Использовать голову в качестве тарана — не очень разумно, но особо выбирать не приходилось. Когда Буйвол в очередной раз отвлёкся, Грегуар и Кит одновременно врезались в него с другой стороны, заставляя пошатнуться, а потом упасть. Из обкусанных побегов получились отличные колья. Тело рогатого проткнуло насквозь сразу в нескольких местах, и оно дёргалось, пока лик пытался измениться, но массивный оборотень оставался жив.

— Возьмём его с собой! — успел бросить Грег до того, как Волк Антона склонился над горлом бывшего Буйвола.

Форма снова переключилась на человеческую так быстро, что он даже не заметил. И, судя по неровным движениям воспитанников Мастера, у них появились те же трудности.

Туша отключившегося Буйвола и в изначальном варианте весила немало. Грег и Антон тащили пленника наверх, пока Волк Никиты следил за тем, чтобы никто из малочисленных уцелевших Гончих к ним не приблизился.

На подходе к разгромленной и местами горящей деревне мужчина сначала услышал громкий треск, затем увидел второго Буйвола, который пробил стену здания и нёсся вперёд, не разбирая дороги. На его рогах торчали обломки мебели, а вокруг шеи обвился Питона Вудса.

Антон и Грег синхронно отпрыгнули в сторону, чуть не выронив массивную добычу. Змеиная Форма Джима представляла собой эффективное оружие, но её мощи не хватало, чтобы удушить настолько крупную жертву. И капрал это понимал. Вместо коронного приёма он безжалостно кусал Буйвола в области глаз и носа, заставляя ещё больше звереть и терять ориентацию в пространстве. Вудс направил свою жертву в сторону высокого обрыва, а сам в последний момент успел ухватиться за низко висящую ветку.

—… живее!!! Надо убираться!

Грегуар узнал голос Мартиара, видимо, кричавшего им всё это время, но за треском, воплями зверей и рёвом огня они совершенно его не слышали.

Первый раз Грегуар проходил через «Окно» по-настоящему бегом. Большая часть группы, включая Мастера Ивана, уже вернулась. Грег, Антон, Кит, Джим и Квентин перешли последними.

— За пределы безопасной зоны! — рявкнул Мартиар, и фраза беспокойным эхом заметался в полупустом зале.

Пришлось пробежаться с тяжёлой ношей ещё немного. Потом Глава «Башни» крикнул ожидающему их персоналу развернуть «Черепаху» и сделал это очень своевременно. «Окно» разгорелось ярче, издавая характерный «нездоровый» гул, резко сжалось, ломая близстоящее оборудование, и взорвалось, разливая вокруг обжигающие лепестки огня и расплавленного металла.

***

Первым делом они позаботились о раненых, которых в итоге оказалось достаточно много, и пленнике. Места в личной клинике Трэнта подготовили заранее, но пришлось уладить некоторые нюансы.

Например, барон отказался брать деньги за лечение самого Грега, Мастера Ивана и за разрушенную точку перехода, объяснив это «неоплатным долгом за спасение сына». Грегуар решил оставить этот спор на потом. Сейчас ждали другие задачи.

На то, чтобы вернуть его, Полковника и Квентина в нормальное продуктивное состояние ушло практически три часа. Зато в ожидании, пока медики закончат работать с Владом, у них образовался короткий перерыв, прояснить детали.

— То есть это не точка перехода вышла из строя из-за перегрузки? — уточнил Мастер Иван, отставляя в сторону пустой стакан.

— Именно так, — подтвердил Мартиар. Бледность с его лица так и не сошла, но держался мужчина вполне уверенно. — Это остров взорвался, а активное «Окно» по ту сторону передало сюда часть энергии взрыва.

— Как такое возможно? — спросил Грегуар, стараясь не обращать внимания на дорожки острой боли, периодически пробегающие от левой кисти к плечу и обратно.

Квентин усмехнулся:

— Там обнаружилось больше сюрпризов, чем ожидалось изначально. Помимо конструкции, подавляющей пришлых оборотней, её автор оставил непрошеным гостям оригинальный подарочек. И, убивая местных, мы напитывали его силой. Как только погибла критическая масса, остров превратился в мелкий щебень, уничтожая улики.

— Думаете, сюрприз предусмотрели специально для нас? — продолжил спрашивать Грег.

— Нет. Это часть старого… «механизма». Помните тот выброшенный на берег доминионский корабль? Он гарантировано не первый заплывший в бухту случайно или с целью грабежа. Это скорее система защиты от внезапного нападения. Даже если остров полностью зачистят, вторженцам он тоже не достанется.

— Первый раз слышу про энергоинженера со столь сложными умениями, — прокомментировал Мастер Иван.

— И я тоже, — поддержал Квентин. — Но мир велик.

— А ловушки, — напомнил Грег. — Также готовили не для нас?

— А вот на этот вопрос, благодаря вашим стараниям, у нас есть кому ответить, — довольно улыбнулся Глава «Башни», поворачиваясь к двери и входящему в неё Владу.

***

Мартиар коротко объяснил, что у них с сыном есть «семейный» способ развязывать языки — без лишней возни и крови, и предложил им воспользоваться. Мастер ничего не имел против. Грегуар тоже заинтересовался.

Они спустились на цокольный этаж, нашли нужную палату и попросили медперсонал и охрану покинуть помещение. Влад подвесил над потолком заклинание «Беспорядка». Квентин разбудил пленника несколькими короткими пассами и заставил сесть. Судя по тому, как глаза мужчины забегали по комнате, он всё понимал, но, кажется, никак не контролировал движения тела. Квентин взял здоровяка за левую руку, а Влад положил ладонь тому на затылок.

— Мастер Иван, — вежливо попросил Мартиар. — Из нас всех вы лучше всего разбираетесь в многочисленных языках Доминиона. Не сочтите за труд?

— Конечно, — согласился Полковник.

Очевидно, что Глава «Башни», как и отец, знали гораздо больше о прошлой жизни Мастера. Но Грегуару пришлось унять любопытство и сосредоточиться на главном. Для удобства он прислонился к стене и, скрестив руки на груди, стал внимательно наблюдать за происходящим.

Квентин кивнул Ивану, что можно начинать, и зазвучали первые общие фразы. На лице пленника поочерёдно отражались сомнение, боль и гнев. Грег не видел, что именно делает «семейство» с Буйволом, но это точно имело эффект.

Периодически мужчина автоматически открывал рот, чтобы ответить на вновь повторяющийся вопрос, но в последнее мгновение всегда останавливал себя и старался сжать челюсть как можно сильнее. Что бы ни стояло за его мотивацией, пленник определённо решил молчать до последнего.

Допрос продолжался примерно полчаса.

Сначала Грег подумал, что послышалось, но клацанье повторилось. Будто острые когти здоровенной собаки стучали о кафельный пол. Клак-клац. Клак-клац. Но никакой собаки, естественно, рядом не обнаружилось. Грегуар скосил глаза на Мастера Ивана. Полковник не отрывал пристального взгляда от доминионца и монотонно продолжал задавать одни и те же вопросы.

Однако полезных ответов, кроме имени, пока не получил. Зрачки раненого расширились до предела, голова периодически вздрагивала, а по щекам и лбу тёк пот, но Буйвол молчал. У этого мужчины оказался огромный запас воли… или страха?

Клак-клац. Клак-клац. Звук словно приближался отовсюду одновременно.

— Почему не получается? — почти шёпотом спросил Влад.

— Просто продолжай, — спокойно ответил Квентин. — Он давно на грани.

В комнате посвежело, как в предгрозовой вечер, но этот приятный запах стал вытеснять другой, тоже уже хорошо знакомый Грегуару. Приторный и расслабляющий. Аромат «Ночного цвета».

Сидящий на кровати доминионец снова произнёс своё имя, хотя вопрос задали о другом, а потом вздрогнул и закашлялся. Грег ощутил, как по шее и рукам прокатились мурашки. Клак-клац. Клак-клац. Он вновь изучил лица остальных, но, похоже, они абсолютно не замечали перемены в обстановке.

Мастер Иван без перерыва повторял одни и те же фразы, периодически вытягивая из пленника отдельные слова. Здоровяк тяжело дышал и постоянно шарил взглядом по комнате, словно искал кого-то.

Клак-клац. Клак-клац. Грегуар ощутил прилив давно забытого детского страха, когда ты почти уверен, что за дверью шкафа действительно кто-то есть. Пространство комнаты вдруг стало слишком маленьким, словно свободное место заполнило что-то ещё.

За спиной у кашляющего, трясущегося и бормочущего непонятные ответы мужчины росла жуткая Тень, которая жила как бы сама по себе, без физического источника. Сложно сказать, на какое животное она походила больше всего — собаку или волка, но двигалась совершенно осмысленно.

Пленник вздрогнул и попытался обернуться, теперь лопоча незнакомые Грегуару фразы вообще без остановки.

— Что-то не так, — предупредил Влад и не ошибся.

Огромные челюсти Теневого зверя сомкнулись над головой сектанта, и тот упал на подушки, выгнув спину. Его зрачки уткнулись пустым взглядом в потолок, а губы перестали шевелиться. Ведь мёртвые не говорят.

Глава 20. Образ крови

Считается, что высокородные господа не готовят себе еду, но на этих людей утверждение не распространялось. Трое аристократов в масках двигались на крохотной кухне более чем слаженно и явно повторяли рецепт далеко не в первый раз.

Они предпочитали минимум трав к мясу и прожарили его достаточно, чтобы оставить капельку крови — для аромата. Блюдо всегда получалось настолько удачным, что его запивали исключительно водой, дабы не перебивать вкус вином.

Пурпурная женщина закончила сервировку и пригласила мужчин к столу. Только сейчас они отложили в сторону маски, чтобы, наконец, утолить голод.

Какое-то время никто не хотел прерывать долгожданную трапезу разговором, предпочитая наслаждаться обедом в тишине. Но это сделал почтовый голубь, опустившийся на подоконник открытого окна. На лапке птицы висела туго скрученная записка.

Пурпурная дама поднялась, осторожно отвязала сообщение и прочла зашифрованный текст:

— Ну вот, остров разрушен. «Башня» для нас более не угроза. — Она положила записку рядом с Белым щитком. — Надеюсь, ты счастлив.

Тот, не читая, отодвинул бумагу в сторону Малахитовой Маски:

— Следовало это сделать давным-давно.

— Хотела бы я, чтобы оно не стоило мне одной из лучших учениц, — с сожалением добавила женщина, усаживаясь обратно за стол.

Зелёная Маска бросил скомканную бумажку в очаг:

— Хотел бы я, чтобы Раск сумел убить Грегуара.

— Ни ему одному это не удалось, — заметила Пурпурная, с усмешкой глядя на Белую Маску.

— А сколько у тебя удачных попыток? — никак не меняясь в лице, отозвался мужчина. — Ах да, Наставник даже не просил тебя об этом. Видимо, и не надеялся, что справишься.

Аристократка положила в рот ещё один сочный кусочек говядины и, с удовольствием прожевав, ответила:

— Мне поручили выслать сына Доминика из столицы. Я так и сделала. Не моя вина, что вы постоянно проваливаетесь.

— Это помогло ненадолго, — хмыкнул Малахитовая Маска. — Его Высочество уже организовал отмену решения трибунала по Грегуару. Теперь у него больше нет причин отсиживаться в своей деревне. Так что ты тоже скоро впадёшь в немилость, как и мы.

Пурпурная женщина раздосадованно откинулась на спинку стула:

— Стоило ожидать, что Манганар предпочтёт держать полезные фигуры поближе. Наставник объяснил хоть кому-нибудь из вас, чем на самом деле так опасен для него Медвежонок? На вид он лапочка.

— Мы оценили предел его способностей на испытаниях в честь Середины лета, — пожал плечами Белая Маска. — Не знаю, чем Грегуар так неугоден Наставнику, но не нам с ним спорить. Он видит гораздо дальше и гораздо больше.

— И пока не выполним задачу, никакой помощи от него ждать не приходится. Мы сами по себе, — подытожил Малахитовая Маска.

Пурпурная повертела вилку в пальцах, разглядывая недоеденное блюдо:

— У нас осталась кровь Артура для вдохновения. Что-нибудь придумаем.

— Он уже совсем ослаб, как и Образы в его крови, — не согласился Белая Маска.

— Тогда используем собственные мозги, — раздражённо бросила она. — Обычно это помогает.

Малахитовый сложил приборы в пустую тарелку:

— Предлагаю пока оставить Николаса в покое. Если он снова пропадёт, Грегуар примется его искать, а нам этого не нужно. Есть и другие цели с таким же диагнозом.

— А сбежавшая наёмница? — поднял старый вопрос Белая Маска. — Среди людей Раска ходили разговоры, что он считал её ценной, правда, никому не сказал — почему.

Пурпурная аристократка саркастически скривила губы:

— Самое ценное в ней — уязвлённое самолюбие уже мёртвого Волка, которого обвела вокруг хвоста деревенская Лиса. Я полистала её досье. Ничего примечательного. Таких много.

Малахитовая Маска поднялся из-за стола, собираясь уходить:

— Значит, вычёркиваем наёмницу из списка дел, как и Николаса. Более того, девушка знакома с Грегуаром через Мастера Ивана. Нет смысла ввязываться в ещё большие проблемы, чем мы уже имеем ради пустяка.

***

В тренировочном зале из-за погоды царила невыносимая жара, даже по меркам Зара. Поэтому дрались они на заднем дворе, поближе к работающему фонтану. Старший брат, Ром, особо не любил болтать и по приезде сразу потащил младшего на «оздоровительную гимнастику». Так что послеобеденное время получилось для разнообразия нескучным.

Зар ощутил, как конец шеста Рома вновь добрался до щиколоток, и рухнул на посыпанную мелкой морской галькой дорожку. В шестой раз за сегодня.

— Кто-то совсем размяк, восседая на подушках.

— Можно подумать, кто-то в Семье, кроме отца, действительно способен тебя победить, — буркнул оборотень. Он поднялся одним прыжком, не обращая внимания на «протестующие» ноги. — Если драться по старинке, конечно.

Зар обратился к давно скучающему духу, с наслаждением сжигая бесполезную деревяшку, превращая её в дугу ревущего огня. Ром чуть запоздал с реакцией, и пламя перекинулось на его шест, уничтожая оружие за мгновения. Но брата это только раззадорило.

Ловко уходя от последующих ударов, он запрыгнул на бортик фонтана, вырвал металлический трезубец из рук бронзовой статуи и стал искусно отбиваться уже им:

— Вот это Зар, который мне всегда нравился!

Они гоняли друг друга по дорожке, заливая гальку горячими бронзовыми каплями, около получаса. Но при первых звуках голоса отца в Семье замирало любое дело.

— А я то думал — откуда столько шума. — Энго скользнул взглядом по разгромленному саду. — Иного места не нашли?

— Помогаю Зару «встать на ноги», — отшутился Ром, опираясь на трезубец.

Глава Дома не оценил игру слов и в нетерпении повёл бровью:

— Зар, если вылечился, то не понимаю, почему ты всё ещё здесь. Твоё место в Альдино. Ром, приведи себя в порядок. Понадобишься ближе к вечеру.

Энго развернулся, чтобы уйти, но Зар остановил его:

— Да ладно, отец, сколько мне там торчать без дела? — произнёс мужчина, чувствуя, как к горлу подкатывает гнев. Огненный бич в руке отозвался тихим шипением на смену настроения хозяина.

— Пока не придумаешь, как исправить совершённую ошибку, или не найдёшь себе другое полезное применение, — бросил отец через плечо и быстро пошёл обратно к дому.

Ром дождался, пока Энго отойдёт подальше, прежде чем заговорить:

— Он остынет рано или поздно. Тем более, я собираюсь предложить взять тебя к себе в команду. Мне не помешает человек, которому можно доверять.

Зар отозвал огненное оружие и присел на бортик фонтана. Ноги пульсировали острой болью, но оборотень старался этого не показывать:

— И какое у тебя поручение?

Ром с ухмылкой запрыгнул прямо в воду, подняв тучу брызг, и установил обратно заметно повреждённый трезубец:

— Нужно перевезти морем несколько срочных грузов из Доминиона, чтобы хотя бы частично возместить нанесённый производству ущерб. Но отец в бешенстве от потери сразу четырёх кораблей, поэтому перетряхивает весь состав, который мог иметь к этому хоть какое-то отношение. — Брат выбрался на бортик и принялся выливать воду из ботинок. — Поэтому многие ключевые должности займут ближайшие члены Семьи. И никто из нас не желает надрывать задницу, пока ты загораешь с девчонками в провинции.

— Звучит неплохо. Я за смену обстановки, — кивнул Зар. — А что с энергоинженером, который напал на… приёме?

— Если отец что-то и знает, то пока ни с кем не делился.

***

Грегуар вернулся в родовой замок «Исток Стужи» вместе с командой от службы охраны, прибывшей забрать тело мёртвого пленника. Это шло вразрез с изначальными планами, но в список дел внезапно вклинилось несколько срочных вопросов.

И первый из них — пройти повторно медицинское обследование. Мужчина попросил специалистов Дома проверить его на возможность отравления или скрытой черепно-мозговой травмы. Но ни один из предполагаемых диагнозов не подтвердился. Прокушенное плечо зашили и обработали ещё в Джаркесе, поэтому медики настояли на продолжительном отдыхе.

Поблагодарив врачей, Грег отправился в личные покои, в которых не появлялся много месяцев. Здесь он избавился от прожжённой и местами порванной одежды и обуви, смыл грязь и морскую соль, стараясь не замочить бинты, и завалился в постель, отключившись почти на шесть часов.

Нормальный сон восстановил привычную трезвость мышления. Теневой зверь, убивший сектанта на допросе, не галлюцинация. Это стоило признать, хоть увиденное и шло против всего, что он знал о мире до этого.

Грегуар вернулся в ванную комнату, залез в корзину с грязным бельём и вытащил из кармана куртки снятый с тела Волка-Осьминога пояс. Мужчина взвесил трофей в руке. Гораздо тяжелее даже самого толстого кожаного ремня. И на ощупь — внутри, похоже, что-то спрятали.

Оборотень прошёл через спальню в кабинет, достал из ящика письменного стола скальпель и активировал энерголампу. Осмотр шелковой ткани ничего не сказал. Мужчина совершенно не разбирался в таких вещах. Грегуар осторожно вскрыл пояс, стараясь не повредить содержимое.

Его добычей оказались шестнадцать пакетиков с незнакомым порошком сиреневого оттенка, залитых бесцветным подобием смолы. Она не липла к пальцам и не пропускала воду внутрь, как и запах наружу.

— И что ты такое? — прошептал мужчина.

Третья, теневая, рука, как всегда без предупреждения, выросла из груди и потянулась к загадочным трофеям. В тёмной комнате со всего одним тусклым источником света конечность выглядела жутковато.

— Это иная форма «Ночного цвета»? — спросил Грег, стараясь не шевелиться.

«Да», — показал указательный палец.

— Та, от которой умирают?

После пары мгновений промедления: «Да».

— Ты это воспринимаешь теневым зрением?

«Да».

— А мне можешь показать?

«Нет».

— Ладно, — выдохнул Грегуар. — А зверь, которого я видел. Он настоящий?

«Да».

— Знаешь, что он из себя представляет?

«Нет».

— Он заметил нас с тобой?

Три пальца.

— Не знаешь. Хорошо. Зверь пришёл на… запах «Ночного цвета», чтобы убить пленника?

Три пальца.

— Ладно. Спасибо. Мы попитаемся чуть позже, когда я закончу с делами.

Рука довольно пошевелилась и растворилась. Грегуар провёл ладонью по небритому подбородку, раздумывая, что делать дальше, и удивился, услышав тихий стук.

Пришлось вернуться в спальню, накинуть халат и только потом открыть дверь слуге. Ему передали записку от отца с просьбой присоединиться к их позднему ужину с принцем. Грег даже не знал, что в замке кроме него из Семьи кто-то есть. Требовалось срочно привести себя в порядок и спрятать опасные трофеи в сейф.

***

Отец и Его Высочество отдыхали в малой летней столовой. С открытого балкона в комнату лилась ночная прохлада, а под самым потолком, искрясь от отблесков многочисленных свечей, вращалось заклинание «Беспорядка». Атмосфера скорее дружеская, чем официальная. Но Грегуар на всякий случай извинился за отсутствие чемпионского кулона, объяснив это правдой — он оказался в специфических обстоятельствах, потенциально способных навредить репутации принца.

Его Высочество с улыбкой отмахнулся от официоза и указал на свободный стул. Манганар восторгался красотами дубравы, по которой Доминик внезапно пригласил того прогуляться в конце сложного для них обоих дня:

— Должен отметить, Грегуар, ваш отец, как это часто случается, оказался полностью прав. Это место волшебным образом прочищает мозги. За прошедшие века я подзабыл об этом, — признался он.

— Мы совершенно не против видеть вас в «Истоке Стужи» почаще, Ваше Высочество, — отозвался Доминик, похоже, тоже оставшийся довольным прогулкой.

Поначалу разговор вёлся об обычных вещах, но как они не старались удержать темы в рамках непринуждённого общения, в итоге вернулись к пока нерешённым задачам.

Многие члены императорской Семьи постепенно съезжались в столицу на фоне внутренних слухов о новых выборах, поэтому расписание встреч Его Высочества постоянно обновлялось, и кое в чём ему бы пригодилась помощь чемпиона. Более того, погрузившись в собственные проблемы, Грег упустил из виду историю с затонувшими кораблями Дома Каменного Льва, что сильно развеселило принца:

— Скажите мне, мальчик мой, чем вы настолько увлеклись, что пропустили такое событие? Столица об этом не замолкает уже который день, — спросил он.

— Грегуар помогал друзьям разобраться с небольшой сложностью в отношении группы торговцев людьми, — участливо пояснил отец. Его лицо не изменило выражения, но в голосе слышались нотки смеха.

Грег немного смущённо кивнул:

— Да. Кое-кто возомнил себя высшим видом. Пришлось объяснить им, что это не так.

Напряжение, возникшее за столом, он ощутил почти физически. Даже свечи словно чуть потускнели.

— Откуда ты взял эту мерзкую фразу про высший вид, сын? — в словах Доминика ни осталось и намёка на веселье. Глава Дома положил приборы и смотрел немигающим взглядом в ожидании ответа.

— В нескольких местах, если честно…

— Объясни.

Отец не злился, но в его глазах читалось нечто, вызывающее инстинктивное желание бежать.

— Слышал сегодня на допросе и видел в отчёте касательно дела, над которым работал.

— Его Высочество не в курсе этой истории. Тебе придётся рассказать с самого начала, — попросил Доминик.

Что Грегуар и сделал в максимально сжатом виде, опустив пока появление Теневого зверя. Его внимательно выслушали не перебивая.

Отец о чём-то переглянулся с принцем.

— Скажи, сын, среди людей, с которыми вы сражались на острове, попадались те, кто носил маски, полностью закрывающие лицо? Они могли продемонстрировать впечатляющую мощь.

Мужчина заметил, что всё это время продолжал держать вилку, и вернул её на тарелку:

— Нет, ничего такого.

Доминик кивнул, обдумывая следующий вопрос:

— Когда ты передавал Аристарху материалы из отчёта «Надкушенной башни» по похищению наёмницы, переслал их полностью или частично?

Грег абсолютно не понимал, что, собственно, происходит, но причин увиливать от ответа не видел:

— Не совсем. Я в точности скопировал большую часть, которую посчитал важной, остальное пересказал своими словами в письме, включая диалог девушки с Волком, так быстрее, и отправил всё с курьером.

— Хорошо, — отец расслабился и откинулся на спинку стула. — Значит, Аристарх не знал. Погибший сегодня пленник причислял себя к высшему виду?

Грегуар отрицательно покачал головой:

— Нет. Мастер Иван перевёл его слова как «я не предатель высшего вида», словно он ему служил.

— Это всё ещё может обернуться одним большим совпадением, мой друг. — Манганар внимательно разглядывал лицо Главы Дома Северного Когтя, медленно прокручивая на среднем пальце левой руки простенькое по любым меркам чёрное кольцо.

— Не верю в подобные совпадения, Ваше Высочество, — твёрдо произнёс отец со странной ноткой сожаления. — Деталь с бутылками, наполненными кровью, и видениями сына барона Джаркеса не дают списать всё на случай. Слишком много мелких нюансов сходятся вместе, да ещё накануне выборов.

— Да, наверное, вы правы, — с не меньшим сожалением согласился принц, теперь оценивающе рассматривая чемпиона. — Ваш сын и так погрузился в проблему по самые уши. Думаю, ему стоит знать. У вас есть моё разрешение.

Доминик с благодарностью кивнул. Грег приготовился слушать, продолжая теряться в догадках, во что такое «погрузился». По самые уши.

Отец немного помедлил, собираясь с мыслями. Он положил локти на подлокотники и сплёл пальцы в привычном жесте, который так любил копировать Маркус.

— Ты же в курсе, сын, что при Тайной Канцелярии Его Императорского Величества существует особый отдел для борьбы с теми, кто наращивает Формы запрещёнными способами. Точнее, способ всего один. — Доминик остановился, вопросительно глядя на него.

— Каннибализм, — ответил Грегуар, и внутреннее напряжение сменилось мрачными догадками, отразившимися на лице.

— Да, — продолжил отец. — Многие, чьи Формы не развиваются правильно или слишком слабы изначально, пытаются… использовать собратьев оборотней для увеличения собственных сил. Обычные люди для этого не годятся, хотя они тоже часто становятся жертвами подобного рода преступлений.

— А как же болезнь? Разум и тело должны начать разрушаться.

— Она никуда не девается, Грег, природа всегда наказывает за пренебрежение к фундаментальным законам. Большинство попадается, демонстрируя её симптомы, либо ещё раньше, на стадии совершения похищения или убийства. Кто-то просто пробалтывается дружкам по глупости. — Доминик расплёл и сплёл пальцы обратно. — Такими людьми и занимается Канцелярия, но встречается и другой… вид.

Его Высочество пошевелился, меняя позу на более удобную, но ничего не сказал. Поэтому Глава Дома продолжил:

— Им удаётся превозмочь болезнь или сильно ослабить симптомы. Как правило, их способности всегда развиваются намного выше среднего. Употребляя кровь или мясо оборотня, они на время могут перенимать его способности или таланты и даже усиливать их. Сектанты называют это «Образ крови». Если у них получается прожить достаточно долго при таком питании, то они сильно молодеют. Ты можешь смотреть на семнадцатилетнего подростка и не знать, что перед тобой оборотень старше девятисот.

Брови Грегуара невольно поползли вверх.

— Если верить историческим хроникам, вот уже пять с половиной тысяч лет они периодически возникают небольшими организованными группами в Империи, Доминионе, Рубиновой пустыне и других местах, словно посаженные заботливым садовником семена. — Доминик присмотрелся к заклинанию «Беспорядка», проверяя, правильно ли оно работает. — И каждый раз именуют себя «высшим видом», несмотря на то, что при обнаружении такое сообщество вырезается под корень без возможности сохранить или передать наследие. Но через триста — четыреста лет они неизменно появляются снова, исповедуя ту же самую философию, используя ту же самую терминологию, как будто их растил один и тот же учитель. Что, по идее, невозможно. Но неизбежно повторяется.

— Чего именно они хотят?

Улыбка, проскользнувшая в голосе отца, показалась Грегуару хищной.

— Власти. Пытаются максимально защитить себя и расширить влияние на целую страну.

— Им это удавалось?

— Нет, — качнул головой Доминик. — В последний раз в нашем государстве такую группу уничтожили перед выборами действующего Императора. То есть без малого — семьсот лет назад. А четыре столетия спустя одному из Владык Песков пришлось пожертвовать городом, чтоб добраться до них вовремя.

— И вот теперь Маски появились у нас снова, — подытожил Его Высочество. — Но раньше их организация никогда не разрасталась до таких размеров. Ни в одной хронике нет ничего про применение ими веществ, похожих на «Ночной цвет». Это что-то новое.

Отец постучал одним указательным пальцем о другой в размышлениях:

— Скорее всего, костяк так и остаётся численностью в три или пять человек. То отребье, жившее на уничтоженном острове и, предположительно, в других местах, они используют для добычи денег и чёрной работы. Развлекают бессмысленной охотой на людей, пичкают сказочками о возможностях перейти в высший вид, которым этим идиотам никогда не стать. Чего я не понимаю, так это «Ночной цвет», — Доминик встретился взглядом с Грегом. — Уж прости, сын, но мы с Аристархом за твоей спиной его тщательно исследовали, но ничего не выявили. Это действительно просто очень эффективный стимулятор мышечного роста. И никаких дополнительных качеств, как в случае с Николасом, он не даёт.

Мужчина не нашёл причин для обиды, зато мог добавить кое-что полезное к информации отца:

— Возможно, у меня есть ответ. Хотя, разумеется, его предстоит перепроверить в лаборатории. Я считаю, что существует вторая версия «Ночного цвета», которую не продают. Предполагаю, она поддерживает здоровье тех, кто пережил сбой в трансформации, но для обычных людей она смертельна. Наверняка у неё обнаружатся и другие свойства.

— Ты достал образец? — догадался отец.

