Обещание джентльмена

Глава 1

Лондон, 1830 г.

Этот день запомнился ей как один из тех, которые полны случайных событий. Ничем, казалось бы, непримечательный, вполне обычный день, если не считать солнце, которое вдруг вспомнило о Лондоне и постучалось лучами в тяжелые облака, чтобы обогреть город. Разные случайности и события происходят каждый день, но именно в этот они сложились таким образом, что изменили ее навсегда.

Колокольчик на двери звякнул, радостно поприветствовав еще одну покупательницу книжной лавки. Она едва сдержалась, чтобы не поджать губы, ибо терпеть не могла привлекать внимание к своей персоне. Девушка боялась встретить знакомых, об этом даже говорило громко стучащее сердце. Ее глаза быстро прошлись по стеллажам и полкам, прикидывая, где могла находиться интересующая ее литература. Прежде чем сделать шаг, она поздоровалась с продавцом, озабоченным каким-то важным делом. Кажется, он ее вообще не заметил или она произнесла приветствие слишком тихо. Девушка двинулась вперед.

Каблуки стучали тихо, легко, но все равно поднимали пыль на полу. Она почувствовала облегчение, когда скрылась ото всех среди стеллажей. Ее пальцы не спеша скользили по корешкам новых книг. И замерли. Вот она, нашлась! Вдруг чьи-то длинные мужские пальцы, застыв на том же корешке, коснулись ее собственных, затянутых в перчатки. Ее рука резко отскочила.

- Мисс?

- Ой! Прошу прощения, я…

- За что вы извиняетесь? - Темноволосый мужчина усмехнулся. Он с завидным спокойствием и уверенностью взял книгу с полки, внимательно посмотрел на обложку.

- Наверное, не за что. - Надин не отрывала взгляд от книги в его руках. Обычно так голодная собака смотрит на кусок мяса.

Джентльмен заметил это.

- «Немецкая философия», - прочитал он название и удивленно приподнял бровь. - А почему не какой-нибудь женский роман или рекомендации по созданию туалета за последний год?

Его темно-карие глаза взглянули на нее с интересом. Надин стала переминать пальцы, не поднимая лица.

- Если бы там находились важные умозаключения, то, несомненно, подобрала бы что-нибудь подходящее. Но вряд ли Шопенгауэр находил смысл жизни в подборке атласных лент для платья, а если так, то прошу вас подсказать мне, где я могу приобрести такую книгу.

Мужчина рассмеялся, заливисто и живо. А Надин покраснела. Во время смеха его вьющиеся короткие волосы слегка вздрагивали. Он покивал.

- Я отдал бы немало, чтобы самому заполучить такое сокровище. - Взглянул на нее вопросительно, протянув книгу. - И как мы разрешим это?

- Я… Эм… - Надин замялась. У нее сердце пустилось в галоп от его пытливого взгляда.

- Я, конечно, не знаток по знанию этикета, но, по-моему, неплохо было бы представиться. - Он подошел ближе, достаточно, чтобы нарушить правила приличия.

Мужчина был очень высок и широкоплеч, но слегка худоват.

Надин открыла рот и замешкалась, словно забыла, с какой ноги лучше удается реверанс.

Она только успела отступить, как вдруг мужчина отрезал:

- Ладно, опустим это. Держите. - Холодно вручил книгу. - Всего доброго, мисс. - Пройдя мимо нее, как мимо растения, ушел.

Колокольчик на двери звякнул - окончательно покинул лавку. Надин взглянула на книгу в руках. Надо же, какой нетерпеливый! Можно было подумать, ей очень-то хотелось назваться ему. Наверное, джентльмен так и подумал, что она не желала произносить свое имя.

Надин было уже жаль ту женщину, которая согласится выйти замуж за такого нетерпеливого грубияна. В тот момент он так навис над ней, как герой в одном из романов, которые читала ее младшая сестра Джулия. Будто хотел поцеловать.

На краткий миг, всего на секунду Надин представила себя, целующейся с ним, и ей вдруг стало до тошноты неприятно. Она поморщилась. Выбросив дикие фантазии из головы, с книгой Надин направилась к кассе.

Оказавшись дома, она поблагодарила небо, что никто из домочадцев не застал ее. Кроме дворецкого, конечно, которому недавно исполнилось сорок пять.

- Добрый день, мисс Надин. - Поклонился, открыв дверь. Морщины на лбу от удивления стали отчетливее, когда он выглянул в проход и посмотрел на Надин. - Мисс Аллер умудрилась залезть в вашу шляпку?

Надин улыбнулась в ответ на его шутку.

- Ты знаешь, что я была без нее.

- Неужели, мисс? - Дворецкий иронично прижал руку ко рту. - Она и их сиятельства будут недовольны вашим опрометчивым поступком. На вашем месте я бы подготовился.

- Нет, если ты им не скажешь. - Надин мягко добавила: - Не говори, Мэтью. Я ведь не собака, чтобы ходить с провожатым. К тому же это крайне редкий случай…

- Этого требуют приличия, мисс, и ваша безопасность.

- Я знаю. И все же…

- Я могила, мисс Надин, - без лишних уговоров заверил ее дворецкий.

Надин благодарно улыбнулась. Она взобралась по лестнице наверх и вошла в свою комнату. Небольшая - самая маленькая из спален! - комната была обставлена тяжелой мебелью из темного дуба и такими же плинтусами, стены украшали молочного цвета обои. Надин положила книгу на прикроватный столик с правильными формами, напоминающем красиво украшенную деревянную коробку.

Избавляясь от перчаток и шляпки, Надин небрежно бросила вещи на идеально заправленную горничной кровать. Ее внимание притянул запечатанный большой сверток на письменном столе. Она подошла и взяла его в руки. Это были ее лучшие работы, ее труды.

С ним Надин шагнула к двери, но вдруг застопорилась. Даже если она прикажет слуге отнести их в Королевскую академию художеств, а это была мечта всей ее жизни, и даже если ее работы каким-то чудом одобрят, их все равно не примут. Надин неуверенно вернулась назад, положила сверток на стол и грустно вздохнула.

В академии места строго ограничены и принадлежат мужчинам. Как только директор узнает, что этот сверток с портретами, написанными кропотливым трудом, принадлежит женщине, он тут же отправит его в мусорную корзину. Кроме того, в свете непременно узнают, что Надин занимается художеством и получает за это деньги. Из этого раздуют скандал. Упаси бог, чтобы леди занималась трудом и получала за него денежное вознаграждение! Плечи Надин поникли.

Она вздрогнула, когда дверь внезапно открылась. Надин молниеносно схватила сверток и спрятала у себя за спиной. Джулия заглянула в комнату и вошла.

- Наконец ты пришла!

Наряд сестры приковал взгляд Надин, и она возмутилась:

- Ты опять надела мое платье?

Та широко улыбнулась.

- Да.

- Сколько можно, Джулия? Сними немедленно!

- Твои платья гораздо интереснее моих, - ответствовала она с укоряющей ноткой.

- Только в этом году, и то потому, что я дебютировала. Сними и повесь на место.

- Ты знаешь, что будет, если бабушка с дедушкой узнают, что ты выходишь гулять одна? - вдруг шустро сменила тему Джулия.

Надин негодующе вздохнула.

- Ты же знаешь, я не получаю никакого удовольствия на прогулке от компании, тем более от такой, как Изидора Аллер. - Поспешила добавить: - Я люблю ее, но она нагнетает сверх всякой меры.

Джулия посмотрела на ее руки, и ее глаза загорелись лукавством.

- Что это ты там прячешь за спиной?

- Я… - Надин попыталась придать голосу уверенности: - Ничего не прячу, конечно же. - И все равно он предательски дрожал.

- Да?.. - Сестра медленно шагнула к ней, угрожая проверить, что у нее за спиной. - Опять пишешь письма своим любовникам? - пошутила она.

Надин попятилась назад, а Джулия вдруг остановилась.

- Ну ладно. Не хочешь говорить, не говори. Только спустись в гостиную. Нас звала бабушка, сказала, это чрезвычайно срочно. - Сестра открыла дверь, бросив напоследок: - «Срочно» − это значит быстрее, чем ты обычно привыкла.

Надин закатила глаза. Она открыла ящик в столе и положила туда сверток, затем потянула за веревку: вызвала камеристку. Как бы срочно ни требовала бабушка появления всех внучек в гостиной, Надин не могла объявиться там, не переодевшись в домашнее платье. Иначе она догадается, что Надин выходила из дома.

Распахнув двери гостиной, Надин едва не ослепила темнота. Окна были зашторены, комнату освещали - пытались осветить! - несколько свечек, стоявших на столе, на котором также находилась блестящая, богато украшенная шкатулка. Виктория, Мария и Джулия сидели рядом на диване, а бабушка величественно восседала в кресле.

Она устремила на нее негодующий взгляд.

- Твое опоздание затянулось до неприличия. Присаживайся скорее и закрой за собой двери.

Надин нахмурилась, но сделала так, как она сказала.

- А что здесь происходит? Все это очень напоминает спиритический сеанс.

Джулия улыбнулась.

- Мне это нравится.

- Мы еще сами ничего не знаем, - ответила самая младшая Мария со скрещенными на груди руками.

Виктория сказала:

- Т-ш-ш, чтобы понять, нужно сначала послушать.

- Спасибо, Виктория. - На краткий миг бабушка накрыла ее руку своей. - Вы мои единственные внучки.

«В газете уже напечатали эту новость?» - с сарказмом подумала про себя Надин.

- И, как вам известно, я старалась заменить мать, делала… Мы с Бернардом делали все, чтобы вы ни в чем не нуждались. И самая главная задача для матери - это успешно выдать дочь замуж.

«О господи, опять!» - Надин бесшумно вздохнула и сделала скучающий вид.

Джанет продолжала:

- Самый худший кошмар для родителя - видеть, как твой ребенок страдает и мучается. Мы с Бернардом меньше всего хотим, чтобы после нашей смерти вы остались без средств к существованию. Замужество - это не только способ обзавестись детьми и семьей, но это и способ, чтобы уберечься от нищеты. Поэтому вы должны выбирать мужа с умом.

- Это как? Отвесив реверанс, заглядывать к нему в карман? - насмешливо хмыкнула Джулия.

Горящие свечи сверкнули в строгих глазах бабушки.

- Ты дослушай меня до конца, а уже потом спрашивай! - Повисло пронзительное молчание. Джанет продолжила: - Можно узнать его ежегодный доход, есть ли у него долги, сколькими землями он владеет, прежде чем совершить глупость и сказать ему «да». Но сейчас не об этом. - Она потянулась к шкатулке на столе и пододвинула ее к себе. - Прежде чем заглядывать к мужчине в карман, как откровенно выразилась Джулия, его нужно сначала привлечь. И есть интересный и действенный способ, как это сделать.

- И как? - наклонившись, нетерпеливо спросила Виктория.

Джанет открыла шкатулку, в которой аккуратно лежали четыре кольца. Каждое украшал камень, отличный от другого. Блеск самоцветов на кольцах переливался светом свечей.

- Потрясающе. - Джулия придвинулась ближе, ее глаза вспыхнули интересом.

Мария равнодушно спросила:

- И при чем здесь какие-то кольца?

Бабушка взяла одно кольцо с камнем яшмы, внимательно разглядывая его.

- Они передавались из поколения в поколение в нашей семье. Эти кольца могут дать вам то, что нужно, и помочь обрести мужа. - Она протянула кольцо Виктории.

Сестра с нахмуренным видом взяла его в руки, но не торопилась надевать. Джанет взяла второе с аметистом и протянула его Джулии.

- И мы все сразу выйдем замуж? Все враз? - Сестра с восторгом надела кольцо на средний палец.

Джанет улыбнулась.

- Нет, не все враз. Но говорю вам точно, мои дорогие девочки, это случится. - Бабушка вручила кольцо с рубином Марии.

Она приняла его безо всякого энтузиазма, откинувшись на спинку дивана.

- С этого дня носите их, не снимая, - сказала Джанет, перед тем как вынула последнее кольцо из шкатулки и протянула его Надин.

Бирюза. Колечко игриво поблескивало в ее пальцах. Бабушка внимательным взглядом следила за ними, чтобы они оказались у каждой на пальце.

- Это кольцо отлично подойдет к одному моему платью. Даже к двум! - Джулия протянула руку, любуясь новой побрякушкой.

Виктория недоверчиво натянула кольцо на палец. По ее выражению лица было видно, что она так и хотела его снять, но боялась огорчить бабушку.

- Мне это не очень нравится. Все это напоминает черную магию…

- Ну что ты! - весело ахнула Джанет. - Какая черная магия? Это всего-навсего талисманы. Их носили задолго еще ваши предки.

- Неужели все вышли замуж и были счастливы? - В голосе Марии слышалось сомнение.

- Разумеется! В нашем роду не было ни одной, кто бы сидел в старых девах. Все выходили замуж. И вы тоже выйдете, это я гарантирую, - твердо заверила Джанет.

Надин надела кольцо на палец. Сама же она не то чтобы не верила в эту историю, но, честно признаться, очень сомневалась. Кольца, которые благословляют на счастливое замужество? Разве такое возможно? Надин исполнила прихоть бабушки, только чтобы не вызывать бурю негодования. К тому же ей всегда нравилась бирюза, она подходила к цвету ее глаз. А будет ли кольцо работать или нет ей совершенно все равно. Ведь Надин не собиралась замуж.

В дверь неожиданно постучали. Вошел Мэтью и постарался скрыть свое удивление от затемненной гостиной со свечами, вокруг которых собрался женский круг.

- Ваша милость, вдовствующая графиня Чешир к вам с визитом.

Бабушка радостно улыбнулась.

- Проси ее, Мэтью. И прикажи немедленно убрать здесь и подать чай.

- Очень трудно сохранять благоразумие. Хорошо, что виги проиграли выборы в парламенте. Мой муж, будь он жив, торжествовал бы, - говорила графиня Чешир.

Джанет согласилась:

- Бернард каждый раз приходит в ликование, когда речь заходит об этом.

Леди Чешир одна из самых красивых женщин, которых Надин удавалось когда-либо видеть. Проседь в темных волосах нисколько не портила ее, высокие скулы и четкий разрез миндалевидных глаз, как у кошки, твердо говорили о том, что эта женщина знала себе цену.

Держа высоко голову, графиня с вежливой улыбкой сказала:

- Пожалуй, не будем обсуждать политику. Это дело больше под стать мужскому уму. - Устремила взгляд на Викторию. - Недавно я имела честь получить приглашение на бал к Хинтонам.

- Какая удача! Нас также пригласили, - сказала Джанет, опив чаю.

- В самом деле? - изумилась графиня и снова внимательно посмотрела на Викторию, спросив ее: - Вы там будете?

- Несомненно. - Бабушка любезно улыбнулась, потом коснулась руки Виктории. - Пока лишь две мои внучки выходят в свет, это Виктория и Надин. В этом году Надин дебютировала.

- Да-да, я слышала, - с пренебрежительной поспешностью произнесла графиня и обратилась к Виктории: - Вы ведь еще не обручены?

- Нет, миледи. - Виктория отпила чай и опустила глаза. - Пока нет. Как видно, Джентльмены предпочитают блондинок, - пошутила Виктория, - как наша Надин и Мария. По крайней мере, в последние годы я замечала такую тенденцию.

Кошачьи глаза графини заинтересованно блеснули.

- Надин тоже пользуется вниманием джентльменов, да, дорогая? - вставила Джанет.

Конечно, нет! Это была неправда. За почти прошедший сезон она не получила ни одного предложения руки и сердца. Надин не возражала. Однако чувствовала, будто ее это уязвляет. Наверное, самолюбие, решила Надин.

- Ну, это не совсем так… - невнятно произнесла Надин, затем поймала сердитый взгляд бабушки. Она поторопилась добавить: - То есть я имею в виду, что то внимание, что мне оказывали, я бы не назвала изобилием. Возможно, для кого-то это успех… - Последнее прозвучало очень тихо.

- Надин у нас молодец, - вступила в разговор Джулия, прожевав бисквит. - Я считаю, она стойко перенесла испытание первого сезона. Каждый день с утра и до поздней ночи была занята: приемы, визиты, составление расписания, обновление гардероба, посещение мероприятий… Это достаточно трудно для того, кто только привыкает к светской жизни.

- Не сомневаюсь, Надин успешно справилась, - сухо заметила гостья и снова обратилась к Джанет: - Скажите, миледи, как долго ваши внучки еще пробудут в Лондоне?

Бабушка ответила:

- О, в этому году, я думаю, мы не станем спешить с отъездом. В поместье мы уезжаем обычно в конце сентября и до самой весны, когда у Бернарда начинается подготовка к заседанию в парламенте и прочие дела. Но муж еще собирается задержаться в городе. - Поразмыслив, Джанет решительно заявила: - Нет, мы еще пробудем здесь какое-то время.

- Да? - Брови Марии разочарованно и возмущенно нахмурились. - Но у Надин от здешнего воздуха снова станет болеть голова. Котлы уже начинают работать по вечерам. Правда, Надин?

Надин прислушалась к себе. И она уже почувствовала, будто виски дали более болезненную пульсацию, а нос снова хотел зачесаться от плотного воздуха в помещении.

- Если честно, я уже чувствую себя неважно, - призналась Надин, коснувшись висков.

- Не внушай себе, дорогая, с твоим здоровьем все в порядке, - беспечно сказала Джанет.

Виктория коснулась плеча Надин.

- Может, тебе прилечь?

Надин покачала головой.

- Я в порядке.

- Будет благоразумно поступить следующим образом: мы с девочками могли бы вернуться в поместье, а вы с дедушкой останетесь тут. Я думаю, это правильное решение.

Леди Чешир улыбнулась, глядя на Викторию.

- Нет, нет! Так не пойдет, поедем все вместе. Это решено. - Джанет любезно улыбнулась графине Чешир. - Вам налить еще чаю?

Графиня поднялась с удовлетворенным выражением лица.

- Благодарю, миледи, но мне пора. Не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством.

- Ну что вы, видеть вас нам только в радость.

- Пусть ваш очаровательный дворецкий проводит меня. - Графиня обвела всех взором и задержала добрый взгляд на Виктории. - До скорой встречи, дамы. Думаю, в ближайшем будущем мы будем видеться чаще.

Бабушка поднялась.

- И все-таки я вас провожу.

Джанет и графиня прошествовали через гостиную и вышли.

- Почему она сказала, что теперь мы будем видеться чаще? - незамедлительно спросила Джулия, повернувшись к сестрам.

- Что бы это ни значило, но мне это не нравится, - заявила Мария и откинулась назад.

- Вряд ли она хочет причинить нам какой-то вред. - Надин пожала плечами. - Хотя ее присутствие немного тяготило.

- Вот, вот! Вы видели, как высоко она держала нос? - Передразнивая, Мария вскинула голову и смешно скорчила надменную гримасу с раздутыми ноздрями.

Все громко засмеялись, а Мария добавила:

- Она высокомерная, и мне не нравится.

- Забудь о ней, - сказала Виктория. - Скорее всего, мы ее больше не увидим.

- А вот тут ты ошибаешься. - С воодушевленной улыбкой в гостиную ворвалась Джанет. Она встала позади дивана, широко расставив руки на головке. Ее глаза блестели лукавством. - Ну, что вы думаете?

Джулия непонимающе посмотрела на нее.

- Насчет?..

- Неужели вы не догадываетесь, почему графиня Чешир внезапно обратила внимание на наш скромный дом?

Девушки молча переглянулись, и Джанет объявила:

- Она подыскивала здесь невесту, конечно же!

- Уж не себе ли? - съязвила Мария, усмехнувшись.

Джулия зажала рот, чтобы не рассмеяться, а бабушка сурово поджала губы.

- У нее есть сын, граф Чешир. И, судя по тому, как она смотрела на Викторию, я с абсолютной уверенностью гарантирую, что она хочет сделать ее своей невесткой.

- Да? - прошептала Вики с надеждой. - Ты действительно так думаешь, бабушка?

- Не испить мне больше бургундского вина, если это окажется не правдой!

Надин фыркнула.

- Не понимаю, почему все рвутся замуж? Неужели так плохо в собственной семье?

- Надин! Замужество гарантирует женщине благополучную жизнь. Иметь свою собственную семью - это знак успешности. Без замужества твое существование скатится как минимум в нищету.

- А как максимум? - усмехнулась Мария.

Джанет полоснула внучку негодующим взглядом, и та отвернулась.

- Но приход графини говорит не только о том, что вскоре у одной из вас появится ухажер.

- А что еще? - полюбопытствовала Надин.

Бабушка посмотрела на них так, словно это было очевидно.

- Поиски невесты графини говорят также о том, что кольца начали свою работу.

Глава 2

- Прошло три дня, Тристан. Я больше не могу ждать, - сказал Дэмиен, сидя на пустой сцене в одном из театров на Ковент-Гарден.

Тристан покрутил поля шляпы.

- Дай мне еще время, Дэм. Обещаю, я расплачусь.

- Сколько?

Тот помолчал, затем выдал:

- Еще пять дней.

- Сколько?! - с насмешкой воскликнул Дэмиен.

Тристан произнес четче:

- Пять дней. Еще пять дней и деньги будут у тебя, даю слово.

- Ты говорил это три дня назад, Трис. - Перестав смеяться, Дэмиен посерьезнел. - И я убедился, что твое слово ничего не стоит. - Молча оглядел его, затем со вздохом сказал: - Ладно, я даю тебе еще двое суток. И если по прошествии этого времени ты не закроешь долг… - Дэмиен сунул руку в наружный карман сюртука.

- Два дня? - воскликнул Тристан. - Всего два? Это слишком мало, дай больше. Неужели тебе так трудно пойти мне навстречу?

- У тебя уже было время, - облокотившись на сцену, с каплей злорадства сказал Кайл, друг Дэмиена. - Ты ведь, когда занимал, рассчитывал, что к определенному сроку сможешь выплатить долг, правильно? Можно было бы поблагодарить, что без процентов.

Тристан свирепо уставился на Кайла.

- Не надо, Гилберт. Мы все знаем, почему ты не терпишь меня.

Как только Кайл открыл рот, чтобы возразить, Чешир вытащил вексель и повертел им перед лицом Тристана.

- Вот твое слово и оно будет у меня в кармане еще два дня. Я ведь не благотворительная организация, Трис. Ты должен расплатиться. В противном случае тебя ждет Маршалси.

- Долговая тюрьма?.. - Он сжал края шляпы.

Тристан попытался выхватить вексель, но у Дэмиена была хорошая реакция.

- Не так быстро. - Чешир усмехнулся. - Лучше пойди и подумай, как будешь со мной расплачиваться. А пока будет длится этот долгий процесс, это останется у меня. - Сунул вексель обратно в карман и похлопал по нему.

Челюсти Тристана напряглись, он покраснел, как видно, от злости. Резко развернулся и устремился на выход так, будто был готов снести всех и вся на своем пути. В конце зала хорошо виднелась его орехового цвета голова с отчетливой рыжиной.

- Довольно жестко, - заметил Кайл. - Так у тебя и друзей не останется, кроме меня. Тебе повезло: я-то ведь не люблю влезать в долги.

Дэмиен повернулся к нему лицом, взял английскую гитару в руки.

- Он мне не друг. Так, пропустили пару стаканов в «Уайтс». - Он стал настраивать гитару, перебирая струны. - Так что теперь, мне ему простить две тысячи фунтов? Этот рыжий плут найдет деньги, уверяю тебя. Терпеть не могу таких людей, которые занимают с улыбкой, а отдают, так, словно прощаются с жизнью. Я считаю, раз уж взял - верни.

Кайл поднялся на сцену и стал медленно ходить и осматриваться.

- «Берешь чужие, а отдаешь свои», - пробубнил он, заглядывая за отодвинутый двумя пальцами занавес.

- Что?

- Ничего. - Кайл повернулся к нему. - Что мы вообще здесь делаем?

- Тебе тут не нравится?

- Просто я думал, что в театр обычно ходят по вечерам. А сейчас день.

- Мне здесь нравится, - признался Дэмиен. - Да и я жду кое-кого.

Кайл широко улыбнулся.

- А-а… Та самая танцовщица. Я видел ее, хорошенькая. Кажется… − пощелкал пальцами, вспоминая, − …Вивиен, да? Хорошенькая.

Заиграв на гитаре, Дэмиен стал громко петь:

- «Я ткачиха на четырех ткацких станках, как многие знают,

Мне нечего есть, и я изношала свою одежду…» - остановился. - Как там дальше?

Кайл усмехнулся.

- Уж не та ли это баллада про кризис?

- Она самая. Лет десять назад, когда только-только стали внедрять машинное производство, многие люди лишились работы. Они, конечно, до сих пор лишаются, но сейчас нет такого массового увольнения и ажиотажа вокруг.

- Мятежи, поломки… Кстати, родственник Тристана был одним из луддитов.

- Правда? - Дэмиен поднял голову. - Кто?

Кайл пожал плечами.

- Не знаю. В клубе поговаривали, что этот самый родственник попался, его чуть не отправили на виселицу, когда под его руководством люди сломали около десяти машин на производстве. В тот год как раз ввели казнь за эти погромы.

Дэмиен снова запел:

- «Мы продержались шесть недель, думая, что каждый день – последний…»

- Дэм, перестань.

Чешир отложил гитару.

Он протянул руки к Кайлу, выразительно, с трагедией произнеся:

- «Им по незнанью эта боль смешна.

Но что за блеск я вижу на балконе?»

− О боже… − Кайл закатил глаза.

Дэмиен вскочил на колено и приложил руки к сердцу.

- «Там брезжит свет. Джульетта, ты как день!

Стань у окна, убей луну соседством».

- Дэм, ты меня пугаешь… - Кайл настороженно попятился.

Дэмиен бросился к другу и, схватив его за плечи, сильно потряс.

- «Она и так от зависти больна,

Что ты ее затмила белизною!»

- Чешир, ты спятил! - Кайл высвободился, и Дэмиен весело расхохотался. - Артистизма тебе не занимать! И почему ты не поступил на сцену?

- Я же единственный наследник. Хотя мог бы…

- Только через мой труп. - Луиза, его мать, приближалась к сцене. Стук ее каблуков отдавался эхом. - Не сомневаюсь, отец сразу восстал бы из могилы, чтобы тебя остановить.

Кайл склонил перед графиней голову.

- Добрый день, мадам. Как поживаете?

- Спасибо, Кайл, очень хорошо. Но оставим церемонии, я пришла повидать сына.

Дэмиен спрыгнул вниз, взял руку матери и поцеловал.

- Как ты нашла меня?

Луиза улыбнулась.

- Ни для кого не секрет, что это твой любимый театр. Ты посещаешь его с детства. Только вот не престало графу наведываться сюда днем и рассиживаться, играя на сцене, как шуту, будто ему нечем заняться. Что могут подумать люди?

- А что они могут подумать?

- Дэмиен, дорогой, это несерьезно. Твоя репутация итак трещит по швам.

Дэмиен указал рукой на пустые ряды.

- Здесь почти никого нет. И причин беспокоиться тоже нет.

Луиза достала из ридикюля пару газетных листков.

- Желтая пресса так не считает, милый. Посмотри сюда.

Дэмиен взял из ее рук листы. На одном из них он, раздетый по пояс, дрался в кулачном бою на ринге, окруженном грубой невежественной толпой рабочих, которые делали на него ставки. На другой карикатуре Дэмиен выступал с гитарой и бутылкой бренди в парламенте в компании обескураженных и возмущенных политиков.

Дэмиен весело усмехнулся, глядя на старые и знакомые кривые лица.

- Это же просто бульварные листки, мам. Они и внимания твоего не стоят. Неужели ты могла им поверить?

Луиза ласково поправила его вьющиеся волосы.

- Важно то, что они, мягко говоря, дискредитируют тебя. Это не может не сказаться на нашей репутации, на связях со светом и на твоих с парламентом.

Помолчав, он преподнес руку матери к губам и сказал:

- Ты что-то хочешь мне предложить, не так ли?

- Я переживаю за наш род и семью. Ты слишком свободолюбив, дорогой…

- Мама… - Дэмиен отпустил ее руку.

- Подожди, - настаивала она. - Я понимаю, тебе дорога свобода, и ты все равно ко мне не прислушаешься, но…

- Но?

- Есть семья с совершенной репутацией. Если бы ты женился на одной из их…

Дэмиен негодующе вздохнул.

- Подожди, дослушай меня, - продолжала Луиза. - Это была бы по-настоящему выгодная партия. Если одна из внучек Крэнборнов, невинная и чистая девушка, предпочла бы тебя, значит, эти слухи, - взяла у него листки и потрясла ими в воздухе, - действительно всего лишь слухи, так все решат. Наша репутация утвердится. Вы произведете наследника, и я смогу заняться его воспитанием.

- Нет, мама, - отрезал Дэмиен, сделав шаг назад. - Я еще слишком молод, чтобы жениться. Исключено.

Луиза подняла голову.

- Жизнь - очень хрупка. И мне страшно об этом думать, но если с тобой что-то случится? Все наследство перейдет другой семье, наш род исчезнет. Этого нельзя допустить, Дэмиен, хотя бы ради отца.

- Нет. - Он покачал головой.

Луиза продолжала:

- Пойми, тебе необходима семья, жена и сын. Они придадут тебе всеобщее уважение, ты сможешь быть уверен, что место твоего отца перейдет в руки собственного сына. Каждый уважающий себя мужчина должен обзавестись семьей, ты это прекрасно знаешь.

Обзавестись сварливой женой, которая будет нескончаемо пилить его нелепыми просьбами, скандалами? А потом везде и всюду сопровождать его, тяготя своим присутствием и пустой болтовней? Будет стараться ограничивать его похождения, совать нос в его дела… Категорически нет! Дэмиен слишком любил свободу.

Он мог уехать куда и когда захочет, ни перед кем не отчитываясь, наслаждаться любимыми вещами, чтобы при этом никто не жужжал у него над ухом и не мешал. Дэмиен мог иметь любовницу и не попасть под чьи-то подозрения, которые привели бы к семейным скандалам дома. После женитьбы жена бросится первым делом заниматься ремонтом в его особняке, переставлять и распоряжаться всем так, как ей хочется. А когда она забеременеет, то придет плаксивость и еще большая нервозность, следовательно, нервотрепка Дэмиена. Нет, он этого не выдержит. И дети…

Эти спиногрызы, которые только и делают, что орут, едят и опорожняются. День за днем сплошной стресс и недосып и всем от него будет что-то нужно.

Дэмиен уже представил, как он сидит в кресле в библиотеке с изможденным выражением лица. Дети треплют его за одежду и кричат, вырывают страницы любимых книг с пометками, а жена возмущается и требует съездить на лето в один из курортных городов где-нибудь в Мидлсексе.

Дэмиена передернуло. Не-е-е-т! Он еще слишком молод и в своем уме, чтобы не запираться в клетке с тигром.

- Дэмиен?

Он сморгнул и поднял взгляд на мать, которая продолжала настаивать на своем:

- Мисс Беллфлауэр будет на балу у Хинтонов в этот четверг.

- Это у нас, - вставил Кайл с улыбкой. - Мамочка очень старается, чтобы все прошло, как надо. Возможно, даже сам герцог Веллингтон будет.

Луиза вновь перевела взгляд на сына.

- Она будет там, Дэмиен. Ты увидишь, это очень приятная молодая девушка, она тебе понравится. Тебе надо только прийти и оказать ей несколько знаков внимания, и всего лишь.

Дэмиен глубоко вздохнул.

- Извини, мама. Я не женюсь ни на ком, кого бы ты для меня ни выбрала. Это мой окончательный ответ. - Дэмиен сделал шаг в сторону, повернув голову к Кайлу, качнул ею к выходу.

Кайл с радостью спрыгнул со сцены, он поклонился его матери на прощание, и потом они вместе прошествовали к дверям среди рядов.

Нельзя было не услышать, как твердое заключение матери звонким эхом прозвучало на весь театр:

- Ты должен остепениться и завести семью, Дэмиен, слышишь? Это твой долг!

Глава 3

В гостиной Надин пыталась сосредоточиться над новой книгой вопреки пению Джулии. Виктория увлеклась вышиванием, а Мария, бубня под нос, читала светские журналы с советами по уходу за собой. Джанет и Бернард пили чай. Глядя на дедушку, читающего «Таймс», Надин удивлялась, как у него не слипались строчки посреди этого шума.

Неожиданно Бернард хлопнул себя по ноге.

- Все-таки решено! - Всплеск досады заставил гостиную замолчать. Все замерли.

- Что решено? - осторожно спросила Джанет, поглаживая головку попугая, который располагался у нее на руке.

До этого бедная птица тоже переполошилась от испуга.

- Принят акт на разрешение строительства железной дороги Ливерпуль-Манчестер.

- Ну, дорогой, это ведь не первая конная железная дорога. - Джанет улыбнулась попугаю и протянула ему кусочек сухого бисквита. - Зачем же так расстраиваться?

Бернард бросил на нее раздраженный взгляд.

- Леди Крэнборн, силовой тягой будет выступать не лошадь, а паровоз! Паровоз! Эти глупцы думают, что от этого будет толк.

- Как увлекательно, - протянула Мария. - Хотела бы я на это посмотреть.

- Увлекательно?! - совсем разгорячился он. Закинул ногу на ногу. - Вы посмотрите, когда кругом будет стоять дым, а шум паровоза заставит ваши мозги сотрясаться, - проворчал Бернард.

Продолжая вышивание, Вики аккуратно сказала:

- Но, дедушка, ты ведь тоже подписал этот акт…

- И все же в глубине души я надеялся, что до открытия не дойдет.

- Потому что герцог Веллингтон против? - Джанет с детской улыбкой почесала шейку птицы, обратившись к ней: - Да, Вилли? Ты против? Конечно, ты против новшеств, как и твой тезка.

Бернард надменно покосился на Джанет.

- Железнодорожная линия совершенно бесполезна. Я так считал, и буду считать, и убеждать тех, кто еще со мной не согласен.

- Почему, дедушка? - спросила Виктория, ни на секунду не отрываясь от вышивки.

- Потому что у нас есть канал, есть отличные корабли, бесшумные и мощные. Я уже говорил это… Ах! - Полный негодования, Бернард махнул рукой и прикрыл рот с озабоченным видом. - Вы все равно не поймете. Что толку тут говорить?

Надин не решалась высказать свое мнение. Как и Веллингтон, дедушка был консерватором по натуре, к тому же оба приверженцы тори. Все новое ими воспринималось как попытка уйти от традиций, от всего старого, на чем была построена Англия. Это как спилить балки огромной конструкции. Прыжок в неизвестность - это опасно, так думали люди их закалки.

Но Надин считала иначе. Ведь сегодняшние машины в промышленном производстве с успехом заменяют ручной труд, они работают быстрее и эффективнее людей, а когда-то это тоже было нововведением, их боялись, отказывались принимать. Теперь же, благодаря буржуазному строю, Англия была самой экономически развитой страной мира.

Она поджала губы и устремила взгляд в книгу. Ее мнение будет неуместно. Надин наградят быстрым недоверчивым взглядом и продолжат гнуть свое.

Джулия покружилась по гостиной, танцуя с невидимым партнером.

- А вагонетки будут? Они наверняка должны быть роскошно украшены. С цветами и с чем-нибудь блестящим.

- Будут, - буркнул старик. - Вместо угля повезут пассажиров и не в вагонетках, а в длинных вагонах.

- В самом деле? - Мария загорелась интересом.

Надин вздрогнула, ее книга соскользнула вниз, когда Бернард стукнул кулаком по подлокотнику. Он полоснул Марию недобрым взглядом, что та снова уткнулась в журнал.

- Это все образование вашего отца. Если бы он обучал вас традиционной программе, в ваши головы приходили бы умные и светлые мысли, а не всякая чушь. - Дедушка поднялся, сложил газету и с недовольством вышел из гостиной.

Надин осмелилась тихо спросить Джанет:

- А когда состоится это открытие?

Бабушка метнула на нее непроницаемый взгляд.

- Через месяц.

Вот бы ей туда попасть! Посмотреть на действие паровоза вживую. Особое любопытство у Надин вызывали пассажирские вагоны. Прежде были только грузовые. Это такая сенсация! Она нахмурилась. Дедушка ни за что не допустит, чтобы его внучки присутствовали на этом открытии. Это бы означало принятие и поддержку нового вида транспорта, на которую Бернард не пойдет никогда. Надин тихо вздохнула.

- Послушайте, - нарушила тишину Мария, - в журнале пишут, что, чтобы избавится от морщин, нужно перед сном накладывать кусочки говядины на лицо.

Все поморщились.

- Отвратительно! - заявила Джулия. Она обогнула диван и наклонилась на головку за спиной Марии, глядя в страницы журнала. - Какую еще чушь ты нам вычитаешь?

- А кто-то, между прочим, на прошлой неделе весь день занимался скрабом из одуванчиков, взятым из этого самого журнала, - заметила Мария и с ехидством оглянулась на сестру.

Джулия выпрямилась.

- То были безобидные одуванчики, трава. А это мясо. Сырое. - Скорчила гримасу, ее передернуло. - Бе! Я не ем мясо, кроме курицы: мне жалко бедных коров. Тем более я бы никогда не смогла использовать кусочки их тел, чтобы обеспечить себе молодость. Это жестоко.

- А куриц тебе разве не жалко? - сказала Надин и в ту же секунду съязвила с усмешкой: - Конечно, курицы - животные глупые и бездушные. Это совсем другое.

- Не бездушные, - возразила сестра. - Но это другое! И потом, мне же нужно что-то есть.

- А ты закрой глаза и представь, что вместо говядины ты ешь свинину, - сказала Вики. – Ведь бедных свинок ты ешь по настроению.

Виктория и Джулия устремили друг на друга взгляды и в унисон издали притворный громкий смех.

Джанет сетовала:

- Девочки! Вы напугали мистера Вилли. Ведите себя прилично! Такими манерами вы отпугнете от себя всех хороших джентльменов.

- Останутся только нехорошие, - со вздохом сказала Мария и внезапно задумчиво нахмурилась: - А разве бывают плохие джентльмены?

- Ты слишком много думаешь, - сказала Джулия.

Мария продолжила читать вслух:

- «Полезные свойства говядины благоприятно взаимодействуют с сальным веществом, которые выделяют поры за ночь, и помогают коже сохранить влагу, следовательно, делают ее более мягкой и гладкой».

- Мария, это все реклама, - сказала Надин, захлопнув книгу. - Я сомневаюсь, что это поможет.

- Может, и действует. Не зря же пишут, в конце концов. - Джанет отпила чаю.

Надин продолжила:

- И зачем тебе в свои четырнадцать об этом беспокоиться? Ты еще не успела вырасти, но уже думаешь о старении и омоложении.

- «Болезнь легче предупредить, чем лечить», - заявила Мария.

Надин покачала головой.

- Цитата Гиппократа здесь не подходит.

- Почему?

- Потому что старение - это не болезнь, а естественный порядок вещей.

- Но смысл один и тот же, лучше позаботиться о своем здоровье и красоте заранее, чем, когда появятся первые признаки старения, от которых будет потом трудно избавиться.

Джулия спросила:

- Мари, нет ли там средства, чтобы избавится от родимого пятна?

- Сейчас поищу.

Надин повернулась к сестре и вперила в нее непонимающий взгляд.

- Что плохого в родимом пятне?

Джулия повернулась к прямоугольному зеркалу, которое висело на стене напротив и выгнула шею.

- Это некрасиво! Хочу от него избавиться. - Когда Надин закатила глаза, Джулия осерчала: - Что? Каждый хочет в себе что-то изменить, это вполне нормально. Меня только не устраивает пятно. А тебя, Надин? Разве тебе не хотелось бы иметь губы попухлее?

- Джулия, не начинай… - предупреждающе произнесла Виктория.

Но сестра не думала останавливаться:

- Нет, серьезно. Надин, ты ведь знаешь, что у тебя тонкие губы, как нитки. Так и что, тебе бы не хотелось это исправить? Ни за что в это не поверю.

Это правда. Надин хотелось бы иметь традиционные полноватые губы семьи Беллфлауэр. Ни у одной из сестер с этим проблем не было, только у нее они получились весьма светлые и тонкие, зато с очень четким контуром.

Надин почувствовала себя задетой.

- Джулия, прекрати немедленно швырять недостатками в лицо, - нестрого сказала бабушка, увлеченная мистером Вилли.

Джулия положила руку на плечо Надин.

- Ты ведь не обижаешься?

Лицо Надин посуровело, но она ответила:

- Нет, не обижаюсь.

Хотя очень хотелось! Джулия протянулась через головку дивана и крепко обняла Викторию.

- Вот-вот к нам придут Энн и Реджина. Так что я бы попросила воздержаться от разговоров о сырой говядине, особенно за чаепитием.

Раздался стук в дверь, вошел дворецкий. Джулия ободрено выпрямилась.

- Сестры Мейси?

- Извините, мисс, но нет. Это письмо для ее милости. - Мэтью прошествовал через комнату и отдал конверт бабушке, затем ретировался из комнаты.

Джанет сломала печать и стала распечатывать письмо.

Надин поводила пальцем по золотым буквам на обложке и томно вздохнула.

- Может, пазлы пособирать? - спросила саму себя. - Или еще почитать?

Прильнув с объятиями к Марии, Джулия фыркнула:

- Ты никогда не собираешь их до конца, бросаешь на полпути.

- Ну и что? - Надин бросила на Джулию косой взгляд. Она открыла книгу и снова пыталась читать.

Джулия открыла рот, чтобы ответить, как вдруг бабушка, читая письмо, опередила ее:

- У вашего дяди Декстера вот-вот разрешится ребенок. - Бабушка обеспокоенно нахмурила лоб. - Его жене необходима помощь, чтобы она успешно разродилась и первые дни была обеспечена уходом и заботой, поскольку сам он вынужден выехать в Лондон по неотложному делу.

- Какая радость! - Глаза Виктории налились светом. - Я так рада, что у них наконец будет ребенок. Это прекрасно.

«Ну, это как посмотреть, - с холодным скепсисом подумала про себя Надин. - Теперь тетя Вэлли может забыть про себя, ей придется все время и всю жизнь посвятить ребенку. Она не сможет отойти от него ни на секунду, заняться своими делами и собой». - Надин понурила.

Она бы никогда не смогла буквально отказаться от своей жизни ради новой жизни, ребенка, который требовал бы к себе безусловное внимание и заботу. Это одна из причин, почему Надин претил брак.

- Нужно, чтобы кто-нибудь из вас поехал и помог Валентайн. - Джанет взглянула на внучек, но первым делом на Викторию и Надин.

Разумеется, Джулия и Мария были еще слишком малы, чтобы помогать с родами и ребенком, поэтому они могли спокойно выдохнуть. Она даже завидовала им.

Надин напряглась, чувствуя на себе взгляд бабушки. Пальцами она сильнее сжала края книги и склонилась над ней, делая вид, что сосредоточенно читает.

- Надин?

Она зажмурилась.

«Нет, только не я! Пожалуйста!»

- Ты поедешь в Бедфорд.

Надин вяло положила книгу на колени, выражение ее лица стало кислым.

- Поедешь? - глянув на нее, спросила вдруг Джанет, как бы между прочим. - Вашему дяде Декстеру нужна наша помощь. Он очень рассчитывает на нас. Мы не можем бросить его семью в самый важный и волнующий момент.

А у нее есть выбор? Хотя, кажется, его предоставили, но при этом очень четко подчеркнули, что отказ не принимается. Да и разве можно отказать в помощи близким родственникам? Нужно помогать друг другу! И, тем не менее, ехать очень не хотелось…

- Угу, - без энтузиазма промычала Надин с опущенными глазами.

- Вот и умница. - Джанет открыла клетку, находящуюся на столике, и впустила туда мистера Вилли. - Зои поможет тебе сейчас собрать вещи. Нельзя медлить, Валентайн остро нуждается в поддержке, ребенок может появиться на свет в самом скором времени. - Джанет подошла к стене со шнурком, чтобы позвонить служанке. - Я не стану отправлять письмо, потому что вы прибудете в Бедфорд раньше, чем…

- Бабушка, подожди, - остановила ее Виктория, прежде чем она успела дернуть шнурок. - Надин не может уехать, это ее первый сезон.

Бабушка махнула рукой.

- Он почти закончился, дорогая. На дворе уже август.

- И все равно я думаю, это бесчестно - красть у нее последние дни лета. - Виктория была тверда в своих словах, как камень. - Я хочу, чтобы она провела конец сезона с удовольствием. Поэтому в Бедфорд отправлюсь я.

«Слава небесам!» - мысленно взмолилась Надин.

Джанет повернулась к внучке.

- Ты уверена, дорогая?

Виктория кивнула.

- Абсолютно уверена. Я едва не старая дева и ничем не рискую. Не хочу, чтобы Надин упустила свое время.

Надин бросила на сестру виноватый взгляд. В отличие от Виктории, она не хотела и не собиралась замуж. Ей этот шанс нужен был как рыбке зонтик, а сестра преподнесла его ей будто в дар. Надин почувствовала укол совести, но все же промолчала. Меньше всего ей хотелось присутствовать при родах, о которых она имела очень смутные представления, да и те вызывали в ней неприятные чувства, неприязненные и брезгливые.

- Что ж, раз ты так хочешь… - От Надин не ускользнуло, как Джанет расстроилась. Бабушка дернула за шнурок. - Тебе немедленно нужно собирать сумки.

Несомненно, она будет скучать по старшей внучке. Надин бросила на Викторию благодарный и в то же время виноватый взгляд.

- Спасибо.

Вики улыбнулась сестре, обхватила ее руками и прижалась.

- Пожалуйста, моя ягодка.

Не то чтобы ей было неприятно, но Надин почему-то чувствовала себя уязвимой в ее руках, и ей это не нравилось. Она стала сопротивляться.

- Ну все, хватит!

Джулия и Мария прильнули к ним с объятиями, создавая большой сестринский комок любви и тепла. Надин пыталась высвободиться из него, но тщетно. Она опустила руки и, сдавшись, упала, как желе.

Смотря на них, Джанет улыбнулась. Тут снова вошел дворецкий и объявил о прибытии сестер Мейси.

Энн возрастом с Викторией и младшая Реджина вошли в гостиную.

- Добрый день, мои дорогие Беллфлауэры! - со светлой улыбкой произнесла Энн. - О, что я вижу? Посмотри, Реджина! Вот так выглядят настоящие семейные узы. Почему мы с тобой никогда так не делали?

- У нас дома не принято проявлять сильные эмоции, - заметила Реджина.

Надин уже чувствовала, что задыхается.

- Плачу пять пенсов той, кто поможет мне освободиться от этих уз. Поторопитесь, пока я еще в состоянии дышать!

Глава 4

Лакей нашел его в компании друзей в клубе. Вернее, на его пороге, потому что дальше парня не пустили. Из невнятной, судорожной речи Дэмиен только понял, что графине, его матери, сделалось плохо.

Его тут же бросило в жар.

Дэмиен вбежал - влетел! - в дом, словно он был охвачен огнем.

- Где она? Где моя мать? - с лихорадочным беспокойством справился он у дворецкого.

Тот незамедлительно ответил:

- Она наверху, ваше сиятельство.

Дэмиен бросился к лестнице.

- Уже вызвали доктора? – Спешно перешагивал через одну ступеньку.

- Он как раз там, сэр.

Дэмиен приблизился к спальне матери и замедлился. Сердце его учащенно билось от тревоги. За дверью послышалось перешептывание и какой-то шорох. Только-только Дэмиен взялся за ручку, чтобы войти, как вдруг она повернулась, и из комнаты вышел доктор.

От неожиданности мужчина подпрыгнул при виде высокой широкой тени Дэмиена. Довольно старый и худой доктор схватился за сердце.

- Ваше сиятельство. - Поклонился, глубоко дыша. - Вы меня напугали.

- Как она? - мрачно спросил он.

- Леди Чешир в порядке. Пока в порядке.

- Что значит «пока»?

Доктор снял очки и, покручивая в руках, стал их рассматривать будто оценивал перед покупкой в магазине.

- Когда я пришел к графине, то заметил ее крайне нестабильное состояние здоровья, ей резко становилось то плохо, то очень плохо, - говорил мужчина растянуто, не спеша. - Мы можем предполагать, что ее сиятельство очень чувствительна и…

- Ближе к сути, доктор. - Дэмиен сжал зубы от нетерпения. - В чем дело? Моя мать больна или нет?

Мужчина надел очки и посмотрел на него сквозь линзы.

- Полагаю, это сердце. Оно увеличилось в размерах.

- Увеличилось? - недоверчиво переспросил Дэмиен.

- Увеличилось, - подтвердил доктор. - Это привело к излишней чувствительности на внешние раздражители.

- То есть?

Этот доктор испытывал его терпение!

- То есть сейчас состояние ее здоровья полностью зависит от настроения. Графиня должна больше отдыхать и ни в коем случае ее нельзя тревожить и волновать. Тем более никаких потрясений, - строго наказал доктор. - Мельчайшие волнения могут негативно сказаться на сердце и ее состоянии в целом.

Дэмиен приложил кулак ко рту.

- Как это лечить? Что я должен делать?

Доктор достал из кармана листок.

- Я выписал некоторые лекарства, которые должна принимать больная…

- Не говорите так, - выхватив листок, резко отрезал Дэмиен. Доктор непонимающе сморгнул, и он добавил: - Не называйте ее больной. Она здорова, ей просто нужно немного подлечиться.

- Но тогда меня бы здесь не было… - Осекшись под жестоким взглядом Дэмиена, доктор прочистил горло. - Как скажете, ваше сиятельство.

Дэмиен пробежался глазами по списку и ошеломленно нахмурился.

- Французское вино?

- Высшего сорта, - добавил доктор. - Оно улучшит кровоток.

Дэмиен бегло читал:

- Прогулки, положительные эмоции, фрукты… - Замолчал и громко произнес: - Читать вслух последние выпуски светских журналов? - Поднял голову. - Это тоже улучшает кровоток?

Доктор замялся и неловко посмеялся.

- Да это так… Знаете, один из способов, чтобы поднять настроение.

Дэмиен сложил лист с весьма сомнительными рекомендациями, на его взгляд, и положил к себе в карман. Он хотел пройти в комнату матери, но мужчина преградил собой путь.

- И помните, ее здоровье полностью зависит от эмоционального состояния. Никаких волнений.

Дэмиен кивнул, потом тихо вошел вовнутрь. Луиза лежала в постели с закрытыми глазами. В комнате было полно света, только на ее лице лежала тень занавесок. Нахмуренный лоб делал ее вид уставшим. У Дэмиена сжалось сердце.

Он очень тихо присел на стул рядом. Вдруг веки Луизы приоткрылись, при виде сына она улыбнулась.

- Как ты себя чувствуешь, мам? - спросил Дэмиен, взяв ее руку и поцеловав ее. - Доктор сказал, ничего серьезного.

- Да? - тихо изумилась она. - А мне он сказал, что у меня вот-вот лопнет сердце, сказал, не волноваться.

Дэмиен ласково одарил ее улыбкой.

- Я этого не допущу, мама.

- Кто позаботиться о тебе и о хозяйстве, если я вдруг умру?

- Ты не умрешь. Твоя жизнь еще будет такой долгой, что ты устанешь, поверь мне.

Луиза попыталась присесть на подушках, и Дэмиен помог ей устроиться поудобнее.

- Я успею еще понянчить внука?

- Конечно. - Дэмиен натянул улыбку.

- И воспитать из него достойного графа?

Луиза испытывала его взглядом. Дэмиен напрягся. Ему не нравилось, куда это шло.

Вспомнив слова доктора, он бодро ответил:

- Разумеется, мама. Помнишь, как ты меня воспитывала? Вернее, не воспитывала, - усмехнулся Дэмиен.

Луиза снова нежно улыбнулась.

- Твоим воспитанием занимался отец. А я просто тебя любила. - Помолчав, посерьезнела и сказала: - Мне нужен внук, Дэмиен. А тебе - жена и семья.

Дэмиен подавил вздох. Он откинулся на спинку стула, не сказав ни слова, повернулся к окну. Дэмиен не нашелся, что ответить.

- У тебя есть острая необходимость в том, чтобы поправить свою репутацию. И это можно сделать с помощью брака с Беллфлауэр.

Дэмиен поерзал на стуле. Он даже не взглянул на мать. И так знал, что увидит настойчивый, пытающийся убедить взгляд.

Луиза продолжала убеждать:

- Ты обзаведешься семьей, и это даст всеобщее одобрение и признание. Иначе тебя перестанут воспринимать всерьез.

Не выдержав, Дэмиен вскочил. Он стал расхаживать по комнате с приложенным к губам кулаку.

- Я смогу поднять репутацию и без брака, - заявил он. - Для этого стоит лишь поговорить с несколькими моими друзьями, чтобы они как следует выразили свое уважение ко мне в обществе и подчеркнули мой авторитет. Максимум что потребуется, это организовать вечер в мою честь, придумать причину не составит труда.

- Допустим, - согласилась Луиза. - Но как же ребенок? Твой наследник, Дэмиен. И жена, которая ощутимо поднимет твой статус.

Мать говорила о ребенке и о жене так, словно они уже у него были. Он так не хотел говорить об этом! Дэмиен чувствовал, как начинал раздражаться, словно легкая дрожь перед землетрясением. Он резко развернулся к ней всем телом.

- Жена, которая не пожалеет потратить сил, чтобы как следует выпить из меня всю кровушку? - Он повысил голос, наотрез заявляя: - Я не готов принести себя в жертву. Жениться − значит отказаться от свободы и обречь себя на долгие годы мучений. Ты понимаешь, что мне будет нечем дышать?

Он едва сдерживался, чтобы не вступить в яростный спор с матерью.

- Почему отказаться? Ты будешь свободен, как и прежде… О! - Луиза поморщилась и схватилась за сердце.

Дэмиен похолодел, кинувшись к матери.

- Ты в порядке?

На какое-то время мать задержала дыхание, потом медленно стала втягивать в себя воздух. Дэмиен взял ее руку, но она выхватила ее.

- Женишься, произведешь на свет сына и будешь свободен, - сдавленным голосом сказала Луиза. - Можешь и дальше наслаждаться жизнью.

Ладонями Дэмиен потер лицо, а Луиза продолжала давить:

- Семья - вот первостепенная задача, которую должен выполнить мужчина. Заведи ее и гуляй дальше. Все мужчины так делают. Жена с ребенком дома, а муж… где захочет.

Дэмиен поднял к ней голову с ироничной усмешкой.

- И с кем захочет? Разве брак не обязывает быть хорошим, верным мужем?

- Обязывает. Но публичные дома не в счет: жена не может и не должна получать удовольствие в… - прервалась. - Ты понимаешь. Для нее это неприлично.

Дэмиен усмехнулся еще шире.

- А для меня?

- Ты мужчина. Это другое.

- Интересно… - протянул он.

Луиза приложила руку к сердцу, ее лицо снова сделалось тяжелым.

- Так ты согласен? Просто женись, произведи наследника и все. Большего от тебя никто не просит и не ждет.

Черт! Дэмиен поднялся. Он уперся руками в подоконник.

Дэмиен всем своим существом был категорически против. Он знал, что должен обзавестись семьей, таков закон жизни тех, кто занимает высокие социальные ступеньки. Да и наследство надо было передать по родству. Но, видит бог, Дэмиен хотел оттянуть эту каторгу как можно дольше. Сейчас слишком рано, ему всего двадцать четыре! Он желал вволю упиться свободой, перед тем как заключить себя в кандалы и посвятить жизнь семье.

Но Луиза была права лишь в одном: Дэмиена мог угробить случай, и тогда их имущество и владения перейдут другой семье. Пожалуй, только в этом случае он видел необходимость женитьбы.

- Я не переживу, если с тобой… - Луиза зажмурилась от боли в груди.

«Никаких волнений!» − напомнил себе Дэмиен.

А если он откажется, уйдет, как обычно, хлопнув дверью, и ей станет хуже? Непременно станет. Черт возьми! Он чувствовал свое отчаянное положение. Обстоятельства будто загоняли его в угол, как дикого зверя.

- Ладно, ладно. Хорошо, я согласен, - заверил Дэмиен. Он повернулся к матери и увидел, как лицо ее разгладилось и посветлело. - Где я могу встретить эту мисс Беллфлауэр?

Надин старалась изо всех сил не обращать внимания на короткие, но огромные пышные рукава ее белоснежного бального платья, отделанного светло-голубым кружевом по подолу юбки и манжетам, и с таким же оттенком по поясу на низкой талии. Такие рукава нередко высмеивали в желтой прессе, но почему-то все равно оставались на пике моды. Кроме того, слишком низкое декольте, начинающееся от плеч, заставляло Надин испытывать удушающее чувство стыда, особенно когда замечала на нем мужские взгляды.

Громоздкие широкие юбки казались Надин настолько нелепыми, отчего ей представилось, будто она, как и другие леди в этом роскошном зале - полураскрытые зонтики. Если бы это действительно было так, то ими можно было укрыть от дождя целый город, распустив и подняв вверх куполом.

Надин скромно стояла у стены. Она подавила порыв вздохнуть поглубже: сдавливающий французский корсет с косточками до неприличия приподнимет ее грудь, заставив испытать неловкость. А этого ей хотелось меньше всего.

- Надин, милая, подойди к нам, - добродушно подозвала ее Энн Мейси в их девичий кружок.

Надин выдавила улыбку. Переминая пальцы, она подошла к ним, затем Энн представила ее своим подругам.

- Говорят, мистер Джекол собирается сделать предложение Бетти Линкольн, - тихо говорила Энн.

Девушки ахнули.

- Тот симпатичный военный?

Надин приблизилась, она приоткрыла ухо, чтобы лучше слышать.

- Между прочим, лейтенант Джекол, - сказала одна из них таким важным тоном, словно являлась специалистом в званиях.

- Да, но это не самое волнующее. Мне известно из достоверных источников, что мисс Линкольн уже тайно обручена.

Девушки в удивлении раскрыли рты. Энн прикрыла губы рукой, сдерживая смех.

- Представляете, в какое неловкое положение попадут и Бетти, и Джекол, если он вдруг решится просить ее руки? Он получит отказ. И поделом ему!

- Почему ты говоришь так жестоко? - удивилась Надин. - Вдруг он влюблен в Бетти.

Девушки звонко рассмеялись.

- Конечно, нет! Всем известно, что у Джекола полно долгов, которым нет числа, - сказала одна молодая леди.

- Тристан Джекол просто решил приударить за богатой наследницей и заполучить ее щедрое приданное, чтобы рассчитаться с кредиторами, - говорила Энн. - Если любовь его и интересует, то в самую последнюю очередь.

- После того как Бетти откажет ему, он наверняка станет искать новую состоятельную леди. Интересно, на ком же остановятся его поиски? - Подруга Энн обвела круг девушек интригующим взглядом.

- О нет, только не я, пожалуйста! - Все со смехом стали открещиваться.

