Обь-бездна

Часть 1. Обь-бездна. Пролог

Новосибирск, 2011 год, июнь

— Матвей Борисыч! А вы что здесь делаете? Ваше же ведомство «по чертям», а не авариям.

Резнов отвлекся от обломков мотоцикла и повернулся к подошедшему старому знакомому. С этим лейтенантом — кажется, Сидорцовым — они иногда сталкивались, когда ради дела приходилось обращаться в ГАИ. Неплохой, в общем-то, парень, ответственный, дотошный и с уважением относящийся к запросам коллег, пусть иногда и кажущимся странными.

— Поверишь, если скажу, что ехал мимо? — он пожал протянутую руку. Все было не совсем так, но не рассказывать же, что, задремав за отчетом, внезапно подскочил с четким пониманием, что что-то происходит. — Смотрю, хорошо размотало?

Совсем рядом по Старому шоссе проносились машины, и темноту у обочины разгонял мелькающий свет их фар и фонари инспекторов ГАИ, которыми подсвечивали для медиков —от дорожных фонарей толку было мало, они смотрели только на проезжую часть, а не на лес. По деревьям прыгали синие блики от маячка на «скорой», из-за чего кому-то более впечатлительному подступивший к дороге лес мог показаться совсем неуютным, особенно с учетом двух трупов — мотоцикл искорежило так, что водитель с пассажиром не могли выжить.

За двадцать лет следовательской службы Резнов привык и не к такому.

— Можно подумать, пацан хотел повыделываться перед девчонкой и несся с превышением, не справился с управлением, вылетел на встречку, втемяшился в отбойник, ну и… Но, — лейтенант указал на машину «скорой», рядом с которой водитель отпаивал чем-то трясущуюся женщину. — Не поверите, есть свидетельница. Ждала такси на остановке, говорит, ребята ехали по своей полосе, и не слишком быстро. Со встречки вылетел черный внедорожник, к чертовой матери, — он смущенно кашлянул, покосившись на Резнова. — Снес разделитель, развернулся и скрылся. Там остались следы шин… Хорошо, что вы здесь. Все равно вашим передавать.

— Нашим, понадеемся, все-таки не придется, — поправил его Резнов. — Сойдемся на Первомайском отделе.

Он искренне любил свою работу и не считал — точно знал, что их отдел по «учету чертей в бездне», как их метко прозвали коллеги, не зря ест свой хлеб. Ожила городская легенда и устроила беспорядок, напугав жителей улицы? Начитавшийся фентези дурак провозгласил себя некромантом и ушел развлекаться на кладбище, но оказался одаренным и по глупости поднял упырей? Юный пиромант не справился с собой и сжег целый квартал? Любые другие неприятности, касающиеся магии? Все к ним.

Но столь же искренне полагал, что чем меньше работы для них, тем спокойнее живется простым людям.

— А такси что?

— Подъехало позже, когда внедорожник уже уезжал, но регистратор успел поймать номера. Флешку изъяли, будем смотреть. А Лунина-то зачем приехала?

Резнов глянул на подъехавшую изумрудную с золотой искрой «Тойоту» и усмехнулся, хотя предчувствие, заставившее выбраться из кабинета и пронестись через полгорода и почти смолкшее при осмотре места, снова подняло голову. На простые аварии и тривиальные убийства эта машина не приезжала никогда.

Заметил ее и водитель «скорой».

— Тьфу ты, этих теперь на Немировича везти, — он сплюнул, не обращая внимания, что почти успокоившаяся свидетельница снова затряслась.

— Что ж вы все так. Полезные связи лишними не бывают, — усмехнулся Резнов и пошел навстречу выбравшейся из машины женщине.

На обочине оживленного даже ночью шоссе, среди останков мотоцикла и рядом с двумя телами ее светлая шелковая блузка, струящиеся брюки и дорогие босоножки, проваливающиеся каблуками во влажную после недавнего дождя землю, казались неуместными. Весь ее вид — и гладкий пучок пепельно-светлых волос, и серьезное выражение лица, даже темно-бордовый маникюр с переливом — кричали о том, что ей бы руководить из кабинета в Минздраве, не меньше, раздавая задания и выслушивая отчеты в рабочее время. Но точно не ездить по лесам после полуночи.

— Не спится, Яна Денисовна? — по-свойски спросил Резнов.

Пусть ее не слишком жаловали сотрудники «скорой» и ГАИ, но для их отдела она оставалась незаменимым человеком, бравшим на себя всю медицинскую бюрократию, а иногда и скальпель, когда больше некому было провести вскрытие. Происшествия с использованием магии не ограничивались простым испугом у очевидцев; две трети случаев заканчивались смертями, большей частью — убийствами.

— Не мне одной, — хитро сощурилась Яна Денисовна. — Тоже почувствовали?

— Понять бы, что именно.

— Не здесь, — бросила она, не разжимая губ, и, расстегнув манжеты, закатала рукава. — Все сложно. Посмотрим на тела?

Девчонку врачи успели перевернуть, и она лежала на спине — бледная, с окровавленным лицом, устремившая застывший взгляд к нависающим веткам. Длинные темно-русые волосы сбились в колтун, а слетевший с головы шлем валялся неподалеку.

— Не застегнула нормально, — вскользь сказал Сидорцов, вернувшийся к заполнению протокола. — А то не размозжило бы.

— Специалист, — недовольно буркнул врач и огрызнулся еще раз. — Ну куда вы лезете?!

Яна Денисовна заткнула его взглядом и склонилась над телом, впрочем, трогать не стала, ограничилась осмотром. Среди новосибирских врачей, особенно из областной больницы и бригад «скорой», ходили настойчивые и жутковатые слухи о ее связях в областном Минздраве, вплоть до того, что она прижимала каблуком самого министра. При всем ее непростом характере и немалой магической силе Резнов сомневался, что она давила или воздействовала на чиновников. Скорее уж пришла к соглашению с привлечением руководства Следственного комитета и особенно их отдела «по чертям», чтобы ей не мешали. Справедливости ради, он не помнил случаев, чтобы Яна Денисовна злоупотребляла положением.

Парень-водитель лежал рядом, и два врача как раз медленно, держась за шлем с двух сторон, пытались снять его с головы. Осторожность, судя по изломанной неестественной позе, была излишней — даже если он все еще оставался жив, то ненадолго.

Резнов подошел ближе, и тут же за его спиной кто-то резко вздохнул и закашлялся, словно вытащили из-под воды. Дальше сработал опыт и натасканная интуиция, заставляющая делать раньше, чем разум осмыслил: Резнов прижал средний и указательный пальцы правой руки к ладони в защитном жесте и провел перед собой черту. Порожденная истошным воплем неконтролируемая волна чистой силы забилась между двумя щитами — Яна Денисовна тоже не растерялась, прикрыв тех, кто стоял рядом — и унеслась в лес, сминая несколько тонких стволов молодых березок.

Девчонка замолкла и села, неверяще вытаращившись на приятеля и зачастив:

— Нет, нет, нет, нет…

Отвлекшись на нее, Резнов только краем глаза заметил, как дернулась рука мальчишки. Не в предсмертной судороге, не от неаккуратного движения врача, не потому, что упала — как будто он пытался пошевелиться.

— Парня живо в областную, — рявкнула Яна Денисовна и, отогнав врачей, села напротив девчонки. — Успокойся. Ты понимаешь, что происходит?

— Мы… — та часто заморгала, посмотрела на шлем, потом на останки мотоцикла. — Да. Мы ехали из Академа… Господи.

Она хотела закрыть лицо ладонями, но увидела порезы, ссадины и кровь и застыла с поднятыми руками. Резнов с сочувствием подумал, что девчонка не многим старше его семнадцатилетней дочери Сашки — совсем ребенок, которого вынесло на мотоцикле в суровый мир взрослых.

— Идем, я отвезу тебя в больницу. Не будем отвлекать врачей, они нужнее твоему другу, — Яна Денисовна встала и протянула ей руку, не брезгуя грязью. Какой бы ни казалась холеной внешне, запачкаться она никогда не боялась и роскошную «Тойоту» со светлым салоном тоже не щадила. — Матвей Борисович, присоединитесь?

— Я на своей, — отказался Резнов. — Увидимся позже.

Первой уехала «Тойота», за ней — «скорая» с пострадавшим парнем; Сидорцов с напарником провозились еще час, косо поглядывая на Резнова, но спрашивать ничего не стали.

Оставшись в одиночестве, он рассеянно посмотрел в темноту между деревьями. На мгновение появилось чувство, что за ним наблюдают, но надолго не задержалось и растворилось в ночи за секунду до того, как у обочины с тихим шелестом остановился спорткар.

Резнов не понимал увлечения такими машинами. Непрактично, по новосибирским дорогам только летом и гонять, рискуя сесть в яму, до приличной скорости разве что на трассе получится разогнаться… если закончится вечный ремонт и такие же вечные пробки.

— Доброй ночи, Матвей Борисович, — обычно в голосе вышедшего мужчины лет тридцати слышалась приторная любезность, но сейчас его сменила непритворная усталость. — Предполагал, что найду вас здесь, хотя предпочел бы Лунину.

Руслана Бессмертного Резнов не любил — заносчивый, настойчивый, пользующийся влиянием отца-владельца крупной торговой сети. К несчастью, в отличие от прочих мажоров, умный и сам занимающийся делами Николая вместо помощника. «Маленький семейный бизнес», чтоб их… Ко всему прочему, оба были не худшими магами, но предпочитали не тратить силы и для решения проблем с какими-нибудь шаловливыми мелкими духами на личном участке предпочитали звонить коллегам Резнова. Повезло, хоть его не дергали по пустякам, а то слышал, что к ним домой приходилось чуть ли не в костюме тройке ходить.

— Вы с ней разминулись минут на сорок. Николай стал интересоваться авариями, которые происходят недалеко от его дачи?

— Не авариями, — к удивлению, Руслан проигнорировал шпильку, хотя в другое время не отказал бы обоим в удовольствии ввязаться в дежурный обмен любезностями. — Отцу… нездоровилось, иначе бы я приехал раньше. Вы ведь тоже почувствовали, как и Яна.

— Допустим, но нам положено по службе. В чем ваш интерес? — Резнов прищурился, сунул руки в карманы джинсов и качнулся с пятки на носок. Когда Бессмертные сували нос в какое-то дело, всегда следовало узнать об их мотивах больше и не упустить инициативу.

— Обойдемся сегодня без словесных игр. Часа три назад убили Хозяина леса, — фонари светили Руслану в спину, из-за чего его лица не было видно, но говорил он подчеркнуто бесстрастно. — От этого и волнение, и отразится оно на всех нас. Я слышал, вы часто летаете в Иркутск, были знакомы лично и знаете, где он жил. Надо проследить, чтобы его знания и, хм, имущество попали к преемнику. И передайте, пожалуйста, Яне как можно скорее, а я вернусь домой.

Хотелось возразить или огрызнуться, но не поворачивался язык. Некоторые обстоятельства требовали исполнения даже неформальных просьб и передачи новостей лично, а не по телефону.

Руслан уехал, не прощаясь, и Резнов, последний раз обернувшись на деревья, тоже не стал больше задерживаться. Яна Денисовна уже наверняка подняла всех на уши, раздала задания и сидит в кабинете в соседнем с больницей бюро судмедэкспертизы, дожидаясь результатов.

Глава 1

Новосибирск, 2025 год, май

— Лови его!.. Ай. Ой. Черт…

Один самокат, с поразительной ловкостью лавируя между ямами в асфальте, пронесся мимо здания полиции и скрылся за поворотом. Второму, едущему следом, повезло меньше: он на скорости влетел в глубокую яму и взбрыкнул, скидывая водителя и заваливаясь рядом.

Рядом остановился какой-то парень и с умеренным интересом, сунув руки в карманы худи, посмотрел на угол дома.

— Не, ну я слышал, что вы тут тащитесь от манулов, — сказал он, глядя на распластавшуюся девушку, но даже не пытаясь помочь. — Но это чо, типа, манул за рулем был?

— Типа, — ошарашенная Аня приподнялась на локтях и тряхнула головой, пытаясь прийти в себя. В голове звенело.

— Прико-ол.

Мимо промчался третий самокат и скрылся вслед за беглецом. С той стороны улицы донеслось затухающее:

— Уаха-ха-ха!

***

Несколькими часами ранее

Карина никогда не разделяла житейскую мудрость мультяшного медведя о пользе гостей по утрам, но когда кто-то начинал ломиться в дверь квартиры в полшестого утра, готова была вовсе одарить гостя самой страшной порчей, которую знала. Как назло, спросонья мысли еле шевелились, а память устроила забастовку.

Пришлось натягивать брошенные в угол штаны и майку, которые из-за слоя грязи следовало бы постирать, но ничего другого под рукой не было, а халаты она не признавала, и идти разбираться так.

На лестничной клетке пятого этажа с зеркально хмурой физиономией стоял Федор, кадровик славного учреждения с громким названием: «Отдел по магической безопасности Следственного комитета России». Сокращалось это вообще-то как ОМБ СК, но остроумные шутники со временем потеряли «М», оставив лаконичные «ОБ», которые еще в девяностые развернули на свой вкус в «Отдел Обь-бездна». Звучало креативно и хорошо подходило по сути, поэтому прижилось.

Рядом с кадровиком жалась к стеночке худосочная блондинка со спортивной сумкой в руках, и лицо казалось смутно знакомым. Поднапрягшись, Карина вспомнила: Аня, студентка четвертого курса их института по подготовке и адаптации к современной жизни юных дарований, как называли между собой студенты и преподаватели — в официальных документах учебное заведение значилось просто: институт при ОМБ СК. В учебе девушка звезд с неба не хватала, но в целом была толковой, хоть и несколько впечатлительной и зашуганной.

— Утро, — констатировал-поздоровался Федор и сунул бумаги. — Анна Кущина, стажерка в отделе. Руководство передало под ваше, Карина Евгеньевна, попечение с правом проживания на служебной квартире.

— И что, завалиться ко мне можно было только в такую рань?

— Слушай, как только до главного дойдет, что нам нужен отдел кадров один на город, а не на Западную Сибирь, и мне не придется пристраивать стажеров за час до поезда в Тюмень, я никого не буду дергать, — отбросив официоз, буркнул Федор, кажется, собираясь сплюнуть на лестницу, но сдержался. — К тому же, я думал, ты ночуешь дома, а не на служебке. Так бы Анна сама устроилась, и днем уже встретились бы в отделе.

И по глазам его читалось, что он очень надеялся, что Карина ночует в служебной двушке, а не дома, и можно будет спихнуть проблему с больной головы на здоровую.

— Ладно, езжай в командировку, разберемся, — Карина зевнула и, вернувшись в квартиру, ткнула пальцем в плотно прикрытую дверь. Спальней она все равно никогда не пользовалась, предпочитая спать на диване в большой комнате рядом с компом и оборудованием, разве что иногда заглядывала покопаться в шкафу. — Располагайся. Но предупреждаю: разбудишь раньше девяти, прокляну.

Карина шумно выдохнула и упала спиной на диван. Закрыла глаза. На улице в кустах под окнами надрывались птицы, прозрачный тюль на окне не помогал против утреннего солнца — все прелести окон на восточной стороне дома. И шторы бы давно пора купить плотные, желательно черные, чтобы не страдать от прямого удара солнечным светом в глаз…

Она застонала, перевернулась на бок и натянула на голову покрывало — начало мая выдалось необычно теплым, и спать под одеялом было жарко.

За стеной справа проснулась и разошлась в лае соседская овчарка, слева, в отданной Ане комнате, что-то упало и, похоже, разбилось. Финальным аккордом соседка снизу высунулась из окна и закричала прощальное напутствие сыну-студенту, отбывавшему в общагу на срок между первыми и вторыми майскими.

— Нет бы прогулять, нафига на три дня в Академ переться, — проворчала Карина и окончательно распрощалась с идеей доспать пару часов. Ладно, разомнется с утра на студентах, у которых ей поставили практикум, потом магическим жуликам меньше достанется.

Первым делом она все-таки переоделась в чистую майку и шорты, а грязную одежду сунула в машинку. Правда, и оставила там до лучших времен, пока накопится еще что-нибудь. Потом приоткрыла дверь в спальню и едва не задохнулась от концентрировано-парфюмерного духа, как в магазине косметики. Открытое окно не спасало.

— Кофебудешь? — на одном дыхании спросила Карина, стараясь не дышать. — Ну и поесть там чего, все равно не спится.

— А… если не сложно, — растеряно улыбнулась Аня, кончиками пальцев подбирая стеклянные осколки и бросая их в зип-пакет.

— С тебя ликвидация катастрофы, пока вся Богдашка не решила, что это на Химконцентрате нахимичили.

Карина поплотнее закрыла дверь, оставляя стажерку практически в парфюмерном аду. С другой стороны, за все приходится платить, за неосторожность с духами — особенно.

Кофемашина на служебке была не новая, но хорошая, приобретенная лично Кариной у знакомого ценителя. Он тогда себе купил что-то совсем навороченное, чему позавидовал бы любой бариста, ну а старую отдавал за нормальные деньги. В отделе, конечно, неплохо платили, за преподавание тоже хорошо доплачивали — все-таки относительно населения в целом маги встречались нечасто, сильные способные практики — еще реже, а тех, кто еще и соглашался учить, вообще заносили в Красную книгу России.

Пока жарилась яичница, в ванную пробралась угрюмая Аня, а минут через десять пришла на кухню, концентрированным благоуханием трендовой вишни заглушая запах подгоревшего хлеба.

— Угощайся, — кивнула Карина на вторую табуретку.

— Спасибо.

Она выждала, пока стажерка устроится и расслабится, и только тогда взялась за допрос. Из чистой с утра вредности, и следовало знать, с чего вдруг в их с Олегом сложившийся дуэт приписали четверокурсницу. К следователям обычно направляли под конец пятого курса, а то и в середине шестого, когда хватает и решимости копаться в грязи, и навыков.

— Чего тебя вдруг на стажировку аж в мае отправили? И не рано? Обычно ваш курс практику проходит у гражданских.

— У одногруппника брат следователь, взял Даньку к себе помощником. Ну… я тоже хочу в отделе работать, — Аня вздохнула и посмотрела в кружку, словно пыталась по ней гадать. — Зачем ждать год? Так же никаких практических навыков не будет, потом нагонять… Пошла к Резнову, он был не против и отправил к вам.

Карина едва не подавилась. Дойти до МатвейБорисыча, совмещающего руководство отделом и институтом — Федька прав, кадров не хватает — это сильно, студенты большей частью его побаивались. А уж добиться, чтобы он согласился… Ей в свое время повезло, они были знакомы даже до ее поступления, и работали они с Олегом помощниками у него лично — девять лет назад, на ее пятом курсе МатвейБорисыч еще был действующим следователем. Это уже потом, года четыре назад, ушел на повышение, и его стало хватать разве что на летучки или советы по конкретным делам.

Он, конечно, тоже хорош. Решил ребенка окунуть сразу во всю прелесть профессии.

— Сочувствую, — с самым серьезным лицом сказала Карина. — У нас не просто. Ты же не рассчитываешь на легкую прогулку по отлову старых городских легенд?

— Их всех приструнили еще двадцать лет назад. Я знаю, — скромно улыбнулась Аня.

— Типа того. На тринадцатый трамвай еще иногда дергают, но туда гражданские стажеры с детектором ходят, — хмыкнула Карина, вспоминая кипу жалоб.

В девяти из десяти случаев это было паразитирование на городских легендах и обида на транспорт. В начале службы приходилось таскаться на каждый случай и проверять вручную, но, к счастью, техника подружилась с магией, и появился детектор, фиксирующий след — сигнатуру — того или иного явления. Подключался к телефону, данные потом автоматически анализировались в приложении, у кого телефоны помощнее, или на компе. Удобно, и справится почти любой.

— Но неужели совсем никаких не осталось? Не может же быть, город такой большой…

— Нет, конечно, — Карина пожала плечами. — Мысль материальна, ага? Сочинил один байку, ну, гид какой-нибудь, потом впаривает на экскурсиях. Люди верят, а потом оно появляется — от веры. Любителей фентези хватает, они славливают, ну и… Хорошо, если это что-нибудь безобидное, но сейчас в тренде всякие ужастики. Особенно лучше не увлекаться в местах силы. Новосибирск еще ладно, в Москве вообще не работает, а вот в том же Питере надо следить за словами. Или на Алтае. Особенно нам.

— Про это слышала. Я из Улан-Удэ, мама предупреждала.

— Что-то ты не похожа на бурятку, — Карина скептически оглядела собранные в две косички светлые волосы, серые глаза и характерно славянскую физиономию.

— Бабушка туда из Твери переехала в молодости.

— А чего ты там не осталась или в Иркутск не поехала? До него ближе, а развиваться там легче, чем у нас.

— Не знаю. Мы подумали, в Новосибирске возможностей больше, — смутилась Аня. — И мама очень настаивала.

— Она тоже маг?

— Да, и бабушка с папой.

Карина молча допила кофе. Династия, значит… наверняка и родственники по бабушкиной линии тоже не лишены дара, но обычно семья старается держаться рядом, а тут сперва одна сбежала на другой конец страны, хотя это явно была уже Перестройка или незадолго до нее, когда магов уже особо не загоняли в тень… Потом другую сплавили подальше.

Новосибирск и правда большой город — полтора миллиона зарегистрированных жителей, в области почти в два раза больше, и это не считая приезжих. Легко затеряться, а сигнатуру конкретного человека разве что по приборам можно вычислить, если потратить пару недель.

Карина поморщилась. Профдеформация. Вряд ли двадцатилетняя девчонка успела натворить дел в Бурятии и сбежать в Новосибирск, ее бы в институт просто не приняли.

— Ладно, пойду собираться, а то студенты останутся не пуганные. Будь другом, сунь посуду в машинку, я вечером запущу, — Карина встала и потянулась. — И сама не опаздывай. Раз уж пошла в стажеры, придется соответствовать дисциплиной и показывать пример однокурсникам.

***

Студенты на практикум приползли вялые и зевающие, кто-то вообще с похмелья — шестой курс, что с них взять, выпускники. До диплома месяц, терять уже нечего, выпустят все равно всех. Карина посмотрела на отекшие, заспанные, местами небритые физиономии и сжалилась, ограничившись парой базовых упражнений и отработкой чар против головной боли. Вообще-то их полагалось использовать в экстренных случаях, но три рабочих дня между майскими праздниками он и есть.

В отдел она добралась к обеду, и ее еще тут же зазвала к себе девчонка из канцелярии, прошлогодняя выпускница, следовательскими талантами не обладающая, но гениально занимающаяся бумагами и отчетами, а заодно ловко сбривала зажравшихся посетителей.

— Чайку? — предложила Лариса, твердо ставя на стол две кружки. — Мама на Алтае сама собирала, она же у меня лицензированная ведунья. Уедет куда-нибудь за Чемал и каждую травинку высматривает и вручную собирает.

— Вообще-то…

— Там прокурор Павла Сергеевича по какому-то делу разносит, не так оформил документы. Я послушала, вы точно не хотите под горячую руку.

— Давай чайку, — сдалась Карина, садясь за свободный стол, заваленный стопками подшитых дел. Половину сдвинула, освобождая место под кружку.

Вообще-то Ларисе полагалась напарница, работающая со сдвигом на два дня — со среды по воскресенье, чтобы в отделе всегда кто-то был. Но прошлая вот только ушла в декрет, а новую подобрать не успели.

— Как вы смотрите на манулов? — светски спросила Лариса, что-то быстро набирая на клавиатуре.

— В зоопарке — с удовольствием.

— А на самокатчиков?

— Им тоже самое место в клетках.

Она достала из принтера бумажку, вложила ее в новую, еще не подписанную картонную папку, и торжественно вручила Карине.

— Я на вас отписала. Матвей Борисович велел, пока Олег Владимирович в командировке, отдавать вам дела попроще.

— Какая забота, — проворчала Карина. — Ты прикалываешься? Манул на самокате?

— Он у Главного вокзала носится. Сам по себе ладно, народ в восторге, пока не начинает сбивать. Но вообще попросили заняться наши коллеги из отдела полиции, а то у них жулики как увидят, так под психов косят больше обычного.

В коридоре послышались тяжелые шаги, и Карина, тревожно глянув на дверь, вместе с кружкой залезла под стол, благо, что спереди он был полностью закрытым, а еще и заваленным стопками дел. Если специально не полезет, то и не заметит. Не то, чтобы за Кариной числились какие-то крупные косяки, но докопаться можно до всего, особенно в плохом настроении.

За их отделом «присматривали» два прокурора из областной прокуратуры — оба вроде как «свои», выпускники института, с ними даже иногда вполне можно было по-человечески общаться, но, не иначе, как по дружбе, за любые нарушения сдирали семь шкур.

— Лариса, — судя по голосу, сегодня их почтил младший, Гнедков, зато и менее вредный. — Воронову не видела?

— Поищите в институте, Роман Ильич, у нее сегодня пары, — с изяществом профессионала соврала Лариса. — Я еще не видела. Передать, что вы искали? Или оставьте запрос, я скажу, чтобы отрабатывала в первую очередь.

— Да я хотел посмотреть в ее честные карие глаза, — отмахнулся Гнедков. — Вот шефу передай, как вернется, чтобы зашел. Когда он там прилетает?

— В воскресенье.

Прокурор угукнул и ушел, не прощаясь. Выждав пару минут, она прокралась к двери и выглянула, проверяя, не встретил ли он кого-то в коридоре.

— Чисто, — Лариса вернулась за компьютер. — Если что, я люблю шоколад с орешками, лучше цельными.

— Ладно, спасительница, будет тебе шоколадка, — хмыкнула Карина, выбираясь и потягиваясь. В плечах захрустело. — Найди мне лучше телефон Кущиной, новой стажерки. Пойдем с ней охотиться на краснокнижных животных.

***

Манул особо не скрывался, и в городских пабликах хватало историй, а иногда и видео с обнаглевшим кошаком, спокойно рассекающим на самокате по улицам. Качеством, правда, ролики не отличались — оно и не удивительно, даже настоящие домашние кошки умеют вибрировать, размазываясь на фото, а такие мелкие духи не влияли только на специально подготовленную аппаратуру.

Многие называли посты баловством с нейросетью, большинство им и были — Карина забраковала не меньше десятка. Видимо, народ вдохновился первыми видео и пошел творить. Впрочем, настоящих оказалось достаточно, чтобы примерно понять, где манула можно застать.

Устраивать слишком длинную погоню не хотелось — облюбованная кошаком Челюскинцев была улицей оживленной, с бесконечными выездами со дворов и лесенкой, которую последний раз чинили лет двадцать назад и на которой ничего не стоило сломать ноги. С противоположной стороны ситуация осложнялась более высокой лестницей, рынком и спуском к нему.

В итоге засаду организовали у одного из дворовых выездов. Получилось удобно: впереди длинный забор, резко во двор не свернуть, за следующим съездом – отдел полиции. Тротуар хоть и в ямах, но широкий и без лишних препятствий.

Скрепя сердце, Карина оплатила самокат и себе, и Ане — ждать еще неизвестно, сколько придется, а у стажерки лишние деньги на служебные нужды вряд ли завалялись. Конечно, Матвей Борисович потом возместит, но это долгая бумажная возня, и отвечать за нее должен руководитель стажировки.

Манул появился где-то через час. Серый кошак, пушистой шкуре которого позавидуют полинявшие обитатели зоопарка, вытянувшись во всю длину и положив лапки на руль, аккуратно объехал по проезжей части парковку и собирался было заехать на тротуар, но оглянулся, вздыбился и поднажал, чудом объезжая ямы.

Первой сориентировалась и кинулась в погоню Аня, пока Карина пыталась одновременно справиться и с ловчим плетением из пальцев, и с самокатом. Она, конечно, на этом порождении технического гения уже ездила, но редко и обычно предпочитала машину, так что каждый раз для нее был как первый. В итоге догнала только у полиции, когда Аня навернулась с самоката, но останавливаться не стала. Если стажерка повредилась, «скорую» сможет вызвать и сама, а манула потом еще полдня можно ждать.

На месте кошака Карина бросила бы самокат и нырнула бы между прутьями забора у банка. Территория там закрытая, прутья — достаточно частые, животное пролезет, человек — нет. К счастью, манул, решив, видимо, что погоня отстала, свернул на дорожку у торгового центра, ведущую все к тому же зданию полиции, только с другой стороны. Люди там ходили редко, и Карина, выжав все возможное из самоката — получилось неважно, стояло ограничение скорости — все-таки почти догнала беглеца.

Теперь его оставалось поймать. Ради надежной ловушки придется отпустить руль, для нее нужны обе руки, но есть вариант попроще — заранее составленные формулы как раз на такой случай. Изобретением Карина заслуженно гордилась, хотя саму идею подчерпнула в аниме из детства и доработала с учетом реальности.

Все было просто и гениально: формулы записывались на пиробумагу, сворачивались в трубочку и поджигались по мере необходимости — уж нагреть два пальца способен любой первокурсник. Вспыхивала бумага мгновенно и также мгновенно сгорала, оставалось только задать направление заклинанию. Хотя некоторая практика все равно требовалась, чтобы не обжечься: горело недолго, но ярко и с непривычки неожиданно.

Невидимая сеть надежно примотала манула к рулю, и оставшийся без управления самокат завалился на бок. Надолго не удержит, конечно, но так и Карина была совсем рядом, успеет сплести ловушку.

— Ну и что это за побег от Куклачева? — она сплела пальцы в замок и эффектно хрустнула ими, создавая вокруг манула магический контур.

— Это дискриминация! Уже и покататься честному коту нельзя, — обвисая тряпочкой, пожаловался кошак. — Отпусти, жалко тебе, что ли?

— Мне нет, — рассеяно ответила Карина, доставая из кармана детектор сигнатуры. У нее приборчик был продвинутый и доработанный, беспроводной с собственным экраном, так что не пришлось лезть в рюкзак за телефоном. — Люди пугаются.

— Людям нравится!

— А еще у меня работа такая, отлавливать… — она глянула на экран. — Мелких городских духов. Что, выбрался из городских мемов про манулов?

— А чего ждали? Еще больше про них говорите, — проворчал кошак. — За зажировкой следите! Родившихся котят считаете! А новогодним символом кто сделал?!

— Вот и поселился бы в зоопарке. Глядишь, еще и на довольствие бы поставили.

— Я предпочитаю духовную пищу, я не тривиальное мяс-со.

— Испуг людей?

— Их восторг! Я — уважаемое и любимое народом животное…

Карина вздохнула и покосилась на прихрамывающую Аню. Не разбилась, и ладно, не придется писать отчеты.

А вот что делать с этим уважаемым животным… развеивать не хочется. С одной стороны, жалко, с другой — никто не обещает, что дух не появится снова, любовь к манулам в городе и правда сильна. И ладно, если такой же безобидный, а то может появиться одаренный псих, который решит материализовать себе не милого пушистика, а героя мемов про «погладить два раза, правой и левой рукой».

В зоопарк не вариант, это надо с руководством договариваться, а оно вряд ли придет в восторг. И так постоянно напоминают людям не совать руки под табличку «Зверь опасен», а кто удержится, увидев свободно расхаживающего кошака? Им и беглых лемуров хватает.

Привязать к Березке? Но там народу много, полно любопытных детей и собак. В Сосновом бору больница и спортсмены, но можно подальше в Заельцовский и ограничить территорию. Пусть вместе с белочками радует любителей природы.

— Пошли, отвезем его в Заельцовский парк. Заодно посмотришь, как привязывать таких мелких духов к месту, — сказала она Ане, подбирая ворчащего и обвисающего манула. Хорошо, что припарковала машину у стоящего рядом торгового центра, не придется далеко идти. — А потом напишешь отчет по отлову краснокнижных животных для Резнова, чтобы ни один прокурор не докопался.

Глава 2

Новосибирск, 2025 год, май

Вторник ей с раннего утра и до обеда забили парами, а после пар и до победного ждала проверка контрольных к понедельнику и бумажная работа по недавним делам. До отъезда Олега в Иркутск они успели ударно поработать, но толком оформить не было времени, так, самый минимум, чтобы прокуратуре для начала хватило. Судя по тому, что Гнедков уже хотел ее видеть, тянуть дальше не стоило. Более того, собирался наведаться еще и сегодня, спасибо, Лариса предупредила, и Карина засела на пустой кафедре. Кто-то взял отпуск в честь праздников, кто-то подменял уехавших и гонял студентов, кто-то успел отстреляться с утра и убежать домой. Отличная рабочая атмосфера.

В коридоре дежурно шумели выпущенные на перерыв студенты, и это был привычный гомон, прерванный громогласным, даже за закрытой дверью слышно, но безэмоциональным: «Где Воронова?!»

Кто-то, видимо, опомнился и указал направление, и спустя пару минут на пороге появилось две фигуры в модных нынче черных балахонах на косой застежке и надвинутых капюшонах — одна высокая, под два метра, другая ниже Карины.

Для большего эффекта не хватало только распахнуть дверь с ноги. Только вот незадача: она открывалась наружу.

— Всегда было интересно, вам не жарко в мае так ходить? — буркнула Карина, не отрываясь от контрольной. — Какого черта вы мне народ пугаете? Теперь весь институт до самых экзаменов будет обсуждать, что по мою душу приперлась инквизиция.

Вообще-то Андрей с Аленой относились к ведомству по контролю за магическими способностями населения — обучить, где надо, или наложить блоки и подтереть память, и в целом присматривать, чтобы одаренные люди не применяли магию в ущерб обществу и устоявшейся морали. Они же занимались случаями, когда преступление еще формально не совершено, чтобы свалить его на комитет, или вообще не выходит из категории проступков, но разобраться надо.

Название ведомства никто не трудился запомнить, даже сами сотрудники, поэтому в народе их прозвали инквизицией. Ну еще и за то, что они следили, так сказать, за чистотой кадров, но этим занималось Самое Главное Управление Инквизиции в Питере.

Алена с Андрюхой же работали в сибирском отделении со штабом в Кемерове и там же жили. И хотя ехать им в целом недолго, увидеть их в Новосибирске было удивительно — обычно хватало сотрудников из городского подразделения.

— Вообще-то к Резнову за содействием, но его нет, и мы подумали, что будет быстрее попросить тебя, чем проталкивать вопрос через канцелярию, — Алена скинула капюшон и тряхнула рыжим каре. — А студентам только в кайф. Добавит тебе авторитета.

Вообще-то черные капюшоны не входили в форму инквизиции, как таковой ее вообще не было — обычный деловой стиль, но их носили для психологического воздействия. Мрачные типы в балахонах действительно производили впечатление.

— Так чего приперлись? Если хотите мне чего-нибудь отвесить, вставайте в очередь за прокурором, — поморщилась Карина и сдвинула бумаги. С этой колоритной парочкой они были давними друзьями, но любила она их исключительно в нерабочее время.

— Младшим или старшим?

— Младшим.

— Этот не страшный, справишься, — Алена села на свободный стул напротив, и стало заметно, насколько она, энергичная и деятельная, вымотана, как будто не спала пару дней. — Мы по другим поводам. Наших по наводке из Твери на уши подняли, пока не гласно. У них всплыл след темных колдунов, который последний раз замечали летом одиннадцатого года. Его же нашли еще на Урале и в Поволжье, ну и нас попросили поглядывать. Ничего не слышали?

— Мы с Олегом нет, если только на него в тайге какой-нибудь науськанный ими медведь не напал, да и Резнов на планерках ничего не упоминал. Спроси у Пашки, может, у него что-то было. А что в тот год случилось? Я много слышала, но дело хоть и не прекращено, практически не движется.

— А, вы же тогда наверняка только школу закончили и еще не в курсе были… То ли в конце июня, то ли в начале июля под Иркутском убили Хозяина леса. Всех конкретно тряхануло, у нас даже практику после второго курса сдвинули, пришлось весь август ходить. Туда сразу налетели и наши, и ребята из Восточной Сибири, и даже питерцы, в тайге не продохнуть было.

По спине пробежал холодок. У Карины лето одиннадцатого тоже не задалось, и она предпочитала лишний раз о нем не вспоминать.

— И вы сейчас только из-за этого приехали?

— Вообще мы по делу, а это так, посматриваем, и ты присоединяйся. Увидишь темные следы, дай знать, — Алена обернулась на мужа, и тот протянул планшет.

— Если в двух словах. Закусились у нас тут два строительных бизнесмена, кемеровский и новокузнецкий, относительно одного карьера. Суды и прочие разборки оставим в сторонке, нас они не интересуют, но деятели решили, что все методы хороши, и один из них нашел художника с талантом оживлять свои рисунки. Мы бы и не узнали, но он решил сначала припугнуть. При содействии ваших коллег вышли на художницу, девчонка живет в Плотниково, — Андрюха открыл на планшете карту и показал нужный адрес. — Хотим с ней побеседовать, но по-хорошему должны отдать новосибирцам. Это, во-первых, долго, во-вторых, неприятно.

— Предлагаешь мне поговорить?

— Поприсутствовать для формальности. Начни проверку анонимного сообщения о злоупотреблении магией, выехала на место, ничего не нашла, завершила отказным.

— Есть подозрение, что я этих анонимов знаю, — проворчала Карина. В целом она не возражала ввязаться в чужое дело и помочь по дружбе, но одно дело — так сказать, обеспечить поддержку силой, другое — что-то писать и светить корочками. И что вообще за неделя такая, нормальных дел не осталось? — Сначала манул, потом эта ваша художница… тьфу. Я тогда возьму стажерку, пусть учится нарушать правила.

— Тогда заедем к тебе на служебку часов в восемь, — воодушевилась Алена, подскакивая. Как вообще усидела на одном месте целых пятнадцать минут? — И это… оденьтесь не как нормальные следователи, а готичненько. Как нефоры из две тысячи седьмого, которые собрались на тусовку.

***

Из института Карина вышла с ними, зашла за угол и, сев на корточки, вытащила вейп. Курить она начала в шестнадцать, в двадцать бросила и сейчас эту дрянь не любила, но когда так трясутся руки, неплохо отвлекало.

«Абонент временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позднее», — вежливо сообщил зажатый во второй руке телефон. Если абонент — не абонент, нет смысла набирать в третий, четвертый, пятый раз, но когда кроет тревогой, руки действуют отдельно от головы.

Чертов одиннадцатый год. Какой бы крепкой не была психика, одно его упоминание будило неприятные воспоминания и желание увидеть Олега, чтобы убедиться, что он действительно жив, а не лежит на кладбище. А после стольких лет совместной работы, когда оба постоянно рисковали на грани, его отсутствие вызывало едва ли не паническую атаку.

Не укатил бы из города, и ее бы так не торкало.

Карина посмотрела на список контактов и, поколебавшись, сдалась и набрала Резнова. По этому вызову хотя бы гудки проходили, может, даже ответит.

«Абонент временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позднее», — приятный женский голос продублировал фразу на английском, и вызов сбросился, но Карина продолжила смотреть на экран, стараясь не прислушиваться к крикам из прихожей.

— …легкомысленная девчонка, испоганившая моему сыну жизнь! Бедный мальчик сейчас вынужден находиться на реабилитации, а все из-за нее! — Надежда Витальевна зашла на третий круг, но новых аргументов не прибавилось.

— Ваш мальчик — совершеннолетний лоб, который сам несет ответственность за свои поступки. Не надо приплетать мою дочь к его проблемам, — жестко одернула ее мама. Сначала она еще пыталась проявлять дипломатию, но потраченный впустую час жизни доконает даже святого. — Олег рос у меня на глазах, и вы меня извините, Надежда, я скорее поверю в то, что он от вас сбежал, как только смог, а не покорно уехал в санаторий на грязи. Сходите к психологу, а от моей семьи отстаньте. Всего хорошего.

«Абонент временно недоступен. Пожалуйста, перезвоните позднее».

Кажется, Надежда Витальевна хотела что-то возразить, но ее крики раздались уже с лестничной площадки. Щелкнул замок.

— Вороненок, ты как? — поскреблась в закрытую дверь комнаты мама. — Не слушай эту дуру, ты же знаешь, она всегда была отбитой на всю голову.

Карина не сдержалась и хлюпнула носом. А потом выбрала другой контакт и нажала «Вызов».

— Ну и ты прикинь, приходит, орет, как не в себя, какое я вселенское зло. Реально крыша у тетки потекла, — Карина села на бетонный блок за хоккейной коробкой и протянула руку. — Дай сигу, у тебя точно есть.

— Согласен с твоей мамой, что Олег скорее свалит от такой двинутой. Я бы свалил, — Илья протянул ей пачку и сам взял одну. — Тьфу, надо нормальных купить. Ненавижу эту гадость ароматическую.

— А чего тогда носишь? — руки дрожали, и прикурить удалось не с первого раза.

— Чтобы от тебя потом пепельницей не воняла. Ты ж девочка, — иронично заметил он.

— Отвали, а то я скажу, что нормальные пацаны в маркетинг не ходят.

В школе Илья учился на класс старше их с Олегом и был своего рода звездой выпуска. Все втроем входили в ученическое самоуправление, и если Карина дружила с обоими, то между собой парни постоянно соперничали и откровенно друг друга недолюбливали. Но хотя бы не пытались делить ее, ограничившись званием президента школы и его заместителя, и на том спасибо.

Сейчас же Илья уже закончил первый курс и ходил с важным видом познавшего жизнь чувака.

— А ты в итоге куда прошла?

Карина затянулась и выпустила в небо струю дыма. Еще в июне собиралась на юридический в НГУ, но все поменялось слишком внезапно.

— Так что? НГУ?

— Один чел обнаружил во мне невероятные таланты, — о которых и она, и родители и так догадывались, но вот так в лоб, как это сделал Матвей Борисович, завалившись к ним на дачу, когда уже и подавать-то документы поздно… — В общем, в институт при Следственном комитете.

— Прикалываешься? — Илья бросил на землю недокуренную сигарету и растер ногой. — Какой нахрен Следственный комитет?

— Нет.

В НГУ они все равно собирались поступать вместе с Олегом. Сняли бы в Академе квартиру, чтобы не мотаться, а то городским общежитие не дадут, помогали бы друг другу… Олег строил планы на студенческий совет и прочие общественные активности.

Но он две недели лежал в больнице, потом сбежал в неизвестном направлении и не выходил на связь. А в одиночку как будто и смысла нет, и желания.

— Что-то случилось? — к ее облегчению, шеф был на связи, хоть и ответил не сразу. Зато не разменивался на приветствия и прочий этикет. Раз ему звонят во время командировки, значит, или произошла катастрофа, или появилось настолько срочное дело, что без него не решится.

Спрашивать о том, как давно Резнов видел Олега, в каком тот при встрече находился состоянии и может ли хоть смску написать, Карина, разумеется, не стала, чтобы не превращаться в ту самую мать-наседку. С Надеждой Витальевной Олег в последние четырнадцать лет общался разве что по праздникам, и то не всем и не каждый год.

— Инквы приходили, просят неформальной помощи, — с этим она могла разобраться и сама, зато предлог к разговору отличный. — Под прикрытием проверки хотят пообщаться с одной девчонкой.