Грегуар кивнул:

— Но теперь уже я должен принести извинения за то, что рассказал о случившемся не всё. Точнее — не до конца. Не знал, как к этому подступиться.

— Мы слушаем, — поддержал лёгкой полуулыбкой принц.

История об обнаружении заначки в поясе и появлении теневого зверя на допросе получилась короткой, но вызвала множество вопросов, на которые ушло ещё минут сорок.

— Мартиар и остальные списали смерть пленника на последствия допроса и сильного ранения, — подвёл черту Доминик.

— Да, и я решил их не разубеждать. Хотел удостовериться в том, что видел.

Отец и Его Высочество снова переглянулись:

— Нам не помешает консультация посла Ильфара. Проблема раскрывается с неожиданной стороны, для которой у нас нет специалистов. Раньше у Масок никаких духовных зверей на службе не водилось. Хотя всегда есть шанс, что это чья-то Форма.

— Организую с ним встречу, — произнёс Манганар поднимаясь. — Но сейчас вынужден попрощаться, друзья. Пора возвращаться домой, в столицу. Уже почти утро.

Панорама ночного неба за окном действительно понемногу светлела. Они проводили принца до персонального «Окна», возле которого дожидалась личная охрана.

— Ты не планируешь переходить? — удивился Грегуар, когда отец направился обратно.

Глава Дома бросил на него сочувствующий взгляд:

— Чуть позже. Сначала накормлю сына нормальным завтраком, учитывая, что к ужину он так толком и не притронулся.

— Спасибо, — ответил мужчина, обращая, наконец, внимание на чувства голода, дикой усталости и некоторой растерянности от полученной информации.

За двадцать минут их отсутствия кто-то из людей Аристарха успел обновить заклинание «Беспорядка». Часть свечей потушили, уступая комнату краскам рассвета, а стол привели в порядок, дополнив чаем для сына и кофе для отца.

Доминик настоял на том, чтобы Грег нормально поел. Глава Дома молча пил горький напиток, анализируя свалившуюся на них проблему. Заговорил лорд только когда с едой было покончено.

— Скорее всего, Маски продолжат пытаться убить тебя.

— Считаешь, это они напали на меня и Зара на приёме?

— Самые очевидные кандидаты. И если бы случайно погиб и Его Высочество, сектанты от этого только выиграли. Зар оказался втянут по чистой случайности.

— Это из-за того, что я ввязался в историю с «Ночным цветом» или Николасом?

Отец отрицательно качнул головой:

— Всё перечисленное, включая наёмницу и «Надкушенную башню», на самом деле мелочи в их глазах. Поэтому они и отдали остров «Башне». Девушка и сын барона теперь преимущественно вне опасности на какое-то время. Зато ты — другое дело. Точнее — твоя Тень.

Захотелось возразить, но он остановил себя, осознав, что Глава Дома прав:

— Я проблема, потому что могу видеть теневого зверя?

Отец кивнул, снова откидываясь на спинку стула и сплетая пальцы между собой:

— Это наиболее вероятная причина. Они ударили, как только прошли состязания, где ты вынужденно призывал Тень. Наверное, тебя кто-то видел. Вспомни, что сказал Волк перед смертью. Его учитель хотел твою голову. Если они собираются использовать этих странных существ как основной козырь, ты для них прямая угроза.

Грегуар вернул чашку на блюдце и потёр пальцами виски, что оказалось довольно болезненно:

— Насколько сложно их вычислить?

В голосе Доминика появился намёк на улыбку:

— Представь, что идёшь на ощупь по огромному лабиринту, а тем, кого ты хочешь поймать, подсказывает видящий лабиринт сверху. В прошлый раз сложилось именно такое впечатление. Но это возможно сделать, особенно при нашей мотивации.

— У меня остались вопросы и про то, как вы с Аристархом оказались во всё это втянуты, и по нашим конкретным действиям, но тебе уже пора, — определил Грег по тому, как отец сменил позу.

— Верно. Передай образцы нового «Ночного цвета» главе охраны. Я введу его в курс дела. Сейчас можешь вернуться к себе в провинцию, и пускай «Четвёрка» пока останется при тебе. Новые инструкции поступят скоро, постарайся отдохнуть.

***

Постоянные переходы между Альдино и столицей утомляли, но они того стоили. Правда, сегодня для разнообразия особняк пребывал в некотором беспорядке, несмотря на раннее утро. Большая группа рабочих демонтировала и упаковывала тренировочные площадки Зара. В самом доме тоже главенствовала суета. Слуги спускали тяжёлые чемоданы к центральному входу и убирали до блеска пустеющие помещения.

Дени поднялся в комнату Алисы и постучал. Ему открыла горничная и сообщила, что хозяйка в библиотеке. Туда он и направился.

— Вот где ты прячешься. — Мужчина зашёл в просторный читальный зал и закрыл за собой дверь, пытаясь отгородиться от шума.

Целительница ответила ему сонной улыбкой:

— Ненамеренно. — Алиса аккуратно складывала записи и рабочие документы в предназначенный для них дипломат. — Ты сегодня рано. Завтрак только через час. Как поездка?

— Интересно, — отозвался Дени, останавливаясь рядом со столом. — Но у вас, я смотрю, тоже не особо скучно.

Девушка заправила непослушную светлую прядь за ухо и подарила ему немного грустный взгляд:

— Ром договорился с отцом, что Зар ему поможет с новыми морскими перевозками. Тот, естественно, ухватился за возможность реабилитироваться, игнорируя своё физическое и энергетическое состояние. Так что мы пакуем вещи.

Дени передал ей следующую стопку тонких папок:

— А что насчёт тебя?

— Еду с Заром. Отцу нужно организовать в нескольких важных местах «лечебницы для своих» и наладить закупки лекарств. Заодно присмотрю за братом, чтобы он довёл восстановление до конца.

Дени присел на освободившийся от бумаг краешек столешницы:

— Не стану врать, что мне нравится идея тебя, кучи матросов и потенциально потопленных Северным Когтем в будущем кораблей.

Алиса снова мягко улыбнулась:

— Не думаю, что всё настолько страшно. Кроме того, это нужно на благо Семьи.

Дениэл поймал её взгляд:

— Рискну проявить упрямство. Ты же должна понимать — Энго использует вас как щит, зная, что Доминик никогда не опустится до атаки на корабль с детьми своего врага.

— Дени…

— Не мог промолчать.

Она ничего не ответила и продолжила складывать последние документы. Мужчина в лёгком раздражении повёл бровью и после короткого раздумья достал из кармана пиджака красивый конверт, скреплённый личной печатью, и протянул в качестве жеста примирения.

Алиса с любопытством его взяла:

— Что в нём?

— Новый шифр, — не без нотки гордости ответил Дениэл.

На лице девушки появилась невольная, но счастливая улыбка:

— Серьёзно?

— Конечно, серьёзно. Только теперь сообщения придётся слать не по обычному адресу, а в наш семейный особняк в Иль-ди-нин.

— Тебя отправляют в Рубиновую пустыню?

— Скорее, я сам себя туда отправляю, а родители по этому радостному поводу нагрузили дополнительной работой. Там есть пара богачей, которым пригодится наша продукция.

— А что ты планировал делать сам? — спросила Алиса, не глядя на него. Всё внимание целительницы поглотило вскрытие конверта и чтение.

Дени мысленно добавил в персональную копилку ещё один повод для довольства собой:

— Наткнулся на крохотную зацепку на тему напавшего на Зара и Грегуара. Еду проверять и, видимо, задержусь.

Целительница подняла на него обеспокоенный взгляд:

— Это опасно?

— Обещаю сохранять бдительность и очень ждать весточек из Доминиона, — усмехнулся он.

— Обязательно напишу, — тихо рассмеялась девушка. — Как только разгадаю шифр, конечно. Помнишь, как мы додумались общаться закодированными сообщениями на дне рождения отца? Зар так злился, пытаясь угадать, о чём мы секретничаем.

— Ещё бы, мы те ещё злыдни, — поддержал её настроение Дени. — Но я достаточно тебя отвлёк, пойду донимать твоего брата. Где он, кстати?

— В оружейной, где же ещё? Не позволяет никому трогать свои игрушки, так что всё пакует сам. И не забудьте про завтрак — оба.

— Обещаю.

***

Рядом с оружейной толклось меньше всего слуг. Никто не хотел попадаться под буквально горячую руку хозяина. Непричёсанный, покрытый пылью и мелкой деревянной стружкой Зар осторожно складывал любимое железо в подходящие по размеру ящики.

— Потащишь всё это с собой? — спросил Дениэл, не здороваясь и лёгким прыжком усаживаясь на пустой, но не очень чистый стол.

Блондин смерил его типичным «дружественным» прищуром:

— Естественно, нет. Большую часть сдам на хранение здесь, в Альдино. Вдруг снова окажусь в городе.

— Значит, Энго подобрел не до конца, — догадался Ден.

— Ему пригодятся любые свободные руки, даже мои.

— Принцесса не против, что ты уезжаешь с её кулоном так далеко?

Зар повесил на ящик сложный тяжёлый замок и стал перебирать связку ключей в поисках нужного:

— Она не против, если я спалю в её честь пару пиратских кораблей.

— Неплохой вариант, — с ехидной усмешкой кивнул Дениэл. — Кроме того, уедешь подальше от Грегуара, а то в прошлый раз вы так обрадовались встрече, что даже спасли друг другу жизнь. Боюсь, что в следующий заход вы можете окончательно сойти с ума — и совсем подружиться. Хотя он сначала потребует объяснений, зачем ты хотел его убить.

— Мне нечего ему ответить.

В первые пару секунд Дени показалось, что он ослышался. Мужчина ожидал от шутки вполне предсказуемого финала: его выгоняют, и можно спокойно идти завтракать. Но Зар молча продолжил паковать остатки инвентаря, гремя стальными замками.

— В смысле нечего?

Блондин бросил на него странный взгляд, всё ещё не демонстрируя никаких признаков гнева:

— Не знаю, зачем я это сделал… точнее, «знал», пока делал заказ. А потом… стало поздно что-то менять.

Шокированный откровением Дениэл решил дожать вдруг разговорившегося Зара:

— А можно чуть подробней?

Друг глубоко вдохнул, отложил связку с ключами в сторону и опёрся обеими ладонями о стол:

— В тот вечер мне пришлось срочно вернуться в поместье за часами. Это подарок отца, и я не хотел, чтобы меня видели без него на приёме в министерстве. — Мужчина немного помолчал, разглядывая порезы и ушибы на пальцах. — Бродил по дому, пытаясь их найти, а дальше… в голове вдруг возникла идея. Она показалась такой удачной, заманчивой и ясной, что я забыл про часы и велел водителю ехать в квартал Грёз. Нашёл там лавку на колёсиках с перевёрнутой старой эмблемой Богомола… и сделал заказ. В себя пришёл, когда на вечеринке Ром спросил, где часы. Как только приём окончился, сразу же помчался в квартал Грёз обратно, но этот идиот уже куда-то свалил.

— Отправился выполнять контракт.

— Наверное.

— С тобой случалось такое раньше?

— Нет. — Зар снова взял в руки ключи и стал изучать комнату в поисках случайно забытого снаряжения.

— Ты проходил тесты на отравление или другие способы воздействия? — продолжил спрашивать Дени, пользуясь возможностью.

— Нет, об этом бы сразу доложили отцу.

Маг хотел сказать: «Ты мог попросить меня или сестру». Но прикусил язык. Зар и так разоткровенничался, не стоило тыкать его носом в то, что, скорее всего, он первый раз в жизни по-настоящему испугался, растерялся и боялся сделать хоть что-то. Вместо этого Ден спросил:

— Что произошло дальше?

Зар дёрнул щекой и принялся вытаскивать из-под стеллажей длинный пыльный ящик:

— Оставалось только ждать и уповать на чудо. В какие-то дни я хотел, чтобы Он умер, в какие-то — наоборот. Пару раз наведывался в квартал Грёз, пытаясь отыскать исполнителя, но тщетно, — мужчина внезапно тихо рассмеялся. — Даже думал съездить и предупредить Грегуара… можешь себе представить? Потом решился рассказать обо всём отцу, надеясь, что он найдёт выход из ситуации, но опоздал. Убийцу из клана Богомола обезглавили, а на стол Энго лёг интересный отчёт.

— Это в корни меняет дело, Зар.

— Это ничего не меняет.

Дени спрыгнул со стола, не спрашивая взял ящик с другой стороны и помог донести до выхода из оружейной:

— Считаешь, тебе никто не поверит?

— И тогда бы не поверили, а сейчас тем более.

— Всё ещё можно провести минимальное расследование, хоть и прошло много времени.

Зар ненадолго замолчал, заметно сомневаясь:

— Нет смысла. Отъезд уже скоро.

— Предложение бессрочное.

—… Спасибо. Подумаю.

Глава 21. Анна

Отец просил отдохнуть, но на практике осуществить это не получалось. Грегуар преодолел границу между Джаркесом и Иденс и прибавил скорость. Предстояло уладить множество дел, поглощающих все его мысли.

Проверить, как идёт организация новых производств. К следующей весне он планировал начать выпуск дорогих, но довольно простых в изготовлении основ под современные артефакты из голубой глины, обширное месторождение которой в Иденс до этого никто не разрабатывал. Запустить серию обучающих программ для будущих работников, а также заложить строительство жилого городка, чтобы не возить людей из деревень.

Отдельного внимания требовал замок, который продолжали готовить к полноценному функционированию.

Про тренировки тоже забывать не стоило. Маски, желающие его убить, и их прислужники умели очень и очень многое. Требовался скачок в развитии способностей, чтобы успешно противопоставить врагам лично и не полагаться на помощь родственников и друзей…

Грег попытался увести энергомобиль от столкновения до того, как в принципе полностью осознал, что происходит. Левая рука инстинктивно вывернула руль, чуть смазав момент удара, но, учитывая скорость машины, этого оказалось недостаточно.

Картинка дороги за лобовым стеклом несколько раз перевернулась и сменилась на коричнево-зелёные цвета оросительного канала и каких-то деревьев. Вовремя призванная Тень спасла от множества травм, но новый оппонент не собирался останавливаться на достигнутом.

Огромный зверь вновь с разбегу ударил в заднюю часть днища лежащей на боку машины, ещё больше корёжа корпус и пытаясь добраться до защитного блока главной батареи.

Сделав Тень плотной, оборотень выбил лобовое стекло и своевременно выбрался из машины. Вырвавшееся из деформированной батареи пламя лизнуло ноги, а взрывная волна отбросила на несколько шагов. Казалось бы, от такого атаковавший должен погибнуть или хотя бы получить серьёзное ранение — но этого не произошло.

Мощным движением отшвырнув остатки разорванного надвое энергомобиля, в сторону Грега развернулся определённо самый впечатляющий Олень, которого он встречал в жизни. Некогда красивое гордое животное сейчас выглядело откровенно жутко. В боку зияла внушительная прогрызенная крупным хищником дыра, из которой торчали сломанные рёбра. Основательно повреждённые передние ноги какими-то чудом держали немалый вес животного. Вокруг рогов Оленя змеился неестественный, почти пурпурный огонь, главный источник которого находился внутри черепа этого, без сомнения, мёртвого уже много дней зверя. Крохотные языки пламени периодически вырывались из ноздрей и пасти и мрачно подсвечивали глаза.

Противник колебался. Расчёт на внезапный молниеносный удар не оправдался, и теперь энергоинженер пытался выбрать, что делать дальше.

Грегуар медленно поднялся с земли, одновременно частично возвращая человеческий облик, отращивая медвежьи когти на правой руке и доставая левой из кармана брюк уже хорошо знакомый артефакт «Ледяной конфликт».

— Давно не виделись, Торнадо. Что-то ты долго.

Голова Оленя едва заметно дёрнулась, и труп зверя сделал один резкий длинный прыжок, целясь в Грега огненными рогами. Мужчина отскочил и боковым зрением заметил, как нечто маленькое и лёгкое отделилось от ближайшего дерева и метнулось к шее животного.

Вмешавшийся оборотень меньше чем за мгновение изменил Форму на человеческую, оставив лишь внушительных размеров смертоносную ногу Богомола в качестве оружия. Совершив невероятно ловкий кульбит в воздухе, он отсёк голову Оленя и тут же мягко приземлился на ноги рядом с упавшей тушей.

Незнакомец сложил уже человеческие руки на груди в старинном приветственном жесте, принятом среди Великих Домов, наверное, ещё лет семьсот назад, и поклонился, ненавязчиво демонстрируя потёртый фамильный амулет с изображением крупного насекомого.

— Передайте отцу, что Дом Богомола принимает его предложение.

— Передам. Благодарю за помощь, — успел ответить Грегуар до того, как оборотень снова сменил Форму, не дав себя толком разглядеть, и улетел к дороге.

Грег перевёл дух и осторожно подошёл к трупу, чьи рога более не горели, а тело замерло в окончательной неподвижности. Если рядом не найдётся подходящего вместилища для Маски, напавшей на него сегодня и тогда на приёме у принца, то опасность временно отступила.

Со стороны шоссе уже слышались крики и звуки захлопывающихся дверей. Роб, первый помощник комиссара, удачно очутился на этом участке дороги: помочь потушить фрагменты энергомобиля и не дать загореться полю. Что могло произойти, учитывая жару и недостаток дождей.

Роб благоразумно выбрал не задавать лишних вопросов и предложил подвезти до замка. Но вместо этого Грег попросил не особо распространяться об увиденном и послать Вудсу человека с запиской. Требовался грузовой транспорт: забрать то, что осталось от машины, и «сбитое животное».

Обеспокоенный сохранностью начальства Джим примчался лично. В итоге домой Грегуар вернулся уже к полудню.

Первым делом он отправил курьера с зашифрованным письмом к отцу в максимальной секретности передать Главе Дома ответ Богомола на предложение, о котором услышал сегодня впервые. Затем связался по телеграфу с Аристархом и описал ситуацию с Маской, а также перекинулся парочкой сообщений с Мастером Иваном, желая убедиться, что «на его стороне провинции» всё в порядке.

Перед обедом Грег заглянул в комнату Ли-Энн, но дежурившая на этаже охрана сообщила, что следопыта отправили на работу по заданию «Башни». Не самая радостная новость, но Квентин обещал подбирать контракты тщательно.

Братья устроили полноценный допрос в столовой, прежде чем дали нормально поесть. Но рассказ пришлось сильно урезать. На разглашение ключевых деталей разрешения ему не дали.

— Что планируешь делать дальше? — полюбопытствовал Леонард, закидывая в суп пригоршню сухариков с чесноком.

— Съездить на производство. А что?

— Я отвезу.

— Зачем? — удивился мужчина, намазывая хлеб маслом.

Лео пожал плечами:

— Даже не знаю, может, потому, что за тобой охотятся олени-убийцы…

Грег едва сдержал смех:

— Мне пока не настолько страшно, чтобы прикрываться младшим братом.

— Как и предупреждал Калеб, он станет упрямиться и отшучиваться, — вдруг произнёс Маркус, бросая на Леонарда многозначительный взгляд.

Оборотень в недоумении поднял левую бровь:

— Вы обсуждаете меня с Калебом?

— Ну да, периодически, — жизнерадостно согласился младший. — А ещё с Александром, Бэллой и Аделин. Мы, вообще-то, твоя семья. И нам как-то не всё равно.

Грегуар провёл рукой по подбородку и вернулся к еде:

— Великолепно.

***

Ли-Энн подошла к персональному «Окну», зарядившемуся для перехода, и почувствовала, как мелко дрожит от страха левая кисть. Девушка с силой сжала пальцы, «будто хватая эмоцию за хвост», как учил дедушка, и мысленно швырнула неприятное чувство «в топку собственной решимости», детально представляя процесс. И учитывая, что недавно туда же отправились все сомнения, — желание двигаться вперёд, несмотря на негативный опыт, у неё только прибавилось.

Следопыт слишком любила свою работу, чтобы сдаться вот так запросто.

Рекомендация администратора при выдаче заказа «одеться потеплее» пришлась как нельзя кстати. «Окно» перенесло её в одну из северных провинций. Высоко в горах снег лежал даже летом. Первое, что увидела Ли-Энн, — небольшая табличка над выходом из транспортной зоны: «город Зелёный». Людей совсем немного.

Её встретил знакомый пожилой «сенешаль» с того странного заказа с комнатой, полной энерголамп, мешающих духовному зрению. Его сопровождал старший куратор «Башни» — Феликс. Оба мужчины выглядели заметно уставшими. Одежда помята и местами испачкана.

Ли-Энн обоснованно предложила, что она — не первый следопыт, с которым они сегодня работают. И если поиск продолжился, значит — главная задача не решена. Что достаточно необычно. Видимо, цель попалась «старая» или обладала ограниченным ресурсом для наведения.

«Сенешаль» проверил бланк контракта, и они выдвинулись к железнодорожной станции. Задавать вопросы до прибытия на место считалось не только невежливым, но и непрофессиональным. Поэтому, накинув вязаный капюшон, девушка молча последовала за заказчиком.

Местная железная дорога оказалась на удивление загруженной, поезда шли почти постоянно. В один из них они и сели по заранее купленным Феликсом билетам. Правда, вышли сразу же на следующей станции.

Пройдя насквозь крохотную деревушку, они спустились с горы в долину, испещрённую множеством мелких речушек и ручейков. Красивый вид, хоть и очень суровый. Живописная панорама включала длинный изгиб высокого железнодорожного моста, соединявшего две горы.

Они остановились, и «сенешаль» предложил выбрать из нескольких вещей. Из тех самых предметов, которые она обнаружила в прошлый раз: потрёпанный учебник по картографии, перьевая ручка, закладка и простое чёрное кольцо. Прислушавшись к ощущениям, Ли-Энн предпочла ручку. Она показалась самой «свежей» и интересной. С прочими предметами явно много работали другие эксперты.

— Найдите тело этого человека, — определил задачу «сенешаль».

Девушка кивнула, настраиваясь на поиск эмоциональной зацепки и медленно прокручивая ручку в пальцах. Лисёнок загрустил, как и в прошлый раз. Судьба этого человека почему-то очень его расстраивала, но затем дух отвлёкся на вращающуюся ручку — и Ли-Энн стала видеть образы, как он грызёт её подобно коту. У владельца вещи действительно когда-то жил питомец, игравший с ручкой.

Впечатление почти невесомого контакта.

— Это довольно далеко отсюда, — предупредила она.

— Ведите, мы последуем, — ответил «сенешаль».

Следопыт переложила «зацепку» во внутренний карман куртки, призвала Закатного Лисёнка и оранжевой искрой понеслась вдоль линии деревьев, перепрыгивая через тонкие ручейки и островки снега. Феликс и наниматель двигались следом по воздуху.

Ощущение от ручки исходило максимально приятное. Человек пользовался ею постоянно. Писал письма, шифры, заметки, делал примечания в книгах, никогда не терял и всегда брал с собой.

И Ли-Энн, и Лисёнку нравился его дух, его аура. Очень лёгкая. Скорее всего, одну из его Форм воплощала небольшая птица. Пропавший умел расположить к себе. Возможно, даже обладал запоминающейся чарующей улыбкой отпетого болтуна и сказочника…

Здесь впечатление присутствия стало наиболее сильным. Трое рыбаков вытаскивали на берег вместительную лодку. Ли-Энн не чувствовала «тела», но у одного из мужчин в кармане определённо находился предмет, который мог привести к владельцу ручки.

Девушка вернула человеческую Форму и остановилась у берега. Феликс и заказчик приземлились рядом, приняв прежний облик.

— У рыбака в синем дождевике в левом кармане то, что нам поможет.

Куратор кивнул и не спеша подошёл к перешёптывающимся местным, занервничавшим при их появлении. Феликс коротко представился, показал документы и знак гильдии. Поняв, что это не надзорные органы, рыбаки немного расслабились и с радостью согласились помочь. Тот, что в дождевике, передал содержимое кармана куратору.

Феликс вернулся со скомканными листами, вырванными из детской раскраски, с изображением нескольких ключевых достопримечательностей Доминиона. В них заворачивали завтрак, судя по маслянистым пятнам.

«Сенешаль» принялся невозмутимо помечать что-то в журнале и даже выделил это место на карте долины:

— Больше ничего не чувствуете? — спросил он.

— Нет, — честно ответила Ли-Энн, возвращая ручку.

Девушка перевела взгляд на реку, чтобы успокоиться: «Проклятье. Это ж надо так облажаться». Не так она представляла возвращение к работе, но проколы случаются у всех. Главное — не зацикливаться. Феликс развернулся, чтобы отдать рыбаку его «имущество», и на мгновение пальцы куратора сложились в характерном жесте, который на внутреннем языке «Башни» означал: «Всё нормально», «Нет проблем» или «Просто забей». Похоже, она действительно не единственная сегодня, кто не справился с задачей.

Назад на станцию возвращались с удвоенной скоростью. Её спутники по воздуху. Она, Лисёнком, по земле. Если сегодня очень-очень повезёт, то можно успеть в школу на вечернее представление к близнецам. Няня просила прийти. Дети по ней скучали, да и Ли-Энн по ним тоже.

***

После обеда Леонард действительно увязался с ним и честно катал от одного места к другому, параллельно вываливая все новости, которые Грег пропустил, занимаясь иными вопросами.

Например, Лео с гордостью сообщил, что статью для столичной газеты о гибели четырёх кораблей Дома Каменного Льва написал именно он, а ещё в родовой замок доставили обещанный подарок от Дома Терновника. Тушу того самого «папы-червяка», предусмотрительно разобранную на составляющие, лучше всего подходящие для подробного изучения.

К вечеру от обилия информации Грегуар ощущал слабую головную боль. И когда Леонард вдруг увидел в городе «старую знакомую», с радостью отпустил брата на все четыре стороны вместе с машиной. Тем более что в столице провинции оставалось ещё одно дело, которое хотелось завершить без свидетелей.

Распорядка дня Главный судья придерживался неукоснительно и после работы всегда прогуливался по центру города, где располагались не только здания администрации и суда, но и театр, несколько самых дорогих в Иденс магазинов и школа с библиотекой.

— Милорд, — с вежливой улыбкой поздоровался мужчина, приподнимая традиционную судейскую шляпу, которую носил на улице, несмотря на жару.

— Господин судья. — Грег присоединился к собеседнику, и они неспешно направились по улице вместе.

— С вашей активностью вот уж не думал снова встретиться в городе.

— Просто я включил вас в список дел.

— Даже так, — с интересом кивнул судья. — Готов помочь чем смогу.

— Не стану тратить время попусту и сразу попрошу даты поставок «Ночного цвета» в соседние провинции.

Собеседник повторно позволил себе мимолётную улыбку:

— Приму ваше предположение, что я настолько осведомлённый человек как комплимент.

— Уверен, вполне заслуженный.

— Придётся признать, что вы правы. — Судья достал из кармана маленькую записную книжку, затем ручку, сделал пару коротких записей, вырвал листок и передал Грегуару. — Что планируете предпринять?

— Проверю новую теорию.

Старый оборотень вернул вещи в карман.

— В последний раз, когда вы «проверяли», они сбежали из провинции с концами. На что я, естественно, не жалуюсь.

— Поработаю над тем, чтобы они не смогли бегать совсем.

Он попрощался с судьёй, и освободившееся внимание поймало кое-что незапланированное.

Семья Мастера Ивана, включая его самого, активно беседовали, стоя на тротуаре рядом с припаркованными энергомобилями. Некоторые из детей носили детали театральных костюмов. Видимо, перед этим они участвовали в школьном представлении. Женская половина в лице Велены и Ли-Энн даже принарядилась по этому поводу. Обе предпочли одинаковые светлые сарафаны, открывающие плечи. Что не удивляло в такую погоду.

Зато отсутствие одного из близнецов показалось необычным. Если Грег, наконец, научился правильно их различать, то рядом с Ли-Энн крутился Михаил.

А Андрей только вышел на школьное крыльцо. Мальчишка бодро спустился с лестницы, но остановился, заметив «капитана». В глазах ребёнка зажглась какая-то идея. Он убедился в том, что семья на него не смотрит, сделал пару уверенных шагов навстречу и дружелюбно помахал рукой.

— Добрый вечер, молодой человек, чем могу помочь?

Как предупреждала Ли-Энн, из-за пережитого в раннем детстве близнецы предпочитали общаться жестами, хоть и умели нормально говорить. Андрей с серьёзным лицом указал на пряжку в виде оскалившейся медвежьей морды на ремне мужчины.

— Не могу судить вас за хороший вкус, но вещь мне очень дорога. Настаиваю на равноценном обмене.

Мальчишка с пониманием кивнул и махнул рукой в направлении стенда с надписью «ИНФОРМАЦИЯ».

— Слушаю, — оборотень старался сохранять деловой тон.

Андрей жестом попросил следовать за собой и поднялся обратно по лестнице. Администратор у входа удивился их появлению, поклонился согласно традиции, но ничего не спросил. Грегуар поздоровался и направился вглубь просторного холла. Мальчишка уже стоял у стены с фотографиями выпускников под общей яркой шапкой: «МЫ ИМИ ГОРДИМСЯ». Он ткнул пальцем в снимок и отошёл в сторону, чтобы Грегуар мог нормально рассмотреть.

