Обратная сторона героя

Пролог

Пролог

Чистота - залог здоровья (с) советская агитация

- Ох, грабят, убивают, насилуют!

Инри оглянулся на крики. Убивать и насиловать никто никого не собирался, да и ограблением происходившее можно было назвать с большой натяжкой. Десять увешанных оружием здоровяков, окружив горстку крестьян, пересчитывали принесённые теми деньги. Ещё пятеро разбойников ходили по дворам, заглядывая во все щели, явно в надежде высмотреть что-нибудь интересное. Орали же несколько разновозрастных теток, стоявших рядом с этой компанией, и то скорее по привычке, нежели в надежде разжалобить амбалов.

Инри пожал плечами, окинул взглядом свой светло-серый плащ, нахмурился, найдя на нём пару волосков, смахнул их и направился в сторону ещё одной группы крестьян, наблюдавших за происходящим с безопасного расстояния.

- Где здесь трактир «Трёхрогая корова»? - холодным голосом поинтересовался Инри у старика, выглядевшего опрятнее остальных.

Тот обернулся и потрясённо уставился на незнакомца. Инри вздохнул, прекрасно представляя реакцию селянина на явившегося его взору горбатого и очень худого карлика. Картину дополняли белоснежные волосы пришельца, считающиеся в здешних краях признаком скорой смерти, даже если их обладатель только что родился на свет.

- Через пару домов отсюда, - старик достаточно быстро пришёл в себя и, похоже, решил, что собеседник не представляет угрозы. – Я, кстати, хозяин. Но только трактир сейчас закрыт. Видишь, к нам пришли люди Лесного Барона, собирают мзду. Эх, а ведь я помню времена, когда здесь всё было по-другому...

Инри кивком головы согласился с трактирщиком. За свою долгую жизнь карлик видел многое и мог подтвердить, что когда-то здесь действительно всё было по-другому. Много лет назад провинция Казантор считалась одной из самых процветающих в Инлоссе. В здешних горах открытым способом добывались сапфиры и рубины, а через всю территорию тянулась дорога, связывавшая империю с Малониром, бывшем тогда крупнейшим торговым портом на восточном побережье.

Вот только знати Казантора очень не нравилось, что всю прибыль от добычи и транзита забирала государственная казна, оставляя местным жалкие, по их мнению, проценты и иногда подкидывая незначительные субсидии. Поэтому здешние наместники с радостью восприняли весть, что император внезапно умер, не успев официально, как положено, выбрать преемника из своих десятерых сыновей. Королевские отпрыски, да и прочие родственники, сразу же вступили в борьбу за престол, растаскивая страну на части, чем и воспользовались казанторские наместники, провозгласив себя вольными баронами. Получив независимость, первое время они наслаждались нахлынувшим богатством, но, как известно, удача – штука капризная и подлости от богов следует ожидать всегда. Первым предвестником грядущего несчастья стало резкое сокращение добычи камней. Оказалось, что имевшиеся рудники истощились ещё при империи, и, хотя имелись сведения об ещё нескольких месторождениях, к их разработке приступить не успели. Сами вольные бароны уже через несколько лет независимости переругались за право владеть залежами и так и не смогли организовать разведку и добычу, предпочтя вложить все средства в междоусобный военный конфликт.

Но это было не самым страшным. На острове вблизи Малонира неожиданно взорвался вулкан. Город сильно пострадал от лавы и пепла, к тому же последовавшее за извержением землетрясение привело к поднятию цепочки скалистых островов, которые значительно ухудшили судоходство в Пылающем море. В итоге Инлосс потерял интерес к Малониру и не стал вкладывать средства в его восстановление. Зато бухта, надёжно укрытая горами с суши и кольцом из скал с моря, приглянулась пиратам. Морские разбойники быстро взяли под контроль горный перевал и сами заново отстроили город. Разумеется, после всего случившего купцы перестали пользоваться дорогой в Малонир, и Казантор потерял ещё один источник дохода.

В течение года после извержения здешние земли оказались разорены войной. Больше половины баронских семей были истреблены, и принадлежавшие им территории попали под контроль разных мутных личностей. Одной из таких персон и являлся Лесной Барон, наёмник, собравший вокруг себя армию из всевозможного отребья и теперь державший в страхе все окрестные деревни.

Подобное беззаконие Инри видел постоянно, и отдельные случаи уже давно не вызывали у него никакого интереса. Отвернувшись от обираемых крестьян, он направился в сторону трактира, намереваясь дождаться там хозяина, когда очередной крик заставил карлика остановиться. Кричала девочка лет восьми, со всех ног улепетывавшая от одного из разбойников. Тот, ругаясь, на чём свет стоит, пытался ухватить беглянку за косу, но безуспешно. Судя по разорванному платью девочки, ловили её совсем не для того, чтобы подарить новую куклу. Крестьяне зароптали, но никаких действий не предприняли, прекрасно понимая своё положение. Девчонка, не разбирая дороги, бросилась к Инри, словно надеясь получить у него защиту, но тот поспешил отойти в сторону. В этот момент разбойник всё-таки настиг жертву и, намотав её волосы себе на руку, принялся отвешивать беглянке пощёчины.

- Я тебе покажу, как кусаться! - рычал он. - Все зубы повыбиваю! А вы чего так глядите?! Тоже по щам захотели?!

Последние слова были адресованы крестьянам. Трое мужиков всё-таки не выдержали и уже собирались броситься девочке на помощь, но угроза разбойника возымела действие, и они остались на месте. Товарищи бандита, наблюдая за этой картиной, хохотали во весь голос, и лишь одноглазый главарь молчал и равнодушно пересчитывал деньги.

И никто не обратил внимания на то, что две капли крови, отлетев от щеки девочки после удара здоровяка, приземлились прямо на плащ Инри. Никто не заметил, как владелец накидки недоумённо посмотрел на растекающиеся по ткани темнеющие пятна. И уж вряд ли кто-то смог бы сопоставить эту случайность с тем, что в руках у Инри появился огромный двуручный меч. И лишь когда голова насильника отлетела в сторону и покатилась по пыли, все, наконец, увидели новую угрозу. Разбойники ошарашенно посмотрели на обезглавленное тело товарища, а крестьяне с ужасом шарахнулись в разные стороны от неожиданного спасителя. Инри, сохраняя каменное выражение лица, повернулся к соратникам убитого и хриплым голосом произнёс:

- Грязь. Ненавижу. Убрать грязь, стереть. Вы все - грязь. Вы - мусор под моими ногами. Всех на свалку!

- Убить его! - рявкнул одноглазый, убрав деньги за пазуху и благоразумно отойдя назад.

Разбойники не заметили манёвра командира и, выхватив клинки, единой толпой бросились на чудовищного карлика. Но тот вовсе не собирался стоять на одном месте. Метательные ножи, просвистев в воздухе, угодили точно в цели, уменьшив число нападающих на двое, однако остальные бандиты быстро добрались до Инри. Впрочем, лишь за тем, чтобы убедиться в его отсутствии. И не успели разбойники оглядеться по сторонам, как вновь раздался свист меча, и ещё два бандита свалились в придорожную пыль.

Инри, пользуясь своими малым ростом и скоростью, быстро перемещался между противников, выводя их из строя прежде, чем они успевали что-либо понять. Двуручник двигался с невероятной скоростью, словно в руках у карлика находился лёгкий прутик, а не тяжёлый кусок острозаточенного железа. Никто из разбойников даже не нанёс ни одного удара, зато семеро уже были убиты. На лицах уцелевших читался мистический ужас. Молодой парень, вооружённый коротким копьём, успел заметить движение карлика и метнул оружие, но промазал, угодив в живот товарищу, и тут же сам свалился от удара в спину.

Инри не атаковал в лоб, заходя сзади и сбоку, и это дало результат. Оставшиеся на ногах разбойники, в конце концов, бросились вслед за своим командиром, вскочившим на лошадь и рванувшим прочь из деревни. Но если одноглазый уже был недоступен для маленького мечника, то пятеро убегавших оказались лёгкой добычей. В воздухе пролетели ещё три ножа, с ювелирной точностью поразив цели. В тот же миг рядом с последними двумя бандитами промелькнула тень, и их головы полетели в канаву.

И лишь теперь Инри смог остановится. Его глаза заворожено изучали две капли крови, послужившие причиной резни. Несмотря на ярость боя, светло-серый плащ даже не запачкался, но эти два пятна раздражали.

- Грязь, убить, уничтожить, - бормотал карлик себе под нос, когда рядом появилась спасённая девочка. Её глаза излучали ужас, однако она смогла подойди совсем близко.

- Я отстираю, - тихо прошептала девочка, вытирая кулаком текущую из носа кровь.

- Что? - недоумённо переспросил Инри, выходя из прострации.

- Я постираю, - повторила спасённая. - Меня бабушка научила, как заговаривать такие пятна.

- Хорошо, - сразу согласился Инри.

Сняв плащ, под которым оказалась белоснежная рубаха, карлик небрежно бросил его девочке. После чего резко повернулся и встретился взглядом с разгневанным хозяином трактира.

- Ты понимаешь, что натворил?! - завизжал трактирщик. - Одноглазый сейчас прискачет к Лесному Барону, и тот прикажет вырезать нашу деревню!

- Я сам могу вырезать вас без всякого приказа, - холодным голосом ответил мечник. - Поэтому лучше открывайте свой трактир. А Барона оставьте мне. Возможно, я сумею его успокоить.

Крестьяне разошлись, опасаясь даже приближаться к коротышке, который с лёгкостью положил полтора десятка вооружённых разбойников. Только спасённая девочка, сжимая в руках плащ, с восторгом смотрела Инри в спину, после чего, ничуть не смущаясь своей наготы, побежала домой.

***

Инри отказался сидеть в зале, потребовав вытащить стол и пару лавок на улицу. К всеобщему удивлению, есть он не стал, попросив только кувшин молока. С этим кувшином карлик молча сидел уже целый час, лишь изредка подливая содержимое в кружку. Время от времени Инри смотрел в сторону дороги, пока до его ушей ни донёсся лёгкий стук копыт. Крестьяне поспешили скрыться, опасаясь возвращения разбойников, зато на лице Инри, наконец, появилось некое подобие улыбки. Он довольно посмотрел на источник шума, ничуть не удивившись его ужасающему облику. Перед карликом появилась кентаврская самка, хотя и сильно отличающаяся от своих сородичей. В том месте, где человеческий торс переходил в лошадиную холку, у новоприбывшей имелась ещё одна пара огромных рук. На каждом боку кентавриды висели по стальному щиту и длинному узкому мечу.

- Хэй, Инри, - рявкнула она, останавливаясь у столика. - Какого огра тут творится? Почему центральная площадь в крови и где твой любимый плащ? Только не говори мне, что ты опять вырезал деревню, потому что тебе плюнули на спину.

- Я уже давно не срываюсь из-за плевков, - флегматично ответил маленький мечник. - Просто в этот раз его испачкали кровью. Кстати, рад тебя видеть, Орбана. Ты случайно не встречала ещё кого-нибудь из наших?

- Да всех я встречала. На спине у меня Люмми прячется, просил не выдавать, вот только надоели мне его розыгрыши. А за городом видела Гарла и Снорикена. Но ты же знаешь этих гадов, даже минута общения с ними вызывает у меня головную боль.

- У меня, кстати, тоже, - раздался новый голос, и из-за плеча Орбаны показалась небольшая голова. - А ты - предательница. Я для нашего командира такую шутку приготовил, а ты всё испортила.

- В следующий раз покажешь, - проворчала кентаврида. - И слезай с меня, наконец, я тебя подвезла только из-за того, чтобы остальные не ждали.

- Привет, Люмми, - поприветствовал Инри коротышку, ростом уступавшего даже ему. Судя по густым кучерявым волосам, в жилах Люмми текла кровь хоббитов, вот только не бывает у них глаз, излучающих столь яркий синий цвет.

- И тебе здравствовать, командир! Зачем собрал нас, да вдобавок в такой дыре? Мы так отлично развлекались, отлавливая этих идиотов! Смешно, большинство из них кичились своим опытом, а на деле даже понять не успевали, когда им от меня прилетал гостинец!

- Сейчас подойдут остальные, и я всё расскажу.

Словно услышав слова Инри, на горизонте показались новые гости, чей вид заставил спрятаться подальше даже самых смелых крестьян. Впереди шествовали четверо зомби, несущие на своих плечах плетёное кресло. Мертвецы издавали настолько сильный гнилостный запах, что даже вороны облетали их стороной. У одного из носильщиков на ходу отвалилась рука, но тот даже не обратил на это внимание. В плетёном кресле восседала фигура, с ног до головы закутанная в бинты.

Следом шагал закованный в доспехи здоровяк, сжимавший в руках молот размером в четыре человеческих роста. Оружие было испещрено рунами и инкрустировано драгоценными камнями, и даже за сотню шагов ощущалась огромная мощь, которой оно обладало.

- Ах вы, негодники, - просипел забинтованный, едва его кресло приблизилось к столику. - Почему меня игнорировали, когда я вам кричал остановиться? Вы что, брезгуете находиться в моем обществе?

- Привет, Снорикен, - отозвался синеглазый. - Прости, у меня со слухом неладно. Видимо, опять уши лечить надо.

- Да, слух это дело серьёзное. Непременно проверься у знахаря, как доберёшься, Люмми, - внезапно успокоился забинтованный. - И приветствую тебя, командир! Судя по залитой кровью площади, ты уже успел развлечься.

- Я ждал тебя, Снорикен, - спокойно ответил Инри. – Рад, что ты не опоздал, как обычно бывает.

- Спасибо Гарлу, - маг кивнул на здоровяка, из-под шлема которого донеслись невнятные звуки, отдалённо напомнившие приветствие. - Я застрял в болоте, а он меня вытащил.

- А я давно говорю, чтобы ты поменял своих мертвяков! Эти уже ни на что не годятся! - с возмущением выкрикнул Люмми.

- Заткнись, щенок! - моментально взорвался Снорикен. - Это вам, молодежи, подавай всё самое новое. А для нас важны хорошо проверенные и надёжно действующие вещи. Я достаточно давно работаю с этими зомби и даже успел к ним привыкнуть.

- И как давно? - поинтересовалась Орбана.

- Уже целых четыре дня!

- Ууу, прямо целая вечность, - возвёл очи горе Люмми.

- На твоём месте я бы помолчал! Для нас, постоянно сражающихся со смертью в надежде хоть немного продлить жизнь, каждая секунда растягивается на годы. Пока я тут с вами болтаю, для меня прошла как минимум дюжина человеческих жизней! А уж сколько лет я потерял, пока зачем-то добирался в эту глухомань!

- Не такая уж и глухомань, до столичного тракта рукой подать, - пожал плечами карлик. - Зато нет толпы имперских стражников, которые уже наверняка о нас наслышаны. Кроме того, в решении появившейся у нас проблемы может понадобиться помощь пиратов Малонира. Я знаю, что спорить вы любите гораздо больше, чем договариваться, но всё же предлагаю немедленно обсудить текущие дела, пока для Снорикена человечество окончательно не вымерло.

Инри вернулся за стол. Остальные переглянулись, но прекратили пикировку и заняли места вокруг командира. Зомби резко опустили кресло на землю, и Снорикену пришлось крепко ухватиться за плетёные ручки, чтобы не свалиться на землю.

- Как я уже сказал, у нас имеется большая проблема, и касается она нашего задания, - продолжил Инри.

- А что с ним не так? - удивилась кентаврида. - Мы старались изо всех сил, перебили кучу народа, причём не крестьян, а вполне годных бойцов. Один из них даже сумел меня достать, вот шрам на груди оставил.

- Речь не о том, кого мы убили, а о том, кого упустили. А проморгали мы многих.

Инри замолчал, вглядываясь в лица подчинённых. Все они, включая закованного в броню гиганта, невольно заелозили.

- Альбимей недоволен. Один из осколков всё-таки вернулся к Милфуджу, и если так продолжится, наша миссия будет провалена.

- А чего он хотел? Нас пятеро, а их несколько сотен, - проворчал Снорикен. - Мы все знаем цену друг друга, но даже нам не по силам за столь короткий срок перебить такую толпу. К тому же большая их часть разбежалась по миру, и приходится отлавливать поодиночке, ну, то есть по трое.

- По мнению Альбимея, мы должны вычислять самых опасных и избавляться в первую очередь от них, - пояснил Инри, допил остатки молока и отставил кувшин в сторону. - Признаю, я сам допустил эту ошибку, убивая всех подряд. Но теперь нам придется менять тактику.

- Легко сказать, но как осуществить это на практике? - Снорикен покачал забинтованной головой. – Думаю, будет очень сложно. За каждым нужно проследить, оценить уровень сил и умений и только потом принять решение. А времени так мало, особенно у меня.

- Именно эти аргументы я и привел Альбимею, - ответил Инри. - Он согласился с ними и решил нам помочь, конкретно указав следующую цель.

- Новая цель? - Люмми и Орбана заинтересовано подались вперед.

- Да. Альбимея беспокоит их невероятное везение. Так, попав в плен к эльфийскому королю, они смогли решить вопросы, с которыми тот не мог разобраться уже много лет, - проговорил горбун и вновь оглядел своих соратников. - А уж мы-то знаем, как тяжело угодить Занниэлю!

- Это уже интересно. А кто они такие? – спросил Люмми.

- Разношёрстная компания, объединившаяся сразу из трёх отрядов. Так что нам придётся повозиться. И, кстати, - Инри посмотрел на Снорикена. - В их команде есть очень сильный некромант. По словам Альбимея, этот маг разгромил эльфийские королевские хоромы, а великий Тарм Инлосский признал его равным себе.

- Вызов принят, - забинтованный чародей протянул руку за спинку кресла и достал магический жезл. - Ты меня заинтересовал. Возможно, перед своей окончательной смертью я сумею неплохо провести время.

- А для нас там найдётся достойный противник? - недовольно хмыкнула кентаврида.

- Как я понял, среди них имеются и стрелки, и мечники, и даже рукопашники. Так что готовьтесь к сражениям в полную силу.

- Давненько такого не было! Ну, зато появился повод растрясти жир с боков, да, Орбана? - усмехнулся Люмми и пошлёпал свою напарницу по крупу.

Та недовольно фыркнула, но промолчала.

- И что будем делать с деревней? – поинтересовался Снорикен, кивнув на торчащие из окон лица крестьян. – Предлагаю вырезать всех, чтобы свидетелей не осталось.

- Убивать такую мелочь, конечно, противно, однако мои клинки уже три дня не пробовали крови, - согласилась кентаврида.

Гарл зарычал и поднял молот. Инри нахмурился и вдруг услышал за спиной лёгкое покашливание. Обернувшись, он увидел ту самую спасённую девочку, уже переодетую, умытую и причёсанную. Несмотря на синяки и ссадины на лице, она старалась вести себя достойно. Испуганно косясь на спутников карлика, девочка протянула ему сложенный вчетверо плащ. Инри, не высказывая никаких эмоций, развернул его. Плащ был идеально чист, отглажен и выглядел, как новый.

- Я его целиком почистила, - извиняющимся тоном пробормотала девочка. - Он слегка пропылился, поэтому я…

- Всё правильно, - ответил Инри, набросил ткань на плечи и повернулся к своей команде. - Нет, деревню мы трогать не будем.

- Но командир, а как же мои мечи?

- В часе пути на восток нам навстречу движется отряд профессиональных наёмников.

- Отряд большой? - поинтересовался Люмми.

- Около сотни бойцов. Думаю, это будет подходящей разминкой перед настоящим боем, ждущим нас впереди.

Крестьяне долго отказывались покидать свои дома, опасаясь возвращения пугающих пришельцев. Ещё сильнее они боялись того, что разбойники придут мстить. А весть о том, что в лесном овраге нашли трупы Лесного Барона и всей его банды, привела селян в состояние мистического ужаса. И лишь одна девочка каждый вечер с тоской смотрела вдаль, вспоминая загадочного незнакомца с волосами цвета горной вершины...

Глава 1. Однорогий пророк

Не обязательно быть великим пророком, чтобы прибить чужую жизнь

гвоздями к очередному событийному забору... (с) Макс Фрай

- Ну, и куда мы теперь путь держим? - поинтересовался запыхавшийся Пэтти.

Вопрос, озвученный хоббитом, интересовал многих. Урлог и Хафейн быстро обсудили между собой маршрут и сразу двинулись вперёд, так что остальным оставалось только догонять их, чтобы не затеряться в бамбуковых дебрях.

- Идём в город Инлосс, - сухо ответил Урлог.

Судя по каменному выражению лица, варвар не собирался ничего объяснять. Впрочем, за него это сделал Ефсий.

- Оптимальное решение. На западе, в Кинтеласте, нам больше делать нечего, на востоке, в Казанторе, по слухам, царит разбойничий беспредел, поэтому остаётся только идти на север. Кроме того, в столице мы сможем отдохнуть и пополнить запасы. Тамошние магические лавки считаются лучшими в мире.

- Ух, ты! - глаза Редькинса восторженно загорелись. - А по некромантии там что-нибудь есть?

- Я постараюсь помочь Вам в поисках, коллега, - пообещал толстяк и аккуратно увёл разговор в сторону от опасной темы.

Через несколько часов на западе начала разгораться вечерняя заря, и Урлог, найдя подходящую поляну, скомандовал привал. Отряд остановился и приступил к разбивке лагеря. Урлог, Хафейн и Торлес установили шатры, Пэтти и Ефсий взяли на себя питание, Арледа и Верениен занялись сбором стеблей для костра. А Фанька, окинув зелёные заросли пафосным взглядом, заявила, что будет стоять на страже. Воительница приглядела огромный, покрытый мхом валун, лежавший на поляне, и теперь приступила к долгому и трудному подъёму. Её соратники наблюдали за происходящим, тяжело вздыхая и качая головами. Новые доспехи окончательно вскружили Фаньке голову, оторвав её от реальности, поэтому мелодичный скрип стволов, качающихся под порывами ветра, периодически нарушался грохотом падения и лязгом металлических пластин.

Вскоре случился скандал. Ефсий достал пищевой синтезатор и заявил, что готовить ничего не будет, поскольку хочет испытать эльфийский подарок, благо перегноя вокруг предостаточно. Есть перегной никто не хотел, но маг был непреклонен. К счастью приключенцев, пока Урлог, Хафейн и Верениен пытались переубедить толстяка, Пэтти не стал влезать в дрязги и быстро сварил похлёбку. Погрустневшему Ефсию пришлось упаковать синтезатор обратно в мешок, впрочем, вкус стряпни Редькинса очень быстро заставил толстяка забыть об обиде.

Ужин прошел в молчании. Каждый обдумывал подробности похода. Начальный этап, несмотря на все индивидуальные достижения, в итоге закончился провалом. Шанс сразу получить желаемое был велик, но в итоге всё досталось тем, кто оказался быстрее и хитрее. Урлог видел, что, несмотря на показушную браваду, его товарищи глубоко переживали неудачу. Требовалось хоть как-то всех подбодрить, впрочем, варвара опередил Хафейн.

- Великий мудрец Ферсаим говорил, - пылко произнёс он. - Радуйся победе, ибо она дарует тепло твоему сердцу, но радуйся и поражению, ибо оно закаляет душу. Поэтому не стоит печалиться из-за неудачи, ведь она сплотила нас ещё крепче!

И именно в этот торжественный момент раздался храп Торлеса, а храпел дракон так громко, словно бы и не менял свой истинный облик. Хафейн бросил возмущённый взгляд на спящего товарища, а тот лишь перевернулся на другой бок. Зато возникшей паузой моментально воспользовался Урлог.

- Есть пять причин, почему мы выбрали этот маршрут, - задумчиво начал он. – Первые две уже озвучил Ефсий. Возвращаться в Кинтеласт или к Занниэлю нет смысла, а в Казанторе нет ничего, кроме вымирающих сёл. Далее, нам нужно пополнить запасы. Конечно, эльфы хорошо нас снабдили, но, будем честными, это снаряжение для обычного путешествия, а когда за тобой идёт охота, требуется что-то более серьёзное.

- Ха, с моим новым доспехом я сокрушу любого, кто посмеет встать у меня на пути! – патетично закричала Фанька. – Да против меня теперь ни один демон не выстоит!

- Доспех это замечательно, вот только, боюсь, его будет мало, - вздохнул Урлог и задумчиво почесал подбородок. - Нам необходимо как можно больше узнать о методах работы Альбимея. А принимая во внимание деятельность его слуг, Инлосс является для нас наиболее безопасным местом. В имперской столице строго следят за порядком, и наши преследователи не смогут развернуться во всю мощь. Это, кстати, и есть третья и четвертая причины.

- Эх, раз нет иного выхода... Не люблю я этих имперцев, они чересчур надменные и слишком много себе позволяют, - Хафейн многозначительно посмотрел на Арледу, на что та возмущённо фыркнула и упёрла руки в боки.

- А какая пятая причина? – вопрос Пэтти своевременно предотвратил перепалку.

- Пятая - это Врата Ханкиора.

После этих слов эльфа Ефсий потрясённо присвистнул, а Арледа покрутила пальцем у виска. На лицах остальных читалось лишь недоумение.

- Ничего не выйдет, - пояснила свой жест волшебница. - Туда пускают только по персональному разрешению императрицы. Нам о таком только мечтать.

- Мы должны найти способ, - упрямо ответил эльф.

- А что это за Врата? - поинтересовался Пэтти.

- Артефакт, древний и могучий, - менторским тоном начал Ефсий. – Всего в мире существует десять таких ворот, связанных друг с другом. Шагнув в одни двери, можно выйти через любые другие. Шесть ворот находятся в разных уголках северного континента Веркала, четыре - южного Санкала. Но пройти через них не так просто по причине затрат огромного количества энергии. Поэтому работают они довольно редко. Право пользоваться Вратами Ханкиора имеют гонцы, послы и торговые караваны, но вот таким, как мы, будет очень сложно получить доступ.

- Я напущу стаю мертвой прожорливой саранчи или плотоядных черепах, и нас сразу пропустят, - весело ответил хоббит.

Ефсий тяжело вздохнул и развёл руками, признавая своё бессилие в борьбе с энтузиазмом молодого коллеги.

- А если всё-таки не получится с волшебной дверью? - мрачно поинтересовался Хафейн.

- Тогда пойдём своим ходом. Из столицы ведёт множество дорог, среди которых и выберем оптимальную для нас, - ответил эльф.

- Ты ведь её уже и так выбрал, верно? – нахмурилась Верениен. – Может, поделишься с соратниками или наши мнения в расчёт не берутся?

- Я не имею желания изучать эльфийские пещеры, трясины лигартов и загадочный Проклятый Лес, - мрачно ответил Урлог. - Да и Тхэнг Мхао вызывает у меня настороженность. Поэтому предлагаю следующее. Если удастся воспользоваться Вратами, отправимся в Сталпион, столицу Торгового Союза, где узнаем об осколке. Если же придётся добираться самостоятельно, выдвинемся по прямой дороге до Крепости Воров. А теперь слушаю ваши предложения.

Как ни странно, но мнения всех приключенцев совпали с мнением командира, и спорить с ним никто не стал. Было единогласно решено, что лучше иметь дело с ворами и торговцами, нежели с земноводными тварями и жрецами. Урлог удовлетворённо хмыкнул и приказал готовиться к ночлегу. Распределив дежурства и убедив Фаньку, что ночью ей лучше отдохнуть, поскольку она защищала отряд весь день, эльф уже собирался и сам лечь спать, но что-то его тревожило. Какое-то непонятное чувство не давало покоя.

Не в силах уснуть Урлог встал, обошёл лагерь по кругу и, наконец, понял, в чём крылась причина его беспокойства. Хафейн вёл себя непривычно тихо. Раньше во время ночёвок он никогда не сидел на месте: как заведённый бегал между шатров в поисках возможной опасности, спорил с Фанькой, читал мораль спутницам Торлеса, попрекал чревоугодием Ефсия и Пэтти, но сегодня вечером словно превратился в тень. Пустынник сидел, прислонившись спиной к толстому стеблю, и с блаженной улыбкой изучал новый клинок, поглаживая большим пальцем рубины на рукоятке.

- Великий мудрец Зухтима говорил, - пробормотал Хафейн, заметив стоящего рядом варвара. - Не гордись большим дворцом, ибо его стены уничтожит всемогущий песок. Не гордись красивой женой, ибо красота быстро увядает. Не гордись златом, ибо оно привлекает алчность. А гордись хорошим оружием, с которым добудешь и дворец, и жену, и злато. Так вот, этим клинком я завоюю вообще весь мир!

- Клинок отличный, - согласился Урлог. - Но не преувеличиваешь ли ты его возможности?

- Ничуть! – воскликнул Хафейн и вскинул саблю к небу, любуясь тем, как играют на лезвии лучи заходящего солнца. - Он и я одно целое, и вместе мы сможем сделать в тысячу раз больше, нежели по отдельности.

- Не думаю, что клинок без хозяина в принципе способен хоть что-то сделать.

- Знаешь, - пустынник встрепенулся и посмотрел эльфу прямо в глаза. - Иногда мне кажется, что этот меч живой. Честное слово, каждый вечер перед сном я слышу, как он мне поёт.

- Как Ловиальф? - Урлог кивнул в сторону уже храпевшей Фаньки.

- Нет, Ловиальф поёт о любви, а этот…, - Хафейн мечтательно зажмурился. - Этот предлагает мне весь мир: богатство, славу, почёт, уважение. И складывает тысячи песен о моих подвигах.

- Песни и Басс может сочинять.

- Думаю, после песен Басса меня постараются забыть, как можно быстрее, - усмехнулся воин и, наконец, нехотя вложил саблю в ножны. - Ладно, как говорил великий мудрец Шабуфар, сон даёт отдохновение телу и указывает путь разуму. Я должен хорошо отдохнуть, и, надеюсь, сон подскажет мне, как завоевать этот мир!

Урлог задумчиво посмотрел на товарища, но ничего не сказал. Внезапная страсть пустынника к новому клинку привела эльфа в изумление. Несмотря на всю привязанность к своим мечу и топору, варвар считал их лишь хорошим оружием и никогда не обожествлял. Насчёт происходящего с Хафейном следовало хорошо подумать, но это могло подождать и до утра. Пусть Урлог далеко не во всем был согласен с мудрецами пустыни, но пассаж про необходимость сна ему понравился. Возможно, после хорошего отдыха он и правда сможет выяснить, что же творится в голове у пустынника. С этой мыслью эльф улёгся у костра и моментально провалился в сон.

***

- Единорог! Настоящий живой единорог! - завопила Фанька.

Спутники с изумлением посмотрели вслед сорвавшейся с места воительнице, пытаясь понять, какая муха её укусила. Закованная в тяжёлый доспех Фанька бежала с огромной скоростью и бесконтрольно размахивала мечом, поэтому после неё оставался настоящий бурелом. Первым, как обычно, в происходящем разобрался глазастый Урлог.

- Там действительно единорог, - бросил он, перешагивая через срубленный ствол.

В этот раз догнать девушку, окрылённую предстоящей встречей с волшебным существом, оказалось очень непросто. Когда приключенцы выбрались через поваленный бамбук на широкую поляну, Фанька оторвалась от них на несколько сотен шагов и не думала сбавлять темп. Преследуемый единорог не мог похвастаться худобой и изяществом, однако демонстрировал невероятную для своих объёмов скорость и не собирался сдаваться девушке.

- Стой! - кричала она убегающему зверю. – Подожди! Неужели ты не видишь, что перед тобою невинная дева?!

- Нет, не остановится. Он через такую толстую броню наличие невинности определить не сможет, - зло усмехнулся Басс.

Словно бы услышав слова гнома, единорог принялся метаться из стороны в стороны, пытаясь сбить преследовательницу с толку. Поляна была достаточно ровной, что давало простор для манёвра, однако здесь хватало и валунов, видимо, нанесённых рекой во время разлива, между которыми и лавировал зверь. Урлог оценил ситуацию и недовольно хмыкнул, представив, на сколько ещё могут растянуться эти догонялки.

- Надо помочь Фаньке, - пробормотал он.

- Даже не представляю, кто это сможет сделать, – пожала плечами Арледа. - Единороги подпускают к себе только девственников, а у нас такие вообще имеются? Даже Фанька, я смотрю, не так уж невинна, раз единорог от неё шарахается.

- Боюсь, что с этим действительно возникают трудности, - согласился эльф, скользнул глазами по Торлесу и его спутницам и остановился на Ефсие.

- Я - пас, - тут же поднял руки толстяк. - По молодости всякое бывало.

- И я тоже, - Пэтти с ухмылкой встретил взгляд командира. - Видел бы ты наши вечеринки!

- Не видел и не хочу, - отмахнулся варвар и обернулся к гному. Тот сразу же принял горделивый вид.

- Не забывай, что я певец, а к представителям высокого искусства женщины сами падают под ноги.

- И много таких упало?

- Две, - слегка смутившись, ответил Басс.

- Ты им любовные баллады пел? – поинтересовался Урлог.

- Если честно, я им ничего спеть не успел.

- Ну вот, а если бы успел, у нас сейчас было бы одной проблемой меньше, - вздохнул Пэтти. - А так вообще не понятно, что делать.

- Так, кто у нас ещё не отчитался? Осталось спросить только тебя, – Урлог с улыбкой повернулся к Хафейну, но тут же осёкся.

Пустынник, красный от смущения, укоризненно смотрел на своих спутников, явно подбирая слова. Мужчины в удивлении закачали головами, а девушки прыснули в кулаки.

- Только не говори мне, что ты действительно..., - выдохнул эльф.

- Великий мудрец Ферсаим вещал, - наконец, пробормотал воин. – Что благочестивый мужчина может возлежать только со своею женою, а все прочие соблазны – это происки злобных духов пустыни.

- Всё ясно, - ухмыльнулся Урлог. – Значит, только ты можешь помочь нашей «принцессе».

- С чего это я должен ей помогать?! – взорвался Хафейн. - Она сама бросилась в погоню, пусть сама и выкручивается.

- У нас не так много времени, чтобы тратить его на охоту. Ты поможешь ей, чтобы мы как можно быстрее двинулись дальше.

Изрыгая проклятия, пустынник всё-таки вытащил из мешка моток тонкой, но прочной верёвки и бросился на перехват единорога. Урлог вздохнул и опустился на корточки, подперев голову руками. Варвару всё сложнее было сохранять невозмутимый вид, потому что внутренности его уже сжимались из-за переизбытка тревог. После посещения эльфов соратники стали меняться, сначала Хафейн подружился с куском железа, теперь вот Фанька…

- Носится, как заведённая, - проговорил Урлог, не в силах больше сдерживать свои переживания.

- И ведь не устаёт, - поворчал стоявший рядом Басс. - На ней доспехи, а она даже скорость не сбавляет.

- Хафейн сказал, что это облегчённая эльфийская броня, созданная специально для женщин-воительниц, - задумчиво ответил варвар.

- Вот, для воительниц, а не для таких недотёп, как наша подруга!

С последним эльф был вынужден согласиться. Внезапно Фанька ускорилась, словно у неё действительно выросли крылья. Единорог, увидев сокращение отрыва, попытался уйти и совершил хитрый финт, резко отпрыгнув в сторону. Девушка, вошедшая в раж, не успела затормозить и на полном ходу врезалась в ближайший валун. Из-за грохота от столкновения над зарослями вокруг поляны поднялась стая птиц, но Фаньку это не смутило. Словно не заметив удара, она вскочила на ноги и продолжила погоню.

Поведение воительницы настолько удивило и отвлекло единорога, что он не сразу заметил новую угрозу и не успел отскочить от бегущего навстречу Хафейна. Пустынник на полном ходу одним броском закинул верёвочную петлю на шею зверя. Единорог встал на дыбы и попытался перейти в атаку, но Хафейн ловко увернулся от удара копытом. Между воином и легендарным животным мог бы развернуться очень зрелищный поединок, но, как обычно, всё испортила Фанька. С диким криком она бросилась единорогу на шею, и от неожиданности тот резко завалился на бок. Правда, сразу же попытался подняться, но Хафейн уже приставил к его горлу саблю.

- Ладно, ладно, сдаюсь! - закричал единорог.

Однако оказанную ей помощь Фанька не оценила.

- Куда ты вообще полез?! – заорала воительница. – Я, наконец, встретила своего единорога, о чём мечтала десять лет, и должна была укротить его одним прикосновением, а ты всё испортил своей верёвкой!

- Ха, да если бы не мой аркан, женщина, бегать бы тебе за этим единорогом ещё десять лет! – возмутился пустынник.

Приключенцы, увидев, что всё благополучно закончилось, двинулись было к месту событий, но их остановила Арледа.

- Не подходите к единорогу близко. Это он в компании девственников такой смирный и укрощённый, а рядом с нами обезумеет от ярости, так что мало не покажется. И никакие верёвки и заклинания его не удержат.

- Неужели печальный личный опыт? – сощурила глаза Верениен.

- Ну, ещё в Академии мы с подружками захотели групповой портрет с единорогом. Пригласили художника, пошли в королевский зверинец и стали позировать рядом с загоном. А потом так увлеклись, что решили пролезть внутрь вольера, минуя магический купол. В общем, - волшебница махнула рукой. – Молодые были, глупые…

- Молодые и глупые, но единорогу уже не понравились? – поинтересовалась дриада.

Арледа обиженно надула губы и демонстративно отвернулась. Впрочем, её совету товарищи решили последовать и, чтобы не искушать судьбу, остановились на безопасном расстоянии в полсотни шагов. Правда, единорог пока не проявлял признаков явной агрессии и охотно начал разговор.

- Ну, гордитесь, что сумели меня поймать? Что брать будете: рог, хвост или копыта?

- А зачем нам твой рог? - удивился Урлог.

В данный момент варвара больше интересовал не рог, а окрас пойманного животного. Все известные в мире единороги имели белоснежную шерсть, но в данном случае снег оказался изрядно запачкан чёрными пятнами. Особенно поражала белая голова с чёрными кругами вокруг глаз, издалека казавшимися бездонными провалами.

- Практически все органы единорогов, в том числе рог и даже шерсть, обладают магической энергией, причём редкой специализации, - произнёс Ефсий. - Из-за этого они очень высоко ценятся в среде волшебников.

- Значит, на этом можно неплохо заработать? – спросил эльф.

- Вряд ли. При крупных академиях обитает достаточно прирученных единорогов, которые два раза в год сбрасывают свои рога и охотно позволяют стричь быстро растущие гривы. Поэтому, честно говоря, я не вижу смысла в браконьерстве, ведь…

Дальнейшие слова Ефсия заглушил внезапный плачФаньки, которая всё-таки не смогла справиться с эмоциями после разрушения мечты.

- Да как он вообще посмел подойти к моему единорогу! Он… Он… Стоп! - девушка резко прекратила истерику, почуяв, ко всеобщему изумлению, неладное. - Ты подошёл к единорогу, а они подпускают к себе только невинных. Значит, ты тоже?

На этот раз Хафейн не растерялся.

- Настоящему мужчине не составит труда пленить любого зверя! - с гордостью ответил он.

- Что не мешает настоящему мужчине оставаться девственником, - проворчал лежавший единорог и, заметив удивлённые взгляды, добавил. - Ну да, я действительно это вижу. Хотя до сих пор не понимаю, зачем нам нужна такая способность. Видимо, рудимент из прошлых веков, когда в этом имелась какая-то надобность.

Фанька захихикала, окончательно забыв про слёзы, но, увидев свирепое лицо пустынника, поперхнулась, перевела взгляд на пленённого зверя и восторженно застонала:

- Ах, наконец, я встретила своего единорога!

- Мои поздравления, - сухо ответил тот. - И что ты собираешься делать в этой ситуации?

- Ну... - девушка задумалась. - А что я должна сделать?

- Она у вас тупая? – единорог вопросительно посмотрел на Урлога.

- Хуже, она странствующая воительница, ищущая подвигов и славы.

- Одно другому не мешает. Подозреваю, что имело место досадное недоразумение и я вам не нужен. Так? Тогда, может, отпустите?

- Конечно, отпустим, - Урлог кивнул Хафейну, и тот снял петлю с шеи единорога. – Ты только скажи, проходил ли здесь кто-нибудь, кроме нас?

- Пару дней назад прошёл купеческий караван. А так за последний месяц видел много разномастных компаний по трое, шедших на юг, к эльфам, и две группы, шедшие от эльфов.

- Вернулось так мало? - удивился Басс.

- Думаю, остальные всё ещё развлекают Занниэля, - задумчиво пробормотал Ефсий.

- А одиночек или более крупных отрядов ты не замечал? – спросил Урлог.

- Нет, только местные, - покачал головой единорог.

- Местные? - насторожился варвар, вспомнив хрэйханов.

- Да, в дне пути отсюда находится человеческий посёлок. Ничем не примечательное место в глуши. Понятия не имею, как они там живут.

- Значит, надо навести справки в той деревне, - задумчиво произнёс эльф.

Пустынник, упаковывающий верёвку в мешок, понимающе кивнул.

- Считаешь, что охотники могли добраться и сюда?

- Они точно рядом.

- Тогда будем настороже. Ха, да это отличный повод испытать мой новый клинок!

- Я всё сильнее убеждаюсь в том, - проворчал, повернувшись к Урлогу, единорог, которому, наконец, позволили встать на ноги. - Что невинности нужно лишать в принудительном порядке. У вас в отряде таких двое, и у обоих наблюдаются явные проблемы с мозгами. Вывод о связи одного с другим напрашивается сам собой.

- А ты, похоже, уже не первый раз встречаешь сумасшедших девственников? - ухмыльнулся Пэтти, с восторгом разглядывавший длинный чёрно-белый рог.

Его обладатель лишь тяжело вздохнул.

- И не говори. Я уже совсем перестал выходить из леса, а ведь всё равно находят. Гоняют, с просьбами пристают…

- А о чём просят?

- О разном, - единорог задумчиво посмотрел на хоббита. – Кто-то удачу ищет, а кто-то об исполнении желаний мечтает.

- Ух, а ты их, правда, исполняешь?! А то есть у меня одно желание! Или только с девственниками работаешь?

- Ни с кем я не работаю и никаких желаний не исполняю! – отчеканил единорог.

- Значит, ничего не умеешь? – подытожил Пэтти.

- Я не говорил, что ничего не умею! – возмутился чёрно-белый зверь и вскинул голову. – Я обладаю пророческим даром и могу предсказывать судьбу!

- Предсказание судьбы? - Ефсий подался вперёд. - Это очень любопытно. Не так уж часто мне встречались хорошие пророки.

- Я, Шунь Хы Ландыркон, не просто хороший пророк, - единорог стал само тщеславие. - Я один из лучших в мире. И сейчас вы в этом убедитесь!

- Ну, и что же ждёт меня в ближайшем будущем? – спросил Пэтти.

- Отравление, - произнёс Шунь. - И очень скоро.

- А я выживу? - лицо хоббита исказила недоумённая гримаса.

- Без понятия. Вопрос твоего выживания зависит только от тебя, а я лишь даю пророчества. Тебя, кстати, тоже отравят, - единорог так резко повернулся к Ефсию, что тот испуганно отскочил, несмотря на свой вес.

- Интересно, - пробормотал маг. - Придется принимать меры предосторожности.

- Ничего, - успокоила его Верениен. - У меня есть анализатор ядов, который поможет избежать таких проблем.

- А ты, дорогуша, бойся одноухой бабки, - единорог пристально изучил дриаду, после чего утвердительно кивнул головой. - Да, одноухой бабки. С ней у тебя будут проблемы.

- Странное пророчество. Ладно, буду сторониться всех бабок, независимо от количества их ушей.

- Жди проблем с платьем, - обратился Шунь к Арледе.

- С каким именно? – испуганно пролепетала она.

- Какое наденешь, с тем и будут. Этому соне передайте, чтобы держал свои ноги подальше от собак. А что касается тебя, гном, медный топор отобьёт твой сон. Понял?

- Не понял! - удивлённо воскликнул Басс, но единорог не собирался ничего разъяснять и уже переключил внимание на своих пленителей.

- Тебя скоро позовут замуж, но лучше откажись, - бросил он, с презрением разглядывая воительницу.

- Не надо мне такого счастья, - девушка гордо вздёрнула подбородок, правда уже через секунду поинтересовалась. - А кто позовёт: принц, прекрасный рыцарь или благородный герой в сияющих доспехах?

- Ты разве не видишь, женщина, что он до конца не понимает, с чем нам предстоит столкнуться? – буркнул Хафейн и с гордым видом повернулся к единорогу. - Давай, молви истину, поведай мне судьбу! Великий мудрец Зухтима говорил: «Не стыдись узнать своё будущее. Стыдись, если захочешь сбежать от него!». Я не стыжусь, не боюсь...

- И вообще я тупой дикарь, - шёпотом закончил за него Шунь, но прежде чем пустынник понял, что над ним насмехаются, громко ответил. - Готовься к самому страшному, что только может с тобой произойти!

- Я не боюсь смерти!

- А кто говорит о смерти? Дело в том, что скоро ты лишишься невинности, и я сомневаюсь, что тебе это понравится!

- Что?! - в глазах Хафейна появился ужас. – Немедленно говори, что со мной случится?!

- Я уже сказал, что с тобой случится, - сурово ответил Шунь, повернулся, наконец, к Урлогу, но вместо пророчества лишь недовольно поморщился.

– В твоём случае я - пас.

- Почему? - удивился варвар.

- Ты герой без определённой судьбы, самостоятельно создающий свой завтрашний день в каждое мгновение жизни. Так что прости, но я не могу определить твоё будущее, потому что оно очень изменчиво.

- Понятно, - вздохнул Урлог, которого не только покоробили слова единорога, но и смутили взгляды товарищей, поражённых услышанным. - Ты можешь идти.

- Вот и хорошо. До того, как ваша боевая девственница бросилась мне на шею, я как раз собирался позавтракать. Надеюсь, что аппетит у меня не испортился. Прощайте, предвижу, что мы больше никогда не увидимся.

- Прощай, - почти синхронно пробормотали все члены отряда.

Единорог в ответ на это лишь фыркнул, схватил зубами ветку бамбука и, медленно её пережевывая, скрылся в лесу, оставив на поляне девятерых растерянных путников.

Глава 2. От судьбы не уйдешь

Ох, уж эти - сказки, ох, уж эти - сказочники! (с) м/ф «Падал прошлогодний снег»

- Скотина, мерзавец, подлец! Как ты посмел бросить меня одну?!

Морда Интогрода, тихо-мирно ощипывавшего листья, выразила искреннее недоумение, когда его хозяйка, разозлившаяся из-за истории с единорогом, решила сорвать гнев на верном скакуне.

- Паршивец, ну, и зачем ты мне нужен, если в трудный момент тебя никогда нет под рукой?!

Конь даже не знал, что сказать в ответ. Он добросовестно исполнил свою обязанность по охране лагеря в отсутствии отряда, а в результате получил такой поток возмущения.

- Я тебя съем, - наконец неуверенно пробормотал Интогрод.

- Что?! Ты ещё смеешь мне угрожать! Всё, не получишь мяса целую неделю!

- Какое мясо? – удивлённый Хафейн обернулся к стоявшему рядом Урлогу. – Этот конь только зелень и признаёт. Она совсем свою животину что ли не знает?

- Видимо, считает, что животина ест не траву и листья, а скрытые в них трупы поверженных врагов, - отмахнулся от вопроса эльф. - Меня больше заботит странный вид встреченного нами пророка.

- А что с ним не так? - подал голос Ефсий.

- Единороги должны быть прекрасными, белыми, а этот… Этот весь в черных пятнах, такой… такой некрасивый!

- О, это давняя легенда, - улыбнулся толстый маг. – Много веков назад все единороги имели шерсть цвета свежевыпавшего снега. Но как-то раз один из них, ведомый нехорошим предчувствием, отправился в глухую чащу, где обнаружил ужасного тёмного мага, которого звали Гардуш. Единорог долго наблюдал за чародеем, пока ни сумел разгадать его зловещие намерения. Гардуш хотел уничтожить всё живое в мире, для чего сварил сильный яд, которым намеревался отравить воды и почвы. Узнав про этот страшный замысел, единорог выскочил из кустов, подхватил зубами котёл с ядом и бросился к Огненной реке, чтобы утопить там зелье и спасти мир.

- Молодец, - уважительно произнёс Хафейн. - Хотя если бы он проткнул этого мага рогом или разбил копытом его череп, было бы куда эффективнее.

- Столь сильного мага практически невозможно атаковать физически, - возразил Ефсий. – Если не владеешь боевыми заклинаниями или не имеешь артефактного оружия, остаётся только быстро убегать. Что и делал единорог, пока разгневанный Гардуш поливал его молниями. Непросто одновременно бежать и уворачиваться от магических разрядов, поэтому в какой-то момент наш герой покачнулся. Несколько капель яда вылилось из котла и устремилось к земле, но отважный единорог подставил свой бок, и его белоснежная шкура покрылась чёрными пятнами обуглившейся до самых костей плоти. Но беглец не думал сдаваться, двигаясь к своей цели, и тогда Гардуш расколол землю на множество трещин. Единорог стал прыгать через них, но снова потерял равновесие и пролил ещё несколько капель. И тогда он подставил другой бок, не дав отраве упасть на землю, и продолжил свой бег.

- Если в котле был столь мощный яд, то почему единорог сразу не сдох? - недовольно нахмурился Урлог.

- Потому что единороги - магические создания, с физическими характеристиками, отличными от параметров обычных животных, и способны вынести куда больше, чем мы с вами думаем. Никто не сможет достоверно оценить пределы возможностей единорогов, - вздохнула Верениен.

- Именно так, его жизненные силы сохранялись столь долго благодаря врождённому магическому иммунитету, - продолжил свою историю Ефсий. - Огненная река была уже рядом, но тут Гардуш вызвал ураган, который стал вырывать ношу из пасти единорога. Тот сжал зубы изо всех сил, но ветер всё-таки выдул несколько капель, которые упали на морду и выжгли глаза. Однако к этому моменту единорог уже добрался до края Огненной реки и отпустил котел. Гардуш впал в яростное отчаяние, увидев гибель труда всей своей жизни, и сердце мага остановилось, не выдержав переполнивших его чувств. Единорог тоже был на пороге смерти, но боги, наблюдавшие за этой дуэлью, спустились с небес и излечили его от ран. Однако стереть пятна, нанесённые страшным ядом, они не смогли. А этот окрас стал передаваться из поколения в поколение. Так что если увидите чёрно-белого единорога, знайте, это потомок героя, чья смелость спасла мир.

Не успел Ефсий закончить, как приключенцы поспешили высказать свои мнения об услышанном.

- Ух ты, впечатляющий рассказ!

- Да, вот оно как случилось.

- Бездарный какой-то маг, раз не смог справиться с одним единорогом.

- Надо было хотя бы попытаться проломить башку копытом!

- Чепуха это всё, - голос обычно спавшего Торлеса моментально заставил всех замолчать. Дракон, ко всеобщему удивлению, выглядел очень бодро и активно разминал спину.

- Я не сомневаюсь в драконьей мудрости, - вежливо начал Ефсий. - Но не означает ли подобное утверждение, что Вы обвиняете меня во вранье?

- Я никого ни в чём не обвиняю, просто истинная история известна очень узкому кругу лиц, в который Вы не входите, - мило улыбнулся Торлес. – А я вхожу, поскольку в этом деле была замешана моя семья. Так вот, не было никаких чёрных магов, ядов и огненных рек. Просто гильдии магов срочно потребовалось создать новый вид волшебных существ с целью его дальнейшего участия в опытах. И за основу чародеи взяли коров, как наиболее послушных, сильных и распространённых животных.

- Коров?!

Лица всех приключенцев выразили озадаченность, а удивлённый Пэтти даже почесал затылок своими граблями.

- Ну да, а вы разве не заметили? – удивился дракон. – Единорог же больше похож на корову, нежели на лошадь, обратите внимание на хвост, на копыта. Конечно, со временем его облик облагородили, рога в один слили…

- Но причём тут пятна? – перебил Торлеса Урлог.

- А ты вспомни окрас крупного рогатого скота. Это позже, когда эксперимент завершился успехом, среди магов нашлись те, кого начала беспокоить эстетическая сторона вопроса. В итоге селекционными методами была выведена белоснежная порода, представителей которой теперь держат при магических академиях. А остальных единорогов, чёрных, пегих и рыжих, с подпалинами и пятнами, отпустили на волю в полной уверенности, что самостоятельно они не выживут. Однако животные, несмотря на искусственное происхождение, прекрасно адаптировались в природе и заняли свою нишу. Правда, они быстро одичали, с двуногими не общаются и вообще крайне редко попадаются им на глаза. А народная молва вскоре придумала захватывающие истории о сгоревшей плоти, струпьях, засохших кровавых подтёках и о тому подобном, всё и не запомнишь.

- Да, я тоже слышал разные варианты легенды, но, увидев сегодня этого единорога, решил, что версия про чёрные ожоги наиболее правдоподобная, - вздохнул Ефсий.

- Как видите, правда куда прозаичнее, - дракон с невинной улыбкой развёл руками.

- Постой, а какую роль сыграла твоя семья? - поинтересовался Урлог.

- Мой дед в то время являлся крупнейшим поставщиком скота в Веркале. У него можно было приобрести самые лучшие экземпляры.

- Никогда не слышал о драконах, разводящих коров, - удивлённо пробормотал Ефсий.

- Ну, нам же кушать надо. Охота на дичь отнимает много сил, а люди не спешат гнать стада в наши горы, вот и пришлось взять животноводство в свои лапы. Дедушка очень увлёкся этим делом, и долгое время еды у нас было с избытком. К сожалению, сейчас из-за почтенного возраста он отошёл от работы, а его младшие братья уже не столь хорошо справляются, впрочем, серьёзных трудностей пока не наблюдалось.

Народ ещё не успел переварить такую необычную информацию, когда вдруг окрестности огласил громкий плач Фаньки, которая каталась по земле, размазывая слёзы по щекам. Из бессвязных воплей и всхлипов воительницы соратники с трудом поняли, что миф о единорогах, разрушаясь, очень больно ударил по её буйному воображению. Интогрод, осознавший, что у хозяйки возникли новые проблемы, беспокойно ходил вокруг, а вылезший из мешка Зернопуз мрачно подытожил:

- Иллюзии, как хомяки. Они тоже любят умирать.

***

Поход продолжился. Постепенно дикий лес стал перемежаться возделанными полями и садами, а на пути отряда начали появляться фермы, сперва редко, а потом всё чаще. Вскоре должен был появиться обещанный единорогом посёлок, обозначенный на карте, как Нитап. Шунь заверял, что здешние места довольно глухие, однако Урлог знал, что это неправда. До варвара доходили слухи о том, что в этом регионе эльфы сбывали контрабандные самоцветы, запрещённые к официальной продаже. Впрочем, сейчас мысли Урлога были заняты вовсе не контрабандой.

- Ты изучил её доспехи? - шёпотом поинтересовался он у Басса.

- А что там изучать? - проворчал гном. – Ковка эльфийская, чары стандартные, повышающие прочность металла.

- Неужели нет ничего особенного? Или ты веришь в то, что наша воительница усиленно занималась боевой подготовкой?

- Вряд ли, но, - Басс задумчиво провёл рукой по бороде. – Вообще-то существует заклинание физического усиления. Однако оно очень сложное и малопродуктивное.

- Насколько малопродуктивное?

- А какая разница, удержишь ты в одной руке четыре камня или пять? Возможно, кому-то это и нужно, но затраты будут крайне велики.

- Ясно, - Урлог продолжал хмуриться. – Значит, эффективных методов усиления брони не существует?

– Рассказывали мне в детстве про Железного гнома, который владел доспехом, позволявшим ему ударом кулака раскалывать горы и переносить скалы с места на место, - усмехнулся Басс. – Но это всего лишь сказка, не имеющая никаких доказательств.

Варвар молча кивнул головой в знак согласия: после развенчания легенды об единорогах он больше не полагался на народный фольклор. Впрочем, в заурядность доспеха Фаньки Урлог тоже так и не поверил. В пользу подозрений варвара свидетельствовало поведение ещё одного соратника, одарённого эльфами. Хафейн всё чаще погружался в некое подобие транса, нежно прижимая к груди новую саблю. Выражение лица пустынника во время этих отрешений пугало Урлога, ведь такие затуманенные глаза и глупые улыбки он видел только в гоблинских притонах, где посетители баловались дурманящим порошком и одуряющей травкой. Вне всякого сомнения, внезапное усиление Фаньки и безумная страсть Хафейна к мечу требовали досконального изучения. Хотя остальные члены отряда пока не демонстрировали никаких изменений в поведении, Урлог не доверял Занниэлю и помнил о предупреждении Ниры, поэтому даже не сомневался, что все эльфийские подарки были с подвохами. Вот только с какими именно?

