Обнулённый 2

Глава 1

Ладонь Айрис на моей груди была холодной, практически ледяной. Это была первая неправильная вещь, которую я заметил. И хотя я всё так же лежал на земле и смотрел в ночное небо, даже оно ощущалось по-другому. Привычным был лишь запах лаванды, который следовал за мной вместе через Серый лес четыре дня и который я не переставал замечать.

Она смотрела на меня глазами Айрис. Вот только глаза были неправильного цвета.

Не фиалковые. Не того глубокого, почти пурпурного оттенка, который я ловил в свете костра, факелов и луны, показавшейся из-за туч. Её глаза были голубыми. Ровно такими же, как и у Иеремии на протяжении всего боя. Хотя сейчас в них было гораздо больше интереса, чем безумия, смотрела на меня явно не Айрис.

— Мы ведь никуда не торопимся, правда? — повторила она сладким мелодичным голосом.

Рука не-Айрис заскользила по моей груди ниже. Я посмотрел ей прямо в глаза и заметил улыбку. Эта улыбка очень отдалённо напоминала мне Айрис, но гораздо больше в ней было от двух женщин, которых я победил за последний день.

Я несколько раз моргнул, стараясь отогнать видение. Но оно никуда не ушло.

— Нет, Иеремия, — назвал я её по имени. — Мы уже уходим.

Я дёрнулся и резко сел, но рука Иеремии с силой толкнула меня обратно на землю.

— Нет, дорогой Кассиан, — громко произнесла она, в мгновение ока оказалась на мне и крепко сжала меня бёдрами. — Ты никуда не уходишь. Нам нужно так много с тобой обсудить…

Её наряд тут же сменился с чёрного платья на облегающую белую сорочку, в которой недавно была Иеремия. Сорочка плотно облегала её тело, и в нём отчётливо угадывались изгибы фигуры Айрис. Иеремия явно опиралась на мои собственные воспоминания о волшебнице, когда мы вместе были в бане.

— Чего ты хочешь? — спросил я.

Моя рука потянулась к поясу, но привычного ножа я на месте не обнаружил. Иеремия заметила мои движения и широко улыбнулась.

— Отдай мне её, — произнесла она и склонила голову набок. — И этот сон может стать реальностью.

Я глухо рассмеялся, и мой голос эхом отразился в окружающем нас пространстве, будто мы были не в лесу, а в небольшой запертой комнате.

— Что смешного? — насупилась Иеремия.

— Да ни хрена смешного тут нет, — строго произнёс я и рывком скинул её с себя. — Я тебя на полоски порежу, если Айрис не доберется до тебя первой.

Тут засмеялась уже Иеремия. Она села напротив, сложив ноги, и взглянула на меня с обманчивой добротой, с которой родитель смотрит на непутёвого ребёнка.

— Она и вправду сильная, — проговорила она. — Из неё выйдет исключительный… сосуд.

— Как из той мечницы на старой станции? — спросил я.

Улыбка на лице Иеремии тут же исчезла. В её взгляд постепенно возвращалось безумие.

— Откуда ты знаешь о ней, Кассиан? Откуда? Откуда, откуда, откуда?

Я скривился от одной мысли, что это создание решило скопировать Айрис.

— Ты ни капли на неё не похожа, — холодно сказал я. — И её тело не получишь.

— Даже если я пообещаю убить Гедеона? — вкрадчиво прошептала она. — Ты ведь его ненавидишь, верно?

Я рассмеялся ещё раз, на этот раз по-настоящему и от души. И почувствовал, как от смеха начинают болеть мои раны. Отлично. Это значило, что я был уже на полпути к возвращению в реальность.

— Почему ты смеёшься? — с недоумением посмотрела на меня Иеремия.

Я с трудом отдышался и вытер выступившие на глазах слёзы. В Иеремии оставалось меньше и меньше от Айрис, и я уже мог отчётливо разглядеть в ее облике недавно убитую ведьму. Я вдруг подумал, что даже в видении не был бы безоружен. И моя рука тут же нащупала на поясе знакомую деревянную рукоять рабочего ножа.

— Не знаю, кто там тебе про меня рассказывал… — ответил я и выдернул нож. — Но мне не нужна помощь такого отродья, как ты, чтобы убить Гедеона.

Глаза Иеремии на секунду расширились от страха. Она выставила перед собой руки и громко вскрикнула.

— Вон!

Её голос ударил меня в грудь, и звуковая волна опрокинула меня обратно на спину. А затем меня вырвало из видения обратно в реальность.

Я вновь лежал на всё той же поляне и смотрел на тёмное небо. Верно. Когда я использовал «Коллекционера», на нём ведь не было ни единой звезды.

Я повернул голову и увидел Айрис, в её тёмном платье с обожжёнными рукавами. Её лицо было бледным, но фиалковые глаза внимательно смотрели на меня. Мне подумалось, что она была красивой, что в свете костра на поле боя, что в полотенце, что в ночной сорочке.

— У тебя на лице глупая улыбка, — произнесла Айрис и слегка подняла бровь.

Я усмехнулся и ответил:

— Это твоя вина.

Волшебница явно не поняла, о чём я говорю, и тяжело вздохнула. Надо мной возникло обеспокоенное лицо Бертрана.

— Уже вернулся, командир? — спросил он.

Судя по тому, что у Айрис уже не шла кровь, а раны Бертрана были перевязаны, в отключке я провалялся обманчиво долго.

— Да, — кивнул я и сел, опираясь на руку. — Сколько времени…

Я невольно запнулся, заметив, что, похоже, Лазарь успел обработать и перевязать и мои раны.

— Паренёк своё дело знает, — с уважением в голосе сказал Бертран, заметив моё недоумение. — Я был бы не прочь видеть такого толкового лекаря в отряде. Особенно учитывая, как часто мы попадаем в передряги.

Бертран протянул мне руку, и с его помошью я поднялся на ноги. Мир вокруг на секунду завертелся, и о себе напомнил приступ тошноты, но я быстро взял себя в руки. Левое плечо было вправлено, хотя ещё с трудом слушалось меня. Лазарь, похоже, успел вправить мне и нос, потому что я мог хотя бы немного им дышать. Раны на плече и на левом боку жгло, и от меня пахло травяной мазью.

— Мысль здравая, — ответил я. — Было бы ещё чем с ним расплатиться.

— Я не беру плату за лечебную практику, — раздался голос Лазаря совсем рядом. — Только за материалы и реагенты.

Я огляделся вокруг. Судя по всему, Айрис и Бертран следили за моим состоянием, пока Лазарь мародёрил. Он держал в руках большой мешок с ремнём, который кто-то из местных явно использовал для переноса вещей, и скидывал туда трофеи. А найденное оружие он аккуратно раскладывал в центре поляны.

Я подошёл к телу ведьмы. Её лицо умиротворённо смотрело на небо. Девушка была молодой, едва ли старше Айрис. Вот только в этот раз Иеремия лишила меня возможности увидеть её прошлое, как это было в случае с мечницей.

— Да примет тебя тишина, — произнёс я и прикрыл ей глаза.

Эти два дня мучительно напомнили мне о прошлом охотника на демонов, когда жертв среди гражданских после прорывов бывало непозволительно много. Только в этот раз вместо демонических тварей врагом оказалась ведьма. И что-то подсказывало мне, что это была не последняя наша встреча.

— Пойдём посмотрим, что там в подвале, — предложил я стоявшему рядом Бертрану.

— Мысль хорошая, — кивнул он и протянул мне мой клинок с синеватым отливом.

Я взял меч и уверенно зашагал в сторону постройки в центре поляны. Оно было сложено из больших кусков камня, частично вросших в землю, и напоминало мне какое-то древнее сооружение, которое я когда-то давно видел в прошлой жизни. Но сейчас я уже не мог вспомнить, как оно называлось.

Я обогнул один из трёх больших камней и вышел в центр. Вокруг стояли факелы и пахло благовониями. Спуск в подвал был закрыт тяжёлой деревянной крышкой.

— А ну-ка тянем, — прокряхтел Бертран, когда мы оба взялись за крышку.

Благо, крышка легко поддалась, и мы быстро освободили проход, вокруг которого было множество следов. Вниз вела узкая каменная лесенка.

Я взял один из факелов и аккуратно зашагал вниз, пригибая голову. В нос ударил запах сырости и крови.

Подвал оказался небольшой прямоугольной комнатой с низким потолком. В дальнюю каменную стену было намертво вбито несколько стальных штырей, к которым крепились уже разбитые кандалы. Сам камень был исцарапан и в некоторых местах потемнел, а у основания лежал кусок тёмной верёвки. Кого бы здесь ни удерживали, пленника на месте не оказалось.

— Ну и вонь, — отметил Бертран, спустившийся следом за мной. — Кого они вообще тут держали?

Я подошёл поближе к стене и опустился на корточки. То, что я изначально принял за тёмную верёвку, оказалось куском хвоста.

— Демона, — ответил я и поморщился. — Они держали здесь демона.

Хвост был начисто отрублен клинком, но его большую часть уже успели куда-то деть. Всё, что от него осталось, это сантиметров пять плоти. Я поднял его с земли и заткнул за пояс.

— Верея милосердная… — проговорил за спиной Бертран.

Он стоял у стола в углу комнаты и разглядывал его в свете факела. Я подошёл ближе и увидел целый набор пыточных инструментов. И хотя на них самих не было ни капли крови, некогда серый стол, сделанный из местной древесины, приобрёл явные бурые оттенки.

— Они этого демона тут что, на куски порезали? — больше для проформы спросил Бертран.

Я переложил несколько инструментов и наткнулся на острый кусок кости. Это был демонический рог.

— Вполне возможно, — пожал плечами я. — Хороший демон — мёртвый демон.

Больше ничего интересного в подвале мы не нашли. Я захватил с собой кусок рога, и мы выбрались на поверхность. Воздух здесь оказался заметно свежее, но вместо запаха демонической крови поляну накрывал запах недавней битвы.

— Давай разберём, что там намародёрил Лазарь, и уберёмся отсюда поскорее, — предложил я, выходя на поляну.

Лазарь уже закончил обход и теперь сидел на земле рядом с Айрис. И хотя внешний вид клирика всегда свидетельствовал о его неспокойном разуме, сейчас было заметно, что он особенно устал и клюёт носом.

— Глянь, что нашёл, — сказал я и положил на землю перед Лазарем останки погибшего демона.

Глаза Лазаря округлились, и сон с него как рукой сняло. Он несколько раз посмотрел на меня и на лежащие перед ним части демона, а затем протёр глаза, будто до конца не мог поверить, что именно я принёс.

— Ай, демоны меня раздери, — ругнулся Лазарь, явно забыв, что его глаза не настолько невосприимчивы к едкой мази, как руки, которыми он ее черпал, когда обрабатывал наши раны.

Когда он проморгался, то произнёс со слезами на глазах, которые, впрочем, были вызваны мазью, а не резким порывом чувств:

— Спасибо.

— Пользуйся на здоровье, — хлопнул его по плечу я. — Я всегда держу своё слово.

Мы прошлись по собранным трофеям и распределили их между собой. В итоге мы стали тяжелее на две кольчуги, одна из которых по размеру вполне могла подойти мне, два топора, три копья, несколько ножей, две пары сапог, жилет и куртку. Также рядом с курткой лежала аккуратная стопка медных и серебряных монет, которую я убрал в подсумок.

Благо, в лагере оказалось достаточно верёвок и мешков, чтобы мы могли распределить поклажу более-менее сподручно. И всё же с учётом двух клинков и ножа за поясом новая ноша изрядно нас замедляла. Бертран же был нагружен не только снаряжением, но и несколькими частями монстров, которых мы убили еще в самом начале вылазки.

— Давайте уберёмся отсюда поскорее, — произнёс я и двинулся в лес. — Ещё не хватало нарваться на зверей по пути назад.

— Что будем делать с тайником? — спросил меня Бертран, едва мы вышли с поляны.

Меня слегка шатало от потери крови, а ноги уже были ватными. Такими темпами было счастьем, что мы смогли нагрузиться этими трофеями, а уж о том, чтобы возвращаться на место прошлой битвы, речь не шла.

— Продадим информацию кому-нибудь в Бракмуре, — предложил я. — В ближайшее время мы всё равно в лес не ходоки. Да и Остап явно отправит сюда своих людей.

— Добро, — коротко согласился Бертран. — У меня этот лес уже в печёнках сидит.

Мы успели пройти и не так далеко, как лес начал светлеть, а из-за горизонта показались первые лучи солнца. Я всё ещё периодически использовал «Звериное чутьё», чтобы отслеживать возможную опасность. Но думаю, что всякого хищника отпугнул бы шум усталого нагруженного отряда из четырёх человек, упорно следующих через лес к Бракмуру.

Через некоторое время дыхание шедшей за мной Айрис заметно сбилось, и я объявил привал. Хотя мы с замыкавшим строй Бертраном были нагружены тяжелее всего, путь назад ни для кого не был лёгким.

— Ты как? — спросил я у Айрис, присевшей на поваленное дерево.

— Бывало и хуже, — с едва заметной улыбкой ответила она. — Правда, не помню когда, но точно бывало.

Бертран, чью недавнюю фразу она повторила почти дословно, довольно фыркнул и опустил поклажу на землю.

— Если шутишь, значит жить будешь, — поделился он житейской мудростью и размял спину.

Пока отряд отдыхал, я воспользовался возможностью распределить характеристики и посмотреть на предложенные системой навыки.

Имя: Кассиан / Кир

Уровень: 4

Класс: отсутствует

Ветвь развития: Путь Изгоя (ур. 2)

Сила: 4

Ловкость: 4

Интеллект: 1

Воля: 2

Мудрость: 1

Телосложение: 4

Свободных очков характеристик: 5.

Базовые навыки (2/3): «Звериное чутье», «Финт», 1 навык не выбран.

Коллекционер (3/3): «Хищный рывок», «Комбинации», «Ледяное касание».

Перед распределением характеристик я решил выбрать навык, а потом плясать уже от него.

На выбор доступен один из трех базовых навыков:

«Железная хватка» (Пассивный)

Ваше оружие сложнее выбить из рук.

Вы получаете +25% к сопротивлению обезоруживанию.

«Железная хватка» поможет в ситуации, как в прошлом бою с воительницей. С другой стороны, в Пределе противниками будут не только люди, но и монстры, и для них обезоруживание не характерно. Да и враги-люди редко имеют навыки на обезоруживание, это уровень серьезных бойцов.

«Грязный приём» (Активный)

Бросок песка, грязи или пыли в глаза противнику. Временно ослепляет и снижает точность врага на 30%.

Условие: наличие сыпучего материала под ногами.

Грязные методы меня не пугали, когда речь идет про выживание. Вопрос лишь в том, что вокруг почти никогда не бывает песка или грязи, и большая часть боя идет либо на вытоптанных полянах, либо в черте города.

«Рассечение» (Активный)

Широкий рубящий удар, задевающий до трех противников перед собой.

Урон: 75% от стандартного каждому.

Условие: противники находятся вплотную друг к другу.

Требование: Основное оружие — меч.

А вот это уже интересно. «Рассечение» закрывает главную тактическую слабость, с которой сталкивается даже самый опытный мечник: бой против нескольких противников одновременно. Сейчас у меня есть «Хищный рывок» с атакой до трёх целей, но последовательно и с перемещением, и всё.

Если враги встали плечом к плечу и наседают на меня, то «Рассечение» даст урон сразу по троим. Такой навык позволил бы закончить сражение с недавней троицей солдат Иеремии с гораздо меньшими потерями. Навык неплохо сочетается с «Ледяным касанием» или «Комбинациями».

Выбран навык: «Рассечение».

После выбора навыка я раскидал свободные очки характеристик следующим образом:

Сила: 4 → 5 (+1)

Телосложение: 4 → 5 (+1)

Ловкость: 4 → 5 (+1)

Интеллект: 1 → 3 (+2)

Такой выбор дает стартовую базу для магического навыка, ведь их сила всегда зависит от Интеллекта. Остальное пошло на усиление ближнего боя. Я вызвал итоговое окно статуса, чтобы оценить результат.

Имя: Кассиан / Кир

Уровень: 4

Класс: отсутствует

Ветвь развития: Путь Изгоя (ур. 2)

Сила: 5

Ловкость: 5

Интеллект: 3

Воля: 2

Мудрость: 1

Телосложение: 5

Базовые навыки (3/3): «Звериное чутье», «Финт», «Рассечение».

Коллекционер (3/3): «Хищный рывок», «Комбинации», «Ледяное касание».

После короткого отдыха мы двинулись дальше. В моей голове всё ещё слышался гул, оставшийся то ли после сражения, то ли после крика Иеремии, вырвавшего меня из видения. Я точно собирался рассказать обо всём Айрис. Да и в целом стоило устроить собрание и обсудить всё, что мы нашли в лесу. Но сейчас сил для разговора не было от слова совсем. Мне хотелось поскорее добраться до Бракмура, отмыть кровь и завалиться спать на день или два.

Вторую остановку я сделал, когда солнце уже было в зените. Как бы скоро мне ни хотелось достигнуть Бракмура, этот переход по лесу всем давался тяжело. С меня градом тёк пот, раненое плечо ныло, а нос чесался так, что я с трудом сдерживался, чтобы его лишний раз не трогать.

Я опустил поклажу на землю и постарался восстановить сбитое дыхание. Мы уже не разговаривали между собой и молча допили остатки воды и прикончили остатки вяленого мяса и сушёных ягод. Несмотря на перекус, живот заурчал и настойчиво затребовал чего-то посерьёзнее, чем остатки наших припасов.

Вскоре я поднял отряд, и мы вновь двинулись в путь. Я намеренно возвращал нас примерно по тому же маршруту, по которому мы шли от Бракмура. Бертран тяжело кряхтел за спиной. В какой-то момент мы даже прошли мимо ручья, у которого нашли поражённого скверной оленя, казалось, уже очень давно. Но останков оленя тут уже не было, лишь журчащая бегущая сквозь лес вода.

К глубокой ночи лес постепенно начал редеть. Я зашагал чуть быстрее, но не забывал внимательно смотреть по округе. То, что на нас не напали звери в лесу, ещё не значит, что мы в безопасности.

Наконец сапоги застучали по ровной поверхности дороги, а вдалеке показался крепкий высокий частокол и знакомый силуэт башенки. Мне вспомнилось, как мы приходили в эту деревню в прошлый раз. Впрочем, сейчас на пути не встретилось ни единого всадника. Хотя на дороге ночью было всё так же пусто.

— Стой, кто идёт?! — раздался возглас молодого дозорного, который стоял на дежурстве и перед нашей вылазкой.

Я тяжело выдохнул и поправил впивавшийся в вывихнутое плечо ремень от мешка.

— Свои, — коротко ответил я.

— Свои ночью не шастают! — настаивал молодой голос. — Кто такие, грю?

Я оглядел свой отряд. Три человека, нетерпеливо ждущие у ворот, были покрыты грязью, потом и кровью. Как своей, так и чужой. Бертран покручивал в руке метательный топорик, а Айрис вскинула бровь, и вокруг её ладони начали формироваться фиолетовые огоньки.

— Остапа позови, — произнёс я, пока мой отряд не снёс эти ворота к чертям и не вошёл в Бракмур сам. — Мы нашли источник скверны.

Глава 2

Несколько мгновений за воротами стояла тишина, а затем зазвучал стук сапог по земле. Я слегка поднял руку, чтобы успокоить Айрис и Бертрана, и волшебница с бывшим стражем опустили оружие. Вскоре засов на воротах застучал, и перед нами открылась одна створка.

— Не топчитесь за порогом, — произнёс Райнер, выглянув наружу, и махнул рукой. — Заходите уже.

Мы прошли внутрь и оказались в знакомой обстановке спящего Бракмура. Молодой стражник, который не хотел нас пускать, виновато смотрел в пол. Райнер слегка дёрнулся, когда увидел остатки магии на руках Айрис, но, когда они растворились в воздухе, он немного расслабился.

Внутри у ворот были факелы, поэтому рассмотреть нас Райнер мог только сейчас. На его лице я явно прочитал уважение, которое воин испытывает перед теми, кто прошёл тяжёлую битву. Впрочем, он продолжал держаться настороженно.

— Остап захочет услышать о скверне прямо сейчас, — кивнул он и повернул к главной улице, не дожидаясь нашего согласия.

Мы последовали за ним. Дорогу освещали уличные фонари, но маленькие улочки оставались тёмными, и по ним лишь иногда проходили островки огня в виде стражников с факелами, патрулирующих местность. Откуда-то издалека слышался глухой стук чьей-то ставни под ветром, шедшим из леса. Но организм отчётливо различал запах золы и хлеба, которые сменили уже поднадоевший аромат хвои и веток.

Впрочем, судя по лицам прошедших мимо нас стражников и по тому факту, что они обошли нас по достаточно широкой дуге, была вероятность, что к запаху крови мы просто привыкли. В общей сложности мы провели в Сером лесу около двух суток, а может, даже больше.