Надин сдержанно улыбнулась. Вот уж кому точно не грозит стать жертвой охотника за приданным. Ее состояние было не таких размеров, чтобы им можно было хвастаться. А если быть точной, то ее приданное - все равно что горстка соли в море. Помимо Надин в семье Крэнборн были еще три незамужние внучки, которых тоже нужно было справедливо обеспечить. И дедушка Бернард по-честному разделил состояние между ними.

- Прошу прощения, леди, - извинилась Энн перед подругами и обратилась: - Надин, можно тебя на минуточку?

Они взялись под локоть и пошли по периметру зала. Надин восхищал массив колонн и дороговизна атласных бежевых стен, которых освещали канделябры и блеск люстр. Но больше всего ее внимание привлекали высокие в пол портреты исторических личностей.

- Виктория уже доехала до Бедфорда?

- Ну… Она не писала нам, но, по расчетам, должна была уже быть там. Наша семья в скором времени ожидает от нее известия. Думаю, оно скоро придет.

Энн остановилась, и Надин повернулась к ней. Ее беспокойный взгляд искал у Надин поддержки.

- Я переживаю за нее, - призналась Энн Мейси, взявшись за ее руки, слегка сжала их. - Дороги сейчас такие опасные. Особенно для одиноко путешествующих карет. В пустоши хорошо проглядываемые кареты запросто становятся добычей разбойников…

Надин нахмурилась и отвела взгляд. Ее сердце сжалось от внезапного страха. Она попыталась отогнать пугающие мысли, но бесполезно. Уже представила, как в темноте бандиты набросились на экипаж словно тараканы, как выволокли оттуда Вики, зажимая ей рот, и стали разбирать карету по частям, а ее…

Нет! Надин не должна об этом думать! Она должна верить, что Виктория добралась до Бедфорда благополучно. Но воображение было не остановить, оно то и дело рисовало новые варианты налета на экипаж по дороге в Бедфордшир. И, самое главное, что, если вдруг - не дай бог! - с сестрой что-то случиться, в этом будет виновата она. Ведь именно Надин должна была занять ее место и отправиться в дорогу. Где-то глубоко в ней поскреблась совесть.

Ну зачем Энн сказала ей об этом?! Теперь Надин станет беспокоиться, она будет думать об этом, пока не получит новости о Вики.

Надин отняла свои руки. Энн ждала поддержки, но Надин не могла ее дать, теперь она сама нуждалась в ней.

- Я думаю, с ней все будет в порядке, - только и сказала она неуверенно.

Но Энн, кажется, этого хватило, потому что она внезапно приободрилась:

- Ты и вправду так думаешь?

Надин бегло подняла и опустила взгляд, потом покивала.

Энн выдохнула, обмахиваясь веером.

- Будем ждать известий. Пообещай, что ты немедленно сообщишь мне, как только оно придет. Я ведь переживаю за нее, она мне как сестра. - Энн радостно улыбнулась, глядя поверх ее плеча, и присела в реверансе. - Добрый вечер, миледи.

Джанет ответно поклонилась и положила руку на плечо Надин.

- Я стала невольной свидетельницей вашего разговора. - Бабушка не снимала лукавой улыбки. - И, как у подруги нашей семьи, я могу полюбопытствовать, за кого это ты, Энн, так серьезно волнуешься? Будь ты нам чужой, я бы, разумеется, не стала спрашивать.

- Нет причин скрывать, - ответила Энн. - Мы с Надин как раз гадали, добралась ли Виктория до Бедфорда. Учитывая в последнее время усиленные нападения разбойников...

- Не думайте об этом! - Слова Джанет были тверже булата. - Ни в коем случае. Я безо всяких сомнений и страхов вам скажу, что Виктория добралась до Бедфорда живой и невредимой.

Надин оживилась:

- Пришло от нее письмо?

- Нет, - ответила бабушка. - Но я и без письма вас уверяю, что с ней все в порядке.

- Откуда тебе это может быть известно наверняка? Столько опасностей… И мы не знаем…

- Нет-нет-нет! - перебила Джанет. - Поверьте мне, интуиция никогда не подводит.

Интуиция… Разве можно в этой жизни быть в чем-то уверенным наверняка? Конечно, нет! Обстоятельства не спрашивают ничьего разрешения, они просто наведываются и все меняют, кто бы что не думал.

- Говорят, женская интуиция самая сильная. - Подошел незнакомый мужчина. - И я склонен этому верить.

Надин подняла глаза и ошеломленно открыла рот. Это был тот самый джентльмен из книжного!

Энн и Джанет присели в любезном реверансе. Охваченная потрясением, Надин застопорилась, потом одернула себя и поклонилась. Джентльмен не стал тянуть с приветствием.

- Дэмиен Фокс, граф Чешир, - представился он и улыбнулся так, будто его имя разило женщин наповал.

- А-а-а… - Джанет улыбнулась еще шире.

Джентльмен нахмурился.

- Не понял?..

Бабушка быстро исправилась:

- Я Джанет Беллфлауэр, виконтесса Крэнборн, а это леди Мейси и моя внучка мисс Надин Беллфлауэр, - с гордостью представила Джанет.

Взгляд графа нашел Надин, блестящий и полный очарования. Он смотрел на нее так, словно они вместе выпивали в какой-то таверне. И Надин поняла, что он ее узнал.

- Мисс Беллфлауэр, полагаю, ваша старшая внучка, не так ли? - Он не сводил с нее взгляд.

- Если считать на данный момент, то да. - Джанет лукаво посмеялась.

- С моей стороны было бы неучтиво не отметить, что вы очень прелестны, мисс Беллфлауэр, - сказал Чешир и обаятельно улыбнулся. - Ваша красота ослепляет.

Надин залилась краской. Она почувствовала себя неловко, оказавшись в центре его внимания.

- Лестно слышать, ваше сиятельство. Благодарю за комплимент, - ответила Надин, опустив глаза вниз.

Комплимент не отличался оригинальностью, однако все равно было приятно слышать. Надин редко удостаивали комплиментами и вниманием в этом сезоне. И слава богу! Иначе она ходила бы с покрасневшим как помидор лицом, и точно стала бы жертвой карикатурных насмешек. Надин не смогла насладиться замечанием Чешира в полной мере, поскольку чувствовала себя скованно. Сердце забилось от волнения. Она не осмеливалась поднимать на него глаза: со столь откровенной прямотой он смотрел на нее.

- У вас дебют в этом сезоне? - поинтересовался он, окинув взором ее светлое платье.

- О да, - отвечала Джанет. - Надин довольно преуспела. В июле ее нельзя было застать наедине. Даже бальная книжка была полностью исписана именами.

Надин сдерживала себя, чтобы не прикрыть лицо руками от бесстыдной лжи.

Чешир изумился:

- Вот как? Надеюсь, у мисс Беллфлауэр найдется строчка для меня, чтобы я смог пригласить ее на следующий танец?

Надин растерялась, посмотрев на бабушку. Повелительный взгляд Джанет заставлял ее принять приглашение. Надин достала бальную книжку, с дрожащими от волнения руками переворачивала страницы.

- Надин прекрасно танцует, - отметила Энн.

- Я непременно приму ваше приглашение, милорд.

Чешир бегло окинул пустую страницу взглядом, и Джанет с неловкой улыбкой лихорадочно добавила:

- Мы прибыли совсем недавно. Буквально несколько минут назад.

Джентльмен натянул вежливую улыбку. Он подставил Надин локоть, и она положила на него свою руку. Они принялись обходить периметр зала в ожидании, когда начнутся танцы.

Тогда в лавке Надин не успела его толком рассмотреть, да и не могла, поскольку они стояли нос к носу. Но теперь, глядя на Чешира украдкой, она отметила про себя, что он был весьма красивым мужчиной. От осознания этого у Надин еще больше волнительно заколотилось сердце.

Внезапно Чешир посмотрел на нее, и Надин резко опустила голову.

- Я не ожидал, что вы внучка Крэнборнов.

- Надеюсь, эта неожиданность не стала для вас неприятной? - негромко произнесла Надин.

Чешир замолк на некоторое время, словно отвечал сам себе на этот вопрос, потом сказал:

- Нет. Но, честно признаюсь, меня несколько удивило то, что юная внучка закоренелого до костей тори, консерватора, вольно бродит в одиночестве по книжным лавкам.

- Пожалуйста, потише, сэр, - беспокойным шепотом просила Надин.

- И еще читает зарубежную философию…

Она не смотрела на него, но слышала усмешку в его речи.

- Милорд… - Надин вцепилась ему в рукав и сжала зубы.

Чешир положил руку поверх ее, заставив от него отцепиться.

- Что, по-вашему, заставило вас отправиться туда за книгой? Страхи, склонности или долг? - спросил он.

Бросив на него краткий взгляд, Надин столкнулась с самоуверенной усмешкой.

- Вы что, решили погонять меня по Канту? Как в университете?

Бровь Чешира изумленно поползла наверх, и Надин, усмехнувшись, испытала за себя гордость. Джентльмен явно не ожидал, что она знакома с учениями Канта. Вот так-то! Она испытала приятное чувство удовлетворения.

- Откуда вы знаете, что это изучают в университетах? У вас, насколько мне известно, нет братьев.

- Я не знаю. Это предположение.

Чешир неожиданно остановился, и Надин повернулась к нему лицом. Темные глаза выражали открытый интерес.

- И все-таки страх, склонность или долг? - переспросил он.

Надин открыла рот, чтобы ответить «склонность», но передумала. Она считала необходимым впитывать как можно больше знаний, ведь она столько всего еще не знала! Тогда долг? Или, может быть, даже страх остаться неученой и глупой?..

- Я не… Это… - заикалась она в нерешительности.

Чешир коротко и резко вздохнул.

- Не берите в голову, мисс. Я просто так спросил. Пойдемте, с минуты на минуту начнется вальс.

Они продолжили прогулку.

Лишь потом Надин заговорила:

- Я не была уверена. Думаю, все три.

- De quoi parlez-vous?[1] - Чешир смотрел перед собой с незаинтересованным выражением лица.

[1] - с франц. «О чем вы?»

- Я о трех вещах, влияющих на поступки людей.

- Полно, мисс Беллфлауэр. Для меня это вчерашняя газета.

Надин разочарованно вздохнула, Чешир будто перегорел. Когда заиграла музыка и объявили о начале танцев, он повел ее в середину зала.

Граф уверенно обхватил рукой талию, что от ее тепла у Надин перехватывало дыхание, а другой соединил их руки. Мысленно она приказала себе выпрямиться и поднять голову. Надин должна смотреть в глаза!

Взгляд темно-карих глаз был устремлен на нее все то время, пока они кружились по паркету. Надин не выдержала и отвела свои. О, как ей было неловко! Как можно так откровенно пялиться? Дистанция между ними заметно сократилась, от волнения ее руки вспотели под атласными перчатками. Казалось, корсет окончательно сдавил последние ребра: голова у нее закружилась. Или это из-за Чешира?..

Надин все время напоминала себе о движениях, чтобы не споткнуться. Не хватало еще растянуться тут посреди зала! А Чешир неустанно рассматривал ее, чем больше заставлял хотеть сбежать отсюда. Возможно, будь он не так красив, Надин волновалась бы меньше.

Дэмиен испытывал ее. Его забавляло то, как она взглядом избегала его. Надин чувствовала себя неуверенно, это он понял еще в тот день в книжном магазине. И сейчас она продолжала говорить и вести себя нерешительно. Это раздражало: ее заикание, ее медлительность в подборе ответа. И как только такая как Надин, приглянулась Луизе? Пока она раздумывала над ответом, у Дэмиена просто не оставалось терпения, и он быстро переводил тему. Даже обидно, ведь девушка не была обделена интеллектом. Надин имела тягу к знаниям, это достойно уважения. Однако в остальном она ничем не впечатляла его.

Дэмиен позволил себе исследовать ее лицо.

«Лицо, которое неизбежно будет напоминать мне о брачных цепях», - подумал он с отторжением.

Белокурые волосы, голубые глаза и бледная кожа - вполне себе традиционные элементы европейской внешности. Тонкие губы были окрашены легким оранжевым оттенком, высокие широкие скулы четко выделялись на ее лице и контрастировали с робким характером. Фигура… Трудно было сказать из-за многослойных широких юбок и «бараньих окороков», − так в желтой прессе высмеивали пышные рукава. Но вот очень тонкая, прямо кукольная талия завоевала его внимание и одобрение, как и привлекательное декольте.

- Право слово, милорд, вы рассматриваете меня так, словно прикидываете на прочность часы в лавке, - сказала Надин, и ее щеки запылали. - Вас не смущают люди вокруг?

- Ничуть, - парировал Дэмиен, усмехаясь в знак доказательства своих слов. - Почему меня должно смущать чье-то мнение?

- Потому что от него многое зависит. Non? [2]

[2] - c франц. «Разве нет?»

- Да. Но мне, - он притянул ее еще ближе - Надин растерянно захлопала глазами, - не так важно, как это отразиться на моих делах.

- Правда? - Отстраняясь, она помолчала какое-то время, потом в шутку выпалила: - Неужели вы могли бы даже поцеловаться с кем-нибудь в зале при всех? - И слегка посмеялась.

Ни один мускул на лице Дэмиена не дрогнул.

- Вы мне не верите? - Его взгляд опустился вниз.

Надин увидела его серьезность и, поймав его взор на своих губах, вдруг занервничала:

- О нет, милорд, не нужно…

- Я могу вам доказать. - Дэмиен слегка приблизился, а Надин лихорадочно отстранилась.

- Нет-нет! Я вам верю, верю. Честное слово!

Надин спасло то, что Дэмиен закружил ее под своей рукой. Они продолжили танец. Он двигался быстро и плавно, что она не поспевала за ним.

- Мисс Беллфлауэр, у меня зародилась блистательная идея.

- И какая? - поинтересовалась она.

Дэмиен загадочно улыбнулся, оттягивая время.

Надин переспросила:

- Ну? Какая, милорд?

- Что, если послезавтра нам совершить прогулку в экипаже в Гайд-парке?

- О… - Надин изумилась. - Я не знаю, сэр… У меня много занятий.

Дэмиен нахмурился. Она ему отказала? Только что? Удивительно!

После танца они еще совершили круг по залу. Затем Дэмиен вернул Надин ее бабушке.

- Танец с мисс Беллфлауэр принес мне неимоверное наслаждение, - сказал он.

Виконтесса направила на него все свое внимание.

- Ничего удивительного: в детстве она много занималась уроками танцев. Я рада, что компания моей внучки доставляет вам радость, милорд.

- И мне было несказанно приятно, ваше сиятельство. - Надин вежливо улыбнулась.

«Я заметил», - иронично подумал про себя Дэм, вспомнив, как она вся съежилась от его взгляда.

- Жаль, что удовольствия всегда длятся так мало, - печально улыбнулась ее бабушка. - И их нельзя продолжить до следующего дня…

Надин настороженно посмотрела на бабушку. Дэмиен широко улыбнулся. Он непременно воспользуется этим намеком!

- Почему нет? - Обратился к Надин: - Я бы с большим наслаждением встретился с вами послезавтра, мисс. Если, конечно, вы позволите.

- Я…

- Разумеется, милорд! - ликовала виконтесса. - Обязательно приходите навестить нас. Мой муж недавно получил в подарок набор традиционного китайского чая. Мы могли бы испить его с вами вместе. Правда, Надин?

Надин растерялась, но под властным взглядом своей бабушки собралась и ответила:

- Конечно. Мы будем рады видеть вас у нас дома. Не оскорбите отказом.

Самодовольно улыбаясь, Дэмиен переводил взгляд с одной на другую, затем ответил:

- Было бы глупостью с моей стороны отказываться выпить чаю в такой компании. Я приду.

- Превосходно! - Виконтесса с нескрываемой радостью резким движением раскрыла веер.

Когда заиграла музыка, Дэмиен поднял палец вверх, как бы призывая всех прислушаться, потом слегка наклонился к Надин, предлагая руку.

- Не откажи´те в удовольствии еще раз провести с вами время в танце, очаровательная мисс Беллфлауэр.

Дэмиен торжественно улыбнулся, когда она ошеломленно округлила голубые глаза, не в состоянии отказаться под давлением бабушки. Она нехотя приняла его руку.

Глава 5

Надин валялась в кровати и благодарила Бога за то, что ее расписание перестало быть перегруженным к концу светского сезона. Она могла позволить себе немного полежать. Некоторые семьи уже покинули Лондон в пользу курортных городов или собственных поместий, и ей бы тоже очень хотелось уехать в Крэнборн-мэнор, но они вынуждены оставаться здесь.

Надин вынула руку из-под одеяла и взглянула на бирюзу у нее на пальце. Неожиданно солнце вышло из-за облаков и осветило кольцо ярким светом. На камне расползались темные прожилки, как трещины на голубой антарктической льдине. Не может быть, чтобы кольцо было волшебным. Однако странно то, что именно после того, как Надин его надела, внезапно появился Чешир. Она сомнительно свела брови к переносице, повертела рукой туда-сюда. Хотя фактически они встретились с ним раньше, чем это кольцо попало к ней в руки…

- Тебе тоже кажется это странным?

Надин с трудом подняла голову и увидела Марию. Лицо сестры было помятым, и Надин сразу сообразила, что та провела очередную ночь в компании детективных романов. Она с сомкнутыми руками прошла в ее спальню и села в массивное кресло у старого, правильной формы камина. Голова Надин рухнула обратно на подушку.

- Что именно?

- Бабушкина легенда с кольцами. Все это очень подозрительно и неправдоподобно.

- Ты так думаешь? - Ее тон был скучным.

Мария покрутила кольцо с рубином на своем пальце.

- Посуди сама: кольца идеально подошли нам по размеру. Каждой! Это странно, ведь они принадлежали другим женщинам нашей семьи.

Надин перевернулась на спину и уставилась в потолок.

- Может быть, в силу своего волшебства они подстроились под нас? - Улыбнулась на свою иронию.

Мария скептически фыркнула:

- Никакие они не волшебные! Обычные побрякушки.

- Осторожнее с выражениями. - Надин услышала голос Джулии, вошедшей в комнату. - Колечко может обидеться, и тогда ты останешься одинокой старой девой.

- Очень надо! Но все-таки размер…

Надин прервала:

- Мария, наверное, бабушка просто сходила к ювелиру и подогнала кольца под наши размеры. Вот и все.

Сестра задумчиво хмыкнула и согласилась:

- Думаю, так и было. Да, определенно так! Это единственное логичное объяснение.

- Ты долго еще собираешься валяться в постели? - недовольным тоном сказала ей Джулия, присев на край кровати.

Надин возмутилась:

- А что, я не могу встать немного позже обычного? За лето каторги позвольте хотя быть немножко отдохнуть в конце концов.

- Каторги?! - с насмешкой воскликнула Джулия. - Что это еще за слово такое неприятное?

- По-другому - наказание.

Джулия укоряюще состроила гримасу.

- Опять умничаешь, используя умные словечки?

Надин закатила глаза.

- Если для тебя это умное словечко, боюсь представить запас твоего лексикона.

Джулия схватила подушку и хлопнула ею по Надин.

- Ты невежда! Дебют не может быть наказанием, это же такая радость! Ты представь: магазины, покупки, посещение салонов, примерки, грандиозные мероприятия, танцы, джентльмены… - Остановилась, увидев поднятую бровь и недовольство на лице Надин. - Ну да, ты все это уже знаешь.

- Все равно, что объяснять сапожнику, как латать обувь, - сказала Мария.

Надин приподнялась на локтях.

- Что вы вообще делаете в моей спальне? Будто у вас нет своих собственных, хотя они в разы больше моей.

Джулия воодушевленно кинулась обнимать Надин.

- Лично я пришла узнать подробности, как ты провела время с лордом Чеширом.

- Лордом Чеширом? - изумившись, переспросила Мария. Она шустро взяла стул, придвинула к кровати и села на него. - Кто он такой? Звучит как будто знакомо.

- Он сын графини Чешир, той надменной женщины, которая была у нас несколько дней назад, - пояснила Джулия и с широкой лукавой улыбкой повернулась к Надин. - Но, кажется, кто-то скоро станет новой графиней Чешир…

- Конечно! - с сарказмом произнесла она в ответ. Надин высвободилась из объятий сестры.

- Откуда такая уверенность? - поинтересовалась Мария у Джулии.

- Бабушка рассказала мне, что Чешир проявил к Надин неподдельный интерес, когда они были на балу у Хинтонов. А сегодня он придет к нам на чай.

- Интересно… - протянула Мария, наверняка опять задумавшись над силой кольца.

Джулия в приказном тоне заявила:

- Так что ты должна немедленно начать приводить себя в порядок. Твой ухажер может приехать с минуты на минуту.

- Он не мой ухажер! - Надин накрылась с головой одеялом. Она чувствовала, как покраснело ее лицо, и не желала становиться предметом шуток сестер. - Чешир не рассматривает меня в том плане, в каком вам хотелось бы. Это не так.

- Конечно! - недоверчиво воскликнула Джулия. - Иначе он бы сюда не напросился на чай.

Надин не верилось, что все это происходило с ней. Ведь у нее не было ни хорошего приданного, ни неземной красоты, ни даже высокого титула. Только чистая и незапятнанная репутация, но ведь этого очень мало, чтобы захотеть связать себя с кем-то узами брака.

- Наверное, он влюблен в тебя, - выдала Мария, и Надин еще больше покраснела под одеялом.

Она саркастически посмеялась.

- Может, и влюблен. Но не в меня.

- Ты считаешь, в тебя невозможно влюбиться? Ведь ты такая хорошенькая, Надин!

Приподнявшись на локте, Надин откинула одеяло и посмотрела на них. Из ее головы торчало множество выбившихся волос, они пушились и плавно витали над ее макушкой, напоминая ежа.

- Я считаю, что если любовь и есть, то она всегда заканчивается трагично. В любом случае. И вообще я не собираюсь замуж, вы это отлично знаете.

- Но бабушка не знает, - заметила Мария.

Примеры фиктивных браков уже давно уничтожили ее веру в истинную любовь. Все было до тошноты продажно, каждый выбирал себе супруга или супругу, рассматривая сначала положение, финансы и титул друг друга, так сказать, на подбор. Некоторые могли даже запросить нарисованный портрет, как, например, это сделал однажды Генрих Восьмой.

Король влюбился в немецкую принцессу Анну Клевскую по портрету, но, увидев ее в жизни, остался весьма разочарованным. Вскоре он быстро с ней развелся, назначив пенсию, и продолжил поиски очередной жены. Это, кстати, был еще один пример несуществующей любви, считала Надин.

Потом начинается период лицемерного ухаживания, когда садовник начинает порхать над выбранным из богатой клумбы цветком. И только потом, когда он распустится и расцветет, сделает ему предложение. Затем они живут вместе долго и несчастливо с детьми, которые отбирают у родителей последние жизненные силы.

Конечно, бывают исключения, когда оба супруга любят друг друга и они счастливы, но происходит это крайне-крайне редко. Сама Надин не видела таких семей, но они наверняка существовали. Ведь не может же все быть настолько печально, правда?..

- Бабушка все равно не поймет, - сказала Надин. - Она мыслит иначе.

Мария взяла с прикроватной тумбочки шероховатый лист и посмотрела на портрет Бернарда, выполненный простым карандашом.

- Ты все еще грезишь о Королевской академии? - спросила она как о чем-то невозможном.

В молчании Надин опустила глаза, теребя уголок одеяла. Все было понятно и без слов.

Мария бросила на нее осторожный взгляд.

- Ты ведь знаешь, что там принимают только мужчин? Официально об этом не заявлено, но это факт.

Надин вздохнула и с раскинутыми руками отбросила себя на кровать, впервые по-настоящему ощутив жесткость матраца.

- Вот если бы я была мужчиной!

- Вот если бы тебя услышал дедушка… - предостерегающим тоном произнесла Мария. - Или даже бабушка…

- Будь осторожнее в своих высказываниях, - тихо сказала Джулия. - Иначе тебе устроят разнос.

Надин чувствовала, что задыхается. Она не могла свободно выражать себя из-за боязни быть непринятой или непонятой. И тем более презентовать свои портреты на публике.

Надин понизила голос:

- Я только хочу сказать, что, если бы я была мужчиной, я бы смогла смело заявить о себе. Мои работы приняли бы в академии и, возможно, участвовали бы на выставках, их бы стали публиковать. А так я лишена всякого шанса на признание только потому, что я женщина. Это несправедливо. Несправедливо!

Мария взяла ее за руку в знак утешения, а лицо Джулии выразило сочувствие.

Послышался стук в дверь. Вошла Зои, камеристка.

- Мисс Надин, - поклонилась, - ее милость приказала мне немедленно разбудить вас и привести в порядок.

- К чему такая спешка?

- К нам приехал гость, мисс. Его сиятельство лорд Чешир.

Лица сестер озарились лукавством, и они враз повернулись к ней. Надин тут же нырнула под одеяло.

- Поднимайся сейчас же! - Джулия стала стягивать с нее одеяло.

- Нет! Я не хочу никуда идти! Скажите, что я плохо себя чувствую.

- Если ты не пойдешь, ты и вправду будешь плохо себя чувствовать, как только бабушка всыплет тебе по первое число.

- Идти все же придется, - сказала Мария, откинув кусочек одеяла с другой стороны. - Это не вежливо. И бабушка действительно собьет с тебя спесь, если получит эту никчемную отговорку.

Джулия рывком дернула одеяло, и оно выскочило у Надин из пальцев. Она сжалась калачиком в одной ночной сорочке.

- Я не хочу, - простонала она. - Ни за что! В конце концов, у меня есть свобода выбора или нет?! - Надин твердо стояла на своем. - Решено: я остаюсь здесь. И никакая сила не заставит меня спуститься.

- Вам налить еще чаю, милорд? - спросила Джанет, когда через несколько минут все три уже сидели в гостиной.

- Было бы славно, - ответил Чешир с милой улыбкой.

- Надин, - побуждала Джанет поухаживать за гостем. Бабушка произнесла это вежливо и ласково, но под этим маскирующимся тоном пряталось неукоснительное требование.

Она взяла чайник и поднесла его нос к чашке графа, стараясь, чтобы руки ее не дрожали. Потом добавила молока. Надин не смотрела на него, но чувствовала на себе его взгляд и от этого еще больше нервничала.

Надин села на место и столкнулась с лукавым, недвусмысленным взглядом Джулии, которая весело улыбалась и переводила взгляд с Чешира на нее. Мария делала почти то же самое, только легко улыбаясь и без намека, она просто наблюдала за ними и пила чай.

Надин взяла чашку с чаем, взглянула в темное, не закрашенное молоком дно, и решила сосредоточиться на нем. Потому что иначе она могла сойти с ума! Надин протянула руку, и та замерла в воздухе между двумя тарелками, с зефиром и с треугольными слойками. Рука вернулась на колени до тех пор, пока Надин не решит, с чем в первую очередь лучше попить чай.

- Как поживает ее сиятельство? - спросила Джанет, добавляя молока себе в чай. - Я слышала, что она не здорова. Надеюсь, это несерьезно?

Чешир перевел взгляд на Джанет.

- Ничего серьезного, мадам. Мама нуждается в отдыхе и покое, только и всего. Доктор выписал ей ряд рекомендаций, за исполнением которых я должен следить, чтобы мама скорее поправилась. - Он отпил чай, и его взгляд снова вернулся к Надин.

- С вашего позволения мы с Надин хотели бы навестить ее. - Надин устремила на бабушку ошеломленный взгляд, а та продолжала: - Наша семья очень переживает за здоровье графини Чешир и нам бы хотелось засвидетельствовать свое почтение лично.

- Конечно, - согласился он и загадочно улыбнулся.

Надин не могла оторвать взгляд от неглубоких, но заметных ямочек на его щеках. Темный сюртук в сочетании с кремовым жилетом и темно-коричневыми бриджами, с высокими сапогами громко говорили о чувстве стиля Чешира. И, хотя наверняка его гардероб подбирает камердинер, но все-таки господин утверждает его, правда? Сидя в небольшом кресле, он казался Надин еще шире в плечах и выше по росту, насколько это могло быть возможным. У нее вдруг перехватило дыхание…

Надин подняла глаза и столкнулась с его взором, пристальным, с частичкой лукавства. Она тут же отвела взгляд. Джулия и Мария многозначительно глядели на нее. Так обычно смотрят подруги, которые намекают на симпатию мужчины к тебе, занимаясь сводничеством. Это было невыносимо! Надин уставилась в чашку у себя в руках, нервно покручивая ее.

Дэмиена веселила и в то же время раздражала зажатость Надин. Ему нравилось испытывать ее взглядом, видеть, как она ерзает на месте, будто он не смотрел, а касался ее. Еще никогда прежде Дэмиен не чувствовал так сильно свое влияние на женщину. Стоило только ему взглянуть, как тело Надин начинало реагировать, что-то теребить, отводить глаза, шевелиться в кресле. Дэмиен мог поспорить, она сама не понимала, как это выдавало ее волнение. Надин волновалась в его присутствии, и он был тронут.

Вместе с тем она не могла выдавить из себя ни слова. За нее все говорила бабушка, а та только успевала кивать и отвечать «да, конечно». Дэмиен сжал кулак, охваченный раздражением.

«У тебя же есть язык и мысли, в конце концов, используй их!» Он не понимал ее. Не мог понять, почему Надин была такой безропотной, безвольной.

- Ваше сиятельство, вы слышали, что известный композитор Феликс Мендельсон сейчас путешествует по Европе? - спросила вдруг Мария.

- Действительно?

Та кивнула.

- Недавно его видели в Йорке.

Виконтесса озадаченно нахмурилась:

- Пожалуйста, напомните мне, что за композитор?

- Немецкий композитор, бабушка, который писал музыку к комедии Шекспира «Сон в летнюю ночь», - ответила Надин.

Дэмиен изумился: какая осведомленность! Интересно, сколько еще знаний томится в этой головке?

- Я был на этой комедии в прошлом году, - сказал Дэмиен, оторвав задумчивый взгляд от Надин. - Если быть честным, исполнение мне не очень понравилось, актеры сыграли неубедительно.

- Как скверно! - добавила Джанет, поставив чашку на стол. - Я встречала пару актеров в Риджентс-парке весной. Они показывали замысловатые трюки людям.

- Наверное, это были фокусники, бабушка, - мягко предположила Джулия.

Дэмиен обратился к Надин:

- Кстати говоря, мисс Беллфлауэр, как вы смотрите на то, чтобы завтра отправиться на совместную прогулку в Риджентс-парк?

Надин замерла, глядя на него. Ей потребовалось некоторое время, чтобы ответить.

- Ваше сиятельство, я благодарна вам за приглашение, но я не могу. - Ее голос звучал тихо. Надин метнула настороженный взгляд на бабушку, прежде чем продолжить: - Видите ли, я не люблю находиться в местах с большим скоплением людей…

- Надин, что ты говоришь?.. - строго и сквозь зубы начала Джанет.

- Это не проблема, мисс, - перебил Дэмиен. - Мы можем погулять рано утром. Уверю вас, людей в парке будет не больше, чем по будням в церкви.

Женщины негромко посмеялись, а Надин замешкалась, водя пальцем по узору на чашке.

- Раз вы так говорите… тогда хорошо.

Казалось, все в комнате выдохнули с облегчением.

Дэмиен, потирая подбородок, попросил:

- Налейте мне еще чашку, пожалуйста.

Надин бегло взглянула на него, потом поднялась и взяла чайник. Она низко наклонилась, наливая ему чай. Ее декольте было открытым и манящим, Дэмиен стал невольно любоваться им. Он прикинул, ее грудь казалась достаточно полной, чтобы как следует уместиться у него на ладони.

Неожиданно Надин поймала его взгляд, открыв рот от возмущения или ошеломления, Дэмиен не разобрал, потому что в следующий миг она резко покачнулась и пролила ему на колено горячий чай. Дэмиен вскочил, оттягивая ткань, плотно прилегающую к коже. Женщины ахнули и тоже подскочили с кресел.

- Надин, что ты натворила! - ужасалась Джанет. Она схватила салфетки и сунула их ей. - Немедленно извинись.

Надин растерялась. С салфетками склонилась и, едва касаясь, стала вытирать ими мокрое пятно на его бриджах.

- Извините, милорд. Не знаю, как так вышло, это просто нелепая случайность… - скоропалительно произнесла Надин.

Рассердившись, Дэмиен помрачнел. Остановив, он схватил ее руки.

- Не стоит, ничего страшного. Мне уже пора идти.

- Но как же вы пойдете… - сказала Джулия, указывая рукой на пятно.

Дэмиен коротко улыбнулся.

- Главное, дойти до кареты.

- Мы что-нибудь подберем вам из гардероба Бернарда.

- Нет, не стоит, - наспех говорил он. - Не стоит, это всего лишь пятно.

- Очень жаль, - сказала Джанет и обратилась к Надин: - Проводи нашего гостя.

Надин поджала губы, Дэмиен воспринял это как нежелание сопровождать его. Ничего, пусть это будет для нее возмездием за пролитый чай, с усмешкой подумал Дэмиен. Разумеется, она сделала это не нарочно, и он злился вовсе не на нее. Он просто злился, что это произошло.

Дэмиен попрощался с дамами, и они с Надин вышли в холл. Дворецкий Мэтью подал ему шляпу с низкой тульей и широкими краями прежде, чем заметил у него на бриджах темное пятно и сделал усилие, чтобы не улыбнуться. Дэмиен полоснул его суровым взглядом.

- Простите еще раз, милорд, что так вышло. - Надин взглянула на него сожалеюще. - Мне очень неудобно перед вами.

Порывистыми движениями Дэмиен надел шляпу.

- Я заеду за вами в десять, мисс. - Его тон был слишком суровым.

Взял ее руку, поцеловал и быстро вышел за дверь, которую ему едва успел открыть Мэтью.

Дэмиен не мог долго стоять там с ней, облитый чаем. Он чувствовал себя униженным, ему было стыдно. Но вот завтра, когда рядом не будет опасности в виде легко проливающегося горячего чая, когда они окажутся наедине - или почти наедине! - Дэмиен будет делать то, что обычно делают джентльмены перед тем, как сделать леди предложение; он будет дарить свое внимание и ухаживать за ней.

Он должен. Он обещал матери. И это делается ради собственной свободы.

Глава 6

- Выдохните глубже, мисс, - сказала Зои, затягивая корсет у нее за спиной.

- Еще выдохнуть?! - возмущалась Надин, впившись в столб кровати. - Мне скоро дышать будет нечем. Зои, мне кажется, ты пытаешься достигнуть максимального предела по затягиванию корсета.

- Конечно, нет, мисс! Но у вас такая тонкая талия и я подумала, что вы будете выглядеть еще привлекательнее, если ее затянуть потуже.

Надин неодобрительно покачала головой. Джулия и Мария наблюдали за ней, лежа на кровати. Глаза Джулии блестели от восхищения, она наверняка представляла сейчас себя на ее месте: нарядную, выходящую в свет. А Мария сморщила лицо, глядя на мучения старшей сестры.

- Будь послушной девочкой, - сказала Джанет, выглядывая в окно. - Это нужно для твоего же блага.

- Правда нужно? Я не уверена, бабушка.

Джанет развернулась к ней всем телом и с укором заявила:

- Вот в этом вся твоя беда, Надин: ты не уверена. Вчера ты чуть не отклонила предложение Чешира. Почему?

Почему? Потому что она не хотела, чтобы он ухаживал за ней, чтобы начиналась эта цепочка ухаживаний, после которой следовало логичное предложение руки и сердца. Надин не понимала, чего хотел Чешир от нее. Неужели действительно он собирался на ней жениться? Но почему? А если нет, то зачем тогда он ухаживал за ней?

- Потому что я не люблю присутствовать там, где толпятся люди.

- Ты же весь сезон провела в такой среде! - Джанет возмущенно развела руками, и они упали вниз. - И ни разу не сказала об этом ни слова.

Вот именно, не сказала! Даже если бы Надин и заикнулась о том, что ей некомфортно в больших и шумных компаниях, разве бабушка бы послушала ее? Она очень сомневалась, что Джанет тут же пожалела бы ее и перестала выводить в свет. Опыт подсказывал: на милость бабушки уповать не приходилось.

Надин сжала губы вместе и промолчала.

- Тебе не хватает чуть-чуть решительности, чтобы выйти замуж. Такой мелочи, милая!

- А что я могу поделать?

Джанет подошла к ней. Она взяла ее за лицо, заставив взглянуть на нее.

- Кольцо может придать тебе решительности. Если ты этого захочешь, конечно. Оно может все, если поверишь в него.

Надин непонимающе нахмурилась. Она слышала, как Мария скептически и тихо фыркнула.

- Как это? - спросила Надин.

Джанет отпустила ее лицо и снова отошла к окну.

- Очень просто. Тебе стоит только захотеть, и оно придаст уверенности в себе. Ты этого даже не заметишь. Кроме того, оно уже работает, из неоткуда возник Чешир, стал ухаживать за тобой. Хотя, признаюсь честно, я думала, ему приглянется Виктория. Но, - повернувшись к ней, улыбнулась, - как видно, ты ему понравилась. Иначе он не удостоил бы тебя и парой слов.

Надин подняла к глазам руку с кольцом. Она не поверила. Нет, не то чтобы не поверила, она сомневалась. Ну разве может эта побрякушка повлиять на ее судьбу? С другой стороны, ей всегда казалось, что камни обладают удивительными свойствами влиять на самих людей, на их чувства, эмоции, характер…

- Я буду ждать внизу. А вы, - обратилась к Джулии и Марии, - приготовьтесь к занятиям с Аллер. Она сказала, что первым делом будет спрашивать задание по французскому, - сказала Джанет, перед тем как закрыть за собой дверь.

- Oh non! Я забыла сочинить диалог! - Упав, лицо Джулии утонуло в подушке.

Мария негодовала:

- И снова эти глупости про кольца!

Джулия оживленно подняла голову.

- Почему глупости? Зато видишь, у Надин теперь есть кавалер. Значит, кольцо действует. Оно волшебное!

- Он мне не кавалер! - протестовала Надин.

- Ничего это не значит. Простое совпадение.

- Совпадение или нет, а факт того, что граф за ней ухаживает, есть. - Джулия подперла щеку рукой и подняла глаза к потолку. - Я всегда думала, что из всех нас Вики первая выйдет замуж. Потом я. Вот уж не ожидала, что Надин так быстро найдет себе жениха. Miracles![1]

[1] - с франц. «Чудеса!»

- Чешир мне не жених! - Чуть не крича воскликнула Надин. - И я не собираюсь за него замуж. Ни за кого, ясно? Я останусь здесь со своей семьей.

- Но как же твоя семья?

- У меня уже есть семья: вы, бабушка, дедушка. Больше мне никто не нужен. - Надин юрко натянула зеленое платье с красными крапинками в форме ягод и белым ажуром на рукавах и поясе.

Зои стала застегивать крючки на спине.

Да, в этом-то закрытом платье ему больше не удастся высмотреть ее декольте! Ее щеки едва не покрылись красными пятнами от вчерашних воспоминаний.

- Как ты ловко оделась. Быстрее, чем обычно, - заметила Мария. Она с язвительной насмешкой сказала: - Может, это кольцо так на тебя повлияло? И ты перестала мешкать?

Улыбнувшись, Надин с мягким укором посмотрела на сестру.

Взошедшее солнце слепило ей глаза, и Надин приходилось жмуриться. Пение жаворонков и других ранних пташек сливались в одну приятную песню. Они ехали по кольцу безлюдного Риджентс-парка, в котором за все время мимо них проехала всего пара экипажей и несколько джентльменов, наслаждавшихся верховой прогулкой. По правую сторону открытого фаэтона сидел Чешир.

И хотя Надин была в шляпке, она чувствовала, как солнечный свет начинал припекать ей лицо. Она наклонила голову и поправила головной убор, стараясь еще больше натянуть его на лоб, боясь, что после сегодняшней прогулки ее лицо покроют веснушки, и будет болеть голова.

Надин бросило в жар: уже начинала чувствовать пульсацию висков, затылок стал вдруг тяжелым.

- Можно опустить крышу, если вам мешает солнце, - предложил Чешир, не смотря на нее.

- Спасибо, но не стоит утруждаться. Мне вполне комфортно, - солгала она и натянула улыбку.

Дэмиен бросил на нее непроницаемый взгляд, потом отвернулся и отрицательно покачал головой. Он ей не поверил? Его сложенные руки покоились на коленях, и Надин отметила про себя большие широкие ладони и длинные красивые пальцы - признак творческой натуры. Она подняла глаза и внимательно посмотрела на него. Есть ли вообще в нем что-то несовершенное? Куда ни взгляни, с иголочки красив и умен, и обаятелен. Надин вдруг подумала, что, если бы он согласился, она попыталась бы написать его потрет. О, если бы она могла, то выручила бы крупную сумму за эту работу. Если бы…

Надин печально вздохнула. Но так как леди не может позволить себе выполнять работу за деньги и даже претендовать на карьеру, Надин будет вынуждена оставаться в тени. Запрется в своей комнате и будет любоваться своими картинами в холодном одиночестве.

- Вы чем-то расстроены? - поинтересовался вдруг Чешир. - Я вам наскучил?

- Вовсе нет, милорд. Il y a juste des choses que nous ne pouvons pas réparer ou changer.[2] Они просто есть.

[2] - с франц. «Просто есть некоторые вещи, которые мы не в силах исправить или изменить».

- У вас изумительный французский, - заметил он. - Кстати, есть такая поговорка одного римского философа: «Если не можешь изменить ситуацию, поменяй к ней свое отношение».

Надин иронично усмехнулась, посмотрев на свои руки на коленях.

- Легко вам сказать, милорд. Вы - мужчина. У вас больше власти и свободы. Вы вольны сами выбирать куда пойти, что делать и чем заниматься по жизни. В мире женщины все куда сложнее и в то же время проще, потому что есть лишь один единственный путь - это выйти замуж и родить детей.

Они наконец повернули направо, и солнце перестало ослеплять им лица. Дэмиен задумчиво хмыкнул, и Надин заметила, как дрогнул уголок его губ.

- Не могу поверить, что такая девушка, как вы, действительно так думает. Ведь это не правда.

- Какая? - Ей вдруг стало очень любопытно, что он о ней думает.

Дэмиен молчал, рассматривая ее с загадочным блеском в глазах, и не спешил открыть правду.

- Какая, милорд?

В самом деле, это была уже пытка! Надин терзало любопытство, а он продолжал улыбаться и молчать так, будто прятал от нее огромную тайну.

Слава небесам, Чешир заговорил:

- Прогрессивная. Вы любите читать, питаете тягу ко всему необычному и новому. Мне это нравится.

Надин опустила глаза и раскраснелась.

- Какая разница, что я думаю? От этого ничего не изменится. - Она помолчала, затем призналась: - Знаете, я вам даже завидую.

- В самом деле? - изумился Дэмиен, взглянув на нее.

- Да. Вы свободны, ваша судьба в ваших руках. А моя… Я даже не в силах получить то, чего хочу больше всего.

- И чего же вы так страстно желаете?

Надин посмотрела вперед и оживленно подняла голову.

- Смотрите, секретные бумаги! - Указала пальцем на человека, раздающего конверты с табличкой. - Давайте остановимся, пожалуйста.

Дэмиен дал сигнал груму, и тот, потянув вожжи, остановился рядом с мужчиной. Надин потянулась к ридикюлю, но Дэмиен взял ее руку.

- Минуточку, мисс. - Она замерла, смотря на их соприкоснувшиеся ладони без перчаток, кожа к коже.

Ему даже показалось, что Надин перестала дышать, и с опасением убрал свою руку. Он достал монетницу, вынул из нее серебряный шиллинг и бросил его мужчине.

Продавец посмотрел на него с удивлением, давая понять, что это много, но при этом не сказав ни слова. Надин приняла конверт, который тот поскорее протянул ей. Мужчина поторопился скрыться с поля их зрения, боясь, что щедрый джентльмен передумает и заплатит меньше, как положено, пенсами.

Надин тут же стала распечатывать пошарпанный конверт.

- Благодарю вас, сэр. - Улыбка сделала ее лицо светлее.

- Что это? - спросил он.

Надин недоверчиво посмотрела на него.

- Вы ни разу не слышали про секретные бумаги?

Дэмиен с усмешкой покачал головой.

- Нет, но вскользь слышал о них между беседами.

- Это самый лучший способ пощекотать ваше любопытство. В конвертах содержатся отрывки увлекательных историй, которые заканчиваются на самом интересном месте. - Надин приготовила лист для чтения. - Я, конечно, такое не люблю, но не прочь сама пофантазировать за автора.

- Не любите, когда что-то утаивается?

- Предпочитаю, чтобы все было на поверхности, без всяких недомолвок. Я ценю прямоту.

Сам-то Дэмиен как раз любил интриги, вернее, любил сохранять их сам. Его тешило любопытство, какое он видел в глазах других людей, пытающихся вытащить из него правду. Это забавляло.

- Прямота не для меня. Это скучно.

Надин бегло улыбнулась на это, в ее руках горел лист с историей, которую она начала читать вслух:

- «Однажды вечером мужчина ехал в дилижансе, заполненном людьми сверху донизу. Сидя в нем, неожиданно он поворачивается и видит очаровательную, красивую женщину. Решает с ней заговорить. И так они заболтались, что проехали Лестер-сквер в Сохо, где он должен был сойти».

- Район для бедных и иммигрантов, - с песчинкой высокомерия добавил Дэм.

- «Все, что он знал о ней - что у нее был муж и маленькая дочь. Мужчина делал ей недвусмысленные предложения, но она лишь прелестно смеялась в ответ. И этот смех засел у него где-то в груди. Но, когда он предложил сойти, она легко согласилась. Мужчину охватили прямо-таки сильные, пылкие чувства. Они молча зашли в ближайший трактир и сняли комнату».

- Т-а-а-к, понятно, - интригующе протянул Дэмиен.

Надин резко подняла голову.

- Что?

- Понятно, что будет дальше.

Надин отвела взгляд, ее щеки покрылись невинным румянцем.

- Думаете, между ними произошло что-то… неприличное?

Дэмиен многозначительно усмехнулся.

- А по-вашему, они книжку читали? Наедине? В спонтанно снятой комнате?

Он окончательно вогнал ее в краску. Вся такая чистая, невинная Надин робела при одном только его взгляде. Интересно, до какой степени она способна смущаться и краснеть? Дэма прямо-таки подмывало сказать или сделать что-нибудь неприличное, чтобы это выяснить. Но сдержался. Боялся, что она сгорит от стыда и от нее останется один лишь пепел, да и тот будет еще пылать румянцем.

Или, может, не хотел испортить ее до свадьбы?..

Надин согнула уголки листа и замялась.

- Что такое? Почему не читаете?

Она покусала губу, прежде чем ответить:

- Не знаю… Вдруг там будет что-то неблагопристойное для прочтения?

Дэмиен резко вздохнул. Она снова превратилась в нерешительную мышку, которая боится высунуться из своей норки. Дэма это раздражало. Снова становилась боязливой, неуверенной, она будто не знала, чего хочет. Но это было не так! Надин знала, чего хочет, просто боялась себе признаться, либо боялась решиться. И уж точно она хотела дочитать эту историю!

Дэмиен резко выхватил у нее листок.

- Если вы не можете дочитать, тогда я сделаю это за вас, а затем выброшу его, чтобы вы не соблазнились.

- Нет, постойте! - Надин потянулась, пытаясь достать его руку с листом. - Я хочу, хочу!

Она была готова вырвать его зубами. Дэмиен испытующе посмотрел на нее, и лишь потом отдал листок.

- Только читайте вслух, - потребовал он. - Я тоже хотел бы узнать продолжение.

- «В комнате было ужасно жарко так, что хотелось сорвать с себя всю одежду. Его спутница повернулась к нему слишком резко, когда он захлопнул за ними дверь. Обменявшись взглядами и не сказав ни слова, они бросились в объятия друг друга. Поцелуй был страстным и неистовым до того, что оба едва не задохнулись в нем. Одно мгновение, которое будет согревать их воспоминаниями через много лет. Одна запретная ночь, которая плавно перетекла в завтра…» - Лист закончился.

Надин перевернула его, но там было чисто. Наскоро распахнула, как позже выяснилось, пустой конверт.

- И это все? - разочарованно произнесла она.

- А что вы хотели? Это же отрывки историй. Разумеется, не стоило ждать, что вы дочитаете до логического конца.

- Я знаю, но… - Негодующе и тихо застонала. - Ненавижу это.

Дэмиен рассмеялся.

- Вы же сами хотели прочитать. Знали, на что идете. Так за что же вы ненавидите эти истории?

- Я ненавижу не истории, а то, что снова позволила себе их купить, прекрасно сознавая, что разочаруюсь отсутствием концовки. Но так хотелось их почитать.

Дэмиен улыбнулся, пожав плечами.

- Желания двигают нашу жизнь и в то же время приносят нам страдания.

- Потому что удовлетворение непостоянно, и мы требуем еще. - Надин повернула к нему голову с самодовольством во взгляде. - Шопенгауэр.

У Дэмиена едва не отвисла челюсть от восхищения. Она так много знала. Знала то, что его университетские друзья не потрудились запомнить, когда им упорно вкладывали в головы преподаватели. А Надин расширяла кругозор самостоятельно, без какой-либо помощи. По крайней мере, гувернантка не могла учить ее течениям философии, для женщины это пустое. Внезапно Дэмиен проникся уважением к ней.

Возможно, не так уж она его и раздражала. Во всяком случае, не в такие моменты.

- Я думаю, после проведенной ночи они поженятся и останутся вместе, - сказала Надин, складывая бумагу в конверт.

Дэмиен фыркнул.

- Как же? Ведь она уже была замужем. К тому же у нее есть ребенок.

Надин слегка наклонила голову и призадумалась.

- Ну-у… Они могли тайно пожениться. Судя по импульсивным поступкам этой женщины, она могла запросто решиться выкрасть свою дочь. Они бы уехали вместе из города и жили счастливо.

Дэмиен улыбнулся, взявшись за подбородок, прикрыл рот рукой.

- Исходя из ваших предположений, они должны были быть сильно влюблены друг в друга, чтобы пойти на такие серьезные перемены.

Надин скрестила руки и усмехнулась так, словно за ней была истина, и она знала то, чего не знал Дэмиен.

- Конечно, они были влюблены! Ведь они… - смутившись, осеклась. - …провели вместе ночь.

- И что? - Дэмиен не смог сдержать улыбки, когда Надин непонимающе часто заморгала. Он понизил голос до шепота: - Я вам открою страшную тайну; когда люди спят вместе, это еще не означает, что они любят друг друга.

Надин отвернулась от него, приложив руки к, по всей видимости, пылающему лицу. Боже, она была такой робкой и забавной!

- Разумеется, мне было это известно, милорд. Но я хотела надеяться, что они были влюблены.

- Может, и были. - Дэмиен откинулся назад. - Просто, видите ли, мисс, они оба были охвачены страстью. Сильными чувствами и эмоциями. А у женщины, между прочим, семья. Так что, вероятнее всего, наутро она с трезвой головой взглянула на все произошедшее по-новому, рассудительно. Поняла, что такие яркие эмоции быстро проходят, а муж и дочь навсегда останутся с ней. Их никуда не денешь. Потом она быстренько оделась и ушла. Больше эти двое никогда не виделись.

Надин повернулась к нему со слегка прищуренным взглядом и будто укорила:

- А вы пессимист, ваше сиятельство.

- Я просто реально смотрю на вещи. - Оправдываясь, Дэмиен самоуверенно усмехнулся.

- Кого я вижу? Его сиятельство граф Чешир! - Им навстречу галопом скакал Тристан Джекол на своем гнедом. - Доброе утро, милорд, мисс. - Он поднял шляпу в знак приветствия и, развернувшись, поравнялся с ними.

Глава 7

Надин вежливо улыбнулась и кивнула в ответ рыжему плуту.

Дэмиен представил их:

- Мисс Беллфлауэр, это мистер Тристан Джекол, мой… - Не друг же, в конце концов! - …давний приятель. Тристан, мисс Надин Беллфлауэр.

- Мисс Надин Беллфлауэр, - произнес Тристан вслух, будто пробуя на вкус ее имя, и Дэмиену это не понравилось. - Как поживаете?

- Прекрасно, сэр, благодарю. Сегодня чудесное утро для прогулок в парке, не правда ли?

Тристан хищно улыбнулся Надин и взглядом вцепился в нее, словно в свою жертву. Дэмиен напрягся, надеясь, что ему это только показалось.

- О да, утро свежее и ясное. Скажите, мисс, вам еще не наскучил мой приятель? Потому что в таком случае я с радостью предоставлю вам своего жеребца, - похлопал коня по шее, - чтобы мы смогли от него удрать. Я знаю, он бывает несколько занудлив.

«Мы?» - Дэмиен не ослышался?

Надин неуверенно улыбнулась, метнув взгляд на Дэмиена, затем ответила:

- Эм… Ни в коем случае, сэр. Его сиятельство очень интересный собеседник. Впрочем, вы, наверное, это знаете лучше меня. Можно узнать, как давно вы знакомы?

- Мы знакомы не так давно, - ответил Дэмиен, ледяным взглядом вперившись в Тристана.

- Столько лет прошло со дня нашего знакомства, а кажется, что это было вчера. Он это хотел сказать. - Тристан обратился к нему: - Я бы хотел сегодня навестить тебя и уладить кое-какие дела. Ты знаешь.

Дэмиен кивнул, медленно перетирая большой и согнутый указательный палец.

- Конечно. Но, как видишь, сейчас я сопровождаю мисс Беллфлауэр.

- После обеда.

- Договорились.

Тристан вновь снял шляпу перед Надин.

- Теперь я буду с нетерпением ждать с вами новой встречи, прекрасная мисс Беллфлауэр.

Она смутилась, но подарила ему любезную улыбку, после чего Джекол, потянув поводья, развернул жеребца и умчался в противоположном направлении.

- У вас очень милый друг, - сказала Надин.

- Угу, - рассеянно промычал Дэмиен, смотря перед собой.

Джекол должен ему две тысячи фунтов. Этот любитель займов со дня на день должен был расплатиться с ним. Но, как видно, он нашел деньги раньше условного срока. Дэмиен хотел на это надеяться.

Надин что-то спросила, он не разобрал.

- А? - Дэмиен резко включился. - Простите, я задумался.

- Какая музыка вам нравится?

Ему потребовалось некоторое время, чтобы сообразить и ответить:

- Вообще, я предпочитаю итальянских композиторов, мой фаворит Антонио Вивальди.

- Любите скрипку?

- Только скрипку Вивальди. - Слегка посмеялся. - Но больше всех меня покорил Бетховен.

- Неужели? - Посмотрев на него, сильно изумилась Надин. - Я обожаю Бетховена! Какое ваше любимое произведение?

- Как бы это ни было банально, но «Лунная соната». Еще прекрасно в исполнении «Сурок», его я услышал впервые в театре пару лет назад, оно стало прекрасным дополнением к стихам Гете, вышло очень гармонично. А что вы предпочитаете?

- «К Элизе». Очень эмоциональная музыка, за это я и люблю Бетховена.

Дэмиен невольно улыбнулся.

- Да, пожалуй, в этом вся его прелесть. Я люблю Бетховена за страстность. Прежде я не слышал никого, кто мог бы так мастерски передать гамму чувств и переживаний. Думаю, в этом мы с вами похожи. - Дэмиен повернулся к ней, и их взгляды пересеклись.

Голубые чистые глаза были полны ума и понимания. Дэмиен был восхищен. Прежде он не встречал женщин, которые бы интересовались философией, но, что его поражало больше всего, еще он впервые встретил женщину, которую захватывала бы та же страсть в музыке. Удивительное совпадение!

Дэмиен вдруг почувствовал, что между ними заметно сократилась дистанция.

- Где мы могли бы с вами встретиться? - спросил неожиданно Дэмиен.

Надин открыла рот и тут же закрыла его. Отвела глаза и помедлила.

- Эм… Я не знаю…

Нет! Только не это, не начинай все сначала!

Надин воодушевленно выпрямилась.

- В субботу вечером наша семья проводит музыкальный вечер для близких друзей. Я вас приглашаю. - Надин нахмурилась. - Хотя, без сомнения, бабушка уже выслала вам приглашение. Она работает на опережение.

Дэмиен негромко рассмеялся.

- Хорошо, мисс Беллфлауэр. Я буду еще более счастлив, если услышу звучание клавиш фортепиано под вашими пальцами. - Он легко накрыл ее руку своей.

Надин застыла, потом быстро выдернула руку и с улыбкой сказала:

- При условии, что у вас не потрескаются уши. - И посмеялась.

Дэмиену ее смех показался слегка нервным.

Надин добавила:

- Моя сестра Джулия терпеть не может играть на инструментах.

- На каких?

- На всех! Но не беспокойтесь, я пошутила. Конечно же, никто ее и близко не подпустит к пианино. Джулия распугает гостей сердитыми воплями из-за того, что у нее ничего не получается. - Пожала плечами. - Видно, это не для нее, как и шахматы и... - осеклась. - Зато она прекрасно танцует, неплохо поет. Еще хуже рисует…

Их искрящийся смех слился в одно звучание.

- У вас есть еще сестра…

- Две. Мария и Виктория. В отличие от Джулии, Мария не питает такой страсти к танцам и не следит за модными тенденциями. Ей нравится сочинять истории, правда, она никому их не показывает. Даже мне.

- Вы сказали это так, будто у вас с ней особые отношения, - заметил Дэмиен.

- Это так, - согласилась она. - Иногда Мария замечает такие вещи, которые я не могу. Она любит свободно порассуждать… Впрочем, к чему я вам все это рассказываю? Вы ведь видели их, когда пили у нас чай.

- Одного чаепития недостаточно, чтобы узнать их так же близко, как вы. Кстати говоря, мне не представилась возможность познакомиться с еще одной вашей сестрой, Викторией.

- О… - Надин помолчала, затем сказала: - Виктория, она… была вынуждена уехать к дяде. Его жене потребовалась помощь в хозяйстве. У нас большая разница в возрасте, целых шесть лет. Она очень здравомыслящая и рассудительная.

По его расчетам, Виктории было где-то двенадцать, подумал Дэмиен. Ведь Надин, по словам ее бабушки, была старшей.

- Полагаю, вам было нескучно расти в такой компании.

Надин улыбнулась.

- Очень даже весело.

Дэмиен бы тоже хотел иметь брата, с которым можно было поговорить или подурачиться. Братьев ему заменяли друзья, с которыми тоже было весело, однако это было лишь на время. Когда после вечеринок Дэмиен возвращался домой один, ему бывало тоскливо, но он быстро отметал это чувство, не желая в него погружаться.

Он вернулся домой, приятно насвистывая себе под нос. Дэмиен миновал коридор и сам не знал почему, заглянул в библиотеку.

Подошел к полке с немецкой литературой и, подпрыгнув, уронил книгу, когда сзади услышал:

- Привет, дорогой.

- Ты меня здорово напугала. - Дэмиен глубоко вздохнул и поднял книгу с пола.

Луиза сидела в кресле, накрытая пледом, и пила горячий чай.

- Прости. - Виновато склонила голову. - Что читаешь?

Дэмиен потряс книгой в воздухе.

- Гете.