Хотя скорее уж припугнуть, поэтому и попросили одеться готичненько. Магия магией, но простую человеческую психологию и способы добычи информации никто не отменял, тем более, что воздействие на разум допускалось в очень редких случаях, а специалистов таких хорошо, если один на всю Западную Сибирь найдется.

— Кто именно?

— Чайкины.

— Эти пусть, — разрешил Резнов. — Только документы потом нормально составь, найди какой-нибудь повод. Может, соседи пожаловались или еще что-нибудь.

— Манул на самокате настучал, что видел какой-то ритуал, — хмыкнула Карина и не удержалась. — Лариска сказала, чтобы мне только кошкам хвосты крутить и распределяли по вашему приказу.

— А ты успела заскучать? Наоборот же, передохнешь, — удивился шеф. — Скоро Олег вернется, а Павел в отпуск уйдет, еще взвоете.

Карина еще поворчала для виду, но дольше задерживать не стала и повесила трубку. Главное она узнала. Людей, которые возвращаются в цинковом гробу, обычно на службу не дергают, а некромантия существовала только в фентези. Конечно, поднимать мертвых в некотором смысле умели темные колдуны, но они не появлялись из ниоткуда, а происходили из династий, и сила их копилась из поколения в поколение лет триста.

— Карина Евгеньевна, а что вы тут подаете плохой пример студентам, еще и под знаком «Курение запрещено»?

Она подняла голову на студентов. Аня покраснела и укоризненно дернула за руку своего приятеля, высокого жилистого парня с подвижным эмоциональным лицом, серьгой в ухе и нахальным взглядом. Даниил, староста аниной группы и, видимо, тот самый стажер. Пашкин брат, что ли?

Спрашивал он, впрочем, беззлобно и вполне дружелюбно.

— Не мое, мне подкинули, — в ответ отшутилась Карина, пряча вейп. Ладно, пора возвращаться к делам насущным. — Аня, в восемь от служебной квартиры поедем на опрос, не загуляй. И оденься, гм, готичненько, это обязательное условие, иначе останешься дома. Если своего ничего нет, одолжи у пятикурсниц, они недавно шабаш в общаге устраивали.

***

То, что их самоназначенная следственно-оперативная группа представляет колоритное зрелище, Карина убедилась, когда вышла из подъезда. В по-домашнему уютном дворе между пятиэтажками рыжая готическая принцесса в кружеве, высоченный мужик в черном балахоне и девица в платьишке и корсете смотрелись дико и чужеродно, а стоявшему рядом Даниилу разве что попкорна не хватало.

Бедные бабушки с первых этажей! Хоть бы их инфаркт не хватил от такого зрелища.

— Ты выглядишь скучно, — усмехнулась Алена, по боевому раскрасу на лице уже успевшая опознать в стажерке стажерку. — Бери пример с молодого поколения.

— Кровь-то зачем? — полюбопытствовала Карина, разглядывая кровоподтек на шее. Сама она ограничилась черными штанами, застегнутой под горло кожанкой и тяжелыми ботинками. Больше ничего подходящего на служебке не нашлось, а ехать домой на Родники, копаться в шкафах, а потом возвращаться обратно очень не хотелось.

— Девочки сказали, так эффектнее, — смутилась Аня, в таком наряде, с черными глазами и бордовыми губами явно чувствующая себя не в своей тарелке.

— Психическая атака, — поддакнул Даниил.

— А сама-то… Ты кого-то эти шаром бить собралась? — Алена бесцеремонно ткнула пальцем в переброшенную через плечо цепь моргенштерна.

Само по себе оружие было игрушечным, хотя и выглядело солидно — настоящая цепь на деревянной рукояти, но пластиковый шипастый шар, выкрашенный под металл. Илья когда-то привез с реконструкторского фестиваля в Беларуси, на который его затащили по работе. Честно говоря, Карина бы не отказалась посмотреть, как он провозил это чудо мимо погранцов при всей формальности российско-белорусской границы.

— Атака психов, — согласилась Карина и открыла заднюю дверь инквизиторского пикапа, на котором собирались ехать. — Мы тут заночевать собрались? Давайте уже дадим возможность соседям собраться и обсудить нашу компанию!

***

Вторые длинные выходные начинались в четверг, и желающие выехать за город или не возвращались после прошлых выходных, воспользовавшись короткой неделей для отпуска, или поедут завтра, поэтому во вторник вечером трасса была пустой. Даже пробка над мостом через Издревую, которые проклинали все водители, не успевала собраться.

— В двух словах, зачем нам этот маскарад, — сидевшая на переднем сиденье Алена обернулась. — Наш объект — Катерина Тирошина, прописана вообще-то в Новосибирске, но последний месяц, если верить ее сетевой активности, живет у бабушки в Плотниково. Судя по слезливым постам, поссорилась с родителями, накануне дня рождения. Вчера ей исполнилось восемнадцать.

— Спасибо, что не потащили к несовершеннолетней, — проворчала Карина.

Работать с детьми, а формально несовершеннолетняя девочка относилась к детям, она не любила. Действовать приходилось мягче, привлекать педагога, а то и родителей… лишний головняк. Вот сидит перед тобой семнадцатилетний лоб, который уже все понимает, и приходится вокруг него плясать: «Ну мальчик, ну миленький, ну расскажи по-хорошему». И все время на педагога посматривать.

— Цени наше милосердие, — хмыкнула Алена. — Катерина страстно увлекается мистикой и эзотерикой, любит фентези и сериалы про ведьм, ходит на косплей-конвенты. Под анонимным аккаунтом, но с того же айпи-адреса публикует на первый взгляд сомнительные предложения нарисовать для клиента сюжет и оживить его, чтобы сбылся в реальности.

— И мы должны на такое выезжать? — удивилась Аня.

Правильно, им пока рассказывали, что следователи должны проверять только важные сообщения с высокой долей достоверности, а не сомнительные слухи из сети. Вот на шестом курсе познакомят с печальной действительностью, но до него еще дожить надо.

— Мы должны. Вы — нет, — выделив первое слово, ответила Алена. — Но иногда у нас не хватает полномочий, поэтому приходится заручаться поддержкой.

— Короче, Склифосовский, — одернула ее Карина, уловив в голосе наставнические интонации. — Не тяни с сутью, мы скоро приедем.

— Она на весь интернет раструбила, что, пока бабка уехала в гости, будет вызывать какую-то сущность. Вот и вызовет. Нас, — несколько кровожадно сообщил Андрей.

— Прекрасное поколение соцсетей, она даже фото пентаграммы выложила, — Алена показала открытую на телефоне страницу «объекта». Пентаграмма была выложена золой прямо на траве, еще и криво. Лучи звезды украшали непонятные неопознаваемые загогулины, не имеющие ничего общего с реальной магией, на концах стояли черные свечи в пластиковых китайских подсвечниках под готику. — Андрюха отвечает за спецэффекты вроде дыма и зловещих звуков, мы заходим на участок. Я говорю, вы создаете антураж.

— Ей бы телефон отключить, если надумает вести трансляцию. Не хочу становиться звездой.

— Всю технику затянет туманом. Если камера будет на штативе, то обязательно упадет, —пообещал Андрей.

Приметный белый пикап оставили у трассы, чтобы не мозолил глаза соседям, и дальше пошли пешком до заросшего кустами забора, под которым и решили дождаться звездного часа.

Нужный участок расположился на краю деревни и имел живописный вид на кладбище, находившееся в метрах трехстах от него. Не удивительно, что девчонка помешалась на мистике в таком жизнеутверждающем антураже. Судя по доносившимся из-за забора звукам — мычанию, притопыванию и хлопкам в ладоши — Катерина то ли разминалась, то ли уже начала «ритуал».

— Не оставим же глас страждущих без ответа, — Алена прислушалась и медленно потянула на себя не запертую калитку.

Повезло: пентаграмма находилась с этой стороны дома, не пришлось обходить. Юная пародия на ведьмочку стояла лицом к забору, подняв руки к небу и закрыв глаза, так что окутанную клубами черного дыма процессию заметила, только когда Андрей добавил раскатов грома и вспышек молний.

— Ты звала, и мы откликнулись, дитя, — зычным, усиленным магией потусторонним голосом возвестила Алена, протягивая руку в тяжелых перстнях, которые нацепила по дороге. — Чего желаешь?

От неожиданности вздрогнула даже Аня, а Карина расслабленно шевельнула переброшенным через плечо моргенштерном, с которым не пожелала расставаться. Не для того Илья мужественно вез его из Беларуси, чтобы ценное оружие пылилось в машине.

Судя по всему, Катерина не ожидала, что ее призыв сработает, и теперь стояла, хлопая ртом, как рыбка, не в силах что-то сказать. По мнению Карины, на этом можно было сворачивать представление и доставать корочки, чтобы по-человечески пообщаться, но Алене этого показалось мало.

— Так чего же? В обмен на жертву три демона готовы исполнить твое желание, — она многозначительно кивнула на окровавленный кривой нож. Чуть в стороне стояла баночка с искусственной кровью вроде той, которой студентки украсили Аню.

— К-к-какую ж-жертву? — стуча зубами и пятясь, спросила Катерина. Далеко уйти не удалось, спина наткнулась на стену.

— Наши дары бесценны, но они оплачиваются кровью. Я жду.

— Я ничего не хочу! Ничего! — взвизгнула девчонка, хватая нож и выставляя перед собой. Даже издалека было видно, что он абсолютно тупой.

— Зачем тогда обещаешь людям магические рисунки? — вмешалась Карина. Андрюха не сплоховал и добавил ее голосу хрипотцы. — Или ты и без нас с ними справишься?

— Это не я! — зашуганный взгляд скользнул по моргенштерну. — То есть обещала я, но рисует Славка! И он пока даже не знает, я еще не успела сказать.

— Кто такой Славка?

— Старший брат… Не трогайте его! Я сделаю все, что угодно!

— Завязывай с этим бизнесом. Да и с ритуалами тоже, найди увлечение попроще, — посоветовала Карина без уверенности, что слова дойдут до адресата. Катерина находилась на грани истерики, но оно и хорошо. Если припугнуть сейчас, пока действительно не наткнулась на колдуна-негодяя, может, еще одумается и пересмотрит взгляды на жизнь.

Алена вздохнула, подошла вплотную к девчонке, положила ладони ей на виски, вгоняя в транс, чтобы спокойно добралась до кровати, уснула, а утром сочла сном. Потом подошла к пентаграмме и грубо затерла ее туфлей, а свечи, кинжал и банку с кровью собрала в валявшийся у крыльца пакет и там же поставила. Развернулась к калитке и призывно махнула рукой, заодно развеивая дым.

Но он не развеялся, наоборот, словно стал плотнее и темнее, будто сгустились сумерки, и в нем прошелестел затихающий шепот:

— Я жду тебя, дитя… Где же ты? Где ты? Где ты? Где…

— Вы идете? — нетерпеливо поторопила Алена, и Карина мотнула головой, стряхивая наваждение. — Нам еще надо выяснить про этого Славку.

— Что это было? — спросила побледневшая Аня уже в машине, зябко ежась под накинутой на голые плечи ветровкой.

— Воспитательная программа для малолетних дурочек, — легкомысленно отмахнулась подруга, стряхивая перстни в бренчащий мешочек. Она, похоже, ничего не слышала.

— Я о…

— Нетривильная методика допроса, — Карина пихнула стажерку локтем и одними губами сказала: «Потом».

Глава 3

Новосибирск, 2025 год, май

— Что, тебя вчера совсем укатали? — спросил Даня и поставил на стол маленький термос и завернутый в фольгу бутерброд.

— Мы не очень поздно вернулись, — вяло ответила Аня, поднимая голову со сложенных на столешницы рук. До первой пары оставалось еще десять минут, и она с радостью их поспала бы, но перед выходом из дома не успела позавтракать, а бутерброд даже сквозь фольгу вкусно пах приправой.

Да, вернулись не поздно, но стоило подняться в квартиру, как Карина Евгеньевна ухватилась за датчик сигнатуры и со всех сторон обмахала им сперва себя, потом Аню. О том, что показал приборчик, не рассказала, но Аня подсмотрела, пока та была в душе, и потом не могла уснуть половину ночи.

Тот шепот слышали только они, и это показалась странным. Ладно, Андрей стоял далеко, за забором, но ведь Алена была совсем рядом! А датчик не определил никакой сигнатуры, уловил только едва различимый, почти растаявший след темной магии.

Еще на первом курсе их учили: большинство магов универсальны, а использование стихий, рун, самодельных артефактов и любых других инструментов зависело только от умений, силы и фантазии. Как и то, куда приложить дар — в добро или зло. Свобода выбора, хотя тех, кто предпочитал зло, честно предупреждали, что разойтись не дадут.

Другое дело, темные и светлые колдуны. Их дар был врожденным, наследственным и развивался поколениями до, становясь сильнее и передаваясь поколениям после. Преподаватели говорили, что ни про тех, ни про других не слышали уже лет двадцать, по крайней мере, в России. По официальным данным последняя стычка с темными случилась в девяностых, после чего они то ли закончились, то ли затаились, то ли сбежали за границу. Светлые тоже встречались немногим чаще, чем единороги — никогда.

Узнать, что рядом с ней остался темный след, было страшно. Аня еще никогда в жизни так не ждала рассвета, даже когда во время выпускного натерла ноги и мечтала, чтобы он поскорее закончился на набережной.

— Завидую, — Даня откинулся на спинку скамьи, закинул руки за голову и вытянул под стол ноги. — Поработать вместе с инквизиторами — это удача не для всех.

— Они… странные, — осторожно заметила Аня. — Напугали человека.

— Если бы заявился следователь с корочками, человек напугался бы сильнее. Особенно, если Лесков.

— Лесков?

— Они с Кариной Евгеньевной вместе работают, только он уехал куда-то. Пару раз видел его в отделе, когда к Павло заходил, серьезный мужик, — Даня резко выпрямился и с азартом посмотрел на нее, аж подавшись вперед от нетерпения. — И тебе ведь с ним тоже работать!

— Я думала, с Кариной Евгеньевной.

— Они идут в комплекте, — отмахнулся он. — Надо тебя морально подготовить. У тебя вчерашние шмотки с собой? На большом перерыве пойдем на разведку к шестикурсницам, заодно и отдашь.

***

Аня не представляла, где Даня умудрился познакомиться не только с шестикурсницами, но и с половиной института, хотя была очень признательна. Он вообще лучше общался с людьми и, в отличие от скромной и стесняющейся больших компаний подруги, легко находил общий язык с кем угодно. Его даже избрали старостой группы, чтобы договаривался с преподами, хоть он пытался изящно откреститься, заявив, что еще слишком молод и к такой ответственности не готов. И вообще будущий следователь, а не политик. Но от судьбы не уйти, и одногруппники безжалостно назначили его крайним.

Именно Даня вчера в два счета нашел ведьм с шабаша, с радостью согласившихся одолжить наряд для «вечеринки», еще и накрасили для полноты образа. Ане даже понравилось. Да, неудобно и непривычно, и в обычной жизни она ни за что так не оденется, но иногда ради дела можно себе позволить выпустить немного бунтарства.

Ведьм они нашли в закутке на четвертом этаже. Две девушки флегматично курили в открытое окно, легким движением наманикюренного пальца сгоняя дым в окно. Учились они на гражданском профиле, о следствии, далеких далях и бессонных от поездок ночах не мечтали, а целились в солидные юридические фирмы и поэтому уже одевались более формально. Аня на фоне их жакетов и брюк в своих джинсах и заляпанной остатками кофе футболке казалась бродяжкой, кощунственно забредшей в храм знаний.

— Анюта, — поприветствовала ее особенно скучающая Маша и, сжав окурок в ладони, развеяла пылью. Ее подруга, Тоня, даже не повернулась, продолжая отстраненно разглядывать птичку на лезущей в окно ветке. – Даниил. Какими судьбами? Вещички отдать?

Вчера они определенно были разговорчивее и веселее.

— Про препода хотели спросить. А то вдруг нам за лето надо будет морально подготовиться, — Даня вручил им пакет и сунул руки в карманы джинсов, качнулся с пятки на носок и хитро прищурился на девушек. — Расскажите про Лескова, а?

— Семь шкур спустит — и это с нас! Уголовщиков, говорят, совсем не щадит. Но если знать подход, — Маша мечтательно вздохнула. — Можно компенсировать моральные страдания чем-нибудь приятным.

— Она-то знает, — хмыкнула Тоня, как показалось, завистливо. — С января подход нашла, но что толку? Гоняет так же, как и остальных.

— Зато какой мужчина!

Теперь вздохнули уже обе.

— Вы их больше слушайте, — фыркнули сзади, и к подоконнику подошла тощая девушка в просторной одежде и с завязанными в хвост дредами. — Брысь отсюда, красотки.

Она пожала Дане руку, а потом, не стесняясь, пихнула Машу бедром, освобождая себе подоконник. Сигаретный дым она не потрудилась развеять и курила при этом что-то более противное и крепкое, у Ани засвербело в носу.

— С Даниилычем знакомы, с тобой, юное создание, еще нет, — девушка вперила в нее немигающий взгляд и довольно хмыкнула, когда жертва попятилась. — Ангелина.

Имя ей удивительно не шло. Чтобы придумать более неподходящее сочетание, пришлось бы постараться.

— Аня, — вступился за подругу Даня. — А что, врут?

— Не, — Ангелина затянулась и выпустила струю дыма в потолок. — Владимирыч нормальный мужик, ну да, строгий. Так чего вы хотите от действующего следака? Слюней, соплей и пожалейку?

— И что, ваши красотки вешаются?

— Он же бабник жуткий. И переходящий трофей шестикурсниц, который передают от курса к курсу который год. Но там обычно очередь из страждущих, так что, если Анечка, — имя прозвучало не издевательски, но небрежно, — раскатала губу, то могу только посочувствовать.

— А Анечку никто Олегу Владимировичу отдавать и не собирается, — Аня смутилась, когда Даня обнял ее обеими руками со спины, но вырываться не стала.

Они давно бы уже съехались, сняли квартиру хоть на окраине города и вместе ездили бы в институт — у Дани очень кстати была машина, не новая и простенькая. Но Ане деньгами помогала мама, она и на служебную квартиру-то согласилась не в последнюю очередь ради экономии, Даня жил с братом и за его счет.

Раньше они еще могли подрабатывать после пар, но стажировка окончательно заняла у обоих свободное время. Иногда попадались шабашки от студентов юридических факультетов других университетов — курсовые, дипломы, магистерские, и тогда удавалось даже что-то отложить. Но выжить на это бы не получилось.

— Сейчас расплачусь от умиления, — одобрительно хмыкнула Ангелина. — Девкам своим расскажите, значит. Пусть обратят внимание, как Владимирыч на Воронову смотрит, и сразу поймут, что вот это все головокружение, — она выразительно покрутила пальцем в воздухе и закатила глаза. — Не больше, чем развлечение.

— И пусть не пытаются распускать про нее слухи, — неожиданно посоветовала Тоня, которой эксцентричное соседство не мешало любоваться видами. — Неделя интенсивной отработки защитных жестов — меньшее, что после этого может случиться.

— Эти трепетные лани на опыте. Отрабатывали неделю, зато потом месяц ныли, — пренебрежительно бросила Ангелина и спрыгнула с подоконника.

— У нас вместо занятий какое-то студенческое собрание? — спросила проходящая мимо Карина Евгеньевна, и Аня понадеялась, что она не слышала предыдущего разговора. Обсуждать личную жизнь преподавателей было некрасиво, в стенах института — еще и опасно. — Если нечем заняться, обращайтесь, я придумаю. Аня, как закончатся пары, зайди в отдел, есть дело.

И даже Ангелина ничего не сказала, постаравшись спрятать сигарету за ногой.

***

За четыре года жизни в Новосибирске Аня твердо убедилась в одном: раскинувшуюся на левом берегу Оби часть города проектировал сомнительный гений, не любящий человечество. Передвигаться по основным улицам не составляло проблем, но стоило свернуть во дворы…

Однажды она ради эксперимента решила прогуляться дворами от железнодорожной станции до метро, после чего готова была нарисовать план всех встретившихся на пути заборов. Конечно, в центре многие дома тоже ограждали территории, но хотя бы упорядоченно и логично, а не под неожиданными углами к друг другу и дорогам и без возможности пройти. Приходилось обходить, и путь занял не полчаса, а все полтора.

А еще здесь было грязно, а оттого еще более серо. Снег давно растаял, и земля высохла, но прошедший накануне дождь размочил грязь во дворах, и вылезать из машины приходилось прямо в нее, мысленно оплакивая белые кроссовки.

— Здесь у нас живет Тирошин Вячеслав, брат вчерашней Катерины. Вряд ли она соврала, что сама организовала этот «бизнес», но на всякий случай опросить надо, — Карина Евгеньевна пиликнула брелоком сигнализацией от черного внедорожника, на котором они приехали, и пошла к подъезду.

— А мы не будем ждать?.. — Аня огляделась, но белого пикапа не заметила.

— Нет. Они в Новосибирск приехали под предлогом отдыха, вот, поехали создавать видимость культурного досуга в парки, заодно на манула посмотрят. Главное, раздобыли информацию, и на этом хватит с них.

Аня была здесь полностью согласна. Какими бы эффектными ни выглядели методы инквизиторов, ей они показались чересчур своеобразными и в чем-то жестокими. Может, девчонка и забросит свое увлечение эзотерикой, главное, чтобы не стала шарахаться от каждой тени.

Вячеслав жил в самой обычной потрепанной девятиэтажке в самом заурядном неухоженном и мрачном подъезде с облупившейся синей краской на стенах, старым скрипучим лифтом и застоявшимся запахом затхлости и кислого супа.

— А как они узнали адрес? Не как в сериалах же, нажав две кнопки, — спросила Аня, пока медленно ползли в лифте на восьмой этаж.

— Все просто, — усмехнулась Карина Евгеньевна. — Выйти на цифровой след иногда быстрее, чем ждать ответа на запрос. Славка — скорее всего, Станислав или Вячеслав, старший брат, значит, фамилия одна. Посмотрели на странице Катерины в соцсети, в друзьях у нее есть Тирошин Вячеслав, судя по фото — молодой парень твоего возраста, точно не отец и вряд ли дядя. Он художник, в открытом доступе указан телефон. Позвонила, договорились, что заеду.

— И он не побоялся приглашать к себе незнакомого человека? Сейчас же много мошенников.

— Я сказала, что по поводу сестры. Вячеслав к этому отнесся с большим пониманием и без удивления.

Дверь им открыли почти сразу. По помятому виду хозяина Аня предположила, что он их, конечно, ждал, но решил вздремнуть. Круги под глазами выдавали, что ночью он занимался чем угодно, но не спал.

— Извините, рисовал срочный заказ, — подтвердил Вячеслав, зевая в кулак, и приглашающе махнул рукой. — Проходите.

— Вот так просто? Даже документы не спросите? — хмыкнула Карина Евгеньевна. — Вдруг мы захотим украсть ваши картины?

— Я все равно рисую в дидже…

— Где?

Жилище художника Аня представляла классической картинкой из кино: хаотичные пятна на обоях, всюду кисти, краски и творческий беспорядок. И картины, много картин. Но двухкомнатная квартира на первый взгляд являла собой стильный минимализм в серых тонах, где самым ярким пятном был оранжевый чехол на ее телефоне.

— В диджитале. На компе, то есть, и сразу сохраняю в облако. А по Кате регулярно звонят или приходят. До родителей не дозвониться, а я учился в той же школе, учителя и директор по старой памяти… А вы откуда?

— Воронова Карина Евгеньевна, старший следователь ОМБ. И помощница Анна.

— А причем тут Катя? — удивился Вячеслав, изучая предъявленное удостоверение, и спохватился. — Да вы проходите в комнату… Она же не одаренная, у нас в семье только я со способностями.

— А вы знаете про ОМБ?

— В старших классах к нам приходили ваши коллеги. Не следователи, но, не знаю, что-то вроде психологов? Помимо меня в параллели было еще четверо, нам рассказывали, что не стоит злоупотреблять. И не просто про то, что нас посадят или в таком духе, а доходчиво. С примерами, — он полез в комод и вытащил стопку документов, которые и протянул Карине Евгеньевне. — Я потом, как восемнадцать исполнилось, пошел и зарегистрировался в Отделе по надзору за… э-э…

— В инквизиции, в общем, — хмыкнула та, разворачивая фиолетовое гербовое свидетельство. — А что у вас за способности?

Дальше Аня слушала в пол уха. Вячеслав действительно умел оживлять сюжеты рисунков, но для этого надо было изобразить живых людей или существующие места. И желание. Он обычно таким не занимался, разве что помогал друзьям в пустом гараже с декорациями для квеста или иногда оформлял сюжетные свидания по знакомству. Основной, и немаленький, доход ему приносили иллюстрации для частных заказчиков — писателей, ролевиков, любителей фильмов и игр.

А художником он и, правда, был неплохим: на стене над диваном висело большое панно с распечатками самых разных рисунков, от классического портрета до фантастических космических пейзажей. Затесались даже обложки альбомов одной из местных рок-групп.

Катерина брату не завидовала, и Вячеслав был уверен, что это к лучшему. Она иногда мечтала, что сделала бы, стань ведьмой, и мечты эти часто граничили с представлением о черной магии из массовой культуры и вполне реальным нарушением закона. Всякие подлянки недругам, подрисовка документов… Нет, ни с какими идеями для заработка она к нему не обращалась, про кемеровских бизнесменов и объявления в интернете первый раз слышит.

Аня засмотрелась на панно и даже, не удержавшись, сфотографировала, пока художник отвечал на вопросы. Потом вернулась к иллюстрации с масштабной битвой магов, на которой летали огненные шары и тянулись к пылающему небу ледяные статуи. Скользнула взглядом по лезущей на скалу эльфийке, по горной реке… и вздрогнула, едва не подпрыгнув.

Последним оказался портрет красивой молодой женщины. На первый взгляд в ней не было ничего выдающегося — обычное для фентези платье с корсетом, полупрозрачная накидка, скрученные в прическу черные волосы. Но от слишком спокойного, с резкими тенями выражения лица, пронзительного взгляда темных глаз, изгиба красных губ становилось не по себе.

— Кто это? — невежливо ткнув пальцем, влезла в разговор Аня, стараясь смотреть на эльфийку.

— А, это одни ролевики скинулись и заказали для подруг портрет ее персонажа. Я вообще для них много рисовал, они даже какой-то сайт сделали по своему сюжету. Но вообще этот мне нравится, удачно получилось, — Вячеслав осекся и посмотрел сначала на нарисованную женщину, потом на Аню. — На вас, кстати, похожа, не кажется?

— Образ слишком мрачный и черты резче, — не согласилась Карина Евгеньевна, доставая датчик сигнатуры. — Не возражаете, если пройдусь по квартире? Просто заглянуть в комнаты.

— Пожалуйста, — он сделал широкий жест рукой.

Обуваясь, чтобы выйти из квартиры, Аня последний раз оглянулась и почему-то порадовалась, что они уже уходят от портрета.

***

Женщина с портрета не выходила из головы весь четверг, и к пятнице Аня сдалась. С одной стороны, никаких магических следов датчик не уловил, только безобидную сигнатуру самого Вячеслава, да и она сама, и Карина Евгеньевна ничего не почувствовали. И все же было в том портрете что-то… цепляющее, тревожное.

— Если это какое-то крупное ролевое сообщество, наверняка можно будет найти в поисковике, — предложил Даня, когда они после обеда валялись у него на диване. Павел был на дежурстве, оставив до завтра квартиру в их полном распоряжении. — Правда, может занять время.

— Они могут быть и не местными, — вздохнула она. — Я порылась в интернете, обычно цифровые художники берут заказы со всей России, а то и мира. А вдруг вообще иностранные?

— Это да… но, говоришь, Вячеслав для сайта рисовал? — Даня встрепенулся. — Была бы фотка, могли бы поискать по ней.

Аня хлопнула себя по лбу, открыла фотографию на телефоне и показала ему. Друг сразу воодушевился и полез за ноутбуком. Панно пришлось обрезать, изображение увеличить, из-за чего качество вышло неважным, но поисковику этого хватило. Отсеяв пару первых ссылок с похожими фотосессиями, они все-таки нашли нужную.

— «Ролевая группа «Сумрачный лес», — прочитал Даня заголовок и пролистал страницу вниз. — Настольные и кабинетные игры. О, а видео их мастера я видел, интересный чувак… Это твоя загадочная незнакомка?

Аня мельком глянула на страницу вампирши Элаи и кивнула, стараясь не встречаться с портретом взглядом. В солнечный день в светлой комнате и рядом с Даней женщина не производила того пугающего впечатления, но не по себе все-таки стало.

— Может, сгоняем? Смотри, у них сегодня приветственная лекция для желающих приобщиться к настолкам через два часа, — загорелся Даня, рассматривая карту. — У них лофт на Фабричной, на машине ехать минут двадцать, без пробок-то.

— Ты хочешь приобщиться или что-то узнать? Я даже не представляю, чем они могут быть полезны. Мне просто что-то показалось, и все.

— В нашем деле, как говорит брат мой Павло, интуиция — основа основ, — наставительно поднял он палец. — Выясним хоть, что за тетка. Может, они просто прикрываются ролевиками, а на самом деле страшные сектанты, и ты это почувствовала.

— А мы не должны спросить разрешения у Карины Евгеньевны? Она, конечно, уехала на дачу и пообещала, что… будет очень недовольна, если ее до завтрашнего вечера побеспокоят. У Павла, может?

Вообще-то пообещала она не так, но пересказывать красочные угрозы засадить энтузиаста в туалет на неделю Аня постеснялась.

— Мы же не должны отчитываться о том, как проводим выходные. И это же не касается вашего художника… Ладно, касается, но постольку поскольку, — Даня скатился с дивана, подскочил и протянул руку. — Пошли, мы ничего не теряем.

Глава 4

Новосибирск, 2025 год, май

Местом сбора «Сумрачный лес» выбрали просторный лофт человек на сто со стильным красно-черным интерьером. Внутри на половину стены горела неоновая вывеска с, собственно, лесом и несколькими кубами разной необычной формы, а рядом с ней стоял хромированный стеллаж с пестрыми коробками из-под игр. Судя по карнизу на потолке и сдвинутой темной шторе, для обычных мероприятий стеллаж с вывеской прятали.

— Привет, — к ним подошла девушка с короткими топорщащимися волосами и в некоем подобии брони: поверх футболки и кожаных штанов крепились наручи, поножи и широкое плетеное ожерелье-кольчуга. На поясе болтались ножны с кинжалом. — Я Тая. Вы у нас первый раз?

— Да. Наткнулись на ваш сайт, и стало интересно, — улыбнулась Аня, рассматривая собравшихся.

Большинство из них пришли в обычной одежде по погоде, элементами костюма выделялись только игроки из «Сумрачного леса», придерживаясь заданного антуража. Они кружили в толпе — на удивление многочисленной — и охотно рассказывали про игры с полки. Какая-то компания так увлеклась, что вместе с ушастым эльфом разложили на массивном столе содержимое одной из коробок.

— А раньше уже играли? — с живым интересом спросила Тая, провожая их к свободным стульям. — Располагайтесь. Или можете тоже походить, посмотреть, пока есть время.

— Не играли, но я много смотрел видео Черномага, — с таким энтузиазмом ответил Даня, что Аня всерьез заподозрила, что ее тревога стала просто предлогом. Похоже, он считал, что такому серьезному человеку, без пяти минут следователю, настоящему, а не выдуманному магу просто так заявиться к ролевикам будет глупо, особенно в одиночестве. А вот если в компании и под предлогом проверки теории… — И тебя тоже видел. У вас интересные игры.

— Да, с мастером нам повезло, — согласилась девушка. — Во всех смыслах.

За ее спиной Аня увидела гирлянду — натянутую в несколько рядов бечевку с прикрепленными щепками фотографиями. Точнее, десятком распечатанных рисунков, явно сделанных разными художниками. Чем-то гирлянда напоминала галерею на сайте, только посвежее.

— А это кто? — она ткнула пальцем в портрет зловещей незнакомки. — Крутой образ.

— В целом — наш костяк. Кир, Черномаг, в смысле, — Тая ткнула сначала в самый верхний рисунок с мужчиной в черной мантии и с посохом. Потом в лихую воительницу с мечом почти в ее рост. — Я тут тоже есть. А это Элька, но она сейчас в командировке. Жалко, конечно, она классная девчонка, хотя играет за королеву вампиров.

— А в жизни она тоже такая… готичная? — Аня не удержалась и передернула плечами, хотя собеседница, похоже, или не заметила, или сочла, что образ пробрал до глубины души. Если так, она бы даже не ошиблась.

— Да ну. Не удобно же, особенно для инженера, — рассмеялась Тая. — Я в офис тоже кольчугу не ношу, только блузки и пиджаки. Хотя генеральному бы бронелифчик понравился. Некоторые думают, что мы те еще фрики, но любовь к играм и фантастике никак не мешает остальной жизни. Мы очень разносторонние личности.

На низкую сцену у дальней стены поднялся мужчина в черном плаще, расшитом чем-то вроде рун. К удивлению Ани, выглядел он ровесником или даже чуть старше Карины Евгеньевны — а ей-то всегда казалось, что после тридцати интересы людей смещаются к более приземленным вещам, и сейчас за это стало стыдно. В конце концов, вчерашний школьник не смог бы организовать такое дружное сообщество, да и аренда в центре города явно не дешевая. А с них ведь даже за вход ничего не взяли.

— Всем привет, с кем еще не поздоровались, — мужчина взял микрофон и приветливо улыбнулся. На фоне серой стены и черного плаща его рыжие волосы казались притягивающим взгляды огнем. — Позвольте представиться, Кирилл Чернов, основатель ролевого проекта «Сумрачный лес». Тем, кто следит за нашим каналом, также известен как Черномаг, — раздавшиеся аплодисменты подтвердили: известен. Особенно усердствовал Даня. — Рад видеть так много новых лиц и надеюсь, задержитесь у нас надолго.

Лекцию Аня слушала вполуха. Фентези она любила, но только в книгах и кино и не испытывала тяги примерять чужую роль. Да и для того, чтобы почувствовать себя колдуньей, ей не требовалось ни воображение, ни правила игры. В ее реальности и без того хватало законов и ограничений, про которые приходилось помнить.

И пусть Черномаг был отличным лектором, с приятным голосом и здоровым юмором, Аня быстро заскучала и достала телефон с подключенным к нему детектором сигнатуры — тонкой коробочкой с беспроводным подключением, магнитом крепящейся к чехлу. Пусть Даня развлекается, но в первую очередь они же пришли сюда для успокоения ее тревоги, так что проверить не помешает.

Хоть сколько-то одаренных ни среди слушателей, ни среди игроков не оказалось, прибор среагировал только на сидящего рядом Даню, показав знакомую сигнатуру. Такую она уже видела, когда в аудитории практиковались друг на друге в поиске и расшифровке магических следов. Тот практикум пригодился: она вспомнила, что можно занести определенную сигнатуру в исключения, чтобы датчик на нее не реагировал, и, покопавшись, добавила данину. Прыгающая линия тут же успокоилась.

Результат, впрочем, ни о чем еще не говорил, и по инструкции стоило бы обойти помещение. Но это бы выглядело совсем уж неуважением к Черномагу, так что Аня пока сделала вид, что фотографирует гирлянду, особенно портрет Элаи, и этим ограничилась.

Продолжила, когда лекция закончилась, и все разбрелись по углам с расставленными столами. Даня тоже потащил ее к одному из них, за которым стоял Кирилл, и Аня шла, помахивая телефоном в опущенной руке и изредка посматривая на ровную полоску на экране.

— Кир, можно тебя на минуту?

— Простите, друзья, я сейчас, — Черномаг без особого энтузиазма посмотрел на подошедшего парня и отошел вместе с ним в сторону, хоть и не очень далеко. Они и так находились почти в углу, дальше только на сцену лезть. — Тох, ну чего тебе? Это часок не потерпит?

— Я тебя знаю, потом сошлешься на занятость и убежишь, — проворчал парень.

В отличие от мастера или той же Таи, симпатии он не вызывал. Невысокий, худощавый, с коротким ежиком черных волос и такими же черными бегающими глазами, Тоха двигался суетливо, как мелкий грызун перед вожаком стаи.

— Так что срочного произошло?

— Ты видел расходы на содержание нашего… клуба по интересам? — Тоха откинул чехол планшета и развернул экраном к Кириллу. — У тебя столько инициатив, что скоро обанкротишься. Нет, прекрасно, что ты собираешь декорации и стол, но…

— Я не буду повышать оргвзносы для игроков, — оборвал его тот с заметным раздражением, как будто они обсуждали это уже не в первый раз. — И не надо считать мои деньги. Я не бомж из-под моста и без тебя знаю, что могу позволить, а что нет.

— Но и не миллиардер, чтобы сорить деньгами.

— Как минимум мы не платим за аренду, потому что лофт мой, и большую часть недели окупает сам себя за счет мероприятий. И рекламу на канале никто не отменял, — Кирилл хлопнул Тоху по плечу. — Тотошка, хватит гундосить, расслабься. Ты создаешь проблему на пустом месте. И надеюсь, в этот раз к нам МЧС с проверкой не завалится?

— Вот сгорит все к чертовой матери, останешься без денег и будешь мне же жаловаться, что не предупреждал, — будь они на улице, парень, судя по всему, досадливо сплюнул бы, но в помещении сдержался, только хлопнул ладонью по стене.

«Иди ко мне, дитя… Где ты?».

Аня едва не подпрыгнула, когда рядом словно повеяло холодом, телефон в руке завибрировал, а линия на экране словно сошла с ума. Всего на мгновение, после чего все вернулось в норму, и только ее начало мелко колотить. Ей не хватало опыта Карины Евгеньевны, но она не сомневалась — рядом с ними промелькнул темный след, возможно, тот же самый, что и рядом с Катериной.

И, если телефон не сбойнул, они его записали!

А еще этот голос…

Даню словно током прошибло, и теперь он судорожно пытался достать из кармана застрявший телефон с таким же, как у нее, датчиком. Недоверчиво глянул на экран, кое-как распрощался с дружелюбными игроками и под локоть потащил ее на улицу.

— Что это было? — зябко ежась даже под теплым майским солнцем, спросил он и под самое горло застегнул куртку.

— Ты тоже это слышал? — с облегчением спросила Аня. Значит, ни ей, ни Карине Евгеньевне тогда не показалось, это просто Алена отвлеклась или не обратила внимание на шепот.

— Ссору? Да ее все слышали, кто рядом стоял. Я про это, — Даня потряс телефоном.

— А я про шепот. Женский. Она кого-то ищет.

— Анют, никаких женщин я не слышал, — он стал совсем серьезным. — Цитируя классику, даже в мире волшебников слышать голоса — плохой знак.

— И если помнишь, причина там была не в бедах с головой, а в огромной змее в трубах, — насупилась Аня. — Ты что, «Гарри Поттера» наизусть знаешь?

— С детства каждый Новый год пересматривал с мамой все восемь частей. Расскажи Вороновой, что мы не зря съездили. Я могу Павло привлечь, но у него скоро отпуск, он не обрадуется.

— Расскажу, — она вспомнила туалетные угрозы и вздохнула. — Вернется завтра вечером, и расскажу.

***

Карина не любила Старое шоссе.

Не худшая дорога, и пробок не больше обычного, но при любой возможности она старалась объехать самыми кружными путями. До Академгородка или Бердска другой дороги не было, но однажды ей довелось подвозить Яну Денисовну до Искитима, и Карина поехала дальней дорогой. Тогда еще не открыли Восточный объезд, соединяющий трассы в разных направлениях, и пришлось пробираться проселками. Надежный внедорожник для того и создан, чтобы пробираться через областные колдобины.

На одной из них Яна Денисовна ударилась лбом о стекло, впечатлилась и заставила пойти к знакомому психиатру, работавшему с пост-травматическими расстройствами и их отделом, часто такие расстройства обеспечивающим.

Психиатр помог, Карина почти перестала избегать Старое шоссе. И все же, когда ситуация позволяла, предпочитала объезжать. Особенно ночью.

Сейчас машина неслась по шоссе, ярко освещенному рядами фонарей на обочинах. С двух сторон почти вплотную подступал лес, вызывая неясную тревогу и заставляя крепче цепляться за руль, а спидометр показывал за сотню. Но здесь же ограничение восемьдесят, а Карина бы никогда не стала так бессмысленно нарушать…

Нога никак не могла нашарить педаль тормоза, как будто та пропала вовсе. И с каждым метром тревога становилась сильнее, перерастая в парализующий страх. Пальцы словно закоченели на руле, запястья одеревенели и не поворачивались, а спину свело судорогой.

Справа появилась рука и закрыла глаза. Не полностью: в оставшуюся щель было видно, как впереди, метрах в ста, на дороге появилась женщина в черной куртке с капюшоном, закрывающим лицо. Карина попыталась выкрутить руль, чтобы объехать или хотя бы съехать на обочину, но ни машина, ни руки не слушались.

А потом — резкая остановка под свист шин, и Карину потянуло вперед и выкинуло на асфальт вместе с лобовым стеклом. Кажется, на пару мгновений она даже потеряла сознание и очнулась на асфальте, лежа на спине в россыпи мелких осколков и с острым ощущением абсурдности ситуации.

Невозможно. Она всегда пристегивалась, даже в городе, а инерции при экстренном торможении хватило бы, чтобы сломать нос о руль, но не вылететь вперед, для этого пришлось бы влететь в отбойник между полосами. Да и лобовое бы выдержало и точно не разлетелось бы на стеклянную крошку…

Краем глаза Карина заметила чуть в стороне, у обочины, лежавшую ничком, но пытавшуюся подняться на трясущихся руках Аню. Как она-то здесь оказалась? Тоже была в машине, на заднем сиденье? Но почему тогда лежит так далеко? Если верить сводкам, пассажиры при авариях тоже вылетали, но прямо, а не на другую полосу!

И почему-то совсем не было машин, ни в сторону города, ни на встречке. Да, ночь, но на трассе движение останавливалось разве что в самые суровые снегопады, уж точно не летом в ясную погоду.

Эта мысль мелькнула и исчезла, стоило только заметить спину Олега в кожаной куртке. В поднятой в защитном жесте руке блеснул короткий ритуальный кинжал, который он брал с собой только на самые рискованные выезды, а значит, все точно шло не так.

И точно женщина в капюшоне, лицо которой из-за него почти не было видно, не желала им добра.

Карина дернулась, но вместо того, чтобы встать и помочь, села на диване. Отброшенный плед сполз на пол, но в комнате и без того стояла невыносимая духота, из-за которой на коже выступила липкая испарина.

Мысли путались. Карина подошла к окну и открыла створку, надеясь, что холодный майский воздух освежит голову, но это не помогло. Ее потряхивало, сон казался слишком реальным и не желал отпускать.

Лежавший на тумбе телефон завибрировал, привлекая внимание. Она никогда не ставила ночной режим — случайные звонки от ошибшихся номером, шутников или мошенников иногда будили, но чаще звонили из отдела, когда что-то случалось.

На экране высветилось имя Луниной, и это было странно. Она имела очень опосредованное отношение к отделу, днем звонила редко и только по имеющимся делам, которые ей занесли накануне. Ночью — никогда.