Здание, на старинном крыльце которого стоял выпускной класс с дипломами в руках, он узнал сразу. Имперская Академия Искусств. Обе его старшие сестры, Бэлла и Аделин, её закончили. Правда — на разных факультетах. Кто-то предусмотрительно обвёл красным кружком лицо нужного человека, но Грег и так бы её узнал.

— Это кое-что объясняет. Хорошая наводка.

Он отцепил от ремня пряжку, благо дизайн позволял сделать это без труда, и передал честно заработанное Андрею. Осчастливленный мальчуган повертел трофей в руках, затем засунул в карман и шустро побежал к выходу, забыв попрощаться.

Грег вернулся к фотографии прочитать едва заметную надпись на дипломе. Там тоже обнаружилось кое-что любопытное. Когда он вышел на улицу, семья Мастера уже уехала, а следопыт обходила машину, проверяя шины на колёсах. На от природы смуглой коже девушки всё ещё чётко выделялись белые полосы тонких шрамов, оставшихся после событий на острове.

Она улыбнулась, заметив его приближение:

— Здравствуй.

— И тебе того же.

Ли-Энн проследила его взгляд:

— Да ладно, прекрати. Быстро заживёт. Что на самом деле важно…

Мужчина предупредительно поднял ладони перед собой:

— Нет-нет, только не благодарности опять. Твоё лицо решительно не умеет этого делать.

— Ты спас дедушку и…

— В тот день все друг друга спасали.

— Грегуар, — попыталась протестовать она.

— Ничего не желаю слушать. Лучше поехали «перекусим», раз уж мы так удачно встретились.

Ли-Энн бросила на него взгляд в стиле «ты невозможен», но вслух произнесла:

— Ладно, садись в машину. Скоро вернусь.

Она забрала с заднего сиденья более тяжёлый, чем обычно, рюкзак и направилась к зданию школы.

***

Увидеть его целым и немного отдохнувшим оказалось огромным облегчением. Братья рассказали, что Грегуару сильно повредили в драке плечо, но, кажется, оно его почти не беспокоило. Питание в Запертом лесу всегда улучшало самочувствие напарника, поэтому она постаралась не мешкать.

Ли-Энн уже второй раз за сегодня поздоровалась с администратором на входе и прошла в женский туалет, в котором пришлось спешно переодеваться перед выступлением ребят в привезённый няней Вель сарафан.

Девушка достала из рюкзака одежду, в которой работала днём, и сменила «наряд». Зашитая и перебинтованная после встречи с Тараканом рука по-прежнему ныла при движении, но чувствовала себя гораздо лучше.

Непоседливый Лисёнок оживлённо возился на границе сознания, предвкушая вкусный ужин. Дух расстроился из-за неудачи на работе, и Ли-Энн надеялась его подбодрить. Вся эта непонятная история со сложным многоступенчатым заказом крайне её беспокоила, и возможности всё тщательно обдумать пока никак не представлялось.

Она вышла из школы, и администратор запер главный вход. Грегуар перенастраивал механику пассажирского кресла, пытаясь уместиться в нём со своим ростом.

Сумерки быстро поглощали город, и улицы постепенно пустели. В окнах разгорались разноцветные огни, а на шоссе практически не осталось транспорта. Они покинули готовящийся к ужину Иденс, и Ли-Энн вывела энергомобиль на шоссе:

— Совсем близко подъехать к Запертому лесу с этой дороги не получится. Придётся немного пробежаться.

— Не вижу проблемы, — отозвался мужчина, почему-то крайне внимательно рассматривая зелёные насаждения рядом с дорогой.

Ещё садясь в салон, Ли-Энн заметила, что поясной ремень Грегуара завязан несколько старомодным способом:

— Куда дел любимую пряжку с медведем? Ты обычно всегда её носишь.

— Обменял на секретные данные про тебя, — ухмыльнулся он с довольным видом.

Следопыт рассмеялась раньше, чем успела нормально удивиться:

— Что?

— Зато теперь понятно, откуда все эти… изящества в движениях к месту и не очень, — многозначительно добавил Грег, откровенно наслаждаясь её замешательством.

Ли-Энн потребовалось несколько мгновений определить, что такого интересного и «компрометирующего» мужчина мог в принципе узнать о её довольно непримечательной биографии, и при чём здесь «изящества». «Он же шёл со стороны школы».

— Ты шутишь, — протянула следопыт, осознав причину его неприкрытого веселья. — Кто из этих мелких прохиндеев меня сдал? Хотя, как правило, они всё планируют вместе.

— Свои контакты не подставляю, — сделал серьёзное лицо Грегуар, но его глаза продолжали искриться смехом.

— Невероятно просто.

Девушка решила больше никак не комментировать этот момент, понадеявшись, что собеседник удовлетворится произведённым эффектом и не станет копать дальше.

Свет фар выхватил из полутьмы предупреждающий знак, и следопыт сбросила скорость. Впереди находились городские поля для выпаса скота.

— Итак, как ты угодила в Имперскую Академию Искусств? — начал допытываться напарник.

Ли-Энн остановила машину, пропуская пастуха со стадом овец, которые перебирались на ночёвку, и скользнула по Грегу раздосадованным взглядом:

— А то ты не знаешь, как подобные мне туда попадают… Нет? Опять шутишь? Ладно. Скажем так, если в школу танцев в провинции приезжает отборочная комиссия из Академии, и тебя выбирают — отказаться нельзя. Так что с четырнадцати лет и пока не исполнилось девятнадцать я провела в столице на обучении по государственной социальной программе. Мне, как и другим отобранным девочкам, выделили по комнате в общежитии и даже небольшую стипендию.

— Тебе нравилось?

Она пожала плечами:

— И да и нет. Я люблю танцы, но… это не вся моя жизнь.

— Лисёнок скучал?

— Наоборот, когда у тебя или подруг постоянно пропадают ключи от комнаты, кто-то ворует обувь, концертное платье или кошелёк, работа для следопыта есть всегда. И никогда не знаешь, в какой дыре отыщутся вещи.

Последняя овечка оказалась по ту сторону дорожного полотна, и Ли-Энн снова начала набирать скорость.

— Неприглядная рисуется картина, — сделал вывод Грегуар, теперь уже без улыбки изучающий её реакции в поиске понятных только ему ответов.

Девушка же, в свою очередь, не видела в этой истории ничего необычного или трагичного:

— В любом закрытом сообществе свои правила выживания. Если учишься по одной из бесплатных программ, то держишь все самые ценные вещи при себе и стараешься как можно больше времени проводить в танцклассе или библиотеке, чтобы не встречаться с… другими девочками. Учиться мне нравилось. Не всё так ужасно, не делай такое лицо. Не говоря уже о том, что дополнительные навыки в танцах и знания по истории, этикету, старинным церемониям на самом деле дают огромное преимущество при выборе следопыта на ту или иную работу.

На этот раз удивился уже он:

— Как это?

Ли-Энн позволила себе мимолётную улыбку:

— Я и мои коллеги не всегда погружаемся по макушку в болото или роем землю в пыльных руинах. Представим гипотетически торжество со спортивными соревнованиями между Великими Домами. Команда на команду, мундиры или форма у участников каждой выглядит абсолютно одинаково. Насколько легко перепутать одежду в общей раздевалке и случайно оставить в кармане очень личное письмо, фотографию?

— И чтобы спасти положение, — кивнул Грегуар, — Нужна субтильная барышня, которая держится, как обычная дама, сразу определит, в чьём кармане «улика», и потихоньку вытащит её, например, в танце.

«Сам субтильный, Медведь», — почти вырвалось у неё. Но следопыт вовремя остановилась:

— Ты уловил суть.

Ли-Энн не отрываясь смотрела на тёмную дорогу, но услышала, как собеседник усмехнулся в ответ, словно прочитав её мысли.

— Звучит почти увлекательно.

— Я пришла к такому же выводу. Поэтому, когда программа закончилась, не стала продлевать обучение и втайне от дедушки перебралась в Альдино. Прошла обязательные трёхмесячные курсы для всех наёмников «Башни» и подала заявку на работу.

— Представляю, что на это сказал Мастер Иван.

Ли-Энн не удержалась и тихо рассмеялась, возвращаясь к этим воспоминаниям:

— О-о, он вопил как раненый лось. Деда надеялся, что я стану учителем танцев или пойду на исторический факультет. Вот, собственно, и всё.

Грегуар прищурился на крупную хищную птицу, пролетевшую через дорогу с добычей в когтях, а затем уверенно добавил:

— Нет, не всё.

Девушка бросила на него короткий вопросительный взгляд, но мужчина предпочёл ничего не объяснять, ожидая, что она сама догадается.

— Даже у тебя не настолько хорошее зрение, там слишком мелкие буквы, — с сомнением произнесла Ли-Энн через пару секунд.

— Наверное, от удивления у меня очень расширились глаза, — с присущим сарказмом откликнулся Грег. При этом он не упускал из внимания ничего, способного быстро приблизиться к машине. — Так что скажешь в своё оправдание, Анна? — не без удовольствия продолжил собеседник.

Она осторожно свернула на просёлочную дорогу, постепенно замедляя ход машины.

— Мне не за что оправдываться. Теперь меня по документам зовут совсем не так.

— Слушаю.

Ли-Энн вздохнула и сдалась окончательно:

— «Анна» — это имя, вышитое на одной из пелёнок, в которых меня нашли. Поэтому первые детские удостоверяющие документы содержат именно его. Но когда мне исполнилось шесть, я захотела впечатляющий «позывной» или «кодовое имя», как у всех моих взрослых братьев. И каждый день придумывала новое прозвище и требовала, чтобы все его выучили. Прекрати смеяться…

Чего Грегуар, естественно, не сделал.

— Дедушка не выдержал и подобрал мне собственное. И раз уж я — и Лиса, и — Анна…

— Получилось «Ли-Энн», — с улыбкой догадался он.

— Да. Мне безумно понравилось, так что с тех пор семья и друзья называют меня только так. В двадцать пять, когда наступило время смены документов, сделала его официальным. Теперь ты знаешь все мои секреты, а я почти охрипла так много говорить.

— Оно стоило того.

***

В Запертом лесу они оказались, когда уже совсем стемнело. Пока Лисёнок наслаждался очередным серебряным цветком, Грегуар успел собрать достаточно дров для костра, разжечь пламя и передвинуть одно из упавших деревьев, подходящих для эксперимента, который он неожиданно для самого себя решил сегодня провести.

Девушка спрыгнула с ветки и с любопытством оглядела «перестановку».

— Это, вообще-то, для тебя.

— ..?

— Присядь, пожалуйста, так, чтобы с удобством долго не шевелиться.

Продолжая удивляться, Ли-Энн устроилась на широком стволе и скрестила ноги, разложив на них подаренный Грегом разговорник.

— Как-то так. И что мы доказываем?

— Что твоя тень падает куда нужно, — усмехнулся он.

Девушка обернулась, бросив короткий взгляд на свой силуэт:

— Собираешься питаться от моей тени? Серьёзно? — улыбнулась она.

— Если позволишь.

— Ты когда-нибудь так уже делал? — продолжила улыбаться Ли-Энн.

— Нет, это эксперимент.

Девушка пожала плечами и тихо рассмеялась:

— За качество я не отвечаю. Не жалуйся потом.

Грег хмыкнул и приблизился к дереву с тенью:

— Скажи сразу, если почувствуешь себя плохо, некомфортно или хотя бы странно. Хорошо?

— Как хочешь. — Следопыт смерила его смеющимися глазами и переключила внимание на книгу.

Грегуар оглядел площадку, убеждаясь — огонь ни на что не перекинется, и прислушался к инстинктам. Они молчали. Ничего и никого опасного рядом. Маска определённо предпочёл убраться.

Мужчина сел на траву и присмотрелся к силуэту Ли-Энн. Пламя периодически заставляло его танцевать и смешивать тёмные оттенки, но вблизи «копия» девушки выглядела почти прозрачной.

Грегуар ощутил, как его собственная Тень начала проявлять заинтересованность. Любопытство Формы смешалось со страхом, внезапно взявшимся из ниоткуда и заставившим задержать руку, правда, всего на мгновение.

Тёплая. Грег ожидал, что пальцы вот-вот коснутся шершавой коры, но этого так и не произошло. Хотя визуально сосна рядом с ним никуда не делась. Немного поколебавшись, он всё-таки закрыл глаза и потянул на себя энергию тени.

Ощущения, как при питании от амулета с медвежьим когтем, но куда более интенсивные. Энергия вливалась в него подобно густой воде, нагретой под полуденным солнцем. Она делала его «тяжелее» и обостряла восприятие.

Прокушенное Волком плечо дико чесалось под повязкой и отдавало пульсирующей болью в голову и солнечное сплетение, но оборотень продолжил накачивать рану силой, пока неприятные ощущения не притупились полностью, а потом и вовсе исчезли, уступив место желанному расслаблению.

Грег почувствовал, что пальцы нагрелись сверх всякой меры, и вытащил руку. Внутренняя сторона ладони выглядела красной от прилива крови. Мужчина расстегнул верхние пуговицы рубашки и медвежьими когтями содрал повязки.

Ли-Энн мгновенно обернулась на звук разрывающихся бинтов и отложила разговорник в сторону:

— Тебе нехорошо?

Грег осторожно ощупал сустав. Кожа в этом месте горела, но не осталось даже намёка на шрамы:

— Нет, наоборот.

— Мне отвернуться?

Её обеспокоенность вызвала у него улыбку:

— Не нужно. Думаю, на сегодня достаточно.

— Тень считает иначе. — Ли-Энн указала на область его солнечного сплетения, которая снова переливалась золотыми огоньками, хорошо заметными даже через плотную ткань. — Форма опять пытается вырваться?

Оборотень на всякий случай получше прислушался к внутренним ощущениям:

— Ничего похожего. Щекотно только.

Девушка неуверенно улыбнулся:

— С тобой никогда не знаешь.

Грег привёл одежду в порядок и сел рядом с Ли-Энн:

— А ты что чувствуешь?

Она неопределённо пожала плечами:

— Всё то же самое. Никакой потери сил, если тебя это волнует.

— Неплохо. Хотя несправедливо, что Лисёнок ничего с этого не получает взамен.

— А вот это, скорее всего, неправда, — удивила она его.

— Поясни.

Следопыт почесала переносицу, собираясь с мыслями:

— Догадываюсь, что воздействие всё-таки есть, но не такое ярко выраженное, как в твоём случае.

— А именно?

Девушка перевела взгляд на догорающий костёр, а потом снова на него:

— Сам посуди. Я поменялась местами с Формой и очень легко смогла вернуться, что для оборотня моего уровня развития невероятно сложный процесс.

— Он для всех сложный, Ли-Энн.

— Это только доказывает мою правоту, — посерьёзнела она. — А ещё я смогла почувствовать потенциальных похитителей. Сколько следопытов действительно способно это сделать?

— Не знаю, но в нашем Доме таких нет или мне про них ничего не известно, — после некоторых раздумий ответил Грегуар. — Что собираешься с этим делать?

На её лице появилось довольное, но несколько смущённое выражение:

— Уже потихоньку тренируюсь.

— Например.

Ли-Энн опустила ноги на землю, принимая более комфортную позу:

— Например, сегодня в поезде смогла определить, сколько человек село в вагон, не успев вовремя купить билет, и на какой именно станции подзарядки мне дадут скидку без объективной причины. Однако неудач тоже хватает. Праздновать пока рано.

— Это всё равно здорово, Ли-Энн. Но стоит держать в строжайшем секрете, — ощутив укол тревоги, добавил он.

— Я рассказала только тебе.

— Молодец.

Девушка неожиданно отвела взгляд в сторону и закусила нижнюю губу, что всегда делал при большом сомнении.

— Хотела спросить.

— Ну?

— Количество объектов для изучения у инженерной группы осталось совсем немного. А «Башня» снова начинает отправлять меня на заказы. Я всё ещё могу работать по подписанному с тобой договору, но для этого совершенно не обязательно занимать место в замке. Хочу вернуться домой. Няне не помешает помощь, да и мелкие скучают.

Вот этого вопроса Грег не ожидал.

— Ты говорила об этом с Мастером Иваном?

— Он сказал: тебе виднее.

Пришлось выдержать её взгляд и честно ответить:

— Тогда предпочтительно, чтобы ты пока осталась в замке. Я не во всём разобрался. А работы больше, чем ты думаешь. Особенно если дать волю Маркусу.

— Понятно, — не стала протестовать Ли-Энн, хоть в этой фразе слышалась недосказанность.

— Хочешь спросить что-то ещё?

Девушка кивнула:

— Да, но не сейчас. Надо обдумать.

Грегуар поднялся и направился к почти потухшему костру:

— Ладно. Тогда давай возвращаться. Только я поведу.

— Почему?

— Потому что твои братья абсолютно правы. Ты, конечно, Лиса, но водишь как Черепаха.

***

Этим летом ночи не приносили столице никакого облегчения от дневной жары. Воздух просто отказывался двигаться, поэтому каменные улицы и дома практически не остывали.

Доминик и Его Высочество снова допоздна засиделись в малой столовой резиденции принца. Благодаря открытому выходу в сад и работающему фонтану здесь присутствовал хоть какой-то намёк на прохладу.

Сегодня удалось сократить список потенциальных Масок почти до сотни имён. Впечатляющий результат, отнявший много сил. К концу вечера заклинание «Беспорядка» вращалось уже заметно медленнее, но исправно работало, притягивая сияние десятка свечей.

Один из личных помощников принца попросил разрешения войти и передал увесистую папку с документами. Доминик внимательно следил за выражением лица Манганара. Тому явно не нравилось написанное в отчёте.

— Мне очень жаль, Ваше Высочество, — тихо произнёс Глава Дома Северного Когтя, догадавшись, о чём идёт речь.

— И мне. — Принц устало помассировал кончиками пальцев виски и воспалённые глаза. — Убедил себя, что в этот раз мы всё-таки его отыщем. Но ни в одной из действующих гильдий не нашлось достаточно талантливого следопыта, чтобы обнаружить тело Артура. Есть несколько человек, сумевших определить все его личные вещи, но и они не справились с итоговым заданием. Их лучший результат — пуговица, но к делу она не имеет никакого отношения, и детская раскраска. Кто сказал, что у судьбы нет чувства юмора?

Доминик несколько раз кивнул с пониманием и сопереживанием. Речь шла и о его лучшем друге тоже:

— Вам не за что корить себя. Полагаю, первоначальный вывод специалистов обоих наших Домов по поиску Артура самый верный. Если тело затянуло куда-то глубоко, например, в русло подземной реки или в место, где есть залежи руды, то его невозможно отыскать. Вода, камень, железо и большое расстояние блокируют способности любого следопыта. Да и времени прошло… уже очень много.

Манганар слабо улыбнулся:

— Мне иногда кажется, что единственный следопыт, способный найти Артура, — это сам Артур. Жаль, что у нас нет запасного.

Доминик ответил ему тем же выражением:

— Эта шутка бы ему понравилась, а вот наши мрачные лица — нет. И вы взваливаете на себя слишком много, учитывая обстоятельства. Предстоящие годы потребуют от вас сил, давайте разумно беречь их.

Глава 22. Ответы и дороги

Тело отреагировало на новый способ питания неожиданным отказом засыпать. Золотое свечение, появившееся в области солнечного сплетения, тоже никуда не исчезло, даже к утру. Поэтому следующие трое суток Грегуар провел с туго забинтованным торсом, чтобы «скрыть улики», приводя в порядок накопившиеся в замке дела и юридические вопросы, пугая прислугу и родственников чрезмерной работоспособностью.

Проблемы с непосредственными дырами в стенах и заменой коммуникаций, наконец, полностью решились. Чем и воспользовался Леонард — «наныв» реставрацию хозяйского крыла, хотя изначально в списке Грега эта часть замка стояла на последнем месте. Младший брат привёл убийственный аргумент: «А что, если мама приедет в гости?». Прозвучало зловеще. Поддавшись на уговоры, Грег позволил обрадованному сенешалю и Лео делать что посчитают нужным. В рамках оговорённого бюджета, конечно.

К вечеру четвёртого дня оборотень ощутил первые признаки усталости и даже лёгкую боль в желудке, чем обычно не страдал. Мужчина провёл два часа в кровати, поочерёдно пробуя техники расслабления, которые знал, но действовали они со скромной эффективностью. Более того, откуда-то из глубин замка стал доноситься противный скрип проржавевших цепей.

В обычный день Грег спокойно бы уснул и даже не обратил внимания на еще один источник шума, коих хватало из-за ремонта, но сегодня раз за разом это вызывало все более сильный прилив раздражения. Поэтому, когда очередная волна звука прокатилась нестройной мелодией по уставшим нервам, мужчина не выдержал и отправился искать «проблему».

Спуститься пришлось аж к одному из полуподвальных этажей, где планировалось хранить часть продуктового запаса, но почему-то не присутствовало даже намёка на стандартный наряд замковой стражи.

Каменный коридор выглядел пустым. Освещённый несколькими тусклыми факелами, он открывал тёмные провалы дверей в смежные складские помещения и производил крайне странное впечатление нереальности. Но источник скрипа прятался именно здесь. Старая люстра для масляных ламп, игнорируя законы здравого смысла, раскачивалась под потолком, делая большие круги, а длинные беспокойные тени водили хоровод, неотрывно следуя за ней.

Какое-то время Грегуар просто наблюдал за этой бессмыслицей, пытаясь понять, что заставило люстру «взбеситься». Зато оборотень заметил любопытную деталь. Каждый раз, когда завершался очередной круг, он чувствовал прикосновение тени к лицу сродни слабому ветерку.

На следующем обороте мужчина закрыл глаза и попытался уловить ощущение только кожей. Впечатление стало ярче, но осталось с ним всего на мгновение. И он попробовал ещё.

А потом ещё.

И ещё.

Однако вредные тени не хотели сдаваться без борьбы, каждый раз ускользая в последний момент, заставляя голову кружиться сильнее, а ноги и шею изнывать от напряжения. В одну из попыток даже показалось, что он теряет опору под ногами и смещается куда-то в сторону. Мужчина тут же сделал резкий шаг вперед, пытаясь вернуть устойчивое положение, и открыл глаза, с удивлением обнаружив себя стоящим в противоположной стороне коридора. Оборотень инстинктивно проводил карусель теней взглядом и снова почувствовал смещение. Тень двигалась по стене и полу и… тащила его за собой! Поражённый открытием, Грег запнулся, стараясь удержать равновесие, но вместо этого проснулся.

Грегуар попробовал пошевелиться, и затекшее от долгого пребывания в неудобной позе тело не одобрило такую идею. Отчёт по закупкам, который он читал, валялся на полу, а свеча на журнальном столике догорела. Заснул в кресле и даже не заметил.

Первая мысль — добраться до постели и нормально выспаться остаток ночи, но инстинкты упрямо твердили иное. Последние оборотень не имел привычки игнорировать, поэтому со вздохом собрал документы, спрятал их в сейф и отправился искать подходящее место для проверки теории. Маркус предупреждал, что Тень говорит с ним через сон. Может, и в этот раз…

Выбор пал на столовую. Грегуар запер дверь на засов, удивив охрану на этаже. Мужчина достал несколько больших свечей, расставил на столе и зажег. Люстра висела значительно ниже, чем в сновидении, но давала достаточно тени при движении. И почти не скрипела.

Грег слегка подтолкнул её, чувствуя себя на редкость глупо, но тест следовало довести до конца. Сначала не происходило абсолютно ничего. Тени метались по стенам и потолку, однако не предлагали никаких новых ощущений. Минут двадцать он следил за их движением, пытаясь понять, почему не срабатывает. И пришёл к выводу, что причина в напряжении.

Грегуар выполнил пару дыхательных упражнений, изгоняя из мышц накопленную усталость, а затем призвал Форму Тени, делая чувство лёгкости почти абсолютным. Оборотень отпустил ожидания и связанные с ними мысли и разрешил вниманию свободно течь вслед за танцующими и крутящимися тенями.

Снова. И снова.

Он поворачивал голову за ускользающими фигурами, не упуская их из виду ни на мгновение. Тем более что следить за ними становилось всё проще. Они замедлялись, передавая мягкое, почти сонное притяжение потока…

Грегуар вовремя заметил знакомое чувство соскальзывания и, врезавшись в буфет, не сломал его, но «немного пошумел» и заставил охрану нервничать. В дверь они пока не ломились, но переместились поближе.

Оборотень усмехнулся и качнул люстру снова. В этот раз нужный набор ощущений пришёл быстрее. Мужчина снова «протаранил» мебель, но способность сработала.

Потратив на тренировку навыка следующие три часа, Грегуар выяснил несколько важных вещей.

Первое: как только он жёстко фиксировал внимание на любом предмете, движение теней тут же теряло эффект переноса.

Второе: запуск процесса требовал полного расслабления ума и тела. Пока это удавалось только в Форме Тени. Человеческое обличье оказалось слишком тяжелым во всех смыслах.

Третье: способность срабатывала исключительно на движущихся тенях. Просто переместиться или «подтянуться» к обычной тени не получалось.

Четвертое: если во время движения что-то происходило с источником света, например, пламя свечи начинало слишком сильно моргать, это прерывало процесс.

Пятое: смещение хоть и казалось легким, но заметно отнимало силы.

Однако в любом случае он совершил прорыв, на который не рассчитывал. Грегуар выглянул в окно, прикидывая, сколько осталось до завтрака, и отправилась в комнату Маркуса.

Тот открыл с уже знакомой гигантской кружкой в руках:

— Доброе утро? — неуверенно произнес он, что вызвало улыбку.

— Пошли, есть дело.

Ученый пожал плечами и подчинился, прихватив напиток.

Вернувшись в столовую, Грег повторно запер дверь, спровоцировав у брата очередную волну недоумения. Энергоинженер без разговоров сплёл под потолком заклинание «Беспорядка» и с немым вопросом в глазах повернулся к Грегуару.

— Да, понимаю, тебе нужны объяснения. Но понаблюдай немного и сам увидишь.

Маркус глубокомысленно кивнул и приложился к чаю. Грег подтолкнул люстру, запуская хоровод теней.

Полностью войти в состояние расслабления, когда на тебя таращатся оказалось сложнее, но через какое-то время всё-таки получилось. Мебель опять пострадала. И оборотень тут же повторил успех: «проскользив» практически через весь зал в другой угол.

— Нет слов, — выдавил брат, продолжая держать чай рядом с лицом. — Как это вообще возможно?

Грег пожал плечами, вкратце описал предысторию и к каким заключениям пришёл:

— Как-то так… Хочу знать, как движение воспринимается со стороны.