Луиза удивилась:

- С каких пор тебя потянуло на немецкую литературу?

А правда, с каких? Хорошо, ему стоило признаться. Дэмиен просто хотел прочитать что-то новое, чтобы потом обсудить это с Надин. Если, конечно, она снова не начнет мешкать и заикаться… Ко всему прочему, ему бы не мешало потренировать мозг. Так, для себя.

Дэмиен ничего не ответил, просто медленно вырисовал улыбку и сел в мягкое кресло.

- Это Беллфлауэр, да? Ты с ней виделся? - Луиза взяла двумя руками чашку и подула, развевая пар, прежде чем отпить.

Дэмиен только загадочно улыбнулся, а мать внимательно смотрела на него.

- Ну говори же! - не выдержала Луиза. - Не будь таким скрытным. Я не люблю эту твою манеру, ты же знаешь.

- Какую манеру?

- Держать все в тайне. Это не выносимо, зачем ты это делаешь?

- Что делаю? - шутливо глянул на мать и, когда поймал упрек в ее глазах, признался: - Я ничего не делаю. Просто испытываю любопытство и терпение. Это увлекательно, не находишь?

Луиза поставила чашку на поднос на столике и сложила руки в замок.

- Не нахожу. Я уже просила тебя, испытывай кого угодно, но только не меня. Я этого не терплю, ты же прекрасно знаешь.

Дэмиен вздохнул с легким разочарованием, повернул книгу и рассмотрел ее.

- Лишаешь меня последнего удовольствия.

- Глумиться над матерью? - Луиза возмущенно подняла подбородок.

- Не глумиться... - Дэмиен иронично усмехнулся, как мальчишка, и виновато взглянул на нее. - Слегка подтрунивать. - Помолчал немного, затем добавил: - Не будь ко мне так сурова. Может быть, моя жизнь вскоре не будет такой веселой, когда я женюсь.

Луиза иронично и недоверчиво хмыкнула:

- Тогда поторопись с наследником и дальше можешь делать, что хочешь. Главное, не забывай и об обязанностях.

- Об обязанностях я никогда не забываю.

От двери раздался стук, вошла экономка.

Присела в поклоне и обратилась к Дэмиену:

- Ваше сиятельство, прибыл мистер Джекол. Хочет видеть вас, сказал, по личному делу.

Дэмиен посмотрел на мать и кивнул головой в сторону экономки, сказав:

- А вот и одно из них. - Встал, обратился к служанке: - Проводи в мой кабинет.

Та поклонилась и вышла. Дэмиен поставил книгу на полку.

- Придется тебе подождать до вечера, - произнес себе под нос.

- Подожди, - сказала вдруг Луиза. - Скажи мне, ты утром виделся с ней?

- С кем с ней? - Он насмешливо улыбнулся. Столкнувшись со строгостью на лице матери, сказал с притворной наивностью: - О, с Беллфлауэр, ты имеешь в виду? Мы катались в экипаже по парку. - Присел на подлокотник кресла. - Кажется, так обычно ухаживают за леди? Используют самые невинные и безобидные способы свиданий. Я не знаю, - пожал плечами, - я ведь никогда этого не делал. И слава богу, потому что мотать круги на безопасной скорости запредельно скучно.

От довольства и улыбки лицо Луизы разгладилось.

- Лишь потому, что ты встречался с неблагородными девицами. Как, например с той актрисой, которую ты выжидал в театре несколько дней назад, - легко укорила мать, на что Дэмиен изумленно приподнял бровь. Она продолжила: - Да-да, я все знаю, милый. Слухи иногда могут быть так точны и правдивы. Но меня не интересует эта вульгарная девица. Лучше расскажи мне, как прошла прогулка?

Прогулка стала для Дэмиена первым настоящим открытием. О своей будущей жене он узнал много нового и удивительного, что категорически шло в разрез с его представлениями о женах. В хорошем смысле, разумеется.

- Прошло хорошо. Как выяснилось, у нас с ней есть много общего. Я думаю, мы сможем поладить.

Глаза Луизы приятно заблестели. А Дэмиен вспомнил, как порой Надин бывала нерешительной, что его категорически отталкивало.

Почти всегда за нее говорила ее бабушка. Надин мешкала, тщательно подбирая ответ, и это донельзя раздражало Дэмиена. Он был твердо уверен, что у этой девушки есть свое мнение. Она не была глупой пустышкой, которой можно помыкать как хочется. Нет, Дэмиен чувствовал, что Надин обладала пытливым умом, но из-за ее нерешительности казалось, что порой ей и добавить нечего.

Надин не была в его вкусе. Слишком податливая, слишком боязливая. Ангельская внешность в виде светлой кожи, волос и глаз тоже была ему чужда. Да это было и неважно. Ему всего-то и нужно родить сына, а потом он отправит ее жить в поместье Лайм-Парк.

Тристан не потрудился даже повернуть голову, когда Дэмиен вошел в свой кабинет, хотя прекрасно слышал, как дверь открылась. Джекол рассматривал деревянную фигурку солдата кавалерии, стоявшей на столе, взяв за голову двумя пальцами, повернул ее.

Дэмиен пришел в раздражение от его нагловатости.

- Что-то не могу найти погоны у солдата. Какого он звания?

- Да уж повыше твоего, лейтенант Джекол, - парировал Дэм, усевшись в свое кресло за стол. Окинул взором его одежду. - Ты сегодня в мундире. Что за событие?

- Наш и десятый полк объединяют. Неужели не слышал? Будет небольшой парад, событие очень знаменательное для обоих полков. Надо отрепетировать построение, ведь теперь все будет по-другому. - Помолчал несколько секунд, потом молвил: - А что Гилберт? - Усмехнулся. - Как скоро он станет юнгой?

Дэмиен откинулся на спинку кресла.

- Он только недавно поступил в военно-морской колледж.

- В Портсмуте?

Дэм кивнул.

- Через два года поступит во флот.

Тристан снова стал мучить солдатика, вертя за голову вокруг его оси.

- Еще не моряк, а уже меня ненавидит.

- Он тебя не ненавидит. Это, конечно, не мое дело, но, по-моему, у него есть право сердиться.

- Мог бы тогда тоже выкупить офицерский чин, чем горбатиться во флоте. И не было бы тогда всей этой неприязни.

- Возможно, - согласился Дэмиен, потом придвинулся ближе к столу. - Но, полагаю, ты пришел сюда не за тем, чтобы обсудить ваши обычные военные дрязги.

Джекол не успел ответить, и Дэмиен рывком отнял солдатика и поставил его рядом с металлической перьевой ручкой.

- Какой же ты нетерпеливый, - усмехнулся Тристан. - Определенно, нетерпеливый! В противном случае ты дал бы мне больше времени, и мы бы сейчас здесь не сидели.

Дэмиен коротко улыбнулся, но его глаза остались суровыми.

- Сколько? Триста шестьдесят пять дней? Двенадцать месяцев? Или год?

Трис запрокинул голову назад и громко расхохотался.

- Ты шутник, Дэм. Это мне в тебе и нравится.

- Давай ближе к делу, - просочилось сквозь сжатые зубы Чешира. - Если тебе нечем расплачиваться, тогда я… - потянул ручку ящика на себя, чтобы достать вексель, и остановился, когда тот умиротворенно сказал:

- Не кипятись, Дэм. Куда ты торопишься?

Чертов плут! Почему он так спокоен? Дэмиен чувствовал себя птичкой, с которой играл лис перед тем, как ее заглотить. Плут продолжал тянуть кота за хвост, и Дэмиену это катастрофически не нравилось, складывалось впечатление, будто он готовит какой-то козырь, что-то неприятное.

- Спешишь к своей маленькой диве? - Усмешка Джекола была такой многозначительной и хитрой, что подстегнуло досаду Дэма.

Он разъяренно вскочил, опираясь руками в стол. Наклонился вперед.

- Если ты пришел сюда пошутить со мной, то у меня нет на это времени. - Намеренно злорадно улыбнулся. - Мне еще предстоит заскочить в Маршалси и показать там вексель на сумму двух тысяч фунтов.

Джекол тут же сменился в лице, посерьезнел и сказал:

- Все при мне. - Залез в наружный карман, вынул портмоне, достал оттуда пачку зеленых банкнот, каждая из которых была на пятьдесят фунтов, и положил их на середину стола. - Ни к чему было напоминать о Маршалси.

Дэмиен сел на место. Он успокоился.

- Ты меня вынудил. - Дэм открыл ящик в столе, положил деньги и оттуда же вынул вексель, и протянул его Тристану. - Теперь мы в расчете. - Дэмиен резко уклонил бумагу, когда Джекол хотел ее забрать, пристально смотря на своего визави. - Напомни мне в следующий раз тебе не одалживать денег, чтобы уберечь себя от излишней нервотрепки. На будущее.

Тристан саркастично оскалился, изображая улыбку, затем выхватил у него вексель и, поднявшись, направился в сторону двери.

- Я прикажу, чтобы тебя проводили. - Дэмиен встал, чтобы вызвать слугу.

- Не нужно. Я запомнил дорогу, - сказал Тристан и развернулся к нему всем телом.

Это не была забота о госте. Дэмиен хотел перестраховаться, как бы этот плут по пути чего с собой не утащил! Он не был уверен, что Тристан способен пойти на воровство, слишком мало его знал. Но интуиция не давала Дэмиену покоя. Тристан так легко и спокойно расстался с огромной суммой, а теперь уходил из его дома, едва не насвистывая! Дэмиен предчувствовал недоброе.

- Кстати, могу я спросить, с чего вдруг тебе вздумалось ухаживать за одной из внучек Крэнборнов?

Дэмиен опустил лоб и посуровел.

- Не твое дело.

- Фи, как грубо! - Широко улыбнулся, будто Дэм не нагрубил ему, а рассказал анекдот. - Ты собираешься на ней жениться?

- Даже если и так, тебе-то что? - Он сжал руку в кулак.

- У нее наверняка очень маленькое приданное? - Дэмиен не ответил, Тристан стал безмятежно и медленно продвигаться спиной к двери. - Похоже, что так. Так зачем ты тратишь на нее время? Хотя я слышал, ее семья на счету самых респектабельных в обществе. Поэтому, да, Дэм?

Дэмиен не спеша обошел стол и остановился перед ним угрожающей тенью.

- Что ты хочешь сделать?

- Ничего, абсолютно ничего, - с поднятыми вверх руками оправдывался Тристан самым невинным образом. - Я пошел. Еще увидимся, Чешир. - Усмехаясь, подмигнул, и шустро скрылся за дверью.

Его лукавая морда еще долго стояла у Дэма перед глазами как предзнаменование чего-то плохого.

Глава 8

Неделю спустя под вечер Надин стояла в гостиной, наблюдая, как гости общаются между собой. Мария и Реджина Мейси неугомонно сплетничали в углу - ей так показалось, - а может, придумывали новые детективные истории, как это обычно происходило.

- Какое красивое оформление, - заметила Энн, стоявшая рядом, обозревая пышные бутоны гортензий в вазах.

- Бабушка постаралась. - Надин пожала плечами и нашла ее взглядом. Джанет развлекала гостей и пыталась им угодить. - Должна сказать, это еще скромно, без размаха. - Смотря на другой конец гостиной, приблизилась ближе к Энн, негромко говоря: - Вон там видишь дедушку Бернарда в кресле? Его хмурый лоб и тяжелый взгляд говорят о том, что сейчас он бы бросил все это мероприятие и заперся у себя в кабинете, чтобы заняться делами. Но он сразу же передумает, как только прибудут его политические соратники. Станут перемывать кости вигам.

Энн хихикнула, прижав ладошку к губам.

Надин продолжила:

- А еще дедушка недоволен, подсчитывая в уме, сколько было потрачено на бесполезные, на его взгляд, украшения этого вечера.

- Но ведь они необходимы.

Подняв к подруге голову, Надин иронично свела бровки домиком.

- Попробуй объяснить пожилому мужчине, помешанному на практичности, как важна красота интерьера!

Помолчав, Энн спросила:

- Надин, а лорд Чешир тоже прибудет или его не пригласили?

Чешир. Надин вдруг вспомнила их последнюю встречу, когда они катались в фаэтоне. И хотя сначала она не хотела ехать, зато потом оказалось, что у них были схожи вкусы в музыке. Такое с ней впервые, прежде она не встречала единомышленников. А еще с Чеширом можно было выйти на более глубокие экзистенциальные вопросы. Такое тоже случалось с ней нечасто. В тот день Надин так увлеклась разговором, что совсем забылась. Она даже перестала чувствовать скованность, было легко и свободно. Какое-то время.

- Он есть в списке приглашенных, - ответила Надин.

Еще бы Джанет обидела равнодушием желанного ухажера внучки и упустила возможность создать выгодную партию! Выгодную, по ее мнению, потому что Надин нечего было дать взамен Дэмиену, кроме девственно чистой репутации.

Надин заметила, как Мэтью, поклонившись перед гостями, обратился к Джанет. Лицо бабушки выразило смятение. Они отошли в сторону, дворецкий передал ей конверт и ретировался.

Джанет немедленно направилась к ней. Видя ее взбудораженной, Надин тоже заволновалась.

- Надин, это письмо из Бедфорда. Прочитай его и дашь мне знать, как там дела. Я не могу сейчас оставить гостей. - Бабушка отдала ей конверт и, развернувшись, с радостной улыбкой вернулась к своей компании.

Надин бросило в жар, а руки похолодели. Сейчас она узнает, добралась ли Виктория вообще до Бедфорда и как разродилась тетя Вэлли. Она медлила, готовясь к предстоящим новостями.

- Открывай же скорее, Надин, - едва не подпрыгивая, в предвкушении подгоняла Энн. - Ты будто не хочешь узнать, как дела у твоей сестры.

- Конечно, хочу! Просто… - Эх, ладно! - Все, вскрываю. - Надин сломала печать.

Внезапно к ним подошел джентльмен. Надин сразу же его узнала, это был Тристан Джекол, приятель Чешира, с которым он ее познакомил в парке. Он был в алом мундире, ярко говорившем о своем офицерском чине. Она быстро сложила нераспечатанный конверт и убрала в карман. Нельзя же было обнародовать щекотливые новости их семьи!

- Добрый вечер, мистер Джекол. - Надин растянула механическую любезную улыбку и присела в реверансе с Энн.

- Мне не выразить словами, как я рад вас видеть, мисс. - Низко поклонился.

- Позвольте мне представить подругу нашей семьи леди Энн Мейси. Энн, это добрый приятель лорда Чешира, лейтенант Джекол. Мы с ним познакомились в парке.

Они вновь поклонились друг другу, и в следующий миг джентльмен подарил Надин все свое внимание. Тристан смотрел на нее с откровенным интересом. Крепко сжав пальцы, она постаралась подавить в себе волнение.

- А я и не знала, что вы знакомы с нашей семьей, сэр, - сказала Надин.

- Имел счастье познакомиться с вашей бабушкой на этой неделе. Мы с ней пересекались несколько раз в городе, и она любезно пригласила меня на вечер в столь узкий круг друзей и знакомых. - Тристан оглядел ее сверху вниз. - Честно сказать, я был тронут.

Надин была бы рада думать, что его заинтересовало ее новое лавандовое платье в белую полоску. Но тогда она была бы полной дурой. Нет, этим взглядом Тристан нагло интересовался ее фигурой.

Ее бросило в жар, но Надин заставила себя собраться.

- Вы играете, Энн? - спросил он ее с обаятельной улыбкой.

Для приличия, подумала Надин.

- Нет, сэр, не играю, - скромно так ответила подруга с опущенной головой. Она буквально млела под взглядом этого джентльмена. - Но вот Надин виртуозно владеет пианино. Честное слово, у меня душа не нарадуется, когда я слышу ее игру.

Тристан снова перевел на нее темный блеск своего взгляда.

- Вот как? - изумился. - Тогда я с огромным удовольствием послушаю, как ловко вы подчиняете себе инструмент. Почему-то у меня нет сомнений, что вы справитесь. Можно вашу руку? - Он протянул свою.

Надин прикусила губу, с сомнением смотря на его ладонь.

- Ну же, не бойтесь, мисс. В самом деле, не утащу же я вас из дому. Во всяком случае, насильно не стану. - Тристан и Энн посмеялись.

А Надин было не до смеха, но она заставила себя улыбнуться - привычка. Будучи в перчатках, она аккуратно положила на его ладонь руку, и он нежно помял ее большим пальцем. Потом ловко стянул перчатку, Надин и возразить не успела. Надин заставляла себя унять дрожь. Но бесполезно: слишком это было волнительно.

- Вы по рукам гадаете, сэр? - пошутила Энн.

- В какой-то степени. - Лениво усмехнулся. Он поднес к глазам ее пальцы, внимательно рассматривая каждый из них. Поднял к ней взгляд. - Они у вас длинные, Надин. И тонкие. Весьма красивые.

- Спасибо, сэр. - Замявшись, Надин вспыхнула.

Она с лихорадочной дрожью ждала секунды, когда их руки расстанутся, и к ней вернется самообладание.

Тристан продолжал лить елеем комплименты:

- Это пальцы прирожденного музыканта. У вас есть талант и способности. Вы могли бы стать великой музыкантшей.

- Скажете тоже, сэр…

- Нет, правда. - Тристан незаметно опустил сцепленные руки вниз и сжал их, отчего Надин совершенно растерялась. - Вы мне не верите, мисс?

- Когда дело касается тебя, Джекол, ни в чем нельзя быть уверенным. - Неожиданно к ним присоединился Чешир и его друг Кайл Гилберт.

Незаметно и быстро Надин выдернула свою руку и надела перчатку. Она коснулась лица, точно уверенная, что оно все горит. Они поприветствовали друг друга.

- Да, особенно, если этот плут наговорил вам обольстительные комплименты, - добавил Кайл с долей неприязни в голосе и устремил взгляд на Тристана.

Тот сурово развернулся к нему грудью.

- Уж не хочешь ли ты сказать, что у мисс Беллфлауэр уродливые и кривые пальцы?

- Ни в коем случае, нет! Но твои слова сначала стоит тщательно вычистить щеткой с мылом, прежде чем принимать. Ведь их так просто купить. - Последнее Кайл произнес с недвусмысленным намеком.

Они упрямо уставились друг на друга, как дикие звери, непримиримые враги, и Надин забеспокоилась, как бы не вышло конфликта. Джанет и Бернард не перенесут скандала в доме в приличном обществе. Это оттенит репутацию семьи, которую они усердно сколачивали на протяжении долгих лет, для них это все.

- Не здесь и не сейчас, - вмешался Дэмиен, положив руку на грудь Кайла, отстраняя его. Обратился к нему: - Это не подходящее место для выяснения отношений. Сходи освежись пуншем.

Кайл бросил взгляд на Дэмиена, потом послушался: ушел к буфету.

Тристан прочистил горло и сказал:

- Пожалуй, я тоже немного проветрюсь. - Джекол двинулся к входной двери.

Буря миновала. Надин выдохнула.

- Что с ними такое, милорд? - спросила Энн у Чешира.

- Скорее, не с ними, а с системой.

- То есть? - в замешательстве Надин нахмурилась.

Дэмиен улыбнулся, налегке сказал:

- Зачем благородным леди забивать голову мужскими спорами? Это не для женских ушей. Поговорим лучше о погоде. Кажется, сегодня ночью было прохладнее, вам так не показалось? Я скакал в этот момент по Ковент-Гарден и ощутил…

Надин набралась смелости и прервала его:

- Ваше сиятельство, пожалуйста, расскажите, в чем причина раздора между Гилбертом и Джеколом?

- Мы никому не скажем, - заверила Энн. - Это может быть связано с их прошлым?

Дэмиен умиротворенно улыбнулся окружившим его любопытным пташкам, переводя взгляд то на одну, то на другую. Остановился на Надин и продолжал молчать.

- Милорд… - мягко надавила Надин.

- Хорошо, скажу вам, - сдался наконец Дэмиен и настойчиво произнес: - но только учтите, отношения между Гилбертом и Джеколом не подлежат сплетням. Остальное уже общеизвестно.

- Что общеизвестно?

Чешир в силу высокого роста наклонился к ним ближе, говоря низким голосом:

- Вам известно, что Джекол офицер.

Обе покивали.

- Младший лейтенант тридцать третьего полка Королевских драгун.

- Это полк герцога Веллингтона, - с восторгом вставила Надин.

- И вам также известно, что джентльмены покупают патент на офицерские звания. А Кайл в этом году поступил в военно-морскую академию. Понимаете?

Надин и Энн непонимающе переглянулись и отрицательно покачали головами.

- Всем известно, что моряки, мягко говоря, недолюбливают пехотинцев и кавалеристов.

- Дедушка как-то рассказывал об этом, - сказала Надин. - Но не говорил почему.

- Потому что, в отличие от сухопутных войск, моряки не могут просто выкупить патент и стать военными. Они должны приложить много усилий, закончить академию, затем долго и трудно продвигаться вверх по званиям, от юнги до адмирала. Если, конечно, позволят до адмирала.

Теперь все встало на места. Оказалось, эта холодная вражда вспыхивала не только между Джеколом и Гилбертом, она касалась всех военных, сухопутных и морских. Зачастую неприязнь не выказывалась в открытую, и не у всех она была. Но когда военные из разных войск пересекались, это напрягало атмосферу и чувствовалось в воздухе.

- Но ведь это справедливо, разве нет? - сказала Надин. - Наша страна больше нуждается в сильном флоте, ведь она окружена морскими границами и в первую очередь нужно защищать их.

Поразмыслив, Дэмиен протяженно сказал:

- Ну, может быть. Только лично я считаю, что было бы справедливее заслужить звание, а не покупать его.

И так тоже не работало. Патент покупали в основном представители благородного сословия, те, у кого были хорошие деньги. Таким образом бедным отрезали возможность занять теплые места в элитных полках, даже если они заслужили их кровью.

- Я не опоздал? - Вдруг Дэмиен оживленно повернулся к ней. - Мне бы хотелось послушать, как вы играете.

Из ее открытых уст слышались лишь обрывчатые звуки. Надин немного ошеломило то, как близко Дэмиен приблизился к ней. Наверное, между ними едва проскользнул бы кулак. Горло внезапно пересохло, она сглотнула и хотела отступить, но позади была стена.

Лицо Дэмиена вдруг напряглось, его черты стали острыми.

- Эм… Нет, милорд, - поспешила ответить Надин. Она юркнула в сторонку и встала рядом с ним. - У вас еще есть возможность спасти свой слух.

Дэмиен вздохнул, его улыбка показалась Надин неискренней.

- Зря вы…

- Надин, дорогая, - подойдя, обратилась Джанет, - сыграй нам, пожалуйста. - Бабушка взяла внучку под локоть, словно непослушного ребенка, и отвела к пианино.

Это был Бетховен, как ни странно. «Лунная соната». Все в гостиной замерли. Одни отрешенно смотрели перед собой, медленно покачивая в такт головой, а другие, всего пара человек, неодобрительно переглядывались. Джанет, ее бабушка, сидела с застывшим лицом, выражая внешнее спокойствие. Казалось, будто улыбка на ее лице была приклеенной.

«Хорошая мина при плохой игре», - усмехнулся Дэмиен своим мыслям.

Но музыка была безупречной. Она текла так плавно и так проникновенно, что Дэмиен почувствовал, будто она пронизала его прямо в душу. Он даже закрыл глаза на некоторое мгновение, позволяя себе утонуть в потоке музыки. Потом открыл глаза и с удивлением посмотрел вниз; Дэмиен сам не замечал, как носок его сапога потаптывает в такт мелодии. Он посмотрел на Надин.

Она ровно держала осанку, склоняя голову так, словно наслаждается собственной игрой. В самом деле Надин наслаждалась! На миг она закрывала веки, очевидно, чтобы прочувствовать настроение музыки. И ее глаза вдруг нашли его.

Дэмиена охватил приятный неведанный трепет внутри. Голубые глаза проникновенно смотрели на него так, будто Надин касалась его. Он так чувствовал. Дэмиен видел в ней понимание, соната тронула ее сердце так же, как его. И это объединило их, будто никто из присутствующих не был в силах по-настоящему окунуться в звучание музыки, пропитаться ею так страстно, чтобы она протекала по венам. Это было похоже на волшебство. Дэмиен не мог отвести от нее взгляд, даже когда она так скоро отвела свой.

Он не мог описать словами чувства, которые в нем вызвала эта музыка. Или Надин?.. Он проникся к ней теплым пониманием, Дэмиен впервые почувствовал родство их душ.

Взгляд Надин скользнул к двери, где стоял Тристан. Он смотрел на Надин, самодовольно усмехаясь, будто между ними уже установились какие-то отношения. Дэмиен прочно сжал кулаки.

Какого черта он здесь вообще делает?

Дэмиен слегка напрягся, когда на входе в дом застал Надин в обществе Джекола. И сейчас этот его плотоядный взгляд ему очень не нравился. Не то чтобы Дэмиен ревновал - это было совершенно не так! - но если Тристан задумал посоперничать с ним, это был вызов Дэмиену. Вызов, от которого он не сможет отказаться.

- Как ты получил приглашение? - спросил его Дэмиен, встав рядом с ним. - Ты ведь не знаком с семьей Надин.

- Не был знаком, - поправил Тристан. - Но неделю назад решил, что нужно познакомиться. Стать хорошими друзьями и войти в доверие.

- Зачем? - Дэмиен тревожно повернул к нему голову.

- А ты не догадываешься? - Эта его дерзкая ухмылка разожгла в Дэмиене раздражение.

- Скажи прямо, что тебе нужно от этой семьи?

- Скажем так: мне не нужна вся семья. - Приблизился и шепнул на ухо: - Только Надин. Взгляни на нее, такая прелестница. Не могу выдержать и дня, чтобы не увидеть ее. Странно, да?

Дэмиен развернулся к нему всем телом и выпрямился.

- Мстишь? За то, что я не отсрочил твой платеж? Для джентльмена это низко, использовать Надин, чтобы задеть меня.

- А кто сказал, что она меня интересует только в качестве орудия мести? - Хитро ухмыльнулся.

У Дэмиена из глаз посыпались гневные искры. А Тристан отшагнул назад прошел ближе к центру зала, чтобы лучше видеть Надин.

Это была чистая месть. Надин не нужна ему, по крайней мере, без солидного приданного, а у нее такого нет. Перспектива остаться с носом и без невесты Дэмиену не прельщала. Он решил, что примет вызов.

Глава 9

Благодарно улыбнувшись и поклонившись на неоднозначные аплодисменты, Надин ускользнула из гостиной через заднюю арку и быстрым коротким шагом направилась в столовую. Ей было нужно скорее прочитать письмо от сестры и узнать, добралась ли она вообще до дяди… Надин попыталась выкинуть из головы пугающие мысли об ограблении.

Надин присела за стол на краешек стула, достала конверт и… словно оцепенела.

Страх стал расползаться по венам. Если с Вики случилось несчастье - упаси бог! - это будет целиком и полностью ее вина. Это она должна была быть на ее месте. Надин представила, какие грозы негодования обрушатся на нее, когда семья узнает, что с любимой Вики случилась беда. И все по ее вине. Стыд и совесть накрыли ее волной.

Надин принялась открывать конверт. Вдруг в столовую влетела Джулия - она спрятала конверт под столом на коленках.

- Приготовься, - сказала она с округленными глазами. Вид у сестры был всполошенный.

- К чему?

Джулия сочувствующе посмотрела на нее и, услышав из коридора шаги, прижалась спиной к стене. В столовую ворвалась бабушка, не заметив Джулию, которая тут же бросилась наутек. Джанет рассерженно поджала губы, жестко смотря на нее.

- Ты привела гостей в смятение, - обвинила она.

- Я? - прошептала Надин. - Но чем? Они же остались довольны.

- Не все. В нашем кругу были Лестеры, а это очень уважаемые люди, Надин. Они выразили свое недовольство по поводу Бетховена.

- Но почему? - не понимала Надин.

Джанет глубоко вздохнула, ее тон стал мягче, но оставался непримиримо строгим:

- В ней слишком много страсти. Она вызывает неправильные чувства, будоражит души. Это неуместно. Больше не играй Бетховена, когда дома находятся высокопоставленные лица.

«Неправильные чувства». Разве могут быть чувства неправильными? Абсурд!

Надин опустила глаза и тихо, даже обиженно произнесла:

- Я думала, этот вечер был организован для друзей и знакомых.

Бабушка склонила голову на бок и окончательно смягчилась.

- Отчасти. Лестеры - наши знакомые, но не настолько близкие. Нам нужно завести с ними дружбу, это очень важно для Бернарда и в целом для нашей семьи. - Бабушка вышла из столовой, и Надин снова осталась одна.

Она печально вздохнула. Надин взяла из маленькой чашки несколько изюминок и съела. Она опять сделала что-то не так. Всего лишь выразила чувства через музыку, за что получила порцию осуждения. Такие до костей консервативные особы, как Лестеры, признают лишь отечественные произведения. Если бы Надин, скажем, сыграла Джона Блоу, все остались бы довольны. Все, кроме самой Надин, у нее были совсем другие вкусы.

Она вновь потянулась за изюмом. Послышалось шуршание бумаги - это конверт напомнил о себе. Надин положила его на стол. Избавившись от упаковки, вынула письмо и принялась читать.

«Мои дорогие! Я могу только гадать, кому в руки попадет это письмо…»

Послышался приближающийся размеренный стук каблуков в коридоре. Надин молниеносно сложила письмо вчетверо и спрятала вместе с конвертом на стуле справа от нее, потом плотно задвинула его, как в этот самый момент вошел Чешир. Да что же это такое! Интересно, до утра она дочитает это письмо? Надин внезапно впала в раздражение.

- Вот вы где! Я вас всюду искал. - Дэмиен упал плечом на косяк.

- В самом деле? Тогда теперь вам придется внимательно следить, чтобы в эту самую дверь не вошел кто-нибудь из Лестеров, иначе с моей репутацией будет покончено.

- Не будет: они уже ушли. Вам не о чем беспокоиться.

- Это к лучшему, - холодно говорила Надин.

Дэмиен внимательно посмотрел на нее, наклонив голову на бок.

- Складывается впечатление, будто они вас чем-то обидели.

Надин уставилась в стол и промолчала.

- Точно обидели, - уверился он, затем вынул стул из-под стола напротив и присел. - Что случилось?

- Ничего.

- Надин?.. - настаивал Дэмиен. - Ведь я могу к вам так обращаться? Мы же друзья, не так ли?

Она кивнула.

- Не вижу препятствий.

- Так и что с Лестерами?

Надин посмотрела на него. Она хотела сказать, но что-то ее останавливало.

- Просто… - Сказать или не сказать? Ах, ладно! - Просто некоторым не по душе излишнее проявление чувства в музыке. Это вульгарно.

- Вульгарно? - смехом вырвалось из его уст. - Музыка на то и дана, чтобы ее чувствовать, Надин. Не думать, не разглядывать, как картину, а просто чувствовать и наслаждаться.

Его глаза были столь выразительными и искренними. Надин тут же поверила ему.

Дэмиен вскочил и стал ходить кругами по столовой. Приложил кулак ко рту, казался возбужденным.

- Понимаете, музыка подобна любви: ее можно выбрать только сердцем. Здесь нет места разуму, - остановился у нее за спиной, - только душа и чувства.

Будто в подтверждение, сердце Надин волнительно застучало от того, что Дэмиен находился позади. Она остро чувствовала его у себя за спиной. Надин застыла. Она едва заметно покивала в ответ на его слова, потому что не могла вымолвить ни слова.

- Лестеры - произнес он с осуждением. Выдвинул рядом с ней стул. - Я никогда не разделял их чопорности… Что это? - Дэмиен взял письмо.

Надин всполошилась и вскочила.

- Это мое. - Попыталась выхватить, но рука Дэмиена ловко увернулась.

Он усмехнулся:

- Почему вы прячете письма?

- Я… - запиналась она, но быстро собралась: - Нет, я не прячу!

- А как еще это назвать? - Дэмиен повертел у нее перед глазами сложенный в четверо прямоугольник.

Ее рука резко бросилась к письму, но ей снова не повезло. К ее несчастью, Чешир был уж слишком вертким. Чтоб его пчелы покусали!

Надин невозмутимо выпрямилась, пытаясь успокоить в душе волнение.

- Это… просто письмо, милорд. Я имею право почитать его в одиночестве?

У Надин чуть сердце не выскочило, когда Дэмиен, поддразнивая, стал раскрывать бумагу.

- Интересно, что там есть такого секретного, отчего вам требуется уединение, чтобы его прочитать? - С лисьей улыбкой он кинул на нее взгляд.

Надин не могла допустить, чтобы он прочитал. Письмо содержало щепетильные сведения. Там могли быть подробности прошедших родов тети Вэлли или - если думать о самом плохом, - об исчезновении Виктории. Надин похолодела при мысли об этом.

- Отдайте! - Она кинулась отбирать письмо.

Чешир был очень высоким мужчиной. Он с легкостью вытянул руку к потолку, пока Надин как блошка подпрыгивала в безнадежной попытке дотянуться до письма. Дэмиен громко засмеялся, и его смех привел ее в ярость. Она покраснела, как девчонка.

- Вам смешно, сэр?! - В ее глазах метались искры.

Похоже, он серьезно разозлил ее.

- Только из-за любовного письма женщина готова вот так, как вы, разорвать всех, кто стоит у нее на пути. - Дэмиен посмеялся.

- Не несите чепухи! - протестовала Надин и вновь подпрыгнула. - Отдайте мне письмо сейчас же!

- Иначе ничем не могу объяснить ваше рвение.

Несколько прядей выбились у нее на висках, щеки раскраснелись, скорее всего, от жара, а в глазах пылала строгая уверенность. Надин поджала губы, пытаясь дотянуться до белого прямоугольника. Она была серьезно настроена вернуть его обратно, как храбрая воительница.

Дэмиен не мог отвести от нее глаз: настолько его заворожил ее образ. Она подстегнула в нем любопытство, такой он ее видел впервые. И, надо признать, ему нравилось то, что он видел, нравился ее задор.

- Если вы мне сейчас же не вернете письмо, я не выпущу вас из этой комнаты, - угрожала Надин, прыгая вверх с вытянутой рукой. Она ухватилась за его плечо, чтобы прыжки стали выше.

Усмехнувшись, Дэмиен выпалил шутку:

- О-о-о, так, может, вы этого и хотите? Не нужно прикрываться письмом, Надин, если вы хотите, чтобы я остался с вами.

Надин нахмурилась и взглянула на него с ошеломлением. Ее последний прыжок толкнул его назад. Дэмиен рухнул спиной на стол - следом Надин навалилась на него сверху, потому что он придерживал ее за спину.

Потрясенные, они подняли друг на друга глаза. Оба замерли. Его захватила переливчатая радужка ее глаз: они были не просто голубыми. Нет, в этих озерах, глубоких, как морское дно, протекали еще тонкие желтовато-серые каналы. Они казались незаметными только издалека, но вблизи… Вот еще одна ее грань, которую он обнаружил. Дэмиен чувствовал на себе ее тело, легкое, словно пушинка, и сильное биение ее сердца.

Надин внезапно оживилась, выхватила у него из руки письмо и неловко улыбнулась. Затем быстро слезла с него, встала и расправила платье.

- Кажется, сегодня вы отправляетесь домой, милорд. Я вас поздравляю. - Она покраснела, не встречаясь с ним взглядом.

Дэмиен сел.

- Будет справедливо, если вы тоже станете называть меня по имени. - Протянул ей руку.

Надин переводила взгляд с нее на него, но в итоге пожала, что было слегка удивительным. А он думал, что она не решится.

- Хорошо, Дэмиен, - сказала Надин.

Следующим днем Энн выдернула ее на прогулку. Надин согласилась только с условием, что это будет Сент-Джеймс-парк. Во-первых, он уступал по популярности таким гигантам, как Гайд-парк и Риджентс-парк, из-за небольшой площади и отсутствия помпезности. А это значило, что Надин не будет чувствовать дискомфорта в пребывании большого скопления людей. Во-вторых, что вытекало из первого, шанс встретить знакомые лица был гораздо ниже.

Они медленно вышагивали вдоль озера.

- Лейтенант Джекол показался мне очень милым, - призналась Энн.

Надин усмехнулась.

- До тех пор, пока они с мистером Гилбертом не набросились друг на друга.

- Это слишком громко сказано, Надин. - Энн посмотрела на нее с сомнением, прижав подбородок к шее. - Они бы этого не сделали. Ни за что. В приличном доме, в приличном обществе.

- Как знать? - Надин пожала плечами. - Мы семью Хинтонов знаем недавно, но могу сказать, что они пользуются некоторым уважением. Хотя тот факт, что их сын, мистер Гилберт, увлекается курением сигар, его никак не красит.

Энн ошеломленно выпучила глаза.

- Я не видела. Правда, Надин? Почему-то я думала, что их курят только зрелые мужчины… ну, знаешь, уже солидного возраста.

- А еще он авантюрист, - заявила Надин. - Любитель приключений и скачек верхом без правил.

- Откуда тебе все это известно?

- Слухи.

- Слухи могут врать. - Энн достала помпадур, развязала шнурки и вынула хлеб. Затем отломила половину и предала ее Надин. - Это недостоверный источник. На него могли наговорить.

Они стали отрывать мелкие кусочки и бросать их в озеро. Утиное семейство не заставило себя долго ждать, они плавно и аккуратно подплыли ближе, потом стали заглатывать пищу.

- Не в этом случае, - сказала Надин. - Эти факты подтвердил сам Дэм… лорд Чешир. В беседе он рассказывал историю, как они скакали на ипподроме и как Гилберт от страсти к скорости чуть не загнал лошадь.

Энн удивленно подняла лоб.

- Не загнал?..

- У кобылы тогда были проблемы с копытами, - объяснила Надин и улыбнулась, увидев, как самый маленький из малышей-уток вынырнул из воды и стряхнул с себя капли. Намокшая мордочка стала будто нахмуренной, но такой смешной.

- Понятно, - выдохнула подруга. Интонация Энн показалась Надин слегка расстроенной, близкой к разочарованию.

Надин внимательно посмотрела на ее лицо и убедилась в этом. Энн вдруг опечалилась, продолжая кормить уток.

- Ты чем-то расстроена? Из-за Гилберта?

- Просто задумалась, - отмахнулась она от вопроса. Энн внезапно взглянула на нее. Глаза сверкнули любопытством. - Значит, теперь вы с Чеширом друзья?

Перед Надин вдруг возникли темные глаза Дэмиена. Заинтересованные, загадочные, умные… Надо же было тогда так упасть на него в столовой, какой стыд! Они находились в непростительной близости друг от друга, что у нее чуть сердце не выбилось наружу. Надин почувствовала, как жар разливается у нее по лицу.

- Да, мы добрые друзья, - согласилась она.

Энн ликующе воскликнула:

- Ты покраснела!

- Вовсе нет! - Солгав, Надин отвернулась. - Я… Мне стало жарко.

- Чешир волнует тебя. И совсем не по-дружески!

- Что это значит? - Надин резко посмотрела на нее. - Мы с ним друзья, у нас много общего. Но я не испытываю к нему той привязанности, на которую ты сейчас хочешь намекнуть.

- Правда?

- Правда! - четко заявила Надин.

Энн смиренно кивнула, успокаивающе коснулась ее плеча.

- Я поняла. Только не волнуйся так. Мама говорит, нервничать вредно.

- Я не нервничаю, - снова солгала Надин.

Разве тот, кто прав, станет вот так ни с того ни с сего волноваться?

- Но надо признать, он очень красив, - сказала с томлением Энн и склонила голову на бок.

Задумавшись, Надин отрешенно смотрела в воду. Она отрывала хлеб очень медленно, не спеша бросала в озеро, отчего утки столпились рядом в ожидании новых порций.

Дэмиен был умен, горяч, обаятелен… Надин тряхнула головой. Он обладал ярким интеллектом - вот что самое важное! Ей нравилось это больше всего. Очень хорошо, когда друзей объединяет не только социальное положение, но они находят и общие увлечения. Это замечательно. А то, что он был красив… Ну да, был, призналась Надин. Что тут скажешь? Ведь это никак не помешает их дружбе, верно?

Вода в озере содрогалась робкой рябью от плавания уток. Птицы плавали, резвились, играли, а вода, такая прозрачная, привыкшая осторожничать, словно дрожала от прихотей птиц. Они словно тревожили водную гладь, которая стремилась к спокойствию. Но для того чтобы быть спокойной, ей придется остаться в полном одиночестве.

- Знаешь, я нахожу в тебе какие-то перемены…

Сморгнув, Надин очнулась.

- Что?

- Ты немного изменилась. - Энн пожала плечом. - Не знаю, может, мне кажется. Сегодня ты какая-то немного взвинченная. Даже резкая, хотя я никогда тебя такой не видела.

Надин взяла ее руку и слегка сжала.

- Извини, если я тебя обидела.

- Ты не обидела меня, ни капельки. - Ее дружелюбная улыбка успокаивала.

Энн опустила глаза и взглянула на руку Надин. Ее внимание привлекло кольцо с бирюзой.

- Какое прелестное.

Надин покачала головой.

- По-моему, оно чересчур громоздкое. Я бы точно не назвала его изящным. Подарок от бабушки. Это семейная реликвия.

Отпустив руку, Энн взглянула на нее.

- Я видела почти такое же у Виктории в день, когда мы с ней прощались. Только у нее был другой камень.

- У Марии и Джулии тоже есть такие.

Энн подошла ближе.

- Кстати, какие известия от Вики?

Надин радостно улыбнулась. Благо, Виктория добралась до Бедфорда без происшествий, хотя дорога была нелегкой и местами каменистой, как она описала в своем письме. По сравнению с разбоем, это всего лишь пыль. Когда Надин прочитала об этом, у нее будто груз свалился с плеч.

- Она добралась хорошо, - рассказывала Надин. - Мальчик Декстера и Вэлли родился здоровым. Вики должна будет остаться там на несколько дней, чтобы новоиспеченная мама пришла в себя и окрепла. Вэлли нуждается в помощи.

Энн умиротворенно выдохнула и улыбнулась.

- Какое счастье! Теперь нужно дождаться Викторию. Мне так тоскливо без нее.

- Мы все скучаем по ней. - Надин бросила последний кусочек хлеба в озеро.

Что-то вычурное привлекло ее взор слева. Женщина в ярко-клетчатом платье стояла на берегу как они, и радовала бисквитом птиц. Надин тут же оживилась, когда, заглянув ей в лицо, смогла узнать ее.

- Тетя Нэнси?

Она повернулась к ней и мелкие морщинки на ее лице радостно встретили Надин.

Надин подошла к ней.

- Не могу поверить, что это действительно вы. - Она неуверенно то приподнимала руку для пожатия, то хотела развести их, чтоб обнять тетю.

Спасибо тете Нэнси, что она без сомнения прильнула к ней, обхватив руками, и тем самым разрешила колебания Надин.

- Надин, детка, как ты выросла! - Голос ее был светлым и приятным. Отодвинулась на вытянутых руках от нее, не отпуская плеч. - Дай взглянуть на тебя. - Одобрительно покачала головой. - Ты просто прелесть!

Надин опустила робкий взгляд, смутившись, потом отступила в сторону.

- Тетя Нэнси, это леди Энн Мейси, подруга нашей семьи. Энн, это мисс Нэнси Брэйвест, наша тетя.

- Двоюродная, - аккуратно поправила Нэнси.

- Мы не виделись… - Надин осеклась и, нахмурившись, посмотрела на тетю. - Сколько прошло лет со дня нашей последней встречи?

- Вы не виделись несколько лет? - изумилась Энн.

- Да, тетя Нэнси уплыла в Америку, - объяснила Надин и обратилась к тете: - Кажется, мне было тринадцать, когда я видела вас в последний раз, да?

Тетя отвела беглый взгляд, потом неловко улыбнулась.

- Не будем об этом. Я уехала, а теперь вернулась. - Она взяла племянницу под локоть, а Надин зацепилась за Энн.

Три дамы двинулись вперед вдоль озера.

-Тетя, расскажите, что интересного в Новом Свете? - с горячим интересом спрашивала Надин. - Правда ли, что эта земля славится богатыми лесами и каньонами, как говорят?

В детстве Надин и Мария вместе часто рассматривали географический атлас. А после отъезда тетушки в Америку Надин тщательно изучала континент, на который она отправилась, чтобы хотя бы мысленно представить край, где она жила.

- Славится, да еще как! В одной Атланте хватило бы древесины на всю Англию, честное слово. А какие там замечательные заповедники! Медведи, олени, лоси…

- Хотелось бы это увидеть, - сказала Энн.

Нэнси повернулась к Надин:

- Расскажи, как ты? Как девочки?

- По-прежнему неугомонны. - Надин коротко посмеялась. - Это мой первый сезон и, слава богу, он заканчивается.

Нэнси мягко посмотрела на нее.

- Вижу, ненависть к роскошным туалетам с возрастом в тебе не утихла.

- Сложно назвать это ненавистью. - Надин наклонила голову в бок. - Может быть, непринятие. Я бы с удовольствием родилась раньше, когда в начале столетия в моде были легкие муслиновые платья, без лишних нагромождений.

Нэнси и Энн засмеялись.

- Мода меняется, детка, и, наверное, когда-нибудь легкость туалетов к нам снова вернется, вот увидишь. В Америке люди более практичны в плане одежды.

Надин оживленно подняла голову.

- Но вы все же вернулись, значит, Новый Свет не смог вытеснить из вашего сердца любовь к родной старушке Англии?

- Не совсем. Иногда я скучаю по Америке, - призналась Нэнси. - Особенно сильно, когда начинаю задыхаться на тесных улицах Лондона. - Она мелодично посмеялась.

Надин слегка сжала ее локоть от радости.

- Но теперь мы вам не дадим соскучиться, тетя. Обязательно приезжайте к нам в Мейфэр. Мы вас будем ждать. Сестры так обрадуются, когда узнают о вашем приезде.

Лицо Нэнси вдруг стало напряженным.

- Кстати, тетя, почему вы не заехали к нам сразу, как только приехали?

Остановившись, Нэнси затормозила девичью цепочку. Она взглянула на племянницу, и Надин увидела в ее глазах тревогу и печаль.

- Надин, детка, я не могу к вам приехать.

Она улыбнулась, сохраняя прежнюю веселость, хотя и не поняла ее.

- Почему?

Несколько секунд Нэнси колебалась в беспокойстве. Потом натянула неубедительную радостную улыбку.

- Я не хочу портить нашу встречу, Надин. Пусть Бернард и Джанет сами тебе все объяснят, хорошо? - Она крепко обхватила Надин руками так, что у нее сложилось ощущение, будто тетя прощается навсегда. - До свидания, детка. Передай девочкам от меня привет. - Тетя отпрянула от нее, глаза ее заблестели от подступающих слез, но она неизменно продолжала улыбаться.

Надин с тоской наблюдала, как Нэнси удалялась от них все дальше и дальше. Потом вышла на мощенную плиткой дорожку, ведущую к выходу из парка.

Как бы утешая, Энн положила руку на ее плечо.

- Не волнуйся, Надин. Джанет и Бернард скажут тебе, в чем дело. Они же твои бабушка и дедушка. Не думаю, что они станут скрывать правду.

Надин тихо вздохнула.

Джанет и Бернард были людьми старого закала. Если эта размолвка между ними и тетей Нэнси была достаточно серьезной, Надин могла никогда не дождаться от них правды. Она сжала руку в кулак, почувствовав, как толстое кольцо на пальце стало нагреваться. Но она попробует узнать, в чем дело. Непременно попытается.

Глава 10

- Кого ты встретила в парке? - железный, потрясенный тон бабушки, раздавшийся по гостиной, не предвещал ничего хорошего. - Нэнси?

Все члены семьи пребывали в этой комнате. Все, кроме Вики, разумеется. Надин смотрела куда угодно, лишь бы не встречаться с суровым взглядом Джанет.

- Да, - тихо говорила Надин. - Она вернулась из Америки.

Джанет вперилась в нее с холодным беспокойством.

- Вас кто-нибудь видел вместе?

Надин покачала отрицательно головой.

- Это нормально, что я не помню, как она выглядит, но при этом ее имя ассоциируется у меня с чем-то хорошим и теплым? - сказав с усмешкой, Мария продолжила крепить иглами ленты на шляпку.

- А я помню ее лицо, - отозвалась Джулия, отложив журнал. Подняв глаза куда-то вверх, блаженно улыбнулась. - Мне особенно запомнилось, как мы собирали с ней ягоды в поместье, а потом выпекали с ней пирог или ели их со сливками.

Повернувшись к ней, Джанет строго сказала:

- Не смей говорить ничего подобного в приличном обществе, Джулия! Все вы. Леди не пекут и не занимаются готовкой на кухне, это делают поварихи. Не хватало нам еще одного позора.

- Еще одного? - переспросила Надин. - Что это значит, бабушка?

- Ничего такого, что вам следует знать. И в следующий раз, когда встретите Нэнси, сделайте вид, что вы незнакомы.

- Почему? - в унисон спросили все три.

- Не задавайте вопросов. Простой сделайте. - Джанет схватилась за виски´ большим и указательным пальцами одной руки.

Бернард вступил в разговор, но более мягко:

- Девочки, у Нэнси дурная репутация. Свет не должен знать, что мы с ней поддерживаем связь. Это наc не украсит.

Надин не решалась спросить, что же произошло на самом деле, из-за чего свет отверг тетю. Но очень хотела это узнать. Ее терзало любопытство. Эх, была не была!

Надин сжала кулак с кольцом, выпрямилась и четко спросила:

- Что с ней произошло? Я хочу знать. Расскажите. - Надин поражалась собственной смелости, но она длилась недолго; под жестким взглядом Джанет ей хотелось сникнуть, провалиться сквозь паркет, но она не двинулась, только еле слышно добавила: - Пожалуйста.

- Да, расскажите нам, - подхватила Джулия, и Надин облегченно уронила плечи.

- Мы имеем право знать, за что нам стоит избегать родную тетю. - Мария подалась вперед.

- Двоюродную, - подчеркнула Джанет.

Надин заявила:

- Это не важно.

Джанет посмотрела на Бернарда, ища у него поддержки.

- Не вижу ничего плохого в том, если они узнают правду. Это послужит им плохим примером, которому не стоит следовать, - сказал Бернард, кивнул, дав одобрение, и снова погрузился в новый выпуск «Таймс».

Джанет поджала губы, став мишенью трех пар любопытных глаз. Она взяла чашку с чаем, сделала глоток и поставила обратно.

- Нэнси всегда увлекалась изобретениями. Ткацкие станки, лампы накаливания, новые прялки и много-много другого. Она проявляла нескрываемый, я бы сказала, нездоровый интерес к новшествам, изучала чертежи и механизмы у себя дома…

К Надин в голову вдруг постучалось воспоминание, как однажды в детстве она бежала по дороге к дому и, упав, разбила коленку. Увиденное тогда потрясло ее и заставило забыть о боли; Нэнси выбежала из дома к ней, руки и лицо были перепачканы, но, что удивляло больше всего, тетя была в мужских бриджах, затянутых на поясе ремнем.

- Это чтобы было удобнее работать, детка, - сказала она тогда и, ласково улыбнувшись, стала вытирать кровь с коленки, периодически обдувая.

- Никто никогда не рассказывал о причудах Нэнси, - продолжала Джанет. - Семья сохраняла молчание. Нэнси так и не вышла замуж, уж и не знаю почему. Ей делали предложения, как минимум два, но она их отклонила. Она была себе на уме.

- И что потом случилось? - спросила Джулия.

Лицо бабушки выразило печаль.

- Вскоре, после смерти ваших родителей, Нэнси пришло письмо из Америки. Ее пригласили в Нью-Йорк в качестве инженера, чтобы она смогла реализовать свои идеи там. Она открыто призналась, что намерена уехать в Америку. - Джанет отпила чай. - По всей видимости, она вела активную переписку с какими-то Нью-Йоркскими изобретателями. Об этом стало известно в высших кругах. Нэнси перестали принимать в приличном обществе, а вскоре и вовсе отвергли.

- И вы поступили так, как все. - Надин почувствовала, как ее охватывает презрение.

- Мы не могли иначе, - твердо говорила Джанет, будучи уверенной в правильности своего выбора. - Мы были вынуждены отказаться от нее, порвать с ней все связи.

- С родной племянницей? - осуждающим тоном произнесла Мария.

Бернард отложил газету и поднялся, внушая свой авторитет.

- Это было необходимо. - Это была интонация грозного военного. - Вспомните, что у нас тогда были вы, четыре внучки, чье будущее мы были обязаны обеспечить и до сих пор эта обязанность лежит на наших плечах. - Тишина повисла в воздухе, но ненадолго. - Никто даже знаться бы с вами не стал, узнав о взбалмошной, чокнутой изобретательнице в нашей семье.

Надин осторожно сказала:

- Но, дедушка, разве женщина не может заниматься изобретениями?

Джанет подняла к ней голову.

- Может. Только в Англии ее вклад никто всерьез не воспримет. И не примет. Тем более в высшем обществе, это просто верх непозволительности. Оставьте это мужчинам, у женщин есть чем заняться.

- Женщина должна знать свое место, - заявил Бернард, и эти слова словно вырезали у Надин на сердце. - Ее место дома, рядом с мужем и детьми. И вы должны знать, если кто-то из вас возьмет пример с Нэнси, то ее ждет то же самое.

Следующим утром Надин стачивала грифель карандаша, водя им по шероховатой бумаге. Он почти заканчивался. Она нарисовала линию переносицы и застыла на кончике носа. Озадаченно нахмурилась. Носы всегда были ее слабым местом, они редко удавались. Надин устроилась на подушках поудобнее, затем вытянула руку с карандашом вперед и закрыла один глаз.

- Все художники так делают? - спросила Джулия, которая в этот час являлась ее натурщицей, сидя на ровном стуле перед кроватью.

- Только те, у кого есть нетерпеливые сестры, которые то и дело крутятся и не дают закончить портрет, - парировала Надин с усмешкой.

- Значит, я удачно вписываюсь. - Джулия вздохнула, испытывая собственное терпение, обвела глазами картину на стене. - Еще долго?

Надин досадно поджала губы, когда крылышко носа вышло слишком большим. Взяв ластик, стерла его и начала сначала.

- Послушай, ты сама ворвалась ко мне в комнату ни свет ни заря с просьбой… нет, я бы сказала, с требованием нарисовать твой портрет. Так что теперь сиди и жди.

Джулия недовольно цокнула языком.

Надин было трудно оценить, насколько успешно ей удавались портреты. Но те, которые она избрала для академии художеств - Надин бегло взглянула на ящик стола, - те самые, что лежали там, были ее лучшими. На ее взгляд. Их она никому не показывала: боялась критики. Но, в общем, ее способности хвалили сестры. Наверное, иначе бы Джулия не просила нарисовать ее портрет, зная заранее, что он не получится.

Интересно, сколько еще этот сверток будет томиться в столе? Надин не могла придумать способа отправить его в академию, не выдавая своего имени. Ответ придет сюда, в этот дом, и об этом могли узнать домашние. Бернард и Джанет… Вдруг карандаш скользнул и сделал разрез губы слишком острым.

Надин негодующе стиснула карандаш, затем, взяв ластик, с сильным надавливанием стала стирать.

- Не поджимай губы, - сказала Джулия, - так их вообще не видно.

Надин возмутилась, но ничего не сказала.

- Зато твои в лупе не нуждаются, их можно было бы слегка поджать для скромности, - заявила Мария на пороге, стоя в сорочке. Прошествовала через комнату и присела на край кровати.

Джулия завертелась, поворачиваясь к Марии.

- А вот и нет, они полные и красивые! Незачем их прятать. - Вытянула их трубочкой.

- Ради бога, ты можешь посидеть спокойно? - отчаянно просила Надин. - Ну, в самом деле, Джу, это невозможно! Ты и пяти минут усидеть не можешь.

Мария подобралась к Надин на четвереньках и присела рядом, взглянув на портрет.

- Довольно неплохо, - сказала она и ткнула пальцем. - А это что у нее за серьга?

- Это ухо!

- О… - смутилась Мария. - Ну да, точно.

Джулия пересела к ней на кровать, выхватив портрет, посмотрела на него. Одобрительно скривила губы.

- Хорошо. Но ты закончишь его позже.

- Как позже?! - протестовала Надин. - Нет, давай сейчас.

Мария удивилась:

- Что такое? Ты нередко останавливалась на середине и откладывала работы на несколько дней. А тут всего лишь неказистая грифельная моська.

- Эй! - обиженно воскликнула Джулия. - Я тебе покажу моську! - Она навалилась на Марию, сотрясая кровать, путаясь в одеяле и подушках.

- Хватит! Прекратите это! - кричала Надин.

Внезапно сестры остановились. Их глаза заблестели от любопытства.

- Лучше расскажи нам, как у вас с лордом Чеширом?

Надин ошеломленно открыла рот, но не подобрала ни слова. Последний раз, когда они виделись несколько дней назад на музыкальном вечере, она часто думала о нем.

«Музыка на то и дана, чтобы чувствовать», - вспомнила слова Дэмиена.

Он так четко прочитал ее мысли, мог так глубоко чувствовать. Надин сильно изумлялась этому. Она ощущала необъяснимую связь между ними, словно они были знакомы много лет и общались, как давние добрые друзья. С ней не случалось ничего подобного. Вчера ночью она смотрела на месяц сквозь оконное стекло, вспоминая «Лунную сонату», и заснула с мыслями о Дэмиене. Надин вдруг поняла, что ждет их встречи. С нетерпением ждет.

- Ну так и?.. - настаивали сестры.

- Между нами дружеские отношения, - ответила Надин.

«Только бы не покраснеть!»

- Он ухаживает за тобой, - заметила Мария. - Ты ему нравишься.

- Да, - оживленно подхватила Джулия. - Наверняка весь город сейчас говорит о вас. - Лукаво улыбнулась. - О предстоящей возможной помолвке…

Внутри будто все всполошилось. Надин почувствовала жар.

- Смотри, она покраснела! - восторженно сказала Джу Мари, и они захихикали.

- Нет, все не так! - Надин закрыла руками лицо. - Между нами ничего нет и не будет.

Это так. У них чисто дружеские отношения. Во всяком случае, Дэмиен не сделал ничего такого, чтобы Надин могла подумать, что у него любовный интерес. Да и разве такой красавец, как граф Чешир, может заметить ее? В Лондоне столько молодых леди, и красавицы, и с богатым приданным, и с влиятельными родственными связями - одна другой краше! Надин легко меркнет на фоне шикарных роз. Кому может приглянуться непримечательный колокольчик?

- Думаешь, он симпатичнее лейтенанта Джекола? - спросила Мария у Джулии.

Та неуверенно пожала плечами.

- Наверное, нет. Они оба хороши, но лейтенант… - Мечтательно улыбнулась. - Лейтенант, пожалуй, красивее.

- Зато он не обладает титулом. И небогат. А ты кого бы предпочла, Надин? - задала вопрос Мария.

Джекол в тот вечер у них пригласил ее на танец. Он высказывался по поводу красоты интерьера и потом, что удивительно, плавно перешел к комплиментам о прическе и наряде Надин.