— У вас все в порядке? — без приветствия приглушенно спросила Яна Денисовна и, судя по звуку, с трудом сдержала зевок.

— А не должно? — удивилась Карина в ответ, хотя сразу стало неуютно. В три часа ночи такие вопросы настораживали.

— Не знаю, но меня разве что не подбросило на кровати. Обзваниваю узнать, почувствовал ли еще кто-нибудь. В прошлый раз такое произошло, когда убили Хозяина леса, а два малолетних идиота разбились на мотоцикле.

— Совершеннолетних.

— Целых три дня как. Очень взрослые люди… Олег с тобой?

— Вы бы его еще у меня в кровати поискали, — проворчала она. — К тому же он в Иркутске.

В чем-то вопрос, конечно, был закономерным — они часто, особенно летом, в выходные выбирались с ночевкой в лес или в глухое место на берегу Оби, куда не совались другие люди. Отражающееся в черной воде черное небо и такая же черная стена леса за спиной зачаровывали, заставляя задуматься, что, возможно, название Обь-бездна в умах возникло не на пустом месте.

— Я надеялась, уже прилетел, — с досадой сказала Яна Денисовна. — Ладно, если у тебя все хорошо, не буду дальше отвлекать.

Первым делом Карина перезвонила Олегу, но со среды ничего не изменилось. Абонент все так же оставался недоступен.

— Не спите? — на пороге появилась смущенная и явно только что вставшая Аня.

— Что-то случилось? — Карина переборола желание достать вейп, чтобы не провонять квартиру, и села на подоконник, привалившись плечом к приятно холодному стеклу. В это время светало рано, и за окном уже начало сереть под щебет копошащихся в кустах воробьев.

— Я знаю, это глупо и как-то по-детски, но… — стажерка вздохнула и закусила губу. — Мне приснился… не кошмар, просто странный сон. Я только что проснулась и никак не могу снова уснуть. Не получается.

— Что за сон?

Обычные люди с ума сходят поодиночке. Но когда несколько магов просыпаются одновременно после необычных снов — это повод насторожиться.

— Я как будто ехала в машине на заднем сиденье. Где-то по трассе, наверное, в салоне прыгал свет, как от фонарей. Приглушенный такой, задние окна тонированные… И возникло такое чувство, что со всех сторон давит тьмой, как будто держат за горло, и не хватает воздуха. Я не знаю, что именно сделала, чтобы стало легче, наверное, какое-то заклинание, — Аня свела кисти рук, соединив растопыренные большие пальцы и мизинцы, и принялась медленно, неловко загибать остальные пальцы. Хорошо, что ее движениям не хватало навыка и отточенности, весь смысл неотвратимости той формулы, которую она пыталась показать, был в скорости.

Карина успела первой. Она одним рывком встала с подоконника и ушла в сторону, сразу же вскидывая руки. В комнате резко похолодало, словно включили кондиционер на максимальную мощность, и свободно двигаться смогла только она. Стажерка застыла, недоуменно глядя перед собой.

— Сейчас ты медленно опускаешь руки, — четко проговорила Карина, почти соединяя свои ладони между собой. Если резко развести их в стороны, Аню скрутит так, что к чертовой матери повыбивает суставы. Отработанная до автоматизма связка стазиса и проверенного, но очень уж сурового боевого заклинания против особо опасных магов не щадила никого, хотя хотелось верить, что стажерка действительно действовала исключительно по глупости.

Аня медленно — а быстрее и не позволил бы стазис — опустила руки и как будто даже испуганно сжалась.

— Теперь сожми и разожми кулаки и покрути запястьями.

Стандартный прием, чтобы перебить готовящееся заклинание. Опытный маг еще мог бы вывернуться, но из опытных в комнате имелась одна Карина. И стазис она отпустила сразу же, как были выполнены ее требования.

— Ты правда не знаешь, что собиралась сделать?

— Н-нет, — пробормотала Аня. Да, ощущения от заморозки, а особенно от растущего напряжения в мышцах непередаваемые, из числа тех, которые лучше не повторять.

— Там же должна быть вторая часть? Покажи. Только целься… ну, хотя бы в диван, его можно заменить.

Она кивнула и переплела дрожащие пальцы, сложив их в молитвенном жесте. По комнате разлился теплый свет с золотистыми искрами, от которого в душе стало легко и спокойно, а ноющий уже неделю синяк на запястье выцвел и почти рассосался.

— Светлое благословение? — не поверила своим глазам Карина. — Как ты вообще смогла?

Это заклинание не то, чтобы считалось сложным, да и очень пригодилось бы в работе — оно требовало много сил, зато эффективно разгоняло тьму и имело приятные побочные эффекты вроде легкого исцеления и придания уверенности. Изучали его под конец шестого курса, но так, мимоходом. Из студентов, да и сотрудников отдела тоже, оно все равно получалось у единиц и требовало особого умиротворенного настроя. Сколько Карина ни пыталась, только руки разминала.

Чтобы вот так, спросонья, в стрессе успешно применить его, надо было быть или достаточно безгрешной душой, или светлой колдуньей. Что звучит реалистичней, Карина не знала. Конечно, для его применения не требовалось быть праведником, просто порядочным человеком тоже сойдет. Но давайте честно, откуда среди студентов с их любовью к списыванию, шпорам и придуманным оправданиям взяться порядочным людям?

А светлые колдуны встречаются так же часто, как и темные.

— Н-не знаю, — Аня даже отступила на шаг. — Просто во сне так сделала, и дышать стало легче… А вы что подумали?

— Вот так начинается практически необратимое смертельное проклятье, от которого сложно увернуться, — Карина повторила жест и задумалась. Да, это первая часть проклятия, но она никогда не думала разобрать его на отдельные элементы. А вообще-то этот всего лишь усиливает, делая таким опасным, но и всего. Интересно, если соединить его с благословением, чем это закончится? Но просить использовать заклинание не рискнула. Другую служебную квартиру им не выдадут, а целая пятиэтажка, преисполнившаяся благодатью, тянула на ЧП. — Лучшая защита от него — мгновенный стазис, ну и немного напрячь руки.

— Я такого даже не знала…

— Верю. Ты пыталась сделать другое, — Карина потерла лоб. — Попытайся уснуть дальше, со снами разберемся завтра. И не повторяй следующий раз незнакомые заклинания, лучше опиши на словах, пока никто не пострадал или не стал святым.

Глава 5

Новосибирск, 2021 год, август

С Олегом они познакомились еще на линейке в первом классе и все одиннадцать лет школы, а за ней шесть лет института просидели за одной партой. Работать их тоже сразу поставили вместе — их дуэт зарекомендовал себя еще во время учебной практики и стажировки, да и симпатии Резнова к обоим сыграли свою роль.

И за все двадцать лет крупно ссорились они всего пару раз. По мелочи — да постоянно, но такое забывалось если не через полчаса, то к вечеру точно. Но чтобы наорать друг на друга, обложить матом и разбежаться в разные стороны, демонстративно игнорируя друг друга три дня… Такое случалось редко.

В тот раз Олег долго отчитывал ее за то, что самонадеянно одна сунулась в логово каких-то сектантов, умудрившихся призвать черт знает что. Может, и правда черта, но разглядеть стремительно мечущееся по заброшке существо удавалось с трудом. Сектанты тоже не помогали охоте, достав тесаки и пытаясь отловить неожиданную помеху.

Следователи Обь-бездны не зря работали парами, страхуя друг друга. И если на мелких духов дозволялось выезжать в одиночку, то относительно таких случаев регламент отдела был непреклонен. Но Олег увлекся очередной студенткой и не отвечал на телефон, Пашка с Юрцом занимались своими делами, Марина с Захаром уехали на край области, почти на границу с Казахстаном, а остальные отдыхали в заслуженном отпуске.

А ситуация накалялась, и неизвестное существо могло навредить строителям на ближайшей стройке и жителям всего жилмассива. Пара тысяч человек могли пострадать из-за чьих-то любовных похождений, и Карина не без оснований решила, что справится сама — она считалась сильным магом.

Существо-то она развеяла, сектантов обездвижила, и их потом паковал лично Резнов.

А сама в итоге едва не свернула себе шею, когда под ногами провалился пол. Повезло, в последний момент подстраховал примчавшийся поднятый Лариской по тревоге Матвей Борисович.

Олег, когда узнал, пришел в ярость и долго орал до хрипоты в институтском коридоре, распугав задержавшихся на отработках студентов. У Карины болело все тело, хотелось в душ и заслуженно почувствовать себя героиней, а еще нарастало раздражение и стыд за ссору перед посторонними.

Она не выдержала, накричала в ответ, жестами показала все, что думает, и хлопнула стеклянной дверью так, что осколки собирали по всему коридору. Потом взяла неделю отпуска за свой счет и переименовала в телефоне Олега в «Козла».

Первые три дня они не разговаривали, не переписывались и не встречались и собирались продолжать в том же духе.

К тому же из Москвы приехал Илья, работавший маркетологом в крупном агентстве с пафосным офисом в Москва Сити. Лощенный и эффектный, он с должным восторгом отнесся к ее подвигам, зацеловал ссадины и сводил в красивый ресторан — в общем, дал почувствовать себя женщиной, которая кому-то небезразлична, а не магической базукой.

Тем поздним вечером после ресторана они гуляли по Михайловской набережной, наслаждаясь тишиной, теплым ветром и отражением в Оби огней нового жилого комплекса на левом берегу. Илья накинул ей на плечи пиджак, пахнувший парфюмом — от некоторых друзей можно было рассчитывать разве что на прокопченную косуху — и развлекал смешными байками с работы. Для романтичной атмосферы не хватало только цветения многострадальных яблонь, которые усилиями озеленителей наконец-то прижились в суровом сибирском климате, но ради этого гулять стоило в мае.

Телефон завибрировал, выплевывая на экран одно за другим два сообщения. Карина мельком глянула — геолокация и короткое «Пж» — и сунула в сумку.

— Что за козел? — заинтересовался заметивший отправителя Илья.

— Козел, — лаконично и так емко ответила Карина, что он догадался.

— Вы поссорились с Олегом?

— Я ни с кем не ссорилась. И точно никого не называла самовлюбленной безмозглой идиоткой, которая мечтает что-то кому-то доказать, — она поджала губы и попросила. — Давай не будем?

Отвлечься не удалось. Первые два звонка Карина проигнорировала, а на третий все-таки достала телефон. Настойчивым звонившим оказался Пашка.

— Карина, — со всей скорбью мира в голосе сказал он. — Я знаю, ты мечтаешь убить Олега, но ты что, правда хочешь, чтобы он сдох?

— Да.

— Я не метафорически.

— Плевать.

— Значит, он падет смертью храбрых от лап болотушки, а рядом с Линево перестанет существовать маленькая деревня, потому что из Кочек я буду ехать до туда часов десять, если нарушая, — скорбно сказал Пашка. — Но если вдруг не захочешь организовывать похороны, я тебе перешлю точку.

И отключился, а через полминуты прислал ту же геолокацию.

Карина посмотрела на реку. На роскошного мужчину рядом. На свое струящееся платье и совсем не предназначенные для болот босоножки.

— Давай я довезу тебя домой, переоденешься, — быстро понял Илья. Он не знал всего про их службу, но рассказов Карины хватало, чтобы составить в целом верное впечатление.

Ч-черт, на почему Линево! Не край географии, конечно, но часа полтора ехать точно. Еще и ночью…

***

Знакомый черно-синий байк нашелся брошенным под фонарем у одного из окраинных домов Малиновки. Надо отдать должное, даже несмотря на глубокую ночь, байк охраняла пара местных жителей, настороженно поглядывающих на лес и охотно рассказавших, что недавно там стали особо активно пропадать люди. Для поисков привлекали и волонтеров, и МЧС, но те как будто просто исчезли.

А сегодня утром грибник нашел растерзанные останки и сразу позвонил в 112. Дикие животные так располосовать не могли, если только медведь, но последний раз их видели в прошлом году в безлюдном дачном поселке.

Экстренные службы отреагировали оперативно, и после обеда в деревню приехал хмурый мужчина без оружия. Помахав перед носами красной корочкой и велев охранять мотоцикл, он в одиночестве ушел в лес. Больше о нем ничего не слышали, и жители гадали, не пора ли снова обрадовать МЧС.

— Не надо. Продолжайте охранять, — Карина тоже показала удостоверение, не вдаваясь в подробности. Какая им разница, в самом деле, а объяснять долго.

Соваться в чащу, не имея ни малейшего представления ни о точке входа, ни о дальнейшем маршруте, еще и ночью, с одним налобным фонариком, было глупо, но лес словно сам вел ее, прокладывая тропинку между деревьями, и даже ветки не хлестали по лицу.

Закончилась тропа на заболоченной поляне, и открывшееся на ней зрелище не радовало, мгновенно заставляя пожалеть о своих неосторожных словах в разговоре с Пашкой. Олег лежал на спине, раскинув руки, и, кажется, не подавал признаков жизни, а над ним склонилась тонкая, но бесформенная фигура со спутанными мокрыми волосами и в рваном балахоне, некогда изображавшем платье. Непропорционально длинные костлявые руки тянулись к его горлу.

Если верить хроникам, появились болотушки всего лет триста назад и поначалу считались довольно безобидными созданиями, воплощенными неприкаянными душами утопленников на болоте и скорби их близких. Ходили, выли на луну и пугали путников, да и только. Но чем ближе подбиралась цивилизация, тем агрессивней они становились, и сейчас считались крайне опасными.

Как раз тот случай, когда ходить обязательно нужно вдвоем. А лучше – организованной группой не менее, чем из трех подготовленных магов. Тварь хитрая, быстрая и очень сильная, а еще умеет договориться с болотом, и сражение на ее территории превращалось практически в лотерею.

Карина достала заготовленные на пиробумаге заклинания и активировала все разом, не разбирая, что именно. И не страшно, с такими простенькими ловушками только на манулов ходить, но хоть внимание привлечет и осветит поляну.

Болотушка повернула голову и медленно, текуче отошла от жертвы, каким-то образом сразу оказавшись почти вплотную к Карине, которую пока закрывали деревья. Ясно, болото на стороне твари.

Открыто выступать против нее Карина не собиралась — чистой воды самоубийство. Надо было заманить в ловушку, и она, стряхнув с плеча тканевую торбу, которую всегда возила в машине, достала шесть крупных кристаллов. Еще одна идея, подсмотренная в сериале, но, доведенная до ума специалистами по амулетам и артефактам, действенная.

Два кристалла она положила на кромке леса на расстоянии пары метров друг от друга. Теперь надо было обойти болотушку, запирая ее в круг, который не даст вырваться. И там уже читать все нужные заклинания и ждать помощи от коллег, которые, хотелось верить, все-таки примчатся. Хоть кто-нибудь. Хоть Лунина.

Только как это сделать?

Карина сделала обманный выпад и отпрыгнула в другую сторону, пристроив еще один кристалл. Отлично, пол круга готово, осталось столько же.

Болото хлюпнуло под ногами, и она поскользнулась в грязи, едва не грохнувшись на спину, но извернулась и устояла. Одной рукой — второй прижимала к себе кристаллы — делать нужные пассы и жесты было сложнее, но кое-как получилось где заморозить, где высушить почту.

Болотушке надоело смотреть на мельтешение, и она кинулась на новую жертву, Карина едва успела увернуться и закрыться усиленным щитом. Держать его она могла долго, а вот сил выстоять, когда в него долбят со всей силы, не хватало. Пришлось рискнуть и перекатиться, зато четвертый и пятый кристаллы оказались на земле. Оставалось только замкнуть круг, вот только надо было, чтобы тварь оказалась в нем. Она же вылетела за его пределы и явно собиралась обойти стороной, пока трясина всасывает ловушку.

Карина едва успела заметить движение справа. Олег каким-то чудом поднялся и кинулся на болотушку, заталкивая ее в круг вместе с собой. Какое-то время они кувыркались по земле, пытаясь выпутаться из объятий друг друга, но тварь оказалась крепче и ловче.

Она поднялась все так же плавно — а вместе с собой на вытянутых руках подняла Олега. Пусть жилистого, но рослого, здорового и тяжелого мужчину как обычную собачонку.

Карина кинула на землю последний кристалл, и круг вспыхнул белым светом.

Больше у болотушки не получилось бы выбраться, но отыграться она все еще могла. Она притянула к себе Олега, сжала обеими руками, и треск ребер, кажется, разнесся по всему лесу.

Универсального и быстро способа справиться с болотушками не существовало. В них хватало воды, чтобы потушить огонь, заморозки надолго не хватало, до недавнего времени не было даже надежных ловушек, способных удержать, так что и с длинными формулами не задалось — никто просто не успевал их опробовать. Приходилось буквально давить силой, а в инструкциях рекомендовалось брать с собой холодное оружие: топор или тесак.

Но атаковать сейчас, значит, почти наверняка еще больше задеть Олега. Слишком опасно, выпущенная сплошным потоком, без сформированного заклинания, магия не разбирает, кто враг, кто союзник, и бьет по всем.

Карина провела в воздухе сложенными ладонями вертикальную черту и резко развела их в сторону. Олега откинуло к стенке ловушки, не пропуская наружу, и оставалось только надеяться, что трещали кости болотушки, а не его.

Потом сплела пальцы замком, развернула ладонями вниз и резко опустила. Оказавшись под силовым прессом, тварь упала на землю и завыла так, что заложило в ушах, а перед глазами заплясали круги, лишая ориентации в пространстве. Пальцы разжались сами собой.

Олег дернулся, перевернулся с бока на живот и обеими руками так вцепился в траву, словно его затягивало в трясину. Кожа на запястье побледнела и словно бы пошла глубокими трещинами, как кора дерева, и Карина потерла глаза, отгоняя наваждение, а заодно заставляя себя собраться.

Вокруг отчетливо зашумел, словно перешептываясь, лес, а ветер принес сквозь затхлость болота запах лесного ландыша, грибов и прелых листьев.

Ноги болотушки опутал показавшийся из земли толстый корень дерева и пополз выше, скручивая ее и не давая шевелиться. А следом за ним взметнулись вверх более мелкие, вгрызаясь в подгнившую плоть и разрывая ее.

Болотушка быстро превращалась в тину с ошметками ветоши.

Карина отпихнула в сторону один из кристаллов, разрывая круг, перевернула Олега и под мышки оттащила его на пару метров дальше, к деревьям на более устойчивую почву. Да, могла навредить, но бригады МЧС с носилками рядом не наблюдалось, да и куда уж больше. Ему и так должно быть адски больно, даже если осталась хоть одна целая кость.

Впрочем, она ошиблась. Олегу не было больно. Он вообще не дышал, а цветом лица напоминал давно окоченевший труп. Из приоткрытых губ по щеке тянулась темная полоска крови.

Карина сжала зубы, заставляя себя собраться. Обычная первая помощь здесь бессмысленна, особенно если ему раздробило ребра.

Для начала она попыталась сплести светлое благословение, которое вполне могло сойти за исцеляющее заклинание. Конечно, не сработало, как и все предыдущие разы. Не удивительно, на безгрешную и умиротворенную она никак не тянет, особенно после разговора с Пашкой и нежелания помочь другу.

А ведь если бы не разругалась с Олегом, он бы не сунулся в Линево в одиночку и не пострадал, пока дожидался подмоги.

Мысль была неуместной и несвоевременной, зато натолкнула на другую, более рациональную.

В конце шестого курса, когда они защитили дипломы и должны были вот-вот приступать к службе, Яна Денисовна отозвала ее в сторону и рассказала про сложное исцеляющее плетение. Его не изучали на парах, оно было не под силу большинству магов, но Лунина почему-то была уверена, что Карина справится, и долго заставляла отрабатывать до автоматизма.

До сих пор опробовать его как-то не выдалось повода.

Она положила обе руки на грудь Олега, стараясь не обращать внимания на отсутствие движения. Странное ощущение, он не дышал, но текущая в нем сила никуда не делась, хотя, если маг умирал, всегда развеивалась первой. Более того, от соприкосновения с ней стало тепло и спокойно, словно они находились не у лесного болота, а в заполненной светом уютной и уединенной деревянной сторожке на опушке.

Но каким бы приятным ни было чувство, его тоже пришлось отогнать.

Яна Денисовна говорила, что первым делом нужно понять, представить имеющиеся травмы. Какие? Наверняка сломаны ребра, осколки могли попасть в легкие. Позвоночник… нет, это вряд ли. Зато много ушибов.

Руки сами вспомнили те отработки и принялись выводить прямо поверх футболки узор. Еще тогда Карина смогла узнать в нем только упрощенные символы стихий, а сейчас ей подумалось, что очерченный круг похож на монету, зигзаг — на горы, прямая линия с отростками — на деревья…

Символы десяти Хозяев магии.

Олег со стоном выгнулся дугой, кровь хлынула еще и через нос, а когда снова обмяк, судорожно закашлялся, сплевывая кровяные сгустки.

— Меня словно дефибриллятором шарахнули, — прохрипел он, приоткрывая глаза.

— Что? — не поняла Карина от неожиданности, краем сознания успевшая его похоронить. — Когда тебя успели шарахнуть дефибриллятором, раз ты знаешь ощущения?

— Никогда, но фильмы…

Олег осекся и снова закрыл глаза. Дышал он с присвистом, но дышал. Хотя и не понятно, как надолго, но однозначно надо тащить к Яне Денисовне.

По лесу. Полностью на себе. Не надеясь, что он сможет шевелить ногами.

— Хотя если ты здесь, то я все-таки помер, и меня уже ничему не спасти, — тихо пробормотал он.

— Почему?

— Ты меня ненавидишь и не отвечаешь.

Карина действительно вспомнила, что все еще на него зла, и разозлилась сильнее. Если умирающий рассуждает такими сложными киношными фразами о ерунде, умирать он точно не собирается, а значит, можно дотащить до машины.

***

Это было тяжело.

Лес помог и в этот раз, тропа показалась даже короче, чем в прошлый раз, да и заклинание на подъем тяжестей не подвело. Но Олега хоть и удалось поставить на ноги, закинув его руку себе на плечо и придерживая за талию, но устоять он все-таки не мог и все время сползал на землю. К тому же ветки никуда не делись, хоть и не лезли в лицо. Тут бы не тропу, а ровное шоссе, чтобы ничего не мешало.

Караул у байка сменился: на чурбане у забора сидел одинокий парень лет двадцати и что-то листал в телефоне, заткнув уши наушниками с переливающейся подсветкой. Остальные, по всей видимости, разошлись спать, и хорошо. Объяснять местным состояние Олега, заметное даже в темноте, Карина совсем не хотела.

Машину она оставила чуть дальше, поэтому удалось уложить его на заднее сиденье, не привлекая внимание добровольного сторожа.

— Байк забери, — с умирающим видом попросил Олег.

— Куда я должна его засунуть? — прошипела Карина. — На крышу прикрутить? В багажник он не влезет.

— Если сложить задние сидения и положить боком, влезет.

— Сложить вместе с тобой? И почему ты так уверен, что получится?

— Я пересяду вперед. Я так уже возил.

И он действительно попытался сесть и выползти из машины, безуспешно цепляясь ослабшими пальцами за подлокотник. В сочетании с бледностью и грязной одеждой, все вместе это вызывало ассоциацию с зомби, выцарапывающим себя из могилы.

— И что значит, ты уже возил?!

— Пока ты была с Ильей в отпуске и оставляла мне машину.

Карина зарычала и вытащила его наружу, а потом запихнула на переднее сидение, включила свет в салоне и сунула в руки пачку влажных салфеток.

— У тебя вся морда в крови. Не хочу, чтобы меня останавливали. Вытрись, пока я играю в тетрис.

Сложить сиденья она еще смогла, но на этом силы окончательно ее покинули. Не удивительно, потаскать на себе взрослого мужика, весящего совсем не как юная нимфа, так что пришлось обращаться за помощью.

Парень у забора сам оказался начинающим байкером и живо заинтересовался задачей с запихиванием байка в машину. Он же помог поднять и уложить, хоть и впритык, даже не пришлось вытаскивать запаску.

— И больше не будут пропадать люди? — с надеждой спросил он, выслушав положенные благодарности.

— По причине, из-за которой мы здесь — не будут, — ушла от прямого ответа Карина. — Не исключаю, что могут из-за чего-то другого.

Она заглянула проверить, как дела у Олега, и возмущенно отобрала салфетки. Он больше размазал, чем стер, став похожим на индейца в боевой раскраске, так что для приведения в сносный вид пришлось тереть самой. Судя по тому, что он не сопротивлялся ни салфеткам, ни тому, что Карина сама застегнула ремень безопасности, ему не становилось лучше.

Яна Денисовна спала и не горела желанием ее слышать, но когда узнала о причинах позднего звонка, мигом пришла в себя и велела срочно ехать к ней. И хорошо бы Олег за это время не отключился.

Глава 6

Новосибирск, 2021 год, август

До Луниной получилось доехать почти без проблем — один раз только остановились под Бердском, когда Олег пожаловался, что ему душно и кружится голова. Стояли там минут десять, пока он, свесившись на ремне в открытую дверь, медленно и глубоко дышал воздухом. Потом вроде оклемался и держался до нужного дома в центре города.

Штрафов, конечно, нахватала в обоих направлениях — деревья в лесу росли не так часто, как понатыкали камеры на этой трассе. Мысленно Карина с этим смирилась, пообещав себе выставить Олегу счет, как только поправится.

Рядом с домом Яны Денисовны общей парковки не было, даже у Нарымского сквера с другой стороны дороги — вечная проблема центра, даже платные парковки на проспекте забивались машинами. Хорошо, она вышла встретить и запустила на огороженную территорию, где нашлось последнее свободное место.

— Человеку срочно понадобилось съездить по делам, — невозмутимо пояснила Яна Денисовна, придерживая дверь подъезда.

Выглядела она непривычно: обычно собранные в пучок волосы оказались вьющимися и ниже плеч, свободное платье на бретелях и длиной до колен и простенькие босоножки. А левую ногу словно когда-то травмировали — она была заметно бледнее и словно одеревеневшей, плохо гнущейся. И, как оказалось, Лунина на нее прихрамывала, хотя днем этого совершенно точно никто не замечал.

Олега она устроила на уже разложенном диване в гостиной, а Карину выставила на кухню, предложив не стесняться и брать все, что увидит. Печенье в стильной стеклянной миске с деревянной крышкой действительно выглядело привлекательно, а от не менее стильного заварника вкусно пахло ягодами, но Карина ощутила, как от нервов ее начинает мутить.

Больше всего хотелось помыть руки и переодеться. С одеждой Яна Денисовна вряд ли бы помогла, зато раковина оказалась свободной от посуды, и на светлый камень потекла подкрашенная кровью вода.

Обтерев ладони бумажными полотенцами, Карина отошла к окну и, опершись руками о подоконник, легонько стукнулась лбом о стекло. Она бы с радостью свернулась на кухонном диванчике, но побоялась испачкать светлую обивку.

Если бы она не разобиделась на пустом месте, Олег не поехал бы один. Подумаешь, поорал немного, в чем-то он тоже был прав — если бы не Резнов, ее бы приложило не меньше. И да, конечно, он мог дождаться Пашку. Попросить Матвея Борисовича. Да хотя бы Яну Денисовну, она покривила бы нос, но не бросила — или отговорила бы от безумства.

Было ли дело таким срочным? Люди пропадали давно, вряд ли бы что-то изменилось за один лишний день. Или болотушка, накопив достаточно злости, решила бы поживиться в деревне.

Это как с теми сектантами. Наверное, могли подождать, но тогда казалось, что катастрофа близко, и Карина кинулась ее предотвращать.

Она ведь сегодня выехала почти сразу, как получила сообщение от Олега. Да, потому что позвонил Пашка, но полчаса промедления уже ничего не решали. Ей бы все равно пришлось потратить время на переодевание, в вечернем платье и на каблуках по лесу не побегаешь, жертвы тогда было бы две.

А не поссорились бы, выехали бы вместе еще днем, как положено по инструкции.

В глубине квартиры послышались шаги, но на кухню никто так и не зашел, и Карина сама выглянула в прихожую.

Яна Денисовна стояла у безрамного зеркала в пол, опершись руками по обе стороны от него, опустив голову и поджав больную ногу. В тусклом свете мудреной подсветки под потолком она казалась изможденной.

— Вы закончили? — удивилась Карина. — Как-то… тихо.

— Гасящие звук чары. Еще не хватало, чтобы ко мне полиция приезжала на истошные вопли, — фыркнула Лунина. — Не переживай, Олега убить не так просто. Тем более, ты молодец, подтолкнула организм к восстановлению.

— Он не дышал. Это вы называете непросто?

Она пожала плечами, но развивать тему не стала, вместо этого спросила сама:

— Почему ты за ним поехала, если вы разругались?

— Что, слухи в институте?

— Он сам сейчас рассказал. Я заставила говорить, чтобы не засыпал, и это, видимо, беспокоило больше всего. Хотя я, безусловно, не одобряю, что он зачем-то полез один. Так все же?

— Разве я могла его бросить? — удивилась Карина. — Да, Олег идиот и козел, но и мой друг тоже. Я не уверена, что смогу себя простить сейчас, а если бы… если… наверное, осталось бы только спрыгнуть в Обь с моста.

— Скажи, что бы ты делала, если бы его обвиняли в сговоре с темными силами?

— Но ведь он такого не делал.

— Теоретически.

— Поверила бы Олегу, — твердо сказала Карина, хотя вопрос вызвал недоумение. — Мы знакомы практически всю жизнь, я его знаю лучше матери. Если бы сговор действительно был, мы бы участвовали в нем вместе.

Яна Денисовна вскинула голову к своему отражению и тут же отшатнулась. Было от чего: вместо усталой женщине в отражении появился мужчина в тяжелом плаще из коричневых пестрых перьев, напоминающих о коршунах. Карина едва подавила желание сбежать на кухню от зацепившегося за нее пристального взгляда черных глаз на смуглом лице, но осталась. Она не знала, кого видела, но опасалась, что ее помощь не помешает.

Яна Денисовна подняла руку с неизвестно откуда взявшимся жезлом из черного дерева с литой костлявой рукой, сжимающей круглый полосатый камень. Мужчина в отражении невесело усмехнулся и приглашающе развел руки в стороны.

Зеркало разлетелось даже не осколками — серебристой пылью, Карина едва успела выставить щит вокруг себя и Яны Денисовны, чтобы не вдохнуть лишнего.

— Что за черт?!

— Хозяин смерти, — со зловещим спокойствием ответила Лунина, опуская руку, и пошла на кухню. — Двести лет назад его обманом заперли в Сумрачном мире

— И он теперь ходит по зеркалам? — Карина обернулась, но на стене уже ничего не осталось, только декоративная штукатурка. Но все равно стало не по себе.

О десятерых Хозяевах магии рассказывали еще в институте: жизнь, смерть, четыре стихии, лес, горы, реки, торговля. Если верить сохранившимся летописям, примерно в тысячном году, когда на Руси вовсю шли всевозможные социальные и политические изменения, тогдашние маги пытались забрать побольше власти и увлеклись, рассорившись с природой.

Десять пусть не самых сильных, но самых вменяемых, посмотрев на начавшиеся засухи и землетрясения, решили, что так дело не пойдет и стали своего рода посредниками между природными силами и людьми, сумев найти компромисс. Не боги в полном смысле, но очень близко.

И вот уже тысячу лет они хранили гармонию, имея право карать ослушавшихся. Правда, в обычные человеческие дела они не лезли, полностью отдав надзор и наказания за магическими проступками власти.

Жили они долго, но случалось, что кто-то погибал, как Хозяин леса в одиннадцатом году, и тогда его место занимал преемник, и избирала его сама природа.

Правда, многие считали Хозяев легендой — их редко кто видел, но Карина верила. Не столько даже в их существование, сколько Резнову, который был знаком с Хозяином леса и все пытался расследовать его смерть. И вот теперь, пожалуйста, еще один.

— Держи. Тебе надо успокоиться, а то слишком переживаешь, — Яна Денисовна протянула ей кофейную чашечку, резко пахнущую травами.

— Успокоительное? — спросила Карина, принюхиваясь. Она не считала, что ее отравят, но к неизвестным напиткам относилась настороженно.

— Настойка. Машина твоя до утра постоит, все равно после такого стресса и бессонной ночи за руль не надо. Пей.

И Лунина первая выпила из такой же чашки.

Новосибирск, 2025 год, май

Телефон зазвонил в полдесятого. Вполне допустимо приличиями, но после ночной побудки, еще и в воскресенье меньше всего хотелось кого-то слышать в такую рань.

— Доброе утро, Кариночка. Простите, что беспокою в такую рань, но в моем офисе произошло неприятное происшествие, и без опытного мага не обойтись.

Николай Бессмертный определенно возглавлял список.

— Что случилось? — сонно пробормотала Карина, надеясь, что какая-нибудь ерунда, которая потерпит до вечера.

— Лучше вам увидеть самой, — с намеком, что увидеть надо прямо сейчас, ответил он.

— Буду не раньше двух часов, — категорично сказала она, не собираясь вставать прямо сейчас в собственный выходной. Служба и без того была слишком ненормированной, чтобы тратить долгожданный отдых на неоплачиваемую помощь нужным людям.

Николай достался им с Олегом по наследству от Резнова, который с подозрительно довольным видом избавился от повинности. Надо отдать должное, дергали их не так часто, раз-два в месяц, но и не оплачивали. Своеобразная общественная нагрузка для поддержания связей с человеком, который при необходимости мог оказать хорошую поддержку отделу.

О таких случаях, правда, Карина не слышала. Вот Яна Денисовна — та да, сильно облегчала решение медицинских вопросов. А оба Бессмертных, что Николай, что Руслан, больше требовали, чем приносили пользу.

— Конечно, — на удивление легко согласился Николай. — Жду вас в офисе.

Карина со стоном уткнулась в подушку, а телефон выскользнул из руки на пол. В выходной от служебки до офиса на машине ехать минут двадцать, но Бессмертный всегда требовал строгого представительского дресс-кода при визитах к нему. Она же терпеть не могла деловой стиль — неудобно, по лесам не побегаешь, мнется.

И даже особо не поваляться. Пока погладит платье, пока сходит в душ и уложит волосы… Одно удовольствие — сделать ближнему гадость.

— Вставай, — Карина легонько попинала закрытую дверь в спальню. — Птички поют, жулики нарушают закон.

— Что такое? — судя по заспанному лицу, Аня думала, что ей снится кошмар.

— Другу нашего отдела нужна помощь. Его офис оккупировали темные силы.

— Обделенные клиенты?

— Чувство юмора — это хорошо, — одобрила Карина, не замечавшая за тихой стажеркой такого меткого сарказма. — Но ехать надо. У тебя что-нибудь кроме джинсов и маек из одежды есть?

Аня открыла дверь пошире и сделала приглашающий жест в сторону шкафа. Впрочем, ничего интересного там не обнаружилось. Более-менее подошли разве что узкие черные штаны и длинная белая рубашка. Ладно, если нацепить сверху пояс, получится еще ничего.

Николай сам виноват, потерпит. В следующий раз начинать разговор надо будет с приглашения проехаться по магазинам.

— Собирайся, — Карина кинула на кровать одежду и пошла в ванную.

***

Офис Бессмертного находился в пафосном бизнес-центре за гостиницей напротив вокзала. Каждый раз она удивлялась, как кому-то пришло в голову поставить роскошное здание в окружении серой многоэтажки гостиницы, двух торговых центров и заурядной панельки, еще и с прекрасным видом на привокзальную площадь с хот-догами и шаурмой. Да и круглосуточная суета пассажиров и встречающих не добавляла лоска. Еще и нормальной парковки нет, но, к счастью, у торгового центра было пусто.

В плотном кремовом платье до колен, белом жакете и на каблуках Карина чувствовала себя инспекторшей из американского сериала, приехавшей выводить на чистую воду мошенников с фондового рынка. К тому же Николай наверняка не остался в стороне от финансовых схем… К счастью, в реальности это было не ее головной болью, а остальные закрывали глаза.

В отделанном мрамором лобби у стойки ресепшена их встречала знакомая секретарша, нервно сжимающая в руках сумочку. Отвечать на вопросы она отказалась и сразу же убежала, вслед за начальником повторив, что все увидят сами.

Насколько Карина знала, здешний офис был лично Николая, не имел отношения к торговой сети и служил для представительских функций — провести переговоры, не предназначенные для лишних ушей, встретиться с партнерами, организовать новый проект. И работало не так много людей — человек десять на весь немаленький этаж.

И сейчас в этом офисе царил погром.

— Вы уверены, что вызывать стоило нас, а не полицию? — первым делом спросила она, рассматривая перевернутый диванчик у лифта.

— Я бы вас не побеспокоил, если бы ко мне вломились обычные воры, — заверил ее Николай — худощавый лысый мужчина сильно за пятьдесят в дорогом сером костюме, идеально сидящем по фигуре. И несмотря на беспокойство, на Аню он взглянул с легким недовольством. — Решили заменить Олега молодежью?

— Олег в командировке, Анна стажерка, — коротко ответила Карина, доставая детектор и водя им вдоль мебели. Без особой надежды посмотрела на экран и поняла, что ситуация серьезней, чем казалось. — Пойдемте дальше.

Сигнатура улавливалась везде: на треснувших столах, опрокинутых стеллажах, перевернутых стульях и разбросанных бумагах. Улавливалась, но не определялась — не обязательно даже точное название, но хотя бы класс: духи, нежить, воплотившиеся легенды, призванные… Ничего. Только тревожный знак вопроса.

Значило это одно из двух: или прибор сломался, или они столкнулись с чем-то настолько редким, что его не успели изучить, систематизировать и занести в базу. А то и вообще новым.

— Когда это случилось?

— После полуночи. Мы посмотрели запись камеры, — объяснил Николай такую точность. — И хорошо, что ночью. На сегодня планировалось совещание, было бы много людей, в том числе представитель от губернатора. Представляете, чем это могло обернуться? Пришлось сказать, что к нам влезли.

— Вы не знаете, ночью еще что-то происходило? — спросила Карина, проходя дальше в офис.

— У обеих дочерей случилась истерика, и мы с Марго их всю ночь успокаивали. Они могли что-то почувствовать, но, допускаю, это было представление из любви к искусству.

За ресепшеном находился коридор, с одной стороны которого за стеклянной стеной расположился просторный опенспейс, с другой — три отдельных кабинета с непрозрачными дверьми, которые сейчас оказались открытыми.

На удивление, стекло не пострадало, хотя в самой комнате царил такой же беспорядок. С потолка свисали провода, под ними лежали разбитые мониторы, как будто из них пытались собрать креативную гирлянду, но под своей тяжестью они отсоединились от проводов и попадали.

Из принтера выдернули недавно заправленный картридж, и теперь тонер черной пылью покрывал весь пол. Местами его дополняли потеки штемпельных чернил из перевернутых или раздавленных пузырьков. Заходить туда в дорогих туфлях не хотелось, и Карина, ото входа сунув внутрь руку с датчиком, зашла в первый кабинет.

Судя по выпотрошенному кожаному креслу, растерзанному ежедневнику с золочением на срезе и навороченному сейфу, принадлежал он лично Николаю. Экран детектора показывал все тот же знак вопроса, изредка меняясь на имя Николая или Руслана, если засекал отголоски их колдовства.

Магией, кстати, здесь пользовались давненько, не позже четверга, она почти полностью успела выветриться.

Что еще более странно, не осталось никаких следов. Да, погром — это понятно, но скорее последствие. При этом ни на тонере, ни на мебели или бумагах не осталось никаких отпечатков, подпалин, слизи или прочей грязи. Кто-то налетел, перевернул офис вверх дном, просто чтобы перевернуть, и исчез.

— Ни с кем из магов не ссорились? — для порядка уточнила Карина. Если бы был замешан кто-то из магов, прибор бы это показал. А работал бы дистанционно, фонило бы на весь город.

А ведь как раз ночью и фонило, еще и так, что разбудило как минимум Яну Денисовну, саму Карину и Аню. Пока не понятно, связаны ли два происшествия, но совпадение подозрительное.

— Ссорился, конечно, — спокойно ответил Николай, как само собой разумеющееся. — Исключительно по деловым вопросам. Но я не поверю, что кто-то бы решился на подобное. Обратиться в суд — пожалуйста. Угрожать таким образом? Надо быть самоубийцей. Хотя бы из соображений моей долгой дружбы со Следственным комитетом.

— Кто-то посторонний заходил в офис в последнее время?

За следующей дверью оказался конференц-зал, пострадавший меньше всего, но, скорее всего, из-за почти полного отсутствия мебели. Да, разбили ноутбук и пробили белую маркерную доску, исчиркав самими маркерами светло-серые стены, но и все.

— Смотря кого считать посторонними. В пятницу с утра заходили Руслан и девочки, в остальное время находились только сотрудники. Для этого офиса я сам отбираю людей, магов среди них точно нет.

В третьей комнате стояли два дивана, кофейный столик между ними, тумба с кофемашиной, посудой и конфетами. Все было спокойно, не считая того, что из объемного горшка с высоким авокадо во все стороны летела земля.

Карина даже не успела среагировать, как в нее полетело нечто неуловимое взглядом, врезалось и вытолкало ее в коридор, впечатав в стеклянную стену. Та только этого и ждала, осыпавшись мелкими осколками, и Карина упала прямо в тонер.

Смазанное нечто перемещалось в воздухе с невероятной скоростью, и от него оставалось только уворачиваться, не давая раздавить, и прикрываться щитами. А силы, судя по вмятинам в полу.

Наконец, Карине удалось подняться и выскочить в коридор, кинув в Аню сумочкой.

— В машине на заднем сиденье торба с кристаллами. Живо!

Нечто переключилось и кинулось в спину стажерки, но Карина каким-то чудом успела раньше, запечатав коридор тройным щитом, по мере разрушения добавляя новые слои. Этому приему учили на шестом курсе и долго заставляли доводить до автоматизма как раз на такой случай.

Поняв, что упустило жертву, нечто снова переключилось и зигзагами кинулось на Карину, ударяясь о стену. Самое сильное из развеивающих заклинаний его только замедлило, и не удивительно — оно предназначалось для духов.

Не дожидаясь, пока ей прилетит в лоб, она повторила ночной трюк со стазисом, и в метре от нее застыло нечто, напоминающее клубящийся рой мошки. Удерживать его было сложно, его сила сопротивлялась стазису, но Карина пока была сильнее. И надолго ее все же не хватит.

Рой ударялся о стены, а не проходил сквозь них. Значит ли это, что его можно запереть? Наверняка, но нужно помещение без окон и не надеяться, что этого хватит надолго. Стену, может, и не пробьет — хотя это зависит от того, из чего сделаны внутренние перегородки — но дверь не выдержит. Пускай, выигранного времени должно хватить, чтобы Аня добежала до машины и принесла ловушку.

Конечно, всегда оставался шанс, что на новое существо ловушка не сработает, и тогда придется тяжко.

— Здесь есть кладовка? — сквозь зубы спросила Карина у Николая, успевшего защититься от стазиса. Хоть он предпочитал не демонстрировать свои возможности, столкнуться с ним в бою было бы… скажем так, неприятно.

— До конца коридора и направо.