Райнер ловко сбежал по ступенькам и без стука вошёл внутрь. Мы последовали за ним. Казалось, что за время нашего ухода ничего не изменилось. Светлое полотнище флага над входом слегка трепетало под порывами ветра. А из окна избы в дальнем конце коридора на первом этаже шёл свет, который явно указывал, что хозяин дома ещё не спал.

Остап сидел за столом, когда мы вошли. Его худощавая фигура с тёмными глазами и тяжёлыми мешками под ними немного сгорбилась над бумагами. Выглядел он так, будто за наше отсутствие никуда из кабинета и не уходил. Но это вряд ли было правдой. Просто времени разбираться с бумажками у него оставалось только ночью.

— Садитесь… кхм-кхм, — сказал Остап немного хриплым голосом и несколько раз кашлянул, чтобы отогнать хрипотцу.

Он поднял глаза от бумаг и оглядел нас, каждого по очереди. Его взгляд чуть дольше задержался на Лазаре, но открытой враждебности к изгнанному клирику я не заметил.

Мы разместились на трёх стульях, оставленных напротив Остапа, бросив сумки и мешки прямо на пол рядом с собой. А Лазарь принёс себе стул, который до этого стоял в углу комнаты. Райнер остался у двери и молча следил за бывшим клириком.

— Я хотел бы пожаловаться, что последние пара дней меня сильно вымотали, — сухо отметил Остап и протёр глаза. — Но, глядя на вас, любое желание жаловаться отпадает само собой.

Несмотря на то что мы явно пахли кровью и смертью, Остап не морщился и вообще никак не показывал, что его заботит наш внешний вид.

— Вылазка вышла… занимательной, — усмехнулся я и с наслаждением вытянул вперёд забитые после перехода ноги. — Ты не против, если я сразу к делу?

Остап кивнул. Я быстро ему выдал ровно тот отчёт, который закрывал наш контракт. Рассказал, что источник скверны был определён и зачищен прямо недалеко от Бракмура. Что у него под носом орудовало сразу два отряда непонятных культистов, которые намеренно вызывали заразу у животных и выпускали их в сторону деревни. Основной лагерь был зачищен. Внешние позиции тоже. А участок с ритуальными камнями и остатками вещей культистов он мог посмотреть хоть сам, если вдруг захочет отправиться в лес.

— На карте покажешь? — впервые за весь рассказ прервал меня Остап и протянул мне три флажка на тонких острых палочках.

— Да легко, — согласился я и подошёл к висевшей за его спиной карте.

Карта была детальной и отмечала основные места вокруг Бракмура, включая Хольц, две делянки, Кримвальдское аббатство, Шторрен-форт и границы с вольными баронами на севере и Анклавом демонов на западе. И хотя лес в основном представлял собой сплошной массив, я примерно прикинул расстояние и ткнул по флажку в бурелом, где мы сразились с девяткой, потом в их лагерь и, наконец, в главную стоянку культа.

— Спасибо, — произнёс Остап, пока я возвращался на место.

— Это в качестве доказательства, — ответил я и выложил на стол перед ним небольшой медальон на тонком шнуре из серебристого металла, который украшал символ-треугольник на лицевой стороне. Я пододвинул его поближе символом вверх.

— Эту штуку я нашёл у ведущего бойца культа, — объяснил я, пока Остап с осторожностью осматривал амулет. — Этот же символ можно связать с каменным зданием на их главной стоянке. Само здание сложено почти точь-в-точь таким же треугольником.

— Выходит, это здание служило источником заразы? — уточнил Остап и поднял на меня усталые глаза.

— Каких-либо остатков скверны мы не нашли, но слышали разговоры культистов между собой, — пожал плечами я, не желая рассказывать о своих видениях. — Да и следы больных животных вели ровно к главному лагерю.

Остап тяжело выдохнул, выпрямил спину и откинулся на спинку стула.

— Самое интересное то, что такие же треугольные метки были на шкуре больных зверей, — окончательно добил старосту я. — Мы наткнулись на троих осквернённых зверей в лесу, так что по необходимости могу показать, какая там метка.

Остап воздел глаза к потолку, потом резко опустил голову и произнёс:

— Получилось взять кого-нибудь живьём?

Он тут же поморщился, увидев мою реакцию. И без слов было понятно, что мы прикончили всех культистов, встретившихся нам в лесу.

— Есть какая-то уверенность в том, что больные звери перестанут приходить? — спросил староста.

— Да шут его знает, — сказал я и с трудом сдержал зевок. — Скорее всего, в ближайшее время больных зверей больше не станет. Но тех, что уже заражены скверной, придётся отдельно искать и добивать по всему Серому лесу.

Остап кивнул и немного помолчал, явно обдумывая мой доклад.

— Ну хорошо, — он слегка хлопнул ладонью по столу и открыл один из ящиков. — Я считаю наш контракт выполненным сполна.

Остап порылся рукой и высыпал передо мной горсть серебряных монет, не глядя. Я сгрёб их и убрал за пазуху. Хотя тут было явно больше шести серебряков, которые Остап нам должен был за контракт: по одному за каждого убитого зверя и три за источник скверны, спорить я не стал.

— Я отправлю новости о культе в Шторрен-форт, — произнёс Остап и мельком взглянул на Райнера. — Будьте готовы к тому, что люди барона захотят поговорить с отрядом, столкнувшимся со скверной лицом к лицу.

— Приму к сведению, — ответил я.

Некоторое время Остап сидел, смотрел перед собой, будто перебирал в голове варианты дальнейших действий. Лампа на его столе мигнула и вырвала его из размышлений.

— Передайте куски кожи с метками Райнеру, — сказал он. — И на этом я вас больше не задерживаю.

Он встал из-за стола и протянул мне руку. Я поднялся на ноги и ответил на крепкое рукопожатие старосты Бракмура.

— Постарайся не уработаться насмерть, — усмехнулся я. — А то барон решит, что Бракмур куда опаснее, чем Серый лес.

Остап сухо засмеялся.

— В каком-то смысле так оно и есть, — устало произнёс он, возвращаясь к работе.

Я не стал спрашивать, что конкретно он имеет в виду. Сейчас проблемы деревни на окраине леса волновали меня гораздо меньше, чем отдых. Поэтому Бертран быстро передал Райнеру заранее заготовленные куски кожи с метками, и мы покинули избу.

— Ну, вроде нормально прошло, — подметил Бертран. — Про Лазаря он вообще и слова не спросил.

— Вот и гадай теперь, хорошо это или нет, — философски произнёс я и зашагал в сторону таверны. — Давайте уже отдохнём, любые дела обсудим завтра.

Когда мы вошли в «Угол», владелец привычно был за своей стойкой и полировал кружку.

— И почто только баню топили? — выдохнул он с вселенской грустью человека, чьи великие усилия прошли напрасно.

— Нам бы умыться да попасть в комнаты, — сказал я. — Срок, кажется, ещё не истёк?

— Срок истёк вчера, — фыркнул трактирщик. — Но человек старосты пришёл и оставил плату на три дня.

— Райнер? — уточнил я.

— А кто ж ещё, — владелец оставил кружку в сторону и посмотрел на Лазаря, которого раньше не видел. — Я оставил комнаты как есть. Топить отдельно на вас не буду, но можете умыться у колонки на заднем дворе.

Я положил на стол четыре медяка и на вопросительный взгляд владельца таверны ответил:

— Это за беспокойство.

Он сгрёб монеты, не пересчитывая, и кивнул.

— Комнаты ваши до утра послезавтра, — произнёс он. — Постарайтесь не устраивать беспорядок в четвёртой, как в прошлый раз.

Похоже, речь шла про заявившегося к нам в ночи Милоша и наш способ с ним справиться.

— Ведро и чистые полотенца есть в сарае, — сказал владелец таверны и вернулся к протиранию кружки.

Айрис с нами не пошла и отправилась отдыхать в свою комнату, поэтому во двор позади «Угла» мы вышли втроём. Мы прошли мимо банного домика у одной части ограды и вышли к сараю с открытой дверью и колонке. Я стащил с себя гамбезон и окровавленную тунику и быстро смыл грязь и кровь с лица, рук и торса, стараясь лишний раз не беспокоить раны.

Я как раз выжимал грубое тканое полотенце, когда что-то заставило меня поднять взгляд наверх. В окне на втором этаже были приоткрыты ставни, и где-то внутри комнаты на мгновение мелькнул проблеск света. Цвет этого света безошибочно был фиалковым.

Я стёр последнюю грязь с рук и разогнул затёкшую спину. После сражения и долгих переходов тело однозначно требовало отдыха. Так что, как только мы закончили с умыванием, поднялись в комнату.

Кроватей здесь было две, но на стуле лежало третье одеяло. Лазарь взял его и без слов устроился на полу. Бертран тут же завалился на свою кровать у стены. Я запер дверь и перепроверил замок, затем обошёл уже спящего Лазаря, прикрыл ставни и завалился на свою кровать. Единственное, на что хватило сил, это скинуть с себя сапоги.

Плечо ныло, рёбра болели, а голова была тяжёлой. Не успел я подумать, что чертовски вымотался за время нашей вылазки, как провалился в сон.

Когда я открыл глаза, свет уже пробивался через ставни. Несколько мгновений я просто лежал на спине и собирался с мыслями. Затем я медленно сел, поборов лёгкий приступ головокружения. Бертран всё ещё спал на боку лицом к стене. А вот Лазаря в комнате уже не было. Его одеяло было аккуратно сложено и лежало на том же месте, где и вчера.

Даже сквозь закрытую дверь доносился запах еды из общего зала. Мой живот предательски заурчал. Я потянулся, поморщившись от боли в плече, оделся в свежую рубаху и спустился вниз.

Лазаря я нашёл за угловым столом в главном зале. Он был единственным посетителем в столь ранний час. Бывший клирик сидел спиной к стене и имел хороший угол обзора на входы и выходы в таверне.

— Как самочувствие? — спросил он меня, когда я сел рядом.

— Ничего критичного, жить буду, — ответил я.

— Каша здесь вполне приемлемая, — произнёс Лазарь и вернулся к еде.

Я последовал его примеру, заказал каши на всех, хлеба и кувшин холодного морса из ягод. Пока хозяин таверны суетился с едой, на лестнице сначала возник Бертран и, заметив нас, спустился вниз и устроился на стуле напротив Лазаря. А вскоре спустилась и Айрис, чьё тёмное платье выглядело целым, будто бы на нём никогда и не было повреждений от недавней битвы. Её фиолетовые волосы были перетянуты чёрной лентой, а когда она села рядом, я ощутил знакомый аромат лаванды.

Владелец таверны как раз подоспел с дымящимися мисками и расставил всё на столе. Мы поели и разговаривать не спешили. Я быстро осилил обжигающую, солоноватую на вкус кашу и с удовольствием потягивал ледяной кислый морс. Когда миски опустели у всех участников отряда, я заговорил:

— Я знаю, что задавал этот вопрос тебе во время вылазки, — обратился я к Лазарю. — Но спрошу ещё раз: ты с нами?

— Ты выполнил свою часть сделки, Кир, — кивнул Лазарь. — А учитывая, с какими противниками доводится сталкиваться вашему… нашему отряду, у меня будет более чем достаточно медицинской практики.

Система тоже выдала уведомление:

К отряду присоединился новый участник: Лазарь (-388).

— Ну и славно, — ответил я и сделал ещё один глоток морса.

— Добро пожаловать в лучший отряд наёмников по эту сторону Стены, — весело произнёс Бертран и хлопнул Лазаря по плечу.

Лазарь едва заметно ухмыльнулся и сказал:

— Учитывая то, что вы продемонстрировали за последние два дня, я вовсе не удивлюсь, если так оно и есть.

Конечно, слова Бертрана были преувеличением, и за Стеной хватит крепких отрядов, которые сражаются за звонкую монету. Но слышать высокую оценку наших действий от Лазаря было всё равно приятно.

— Поднимемся наверх и обсудим, что делать дальше, — предложил я, когда хозяин унёс посуду, а зал таверны начал потихоньку наполняться людьми.

— Это верно, — поднялся на ноги Бертран и добавил чуть тише, — Лишние уши тут ни к чему.

Мы собрались в нашей комнате. Лазарь сел у окна, Бертран устроился на своей кровати, а мы с Айрис сидели на моей. Часть комнаты была завалена мешками и сумками с трофеями, которые ещё предстояло разобрать.

— Так, — сказал я. — Прежде чем мы разберёмся с трофеями, давайте обсудим итоги вылазки.

Никто не стал со мной спорить. Лазарь тут же достал карту, которую мы нашли в лагере девятки культистов: кусок выделанной шкуры, на котором было нацарапано несколько отметок. Я же прошёлся по порядку по всем событиям последних нескольких дней.

— Если я правильно понял, местная ячейка культа действовала в Сером лесу как минимум две луны, — начал я. — Этой ячейкой руководила пророк Иеремия, которую до нашей с ней встречи не видел никто, даже скитавшийся по лесу Лазарь.

Я вопросительно посмотрел на Лазаря, и тот молча кивнул, подтверждая правдивость моих слов.

— При этом отрядом, с которым мы столкнулись до выхода на главную базу культистов, руководила светловолосая воительница.

— Знатный у вас с ней вышел бой, — прокомментировал Бертран.

— Не без этого, — согласился я. — Но тут у меня сразу есть для вас новость.

— Ведьма назвала тебя по имени так, будто вы были знакомы, — отозвалась Айрис ещё до того, как я смог объяснить ситуацию. — И остаточные следы магической энергии мечницы совпадают с ведьмой.

— Так мечница же вроде была без магии? — недоумённо спросил Бертран.

— И да, и нет, — покачал рукой в воздухе я. — Это был один и тот же человек. Я в этом абсолютно уверен.

— Ну дела, — протянул Бертран и почесал голову. — Выходит, они поэтому так хорошо подготовились? Ну, в основном лагере?

— Верно, — кивнул я. — Она точно знала, как прошла наша первая битва, и поэтому правильно расположила людей. Правда, до этих людей ей в итоге не оказалось никакого дела.

— Какие у тебя есть доказательства? — уточнил Лазарь и подвинулся вперёд, явно заинтересованный данной темой. — Ты ведь сказал Остапу, что мы слышали разговоры культистов. Хотя этого не было. Ты почувствовал что-то запретное? С Иеремией как-то связаны демоны?

Я не был удивлён, что его острый ум правильно выхватывал детали событий последних дней.

— Не думаю, что она как-то связана с демонами, — пожал плечами я. — По крайней мере, сейчас у меня нет доказательств подобного. Факт в том, что она умеет перемещаться между телами. И она распространяла скверну через больных зверей. Но точные методы мне неизвестны.

— Звери точно не были заражены стандартными методами. Выходит, она использовала магические средства… — тут же забубнил себе под нос Лазарь, с головой погрузившись в обдумывание проблемы.

Я взглянул на Айрис, но решил, что о намерении Иеремии захватить её тело лучше будет поговорить с глазу на глаз.

— А по меткам ты чего-нибудь в этом своём трансе увидел? — усмехнулся Бертран.

Он припомнил мне, как я на время отключился в видение после того, как использовал «Коллекционера».

— Нет, — покачал головой я. — Про скверну лучше будет спросить у Лазаря.

Услышав своё имя, он перестал бормотать и поднял голову.

— Что-что? — спросил он.

— Скверна, — напомнил ему суть разговора я. — У тебя есть какие-то мысли, как они её распространяют, и не получится ли так, что где-то возникнет новый очаг?

— Ответ на первый вопрос: определённо. Ответ на второй вопрос: крайне вероятно.

Лазарь замолчал. Некоторое время мы просидели в тишине, буравя его взглядом. Он наконец понял, что таких ответов недостаточно, и произнёс:

— А, вам требуется детальное объяснение? Ну что ж… По моим наблюдениям, скверна вызвана органическими соединениями, усиленными магическими реплифи…

— Давай попроще, а? — тяжело вздохнул Бертран. — У меня котелок не сильно варит поутру.

Лазарь запнулся и высказал свои предположения по поводу скверны простыми словами. Хотя для этого ему пришлось говорить чуть медленнее, чем обычно. По его мнению, Иеремия нашла основу в виде какой-то редкой болезни, использовала магию, чтобы распространять и усиливать её. Для этого она прибегала к меткам и ритуалам.

— Получается, она перешла от скота к лесным тварям… — больше для себя проговорил я.

— Естественно, — тут же кивнул Лазарь. — Это абсолютно осознанный шаг в любом научном испытании. Калибровка, если так можно выразиться.

— Если мы её прибили, то дальше зараза не пойдёт, — с уверенностью в голосе произнёс Бертран, но поймал мой взгляд и тут же переспросил, — Мы ведь её прибили?

Я неопределённо покачал ладонью в воздухе, и Бертран в очередной раз тяжело выдохнул и разгладил бакенбарды.

— Ещё остаётся карта, — напомнил я.

Лазарь поднялся со стула и выложил в центр комнаты самодельную карту с тремя отметками, которую мы нашли в лесу.

— Центральная метка точно соответствует позиции главного лагеря, — сказал я, указав в центр. — А вот к чему остальные две…

— Одна из меток находится близко к Аббатству, — сразу же подметил Лазарь.

— А эта будто бы близко к делянкам… — ткнул пальцем в карту Бертран. — Хотя эти наколки хрен разберёшь.

Лазарь сидел на корточках, сканировал глазами кусок кожи и пытался составить в голове логическую цепочку. Он бегал взглядом по отметкам и что-то прикидывал в голове.

— Тебе доводилось бывать в этом районе? — вырвал его из размышлений я.

— М? — переспросил он, но тут же продолжил, — Нет, я не был в этой части леса. В связи со спецификой моих исследований аббат запретил мне приближаться к большей части клириков. Как и покидать само Аббатство.

— А как ты выбрался наружу? — уточнил Бертран.

— Мне помог оруженосец Истафана, — ответил Лазарь как само собой разумеющееся. — Он прибыл в Кримвальд с каким-то донесением, и, пока все переполошились, я ретировался из Аббатства.

Я почувствовал, как Айрис крепко вцепилась в край кровати при одном упоминании брата. Я ненадолго сжал её руку. Горящий в её глазах огонь успокоился, и она благодарно кивнула.

— Проще говоря, ты свинтил, пока их отвлек помощник паладина? — прищурился Бертран.

— В определенным смысле — да, — ответил Лазарь.

— Стоило сразу так и сказать, — недовольно возмутился Бертран.

— Так ведь никто и не спрашивал, — по-простецки сказал Лазарь.

— С паладином разберёмся позже, — остановил прения я. — Гораздо интереснее понять, как именно связаны эти метки, если одна из них это главный лагерь.

— От подвала шёл странный след остаточной магии, — вступила в обсуждение Айрис. — Никогда такого не ощущала. Он точно отличался от магии Иеремии.

— Чем именно? — с интересом спросил Лазарь.

— Сложно сказать… — Айрис покачала головой. — Я была слишком далеко от подвала, и след был не слишком стойким.

— Да уж, нас всех знатно потрепало, — усмехнулся Бертран. — Тут было не до поиска следов, что ботинок, что магии.

Айрис едва заметно улыбнулась, явно оценив тот факт, что Бертран не винил кого-то конкретного, а вполне справедливо отмечал, что весь отряд был слишком сильно потрёпан, чтобы внимательно искать улики.

— Если они держали в подвале демона, это могут быть остатки демонической магии, — предположил я. — Но самого демона они, похоже, уже успели прикончить.

— Любые взаимодействия с демонами, кроме убийства оных, запрещены Верховным Жрецом, — проговорил Лазарь, явно вспоминая фразу из какого-то церковного талмуда.

— Формально да, — сказал Бертран. — Но никто не побежит жаловаться в Аббатство, если где-то в глубине леса убьют пару демонов.

— При этом барон, правящий этой землёй, крайне ограничен в средствах, — задумчиво произнёс я. — Паладин сидит на границе. Или, по крайней мере, сидел до недавнего времени. А Аббатство вряд ли полезет далеко в лес за пределы тех делянок, что им выделил барон.

— К чему ты клонишь? — шмыгнул носом Бертран.

— К тому, что для них лес был не просто укрытием. А самым настоящим рабочим пространством. Они и не прятались ни от кого, им было комфортно.

Судя по всем собранным фактам, операция культа шла как минимум несколько лун, а Иеремия могла появиться в этом лесу задолго до этого. И староста Бракмура узнаёт об этом только сейчас, когда заражённых скверной зверей стало уже десятки, если не больше.

— Хитрая тварь эта Иеремия, — покачал головой Бертран и добавил: — Была.

— Или есть, — тут же поправил его Лазарь.

Он продолжал внимательно всматриваться в карту и постукивал пальцами по полу.