- Какая разница?

- Как это? - Обе сестры удивленно посмотрели друг на друга. - Они ведь твои кавалеры.

- Ничего подобного! - протестовала Надин. Она улеглась и накрыла себя пушистым одеялом. - Не пора ли вам завтракать?

- Нам всем пора, - сказала Мария.

Джулия ликующе хлопнула Надин по бедру, что та вскрикнула от неожиданности.

- И все-таки бабушкины кольца работают! У Надин не было ни одного кавалера за весь сезон, а теперь их целых два. Один лучше другого. Это ли не доказательство, что волшебство существует?

- Они не мои кавалеры! - Надин становилось душно под одеялом.

Она услышала, как Мария громко пренебрежительно фыркнула.

- Просто совпадение. У тебя, например, еще никого нет. И у Вики тоже.

- Потому что мне всего шестнадцать, и я не выходила в свет. Ко всему прочему, бабушка ясно сказала, что это происходит постепенно, а не со всеми враз.

Надин почувствовала холодок на ступнях - это кто-то из них откинул одеяло.

- Надин, у тебя нога красная. Ты, случайно, не заболела?

- Где? - Она села. Согнула ногу и посмотрела на стопу. - И правда красная.

- Может, это ветряная оспа? - предположила Джулия и взглянула на Марию. - Как выглядит оспа?

- Почему ты смотришь на меня так, словно я все должна знать? И не говори ерунды! Она просто ее отсидела, пока рисовала твой портрет. Через пару минут краснота сойдет.

Надин слышала, как один ребенок заболел ветряной оспой, а потом через месяц скончался. Страх скользнул в сердце.

- А если нет? Я умру…

- Перестань! - одернула Мария.

Джулия лихорадочно схватила ее за руку.

- Пока этого не случилось, ты должна мне срочно помочь. Только ты можешь это сделать.

Надин со смиренной печалью произнесла:

- Говори. Пока я жива, я сделаю все, что смогу.

- Примерь три моих платья. Я не знаю, как они смотрятся со стороны. Хочу выбрать, в каком из них пойти на праздник к Мейси.

Едва не задохнувшись, Надин рассвирепела:

- Я тут едва не при смерти, а ты просишь меня о такой ерунде?!

Мария захихикала, а Джулия возмутилась:

- Это не ерунда! На празднике у Реджины будет много гостей. Кто знает, может, там я познакомлюсь с каким-нибудь джентльменом? Я не могу прийти туда как облезлая кошка. Ты должна мне помочь, у нас с тобой почти одинаковые фигуры.

Их прервал стук в дверь. Вошла Зои с конвертом в руках и радостным лицом.

- Мисс Беллфлауэр, вам письмо.

Надин приняла конверт. На нем была печать с гербом графства Чешира, с тремя львами и щитом посередине, на котором были изображены три пучка пшеницы и меч. Надин ощутила приятное волнение. Дождавшись, пока служанка выйдет, она принялась распечатывать.

- От кого это?

Надин отложила конверт в сторону - его тут же подобрала Мария.

- Это Чешир. - И с улыбкой посмотрела на сестру.

Джулия загорелась от возбуждения.

- Что? Что он пишет, Надин?

Она стала читать про себя:

«Дорогая мисс Беллфлауэр,

Позвольте мне испытать удовольствие от вашего общества в Британском музее послезавтра. Уж очень хочется посмотреть, как мраморные бюсты пооткрывают рты от начитанности ваших высказываний…»

Надин посмеялась.

«…Я заеду за вами к четырем часам. Если согласны, отошлите мне маленький клочок бумаги с единственным словом «да», и я буду безмерно рад.

С наилучшими пожеланиями,

Ваш верный друг Чешир».

Губы Надин растеклись в блаженной улыбке. Он хотел ее видеть снова. Правда, она уже посещала Британский музей… Ну ничего! Там очень много экспонатов, которые Надин не успела посмотреть в последний раз. Они с Дэмиеном прекрасно проведут время. Как друзья, конечно. Надин внезапно нахмурилась. А что же она наденет?..

Отбросив одеяло, Надин вскочила с кровати и бросилась к шкафу. Открыла его и озадаченно посмотрела на висевшие платья.

Тем временем Джулия взяла письмо, которое она оставила на подушке, и бегло прочитала.

- Он пригласил ее в музей.

- Не очень романтично, - заметила Мария.

- Мы друзья, это вполне подходит для нас, - сказала Надин. Она сняла одно голубое платье и примерила на себе перед зеркалом.

- Чушь! - воскликнула бабушка, нежданно появившаяся на пороге ее спальни. - Мужчина не станет тратить свое драгоценное время на дружбу с женщиной. Ему это не выгодно.

- Но, бабушка…

- Граф маскирует свое отношение к Надин под дружбу. - Джанет прошествовала в комнату. - Это нормально, но глупо верить в это. Мужчина может рассматривать женщину только как женщину, будущую жену и мать его детей. Точка, - отрезала Джанет.

Неясный трепет взволновал ее сердце. Неужели это правда? Надин интересует Дэмиена как потенциальная невеста? Но в ней нет ничего, что бы его могло заинтересовать. И сам Дэмиен не выказывал своей симпатии к ней, ни единым намеком. Нет, это неправда. Они очень хорошо понимали друг друга, им было, чем поделиться и что обсудить, но это же еще не значит, что они движутся в направлении брака, верно?

- Странно, что он положил глаз на Надин. Лорда Чешира привлекают брюнетки, - огласила Джулия, и Надин резко повернулась к ней.

- Откуда тебе это известно? - задала вопрос Джанет.

- Не мне. Такое замечание выдвинула желтая пресса.

- Его часто видели в окружении женщин с формами и темными волосами, - подтвердила Мария.

Надин прижала платье к груди и повесила голову. Все мимо, и все не про нее…

Джанет с легким пренебрежением махнула рукой.

- Время идет, вкусы меняются.

- Вкусы? - усмехнулась Мария. - Надин что, яблоко или бекон? Разве можно говорить о вкусах, когда речь идет о выборе жены или мужа?

Джулия уверенно заявила:

- Конечно, можно! Мне, например, больше нравится лейтенант, чем граф. По внешности, я имею в виду. А тебе наоборот.

- Лейтенант? - Джанет повернула голову. - Лейтенант Джекол? Почему вы заговорили о нем?

Мария взглянула на Надин, словно боялась сказать лишнего, и осторожно ответила:

- Есть подозрения…

- …что Джекол тоже положил глаз на Надин, - спешно закончила за нее Джулия.

Мария негодующе посмотрела на нее, будто хотела треснуть чем-нибудь по голове.

- Это правда? - Джанет обернулась к Надин.

Она ничего не ответила. Даже голову не подняла. Они строили догадки, предположения, которые никакого отношения к реальности абсолютно не имели.

Надин сильнее сжала платье, не волнуясь, что он помнется, и вскинула голову.

- Никакая это не правда! Лорд Чешир мой добрый друг, а с мистером Джеколом мы всего лишь потанцевали один раз. Вот и все.

- Зато этот «один раз» произошел на глазах у Лестеров, - сказала Мария, подняв вверх указательный палец. - Ты слишком долго оставалась без внимания, и теперь любые, даже самые маленькие перемены в твоей жизни будут подмечать. Это неизбежно.

Джанет подошла к Надин и понимающе заглянула в лицо.

- Мария права, дорогая. Я знаю, для тебя это все внове, ты не привыкла к мужскому вниманию. Но постарайся все же принять действительность. - Надин сделала над собой усилие, чтобы не застонать, а Джанет сказала громче для всех: - Если Джекол в самом деле претендует на руку Надин так же, как и Чешир, тут надо выбирать с умом. В первую очередь оцениваются перспективы замужества. На первый взгляд, брак с Чеширом имеет больше достоинств…

- Что тут обсуждать? - с некой капелькой разочарования сказала Мария. - И так ясно, что со всех сторон лорд Чешир обошел Джекола. Ведь тот всего лишь лейтенант. Даже жалко его…

- Да, жаль, - вздохнула Джулия.

- Жалость к мужчине - самая большая глупость, которую может допустить женщина. - Речь Джанет прозвучала довольно назидательно. - Не стоит их жалеть, девочки, этим вы только себе навредите.

Джулия встрепенулась, подняв голову.

- А вдруг Джекол влюблен в Надин? Или она его полюбит? Тогда у него есть шанс.

Надин ошеломленно открыла рот и тихо произнесла:

- Что ты такое говоришь? Вы еще не поймали, а уже ощипали. И сварили. Перестаньте нести ерунду. Мне нужно собрать туалет, в котором я поеду с лордом Чеширом в музей.

Джанет с удивленной улыбкой пролепетала:

- Он пригласил тебя в музей? Чудно! Я же говорила, что кольцо поможет.

- И ничего лучше, чем музей, оно организовать не смогло, я так понимаю? - подтрунила Мария, безнадежно сдерживая улыбку, и отвела взгляд, когда Джанет неласково посмотрела на нее.

Джулия вспорхнула и подбежала к Надин, крепко схватила ее за плечи.

- Сначала ты примеришь мои платья, и только потом займешься своими. Праздник Реджины начнется раньше, чем твое свидание!

Надин скорчила несчастную гримасу и, подогнув колени, притворилась, что обессиленно падает.

- Нет, Джу! Твои платья такие громоздкие… Я не хочу. Сжалься надо мной, прошу!

Бабушка зароптала на нее:

- Что это такое? Перестань сейчас же кривляться! Пора бы уже научиться выражать свое негодование более изящно.

- Изящно не так весело, - бодро сказала Мария.

Джулия взяла Надин за руку и насильно потянула за собой.

- Давай-давай, милочка! Мне нужна твоя помощь.

Надин страдальчески запрокинула голову, и ноги поволокли ее вслед за сестрой.

Дэмиен нанял кэб и приехал на нем на Сент-Джеймс-стрит. Небольшой особняк Крэнборнов встретил его с суровостью; прямоугольные строгие окна казались неприступными, некоторые были распахнуты, но при этом не выдавливали своей улыбки. Как только Дэмиен оказался внутри, дворецкий облюбовал его взглядом, будто одобрял нового потенциального члена семьи.

- Вашу шляпу, сэр, - сказал слуга с улыбкой.

- Спасибо, но на самом деле я просто заехал за мисс Надин.

- Но при чем здесь шляпа, сэр?

- Не совсем понимаю... - Дэмиен нахмурил густые брови.

- Можно? - Дворецкий протянул руку.

Дэмиен странно посмотрел на слугу. Из любопытства он снял шляпу и отдал ему.

Дворецкий перевернул головной убор донышком вниз, заглянул в дно, переведя лукавый взгляд на Дэмиена. Тот вопросительно поднял бровь, потом насмешливо усмехнулся.

- Вы что, фокусник, Мэтью? Хотите показать мне один из ваших фирменных трюков?

- Единственный трюк, который требуется проделать, это вам, сэр. Не принимайте решения на горячую голову.

- Простите, я не совсем понимаю, к чему вы ведете, - признался Дэмиен, покачав головой.

Мэтью молча улыбнулся. Сейчас он напоминал Дэмиену загадочного волшебника, который вынул из заднего кармана конфету, завернутую в блестящую фольгу, и сунул ее в шляпу.

Дэмиен непонимающе глядел то на шляпу, то на дворецкого. Он не был похож на сумасшедшего. Вполне себе добрый мужчина, в годах. И все-таки что же это могло значить?

- Милорд! Как приятно видеть вас, - воскликнула виконтесса в конце коридора и направилась к нему. Радостный настрой перекрыло сердитое ворчание на слугу: - Мэтью, почему ты задерживаешь гостя в проходе? И почему ты никого не известил о его прибытии? Я очень недовольна…

- Нет, леди Крэнборн, - заступился Дэмиен и даже загородил собой Мэтью, - это моя оплошность. Я отвлек дворецкого своей болтовней. Он ни в чем не виноват.

Виконтесса замолчала на пару секунд.

- Ну что ж, если дела действительно обстоят так…

- Действительно так, мадам.

- Пройдемте в гостиную? - Виконтесса указала рукой в комнату налево. Она снова сделалась мягкой и доброжелательной.

Дэмиен отрицательно покачал головой, вертикально выставив ладонь перед собой.

- Вынужден отказаться, леди Крэнборн. Посещения в музее ограничены временем, поэтому я бы предпочел дождаться мисс Беллфлауэр и отправиться в путь как можно скорее.

- Она скоро будет, непременно. - Виконтесса сказала это так, будто пыталась уверить в этом саму себя.

На лестничном пролете послышались шустрые короткие шаги. Дэмиен поднял голову: из-за перил выглянули две девичьи головы. Это были Джулия и Мария.

- Здравствуйте, милорд! - крича, поздоровались они и, хихикая, помахали руками. - Мы вам очень рады. Выпьете с нами чаю?

Бабушка вознегодовала:

- Джулия! Мария! Как это понимать? Что о вас подумает его сиятельство? - Дэмиен посмеялся, а виконтесса отдала приказ: - Сделайте полезное дело и поторопите Надин. - Пробубнила себе под нос, когда девочки убежали наверх: - Что-то она долго… - Столкнувшись взглядом с Дэмиеном, натянула любезную улыбку.

Надин появилась спустя пару минут. Челюсть Дэмиена не выдержала восхищения и слегка отвисла. На Надин было платье цвета взбитых сливок, рукава были короткими, но, как правило, пышными, сверху их украшали банты. По ткани - Дэмиен не разбирался, но полагал, что это был атлас, - струилась вышивка из цветов и листьев от самого края до талии, которая была украшена маленькой пряжкой. Светлый теплый тон платья оставлял кожу Надин по-прежнему фарфоровой, но будто более насыщенной и здоровой.

Они поприветствовали друг друга краткими поклонами.

- Вы прекрасно выглядите. - Слова легко соскользнули с его языка.

Дождался этого румянца и не смог сдержать восхищенной улыбки.

- Вы очень добры, милорд. - Помолчала и добавила: - Надо сказать, вы выглядите также весьма сносно.

Джанет переводила взгляд то на него, то на Надин, ее улыбка напоминала сытую кошку.

Прочистив горло, Дэмиен сказал:

- Что ж, не будем терять времени. Пойдем?

Мэтью открыл им дверь, и Надин с Джанет вышли на улицу, затем слуга подал шляпу Дэмиену.

- Всего хорошего, сэр. - Многозначительная улыбка дворецкого заставила Дэмиена задуматься.

Он надел шляпу и ощутил, как конфета упала ему на голову. Дэмиен вытащил ее, бросив озадаченный взгляд на Мэтью, потом, сунув ее в наружный карман, вышел из дома.

Дэмиен помог Надин сесть в кэб, и они выехали на Пикадилли. Наконец, они остались одни. Почти одни.

- Я еще не был в Британском музее, - признался Дэмиен, и Надин изумленно повернулась к нему.

- Правда? Я была там лишь один раз в мае, но мои воспоминания остались смутными, и я не все успела посмотреть. Мои сестры отвлекали меня, хотели поскорее уйти, и я не могла сосредоточиться.

- Надеюсь, этот визит доставит нам обоим удовольствие. - Они улыбнулись друг другу.

Надин всю дорогу смотрела то перед собой, то куда-то в сторону, рассматривала высокие старые здания, множество людей и экипажей, проезжающих мимо. А Дэмиен продолжал наблюдать за ней.

Сегодня она казалась ему прелестной. Хотя этот наряд определенно уступал тому бальному в их первую встречу, но именно сейчас Дэмиену казалось, что Надин выглядит просто потрясающе. Трудно было назвать ее бриллиантом сезона. Он бы так и не сказал. Но Надин точно была симпатичной. Ее внешность производила приятное впечатление, хотя и не такое мощное, из-за которой мужчины сворачивают головы.

Взор Дэмиена пробежался по ней снизу вверх. И фигура была недурна. Эта леди станет его женой, матерью его сына. Дэмиен изумился: теперь, думая о браке, он не испытывал такого отторжения. Нежелание - да, но не отторжение. Наверное, он просто не мог ожидать, что общение с невестой - а в будущем с женой, - может быть не просто терпимым, но даже приятным. Ох, если бы его мысли услышали сейчас друзья, то ни за что бы не поверили. Да и о чем с ними говорить? Все, кроме Кайла, не блистали интеллектом, а Надин обошла их всех. Дэмиен широко усмехнулся. Кто бы мог подумать! Дэмиен Чешир предпочел компании друзей свою невесту!

На кольце в их экипаж едва не врезался дилижанс, кучер резко повернул налево, чтобы избежать столкновения. Кэб наклонился в сторону, и Дэмиен навалился на Надин. Их лица были в такой близости друг от друга, что он чувствовал на нем ее согревающее дыхание. Потрясенные голубые глаза смотрели на него, и Дэмиен замер. Хотелось бы в них утонуть… Но Надин неловко отвела взгляд, и Дэмиен пришел в себя. Прочистив горло, он пересел на свою сторону, поправляя сюртук цвета темного шоколада.

- Нельзя ли ехать поаккуратнее? - грозным тоном обратился он к кучеру, оттягивая и поправляя галстук.

- Извините, милорд. Много экипажей застряли на дорогах, все торопятся, как сумасшедшие. - Он повернул на Риджент-стрит. - Сейчас мы свернем с главной дороги, там нет такого ажиотажа.

Дэмиен украдкой посмотрел на Надин, они встретились взглядом и тут же отвернулись каждый к своему окну. Так они и ехали в неловком молчании, пока не добрались до музея.

Масштабы здания поражали: мраморный пол отражал свет прозрачного стеклянного потолка, массивные колонны подчеркивали величие главного музея столицы. Посетителей на входе встречали две крылатые, похожие на египетские, статуи. Они прошли в главный зал.

- Довольно архаично, - сказал Дэмиен, глядя на тотемный деревянный столб.

- Первые тотемные столбы были обнаружены у индейцев, - рассказывала Надин. - Это очень интересно. Животные, которых вырезали на столбах, относились к мифологии их народа. У каждого дома мог стоять свой собственный тотемный символ, это указывало на покровителя семьи. Еще их ставили на праздниках или других значимых событиях.

- Как интересно… - Дэмиен имел в виду не столько историю о культуре индейцев, сколько саму Надин.

Он проницательно, завороженно смотрел на нее, на ее улыбку, в светящиеся глаза, пытаясь понять, есть ли дно у ее внутреннего мира.

Они прошли в смежный зал, где хранилось невероятное количество экспонатов за стеклянными витринами; статуэтки, редкое собрание книг, каменные панели с неизвестными надписями, кувшины и вазы.

- Вы знали, что гладиаторы в Древнем Риме были на самом деле рабами? - задал Дэмиен вопрос, когда они остановились у серой каменной панели с изображением гладиаторских воинов.

Надин озадаченно нахмурилась, глядя на панель.

Дэмиен вздохнул и внутренне приготовился к тому, что она снова начнет неуверенно заикаться и растягивать слова.

- Можно сказать, что нет, - быстро и беззаботно ответила Надин. - Я слышала о гладиаторах, но, что они были рабами, нет. - Она подняла к нему голову. - А что вы еще о них можете сказать?

Дэмиен открыл рот. Он заметил в ней изменения, она будто стала более непоколебимой и стойкой. Взгляд был ясен, а улыбка - лучистой и теплой. Но в ней сохранилась прежняя мягкость. Такой она нравилась ему гораздо больше.

Он вдруг вспомнил, что смотрит на нее и молчит, как идиот. Дэмиен оживился.

- Эм… - Теперь это он заикался и медлил! Заставил себя собраться. - Их обучали технике владения разным оружием. Они сражались не только с воинами, но и со зверями за право быть освобожденным.

- Ужасно, не правда ли? - Глаза Надин выражали сочувствие. - Что кому-то приходится сражаться на смерть за свою свободу. - Замолчала на какое-то время, потом вновь сказала: - Хотя, если посмотреть с другой стороны, они могли сражаться за нее. В отличие от других, которые повинуются тем, кто сильнее, и у них нет шанса выбраться из-под назидания. Такие люди вынуждены подчиняться общим правилам, потому что боятся выступить против.

Дэмиен повернулся к ней всем телом и внимательно заглянул ей в лицо.

- Под другими вы подразумеваете…

Ей страшно, решил Дэмиен, когда прочел ее глаза. Они выражали подавленность. И он хотел знать причину, жаждал знать, что так ее тяготило. Но не успел спросить. Надин посмотрела поверх его плеча и лучезарно улыбнулась.

- Лейтенант Джекол! Какой сюрприз!

Глава 11

- Как вы здесь оказались? - осведомилась Надин, после того как они поприветствовали друг друга.

Джекол в шутку скривил лицо.

- Вы меня обижаете, мисс Надин. Неужели в ваших глазах я безнадежный грубый солдат, далекий от искусства?

- Ни в коем случае, сэр, - торопливо уверила Надин. - Никогда бы не подумала о вас так. Я просто немного удивилась, что мы здесь встретились в такой час. Правда, милорд? - Надин заметила, как Дэмиен внезапно напрягся.

Его лицо затвердело словно камень, а жесткий взгляд обращался к Джеколу. Это показалось ей странным.

Тем не менее он произнес с натянутой улыбкой:

- И правда это удивительно. У лейтенанта, должно быть, здесь неподалеку строевая. Или он сопровождает герцога Веллингтона.

- Ни то, ни другое неверно, Чешир. Я пришел сюда исключительно с просветительской целью. Ну, раз мы встретились, не возьмете ли и меня с собой за компанию? - обратился он к Надин, сделав небольшой шаг к ней. - Я плохо знаком с музеем, боюсь, без вашей помощи могу заблудиться.

- Конечно…

- Если заблудишься, - резко перебил ее Дэмиен и шагнул в сторону лейтенанта, - в чем я сильно сомневаюсь, тебе подскажут выход. В конце концов, мы здесь не единственные посетители. - Коротко улыбнулся.

Повисло молчание. От Надин не ускользнуло, с каким неуступчивым, красноречивым выражением они вперились друг в друга, словно дикие волки. Витающее напряжение сдавливало воздух в легких.

Надин решила прекратить это.

- Не могу отказать вам, лейтенант. - Она взяла Дэмиена за локоть и аккуратно оттащила его от Джекола. Выдавила из себя радостную улыбку. - Мы счастливы вашей компании.

- Отлично! Тогда идем? - Джекол подставил ей локоть, и они цепью направились по периметру зала вдоль витрин с экспонатами и мраморных, и гранитных статуй. - Я никогда не отличался любовью к истории. Но с вами, Надин, я уже чувствую зарождающийся интерес.

- Никогда не поздно начать, лейтенант, - позитивно сказала Надин. - Всегда трудно сделать первый шаг, но он самый важный.

- Тогда, надеюсь, вы мне сможете помочь? - многозначительно улыбнулся ей Джекол и накрыл ладонью ее руку у него на локте. - Во всем новом, за что бы ни взялся человек, важна поддержка друзей.

Неуверенно улыбнувшись, Надин замялась на секунду, но быстро оправилась:

- Вы абсолютно правы, лейтенант. Пока мы здесь, можете использовать этот шанс.

Тут она почувствовала, как Дэмиен плотно накрыл ее вторую руку.

- В очередь, лейтенант, - сказал он ему по-доброму, но в то же время тон был ледяным. - Мисс Беллфлауэр прежде всего моя спутница.

«Моя спутница», - от этих слов у Надин екнуло в груди.

- Если тебе нужен историк, чтобы встряхнуть знания, я тебе его найду. - Дэмиен прикрылся вежливой улыбкой.

- Спасибо, Чешир. Не стоит утруждаться, я как-нибудь справлюсь.

Надин решила вмешаться:

- Джентльмены, давайте переключим внимание на музейные экспонаты и насладимся погружением в историю. Только посмотрите, ведь это же настоящие путеводители в прошлое!

Так они прошли половину зала. Джекол и Дэмиен еще пару раз пререкались, а Надин была вынуждена выстраивать мосты взаимопонимания и спокойствия. В их руках она почувствовала себя канатом, который каждый норовил перетянуть на свою сторону.

- Скажите, мисс Надин, - обратился лейтенант в тот момент, когда они остановились у витрины, чтобы рассмотреть древнегреческие вазы и кувшины, - какая из этих вещиц вам больше всего по душе?

Протяженно хмыкнув, Надин коснулась пальцами подбородка, обозревая экспонаты. Ее глаза остановились на красной вазе с изображением золотой богини плодородия.

- Пожалуй, вот эта. - Надин подняла к нему голову и успела поймать, как до этого они с Дэмиеном обменивались враждебными взглядами.

Джекол в момент повернулся и обаятельно улыбнулся ей.

- Отлично, мисс. Я запомню ее.

- Зачем? - резко спросил Дэмиен.

- Хочу сделать подарок.

Надин слегка растерялась.

- О, лейтенант, не стоит этого делать…

Но Джекол, взяв ее руку, настаивал:

- Мисс Беллфлауэр, это будет подарок для всей вашей семьи. В знак нашей нерушимой дружбы, хорошо?

Руки его были теплыми, они так надежно держали ее, и это внушало доверие.

Надин в ответ просто кивнула. Но вдруг Дэмиен выхватил ее кисть из рук лейтенанта.

- Хочешь хвастнуть перед Крэнборнами? Выказаться милым? Я тебя раскусил?

- Нет, это от чистого сердца. А ты просто завидуешь, что эта идея не пришла в голову тебе первому.

- Джентльмены, прекратите! - тихо прошипела Надин. - Вспомните, пожалуйста, где вы находитесь.

- Извините, мисс Надин, - опустив голову, произнес Джекол.

Неподалеку пронеслось красно-зеленое облако из смеющихся солдат. Они обогнули колонну и удалились в другой зал.

- Прошу прощения, я должен кое с кем поздороваться. Скоро вернусь. - Джекол взял руку Надин, галантно поцеловал тыльную сторону перед уходом.

- А кто это был? - спросила Надин у Дэмиена.

Он был напряжен и недоволен, как гитарная струна, бренчавшая весь день, и которую так и не сумели настроить.

- В алой форме - офицеры, в темно-зеленой, по-моему, из стрелковых подразделений, - объяснил он.

- А-а, - протянула Надин и подумала про себя, что получила бы за это от бабушки.

Леди не выражаются подобным образом. Во всяком случае, не на людях. Надин взглянула на Дэмиена. Он смотрел на витрину, но отрешенно, будто думал о чем-то другом. Интересно, о чем он думал?

Плечи Надин расслабились и упали, напряжение исчезло вместе с уходом лейтенанта. Они остались вдвоем. Она вновь почувствовала легкость рядом с Дэмиеном.

Надин заметила за собой изменения. Не только в том, что ей было приятно и интересно проводить время с Чеширом совсем как со старым другом, но и в том, что она стала другой. Будто более уверенной и твердой. Надин приподняла руку с кольцом, глядя на него. Неужели оно и вправду волшебное? И оно меняет ее?

- Что это? Семейная реликвия? - вдруг спросил Дэмиен.

Надин улыбнулась и спрятала руку за спину.

- Да, что-то вроде того.

Он посмотрел на нее так, будто он в чем-то провинился, как мальчишка, и сказал:

- Вы сильно разочаруетесь, узнав, что я тоже не любитель истории?

- Нет? - изумилась она.

Дэмиен покачал головой, подойдя, встал поближе.

- Больше всего меня интересует не прошлое, а будущее; интересные изобретения, новые возможности и технический прогресс. - Надин словно обогрели его загоревшиеся глаза, с какими он продолжал рассказывать: - За последнее время наука так продвинулась вперед, это просто фантастика. А вы представьте, что будет через двадцать-тридцать лет! Как новшества изменят этот мир и людей, мы можем только воображать.

- Мы еще увидим этот «новый мир», по крайней мере, в ближайшие тридцать лет точно должны. - Надин и коснулась его плеча.

Дэмиен посмотрел на нее, проникая в самую глубину ее глаз, и в этот момент Надин почувствовала, как взволновалось ее сердце. Взгляд его упал на ее руку, и она тут же убрала ее.

- К сожалению, наш бюрократический мир такой сухой и черствый, - мрачно произнес он. - Получить патент на то или иное дело, машину, которое бы толкнуло человечество вперед на десятки лет, почти невозможно.

Дэмиен был прав. Надин знала, какие невероятные препятствия прошел Стефенсон, чтобы получить разрешение на строительство железной дороги Манчестер-Ливерпуль. Несмотря на то что он добился, буквально зубами вырвал разрешение у парламента, некоторые люди еще тормозили процесс и не доверяли «железному чудищу».

Надин пожала плечами.

- Я слышала, что в Италии с этим попроще.

- Везде, но не в Англии, - сурово заметил Дэмиен.

Надин медленно обошла его и встала с другой стороны.

- Наш дедушка тот еще страж старого мира, - усмехнулась она. - Ох, как он яро выступал против железной дороги! Однако, как бы ни пытался, ему не удалось возвести препятствия. И железной дороге быть.

Уголки губ Дэмиена дрогнули в улыбке.

- Да, я был там. И одним из первых подписал акт на разрешение. Жду не дождусь, когда Стефенсон утрет всем нос на открытии.

- Вы там будете? - Она надеялась, это прозвучало не слишком завистно, потому что, в отличие от Дэмиена, Надин не могла там присутствовать, хотя очень хотела.

- Конечно, буду! - с горячностью заявил он. - А вы?

- Я… - Надин расстроенно вздохнула. - Нет. Дедушка наверняка будет против. Не могу, несмотря на мое желание.

- Может, он передумает?

Надин горько усмехнулась и безнадежно покачала головой.

Вдруг Дэмиен, не поднимая, взял ее свободную руку и стиснул.

- Мы что-нибудь придумаем. Мы будем там вместе, я вам обещаю.

Темно-карие глаза были полны твердости и незыблемого обещания. Сердце Надин, громко стуча, вырывалось наружу, ему так хотелось верить.

Но это было слишком откровенно; они стояли в музее, держась за руки, обмениваясь долгим взглядом и обещаниями, как возлюбленные. Надин испытала неловкость, она отобрала свою руку и отступила на шаг от Дэмиена.

- Милорд, смотрите! - Наклонилась к витрине с фальшивым восторгом. - Кажется, это Посейдон.

Он долго молчал. Но Надин не оборачивалась, она все еще была смущена.

Она выдохнула, когда Дэмиен наконец оттаял.

- Похож. Интересно, почему морских богов всегда рисуют с трезубцем? - И забавно хмыкнул.

Надин выпрямилась.

- Они напоминают молнии. Это символ власти над морем.

- Вам нравится море, - заметил Дэмиен, не отрывая от нее глаз.

- Да, - с легкостью призналась она. - Но его очень трудно изобразить на мольберте. - Блаженно улыбнулась. - Помню, как несколько лет назад я пыталась перерисовать картину моря одного из моих самых любимых художников Уильяма Тернера. Я расположилась на полу, но нечаянно пролила краски на картину. Потом я прятала ее, чтобы бабушка или кто-нибудь еще ее не нашел.

Когда Надин повернулась к нему, она столкнулась с блеском восхищения в глазах Дэмиена.

- Вы, наверное, мне не поверите, но моя любимая картина носит название «Морозное утро»…

- Тернера? - сильно изумилась Надин.

Они улыбнулись друг другу. Вот еще одно общее, что у них было. Он словно был ее тенью. Но разве могло такое быть? Можно ли быть столько похожими с кем-то? Признание Дэмиена нашло теплый отклик в ее душе.

- Тернер чистый романтик, - говорил Дэмиен, сократив между ними дистанцию. - Но его стихия - это больше…

- Море, - закончила за него Надин, и была вознаграждена понимающей улыбкой.

- Точно, - ответил он. Дэмиен вновь засмотрелся на нее, будто она попала ему в глаз, потом, сморгнув, сказал: - Он, кажется, обучался в Королевской академии художеств с очень юных лет…

- С четырнадцати, - произнесла сдавленно Надин.

Она старалась не подавать виду, как ее это уязвляло. Даже ребенок, хоть и мальчик, мог быть зачислен в академию, а она нет! Если бы Надин росла в семье попроще, скажем, какого-нибудь адвоката или врача, она бы посмела заявиться туда, заявить о себе и тогда, после скандала и разбирательств, возможно, ее бы зачислили. Возможно! Она сильно сжала кисть руки перед собой. Но Надин там, где она есть, и это нельзя было изменить.

Она могла заниматься искусством дома, как множество других женщин. Но это несерьезно. В стенах дома Надин никогда не вырастет до профессионализма. А если попытается сделать хоть шаг в сторону академии, ее репутация и, что самое главное, репутация семьи, сестер, будет запятнана. Никто не возьмет их в жены из приличного общества.

Надин бушевала внутри. Почему все так несправедливо? Почему она вынуждена зарывать талант из-за своего происхождения?

- С вами все в порядке? - спросил Дэмиен, глядя на нее безотрывно, потом на ее руки.

Она чем-то выдала свое беспокойство. Заставив себя улыбнуться, Надин расцепила их, на одной остались красные следы. Она спрятала руки за спиной.

- Конечно, в порядке, милорд.

Дэмиен посмотрел поверх нее и тяжело вздохнул. Его взгляд ожесточился, как если бы он увидел там французский батальон.

- Простите, что я покинул вас надолго, - сказал с улыбкой Джекол, как только пришел. - Я встретил старых друзей. О чем вы беседовали в мое отсутствие?

Джекол снова пустил в ход свое любимое оружие: обаятельную, ленивую улыбку. Дэмиен вцепился в него взглядом, суровым и подозрительным.

- Мы обсуждали произведения Уильяма Тернера, - ответила ему она.

- Художника? - Приятно улыбнулся так, словно вспомнил что-то до боли знакомое и хорошее. - Да, «Трафальгарская битва», «Поле Ватерлоо»… Тернер мастерски исполнил столкновение кораблей и усеянное трупами поле. Я всегда испытываю уважение, когда вспоминаю о нем, потому что он один из тех немногих, кто может хорошо отпечатать в нашей памяти историю. Это важно для будущих поколений. Важно помнить о событиях, которые дали нашей стране мирное небо…

- Полно! - не выдержав, фыркнул Дэмиен. - Ты, несомненно, человек военный. Тебе присуще видеть картину с этого ракурса, но, если бы ты не хвастал своей осведомленностью, то вспомнил бы, что в этих картинах Тернер делал акцент на небе, облаках и воздухе. Именно они отражают настроение сиих событий. - Пренебрежительно выплюнул: - А не люди и корабли.

Повисло молчание. Надин с приоткрытым ртом изумленно смотрела на него так, будто не ожидала, что Дэмиен может так прочувствовать картину. Это блеск восхищения таится в ее глазах или ему показалось?

Джекол в ответ лишь усмехнулся.

- Кажется, я задел чувствительное место.

Надин прикоснулась к его плечу.

- Не обижайтесь, лейтенант. Я уверена, его сиятельство не имел в виду ничего плохого.

- Солдат не умеет обижаться, мисс Надин, - героически сказал он и сжал ее руку у себя на плече. - Все хорошо. Ради вас я готов стерпеть все.

Дэмиен сжал кулаки до скрипа перчаток, глядя на их соприкоснувшиеся руки. Ему так хотелось снять одну из них и хлестнуть по наглой физиономии Джекола, притворявшегося безобидным и оскорбленным, и вызвать его на дуэль. Кровь в нем закипела. Дэмиен бы с удовольствием выдернул его на улицу и преподал бы ему урок, будь они в более подходящем месте.

Несомненно, Джекол ему мстит, действует на нервы из-за того, что Дэмиен не простил - или не отсрочил, - ему долг. Теперь плут пытается отыграться на Надин. Ясен день: она ему не нужна. Он использует ее как орудие мести, хочет показать, что Дэмиен может проиграть битву за нее. Но черта с два, этому не бывать!

- Вы не извинитесь? - От заявления Надин у него едва не упала челюсть.

- Что?

- За вашу грубость, - мягко объяснила Надин. - Лейтенант не заслужил такого обращения. Вы не хотели бы извиниться?

Джекол победно усмехнулся. А Дэмиена захлестнуло негодование, пришлось глубоко втянуть воздух, чтобы не задохнуться. Он так хотел стереть эту ухмылку с лица Тристана, но не мог.

Вместо этого Дэмиен резко подхватил Надин под локоть.

- Я думаю, мне пора доставить вас домой. Мы слишком долго отсутствуем. Попрощайтесь с лейтенантом. - Дэмиен кивнул ему на прощание и, не медля ни секунды, направился к выходу.

- До свидания, лейтенант, - выкрикнула она ему и даже не успела присесть в поклоне, потому что Дэмиен тащил ее через весь музей.

Надин была в замешательстве. Когда они погрузились в кэб и тронулись, она долго молчала, только глаза ее выражали ошеломление, когда она иногда посматривала на него. Дэмиен смотрел в окно, пытаясь подавить в себе злость.

Он злился не на Надин, нет. На Тристана Джекола, черт бы его побрал!

- Вы в порядке?

- Что? - Дэмиен повернулся к ней.

- Вы в порядке? - осведомилась Надин и странно посмотрела на его колени.

Его нога дергалась, отбивая пяткой пол. Дэмиен прекратил это, выпрямившись, прочистил горло.

- Не беспокойтесь, Надин. Все замечательно. Это был прекрасный день. - Дэмиен виновато покосился на нее и ее руки, задумавшись, не сильно ли резко он выволок ее из музея? Ему не стоило давать волю гневу: он едва не навредил Надин. Испытывая вину, сказал: - Простите меня. Я повел себя так, как джентльмен вести себя не должен. Недостойно. - Помолчал, боясь услышать ответ, но все же спросил: - Надеюсь, я не причинил вам боль?

Дэмиен удивился, когда она улыбнулась и беззлобно сказала:

- Нет, ничуть. Просто для меня это было неожиданно и странно.

- Простите, - будто на всякий случай еще раз повторил он.

Впереди на входе у площади торговал старьевщик. Он со своей тележкой, на которой были выставлены товары, сидел на деревянной коробке и тихонько пел песню. Дэмиен приказал остановиться около него.

- Почему мы остановились? - спросила Надин, в то время как Дэмиен уже вышел из кэба.

- Подождите здесь.

Худой старичок с добрыми большими глазами улыбнулся ему своими желтыми зубами. В нескольких местах, где должны были быть зубы, образовались дыры.

- Добрый вечер, сэр! Выбирайте товар на любой вкус.

- Что у вас есть? - поинтересовался Дэмиен.

Он любил всякого рода старые и современные вещи. Особенно любил приобретать их, связывая с каким-то определенным событием. Например, бежевый платок, что торчал у него треугольником из нагрудного кармана, Дэмиен приобрел, когда впервые выиграл в скачках с Кайлом.

Старичок развел руками над тележкой, с гордостью представляя великолепие из старых вещей.

- Есть замечательные ручные часы, сэр. - Он поднял круглую серебряную, на первый взгляд, вещицу за цепочку. Она была исцарапана, сразу было видно, что эти часы прошли немало испытаний за свою жизнь. - Вот. Их привезли из Америки, где их, собственно, и сделали. - Он положил их на место, видя, что Дэмиен остался к ним равнодушным. - У меня много чего имеется, сэр. Вот, например, игольница в виде…

Но Дэмиену приглянулось другое. Две заколки-невидимки в виде желтых роз.

- За сколько вы их продадите? - Указал пальцем.

- Десять пенсов, сэр.

Рука Дэмиена уверенно достала из кармана монетницу и вынула из него шиллинг. Дэмиен отдал ему монету.

Старик покрутил ее в руках, надкусил, проверив на зуб. Потом поднял на него честные, сожалеющие глаза.

- Но у меня нечем отдать вам, сэр.

- И не нужно. - Дэмиен забрал две невидимки.

Внимательно рассмотрел их, покрутив между пальцев. Он прикрепил одну к наружному нагрудному карману, а другую…

- Милорд? - Надин оказалась рядом, выйдя из кэба.

Дэмиен выдвинул перед ней невидимку с желтой розочкой и мило улыбнулся.

- Вы не против? - Она непонимающе смотрела на заколку, и Дэмиен принял это за согласие.

Ему пришлось постараться, чтобы закрепить невидимку на волосах Надин. Ни разу не делал ничего подобного.

Обычно он снимал одежду с женщин, а не надевал ее. И уж тем более не связывался с аксессуарами для причесок. Дэмиен поджал губы, невидимка то и дело сползала с ее прядей, либо смотрелась криво. Вот-вот хотел уже выругаться себе под нос, но вмешался старьевщик.

- Позвольте, сэр? - Он подошел к Надин, взяв заколку у Дэмиена, и обратился к ней: - Можно?

Надин охотно закивала, словно до этого Дэмиен пытал ее. Ей пришлось наклониться к старику, чтобы ему было поудобнее. Пара секунд и готово! Надин поправила прическу.

Дэмиен взглянул на нее. Конечно, желтая розочка не очень шла к ее пшеничным волосам: они сливались вместе. Но Дэмиену по неведомой для него причине очень хотелось подарить ее ей.

- Благодарю за подарок, милорд, - сказала Надин.

Дэмиен подошел к ней, продолжая рассматривать ее.

- Это не совсем подарок. Так, на память об этом дне. Я всегда покупаю какие-нибудь вещицы, когда хочу помнить о произошедшем событии или особенном дне.

Робко опустив глаза, она вновь подняла их.

- Чем же этот день стал для вас особенным?

Они смотрели друг другу в глаза, молчали, словно застыли, и Дэмиену неожиданно для него не хотелось отрываться. Так бы стоял и смотрел в эти бездонные озера.

- Полагаю, ваш первый поход в Британский музей? - Надин прочистила горло и внезапно отстранилась.

Старик все это время с умилением смотрел на них обоих, как на собственных детей. Светлое лицо выражало свое благословение.

Они вернулись в кэб и продолжили путь. Надин смотрела вперед, не видя - или делая вид, что не видит, - что Дэмиен рассматривал ее интересный профиль.

- У вас красивый нос, - выпалил вдруг он и сам себе изумился.

Надин с удивлением взглянула на него и недоверчиво улыбнулась.

- Спасибо, - тихо сорвалось с ее губ, что Дэмиен едва смог расслышать посреди шума дороги и людей. - Он достаточно большой. Даже, я бы сказала, огромный. - Она неловко засмеялась.

Усмешка Дэмиена была удивленной и скептичной. Ее нос не был маленьким, это так. Но назвать его огромным было бы катастрофически неверно. Дэмиен внезапно вспомнил, кого Надин напоминала ему.

- Нет, это не так, - мягко возразил он. - Ваш нос похож на нос древнеримской богини Цереры. Вы когда-нибудь видели богинь с огромными носами? - Он снова усмехнулся.

Улыбка Надин была смущенной, на щеках выступил едва заметный румянец. Вполне естественная реакция на комплимент, как и у всех молодых леди. Но почему-то Дэмиену было приятно смотреть на нее. Он не мог это объяснить, глаза сами не хотели отворачиваться.

Дэмиен сунул руку во внутренний карман и достал оттуда конфету, завернутую в фольгу, которую ему отдал Мэтью. Он снова стал ломать голову, что тот имел в виду, когда говорил загадочно и двусмысленно, вложив ее ему в шляпу. Возможно, в его словах не было никакого смысла, он просто хотел его запутать. Или старик просто сумасшедший.

- Что это? Конфета? - Надин кивнула на покрытый фольгой шарик в его пальцах.

Дэмиен предложил ей его.

- Да.

- Напоминает большую пулю. У нас дома точно такие же. - Надин взяла ее.

Дэмиен неловко откашлялся.

- Если бы такими стрелялись, допустим, на дуэлях, у противника образовалась бы огромная дыра в теле.

«Очень подходящая тема для беседы с женщиной, Дэм!» - укорил он себя мысленно.

- Вы когда-нибудь участвовали на дуэлях? - спросила Надин.

- Ни разу. Надеюсь, и не доведется.

Не потому, что он боялся. Он ничего не боится! А потому, что он не очень хорошо стрелял. Но не стал говорить Надин; слишком стыдно, это уязвило бы его гордость.

- Да, я тоже надеюсь, - сказала она.

Глава 12

Надин не тянула, быстро решила дилемму; взяла слоеную булочку с джемом вместо зефира, когда вся семья собралась за завтраком в столовой.

- Как ты быстро справилась, - заметила Мария.

- Ты о чем? - Надин вонзила зубы в булочку и из нее потек ягодный джем.

- Обычно ты всегда мечешься между булочками и зефиром, беконом и ветчиной, рыбой и птицей…

- Я поняла, - перебила ее Надин.

Джулия облизывала пальцы, заляпанные джемом.

- Будем надеяться, она не станет так же метаться между лейтенантом и Чеширом, и быстро определиться с выбором.

Бабушка округлила свирепые глаза и прикрикнула:

- Джулия, прекрати сейчас же облизывать пальцы! Это неприлично, немедленно перестань!

- Мы же дома, а не на приеме у каких-нибудь Лестеров. - Джулия нехотя взяла салфетку и вытерла руки.

- Все равно. Ты же леди, ей богу! Привыкай вести себя соответствующе.

- Увы, дикарку нельзя вынуть из ее сердца, - усмехнулась Мария.

Джанет перевела холодно-суровое внимание на нее, и Мария, перестав улыбаться, опустила взгляд в чашку.

- А ты выпрямись! - приказала бабушка, слегка хлопнув ее по спине. - И голову приподними. Вот так. Совсем распустились! С такими манерами к вам даже свинопас не подойдет близко.

- Вы уже предупредили его, бабушка? - пошутила Мария.

Джулия прыснула со смеху, девочки изо всех сил сдерживали улыбки. Бабушка полоснула их недобрым взглядом, возмущенно поджала губы так, что над ними образовались вертикальные полосы.

- Вы должны уяснить…

- Джанет, оставь их в покое, - снисходительно сказал Бернард, отложив газету. - Дай им хотя бы спокойно позавтракать.

Джанет была непреклонна:

- Именно за трапезой они и должны учиться вести себя, как леди, а не как взбалмошные и легкомысленные девицы.

- Они еще слишком юны. - Дедушка поднялся. - Ладно, я пойду к себе в кабинет.

− Приятного дня, − пожелала ему Джулия.

Надин спросила у Джулии:

- Почему ты упомянула про лейтенанта и Чешира? Почему я должна выбирать, если они не ухаживают за мной?

- Ты что, не знаешь? - От поднятых бровей у Джулии образовались линии на лбу. - Вся желтая пресса трещит о вашем любовном треугольнике.

- Что? - Надин сдержалась, чтобы не подскочить.

- Секунду. - Джулия выбежала из столовой.

- О чем идет речь, Мари? - спросила Надин.

Сестра пожала плечами, хотя глаза говорили, что она знает гораздо больше, чем может сказать.

- Все не так плохо, Надин. Это всего лишь слухи.

- Достаточно хорошие слухи, во всяком случае, - заявила Джанет, когда отпила чай. - Теперь они не отвертятся. Все знают, что Джекол и Чешир ухаживают за тобой. И все ожидают скорого предложения от одного из них, может, даже от обоих.

- Как?.. - прошептала Надин. Опершись локтями на стол, она схватилась за голову.

Джулия влетела в столовую с листками и желтоватыми газетенками, положив их на стол.

- Вот. - Сестра села на место и, перелистнув первую страницу, ткнула пальцем в нужную строчку и начала четко читать: - «В последнее время юную леди, которая весь сезон не пользовалась особой популярностью, стали замечать в компании не одного, а даже двух благородных джентльменов. Мисс Н произвела настоящий фурор и продемонстрировала невероятные стратегические навыки; леди выждала момента, когда большая часть высшего света покинула Лондон, и смогла стать предметом внимания мистера Д и лорда Ч».

- Какой кошмар…

- Это еще не все, - уверяла Джулия. - Слушайте: «Напоминаем, что совсем недавно мистер Д был всецело поглощен некой леди. Однако в какой-то момент эта связь перестала существовать. Есть повод предполагать, что мистеру Д было отказано в предложении руки и сердца. Теперь его новой целью стала одна из сестер Б.

Помимо того, что мисс Н пользовалась вниманием каждого из джентльменов поодиночке, на удивление недавно загадочную троицу видели вместе в Британском музее, что наталкивает на мысль возможного разгоревшегося соперничества между джентльменами за руку и сердце дамы! Можно смело предположить, что в борьбе за внимание леди кто-то из них сделает ей официальное предложение. Нам остается только ждать объявления».

Это катастрофа. Ничего такого ведь не было, Надин и Чешир просто проводили время вместе как друзья. А лейтенант… Они просто встретились все вместе случайно в музее. Правда, до этого они оба становились ее активными собеседниками, спутниками и партнерами по танцам и кроме них у нее больше никого не было... У Надин сердце замерло. Что, если слухи вынудят одного из них сделать ей предложение, чтобы защитить свою репутацию? И ее. Это в случае, если ситуация обострится.

Но Надин не собиралась замуж. Она хотела остаться здесь, со своей семьей, хотела найти способ попасть в академию художеств без урона для репутации.

Надин не желала привыкать к новой семье, новым обязанностям. Кроме того, ей была абсолютно чужда мысль о детях, за которыми нужно будет ухаживать, тратить силы и энергию, всю себя. Находиться с ними с утра до ночи! Надин представила себя замученной, растрепанной и помятой с двумя близнецами на руках, которые больно щипают ей лицо и дергают за волосы, и что ей некуда деться от детей, ведь их нельзя вернуть обратно в магазин, как негодный товар. Она почувствовала себя обреченной, тонувшей в отчаянии, словно эта фантазия уже не плод ее воображения, а самая что ни на есть реальность! Надин покоробило, она лихорадочно закачала головой. Нет-нет! Этого не будет.

- Это неплохо, - говорила Джанет. - Теперь и другие джентльмены обратят на тебя внимание, раз за тебя борются два благовоспитанных мужчины.

- Никто за меня не борется! - протестовала Надин, чувствуя, что краснеет.

Но бабушка будто ее не слышала:

- Главное, чтобы они не перегнули палку и не поставили тебя в неловкое положение.

- Это какое? - полюбопытствовала Джулия.

- Если один из них выйдет из игры, а другой настойчиво продолжит ухаживание, весьма близкое ухаживание, то люди могут подумать, что они уже тайно обручены. Тогда уже труднее будет отступать, скорее всего, им придется пожениться. Нельзя подпускать ни одного из них слишком близко.

- Но разве к тому моменту Надин не должна будет определиться с выбором? - снова спросила Джулия.

Они беседовали так, словно ее здесь и не было вовсе.

- Это верно. Но вдруг встретится кто-то еще и захочет составить более выгодную партию.

- Бабушка! - пораженно воскликнула Надин. - Что ты такое говоришь?..

Джанет вышла из-за стола и невинным тоном заявила:

- А что такого? Нужно всегда рассматривать выгодные стороны, прежде чем делать или принимать чье-то предложение. То же самое касается браков, милые. Особенно их. - Она поправила манжеты. - Вы же не хотите стать нищими. Скоро от нас может не остаться даже титула, не говоря уже о деньгах.

- А как же любовь? - спросила Мария.

Джанет издала пренебрежительный звук, как бы не беря в расчет такую малозначительную, на ее взгляд, вещь.

- Хорошо, если она будет. А если нет, не страшно. Тут, девочки, главное беречь себя. Если у вас будет состоятельный муж, у вас будет все, и еда, и комфорт, и здоровье. Поверьте мне, никакая любовь вам не возместит здоровье, которое вы угробите на работе, чтобы прокормить себя.

- Куда ты уходишь? - Джулия спросила это, скорее, чтобы удостовериться, что она действительно уходит.

- Мне нужно поговорить с Бернардом. - Джанет бросила взгляд на Надин, прежде чем покинуть столовую.

Джулия тут же схватила булочку с джемом и смачно откусила нее, с удовольствием ссутулившись. Потом вынула из-под газеты бульварные листки.

- Смотрите, - с набитым ртом говорила она, - вот тут карикатуры с Надин, лордом Чеширом и Джеколом. - Передала им листы.

Челюсть Надин чуть не упала и не ударилась о поверхность стола, когда она увидела романтичные нарисованные картинки.

Они с Дэмиеном стояли у окна с бархатными занавесками, обхватив друг друга руками, и откровенно смотрели друг другу в глаза. Надин даже запрокинула голову в истоме, поскольку Дэмиен был высоким. Их носы почти касались друг друга, создавалось впечатление, что эта сцена намекала на поцелуй.

- Это абсурд! Этого не было, - задыхалась от негодования Надин. - Не было!

- Конечно, не было, - утешала Мария, прильнув к ее плечу.

- Это просто чьи-то фантазии, Надин. Не воспринимай всерьез. Это даже… весело.

- Весело?! - воскликнула Надин, едва не осипнув.

Джулия растерянно захлопала ресницами, потом сунула другой бульварный листок.

- Ой, посмотрите, какой милый рисунок!

В полумраке Надин сидела в белом платье перед гончарным кругом, а сзади, касаясь ее спины, с обнаженной грудью находился Дэмиен. Их руки были перепачканы глиной и чувственно переплетены. Обернувшись через плечо, Надин глядела на Дэмиена. Их лица выглядели счастливыми, через взгляд рисунок удачно передавал глубокую эмоциональную связь.

Возмущение разгоралось внутри, Надин вскочила.

- Сожгите их немедленно, - требовательным тоном сказала она и даже сама удивилась, как сильно это прозвучало.

- Но вы там такие красивые… - начала Джулия и резко замолчала, столкнувшись с сердитым взглядом сестры. - Хорошо, будь по-твоему.

Надин нужен был воздух, она направилась к окну. Проходя мимо белого камина, над которым висело квадратное с заостренными углами зеркало, Надин задержалась. Она посмотрела на свое лицо, глаза, губы и нос и ей показалось, что черты лица стали более приятными, мягкими. Надин дотронулась до переносицы и провела пальцем вниз до кончика носа. Нос словно стал немного меньше, впервые за всю жизнь перестал казаться картошкой на пол-лица, как выражалась бабушка. Она повернулась профилем, присмотрелась еще раз. Чудеса?

- У меня уменьшился нос? - круто развернувшись, задала Надин вопрос сестрам.

Переглянувшись, обе замялись.

- С чего бы? Мне каже… - Мария зажала ладонью рот Джулии.

- А сама ты как думаешь?

Надин вновь подставила лицо к зеркалу.

- Мне кажется, что он стал немного меньше, не такой громоздкий, более аккуратный. Или мне только кажется?..

- Значит, скорее всего, так оно и есть. - Мария отпрянула от Джулии и, сев на место, бросила строго-предупредительный взгляд на сестру.

Джулия поджала губы, она продолжила читать бульварную газету.

- Где сейчас находится коробка с пазлами? - спросила Мария у обеих.

- Она в моей комнате. Вчера я собрала ее. Всю, - сказала Надин и, увидев в отражении ошеломленные лица Мари и Джу, испытала удовольствие.

- Что на тебя нашло? Раньше тебе не хватало на это терпения, ты ленилась.

- Не знаю. - Надин пожала плечами. - Просто захотелось хоть раз довести дело до конца. Сегодня я планировала сесть за мольберт и довершить все картины, которые я откладывала.

Мария пошутила:

− Боже, в пустыне, наверное, выпал снег!

- К сожалению, твои планы придется отложить еще на день, милая. - С этой фразой в столовую вошла Джанет. - Сегодня… сейчас мы отправляемся с тобой на Йорк-стрит.

- Для чего, бабушка? - недоуменно нахмурилась Надин.

- Нужно навестить графиню Чешир. Мы дали графу слово, что обязательно это сделаем. Мы не можем его обмануть. - Покачала в ее сторону указательным пальцем. - И для тебя это отличная возможность пообщаться с лордом наедине, если, конечно, он будет дома в этот момент. Хорошо бы, чтобы он был дома.

- Но, бабушка, я собиралась…

- Ничего не хочу слышать, - отрезала Джанет не терпящим возражений тоном. - Мы пообещали прийти. Графиня больна. Отнесем ей немного вкусностей. Я распоряжусь на кухне, чтобы подготовили корзину гостинцев, а ты ступай наверх и переоденься.

Надин вздохнула от безысходности, в которую ее вгоняла Джанет. Она могла бы сходить и одна, ведь это бабушка обещала свой визит! Но Надин поняла, что это была уловка; во-первых, презентовать свою внучку как будущую невестку и родственницу, а во-вторых, свести поближе ее и Чешира.

Надин не хотела становиться частью ее наполеоновских планов, не хотела туда идти. Но не могла ослушаться. Она чувствовала себя пешкой в большой шахматной партии. И бабушка не знала, что она не собирается замуж за Дэмиена. Но если Надин хотя бы заикнется… У нее мурашки побежали по спине от одной мысли, какой скандал и разнос ей предстоит вынести от Джанет и Бернарда. И все равно они постараются заставить ее выйти за него. Надин только оставалось надеяться, что Дэмиен и правда не имеет на нее видов и не станет делать ей предложение. Иначе это поставит ее в безвыходное положение, вызовет бурю, в которой ей трудно будет уцелеть.

Пока они качались в карете по дороге на Йорк-стрит, как игрушки в колыбели, Надин сидела на плотной обивке с корзинкой в руках, которую Джанет сунула ей. Даже салфетка, накинутая сверху, не могла сдержать аромат свежей выпечки и фруктов. Сглотнув, Надин захотелось перекусить. Бабушка настаивала, чтобы именно Надин вручила будущей - даст бог, в другой жизни! - свекрови этот небольшой подарок как знак добрых пожеланий и выздоровления. Так Джанет рассчитывала сократить дистанцию между семьями и породниться. Но Надин интересовало это в самую последнюю очередь.

Она не могла отделаться от мыслей о Дэмиене, ее мучало предвкушение их встречи. Волнение, которое Надин испытывала, представляя его улыбку, загадочный блеск темных глаз, ощущая прикосновения его рук, усиливалось в ней с каждой минутой. Ей было это странно.

Надин и раньше испытывала волнение в компании людей. Она беспокоилась, тревожилась, ей было неловко. Но с Дэмиеном было иначе. Надин хоть и волновалась, но вместе с тем чувствовала легкость и сильное желание быть рядом. Могут ли такое испытывать друзья? Наверное, могут. Но тогда почему ее сердце так колотится каждый раз, когда он смотрит ей в глаза?

Надин качнуло вперед: они приехали. Подходя к особняку, Надин отметила на фасаде отсутствие четких линий; округлые оконные рамы и такие же дверные арки, углы дома тоже были закруглены. Она легко улыбнулась. Это производило приятное впечатление, внушало доверие.

- Подождите здесь, ваша милость, я справлюсь о вашем прибытии хозяйке, - сказал дворецкий и стал подниматься по широкой, разветвленной лестнице.

Они с Джанет присели на ближайшую софу, которая оказалась мягче снежного сугроба.

- Ты правда думаешь, она захочет нас видеть? - спросила Надин.

Джанет посмотрела на нее, не скрывая удивления.

- Разумеется, захочет! Почему нет? Она будет рада узнать, что мы пришли ее навестить. Такие знаки внимания очень ценятся, особенно теми, кто болеет. - Джанет огляделась, потом посмотрела на Надин, сказав: - Кажется, лорда Дэмиена нет дома. Но не расстраивайся, может, он еще успеет нас застать.