На горизонте показалась высокая каменная стена - ожидаемый посёлок Нитап оказался настоящим городом-крепостью. Оставалось пройти всего ничего, когда внезапно путь героям преградил высокий длинноносый мужик, резко выскочивший из кустов. Он был облачён в одежду, пёстрая расцветка которой сливалась с листвой кустарника, что не сулило ничего хорошего, поэтому руки Урлога, Басса и Хафейна сразу потянулись к оружию. Впрочем, чужак не спешил нападать. Вместо этого он приложил палец к губам и прошептал:

- Камни есть? Беру всё.

- Камень нет, - ответил Урлог, надевая варварскую личину. – Мы не нуждаться в камень. А тебе зачем?

- Вы что, идиоты?! – воскликнул удивлённый незнакомец, забыв про шёпот. - Идёте от эльфов, а камней не прихватили?

- Могу предложить хороший булыжник, - вмешался в диалог Пэтти, подбирая с тропы камень. – Может, он подойдёт?

- Точно идиоты! Что же я сразу не сообразил, когда увидел такую разномастную компашку? - мужик с презрением плюнул себе под ноги и нырнул обратно в кусты.

- О чём это он? - нахмурился Хафейн, убирая саблю в ножны.

- Контрабанда, - сухо ответил Урлог.

- Владыка Занниэль очень трепетно относится к торговле драгоценными камнями, - Ефсий как обычно подоспел с объяснениями. - Каждый камень проходит экспертизу, определяющую возможность его продажи. Естественно, на экспорт идут только самые лучшие, а значит, дорогие самоцветы. Но многие эльфы в обход указа владыки вывозят камни более низкого качества, а перепродают, в основном, в этих местах. Конечно, существуют наказания за незаконный сбыт, но большинство чиновников закрывают на это глаза. Поэтому абсолютное большинство иноземцев, посетивших Изумрудный лес, не могут устоять перед соблазном лёгких денег и втягиваются в контрабанду.

- А мне даже не предложили поучаствовать, - гордо ответил Пэтти.

- Хвала великим старцам, что защитили и меня, не позволив моему слуху запачкаться грязью такого поганого предложения, - скривился Хафейн.

- Это потому что я вовремя отказался, -буркнул Урлог. Ефсий и Арледа признались, что тоже не поддались на уговоры эльфов вывезти незаконную партию.

Очень скоро члены отряда воочию оценили масштабы контрабанды. Почти из-за каждого куста выпрыгивали люди в маскировочных одеждах и, осторожно озираясь, предлагали продать им драгоценные камни. Урлог быстро сориентировался и поменял тактику отваживания таких типов, теперь он каждый раз спрашивал о цене, после чего с гордостью отказывался, независимо от озвученной суммы. С приближением городских стен цена возрастала, поэтому не стоило и гадать, что местные перекупщики очень неплохо наживались на своём деле.

Регулярные и однотипные встречи с контрабандистами ослабили бдительность Урлога. Поэтому когда из кустов выпрыгнул очередной оборванец, эльф лишь ухмыльнулся, готовясь произнести заготовленную речь. И только спустя пару мгновений он сообразил, что этот незнакомец одет в яркие пёстрые тряпки, а в руках сжимает сильно покорёженную лютню. Прежде чем варвар или пустынник успели среагировать, менестрель-голодранец с невероятной ловкостью проскользнул мимо них и бухнулся на колени перед Арледой.

- О, златокудрая богиня, - восторженно начал он. - Я знал, что рано или поздно это случится, и сама судьба сведёт нас, чтобы никогда более не разлучать!

- Отстань от меня! Хоть бы помылся, а то смердишь, как мусорная куча, - брезгливо сморщилась волшебница и спряталась за спину Торлеса.

Менестрель не стал настаивать и перевёл взгляд на Верениен, однако та сразу же отрезала стальным голосом:

- Даже не пытайся!

Тогда незнакомец бросился к ошеломлённой Фаньке.

- О, прекрасная дева, ты предназначена мне, а я твой избранник! Иди же в мой белокаменный дворец, где мы будем хранить нашу любовь всю оставшуюся жизнь. И молю тебя, не надо терять время, здесь рядом есть храм, в котором нас ещё до заката солнца сведут у алтаря!

- Вы... кто? – заикаясь, пробормотала опешившая девушка.

- Прошу прощения, забыл представиться, - незнакомец склонил голову. - Ландрак Шелмуан, певец, творец и наследный принц Вархаона!

- Ты слышал про такую страну? - шёпотом поинтересовался Басс у Урлога.

- Да, - ухмыльнулся тот. - Потом расскажу.

- Принц?! - изумлённо прошептала Фанька. - Не может быть! А я принцесса Мирабелла-Стефания, герцогиня Преффенбургская, также известная как Разящая Зло! Возможно, Вы слышали обо мне?!

- Молва о вашей красоте и всевозможных талантах доходила до наших краёв.

Ландрак вновь склонил голову и провёл пальцами по растянутым струнам лютни. Те немелодично продребезжали, заставив всех приключенцев вздрогнуть.

- Однако я предлагаю продолжить нашу беседу в ином, более приятном месте. Идём за мной, я покажу твои покои. Мои слуги уже получили распоряжение и спешно накрывают столы!

- И где же находится твой дворец? – Пэтти как обычно бесцеремонно влез в беседу.

- Вот он, - менестрель, в голосе которого впервые послышались нотки раздражения, ткнул пальцем в ближайшие заросли.

- Не вижу, - удивился хоббит.

- Дворец заколдован, и лишь тот, чья душа кристально чиста, может пробиться сквозь эти чары и узреть его дивную красоту.

- В нашей пустыне такие фокусы любят проделывать джинны, - усмехнулся Хафейн. - Накрывают город мороком, а потом ни один караван его найти не может. Недаром великий старец Шабуфар говорил: «Зрение обманет тебя, слух подведёт, но сердце всегда подскажет истинную дорогу».

- Зачарованный дворец, - глаза хоббита опасно сверкнули. - А нечисть или нежить там водятся?

- Так! - возбуждённо взвизгнула Фанька. - Это мой принц и мой дворец! Не смейте перебивать меня, когда я разговариваю с женихом!

- Урлог просить прощения, принцесса, - варвар с трудом скрывал свою улыбку. - Но он настаивать продолжать путь.

- Почему?! – возмутилась Фанька, а Ландрак бросил на эльфа ненавидящий взгляд.

- Принцесса забыть о свой долг, - пафосно продолжил Урлог. - Без принцессы отряд не смочь выполнять миссия. Принцесса забыть о том, что отряд не иметь права разделяться?

- Но тут же принц, - пробормотала явно запаниковавшая Фанька, романтический пыл которой, похоже, поубавило напоминание о цели похода. - Как я могу его бросить?

- И правда, любовь моя! – воскликнул Ландрак, ловко схватив воительницу за руку. - Оставайся со мной! Что значат все судьбы мира против истинной любви?!

- Ну да, истинной, прямо с первого взгляда, - возвела очи горе Арледа, но Урлог взмахом руки велел ей замолчать.

- Принцесса всегда мочь сюда вернуться, - продолжил варвар. - Если любовь являться истинной, любви не помешать время и расстояние.

- Да, конечно, - печально прошептала воительница и повернулась к менестрелю. - Прости, я вынуждена продолжить свой путь! Но знай, бури, стрелы, козни чародеев и когти чудовищ не изменят моего решения вернуться к тебе!

- Я буду ждать тебя! – высокопарно ответил Ландрак, однако его кислое лицо выразило крайнее разочарование.

Низко поклонившись, он исчез в кустах столь же резво, как и появился. Фанька заворожено следила за мелькающим среди деревьев пёстрым плащом, и вдруг взвизгнула.

- Пророчество! Оно сбылось!

- Имеете в виду слова уважаемого Шуня? - поинтересовался Ефсий.

- Да, он был прав! Я чуть не сбилась с пути! Останься я тут, и наша миссия была бы провалена! Но ничего, рано или поздно я вернусь! Раз нам было предначертано встретиться, я...

Фаньку понесло. Соратники, уже привыкшие игнорировать её долгие бессодержательные монологи, сосредоточились на дороге.

- Так что там с этим Вархаоном? - спросил Басс у Урлога.

- Странно, что, будучи певцом, ты этого не знаешь. Менестрели, особенно эльфийские, так называют край, где царствуют музы и обитают самые лучшие поэты. Представившись наследным принцем Вархаона, Ландрак поставил себя на один уровень с величайшими мастерами стихосложения древности и современности.

- То есть этот тип - обычный сумасшедший? - недовольно поморщился гном. - Да по сравнению с ним даже Кургул Златопев настоящий скромник!

- Да, сумасшедший, к тому же испытывающий сильную потребность в женском теле, - усмехнулся варвар. – У него прямо слюни текли, когда он на наших спутниц пялился. Затащил бы Фаньку в кусты, и не видать ей больше никаких единорогов. Обещанного дворца, впрочем, тоже. Однако меня смущает не озабоченный рифмоплёт, а нечто другое.

- И что же? – насторожился Басс.

- Одно из пророчеств единорога очень быстро исполнилось. Нам следует быть настороже.

***

У ворот города приключенцев встретила стража. Судя по алчным взглядам, которые патрульные бросали на вещевые мешки и тюки, проценты с контрабанды наверняка шли в карманы солдат. Урлог приготовился дать отпор, чтобы не допустить досконального обыска.

- Камушки есть? - поинтересовался стражник с алыми нашивками на предплечьях, видимо, командир смены.

- Уже нет! - резко ответил эльф. - Всё продать!

- Кому?! – раздалось одновременно три голоса.

- Человек в кустах предлагать хорошие деньги. Урлог соглашаться и продавать.

- Балбесы, - прошептал разочарованный командир.

Он ещё раз внимательно оглядел пришельцев. Пэтти спорил с Ефсием, обсуждая принципы построения заклятий, Хафейн гладил саблю, что-то бормоча под нос, Фанька продолжала свою эмоциональную речь о вечной любви, Арледа и Верениен пытались унять воительницу, Басс перебирал струны арфы, а Торлес вдруг начал ему подпевать.

В результате увиденного охранник скис лицом.

- Точно, настоящие балбесы! Вы что не знаете истинную цену камней?

- Урлогу хватать на новый меч и на ночлег. Урлог быть доволен.

- Меч и ночлег, - покачал головой командир. – Да там дворец можно было купить! Как хоть выглядел тот, кто у вас всё скупил?

Вперёд выступил красноречивый Ефсий и подробно описал внешность самого первого контрабандиста, встреченного отрядом. Стражники заинтересовано слушали, всё сильнее хмурясь с каждым словом волшебника. Похоже, они хорошо знали этого торгаша, и в ближайшее время его наверняка ожидало знакомство с силами правосудия. Впрочем, судьба контрабандиста совершенно не заботила приключенцев, которые мечтали о плотном ужине, ночлеге и информации о дальнейшем пути.

Несмотря на все усилия Урлога и Ефсия, без инцидентов обойтись не удалось. Приключенцев не спешили пускать в город. Один из стражников вытащил из караулки огромную собаку и повел её к незнакомцам. Это изрядно удивило путников, твёрдо уверенных в бесполезности использования собачьего обоняния для поиска драгоценных камней, не имеющих запаха. Впрочем, причиной оказалось вовсе не вынюхивание самоцветов, а обычная подлость охранников, решивших припугнуть пришельцев злым кобелём. Видимо, изо всех членов отряда самым безобидным страже показался Торлес, ведь именно на него натравили собаку. Услышав лёгкий свист, спущенный с цепи пёс зарычал, оскалил зубы и бросился к дракону. Правда, достичь своей цели так и не смог. Его клыки лишь слегка зацепили штанину, потому что намеченная жертва резко уклонилась. А затем случилось невероятное: Торлес одним лёгким движением поднял за шкирку здоровенного волкодава, словно новорождённого щенка. От неожиданности пёс моментально забыл про агрессию, а ошеломлённые стражники словно окаменели. Впрочем, дракон не собирался делать ничего плохого. Несколько секунд он внимательно всматривался в глаза своему пленнику, что-то тихонько прорычал, после чего аккуратно опустил его в дорожную пыль.

Волкодав, виновато скуля и прижимаясь к земле, пополз к хозяину. Тот на удивление быстро пришёл в себя от увиденного и всей мощью своих лёгких обрушился на Торлеса.

- Эй, ты чего сотворил?!

- Я поговорил с ним и попросил больше так не делать, - ответил Торлес, пожимая плечами. - Он просто немного испугался, но, поверьте, к вечеру будет в порядке. Главное, нежно с ним обращайтесь, погладьте, успокойте, можете налить немного вина...

- Я тебе сейчас дам вино! - на помощь к стражнику поспешили его коллеги.

Урлог поморщился, понимая серьёзность возникшей проблемы. Теперь помочь с проходом в город могли только выдающиеся дипломатические способности. На чудо варвар даже не рассчитывал, но, тем не менее, оно свершилось. Дозорный с башни издал протяжный свист, и все стражники синхронно повернули головы к дороге.

Варвар тоже обернулся и удовлетворённо улыбнулся. В сторону города двигался большой караван, а это означало, что у стражников вот-вот прибавится работы. В том числе заключающейся в вымогании драгоценностей у купцов.

- Проваливайте, - буркнул старший охранник. - И не бузите, а то мигом найдём на вас управу.

- Урлог постараться, - мрачно ответил эльф.

Необычная активность дракона, не спавшего уже несколько часов, начала настораживать варвара, наравне с выносливостью Фаньки и влюбленностью Хафейна. И едва приключенцы зашли внутрь города, Урлог поспешил справиться у Торлеса о его самочувствии.

- Всё у меня хорошо, - отмахнулся тот. – Конечно, милый пёсик повёл себя довольно враждебно, но это не та проблема, о которой стоит беспокоиться.

- Меня больше волнует необычная бодрость, которую ты демонстрируешь в последнее время, - нахмурился эльф.

- Ах, это! Я могу всё объяснить. Мне удалось выпросить у эльфов настойку Дружжалака, - улыбнулся Торлес и, заметив недоумение на лице Урлога, поспешил пояснить. - Видишь ли, для поддержания человеческого облика приходится потреблять очень много энергии, поэтому мне постоянно хочется спать. А учитывая невероятную активность моих крошек, - дракон обернулся к Арледе и Верениен и нежно улыбнулся. – Не удивительно, что сил у меня практически не остаётся. Вот для восстановления внутренних ресурсов организма и нужна настойка Дружжалака. Она готовится из драгоценных камней и наполняет тела драконов дополнительной энергией, позволяя нам чувствовать себя бодрей. Срок её действия, к сожалению, ограничен, но на несколько часов хватает. Настойка Дружжалака очень дорогая, но благодаря Занниэлю я бесплатно получил запасы, которых хватит на довольно долгий срок.

- Хочешь сказать, что этот мерзавец надарил тебе кучу настойки? - к диалогу присоединился Басс.

- Ну, не совсем надарил, а отдал распоряжение дворцовому алхимику сделать столько, сколько я закажу.

- И как теперь твои ощущения? – поинтересовался варвар. - Не чувствуешь ничего странного?

- А с чего бы? Настойка сделана по всем правилам. Я лично выбрал все ингредиенты.

- Отнял работу у дворцового алхимика? - недовольно поморщился Урлог.

- Скорее, помог ему, - улыбнулся дракон. – Я решил проследить за трудом алхимика с самого начала и в какой-то момент заметил, что он немного запутался. Странно, конечно, что можно перепутать изумруд и сапфир, но всякое в жизни случается. Алхимик оказался гордецом и не захотел признавать свои ошибки, поэтому мне было проще занять его место и сделать всё самому. Разумеется, он всячески выражал своё недовольство, но мешать мне не стал, поэтому всё прошло, как по маслу.

- А какой бы был эффект, выпей ты настойку, изготовленную королевским алхимиком? - варвар начал понимать, что его подозрения оказались не беспочвенны.

- Переизбыток энергии, - флегматично ответил дракон. - Скорее всего, я бы бесконтрольно носился по окрестностям. Возможно, частично трансформировался и демонстрировал бы повышенную агрессию, но данный вопрос я детально не изучал, поэтому уверенности нет.

- Понятно, - задумчиво произнёс Урлог.

Варвар сразу же принялся анализировать новую информацию. Гостинцы Занниэля действительно оказались с подвохами. Эльфийский король ещё раз подтвердил извращённость своего чувства юмора. Следовало немедленно проверить подарки остальных приключенцев. Однако прежде чем Урлог успел озвучить свою мысль, до него донёсся голос Пэтти.

- А вот и ещё одно пророчество сбылось! О том, что Торлеса собаки за ноги покусают!

- Опять эти пророчества, - застонал Басс.

- Да! Они сбываются, - в голосе Фаньки послышались странные зловещие нотки. - И это значит, что скоро исполнятся и остальные, ведь время ужина близко!

Взгляды членов отряда моментально переместились на Ефсия и Пэтти. Все хорошо помнили, что посулил магам единорог, и те одновременно вздрогнули. Даже бесстрашный хоббит почувствовал себя крайне неловко от осознания того, что смертельную опасность для него представляет одно из любимейших занятий в жизни.

- Будем вести себя осторожно, - произнёс Урлог, стараясь казаться как можно более уверенным и серьёзным. - Найдём трактир с ночлегом, а потом разберёмся с делами. И чтобы никто не смел вступать ни в какие конфликты!

Эльф искренне надеялся, что пророчество единорога станет сдерживающим фактором и не позволит соратникам вляпаться в очередную беду. Хотя умом он прекрасно понимал, что это вряд ли поможет.

Глава 3. Нити судьбы

Ждёт моих подарочков ребятня, И тебе достанется от меня. (с) Ю. Энтин

Получив приказ командира держаться в пределах видимости, почти все приключенцы разбрелись по своим интересам в радиусе нескольких десятков шагов. Сам же Урлог, в отличие от соратников, не мог сосредоточиться на изучении торговой улицы из-за Фаньки. Чтобы девушка не влезла в очередную переделку, варвар вёл её за собой, крепко держа за руку. Моральных сил это требовало немалых, поскольку воительница упиралась, пыталась вырваться и постоянно ныла о своём свободолюбии. Кроме того, Урлогу не давали покоя мысли о пророчествах. Бывший рационалистом до мозга костей, он отказывался верить пройдохе Шуню. Конечно, варвару доводилось наблюдать за работой шаманов, предрекающих хорошую погоду, удачный лов или отличный охотничий сезон, но, как говорил его наставник, у этих действий имелись логические обоснования. А вот предсказания единорога не поддавались никаким объяснениям. Требовалось разобраться с ними как можно быстрее, пока моральный дух членов отряда не успел пострадать.

- Не может быть! Это же легендарный топор Шанграума! Откуда он здесь взялся?!

Услышав голос Басса, эльф вышел из задумчивости и внимательно посмотрел по сторонам. Он не обнаружил ничего интересного, кроме стоявшего на перекрестке двух улиц огромного валуна, в который был вбит небольшой топор красного цвета.

- Это что-то принадлежащее вашему народу? - поинтересовался Ефсий, внимание которого тоже привлек восторженный монолог гнома.

- Не просто принадлежащее! Это самое настоящее народное достояние! Медный топор Шанграума! Точнее, Малый медный топор, что, впрочем, не умоляет его значимости.

- У меня два вопроса, - поинтересовался Урлог, подходя к гному и таща за собой Фаньку. - Кто такой Шанграум? И в чём значимость его оружия?

- Шангралум - это легендарный мастер, - проговорил Басс, многозначительно подняв палец вверх. - Он прославился тем, что выковал дюжину великих топоров, которые хранятся в тайных святилищах. Но перед этим, ещё во время своего обучения, Шанграум создал более двух десятков так называемых малых топоров. Будущему мастеру нужны были средства к существованию, поэтому все малые топоры были им проданы и разошлись по свету. Мои сородичи стараются вернуть достояние на родину, но пока удалось найти далеко не всё. И я даже подумать не мог, что подобное можно обнаружить в такой глуши!

- И что в нём такого? – нахмурилась Фанька. – Железяка какая-то!

- Можно я её съем? – поинтересовался Интогрод.

- Зубы переломаешь, - отмахнулся Урлог. – Впрочем, я, как и наша принцесса, так и не уловил, чем ценен этот топор.

- Что значит чем?! – воскликнул Басс и даже подпрыгнул от возмущения. - Ты разве не видишь этих тонких и изящных линий? Этих плавных изгибов и вмятин, создающих ощущение лёгкой незавершенности? А этот блеск меди вообще сводит с ума! Вот скажи, как можно было достичь подобного эффекта, используя столь низкий металл? Проклятие, я сегодня точно не усну!

- Урлог всё равно не понимать, - в варварской манере ответил эльф, после чего подошёл поближе к памятнику и кинул медяк сидящему у камня попрошайке. - Урлог не понимать, зачем топор?

- Топор? – удивлённый оборванец поднял голову на гномье творение, после чего пожал плечами. - Не знаю, мой господин. По слухам, когда-то здесь жил гном, поспоривший с гильдией кузнецов, что скуёт такую вещь, которая сведёт с ума всех его соплеменников. Сначала ему никто не поверил, но, как ни удивительно, он оказался прав. Гномы приезжают сюда, падают на колени, оставляют деньги и чуть ли ни в экстазе обнимают и целуют эту медяшку. Чего они этим добиваются, я так и не понял.

- И не поймёшь! Нужно родиться гномом, чтобы ощутить всю магию, вложенную мастером в великий топор, - Басс кинул несколько монет на постамент, глубоко вздохнул, после чего с усилием отвернулся.

- А ещё говорят, - улыбнулся нищий, ловко сцапав брошенные монеты. – Что мастер, уезжая, упомянул о невероятной глупости всех гномов, готовых поклоняться даже плохо обработанному куску металла.

- Что?! – взревел Басс, и, если бы не Урлог, схвативший приятеля за воротник, оборванцу пришлось бы на своей шкуре испытать ярость боевого менестреля. – Да я тебе язык отрежу за такое! Как ты посмел оскорбить великого Шанграума?!

- А он оказался прав, как погляжу, - попрошайка рассмеялся и поспешил скрыться за ближайшим поворотом.

- Да что он себе позволяет! – продолжал кипятиться Басс. – Мастер Шанграум - величайший из рождённых подгорным пределом, а всякие голодранцы имеют наглость пачкать его память!

- Боюсь, правду мы можем узнать только от самого Шанграума, - Урлог попытался успокоить гнома.

- И как это сделать? – огрызнулся тот. – Мастер же уже пару столетий на том свете.

- Могу воскресить, - предложил Пэтти, как раз завершивший круговой осмотр монумента с топором.

- Только посмей, некромант зеленоносый! Я тебе этот нос откручу и отдам на съедение твоим боевым тараканам!

- Шучу я, - беззаботно отозвался хоббит. – Не могу пока гномов поднимать. Эх... И кстати, ещё одно пророчество сбылось.

- Да, - моментально согласился с ним варвар. – Медный топор мы повстречали, и сон нашему товарищу он явно отбил.

- Ещё бы ни отбить, - продолжал восхищаться Басс. – Топор самого Шанграума! Представляете?!

- События разворачиваются чересчур быстро, - нахмурился Ефсий - Сразу три пророчества, одно за другим. Нам следует быть осторожными, иначе…

- Да сама ты дура!

Истошный крик дриады перебил размышления толстого мага и заставил приключенцев обернуться и очень удивиться. Верениен, насквозь мокрая, усыпанная пучками гнилой травы и увядшими ромашками, но с гордо поднятой головой подошла к товарищам.

- Что случилось? – осторожно поинтересовался Ефсий.

- Да дура одна, старая и одноухая, - недовольно поморщилась дриада.

- Я, может, и одноухая, - раздался дребезжащий женский голос. - Но слышу получше многих!

Урлог нахмурился, увидев говорившую. На пороге ближайшей торговой лавки стояла низенькая бойкая старуха. Острое зрение эльфа подтвердило отсутствие у неё одного уха.

- Ты лучше слушай, когда тебе умные вещи говорят, а не сырьём разбрасывайся, - огрызнулась Верениен.

- Дубы свои поучи! – бабка презрительно сплюнула и скрылась за дверью.

- Что это было, чешуйка моя изумрудная? – удивлённо вскинул брови Торлес.

- Да так, ерунда, - пожала плечами дриада, принявшись очищать свою одежду. – Я увидела на дверях знак травника и решила быстренько изучить предлагаемый ассортимент, а то свои запасы давно не пополняла. Ну, кто же знал, что там сидит такая идиотка! Она себистокль сушит соцветиями вверх, а жадуницу настаивает в вине! Я уж не говорю о том, что она сделала с ромашками! Посмотрите, в каком они жутком состоянии!

С последними словами у Верениен на глазах навернулись слёзы, и дракон заботливо заключил её в объятия, успокаивая поглаживаниями по мокрым волосам.

- И Вы, дорогуша, естественно начали учить местную травницу, – с горечью в голосе произнёс Ефсий. – Поверьте мне, это пустая затея. Она уже в таком возрасте, когда не переучиваются и делают так, привыкли.

- Дурость это, а не возраст, - пробурчала уткнувшаяся в грудь Торлеса дриада, в ответ на что толстяк только развел руками.

- Ну, вот и четвёртое пророчество исполнилось, – весело воскликнул Пэтти. – Остались только я, Ефсий, Хафейн и Арледа.

Судя по улыбке и сияющим глазам хоббита, его, в отличие от остальных, совершенно не беспокоили сбывающиеся предсказания. Урлогу начинало казаться, что даже собственную смерть Пэтти воспримет как очередное приключение. Легкомысленность, бесстрашие и развивающиеся магические таланты могли превратить хоббита в довольно опасного типа. Похоже, из него и правда получится идеальный некромант.

- Если мне не изменяет память, нас с Вами, уважаемый коллега, должны отравить, в связи с чем я не могу разделить Вашего оптимизма, - вздохнул толстяк.

- У Верениен есть эльфийский анализатор ядов, которым можно проверять всю нашу еду, тогда не отравимся.

- А если прибор не сработает, мало ли, какие обстоятельства могут произойти? - Ефсий скептически поднял бровь.

- Ну, значит, отравимся, - пожал плечами хоббит. – Интересно, а что же всё-таки ждёт Хафейна и Арледу?

- Кстати, где моё ненаглядное солнышко? – встревожился дракон, покрепче прижав к себе дриаду. – Если всё так серьезно, я не хочу никого выпускать из виду.

Урлог с трудом сдержался, чтобы не выругаться. Почему с представительницами женского пола всегда столько проблем? Стоило взять под жёсткий контроль самую буйную, как фокусы стали выкидывать остальные. Хорошо, что одна отделалась лишь душем из помоев, и оставалось только надеяться, чтобы вторая не вляпалась во что-то похуже.

Впрочем, Пэтти очень быстро оббежал округу и обнаружил пропавшую.

- Торчит в лавке, уходить не хочет. Пятый дом справа по этой улице, - махнул он граблями, указывая направление. – Там ещё возле двери пугала в бальных платьях стоят.

- Значит, моя крошка всего лишь пошла в магазин одежды, - облегчённо выдохнул Торлес. – Интересно, каким туалетом она порадует нас на этот раз?

Урлогу не было никакого дела до нарядов, зато финансовый вопрос его заботил очень сильно. Отпустив, наконец, руку Фаньки, варвар бросился по озвученному маршруту и успел перехватить Арледу как раз в момент оплаты. Несколько секунд он изучал свёрток, который та собиралась приобрести, после чего поинтересовался:

- Ну, и что ты делаешь?

- Ты не представляешь, какая эта удача найти платье эльфийской работы, – радостно защебетала волшебница. – А посмотри, насколько уникальна расцветка: сейчас, в тени, тёмно-лазурная с антрацитовой отделкой, а на ярком солнце она станет цвета слоновой кости с золотом! Здорово, правда?! Мне так повезло!

- Представляю, - сухо ответил варвар. – Но что тебе мешало набрать нарядов в Изумрудном лесу?

- Так ведь сначала нас не выпускали из дворца, а потом фактически выгнали, не оставив времени пробежаться по магазинам. Но сейчас я всё-таки сумела ухватить удачу за хвост. Когда я вернусь домой с этим платьем, мои подруги обзавидуются. Да что там подруги, все вокруг обзавидуются!

- А ты внимательно смотрела по сторонам с тех пор, как мы вошли в город?

- Конечно! Я сразу же заметила витрину с этой красотой!

- Посмотри ещё раз.

Урлог кивнул в сторону окна, игнорируя немую скорбь на лице продавца. Арледа озадачено выглянула наружу. Несколько минут она, ничего не понимая, изучала улицу и вдруг издала протяжный стон, полный боли.

- Да тут же все в таких ходят! – возмутилась волшебница. – Даже вон та прыщавая толстуха с корытом напялила на себя эту тряпку!

- Владения Занниэля прямо под боком, поэтому эльфы массово завозят в Нитап одежду, - прокомментировал Урлог. – В Инлоссе эльфийские товары в диковину, и там ты, конечно, произведешь фурор этим нарядом, но здесь… В общем, сама понимаешь.

- Да не нужна мне эта гадость! Я же не знала, что это одежда для прачек! Провались оно пропадом это эльфийское шитьё!

- Значит, мы разобрались с этим вопросом, что хорошо. Но исполнилось ещё одно пророчество, что мне совсем не нравится, - вздохнул варвар. -Ладно, пошли к остальным, найдём гостиницу и всё обсудим.

***

Таверна «Зелёная курица» одним своим названием наводила подозрения на скорое исполнение пророчеств об отравлении, но у уставших приключенцев уже не было сил искать другое заведение, и они решили довериться анализатору Занниэля. Хозяин практически пустой таверны был очень обрадован появлению новых посетителей. В течение нескольких минут подробно выяснял, что именно им нужно, отдал распоряжения прислуге и, явно рассчитывая на то, что его вскоре снова позовут, принялся усиленно протирать тряпочкой вывеску «Горячая вода, горячие ставки, горячие девочки – досуг на любой вкус». Однако надежды трактирщика впарить дополнительные услуги не оправдались. Сделав заказ, сдав Интогрода в конюшню и сняв комнаты для ночлега, путешественники погрузились в тяжкие раздумья, из которых их не смог вывести даже накрываемый стол. Не самые приятные пророчества не очень-то способствовали бодрому расположению духа большей части отряда. Впрочем, на неисправимого оптимиста Пэтти, восторженную мечтательницу Фаньку и поглощённого своим оружием Хафейна общее уныние не распространялось.

- Так, не вешать нос! – наконец не выдержал Урлог. – Мы прошли через многое, и не стоит раскисать раньше времени из-за каких-то дурацких предсказаниий.

- Которые, тем не менее, сбылись, - проворчала Арледа, украдкой поглядывая на сине-чёрный наряд кухарки, разносившей тарелки. – Кстати, спасибо, что остановил меня, сейчас бы выглядела, как полная дура.

- Тебе повезло, а я опозорилась по полной программе, - вздохнула Верениен. - Жаль, что здесь уже начинается территория закона, а то бы от души нашпиговала эту старуху стрелами. Эх, давно я не практиковалась на живой мишени.

- Успокойтесь обе! – отрезал командир. – Вы, между прочим, пострадали только морально, а кое-кому из нас, возможно, предстоит пострадать физически. Доставай уже свой прибор, и будем, наконец, обедать... Или не будем, - добавил он уже шёпотом себе под нос.

Дриада нахмурилась, но промолчала и вытащила из сумки обычный металлический стакан серого цвета. Урлог подумал было, что Верениен пытается всех разыграть, но в её суровом взгляде отсутствовал даже намёк на веселье.

- Ну, и как он работает? – спросила Арледа.

- Просто. Помещаешь еду внутрь, произносишь активирующее заклинание и смотришь на цвет стакана. Если зелёный или синий, угрозы нет. Жёлтый, оранжевый и фиолетовый показывают наличие в составе подозрительных компонентов. Красный означает смертельную опасность. А если стакан чернеет, пищу не стоит даже трогать и вообще лучше покинуть помещение.

- А он точно работает? – поинтересовалась волшебница, не скрывая сомнения.

- Все свои яды я капала внутрь стакана, и он сразу краснел. Хочешь верь, хочешь нет, - надменно огрызнулась Верениен. - Я не собираюсь терять время и что-то тебе объяснять, лучше проверю здешние блюда.

Дриада зачерпнула ложку риса из своей тарелки, переложила его в анализатор и прочитала слова заклинания. Не прошло и пяти секунд, как шокированные приключенцы увидели перед собой красный стакан. Эльф среагировал моментально, одним прыжком преодолел расстояние до трактирщика и схватил его за ворот рубахи.

- Отравитель! Кто заплатить тебе за наши жизни?!

- Я не понимаю, – отчаянно захрипел мужчина. – Все продукты отменного качества, а моя жена - лучшая кухарка в округе. У нас репутация…

Урлог молча поднял вырывающегося трактирщика над полом, пронёс от стойки до накрытого стола и усадил на стул.

- Пробуй всё, - резко сказал варвар, для пущей убедительности на треть вытащив меч из ножен.

Хозяин заведения всё понял и трясущейся от страха рукой взял ложку. Попробовав каждое блюдо, он не продемонстрировал никаких признаков отравления и осторожно поднял глаза на варвара.

- Видите, господин, вся еда хорошая. Для приезжих, возможно, непривычная, ведь мы в Нитапе испокон веков соли и приправ кладём много, остренькое любим.

- Много соли? – воскликнула Арледа, вскакивая со своего места. – Урлог, отпусти трактирщика, он здесь не причём.

- Ты уверена? – нахмурился варвар.

- Да. Сейчас докажу.

Волшебница пару минут придирчиво изучала эльфийский артефакт. Затем оторвала кусочек салатного листа из своей тарелки, пожевала, сморщилась, но проглотила. Оставшуюся часть листа она положила внутрь волшебного стакана. Тот покраснел, Арледа презрительно хмыкнула и передала его напарнице.

- Боюсь, для нас он совершенно бесполезен.

- Хочешь сказать, что он сломан? – недоверчиво нахмурилась дриада.

- Отнюдь. Он работает, просто из-за очень высокого содержания магической энергии его настройки выставлены на максимум. Проще говоря, он находит яды везде.

- Уважаемая Арледа права, - кивнул головой Ефсий. – Пища, как и лекарство, в зависимости от дозы может как насытить, так и убить. Та же соль в малом количестве является незаменимым усилителем вкуса, но если не знать меры, она причиняет страшный вред организму. И раз артефакт настроен так, что улавливает не концентрацию, а просто наличие вещества, считающегося вредным, он будет краснеть даже от чистой родниковой воды.

- Я и не знал, что ты разбираешься в таких вещах, - удивлённо пробормотал Урлог. – Думал, сфера твоих интересов - магия красоты.

- Люблю быть непредсказуемой, - заулыбалась волшебница. – Конечно, я дипломированный специалист по магии красоты, но ей одной не ограничиваюсь.

- А ты можешь перенастроить анализатор? – спросил варвар.

- Ну…, - сразу замялась Арледа. –Наверное, нет. В подобных штуках хорошо разбирается мой отец, он создаёт их для продажи.

- Ваш отец конструирует измерительные приборы? – уточнил Ефсий.

- Нет, он заряжает магической энергией уже готовые предметы, независимо от их назначения. Отец очень не любит делиться секретами, поэтому всё, что я рассказываю, исключительно мои собственные выводы из наблюдений за его работой. Папа каким-то образом может изменять количество магической силы, вложенной в предмет. К нему постоянно приходят воители с просьбами сделать им оружие небывалой мощи, чтобы в одиночку можно было справиться с целым войском. Они действительно толпами раскидывают противников заряженными до краёв мечами и топорами, правда, потом, не справившись с гигантской отдачей оружия, частенько оказываются в ближайшей луже. Или на копьях у оставшихся врагов, если не повезёт, - обычно добродушная волшебница кровожадно усмехнулась, чем вызвала тревожное недоумение у своих спутников. - В итоге уцелевшие клиенты снова бегут к отцу с просьбой сделать оружие послабее, а то нет никакой гарантии, что в следующий раз рядом с полем битвы окажется спасительная лужа. Думаю, принцип работы анализатора ядов аналогичен, нужно снизить количество используемой магической энергии.

- Значит, накачать силой можно любой предмет, - задумчиво произнёс варвар, переводя взгляд с Арледы на Фаньку и обратно. – Я кое-что обдумаю и потом задам тебе ещё пару вопросов на эту тему.

- Если смогу, отвечу, - согласилась волшебница.

- Выходит, этот гад Занниэль обманул меня? – в глазах дриады зажглись огоньки гнева.

- Ну, почему обманул? – ухмыльнулся Урлог, пожав плечами. – Он дал то, что ты хотела. И даже работающее. Другое дело, что не посвятил во все тонкости работы, а ты ведь наверняка и не уточнила?

Дриада промолчала и потупила взор.

- Так что в какой-то степени мы сами виноваты, что получили от шутника Занниэля бесполезные, а то и вредные подарки, - подытожил варвар.

- Уважаемый Урлог, Вы считаете, что эльфийский владыка специально задумал подарить нам предметы, таящие в себе неприятные сюрпризы? Уверены, что это не случайность? – нахмурился Ефсий.

- Абсолютно.

- Но зачем Занниэлю всё это? – взволнованно выдохнула Арледа.

- Ему просто скучно, вот и развлекается в соответствии со своим извращённым чувством юмора. Наверняка сейчас наблюдает за нами и веселится от всей души, - ответил варвар.

Некоторым членам отряда даже удалось различить в окружающем шуме смех эльфийского владыки. Впрочем, на самом деле это оказалось урчание живота Пэтти, который жадно смотрел на тушёную картошку с мясом.

- Я есть хочу, - не выдержал, наконец, хоббит.

- Между прочим, истинные воины способны держаться несколько недель только на воде и силе боевого духа! – упрекнула его молчавшая до этого Фанька.

- Что же мы раньше этого не знали? - ухмыльнулся Урлог. - Столько денег могли сэкономить на пропитании, по крайней мере, на твоём.

- Мясо нынче дорогое, - согласился Пэтти. – А Фанька очень его любит. Вчера ночью у меня полмешка вяленых кур втихомолку слопала.

- Я только печенье брала! – возмущённо возразила воительница, но, заметив насмешливые взгляды товарищей, осеклась и гордо замолчала.

- Так всё печенье твой хомяк сожрал ещё неделю назад, - пожал плечами хоббит и нетерпеливо добавил. – Всё, не могу больше голодать. Пообедать-то можно?

- Думаю, можно, раз с уважаемым трактирщиком ничего не случилось, - улыбнулся Ефсий, пододвигая порцию гуляша и себе. – Человеческий организм куда надёжнее сверхчувствительного анализатора.

- Сверхчувствительный анализатор – это ещё цветочки, - продолжил варвар. - По крайней мере, он не представляет реальной угрозы. Зато мне точно известно, что Занниэль пытался подсунуть Торлесу средство для бодрости с искажённым составом, и если бы не бдительность нашего друга, неизвестно, чем бы это закончилось не только для дракона, но и для нас, его спутников.

- Неконтролируемое поведение, стихийные трансформации, демонстрация огненного дыхания, - тут же живописал Торлес. – В самом лучшем случае вы бы отделались лёгкими ожогами, а вот в худшем…, - он замялся.

- Что в худшем? – напряглась Арледа.

- Поджарились бы до хрустящей корочки, - закончил за дракона эльф.

Дракон кивнул, мило улыбнулся и покрепче прижал к себе побледневшую волшебницу.

- Вот видите, - продолжил варвар. – А кроме того, мы имеем перед глазами наглядный пример того, как эльфийский подарок подрывает рассудок.

Взгляды приключенцев пересеклись на Хафейне, который счастливо пускал слюни, продолжая обнимать свой клинок. Судя по лицу пустынника, он был очень далеко от этой реальности, что, впрочем, его совершенно не беспокоило.

- Какой кошмар! Неужели и нас может ждать нечто подобное? Теперь мне действительно стало страшно, - поёжилась Арледа. – А что вообще с ним происходит?

- Не знаю, – пожал плечами Урлог. - Думаю, попал под чары меча. Может кому-нибудь встречалось подобное?

- Я изучил множество книг, - задумчиво произнёс Ефсий. – И встречал описания похожих случаев. Легенды говорят, что далеко на юге обитал народ, представители которого могли призывать демонов и запечатывать их в оружие. Такое оружие значительно повышало силу владельца, но при этом возникал риск, что демон перехватит управление телом. Изредка, но подобное случалось, и тогда воин превращался в ужасное чудовище, стремившееся разрушить всё на своём пути.

- А я слышала историю про сумасшедшего артефактника, - добавила Арледа. – Он искал выдающихся фехтовальщиков, которых хитростью убивал, а потом заключал их души в свои творения. Закончилось всё тем, что обладатели созданных артефактником клинков под влиянием заточённых в них душ объединились и закололи его.

- Нужно использовать эти сведения, чтобы как можно быстрее найти отгадку, - твёрдо заявил Урлог. – Ещё утром Хафейн был адекватен, а сейчас практически превратился в безумца. Если так пойдёт и дальше, мы уже ничем не сможем ему помочь.

- Чем терять время на разгадки, давайте просто заберём у него опасное оружие, - предложила Верениен.

- Думаешь, я не пробовал? Смотри.

Варвар протянул руку в попытке взять меч из рук пустынника. Лицо Хафейна моментально исказилось гневной гримасой, зубы яростно клацнули, заставив приключенцев рефлекторно отпрянуть назад. Даже Урлог одёрнул руку и невольно посмотрел на неё, проверяя целость пальцев.

- Я смогу сразить его снотворным, - уверено заявила дриада.

Однако не смогла. Отбитая Хафейном стрела воткнулась в стул, всего в двух пядях от бедра своей хозяйки.

- А если чарами? – прошипела упрямая Верениен, вытаскивая крепко засевшую в сиденье стрелу. – Поможешь?

Арледа, которой была адресована просьба, состроила гримасу великого одолжения, но всё же отправила в сторону пустынника розовое облачко. Хафейн, не особо напрягаясь, рассёк его пополам.

- Этот меч способен разрушать заклинания?! – охнула волшебница. – Тогда это очень-очень опасный артефакт!

– А я о чём толкую? – нахмурился эльф. – Думаю, этой демонстрации достаточно для доказательства того, что просто так Хафейн саблю не отдаст. Что касается доспехов, синтезатора пищи и зеркала, пока я не имел возможности их изучить, но не сомневаюсь, что и от этих подарочков стоит ждать только неприятностей.

- Зеркало лучше испробовать в более спокойной обстановке – моментально смутилась Арледа. – А насчёт остального…

Её слова прервал стон хоббита. Пэтти выглядел ужасно, его лицо зеленело на глазах.

- Похоже, я отравился, - пробормотал он. – Где здесь сортир?

- Что-то мне тоже нехорошо, - добавил Ефсий.

- Отравитель! – разом взревели Урлог и Верениен, резко хватаясь за оружие. Хозяин в ужасе спрятался за стойку, осознавая, чем это может ему грозить.

- Ты всё-таки отравил еду, но сам принял противоядие, так? – воскликнула дриада.

- Да ничего я не травил! – отчаянно завопил он, глядя на перекошенные от гнева лица гостей.

- Скажи это моему топору, - мрачно пробормотал Урлог, думая, как лучше поступить: обойти стойку или прорубить.

- Это не яд, - к радости трактирщика, слабо пробормотал Ефсий. – Похоже, нам подсунули протухшее мясо, попытавшись скрыть его под запахом приправ.

- Так и есть, - согласился Пэтти. – Я вонь сразу почуял. Просто есть сильно хотелось, поэтому решил, что всё обойдется. С трактирщиком же ничего не случилось, но он, похоже, к тухлятине привычный.

- А я подумал, что резкие запах и привкус – это особенности местных кулинарных традиций, - вздохнул толстяк.

- Да-да, так и есть, - трактирщик ухватился за спасительную соломинку. - Мясо специально выдерживается и подвергается процессам брожения, чтобы приобрести незабываемо пикантный вкус...

- И это называется пророчество? – резко перебил его варвар, проигнорировав попытки оправдаться. – Мы ожидали чьих-то козней, а получили всего лишь расстройства желудков из-за испорченного мяса.

- Пророчество? – трактирщик, осознав, что бить его пока не собираются, немного осмелел. – Вы случаем не о пророчествах пройдохи Шуня говорите?

- Вы о нём слышали?

- Да у нас его каждая собака знает. Он бегает по окраинам и издевается над путешественниками, изображая из себя великого пророка, хотя на самом деле тот ещё мошенник. Просто хорошо разбирается в людях и… нелюдях, поэтому, зная местные реалии, может довольно точно определить, куда кого занесёт и кто во что вляпается.

- Так вот оно что, - лицо варвара озарила счастливая улыбка, поскольку проблема, над которой он размышлял в течение последних часов, получила объяснение. – Единорог сообразил, что Фанька помешана на романтике и не устоит перед речью лжепринца. Торлес выглядел самым рассеянным и, соответственно, становился мишенью номер один для скучающих стражников. Очевидно, что топор свёл бы с ума любого гнома, а дриада вряд ли бы прошла мимо дома травницы-неумехи. Ну, и обилие эльфийских нарядов наверняка подпортит жизнь такой моднице, как Арледа. А насчёт отравления…

- Видимо, в этом городе любят потчевать гостей просроченными продуктами, - с брезгливостью в голосе пробормотала Верениен, возвращаясь на своё место.

- Тухлое мясо – это традиционное блюдо нашей кухни, - воскликнул трактирщик, не желавший признавать свою вину, но его никто уже не слушал.

- Мы с коллегой вынуждены временно вас покинуть, - торопливо произнёс Ефсий, и, не дожидаясь ответа спутников, оба мага вприпрыжку бросились к задним дверям.

Урлог начал раздумывать, как бы стрясти с хозяина компенсацию за испорченный ужин, когда дверь распахнулась и на пороге появился новый посетитель - человек небольшого роста, с лысиной на макушке и пузом не меньшим, чем у Ефсия. Увидев отряд приключенцев, незнакомец радостно улыбнулся и устремился к их столику.

- Прошу прощения, - вежливо начал он. – Я так понимаю, вы странствующие герои?

- Урлог считать, что да, - эльф счёл за лучшее нацепить личину варвара.

- Это просто замечательно. А надолго вы у нас задержитесь?

- День или два, - ответила Арледа. – Нам нужно закупить припасы для дальнейшего путешествия.

- А можно вас попросить немного задержаться?

- Простите, а кто Вы вообще такой? – недоверчиво скривилась волшебница.

- Ах да, забыл представиться. Меня зовут Ихтын Джерибол, я – мэр Нитапа. Дело в том, что нам очень нужна помощь профессиональных героев!

- Проблемы? – нахмурился Урлог.

- Да. Возможно, вы не знаете, но в нашем городе заключается множество сделок между эльфийскими и имперскими торговцами. По сути дела, Нитап и возник, потому что эльфам не хотелось уходить далеко от дома и соваться в столицу. Ну, сами знаете, как это бывает: сначала просто место для обмена в чистом поле, потом строится навес на случай дождя, потом – трактир для отдыха, а там и до посёлка недалеко. Как вы понимаете, город - это перевалочная база для множества товаров, ждущих дальнейшей отправки, и самыми ценными из них заинтересовались малонирские пираты.

- Пираты? – на этот раз удивилась Верениен. – Но насколько я помню карту, между Малониром и Нитапом много дней пути.

- Вы абсолютно правы, однако дела обстоят именно так, как я сказал. В течение нескольких лет пираты атаковали только караваны, но сейчас обнаглели настолько, что выставили ультиматум. Либо мы платим им дань, либо они разрушают Нитап до основания.

- Но у Вас же есть стража, - продолжала недоумевать дриада.

- К сожалению, наш гарнизон мал и недостаточно подготовлен, - мэр грустно повёл плечами и уставился на свой живот. – Мы не брали в расчёт подобную угрозу, так что в случае нападения стражники лишь окажут сопротивление, но не смогут остановить разбойников. Поэтому, едва услышав о прибытии девятерых героев, я бросился вас разыскивать, чтобы предложить сделку. Я обещаю щедрую награду всего лишь за помощь в отражении нападения. Думаю, что пираты, разок хорошо получив по мордасам, на какое-то время забудут сюда дорогу, чем мы и воспользуемся, чтобы усилить нашу обороноспособность.

- Когда нападение? – просил Урлог. - И сколько мэр платить?

- Срок ультиматума истекает сегодня. А что касается платы, пять тысяч золотых тургалей должны вас заинтересовать.

- Удвой, - резко бросил варвар, мысленно удовлетворённо потирая руки. Сумма была достаточно велика, чтобы без проблем продолжить странствие.

- Это грабёж! – возмутился было мэр, но, наткнувшись на упрямый взгляд эльфа, поспешил сдаться. – Ладно, даю девять тысяч. Вам и делить будет проще.

- Согласен. Урлог ждать пиратов.

На этих словах с улицы донёсся страшный грохот, и мэр тяжело вздохнул.

- А их не надо ждать, они уже здесь.

***

Первым чувством, охватившим Урлога после слов мэра, стал гнев. Пиратская атака началась как нельзя не вовремя, когда треть отряда, причём сильнейшая, пребывала в абсолютно недееспособном состоянии. Эльфа переполняла злость из-за мыслей о том, насколько сокращаются шансы выстоять против разъярённой толпы разбойников при отсутствии двух сильных магов и отчаянного бойца. Впрочем, через несколько секунд варвар убедился в том, что ошибся в отношении Хафейна. Услышав о нападении, пустынник на мгновение замер, а затем словно очнулся ото сна и, перехватив оружие поудобнее, бросился к выходу.

- Стой! – крикнул ему Урлог. – Надо осмотреться и составить план!

- Их составляют только старики, - ухмыляясь, ответил напарник. – Истинному воину не нужны планы, когда в бой его ведёт горячее сердце. Так что лучше посторонись и узри мою силу!

Первой узреть силу Хафейна довелось Фаньке, которая добежала до двери одновременно с ним. Оказавшись вдвоём в узком проёме, они в течение нескольких секунд, яростно рыча, пытались оттолкнуть друг друга и в итоге выбили дверной косяк. Расширив проход, воители успешно освободились из плена и с невероятной скоростью устремились на подвиги в гущу сражения. Урлог заскрипел зубами, но промолчал и последовал за ними. Выскочив из таверны, эльф принялся озираться по сторонам в поисках врагов.

- Где есть пираты?! – возмущённо крикнул он.

- Наверху! – откликнулся мэр, не спешивший покидать помещение. – Они всегда атакуют сверху!

- Сверху?!

Варвар поднял голову и онемел от удивления. Над городом плыл огромный трёхмачтовый корабль под парусами, наполненными ветром. Урлог на мгновение забыл о битве, так его заворожило увиденное. У эльфа имелся богатый жизненный опыт, включавший даже личную встречу с богом, но парящий в небесах корабль никак не мог оставить его равнодушным. Впрочем, в отличие от бога, с этим противником вполне можно было бороться, чем Урлог и собирался незамедлительно заняться.

С судна на землю сыпались стрелы, камни, бутылки, сети и зажигательные снаряды. Похоже, пираты собирались не столько разрушить город, сколько посеять в нём панику. Вокруг Урлога бегали стражники. Одни носили ведра с водой и песком и весьма успешно справлялись с возгораниями. Другие стреляли по парящему кораблю из арбалетов, хотя похвастаться им было нечем. Всё, чего солдаты добились, это ряд стрел, украсивших днище судна.

Уходя от очередного летящего булыжника, эльф развернулся в другую сторону и, не сдержавшись, громко выругался от злости. Вслед за первым кораблём к стенам города приближался ещё один, меньший по размеру, но от этого не менее опасный.

К тому моменту экипажу атакующего судна удалось камнями и стрелами потеснить сопротивляющихся стражников, после чего с палубы были сброшены несколько канатов, и по ним начали спускаться вооруженные до зубов разбойники.

- Чудовища, демоны, боги, пираты - все вы лишь пыль под ногами у Хафейна-шай-Мусиддина-эйх-Гхасаима-эйх-Фалийи-нхен-Фухариджа! – пустынник, встав в героическую позу, без запинки продекламировал своё имя и только после этого бросился к судну.

Подпрыгнув, он ухватился за свисающую верёвку и полез наверх с невероятной скоростью и ловкостью паука. Где-то между кораблём и землёй состоялась встреча с бандитом, изрядно удивившимся тому, что его спуск внезапно сменился подъёмом. Хафейна совершенно не смутили чужие сапоги на плечах, и одним рывком, прямо вместе с ошарашенным пиратом, пустынник запрыгнул на вражеское судно. Тяжело вздохнувшему Урлогу ничего не оставалось, как тоже вступить в бой. Впрочем, он помнил о своих командирских обязанностях, поэтому поспешил раздать указания соратникам.

- Арледа! Подожги эту парящую деревяшку!

- Постараюсь, – буркнула волшебница, с пальцев которой тут же сорвался десяток огненных шаров. Однако, преодолев полпути к большому кораблю, они внезапно взорвались, не причинив противникам никакого вреда.

– Проклятье, там сидит кто-то, способный отразить мою атаку, - с отчаянием в голосе простонала девушка.

- Продолжай работать! – рявкнул эльф. – Ты должна нейтрализовать того мага!

- Но что я могу сделать, если он сильнее меня?!

- Придумай! Наколдуй ему макияж, маникюр или модную стрижку - в общем, всё, что угодно, лишь бы он забыл про нас хотя бы на время!

Волшебница обречённо вздохнула, однако послушалась варвара и принялась шептать под нос заклинания. Урлог осмотрелся по сторонам. Дриаде инструкций не требовалось, поскольку она уже стояла на крыше трёхэтажного дома и перестреливалась с врагами. А вот Торлес, в отличие от подруг, сохранял нейтралитет и старался держаться как можно дальше от боя. Впрочем, насчёт дракона у варвара имелись совсем иные планы.

- Проберись на корабль и помоги Хафейну! – крикнул Урлог.

- Я не уверен, что в данной ситуации от меня будет много пользы, – ответил Торлес. – Всё-таки я сторонник мирного разрешения всех конфликтов.

- Но если мы не остановим пиратов, они же надругаются над твоими женщинами, - пряча ехидную улыбку, сказал эльф, уже хорошо изучивший слабые места товарища.

- Они тронут моих крошек?!

Глаза Торлеса моментально налились яростью, и через секунду он устремился к кораблю. Урлог, конечно, видел, что в бешенстве дракон способен творить настоящие чудеса, но такой акробатики не мог даже представить и с восторгом наблюдал за невероятными прыжками соратника. Перескакивая с каната на канат, Торлес раскачивался в разные стороны и сбивал десантников на землю одного за другим. Кроме того, свободной рукой с отросшими когтями он рвал все верёвки, до каких мог дотянуться, так что избежавшим прямого столкновения разбойникам тоже пришлось несладко. В результате усилий дракона над городом пошёл самый настоящий дождь из пиратов.

Вдобавок несколько тел перелетело и через корабельное ограждение вниз. Урлог в первый миг порадовался боевым успехам Хафейна, пока ни понял, что одно из тел принадлежит самому пустыннику. К счастью, воителю сопутствовала удача, онзацепился поясом за свисавший с борта крюк, после чего изогнулся, схватился за канат и пополз обратно наверх.

Убедившись, что на данном участке удалось более-менее организовать оборону, Урлог переключил внимание на маленький корабль. В отличие от пиратов первого судна эта команда не спешила высаживать десант, предпочитая хватать всё, что плохо лежит. Несколько раз с судна выбрасывали захваты, которыми подцепили с земли два торговых лотка и утащили вместе со всем содержимым. Корабль приближался всё ближе, его захват мелькнул в очередной раз и… Варвар недоумённо захлопал глазами, когда новой добычей пиратов стал уличный сортир.

- Там внутри Пэтти, - раздался за спиной варвара измученный голос Ефсия. – Мой коллега оказался очень шустрым и опередил меня. Мне пришлось принять пару снадобий, но, боюсь, надолго их не хватит.

- Надо остановить их! – закричал Урлог, чувствуя, что начинает звереть.

- В моём нынешнем состоянии ни о каких тонких заклятиях не может и быть речи. Но я попробую повредить корабль.

- Останови его и заставь спуститься на землю. А я попробую разобраться с ними железом.

Следуя примеру Хафейна, Урлог побежал за малым кораблём воров и, когда снова был выброшен захват, уцепился за трос и полез наверх. Мимо эльфа пролетел огненный луч, который принялся рисовать на днище корабля пылающие узоры. Похоже, Ефсий действительно пребывал не в форме, поскольку не смог нанести вражескому судну никакого существенного вреда, кроме ожогов. Поэтому варвару пришлось взбираться наверх без какой-либо поддержки с земли. К счастью, разбойники так и не стали спускаться вниз, зато по количеству сбрасываемого мусора они явно превзошли коллег с большого корабля. Урлог стерпел огрызки и бумажки, но, когда его волосы «украсила» рыбья требуха, пришёл в неистовство. Последним рывком он запрыгнул на корабль и злобно ухмыльнулся, увидев палубу, битком забитую головорезами с оружием наготове. Видимо, подъём эльфа не остался без внимания пиратов, и теперь его встречал, похоже, весь экипаж.