— Так, ладно, — хлопнул в ладоши я и поднялся на ноги. — На сегодня достаточно головоломок. Предлагаю разобрать трофеи. Можете взять любые вещи, которые вам понадобятся, остальные я продам и разделю доли на весь отряд.

Я смотрел на сидящий вокруг отряд, но никто не спешил лезть в сумки и мешки. Тогда я подошёл к одному из мешков и вытащил оттуда самый целый и наточенный нож из тех, что мы забрали. Я повертел его в руке, проверяя баланс.

— Это не произведение мастеров Хайлэнда, но на первое время сгодится, — сказал я и протянул нож Айрис рукоятью вперёд. — Вместе с кирасой будешь выглядеть как настоящая валькирия.

Айрис сморщила нос то ли от воспоминания о кожаной броне, которую она сейчас не носила, то ли от аналогии с самым свирепым боевым отрядом Церкви.

— Спасибо, — всё же после небольшой паузы она приняла нож.

— Я заберу одну из кольчуг, — обратился ко всем я. — Ты когда-нибудь носил кольчуги, Лазарь?

Вторая часть вопроса была адресована бывшему клирику.

— Не доводилось, — быстро ответил он. — Я бы предпочёл не нагружать себя лишним вес…

— Рубаха и плащ — это несерьёзно, — прервал его я. — Вторая кольчуга короткая и на тебя не полезет, но если получится выручить за неё более-менее приличные деньги, подберу тебе броню покрепче.

Лазарь тяжело выдохнул и выглядел словно мученик, которого заставляют идти на великую жертву. Но, пока он не успел начать возражать, я ещё раз хлопнул в ладоши и подытожил:

— Решено! Мы с Бертраном отправляемся на рынок и, как только распродадим трофеи, займёмся закупкой.

Я на секунду задумался и понял, что и Лазарь, и Айрис несколько седмиц бегали от преследователей по лесу. Поэтому денег у них точно не было. Я достал из-за пазухи три серебряные монеты и произнёс:

— Пока задаток, каждому по серебряку. Остальное распределим после рынка.

Лазарь и Айрис приняли деньги без особых эмоций, а вот Бертран заметно улыбнулся.

— Спасибо, командир! — сказал он и поднялся на ноги. — Ну что, выдвигаемся?

Глава 3

Кузня уже работала, когда мы свернули на главную улицу. Глубокий размеренный лязг достиг нас за полквартала, и я использовал его для навигации, не опираясь на ориентиры Бертрана. Первые торговцы уже обустраивались на рынке, а запах свежеиспечённого хлеба из печи смешивался с запахом калёного железа и угля из кузни.

Мы вышли из-за поворота, и я увидел перед собой настоящую мастерскую: не просто лоток или переносной шатёр, а крепкое каменное здание с закопчёнными сажей стенами и дверью, открытой настежь.

Мы были нагружены сумками с вещами, самой ценной из которых для меня была слегка подбитая кольчуга. Едва мы подошли к двери, как из здания вышла коренастая женщина лет за сорок, невысокая и с широкими плечами и остатками копоти на лице. У меня не возникло никаких сомнений в том, что она долгое время работала в кузне.

— Доброго дня вам, — поприветствовала она нас раскатистым басом. — Неужто в кои-то веки мне клиента привёл?

Последняя часть фразы была адресована Бертрану. Бывший стражник тут же распрямил плечи и довольным голосом произнёс:

— А как же! К тебе очередь за полверсты, даже не знаю, за работу хоть возьмёшься или нет.

Хотя никакой очереди перед кузней не было, в то, что местный мастер пользовалась большим спросом как для деревенских, так и для солдат барона, верилось охотно.

— Коль работа интересная, чего же не взяться, — улыбнулась женщина.

— У нас есть подбитая кольчуга, которую нужно подлатать, — вступил в разговор я.

Мастер оглядела меня с головы до ног, остановив особое внимание на перевязях с оружием и на сумках с трофеями, которые мы тащили на себе. Она махнула рукой, приглашая в лавку:

— Ну пойдём, покажешь свою кольчугу.

Мы вошли внутрь. Мастер подвела нас к столу, и я выложил на стол одну из кольчуг, ту, что по виду подходила мне по размеру. Мастер перебрала пальцами звенья и подняла доспех перед собой, внимательно всматриваясь в него. Всего через несколько мгновений она была готова вынести вердикт.

— Ковал её мастер хороший, — с уважением в голосе сказала она. — Да вот только латали её уже до меня. Вот тут, в плечах, целая секция сменяна, ещё и непонятно из какого железа. А тут кольца растянулись под нагрузкой.

Она слегка наклонила голову, оценивая воротник кольчуги.

— Ну хоть тут всё в порядке, — кивнула она и посмотрела на меня. — Размер и правда твой, солдатик, но работа тут есть, и немалая. Возьму четыре серебряка, это самая низкая цена по рынку.

Она опустила кольчугу на стол и обернулась к нам. Ещё до того, как я успел согласиться, мастер хитро прищурилась и произнесла:

— Хотя есть вариант, чтоб цену сбить маленько.

Бертран тяжело выдохнул и ответил:

— Окстись, Ефросинья, я целый день от твоей хреновухи отходил, — сказал он и покосился в мою сторону. — Да и командира одного больше не оставлю. У вас тут совсем проходной двор стал за те зимы, что я не захаживал.

Мастер улыбнулась и пожала плечами.

— Я ж тебя пить не заставляю. Да знаю чать, что в Бракмуре тебя не удержишь. Наведайся перед уходом, а я с вас три серебряка возьму по старой дружбе.

Бертран слегка кивнул мне, обозначив сигналом, что цена справедливая.

— У нас ещё есть дела в Бракмуре, — сказал я. — Так что отправлю его к вам на днях, если ничего серьёзного не случится.

— Добро, — мастер протянула мне руку, и я её крепко пожал. — Заходи денька через два, и всё будет сделано в лучшем виде. Ты мне лучше скажи ещё, что у вас там за оружие с собой…

Едва я успел передать задаток за работу с кольчугой, как мастер полезла разглядывать оружие, которое мы забрали после боя в лагере культа, и наткнулась на ещё одну кольчугу, покороче и поменьше.

Она внимательно осмотрела тесаки, ножи и наконечник копья, на удивление хорошо сохранившиеся в лесу. Чаще всего она цокала и качала головой, но один из тесаков привлёк её внимание, и она повертела его в руке. Кольчугу мастер разложила рядом с той, что взяла на починку.

— С этой проблем не оберёшься, — подытожила она. — Да и железо не больно крепкое, не чета той, что ты на починку оставил.

Мастер вернула оружие на стол и оглядела оружие и доспех критическим взглядом.

— Кой-чего тут вполне рабочий инструмент, — обратилась она ко мне. — А кой-чего сгодится на переплавку. Пока шахта баронская закрыта, выбирать не приходится. Дам на пять медных больше, чем Яков.

Её заключительный комментарий был обращён к Бертрану. Тот почесал бакенбарды и призадумался.

— Откуда ты знаешь, что там по ценам у Якова? — спросил он.

Мастер фыркнула и покачала головой.

— Этот старый хрен теперь ведёт этот… как егой… боггалтерскую книжку, вот. Да записывает всё туда постоянно. Ну и дал мне её полистать на днях, так что я вас ценой не обижу.

Бертран выразительно моргнул глазами, подавая очередной сигнал, на что мастер от души рассмеялась.

— Да ты глазами-то не моргай, Берт. Я чать не с шилом в заднице, как Савва. Со своих драть три шкуры не буду.

Итог вышел в двенадцать серебряных монет и горсть меди. Мастер в очередной раз пожала мне руку и проводила нас до дверей.

— Про обещания не забудь, дурная голова, — наставила она Бертрана перед уходом.

— И тебе не хворать, — ответил ей бывший стражник.

Мы вышли на улицу, и в лицо ударил прохладный ветер. Несмотря на открытые двери и ставни, внутри кузни было жарко.

— Славная женщина, — произнёс я, когда мы немного отошли от мастерской.

— Свояченица моя, — хмыкнул Бертран и поправил заметно опустевшую сумку на плече. — Сослали в Предел за то, что особо дерзкому клиенту голову разбила.

— Не знал, что ты женат, — отметил я. — С такой сестрой даже представить не могу, какая у тебя жена.

— Да нет её уже, — махнул рукой Бертран, и от неудобной темы нас прервал шум рынка, до которого мы дошли.

Вокруг бегали мальчонки, предлагая выпечку и квас, а торговцы зазывали покупателей. Бертран легко огибал ребятню и особо дерзких торговцев, и вскоре мы оказались на северной стороне. Мы остановились перед высокой палаткой с холщовым навесом, залатанным настолько сильно, что было понятно, что он пережил уже не один сезон. Под навесом стояли ящики и бочки, а на небольшом деревянном столике сидел тощий невысокий мужичок в тонких очках на верёвочке, одна из линз которых была треснутой. Рядом с ним на коробке сидел высокий крепкий детина, чьё серьёзное устрашающее лицо расплылось в детской улыбке, едва он заметил Бертрана.

— Бать, дядя Берт пришёл! — громко воскрикнул он и резво вскочил на ноги, за считаное мгновение оказавшись перед нами.

— Ну ты и вымахал, Вольт, — улыбнулся Бертран и похлопал по плечу возвышавшуюся над ним на две головы фигуру Вольта. — Это Кир. Я сейчас в его отряде хожу.

Бертран представил меня, и я протянул руку Вольту. Тот крепко её пожал и выпалил:

— Вы наёмник, выходит? Или на службе у дяди Остапа? Или с контрактом к дяде Якову воротились…

— Перестань добрых людей шугать, — строго произнёс Яков и поднял глаза от толстенной книги, лежавшей перед ним на столе. — Вы по делу али как?

— А я что, я ж ничего, — отпрянул Вольт и устроился обратно на ящике, от чего тот заскрипел под ним.

Мы подошли ближе, и я обратился к Якову:

— По делу. Последняя охота выдалась трофейной. Мы хотим, чтобы ты взглянул на товары.

Услышав о трофеях, Яков несколько раз пролистнул книгу, хотя его старческие пальцы переворачивали страницы уже с большим трудом. Он поднял трость, приставленную к столу, снял очки, повисшие у него на груди на верёвочке, и отошёл к ящикам. При каждом шаге он тяжело опирался на трость.

— Ну выкладывайте, чего у вас есть, — сказал он и показал рукой на целый ряд ящиков, накрытых широким куском ткани, и предложил разложить товары на ней.

Мы с Бертраном ловко опустошили сумки и мешки, и моё уставшее за время сражения тело меня тут же отблагодарило. Дышать стало легче, а напряжение спины и поясницы потихоньку уходило.

— Ну дела-а-а, — с заметным энтузиазмом выдохнул Яков и начал осторожно осматривать трофеи.

Он внимательно рассматривал клыки, когти и рога осквернённых зверей, части пригодных шкур и оставшиеся трофеи с культистов. При этом во время работы двигался он без трости и достаточно ловко для своего возраста. Он достал откуда-то из-за ящиков весы и взвесил часть товаров, а затем поднял трость и медленно направился обратно к столу.

— Будет завтра дождь, — сказал он себе под нос, опустившись на стул и прислонив трость рядом. — Как пить дать, будет.

Яков открыл пустую страницу и аккуратным почерком начал вносить записи. Несколько раз он осторожно перелистывал страницы назад, с чем-то сверялся и утвердительно кивал, после чего возвращался к списку. Бертран его не торопил.

— Вот, поглядите, — наконец закончил список Яков.

Я подошёл к столу и развернул тяжеленный талмуд в нашу сторону. Пробежался по описи, перечисляющий принесённые нами товары, цены за них и короткие пометки, которые указывали на изменение цены. Мне было понятно, что разница между числами Якова и Саввы была колоссальной. Особенно учитывая, что в прошлый раз мы продавали части редкой Химеры, а в этот раз значительная часть трофеев со зверей была негодной из-за скверны. Яков явно внёс пометку об этом для части трофеев из списка. В итоге вышло чуть больше четырнадцати серебряков.

— Хорошая цена, — кивнул я, развернул тяжеленный талмуд обратно к нему и протянул руку. — По рукам.

Яков довольно улыбнулся, пожал мою руку и произнёс:

— Других не предлагаем.

Он отсчитал монеты аккуратными стопками и подвинул их через стол. Я забрал монеты и махнул рукой Вольту на прощание.

— Хорошей охоты! — громко попрощался с нами Вольт.

Бертран кивнул, и мы покинули торговца.

— Больше чем в два раза, — тяжело выдохнул я чуть поодаль от палатки Якова.

— Что больше чем в два раза? — не сразу понял Бертран.

— Савва дал в два раза меньше за лучшие трофеи, — объяснил я. — Надо будет поговорить с ним разок, как разберёмся с припасами.

— Добро, — согласился Бертран.

Продовольственный вопрос требовал решения прежде всего остального. Мы двинулись в ту часть рынка, где торговали припасами, и здесь Бертран чувствовал себя как рыба в воде. Он проверял вяленое мясо у одного торговца на ощупь, пробовал разносолы и разглядывал сухари. В итоге мы взяли еды на несколько дней пути, после чего отправились в сторону лотков с инструментами.

Без долгих поисков мы приобрели хороший точильный камень, а Бертран прибарахлился ещё и разными инструментами для починки обмундирования на скорую руку. У кожевенника двумя лотками дальше был ассортимент поясов и ножен в хорошем состоянии. Я описал размеры ножа, который дал утром Айрис, и торговец за несколько мгновений нашёл то, что было нужно: небольшие ножны из добротной кожи с хорошей строчкой и на завязке, позволявшей ещё немного подогнать их под размер клинка.

Я прошелся и по броне, которой можно было бы экипировать Лазаря, но глаз пока ни за что не зацепился. В целом, можно будет взять его с собой на рынок после того, как я выплачу каждому члену отряда его долю, чтобы не напортачить и не взять что-то, что его не устроит. А я почему-то был абсолютно уверен, что у Лазаря очень высокие требования к собственной броне и, если я возьму что-то без его ведома, эта вещь его практически точно не устроит.

Бертран никак не комментировал мои покупки, а я его. Постепенно наше движение по рынку привело нас к знакомой лавке на самой окраине. Это была лавка Саввы. Бертран посмотрел на вывеску, а затем перевёл взгляд на меня.

— Помощь нужна? — спросил он.

— Разберусь, — ответил я и зашагал к зданию.

Бертран дошёл со мной до входа, но затем прислонился к стене лавки и достал из-за пазухи полоску вяленого мяса. Пока бывший стражник начал жевать мясо, я толкнул дверь, и в нос первыми ударили благовония. Вот только в этот раз Савва не жёг их в медной чаше на прилавке. Так же, как и не было магических ламп, которые придавали витринам особое свечение.

Внутри в целом многое поменялось. Стекло витрины было разбито, сломанные деревянные ящики и столы валялись по всему торговому помещению, а чаша для благовоний, от которой всё ещё исходил лёгкий дымок, валялась где-то в углу. Единственным источником света в лавке на текущий момент было солнце, освещающее результаты явного побоища.

Самого Саввы в лавке не было.

— Хозяин! — громко позвал я. — У тебя клиенты.

Из двери за прилавком раздался шорох и торопливые шаги.

— Сегодня лавка закрыта, дорогой клиент. Я же точно запирал две… — Савва вошёл в комнату и оборвался на полуслове.

Он выглядел бледно, с синяками под глазами и перемотанной головой. Вместо богатого камзола на нём была рубаха попроще, одна рука висела на перевязи на шее.

— Ты посмел заявиться сюда после всего, что учинил? — тут же ощетинился Савва. — Посмотри, что ты сделал с моими товарами. Ты хоть представляешь, какие я понёс убытки?

Я улыбнулся. На это Савва прищурил свои поросячьи глазки и зашипел:

— Ах, тебе смешно! Посмотрим, как ты будешь смеяться, когда я всё расскажу Остапу. Ты и твоя чёртова девка устроили такой переполох из-за пары монет!

Я холодно рассмеялся и сделал несколько шагов к прилавку. Савва вздрогнул и отступил назад, прижавшись спиной к стене.

— Н-н-не надо! — воскликнул он, заикаясь.

— Мой дорогой торговец, — уже абсолютно серьёзно произнёс я. — Я не имею к этому никакого отношения.

На последней части фразы я многозначительно обвёл беспорядок в помещении рукой.

— Брешешь! — не поверил мне пухлый торгаш.

— Думай что хочешь, — пожал плечами я и пнул по пути ножку стола, мешавшую подойти к прилавку. — А Остап посмеётся над тобой ещё больше, чем я.

— Если это не ты, то…

Я видел, как шестерёнки в его щекастой голове закрутились с новой силой.

— Мы оба знаем, кому ты перешёл дорогу, — философски подметил я и провёл пальцем по уцелевшей части стекла.

Глаза торговца расширились, а лицо разгладилось, и он тут же выпалил:

— Ты ведь с ней не в ладах, наёмник. У меня для тебя есть самое выгодное предложение во всём Бракмуре!

— Такое же, как ты сделал мне в прошлый раз? — спросил я.

— Нет-нет-нет, Верея мне свидетель! Я тебя озолочу, если поможешь разобраться с… — он тяжело сглотнул и не осмелился произнести имя Марьи вслух.

— С чего ты взял, что мне нужно твоё золото? — поинтересовался я.

Савва чуть посмелел и отклеился от стены, хотя его руки всё ещё немного тряслись.

— Тогда артефакты. Или нет, кое-что ещё, — судорожно начал перечислять он. — Я дам тебе кое-что гораздо ценнее золота.

— Что же? — я постучал пальцами по краю прилавка.

Торгаш прищурился и подошёл совсем близко.

— Есть у меня в запасе один… мутаген, — шёпотом произнёс он и наклонился вперёд, будто боялся, что хоть кто-нибудь может нас услышать. — С ним ты сможешь получить навык осквернённого зверя. Ты же про таких уже слышал или даже видел их поди? Не без рисков, конечно. Но ты сильный воин и сможешь его обуздать, я это еще с нашей первой встречи понял. Ну так что, по рукам?

Я ещё раз огляделся вокруг. Разбитые витрины, сломанные столы, разбросанные повсюду вещи… И хитрое круглое лицо торгаша, от которого на душе становилось просто мерзко.

— Видишь ли, Савва, у нас с тобой есть три проблемы, — с усмешкой сказал я и загнул первый палец. — Для начала, я не служу богине жизни, чьим именем ты кощунственно клянёшься.

Вылезшая на лицо торговца улыбочка начала потихоньку сползать.

— Затем, — загнул я второй палец, — мне вообще не сдался твой мутаген.

Савва сглотнул и сцепил руки на толстенном животе, скрывая их дрожь.

— И наконец, — загнул я третий палец, — я всегда отдаю долги сполна.

Савва содрогнулся и маленькими шажочками попятился назад. Когда он врезался в стену, то ноги его подвели, и он тяжело опустился на пол.

— Не надо… — едва слышно пролепетал он.

Я резко развернулся и зашагал к выходу. Перед тем как окончательно закрыть дверь его лавки, я на прощание бросил:

— Удачи с Марьей!

И закрыл за собой дверь.

Завидев меня, Бертран быстро дожевал мясо, отряхнул руки и оторвался от стены.

— Ты быстро, командир, — произнёс он.

— Говорят, краткость — сестра таланта, — пожал плечами я.

— Чего только столичные не придумают, — усмехнулся Бертран и спросил, — Ну что, куда дальше?

— Вернёмся в таверну, — предложил я и потёр зудящее плечо. — Нужно рассчитаться с отрядом и ещё немного отдохнуть.

— Я только за, — ответил Бертран.

И мы двинулись к западному выходу с рынка. Несмотря на то, что день был неярмарочный, на рынке было достаточно много людей, из-за чего шли мы не особо быстро, и я лишний раз придерживал подсумок, в котором хранились все наши финансы. Когда в каком-то поселении действует Братство, осторожность не повредит. Хотя большую часть еды и остальных покупок нёс Бертран.

Мы подошли к самому выходу с рынка и решили обогнуть группу земледельцев, тащивших тяжёлые мешки и инструменты. Тёмная невысокая фигура незаметно отделилась от группы крестьян и слегка ударила меня в плечо. Я успел среагировать только в самый последний момент и схватить её за руку.

Это была щуплая девчонка, чьи дерзкие глаза смотрели на меня снизу вверх из-под капюшона.

— Она готова встретиться с тобой, — одними губами произнесла девушка.

Глава 4

Хрупкая на вид девушка поднялась на мысочки, чтобы я точно услышал ее фразу про готовность ее госпожи встретиться со мной. В том, что это была одна из девчонок Марьи, сомнений у меня не было.

— Сумку мою на место верни, — сказал я и крепче сжал её кисть.

Девушка хитро ухмыльнулась и протянула мне подсумок, который ловко сняла, пока я держал её за руку. Я перехватил свой подсумок и дёрнул её фигуру ближе к себе.