Возмутившись, Надин крепче сжала ручку корзинки и отвернулась, прекрасно зная, что она стала пунцовой от смущения.

Пришлось солгать:

- Ничего я не расстроена! Я даже рада, что его нет, мы быстро сможем уйти отсюда.

Если она покажет свое разочарование, это даст повод Джанет думать, будто у Надин есть чувства к Дэмиену, в то время как на самом деле она просто расстроена из-за несостоявшейся встречи с добрым другом. И только!

Когда дворецкий вернулся, он смог проводить их до малой гостиной. Графиня сидела на диване, ноги ее были окутаны теплым пледом. Она поприветствовала Джанет радостной улыбкой, но, взглянув на Надин, та слегка подувяла.

- Добрый день, миледи. Пожалуйста, не вставайте. Да и какие между нами могут быть церемонии, не правда ли?

- Конечно. - Леди снова натянула улыбку, указала на диван. - Присаживайтесь.

Джанет выжидающе и требовательно смотрела на Надин, но она заметила ее знак слишком поздно, поэтому бабушка поспешила сказать:

- Мы принесли вам немного гостинцев. Надеемся, что это как-то поможет вам быстрее поправиться.

Надин с улыбкой протянула корзинку, но, видя, что графиня не собирается протягивать руки, поставила ее на столик.

- Я премного благодарна, - вежливо улыбаясь, сказала графиня. Надменно нависла над корзиной и откинула край салфетки. - Что это? Булочки?

- Да, творожные булочки и немного фруктов.

- Не люблю творог, - с брезгливостью произнесла Чешир.

Улыбки с их лиц упали, Надин сердито насупилась. Она была высокомерной и гордой. Но это не давало ей права так с ними разговаривать! Не обязательно было вставлять это, можно было просто поблагодарить. Жест графини только усилил в ней желание вернуться домой.

- Но фрукты я обожаю, - исправилась Чешир, и все приободрились. - Но из экзотических я предпочитаю…

Надин снова окинула взором гостиную, и у нее создалось впечатление, будто она была создана для маленького ребенка, который мог упасть и повредить себе что-нибудь; настолько казалась нежной мягкая мебель, ворсистые ковры. Надин провела рукой по дивану, на котором они с Джанет сидели. Заметила также, что не было ни одного острого угла, ни в комнате, ни в холле. Это создавало ощущение уюта и трепетного отношения к жильцам.

В их собственном доме Надин не жаловалась на отсутствие уюта. Там было светло, красиво, ее все устраивало. Но стоило подчеркнуть, что вся, абсолютно вся мебель имела острые углы и строгую четырехугольную форму. Каждая вещь знала свой порядок. Надин усмехнулась. Даже цветы в вазах держались, как на картине, их лепестки были идеальными, ни один не смел завянуть! Иногда ей казалось, будто их дом - это кукольный дом маленькой девочки, привыкшей к строгому порядку и идеальной чистоте.

- Мы очень давно не виделись с вашей старшей внучкой, леди Крэнборн, с Викторией, - сказала графиня. Когда принесли чай, хозяйка стала разливать его по чашкам. - Меня несколько огорчают наши редкие встречи, хотя я прекрасно понимаю, что ей сейчас некогда. Наверняка она и дома теперь бывает реже из-за моего сына. - Коротко хохотнула. - Но, может быть, она все-таки заглянет к нам завтра? Мне бы хотелось с ней поговорить.

Джанет застало смятение, она помедлила с ответом, но потом неуверенно улыбнулась, заявив:

- Миледи, Виктория гостит у своего дяди в Бедфорде вот уже больше недели.

Рука графини дрогнула, посуда звякнула, когда она едва не выронила чайник. Чешир перевела взгляд на Надин, полный потрясения и откровенного огорчения. Задержав дыхание, Надин не смогла выдержать ожесточенного взора и опустила голову. Тишина туманом повисла в воздухе, никто не двигался. Слышно было лишь отдаленное тиканье часов. Надин почувствовала себя прибитой к креслу, Джанет теребила ткань платья у себя на коленях и нервно улыбалась. Графиня сверлила их холодным взглядом и мучила тяжелым молчанием. Надин охватило сильное желание броситься из этого дома.

- Вот как? - подобно скрежету, прозвучало из уст леди Чешир. - Какая жалость! А я надеялась с ней повидаться.

Надин снова смогла дышать. Дождавшись момента, когда обе женщины, разговорившись, наладили более-менее непринужденную атмосферу, Надин встала и начала медленно ходить по гостиной в пределах видимости двух дам. Шаг за шагом, приблизившись к двери, она легонько толкнула ее и поспешно выскользнула в холл.

Выдохнув и повернувшись, Надин натолкнулась на мужчину.

- Прошу прощения, я… - Подняв глаза, она увидела Дэмиена. - …не специально.

- Ваши извинения приняты. - Его обаятельная, легкая улыбка каким-то образом чуть не подкосила ее колени. - Вы были с моей мамой?

Они все еще находились в невероятной близости друг от друга. Темные карие глаза словно околдовали ее на мгновение. Надин могла поклясться, что она чувствовала его тепло, от которого закружилась голова. Или это ей снова голову напекло?..

Надин зажмурилась и, широко открыв глаза, шагнула назад от него, упершись спиной в дверь.

- Простите, я не поняла вас. Что вы сказали?

- Надин, с вами все в порядке?.. - Дэмиен почти сделал шаг к ней с протянутой рукой.

- Нет! Не подходите! - Ужаснувшись, Надин выставила перед ним ладонь. Твердо настаивала: - Оставайтесь там. А лучше сделайте несколько шагов назад.

- Хорошо, как скажете. - Дэмиен подчинился и отступил. - Только не нервничайте.

Надин отпрянула от двери и выпрямилась, стараясь казаться невозмутимой.

- Я не нервничаю. Я просто… Вы появились так внезапно и…

- Вы меня испугались?

- Нет, - торопливо ответила она.

Надин боялась не его, а того, что она почувствовала, когда он оказался так близко. И сердце до сих пор бьется, как у пичужки, попавшей в силки.

- Вы сбежали? - усмехнулся Дэмиен, сомкнув руки за спиной.

- Не смогла удержаться. Очень хотелось осмотреть дом. Вы здесь недавно проводили ремонт? - Надин огляделась.

Осмотревшись, Дэмиен снова вырисовал легкую усмешку.

- Вообще-то здесь не было ремонта уже лет тридцать, с тех пор, как моя мать и отец поженились.

Надин изумилась, оба замолчали.

- Выглядит свежо, - вдруг сказала она.

Снова пауза.

Но Дэмиен внезапно заговорил:

- Если вам хотелось осмотреться, перед моим отъездом я хотел бы вам показать самое стоящее место в этом доме. Позволите?

Надин кивнула, Дэмиен протянул ей руку. Сведя брови, она уставилась на нее. Ей не стоило его касаться. Это всегда вызывало в ней странные чувства, хотя и приятные. Ей хотелось его коснуться. Но вопреки здравому смыслу, Надин вложила в нее свою руку.

Она почувствовала, как Дэмиен бережно сжал ее, и Надин изнутри будто начала таять. Он повел ее за собой по холлу, потом они свернули налево в светлый коридор. Дэмиен приоткрыл вторую дверь и, прежде чем войти, остановился, бросив на Надин загадочный взгляд.

- Вы готовы?

- Да.

Дэмиен продолжал тянуть и смотреть на нее. Надин извелась от нетерпения и любопытства.

- Сэр, вы испытываете мое терпение. С вами просто бывает невозможно!

Дэмиен громко расхохотался.

- Извините. Я хотел, чтобы вы лучше прочувствовали момент сладостного предвкушения.

- А оно бывает сладостным? По-моему, оно мучительно. Мне кажется, лучше побыстрее взять свое и не терзать себя ожиданием.

- Вы даже не представляете, как много вы упускаете с такой позицией. Возможно, однажды вы передумаете.

- С чего бы это?

Дэмиен многозначительно взглянул на нее, его улыбка была дьявольски хороша и таинственна.

- Узнаете, когда выйдете замуж.

Надин так и не поняла, при чем здесь брак и что он имел в виду. Наконец они прошли вовнутрь.

Повсюду царил беспорядок: валялись широкие листы с чертежами, какие-то мелкие вещи, макеты. У стены находился шкаф, полки которого были заставлены разными заморскими диковинами.

Развернувшись к ней лицом, Дэмиен шагал спиной вперед, обводя руками помещение.

- Здесь сосредоточена коллекция вещей из разных уголков света. Посмотрите сюда. - Надин подошла к столу, с которого Дэмиен взял деревянный паровоз. - Это маленькая модель. Она работает на паровом двигателе. К сожалению, я не могу показать ее в действии: у меня нет под рукой воды. Но дело все в том, что сюда наливают воду, - он указал пальцем на торчащую железную трубу, - и паровоз сам едет. Ему не нужна дополнительная тяга.

- Как здорово, - восхитилась Надин. - Вы ведь не забыли про свое обещание?

- Разве джентльмен может забыть? - изумился Дэмиен. - Мы обязательно будем на открытии железной дороги. Мы вместе.

С каким теплом он это сказал! Надин запретила себе думать об этом. Ей показалось, это лишь дружеская договоренность.

- А вот здесь сосредоточена мелкая коллекция сувениров. - Они подошли к шкафу, с которого Дэмиен взял замысловатый фонарь из разноцветного яркого витражного стекла. - Это с востока. Не помню точно, откуда: это подарок одного моего друга. Сюда вставляется свеча, - Дэмиен открыл дверцу, - и фонарь придает больше света.

- Очень полезно и красиво, - сказала Надин. - Марии пригодился бы один такой. А то, знаете, читать тайком ночью у горящего камина не очень удобно. И вредно.

Дэмиен снова рассмеялся. Его смех был настоящим и переливистым, как водопад. Он рассказывал ей об этих вещах с огоньком в глазах, и Надин поняла, что Дэмиен не притворялся. Ему действительно было интересно все, о чем они говорили ранее и в этот самый момент.

- Если у Марии так плохи дела, я бы мог попросить своего друга привезти еще один такой, чтобы ваша сестра не осталась без зрения.

- Нет-нет, этого не нужно, сэр. Просто кому-то нужно привыкать спать ночью, а не шуршать страницами в темноте.

- Как скажете.

- А вот это откуда? - Надин указала на синюю коробочку, увенчанную множеством золотых узоров. – Это шкатулка?

Дэмиен поставил фонарь и взял коробку.

- Это музыкальная шкатулка из Китая. - Он открыл круглую крышку, и наверх выскочил маленький соловей.

Звонкое пение птицы сопровождалось игрой скрипки. Это было похоже на маленькое чудо. Надин закрыла глаза, представляя себя где-то вечером в китайском саду. На ветке для нее пел соловей, а из открытого окна доносилась живая музыка. Она почувствовала, что улыбается.

Отрыв глаза, Надин увидела лицо Дэмиена перед собой. Она слишком увлеклась. Не отрывая от нее взгляд, он убрал завитый волос с ее виска, щекотно касаясь кожи, и ее будто парализовало. Дэмиен блаженно улыбнулся и, склонившись над ней, вдруг стал медленно приближаться. Прямо как на той карикатуре, где они стояли обнявшись!

Неужели он хотел поцеловать ее?

Но тут в дверь вошла Джанет, и Дэмиен резко сделал шаг назад.

- Надин? Милорд. - Бабушка поздоровалась с Дэмиеном кратким кивком. - Надин, нам пора, милая.

- Вы не хотели бы завтра отправиться со мной в Тауэр? - спросил он ее. - В полдень.

- В Тауэр?

- Конечно, она хочет, - лихорадочно ответила за нее виконтесса.

Дэмиен быстро метнул на Джанет суровый взгляд.

- Конечно, хочу, - выдохнула Надин.

И это было ее решение, не Джанет.

Дэмиен взял ее руку, преподнеся к губам, сказал:

- Тогда до завтра. - Его дыхание коснулось ладони, прежде чем он поцеловал ее.

Надин задрожала, как осиновый лист. Ох, лучше бы он этого не делал…

Глава 13

Сидя в кресле, Надин посмотрела на часы. Оставалось еще полчаса. Гостиная услышала стук ненавистных ею каблуков. Зачем она так рано собралась? Раньше Надин долго тянулась со сборами, а сейчас как солдат, сидит и ждет его. Надин бросила взгляд на книгу на столе. «История лондонского Тауэра». Наверное, ей стоило ее почитать.

Надин не очень хорошо знакома с историей замка, но знала, что она была очень богатой и мрачной. О чем же она будет говорить с Дэмиеном, если она ничего не знает? Если Надин не сможет ничего сказать о Тауэре, он посчитает ее неумной, невежественной. Надин вновь бросила взгляд на часы.

- Он скоро приедет, не переживай, - сказала Мари, играя за столом в шахматы с Джулией.

Сомкнув руки на груди, Надин протараторила:

- Я не переживаю. С чего мне переживать? Я абсолютно спокойна.

- Ага, - недоверчиво и насмешливо произнесла Джулия. - У тебя же все на лице написано.

- Что же у нее написано? - спросила бабушка, склонившись над чепчиком, который она вязала для новорожденного сына дяди Декстера.

- Она волнуется и ждет не дождется, когда объявится ее кавалер. - Джулия тяжело нахмурилась над шахматной доской.

- Повторяю для тех, кто привык много фантазировать: мы с ним просто хорошие друзья, - сдерживая возмущение, твердо сказала Надин.

- Конечно, конечно. - Джулия усмехнулась.

Надин хотелось бы сейчас подойти и задать ей хорошую трепку. Джулию спасло то, что ей нельзя помять платье и прическу.

- Дружба - это очень хорошо, - сказала бабушка. - Если супруги умеют дружить и ладить между собой, это во многом облегчает жизнь.

Надин поджала губы. Ей хотелось закричать так, чтобы все, наконец, услышали и поняли: они с Дэмиеном никогда не станут мужем и женой. Это же очевидно! Но вчера…

Вчера Дэмиен так склонился над ней, так подозрительно, что это навело ее на мысль о поцелуе. Надин усмехнулась. Надо же быть такой глупой! Разумеется, ей показалось. Надин слишком неказистая, чтобы хотеть подарить ей поцелуй. Она не нужна ему. А он не нужен ей. И ей ни капельки не хочется, чтобы Дэмиен становился ее поклонником.

- Он слишком ветреный, - заявила вслух Надин. - Знаете, как громко пишут в газетах о его похождениях? Судя по ним, Чешир точно равнодушен к браку, ему и так хорошо.

- Будто в желтой прессе пишут исключительно правду, - фыркнула Мария, сделав ход пешкой.

Но Надин продолжала протестовать:

- Он повеса! Разве можно выходить замуж за повесу? Это… это как…

- Как садится в лодку с пробоиной? - подхватила Мария.

- Вот именно.

- Может быть, он и повеса, - начала Джанет, не отвлекаясь от вязания, - зато граф. И у него хороший годовой доход.

Надин глубоко вздохнула. Для бабушки наличие толстого кошелька перечеркивало все недостатки. Оно и понятно, она хочет, чтобы ее внучки устроились в этой жизни и желательно хорошо. Но, если бы Надин поступила в Королевскую академию, она смогла бы не только обучаться новому, но и участвовать на выставках, конкурсах, а потом и продавать свои произведения. Надин печально опустила веки. Увы, этот путь как для леди, для нее закрыт.

- И каждый джентльмен, - продолжала бабушка, - должен остепениться. Всем мужчинам рано или поздно приходится брать себя в руки, заводить семьи. Молодость не длится вечно. Правда некоторые понимают это слишком поздно.

- А если и Чешир поймет это поздно? - сказала Надин.

Джанет покачала головой.

- Нет, как раз этот молодой человек из тех, кто вовремя седлает коня. Не переживай.

- Я не переживаю, - возражала Надин. - Я просто считаю, что в нем слишком много недостатков, чтобы рассматривать его в качестве мужа.

«И много достоинств», - подумала Надин про себя. Дэмиен был умен, красив и богат - все три составляющие хорошего мужа на месте. Но помимо них нужно отметить чувство юмора, жизнерадостность и развитый кругозор. Надин томно вздохнула. Возможно, за такого мужчину она бы и вышла замуж… Но не за Дэмиена! Его недостатки, по ее мнению, перевешивали достоинства.

Внезапно Джулия ударила по столу, что фигурки на доске подпрыгнули, и яростно зарычала. Надин сразу поняла, что партию она проиграла, и позволила себе немножко позлорадствовать внутри.

- Господи, Джулия! - вздрогнув, воскликнула Джанет. - Что за реакция? Учись держать себя в руках! Пора бы поговорить о тебе с мисс Аллер. Недопустимо вести себя, как дикарке.

- Зачем ты садишься играть, если ты не переносишь проигрыша? - С победоносной усмешкой Мария стала составлять фигурки по местам.

Джулия, сердито надувшись, откинулась на спинку стула со скрещенными руками.

- Не знаю. - Покосившись на шахматные фигуры, сестра с упрямством заявила: - Сыграем еще!

Дэмиен организовал частную экскурсию для них двоих. За определенную плату, догадалась Надин. Некоторое время спустя они с гидом проходили мимо знаменитой белой башни.

- По началу Тауэр задумывался как крепость. С северной стороны был вырыт ров и построен деревянный забор. Крепость защищала от враждебного населения… - рассказывал гид.

Надин только успевала оглядываться и глотать взглядом все, что видела. Огромный белый камень главной башни впечатлял чистотой, но, несмотря на ее светлый облик, она, будто призрак, возвышалась над ними и внушала страх своими размерами. Надин не покидало чувство, что за стенами и темными окнами таилось что-то зловещее, отталкивающее.

- Впечатляет? - спросил Дэмиен, идя рядом. - Впервые я побывал здесь, когда был мальчишкой. Неизгладимое впечатление на меня произвела тюрьма; огромные кандалы, холодные цепи в темном грязном помещении будто являлись останками тех, кого казнили.

Надин передернуло.

- Не самое приятное зрелище для ребенка.

- Здесь есть зверинец. Хотите посмотреть? - Он сжал ее руку у себя на локте, и Надин будто ударила маленькая молния. В ответ она только кивнула, и Дэмиен обратился к гиду: - Извините, не могли бы мы пройти к зверинцу?

- Конечно, сэр. - Мужчина указал рукой в сторону. - Вон там как раз располагалась некоторая часть зверья. Животные находились за ограждением, могли свободно передвигаться на определенной территории. К правлению Карла Второго это место было больше похоже на зоопарк, так как главы государств часто дарили экзотических животных.

- А где теперь располагаются животные? - спросила Надин.

- Они внутри здания. Герцог Веллингтон приказал убрать их.

В шестьдесят лет Веллингтон стал констеблем Тауэра. Старый вояка, заклятый противник Наполеона, который одержал над ним победу, имел свои виды на крепость.

- А вот, кстати, и он. - Гид кивнул на поседевшего в офицерской форме мужчину.

Веллингтон острым носом, благородным профилем взирал на Белую башню и неразборчиво бубнил что-то под нос, словно разговаривал с ней.

- Хотите поздороваться? Я могу вас подождать.

Дэмиен вопросительно взглянул на Надин. Они двинулись к герцогу.

- Добрый день, ваша светлость. - Дэмиен поклонился, Надин присела в реверансе, в достаточно глубоком и почтительном, как она надеялась. - Как поживаете?

- Отставьте эти церемонии, Чешир. - Бодро улыбнулся им. - Лучше представьте меня вашей очаровательной спутнице.

Дэмиен представил их друг другу.

- Это большая честь для меня, - сказала Надин. - Я очень рада встретить вас. Мой дедушка, виконт Крэнборн, всегда вспоминает вас добрым словом.

- Ну, скажем, я еще не покинул этот мир, чтобы меня вспоминали, - посмеялся собственной шутке. - А вы, Чешир, наконец-то занялись делом?

Дэмиен нахмурился.

- Не понимаю, ваша светлость.

- Нашли достойную компанию, стали больше являться в обществе, вместо того, чтобы выступать за бредовые идеи. - Кинув упрек, герцог все еще улыбался.

- Вы о железной дороге?.. - аккуратно произнес Дэмиен.

- О ней… - Посмотрел на Надин. - Вынужден сдерживаться в присутствии дамы.

- Ваша светлость, я думаю, не стоит…

- Вы, молодые идеалисты, - непримиримо прервал его Веллингтон, пользуясь своим авторитетом и высоким статусом, - вечно несетесь навстречу всему новому и неизвестному, точно мухи на мед. И абсолютно не хотите замечать убытков, которые принесет ваш паровоз.

- Какие же? - осмелилась спросить Надин.

- Какие? - возмутился Веллингтон. Он стал загибать пальцы. - Паровозы вытеснят конный транспорт. Что будет с дорогами? Кроме того, эти железные монстры выбрасывают столько дыма, загрязняя и без того плотный воздух. Свист в округе распугает дичь и скот. Одни перестанут давать молоко. А сколько запасов железа необходимо на один такой паровоз и на вагоны? Сплошные убытки!

- Но посмотрите с другой стороны, - убеждал Дэмиен. - Это упростит перевозку груза, людям будет проще и быстрее добираться до других городов. Больше не нужно будет тратить столько времени и сил на возню с кораблями…

- Я убежден, что эта идея не сработает. Паровоз никогда не заменит конную тягу, - упрямо отрезал Веллингтон.

Это прозвучало как предсказание, которому, Надин убеждена, не было дано сбыться.

Вдалеке по мосту прошла толпа людей, которые пришли поглазеть на Тауэр.

- Навязчивые туристы, - с недовольством проворчал герцог под нос. - Зачем то и дело глядеть на Тауэр? Они что, никогда замков не видели?

- Это особенный замок, ваша светлость. - Дэмиен улыбнулся. - Это правда, что вы планируете здесь все изменить?

Веллингтон осмотрел окрестности, снова повернувшись к Белой башне, будто заявляя о своих стратегических планах как главнокомандующий:

- Я всего лишь собираюсь вернуть крепости ее первоначальный облик. Необходимо осушить ров и сделать на его месте плац. Этот план уже в разработке. Потом нужно что-то придумать со зверьем. Им здесь не место. Где это видано, устраивать зоопарк в казарме! И, конечно, необходимо избавиться от назойливых туристов. Небезопасно, что вокруг крепости толпится множество людей. - Герцог поморщился, глядя на туристов на мосту.

Веллингтон был не в духе, и Надин показалось, что лучше бы им оставить его одного. Она сжала локоть Дэмиена, давая понять, что пора уходить. Они распрощались с герцогом Веллингтоном и направились прямо вовнутрь.

Они проходили темные, освещенные редкими канделябрами коридоры. От каменных стен веяло холодом, свет свечей отбрасывал устрашающие тени нападающих чудовищ.

- Вы, конечно, слышали историю о женах Генриха XIII? - спросил гид, идя впереди них.

- Деспотичного, сурового короля, который превратил крепость в тюрьму? - с иронией произнес Дэмиен. - Нет, что-то не припомню.

Надин прикрыла улыбку рукой, заметив, что он первым делом посмотрел ее реакцию на шутку.

- Общеизвестно, что двух из шести жен он казнил за измену. Одна из казненных общеизвестная Анна Болейн. Еще при жизни король обращался с ней грубо, избивал ее, даже когда она находилась в «интересном положении».

- Тиран, - буркнула Надин.

- У нее ведь не было любовников на самом деле? - задал вопрос Дэмиен.

- Нет. Но король приревновал ее, когда во время турнира один из придворных поднял ее упавший платок и, поцеловав, вернул его ей. За это ее и казнили.

- Невероятно! - возмутилась Надин.

И выходи после этого замуж! Еще одно доказательство того, что любовь и брак - это всегда страдания. Мир был переполнен подобными историями, просто не все придавались огласке. И, тем не менее, каждый продолжает твердить о необходимости выходить замуж, рожать детей. А где гарантия, что с ней вот так же не поступит ее собственный муж? Если повезет, она просто разведется, но тогда дети останутся с мужем. Надин почему-то бросила внимательный взгляд на Дэмиена.

Где гарантия, что под обаятельной маской не скрывается деспот? Дэмиен посмотрел на нее.

- Что такое? - спросил он.

Нет, он не мог быть жестоким, не мог так притворяться. Надин была уверена, что он добрый и хороший человек. Она тряхнула головой. Почему вдруг она вообще об этом задумалась?

- Ничего, - ответила она.

- Есть еще одна таинственная история, - продолжал рассказывать гид. Они повернули налево. - Я как раз успею вам ее рассказать к тому моменту, как мы дойдем до зверинца. Было два принца двенадцати и десяти лет. Их охраняли и тщательно следили, чтобы с ними ничего не случилось. Когда Ричард III, их дядя, объявил племянников незаконнорожденными, детей перестали опекать и ходить за ними по пятам. Оба принца могли свободно играть где угодно, бегать, где вздумается, и никто бы им ничего не сказал. Но в один день их кровати опустели, мальчики исчезли, будто испарились в воздухе…

Надин ужаснулась. Они поднялись по лестнице, хорошо освещенной солнцем через длинные в пол окна, затем вновь свернули за угол, где их снова ждал мрачный коридор. Надин стала озираться по сторонам. Звук их шагов - единственное, что нарушало мертвую тишину.

- …И только во время строительных работ во время правления Карла II рабочие нашли под лестницей два детских скелета.

- Чудовищно! - воскликнула Надин, ее эхо прокатилось по стенам коридора. – Бедные мальчики.

Дэмиен добавил:

- Потом король велел перезахоронить скелеты, как полагается, с королевскими почестями в Вестминстерском аббатстве. На надгробии высечена надпись, которая обвиняет короля Ричарда III в том, что он задушил принцев подушкой, чтобы узурпировать трон. - Когда гид с изумлением оглянулся на него, он объяснил: - Я был в аббатстве и видел ее.

- Несчастные дети... - У Надин сердце застонало от жалости.

Они спускались вниз по тесной винтовой лестнице. Теперь темные и сырые углы крепости казались ей еще ужаснее и мрачнее.

Дэмиен заплатил шесть пенсов за вход сторожу. Остановились перед дверью и ждали, когда мужчина подберет ключ и откроет ее.

Надин почувствовала, как руки ее покрылись гусиной кожей. Здесь стояла могильная тишина, и было прохладно, словно на кладбище. Складывалось ощущение, что по замку все еще бродили души казненных и убитых, жаждущих отмщения и покоя. Неожиданно в окне на маленькой башне показался прозрачный женский силуэт.

«Анна Болейн», - подумала Надин.

Внезапный сквозняк, словно пытаясь задуть канделябры, заколебал пламя и впустил с собой страх в Надин. Испугавшись, зажмурилась и резко прижалась к Дэмиену.

- Что случилось? - удивился он.

Открыв глаза, Надин не увидела силуэта. Он исчез с башни. Она выдохнула.

- Мне показалось… показалось, будто я видела привидение.

- Вы не первая, мисс, - сказал гид, - и полагаю, не последняя. Здесь часто являются видения страждущих душ.

- Да? - испуганно прошептала Надин.

- Перестаньте пугать мою спутницу, - строго одернул его Дэмиен. Ладонями обхватил ее лицо и пристально заглянул в глаза. - Ничего этого нет. Я с вами, у вас нет причин бояться. Я рядом. - Его утешающая улыбка подействовала на нее, как первое весеннее солнце.

К ее удивлению, она успокоилась, коснувшись его теплых рук на своем лице.

- Я не боюсь. Нисколько. Разве можно? Это ведь глупо.

- Нашел! - Гид с восторгом подобрал ключ и вставил в скважину.

Надин резко убрала его руки и отстранилась от Дэмиена. Они вошли в огромное помещение, где хорошо разместились железные клетки. Глаза разбегались от разнообразия животных; львы, обезьяны, леопарды даже змеи и многие другие создания жили здесь, рядом друг с другом.

- Звери побольше находятся снаружи, - объяснил гид. - Кормить их запрещено и не заходите за черту к клеткам, если хотите покинуть Тауэр невредимыми. Я буду за дверью. - Гид быстро вышел.

Дэмиен и Надин прошли вдоль четко выстроенных как солдаты на плацу клеток со зверьем. Животные стали шуметь и рычать, когда они только вошли в помещение. Обезьяны заметались по клеткам, и Надин остановилась, заметив маленького детеныша, державшегося за толстые железные прутья.

Надин наклонилась туловищем вниз.

- Кажется, он совсем не боится нас.

- Он еще слишком маленький. Как подрастет, таким милым вы его больше не найдете. - Дэмиен усмехнулся.

Надин смотрела на малыша, он смешно почесал нос. Глаза у него были большими и невинными.

- А мы с тобой похожи, не так ли?

- Вы с ним? Это чем же? - Насмешливо произнес Дэмиен.

Она что, сказала это слишком громко? Смутившись, Надин выпрямилась.

- Ну-у… губами.

- Что? - Он сдерживал смех улыбкой, и это слегка подкосило ее уверенность.

- Губами, - повторила она. - Они у нас обоих тонкие. Нитки, как выразилась бы моя сестра.

Дэмиен перестал улыбаться, Надин чувствовала на себе его взгляд.

- Нитки? - Помолчал, вероятно, внимательно оценивал ее губы.

Она пожалела, что сказала это, что вообще заговорила о своих губах. Не поднимая глаз, Надин захотелось их поджать, спрятать, лишь бы он перестал смотреть на них. Она вновь почувствовала неловкость.

Наконец, Дэмиен громко заявил:

- Боже, Надин, что за сравнение? Ваши губы изящны. Их можно назвать утонченными, но не тонкими.

Надин сжала пальцы в кулак, призывая кольцо дать ей силы и уверенности. Она вдруг повернулась к нему с улыбкой.

- Вы очень щедры на комплименты, милорд. Я вам благодарна.

- Я говорю то, что думаю, Надин. У меня нет цели обольстить вас.

- О… - Надин облегченно выдохнула от его признания. Значит, она была права, и все ошибаются на счет намерений Дэмиена. Надин знала это с самого начала. Но вместе с облегчением ее посетило еще одно странное чувство… Разочарование? - В любом случае, если бы они были немного пухлее…

- Вы бы не были собой, - прервал ее он. - Ваше лицо воспринималось бы по-другому. Вы потеряли бы свою изюминку и стали бы как все.

- Разве плохо быть как все? - усмехнулась Надин.

- Плохо не быть собой. Вы неповторимы, Надин, такая, какой родились. И вам не нужно ничего в себе менять, чтобы заметить в себе красоту.

Сердце по груди сильно застучало как молоток.

- Вы считаете меня красивой?

- Даже не сомневайтесь. - Глаза Дэмиена нацелились на ее губы. - А по поводу ваших губ…

- Говорят, чем они больше, тем приятнее их целовать, - выпалила Надин и тут же вспыхнула.

Она ведь собиралась сказать совершенно иное!

- Это миф, - твердо уверял Дэмиен.

Он сделал шаг к ней, что стало трудно дышать от близости, в которой они находились друг от друга. Воздух будто нагрелся, повисла духота.

Низким голосом он добавил:

- Я могу это доказать. - Дэмиен приподнял ей лицо и, не колеблясь, коснулся ее губ в поцелуе.

Надин не двинулась с места, словно приросла к полу. С округленными глазами она замерла, испытывая шок, пока Дэмиен пытался убедить ее, настойчиво лаская губы. Сердце бешено колотилось где-то в ушах. Дэмиен не мог не почувствовать, как она напряглась. Надин быстро заморгала, собиралась оттолкнуться, но его поцелуй был очень убедительным, так что она не спешила с решением.

Дэмиен втягивал ее нижнюю губу так уверенно и неистово, будто хотел заставить ее подчиниться, отдаться на воле чувству. То нежно и осторожно, то страстно и напористо он старался найти к ней подход. И у него получилось. Закрыв глаза, Надин положила ему руки на плечи и позволила целовать ее.

Тихо застонав, блаженство захватило ее. Надин не могла думать ни о чем, и не понимала, правильно ли она делает, но стала повторять движения за Дэмиеном. Его руки легли на уже знакомую им талию. Да, они хорошо устроились на ней, как было во время их танцев. Надин была готова поклясться, что это бархат ласкает ее губы сейчас. Она обхватила его шею руками, как на той карикатуре, боясь упасть от слабости, которая подогнула ей колени.

Горячность Дэмиена свела ее с ума. Надин почувствовала, словно живот наполнился чем-то легким и приятным. Как зефир! Но это было что-то другое…

Господи, что они делают?! Они стоят посреди зверинца и целуются! Звуки животных вдруг куда-то исчезли. Задумавшись об этом, Надин словно издалека расслышала рычание льва и крики обезьян. Как бы ей ни хотелось, чтобы это продолжалось, Надин должна остановиться! И остановить Дэмиена.

Резко, без предупреждения Надин, с силой оттолкнувшись от Дэмиена, чуть не навалилась спиной на клетку с животными. Дэмиен поймал ее за руку в полете.

- Вы не ударились? - заботливым голосом спросил Дэмиен.

Он будто в самом деле беспокоился. Покраснев, Надин выпрямилась, поправляя платье.

- Я в полном порядке, милорд.

- «Милорд?» - со смехом улыбнулся он. - Все еще «милорд»? А как же наша договоренность?

- Я… - Глаза его блестели, улыбка манила любоваться ею. Какой дьявол наделил его таким очарованием?! - Ну не обращаться же мне к вам «ваша светлость»! Уровень не тот.

Это прозвучало грубо. Что на нее вдруг нашло? Сейчас он рассердится на нее, ожесточится и, возможно, даже бросит здесь одну. Надин рассчитывала увидеть, как гнев вспыхнет в его глазах. Но этого не произошло. Нет, Дэмиен громко рассмеялся! Надин была потрясена.

- Какие теперь могут быть любезности между нами? - Дэмиен самоуверенно усмехнулся.

А Надин ощутила, как жар разлился по лицу, и все еще чувствовала, как пылали губы. Скорее бы забыть об этом! Но она смотрела на Дэмиена и восхищалась про себя, как можно быть таким красивым, умным и одновременно чутким? Все самое лучшее в одном флаконе! Как это возможно?

Встрепенувшись, Надин заставила себя отвести от него взгляд. Она лихорадочно стала поправлять на себе одежду.

«Никакой он не идеальный, у него много пороков, - напоминала себе Надин. - Самоуверенность, дерзость, ведение праздного образа жизни, грубость».

Нет, с ней он не был груб. Но вот с лейтенантом Джеколом он не потрудился скрыть своей неприязни в музее. Дэмиен был склонен к конфликтам, так она догадывалась.

- Вы готовы? - Дэмиен подставил ей локоть. - Нам еще предстоит много чего посмотреть.

Вздохнув, Надин без колебаний коснулась его локтя, и они вместе отправились дальше исследовать Тауэр.

Поцелуй был случайностью. Дэмиен просто хотел доказать ей, что он может быть приятным, независимо от полноты губ, а Надин… всего лишь увлеклась его доводами. Это просто поцелуй.

Потрясающий поцелуй! Дэмиен и предположить не мог, что его так затянет. Зайдя в дом, он стал подниматься по лестнице, быстро перешагивая через одну ступеньку.

Что на него нашло в тот момент? Внезапное желание! Дэмиен хотел попробовать ее на вкус, хотел узнать, каково это, сорвать - первый! - поцелуй с губ невинной леди. Оказалось, это как коснуться губами шелкового лепестка пиона. И стать, так сказать, первопроходцем, очень лестно и приятно! Осознание того, что Дэмиен стал ее первым мужчиной, с которым она поцеловалась, разожгло в нем мужское самолюбие и гордость.

Будучи взбодренным и в прекрасном настроении, Дэмиен впорхнул в кабинет и принялся за бумажную волокиту.

И хотя поначалу Надин парализовал шок, потом она приноровилась неуверенно и робко следовать его движениям. Она старалась, и, прочувствовав это, Дэмиена стало охватывать возбуждение. Хорошо, что Надин вовремя отпрянула от него; сам он вряд ли смог бы остановиться, конечно, если бы она его не попросила. В подобных вещах желание женщины - закон.

Впервые Дэмиен смотрел на бухгалтерскую книгу в своих руках с довольной улыбкой, хотя он терпеть не мог душную работу с документами.

Когда неожиданно в дверь постучали, Дэмиен не успел поднять и голову от книги, как в кабинет вошла его мать, Луиза. Она промаршировала до его стола и остановилась. Вид у нее был встревоженный и возмущенный.

- Мама? - Бровь Дэмиена высоко поднялась. - Тебе уже лучше? Как ты себя чувствуешь?

Поджимая губы, она так же сжимала в руках какие-то потрепанные листки.

- Дэмиен, милый, объясни мне… нет, скажи мне, пожалуйста, как имя той девушки, за которой ты ухаживаешь?

Насмешливая улыбка растянула ему рот еще шире.

- В чем дело, мама? Ты сама хотела, чтобы я обложил всем своим вниманием Беллфлауэр. Это была твоя идея, - заметил он, захлопнув книгу. - Неужели ты забыла ее имя?

Луиза крепче сжала листы и тем смяла их, будто сдерживая негодование.

- И все же как ее имя?

- Надин, конечно.

Мать закрыла глаза на мгновение и глубоко вздохнула. Дэмиен забеспокоился: ведь ей нельзя волноваться.

- Мама? Успокойся. Скажи, что такого произошло?

Луиза резко ударила листами по столу и навалилась на них руками, выплеснув гнев, повышенным голосом заявила:

- Ты ухаживаешь не за той сестрой!

Глава 14

Листы, которые стали жертвами ярости Луизы, оказались карикатурами. Их с Надин карикатурами. И характер рисунков был откровенно романтический.

Дэмиен сначала внимательно рассмотрел их, потом уголок его рта слегка приподнялся в усмешке.

- Тебе смешно? - Луиза с досадой посмотрела на него, сидя в кресле по другую сторону стола. - Ты потратил столько времени не на ту девушку и у тебя хватает сил усмехаться этому?

- Что значит «не на ту»?

- Ты должен был встретиться с Викторией! Со старшей внучкой Крэнборнов.

- Старшей? - изумился Дэмиен.

Он вспомнил, как Надин говорила о Виктории, своей сестре. Но из разговора он понял, что она являлась самой младшей из них и ей сейчас около двенадцати лет. Он приподнял одну бровь. Выходит, ошибся…

- Начиная знакомство с Надин, я думал, что она и есть самая старшая. И что ее ты имела в виду, когда прочила мне в невесты. - Дэмиен взял ручку и покрутил в руках.

- Тебе следовало спросить имя.

- А тебе следовало его назвать, - парировал он. - Теперь уже не важно. Что сделано, то сделано.

- Ты прав, это уже не важно. Сейчас главное грамотно перебросить внимание с Надин на Викторию, чтобы не сделать девушек объектом для сплетен.

Дэмиен поднял на нее внимательный взгляд.

- Что ты хочешь этим сказать?

Положив руки на стол, Луиза сложила три пальца вместе и в такт словам «ударяла» ими:

- Тебе нужно увидеть Викторию. Сблизиться с ней, прежде чем они уедут в свое поместье на зиму. Тогда я, может быть, им намекну о твоем желании погостить у них. Они тоже этого хотят, не сомневайся. Такой удачной партии для своей внучки они никогда не найдут, даже если будут искать сто лет. У тебя найдется немного свободного времени в ближайшие месяцы?

Дэмиен недовольно вздохнул и откинулся назад. Проблема была в том, что он не хотел другую невесту. Надин стала для него тем, возможно, идеальным образом жены; умная, не болтливая, которую интересует все новое, как и его, добрая и совсем не заносчивая. У них было много тем для разговоров, Дэмиен наслаждался общением с ней, вдруг осознал он. Вряд ли на свете существует еще одна такая женщина, встречи с которой он ждал бы с таким же нетерпением. Просто чтобы поговорить! Ну, или не совсем…

И целовать ее было приятно. Значит, исходя из этого, и уроки страсти будут доставлять ему удовольствие. Он мысленно прикинул, как многому предстояло ее научить. Дэмиен усмехнулся в предвкушении.

- Поздно, - сказал он, положив ручку на стол. Дождавшись, когда Луиза переварит это слово и ошеломленно откроет рот, закончил: - Надин меня полностью устраивает. Я узнал ее и теперь мне трудно представить кого-то другого на ее месте.

- Виктория намного лучше, - не унималась она, наклонившись к столу. - Я видела ее, я знаю, поверь мне. Она красивее, мудрее, эта девушка твердо стоит на ногах и знает, чего хочет.

- В отличие от Надин, ты хотела сказать?

Луиза не ответила, только опустила взгляд. По описанию Виктории Дэмиен узнал свою мать. Она тоже была стойкой, целеустремленной и благоразумной. По своему образу и подобию Луиза и нашла ему невесту, догадался Дэмиен. Очень даже может быть, что мать полагалась на твердый характер Виктории, дабы через нее заставить его, Дэмиена, остепениться, покончить с веселым и легкомысленным образом жизни.

И, на взгляд Луизы, Надин не подходила на эту роль. Она была слишком мягкой, уступчивой и неуверенной. Во всяком случае, в последнем он не был теперь так убежден. Надин переменилась, стала другой. Наверное, от того, что Дэмиен поближе узнал ее.

Теперь в его присутствии она не жевала слова, чтобы ответить, не избегала его взгляда, когда он смотрел на нее, чтобы смутить, и не боялась высказываться. И эта стойкость, черт возьми, ему очень нравилась!

- Я слышала, есть еще один джентльмен, который претендует на нее, - сказала вдруг Луиза. - Молодой офицер.

Джекол, будь он неладен.

- Уступи ему ее, - навязчиво убеждала мать. - И тогда ты без зазрений совести сможешь устроить брак с Викторией.

Его легкие испустили вздох недовольства.

- Я не хочу больше слышать о Виктории, мама. Я сделал свой выбор, ты должна с этим смириться.

- Я только переживаю, чтобы твой выбор не заставил тебя пожалеть о нем с годами. - Она помолчала несколько секунд, потом с нотками подозрения заговорила снова: - Ты правда не хочешь даже взглянуть на Викторию? - Когда Дэмиен покачал головой, добавила: - Или из упрямства не хочешь уступать сопернику? Я же тебя знаю, Дэмиен, Я ведь твоя мать.

Луиза поймала его. Почти. Дэмиен действительно не желал видеть ни Викторию, никого бы то ни было еще, кроме Надин. Но для него было важно также не проиграть Тристану. Этот плут не с проста вертится вокруг нее, он задумал какую-то игру. Очевидно, Тристан не собирался делать предложение Надин: ему нужен более выгодный брак. А это значило, что, скорее всего, Джекол хотел ему насолить, заставить нервничать, пытаясь увести Надин. Этого он не мог допустить. Дэмиен не отдаст ему Надин, Тристан будет раздавлен!

- Она мне не нравится, - призналась Луиза. - Не нравится!

- А мне нравится, - улыбнулся Дэмиен.

Надин правда ему нравилась. В ней переплеталось удивительное сочетание нежности, незаурядного ума и доброго характера. Кроме того, Дэмиен вспомнил волевые черты ее лица, которые почему-то раньше оставались без внимания. И удивительно голубые глаза… и кожа, и…

- Ну что ж, - открытым возмущением прервала его мысли мать, - может, ты еще бросишь лейтенанту вызов из-за нее?

- Дуэль? - с насмешливым удивлением посмотрел он на нее. - Ни за что, этого не будет. Да и до этого не дойдет.

- Вики вернулась! - От резкой стукотни в дверь Надин дернулась и неровно прошлась кистью по подбородку на портрете. Джулия подергала ручку, но дверь была заперта. - Выходи встречать сестру, потом закончишь работу.

- Скоро выйду! - выкрикнула она в ответ.

Надин взяла стаканчик воды и стала аккуратно подтирать краску там, где допустила ошибку. Вики ведь никуда не убежит, а у нее может пропасть вдохновение, если Надин сейчас все бросит. Сидя за мольбертом уже несколько часов, она на удивление не хотела останавливаться. Она была настолько погружена в процесс, что не замечала времени. Надин жаждала, чтобы эта работа была закончена. Сегодня же!

Отстранившись, она оценивающе взглянула на нос мужчины, на его улыбку и ей показалось, что чего-то не хватает. Чего? Ямочек, осенило Надин! Конечно, ему не хватает очаровательных ямочек, для живости. Она схватила кисть, окунув в краску, стала подрисовывать легкие углубления на щеках. А еще едва заметные морщинки под глазами!

Когда Надин закончила, она отошла подальше, чтобы посмотреть, что получилось. Окинув картину в целом, в ошеломлении застыла, узнав красочный мужской образ. Дэмиен! Она написала потрет Дэмиена. Но как?..

Утром Надин подхватило вдохновение и заставило подорваться с постели. У нее не было четкого представления, чье лицо она хотела написать. Она просто взяла карандаши и кисти и начала работать, как обычно, сосредотачиваясь на отдельных деталях.

- Дэмиен, - прошептали губы его имя.

Она облизнула их и закрыла глаза, вспоминая на вкус его губы. Убедительные, горячие, нежные. Надин тряхнула головой. Если он хотел украсть у нее поцелуй заранее, мог бы сделать это в более подходящем и романтическом месте, а не в зверинце Тауэра! Но, похоже, решение это было спонтанным.

Дэмиен импульсивен, поддался внезапному порыву. Таким людям сложно верить: они непостоянны. Сейчас он, скорее всего, даже и не вспоминает о произошедшем и о ней. С чего бы? Это был всего лишь поцелуй, у него таких было сотни, может, и тысячи! А у нее он самый первый и единственный… Надин приложила пальцы к вискам, разминая их, затем подошла к окну и посмотрела вдаль на трубы и крыши домов, пролетающих над домом несколько серых голубей, среди которых было два белых.

Конечно, Дэмиен не думает о ней. Они же друзья, у них много тем для бесед, интересов. Они могли поддерживать друг друга, искать понимания и взаимовыручку. Да, это и есть дружба. Взаимная помощь…

Надин вдруг взглянула на ящик в столе и подумала, что, если попросить его…

- Надин, где твоя совесть? - Послышался приглушенный голос Марии. - Сестра вернулась домой, а ты заперлась у себя, как затворница. Выходи! - Она попыталась открыть дверь.

- Дайте мне пару минут, - раздраженно ответила Надин, после чего послышался вздох и затем тишина.

Она взглянула на ясное голубое небо, будто написанное сочной краской. Ни одного облачка - редчайший случай. Надин погладила бирюзу на кольце, камень показался ей более светлым и насыщенным, чем раньше, провела пальцем по прожилкам.

Кольцо и правда действовало, как бы Марии ни хотелось это отрицать. С его появлением Надин встретила Дэмиена и лейтенанта, которые после первого же знакомства внезапно и плотно окружили ее своим вниманием, чего с ней не было в течение всего светского сезона. Это как минимум странно. К тому же Надин заметила и в себе перемены.

Она стала смелее что ли, чувствовала внутри некую силу. Было трудно выразить словами, но, словно душа и тело соединились вместе, в гармонии, и она чувствовала, что могла сдвинуть горы. Возможно, с этой силой Надин могла бы даже противостоять бабушке и дедушке. Она недоверчиво усмехнулась. И все благодаря этому маленькому чуду, кольцу.

Надин спустилась в гостиную как раз к обеду, но ее редкую пунктуальность никто не заметил; все внезапно замолчали и с недовольством уставились на нее за столом, кроме Бернарда и Виктории. Надин достойно прошествовала вперед, радостно обняла сестру и села на свое место.

Только когда лакей молниеносно поставил перед ней тарелку с супом, и она заглотила первую ложку, тут уже началось:

- Наконец-то объявилась. – Прокалывая ее взглядом, Джанет ела суп.

- Джанет, - сурово одернул дед. - Пожалуйста, хотя бы не за обедом.

Косые взгляды бабушки перебили аппетит. Надин отодвинула от себя тарелку, еда встала где-то в горле.

- Чем ты занималась? - легко спросила Виктория. Не в упрек ей, просто из интереса.

- Наверное, опять провела все утро в постели, - фыркнула Джулия. - С подушками ведь обниматься приятнее, чем с родной сестрой, которую мы не видели несколько недель, между прочим.

- Джу! - Мария с укором устремила взор на сестру.

Отпив и поставив бокал с водой, Надин с поднятой головой произнесла:

- Нет, я писала портрет. - Взглянула на Викторию. - Надеюсь, ты не обиделась? Я хотела закончить работу, пока у меня было желание и вдохновение. Если бы я отвлеклась, то вряд ли потом что-то бы получилось.

- Да конечно, я понимаю. - Непринужденная улыбка Вики подарила Надин облегчение.

- Портрет! - пренебрежительно фыркнула Джанет. - Лучше бы занималась шитьем, от него больше пользы. Что картины? Сколько их уже у тебя? Стоят и пылятся. А вот если бы вязала так же искусно, как Виктория, или вышивала, то смогла бы украсить свой туалет, продемонстрировала бы свое умение. Позже могла бы вязать для своих детей. Да что я говорю? Все бесполезно.

Надин поникла. Она почувствовала себя хрупким увядшим цветком, свет солнца которому перекрыли облака.

- У Надин другой талант, бабушка, - заступилась Джу. - Что в нем плохого?

- Видела бы ты, как она рисует, - добавила Мария и пригубила прозрачный бокал. - Ты была права, когда сказала, что ее картины пылятся. Им самое место на выставке! - С улыбкой подмигнула Надин.

- Она бы добилась успехов, - закрепила Виктория. - Мое умение вязать нельзя сравнить с талантом художества Надин. Если бы у меня было хоть немного ее способностей…

- То мы бы разжились на продаже вязаных чепчиков и картин, - посмеялась Джанет. – Ладно, я и так поняла, что вы тут все друг за друга.

- Зачем вам мои годовые три тысячи фунтов? - усмехнулся Бернард, отвлекшись от поедания рыбы. - Ну его к черту, этот свет! Станем купцами! Девочки займутся производством, а мы, Джанет, возьмем на себя коммерческую часть.

Раздался серебристый смех.

Слезы Надин подступили к краям, она признательно улыбнулась сестрам. Их поддержка, то, что они всегда были рядом с ней, помогало Надин не останавливаться, давало надежду, что однажды она сможет добиться всего, чего хочет.

Что еще трогало, так это редкая идиллия, как сейчас. Этот дом давно не слышал общего искреннего смеха, и он наполнил Надин радостью.

- Надин, ты покажешь нам портет после обеда? - спросила Виктория.

- Да, конечно, - поспешно заверила Надин и в ту же секунду пожалела об этом.

Что она им покажет? Портрет Дэмиена? Что она все утро писала его, как влюбленная кошка, хоть это было и не так? Надин почувствовала пробежавший холодок по спине.

- Да, мы все хотим посмотреть, что тебя вдохновило подняться так рано с постели, - заявила Мария.

Надин хотела шарахнуть себя по лбу ложкой. Если сестры увидят портрет, она утонет в острых шутках и лукавых намеках. Особенно, когда она будет находиться в компании Дэмиена. Какой ужас!

- Кстати, Виктория, как там Вэлли и малыш? - задала вопрос бабушка.

- Они очень хорошо. Вэлли чувствует себя просто отлично, но быстро устает. Мальчик крепкий, здоровый. Много спит, - улыбнулась Виктория.

- Декстер к нам ни разу не заехал, - обидчивым тоном произнесла Джанет.

- У него очень много дел, бабушка. Он торопится скорее закончить с ними и вернуться к семье.

- Как они назовут мальчика?

- Вэлли думала над Тристаном, - сказала Виктория, и Надин удивленно повернулась к ней.

- О-о-о… Тристаном? - протянула с намеком Джулия, подперев подбородок рукой и устремив лукавый взгляд на нее.

Надин опустила голову и прикрыла лицо ладонью.

Виктория странно посмотрела на них обеих, прежде чем продолжить:

- Или же Диком. Мне кажется, Дик звучит лучше.

- Очень созвучно с именем Дэмиен, не так ли? - продолжала подтрунивать сестра.

- Джулия, Надин сейчас сгорит от смущения, - мягко осадила бабушка, также посмеиваясь. - Давай не будем лишний раз причинять ей дискомфорт.

- Что я пропустила? - полюбопытствовала Виктория.

Бернард неожиданно поднялся.

- Разговор обретает пустые амурные нотки, а я предпочитаю провести это время с пользой, у себя в кабинете. Извините, милые.

- Можно мне с тобой? - тихо пискнула Надин, как мышка, и ее никто не расслышал.

Дедушка быстро ретировался.

- У Надин появился кавалер, - наскоро опередив всех, объявила Джулия.

Джанет жестом приказала слугам убрать со стола и приготовить чай с десертом.

- И если бы ты, Вики, не уехала к дяде Декстеру, - говорила Мария, - лорд Дэмиен Чешир, скорее всего, стал бы ухаживать за тобой…

Надин удивленно подняла голову.

- Так бабушка предполагает, - закончила Мария.

- Чешир? - Виктория повернулась к Джанет. - Сын той самой леди Чешир? Это он?

Джанет кивнула.

- Почему вы так думаете? - задала вдруг вопрос Надин.

- Леди Луиза явно рассматривала кандидатуру Виктории на место жены ее сына, - призналась бабушка. - Еще с самой первой встречи здесь это стало ясно. И ее ошеломление было слишком очевидным, когда она узнала, что Виктория в Бедфорде. Полагаю, она не подозревала, что лорд Дэмиен ухаживает за Надин.

- Вот как? - изумилась Виктория и, казалось, ничуть не расстроилась. - Но я рада, что судьба Надин благополучно складывается. Это отлично. И как у вас дела? - спросила ее сестра.

Надин была в смятении, она рассеянно улыбнулась и кивнула.

- Они постоянно вместе, - едва не с упреком говорила Джулия, будто ревнует. - Чешир приглашает ее то на прогулки, то в музей, то навещает ее. Вот увидите, с минуты на минуту он здесь появится, - уверенно заверяла она.

- Скоро сделает предложение, - добавила масла в огонь Мария, сама того не подозревая.

Когда слуги подали чай и пирожные, они продолжили наслаждаться трапезой.

Только Надин редко отпивала со своей чашки и ничего не ела. Дэмиен хотел видеть Викторию на ее месте. Но, так как сестра оказалась вне зоны его досягаемости, он решил заменить одну сестру другой. Надин увидела на поверхности зеленого чая свое кислое лицо. Она была всего лишь заменой. Дэмиен предпочел бы Викторию на ее месте.

Да, с ней ему было бы интереснее. Вероятно, Виктории он сделал бы предложение сразу же, не стал бы тянуть так долго, как с ней, с Надин. Значит, Дэмиен сомневался в ней, сомневался, правильно ли делает выбор. Или… - Надин почувствовала, как разочарование сжимает ей сердце, - Или Дэмиен дожидался возвращения Виктории все это время, а с ней он был только чтобы сблизиться с ее семьей и иметь возможность приходить в их дом.

И что в этом такого? Они ведь стали хорошими друзьями, такими и останутся даже после их женитьбы с Викторией. Ком встал в горле: она станет ему сестрой.

Надин рассматривала Дэмиена только в качестве друга, так вот он и останется другом. Почему тогда ей так грустно? Надин в любом случае не приняла бы его предложение, даже если бы он захотел его сделать. Она останется дома, с сестрами. Здесь ее место, ее родной дом. Ей не нужен скандальный повеса, пусть он умен, красив, хорошо разбирается в философии, пусть у них схожи музыкальные вкусы и в художестве…

Надин выпрямилась и заставила себя приободриться. У нее нет повода грустить. Наоборот, Виктория, возможно, скоро выйдет замуж. Это радостное событие! Конечно, как только Дэмиен узнает, что она вернулась.

С чаем было покончено. И вот все четыре сестры, снова вместе, поднимались по лестнице наверх.

- Сейчас Надин покажет нам новый портрет. - Мария, подобрав юбки, ловко взбиралась по ступенькам.

- Но я… - Надин пыталась что-то придумать, но ничего не приходило в голову.

Они приближались к ее комнате все ближе и ближе, Надин начала охватывать паника.

Джулия схватилась за ручку двери.

- Стойте! - вскрикнула она от безысходности.

Сестры замерли и ошеломленно уставились на нее. Думай, Надин! Придумай хоть что-нибудь!

- Мисс Надин. - Это Зои поднималась по лестнице. Служанка казалась взволнованной. - Мисс Надин, к вам гость. Ее милость уже принимает его.

Надин словно окатило холодной водой, руки моментально стали влажными от волнения.

- А вот и жених! - с лукавством воскликнула Мария и бросилась вниз по лестнице.

- Пойдем, Вики, - Джулия взяла сестру за руку, потянув за собой, - познакомишься с будущим братом. - Кинула хитрый взгляд на Надин через плечо. - И без пяти минут женихом Надин.

Она закатила глаза, раздраженно вздохнув. Надин поспешила вслед за ними. Когда все четверо ввалились в гостиную, то застыли в проходе, как стадо диких овец.

С кресла поднялся лейтенант Джекол и поприветствовал их яркой улыбкой. В руках у него была древнегреческая ваза, похожая на те, которые они видели в музее.

Тогда Джекол обещал Надин подарить ее ей. И, похоже, пришел сюда, чтобы сдержать свое слово.

- Леди. - Учтиво поклонился им, и сердце Надин успокоилось.

Это был не Дэмиен.

Глава 15

- Вам нравятся верховые прогулки? - Дэмиен не был уверен, судя по молчанию, которое сопровождало их дорогой по Гайд-парку.

- Обожаю, - сказала Надин с улыбкой, но та не была искренней.

Она не пыталась вступить в разговор, не поддерживала беседу, что Дэмиен уже и не знал, какую начать тему, чтобы она зацепила ее. Надин рассеянно смотрела то на гриву чубарой кобылы, то вдаль. Было очевидно: она о чем-то думала.

Амазонка оливкового цвета делала ее глаза почти зелеными. Он успел это заметить, когда ему удавалось завладеть ее вниманием хотя бы на пару секунд. Так Надин просто напоминала себе, что не одна и что нужно уделить немного внимания спутнику. Дэмиен с силой сжал поводья, почувствовав себя немного уязвленным. Интересно, что такое важное занимает ее мысли, что она даже на него не смотрит? Надин держалась в седле достойно, в амазонке, которая выгодно подчеркивала бледность ее кожи и цвет волос, точно по-герцогски.

Ее губы приоткрылись, когда она вздохнула, и Дэмиен будто почувствовал на своих устах тепло ее дыхания. Облизнув губы, пытался вспомнить, каково было целовать ее. Блаженно! Поерзав в седле, он почувствовал внезапный приступ желания.

- Вы знаете, Виктория вернулась домой, - вдруг заговорила Надин.

Солнечный луч застал ее волосы под шляпкой и заставил их блестеть золотом.

Сморгнув, Дэмиен встрепенулся.

- Что?

Надин повернула к нему голову.

- Виктория приехала домой. - Она смотрела на него испытующе, будто под ее взором находился каждый мускул его лица.

- Это замечательно, - искренне порадовался за нее Дэмиен.

- Вы правда рады? - спросила она.

Это прозвучало не слишком радостно, скорее, печально и подозрительно. Ему ведь не показалось?

- Конечно, очень. Вы, наверное, жутко соскучились по сестре и хотели бы провести с ней время?