Дальнейшими действиями Урлога руководила боевая ярость. Варвар сам не понял, как ухватил меч и топор за рукояти и скрестил их вместе. Он так упивался зрелищем ошарашенных рож бандитов, которых ударной волной в буквальном смысле размазало вдоль бортов, что совсем забыл об отдаче от столь мощного заклинания. Очнувшись от боевого запала уже за пределами корабля, в воздухе, эльф успел ухватиться за трос. Руки обожгло нестерпимой болью, зато падения удалось избежать. Впрочем, ненадолго. Один из атакованных Урлогом пиратов сумел привстать и обрубить канат, заставив варвара совсем не по-героически растянуться по мостовой. Однако падение ни капли не смутило Урлога, который моментально вскочил на ноги и окинул взглядом поле боя. Увы, но корабль, захвативший Пэтти, поднял все тросы и быстро набирал высоту.

С первым судном ситуация тоже складывалась хуже некуда. Верениен довольно успешно вела обстрел, сумела выбить нескольких пиратов и поджечь зажигательной стрелой один из парусов. Однако действия дриады не остались безответными, и с корабля вылетела сеть, нацеленная на неё. Девушка обладала достаточной ловкостью, чтобы увернуться, но её подвела черепица. Как ни старалась, Верениен не смогла выдернуть ногу, застрявшую между плиток, и через несколько секунд дриада, опутанная сетью, поднялась в воздух в направлении судна.

От кормы донёсся оглушительный рёв Торлеса. Дракон сразу же бросился на выручку, раскачался на канате и прыгнул, пытаясь перехватить пленённую подругу. Урлог нервно сглотнул, предвкушая зрелище полной трансформации, но, увы, сегодня боги оказались явно не на их стороне. Хафейн, в очередной раз выпавший за борт, налетел на Торлеса, и тот заполучил в объятия не спасаемую возлюбленную, а боевого товарища. Произошедшее настолько шокировало дракона, что он совершенно забыл о приземлении и через мгновение вместе со своей ношей пробил крышу деревянного сарая, скрывшись в его недрах.

В то же время десантный корабль повторил манёвр с набором высоты и направился прочь с поля боя. Видимо, пираты не ожидали такого отчаянного сопротивления, а потому решили не испытывать удачу и поискать более лёгкую добычу. Провожая глазами поспешно отступающие корабли, разгневанный варвар зарычал от бессилия.

- Прекрасно, - вдруг услышал он за спиной голос мэра. – Вы всё-таки сделали это! Бандиты сбежали, будучи посрамлёнными силой героев!

- Урлог проиграть, - злобно прошипел эльф.

- Что-что? – удивлённо переспросил Ихтын.

- Урлог говорить, что он проиграть. Урлог потерять двух спутников. Ещё два спутника не смочь продолжать бой.

Однако на этих словах дверь сарая распахнулась, и оттуда в сопровождении перепуганных кур вышел целый и невредимый Торлес с бесчувственным Хафейном на руках.

- Ладно, один спутник не смочь продолжать бой, - вздохнул варвар. – Но это есть мало. Враги разбить группу Урлога. Почему мэр говорить о победе?

- Во-первых, пираты сбежали, не нанеся серьёзного урона городу. Во-вторых, вы рано списываете со счетов своих товарищей, они же герои, они обязательно покажут себя в тылу врага. А в-третьих, вы и сами герои, так что сумеете уладить и остальные вопросы. Поэтому я могу с полным правом говорить о победе, - ответил ничуть не смутившийся Ихтын.

- Очень грустная получилась победа, - обронил дракон. – Кстати, а куда подевались Фанька и Басс?

Услышав это, варвар мысленно обругал себя за невнимательность. Как можно было, пусть даже находясь в пылу боя, забыть про двух соратников? И это начало наводить его на странные мысли.

Глава 4. В плену иллюзий, разума и чувств

А Боги смеялись все утро и вечер — Смешила их фраза:

«Случайная встреча»… (с) Ирена Буланова

За свою жизнь Хафейну довелось побывать во многих сражениях. И далеко не все из них кончались для него благополучно: случалось получать как физические травмы, так и моральные унижения со стороны победителей. Но зато, благодаря приобретённому негативному опыту, воин мог почти с абсолютной точностью сказать, как его тело и разум отреагируют на ту или иную рану. Несколько лет назад Хафейну здорово прилетело по затылку, после чего в течение двух дней ему мерещились злобные джинны и чудища. Так что когда пустынник открыл глаза и ощутил головную боль, то почти сразу догадался, почему представшая его взору местность значительно отличалась от той, что он видел перед своим падением с большой высоты.

Всё вокруг заполнял плотный влажный пар, в котором с трудом можно было различить камни разных размеров и форм. Видимость составляла всего пару десятков шагов, после чего окружающее растворялось в белесом мареве. Хафейн попытался встать и несказанно удивился, обнаружив себя в бассейне с горячей водой, да ещё и без одежды. Подобных шуток его мозги никогда раньше не проделывали, даже после того памятного сотрясения, и против воли уверенность воина в иллюзорности происходящего немного пошатнулась - уж слишком реальным было ощущение горячей воды на обнажённой коже. Однако подумать над всем этим он не успел, потому как внезапно услышал громкий всплеск и принялся крутить головой в поисках источника звука.

Впрочем, вызвавший шум и не думал скрываться. В густом тумане возникла человеческая фигура и медленно двинулась к Хафейну. Пустынник осмотрелся в надежде найти хоть какое-нибудь оружие. К несчастью, кроме камней и воды вокруг ничего не было. Сжав в кулаке булыжник, скорее для собственного успокоения, нежели для реального применения, воин стиснул зубы, приготовившись в случае драки использовать собственное тело. Обычно выдержки ему было не занимать, но в данной ситуации он почему-то ужасно нервничал.

Хотя когда фигура оказалась в пределах видимости, Хафейн сразу понял, что именно заставило его волноваться. К нему приближалась женщина! А женщины, как пустынник точно знал, являлись воплощением всех грехов и вполне могли олицетворять Мировое Зло. Ну, если и не знал, то упорно себя убеждал в этом уже много лет. Из-за женщин великие полководцы проигрывали битвы, мудрые правители сходили с ума, а смелые воины превращались в жалких трусов. Женщины сбивали с истинного пути пророков, мудрецов и подвижников, обрекая тем самым многие народы на прозябание и забвение. Каждая женщина опасна, и не стоит иметь с ней дело, пока ты её хорошенько не изучишь и тем самым не подготовишь себя к неприятностям, которые она может доставить в любой момент.

Чем ближе подходила незнакомка, тем в большее смятение приходил пустынник. К счастью, женщина была одета, но, к несчастью, в такую тонкую ткань, что все изгибы её молодого смуглого тела не столько скрывались, сколько подчеркивались. Хафейн тяжело сглотнул и, погрузившись в воду до подбородка, с усилием перевёл свой взгляд на лицо девушки. И сразу же поразился её глазам. Ярко-красные, словно два пылающих рубина, смотрящие так пристально и страстно, что пустынник почувствовал себя на грани паники.

- Изыди, морок! - Хафейн постарался придать своему голосу суровости, но получилось нечто, напоминающее хрипы больного. – Убирайся прочь, бред моего повреждённого разума!

- Ах, как грубо, - мелодично проворковала незнакомка. – Но ты ошибаешься, милый. Во-первых, меня создал отнюдь не твой бредящий разум, а во-вторых, это ты у меня в гостях, так что я могу тебя прогнать, но никак не наоборот. Впрочем, в данном действии пока нет необходимости.

Обычно вся нечисть, что чудилась Хафейну, улетучивалась, стоило ему собрать волю в кулак и сосредоточиться на возвращении в реальность, но эта красноглазая исчезать совсем не собиралась. Да и поведение её изрядно озадачило пустынника. Вместо того, чтобы сыпать угрозами, подобно свирепым маридам, или вешаться на шею, подобно похотливым джинниям, незнакомка молча разглядывала Хафейна, улыбаясь и накручивая на палец длинную прядь чёрных волос. Неужели его действительно затащили в логово, воспользовавшись тем, что он находился в обмороке?

- Ты гуль, обернувшийся прекрасной женщиной, чтобы заманить меня к себе в обиталище, а потом сожрать, - процедил сквозь зубы Хафейн, стараясь не выдавать накативших эмоций. – Никогда прежде не встречался с тебе подобными, но знай, так просто я не сдамся! Хафейн-шай-Мусиддин-эйх-Гхасаим-эйх-Фалийя-нхен-Фухаридж готов бросить тебе вызов, о, плод совокупления безмолвного мрака и тухлой бездны!

- Хм, а разве не проще было бы просто сожрать тебя, пока ты валялся без чувств? И силы не пришлось бы тратить на всякие там перевоплощения.

Пустынник быстро понял свою неправоту, и тень сомнения отразилась на его лице. Смятение воина не укрылось от проницательного взгляда красноглазой, которая довольно захихикала.

– За «прекрасную женщину», конечно, спасибо, - добавила она, отсмеявшись. - Но вот насчёт «тухлой бездны» немного грубовато.

Последним вариантом, пришедшим Хафейну на ум, стало колдовство. Не хотелось этого признавать, но, похоже, красноглазая владела столь могучими чарами, что смогла помутить даже столь несгибаемый разум, как у него.

- Но кто же она? – пустынник сам не заметил, как начал размышлять вслух.

- Ответ на этот вопрос тебе должен быть известен, - отозвалась незнакомка. - Впрочем, - она вздохнула. - Судя по твоему глупому взгляду, ты так ничего и не понял.

- Что я должен понимать? – взорвался воин. - Если ты намекаешь, что раньше мы встречались, то это враньё, ибо Хафейн-шай-Мусиддин-эйх-Гхасаим-эйх-Фалийя-нхен-Фухаридж никогда в жизни не якшался с ведьмами!

- Какой тон! Какая патетика! - женщина снова рассмеялась. – Если не оборотень, значит, ведьма, так? Интересное предположение, но, увы, снова мимо. Хотя, учитывая антураж, - она оценивающе поглядела по сторонам. - Действительно можно заподозрить меня в чародействе. Ты сильно боишься моего предполагаемого волшебства?

- Я не боюсь! Я истинный воин пустыни, привыкший грудью встречать своего врага, кем бы он ни был!

- Зрачки расширены, руки трясутся, сбивчивая речь, да и вообще поведение нервное и беспокойное. Таким образом, налицо признаки страха, - пожала плечами красноглазая и тут же ехидно улыбнулась. – Или же возбуждения. Хм, пожалуй, стоит это уточнить.

С этими словами женщина уверено шагнула в бассейн к пустыннику. Хафейн, никак не ожидавший подобного, резко отпрянул. Одним рывком воину удалось разорвать дистанцию на пару шагов, после чего его спина упёрлась в камень. Впрочем, незнакомка не стала настаивать на близком контакте и села на бортик прямо напротив гостя.

- Похоже, и то и другое, - добавила она вполголоса, болтая в воде стройными ногами.

- Так чего же ты от меня хочешь?! - в голосе Хафейна прорезались визгливые нотки.

- Хочу поговорить, чтобы узнать о тебе как можно больше. В частности, понять причину, по которой ты столь отчаянно избегаешь представительниц женского пола.

- Как говорил великий старец Шабуфар, женщина - есть сосуд зла, посланный мужчине в качестве испытания, - заученно отчеканил воин.

- Вот в этом-то и проблема, - незнакомка грустно покачала головой. – Твоя голова так плотно забита высказываниями этой троицы, что я просто не могу через них пробиться и узнать твою сущность.

- Не смей говорить о великих мудрецах с таким пренебрежением! – возмутился Хафейн.

- Ох, сколько же веков уже прошло, раз этих варваров стали считать мудрецами? Нет, они, несомненно, помогли твоим предкам выжить в диких условиях, но, насколько я помню, вся их мудрость сводится к очевидным вещам, вроде необходимости мытья тела или запрета на игры с ядовитыми змеями. Кстати, зная мужчин, змеи в последнем постулате за долгие века вполне могли трансформироваться в женщин.

- Да ты клевещешь на старцев!

Рассерженный Хафейн взревел и выпрыгнул из воды, намереваясь удавить наглую мерзавку. Осознание того, что он предстал перед ней совершенно голым, пришло мгновением позже. Смутившись, пустынник моментально растерял свой пыл и поспешил снова плюхнуться в воду. Красноглазая лишь благосклонно улыбнулась.

- Значит, я не ошиблась насчёт возбуждения. Это хорошо, а то уже начала беспокоиться, что тебя интересуют лишь представители своего пола. Ну, сам понимаешь, закрытые военные сообщества с разными тайнами и ритуалами, в том числе интимного характера.

- Мужчина, который возлегает с другим мужчиной, недостоин называться воином! – обиженно рявкнул Хафейн. - Великий мудрец Шабуфар говорил, что мужеложство - есть мерзость, насылаемая на нас демонами, дабы сбить с пути истинного и обречь наш народ на моральное вырождение.

- Скорее уж на исчезновение. Твои предки так любили ввязываться во всякие вооружённые стычки, что среди них почти не осталось взрослых дееспособных мужчин ко времени правления вашей обожаемой троицы. Поэтому было решено не разбрасываться столь малочисленными ресурсами и отправить все силы уцелевших парней на работу с толпой скучающих девиц и молодых вдов. Так что у запрета однополой любви и появления официального многоженства общая, вполне материальная причина – резкая нехватка мужиков. Ни о какой высокой морали и речи тогда не шло.

- Слова мудрецов истинны, как бы ты ни убеждала меня в обратном. Ты есть зло и тьма, ты очерняешь тех, кто несёт свет и истину!

- Никого я не очерняю, а всего лишь пытаюсь открыть тебе глаза. Вообще-то в своё время я лично общалась с вашими мудрецами. Не скажу, что это знакомство оказалось приятным, но время я точно провела не зря. Наиболее интересным мне показался твой любимый Шабуфар. Кстати, он умел мастерски общаться с девушками всего двумя фразами: «Снимай эти тряпки» и «Ну, и задница». Думаю, тебе стоит взять на вооружение именно эти мудрости, а не ту чепуху, что вам вбивают в головы.

- Тебе не сбить меня с толку, ведьма!

- Мда, нелегко тебе будет принять правду, учитывая твоё женоненавистничество. Может, расскажешь, откуда оно вообще взялось? Мне дико интересно, с чем оно может быть связано.

- Хочешь, чтобы воин открыл перед тобой свою душу? – прорычал Хафейн, которого трясло от смеси злости, страха и возбуждения. - Знай, ведьме никогда это не удастся!

- А ты вдобавок ещё и глухой, - укоризненно покачала головой незнакомка. - Я же сказала, что я не ведьма. Ладно, раз не хочешь рассказывать, попробую угадать сама. Причина в твоем строгом воспитании? Нет, такую горячую кровь не охладить даже религиозным фанатизмом. У тебя имеются комплексы по поводу своего тела? Знаешь, в тот момент, когда ты встал, я успела многое разглядеть и была приятно удивлена, - красноглазая усмехнулась, а Хафейн в очередной раз зарделся. – А ты точно не обращался к волшебникам, чтобы увеличить размер? Была я знакома с одним королём, над которым потешались как раз из-за его скромных габаритов. От отчаяния он попросил помощи у мага, и тот сварганил ему такой агрегат, что женщины потом в ужасе убегали из королевской спальни. Дело закончилось тем, что ему стали шить панталоны с тремя штанинами, и со временем эта необычная деталь даже стала частью тамошнего национального костюма. Впрочем, не думаю, что это твой случай, у тебя всё выглядит достаточно натурально, да и магов, как я поняла, ты не жалуешь. Значит, дело в какой-то душевной травме. Так что же с тобой случилось? Тебя пыталась совратить какая-нибудь уродина или древняя старуха? А может, твоё уединение с избранницей завершилось крайне неудачно, и ты поклялся больше никогда этого не делать, чтобы не выставлять себя на посмешище? Или же твоя мать неоднократно избивала и унижала твоего отца?

- Не было этого!

- Чего именно не было?

- Ничего не было! Твои мерзкие слова лишь жалкий навет! Лучше тебе замолчать, пока я ещё могу контролировать свой гнев!

- Не замолчу, пока не разберусь, что же ты за человек. Как-никак, нам теперь придётся работать вместе, а когда у напарника имеются душевные проблемы, существует немалый риск, что рано или поздно они могут помешать общему делу.

- А кто сказал, что я соглашусь работать с тобой? - возмутился пустынник.

- Ты сам.

- Когда?!

- Когда принял меня в подарок. Ну, не разочаровывай меня ещё сильнее, неужели ты до сих пор не догадался, с кем имеешь дело? Вспомни, в чьей компании ты проводил последние ночи.

- Ни в чьей! - гордо ответил Хафейн. - Я был один, поняла?! Никаких ведьм, только я и моя сабля..., - на последнем слове воин резко осёкся, ведь истинная суть слов незнакомки вдруг начала доходить до него. – Постой, ты хочешь сказать, что...

- Да, я уже целую вечность тебе это повторяю. Давненько не доводилось общаться со столь зашоренным разумом.

- Но если ты меч, почему выглядишь как…? – воин запнулся, стараясь подобрать нужное слово.

- Как прекрасная женщина? – опередила его красноглазая и расплылась в ослепительной улыбке. – Бедняжка, нелегко тебе, избегающему девушек, принять тот факт, что у столь дорогой твоему сердцу сабли женская суть. Но ты уж постарайся унять свою неприязнь к слабому полу, иначе сотрудничества у нас не выйдет.

- А как ты сможешь доказать, что говоришь правду? – спросил всё ещё сомневающийся Хафейн. - Я никогда не слышал о говорящих клинках, способных принимать человеческий облик.

- Во-первых, мне нет никакого смысла тебе что-то доказывать, во-вторых, говорить и преображаться я могу только в твоём сознании, а в-третьих, - незнакомка вздохнула и продолжила лекторским тоном. - Дело в том, что много веков назад эльфы научились соединять душу разумного существа с оружием. Не всю, конечно, а небольшую её часть. Это наделяло оружие всевозможными особенностями, очень полезными в бою: например, умением ослаблять разум противника иллюзиями или способностью давать хозяину уникальные навыки, вроде панорамного зрения и сверхъестественной реакции. Правда, процедура слияния была несколько неприятной для будущих владельцев, ведь в процессе они фактически погибали. Те, кто посильнее, затем воскресали и получали желаемую тесную связь с клинками, а слабаки умирали окончательно, и частички их душ вскоре самостоятельно покидали оружие. Впрочем, эльфы и из этого смогли извлечь выгоду. Существа, прошедшие через слияние, переставали бояться смерти и превращались в неистовых и безжалостных воинов. Так и появились знаменитые загробники, о которых ты наверняка наслышан, и производство их было поставлено на поток. О погибших в результате процедуры не особо горевали, считая их неизбежными жертвами естественного отбора. Но однажды случился неприятный казус. Что-то пошло не так, душа очередной умершей жертвы слияния оказалась полностью затянута в клинок, и в результате он обрёл разум. Так что гордись, ведь Занниэль сделал тебе поистине королевский подарок - единственную в мире разумную саблю. Впрочем, возможно, и не единственную, ведь минуло уже столько времени, что и создание одушевлённого оружия могло стать массовым.

- А почему ты сразу не раскрылась?

- Я пыталась. Но твой разум настолько ограничен и до предела забит всякими банальными изречениями, что просто не заметил моих сигналов. Всё, чего я добилась, это вызвала у тебя бесконтрольный сильный интерес к сабле, но на осознанный мысленный контакт ты так и не вышел. Потом я хотела затянуть тебя сюда во сне, но спишь ты слишком чутко, поэтому у меня снова ничего не получилось. К счастью, решить эту проблему помогло сотрясение твоего мозга. Тут ты расслабился в достаточной степени, чтобы у нас вышел конструктивный, как я надеюсь, диалог. Ну, раз уж всё, наконец, выяснилось, что ты теперь будешь делать?

- В смысле? – удивился Хафейн.

- Какой же непонятливый, - возвела очи горе собеседница. - Теперь ты владелец очень мощного клинка, как планируешь воспользоваться им? Что будешь делать?

- Я? Я должен выполнить своё задание: найти украденные куски артефакта, который исполнит моё желание.

- Похвально. А потом?

- Потом... Ну, потом я продолжу свои странствования в поисках подвигов, чтобы обрести славу.

- Ясно, - вздохнула женщина. – Не очень-то меня привлекает данная перспектива, но, думаю, времяпровождение в твоей компании окажется довольно интересным. Пожалуй, я поделюсь с тобой секретом, как получить частицу моей силы.

- А почему только частицу? - Хафейн, уже начавший смаковать озвученные возможности, которые откроются перед ним благодаря волшебному мечу, немного опешил. - Я твой хозяин, и ты должна покорно служить мне!

- О, я смотрю, ты осмелел, раз уже требуешь моей покорности, - красноглазая томно потянулась, изящно выгнув спину и выставив вперёд грудь, на которую пустынник так отчаянно старался не смотреть. – Но я огорчу тебя, милый. Ты пока не доказал, что можешь быть моим владельцем. Если покажешь себя достойным, то получишь меня целиком, и я сделаю абсолютно всё, что прикажешь. Иначе же будешь довольствоваться одной железкой, пусть и мастерски выкованной. А в случае, если наши отношения совсем испортятся, не обижайся, когда в один прекрасный день я отрублю тебе что-нибудь ценное.

- Что именно?!

- А это пусть останется моей маленькой тайной. Кстати, наш разговор подошёл к концу. Тебе уже оказывают медицинскую помощь, так что ты вот-вот очнёшься.

После этих слов мир вокруг Хафейна начал меняться. Порывы внезапно налетевшего ветра разогнали пар, очертания камней расплылись, потеряв чёткость, а незнакомка, оказавшаяся духом сабли, стала почти прозрачной. Лишь её невероятные глаза сияли по-прежнему.

- Подожди, - крикнул пустынник, сосредоточившись на алом взгляде. – Ты так и не сказала мне, как получить часть твоей силы.

- Очень просто, позови меня по имени, - раздавшийся ответ был подобен дуновению бриза.

- По имени? Но как же тебя зовут?

И тут разум воина снова окутала тьма, а неведомая сила подхватила его и понесла в неизвестном направлении. И, словно отголосок эха, до Хафейна донеслось заветное слово.

***

Как известно, хоббитам свойственны прагматизм и некая неторопливость, и Пэтти, будучи истинным сыном своего народа, с успехом сочетал в своём характере эти качества. Поэтому, запираясь внутри сортира, Редькинс не особо волновался о проблемах спешившего за ним Ефсия, будучи в полной уверенности, что тот в состоянии позаботиться о себе сам. С чистой совестью игнорируя стук в дверь, хоббит решил совместить приятное с полезным и достал книгу заклинаний. Юный некромант уже практически выучил её наизусть, однако в глубине души опасался, не упустил ли он что-нибудь. Эта незамеченная деталь на первый взгляд могла показаться совсем незначительной, но вдруг она таила в себе все тайны чародейства и волшебства?

Терзаемый жаждой новых открытий, Пэтти с головой погрузился в омут магии. Теорию хоббит считал мало продуктивной без практики, поэтому сразу принялся колдовать. Как нельзя кстати под потолком обнаружилась огромная паутина с высушенными мушиными трупиками. И уже через несколько минут оживленные мухи, украшенные шлейфами из обрывков паутины, вперемешку с живыми собратьями кружились вокруг чародея, который продолжал штудировать свой гримуар. Полностью отстранившись от мира, некромант уже просто не замечал усиливающиеся удары снаружи, сопровождаемые шумом и криками. И даже когда туалет начало трясти из стороны в сторону, Пэтти не выбило из состояния сосредоточенности, ведь именно в тот момент ему в голову пришла мысль опробовать заклинание усиления мёртвой плоти. Раньше хоббит как-то обходил эту тему, но после многочисленных разговоров с Ефсием решился попробовать. Результат поразил юного некроманта: дохлые мухи с лёгкостью разорвали паутину, обмотали ею несчастных живых сородичей и паука, после чего бросили их в выгребную яму.

Но это развлечение вскоре наскучило хоббиту и, придя к выводу, что делать в туалете больше нечего, он поспешил выйти наружу. А за дверью его ждал сюрприз. Пэтти прекрасно помнил, что сортир располагался на улице, но никак не внутри какого-то строения, заваленного всяким барахлом. Впрочем, произошедшее совершенно не испугало неунывающего хоббита. Благодаря активному изучению магических наук, он уже привык к самым различным странностям, происходящем в этом мире, где буйство фантазий волшебников не имело границ. Поудобнее перехватив свой посох, некромант съехал вниз по куче разломанных досок, на вершине которой сейчас стоял деревянный сортир, и отправился изучать помещение, в котором оказался. Больше всего оно напоминало склад для забытых вещей. Вокруг Пэтти валялись многочисленные ящики, обломки железа, здоровенный кусок забора, на котором стояло несколько солидных сундуков, часть прилавка с лежащими на нём тканями, а также опирающийся на него обломок фонарного столба. Ничего больше хоббит разглядеть не успел, поскольку до его ушей донеслись незнакомые голоса и через пару секунд из-за горы мусора вышли орк и два человека: мускулистый лысый детина и тщедушный очкарик.

Эта троица была увешана оружием с ног до головы, поэтому производила угрожающее впечатление, однако и к их появлению Пэтти отнёсся спокойно. Хоббит с самым невозмутимым видом уселся на обломанный прилавок и принялся ждать, когда же его заметят. Впрочем, оказалось, что незнакомцам пока не до него. Орк внезапно толкнул своих спутников вперёд и, указав пальцем на туалет, заревел дюжим голосом:

- Это что такое?!

- Сортир, - выдал здоровяк.

- Я вижу, что сортир! Что он здесь делает?!

- Стоит? - неуверенно предположил очкарик.

- Не морочьте мне мозги! Какого хрена передо мной вонючий нужник, и где обещанный сейф?!

- Ну, сейф должен быть где-то здесь...

- Где-то здесь?! Да вы издеваетесь! Вам были четко озвучены цели: сейфы и хранилища крупных торговых лавок, гильдий, банков, но вместо этого вы притащили какой-то хлам! – рыкнул орк и с негодованием пнул обломок столба. – Вы что, страдаете косоглазием?!

- Я - нет! – затряс головой испуганный первый. - Но вот он - да!

- Прекрасно, и зачем ему дали управлять захватом?

- Так он же у нас изобретатель, он сам эту штуку построил.

- И что, что сам? Нельзя было ещё кого-нибудь научить управлению?

- Он такое хитрое управление придумал, что никто из наших справиться не может, - продолжал оправдываться лысый. – Мы же просили у Вас людей посмекалистее, чтобы к захвату поставить, а Вы ответили, что лишних нет.

- Молчать! Надо было быть более настойчивыми! Зато теперь из-за вашей тупости капитан Крепс повесит всех нас на рее. Он как на днях раз интересовался, почему давно никого не вешали, а то его долбанный аппетит портится без такого зрелища! Эй, а ты что там делаешь?! - рявкнул орк изобретателю, который, пользуясь тем, что внимание переключилось на его товарища, начал возиться в мусоре.

- Тут кусок механизма отвалился, - залепетал очкарик. - Надо приделать обратно.

- Глаза вначале себе приделай! А иначе что мы получим в следующий раз? Вместо сейфа притащишь легион стражи?!

Пэтти порядком надоело ждать, когда же на него обратят внимание. Он спрыгнул с прилавка и практически вплотную подошёл к орку сзади, когда, наконец, был замечен косоглазым изобретателем.

- Мастер Хрыз, смотрите! Тут кто-то есть!

- Кто? - орк недоуменно обернулся и огляделся по сторонам.

- Вы ниже смотрите! - вскрикнул очкарик.

Хрыз наклонил голову и с удивлением уставился на юного некроманта.

- Привет, я Пэтти Редькинс, - радостно выпалил хоббит. - А вы кто такие?

- Пираты Чёрных Небес! - высокомерно ответил орк, но быстро спохватился. - Ты нам зубы не заговаривай! Откуда ты здесь взялся?

- Оттуда! - Пэтти махнул рукой в сторону сортира.

Пираты недоумённо переглянулись, после чего на головы подчинённых посыпались новые проклятья командира.

- Да вы мало того, что косые, так вдобавок и криворукие! Вы умудрились сюда ещё и этого низкорослого засранца притащить!

- Я не засранец, я Пэтти.

Но орк даже не заметил возражений хоббита и продолжал распекать подчинённых.

- И что я с ним должен делать?! Что?! Можете мне сказать?!

Некромант понял, что ничего дельного от этого троицы ему так и не добиться, и продолжил осматривать склад в поисках чего-нибудь интересного.

- О, а вон там выход! – невольно воскликнул он.

- А ну стой! - рявкнул Хрыз, но было поздно, ведь шустрый Пэтти уже распахнул дверь наружу.

- Да это же корабль, - с восхищением пробормотал хоббит, глядя на открывшиеся его взгляду палубу, мачты, паруса и снующих повсюду матросов. - Настоящий пиратский корабль! Ух, ты! Значит, мы в открытом море!

Не обращая внимания на изумлённые взгляды членов команды, он бросился к борту и перегнулся через него. Однако вместо ожидаемых водных просторов взору некроманта предстала бесконечная пелена облаков, прерываемая редкими разрывами, сквозь которые можно было видеть землю.

- Так мы, получается, летим! - только и смог промолвить восхищённый хоббит.

Но в этот момент его созерцание оказалось грубо нарушено. Орк Хрыз, бросившийся в погоню, резко схватил непрошенного гостя за плечи и повернул к себе лицом.

- Я искренне надеюсь, что ты ювелир, банкир или купец, за которого можно будет запросить выкуп. В противном случае нет никакого смысла держать тебя у нас.

- Я профессиональный чародей, - с гордостью произнёс Пэтти. - Некромант. Вот, у меня и посох есть, - и он продемонстрировал орку грабли, фактически ткнув ими ему в лицо.

- Полоумный какой-то, - прорычал Хрыз, резко отпрянув назад. – Похоже, за борт тебя надо...

- В чём дело?! – внезапно раздался резкий голос, заставивший подпрыгнуть орка и ближайших к нему матросов.

Пэтти с интересом оглянулся в сторону новоприбывшего и с восхищением присвистнул. Уж насколько высок был Урлог, но даже его макушка едва бы достала бровей подошедшего верзилы, а хоббиту незнакомец и вовсе казался самым настоящим великаном.

- Прошу прощения, мастер Барделаз! - отрапортовал орк. - У нас тут случайный пассажир. Собираемся выкинуть его за борт.

- Пассажир? – переспросил великан, с интересом посмотрев на хоббита. - Откуда он здесь взялся?

- Проник вместе с трофеями, - Хрыз замялся и опустил глаза, видимо, думал, как доложить о захваченном сортире, чтобы обойтись без последствий для себя. На его счастье, Пэтти быстро переключил всё внимание на собственную персону.

- Пираты! Самые настоящие пираты! Я же с детства мечтал стать одним из вас! Возьмите меня к себе!

- Чего? – удивлённый Барделаз наклонился пониже. - Зачем нам брать такую мелочь?

- Потому что я некромант! – воскликнул Пэтти и с важным видом стукнул граблями по палубе, но вместо уважительного взгляда вызвал лишь приступ истеричного смеха.

- Некромант! Да вы посмотрите на него: ещё навоз на ногах не высох, а уже в маги набивается!

- Ноги я мою, - упрямо ответил на обвинение хоббит. - И некромант я настоящий.

С этими словами он напустил на верзилу ораву мёртвых мух, послушно следовавших за своим хозяином, но Барделаз не обратил на них ни малейшего внимания.

- Даже если и настоящий, какая нам в небе польза от некроманта? Если мы забьём трюмы покойниками, куда потом складывать добычу?

- И, правда, - печально вздохнул Пэтти. – Значит, не бывать мне пиратом. Ну, тогда я пошёл.

- Куда?

- Обратно к своим друзьям. Не могли бы Вы развернуть корабль, а то, боюсь, возвращаться мне отсюда далековато?

- А ты ещё наглее, чем наш капитан, - заворожено пробормотал великан. - Неужели думаешь, что ради тебя мы полетим обратно в город, где стражники готовы принять нас с распростёртыми объятиями? Да нам нельзя терять время даже на приземление! Поэтому, раз толку от тебя никакого, приготовься к полёту.

- Я не умею летать. Я некромант, а не повелитель воздуха! - невозмутимо ответил Пэтти.

- Значит, самое время научиться. Ну-ка, ребята, вышвырните его за борт!

Двое матросов, исполняя приказ, шагнули к хоббиту, однако тут же схватились за лица.

- Да что такое с этими долбанными мухами? - взревел один из них. - Кусают злее собак!

- Странные насекомые, - пробурчал Барделаз, пытаясь прихлопнуть одно из порождений безумного гения некромантии. - Наглые, да вдобавок какие-то неубиваемые.

- Какого хрена здесь происходит?! - новый визгливый голос заставил подпрыгнуть уже не только Хрыза и матросов, но и Барделаза.

- Капитан Крепс, - в ужасе простонал верзила. - Уже проснулся…

Экипаж замер в откровенном ужасе. Пэтти с интересом посмотрел по сторонам, но, к своему удивлению, никого не увидел. И лишь проследив направление взглядов пиратов, с восхищением присвистнул, поскольку перед ним стоял его сородич. Вооруженный до зубов, с повязкой на глазу и агрессивным взглядом, но всё же сородич.

- Что тут у нас? Безбилетник на борту, а никто не может от него избавиться? – сквозь зубы процедил капитан. - Сразу возникает вопрос, а зачем мне нужна такая команда? Может, мне отправить вас всех на Гнилую мельницу? Старина Кромсач знает, что делать с недоумками, неспособными справиться с одним полуросликом! - последняя фраза вызвала приступ ужаса у команды и ухмылку у юного некроманта.

- Да ты же сам полурослик, - хмыкнул Пэтти.

- Молчать! Думаешь, раз мы с тобой одного роста, я позволю тебе шутить на этот счёт?!

- Я не шутил, а просто отметил этот факт. Кстати, а родом ты не с Низины?

- Какая разница, откуда я? - взгляд капитана упёрся в некроманта и не предвещал ничего хорошего. - Мне не нужны лишние рты на борту моей «Облачной Удачи»!

- Точно, с Низины! - ничуть не смущаясь, продолжил Пэтти. – Гнилая мельница... Старина Кромсач... Крепс, говорите? Что-то знакомое... Постой, а не тот ли ты Крепс Шульдик, сын тётки Люции Шульдик, которого похитили пираты?

- Никто меня не похищал, - капитан от удивления даже перестал орать. - Я сам ушёл. И даже записку написал.

- В следующий раз пиши отчетливей. А то все прочитавшие твои каракули решили, что это требование выкупа. Правда, кому отдавать выкуп, так никто и не понял. Значит, ты добровольно подался в пираты? Молодец. Мне тоже хотелось, но до моря от нас ехать две недели, и я что-то поленился! Но как здорово, что ты нашёлся. Тётка Люция будет рада узнать, что с тобой всё в порядке.

- Так мы с тобой родственники? – нахмуренный Крепс уставился на Пэтти. - Да, лицо знакомое. Ты внук старого Брука?

- Никакой я ему не внук, хотя мы в хороших отношениях. Я Пэтти Редькинс!

- Точно, как я мог забыть этот нахальный взгляд! – произнёс Крепс, довольно ухмыльнувшись. – И что же заставило моего родича преодолеть свою лень, покинуть родной дом и отправиться в странствия?

- Магия, - важно ответил Пэтти. - Я изучаю некромантию.

- Врёшь!

- Не вру. Вот смотри!

Стая мух воронкой закрутилась вокруг своего повелителя.

- И это вся магия? – скептически поинтересовался капитан.

- Приглядись внимательно, они же мёртвые!

- Я же говорил, что с этими мухами что-то не так, - пробормотал Барделаз, осторожно отходя от чародея на несколько шагов. Крепс же напротив с восхищением приблизился поближе.

- Точно мёртвые. Высохшие…, - прошептал капитан. - Так ты реально чародей?!

- Самый натуральный! Единственный и неповторимый тёмный маг и будущий повелитель мрака, Пэтти Редькинс!

- Похоже, ты о многом должен мне рассказать. Пошли в мою каюту. Барделаз!

- Слушаюсь, капитан! - великан встал по стойке смирно.

- Распорядись, чтобы нам принесли пиво и еду. И побольше, а то знаю я своих соплеменников.

Барделаз со всех ног бросился выполнять поручение.

- Ты их хорошо вышколил! - в голосе некроманта скользило удовлетворение. – Кстати, а они в курсе, что Кромсач с Гнилой мельницы - обычный мельник, пусть и с вредным характером?

- Не в курсе, но услышав такое пугающее прозвище, они решили, что Гнилая мельница – это не разваливающийся ветряк, а какая-то каторга, где Кромсач – главный надзиратель. Ну, а я их не разубеждаю, - и на лице капитана промелькнула торжествующая улыбка.

- Кстати, а куда мы летим? - полюбопытствовал Пэтти.

Крепс ухмыльнулся.

- В город свободы, где любой искатель приключений может найти себе занятие по душе. В Малонир!

***

В этой части трюма отсутствовали какие-либо лампы, но темно не было, потому что свет просачивался из многочисленных щелей в корпусе корабля. То, что с лёгкостью погубило бы морское судно, не представляло угрозы для воздушного, поэтому команда не очень-то спешила заделывать дыры. Этого слабого освещения Верениен оказалось достаточно, чтобы не обнаружить поблизости ничего, что могло бы ей помочь. Поэтому дриаде оставалось лишь тяжело вздохнуть и погрузиться в грустные размышления.

Вот за каким орком потребовалось строить из себя героиню и вступать в бой, когда стоило просто сдаться пиратам, а потом воспользоваться моментом, усыпить их бдительность и сбежать? Неужели боевой запал Торлеса так дурно на неё повлиял, подстегнув эмоции и заставив потерять рассудок? И как назло в этот раз всё сложилось против Верениен: и сама сплоховала, слишком поздно заметив угрозу, и удача отвернулась, когда нога застряла в кровле. Но даже попадание в ловушку не заставило дриаду прислушаться к голосу разума, чтобы признать поражение.

Она смогла вытащить из сапога нож и перерезать сеть. И даже будучи в окружении толпы врагов, продержалась некоторое время, убив пятерых пиратов, но, в конце концов, её всё-таки скрутили и прижали к палубе. И снова разъярённая девушка изо всех сил продолжила сопротивляться. Ядовитые иглы тучей полетели из потайных карманов в тела разбойников, обрекая тех на мучительную смерть. Верениен уже начала было надеяться на свою победу, но сегодня оказался явно не её день, потому что среди пиратов нашёлся кто-то очень внимательный. И умный.

Несмотря на её отчаянный отпор, дриаду сумели раздеть догола, крепко связали и бросили в трюм, где приковали к стене. Впрочем, этим всё и ограничилось. Звуки боя, раздававшиеся снаружи, внезапно перебились воплями о пожаре, так что пираты быстро проверили, что их пленница никуда не денется, и рванули наверх.

Путы, неудобная поза, натирающий кожу ошейник и неопределённое будущее наконец-то охладили боевой пыл Верениен и включили её мозги, позволив хладнокровно думать и анализировать. А оказавшись в полном одиночестве, она погрузилась в мысли, в которых смогла прекратить притворяться и наконец-то стала собой. Не восторженной дурочкой, с визгом бросающейся на шею дракону, и не бесстрашной лучницей, с лёгкостью расстреливающей толпы врагов, а самой собой.

Сейчас Верениен, разумеется, больше всего волновало то, как же пираты собираются поступить с пленницей. Конечно, хотелось бы, чтобы её сделали игрушкой для потехи. Это стало бы самым предпочтительным вариантом, дающим шансы на спасение. Всей толпой на неё вряд ли полезут и, скорее всего, отдадут старшим офицерам, после чего появится возможность опосредованно влиять на верхушку, используя женские уловки, а в перспективе так вообще стравить их друг с другом.

Однако, как Верениен подсказывала память, морские разбойники прекрасно знали о таких «женских уловках», подрывающих дисциплину и приводящих к конфликтам, поэтому не очень жаловали развлечения с невольницами на борту. Неизвестно, что по этому поводу думали воздушные пираты, но при пессимистичном раскладе девушку просто постараются убрать, чтобы избавиться от неудобного груза. А ещё могут возжелать мести за погибших товарищей. Ну, что же, пусть только попробуют. Дриада мрачно ухмыльнулась. Она не какая-нибудь там Арледа, которая на её месте уже наверняка пала бы духом. Нет, Верениен будет бороться за свою жизнь до конца, в себе она не сомневалась.

Впрочем, новая яростная драка с её стороны показалась дриаде не самым лучшим решением, ведь противники уже имели представление о том, чего ожидать от пленницы, и наверняка подготовились. Поэтому стоило обдумать возможность побега, не дожидаясь действий похитителей. В отличие от эльфов, воздушные разбойники совсем не умели работать с узлами, что было очень удивительно для корабельного экипажа, и Верениен могла в любой момент сбросить с себя путы. Однако она не спешила освобождаться, так как предпочитала изучать обстановку, прежде чем начинать действовать. Пока увиденное характеризовало пиратов далеко не с самой лучшей стороны. Корабль выглядел неухоженным и запущенным, и складывалось впечатление, что команда о нём совершенно не заботится. Сбежать с такой развалюхи не составило бы особого труда: всего лишь инсценировать прыжок за борт, а затем, убедившись, что разбойники поверили в это, спрятаться среди гор мусора и дождаться приземления. Впрочем, дриада с её навыками могла обойтись и без инсценировки. Как она успела убедиться, на судне хватало тёмных уголков, где можно было поиграть с командой в прятки со смертельным исходом. В былые времена она наверняка бы так и поступила.

Размышления Верениен неожиданно прервал скрип двери. В трюме стало немного светлее, и перед девушкой появились три здоровяка. Рассмотрев новоприбывших, Верениен напряглась. На угрюмых лицах громил отсутствовали даже намёки на похоть и страсть, так что благоприятный исход с ублажанием моряков отпадал, и пленницу не ждало ничего хорошего.

- Ребятки, почему вы такие грустные? У вас кто-то умер? - поспешила съехидичать дриада, в надежде пробудить хоть какие-то эмоции в своих пленителях.

Однако те оказались чересчур опытными и не повелись на провокацию.

- Вставай, - буркнул пират, лицо которого пересекал довольно специфичный зигзагообразный шрам. - На том свете будешь шутить.

Напарники заговорившего разбойника тут же подошли к девушке, развязали ей ноги и освободили от ошейника.

- Значит, казнь? - тяжело вздохнула Верениен и в очередной раз проверила крепость своих пут. – Прямо так сразу, без суда и адвоката?

- Судьёй был наш капитан, - невозмутимым тоном ответил Меченый. - Ты убила двух его лучших друзей, поэтому он не раздумывал, когда выносил приговор.

Дриада посмотрела по сторонам и коварно усмехнулась. Несмотря на беспомощный вид, у неё ещё оставалось несколько сюрпризов. Ногти на больших и указательных пальцах рук и ног таили под собой сильный яд, и было достаточно трёх царапин, чтобы конвоиры попадали на пол, корчась в агонии. Оставалось только выбрать подходящий момент, чтобы зацепить всех разом, но тут, как назло, в трюм зашли ещё несколько пиратов. Одновременно поцарапать десяток врагов Верениен не удалось бы даже на пределе сил, так что в данной ситуации попытка сопротивления, скорее всего, переросла бы в мордобой со всей командой. А без хитростей в одиночку против такой толпы ей не выстоять. С дура ума попробовала – и вот чем всё обернулось.

На палубе пленницу встретила толпа народа. Похоже, посмотреть на казнь дриады собрался весь экипаж. Верениен оглядела присутствующих и даже обрадовалась, обнаружив немало горячих парней, явно не разделявших мнение капитана и её конвоиров.

- Да ты посмотри на неё, - донёсся до ушей девушки возбуждённый голос. - Даже жалко выбрасывать такое тело.

- Так, может, отодвинем казнь на недельку-другую? Куда она отсюда денется!

- Да-да, тем более она нам корабль поцарапала. Надо отработать!

- Вы поосторожнее с фантазиями. Эта кошка кусается, причём до крови. Док сказал, что Криж и Варгумал до рассвета не доживут.

- Да что она может без своих иголок?

- Зубы ей выбьем, пальцы отрежем, и она сразу станет послушной, как овечка.

- Быстро заткнитесь! А то если капитан услышит, вместе с ней за борт полетите.

- Я смотрю, оригинального способа казни вы придумать не смогли, - поморщилась Верениен, увидев доску, один конец которой выходил далеко за борт. – Только падать будет немного больно. Может, спуститесь чуть-чуть пониже?

- Там внизу лес, а твой народ известен дружбой с ним,- без тени эмоций ответил Меченый. – Поэтому молись, чтобы деревья тебя спасли. Хотя не думаю, что при полёте с такой-то высоты есть вероятность выжить.

- Сдаётся мне, казнь при этом раскладе выйдет недостаточно зрелищной, - недовольно хмыкнула дриада. – Это в море можно долго смотреть на барахтающуюся жертву и делать ставки, сколько она продержится. А при её падении в лесные заросли вы и глазом моргнуть не успеете, как всё закончится. Неужели нельзя придумать что-то поинтереснее? Вот как вам вариант с насаживанием на верхушку дерева? Наша Мать Листьев больше всего любит такой способ казни. Зрелище, надо признать, действительно завораживающее: дерево плавно качается туда-сюда, а вопли казнимого то удаляются, то приближаются. Только нужно правильно подобрать ствол: тонкий, но достаточно прочный и гибкий…

Болтая всякую чепуху, Верениен тянула время, чтобы вновь прикинуть свои шансы. Из-за большого количества народа план побега требовалось изменить, и, как бы ей этого и не хотелось, предстояло новое сражение. И если дриада правильно всё рассчитала, после её атак пиратская команда потеряет как минимум трёх членов экипажа, прежде чем пленницу сумеют выкинуть за борт. А дальше оставалось надеяться на гибкость тела и крепость ногтей. Если успеть уцепиться за одну из щелей в борту, можно забраться обратно на корабль и всё-таки воплотить вариант с игрой в прятки.

- Ладно, дело ваше - падение так падение, - наконец пожала плечами девушка. – А чего мы вообще ждём?

- Капитана. А вот, кстати, и он.

Верениен оглянулась. Судя по высокому росту, худощавому телосложению и утончённым чертам лица, в приближающемся человеке присутствовала немалая примесь эльфийской крови. Дриада могла с уверенностью сказать, что капитан был эльфом на четверть, поскольку прекрасно его знала. А через мгновение узнавание стало обоюдным, и девушка пожалела, что промедлила с нападением.

- Зе..., - начал капитан и резко осёкся. - Верениен?! Ты?!

- Рада тебя видеть, Эрван, - грустно улыбнулась дриада. – Похоже, ты хорошо вышколил свою команду, раз они сумели меня захватить.

- Я должен был догадаться, - яростно прошипел капитан. - Должен был, едва услышал про ядовитые иглы и бьющие без промаха стрелы. Найкер!

- Слушаюсь! - отозвался Меченый.

- Отведи её обратно и свяжи покрепче. Казнь отменяется!

Сразу же со всех сторон раздались голоса недовольных пиратов.

- Но почему, капитан?!

- Хотите спасти свою подружку?!

- Да заколдовала она его!

- Такой капитан нам не нужен!

- Тихо! - рявкнул Эрван. – Если бы вы знали эту дриаду настолько хорошо, как я, не спешили бы так быстро от неё избавляться. Эта курочка несёт золотые яйца!

- Впервые слышу, что дриады несут яйца, - вполголоса пробормотала Верениен. - Обычно рассказывают сказки, что мы рожаем жёлуди.

- Золотые? - удивился Найкер, высказав хоть какую-то эмоцию.

- Зависит от фантазии рассказчика, - пожала плечами дриада.

Дальнейшего она уже не видела, потому что её запихнули обратно в трюм, уложив на прежнее место. Всё произошло так быстро, что ошейник до сих пор хранил тепло тела. Верениен грустно вздохнула и решила ждать гостя, благо тот не отличался терпением. И действительно минут через десять в трюме появился капитан. За ним зашёл знакомый верзила-конвоир Найкер, встал у стены и пристально уставился на пленницу.

- Значит, ты жива, - возбуждённо заговорил Эрван. - Жива, что бы там ни утверждали законники. Серебряный Медведь был прав, сказав, что в той могиле похоронили кого-то другого, а я, дурак, отказывался ему верить.

- Ну, из всех вас он единственный умел пользоваться хоть каплей мозгов, - ответила Верениен. – Раз больше никто не догадался о моих намерениях, которых я даже не скрывала. Но зато мне удалось преподнести здесь сюрприз – хоть какое-то развлечение тебе среди серых будней.

- К демонам такие развлечения, - рявкнул капитан, глаза которого яростно пылали. – Знала бы ты, какие я испытал чувства, когда увидел на палубе моего корабля живую Зелёную Фурию, окружённую толпой и готовую в очередной раз принять смерть! Да я чудом не потерял дар речи!

- Зелёная Фурия? - спросил конвоир. - Та самая знаменитая убийца королей, чьи стрелы разят без промаха?

- Она и есть! Ты даже не представляешь, какую добычу мы в этот раз взяли! – воскликнул капитан и повернулся к Верениен. - Но почему ты тогда ушла? Почему?!

- Тебе честно сказать? – спросила дриада, пытаясь принять более удобную позу. - Надоело.

- Врёшь, - ухмыльнулся Эрван. - Как всегда врёшь. Думаешь, я не помню выражение твоего лица всякий раз, как мы возвращались с дела? А ещё мне никогда не забыть, с какой страстью ты набросилась на меня после того, как сорвала Сигонскую сделку, застрелив разом трёх генералов. Да, я держу в памяти каждую минуту, что мы проводили вместе, поэтому могу с уверенностью сказать, что ты – истинное зло во плоти, и отказываюсь верить, что такая жизнь тебе надоела!

- Другого ответа не будет, - спокойно произнесла Верениен. – Ты тоже не очень-то делишься со мной своими секретными планами.

- И какой же из моих планов тебя интересует? - напрягся Эрван.

- Ну, к примеру, что ты собираешься сделать со мной. Как собираешься использовать мою ценность: сдашь властям или продашь на рабском рынке? Конечно, «охотник за головами», звучит солиднее, нежели «работорговец», но тебе ли ни знать, сколько можно срубить за женщину с экзотической внешностью на аукционе ценителей. Впрочем, я давно не интересовалась размером награды, объявленной за меня законниками, может, она уже запредельно огромная. Хм, даже любопытно стало, какой же из этих вариантов принесёт тебе больше золота.

- Я вовсе не собираюсь обменивать тебя на золото. Ты сама настоящее сокровище, которое мне совсем не хочется снова потерять! Уверен, подчинённые одобрят моё решение, когда узнают, какая легендарная личность станет моим старшим помощником!

- Старпомом?!

- Да! С моей командой и твоими талантами мы станем просто неодолимой силой, и даже Верховный Совет Малонира будет вынужден склонить головы и признать наше лидерство. Ну, а в противном случае ты убьёшь их, а заодно и всех тех, кто станет нам противиться!

- Прости, но я не собираюсь принимать участие в твоих забавах.

- Что?! – явно не поверив своим ушам, воскликнул Эрван. - Что ты сказала?! Но ты же Зелёная Фурия, и я даю тебе такой замечательный шанс проявить себя!

- Не интересно, - поморщившись, отмахнулась дриада. - У меня имеются собственные дела, а твои игры кажутся мне очень скучным времяпровождением. Да даже будь у меня интерес, разве согласилась бы я последовать за таким неудачником, как ты?

- Нет, ты не можешь отказаться! Ты должна остаться здесь! - в голосе Эрвана проскользнули истерические нотки. - После всего, что ты сделала, ты просто обязана быть со мной!

- А что я сделала?

- Во-первых, украла казну братства!

- Ну, если казной ты называешь тот дырявый кошелёк, то я могу прямо сейчас возместить украденное. В кармане моей куртки завалялась пара монет, которые компенсируют всё и даже с процентами.

- Во-вторых, ты навела на наше логово городскую стражу!

- Я тысячу раз советовала сменить убежище, но вы отвечали, что оно достаточно надёжное. Поэтому в том, что вашу шайку, в конце концов, накрыли стражники, целиком и полностью виноваты вы сами.

- А в-третьих, после нашей последней ночи я долго лечился, - яростно прошептал Эрван.

- Ну, вот здесь я точно не причём, спрашивай со своих шлюх.

- Но ты не можешь опять меня бросить!

- Капитан, думаю, это бесполезно, - вновь подал голос Найкер. - Она уже отказалась.

- Заткнись! Ты ничего не понимаешь!

- Всё я понимаю. Зелёная Фурия – Ваша бывшая, которая просто больше не хочет иметь с Вами дело. Уговоры бессмысленны, когда Вас презирают.

- А твой Найкер, оказывается, неплохой знаток душ, - усмехнулась Верениен. – Но кое в чём он ошибся. Если бы я презирала тебя, не отказала сразу, а просто подыграла, чтобы потом сбежать, как обычно поступала.

- Значит, у тебя всё-таки остались чувства ко мне? - заворожено прошептал капитан.

- Конечно. Ты так трогателен в своём желании снова заполучить меня, что я чуть ни прослезилась от умиления и не смогла тебя обмануть. Мне совсем не хочется причинять тебе боль, ведь раньше нас многое связывало, но прими тот факт, что я больше не Зелёная Фурия, а скромная странствующая лучница. Так что лучше тебе отпустить меня и забыть о том, что мы когда-то встречались. Можешь даже потом порыдать в подушку, обещаю никому об этом не рассказывать.

- Отпустить и забыть?! - Эрван захохотал безумным смехом. – После того, как ты унизила меня, да ещё и перед подчинённым? Боюсь, ты не понимаешь, маленькая дриада, что находишься в моей власти, а я всегда добиваюсь того, чего хочу. У тебя ещё останется время на раздумья до нашего прибытия в Малонир и, возможно, немного сверх того. И если я не услышу от тебя ответ, который мне понравится, твоя дальнейшая судьба будет очень печальной. Печальной настолько, что ты пожалеешь об отмене казни. А, кроме того, мы не любим возить пассажиров бесплатно, поэтому для начала тебе придётся отработать дорогу.

- Я уже догадываюсь, как именно, - спокойно ответила Верениен.

- Надеешься, что будешь обслуживать команду в постели? А вот зря! Я не такой идиот, как ты думаешь, и могу представить, чем это закончится, потому что прекрасно помню стиль твоей работы. Нет, тебе придётся провести время гораздо интереснее, наводя порядок на судне. Видишь ли, мои ребята не отличаются особой аккуратностью и слегка его замусорили. Так что пока мы ни доберёмся до Малонира, будешь очищать корабль от скопившегося дерьма, а там уже решим, что с тобой делать дальше.

Дверь в трюм захлопнулась за Эрваном и Найкером, а девушка вновь осталась в темноте, размышляя о своём будущем. Верениен отлично понимала, что поступила глупо, но иного выбора ей не оставалась. Она должна была порвать с прошлым окончательно, пока оно вновь ни набросилось на неё и ни затянуло обратно, что могло стать куда страшнее смерти.

Глава 5. Бег на месте

Лучше день потерять, потом за пять минут долететь. (с) м/ф «Крылья, ноги и хвосты»

- Ну, и кто ты после этого? – буркнул разгневанный Урлог, глаза которого, казалось, метали в сторону гнома мифические лучи смерти.

Басс нервно поёжился под взглядом командира, но извиняться и оправдываться не спешил.

- Я исполнял свой долг, - упрямо заявил гном. – Я был обязан защитить топор Шанграума от посягательств грязных разбойников! – и с этими словами он указал своей секирой на полдюжины трупов, лежащих у постамента.

- Тем не менее защитить его ты не смог, - возразил варвар. - Пропал ваш легендарный топор.

- Увы, - сквозь зубы процедил Басс, и его лицо исказилось в презрительной гримасе. - Эти порождения навозной кучи добрались сюда раньше меня! Будь я чуть быстрее и тогда...

- Подожди-ка, - перебил Драммингса Урлог, тяжело вздохнув. – Правильно ли я понимаю, что ради какой-то несчастной медяшки ты пожертвовал интересами отряда, бросив нас в трудной битве?