— За каждую монету, что я недосчитаюсь, — прошептал я у её уха, — ты недосчитаешься пальцев.

Девушка, часть лица которой закрывал капюшон, а часть тёмные растрёпанные волосы, облизнула губы и кивнула.

— Передай ей, что мы встретимся в полночь.

Девушка ещё раз кивнула, и я выпустил её запястье. Перед тем как раствориться в толпе, она широко улыбнулась и помахала мне рукой, на которой не хватало двух пальцев: мизинца и безымянного.

— Вот чертовка, — не смог сдержать усмешки я, когда она скрылась в глубине рынка.

— Твоя подруга? — произнёс подошедший Бертран.

— Не совсем, — покачал головой я и пристроил подсумок обратно на пояс. Судя по весу, монет в нём не убавилось. — Но у нашего отряда появились планы на сегодняшний вечер.

— Я так понимаю, ты не про попойку у Ефросиньи, да? — без особой надежды спросил Бертран.

— Верно, — кивнул я. — Хотя встреча будет с женщиной.

— Когда-нибудь твои женщины тебя до зла доведут, командир, — пробурчал Бертран и поудобнее перехватил ремень сумки.

Мне было на это ответить нечего. Поэтому мы покинули рынок и двинулись обратно к таверне. В Бракмуре был один из редких погожих деньков, и на улицах всё чаще можно было увидеть играющих детей и стариков, сидящих на крылечках домов и самодельных лавочках. Но такой умиротворяющий пейзаж не мог меня обмануть. Нас точно ожидала ещё одна опасная ночь.

Мы вернулись в «Угол» с едой и купленными вещами, распределили доли из платы Ефросиньи и Якова: в итоге личная доля каждого участника отряда составила чуть больше восьми серебряных монет, моя доля с учётом уже полученного остальными аванса равнялась девяти серебрякам, а ровно одну долю я выделил на отрядную кассу на наши общие расходы. Я решил не заморачиваться и не считать потраченное мной ранее в «Угле» или на рынке, в любом случае это наш первый совместный контракт и доли стоило распределить один-к-одному.

Я в общих чертах рассказал о случившемся на рынке отряду, и на оставшиеся дневные часы мы разошлись каждый по своим делам. Бертран занялся починкой снаряжения, пострадавшего в вылазке. Айрис получила от меня в подарок ножны для ножа, чтобы не носить его в руках, и тепло поблагодарила меня, после чего ушла из таверны. Я же устроился на кровати с чёткой мыслью, что тело всё ещё требовало отдыха после недавней тяжёлой схватки.

Мой покой лишь изредка нарушал Лазарь, который сидел на стуле у окна и разложил на подоконнике демонические части, которые он изучал. До меня доносилось то шипение, то резкий запах. Я решил проверить, какие условия выдала система, чтобы получить новый уровень в моей Ветви Развития.

До повышения уровня Пути Изгоя (Уровень 2 --> Уровень 3) необходимо выполнить следующие условия:

- Участников отряда с отрицательной репутацией: 4/5.

- Убито демонов: 0/3.

- Носителей уникальной Ветви Развития в отряде: 1/2.

- Текущий уровень: 4/6.

Выходит, четверых человек с негативной репутацией Системе мало. А кроме моей уникальной Ветви Развития, второй такой в отряде не было ни у кого. Впрочем, у Айрис была магия, а магия во многом сложно измерима и оттого не системна.

Не успел я обдумать, как и где можно выполнить условия на убийство демонов и как сложно будет найти еще одного участника в нашу команду, как уставший организм провалился в сон.

Где-то рядом, почти под ухом, раздался негромкий хлопок. Я подскочил на ноги и подхватил свой длинный меч. В воздухе витал едва заметный кислый аромат, а у окна, за которым на город уже опускался вечер, сидел и тряс обожжёнными руками Лазарь.

— Почти получилось, — спокойно произнёс он, реагируя на мой вопросительный взгляд.

Я убрал клинок в ножны и опустился на кровать, отгоняя остатки сна. Удивляться невозмутимости Лазаря я уже перестал.

— Что получилось? — спросил я и с трудом сдержал зевок.

— Я пытался получить реагент, — начал рассказывать Лазарь своим привычным быстрым тоном. — Это был последний, точнее заключительный, этап моего исследования, насколько вообще можно провести исследование в этом помещении.

— И какие результаты у твоего исследования? — уточнил я.

— Для этого лучше будет позвать остальных, — предложил Лазарь.

Я согласился и позвал Бертрана из общего зала, где он играл в кости с несколькими торговцами и явно увеличил свою долю с вылазки на добрый десяток медных монет. А затем постучался в комнату Айрис и пригласил и её. Она на секунду задержалась и принесла с собой небольшой свёрток, который положила рядом с собой.

Когда мы расселись у нас в комнате, Лазарь сказал:

— Я завершил анализ, который мог провести в имеющихся у нас условиях. Хочу рассказать, что обнаружил.

— Валяй, — ответил Бертран.

— Для начала я восстанавливал в чертогах разума воспоминания о местности, близкой к северной отметке на карте, которую мы нашли.

— В чертогах чего? — непонимающе переспросил Бертран.

— Разума, — односложно ответил Лазарь.

В комнате на несколько мгновений повисла тишина. Бертран ждал объяснений, а Лазарь как будто бы этого не понимал и думал, что одно слово было достаточным ответом.

— Это что-то вроде методики для запоминания вещей, — объяснил я и обратился к Лазарю. — Сейчас это не сильно важно. Продолжай.

Бывший клирик посмотрел на меня с заметным уважением и продолжил свой рассказ.

— Так вот, я порылся в своих воспоминаниях и сопоставил их с тем, что видел в закрытой секции Аббатства. Я уверен на шестьдесят процентов, что эта точка соответствует месту сильной концентрации магической энергии.

— Не сильно-то много, — пожал плечами Бертран.

— Более чем наполовину, — отреагировал Лазарь.

— Такие места не появляются просто так, — вступила в разговор Айрис. — Это может быть ритуальный объект, место давнего сражения или остатки божественного вмешательства.

— Я точно не знаю источника энергии, — признался Лазарь. — Да и записи велись сразу на двух языках: на редком диалекте Древнего и на ещё одном языке, который я видел впервые.

Я заметил, как Айрис слегка оживилась, когда услышала про это место. И решил спросить напрямую:

— Хочешь добраться до этого места? — уточнил я у неё. — Насколько я помню из рассказов других охотников на демонов, из тех что с магией, они готовы были купить информацию о подобных местах за баснословные деньги.

— В зависимости от причины появления, мы можем найти там как ценные артефакты, так и источник для усиления магии волшебника, — быстро объяснил Лазарь.

— И Аббатство просто так оставило подобное место? — спросил Бертран.

— Этого я не говорил, — покачал головой Лазарь. — Но в понятных мне записях не было ничего об источнике энергии или о том, как его защищают.

— Когда восстановимся, спланируем маршрут так, чтобы точно добраться до Аббатства, — решил я. — Ты лучше объясни, что там у тебя воняло кислотой и взрывалось?

В ответ на мой вопрос Лазарь немного поморщился.

— Я провёл достаточно полный анализ состава демонических частей, — сказал он.

— Насколько возможно в имеющихся у нас условиях? — с беззлобной усмешкой повторил более раннюю фразу Лазаря Бертран.

— Именно так, — не считал иронию Лазарь и продолжил говорить. — Я обнаружил химические ожоги на срезах как хвостового фрагмента, так и куска рога. По своему составу они совпадают с классом соединений, относящихся к скверне. Правда, оно отличается от того, что я наблюдал в изученных мною зверях в лесу.

— Как именно? — спросил я.

— Не могу сказать без должного оборудования, — пожал плечами Лазарь. — И не имею достаточно информации, чтобы строить гипотезы.

— Но… — произнёс я, явно ощутив, что Лазарь договаривает не всё.

— Но я вынужден признать, что один из элементов этого химического состава — это реагент, который во всей округе есть только у Аббатства.

— С чего ты так уверен? — поинтересовался Бертран.

— Потому что я сам его произвёл, — ответил Лазарь.

— И никто не мешал твоей работе в Аббатстве? — задал вопрос я.

— У меня было… как бы это лучше назвать… молчаливое согласие сэра Истафана.

При упоминании имени своего брата Айрис едва заметно вздрогнула и отвела взгляд в сторону.

— Выходит, что культ не просто проводил собственные опыты, но и имел доступ к наработкам Аббатства, — вслух проговорил я. — И это не говоря о том, что они каким-то образом обнаружили место с сильной магической энергией и вполне могли уже добраться до него через барьер, установленный аббатом и его клириками.

— Звучит дерьмово, — признал Бертран и разгладил бакенбарды.

— А демонические компоненты очень легко достать с границы, — закончил мысль я.

Мы несколько мгновений помолчали, переваривая полученную информацию. Затем Лазарь хлопнул себя по колену и произнёс:

— Забыл упомянуть. Останки принадлежат женской особи, вероятнее всего, достаточно молодой по демоническим меркам. — Он покрутил в руке небольшой кусочек рога, который он отколол во время работы. — Её раны соответствуют сроку в несколько седмиц. Но используемые составы всё ещё оставались активными в ткани на момент нанесения разрезов.

— И чего это значит? — спросил Бертран.

— Что она была жива, когда делали эти разрезы, — подытожил мысль я вместо Лазаря.

— Действительно так, — кивнул головой Лазарь и вернул кусочек рога на место. — Это все мои находки на текущий момент.

После рассказа Лазаря настрой у отряда был не ахти. Айрис смотрела в одну точку, а Бертран заметно хмурился.

— Ну ладно, — хлопнул в ладоши я. — Давайте разбираться с проблемами по мере их поступления. Нам точно стоит попасть в эту точку у Аббатства, как и заглянуть в сам Кримвальд. Но только после того, как я встречусь с Марьей, а мы достаточно снарядимся и отдохнём.

— Как же, отдохнёшь тут, — заворчал Бертран. — Страстей больше, чем за все мои зимы на Стене вместе взятые.

Я взглянул за окно, где стремительно смеркалось. И хотя Бертран был прав, мы всё же разошлись, и я направился в общий зал, чтобы перекусить. По пути в коридоре меня остановила Айрис.

— Это тебе, — сказала она и протянула мне небольшой свёрток, с которым сидела у нас в комнате.

Я развернул его и увидел небольшой амулет из круглых тёмных камушков с необычным фиолетовым отливом, явно магическим.

— Это твой цвет, — подметил я и надел амулет на шею. — Спасибо.

— Даже не спросишь, зачем он? — тихо спросила Айрис. — Может, я решила отравить тебя своей магией?

— Ну и ладно, — усмехнулся я. — Зато амулет красивый.

Щёки девушки едва заметно порозовели, и она без прощаний упорхнула в свою комнату. Вместе с этим я получил системное уведомление:

Ваш запас магической энергии незначительно увеличен.

— И никакая это не отрава, — тихо сказал я и пошёл в общий зал с намерением хорошенько поесть.

Когда я закончил трапезу и вернулся наверх, луна уже высоко поднялась в небе. Лазарь отдыхал после дневных экспериментов, и тревожить Айрис я тоже не стал. Но на крайний случай дойти со мной до кожевенной мастерской согласился Бертран.

— С этой Марьи станется, — пробурчал он. — А без тебя я ни в какие магические места не полезу.

И мы вместе отправились в сторону мастерской на восточной окраине деревни. Когда мы подошли ближе, в нос ударил запах дубильных химикатов, а в самом здании, как в прошлый раз, казалось бы, совсем не было людей.

Только в отличие от прошлого раза сейчас в одном из окошек мастерской горел свет.

— Если провозишься слишком долго, буду брать это здание штурмом, — усмехнулся Бертран.

— Боюсь, Марья нам этого не простит, — улыбнулся его шутке я.

Мы недолго понаблюдали за зданием, скорее для собственного успокоения. Затем я пересёк улицу и без стука отворил дверь.

В этот раз Марья стояла, облокотившись на стену, и значительную часть помещения освещала магическая лампа. На ней был приталенный охотничий костюм из кожи, под которым в этот раз была рубаха с глубоким вырезом.

— Кассиан, — повернула голову Марья и поприветствовала меня.

Как и в прошлый раз, она говорила не «Кир», а назвала моё настоящее имя. Я закрыл за собой дверь и сделал несколько шагов вперёд. Несмотря на свет лампы, кожевенная мастерская в этот час была пуста и всё ещё оставалась полутёмной. В воздухе висел запах ремесла, которым здесь занимались до нашей встречи.

— Марья, — кивнул я.

Она оторвалась от стены, села на край стола и закинула ногу на ногу. Теперь свет шёл из-за её спины и оставлял лицо в тени.

— Ты не очень спешил с ответом, — покачала она головой.

— Было чем заняться в последние несколько дней, — пожал плечами я.

— И чем же таким важным ты был занят? — в полутьме её глаза сверкнули.

— Где-то кого-то убил, — ухмыльнулся я. — Где-то что-то узнал. Ничего особенного.

Когда я заговорил об информации, Марья облизнула губы.

— Ты был в Сером лесу, — произнесла она. — Увидел что-то, о чём мне стоит знать?

— Может быть, да… — протянул я.

Я отошёл к стене и прислонился на то же место, где раньше стояла она. Отсюда открывался хороший вид на улицу снаружи, но наблюдателя внутри было сложно заметить.

— …А может быть, нет.

— Если ты не готов делиться информацией, то зачем пришёл? — спросила Марья.

— Может, полюбоваться пришёл?

Марья глухо рассмеялась и откинулась на стол, отчего черты её фигуры в освещении лампы выглядели будоражащими.

— Ну так любуйся, — с вызовом произнесла она.

Я не стал стесняться и с удовольствием разглядел её открытую шею, линии ключиц и груди в разрезе рубахи и полные бёдра, обтянутые тонкими кожаными штанами.

— Может, просто соблазнишься и станешь моим мужчиной? — игриво предложила она. — Такой человек, как ты, мне вполне по нраву…

В этот раз усмехнулся уже я. Несмотря на то, что внешний вид Марьи будоражил кровь, она была одной из лидеров местной ячейки Братства. У меня недостаточно силы и власти, чтобы лезть в постель с кем-то вроде неё. Пока недостаточно.

— Это будет слишком просто, — покачал головой я. — Так что давай закончим игры и перейдём к делу.

Марья тут же выпрямилась и спрыгнула со стола.

— К делу так к делу, — произнесла она.

Марья подошла ближе, облокотившись на ту же стену в паре шагов от меня. От неё пахло лесом и сталью, а не кожей, хоть мы и были в мастерской.

— Твои люди не вернутся из Серого леса, — серьёзно произнёс я. — Группа фанатиков устроила там логово и выманивала или похищала скот и людей из соседних деревень. Так что твои бойцы скорее всего уже мертвы.

Марья едва слышно выдохнула и кивнула головой.

— Ты ведь и так догадывалась об этом? — спросил я.

Марья повернула голову ко мне, и её тёмные глаза впились в мои.

— Определённость дорого стоит, — тихо сказала она. — Особенно в Пределе.

В этот раз её волосы не были убраны в хвост, а падали вниз и покрывали уши и плечи.

— Надо полагать, цепной пёс короля прикончил всех фанатиков? — уточнила она, не отрывая взгляд.

— В этом вопросе нет определённости, — улыбнулся я. — Но большую часть мы точно прикончили.

Марья повернулась к окну и замолчала. Некоторое время мы просто смотрели на тёмную тихую улицу Бракмура.

— Я поставила одного из людей наблюдать за лесом, — прошептала Марья. — Волшебника с магией льда. Не встречал такого на своём пути?

— Это была девушка. — утвердительно произнес я.

Марья не ответила. Она выдохнула и выругалась сквозь зубы на малознакомом мне языке. Я точно где-то его слышал раньше, но никак не мог вспомнить где.

Она без слов поняла, что отправленная к границе леса ведьма мертва. Рассказывать ей о том, что тело этой ведьмы захватила Иеремия, я не спешил.

— В Шторрен-форте есть один торговец, — произнесла она наконец. — У него особые политические связи с вольным бароном, который использует торговца как тайного информатора. Братство не может востребовать с него определённые долги, потому что тронуть его означает затронуть интересы барона.

Марья сложила руки на груди.

— При нынешнем раскладе сил в вольных баронствах он полезен людям значительно выше моего уровня, — добавила она.

— Зачем ты мне об этом рассказываешь? — уточнил я.

— Потому что вы с ним столкнётесь, — твёрдо сказала Марья. — И когда это случится, тебе лучше знать, с кем ты имеешь дело. Иначе последствия будут…

Она сделала совсем короткую паузу.

— …губительными. И для тебя, и для твоего отряда.

Надо полагать, что в ответ на определённую информацию с моей стороны она ответила определёнными сведениями со своей. Хотя мы оба не обменялись деталями, каждый из нас дал другому достаточно, чтобы не действовать вслепую.

— Есть ещё кое-что, — сказал я. — Мой отряд не смог вынести из леса всё захваченное нами снаряжение.

— О чём именно речь? — деловито спросила Марья.

Я в общих чертах перечислил, что именно из снаряжения мы припрятали в схроне. Марья подумала, покачала головой и сказала:

— Не слишком густо как для бывшего Героя.

— Но достаточно, чтобы заинтересовать местного лидера Братства, — парировал я.

Марья оторвалась от стены и вернулась к столу. Ловкими движениями она вытащила из ящика небольшой лист пергамента и развернула его перед собой.

— Чего ты ждёшь? — спросила она, не поворачиваясь. — Подходи, я не кусаюсь.

Я подошёл ближе и остановился рядом с ней у стола. На пергаменте была начерчена грубая карта округи Бракмура, но без каких-либо иных пометок.

— Если укажешь место своего схрона, я замолвлю за тебя словечко перед оружейником Шторрен-форта, — сказала она и поправила волосы, прикрыв ими уши, пока почти всё моё внимание было направлено на карту.

— До Шторрен-форта ещё добраться нужно, — задумчиво произнёс я. — Я уверен в том, что когда-нибудь нас судьба занесёт и туда, но не хотел бы спешить.

— Судьба занесёт тебя туда быстрее, чем ты думаешь, — многозначительно произнесла она и указала пальцем на несколько точек на карте по очереди. — Здесь находится Аббатство, здесь Хольц. А тут ручей, у которого я оставила своего волшебника.

Её тонкие пальцы были покрыты ссадинами и шрамами. Как у человека, который всю свою жизнь провёл в тренировках и сражениях. Хотя даже несмотря на шрамы, её фигура и лицо говорили о том, что она слишком молода, чтобы быть опытным солдатом.

Информация о местонахождении ручья мне помогла, и я быстро оценил, где примерно мог пройти наш первый бой в Сером лесу.

— Здесь находится вырубка, — я взял её руку и провёл в сторону, остановив её на том месте, где мы сражались с девяткой культистов.

Марья не сопротивлялась. Её рука была тёплой на ощупь.

— Мы оставили метку на высоком тёмном дереве, у северного края поляны, — произнёс я, не убирая руку. — Когда твои люди найдут схрон и оценят снаряжение, пошли весть оружейнику в Шторрен-форт. Думаю, к тому времени мы вполне можем покинуть Бракмур.

Марья подняла на меня глаза и облизала губы.

— Всё-таки соблазнился? — с едкой ухмылкой спросила она.

— Ага, щас, — улыбнулся я и убрал руку. — Лучше сделай так, чтобы оружейник выплатил за схрон сполна. И чтобы он сделал это как можно быстрее.

Ухмылка Марьи перетекла в искреннюю улыбку, от которой на её щеках проступили ямочки.

— Ах, тебе не стоит заботиться о скорости, дорогой Кассиан, — сказала она, как будто это была лучшая шутка дня. — Такие вещи происходят достаточно быстро сами собой.

Я молча развернулся и направился к выходу. Уже у самой двери Марья окликнула меня:

— Даже не спросишь, что случилось с Саввой?

Я на мгновение остановился и повернул голову. Марья облокотилась на стол и чуть склонила голову набок, ожидая моей реакции.

— Он не выполнил условия соглашения, — спокойно ответил я и нашёл в памяти фразу, которую когда-то давно внёс в первый свод правил Братства. — Око за око. Зуб за зуб.

Улыбка тут же сошла с лица Марьи. Я же покинул мастерскую и захлопнул за собой дверь. Её реакция могла показаться странной любому, но не мне. Ведь я знаю, что такой пословицы в этом мире никогда не существовало. Ровно до тех пор, пока я вместе с бандой молодых негодяев не записал ее на бумагу. И было это, кажется, уже чертовски давно.

Бертран всё ещё ждал меня на углу. Он не особо прятался, но внимательно поглядывал на окно мастерской и на дверь. Завидев меня, он тут же выпрямился, и мы вместе зашагали прочь от кожевенной.

— Ну как? — спросил он после короткой паузы.

— Очень продуктивно.