- Вы бы хотели?

Ее вопрос озадачивал. Их взгляды пересеклись, и ее показался ему колючим, неласковым. Дэмиен не знал, что на это ответить.

- Ну, как сказать?..

- Говорите, как есть. - Голос ее ожесточился, словно сталь.

Он впервые наблюдал в ней такую резкость. Разговор приобретал напряженный оттенок.

Дэмиен прочистил горло, прежде чем сказать:

- Я был бы счастлив познакомиться с вашей сестрой. Я догадываюсь, она для вас воплощает больший авторитет, нежели остальные ваши сестры, ведь она же старше.

Надин хмыкнула и уставилась на свои руки, сжимавшие поводья.

- Вы правы.

Они снова замолчали. Может, она хочет увидеться со своей сестрой, провести с ней время, вместо того чтобы кататься верхом по парку с ним? Поэтому она такая угрюмая и рассеянная?

Дэмиен ударил шпорами коня, обогнав, встал поперек пятнистой лошади Надин.

- Если вы хотите, мы можем вернуться, - сказал он. - И я уступлю вас вашей сестре, но…

- Но?

- Скажу честно: мне этого не хочется. Я собирался провести этот день с вами. В другой раз, разумеется, вы представите мне Викторию, но я бы не хотел, чтобы это было сегодня. - Помолчал немного. - В угоду своего эгоизма я вас похищаю.

Лицо Надин вдруг посветлело от изумления, будто над ней развеялись тучи.

- Правда? - шепотом произнесла она так, будто ждала от него этих слов.

Дэмиен кивнул в ответ. Дождавшись ее улыбки, легкой и безмятежной, он выровнял жеребца под собой, и они поехали по аллее из деревьев, среди которых уже можно было видеть реку.

Надин, кажется, приободрилась. Выражение ее лица стало непринужденным и улыбчивым, словно у сытого котенка. И Дэмиен смог расслабиться, видя ее такой. Он не мог отвести от нее глаз.

Дэмиен только сейчас осознал, как она была красива. Серьезно, как он мог быть так слеп все это время? В последние дни ее глаза сияли, бывало, даже игриво, но почти всегда уверенно. Надин была особенно очаровательна, когда подтрунивала над ним и смеялась. Щеки ее смущались румянцем, когда Дэмиен делал ей комплименты, и это подогревало его говорить.

Она наконец перестала быть скованной и зажатой, каждый раз отворачивающейся при неловкости, будто совершила какую-то оплошность. Дэмиен вспомнил, как это его раздражало. Тогда он боялся себе представить, как будет жить с этой мисс Оцепенение.

Боялся, что каждый день, глядя на нее, будет копить в себе раздражение, срываться на нее, потом, доведя до слез, жалеть, прося прощения, и так по кругу. Ему было страшно представить себя с ней в одной удушающей брачной клетке. Задыхаясь в собственном доме, он стал бы уходить в паб или в клуб, пропуская стакан виски, чтобы забыться, в кругу других мужей, которым также не повезло. Но не теперь. Сейчас Дэмиен чувствовал, что все будет по-другому.

Он не имел представления, как именно, но знал наверняка; брак с Надин будет не только терпим для него, но и сможет даже принести ему удовольствие. С такой умной и красивой женой ему не будет скучно. Особенно по вечерам…

- Дэмиен?

Он резко поднял голову. Вопросительно посмотрел на нее.

- Прокатимся вдоль берега реки? - предложила Надин.

- С удовольствием, - улыбнулся он ей.

Они направили лошадей влево, выйдя из тени, наслаждаясь влажным воздухом.

Дэмиена очаровала ее грация. Раньше он ее не замечал. Ему доставляло удовольствие видеть, с какой лаской она гладила лошадь по шее, как ее изящные губы, оголив белоснежные зубы, растянулись в блистательной улыбке. Кожа сверкала на солнце, глаза излучали радость. Дэмиен восхищенно вздохнул, подавив в себе новый приступ желания.

Он закрыл глаза. Дэмиен должен перестать откровенно глазеть на нее. У него еще будет время.

Вся жизнь.

- Можно задать вам личный вопрос? - Дэмиен открыл глаза и встретил ее удивленное на миг лицо.

- Пожалуй, - подумав какое-то время, ответила она.

Они остановились у берега.

- А как долго вы с сестрами находитесь на попечении у лорда и леди Крэнборн?

Как Дэмиен и ожидал, печаль вновь накрыла Надин. На лицо ее будто легла тень, несмотря на лучи солнца. Дэмиен пожалел, что спросил об этом, но отступать было поздно.

- Пять лет, с тех пор как родителей не стало. - Ее слова были горькими и давались ей нелегко.

Начало положено. Дэмиену было трудно смотреть на Надин такую. Ей было грустно, больно, он это чувствовал и видел. Но Дэмиен решил идти до конца, так сказать, закрыть вопрос, чтобы больше не возвращаться к этой теме.

- А родители?..

Надин часто заморгала, вздохнув, боясь уронить слезу, догадался Дэмиен. Она долго не отвечала. Вдруг губы ее зашевелились, но слова не выходили.

- Знаете, я никогда не была на том берегу. - Надин прикрыла свою боль яркой улыбкой, указывая пальцем вдаль. Бросила на него игривый взгляд, перенаправляя кобылу. - Догоняйте!

Она пустила лошадь вскачь и помчалась вперед. Дэмиен ринулся за ней. Она сидела в седле по-дамски, такая посадка не была предназначена для быстрых скачек, он стал беспокоиться, что Надин может упасть. Скача позади нее, Дэмиен внимательно следил за ней, не скользит ли она с седла. И хотя скорость ее была не очень быстрой, это не утешало его опасения. Надин, нагнувшись вперед, прижалась к лошади и, не сбавляя темпа, гнала кобылу вдоль берега реки. У него сложилось ощущение, словно она пыталась убежать от своих переживаний.

Дэмиен не заметил, как они миновали мост и оказались на другом берегу. Надин притормозила и пустила лошадь рысью, постепенно переходя на шаг.

- Больше не делайте так, - строго и настойчиво сказал Дэмиен, поравнявшись с ней.

- Почему?

Дэмиен помолчал некоторое время, выдерживая ее взгляд.

- Это небезопасно. Вы могли свалиться с седла. Я… волновался за вас, - признался он.

Надин внимательно и удивленно посмотрела на него, будто он сказал что-то важное. А что, разве он не может волноваться за человека, чья жизнь находилась в опасности? Дэмиен мысленно усмехнулся сам себе. Хорошо, за Надин он волновался по-особенному, потому что вряд ли смог бы с той же тревогой переживать за какого-нибудь рабочего или другую леди.

- Вы не могли бы мне кое-что пообещать? - неожиданно спросила она его.

Дэмиен легко отозвался:

- Все, что угодно.

- Я хочу вас кое о чем попросить. И это дело не требует отлагательств, - с решимостью в глазах заявила Надин.

Глава 16

Дэмиен был очень отзывчивым. Он с радостью согласился помочь Надин с ее авантюрой. Поэтому, когда они немедленно отправились к ним домой, она была преисполнена благодарности к нему. Надин видела в нем черты настоящего джентльмена: благородного, желающего искренне помочь, бескорыстного.

Хотя Дэмиен хотел провести этот день лишь с ней. Не с Викторией, а с ней, заметила Надин! Она тоже этого хотела, безумно. Вики не была ему нужна. От его признания у Надин отлегло от сердца, такое облегчение она испытала, словно похудела на сто фунтов. И это не потому, что ей был нужен Дэмиен, нет! Просто она боялась потерять сестру, если та выйдет замуж. Это было эгоистично, несмотря на то, что Надин, конечно, не стала бы препятствовать им, но это так. И она не хотела потерять нового друга. Но, как бы там ни было, Надин смогла бы пережить эту потерю. Ведь когда-то же она наступит, со шлейфом печали напомнила себе Надин.

Дэмиен остался ждать снаружи. Голова Надин скользнула за дверь, потом и все тело оказалось на пороге. Столкнувшись с дворецким, она прислонила палец к губам, приказав ему молчать, затем жестом заставила уйти. С хитрой улыбкой Мэтью ретировался. Ноги Надин понеслись взбираться по ступенькам на носочках, стараясь не издавать лишнего шума.

Она аккуратно обходила скрипящие половицы, которые знала на зубок. С успехом попала в свою комнату незамеченной. Надин открыла ящик письменного стола со свертком написанных портретов, сдув с поверхности напившуюся пыль. Горничная не убирала ее стол, так наказала Надин; боялась, что после уборки она все переставит и Надин не сможет ничего найти.

Она прижала сверток к груди так, будто боялась, что его отнимут враги, и стала возвращаться тем же путем обратно. Дэмиен ждал ее на улице.

Он благородно пообещал отправить этот сверток от своего имени в Королевскую академию художеств. Ему это ничем не грозило, а вот ей… Надин загнали в угол. Ее стесняли ограничения и запреты, исходя из ее пола, происхождения и класса, к которому она принадлежала. Ей надоело! Надин хотела независимости, быть самой себе хозяйкой, хотела прославиться как выдающаяся художница, и этим зарабатывать себе на жизнь. Наплевав на мнение класса, наплевав на светское общество…

«…наплевав на своих родных?» - мрачно спросила она себя в мыслях.

При таком развитии событий Надин рискует оставить пятно на репутации семьи. Ее сестры не смогут выйти замуж за благородных мужчин из их класса. Ее семью станут поливать неприятными сплетнями, станут пренебрегать их обществом. Бабушка и дедушка этого не выдержат. Сколько лет они берегли свою репутацию, как крохотный огонек посреди бурана! Нет, Надин не могла пойти на это: цена была слишком высока. Но тогда как же она узнает, чего стоит на самом деле?

А может, ей стоило уехать в Америку, как тетя Нэнси? Бросить все и всех и уехать! Надин хмыкнула себе под нос, плавно спускаясь по лестнице. Это было похоже на зов отчаяния. Да и куда Надин уедет от своей семьи? У нее нет ничего дороже, чем ее сестры. Но в то же время Надин понимала, что должна устраивать и свою жизнь…

Ее разрывало между мечтой и долгом. И ее нерешительность подпитывал страх. Надин не такая смелая, как Нэнси. Она бы никогда не решилась уехать на другой континент: ей было слишком страшно окунуться в бездну стремительных перемен. Оказаться в чужой стране? В чужом городе? Посреди равнодушных незнакомцев, без жилья и средств к существованию?.. Холодный страх сковал ей сердце.

Надин приоткрыла дверь, высунув нос на улицу. Дэмиен обернулся, когда она произнесла «п-с-с», позвав его таким образом.

- Вот. - Она протянула ему сверток и увернула конец от его руки. - Только обещайте, что не станете распечатывать.

Забавно усмехнувшись, сказал:

- Обещаю.

Надин открыла дверь полностью, впустив его на порог, укрыв в тени дома.

- Вы сообщите мне, как только вам придет известие из академии? Пообещайте, что сделаете это немедленно, - обеспокоенным голосом говорила она.

- Незамедлительно, - вновь пообещал он, пристально глядя ей в глаза.

Надин передала ему сверток.

- Очень хорошо. Я не хочу, чтобы об этом кто-либо узнал из близких, пото…

Наклонившись к ней, Дэмиен резко прижался к ее губам. Им словно овладела горячка! Он страстно завладел ее губами, и Надин не нашла в себе силы сопротивляться. Она просто не хотела! Дэмиен дышал прерывисто, жадно втягивая в себя ее губы. Ноги подогнулись от сладкой слабости, сердце подскочило. Надин отдалась чувству, потерявшись в пространстве. Это был головокружительный, страстный и короткий поцелуй!

Так же порывисто Дэмиен отстранился от нее.

- До скорой встречи, - прошептал он.

Когда Надин с трудом открыла глаза, то увидела, как Дэмиен вскочил на коня, улыбнувшись ей на прощание, и помчался галопом по улице. Она захлопнула дверь.

Развернувшись, Надин встретила выстроившаяся цепью блокада из сестер, чьи лукаво-заинтересованные взгляды были прикованы к ней.

Подняв голову, Надин сделала изумленный вид.

- Что? Почему вы так смотрите?

Их лисьи улыбки стали шире, они переглянулись между собой. Джулия вытянула губы и, кривляясь, стала изображать поцелуй с пустотой. Надин покраснела.

- Когда венчание? - поинтересовалась Мария.

- Это было… очень чувственно, - изрекла Виктория.

- Как в романе! - Джулия поставила руки на бока, осуждающе поцокала языком. - И не стыдно тебе, Надин? Он сделал тебе предложение?

- Предложение? - удивилась она.

- Значит, не сделал. А ты стала развязной! Бабушка бы этого не одобрила, - продолжала ехидничать Джулия.

Надин почувствовала, как ее лицо горит. Она бросилась к лестнице, пройдя напролом между сестрами.

Это был всего лишь поцелуй - еще один! − Дэмиен, должно быть, просто был не в себе, его охватило импульсивное желание, а сейчас он наверняка жалеет об этом.

- Прекратите нести чепуху, прошу вас, - говорила она, первой поднимаясь по лестнице, когда три сестры продолжали ее преследовать. - Это ничего не значит.

Все три ахнули разом.

- Как это ничего не значит? - поразилась Мария.

- Ну точно: она стала легкомысленной! Это все влияние Чешира, - убеждала Джулия.

- Это не так! - отрицала Надин.

− Глядите на ее губы! Кажется, теперь я знаю эффективный способ, как можно сделать их пухлее… − Джулия хихикнула, и Надин полоснула ее раздраженным взглядом, но та даже не думала останавливаться: − Тебе следует целоваться с ним почаще, чтобы поддерживать припухлость.

- А что тогда между вами происходит? - задала вопрос Виктория, когда все четверо вошли к Надин в спальню.

Она рухнула на кровать спиной вверх и накрыла голову подушкой.

- Дружба. Я говорила это не раз и не два!

- А три, - хихикнула Мария.

- Друзья не целуются как страстные любовники, - заметила Джулия, сидя на кровати, прижав к животу подушку.

- Только как любезные соседи, - не унималась с остротами Мария.

И правда, Надин раньше никогда не позволила бы себе целоваться с мужчиной тайком. И получать от этого удовольствие! Она недоуменно взглянула на кольцо. Что с ней творится? Может, это оно так повлияло на нее? Надин стала более раскрепощенной и уверенной в себе. Но могла ли вместе с тем прийти и распущенность?

Виктория присела на край кровати, поближе к Надин.

- Они правы, - осторожно и плавно подтвердила Вики. - Что-то между вами происходит. И прежде чем случится что-то… непоправимое, хорошо бы знать сначала, какие намерения у лорда Чешира.

Надин подскочила и гневно отбросила подушку.

- Никаких! Это случайность, которая больше не повторится. Наверное, ему напекло голову, и Дэмиен сам не понял, что сделал.

Мария, сидя в кресле и загибая пальцы, рассуждала с насмешкой:

- Можно случайно сболтнуть не то, случайно упасть, случайно наступить на собачьи отходы жизнедеятельности…

- Фи, Мария! - Джулия сморщила носик.

- …но случайно поцеловать? - продолжала с недоверием Мария. - Да еще так страстно? Чешир ведь не просто коснулся губами твоих губ, он точно знал, чего хотел. Об этом свидетельствует его напор.

Джулия прищурено посмотрела на Мари.

− Иногда меня охватывает сомнение: тебе точно всего лишь четырнадцать?

Виктория легким касанием погладила Надин по плечу.

- Мария права. Это действие было слишком сильным, чтобы списать его на случайность.

Надин со вздохом потерла руками лицо. Если он хотел поразвлечься, это другой вопрос. Надин и сама не была против. Стоило признать: ей нравилось с ним целоваться. Но только поэтому выходить за него замуж? Ну уж нет! Надин уже говорила себе, если Дэмиен сделает ей предложение - а скорее всего, так не будет! - ей придется огорчить его отказом.

Надин не собирается поступать как все, выходить замуж, только чтобы выжить и обеспечить себе хорошую жизнь. Потом до конца своих дней терпеть похождения мужа в публичные дома, сутками напролет сидеть с детьми, которые отнимают все свободное и несвободное время, вопя то от голода, то от холода, то от недержания.

Надин скривилась лицом. Ребенок будет ползать по ней, хватать за волосы и выдергивать их, опорожняться на ней так часто, что она не будет успевать переодеваться, лазить повсюду, и нужно будет не отрывать от него глаз, чтобы он ни обо что не поранился. И сон… О нем тоже придется забыть. Надин будет вынуждена искать косметические средства, чтобы замазывать синяки под глазами, станет валиться от усталости.

Разве это жизнь? В работных домах, наверное, и то более щадящая система. О художестве не шло и речи, она не сможет найти несколько часов свободы, чтобы заняться им. И это было самое худшее в становлении семейной женщиной и матерью. Надин покоробило от отвращения. О нет, даже под страхом смерти никогда! И дело даже не столько в детях, сколько в ее высоком статусе; став графией, Надин еще больше отрежет себя от мечты.

- Я не выйду за него, - отрывисто вторила Надин так, будто ее уже тянут к алтарю. - Не выйду! Он мне не нужен, он слишком взбалмошный, гордый и…

- Хорошо, хорошо, - поспешила успокоить Виктория. - Мы же не настаиваем, - слегка посмеялась. - Просто будь осторожнее. И если он тебе так не нужен, не стоит давать надежду и повод к распространению слухов о вашей помолвке.

- Что? - Ошеломленная, Надин нахмурилась.

- Вам не хватает вот столечко, - Мария показала указательным и большим пальцами, нависающими друг над другом, - чтобы дать другим повод думать, что вы в шаге от помолвки.

- Если кто-то только выскажет свое предположение, вашим дружеским отношениям настанет конец, - добавила Джулия.

- Поэтому, Надин, постарайся меньше общаться с Дэмиеном, - советовала Виктория. - Иначе ты… вы оба можете пострадать от этой связи. Особенно, если кто-нибудь однажды увидит произошедшее сегодня так же, как это увидели мы.

Надин отвернулась, сгорая от смущения.

- Пойдемте, посмотрим на новую коллекцию французских туалетов этого года! - предложила Джулия спустя несколько секунд молчания. - Реджина обещала мне отправить новый журнал. Может, уже доставили? - Сестра шустро поднялась с кровати, что матрац под ней скрипнул, и побежала из комнаты.

- Лучше я пойду и закончу детективную арку, - пренебрежительно сказала Мария в ответ, потом поднялась из кресла и направилась в свою спальню.

Виктория улыбнулась ей, похлопав по руке, собираясь уходить, и Надин порывисто схватила ее кисть.

- Скажи, я и в самом деле развязная? Легкомысленная, да? - Тонко и наивно звучал ее голос.

Вики улыбнулась и сказала:

- Конечно, нет. Не слушай Джулию. Ты же знаешь, чем меньше ее слушаешь, тем целее будешь. А ты правда ничего не чувствуешь к Чеширу?

Пульс ударился стучать. Надин хотелось зажаться, закрыться, чтобы прекратить, наконец, этот разговор.

- Разумеется, ничего! - страстно уверяла Надин. - Я не могу к нему ничего чувствовать, он мне почти как брат. Ко всему прочему в нем нет ничего, что бы…

- Я поняла, Надин, - перебила Вики со спокойной улыбкой. - Я поняла.

Когда Виктория оставила ее наедине с собой, Надин упала на кровать, прижимая к себе мягкие подушки. Закрыв глаза, она стала наслаждаться воспоминаниями о сладострастном поцелуе с Дэмиеном.

Дэмиен…

Глава 17

- Тебе это понравится. Это захватывающее зрелище, вот увидишь! - с жаром уверял Кайл.

Они шли в кромешной темноте. Света двух газовых фонарей не хватало, чтобы осветить даже вход на склад, к которому они пробирались. Они служили как два маятника для потерявшихся в одном мелком из лондонских доков. Воздух здесь был влажный, становилось зябко. Дэмиен спрятал шею в теплый воротник сюртука и сник, словно хотел залезть в него поглубже, чтобы согреться.

Послышался противный звук - Дэмиен застопорился. Это он наступил на что-то мокрое и липкое. Он поморщился, и, даже если бы осмелился посмотреть под ноги, все равно бы ничего не разглядел.

- Мне, конечно, нравится твой авантюрный дух, но иногда это выходит за рамки…

- Комфортного? - усмехнулся Гилберт, идя впереди.

- Нормального. Я понимаю, тебе нравится запах моря и рек, корабли, туман над водой, которого сейчас нельзя увидеть из-за отсутствия света, но почему нам нельзя было прийти днем? - Дэмиен потихоньку стал закипать.

- Потому что днем я тебя и с лупой найти не могу; ты либо занят делами поместья и парламента, либо пропадаешь со своей Надин, - упрекнул друг и остановился, дождавшись его. - А когда женишься, тебя будет бесполезно искать. Что, попался в ее сети, да? - Кайл пихнул его локтем в ребро.

- Еще никогда меня не ревновал морячок. Даже не знаю, это мило, или настороженно… − Усмехнулся.

- А ты не уходи от ответа! - Друг пошарил в карманах, достав сигару, предположительно кубинскую, самую распространенную, и, посмотрев на нее, досадно выругался и сунул обратно.

Дэмиен удивился:

- Бросаешь?

- Нечем прикурить, - раздраженно ответил Гилберт.

Дэмиен насмешливо фыркнул. Он никогда не разделял страсть друга к табаку, и терпеть не мог этот крепкий отталкивающий запах.

Наконец, когда они подошли к складу, оттуда стал слышаться гул и свист. Попав под свет фонарей и открыв двери, скрип которых поцарапал им слух, оба проникли внутрь.

На входе Дэмиен задел плечом косяк и испачкался. Негодуя, он стал отряхиваться, затем оглядел на себе весь костюм, чтобы увериться, что больше он ни во что не вляпался.

- Что это за место, черт подери? - ворча, спросил Кайла Дэмиен.

Он обозрел огромное помещение. Оно было заполнено деревянными ящиками и железными контейнерами. Но, что больше всего привлекало внимание, так это орущая толпа, скопившаяся вокруг деревянного ограждения, похожего на огромную коробку.

- Пойдем скорее, уже все началось! - Кайл кивнул в сторону оживленного народа и двинулся туда.

Лондонской ночью в одном из доков на складе вовсю кипела жизнь. Дэмиен потерял Кайла из виду среди мужчин. Он подошел ближе и заметил, что все они были одеты по-простому; ветхие костюмы были настолько потрепанными, будто их донашивали еще со времен Карла II, льняные рубашки уже давно утратили свою белизну, стали серыми, а у некоторых даже недоставало одной-двух – а то трех! − пуговиц на жилете. Это был рабочий класс, сообразил Дэмиен.

Он подошел ближе, чтобы посмотреть, ради чего сей шум. Вплотную прислонившись к спине мужчины, Дэмиен вдохнул затхлый запах, будто залежавшихся сырых вещей. Он окинул его презрительным взглядом и, задержав дыхание, старался никого здесь не касаться.

«Хорошо бы подарить им мыло», - подумал про себя Дэмиен.

Внезапное рычание, затем лай и звонкий писк привлекли его внимание. Огражденная коробка, на которую опирались мужчины, кишела большими серыми крысами. Дэмиен поморщился: никогда он не видел крыс таких внушающих размеров. Как с две его ладони! Грызунов было так много, что иногда они в панике прыгали друг по другу, пытаясь выкарабкаться. Крысы метались то туда, то сюда от страха, в поисках выхода, пока над ними нависали рокочущие мужчины, они свистели и хохотали, стучали по ограждению, требуя начать.

Что начать?

Внезапно один из рабочих принес на руках пса. Это был здоровый бульдог. Собака вырывалась из рук то ли от неудобства, то ли от нетерпения, Дэмиен не разобрал. Он нахмурился, ему все это не нравилось. Дэмиена потрясло, когда пса по команде опустили в коробку с крысами.

В отличие от бедных грызунов, собака не растерялась; бросаясь на них, с рыком стала вонзать в них зубы, мотая головой, и швырять по коробке, как мягкие игрушки. Это крысиный тотализатор, дошло наконец до Дэмиена.

Он знал, что Лондон кишел крысами, больше всего в неблагополучных районах, таких, как Ист-Энд, Уайтчепел, Сохо и другие, хотя сам никогда с ними не сталкивался. Это была одна из больших проблем города. Дэмиен слышал, что они даже нападали на людей.

Тотализаторы с животными были под запретом на законодательном уровне, но, судя по тому, что он видел сейчас, фактически власти не стараются пресекать крысиные тотализаторы; они помогают очистить Лондон.

Дэмиен видел, как грызуны стали сбиваться в углы, залезая друг на друга, поднимаясь выше, чтобы выбраться. Мужчины жестоко сбивали палками крысиную пирамиду, уничтожая их последние шансы на выживание. От безвыходности крысы пищали и в страхе метались по коробке, ожидая своего часа, пока собака кончала с другими их сородичами. Вот уже, по меньшей мере, дюжина крыс лежала на полу, испустив последний дух. А рядом стояли люди, забавляясь зрелищем с мясом и кровью, подгоняя и науськивая пса. На углу коробки находился мужчина, усердно следивший за временем, держа ручные часы.

Дэмиен ужаснулся. Он поморщился, чувствуя комок тошноты, поступивший к горлу. Ему пришлось отойти в сторону. Несмотря ни на что, Дэмиену стало жалко грызунов.

- Ты не сделал ставку? - Кайл подошел к нему, как только закончился первый раунд. Он ликующе потряс в воздухе несколькими банкнотами. - Зря, друг мой. Я вот выиграл. - Сунул деньги в карман своего сюртука.

- Законченный авантюрист. – Дэмиен неодобрительно покачал головой. - Как можно наживаться на убийстве невинных животных?

- Между прочим, эти «невинные животные» набрасываются на людей в подворотнях, воруют зерно и продукты в погребах. А это, - посмотрел на коробку, в которую из мешков вытряхали новых жертв беспощадных ставок, - всего-навсего способ с ними справиться.

- Цинично, - фыркнул Дэмиен.

Кайл усмехнулся в ответ:

- Цинично? Ты бы так не говорил, если бы во время завтрака у тебя по столу пробежала огромная крыса, желающая разделить с тобой трапезу.

- Я в этом сомневаюсь. - Уголок рта Дэмиена дрогнул в усмешке.

- Тогда что? Ты предложил бы ей чашечку чая? Натянул чепец с фартуком и стал бы звать ее «мисс Рэтти»? - Дэмиен рассмеялся, и, когда он закончил, Кайл продолжил: - Перестань, Дэм. Все было бы не так, ты это знаешь лучше меня.

Дэмиен похлопал Гилберта по плечу, положив на него руку.

- Нет, Кайл. Даже тогда нет.

Гилберт вздохнул на упрямство друга. Дэмиен был убежден, что, даже когда его преследовали бы крысы, он все равно проникся бы состраданием к этим грызунам. Желание жить не преступление. Они просто хотят выжить.

Когда они отошли к деревянным ящикам и сели на них, перед началом тотализатора на них часто оглядывались мужчины с подозрением. Конечно, ведь они не слепые! И прекрасно видели, как они с Кайлом отличались от них по качеству и чистоте одежды, по благородным повадкам.

Дэмиен и Гилберт достали свои фляжки.

Промочив горло, он подумал и поделился с другом:

- Знаешь, Гилберт, я собираюсь сделать предложение Надин. Завтра.

Кайл посмотрел на него. Он не был удивлен, знал, что все к этому и шло.

- Так скоро? И, кажется, ты должен сначала заручиться благословением ее деда.

- Они не станут возражать. Наоборот, скорее всего, только этого и ждут от меня, когда я сделаю последний шаг. Меня беспокоит другое.

- Что? - поинтересовался друг, глотнув кларет из фляжки.

- Джекол. Меня беспокоит, что он вертится вокруг сестер Беллфлауэр.

- Вокруг Беллфлауэров? - Лукавый блеск в его глазах разжег в Дэмиене раздражение. - Или вокруг Надин?

Дэмиен сделал большой глоток виски, и тот обжег ему горло.

- Ты ревнуешь? - изумился Кайл.

- Вовсе нет, - буркнул он. - Меня тревожит лишь то, что Джекол может сделать ей предложение раньше меня. Не хочу потом видеть его победную физиономию. И не хочу, чтобы Надин страдала с ним в браке.

- Лучше она будет страдать в браке с тобой? - съязвил Кайл и хохотнул. - Она же тебе нравится.

- Надин умная и тактичная, - заметил Дэмиен. - Я раньше не встречал таких. - Поймав на себе многозначительный взгляд друга, поспешил уверить: - Мне нравится с ней общаться! Я бы даже назвал ее хорошенькой, но не больше. Я вижу в ней только хороший потенциал будущей жены и матери. Все.

Тут Дэмиен покривил душой: Надин была красавицей, он это признавал. И его привлекал не только ее потенциал, Дэмиена влекло к самой Надин. Он хотел видеть ее каждый день, наслаждаться ее обществом, говорить с ней, целовать ее и даже больше того… Дэмиен испытывал невероятно острое желание стать ей ближе не только по духу, а физически.

Находясь с ней рядом, он каждый раз неизбежно скатывался к мысли прижать ее к себе и наградить поцелуями все тело. В брачную ночь он стал бы терпеливо разогревать ее прикосновениями в самых пикантных местах, дожидаясь, пока она созреет для…

Дэмиен заметил, как Кайл не сводил с него глаз и хитро усмехался, будто прочел его мысли.

- Ты улыбаешься, - заметил Гилберт.

И в самом деле, он улыбался. Дэмиен принял невозмутимый вид и пригубил фляжку.

- Мне кажется, тут есть что-то еще помимо соперничества с Джеколом... - Кайл слегка сощурил веки.

- Только долг. Я обещал матери, что произведу на свет наследника. После этого она оставит меня в покое, и я буду свободен делать все, что захочу. Приятным дополнением будет подкрепление моей репутации, на меня наконец перестанут смотреть как на потенциальный богатый сверток с женихом и прекратят напоминать о необходимости жениться.

- А как же Надин? - спросил Кайл.

Дэмиен внезапно замолчал.

- Она нужна мне только ради наследника и свободы от назидания матери и общества, - солгал он, разглядывая узоры, высеченные на фляжке.

Дэмиен не хотел признаваться Кайлу, что Надин нравилась ему гораздо больше, чем он говорил; не хотел, чтобы тот подумал, что он влюблен. Гилберт обязательно так подумает! И Дэмиен был уверен, что закадычный друг не ограничится парой шуточек.

Кайл вдруг замолчал, значит, задумался, решил Дэмиен. И правда, Гилберт смотрел на коробку, где начали новый раунд с крысиным тотализатором, но как будто сквозь нее.

Дэмиен помаячил рукой у него перед глазами и, когда Кайл сморгнул, спросил:

- Что с тобой?

- Скоро мы станем реже видеться, - печально сказал Гилберт. - Ты женишься, у тебя появится семья, а я закончу академию и поступлю во флот. Уйду в море и больше не увидимся.

Качнувшись, Дэмиен ободряюще толкнул его плечом.

- Не будь так уверен. Я завожу семью не чтобы еще больше заковать себя, а наоборот, чтобы меня оставили, наконец, в покое. - Слегка тряхнул его за плечо. - Приезжай ко мне в поместье, когда захочешь. Я всегда тебе рад.

Кайл улыбнулся ему так, будто убеждал его, что все в порядке. Дэмиен спрыгнул с ящиков, спрятав виски в карман.

- Пойдем отсюда. Мне нужно подготовиться, завтра вечером я буду уже помолвлен. - Невольно усмехнулся. - Даже не верится, что этот день наступит так скоро. А я ведь хотел охранять свой статус холостяка еще как минимум десять лет.

Глядя на его спину, Кайл тоже спрыгнул и стал отряхиваться.

- Сначала отряхни зад, молодожен.

Дэмиен пытался обернуться и посмотреть на бриджи и края сюртука. Они были в чем-то белом, скорее всего, в пыли от древесной стружки.

- Черт бы побрал это место! - в гневе выругался Дэмиен, резко стрясая с себя пыль.

Он почувствовал, как кто-то на него натолкнулся. Это был один из рабочих, хорошо прогретый дешевым элем.

- Смотри, куда тащишься! - свирепо выкрикнул он, что Дэмиен на расстоянии уловил неприятный сладковато-терпкий запах, вызывающий тошноту.

Гнев внутри распалился, Дэмиен сжал зубы.

- К черту! Этот костюм все равно не спасти, - сказал он Кайлу. Оглянулся на друга и усмехнулся: - Ну что, в последний раз?

Довольная улыбка Гилберта дала согласие.

- Хочешь развлечений? - не унимался вымоченный в эле рабочий. - Я тебе их устрою!

- Позволь мне начать, - сказал Дэмиен и запустил кулаком ему в морду.

После обеда Надин приняла ванну в своей спальне. Она лежала в теплой воде с закрытыми глазами, расслабленная и умиротворенная, предаваясь мечтам.

Она представляла, как ее ноги коснутся ступенек Королевской академии художеств в качестве студента. Люди соберутся вокруг нее, чтобы стать свидетелями зачисления редкого исключения, женщины, которая будет обучаться здесь. Надин преисполнена счастья. Несколько прекрасных лет она будет оттачивать мастерство, проходя обучающую программу, будет участвовать в выставках, на которых академия с честью поспособствует популяризации ее имени и произведений. Потом она покинет академию выпускницей и, возможно, уже знаменитой художницей-портретисткой.

Бабушка и дедушка, сестры встретят ее на пороге, их лица будут светиться гордостью и радостью. Тогда Надин сможет зарабатывать кистью на жизнь, и ей не нужно будет выходить замуж, чтобы обеспечить себе будущее.

Интересно, Дэмиен уже отправил ее портреты в академию?

Надин открыла глаза со снисходящей блаженной улыбкой. Она томно вздохнула, погрузившись в воду еще глубже. Почувствовав, что кольцо покрутилось на пальце, норовя выскользнуть, Надин вынула руку из воды. Погладила голубой камень и поцеловала его.

- Все благодаря тебе, - сказала она.

Камень пропустил блики, будто подмигнув ей в ответ. Надин положила кольцо на тумбочку, дабы не потерять его. Ведь ничего же не случится, если оно немного побудет здесь? След на пальце, оставшийся после кольца, говорил о том, что Надин носила его, не снимая, слишком долго. Она продолжила нежиться в теплой ванне.

Вода казалась ей спокойной. Как бы Надин ни переворачивалась, ни двигалась в воде, создавая зыбь и волны, она все равно была спокойна и уверена, будто была готова ко всему и ничем ее не потрясти. Ведь как бы много ни было волн, как бы долго ни плескалась поверхность, вода неуклонно придет в себя. Эта неизбежность успокаивала.

Вечер начался для нее странным образом. Сначала Надин заставили запереться в ее комнате и не выходить ни под каким предлогом, потом ее спальню заполонили озорные, неоднозначные улыбки сестер. Вид у них был такой, будто они узнали самую сокровенную тайну мира.

- Что? В чем дело? - выпытывала у них Надин, прижав к себе колени и обхватив их руками на кровати. - Почему вы смотрите на меня так, будто… - помедлила, подбирая слова.

- Будто мы знаем что-то, чего не знаешь ты? - предложила Мари, сидя вместе с Джулией на краю кровати.

- Да!

- Извини, бабушка нам запретила говорить. - Виктория пожала плечами. - Не хочет, чтобы все сорвалось.

- Что сорвалось? - не унималась Надин.

- Твоя… - начала Джу, но резко Мария зажала ей рот ладонью.

- Т-ш-ш-ш, молчи! Пока рано.

Надин сжала сильнее ноги. Она извелась от любопытства! Возможно, они готовят для нее сюрприз. Но в честь чего? Ведь день рождения Надин прошел совсем недавно, а знаменательных календарных праздников в ближайшее время пока не намечается. Надин уткнулась лбом в колени, от нетерпения покачиваясь вперед-назад, издавая мучительный стон.

Ей так хотелось узнать, почему сестры вели себя странно, почему ей запретили выходить из спальни? Почему?!

- Не нервничай, Надин, - успокаивающим, размеренным тоном говорила Вики. - Все скоро станет ясно. От тебя это не укроется, обещаю.

Надин подняла голову от колен с сердитым взором, словно готова была их покусать.

- Если кто-нибудь из вас еще раз скажет «это», то клянусь… - Перебив, Надин ошеломил внезапный смех сестер.

Она в полном замешательстве смотрела на них, поджав губы.

- Что опять? Над чем вы смеетесь?! - Надин начинала злить эта недосказанность.

- Посмотри в зеркало, - произнесла Джулия сквозь вырывающийся смех.

Надин вскочила с постели. В отражении увидела, что на ее лбу отпечатался контур вышивки от ее юбки. Ну да, это забавно. Она улыбнулась, потом, слегка хохоча с сестрами, пыталась разгладить рисунок на лбу. Но добилась только того, что он еще больше стал красным.

Надин вздохнула. Проходя мимо окна, краем глаза она заметила карету у их дома.

- Надин?.. - настороженно произнесла Мария.

Надин прильнула к окну и узнала герб на экипаже. Это была карета Дэмиена.

Дэмиен здесь?

Ее сердце затрепетало. Надин бросилась к двери, но не успела. Джулия схватила ее за руку.

- Отпусти! - Она пыталась выхватить ее, но тщетно.

- Ты должна подождать здесь, пока… - осеклась Вики.

- Пока что?

- Пока на лбу не пройдет покраснение, - лихорадочно сказала Джулия. - Во всяком случае. Только взгляни на себя! Ты не можешь показаться ему в таком виде.

Надин вдруг успокоилась, перестала вырываться. Они правы. Дэмиен не должен видеть ее красный лоб с узорами. Посмешище! Нужно подождать немного. Только немного. И она сразу же спустится вниз.

Несмотря на запрет бабушки не покидать спальню?

Да! В конце концов, Надин ведь не заключенная, а это не тюрьма. Джанет ничего ей не сделает, если она ослушается. Ну, покричит немного после ухода Дэмиена, не смертельно. Ей не впервой становиться жертвой бабушкиного гнева. Важно только, что Надин увидит Дэмиена и выяснит, зачем он пришел.

Горничная пришла намного быстрее, чем ожидалось.

- Ее милость хочет, чтобы вы спустились, мисс Надин. - Не поднимая глаз, девушка подбирала слова: - Просила добавить, чтобы вы… привели свой вид в безупречный.

- Безупречный?.. - Брови Надин вздыбились, она посмотрела на себя в зеркало.

Ее лоб словно был перевязан красной повязкой, как у какого-нибудь вьетнамца, который готовился к бою. Ее вид до безупречного был так же далек, как Тауэр до Китайской стены. Надин всполошилась: стала мерить шагами комнату.

- Я не могу показаться с таким лбом. - Она чувствовала, как начинает терять самообладание. - Что делать? Что мне с этим делать?!

- Для начала успокойся. - Джулия заставила ее сесть в кресло. Она обернулась к горничной: - Передай бабушке, что она скоро будет.

Горничная выскользнула за дверь прежде, чем Надин успела вскочить и воскликнуть:

- Буду?! Как?..

- Присядь, Надин! - Джулия вновь насильно усадила ее.

- Приди в себя, - тихонько сказала Мария, присев на пол на коленях рядом с ней и держа ее за руку.

Сердце бешено колотилось. Надин глубоко вдохнула и заставила себя успокоиться. В самом деле, что с ней такое? Она сжала руку в кулак, как всегда это делала, почувствовав на себе кольцо, и паника окончательно прошла. Но беспокойство не отпускало ее.

- Мы сейчас что-нибудь придумаем.

- Что с этим можно придумать? - В отчаянии Надин потерла лоб.

Виктория перехватила ее руку.

- Не три его, ты делаешь только хуже!

- Я уже все придумала, - заявила Джулия и встала. - Я сейчас вернусь. - Выскочила из комнаты.

Джулия вернулась обратно скоро, но уже со шляпкой.

- Вот решение, - вручив, торжественно объявила она.

Надин скептически взглянула на нее, покрутив в руках, рассмотрев со всех сторон. Такие шляпки были в моде лет десять назад. Она была бледно-розовой, поля изогнуты так, что закрывали лоб и затылок, тулья украшали пышные страусиные перья.

Надин удивленно уставилась на Джулию.

- Ты хочешь, чтобы я показалась в этом?

- Другого варианта нет.

Шляпка диктовала условия: пришлось подбирать к нему соответствующее платье. Сестры настаивали на розовом с кружевной отделкой, но вопреки их мнению Надин остановила свой выбор на фисташковом платье в полоску сливочного цвета и бледно-розовыми клиньями.

Остановившись перед гостиной, Надин приложила руку к груди, заставив сердце успокоиться. Оно колотилось так, словно ей нанес визит его величество, неистово сильно. Но в чем дело? Это всего лишь Дэмиен.

Всего лишь Дэмиен…

От этого легче не стало. Сестры наблюдали за ней, опираясь на перила лестницы, отправляя ей подбадривающие жесты. Несмотря на вспотевшие от волнения ладони, Надин схватилась за ручку и толкнула дверь.

Дэмиен вскочил сразу же, как только она вошла, заметила Надин и улыбнулась про себя. Они поприветствовали друг друга.

- Что это?.. - Джанет повертела пальцем у себя над головой, недоуменно смотря на шляпку Надин. Бабушка внезапно рассердилась, стараясь это скрыть, и произнесла сквозь сжатые зубы: - Сними немедленно! Это старье здесь не уместно, его сиятельство может подумать, что у тебя абсолютно нет вкуса.

- Я не могу. - Надин опустила глаза вниз.

Джанет поднялась и неожиданно сорвала с нее шляпку.

- Вот так-то лучше.

Надин переполошилась, с ужасом взглянув на Дэмиена. Он увидел ее красный лоб! Но, повернувшись к зеркалу над камином, она испытала облегчение; покраснение почти сошло, оставались только мелкие, почти незаметные пятна.

Надин вздохнула.

- Я оставлю вас одних, - сказала Джанет прямо, бросив на Надин многозначительный взгляд, проходя мимо нее.

Когда дверь за ней захлопнулась, они смогли заговорить.

- Немного поздно для визита, - заметила Надин, мягко улыбнувшись.

Она словила блеск восхищения, когда его глаза осматривали ее, и, к ее удивлению, тут же испытала ликование.

Почему ее сердце так волнительно мечется в груди?

- В отличие от прочих, это не совсем обычный визит, - сказал он загадочно.

- Отчего же?

Дэмиен в молчании просто смотрел на нее, осматривал лицо, тело, будто прикидывал что-то в уме, потом, что ее привело в негодование, таинственно улыбнулся.

Кажется, сегодня все испытывают ее терпение!

- Ну?.. - настаивала Надин, но Дэмиен не шелохнулся.

Она шумно вздохнула, собираясь бросить ему в лицо какую-нибудь дерзость, как вдруг Дэмиен заговорил:

- Nadine, je ne vous ai jamais dit que je vous admirais vraiment.[1]

[1] - с франц. «Надин, я вам не говорил прежде, что я вами истинно восхищаюсь».

- О… - только и смогла произнести она.

- Правда. Теперь я наконец понял, что по-настоящему значит везенье, встретив среди множества женщин именно вас, умную, добрую, понимающую… красивую. - Последнее он сказал, как приятное дополнение.

О, нет! Надин оцепенела. Неужели он собирается сказать ей…

- Я понимаю, это лишь вопрос формальности, - тихо посмеялся он, - но все равно вынужден спросить. Надин, вы выйдете за меня замуж?

Надин открыла рот, оставшись неподвижной, а Дэмиен, сунув руку в карман, вынул маленькую коробочку винного цвета, встал перед ней на одно колено и, открыв ее, представил Надин доказательство своих намерений - кольцо с бриллиантами в виде цветка незабудки.

Ахнув, Надин прикрыла ладонью рот. Как она могла допустить это? Надин не давала повода думать, что хочет за него замуж! Разве не так?.. Ей не нужен муж, потому что вскоре сможет сама обеспечивать себя, если все удастся, и ей не нужна новая семья. Ни к чему им связывать себя цепями, которые будут сдавливать им горло с каждым годом их совместной жизни. Это медленное самоубийство! Никто из них не будет счастлив, Надин была убеждена.

От понимания, которое Дэмиен упомянул, вскоре ничего не останется. Взаимные претензии и упреки уничтожат их уважение друг к другу, они перестанут ладить. Нет, лучше им остаться друзьями, оставить все как есть.

- Вы еще не сказали ни слова, - осторожно заметил Дэмиен. - Может, вам нужно дать время, чтобы вы привыкли к статусу…

Время говорить!

- Я не согласна, - наскоро и решительно произнесла она. - Я не выйду за вас замуж. Простите.

Глава 18

Надин пыталась унять дрожь, сжав кулаки с такой силой, что боялась сломать себе пальцы. Она прекрасно знала, как ее отказ огорчит, нет, выведет из себя дедушку и бабушку! Их ярость обрушится на нее, что Надин упустила такую превосходную партию, растоптала шансы стать великосветской персоной, отказалась от статуса, связей, положения и, самое главное, богатства. Но ведь богатство было не ее, а Дэмиена. Она не имела к нему никакого отношения: Надин его не заработала, даже не выиграла. Но ее мнение никому не будет интересно.

Надин чувствовала предстоящий скандал, уже сейчас устами бабушки слышала в голове осуждающие слова, что она глупая и ее цели никчемны. Но не могла противиться своим убеждениям и желаниям. Надин хотела стать портретисткой, а будучи графиней, уже не просто внучкой виконта, не сможет этим заниматься. Да и при обязанностях жены и матери на это не будет времени. Надин не хотела этого. Не хотела становиться матерью и женой, возлагать на себя ответственность и обязанности, с которыми не справится, которые сделают ее несчастной.

Каждый день Надин будет мучить себя мыслями о том, что не отказала Чеширу и не стала портретисткой, не реализовала свой потенциал, а стала как все, приятное дополнение к своему мужу с множеством функций. Она останется в тени Дэмиена, и каждый день будет напоминать ей об этом.

- Простите, что? - переспросил ее Дэмиен таким тоном, будто не верил, что она могла сказать ему «нет».

Улыбка его таяла с каждой прошедшей минутой.

Набравшись смелости, зажмурив глаза на секунду, Нажин четко повторила:

- Нет. Я не хочу быть вашей женой. Ни чьей, - поторопилась добавить последнее, будто это как-то могло смягчить удар или что-то изменить.

Дэмиен помрачнел, от улыбки не осталось и следа. Он захлопнул коробочку с кольцом и поднялся на ноги.

- Простите, если я ошибся, но мне казалось, вы этого хотели.

Надин вцепилась в складки платья, судорожно перетирая их между собой.

- Нет. Я всегда хотела оставаться свободной от замужества. Я убеждена, брак не сделает меня счастливой, это не то, что мне нужно.

- У вас есть другой ухажер? - Надин стала смотреть вниз, когда столкнулась с до ужаса темным блеском в глазах Дэмиена.

Она покачала головой.

- Нет, никого нет. Просто замужества нет в моем будущем. Я так решила. И буду признательна, если вы останетесь мне хорошим другом, коим были впредь до этой самой минуты.

Роковой минуты.

Жевалки заиграли на его лице. Дэмиен был напряжен, словно старался держать себя в руках, напоминая ей раскаленный чайник, который вот-вот закипит.

- Будет трудно, - сдавленным голосом говорил он, - остаться друзьями. Честно говоря, я уже не вижу в этом смысла.

Надин больно ужалили его слова. Дэмиен не хотел больше ее видеть, не хотел продолжать общение. Надин вскинула голову, гнев стал распаляться в груди. Ничего другого от него и не следовало ожидать! Мужчина с репутацией повесы не способен достойно перенести отказ. Какое у него оказалось уязвимое самолюбие! Ожесточенный взгляд Дэмиена только подтвердил, что она правильно сделала, что оказала ему.

Он не хотел ее видеть… Нет, это Надин больше не желала с ним встречаться!

- Не смею вас задерживать, милорд, - холодно прозвучало от нее.

Дэмиен направился к выходу, но, сделав несколько шагов, обернулся к ней и спросил:

- Почему вы так категорически настроены против брака?

Не поворачиваясь, Надин негромко ответила:

- Я не вижу в нем смысла, только мучение. Как и в любви. Она заставляет нас страдать, так или иначе: если нас не любят - нам больно; если любят - больно от разлуки; даже если прожить душа в душу, не расставаясь, - больно, потому что смерть разлучит нас. - Повернулась к нему лицом. - Исход всегда один - неизбежное страдание. Так что лучше я предпочту отдать себя карьере.

- Это ваш окончательный ответ? Вы говорите мне «нет»? - спросил Дэмиен с тоном угрожающего.

- Нет, - повторила она. - Прощайте, Дэмиен.

Он круто развернулся и тяжелыми шагами дошел до двери. Дэмиен дернул за ручку, а на проходе с прислонившимися к створке ушами выстроились ее сестры и Джанет. Они резко выпрямились как ни в чем не бывало.

- Леди, - сказал Дэмиен. - Был рад повидаться, всего доброго.

- Подождите, милорд! - Джанет коснулась его предплечья и со всей суровостью посмотрела на Надин: - Надин, что ты делаешь? Наверное, тебе нужно время, чтобы подумать над предложением его сиятельства. – Повернулась к Дэмиену с неубедительной улыбкой. – Ей надо подумать, просто она взволнована…

Надин похолодела. Она должна стоять на своем! Хотя бы раз в жизни.

- Мой ответ не изменится. - Она сглотнула, чувствуя, как взгляд бабушки впивается в нее шипами и рвет на части.

Ноздри Дэмиена вздыбились.

- Прошу прощения. - Он бросился к выходу.

Надин прикусила губу, она не на шутку огорчила его.

- Ваше сиятельство, подождите! - Виктория ринулась вслед за Дэмиеном.

А Надин ожидала семейного скандала, который грозил обрушиться на нее, как холодный зимний ливень. Несмотря на это, она чувствовала в себе непоколебимую решимость.

- Ты просто дура! - яростно закричала Джанет, что застывшие рядом Мария и Джулия вздрогнули. Пролетела через гостиную и встала к ней вплотную. - Почему ты ему отказала? Ты что, не понимаешь, какой шанс ты только что упустила?

- Понимаю, - хрипло произнесла она, крепче сжав пальцы. Пусть кольцо даст ей сил сказать это! - Но я не хочу замуж. Я хочу быть со своей семьей, мне не нужен брак и материнство.

- Это истинное счастье и долг каждой женщины, выйти замуж, родить и воспитать детей!

На нее отлетали капли слюны: бабушка была не в состоянии сдерживаться. Надин хотелось отстраниться от Джанет, выплескивавшей на нее все негодование, весь свой гнев. Но удержалась.

- Лучше я останусь в своей родной семье, где я выросла, - продолжала тихо Надин, - чем буду терпеть унижение от измен мужа, упреки, растить детей, которые даже в случае развода останутся с отцом.

- Ну почему ты решила, что вы должны развестись? - сочувствующим тоном спросила Мари.

- Потому что я бы не смогла делить своего мужа с фаворитками из публичного дома. Это унизительно и противно!

Надин зажмурилась, когда Джанет замахнулась, чтобы дать ей пощечину, но бабушка сдержалась.

- Глупая девчонка! Я своим ушам не верю, что это происходит на самом деле.

В гостиную вошел дедушка и в замешательстве спросил:

- Что происходит? От ваших криков стулья наверху содрогаются. В чем дело?

Джанет присела на диван, не сбавляя возмущения.

- Наша внучка только что обрекла себя на нищету и бездетность, вот что случилось. Она отказала Чеширу.

- Как отказала? - поразился Бернард так, будто только что узнал, что женщина может в чем-то отказывать, и посмотрел на Надин. - Это правда? Мы с ним долго беседовали, он просил моего благословения. И я, конечно же, дал его. Неужели ты это всерьез, Надин?

Надин отвернулась к окну, сдерживая в глазах слезы. Боже, поскорее бы это закончилось!

- Да, - выдохнула она.

- Она не хочет замуж, - ответила за нее Джанет.

- Почему не хочет? - Бернард присел на диван рядом с женой.

Джанет презрительно фыркнула, приложив руку ко лбу.

- Не знаю. Я так и не смогла понять, что ей нужно. Наверное, хочет, чтобы нас удар хватил!

Джулия подбежала к Надин и обняла ее со спины, положив подбородок на плечо.

- Ты должна передумать, - твердо заявил Бернард. - Что это еще за выходки, Надин? А-а-а… - смекнув, протянул он. - Это такой ход: хочешь показать свою ценность?

- Нет, не в этом дело. И я не передумаю. - Надин чувствовала в себе несгибаемую стойкость и силу как никогда раньше.

- Нет, ты выйдешь… - начала Джанет, но Бернард прервал ее жестом.

- Надин все решила, - сказал Бернард, на что Надин удивленно повернула голову. Он вздохнул. - Она имеет на это право. И я тоже имею право принять некоторое решение. Раз Надин отказывается повиноваться доводам благоразумия, я вынужден запереть ее дома.

- Что? - Обескураженная, прошептала Надин, резко развернувшись. - Но, дедушка…

- Мне бы очень этого не хотелось, но ты не оставляешь нам выбора, - говорил он строго. - Надеюсь, это заставит тебя прийти в чувство и передумать.

- Ты ведь не серьезно? - не верила Мария. - Ты не можешь так поступить!

- Каждый должен соизмерять свои решения со своими возможностями. - Его заявление звучало беспристрастно, как на суде, а Надин почувствовала себя преступницей, которой только что озвучили приговор.

Надин открыла рот, но так и не нашла слов, чтобы возразить. Что бы она ни сказала, все без толку, ее не будут слушать! Она выбежала из гостиной, ноги ее понесли в свою комнату.

Все так несправедливо! Надин хотела лишь, чтобы ее услышали, она боролась за право самой выбирать будущее. Но вместо поддержки подверглась оскорблениям, непониманию и жестким репрессиям.

Слезы защипали глаза. Невозможность выйти из дома на прогулку была хуже самой тесной клетки. Надин заперлась у себя в спальне и привалилась спиной к двери. Бернард и Джанет никогда не поймут таких, как она. Им легче ограничить существование внучки, нежели попытаться понять ее, легче, потому что во времена их молодости идти против своих родителей было недопустимо и сурово наказуемо.

Надин медленно подошла к окну. Внизу рядом с каретой Дэмиен беседовал с Вики. Наверное, она пыталась его утешить, подумала Надин, уговорить подождать. Но она не передумает! Это решение твердое и осознанное. Возможно, Надин впервые за свою жизнь была так в этом уверена.

У Надин перехватило дыхание, когда золотистый луч солнца упал на Дэмиена, запутавшись в его темных как уголь, волосах. Он стоял там, такой высокий, сильный, не имея представления, что сейчас она наблюдает за ним и через что проходит. Они больше не увидятся, больше не смогут говорить, вместе смеяться, обмениться понятными только им взглядами. Больше ничего этого не будет.

Надин все порушила. Но разве она могла по-другому? Быть рядом с Дэмиеном означало, что она должна выйти за него, отказавшись от своей мечты, семьи, к которой она привыкла, к которой приросла, как корни к земле. Надин не могла бросить все то, за что держалась.

Но, как бы сильно ни было ее решение, Надин не могла подавить чувство потери. Она хотела, чтобы он остался. Но это было невозможно. Уже глядя на Дэмиена через окно, в ее сердце проникала тоска и начинала душить Надин, выдавливая из нее слезы.

Глава 19

Уже почти полночь. За окном поднялся сильный ветер, стуча в окно ветками деревьев, как непрошеный гость. Намечался ливень. Дэмиен бы с удовольствием вылетел на улицу, подставив лицо льющемуся дождю, и был почти уверен, что от него пойдет испарение, потому что он был очень зол.

Он смотрел на огонь в камине, как раз такой огонь бушевал сейчас в его душе.

- Отказала?! - громким возгласом возмущалась Луиза, стоя над ним с расставленными по бокам руками. - Как это − отказала? Она не могла отказать тебе.

Вот и он думал, что не могла. Дэмиен горько усмехнулся. В самом деле, что для нее может быть более перспективно, чем его предложение? Даже предложение Джекола не могло его переплюнуть.

Но не Джекол заставил Надин отказать ему. Она сама сказала ему об этом в лицо. Нет, это было стремление к независимости.

- Что она сказала? - спросила Джанет.

- Мне казалось, эта новость должна была тебя обрадовать.

- И слава богу, что этот брак не случился! - искренне возопила мать. - Но я все же не могу поверить, что эта посредственная девушка могла отказать тебе, графу, тогда как у нее и ее семьи нет ничего. На что она надеется? Что ты прибежишь и станешь умолять ее?

Держа руку, опирающуюся на подлокотник, вертикально, Дэмиен сжал ее в кулак и серьезно посмотрел на мать.

- Не говори так о ней. Ты ее совсем не знаешь.

Луиза повела себя сдержанно, но продолжала распалять досаду, громко сетуя:

- Уму не постижимо. Отказала! Как?! Почему, Дэмиен? Она должна была объясниться.

- Не думаешь ли ты, что тебе пора спать? У тебя режим. И перестань беспокоиться - вредно. - Дэмиен продолжал вглядываться в искры огня, словно в них крылись ответы на вопросы.

Луиза охнула от негодования и присела в кресло, потирая лицо.

- Мой сон исчез. Без лауданума мне и глаз не сомкнуть. Пойду и попрошу служанку добавить мне несколько капель в стакан с водой.

- Аккуратнее с лауданумом, - настоятельно предостерег Дэмиен, когда Луиза направилась к двери.

Мать покинула его.

Дэмиен продолжал сидеть у камина и размышлять. Надин хотела быть самостоятельной, независящей от мужа и ни от кого другого. Хотела полагаться только на себя. Дэмиен усмехнулся. Да что она могла знать о самостоятельной жизни, если с рождения о ней заботились бабушка и дедушка, притом самым благополучным образом! Она не знала ни голода, ни нужды, в ее доме всегда было тепло и уютно, мягкая кровать и маленькие мягкие подушечки в розовом цвете, как у принцесс. Красивые вещи, новые наряды, дорогая и удобная мебель, чистая посуда. Как только Надин шагнет на ступеньку самостоятельной жизни, в миг всего этого лишится.

И хорошо бы! Она думает, так-то просто заработать хотя бы шиллинг. Черта с два! Поскорее бы ее настигла нищета, тогда поняла бы, что предложение Дэмиена было лучшим, что ей когда-либо поступали. Он чувствовал себя униженным. Дэмиена отвергли, будто смятую фольгу от конфеты, которую выбросили за ненадобностью.

Он приложил кулак к губам, колено сотрясалось от нервов. Дэмиеном овладел гнев. Он буквально стал мечтать о такой жене, как Надин, когда узнал ее. Представлял, вот они просыпаются - в обнимку! - вот вместе завтракают и, смеясь, обмениваются шутками, вот гуляют по парку в имении, держась за руки, вот она держит их первенца… И все пошло к черту!

Не надо было ему помогать ей отправлять сверток портретов в академию. Пусть бы выкручивалась, как хотела. В конце концов, независимость предполагает полную самостоятельность, не так ли?