- Это не несчастная медяшка, а топор Шанграума! - огрызнулся гном. - Да и вы не дети, могли бы вместе и экипажи обоих кораблей вырезать, раз я один с несколькими пиратами справился.

- Они захватили Верениен и Пэтти. Да и Фанька пропала, - ответил варвар, уже с трудом борясь с приближающимся приступом гнева. – А ведь если бы какой-то бородатый коротышка ни покинул поле боя ради несчастной поделки, мы могли бы помочь соратникам!

- Ага, и этот коротышка должен был в одиночку всех троих спасать, пока остальные стояли и в носах ковыряли?! И не смей больше так говорить про реликвию подгорного народа! - рявкнул Басс, потрясая своим оружием.

Рука Урлога непроизвольно потянулась к рукояти меча. Казалось, что драка неминуема, однако внезапно раздавшийся голос резво остудил спорщиков.

- Фанька похищена?!

Варвар обернулся и недовольно нахмурился. Хафейн после падения явно изменился, и сложно было понять, в лучшую или худшую сторону. Его глаза утратили привычный блеск фанатизма, а сабля, которую воин раньше не выпускал из пальцев, теперь находилась в ножнах, и было хорошо заметно, как он постоянно отдёргивает от неё руки. Вдобавок пустынник выглядел растерянным, словно не понимал, что же именно происходит вокруг.

- Она не похищена, - проворчал Урлог, осознавший, что на его голову свалилась очередная проблема в лице контуженного Хафейна. – Местные жители сказали, что видели, как она, словно обезумевшая, проскакала на своём чудо-жеребце через северные врата вслед за летящими кораблями. Похоже, наша боевая принцесса решила единолично спасти пленников.

- А это значит, что придётся спасать её саму, - пробормотал Хафейн. - Великий мудрец Шабуфар, говорил... ну, наверное, говорил... что женщина есть источник всех бед, ибо она сама всегда находится в беде, и задача мужчины заключается в том, чтобы спасти её, указав путь истинный!

- Для начала надо наставить на истинный путь этого бородатого дезертира, - произнёс варвар, повернувшись к гному. - Я понимаю, что у каждого из нас имеются свои пристрастия, но пока ты работаешь в отряде, должен думать только о благе отряда! Запомни, всё личное или племенное должно отходить на второй план и уступать место интересам команды!

- Вот именно, - согласился приблизившийся к спорщикам Торлес, который придерживал за локоть рыдающую Арледу. - Мы сплоховали и потеряли своих товарищей, - и, растерянно обернувшись по сторонам, добавил. – А теперь я должен поспешить на помощь Верениен, ведь она в руках у пиратов! Моя девочка, моя веточка, что они с ней сделают?!

- Ты полетишь? – поинтересовался Урлог, внимательно посмотрев на дракона.

- Полечу? – переспросил Торлес, растерянно отшатнувшись. - Нет, не могу. Погода нелётная.

- Небо чистое. Облаков почти нет, - подал голос гном.

- Вот именно поэтому и нелётная, ведь любой дурак может с лёгкостью разглядеть меня снизу и сбить.

- Кто же тебя собьёт? - спросил варвар.

- Да хотя бы волшебники. Они почему-то считают, что части наших тел являются отличными ингредиентами для разных снадобий и артефактов. Знаете, почему рыцари испокон веков ведут охоту на драконов? Вот как раз потому, что воителей активно подзуживают маги и алхимики! Поэтому извините, что не оправдаю ваших надежд, но в погоню придётся отправиться по земле. Знать бы только куда...

- Давайте спросим об этом у пленного! - предложил Басс.

- И где мы его возьмём? – вздохнул Урлог, кивнув на сваленные в кучу трупы. - Эти пираты, может, и плохо дерутся, но всех своих раненных смогли забрать.

- Не всех. Я тут взял одного, - довольно ухмыльнулся гном. - Так что зря ты на меня кричал!

- Давай его сюда, - дружно выкрикнули варвар и дракон, а в потухших глазах Хафейна вновь затеплился боевой огонёк.

Драммингса не требовалось уговаривать. Зайдя за опустевший постамент, Басс схватил лежавшего там связанного пленника, до этой минуты скрытого от глаз соратников гнома, и бросил его к ногам Урлога.

- Вот, полюбуйтесь. Он не ожидал, что я покромсаю его дружков, поэтому моментально бросил свой меч.

Эльф с интересом изучил добычу. К его удивлению, захваченный оказался довольно-таки тщедушным человеком и не очень-то походил на пирата. Впрочем, несмотря на своё незавидное положение, незнакомец изучал своих пленителей без тени страха на лице и лишь недовольно морщился из-за тычков гнома.

- Ты точно пират? - с искренним сомнением в голосе поинтересовался Урлог.

- Точно-точно, - ворчливо ответил пленник. - Руб Грыва - старший механик корабля «Пустая Глотка». А вы кто такие? Местные наёмники? Неужели эти городские жадины раскошелились, наконец, на нормальных бойцов?

- Ты зубы нам не заговаривай! - рявкнул Хафейн. - Твои дружки похитили наших друзей! Быстро говори, куда они их повезли и что с ними сделают?!

- Куда повезли? Понятное дело, что в Малонир, ведь всю добычу свозят только туда. А вот что сделают, точно сказать не могу. Если посчитают ценным товаром, то довезут до города, где и продадут. Если же придут к мнению, что навара от ваших друзей не будет, то постараются поскорее избавиться.

- И всё? - удивился Торлес.

- А разве существуют какие-то иные варианты? Впрочем, судя по вопросу, какие-то экзотические предположения на этот счёт у вас уже имеются, но тут, простите, ничем помочь не смогу. Я в тонкости работы с добычей не лезу, а всего лишь обслуживаю корабль, поддерживая его на лету.

- А вниз зачем спустился? – спросил Урлог, недоверчиво нахмурившись.

- Слышал, что тут выставлен какой-то гномий артефакт. Решил изучить его и разобраться, принесёт ли он нам хоть какую-нибудь пользу.

- И как, изучил?

- Не успел. Когда мы пришли, ваш товарищ как раз упаковывал артефакт в свою сумку.

- Что?! – раздался единый хор голосов, заставивший Басса вздрогнуть.

- Я, конечно, знал, что гномов иногда заносит, но чтобы настолько, - добавил Хафейн, восхищённо присвистнув. - Хотя ещё великий мудрец Ферсаим говорил... да-да, он точно говорил... Что три вещи нельзя доверять своим знакомцам: девушку - певцу, тайну – пьянице и золото - гному.

- А он у нас и гном, и певец, да и выпить не прочь, - философски подытожил незаметно подошедший Ефсий. - Кстати, что случилось?

- У нас украли хоббита и девушек, а Басс украл топор, - кратко объяснил Урлог.

- У пиратов?

- Нет, ради разнообразия он решил ограбить местных жителей.

- И теперь горожане нас самих объявят разбойниками, а не героями-избавителями, - включилась в разговор Арледа, грустно шмыгнув носом. – И застрянем мы в этой дыре, пока будем гнома от тюрьмы отмазывать.

- Но многоуважаемый господин Драммингс может же спрятать похищенное понадежнее, если, конечно, не найдётся свидетелей его авантюры, - с улыбкой проговорил Ефсий.

- Да вы лучше спросите у пленника, где находится этот Малонир, - взревел Басс, которому надоели подколки соратников. – Ну, и как туда попасть!

- Попасть туда очень просто, - тут же отозвался Руб. – Выходите из северных врат, сразу от них двигайтесь на восток прямо до моря, а затем идите вдоль побережья на север. Рано или поздно вы обязательно уткнётесь в Малонир.

- Если верить карте, нам придётся пересечь горы, причём дорог там почти нет, - задумчиво произнёс эльф. – Земли вокруг Малонира очень изолированы и мало заселены. Неудивительно, что в тех краях начали создавать летучие корабли.

- Вот бы и нам один такой, - устало прошептала Арледа.

- Если развяжете и пообещаете больше не бить, могу построить, - тут же предложил пленник.

- Что? - на этот раз поразился даже Урлог. - Ты способен на такое?

- Естественно, способен! В прошлом я являлся ведущим инлосским инженером и алхимиком, и мои разработки были известны далеко за пределами империи!

- Но каким же образом ты попал в пираты? – спросил эльф.

- Глупая история. Экспериментировал с новым типом снарядов для катапульты, но не рассчитал мощности, и взрывом разворотило полдома.

- И как это связано с пиратством?

- Во время взрыва рядом с домом шествовала императорская процессия, и обломками камней поубивало многих стражников, вельмож и даже самого императора. Его дочь, конечно, обрадовалась, что сможет взойти на трон без лишних интриг, но ради порядка потребовала мою голову. А голова слишком ценна для меня, поэтому я поспешил спрятаться в этих диких землях, благо с недавнего времени здесь стали привечать умных людей.

- Ясно, - произнёс Урлог, в глазах которого пылал неподдельный интерес. - И сколько тебе потребуется времени для строительства?

- Если обеспечите материалом и инструментами, а они в этом городке просто обязаны быть, то дня через три сможете полететь.

- Какие три дня?! - возмущённо закричал Торлес. – Мы потеряем здесь целых три дня, а в это время мою несчастную девочку будут подвергать невообразимым пыткам!

- А вот судьба господина Редькинса, похоже, Вас совсем не беспокоит, уважаемый, – съехидничал Ефсий, чем немного смутил дракона, заставив того замолчать.

- Можете пойти пешком, - ответил пират. – Думаю, месяца через полтора доберётесь до Малонира. При соответствующей доле удачи, разумеется. А вот умные люди предпочтут потерять три дня, чтобы потом...

- Долететь за день? - перебил пленника увлечённый варвар.

- Ну, это если очень повезёт с ветром. Скорее всего, в Малонире будете дня через три. Дорогу я вам покажу.

- Что-то он чересчур разговорчив, - проворчал недоверчивый Басс. - С чего бы ему помогать нам?

- Сейчас я ваша собственность, - поспешил объяснить Руб. - Но если вы оставите меня здесь, надо мною свершат суд, как над пиратом. Поэтому предлагаю сделку: я строю вам корабль и помогаю вернуть товарищей, а за это вы не сдаёте меня местным властям.

- По рукам, - согласился с доводами пирата Урлог. - Что тебе нужно?

- Для начала требуется посудина, способная вместить весь ваш отряд. Тут за городом есть озеро, думаю, у рыбаков можно выпросить такую, а потом...

- У вас какие-то проблемы? – совершенно внезапно раздался голос мэра, и варвар с трудом сдержал недовольство из-за того, что не заметил его появления. – А зачем же тогда вам собираться вот так, у всех на виду?

- Урлог обсуждать награда, - в присутствии главы города эльф предпочёл вновь притвориться тупым варваром. - Урлог забирать пленника. Урлог нуждаться в лодке.

- В лодке? – удивился Ихтын, оторопело взглянул на собеседника. - Хорошо, мне принадлежит несколько небольших кораблей, думаю, смогу выделить вам один в качестве платы, но тогда обещанного золота дам в два раза меньше. Что-то ещё?

- Урлог возвращать похищенное!

И с этими словами варвар шустро подхватил мешок, стоявший у ног Басса, и протянул его мэру. После того, как Руб разъяснил, кто являлся истинным похитителем сокровенного топора, эльф с лёгкостью вычислил местонахождение артефакта. Вот только реакция мэра оказалась неожиданной. Заглянув в мешок, Ихтын резко отшатнулся, словно увидел ядовитую змею.

- Заберите его, - умоляющим шёпотом попросил городской глава. - Я готов даже заплатить вам вдвое больше, чем обещал за пиратов, только унесите эту гадость из моего города.

- Урлог не понимать!

- А что тут не понимать? Каждый месяц сюда толпами приходят гномы. Целый день они пляшут и стенают вокруг топора, а потом каждый выпивает по бочонку пива и на радостях принимается разносить наш город. Мы пробовали подарить топор подгорному народу, но они отказались брать, сославшись на то, что создатель этой железяки якобы завещал хранить её там, где создал. На угрозы просто выбросить топор гномы заявили, что для них это станет оскорблением, и тогда они примут против нас меры. Поэтому, пожалуйста, заберите его, а мы скажем гномьим старейшинам, что их достояние украли коварные пираты. Может, хоть таким образом нам удастся насолить этим негодяям из Малонира.

- Урлог понимать. А наш гном не придавать значение словам прославленного оружейника, - произнёс варвар, отточенным движением взял мешок, завязал его и вернул недоумевающему Бассу. - Тогда мы готовиться к походу.

- Из того, что мне удалось услышать, напрашивается вывод, что вы решили хорошо потрясти это пиратское гнездо. Умоляю, разрушьте его до основания, чтобы мы, наконец, смогли вздохнуть спокойно.

- Сделаем всё возможное! - ответил вместо Урлога Хафейн, начавший, к счастью, потихоньку приходить в себя. - Эти пираты крупно пожалеют о том, что посмели бросить нам вызов!

Когда мэр отошёл в сторону отдавать распоряжения подчинённым, варвар переключился на своих спутников, прежде всего на пустынника.

- Пираты тебя пока подождут, - поспешил Урлог охладить пыл воодушевившегося было соратника. - Для начала ты должен отыскать Фаньку.

- А почему я? - удивился Хафейн.

- Не только ты, с тобой пойдёт Торлес.

- А как же моя Верениен?! - возмутился дракон.

- Пока ни построим корабль, ни о каких разборках с пиратами не может идти и речи. Поэтому вы, как самые сильные бойцы, должны с пользой потратить это время на поиск и возвращение Фаньки, - объяснил эльф и, немного подумав, добавил. – Хотя, зная её, могу быть уверен, что ваши поиски затянутся. Поэтому предлагаю назначить место встречи, где мы подберём вас сразу на наш новый корабль.

- К северо-востоку от города располагается очень приметная скала, напоминающая трёх голых девушек, - подал голос пленник. - Дорога как раз проходит мимо неё, поэтому встретиться можно там.

- Значит, договорились, - подытожил Урлог.

- Подождите, я тоже поеду с ними, - встрепенулась Арледа, которой очень не хотелось оставаться без Торлеса. – Я успела близко подружиться с Фанькой, а мои способности могут помочь отыскать её.

- Твои способности пригодятся нам здесь, - возразил варвар.

- И для чего же?

- Насколько я успел изучить мэра, не удивлюсь, если под видом самого лучшего корабля он всучит нам дряхлую, гниющую развалюху. Поэтому нам потребуется помощь эксперта по красоте, - командир и тяжело и печально вздохнул. - Чтобы хоть снаружи наша посудина выглядела пристойно.

- А это интересная задача, - призадумавшись, произнесла девушка. – Если потребуется, я непременно постараюсь разобраться с этой проблемой.

- Лихо ты её, - едва слышно шепнул Хафейн.

- Я ещё не сошёл с ума, чтобы отправлять городскую девчонку шляться по лесам, когда мы и так потеряли почти половину команды.

- Почему половину? Треть.

- Я посчитал фанькиных коня, хомяка и меч.

- А, ну тогда сходится, - усмехнулся пустынник. – Ладно, не будем больше терять время. Вы занимайтесь кораблём, а мы постараемся разыскать хотя бы одну потерю. Как говорил великий старец Зухтима… А я, несмотря ни на что, буду верить, что он именно так и говорил… Если потерял жемчужину, то не горюй и забудь про неё, ведь на своём пути найдёшь ты ещё немало сокровищ. Но если потерял товарища, брось вызов богам и верни его, ибо друзей посылает тебе сама судьба, и потому должен ты ценить каждого друга.

- Удачи! – пожелал Урлог.

Хафейн, который, наконец, хоть немного воспрянул духом, подхватил под локоть вяло сопротивляющегося Торлеса и направился в сторону таверны, чтобы забрать свои вещи.Ефсий стал развязывать пленника и принялся задавать ему вопросы о принципе, на котором могут летать корабли. Руб охотно отвечал, и вскоре между двумя волшебниками завязалась глубоко научная беседа о воздухоплавании. Арледа погрузилась в размышления, видимо, планировала, как именно украсить судно. Ну, а Басс... Басс нежно обнимал мешок с добычей и мурлыкал под нос какую-то песенку. И, похоже, эмоции гнома оказались столь сильны и искренни, что в этот раз его пение почти не раздражало.

***

Те, кто общался с Фанькой хоть какое-то время, обычно сильно недоумевали, как ей удаётся столь долго оставаться в образе герцогини Преффенбургской. И они даже представить не могли, что на протяжении последних пяти лет подобная манера поведения являлась для неё уже не просто ролью, а стала самой её сутью. И это было неудивительно после всего того, через что девушке пришлось пройти.

У великого мага Арлутиана Гросахского имелись две слабости: женщины и театр, злоупотребление которыми в итоге привело его к неоднозначным последствиям. Поскольку многожёнство было официально разрешено, чародей обзавёлся небольшим гаремом, представительницы которого, благодаря неистощимой страсти главы семьи, вскоре подарили ему просто невероятное количество наследников. Впрочем, Арлутиан, уверенный в своём богатстве, охотно принялся содержать их всех. Однако хватило волшебника всего на несколько лет обеспечения спокойной безбедной жизни семейству, поскольку он решил воплотить мечту о собственном театре, и все средства и силы стали уходить туда.

Его родной город Гросах считался мировым центром театральной деятельности, и выступление на тамошних подмостках было честью даже для самых выдающихся актёров. Ценители сценического искусства любили называть это место «городом тысячи театров». На самом деле, их построили там, конечно, гораздо меньше, но это не отменяло всей культурной значимости Гросаха. Жизнь большей части его населения, так или иначе, была связана с театром. Архитекторы планировали и возводили причудливые здания, столяры изготавливали замысловатые декорации, портные шили разнообразные костюмы для постановок, не говоря уж о работниках продуктовых лавок, которые регулярно поставляли свою продукцию многочисленным артистам и режиссёрам. Не избежали данной участи и волшебники, большинство из которых занимались обеспечением театральных спецэффектов. Благодаря магическим чарам, на сценах появлялись картины дивных земель или оживали бумажные драконы и изрыгали вполне натуралистичное пламя. А если по сюжету спектаклей герои получали крылья и должны были взлететь, то во время постановок актёры действительно воспаряли над головами зрителей.

Арлутиан обожал театр и не собирался ограничиваться лишь работой над красивыми эффектами. Он хотел сам писать сценарии, отбирать актёров, ставить спектакли и грезил, что имя его прославится в веках именно в связи со сценическим искусством. И будучи достаточно богатым человеком, маг сумел выкупить здание, нанял артистов и приступил, наконец, к любимому занятию.

Однако предприятие как-то сразу не задалось. Нет, причина неудачи крылась не в бездарности чародея как постановщика, а в огромной конкуренции в данной сфере. Было очень сложно выделиться на фоне сотен других театров, и требовалось нестандартное решение, чтобы заманить зрителей именно к себе в обход соседей. И именно на поиски данного решения Арлутиан бросил все свои силы.

Но, увы, дела мага становились всё хуже и хуже. Вскоре ему перестало хватать денег, и артисты, осознав печальное положение их нанимателя, один за другим принялись покидать его. И в отчаянии чародей решился на весьма радикальные меры. Глядя на своё многочисленное потомство, часть которого как раз достигла возраста взросления, он замыслил сделать артистами собственных отпрысков. Выгода казалась очевидной. Своим детям не требуется много платить, поскольку они и так находятся на содержании у родителя. Кроме того, их можно с ранних лет воспитывать как актёров, выращивая, что называется, работников сцены своими руками.

Вдобавок в Гросахе профессия актёра считалась очень почётной, поэтому никто из детей и жён Арлутиана не стал возражать, а наоборот все обрадовались, что смогут пополнить число элиты. И в скором времени выбранные отцом кандидаты принялись изучать подмостки сцены.

Но разобравшись с одной проблемой и придумав способ значительно сэкономить на финансах, Арлутиан понял, что этого мало. Нужно было привлечь зрителей, чтобы они массово хлынули на его представления, и там, где оказывался бессилен режиссёр и сценарист, дело в свои руки стал брать профессиональный волшебник.

Вначале он ставил эксперименты на мышах и хомяках, которые в огромном количестве водились рядом с его домом, находившемся возле городского зернохранилища. Власти были только рады тому, что Арлутиан очищал склады от грызунов, и даже немного приплачивали ему за это. Жертвами сурового экспериментатора стали сотни животных, прежде чем опыт внезапно дал положительный результат. Один из хомяков вдруг увеличился в несколько раз, обрёл разум, способность говорить и, к искреннему удивлению самого чародея, бессмертие. Получение вечной жизни, впрочем, не мешало грызуну предрекать собственную смерть по сто раз на дню.

Попытки пристроить хомяка, прозванного Зернопузом, в театр оказались неудачными. Зверёк выглядел не очень презентабельно, не хотел говорить по тексту, к тому же отличался просто невероятной ленью и мог заснуть прямо во время выступления. Однако Арлутиан не особо огорчился из-за неработоспособности своего творения, ведь к тому времени, именно благодаря Зернопузу, маг смог понять, что же именно ему необходимо. Результат его следующего эксперимента, говорящий конь Интогрод, полностью соответствовал требованиям сцены. Он имел достаточно грозный вид, зловещим голосом предвещал разнообразные ужасы и возил на себе как положительных героев спектаклей, так и их антагонистов. Включение коня в труппу театра привело к тому, что среди зрителей, наконец, появились те, кого новая идея чрезвычайно заинтересовала.

Следом пришла очередь опытов с неодушевлёнными предметами. Поющий меч Ловиальф просто поразил публику. Среди театральных коллег Алрутиана пошли слухи, что на самом деле в клинке заточена душа одного из величайших бардов эпохи, но было ли это правдой, знал только его создатель. Меч собирал множество зрителей, даже несмотря на свой строптивый характер и специфический репертуар, состоявший исключительно из любовных баллад.

После Ловиальфа Алрутиана понесло, и он принялся зачаровывать всё, что попадалось под руку. Хор посуды пел оперные арии, мебель танцевала, ожившие доспехи кляли свою судьбу и обещали в один прекрасный день вернуть своё настоящее тело, а бумажные драконы бродили по залу и раздавали комплименты зрителям. И если публика пребывала в восторге от новаторских спектаклей, то семья Алрутиана придерживалась противоположного мнения. Ради экономии средств маг заколдовывал и использовал на сцене не специально купленный реквизит, а домашний инвентарь и выводить его из бытового употребления не собирался. Поэтому мало кому из родни волшебника нравилось, когда сахарница вдруг накладывала ограничения на количество сахара, платяной шкаф начинал спорить на тему, какой наряд стоит сегодня надеть, а табуретка принималась восторженно стонать из-за того, что по ней так приятно ёрзают.

Именно в таких условиях и росла Фанька, точнее Ветка, как звали её тогда. Уже с малых лет отец приставил её к театру. Девочке доводилось изображать детей из толпы, вместе с младшими братьями махать кирками, отыгрывая гномов в шахте, а пару раз ей даже доставалась роль феи. Однако душа Ветки просила большего, и с возрастом у девочки появилась мечта сыграть принцессу. Она воображала, как её, наряженную в сверкающее, приводящее всех в восторг платье, похитит злой колдун или дракон, а герой, роль которого, скорее всего, исполнит один из её братьев, сразит чудовище и при полном зале споёт ей балладу о любви.

Увы, но суровый отец безжалостно разрушил грёзы Ветки. В день пятнадцатилетия дочери старый Алрутиан выслушал её просьбу о желаемой роли, со скепсисом изучил слегка нескладную фигуру девушки, пересчитал веснушки на её лице, попросил принять гордую позу, после чего вынес свой вердикт.

- Тебе хочется быть принцессой, но их спасение благородными героями уже лет сто как вышло из моды и считается дурным вкусом. Поэтому я сделаю тебя принцессой нового поколения. Вместо бального платья и веера ты получишь доспехи с мечом и сама станешь поражать драконов и чародеев, спасая... эээ... ну, скажем, похищенных принцев. Да, точно, похищенных принцев, ну, иногда и других принцесс. Думаю, зрителям такой замысел придётся по вкусу.

Публике идея действительно понравилась, поэтому Ветке пришлось привыкать к бутафорским доспехам вместо нарядного платья, ведь на долгие годы роль принцессы-воительницы стала для девушки ключевой. Но отцу этого было мало. Он требовал от своих артистов, чтобы для полноценного вживания в роли они перевоплощались в играемых героев полностью, вплоть до повседневной жизни. Поэтому Ветку даже дома называли именем её персонажа, расспрашивали о свершённых подвигах, восторгались её победами и переживали из-за неудач. И мало-помалу в голове у девушки начала размываться грань между спектаклями и реальной жизнью.

Даже собственная кровать под влиянием чар отца сутками напролёт восхваляла героизм и отвагу Ветки, и в результате девушка убедила себя, что сдерживается сценой и таким образом становится ненастоящей. Она хотела реального подвига, а не очередного убийства бумажного дракона или ходячих доспехов. Но неизвестно, сколько бы ещё времени Ветка пыталась что-то изменить в своей жизни, ни получи она то загадочное письмо, которое приглашало её в обитель бога.

И девушка решилась сбежать. Она собрала привычный по сцене инвентарь, оседлала Интогрода и вдобавок прихватила хомяка Зернопуза. К тому моменту Ветке стало казаться, что этот зверёк способен прозревать будущее, поэтому, получив наречение Ыхыром, он стал ещё одним спутником отважной принцессы. Оставалось только выполнить волю Милфуджа, стать самой настоящей героиней, после чего пустота в её душе должна была исчезнуть сама собой.

Стоит заметить, что в итоге девушка получила всё, чего хотела. Боги, демоны, чародеи, эльфы, разбойники, чудовища и многое-многое другое, что раньше она видела лишь на сцене, стремительно ворвались в её жизнь. Но самым важным Фаньке казалось приобретение новых друзей, которых она со своим театральным опытом воспринимала очень своеобразно. Так, Урлог, мудрый, целеустремлённый, с сильной волей, напоминал ей отца, а вот Пэтти она откровенно побаивалась и считала его воплощением зла. Крепче же, чем к кому-либо из соратников, Фанька привязалась к Хафейну. Несмотря на довольно резкую манеру общения пустынника, девушка понимала, что видит в нём того самого прекрасного принца, который должен был спасать её на сцене, если бы в своё время отец решил иначе.

Однако сейчас никого из друзей рядом не было, а Фанька и сама не осознавала, что именно произошло. Когда началось сражение, она бросилась в атаку с такой скоростью, что моментально очутилась у ворот города. Там её догнал Интогрод, бросившийся в пучину битвы вслед за любимой хозяйкой. И, возможно, данной пробежкой всё бы и ограничилось, но именно в тот момент над Фанькой пролетел один из летучих кораблей, из-за чего девушка окончательно потеряла голову.

Погоня продолжалась вплоть до наступления сумерек, и лишь тогда юная воительница поняла, что, во-первых, уже давно не видит объекта своего преследования, а во-вторых, за всё это время даже не подумала запомнить дорогу. Девушка элементарно заблудилась, и только наличие тропы давало ей уверенность в том, что рано или поздно удастся добраться до какого-нибудь жилья. Сил у Фаньки уже совсем не осталось. Яростное преследование выжало из неё почти всё, и воительница искренне удивлялась тому, что ещё может держаться в седле.

Впрочем, её расчёт оказался верным: тропа некоторое время петляла по лесу и внезапно вывела к широкой дороге. Фанька огляделась по сторонам и даже немного взбодрилась. Совсем рядом с ней сквозь ветки деревьев просвечивали огни, что позволяло надеяться на нормальный ночлег и ужин.

Источником света оказалось окошко таверны, что несказанно обрадовало Фаньку. Девушка не обратила внимания на покосившуюся от времени и сырости вывеску, на побагровевшее от крови крыльцо, на многочисленные выбитые зубы, валявшиеся возле него, и даже на лежавшее чуть в стороне тело. Хотя если бы она всё это и заметила, то, по всей видимости, восприняла как часть антуража.

Войдя внутрь, воительница оказалась в мрачной и слегка задымлённой комнате, забитой народом. Такое обилие бандитских морд наверняка заставило бы любого законопослушного гражданина побыстрее оказаться по другую сторону двери. Профессиональный же судья, скорее всего, сразу определил бы сроки каторжных работ, исходя из степени мрачности рож, по которым всё читалось с первого взгляда. Но Фаньку совсем не обеспокоило окружение, в которое она попала. В мировоззрении девушки бандитская таверна представлялась идеальным местом для встречи с прекрасным принцем в изгнании или благородным вором, который согласиться ей помочь в обмен на какую-либо услугу. Поэтому, не задерживаясь, она прошагала до самой стойки и громко кашлянула.

Хмурый взгляд трактирщика, выглядевшего так, словно он кормил своих клиентов мясом предыдущих постояльцев, стал ей ответом. Фанька, не растерявшись, повторно кашлянула и постучала ногтём по стойке. Хозяин хмыкнул, неторопливо подошёл к посетительнице, внимательно оглядел её, после чего выдал:

- Ты что, из законников?

- Чего? - удивилась Фанька.

- Доспехи, оружие, нахальство. Всё это могут себе позволить только городские стражники.

- Я - принцесса Мирабелла-Стефания, герцогиня Преффенбургская, также известная как Разящая Зло, - с негодованием в голосе произнесла Фанька. - И хотя среди моих жизненных принципов имеются и такие, что побуждают защищать людей, знайте, я никогда не опущусь до заурядной работы на представителей закона! Я выше этого!

После этих слов посетители таверны принялись с интересом изучать воительницу. Трактирщик же вновь хмыкнул, и было непонятно, то ли он проникся речью новой клиентки, то ли, напротив, посчитал её несодержательной.

- Внушает! – наконец сказал он. - И какими же путями к нам занесло столь примечательную особу?

- Я преследую пиратов, - Фанька постаралась вложить в эти слова всё своё презрение. - На крылатых кораблях. Не пролетали тут такие?

- Опять малонирские летуны шалят, - раздался бурчащий голос из зала.

- Летуны? – переспросила девушка.

- Есть тут такие, - пояснил трактирщик, пожав плечами. - Летают туда-сюда, гадят иногда на головы. Если хочешь их увидеть, иди на север.

- На север - это хорошо. А пока мне бы хотелось здесь поесть и переночевать.

- Сразу предупреждаю, цены у нас высокие, - ухмыльнулся трактирщик.

В тон ему по залу пошли смешки. Несколько посетителей достали ножи и с интересом стали ждать реакции воительницы. Впрочем, она не обратила на них внимания, поскольку резко погрузилась в свои мысли, вдруг осознав неприятную истину, что денег у неё нет. После ряда инцидентов с карманниками Ефсий забрал себе все финансы девушки, превратившись таким образом в гибрид банка и любящего папочки. Фанька периодически получала от него некоторую сумму, вот только после последнего похода по городу от этих денег у неё ничего не осталось.

На всякий случай девушка проверила сумку, откуда на неё укоризненно взглянул разбуженный хомяк. Затем она решила ощупать броню на тот случай, если эльфы снабдили её карманами и внезапно забыли там пару монет. В процессе поиска руки опустились до пояса, и тут воительницу внезапно осенило. Подарок Занниэля обильно украшали драгоценные камни, один из которых держался не очень прочно, и Фаньке не составило труда подцепить его и выдернуть резким рывком.

- Этого хватит? – поинтересовалась она, протянув камень трактирщику.

- Чтобы купить мою таверну, да, - ошарашенно прошептал хозяин, и, приглядевшись повнимательнее, добавил. - Чтоб мне перерезали горло, это же эльфийский самоцвет. У меня даже сдачи с него не наберётся.

- Тогда я угощаю всех! - беззаботно воскликнула Фанька. – У меня этих эльфийских камней полным-полно!

- А девочка отчаянная, - донёсся из зала хриплый голос сквозь довольный гул посетителей. – Не каждый решится связаться с эльфами.

- Эй, ты камень купила или украла? - крикнул сидящий ближе всех бородач.

- Это подарок Занниэля, - ничуть не смутившись, ответила воительница. - Прощальный подарок.

Её слова вызвали активное обсуждение среди бандитов.

- Занниэль? Тот самый отморозок, который разоряет деревни, а всех пойманных убивает и насилует?

- Нет, так делал его папаша.

- А вот мне говорили, что его папаша пленных съедал, а их черепами украшал свою ванну.

- А почему именно ванну, а не трон?

- Да кто же их знает, этих эльфов. Всё у них не как у людей…

- Чем же ты привлекла внимание этого ушастого извращенца? – обратился, наконец, к Фаньке трактирщик, и в голосе его слышался неподдельный интерес.

- Я одолела самого сильного воина Занниэля!

Правда, девушка не уточнила, что достигла тогда победы вовсе не благодаря своим воительским умениям. Из-за её неуклюжего владения мечом, вдобавок распевающим баллады, тот поединок превратился в весьма неординарное зрелище, и в итоге телохранитель эльфийского владыки сам бросил свой меч, заявив, что ему позорно участвовать в подобном действии. Зато Занниэль остался в полнейшем восторге.

- Девочка не промах, - вновь пронеслись шепотки по залу.

- Видел я этих эльфов в бою, зверюги те ещё.

- Да-да, в прошлом году в «Оленьей таверне» сам наблюдал, как один остроухий десятерых наших отмутузил.

- Так они ж все пьяные были в хлам, вот почти и не сопротивлялись…

- Эльфы сильные противники! – добавила Фанька, извлекая свой меч из ножен. – Но мне удалось их победить благодаря моему клинку, совсем не простому!

- Вдруг закончилась наша любовь! – тут же запел очередную балладу Ловиальф. – Значит, скоро прольётся и кровь!

- Да ты погляди, у неё в мече демон что ли сидит? Вон, крови хочет!

- Я про такие мечи что-то слышал. Они одним прикосновением и душу вынимают, и тело в порошок перетирают.

- А мне про проклятые клинки рассказывали, что, взяв такой в руки, сгораешь на месте.

- Вот, сначала сгораешь, и остаётся от тебя только пепел...

- А ты сама откуда? – вновь спросил трактирщик у воительницы, когда та, наконец, спрятала голосящий меч.

- Я из... Из Кинтеласта.

Сначала Фанька хотела назвать свою настоящую родину, но внезапно передумала. Почему-то город, с которого началось её приключение, показался ей гораздо ближе. И она никак не ожидала, что данное признание вызовет у здешних разбойников такой бурный взрыв восторга.

- Доходили до меня слухи про этот Кинтеласт. Говорят, в нём сражения начинаются сразу после восхода и длятся до самого заката.

- А я слыхал, что у тамошних купцов уже давно никаких богатств не осталось, поэтому сражения идут вялые.

- Если купцы из Кинтеласта не разбежались, значит, и добыча там есть. Мой свояк пару лет назад оттуда вернулся и сразу новый дом построил.

- Видел я этот дом, сарай сараем.

- Да тихо вы все! - рявкнул хозяин. – Давайте лучше нашу гостью попросим рассказать, какие события в тех краях происходят.

- Самые разные, - важно ответила Фанька, которой льстило оказаться в центре внимания. – Вот когда мы с друзьями из Кинтеласта уходили, с бандой разбойников разобрались, а потом линдворма встретили. Представляете, самый настоящий червяк-людоед!

- Опасный противник! - раздался голос из компании, расположившейся в дальнем углу. – Хитрый, предпочитает задавать свои правила боя, так просто его не одолеешь.

- Ну, да, - поспешила подтвердить воительница. – Загнал он нас на остров и стал стращать, под каким соусом кого как съест. Пришлось мне оседлать коня и выбить из этого линдворма всю дурь.

И вновь девушка покривила против истины. Да, она помнила, как бросилась в атаку и как потом её выносили с острова, но вот что произошло в этом промежутке, осознать ей так и не удалось. И, несмотря на многочисленные заверения соратников, что монстра смогли перевоспитать Пэтти и Ефсий, Фаньке всё равно казалось, что основная заслуга в удачном исходе принадлежит именно ей. Видимо, из-за искренней убеждённости в этом, воительница выглядела такой уверенной, что разбойники даже не засомневались в правоте её слов.

- Ого, она линдворма завалила! Но ведь эти твари целые деревни пожирают и уходят безнаказанными.

- Так ты же сам слышал, что девочка из тех краёв, где уже рождаются с мечом в руке. Если она даже на эльфов страху нагнала, что для неё какой-то там линдворм...

Неожиданно рядом с Фанькой присел один из посетителей, молодой низкорослый парень, выделяющийся кипенно-белой одеждой и небольшим горбом. Взяв одну из выставленных трактирщиком кружек, он вежливо улыбнулся девушке и заговорил:

- Занятная история. Но я так понимаю, ты перечислила далеко не все свои подвиги?

- Да, там много чего случилось! – беззаботно ответила воительница. – В пустыне нас дикие звери постоянно донимали. А потом мы в горы полезли, а там, представляете, козлолюды живут.

- Козлолюды? – переспросил горбун. – Это люди с козлиными рогами?

- Нет, козлы с людскими головами. Их там много. А ещё там некромант был, но мы ему морду набили.

- А козлолюдам?

- Козлолюды нормальными оказались. Мы с ними посидели, выпили.

- Нет, вы слыхали?! – пронеслась по таверне очередная волна шепотков. – Эта девчонка с монстрами спокойно выпивает, а некромантов голыми руками узлом завязывает!

- А, по-моему, насчёт козлолюдов она уже выдумывает.

- Сам ты выдумываешь. Мне двоюродный дед про таких рассказывал. Забросило его как-то в их логово, так насилу ноги оттуда унёс.

- Я тоже встречался с козлолюдами, - подтвердил парень в белом, с любопытством разглядывая Фаньку. – Твоё имя я уже слышал, а меня можешь называть Инри.

- Твоё здоровье, Инри! – воскликнула девушка, затем подняла кружку с довольно сомнительным содержимым и отважно из неё отхлебнула, чем вызвала очередные вопли восхищения местных посетителей.

- Ого, я даже не думал, что эдакие безбашенные девицы вообще существуют!

- Ты просто в столице не бывал, там не протолкнуться среди подобных авантюристок. Только большинство из них - просто фальшивки, пытающиеся показать, что они чего-то стоят. А вот таких, настоящих, только в нашей глуши и можно встретить.

- Да уж, мы тут на перекрёстках купцов поджимаем, а вон какие девочки с монстрами сражаются...

- Я не удивлюсь, если с драконами и демонами тебе тоже доводилось сталкиваться, - сказал Инри, продолжая заинтересованно изучать воительницу.

- Встречались и демоны, - не растерявшись, продолжила Фанька. – В горах наткнулись на их семейство, они нас чуть не сожрали.

- Ого, и как же вы уцелели?

- А нас спас один наш товарищ, как раз дракон. Он порвал всех демонов, и мы продолжили путь. Ну, а потом уже и с эльфами встретились.

- Очень занятная история, - повторил горбун, отставив в сторону свою кружку, и внезапно продолжил. – Но, если честно, я не люблю привлекать внимание, поэтому предлагаю нам с тобой сесть подальше в углу, где ты сможешь спокойно рассказать мне побольше о своих подвигах.

Хоть восторженные вопли разбойников и подстёгивали Фаньку, заставляя вспомнить актёрскую юность, она не стала возражать против предложения Инри и послушно перебралась за столик в углу. А затем девушка обрушила на нового знакомого целый поток слов, принявшись пересказывать собственные похождения. Разумеется, она предпочитала умалчивать о порочащих её моментах приключения, вроде своего унизительного пленения эльфами. Боевые же сцены, наоборот, передавала в мельчайших подробностях, многие из которых выдумывала прямо на ходу. Разбойники, увлечённые дармовой выпивкой, очень быстро потеряли к гостье интерес, и девушка как-то незаметно выпала из центра внимания.

- То есть сейчас ты выполняешь волю некоего божества? – спросил Инри, подытоживая рассказ Фаньки. – Пытаешься найти источник его силы?

- Сейчас я пытаюсь догнать пиратов, - ответила девушка, резко икнула и с любопытством изучила свою почти пустую кружку. – Кстати, а зачем я за ними гонюсь? Ах да, меня попросили с ними разобраться. Да, нас всех попросили, вот мы и разбираемся. И мы обязательно разберёмся, не будь я Мирабеллой-Стефанией, герцогиней Преффенбургской, ох…

На последних словах Фанька резко уронила голову на стол и громко захрапела, явно не совладав с местной выпивкой, рассчитанной на куда более крепких людей. Инри сразу извлёк небольшой нож, но замер, задержав взгляд на спящей девушке. Он хорошо понимал, что перед ним враг, которого следовало убить, однако ему ещё никогда не доводилось встречаться с таким противником. Все прежние враги Инри были существами с запачканными душами, что вызывало ненависть горбатого юноши. Но вот Фанька оказалась другой, и, несмотря на все её подвиги и приключения, она оставалась человеком с чистым внутренним миром. Это и удерживало убийцу, однако долг требовалось выполнить. Инри уже приготовился нанести удар, когда входная дверь в очередной раз резко распахнулась, и на пороге появились новые гости.

Торлес и Хафейн одарили местных завсегдатаев настолько тяжёлыми взглядами, что бандиты поспешили сделать вид, что не замечают этих двоих. Каждый посетитель отлично понимал, что вновь вошедшие, в случае чего, смогут с лёгкостью разнести весь трактир по брёвнышку.

Дракон сразу увидел спящую Фаньку и указал на неё своему товарищу. Хафейн витиевато выругался, в очередной раз помянул великих мудрецов, затем подошёл к столику и закинул бесчувственную девушку себе на спину.

- Я смотрю, вы знакомы? - поинтересовался Инри, который поспешил убрать свой нож, поняв, что оказался в неравных условиях.

- Мы путешествуем вместе, - в голосе пустынника послышались мрачные нотки. – А ты, горбатый, если честно, не особо мне нравишься, так и хочется набить тебе морду.

- Взаимно, - спокойно отозвался карлик. – Но, думаю, данная таверна не самое подходящее место для этого. Возможно, когда-нибудь мы пересечёмся на нейтральной территории и уже там сможем разобраться, что к чему.

- Я бы предпочёл обойтись без драки, - подал голос Торлес, явно обрадовавшийся тому, что спутницу удалось остановить на полпути.

Хафейн ничего не ответил ни горбуну, ни дракону и с Фанькой на закорках молча зашагал к выходу. Судя по недовольной гримасе, искажавшей его лицо, пустыннику с большим трудом удавалось пропускать мимо ушей недоумённое ворчание разбойников, которые явно не понимали, что происходит, но опасались связываться с чужаками.

А вот Инри, проводив взглядом новых гостей, довольно ухмыльнулся. Отныне ему не требовалось бегать за добычей, поскольку она сама озвучила её будущее местоположение, и теперь следовало всего лишь позаботиться о достойной встрече…

Глава 6. Спасение с небес

Город? Город - страшная сила. А чем больше город, тем он сильнее. Он засасывает. Только сильный может выкарабкаться. Да и то... (с) к/ф «Брат»

«Чёрный дракон» гордо разрывал просторы небес, на всех парусах стремясь на помощь похищенным. Члены его небольшого экипажа не жалели сил и были готовы не спать сутками, лишь бы хоть как-то ускорить свою посудину, но на деле всё получалось не очень-то успешно. Урлог, стискивая зубы, старался, как мог, направлять столь разношёрстную команду, но даже ему не удавалось справиться с проблемой отсутствия у них малейшего опыта.

Спасательная операция началась, по традиции, далеко не лучшим образом. Мэр, несмотря на его красочные речи, выделил отряду самое разбитое судно, больше пригодное на растопку, нежели для освободительной миссии. Впрочем, Руб Грыва клятвенно заверил, что способен поднять в воздух даже такое гнильё. Эти слова смогли успокоить Урлога, но, судя по недоумённо-ошарашенным лицам его соратников, лезть на дырявое корыто никому не хотелось. Тогда эльф решил не тратить драгоценное время на индивидуальные уговоры и предпочёл воспользоваться магическими умениями Арледы. Вдобавок её стоило немного отвлечь от переживаний за судьбу подруги, поэтому, поручая волшебнице облагородить внешний вид воздушного судна, Урлог больше думал о занятности девушки, нежели о результате, и представить не мог, что Арледа, получив задание, внезапно развернётся на полную мощь.

По итогу эльф ожидал всевозможных рюшечек и розочек по всему корпусу, многочисленных сердечек в качестве украшений и, как апофеоз всему, розовых парусов. Однако его встретила чёрная, словно безлунная ночь, посудина, украшенная многочисленными скульптурами демонов, драконов и прочих непонятных тварей, вызывающих ужас одним своим видом. Кульминацией творения стала носовая фигура, напоминавшая помесь осьминога, акулы и, судя по длинному носу, муравьеда. Ремонтные работы велись на лодочной стоянке, прямо среди рыбацких посудин, и практически все ловцы рыбы старались обходить новый корабль стороной. Те же рыбаки, что всё-таки оказывались рядом с ним, не прекращали осенять себя знаками защиты от сглаза и тёмных сил. На все вопросы по поводу результата её работы волшебница вяло отмахивалась, что если они собираются изображать пиратский корабль, то должны этому соответствовать. Хотя Урлогу показалось, что его спутница что-то недоговаривает, но вникать в подробности он не стал.

Хорошо, что взлёт прошёл без особых проблем, как и встреча с Хафейном, Торлесом и Фанькой. Оказалось, что воительницу отыскали очень быстро, а потом целых три дня прохлаждались в условленном месте в ожидании остальной команды. Узнав это, Урлог в очередной раз заскрежетал зубами, вспомнив, как не хватало рабочих рук при сборке корабля. Впрочем, в данном случае ему оставалось винить только себя за свои плохо продуманные указания.

Когда эльф брался за руководящую работу, он и представить не мог, что в его команде для решения даже самых незначительных вопросов будет требоваться столько сил и терпения. Собравшись вместе, приключенцы первым делом принялись весьма агрессивно спорить, как же назвать корабль. Название «Чёрный дракон», предложенное Арледой, сразу было одобрено Урлогом и Ефсием, однако Торлес внезапно обиделся. Чуть позже они объяснил, что среди его сородичей представители именно такой масти отличаются повышенной агрессией и неадекватностью, а прозвище «чёрный» уже стало нарицательным и используется как оскорбление, вне зависимости от цвета. Также «Чёрный дракон» вызвал активное неприятие и со стороны Фаньки. Воительница закатила целую лекцию о том, что подобное название попахивает связью с тёмными силами. В этом вопросе её неожиданно поддержал Хафейн, заявивший, что истинным воинам справедливости нельзя скрывать свои намерения за чёрным цветом. Голоса разделились поровну, и всё могло решить мнение Басса. На название судна тому было плевать, зато его заботило, чтобы великое творение Шанграума постоянно находилось в его заплечном мешке. Поэтому Урлогу хватило пары слов о возможной судьбе священного топора, чтобы Драммингс принял точку зрения эльфа, и корабль всё-таки стал «Чёрным драконом».

Только лишь несогласием с названием претензии Фаньки не ограничились, и их можно было даже занести в отдельную категорию. Воительница категорически отказалась использовать воздушный корабль как средство передвижения, посчитав его бесчестным орудием, используемым злодеями. Пришлось просить о помощи Хафейна, пафосные речи которого, как ни странно, действовали на воительницу, как хороший стимулятор. Гордый воин пустыни буквально завалил девушку обилием цитат из речей мудрых старцев, в которых говорилось о борьбе со злом, будучи скрытыми под его же личиной. После такого давления Фанька сразу перестала упрямиться и проследовала на борт. Впрочем, во время пути она периодически продолжала недовольно роптать из-за внешнего вида судна, сотрудничества с пиратским офицером, а также того, что ей не дали покрасоваться перед разбойниками в таверне.

Однако Фанькины возмущённые тирады казались сущей мелочью по сравнению с капризами природы. Лёгкий ветерок, подувший в самом начале путешествия, внезапно обернулся мощным шквалом. Корабль сразу унесло в неведомом направлении и насквозь промочило разразившимся сильным ливнем. К счастью, на борту находился механик Руб Грыва, который хорошо разбирался в погодных особенностях здешнего региона и знал места, где можно было переждать буйство стихии.

Вот только члены команды с трудом понимали, что им нужно делать, чтобы посудина летела в нужном направлении, а всевозможные манёвры вообще приводили их в ужас. Впрочем, там, где новичкам не хватало навыков, успешно справились мастера своего дела. Так, Ефсию удавалось на время брать под контроль ветер и заставлять его дуть в нужном направлении, Арледа с лёгкостью восстанавливала все порванные паруса, приводя их к первозданному виду, а Хафейн ловко скакал по мачтам, завязывая узлы, на которые указывал мастер Грыва. За остальными, незадействованными соратниками приглядывал Урлог, стараясь не допустить, чтобы кто-нибудь из них выкинул очередную глупость.

После нескольких часов безумной тряски приключенцы всё-таки смогли найти уютное убежище в ближайшем ущелье, и эльф сразу принялся возносить благодарственные молитвы всем известным богам, поскольку ему показалось настоящим чудом то, что при таких условиях удалось добраться до укромного места.

Бурю пришлось пережидать целых два дня, и теперь каждый потерянный час уменьшал вероятность успешного спасения похищенных соратников. Оставалось только надеяться, что хоббит и дриада продержатся до того момента, когда подмога, наконец, проявит себя во всей красе.

Но любой путь рано или поздно заканчивается, и в какой-то момент приключенцы вдруг осознали, что их корабль завис над Малониром. Над городом, в котором, если верить проводнику, вольготно себя чувствовали всевозможные изгои, отверженные и непонятые, а также прочие пираты, разбойники и просто любители подержаться за чужой кошелёк.

С высоты Малонир, конечно же, впечатлял своими размерами. Несколько столетий назад он был основан в бухте, защищённой от многочисленных бурь и ураганов, и разросся до крупного торгового порта. Но около двухсот лет назад пара проснувшихся вулканов своей деятельностью сильно изменили рельеф здешнего морского дна, что значительно усложнило условия для судоходства. Зато там, где пасовали купцы, в дело вступили многочисленные авантюристы. Малонир, лишившись торговли, вовсе не пришёл в запустение, а, наоборот, обрёл второе дыхание, заполнившись значительным количеством сомнительных личностей.

И даже многочисленные прибрежные скалы, вздымавшиеся на невообразимые высоты, его главная достопримечательность, описываемая во множестве книг и устных легенд, после преображения города приобрели новую функцию. Именно на них были созданы причалы для летающих кораблей. Руб Грыва объяснил, что, обнаружив сложности в управлении судами при изменении высоты, местные пираты просто оборудовали пристани на той высоте, на которой и привыкли летать. Поэтому «Чёрного дракона» направили не в центр города, а повёрнули к ближайшей скале с причалами, где и принялись искать место для стоянки.

- Долетели наконец-то, - пробормотал Урлог, глядя, как работники причала, шустро выбежавшие им навстречу, ловко приматывают корабль канатами к свободному месту. – Что ещё интересного расскажете, мастер Грыва?

- Боюсь, ничего он тебе не расскажет, - тяжело вздохнул Торлес. – Поскольку столь несвоевременно нас покинул.

- Что с ним случилось?! – спросил варвар, не на шутку перепугавшись. – Он упал с высоты или возникли какие-то проблемы со здоровьем?

- Ничего из перечисленного. Едва мы подлетели к этой конструкции, как Грыва целенаправленно спрыгнул с нашего корабля и, думаю, уже спустился до самой земли.

- Мастера Грыву можно понять, - подал голос Ефсий. – Мы взяли его в плен и силой заставили работать на нас, поэтому неудивительно, что он сбежал при первой же возможности.

- Плохо, - буркнул нахмурившийся эльф. – Я рассчитывал, что он поможет отыскать наших товарищей. А теперь нам остаётся надеяться на то, что он не станет нас сдавать.

- Если подумать, у нас только один вариант дальнейших действий, - вздохнул маг, бессильно разведя руками. – Придётся довериться собственным силам и самим найти тех, кто нам поможет.

- В таком случае разбираемся с портовыми властями и приступаем к поискам, - подытожил Урлог. - Собираемся все вместе и… А это ещё что такое?! Неужели тебя успели ограбить?!

Удивление варвара было понятным. Он уже привык к Фаньке, одетой в полноценный доспех, и вновь узреть её в полуголом виде стало для него неожиданностью.

- Всё в порядке, - воительница довольно спокойно отреагировала на изумление варвара. – Мэтр Ефсий попросил мой доспех для исследования, вот я и отдала его на время. К тому же здесь очень жарко, и мне будет удобнее без этой тяжелой брони.

- Ты же мне говорил, что уже изучил доспех, - яростно зашептал Урлог на ухо волшебнику.

- Изучил, - довольно усмехнулся тот. - И обратил внимание на множество драгоценных камней, которыми он украшен. Некоторые из них даже имеют артефактную природу, хотя в данной ситуации это не существенно. Гораздо важнее то, что сейчас мы находимся в городе, где полно аморальных типов, каждый из которых ради таких камней пустит в ход оружие, не моргнув и глазом. Наша воительница уже не раз отставала от нас, и я подумал, что если пираты позарятся на её тело, это будет куда безопаснее для неё, нежели если они заметят эльфийские камни.

- Вынужден согласиться, - кивнул Урлог, но тут же возвёл очи горе, поскольку обратил внимание на скривившееся лицо Хафейна, которому явно не понравилось возвращение прежнего облика спутницы.

- Этот город наполнен злом и пороком, и наши клинки должны его очистить, - начал декламировать пустынник, заметив обращённый на него взгляд эльфа. – Недаром говорил великий старец Шабуфар, а он это точно говорил, что горе ожидает не того, кто убежит от зла в бессилии, а того, кто встретится со злом, но пройдёт мимо него.

- Логика этих старцев просто разрывает мой разум, - простонал Ефсий.

Урлог предпочёл промолчать, понимая, что тирады пустынника в данный момент являются не самой актуальной проблемой, и драгоценные силы лучше потратить не на бессмысленные споры, а на нечто более полезное. К тому времени варвар успел разглядеть представителей портовых властей, ожидавших визитёров на местном аналоге причала, и это означало только одно – настало время переговоров.

Впрочем, спустя четверть часа Урлог убедился, что диалог с малонирцами представлялся очень сложным только в его голове. Пираты всего лишь потребовали оплатить стоянку за неделю и внесли корабль в специальный список гостей города. Вдобавок в процессе оформления эльф получил предупреждение от местных чиновников, что если новоприбывшие не понравятся здешним жителям, в случае повторного визита их посудину собьют уже на подлёте.

После долгого спуска по весьма неудобной лестнице отряд попал на широкую городскую улицу, и сразу же возник вопрос, в какую именно сторону следует идти. Фанька и Хафейн оказались на удивление единодушны и высказали мнение, что нужно найти тех, кто заправляет Малониром, и силой заставить их выдать Пэтти и Верениен. Торлес активно поддержал эту точку зрения и добавил, что озвученных мер будет даже мало и для надёжности следует допросить всех встречных пиратов. Ефсий и Арледа, напротив, пришли в ужас от подобных идей и предложили начать с разумных переговоров. Басс молчал и, судя по отрешённому взгляду, снова пребывал в грёзах о своём священном топоре. Урлог недолго наблюдал за спором, но поскольку дальнейшую стратегию он, в целом, уже определил, тратить драгоценное время ему больше не хотелось.

- Это портовый район, - спокойно начал варвар, заставив тут же заткнуться всех спорщиков. – Все новости и сплетни проходят через него. Пройдёмся по ближайшим барам и тавернам и, думаю, вскоре разузнаем всё о наших друзьях.

- Мудрая мысль, - согласился с командиром Ефсий, и все остальные поспешили поддержать его.

Правда, с выбором таверны сразу возникли проблемы. Урлог указал на парочку вывесок, которые его заинтересовали, но внезапно встретил сопротивление со стороны волшебника. Ефсий ориентировался не на внешний вид, а на запах, и заявил, что в первую очередь следует посетить заведения с нормальной кухней. Варвар сразу понял, что в данном вопросе он находится в заведомо проигрышном положении и охотно уступил оппоненту. Обрадованный Ефсий потащил соратников к таверне, показавшейся ему достаточно подходящей для начала их миссии. Вот только он и подумать не мог, к каким это приведёт последствиям.

Едва приключенцы перешагнули порог, как пустынник резко развернулся и выдал:

- Уходим отсюда. Нам нечего здесь делать.

- Почему? - удивился Ефсий. – Мы же только вошли. А тут так хорошо пахнет.

- Пахнет застарелым злом, перед которым бессилен даже мой клинок, - пробурчал Хафейн и попытался сдвинуть мага с места, но в этот момент из глубины зала раздался незнакомый голос.

- Надо же, какие люди почтили своим вниманием нашу глухомань! Неужели сам великий борец с демонами, Хафейн-шай-Мусиддин-эйх-Гхасаим-эйх-Фалийя-нхен-Фухаридж, решил обратить внимание на этот забытый всеми богами город, чтобы совершить очередной подвиг?