Дальше началась почти ювелирная работа, требующая концентрации. Карина буквально по сантиметру снимала заклинание, давая рою продвинуться вперед, но тут же ставила его снова и сама отступала назад. Можно было поиграть в марафонцев и увести за собой, но, во-первых, она не знала, как выглядит коридор у кладовки. Вдруг там закуток, в котором не развернуться, и останется только запереть себя вместе с роем?

Во-вторых, ее могли догнать и сбить с ног раньше, чем доберется до поворота.

Судя по ощущениям, процесс занял не меньше получаса, и Карина бы наверняка взмокла от напряжения, если бы стазис заодно не опускал температуру вокруг мага.

Дверь в кладовку оказалась не сказать, что надежная, но крепче ожидаемого. Позволив рою на последних метрах набрать скорость и самостоятельно влететь внутрь, Карина захлопнула дверь, а сверху для надежности наложила пару укрепляющих заклинаний, которые только смогла вспомнить, и устало прислонилась к двери. Словно марафон пробежала, честное слово, а потом еще и полосу препятствий в грязи.

В этот момент каблук на туфле затрещал и подломился. Хорошо, что сейчас, а не когда держала заклинание, а то бы сбилась, и все усилия манулу под хвост.

А ведь про манула вспомнила не зря, он же носился совсем рядом, за поворотом. Есть ли связь?

Прибежала запыхавшаяся Аня и вручила торбу, но сразу открывать кладовку Карина не стала. Сперва разулась, потом достала один кристалл, а остальные вернула стажерке.

— «Зачарованных» смотрела?

— Это где шутки про Меган Маркл? Посмотрела первый сезон, но не понравилось. А причем?..

— Это где горячий демон и хозяин преисподней, — вздохнула Карина, мысленно посетовав на незнание классики молодежью. — Расставь кристаллы кругом напротив двери кабинета, но так, чтобы с моей стороны не хватало одного. И… м-м… по моей команде повтори светлое благословение.

Вроде бы Аня поняла и принялась за дело, а она сама прошлась по коридору, касаясь стен пальцами раскинутых рук и создавая нечто вроде магической капсулы. Как бороться с роем, никто из собравшихся не знал, значит, стоило импровизировать.

Убедившись, что круг вышел, как надо, Карина велела всем отойти и открыла кладовку. Впрочем, судя по прогрызенному дереву, скоро это произошло бы и без ее участия.

Рой кинулся прямо на нее, и она упала на пол, пропуская его над головой и сразу же кидая кристалл. Круг вспыхнул белым и, к счастью, сработал. Впрочем, обольщаться не стоило: камни тряслись и могли в любой момент расползтись.

— Давай!

Аня среагировала быстро, и офис стало наполнять золотистое свечение, но Карина не дала ему растечься, заключив в созданную капсулу. Потом постепенно уменьшила капсулу до размера кулака, подвела ее к ловушке и сдвинула один кристалл. Обозленный рой кинулся на нее, но стоило ему окружить капсулу, как выпущенное благословение разорвало его изнутри, развеивая недоброжелательную магию.

Прямо ядерный взрыв в миниатюре.

Вот теперь стало жарко. Карина вытерла взмокший лоб, парой пассов убедилась, что посторонних сущностей здесь нет, и, доковыляв до комнаты с диванами, устало упала на один из них.

Глава 7

Новосибирск, 2025 год, май

Николай относился к той приятной категории людей, которая считала, что если проблему можно решить деньгами, то это не проблема, а задача. К разгрому он отнесся философски, рассудив, что офис можно и отремонтировать, главное, что напасть ликвидирована.

Кроме того, он проявил должную галантность и заказал доставку обеда, судя по фирменной эмблеме на пакете — в очень неплохом ресторане. Привезли быстро, и это пришлось кстати — магическое переутомление хорошо восполняла сытная мясная еда. А после подвигов с заклинаниями у Карины было именно оно.

Капсулу со спрятанным в ней другим заклинанием она не сама придумала, этот прием существовал давно, но использовался в основном для чего-то боевого и разрушительного. Заключить в ней светлое благословение раньше никто не пытался, возможно, из-за редкости людей, способных его сотворить.

Но ведь получилось, и как изящно! Да, оно исцеляло, подбадривало и вообще слыло полезной штукой, но его не стоило применять даже в плохом настроении — эффект получался обратным. Рой же ничего хорошего человечеству не сулил.

В офисе они с Аней провозились до половины восьмого, едва ли не роя носом пол, пытаясь понять, не ждет ли их других сюрпризов. Но больше на них никто не кидался, а детектор показал отсутствие посторонних сигнатур, так что инцидент на сегодня можно было считать исчерпанным.

Да, еще предстоит определить, что это все-таки было, отдать записи сигнатуры и некоторые пострадавшие предметы интерьера на анализ, узнать, встречалось ли подобное раньше… Но это ждало хотя бы до завтра.

— Заедьте при случае в бутик к Марго. Она компенсирует за мой счет ваш ущерб, — предложил Николай на прощание, сочувственно глядя на платье Карины. Ко всему прочему, она умудрилась порвать еще и подол — зацепилась за острый угол, пока ползала по полу. На вечерних платьях такой разрез у бедра смотрелся сексуально, на заляпанных тонером и чернилами — уныло и печально. — Заодно присмотрите что-нибудь в качестве благодарности. И не стесняйтесь в выборе.

Это явно был намек на Аню, но Карина только кивнула. Предложение действительно щедрое, у Маргариты Бессмертной был отличный вкус, а за одеждой в ее бутик ходили все светские леди Новосибирска. Правда, и цены соответствовали, так что в другой ситуации приобрести там что-то вылетело бы в копеечку.

Уже сев в машину, Карина обнаружила на телефоне сообщение, отправленное контактом «Леший» еще в шесть часов.

«21.00. Толмачи».

Лаконично и загадочно, но она поняла и только постучалась лбом о руль. В воскресенье в сторону аэропорта пробок быть не должно, но выезжать надо прямо сейчас.

— Два варианта, — сказала она, поворачиваясь к Ане. — Ты едешь со мной в Толмачи или своим ходом домой, от вокзала есть прямой автобус. Что выбираешь?

— Что такое Толмачи? — заинтересовалась стажерка, явно слишком взбудораженная, чтобы засесть дома.

— «Толмачево». Я так понимаю, ты за то, чтобы прокатиться? Отлично. Кстати, будь другом, найти в багажнике толстовку, хоть немного прикроюсь. И там же в пакете кроссовки.

***

До аэропорта они доехали всего за полчаса. Платить за сорок минут на парковке у терминала Карине очень не хотелось, так что она свернула на бесплатную, удачно вклинившись на последнее свободное место.

— На, сходи до киоска, возьми мне два самых больших бутерброда и колу, — она сунула в руки задремавшей было Ани карту и кивнула на желто-зеленый киоск. — И себе что-нибудь.

Та только глянула на потрепанное платье, без объяснений догадалась, что лишнее внимание им ни к чему, и покорно выползла из машины. Бедняга, бессонная ночь, ранний подъем и насыщенный день совсем ее вымотали. И пусть даже колдовать ей особо не пришлось, но с непривычки такой ритм всегда давался тяжело.

Карина открыла окно и раздумывала, не провонять ли салон вейпом, но тут вернулась Аня с двумя горячими пакетиками, и прочие мысли разом отошли на второй план. Да, Бессмертный их неплохо накормил, но от зверского аппетита на ближайшие сутки это не спасет. И если она не успокоит своего внутреннего хищника порцией мяса хотя бы в виде котлеты в булке, от ее плохого настроения могли пострадать невинные люди.

К тому же перекус неплохо занимал время. Сидеть и ждать просто так было бы утомительно.

Судя по онлайн-табло, самолет из Иркутска прилетел на пятнадцать минут раньше, и Карина, неторопливо вытерев руки салфеткой, поехала к терминалу. Все равно пока еще самолет встанет на стоянку, выпустит пассажиров, пока они дойдут через половину аэропорта на выход… В крайнем случае, ничего с Олегом не станет, подождет.

— Можно даже в интернет не заходить, все рейсы и так видно, — заметила Аня, рассматривая огромное табло через стеклянную стену.

— Зато как удобно. И на освещении парковки можно не тратиться, — хмыкнула Карина, останавливаясь напротив выхода, и все-таки вышла, предусмотрительно не обходя машину и пряча за ней порванный подол.

Горький опыт подсказывал, что из таких командировок Олег возвращался в невменяемом состоянии. Однажды он к удивлению сурового мужика попытался сесть в похожий внедорожник, из-за чего этот мужик же чуть и не огреб, начав возмущаться. Хорошо, Карина стояла рядом и быстро развела их в разные стороны, а там и подружка разгневанного водителя прибежала, окончательно гася конфликт.

— Выглядишь, как кикимора, — вместо приветствия буркнул Олег. Идущий за ним Резнов едва не подавился зевков.

В переводе на человеческий это означало: «Выглядишь живой, но помятой, и я переживаю».

— Сказал Леший, выбравшийся из сибирской тайги, — столь же любезно ответила она. — Матвей Борисович, вас куда подвезти?

— До Маркса. От метро меня дочь заберет.

Резнов сразу устроился сзади, а вот Олег привычно открыл переднюю пассажирскую дверь, тяжело уставившись на мигом проснувшуюся Аню.

— Это еще что за детский сад?

К счастью, она оказалась понятливой девочкой и быстро пересела. С другой стороны, нависающий дядька — давно небритый, лохматый, в мешковатой спортивной одежде — обычно хорошо способствует активации инстинкта самосохранения.

***

До квартиры Олег добрался своим ходом — дом был новостройкой, и на седьмой этаж лифты ходили исправно — нашел ключи и открыл дверь, но в прихожей выдохся, как только стянул стоптанные, утопленные в грязи кроссовки.

На месте Карины любой вменяемый человек или впал бы в панику, или кинулся звонить в «скорую», увидев, как друг привалился к стене и не подает признаков жизни, но она привыкла, и вообще сама находилась лишь немного в лучшем состоянии. Вот сам Резнов бы и рвал себе жилы, не заставлял других… не то, чтобы она считала шефа злодеем, посылающим в бой вместо себя подчиненных, но вряд ли он сам валялся сейчас с переутомлением.

Это сложно, когда подчиненный и без команды рвется вытащить дело в одного на своих плечах.

— Ну и чем вы в этой тайге занимались? — спросила у пустоты Карина, привычно сложила пальцы в заклятие усиления, которое учили первым делом, когда начиналась работа в парах, и потащила Олега в душ. Теоретически он был в сознании, практически ни на что не реагировал, позволяя мотать себя, как угодно.

От него тяжело пахло костром — не то, чтобы неприятно, но если не смыть, пропитает всю квартиру, а они только сделали ремонт в его евродвушке и купили новую мебель. Олег, конечно, собирался заняться сам, в отпуске, когда появится время, но друзей в ремонте не бросают. К тому же, не вмешайся Карина, он бы так и жил с ободранными стенами и сваленными по углам рулонами обоев и мебельными коробками.

Застройщик схалтурил, и за ним пришлось многое переделывать. Ванну тоже за копеечную скидку не стал устанавливать, но это оказалось и к лучшему — вместо нее Олег в нарушение всех санитарных требований соорудил трендовую душевую со стеклянной перегородкой и без высоких бортов, что сейчас пришлось кстати.

Она поставила его насколько могла прямо, сняла куртку, футболку и джинсы, которые тут же закинула в машинку, а самого Олега затолкала под горячий душ прямо в трусах. Сверху, не жалея, полила шампунем.

— Может, обойдемся без этого? — пробормотал он, приоткрыв один глаз, в который тут же затекла мыльная вода.

— Нет, — категорически отрезала Карина, недовольно добавляя еще и гель для душа, когда шампунь кончился. Платье годилось на тряпки уже после визита к Бессмертному, но мокнуть все равно не хотелось хотя бы потому, что ей еще добираться до дома. Порванный подол и пятна тонера еще как-то можно прикрыть от любопытных бабок, но мокрая одежда вызовет у них нездоровое любопытство.

Олег не сопротивлялся, когда она с остервенением принялась втирать ему шампунь в отросшие волосы, и, кажется, вообще уснул.

— Все, топай одеваться, — дождавшись, когда с него перестанет течь пена, Карина выключила воду, швырнула полотенцем и первая пошла в комнату, оставляя за собой лужи. Футболка и шорты на пару размеров больше всяко лучше порнографии с мокрым платьем.

Оделся Олег сам все так же сонно, не обращая внимания на переодевавшуюся рядом подругу, и упал на диван, мокрой головой на подушку. Карина вздохнула, подобрала потерянное полотенце и сунула ему под голову, а сама залезла в морозилку.

Привести в чувство и мага с переутомлением, и голодного мужика всегда можно было надежным и проверенным способом — шматом мяса, но в курьеры для похода по магазинам она не нанималась, а Олега дома не было месяц, так что и продукты не покупались столько же. Для таких случаев они когда-то накрутили таз фарша и забили морозилку домашними котлетами только из мяса, без посторонних примесей.

Котлеты подгорели и воняли на всю кухню-гостиную, вытяжка и открытое окно не спасали. В конце концов, у Карины тоже был тяжелый день! Но о ней почему-то никто так не заботится.

— Я как Баба Яга, — проворчала она, ставя перед Олегом одну тарелку, себе забирая другую. — Накормила, в душ сводила, сейчас спать уложу и поеду дальше спасать мир.

— За Бабу Ягу у нас Лунина, — серьезно ответил более-менее пришедший в себя после двух котлет Олег. — Ты у нас типичная Кар-Кар.

Карина гордо промолчала, терзая котлету. Есть после двух бутербродов не так уж и хотелось, но на одну порцию, пожалуй, ее хватит. К тому же утром рано вставать на пары, наверняка поленится завтракать.

Прозвище Олег придумал еще в старшей школе и сам же очень его полюбил, гордясь своей фантазией. Она же Карина Воронова, а вороны что делают? Каркают. Если сложить с первой частью имени, получается свежо и креативно.

Бороться с этим было бесполезно, поначалу она пыталась, но потом привыкла и махнула рукой. Зато это стало отличным маркером: если он обратился к ней по имени не на людях, случился апокалипсис, и пора искать убежище.

— Не хочешь остаться? — неожиданно предложил Олег. — Я и на диване посплю, а ты можешь в спальне.

— Зачем? — не поняла Карина. — Мне надо стажерку домой вернуть, а утром пары. Так что если у тебя была идея бухнуть в честь возвращения, забей и лучше сам выспись.

— Надо поговорить.

— Не хочу. У меня был тяжелый день, я провела его в компании Николая и ни с кем больше не хочу общаться. Это что, настолько важно?

— Да, настолько.

— Судя по тому, что ты не носишься с горящей задницей, к работе это не имеет отношения. Во всех остальных случаях любой разговор ждет, если только на тебя не снизошло в тайге озарение, и ты не собираешься позвать меня замуж.

Шутку о том, что вся магическая преступность Сибири вздохнет с облегчением, когда они, наконец, поженятся, запустил Пашка пару лет назад на новогоднем корпоративе, и она отлично прижилась. Он же с тех пор не упускал возможности при любой их пустяковой размолвке вкручивать любимую присказку, что ведут себя как двадцать лет женатые супруги.

— А ты бы согласилась?

Разговор свернул не туда. Она вообще-то собиралась просто подколоть, а не выяснять отношения.

— Согласилась бы. Если разгонишь своих студенток.

Такого поворота Олег точно не ожидал, и смотреть на его озадаченное лицо было одно удовольствие.

— Почему? — с таким видом спросил он, как будто не решил, как относиться к таким откровениям.

— А ты не знаешь, почему женщины выходят замуж? — Карина оперлась одним коленом о диван рядом с ним, наклонилась и интимно прошептала на ухо. — Чтобы продолжать портить ему жизнь до конца дней, пока смерть не разлучит их. И вот твою бы я испортила с огромным удовольствием за все прошлые достижения. Так что подумай и, если что, обращайся. Но не раньше завтра.

***

Новосибирск, 2011 год, сентябрь

— Не кисни, — Илья шутливо щелкнул ее по носу. — Поверь опыту, первый курс еще не приговор. Хотя это смешно звучит, если посмотреть, где ты собралась учиться.

— Любая учеба лучше папиных наставлений, — проворчала Карина.

Когда Матвей Борисович завалился к ним на дачу с судьбоносным: «Ты волшебник, Гарри», — выяснилось две вещи. Во-первых, папа уже был с ним знаком, хоть и не очень близко, во-вторых, сам был магом, а выдающиеся способности — наследственными.

Обзавидовавшуюся восьмилетнюю сестру Ирку, которой не досталось письма из Хогвартса, успокоили, что у нее все впереди, надо просто пару лет подождать.

Зато папа воодушевился и взялся за Карину всерьез, решив обучить ее азам. Плюсы в этом, конечно, имелись: она не чувствовала себя идиоткой, пришедшей на сходку фанатов фентези, и могла наколдовать простейшие вещи вроде невидимого зонтика над головой. С другой стороны, нещадно ломило пальцы от выворачивания в незнакомые фигуры, да и от лета осталось всего ничего на простые радости.

Впрочем, может, и неплохо, что импровизированный курс молодого мага занял так много времени. Телефон Олега все еще молчал, а его мама при встрече окатывала молчаливым презрением. Хотя бы больше ничего не говорила, и на том спасибо.

— Если что, звони, сбегу к тебе с пар, — пообещал Илья, садясь в машину.

— Чтобы еще и твои предки потом предъявляли, что связался с какой-то дрянью, — хмыкнула Карина вслед принцу на белом «Форде» и пошла ко входу. Общей линейки, как в школе, в институте не проводилось, аудиторию предлагалось найти самостоятельно.

Повезло еще, само здание было небольшим — два этажа и обустроенный для тренировок подвал, к тому же часть занимал отдел Следственного комитета с собственным входом и вывеской с гербом. Хотя и училось здесь не так много людей, максимум две группы человек по пятнадцать на потоке, а на первом курсе вообще одна. Так сказать, последствия демографической ямы девяносто третьего наглядно.

— Ты тоже в третью? — с надеждой спросили из-за спины, когда Карина затупила перед расписанием.

Она обернулась и вопросительно посмотрела на двух девчонок. Одна явно пересмотрела фильмов с Риз Уизерспун — такая же вырвиглазная блондинка, разве что одета более стильно и без собачки. Вторая производила человеческое впечатление «своей в доску»: короткая лохматая стрижка, удобные брюки и блузка, за спиной рюкзак.

Белой вороной на их фоне Карина не выглядела, но собственные клетчатая рубашка и джинсы показались неуместными, а роскошная грива блондинки, лежащая густыми волнами, вызвала тяжелый вздох. За полтора месяца Карине так и не удалось привыкнуть к каре и отчаянно не хватало привычной длины, которую пришлось обрезать из-за склеенных грязью и кровью колтунов.

Тетя Оля, мамина подруга и владелица неплохого салона в центре, испробовала половину банок с плотно заставленной полки, но вынужденно признала поражение и взялась за ножницы — распутать это не было никаких шансов. Она хорошо постаралась, стрижка выглядела дорого и современно, но Карина все равно проплакала всю ночь.

— Да, в третью.

— Отлично, — вполне искренне обрадовалась блондинка. — У нас всего пять девчонок, но к двоим и подходить страшно. Я думала, готы уже пару лет, как вышли из моды… Я Ульяна, можно Уля.

— Ага, а еще одна как из подворотни на Первомайке, — усмехнулась вторая и протянула руку. — Саша.

Карина представилась и пожала руку. Настроения на новые знакомства и обсуждение одногруппников не было, но избегать людей не стоило, им еще шесть лет вместе учиться. И Илья один не вытащит ее из болота апатии, а все школьные подружки напоминали беззаботные времена и дико этим раздражали.

Аудитория не отличалась от обычного школьного класса: того же размера, с той же доской, столом для преподавателя и тремя рядами парт. Саша с Улей устроились на ближнем к окну, за третьей партой, Карина за ними. Из окна открывался унылый вид на парковку и гаражи, за которым тянулась железная дорога.

Они зашли чуть ли не самыми последними, когда остальные расселись, и Карина понадеялась, что соседнее место останется свободным, но увы. Перед самым звонком на него, не здороваясь, упал парень в мешковатой одежде, от которой несло гарью и болотом. Осуждающего взгляда повернувшейся Ули он не заметил и сразу же упал лицом в сложенные руки, игнорируя и одногруппников, и вошедшую девушку всего лет на пять старше.

— Добрый день, — оптимистично улыбнулась девушка, бросив толстый блокнот на преподавательский стол. — Меня зовут София Алексеевна Ядрина, я буду вашим куратором и заодно вести несколько предметов. Давайте пока коротко о том, куда вы попали, и как с этим жить…

Глава 8

Новосибирск, 2011 год, сентябрь

— Они что, вообще не смотрят, кого берут? — ворчала Уля во время пятнадцатиминутного перерыва между второй и третьей парой, страдальчески нюхая крышку от флакона духов. — Как из леса сбежал.

— А что еще делать? Надо же обучать магов, пока чего-то не натворили, — пожала плечами Саша. — Папа часто рассказывает, как плохо такое заканчивается. Эй, придурок, не пробовал смотреть, куда прешься?

— Не пробовала не раскидывать ласты на весь коридор? — огрызнулся тот самый парень. — Встали три коровы посреди коридора, людям не пройти.

— Почему коровы? — возмутилась стройная Уля.

— Хорошо. Три овцы, если больше нравится.

— Стоп, — Карина ловко влезла между спорщиками. Это было почти привычно: Илья с Олегом любили сцепиться на пустом месте, и хоть до драки никогда не доходило, приходилось разводить, пока учителя не сбежались. — Саш, это того не стоит. По крайней мере, подождите еще одну пару и идите за гаражи.

— Да буду я связываться, — фыркнула Саша. — Дойдет до тренировок, тогда посмотрим.

Парень многообещающе ощерился, но отвечать не стал и наконец-то пошел дальше.

***

После пар девчонки надолго зависли с Софией Алексеевной, действительно оказавшейся выпускницей этого года, которую тут же взяли в оборот за недостатком преподавательского состава. Она рассказала, что не многие дипломированные маги соглашаются остаться в институте несмотря на неплохую зарплату и разлетаются, кто куда. Она тоже метила к конкурентам в адвокатуру, но обязательная стажировка там не оплачивалась, и молодежь бросать не хотелось.

Карину на разговоры не тянуло, и она спустилась в холл первого этажа. Студенты разбежались, и компанию ей составили разве что безмолвствующий кофеаппарат и зазвонивший телефон.

— Извини, не смогу за тобой заехать, — покаянно сказал Илья с тяжелым вздохом. — Препод заловил и требует сегодня явиться на пересдачу.

— Ты же все экзамены сдал.

— Вообще-то нет, на один не явился, — помявшись, признался он. — Ну, помнишь, мы всю ночь по набережной шарахались, а потом ты у меня отрубилась?

— И ты из-за меня не пошел на экзамен? — расстроилась Карина. Она этого не знала. — Надо было сразу сказать и отправить домой.

— Я что, похож на козла, который бросает друзей в тяжелых ситуациях? — намек был прозрачнее стекла. — Ты была в неадеквате. Забей, я сказал преподу, что у меня имелась уважительная причина, и он пообещал накинуть балл, если я приду прямо сегодня.

— Иди, конечно, и больше не подставляйся из-за меня.

— Ага, обязательно, — пообещал Илья и отключился.

Карина прислонилась к стене и шумно выдохнула. Вот же повезло, что вокруг одни упрямые идиоты.

К автомату подошел сосед по парте и, не обращая на нее внимания, начал тыкать в кнопки. Странный он какой-то, дикий, как будто недавно вышел из леса, еще и заросший. Волосы торчали во все стороны, а щетина на подбородке росла какими-то проплешинами — то ли сама по себе, то ли брился неудачно. И болезненно осунувшийся, а глаза красные, как от аллергии или недосыпа.

Одним словом, красавец, пример здорового образа жизни и девичья мечта, даром что все девчонки шарахались. Хотя парни из группы вроде бы нашли с ним общий язык, и сцепился он с одной Сашей.

— Эй, — окликнула его Карина и сама не поняла, зачем. Возникло неясное беспокойство.

— Чего тебе? — он забрал стаканчик и мрачно уставился на нее, не отводя взгляд. Глаза у него оказались красивые, карие, и как будто знакомые, хотя вид в целом… — Ты же с этими… овцами на выпасе? Вот и шла бы к ним.

— Зачем обзывать их овцами?

— На свой счет не принимаешь, да? — сощурился парень и с демонстративно мерзким звуком отхлебнул из стаканчика. — Зачем лезть к человеку, который очевидно не хочет общаться? Твоя подружка явно хотела подраться, вот пусть она голову и лечит.

На лестнице показались довольные Уля с Сашей, проходя к двери, окликнули ее по имени, и Карина хотела присоединиться к ним, но парень неожиданно вцепился ей в запястье.

— Ни на что не намекаю, но мне больно, — сказала она, когда пауза затянулась. — Ты мне руку собрался вывернуть?

А он смотрел во все глаза, как на призрака. Примерно как медсестра в приемном покое, куда ее привезла Яна Денисовна, только та для полноты образа еще твердила, что Карина не должна была выжить.

— Кар-Кар? — где-то на грани слышимости спросил он и выпустил руку.

Честное слово, лучше бы палкой по башке вмазал. Эффект был бы тот же.

— Олег? — Карина подошла ближе и старательно пригладила его волосы, стараясь разглядеть друга, почти не проглядывающего в этом уставшем, потерянном человеке. — Ты?

Олег попятился, виновато отводя взгляд. Стаканчик с кофе упал на пол и опрокинулся, выливаясь на кроссовки, для которых еще одно коричневое пятно уже ничего не меняло.

— Ты что, собрался сбежать? — разозлилась она, подняла стаканчик и швырнула в него. Больше под рукой ничего подходящего не нашлось, а новую сумку было жалко, пришлось в неожиданно костлявое плечо ударить кулаком. — Два месяца где-то бегал! Не отвечал на телефон! Натравил на меня свою чокнутую мать!

— Никого я не натравливал. Что она?..

— Приходила говорить, какая я дрянь и сломала жизнь ее мальчику, — злости хватило ненадолго, и Карина разрыдалась, уткнувшись ему в тощую грудь. Как только довел себя до такого состояния? Еще три месяца назад был нормальный крепкий парень…

— Если кто кому и сломал, то я тебе, — пробормотал Олег и как-то нерешительно погладил ее по спине, хотя раньше никогда не стеснялся. — Я же был за рулем, а ты пострадала на пустом месте… А с мамой я два месяца не общался, телефон разбился, потом я в Иркутск улетел… И честно думал, что ты меня ненавидишь.

— Я и ненавижу, — всхлипнула Карина. — Я страдала! А ты!..

***

— Прикинь, прихожу в себя в скорой, сверху сирена воет, надо мной врач нависает, или кто там. А вид у нее — как в фильмах про зомби апокалипсис, когда мертвяки начинают вставать. А я вообще ничего не понимаю, еще и все болит, — рассказывал Олег, пока они поднимались на восьмой этаж в жилом доме. — Денек полежал в реанимации, потом неделю в палате. Говорят, всего переломало, хотя я переломов не помню. Вот до костей отощал — это да. Сейчас еще ничего, отожрался в тайге, но тогда знатный был скелет.

Отдельного здания под общагу у института не было, и руководство просто выкупило этаж с крохотными однушками в одной из девятиэтажек в получасе на трамвае и засунуло в единственную комнату по три кровати. Судя по длинному коридору, в который выходили все двери, как общежитие это когда-то и задумывалось, а потом переделали в отдельные квартиры. Тесно, зато в каждой собственная ванная и намек на полноценную кухню с большим холодильником.

С Олегом жили двое второкурсников, один еще не вернулся, другой валялся на кровати с книжкой и очень оживился, увидев гостью.

— Ты бы хоть предупредил, что придешь с девчонкой, — упрекнул он, спешно натягивая джинсы, накидывая на кровать покрывало и многозначительно подмигивая. — Я бы свалил.

— Вот и вали, — дружески предложил Олег. — Уже в штанах.

Второкурсник поднял руки, совсем уж похабно ухмыляясь, накинул куртку и, пожелав приятного отдыха, испарился за дверь.

— Ты раньше был… дружелюбнее, — Карина попыталась его привычно приобнять, но Олег ненавязчиво увернулся. Она не стала настаивать, хотя проскальзывающая холодность задевала. Может, еще просто не оправился до конца?

— Раньше меня не разматывало по трассе. И проблем столько не было, — он сел на кровать, оттянул прядь волос и с отвращением на нее посмотрел. — У тебя тоже открылись невероятные способности?

— Да. Папа, оказывается, был в курсе, — Карина села рядом, но даже прикоснуться не решилась, как будто налетев на стену.

Еще в мае, когда они валялись на молодой траве и строили планы вместе поступить в НГУ и снимать квартиру в Академе, ей казалось: одиннадцать лет дружбы вот-вот перерастут во что-то большее, что уже никогда не разрушить.

Глупые романтические фантазии не пережили аварии и двух ужасных месяцев лета.

— А у меня, блин, мать ничего не знает, батя в командировках. Из вещей только то, что взял с собой, когда Матвей Борисович потащил для восстановления под Иркутск, хотя это был тот еще отдых. Домой не хочу ехать, а батя денег вчера скинул, только телефон и успел купить.

— Может, я возьму что-то домой, постираю? — предложила Карина. — Ты откуда такой грязный?

— Мы вечером прилетели из Иркутска, в общагу заселили только сегодня с утра. До этого торчал в тайге, перед самолетом некогда было переодеться, а сегодня ночью перекантовался в каком-то парке.

— Значит, снимай и дай какой-нибудь пакет, в понедельник верну, — велела Карина и, поймав смущенный взгляд, со вздохом отвернулась.

Физически Олег, может, каким-то чудом и восстановился, но точно ударился на всю голову. И с этим, похоже, оставалось только смириться и постараться привыкнуть — или разорвать любые отношения, но на это Карина была не согласна.

— А что с твоими волосами? Тебе так шло, зря обрезала, — от души прошелся по больному Олег, копаясь за ее спиной в сумке.

— Кровь запеклась и не давала распутать, — ответила она, поджав губы.

Судя по звукам, он замер. Отчетливо скрипнул зубами.

— Прости, — и прозвучавшая в его голосе вина придавила не хуже могильной плиты. Не то, чтобы Карина испытывала на себя, как давят могильные плиты, но представляла именно так.

Невидимая стена между ними покрылась еще и инеем.

***

В пятницу занятия отменили, сославшись на технические причины, и встретились они только в понедельник. Карина честно притащила пакет с постиранной и поглаженной одеждой, на который Саша с Улей косились с большим интересом.

С еще большим интересом они уставились на залетевший на парковку и эффектно затормозивший черный мотоцикл. Водитель спешился, снял шлем и подошел к их компании, раздражающе улыбаясь во весь рот.

— Девушки, — поприветствовал он, сам приобнял Карину и чмокнул в висок.

Захотелось отобрать шлем и врезать им по зубам.

За выходные Олег купил одежду, подстригся, побрился и за вычетом нездоровой худобы напоминал себя прежнего — конкурента Ильи за звание главной звезды школы. Держался уже не волком, а гордо расправив плечи, и на Сашу с Улей смотрел дружелюбно, даже с интересом.

— Байк откуда? — спросила Карина, ткнув его локтем в бок.

— Друг отдал, у него девушка против.

— Покатаешь?

— А тебе не… э-э… страшно? — замялся Олег, отстраняясь.

— Нет, с чего бы?

— Да в общем-то… Слушай, я еще второй шлем не купил, — съехал он с темы и дезертировал в институт.

Новосибирск, 2025 год, май

Понедельник выдался суматошным, дергали по мелким вызовам, и до расшифровки сигнатуры с датчика Карина добралась только под вечер и билась над ней пол ночи, но так ни к чему и не пришла. Ни в основных базах, ни в расширенных, которыми заведовал Питер, такой не обнаружилось.

Пришлось закинуть два запроса: один знакомому питерцу из тамошнего управления, занимавшегося подобными вопросами и настройкой оборудования, второй — Резнову на двухдневную командировку. Можно было ограничиться и отправкой туда датчика, чтобы Стасик проверил на наличие сбоев и остаточных следов, но в аккуратность курьерских служб она не верила. Разобьют еще или повезут через Москву, такое тоже бывало, а там все настройки точно сбойнут.

А студентов, если что, подхватит Олег. Она же с его парами мучилась.

Поэтому во вторник Карина собиралась с чистой совестью отоспаться за испорченное воскресенье, но счастье продлилось недолго: часов в восемь утра какой-то придурок решил последовать советам плюшевого медведя и заявиться в гости. Еще и на звонок давил от души, не спасало даже натянутое на голову одеяло.

Открывать пошла завтракавшая Аня, еще не успевшая уехать в институт, и какофония на пять минут смолкла. Через пять минут в закрытую дверь большой комнаты поскреблась стажерка.

— Карина Евгеньевна, это к вам.

Она зарычала и вышла в прихожую, как спала — в трусах и не слишком длинной футболке. Кому не нравится, тот сам виноват.

— Доброе утро, — Олег изящным жестом голливудского актера снял солнцезащитные очки, осиял обеих улыбкой и протянул подставку с двумя стаканчиками. — Не знаю, что любит Анна, но латте обычно устраивает всех. А вам, Карина Евгеньевна, прекрасное свежее какао.

За понедельник он выспался, сходил к знакомому барберу с волшебными руками, быстро делающему из лешего представительного мужика, достал из шкафа специально купленное дорогое светлое поло и такие же брюки и теперь благоухал парфюмом на весь подъезд.

— Позер, — прошипела Карина, с мерзким звуком втягивая какао. Оно оказалось действительно неплохим.

— Мне, конечно, нравятся твои трусы, но, может, я войду, чтобы не радовать ими соседей? — улыбнулся он, подпихивая ее в сторону.

— Чего приперся? — не смягчилась она, хотя от такой его улыбки, отработанной на студентках, девицы обычно плыли. Вон, на Аню тоже подействовало.

— Ты не рада любимому напарнику? А меня ведь месяц не было…

— Я рада только тому, кто даст выспаться. Короче. Что надо?

— У Руслана что-то случилось, и он просит приехать к ним на дачу.

Карина застонала, вручила Олегу полупустой стакан, не беспокоясь, что брызги попали на поло — не маленький, сотрет заклинанием — и пошла в душ. С Бессмертным-младшим было также бесполезно спорить, как с его отцом.

Через пятнадцать минут она застала на кухне великолепную сцену: Олег проводил мастер-класс для молодежи.

— …раз Резнов решил осчастливить тебя нами, запоминай, можешь записать на диктофон. Лучший способ задобрить Карину Евгеньевну после ранней и резкой пробудки, — он перевернул в сковородке жарившийся на масле кусок хлеба и разбил рядом два яйца, а сверху кинул щедрый кусок сыра. — Это жирный и вредный завтрак. Главное, желток должен быть обязательно прожарен.

Аня разве что и правда не тянулась за блокнотом.

— Думаешь, сработает? — скептически хмыкнула Карина, садясь за стол и не собираясь признаваться, что смешавшиеся запахи жареного хлеба и свежего кофе из машины смогли перевесить даже недосып.

— Конечно, — пообещал Олег, ставя перед ней тарелку. Не стесняясь, пожарил еще две яичницы, себе и стажерке. — Приятного аппетита. А потом все-таки собирайтесь, Руслана проигнорировать не можем.

Ворчать на него уже не хотелось, а мысли возвращались в деловое русло.

— Что у него случилось-то?

— Без понятия, не стал объяснять по телефону. Он вообще еще вчера звонил, но я сказал, что сможем не раньше утра.

— А почему тебе?

— Подумал, что ты захочешь отдохнуть после устранения погрома в их офисе.

— Хоть не обвиняет, что это я его устроила, — Карина отодвинула пустую тарелку, понадеявшись, что Олег снизойдет и до того, чтобы помыть посуду или хотя бы закинуть в посудомойку. Сама она первое терпеть не могла, на второе обычно ленилась, пока раковина не забивалась тарелками.

Надежда оказалась напрасной, и он пошел в комнату почти следом, разве что дождался, пока Аня закроет свою дверь, чтобы переодеться.

— А что в офисе случилось? — Олег упал в компьютерное кресло, придвинулся вместе с ним к дивану и закинул ноги на подлокотник.

— Ты хоть сделай вид, что отвернулся, — Карина развернула его к компьютеру и рассказала про носящийся по коридору рой с неизвестной сигнатурой. — Чтобы не скучать, посмотри анализ сам.

— О, тебе Питер ответил. У них же там рань дикая.

— У нас тоже, — буркнула она, снимая футболку. — Стасик обычно по ночам работает.

— Еще бы. Даже для питерского обывателя чересчур его прогулки по воде Карповки в задумчивости. Ночью Стасяна хоть не видно, хотя в июне, конечно, так не погуляешь, — хмыкнул Олег, щелкая мышкой. — У тебя синяк на пол спины. У Бессмертного так приложило, или еще куда-то лазила без меня?

— Ты же не смотришь.

— Я чувствую сердцем, когда ты получаешь травмы.

В него полетела скомканная футболка с пожеланием занять себя чем-нибудь.

Хуже всего, что в каждой шутке, как известно, лишь доля шутки. Карина тоже всегда знала, чем он ударился и где получил очередную ссадину, стоило им оказаться рядом, хоть и не спешила признаваться, надеясь, что Олег все-таки не в курсе, и это работает не в обе стороны. Спасибо, он уже как-то высказался о ее панических приступах вроде того, который случился на днях, что надо быть проще и не переживать о его бесценной тушке. Хватило.

Карина подкралась к нему ближе и мстительно подула в голову феном на самом горячем режиме. Не обожжется, конечно, но Олег терпеть не мог сушить волосы.

— Ты уже готова? — спросил он, сползая ниже и прячась за спинкой.

— Так и сиди. Блузку только поглажу.

Глава 9

Новосибирск, 2025 год, май

У подъезда, прикрытый заклинаниями, стоял знакомый байк с надетым на руль шлемом. Охота же ему было в своем парадно-выходном шмотье ехать на нем… Любая девушка позавидует тому, насколько Олег неразлучен со своим байком.

— Сядешь за руль? — Карина с надеждой протянула ему ключи от машины. — Я хоть в дороге посплю.

— Давай лучше ты, — сразу слился Олег.

Самое обидное, водил он прекрасно, разве что иногда превышал скорость — поскольку пользовался ее машиной почти как своей, все штрафы приходили Карине. Она не возражала, в конце концов, без его помощи не осилила бы заплатить пару миллионов за надежный внедорожник без драконовского кредита. А любой недорогой седанчик с низкой посадкой намертво застрял бы на первом же выезде в поля, да и в багажник еще надо умудриться что-то запихнуть.

Пассажиров Олег тоже не боялся возить, если верить многочисленным свидетельствам коллег, которые иногда пользовались и просили подкинуть до дома или забрать из бара.

Зато всегда отказывался садиться за руль, когда в машине находилась Карина. И никак не объяснял, просто отказывался, как сейчас.

На байке, кстати, тоже никогда не катал.

— Ты хотел о чем-то срочном поговорить, — вспомнила она, когда выехала на дорогу.

Олег многозначительно глянул в зеркало заднего вида на Аню, сонно смотрящую в окно. Ясно. Значит, какая-то несрочная глупость.

По-хорошему, не следовало баловать стажерку пропуском занятий, но где она тогда наберется опыта общения с Русланом? Это фигура со всех сторон примечательная, как и Николай, просто так с ноги не зайдешь. А вдруг в будущем ей придется самостоятельно мотаться на такие вызовы? Лучше пусть прогуляет денек, зато с пользой. На парах о таком точно не расскажут.

Доехали быстро — во вторник в это время все стремились в город, а не из него, и пробок на дороге почти не было, не считая пары излюбленных мест, где они не рассасывались никогда.

Дачей двухэтажный коттедж с большой огороженной территорией называли больше в шутку и из-за местоположения, хотя элитный поселок с КПП и суровым охранником тоже мало походил на обыкновенное СНТ. Как назло, именно сегодня дежурил новый незнакомый охранник, вздумавший учинить допрос, но суровое лицо и особенно корочки Следственного комитета заставили несколько придержать коней.

— Теперь растреплет, что к Бессмертному приехала следственная группа, — благодушно заметил Олег, хотя на самом деле репутация Руслана его никогда не волновала.

— Если ЧОП держит в штате болтливых сотрудников, это проблемы ЧОПа, а не мои.

Руслан их ждал, с видом киношного миллиардера подстригая куст у ворот. Судя по тому, что ножницы щелкали вхолостую, почти не задевая листья, делал он это из любви к искусству и чтобы занять руки.

— Надеюсь, я не сильно отвлек вас от дел? — с дежурной вежливостью спросил он, хотя все прекрасно знали, что Бессмертным все равно, кого и от чего они отвлекают.

— Мы как раз планировали выезд в вашем направлении, — заверил его Олег в том же тоне. Жаловаться бесполезно, делу не поможет, зато добавит неприятной снисходительности в общении. — Так что случилось?

— Уже несколько дней я замечаю на территории чужие магические следы, — Руслан зашел в открытую калитку и приглашающе махнул за собой. — Сначала они были едва уловимыми, и я решил, что это балуются девочки — в университете объявили дистант на две недели, и отец отправил их за город. Но их следы я знаю, эти — нет.

Под девочками он имел в виду погодок Варвару и Марию, дочерей Николая и Маргариты, его второй жены. Насколько Карина знала, обе учились на менеджменте и управлении, старшая на втором курсе, младшая на первом и были полными противоположностями друг другу. Со спокойной и рассудительной Варварой еще можно было договориться, но властная не по возрасту и по-детски капризная Мария терпеть не могла, когда делали не по ее желанию.

В этом они с отцом и старшим братом были удивительно похожи.

— Думаете, кто-то проник на территорию?

— Олег, оглянитесь. Попасть к нам без ведома крайне… затруднительно. Даже для мага.

И он прав. Двухметровый забор тянулся по всему периметру, и хотя через кованую решетку еще удалось бы перелезть, но избежать шума, попав в кусты, с внутренней стороны закрывающие обзор участка — уже нет. К тому же по углам и над воротами стояли камеры и, кажется, датчики движения. Наверняка Бессмертные припрятали и что-нибудь магическое собственного сочинения, только вряд ли скажут.

— Так может фонить зачарованный предмет, — предположила Карина. — Принес кто-нибудь из персонала или девочек.

— Посторонний артефакт или амулет у горничной или повара засекло бы на входе, — отрезал Руслан, подтверждая догадку о экспериментах с охраной.

— А Варвара с Марией?

— Могли, — признал он. — Их добавили в исключения, чтобы не срабатывал просто так. Но тогда надо выяснить, кто им дал, а это уже ваша работа.

— Выясним, — пообещал Олег, доставая и настраивая свой детектор сигнатуры. — Не возражаете, сначала погуляем, полюбуемся видами?

Ходить друг за другом хвостом не было смысла, и Карина, захватив Аню, пошла в другую сторону. Пришлось, правда, повозиться с настройками, чтобы исключить из выдачи Руслана с сестрами, Николая и Марго, а то бы детектор постоянно не сбивался на них.