— М-м-м-м! — Маркус с усилием проглотил горячее варево и поставил полупустую кружку на стол. — Выглядит, будто духовную Форму подхватывает ветром, как дым от костра, и затягивает в силуэт движущейся по стене тени. Но как только ты прерываешь процесс, из ниоткуда появляется человеческое тело. — Даже так… — Ага, — счастливо улыбнулся изобретатель. — Ты раньше не питался от теней живых людей? Грегуар вернул на место сбитый табурет: — Нет. Это могли заметить. Да и результат, как видишь, сложно предсказуем. Маркус усмехнулся какой-то идее и уселся прямо на столешницу, отбрасывая на стену широкую тень: — Пробуй сейчас. — Уверен? — Да. Грег провёл ладонью по лицу, успокаивая мысли, и запустил руку в силуэт брата. Минут десять теневая Форма не впитывала ничего, но затем в сознание стал прокрадываться тонкий «ручеёк бодрости». Если голова и успела перенапрячься за последние четыре дня, то контакт с тенью Маркуса снял эффект сонливости. — Смотришься получше. И взгляд не такой безумный, — выдал заключение учёный. — Я нормально себя чувствую. Видимо, ты пока не настолько силён, чтобы нанести вред живому существу. Если это вообще когда-либо произойдёт. — Интересно. Вспомнив о ещё одной особенности, Грегуар расстегнул рубашку и разорвал медвежьими когтями бинты, скрывавшие светящийся живот. Похоже, очередная трансформация завершилась — золотые искорки исчезли. — Будь я девушкой, то, наверное, обрадовался, а так — прости, ничего не понял, — не удержался от шутки брат. *** Проклятый остров не желал отпускать. Пара окровавленных верёвок обмоталась вокруг щиколоток и поволокла её сквозь кустарник обратно к центру деревни, где ждал голодный монстр. Следопыт попыталась зацепиться за гибкий ствол ближайшей лианы, но потные пальцы соскользнули. Сегодня чудище из сотен корабельных канатов выглядело особенно жутко. Оно ещё больше увеличилось в размерах и ощущалось не только живым, но и мыслящим. Канаты подбросили кричащую Ли-Энн, подняв в воздух мелкую россыпь алой пыли. — Не хочу! Обычно, когда монстр её проглатывал, кошмар заканчивался. Но в этот раз вышло по-другому. Она погрузилась в тёплую, пахнущую железом темноту. Ли-Энн попробовала двигаться на ощупь и осознала себя стоящей на четвереньках в огромном резервуаре, заполненном вязкой жидкостью. Девушка провела ладонью по дну и поняла, что под ней гладкое стекло. Пришлось ползать туда-сюда, пытаясь определить границы необычной тюрьмы. А затем стало понятно, что она очутилась внутри бутылки или чего-то сходного с ней. Приподнявшись на носках, Ли-Энн даже нащупала шершавую пробку. Возможно, если удастся подпрыгнуть и резко ударить… Пространство за стеклом неожиданно посветлело. Первыми следопыт разглядела тёмный песок и кусок паутины, но затем к бутылке устремилась гигантская мужская ладонь. Она подняла сосуд, заставив Ли-Энн упасть обратно… в кровь. Густая жижа теперь покрывала всё тело, заставляя съёживаться от ужаса и омерзения. Однако «тюрьма» продолжила движение вверх, и Ли-Энн разглядела лицо того, кто её поднял. Грегуар обернул бутылку носовым платком, снова погружая всё в темноту. — Хватит! Сознание, наконец, нашло силы вырваться из кошмара, и девушке удалось открыть глаза. За окном давно наступил день. Даже не утро. Ей всё-таки платили за результат, а не опоздания. Но следопыт вспомнила, что сегодня выходной, и подавила приступ паники. Ли-Энн с раздражением отбросила простыню и пошла умываться. Недавно у неё высвободилось достаточно времени, чтобы осмыслить произошедшее и принять окончательное решение. И любые его последствия. Иначе кошмары не дадут нормально жить. Приведя себя в порядок, девушка передала через дежурного по этажу записку и собиралась спуститься в замковую библиотеку. Однако всё тот же охранник догнал на лестнице и попросил пройти в кабинет хозяина. Грег впустил её и запер дверь на засов. Как и шепталась обслуга, лорд действительно жил всего в одной комнате, которая служила и спальней, и кабинетом. Ли-Энн постеснялась разглядывать мебель, тем более что пришла она сюда не за этим. Грегуар определённо находился в хорошем расположении духа. Оборотень улыбнулся вместо приветствия и указал на одно из кресел возле рабочего стола, а сам присел на его край: — Что случилось такого интересного, раз понадобилось настолько официальное письмо? — Видимо, перестаралась, — удивляясь собственному смущению, ответила девушка. — Однако у меня очень странная просьба, на которую ты имеешь полное право ответить отказом. — Смелее, — усмехнулся он. Взгляд Ли-Энн невольно упал на полку с разноцветными чернилами: — Мне нужна бутылка с кровью, которую мы нашли в развалинах старой крепости. Брови мужчины на мгновение взлетели вверх: — Нет, ну… внутренне я готовился ко многому: «Давай поедим мороженого. Давай заведём ручного енота». Причём на первое даже согласен, но зачем тебе кровь? — мгновенно посерьёзнел Грег. Она осторожно положила ладони на свои колени, накрыв правой рукой левую: — Сам факт того, что я это рассказываю, уже может стоить работы в «Надкушенной башне», но по-другому объяснить всё равно не получится, — поймав его сосредоточенный взгляд, следопыт продолжила. — Не так давно мне пришлось участвовать в серии заказов по поиску пропавшего человека. Однако все специалисты, включая меня саму, провалили задание. Для наведения использовали личные вещи, но они не сработали. И, скорее всего, не сработают, потому что мы ищем неправильно… — По-прежнему не совсем понимаю, при чём здесь история с бутылкой, — спокойно, но настойчиво произнёс Грегуар. Ли-Энн поколебалась, скользнула взглядом по рукам, но затем снова подняла на него глаза: — Послушай, не знаю, как это связано. Но, по-моему, человек, которого искал заказчик, и донор, чья кровь находилась в бутылке, — это одно и то же лицо. И он жив, а не мёртв, как про него думают. Почти уверена, что не ошиблась, но нужно убедиться. Я видела бутылку всего пару мгновений, а для нормальной экспертизы требуется физический контакт. Грег скрестил руки на груди, обдумывая услышанное: — Что собираешься делать, если кровь покажет «совпадение»? Она закусила губу, но ответила честно: — В идеале хотела бы сообщить этим людям, что нужный им человек жив. И его можно попытаться найти другим способом. Но это идёт вразрез с правилами гильдии, а ещё втягивает твой Дом и, видимо, ещё кучу народа. — Хорошо, — медленно кивнул напарник. — Разберёмся по порядку. Как такое возможно: огромное, как я понимаю, количество опытных специалистов по поиску уверено, что этот кто-то мёртв, когда в реальности это не так? — Сама ломала голову над этим, и у меня появилась рабочая теория. Старые личные вещи человека могут не срабатывать, потому что он кардинально изменился как ментально, так и физически. Например, пережил неудачную трансформацию, или его энергетику исказил постоянный приём какого-то лекарства. Добавь к этому фактор прошедшего времени, удалённое расстояние от изначальной точки поиска, водную или металлическую преграду, — следопыт взяла короткую паузу и со вздохом добавила. — Если совсем по правде, то мне он вообще не казался погибшим. И когда меня попросили найти «тело», я удивилась, но спорить с заказчиком — дурная примета. Грег дёрнул бровью: — Любопытно. Ли-Энн села поудобнее и опёрлась руками о сиденье кресла: — Более того, у этих людей явно имеются иные причины, чтобы считать своего человека погибшим. Они уверены в том, что трагедия произошла в конкретном месте. — Опиши его. Знаю, это против гильдейского устава, но ты и так уже начала. Она успела упомянуть лишь мост и долину, когда Грегуар вдруг прервал и дал точное название железнодорожной станции, на которой им пришлось сойти: — «Холодные пруды». — Да. Откуда… Мужчина провёл ладонью по подбородку и вернул руку в прежнее положение: — Ты сейчас описываешь место гибели семьи моего дяди Станислава и многих других хороших людей. Ли-Энн не сразу нашлась что сказать: — Прости. Я не знала, что твой дядя умер в этом месте. Грег мотнул головой: — Он жив. Погибли его жена и дочь, а ещё лучший друг моего отца и… там должна висеть мемориальная доска с именами у подножия моста. — Мы не ходили в ту сторону. Грегуар ещё раз кивнул каким-то своим мыслям: — Это кое-что объясняет в истории с твоим заказчиком. Трагедия произошла тридцать… нет, тридцать один год назад. Ты тогда только родилась. Поезд на повороте моста сошёл с рельсов, и вагоны разметало практически по всей долине. Тогда многих хоронили лишь частично. Речки в этом месте быстрые, поэтому некоторые тела и их фрагменты унесло гораздо ниже по течению. И далеко не всех нашли… полностью. Видимо, семья твоего нанимателя так и не сдалась. Ли-Энн невольно передёрнула плечами и тихо произнесла: — Звучит абсолютно ужасно. Но если этот человек выжил, при этом не выходит на связь и кто-то… отбирает у него кровь, то… — Скорее всего, пропавший в руках очень плохих людей, — закончил он фразу. — Каким другим способом предлагаешь искать? — Просто. Через ту же кровь. Её брали уже после всего, что с ним произошло. Она гораздо лучше с ним связана. Если отдать бутылку хорошему следопыту-предметнику, тот должен справиться. — А ты сама? Она с сомнением покачала головой: — Я ищу «ногами». Если цель находится очень далеко, то в лучшем случае приведу нас к вещи, которая станет подсказкой к её местонахождению. А предметник работает с картой. — Понял. — Грегуар встал со стола и сделал несколько шагов по комнате. — Поступим так. Ты сейчас идёшь обедать, потом мы, видимо, помчимся в Джаркес. Так что отдохни. А я пока пообщаюсь с главой службы охраны. Посмотрим, что можно предпринять. Беда в том, что кровь изучали в лаборатории, не факт, что от неё хоть что-то осталось, но попробовать стоит. Ли-Энн поднялась с кресла: — Спасибо. И от меня, и от «него». — Пока рано благодарить. И вот ещё что. Если кровь совпадёт, то разговор с руководством «Башни» на мне, — он предупредительно поднял руку. — Не спорь, пожалуйста. Во-первых, у меня гораздо больше шансов не дать им тебя выгнать за разглашение конфиденциальной информации. А во-вторых, у моей Семьи, и не только у неё, кажется, здесь есть свои интересы. И я должен об этом позаботиться. *** В Джаркес они отправились буквально через час, но Ли-Энн успела перекусить и даже захватить кое-что из своей комнаты перед выходом. Часть пути Грегуар объяснял, как говорить с главой службы охраны, Мастером Аристархом, который в силу профессии мало доверял незнакомцам с «неожиданной и полезной информацией». Врать этому человеку строжайше не рекомендовалось. Она этого и не планировала. Всё, на что Ли-Энн надеялась, — достаточное количество оставшейся крови, чтобы сделать окончательный вывод. Права она или нет. То, что в историю косвенно оказались втянуты погибшие родственники Грега, только усложняло ситуацию. На самом деле хотелось задать больше вопросов про крушение, но, естественно, девушка сдержалась. «Потом подниму старые подшивки «Имперского вестника» и почитаю про трагедию сама». Вторую часть дороги они провели в молчании. Грегуар погрузился в собственные мысли. Ли-Энн его не отвлекала. Пользуясь наличием свободного времени, она продолжила изучение разговорника. Некоторые диалекты Рубиновой пустыни давались проще, чем другие, но она не собиралась останавливаться на достигнутом. Следопыт аккуратно выписывала в блокнот выученные слова, их транскрипцию и различные значения, а затем проверяла результат по разговорнику. Повторение упражнения каждый день хорошо помогало запоминать и произношение, и правильное написание. В Джаркесе они выяснили, что до следующего «Окна» в столицу почти целый час. Ли-Энн вызвала у Грегуара искреннее недоумение, отпросившись «пробежаться по магазинам», и пообещала вернуться вовремя. Старый знакомый дедушки содержал на одной из торговых улочек города лавку с мастерской. Если кто-то и мог справиться с заказом идеально, то это он. Здесь всегда пахло струганным деревом, красками и кожей. Мастер Нейт вышел в зал на звук дверного колокольчика: — Лисёнок! — широко улыбнулся он. — У Ивана ко мне дело? Или просто забежала поболтать? Ли-Энн улыбнулась в ответ: — Дядя Нейт. Ни то ни другое. У меня собственный заказ. Девушка достала из рюкзака разговорник и извлекла тщательно сложенный листок. Мастер забрал рисунок замка с точными размерами пряжки и иными характеристиками: — Хм! Выглядит как замок Иденс, только чуток по-другому. — Это он и есть — в новом варианте. Мастер открыл журнал заказов: — Хочешь поместить изображение на мужскую пряжку? — Ага. — Не указан исходный материал. Ли-Энн пожала плечами и положила руки на стойку: — Потому что я не знаю, какой выбрать. Мастер кинул ручку на раскрытую страницу: — Ну, давай подумаем. Насколько я помню, у этого замка очень оригинальный оранжево-песчаный оттенок. Она успела только кивнуть, а дядя Нейт уже скрылся за шторкой смежного помещения. Несколько минут оттуда доносились лишь звуки открываемых ящиков, но Мастер вскоре вернулся с внушительным бруском незнакомого камня. — Почти как это. Ли-Энн осторожно прикоснулась кончиками пальцев к гладкой поверхности. Материал ощущался на удивление тёплым. Его оттенок действительно напоминал цвета замка, только более приглушённый. — Красиво. Что это? — Пустынная костянка. — Дерево?! Выглядит как камень или отполированный бивень. — Точнее, корень, — усмехнулся дядя, довольный произведённым впечатлением. — Выбор сделан, — улыбнулась она. — Оплачу сразу. Понятия не имею, когда вернусь забрать. — Как хочешь, Лисёнок. Сделаем в лучшем виде. К назначенному переходу она успела с запасом. Пришлось проигнорировать неизбежную саркастическую фразу Грега — «так много накупила» в сторону её полупустого рюкзака. Охрана Северного Когтя встретила их прямо у транспортного узла. Столица выглядела так же, как в годы обучения в Академии Искусств, разве что бронзы и энергомобилей на некоторых улицах стало больше. Их отвезли в престижный район города, в особняк с гербом Дома на кованых ажурных воротах, провели в зал с активным «Окном» и отправили дальше. Грегуар предупреждал, что родовой замок находится далеко на севере, но контраст с убийственной столичной жарой всё равно показался невероятным. А Мастер Аристарх немного напугал, встретив сразу же по прибытии. Высокий пожилой оборотень с длинными седыми волосами, собранными в строгий хвост, и абсолютно незабываемым взглядом. Ли-Энн почувствовала, как её образ сначала разобрали на мелкие детали, а затем собрали заново, сделав предварительный вывод. Глава службы охраны поклонился сыну хозяина и попросил следовать за собой. Их провели в ближайшую комнату, которую курьеры использовали для ожидания. Здесь на столе лежало четыре совершенно одинаковых бутылки с красной жидкостью. Ни одна из них не была именно той, которую они нашли в развалинах крепости. Кровь перелили. — Выберите правильную, — сухо попросил Мастер Аристарх. В принципе, ничего неожиданного. Сомневаться в её способностях — часть его работы. Ли-Энн зачерпнула духовных сил у Лисёнка и провела заряженной рукой по глазам. Искомый сосуд нашёлся сразу же. Несмотря на испытания, выпавшие на долю этого человека, кровь сохранила «воздушность», частичку того, каким он ощущал себя раньше. Дух внутри поднял любопытные ушки, но тут же загрустил, когда пальцы коснулись нужной бутылки. — Эта. Глава охраны подарил Грегуару быстрый взгляд и утвердительно кивнул: — Попробуйте пройти по следу. — Цель очень далеко отсюда, Мастер. Я найду только связанные с ней вещи, что есть поблизости. — Этого вполне достаточно. Приступайте. Ли-Энн осторожно взяла сосуд с кровью в левую руку и привычным усилием попыталась слиться с шедшими из него энергиями. Лисёнок практически сразу обнаружил похожие по энергетике предметы где-то рядом. Ступни потеплели и стали разворачивать тело в сторону второго выхода из помещения. Мужчины последовали за ней. Чутьё повело Ли-Эн по одной из лестниц куда-то наверх. Очень быстро девушка обнаружила комнату, похожую на уютную столовую с балконом. Нужная вещь висела прямо на стене над низким буфетом. Портрет красивого аристократа лет пятидесяти. «У него действительно улыбка отпетого болтуна и сказочника. Как я и думала». Во всём его образе, от светлых соломенных волос до небрежно застёгнутой рубашки, чувствовалась природная непоседливость и нежелание оставаться на месте, даже когда с тебя рисуют картину. Ли-Энн взглянула на Мастера Аристарха, когда тот остановился рядом: — Это он. — Уверены? — полуутвердительно произнёс глава охраны, разбирая на фрагменты каждую деталь её мимики. — Да, абсолютно. — Хорошо, — он заложил руки за спину. — Чувствуете что-то ещё? — Очень слабо, где-то в глубине замка, — ответила следопыт, сверившись с ощущениями. — Ведите. Ли-Энн на мгновение прикрыла веки, прогоняя прочь волну неуверенности, неожиданно поднявшуюся под внимательным взглядом Мастера, и последовала за ниточкой предчувствий. Очень хотелось найти то, что подскажет, где находится пропавший человек. Лисёнок безошибочно указывал дорогу, нагревая ступни всё сильнее. За последние полчаса Ли-Энн побывала в таком количестве коридоров, тоннелей и винтовых лестниц, что без способностей наверняка бы безнадёжно потерялась. По-настоящему огромный замок. Иденс по сравнению с ним производил впечатление кукольного домика. А ведь лик выбирал самый короткий путь… Чутьё неожиданно привело в красивый сад под прочным стеклянным потолком. Бесконечное количество декоративных деревьев, разноцветных кустов, многоярусных клумб и даже летающие вокруг бабочки. Девушка напомнила себе не отвлекаться и повернула на звук работающего фонтана. Ли-Энн взглянула на его дно, полностью покрытое толстым слоем монет, и едва заметно вздохнула. Вода считалась естественным препятствием, да и деньги выглядели преимущественно металлическими, но попытаться стоило. Мужчины остановились где-то за спиной, на приличном расстоянии, чтобы не попадать в поле её внимания. Ли-Энн закатала правый рукав, а в левую руку снова взяла бутылочку. Следопыт смогла примерно определить место, с которого следует начинать поиск, и опустила руку в холодную воду. Минут пятнадцать пальцы привыкали к температуре, и оставалось только ждать нужных ощущений, прерывая любую мысль, появляющуюся в голове. Решив, что уровень настройки достаточен, Ли-Энн принялась медленно водить ладонью над деньгами, одновременно концентрируясь на силе, присутствующей в сосуде. Получив «положительный сигнал», девушка осторожно вытащила нужную монету и вытерла насухо носовым платком. Следопыт положила находку на ладонь с бутылочкой и тут же ощутила, как энергии в них притягиваются друг к другу, словно два маленьких магнита. «И снова Доминион… может, я и в прошлый раз не ошиблась?» В руке лежала монета одного из многочисленных островных государств. На имперский его название ближе всего переводилось как Королевство Семи Течений. Она повернулась к подошедшему Мастеру и молча передала находку. — Что-то ещё? — всё так же сухо спросил он. — Нет. Больше ничего, — честно ответила следопыт, борясь с приступом дикой усталости. Аристарх жестом подозвал одного из сотрудников охраны. — Понятно. Проводите мисс Ли-Энн подышать, пожалуйста. Милорд, прошу пройти со мной.