- Рахас! – из горла пустынника вырвался злобный рёв. – Отрыжка какого демона занесла тебя сюда?! Я думал, ты уже давно сдох и твои кости засыпало песками!

Урлог с интересом посмотрел в сторону столь неожиданно появившегося собеседника. За столом в углу зала сидел смуглый и темноглазый мужчина средних лет и, судя по его необычному одеянию, состоявшему из расшитого халата и головного платка, незнакомец принадлежал к тому же племени, что и Хафейн.

- Кто это? – спросил у соратника эльф.

- Мой брат Рахас, - с яростью прорычал пустынник. – Старший брат. Он главный жрец нашего клана, а также само воплощение всех грехов пустыни.

- И так меня называет тот, кого я вижу в компании столь развратно выглядящей особы, - моментально парировал Рахас, кивнув головой на не совсем одетую Фаньку. – Похоже, за то время, что мы не виделись, твои моральные принципы всё-таки дали трещину.

Фанька тут же зарделась и спряталась за спину Ефсия, а Хафейн яростно рванулся в сторону брата с истошным криком:

- Это всё неправда! Я не нуждаюсь во внимании женщин, они доставляют только проблемы! Недаром великий мудрец Шабуфар говорил, что демоны пытаются заточить свои частички в каждую женскую душу, и это заставляет женщин идти наперекор разуму!

- Ой, передо мной-то можешь не рисоваться! А как же внимание красотки Хейлы? Или в ней тоже заточена душа демона? Впрочем, она действительно доставила тебе немалые проблемы, отвергнув твои ухаживания.

Хейла? – моментально воскликнула Фанька, выглянув из-за мага. – Кто это такая?

- Самая красивая девушка пустыни и самая завидная невеста, - отозвался Рахас. – Кстати, братишка, обрати внимание, твоя спутница тебя явно ревнует. Так что ты небезнадёжен, твоя жизнь продолжается, и можешь насладиться её прелестями…

- Не смей оскорблять Хейлу и оставь свои грязные намёки! – продолжал возмущаться Хафейн. - Я достаточно умен, чтобы понять, какие непотребства ты имеешь в виду!

- Будь ты умён, не повёлся бы на слова Хейлы, что она изменит к тебе отношение, если ты станешь кем-то известным и создашь себе имя, а сидел бы спокойно дома и занимался личной жизнью. Думаешь, никто из клана не знает, почему на самом деле ты вдруг сорвался на поиски подвигов, рискуя своей жизнью?

Между братьями вот-вот мог разразиться серьёзный конфликт, который наверняка помешал бы использовать внезапное знакомство в своих целях, поэтому Урлог решил выступить в роли миротворца. Бросившись вслед за Хафейном и с лёгкостью перехватив его, варвар попробовал хоть немного успокоить напарника.

- Это правда? – тихонько спросил эльф. – Ты желаешь стать известным героем, чтобы покорить прекрасную девушку?

- Если бы ты видел эту девушку, - зашептал Хафейн с таким восторгом, что мог бы, наверное, заставить трепетать даже богов. - То понял, что ради неё можно даже душу продать шайтанам пустыни. Вот я и решил убивать всю нечисть, лишь бы хоть немного впечатлить и порадовать Хейлу. Она идеальна во всём. У неё не только прекрасное тело, но и прекрасная душа, ведь она не опорочила себя ни греховными поступками, ни греховными мыслями.

Хорошо всё расслышавшие приключенцы обменялись заинтересованными взглядами, и лишь только Фанька замерла, явно боясь поверить в слова соратника.

- Зато другие порочат её с завидной регулярностью, - вздохнул Рахас. – Брат мой, открой же, наконец, глаза. Боюсь, она забыла, как тебя зовут, едва ты покинул её дом. И мне искренне жаль, что ты творишь свои подвиги ради той, которая никого не ценит и сама не знает, чего именно хочет.

- Великий мудрец Зухтима… Да, это точно был он… Он говорил… Да, я просто верю в то, что он действительно это говорил. Только тому, кого выбирало её сердце, открывает женщина сущность свою, а прочих вводит в заблуждение, вот! – воскликнул Хафейен и бросил на брата торжествующий взгляд. – Так что твоё мнение о Хейле ошибочно, поэтому мне плевать на него!

- Дорогой мой, - в голосе Рахаса послышалось недоумение. – Я не собираюсь спорить с тобой о Хейле, поскольку меня заинтересовало кое-что другое. Мне не верится, что это всё-таки случилось. Неужели кто-то действительно убедил тебя в том, что изречения легендарных мудрецов вовсе не такая истина, как любят говорить наши жрецы? Судя по твоим словам, ты, наконец, начал испытывать сомнение насчёт речей старцев, а это значит, что кому-то удалось достучаться до тебя там, где я оказался бессилен.

Хафейн вновь зарычал, демонстративно отвернулся и отошёл в сторону, тогда в разговор опять поспешил вмешаться Урлог. Эльф уже успел понять, что строить из себя недалёкого варвара в данной ситуации будет не самой лучшей идеей. Что-то ему подсказывало, что такого типа, как Рахас, не удастся обмануть показной тупизной.

- Ваш брат очень занятная личность, - миролюбиво начал Урлог. – Мы с ним прошли через многое.

- Верю, я сам с ним прошёл через многое. Едва он родился, меня сразу приставили к нему своеобразной нянькой. По-моему, он до сих пор обижается, что даже спустя годы я отказываюсь сложить эту должность. Кстати, моё имя Вы знаете, а как мне обращаться к Вам?

- Урлог, просто Урлог, - ответил варвар. – Мы находимся здесь по своим делам и не хотим иметь никаких проблем.

- Вся наша жизнь это одна большая проблема, - вяло усмехнулся Рахас и потянулся к кувшину с питьём. – А почему Ваши товарищи так и стоят у входа? Пусть присоединяются к нам, заодно и познакомимся.

Сказав это, он щёлкнул пальцами, призывая обслугу добавить новые стулья для спутников Урлога. Члены отряда охотно присоединились к приглашению и заняли места на принесённой мебели. Все, кроме Хафейна, который так сильно оскорбился, что отказался садиться за один стол с братом. Впрочем, куда больше, чем обиды соратника, Урлога заинтересовали спутники Рахаса: милая девушка с белыми, словно снег волосами, носящая знаки друида высшей категории, и здоровенный коротко стриженный воин, вооружённый двумя исполинскими мечами. В данный момент эти двое усиленно налегали на обильный обед и упорно игнорировали новых знакомых, и Рахас поспешил разъяснить ситуацию.

- Прошу простить моих коллег, но они действительно устали и сейчас думают лишь о том, как бы восстановить свои силы. Возможно, чуть позже они тоже присоединятся к нашей беседе. А пока, если Вам что-то хочется узнать, спрашивайте у меня.

- Могу я поинтересоваться, почему Хафейн относится к Вам с такой настороженностью? – аккуратно проговорил Урлог. - Он даже называет Вас скопищем пороков.

- Это всё из-за моей профессии, - спокойно отозвался пустынник. – На моей нынешней работе приходится часто проходить через искушения, вынужденно поддаваясь им, что и приводит Хафейна в крайнее неистовство. Он считает, что я потворствую своей похоти, но на самом деле это всего лишь мой обычный инструмент для достижения цели.

- И в чём же, если не секрет, заключается Ваша работа, настолько полная искушений? – поинтересовался Ефсий.

- Я экзорцист, специализируюсь на изгнаниях демонов. Но среди них встречается множество всяких хулиганов и охальников. Например, чтобы заставить некоторых проявить свою сущность, приходится затягивать их в многодневные оргии, а вы и представить не сможете, какое это утомительное занятие.

- Я вполне смогу, - внезапно выдал Торлес, за что тут же получил лёгкий подзатыльник от Арледы.

- Однако какие любопытные методы Вы практикуете, уважаемый, - заинтересованно проговорил Ефсий, проигнорировав реплику дракона.

- Что есть, то есть, - согласился Рахас. - Ну, ладно, я признался, что вместе с друзьями охочусь на демонов, а вы что тут забыли?

- Наше дело отличается конфиденциальностью, - осторожно начал импровизировать Урлог, вдруг осознав, что за всей суетой совсем забыл продумать этот вопрос. – Мы прибыли в Малонир по поручению некоей особы, которая хотела бы, чтобы до поры до времени наши деяния были известны лишь ограниченному кругу лиц, поэтому…

Но эльфу не удалось продолжить свою словесную вязь, поскольку его неожиданно перебил потерявший терпение Хафейн.

- Мы хотим спасти своих друзей! – прорычал пустынник, тем самым на корню уничтожив выстраиваемую эльфом легенду. - Их похитили местные налётчики!

- Занятно, - проговорил Рахас, призадумавшись. - Обычно малонирские летуны похищают что-то более ценное и неприхотливое, но раз они предпочли такой вариант… У вас есть какие-то зацепки?

- Только названия кораблей: «Чёрные небеса» и «Облачный душегуб». Что-нибудь знаешь о них? – спросил Хафейн, уже забывший свою обиду и вплотную подошедший к старшему брату.

- Знаю, и немало. Про экипаж «Чёрных небес» в Малонире уже складывают анекдоты, потому что они регулярно творят глупости, после каждой из которых над ними потешаются не меньше недели. Насколько мне известно, в своём последнем рейде они отличились тем, что вместо сейфа ювелира стырили его сортир. Но я не слышал, чтобы они похищали людей и прочих разумных существ. А вот с «Душегубом» всё интереснее. На его борту работает очень сильная команда, так как они не берут в свой состав абы кого, а подвергают каждого кандидата тщательному отбору. Из каждой операции они возвращаются с хорошей добычей и, что самое важное, в последнем набеге взяли кого-то в плен. Однако личность захваченного тщательно скрывается. Либо за него можно выручить немалый выкуп, либо это персональное дело самого капитана. Такое периодически случается, когда пираты, набравшись сил, принимаются сводить счёты со старыми врагами. Поэтому не исключено, что-то кто-то из ваших друзей столкнулся с тем, с кем не следовало. Но могу дать дельный совет. Завтра открывается рынок рабов, где обычно выставляются на продажу все захваченные пленники. Так что, возможно, вам удастся найти там своих друзей, ну, и выкупить их.

- Спасибо за совет, - поблагодарил Урлог и облегчённо выдохнул. – По крайней мере, теперь мы знаем, что делать дальше.

- Не за что, - Рахас вяло усмехнулся и вернулся к своему обеду. – Если ещё что-то требуется, говорите. Я искренне рад помочь своему неразумному братишке.

- Вы уже помогли, - спокойно ответил эльф. – Поэтому мне очень неудобно просить оказать содействие в борьбе с нашими врагами или в получении доступа к имперскому порталу.

- Ну, добраться до портала – это как раз самая простая задача, - сказал Рахас, а затем вынул из-за пояса золотой кругляш и бросил его на стол. – Вот он, пропуск, мы получили его в качестве платы за одно выполненное задание. Но так уж вышло, что в ближайшее время нам стоит держаться подальше от Империи, поэтому можем одолжить пропуск, раз уж он вам так нужен.

- Это действительно приятный сюрприз, - обрадовался Урлог и с восторгом посмотрел на подарок. – Похоже, нам удастся выполнить нашу задачу.

- Надеюсь, моя помощь вам пригодится, - жрец довольно усмехнулся, после чего расслабленно откинулся назад. – Я действительно всегда готов выручить брата, пусть он того пока не понимает. Так что пользуйтесь на здоровье и, если что, обращайтесь ко мне и моим коллегам, у нас хватает опыта по решению разных проблем.

- Пожалуй, нам потребуется ваша помощь ещё в одном деле, - ответил Урлог. – Я так понимаю, Вы хорошо знаете город, поэтому подскажите, где нам лучше остановиться на ночлег.

Эта просьба вызывала у Рахаса приступ смеха. А эльф немного расслабился, так как ему, наконец, удалось найти надёжного союзника, готового оказать содействие в самых безвыходных ситуациях. Даже Хафейн, хоть и продолжал недовольно коситься на старшего брата, смиренно молчал, и в его взгляде, бросаемом на Рахаса, читалась признательность за оказанную помощь.

Урлог посмотрел на остальных членов своей команды. Ефсий, Арледа и Торлес буквально дрожали от нетерпения перед предстоящим делом. Глаза Фаньки горели нехорошим огнём, и её рука время от времени дергалась в попытках нащупать рукоять меча. А Басс наконец отложил в сторону свою сумку с топором и, как обычно страшно фальшивя, затянул боевую песню. Значит, соратники снова были готовы к бою и спасению товарищей. И оставалось верить, что у них всё получится и команда вновь соберётся в полном составе.

***

Верениен устало вздохнула. За последние дни она уже столько раз пробовала сбежать, что оставалось только радоваться тому, что её похитители не заметили большую часть попыток. К сожалению, некоторые попытки всё же оказались обнаружены, после чего к ней и были приняты такие строгие меры.

Дриада рассчитывала, что по прибытии у неё появится новый шанс, однако ей пришлось признать, что она недооценила Эрвана. Он хоть и не хватал звёзд с неба, зато прекрасно знал, чего ждать от старой подруги, поэтому позаботился о том, чтобы свести вероятность её побега к нулю. Сразу после приземления Верениен насильно напоили какой-то дрянью, после которой она на время потеряла связь с реальностью. Очнувшись, дриада обнаружила себя совсем в другом помещении, похожем на подвал, и, судя по отсутствию тряски, находился он уже на земле.

Воспользовавшись её бессознательным состоянием, пираты не просто выгрузили пленницу с корабля, но и сковали её одеянием Наркадолла, комплектом ремней и цепей, от которых, как считалось, было невозможно избавиться без посторонней помощи. Верениен несколько раз попробовала самостоятельно освободиться из данных уз и в итоге пришла к мнению, что такое ей вполне по силам, вот только для этого требуется содержимое её сумки, которая осталась у пиратов. Поэтому дриаде оставалось лишь сидеть в своей камере и пытаться соорудить необходимые инструменты из подручных вещей. Их насчитывалось не так уж и много, хотя пленница не собиралась сдаваться.

Она в очередной раз работала над взломом замка на цепи, когда пришлось прерваться из-за неожиданного появления гостя. Эрван решил навестить подругу и, судя по его довольному лицу, наконец смог продумать план своей мести. Пару минут он пристально рассматривал скованное обнажённое тело девушки, после чего произнёс мрачным тоном:

- Я долго думал, как же мне наказать тебя. Перебрал всевозможные варианты, и знаешь, к чему пришёл? Оказалось, у меня просто не поднимается на тебя рука. Но я решил, что раз не могу сам, значит, сможет кто-то другой. Ну, а Малонир славен тем, что среди местных обитателей можно отыскать немало самых занятных личностей.

- Давай уж, не томи, - пробормотала Верениен, понимая, что попытка побега откладывается на неопределённый срок. – Показывай своих личностей.

- Сейчас ты увидишь тех, кто определит твою судьбу! Ты когда-нибудь слышала про культ Сархакала? Это такой бог плодородия, вот только предпочитает он кровавые жертвоприношения. И именно представители его культа ждут тебя за этой дверью.

- Вообще-то мы уже внутри, - раздался спокойный голос, и за спиной Эрвана выросли три фигуры в тёмных балахонах. – И готовы приступить к выполнению своей задачи.

- Я же просил ждать вас снаружи! – возмутился пиратский капитан. – Мне нужно было произвести впечатление на жертву, а из-за вашего столь внезапного появления уже не удастся создать необходимый эффект!

- Нас это не интересует, - равнодушно ответил культист. – Ты обещал дать нам деву для жертвоприношений, вот мы за ней и пришли. А все эти запугивания для создания особого настроения - это уже не по нашей части. Теперь надо изучить будущую жертву. Смотрю, экземпляр хороший: красива, молода и, похоже, действительно невинна.

На последних словах жреца дриада яростно расхохоталась.

- О боги, так ты им наврал? – простонала она сквозь смех.

- Что ты имеешь в виду? – сразу же насторожился Эрван.

- Насчёт моей невинности. Мне уже почти сто лет, неужели вы считаете, что за все эти годы я могла сохранить хоть капельку невинности?

- Наш бог довольно милостив, - в голосе сектанта послышались нотки неуверенности, но он старался держать лицо. – Один или двое мужчин в данном случае роли не играют.

- Один или двое?! – смех Верениен сменился настоящей истерикой. – Мальчик мой, после двухсотого партнёра я сбилась со счёта. А имена первых мужчин уже давно стёрлись из моей памяти.

- Две сотни мужчин?! – удивился жрец и даже отступил на пару шагов. – Это внушительное число. Однако я думаю, что наш бог сможет закрыть на это глаза и…

- А были ещё и женщины, - томно простонала дриада и закатила глаза. – Да, в молодости меня тянуло к запретным удовольствиям. Возможно, были даже животные, хотя тут я уже не уверена. Ну, понимаете, дриады любят устраивать безумные вечеринки, на которые приходят с домашними любимцами. А наутро ничего не помнишь и пытаешься понять, откуда у тебя шерсть и перья в волосах и следы от когтей на спине и бёдрах.

- Эта девка - само сосредоточение грязи и порока! – резко провизжал другой, ранее молчавший культист. – И вы хотите, чтобы мы принесли эту распутницу в дар нашему богу?! Понимаете, что за такое неуважение он откажет нам в своём благословении?! Да он просто возненавидит нашу общину!

- Думаю, нашу сделку можно считать расторгнутой, - моментально среагировал первый жрец. – Вы обещали нам юную и невинную деву, но персона, которую мы видим, явно на неё не похожа.

- Постойте! – отчаянно вскрикнул Эрван. – Она же может пойти дополнением! Скажем, я найду настоящую девственницу, вместе с которой на алтаре вы прикончите и эту.

- Да мы даже смотреть на неё боимся, один её взгляд пачкает наши души! Так что мы уходим.

С этими словами сектанты развернулись и вышли прочь, а капитан и пленница остались в камере вдвоём. Верениен сразу замолчала, что стоило ей немалых трудов. У дриады продолжали периодически вырываться нервные смешки, заставляя её дёргаться и хрюкать под нос.

- Считаешь, что победила? - заскрежетал зубами Эрван. – Не спорю, ты смогла сломить этих сектантов. Но не думай, что они были моим единственным вариантом. Очень скоро тебе предстоит столкнуться с самым настоящим кошмаром!

Капитан тут же резко выскочил за дверь, оставив дриаду наедине с её мыслями и планами побега. Хорошенько подумав, девушка всё же решила испробовать силу своего народа. Она как раз закончила формировать заклинание, когда её пленитель опять вернулся, и его взгляд излучал торжество.

- Только не говори мне, что нашёл менее требовательных сектантов, - произнесла Верениен и одарила пирата самой ехидной улыбкой, на какую была способна.

- На этот раз никаких сектантов! – воскликнул Эрван, издал злорадный смешок и повернулся к двери. – На этот раз мне невероятно повезло! Едва я вышел на улицу, как пересёкся с известным доктором Расучасу, который, вот так совпадение, очень любит исследовать дриад.

- Ну, не то, чтобы прямо люблю, - произнёс появившийся рядом с Эрваном седовласый старик. – И не скажу, что я настолько уж известен. Но мне действительно очень хочется отыскать одну вещь, которая имеется только у дриад. Я работал как минимум с сотней представительниц Проклятого Леса, но ни одна из них не дала мне то, чего я хочу. Зато я заполучил проблемы с законом и оказался в этой дыре, где дриаду днём с огнём не сыщешь. Но раз уж случилось чудо и наши пути пересеклись, то почему бы мне ни продолжить исследования?

- Лучше бы ты ушла с сектантами, - продолжал ликовать пират. – И сразу же окончила свою жизнь на алтаре под их ножами. А вот доктор Расучасу будет неделями мучить тебя в попытках обрести истину.

- Дайте подумать, доктор, - проговорила Верениен и задергалась в путах, пытаясь принять более удобное положение. – Я правильно поняла, что вы хотите раскрыть один из самых тайных секретов дриад? Уж не про Вечный ли Корень идёт речь?

- Мне досталась очень умная добыча, - усмехнулся учёный, с довольным видом потирая руки. – Значит, не придётся долго объяснять, что же именно мне…

- Ладно, тайна тайной, но жизнь дороже, - перебила собеседника дриада. – Если вам так нужен Вечный Корень, берите его.

Девушка прошептала несколько сокровенных слов заклинания. В ту же секунду пол темницы затрещал, и сквозь камень пробился небольшой зелёный росток. Эрван с недоумением посмотрел на это чародейство, а затем в ужасе подпрыгнул, потому как Расучасу издал дикий визг и с трепетом упал возле ростка.

- Невероятно, - заворожённо зашептал ученый. – Столько лет безуспешных исследований, а в итоге мне вручили его прямо в руки. Вечный Корень, то, над чем потешались мои коллеги, сейчас находится передо мной.

- Забирайте, - вяло улыбнулась Верениен и перевела взгляд на бывшего любовника. Тот явно всё ещё не мог понять, к какому результату привёл поступок дриады.

- Да, конечно, я возьму его, чтобы, наконец, завершить свой проект, - пробормотал доктор Расучасу и бережно обхватил росток, который, подчиняясь заклинанию Верениен, плавно перетёк в руки старика.

- Эй! – возмущённо закричал Эрван. – А что с девушкой?!

- Оставь её себе! Она дала мне всё, чего я хотел, дальше разбирайся с ней сам, – отмахнулся учёный и покинул подвал так же быстро, как и предыдущие гости, бросив капитана в состоянии крайнего недоумения.

- Уже второй раунд за мной, - усмехнулась дриада. – Может, проще меня отпустить?

- Не дождёшься, - Эрван явно начинал паниковать, осознавая, что пленница постепенно переигрывает его. – Поверь мне, я найду тех, кто заставит тебя пожалеть о том предательстве. Так что сиди тут и жди меня и мою месть!

Верениен с грустью посмотрела на захлопнувшуюся дверь, после чего вновь погрузилась в мысли. Поначалу она ругала и костерила себя за то, что потратила на какого-то старого безумца заклинание, которое должно было увеличить её шансы на освобождение. Впрочем, вскоре дриада пришла к мнению, что сделала это не зря. Благодаря эпизоду с доктором Расучасу, она наглядно убедилась, что в данных условиях магия деревьев мало пригодна для побега. Будь в распоряжении Верниен нормальная почва и источники питания, она смогла бы вырастить множество самых разнообразных растений, обладающих свойствами, позволяющими как освобождаться от оков, так и вести бой. Но, увы, сейчас у дриады получались только небольшие ростки, всей силы которых хватало лишь на то, чтобы вонзить колючку в пятку.

Время шло, пленница продолжала строить планы, каждый из которых напоминал небольшую авантюру. Верениен страдала не только от нехватки инструментов, но и от отсутствия необходимых сведений. Да, в теории девушка продумала множество вариантов, но они легко могли быть разрушены тем, что ждало её за стенами темницы. Поэтому очередное появление Эрвана, которого удавалось использовать как источник информации, вызвало у дриады неподдельную радость.

- Ну, и кого ты на этот раз привёл? - поинтересовалась она. – Дай угадаю, хозяев борделя для извращенцев, которым срочно потребовалась новая работница?

- А вот и нет, - хмуро ответил капитан. – Я хорошо знаю твою натуру и точно уверен, что труд в подобном заведении будет для тебя сродни глотку воздуха. А спустя неделю ты вообще станешь им заправлять.

- Ты меня переоцениваешь, - покачала головой дриада. – Ну, ладно, покажи же мне очередных гостей.

- Владельцы фермы руингрутов, - устало произнёс Эрван, отойдя в сторону. Рядом с ним возникли два весьма восторженных гнома.

- Руингруты? – переспросила Верениен. – Это ящерицы, которых используют для боёв на арене? Вы хотите меня им скормить?

- Отнюдь, милочка, - засмеялся один из гномов. – Нам требуется тот, кто станет их тренировать.

- Дело это нехитрое, - добавил его партнёр. – Мы выпустим тебя в загон, дадим в руки палку, и тебе надо будет как можно дольше продержаться против наших питомцев. У руингрутов хорошая память, а тебя нам расписали как отменного бойца, так что, думаем, они запомнят немало приёмов, которые впоследствии могут использовать против них.

- Эрван, я знала, что ты идиот, но сейчас ты превзошёл самого себя, - отчаянно простонала дриада. – Боюсь, что в данном случае мне придётся спасать тебя от недовольных клиентов.

- Что-то не так?! – одновременно вскрикнули гномы.

- Всё в порядке, - поспешила успокоить их девушка. – Просто я не подхожу на роль тренера для ваших ящериц, потому что они не захотят со мной сражаться, не так ли, Эрван? Неужели ты забыл, в каких отношениях я нахожусь со всеми представителями животного мира? Завидев меня, руингруты станут прыгать от восторга и вылизывать мои волосы своими длинными языками. И, думаю, что после встречи со мной они вряд ли окажутся пригодны для дальнейших поединков.

- Не слушайте её, она пытается запудрить вам мозги! – в отчаянии закричал пират, но моментально осёкся, увидев нахмуренные лица гостей.

- Ты говорил об обычной человеческой воительнице, но теперь мы видим, что это дриада, причём явно из высших, - в голосе гнома слышались нотки негодования. – И ты пытался продать её нам для тренировок наших любимых животных?! Ты понимаешь, что после твоего обмана все члены нашего клана будут обходить тебя стороной?!

Пират даже не успел произнести слова оправдания, как гномы ушли. Взгляд Эрвана тут же наполнился гневом. Казалось, что ещё мгновение - и он лично оборвёт жизнь своей бывшей любовницы. Верениен смотрела на него, в уме отсчитывая секунды. Но время тянулось, а ничего не происходило, что означало только одно: капитан окончательно потерял веру в себя.

- Если хочешь меня убить, могу подсказать подходящий способ, чтобы я действительно испытала мучения и страдала долгие-предолгие часы, - произнесла дриада, продолжая ухмыляться, и её собеседник вдруг заинтересовано поднял голову.

- И что же ты мне предложишь?

- Ну, для начала доберись до Проклятого Леса, вы, как мне помнится, именно так его называете. Затем постарайся убедить пограничников не убивать тебя, а провести к членам Совета или к наместнику Корня. Если останешься жив, то непременно с ними встретишься и сможешь рассказать обо мне всё, что знаешь. Поверь, они найдут, за что меня наказать, вот хотя бы за выданные Расучасу секреты моей родины. После этого к тебе приставят судебный отряд, который ты приведёшь ко мне. Думаю, ты будешь счастлив наблюдать за тем, как сородичи жестоко казнят меня, растягивая мои муки на долгие часы, а то и дни. Правда, имеется одна проблема: скорее всего, мы будем умирать вместе. Ты являешься свидетелем моих греховных поступков, соответственно, и носителем тайн моего народа, поэтому казнят нас одновременно. Но это будет настолько мучительная смерть, что ты останешься доволен.

- Хватит издеваться! – внезапно взорвался Эрван. – Я долго пытался придумать для тебя достойное наказание, и последние часы наедине с тобой привели меня к одной мысли. Хочешь знать, к какой?

- Я вся внимание.

- Так вот, мне всё равно, что с тобой станет. Да, мне не удалось от тебя избавиться, но это не значит, что я отпущу тебя на все четыре стороны. Завтра начинается аукцион рабов, и я прямо сейчас отправляюсь туда, чтобы оформить свою заявку. Тебя продадут на рынке, и ты никак не сможешь повлиять на своего покупателя, по крайней мере, до того момента, пока он ни узнает, какое именно чудовище ему досталось. Мне уже интересно, кем будет тот несчастный, что осмелится тебя купить. Хотя, возможно, судьба окажется на моей стороне, и ты достанешься настоящему извергу, который сможет тебя приструнить. А пока сиди тут и пытайся строить свои схемы дальше. До скорой встречи!

Эрван вновь стрелой вылетел из камеры, и дриада, наконец, облегчённо вздохнула. Да, ей пока не удалось сбежать, но она всё-таки сумела разрушить планы мести своего бывшего. Теперь надо было готовиться к аукциону и внимательно изучать тех, кто мог её купить. А потом уже не найдётся силы, способной её остановить, в этом дриада даже не сомневалась.

Глава 7. Большой, но незаметный побег

Покупальщики идут, У гостей товар берут;

Гости денежки считают, Да надсмотрщикам мигают. (с) П. Ершов

С одной стороны, Хафейна невероятно бесил старший брат, который обожал помыкать им, тыкал носом в совершаемые ошибки и постоянно доказывал своё превосходство. Но с другой, он невольно испытывал к Рахасу крайнюю степень уважения, так как знал, что тот всегда выручит младшего брата в случае необходимости.

Вот и сейчас, едва пустынный жрец поговорил с Урлогом, как сразу развернул бурную деятельность по сбору необходимой информации о завтрашнем аукционе и выяснил, что на продажу будут выставлены весьма редкие товары: дриада и хоббит. У приключенцев тут же появилась крепкая надежда, что потерянные товарищи обнаружатся именно там. Также Рахас отыскал для новых знакомых безопасное убежище на ближайшие дни. По его заверениям, в скромном и ничем не примечательном трактире, расположенном в конце одной из центральных улиц, можно было не опасаться за свою жизнь и кошелёк.

Приключенцы действительно провели там спокойную ночь, поэтому им всем пришлось признать, что рекомендация жреца оказалась весьма полезной. Хафейн даже начал подумывать о том, чтобы попросить прощения у брата за все высказанные ранее оскорбления, но именно в этот момент он выглянул в окно, и мысли об извинении канули в небытие. Пустынный воин увидел Фаньку и осознал, что грубые слова, которые он обычно сдерживал, в этом случае были готовы сорваться с его языка. Эта проклятая девица, которую боги или демоны послали Хафейну либо в качестве наказания, либо для закалки духа, несмотря на требование Урлога не расходиться, пока не будет составлен нужный план, невозмутимо вышла из таверны и быстро зашагала прочь.

Каким-то чудом пустыннику удалось подавить ругательства, и, не медля ни секунды, он рванул в коридор, где, к счастью, столкнулся с Урлогом. Эльф с недоумением посмотрел на запаниковавшего товарища и поинтересовался причиной его состояния:

- Что с твоим лицом? Плохой сон приснился? Или Рахас заглянул, и вы опять поругались?

- Фанька, - яростно прорычал Хафейн, указав пальцем на окно. – Она ушла одна.

- Опять на героизм потянуло, - тяжело вздохнул варвар. – Ладно, постарайся её догнать. Я же возьму всех остальных, и мы отправимся на аукцион рабов. Если что, встречаемся там.

- А что мне делать с Фанькой, когда её поймаю?

- Тут рядом я видел лавку, где продаются всевозможные канаты, - проговорил Урлог, и его взгляд стал задумчивым. - Купи там пару мотков верёвки и закрути нашу героиню так, как это делали эльфы Занниэля. Мне кажется, иного способа приструнить её просто не существует.

Хафейн кивнул головой и бросился наружу, прокричав на ходу:

- Это дельный совет, и я его запомню. У великих мудрецов есть изречения, схожие с твоим мнением, но я не хочу тратить время, чтобы их вспоминать!

Пустынник в очередной раз продемонстрировал свою невероятную скорость и оказался возле входной двери прежде, чем варвар успел произнести хоть слово. Дело оставалось за малым: пробежаться по улице и найти удравшую девушку. Но стоило Хафейну переступить порог таверны, как в его голове раздался знакомый томный голос:

- Надо же, ты сторонишься отнюдь не всех женщин и даже пытаешься строить отношения. И причина твоей жёсткой избирательности кроется, оказывается, в весьма специфических вкусах: то избалованная стерва, то сумасшедшая воительница. Теперь мне понятно, почему мой образ спокойной, уверенной, мудрой и готовой на всё красотки не произвёл на тебя ни малейшего впечатления. Ты просто предпочитаешь идти сложным путём.

- Что ты делаешь в моей голове? - вполголоса прорычал пустынник, заставив тем самым пару прохожих резко отскочить в сторону от него.

- Общаюсь, - спокойно ответила сущность клинка. – После твоего беспамятства мне, наконец, удалось наладить с тобой прямую связь, поэтому радуйся, что отныне я могу говорить с тобой хоть круглые сутки напролёт, независимо от твоего состояния.

- Клянусь песками и водой, - закричал Хафейн. – Что избавлюсь от этого оружия сию же минуту!

- Успокойся, - ничуть не смутившись, продолжила сабля. – Ты же сам понимаешь, что не сможешь расстаться со мной, пока ни добьёшься моего расположения. Ведь тебе хочется узнать, на что я способна, правда? Поверь мне, моей силы хватит для того, чтобы прославить твоё имя на все пять континентов, в том числе на запретные и ещё не открытые. Ну, а пока перестань смущать горожан своим безумным видом и отправляйся на поиски твоей сумасбродной подружки. Я успела немного изучить её и соглашусь с твоим мнением, что она постоянно притягивает неприятности.

Хафейну оставалось лишь беспомощно стиснуть зубы и изо всех сил рвануть вперёд. Пустынник бежал по улице, а вслед ему устремлялись недоумённые взгляды и летели проклятия и угрозы людей, сбитых им с ног. Однако Хафейн продолжал бежать и остановился, лишь когда увидел знакомую рыжую шевелюру соратницы. В тот же момент воин поспешил собраться и огляделся по сторонам. Путешествие с новыми друзьями научило его сначала оценивать ситуацию и лишь затем пускать в ход кулаки и оружие. Изучение обстановки, впрочем, не принесло утешительных выводов, поскольку Фанька находилась в эпицентре очередного конфликта, и срочно требовалось узнать его подоплёку.

К счастью, присутствующие так активно обсуждали друг с другом подробности инцидента, что воин быстро во всём разобрался. Выяснилось, что воительница заметила вора, пытавшегося стянуть яблоко у одного из торговцев, и подняла тревогу. Продавец сразу перехватил злоумышленника и начал расписывать ему во всех красках всевозможные наказания, но тут на развитие событий начала влиять специфика города. Воришка оказался членом одного из пиратских кланов, несколько представителей которого без промедления бросились на помощь захваченному. Торговец также мог похвастать наличием верных друзей, готовых за него вступиться, что моментально накалило обстановку. Однако повздорившие стороны быстро сообразили, что дальнейшее развитие конфликта не пойдёт на пользу никому из них, и решили повесить всех собак на незнакомку, которая не только первой обратила внимание на вора, но и являлась чужой в Малонире.

Ситуация ухудшалась буквально на глазах. Почти два десятка вооружённых до зубов головорезов окружили Фаньку и требовали, чтобы она признала свою вину и в качестве компенсации отдала все свои деньги, оружие, вещи да вдобавок ещё и тело. Последнего требования Хафейн стерпеть уже не мог и приготовился ринуться в бой, когда его остановил всё тот же спокойный голос заточённой в клинке:

- Не дёргайся, лучше подожди. Не знаю, что именно сейчас произойдёт, но судя по невозмутимости этой девицы, зрелище выйдет занятное.

- Великий мудрец Шабуфар говорил, что настоящий мужчина не может стоять в стороне, когда слабому и беззащитному угрожает большая опасность, - вполголоса прорычал пустынник. – Пусть даже помогать придётся женщине, существу, приносящему лишь беды, истинный мужчина должен пройти это испытание, чтобы стать сильнее.

- Ой, да не сильнее твой мудрец хотел стать, а просто таким образом красовался перед девушками, чтобы легче было затаскивать их в постель, - ехидным голосом ответила сабля. – А за подружку свою не беспокойся, не такая уж она и беззащитная. Обрати внимание, что здешние громилы уже подрастеряли свою уверенность.

Пустынник заскрежетал зубами, но был вынужден признать, что его новая собеседница оказалась права. Пираты явно начали робеть перед хладнокровным лицом Фаньки. Да, девушка не обладала выдающимися боевыми навыками, зато в их наличие всех заставлял поверить её актёрский талант. Руки воительницы медленно двинулись к сумке, и это говорило о том, что она собиралась вот-вот сделать свой ход.

- Ты оскорбила моего брата и этим оскорбила меня. Такое можно смыть только кровью, ну, или… золотом, - в очередной раз пробубнил один из пиратов, и, судя по его растерянной и сбивчивой речи, он пребывал в глубоких раздумьях, что же ему делать.

- Глупцы! – вдруг резко выкрикнула Фанька, явно вложив в свой голос всё презрение, на какое была способна. - Вы посмели бросить вызов самой принцессе Мирабелле-Стефании, герцогине Преффенбургской, также известной как Разящая Зло. И пусть я разлучена со своими товарищами и боевым конём, у меня всё ещё имеется волшебный зверь Ыхыр, который предречёт вашу судьбу!

И с этими словами воительница вытащила из сумки хомяка, что заставило Хафейна издать новый стон отчаяния. Правда, спустя мгновение он изменил своё мнение, поскольку все пираты, торговцы да и собравшиеся зеваки дружно рухнули на колени.

- О, великий Хашпаль! - раздались вопли восторга и благоговения.

- Что это с ними? - с недоумением пробормотал Хафейн, даже не осознавая, что перестал противиться восприятию своего оружия в качестве собеседницы. Та охотно ему ответила:

- Занятно, очень занятно. Твоя подруга полна сюрпризов, и вдобавок ей сопутствует удача. А малонирцы просто поклоняются своему богу, я смотрю, культ Хашпаля популярен в этом городе.

- Но как это связано с Фанькой? – удивился пустынник.

- Не с ней, а с её питомцем. Ох, неужели ты и этого не знаешь? – вздохнула сабля. – Хашпаль также известен как бог-хомяк.

- Бывают и такие? – поинтересовался Хафейн.

- В этом мире чего только не встретишь, – философски отозвалась заточённая в мече. – Бог как бог, не хуже прочих. А уж в данной ситуации вы должны благодарить судьбу, что нарвались на его последователей.

- Волшебный зверь Ыхыр, – продолжала свою речь Фанька. – Предреки же судьбу тем несчастным, что посмели преградить мой путь!

- А чего тут предрекать? - буркнул хомяк. – Я и так вижу, что все умрут.

- Мы все умрём?! – завопил торговец, с подачи которого и разгорелся конфликт. – О, великий Хашпаль, смилуйся над нами и не дай пропасть своей верной пастве!

- Его зовут Ыхыр, а не Хашпаль! – возмутилась воительница.

- В мире смертных у бога может быть много имён, - воскликнул торговец, которого ничуть не смутил протест девушки. – Но мы видим его истинное обличие! Великий Хашпаль, пощади нас!

- Ладно, - внезапно смилостивился хомяк. – Пока живите, умрёте потом, когда настанет ваше время. А я пошёл спать!

- Благодарим, о, великий Хашпаль, - раздались отовсюду радостные крики.

Видимо, Фанька не ожидала такого развития событий, поскольку принялась с недоумением смотреть по сторонам, явно не понимая, как же теперь поступить. Растерянность соратницы стала сигналом для Хафейна, и, разорвав дистанцию одним прыжком, пустынник оказался рядом с девушкой.

- Спрячь хомяка, и уходим отсюда, - прорычал он, искренне надеясь, что воительница не станет задавать лишних вопросов.

Фанька действительно промолчала, предпочтя довериться боевому товарищу, и послушно побежала вслед за ним. Хафейн свернул в небольшой переулок, за которым явно просматривалось открытое пространство, где можно было замести свои следы и оторваться от возможной погони. Крики оставленной толпы придавали сил, заставляя наращивать темп бега.

- Ты куда меня тащишь?! – наконец не выдержала воительница.

- Подальше от проблем, - только и смог произнести пустынник, пытаясь на ходу продумать, куда именно им следует бежать.

- Там не было никаких проблем! Они меня зауважали и полюбили!

- Настолько, что через пару минут к тебе бы понесли детей, дабы ты, как жрица почитаемого ими бога, всех благословила. А ведь великий мудрец Ферсаим говорил, что не стоит играть в богов, иначе ты рискуешь познать их кару!

- Я не жрица, а искатель приключений! – возразила Фанька. – И я не поняла, почему они пали на колени перед Ыхыром. Он, конечно, волшебный зверь, но это не означает, что ему следует поклоняться.

- Они перепутали его кое с кем, - внезапно подала голос сущность меча Хафейна. – В западных провинциях Империи массово почитают бога-хомяка Хашпаля. Изначально он был злым божеством, пожиравшим урожаи, но со временем ему стали регулярно приносить жертвы, чтобы задобрить его. Похоже, подобная сущность понравилась и пиратам, раз они тоже стали ему поклоняться.

- Надо же, а твой меч тоже разговаривает, да ещё и женским голосом! Я и представить не могла, что существует так много волшебных мечей! - восторженно воскликнула воительница, уже позабыв про религиозные вопросы. Её глаза заблестели от восхищения, из-за чего Хафейн на мгновение слегка растерялся.

- Девушка продолжает меня удивлять, - в голосе сабли послышались нотки заинтересованности. – Она способна слышать меня, значит, между вами явно имеется некая связь.

- Нет никакой связи, - рявкнул пустынник, в очередной раз мысленно проклиная меч. – И я не собираюсь выяснять, слышит она тебя или нет, сейчас меня заботит срочное возращение в трактир, пока наши соратники его не покинули.

- Хорошая идея, я её одобряю, - согласилась заточённая в клинке. - Но как именно это сделать?

Хафейн тут же остановился и насторожённо осмотрелся по сторонам. Он так тщательно сосредоточился на том, чтобы сбежать от потенциальной погони, что не сразу обратил внимание, насколько сильно отклонился от главной улицы. Направление, в каком следует двигаться, пустынник, конечно же, представлял, но вот лабиринт трущоб, в который они углубились, явно не позволял пройти коротким путём.

- Ты опять завёл нас куда-то не туда, - разочарованно протянула Фанька. – Ну, и как теперь отсюда выбираться?

- Я задам другой вопрос, - яростно прорычал воин. – Зачем ты вообще ушла из таверны? У Урлога имелся конкретный план, и если бы мы…

- Я уважаю и Урлога и твоего брата, - перебила Хафейна девушка. – Они прошли через многое, и я рада, что мне позволено внимать их мудрости. Но я не могу сдержаться, осознавая, что их план по спасению наших друзей строится на выкупе. Это же потворство местным варварским обычаям, и я, будучи великой героиней, не в силах согласиться на подобное. Поэтому ты можешь меня унижать, гнобить или резать, но я не откажусь от своего замысла и освобожу товарищей собственными силами.

- Хорошая идея, - вновь вмешалась в диалог сабля. – Но прежде чем бросать вызов местным обычаям, следует, наверное, разобраться со здешними хулиганами. А то они, как мне кажется, очень недовольны тем, что мы зашли на их территорию.

Хафейн уже сам успел заметить, что его с Фанькой бег через трущобы не прошёл незамеченным. К пустыннику и воительнице со всех сторон приближались довольно маргинальные личности, которые вылезали из всевозможных отнорков, щелей и куч мусора, и с каждой секундой бандитов становилось всё больше и больше.

- Я смотрю, у нас появились гости, да не простые, - проговорил молодой парень, стоявший у входав ближайший переулок в окружении нескольких телохранителей, что говорило о его принадлежности к здешним хозяевам улицы. – Эй, папаша, почём свою девку продаёшь? Уж очень она у тебя похабно выглядит.

- Продаю?!

Хафейн почувствовал, как гнев охватывает его разум, но одного взора на Фаньку хватило, чтобы сразу прийти в себя и начать соображать. То, что девушка считала доспехом, выглядело невероятно вызывающе и не оставляло сомнений в развратной натуре его владелицы. Поэтому неудивительно, что опытного воина, сопровождавшего подобную особу, со стороны могли принять исключительно за её телохранителя или за хозяина. Но не успел Хафейн придумать подходящий ответ для местного авторитета, как инициативу перехватила Фанька.

- Жалкая личность! – воскликнула девушка и смело направилась к главарю. – Не знаю, кем ты себя возомнил, но ты посмел бросить вызов самой…

- Я слышал твои титулы, - перебил её парень, ехидно ухмыльнулся и показушно подбросил в воздух небольшой нож. – И, честно говоря, они меня не впечатлили. К нам тут недавно забредала одна шлюха, которая заявляла, что приходится дочерью самой императрице. Впрочем, надо признать, что обслужила она нас так, что каждый из моих ребят пусть на пару минут, но почувствовал себя императором.

- Речи твои есть зло! – вскричала продолжавшая свой путь Фанька, извлекая из ножен меч. – Поэтому тебе не будет пощады! Пой, Ловиальф!

- Настал наш смертный час! – отозвался магический клинок очередной песней. – И избавленье от мук вечных я получил!

- Босс, - истерично взвизгнул один из телохранителей. – Меч девчонки поёт про смерть и муки, получается, он проклят!

- Так это же отлично! – усмехнулся хозяин трущоб, даже не думавший сдавать свои позиции. – Представляешь, сколько мы выручим за него на рынке?!

Воодушевлённые словами атамана бандиты тут же ринулись в бой, обступая Фаньку со всех сторон. Хафейну оставалось лишь гневно скрежетать зубами из-за вынужденного бездействия. Необходимость прикрывать напарницу, которая лезла в самую гущу сражения, будучи не в состоянии постоять за себя, изрядно сковывала пустыннику руки. В одиночку он без всяких проблем разобрался бы с этой шайкой. Его навыков вполне бы хватило, чтобы сначала раскидать самых самоуверенных хулиганов, а затем, воспользовавшись вызванным смятением, снести голову вожаку.

- Занятно! – вновь заговорила сабля Хафейна. – Я ведь рассчитывала предложить тебе свою силу в разгар какого-нибудь эпического сражения. Ну, сам понимаешь, когда в небесах сходятся высшие силы, а в это время на земле их последователи пытаются вспороть друг другу брюхо. Но, похоже, судьба твоя весьма уникальна… В общем, ладно... Боишься за честь и достоинство своей спутницы? Так призови меня! Поверь, даже малой толики моей силы хватит для усмирения всей этой толпы!

- Великий мудрец Шабуфар говорил, - начал Хафейн, и в его глазах загорелся огонь ярости. – Что нет греха в том, чтобы, бросив вызов злу, использовать против него другое зло! Но нужно помнить, что в какой-то момент ты должен отвергнуть это зло! И даже если я использую тебя, это не значит, что я забыл твою истинную сущность!

- Назови моё имя! – проигнорировав тираду воина, продолжила сабля. – Назови его и выпусти меня на свободу. Ведь знай, меня именуют…

- Ирлакпату!

Хафейн не сразу понял, что именно произошло. Просто клинок в какой-то момент стал подобен дыму и разлетелся в стороны, а через мгновение тело пустынника покрыло подобие брони, плотно закрывавшее от любых атак. А спустя ещё пару секунд воин осознал, что может нападать на врагов даже со столь дальнего расстояния. В это время бандиты полностью замкнули кольцо вокруг Фаньки, скрыв тем самым девушку от глаз Хафейна, и тогда он и нанёс свой удар.

Поток силы, почему-то принявший вид щупальца, устремился прямо в скопление врагов, раскидав их в разные стороны. Бандиты даже не успевали понять, откуда именно следовала атака, когда щупальце раз за разом обхватывало их и отшвыривало подальше. К удивлению Хафейна, такое орудие борьбы оказалось весьма действенным и удобным, и он быстро вошёл в раж. Из тела пустынника одно за другим стали вырастать новые щупальца, чтобы, подобно божьему гневу, обрушиться на головы врагов.

Воин не верил своим глазам. Он даже не сходил с места, а сила его клинка сметала противников одного за другим. Наглецы, что попытались оказать ему сопротивление, моментально были отброшены в ближайший переулок. Телохранители атамана, поспешившие прикрыть своего хозяина, отправились вслед за ними. К этому моменту хозяин трущоб уже наверняка осознал, что выбрал не того противника, но едва сделал пару шагов назад, как и его обхватили щупальца Хафейна.

- Ты оскорбил мою напарницу, - в ярости прорычал пустынник и одним рывком направил тело незадачливого атамана куда-то ввысь. – И за это я тебя никогда не прощу!

- Вот смотрю я на тебя и просто умиляюсь, - проговорила Ирлакпату. – Ты можешь спокойно терпеть любые физические муки ради того, чтобы тебя считали совершенным, но стоит только слегка затронуть твою спутницу, как моментально теряешь голову.

- Ничего я не теряю, - прорычал Хафейн. – Просто я вижу её беспомощность и готов в любой момент прийти на помощь. Кстати, а где она? Вроде я только что видел её прямо перед собой.

- А ты наверх посмотри, - предложила сабля.

Пустынник закинул голову и тут же опешил от представшего перед ним зрелища.

- Я же не мог такого сделать даже в пылу сражения, – растерянно пробормотал он. – Значит, это сотворила ты без моего ведома. Но зачем? Скажи мне, зачем ты её опутала вопреки моей воле?

- Ну, почему же вопреки? Я как раз старалась помочь тебе. Ты же хотел обезопасить подружку от разбойников, поэтому мне и пришлось выдернуть её из толпы.

- Но ты скрутила её так, что она даже не может пошевелиться.

- Просто она активно рвалась в бой, вот я и решила сдержать этот порыв ради её же безопасности.

- Но зачем ты засунула щупальце прямо ей в рот?

- Её крики могли отвлечь тебя во время сражения, вот я и пошла на подобную меру.

- Но, - пустынник глубоко вздохнул, после чего продолжил. – Но зачем ты раздела её?

- А это уже случайность. Когда на девушке надето так мало вещей, не стоит удивляться тому, что в разгар битвы они просто слетят.

- Ты должна немедленно освободить её, Ирла!

- Надо же, оказывается, ты способен быть дерзким. Да ещё и фамильярничаешь. Впрочем, мне это даже нравится. Можешь называть меня и так. А подружку твою, разумеется, отпущу, я же теперь вроде как повинуюсь тебе.

В голосе сабли слышались нотки иронии, но Хафейн решил оставить их без внимания, потому как в данный момент его больше волновала обнажённая Фанька, свалившаяся ему прямо в руки. К счастью, части её одеяния валялись совсем рядом, под ногами, и воин поспешил вознести за это благодарственную молитву всем богам пустыни. Смущённый Хафейн поставил соратницу на землю, ожидая от неё многого: истерики, ужаса, возмущения, однако получил спокойствие, смешанное с лёгкой ноткой восхищения. Девушка быстренько оделась и подняла на пустынника восторженный взгляд.

- Ты никогда не говорил мне, что владеешь столь могучей силой, - произнесла воительница. – Я думала, ты обычный мечник, но сейчас увидела, что тебе подвластна и магия!

- Это всё сабля, подаренная Занниэлем, - Хафейн слегка опешил от реакции напарницы, поэтому даже не подумал скрывать правду. – Она наделила меня такими способностями.

Оглядев себя, пустынник облегчённо вздохнул. Сразу после того, как сабля опустила Фаньку, щупальца исчезли, что не могло не радовать. Новая сила, конечно, вызывала восторг, но она была настолько непривычной, что Хафейну требовалось время для её принятия.

- Владыка Занниэль невероятно мудр! – с благоговением пролепетала Фанька. – Он одарил нас тем, что поможет пережить все трудности и невзгоды.

- Или просто решил подшутить над нами. Недаром великий мудрец Зухтима призывал опасаться даров сильных мира сего, ибо сделаны они не с благословлением, а с желанием привязать к себе одарённого, дабы вовлечь его душу в свои тайные замыслы, – сказал воин, ещё раз изучил поле боя и, убедившись, что больше никто не будет чинить препятствий, продолжил. – Похоже, мы потеряли слишком много времени, и теперь нам самим придётся искать дорогу к невольничьему рынку, где и встретимся с Урлогом.

- Мой меч сокрушит тех, кто осмелится выставить тело моей подруги на поругание! – воскликнула воительница.

- Никаких сокрушений мечом! – зарычал пустынник. – Мы ещё даже не знаем, действительно ли Верениен и Пэтти находятся на этом аукционе. Поэтому приходим туда, присоединяемся к Урлогу и подчиняемся его указаниям. Понятно?

- Урлог мудр, но чересчур снисходителен, - тут же поникла Фанька. – Он позволяет себе проходить мимо многих злокозненных вещей, вызывающих ярость в моей душе.

- Вот потому он и является нашим командиром, что не отвлекается на всякую мелочь, предпочитая идти к главной цели.

- А ты, пожалуй, прав! – вдруг воскликнула девушка, и в её глазах зажёгся знакомый пылкий огонёк. – Наша истинная цель находится в более высших сферах, и мы должны как можно скорее туда добраться. Отправляемся же на аукцион! Быстрее! Быстрее!

Фанька, издавая побудительные вопли, принялась носиться вокруг Хафейна, и тот в очередной раз мысленно выругался. Чрезмерный энтузиазм напарницы продолжал раздражать его и отвлекал от продумывания, в какую именно сторону идти, чтобы добраться до цели. Самым неприятным последствием драки стало то, что все местные жители попряталась, и вокруг не осталось никого, кто мог бы показать дорогу. Впрочем, в скором времени в узком переулке Хафейн и Фанька наткнулись на старика, который просил милостыню, заверяя всех, что он слепой, глухой и безногий. Правда, стоило им подойти к деду, как тот сразу же прозрел, обрёл конечности и, судя по всему, вернул молодость, поскольку сбежал с такой невероятной прытью, что приключенцы от неожиданности замерли на месте, пытаясь понять, куда именно он пропал.

Пустынник и воительница встретили ещё нескольких нищих калек, которые тоже чудесным образом избавлялись от недугов и спешили убраться как можно подальше, и вскоре даже перестали обращать внимание на таких попрошаек. И неизвестно, сколько бы времени приключенцы плутали по здешнему лабиринту улиц, если бы им навстречу ни попалась одинокая старушка, вылезшая из своего подвала, чтобы развесить бельё на сушку. К удивлению Хафейна, бабуля пришла в восторг от одеяния Фаньки и принялась рассказывать о своей молодости, в которой хватало места и более откровенным нарядам. Вдоволь поделившись своими воспоминаниями с неожиданными слушателями, она охотно ответила на их вопросы и растолковала, что всё это время они бегали вокруг тайного храма Хашпаля, чем и объясняется такое обилие нищих. И, самое главное, старушка рассказала, что аукцион рабов проходит как раз с благословения жрецов бога-хомяка, и, чтобы попасть к месту его проведения, нужно пройти всего три переулка и пару туннелей. Поблагодарив словоохотливую бабушку, приключенцы продолжили свой путь

Каким-то чудом они не заблудились и умудрились выйти прямо к нужному им строению. Стражники на входе попытались преградить путь, но стоило Хафейну произнести имя своего брата, как взгляды охранников наполнились уважением, и двери тут же были распахнуты. Перед путниками предстала огромная зала, заполненная народом. В самом центре помещения возвышался помост, на который как раз и выводили очередной товар. К помосту были приставлены несколько лестниц, позволявших покупателям спокойно подниматься наверх, чтобы забирать свои покупки.

Пустынник сделал несколько шагов внутрь, с недоумением осматриваясь по сторонам, и почти сразу наткнулся взглядом на Урлога и Рахаса, расположившихся в последнем ряду. Рядом стояли Ефсий, Арледа, Торлес и Басс, значит, все были в сборе и ждали только Хафейна с Фанькой. Эльф тоже заметил новоприбывших соратников, одобрительно им кивнул и, когда те протиснулись к нему, произнёс:

- Вы как раз вовремя, торги только начались. Будем ждать появления наших потерянных товарищей.

***

Никто и не подозревал, что, несмотря на внешнее спокойствие Урлога, в его голове царили паника и хаос. Даже столь рациональный разум не мог справиться с тем объёмом информации, что оказался ему доступен. К своему изумлению, эльф осознал, что практически ничего не знает о Верениен. Та отличалась показной уравновешенностью и разумным мышлением, однако иногда срывалась и на настоящие безумства. При этом дриада практически ничего не рассказывала о себе, из чего напрашивался вывод, что она старательно скрывала свою личность, не давая никому возможности выяснить о ней что-нибудь лишнее. Расспросы Торлеса ничего не дали. Он знал о спутнице лишь то, что она с радостью присоединилась к команде, узнав, чего именно желает дракон. Арледа тоже была вынуждена признать, что, несмотря на многочисленные беседы, личность Верениен осталась для неё загадкой.

В итоге Урлог решил дождаться момента, когда их соратница появится на торгах, и определить дальнейшую стратегию, уже узнав, в каком именно статусе она будет представлена. Больше всего он опасался, что девушку выставят в качестве узкой специалистки, знающей, как обслуживать высших господ. За такой товар на рабских аукционах разгорались серьёзные сражения, в которых сложно было одержать верх.

Кроме того, эльфу казалось подозрительным отсутствие какой-либо информации или даже малейших слухов о Пэтти. Поскольку представители народа полуросликов редко встречались в большом мире за пределами родины, можно было не сомневаться в том, что продаваемым сегодня хоббитом является именно Редькинс. Однако если Верениен предпочитала не светиться, то Зелёный Нос всегда вёл себя совсем по-другому. Зная его неуёмный характер, Урлог был уверен, что хоббит не мог не продемонстрировать свои навыки некроманта, и это обязательно вызвало бы пересуды среди жителей Малонира.