— Мы кого-то ищем? — шепотом спросила стажерка.

— Предмет. Если он оставляет след, то таким образом найдем его, а дальше уже будем изучать, — Карина подкрутила чувствительность, чтобы улавливал даже слабые следы.

Их оказалось немного, и они быстро растворялись в воздухе, так что уловить удалось только у входа в дом, где Карина столкнулась с Олегом, успевшим обойти свою половину двора с теми же результатами.

— Больше всего похоже, что кто-то ходил с этим предметом кругами по двору, причем как-то хаотично. И сигнатура такая… как у мелкого бытового артефакта, — задумчиво поделился он. — Нейтральная. Но я чувствую какой-то подвох.

— Помнишь, в прошлом году инквы привлекали нас к разборкам с одним деятелем, который маски для лица зачаровывал? Как его там, Маркова еще признали безобидным и ограничились конфискацией зачарованной партии, — Карина сверилась с детектором. — Очень похоже на те маски, но как будто с примесью чего-то еще.

— Что-то могло остаться в обороте, даже инквы весь интернет не прочешут, не говоря уж о том, что попало на руки. Ты же не думаешь, что Руслан забил бы тревогу из-за одного прибора? Которым, ко всему прочему, могут пользоваться как Маргарита с дочерьми, так кто-то из сотрудников.

— Маргарите такая ерунда не нужна, слишком примитивно для женщины, которая может позволить любого косметолога в России. Начнем с девочек?

И только они вошли в дом, как со второго этажа раздался истошный визг, за которым по лестнице прокатилась неконтролируемая волна силы, даже пришлось пригнуться. А вот панорамные окна за спинами не выдержали и осыпались.

К тому моменту, как они добежали до ванной, Мария перестала кричать и просто смотрела в зеркало над ванной, словно прилипнув к нему взглядом. На краю раковины лежала пластиковая маска по форме лица со светящимися синими диодами внутри. Подобные гаджеты ворвались в тренды еще в прошлом году, и именно ими торговал тот деятель, магически добавив реальной эффективности.

Варвара попыталась зайти в ванную, чтобы успокоить сестру, но Олег вежливо оттеснил ее в сторону, чтобы не пугать.

Если посмотреть на Марию, с ней ничего не произошло, разве что лицо покраснело и начало шелушиться, но это можно исправить хорошими кремами за неделю. И это точно не повод для того хтонического ужаса, который читался в ее глазах.

А вот зеркало отражала совсем другое, и даже привычная ко многому Карина с трудом заставила себя не вздрогнуть, чтобы не пугать еще больше. Юное лицо в отражении осунулось и высохло, как у старухи, по щекам расползались кровоточащие язвы, а на подбородке вообще висел отошедший лоскут кожи. Глаза выглядели темными провалами с желтоватыми белками.

И при этом ни Карина, ни Олег, стоявшие рядом, не изменились. Проблема была не только в зеркале.

— Позвони матери, пусть приезжает. Срочно, — тихо велел Олег Варваре.

Правильно. Вряд ли Маргарита поможет, она пользовалась магией только для творчества и бизнеса и лечить, как Лунина, не умела, но ее присутствие успокоит дочерей, а старшая хотя бы ненадолго отвлечется от происшествия с сестрой.

Карина развернула Марию лицом к двери, сдержавшись от того, чтобы похлопать по щекам. Вряд ли это выведет ее из ступора, зато может сильнее напугать.

Тонких перчаток из хлопка, предусмотренных по технике безопасности при работе с зачарованными предметами и артефактами, у Карины с собой не было — почему-то дизайнеры считали, что классическим брюкам карманы не требуются, а рюкзак с рабочей мелочевкой остался в машине. Пришлось изгаляться и обматывать руку полотенцем с надеждой, что в этом доме предпочитают натуральные ткани без примесей синтетики.

На зеркале ожидаемо не обнаружилось никаких следов, зато маска так и фонила, как кусок обогащенного урана. Вот только бытовая магия таких всплесков не дает.

— Кто-то замаскировал заклинание под поделку Маркова, — заключил Олег, оглядываясь в поисках подходящего тяжелого предмета. — Я же говорил, тут есть подвох.

Продуманная дизайнерская ванная отличалась изяществом и лаконичностью обстановки, и хозяйственные инструменты в доступе отсутствовали. Логичнее всего было бы попросить Руслана принести набор отверток или молоток, но Олег уже примерялся к неосторожно оставленному на виду ирригатору.

— Он же пластиковый.

— Зато тяжелый, — он замахнулся и тюкнул по краю маски. От неожиданно раздавшегося треска Мария даже подпрыгнула. — Блин, они ее что, на самом дешевом заводе в Китае делали? От такого и без всяких чар можно поджариться, как цыпленок на гриле.

— Аня! — окликнула Карина, закрывая щитом маску и видное даже невооруженным глазом облачко темной магии, сильно напоминающее ядерный гриб. Это уже остаточный след, который не причинит вреда, заклинание сработало и распалось, но осторожность не бывает излишней.

Стажерка в очередной раз проявила чудеса понимания и под руку вывела Марию в коридор, одновременно с этим умудряясь достать из сумочки тюбик с гелем и складное зеркальце.

— Все не так страшно. Посмотрите, лицо только покраснело, — новых воплей не последовало, значит, в зеркальце не отразилось ничего необычного. — А от покраснения хорошо поможет гель алоэ, и от сухости тоже… Он успокаивает кожу, когда реакция спадет, сможете…

Что сможет, Карина уже не услышала — девушки зашли в комнату, и там к ним присоединилась Варвара, так что успокаивали потерпевшую в два голоса.

— Что-то слишком много темной магии последнее время, — нахмурилась она, развеивая облачко, и коротко рассказала Олегу про визит Алены и поездку в Плотниково. — На моей памяти такого не было.

— Я тоже не слышал, подозреваю, что и Резнов за годы работы не сталкивался, — тот почесал затылок, взял второе полотенце и обернул им маску. — Отдадим ребятам в институте, пусть покопаются… Похоже, у нас тут всерьез засел кто-то из темных.

— Почему он не мог остаться в той же Твери? — проворчала Карина. — Что такого выдающегося есть в Новосибирске, что притащился сюда?

— Рядом Алтай, место силы, — предположил Олег, но не слишком уверенно. — А в Барнауле, по легенде, лет двести назад в Сумрачном мире заперли Хозяина смерти.

— Рядом — если в масштабах Вселенной, до Барнаула ехать четыре часа, если в пробку не влипнуть, до Горного раза в два дольше. Не проще было бы сразу туда? Есть прямые самолеты из Москвы до Горно-Алтайска. Зачем в Новосибирске наводить суету?

— Бессмертные перешли кому-то дорогу?

— Они-то наверняка, но причем тут Тирошина со своим сдвигом на мистике? Надо копать глубже, погром в офисе вообще может быть не связан, — нехотя признала Карина. — Резнов написал, что согласовал командировку в Питер, попробую завтра Стасика раскрутить по полной. Пошли, пообщаемся с потерпевшей.

***

О чудо-маске Мария ожидаемо узнала в интернете, когда в расстроенных после расставания с парнем чувствах искала, как можно стать привлекательнее — малолетний идиот сгоряча ляпнул, что она недостаточно красива, чтобы ее любить. И это при том, что обе сестры внешностью пошли в мать, а не Николая: миниатюрные, с выразительными, «колдовскими» чертами лица и глазами, у Варвары разве что волосы были светло-русыми и длинными, и у Марии короткими, темными и кудрявыми.

Мария вообще увлекалась способами еще больше подчеркнуть красоту: в старших классах занималась в школе моделей, регулярно общалась со стилистом и ходила на курсы визажа. Слова парня стали для нее болезненным ударом по самолюбию, и как раз в этот момент в сети попался ролик, в котором эффектная женщина нахваливала световую маску, и доставили ее всего за пару дней.

Несмотря на то, что подобных видео бьюти-блогеры наснимали достаточно, найти именно то не удалось, как и аккаунт женщины. Сайт, правда, остался, но все товары стояли с пометкой «Нет в наличии», а по контактным номерам никто не отвечал.

Затык со всех сторон. Оставалось надеяться на детектор и программные возможности по расшифровки сигнатуры. За темными магами не водилось привычки регистрироваться, чтобы информация нашлась в базе, но зато можно запустить мониторинг. Да и просто знать, что искать, не повредит.

Маргарита не смогла вырваться сразу и вернулась домой только к шести часам. Уезжать Карина и Олег не рискнули: в компании Ани Мария почти полностью успокоилась, и шанс, что заклинание снова проявит себя, был минимален, но не равен нулю. Да и повторный нервный срыв не исключен, с которым не справится ни Варвара в силу возраста, ни Руслан из-за врожденной сухости.

Скучать, впрочем, Руслан им не дал и попросить установить вдоль забора заклинание, через которое подобные артефакты бы не проникли даже в руках домочадцев. Оно было сложным, выматывающим и долгим, работать приходилось вдвоем несколько часов, зато баланс карт приятно пополнился. Бессмертные хоть и слыли прижимистыми, но за услуги расплачивались честно.

Резнов на такие подработки посматривал сквозь пальцы, прекрасно понимая, что в служебные обязанности просьбы Николая с сыном не входят, но и без внимания их оставлять нельзя. Карина подозревала, что он и сам грешен.

Появившаяся Маргарита тоже не дала уехать сразу, долго расспрашивая их наедине о произошедшем. Оказалось, Мария купила маску сама, не сказав об этом никому, хотя обычно всегда делилась с матерью новыми идеями. Про парня та тоже была в курсе и всячески старалась поддержать, но какая девушка в восемнадцать лет в таких делах прислушивается к маме?

— И вы наверняка гостите у нас целый день, а Руслан и не подумал предложить обед, — в конце со вздохом сказала Маргарита. — Подождете часок? Лиза как раз закончит с ужином.

Олег не горел желанием ужинать с Бессмертными, но глянул в выразительные синие глаза, умело обрамленные тонкими стрелками, и сдался без боя. Карина насмешливо фыркнула, заслужив возмущенный тычок в бок.

— Зачем молодым девчонкам все эти приблуды? — бурчал он на обратном пути, когда удалось вырваться на волю.

— Что не так? Посмотри на своих… — Карина глянула в зеркало на Аню и смягчила. — Партнерш. Сам ведь предпочитаешь ухоженных и при макияже.

— И что, обязательно использовать такие экстремальные методы?

— Но они ведь эффективные, — пискнула с заднего сидения стажерка. — У меня есть электрический массажер для лица, отличная вещь.

— Тебе же всего сколько, двадцать?

— Двадцать два. И это же не от возраста зависит, а от самоощущения! — неожиданно распалилась она. — И кожу надо беречь с юности. Это проще, чем избавляться от морщин.

— И ты тоже это используешь? — обличительно спросил Олег у Карины.

— Подкинь пару часов в сутки, и я над этим подумаю. Я себя вполне устраиваю.

Это была не совсем правда. Да, конечно, претензий к внешности не имела, особенно до тридцати лет, но в последние два года сама же о себе иногда думала, как о женщине без возраста, особенно с недосыпа или после тяжелого дела.

Лунина была такой же. Ее возраста никто не знал, а предположения варьировались от тридцати до пятидесяти в зависимости от ее настроения.

— Меня тоже устраиваешь, — совсем уж под нос пробормотал Олег, старательно глядя в окно.

Наконец удалось выбраться с ведущей к поселку дороги на Бердское шоссе, и Карина крепче сжала руль, вспомнив сон. Внутреннее напряжение нарастало, как будто вот-вот должно произойти что-то плохое.

— Не обращай на меня внимания, едь дальше и не останавливайся, — велел Олег.

А потом протянул руку и закрыл ей глаза.

Более впечатлительный водитель наверняка бы ударил по тормозам или вывернул руль, уходя от опасности и съезжая в кювет. Но ей удалось сохранить спокойствие — достаточно доверяла Олегу, чтобы не сомневаться в необходимости его поступка.

И почти сразу они въехали в подобие вязкого желе. Воздух исчез, грудь сдавило, а машину словно сунули под пресс. Длилось это секунд пятнадцать, не больше, но сразу же, как закончилось, Карина съехала на обочину и включила аварийку. Ладонь Олега сползла, а собственные пальцы побелели на руле и не разжимались.

— Ч-что это б-было? — простучала зубами Аня, сжавшаяся на заднем сиденье и заткнувшая уши. — К-как будто к-кто-то к-кричал.

— Остаточный след. Во время аварии четырнадцать лет назад произошел сильный магический выброс, до конца не стерся, а кто-то растревожил, — Олег отстегнул ремень и выскочил из машины. Кажется, он единственный чувствовал себя сносно, хотя и побледнел.

Карина все-таки справилась с руками и тоже вышла, чувствуя, что ее мутит, а ноги подкашиваются. Это место обычно она старалась проезжать как можно скорее, не останавливаясь и не глядя в боковые окна. Каждый раз становилось не по себе, но никогда настолько плохо; страшно представить, что бы она увидела, если бы глаза остались открытыми.

На дороге никого не было, но это ничего не значило. Однажды здесь уже появился внедорожник, сбивший мотоцикл.

Аня тоже выползла на воздух и стояла, согнувшись, как будто ее сейчас стошнит, но держалась молодцом. Она же первая и заметила, как по деревьям от земли поднимается тень, и успела невнятно вскрикнуть.

Олег мог гордиться своей реакцией — одним движением руки он закрыл себя и замершую рядом стажерку куполообразным щитом, в которую врезался темный сгусток и соскользнул с другой стороны.

Карина стояла дальше, и защиты на нее не хватило, а сама она опоздала на несколько секунд. Сбив ее с ног, сгусток ломанулся за деревья, Олег, не медля — за ним.

Карина со стоном поднялась, ощупывая голову. Ее неплохо приложило, спасибо еще, о траву, а не о асфальт, хотя высохшая без дождей земля по твердости не многим уступала.

— Позвони Резнову, пусть едет сюда, — морщась от боли, велела она, стараясь вернуть координацию, а то нехорошо клонило вправо.

— У меня нет его телефона, — призналась Аня. Неудивительно, шеф не обязан давать свой номер всем студентам, но неудобно-то как.

— Тогда своему приятелю, чтобы хватал Павла и с ним как можно быстрее мчал сюда. Помощь не помешает.

Какими бы талантливыми и, без ложной скромности, сильными магами они ни были с Олегом, даже вдвоем их может не хватить на темное заклинание, а то и целого колдуна. Это если не брать в расчет, что она серьезно отстала и не совсем понимает, в каком направлении идти. Но идти надо, бросать в одиночку не вариант.

Глава 10

Новосибирск, 2025 год, май

Полоса леса между шоссе и параллельной ему железной дорогой была совсем небольшой, и к рельсам Карина выскочила за пару минут. С той стороны мелькнуло белое пятно одежды Олега, но перебежать не дал оглушительный гудок и сразу же пронесшийся мимо пассажирский поезд, мельтешащий в сумерках светящимися пятнами окон. Еще и, как назло, нескончаемо длинный.

«Он даже не остановился посмотреть, жива ли ты».

Карина резко обернулась, но рядом не оказалось никого, кому мог бы принадлежать вкрадчивый шепот. Неверные тени деревьев складывались в дрожащие фигуры, но понять, действительно ли там кто-то стоит, прислонившись к березке, или это вечерний обман зрения, не удавалось.

«Это ведь уже не в первый раз, правда? Ему всегда безразлично, что с тобой происходит».

Шепот как будто исходил с разных сторон и пробирался в голову, его слова сливались с собственными мыслями, тревожа в душе то, что было давно и хорошо спрятано.

«Но сломанная нога еще может повлиять на работу, а чувства? Ими всегда можно пренебречь. Они ничего не значат, тем более, человека, который и так всегда рядом».

Из глубины памяти всплыло, как Олег в середине первого курса все-таки сошелся с Сашкой, оказавшейся дочерью Резнова. И ладно еще она на какое-то время забила на подруг — ничего же не обещала, знакомы не так давно, да и вдвоем с Улей тоже было весело. Но он постоянно срывал планы, о которых договорились заранее, пропадал и не слушал.

Ко второму курсу, правда, одумался и сумел совмещать Сашку и друзей, даже раскаивался за свое поведение и пытался загладить вину. Но сейчас обида кольнула с новой силой, несмотря на то, что Сашка уже лет семь счастливо замужем и вообще сидит в декрете.

«Хуже всего, что он считает тебя слабой и не способной работать самостоятельно. А бесконечные попытки контролировать? Ты ведь сама можешь куда больше».

На плечи на мгновенье словно легли чужие руки, а холод от них проник внутрь, в грудь, замораживая душу.

«Ты ведь сильна, но я могу преумножить твою силу. Смотри».

Холод сменился теплом, наполняющим все тело, и Карину захлестнуло пьянящим чувством, что она способна свернуть горы. И это чувство подкреплялось наполнившей ее силой, о которой любой маг может только мечтать. Не нужно тренировок, самоограничений — в ней уже было все, бери и верши историю.

И ни один темный маг, ни одна болотушка или другая нечисть не устоят.

«Я все это отдам полностью, только помоги мне».

— Прикинь, упустил, — Олег перепрыгнул через рельсы и спустился обратно, но выглядел при этом настороженным. — Кар-Кар, ты чего это здесь делаешь?

«Он даже сейчас не доверяет. Посмотри, пришел к тебе с ножом… Ему будет проще убить, чем понять».

— Кар-Кар… Блин, Карин, ты что, веришь голосам в голове? — она выставила перед собой руку, и Олег налетел на прозрачную стену. При этом в руке он действительно сжимал нож и не собирался убирать. — Вот это реально плохая идея, ты же знаешь, чем это заканчивается.

«И это обидное прозвище… А имя вспомнил только сейчас».

— Ничего не обидное! — возмутился он. — И ей нравится, Карина, ну, правда же?

«И опять все за тебя решил. А я дам тебе то, что поможет разорвать эту связь».

— А что взамен? — впервые подала голос сама Карина, рассеянно глядя между деревьями. Со стороны ее взгляд наверняка казался пустым.

«Найти для меня Хранителя Хозяина леса. Не надо убивать или куда-то приводить. Мне достаточно просто имени».

— Блин, подумай, это же явно не для благих целей, — скрипнул зубами Олег. Пальцы на рукояти ножа сжались сильнее. — Тьма вообще ничего не делает на благо. Ты обижена на меня, хорошо, набей мне морду, откажись от совместной работы, утопи в Оби, но не подставляй себя!

— Ладно, — согласилась Карина на предложение голоса, отвернулась и расслабилась. — Захочешь убить за то, что подумала о себе разнообразия ради — бей в спину. Я не против.

Окрестная тьма сгустилась, растеклась по коже и впиталась внутрь. В лесу словно стало светлее, хотя в сумерках сложно было сказать.

Карина подняла перед собой руки, собираясь сплести заклинание, но вместо этого начертила на левой ладони дважды перечеркнутый круг со спиралью и загогулиной, позволявшей запереть в человеке всю его силу, не давая колдовать.

Всю силу. Тьма теперь тоже не смогла бы выйти и причинить вред другим.

Карина сжала зубы. Сложно не заорать, когда кровь не то вскипает, не то превращается в затвердевший бетон, а голова раскалывается. Сейчас показывать это лишнее. Ей хотелось проверить еще кое-что.

Когда она повернулась, Олег так и стоял, но не в растерянности, а обдумывая свой ход. Удар. Это выражение лица она хорошо знала.

— Что, рука не поднимается? — Карина подошла к нему, взяла руку с ножом и поднесла к своему горлу. — Могу помочь и встать лицом. Даже вот так.

Они молча смотрели друг на друга. Минуту, две… Пауза затягивалась, и первым терпение не выдержало у нее.

— Леший, ты козлина, я давно это знаю. Ты всерьез собирался меня убить? — она ткнула ему в лицо проявившейся на ладони меткой. — Я теперь ни колдовать, ничего не могу, пока ты, или Пашка, или Резнов, или кто у нас это умеет, ее не снимет. Не собиралась я переходить на сторону зла, я не больная, в отличие от тебя! И понимаю, что мы бы без светлого мага или того, у кого работают благословения, не развеяли бы! И твое идиотское прозвище мне нравится! Я сейчас вообще отключусь, потому что это… — она обвела пальцем метку и очень емко, матерно обозначила ощущения. — …Как больно!

— Я бы никогда не смог, — только и сказал Олег. Кажется, от напряжения ему свело судорогой лицо.

— Ножик убери.

Он спохватился и опустил руку. Ножны, как оказалось, крепились к щиколотке и прятались под штаниной брюк. Неудобно, но в таком костюме без вариантов.

Самообладание и здравый смысл Олег вернул быстро, и хорошо, а то она начала опасаться, что его перемкнет. Такого еще не случалось, но не хотелось бы, чтобы впервые выдержка подвела именно сейчас, потому что из мгновенной помощи рядом только Аня, которая на практики толком ничего не умеет.

— Ты идти-то можешь?

— Нет, — призналась Карина. Запирая в себе темное заклинание, залезающее в мысли, она старалась не думать, чтобы не спугнуть, а то пришлось бы носиться вдоль дороги, и не факт, что удачно. Так что план был сырой, как трава на рассвете, и то, что тело не справится, она как-то не учла.

— Постарайся не насадить глаз на ветку, — посоветовал Олег и поднял ее на руки. Его предупреждение не понадобилось: деревья словно придерживали ветки, освобождая проход. Почти как тогда, в Линево.

— Что случилось? — подскочила к ним Аня. Явление начальства в таком виде ее заметно встревожило.

— Маленькая диверсия, заклинание оказалось мерзопакостным, — вдаваться в подробности он не стал, чтобы не пугать больше. Да и вряд ли сейчас поймет.

— Ты Павла вызвала? — спросила Карина, когда Олег сгрузил ее с теплых и удобных рук на заднее сиденье машины. Хорошо, не на сомнительный пенек, а то как-то заинтересованно на него посматривал.

Ноги практически отнялись, только пальцы еще вяло шевелились. Слабость поднималась к спине, но пока еще не настолько, чтобы упасть.

С середины пятого курса, когда окончательно определялись те, кто хочется податься в следователи, студентам регулярно вдалбливали: если темное заклинание привяжется к человеку, оно будет тянуть все жизненные силы. И не важно, что в него заложил колдун, саму сущность перебороть могут только действительно могущественные маги.

— Поговори со мной, — попросила Карина, уже зная, какой ящик Пандоры открывает. — Иначе я отключусь, пока ждем Пашку.

— Ты чем вообще думала? — на удивление мирно, не повышая голос, сказал Олег, садясь на корточки напротив. — Уставом не зря запрещено перетягивать на себя темные заклинания и проклятия. Они практически физически сжирают.

— Есть исключения.

— Да, если маг или его напарник может применить светлое благословение или развеивающий темное заклинание экзорцизм. Мы с тобой никогда не умели, Пашка вряд ли в это время суток, пропустив на дежурстве все майские, будет благодушен и просветлен, а стажерка, если и наколдует нам чего, не сможет применить правильно. Нам же не нужно благословлять, блин, всю Матвеевку.

— А были варианты? Лучше пусть страдают люди?

— Лучше, если пострадаешь ты?

— Ты же не дашь мне вот так глупо помереть.

Олег вздохнул, выпрямил ее ногу, закатал штанину и принялся массировать онемевшую голень. Кожу под его пальцами кололо, ненадолго возвращая чувствительность: он щедро делился магией.

Только ощущения от нее были какие-то странные, как будто и его, и не его одновременно. Карина слишком давно и хорошо знала Олега и чувствовала его силу как что-то теплое и привычное, но сейчас она казалась более… дикой? Необузданной?

— Что ты делаешь?

— Не даю крови застояться. Это же не просто травма или пережатый сосуд, или ты хочешь лишиться ног совсем?

— Я не про это.

— Больше ничего, ты же видишь.

За его спиной тревожным неупокоенным призраком маячила Аня, которая никак не могла найти себе места.

Наконец, на обочину съехал еще один внедорожник, гораздо более грязный и потрепанный — весной Пашке приходилось часто бывать на отдаленных областных выездах чуть ли не под Казахстаном, и привести машину в порядок он не успел.

На траву он выскочил подготовленным, сразу с детектором, и в ситуацию въехал быстро.

— Вы что, умудрились в темную ловушку попасться? — хмуро спросил Пашка, прохаживаясь вдоль деревьев и шевеля пальцами, как будто их разминал. — Черт, она же тут миллион лет стояла, не меньше десятки точно. Вы что, не почувствовали?

— Нас накрыло остаточным следом от старой аварии, пришлось останавливаться. Этот фон все перебил, скорее всего, из-за срока ловушка с ним слилась и не отсвечивала. Спасибо, Анна визуально заметила, а то бы продолбали, — пояснил Олег и настойчиво попросил. — Кар-Кар пришлось запереть в себе темное заклинание на блокирующую метку. Ты можешь развеять? Метку я сам взломаю.

— Не, бро, сорян, — виновато развел руками Пашка и с сочувствием посмотрел на бледную Карину. — Вы мне как родные, но мне бы помедитировать, привести мысли в порядок. Пока могу только кого-нибудь эффективно проклясть, надо?

— Покажи Ане, что надо, — предложила Карина. — Тут экзорцизм нужен, но благословения она нормально шарашит, так что и с этим справится.

Пашка скептически хмыкнул, но отвел стажерку в сторонку, чтобы проинструктировать. Рядом, как назло, остался сушить уши его брат, которого зачем-то притащил с собой.

— А меня ты на кой черт начала драконить? — отвлек Карину Олег, спросив едва слышным шепотом, чтобы лишние не услышали. — С ножом.

— Ну, — она смущенно потерла нос. — Помнишь историю с болотушкой пару лет назад? Яна Денисовна, как закончила с тобой, спросила какую-то ерунду, типа, что бы я делала, если бы ты решил переметнуться к злодеям.

— И что ты ответила?

— Что я бы переметнулась с тобой, потому что это явно для чего-то надо. И мне стало интересно, что в такой ситуации сделал бы ты.

— Я всегда на твоей стороне, — недовольно сказал Олег и ущипнул ее за ногу. — А если бы я тоже был под воздействием? Убил бы тебя, у меня сорвало крышу, и привет.

К машине Аня вернулась не менее бледной, чем Карина, и, кажется, с трясущимися губами. Ну хоть пальцы не дрожат, и на том спасибо,

Она встала перед открытой дверью, поднесла одну руку к груди, последовательно соединяя между собой пальцы, как будто повторяла детскую считалочку, а второй принялась чертить в воздухе повторяющиеся символы, что-то шепча. Потом подошла и так резко ткнула Карину пальцем в лоб, что от наманикюренного ногтя осталась царапинка.

Карина охнула и против воли опрокинулась на спину. Ее сразу же скрутило судорогой — растекшееся по телу заклинание собиралось в одну точку в груди. Аня, сунувшись в машину, только этого и ждала и в какой-то момент ткнула между ключицами щепотью.

Сказать ей, чтобы к чертовой матери обрезала когти…

Карина выгнулась дугой и тут же упала обратно, с блаженной улыбкой чувствуя тепло в руках и ногах. Заклинание развеялось, но успело ее порядком вымотать, да и доступа к маги все еще не было.

— Ты что, показал ей сокращенную формулу?! — судя по звукам, Олег сгреб Пашку за воротник и впечатал в их машину.

— А какую? — возмутился тот. — Я, конечно, скороговоркой ей за пять минут озвучу полную, но она не запомнит, а жестами так вообще наколдует такого, что переплюнет этого зловредного колдуна.

— Олег, все хорошо, — прошептала Карина. — Я жива. Спасибо, Паш.

— Видишь? Хоть кто-то из вас в адеквате, — буркнул Пашка. — Может, вас подвезти? Карина за руль не сядет, а Даня отгонит к дому вашу машину.

Про то, что Олег не садится за руль, когда она едет пассажиром, знал как минимум весь отдел.

— Анну отвезите, — неожиданно сказал Олег. — Мы никуда не торопимся и подождем, пока Кар-Кар очухается.

— До утра будете ждать.

— Ничего, в крайнем случае, закажу ей такси.

— Как знаете, — Пашка цокнул языком и махнул обоим стажерам, чтоб шли следом.

— Он прав, я сегодня уже не осилю машину… Ай, ты чего? — она удивленно посмотрела на порез через всю ладонь с постепенно бледнеющей меткой. Блок исчезал медленно, но исчезал. — Других вариантов не было?

— Так быстрее. Иначе бы мне тоже пришлось потратиться , а я и так в тебя влил, — Олег уже достал из аптечки пластырь и перевязал ладонь. — Извини, но иначе мы реально тут застрянем, а с блоком лучше долго не ходить. Ты пересесть сможешь, или переложить?

— Смогу, — Карина выползла с заднего сидения, прошла два шага и упала в любезно распахнутую дверь. — Не верю глазам, ты что, собрался везти? Меня?

— Я же говорил, надо поговорить. Днем вряд ли толком получится, — судя по его виду, он и сам был не рад, но оказался загнанным в угол. — А вопрос срочный. Судя по тому, что мы видели — уже практически безотлагательный. Можем обсудить все здесь, но тебе бы лучше нормально лечь и пожрать, чтобы восстановиться.

Карина подняла брови, но Олег сначала предпочел выехать на шоссе. Вел он напряженно, вцепившись руками в руль, как новичок.

— Ты в курсе, что здесь разрешенная скорость восемьдесят? — уточнила она, когда сзади засигналил какой-то нетерпеливый гонщик, тут же их обогнавший. — А ты тащишься на тридцати.

— В курсе, — сквозь зубы ответил Олег и упрямо повторил. — Мы не торопимся. И лучше послушай. Про Хозяев магии ты знаешь, этому учат в институте. Не учат, что у каждого Хозяина есть Хранитель — тот, кто равен ему по силе, и следит за тем, чтобы крышу не рвало от власти.

— Подожди, а ты откуда знаешь?

— Мы не просто так таскаемся с Резновым в Иркутск. Да, я там кое-чему учусь, но он не теряет надежды найти убийцу Лесьяра, и в последние годы стал привлекать меня. Неофициально, потому что дело курирует Питер и разрешения на самовольное расследование не давал.

— Лесьяра?

— Хозяина леса, которого убили в одиннадцатом. В этот раз мы нашли точное место, и там была прореха в Сумрачный мир. Я маленько ковырнул и расширил, не настолько, чтобы кто-то выбрался, но поговорить можно. Хозяин смерти оказался очень неплохим парнем…

— Кто?! — если бы ремень не прижимал ее к сиденью, Карина бы подпрыгнула. Сразу вспомнился мужчина в странной накидке и поспешность, с которой Яна Денисовна разбила зеркало.

— Спокойней. Он привел к нам Лесьяра — такая резкая и жестокая смерть не дала ему упокоиться, к тому же незадолго до этого погибла его Хранительница — родная сестра. В общем, у МатвейБорисыча была одна надежда, что Лесьяр вспомнит убийцу, но он никого не видел. Почувствовал только, что темный колдун.

— Ты думаешь, то убийство, ловушка, маска Марии — один человек? И тот шепот, который мы с Аней слышали? Но зачем?

— Для разных в России нет столько темных колдунов. Предположу, у него был какой-то план, для которого нужно было колоссальное количество силы. Ритуал или что-то в этом духе. Кто-то из Хозяев вместе с Хранителем для этого хорошо подходят. Тогда, очевидно, что-то пошло не по плану, и теперь хотят повторить. Поэтому и ищут Хранителя.

— И как их можно определить?

— Обычно это самые близкие люди — жены, мужья, дети, родители, братья-сестры, иногда хорошие друзья. И очень тесная связь. Судя по легендам, которые Резнов нашел, иногда доходит до того, что друг без друга их начинает ломать. И убить Хозяина можно, только избавившись от Хранителя.

Карина вспомнила свои приступы паники из-за отсутствия Олега и поежилась — больно это подходило под его слова. С другой стороны, разве это удивительно? Они же дружат всю жизнь, работают столько лет, рисковали вместе, через многое прошли… Конечно, страшно потерять друг друга.

— У меня сейчас взорвется голова, — пожаловалась Карина. — И что от нас надо? Найти темного?

— И Хранителя. И защитить его. Хотя на него если только случайно наткнуться, а вот с темным… не подбегать же к каждому с детектором? А пускать на самотек рискованно, еще погибнет кто-нибудь. Взять бы духа какого-нибудь в оборот, — мечтательно сказал Олег. — У них чутье получше. Только надо контролировать, а чем?

— Знаю я одного редкого кошака, — Карина хищно улыбнулась. — За возможность носиться по городу продаст всего себя в вечное рабство.

***

В городе Олег расслабился и хотя скорости не прибавил, зато довольно лихо припарковался у круглосуточного киоска-шашлычной. Пассажирскую дверь подперло другой машиной, и закупку пришлось доверить ему. Может быть, и зря, потому что полчаса спустя он вернулся с таким пакетом, как будто собирался накормить весь отдел. Вкусно пахло жареным мясом.

Зато у Карины было немного времени в тишине, чтобы подумать. Олег подкинул еще одну проблему в духе: «Иди туда, не знаю, куда, найди то, не знаю, что», — и толком при этом ничего не объяснил. То, что темного надо искать, и так понятно, а с Хранителем этим что делать? Раз он всем так нужен.

— Из-за этого ты вернулся такой дохлый? Почему вообще Резнову понадобился именно ты?

— Потому что из всех его знакомых на такое способны Яна Денисовна, я и, с некоторой вероятностью, ты. Но Лунину он привлекать не захотел, она лицо официальное.

Карина вспомнила реакцию Яны Денисовны и согласилась. Дело даже не в том, что та могла сообщить в Питер. Вряд ли бы она вообще согласилась связываться с Хозяином смерти, и вот тут уже могла помешать из своих личных соображений.

— Ладно, а я?

— Тебя Резнов бережет, как дочь. Помню, Сашка раньше ревновала, — улыбнулся Олег. — По службе рискуй, сколько надо, а просто так… А меня не жалко.

Вот тут он ошибался — ей было жалко. Причем не только его, но и времени, которое пришлось бы работать в одиночестве, и себя тоже.

— А устал где?

— Прореху сначала надо было открыть, потом закрыть, чтобы не создавать проблем. Чтоб ты понимала, в прошлый раз это делали девять Хозяев совместными усилиями, и без разницы, что тогда речь шла о полноценном входе, а не форточке. Но ладно открыть, ломать не строить, а вот прибраться за собой… Я до воскресенья пластом лежал, не помню, как МатвейБорисыч меня в Иркутск дотащил.

— И когда это случилось? В прошлый вторник после обеда?

— Да, откуда ты знаешь?

— Инквы приходили, я тогда вам звонила посоветоваться, — отговорилась Карина, сопоставляя одно с другим.

Она не имела ничего против какой-то особенной сильной связи с Олегом, но на пустом месте такое не возникает. Должна быть причина, и что-то подсказывало, что она вряд ли понравится. Одно дело — панические атаки, объясняющиеся недолеченным ПТСР и выходками Олега на первом курсе. Найти психиатра получше, попить таблеток посильней, и хватит.

А вот если ее кроет, когда он надрывается на расстоянии в почти две тысячи километров… Надо разбираться. А если это не просто что-то приторно миленькое, о чем мечтают романтичные девчонки: «Мы чувствуем друг друга на расстоянии», — тьфу, розовая гадость… А нечто опасное? Начнет кто-нибудь пытать одного, например, а второй кони двинет или залезет в ловушку, точно зная, что первому плохо?

Самое паршивое, они оба в случае чего с радостью сунут голову в петлю ради друг друга.

— Та ловушка не могла быть расставлена на нас? — напряженно спросила Карина. — Эта дрянь очень быстро разобралась в моем сознании.

— Пашка же сказал, что она там давно болтается. Мы, конечно, к этому месту имеем отношение, но очень опосредованное. Я думаю, дело в МатвейБорисыче. Он тогда влез в это дело и сейчас не отпускает, — помрачнел и Олег. — К тому же он хорошо знал Лесьяра и хочет найти убийцу не только, как следователь, но и как друг. Найдет убийцу, найдет и темного, так что опасен. А триггером для срабатывания наверняка послужила маска, на ней без вариантов след все еще болтается.

— Если он знал прошлого Хозяина леса, значит, может знать нынешнего? Это же секретная информация, ее просто так не выдают… Я к тому, что Матвей Борисович представляет интерес, как и его мозги. А раз им нужен Хранитель… Так он знает?

— Хозяина — да, — очень тихо ответил Олег. — Хранителя не может найти.

Карина потерла лоб. Ей не нравилось, что Резнов действовал за спиной руководства, еще и втягивал Олега в то, с чем сам не смог бы справиться, если бы что-то пошло не по плану. А если они наломают дров? Выговор, разбирательство и даже увольнение — не самое страшное. Это все равно что играть с заряженным пистолетом со взведенным курком и рассуждать о том, как плохо будет получить нагоняй за небрежное обращение с оружием.

Есть мнение, что нагоняй станет неважным, если нарушитель будет лежать с простреленной головой.

— Ваша забота очень трогательная, но я хочу полноценно участвовать в расследовании, — твердо сказала Карина. — Иначе я пожалуюсь, и нет, не в управу. Я пожалуюсь Яне Денисовне, и она вас профилактически запрет в морге на неделю. После этого к вам не подойдут ни темные, ни Хранители, вообще никто.

В каждой шутке лишь доля шутки. Лунина вполне могла это сделать в профилактических целях и не поморщиться. Женщиной она была суровой, и в отделе ее временами побаивались.

— Хорошо, — с облегчением сказал Олег, хотя Карина думала, что начнет сопротивляться и брыкаться. Но, видимо, с делом все так плохо, что не до лишнего выпендрежа. — Я не всесильный и без тебя не вывожу. Я же еще толком не восстановился, недельку еще хорошо бы не переутомляться.

Она только вздохнула. Не восстановился, зато ей отдавал силу щедро и без вопросов. Самоубийца.

***

Самым неприятным событием томного вечера стало приехать домой. Не то, чтобы Карина осталась в восторге от поездки на сверхнизких скоростях черепахи, но служебная квартира находилась на пятом этаже «хрущевки». В которой, разумеется, не было лифта, а ноги хоть уже и шевелились, но оставались ватными. Придется подниматься, как бабке, по две ступеньки в полчаса.

Ужасная перспектива.

Олег тем временем припарковался, достал с заднего сидения вещи, ее рюкзак закинул за спину, а самой Карине помог вылезти и вручил пакет с шашлыком.

— Доверяю тебе нашу прелесть. И, как мудро сказали в кино, я не могу нести твою ношу, но я могу нести тебя, — патетично заявил Олег и снова поднял ее на руки.

— Ключ в рюкзаке, — только и смогла сказать она, судорожно вцепляясь в плечо. В лесу ей было слишком плохо, чтобы что-то понимать, а в других ситуациях ее так не носили, и Карине казалось, что они сейчас вместе упадут. — Подожди, не шевелись и не падай, я попробую найти.

Олег мужественно вытерпел, пока она, перекинув руку через плечо, рылась в верхних карманах рюкзака. Повезло, молния легко расстегивалась, а нужная связка лежала сверху.

— Пятый этаж, — предостерегающе напомнила Карина, давая ему одуматься, и дотянулась ключом до кнопки домофона..

— На который ты не поднимешься. Конечностями и головой не размахивай, у вас тут узко, как в склепе.

Ладно, дотащит хотя бы до второго, уже хорошо. Дальше как-нибудь доползут.

Из чистого упрямства Олег на радость всем местным бабкам донес ее до двери, не останавливаясь, разве что покраснел и тяжело дышал. Но на этом не остановился: в квартире, разувшись, дотащил ее до так и не собранного с утра дивана, аккуратно положил и снял с ног босоножки, бесцеремонно закинув в коридор.

Потом упал рядом, раскинув руки, благо разложенный диван вмещал двоих.

— Ты герой, — искренне сказала Карина. — Спасибо.

— И как каждый герой заслуживаю награды, — ответил Олег с неприкрытым намеком, глядя на ее колени.

Она достала из пакета, который так и держала, черный, еще теплый лоток, насадила на вложенную вилку самый большой кусок мяса и торжественно вручила ему.

Увесистого лотка ему хватило минут на десять. Кажется, он почти даже не жевал, откусывая большие куски и проглатывая, как удав.

Карина с сожалением подумала, что если они продолжат так много работать и восстанавливать силы мясом по ночам, скоро начнут закатываться в квартиру двумя шариками. И хорошо, что Ани еще нет — при ней бы пришлось держать лицо, чтобы не подавать дурной пример. Хотя бы перебраться на кухню или не оставлять мусор посреди комнаты.

Олег запихал пустые лотки обратно в пакет и задвинул его за диван. Если не мозолит глаза, значит, не грязно. Хорошо, она не из тех, кто падает в обморок от любого постороннего пятна — сложно оставаться фанатиком чистоты, когда нет времени протереть пыль, а домой временами возвращаешься по уши в земле, тине или крови.

После ужина стало совсем хорошо, Карина сунула под голову подушку и вполне уютно устроилась под боком Олега.

Который решил прикинуться отмороженным бревном.

— Карин, — траурно начал он. Видимо, адреналин после поездки к Бессмертным и приключения на трассе схлынул, и потянуло на философию. — Ты правда считаешь меня таким мудаком?

Еще и назвал по имени, чего не случалось даже во время ссор. Значит, дело и правда серьезно.

— Это интересный вопрос женщине, которая лежит с тобой на одном диване и не пытается задушить подушкой.

— Ты сама сказала, что заклинание влезло в твое сознание. Значит, это твои мысли.

— Были. На первом курсе. Сейчас мне, к счастью, не двадцать лет, — она перевернулась на бок, приподнялась на локте, вторую руку положила ему на грудь. — Да, бывает обидно, когда ты начинаешь творить дичь или называешь кикиморой. Но я научилась отличать, когда это от недосыпа или переутомления, а когда оскорбление.

— Мне не все равно, что с тобой будет. Но если бы я остановился, эта дрянь могла присосаться к постороннему человеку, и где бы мы его искали?

— Ты же помнишь, что у нас два кодекса этики? Общий для Следственного комитета и отдельный для нас. У тебя есть долг перед людьми, и он важнее личных интересов. Ты обязан был так поступить.

— Бросить тебя в опасности?

— Со мной оставалась Аня.

— Которая ни черта не умеет, — поморщился Олег и сжал ее руку. — И я тебе доверяю. Больше, чем себе.

— Ладно, если уж у нас вечер откровений, то есть одна вещь, которая меня действительно беспокоит, — Карина выдернула руку и ткнула его пальцем в лоб. — Твои студентки! Нет, серьезно, хочешь молодых девиц — ищи на Студенческой или в Академе, но не в собственном же институте! Я на днях слышала, как старшаки промывали молодняку мозги на тему твоих похождений.

Она не слышала всего разговора, но слова про трофей и очередь из страждущих неприятно царапнули. Удивительно, как Резнов смотрел на это сквозь пальцы. В конце концов, у института есть устав с правилами поведения и для студентов, и для преподавателей!

— Я их хоть сейчас разгоню, — резко спохватился Олег и свесился было, чтобы взять лежащий на полу телефон, но Карина его вернула обратно. — Не мешай, это совсем не проблема.