*** Артур из Малого Дома Стального Пера дружил с отцом на протяжении почти девяти сотен лет. Некровный дядя Артур. Человек с самыми невероятными историями, в реальность которых Грегуар обычно не верил, но всегда любил слушать. Не один век он служил личным посыльным Его Величества Императора, доставляя секретные письма и грузы в самые разные уголки не только Империи, но и соседних стран с удивительной даже для современного уровня логистики скоростью. Аристарх как-то намекал, что Артур водил близкое знакомство со многими выдающимися деятелями подпольного рынка, но настоящих секретов, естественно, никогда не раскрывал. Непоседливая натура и неиссякаемая жажда новых впечатлений слишком часто заводила дядю Артура в крупные неприятности, из которых он мастерски выбирался благодаря природной интуиции и хорошо подвешенному языку. Но если не срабатывало, то на помощь приходил отец, совмещая это с попытками уговорить Артура остепениться и перестать испытывать судьбу на прочность. Последнее никогда не приносило эффекта. И толпа женщин, пришедших на похороны, стала великолепным тому подтверждением. Грегуар не сомневался, что дядя Артур погиб. До сегодняшнего дня. Глава охраны предупредил, что предстоит небольшой тест для оценки способностей и намерений следопыта. Но ничего не сказал о «подозреваемом на роль выжившего». Портрет Артура всегда висел в кабинете отца. Перенеся картину в малую столовую, Аристарх явно ожидал, что Ли-Энн её отыщет. Мужчина проводил взглядом девушку, которая, несмотря на естественный цвет кожи, смотрелась почти бледной после «купания» в фонтане, и последовал за Аристархом. Даже самая короткая дорога из летнего сада до личного кабинета главы охраны заняла почти сорок минут. В реальности он представлял собой большой зал с письменными и лабораторными столами, диванами, креслами, картами в половину стены, множеством полок со справочниками и другими вещами. Наверняка Аристарх где-то «припрятал» настоящий кабинет, но где он находится, скорее всего, знал только отец. Зал очень хорошо защитили от прослушивания, поэтому заклинание «Беспорядка» здесь использовали редко. Аристарх прошёл в самый конец помещения, вытащил на середину широкий пустой стол и начал готовить его для исследования: — Заказчик, обратившийся в «Надкушенную башню» с поисковой миссией, частью которой стала мисс Ли-Энн, — Его Высочество Манганар, — глава методично выкладывал на столешницу карты и атласы, — Он предупредил вашего отца заранее, что снова попытается отыскать Артура для нормального погребения. — Не знал этого. — Так и задумывалось, — ответил Аристарх. — Люди принца работали через подставных лиц с «Башней», «Золотыми крыльями» и ещё несколькими гильдиями, которые из себя хоть что-то представляют. Результат нулевой. До настоящего момента. — Мы найдём его? Раз теперь у нас есть кровь? — задал Грегуар самый важный сейчас вопрос. Аристарх окинул внимательным взглядом подобранные атласы, убеждаясь, всё ли на месте: — Не уверен, — произнёс он после раздумья. Грег продолжил молчать, дожидаясь более развёрнутого ответа. Глава охраны сходил к ближайшему стеллажу и принёс оттуда лабораторный стакан с широким горлом: — После вашего сообщения наши следопыты, вся группа, попробовали поработать с той кровью, что у нас осталась. Ничего. Для наших людей Артур по-прежнему мёртв и необнаружим. То же самое происходило, когда кровь из подземелья только попала к нам. Все задействованные специалисты придерживались мнения, что донор успел скончаться. — А как же Ли-Энн? Почему для неё это не так? Она ошибается? Аристарх отрицательно покачал головой: — Не думаю. Она тот редкий случай, ради которого в таких ситуациях и обращаются к сторонним специалистам за пределами Домов. — Глава охраны бросил взгляд на вход в зал, ожидая кого-то. — Дело в том, что иногда при личном совпадении энергий, интересов, способностей, крови, чего угодно, какой-то следопыт может оказаться идеальным для поиска конкретной цели. Они как будто взаимно притягиваются. В кабинет вошёл Роман, лидер группы специалистов по поиску, с ещё одной бутылочкой в руках и быстрым шагом направился к приготовленному столу. — Поэтому, если моя идея сейчас не сработает, придётся везти вашу подругу «по адресу на монете» и искать на месте, надеясь не спугнуть похитителей Артура, — закончил мысль Аристарх. Он достал из нагрудного кармана пакетик с «Ночным цветом», который Грегуар добыл с тела Волка-Осьминога, и передал Роману: — Попробуй повторно. Смешай кровь вместе с этим. Старайся не вдыхать по возможности. Работай сколько нужно. Ограничения по картам нет. Тот кивнул, доставая персональный маятник и другие нужные вещи. Мужчины отошли на приличное расстояние и устроились на диване. Акустика в зале позволяла спокойно беседовать, не боясь помешать тем, кто занят тестами. — В чём смысл того, что он делает? — спросил Грег, наблюдая за тем, как Роман надевает респиратор, а затем осторожно вскрывает пакетик. Глава охранной службы чуть помедлил, подбирая правильные слова: — Мисс Ли-Энн не ошиблась в теории, что Артур сильно изменился, поэтому старые вещи не годятся для поиска. Разве что в её руках они полезны. Однако причина, почему следопыты не могут «зацепить» его кровь, скорее всего, куда более мрачная. Он не просто далеко и под надёжной энергетической защитой. — Обычно нейтральный голос Аристарха на несколько мгновений разбавили нотки сожаления. — Ваш дядя действительно практически мёртв. Как оборотень, по крайней мере. Медицинские исследования крови показали, что человек не просто стар, а находится в очень плохом состоянии. Полагаю, что на все эти годы… десятилетия его Формы полностью лишили питания, а для оборотня такого возраста — это уже грань гибели. — Думаете, его поддерживает более сложная вариация «Ночного цвета», — сделал вывод Грегуар. — Поэтому Роман ищет вместе с ней. — Да. Таково моё предположение. Технически найти Артура мешает целая сумма факторов. Не стоит забывать, что у Масок теперь есть крайне искусный энергоинженер, создавший конструкцию для избирательного подавления воли. Кто знает, что ещё он умеет. Следопыт развернул большую карту, в которую, судя по очертаниям, входила не только Империя, и занёс над ней маятник в виде простой иглы. — Считаете, именно Маски устроили крушение, чтобы забрать Артура? — следующий очевидный вопрос, который Грег просто не мог не поднять. — И всё-таки нет, — после недолгого обдумывания ответил глава охраны. — Истинных виновников определили абсолютно правильно. Не только я помогал доказать их причастность. Но Маски точно знали, что произойдёт, и тонко этим воспользовались. Будто получили хорошую подсказку. Я сразу же заподозрил их возвращение, когда пришла новость про поезд и семью лорда Станислава. Однако расследование не показало их активности… потому что они сидели и ждали, когда эти идиоты сделают всё за них. — Артур мог и не сесть в поезд. — Да, — согласился Аристарх, стараясь смотреть на Романа или маятник исключительно боковым зрением. — Тогда они могли попробовать реализовать иной план по его поимке или вообще ничего не делать. Мы не знаем их промежуточных целей. Возможно, они просто удачно воспользовались ситуацией. — А как же самые первые часы после катастрофы? — припомнил Грегуар. — Тогда следопыты тоже считали дядю Артура погибшим. Старый оборотень перевёл на Грега тяжёлый взгляд: — Я и сам так считал. Вы не видели купе после крушения, милорд, а я — да. При падении ему руку вырвало вместе с суставом, не говоря уже про другие потенциальные травмы. При такой потере крови не выживают. — Аристарх снова чуть повернул голову в сторону Романа. — Но тогда никто ничего не знал про этот «Ночной цвет» и его крайне любопытные свойства. — Наша лаборатория нашла что-то необычное? — В некотором роде. «Ночной цвет», идущий на продажу, без преувеличения, очень хороший стимулятор мышечного роста, но действует исключительно на физическое тело, — начал медленно объяснять Аристарх. — Зато та версия, которую добыли вы, мощнее. Она даёт не только физические силы, но и в некотором смысле энергетические, духовные. Причём в таком количестве, что позволяет вытащить человека буквально почти из могилы. При серьёзных травмах или, например, сбое в трансформации, как это, видимо, произошло с теми, чьи тела вы передали на опознание. — Но если человек не болен и не при смерти, то усовершенствованный «Ночной цвет» убивает, переполнив его энергией, — понял Грегуар. — Верно, — подтвердил глава охраны, присматриваясь к той части карты, над которой работал Роман. — Именно это произошло с сестрой комиссара полиции и её мужем. Они проявили типичную реакцию, попытавшись реализовать полученный энергетический заряд через агрессию, но это бы их всё равно не спасло. Им досталось не только лекарство. Грегу это объяснение показалась более чем правдоподобным: — Значит, Маски просто дождались момента, когда смогут тайком забрать Артура, оставив лишь руку. Потом сделали ему что-то вроде «переливания» и спрятали где-то под надёжной энергетической защитой. — Примерно так. Он мог месяцами пребывать в пограничном состоянии, поэтому его вещи «показывали», что ваш дядя погиб. Грегуар сделал глубокий вдох, постепенно переваривая услышанное: — Известно, какие компоненты дают «Ночному цвету» такую силу? — Пока нет, но принцип здесь явно сложнее, чем обычное смешивание правильных ингредиентов. Минут десять они в тишине наблюдали за методичной экспертизой Романа, который получал понятные только ему ответы от своего маятника. Затем Грег выудил из внутренних рассуждений следующий беспокоящий его вопрос: — Что насчёт Ли-Энн и её «связи» с Артуром? Может она… — Оказаться его дочерью? — почти усмехнулся глава охраны. — Это, конечно, разумное предположение, но пока в моих глазах их роднит только цвет волос. Он у них действительно одинаковый, но во всём остальном я настроен скептически. — Почему? Версию стоит рассмотреть, учитывая количество его женщин. Рано или поздно такое могло произойти. Аристарх взял короткую паузу, после которой сменил тон на более деликатный: — Вы, естественно, не знаете этого, милорд, но спустя несколько лет после крушения Глава Дома Стального Пера обратился к нам с просьбой помочь отыскать возможных отпрысков Артура. Их Семья очень малочисленна. Они хотели её расширить, признав бастардов, которых, как мы все предполагали, обнаружится много. — И что получилось? Аристарх бросил на Грега быстрый трудночитаемый взгляд, а затем снова повернулся в сторону стола Романа: — Ко всеобщему удивлению… ничего. Несмотря на почти бесконечный список на проверку. Либо Артур был самым осторожным в мире бабником… — Либо по какой-то причине не мог иметь детей, — закончил его мысль Грегуар, не уставая поражаться открытиям сегодняшнего дня. — Скорее всего. — Глава охраны слегка сощурился на пометки, которые следопыт начал делать в блокноте, но затем продолжил. — Что касается вашей знакомой, происхождение девушки написано у неё на лице. Кто-то из Империи поехал в командировку или на отдых в район королевств Рубиновой пустыни, а вернулся — или вернулась — уже с «подарком». Но в последний момент сомнения взяли верх, и ребёнка просто оставили в зале транспортной станции. Уж извините за прямоту. — Вы изучали её дело. — Конечно. Как только мисс Ли-Энн стала появляться в ваших отчётах. Ну или «Анна», если хотите. Более того, она слишком молода для любых потенциальных его детей. — Понятно, — не стал продолжать Грегуар, тем более что тема действительно себя исчерпала. Роман осторожно вернул маятник в крохотную коробочку. Следопыт кивнул и поднялся с места, давая понять, что задача выполнена. Оказавшись у карты, а точнее, у подробного атласа Королевства Семи Течений, Грегуар и Аристарх увидели отметку — красную фишку на одном из многочисленных мелких островков архипелага Солнечного Жемчуга, так его название переводилось на имперский. Глава службы охраны поблагодарил и отправил специалиста отдыхать. Мастер дополнительно сверился с атласом и достал из кармана монету, которую Ли-Энн выудила из фонтана: — Теперь у нас целых два подтверждения по местонахождению Артура. Уже что-то. Займусь подготовкой планов по его освобождению, а также сообщу вашему отцу о сегодняшних успехах. — Хочу стать частью этих планов. Аристарх позволил себе тонкую мимолётную улыбку: — Передам ваше пожелание хозяину. Но, скорее всего, у него сложится иное мнение. В любом случае — разработка потребует времени. Королевство Семи Течений находится далеко от обычных для наших кораблей морских путей, и политика там имеет особенности, которые непременно стоит учесть. Грегуар попрощался и отправился искать Ли-Энн. Девушка нашлась на восточной смотровой площадке. Положив руки и подбородок на высокие перила, она наслаждалась красками местного леса. Отсюда он выглядел так, слово внизу сходились два мощных морских потока — тёмно-зелёного цвета многих тысяч сосен и нежного травянистого оттенка дубравы. — Любуешься? — спросил мужчина, становясь рядом. — Откровенно — да. — Ли-Энн повернулась к нему с почти сонной полуулыбкой. Но тут же вспомнила, зачем она здесь, и её глаза стали обратно серьёзными. — Что решил ваш глава охраны? — Что ты сделала очень правильно, рассказав мне обо всём. Пропавшего уже ищут. Не переживай. — Спасибо, — мягко произнесла она и внимательно всмотрелась в его лицо. — Выглядишь обеспокоенным. — А ты — почти «синей», — хмыкнул оборотень. — Не могу поверить. Два часа на холоде торчишь. Ли-Энн отмахнулась от шутки: — Мне предлагали чай, но в такие моменты… ничего не лезет. — Всё понятно с тобой, — Грег развернулся от перил и кивнул в сторону выхода. — Поехали домой. Здесь мы закончили. — Ты уже дома, — напомнила она с лёгкой улыбкой. — Их у меня теперь два, могу придираться и выбирать. *** Железная дорога, несмотря на развитую систему «Окон», оставалась самым востребованным видом наземного транспорта Империи. «Окна» обоснованно проигрывали из-за ощутимой разницы в стоимости билета, которую мог позволить себе далеко не каждый. Они также занимали лишь самые популярные точки логистических маршрутов, когда остальную связь между городами, посёлками и деревнями обеспечивали «железка» и обычные дороги. Перевозки на воздушных шарах пока использовались лишь некоторыми производствами, да и не подходили для типичных погодных условий многих провинций. Именно поэтому родственники Грегуара, как и многие другие люди, выбрали в тот злополучный вечер проехать всего четыре станции на поезде до их родовых земель, возвращаясь откуда-то из гостей. Ли-Энн подняла голову на шум упавшей с полки книги и встретилась с виноватым взглядом одного из посетителей библиотеки. — Простите, — беззвучно произнесли его губы, и молодой человек спешно вернул том на место под строгим надзором администраторов. В городской библиотеке Альдино всегда жёстко с тишиной и порядком. Девушка ободряющее улыбнулась неловкому читателю и вернулась к изучению подшивки. Список с именами и другой информацией о погибших в «Холодных прудах» занял целый разворот газеты. Сложно такое читать. Ли-Энн нашла две строчки с женскими именами и пометками о Доме Северного Когтя. Семья дяди Грегуара находилась почти в центре состава и погибла, не долетев до дна долины. Информация о выживших уместилась в одну короткую колонку. Из более поздней статьи по теме произошедшей трагедии Ли-Энн узнала: виновники того, что поезд на повороте моста стал резко «терять» вагоны, — два чиновника среднего звена, отвечавших за функционал и безопасность этого участка путей. Каждый из них решил подсидеть конкурента, устроив небольшое ЧП, но так как сцепку состава ослабили в нескольких местах одновременно, всё пошло совершенно не по тем «сценариям», что они планировали. Организаторам и непосредственным исполнителям дали пожизненные сроки, а протоколы безопасности перевозок пересмотрели в сторону ужесточения контроля и усовершенствования механизма сцепления вагонов. Ли-Энн аккуратно сложила газеты и направилась с ними к распределительной стойке, чтобы вернуть подшивку в архив. В этот раз новое знание только испортило ей настроение. Остальные имена в длинном списке погибших ничего ей не говорили. Оставалось надеяться, что служба охраны Дома Грегуара действительно понимала кого ищет. С их встречи с Мастером Аристархом прошло полных четыре дня, но задавать вопросы она не решалась. Покинув здание библиотеки, Ли-Энн медленно пошла вдоль центрального проспекта, наслаждаясь дразнящими красками местных витрин, причудливыми клумбами и в меру припекающим солнцем. До встречи с Антоном оставалось гулять примерно полчаса. Сегодня рано утром их обоих вызвали на работу в «Башню». Каждого под отдельное задание. Ли-Энн выдали простенький заказ в Эль-тиньёо: отыскать незадачливого вора, достаточно расторопного, чтобы успешно ограбить арендованный кем-то из знати коттедж, но недостаточно умного — правильно спрятать украденные драгоценности от слежки. Девушка нашла местонахождение нужной шкатулки и невероятно дорогого браслета в виде бабочки меньше чем за час. Шедшая с ней группа обезвредила вора и передала в руки полиции. Антону предстояла задача посерьёзней, но он обещал вернуться к трём часам дня. Дойдя до условного места и остановившись недалеко от ресторана «Ньётская уха», Ли-Энн без цели скользила взглядом по улице и проходящим мимо людям, пока внимание инстинктивно не зацепилось за что-то непонятное. Пару секунд следопыт с удивлением рассматривала двух беседующих на другой стороне улицы мужчин. Высокий блондин остановился на крыльце Центра хранения вещей и хмурился на слова черноволосого приятеля, держащего в руках широкую книгу, завёрнутую в подарочную бумагу. Но причиной удивления Ли-Энн стали не они, а стеклянная витрина рядом с ними, в которой отражался силуэт крупной собаки. Точнее, её тени. Самого животного нигде видно не было. Лисёнок, проявлявший мало интереса к миру людей, вдруг проснулся, издав тихое рычание, физическим эхом отразившееся в теле девушки. Чего он вообще никогда не делал и… — В зависимости от того, кого спрашивать, такой взгляд называют либо многообещающим, либо неприличным, — внезапно произнёс голос брата откуда-то справа. Ли-Энн вздрогнула и инстинктивно повернулась к криво улыбающемуся Антону со свежей ссадиной на скуле. Она с облегчением выдохнула и пробежала взглядом по его одежде: — Ты цел? — В полном порядке. И хватит пялиться на мужиков, лучше заведи себе одного. Или двух, — продолжил смеяться он. Вместо ответа Ли-Энн вновь принялась изучать всё ещё спорящих незнакомцев, но витрина рядом с ними стала нормальной: — Ты видел собаку? — Какую ещё собаку? — Крупную. Лохматую. Гибкую. Неопределённой породы… на той стороне, у магазина. Антон внимательно изучил улицу: — Ничего такого. У этих двух поводка в руках нет, а по Альдино бродячие псы обычно не бегают, поэтому, — он с усмешкой положил ладонь на лоб сестры, — Осталось проверить последнюю версию. Ли-Энн быстро убрала руку, но часть заразительного веселья передалась и ей. Девушка невольно улыбнулась в ответ на шутку: — Откуда такое хорошее настроение? — Сегодня отличный день, — пожал плечами брат. — И раз ты уже насмотрелась, потопали к транспортному узлу. *** Назвать привычной сегодняшнюю атмосферу в столовой не поворачивался язык. Во-первых, Леонард, несмотря на ранний для себя час, демонстрировал бодрость и невероятную жизнерадостность. А во-вторых, сумрачный Маркус, забывший про так и не раскрытую газету и обиженно поглощающий кашу с овощами, не поднимая головы от тарелки. — Рискну пожелать всем доброго утра, — произнёс Грегуар, усаживаясь за стол и подтягивая к себе такую же тарелку, как и у Маркуса. — Ты очень вовремя, — просиял Лео, рядом с чашкой кофе которого лежали: толстый конверт, извлечённое письмо и книга. — Мой профессор, наконец, ответил на запрос, что мы посылали ещё в праздник Середины лета, — замогильным голосом объявил учёный родственник. И Грегуар почувствовал, как и ему становится смешно, хоть он пока не знал причины. — Зачитываю, — на всякий случай предупредил Леонард и поднял листок поближе к глазам. — «Мой дорогой Маркус, вы навсегда останетесь одним из самых любимых учеников. Особенно в свете недавнего открытия в сфере энергетических методов обеспечения безопасности, о котором негласно уже известно далеко за пределами Империи. Однако в силу чрезмерной загруженности или, что вполне объяснимо в сложившейся ситуации, некоего головокружения от успехов, вы, кажется, подзабыли основы науки, которую я имел честь вам преподавать. Поэтому вместо ответа высылаю учебник для первого курса, глава № 3 которого принесёт вашему уставшему уму некоторое просветление. Пишите, если наткнётесь на что-то действительно стоящее моего внимания. С уважением, ваш профессор Мстислав такой-то… такой-то». Мужчина перевёл вопросительный взгляд на Маркуса, который, не выходя из печального образа, одной рукой открыл учебник по энергологистике, отыскал нужную страницу и положил перед Грегом. Тот, в свою очередь, тоже принялся читать, но уже про себя, частично пропуская некоторые бесполезные куски. «Быстрая или прямая дорога» — крайне редкое энергетическое явление, вызываемое группой особых факторов внешней среды, формирующих транспортные «Окна» природного характера, возникающие и закрывающиеся спонтанным естественным путём неподконтрольно человеку… «Быстрая дорога» представляет собой неустойчивую непредсказуемую структуру, связывающую между собой две точки в пространстве на расстоянии различной величины… «Быстрая дорога» стала прообразом современного устройства логистического «Окна»… Явление исключено из списка приоритетных государственных исследований в силу хаотичной природы и низкой экономической выгоды от его использования. Взаимодействовать с «Быстрой дорогой» способно менее одной тысячной доли процента от общего числа оборотней, и чаще всего контакт происходит спонтанно, без намерения субъекта. Однако до пяти процентов магов и людей, обладающих духовным зрением, могут видеть «Быструю дорогу», а точнее — точку входа в неё при активации способностей. Грегуар оторвал удивлённый взгляд от учебника и поднял глаза на братьев. В голове постепенно сходились куски странной истории, в которой он оказался. Дядя Артур веками невероятно преуспевал в роли императорского курьера — не просто по причине тонкого ума, а ещё потому, что умел контактировать с явлением «Быстрой дороги» и научился им пользоваться. Видимо, Маски как-то вычислили этот момент и решили забрать его бесценный талант себе, используя для извлечения дара способность «Образ крови», о которой рассказывал отец. Ли-Энн из-за духовной Формы могла видеть дорогу. Что ещё более поразительно: рядовые члены сообщества каннибалов тоже использовали явление, но уже через принятие «Ночного цвета». Вот зачем они напоили Николаса, сына барона Джаркеса, кровью Артура, разбавив её «снотворным». Чтобы переправить мальчика через активный переход, о котором, видимо, узнали заранее. Вот как они исчезли из тоннелей старой крепости, а потом снова появились «из ниоткуда». О том, что усовершенствованная версия «Ночного цвета» даёт возможность обычным людям применять умение «Образ крови», стоило немедленно сообщить отцу и Аристарху, как и информацию по «Быстрой дороге». Грегуар сфокусировал взгляд на лицах родственников и услышал голос Лео: — Мы… кажется, его… переинформировали. А нет. Он снова мной недоволен. Значит, всё в порядке, — с облегчением произнёс младший. — Маркус… — Я идиот, — вдруг выдал второй брат, похоже, по-настоящему расстроенный ситуацией. — Абсолютно проигнорировал самый очевидный ответ, увлёкшись сложными концептами, когда нормальный учёный всегда начинает с базы. Грег провёл рукой по лицу, возвращая полный контроль над эмоциями, которых за столом «расплескалось» чересчур много: — Так. Никто не идиот. Ты не можешь помнить всё, что читал в жизни досконально, до запятой. И твоя помощь всегда крайне полезна, поэтому — спасибо, — выражение лица Маркуса стало чуть проще, и Грегуар продолжил. — И раз уж мы всё выяснили, то, прошу прощения, мне нужно написать пару срочных сообщений. — Нет, не всё, — озвучил мнение Леонард, для большей весомости многозначительно подняв указательный палец вверх. — Слушаю. — Во-первых, ты даже не начал есть, поэтому жуй завтрак, — напомнил родственник про уже остывшую кашу. — А во-вторых, у меня к лорду провинции официальная жалоба. Пока, правда, в устном варианте. — Излагай, — усмехнулся Грегуар, беря ложку. Лео перекинулся серией заговорщических взглядов с Маркусом. Видимо, уточняя детали общего плана: — Хорошо. До какой поры нам придётся мотаться в Джаркес при каждой мелкой необходимости? — проникновенно спросил он, делая печальные глаза. — Когда у нас заработает собственный транспортный узел, как дома или в столице? Грег оказался не готов к этому вопросу. И какое-то время молчал, прикидывая доступные при нынешнем бюджете варианты. Стандартные транспортные узлы обязательно располагались подальше от жилых домов. Существовали и более продвинутые экранированные модели. Такие стояли в столичном особняке родителей и «Истоке Стужи», но и обходились они на порядки дороже. — Хотя бы подумай над этим, — откровенно пытался дожать Леонард. — Ладно, — вздохнул Грегуар. — Подумаю.

Глава 23. Шипастая барракуда

За последующие дни Маркус сумел отличиться трижды. В первую очередь он, наконец, придумал, как назвать своё изобретение. После долгих дебатов с «главным экспертом по коммерческому продвижению», коим себя назначил Лео, устройство получило простое и очень точное имя — «Колокол». Дальше Маркус честно признался Грегуару, что «починить звук» он пока не может. Иначе придётся пересобирать всё заново. Потом учёный брат вдруг вспомнил об изначальной цели, которую наметил до приезда в Иденс — разобрать библиотеку. И он даже честно попытался это сделать, но обнаружил, что сенешаль уже давно закончил работу за него. Все действительно ценные книги ещё в первые недели отправили Хозяйке, то есть их матери Кэрол, а остальные распределили между замком и городским архивом. Ли-Энн после очередного совместного визита в Запертый лес предоставила «отчёт» по травам, про который Грег успел забыть. Леонард с сенешалем мудрили с «хозяйским крылом», но пока категорически отказывались что-либо объяснять. Сам Грегуар разрывался между переговорами с бароном Джаркеса, открытием будущих производств и тренировками навыка по «теневому переносу». В ближайшие же дни он планировал заняться и отработкой информации, полученной у главного судьи. Грег почти не сомневался, что раньше курьеры с «Ночным цветом» ходили через Запертый лес, используя «Быструю дорогу». Проанализировав данные поставок, мужчина хотел устроить засаду, но Аристарх отверг предложение, точнее — его личное участие в облаве. «Четвёрка» из охраны Дома оправилась после отравления ядом Скорпиона, поэтому глава охраны переложил задачи по охоте на них, а сам попросил Грегуара ненадолго приехать в дом родителей. Удалось опознать часть трупов работорговцев, убитых в Иденс, но никаких зацепок, способных навести на след Масок, пока не нашлось. Стоило размотать связанную с телами ниточку — подпольные и не очень бои. Аристарх предупредил, что с ним отправится «опытный специалист». Рано утром Грег выехал в Джаркес, а потом в столицу. И там оказалось гораздо интереснее, чем он предполагал.