Также варвар изрядно беспокоился за Фаньку, которая отправилась в самостоятельный поход по спасению товарищей, однако Хафейн успел вовремя её вернуть, что значительно облегчало задачу Урлога. Убедившись, что самые непредсказуемые спутники оказались под его контролем, командир полностью сосредоточился на наблюдении за аукционом. Эльфа очень раздражало отсутствие какой-либо систематизации на торгах, хотя иногда ему даже становилось интересно, поскольку до этого момента он и не подозревал, что среди рабов могут попадаться такие занятные персонажи.

- Девица Румалия, - кричал распорядитель торгов в рупор, заглушая своим воплем рёв толпы. – Красива и молода, но это не самые выдающиеся её качества! Если вы ищете хорошего и надёжного собутыльника, способного выдерживать многочасовые празднества и при этом поддерживать нить беседы, обратите на неё внимание! Румалия практически не пьянеет, а её образование позволит с лёгкостью задавать тон любому вашему спору!

Урлог с любопытством посмотрел на девушку, стоявшую на сцене. Судя по равнодушному лицу Румалии и бросаемым в толпу скучающим взглядам, она далеко не первый раз участвовала в подобном мероприятии. А вот покупатели раззадорились не на шутку, устроив самый настоящий бой за право обладать столь ценной особой.

К этому моменту варвар понял, что публика на аукционе делилась на два типа. К первому относились капитаны кораблей, заинтересованные в приобретении сильной прислуги или умелых профессионалов, разбирающихся в корабельных делах. Второй тип представляли торговцы, которые больше следили за своим статусом и предпочитали скупать красивых девушек и работников по хозяйству. Поэтому не стоило удивляться, что данный лот очень быстро прибрал к рукам представитель купеческого сословия.

Следом за непьянеющей девицей на помост вывели здоровенного тролля, которого представили как отменного плотника. Особого восторга у публики он не вызвал, и, заметив это, очень ловко отнял рупор у распорядителя и грубым голосом принялся яростно себя нахваливать, перечисляя свои таланты и заслуги, подробно расписывая, где и кем ему доводилось работать. Данный поступок тут же пробудил интерес среди капитанов, и не прошло и десяти минут, как тролля выкупил один из пиратов.

Затем настала очередь молодого полуэльфа, которого назвали искусным мастером по работе с тканями, способным сшить как роскошный наряд, так и парус, ловящий даже самый слабый ветер. За такого умельца развязалась нешуточная борьба, и даже Урлог не удержался и пару раз попытался перебить ставку, прежде чем понял, что это ему совершенно не нужно. В итоге портного забрал очередной купец, после чего на помост вывели гнома, явно пребывавшего в нетрезвом состоянии.

Впрочем, гном тоже забрал рупор и заявил, что является никем иным, как мастером Коргопулом, известным специалистом по боевым машинам, и он искренне надеется, что его потенциальный хозяин сможет по достоинству оценить умения своего будущего слуги. Судя по раздавшемуся восторженному гулу публики и отвалившейся челюсти Басса, гном не врал. Не прошло и минуты, как один из капитанов сразу предложил за мастера Коргопула такую цену, что никто из присутствующих даже не стал её перебивать.

- Ну, где же Верениен, где моя веточка? – вновь начал нудеть Торлес, чувствовавший себя неуютно из-за обилия народа. – Мы торчим здесь уже столько времени, а её до сих пор нет.

- Терпение, мой дорогой друг, терпение, - только и смог произнести Урлог, чувствовавший, что тоже вот-вот может выйти из себя.

И именно в этот момент эльф затаил дыхание, так как распорядитель объявил, что сегодня уважаемой публике будет представлен очень редкий товар: самый настоящий хоббит, которого занесло так далеко от родных земель.

- Невероятный талант, который понравится как капитанам кораблей, так и хозяевам трактиров! – надрывался распорядитель. – Опытнейший кулинар и пивовар, прекрасно знающий своё дело! Встречайте мастера Бордуона!

На сцене появилась низкорослая кряжистая фигура, в белой рубахе и коротких штанишках на подтяжках. Урлог огорчённо выругался, поскольку данный персонаж нисколько не напоминал Пэтти. Более того, Бордуон даже не походил на хоббита, что тут же вызвало бурный свит толпы.

- Эй, вы же продаёте нам побритого гнома под видом хоббита!

- Это даже не смешно! Держите нас за дураков?

- Прошу прощения, - слегка смутился распорядитель. – Но в моих бумагах он значится именно как хоббит.

- Потому что я и есть хоббит! – раздался под сводами зала рык мастера Бордуона. – Я двадцать лет прожил с ними бок о бок, перенимая их тайны приготовления еды и варки пива! Я сроднился с этим народом настолько, что они признали меня за своего! И теперь вы отказываете мне в праве считать себя хоббитом?!

- Чем больше узнаю твоих сородичей, тем больше убеждаюсь, насколько вы странные. То, что гном захотел стать менестрелем, я понять могу, но вот гном, считающий себя хоббитом, это чересчур, - пробормотал Урлог, повернувшись к Бассу, и в ответ на это Драммингс лишь нервно дёрнулся и что-то прошипел себе под нос.

Разгоревшееся недовольство вокруг сцены быстро остудил распорядитель, заявивший, что великолепные умения продаваемого гораздо важнее его расовой принадлежности, и убедивший покупателей вернуться к аукциону. Впрочем, тут особой интриги не последовало. За мастера кулинарии принялись торговаться трое трактирщиков, двое из которых очень быстро отсеялись.

Урлог вновь сосредоточился на происходящем. Спустя три десятка лотов, томительное ожидание, наконец, закончилось, и на помост вывели дриаду, которая, к счастью, действительно оказалась их потерянной боевой подругой. Точнее, её не вывели, а выволокли.

- А вот отличное украшение для вашего дома или пыточной камеры! – прокричал распорядитель, представляя товар. – Суровая и беспощадная дриада, обладающая при этом идеальной фигурой и прекрасной мордашкой! Если вы любите постельные игры в цепях, поверьте, для вас она станет самым оптимальным выбором!

Оглядев Верениен, Урлог восхищённо присвистнул, и его лицо расплылось в ехидной ухмылке. Похоже, его соратница смогла хорошо себя зарекомендовать, если её вытащили на сцену пусть и в обнажённом виде, зато с ног до головы закованную в изящную конструкцию из ремней и цепей. Судя по озадаченным физиономиям покупателей, им крайне редко доводилось видеть подобное выставление невольников.

- Это что ещё за девка? – послышались недоумённые голоса из толпы.

- Профессиональная воительница, осмелившаяся бросить вызов нашему городу, но захваченная в бою, - уже немного неуверенно ответил распорядитель. – Отлично подойдёт для тренировки ваших воинов. В бою яростна настолько, что вышедшее против неё могут вообще не сдерживаться.

- А уж не она ли уполовинила экипаж «Облачного душегуба»? – поинтересовался какой-то пират. – И вы хотите подсунуть эту мегеру нам?

- Она пригодна для жертвоприношений или самых невероятных извращений, - продолжал распинаться распорядитель. – Можете ставить на ней опыты, отрабатывать боевые заклинания и коварные приёмы. Да и просят за неё совсем немного: всего пять золотых шетонгов или двенадцать тургалей. Ну, кто даст больше?

- Десять шетонгов, - сразу среагировал варвар. – Урлог хотеть наложницу. Урлог соглашаться брать эту.

- Отличное предложение! – отозвался распорядитель. – Кто-нибудь готов предложить больше?

По залу тут же понеслись сомневающиеся шепотки.

- Да они совсем чокнулись, раз притащили девку, скованную одеянием Наркадолла, и рассчитывают, что кто-то осмелится её купить.

- Ага, мне моя жизнь ещё дорога.

- Да я бы лучше купил варвара, что готов заплатить за эту дриаду. Он, судя по всему, мужик не промах.

- Вот бы посмотреть, как он её укрощать будет. Зрелище наверняка выйдет увлекательное.

- Мне рассказали, что от этой девки шарахались даже сектанты и безумные ученые. Так что мне тоже интересно, сможет ли варвар её обуздать.

Вокруг Урлога быстро образовалось кольцо восторженных покупателей. Пираты даже забыли про аукцион и организовали тотализатор, принявшись делать ставки на то, как именно варвар станет усмирять пленницу.

- Восемь шетонгов на то, что он просто отвесит ей подзатыльник, и она сразу же упадёт к его ногам.

- Слишком просто! Я слышал, что северные варвары владеют тайным приёмом, который называется «Взгляд смерти». Ему достаточно лишь особым образом посмотреть, чтобы сразить даже могучего мамонта. Поэтому ставлю двенадцать шетонгов, что пленницу он подчинит именно этим умением.

- Да какие там умения! Он девку даже развязывать не станет, овладеет ею раз двенадцать, после чего она и забудет, что надо сопротивляться. Двадцать шетонгов за подобный исход!

- Господа! – крикнул распорядитель, явно возмущённый тем, что покупатели отвлеклись от торгов. – Прошу вас, вернитесь на места! Наше время ограничено, и мы должны решить…

- Да что там решать, пусть варвар забирает эту девку, а мы посмотрим, что он с ней сделает! – перебил его голос из толпы. – Всё равно на неё больше никто не претендует!

- Хорошо, - согласился распорядитель, тяжело вздохнул и проговорил. – Могучая воительница продана загадочному северному варвару за десять шетонгов.

- Урлог быть довольный! – сказал варвар, восходя на помост. Отдав деньги, он перекинул свою покупку через плечо и понёс в глубину зала. Сотни заинтересованных глаз следили за каждым движением северянина в надежде увидеть, что же произойдёт дальше. И то, что случилось, несомненно удивило всех присутствующих. Варвар поставил дриаду на ноги и одним движением порвал все её оковы, что вызвало восторженный стон толпы. Затем он снял с себя плащ и прикрыл им свою покупку.

- Ну, это уже перебор, - прошептала Верениен. – Я не стыжусь своей наготы.

- Зато он стыдится, - тихо ответил Урлог, кивнув в сторону Хафейна, и дриада понимающе опустила взгляд.

- А вы шустро сюда добрались, - с явным облегчением проговорила она, переведя дух. – Я думала, что несколько недель буду издеваться над местными, изображая неликвидный товар, а вы успели аккурат к первому аукциону.

- Пришлось поспешить, - вступил в разговор Ефсий. – Но всё же мы прибыли слишком поздно, ведь нам не удалось обнаружить здесь нашего юного некроманта.

- Ты была в плену, но, может, знаешь, что случилось с Пэтти? – поинтересовался Урлог.

- После моей поимки я про него даже не слышала. А его тоже схватили пираты? – спросила немного опешившая Верениен, осознав, что ситуация снова начала усложнятся.

- Да, - ответил варвар, тяжело вздохнув. - Мы находимся в Малонире уже второй день, но пока не нашли даже следов Пэтти. Возможно, ему повезло гораздо меньше, чем тебе.

- Друзья мои, предлагаю выйти на улицу и обсудить всё там, - вновь подал голос чародей. – Представители местного контингента, похоже, рассчитывают увидеть ваши разнообразные гнусные извращения и останутся очень недовольны, не получив ожидаемое. Поэтому нам лучше убраться подальше отсюда.

- Если бы не пропажа Пэтти, я бы сейчас устроила им такое представление, что они сразу бы забыли про аукцион, - пробормотала дриада, улыбаясь восторженному Торлесу. – Но, похоже, у нас есть дело поважнее, и надо срочно бежать.

Все, кто делал ставки на то, как варвар поступит с дриадой, оказались разочарованы. Пленница и её покупатель внезапно продемонстрировали исключительно деловые отношения, после чего покинули здание. Впрочем, торги продолжились, и новые лоты смогли взбодрить тех, кто потерял деньги на внезапных ставках. Ну, а через полчаса о дриаде вообще забыли, что, в целом, вполне соответствовало замыслу Урлога.

***

- Проклятие! – рявкнул Хафейн, отбросив ногой очередной мелкий камушек. – Мы потеряли Пэтти! Я думал, что это отродие Тьмы способно выкрутиться из любой ситуации, но, видимо, даже тёмные боги не всегда могут защитить своих слуг!

- Я опросил всех знакомых, - с печалью в голосе промолвил Рахас. – Но никто из них не смог ничего узнать про пленённого хоббита. Возможно, его уже продали в обход всех аукционов, но, скорее всего, от него поспешили избавиться, как от лишней обузы.

- И это значит, что наш поход потерял смысл, - пробормотал Басс, нервно сжав свою арфу-топор. – Согласно условиям, лишь полная команда получит право на желание, а мы лишились одного из соратников.

- Мы проиграли, - согласился Урлог, молча оглядел улицу долгим мрачным взглядом, однако снова заговорил. – Но наши друзья - ещё нет. Ради них я готов продолжить поход.

- Что?! – раздался одновременный вскрик Хафейна, Ефсия и Торлеса.

- Я ищу красоту, - спокойно ответил эльф. – И пусть теперь я лишён божественной благодати, что-то подсказывает мне, что на пути, которым следуете вы, я смогу обнаружить искомое. Так что я не отказываюсь от борьбы, а отправлюсь дальше вместе с вами.

- Проклятие, этот шерстоногий испортил мне весь план, - прорычал гном. – И, честно признаться, это был мой последний шанс. У меня ничего уже не осталось, и уходить от вас мне просто некуда. Кто знает, может, даже если я останусь один, Милфудж согласится исполнить моё желание.

- Мне кажется, это разумное решение, - задумчиво произнёс Ефсий. – Всегда возможен такой вариант, что кто-то из нас осуществит своё желание иным путём и отдаст божественную награду соратнику, например, в обмен на помощь.

- После всего сделанного друг для друга мы стали не просто спутниками, а настоящими друзьями, - добавила Верениен. – Мы должны пойти дальше вместе и по возможности помочь друг другу осуществить мечты.

- Вот поэтому я хочу довести всех до цели, пусть моя команда и провалилась! – продолжил Урлог. – Так что первым делом забираем с корабля все наши вещи, включая Фанькиного коня и доспехи, и продолжаем путь.

- Но почему бы ни продолжить его на корабле? - предложила Арледа. – Если я правильно посчитала, на нём мы сможем добраться до столицы всего за неделю, а вот поход по земле займёт целый месяц.

- После побега механика корабль стал для нас бесполезен. Мы не разбираемся во всех тонкостях управления им, не знаем здешние погодные особенности. Боюсь, пока мы будем приспосабливаться к кораблю, как раз и пройдёт не меньше месяца, - сурово ответил варвар, разбивая надежды Арледы.

- Ну, мы же можем нанять людей, способных им управлять! – возразила волшебница, всё ещё пытаясь отстоять свою идею.

- Местные пираты не вызывают доверия. Кроме того, узнав, что мы летим не грабить кого-либо, а исключительно по своим делам, они сразу повернутся к нам спиной. Да и, если честно, у нас не настолько много денег, чтобы оплатить работу полноценного корабельного экипажа. Поэтому, раз мы не можем управиться с нашим судном, предлагаю его продать. После магии Арледы оно выглядит достаточно внушительно и может привлечь немало потенциальных покупателей, готовых выложить за него неплохую сумму, которая окажется для нас не лишней…

- Проклятье всех горных богов! - внезапно рявкнул Басс. – Как же меня бесят эти мухи! Давайте уйдём в другое место или избавимся от этих тварей, а то я, боюсь, сойду с ума. Они словно бессмертные, бьёшь их, бьёшь, а они тут же возвращаются.

- Бессмертные мухи? – тут же переспросил Хафейн, подняв голову. – Мне это что-то напоминает.

- И мне тоже, - произнёс Урлог, с интересом изучая орду насекомых, окруживших приключенцев. – Будь я проклят, если это не работа нашего потерянного товарища.

- Пэтти?! – хором воскликнули члены отряда и принялись с усердием оглядываться по сторонам.

К этому моменту они подошли к очередной таверне, отличавшейся открытой верандой, расположенной прямо на улице. И именно там за одним из столиков эльф и обнаружил исчезнувшего спутника, явно даже не подозревавшего, к каким последствиям привела его пропажа. Пэтти активно общался с другим хоббитом, разодетым словно попугай, и, судя по заставленному кружками и тарелками столу, беседа длилась уже довольно длительное время. Ошеломлённый Урлог сделал несколько быстрых шагов и прервал этот разговор.

- Ты что здесь делаешь? – только и смог сказать эльф.

В отличие от него, Зелёный Нос не высказал ни малейшего намёка на изумление, спокойно отпил из своей кружки, после чего с довольным видом поднял глаза на соратника.

- Привет, Урлог, рад тебя видеть! Что-то долго ты за нами шёл. Мы тут уже неделю тебя ждём.

- Мы? – удивился эльф, осознавая, что за прошедшие дни он успел отвыкнуть от непосредственности своего низкорослого товарища.

- Ну, да. Я нашёл тут родственника, представляешь? Вот он, капитан Крепс! Ты не поверишь, но его команда захватила меня, даже не зная, что мы с капитаном родня. Хорошо, что с этим делом мы быстро разобрались, и теперь сидим, вспоминаем былые дни. А у вас что нового?

- Мы же тебя ищем, - отчаянно простонал подошедший Ефсий. – Думали, что ты погиб в бою или тебя выбросили за борт. А ты тут… развлекаешься.

- А что мне ещё оставалось делать? – пожал плечами Пэтти, которого ничуть не тронули переживания соратников. – Город я не знаю, денег у меня нет, зато нашёлся родич и его крутая команда. Поэтому сидел с ними и ждал, когда вы придёте.

- Но ты мог бы оставить хоть какой-нибудь знак, где тебя искать, - пробормотал толстый маг, всплеснув руками.

- Так я сам и есть знак. Каждый день сижу тут, на центральной улице, у всех на виду, и меня сложно не заметить.

- Следует признать, что он в чём-то прав, - проговорил приблизившийся к веранде Рахас. – Просто мы так увлеклись аукционом, что не обращали внимания на происходящее вокруг. И пусть мы приметили нашу цель только сейчас, хотя проходили по этой улице как минимум уже раз пять, тактика вашего товарища не сразу, но всё-таки привела к успеху.

- А что это за мужик с вами ходит? – на этот раз в голосе Редькинса проскользнули нотки удивления.

- Он есть брат Хафейна, – невозмутимо ответил эльф, решивший нацепить варварскую личину в присутствии капитана пиратов.- Он помогать Урлогу.

- И он тоже через слово вспоминает мудрых старцев? А то вытерпеть одного Хафейна я ещё могу, но когда их таких станет двое, это сделается невыносимым.

- Я уважаю старцев, – спокойно ответил Рахас. – Но предпочитаю не поминать их имена всуе. А когда требуется процитировать мудрые мысли, высказываю собственные рассуждения, и, надеюсь, со временем они тоже станут образцом для подражания.

- Смотрю, твои друзья не очень умны, - вдруг заговорил ранее молчавший капитан Крепс. – Но в них ощущается сила.

- Поэтому я с ними и иду! – самодовольно воскликнул Пэтти. – Оттеняю их силу своим разумом!

- В таком случае желаю тебе удачи. Стань тёмным властелином и заставь всех трепетать перед своим именем! Ну, а если потребуется помощь, «Чёрные небеса» и его экипаж всегда готовы выручить тебя и твоих спутников!

- Урлог готов отвечать тем же! – с уважением проговорил эльф.

- И когда можно будет просить помощь? – уточнил Пэтти.

- Ну, стоит дождаться, когда мы, наконец, закончим ремонт корабля, - ответил Крепс. - У меня хорошая команда, но вот всякий раз по возвращении в Малонир они умудряются куда-нибудь врезаться. Ну, чего я объясняю, Редькинс, ты же сам всё видел! Но повторяю, когда мы очухаемся, то поможем вам!

- Отлично, значит, продолжаем поход, - сказал Пэтти, подхватил свои грабли, вышел из-за стола и встал рядом с эльфом. – Ну, Крепс, до скорой встречи! Надеюсь, мы ещё увидимся!

- Если что, передавай привет от меня всем нашим, - спокойно ответил капитан. – Пусть знают, что я ещё жив!

- Непременно! Тётка Люция будет очень счастлива, – пообещал хоббит и зашагал прочь вслед за командиром. – Эй, Урлог, а что теперь надо сделать?

- Забрать вещи, продать корабль и убраться отсюда, - устало ответил эльф.

- Что за корабль? - в очередной раз начал проявлять любопытство Зелёный Нос, но был перебит догнавшей их Арледой.

- Из-за внезапного появления Пэтти мы не закончили нашу беседу, - обратилась волшебница к варвару. – И я не успела рассказать, что мы столкнёмся с одной проблемой, если надумаем продавать наш корабль.

- И с какой же? – поинтересовался Урлог.

- Всё дело в моих маскировочных чарах. Если их не обновлять, они рассеются через три дня, и покупатель обнаружит вместо корабля, воплощающего всю мощь Первозданной Тьмы, обычную рыбацкую посудину, при этом весьма потрёпанную.

- Значит, продав корабль, стоит убраться из Малонира за три дня, причём надо отойти от города на как можно большее расстояние, – подытожил эльф, наконец, почувствовав, что их поход вновь обрёл смысл. – Поэтому приступаем немедленно. И помните, что конкуренты не дремлют, и на пути к имперскому порталу мы должны обойти их всех!

Глава 8. Опасная дорога

— Засада… — Настоящая?! — К сожалению, да.

(с) м/ф «Тайна третьей планеты

Урлог и Верениен шагали позади отряда, немного отставая, чтобы эльф мог провести беседу один на один.

- Знаешь, я уважаю тебя и как бойца, и как личность, - наконец тяжёлым голосом начал он. – Но не пора ли тебе раскрыть кое-какие свои секреты?

Верениен хмыкнула под нос, после чего задала встречный вопрос:

- И что же именно ты желаешь обо мне узнать?

- Когда мы с Рахасом искали тебя, пришлось опросить множество пиратов. И среди огромного количества слухов нам несколько раз попадалось упоминание некой Зелёной Фурии. Сопоставив ряд фактов, я смог предположить, что в данном случае речь идёт о тебе. Похоже, в определённых кругах ты весьма известна, - произнёс варвар, бросив на спутницу настороженный взгляд, затем внимательно огляделся по сторонам и продолжил. - Я понимаю, что личные тайны должны ими и оставаться, но только не в том случае, если они способны помешать нашей общей миссии. Мне не нужны доскональные подробности твоей биографии, просто хочу знать, что опасного может ждать нас впереди.

- Мы получим серьёзные проблемы, если всем станет известно, кто я такая на самом деле, - горько усмехнулась Верениен. – Впрочем, раз уж всё начало всплывать, думаю, мне больше нет смысла скрываться. Хочешь, чтобы я рассказала о своём прошлом? Хорошо, но боюсь, что после моей истории ты будешь искать врагов за каждым кустом.

- У нас на севере кусты - любимое место обитания снежного ящера, - спокойно ответил варвар. – А это очень противное ядовитое создание. Так что поверь мне, привычка присматриваться к каждому кусту у меня в крови.

- Ладно. Как тебе уже, наверное, известно, я родом из Проклятого Леса. Хотя для нас, коренных обитателей, он совсем даже не проклятый, а наоборот, благословенный. Мой род издавна занимается охраной границ, поэтому очевидно, что меня с малых лет стали готовить к продолжению славного дела предков.

- Это объясняет твои боевые навыки, - удовлетворённо кивнул Урлог.

- Ты не представляешь, насколько суровым было моё обучение, - проговорила дриада, покачав головой. – Можно сказать, меня лишили детства, оставив одни лишь тренировки и ничего кроме них. А самое обидное, что особого смысла в этом и не было. У нашего леса такая репутация, что лезут в него только совсем отчаявшиеся или же больные на голову. И вскоре после заступления на службу я осознала, что попала в тупую и скучную рутину. Я была молода и мечтала о подвигах, а вместо этого приходилось каждый день обходить свой кусок границы, после чего писать многостраничные отчёты о том, что всё спокойно, врагов не замечено, разве что бабочки и вороны периодически снуют туда-сюда. Ах да, количество попавшихся на глаза бабочек и ворон тоже требовалось пересчитывать и указывать в донесениях.

- Твои сородичи явно опасаются кого-нибудь вроде Пэтти, - ухмыльнулся Урлог. – В смысле, чародея, способного управлять бабочками. А может, во время решающего сражения очень красивая бабочка отвлекла внимание какого-то вашего полководца, и потому дриады проиграли бой.

- Я знаю, что у тебя имеется чувство юмора, - вяло улыбнулась Верениен. – Но поверь, в то время мне было не до смеха. Каждый день я как проклятая считала этих бабочек, кузнечиков, муравьёв, пока наконец ни выяснилось, что данное задание оказалось всего лишь шуткой начальства. Они, видишь ли, таким образом испытывали всех новичков. Так что можешь представить пределы моего возмущения. Мне хотелось сражений и воинской славы, а вместо этого я получила тягомотину и дурацкие поручения.

- Поверь, подобные испытания молодёжи практикуются не только у дриад, - проговорил Урлог, явно не собиравшийся высказывать удивление. – Поэтому я тебя прекрасно понимаю.

- Я отслужила почти двадцать лет. Честно говоря, даже привыкла к рутине, но где-то в глубине души чувствовала, что этого мало. И внезапно судьба предоставила мне шанс - посольство. Я не особо интересовалась, что творилось там наверху, знаю только, что наши вдруг решили послать в Ланой целую кучу важных персон на какие-то переговоры. Для обеспечения безопасности каждый клан предоставил по несколько самых опытных бойцов, и внезапно я попала в их число.

- И что, столица империи затянула тебя?

- Да я даже не добралась до неё, - горько усмехнулась дриада. – Мы остановились в каком-то провинциальном городишке, и, хоть моя смена уже закончилась, я вместо отдыха решила пройтись по его улицам. Гуляла долго, до самой темноты, и в итоге наткнулась на трактир, где шла весёлая гулянка. Я долго сидела в углу, разглядывая счастливые лица людей, пока ни поняла, что они гораздо свободнее, нежели я. И в тот момент мне тоже захотелось с головой погрузиться в это веселье. Я принялась пить вместе с незнакомыми людьми, стала смеяться над их шутками, шутила сама, слушала глупые истории, отбивалась от нетрезвых кавалеров. А наутро решила, да гори оно всё драконьим пламенем, и не стала возвращаться к сородичам.

- И тебя даже не искали? – искренне удивился Урлог.

- Искали, но недолго. Потом через новых знакомых мне удалось узнать подробности этих поисков. В тот вечер я не взяла с собой деньги, поэтому в качестве платы в трактире отдала родовой браслет. Мне он казался безделушкой, но местные жители сочли его дорогим сокровищем. Кто-то из новых владельцев подарил это украшение своей девушке, а буквально на следующий день её убили, да так жестоко, что опознать тело оказалось крайне тяжело. Однако обнаружив на её руке мой браслет, горожане приняли её за меня. С официальными извинениями они вернули украшение посольству, затем публично обвинили и казнили с десяток подвернувшихся под руку головорезов, и на этом дело закончилось. Мои сородичи даже подумать не могли, что я захочу сбежать, поэтому согласились с предположением, что молодая воительница не рассчитала своих сил и стала жертвой уличных бандитов. Вот так я и обрела свободу, но, честно говоря, это не принесло мне удовлетворения.

- И тогда ты пустилась в новые приключения?

- Я оказалась на распутье и не знала, что делать. Свобода - это хорошо, но надо было как-то выживать. На мою удачу, опытный боец требуется многим, поэтому меня сразу затащили в одну банду. Впрочем, мне быстро наскучило пугать купцов и конкурентов, поэтому я ушла оттуда, собрала собственную группу и… Ну, а чем именно прославилась моя команда, рассказывать нужно?

- Учитывая, что твоё прозвище заставляет заикаться даже самых отмороженных пиратов, я представляю, благодаря чему ты его заслужила, поэтому обойдёмся без уточнений. Знаешь, после твоей истории вопросов у меня появилось ещё больше. Мне кажется, с подобными талантами и сильным характером ты способна самостоятельно добиться осуществления всех своих самых невероятных желаний. Так чего же такого тебе захотелось, если для его исполнения потребовалась помощь бога?

- Однажды я поняла, что моё разбойничье существование тоже является лишь иллюзией настоящей жизни. Поначалу было весело, и я получила приключения, о которых так долго мечтала, но годы шли, и мне начало казаться, что этого недостаточно. Да, в моих руках оказались несметные богатства, а моё имя внушало ужас, но всё это стало восприниматься как сущая мелочь. Поэтому узнав об очередной попытке извести мою банду, я не стала строить планы, как бы нам выкрутиться, а просто ушла. Я надеялась, что, во второй раз порвав с прошлым, смогу всё-таки отыскать свою дорогу, и внезапно получила божественное послание. А затем сама судьба свела меня с Торлесом.

- У тебя есть планы на дракона?

- У меня есть планы на саму себя. Когда я узнала, что он хочет возродить свой род, то подумала, что могу сделать нечто большее, чем пересчёт насекомых или совершение краж. Мне представился шанс спасти от вымирания целый народ. Я присоединилась к дракону и фактически стала его личной игрушкой ради одной цели: мне хочется, чтобы желание Торлеса сбылось. И для этого я готова пойти на всё.

- А вот сейчас ты меня удивила, - проговорил варвар и посмотрел на спутницу взглядом, полным уважения. – Если говоришь правду, то среди членов нашего отряда ты самая бескорыстная.

- Скажешь ещё, - усмехнулась Верениен, но прежде чем она успела продолжить свою мысль, по их ушам ударил резкий визг Фаньки:

- Отпустите меня! Сейчас я покажу этой скотине, как принцами голову морочить!

Урлог в два прыжка достиг места происшествия, с недоумением уставился на воительницу, которую прижимали к земле Хафейн и Торлес, и только и смог пробормотать:

- Что случилось?

- Всё в порядке, - тяжело пропыхтел пустынник. – Просто наша дева узрела в кустах Шуня и вспомнила все неприятности, доставленные его пророчествами. Прав был великий мудрец Ферсаим, говоривший, что ум женщины не хранит мудрость предков, зато хранит каждую мелочную обиду.

- Какая ещё обида?! – вновь возопила Фанька. – Этот рогатый коровоконь чуть не сбил меня с моего пути! А ну пустите меня, я ему рог оторву и куда-нибудь засуну!

- Допустим, здесь действительно был единорог, - нахмурился варвар. – Но зачем ему идти на север? И как он успел добраться сюда за столь короткое время?

- Может, воспользовался магией, бежал день и ночь или это вообще совсем другой единорог, - вступил в беседу Ефсий. – В любом случае не о нём мы сейчас должны беспокоиться.

- Тогда о чём же? – нервно прорычал пустынник. – Наверное, о том, как нам успокоить эту обезумевшую? Кстати, откуда у неё столько сил, раз мы вдвоём её кое-как удерживаем?

- Что случилось? – обратился Урлог к волшебнику, заметив, что тот явно чем-то встревожен.

- Пока ничего, но мне кажется, что мы приближаемся к проблемному участку нашего маршрута. Вот, смотри на карту, – Ефсий развернул кусок бумаги и ткнул в него пальцем. – Видишь точку, отмеченную как «Разбойничья низина»? В той лавке, где покупал карту, я поинтересовался и смыслом этого названия.

- И тебе объяснили, что это любимое место для засад разбойников, - вежливо улыбнувшись, перебил варвар. – Мест с такими названиями по миру полным-полно. И чаще всего они означают, что когда-то давно засады там действительно устраивали, но сейчас всё в далёком прошлом, и лишь в память о тех событиях люди продолжают давать эти наименования. Да даже если твой торговец оказался прав и там на самом деле сидят разбойники, тебе не кажется, что совокупной мощи нашего отряда хватит, чтобы остановить небольшую армию?

- Я боюсь вовсе не разбойников, - возразил чародей, свернул карту и бросил мрачный взор на чернеющий впереди лес. – Помнишь, в эльфийском королевстве нам говорили про охотников на героев? Что-то давно они не показывались нам на глаза.

- Возможно, нарвались на тех, кто оказался им не по зубам, - предположил Урлог. – Или достигли предела своих сил и вынуждены отдохнуть. В любом случае из-за спасения Верениен мы уже давно сошли с главной дороги, так с чего бы им подстерегать нас здесь?

- Не знаю, - тяжело вздохнул Ефсий. – Не исключено, что у меня просто нервы шалят, а может, что-то предупреждает о крупных неприятностях, поджидающих впереди.

- В таком случае постараемся встретить их во всеоружии, - в голосе варвара промелькнули суровые нотки. – Мы должны идти только вперёд.

***

- Инри, ну ты можешь сказать, чего же мы ждём? – поинтересовался коротышка стрелок, с недовольным видом качавшийся на бревне и бросавший в сторону командира вопросительные взгляды. – Не то я со скуки начну белок отстреливать.

- Не трогай белок, - проворчал горбатый мечник. – Я тебе уже сто раз всё объяснил. Наши цели пойдут этой дорогой, так что помалкивай и готовься.

- Да я уже подготовил всё, что мог. Просто пока мы находились на главном тракте, цели выползали одна за другой, и я пальцы до крови стёр, отстреливая их. А тут уже третий день пошёл, а их всё нет и нет. Ты уверен, что они выбрали именно этот путь?

- Да, уверен. Их девица не умеет держать язык за зубами и выложила мне многое. Кроме того, мои осведомители из Малонира подтвердили, что видели данную компанию в городе. Дорога из этого пиратского логова всего одна, и мы сидим как раз на ней.

- Ну, и почему сидим-то? Может, лучше двинемся им навстречу? Быстрее разберёмся, быстрее получим новое задание. А то у меня уже всё зудит из-за сидения на месте.

- Так почеши, раз зудит, Люмми, - яростно прорычала Орбана. – Мне тоже не нравится бездействовать, но я же терплю!

- Тут все терпят, - в тон кентавриде огрызнулся Люмми. – Инри терпит, потому что он командир и ему положено быть примером для подчинённых. Снорикен терпит, потому что он уже давно подох и не испытывает никаких чувств. Гарл терпит, просто потому что он Гарл. А ты терпишь… Ну, не знаю… Наверное, потому что влюблена в командира.

Люмми, сволочь, я тебя сейчас убью! – заорала Орбана, не сумев сдержать свой гнев. – Если ты ещё раз такое скажешь…

- Ты терпишь, потому что влюблена в командира, - спокойным голосом повторил коротышка. – Вот, сказал. И что же ты мне на это ответишь?

- Да я тебя! – кентаврида издала новый рык, но бросила взгляд на дорогу и сразу осеклась.

- Успокойтесь, - проворчал Инри, посмотрев в ту же сторону. – Гарл и Снорикен возвращаются, и, похоже, не одни.

В подтверждение его слов на полянку вывалились здоровяк и мумия, а следом за ними вышел пятнистый чёрно-белый единорог. Он был явно обескуражен, однако старался держаться с достоинством и, едва увидев Инри, недовольно фыркнул и начал пафосную речь:

- Жалкие смертные, как посмели вы угрожать великому Шуню Хы Ландыркону, королю всех единорогов, взор которого пронзает грядущее?!

- Если ты знаешь будущее, то почему не предвидел нас? – поинтересовался Снорикен, издав ехидный смешок. – Почему побежал сломя голову прямо в нашу засаду?

- Мой взор видит судьбы всех окружающих, но моя собственная скрыта за мраком неизвестности, - сразу же нашёлся единорог. – И раз наши пути пересеклись, значит, судьба решила подарить вам шанс. Я готов приоткрыть завесу грядущего, чтобы каждый из вас смог найти верную дорогу!

- Снорикен, - обратился горбатый лидер к мумии. – Он говорит правду или пытается сделать вид, что может оказаться нам полезен?

- Сложно сказать, командир, - прокряхтел тот, скептически изучая пленника. – Я слышал немало историй про таланты единорогов, в число которых входит и предсказание будущего. Однако мои наставники не раз говорили о том, что далеко не всем словам таких вот пророков следует верить.

- Разумеется, я безоговорочно не поверю в пророчества первого встречного, - ответил Инри, с интересом разглядывая Шуня. – Просто впереди у нас важный бой, и думаю, не помешало бы узнать, какие сложности могут нас ожидать.

- Вас ожидает встреча с заклятыми врагами, - в тон ему ответил единорог. – И эта встреча принесёт немало проблем.

- Ну, а теперь повесели конкретно меня, - подал голос неутомимый Люмми. – Дико интересно, когда же наконец сюда припрутся те, кто развеет мою скуку.

- Ты из тех, кто не знает промаха, - проговорил единорог, оглядев коротышку. – Но бойся того, кто равен тебе, ибо он может превзойти тебя.

- И что это значит? – с недоумением пробормотал стрелок, переведя взгляд на командира.

- Думаю, наш четвероногий друг хочет сказать нечто важное, - в голосе Инри послышались нотки тревоги. – Он намекает, что среди наших врагов есть тот, кто не уступает тебе в мастерстве стрельбы, что может создать серьёзные проблемы.

- Тебе тоже стоит побеспокоиться, - произнёс единорог, повернув голову в сторону Гарла.

- Я сильный, - ничуть не смутившись, ответил здоровяк. – Я одолею всех.

- Но сможешь ли ты превозмочь силу двух клинков? – продолжил Шунь. – В тот миг, когда столкнёшься с ними, ты узнаешь, что такое слабость.

- Эй, если считаешь, что можешь нас напугать, то очень сильно ошибаешься, - рявкнула Орбана, весьма нахально толкнув пленника и приставив к его шее клинки. Впрочем, тот отнюдь не выглядел обиженным.

- О, я всё понимаю. Вы все считаете, что сумеете одолеть силы, в разы превосходящие вас. А твои клинки говорят о том, что в искусстве фехтования ты не знаешь равных. Но бойся гнева багровых когтей. Когда познаешь его, ни твоё мастерство, ни зачарованные клинки будут не в силах уберечь тебя.

- Как интересно, - наконец подал голос Снорикен, стоявший позади всех. – Я встречал многих самых разнообразных магов, но вот пророка вижу впервые. Может, ты и мне поведаешь о моей судьбе?

- Смотри вниз, - коротко ответил Шунь. – Именно оттуда тебе следует ждать все неприятности.

- И что это значит? – нахмурившись, пробормотал Инри. – Какой-то набор слов.

- Насколько я наслышан, пророки любят изъясняться именно так, - ответил забинтованный некромант. – Мол, их видения неопределённы. Но как мне кажется, они несут всякую чушь лишь для того, чтобы показать свою значимость.

- Ну, и чего же стоит бояться мне? – буркнул горбатый командир, в упор подойдя к единорогу и бросив на него мрачный взгляд.

- Бойся убеждённую девственницу, - в тон ему ответил Шунь.

- Кого? – в голосе Инри послышалось искреннее недоумение.

- Ты непременно узнаешь её, - заверил единорог, затем сделал пару шагов назад и поинтересовался. – А теперь вы отпустите меня?

- Увы, нет, - ответил горбатый, и его рука потянулась к клинку. – Ты видел наши лица и знаешь, что мы кого-то ждём. Поэтому мы не можем отпустить тебя.

- Жаль, что встреча состоялась в столь неудобном месте, - добавил Снорикен. – Я бы хотел пообщаться с тобой в своей лаборатории. Думаю, там мы узнали бы немало интересного.

- Понимаю, - тяжело вздохнул Шунь. – Похоже, мне не повезло. Но, с другой стороны, хорошо, что среди вас нет девственников. Это меня очень радует.

- И почему же? – заинтересованно пробормотал Люмми.

- Видите ли, данные особы способны блокировать нашу силу одним своим присутствием. Недавно я наткнулся сразу на двоих, из-за чего был вынужден бежать в эти столь негостеприимные земли. А теперь, поскольку вы меня тоже не особо привечаете, я вынужден попрощаться.

Не успел Инри сделать и шага, как единорог, у шеи которого кентаврида всё ещё держала клинки, резко исчез, словно его тут никогда и не было. Командир в удивлении повернулся к Снорикену и только и смог пробормотать:

- Объяснишь?

- У магии единорогов есть немало занятных особенностей. Похоже, наш рогатый знакомый обладает способностью к телепортации, - ответил некромант. – Единорогов выводили как магических животных, поэтому не исключено, что среди них могут попадаться подобные таланты.

- Странно, что он сразу не сбежал. Выглядит как-то подозрительно, - задумчиво произнёс Инри, посмотрев на то место, где только что стоял их нежданный гость. - Хотя его пророчества меня заинтересовали. Они вообще правдивы?

- Время покажет, - философски ответил мёртвый чародей. – Вскоре мы об этом узнаем.

- Почему ты так в этом уверен?

- Мои зомби сообщают, что наши цели уже близко, - в голосе Снорикена послышалось злорадство. – Думаю, нам следует занять свои позиции.

- Наконец-то! Пора показать этим выскочкам нашу силу! - радостно воскликнул Люмми, и остальные поддержали его.

***

- Видишь, - пробормотал Ефсий, кивнув вперёд. – Она самая, «Разбойничья низина». Жуткое место. Меня аж в дрожь бросает.

- Меня тоже, - пробормотал Урлог, принявшись изучать указанную территорию. – Очень удобный для засады участок.

Составители карты не солгали. Дорога петляла между деревьями по склону холма и упиралась в небольшой мостик через овраг. Обилие кустов возле него существенно снижало видимость и возможность манёвра, а значит, достаточно было перекрыть подходы, чтобы взять отряд в ловушку. Чутьё Урлога просто вопило о том, что в любой момент следует ждать неприятностей, поэтому эльф недолго думая потянулся за оружием.

- Ну, и что будем делать? – поинтересовался Ефсий.

- Готовимся к бою, - ответил варвар. – Возможно, здесь нет никого, кроме нескольких крестьян, решивших немного подзаработать запугиванием купцов. Но что-то мне подсказывает, что нас ждёт серьёзное сражение.

- И ты прав! – внезапно воскликнула шедшая во главе отряда Верениен, вскидывая лук. Дриада выпустила одну за другой три стрелы по ближайшим кустам. До цели они, впрочем, не долетели, а в воздухе по очереди расцвели три огненных цветка.

– Это действительно засада, и у них отменный стрелок! – прорычала Верениен, резко устремляясь вперёд. – Я его сдержу, займитесь остальными!

- Кем? – пробормотал Хафейн и тут же осёкся, потому что из кустов полезли многочисленные зомби и двинулись к приключенцам. – Ага, понял. С этими я разберусь!

- А я тебя прикрою, - пообещал Урлог и бросился на помощь пустыннику, из-за чего сам едва не прозевал удар. Атаковавший эльфа гигант, закованный в доспехи, казалось, появился прямо из-под земли, а его мощные удары заставили Урлога сразу уйти в оборону. Эльф с трудом заблокировал удар исполинского молота, который едва не вбил его в землю. Самого здоровяка подобное, впрочем, изрядно удивило.

- Ты первый, кто смог отбить мой удар, - прорычал тот, снова занося молот. – Но это не значит, что ты равен мне!

- Давай поспорим! – выпалил Урлог, скрещивая клинки. Ударная волна отшвырнула гиганта на несколько шагов, однако он тут же поднялся и пробурчал:

- А вот это было неожиданно. Неужели тот рогатый оказался прав?

Ситуация ухудшалась буквально на глазах. Пока эльф сражался в вынужденном поединке, Хафейн, Басс и Торлес устремились наперерез орде зомби, когда вдруг из кустов выпрыгнул новый противник. Четверорукая кентаврида, яростно размахивая клинками, атаковала пустынника, вынудив того отбивать удар за ударом.

- Наполовину человек, наполовину лошадь?! – с изумлением воскликнул Хафейн, уворачиваясь от её ударов. – Кого только не встретишь в этом мире! Да про такое существо даже наши мудрецы не говорили! Интересно, это результат того, что человеческую женщину настиг могучий жеребец, или того, что мужчина развлекался в компании кобыл?

Его последние слова вызвали столь яростный натиск кентавриды, что пустынник сразу замолчал и полностью сосредоточиться на битве. Поспешивших ему на помощь дракона и гнома очень быстро окружила толпа оживших мертвецов, не позволяя им пробиться к товарищу. К этому моменту в бой вступили Ефсий и Арледа. Их руки покрылись молниями, и маги принялись атаковать зомби, разнося тех на мелкие кусочки, однако конца мертвецам всё не было.

- Нужно найти хозяина этих умертвий, - наконец произнёс изрядно запыхавшийся толстый волшебник.

- А чего его искать? - отозвалась Арледа. – Вот он, за мостом стоит.

Урлог сам уже успел заметить замотанную в бинты фигуру, стоявшую на другой стороне оврага. Неведомый чародей размахивал посохом, посылая в сторону отряда всё новые и новые отряды зомби.

- Высший лич, - в отчаянии пробормотал Ефсий, глядя на то, как его огненный шар исчез, не нанеся мумии никакого урона. – Только этого нам не хватало!

- Тогда используй магию своего ордена! – предложила волшебница, добавив к заклинанию товарища несколько молний, сработавших, впрочем, с аналогичным результатом. – Покажи свою силу!

- Она бесполезна против высшего лича, - возразил толстяк, сделав пару шагов назад. – На него не действуют стандартные заклинания, сколько силы в них ни вкладывай.

- Ну, тогда попробую вот это!

С рук Арледы сорвались тёмные молнии и на несколько мгновений окутали лича. Послушные его воли зомби тут же замедлили ход, дав дракону и гному возможность уничтожить ещё с десяток тварей. Но не успел Урлог обрадоваться, как заклятие волшебницы бесследно растворилось, и умертвия продолжили атаку.

- Занятно, - раздался скрипучий голос, слышимый даже на таком расстоянии. – Я и не думал, что мне встретятся подобные таланты. В иных условиях я бы даже взял тебя в свои ученицы, потому что мало кто знает «Хлыст Тьмы» и тем более может его использовать. Но, к моему глубокому сожалению, ты должна умереть!

Лич поднял посох, вокруг которого заплясали огоньки разрушительной энергии, и Арледа с Ефсием были вынуждены поспешно перейти к защитным заклинаниям. Но новой атаки хозяина зомби так и не последовало, поскольку неожиданно прямо возле его ног прозвучала довольно нахальная просьба:

- Эй, может, лучше меня в ученики возьмёшь?

- Что?!

Лич опустил взгляд и с недоумением уставился на Пэтти. Хоббит спокойно прошёл сквозь строй зомби, преодолел мост, будучи никем не замеченным, и теперь с интересом смотрел на своего оппонента.

- Я - Пэтти! – со своей обычной непосредственностью продолжил Редькинс. - Начинающий тёмный маг и всё такое. Ищу учителя. Не хочешь мне в этом помочь?

- Жалкая мелочь! – рявкнул лич. – Да что ты знаешь о тёмной магии?!

- Немного, но того, что знаю, обычно хватает. Хочешь, покажу?

Пэтти тут же взмахнул граблями, и из травы вылетело чёрное жужжащее облако. Хоббит, как всегда, заранее подготовился и припас для боя целый рой мёртвых пчёл.

- И это всё? – заносчиво прохрипел вражеский чародей. – Твоя магия может лишь насмешить меня, ты даже не умеешь…

Но не успел он договорить фразу, как был прерван соперником, решившим не тратить силы на болтовню. Облако пчёл, развив огромную скорость, набросилось на зомби и принялось выбивать их одного за другим. За несколько секунд магия хоббита значительно расчистила ряды нападавших, тем самым дав Бассу и Торлесу возможность передохнуть.

- Ну как, хорошо сработано? – поинтересовался Пэтти у лича. – Интересно, а сам ты с ними справишься?

Пчёлы в тот же миг окружили вражеского колдуна, заставив того издать вопль возмущения. Насекомые не могли причинить личу боли, но их обилие явно ему мешало. Мохноногий некромант хорошо знал своё дело, поэтому Урлог облегчённо выдохнул и вновь переключился на своего оппонента. Гигант отличался невероятной силой, а его доспехи и оружие буквально излучали невероятную магию, но, тем не менее, эльф был уверен, что одолеет этого противника.

- Твоё оружие, конечно, впечатляет, - пробормотал здоровяк. – Но это всё, на что оно способно?

- Могу ещё кое-что добавить.

Урлог мысленно возблагодарил эльфийского мага, доработавшего его меч и топор, и нанёс удар огнём. Пламя охватило тело гиганта, и он истошно закричал, но не успел эльф обрадоваться, как боевое заклинание рассеялось.

- Разочаровываешь, - буркнул противник. – Твоя первая атака была куда сильнее. Сейчас Гарл даже не почувствовал жара.

- Тогда получать следующий удар от Урлога! – крикнул эльф, вновь надевая личину варвара, и повторил свой приём ударной волной, постаравшись вложить в него всю силу. Гиганта отбросило, но он успел сгруппироваться и сразу встал на ноги. Правда, судя по тому, что его слегка качало, атака эльфа достигла цели.

- А вот это и правда сильно, - проговорил Гарл, в голосе которого появилось уважение. – Но бесполезно. Мы попросили нашего командира не ввязываться в бой сразу, чтобы нам удалось хорошо развлечься. Но, похоже, уже пришло его время. И поверь, в бою он превосходит нас четверых вместе взятых.

- Урлог справляться с ним! – заверил варвар и поспешил перейти в атаку. Он обрушил на соперника целый шквал ударов, тем самым заставив его уйти в оборону. При этом эльф не переставал следить за полем боя. Верениен скрылась в лесу, продолжая сдерживать неведомого стрелка, который уже зашёл в тыл отряду, но так и не смог подобраться на расстояние удара. Пчёлы Пэтти, к которым присоединились многочисленные муравьи и пауки, облепили со всех сторон вражеского некроманта и сбивали ему контроль над зомби. Ефсий, воспользовавшись ситуацией, даже попробовал провести атаку каким-то очень сложным заклинанием, но внезапно вокруг лича возникло серебристое сияние, которое отразило магию толстяка прямо ему в лицо и сбило с ног. Арледа, оставшаяся без поддержки, удвоила свои атаки чёрными хлыстами, но к тому моменту некромант уже смог наладить полноценную защиту против них.

- Зря стараешься! – злорадно прохрипел лич. – Я хорошо знаю и данное заклинание, и способы ему противостоять.

- Ладно, а вот с этим ты знаком?

Розовое облачко, сорвавшееся с пальцев Арледы, вызвало заминку мумии. Похоже, некромант немного растерялся, столкнувшись с неизвестным ему заклинанием, а спустя несколько мгновений заорал на всю поляну:

- Что ты наделала?! Что это за проклятие такое?!

- Немного модного столичного стиля на поле боя, - объяснила волшебница, криво ухмыльнувшись. – Я всего лишь тебя покрасила!

Лич, бинты которого приобрели нежно-розовую расцветку, пришёл в бешенство и в ярости выбросил новое заклятие, но Ефсий внезапно вскочил на ноги и встретил удар грудью, прикрыв волшебницу. Похоже, маг потратил очень много сил на отражение атаки, поскольку объём его тела резко уменьшился буквально на глазах. Ефсий снова выбыл из боя, но своим поступком он явно воодушевил Арледу на продолжение сражения.

С другой стороны тропы Хафейн, по-прежнему в одиночку сдерживавший атаки кентавриды, вдруг начал орать во всё горло, призывая некого Ирлакпату. Это вызвало у Урлога крайнее удивление, поскольку данного имени он раньше не слышал. Обычно Хафейн предпочитал цитировать древних старцев, имена которых уже въелись в память членов отряда, и то, что у пустынника может оказаться ещё один неведомый покровитель, стало для варвара сюрпризом.

- Орбана, ну что ты стоишь?! – донёсся хриплый голос лича. – Тут сразу два тёмных мага. Выруби девку, чтобы я мог заняться коротышкой.

- Легко! – отозвалась кентаврида, внезапно подпрыгнула и перемахнула через Хафейна, заставив того оторопеть. В два прыжка она очутилась возле Арледы и занесла над волшебницей клинки. Урлог зарычал и попытался броситься на выручку, но гигант в доспехах сразу перекрыл ему дорогу. Хафейн тоже не успевал на помощь Арледе, и на мгновение эльфу показалось, что её жизненный путь на этом завершится. Однако он недооценил силу ещё одного товарища. Дракон моментально среагировал на то, что его подруга попала в беду и, отбросив в сторону очередного зомби, одним рывком оказался прямо перед ней, заслонив чародейку собой.

- Это моя женщина! – прогремел на всю округу яростный рык, на мгновение заставив всех замереть. – И каждый, кто посмеет её тронуть, будет иметь дело со мной!

Кентаврида поначалу немного опешила, но быстро пришла в себя и нанесла удар сразу с двух рук. Её клинки сверкнули словно молнии, но тут же разлетелись на мелкие осколки, столкнувшись с драконьими когтями.

- Багровые когти! – в изумлении воскликнула четверорукая воительница, отпрыгнув назад.

- Эти когти вырвут твоё сердце и заставят тебя сожрать его прямо у меня на глазах, - прорычал Торлес, с каждой секундой терявший свой добродушный облик и превращавшийся в кровожадное чудовище. – Ты познаешь такие глубины боли, о которых даже не подозреваешь, ты будешь тонуть в ней и умолять меня о пощаде!

- Смотрю, у вас тоже есть козырь, - буркнул Гарл, переходя в контратаку и заставив Урлога немного отступить. – Только вы воспользовались им слишком поздно, потому что наш командир уже пришёл.

Эльф тоже успел заметить на поле боя нового участника. Низкорослый и горбатый воин с мечом, но без доспехов неспешно шагал через мост, полностью игнорируя весь хаос, творившийся вокруг. Судя по его холодному взгляду, вражеский командир уже успел выбрать себе противников и явно приготовился к атаке. Басс, оторвавшись от истребления зомби, поднял свой топор, а Хафейн, оставшийся без противника, сделал несколько шагов навстречу новоприбывшему.

Однако ничего предпринять гном и пустынник не успели, поскольку в бой вступила та, про которую в отряде обычно забывали или упоминали лишь в качестве очередной обузы, требующей периодического присмотра. Фанька, откровенно растерявшаяся из-за внезапного вражеского нападения, долго не могла решить, кого же именно следует атаковать, но появление нового противника помогло ей сразу сделать выбор.

- Да этот карлик доставал меня в трактире с разбойниками! – проревела воительница, бросаясь в атаку. – Так значит, он всего лишь очередной мерзавец, повстречавшийся на нашем пути!

И прежде чем хоть кто-то успел среагировать, Фанька сократила дистанцию между ней и горбуном и обрушила на него всю свою ярость. Тот принялся отбиваться, и его невозмутимое выражение лица сменилось на сосредоточенное, поскольку атаковала воительница подобно урагану.

- Надо же, отрядная маркитанка решила поиграть в крутого бойца, – попытался съехидничать командир нападавших, явно удивлённый столь резким напором.

- Да как ты посмел назвать меня маркитанкой?! – зарычала Фанька. – Знай же, что ещё не нашёлся тот, кто будет достоин коснуться моего тела!

- Единорог был прав! - вдруг крикнула кентаврида. – Багровые когти, мелкие проблемы, сила двух клинков, мастер стрельбы, а вот и убеждённая девственница! Пророчество сбылось!

- А вот тебе моё пророчество! – продолжал рычать дракон. – Ты сейчас сдохнешь!

Голыми руками Торлес разломал щиты, которыми Орбана пыталась заблокировать его удар. Кентаврида тут же выхватила откуда-то из-за спины пару коротких копий, которыми попыталась достать дракона, но тот играючи отбил её выпад. Его следующая атака могла бы стать для Орбаны смертельной, но внезапно поток силы сбил Торлеса прямо в овраг.

- Не благодари! – подал голос лич, продолжавший борьбу с Пэтти. К этому моменту он уже полностью подстроился под стиль хоббита и распылял стаи насекомых потоками тьмы. Хладнокровный Редькинс призывал всё новые и новые умертвия и пустил в бой даже небольшую армию, состоявшую из мёртвых мышей и белок, но вражеский чародей смог уничтожить и их. Пользуясь небольшими передышками, лич периодически наносил удары и по Арледе, заставив её полностью перейти к обороне. Раненый Ефсий пытался оказывать волшебнице поддержку, но было заметно, что он уже находится на пределе своих сил.