«Пусть обратят внимание, как Владимирыч на Воронову смотрит, и сразу поймут, что вот это все головокружение — не больше, чем развлечение», — всплыли в памяти подслушанные слова нахальной студентки.

— Дурак, — беззлобно вздохнула Карина и поцеловала его в лоб, чтобы отвлекся и не беспокоил очередную несчастную девушку так поздно.

— Прямо как труп, — возмутился Олег, но лег на спину смирно. — Я еще хочу пожить.

— Поживешь, если не будешь злить женщин, — подбодрила она и чмокнула еще и в нос для закрепления эффекта. — Я спать хочу. Ты с краю лежишь, кинь в меня домашней одеждой.

…а посреди ночи Карина проснулась, когда в прихожую прокралась Аня, старавшаяся издавать как можно меньше звуков, но из-за этого казавшаяся слоном в посудной лавке, и обнаружила, что Олег удобно устроился, закинув на нее руку и ногу.

Глава 11

Новосибирск, 2025 год, май

— А вот и наша звезда курса! — раздолбай Генка спрыгнул с парты и широко развел руки. — Говорят, попала на стажировку к Вороновой и очень этим гордишься?

— Горжусь, — спокойно подтвердила Аня, садясь за парту рядом с Даней. — Это полезнее, чем слоняться по клубам.

Генку не любило почти две трети группы. Он был заводилой, вечно лез со своим мнением и считал себя крутым, хотя на деле — ничем не примечательный парень. А еще приписывал себе чужие достижения и давал оценки другим.

Аню он за что-то невзлюбил еще на первом курсе, хотя совсем уж открыто и обидно не задирал — Даня ему один раз доходчиво объяснил, что иногда лучше помолчать, правда, сам же получил выговор от зама по воспитательной части. Драки в коридорах противоречили уставу института.

Со временем к Генке привыкли, как к неизбежному злу и фоновому шуму — гудит над ухом, и пусть гудит, раз мозгов не хватает.

— Ну и зря. У меня дядя в прокуратуре работает и рассказывал, что у нее вечный бардак, а прокурор все не может избавиться.

Самое противное, что сейчас должна была быть пара Карины Евгеньевны, но, во-первых, она с утра улетела в командировку, и Аня обиделась за нее. Во-вторых, Аня утром слышала, как Олег Владимирович собирался в прихожей и обещал взять на себя пары. Она тогда сильно смутилась, будто подглядывала за личной жизнью преподавателей, и подольше посидела за закрытой дверью комнаты.

— Или ты хочешь подкатить к Лескову?

Даня со смешком пихнул ее в бок. Она подняла глаза и тихо ойкнула, что Генка напрасно воспринял на свой счет: у двери, привалившись к косяку и скрестив на груди руки, стоял Олег Владимирович, который в просторной серой футболке и джинсах мог сойти за старшекурсника. Он приложил палец к губам, давая возможность высказаться.

— Так не надейся. Воронова та еще красотка, видимо, поэтому своих мужиков так крепко за яйца держит, — Генка совсем потерял тормоза, и на него уже начали обращать внимание и шикать остальные. Карину Евгеньевну уважали почти все. — Хотя я бы тоже не отказался…

— А ты большой специалист в организации работы следователей? — живо заинтересовался Олег Владимирович.

— Я пары не прогуливал и понимаю, как что должно быть.

— Н-да? И в заклинаниях неплохо разбираешься?

— Я отличник, — гордо расправил плечи Генка. Эффект испортила прилетевшая в него с задней парты скомканная бумажка. — Еще и многих из вас, старшаков, обойду.

— Проверим? — Олег Владимирович покрутил в воздухе пальцем, словно наматывал нитку, и резко дернул, затягивая. — Если так хорош, наверняка выберешься. Конец первого семестра третьего курса.

Генку связало невидимой веревкой по рукам и ногам: локти плотно прижаты к бокам, колени соединены. Удержать равновесие в такой позе ему не удалось, и он завалился вперед, прямо на парту. Его никто не поддержал, не помог смягчить падение; наоборот, поспешили сдвинуть ноутбуки и сумки, чтобы вещи не пострадали.

— Безопасные путы, — шепотом восхитился Даня на ухо Ане. — Помнишь, мы еще стебались, что толку от них, если человеку не нужны руки для колдовства? А посмотри, как на эффекте неожиданности работает!

Генка упал на пол и извивался червем, пытаясь сбросить веревки. Распутать заклинание было совсем просто, в этом и заключалась его проблема — если преступник захочет освободиться, то справится без труда, и простые наручники кажутся действенней.

Но сбросить заклинание он почему-то и не пытался, то ли забыв формулу, то ли растерявшись.

— Наглядная демонстрация. Если вы считаете, что какое-то знание вам не нужно, значит, просто не придумали, как его обернуть в свою пользу. В данном случае проблема не в простоте ключа, для задержания есть более надежные, но трудоемкие заклинания, по которым будет практикум в начале шестого курса, — Олег Владимирович легонько пнул Генку в кроссовок и переступил через него, встав за преподавательское место и опершись руками о стол. — Но бывают ситуации, когда напарник впадет, например, в панику или зацепит темное заклинание, и нужно будет удержать, чтобы не навредить ни себе, ни человеку. Как видите, от неожиданности освободиться не так легко.

Внимание переключилось с затихшего Генки на него, но он не торопился отвечать на повисший в воздухе вопрос.

— Что же касается рассуждений вашего товарища… Жаль, что ему не знакомо понятие делового этикета и профессиональной этики. Про инстинкт самосохранения я вообще молчу, надо быть законченным идиотом, чтобы обсуждать кого-то, не глядя по сторонам. А Роману Ильичу я передам, что его сотрудники слишком много треплются за пределами работы.

— Прокурор, — все также на ухо пояснил Даня. — Павло говорит, суровый мужик, но справедливый.

Прозвенел звонок, и недоумение в аудитории стало почти осязаемым.

— Карина Евгеньевна до понедельника в командировке, — наконец-то снизошел до пояснения Олег Владимирович. — Так что в теме взаимодействия с населением придется разбираться со мной. Олег Владимирович Лесков, старший следователь ОМБ и старший преподаватель в этом славном месте. Этот полежит до конца пары, может, память просветлеет. Хотя если есть желающие, можем продолжить дискуссию о том, кто кого держит за яйца. Я умею еще много увлекательных вещей.

Желающих не нашлось.

— Это неправильно, — ворчала после пар страдающая излишком гуманизма и справедливости Света, пока они спускались вниз. — Да, Гена мало думает, но преподаватель не должен физически наказывать студентов.

Генка накрутил себя, пока лежал связанный, и в итоге применил не то заклинание, только усугубив ситуацию — если раньше руки были просто прижаты к телу, то теперь вовсе потеряли чувствительность.

Пришлось Свете после занятия, как самой сострадательной, разбираться в получившейся магической каше. Экспромт Генки запутался в филигранно выполненной формуле Олега Владимировича и не желал распутываться, переняв вредный характер автора. На просьбы о помощи одногруппники сделали одинаково суровые лица и заявили, что им еще надо успеть на следующую пару, чем еще больше расстроили Свету.

Аня сжалилась над ней и осталась, а заодно и Даня, вслух рассуждающий, как удобно бить лежачего недруга, и что об этом даже никто не узнает, но он выше подобного бесчестия, в отличие от.

Руками она не помогала, разве что советом, куда следует посмотреть и где ковырнуть. Спасенный от уз Генка проявил верх неблагодарности, обматерил всех и убежал. Что-то подсказывало, не на историю магии.

— Свет, — Аня вздохнула. Одногруппницу она отчасти понимала, но согласиться не могла. — Говорить пошлости про женщин отвратительно само по себе, а Карина Евгеньевна ведь еще и преподаватель. Он считал себя правым и слова бы не воспринял.

— Значит, давайте забудем про устав и начнем пороть друг друга?

— Его никто не порол. И повторение пройденного материала не запрещено.

— А если бы пороли, ему бы наверняка понравилось, — злорадно вмешался Даня. — Он вечно нарывается. Не удивлюсь, если любит пожестче.

— Есть административный ресурс, — упорствовала Света, хотя ее запал постепенно сходил на нет.

— Анекдот дня: Лесков пришел к Резнову, чтобы пожаловаться, что какой-то сопляк с четвертого курса оскорбил его напарницу. Светлана, лучше берите пример с лучших людей курса, — Даня с намеком покачал ладонью между собой и Аней. — Мы навели справки у старшаков. За шутки над Кариной Евгеньевной можно серьезно огрести.

— Детский сад, а вы все в нем — заигравшиеся дети, — припечатала Света. — Надеюсь, наиграетесь до сессии.

— Кстати, про игры, — вспомнил Даня, когда они остались одни и уже подходили к машине. — Ты рассказала Карине Евгеньевне про ролевиков?

— Нет, — хлопнула себя по лбу Аня. Сначала руководительницы не было дома, потом уехали на выезд, а в понедельник совсем замоталась, пытаясь защитить курсовую. — И ее телефона у меня нет.

— Пошли, спросим в отделе, — предложил он, меняя маршрут в сторону соседней с институтской двери. — Или Олегу Владимировичу расскажешь, он наверняка в теме и на месте.

***

— Хорошо, что зашли, детишки, — не отрываясь от компьютера, поприветствовала Лариса и, не глядя, достала из шкафа за спиной папку. — Даниил Сергеевич, получите удостоверение и распишитесь в книге учета, вот здесь. Анна Михайловна, от вас жду четыре фотографии, как на паспорт. Как можно скорее.

— А почему общественный помощник? — спросил Даня, разглядывая синее удостоверение. — Мы же на стажировке.

— Потому что название должности такое. Стажировка — понятие разговорное, — ответила она, недовольная, что ее продолжают отвлекать от дел. Судя по двум высоким стопкам, их хватало. — А вы поставлены в кадровый резерв. Если хорошо себя проявите и не растеряете желание, назначат на должности следователей. Вряд ли ваши наставники откажутся писать рапорты, особенно Павел Сергеевич. Еще вопросы?

— Вы не видели Олега Владимировича? — спросила Аня, стараясь успеть раньше, чем Даня скажет еще что-нибудь. Если дать ему отвлечься, он забудет, зачем пришел, и быстро завалит Ларису вопросами.

— Четвертый кабинет. Если вышел, подождите там, только ничего не трогайте, иначе я смогу только посочувствовать вашим оторванным рукам, — рассеянно, как само собой разумеющееся, сказала Лариса.

Аня поблагодарила и, подхватив друга под руку, потащила по коридору. Нумерация кабинетов отличалась большой оригинальностью: за первым, канцелярией, шел пятый, по другой стороне — третий и шестой, второй обнаружился у туалета, а четвертый в закутке в конце коридора между дверьми без номеров. На одной значилось: «Вещественные доказательства (обычные)», — на другой: «Вещественные доказательства (магические)».

Дверь была приоткрыта, но Олег Владимирович отсутствовал, как и стулья в коридоре. После предупреждения Ане находиться в кабинете без хозяина не хотелось, но и топтать коридор — тоже.

Внутри напротив друг друга стояли два стола с компьютерами и папками, несколько шкафов, сейф и горшок с засохшей палкой на подоконнике. Определить растение, павшее смертью храбрых, не получилось.

Аня села на стул для посетителей. Оказавшийся рядом с ней стол, видимо, принадлежал Карине Евгеньевне — крем для рук и несколько заколок в корзинке с канцелярией могла купить любая женщина, но мелкие сувениры и стикеры на мониторе с воронами говорили о хозяине яснее слов.

— Ого, а зачем Лескову твое личное дело из канцелярии института? — неугомонный Даня обошел кабинет и остановился у рабочего места Олега Владимировича. — Других нет.

— Не трогай, — Аня поспешила оттащить его в сторону, пока он не начал перебирать бумаги, и аккуратно заглянула сама.

Сверху лежала папка-скоросшиватель с общей информацией: анкета с фотографией, договор на обучение, копии аттестата и паспорта, сводные ведомости по прошлым сессиям и лист регистрации мага с печатью отдела по Республике Бурятия.

А вот под ней обнаружилась распечатка поинтересней — регистрация Карповой Аллы Степановны, мага-универсала, и Кущина Михаила Львовича, сведения о магических способностях засекречены.

От удивления она дернула рукой и задела компьютерную мышку. На ожившем мониторе был открыт документ, Аня рассеяно скользнула по нему взглядом и невольно повернулась, вчитываясь полностью в ответ ОМБ СК по Республике Бурятия.

«Уважаемый Олег Владимирович!

В связи с поступившим от вас обращением сообщаем, что не можем предоставить сведения о Кущине М.Л. в связи с отсутствием у вас полномочий на получение сведений, составляющих государственную тайну и имеющих гриф «Секретно».

В случае необходимости получения таких сведений обратитесь для формирования запросу к руководителю ОМБ СК по НСО».

Аня тщательно поправила бумаги и отошла как можно дальше в сторону. Зачем Олегу Владимировичу понадобилась информация о ней и о ее родителях? И почему сведения о папе засекречены? Он же самый обычный маг и работает в обычной городской, даже не республиканской, больнице, не на госслужбе…

В дверь заглянула жизнерадостная молодая женщина с короткой стрижкой, но, как только увидела стажеров, жизнерадостность резко убавила.

— Я ошиблась кабинетом? — удивленно спросила она. — Раньше тут сидели Лесков и Воронова.

— Карина Евгеньевна в командировке, Олег Владимирович вышел, — объяснила Аня. — Наверное, скоро вернется. Мы сами ждем.

— А вы кто, молодежь?

— Стажеры, — Даня гордо развернул удостоверение. Судя по всему, у него это быстро войдет в привычку, а однокурсников начнет раздражать.

Дверь снова открылась и уже не закрылась, а в кабинете стало совсем тесно. Сосредоточенно изучающий раскрытую папку Олег Владимирович врезался в плечо женщины и только тогда обратил внимание на присутствующих.

— А это что еще за демонстрация? — возмутился он, но разглядел женщину и сразу подобрел. — Сашка? Ты в гости или по делу?

— В гости, но по делу, — Александра так эмоционально чмокнула его в щеку, что Ане стало неловко. — Хотела обрадовать, что в понедельник выхожу на работу. Пашке как раз нужен напарник. Правда, с некоторыми послаблениями, чтобы была возможность добежать до сына.

Даня заметно погрустнел. Насколько Аня знала, Павел уже несколько месяцев работал один, и младший брат очень рассчитывал встать с ним в пару. Говорят, вместе ставили только тех, кто хотя бы неплохо друг друга знал, чтобы не возникало конфликтов или не страдало дело, пока следователи притираются друг к другу.

— Отец не возражает? — Олег Владимирович закрыл папку и отложил на край стола, а под нее сунул анино личное дело, чтобы не мозолило глаза.

— Мой или ребенка?

— Оба.

— Выгнали из декрета с огромным удовольствием, — рассмеялась Александра. — Дражайший супруг даже щедро оплатил няню. Представляешь, они убеждены, что если меня запереть в реакторе, электростанция на моей энергии переплюнет любую атомную.

— Это я что, слышу Санчез? Удивлен ли я, что ты сразу к Лешему рванула?

Аня встала за стол Карины Евгеньевны и за майку притянула к себе Даню, иначе бы его зажало между шкафом и братом. Павел не отличался выдающимися размерами, но умудрялся занимать очень много места.

Александра добросовестно расцеловала и затискала и его, а потом пошутила:

— Если бы молодежь не сказала, что Каринка в командировке, решила бы, что Олежек наконец-то перестал терять время и организовал ей трехлетний отпуск.

Олег Владимирович стоически стерпел, даже улыбнулся, но, на взгляд Ани, от такой улыбки что-нибудь могло бы прокиснуть.

— Кстати, не хочешь сделать ставку, когда они поженятся? — оживился Павел и достал из кармана рубашки маленький блокнотик и огрызок карандаша. — Я пятерку поставил, что в следующем году, но оптимистов мало. В основном оценивают пятилетнюю и десятилетнюю перспективу.

Александра внимательно посмотрела на Олега Владимировича; по ее лицу словно пробежала волна, а взгляд на секунду рассеялся, после чего она припечатала:

— Двадцатка, что до конца августа. Этого. У него и кольцо в тумбочке в верхнем ящике на всякий случай лежит.

— А вам не пора работать, господа следователи? — не выдержал он, закрыв лицо ладонью. — Сгиньте оба, и решайте свои денежные вопросы в коридоре.

Заговорщики хлопнули друг друга по рукам и вышли, хотя Александра на пару секунд задержалась, приподнявшись на носочках к уху Олега Владимировича. Аня оказалась рядом и обеспокоенный шепот тоже услышала.

— Только постарайся не сдохнуть до середины июля. Все предпосылки к этому есть.

— Сделаю все возможное, — пробормотал он в закрывшуюся дверь и приглашающе махнул рукой. — У вас ровно две минуты по любым вопросам, касающихся наших с Кариной Евгеньевной отношений. Раз вы работаете в отделе, лучше спросите прямо, а не разносите сплетни. Но если вопрос прозвучит за пределами двух минут, я гарантирую автомат на пересдачу. А со следующего семестра и до победного мы будем с вами очень близки.

И включил на телефоне таймер, повернув к ним экраном для наглядности.

Очевидная ловушка, чтобы они могли выставить себя озабоченными дураками, которых в первую очередь интересуют отношения между коллегами. Здесь надо идти от обратного: показать, что не реагируешь на банальную провокацию, и промолчать. Молчание — золото, как доказал Генка.

Даня этого не понял. У его способности заболтать кого угодно имелся очевидный и неприятный минус: не всегда удавалось удержать язык за зубами, а одернуть его Аня не успела, хотя и пыталась тычками намекнуть.

— А правда, что вы спите? — говорить он начал, когда на таймере оставалось две секунды, и закончил на нулях.

— Не правда, — спокойно ответил Олег Владимирович и поднял телефон. — Вопрос задан слишком поздно. Сдачу части следующей декабрьской сессии сразу планируй на весну.

Аня снова вспомнила, как он утром выходил из квартиры, и что в большой комнате только один диван, но благоразумно не стала делиться впечатлениями.

— Для начала, раз мы оказались в одной посудине, опускайте официоз. С Резновым или прокурорами не надо, но ко мне, Карине, Сашке и Павлу точно обращайтесь по именам. Очень несподручно кричать отчество, когда вас рвет на куски какая-нибудь дрянь. В институте тоже можете, но мнение студентов на вашей совести, — он сел за стол, достал лист из стопки с черновиками и вооружился ручкой. — Теперь к серьезному. Что вы знаете о Геннадии, который сегодня устроил представление для всех нас?

— Вас настолько задело, что он оскорбил Карину… э-э… Карину? — продолжил нарываться Даня, и тут уже Аня закрыла ему рот рукой.

Надо было так сделать сразу.

— Это не оскорбление, а идиотизм и полное отсутствие инстинкта самосохранения, которым обычно люди после двадцати не страдают, тем более, студенты. Если верить заму по воспитательной части, характер у него паршивый, но мозги есть, и говорить предпочитает недомолвками. Такое открытое пошлое выступление — это подозрительно. Подозрительное — наша работа.

Аня вспомнила Генку и вынужденно согласилась. Да, неприятный, да, может сказать гадость про преподавателя, но всегда за спиной. Открыто задирал разве что ее, а про других говорил исподтишка, намеками. Да, очевидными, и все же не в лицо.

— Думаете, с ним что-то не так? — все-таки не смогла она побороть сомнения. — Генку иногда заносит, на него даже никто не обращал внимания. Болтает и болтает.

— При этом практически отличник не смог вспомнить ключ от простейших пут? Или для него это стало таким стрессом, что в голове появились обезьяны с литаврами вместо мозгов? Он может быть неприятным человеком, но в плане учебы преподаватели, работающие с вашей группой, отзывались очень положительно.

— Он мог растеряться, — предположил Даня без уверенности. — В курсе, что в морду никто не даст, вот и не ждал.

— Не мог, — нехотя признала Аня. — Слишком самоуверенный.

Намек на то, что с Генкой что-то нечисто, расшевелил только-только притихшую тревогу. Когда она только договаривалась с Матвеем Борисовичем о стажировке, никак не ожидала, что обстановка начнет накаляться настолько стремительно. Темный след рядом, кошмарные сны, странное поведение одногруппников... Еще в начале семестра жилось определенно спокойней, а из всех опасностей на горизонте маячила разве что сессия.

До четвертого курса в институте практически не рассказывали о работе отдела, определиться с дальнейшим направлением предстояло в начале пятого, и все представлялось как-то… иначе.

Даже Павел, когда они с Даней рассказывали ему о планах на стажировку, только снисходительно усмехался и заверял, что это совсем не страшно. Теперь в тех его словах слышалась ирония.

Впрочем, не поспоришь, что спасаться посреди трассы от расставленных не на нее ловушек или общаться с ролевиками куда интереснее, чем лежать на диване или чахнуть над тетрадями.

Кстати, о ролевиках.

— Мы же по делу зашли, — спохватилась Аня.

Успевший задуматься о своем Олег Вла… Олег поощрительно кивнул ей и подпер щеку кулаком, во второй руке крутя карандаш. Мелькание в воздухе погрызенной резинки отвлекало и притягивало внимание, но ей удалось собраться.

Рассказ ожидаемо не обрадовал.

— Художнику Карина звонила? — Аня кивнула, и Олег протянул ей обрывок бумаги с номером. — Скинь фотографию и сайт, завтра после пар съездим в этот лофт. Даниил, ты тоже. Пашка на следующей неделе в отпуск, так что надо тебя занять полезной деятельностью. И передайте одногруппникам, чтобы завтра оделись удобно и в то, что не жалко.

Глава 12

Новосибирск, 2025 год, май

Зачем понадобилось одеваться удобно, выяснилось на первой же паре: всю группу согнали в тренировочный зал в подвале. Обычно пустое просторное помещение превратилось в смесь полосы препятствий и арены для пейнтбола с укрытиями. Каким-то образом поместилась даже насыпь у дальней стены, на первый взгляд казавшаяся обманчиво твердой.

— Доброе утро, — Олег выглядел расслабленным, и в сочетании с обстановкой это настораживало. — Обычно этот тест проходят в первую неделю пятого курса, но мы с Матвеем Борисовичем подумали, что несколько месяцев роли не играют.

— Можно же было предупредить хотя бы за пару дней, — возмутилась Юля, до утра проторчавшая в клубе и не ночевавшая дома. Сообщение в общем чате она пропустила, а каблуки и юбка не располагали к физическим упражнениям.

— Вас предупредили вечером, этого достаточно, чтобы переодеться. Не надейтесь, что обстоятельства будут подстраиваться под вас, если хотите заниматься чем-то большим, чем перекладывание бумажек.

На скамейке под защитным навесом пристроился уже знакомый Вячеслав — художник что-то дорисовывал в большом плотном блокноте, не обращая внимания на возмущенных студентов. Похоже, такому кардинальному преображению зал обязан именно его карандашу.

— Если вы закончили с возражениями, объясню суть, — специально Олег не перебивал, давая высказаться. Потом достал обычный пластиковый кубик и подкинул на ладони. Аня такие видела у друзей, которых догоняло увлечение 3D-печатью. — Надо найти такой же предмет. Возможно, он спрятан в какой-то щели. Возможно, закрыт иллюзией. Вы уже должны знать достаточно общих заклинаний, чтобы справиться с таким поиском.

— Так просто? — не поверил Родик, который вместе с Даней обычно генерировал сумасшедшие идеи, но к чужим относился настороженно, и оказался прав.

Искать предстояло в парах, которые определял сам Олег. К огромному облегчению Ани, разделять ее с Даней он не стал, только рассеянно кивнул. В своих способностях она не сомневалась, а вот растеряться могла, и хладнокровный голос разума придется кстати.

Юля наотрез отказалась участвовать в тесте. Олег отнесся к этому спокойно и вместе с еще одной девчонкой усадил ее рядом с Вячеславом, велев наблюдать, а после в течение недели составить обеим письменный доклад, какие приемы применяли одногруппники. А возражения, что он не является их преподавателем, проигнорировал: доклад должен быть на имя Карины, и оценку за проделанную работу поставит она.

— Можно применять любые изученные заклинания, кроме атакующих и разрушительных. Можно мешать друг другу любым способом, но без членовредительства. Не забывайте, что Следственный комитет на этаж выше, — предупредил Олег и поставил кубик на некое подобие пня. — Изучайте. Забирать с собой и прятать запрещено, но можно подходить в любой момент. Время у вас до конца второй пары.

— Что-то тут не так, — Аня придержала Даню, когда все остальные столпились у пня. Им бы все равно не хватило места, не толкаться же. — Тебе не кажется, что есть подвох?

— Павло рассказывал про этот тест, его все проходят, — шепотом ответил он. — Но он стоит в учебном плане и расписании. Чтобы вот так внезапно?

— Я уверена, что Олег Владимирович еще вчера утром этого не планировал. Он же вообще случайно с нами оказался, Карина Евгеньевна внезапно уехала, — Аня скосила глаза. Олег стоял в сторонке с отсутствующим видом, сунув руки в карманы джинс.

— То есть какая-то подстава, — заключил Даня. — Вряд ли что-то опасное, мы же в институте… Но давай посматривать.

К кубику они подошли последними. Ничего необычного: пустой внутри, не самый качественный шершавый пластик, на одном боку заусенцы от не зачищенных крепежей. Кубики явно печатали вместе, а потом разделили, неаккуратно обломав тонкие нити-соединения.

Это облегчало задачу. По сути кубики были одним разделенным предметом из одного материала, а искать часть всегда проще, чем подобие, не связанное с оригиналом.

Топтаться вместе и мешать друг другу не имело смысла, и Даня с энтузиазмом и воплем ликующего индейца врезался в компанию парней, сосредоточенно нависших над деревянным ящиком с тяжелым замком.

Аня же отошла в самый центр зала, закрыла глаза и попыталась вспомнить ощущения от прикосновения к кубику. Теплые после десятка рук тонкие стенки, которые легко было бы смять неаккуратным движением. Неровная, но на удивление приятная наощупь поверхность. Немного отдающий перламутром при наклоне пластик.

Она несколько раз щелкнула пальцами вокруг себя, отпуская короткие поисковые импульсы. Говорят, на большой территории они малоэффективны, улетают в полях или теряются среди деревьев в лесах. Но в небольшом закрытом помещении могли оказаться полезными, особенно когда есть время прислушаться к ощущениям.

С ящиком Даня долго возиться не стал: убедился, что в нем ничего нет, и, оставив товарищей по несчастью взламывать замок, пошел вдоль стены, иногда касаясь ее ладонью и оставляя маячок. Процесс долгий, зато получится затянуть зал поисковой сетью, которая вместе с импульсами хотя бы приблизительно покажет, что где лежит.

— Стой! — окрикнула Аня, когда он уже занес ногу и собирался наступить на вроде бы пустое место. На нее оглянулись несколько человек, но, поняв, что это не к ним, вернулись к поискам.

Даня застыл с поднятой ногой и сделал шаг назад. Поисковый импульс на пару секунд очертил контур шара-ловушки. Вряд ли бы она причинила серьезный вред, но сбить с ног или запутать могла.

Он благодарно отсалютовал двумя пальцами и пошел дальше. Аня же осталась стоять, переваривая результаты. Справа кубика точно не было, хотя несколько экранированных и оставшихся темными мест вызывали подозрения, но интуиция предупреждала: бесперспективняк, только время потеряет.

— Как успехи? — дружелюбно поинтересовался появившийся рядом Родик. — Пытаетесь на глаз найти?

— Пока ничего, — честно призналась Аня, хотя видела, что Даня заканчивает с обходом и готов активировать сеть, останется только подсоединиться к ней. Но ведь пока и правда пусто.

— А мне не повезло, попал в пару с Гендосом, — скривился он, разминая пальцы. — Лупанул сейчас заклинанием в связке со мной, чуть руки к чертовой матери не вывернуло. Идиот, мать его, теоретик долбанный. Решил прочесывать каждый угол.

— Ты ведь можешь действовать по-своему, — предложила Аня. Обычно она ничего не имела против Родиона, но и с заданием хотелось справиться.

— Так и сделаю. Ну ладно, давай. Удачи.

Оставшись в одиночестве, она наконец-то присоединилась к сети, сразу оценив масштаб работы. Маячки стояли достаточно часто, и ячейки получились мелкими, существенно ускоряя поиск.

За спиной бахнуло, раздался вскрик и невнятное шуршание. Когда Аня обернулась, кого-то из парней с ног до головы облепило паутиной и приклеило к стене, не давая пошевелиться. Она только порадовалась, что в такую ловушку не попал Даня. Это было что-то новенькое, и сходу понять, как из нее выбраться, они бы не смогли.

Время от времени взгляд цеплялся за внешне все еще невозмутимого Олега, странным образом сложившим пальцы. Как будто держал незаконченное заклинание.

— Присмотрись к насыпи и тому, что рядом. Мне кажется, наш куб где-то там, — посоветовал Даня, потирая лоб. Держать такое заклинание, особенно когда его норовили — случайно, без злого умысла — перебить одногруппники, было непросто. — Начни с мелкого, лезть наверх сложно, сверку песок, он осыпается. Меня не выдержит точно, а ты легкая, так что придется тебе.

Аня приуныла и понадеялась, что кубик найдется в аляповатом пиратском сундуке, а не на вершине насыпи. В чем-чем, а в ловкости и выносливости она точно уступала другим.

Народ постепенно начал выбывать из теста: ловушки работали исправно, а Олег давал всего пять минут, чтобы выбраться. Тех, кто не смог, он дисквалифицировал и отправлял отдохнуть на скамейку к Юле.

В итоге за полчаса до финала осталось всего пятеро: их пара, Генка с Родиком и Света, лишившаяся напарника.

И насыпь, к которой вели все ниточки.

Аня догадалась первой и успела залезть почти до середины, в панике стараясь держаться за все возможные выступы, когда ее окликнул Генка.

— Эй, Куща, слезай! Все равно с такой грацией свалишься.

Он стоял далеко и не успел бы добежать и забраться раньше нее. А внизу страховал Даня, так что упасть тоже было бы не так страшно.

Рядом с щекой врезалось какое-то мелкое заклинание, подбросив песок прямо в глаза, она едва успела зажмуриться, но потеряла концентрацию и чуть не сорвалась.

— Эй, придурок, магию прибереги, — огрызнулся Даня. — Иначе я тебя самого в куб превращу.

— Не потянешь, — Генка подошел вразвалочку, не торопясь, что-то крутя на пальцах, и Аню резко потянуло вниз. — Кущина, подумай еще раз, стоит ли победы твое мокрое место на полу.

— Гендос, не перегибай. Тебе вчерашнего было мало, еще хочешь в червячка поиграть? — попытался вразумить его запыхавшийся и выдохшийся Родик, который с наслаждением сдался и плюхнулся у стенки.

— Это не атакующее заклинание, правила не нарушены. К тому же никто не вмешивается на защиту девы, — насмешливо бросил Генка в сторону Олега и заломил руки.

Аня пискнула и едва не сорвалась, но судорожно зацепилась магией, вгрызаясь ей в насыпь. Правая нога потеряла опору и никак не могла найти обратно, а вниз продолжало немилосердно тянуть. Да, падать не высоко, всего метра два, но будет больно и ужасно обидно!

И Даня никак не мог помочь: мало того, что устал сам, так еще и сосредоточился на том, чтобы ее поймать при необходимости.

— Родик прав, хватит, — влезла Света и махнула рукой, словно перерубая заклинание. Сразу стало легче. — Аня с Даниилом победили, все честно.

— Ну уж нет. Я что, зря угробил время на эту чушь, чтобы меня обошла какая-то зачуханная Куща?!

Что произошло внизу, Аня не видела — больше поворачивать голову она не рискнула — но ее тут же накрыло уже знакомым холодком стазиса, который недавно применяла Карина Евгеньевна.

Правда, продлилось это недолго, и подвижность вернулась почти сразу.

— Слезай, — велел Олег, подходя к насыпи. — Ну? Или ждешь, пока тебе в спину закончат заклинание?

Этого Аня не хотела, но и слезть не могла от накатившей паники. В итоге кое-как перебралась на шаг вправо, развернулась и сползла по сравнительно пологому месту. Совсем позорно скатиться ей не дал Даня, которого разморозили в последний момент.

Все остальные, кроме них двоих и Олега, не двигались.

Генка застыл со зверским выражением лица натурального крокодила и с руками, поднятые в незаконченном жесте, от которого у Ани и без стазиса по спине пробежал холодок. Точно с такого же расположения пальцев начиналось заклинание, которое она хотела недавно ночью показать Карине.

Кажется, та что-то говорила про проклятье?

— Ты хоть понимаешь, что пытаешься наколдовать? — хмуро спросил Олег, тоже не опуская рук и повторяя тот же жест, который делала и Карина.

— А вам откуда знать? — ощерился Генка, получивший возможность двигать лицом.

— Я — знаю. А у тебя есть очень небольшая возможность убедить меня, что это было не покушение на часть вторую сто пятой. Если у тебя родственник действительно работает в прокуратуре, то должен был рассказать о последствиях подобных выходок.

Аня вцепилась в Даню. Если верить учебнику, к общеопасным способам убийства, на который намекал Олег, относилось не так много заклинаний, и все они были смертельными.

В кармане у Дани завибрировал телефон. Он мельком глянул на экран, нахмурился и открыл сообщение полностью. Пролистал несколько фотографий и посерел. Аня тоже посмотрела и сглотнула.

— Олег Владимирович, — сдавленно позвал Даня. — Павел просит вас зайти в отдел, там ЧП.

— Почему не позвонил напрямую?

— Вы не отвечаете.

Олег покосился на смарт-часы на запястье, не включившиеся от движения, и выругался.

— Что там случилось? Сам пролистай, не видишь, руки заняты, — велел он, когда Даня повернул к нему телефон.

Вид на мраморный карьер, растерзанный труп и нарисованный кровью квадрат его не вдохновили. Олег резко схлопнул ладони, и Генка взвыл, а как только пропал стазис, сразу прижал к груди руки с вывернутыми пальцами.

Студенты ожили, но в зале стояла неестественная могильная тишина. Такая демонстрация оказалась куда внушительнее и страшнее обычных пут и «червячка» перед партами. А Аня думала только об одном: хорошо, что той ночью Карина все-таки остановилась и решила сначала разобраться.

— У тебя был шанс рассказать самостоятельно и без протокола. Значит, теперь пообщаемся в отделе в рамках доследственной проверки. И не вой, пальцы не сломаны, только выбиты суставы, — поморщился Олег и объяснил, обращаясь к остальным. — Обычный порядок действий при задержании опасных магов. Правда, в других случаях все-таки рекомендуется ломать.

***

Труп на рассвете нашла пара влюбленных, приехавших вместе с фотографом на заброшенный карьер ради романтичной фотосессии. В полицию сообщили сразу, а следователь из сузунского отдела, глянув на кровавый квадрат с надписью на старорусском в одном из углов, позвонил Павлу.

— Старорусский сейчас используют только в темных ритуалах, — сказал Матвей Борисович, рассматривая на ноутбуке открытую фотографию. — На труп надо смотреть ближе. Но одному Павлу ехать опасно, это не рядовое происшествие. Олег, мы с тобой присоединимся. Сашенька, я понимаю, что ты официально выходишь только в понедельник, но останься в отделе.

— Заодно займись студентом, — вставил Олег. — Ему сейчас больно, еще и перетрусил, ничего не выкинет, зато может что-то сказать.

Генку заперли в пустом экранированном кабинете. Насколько знала Аня, обычным отделам Следственного комитета допросные комнаты не полагались, но так к ним и агрессивные маги не попадали, которые могли бы навредить следователям или даже зданию.

— И Гнедкову сообщи, — слова Матвея Борисовича вызвали у собравшихся коллективный вздох. — Надо, бойцы, надо, это наш студент. Стажеры…

О том, брать ли их с собой, спорили минут десять, но так ни к чему и не пришли. Даня молчал, но чувствовалось, что горел энтузиазмом, а Аня сомневалась, что хочет снова влезать в во всех смыслах темные дела. С другой стороны, это была хорошая возможность набраться опыта, практически ничем не рискуя — вся ответственность будет на следователях, за их безопасность в том числе.

— Да пусть едут, — махнул рукой Павел. — Их поколение и так сплошь нежные тепличные цветочки, а нам нужны стойкие кадры. К тому же у Анюты талант к светлым заклинаниям, даже без опыта может пригодиться. А теперь дайте полчаса, мне надо собраться с мыслями в тишине, раз выезд опять по темным.

Совещание проходило в его кабинете, и Олег первым ушел к себе, жестом позвав за собой стажеров. Стоять у него над душой Аня постеснялась, и они с Даней остались в коридоре, сев прямо на пол напротив его двери.

В кабинет к Олегу решительно зашла Александра и закрыла дверь, но не до конца, так что разговор все равно было слышно, тем более, что они и не пытались говорить тихо.

— У тебя под дверью сидит девочка, на которую напал одногруппник. Прояви хоть немного участия.

— Взрослая совершеннолетняя девица. Какого участия ты хочешь? Я не нянька, а у нее есть приятель, пусть утешает.

Даня, и без того сжимавший ее руку, сделал вид, что не слышал.

— Ты же наставник.

— Этот геморрой навязали Карине в мое отсутствие и без учета моего мнения. Если хочет, она может играть в заботу сколько угодно.

— Зная папу, ее тоже никто не спрашивал. Ты же ведь не спихнешь проблему на нее одну?

Ответа не последовало. Судя по звукам, Олег сбрасывал раздражение от задушевной беседы, перекладывая на столе с места на место толстые папки.

— У тебя все хорошо?

— Прекрасно.

— Олежек, лучше меня тебя знает всего один человек. А я вижу, что ты страдаешь, еще и сегодня наверняка не спал. И не из-за своих легендарных похождений.

— Саша, как, по-твоему, я еще должен был организовать студентам тест, а еще согласовать все с твоим отцом, за одну ночь? Хорошо, что Вячеслав помог, но, между прочим, за мой личный счет. А потом еще проследить за безопасностью, чтобы они реально не убились. А остальное, при всей к тебе любви, не твое дело.

— Ладно, я поговорю с Кариной, чтобы она тебя вразумила. Ей точно не все равно на твое состояние.

— Ей точно все равно. Хватит, а? Позвони лучше Чайкам, мы все равно должны уведомить инквов о происшествии в институте.

— Разве не новосибирским?

— Пусть Чайки сообщат, они хотя бы адекватные, а не унылые старые деды. Дай собраться.

Вышел Олег минут через десять — с двумя мотоциклетными шлемами в руках и плотной пластиковой папкой под мышкой. Кое-как провернул ключ в замке, сунул его в карман, а папку Ане.

— Краткий инструктаж обоим. Под ногами не путаетесь, всегда стоите рядом, если не велено иного. Делаете, что говорят, в сомнительные чертежи пальцы не суете, чтобы не оторвало руку. Кто из вас заполняет протокол, решите сами.

Павел уже ждал их на парковке, пытаясь разгрести бардак на заднем сидении. Если ничего не поменялось со вторника, а это вряд ли, то его на половину занимали какие-то мешки и канистры, частью зафиксированные между спинкой переднего кресла и сиденьем заднего, частью сваленные сверху. Аня тогда еле втиснулась.-

— Ты про багажник слышал? — скептически спросил Олег.

— Я там моровняка из Мошкова перевозил, до сих пор не помыл. Почему-то ни одна мойка не берется оттирать, так что придется поколдовать в отпуске.

— Ты вроде говорил, у Даниила есть права? — он вручил Павлу второй шлем. — Пусть едет с Матвеем Борисовичем и Кущиной, там встретимся. Куда ехать, я знаю.

— Ну, вариант, — согласился Павел, перекидывая ключи брату. — Не лихачь только, а то продам в рабство для отработки штрафов.

— Олег Владимирович хоть нормально ездит? — проворчал Даня, когда мотоцикл скрылся из вида. — Брат у меня так-то один.

— Не переживай, — с усмешкой успокоил его Матвей Борисович. — Он очень аккуратный водитель.

— Ага, точно, — не поверил Даня, но развивать тему не стал, включил навигатор и завел машину.

Глава 13

Новосибирск, 2025 год, май

Тело лежало на мраморном блоке, и чтобы добраться до него, пришлось спуститься на несколько ярусов. После фотографий смотреть вблизи Ане не хотелось, но признаться в том, что ее мутит от одной мысли, было бы малодушие и непрофессионализмом. И очень неудачно с учетом неприязненного настроя Олега к стажерам.

Правда, своего отношения он никак не показывал, и если бы не подслушанный разговор с Александрой, догадаться было бы сложно.

Настраивалась на первый осмотр места преступления Аня всю дорогу, бездумно глядя в окно на проносящиеся черные поля и не слушая дежурный разговор Дани и Матвея Борисовича. И все равно оказалась не готова к тому, что после ночного дождя камень будет скользить, скопившаяся за годы, которые карьер стоял заброшенным, грязь изгваздает до колена, а от выпотрошенного тела будет вонять. Фотография хотя бы не передавала запах.

К жертве спускались все вместе, Олег с Павлом быстрее и легче, Даня помогал ей и Матвею Борисовичу. Там их уже ждал оперативник из сузунского отдела полиции, который ничем не мог помочь, только не пускать людей — в том числе, коллег-не магов — к месту предположительного ритуала.

— Новосибирская парочка приехала на фотосессию, спускались с противоположной стороны. Если бы фотограф не предложила обойти по периметру для поиска лучшего места, ничего бы не обнаружили за этой растительностью, — доложил оперативник и качнул тонкую березку, проросшую на мраморе. — Они еще здесь, девушка в истерике, правда.

Аня переборола себя и подошла поближе. Во втором семестре третьего курса Яна Денисовна прочитала им курс судебной медицины с учетом магической специфики, завершением которого стало посещение Бюро судмедэкспертизы и вскрытие трупа. Студентов, конечно, приглашали зрителями, но особо желающим — например, Дане — доверяли переложить на весы печень или мозг.

Тогда она честно выдержала, хотя некоторым девушкам со снисхождением позволили выйти наружу через дверь морга. В этом было свое изощренное издевательство, потому что спускались они коротким путем со второго этажа, а чтобы добраться до двери первого, надо было пройти через коридор, заставленный тележками с трупами.

Но там был хотя бы совсем незнакомый человек, а этого Аня не то, чтобы знала, но видела.

— Олег, — тихо позвала она, когда ее перестало тянуть к редким кустикам опустошить желудок, а он вернулся к телу. — Мы вчера рассказывали про ролевиков. Это один из них, мастер называл его Тоха или Тотошка.

— Значит, как только вернется Карина, сразу едем к ним. С такими поворотами сюжета в одиночку опасно, тем более вам, — строго сказал Олег и повернулся к остальным. — Пашка, бери стажера и опроси парня. Я с Кущиной пойду к девушке. Предпочел бы Сашку… Александру Матвеевну, но за неимением лучшего. Анна отлично зарекомендовала себя как усмиритель истерик на примере младшей Бессмертной, — в его голосе послышался намек на сарказм, но Аня так и не поняла, не показалось ли ей. — Матвей Борисович, дождитесь Лунину, пусть выскажет свое мнение. Если кто подойдет к квадрату, прикопаю сам.