Мастер Иван с расчёской в руках стоял перед большим вытянутым зеркалом и доводил образ «я крутой наёмник, сорвавший жирный заказ» до блеска. Одежду он выбрал стильную, очень дорогую, но крайне удобную на случай непредвиденных неприятностей. Полковник глянул на него через отражение и с кривой ухмылкой спросил: — Чему ухмыляетесь? — Мой самый младший брат так одевается, когда говорит, что «пора прошвырнуться», — не стал оправдываться Грегуар, проходя в комнату. Мастер издал ехидный смешок, затем кивнул в сторону комплекта похожих по стилю рубашки и брюк, лежащих на одном из кресел, и продемонстрировал обручальное кольцо на безымянном пальце: — У меня есть естественный отпугиватель, а вы, милорд, отбивайтесь как хотите. Грег улыбнулся ещё шире и начал переодеваться: — Надеюсь, это не вся моя роль на сегодня. — Ваша роль скорее — соответствовать ситуации, — не сильно прояснил обстоятельства Полковник и принялся заворачивать рукава рубашки на модный манер, поднимая их чуть выше запястий. Неплохая идея, если вспомнить не спадающую даже к концу лета жару. Поэтому Грегуар решил сделать то же самое, он также заметил на правом предплечье Мастера хвост цветной татуировки, но, увы, не успел рассмотреть. До нужного места они добрались на энергомобиле чуть больше, чем за час. Квартал Грёз на самом деле занимал практически четверть площади столицы, являясь одним из самых мощных её экономических центров — просто с оригинальной спецификой. Здесь располагалось множество заведений развлекательного характера: от баров, ресторанов, цирковых и соревновательных арен до обычных гостиниц, карточных и других видов салонов, домов приятного времяпрепровождения и магазинов на все случаи и потребности. Самый крупный сектор аренды помещений под жильё и коммерческие задачи тоже находился в этом районе. Криминальная составляющая присутствовала, но в большей степени проявлялась в проведении подпольных азартных игр в обход налогового обложения и сражений на аренах по «расширенной версии правил» или вообще без них. Карманники и мошенники всех мастей, естественно, «паслись» здесь же, но ими в первую очередь занимались сами же владельцы местного бизнеса. Хотя комиссар столичной полиции официально такой подход не одобрял. Полковник предупредил, что поиск займёт какое-то время, и оказался прав. За вечер они «сменили» уже четыре бара и теперь обосновались в пятом. Мастер Иван ориентировался на понятные лишь ему признаки, позволяющие найти нужное место. Его «напарник» различал только тематику интерьеров. Они вежливо отвергли очередное предложение познакомиться от посетительниц бара, и Полковник подозвал официанта, чтобы расплатиться. Грег приготовился отправиться дальше, но вместо этого Мастер повёл в сторону входа в складские помещения, у которого стояло несколько весомого вида охранников. Один из них смерил «заблудившихся» гостей ленивым взглядом и жестом попросил остановиться: — Не для посетителей. Полковник не стал с ним препираться и задрал рукав на правой руке, демонстрируя красочную серебристо-зелёную татуировку в виде изогнувшейся барракуды с зубастой усмешкой и шипастой булавой вместо хвоста. Громила с недоверием глянул на Мастера, затем на Грегуара, но отошёл от двери, разрешая пройти. Вечер начинал становиться интересным. Калеб несколько раз рассказывал о «Шипастой барракуде» — одной из самых популярных подпольных арен за последние лет триста, как он утверждал. Закрытый, но многочисленный клуб для боёв без правил. Хотя несколько правил всё-таки существовало. И нарушившие их на арену уже не возвращались — или домой вообще, в зависимости от степени вины. Вход только по приглашениям, без исключений. Участником или зрителем мог стать любой от представителя знати до матроса или грабителя с большой дороги. Оборотень или обычный человек. Драки разрешены только на самой арене, но не между гостями. Ставки на победу или поражение не имели ограничений. По слухам, владелец «Барракуды» ворочал баснословными суммами, на которые были не прочь наложить лапу многие Дома. Однако управляющий умудрялся сохранять независимость. Разумно делясь с некоторыми авторитетами подпольного мира, помогающими оставаться непойманным. Естественно, что на «Шипастую барракуду» охотились правоохранительные органы Империи, Рубинового Треугольника, Доминиона и не только. Но без особого результата. Каждый раз организатор переносил арену на новое место, рассылая приглашения только тем, кому доверял. Хотя основной зоной присутствия для него оставался всё же Доминион с бесконечными островками посреди морского нигде, на которых очень легко поставить несанкционированный транспортный портал. Любой, желающий сделать себе имя и заработать определённую репутацию, стремился попасть на эту арену и, конечно же, преуспеть. Чем больше побед, тем больше полезных связей, контрактов и прочих приятных вещей. Выступал в «Барракуде» и сам Калеб практически до полного её закрытия. Именно там брат заполучил знаменитый и во многом уникальный корабль — «Скалистый карп», несмотря на массивные размеры, обладающий невероятной манёвренностью и завидной для такой махины скоростью. Родственник вызвал предыдущего владельца на бой, поставил свою жизнь против корабля — и выиграл. Такое поведение вполне вписывалось в его буквальную одержимость морем, поэтому родители обоснованно волновались, но не вмешивалась. Тем более что Калеб вполне окупал опасные пристрастия легальной работой на благо Дома. Именно он отвечал за охрану морских перевозок Семьи в районе Доминиона. Что же касается «Шипастой барракуды» — она просуществовала почти семьдесят лет и закрылась по желанию владельца. К огромному сожалению членов клуба. Произошло это девяносто лет назад. Успех «Барракуды» породил десятки подражателей, но к славе оригинала никто так и не приблизился. Хозяин арены получил запоминающееся прозвище — «Полковник» из-за почти военной муштры, за счёт которой он держал организацию в идеальном порядке. «Неужели?» Грегуар спускался за Мастером Иваном в подвал по скудно освещённой лестнице и гадал — ошибся или нет. Люди с одинаковыми «именами» встречаются, но татуировка… Ни один разумный человек не стал бы её подделывать, учитывая, что обладатель подлинника всегда мог спросить за неуважительное поведение, если оставался жив, конечно. Ступеньки закончились длинной комнатой, на другой стороне которой приветственно искрилось активное транспортное «Окно». Пять человек охраны рядом с ним выглядели не настолько радушно. Но и они без вопросов пропустили гостей при виде «шипастой» татуировки. После душной столицы новое место предлагало приятное разнообразие прохлады. Чему способствовал не только холодный камень огромного грота, но и освежающий солёный бриз. Кто-то очень хорошо продумал обустройство арены, позаботившись и о комфорте гостей, и о презентабельности интерьеров. Половину морской пещеры занимал многоуровневый амфитеатр со столиками, зеленью в кадках и снующими между ними официантами. В самом низу находилась арена, примерно шагов тридцать в ширину, на которой начинался очередной бой. Зрители в меру шумели, подбадривая бойцов. Грегуар с Полковником стояли в своеобразном «холле», где гости сдавали оружие на хранение, и решались другие организационные вопросы. — Превосходно, — прокомментировал увиденное Мастер Иван, но не совсем понятно, что конкретно: погоду, мебель или подошедшую к ним девушку. Белоснежная ткань наряда удачно гармонировала с тёмной кожей и золотыми украшениями. Незнакомка широко и более чем искренне улыбнулась Мастеру: — Какой занимательный сегодня день. Приветствую, Полковник. Прекрасный имперский с едва слышным океанским акцентом лишь добавлял ей привлекательности. — Майла, — ответил Иван тем же тоном старого знакомого, — Надеюсь, мы не сильно опоздали? Она бросила на Грега любопытный взгляд и продолжила улыбаться: — Ещё полно времени. Идите за мной. Девушка повела их в направлении средних ярусов амфитеатра, где располагался ряд просторных деревянных «кабинок» с большими окнами для удобного обзора. Приглашённые прошли мимо оригинальной, закреплённой на стене рулетки. Видимо, с помощью неё при необходимости выбирались случайные противники. Если Грегуар правильно помнил эту разновидность доминионского, надпись на ней гласила: «Пускай судьба решает». Поднимаясь на нужный этаж, мужчина заметил дружеский жест в свою сторону. Один из гостей, чьё лицо казалось смутно знакомым, помахал из-за столика и поднял бокал в знак приветствия. Похоже, участник от Дома Первой Паутины, которого Рауль спас во время испытаний, чувствовал себя намного лучше. Только новый ножной протез напоминал о случившемся. Грег с вежливой улыбкой помахал в ответ, окончательно догадавшись — зачем он здесь. Они пришли за информацией, и кто-то должен за неё «расплатиться». Кандидат вроде него мог собрать неплохие ставки как на победу, так и против неё. Представители Великих Домов выступали на таких боях часто, но не настолько, чтобы надоесть зрителю. С Мастером, скорее всего, никто драться просто не стал бы, да и занимался он сегодня несколько иными задачами. На самой арене в этот момент что-то ощутимо грохнуло и сильно обрадовало толпу, но поворачиваться и рассматривать происходящее Грег счёл несолидным. В кабинке управляющего обнаружился широкий стол с кучей бумаг, несколько удобных кресел и, конечно же, сам владелец заведения, одетый по последней имперской моде. — Брат, я привела редких гостей, — сообщила Майла, элегантным жестом приглашая зайти. — Воистину редких, — с такой же широкой улыбкой, как у сестры, произнёс мужчина, вставая и протягивая руку для рукопожатия. — Всегда рады приветствовать и вас, и ваших друзей в «Акульем гроте», Полковник. Мастер Иван ответил на дружеский жест и вернул улыбку хозяину арены: — Давно не виделись, Тициано. Стильный здоровяк обратился к «новенькому» и чуть поклонился: — Милорд Грегуар, надеюсь, вам у нас понравится. Не удивляйтесь так. Моя работа — знать в лицо каждого потенциального участника боёв. — Приятно познакомиться. И мне у вас уже нравится, — заверил он. Они сели в кресла под вращающееся у самого потолка заклинание «Беспорядка». Тициано дождался, пока официант, принёсший напитки, закроет за собой дверь: — Чем могу послужить дорогим гостям? Мастер Иван положил толстую папку, которую вынужденно носил с собой весь вечер, перед хозяином «Акульего грота»: — Ценю твоё время, поэтому сразу перейду к сути. Нужна информация на этих ребят. Всё, что у вас есть. Тициано понимающе дёрнул левой бровью, вскрыл печать на папке и стал с интересом рассматривать фотографии трупов захваченной в Иденс группы: — Смею догадаться, что имена вы уже знаете. Могу предоставить полные списки того, когда они дрались. Если это поможет. — Пригодится, — подтвердил Мастер Иван. — Полюбопытствую. Их лидера вы тоже «сфотографировали», или каким-то чудом Раск избежал встречи с вами? — Если ты про полуволка, то он не сбежал. Просто сфотографироваться не успел. Тициано обладал необычным смехом. Он поднимался из глубины живота, а жидкости в бокалах резонировали вместе с ним: — Волчара всегда выбирал самые тёмные пути. Видимо, наконец-то даже для него дорожка оказалась слишком кривой. Что ж, — мужчина вытащил из груды документов чистый лист и принялся быстро выписывать длинные столбики имён и дат, — Эти ребятки выступали в «Акульем гроте» годами. Копирование записей займёт уйму времени, — здоровяк передал список сестре. — Как хотите скоротать вечер? — Желательно не скучно, — предложил Грегуар, до этого предпочитавший отмалчиваться. Тициано подарил им ещё одну широкую улыбку: — Обожаю нескучных людей. Грег сидел спиной к смотровому окну, но, судя по разочарованным воплям, бой закончился не так, как надеялось большинство. — Какого противника предпочитаете? — «Пускай судьба решает», — припомнил фразу на рулетке оборотень. — Действительно, пускай, — довольно кивнул хозяин «Грота». — Майла, дорогая, не посодействуешь? — С удовольствием, — девушка поднялась и аккуратно сложила список, — Милорд, прошу следовать за мной. Мужчина проводил темнокожую красотку до рулетки, где его «перехватил» другой работник арены и повёл дальше вниз. Конферансье объявил его в качестве следующего участника, что вызвало дополнительное оживление среди зрителей. Однако делать ставки на незапланированный бой никто не спешил, так как второй претендент пока оставался не определён. Ему показали просторную раздевалку и предложили сменить одежду на что-то более подходящее. Многие завсегдатаи арены предпочитали собственные оригинальные «костюмы», соответствующие прозвищу, стилю боя или другим важным характеристикам. Грегуару же достались обычные штаны и футболка без рукавов чёрного цвета. Зато удобно. Калеб водил его в юности на несколько схваток, но это занятие не стало любимым хобби. Тем более что потом началась официальная служба, и дома он появлялся только в редкие месяцы отпусков. За время короткого переодевания Майла успела крутануть «колесо судьбы», и публика встречала Грега сочувствующим гулом. Значит, противник достался не из простых. Конферансье объявил имя, но оно ни о чём не сказало, кроме того, что оппонент — уроженец Доминиона. Оборотень приготовился увидеть кого-то вроде Калеба. То есть нереально здорового мужика, которого проще обмотать шторой, чем пошить на него нормальный костюм. Но ошибся в ожиданиях. Из противоположного входа возник кот. Взрослый тростниковый кот чёрного цвета с многочисленными рыжими подпалинами и не уступающий размерами крупной собаке. Животное окинуло Грегуара полуленивым-полуголодным взглядом и медленно пошло по кромке арены. А затем появился ещё один кот. И ещё, и ещё. На песок выпустили восемь практически одинаковых зверей, организованно занявших места у стенок, явно делая это не в первый раз. Тростниковые коты для охотников Доминиона выполняли функции гончих. Они преследовали жертву, приносили её, если позволял вес, ослабляли крупных животных многочисленными укусами и глубокими царапинами. Грег слегка пожалел, что не взял никакого оружия, но делать нечего. Приходилось действовать по ситуации, тем более что хозяин котов, наконец, соблаговолил выйти. Высокий мужчина с характерными для светлокожих островных этносов рыжими волосами, собранными на затылке в замысловатую конструкцию. Одет в свободные штаны под цвет котов, а вместо рубашки — три свистка на толстых шнурках. На плече незнакомец держал довольно тяжёлый молот, который крепился длинной цепью к наручу на правом предплечье. На первый взгляд соперник не выглядел настолько сильным, чтобы с лёгкостью метать крупное оружие, но никогда не стоило недооценивать противника. Не говоря уже о том, что на его левой руке закрепили ещё один наруч, цепь от которого уходила куда-то за спину. Похоже, Рыжий не любил приближаться к оппоненту. Стоило учесть. Грегуару крайне не хотелось демонстрировать возможности второй Формы на людях, хотя о лике уже стало известно. Но, скорее всего, никаких других путей добраться до противника и избежать кошачьих лап и зубов, как стать бесплотным, у него просто не оставалось. Рыжий привычно поздоровался с шумящей публикой, но Грег её не слушал. Затем соперник взял в пальцы жёлтый свисток и с гадкой усмешкой дунул в него. Медвежий слух уловил едва различимый писк, и коты пришли в движение. Но не так, как планировал Рыжий или ожидал Грегуар. Кошки почти синхронно издали довольно жуткий, но протестующий рык и заметались вдоль стен, раздражённо дёргая хвостами и бросая то злые, то беспомощные взгляды на удивлённого хозяина. Островитянин ещё несколько раз использовал свисток, но с тем же результатом. Животные бесились, шипели, но отказывались подходить к странной цели. Вспомнились многочисленные посещения Запертого леса, в которых местная фауна старалась избегать их с Ли-Энн, затем испытание в заповеднике Дома Терновника, где на него рискнули напасть только местные монстры, но не обычные звери. И даже при событиях на острове во время вынужденного купания прибрежные хищники, коих в тёплых водах водилось предостаточно, его проигнорировали. То, что Грег считал совпадениями, теперь приобрело несколько иной статус. Но рассуждения пришлось отложить. В лицо летел здоровенный молот. Инстинкты позволили увернуться от первого брошенного в него оружия. Зато второй молот, поменьше, почти задел плечо и рванул обратно на цепочке, оставив после себя стойкий предгрозовой аромат. Важная деталь. Рыжий ещё пару раз попробовал попасть в противника с места, на котором стоял, но безуспешно. Грегуар за эти попытки успел убедиться в том, что перед ним энергоинженер. А молоты лишь иллюзия. Правда, с подвохом. Касание вызывало энергетический удар или даже маленький взрыв, в зависимости от количества вложенной энергии. Любой боец, пропустивший попадание по себе или решивший перехватить оружие, рисковал не только получить серьёзную травму, но и потерять сознание. То есть проиграть. Оценив ситуацию, островитянин переместился чуть вперёд и продолжил атаки, но Грегуару хотелось подойти ближе. Этот приём он пробовал всего несколько раз в замке, когда проводил утренние дружеские спарринги с капралом Вудсем. Тень во многом соответствовала характеристикам духа и действовала за счёт воли и внимания, что давало особую ловкость и хорошую скорость. Оборотень учился вызывать эти свойства, не делая Тень полностью видимой. Для этого он активировал вторую Форму, но в несколько уменьшенном варианте — так, чтобы лик оставался внутри тела, делая его гибким, улучшая показатели и без того отличной природной реакции. Рыжий практически без остановки швырял в него иллюзорные обманки, но каждый раз Грегу удавалось подобраться чуть ближе. Минут десять они играли в своеобразный балет на арене, пока чемпион накапливал в правой руке необходимую для финального удара медвежью ярость. Определив примерное намерение соперника, Рыжий попробовал перехватить инициативу и резко прыгнул вперёд, распространяя насыщенный запах грозы. Но вместо очередного ухода в безопасную зону Грегуар скользнул навстречу «повелителю котов», схватил его за болтающиеся на шее шнурки, мгновенно подтянул к себе и ударил в левый висок со всей силы, что смог собрать. Островитянину хватило. Оборотень беззвучно упал на песок, и его тут же окружили мурчащие подопечные, которые не давали работникам арены подойти ближе. Грегуар отошёл в сторону, ожидая решения судьи. Насколько он помнил озвученные перед выходом правила — для победы убийства не требовалось. Местный доктор, видимо, тоже энергоинженер, глянул на пациента издали и подал знак заканчивать бой. *** «Акулий грот» они покинули только через час. Тициано отказывался отпускать дорогих гостей без «обмывки» первой победы и ещё нескольких бокалов за следующие. Сначала мужчины вернулись в обычный бар, а затем Мастер Иван предложил перейти в другое заведение, но уже ресторанного типа. Вывеска гласила — «Вкусные мечты», а маленькая приписка мелом внизу — «и перчёные удовольствия», чтобы это не означало. Внутри располагалась серия уютных кабинетов, обставленных под островную тематику с аквариумами, прохладными фонтанчиками и живыми растениями. Здесь уважали секретность, поэтому в каждой из комнат действовало отдельное заклинание «Беспорядка». Полковник взял у подошедшего официанта меню: — Не против, если я закажу? — Конечно, — махнул рукой Грегуар, которому просто очень хотелось есть. Неважно что. — Вы явно здесь не в первый раз. Мастер быстро проговорил какие-то труднопроизносимые названия, и официант удалился. — У этого местечка есть три неоспоримых плюса, — пояснил Иван, — Первое — правильный повар. Второе — приватность для каждого, и третье — самые лучше тоники от хмеля или похмелья. Вы уже чувствуете, как коктейли, смешанные Тициано, проделали в мозгу пару дырок? — Да, причём не только в мозгу, но и в желудке, — признался Грег. Полковник понимающе поднял бровь: — Тициано, конечно, сильно вырос за последние десятилетия как деловой человек, но не как химик. Зато дотошно всё записывает, и это нам на руку, — он положил перед собеседником копии, которые приготовила Майла. Времени, чтобы действительно изучить эту кипу, требовалось больше, чем пять минут, но некоторые даты боёв привлекли внимание. Они прошли гораздо раньше, чем похищение дяди Артура, что потенциально расширяло период деятельности Масок на более продолжительный срок. — Смотрю, новая информация только удлинила список вопросов. Грег кивнул и передал папку обратно Полковнику, освобождая место на столе для принесённых разноцветных тоников, которых оказалось по три на каждого: — Да, но пока рано делать из этого хоть какие-то выводы, и в любом случае вы сильно помогли. Без вашего участия мы бы возились гораздо дольше. Мастер показал, в какой последовательности «принимать лекарство», и опустошил первую высокую стопку: — Рад посодействовать. И я соскучился по островной кухне. Грегуар последовал его примеру и удивился сладкому вкусу напитка: — Устно ваш друг ничего не добавил, кроме имени Волка? Иван отрицательно качнул головой, пытаясь сохранить бесстрастное лицо после второй стопки: — Почти ничего ценного. Выражал надежды на моё возвращение в дело. В идеале — в качестве его компаньона. Мужчина с трудом проглотил «жидкий красный перец», ну или что-то очень на него похожее, и рискнул спросить, раз уж обстановка позволяла: — А вы хотели бы? Мастер слабо улыбнулся и допил последний компонент «лекарства» как обычную воду: — Нет, эта страница перевёрнута давно и навсегда. Грегуар набрался храбрости сделать то же самое и залил в себя нечто, по вкусу напоминающее только что растаявший лёд. — Бывшие друзья не сильно удивляются тому, что вы живёте на государственную пенсию? Полковник с удовольствием откинулся на спинку кресла и улыбнулся уже шире: — Почему сразу бывшие? Да и чему удивляться? Они абсолютно уверены, что я живу по поддельным документам. — А они поддельные? Пожатие плечами: — Смотря, что вкладывать в это понятие. Оборотень повертел в пальцах последнюю пустую стопку, наслаждаясь ощущением ясности в голове: — Вы, наверное, самый масштабный проект, который Канцелярия организовывала за последние лет пятьсот. — Может, и не самый, но некоторых успехов я добился, — согласился Полковник. — Почему решили закрыться тогда? — По множеству причин. Например, уходить с арены лучше непобеждённым. Любой проект рано или поздно достигает потолка эффективности. Мой принёс максимум пользы, но надоело сидеть на собственных руках и наблюдать, как другие ребята делают наш мир чуточку безопаснее на основании той информации, что я приносил. У моего начальства, естественно, находились контраргументы. Собеседники дождались, пока подоспевший официант уберёт пустую посуду, расставит тарелки с едой, пожелает приятного аппетита и закроет за собой дверь. — Что же в итоге победило? — Случайность, — совершенно искренне усмехнулся Иван, — Самая мощная сила на свете. Один мой очень хороший друг из дипломатических кругов здорово накосячил — завёл роман, будучи женатым, с другой замужней дамой, но уже из аристократии Доминиона. В результате получилось дитя, угрожающее своим существованием многим вещам. — И вы согласились помочь. — Да, но взамен я хотел свободы, и мне её дали, — Мастер кивнул в сторону правильного соуса, которым следовало заливать рыбную запеканку, стоявшую перед ним. Грегуар сделал, как посоветовали: — Значит, у слухов о приюте всё же есть основание. — И не одно. Но всё начиналось с нас двоих. Весёлое времечко. Потом подобрал у железнодорожной станции пару брошенных пацанов, и уже вместе они нашли самое ядовитое растение, которое только росло в том лесу, где мы тренировали Формы. Пришлось срочно ехать в больницу. Там встретил симпатичную медсестричку с бесконечным запасом терпения. Её звали Велена. С тех пор так и живу. Грег несколько мгновений переваривал услышанное и затем честно поделился: — Мой брат Калеб подавился бы от зависти, узнав, что я вот так запросто с вами обедаю. Полковник беззвучно рассмеялся и стал нарезать блюдо каким-то хитрым способом: — Ну-у, — протянул он, — Мартиар же пережил наше очное знакомство, и ваш брат переживёт. Грегуар постарался выглядеть не сильно удивлённым: — Квентин выступал в «Барракуде»? — А вы думаете, откуда у него деньги на долю в «Надкушенной башне»? Он из простых, как и я. Начинал в охране одного из лордов, но потом обзавёлся толковыми учителями и начал собирать состояние, разумно рискуя и не ввязываясь в бои с минимальными шансами на успех. Из всех владельцев «Башни» от него больше всего толка. — Мастер поймал взгляд собеседника и, не меняя тона, спросил. — И раз уж я откровенен с вами, будьте и вы со мной. Эти бумаги и жизненный опыт говорят, что для моей дочери всё ещё существует опасность. Я прав? Пришлось взять небольшую паузу, чтобы взвесить за и против, прежде чем ответить. Тем более что этот вопрос беспокоил и его самого. Даже если Маски потеряли интерес к Ли-Энн сейчас, они вполне могли вспомнить про неё в будущем. Кроме того, Таракан, который пролез в замок и пытался похитить девушку, сказал одну довольно странную вещь: он собирался продать её за большую сумму в обход основных нанимателей. Но кому? Сектант хотел разжиться на умении следопыта видеть явление «Быстрой дороги», но при заключении сделки покупатель обязательно попробовал бы как-то убедиться в том, что девушка действительно это умеет. И даже если таинственный покупатель смог бы проверить способности без навыка «образ крови» и «Ночного цвета», то зачем ему в принципе покупать того, кто видит, но не может взаимодействовать? Или Таракан просто заблудился в фантазиях без опоры на реальное положение вещей? В это слабо верилось. — Большие шансы, что вы правы. Полковник кивнул, и какое-то время они молча и не без удовольствия ели. Потом разговор сместился на менее острые темы. Провожая Мастера Ивана до машины, Грег пытался уложить в голове множество вещей. Полковник, скорее всего, никогда не носил этого звания. Да и звали его изначально, наверное, совсем не «Иван». Даже истинный возраст приёмного отца Ли-Энн оставался под вопросом. А ещё Мастер проехался с ним по столице, то есть по городу, напичканному соглядатаями всех значимых Семей и других государств, продемонстрировав любопытствующим сторонам — кто с кем работает. Если раньше Грегуар думал, что отец попросил подружиться с Полковником только из соображений обогащения Дома талантливыми специалистами, то теперь понимал — это рассматривалось как приятное дополнение. Доминик изначально знал, с кем предстоит иметь дело. В теории такой человек, как Полковник, способен за считанные дни собрать небольшую армию практически под любые цели. Да и связи в разных кругах у него оставались обширнейшие. И каждая из сторон верила, что «он свой». Факт того, что Мастер в принципе поделился частью персональной истории, стоило рассматривать как хороший знак. Решить вопрос с добычей нужной Аристарху информации он мог и по-другому. *** Попрощавшись с дедушкой Ли-Энн, которому предстояла встреча с главой охраны, Грег решил закончить ещё одно дело, раз уж он оказался в месте с самым внушительным количеством магазинов в стране. Мужчина хотел купить подарок для следопыта. Пускай и невольно, но она открыла правду на то, что случилось с дядей Артуром, дав шанс вернуть дорогого всей семье человека. Хотя подарки девушка принимала только в виде ультиматума. Усмехаясь собственным мыслям, Грегуар направился вглубь квартала Грёз, примерно представляя, как оттуда, где находился, попасть в нужный салон. Год назад он заказывал там набор кожаных чемоданов для Александра на юбилей, так что с новым походным рюкзачком для Ли-Энн они бы точно справились. Немного побродив по забитым людьми улицам, мужчина вышел к знакомой группе зданий, но тут же остановился, получив совершенно невразумительное предупреждение от обеих Форм, отозвавшееся тягучей болью в висках — кипучая смесь страха, сомнений и чего-то непереводимого. Он повертел головой в поисках источника проблемы, но в толпе его не обнаружил. Зато в глубине пустого проулка на коленках в луже собственной крови сидела растрёпанная девушка. Она беззвучно плакала, вцепившись руками в полы полуразорванного лабораторного халата, не в силах подняться. Из вывернутой ноги торчал острый обломок белой кости, ярко выделяющийся на фоне эбеновой кожи. Идлис… Грегуар преодолел расстояние между ними меньше, чем за удар сердца. Мужчина постарался как можно осторожней опуститься рядом с девушкой, чтобы не напугать ещё больше. — Идди… Идди, сестрёнка, ты меня понимаешь? Он попытался аккуратно повернуть её к себе лицом. Левую бровь невесты Маркуса занимала массивная свежая гематома, «сползающая» на разбитый, уже не открывающийся глаз. Нос и губы в крови. На стене рядом остался характерный мокрый отпечаток, где голову Идлис приложили о кирпичную кладку. Она всё-таки узнала его сквозь слёзы и прилипшие к лицу волосы и едва слышно ответила: — Грег… — Да, это я, Идди. Мы сейчас зафиксируем ногу, и я отнесу тебя к машине. Хорошо? Грегуар старался говорить уверенно и спокойно, хотя сознание затапливало с трудом контролируемое бешенство. «И ты расскажешь мне, кто с тобой это сотворил». Она снова заплакала: — Нет… — Идди, понимаю, что больно, но ты сильная. Вытерпишь. Идлис вцепилась в его рукава, пытаясь не дать подняться, и прошептала: — Нет… они всё ещё здесь. В этот раз импульс от Форм пришёл абсолютно чёткий. Грег резко подхватил трясущуюся от шока невесту Маркуса и отпрыгнул дальше вглубь проулка, уводя их обоих с линии нового удара. Девушка вскрикнула и схватилась за его рубашку, прижимаясь правой половиной тела и боясь вывалиться из рук. Грегуар снова уловил странное смазанное движение в воздухе и отскочил в последнюю секунду. «Невидимый» хвост попал по вместительному жестяному мусорному баку, оставив внушительный вогнутый отпечаток. Грохота более чем достаточно, но люди на улице будто все разом оглохли и ослепли, продолжая просто идти мимо. Путь обратно оказался закрыт. Судя по ощущениям и углу ударов, Хамелеонов, пытающихся их убить, не менее двух. И передвигаются они не по земле, а по стенам. Не дожидаясь следующей попытки, оборотень развернулся и побежал в сторону ряда недавно отреставрированных строений, надеясь попасть на параллельную улицу. Идлис, зажмурившись от боли, держалась за его одежду, но не теряла сознание. Почти неразличимые противники мгновением позже бросились следом. Их массивные туши отталкивались от домов, вызывая гулкую вибрацию в стенах, от которой звенели оконные стёкла. Кажется, Грегуар сильно переоценил умение правильно ориентироваться в квартале Грёз. Потому что вместо соседней улицы упёрся в тупик. Сверху послышался скрежет когтей о камень, и посыпалась штукатурка. Мужчина дёрнул на себя ручку ближайшей, выкрашенной в грязный красный цвет двери и… замер, постепенно осознавая, что же с ним сейчас произошло. Видимо, они не рискнули наносить яд на оружие, чтобы случайно самим не стать его жертвами. Поэтому намазали обычную дверную ручку. А потом загнали его, как маленького глупого зверька. Тело Грегуара словно превратилось в сплошную деревяшку, не способную двигаться и, кажется, даже дышать или мигать. Формы внутри разума вопили от бессилия, но их голоса быстро гасли, и он ничего не мог с этим поделать… Из Идлис получилась отличная приманка. Эта смешливая беззубая малышка с радостью играла с его пятилетним братом Маркусом, а потом, через много-много лет, согласилась стать его женой. Грег без преувеличения называл её третьей сестрой. Потому что так и было. «Попался, как последний дурак». «Идлис» грациозно выскользнула из его «деревянных» объятий и медленно крутанулась на месте, освобождаясь от наведённой на себя иллюзии и превращаясь в молодую женщину в длинном алом платье и пурпурно-золотой маске с саркастической усмешкой на застывших губах. — Спи, мой хороший, — нежно прошептала она, закрывая его веки тонкими пальцами, — Больше ничего не бойся. «Вот, кажется, я и отбегался. Всем привет». *** Предрассветный туман вокруг острова появлялся довольно часто. Он окутывал акваторию белым пушистым облаком, заставляя небольшую крепость, занимающую практически всю поверхность этого скромного клочка суши, выглядеть как-то по-особенному одиноко и зловеще. Команды нескольких пришвартованных кораблей непривычно кутались в куртки, удивляясь резкому охлаждению воздуха и неожиданной плотности тумана сегодня. Обычно здешнее тёплое море относилось к ним чуть более бережно. В самом центре крепости находился просторный зал, где набирало силу транспортное «Окно». На безопасном расстоянии от него стояли две женщины. Одна в пурпурно-золотой маске, вторая с закрытыми катарактой глазами и множеством длинных тёмных косичек. Говорили они на редком диалекте доминионского. — Яд всё ещё действует, госпожа. Мы пока не можем сделать надрез. Кожа слишком твёрдая. — Он так и не проснулся? — спросила Маска, оглядываясь на транспортную площадку. — Пока нет. — Хорошо, но я не могу дальше ждать. Нужно вернуться. Оставляю его на тебя. Кровь впитавшего в себя Тень — бесценна. Её нельзя проливать зря. Убедись, что добила, когда соберёшь всё после того, как организм выведет яд, и сохрани для меня тело. — Как угодно, — поклонилась вторая. Пурпурная Маска покинула остров до того, как рядом с ним из тумана появилась первая мачта гигантского корабля. *** Забытье отпускало неохотно. Тьма вцепилась в него железной хваткой, намереваясь оставить у себя навечно. Но Тень Грегуара сопротивлялась. Она нашёптывала откуда-то из самого потаённого уголка души, подсовывая полузнакомые картинки жизни, заставляя вспомнить — кто он. Мужчина сделал над собой почти запредельное усилие и открыл глаза. Ничего не изменилось. Та же непроглядная темнота вокруг. Разве что с вариацией нескольких оттенков. Непривычно холодно. Нет. Телу следовало трястись от лютого холода, но оно почему-то не двигалось и ощущалось слишком тяжёлым. Грег попытался сделать вдох поглубже, но грудную клетку что-то сковывало. Он попробовал хоть немного пошевелиться — и понял, что это сталь, точнее — стальные цепи, которыми его опутали от шеи до самых щиколоток. Кто-то серьёзно подготовился к моменту, когда он очнётся, или же старался воспрепятствовать его обнаружению с помощью следопыта. Грегуар попытался обратиться к медвежьему слуху и ночному зрению, но они не действовали. Сам Медведь тоже не отвечал, словно и не существовал вовсе. Страх потерять контакт с Формой, частью самого себя, — удушающее, почти парализующее чувство, но оборотень выбрал не погружаться в него. Из уроков Аристарха он помнил, что встречаются нервно-паралитические яды, способные на подобный эффект. Требовалось дать шанс организму его вывести, иными словами — выжить. Человеческий слух и постепенно адаптирующееся к темноте зрение говорили, что он где-то на побережье. В камере без окон. Только крохотные отверстия для вентиляции очень высоко, практически под потолком. Сам Грегуар лежал на старых нарах, и часть цепей не просто опутывала пленника, но и приковывала его к железным петлям. В полушаге от него стоял стол, наверное, самый чистый предмет в комнате, на поверхности которого лежал поднос с инструментами, похожими на медицинские, накрытый свежей светлой тканью. Никого из пленителей рядом не обнаружилось. Хотя в их случае никогда нельзя сказать наверняка. Мужчине удалось разобрать едва слышные шаги, доносившееся из коридора за дверью, но разглядеть её он пока не мог, так как лежал головой к входу. Если действительно повезёт, то охранник на весь коридор только один. Следовало действовать как можно быстрее, пока не обнаружили, что он очнулся. Грегуар мысленно попытался поговорить с Тенью и объяснить, что хочет сделать с её помощью. Неприятный процесс для них обоих, но боль можно преодолеть. Мужчина обратился к крохам, что остались от его привычных сил, резко призвал состояние бесплотной Тени и выкатился прочь из оков. Сложно сравнить хоть с чем-то тот «удар по нервам», который он ощутил. Дух и сталь сочетались очень плохо. Тело инстинктивно дёрнулось в сильной конвульсии при приземлении на грязный пол, а сердце пропустило удар. Потерявшие опору цепи с шумом грохнулись на нары и привлекли внимание охранника. Тот подскочил к двери, лязгнул затвором смотрового окошка и принялся резво открывать многочисленные замки, переругиваясь на доминионском с кем-то ещё. Грегуар бросился к столу, откинул ткань и схватил скальпель. Мужчина успел допрыгнуть до тяжёлой, частично обитой железными полосами двери, которую охрана с усилием уже тянула на себя. Оборотень пропустил через деревянную секцию левую теневую руку, сделал её плотной, схватил кого-то за грудки и от всей души приложил о «железку». Грег вовремя вернул конечности бесплотность и ощутил, как сквозь неё прошло оружие вроде меча или мачете. Не мешкая оборотень втянул руку обратно и ударил правым плечом в дверь, распахивая ту наружу. Ход удался — и он снова кого-то сбил. А затем ситуация решила внезапно удивить и его, и подоспевшую охрану. Волевая атака нескольких десятков энергоиженеров, вжавшая их в пол, оказалась колоссальной. Два сектанта с ярко выраженными пёсьими чертами, деформировавшими человеческие лица, абсолютно искренне взвыли и рухнули на камень, пытаясь инстинктивно защитить головы руками. Их третий подельник уже валялся на животе, оглушённый после повторной встречи с дверью. Всё, что успел сделать Грегуар, это падая всадить скальпель в шею одного из Псов. Тот дёрнулся и больше не издал ни звука. Предыдущие приключения с Заром, когда энергоинженеры давили сознание Ледяного Торнадо, на фоне сегодняшнего воспринимались детским праздником с тортом и шариками. Пустой желудок стал настоящим подарком. Иначе бы пришлось булькать в луже собственной рвоты, как сейчас второй охранник. С прошлого раза у Грега остался некоторый опыт и точное знание, что такое воздействие заканчивается без предупреждения. Мужчина выбрал не вытаскивать скальпель, застрявший между позвонками мертвеца. Но как только давление чужой воли исчезло, схватил ближайшее оброненное мачете и рубанул по шее неуверенно встающего Пса. Жалких сил хватило лишь нанести глубокую рану, а не отсечь голову, но и этого оказалось достаточно. А вырубленный первым охранник успел захлебнуться непереваренным обедом, так и не придя в сознание. Грегуар осторожно поднялся с колен, трясущимися руками ухватившись за открытую дверь, вытащил связку ключей из замка и рефлекторно пригнулся. По месту, где он находился, точнее, где-то рядом с ним, ударил залп нескольких десятков пушек. Крепость содрогнулась, и он вместе с ней. Грег в любой момент ожидал, что из короткого узкого коридора вот-вот появятся новые гости, но этого почему-то не происходило. По ту сторону шла громкая возня, но про пленников никто не вспомнил. Пока везло. Если память на звуки не подводила, то часть пушек, которые сейчас превращали в мелкую крошку ближайший к крепости берег, принадлежала «Скалистому карпу», а это значит — что он, скорее всего, угодил на остров, где прятали дядю Артура. Воодушевлённый догадкой, Грегуар принялся проверять смотровые окна на других камерах. Три из них оказались пусты, в одной обнаружилось тело ещё несколько дней назад отмучившегося несчастного, зато в последней… Он выглядел похожим на высушенную копию самого себя. Спину перекосило из-за отсутствия руки, плечевого сустава и постоянного сидения в согнутом положении, но это был Артур. Дядя тряс головой, не в силах прийти в себя после атаки энергоинженеров, и что-то бормотал. «Надеюсь, это не очередная иллюзия». Оборотень прищурился на замок, пытаясь угадать тип ключа, и начал в полутьме искать подходящий в добытой связке. Ночное зрение по-прежнему не действовало. Канонада стихла, и захват крепости продолжился высадившимися на берег силами. За стенами разворачивалась нешуточная драка. — Дядя, — позвал Грегуар, входя в камеру. Но Артур уже перестал вздрагивать и отрешённо смотрел перед собой, — Дядя, это я Грег, — продолжил он, медленно присаживаясь на грязные нары, — Не подскажешь, какой из ключей от твоих кандалов? А то в этой темени замучусь подбирать нужный. Артур слегка повернул голову. Он явно сомневался в том, что видит, и напряжённо молчал. — Помнишь, как на мой пятнадцатый день рождения в качестве подарка ты потащил меня в стриптиз бар и пытался загримировать меня под дедушку, чтобы нас пустила охрана? А ведь у тебя почти получилось их уговорить, — Грегуар невольно улыбнулся собственным подростковым воспоминаниям и продолжил. — А как ты назначил свидание баронессе Тертача? Прогулял с ней почти всю ночь на празднике Небесных огней и только наутро заметил, что это не баронесса, а её тётя? В уголках глаз Артура появились первые намёки на улыбку, но он всё ещё не верил. — А как отец случайно поджёг мамин ежедневник, который она оставила на его письменном столе, а ты взял вину на себя? — В защиту Доминика скажу: это я его так напоил, что он свечку от книжки не отличал, — бесцветный голос шуршал, как страницы старой книги. — Так что Кэрол косилась на меня весь следующий месяц не без причины, а потом он сам ей рассказал. И что мы пили, я не признаюсь. Даже сейчас, — взгляд Артура стал намного светлее. — Ты тот, кого я вижу перед собой. — Да, дядя Арт, это я, — в смежном с их коридором помещении что-то ёмко хлопнуло, грохнуло и затрещало. — Но нужно шевелиться. Если я ошибся, и это не Калеб штурмует тюрьму, то пора искать способ спастись. Пленник мгновенно собрался, хотя раньше казалось, что у него просто нет на это сил, и кивнул на связку с ключами: — Маленький с жёлтой облупившейся краской для руки и большой железный со сплюснутым концом для ног. Грег быстро нашёл требуемое и отпер кандалы: — Идти сможешь? — Да, а вот бежать навряд ли. — Ничего, что-нибудь придумаем. Грегуар осторожно приблизился к единственному выходу из тюремного крыла, сжимая в руке мачете, и глянул в замочную скважину. Смотровое окошко открывалось с противоположной стороны. Внутри шла жёсткая схватка. В большом зале плясали и метались тени. Их порождали не только костры от горящей мебели, но и почти неразличимые монстры, прыгающие с пола на стены, оттуда на потолок и обратно, уворачиваясь от летящих в них разрывных болтов. Однако спасали Хамелеоны совсем не себя. У дальней стенки перезаряжалось транспортное «Окно» от недавно подключённой к нему батареи. Между ним и прыгающими Хамелеонами стояла невысокая чернокожая женщина со светлыми от катаракты глазами, в простой одежде и с закинутыми за плечи многочисленными длинными косичками. Сначала Грегуар решил, что перед ним призрак. У убитой Мастером Иваном на острове колдуньи нашлась сестра. И она давала жару. Буквально. Женщина каким-то образом подхватывала поднимающиеся от горящей мебели и тел языки пламени, усиливала их и хлестала этим «оружием» в направлении двух других входов в зал. А когда она не успевала среагировать, Хамелеоны использовали хвосты, забивая прорывающихся обратно в коридоры. В одном из них стоял Калеб. Нижнюю половину тела брат обратил в Форму гигантского Спрута. Оборотень держал перед собой тяжеленную дубовую дверь, как своеобразный щит, прикрывая находящегося рядом энергоинженера. Свободными человеческими руками родственник стрелял по Хамелеонам сразу из двух арбалетов, перезаряжаемых кем-то из команды, спрятавшейся глубже в коридоре. Охлаждающие артефакты не работали. Неестественный уровень жара испарял любую ледышку до того, как она нормально сформируется. У другого входа Грегуар успел мельком разглядеть Аристарха и ещё одного энергоинженера, пытавшегося на расстоянии повлиять на транспортное «Окно». Им требовалась помощь. Время выходило. Площадка успешно перезаряжалась. И, судя по гадкой усмешке на губах темноволосой ведьмы, она точно приготовила какой-то сюрприз перед уходом. — Большой и самый новый ключ, — уловив его настроение, подсказал дядя. Грегуар отпер дверь и передал связку: — Закроешь за мной. Артур глянул на него с сомнением, но кивнул. Оборотень перехватил мачете поудобнее и вышел в зал, где ревело пламя и изрыгались проклятья. Женщина с белыми глазами тут же повернулась в его сторону и швырнула плотный сгусток огня. Красные языки прошли сквозь теневое, лёгкое как пёрышко, тело и, не причинив вреда, врезались в дверь позади него. Плотными остались только предплечье и кисть, в которых мужчина держал оружие. Бежать через ползала, чтобы героически сразиться с огненной ведьмой, — нецелесообразно, да и Хамелеоны не позволят этого сделать. Он затылком ощутил нацеленный в него удар хвоста, но тот не успели нанести. Как и думал Грегуар, плывущие от усталости мозги и ослабленное ядом до состояния ваты тело позволили без проблем зацепиться за движущуюся тень. Его подхватило, как пушинку, и понесло в сторону гудящей, почти заряженной точки перехода. Оказавшись на транспортной площадке, оборотень не мешкая воткнул мачете между батареей и корпусом «Окна» и тут же прыгнул снова, «ухватившись» за тени. Но не рассчитал оставшиеся силы и смазал прыжок, кубарем вкатившись в груду чего-то, напоминающего горящий сломанный стол. Мужчина инстинктивно зажмурился, защищая глаза от пламени, попытался повторно вызвать Тень, но вместо этого поехал по полу. Калеб притянул упавшего к себе с помощью щупальца. Родственник выстрелил по Хамелеону, попытавшемуся запрыгнуть в коридор, снова выставил импровизированный щит и полувосхищённо полувзбешённо выпалил: — Какого хрена, брат?! — Сейчас рванёт, — вместо объяснений предупредил Грег, вставая и отряхивая от грязи остатки одежды. Здесь же, в коридоре, толпились и другие бойцы с замотанными лицами в ожидании, когда им разрешат двигаться дальше. Один из них передал Калебу очередной заряженный арбалет и забрал пустой. — Не рванёт, — не согласился энергоинженер, — Но вы помогли. Капитан «Скалистого карпа» снова выстрелил и в этот раз попал максимально удачно. Потому что после вспышки нечто крайне тяжёлое упало недалеко от них. Сначала с Хамелеона сошла маскировка — и это оказалась странная ящерица незнакомого вида, большую часть тела которой занимал широкий вытянутый хвост, позволяющий совершать все эти безумные прыжки. А затем оборотень стал превращаться в худого молодого человека с сожжённым лицом. Рядом с транспортным «Окном» тоже что-то происходило. Оно сменило частоту гула и затряслось, разбрасывая рыжие искры. Белоглазая магичка, осознав, что сбежать уже не получится, вышла к центру зала, раздувая пламя вокруг себя и превращая разрозненные костры в один огромный огненный вихрь. В коридоре сразу же ощутили нехватку воздуха, и Калеб рявкнул на своих людей, чтобы убирались. Грегуар успел взять у уходящих ещё три арбалета и перезарядил их обычными болтами. Любой артефакт в такой ситуации взрывался раньше, чем долетал до цели. Два арбалета он отдал брату. Один оставил себе и стал ждать развязки, надеясь, что дядя Артур сообразит спрятаться в камере на всякий случай. Первую полноценную волну жара принял на себя Калеб, вовремя подставив многострадальную дверь. Толстое дерево напряглось, чуть треснуло, но пока чудом держалось. Некоторые из щупалец загорелись, но на лице брата это никак не отразилось. Второй, более мощный огненный удар «впитали» оба энергоинженера из разных коридоров. Третьей попытки не случилось. Сломанное «Окно» дозрело, но вместо обычного взрыва выдало огромную, зловеще вибрирующую шаровую молнию. Маги определённо играли в какие-то свои игры, но запах грозы перекрывался едкой гарью. На смертоносно гудящий белый шар отреагировали Хамелеоны, пламя которых старательно обходило. Один из них, защищая лидера, камнем упал на шипящий клубок молний, но оборотня разметало по залу крупными горящими кусками. Второго сбил со стены Грегуар, успевший заметить тихо подбирающегося к ним «прозрачного» противника. Получив болт чуть ниже основания шеи, ящерица потеряла природную маскировку и рухнула в огонь. Белоглазая решила превратить новую угрозу в ещё одно оружие. Она выставила рядом с коридорами плотные заграждения из пламени, сквозь которое её фигура стала практически неразличима, и попыталась подчинить шаровую молнию так же, как она работала с огненной стихией. Но всё пошло не так. По искрящейся поверхности прокатилась неровная рябь, и «ожившая гроза» вместо того, чтобы «согласиться» на предложенные условия и переключиться на атакующих, стала подтягивать к себе длинноволосую ведьму. Женщина физически упиралась и пыталась обратить ситуацию, но это не имело успеха. Плавящая пространство вокруг себя молния заглотила кричащую добычу. И стена огня опала, когда погасло контролирующее её сознание. Дальше чудеса быстрой реакции продемонстрировал уже Аристарх. С помощью всего одного артефакта «Ледяной конфликт» он смог зацепить двух оставшихся Хамелеонов, приморозив их передние конечности к стене. Калеб тут же добил сектантов, тем самым покончив с живыми проблемами, но оставалась шаровая молния. Пока пара энергоинженеров медленно сходилась к центру зала, с очевидным трудом удерживая настолько мощный заряд энергии, Аристарх сбегал куда-то в дальнюю часть «своего» коридора, вернулся и сообщил — что чисто. А затем присоединился к братьям, которым пока запретил заходить в зал. Следующие полчаса энергоинженеры что-то мудрили с опасной проблемой, но подобрали к ней ключик. Они развернули злящийся на ограничивающих его людей блестящий шар в сторону очищенного коридора и изменили форму молнии. Теперь она больше напоминала палочку от мороженого. Маги выстрелили ею куда-то за пределы крепости. Все с облегчением выдохнули. Грегуар пригладил вставшие дыбом от постоянного нахождения вблизи огромного заряда энергии волосы и попробовал прочистить забитое пеплом горло, но пожалел об этом — почувствовав себя ещё хуже. Команда «Скалистого карпа» начала профессионально обшаривать строение на предмет других опасностей и полезных вещей, а из тюремного отсека вышел дядя Артур — обрадованный и растерянный одновременно. Обниматься сразу вчетвером сложно, но благодаря стараниям Калеба — Аристарха, Грега и спасённого пленника буквально сплющило вместе, оставив на спинах ощутимые следы от осьминожьих присосок. Справились. Глава охраны Дома и капитан «Карпа» остались завершать дела, а Грегуару и Артуру велели отправляться на корабль. После «прожаренной» тюрьмы воздух на берегу казался живительным, но с привкусом крови. Грег успел насчитать четыре почти полностью погружённых в воду мачты, когда встретился взглядом с папой. Доминик, как и вся команда атакующих, носил чёрное и закрыл лицо тканью. Отец руководил группой, действующей на линии побережья, изрытого ядрами и залитого кровью тех, кто ещё пытался сопротивляться. В глазах Главы Дома читалось глубочайшее облегчение. Он кивнул в сторону «Скалистого карпа» и, резко развернувшись, направился к входу в крепость. Кроме чудища, на котором плавал Калеб, в таящем под робкими утренними лучами тумане проступали очертания множества судов. Часть из них принадлежала флоту Дома Северного Когтя, зато другие выглядели как быстроходные корабли Королевства Семи Течений. Их команды в драке не участвовали, а спокойно наблюдали, как вяжут немногочисленных пленников и поднимают со дна затонувшие вместе с кораблями сейфы и сундуки. Прибрежные воды охватила суета снующих туда-сюда лодок. Складывалось чёткое впечатление, что никто надолго на острове задерживаться не собирается. Их довезли до «Карпа» и предложили пройти на жилую палубу. Грегуар передал дядю Артура в руки обеспокоенных медиков, а сам предпочёл остаться у фальшборта. Хоть немного уложить произошедшее за последние дни в голове. Для себя мужчина попросил что-нибудь из одежды, а то вещи на нём напоминали обновку для огородного пугала. Ему принесли тёплый доминионский уличный халат, который отлично подходил для этого времени дня, и оставили наедине с мыслями. Прямых транспортных «Окон» из Империи сразу в государства Доминиона не существовало. Препятствовало и слишком большое расстояние между странами, и водная преграда. Поэтому целая серия переходных площадок располагалась на протяжённости всего Поющего океана — на островах и специально построенных для этого кораблях, несущих дежурство. Самый короткий срок, в который можно уложиться при передаче груза размером со взрослого человека, — это три дня. Также требовалось время довезти Грегуара до острова-тюрьмы. Значит, он отсутствовал не менее пяти-шести суток. Оборотень попробовал потянуть пальцами кожу на предплечье, но у него почти ничего не получилось. Яд продолжал частично действовать. Мужчина снова обратил внимание на то, что происходит вокруг, и помог подоспевшим Доминику и Аристарху забраться на палубу. Глава охраны немедленно переключился на другие проблемы, а отец подтянул Грега за шею и обнял: — Молодец, что выжил, сын. — Извини, что попался как дурак. Доминик отступил на полшага и поймал его взгляд: — Не за что извиняться. С каждым могло произойти. — Как долго я здесь? — Восемь дней. Группа, которая вела вас с Полковником в квартале Грёз, зафиксировала, как ты забежал в пустой проулок, исчез у них на глазах и уже оттуда не вышел. — Даже так… Отец позволил себе лёгкую улыбку в ответ на его удивление: — Теперь Аристарх присматривает за всеми ключевыми членами Семьи. Где это возможно, особенно за тобой. Моё личное распоряжение. — Понятно. — Пока так нужно, — продолжил Доминик. — Следопыты уверяли, что ты жив и в пограничном состоянии, но не могли найти. Предложений о выкупе не поступило, поэтому я решил рискнуть. И рад, что не ошибся. На другой стороне палубы появился ведущий медицинский специалист Дома, отец повернул голову в его направлении: — Пора спасать врачей от Артура. Ты же знаешь, как он любит «все эти иголки и касторки», — процитировал дядю Доминик. — Конечно, договорим позже. Грегуар проводил отца взглядом и вернулся к созерцанию разгромленного берега, организационная суета на котором почти завершилась. Последние лодки грузились на корабли, тела павших с атакующей стороны собрали, начиналась подготовка к отплытию. Калеб шлюпками не пользовался. Он скользнул в воду и за считанные удары сердца добрался до «Карпа» в морской Форме, но наверх влез уже человеком. Брат отдал несколько распоряжений старпому, подошёл к Грегу и от всей души хлопнул того по спине мокрой рукой: — Ну? Как дышится? Мужчина мысленно «крякнул», услышал характерный скрип, искренне надеясь, что это доски под ногами, а не спина: — На удивление приятно, — он кивнул в направлении флота Королевства Семи Течений. — Я так понимаю, они не с нами. Калеб хмыкнул, и не до конца смытая сажа на щеке придала ему несколько плотоядное выражение: — Нет, конечно. Остров, а точнее, уцелевшая крепость на нём, — их условие одобрения нашей операции. — Он и раньше им принадлежал… — Э-э-э, — протянул родственник, сделав загадочное лицо, — Не всё так просто. Остров, который Роман отметил на карте, развалился и ушёл под воду ещё лет одиннадцать назад после мощной серии землетрясений по всей акватории. На моих личных картах его давно нет. — …?! — Ага, — довольно кивнул брат. — Поэтому я сильно удивился, когда мне прислали координаты, но отправил подводную разведку проверить. — И остров «снова нашёлся»? «Скалистый карп» снялся с места и медленно набирал ветер в нужные паруса. — Как по волшебству, причём с довеском. Раньше здесь никаких укреплений не стояло. Просто живописные скалы. Без острой необходимости сюда никто не плавал. Грегуар облокотился о перила, ощущая, как постепенно просыпается давно пустовавший желудок наряду с другими естественными потребностями организма: — Какие идеи по этому поводу? Брат пожал немаленькими плечами: — Мои энергоинженеры утверждают, что кто-то поднял остатки острова обратно на поверхность. Не уведомив местные власти, естественно. — Не припомню, чтобы слышал о подобном в принципе. Только в области обычного строительства или спасательных работ, но не в таких масштабах, — выразил сомнение Грег. Калеб с усмешкой глянул на волнующуюся гладь: — Ну да, до дна здесь далеко. Однако результат перед тобой. — А наши спецы смогли осмотреть строение? Можно определить, кто строил крепость и по какой-то технологии? — высказал вполне разумные вопросы Грегуар. Поднявшийся ветер подхватил смех брата и унёс прочь: — Твоё занудство непобедимо, — ответил он просмеявшись. — Но люди Аристарха что-то делали. Спрашивай у него. Мужчина хмыкнул и постарался встать так, чтобы ветер не сильно бил в лицо: — Кстати, раз уж я зануда. Нашим энергоинженерам обязательно было так утюжить остров? У меня чуть мозги не расплавились. — Обязательно, — уже серьёзно ответил Калеб. — На нём обнаружили такие же конструкции на подавление воли и уничтожение острова, что и на той базе работорговцев, которую ты разгромил. Да, я про неё в курсе. Их требовалось снести, иначе бы мы не смогли выполнить условия сделки с местными. И не для всех магов это прошло легко. Работы у лекарей сегодня много. — Ясно. «Карп» отплыл достаточно далеко, а туман сдал позиции ветру и поднимающемуся солнцу, отчего стала видна часть обратной стороны острова, в которую запустили снаряд шаровой молнии. Там не только всё ещё бурлила вода, но и кипел камень у побережья. Мелкие точки матросов Семи Течений сновали между лодками и крепостью, наводя порядок. — Брат, — подал голос Калеб, какое-то время обдумывавший что-то своё. — Что? — Я прикинул. Если бы ты не стал вылезать из камеры, а просто дождался нас, то утро для тебя прошло бы гораздо проще. Так что зря парился, — философски заметил родственник. — Шёл бы ты... — беззлобно откликнулся Грегуар.