Впрочем, отрядные волшебники сыграли свою роль в ходе боя. Некромант настолько увлёкся сражением, что в итоге потерял контроль над своими зомби, и их быстро раскромсали Хафейн и Басс. Истребив армию нежити, пустынник и гном бросились на перехват кентавриды, которая явно искала новую цель. А вот на хрупкие плечи Фаньки легла битва с самым сильным противником, и ход их сражения удивил всех присутствующих. Боевая актриса вместо того, чтобы отлететь в сторону от первого же удара, внезапно показала себя достойным соперником. Урлог с изумлением осознал, что начинает испытывать восторг, наблюдая за тем, как девушка с лёгкостью сдерживает атаки горбатого. К этому времени эльф уже успел понять, что лидер нападавших был бойцом невероятного уровня, но каким-то чудом Фанька умудрялась блокировать каждый его удар, время от времени переходя в контратаку.

Урлог опять попытался отбросить Гарла своей любимой силовой атакой, но здоровяк вновь успел собраться и удержался на ногах. Впрочем, его движения стали менее уверенными. Периодически бросая взгляды в сторону своего командира, гигант медленно, но верно начал отступать назад.

- Похоже, Альбимей говорил дело, - внезапно прорычал он. – Вы настолько сильны, что нам нужно объединиться, чтобы одолеть вас!

- Гарл, хватит болтать! – раздался возмущённый крик Орбаны. – Я иду к тебе!

Ложным манёвром она уклонилась от атаки Хафейна, с лёгкостью перепрыгнула через Басса и, прежде чем пустынник и гном бросились в погоню, достигла Урлога, занеся над ним свои копья. Но в то же мгновение оружия четверорукой воительницы разлетелись на мелкие осколки, а перед ней опять появился наполненный яростью Торлес.

- Ты посмела поднять руку на мою любимую девочку! – прохрипел он, вновь выпуская когти. – За это я оторву твои конечности одну за другой, пока ты ни превратишься в жалкую безжизненную тушу, после чего брошу тебя на съедение муравьям и буду сидеть рядом, наслаждаясь твоей агонией! Ну, а для начала хочу тебя поджарить!

Поток пламени, вырвавшийся из пасти дракона, заставил кентавриду отпрыгнуть назад и спрятаться за спину Гарла. Здоровяк, осознавший, что на его долю выпали сразу два сильных соперника, сделал ещё несколько шагов назад, после чего завопил во всю глотку:

- Инри, ну, ты скоро?! Похоже, мы переоценили свои силы!

- Я атакую сверху, - раздался на удивление спокойный голос горбуна.

Фанька сразу же сосредоточилась, ожидая очередного нападения, но коротышка внезапно сбросил свой плащ и резко взмыл вверх. На мгновение на поле боя воцарилась благоговейная тишина. Сражающиеся с недоумённым восторгом уставились на фигуру Инри, которую поддерживали в воздухе два огромных белоснежных крыла.

- Так он вовсе не горбун, а прячет под плащом крылья, - пробормотал Хафейн. – Видимо, прав был великий старец Зухтима, говоривший, что истинный мужчина ради великой цели способен даже отрастить крылья!

- Он словно небесный принц, – в тон пустыннику произнесла Фанька. – С виду невзрачный, но на самом деле является посланником богов.

- Сбейте этого посланника, - рявкнул Урлог, быстрее всех пришедший в себя. – Мы не знаем, какой силой он обладает, значит, его необходимо скорее опустить на землю!

- Вы опоздали, - вновь спокойно произнёс Инри. – Я не хотел демонстрировать вам это обличие, но вы показали себя достойными противниками, поэтому…

Крылатый не успел договорить, когда неожиданно осёкся на середине фразы и принялся тереть глаза рукой. Зоркий Урлог заметил рой мошкары, вившийся вокруг головы вражеского командира, и злорадно усмехнулся. Низкорослый отрядный некромант, как обычно, проявил хладнокровие и смог вовремя нанести свой удар. Ситуация застыла в шатком равновесии, и требовалась лишь малость, чтобы нарушить его. Так уж получилось, что этой малостью оказалась Верениен.

Она внезапно выскочила из кустов, на ходу послав стрелу в парящего противника. Инри вскинул меч, чтобы отбить её, но дриада в очередной раз продемонстрировала лесное коварство. Стрела резко взорвалась прямо в момент удара, заставив командира нападавших отвлечься на несколько секунд, и этого времени хватило, чтобы в дело вступила Фанька, которую взрыв внезапно привёл обратно в чувства.

- Хочешь удрать?! – закричала воительница, как обычно не совсем верно оценив ситуацию. – Но даже крылья не помогут тебе укрыться от моего гнева! Познай же вкус моей стали!

Урлог оказался впечатлён дважды. Во-первых, актёрской игрой соратницы, которая настолько достоверно изображала героиню из легенд. А во-вторых, тем, как в процессе этой игры она одним прыжком взлетела выше крон всех деревьев. Инри, явно не ожидавший подобного, едва успел выставить меч, когда могучий удар Фаньки отбросил крылатого далеко в кусты. Правда, через мгновение девушка сама осознала, что её тоже тянет вниз, но к этому моменту ей на помощь бросились Хафейн и Торлес.

Мужчины практически столкнулись лбами, но успели перехватить падавшую подругу, тем самым обеспечив ей относительно мягкую посадку. Правда, пустынник и дракон забыли учесть тяжесть её доспеха и оказались придавлены им прямо к земле. Воительница лишь взвизгнула и сразу же шустро вскочила на ноги, в отличие от своих спасителей, так и оставшихся лежать пластом. Урлог вновь напрягся, так как из-за выхода соратников из строя он лишился поддержки и остался в одиночку против двух противников. Впрочем, последние не спешили воспользоваться преимуществом.

- Отступаем, - вдруг предложил Гарл, и кентаврида кивнула в подтверждение. – Люмми, Снорикен, отходим!

- Встречаемся на условном месте, - раздался крик из леса.

Гарл резко зарычал и вдруг нанёс новый удар молотом. Урлог поспешил увернуться, готовясь провести контратаку, но оказалось, что это был лишь очередной манёвр противника. Обманув внимание эльфа, здоровяк со всех ног припустил в глубину леса, крикнув последовавшей за ним Орбане, чтобы та подобрала командира. За ними удалился и лич, побежав обратно в заросли кустов. Эльф не мог поверить своим глазам. Там, где только что разворачивалось жестокое сражение, внезапно наступило всеобщее затишье.

- Что у нас по потерям? – пробормотал Урлог себе под нос, но оказавшаяся рядом дриада восприняла это как приказ.

- Ефсий травмирован собственным заклинанием и лишился сил, - тут же затараторила она. – Арледа истощена магическим поединком. Торлес и Хафейн, похоже, получили лёгкую контузию из-за удара Фанькиной бронёй. Сама Фанька заработала моральную травму после сражения с вражеским командиром. Пэтти, Басс и я по-прежнему остаёмся в строю.

- Это был опасный бой, - только и смог пробормотать варвар. – Нам нужно надёжное убежище, чтобы восстановить силы.

- Как ни странно, я могу его предоставить, - внезапно подала голос Арледа. – Мы находится почти на границе империи, и, если я правильно помню карту, отсюда три дня пути до моего родного дома.

- А ты уверена в надёжности своего дома? – спросил Урлог, резко нахмурившись.

- О, поверь мне, - вяло улыбнулась волшебница. – Сейчас это самоё надёжное место, которое мы можем себе позволить. Хотя, честно говоря, я бы предпочла пройти мимо него, но раз уж так всё сложилось…

- Хорошо, - согласился варвар и, осмотрев свой отряд, отдал приказ. – Приводим себя в порядок. Тому, кто не может идти, обеспечиваем транспортировку. Внимательно смотрим по сторонам и готовимся к новым атакам. Теперь наша цель - дом Арледы.

Глава 9. Работа над ошибками

Пусть каждый пень нам как капкан,

Пусть хлещет кровь из наших ран,

Но мы пройдём с тобою путь через туман. (с) Ю. Клинских

Теперь Хафейн ничуть не удивился открывшемуся ему виду на многочисленные горячие источники и густой туман, застилающий пространство за ними. Если в прошлый раз попадание в мир меча стало для пустынника шоком, то теперь он целенаправленно пытался здесь оказаться. Ярость битвы, всё ещё кипевшая в крови, заставила воителя на время позабыть стыдливость, поэтому он не обратил никакого внимания на полное отсутствие на нём одежды.

Уверенным шагом Хафейн шёл между водоёмов, заполненных горячей водой, в поисках хозяйки этих мест. Впрочем, та обнаружилась довольно быстро. Как и раньше, она сидела в источнике, погружённая по шею, и с ехидной улыбкой наблюдала за своим гостем. Пустыннику не оставалось ничего иного, как спуститься в воду и подойти к женщине поближе.

- Ты нарушила наше соглашение, - сразу начал он безо всяких церемоний. – Ты обещала дать свою силу, но покинула меня в самый разгар боя. Не зря говорил великий мудрец Шабуфар, что никто столь быстро не находит общий язык, как предатели и женщины, ибо суть у них одна.

- Не спорю, Шабуфар действительно так говорил, - на удивление спокойным голосом ответила Ирлакпату и приподнялась так, что стало видно её обнажённую грудь. – Правда, сказал он это после того, как одна из его любовниц передала важные сведения о грядущей битве командиру вражеского войска. И добавлю от себя, что в той истории пол предательницы особой роли не сыграл, ибо шпионила она вместе со своими братьями.

- Меня это не интересует! – воскликнул Хафейн, в гневе не стыдившийся не только своего голого тела, но и не смутившийся наготы собеседницы. - Я призывал тебя, а ты молчала! В итоге мы проиграли бой, ты понимаешь это?!

- Действительно, ты звал меня, - клинок даже не думала менять тон. – Но, знаешь ли, мне не очень нравится, когда моё имя упоминается лишь после беспрерывного потока довольно грубых ругательств. Это оскорбительно. Ты просишь моей силы, но не проявляешь при этом ни капли уважения. Думаешь, после такого отношения я соглашусь с тобой работать?

Последние слова Ирлакпату оказались для воина подобием холодного душа, разом остудившего его боевой пыл. Вдобавок пустынник осознал свою наготу, поэтому поспешил смущённо прикрыться и даже сделал пару шагов назад.

- Прошу простить меня, - наконец пробормотал Хафейн после недолгих раздумий. – Я действительно повёл себя неучтиво. Но я воин, а ты оружие, и ты должна понимать, что в бою бывает всякое, поэтому…

- Я готова простить тебя, - на этот раз голос меча излучал такой холод, что казалось, через мгновение кипящие озёра, находящиеся вокруг, покроются толстой коркой льда. – Но впредь ты должен обращаться ко мне со всем уважением. Если хочешь призвать мою силу, будь добр упомянуть все мои титулы. У меня их, кстати, сто семьдесят три, и я дам тебе список, чтобы ты запомнил.

- Сто семьдесят три? – удивился пустынник и оторопело посмотрел на свою собеседницу. – Да я пока выговорю хотя бы половину, меня уже сто раз убьют. Ты издеваешься?

- Конечно, издеваюсь, - ответила женщина и тут же задорно расхохоталась. – Ну сам понимаешь, я очень редко попадаю в ситуации, в которых могу позволить себе немного пошутить, вот и не стала упускать такую возможность. Впрочем, не все понимают мои шутки. Бывали до тебя хозяева, готовые послушно записать все многочисленные звания и титулы, лишь бы иметь возможность прикоснуться к толике моей силы. А ты молодец, сразу заподозрил всю глупость моего утверждения.

- Потому что оно бредовое, - Хафейн даже ухмыльнулся, довольный тем, что между делом смог разгадать загадку. – Недаром великий мудрец Ферсаим говорил, что…

- Так, пожалуйста, избавь меня от речей твоих многомудрых старцев. Давай лучше перейдём к делу, - Ирлакпату вновь сменила тон, теперь на мрачный и сосредоточенный. – Хочешь знать, почему я не отозвалась на твой призыв? Знаешь, в пиратском городе мне показалось, что между нами начала устанавливаться прочная связь. Ты стал слышать меня, и мы вроде даже заключили договор. Но, похоже, первый призыв моей силы настолько напугал тебя, что ты невольно стал закрываться. Я понимаю, что иногда мои способности выглядят устрашающе, но тебя они повергли в такой ужас, что глубоко в подсознании ты пришёл к мнению, что лучше умереть, нежели вновь обратиться ко мне. Итог, как мы видим, печален: в решающем бою я выступила всего лишь безмолвным свидетелем.

- И что же мне теперь делать? – с недоумением пробормотал воин.

- На подобный вопрос я могу дать множество ответов, большинство из которых будут крайне неприличными, - слегка ухмыльнувшись, произнесла дух меча. – Но если говорить серьёзно, в данной ситуации я бессильна. Если ты боишься меня настолько, что отвергаешь мою силу, тут я ничего сделать не могу. Поэтому советую самому разобраться в себе и постараться понять, чего же ты хочешь.

- Значит, нет никаких способов получить твою силу?

- Ну, давай устроим тут оргию, - голос Ирлакпату приобрёл интимные нотки, а взгляд красных глаз стал призывным. - В этом мире мы способны и на такое. Возможно, этот процесс укрепит нашу связь, и ты, наконец, поймёшь, что не стоит меня бояться.

- Изыди, демон! – воскликнул Хафейн, попятился и выпрыгнул из водоёма. – Я не поддамся твоим нечестивым искушениям. Помни, что Хафейн-шай-Мусиддин-эйх-Гхасаим-эйх-Фалийя-нхен-Фухаридж с самого рождения является истинным врагом…

- Да я уже поняла, - перебила его дух меча, сладко зевнула и отвернулась. – Если честно, мне с тобой стало скучно. Возвращайся обратно, тем более друзья уже пытаются тебя пробудить. Однако помни, пока ты меня боишься или отвергаешь, я ничем не могу тебе помочь. Ну, до встречи.

Ошеломлённый пустынник попытался задать ещё один вопрос, но понял, что мир в очередной раз резко закрутился вокруг него. И пейзаж с горячими источниками вновь остался где-то далеко позади.

***

- Это был не бой, а один нескончаемый позор. Я ещё никогда не встречал столь сильного соперника. Он словно не замечал все мои атаки, - пробормотал Урлог, глядя в пламя костра. С момента боя в Разбойничьей низине прошли уже сутки, а эльф всё никак не мог прийти в себя.

- Что уж говорить обо мне, - горько ухмыльнулась Верениен. – Я потратила все свои стрелы, но даже не смогла зацепить этого паршивца. Он просто брал и перехватывал их на лету.

- И мне умелый гад попался, - со своей обычной непосредственностью добавил Пэтти. – Мои пчёлы его, конечно, покусали, но, похоже, без особого эффекта. Интересно, а таких забинтованных вообще можно убить? Должны же быть специальные заклинания? Просто в моей книге про подобных персонажей ничего не говорится.

- Это был высший лич. Порождение магии мёртвых. Самая желанная мечта всех некромантов на свете: обрести посмертную жизнь в теле неуязвимого мертвеца, - простонал Ефсий, склоняясь над тарелкой супа. После боя маг спешил восстановить потраченные силы, поэтому ел, что называется, за десятерых.

- Он действительно неуязвим? – искренне удивился Урлог.

- Из того, что я про них читал, могу сделать вывод, что так оно и есть, - пробормотал волшебник. - Высший лич помещает всю свою жизненную сущность в некий артефакт, именуемый филактерий, который и является сердцем данного конструкта. Чтобы убить подобное создание или нанести ему хоть какой-то урон, требуется отыскать его сердце. Проблема усугубляется тем, что высший лич может запрятать свой филактерий в самом укромном месте, что делает его фактически бессмертным.

- Но разве лич не привязан к этой своей сущности? – засомневался Урлог, сразу почувствовавший, что Ефсий что–то недоговаривает. – Если подумать логически, с увеличением расстояния связь должна ослабевать и даже теряться, поэтому лич не может сильно отдаляться от своего филактерия.

- Это правило распространяется только на обычных личей, а высшие ему не подчиняются, - пробубнил чародей, впихивая в себя очередную порцию еды. – Но вот как они этого достигают, я понятия не имею. Мне раньше не доводилось сталкиваться ни с чем подобным, а в годы обучения в академии преподаватели вообще утверждали, что сама идея высшего лича - не более чем теория. Однако оказалось, что данная теория вполне себе реализуема, результат чего мы и испытали на себе.

- Но Арледа смогла нанести ему урон, - произнёс Урлог и посмотрел на волшебницу. Вслед за эльфом на неё подняли взгляды и остальные члены отряда.

- Я использовала запретное заклинание, - поспешно ответила девушка, нервно заёрзав под таким пристальным вниманием. - Оно из раздела тёмной магии, которая мне, как вы знаете, не очень нравится. Но так уж сложилось, что когда нас плотно прижали, я невольно вспомнила уроки юности, - она тяжело вздохнула и добавила. – Если честно, я даже не думала, что у меня хоть что-нибудь выйдет. Мне были известны лишь теоретические основы этого заклятья, но на практике ни разу не удавалось его воплотить. Но вчера, видимо, от страха всё как-то само собой получилось. А сейчас понимаю, что не уверена, смогу ли это повторить.

- Тебе не следует себя винить, - Урлог попытался успокоить спутницу. – Ты сделала всё, что могла. В данный момент меня больше интересуют другие члены нашего отрядного братства.

С этими словами эльф взглянул на Басса, а затем на Хафейна. Гном беспокойно задёргался. Пустынник, наоборот, не высказал особых эмоций, он вообще вёл себя крайне загадочно и задумчиво после того, как был, наконец, приведён в чувство.

– Я знаю ваши таланты и способности, - продолжил командир. – Но, скажу честно, в данном бою от вас не было никакого толку. Ну вот, возьмём тебя, менестрель. Что мешало спеть какую-нибудь песню? Сам знаешь, какой эффект они оказывают на наших врагов.

- Всё произошло слишком быстро, и я не успел сообразить, - проворчал гном. – Да и кому петь, безмозглым зомби? Они бы даже не заметили. А когда вылезла эта четырёхрукая, я вообще растерялся. Думал, ей на спину забраться и рубануть, но она так шустро скакала, а дракон так эффектно её пугал, что я побоялся вмешиваться.

- Ладно, такое объяснение я могу понять. Согласен, в бою случается всякое, в том числе и впадание в замешательство. А вот теперь пусть наш убийца демонов и богов расскажет, почему же он так сплоховал, - сказал Урлог и повернулся к Хафейну, но тот по-прежнему оставался равнодушен к происходящему.

- В сабле, подаренной эльфийским королём, заточён могучий джинн, - наконец монотонным голосом начал пустынный воин. – В Малонире мне удалось призвать его силу и благодаря этому одолеть множество врагов, но в какой-то момент сила перестала мне подчиняться, и я сделал больно Фаньке.

- Да не было мне больно, – тут же перебила возмущённая воительница. – Скорее, забавно.

- В любом случае я поступил нехорошо, поэтому перестал доверять мечу. Однако в последнем бою я увидел, что противник силён. Очень силён. А великий мудрец Зухтима говорил, что когда на кон поставлены твоя жизнь и честь, можно принять помощь даже от злейшего врага. Но когда я воззвал к джинну, он мне не ответил. Раз за разом я призывал его, но слышал в ответ лишь молчание. В этих воззваниях время для меня словно бы остановилось, и я перестал замечать творящееся вокруг, поэтому оказался бесполезен в сражении.

- Что ж, - произнёс Ефсий и вдруг удовлетворённо закивал. – Уважаемый Урлог уже высказывал предположение, что дары Занниэля являются откровенным издевательством над нами, и вот появилось ещё одно тому доказательство. Чувство юмора у владыки эльфов на редкость своеобразное, и, даже выпроваживая нас, он не упустил возможности поглумиться.

- Вспоминаем моё зелье, которое специально изготовили неправильно, - подал голос уставший Торлес.

- И мой слишком чувствительный анализатор ядов, - добавила Верениен.

- Всё верно, - согласился Ефсий. – А теперь мы знаем и истинную природу подаренного Хафейну меча. В клинке пребывает могущественная сущность, которую очень сложно взять под контроль.

- Если точнее, с ней надо заключать союз, - пробормотал Хафейн, устремив свой взор в звёздное небо. – Союз, который легко рушится из-за одного неверного слова или мысли.

- Кстати, а как обстоят дела с устройством, создающим еду из грязи, и волшебным зеркалом? Мы так ни разу и не видели их в деле, - в голосе Урлога послышались нотки обеспокоенности. – Хотелось бы знать, имеются ли подвохи у них.

- Честно говоря, свой подарок я уже испытал, - с грустью ответил маг. – Просто не хотел вас расстраивать.

- С ним всё настолько плохо? – уточнил эльф.

- Мне сложно говорить об этом, так как я искренне огорчился, увидев, что получившаяся в итоге субстанция больше напоминала еду, уже прошедшую через организм. Запах, кстати, тоже соответствовал, поэтому я не рискнул есть подобное, а прибор убрал подальше до лучших времён.

- Да, неприятный сюрприз, - мрачно пробормотал варвар. – Но вполне в духе Занниэля. Осталось узнать, что там с зеркалом.

- Вот, забирайте и изучайте, - отозвалась Арледа и бросила упомянутый предмет в руки Ефсия. – Поначалу я думала, что одна накололась с королевским подарком, но оказывается, этот эльфийский извращенец смог испортить настроение не только мне.

- И что же с зеркалом не так? – полюбопытствовал Пэтти.

- А вы посмотритесь в него, - ухмыльнулась волшебница.

Ефсий поднёс зеркало к лицу, но тут же резко отбросил в сторону, и удивлённый Урлог едва успел его перехватить. Но стоило эльфу самому взглянуть на своё отражение, как и он с трудом удержался, чтобы не отшвырнуть зеркало куда подальше. Вместо благородного и сурового лица перед ним предстала гнусная рожа, одним своим видом воплощавшая все пороки мира.

- Что это? – запинающимся голосом поинтересовался Урлог у Арледы.

- Как что? «Зеркало истинного видения», подарок владыки Занниэля. По замыслу создателей оно обязано отображать внутреннюю сущность смотрящихся в него. То есть если человек внешне уродлив, но в душе честен и благороден, в зеркале должен отразиться красавец. Ну, и наоборот. Хорошее средство, чтобы разобраться, с кем ты имеешь дело. Однако данный артефакт неисправен, поскольку настроен таким образом, что видит только недостатки. А так как изъяны, пусть даже самые маленькие, имеются у каждого, любой взглянувший в это зеркало непременно увидит безобразное страшилище.

Ошеломлённый Урлог опустил руку с зеркалом, чем тут же воспользовался пронырливый Пэтти. Пару секунд он с интересом изучал своё отражение, после чего вдруг громко расхохотался.

- Классная штука! А можно мне такой облик в реальности придать? Тогда все сразу увидят, что идёт настоящий некромант, а не фермер с выселков!

Из-за такой реакции хоббита эльф резко отдёрнул руку и передал зеркало обратно толстому магу.

- Я его, конечно, изучу на досуге, но ничего не могу обещать, - отчаянно простонал Ефсий, пряча зеркало в свою сумку. – Вот и ещё один испорченный артефакт. Теперь я абсолютно уверен в том, что мы зря взяли эти подарки.

- Тем не менее Занниэля стоит поблагодарить, - немного подумав, добавил варвар. – Без доспеха, вручённого им Фаньке, мы бы не вытянули это сражение.

- Поверьте мне, этот доспех тоже таит в себе сюрпризы, - возразил Ефсий, пристально посмотрев на воительницу. – Я, конечно, приложил немало усилий, чтобы разгадать всю суть данного подарка, но, боюсь, он был изготовлен мастерами, превосходящими меня по уровню познаний. Впрочем, кое-что я всё же сумел понять. Доспех действительно повышает силу и выносливость владельца. Незначительно, но, думаю, многие согласятся, что возможность без устали махать мечом в течение нескольких часов - всё же неплохое подспорье в ратном деле.

- Может, я и не права, - скептически хмыкнула Верениен. – Но, по-моему, нынешние умения Фаньки выходят за рамки банального многочасового махания мечом. У меня тоже имеются сила и выносливость, но так высоко подпрыгнуть я точно не смогу.

- А вот тут и начинается самое загадочное и интересное, - сказал волшебник и в задумчивости постучал пальцем по губам. – Для начала я хочу задать вопрос нашей многоуважаемой воительнице. Скажите, в том лесном трактире Вы расплатились драгоценным камнем, извлечённым из Вашего доспеха, верно?

- Ну да, - ответила Фанька, слегка удивившись вопросу. – Вы же больше не доверяете мне денег, вот и пришлось отдать первое, что попалась в руки. Да и зачем нужны на доспехах эти камни? Настоящему воину требуется крепость брони и острота клинка, а не всякие красивые побрякушки.

- Как я и думал, - произнёс чародей, отставив в сторону пустую тарелку. – Эти камни совсем не просты. На каждом из них лежат особые чары, которые в совокупности и придают доспеху его силу.

- И за что же отвечал тот камень, который отдала Фанька? – поинтересовался Урлог.

- Если я правильно понял, это был регулятор силы, - в голосе Ефсия зазвучали нотки неуверенности, но все слушатели почувствовали, что он прав. – Судя по тому, что наша уважаемая спутница так легко его вырвала, он находился в состоянии крайней нестабильности. А уж после его удаления процесс пошёл по нарастающей.

- Проще говоря, - добавил эльф. – Без камня-регулятора мощность доспеха сразу повысилась до максимума.

- Именно. Есть правда одно но, - волшебник ненадолго задумался, после чего продолжил. – Согласно моим расчётам, доспех, лишённый всех ограничений, должен израсходовать свою силу, ну, примерно за три-четыре минуты. Однако, как вы видите, наша спутница не сталкивается с данной проблемой при его использовании.

- И что это может означать? – хором поинтересовались Урлог, Хафейн и Верениен.

- У меня всего один вариант, - ответил Ефсий, покачав головой. – Похоже, я что-то упустил в своём исследовании, и у доспеха имеется ещё один источник силы, дающий неограниченную мощь. Но вот где он скрыт?..

- Надо тщательно изучить этот вопрос, - категоричным тоном потребовал Урлог. – Потому что доспех вновь может оказаться козырем в предстоящих нам битвах. Во вчерашнем бою мы проиграли, что очень обидно, но, во имя всех богов, поражение - это повод для каждого из нас стать хоть чуточку сильнее.

- Обратная сторона героя, - внезапно пробормотал Хафейн, вытащив саблю из ножен.

- О чём это ты? - на этот раз словами пустынника заинтересовался только эльф. Остальные приключенцы полностью погрузились в себя, пытаясь разобрать ошибки, допущенные в бою.

- Так говорит мой брат, - объяснил Хафейн, бросил грустный взгляд на клинок и вложил его обратно в ножны. – Всякий раз, когда я рассказывал ему о своих победах, он отвечал, что это только одна сторона, но существует и обратная. Та, которую можно познать, лишь пройдя через поражения. Я никогда не понимал его, а сейчас смысл этих слов внезапно дошёл до меня. Проигрыш заставляет нас признать свои слабости и найти способ сделаться сильнее. Я не могу установить связь с Ирлакпату, но поскольку на нашем пути возникли столь могущественные враги, мне придётся отбросить в сторону все сомнения и принять клинок таким, какой он есть.

Пустынник поднял голову и тут же осёкся. Соратники смотрели на него, и их взгляды из потерянных постепенно становились одобряющими. Короткая, но эмоциональная речь Хафейна задела всех за живое, заставив, наконец, встряхнуться.

- Ты прав, - согласилась Верениен. – Мне надо сообразить, как достать этого наглого стрелка. И, честно говоря, я разозлилась настолько, что придумала уже немало вариантов.

- Мы с коллегой, - начал Ефсий, кивнув в сторону Пэтти. – Успели обменяться мнением по данному вопросу. Возможно, в следующем противостоянии мы сможем оказать куда более посильную помощь.

- Я разберу эту мумию на косточки, - добавил хоббит. – Раз не захотел взять меня в ученики, пускай страдает от осознания своего решения.

- Мне придётся разбираться, как сокрушить тролля, - проговорил Урлог. – Похоже, он обладает артефактными доспехами и молотом, но, возможно, и мне удастся усилить свои клинки.

- А я займусь крылатым горбуном! – воскликнула Фанька, резво вскочив на ноги и подняв свой меч, который тут же принялся напевать какую-то балладу. – Если уж у каждого из нас появился свой противник, то этого возьму я!

- Я не хочу ни с кем драться, - пробормотал Торлес. – Но поверьте мне, если кто-нибудь обидит моих малышек, ему не сдобровать.

- Ну, хорошо, - подытожил эльф, удовлетворённо кивнув головой. – Вижу, мы все снова в строю. В таком случае утром продолжаем путь, а заодно продумываем способы противостояния врагам. Клянусь шкурой розового песца, наш следующий бой пройдёт на наших условиях!

Одобрительные крики соратников стали ему ответом. Промолчала лишь Арледа, сосредоточенно созерцавшая пламя костра. Урлог чувствовал, что волшебница хочет что-то сказать, но понимал, что время для её откровений ещё не пришло. Теперь надо было двигаться дальше.

Глава 10. Деревня изгоев

Это и есть секретная деревня панд? Понятно, почему она секретная.

Если бы я здесь жил, я бы тоже помалкивал. (с) м/ф «Кунг-фу панда»

Деревня показалась внезапно. В какой-то момент дорога, петлявшая между холмов, резко поднялась вверх, и оттуда уставшим путникам открылся вид на небольшое поселение. Урлог даже замер на месте, с интересом разглядывая представшую перед ними панораму.

- Надо же, - пробормотал он, бросив косой взгляд на Арледу. – Мы всё-таки добрались.

- Мы обсудили это уже раз десять, - отчаянно простонала уставшая волшебница. – Да, я не умею читать карты, а горы вокруг Малонира похожи на те, которые я привыкла видеть в детстве, вот и показалось, что через пару-тройку дней мы будем на месте.

- А в итоге наше путешествие продлилось больше двух недель, - пробормотал остановившийся рядом Хафейн. – Прав был великий мудрец Шабуфар. Любое слово женщины следует приумножить в десять раз, и лишь тогда, возможно, откроется истина, спрятанная за её речами.

- Если я ещё раз услышу хоть одну цитату твоих мудрецов в свой адрес, то, клянусь всеми богами и демонами, перекрашу тебе одежду в самые яркие и несусветные цвета, - тут же разозлилась волшебница.

- Не кипятись, - проворчал Урлог. – Признай, что-то ты всё-таки подставила нас. Пообещала достойный отдых в надёжном месте всего через три дня, а вместо этого мы целых две недели провели в не самой уютной полевой обстановке, шарахаясь от каждого шороха в кустах.

- В любом случае нам бы не удалось пойти в другом направлении, дорога-то одна, - парировала Арледа. – К тому же после моих слов о том, что здесь можно найти информацию о наших преследователях, вы все согласились идти сюда.

- Однако ты упорно отказываешься говорить, кто же может нам её предоставить. И хоть дорога и одна, нам всё равно пришлось свернуть с основной трассы и топать до твоей родни ещё полдня, - возразил варвар. - Мы, конечно, готовы к длительным походам, но только ради конкретной цели, и будем очень разочарованы, если результат не оправдает наших ожиданий.

- Надо ещё поблагодарить тех горцев с их ездовыми баранами, - добавил запыхавшийся Ефсий, для которого подъём на холм оказался настоящим испытанием.

- Эти бараны невероятно сильные и сочные, мне так и хотелось их съесть, - внезапно подал голос Интогрод, за что заработал тычок от возмущённой Фаньки.

- А что же не стал есть, когда нас горцы шашлыками из баранины угощали? – усмехнулся толстый волшебник. – Впрочем, по-моему, ездовые качества данных животных гораздо ценнее, они так шустро нас домчали. По моим прикидкам, мы сэкономили целую неделю. Даже жаль было возвращать этих баранов, быть может, с их помощью мы добрались бы сюда на пару-тройку дней раньше. А то путь оказался гораздо длиннее обещанного, и нам…

- Ладно, я виновата, прошу у всех прощения. Довольны? – перебила речь Ефсия насупившаяся Арледа.

- Я всегда доволен тобой, моя дорогая, - попытался приободрить подругу Торлес и обнял её за плечи.

- Странная деревня, - варвар на мгновение забыл о волшебнице и с головой погрузился в изучение поселения. – Что-то мне в ней не нравится, но вот что именно?

- Отсутствие защитных стен? - предположил Хафейн. – Это пограничный район, и в нём, по словам местных, происходят постоянные набеги и стычки. Да вспомни деревню тех горцев, она обнесена тройным забором. А здесь всё настолько тихо и уютно, что у меня по спине начинают бежать мурашки. Великий мудрец Зухтима говорил…

- Тут нет полей и ферм, - резкий возглас Ефсия перебил очередную мудрость пустынника. – Это очень необычно. Как же кормятся местные жители?

- Никогда об этом не думала, - пожала плечами Арледа. – Если честно, про саму деревню я мало что могу рассказать, мой дом находится чуть подальше. Видите за селом речку, а на том её берегу лес? Вот за ним и находится хозяйство моих родителей. Если не будем терять темп, к закату окажемся на месте.

Урлог с подозрением посмотрел на спутницу. Чем дольше длилось их путешествие, тем сильнее ему казалось, что она что-то скрывает. И если поначалу варвар считал самым загадочным членом отряда дриаду, то за последние дни пришёл к выводу, что и у волшебницы имеется немало скелетов в шкафу.

Впрочем, усталость брала своё, и большинство приключенцев не обратили никакого внимания на странное поведение Арледы, предпочтя просто продолжить поход. Сама же волшебница явно нервничала и, кажется, сомневалась в том, что поступает правильно. Но поворачивать назад было поздно.

Отряд довольно быстро спустился с холма и вскоре оказался на окраине деревни. Эльф продолжал внимательно смотреть по сторонам, отмечая всё новые странности. Несмотря на то, что стоял ясный день, приключенцам встретилось не так уж и много народа. Практически все встречные были здоровенными, широкоплечими мужиками, в которых чувствовался воинственный дух. Впрочем, реагировали они на путников совершенно нейтрально. Никто не подходил к новоприбывшим с целью завести беседу, но и не шарахался от них, словно от чумы. Местные жители просто провожали отряд ленивыми взглядами, после чего возвращались к своим делам. Складывалось впечатление, что подобные визиты были для деревенских самым обычным явлением.

- Есть хочется, - внезапно выдал Ефсий, резко остановился и с наслаждением втянул воздух носом. – А тут, похоже, неплохо кормят!

- Ага, и трактир как раз по мне, - радостно добавил Пэтти. – Смотрите, какое название: «Сытый скелет». Очень по-некромансерски звучит.

- Понимаю, что спешим, но в последние дни мы питались исключительно тем, что сами добывали, поэтому я за то, чтобы немного подкрепиться в таверне, - присоединилась к хору голодных дриада. – Заодно, может, и что-нибудь про эту деревню разузнаем. Кстати, я ещё ни разу не слышала её название.

- Карказул, - буркнула Арледа. – Местные называют её именно так.

- Звучит достаточно пугающе, - обрадовался хоббит. – Словно наименование цитадели очередного тёмного властелина. Я бы хотел пожить в деревне с таким названием.

- Странно, что она не отмечена ни на одной из имеющихся у нас карт, - задумчиво проговорил Урлог. – Однако опасности я пока не чую, так что, думаю, можем и перекусить.

Внутри таверна оказалась самой обычной. В зале стояло несколько столиков, за одним из которых сидели двое местных и вели возбуждённый разговор. Стоило путникам пересечь порог, как перед ними, словно по волшебству, возник хозяин заведения. Правда, вместо традиционных фраз о том, насколько он рад видеть клиентов, трактирщик просто указал рукой на ближайший столик и сухо поинтересовался, чего же именно хотят гости. Обрадованный Ефсий начал озвучивать список пожеланий, но был грубо оборван заявлением, что в наличии имеются всего три блюда: мясное жаркое, каша из какой-то непонятной смеси круп и тушёные овощи. Неунывающий Пэтти попросил всего и побольше, после чего компания заняла свои места за столом.

- Действительно необычная деревня, - пробормотал Басс, насторожённо оглядываясь по сторонам. – Люди здесь будто каменные. Мне так и хочется спеть им пару своих песен, чтобы проверить реакцию.

- А что не так? - возразил Пэтти, наоборот, излучавший неудержимый восторг. – Мрачная деревня с кучей тайн - местечко мне по душе. Да и не все тут каменные, вон те двое в углу очень весело общаются.

Посетители, словно услышав, что ими заинтересовались, тут же повернулись к хоббиту.

- Эй, коротышка! – весело прокричал один из них. – А зачем ты прицепил к граблям череп?

- Это могущественный артефакт! – ничуть не смутившись, отозвался Пэтти. – Он придаёт силу моим заклинаниям!

- Так ты колдун что ли?

- Я великий некромант Пэтти Редькинс! – заявил хоббит, явно рассчитывая шокировать своих собеседников. Но он никак не ожидал, что его слова вызовут приступ смеха.

- Ты слышал это?! – сельчанин рыдал от хохота. – Хоббит-некромант! Да я такого даже в страшном сне вообразить не мог!

- Жене расскажи, - посоветовал его приятель. – Она подобные казусы природы любит. Помнишь, как хохотала, увидев двухголовую овцу? Думаю, хоббит-некромант заставит её смеяться до самой ночи.

- Я действительно некромант, - с обидой в голосе проговорил Пэтти. И поскольку он привык доказывать свои слова делами, сразу же напустил на местных завсегдатаев рой мёртвых мух. Урлог и его товарищи замерли в ожидании реакции селян, и она не заставила себя ждать.

- Чтоб мне провалиться, Фарлун, - закричал один из собеседников. – Это же мёртвые мухи! Ты когда-нибудь видел такое?

- Реально мёртвые, - согласился продолжавший смеяться Фарлун, отмахиваясь от напущенного Пэтти роя. – Этот коротышка действительно что-то умеет. Интересно, друг мой Хумкур, а мёртвые мухи предпочитают лететь на мёд или выберут другую, менее привлекательную субстанцию?

- Они же зомби, - ответил Хумкур, схватив одну из мёртвых мух и принявшись её изучать. – А зомби любят есть мозги!

- Значит, нам нужно всего лишь насобирать тараканьих мозгов и предложить их мухам, - подытожил Фарлун.

Друзья вновь заржали, из-за чего Пэтти опять принял серьёзный вид.

- Я не только мух поднимать умею, - в отчаянии заявил он. – Могу ещё тараканов и мышей. Это не так уж и сложно для меня!

- Мышей? Фарлун, а ведь это занятная идея. Ты жаловался, что они у тебя все продукты погрызли. Так надо наслать на них полчище зомби-крыс - и проблема будет решена!

Селяне продолжали смеяться, тем самым заставляя Пэтти всё сильнее и сильнее краснеть от бушующего негодования. Он собрал всех своих мух вокруг себя, явно намереваясь привлечь внимание, но тут к столику приключенцев подошёл хозяин таверны с тарелками в руках.

- Убери своё летающее воинство, - попросил трактирщик хоббита, и его голос был сама невозмутимость. – Если мухи попадут в кашу, то точно испортят блюдо.

- Эй, Луризун, - раздался крик Хумкура. – Получается, обычные мухи тебя не смущают, а зомби заставляют беспокоиться о вкусе? Надо будет запомнить это!

Хозяин, расставлявший тарелки по столу, лишь недоумённо хмыкнул и обратился к новым гостям:

- Не обращайте внимания на этих двух бездельников. Их хлебом не корми, дай посмеяться над кем-нибудь.

- Если они вздумают смеяться надо мной, получат очень весёлый концерт, - вполголоса проворчал Басс.

- А ты довольно рано вернулась, Арледа, - не меняя равнодушной интонации, продолжил Луризун. – Мы с твоим отцом тут недавно поспорили, как долго ты будешь развлекаться в столице. Он заверял, что ещё пара-тройка лет, и ты вернёшься, а я доказывал, что ты будешь держаться подальше от наших краёв до конца жизни. И учитывая масштаб вашей с ним ссоры, я был уверен в своём мнении.

- Я и не собиралась возвращаться, - тяжело вздохнула волшебница. – И, честно говоря, не думала, что меня так быстро здесь опознают. Поэтому сразу признаюсь, наведаться в Карказул меня вынудили обстоятельства. За мной идёт погоня, и ребята там серьёзные.

- Насколько серьёзные?

- Про высшего лича слышал?

- Тут кто-то сказал про высшего лича?! – воскликнул Фарлун, и деревенские болтуны разом вскочили со своих стульев. – О, да это же Арледа, дочка старого Грылопрага. Привет, давно не виделись!

- Рада, что вы меня помните, - ответила волшебница, явно испытывавшая неловкость от всеобщего внимания. – А если увидите высшего лича, будьте осторожны, его даже «Хлыст тьмы» не берёт.

- Он действует один? – продолжал выпытывать Луризун.

- Нет, - ответила Арледа. - С ним работают мелкий стрелок, горбатый мечник, способный летать, четырёхрукая кентаврида и тролль в артефактной броне.

- Хумкур, Фарлун! – рявкнул трактирщик, и болтуны тут же вытянулись по стойке смирно. – Пробегитесь по деревне и предупредите наших. Я, конечно, сомневаюсь, что перечисленные ребята сюда сунутся, но случиться может всякое, поэтому пусть все будут наготове.

- Будет сделано, мастер! – хором выпалили друзья и скрылись за дверью.

- Ну, а вы пока поешьте. Похоже, дорога вас изрядно потрепала. Попробую приготовить что-нибудь, что сможет вас успокоить и придать необходимые силы, - сказал Луризун, задумчиво покачал головой и направился на кухню.

- Прошу прощения, уважаемая коллега, - шёпотом поинтересовался Ефсий. – Я только сейчас осознал, что здесь всё пропитано потоками тёмной энергии. Неужели это то самое место, о котором я думаю?

- Оно и есть, - проворчала Арледа, нервно стучавшая ногтями по столешнице. – Это Карказул, легендарная тайная деревня некромантов и тёмных волшебников.

Откровение волшебницы вызвало внезапную реакцию. Путники даже не успели осознать её слова, как хоббит мешком свалился под стол. Обеспокоенный его поведением Урлог заглянул вниз и оторопел, увидев безумную улыбку на лице напарника.

- Деревня тёмных магов, – блаженно шептал хоббит себе под нос. – Я верил, что она на самом деле существует, и наконец добрался до неё.

***

Пэтти умирал от счастья. Долгие месяцы он тешил себя надеждой, что рано или поздно на его пути появятся полноценные тёмные маги, и вот, оказавшись в их поселении, даже сполз под стол от восторга. Но будучи прагматиком до глубины души, хоббит решил ковать железо, пока горячо, поэтому быстро поднялся на ноги и бросился вслед за хозяином таверны. Тот обнаружился на кухне в окружении тарелок и котлов. На ворвавшегося к нему хоббита он бросил слегка недовольный взгляд, после чего молча вернулся к готовке. А вот Пэтти собирался любой ценой получить желаемое и, взирая на трактирщика снизу вверх, бесцеремонно выдал:

- Научи меня!

- Чему? – вяло поинтересовался Луризун, полностью сосредоточившийся на резке овощей. – Искусству кулинарии? Но мне кажется, ваш народ владеет им в совершенстве. У твоих сородичей я выудил немало отменных рецептов.

- Готовить-то я умею, - отмахнулся Пэтти. – Мне хочется, чтобы ты научил меня искусству некромантии.

- Значит, Арледа проболталась, - проворчал трактирщик. – Впрочем, сейчас это не имеет никакого значения. Я не стану тебя учить, даже не проси.

- Это почему? – искренне удивился хоббит. – Опять какие-то правила в вашем ордене?

- Можно сказать и так, - слегка усмехнулся Луризун и поинтересовался. – А ты никогда не думал, по какой причине среди хоббитов так мало волшебников?

- Наверное, потому, что многим из наших магия совсем не нужна, - нисколько не смутившись, ответил Пэтти.

- Ответ неверный, - начал объяснение трактирщик, который, войдя в раж, на глазах превращался в опытного мага. – Всё дело в том, что в ваших маленьких телах недостаточно маны для совершения нормальных заклинаний. Там, где эльф или гном с лёгкостью одним словом разрушат горы и подчинят ураганы, твоим сородичам придётся объединиться, чтобы совместными усилиями совершить аналогичный подвиг. Потому ты и не можешь поднять никого, серьёзнее мух и мышей. Контроль разума высших созданий требует такого количества энергии, о котором ты можешь только мечтать. И какой мне смысл обучать того, кто способен лишь на жалкие потуги?

- Но я талантливый, - заупрямился хоббит. – Моя магия напугала многих: эльфов, пиратов. Даже козлолюды, помнится, впечатлились.

- Кое-что ты можешь, не спорю, - согласился Луризун и даже отвлёкся от готовки. – Но если хочешь стать некромантом, кроме магии и таланта ты должен обладать ещё кое-чем.

- И чем же?

- Надеюсь, ты обратил внимание на внешний вид жителей нашей деревни, - в голосе трактирщика послышались нотки сарказма. – Если упустил это, позволь мне разъяснить. В некроманты берут только здоровенных и крепких мужиков. Догадываешься почему?

- Ну, давай, рассказывай, - заинтересованно хмыкнул Пэтти.

- А потому что наша магия нестабильна и так и норовит выйти из-под контроля. Скажи мне, что ты будешь делать, если, например, попытаешься поднять костяного упыря, а он вдруг откажется тебе подчиняться, и вся твоя магия не сможет ничего ему сделать?

- Тут надо сбежать или спрятаться, - ответил хоббит. – Ну, или призвать кого-нибудь из нежити попроще, что сможет помочь разобраться с проблемой.

- Надо же, ты мыслишь как настоящий некромант, – на этот раз с заметным уважением произнёс трактирщик. – Но этого мало, очень мало. Костяной упырь - один из сильнейших представителей нежити, и если он внезапно заартачится, остаётся только одно, – голос Луризуна внезапно стал вкрадчивым. – Ты должен использовать свою физическую силу.

- Физическую силу? - недоверчиво хмыкнул Пэтти. – А как же магия?

- Там, где пасует магия, в ход вступает грубая сила, - неумолимо продолжал трактирщик. – Если её достаточно, можно тесаком расчленить упыря, сделав его малоподвижным. Сила позволяет ломать кости ожившим скелетам и отрывать головы зомби, если они вдруг перестают слушаться команд. Ну, а если нежити слишком много, сильные ноги помогут убежать от неё. Теперь ты понимаешь, почему из тебя никогда не получится хороший некромант?

- Не понимаю, - продолжал упорствовать хоббит. – Мне подчиняется магия, и мелочь-то я воскрешать умею. Да и Тарм Инлосский признал, что мог бы взять меня в ученики, если бы не его принципы.

- Ты знаешь Тарма Инлосского? – Луризун даже поперхнулся и на мгновение растерял былую невозмутимость. – Он жив?!

- Пересекались недавно, - ответил Пэтти и, обрадовавшись тому, что на него, наконец, взглянули с уважением, решил, что ситуация начинает складываться в его пользу. – Провели небольшой поединок. Я почти победил, но он резко вышел из боя. Зато потом весьма продуктивно пообщались. Жаль, что я начал заниматься по его книжке, быть может, сейчас уже ходил бы в его учениках.

- Ты изучал магию по пособиям самого Тарма Инлосского? – трактирщик вновь поперхнулся. – Но этого не может быть! Насколько я знаю, он почти не вёл записей!

- А это тогда что?! – воскликнул хоббит, извлёк из сумки свою любимую тетрадь и положил её на стол.

Луризун издал протяжный стон и трясущимися руками открыл первую страницу.

- Невероятно, - пробормотал он. – Все доказывали мне, что великий крейстмаг практически не оставил записей, и до нас дошло лишь несколько его рукописей. Но я узнаю почерк Тарма Инлосского, значит, и за пределами академии можно найти обрывки его знаний.

- Мне нравится, как он всё объясняет, - поделился Пэтти. – Сразу понятно, и как посох зачаровать, и как правильно пентаграмму начертить. Да и с некроморфами мне эти записи помогли быстро разобраться.

- Некроморфы? – Луризун поперхнулся в третий раз. – Одна из высших форм некромантии? Хочешь сказать, что ты смог ей овладеть?

- Довелось тут разнести дворец владыки Занниэля, - ухмыльнулся хоббит, погружаясь в воспоминания. – Ты не представляешь, насколько здорово было сбить спесь с этого надутого индюка.

- Но это невозможно, тебе просто не хватит сил для такого, - пробормотал трактирщик, бросил случайный взгляд на волшебные грабли и поперхнулся в четвертый раз. - Это что, «Череп бежанского дракона»?

- Так вот как он полностью называется! Прикупил его по случаю в Кинтеласте, - ответил довольный Пэтти, подбросив свой посох в воздух. – Там было много занятного.

- Я уже вижу, - произнёс Луризун, растерявший весь свой скепсис и теперь со смесью восторга и ужаса изучавший гостя. – Но это за гранью невероятного. Данный артефакт, как и «Мантия истинного покрова тьмы», – некромант перевёл взгляд на плащ хоббита. – Считались утерянными уже сотни лет. Как они попали в твои руки?

- Я же сказал, что купил их в Кинтеласте, в магической лавке. Продавец попался довольно ушлый и ободрал меня как липку, но, оказывается, оно того стоило! Вон смотри, что ещё я у него взял, - с этими словами хоббит расстегнул сумку и продемонстрировал свои сокровища.

Луризун в замешательстве взглянул на них и с ужасом отпрянул в сторону.

- Считалось, что все они утеряны, но… Кстати, кто был твоим наставником? – дрожащим голосом поинтересовался трактирщик.

- Да никто меня не учил, - ответил Пэтти, недоумённо разведя руками. – Я нашёл эту книжку, попробовал пару вещей, и у меня всё получилось. Ну, а дальше как-то закрутилось, что я отправился в поход.

- И как быстро ты смог овладеть этой магией?

- С тех пор, как я начал, наверное, уже полгода прошло, может, чуть больше, - сказал хоббит, заставив трактирщика поперхнуться в пятый раз.

- За полгода ты овладел мастерством, которое многие из нас изучают годами. Тебе удалось самостоятельно освоить призыв некроморфа. Тебя признал сам Тарм Инлосский. Ты заполучил «Череп бежанского дракона» и ещё множество легендарных артефактов. Если честно, поначалу я об этом не подумал, но скажи, сколько мух или мышей ты можешь контролировать за раз?

- Ну, в цифрах я не силён, - озадаченно пробормотал Пэтти. – Но вот когда на днях сражались с высшим личом, мне удалось за раз призвать где-то тысяч десять. Это, конечно, примерно, тогда особо не до подсчётов было.

- Десять тысяч, - произнёс Луризун, отошёл от стола и с грустью посмотрел в окно. – Ты призвал десятитысячное войско нежити для битвы с высшим личом. Более того, ты выжил в этом сражении. У меня просто нет слов.

- Мне не нужны слова, мне нужен учитель.

- Я не буду тебя учить, - унылым голосом произнёс трактирщик. – Извини, но я не стану возлагать на себя эту обязанность.

- Всё ещё считаешь, что я слаб?

- Наоборот. На первый взгляд я принял тебя за юнца, нахватавшегося по верхам и считающего, что он сможет влиться в наши ряды. Но выслушав твою историю, я понял, что окажусь для тебя слишком плохим наставником.

- Да мне бы просто узнать пару элементарных вещей…

- Ты должен узнать больше, чем я могу тебе дать, - внезапно рявкнул Луризун. – Я уже вижу, что обычный учитель тебе не подойдёт. Сама судьба ведёт тебя невероятно закрученным путём, на котором обязан появиться самый величайший наставник, что только может существовать, либо должно произойти вмешательство богов.

- Я как раз на одного бога сейчас и работаю, - заявил Пэтти. – Но я не уверен, что он мне поможет, вот и решил испробовать иные варианты.

- Продолжай искать, - тяжело вздохнув, пробормотал некромант. – А мне нужно вернуться к своим обязанностям. Я уже понял, что вы прошли через такие события, что нам остаётся только ждать менестрелей с их толкованием ваших приключений. Ну, а всё, что я могу в данный момент сделать для тебя и твоих друзей, это накормить вас посытнее.

- Ясно, тогда я пошёл в зал.

- Раз уж ты здесь, помоги мне донести блюда.

Луризун быстро нагрузил юного некроманта. Впрочем, Редькинс был ничуть не против исполнить обязанности официанта. Не обращая внимания на косые взгляды товарищей по отряду, он добежал до стола и принялся расставлять врученные ему тарелки.

- Дай угадаю, - проговорила Арледа. – Ты напрашивался в ученики к здешнему мастеру?

- Попытался, - уточнил хоббит, усевшись на своё место. – Но я оказался слишком хорош для него. Надо будет найти настоящего мастера.

- Неужели? – засомневалась волшебница, бросив на Пэтти удивлённый взгляд. – Но магистр Луризун считается одним из самых опытных наставников в деле некромантии. Если уж он не смог, то…

Она не успела договорить, когда дверь в трактир внезапно распахнулась. Несмотря на то, что день выдался солнечный и все окна были открыты, свет в помещении вдруг резко померк. Пэтти с удивлением осознал, что таверна наполнилась каким-то невероятно инфернальным холодом, который заставил его неуютно поёжиться.

Почти все участники отряда схватились за оружие, глядя на то, как в зал зашла фигура, словно сотканная из мрака. Казалось, что в трактире распахнулись врата в мир самой смерти. И вдруг среди всего этого ужаса раздался измученный голос Арледы:

- Папа, хватит выпендриваться.

- Доча, ну ты же знаешь, что я не могу иначе, - последовал обиженный ответ, и в ту же секунду весь инфернальный морок и жуть исчезли, словно их никогда и не было.

- Папа и доча? – с недоумением переспросил Урлог.

- Ну да. Познакомьтесь с моим отцом, - устало проговорила волшебница. – Грылопраг Безжалостный, могущественный чёрный маг, бывший тёмный властелин и не состоявшийся бог мрака и ужаса. Прошу любить и жаловать.

Пэтти вновь издал протяжный стон, и это был единственный звук, пронёсшийся под сводами таверны. Все остальные молчали и бросали ошеломлённые взгляды на волшебницу, явно желая услышать подробности. Но судя по её утомлённому виду, подробностей следовало ожидать уже от внезапного гостя…

Глава 11. Семейные ценности

Папа может, папа может,

Нас в семье шестнадцать! (с) Команда КВН «Союз»

- Они в этой деревне! - воскликнул коротышка-стрелок, возбуждённо ёрзавший в ожидании приказа атаковать. Впрочем, остальные члены отряда энтузиазма пока не проявляли. Инри уже полчаса изучал поселение и пребывал далеко не в восторге от увиденного.

- Неприятное место, - пробормотала кентаврида. – Веет от него чем-то зловещим.

- Вот и мне так кажется, - мрачно согласился командир.

- Да почему вы нервничаете? – удивился Люмми, подняв на товарищей недоумённые синие глаза. – Это же самая обычная деревня. Мы таких за последние полгода десятки видели. Давайте спустимся и покажем, на что мы способны, после чего местные пейзане сами выдадут этих героев.

- Идиот, - яростно прокряхтел Снорикен. – Хотя это простительно, поскольку ты даже не знаешь, куда именно нас занесло.

- А тебе, как я понимаю, что-то известно об этом поселении? – поинтересовался Инри, косо посмотрев на мумию.

- Естественно, - самодовольно произнёс некромант и замолчал, но, заметив требовательный взгляд командира, поспешил продолжить. - Ладно, так и быть, просвещу и всех вас. Где-то три сотни лет назад жители Инлосской империи стали массово возмущаться тем, что тёмные маги в их государстве совсем уж распоясались, и из-за этих народных недовольств тогдашнему императору пришлось объявить любое чернокнижие вне закона. Однако он понимал, что совсем уж обрубать мосты нельзя, поэтому предложил всем тёмным магам надёжное убежище. В нём чернокнижники смогли спокойно жить, не опасаясь преследований, а в случае необходимости вызывались в столицу для выполнения заданий. Так вот в это самое убежище тёмных чародеев мы сейчас и попали.

- Ну и что тут такого? – продолжал ёрничать коротышка. – Считаешь, что десяток-другой магов сможет нас остановить?

- Слушай, мелочь пузатая, - в голосе Снорикена послышались нотки недовольства. – Там внизу находятся почти три сотни профессиональных некромантов. По отдельности я, разумеется, одолею любого из них, но вот толпой они просто-напросто задавят меня, не говоря уж про вас. Кроме того, не следует забывать и про наши цели. Мы, конечно, знали, что они орешки крепкие, но после того боя в низине у меня сложилось впечатление, что нам они точно не уступают.

- Да, со стрелком им точно повезло, - подтвердил Люмми. – Она все мои выстрелы на лету смогла перехватить. А я и подумать не мог, что такое возможно. В итоге все снаряды потратил, уже стал шишки под ногами собирать и ими пулять, а эта дриада их сбивала и сбивала.