— Слушаюсь, — с невеселой усмешкой отчеканил Матвей Борисович, и Олег, удивительное дело, смутился.

— Простите, привычка.

— Ничего-ничего, работай.

Свидетельница стояла чуть в стороне, сжавшись под просторным бомбером своего парня, и Ане сразу стало ее жалко. Одетая в легкий сарафан и босоножки, со сложной накрученной укладкой на голове, девушка не рассчитывала, что вместо романтичной истории попадет в триллер. Макияж размазался по заплаканному лицу, а край сиреневого шарфика сполз и опустился в лужу.

— Олег, вы не могли бы… э-э… подождать в сторонке? — со всей дипломатичностью спросила Аня.

— Зачем? Мне надо опросить свидетельницу.

— Пожалуйста, — с отчаянной мольбой попросила она, опасаясь сказать недружелюбному руководству, что его недружелюбный же вид не поможет с девушкой на грани истерики.

— Протокол, — Олег постучал пальцем по папке, которую она прижимала к груди, прежде, чем отойти. — Специфика нашей работы не освобождает от процессуальных обязанностей.

Аня кивнула, хотя уверенности не было. К девушке в таком состоянии нужен человеческий подход, а не следовательский.

— Привет, — она подошла к свидетельнице и ободряюще улыбнулась, стараясь, чтобы не вышло слишком радостно. — Меня Аня зовут, а тебя?

— Тан… Тат-тьяна Об… Об… — девушка захлебнулась всхлипом и судорожно вздохнула.

— Таня, хорошо. Может, сядем? — Аня оглянулась, но все мраморные ступени выглядели холодными и грязными, самое то, чтобы сидеть. Пришлось пожертвовать на подстилку олимпийку. Утренний тест пришелся кстати, пачкать новую и хорошую одежду задушила бы жаба. — Ты же не из Сузуна, да?

— Из Н-новосибирска, — сглотнула Таня, присаживаясь. — Живу на Ипп-п-по…

— На Ипподромской магистрали?

Она только кивнула, больше не рискуя штурмовать сложные слова.

— У тебя очень красивое платье, — искренне похвалила Аня, уводя разговор в сторону. Если задавать формальные вопросы, свидетельница все время будет возвращаться мыслями к трупу и говорить не сможет. — Дорогое? Я как-то похожее видела в витрине, но даже заходить не стала, хотя выглядит же классно! Но денег столько нет.

— Не очень, — Таня вздохнула, легко переключаясь на другую тему. — Мне мама сшила, она очень хорошая швея.

— Повезло. У меня в семье иголкой только папа владеет — он хирург… А фотограф кто? Он парные фотосессии снимает? А то я тоже постоянно пытаюсь вытащить своего друга, но он упирается. А хороший фотограф наверняка сможет найти подход.

Непринужденная болтовня сработала — Таня несколько оживилась и хотя бы перестала шмыгать носом, увлеченно рассказывая про модную фотостудию, в которой действительно работают профессионалы. Одни из немногих, кто и хорошо снимают, и готовы ехать на другой конец области, чтобы полазить по заброшенному карьеру.

Идея фотосессии возникла не спонтанно, они с парнем уже месяц пытались найти подходящее живописное место, чтобы отметить годовщину отношений. «Сибирский Мальдивы» Таня отмела решительно и сразу, сказав, что не хочет рисковать, находясь рядом с водой, в которой полно химии. Да, красиво и эффектно, но безопасно ли? Беловский водопад показался банальным, зато в заброшенном карьере было что-то вдохновляющее.

Никто из знакомых не знал, куда и когда они поедут, а убитого она не знала и видела в первый раз.

— Не возражаешь, если я твои слова запишу? У меня начальник — зверь, ругает за все подряд, — доверительным шепотом поделилась Аня, молясь, чтобы «зверь» не услышал. — И нужно будет твое полное имя, телефон и адрес.

Почти успокоившаяся Таня — хотя бы больше не заикалась — послушно продиктовала свои данные, дождалась, когда Аня запишет ее слова в протокол, дотошно прочитала и подписала. Рука почти не дрожала.

— Неплохо, — отметил Олег, когда закончил разговаривать с фотографом, вернулся к ней и заглянул в протокол. — Толку, правда… Наш труп никто не знает, следов магии на них нет, приехали сюда случайно. Может, братцы что-то узнают, но, судя по их лицам, шансов мало.

— Чувак жертва женского коварства, — с ходу заявил Павел. — Девушке втемяшилось в голову сделать фотосессию, выгрызла весь мозг выбором места. Он уже проклял все на свете, а тут еще мертвяк.

— Проклял? — со значением переспросил Олег.

— Не вставай в стойку, это фигурально. Он не маг, на детекторе все по нулям, только фон места. Не завидую, конечно. Такая встряска всю романтику мужику отобьет на полжизни.

— Тогда пошли смотреть, что там за старославянские письмена кровью.

— А вы — прикрываете, — между делом бросил Павел как само собой разумеющееся и удивился, заметив недопонимание на лицах стажеров. — Эм… это когда…

— Стоите и смотрите по сторонам, чтобы к нам ничего не полезло. Глаз на затылке ни у кого нет, все внимание будет сосредоточено на этом рисуночке, поэтому полагаемся только на вашу реакцию. Увидите что-то — бейте, а лучше, с учетом навыков, ставьте щиты, — пояснил Олег и добавил для Павла. — У них командная работа на месте ритуалов только осенью стоит.

— Забыл, — смутился тот и почесал нос. — Это же вы в институте торчите, а я так… В общем, Дань, постарайтесь не убиться сами и не дать убить нас.

— И стойте метрах в пяти, не подходите близко. Вон у того скола.

— Такое чувство, что нас от самого интересного отодвигают, — проворчал Даня, вставая на указанную позицию.

— И опасного. У нас же нет никакого опыта, они правы. Что мы сделаем? — попыталась успокоить его Аня. Сама она не возражала против роли наблюдателя, впечатлений на день ей и так хватило, а совать голову в неизвестную магическую петлю как минимум глупо.

Даня еще повздыхал, рассказал про вселенскую несправедливость и все-таки приступил к выполнению полученного задания. Правда, с таким скучающим и незаинтересованным видом, как будто сейчас уснет, но именно он, а не внимательная Аня, заметил странное колебание воздуха.

— Мне кажется, или там какое-то искажение? — он наклонил голову сначала к одному плечу, потом к другому, глядя в центр карьера. — Точно, преломление! Как через стакан с водой.

Как Даня его разглядел, для Ани осталось загадкой. Ей пришлось несколько раз покачать головой, присесть, попытаться встать на носочки, чтобы заметить рябь воздуха.

Сравнение со стаканом ей показалось неправильным, скорее, два абсолютно прозрачных стекла, лежащих внахлест, и как раз место стыка выдает их существование.

Даня не удержался и, ловко спрыгивая с выступов, отправился вниз, но на последнем, не давая подобраться к искажению, его остановило спокойное, но веское:

— Не приближайся.

Аня не представляла, как Яна Денисовна спустилась в карьер на каблуках и в длинных брюках, умудрившись их не запачкать и при этом остаться незамеченной. Похоже, подошла с другой стороны, но, заметив их, не стала сразу подходить к трупу.

В опущенной руке она держала что-то вроде жезла или скипетра со сжимающей камень костлявой рукой, вокруг которой клубилась сероватая дымка.

— А вы знаете, что там? — Даня послушно замер, но любопытства не растерял. — И что будет, если подойду?

— Прореха в Сумрачный мир. Рискни, если хочешь порадовать окружающих еще одним телом. Только, скорее всего, это будет еще менее эстетично, чем наша прошлая жертва. Пожалей подругу.

— Сумрачный мир? — Аня тоже спустилась, чтобы в случае чего попытаться удержать Даню. Предупреждения на него не всегда действовали, даже кровавые.

— Отражение нашего мира, вобравшее пороки и грехи людей. Фактически это мир мертвецов — тех, кто при жизни причинил много зла, и тех, кто погиб жестокой и внезапной смертью.

— Я что-то такое читал в библиотеке, какие-то очень древние легенды чуть ли не тысячелетней давности. Правда, библиотекарь почему-то не дала забрать, заставила читать на месте, — вспомнил Даня и недоверчиво спросил. — Но вроде бы туда вот так попасть нельзя. Он заперт.

— Да, но любой замок можно вскрыть, — Яна Денисовна покачала головой и, чтобы не кричать, достала телефон. — Матвей Борисович, спуститесь вместе с Олегом вниз.

Прореха вызвала куда больший ажиотаж, чем труп и даже ритуальный рисунок.

— М-да, — только и сказал Матвей Борисович, обойдя искажение по первому ярусу. — Проблема.

— Надо закрывать, — с нажимом сказала Яна Денисовна. — И здесь понадобится помощь, даже у меня сил не хватит. Нужны Николай с Русланом.

— Если убеждать их будете вы, — Аня еще никогда не видела настолько отсутствующий энтузиазм.

— Я могу, — внезапно сказал Олег, единственный, кто подошел вплотную, и толкнул тоненькую березку, кое-как держащуюся за камень. — Не тайга, конечно, но какой-никакой лес… Придется сначала доломать, это не сложно, а вот после закрытия я не хочу неделю лежать пластом. У нас здесь толпа магов, так что делитесь.

— Откуда у тебя такие специфические умения? — рука Яны Денисовны с жезлом дернулась, но все-таки не поднялась.

— Служебная необходимость, — пожал плечами он. — Так что?

— Делай, — велел Матвей Борисович. — Павел! У тебя лучше всех с графическими заклинаниями.

— Ага. Кого донором назначаем? — Павел достал из поясной сумки кусок мела.

— Яну Денисовну, тебя и Матвея Борисовича, — подумав, решил Олег. Когда в его руке появился нож, Аня не заметила. — С вами еще есть шанс, а дети сразу попадают.

Даня вскинулся было, чтобы возмутиться на детей, но опытная Аня не стала повторять ошибку в кабинете и вовремя пихнула в бок. Он подавился воздухом и скривился, но, к счастью, молча.

Павел между тем чертил на земле огромный треугольник, пальцами второй руки сопровождая процесс короткими жестами. В грязи мел не оставлял следов, но линия не терялась, сразу наполняясь белым свечением. Закончив, пошел по второму кругу, перечеркивая линию короткими черточками.

Потом встал у одной из вершин и махнул остальным.

Аня ожидала, что вскрытие Сумрачного мира будет сопровождаться киношными спецэффектами и пассами, но Олег, пару минут постояв неподвижно, одним коротким движение вспорол ножом воздух от самой земли до уровня своей головы. На пространство перед ним словно наложили осколок стекла с черно-белым фильтром и клубящимся по краям туманом: тот же карьер, те же деревья, только потерявшие краски.

А еще там стоял человек. Некрасивый, осунувшийся, с резкими чертами лица, неаккуратной бородой и неприязненным взглядом. Одет при этом был как реконструктор или актер из исторического фильма — потрепанный мятый сюртук, просторная рубашка, высокие сапоги.

И кажется, он ожидал увидеть кого-то другого, а не Олега и стоявших за его спиной Яну Денисовну и Матвея Борисовича.

— А я все думал, чего Тимофей здесь отирается, — из-за его спины вышел еще один мужчина — смуглый, с хитрым взглядом и татуировками-перьями на голых руках. Аня невольно отметила, что его кожаные жилет и штаны выглядят куда современнее. — Брысь.

Человек отшатнулся и поспешил скрыться, с досадой оглянувшись на тяжелый посох с такой же костлявой рукой в навершии, что и у жезла Яны Денисовны. Если таким приложить, все мозги выбьет.

— Кто это? — спросил Олег, как у старого знакомого. — Если ждал у места ритуала…

— Темный колдун. Некоторые, правда, — мужчина одарил Яну Денисовну красноречивым взглядом. — Уверены, что безвинная жертва напрасного поклепа.

— Чьего?

— Моего, конечно же. Здравствуй, Яна, рад тебя видеть. Еще не все зеркала в доме перебила? — он добродушно усмехнулся и поудобнее оперся на посох. — Олег, Матвей, мое почтение. От меня что-то понадобилось, или решили составить компанию? Я не против, здесь довольно скучно, а из живых только Тимофей.

— Кто-то вон там, — Олег указал рукой на выступ с трупом. — Провел темный ритуал, из-за чего появилась прореха. Надо ее закрыть.

— Хотите добрый совет? Почистите сначала темные следы, чтобы не мешали.

— Потом. Мне понадобится много силы.

— Зря. Это как повесить на дверь дома отмычку, приглашая всех желающих, — мужчина оглядел тех, кто попадал в поле зрения, и недоуменно спросил. — Но светлая колдунья же не стоит в треугольнике. Или вы взяли ее для чего-то другого?

— Светлая колдунья? — Олег резко обернулся к Ане, как к единственному варианту. Ни один из мужчин не подходил в принципе, Яна Денисовна тоже не отличалась светом и добротой.

— А ты не знал? — еще больше удивился мужчина. — Это же заметно… Хотя верно, Лесьяр тоже говорил, что не чувствует ни светлых, ни темных.

— Кстати, о Лесьяре. Здесь произошло жестокое убийство, значит, ты можешь привести к нам жертву?

Он кивнул и замер, словно прислушивался. Нахмурился, крепче перехватывая посох, и поднял свободную руку. На нее сразу же сел коршун, щелкнув клювом.

— Он должен был попасть в Сумрачный мир, — настаивал Олег.

— По всем законам — да, — отрешенно ответил мужчина, и его взгляд стал рассеянным. — Но, возможно, пронес с собой остатки темного колдовства, и теперь спрятан за ним. Подожди, — попросил он, когда Олег снова поднял руку с ножом. — Колдунья, подойди сюда. Я покажу, как очистить оскверненное место.

— Нет! — громко возразила Яна Денисовна, но сойти с места ей, видимо, помешал светящийся треугольник.

— Да, — Олег нетерпеливо поморщился. — Даниил, да помоги ты ей спуститься.

С большим удовольствием Аня бы прислушалась к Яне Денисовне, потому что мужчина в прорехе выглядел до ужаса подозрительно, еще и с чего-то принял ее за светлую колдунью. Это ведь наследственный дар, как и темный, а у нее никто из родственников таким не обладал…

Нет, у бабушки была, кажется, сестра где-то в Тверской области, но она сама рассказывала, что сбежала от семьи и оборвала с ними все связи. Вряд ли они были намного добрее Яны Денисовны, которую за светлую даже при наличии воображения не принять.

Обеспокоенный Даня спустил ее вниз, но ничего не сказал, с опаской глядя на Олега. Аня легонько ущипнула друга за руку, а то на его лице слишком отчетливо считалось мнение о маньяках, которые тащат в сомнительные авантюры невинных девиц.

— Это не сложно, — заверил мужчина, выпуская тут же исчезнувший посох, и сложил освободившиеся пальцы в начало смутно знакомого жеста. — Просто повтори.

В прошлый раз за такой жест ей пришлось впервые в жизни испытать незабываемые ощущения от стазиса. Она посмотрела на Олега, но тот стоял с равнодушным видом, не собираясь вмешиваться.

Более того, еще и щит между ними и Яной Денисовной поставил, который стало заметно, когда от него отскочило какое-то заклинание.

— Не стесняйся, — поторопил ее Олег. — Если ты опасаешься какого-то подвоха, вспомни, что у светлых колдуний темные заклинание не срабатывают никогда, даже в плохом настроении или от большого отчаяния.

Аня вообще-то совсем не была уверена, что действительно светлая колдунья — раньше ей никто об этом не говорил. И это ведь должно было проявляться хоть как-то? А у магов-универсалов проклятия срабатывают, не зря же Карина так испугалась.

— Карина Евгеньевна запретила мне экспериментировать с подобным, — ухватилась она за соломинку.

— А я разрешаю. У тебя что, нет студенческой тяги наворотить дел и не понести за это наказание?

Именно этого Аня и опасалась — стать причиной проблем для других. Но сопротивляться дальше не стала. Любые ее аргументы наверняка будут также проигнорированы с такой же легкостью.

— Если ты откажешься, подчищать придется Павлу. Он это умеет, но после того, как я позаимствую у него силу, ему будет плохо. Сделай одолжение потенциальному зятю, — предложил Олег, вгоняя в краску нечестным приемом. Помочь Павлу хоть чем-то ей очень хотелось.

Пришлось подчиняться.

Пальцы дрожали, и пару раз Аня думала сделать неправильное движение и сказать, что их новый знакомый ошибся, и она совсем не светлая колдунья. Но это сквозило глупым малодушием и безответственностью, еще и Олег смотрел с таким раздражающим снисхождением, будто собирался поставить двойку, но не в ведомость, а на всю ее жизнь.

Даня может не переживать: ей никогда не нравились циничные равнодушные мужчины, и что в нем находят другие студентки, Аня совсем не понимала.

— С таким лицом только благословлять территорию, — пробормотал Олег. — Дружище, если ты что-то не так понял, боюсь, меня проклянут.

— Аня добрая девушка, ничего смертельного не пожелает, — хохотнул Павел. — Хотя две разозленные женщины рядом — это слишком, в тайге растерял все навыки? Если что, я передам Карине, как ты ее любил.

Возмущение от его слов (как вообще подумал, что она может кого-то проклясть, пусть даже не смертельно!) Аня отложила на потом и в последнем жесте сплела пальцы.

И ничего не произошло — по крайней мере, в первый момент.

Она уже разочарованно опустила руки, когда от ее ног по засыпанному землей и мраморной крошкой дну карьера поползли светящиеся нити. Но не остановились, достигнув первого яруса, а поднялись выше и выше, к самому верху, а потом сплелись в купол, накрывший весь карьер. На несколько мгновений его затопил теплый мягкий свет, обещающий покой и безопасность.

Аню переполнило восторгом, сменившимся умиротворением, будто рядом не было растерзанного трупа и зубоскалящих следователей, всего пару часов назад ее не пытался убить одногруппник, а темные следы не преследовали с пугающей настойчивостью.

Пока все пытались вернуться в реальность, Олег схватил ее за запястье, вложил в ладонь нож, которым открывал прореху, и ее же рукой вывел в воздухе замысловатую фигуру. Не успевшее до конца погаснуть сияние закрутилось вихрем и влетело в прореху, окутав мужчину.

— Насколько помню, темным колдунам от светлых заклинаний становится дурно, и в Сумрачном мире они не теряют силы. Показал бы на Тимофее, но подлец где-то скрылся, — спокойно сказал он и обратился уже прямо. — Яна, я похож на того, кого сейчас развеет пеплом?

Вряд ли бы Яна Денисовна ему ответила. Ее словно заморозили или наложили стазис и так и оставили стоять, как украшение карьера.

Олег выпустил руку, забрал нож и дальше уже сам короткими пассами начал резать воздух. Края прорехи постепенно стягивались, пока не сомкнулись и исчезли, не оставив после себя никакого искажения. А Олег, закончив, решительно стер подошвой кроссовка часть начерченной Павлом линии, освобождая «доноров».

— Повезло, что Анна так нам засветила, что и без вас хватило сил закрыть, — довольно сказал он. — Но спасибо за жертвенность ради общего дела.

А сама Аня поспешила схватиться за Даню, пока слабость не усадила ее на землю.

Глава 14

Новосибирск, 2025 год, май

— …и ты что, делал это уже не в первый раз?!

В себя Яна Денисовна пришла только возле трупа и уже минут десять препиралась с Олегом при вялом участии Матвея Борисовича, забыв о жертве. Остальные благополучно не лезли, пока не досталось и им.

— Вы нас еще в морге в наказание заприте, — наконец сказал Олег, которому явно надоел бессмысленный спор. Он совершенно не раскаивался в своем умении открыть дверцу в Сумрачный мир.

— Что? — опешила она, подавившись упреком. — С чего я должна осквернять вами чьи-то тела?

— Потому что можете. Воспользуетесь служебным положением, заманите нас с Матвеем Борисовичем под благовидным предлогом, ну и все. Неделю будем наслаждаться.

— Идиот, — презрительно процедила Яна Денисовна, но с мысли сбилась.

— Карина тоже так думает.

Аня сидела на расстоянии от них, пытаясь прийти в себя подальше от трупа. Даня изнывал от любопытства рядом, но, к счастью, ему хватило такта понять, что лучше сначала дать ей самой разобраться с внезапно открывшимися способностями.

— Если вы закончили выяснять отношения, давайте вернемся к делу, — окликнул их Павел, склонившийся над квадратом. — Предположу, что у нас тут классический компас. Весь этот старославянский, конечно, размазан, но тут определенно что-то про врата и четыре стороны света. Искитим, если что, на юге.

— Если смотреть по географии следов, то Плотниково на востоке. Вы же через Гусиный брод ехали? — мигом переключился Олег с Яны Денисовны на Аню.

— Я не знаю, — она виновато насупилась. — Я не интересовалась маршрутом.

— Вы час ехали или четыре?

— Час.

Он угукнул, и разговор подхватил Павел.

— Хорошо, но Бессмертные тоже на юге.

— У Николая в Коченево склады и бэк-офис торговой сети. Девочки там часто бывают в качестве практики в университете, — предположил Матвей Борисович. — Это запад.

— Осталось только нашего кровожадного студента вписать в север, и паззл сойдется. Только что это дает… Сделаем так. Паша, закончите здесь, потом бери Даниила, Матвея Борисовича, и дуйте к Николаю посмотреть, все ли у них в порядке, — решил Олег. — И ты куда шлем сунул? Мы с Анной в Плотниково.

— Может, я лучше к Бессмертным? — робко предложила Аня. Перспектива ехать куда-то вдвоем с Олегом ее не вдохновляла, тем более, на мотоцикле.

— Проблема в том, что в Плотниково была только ты. Нет, можешь, конечно, объяснить на словах, я поплутаю, к ночи найду нужный дом, возможно, меня даже впустят. Или позвоню Чайкам, чтобы узнать адрес. Или Карине, которая сейчас наверняка занята. Или я могу взять с собой тебя и не трепать нервы другим занятым людям.

— Я очень боюсь мотоциклов. Особенно ехать через весь город…

— Свернем на Восточный объезд. И все, кто со мной ездил, до сих пор живы, спроси сама.

Формулировка показалась странной и совсем не успокоила. Живы, да, но здоровы ли?! Но, судя по всему, на ее стороне был только Даня, готовый самоотверженно защитить ее от неприятной компании.

— Детский сад, — Олег скривился. — Если хочешь строить из себя принцессу и перебирать задачами, придется найти другую работу.

— Анют, он прав, — мягко вмешался Павел. — Не бойся, Олег очень хороший водитель.

Спорить дальше она не рискнула.

***

По дороге Ане все время казалось, что еще немного, и она свалится — совсем не чувствовала равновесия, а закончившийся в какой-то момент асфальт, сменившийся укатанной, но все же неровной гравийкой, не добавлял уверенности. Не помогла и попытка представить, что катается на экстремальном аттракционе: она их и без того никогда не любила.

В какой-то момент Олег остановился, снял шлем и обернулся к ней.

— Во-первых, оставь всю свою страстную натуру для Даниила, а мне ребра ломать не надо, — недовольно сказал он. — Во-вторых, где именно находится тот дом? У трассы, у реки, за мостом, вы куда-то съезжали?

— Извините, — смутилась Аня. В попытке удержаться она цеплялась за него слишком сильно. — Дом рядом с кладбищем, на одной с ним стороне дороги и совсем близко. По-моему, между ними ничего другого и нет.

Олег понимающе угукнул и ничего больше уточнять не стал, даже не посмотрел в навигаторе. Судя по тому, что дальше доехал без остановок и сразу попал в нужный поворот, село он неплохо знал.

Мотоцикл вместе с обоими шлемами — от своего Аня избавилась с особым наслаждением, как будто вытащила голову из-под тяжелой подушки — оставили у дороги, Олег разве что щелкнул пальцами в разных местах, создавая простенькую, но удобную против обычных людей иллюзию отвода глаз.

Пройдя пару метров, он остановился и внимательно посмотрел на Аню, а потом бесцеремонно глубоко натянул ей на голову капюшон олимпийки, убрал под него все волосы и затянул шнурки, превращая ее в пародию на персонажа детского мультика.

— Зачем это? — Аня безропотно стерпела манипуляции, но все же стало интересно, ради чего это нужно.

— Здесь может шарахаться темный колдун. Если то, что мы наблюдали в карьере, не плод коллективной галлюцинации, тебе лучше не светить, что именно ты обладаешь такими способностями. Не зря информация о… таких одаренных засекречена.

— Почему? Это же не опасно.

— Только темным колдунам не понравится, а так да, не опасно. Ты не Хозяйка магии, убить тебя не сложнее, чем любого человека. Хотя и обычные маги могут создать себе Хранителя, если оба достаточно сильны. Будет желание, я расскажу об обряде, повторите потом с Даниилом наедине, — с такой многозначительной усмешкой предложил Олег, что Аня побоялась уточнять. Вряд ли это что-то пошлое, как он пытается намекнуть, но наверняка неприятное.

— А вы откуда знаете? Пробовали? — прозвучало подколкой, но ей и правда было интересно.

— Веди к месту, — скомандовал Олег, проигнорировав вопрос.

Дом Аня заметила издалека и уверенно пошла к нему, но Олег, уловив направление, обогнал и пошел на шаг впереди, закрыв ее собой. И движущимся щитом, если судить по мимолетному колебанию воздуха.

Навестить Катерину в этот славный день решили не только они: у забора, облокотившись на него, стояла девушка и терпеливо ждала, пока пожилая женщина спустится с крыльца и подойдет к ней. Выглядела посетительница непримечательно — бесформенное худи, кепка, солнцезащитные очки и низкий куцый хвостик бордовых волос — но отчего-то становилось не по себе, и успокаивало только присутствие более опытного Олега между ними..

— Ну, чего тебе? — недружелюбно буркнула женщина.

— Мне бы увидеть Катерину, — вежливо улыбнулась девушка. — Мы не договаривались, но она обещала, что ее можно найти здесь.

— Вы тоже из этих, что ли? Ненормальных? — недружелюбие переросло в откровенную агрессию. — Катька в город уехала, наконец-то за голову взялась.

— А не подскажете адрес? Или хотя бы телефон.

— Сама знать должна, если общаетесь. А вам чего?!

— Мы из сельской администрации, — мигом нашелся Олег на зависть Ане. Она бы так быстро не сориентировалась. — Собираем заявки, если нужна помощь соцработника.

Женщина смерила их таким взглядом, что стало понятно: не верит. Но, на удивление, не стала разоблачать, наоборот, приветственно приоткрыла калитку. А вот девушку пускать точно не собиралась, и та это поняла.

— Спасибо, попробую с ней связаться, — она кивнула, ненадолго обернулась на «представителей администрации» и пошла к трассе.

— Ну и кто вы такие на самом деле? — строго спросила женщина пару минут спустя, уперев руки в бока. — Я нашу администрацию знаю, там ни мужчин, ни зеленых девок нет, тем более, с такими городскими лицами.

— Старший следователь ОМБ СК Лесков, — Олег показал ей развернутое удостоверение и терпеливо дал изучить. — И помощница Кущина. Нам очень нужна Катерина.

— Так она правда в городе. Славку-то знаете? К нему поехала.

— А почему этой… подруге не сказали адрес?

— Потому же, почему вы корочками махать не спешили, — хмыкнула она. — Подозрительная девица. Я вообще не против, чтобы внучка водила ко мне друзей, но не этих, двинутых на колдовстве. Всегда говорила, что затянут ее во что-нибудь… судя по тому, что вы здесь — доигралась.

— Катерину никто ни в чем не обвиняет. Ее блог — невинные шалости, и я уверен, она это скоро перерастет, — заверил ее Олег. — Тем более, вы говорите, взялась за голову. Просто хотим убедиться, что она не привлекла к себе ненужного внимания. Предупреждаем возможные нарушения.

— У Славки поищите, если не передумала и не сбежала еще куда-то. Решила, что раз совершеннолетняя, может творить, что хочет, — проворчала женщина.

Больше ничего интересного она не рассказала: еще раз прошлась по увлечениям внучки, посетовала на то, что молодежь тратит время на всякую ерунду, а вот в их время… Друзей в дом запретила пускать, соответственно, никого не знала — как и того, с кем Катерина общалась.

— Тухляк. Надо будет еще и к ним ехать, — заключил Олег, когда они вернулись к мотоциклу. — Но с Кар-Ка… Кариной.

— Эта история с администрацией… — придуманная на ходу легенда не давала Ане покоя последние минут двадцать. — Думаете, ту девушку напугал бы Следственный комитет?

— Она магичка и пряталась под маскировкой, чтобы не светиться. Добропорядочные маги так не поступают. Не грузись, что не почувствовала, ты и не должна была. Тут нужен опыт и кое-какие навыки. Будем пытаться через Катерину найти в первую очередь именно ее. А бабка, кстати, врожденный интуит и непроявленная ведьма, хорошо защищает свою территорию. Без ее разрешения никто не зайдет.

— А мы? Когда ездили пугать с инквизиторами.

— Четверка обученных магов по определению сильнее любой интуитивной ворожбы. Но на людей действует.

Аня со вздохом взяла врученный ей шлем. Наверное, быть светлой колдуньей — прекрасно и почетно, но лучше бы она, как в фентези-книжках, умела телепортироваться. Не пришлось бы снова садиться на мотоцикл.

— Отвечая на твой вопрос про ритуал: да, пробовал. Случайно, правда. В семнадцать лет в детском лагере, куда мы ездили помощниками вожатых. Вообще-то это была глобальная игра про спасение принцессы от дракона для нескольких отрядов, но после финальной схватки детки решили, что будет прикольно, если рыцарь и колдунья, командующие войсками, поклянутся друг другу в вечной дружбе, верности и всем таком. Ну, мы сдуру и… — Олег усмехнулся. — Искренне и при двух десятках свидетелей. А маг — это врожденное качество, поэтому сработало.

Он не назвал имен, но спрашивать, с кем они провернули эту затею, не имело смысла. Очевидно же.

***

В отдел они вернулись часам к шести. Олег высадил ее на парковке и отправил узнавать новости, а сам принялся придирчиво осматривать мотоцикл, бережно оттирая пятнышко грязи.

Остальные вернулись на полчаса раньше и пребывали в прострации, занимаясь ерундой вроде перебрасывания бумажного шарика от стола к столу. Зато при появлении Ани Павел оживился, а Даня подскочил, пропустив шарик в щеку.

— Как все прошло? Нормально доехала? — он посмотрел на нее с тем же видом, с которым Олег только что разглядывал мотоцикл. Хорошо, что новых пятен на одежде не появилось.

— Принцесса вырвалась из лап свирепого дракона и пала в объятия прекрасного принца, — хохотнул Павел. — Где дракона-то потеряла?

— На парковке, сейчас придет. А вы как съездили? — спросила Аня, наслаждаясь уютными объятьями Дани, который явно вознамерился ее никуда больше не отпускать.

— У Бессмертных спокойно, как в склепе. После вашего визита ничего не происходило, Машка бледна и печальна, как героиня русской классики. Завтра сгоняю в Коченево, может, чего нарою. О, а вот и похититель принцесс!

— Принцесс? — задумавшийся о своем Олег не сразу сообразил, в чем дело.

— Да вот же, — Павел, широко улыбаясь, ткнул сначала в Даню, потом в Аню. — Прекрасные принц и принцесса. Принцессу ты увез на мотоцикле, как натуральный злодей.

— Надеюсь, в этой сказочке я хоть не растлевал пленницу?

— А вы растлевали? — ревниво насупился Даня.

— У нас была задорная групповушка с местной бабкой и таинственной незнакомкой, которую теперь надо бы найти и заверить в наших самых теплых чувствах, — Олег хлопнул его по плечу и доверительно сообщил. — А сколько удовольствия мне доставила принцесса, когда страстно пыталась сломать мне ребра по дороге, я промолчу. Искренне желаю тебе того же.

Аня вздохнула. Кажется, со специфическим чувством юмора в отделе оставалось только смириться. И, главное, донести до Дани, что не обязательно ершиться на каждую шутку, даже самую скабрезную.

— Леший, ты как, еще тут, или по домам? — Павел накинул ветровку и вопросительно глянул на Олега. — Уже шесть.

— Останусь, — махнул рукой тот. — Мне отпуск с понедельника не светит, так что буду ковырять это темное дело.

— Я бы помог, но, знаешь, инвентарь для рыбалки сам себя в машину не сложит…

— А мусор — не вытащит. Бери стажеров и валите домой.

***

Квартира Павла и Дани чем-то напоминала служебную, в которую Матвей Борисович поселил Аню: двухкомнатная, в большой живет старший брат, в маленькой младший. Кухня разве что побольше, а дом — новостройка с лифтом вместо «хрущевки», до которой еще не добрался красивый капитальный ремонт.

Ехать в одиночество на служебку Аня после всех дневных событий отказалась — их еще требовалось переварить, и делать это лучше с кем-то. К счастью, Павел не возражал против ее компании.

— Ужинать будете? — он сунул голову в морозилку и достал пачку пельменей. — Без деликатесов, но пельмени пожарю. А вы пока покрошите салат, в холодильнике вроде завалялся какой-то грустный огурец и помидоры.

Даня скривился — готовить он не любил даже по мелочи, но рыцарственно отказался от предложения, чтобы она все сделала сама. Правда, нож выбрал самый тупой и пилил несчастный огурец с таким видом, как будто представлял вместо него чью-то шею.

— И как вам первое серьезное дело? — Павел плеснул в шкварчащую сковородку воды из чайника, сыпанул сушеного чеснока и закрыл крышку. — Не знаю, как с Кариной, но у нас в последнее время всякая мелочь.

— У нас тоже. Сегодня получилось… познавательно. Во всех смыслах, — Аня не выдержала и отобрала скорбные останки огурца. — Я такого про себя не знала.

— Вообще я слышал, что светлые колдуны своих детей с пеленок воспитывают, ну, как и темные. Для преемственности династии и служения какой-то там миссии, типа того. Странно, что ты не в курсе, — Даня стряхнул получившуюся у него огуречную стружку в миску и в упор уставился на подругу. — Но так-то это круто. Светлые в отделе! Уверен, другие города только мечтать могут о такой удаче.

— Но я ведь ничего не умею, совсем. Кроме того, что мне показал Павел и тот дядька, — жалобно сказала Аня. — Какая от меня польза?

— Это тот еще геморрой, — согласился Павел. — Опять же, надо отдельно прикрывать, хотя бы пока, а это тратить силы.

— Олег так делал, когда мы были в Плотниково, — вспомнил она.

— Этот Олег вообще странный, — помрачнел Даня. — Шутки эти…

— Бро, не грузись, он только по свободным студенткам и исключительно по взаимному согласию и желанию. И чем плохи шутки? Мы всегда так между своими общаемся, не только Леший, — удивился Павел и почесал в затылке. — И это вы еще Карину с Санчез не видели в простой жизни, они как скажут…

— И что, без прозвищ совсем никак? Ты же для Карины ничего не придумал!

— У Лешего монополия на прозвища для нее, — развеселился он. — У кого сильно бурная фантазия, рискует получить в морду старым-добрым кулаком, без магии. А вы, считайте, прошли вступительный ценз и приняты отделом. Вы как, со сковородки поедите, или будем марать тарелки?

Глава 15

Санкт-Петербург, 2025 год, май. День назад

На Петроградку Карина добралась к половине третьего, но Стасик все равно встретил ее помятым, сонно щурящимся и в забавной пижаме с львятами, будто его только что подняли из постели и даже толком не разбудили. Гостье он не обрадовался и смотрел на нее со всей тоской мира.

— Ты уже была в управлении? — зевнул Стасик, уткнувшись в плечо.

— Попозже заеду, — отмахнулась Карина и, подпихнув его, зашла в квартиру, а то ждать приглашения можно было долго. — Я же не собираюсь местных призраков гонять.

Каждому следователю из другого региона во время командировки первым делом стоило отметиться в местном управлении магической безопасности, и обычно она не избегала визитов — не столько бюрократия, сколько практическая польза. Если иногороднему коллеге понадобится помощь, лучше знать заранее, что он успешно прибыл, отметился и занимается своими делами, чем после звонка от его начальства пытаться восстановить задание, логику действий и предполагаемый маршрут, после чего двое суток ползать по окрестным лесам только ради того, чтобы найти растерзанный труп.

Карина как-то участвовала в таких поисках. Молодой следователь из Якутии оказался слишком самонадеянным и прямо из самолета рванул по обнаруженному следу, не снисходя до отметки в управлении.

Его след оборвался в Кудряшовском бору, и тело так бы и не нашли, если бы Олег удачно не уболтал местного лесовика на помощь. Что тогда случилось, так и не удалось выяснить: какая-то нечисть выпила несчастного, превратив молодого парня в старика, утащила подальше от людей и спрятала под листвой. Не помог даже запрос в Якутск. Местное отделение ответило, что следователь занимался пропадающими людьми, ежедневников не вел, с коллегами почти не общался и имел дурную привычку оформлять документы задним числом. Что его понесло в Новосибирск, сказать не смогли.

— Вот и сходила бы сейчас, здесь недалеко.

— Уже почти три часа, хватит спать.

— Я классический питерский вампир, который не выносит светящегося шара в небе.

— Вампиров не существует, — жестко разочаровала его Карина. — По крайней мере, в России за последнюю тысячу лет никто не встречал.

Продолжить обмен любезностями им помешала еще одна колоритная личность, сунувшая лохматую русую голову в открытую дверь. Если до этого Стасик был просто заспанным и несчастным, то теперь его лицо вытянулось и отразило глубочайшее отчаяние.

— Приветик, — личность показалась полностью и была девушкой лет двадцати пяти, обвешанной бусами и браслетами из пестрых камней. На большинстве обычных людей это смотрелось бы чуждо и аляповато, но к ее хипповатому образу даже шло. К тому же камни, судя по ощущениям, были зачарованы — от них несло магией. — Ты что, еще спишь?

— Нет, — на его лбу отразилась подозрительно напряженная работа мысли, после чего Стасик просиял. — Валя, а не хочешь устроить гостье города культурную программу? А я пока досплю… в смысле, покопаюсь с твоим детектором. Давай его сюда, кстати.

— Так-то можно, — вытянула губы трубочкой Валя, наблюдая, как Карина достает из рюкзака тщательно завернутый детектор. — Вы же из стасовых коллег? Могу предложить сделать амулет из камней. Часика через три, правда, а то я заскочила по дороге и пока занята.

—Почему бы нет, — Карина пожала плечами. Хорошие действенные амулеты умели делать единицы, и если бы не фонящие украшения, она бы не согласилась. А так оставалась надежда, что Валя не просто домашняя мастерица, а специалист.

— Тогда давайте в шесть на Семимостье, — решила Валя и так же легко выскользнула обратно в подъезд, помахав на прощание рукой. — Стас, я еще вечерком зайду, не скучай!

Судя по его кислой мине, скучать он и не думал.

***

Питер Карина искренне любила. Если душная, суетливая Москва на нее давила, вызывая желание как можно скорее уехать, то здесь она всегда чувствовала себя в гостях у старого друга — иногда ворчливого и хмурого, порой впадающего в меланхолию, но надежного и готового выделить место на своем диване. И она прекрасно понимала тех, кто рвался сюда переехать, особенно молодых магов, ради которых открыли целых три института вместо в лучшем случае одного на регион. Когда весь город — сплошное место силы, это не удивительно.

Хотя сама Карина никогда не мечтала жить в Питере; приезжать время от времени — да, но домом для нее оставался Новосибирск, который она не променяла бы ни на один другой город, несмотря на дороги и унылую зимнюю серость большую часть года.

Питер Карина любила, питерское управление — нет.

— Карина Евгеньевна, вы прилетели еще в двенадцать часов, — с осуждением приспустила очки сотрудница отдела по учету командированных. — По регламенту вы должны были приехать сразу, чтобы отметиться. Сейчас почти пять.

— Пробки, — туманно ответила она. — И никак не могла найти в Пулково свободный каршеринг, чтобы был не сильно побитый.

По правде сказать, Карина от Стаса не сразу пошла в управу, а сперва с наслаждением прогулялась по Каменноостровскому проспекту, свернула в Александровский парк, в конце концов, соблазнившись катерком речных прогулок, поджидавшим в засаде в заводи напротив Петропавловской крепости.

— Ладно, — проворчала сотрудница. — В заявке вы писали, что нужно проверить детектор. Можете отнести его в технический отдел на пятом этаже.

— Я уже отдала его Стаси… Станиславу.

— По регламенту…

— Слушайте, у меня обратный билет на обед пятницы, а по Новосибирску носилось опасное нечто с неопределимой сигнатурой, — не выдержала Карина, не переносящая пустую бюрократию в принципе. — У меня нет времени ждать, пока Станислав доберется до управления, а технический отдел передаст ему детектор.

Командированных сегодня было немного, и бедная женщина скучала — иначе не объяснить, почему она с радостью уцепилась за возможность ввязаться в словесную перепалку с полной самоотдачей и упоением.

Оказалось, детектор надо было передать по акту, который был бы подписан и Кариной, и Стасом, и составлен в двух экземплярах. Забирать — по такому же акту, чтобы потом у Новосибирска не было претензий, мол, в Питере потеряли оборудование их сотрудника. И теперь жизненно необходимо составить оба акта и предоставить по одному экземпляру в управление. А еще заодно было бы неплохо пройти внеплановую поверку…

Из кабинета Карина вышла, как после многочасового допроса — такая же выжатая и преисполненная ненависти ко всему живому. В коридоре постояла и, не удержавшись, показала закрывшейся двери два средних пальца.

— …и ты прикинь, дело-то оказалось в какой-то огромной черной птице. У чувака буквально отлетела кукуха. А мы за этим пироманом по всему Питеру гонялись, — проходившие мимо следователи заметили ее жест и одобрительно похлопали.

Карина смутилась и пошла дальше, на лестнице столкнувшись с Соней, заглянувшей в управление по делам клиента. Пару лет после карининого выпуска Соня еще покошмарила следователей новосибирского отдела, при этом чудом умудрившись ни с кем не испортить отношения. Хотя ее переезд в Питер все приветствовали бурными овациями и коллективным вздохом облегчения.

— Что, местные не мечтают тебя куда-нибудь сплавить? — с усмешкой спросила Карина после обмена последними новостями и сплетнями, пока они добирались до машины.

— Воют, страдают, но знают, что от меня не избавиться, — гордо задрала подбородок Соня. — К тому же я не только по нашему профилю работаю, но и по общеуголовному. Денег больше, и есть возможность спустить пар, так что ОМБ еще не сильно достается. О!

У перламутрового «Лексуса» околачивался какой-то сомнительный мужик, и по его хмурой целеустремленности было заметно, что он не проходил мимо и не ошибся машиной. Карина подобралась, сложив пальцы в начале защитного заклинания, чтобы прикрыть себя и Соню. Таких типов — небритых, одетых полностью в черное, с демонстративно болтающимся поверх водолазки клыкастым кулоном — она недолюбливала, считая по определению замешанными в темных делах. Ни разу не ошиблась.