— Нет, ну это понятно, — усмехнулся Бертран. — С Марьей по-другому и не бывает. Но ты хоть подробнее-то растолкуй.

Пока мы добирались до «Угла», я в общих чертах рассказал ему всё, что узнал от Марьи. Вокруг было темно, и тишину периодически нарушал лай собак и разговоры ночных стражников. Рыночная площадь пустовала, а где-то совсем рядом стучала на ветру чья-то ставня.

— Ох, не доведут они тебя до добра, Кассиан, — вполголоса пробурчал Бертран, когда мы подходили к таверне. — Помяни моё слово.

— Кто? — не совсем понял его я.

В ответ Бертран лишь махнул рукой, а его лицо изобразило гримасу вселенского разочарования. На этом моменте мы вошли в «Угол» и поднялись наверх. Лазарь уже свернулся калачиком на полу и спал. Похоже, дневные исследования сильно его утомили.

— Пойду поговорю с Айрис, — шёпотом предупредил Бертрана я.

В ответ он кивнул и устроился на своей кровати. Он также явно намеревался отдохнуть после тяжёлого дня.

Я вышел в коридор, запер дверь и подошёл к соседней комнате. Едва я занёс руку, чтобы постучать, как дверь отворилась, и Айрис впустила меня внутрь.

— Как ты поняла, что я рядом? — с интересом спросил я, пока Айрис запирала дверь.

— А ты как думаешь? — уклонилась от ответа волшебница.

Я присел на край её кровати, и Айрис устроилась рядом. Мне показалось, что амулет из камней давал чуть больше магической энергии, чем ближе я к ней находился.

— Хочу рассказать тебе кое-что, — начал я издалека.

— Насчёт Иеремии? — опередила меня Айрис и продолжила, ответив на мой невысказанный вопрос. — С момента сражения с ней ты немного… Не знаю. Сложно объяснить.

Она повернулась ко мне, и в полумраке комнаты, освещённые лунным светом, её лавандовые глаза затрепетали.

— Я знаю, чего хочет Иеремия, — произнесла она. — Я поняла это ещё в бою. То, как она смотрела на меня… Что говорила… В какой-то момент мне показалось, что я могу слышать её голос у себя в голове.

— Разве у волшебников нет внутреннего барьера, который защищает от ментальной магии? — уточнил я.

— В том-то и дело, что её магия проникла сквозь барьер, — с лёгкой горькой нотой ответила Айрис.

Я рассказал ей про своё видение на поле боя. Про то, как Иеремия приняла её облик после сражения и пыталась достучаться до меня. Про Гедеона я умолчал.

— Если она смогла залезть к тебе в голову, у нас проблемы посерьёзнее, чем я думала, — тут же насупилась Айрис.

— Это из-за навыка, — успокоил её я. — Ко мне в голову она не лезла.

— Всё равно, мне кажется, что…

Тут со стороны двери раздался стук тяжёлых сапог, а затем кто-то требовательно застучал уже в дверь. Я резко подскочил на ноги и мягко шагнул к двери, на ходу поправляя ножны. Требовательный стук повторился.

Я приоткрыл дверь и увидел двух солдат в тёмно-зелёных бригантинах и крепких кожаных шлемах. Оба были хорошо вооружены.

Солдат слева заговорил заученную фразу ровным голосом:

— По приказу барона Шторрена, вы и ваш отряд должны сопроводить нас в Шторрен-форт. И сделать это немедленно.

Я убрал руку с клинка и бросил быстрый взгляд через плечо солдат. За их спинами стоял Райнер с кислым лицом и смотрел куда-то в одну точку на стене.

— Нам понадобится время, чтобы собрать вещи, — ответил я. — Хотя бы двадцать минут.

— Считать по минутам не учён, — строго ответил солдат. — Если не появитесь внизу через четверть свечи, именем барона вы будете объявлены вне закона!

Глава 5

— Готовы, — произнёс я, когда мы спустились вниз.

В зале таверны было пусто, а хозяин вместо протирания кружки стоял, сложив руки за спиной, и подозрительно косился на нас и на людей барона.

Сборы заняли меньше времени, чем четверть свечи. Лазарь плотно завернул демонические останки в тряпку и спрятал за пазухой. Вещей у него было меньше всего, если не считать Айрис, которая всегда двигалась налегке, даже с учетом новенькой кирасы.

Бертран нёс сумку со своим снаряжением, которую, несмотря на спешку, опрятно и быстро отсортировал. Было видно, что за годы службы в Утёсе Ветров он снимался с лагеря и в худших располагающих условиях. Кроме моего подсумка на поясе, у меня теперь тоже была холщовая сумка с ремнём, переброшенным через плечо. Гамбезон я успел почистить еще днем, и он сидел плотно. Жаль только, что мы не успели забрать кольчугу у Ефросиньи.

Солдат оглядел нашу четвёрку с ног до головы.

— Следуйте за мной, — ответил он и пошёл к выходу.

Мы двинулись следом. «Угол» оставался позади нас, я уверен, что в скором времени тихий главный зал с приглушённым огнём и задвинутыми стульями снова наполнится посетителями.

На улице стояло пятеро человек, одетых примерно в тех же цветах, что и ожидавший нас солдат. Райнер уже был верхом на лошади на самом краю освещённой площадки перед таверной. У обочины нас ждала добротная крепкая телега, запряжённая тягловыми лошадьми. Похоже, что быстрые баронские лошади, которых солдаты держали под уздцы, нам были не положены.

— Грузитесь в телегу, — решительно скомандовал солдат и забрался на козлы. — Нечего заставлять барона Шторрена ждать.

Бертран дождался моего кивка и залез внутрь с абсолютно невозмутимым видом человека, ездившего на худшем транспорте и в худшие места. Я забрался следующим и подал руку Айрис. Лазарь с профессиональным интересом окинул взглядом повозку, но всё же забрался в неё последним.

Телега тронулась по тёмным ночным улицам Бракмура. Кузница безмолвствовала, и нас сопровождал лишь стук и фырканье коней. Всего в нашем конвое было пять солдат барона верхом, шестой вел телегу, и Райнер. Некоторые жители выглядывали в окна и сопровождали нас взглядами, а кто-то наоборот поплотнее захлопывал ставни, завидев людей барона. Но факт их приезда в Бракмур отныне стал известным для всех, у кого были глаза и уши.

Вскоре мы миновали и часовых, и частокол, и невысокую башенку. И выехали на дорогу, ведущую на север. Серый лес тянулся на востоке, а по левую сторону от нас расположилась равнина с видимыми холмами и пиками гор где-то далеко на фоне ночного неба. Луна уже взошла над головой, и холодная ночь не была такой тёмной.

Интересно, сколько всего людей у барона, если он решил направить шестерых хорошо вооружённых бойцов в Бракмур, да ещё и выдернуть отсюда Райнера, правую руку Остапа. Ведь каждый человек в этом конвое — это на одного человека меньше для борьбы с Анклавом. Впрочем, думаю, что вскоре мы узнаем ответ на этот вопрос.

Дорога на Шторрен-форт шла примерно на север и иногда виляла на северо-запад. Колёса телеги мерно постукивали, и каждый из нас коротал время как мог.

Лазарь разглядывал небольшие клочки бумаг, на которых он, видимо, вёл записи по своим исследованиям. Было удивительно, что он хоть что-то мог разглядеть под светом луны. Бертран смотрел в сторону равнины, внимательно вглядываясь в местность. Айрис также глядела на горы на горизонте.

Чем дальше мы двигались от Бракмура, тем светлее становилось, и вскоре и вовсе настал рассвет. Серый лес остался далеко позади и превратился в небольшую тёмную полоску на востоке. Вокруг гулял ветер, и по краям дороги изредка встречались овраги и заросли высокой травы.

— Я никогда не была так далеко к западу от Стены, — тихо произнесла сидевшая рядом Айрис.

— Какие-то новые ощущения? — шёпотом спросил я.

Айрис повела плечом и не спешила отвечать. Я слегка сжал её ладонь, и девушка повернула ко мне свои фиалковые глаза.

— Стена казалась мне высокой и крепкой, — едва слышно сказала она. — Теперь я в этом не так уверена.

Через несколько часов пути дорога вновь выровнялась и почти напрямую повела на север. Лошадь Райнера поравнялась с телегой, хотя смотрел Райнер не на нас, а строго вперёд.

— Остап не знал об этом до сегодняшнего дня, — произнёс он, и стук копыт его коня заглушил звук для солдат впереди.

— И что, я теперь должен плясать от радости? — усмехнулся я.

Райнер цокнул языком и тут же отъехал от телеги. Мне и так было понятно, что приказ шёл строго сверху. Но ситуация от этого легче не становилась.

Солдаты барона окружали телегу, но держались на небольшом расстоянии. Они часто косились на нас, но никто из них так и не тронул наше оружие. Впрочем, обнажать его я не спешил. Напасть на людей барона в этих землях означало сразу же стать вне закона. Не говоря о том, что для начала нужно их ещё одолеть, а я был не уверен, что это получится у нас без потерь.

Когда солнце высоко взошло в небо, на горизонте показался Шторрен-форт.

Чем ближе мы подъезжали, тем отчётливее было видно невысокие стены из добротного камня. Вот только они были старыми настолько, что камень заметно потрескался и выветрился почти по всей площади стен. А два участка и вовсе были не каменными: вместо бледно-серого камня их залатали брёвнами, досками и глиной. Впрочем, было не похоже, что на крепость нападали совсем недавно, а значит, повреждения были не свежими. Как и ремонт.

По дороге нам стали попадаться патрули, которых на равнинах почти не было, а ближе к крепости ещё и несколько гружёных осликов торговцев и телег со снаряжением и солдатами. Одна из таких телег везла четверых раненых солдат, заметно потрёпанных в недавней стычке.

Ворота крепости были открыты. Мы проехали мимо конюшни и попали внутрь. Дежурившие у входа дозорные лишь мельком глянули на возглавлявшего нашу процессию солдата, а вот на нас смотрели с гораздо большей опаской и любопытством.

Всё пространство внутри крепости было широкой ровной утрамбованной площадкой. Откуда-то раздавались удары молота, явно из местной кузни, а затем мы проехали мимо складов и нескольких зданий с котлами и печами, скорее всего местной кухней. На мой невысказанный вопрос о том, как можно было утрамбовать землю так сильно, ответила группа солдат, которая маршировала от плаца до кухни.

И хотя выглядели они как заправские головорезы, они двигались организованной группой, и у них даже более-менее получалось маршировать. Хотя до совершенства было еще далеко. И всё же даже со стороны было видно, что гарнизон в крепости был небольшим. По крайней мере, этот форт мог бы вместить ещё значительное число людей.

С нами больше никто не говорил. Солдаты остановили нас у приземистого двухэтажного здания, сложенного из того же камня, что и стены. Они спешились, и было видно, как каждый из них стал даже спину держать прямее по сравнению с Бракмуром.

— Знатно их тут гоняют, — отметил Бертран, когда мы слезли с телеги.

— Пожалуй, ты прав, — кивнул я и подал руку Айрис, помогая ей спуститься на землю.

Вся сцена чем-то напоминала мне прибытие в Предел. Разве что в этот раз Айрис приняла мою руку без особых раздумий, да ждала нас не безликая угроза Предела, а самый настоящий местный барон. Если он, конечно, ещё захочет с нами говорить.

Нас провели внутрь главного здания по длинному коридору. Райнер отделился от отряда где-то по пути. А затем мы оказались в небольшой комнате со скамьями и пустыми ящиками. Замка на двери не было, но это было единственным, что отличало комнатушку от камеры.

— Ожидайте, — буркнул солдат. — Вас вызовут.

Он закрыл за нами дверь. Но, судя по отсутствию звуков шагов, он и его напарник остались охранять дверь снаружи.

Бертран размял затёкшие ноги и сел на скамью.

— Ну, бывало и хуже, — подметил он.

Я осмотрел комнату и увидел, что на небольшом столике в углу стояла длинная деревянная тарелка с нарезанным хлебом, а рядом с ней кувшин и четыре глиняных стакана.

Мы с Айрис устроились на скамье рядом, а Лазарь медленно прошёлся по всей комнате, разглядывая стены. Внутри было достаточно светло из-за нескольких маленьких окон под потолком, через которые пробивался дневной свет.

— Чего ты там разглядываешь? — поинтересовался Бертран и потянулся к кувшину.

— Ты не поймёшь, — отмахнулся от него Лазарь.

Бертран покачал головой и разлил напиток из кувшина по кружкам.

— Если бы они хотели нас прихлопнуть, травить бы не стали, верно? — он вопросительно взглянул на меня и принюхался к стакану. — На запах вроде вода.

Я пожал плечами и ответил:

— Да кто его знает, Берт. Думаю, если бы барон хотел нас убить, то для начала посадил бы нас за решётку.

— А это прям не решётка… — пробурчал Бертран и сделал осторожный глоток. — И вправду вода.

Он взял два куска хлеба и принялся активно жевать, запивая их водой. На осуждающий взгляд Айрис Бертран слегка поморщился:

— Ну а чего добру пропадать? Они же его все равно на нас выделили.

На этот вопрос контраргумента у Айрис не оказалось.

Я прикинул в памяти, сколько солдат я успел насчитать по пути. Около двух дюжин было в патрулях, дозорах и на стенах, включая сопровождавших нас людей. На кухне мог быть ещё десяток. Несколько раненых в телеге. Это только из тех, кого я заприметил. Казармы мы не увидели вообще.

По пути нам попадались и торговцы, и гражданские, которых было в достатке внутри форта. Но всё же даже невооружённым глазом было видно, что крепость была в первую очередь военизирована. По итогу у барона могло быть в резерве около пяти-шести десятков человек. Но точное число сейчас оценить было попросту невозможно.

За временем следить было сложно. Но по моим ощущениям мы просидели взаперти как минимум пару часов. В какой-то момент мой живот заурчал, я последовал примеру Бертрана и тоже поел хлеба с водой. На вкус ничего необычного. К трапезе вместе со мной присоединился Лазарь. А ещё через час даже самая упрямая из нас тоже подкрепилась. Свет из небольших окошек розовел и явно свидетельствовал о приближающемся вечере.

Айрис как раз закончила пить и поставила стакан на стол, когда снаружи раздались шаги и приглушённые голоса. Затем дверь отворилась, и внутрь вошёл молодой стражник в броне даже покрепче и поновее, чем у нашего конвоя. Молодой парень с аккуратными усами и зализанными назад волосами быстро осмотрел каждого из нас и произнёс:

— Барон ожидает вас.

Я кивнул своему отряду и поднялся на ноги.

— Мы готовы с ним говорить, — ответил я и первым двинулся к выходу.

Молодой стражник вывел нас обратно в коридор, но повёл в другую сторону. Чем дальше мы уходили от комнаты, тем меньше вокруг пахло сыростью, а сами стены выглядели свежее и чище. Полы были выметены, периодически по пути встречались лампы, а деревянная отделка была свежей. Хотя и в этой части здания интерьер оставался без излишеств.

Мы миновали несколько помещений и караул, после чего остановились перед крепкой серой дверью. Стражник несколько раз постучал и отворил её, не дожидаясь ответа. Похоже, что человек внутри действительно уже нас ожидал.

Молодой усач поманил нас рукой, и мы вошли внутрь. Это была просторная комната, которая по внешнему виду мало отличалась от той, где мы провели несколько часов. Что отличалось, так это убранство: на стенах висели трофеи животных, в самом помещении был небольшой стол с упорядоченными бумагами и стоячей лампой, а также длинный стол в самом центре с множеством стульев по разным сторонам, явно для совещаний и обсуждений.

У окна спиной к нам стоял человек. Когда мы вошли, он обернулся. Это был невысокий мужчина, ниже Айрис и Бертрана, с заметным пузом, выпиравшим из-под плотной бригантины. У него было обычное деревенское лицо с широкими скулами, плоским носом и густыми светлыми бровями. И только глаза сразу уставились на меня цепким взглядом.

— Оставь нас, — приказал барон молодому стражнику.

Тот слегка поклонился и тут же вышел из комнаты. Барон обогнул маленький рабочий стол и подошёл к столу для совещаний. Он отодвинул один из стульев с нашей стороны стола и по-простецки улыбнулся:

— Изволите сесть, юная леди?

Он обратился к Айрис. Она покосилась на меня, будто нашла в его галантности что-то подозрительное. Но я первым последовал к столу и встал напротив мужчины.

— Благодарю за тёплый приём, ваше благородие. Для начала нам хотелось бы представиться, — сказал я и протянул руку. — Меня зовут Кир, я командир этого отряда.

— Кир, значит, — шмыгнул носом барон и убрал руки от стула. — Ну что ж, будем знакомы, Кир. И брось все эти титулы, а? Тут тебе не Королевство.

Он пожал мою руку, и его рукопожатие оказалось настолько крепким, что я чуть не стиснул зубы от неожиданности. Несмотря на большое пузо и нескладную фигуру, в его здоровенных ладонях было немало силы.

— Что насчёт ваших спутников? — спросил барон. Он обошёл стол и устроился напротив нас. — Будете столь любезны представить их, Кир?

— Конечно, — я кивнул и перечислил своих спутников слева направо. — Айрис, Бертран и Лазарь.

— Барон Шторрен, — приветливо улыбнулся барон и показал рукой на стулья. — Вам дозволено сесть.

Я тут же слегка кивнул своему отряду. На отодвинутый бароном стул бесцеремонно устроился Лазарь, так что Айрис я указал взглядом на место слева от себя. когда все гости уселись, барон заговорил.

— Если вы вдруг не знали, и эта крепость, и всё баронство названы по моему имени, — раскатисто рассмеялся барон Шторрен. — Изгнанный королевский поверенный сказал, что это древняя дворянская традиция.

Я вежливо улыбнулся. Барон смеялся так, будто это была его стандартная история, которую он в десятый или сотый раз рассказывал для новых людей.

— Эх, неужто это вся история отряда, выручившего Остапа со скверной? — он хлопнул ладонью по столу, и тот содрогнулся от удара. — Не в жизнь не поверю, что этому оболтусу просто повезло с людьми.

— Мы держали путь из Хольца, — осторожно начал историю я. — И по пути наткнулись на Райнера, помощника Остапа. Там и завертелось…

Я намеренно опустил большую часть деталей, чтобы не завираться. Но барон лишь раздосадованно покачал головой.

— Вот не рассказываешь ты мне всё, Кир! — выпалил он. — Ну, путь из Хольца держали, это понятно. Остап-то вас как согласился нанять?

— У него не хватало людей, и я предложил ему свою помощь, — произнёс я. — Не бесплатно, конечно.

— Ну конечно, — утвердительно кивнул барон.

— Кроме того, мы успели разобраться с лесной тварью в Хольце. Какая уж она там была… — задумчиво сказал я, будто бы вспоминал часть истории.

— Костолом, — односложно напомнил барон.

— Не совсем, — покачал головой я. — Мы вместе с деревенскими и охотником из Морвена приняли тварь за Костолома, но на самом деле это оказалась Химера. Молодой охотник Бон должен был доложить об этом в Морвен.

— Доложил-доложил, — покивал головой барон и окинул взглядом моих спутников. — И что же, вчетвером её одолели?

— Не совсем, — снова повторился я.

Я старался прикинуть, как лучше построить историю, чтобы наш отряд ни в чём не заподозрили. Судя по вопросам и уточнениям барона Шторрена, он как минимум уже получил доклады с мест.

— На тот момент нас было двое, я и Бертран, — продолжил я. — Айрис и Лазаря мы встретили уже в Бракмуре.

— Вот как оно, значит, — шмыгнул носом барон. — Тогда это ещё более впечатляет, что вы Химеру вдвоем убили. Жаль, не доставили мне голову. А то я заядлый охотник…

Он мотнул головой в сторону стены, на которой висели охотничьи трофеи. Химеры на ней и правда пока не было.

— Хольц, так-то, место хорошее, хоть и далёкое, — протянул барон. — С лесом только проблемы идут, всё подводят меня. Я слышал, зверя охотник прибил, да знахарка местная все за него никак свататься не хочет.

Барон хлопнул себя по лбу, будто сказал лишнего или что-то забыл.

— Совсем голова стала беспамятная, — усмехнулся он. — Свен же мне про вас рассказывал. Говорит, наёмник ему и правда сильно помог. Правда, порядок баламутил, вот и выгнал он его. Это ты, стало быть, и есть этот самый наёмник?

— Да, — односложно ответил я.

Барон задумался и постучал пальцами по столу.

— Ну, с Химерой ты дело доброе сделал, Кир, — добродушно признал барон. — А за деньгу ты это сделал или чтоб девчонку охмурить какую…

Барон невзначай покосился на Айрис, которая в этот момент чуть крепче сжала подлокотник стула.

— …Недаром говорят, что женская душа пуще лесной чащи, — усмехнулся барон. — Мне главное, что обе делянки теперь при деле.

— Рад стараться, — произнёс я.