Глава 24. Новое начало

Последующие после штурма острова пять дней на корабле превратились для Главы Дома Северного Когтя в одну сплошную череду разговоров, уточнение открывшихся деталей и построение планов.

Зато Грегуар выжил. Колоссальное облегчение. Пурпурная Маска разыграла приготовленную для сына ловушку как по нотам. На «Идлис» в качестве приманки он просто не мог не купиться.

Женщина в красном продемонстрировала невероятно искусное владение умениями энергоинженера наводить иллюзию. Крайне опасная цель. Если бы не ценность крови Грега, то, скорее всего, его жизнь закончилась бы ещё в том проулке.

Артур в рассказе об этой Маске упомянул полезную деталь. В годы, когда его только выкрали, она казалась старше, но за прошедшие десятилетия вдруг стала выглядеть значительно моложе. Но сказать наверняка — иллюзия это или нет, он не мог.

Маски, которыми сектанты закрывали лица, обладали интересным эффектом — они не давали запомнить голос говорящего. Каждый раз, когда похитители приходили в камеру за очередной порцией крови, их манера речи и тембры голосов менялись.

И кровь. Да. Когда Аристарх сообщил, что Артур всё это время находился в заточении у Масок, Доминик решил — друга забрали из-за таланта к управлению «Быстрой дорогой», но дело оказалось не только в этом.

В первую очередь Артур был следопытом, одарённым и опытным, способным найти практически всё, от потерянной сто лет назад вещи до нужного дома в заброшенном городе, для которого никто уже давно не рисовал карт. И когда Маски пили его кровь, то получали ответы на нужные вопросы, идеи, помогающие выкручиваться из сложных ситуаций. Кровь Артура дарила Вдохновение. Даже сын барона Джаркеса, выпив её, смешанную с «Ночным цветом», получил ответ — как спастись. Благодаря чему и выжил.

Друг в подробностях описал двух других Масок, сектантов низшего ранга, которых смог запомнить, а также все тюрьмы, где его держали. Огромный пласт информации для анализа.

Прочие подробности о периоде заточения Артур предпочёл не разглашать. Он упомянул, что в первые годы несколько раз пытался бежать, но его всегда успевали перехватить. В отчётах докторов фигурировали следы сросшихся переломов, но следопыт о них молчал.

Арт говорил, что с годами научился оставаться безразличным почти ко всему. Что помогло продержаться дольше, чем он рассчитывал, но на этом всё. Друг пытался открыть новую главу в жизни и не желал перечитывать старую. Доминик приветствовал его выбор.

С возвращения в Империю уже прошла неделя. Грегуар сбежал к себе в провинцию через два дня, как только семья согласилась его отпустить «решать срочные дела». Артур пока не хотел встречаться с собственными родственниками — не знал, как говорить с ними, и просил время на подготовку.

Доминик и Аристарх видели в его нахождении в Северном Когте только плюсы. Правда, друг отказался жить в «Истоке Стужи», опасаясь, что его связь с «Ночным цветом» вдруг проявит себя. По мнению медиков, эта субстанция уже давно вывелась из его организма, но он упорствовал, а Доминик не видел смысла заставлять.

Артуру выделили один из гостевых домиков в дубраве, которая так ему нравилась. Это упрощало работу Аристарху по обеспечению охраны, а Доминику и остальным позволяло часто навещать товарища и дядю.

Медики подобрали для следопыта индивидуальный комплекс по восстановлению здоровья и, как все надеялись, оборотнических возможностей. Предстояли годы правильного питания, выполнения гимнастических программ и других форм лечения. Важная часть всего этого — прогулки на свежем воздухе, поэтому каждый день кто-то из семьи старался проведать Артура именно в это время.

Несмотря на то, что на дворе стоял ещё конец лета, тёплый и солнечный, все три Змея Доминика уже предчувствовали осень в движении воздуха. И ему нравился этот запах.

Артуру пока разрешили ходить только по дорожке парка, где стояло больше всего скамеек, на которых он мог отдыхать. На одной из них Доминик его и нашёл:

— Выглядишь гораздо бодрее, чем вчера.

— Ещё бы! — воодушевлённо откликнулся Арт, поднимаясь с места. — Я теперь люблю медицину! Точнее — новые энергетические способы лечения. Если бы раньше так лечили! Пять красавиц в белых халатиках по три часа в день водят вокруг тебя руками и улыбаются. Да я бы из больниц не вылезал! Сам знаешь — возраст и всё такое.

Доминик почувствовал улыбку внутри себя, и они пошли вдоль линии деревьев:

— Я надеялся, что подействует.

— И поэтому добавил к ним пару хмурых мужиков, чтобы портили мне настроение? — прищурился на него друг с лучиками смеха в глазах.

— Они для баланса, чтобы у тебя передоза счастья не случилось.

— Да я безобидный старикан!

— Нашёл кому лить в уши.

— Ты губишь на корню мою социальную жизнь, — по привычке ворчал Артур.

Доминик присмотрелся к шуршащей в траве белке, но это оказалось просто животное:

— Кэрол уже подготовила для принца несколько планов по твоей обратной легализации в обществе. Ему предстоит выбрать что лучше.

— Я никуда не тороплюсь, если честно, — спокойным тоном откликнулся друг, отбрасывая тростью упавшую на дорожку веточку.

— Понимаю, но это необходимо сделать. Маски знают — ты у нас, и если затянем, то они «объявят» о твоём возвращении так, что отмываться от слухов придётся долго. А у нас близятся выборы.

Артур с наслаждением втянул воздух и с таким же удовольствием выдохнул:

— Н-да, кажется не так давно прошли предыдущие.

— Мы и тогда их поймали, и сейчас получится.

— Маски не такие, как раньше. Ты же видишь… что-то изменилось, — немного помолчав, ответил следопыт.

— Вижу, но и у нас теперь больше опыта.

Они присели на другую скамейку, чтобы дать ногам Артура немного восстановить силы.

Доминику не хотелось поднимать эту тему, но его попросили:

— Его Высочество расстроен тем, что ты отказался принимать из его рук кольцо.

Артур цокнул языком, как всегда делал, когда излишне нервничал, и напряжённо уставился на пустую лавочку напротив:

— Я объяснил ему — почему. И он милостиво принял отказ. Не верю, что только «Ночной цвет» держал меня на плаву все эти годы. Они точно подмешивали какую-то гадость в еду. Не думаю, что более достоин его носить. И не хочу знать, что оно покажет.

Это было горько слышать.

— У тебя нет никаких признаков болезни.

— И всё же, — бросил на него короткий, но тяжёлый взгляд Артур. — Отдайте кольцо Грегуару, он уже давно решает те же проблемы, — тон друга снова стал обычным. — На корабле мы много общались. Мальчик сильно изменился. Или я просто раньше чего-то не замечал.

В этот раз Доминик позволил улыбке проявиться на лице:

— Не изменился. Просто некоторые черты характера раскрываются лучше лишь в определённых условиях, и я их для него создал.

Артур хмыкнул и поднялся:

— Он становится всё больше похож на тебя.

Глава Дома Северного Когтя поудобней перехватил трость:

— У меня много детей, и каждый из них талантлив по-своему. Мы с Кэрол любим их всех. Но сын, способный стать единым с землёй, которой владеет, людьми, которыми управляет, и сделать их проблемы по-настоящему своими — только один.

***

Продолжительное плавание на «Скалистом карпе» дало возможность Грегуару обратиться к Аристарху с давно назревшей идеей. Он попросил главу охраны взять капрала Вудса «в ученики». Джим обладал огромным потенциалом, ему просто требовался правильный наставник.

— Молодой лорд готовит мне замену? — усмехнулся в ответ Аристарх, чем вызвал шквал «праведного возмущения».

Но, отсмеявшись, старый оборотень всё же согласился:

— Предупредите его, что я безжалостен. Читать придётся много.

Оставалось сообщить самому Вудсу эту сногсшибательную для него новость. Однако сначала пришлось пройти через двое суток в «Истоке Стужи», куда помимо родителей съехались Леонард, Бэлла, Аделин, дядя Станислав и даже старший брат Александр, который в принципе никогда не пропускал ни одного рабочего дня. Всё это сильно напоминало момент возвращения из Рубиновой пустыни. Снова чувство вины за то, что заставил родственников волноваться.

Порцию переживаний от Маркуса он получил, уже вернувшись в Иденс, где брат стоически выполнял роль хозяина, как и обещал. Здесь же Грег узнал, что план по поимке курьеров «Ночного цвета» у зоны «Быстрой дороги» реализовали успешно, но наполовину.

«Четвёрка» захватила трёх человек, явившихся не по «дороге», а со стороны соседнего баронства, но не успела перейти к допросу. Вскрытие тел показало, что пленники погибли от мгновенного и масштабного повреждения нервной системы — феномена неизвестной этиологии, так же как это произошло с пойманным на острове Буйволом.

Специалисты Аристарха получили дополнительные данные для проверки и анализа, включая не реализованный курьерами запас крови Артура.

Медведь стал проявлять первые признаки к возвращению ещё на корабле. Форма настолько изголодалась, что оборотень не мог перестать есть. Это невероятно веселило Калеба, выражавшего громкие надежды на то, что «теперь-то они с братом точно сравняются в размерах». Грег привычно его игнорировал, осчастливленный воссоединением с важной частью себя. Лишиться контакта с Формой оказалось испытанием совершенно неизведанной величины. И он не представлял, как дядя Артур прожил все эти года без общения с ликами и не сошёл с ума.

Вторая ипостась тоже нуждалась «в починке», поэтому последние три ночи они с Ли-Энн провели в Запертом лесу. Тень девушки быстро восстанавливала и силы второй Формы, и общее состояние организма, которому серьёзно досталось.

Следопыт не могла не догадаться, что напарник угодил в очередное приключение, но не задавала вопросов, правильно понимая его нежелание это обсуждать. Она также «с боем» приняла подарок — кожаный походный рюкзачок, который Грег всё-таки смог купить. Фраза «я не собираюсь отправлять это обратно» отлично сработала. Стоило запомнить на будущее.

Однако имела место и сильно беспокоящая проблема. Дядя Артур пересказал разговор с Раском, в котором Волк утверждал, что Ли-Энн «такая же, как он». Но не уточнил, что именно имел в виду — «Быструю дорогу», которую девушка могла воспринимать духовным зрением, или же Вдохновение, потенциально способное передаваться через кровь.

Ведь на острове следопыт пролила её достаточно, и сектанты в теории могли попробовать. Кроме того, Ли-Энн не обладала таким же запасом опыта, как Артур, но уже демонстрировала навыки, постепенно выходящие за пределы возможностей обычных специалистов по поиску, что говорило в пользу варианта с Вдохновением, о чём Грегуару нехотя пришлось рассказать отцу и Аристарху. Раз уж ситуация снова разворачивалась для Ли-Энн в опасную сторону.

В итоге они решили, что Грег продолжит присматривать за девушкой, не сообщая ей об истинных причинах. Как предупредил отец, Его Высочество пока только рассматривал возможность присоединения Полковника к охоте на Масок, но желал ещё раз убедиться в правильности выводов. Без разрешения принца разглашать информацию о существовании сектантов запрещалось. Оставалось ждать.

Других дел тоже хватало. Наконец удалось обговорить детали совместного проекта с Трэнтом. Вскоре предстояло начинать расчистку части смежных с Джаркесом территорий под склады для грузов особой ценности с повышенным уровнем охраны, которую из них двоих мог организовать только Грегуар.

Ещё он обещал Леонарду найти финансирование под сборку и обслуживание нескольких транспортных «Окон». Стандартная «пассажирская» модель не справлялась с уровнем их возросших потребностей.

Вернувшись сегодня утром из Запертого леса и закрутившись с бумагами, Грег не заметил, как уснул за столом. Отравление всё ещё сказывалось на здоровье, несмотря на питание тенью и помощь врачей.

Проснулся от вежливого стука сенешаля… о столешницу. Другие способы пробуждения, видимо, просто не сработали. Верный слуга, как всегда возвышенно вежливо, но лаконично сообщил, что для гостей накрыт стол для позднего завтрака на смотровой площадке замка.

— Каких ещё гостей? — удивился Грегуар. Он ничего такого не планировал.

— Ваш лорд-отец, Мастер Аристарх, господин Леонард и отец уважаемой Идлис, лорд Себастиан, изволили приехать сегодня утром, но не хотели отвлекать вас… от дел, — со скромной улыбкой сообщил сенешаль. — Комнаты для них уже приготовлены в хозяйском крыле.

Грег собрался с мыслями, поблагодарил за работу и принялся быстро переодеваться к «позднему завтраку».

***

Западная смотровая площадка заметно преобразилась. Здесь поставили дорогой стол с удобными стульями, широкий зонтик от солнца и даже кадки с цветами. Мебель исключительно новая. Похоже, Лео с сенешалем накупили гораздо больше, чем успели рассказать. Вид с площадки тоже хорошо продумали. Из окна кабинета Грегуар любовался лишь кусочком дороги, бытовками и горами строительного мусора. Зато отсюда открывалась красивая панорама леса.

Грег поздоровался со всеми, обнял Себастиана, с которым не общался с праздника Середины лета, и извинился за опоздание. В свою очередь, отец Идлис объяснил, что это он — причина внезапного визита, а точнее — научное сообщество, которое выбрало его в качестве посланника к лорду Маркусу. Брат сидел за столом, сияя, как начищенная медная тарелка в солнечный день.

Если коротко, то практически все научные журналы, а также клубы по интересам в этой сфере ждали от Маркуса публичного освещения своего открытия, но он пока медлил. И его решили немного подтолкнуть, выслав с просьбой будущего родственника, то есть Себастиана. Разумеется, что все понимали уровень секретности изобретения, но просили «хоть что-нибудь».

Учитывая степень серьёзности темы для безопасности Дома Северного Когтя, отец Идлис обратился к Доминику и Аристарху за помощью. Они выработали общие правила освещения вопроса, но приехать в гости решили вместе.

Как прочитал между строк Грегуар, Маркус, воспользовавшись внезапно свалившейся возможностью, планировал определить точную дату свадьбы с Идлис, давно одобренную родителями девушки, но без конкретного срока «реализации». В этой Семье придерживались строгих порядков — сначала невесте следовало закрыть все обязанности перед Домом. Что длилось уже несколько лет. И раз уж Маркус стал светилом научного сообщества — пришло время дожимать тестя.

Отец, скорее всего, приехал, потому что вновь произошло что-то, требующее личного общения. А Аристарх не хотел упускать из виду главного начальника.