Взвинченный, Дэмиен вскочил с места, подошел к каминной полке, где стоял семейный портрет, и облокотился на нее. Он не ожидал, что ему будет так больно. Ощущение такое, будто в грудь вбили гвоздь.

Взгляд Дэмиена обозленно сверкнул, когда он посмотрел на взмывшие вверх искры. Мстительная усмешка отразилась на его лице.

Ничего, он тоже умел делать больно. Надин хорошо поймет его, так сказать, прочувствует это состояние. Дэмиен заставит ее пройти через это вместе с ним.

Прошло около двух недель. Надин не выпускали из дома, даже когда ее приглашали в гости или на вечеринки. Поначалу было тяжело, но постепенно Надин привыкла. Ей было чем заняться: писать картины. Она даже попыталась освоить технику с пейзажами, к которым душа все никак не лежала, потому что они никогда не получались. Проводя час за часом, чаще всего в своей спальне, Надин научилась терпеть.

- Красивый дом, - заметила Надин, держась за локоть лейтенанта Джекола, ступая на порог Лестеров. - Роскошный.

- Это, что называется, дорого и со вкусом, - усмехнулся лейтенант. - Но мне, как добросовестному солдату, который привык к обстановке казармы, чужда такая роскошь. Взгляните на меня, как вы считаете, ради приличия у меня получается притворяться, что мне это нравится? - Джекол широко улыбнулся ей, оголяя зубы.

Надин рассмеялась.

- По-моему, вы слегка переигрываете.

Лейтенант фальшиво удивился:

- Правда? Тогда вы не могли бы подправить мое лицо так, чтобы это было как можно ближе к искренности? Быть может, опустить немного брови или уголки рта? - Джекол свободной рукой корректировал себе мимику, и Надин снова засмеялась.

Как только им поступило приглашение на ужин к Лестерам и как только выяснилось, что Джекол тоже там будет, Бернард и Джанет решили отпустить Надин с Викторией в сопровождении офицера. Сделали они это в надежде, что лейтенант, чей интерес к Надин был очевиден, окажет на нее благотворное влияние и сможет окольцевать строптивую внучку.

- Я так давно никуда не выходила, - к ним подошла Вики, обмахиваясь веером, - что кажется, будто с тех пор прошла вечность.

- Нужно поприветствовать хозяев и чтобы они определили, с кем мы пойдем на ужин, - сказала Надин.

- Леди Лестер там. - Вики указала кончиком веера в конец вестибюля. - Я уже с ней поздоровалась.

- Идем? - спросила Надин Джекола.

Когда оба засвидетельствовали Лестерам свое почтение и отошли от них, Джекол, извинившись, вдруг снова вернулся к ним. Надин осталась ждать его неподалеку. Когда Джекол сказал что-то леди Лестер, на ее лице отразилось смятение, она метнула быстрый взгляд на Надин и через некоторое время все же согласно кивнула. Лейтенант улыбнулся ей так, будто он был ей благодарен за жизнь.

- Что вы ей такого сказали, что она на меня так странно посмотрела? - тихо спросила Надин, когда Джекол вернулся.

- Всего лишь хотел похвастаться своей спутницей. - На очарование, с каким он улыбался, польстился бы сам Амур. - А если откровенно, я договорился, чтобы за ужином мы с вами сидели рядом.

- О! - изумилась Надин, ее щеки стали рдеть.

Подошло время пройти в гостиную. И когда они стали строиться парами, Джекол, к сильному смущению, плотно сжал ее руку у себя на локте, что Надин почувствовала его тепло сквозь перчатку. Она покраснела, чувствуя себя волнительно в его присутствии.

Надин потеряла Викторию. Она не видела ее спереди, а поворачиваться назад было бы очень неудобно. Двинувшись колонной, пары заполнили собой гостиную, отделанную в оттенках зеленого: от изумрудного до фисташкового. Стол ломился от яств, которые уже стыли, несмотря на то, что снизу их подогревали поддоны с кипятком.

Джекол помог Надин сесть, они расположились почти в центре стола. Она не могла не обратить внимание на карточку с именем, лежавшую рядом с тарелкой.

«Мисс Элизабет Джексон» - было выведено красивыми буквами.

Надин протянула Джеколу эту карточку, сказав:

- Вы должны были сидеть с ней, а не со мной.

Джекол тихо хохотнул:

- Я слишком к вам привязан, чтобы с вами расстаться, Надин! К тому же разве эта дама смогла бы доставить мне такое же удовольствие от общения, как вы? - Он перевел взгляд к противоположному концу стола и снова на нее.

- Пытаетесь меня обольстить, лейтенант? - Надин шутливо прищурила глаза.

- Лесть - оружие тех, кто не наделен обаянием. По-вашему, я его лишен? - Флиртующий тон стал низким, а в глазах его заиграл блеск.

Надин рассмеялась:

- По-моему, вы напрашиваетесь на комплимент, сэр.

- Это женщины падки на комплименты. Однако, если он сорвется с ваших губ, я готов это стерпеть и, возможно, даже взять в руки веер и кокетливо прощебетать слова благодарности.

Надин вновь ударилась в смех, при этом заметив, как офицер бросил самоуверенный взгляд на другой конец стола.

Надин так не хотелось, но пришлось разрушить красивую птицу из салфетки на своей тарелке. Она сняла перчатки, взяв бокал воды, сделала глоток, пока хозяйка разливала порции заячьего супа, а хозяин разделывал треску, затем слуги стали подавать блюда гостям. Она бесшумно вздохнула, с неохотой представляя, с каким полным, тяжелым животом она сегодня выйдет из-за стола. Еще ждало второе и десерт… Но хозяев надо было уважить. Кроме того, Надин больше всего было жалко старания кухарок и слуг, которые вертелись на кухне и не отходили от печей целый день, чтобы им сейчас здесь было хорошо.

Посуда глухо загремела, началась трапеза. Надин скептически посмотрела на заячью лапку у себя в супе, и повернулась к лейтенанту, чтобы спросить, какой суп он предпочитает. Ссылаясь на сдержанный образ жизни военного, Надин полагала, что это могло быть что-то без изысков, однако в то же время Джекол происходил из благородной семьи, поэтому она была в замешательстве.

Только-только открыв рот, Надин заметила, как глаза Тристана снова недружелюбно вперились в противоположный угол. Что же там такое? Она посмотрела туда же и едва смогла удержать в руке ложку, норовившую выскользнуть от потрясения.

Там сидел Дэмиен… и Виктория. Они мило беседовали о чем-то, улыбаясь друг другу, получая удовольствие от общения.

Они с Дэмиеном не виделись приблизительно две недели, но складывалось ощущение, что два года. Вечерами Надин накрывала безудержная тоска по нему, но понимала, что так было нужно. Необходимо просто переждать, когда последние нити привязанности между ними порвутся. Но вот они встретились снова, и она уже не была уверена, что эта привязанность когда-нибудь исчезнет… Наоборот, теперь казалось, будто она стала только крепче.

На миг взгляды Надин и Дэмиена, между которыми горел канделябр свечей, пересеклись и застыли. Знакомый злато-карий омут его глаз моментально заставил ее сердце среагировать. Надин глубоко вздохнула, чувствуя, что ей не хватает воздуха. Наверное, это все тугой корсет. Она смотрела на него с надеждой. В его взгляде вдруг промелькнул холод, Дэмиен отвернулся первым. Лицо его напряглось, но он заставлял себя улыбаться, когда Вики, ее сестра, обращалась к нему.

Она была его спутницей на этот вечер. Какое совпадение… Надин заставила себя оторвать от них взгляд. Она опустила голову над тарелкой с супом и, поникнув, бесцельно стала топить в ней ложку. И все равно украдкой поглядывала за сестрой и Дэмиеном. Они просто ужинали, просто беседовали. Так и должно быть. Их - каким-то чудом! - специально посадили вместе, так же, как всех остальных гостей, чтобы они развлекали друг друга. В этом главный смысл званых ужинов, успокаивала себя Надин.

И все же сердце было не на месте. Надин лихорадочно отслеживала каждую улыбку, каждый взгляд, посланный ими друг другу, пытаясь найти их значение, словно археолог, скрупулезно расшифровывавший смысл отдельного египетского иероглифа. Она резко подняла голову, когда Виктория посмеялась на шутку, и отвернулась к Джеколу, когда Дэмиен сразу же посмотрел на нее.

- Служба в полку герцога Веллингтона, должно быть, налагает особую ответственность, поскольку это полк с репутацией нашего самого выдающегося полководца страны, как считает мой дедушка, не так ли? - завела она беседу.

В Надин поднимался гнев. Она не собиралась пасовать перед Дэмиеном. Она даст ему понять, что ей ничуточки не скучно, как и ему. Пусть они веселятся там, но и она не станет сидеть сложа руки. Надин очень хотелось получать удовольствие от каждой минуты этого вечера.

- Несомненно, - согласился Джекол, вытирая рот салфеткой. - На нас смотрят все остальные. Если мы не будем соблюдать определенный регламент...

Надин ярко улыбалась и старалась выглядеть заинтересованной. Она очень надеялась, что сейчас Дэмиен смотрит на нее. Пусть поймет, что ей не нужно его внимание и сам он не стоит ни одного ее взгляда! Ей так хотелось его уколоть.

Надин не выдержала и обернулась. Как она и надеялась, Дэмиен наблюдал за ними. Надин с победоносной усмешкой положила руку поверх ладони Джекола.

- Могу только предполагать, как трудно быть военнослужащим, - произнесла она, когда Джекол поднял изумленный взгляд с их рук на нее.

Что она делает? Она сильно рисковала, держа за руку Лейтенанта, находясь в светском обществе. Надин быстро убрала руку, молясь, чтобы только Дэмиен это видел. Это был опасный фокус. Взглянув на Дэмиена, она уязвленно вздохнула: он был занят с Викторией. И даже на нее не смотрел. Ее охватило беспокойство, когда она окинула взглядом парочку.

В отличие от ее спектакля, Дэмиен не играл. Он общался с Вики по-настоящему. Неужели она ему нравилась? От этой мысли ей стало трудно дышать. Надин сделала глоток вина, надеясь, что оно заглушит ее терзания. Тщетно!

Свеча на туалетном столике освещала желтую розочку, которую Надин покручивала в руках, лежа под одеялом в ночной сорочке. Ту самую розочку, подаренную ей Дэмиеном в день, когда они посетили музей. Она помнила. Помнил ли он? Помнил ли, как смотрел на нее в тот день? И где сейчас другая такая шпилька? Наверное, пылится у него дома на полке с сувенирами. Дэмиен, скорее всего, и думать про нее забыл. Надин печально вздохнула. Она открыла ящик столика, находящегося рядом с кроватью, яростно швырнула розочку внутрь и закрыла его. Надин прижала голову к подушке, наблюдая, как воск скользит по свечке, будто плачет.

Ей никто не нужен. Она станет независимой и свободной, кто бы что ни говорил! Если сестры ее не поддержат в этом, значит, их пути тоже разойдутся, с болью пришла к такому решению Надин. И уж тем более она не нуждается в муже, брак с которым станет ее лишь угнетать и стопорить. Особенно ей не подошел бы такой муж, как Дэмиен.

Будь они в браке, чем бы он сейчас занимался? Наверняка весело бы проводил время в «Уайтс». После женитьбы мужья проводят в таких местах большую часть времени. Так говорит статистика, источниками которой становились жалобы молодых жен.

Надин слегка вздрогнула, когда в дверь раздался стук, и дала разрешение войти. В полутьме скользнул силуэт одной из сестер. Это была Вики. Находясь в тени в белой сорочке с длинными рукавами, она походила на приведение, пока свеча не осветила ее.

- Я надеялась, что ты не спишь. - Сестра присела на край, оторвав ноги от пола, подогнула их на кровати. - Я ходила попить и услышала резкий стук, донесшийся из твоей спальни. Решила посмотреть, все ли в порядке.

- Все в порядке. - Хоть ей и не хотелось, Надин заставила себя улыбнуться.

Улыбаться стало гораздо проще, когда Вики, взяв за руку, оперлась на ее бедро.

- Помнишь, - начала сестра с устало-нежной улыбкой на губах, глядя на свечу, - как мы с тобой помогали пастуху пасти коров в имении, когда были маленькими? Джу и Мари были тогда совсем крошками.

- Помню, - тихо произнесла Надин. - Тогда родители еще были живы.

- А помнишь, как мы с тобой решили сами загнать коров в загон? - Глаза Вики загорели веселостью.

- Это тот раз, когда ты накричала на меня за то, что по моей вине одна из них убежала к лесу? - Надин усмехнулась. - И ты отправила меня за ней.

Улыбаясь, Вики состроила извиняющуюся гримасу и крепче сжала ее руку.

- Прости. Родители потом здорово отругали меня, когда на закате нигде не могли тебя найти. Только когда мама с папой вышли в поле, то увидели тебя, плетущуюся обратно домой.

Надин покусала губу, прежде чем признаться:

- На самом деле, я была очень обижена на тебя. И пошла в лес, думая - надеясь, - что меня съедят волки и тогда это была бы твоя вина, всем стало бы меня жалко. Я была так рассержена, мне было неприятно, что ты накричала на меня и заставила искать это строптивое создание.

- Ты правда надеялась нарваться на волков? - удивилась Вики.

Надин покивала.

- Гнев - плохой советчик. Тогда это показалось мне лучшим решением, чтобы тебя проучить.

- Ах вот ты какая! - На фоне общего смеха сестра, раскачивая, помотала ее за бедро. Когда обе успокоились, положила голову ей на таз и сказала: - Жаль, что те дни прошли.

- Когда родители были живы?

- Когда мы были маленькими. Ну и когда родители были живы тоже, конечно, - добавила Вики. - Сейчас мы выросли и скоро расстанемся.

Надин приподняла голову.

- Что ты говоришь? Конечно, мы не расстанемся. Никогда! - Помолчала. - Мы ведь всегда будем вместе, правда?

Вики посмотрела на нее с утешающей улыбкой, такой, будто ничто плохое нельзя было миновать.

- Мы всегда будем сестрами. Но скоро Джулия и Мария подрастут и тоже выйдут замуж. Это неизбежно. Либо замужество, либо голодная смерть…

- Голодная смерть! - с жаром заявила Надин.

Вики рассмеялась.

- Какая ты категоричная! И все же придется принять то, что будет.

- А что будет? - спросила она.

- Новая семья. У каждой из нас будет своя семья, дети и, даст бог, любящий, хороший муж. В этом счастье.

- Но не мое. - Надин насупилась и, отвернувшись, уронила голову на подушку. - Не вижу ничего хорошего в том, чтобы быть в подчинении человека, который едва стал тебе законным родственником. И дети, треплющие нервы, на воспитание которых придется - подчеркиваю, придется! - пожертвовать всей жизнью… А там, гляди, седина, трость и морщины - главные союзники старости. И зачем тогда было жить? Ради чего, если твоя жизнь не приносила тебе счастья? Все в пустую.

- Странная ты, - сказала Вики. - Для меня нет иного представления о счастье, чем уютный дом и собственная семья. - Закрыв глаза, она томно и глубоко вздохнула со светлой улыбкой. - Я хочу этого больше всего на свете. Хочу чувствовать любовь своего мужа, испытать радость материнства, качая малыша на руках, и понимать, что ты кому-то нужен и кто-то нужен тебе…

- Бе! - Надин высунула язык и поморщилась.

Вики задержала странный взгляд на сестре.

- Ты прямо как Мари! Но, видимо, у каждого свое представление о счастье. Интересно, что об этом думают Мария и Джулия?

- Они еще слишком юны! Не нужно раньше времени настраивать их на роль жены… вернее, чьей-то собственности, и хозяйки. Пусть ищут себя. Может, они захотят построить карьеру.

- Как ты? Лучше бы им тоже выйти замуж.

- Чем лучше? - Надин порывистыми движениями поднялась и села в постели, скрестив руки.

Вики негодующе вздохнула.

- Как минимум они не будут знать, что такое - считать каждый фартинг и голодным взглядом смотреть на говядину в лавке, понимая, что мясо они смогут поесть только на Рождество.

- Значит, деньги - главный стимул? - укоряющим тоном проговорила Надин.

- Почему лишь деньги? Конечно, нет. Еще счастье быть матерью и верной женой…

- Перестань, Вики, - отрезала Надин. - Ты уже говорила об этом. Но для меня, скажем, в этом нет счастья. Я бы никогда не согласилась выйти замуж только ради того, чтобы стать женой и матерью с деньгами.

Вики непонимающе покачала головой, смотря на нее.

- Тогда чего же ты хочешь?

Надин подняла голову.

- Я хочу быть портретисткой. Чтобы мои труды признали, и я смогла бы зарабатывать на том, чем люблю заниматься. В этом случае я была бы свободна делать то, что хочу сама, а не то, что мне навязывают бабушка и дедушка, общество, понимаешь? Я была бы сама по себе.

- Но тогда тебя исключат из приличного общества. - Вики схватила ее за руку и сжала.

По причине, ей неведомой, внимание Надин привлекло кольцо Вики, а точнее, яшма, оранжево-коричневый камень.

- И пусть, - с раздражением бросила Надин. - Замуж я не собираюсь, а те возможности, которыми я буду обладать, имея собственный доход, смогут с лихвой компенсировать те, которые мне дал бы свет. Тем более, если вы втроем будете со мной…

- Мы всегда будем вместе, но не всегда рядом, пойми это, - сказала Вики, глядя ей в глаза. - Это разные вещи. Скоро и их возраст подойдет к брачному. Они также непременно найдут тех, кто сделает их счастливыми. И ты.

Надин посмотрела на Вики с нескрываемым подозрением.

- А ты что, уже нашла кого-то?

Виктория ненадолго опустила взгляд, и Надин затаила дыхание.

- Вики?..

- Я должна тебе сказать… - начала она. Взгляд ее стал напряженным, как и лицо, вместе с тем читалась боязливость и беспокойство.

Надин это насторожило, она заволновалась.

- Что-то произошло? - аккуратно спросила Надин.

- Скажи мне, как ты относишься к лорду Чеширу? Он тебе нравится или, может, ты влюблена в него?..

Надин насмешливо фыркнула, заявив уверенно:

- Разумеется, ничего из этого! Я много раз говорила и буду говорить впредь, он мой добрый друг, вот и все. Ни о каких чувствах не может быть и речи. А почему ты заговорила о нем?

Может быть, он спрашивал о ней у Виктории? Сердце Надин заколотилось, как у канарейки, охваченной волнением перед первым полетом.

Лицо сестры смягчилось, будто с нее свалилась тяжелая ноша.

- Просто сегодня он сделал мне предложение…

Внутри вдруг что-то оборвалось. Надин продолжала натянуто улыбаться, хотя свет в ее глазах потух.

- И?.. - смогла с трудом она выдавить.

- Я не дала ответ. Пока. Я хотела сначала поговорить с тобой. Вдруг у тебя осталась еще к нему привязанность, и ты не захочешь…

- Ничего нет, - скоропалительно сказала Надин. - Я ведь уже говорила.

Глаза Вики блеснули надеждой.

- Значит ли это, что ты не станешь возражать против нашего брака?

Надин заставила себя покачать головой, и Вики порывисто обняла ее как можно крепко.

- Я так рада, Надин! - говорила она рядом с ее ухом. - Помолвка пока тайная, поэтому первое время будут знать только близкие.

Машинально кивая, Надин чувствовала горький ком в горле, словно кто-то заставил ее съесть деготь. Ей вдруг отчаянно захотелось плакать.

Виктория отпрянула от нее. Надин почувствовала, как слезы предательски подступили к глазам.

- Ты плачешь?..

Надин выстрадала широкую улыбку, сжав ее руки.

- От счастья. Ты наконец-то осуществишь свою мечту! Завтра я еще порадуюсь за тебя, а сейчас, если ты не против, я хотела бы поспать.

- Конечно. - Вики поднялась.

С улыбкой, какая только навещает счастливых невест, она поцеловала сестру в лоб, пожелав спокойной ночи, и вскорости вышла из комнаты.

Надин позволила слезам катиться из ее глаз. Она потеряла его, потеряла навсегда... Если Надин и правда ничего не чувствовала к Дэмиену, почему тогда ей сейчас так больно? Словно дьявольские клинки разрывали ее изнутри. Наверное, что-то было, раз ей не все равно.

Внезапно все стало плохо. Надин чувствовала себя бессильной. Вики и Дэмиен поженятся, и это нельзя будет никак исправить. Это не ошибка в записной книжке, которую можно просто зачеркнуть и продолжать дальше. Нет, они вступят в брак и это серьезно. Надин хотелось свернуться калачиком и закричать от боли, хотя ей стоило бы радоваться. Два самых дорогих ей человека обручились, и она должна за них радоваться! Но не получалось… Мысль об этом лишь делала ей хуже.

Шмыгая носом, Надин поднесла руку и взглянула на кольцо. Но его не оказалось на пальце! Надин посмотрела на другой руке: там тоже нет. Надин вскочила в постели. Где же кольцо? Оглянулась по сторонам на тумбочки: пусто. Вытирая одной рукой мокрое лицо, другой она взяла свечу и ступила на мягкий ковер.

Надин осветила письменный стол, заставленный кистями и баночками, и только сейчас заметила синее и зеленое пятна, высохшие на поверхности ореховой древесины. Кольца среди канцелярии не нашлось.

Если она не найдет его, что с ней сделает Джанет? Надин было жутко думать об еще одном, на взгляд старших, проступке, который был явно не в ее пользу. Она итак не пользовалась милостью Бернарда и Джанет за последнее время. Кроме того, без кольца Надин снова станет бесхарактерной, будто бессловесной. Нет, она не могла снова стать неуверенной, слабой в себе Надин! Она никогда не вернется.

Она посмотрела под ноги, поднося свечу так, чтобы видеть пол. В согнутом положении Надин стала исследовать ковер. Нарисовав собой так несколько кругов, она не заметила, как врезалась головой в шкаф. Надин потерла макушку, поморщившись, и вдруг ее внимание привлек кратковременный блеск на тумбочке. Когда она подошла ближе, то увидела кольцо и изумилась.

Надин взяла его в руки и нахмурилась. На том пальце, на котором она обычно его носила, не было следа. А то, что оно лежало на этой маленькой тумбочке, говорило, что Надин не надевала его с тех пор, как принимала ванну последний раз. А может, и не последний…

Надин находилась дома довольно долгое время. Ей не было нужды проверять на себе кольцо перед выходом, потому что она никуда не выходила. Она не помнила, когда последний раз надевала и снимала его. Хотя нет, Надин четко держала в памяти, что сняла кольцо, когда принимала ванну в тот день, когда Дэмиен делал ей предложение.

Надин с ошеломлением открыла рот, смотря на кольцо на раскрытой ладони. До нее вдруг дошло, что в тот момент на ней не было кольца. Она отказала Дэмиену, будучи уверенной в своем решении, словно это магическое действие кольца помогало ей его принять. Надин так привыкла к нему, что в тот момент буквально чувствовала на своем пальце, ощущала, как железо плотно прилегает к коже. Но его не было.

Она была уверена в своем выборе, и кольцо здесь не играло никакой роли. Все это время, пока Надин носила кольцо, она думала, что стала сильнее и решительнее благодаря ему. Но это было не так. Надин положила кольцо с бирюзой обратно на то же самое место и отправилась в постель. Она попыталась выбросить все тяготеющие мысли из головы и заснуть.

Глава 20

Сидя у себя в кабинете, Дэмиен смотрел на запечатанный конверт от Королевской академии художеств, присланный ему сегодня утром. Вернее, этот конверт с письмом предназначался Надин, вовсе не ему. И тот факт, что академия не отправила обратно сверток с портретами, скорее всего, намекал на благоприятный ответ в письме. Наверное, ее приняли, как она и мечтала.

Дэмиен вздохнул, рассматривая конверт в руках. И что ему с этим делать? Дэмиен опустил взгляд на плетеную корзину с мусором под столом и задумался. Ему стоило бы выбросить этот бумажный прямоугольник с печатью, ко всем чертям. Этим бы он хорошо отомстил Надин, еще раз сделал бы ей больно.

Но стоило ли считать предложение о женитьбе, сделанное ее сестре, успешной местью? Дэмиен сомневался, что Надин вообще обратила на это внимание. В вечер на ужине у Лестеров ей было очень хорошо в компании Джекола и совсем не до них с Викторией. Несомненно, Надин заметила, что они сидели вместе, шутили и разговаривали. Но было похоже, что этот факт ее никак не поколебал. Наоборот, по некой надежде, которая теплилась в глазах Надин тогда, ему даже показалось, что она счастлива. Она осталась равнодушной к их помолвке, ей было все равно. В отличие от Дэмиена…

Он с трудом не пропалил дыру в Тристане, когда он фривольно взял Надин за руку на несколько секунд, будто имел на это право. При всех, без перчаток! И уверен, что тотчас бы выволок его из дома и обжег лицо кулаками… если бы Надин не ответила ему ласковой улыбкой на этот жест.

Дэмиен не мог с собой ничего поделать, он весь вечер тайно наблюдал за этими двумя. Надин томилась в ожидании каждого слова Тристана, с таким обожанием она смотрела на него и говорила с ним, что Дэмиена захлестнула зависть. И ревность, признался он себе. Даже с ним Надин не была так откровенно мила, как с Джеколом! В тот момент он был готов съесть скатерть, края которой донельзя сжимал под столом, следя за противоположным его концом.

Ему хотелось упрекнуть ее, спросив: «А как же мы? Неужели ты забыла, что подарила мне свой первый поцелуй? Разве для тебя это ничего не значит?!» Ведь сам-то он помнил, как светились ее глаза, какими увлеченными были их разговоры, как сладки были ее уста… Им было так хорошо вместе. Но Дэмиен никогда не смог бы опуститься так низко, начав за ней бегать! Он выше этого, уж лучше перетерпеть.

Дэмиен вздохнул, отложив письмо. Он был безразличен Надин, стоило признать свое поражение. А Джекол победил. Но его это не волновало. Дэмиена заботило больше то, что Надин ничего не чувствовала к нему, это осознание ранило гораздо больнее, чем унизительный проигрыш Тристану. Да и мстить ему больше не хотелось, как ни странно. Он решил, что поступит правильно.

Дернув шнурок, Дэмиен вызвал слугу, молодого лакея. Он приказал ему справиться, чтобы оседлали его коня, и доставить конверт на Сент-Джеймс-стрит, в дом Крэнборнов. Дэмиен решил, что Надин заслуживает знать, что ее работы одобрили в академии и наверняка хотят начать с ней сотрудничество, догадывался он. Дэмиен не станет ей мешать.

Надев шляпу и непримечательный черный как у большинства, сюртук, собрался прогуляться верхом.

Как вдруг в кабинет, быстро постучав для формальности, вошла Луиза.

Дэмиен был в понуром настроении, и энтузиазм, каким светилась мать, его отталкивал.

- Милый, ты уже определился, насколько громко вы будете праздновать свадьбу? - в возбужденном состоянии спросила Луиза.

Дэмиен нахмурился.

- Свадьбу?

- Вашу с Викторией, разумеется, - уточнила она с благословенной улыбкой. - Нужно столько всего сделать…

- Мама, - перебил он ее, - до официального объявления о нашей помолвке еще довольно далеко.

- Я знаю, и это очень хорошо, - с лихорадочной быстротой говорила Луиза. - В обществе могут решить, что результатом вашей поспешности стало «интересное положение» Виктории, а мы не можем этого допустить, ведь прошло слишком мало времени.

Дэмиен обошел мать, медленно продвигаясь к выходу.

- Поэтому нет причин для спешки. Тем более что приготовлениями обычно занимается невеста и приближенные ей женщины. Меня лично это не интересует.

- Как это? - разочарованно и удивленно воскликнула Луиза. - Это самый важный день в жизни… в жизни каждого человека! Ты не можешь делать вид, будто тебя это не касается.

- Я не буду делать вид, мам, - сказал Дэмиен, усмехаясь. - Для этого нужно притворяться, а у меня на это нет сил. Мне искренне безразлично празднество, как оно пройдет, сколько выпьют вина и съедят окорока раньше, чем зажарят нового. Я удаляюсь. - Дэмиен бросился наутек, оставив ее негодовать в компании надменных портретов последних нескольких графов Чешир.

Он вскочил на жеребца, ожидавшего его у крыльца дома в компании конюха, и направил шагом по улице.

Дом Крэнборнов находился недалеко от его, поэтому он свернул в противоположную сторону, чтобы избежать случайного столкновения со своей невестой. Или еще хуже, с Надин.

Каково будет ее лицо, когда лакей вручит ей письмо из академии? Без сомнения, Надин озарится счастьем. Ее брови взлетят, губы приоткроются, а глаза выразят глубокое изумление, затем - радость. Представляя выражение ее лица, Дэмиен поймал себя на улыбке, но не стал ее убирать.

Она будет счастлива, ведь такой шанс представляется отнюдь не каждому. Это редчайшая возможность, особенно для женщины. Дэмиен надеялся, что она ею воспользуется, и это принесет ей радость. Он бы хотел сам взглянуть на нее, когда она распечатает письмо и прочитает его. Хотел бы присутствовать при этом знаменательном для нее событии, разделить с ней эту радость… Дэмиен выпрямился, надменно склонил голову. Но он был слишком горд, чтобы являться к ней после того, как она его отвергла.

Уж лучше он предаст себя душевным мучениям, пусть тоска по ней терзает его, но на порог к ней не ступит! Дэмиен с досады цокнул под нос. И все равно придется навещать их дом, ведь теперь там живет его невеста.

Виктория произвела на него приятное впечатление. Она была красива, мудра, благоразумна − это читалось во взгляде, в словах, в манере держаться. Такая женщина могла сделать мужчину счастливым. Но не его. Во всяком случае, не после встречи с Надин.

Ее пшеничные волосы и хрупкая фигурка мерещились ему повсюду. Дэмиен резко поднял голову, когда увидел силуэт голубого платья со светлыми переплетениями узлов на затылке. Его пульс участился, он застыл в напряженном ожидании. Когда женщина повернулась к нему лицом и Дэмиен не нашел в ней Надин, то расслабился и продолжил путь. Вот опять!

Он не мог забыть ее. Улыбка Надин, такая светлая и чистая, занимала его мысли даже тогда, когда это было совсем некстати, например во время прочтения отчета секретаря. В таких делах голова должна быть ясной, а его разум все время отвлекался на мысли о Надин. Какое-то наваждение!

С ним внезапно поравнялась непримечательная коляска, запряженная одной лошадью. Симпатичная мордашка, которая с любованием смотрела на него, была очень знакома.

- Вивиен?

- Добрый день, ваше сиятельство. - С языка женщины эти слова слетели с кокетством. Хлопая глазками, темноволосая дама игриво упрекнула: - А вы оказались бесчестным! Я в вас разочарована.

- Когда же я обошелся с вами бесчестно? - равнодушным тоном поинтересовался Дэмиен.

- Вы меня совсем забросили, сэр: не навещаете, даже весточки не прислали! - Вивиен обиженно скрестила руки, и ее нескромная грудь от этого еще больше возвысилась над декольте платья. Но Дэмиен безразлично отвел взгляд. - Я что же, перестала вам нравиться?

- Не перестали. - «Или все же?..» - Но я принесу вам еще большее разочарование, если сообщу, что вскоре нам придется прекратить все отношения.

- Как?! - От ужаса на лбу Вивиен появились три горизонтальные линии. - Но почему? Дело во мне или…

- Дело не в вас, - хладнокровно отвечал Дэмиен, не глядя на нее. - Так складываются обстоятельства. Не думаю, что есть нужда обсуждать их, все уже решено.

- Ха! - громко воскликнула она. - Перемены такого рода, как правило, имеют весьма банальную причину. - Дэмиен вопросительно посмотрел на нее, и Вивиен ответила: - Женитьба. Мужчина никогда не уйдет от той, с которой ему хорошо. Если только это не женщина получше. - Глаза ее остро сверкнули.

Дэмиен помолчал, вспоминая образ Виктории. Как ни странно, они с Вивиен были даже похожи.

- Если вас это утешит, - начал он, - то я не испытываю от этого ни малейшего удовольствия.

К нему вдруг пришло осознание, что мысль о браке с Надин не тяготила его так, как с Викторией. Перед тем как сделать Надин предложение, Дэмиен испытывал… легкость. Не отторжение, а приятное предвкушение подкрепляло его тогда. Дэмиен вдруг понял, что хотел, по-настоящему хотел стать ей мужем. И до сих пор хочет.

- Зачем тогда женитесь? Ради детей? - Взгляд Вивиен стал менее жестоким.

«Знала бы ты мою мать, не стала бы спрашивать».

- И ради них в том числе.

У Дэмиена комок подступил к горлу, когда он подумал о ребенке, что ему предстоит стать отцом вечно орущему существу, которого нужно кормить, переодевать, развлекать, чтобы он не плакал. Ведь чуть что они всегда плачут, верно? И он будет от Виктории. Дитя еще не было, а ответственность уже давила ему на плечи. Вот если бы это был их с Надин ребенок…

Дэмиен представил, как Надин с изливающей нежность улыбкой качает розового младенца на руках. Тепло вдруг тронуло его сердце, как прежде не случалось. Если бы это была Надин…

Он остановился перед Гайд-парком. Коляска Вивиен затормозила чуть подальше. Обернувшись, она высунулась из экипажа.

- Так, значит, мы прощаемся? - с сожалением произнесла она негромко, хотя в глазах еще теплилась надежда.

Дэмиен сдержанно кивнул. Он вынул белую розочку из нагрудного кармана, пришпорив коня, подошел к ней и вручил цветок.

- Не печалься, Ви. Просто будем друг другу благодарны за те моменты, которые мы провели вместе. - Он дьявольски усмехнулся. - Было славно.

Грусть Вивиен не развеялась, когда она приняла розочку.

- Прощай, Дэмиен. Удачи тебе в семейной жизни. А будет скучно, заходи. Ты знаешь, где меня искать.

- В той же захолустной таверне под столом и в компании пустых бутылок? Да, я еще помню то место. - весело усмехнулся он.

- Проказник! - воскликнула она, рассмеявшись.

Дэмиен вошел в Гросвенорские ворота раньше, чем коляска Вивиен отправилась вперед. Гладкая дорожка была соблазнительно устелена посреди зеленой лужайки, и Дэмиен направил жеребца по ней.

Он погорячился, когда сделал предложение Виктории, признался себе Дэмиен. Он был уязвлен отказом Надин, в тот момент гнев застелил ему глаза. Дэмиен хотел отомстить ей, сделать больно, но в итоге получил лишь нежеланную невесту и равнодушие Надин.

Надо было признать раньше, тогда, быть может, он не совершил бы такую грубую ошибку. Дэмиен коснулся сердца.

«Надин», - произнес он, будто проверяя себя.

Оно застучало быстро и сильно.

Дэмиен должен был догадаться, что он влюблен в Надин. И, возможно, сейчас он бы не был обречен на нежеланную помолвку с той, которую едва знал. А ту, которую хотел, получить не мог. Потому что она не желала становиться его женой!

Дэмиен любил Надин. И именно поэтому она была единственной женщиной на земле, с которой ему хотелось связать себя неразрывными узами. Вместе они бы разделили все, горести и радости, бедность и богатство… воспитание детей.

Рядом с Надин образ ребенка уже не казался ему отталкивающе неприятным. Только при осознании, что этот розовый карапуз будет их с Надин. Странно.

За всю жизнь Дэмиен пересекался с маленькими детьми не чаще, чем пару раз. Первый, когда на дружеском вечере один из его близких приятелей попросил подержать младенца, и тот сразу же, как только попал к нему на руки, помочился на его новый костюм, при этом насмешливо ухмыляясь. А второй произошел под Рождество в церкви, когда все присутствующие пели молитву и годовалый ребенок обернулся через плечо на руках матери, стоявшей к Дэмиену спиной. Он улыбнулся малышу, и тот внезапно заплакал, перебивая своим ревом хор. С тех пор он избегал общества людей, которым было меньше шестнадцати лет. Кто знает, что они выкинут!

Перед Дэмиеном возникла картина, как его и Надин сцепленными руками связывает маленький, похожий на мать, очаровательный малыш. Они втроем приближаются к дому, их дорога сопровождается взрывами смеха. Удивительно, но эта маленькая фантазия была ему по сердцу.

Блаженная улыбка Дэмиена померкла, а тепло в груди остыло, как только он справедливо, но сурово напомнил себе, что теперь предназначен другой женщине. Такое будущее его ждет только с Викторией. Поводьям стало тесно в крепко сжатых руках Дэмиена. Нет, такого будущего у него не будет уже ни с кем, потому что оно было не желанным!

Он проехал несколько ярдов, когда в тени под кустами нашел того самого старика с тележкой, продающего старые вещи.

- Здравствуйте, сэр! - При виде Дэмиена у старьевщика сразу на лице появилась улыбка. Улыбался он не только широким ртом, но и глаза его тоже улыбались. - Купите вещицу на память.

- Есть что-нибудь особенное? - поинтересовался Дэмиен.

Старичок сразу уловил его настроение, будто почувствовал, лукаво посмотрел на него. Он откинул тяжелую ткань с телеги, привстав, без колебаний взял нечто железное. Вещь сверкала под солнечными лучами в его руках.

- Вот. - Протянул ему на подвеске медальон в форме сердца.

Он был простым, без излишества. Единственным украшением служил маленький бриллиант, очевидно, подделка, расположенный в середине. Мелкие впадины вокруг камня образовывали лепестки, царапины на нем выдавали дешевый металл, но вместе с тем и свою какую-то историю.

- Как же так: вы спокойно даете вещи в руки? - Дэмиен приподнял бровь, рассматривая медальон. - Вы рискуете быть обворованным.

Старик потряс указательным пальцем.

- Но вы-то не обманете.

- Откуда вам это известно?

- Вы джентльмен, причем не по статусу, а по натуре. А ваша выглаженная чистая одежда поведала мне, что деньги вам не нужны.

Уголок рта Дэмиена потянулся вверх.

- По-вашему, богатые не воруют?

- А зачем им это? - Старьевщик насмешливо удивился. - Если только они не сумасшедшие. Будто им нечем заняться, кроме как красть у стариков!

- Я знал одного такого. Он воровал не из нужды, а скорее, из прихоти. Наверное, это давало ему некий вкус к жизни. Правда, позже он возвращал краденое.

- Значит, он точно бездельник, сэр, - уверился старик. - И дурак. Разве можно возвращаться на место преступления?

Дэмиен рассмеялся, а тот добавил:

− Попробовал бы он пожить один день моей жизни, пытаясь продать эти старенькие вещи, чтобы заработать хоть что-то на еду. Это дало бы ему такую остроту! Обжегся бы!

Дэмиен запрокинул голову, снова расхохотавшись. Потом поднес медальон к солнцу, рассматривая и наблюдая, как блики играют на нем в прятки.

- У этого медальона непростая история, - сказал старьевщик.

- Расскажите мне ее.

- Молодой человек как-то купил его для своей возлюбленной. Медальон был совсем новенький, так сказать, свежего сплава. Он поклялся ей в любви и подарил его на память, чтобы она думала о нем, глядя на него, потому что мужчина собирался уйти на фронт. Женщина поклялась ему в вечной любви и верности. Но спустя два года, когда он вернулся, то обнаружил ее замужем за другим.

- Вероломно, - осудил Дэмиен.

Старьевщик продолжил:

- Так уж вышло, что ей пришла на него похоронка. Женщина любила своего солдата, но не могла бросить мужа. Тот был из высшего общества. Он вызвал ее мужа на дуэль, но тот надменно отказал, ведь они не были равны в положениях. И все-таки солдат добился своего. Была стрельба. Он выстрелил и убил аристократа. Потом с любимой женщиной сбежал в другую страну. Только лишь по старости влюбленные вернулись на родину, прожив вместе всю жизнь.

- Как драматично, - скептически произнес Дэмиен. - Наверное, их жизнь была не такой счастливой, о какой они мечтали? Реальность оказалась куда суровее, как это обычно бывает.

- О нет, сэр, - с точностью уверял старьевщик, отрицательно качая головой. - Прожили, как говорится, душа в душу.

Едкая усмешка появилась на лице Дэмиена.

- Позвольте угадать. Потому что очень любили друг друга?

Старик простодушно ответил:

- Нет, то есть не только потому, что любили.

- А что же? Разве этого недостаточно?

Мужчина усмехнулся так, будто пытался объяснить элементарные вещи ребенку.

- Сэр, вы ведь отнюдь не наивны! И вы не хуже меня знаете, что людям важнее всего понимать и уважать друг друга. Это самое главное.

Любовь, уважение, понимание - залог счастливого брака. Теперь Дэмиен еще больше утвердился в том, что они с Надин были предназначены друг другу. Он сжал металл в руке, и тот быстро нагрелся. Его пронзила тоска по ней. И в то же время сердце заскулило от осознания, что ему и Надин никогда уже не быть вместе. Дэмиен дал слово Виктории, они помолвлены. А слово джентльмена - закон, оно крепче булата.

- Я куплю его, - сказал Дэмиен.

«В память о несбывшейся любви».

Глава 21

Она выбралась! Наконец-то Надин смогла сбежать из дома, стены которого удушающим образом давили на нее последние дни. И дело было вовсе не в непрекращающемся щебетании о предстоящей помолвке Дэмиена и Виктории.

Нет, Надин практически перестала замечать то, с каким трепетным волнением Джанет и ее сестры обсуждали фасон свадебного платья, какое пышное торжество их ждет, какие цветы следует заказать для украшения и сколько гостей будет на свадьбе. Ее нисколько не ранила радость на лице сестры. Нет, Надин даже была счастлива за нее!

Она села на скамейку в Риджентс-парке и шумно, тяжело вздохнув, запрокинула голову к пасмурному, бесконечно серому небу. Кого она обманывала? Надин была несчастна. И мокрая подушка на ее постели тому подтверждение. Она плакала, непрерывно и каждую ночь, сердце ее разрывалось на кусочки.

Надин вспоминала их первую встречу с Дэмиеном в библиотеке, первый танец на балу у Хинтонов. Сквозь боль улыбнулась, вспомнив, как нелепо она навалилась на него в них в столовой. Надин представила его с собой, будто Дэмиен сидит с ней рядом на этой скамейке. И улыбается улыбкой, которая больше никогда не будет принадлежать ей. Никогда больше Дэмиен не посмеет подойти к ней ближе, чем на расстояние полуметра, посмотреть на нее так, чтобы только она понимала значение этого взгляда, взять за руку, кожа к коже, и никогда больше его губы не согреют ее поцелуем…

Надин судорожно вздохнула, сдерживая в себе слезы. Пора перестать думать о нем, страдать о нем, дышать им!.. Дэмиен для Вики. Он станет ей прекрасным мужем; глубоко мыслящий, ответственный и уверенный в себе - качества человека, который далеко пойдет. Одним взглядом он сможет заставить ее улыбнуться, как когда-то это было с ней, с Надин. А она… останется одна навсегда.

Ее сердце не выдержало, и Надин заплакала. Головой она упала к себе на колени, обхватив руками, желая вырвать себе сердце, лишь бы не чувствовать эту ноющую, раздирающую душу боль. И отчаяние.

Внезапный знакомый женский смех заставил ее замереть ненадолго. Надин подняла голову, прислушиваясь. Смех стал громче, и она сразу узнала его. Надин обернулась назад, где за высокими кустами, прогулочным шагом шла Виктория и Дэмиен.

- Вы шутите! - смеясь, говорила Вики. - Вы смеетесь надо мной, они абсолютно обычные.

- Нет! - искренне убеждал Дэмиен. - Взгляните дома в зеркало, и оно не даст соврать, у вас потрясающие волосы, будто шелк. Честное слово! - Поднял руки вверх.

- Мне еще такого никто не говорил. - Вики, смутившись, сцепила руки вместе и опустила взгляд.

Этакая скромная леди! Вцепившись пальцами в спинку скамейки, Надин вдруг охватило раздражение к сестре. Она притворяется! Вики говорили комплименты и получше, а строит из себя, будто никогда не слышала ни одно красноречивое слово. К чему весь этот фарс?

После последовало чувство вины: Надин не должна так думать о родной сестре! Что с ней творится? Вики не сделала ничего, чтобы заслужить подобные слова. Она хорошая сестра и прекрасный человек. Вики заслуживала быть счастливой.

Надин схватилась за голову. Наверное, она плохой человек, раз допустила эти низкие, гнусные мысли о любимой сестре. Умирая от ревности, она прокручивала в голове, как Дэмиен смотрел на Вики, с какой теплотой говорил он ей эти слова. Если бы он то же самое сказал и Надин, ей бы тотчас полегчало. Один взгляд, одно слово, и она исцелена! Пусть даже и ненадолго. В сердце ее скользнула зависть - такая гнусная, маленькая и неприятно колючая.

Надин заставила себя отмести все негативные чувства. Она должна радоваться за сестру, а не завидовать ей и тем более не ненавидеть. Нет, этого Надин себе не позволит! Во время их венчания она станет - заставит себя! - улыбаться ярче всех, чего бы ей этого не стоило. Даже если при этом ее сердце будет истекать кровью…

Она находилась в трудном положении, разные чувства и эмоции переполняли ее, она совсем запуталась. Но Надин справится! Взглянула на тот палец, где отсутствовало кольцо. И оно не нужно ей, чтобы найти решение.

Надин стала увереннее, решительнее сама по себе. Никакой силы колец не существует. Чудес не бывает, вздохнула Надин, но тут же с воодушевлением подумала: а все-таки это не так.

Иначе ее не зачислили бы в Королевскую академию. Вчера, когда ей пришло письмо, дворецкий, к счастью, решил передать конверт ей лично прежде, чем он бы отнес всю корреспонденцию дедушке. Руки ее задрожали, когда она узнала восковую печать на конверте.

Запершись в своей комнате, чтобы никто ее не потревожил, Надин прочла там письмо. В нем говорилось, что портреты выполнены в интересной технике, с особым стилем и им хотелось бы выставить их у себя, чтобы способствовать популяризации картин, а также поближе познакомиться с автором для дальнейшей совместной работы.

Надин была так счастлива. Она подпрыгнула от радости, а потом вскочила на кровать и стала прыгать, как малое дите от переполнявшей ее радости. Хоть что-то складывалось удачно! Правда, в письме обращались именно к Дэмиену, это его хотели видеть в академии… И конверт доставил ей Дэмиен, догадалась Надин, ведь оно было прислано на его адрес. Надин понурила: даже этот успех принадлежал ей наполовину.

Воспоминание о нем мрачно смешалось с красками радости.

- С добрым утром, дитя мое.

Надин подняла голову. Это тетя Нэнси подошла к ней. Фиолетовое платье с золотой отделкой ярко выделялось на фоне бесцветного окружения и привносило чувство жизни.

- Доброе утро, тетя Нэнси. - Надин выстрадала улыбку, встала и обняла тетушку.

Они присели.

- Что с тобой, Надин? - нахмурившись, внимательно посмотрела на нее Нэнси. - Тебе грустно?

- Всем иногда бывает грустно. - Надин не стала притворяться. Она устала держать на лице слишком тяжелую улыбку. Надин стала потирать пальцем деревянную рейку скамейки, на которой была проведена белая, скорее всего, от мела, полоса. - Погода и сама не в настроении сегодня, небо полностью затянуло.

Нэнси посмотрела вверх, по-прежнему улыбаясь, словно назло пасмурным небесам.

- И правда. Может, иногда стоит дать волю тяготящим чувствам. Главное, вовремя выйти из этого состояния: оно очень сильно затягивает. Хочется лежать в своей постели и жалеть себя. - Взглянула на Надин. Двумя пальцами тетушка коснулась ее подбородка и медленно подняла лицо. - Но у меня есть ощущение, что причина твоей печали вовсе не непогода.

Надин сглотнула. Тетушка будто все читала по глазам! Она отвела взгляд.

- Тетя Нэнси, вы не вышли замуж, потому что хотели быть самодостаточной, верно? - с некой надеждой задала вопрос Надин.

Глаза тетушки забегали в смятении. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы ответить.

- Хотела быть самодостаточной. И стала, я уехала в Америку, реализовала свой потенциал, стала той, кем хотела, и вернулась. Я не хотела замуж…

- Я так и думала, - с облегчением сказала она.

- …потому что того, кого любила, я прогнала.

Надин удивленно посмотрела на тетушку.

- Вы были влюблены?

- Ну конечно. - Нэнси улыбнулась как можно безмятежнее. Ее глаза вдруг стали слегка влажными от слез.

- Почему тогда вы не вышли за него замуж?

Она пожала плечами:

- Я хотела свободы. Понимала, что за браком последуют дети, а карьера и семья для женщины - вещи несовместимые; рано или поздно начнешь разрываться. Кроме того, его статус не предполагал наличие взбалмошной жены-изобретательницы. - Горько посмеялась. – Я бы стала его позором.

Надин с сочувствием посмотрела на нее.

- И что потом?

Тетушка вздохнула.

- Он сделал мне предложение. Я заставила себя отказаться от него. Потом я уехала в Америку, и больше мы никогда не виделись. - Нэнси печально посмотрела на складки своего платья. - Наверное… без сомнения, он женился на ком-то, более подходящем ему, и сейчас счастлив. А я так и не вышла замуж. Не смогла его забыть.

- Вы до сих пор вспоминаете о нем? - Надин робко положила свою руку на руку тетушки.

- Каждое утро, когда просыпаюсь. - Нэнси улыбнулась, словно собственным воспоминаниям. - Все-таки больше всего я была счастлива именно в то время, когда любимый был рядом и когда ваши родители были живы.

- Но вы не мучаетесь сожалением, что выбрали карьеру, а не его, правда? - Надин спросила это, надеясь услышать положительный ответ.

Тетушка молчала непродолжительное время.

- Правда? - настаивала Надин.

- Иногда я задаю себе вопрос: была бы я счастливее, сказав ему тогда «да»? И мой ответ «да», я была бы счастливее. И тогда мне не надо было отталкивать его. - Нэнси невесело посмеялась. - Как мало женщине надо для счастья − просто выйти замуж за того, кого любишь. И все! Но я не жалею ни о чем. Все произошло так, как должно было случиться. - Она сжала руку Надин. - Я не вышла замуж позже и потому, что главный смысл брака - стать счастливым. Не деньги, не положение, а любящий человек важен. Только тогда в этом есть смысл.

Надин не хотелось верить, что карьеры ей не будет достаточно для полного счастья, что, чтобы стать счастливой, нужен обязательно кто-то рядом. Надин не хотела это принимать, не хотела в это верить. Нет, тетушке просто не повезло, вот и все. Ко всему прочему, может, она не так уж и любила свое дело, раз осталась неудовлетворенной. Но на самом деле ей было страшно спросить себя, а будет ли ей достаточно просто стать художницей? Не разочаруется ли она в своем выборе в будущем так же, как Нэнси? Тогда Надин останется одна, успешная, сильная… и одинокая.

Надин задумалась: ее реакция на помолку Вики и Дэма, уязвляющее чувство ревности, гнев, тоска, отчаяние и… привязанность - говорило ли все это о том, что… Нет. Надин покачала головой. Это невозможно. Дэмиен был падок на женское внимание, был слишком самонадеян и дерзок, чтобы понравится Надин настолько, что она могла в него влюбиться. Но другая часть ее существа подсказывала ей, что это единственное логичное объяснение ее душевным страданиям.

Нет, Дэмиен абсолютно не вписывается в ее вкусы… А какие у нее вообще вкусы? И были ли они? Надин раньше никогда никем не увлекалась, у нее не было опыта судить о предпочтениях мужчин. Лишь мистер Вилли однажды надолго завладел ее вниманием, когда только-только появился в их доме. Но попугаи не считаются!

Мимо их скамейки прошли две дамы, бросая на них подозрительные взгляды. Надин напряглась, попыталась прикрыть лицо ладонью.

- В чем дело, Надин? - поинтересовалась тетя.

- Бабушка будет в ярости, узнав, что мы с вами встречаемся, - с тоном сожаления призналась она. - Мне жаль.

- Джанет, как всегда. Никому не дает права дышать по-своему. - Со спокойной улыбкой Нэнси поправила складки платья. - Тогда не буду тебя компрометировать, иначе это дорого тебе обойдется.

Надин резко ухватила ее за руку, когда она поднялась, намереваясь уйти.

- Не обижайтесь, тетя Нэнси. Мне самой это не нравится, но такова уж бабушка.

Тетя вновь улыбнулась ей, по-доброму и легко. Она аккуратно пощипала ее за щеку так, что ей не было больно.

- Ты зря беспокоишься, дитя. Я ни капельки не обижаюсь ни на Джанет, ни тем более на тебя. Я все понимаю. В конце концов, это мое прошлое нависает надо мной, как туча, и разделяет меня с вами. - Она посмотрела в небо. - Но, знаешь, я все равно ее люблю. Ведь это моя тучка, она часть моей жизни. Лучшей жизни. - Тетя Нэнси отпустила руку Надин и, прошагав несколько метров, бросила на нее последний подбадривающий взгляд и скрылась за аллеей деревьев.

Ступив на порог дома, снимая шляпку и перчатки, Надин услышала какой-то переполох в гостиной.

- Что там происходит? - спросила она у Мэтью. - Всеобщее собрание по поводу цвета лент для украшения усадьбы в честь праздника? – Она не смогла скрыть своего раздражения.

Что ж, тем лучше: ее исчезновение утром останется незамеченным.

- Скорее, сплетни по поводу сплетен, - усмехнулся дворецкий. В глазах Надин стоял вопрос, и слуга кивнул в сторону гостиной: - Сами узнаете. Мимо такого эмоционального вихря сложно пройти незатронутым.

Надин настороженно проследовала вперед. Она влилась в проход гостиной плавно так, что ее появление заметили, только когда Надин оказалась едва ли не в центре женского круга.

- Почему такой шум?

Вики сидела слегка опечаленная, Джанет в ярости бросало по комнате, а Джулия и Мария спокойно попивали чай с видом, будто ничего существенного не произошло.

Заметив ее, Джанет тут же атаковала:

- Надин? Где ты была? Впрочем, не важно. Полюбуйся. - Она всучила ей газету. - О нашей семье разносят неприятные сплетни! Ох, если об этом узнает Бернард…

Надин попыталась вчитаться в строки желтой прессы.

- «Лорд Ч, известный как любитель кутежей и дамского общества…», - начала Джанет передразнивающе.

«…разорвал всякие отношения с мисс Н по неизвестной нам причине. Но недавно его обнаружили в компании сестры мисс Н, мисс В. Они так были увлечены обществом друг друга, от них веяло романтикой, а пылающие от смущения щеки мисс В громко намекнули нам, что дело может кончиться свадьбой. Но как же мисс Н, спросите вы? Бедняжка ходит бледная, сама не своя, заметили все, кто только имел возможность с ней говорить. Но не будем спешить, как в прошлый раз; лорд Ч может соскочить с крючка и оставить обеих сестер с носом. Такова природа казановы! Будем надеяться, что под конец этого сезона мы обойдемся одним разбитым сердцем».

Лицо Надин вспыхнуло.

- Посмотрите, разве она бледная? - возмущенно говорила Джанет, показывая на Надин рукой. - У них с Чеширом были лишь дружеские отношения. Он ждал момента, когда мог познакомиться с Викторией, а эти газетчики обрисовали все самым драматичным образом. - Бабушка посмотрела на Джулию и Марию, как бы требуя поддержки.

Те активно закивали головами, запивая десерт чаем.

- Бабушка, слухи улягутся, - успокаивала Вики. - Это лишь вопрос времени. К тому же не такие уж они и провокационные. Эта статья не повлияет на нашу репутацию.

- Но нам станут задавать вопросы. - Джанет присела в кресло. Она выхватила из рук тонкую книжку Марии, не замечая возражения, с каким она посмотрела, и стала обмахиваться ею как веером.

- Станут, - согласилась Вики. - Нам нужно быть готовыми отвечать, а не избегать их. В конце концов, все знают или догадываются, что это все неправда. Ведь Надин не влюблена в Чешира…

У Надин комок встал в горле, она замерла.

- …чтобы по нему страдать, - закончив, слегка посмеялась сестра. - Как только они увидят нас втроем вместе, сплетники замолчат.

- Точно! - подхватила Джанет, бросив на стол книжку. - Нужно устроить небольшой бал для самых значимых гостей...

- Чей вес - это положение в обществе, - с сарказмом добавила Мария. Она ревностно схватила книжку со стола и прижала к своей груди.

- Не только, - заявила бабушка. - Например, можно отправить приглашение и лейтенанту Джеколу.

- Зачем? - с тоном протеста спросила Надин, оторвав глаза от узоров на ковре.

- Чтобы составил тебе компанию, конечно! Может, из этого что-то и выйдет.

Надин негодующе вздохнула.

- В тот вечер Чешир, Виктория и Надин должны показать непринужденность и доброжелательность друг к другу. Это будет не сложно, вам необходимо как можно больше держаться рядом.

Это обязательство стало для Надин тяжелой ношей. Ее ожидал вечер, который требовал от нее притворства. Она должна будет улыбаться, глядя на Вики и Дэмиена, проглатывая слезы, и выражать радость.

Надин не сможет избежать этого. В тот день она должна будет надеть веселую маску, но уже заранее знала, какой ад будет твориться у нее в душе.

Глава 22

Джанет следила за исполнением слугами своих обязанностей глазами, а ушами старалась не упустить ни одного слова из уст гостей, которых она развлекала своим обществом.

Бал не предполагал наличие детей в зале, поэтому Джулию и Марию, в силу слишком юного возраста, заставили ретироваться. Но Надин знала, что обе непоседы сейчас наверняка подглядывают в щелочку где-то за дверью.

Зал Крэнборнов не хвастался большой площадью, поэтому гостей было немного, столько, сколько позволяли размеры комнаты. Дедушка Бернард был за это благодарен, и игнорировал просьбу Джанет увеличить размеры зала, чтобы устраивать более грандиозные балы. Этим он экономил и на ремонте, и на празднествах, которые устраивала его жена.

Надин с Викторией держались вместе, у каждой по бокалу шампанского. Надин сравнила наполненность их бокалов и, к своему стыду, отметила, что ее был почти пуст, а сестра не выпила даже четверть шампанского. Она судорожно поставила бокал на каминную полку, стараясь унять тревожность и обхватив себя руками.

Надин очень нервничала от предстоящей встречи с Дэмиеном. С того дня как он сделал ей предложение, они больше не разговаривали. Это будет их первый раз. Надин надеялась, что она сможет улыбаться достаточно убедительно, чтобы ни у кого не осталось сомнений, что она не питает к нему чувств. Она даже приготовила приветственную речь. Но как только Надин представляла его рядом, сразу терялась и путала слова. Частый стук сердца сбивал ее с мысли.

- Не волнуйся, все будет хорошо. - Вики подбадривающе улыбнулась ей.

- Угу, - произнесла Надин невнятно.

Один из джентльменов увлек Викторию в танце. Сестра кружилась под звуки музыки, ее юбка с бантами и воланами тоже красиво танцевала вокруг нее. Надин следила за ее настроением, она казалась очень счастливой.