Зря он поднял всю эту историю с Даной. Но в то же время я был не удивлён, что Свен вовсю пытается сосватать её Бону. А вот что она пока держится и не соглашается — это, пожалуй, единственная хорошая новость за этот вечер.

— Тяжело сейчас наёмникам… — протянул барон и посмотрел в сторону окна, за которым слышались шаги марширующих по плацу солдат. — Тут тебе и звери, и демоны. Ведьма вон давеча объявилась…

Я слегка подобрался. Несмотря на его внешний вид, Шторрен упоминал эту историю явно неспроста.

— Мы тоже имеем некоторое отношение к убийству этой… ведьмы, — сказал я.

Я буквально услышал, как Бертран сглотнул, но этот звук потерялся в громкой речи барона:

— Да ну?! — ещё раз хлопнул по столу он. — И тут ты впрягся, Кир. Тоже не за бесплатно?

В этот раз барон уже не смеялся, но говорил с улыбкой.

— Вышла… сложная история, — пожал плечами я. — Мы встретили охотников, старых товарищей Бертрана, которые гнались за ведьмой. Ну и решили им помочь.

— За просто так? — с иронией в голосе спросил барон.

— За честную долю, — тут же признал я.

Барон вновь повернулся к нам и оглядел сначала Бертрана, а потом меня.

— Ну и как, убили? — поинтересовался он, обращаясь к Бертрану.

— Кир лучше меня изъясняться может, вашблагородие, — хрипловато ответил Бертран. — Я грамотам не слишком учён, а память уж давно некрепкая.

— Так ведь и я не учён, — подметил барон. — Но справляюсь как-то.

Он развёл руки в стороны с явной мыслью о том, что он справляется с управлением баронством.

— Так что там ведьма? — переспросил барон, на этот раз у Айрис. — Кончили вы её или нет?

Айрис прямо встретила взгляд барона.

— Старая карга в зверя обернулась, — вмешался я. — Мы тогда с охотниками разделились, и с нами пошёл Юрий. Она и напала на него из засады, да и нас здорово потрепала.

— Угу, — покивал головой барон. — Да, припоминаю что-то такое.

— Разрешите вопрос, ваше благородие? — уточнил я.

— Ну какие между нами титулы, Кир? — возмутился барон. — Я ведь уже сказал, брось ты это дело. И вопрос свой задавай, а то я уж вас замучил поди.

— У Юрия остался кто-то из родственников? — спросил я. — Может, жена или дети?

— Может, и остались, — пожал плечами барон. — Смотря пошто спрашиваешь.

— Я бы хотел им помочь по возможности, — признался я. — Юрий сражался до самого конца.

— Я уже всё сделал, — абсолютно серьёзно и без доли юмора сказал барон.

На секунду его серые глаза сверкнули, но он тут же вновь заулыбался.

— Охотники мне про ведьму вашу уже сказ держали, — продолжил разговор он. — Да вот ещё отчёт был один от… Кто же мне там про ведьму доложил…

Барон постучал пальцами по столу, поднял взгляд вверх и несколько мгновений копался в памяти.

— А, Райнер, стало быть, — произнёс он, уже без улыбки. — И говорит, магия у неё была уж больно необычная.

Он сделал ещё одну небольшую паузу, но тут же продолжил:

— Мало того, что она по лесу скакала как горный козёл по скалам, так ещё и огнём пулялась. Слышал чего про такое, Кир?

— Про огонь мне неведомо, — спокойно ответил я. — Знаю только, что она на наших глазах в зверя обернулась. А тушу её охотники уже в Морвен унесли.

— Ага, — кивнул головой барон и уставился на меня исподлобья. — Родители тебе в детстве сказку про пряничный домик рассказывали?

В отличие от некоторых пословиц, такая фольклорная история существовала и в этом мире.

— Я сирота, но сказку такую слышал. И другим рассказывал, — ответил я. — Какое отношение она имеет к нашей истории?

— К тому, что старухи не мечутся по лесу, Кир, — ровным голосом произнёс барон. — Они заманивают тебя чем-то. Другое дело, молодые волшебницы. Да, Кир?

И хотя вопрос он адресовал мне, его холодный взгляд перешёл на Айрис.

— Так зачем ты рассказываешь мне сказку, Кир… — вкрадчиво начал барон Шторрен. — …Если твою фиолетововолосую девку уже как четыре седмицы ищут за то, что она прикончила моих рекрутов на Стене?

Вопрос звучал без какой-либо угрозы, но сразу после него в комнате стало тихо. Как будто бы даже маршировавшие за окном солдаты вдруг решили взять перерыв.

— Я спрошу тебя по-другому, Кир, — барон посмотрел на меня и сжал свои здоровенные кулаки. — Почему я должен позволить вам четверым выйти из этой комнаты живыми?

В моей голове успело проскочить сразу несколько вариантов ответа. Но времени на раздумье было слишком мало. Он уже знал всю историю нашего отряда, начиная с самого Хольца. И это не оставляло мне практически никакого пространства для манёвра.

Я открыл рот, чтобы заговорить. И в этот самый момент дверь комнаты распахнулась и с грохотом ударилась о каменную стену. Барон раздражённо цокнул языком и перевёл взгляд мне за спину. Я обернулся вслед за ним.

В комнату влетел запыхавшийся солдат, чьё лицо и доспехи были покрыты кровью.

— Демоны, вашблагородие! — задыхаясь, выпалил он. — Демоны перешли Красный Ручей!

Глава 6

Я повернулся к барону и встретился с его суровым взглядом. Вопрос о том, почему он должен позволить нам четверым покинуть комнату живыми, всё ещё оставался без ответа. Несколько мгновений показались мне вечностью.

Затем барон резко поднялся на ноги и произнёс:

— Полный доклад, солдат!

— Как… как прикажете, вашблагородие, — всё ещё восстанавливал дыхание молодой паренёк.

Но он тут же отлепился от двери и подскочил к столу, остановившись в паре шагов от барона. Солдат заметно хромал на правую ногу, а его левая рука слегка подрагивала. Он выдохнул и начал свой доклад:

— Демоны пересекли Красный Ручей, вашблагородие. Вылезли сразу с трёх точек на границе…

Пока солдат говорил, барон отошёл к шкафу в углу комнаты, достал оттуда кувшин и кружку и вернулся к столу.

— …Мы засекли в общем как минимум дюжину, может, полторы демонов, — барон наполнил стакан и протянул его говорившему солдату.

Тот осушил его в мгновение и продолжил говорить.

— Ну это, самый южный прорыв — это у Красного Ручья. А оттуда прямая дорога на Бракмур, вашблагородие.

— Это мне хорошо известно, — кивнул барон.

— Наши часовые не выходят на связь с самого момента прорыва, и нас накрыли уже почти у самого форта. Крепкие оказались твари. Если б не Альви, я б не…

— В каких местах ещё два прорыва? — повелительным жестом прервал его барон.

— Нам пришёл сигнал бедствия с дозорной башни Серокамня. Сказали, что заметили нескольких краснокожих поблизости.

— Вот дерьмо, — сквозь зубы выругался барон.

Я его прекрасно понимал. Демоны с красной кожей всегда отличались особой кровожадностью, и справиться с ними силами маленького гарнизона было бы сложно.

— А последний прорыв уже на северной точке, вблизи Волчьего Перевала, — облизнул губы и продолжил рассказ солдат. — Там было единственное донесение со стороны гонца, но с тех пор никаких вестей нет. Как и уверенности, что там демоны, а не звери лесные.

— И всего полторы дюжины демонов по всему фронту? — переспросил барон.

— Всё так, вашблагородие.

— Ты хорошо потрудился, — сказал барон. — Позови сюда Сидора. Потом поешь на кухне и отдохни в казармах. Ты это заслужил.

Щербатое лицо паренька прямо буквально засияло, и он выпалил:

— Рад стараться, вашблагородие!

Солдат тут же выскочил наружу и захлопнул за собой дверь. Барон остался стоять на ногах и смотрел в окно, явно отвлечённый от мыслей о нашем отряде. Затем он ещё раз смачно выругался и повернулся к нам. Никакого дружелюбия в его выражении лица не оставалось.

Прежде чем он успел начать говорить, я поднялся с места и обратился к нему:

— Я отвечу на ваш вопрос. Но не прямо сейчас.

Барон продолжал смотреть на меня с абсолютно непроницаемым выражением лица.

— Прямо сейчас вам нужно разобраться с демоническим вторжением на западе баронства. Думаю, ваши лучшие люди уже находятся на границе. — Я старался удерживать нейтральный тон голоса. — Если вы отправите людей из гарнизона, мы присоединимся к ним и поможем отразить атаку.

Тут брови барона на секунду взлетели вверх, хотя он быстро вернул самообладание.

— Ты? Собираешься помочь мне? — даже в его голосе проскользнули нотки удивления. — С чего я вообще должен доверять твоему слову?

— Потому что сейчас у вас кончились варианты получше, — пожал плечами я. — И потому, что я уже не раз доказал, что своё слово держу. Свен и Остап тому свидетели.

Барон скрестил руки на груди и помолчал, явно обдумывая моё предложение.

— Я предлагаю заключить наёмничий контракт, — сказал я и быстро добавил, — Но без оплаты. Вместо неё мы закроем вопрос с новобранцами, которых Айрис взорвала на Стене.

Барон шмыгнул носом и покачал головой. Он явно не забыл эту историю и не был готов так легко её отпустить.

— Она сделала это не из прихоти, — продолжил я. — Но так или иначе вы потеряли своих людей. Наш отряд поможет потерять меньше людей в этой схватке.

Барон ещё немного посверлил меня взглядом и наконец ответил:

— На любой долг, измеряемый человеческими жизнями, трудно назначить цену.

— Трудно, но не невозможно, — согласился я. — Это бремя, как и ответственность за жизни людей, в первую очередь ложится на командира.

Этой фразой я имел в виду и свой отряд, и убитых на Стене рекрутов, и ещё множество солдат, которые могут погибнуть в сражении с демонами.

За дверью послышались шаги, затем кто-то постучал в дверь и тут же влетел внутрь, не дожидаясь ответа.

— Вызывали, ваше благородие?

Это был Сидор, тот самый молодой солдат с зализанными волосами и усами, что отвел нас на аудиенцию. с бароном. Барон поднял руку, призывая его молчать, а затем внимательно оглядел каждого из нас.

— Если я соглашусь на ваши условия, это будет большим одолжением, — холодно произнёс он. — А я таких не делаю.

Я сжал зубы и положил ладонь на пояс, поближе к рукояти меча. Это не осталось незамеченным бароном, и тот ухмыльнулся.

— Свою воинскую прыть вы проявите у Волчьего Перевала, — сказал он. — Основной вектор атаки придётся на Красный Ручей и Серокамень, куда поведёт людей Сидор.

Было заметно, что во время военного кризиса поменялась даже речь барона. Из неё пропала показная просторечность, и он заговорил как стратег.

— Вы дойдёте вместе с отрядом до развилки дорог у границы, а затем заберёте на север. Сидор расскажет подробнее, — отдал приказ барон и заметно прищурился. — Если решите сбежать, то на моих землях покоя вам не видать.

— Я никогда не отказывался от славной охоты на демонов, — в этот раз ухмыльнулся уже я и подошёл к барону. — Мы выполним задачу и встретимся ещё раз.

Я протянул руку. Несколько мгновений барон смотрел на меня, и мне казалось, что вся его фигура нависала надо мной, хотя макушка его головы едва ли доходила мне до линии плеч.

— По рукам, — пожал мою ладонь барон и обратился уже к Сидору. — Всё слышал? Собирай и веди людей. Немедленно.

— Всё слышал, ваше благородие! — выпрямился по струнке Сидор. — Сию минуту!

Барон взглядом показал на дверь, и мне не нужно было повторять дважды. Мы покинули комнату вместе с отрядом и двинулись вслед за Сидором, который поглядывал на нас с заметным облегчением.

— Вы можете оставить лишние вещи здесь, — объяснял он по пути. — Тут их точно никто не тронет. Если нужно что-то из снаряжения или припасов для задачи, говорите сейчас. Потом мне будет уже не до вас.

— Я так понимаю, наглеть не стоит? — спросил я, раздумывая над тем, чтобы попросить у него что-нибудь из брони.

— Вода, припасы, расходники, — тут же уловил мой тон Сидор.

— Этого у нас в достатке, — покачал головой я. — Нечего тащить лишнее на своём горбу.

Сидор отвёл нас в ту же комнату, где мы ожидали аудиенцию у барона. Мы оставили здесь часть снаряжения, которая не пригодится для короткой военной задачи. Благо, хорошей брони из нашей четвёрки не было только у меня и у Лазаря. Вместо или вместе с гамбезоном я предпочёл бы кольчугу. Броню для Лазаря тоже нужно будет подыскать в скором времени, хотя его тактика это в основном засады. Бертран был в своей верной кольчуге, в которой он покинул Хольц, а на Айрис была кираса, и на поясе висела подаренная мною перевязь с ножом.

— Двигаемся во внутренний двор, — наказал нам Сидор и особенно акцентировал внимание на мне. — Постарайтесь лишний раз не лезть к солдатам барона.

Мы вышли во двор. Он сильно переменился с тех пор, как мы пересекли его несколько часов назад. Теперь здесь уже почти не было гражданских, а группа из примерно трёх десятков бойцов медленно формировала построение. Хотя и не слишком умело.

— Капитан, у нас проблема, — подскочил один из солдат к Сидору, едва мы покинули главное здание. — В оружейной не хватает клинков, а поставка топоров задержалась. Ной забыл сообщить о недостаче.

— Чертов торгаш обещал, что этого больше не повторится. — раздраженно протянул Сидор и затем быстро бросил уже нам. — Держитесь в хвосте строя. Я выдам вам задачу, как достигнем развилки.

Он тут же отклеился от нас, не дожидаясь ответа, и на удивление громогласным для своих лет голосом закричал:

— Какого хрена я не вижу строй, бойцы?! Сколько седмиц вас тут гоняли, а плешивые собаки справились бы быстрее!

Доложивший ему о проблемах солдат увязался за Сидором. После его окриков и пинков, в некоторых случаях вполне буквально, солдаты сформировали какое-то подобие более-менее сформированного строя. Сам Сидор в это время отправился в оружейную.

— Думаешь о том же, о чём и я? — спросил меня Бертран, когда мы двинулись к концу колонны.

— Лорд Ронан бы за такое с них три шкуры спустил, — тихо ответил я, чтобы имя лорда Утёса не вызвало у кого-нибудь из местных желания с нами подраться.

— Вот-вот, — согласился Бертран.

Всё же уже совсем скоро из оружейной вышло ещё несколько солдат, с палицами и дубинками на поясах и копьями в руках. В целом большая часть собранного отряда была вооружена по тому же принципу, только на поясах у них были топоры для ближнего боя. Лишь только шестёрка бойцов, сопровождавших нас от Бракмура в Шторрен-форт, занимала позицию в авангарде и была вооружена до зубов.

Ворота отворились, и Сидор повёл людей на выход из форта. Значительная часть солдат была налегке и нагружена только самым необходимым для короткой вылазки.

Стены Шторрен-форта постепенно остались позади. Дорога на запад лежала по открытой равнине, пока мы маршировали первый час. Горы постепенно проступали всё явственнее на горизонте перед нами, а небо над ними алело ещё сильнее из-за приближавшихся сумерек.

По большей части люди барона двигались быстрым маршем, выдерживая необходимый темп, чтобы покрыть существенное расстояние в достаточно скором времени, но при этом не утомить людей настолько, что они не смогут держать в руках копьё. Если поначалу солдаты в основном молчали, то чем дальше мы шли, тем больше становилось разговоров где-то в середине колонны, хотя и вполголоса.

— Отставить разговоры! — донеслась до меня команда откуда-то из начала строя.

Сидор как мог поддерживал порядок и дисциплину, но нервные смешки и разговорчики солдат перед нами явно свидетельствовали о том, что они волновались перед предстоящим сражением. При этом большая их часть понимала, что сражение это неизбежно.

Я быстро понял, почему барон согласился на наше предложение, хотя и неохотно. Всему этому отряду явно не хватало подготовки, и даже с учётом следовавших в авангарде ветеранов закрыть брешь сразу по трём точкам атаки было сложно. При этом самую дальнюю из точек, ближе к границе вольного баронства, можно было на время заткнуть и наёмниками. Которые так кстати подвернулись под руку Шторрену.

Когда форт окончательно скрылся за спиной, а небо над головой начало темнеть, со мной поравнялся Лазарь и жестом попросил меня чуть замедлиться. Я последовал его сигналу, и, когда мы оказались на небольшом отдалении от хвоста колонны, он спросил:

— А зачем мы это делаем?

Вопрос не звучал враждебно, а был высказан в привычном Лазарю монотонном стиле. Стиле человека, который хочет понять причину прежде, чем принимать на себя её последствия.

— Пока я был в Королевстве, ни разу не слышал ни про какой Анклав демонов так близко к Стене, — вполголоса объяснил ему я. — Основные силы пятого легиона демонов действовали куда глубже в Пределе. Если дать им обосноваться здесь, ты не успеешь моргнуть глазом, как они начнут лезть через Стену.

— Всё равно не понимаю, — покачал головой Лазарь. — Если подумать логически, то тебя выгнали из Королевства. По каким именно причинам, мне доподлинно неизвестно, но это история большинства жителей Предела, которую я принимаю за аксиому.

— Ты прав. Меня действительно изгнали в Предел, как и большую часть здешних жителей, — согласился я. — Но к демонам у меня свои старые счёты. Это если не считать того, что у нас есть незакрытый долг перед бароном. Если мы хотим свободно действовать в этих землях, нам нужно получить расположение барона, а не становиться вне закона. Помогая ему, мы решаем обе задачи.

На последней части фразы я бросил быстрый взгляд на Айрис. Лазарь проследил за ним и едва слышно прошептал:

— Насколько я понял из ситуации, людей барона убила Айрис.

Благо, ему хватало разума, чтобы не кричать об этом на всю округу.

— Теперь она часть нашего отряда, — уверенно ответил я. — Я сказал это барону и повторю сейчас: ответственность за отряд лежит на его командире.

— А ты уверен, что это в первую очередь связано с отрядом, а не с тем, что… — затараторил Лазарь ещё тише, будто бы опасаясь того, что его услышит Айрис. — …Ну… Как бы это объяснить…

— Уверен, — кивнул головой я и решил не подставлять его лишний раз перед Айрис. — Если у тебя тоже есть какие-то старые долги или счёты, я готов их свести. В рамках разумного, конечно же.

Лазарь отстранился и несколько мгновений внимательно смотрел на меня. А затем произнёс:

— Это разумный набор причин… — начал было Лазарь и на секунду помедлил с концовкой фразы.

— Рад, что ты так считаешь, — ответил я, ожидая подвоха.

— …Но я не сказал, что согласен с ними, — закончил он.

Мне оставалось только улыбнуться и вернуться ближе к хвосту колонны. Последние солдаты в строю и так уже начинали на нас поглядывать, будто подозревали, что мы можем сбежать.

Я догнал Айрис и поравнялся с ней. Некоторое время девушка шла молча, разглядывая горные пики далеко перед нами. Неожиданно она наклонилась близко ко мне и прошептала почти в самое ухо:

— Последняя причина в том, что тебе любопытно.

От её голоса у меня по спине пробежали мурашки. Но перед тем как я успел ответить, она отстранилась и зашагала дальше как ни в чём не бывало. Лишь едва заметная улыбка на её губах свидетельствовала о том, что она сделала.

Она была права. Но у моего любопытства была чисто практическая причина: моя уникальная Ветвь Развития. Для того чтобы перейти на следующий уровень, мне нужно было одолеть трёх демонов. И сейчас выдавалась прекрасная возможность хотя бы частично приблизиться к этой цели.

Через какое-то время перед нами показалась развилка: часть дороги уходила на север, а другая на юг. Команды Сидора остановили строй, и солдаты вполголоса загомонили, радуясь даже краткосрочному отдыху.

— А ну тишина, кому сказал, — уже не так громко скомандовал Сидор. — Отдышитесь, и выставим передовые дозоры. Не хватало ещё наткнуться на демонов вслепую.

Учитывая, что пространство вокруг освещала лишь взошедшая над нашими головами луна, капитан был прав. Он быстро подошёл к нам и поманил рукой в сторону. Мы отошли на небольшое расстояние от отряда, и Сидор тихо заговорил:

— От этой развилки прямая дорога до земель вольного барона Красса на севере. Но вам так далеко заходить не надо. По пути увидите гряду из холмов по левую руку: это и будет Волчий Перевал.

— Стало быть, волчьим назвали его не просто так? — спросил Бертран.

— Верно, — кивнул Сидор. — Но если демоны вышли через него в наше баронство, то про волков можете забыть. Прямо у холмов находится старый хутор, который забросили уже зим как пять назад. Это ваш главный ориентир подле самого Перевала.