Завтрак прошёл отлично, но Леонард и Грег за ним практически ничего не сказали, потому что всё равно понимали через слово узкоспециальные темы, которые обсуждали остальные. После чая Маркус увёл Себастиана «обговорить детали», Лео сбежал под выдуманным предлогом. Глава охраны отправился искать «нового любимого ученика». И Грегуар с отцом остались вдвоём.

Доминик выразил желание осмотреть местный кленовый лес, так что они покинули замок и выбрали одну из тропинок. «Четвёрка» и другие люди из охраны Дома гарантированно находились где-то рядом, но на уважительном расстоянии, чтобы случайно не помешать разговору.

Грег обратил внимание, что отец снова носил трость со спрятанным лезвием — деталь, на которой наверняка настоял Аристарх.

— Ты успел здесь многого добиться, сын, — через какое-то время произнёс Глава Дома.

— Старался не подвести.

— И я это ценю, — кивнул отец. — А ещё знаю, что вскоре у тебя появится больше работы по старому военному профилю. Поэтому, если почувствуешь, что не тянешь нагрузку, можем передать провинцию кому-то из Семьи.

Грегуар осознал, что ступает на зыбкую почву. Такого предложения он не ожидал:

— Предпочту остаться лордом Иденс, несмотря на другие обязанности, которые ты на меня возложишь. И если провинция по каким-то причинам не вписывается в планы Дома, готов выкупить её из общих владений за счёт личных средств. Мне как раз хватит.

Доминик бросил на него короткий взгляд и улыбнулся лишь уголками губ:

— Этого не требуется. Просто желал убедиться в твоих истинных желаниях, но не стесняйся просить у Семьи помощи. Не тащи всё сам.

Грег позволили себе немного выдохнуть:

— Спасибо.

Отец взял небольшую паузу, чтобы собраться с мыслями:

— Определил причину, почему к тебе не подходят звери?

— Честно говоря, не успел, — ответил Грегуар, смахивая с лица попавшую на него паутину, — Но почти уверен, что дело в Тени.

Доминик приподнял тростью низко висящую ветвь и дал ему пройти вперёд:

— Тени становятся всё более популярной темой. История о теневом звере крайне обеспокоила посла Ильфара и Семьи, которые он представляет. Пока они советуются с мудрецами и хранителями знаний, но собираются связаться с нами в ближайшее время.

— С огромным интересом послушаю, что они скажут.

Отец снова кивнул, но, кажется, в ответ на какие-то собственные размышления.

— Какую работу для меня приготовил Дом?

— Не Дом, — качнул головой Доминик, — Его Высочество. Он приглашает тебя в личную охрану.

— …?

— С возвращением принца Его Величество Император назначил ему новые обязанности. Его прежние дела переходят к старшему сыну Манганара, — начал объяснять отец, — Назначение потребует частого передвижения и множества встреч, а с учётом грядущих выборов… и других обстоятельств риски возрастают.

Они дошли до небольшого перекрёстка среди зелёного коридора и повернули направо.

— Руководит процессом, естественно, глава охраны принца. Он планирует создать три основных группы для постоянного присутствия рядом с Его Высочеством посменно. Возглавишь одну из них. Подчинённых подберут заранее, но у тебя остаётся право влиять на окончательное решение. Кроме того, ты — единственный, способный видеть теневых зверей. Так что сверхурочных намечается больше, чем у остальных.

Грегуар снова ощутил тяжесть погон, которые думал, что снял навсегда:

— Когда мне предписано приступать?

— С тобой свяжутся через несколько недель.

В десяти шагах от них на тропинку выпрыгнул молодой олень, но, заметив людей, тут же скрылся в кустах.

— Успею подготовиться.

В голос Доминика вернулась улыбка:

— Не сомневаюсь в этом. Тогда в замке, после первого разговора о Масках, ты хотел что-то спросить, — напомнил отец. — Сейчас есть время ответить.

После всего услышанного Грегуар не сразу вспомнил, что собирался узнать, но один вопрос действительно всплыл в памяти:

— Принадлежность колец, которые вы с принцем носите на средних пальцах. Если это можно разглашать, конечно.

Доминик на мгновение поднял кисть чуть выше, давая рассмотреть простое тёмное украшение получше:

— Подарок нашему Императору от одного из Владык Пустыни в качестве благодарности за помощь в поимке Масок, когда они всплыли на их территории в последний раз.

Грег предпочёл ничего не уточнять, и отец продолжил:

— Всё, что мы знаем, — они очень старые. Даже сказать толком из чего их сделали нельзя, — он немного помолчал, — Но они способны показывать кое-что важное. Если владелец съест плоть себе подобного, кольцо это «высветит». Своеобразный символ чистоты.

Грегуар заинтересованно повёл бровью:

— То есть их вырезали ещё до энергоинженеров?

— Задолго до.

— Кажется, Рубиновой Пустыне известно о Масках гораздо больше, чем нам, — сделал он очевидный вывод.

— Похоже на то, но пустынники крайне неохотно раскрывают секреты.

Мужчины дошли до очередной развилки, и Доминик кивнул в сторону обратного пути.

Вернувшись в замок, отец отправился немного отдохнуть с дороги, снова возвращая Грега к идее частных транспортных «Окон».

Освободившись, мужчина первым делом заглянул в часовню — оставить капитану Рэгу очередную сигару. На выходе уже караулил дежурный по этажу с сообщением, что в кабинете ожидает следопыт.

***

Ли-Энн оделась для длительной поездки, но почему-то не в любимую наёмничью форму, а как обычный человек. Жетон на шее тоже отсутствовал. Вид собранный, но слегка расстроенный.

— Всё-таки решилась сбежать из замка? Наш повар не так плох, не руби сгоряча, дай ему ещё один шанс.

Впервые за долгое время она не улыбнулась в ответ на шутку:

— Я не сбегаю, но попрощаться придётся. Большой Караван пришёл на нужную мне стоянку на четыре месяца раньше срока. Сезонные ветра снова нестабильны. Стандартный маршрут пересмотрели. — Ли-Энн почти виновато пожала плечами и спрятала руки в карманах. — Нужно ехать. У меня всего пять дней добраться до границы. Альтернатива — ещё несколько лет ожидания, — девушка прервалась на глубокий вдох и продолжила. — «Башню» я уведомила. С родными поговорила. Остался ты. Не хотела исчезать, передав записку. Рада, что смогла поймать.

Это надо было как-то переварить…

— Что сказал Мастер Иван?

— Что он устал со мной спорить, и моей второй Формой окажется Маленький ослик.

— Дед ждёт в машине? — угадал Грег, подходя ближе.

— Да, решил удостовериться, что я попаду куда надо. Будто мне восемь лет. И кстати, о делах. Помимо прощания, нужно разорвать наш с тобой контракт.

Мужчина качнул головой:

— Не согласен. Ты же собираешься возвращаться?

— Конечно, просто пока непонятно когда. Цикл путешествия Большого Каравана может длиться до двух и более лет.

«Не знаю, что с тобой делать, — подумал оборотень. — Может, так даже безопасней? Уехать подальше, пока здесь всё не успокоится. Большой Караван — это одна сплошная охрана. Не знаю, Лисёнок». Вслух пришлось сказать другое:

— Тогда наш контракт не разорван, он приостановлен. Поэтому — не забудь вернуться, Ли-Энн.

Цвет её зелёных глаз на мгновение стал ещё более тёплым, чем обычно:

— Значит, ты планируешь остаться в Иденс?

— Очень постараюсь это сделать, — честно ответил он.

— Звучит здорово. И-и-и, — Ли-Энн потянула за молнию нового рюкзачка и извлекла аккуратно сложенную карту и небольшую коробочку, — у меня есть кое-что для тебя. Мелочь, но пригодится. Это карта предзамковых территорий. Её мы сделали вместе с твоим братом Маркусом. На ней отмечены места, в которых удобней и безопасней всего установить транспортное «Окно».

Грегуар забрал карту, но пока не стал разворачивать:

— Они и тебя в этот заговор втянули, — подытожил он с невольной улыбкой.

— Немного. А… это уже от меня. — Ли-Энн раскрыла и протянула простую картонную коробочку. — Показалось неправильным, что ты лишился любимой пряжки из-за меня, поэтому держи новую.

Грег удивлённо дёрнул бровью, узнав материал:

— Ого. Кажется, кто-то разбирается в полезной пустынной растительности.

Ли-Энн ничего не ответила, довольная его реакцией. Грегуар бросил карту на кресло. Мужчина отцепил пряжку с изображением личной печати — следом передней медвежьей лапы с лишним шестым пальцем, которую последнее время носил, и взял в руки подарок. Дерево ощущалось таким же нагретым, как камни замка в солнечный день. Мастер, сделавший пряжку, не только в точности повторил ключевые детали строения, но и уместил на воротах герб Дома.

— Если что-то пойдёт не так или просто надоест мотаться по пескам, — сказал Грег, устраивая новую пряжку на место, — найди способ связаться со мной. Я тебя заберу.

Девушка привычно сощурилась на его слова и скрестила руки на груди:

— Ты говоришь как дедушка.

— Он у тебя мудрый человек.

Как только оборотень закончил возиться с ремнём, от его левого плеча отделилась тонкая, клубящаяся тёмными завитками теневая рука и медленно потянула пальцы к лицу Ли-Энн. В этот раз активность второй Формы сопровождалась появлением у руки символических медвежьих когтей, что считалось практически невозможным. Оба лика настолько сильно слились в едином желании и намерении, что смогли создать общую манифестацию.

Следопыт улыбнулась руке и зачерпнула сил у своего духа. Прикосновение Закатного лиса ощущалось мягким и немного печальным. По крайней мере — так Грегуар его прочитал.

Теневая Форма просуществовала ещё несколько ударов сердца и растворилась. Грег тут же осторожно перехватил висящую в воздухе кисть девушки, притягивая её к себе и делая одновременно шаг навстречу:

— Теперь моя очередь, — усмехнулся он, — Иди сюда.

Удивлённая Ли-Энн смущённо обняла мужчину в ответ, неловко уткнувшись лбом в его грудную клетку.

— Береги себя, Лисёнок, хорошо? — попросил он, отпуская её многим позже, чем того требовали приличия.

— И ты себя, Медведь.

«Возвращайся поскорее».

***

Зар повторно оглядел спальню на случай, если оставил что-нибудь. Дела в Альдино он закончил несколько дней назад, сегодня завершал последние приготовления в столице. Перед отъездом отец завалил его работой, поэтому время получилось занятое. Дени недавно сорвался с места и уехал в Роскир, пожелав успехов. Алиса отправилась в Доминион ещё раньше.

Мужчина медленно обходил комнату, выключая энерголампы. Сюда он вернётся нескоро. Эта фотография висела почти в сердце остальной коллекции, но Зар не любил на неё смотреть. Сам не знал почему. Их выпускной класс на кафедре считали лучшим за пятьдесят лет по количеству набранных достижений. И он лично приложил немало усилий для этого успеха.

Правда, в спину постоянно дышал ещё один человек, самовлюблённое лицо которого тоже улыбалось на снимке. Фотограф постарался поместить отпрысков Великих Домов в центр. Зар с Грегуаром оказались рядом не по причине собственного желания. Вернее — их нежелание никого не интересовало.

Каждый раз, когда он поднимался на очередную символическую вершину, Грегуар находил «гору побольше», не давая расслабиться ни на день. Даже спарринги, которые Зар выигрывал, не приносили должного удовлетворения. «Господин благородная рожа» никогда не выглядел по-настоящему побеждённым. И всегда возвращался за реваншем.

Отцу это не нравилось. Ему это не нравилось.

Если бы Зар был умнее, он бы закончил это противостояние ещё тогда. Что мешало нанести один «лишний» удар на ринге? И увидеть, как кровь Медведя растекается по камню. Дать ему самому посмотреть на это, чтобы понял — она у него такая же красная, как и у всех остальных!

Хотя… Зар оценивал ситуацию неверно. Он пока не упустил шанс на настоящую победу и прекрасно знал, где живёт противник. Оставалось время перед отправкой в порт, и не всё оружие сдали на хранение, так что…

Зар развернулся на месте, сбив локтем лампу, и в несколько прыжков очутился в ванной. Оборотень до упора открыл холодный кран и сунул голову под ледяную струю. Огненный Дух попытался взбунтоваться, но присмирел под давлением воли хозяина. Вода заливала ворот рубашки, но сейчас это не имело значения.

Мужчина стоял, оперевшись о кафельную стену, не меняя согнутой позы, до тех пор, пока боль от холода в ушах не стала отупляющей, а образы, которые лезли в голову, не исчезли окончательно.

Он закрыл кран и попытался отдышаться.

Дом. В прошлый раз это случилось с ним здесь же, в поместье. Как и сегодня. Не обращая внимания на хруст лампового стекла под ногами и воду, капающую с длинных волос, Зар быстро покинул комнату и практически бегом преодолел холл и лестницу на первый этаж.

Рюкзак уже ждал у выхода. Подхватив вещи, Зар не мешкая вышел под палящее солнце и не сбавляя шага направился к машине, стоявшей у ворот.

Ром сидел на месте водителя. Неожиданно и не по протоколу. В столице Семья придерживалась негласных статусных правил, но сегодня Зара всё это не волновало. Он закинул рюкзак на заднее сиденье и сел спереди:

— Можем ехать.

Родственник подарил ему кривую ухмылку и начал выезжать на дорогу:

— Как прикажете, милорд.

Мужчина закрыл глаза, прислушиваясь к мыслям, но в них больше не творилось ничего необычного. Он внутренне призвал силы духа, постепенно отогревая голову и уши, которые ломило после вынужденного купания.

— Зар, у меня просьба, — уже без веселья в голосе произнёс старший брат.

— Какая? — отозвался он, концентрируясь на самых проблемных частях в затылке и левом виске.

— Завязывай так бухать. Ты нужен в приличной форме.

— Без проблем, — ответил Зар, предварительно заглушив более развёрнутый и красочный вариант фразы.

Через минут десять оборотень ощутил некоторое облегчение и откинулся на спинку, открыв глаза. Элитный квартал они миновали, но картинка за окном казалась неправильной.

— Куда мы едем? — спросил Зар, хотя узнал дорогу.

— В квартал Грёз, — участливо пояснил Ром, явно сдерживая саркастическую усмешку.

— Зачем это?

Брат бросил на него заговорщический взгляд:

— Видишь ли… мы решили немного соврать отцу. На самом деле нас ожидают в порту только через три недели. Раньше подготовить корабли всё равно не успевают. Никто не хочет, чтобы Энго нервничал лишний раз, поэтому мы его успокоили, а для себя придумали подходящее занятие.

— Какое же?

Ром снова мельком глянул на его разбитые руки и взлохмаченную голову с почти высохшими волосами:

— Приведём тебя в нормальный вид. Ты как-то заметно размяк, бегая на праздниках за монстрами. Так не годится. Южные моря — это не шутка, и ты к ним абсолютно не готов.

— С каких пор тренировки начинаются в баре?

— С тех пор как в этом баре появилась отличная арена, — Ром одарил его коронной однобокой ухмылкой, — Поваляешься немного на окровавленном песочке в «Акульем гроте», озвереешь и начнёшь драться как надо.

— Понял.

Семья всегда требовала от него что-то доказать. И он не любил их разочаровывать.

***

Дениэл считал себя довольно удачливым. И то, что Большой Караван внезапно прибыл на стоянку в Роскир намного раньше обычного расписания, стало великолепным тому подтверждением. Теперь он мог добраться до Иль-ди-нин в гораздо более комфортных и безопасных условиях. В противном случае пришлось бы присоединяться к одному из малых караванов и в дополнение нанимать собственную охрану. Лишние расходы без гарантии на что-либо.

На почти бескрайних просторах Рубиновой пустыни могло произойти что угодно. Многие учёные утверждали, что по протяжённости она не уступает размерам Империи. Местные королевства, включая страны Рубинового Треугольника, восхищали экзотичной для имперцев архитектурой и уникальными традициями. Но за их пределами лежал хаос, как человеческий — в виде банд и заброшенных тысячелетия назад городов, так и энергетический, проявляющийся через удивительную пустынную флору и фауну. А довершали картину слабо предсказуемые ветра, которые не только периодически меняли направление «по собственному желанию», но и буквально несли в себе энергетический заряд.

Такие бури поднимали в воздух тонны красного песка, могли поджечь одежду, дерево и даже живое существо. Обезумевшая погода — главная причина того, почему прямых транспортных «Окон» между Империей и королевствами Рубинового Треугольника пока не существовало. Сухие грозы сбивали любую попытку передачи импульса. Внутри самих королевств этот вид транспорта всё же работал, но с ограничениями. Из Доминиона «прыгнуть» в пустыню не получалось по той же причине.

Так что Дени, как только узнал новости, рванул в Роскир и приобрёл себе место за очень приличную сумму, будучи полностью уверенным, оно обязательно окупится. Впереди определённо ждал ни один год исследований и поисков, но это скорее вдохновляло, а не пугало.

Старый приятель, тоже по удачной случайности присутствовавший на вечеринке принца, когда напали на Зара и Грегуара, под очень большим секретом и, если совсем честно, градусом поведал о чудесах, которые видел, выполняя контракт своего Дома в Иль-ди-нин. Пришлось почти сутки скитаться по злачным местам квартала Грёз, но результатом стали бесценные сведения.

Ему рассказали об энергоинженерах, способных разделять сознание, помещать его в различные предметы и даже мёртвые тела. Об умении, которое он должен — нет, просто обязан освоить. Конечно же, в плане имелись и слабые места. Например, никто его не ждал и уж тем более не собирался брать в ученики иностранца.

Однако Дени привык решать всё поэтапно, и пока судьба ему благоприятствовала. Да и знакомыми по переписке в Иль-ди-нин он уже обзавёлся. Периодические публикации его головоломок, в том числе в международных изданиях, позволили найти парочку друзей и откровенных поклонников среди таких же мастеров в Рубиновом Треугольнике. Хоть он и подозревал, что в реальности они специализировались не просто на хитрых механизмах, а на ловушках, которые ставили в усыпальницах и сокровищницах. Последнее также играло на руку, ведь такие люди обычно могли предложить полезные связи.

Поэтому сегодня Ден наслаждался отличным настроением. Перехватив поудобнее вместительные сумки, мужчина с улыбкой двинулся к встречающему. Новое приключение только начиналось.

***

Три дня скитаний по транспортным узлам нескольких городов, так как до Роскира прямого перехода из Джаркеса и столицы вовремя не нашлось — и они наконец-то добрались.

Пространство вокруг стоянки Большого Каравана напоминало лабиринт из шатров, забитый людьми, тюками, ящиками, загонами для животных. И ориентироваться в этом хаосе без сопровождающего, действительно понимающего, куда он идёт, не представлялось возможным.

Ей указали на место где присесть и предупредили, что наставница освободится через полчаса. Ли-Энн поблагодарила за помощь и достала разговорник ещё раз пробежаться по словам, которые непременно понадобятся на первом этапе.

Убедившись, что она не передумает, дедушка обнял, пожелал удачи и отправился в Роскир. Ему предстояла долгая дорога обратно в Иденс.

Странное чувство — ощущать себя в одиночестве среди шумящей на разные голоса толпы. Но выбор давно сделан. Ради новых знаний и возможностей требовалось покинуть дом. Невзирая на страх.

Хотя в своём плане она предусмотрела не всё. Точнее — не всех. Ли-Энн развернула листок с чертежом замка Иденс, который теперь служил закладкой, и тут же сложила обратно. Одного человека оставить за спиной оказалось не менее сложно, чем семью. Хотелось верить, что Грегуар справится со свалившимися на него неприятностями, о которых предпочитал отмалчиваться.

Джемма Рей-ти-рин — будущая учительница, выполняла обязанности ведущего следопыта Большого Каравана, Первой Ищущей, на протяжении последних двухсот лет. Её команда искала воду, убежища от бурь, безопасные пути, пропавших путешественников, животных и наверняка делала много других вещей, о которых Ли-Энн пока ничего не знала. Как рассказывали люди, помогавшие договориться об ученичестве, методы Джемма практиковала жёсткие, но это приносило результат. И что самое важное — они с наставницей обладали одинаковыми Формами.

Ли-Энн не хотела разочаровать учителя в первый же день, поэтому штудировала разговорник до тех пор, пока не услышала у себя над макушкой:

— А! Теперь понятно, откуда в Империи завёлся дух Закатного лиса. Привет, смугляночка!

Ли-Энн подняла голову, чтобы рассмотреть обладательницу удивительно мелодичного пустынного акцента. Голос оказался гораздо моложе самой женщины, выглядящей примерно на сорок пять, что означало, скорее всего, она уже перешла границы шестисотлетнего возраста.

Чёрные волосы учитель собрала в простую практичную причёску на затылке. Её тронутое и солнцем, и ветром лицо улыбалось окружающим характерными морщинками вокруг рта, а тёмные глубокие глаза искрились жизнью. Но шокировало девушку совсем не это.

Этот дух не уступал в размерах нормальному льву или тигру. Он смотрел на мир людей абсолютно осознанным взглядом, заливая даже в дневное время всё вокруг золотыми и серебряными огоньками, из которых и состоял. Взрослый Лис с длинными острыми ушами и роскошным хвостом, огибающим ноги своей хозяйки! Дух стоял рядом с женщиной! Форма существовала отдельно от носителя!

— Как вы это делаете? — едва выговорила поражённая Ли-Энн, не в силах оторвать взгляд от великолепного духа и забыв нормально поздороваться. Её собственный Лисёнок пребывал в состоянии, близком к ступору. Он никогда не встречал себе подобных.

Джемма одарила её медленно расплывающейся улыбкой:

— Маленькая привилегия за владение Формой духа шаманского животного.

— Вы научите меня?

— Научу, — кивнула женщина, продолжая улыбаться, — если проявишь должное усердие. И советую сразу перейти на местный, так ты быстрее привыкнешь. Какой диалект тебе проще всего даётся?

— Тот, на котором преимущественно говорят в Иль-ди-нин и… в соседних с ним песках, — ответила Ли-Энн уже на нужном языке.

— Хорошо. Сгодится для начала. Поднимайся, — махнула она рукой, — Познакомлю с остальными помощниками. Они покажут, как вести себя с животными, и объяснят рутинные задачи. Караван отходит через три дня, постарайся освоиться.

Ли-Энн быстро подхватила сумки, чувствуя, как усталость, накопленная за последние несколько дней, исчезает в никуда.

***

Он так и не смог развить собственного таланта, позволяющего видеть Наставника без маски, но давно научился замечать его присутствие. Мир в эти мгновения становился будто тяжелее. Тени по углам кабинета стали набирать особую силу, больше напоминания двери в неизвестность.

Энго протянул руку к спичкам и зажёг свечу, оставшуюся на столе со вчерашнего вечера. Маленький язычок пламени тут же появился, но выглядел не таким, как обычно. По его кромке танцевало почти призрачное молочное сияние. Поглощающее свет, а не отдающее его.

Мужчина задул свечу, вышел в холл, запер кабинет и не мешкая направился в дальний конец коридора. Дверь в комнаты Зара почему-то оказалась приоткрытой. Слышался шум льющейся воды. Хотя мальчишке давно полагалось уехать.

Энго дошёл до нужного места, убедился, что в холле один, и резко ударил ладонью в «правильную» часть стены, та послушно отъехала в сторону, открывая достаточно пространства, чтобы протиснуться.

Спускаться по каменной кишке, которую больше всего напоминал этот ход, пришлось достаточно долго, но львиное зрение позволяло свободно ориентироваться в темноте.

Оказавшись внизу, Энго вытащил из потайного кармана в ремне нужный ключ и отпер старую дверь. Лорд лично следил за тем, чтобы древний механизм работал как надо, поэтому петли не издали ни единого писка, когда он вошёл в небольшой зал с потолком в виде полусферы.

В зависимости от века это место использовали по-разному: убежище для Семьи на случай смертельной опасности, архив, сокровищница и даже зал для частных вечеринок. Но Энго нашёл ему иное применение. Теперь здесь стояли резные скамьи и широкий алтарь из редкого красного мрамора с глубокой белой чашей, заполненной таким же светлым порошком.

Здесь не зажигали свеч и тем более энерголамп. Когда Наставник появлялся, воздух начинал светиться сам по себе тем самым молочным сиянием, которое мужчина видел на свече в кабинете.

Энго приблизился к скамье в первом ряду и взял с неё малахитовую маску. Древняя вещь не просто скрывала лицо, когда приходилось общаться с младшими учениками, но и давала возможность видеть и слышать скрытое.

Наставник лежал в излюбленной позе, положив огромную собачью голову на могучие, сотканные из самой тени лапы. Глаза оттенка янтаря переливались длинными антрацитовыми искорками и следили за каждым движением в комнате с неизменно пристальным вниманием. Массивное тело занимало практически весь правый ряд скамеек, хотя Энго всегда сомневался, что это действительно истинные размеры духа.

Мужчина беззвучно опустился на колени, как делали перед ним его же собственные воспитанники, и уткнулся лбом, а точнее, маской, в пыльный пол в ожидании приказаний.

Лидер Каменного Льва никогда не считал зазорным преклонить колени перед теми, кто по-настоящему могущественнее его. Правда, достойных кандидатов на эту роль за долгую-долгую жизнь он почти не встречал. Пока в его горячечный сон не постучался Наставник и не предложил ещё больше власти. Язык силы оборотень всегда считал самым доходчивым и простым. И согласился, почти не раздумывая.

Малахитовая Маска всей кожей ощущал, как Наставник его рассматривает, принимая решение.

Этот голос никогда не звучал в мире людей, но всегда оставлял в нём след.

— Поднимись.

Невидимый поток подхватил пыль на полу и разметал вдоль стен. Энго встал. Теперь глаза мужчины находились на одном уровне с глазами учителя, придавливающими к земле не хуже гранитной плиты.

— Ты и остальные Маски пока вне опасности. Люди принца нашли на острове многое, но ничего, чтобы прямо указывало хоть на кого-то из вас.

Энго молчал, прекрасно зная — оправдываться за очередную неудачу бессмысленно.

— Остальные уже получили задания. Для тебя у меня отдельное поручение.

Малахитовая Маска кивнул, демонстрируя готовность слушать и выполнять любые приказы. Наставник перевёл давящий взгляд на алтарь с чашей, и по залу прокатилась ещё одна тугая волна, заставляющая воздух мерцать и искриться. Теневой зверь смотрел в этом направлении до тех пор, пока порошок в чаше не изменил оттенок.

— Возьми освящённый «Ночной цвет». Наши основные силы заметно уменьшились, нужно восполнить их количество. Найди подходящих людей.

— Хорошо, — ответил Энго вслух, проверяя, как Наставник отреагирует на звуки поданного голоса.

Зверь остался спокоен. Несколько недель назад они потеряли не только крупную морскую базу, но и Артура. Кровь которого стала ключом к их основным успехам за последние тридцать лет. Видимо, Белая Маска не ошибся — образы в крови следопыта давно ослабели, поэтому Наставник не стал никого наказывать из-за него.

— Наёмница, которую упустил Раск, покинула страну.

Малахитовый искренне удивился внезапно всплывшей теме, но, естественно, продолжил внимательно слушать.

— Отследи её возвращение. Она станет ценным ресурсом в будущем.

Энго снова кивнул, чувствуя, как в голове соединяются разрозненные кусочки информации. «Как-то же девчонка сбежала с острова. И если «Окно» действительно обесточили, то…».

— Она такая же, как Артур?

— Да, — усмехнулась пасть зверя его недогадливости.

Этот очевидный факт маячил перед ними с самого начала. Раск, скорее всего, видел, как это произошло, но придержал знание, чтобы потом предоставить девушку в качестве извинений. Вполне в его стиле. Наставник читал в уме каждого, кто регулярно принимал освящённый «Ночной цвет», и знал, что случилось на острове всё это время.

Дух продолжил:

— Но она слишком слаба, чтобы осознавать дар и уж тем более управлять им. Пока он доступен только её Форме. Надо дать им время подрасти.

«Значит, наши дела не настолько плохи, как представлялось». Вслух же мужчина спросил:

— Что с проблемой Грегуара?

В начале года Энго заметил в театре странное поведение одного из младших сыновей Доминика. Мальчишка почему-то не отходил от тени, отбрасываемой старинной скульптурной композицией. Это показалось оборотню любопытным. И он поделился маленьким наблюдением с Наставником, кто тоже являлся тенью. На этом «спокойные деньки» для Малахитовой Маски и его союзников закончились.

Взгляд Теневого зверя стал давить заметно сильнее, в ушах появилась характерная боль, но Энго предпочёл оставить спину прямой. Слабость Наставник ненавидел так же, как и он сам.

— Снова займёшься им лично, как и планировалось изначально. Белая Маска проиграл из-за своей страсти всё усложнять. Пурпурная — из-за непобедимой жадности. Твой план с неисправным «Окном» — лучший из всех. И не сработал по чистой случайности.

— Я подумаю, что можно предпринять, учитель

— Не торопись. Выжди. Дай им время расслабиться. Главное — сделай. Грегуар из Дома Северного Когтя обязан умереть. Его Тень не должна вырасти. Иначе ни одна из наших целей не сможет осуществиться.

Конец первого тома