- И бойцы среди них неплохие, - вторила ему Орбана. – Хиляк с саблей очень шустро уходил от моих атак. А длинноволосый монстр меня одним своим взглядом реально напугал, не говоря уж про его когти.

- Эльф тоже был хорош, - прорычал Гарл, поправляя ремни на своём доспехе. – Он отразил мои удары и даже сбил меня с ног.

- И девка в броне не так проста, - внезапно произнёс Инри. – Я не раз сталкивался с силой Альбимея, поэтому довелось хорошо её изучить. Так вот, напоминающие её проявления маны я почувствовал у этой воительницы во время боя.

- Хочешь сказать, что она является воплощением Альбимея? – искренне удивилась кентаврида.

- Нет, точно нет. Её сила явно другая, хоть и похожа. Альбимей подавляет своей смертоносностью, и рядом с ним ощущаешь себя так, словно твою душу вот-вот вырвут из тела. Что же касается девки, мне казалось, что меня сожрут целиком. Да, именно так, от неё исходит тёмная всепоглощающая сила. Думаю, в их отряде она самая опасная.

- Что касается магов, - прохрипел Снорикнен. – Толстяк невероятно силён, хотя ему явно не хватает филигранности. Мелкий, напротив, опасен тем, что с ловкостью оперирует тонкими силами и вдобавок не ощущает страха. Некромантия, будучи магией самой смерти, может подавить любого, и её главное преимущество заключается в способности лишить противника воли. Но этот недомерок не поддался и стоял передо мной, словно равный. В какой-то момент мне даже показалось, что он, как и я, уже совершил путешествие на ту сторону и вернулся полный тайных знаний.

- А почему ничего не сказал про волшебницу? – поинтересовался Люмми, издав ехидный смешок. - Это же она тебя разукрасила.

- Да, она, - нехотя прорычал Снорикен, поднимая руку. Бинты, обвивавшие мумию, были окрашены в нежно-розовый цвет, что придавало личу некую пикантную привлекательность. – Мало того, что эта девица владеет тайными знаниями высшего чернокнижья, пусть даже и не на самом высоком уровне, она ещё и сумела испортить мой внешний вид. Скажите, где вы видели высшего лича, одеяния которого походили бы на кукольное платьице?

- А тебе идёт, - даже не думал успокаиваться коротышка. – Придаёт твоему мрачному виду некую живость.

- Я сейчас перекрашу твой наряд в тёмные цвета и придам тебе немного мёртвости! - гневно среагировал лич. – Мне, в отличие от тебя, совсем не смешно! Как я в таком виде покажусь Альбимею?! Он же сочтёт это оскорблением и исключит меня из числа своих сторонников!

- Тогда просто смени бинты, - предложил Инри.

- Не получится, - покачал головой мёртвый некромант. – Это не обычная одежда, а, можно сказать, часть меня. Я, конечно, могу их снять, но при этом я потеряю немалую часть моей мощи. Магичка словно знала, чем можно меня зацепить.

- А если разрушить её заклинание?

- Думаешь, я не пытался? Я перепробовал всё, что только можно, но безуспешно. Я просто не могу понять принципа, который она использовала. Это какая-то неведомая мне область магии.

- Значит, волшебницу берём живьём, - спокойно предложил командир. – Допросим её, узнаем, как снять это проклятие, и лишь потом убьём.

- Надеюсь, так и будет, - удовлетворённо кивнул Снорикен. – А то хожу раскрашенный, словно праздничный болванчик.

- А это кто такой? – спросила Орбана, с интересом посмотрев на некроманта. – Первый раз слышу подобное выражение.

- Есть на южном континенте один обычай, - проворчал лич. – Тамошние жители по любому поводу проводят праздничные парады, на которых туда-сюда таскают статуи своих божков, раскрашенных в яркие цвета. В мой последний визит они как раз устроили шествие, пытаясь таким образом призвать дождь. Лето тогда выдалось очень жарким и сухим, и южане были готовы пустить в ход все средства, чтобы справиться с засухой.

- Эти разговоры о погоде навели меня на мысль. Мне одному кажется, что стало холодать? – бесцеремонно перебил Снорикена Люмми, показушно поёжившись. – Вроде только что жара стояла.

- Так осень же, - пробормотал Инри. – В этом году она слегка запоздала, но, видимо, через неделю-другую нам придётся доставать тёплую одежду.

- Говорите за себя, - буркнул Снорикен, по-прежнему недовольно изучавший свои розовые бинты. – Я холодов не чувствую. Меня больше интересует другой вопрос, как именно мы станем выковыривать наши цели из этой деревни.

- Будем ждать, и рано или поздно они сами оттуда выйдут, - сказал горбатый командир и, отвлёкшись от наблюдения за деревней, повернулся к своему отряду. – И вот тогда мы и выберем подходящий момент для атаки.

Довольные улыбки бойцов подтвердили то, что каждый из них, несмотря на поражение, горел желанием взять реванш. Оставалось только дождаться нужного времени, а это они прекрасно умели делать.

***

- Папа? – вновь пробормотал под нос Урлог, оглядывая высокого худощавого лысого мужчину, облачённого в строгие чёрные одеяния, и сравнивая внешний вид отца и дочери. В правдивости слов Арледы сомневаться не приходилось, но столь яркие отличия в облике близких родственников казались варвару удивительными. Если дочка представлялась самим воплощением доброты и нежности и при первом же взгляде на неё вызывала желание подружиться, то отец был настолько мрачен и суров, что одним своим видом заставлял рефлекторно тянуться к оружию или же начинать искать убежище. И даже его яркая и довольно дружелюбная улыбка ничуть не смягчала это зловещее впечатление.

- Грылопраг? – голос Ефсия был полон недоверия. – Но этого не может быть. Каждый школьник знает, что Грылопраг был низвержен полтора тысячелетия назад.

- А я вот не школьник, поэтому не знаю, - влез в разговор Пэтти. – Получается, он должен быть мёртвым? Или это другой Грылопраг?

- Я тот самый единственный и неповторимый Грылопраг, - вальяжно ответил тёмный чародей. – И ваши сомнения я понимаю. О том, что я до сих пор жив, знает не так много народа.

- Ага, не много. Человек, наверное, триста, не меньше, - буркнула Арледа.

- Доча, я рад тебя видеть, – ничуть не смутившись, продолжил маг. – Кое-какие личности заверяли меня, что ты больше никогда не захочешь общаться со мной, но, как я вижу, они сильно ошибались.

- Наоборот, они оказались правы, - огрызнулась девушка. – Я оказалась здесь не по собственному желанию, а вынужденно. Если бы не сложившиеся обстоятельства, я обошла бы твой дом самой дальней дорогой, чтобы ничего не напомнило о тебе.

- И из-за чего же тебе пришлось пересилить себя и обратиться ко мне? Понадобилась помощь в решении каких-то проблем?

- Не столько помощь в решении, сколько совет, - Арледа нехотя поморщилась, но всё же произнесла ключевые слова. – Нас преследуют слуги Альбимея.

- Всего-то? - Грылопраг брезгливо хмыкнул. – Неужели ты не смогла с ними справиться после всех моих уроков? Ты меня огорчаешь, доча.

- И ты ещё спрашиваешь, почему я стараюсь держаться подальше от дома, - речь девушки стала напоминать агрессивное шипение.

- Я ничего не спрашиваю, а просто знаю, что рано или поздно всё будет по-моему. И вместо того, чтобы ругаться на пустом месте, я лучше познакомлюсь с твоей командой, - проговорил тёмный чародей и, оглядев спутников дочери, остановил взгляд на Урлоге. - Ого, какие мышцы! Я и представить не мог, что из эльфа способна вырасти настоящая машина для убийств!

- Урлог есть великий воин, - отчеканил эльф, поспешив принять образ тупого варвара, но вызвал этим очередную скептическую ухмылку отца Арледы.

- Можешь не притворяться. Твой взгляд выдаёт тебя с потрохами. За свою жизнь я повидал множество варваров, и, поверь мне, ни у кого из них не было таких пронзительных умных глаз. Если хочешь изображать ограниченность, постарайся в эти моменты ни о чём не думать и как бы смотреть в пустоту.

- Хороший совет, - проворчал Урлог, недовольный тем, что его так быстро раскрыли. – Как выпадет свободная минутка, непременно попрактикуюсь.

Однако Грылопраг проигнорировал слова эльфа, так как уже переключил своё внимание на Басса.

- Я вижу довольно необычное оружие для гнома и не могу понять, зачем нужны струны? Это какой-то специфический способ перерезать глотки врагов?

- Я не только воин, но и менестрель! – возмутился Басс. – Это моя боевая арфа, музыка которой внушает страх врагам и придаёт бодрость духа моим соратникам!

- Оригинально, – заворожённо произнёс чародей. – Даже не думал, что такие вещи можно совместить. Надо будет запомнить методику, – и тут же, словно забыв про гнома, перевёл взгляд на Пэтти. – А вот это точно сюрприз. Никогда раньше я не встречал тёмных магов из карликового народа.

- Я первый и единственный! – моментально среагировал хоббит. – Некромант, повелитель ужаса и будущий тёмный властелин! А пока повелеваю ордами дохлых мух и мышей, ну, и выращиваю репу.

- Аура, конечно, внушает уважение, - проговорил Грылопраг и даже отошёл на пару шагов, чтобы получше разглядеть юного некроманта. – Мне сложно оценить всю глубину твоего могущества. И это значит, что ты на верном пути. Ищи силу, ищи себя, и, возможно, когда-нибудь мир содрогнётся, узнав тебя!

- Содрогнётся - это точно, - пробормотала под нос Арледа. – Вначале от хохота, а потом от недоумения.

- Доча, великие дела начинаются с малого, – укоризненно заявил отец, погрозив ей пальцем. – А теперь давайте продолжим наше знакомство. Как я понимаю, передо мной представитель ордена Повелителей калорий?

- Я польщён, что слухи о нашем ордене достигли даже вашей глуши, – довольно проворковал Ефсий, расплываясь в улыбке.

- Если честно, мы мало что о вас слышали, - ответил Грылопраг, оценивающе изучая толстяка. – Но мне бы хотелось узнать побольше. Честно признаться, ваш способ получения силы кажется мне довольно сомнительным, однако я могу и ошибаться. Надеюсь, нам удастся выделить пару часов, чтобы провести пару практических тестов и по их результатам подвести окончательный итог?

- Ну, быть может, я смогу найти время для этого, - немного подумав, пробормотал Ефсий, но отец Арледы уже отвлёкся на следующего члена отряда.

- Воин, заключивший контракт с джинном, - проговорил тёмный маг, внимательно осматривая Хафейна. - Такой союз в наши дни редко встретишь. А джинн, кажется, мне знаком. Эй, Ирлакпату, ты ли это?

- От взора великого Грылопрага ничего не скроется, - раздался вдруг голос из сабли, заставив всех присутствующих вздрогнуть от неожиданности. – Да, это я. Ты позвал меня, чтобы возобновить наши прежние отношения?

- Остынь, у меня есть жена! – отмахнулся чародей и вновь обратился к Хафейну. – Сочувствую. Помню, как я страдал, пытаясь найти подход к Ирлакпату.

- Да мы уже обо всём договорились, - с гордостью ответил пустынник.

- Я только что слышал её голос и хорошо знаю эти ехидные нотки. Боюсь, ты только в начале пути и общий язык с ней отыщешь не скоро. Ладно, с кем ещё я не пообщался?

- Что расскажешь про меня? – Верениен попыталась изобразить томные интонации голоса меча Хафейна, но, судя по недоумённому взгляду Грылопрага, получилось у неё это не очень хорошо.

- Ты самая обычная дриада, - небрежно ответил чародей. – В команде со столь уникальными персонами хотелось бы видеть кого-то более заметного, чем ты, поэтому я даже слегка разочарован.

- Учитывая, чем я занималась до нынешнего дела, данные слова вполне тянут на комплимент. Незаметность и скрытность - это как раз мои козыри, - внезапно усмехнулась лучница.

- И вообще перестань обижать моих девочек! – недовольно взревел Торлес. – Ты не знаешь, через что мы с ними прошли! Ради них я бросал вызов богам и демонам, а уж какой-то чародей для меня вообще на один зуб!

- А вот тобой я впечатлён, - не обратив никакого внимания на угрозу, произнёс отец Арледы. – Давненько не видел драконов. Погоди-ка, а ты, случаем, не родственник Куртагаза?

- Это мой двоюродный дедушка, - пробормотал дракон, сразу растеряв боевой пыл и смутившись.

- В таком случае передай ему от меня привет и скажи, что я до сих пор вспоминаю, как здорово мы с ним повеселились, когда сжигали столицу империи. Не думаю, что он забыл ту историю.

- Передам, - буркнул Торлес и растерянно посмотрел по сторонам. – Вот только, мне кажется, он не очень любит говорить о тех временах.

- Я хорошо знаю твоего дедушку, и, поверь мне, он точно гордится этими воспоминаниями, - уверенно заявил Грылопраг и вновь окинул взглядом всех членов отряда. – Итак, я всех вас изучил и, надо признать, остался впечатлён. Моя дочь, несмотря на все её недостатки, смогла найти достойных спутников. И поэтому…

- Эй, а как же я?! – вдруг возмущённым криком перебила чародея Фанька. До этого момента девушка рефлекторно пряталась за спины товарищей, но осознав, что её не заметили, не смогла сдержаться. – Я великая воительница, принцесса Мирабелла-Стефания…

- Помолчи-ка! – рявкнул тёмный маг, и его взгляд наполнился недоумением. - Мне всё равно, как тебя зовут, однако твоя сила меня пугает! Эльфийские чары, заклятия возвращения из небытия и даже сила древних богов. Хм, ваша история становится интереснее с каждой секундой. Значит так, мы немедленно возвращаемся в наш дом, где я смогу разобраться, во что же ввязалась моя дочь, и приму окончательное решение.

- И далеко нам идти? – поинтересовался Урлог.

- Идти? – ехидно усмехнулся отец Арледы. – Зачем нам идти, если мы уже на месте?

Приключенцы с недоумением огляделись по сторонам. Зал таверны резко исчез, словно его никогда и не было, и теперь они стояли на улице прямо перед воротами огромного особняка.

***

- Добро пожаловать в мою скромную обитель, - весело выкрикнул Грылопраг. – Предваряя ваши вопросы, это действительно очень скромное жилище в сравнении с теми замками, которыми я владел в прошлой жизни.

- Да уж, скромное, - пробормотал Урлог, изучая здание.

На своём веку варвар успел повидать немало роскошных дворцов, поэтому мог смело заявить, что по размерам и богатству отделки особняк чародея им ничуть не уступал. В первую очередь взгляд привлекало внешнее убранство здания. Стены и крышу украшали довольно суровые статуи и барельефы: наводящие ужас горгульи, пугающие и весьма реалистичные скелеты, а также жуткие чудовища всех форм и мастей. Впрочем, между когтей горгулий пестрели разнообразные цветы, кости скелетов обвивались зелёными побегами, а в пастях чудовищ можно было разглядеть птичьи гнёзда. Подобное соседство значительно снижало пугающий эффект, поэтому мрачный особняк воспринимался как нормальное жилое здание.

- Дорогой, сегодня ты раньше, чем я ожидала, - неожиданно донёсся лёгкий воркующий голос от входных дверей.

Урлог перевёл взгляд в ту сторону и увидел довольно молодую светловолосую женщину в просторном белом платье. Она стояла на крыльце, скрестив руки на заметно округлившемся животе.

– Ты не говорил, что нам следует ожидать столько гостей.

- Ну, если честно, я и не собирался сегодня никого приглашать, чтобы ты в твоём положении лишний раз не беспокоилась, - извиняющимся голосом проговорил Грылопраг и, подойдя к женщине, ласково погладил её по животу. - Просто, похоже, наша сбежавшая дочурка ввязалась во что-то очень интересное. Вот, познакомься с её соратниками, - и чародей обвёл рукой членов отряда.

- Меня зовут Картипана, - спокойно представилась женщина. – Проходите внутрь, там вас ждёт ужин. Возможно, мой супруг даже сумеет развлечь вас беседой.

- Картипана? - вдруг забормотал Ефсий. – Та самая Картипана, великая светлая жрица, что смогла силой любви одолеть могучего и грозного Грылопрага?

- Дорогая, похоже, среди гостей есть знаток древних преданий, - заметил тёмный чародей и искренне рассмеялся. – Давно мы не общались с любителями покопаться в старых свитках. Ладно, пойдёмте в дом и уже там продолжим наш разговор.

В отличие от фасада, внутри здания приключенцы не увидели ничего зловещего. Урлог равнодушным взглядом изучил развешанные на стенах гобелены и картины с изображениями каких-то сражений. Зато расставленные вдоль стен доспехи варвар оценил, а, заметив стоявший в углу скелет северного мамонта, даже хмыкнул и уважительно поднял бровь.

- Какой занятный интерьер, - сказал Урлог, искоса поглядев на хозяина.

- Ерунда, – отмахнулся тот, провожая отряд вглубь дома. – Остатки былой роскоши и, понятное дело, память о прошлых деяниях.

- Я знаю, что здесь меня ценят меньше, чем даже эти батальные полотна, - внезапно подала голос Арледа. – Но не мог бы ты сказать, кто из наших сейчас здесь находится?

- Если ты имеешь в виду своих братьев, то их тут не так уж и много, – ответил Грылопраг. – Лурзам приехал неделю назад и теперь не выходит из библиотеки. А позавчера как снег на голову нагрянул Вуркапун. Мы его ждать не ждали, а он внезапно решил проведать родителей. Халас тоже тут, но он вообще редко покидает родной дом. Ну, а про Загнимара я молчу. Тебе самой известно, что его день ещё не настал.

- Так, подождите, - выпалил Урлог, резко остановился и посмотрел на хозяина. – Вуркапун? Имя довольно редкое, за свою жизнь я встречал всего троих его носителей. И один из них, самый примечательный, очень похож на Вас. Вуркапун Сокрушающий, легендарный полководец; один из немногих, кому дарован доступ в личные покои императора; первый страж дворца; старший маршал, которому подчиняются все армии столицы и окрестностей; покоритель варваров; вечный враг эльфов; захватчик Тёмных островов. Неужели это он?

- Ты довольно проницателен, - заметил Грылопраг.

- А я много наслышан о брате Вуркапуна Сокрушающего. Все чародеи знают Лурзама Проницательного, - в тон эльфу продолжил Ефсий. – Он гениальный маг, открывший двенадцать постулатов классического чародейства. По его пособиям учат в магических школах, а его лекции мечтают посетить даже состоявшиеся волшебники.

- Мне доводилось использовать в качестве осведомителей компанию студентов, - добавила Верениен. – Когда они не обсуждали наши общие дела, постоянно страшно ругались на некоего Халаса, по философским трудам которого им задавали писать работы. Студенты жаловались, что мысли этого Халаса настолько выходили за пределы их понимания, что они просто не могли подобрать цензурных слов. Возможно, это лишь совпадение, но данное имя довольно древнее, сейчас так почти никого не называют.

- Мне приятно, что имена моих детей настолько известны, - расплылся в улыбке Грылопраг. – Кстати, вы сами сможете с ними пообщаться, потому что на ужин я постараюсь собрать всю семью.

- А кто такой Загнимар? – со всей своей непосредственностью поинтересовался Пэтти.

- Мой младший брат, - вполголоса ответила Арледа. – Ему всего десять лет, и он пока не закончил домашнее обучение.

- Судя по его талантам, из него выйдет идеальный шпион, – продолжал ухмыляться хозяин дома. – Представляете, он уже научился обходить мои поисковые заклинания. Помнится, ты их даже обнаружить не могла, а он в таком юном возрасте…

- Мы уже всё поняли, папа! – возмущённо закричала Арледа. – Помолчи, пожалуйста, иначе я в очередной раз отсюда сбегу!

- Только скажи мне, - рыкнул Торлес. - И я его испепелю.

- Спасибо за предложение, но это только моя война, - сквозь зубы процедила разгневанная волшебница.

- А вот это правильно, - внезапно довольно усмехнулся отец. – С трудностями надо справляться самому, а не звать на помощь знакомых драконов.

Напряжение начало нарастать, и Урлог поспешил отвлечь внимание Грылопрага на себя. Отодвинув в сторону готовящегося к трансформации Торлеса, эльф обратился к тёмному чародею:

- Значит, у Вас пятеро детей, и трое из них являются выдающимися личностями мирового масштаба?

- Пятеро? – искренне удивился тот и вдруг захохотал. – Это только самые младшие, а за всю свою долгую жизнь я настрогал не меньше двух сотен. Насколько я знаю, в настоящее время живы около трёх десятков. Конечно, есть ещё внуки и правнуки, но их судьба мне уже не так интересна. Наибольшее влияние на них оказывают их родители, и, как бы мне ни хотелось, я не смогу воспитывать внуков единолично, поэтому предпочитаю тратить силы на собственных детей.

- Дорогой, - внезапно перебила супруга Картипана. – Ты меня совсем не любишь?

- Что опять? – в голосе чародея послышались нотки отчаяния.

- Ты же помнишь, что я просила принести мне на десерт?

- Конечно, помню. Плоды тарнубиана и орехи цулюда в горьком шоколаде. Всё это я достал и положил на кухонный стол.

- Но я же тебе говорила, что хочу плоды с острова Падунара, сорванные через двенадцать часов после созревания. А ты привёз явно с северных земель какие-то тепличные задохлики, которые были собраны как минимум спустя четверо суток, – женщина тяжело вздохнула. – А орехи мне нужны свежие, а не обжаренные. И шоколад должен быть имперским, а не грубой гномьей поделкой. Ты столько лет со мной живёшь и до сих пор не понял, насколько важна для меня разница во вкусах? Мои негативные переживания могут плохо сказаться на здоровье нашего будущего малыша!

- Всё, хватит, - процедил сквозь зубы Грылопраг, поморщился, но в спор вступать не стал. – Значит так, развлекай гостей, а я постараюсь отыскать нужные орехи и плоды.

Чародей взмахнул руками и растворился в воздухе, оставив приключенцев с полными зависти взглядами.

- Заклятие свободного портала, - отчаянно простонал Ефсий. – Я готов отдать всё, что у меня есть, лишь бы овладеть им.

- Ну а теперь, пока муженёк пытается мне угодить, рассказывайте, что происходит и во что вы втянули мою дочь, - голос Картипаны вместо елейного резко стал стальным. – В отличие от своего супруга, я действительно собираюсь помочь вам. А Грылопраг, даже если узнает о том, что Арледа собирается устроить конец света и призвать всех существующих тёмных богов и демонов, просто в очередной раз обрадуется тому, что смог вырастить ещё одного талантливого отпрыска.

- Я готов всё рассказать, - спокойно ответил Урлог. – Но для начала мне хотелось бы узнать Вашу историю. Я тоже слышал немало легенд про то, как могущественная жрица света смогла укротить повелителя истинного зла. Но, похоже, реальность вышла далеко за пределы этих историй.

- Тут Вы правы, - ничуть не смутившись, продолжила Картипана. – Когда я заключила сделку с богами, то и представить не могла, что они свяжут меня с тем, кого я поклялась уничтожить. Я ждала, что в нужный момент меня наделят силой, и тогда мне удастся сокрушить это исчадье преисподней. С отрядом верных воинов я бросилась на штурм цитадели тьмы, но даже не успела понять, в какой именно момент мы потерпели поражение. Меня пленили, приковали цепями к чёрному трону и заставили прислуживать его хозяину. А дальше случилось неожиданное. Грылопраг вдруг всерьёз заинтересовался ничтожной рабыней, которую взял в плен, а рабыня прониклась мощью и силой своего хозяина.

- Вы вошли к нему в доверие и укротили его? – заворожённо пробормотал Хафейн.

- Скорее смогла изменить его интересы, - уточнила жрица и улыбнулась, погружаясь в воспоминания. – Постепенно мне удалось убедить его, что смысл жизни заключается не в завоевании мира, а в том, чтобы передать его достойным потомкам. И тогда моя миссия приобрела смысл. Грылопраг вбил себе в голову, что должен создать наследника, который был бы достоин того, чтобы получить в своё владение целый мир. А затем на свет появились наши первые дети.

- Про них я ничего не знаю, - ошарашенно пробормотал Ефсий. - В книгах, которые я читал, говорилось, что великий тёмный маг, сокрушенный силой любви, впал в ничтожество и покинул бренный мир.

- Ну, в каком-то смысле так оно и произошло, - сказала Картипана. – Воспитание детей захватило моего супруга. Правда, вскоре он выяснил, что наши отпрыски не особо соответствовали заданным критериям мирового властителя. Впрочем, они обладали множеством иных талантов, на развитие которых и переключился Грылопраг. Вместо покорения мира он предпочёл создавать выдающихся в разных сферах личностей, готовых нести его волю. Мой муж старательно изучал и развивал способности каждого нашего ребёнка и искренне радовался, когда тот преуспевал в какой-либо области. Однако, несмотря на всё это, Грылопраг не оставил попыток взрастить своего истинного преемника: того, кто сможет унаследовать дело тьмы и продолжить дело своего отца.

- Получается, став отцом, он прекратил свои завоевания? – разочарованно протянул Пэтти.

- Да, - ответила жрица, улыбнувшись хоббиту. – Отсутствие наследника подкосило его уверенность, он проиграл множество боёв, и его империя оказалась сокрушена. И тогда боги явили мне откровение.Они даровали мне вечную жизнь в обмен на то, чтобы я сдерживала помыслы Грылопрага, рожая ему детей одного за другим. Что касается тёмного властелина, то он, даже потерпев поражение, смог избежать заслуженного наказания, а со временем даже заключил сделку с Инлоссом, пообещав возглавить отвергнутых тёмных магов и использовать их силу на благо императора. С тех пор мы и живём в этой глуши, каждый преследуя свои цели. Я пытаюсь унять мощь моего мужа, направляя его силы на воспитание наследников, каждый из которых, правда, становится великим поэтом, музыкантом, воином, политиком, учёным, жрецом, но никак не тёмным властелином. Но супруг продолжает надеяться на то, что настоящий наследник у него всё же появится.

- Значит, и ты прошла через это? – поинтересовался Урлог у Арледы.

- Да-да, - пробормотала та, тяжело вздохнув. – Отец обнаружил у меня склонность к тёмной магии и решил, что именно я должна продолжить его дело. Но вот беда, склонность вовсе не означает дар. Мне не удавалось выполнять большую часть его заданий, что его искренне разочаровывало. В итоге я не выдержала всех его придирок и упрёков и предпочла сбежать в столицу, чтобы найти там собственный путь.

- Порой Грылопраг бывает слишком жесток к нашим детям, - с горечью подтвердила Картипана. – Я, конечно, имею над ним власть, но она не абсолютна, и если он искреннее уверен в своей правоте, будет делать то, что считает нужным. К примеру, он всерьёз считает, что многочисленные подначки и оскорбления могут сделать человека сильнее.

- Похоже, тебе пришлось нелегко, подруга, - проговорила Верениен, с сочувствием посмотрев на волшебницу.

- Ничего, прорвусь, - буркнула Арледа.

- Давайте лучше наконец-то поговорим о вашей проблеме, - предложила Картипана. – Кстати, мы уже дошли до обеденного зала, а мой супруг наверняка с минуты на минуту присоединится к нам. Так что в процессе знакомства с нашей семьёй можете поведать о своих бедствиях, а мы все вместе постараемся вам хоть чем-нибудь помочь.

Глава 12. Тихий семейный ужин

Мы что попало с гостями не пьём,

За кружкой эля беседу ведём. (с) Ю. Мелисов

Ужин начался с общего молчания, что было неудивительно. Хозяев дома больше интересовала еда, нежели внезапные гости, а сами визитёры чувствовали себя очень неуютно. Так, Урлог быстро растерял всю уверенность и самообладание рядом с Вуркапуном. Этот пожилой здоровяк, прослывший легендой ещё в те времена, когда самого эльфа и в помине не было, навевал благоговейный ужас одним своим видом. Варвар никак не мог осознать, что сидит за общим столом со своим кумиром, поэтому старался не произносить лишних слов.

Похожие чувства испытывал и Ефсий. Легендарный маг Лурзам Проницательный, в отличие от своего брата, конечно, казался более дружелюбным и общительным, однако нахождение около ещё одной живой легенды вызвало оцепенение и у отрядного чародея.

Ещё один брат, философ Халас, хоть и не являлся ни для кого из гостей авторитетом, тоже вносил свою лепту в атмосферу всеобщего молчания. Его взгляд был настолько пристальным и ледяным, что все те, на кого философ смотрел, сразу же начинали ощущать крайнюю неловкость. Даже Фанька моментально лишилась своего боевого задора, стоило Халасу лишь мельком взглянуть на неё.

Вдобавок Хафейн пребывал в замешательстве от осознания того, что их приютил легендарный тёмный маг, Басс понял, что не может отвести взгляд от хозяйки дома, история которой пробудила в нём очередное вдохновение, а Торлеса смущало подавленное состояние Арледы. Та изо всех сил старалась казаться бодрой, однако атмосфера родного дома, из которого она сбежала со всех ног, всё равно угнетала девушку.

Впрочем, кое-кто из приключенцев оказался более стойким и отнёсся к создавшейся ситуации спокойно. Пэтти, как обычно, не впечатляли ни тяжёлые взгляды, ни авторитет, ни драматические истории. Для хоббита в данный момент существовали только обильная и сытная еда, а также его любимая тёмная магия. Верениен же, обрадованная тем, что её не посчитали кем-то значимым, загадочно улыбалась и ковырялась в очередном блюде. И именно она наконец-то решила развеять гнетущую обстановку.

- Не понимаю, - проговорила дриада, отставив свою тарелку в сторону. – Я вижу, что всем присутствующим подают нормальную еду, а мне - жареных тараканов и похлёбку из червяков. Это какая-то местная традиция или просто издевательство надо мной?

- Отнюдь! – возмутился Грылопраг. – Чтобы продемонстрировать моё дружелюбие, я велел подать каждому из вас блюда той кухни, к которой он привык. Разве ты не поняла этого?

- Я всё прекрасно поняла, - ответила Верениен, вежливо улыбнувшись. – Урлога угостили тушёным мясом мамонта, Пэтти - овощным рагу, Хафейна – супом из верблюжатины и запечённой ящерицей. А передо мной, значит, поставили всяких жуков и червяков… Что ж, кажется, Вы тоже стали жертвой заблуждений, которые, наверное, мне стоит развеять. Дело в том, что блюда из насекомых были актуальны для дриад тысячу лет назад, когда наш народ, убегая от очередной войны, нашёл убежище на болотах. В то голодное время в пищу шло вообще всё, что удавалось отыскать. Сейчас эти блюда, конечно, считаются традиционной кухней дриад, но из повседневного употребления давно вышли, и увидеть их можно разве что на официальных мероприятиях. Причём, смею заметить, мои сородичи к такой еде даже не притрагиваются, и рассчитана она исключительно на представителей других народов, желающих отведать диковинных кушаний. Ну, и ещё в пищу насекомых употребляют во время подготовки наших новобранцев. По тому, сумеешь ли ты съесть червяка или нет, судят о твоей мужественности. Такое своеобразное испытание.

- Вот этого я действительно не знал, - слегка смутившись, пробормотал хозяин, однако тут же обрадовано вскричал. – Зато ещё одной тайной стало меньше! А то я всё думал, как вам могут нравиться жуки на обед, а выходит, вы их даже и не едите!

- Поскольку этот вопрос мы разрешили, могу я попросить себе те же блюда, что у Пэтти или у Ефсия? - Верениен была сама учтивость. – Я хорошо знаю их вкусы, и содержимое их тарелок кажется мне наиболее предпочтительным из всего разнообразия застолья.

Грылопраг молча кивнул и жестами отдал команду слугам, чтобы те заменили еду на столе, после чего в зале снова воцарилось безмолвие, нарушаемое звоном столовых приборов и изредка прерываемое репликами. Впрочем, как часто и бывает, затишье оказалось обманчивым. Пэтти, невосприимчивый к любому моральному давлению, очень быстро насытился и мигом нашёл себе новое развлечение. По иронии судьбы Редькинса посадили напротив Загнимара, и младший сын хозяина сразу воспылал интересом к хоббиту-чародею. Пэтти тут же заметил заинтересованные взгляды мальчика и отреагировал на них как обычно. Схватив очередную проносившуюся мимо муху, хоббит показательно раздавил её перед Загнимаром, а затем, прочитав небольшое заклинание, вновь заставил насекомое двигаться.

Едва сын чародея увидел танцующую между тарелок и бокалов дохлую муху, как его глаза загорелись нехорошим огнём. Низкорослый некромант уже собирался завершить шоу и вернуться к ужину, но оказалось, что у Загнимара возник совсем другой план. Мальчик, недолго думая, поймал ещё двух мух, летавших над столом, и полностью повторил заклинание хоббита. Появление новых зомби, присоединившихся к насекомому, зачарованному силами Пэтти, моментально раззадорило мохноногого некроманта и заставило его забыть о еде. Не прошло и пяти минут, как дальний угол стола оказался превращён в настоящий полигон, куда бросались всё новые и новые зомби-насекомые. Юные волшебники, войдя в азарт, поднимали всех, до кого могли дотянуться. Мухи, осы, тараканы, пауки и клопы стройными рядами шагали между тарелок и соусниц. Первоначальная идея с танцами почти сразу была отвергнута, и чародеи, не сговариваясь, решили развязать самую настоящую войну. Орды зомби-муравьёв таскали куски сахара и строили из них стены крепости. Осы и пчёлы поливали их сверху горячим бульоном, переносимым на лапках, чтобы растопить защиту. Колонны жуков и тараканов набрасывались друг на друга, перемалывая вражеские армии в фарш.

Как ни странно, но эти баталии так и остались бы незамеченными остальными присутствующими, если бы Пэтти, понимая, что вот-вот потерпит поражение, ни решился пойти на крайние меры. Перед Халасом как раз поставили блюдо с раками, и философ потянулся за ними, когда те внезапно ожили и бросились на разгром армии насекомых. Загнимар тут же издал вопль разочарования, который наложился на и без того громкий стон Халаса.

- Эй! – моментально взревел Грылопраг. – Что я говорил насчёт магии за столом?

- Прости, отец! – отчаянно пискнул юный волшебник и, покосившись на хоббита, добавил. – Это всё он виноват!

- Даже если начал он, ты не должен был поддаваться! Бери пример со старших братьев!

- Ну, не скажи, – внезапно подал голос Вуркапун. – Битва такая яркая, я бы на месте Загнимара точно не смог остаться в стороне! Смотрю, у наших гостей имеются интересные таланты!

- Кстати, о гостях, - проговорил Грылопраг, устремив заинтересованный взгляд на Урлога. – Пока мы готовились к ужину, я успел узнать всё, что мне нужно. А вы - незаурядные личности. Решили послужить Милфуджу, чтобы тот смог наконец достойно ответить Альбимею. Ярко, смело и очень глупо.

- Почему же глупо? - моментально насторожился Урлог.

- Перед тем, как заключать договор с богом, стоит узнать особенности его характера, - вальяжно начал хозяин. – Я долгое время служил Альбимею, поэтому понимаю, о чём говорю. Боги - существа всемогущие, но при этом крайне капризные. Обманывать они, конечно, не любят, но могут спрятать немало подводных камней в условиях сделок.

- И в чём же опасность нашей сделки? – встревоженным голосом поинтересовался Ефсий.

- Милфудж - не самый могучий бог, но некоторые таланты у него имеются, и исполнять желания он может. Причём не просто может, но даже любит. Правда, тут есть одна загвоздка. Существует ещё кое-что, любимое им, наверное, даже больше, чем исполнение желаний.

- И что же это? – одновременно выкрикнули Урлог, Ефсий и Хафейн.

- Хотите знать? – спросил Грылопраг, довольно усмехнувшись. – Да он просто обожает смотреть, как люди, эльфы, гномы и прочие создания дерутся за получение возможности исполнения желания. А по-вашему, зачем он собрал так много кандидатов и объединил их в группы по трое с условием, что желание достанется лишь одному? Вы об этом не подумали? Вот если бы у меня обнаружился один из осколков артефакта, и я решил отдать его вам, что бы вы сделали? Тут три команды, и я сомневаюсь, что всем вам удалось бы договориться.

- Ну, мы вроде разумные существа, - пробормотал Ефсий. – Думаю, нам бы хватило понимания, чтобы сесть за стол переговоров и…

- Разум часто отступает перед эмоциями, - спокойно перебил его хозяин дома. – А предвкушение исполнения заветного желания как раз и затрагивает самые сильные чувства. Поэтому мне кажется, что ваши переговоры сорвались бы, даже не начавшись. Ну, а затем члены победившей команды, скорее всего, устроили бы между собой битву у подножия трона Милфуджа, чтобы выяснить, чьё же желание важнее. И он сидел бы на своём троне, важно улыбаясь, в ожидании исхода боя.

- Похоже, Вы его не любите, - внезапно тихонько произнёс Торлес. – Но почему? Он ведь действительно может нам помочь.

- Потому что я хорошо его знаю, - отмахнулся Грылопраг. – Видел, как он устраивал между поселениями соревнования, наградой в которых были хорошая погода и избавление от голода и болезней. Или вламывался на мирные переговоры конфликтующих стран с призывами решить дело очередной заварушкой, победитель которой и окажется прав. А уж сколько раз он появлялся во время пьяных драк и предлагал их участникам всех отметелить, чтобы стать его личным чемпионом. Да я всего даже и не припомню. Конечно, всё это Милфудж делал в те славные времена, когда его сфера исправно работала и исполняла любые желания, а сейчас он вынужден держаться в тени. Однако, поверьте мне, его сущность не изменилась. И на каждое его благодеяние, вроде избавления страны от болезни, приходится множество случаев провокации им целых народов на очередное представление. У Милфуджа даже есть свой принцип: «За желание необходимо бороться», которому он неустанно следует.

- Узнаю своего отца, - пробормотала Арледа. – Любит он испортить настроение, причём в самый неподходящий момент.

- Я просто привык быть объективным, - ничуть не смутившись, ответил отставной тёмный властелин. – И эта объективность вынуждает меня высказать ещё одно замечание персонально тебе, дочь моя. Мне абсолютно не нравится, что ты тоже решила поучаствовать в этом забеге во славу богов. Не спорю, твои товарищи сильны, но ты явно теряешься на их фоне. Ты сама рассказала о ведущейся за вами охоте, и вот что ты сможешь сделать, если враги вас настигнут? Тебе не подвластна родовая тёмная стихия. Ты не владеешь мечом, как Вуркапун, или боевыми заклинаниями, как Лурзам. Да как ты будешь сражаться своей магией красоты? Сведёшь вражескому чародею пару родинок или соорудишь ему модную причёску?

- Отец, а вот тут ты действительно перегибаешь палку, - раздался грохочущий бас Вуркапуна. – Да, Арледа не так сильна, как многие из нас, но в обиду себя не даст. Поверь мне, я хорошо её знаю!

- Он просто хочет защитить разбалованную доченьку от самых страшных бед, - тут же перебил его Лурзам. – Она привыкла, что отец всегда решает её проблемы, поэтому лезет куда ни попадя, даже не думая о последствиях. Я слышал, что Арледа ввязалась в разборки с высшим личом, вот только самостоятельно она с ним ничего и сделать-то не сможет…

- Кое-что смогу, – перебила старшего брата волшебница и внезапно выбросила в его сторону заклинание. Тот поспешно поднял руки, попытавшись поставить щит, но прежде чем успел что-то сделать, его голову окутало розовее сияние, которое, впрочем, через пару секунд развеялось.

- Ну, и что это было? – проворчал чародей. – Я даже ничего не почувствовал. Или это какое-то заковыристое проклятие? Но я ломаю их, как говорится, голыми руками и на коленке.

Он бросил на Арледу уничижительный взгляд, и в этот момент в зале вдруг стали раздаваться лёгкие смешки.

– Эй, что произошло?! – рявкнул Лурзам, мигом насторожившись.

- Тюрбан сними, - первым отреагировал непосредственный Пэтти.

- Мой тюрбан? – пробормотал волшебник, потянулся за своим головным убором и тут же издал пронзительный крик. – Что это ты с ним сотворила?!

- Ничего такого, просто доработала согласно своим стандартам красоты, - спокойно ответила Арледа.

Возмущение старшего брата было можно понять. Его золотой тюрбан с изумрудными вставками, знак высшего статуса в магическом мире, подвергся грубому изменению. Ткань, камни, серебристая вязь древних рун - всё это приобрело ядовито-розовый оттенок.

- Очень смешно. Думаешь, я не смогу вернуть, как было? - буркнул Лурзам и провёл рукой над головным убором. Правда, через мгновение взгляд чародея стал недоумённым, поскольку цвет тюрбан никак не менял. Тогда маг принялся использовать более мощные заклинания, его руки окутало сияние, а по поверхности тюрбана пробежало множество молний. Лицо Лурзама становилось всё более и более напряжённым, а вот губы Арледы искривились в ехидной ухмылке.

- Ну, что ты там так долго возишься? - наконец продал голос Грылопраг. – Это же обычное заклятие перекрашивания.

- Оно не совсем обычное, - растерянно проговорил Лурзам. - Я не могу понять принцип изменения. С одной стороны, вроде простая иллюзия, а с другой, внедрённая сущность изменения. Я даже не знаю, за что зацепиться, оно не откликается на мои команды.

- Дай мне, - взревел раздражённый отец, выхватывая тюрбан из рук сына. – Смотри, это же просто! Ищешь опорную точку заклинания и уничтожаешь её! Вот так!

Через несколько мгновений недоумение появилось и на лице Грылопрага. Злополучный тюрбан так и не обрёл прежний вид, продолжая раздражать всех своими ядовитыми цветами.

- Открою маленький секрет, - наконец объяснила Арледа. – Там нет никаких опорных точек.

- Чушь! – яростно взвизгнул Лурзам. – Опорные точки - это основная сущность заклинания! Именно они держат его, не давая разрушиться!

- Тогда почему ты не можешь их найти, брат? – голос волшебницы просто сочился ядом. – Неужели отец настолько плохо тебя обучил?

- Отлично сказано, сестра! – вновь гаркнул Вуркапун. – Я думал, что этого сноба ничем не пробьёшь, а ты меня порадовала! Эй, Халас! – обратился воитель к философу. – Оцени ситуацию. Наша юная сестра смогла уделать не только зануду Лурзама, но даже отца!

- Это всё - классическая неопределённость, – пробормотал мыслитель, всё ещё увлечённый созерцанием раков. – Сущность бытия давит на нас, заставляя смещать своё видение, тем самым затмевая его. Мы можем лишь косвенно судить о тех процессах, которые доступны нашему пониманию.

- Я ничего не понял, - пробормотал шокированный Пэтти. – У него из-за оживших раков голова перекрутилась?

- Боюсь, это и есть его истинная сущность, - пробормотал Урлог, и яростные кивки Загнимара подтвердили предположение эльфа.

- В чём же всё-таки дело? - рявкнул Грылопраг, кинув тюрбан на стол. – Здесь нет ни опорных точек, ни корректирующих линий, ни даже основополагающей поверхности. Такое впечатление, что головной убор оказался захвачен чистым хаосом! Но, насколько мне известно, хаос не доступен для управления!

- Это ты так считаешь, отец, - произнесла Арледа, продолжая коварно улыбаться. – Быть может, тебе следует сместить своё видение, как того требует сущность бытия?

- Считаешь, что смогла меня озадачить? – спросил отставной тёмный властелин, сурово посмотрев на дочь. - Но ты недооцениваешь меня. Я обязательно разгадаю твою загадку, но потом… А сейчас хочу заняться кое-чем другим.

- Чем же? – раздалось сразу несколько удивлённых возгласов.

- Мне кажется, мы ведём себя слишком серьёзно, - неожиданно выпалил Грылопраг, расплываясь в довольной ухмылке. - Ребята, почему бы нам ни выпить за знакомство?!

***

После предложения выпивки Урлог подумал, что слуги подадут на стол несколько бутылок вина и станут наполнять им бокалы гостей по мере необходимости. Но оказалось, что у хозяина особняка имелся собственный взгляд на застолье. Слова Грылопрага ещё отражались эхом от сводов зала, а безмолвные слуги уже втащили внутрь две здоровенные бочки. Бассу хватило одного взгляда на ёмкости, чтобы понять, что их содержимого хватит для спаивания всего его гномьего клана, о чём и поспешил сообщить на ухо эльфу.

Крепкое пиво, оказавшееся в бочках, помогло заметно разрядить напряжённую атмосферу, царившую в зале. Выпив по паре кружек, гости и хозяева стали охотнее общаться и даже начали находить общий язык. Так, Вуркапун потихоньку перебрался поближе к Урлогу, и вскоре они принялись активно обсуждать крупнейшие сражения последних десятилетий. Правда, словесного описания боёв им оказалось мало, и тогда знаменитый полководец нашёл изящное решение. В обеденном зале висела огромная карта материка, которую Урлог и Вуркапун и сняли со стены, водрузив на стол прямо поверх тарелок. После чего на помощь позвали Пэтти и Загнимара, и юные волшебники обеспечили наполнение карты, создав на ней целые армии из марширующих насекомых. К сражениям сразу же присоединились Фанька и Хафейн, в азарте совсем позабывшие, в чьём именно доме они находятся.

Противоположный край стола оккупировали чародеи, увлечённые процессом расколдовывания тюрбана. Грылопраг и Лурзам продолжали изучать злосчастный головной убор, тщетно пытаясь понять суть загадочного волшебства. Вскоре к ним примкнул и любопытствующий Ефсий. Арледа же ходила рядом, откровенно наслаждаясь триумфом и особо не вмешиваясь в возникший стихийный диспут.

Остальные члены отряда даже не успели заметить, как попали под плотное влияние Картипаны. Хозяйка дома как-то между делом завела неспешную беседу с Торлесом, и за этим принялась заинтересованно наблюдать Верениен. Басс же просто сидел рядом и тоскливо перебирал струны своей боевой арфы.

Тем временем Вуркапун, объединившись с младшим братом, начать штурмовать муравьями горную цепь, которую изображали перевёрнутые кружки и соусник. Пэтти и Урлог отчаянно оборонялись, но им явно не хватало опыта глобальных сражений.

- Это была славная битва, - прогремел на весь зал голос знаменитого полководца. – Хотя согласно хроникам, горцам удалось разбить колонны маршала Пуригона.

- И в итоге Империя потеряла почти все свои восточные провинции, - раздалось ворчание Грылопрага. – Которые мигом превратились в очередные лоскутные королевства, а то и вообще скатились до пиратских городов. Вот пока я был советником императора, страна процветала, а едва меня прогнали в эту глушь, как всё пошло прахом. Восток откололся, западные торговые города перестали платить налоги, север погряз в бандитизме. Только южные земли пока держатся, да и те, чую, рано или поздно уйдут в свободное плавание.

- Не обращайте внимания, - отмахнулся Вуркапун. – Папа, как обычно, страдает по утраченным возможностям. Поверьте, на самом деле всё не так страшно, как он расписывает. Кстати, как у вас дела с тюрбаном? Удалось расколдовать?

- В процессе, - ответил вместо отца мрачный Лурзам.

- Просто тут абсолютно нестандартная система наложения заклинаний, - добавил Ефсий. - Мы пока даже не можем понять, как к этому подойти.

- Если брат извинится, - едким тоном произнесла Арледа. – То я верну его шапке оригинальный цвет.

- Ты недооцениваешь наши знания! – возмущённо крикнул Лурзам и, повернувшись к отцу, поспешил уточнить. – Мы же с этим разберёмся, правда?

- Я уже ни в чём не уверен, - проворчал хозяин дома. – То, что случилось с твоим тюрбаном, просто невозможно. Впрочем, его заколдовала моя дочь, которую я и учил творить невозможное. Выходит, что она всё же смогла меня удивить!

- Арледа здорово колдует! – вдруг восхитился Пэтти. – Надо будет взять у неё пару уроков. А теперь давайте повторим штурм горных крепостей. Я тут придумал пару штук…

- Мои раки! – издал отчаянный вопль Халас, увидев, что остатки его ужина выдвинулись в сторону боевых действий. – Они покинули меня! И это значит, что теперь я нахожусь рядом с пустым столом, словно с голой истиной. Раки - это глупые мысли, терзавшие меня, но, лишившись их, я осознал, что остался наедине с сосредоточением сущности бытия!

- Он пытается найти какой-то глубокий смысл даже в том, что остался голодным, - пробормотал Вуркапун. – И кстати, использовать раков в обороне - это запрещённый приём!

- На войне не бывает запретных путей, - внезапно зарычал Хафейн. – Раки станут нашими боевыми машинами! Попробуй взять горы ещё раз!

- Дави их, Пэтти! - радостно вторила пустыннику Фанька.

Лёгкая перебранка за столом ничуть не смущала хозяйку дома. Присев рядом с драконом, она продолжала непринуждённо разговаривать с ним, поднимая, впрочем, очень деликатные темы. Торлес даже не заметил, как стандартные вопросы, касающиеся его клана, вдруг сменились откровенно личными.

- Я правильно поняла, что Вы принадлежите к древнему и благородному клану Груновал? Мой муж очень хорошо отзывается о Вашей родне. Он считает их истинными лидерами рода драконов

- Верно, - вежливо ответил Торлес. – Только я не из главной ветви, а из побочной. Ну, знаете, из всей этой многочисленной родни, которая вроде носит такую же фамилию, но на деле ничего не решает. Разве что удастся совершить какое-нибудь выдающееся деяние. Тогда могут и принять в главную ветвь, официально усыновив, скажем так.

- Это занятно, - произнесла Картипана. – А чем же конкретно занимается Ваша семья? Я имею в виду, не весь клан в целом, а именно Ваши родители.

- Они - известные скотоводы, - с гордостью ответил дракон. – Занимаются разведением коров, овец, коз. У нас множество стад.

- Драконы – скотоводы? - с недоумением переспросила хозяйка. – Кажется, я ещё многого не знаю об этом мире.

- Ну, надо же драконам чем-то питаться, - пояснил Торлес. – Если будем охотиться, как раньше, то еды на всех просто не хватит. А воровство скота у других народов приведёт ко многим конфликтам, которые никому не нужны. Поэтому драконы решили разводить собственные стада, которые покрывают нашу потребность в пище.

- Значит, вы тоже владеете стадом?

- Я? Шутите?! – удивился дракон и искренне захохотал. – В нашей семье я двенадцатый сын, поэтому даже не вхожу в число наследников. И до того, как я отправился в это путешествие, мне разрешали только пасти коз и овец.

- Постойте, - пробормотала Картипана, бросив на собеседника ещё более озадаченный взгляд. – После рассказа моей дочери мне показалось, что Вы являетесь воином из высшей знати, но на самом деле Вы - обычный пастух?

- Так меня никто об этом никогда и не спрашивал, - ответил Торлес, задумчиво почесав затылок.

- А спросить-то следовало, - заметила Верениен, восхищённо присвистнув. – Если в вашем роду такие пастухи, то интересно узнать, на что же способны настоящие воины.

- Дракон-пастух, - задумчиво произнёс Басс. – На эту тему можно сложить неплохую песню. Жаль, что её никто не поймёт!

- Ну, в наших горах полно опасностей, - поспешил объяснить дракон. – Виверны, гиппогрифы, грифоны, да много кого ещё. Нам приходится защищать от них скотину, поэтому я и умею немного драться.

- Видимо, я ошиблась, - разочарованно проговорила хозяйка и откинулась на спинку стула. – Когда я услышала, что у моей дочери начался роман с драконом-воином из знатного рода, очень обрадовалась. Я не разделяю мнение мужа насчёт Арледы и думаю, что его отношение к ней заметно смягчится, если она отыщет достойного супруга. Но боюсь, что свадьба с пастухом только ухудшит ситуацию.

- Но я люблю Вашу дочь! – обиженно воскликнул Торлес. - И я готов разорвать на части любого, кто обидит её! Горные демоны - тому подтверждение!

- Он дерётся, словно зверь, - ухмыльнувшись, добавила Верениен. – Словно могучий, горячий, необузданный зверь!

- А ещё меня настораживает тот факт, - продолжила Картипана, косо посмотрев на дриаду. – Что, пользуясь безграничным доверием моей дочери, Вы посмели закрутить ещё один роман, прямо у неё на глазах!

- Ну, Арледа была не против, - пробормотал дракон. – Мы вроде сразу обо всём договорились…

- Договорились, - поспешила подтвердить дриада. – Это вовсе не роман, а своеобразный походный союз. Пока нас объединяет общая цель, мы любим Торлеса, а он - нас. Вот и всё!

- Похоже, всё куда страшнее, чем я думала, - произнесла хозяйка дома, недовольно покачав головой. – Возможно, мне придётся убедить супруга в том, чтобы он заставил нашу дочь выйти из этого сомнительного мероприятия.

- Я не отдам Арледу! – гневно зарычал Торлес, с трудом сдержавшись, чтобы не принять свой истинный облик. – Мне всё равно, кем являются её родители, я готов уничтожить всех, кто будет мешать нашей любви!

- Ну, и как же ты это сделаешь? – вдруг усмехнулась Картипана и ткнула пальцем в грудь собеседника. – Парень ты, конечно, высокий, но крепким тебя точно не назовёшь. Ещё и состояние у тебя истощённое, практически спишь на ходу. Боюсь, едва ты повысишь на нас голос, как мои сыновья мигом усадят тебя на место, даже не посмотрев на твою драконью ипостась, которая, как я подозреваю, тоже не отличается силой.

- Да, я не столь могуч, как многие считают, - проговорил Торлес, слегка успокоившись, хотя его взгляд становился всё более сосредоточенным. – Но это не значит, что я отступлю, когда кто-то оскорбляет меня и мою любимую женщину. По крайней мере, занавески и стол я сжечь сумею.

- Страшная угроза! – развеселилась Верениен, в очередной раз приложившись к кружке. – Давай, запугай их всех!

- Дракон против прославленной жрицы, - продолжал мечтательно рассуждать Басс. – Эх, какой хороший сюжет для баллады. А ведь тут ещё присутствуют легендарный тёмный властелин, знаменитейший полководец и не менее известный чародей. Похоже, намечается эпическая битва, которую можно будет увековечить в стихах.

- А вот это уже хотя бы что-то, дракон, - заинтересованно произнесла Картипана, резко перестав веселиться. – Может, ты и пастух, но, похоже, внутри у тебя стальной стержень. И не исключено, что со временем ты сумеешь добиться большего.

- Я всего лишь хочу спасти свой род, - пробормотал Торлес. – Большего мне и не надо.

- И ты веришь, что моя дочь сможет сломать проклятие? Ну что ж, – бывшая жрица вдруг повернулась в сторону супруга. – Ты это слышал? Наша Арледа, оказывается, встала на путь спасения целого народа! И ты до сих пор считаешь её слабой?

- Да пусть обспасается! – раздражённо отозвался Грылопраг, махнув рукой. – Меня куда больше беспокоит то, что я уже целый час не могу разобраться в этом заклинании. Оно совершенно неправильное, однако работает, и это сводит меня с ума!

- Ну, так извинитесь перед ней! – предложила Картипана. - Что мешает вам с Лурзамом это сделать?

- Мешает гордость отца и архимага! – рявкнул хозяин. – Я не успокоюсь, пока самолично не пойму, в чём именно состоит секрет.

- Ну, тогда я пойду спать, - сказала Арледа, сладко зевнув. – Дорога была тяжёлая, и я хочу провести эту ночь в нормальной постели. Надеюсь, моя комната ещё свободна?

- Я с тобой, подруга! – выпалила Верениен, моментально вскочив с места. – Без тебя тут, думаю, будет не так весело.

- Ну, и я, наверное, тоже отправлюсь отдыхать, - слегка смущённо пробормотал дракон.

- А мы остаёмся! – хором ответили Урлог, Хафейн и Вуркапун.

- Мы как раз дошли до битвы за Туманные Равнины, - восторженно провизжала Фанька. – Мой отец ставил спектакль по мотивам этого сражения, и я хочу понять, что же там произошло на самом деле!

- Отдыхайте, - произнесла Картипана, вновь преисполнившись вежливости. – Вам надо набираться сил. А завтра мы обсудим дальнейшие детали вашего похода, – и затем добавила шёпотом. – Надеюсь, этот старый дурень за ночь всё же успокоится, и тогда мы вместе сможем разобраться, как именно следует поступить.

- Утром всё решится, - твёрдо ответила Арледа. – Видимо, извинений я так и не дождусь, поэтому хранить мой секрет просто нет смысла. Но раскрою я его только завтра, чтобы они ещё ночку помучались.

Мать и дочь дружно рассмеялись, после чего часть компании покинула зал, оставив там азартных игроков, взмыленных магов, бьющихся над неразрешимой проблемой, и пьяного философа, пытающегося понять, куда именно исчезли его раки.