— Бросили его из-за демонов? — уточнил я.

— Сначала из-за волков. Барон планировал очистить ту территорию и вернуть людей, но потом уже появился Анклав, — Сидор болезненно поморщился, вспоминая те события. — Непонятно точно, есть ли там демоны или нет. Но если есть, то оттуда они могли выйти и к Крассу. Самое главное: ни в коем случае не лезьте на его территорию и не сражайтесь с его людьми.

— Я понимаю, — кивнул головой я, вырисовывая в голове примерную политическую карту сил. — Для Шторрена сейчас это будет катастрофа.

Сидор кивнул, но не стал вслух признавать тяжёлое положение баронства. Впрочем, всё было ясно и без его подтверждения.

— Что насчёт пограничного дозора? — спросил я.

— Один часовой не вернулся, а один доложил о том, что видел что-то в лесу. Никакого другого дозора в той стороне у нас нет.

— Мне этого достаточно, — кивнул я и поудобнее перевесил ножны на поясе. — Если больше нет указаний, то мы готовы выдвигаться.

Сидор устало выдохнул, как человек, который понимал, что ему предстоит чертовски длинная ночь. Он оглянул нас внимательным взглядом и тихо прошептал:

— Берегите себя. Сэр.

Не дожидаясь ответа, он развернулся и быстрыми шагами направился к колонне. Бертран подошёл ближе и на ходу размял затёкшую шею.

— Он тебя знает, — подметил Бертран.

— Скажи мне ещё более очевидную вещь, — пожал плечами я.

— Он не стал сдавать тебя барону, — сказал ещё более очевидную вещь Бертран.

Тут же практически бесшумно рядом очутился Лазарь и с интересом спросил:

— Твой отряд наёмников был хорошо известен в Королевстве, Кир?

— Что-то вроде того, — усмехнулся я и отдал команду. — Выдвигаемся от развилки на север. Двигаемся в привычном порядке. Остальное по ситуации.

Мы обогнули отряд Сидора по дуге, стараясь не привлекать к себе слишком много внимания. И отправились по дороге на север. Здесь она была менее утоптанной и более узкой, словно по ней долгие зимы никто не ходил.

Местность вокруг тоже стала более холмистой, хотя настоящих гор здесь ещё пока не было. Я двигался впереди и периодически применял «Звериное Чутьё», чтобы не наткнуться на волков или кого похуже без подготовки. Айрис и Лазарь были за мной, а Бертран замыкал отряд. Стоило нам только покинуть колонну, как наша скорость значительно увеличилась.

Я успел применить свой навык дважды: сначала в моменте, где дорога шла между двух невысоких холмов и где был риск наткнуться на засаду. А затем, когда нам пришлось забираться по одному из приземистых холмиков вверх. Едва мы обогнули его, как перед нами открылась небольшая равнина.

И на ней находился тот самый хутор, о котором предупреждал нас Сидор. По левую руку на запад была гряда высоких холмов, а дорога проходила мимо хутора и вела ещё дальше на север.

— Я что-то вижу, — предупредила меня Айрис.

Мы тут же пригнулись ниже к земле и сошли с дороги в сторону. Через несколько мгновений я смог разглядеть, о чём она говорила: над хутором был дым. Его было сложно различить в лунном свете, вот только прямо из главного здания с остатками трубы, вокруг которого стояли другие полуразрушенные домики, был виден свет огня.

Действие «Звериного Чутья» закончилось, и я не мог толком понять, сколько врагов было на хуторе. Но когда я вгляделся в изгородь, окружавшую хутор и местами сломанную и искорёженную, я заметил кое-что ещё.

У единственной уцелевшей створки ворот находилась вооружённая фигура. И по пропорциям она была человеческой.

Глава 7

Фигура у ворот шевельнулась. Мы пригнулись ещё ближе к земле, но было не похоже, что нас заметили. У охранявшего деревню человека явно был меч на левом бедре и что-то более длинное за спиной, не то копьё, не то посох. Больше никого в изгороди с нашей позиции заметно не было.

Хутор был невелик: длинный приземистый дом с покосившейся трубой, два сарая поменьше, крытых потемневшей от дождей дранкой, и бревенчатая изгородь, которая местами просела, а местами была развалена. За изгородью темнел огород, давно заброшенный и заросший. У дальнего сарая стояла телега без колеса, заваленная оглоблями к стене, а рядом с ней ржавела груда какого-то хлама.

Судя по тому, что дым из трубы центрального дома был достаточно жидкий, огонь горел уже не один час. Хотя звуков со стороны хутора не доносилось, было понятно, что в нём обитали люди.

Я махнул рукой, показывая отряду, чтобы они двинулись чуть назад за вершину холма. Когда мы скрылись и со стороны хутора нас было не разглядеть, я прошептал:

— Айрис, остаёшься здесь. Если что-то пойдёт не так, у тебя будет прямая линия огня.

Айрис посмотрела мне в глаза.

— Как я узнаю, что что-то пошло не так? — спросила она.

— Если мы похватаемся за оружие, — объяснил я.

Айрис кивнула. Я переглянулся с Бертраном и Лазарем, оба были готовы выдвигаться. Мы встали в полный рост и спустились по склону к воротам, придерживаясь правой стороны дороги, чтобы не вставать на линии огня Айрис.

Человек у входа увидел нас шагов за двадцать и дёрнул рукой ко рту. Темноту разрезал резкий свист, который явно служил сигналом вместо привычного горна или голоса. Но за оружие он пока не хватался, впрочем, как и мы.

Когда мы подошли совсем вплотную, изнутри ограды выскочило ещё двое человек. Они двигались к воротам от внутренней части хутора.

Когда мы оказались совсем близко, я понял, что сухая невысокая фигура у входа была не мужской.

— Эй, парни, гляньте-ка, — разрезал тишину хриплый неприятный голос воительницы. — Чё за птицы к нам в ночи прилетели?

Подоспевшая двойка бойцов остановилась в нескольких шагах за спиной женщины. Один из них сплюнул на землю и протянул сквозь зубы:

— Атаманша дело грит. Ну-кась назвались живо, покуда вас на копья не насадили.

— Мы наёмники на службе барона Шторрена, — я решил не поддаваться на провокации и ответил спокойно. — Вы кто такие будете?

Троица переглянулась и в один голос рассмеялась. Так, будто я сказал какую-то очень забавную шутку.

— Ну ты даёшь, наёмник, — ответила атаманша и оглядела меня с ног до головы. — Пришёл на землю барона Красса и ещё вопросы тут лепишь. Кабы я тебя не огрела обухом копья за эту дерзость.

Похоже, что на мирное решение проблемы отряд барона Красса настроен не был. Я смог приглядеться к лицу атаманши: у неё были коротко остриженные волосы и уродливый застаревший шрам на нижней губе, из-за которого она слегка шепелявила, когда говорила. На ней и её людях была крепкая клёпаная броня, с наплечниками и наручами, и каждый был при мече и коротком копье.

— С каких пор эти земли перешли Крассу? — спросил я. — Насколько мне известно, барон Шторрен никому их не отдавал.

Атаманша оскалилась, и даже в темноте было видно, что у неё не хватает нескольких зубов.

— С тех пор как в хутор мы зашли, наёмник, — процедила она. — Красс слово дал, что землёй расплатится. Не обессудь, но земелька эта наша теперича.

Её подхалимы одобрительно загудели. А из-за их спин в нашу сторону направилась ещё троица воинов, видимо, идущая с дальнего края хутора. Похоже, что весь их отряд был в сборе.

— Это дело не моё, чья тут земля, — слегка улыбнулся я. — Про хутор бароны между собой решать будут, когда время настанет. Я тут по другому делу…

— Эн-нет, не пойдёт так, — перебила меня атаманша. — Землица-то наша, грю, а ты ухи развесил, да не слышишь нихрена. Ну-кась вслух скажи, чья тут земелька, пока я своим парням отмашку не дала.

Я сдержал внутренний порыв использовать «Хищный рывок» и снести ей голову. Хотя моё терпение уже подходило к концу.

— Демоны перешли Волчий Перевал, — проигнорировал её требование я и перешёл к делу. — Несколько дозорных с границы Анклава не вернулись. И этот хутор стоит прямо на пути вторжения.

Атаманша захихикала, и вслед за ней захохотала вся ватага. Их смех далеко разносился в ночи.

— Ну ты и выдал, — хлопнула в ладоши атаманша, когда отсмеялась. — Если врать собрался, хоть думал бы немного. Перевал волками кишмя кишит, какие к чертям демоны.

— И давно волки нападали в последний раз? — уточнил я, намереваясь приложить ровно одно заключительное усилие, чтобы решить вопрос мирно.

Атаманша несколько мгновений помолчала и заметно нахмурилась.

— Тя это волновать не должно, — отрезала она.

И по одному ответу я понял, что волков здесь не было уже давно.

— Дозорный с границы сказал, что сюда прорвались краснокожие. Слыхали про таких?

Атаманша поморщилась, и стало ясно, что и про демонов с красным оттенком кожи она в курсе.

— Сказки-то не вешай нам тут, наёмник, — шмыгнула носом атаманша и скрестила руки на груди. — Дозорным твоим веры нет. Небось увидели волка и в штаны напрудили со страху. Тут тебе не Шторрен.

Кто-то из её людей одобрительно присвистнул за спиной. Я невольно взглянул в сторону границы. Похоже, договориться с этими отбросами не выйдет, и даже угроза атаки демонов не пробивается через их тупую голову.

— Последний раз тебе грю, наёмник, — процедила атаманша и положила ладонь на рукоять сабли на поясе. — Коль хочешь на Перевал посмотреть, так плати за проход. Никто по моей земле бесплатно не ходит. Таков порядок, нравится тебе аль нет.

— Чушь пороть перестань, оголтелая, — строго сказал я. — То, что крестьян тут за вшивые медяки гоняешь — я не сомневаюсь. Как и в том, что завидев демона, твои люди в штаны со страху наложат и разбегутся, если живы останутся. А шансы у вас, прямо скажу, не велики.

Пятёрка солдат за спиной атаманши перестала расслабленно переминаться с ноги на ногу и растеклась веером, хотя дистанцию никто из них не сокращал. Двое были скрыты от нас створкой деревянных ворот.

— Я понятно изъясняюсь? — прямо спросил я. — До твоей тупой башки доходит, что если демоны перейдут Перевал, то окропят твою же землицу кишками твоих же подонков?

— Пошто не понятно, — мотнула головой и оскалилась атаманша. — Понятно. Мы вона одну дьяволицу поймали даже. Токмо она в яме сидит и нос наружу казать ссытся, демоница твоя.

Бойцы атаманши одобрительно загыгыкали.

— Так что не обессудь, наёмник, — протянула она с мерзкой ухмылочкой. — Но вопрос с тобой мы решим быстро, особливо после твоих заскоков. Больно уж хочется моим мальчикам развлечения. А тут кроме крови есть еще кой-чего под рукой…

Я несколько мгновений раздумывал над тем, влезать нам в драку или нет. Сидор дал чёткое указание: не лезть на земли Красса и не сражаться с его людьми. Но, похоже, эта ватага тупоголовых головорезов не оставляет нам никакого выбора.

Я положил ладонь на рукоять меча и напряг тело, готовясь активировать «Хищный рывок». В этот момент откуда-то из-за спин солдат, с левой стороны, раздался птичий крик. Три коротких мелодичных сигнала. Пауза…

— За вашими спинами демоны! — громко выкрикнул я и выхватил меч, не дожидаясь конца сигнала, который слышал десятки и сотни раз.

— Так я тебе и повер…

Атаманша не успела закончить фразу. Раздавшийся двойной сигнал прозвучал быстрее. И с северо-западной части изгороди с грозным рыком выскочило четыре тени.

Я с трудом успел уследить, как трое рогатых тварей перемахивают через ограду, а последний просто сносит её и врывается в хутор. Пока я выхватывал меч из ножен, они уже сократили дистанцию в несколько десятков шагов и настигли крайнего бойца атаманши. Никто из её людей не успел обернуться, а на их лицах всё ещё читалось предвкушение от сражения с нашей тройкой.

Юркий краснокожий демон одним движением когтистой лапы снёс голову ближайшему бойцу. В воздух брызнула кровь, а голова пролетела над нами и ударилась в целую створку ворот.

— Развернулись, мать вашу! — закричал я.

И рванул вперёд, занимая позицию параллельно атаманше. Та успела оглянуться и остановить саблю, которую уже занесла для удара по моей шее.

— Сучий свет, — сквозь зубы выругалась она. — Все назад!

Её люди дёрнулись в сторону. Но они опаздывали. Второй демон, здоровенная крепкая тварь, настиг людей атаманши.

— Нет! — отчаянно вскинул копьё боец.

И даже попал. Но краснокожий схватил его за руки и разорвал одним рывком. Облитая кровью морда с яркими алыми глазами нагнала бы страху на кого угодно. Но только не на меня.

— Они быстро выдыхаются! — выкрикнул я и вскинул клинок. — Держите строй, сукины дети!

Слева от меня свистнул топорик и влетел прямо в тело рванувшего вперёд юркого демона. Люди атаманши сгрудились справа у ворот и постарались организовать защитный строй.

Использован навык: Комбинации.

Использован навык: Звериное чутьё.

То, что краснокожие демоны становились слабее со временем, было правдой. Проблема в том, что нам нужно было это время пережить.

— Держи позицию у створки, — отдал команду Бертрану я, и Лазарь поддержал его, выставив перед собой копьё. — И дай-ка мне чёртов дротик.

Добраться до домов мы не успевали. Высокая тяжёлая створка была лучшей защитой, чем стоять в чистом поле.

Бертран выхватил одно из коротких метательных копий и бросил его мне.

Использован навык: Хищный рывок.

Врагов в радиусе: 8.

Я перехватил копьё и рванул вперёд, к мелкому демону. Вместе с моим рывком двое тварей, крупный и мелкий, влетели в строй людей атаманши.

В нос ударил запах человеческой крови. Едва я сорвался с места, как мимо меня просвистел здоровенный булыжник, оставив на щеке кровавый росчерк. На такой скорости я с трудом удержал копьё в руке.

— Это ты зря, — бросил я.

И тут же влетел в мелкого демона, сражавшегося с людьми атаманши. Только вместо удара клинка я на самой остановке метнул вперёд копьё. Прямо в темноту, откуда седовласый демон отправил в меня камень.

Копьё свистнуло и буквально растворилось в воздухе. Из темноты раздался болезненный рёв.

Нанесён критический урон.

Вслед за моим копьём откуда-то из-за ограды слева в темноту метнулось сразу несколько шаров фиолетового пламени. Они осветили дальние дома, к стене которого на копье был нанизан уже неподвижный старый демон. Его кожа была такой же красной, как и кровь от крепко застрявшего в его груди копья.

Юркий демон махнул лапой, и я с трудом парировал его удар мечом. На его когтях была кровь, и они соскальзывали с клинка. Он крутился между мной и человеком атаманши, поворачиваясь вокруг своей оси и нанося удары под неожиданным углом. Его глаза сумасшедше крутились и грозили вылететь из орбит.

— Дерьмо, — выругался мой временный товарищ и завалился на одно колено.

Демон достал его ногу, и она не выдержала веса бойца. Глаза твари заблестели, и он нацелил удар в горло. Я метнул в него короткий меч. Первыми когти демона вспороли горло солдата. А затем мой меч вошёл ему в бедро.

Демон зашипел и хотел дёрнуться в сторону. Но не рассчитал, что это был четвёртый удар моих «Комбинаций».

Я с бешеной скоростью вогнал клинок ему ровно между позвонков, и его тело тут же подкосилось и рухнуло на землю. Мелкий демон забился в конвульсиях и запищал, но мне было некогда его разглядывать.

На его месте тут же появился новый враг. Меньше здоровяка, который совсем рядом размозжил голову очередному бойцу в клёпаной броне. Но все еще крепкий демон средних размеров.

— Какого хера ты возишься, охотник?! — завизжала рядом атаманша.

Её сабля танцевала в лунном свете и оставляла рану за раной на теле здоровяка, который теперь яростно атаковал атаманшу. Но тщетно. Здоровяк будто бы вообще не чувствовал ран и бил когтистыми лапами с завидным напором, слегка припадая на одну из лап.

Мой новый противник взмахнул двуручным мечом и чуть не выбил клинок из моих рук. Он нанёс ещё один молниеносный удар, и мне пришлось пятиться. Затем он изогнул тело, и копьё Бертрана прошло очень близко. Но его не задело.

Бертран подскочил ко мне, и теперь мы вдвоём удерживали фланг. Вот только численное преимущество нам не помогло. Чёртов демон с обломанным рогом не просто мастерски владел мечом. На нём, кроме одежды, была человеческая кольчуга с оторванным окровавленным рукавом.

Даже усиленный «Каменной кожей» Бертран был вынужден потихоньку пятиться, и я вместе с ним.

Боковым зрением я увидел, как упал последний воин рядом с атаманшей. Здоровенный демон заметно хромал, а его правая кисть была отсечена. Он весь был покрыт глубокими ранами. Но продолжал напирать на вертевшуюся из стороны в сторону атаманшу.

— Соберись! — выпалил Бертран и принял один из ударов рукой.

Раздался хруст, и в стороны полетели осколки камня. Оскал на клыкастой морде твари расширился. Ровно до тех пор, пока в него не ударил столп пламени. Тварь прикрыла лицо рукой.

Я нанёс резкий выпад, целясь в район колена.

Использован навык: Ледяное касание.

Где-то в районе груди тепло смешалось с холодом, и с моей левой руки сорвалась вспышка фиолетово-синего холодного пламени.

Нога демона, объятая холодом, подкосилась. Он махнул мечом в попытке отогнать нас и вернуть баланс. Бертран отбил удар клинком, и его собственный меч выпал из рук и глубоко вошел в рыхлую землю. Но этого оказалось достаточно. Удар демона поменял траекторию, и я поднырнул вниз и сделал точный укол прямо в локоть твари, где его когтистую руку не защищала кольчуга.

Теперь уже он не удержал меч. Вместо этого демон ударил мне в корпус целой лапой и насквозь прошил гамбезон. Рёбра и живот вспыхнули болью, перед глазами на мгновение потемнело. Одновременно ему в голову влетело огненное копьё. Оно не пробило крепкую башку насквозь, но сила удара швырнула тело демона вниз.

Меня потянуло вслед за ним. Мир вокруг резко дернулся и свет от звезд смешался с едва заметным огнем очага основного дома.

Я успел только выставить меч перед собой. Мой синий клинок разрезал воздух и с размаху вошёл в шею завалившейся на землю твари. Его голову отрубило, и она покатилась с гулким стуком, всё ещё с заметным хищным оскалом, который не сошёл с его лица даже после смерти.

— Командир! — хрипло позвал Бертран, когда я опустился на одно колено.

— Чертовы демоны, — сквозь зубы прошипел я.

Короткий бой чертовски вымотал меня. По щеке стекала кровь, а рубаха под гамбезоном была влажной в том месте, где её разрезали когти демона.

Я рывком поднялся на ноги и оглянулся, стараясь не обращать внимание на танцующие перед глазами светлые искры. Айрис стояла рядом с сидевшим на земле Лазарем. Его висок был разбит, а глаза широко раскрыты. Он ошарашенно оглядывался по сторонам и явно был контужен.

Бертран подскочил ко мне. Его левая рука висела плетью, но он сжимал в правой последнее метательное копьё и с опаской глядел куда-то мне за спину.

Я обернулся. В десятке шагов от меня на земле валялся здоровенный демон, под которым натекла уже заметная лужа бордовой крови. Рядом с ним стояла атаманша. Её правая рука была оторвана по локоть, а лицо покрыто порезами от когтей. Её левый глаз заплыл, и она тяжело дышала широко открытым ртом.

Но, несмотря на это, атаманша всё ещё стояла в полусогнутом положении, опираясь на лезвие своей сабли.

Её единственный целый глаз на секунду сфокусировался на мне. Она оторвала саблю от земли и выпрямилась в полный рост, направив кончик клинка в мою сторону.

— Чтоб ты сдох, королевский пёс, — произнесла она и сплюнула кровь на землю.

Похоже, она узнала во мне Кассиана. И как бы яростно она не сражалась с демонами, слова атаманши не оставляли мне никакого выбора.

Глава 8

Атаманша дрогнула и опустила руку с саблей вниз. Похоже, что после сражения с демонами сил на то, чтобы удерживать её прямо, у неё уже не оставалось. Но она всё ещё крепко цеплялась за рукоять сабли единственной уцелевшей рукой, отчего её костяшки буквально побелели.

— Чертов Кассиан, — повторила она сквозь зубы.

Я не стал спрашивать, откуда она знает. Сегодняшней ночью на хуторе имелись дела неотложнее. Я зашагал вперёд, и, когда расстояния между нами осталось совсем немного, я резко рванул вперёд.