Помолвка подарила ей шанс на создание семьи, которую Вики так хотела. Она мечтала об этом, и вот ее мечта наконец осуществится. Надин была рада, что Вики была счастлива. Только ее радость омрачал выбор жениха…

Она любила Дэмиена. Надин наконец нашла в себе силы признаться в этом. И ревность душила ее всякий раз, когда Виктория или кто-то из семьи заговаривал о предстоящей свадьбе. Неприятное чувство будто удавливало ее за горло, не давая дышать, ей было просто больно. И страшно оттого, что будет после их свадьбы.

Надин будет вынуждена видеться с ними на семейных праздниках, общих вечеринках, иногда они будут гостить в Крэнборн-Мэнор. Это невыносимая пытка! А потом пойдут дети… Надин смотрела на Викторию, надеясь, что ее зависть не слишком заметна со стороны.

Да, она завидовала ей! Если бы Надин тогда не отказала Дэмиену, если бы согласилась стать его женой… Наверное, тогда она бы до сих пор отрицала, что любит его. До сих пор отрицала бы и то, что не хочет за него замуж и, возможно, даже детей. Если бы Надин не полюбила Дэмиена, дошло до нее, она бы все еще считала женитьбу бесполезной и ненужной, цели которой сводятся лишь к стремлению обогатиться и поднять свой статус на ступеньку выше.

Джентльмен закружил Вики под своей рукой, и она тихо захихикала, когда он что-то сказал ей. Надин втянула воздух, чувствуя себя подавленной. Она не видела выхода из сложившейся ситуации. Можно было лишь смириться и, чувствуя, как внутри стенки сердца лопаются от боли, с улыбкой и высокоподнятой головой наблюдать за женским счастьем Виктории.

Она никому не скажет правду. Никто не должен знать об этом! Особенно Вики.

Разве Надин могла рассказать сестре правду? Разве могла разрушить ее счастье своими никчемными переживаниями? Вики так хотела этого, Надин не осмелится причинить ей такую боль и разочарование. Тем более, что Дэмиену она, Надин, скорее всего, и не нужна.

Даже если Надин, благо, призналась самой себе в чувствах к нему, это вовсе не означает, что они взаимны. Надин не вспомнила ни одной эмоции сожаления на лице Дэмиена. Совсем не означает…

Внезапно кто-то из-под стола схватил Надин за щиколотку. Она испугалась и ахнула, но ее вскрик заглушила музыка. Выглядывавшая из-под скатерти рука подозвала ее наклониться. Надин с опасением присела, согнув колени.

- Бабушки нет рядом? - спросили ее за белой скатертью.

Надин оглянулась и ответила:

- Нет.

Вдруг головка Джулии, а затем и Марии выглянули наружу. Плотная белоснежная ткань ниспадала с их макушек до плеч, как фата невесты.

- Вы? Но что вы… - с удивленным восклицанием начала Надин и осеклась, когда обе сестры, шикая, приложили пальцы к губам.

- Тихо! - приказала Джулия. - Если бабушка или дедушка нас заметят, нам конец.

- Ты не можешь допустить нашей казни! - говорила Мария. - Ты наша сестра и должна защищать нас.

Надин посмеялась.

- Хорошо. Но что вы здесь обе делаете? Снова играете в шпионов короля?

В ответ Джулия закатила глаза.

- Мы уже не маленькие, чтобы играть в такие игры.

- Но достаточно взрослые, чтобы прятаться от бабушки под столом? - снова посмеялась Надин.

- Мы наблюдаем, - сказала Мария. - По-хорошему в зал нас не пускают, а посмотреть очень хочется.

Надин вздохнула:

- Я бы все отдала, чтобы сейчас поменяться с вами местами.

Джулия приглашающе приподняла скатерть.

- Лезь к нам! Места всем хватит.

Надин скептически нахмурилась.

- Эм… Я не совсем это имела в виду. Но это очень мило.

- Это ваш невидимый друг там, под столом? - послышался знакомый мужской голос у нее за спиной, и Надин задрожала. – А я думал, с взрослением он исчезает.

Сестры мгновенно скрылись за скатертью. Рука одной из них протянула ей вилку. Надин поднялась и повернулась. Дэмиен со сложенными за спиной руками стоял рядом с ней. Пульс тут же пустился в пляс.

- Я… Я просто поднимала вилку, - с лихорадочным волнением Надин продемонстрировала прибор.

В ответ Дэмиен понимающе кивнул головой, как бы произнося «а-а…». В немом молчании рассмотрел ее лицо.

- Здравствуй, -тепло поздоровался он.

- Здравствуй, - дрожащим голосом произнесла она. Надин сжала руки в кулаки, заставив прийти в себя.

Она вспомнила, что на ней не было кольца и что оно все равно бесполезно. Придется справляться самой.

Их взгляды нашли друг друга. Ей казалось, что прошла целая вечность с тех пор, как они не виделись. Сейчас она падала в злато-карюю бездну и почувствовала, будто время остановилось. Будто не было этих двух недель разлуки, и все по-прежнему. Но внезапно оба, словно очнувшись от гипноза, сморгнули.

- Как ты?.. - начали оба в унисон и посмеялись.

- Я в полном порядке, - заговорила Надин первая, не зная, куда девать руки, просто сцепила их перед собой. - Я хотела поблагодарить тебя за письмо от академии. Для меня это было чрезвычайно важно. Спасибо.

- Я как раз собирался поинтересоваться, какой ответ они тебе прислали?

Надин улыбнулась.

- Ну, фактически это письмо они присылали тебе…

- Дэмиен, как хорошо, что ты пришел. - В их разговор вмешалась Вики. Она подошла к ним и встала совсем близко к своему жениху.

Улыбка Надин тут же потухла, как свеча. В ней проснулась ревность. О помолвке не было официального объявления и, может, Виктория специально таким образом хотела спровоцировать слухи о ней? Надин нахмурилась, прогоняя скверные мысли. Как отвратительно, думать плохо о самом близком человеке!

По лицу Дэмиена было видно, что он слегка растерялся в обществе обеих дам.

- Я… тоже рад видеть тебя, - сказал он, смотря на Викторию, но его взгляд постоянно возвращался к Надин, будто он боялся оставить ее без присмотра. Обратился к сестре: - Не откажешь мне в удовольствии потанцевать с тобой?

Надин вымучила из себя улыбку. Ведь их появление вместе должно развеять подозрения, а не усилить их. Когда Дэмиен бросал на нее взгляд, в нем было столько тепла, гораздо больше, чем Надин получала от одеяла по ночам. Или она снова себе внушает?

Виктория, лучисто улыбаясь, сказала Дэмиену:

- Немного позже. Бабушка очень просила нас пообщаться втроем. Ты, я и Надин.

- Зачем же? - изумился Дэмиен.

- Она считает, это убедит остальных, что между тобой и Надин нет никакой недосказанности и что она в тебя не влюблена.

- Вики!.. − Надин была готова провалиться сквозь паркет.

Дэмиен с внимательным удивлением посмотрел на нее. О нет, не надо так на нее смотреть!.. Испытывая неловкость, отвела глаза, чувствуя, как воспламенилось ее лицо. Она прикрылась ладонью.

- Брось, Надин, - утешала сестра. - Все знают, что это неправда, не надо так реагировать.

- И все-таки не обязательно было предавать огласке… все это!

Надин не смотрела на Дэмиена. Ей было слишком стыдно столкнуться с ним взглядом. Как раз в этот момент к ним удачно присоединился еще один гость.

- Добрый вечер, - поздоровался кивком лейтенант Джекол, держа в руке бокал искрящегося шампанского, а Надин и Вики присели перед ним в поклоне. - Я не помешал вам? Надеялся еще успеть опередить соперников и пригласить вас, Надин, на танец.

Надин облегченно улыбнулась ему и, положив руку на локоть, который он ей подставил, прильнула слишком близко, почти так же, как Вики к Дэмиену.

- С превеликим удовольствием. - Надин метнула взгляд к Дэмиену и заметила, как мышцы заиграли на его челюсти.

Дэмиен отвернулся от них. Нет, Надин не добивалась его ревности. Она знала, что он не станет ревновать ее. Разве возможна ревность между друзьями? Этим жестом Надин всего лишь хотела показать, что у нее нет чувств к Дэмиену. Нельзя, чтобы он догадался о них, для нее было слишком поздно.

Пары танцевали вальс. Надин не могла не заметить, как весело блестели глаза лейтенанта. Ее нос уловил запах кое-чего покрепче, чем безобидное шампанское. Похоже, что Джекол уже разогрелся коньяком или виски перед балом. И все равно в красном офицерском мундире он выглядел донельзя привлекательно.

Приблизившись к ней, лейтенант прошептал:

- Розы в саду моего отца запросто повяли бы от зависти к вашей красоте.

Комплимент Джекола не заставил ее зардеться.

- Как хорошо, что мы не в саду вашего отца. Иначе я бы чувствовала себя виноватой, - холодно ответила Надин.

- Вы имеете на это полное право.

Надин скептически посмотрела на него.

- Вы мне не верите? - поразился Джекол. - В более уединенном месте я бы посмел доказать вам это. Но не здесь.

- Слова всегда быстрее действий, - с усмешкой заметила Надин.

Отстранившись, она закружилась под его рукой, и, когда прильнула к нему, он прижал ее к себе ближе, чем того могли позволить приличия. Надин слегка растерялась на несколько секунд.

Поверх плеча офицера она встретилась взглядом с Дэмиеном, танцующим с Викторией. У нее перехватило дыхание от того, как он смотрел на нее. Надин могла бы подумать, что этот взгляд говорит о его чувствах, о том, что она ему не безразлична. Но она знала, что это всего лишь еще одно ее самовнушение и пустые надежды. Он не отрывал глаз от них с Джеколом, но больше - от Надин. Потом в танце обе пары затерялись среди других.

Ближе к концу вальса Надин, вытягивая шею, высмотрела Дэмиена и Вики. Оба были только во внимании друг друга. Их глаза сияли весельем, а улыбки говорили, что они не замечали никого вокруг.

Что-то больно ранило ее в грудь. Комок застрял в горле, мучая, не давая дышать. Все остановились, музыка прекратилась. Дэмиен нашел ее взглядом. Не в силах выдержать эту боль Надин помчалась вон из зала.

В холле в углу она упала на кушетку, ограниченную тремя тесными стенами, и разрыдалась.

Сюда не попадал свет, темнота укрывала ее от чужих глаз. Она спасала ее. Успевая судорожно глотать воздух, Надин не переставала плакать. Она чувствовала безысходность, чувствовала себя слабой и ненавидела это. Еще Надин ненавидела в себе ту часть, которая заставляет ее чувствовать гнев и зависть к собственной сестре… и любовь к нему.

Через пару минут она заставила себя остановиться. Гнала прочь мысли о Дэмиене, вся сосредоточилась на том, чтобы успокоиться и привести себя в порядок. Надин глубоко и медленно дышала, одновременно утирая соленое лицо от слез. Все будет хорошо. Должно быть! Это пройдет. Ничто не вечно, особенно чувства. Они исчезнут, будто их никогда и не было, и Надин продолжит жить дальше, спокойно и без потрясений. И все же... как бы там ни было, те чувства, которые Дэмиен заставил ее испытать, были прекрасны.

Благодаря им Надин впервые почувствовала себя по-настоящему живой.

Прижавшись к стене, она выглянула из-за угла, ища зеркало или что-то серебряное. Неожиданно дверь из бального зала приоткрылась, свет оттуда упал на Надин. Она зажмурилась, не будучи способной узнать мужской силуэт.

- Вот вы где!

Дверь захлопнулась, и Надин распознала красный мундир.

- Сэр?

Непривычной для него вальяжной походкой, которая сказывалась действием алкоголя, Джекол быстро подошел к ней.

Хорошо, что здесь было достаточно мрачно, чтобы не заметить ее покрытое красными пятнами лицо.

- Какая вы маленькая, хитрая лиса! - игриво проговорил он. - Прячетесь от меня?

- О нет, сэр, - наскоро уверяла она. - Конечно, нет! Мне требовалось уединение, чтобы поразмышлять. Я бы скоро вернулась в зал. - Надин отступила назад и уперлась икрой в ножку кушетки, когда лейтенант приблизился к ней почти вплотную.

Ей пришлось присесть.

- Что за игру вы затеяли? - спросил Джекол тем же игривым тоном. - Пытались заманить меня сюда?

- Нет. Говорю же, я хотела побыть одна. - Джекол присел к ней рядом, настолько близко, что их бедра соприкасались, и Надин отсела от него подальше.

- Какая прелесть в одиночестве? Гораздо приятнее, когда кто-то есть поблизости. Вы понимаете это, я понял по вашим знакам.

- Каким знакам? - в замешательстве спросила Надин.

- Когда вы брали мою руку, - Джекол взял ее кисть и снова сократил расстояние между ними, - когда прижимались ко мне всем телом…

Надин встревожилась. Лейтенант вел себя развязно, и этому способствовало его опьянение. Пока он чувственно разминал ей руку, ее сердце билось, как у пойманного в капкан зайца. Отсев на край кушетки, Надин оказалась в углу.

- Вы, верно, не так меня поняли, сэр, - внезапно дрожащим голосом произнесла Надин. Она смогла выхватить свою руку. - Я ничего такого не имела в виду, это недоразумение. Нам следует вернуться в зал. - Попыталась встать, но упертой в стену рукой Джекол не дал ей это сделать.

- Зачем торопиться? Нас там никто не ждет, - низким, тихим голосом сказал он, пристально глядя на ее профиль.

Внутри разрастался страх, обстановка приобретала опасный характер. Мрачные темные стены были явно на стороне Джекола. Надин растерялась, не знала, что ей делать; позвать на помощь − значит, распрощаться со своей репутацией, промолчать…

Если Надин и спасут, станут спрашивать, при каких обстоятельствах она оказалась с ним наедине. Ее могли и обвинить в легкомысленном поведении, будто она по своей воле обжималась с ним по углам, а это равносильно смерти! На кону стояла не только ее честь, но и всей семьи.

- Нас будут искать, - поспешно говорила Надин, надеясь вразумить пьяного лейтенанта. - А когда найдут, ни вам, ни тем более мне от этого хорошо не будет. Мы должны вернуться…

- Т-ш-ш-ш. - Он коснулся пальцем ее губ. - Вы слишком напряжена. Слишком много беспокойства. Расслабьтесь. - Его палец спустился от губ к вырезу ее декольте и остановился.

Распаленная внезапным гневом, Надин резко отбросила его руку и сердито посмотрела на него.

- Прекратите.

В ответ Джекол усмехнулся, будто смеясь над ее попыткой поиграть в невинность.

- Ты права, пора с этим покончить. - Он порывисто прижался к ее губам и завладел ими раньше, чем Надин успела опомниться.

Страх в ней перевесил гнев. Надин стала отталкивать его в грудь, но он слишком плотно навалился на нее. Когда Джекол обхватил ее тело руками и стал целовать шею, Надин инстинктивно и сдавленно стала звать на помощь. Она не собиралась этого делать, зов о помощи сам вырывался из ее горла. Надин остро чувствовала свою беспомощность, когда ее попытки высвободиться сводились к нулю.

В этом темном углу ужас с каждой пройденной секундой гасил ее надежду на спасение. Сдавленные, едва слышные крики были бесполезны, музыка в зале разливалась по дому, заглушая их. Она услышала, как где-то сзади ткань платья треснула от хватки лейтенанта, и сердце окончательно пронзило отчаяние.

В следующий миг Надин поверх плеча увидела внушительную высокую тень. Эта тень отбросила Джекола за плечо, потом ударила его кулаком по лицу.

Надин выдохнула, когда узнала Дэмиена и его голос.

- Какого дьявола ты здесь вытворяешь?! - яростно закричал он, потом посмотрел на дверь, ведущую в зал, и, схватив его за мундир на груди, приподнял и понизил громкость: - Я задал тебе вопрос!

Надин в ужасе вскочила с кушетки, придерживая порванный спадающий рукав. Оттолкнув Дэмиена так, что тот ударился спиной в стену, накренив собой картину, лейтенант освободился от его хватки.

- Это не твое дело, - грозно отвечал Джекол, поправив свою форму, потом коснулся челюсти, на которую пришелся удар.

Мрак позволил разглядеть темное пятно в уголке его губ.

- А ты что, - самоуверенно и с насмешкой в голосе говорил Джекол, - купил себе командирские штаны? Не думай, что можешь отдавать мне приказы, Чешир.

Дэмиен напрягся, как тореадорский бык, вперив яростный взгляд в своего неприятеля. Он снял с себя перчатку.

Испугавшись, Надин всполошилась.

- Постой!..

Но было слишком поздно, Дэмиен бросил перчатку в лицо Джеколу.

- Храбр ли ты так же на деле, как на словах? Тебе хватит смелости принять вызов?

Надин зажала рот рукой. Они трое замерли в напряженном молчании. Только веселая музыка, доносящаяся из зала, нарушала тишину. Они ждали решения от Джекола. Кажется, она даже перестала дышать. Надин мысленно молилась, чтобы он просто ушел, и все забылось как страшный сон. Но прекрасно сознавала, что шансы на это ничтожны; если он отступит, его честь будет опозорена, а для таких людей, как Джекол и Дэмиен, это равносильно самой унизительной смерти.

Ее сердце замерло в тот самый момент, когда лейтенант наклонился, чтобы поднять перчатку, и заявил:

- На рассвете в Гайд-парке. Будем драться на пистолетах до тех пор, пока кто-нибудь из нас не умрет. - Помолчал, пристально испепеляя Дэмиена. - Не страшно?

- Только безумец не боится. Я согласен на твои условия.

Джекол сказал:

- Расстояние тридцать шесть футов. До рассвета. - И резким шагом удалился прямо по коридору.

Шаги Джекола перестали быть слышны, Надин отчаянно взглянула на Дэмиена, своего спасителя и самоубийцу.

- Что ты сделал?..

Глава 23

Надин корила себя за то, что произошло, хотя понимала, что ее вины как таковой здесь и нет. И все-таки она ничего не могла с собой поделать. Она смотрела на Дэмиена, невольно представив его окровавленным на траве, и ее сердце сжалось от ужаса.

- Я сделал то, что должен был сделать, - сказал он хладнокровно, затем осмотрел ее. - А тебе лучше подняться наверх и привести свой внешний вид в порядок. В любую минуту здесь могут появиться люди.

- Ты думаешь, я сейчас могу беспокоиться о своем туалете? - Отчаяние смешалось с удивлением. - Когда тебе грозит опасность из-за меня?

- Будет плохо, если кто-то найдет тебя в таком виде в обществе мужчины, - напомнил он. - А о том, что произошло, никто не узнает, не беспокойся. Утром дуэль завершится бесшумно. Секунданты станут единственными свидетелями, разумеется, но они никому не скажут.

- Но ты можешь умереть… - Слезы предупреждающе подступили к краям.

Он тихо вздохнул, потом подошел к ней и взял ее руки в свои.

- Не волнуйся. Не успеешь опомниться, как мы вместе уже будем обедать у вас дома. - Улыбнулся, словно это могло ее утешить.

- Дэмиен…

Он потянулся в нагрудный карман, вынул из него какой-то железный кулон, похожий на сердце, вложил ей в руки и сжал их.

- Это для тебя. Хочу, чтобы он был с тобой. Говорят, у него трогательная романтическая история.

Надин нахмурилась, потом умоляюще взглянула на него.

- Дэмиен, прошу тебя, не ходи, не нужно… Я не смогу жить…

- Я должен идти. - Дэмиен погладил ее большим пальцем по щеке и затем ушел тем же путем, что и Джекол.

- Что ты сделал? - поражался Гилберт, стоя у него за спиной. - Где был твой мозг, когда ты решил бросить ему вызов? Ты хоть понимаешь, что можешь умереть?

- Вместо того чтобы поучать, лучше помоги мне выбрать пистолет. - Дэмиен в задумчивой позе смотрел на две открытые шкатулки с полным набором, лежавшими перед ним на столе в его кабинете.

Кайл с негодующим вздохом подошел и посмотрел на оружия.

- Я думаю, этот сойдет. Со шнеллером. - Дэмиен указал пальцем на пистолет по правую сторону с длинным стволом и дубового цвета рукояткой. - У него спуск мягкий, меньше шансов на осечку.

- Зато больше шансов на случайный выстрел, - не в пользу сказал Гилберт, потом кивнул на тот, что лежал слева. - А этот что?

- Водонепроницаемый замок. Подойдет для сырой и дождливой погоды. - Дэмиен взял пистолет за ореховую рукоятку, его ствол был позолочен.

Рассматривая пистолет, непроизвольно направил дуло на Кайла. Гилберт встрепенулся и пальцем отвел от себя ствол.

- Аккуратнее! Господи, о чем ты только думал? Почему? Почему ты выбрал пистолеты? Ты же плохо стреляешь.

Дэмиен вдруг почувствовал прилив раздражения. Положил пистолет обратно в шкатулку.

- Ты меня не слушал. Я бросил ему вызов, следовательно, право выбора оружия предоставляется ему. Ты будешь моим секундантом?

Гилберт изумленно посмотрел на друга.

- Разве я могу тебя бросить? Конечно! Я пойду с тобой. Может, все-таки удастся решить миром.

- Сомневаюсь. - Дэмиен покачал головой.

Пусть было темно, но он чувствовал, какая яростная решимость исходила от Джекола этим вечером. Он не захочет отступить, да и Дэмиен не собирался. Стоило ему только вспомнить, как плут повалил Надин на кушетку и стал по-хозяйски трогать ее в разных местах, игнорируя то, что она звала на помощь и явно сопротивлялась, кровь Дэмиена начинала закипать. Он сильно сжал зубы, рискуя раскрошить их.

Дэмиен не мог стоять и смотреть на это. Он сразу же бросился спасать Надин, в порыве злости отбросил Джекола и ударил его. Тристану не следовало прикасаться к Надин против ее желания, несмотря на то, что он был довольно пьян. Возможно, Дэмиен прошел бы мимо, если бы Надин была не против… Он поморщился. Но даже от мысли об этом на него накатывало отвращение.

- Значит, вы обо всем условились на месте? - спрашивал Гилберт.

- Да.

- Надин ничего не угрожает?

- О случившемся никто не знает и не должен узнать. Я не допущу, чтобы ее репутация пострадала из-за Джекола.

Кайл задумчиво хмыкнул и, вскочив, сел на стол.

- А не может ли Джекол воспользоваться этим, чтобы избежать дуэли? - Встретив вопрос в глазах друга, пояснил: - Отказаться от стрельбы, угрожая рассказать всем про Надин?

Дэмиен самоуверенно усмехнулся.

- Нет. В таком случае он знает, что в глазах людей потеряет собственную честь. Его погонят из полка, и сам он станет изгоем. На кону стоит очень многое, если не все.

Стук в дверь заставил Дэмиена быстро накрыть шкатулки крышками. Повернувшись, он закрыл их спиной, встречая Луизу.

- Мама? Почему ты все еще не в постели? Доктор прописал тебе режим.

- Здравствуйте, мадам. - Кайл улыбнулся ей самым непринужденным образом.

- Здравствуй, Гилберт. - Луиза тут же обратилась к сыну: - Я хотела, чтобы ты рассказал мне, как прошел бал у Крэнборнов.

- Превосходно. Не так помпезно, как ты привыкла, разумеется, но было весело.

- Весело? - смехом изумилась она. - Я надеялась на более подробный отчет: кто и как был одет? О чем говорили? Что ели и пили? И, в конце концов, как поживает моя невестка?

Дэмиен прочистил горло, затем сказал:

- Уже поздно, мама. Завтра у тебя не будет никаких препятствий пытать меня, можешь даже написать список вопросов, на которые мне нужно ответить. Сейчас лучше лечь спать.

Луиза с подозрением задержала взгляд на Дэмиене.

- А почему ты вернулся так рано? Сейчас едва наступила полночь.

- Это я попросил, мадам, - вмешался Гилберт. - Мне нужно было посоветоваться с Дэмом по одному неотложному деловому вопросу.

- С Дэмом, - неприятно повторила Луиза. - Не называй его так, это сокращение звучит ужасно и оскверняет полное имя.

- Да, мадам.

Мать бросила взгляд на Дэмиена, полный ласки и любви.

- До завтра. - Предупредительно покачала пальцем. - Утром жду отчет!

Дэмиен выпрямился, как солдат.

- Так точно, ваше сиятельство!

Луиза улыбнулась и вышла за дверь.

- Грустно, - обронил Гилберт, посмотрев на него. - Мать даже не подозревает, что утром может уже никогда не увидеть сына. Ложится спать и думает, что все в порядке и завтра будет обычный день.

Дэмиен сделал скептическую гримасу, откупорив графин с коньяком и разливая напиток по стаканам.

- Не кликай беду. Я не верю во всякого рода суеверия, но мало ли. Осторожность нужна во всем, когда вопрос касается жизни и смерти.

- Почему ты не сказал ей про дуэль?

- Ей нельзя волноваться, - напомнил он и пододвинул стакан Кайлу. - И я не хочу провести последние часы перед дуэлью, успокаивая мать в истерике. - Запрокинув голову, осушил стакан одним глотком.

- Я бы не советовал тебе пить. Ты должен быть сконцентрированным, а голова - ясной. Вообще, хорошо бы прилечь и поспать немного. Под утро я мог бы тебя разбудить.

В Дэмиене нарастала тревога и дрожь. Он выпил еще стакан, чтобы успокоиться, но не помогало. Дэмиен не послушал совета Кайла пойти и поспать, он знал, что не сможет заснуть. Как можно спокойно провалиться в сон, зная, что один из них, или Джекол, или Дэмиен, погибнет этим утром? Он бросил взгляд на часы на камине.

Оставалось всего несколько часов до рассвета.

Сестры в ночных сорочках снова заполонили ее комнату. Царил приглушенный свет, исходящий от свечей, и уютная атмосфера. Они купались в обсуждении сегодняшнего бала. Им было, что рассказать, ведь Мария и Джулия фактически тоже присутствовали на нем.

- Бабушка нас не нашла. - Джулия с ликованием качалась на стуле. - А когда после бала она поднялась наверх, чтобы проверить наши комнаты, то увидела нас спящими в своих постелях.

- Как это вы так быстро смогли вернуться в спальни? - изумлялась Виктория, сидя рядом с Надин на кровати.

- Ха-ха! - воскликнула Мария в кресле, подняв руки и расправив пальцы, волшебно зашевелила ими, как чародейка. - Мы умеем проходить сквозь стены, милая.

Вики иронично посмеялась в нос.

- Ладно, нет никакого волшебства, - призналась Джулия. - Мы подложили подушки под одеяло перед уходом, вот и вся магия. В комнате было темно, бабушка не стала бы заходить и щупать постели.

- Зная нашу бабушку, она способна на все, - сказала Вики и вдруг обратила свой взор на Надин.

Надин озабоченно уставилась куда-то в сторону, с подогнутыми ногами раскачиваясь вперед-назад. Она не слушала болтовню сестер, все ее мысли были только о предстоящей на рассвете дуэли.

- Надин? Что с тобой? - Вики дотронулась до ее плеча, Надин вздрогнула.

- Сколько сейчас времени? - внезапно спросила Надин, подняв голову от колен.

Неожиданный вопрос застал Вики врасплох, она растерялась.

- Э-э… Не знаю, здесь ведь нет часов. Почему ты спрашиваешь?

- Просто интересно, - солгала Надин, и снова положила подбородок на колени.

Подозрительный взгляд сестры заставлял Надин мучиться чувством вины еще больше. Из-за нее Вики, возможно, потеряет жениха, а она - любимого. Жизнь Дэмиена была в опасности, и Надин не знала, кому об этом рассказать, не знала, что предпринять.

Если Виктория узнает, возненавидит ли она ее? Надин не могла сказать однозначно. Она продолжала много думать и молчать.

- С Надин что-то не в порядке, - объявила Вики сестрам, не спуская с нее глаз. - Она странная.

- Ничего я не странная, - поспешила сказать Надин.

Все взгляды в комнате упали на нее.

- И правда, - подтвердила Мария, прищурившись. - Она молчит так, будто что-то скрывает.

Надин похолодела.

- Мне нечего скрывать!

- А я, кажется, догадываюсь, о чем она не хочет рассказывать... - Глаза Джулии сделались хитрыми.

Надин сильно впилась себе в плечи и не почувствовала боли.

- Она переживает, что Джекол ушел от нее не попрощавшись.

Надин выдохнула.

- Нашла причину расстраиваться! - фыркнула Мария. - Что в этом такого?

- Когда влюбишься, поймешь, - сказала ей Джулия.

Мария высунула язык, изображая рвоту.

- Между прочим, Чешир тоже ушел рано и не попрощался, - невесело заметила Вики.

Надин взглянула на сестру с искренним сожалением, прекрасно понимая, что причиной тому стала она. Медальон, который подарил ей Дэмиен, сейчас тайно грелся на груди от ее кожи под сорочкой, и от этого Надин немного чувствовала себя предательницей; этот медальон должен предназначаться Виктории! А она прятала его, словно воровка, испытывая любовные чувства к ее - к ее! - жениху…

- А вот это уже странно. - Мария закинула ноги на подлокотник кресла и как бы легла. - Вы помолвлены, а значит, связаны. Ему не стоило так обходиться с тобой, это неуважительно.

Вики пожала плечами.

- Возможно, было что-то, что заставило его уйти. Что-то важное…

Зубы Надин впились в нижнюю губу.

- Но если нет, - продолжала Виктория, надменно подняв голову, - это заставит меня пересмотреть наши отношения. Придется на него обидеться.

«Есть ли смысл обижаться на мертвых?» - пронеслось в голове у Надин, и она тут же жестко отругала себя за это.

Она не должна так думать! Дэмиен непременно выживет и вернется! Они с Викторией поженятся, и все будет хорошо. Надин вдруг поняла, что это всего лишь мелочь. И все остальные проблемы, такие, как вопрос о поступлении в академию, замужество, ссоры с близкими и прочие хлопоты были так незначительны и пусты, когда под угрозой находилась жизнь любимого человека. Его выживание было для нее самым главным! Сейчас Надин была готова согласиться на что угодно, сделать все, что ей скажут, даже продать душу бабушке, только бы он вернулся живым и невредимым.

Надин метнула сочувствующий взгляд к Виктории. Она должна знать о дуэли. Ведь это ее жених, сестра имела право знать, что происходит. Надин открыла рот, собираясь говорить.

- Ты чего? - спросила сестра, глядя с удивлением на приоткрытый рот.

Но язык прилип к небу, никак не давал вымолвить ни слова. Надин не могла заставить себя признаться. Вместо этого она натянула улыбку.

- Я рада, что ты у меня есть, что мы все есть друг у друга.

Посмотрев на Надин с умильной гримасой, Виктория прильнула к ней, тепло обхватив руками. Чувство вины окончательно захлестнуло ее. Джулия и Мария, заметив трогательную семейную картину, тут же ринулись к ним и упали на них с объятиями, повалив на матрац.

Глава 24

Сырость витала в воздухе. Густой туман легким одеялом накрыл парк, скрывая фигуры, замышлявшие темные дела. Трава под ногами была влажной, почти такими же стали и туфли. Сквозь размытую серую пелену верхушки высоких деревьев прятались за туманом. Но прохлада не могла остудить тот жар, в который время от времени бросало Дэмиена.

Он никогда не участвовал в дуэлях раньше. Все его конфликты выливались в драки на кулаках, от этого он получал большее удовольствие, и когда противники выбивались из сил, то все разногласия заканчивались, и они заключали перемирие. Однако этот случай кардинально отличался от всех предыдущих.

Прежде всего, была задета не его честь, а Надин. И то оскорбление, которое Джекол нанес ей, Дэмиен бы не стерпел. Ему было бы мало набить ему морду, Тристан должен был заплатить за то, что чуть не сделал. И если его расплата будет стоить Дэмиену жизни, то черт с ней!

Гнев придавал ему смелости и уверенности. Дэмиен не жалел, что поставил на кон их жизни, свою и Джекола, один из них сегодня усвоит свой урок.

- Ты уверен, что он придет? - спросил Кайл, пытаясь поддержать огонь почти потухшей сигары.

- Рассвет еще не наступил, - заметил он.

- Черт! - Гилберт нервничал.

Дэмиен тоже нервничал. Он ходил туда-сюда, неспокойно метался, словно не мог найти себе места. Гладкая рукоятка пистолета выскальзывала из вспотевшей руки. Иногда, когда он представлял, как все произойдет, Дэмиен слышал сильный стук своего сердца. Во рту образовалась сухость. Дэмиен достал фляжку с бренди и сделал пару глотков.

В пару резких шагов Гилберт подошел к нему и выхватил бренди.

- Хватит с тебя, - с грозным недовольством сказал друг. - Так ты умрешь раньше, чем сможешь сделать первый выстрел.

Дэмиен вздохнул и потер словно наполненные песком, глаза.

- Тебе нужно было поспать, - немного смягчившись, но также сурово говорил Кайл. - Ты не сможешь стреляться в таком состоянии.

- Смогу, - уверенно заявил Дэмиен. - Должен.

Он бросил взгляд на горизонт, туда, где вставало солнце; протянулась предупредительная светлая полоса. Благодаря солнечным лучам туман скоро развеется, и все начнется. Пальцы похолодели.

Каким бы мерзавцем не был Джекол, убивать его все же не хотелось. Дэмиен осознал это только сейчас, стоя посреди парка с пистолетом и в компании секунданта. Но было слишком поздно. Оставалось надеяться, что Тристан опомнится и попросит прощения, тогда можно будет избежать смертельной битвы на пистолетах и закончить все мирно.

- Доброе утро, джентльмены. - Самоуверенной раскаченной походкой Джекол приближался к ним.

За ним следовал и его секундант, молодой, невысокий и круглолицый.

- Это мистер Питтс, сегодня он будет моим секундантом. - Джекол встал напротив Дэмиена в метре от него.

- Может быть, - спокойно начал Кайл, - его услуги, как и мои, не понадобятся. В случае если ты готов принести извинения Чеширу и Надин, признав, что перешел рамки дозволенного. Что скажешь?

Джекол задрал голову, глядя на Дэмиена в упор. На краткий миг он заметил, как в его взгляде мелькнуло сомнение. В Дэмиене проснулась надежда. Если плут извинится перед ними, признает, что был неправ, Дэмиен немедленно отменит эту дуэль. Только бы благоразумие взяло в нем верх! Но сомнение Джекола тут же сменила отчаянная решимость, и Дэмиен обреченно опустил веки.

Карие глаза Джекола озарил первый луч солнца, когда он бросил взгляд на горизонт.

- Нет времени на пустые слова. Давайте займемся делом.

Надин пробежала пустые улицы, надеясь успеть вовремя. Лондон еще спал. Везде стояла прохлада, но, разгоряченная бегом Надин, ее не чувствовала. Ее щеки покраснели и, часто дыша, она с подобранными юбками без оглядки мчалась в Гайд-парк.

Бессонная ночь принесла ей к утру дерзкое решение: остановить дуэль, спасти Дэмиена. Надин чувствовала отчаянную безысходность. Не представляла, как сможет жить, если он вдруг погибнет. Сердце разрывалось, как только она думала об этом, но не могла отделаться от этих мыслей. Они неустанно преследовали ее, нагоняя беспокойство и вселяя страх. Надин съедало и чувство вины, не могла представить, как будет смотреть в глаза сестре, чью помолвку она разорвала кровью.

Если Дэмиен не выживет, Надин потеряет все. Ее охватывала крайность, будущее приобретало мрачные и неясные оттенки. Сможет ли она жить без него?..

Надин надеялась, что ей не придется отвечать на этот вопрос. Именно поэтому она сейчас ворвалась в ворота огромного парка, опустошенного и слегка затуманенного, и остановилась. Надин оглянулась по сторонам, ища глазами хоть кого-нибудь. Но не нашла. Она не знала, куда именно идти. Бросила взгляд на восток: первый луч солнца выглянул из-за горизонта. Началось. Пульс стучал где-то в висках, паника разрасталась в груди.

- Надин, дитя, с добрым утром. - Тетя Нэнси направлялась к выходу из парка. Ее, как всегда, цветущая улыбка, при виде беспокойства Надин внезапно исчезла. - Что ты делаешь здесь так рано и одна?

Надин схватила ее руки, словно цеплялась за последнюю надежду.

- Тетя Нэнси, вы видели здесь группу джентльменов? - Голос не скрывал ее отчаяния. - Их примерно четверо. Видели?

Ошеломленная, тетя Нэнси странно посмотрела на Надин, затем медленно кивнула.

- Да, видела издалека…

- Где? - Надин сильнее сжала ее руки. - Где вы их видели?

- На другой стороне Серпентайна.

Серпентайн - это озеро в Гайд-парке. Надин бросилась бежать. Она знала, где сейчас Дэмиен, и мчалась прямо туда. Сердце ее бешено колотилось, а ноги продолжали нести вперед. Только бы успеть! Дыхание сбилось, она начала задыхаться, с непривычки в левом боку стало покалывать. Но Надин игнорировала все недуги и продолжала бежать с единственной мыслью: лишь бы не опоздать.

Приближаясь к озеру, вдалеке она заметила, как вдоль него находились мужчины. Один стоял к ней спиной, по росту она догадалась, что это был не Дэмиен, а значит, Джекол. На приличном расстоянии они стояли, направив оружие друг на друга, а в стороне заняли свои позиции еще два джентльмена, их секунданты, догадалась Надин. В одном она узнала Кайла.

Противники стояли друг напротив друга с пистолетами, будто ждали отсчета. Надин ринулась к ним. Одна нога выскользнула из мокрой туфли, оставив ее где-то на сырой траве, но она даже не обратила на это внимания. Надин хотела кричать, чтобы остановить дуэль, но услышала, как один из секундантов досчитал до трех, поэтому успела лишь решительно наброситься на Джекола.

Она толкнула его в озеро, но перед этим уже раздался роковой выстрел…

Он очнулся в чьей-то спальне. Увидев по левую сторону на столике вазу с цветами, с заостренными углами мебель и женственно-элегантные обои, сразу понял, что он не дома. Попытался сесть на подушках, и его тут же пронзила адская, жгучая боль в области груди, у основания левого плеча. Дэмиен поморщился, но не издал ни звука. Повернув голову, он обнаружил, что его плечо и грудь были перебинтованы.

Сглотнув, Дэмиен ощутил сухость, ему хотелось пить. Рядом с цветами на столике стоял графин с водой и стаканом. Дневной свет, будто дразня, соблазнительно освещал глубину сосуда и заставлял его сиять. Мучительнее всего было то, что он находился в недоступной близости от него. Дэмиен испытал досаду, что не мог дотянуться до графина, потому что знал, сейчас каждое его движение левой рукой будет мало того, что бесполезно, так еще и принесет ему невероятную боль. Снова сглотнув, он осмотрелся.

Дэмиен не сразу заметил, что рядом на стуле сидела Надин. Она находилась в согнутом положении, с опущенным вниз лицом упиралась головой в сложенные кверху руки. Наверное, уснула, подумал Дэмиен. Надин словно молилась и в один миг застыла, как парижская горгулья, чуть ее коснулся солнечный свет. Он был рад, что она здесь, рядом с ним.

Теперь же Дэмиен начал по кусочкам вспоминать, что случилось. Он вдруг вспомнил, что, перед тем, как выстрелить, буквально за несколько мгновений, Надин набросилась на Джекола, и тот упал в озеро, а его, Дэмиена, обжог огонь в области плеча и затем он упал. Несколько секунд он слышал крики и переполох вокруг, но не мог открыть глаза, а потом наступила внезапная тишина. И вот он здесь.

Надин неожиданно подняла голову.

- Ты очнулся! - Глаза ее радостно засияли.

- Очевидно, только благодаря тебе, - недовольно буркнул Дэмиен. Слова были так же сухи, как полость во рту.

Его, сильного и здорового - до этого момента! - мужчину, спасла женщина! Одно из самых слабых в известном смысле созданий на земле. Вдруг Дэмиен мысленно одернул себя. Он не умер только благодаря усилию этого прекрасного создания, отваге этой хрупкой девушки… которую он безусловно любил. И хотя Дэмиен был уязвлен, он должен был признать, что обязан ей жизнью. Он проигнорировал восставшую в нем гордость.

Неглубоко и аккуратно вздохнув, он попытался смочить горло, но тщетно, потом признательно отозвался:

- Спасибо, вряд ли я смог бы уцелеть, если бы не ты.

Надин словно не заметила ни его ворчания, ни внезапно сменившегося на мягкость тона. Она продолжала смотреть на него с улыбкой, как на чудо, и глаза ее слегка блеснули от влаги.

- Не могла бы ты подать мне стакан воды?

- О, разумеется. - Надин суетливыми движениями наполнила стакан с заветной жидкостью.

Одной рукой она поддержала его за затылок, а другой преподнесла грани стакана к губам.

В рот, будто до этого наполненный выжженной на солнце землей, вдруг влилась прохладная вода. Она заполнила собой все пространство, Дэмиен никогда бы не подумал, что когда-нибудь станет так отчаянно желать самую простую, доступную, но такую необходимую всем вещь - воду.

Утолив жажду выпитым до дна стаканом воды, Дэмиен почувствовал себя гораздо лучше.

- Я… - начала Надин, робко посмотрев на его ладонь.

Не поднимая лежавшей на кровати руки, Дэмиен приподнял к ней кисть, Надин не сразу, но взяла ее. Пальцы ее оказались прохладными, но приятными и гладкими.

Свободной рукой Надин вынула медальон, висевший у нее на шее, спрятанный под домашним платьем.

- Ты сохранила его?

- Конечно. Он для меня кое-что значит. И я хотела сказать…

- Что? - Дэмиен смотрел ей в глаза, судорожно ища там ответ.

Он видел, Надин не колебалась, она точно знала, что хочет сказать, но не могла это выговорить.

- Я не могу больше держать это в себе. Ты должен знать, что… - снова замолчала.

Дэмиен пальцами сжал ей руку.

- Что? - настаивал он.

Надин то встречала, то избегала его взгляда, словно ее сдавливало стеснение. Она зажмурилась.

- Что я люблю тебя! - Слова ее пролетели с лихорадочной быстротой, будто они могли обжечь ей язык. Надин облегченно выдохнула.

Дэмиен тоже испытал облегчение. Их пальцы играючи переплетались между собой.

- Я знаю, что вы с Викторией помолвлены, и это ничего не изменит, но я просто хотела, чтобы ты знал…

- А знаешь, что я хочу, чтобы ты знала? - спросил он ее.

Надин подняла на него тревожные глаза.

- Что мое признание смешно, а сама я наивна?..

Он нахмурился.

- Далек от этой мысли. - Сделал паузу, испытывая на себе выжидающий взгляд Надин.

К его удивлению, она не подгоняла к ответу своим любопытным «ну?» и не пыталась переспрашивать. Надин молча смотрела ему в глаза, возможно, прикинул Дэмиен, рассматривала их так же, как обычно это делал он. Это очень затягивало.

В этот раз Дэмиен не стал тянуть, а сразу признался:

- Я хочу, чтобы ты тоже знала, что я к тебе испытываю. Я люблю тебя, сильно и навсегда.

Надин приоткрыла рот, слегка удивившись. Подкрепленные улыбкой, голубые ясные глаза вспыхнули ликованием. Но так же быстро разочарованно потухли.

Надин расплела их пальцы и отняла свою уже согретую руку. Дэмиен почувствовал холод в том месте, где они соприкасались.

- Но, несмотря на взаимность наших чувств, ты все равно вынужден жениться, - сказала она. - Они не отменят твоего обещания, которое ты дал моей сестре. А я не могу поступить с ней бесчестно, это неправильно.

Дэмиен помрачнел. Надин была абсолютно права: он уже сделал предложение другой. И должен жениться. Дэмиен с силой сжал простынь в кулак. Решение, принятое им с горяча, теперь давало свои плоды. Он горько пожалел о нем. И ничего нельзя было сделать, чтобы не навредить одному из них. Кто-то должен пострадать, так или иначе. Дэмиен был готов задушить себя подушкой. Каким же он был дураком!

- Мы не можем быть вместе… - продолжала с горечью Надин.

Он видел, как нелегко ей давались эти слова. Они вызвали ее слезы. Надин смотрела в окно, не поворачиваясь к нему, утирая еще не покатившиеся слезинки. Его сердце заныло от сострадания и сожаления.

- Ну почему же? Это вполне обратимо, я вам скажу. - Порог неожиданно пересекла Виктория.

Надин потрясенно вскочила.

- Вики! Ты слышала?..

Виктория продолжительно кивнула головой.

Надин закусила губу, потом ударилась оправдываться:

- Вики, это ничего… то есть, я хочу сказать, что между нами ничего нет. И то, что ты слышала…

- Надин, я слышала достаточно, чтобы понять, что ты мне лжешь, - резко прервала ее сестра. Виктория стояла с сомкнутыми руками и казалась слегка недовольной и возмущенной. - Как ты могла? Глядя мне в глаза лгать о своих чувствах? Ведь в тот момент, когда я спрашивала тебя той ночью, испытываешь ли ты что-нибудь к лорду Чеширу, ты уже тогда это знала, верно?

Надин нехотя призналась кивком. Сестры говорили так, словно Дэмиена и не было в комнате, но он не сделал попытку вмешаться.

Наоборот, он замер и не шевелился, боясь, что они вспомнят о его присутствии.

- И ты продолжала лгать. Это ранит меня больше всего. Как ты могла поставить меня в положение, в котором я стала причиной твоих страданий? Ты хотя бы осознаешь, что рисковала разрушить наши отношения?

Надин прикрыла ладонью глаза, испытывая неловкость и чувство вины.

- И, тем не менее, - Виктория опустила руки, ее тон резко смягчился, - я с радостью освобождаю вас, милорд, от обещания.

Надин с глубоким удивлением и вопросом посмотрела на сестру.

- Да, - уже с улыбкой отвечала она, - я с чистым сердцем благословляю ваш союз. И буду несказанно счастлива, если Надин наконец выйдет замуж и примерит на себя роль невесты, затем жены и, если повезет, матери.

Дэмиен удивился. Какая приятная неожиданность! Виктория подошла и обняла сестру. Трогательную сцену прервал тройной стук по косяку открытой двери.

- Как видно, я немного не вовремя. - Джекол в красном мундире стоял на пороге с заведенными за спину руками.

Все три пары глаз ошеломленно уставились на него.

- Кто вас впустил? Как вы посмели сюда явиться после того, что произошло? - Надин возмутилась до такой степени, что ее щеки подогрели красные пятна.

Джекол помялся на пороге.

- Я должен объяснить…

- Нечего объяснять, - непреклонно отрезала Надин.

- Пусть войдет, - позволил Дэмиен.

Тристан сделал пару шагов в комнату и остановился, прежде чем Виктория и Надин опасливо попятились от него назад. Будто он мог наброситься на них или выстрелить прямо здесь и сейчас!

- Прежде чем вы обрушите на меня все свое негодование, хочу заверить, что я пришел сюда не для того, чтобы извиняться. - Девушки уже приготовились возмущаться, но Джекол поспешил их опередить: - Потому что!.. Я не собирался стрелять.

- Но выстрелил, - сурово заметил Дэмиен.

- И причем очень успешно, рядом с сердцем, - сказала Виктория.

- Лишь потому, что Надин толкнула меня. В последний момент я передумал и собирался выстрелить в небо. В знак примирения. - Взглянул на Дэмиена, потом на его рану. - Так что я не хотел ранить и тем более убивать тебя. Вот и все.

В ответ последовала тишина. Открывшаяся истина парализовала всех троих. Джекол обвел их взором.

- Всего доброго, - сказал он и, круто развернувшись, как солдат, последовал на выход.

- Джекол, - окликнул его Дэмиен, и тот замер.

Тристан повернулся к нему профилем.

- Если ты помнишь, мой пистолет все же сделал выстрел. Однако перед этим я направил дуло вверх. Я тоже не хотел тебя убивать.

Джекол повернулся к нему всем телом, смотря долго и неотрывно, лицо было непроницаемо.

- Я знал, - сказал он, дьявольски усмехнувшись на прощание.

- Вся ли семья знает обстоятельства, при которых я оказался у вас дома? - спросил их Дэмиен, когда Тристан ушел.

Надин насмешливо улыбнулась и присела рядом на стул.

- Вся. Хотя дедушка настаивал, чтобы тебя разместили в другом крыле, но поскольку ты практически член семьи, он позволил тебе остаться здесь. – Надин протянула к нему руку.

Они снова переплелись вместе теперь уже от переполнявшей радости, что все закончилось. Только краем глаза Дэмиен смог увидеть, как Виктория, смутившись, бесшумно выскользнула за дверь, оставив их наедине. И он был ей за это очень благодарен.

− Поцелуй меня, − попросил он.

− Прямо здесь? − Надин изумленно округлила глаза и обернулась, но не увидела сестры.

− Я сделал бы это сам, если б мог. Мне не терпится поздравить свою невесту с помолвкой.

Надин с мягким укором сощурила глаза и, усмехнувшись, откинулась на спинку стула.

− А разве мы помолвлены? Тот момент, когда ты делал мне предложение, кажется, вылетел у меня из головы.

− Ты забыла. – Дэмиен нежно сжал ее руку. – Момент, когда я подарил тебе медальон, это и было предложение.

В легком возмущении брови Надин взмыли вверх.

− Да вы просто мошенник, милорд! Обманом заставили леди принять ваше предложение, это немыслимое коварство!

− Так, значит, леди все-таки приняла предложение? – Дэмиен довольно усмехнулся.

Она опустила глаза вниз. Надин не ответила, но смущенная улыбка и не менее смущенный румянец сказали все за нее.

К его неожиданности, Надин внезапно приблизилась к нему, аккуратно нависнув сверху, и подарила ему поцелуй. Волшебные и мягкие губы, о которых он мечтал так много дней наконец коснулись его. Однако она прервала поцелуй слишком скоро, все еще находясь в мучительной близости. Дэмиен успел разочарованно вздохнуть.

− А что там ты говорил о предыстории медальона? – спросила она, переводя взгляд с глаз на губы и обратно.

Его большой палец погладил ее по щеке вниз и остановился под подбородком.

− Об этом чуть позже, − промурлыкал он и, приподняв за подбородок, снова притянул ее к себе.

Глава 25

15 сентября 1830 г.

Крытый вагон состава, в котором они находились, был роскошно украшен, насколько это могло быть возможным; золотая отделка и такого же цвета узоры явно подчеркивали высокий статус своих пассажиров, а свисающие с крыши ламбрекены и вовсе казались Надин излишними. Она смотрела на составы южных линий, которые обходились без крыш и украшений, заполненные средним классом. Вдруг осознала: красивая отделка совершенно не предназначена для поездов. Через короткое время она почернеет от копоти, а что-то отвалится, и тогда состав будет выглядеть неуместно и несуразно.

Уже с громким, оглушающим свистом паровоза Надин поняла, что поезд – машина грубая и практичная, он не предназначен для того, чтобы рисоваться перед людьми, красиво разъезжать на нем, махая рукой, а потом расставаться с ним в белой одежде, удаляясь по красной дорожке. Нет, этот железный монстр не станет церемониться, и человек сойдет с него, запачканным в грязи, оглушенный свистом и надышавшись дыма.

Однако, несмотря на неудобства, которые сопровождали их в силу новизны транспорта, Надин все равно была рада оказаться здесь и по-прежнему выступала сторонницей открытия железной дороги Ливерпуль-Манчестер.

Шум поезда и доносившиеся издалека звуки играющего марша не давали расслышать даже собственные мысли.

− Держитесь крепче! − крикнул им Дэмиен, когда восьмой состав северной линии был полностью укомплектован и готов к отправке. – При отправлении нас слегка тряхнет.

− За что держаться? – крича, спросила Виктория и ища, за что ухватиться.

− Хотя бы за ограждения. Можно обхватить столб, − предложил он, но его лицо разочарованно потемнело, когда увидел, как другие пассажиры облепили руками столбы, державшие крышу. Дэмиен ухватился за край борта одной рукой, а другой, раненой, держал Надин.

Всего было четыре рельса и восемь составов. Такого уровня персоны, как премьер-министр герцог Веллингтон и Уильям Хаскиссон, бывший лидер палаты общин и секретарь по делам войны и колоний, находились где-то в первых вагонах.

− Вот я и сдержал обещание, − сказал ей на ухо Дэмиен и ласково улыбнулся. Его взгляд излучал тепло. – Ты счастлива?

− Я стану еще счастливее, когда настанет день нашей свадьбы, − перебивая беспорядочный шум, громко говорила Надин.

Общаться при давящем уши гуле было донельзя трудно. Внутренности Надин дрожали, казалось, будто двигатель поезда и непрекращающиеся звуки музыкальных инструментов, пронизали тело насквозь.

Наконец, поезд двинулся. Состав резко дернулся, и все пассажиры, ахнув, покачнулись. Если бы не рука Дэмиена, обхватывавшая ее за талию и вместе с тем заставлявшая трепетать, Надин бы упала.

- Не напрягай руку, не надо, - с беспокойством просила Надин, когда увидела, как Дэмиен поморщился от боли у основания плеча.

В ответ он лишь утешающе улыбнулся, улыбка эта далась ему нелегко.

Виктория держалась за борт и смотрела загадочным взглядом в одну точку. Надин не смогла отследить, Дэмиен и еще несколько людей загораживали ей обзор.

Они ехали медленно, постепенно наращивая скорость. И вот, когда они разогнались и стали мчаться по зеленым равнинам окрестностей Ливерпуля с невероятной быстротой, Надин захватил восторг и ощущение скорости. Так быстро не могла разогнаться даже ее чубарая длинноногая лошадь. Вагон дрожал и иногда сотрясался, будто гудел у нее где-то внутри.

Их состав мчался, но не так быстро, как на параллельных рельсах. Те не боялись прибавить скорости, и некрытые вагоны смело летели вперед. Однако «Ракета», небезызвестный паровоз, соседствующий на ближайших рельсах, на удивление отставал от них.

Надин видела, что в глазах Дэмиена зажегся тот же огонь, какой горел в ней. Это чувство азарта, гулко бьющегося сердца на встречу неизведанному и, возможно, немного опасному заставляло глотать каждый свежий воздух и чувствовать жизнь.

На полпути к Манчестеру они сделали остановку на станции Парксайд, чтобы пополнить запасы воды. Машинист поезда попросил всех оставаться на своих местах.

− Мои ноги этого не выдержат! – послышалось ворчание пассажиров. – Прошу, давайте спустимся и немного пройдемся.

Волна недовольных воплей прокатилась по их вагону. Вдруг Надин заметила, как кто-то открыл дверь вагона, и большая часть пассажиров рекой потекла на выход.

− Мы остаемся, − сказал им Дэмиен, и они остались ждать.

В вагоне стало намного свободнее и легче находиться. Надин прошлась вдоль него и обратно, чтобы размять затекшие ноги. Из других вагонов люди тоже стали выходить. Надин заметила, как политик Хаскиссон спустился со своего вагона и направился к вагону Веллингтона.

− Ищет повод сблизиться с премьер-министром, − сказал ей Дэмиен, пристально наблюдая за Хаскиссоном.

− Он же сам подал в отставку из-за того, что не сошелся с ним во взглядах. Зачем ему это надо? – не понимала Надин.

− Он популярен в народе благодаря своему красноречию, а Веллингтон сейчас в очень уязвимом положении. Решил, так сказать, протянуть ему руку помощи и заодно вернуть себе пост.

Надин задумчиво хмыкнула. Хаскиссон, как и догадывался Дэмиен, подошел к вагону, с которого на него высокомерно взирал Веллингтон. У них завязался разговор.

Оглянувшись по вагону, Надин ужаснулась, когда не смогла найти Викторию.

− Дэмиен, Вики нигде нет.

Он неторопливо осмотрелся, потом его взгляд остановился где-то за пределами вагона.

− Я ее вижу. Все в порядке.

Надин нашла сестру взглядом и успокоилась. Хотела позвать ее обратно, но передумала. Вики говорила с каким-то джентльменом из соседнего вагона их же состава.

− Симпатичный? – шепнул ей на ухо Дэмиен, отследив ее взгляд. – Ну, скажи мне как обладательница женского взгляда.

Дэмиен незаметно взял ее за руку, и ее охватила приятная дрожь.

− Очень симпатичный, − сказала она, не сдерживая улыбки. – Но сравнение с тобой не выдерживает.

− Правда?

Она повернула к нему голову, посмотрев через плечо.

− Потому что для меня существует только один очень симпатичный джентльмен. Мой жених.

Дэмиен игриво усмехнулся.

− А он знает об этом?

Надин сделала вид, что задумалась.

− Я думаю, догадывается.

- Кстати, что там с академией? - внезапно спросил Дэмиен. - Они ведь ждут от меня, точнее, от тебя ответа.

Надин озадаченно вздохнула.

- В этом все и дело, они ожидают увидеть тебя, мужчину. А если узнают, что я их обманула… - Уныло пожала плечами. - Я не знаю, что делать.

Аккуратным движением он приподнял ее подбородок.

- Мы что-нибудь придумаем с этим. Обещаю.

Надин улыбнулась ему. Его взгляд упал на ее губы. Дэмиен приблизился к ней, чтобы поцеловать. Сердце Надин замерло. Но их прервали внезапные крики.

Толпа людей всполошилась. По южной линии мчался «Ракета», угрожая рассыпавшейся по путям толпе. Визг женщин, крики и свист поезда смешались со звуками торопившихся запрыгнуть в вагон людей. Другие ринулись отбегать в сторону. Поезд неумолимо летел вперед, предупреждая свистом, чтобы все убрались с дороги.

«Ракета» не имел тормоза, он мог лишь дать ход назад. Охваченный паникой, Хаскиссон заметался между рельсами, не зная, куда себя деть. В конце концов он бросился к вагону и пытался на него запрыгнуть.

Толпа людей быстро забила собой вагон, и Надин пришлось пробираться к окну. Ее охватил холодный страх от того, что она видела, как Вики в панике бросалась то влево, то вправо, как Хаскиссон, а «Ракета» продолжала мчаться ей на встречу.

− Вики, беги! – кричала ей Надин.

Неожиданно мужчина схватил Викторию и отбросил с собой в сторону, прежде чем поезд пролетел прямо перед ними. Надин выдохнула.

− Где она? – беспокойно прильнул к окну Дэмиен.

− Она в порядке. Ее спас тот джентльмен. – И все же Надин с замиранием ждала, когда состав пронесется, и она увидит свою сестру целой и невредимой.

«Ракета» умчался, а вместе с ним удалялся и шум. Послышались истошные крики о помощи. Хаскиссон лежал на земле, корчась от боли. Его нога была в крови. Люди спрыгнули с вагонов, чтобы помочь ему. Но то, что увидела Надин в следующее мгновение, заставило ее оцепенеть от страха.

Вики лежала на земле рядом с третьими рельсами, не шевелясь. Надин похолодела от ужаса. Сестру окружили люди, пытаясь оказать ей помощь. Расталкивая людей в забитом вагоне, Дэмиен и Надин ринулись к Виктории.