Атаманша махнула саблей, но сил у неё уже почти не было. Я легко отвёл лезвие в сторону и проткнул ей горло. Силы тут же покинули её, и атаманша завалилась на землю лицом вперёд. В последнее мгновение перед смертью на её лице промелькнуло облегчение.

Вы убили противника: Атаманша (Уровень 6).

Вам доступно на выбор 2 навыка в рамках «Коллекционера».

Я ничего не сказал. Да и не был должен ей каких-то прощальных слов. Не будь они такими ублюдками, можно было бы поблагодарить их за помощь в сражении с демонами. Но не будь они такими ублюдками, то и сражались бы, возможно, гораздо менее остервенело.

Я тяжело выдохнул и оглядел хутор. Четверо мёртвых краснокожих. Шестеро погибших людей атаманши, включая её саму. В живых и более-менее в целом состоянии остался лишь мой отряд. Разбираться с «Коллекционером» сейчас казалось неразумной идеей. Сначала нужно было обезопасить тылы.

Лазарь сидел на земле у ворот с рассечённым виском и широко распахнутыми глазами, какие бывают у человека, получившего крепкий удар в голову. Айрис стояла рядом с ним и внимательно осматривала двор, фиолетовые искры постепенно гасли на её ладонях. Бертран тоже был на ногах, но прижимал левую руку к телу. Похоже, удар демона повредил ее даже сквозь «Каменную кожу», которой она была покрыта во время удара.

— Берт, присмотри за Лазарем, — отдал команду я, нарушая тишину. — У него, скорее всего, контузия.

— Это ещё не доказанные фа… — скороговоркой выговорил заслышавший меня Лазарь.

Но закончить фразу он не успел. Его стошнило, и это стало последним доказательством сотрясения, которое он получил в бою.

— Да что ты будешь делать, — проворчал Бертран и двинулся к Лазарю. — Котелок свой беречь надо, особливо когда он варит, как у тебя.

Лазарю сейчас было не до комплиментов. Но под присмотром Бертрана я не сомневался в его безопасности.

— Что там в хуторе такое? — сказал я Айрис.

Она всё ещё стояла на месте и внимательно вглядывалась в несколько покосившихся полуразваленных домиков.

— Я чувствую остатки странной магии, — произнесла Айрис и зашагала ко мне. — Напоминает мне следы той энергии, которую я ощущала рядом с подвалом Иеремии.

— Тогда идёшь со мной, — кивнул я и подобрал с земли свой короткий меч, который бросил в суматохе сражения.

Мы медленно двинулись в глубь хутора. В главном доме в очаге всё ещё горел приглушённый огонь. Мы миновали два строения поменьше с провалившимися участками кровли и подошли к деревянному домику в задней части хутора, всё ещё более-менее целому.

— У тебя кровь, — прошептала Айрис, покосившись на мой раненый живот.

— Сейчас не до этого, — отмахнулся я. — Что там со следами магии?

Мы замерли перед тёмным провалом, где раньше была дверь. Справа раздался хлопок. Я дёрнулся, вскидывая меч.

— Зараза, — выругался сквозь зубы я.

Это в ночной тишине от ветра хлопнули две уцелевшие ставни дома.

Айрис зажгла фиолетовый огонь вокруг своих ладоней и немного разогнала тьму вокруг нас.

— Ничего не понимаю, — тихо сказала она. — След точно такой же, и опять идёт откуда-то из-под земли…

— Надо побыстрее разобраться и сваливать отсюда, — решил я и смело шагнул вперёд.

Айрис двинулась следом. Судя по очертаниям, здание некогда было складом: вдоль одной стены были пустые полки, а по всему помещению разбросаны доски от сломанных ящиков. Я прошёлся немного вперёд, и половицы под моими шагами заскрипели.

— Там, — Айрис указала рукой на угол комнаты.

Я вгляделся в пол, но ничего такого не увидел. Ровно до тех пор, пока Айрис не разожгла пламя чуть сильнее. Тогда я смог разглядеть тяжёлую деревянную крышку, запертую на замок.

— Я знаю, что ты там, — произнёс я, не двигаясь с места. — Вылезай, или моя чародейка зальёт погреб огнём.

Какое-то время мы стояли в тишине. Я даже успел подумать, что ошибся и никого в этом погребе нет. Когда я уже собирался подойти ближе и сбить замок, кто-то в подвале откликнулся.

— Если ты думаешь, что огонь меня пугает, то точно не знаешь, что такое Бездна.

Голос был женским и слегка хрипловатым. В нём читалась явная усталость, хотя его владелица и пыталась звучать более-менее бодро.

Я посмотрел на Айрис. Она чуть склонила голову набок и явно пыталась разобраться, что именно она ощущает.

— Здесь, внизу, прохладнее, чем у вас, — продолжил голос с насмешкой. — Спускайся сам. Тебе тут понравится.

Я чувствовал, что женщина улыбалась и дразнила нас. Вот только лезть в чёрт пойми какой погреб чёрт пойми зачем я не собирался.

— А мне и здесь хорошо, — бодро ответил я. — Меня с детства учили не лазить в непонятные тёмные дыры.

— Никогда не знаешь, что в них найдёшь… — тут же откликнулся голос.

И женщина внизу хрипло рассмеялась. Несмотря на хрипотцу, у неё был приятный певучий голос. В иной обстановке кто-нибудь мог даже назвать его сексуальным.

Несколько капель едва слышно стукнули о пол. Я наклонил голову вниз и понял, что моя рубашка и гамбезон промокли, и это моя кровь упала на пол.

— О, да ты ранен, — тут же донеслось из погреба. — Знаешь ли, я могла бы тебя подлечить.

Айрис опустилась на корточки рядом со мной. Некоторое время она была неподвижна, а затем прошептала:

— Я узнаю кое-что. Здесь есть очень слабый остаточный след магии, что я ощутила в подвале с алтарём культа. Только никак не пойму, как эта магия тут очутилась…

Голос снизу тут же стих. А затем произнёс гораздо суровее, чем все провокации до этого:

— Если собираетесь залить погреб огнём, давайте, делайте. Я не вернусь к той безумной суке. Ни сейчас, ни когда-либо ещё, ни за какие угрозы.

Айрис подняла на меня взгляд. Я покрепче сжал меч. И всё никак не мог сообразить, что именно казалось мне подозрительным в этой пленнице в подвале.

— Вообще-то я её убил, — произнёс я.

Ответ не последовал сразу. Какое-то время мы стояли в тишине, а затем женщина наконец откликнулась:

— Что ж, — фыркнула она. — Иногда бывает толк и от человека.

Я вдруг понял, что именно показалось мне странным. Отголоски магии из подвала культа, которые каким-то чудесным образом очутились на границе Анклава. У меня в голове наконец сложились кусочки пазла. И от этого по спине пробежали мурашки.

Свободной рукой я вытащил из-за пояса нож и намеревался спросить у пленницы очевидную теперь для меня вещь. Но Айрис меня опередила.

— Я хочу с ней поговорить, — сказала она.

— Там сидит чёртова демоница, — поморщился я. — Такая же, что и твари, которые нас чуть не прикончили. И ты собираешься с ней говорить? О чём?

Айрис поднялась на ноги и не спешила отвечать. Я почувствовал, что моих причин ей было недостаточно.

— У нас контракт, — продолжил я. — У нас есть работа, которую нужно закончить. И долг, который нужно уплатить. Твой долг. Что ты собираешься сказать барону, на землю которого по трём фронтам вторгаются демоны Анклава? Нет у нас никакой возможности…

— Она может что-то знать о Иеремии, — тихо сказала Айрис. — Что именно происходило в том подвале. Как она перемещается между телами жертв. Нам не придётся исследовать брошенные впопыхах остатки и надеяться на острый ум Лазаря или на мое магическое чутье. У нас есть свидетель.

— Ты собралась поверить демону? — произнёс я чуть громче, чем нужно, и усмехнулся. — Ты вообще хоть раз с ними встречалась?

Айрис покачала головой.

— Вот именно, — настоял я. — Они не умеют держать слово. У них нет чести. Стоит только покровителю поманить их призрачной силой, как они порвут глотку любому, даже собственным братьям и сестрам.

Чем дольше я говорил, тем громче звучали мои слова в пустом складе заброшенного хутора. Айрис поджала губы и опустила глаза на тяжёлую крышку погреба. Она хотела что-то сказать, но её перебил голос демоницы:

— И чем это отличается от тебя и таких как ты, человек?

Я тяжело выдохнул, стараясь загнать поднимающийся в груди гнев куда-то подальше. Айрис точно не заслуживала того, чтобы я говорил с ней на повышенных тонах.

— Как минимум, она ненадёжный источник, — насколько мог спокойно произнёс я.

— А разве им не был Лазарь, когда мы нашли его в лесу? — спросила Айрис, чуть склонив голову набок. — Но он с нами честен. И о том, что он знает. И о том, чего не знает.

У меня не нашлось немедленного возражения на этот аргумент. Айрис это явно поняла, потому что не стала ждать моего ответа.

— Я не прошу тебя принять её в отряд, — тут же продолжила Айрис. — Мы просто поговорим.

В этот момент система иронично напомнила мне о последствиях недавнего сражения:

В радиусе 5 метров обнаружено существо, подходящее для условий прокачки уровня Пути Изгоя (Уровень 2 --> Уровень 3):

- Носитель уникальной Ветви Развития.

Уникальная Ветвь у демона? Черт бы меня побрал. Система тут же выкатила новый пласт уведомлений:

На текущем этапе вами частично выполнены следующие условия:

- Участников отряда с отрицательной репутацией: 4/5.

- Убито демонов: 2/3.

- Носителей уникальной Ветви Развития в отряде: 1/2.

- Текущий уровень: 4/6.

Что-то неприятное закололо у меня в районе рёбер. Возможно, дело было в ране, требующей перевязки и ухода. А возможно, где-то внутри заиграли воспоминания о том, как я в последний раз хоть в чём-то поверил демону. Ничем хорошим тот случай не закончился.

И никакая Система не могла убедить меня в том, что в этот раз история сложится по-другому. Легче будет прикончить чертовку и закончить часть прокачки моего Пути. Похоже, Айрис прочитала что-то такое на моем лице.

— Пожалуйста, — едва слышно сказала она и положила тёплую ладонь мне на плечо.

— Ты ведь собираешься с ней болтать вне зависимости от того, что я скажу, верно? — уточнил я.

— Я предпочла бы сделать это с твоего согласия. — ответила Айрис.

Мне оставалось только выдохнуть и покачать головой.

— Ладно, — пожал плечами я. — Говори с ней. Но и ответственность за то, что она учудит, ложится на тебя.

Айрис едва заметно улыбнулась и подошла к крышке погреба.

— Ты ведь всё слышала, верно? — сказала она. — Мы не причиним тебе вреда. Мы убили людей, которые держали тебя здесь. И до этого — Иеремию…

— Я ничуть не сомневаюсь в твоей честности, дорогая, — перебила её демоница. — А вот что до твоего спутника… мне нужно будет обещание от него, что он меня не тронет.

Айрис обернулась и выразительно посмотрела на меня. Всё моё естество кричало о том, что нельзя идти на поводу у демона. Вот только логика была на стороне Айрис. Нам очень не помешала бы информация о том, что творила Иеремия в Сером лесу и каковы планы у демонов Анклава.

— Даю слово, что не трону тебя, — с большой неохотой произнёс я. — Только если этого не пожелаешь ты сама. И до тех пор, пока ты не причинишь вреда моему отряду. Осознанно или нет.

Снизу раздался гулкий смех.

— Тебе и вправду доводилось общаться с демонами, человек, — произнесла демоница, когда отсмеялась. — Я принимаю твои условия. Взамен, я поговорю с этой чародейкой.

Установлены условия Демонического Контракта.

Обещания были даны. Я подошёл к крышке погреба.

— Отойди чуть-чуть, пожалуйста, — предупредил я Айрис, и она последовала моему совету.

Я одним резким движением сбил замок с крышки погреба. А затем рванул её на себя. Как только подвал оказался открыт, я предусмотрительно сделал пару шагов назад, уходя с линии атаки.

Внизу раздался шорох.

— Я поднимаюсь наверх, — предупредила нас демоница. — Давайте без глупостей.

Вслед за голосом из погреба показалась голова. Первыми в глаза бросились спиленные под корень рога. Хотя, судя по острым и неровным краям, они скорее были обломаны под корень силой, чем срезаны.

Яркие алые глаза демоницы быстро переметнулись с Айрис на меня. А когда она увидела стекающую на пол кровь, она облизнула пересохшие губы.

— Хорошо смотритесь вместе, — хищно улыбнулась демоница, показав острые клыки.

Не получив искомой реакции, она взялась руками за края погреба и осторожно вылезла наружу. Было видно, что движение дается ей тяжело.

На ней были тканые штаны, нижняя часть которых была оторвана, отчего они теперь больше напоминали бриджи. Выше пояса её пепельное тело прикрывали лишь узкие длинные бинты, перевязывающие её грудь.

Даже в ночной тьме было видно, как много на ней было порезов и ран в разных стадиях заживления. Часть были старыми шрамами, часть лишь недавно зарубцевались, а некоторые из порезов ещё кровили по краям. Привычного для демонов хвоста тоже не наблюдалось.

— Будем пялиться друг на друга или всё-таки говорить? — адресовала она вопрос мне.

Несмотря на измученный вид, подбородок демоница держала высоко.

— Как твоё имя? — спросил я.

— Ты лучше меня знаешь, что тебе не дозволено его знать, человек, — чуть склонила набок голову демоница, и покосилась на Айрис. — Но вы можете называть меня Векс.

— Кир, — кивнул головой я и показал рукой в сторону Айрис. — Это Айрис. Снаружи ждут Бертран и Лазарь. Там и поговорим.

— Для начала тебе придётся немного расширить обещание, человек, — прищурила глаза Векс. — Иначе твоя подруга от меня ничего не узнает.

Я и без объяснений понял, о чём она говорила. В ее нынешнем состоянии демоницу прибил бы даже Лазарь. Что, в общем-то, не самый плохой вариант развития событий.

— Условия моего обещания распространяются и на Лазаря и Бертрана, — неохотно согласился я.

Обновлены условия Демонического Контракта.

— Чего же мы ждём? — тут же ухмыльнулась Векс и нетерпеливо закачалась с мысков на пятки, от чего ее пышная грудь заколыхалась вслед за ней. — Мне не терпится вновь увидеть ночное небо.

Я постарался сдержать все порывы, кричащие, что демона нужно прикончить. Лишь посмотрел исподлобья на Айрис и произнёс:

— Под твою ответственность.

И вышел из здания старого склада. Снаружи в голову ударил холодный воздух. Но рана на боку и животе всё ещё горела. И разобраться с ней нужно было поскорее.

— Какой он у тебя суровый, — расслышал я смешок Векс за спиной.

Ответ Айрис я не уловил. Они с Векс вышли на улицу, и мы вместе двинулись в сторону места недавней битвы.

Когда я вышел на площадку перед единственной уцелевшей створкой ворот, то увидел, как Лазарь сидит на земле, опираясь на эту самую створку, и смотрит на ночное небо. А Бертран раскладывает на земле рядом с ним трофеи.

— Я же чётко сказал присмотреть за ним, — недовольно произнёс я.

Бертран с кряхтением разогнулся и ответил:

— Дак вот он сидит, целёхонький… — Бертран прервался на полуслове и уставился мне за спину ошарашенным взглядом. — …Демоны меня раздери…

— Не сегодня, — весело откликнулась Векс. — Я обещала твоему командиру этого не делать.

Веселье звучало наигранно. Впрочем, наигранность была частью характера любого демона.

— Это Векс, — холодно представил её я. — Айрис решила с ней поговорить.

Бертран посмотрел на меня с выражением лица, в котором читалось всё его отношение к этой ситуации. Бывший страж Утёса, который провёл значительную часть жизни на Стене, явно был солидарен с моими мыслями.

Лазарь отвлёкся от созерцания ночного неба и, завидев Векс, его глаза буквально заблестели ярче звёзд.

— Держи этого безумца на поводке, — серьёзно произнесла Векс.

— В отличие от тебя, демон, я держу своё слово, — бросил я и подошёл поближе к трофеям.

Я убрал нож за пояс, а вот прятать меч в ножны не спешил.

— Ты это. За грубость не сочти, командир, — обратился ко мне Бертран. — Но это уже перебор.

— Знаю, — кивнул я и потёр правое плечо.

На нём оставался застарелый шрам от демоницы, которая несколько зим назад чуть не оторвала мне кусок шеи.

— Чего удалось натаскать? — перевёл тему я, игнорируя присутствие демона.

— Ну… — почесал голову Бертран и переключился в рабочее русло. — Есть тут одна бригантина тебе по размеру, коли уж мы кольчугу забрать не смогли. Доспех с девчонки Лазарю будет по размеру, если его в форте подогнать. Да и клинки у них хорошие, не чета баронским.

Векс переминалась с ноги на ногу и с интересом оглядывала разбросанные тела людей и демонов.

— Вы прям как дети малые, — ухмыльнулась она, понимая, что мы её игнорируем.

Во мне могла бы проснуться совесть. Если бы в пол-оборота от меня не стояла поджарая демоница.

Я подошёл ближе к Лазарю и спросил у него:

— Ты как? Есть силы на пару перевязок?

— У меня всегда найдутся силы на практическое применение своих навыков, — затараторил Лазарь, а затем произнёс уже тише. — Это то, о чём я думаю?

— Я обещал, что ни ты, ни я даже пальцем до неё не дотронемся, — предупредил бывшего клирика я.

Его глаза тут же потеряли значительную часть блеска, а на лице проступило сожаление.

— Тогда садись, — произнёс Лазарь. — Я бы не стал рисковать и перевязывать твои раны стоя. Меня все еще слегка укачивает.

Пока Лазарь начал заниматься моими ранами, на моё место поближе к демонице встал Бертран. Векс только закатила глаза и выразительно посмотрела на Айрис.

— Как долго ты просидела в погребе? — спросила у неё Айрис.

— Меня поймали вчера вечером, когда я пыталась пересечь границу, — пожала плечами Векс. — Но культ продержал меня гораздо дольше. Иеремия нашла меня седмицы три назад, может, чуть больше. С тех самых пор я не видела дневного света.

— Как тебе удалось бежать? — уточнила Айрис.

— Как и всегда, — усмехнулась Векс. — Люди расслабились. И отправили в лес половину моей охраны.

Если это правда, значит Векс сбежала из главного лагеря культистов, когда иеремия направила девятку людей в лес на поиски Лазаря. По понятным причинам, эта девятка к Иеремии уже не вернулась.

Векс шагнула в сторону, и Бертран поднял свой меч выше.

— Расслабьтесь, — Векс чуть склонила голову набок. — Просто хочу посмотреть на мёртвого Керрака.

Бертран вопросительно посмотрел на меня, и мне пришлось объяснить:

— Название племени краснокожих демонов.

Векс цокнула языком и опустилась на корточки рядом с мёртвым мелким демоном, которому я перебил позвоночник.

Я посмотрел на Айрис с укором во взгляде. По моему мнению, давать демону так много воли было ошибкой. Впрочем, как и тащить её сюда.

— Что ты пытаешься там найти? — спросил я у Векс.

— Я пытаюсь понять, почему вы такие расслабленные, — ответила она.

И сделала небольшую паузу. Когда никто так и не задал ей очевидного вопроса, она медленно поднялась на ноги и развернулась к нам.

— Я к тому, что вы очень уж расслаблены для людей, которые только что убили передовой отряд Анклава. Особенно…

Она покачала головой и не спешила заканчивать фразу. Лишь все так же перекатывалась с пятки на мысок своими босыми ногами.

Я посмотрел на Лазаря, и тот кивнул головой, дав мне сигнал, что закончил с перевязкой.

— Ты о чём? — спросил я и поднялся с земли.

Векс не спешила отвечать. Я подошёл к ней ближе и остановился в шаге от демоницы.

— О чём ты недоговариваешь? — строже произнёс я.

Векс подняла одну бровь вверх и выразительно указала взглядом на мой обнажённый клинок, будто напоминая мне о данном совсем недавно обещании.

— Даже не знаю, о чём бы я могла говорить. Может, о той удивительной расслабленности, что свойственна даже такому знающему охотнику, как ты.

— Выражайся яснее, — холодно ответил я.

Векс наклонилась вперёд и приблизила своё лицо к моему. Её яркие алые глаза впились в мои.

— Скажу прямо, человек: ты только что убил Видящего. А ведёшь себя так, будто пошёл в лес по грибы.

Я шагнул вперёд, отстранив Векс плечом в сторону. И рывком перевернул мелкого демона на спину.

— Сучий потрох, — не смог сдержать ругательства я.

Прямо под закатившимися красными зрачками на глазных яблоках демона были выведены тонкие черные руны. Векс оказалась права. Мы по уши в дерьме.