— Спокойно, это клиент, — шепнула Соня, заметив ее жест, и улыбнулась. — Здравствуйте, Олег. Случилось что-то?

— От Олегов ничего хорошего ждать не приходится, — многоопытно хмыкнула Карина. — Не буду тогда отвлекать. Если что, я запомнила, с кем ты уехала.

***

До Семимостья Карина решила прогуляться пешком, благо погода позволяла — пасмурная, но без дождя. Не так близко, но времени у нее хватало, Стасик не напоминал о себе, и оставалось надеяться, что он не уснул снова; в Новосибирске же она или ездила на машине, или носилась по оврагам, заброшкам и прочим сомнительным местам. Спокойные прогулки выдавались не так часто.

Найти Валю в толпе удалось сразу: она выделялась даже не образом, необычных людей в Питере хватало; она словно сама светилась изнутри, и даже солнце выглянуло между облаков, подсвечивая еще и ее бусы.

— Привет, — Карину она тоже сразу узнала и помахала рукой еще за пару метров. — Я рада, что ты пришла, а то некоторые считают все это шарлатанством и просто сливаются. Ничего же, что на «ты»?

— Только за.

— Супер! А то стасовские коллеги обычно серьезные ребята, вечно ходят с неприступными мордами и называют мои амулеты ерундой, — Валя ловко заняла освободившуюся скамейку и разложила на ней большой узорчатый платок, а на него поставила коробку-органайзер с камнями разных форм, цветов и размеров. — На что ты хочешь амулет? Удачу, деньги, может, любовь?

— На защиту, — не задумываясь, ответила Карина. На отсутствие удачи и денег она не жаловалась, с любовью и без того все было сложно, а лишний защитный амулет в их деле не помешает.

Возможно, тогда ей станет спокойнее, когда Олег оказывается далеко. И внутри до сих пор все холодело от воспоминания, как она пыталась привести его в сознание после встречи с болотницей. Испытанный тогда ужас от вида бездыханного тела так и не удалось изгнать.

Валя кивнула и, собрав камни из нескольких ячеек, закинула их в бархатный мешочек. Потом достала еще один, с некоторым сомнением заглянула в него и вытряхнула содержимое в первый, после чего протянула тот Карине.

— Амулет для себя или кого-то?

— Кого-то.

— Тогда подумай об этом человеке и вытяни один камень.

Карина сразу представила Олега. Дурного раздолбая, привыкшего считать, что единственный знает, как для других будет лучше, но при этом верного и готового за своих в пыль стереть любого врага. Как он улыбается, как любит влетать на мотоцикле на территорию института, как бездумно рискует и закрывает собой от опасности.

Пальцы ухватили странный камень, гладкий с одной стороны и угловатый с другой. Он казался цельным, но на свету он распался на два отдельных — круглый коричневый с черными точками и мутный голубой кристалл.

— Аквамарин и яшма? — озадаченно пробормотала Валя. — Еще и слиплись… гм. Положи их на ладонь и накрой ее второй. Не вплотную, а так, сантиметров на десять выше. Ага, типа такого.

Дождавшись, когда Карина правильно расположит руки, она накрыла их своими, и через них сразу же потекла сила. Камни поднялись в воздух и вопреки всем законам природы начали плавиться и менять форму, превращаясь в один.

— Продолжай думать о человеке, — посоветовала Валя. — Чем эмоциональней, тем лучше. Вспомни какой-нибудь яркий момент.

Иногда Карина думала, что Олег только и занят тем, что ее доводит, и опасалась, что не сможет вспомнить, когда ей было хорошо рядом с ним, но ошиблась. Ежедневная рутина и напряженная служба почти затмили все светлое в их жизни, начиная со школы.

Как они упросили мамину подругу-директора детского лагеря взять их на все лето помощниками вожатых. Ехать в отрядах им было уже скучно, а в вожатые брали только с восемнадцати лет, зато выполнять мелкие поручения — почему бы и нет? Еще и с лагерем повезло, он славился творческим подходом, и три смены превратились в одну большую игру и испытание для креатива и детей, и вожатых с помощниками. Взять хотя бы тот квест с драконами и принцессами…

Или как на ее тридцатилетие ей не хотелось ничего, ни празднования, ни поздравлений, ни людей вокруг, только лечь и сдохнуть от усталости после двух суточных дежурств подряд и завершенного тяжелого дела, до которого ко всему прочему докопался старший прокурор. Олег решил, что оставлять такое событие совсем без праздника неправильно, загрузил ее вместе с рюкзаком еды в такси и увез на берег Оби. Там они всю ночь просидели вдвоем у костра, глядя на черную реку и соревнуясь, кто больше комаров собьет заклинанием. Карина тогда впервые за месяц заснула без тревожных мыслей, просто отключилась у него на плече.

Или как она валялась с температурой в своей однушке на Родниках, а Олег взял неделю за свой счет и делал все от похода до аптеки и магазина до кормления едва ли не с ложечки. Тогда выяснилось, что он неплохо умеет готовить стандартный набор вроде куриного супа и котлет с пюре, а морсы лучше него не варил вообще никто. И спал тогда на полу, потому что в квартире имелся только один старый диван, и подрывался на каждое движение, чтобы узнать, не надо ли чего.

Или…

Валя резко отдернула руки, и на каринину ладонь упал камень, сплавленный из двух. Точнее, выточенный из камня узел.

— Это ты для мужа, что ли? — почесала затылок Валя.

— Я не замужем.

— Для брата? — с сомнением спросила она. — Нет, я не осуждаю, дело семейное, конечно…

— Да нет у меня никакого брата, — с досадой сказала Карина, которая никак не могла догнать намеки. — Причем тут вообще муж или брат? Для друга это.

— Потому что узел получается, когда люди связаны какими-то обетами. Обычно — брачными клятвами, но и в семьях встречаются разные традиции, — терпеливо пояснила Валя, хотя посматривала на получившийся амулет с неприкрытым любопытством. — Вы что, в чем-то друг другу клялись?

— Из такого мы только присягу приносили, когда поступали на службу.

Вообще-то даже две, одну общую для всех сотрудников Следственного комитета и отдельную — в ОМБ про защиту населения от магических угроз и соблюдение равновесия сил природы и человека.

— Вряд ли вы так преисполнились патриотизмом, что через него разожгли в себе какие-то чувства друг к другу, — покачала головой Валя и почему-то с осторожностью потрогала пальцем узел, тут же его отдернув. — А вообще ты сильна. Мне он теперь даже не отзывается, хотя я с камнями давно подружилась. Мощный амулет, и моей заслуги в этом не много.

— И что дальше? — Карина повертела в руках каменный узел. Сама она не чувствовала исходящей от него силы, хотя внутри отчего-то была уверенность, что не подведет. С голыми руками выходить против темного колдуна, конечно, все еще не стоит, но от шального заклинания поможет.

— Повесь на серебряную цепочку или шнурок из кожи, и пусть твой друг носит на шее. Желательно под одеждой, чтобы никто не счел за уязвимость. И надень на него обязательно сама. И знаешь, — Валя оценивающе посмотрела на нее, порылась в расшитой бисером сумочке и протянула слегка помятую визитку. — Если не сложно, напиши потом, расскажи, работает или нет, и что из этого вышло.

— Надеюсь, что использовать его не придется, — без надежды вздохнула Карина и сфотографировала номер. Так надежней, хотя бы не потеряется среди прочих бумажек в рюкзаке.

***

О том, что расшифровал сигнатуру, Стасик написал в четверг в три часа ночи. Карина бы до утра не обратила внимания на сообщение, но он еще и перезвонил, на пятый раз все-таки разбудив и предложив зайти прямо сейчас. Хорошо, отель находился в соседнем доме. Плохо, что за пять минут до его квартиры злая спросонья Карина не успела остыть.

— Надеюсь, ты меня дернул среди ночи, чтобы сообщить, что нашел объяснение этой чертовщине? — хмуро спросила она, без спроса проходя в квартиру.

Повсюду были разложены какие-то полуразобранные приборы, по внутренностям которых невозможно было догадаться об их назначении. Одна жертва неуемного техномага даже плевалась искрами, но, к счастью, не огненными или электрическими, а магическими и для Карины в целом не опасными. И надо отдать Стасику должное: пусть его многие и считали раздолбаем, но на мебели и стенах едва заметно переливалось хорошее, надежное и очень сложное в установке защитное заклинание. Хотя бы квартиру он своими экспериментами не спалит.

— А то! — Стасик, лучась самодовольством, подошел к большому монитору на стене, оказавшемуся еще и сенсорным. Ткнул пальцем в иконку, разворачивая программу. — Смотри, вот это — сигнатура твоего «роя», — он обвел пальцем верхнюю строчку, напоминающую плотную звуковую дорожку. — Такой действительно нет ни в базе нечисти, ни в базе существ. Потому что это это не то и не другое.

— В смысле? — удивилась Карина, вспоминая, как рой носился за ней по офису Бессмертного. — Он вел себя, как нечисть.

— Заклинание. Хитровыдуманное, авторское и новое, его даже в справочниках нет, но я закину в свежее обновление. И его сигнатура при некотором старании раскладывается на две самостоятельных и вполне человеческих, — Стасик ткнул пальцем в две дорожки пониже. — Первой в базе нет, так что придется господам следователям поработать, чтобы найти. Вторая…

Карина потерла пальцами переносицу. Бред какой-то, зачем Машке устраивать погром в офисе отца? И как бы ей вообще хватило сил создать такое заклинание? Дети у Николая не бездарные, но и не сильно рвутся развивать способности для чего-то большего, чем бытовые заклинания. А в то, что Машка только притворяется глупенькой и избалованной, не верилось. На актрису она не тянула.

— Так это и не она создавала, только активировала, — ответил Стасик на заданный вслух вопрос. — Кто-то прицепил заклинание или к месту, или к самой Марии Николаевне в спящем виде, а та уже… Не обязательно злонамеренно. Мог просто сработать триггер на какое-то ее действие. Я бы на вашем месте искал того, кому это нужно, — он постучал пальцем по верхней дорожке.

Карина мрачно кивнула. И так понятно, что темного мага надо отыскать как можно скорее, и с Машкой тоже лучше еще раз поговорить. Хотя бы понять, с кем она спуталась и как так получилось.

— Кстати, я еще порылся в данных твоего датчика. У тебя там какая-то бытовая штука была с похожей двойной сигнатурой, которая с темным заклинанием. И вот самым краем я зацепил след третьей, — Стасик подвигал пальцами окна на мониторе и вывел в соседнем похожую картинку. Потом ткнул пальцем сначала в одну дорожку, потом в другую. — У вас определенно поработал один человек.

Если бы их было еще и несколько, осталось бы только утопиться в Оби. Один темный колдун — это уже ЧП, а уж если их целая банда… На все выезды пришлось бы мотаться уже не по двое, всем отделом, чтобы был шанс справиться.

— Посмотри, датчик ничего не записал примерно через четыре часа после бытовой штуки? — попросила она для большей ясности. В том, что ловушку поставил тот же человек, который воздействовал на Машку, сомнений и так не оставалось.

Стасик послушно взял детектор, воткнул в него идущий от экрана длинный провод и в несколько тычков вывел третьим окном еще одну запись. Совсем короткую, детектор лежал в машине и уловил только край заклинания, так что сигнатура получилась оборванной. Но этого должно было хватить.

— Они отличаются?

— Нет, просто это, — он обвел пальцем обрывок. — Более старый след. Маг после этого хорошо подтянул свой уровень, естественно, сигнатура тоже изменилась вслед за ним. Но если посмотреть на форму этих пиков и размер интервалов…

Объяснения Стасика Карина не поняла, но достаточно ему доверяла, чтобы поверить выводам. Конечно, в их ситуации следователю бы стоило с некоторым подозрением относиться ко всем, в том числе, коллегам, которых редко видит, но он был настолько увлечен своим делом, что его вряд ли бы могли прельстить любые предложения темных колдунов.

К тому же, насколько Карина знала, Стасику очень хорошо платили и позволяли некоторые вольности вроде работы из дома и экспериментов, а это хороший повод не смотреть на сторону. Техномаги встречались еще реже, чем толковые следователи, и за них держались всеми руками и ногами, иначе бы полетели все детекторы, базы данных по магам и сигнатурам. Катастрофа была бы равносильна утере информации по паспортам и отпечаткам пальцев.

— И у тебя никаких идей, как можно найти незарегистрированного мага?

— Почему? У меня и наработки есть, но это не портативное решение, и нужна инфраструктура в интересующем городе. Ты же представляешь, как сотовые вышки и базовые станции операторов дают покрытие мобильной связи? Тот же принцип. По сути при таком раскладе можно будет установить местоположение мага с точностью до километра, при развитии — с еще большей точностью. Но это пока теория, наше руководство ведет тяжелые переговоры с Минцифры по поводу таких станций хотя бы в миллионниках.

— И сейчас у тебя ничего нет?

— Увы. В нашем мире, конечно, технологии почти что магия, как она есть, но пока не всемогущи, — он развел руками. — Могу предложить только ходить по улицам и тыкать в людей детектором.

Жаль, хоть и ожидаемо. К тому же они и так собирались искать этого… Хранителя Хозяина леса примитивнейшим методом тыка и привлечь к этому увлекательному занятию манула, который наверняка скучал в парке. В таком раскладе, когда надо охватить весь город, если не область, уже не принципиально, один человек или два.

— Кстати, в управлении настоятельно попросили заполнить, — Карина вытащила из рюкзака слегка помятые бланки актов, выданные ей вчера. — И ты наверняка знаешь, как это делать, а я с утра отвезу.

Глава 16

Санкт-Петербург, 2025 год, май

В итоге оказалось, что акты они заполнили неверно, и пришлось снова идти до Стасика и все переделывать. Со второго раза все приняли, но пришлось подождать, пока ужасно занятая канцелярия зарегистрирует.

Остаток дня Карина бесцельно шаталась по Питеру, любуясь архитектурой. К тому же она вспомнила давний спор с местной подругой, которая была уверена, что не существует расстегаев с рыбой. Большие пироги — сколько угодно, а вот маленькие были объявлены сибирской выдумкой. Поэтому пришлось организовать импровизированный тур по пекарням, и в паре мест даже удалось найти и сфотографировать именно расстегаи именно с рыбой.

Конечно, если бы Карина знала, что Стасик разберется с детектором так быстро, взяла бы билеты домой на четверг, но решила не рисковать — летать в Питер было недешево, а если случится какой-то завал, то бросить отдел не позволит совесть. Некоторые, правда, сомневались в ее наличии у Карины, и она позволила им заблуждаться, если есть такое желание. Доказывать еще что-то дуракам…

К тому же после месячной командировки Олега и работы в одиночку она тоже заслуживала небольшой передышки и полдня спокойствия.

Впрочем, что-то в этом спокойствии было подозрительное, и Карина с трудом удерживалась от желания позвонить Резнову, и узнать, как дела, потому что Олег все равно не расколется, чтобы ее не волновать. Но она сдержалась. Даже если что-то произошло, с другого конца страны она все равно ничем не поможет, только морально поддержит, а в условиях жуткого аврала, по себе знала, это неуместно.

Так что весь вечер Карина наслаждалась жизнью нормального человека, который может себе позволить без повода заглянуть в бар крафтовой пивоварни с официантом, похожим на Геральта из «Ведьмака», а после забрести на квартирник в винном ресторанчике. И утром с чистой душой спать до упора, переваривая впечатления и не беспокоясь, что ее дернет какой-нибудь Бессмертный.

Новосибирск, 2025 год, май

В Новосибирск Карина прилетела поздним вечером в пятницу и какое-то время сидела в машине на платной парковке, прикидывая, осилит ли она заехать в отдел или нет. С одной стороны, это можно было сделать и завтра, с другой у нее уже имелся план на день, и не хотелось тратить время на лишние поездки. Выдернуть Олега из постели, и хорошо, если там не окажется еще и какой-нибудь студентки, съездить в Заельцовский парк, перепривязать манула с симпатичного пенька на зачарованный браслет и потом шататься по городу, надеясь, что призрачный кошак что-то учует.

Вот за браслетом и надо было заехать в отдел, заодно закинуть в компьютер данные от Стасика и настроить детектор. Лучше подготовить все с вечера, потому что утром настроения возиться с техникой не будет.

Олег, конечно, тоже не придет в восторг от необходимости куда-то тащиться в выходной, но иначе никак. После происшествия на трассе Карина попросту боялась наткнуться на темного колдуна одна, раз уж даже с одним только заклинанием разбирались вчетвером. Это не считая того, что Олег неплохо владел дипломатией кнута и пряника и легко находил контакт с мирными и средне агрессивными обитателями леса. В основном, правда, все же кнута, в качестве которого приспособился использовать тонкие ветки и корни.

Но суть в другом. В парке много людей, особенно в выходной день, и местные лесовики вполне могут прикрыть от их глаз, чтобы самим не пришлось тратить силы.

По пустым дорогам до отдела Карина добралась за полчаса. На темном фасаде горели два окна: одно на первом в будке ночного охранника, другое на втором, в кабинете Пашки, который должен был дежурить два дня. Своеобразная повинность для всех, кто уходил в отпуск, чтобы дать другим передохнуть перед своим отсутствием.

— Карина Евгеньевна? — удивился охранник, отвлекаясь от сериала в телефоне. — Вы чего так поздно?

— Я на минутку, документы слить на компьютер, — она похлопала себя по рюкзаку, который захватила из машины.

Их с Олегом кабинет был самым дальним, и по дороге Карина заглянула к Пашке. Тот дремал в кресле, закинув ноги на стол и закрыв лицо кепкой, и она не стала его будить. Не спать две ночи — это серьезно, пусть отдохнет, пока все спокойно.

Дверь кабинета оказалась приоткрыта, и из узкой щели в полутемный коридор падала полоска света. Вряд ли Олег забыл выключить лампу и закрыть за собой, но что он забыл ночью в отделе? Обычно пользовался случаем в свободную пятницу удрать куда-нибудь и оторваться, тем более, что случалось это не так часто.

Он сидел за столом, подперев голову рукой, со скучающим видом читал очень старую на вид книгу и на Карину даже не обратил внимания, пока она не похлопала в ладоши.

— Что за подозрительное служебное рвение в этот славный вечер?

— Ты уже прилетела? — Олег оторвался от явно увлекательного чтения и зевнул. — Изучаю древние ритуалы. В институтской библиотеке меня настоятельно попросили вернуть раритет в целости, иначе пообещали натравить Резнова, и я не рискнул выносить. Из сварливых теток МатвейБорисычу достаточно Луниной.

— Она узнала про ваше… общение с Хозяином смерти? — по его кислой физиономии догадалась Карина. — И вы еще не заперты в морге?

— Яна Денисовна милосердная и отходчивая. К тому же понимает, что ей же разгребать, если мертвецам не понравится соседство с нами.

— А вы собирались устроить некромантский ритуал? — Карина заглянула в сейф и достала литой браслет. Немного узковат, но так и задумано, чтобы не слетал с руки, а чтобы надеть, достаточно небольшого заклинания.

— Мы бы пытались выбраться всеми возможными способами. Зачем тебе «поводки» среди ночи?

Хорошо, что у Олега не было планов на вечер и, значит, на следующее утро тоже, по крайней мере, тех, которые нельзя отменить. И хорошо, что он засиделся в отделе, не надо будет с утра объяснять.

— Утром пойдем охотиться на краснокнижное животное, чтобы оно послужило на благо города.

— Без проблем, — Олег, выслушав пересказ слов Стасика, пожал плечами и тут же охнул. — Блин!

— Ты чего?

— Защемило, похоже, — сквозь зубы ответил он, растирая основание шеи.

Карина кое-как пролезла за его кресло, шлепнула ладонью по позвоночнику, чтобы выпрямился, и сжала, разминая, плечи. Мышцы были каменными и забитыми.

— Не пробовал с утра делать зарядку?

— Будто мне и так мало нагрузки, — проворчал он, расслабляясь под ее руками. — К тому же массаж от тебя намного приятнее примитивных физических упражнений… ох.

— Ага, — Карина нащупала больное место и еще раз прошлась по нему. — Это разовая акция, не привыкай. Я тебе завтра мазь привезу.

— Бессердечная ты, — Олег встал и потянулся, но тут же схватился за плечо и скривился. — Докинешь до дома? А то я так уеду до ближайшего столба.

— Ты сам назвал меня бессердечной. Кстати, — Карина достала из рюкзака мешочек, подаренный Валей, а из него серебряную цепочку. Купила, пока гуляла по Питеру, потому что дома вряд ли нашлось бы что-то подходящее, а у Олега такого тем более не водилось. — Стой и не шевелись.

Он прислонился к стене и послушно замер. Застегивать цепочку, стоя лицом к лицу, было неудобно, ноготь постоянно соскакивал с карабина, но Олег то ли не догадался отойти или повернуться, то ли вредничал. В итоге ей удалось зацепить колечко, и Карина, подергав для проверки цепочку, заправила кулон под футболку.

— И что это за бижу… — Олег осекся, и она тоже почувствовала, как ощущавшийся абсолютно нейтральным амулет наполнился силой, не похожей ни на ее, ни на валину.

Эта сила была куда могущественнее их всех и совершенно неконтролируемой, как если бы в кабинет принесли кусочек урана, но не пугала, а обещала защиту и надежное убежище от бури. Карину с Олегом окутало невидимым коконом, отсекшим их от остального мира.

Она не удержалась и коснулась амулета через футболку. Он нагрелся, но не обжигая, а согревая.

— Забористые у тебя подарочки, — пробормотал Олег и накрыл ее ладонь своей, горячей, как при высокой температуре.

Вокруг него бурлила магия, как у потерявших контроль первокурсников, но он каким-то образом умудрился ее сдерживать. И при этом сам стремительно бледнел, а зрачки расширились. Карина, мысленно обещая при встрече утопить в Карповке и Стасика, и Валю с ее талантами, собиралась простейшим, отработанным приемом погасить всплеск, но Олег перехватил ее вторую руку за запястье.

— Тебя сейчас магия сожрет, — возмутилась она.

— Я в порядке. Наоборот, хорошо, — он закрыл глаза и несколько раз глубоко вздохнул, выравнивая дыхание. — Мне как-то в Иркутске Резнов давал мощный амулет, тогда колбасило похуже. Когда такая штука и маг примерно равны по силе, возникает диссонанс, и нужно время подстроиться. Ты же не прогуливала курс зачарования предметов, сама должна помнить.

— Ты выглядишь, как труп, который сейчас разорвет, — проворчала Карина, ощущая, что ее саму начинает колотить то ли от передоза магии в воздухе, то ли от нервов.

Олег успокаивающе чмокнул ее в сжатый кулак, и почти сразу так и не разыгравшаяся буря начала стихать. Пару минут спустя он уже выглядел, как обычно, а о разбушевавшемся амулете напоминал разве что мигающий датчик, включившийся от такой концентрации.

— Я подожду на улице, — Карина вырвала обе руки, чувствуя, что ей надо остыть и прийти в себя до того, как сядет за руль, иначе и она дальше дерева не уедет. — Рюкзак мой захвати.

***

На улице легче не стало. Остро хотелось приложиться к вейпу, но он остался в служебной квартире, да и вообще стоило бы окончательно завязать с вредной привычкой.

Зачем она вообще связалась с этой Валей?! Ведь только в их отдел за последние десять лет попадала пара дел о сомнительных создателях амулетов, которые калечили людей, хорошо еще, не до смерти. И каждый раз все следователи зарекаются сами работать с такими, но нет же, ее понесло! Поверила, видимо, что Стасикова знакомая или ничего не наколдует вообще, или наколдует что-то совсем безвредное. И Олег может сколько угодно утверждать, что все в порядке, но это он себя со стороны не видел!

Карина нервно обошла машину, сообразив, что ключи тоже сунула в рюкзак, так что осталось только нарезать круги, надеясь успокоиться.

А если бы Валя оказалась злодейкой, решившей обмануть и Стасика, и его коллег? Нигилисты, противопоставляющие себя давно устоявшейся системе магической безопасности, встречались чаще, чем хотелось бы, и жизнь портили порядочно. Ладно, если просто не вставали на учет, а ведь бывали и подлянки, и ловушки! И они не бегали по улицам с дьявольским хохотом и в драной одежде, нет; на первый взгляд люди как люди, которые все радикальные предпочтения держат в голове.

Вместо того, чтобы успокоиться, она успешно накрутила себя еще больше.

И когда Олег подошел сзади, бросил рюкзак на землю и обнял ее со спины, удобно устроив ладони у нее на животе, Карина едва не заорала и сама не устроила погром во дворе. Непроизнесенное заклинание застыло на пальцах искрами.

— Ты чего? — он еще и уткнулся ей лбом в плечо, окончательно добивая хрупкое душевное равновесие.

— Поехали, — все это было, конечно, до ужаса приятно, но при одной мысли о его студентках начинало раздражать. Пусть их бы и обнимал. — Это все очень мило, но я без сил, а мне сначала надо завезти тебя потом тащиться на служебку.

Амбициозность плана она поняла уже на пути к дому Олега. Джетлаг, перелет, потраченные на Семимостье силы, еще и в отделе полтора часа проторчала... Спасибо, что после этого столбы не начали прыгать под колеса. После неслучившейся в отделе магической катастрофы очень хотелось побыть без Олега и подумать, но не попасть в аварию хотелось больше.

В итоге они обернулись друг к другу одновременно.

— Слушай... — Карина прикрыла рот рукой, давая сказать первому. — Рискну повториться, но оставайся. Я же вижу, что ты еле за руль держишься. Не хочу посреди ночи ехать на опознание твоего трупа после аварии.

— Какой ты оптимист, — она заглушила двигатель и отстегнула ремень. — Честно говоря, хотела попросить о том же.

***

— Спальня в твоём распоряжении, я только переоденусь, — Олег привычно бросил в угол уличную футболку и полез в комод. — Полотенце и майку дать? Вряд ли ты в Питер таскала весь гардероб.

Карина малодушно засмотрелась на его спину. Вся бурная рабочая биография: несколько длинных некрасивых шрамов, след от ожога — как-то нарвались на агрессивного пироманта, которого он взял на себя и в итоге пострадал сильнее — длинные следы от той болотушки... Не шрамы, просто красные полосы, которые так и не прошли, оставшись родимыми пятнами. И татуировка — загогулина из искусственного языка, который придумали сравнительно недавно и использовали для некоторых формул. У Олега загогулина обозначала какой-то талисман и лес.

Привычный, почти родной рисунок. Карина помнила, как помогала ухаживать за ожогом, или обрабатывала татуировку, а по следу от болотушки любила стукнуть со злости, напоминая про то, что самоуверенность бывает излишней.

— Ты чего? — удивился Олег, обернувшись. Она попыталась придать лицу выражение попроще, а не такое мечтательно-задумчивое, но не справилась, и о направлении мыслей он догадался практически верно. — Я не возражаю против приятного продолжения вечера, но я тоже устал. И меньше всего хотел бы тебя разочаровывать.

Это была шутка. Просто тупая шутка в фирменном стиле Олега, которыми он разбрасывался, даже не замечая этого. И, конечно, он не был виноват ни в том, как отреагировал на амулет, ни в том, что Карина накрутила себя. Но именно эти слова царапнули, сбивая тормоза, и ее понесло, пусть даже утром станет стыдно за незаслуженную несдержанность.

— Да ты, Леший, давно меня разочаровал, как только мог. Я с этим смирилась, потому что достоинства, к сожалению, у тебя тоже есть, и их даже больше, — устало буркнула она и зло бросила на кровать свою майку. Под недоуменным, перетекающим в заинтригованный, взглядом потянулась к застежкам лифчика. — Нет, я понимаю, что тоже уже не одна из твоих двадцатипятилетних нимф. Грудь вот не такая упругая, да и живот как-то выпирает, еще и рыхловат. Нет времени на полдня в зале, как ты можешь догадаться. И не ты один терпеть не можешь физические упражнения.

Карина критически посмотрела сверху вниз на собственные грудь и живот, а потом сняла джинсы и хлопнула себя ладонями по бедрам.

— И тут все как-то не так ровно, да? Но спасибо Илье, он хоть и бросил меня ради двух лет в Корее, зато всегда говорил, как ему это все нравится. А ты, человек, не умеющий отворачиваться, давно все рассмотрел, сравнил, разочаровался и занёс меня в категорию братюнь типа Пашки.

Олег смотрел на агрессивный стриптиз, замерев в неудобной позе с майкой и полотенцем в руке и сжав зубы с непередаваемым выражением лица. А Карину продолжало нести дальше, хотя она и понимала, что стоило бы остановиться, пока совсем не потеряла контроль над словами. Пусть справедливыми, но все же не до конца, и сказанными от обиды и из желания задеть.

— И вот мы упирается в две проблемы. Тебе давно надо голову пролечить после той аварии, а то твоя травма уже достала, — она ткнула его пальцем в лоб. — Разберись с тем, что у тебя здесь.

— А вторая? — все-таки выдавил он, а то уже складывалось впечатление, что разговаривала с дубом.

— После аварии ты сам отстранился от меня, но дело в том, что я любила тебя тогда, люблю сейчас и скорее всего буду любить всегда. Только тебя. Вот такой выверт психики, так что у меня мозги тоже набекрень, — запал внезапно пропал, Карина вырвала у него футболку, приготовленную для себя, и тихо закончила. — Не давай надежды, если не собираешься давать большего. Я — живой человек, и мне тоже больно.

Под душем она быстро успокоилась и проторчала почти час, злорадно представляя, как накручивает ему счетчики воды. Выходить было неловко — Олег не заслужил этой пошлой истерики, да и про ее чувства ему знать было совсем не обязательно. Теперь точно начнет загоняться, что не может ответить тем же.

Это вообще вырвалось спонтанно, Карина сама с двадцати лет не рефлексировала о своем отношении к Олегу. Зачем? И так все понятно… И впервые признаться не только ему, но и себе в первую очередь, было страшно.

Олег лежал на диване на кухне, поставив на живот ноутбук, и среагировал на открывшуюся дверь.

— Фен в комоде в верхнем ящике, — крикнул он, не вставая.

Ну еще бы у него не было фена с учетом того, что к нему регулярно заглядывают студентки! Красивые, ухоженные… И Карина решила не сушить волосы, оставшись кикиморой, все равно завтра ни в отдел, ни в институт не надо, а манул как-нибудь переживет.

Глава 17

Новосибирск, 2025 год, май

Утро настроению не помогло — соседская собака прямо за стенкой залилась лаем, и Карина еле сдержалась от проклятья в адрес хозяев. Применение подобной магии в отношении простых людей было запрещено, и хотя уволить ее не уволили бы, следователями в отделе не разбрасывались, но отправили бы в добровольно-принудительный отпуск для лечения нервов, и с прокурорами бы отношения испортила, особенно со старшим. Да и Гнедков бы стал цепляться еще больше.

Сунуть голову под подушку не помогло, мерзкий лай доносился и сквозь нее, так что Карина встала и пошла на кухню с намерением если не потеснить Олега на диване, то хотя бы попить и придумать безобидную гадость для скотины за стенкой. И речь не о собаке.

Олег спал едва ли не в обнимку с открытым ноутбуком, вышедшим из режима ожидания, стоило задеть тачпад. Карина аккуратно переставила его на стол, краем глаза зацепилась за открытую страницу ведомственного портала, посвященную амулетам, и закрыла крышку. Потом подобрала с пола плед и накинула на Олега.

Судя по всему, он полночи копался в базе и отрубился совсем недавно, иначе бы ноутбук выключился, а не ушел в ожидание. Утешало одно: кулон все еще висел на шее, выбившись из-под футболки, значит, Олег счел его безопасным даже после своих изысканий.

Кружка с водой слишком громко стукнула о столешницу, и он завозился, открыв один глаз.

— Кар-Кар, ты чего? — сонно спросил Олег, переворачиваясь на бок к ней лицом. — Решила подмешать яд в воду?

— Нет, утопиться в графине из-под фильтра, — Карина залпом выпила всю кружку, едва действительно не захлебнувшись. — Там собака лает, не могу спать.

— Долбани по стене.

— Она заткнется?

— Нет, активируется шумопоглощение. Я не мастер бытовых заклинаний, это, к тому же, сильно затратное, так что активирую при необходимости.

— Жалко, ты не сказал об этом раньше, — вздохнула Карина и собиралась идти стучать по стене, но он ее остановил.

— Поставь будильник часов на одиннадцать, а то я точно просплю. Не знаю, какие у тебя конкретно планы на день, но нам еще придется съездить к ролевикам на Фабричную.

— Зачем?

— Я тебе вечером не сказал? У нас ритуальный труп, — Олег поудобнее поправил подушку и натянул плед до подбородка. — Нашли на Шипуновском карьере в четверг. Принцесса опознала, как выходца из этой тусовки. Я посмотрел, у них как раз после обеда сборище.

— В смысле? — Карина развернулась так резко, что задела бедром угол стола, но даже не обратила внимания. — Ты мне только сейчас говоришь? И что за Принцессу ты еще выкопал?

— Толку-то, пока ты в Питере, только переживала бы… — он зевнул и явно вознамерился продолжить сон. — А Принц и Принцесса — наши стажеры, я по дороге расскажу.

— Задушу, — пообещала Карина и положила ладони ему на шею. Не сжимая, чисто так, для демонстрации намерений. — О таких вещах сообщают сразу! Особенно пока я пытаюсь отыскать темного мага, который этот ритуал наверняка и устроил! И мои нервы здесь совсем не важны.

— Угу, — согласился Олег, закрывая оба глаза. — Разбуди, как закончишь.

***

— Еще раз. Что ты хочешь найти в парке?

— Манула. Ну, воплотившегося духа городского мема, мы его отловили и привязали сюда, — Карина огляделась. Местность вроде бы была знакомой, но, если честно, в любом лесу все тропинки выглядели примерно одинаково, тем более, в совсем безлюдной части.

— Где именно вы его привязали?

— Не помню, — призналась она, прислушиваясь к ощущениям. Наверное, они все еще не дошли до места, иначе бы свое заклинание почувствовала. А кошак наверняка обижен ограничением свободы передвижения и вряд ли выйдет навстречу. — Где-то здесь.

Олег вздохнул и покорно побрел дальше, нервически подергивая пальцами в поисковых импульсах.

Они провалялись почти до полудня и теперь выглядели колоритной, стоящей друг друга парочкой, совсем не похожей на людей солидной уважаемой профессии. Лохматый, с синяками под глазами, как после гулянки, Олег откопал в шкафу огромную черную футболку и старые длинные шорты и теперь напоминал бомжа, укравшего чужую одежду.

У Карины же волосы стояли дыбом и никак не хотели укладываться, мстя за пренебрежение феном ночью. Как никогда она скучала по длинным волосам, которые можно было заплести в косу, потому что из получившегося из ее каре куцего хвостика в разные стороны торчали пряди.

И это им еще к ролевикам ехать. Те, видимо, только посмеются от такого зрелища.

Задумавшись, она не заметила, как Олег куда-то пропал, хотя свернуть с тропинки можно было разве что к деревьям. Да и тропинка с окружающим пейзажем как-то неуловимо изменились, но не успела Карина это обдумать, как провалилась в возникшую прямо под ногами яму глубиной метра три.

Хорошо, на дне ничего не оказалось, а то с шутника сталось бы порадовать ее кольями в земле. Мысли, что это развлекается Олег, даже не возникло — каким бы дураком он ни был, но настолько зло шутить не станет и точно не допустит, чтобы она себе что-нибудь повредила.

Карина выпрямилась и попыталась дотянуться до края ямы, чтобы подтянуться, но ее метра семьдесят пять оказалось недостаточно. Подпрыгнуть или опереться о какой-нибудь торчащий камень тоже не вышло, земля была рыхлой, не давала оттолкнуться и осыпалась. К тому же вся была пропитана природной магией, легко отличимой даже без детектора — было в ней что-то свежее и одновременно древнее, хтоническое — а значит, не обошлось без местных духов.

— Олег! — звук яма тоже гасила, и Карина, сомневаясь, что ее было слышно наверху, выпустила вверх столб искр. Вряд ли поможет, если им спутали дорожки и отправили по совсем разным, но вдруг…

Стенки ямы дрогнули и начали сдвигаться, осыпаясь еще быстрее и так обильно, что Карину должно было засыпать за несколько минут. А если не засыпать, то раздавить.

Она повела руками снизу вверх, создавая вокруг себя щит-купол, по которому забарабанили комья земли. Под давлением стенок он затрещал, но, к счастью, силы Карине хватало, чтобы держать достаточно долго. Олег наверняка быстро заметит недостаток людей в их маленькой группе на двоих.

А потом случилась совсем уж неожиданная подлянка — из земли показались переплетшиеся корни, обвившие руки и растянувшие их в стороны. К счастью, уже поставленному щиту это не мешало, а вот новое заклинание уже не сотворить.

— Олег! — заорала она, насколько могла. Полный идиотизм — погибнуть вот так, когда неподалеку ходит напарник, способный вытащить.

Волевым усилием Карина расслабилась и представила, как вся ее сила собирается в одном кулаке, а потом резко выплескивается наружу, как разорвавшаяся граната.

Корни разорвало сразу, освободив руки, а на месте ямы образовалась большая воронка метров пять в диаметре с пологими краями. Но не успела Карина вылезти, как ее ноги потянуло вниз — земля превратилась в подобие зыбучих песков и сейчас стремилась ее утащить.

Толстая ветка ударила под колени, и она, не удержавшись на и без того неустойчивой почве, упала на спину. Руки провалились сразу по локоть, тело тоже не отставало, Карина только и успела, что выдохнуть, создавая вокруг головы воздушный пузырь. Простенькое, но эффективное заклинание для несчастных случаев при работе на воде, для которого не требовалось жестов или слов. Правда, испытывать его под землей еще никому в голову не приходило, и насколько его хватит, она не знала. Но хотя бы рот, нос и глаза не забьются землей. Не сразу.

Ей на живот что-то болезненно приземлилось, вдавливая еще глубже, и тут же ее резко вытолкнуло на поверхность прямо в руки Олега. Манул ловко соскочил за пределы ямы, вздыбился еще больше и зашипел в сторону кустов.

— Что случилось?

Смотреть на Олега было страшновато — таким злым и одновременно напуганным Карина его не видела даже после той истории с сектой. Ей самой было не лучше: горло пережало, и она разве что смогла махнуть рукой на яму.

— Это я вижу. А подробнее?

— Понятия не имею, — Карина обмякла, повиснув на нем и чувствуя себя в безопасности. Риск шел приложением к служебному контракту, но ощущения от того, что ее кто-то пытался убить, никогда не теряли свежести и остроты. — Какие-то местные духи озверели.

— Сейчас узнаем, — пообещал Олег, посадил ее на поваленное дерево и сам опустился на корточки, приложив ладонь к траве с таким хищным видом, что местных духов стало немного жалко даже несмотря на их проказливость.

По лесу во все стороны прокатилась волна силы, и из-за тех кустов, на которые шипел манул, прямо к его ногам выкинуло двух лесовичков, судя по надетой на них человеческой одежде — мальчика и девочку. Они пытались возмущаться и сопротивляться, что-то колдовать, но их крепко прижало к земле.

Пряники закончились, остались только кнуты.

— Я жду объяснений, — так властно велел Олег, что Карина и сама испытала непреодолимую тягу выложить ему все, что знала, начиная с первого класса. Без магии явно не обошлось, пусть даже она не ощущалось.

Мальчик поднял голову и злобно прищурился, но ничего ляпнуть не успел — Олег невзначай шевельнул второй рукой, лишая голоса.

— Вторая попытка. У меня и так терпения не очень много, а после нападения на мою подругу его не осталось совсем. Не искушайте судьбу, пока я вас обоих не развеял.

Лесовики вообще-то были мирными созданиями, так сказать, младшими родственниками настоящих леших, и присматривали за лесами и парками, в которых деревьев больше пары штук. Они могли припугнуть или спутать дороги, одурачить, наложить морок, но все это было безобидно. На людей, тем более, магов, еще и со столь откровенным намерением в прямом смысле закопать заживо, они обычно не нападали.

— Не надо, — пискнула девочка, кривя личико, словно покрытое нежной корой. — Но она привела в наш лес этого, и он отравлял нашу жизнь! — она обиженно ткнула пальцем-веточкой в сторону манула, с оскорбленным видом принявшимся вылизываться.

— Это не повод нападать на людей, — заметила Карина. — Тем более, убивать. Мы в полном праве развеять обоих, как агрессивных духов.

— И это не ваш лес, — с нажимом сказал Олег, но мальчику это не понравилось.

— А чей же? — с вызовом, хоть и через силу, бросил тот, почувствовав, что голос вернулся. — Хозяина-то нет, иначе бы его не искали за каждым деревом.

— Женщина, — влезла девочка, почувствовав, что такими темпами может лишиться друга. — Молодая, красивая, сильная. Сказала, что ей нужен наш Хозяин, и что он нас уже давно бросил. И он обязательно придет, если мы… пошалим. А этот чужак нас совсем извел! Ведет себя, как в собственном доме.

— Закопать в землю — это не шалости, — отрезала Карина, доставая детектор, который таскала в наколенном кармане просторных штанов и который чудом не пострадал.

Ничего необычного детектор не показал, обычный парковый фон, к яме посторонние тоже руку не прикладывали, чистое творчество духов. А вот около лесовиков, поднеся почти вплотную, удалось зацепить едва различимый темный след, схожий с сигнатурами, которые показал Стасик.

— Подстава, — заключил Олег, глянув на экран.

— Наша, видимо, колдунья задурила им головы. Ей нужен не только Хранитель, но и сам Хозяин леса.

— Их это не оправдывает, — он наклонился почти вплотную к лежащим лесовикам и, видимо, состроил такую физиономию, что они отчетливо затрепетали. — Скажете хоть кому-то об этом происшествии, особенно колдунье, которая вас надоумила, попытаетесь напасть еще хоть на кого-то — и развеивание покажется не самым плохим и безболезненным вариантов. И вы оба теперь мои должники.

Лесовики сильнее вжались в землю, так и лежали, пока Олег не прогнал их взмахом руки.

— Какая р-р-радость, — манул довольно потянулся. — А то они вечно недовольные, ходят кругами, честному коту не дают спокойно спать…

— Что ты такого делал, что успел их достать? — удивилась Карина. — Я же тебе спокойное место выбрала и по расстоянию сильно ограничила.

— И даже не оставила никакого убежища. А мне надо где-то хотя бы спать или прятаться от дождя, пришлось обустраиваться, — кошак плюхнулся на зад и демонстративно задрал лапу.

— Ты же не деревья рубил, чтобы настолько разозлить!

— Темное заклинание сделало их раздражительными, — Олег встал и отряхнулся. — Нежданный сосед оказался триггером.

— Возвращаясь к теме, — Карина нахмурилась, вспоминая, и повернулась к нему. — Зачем ей Хозяин леса? Я помню про ритуал и силу, но и ты говорил, что без Хранителя Хозяина не убить. Тогда зачем?

— Два варианта. Или Хранителя уже убили, что маловероятно, — и все же он помрачнел. — Или она планирует найти их одновременно и принести в жертву друг за другом. Говорят, почти все Хозяева остаются людьми, у которых есть друзья, родственники, возлюбленные. Угроза близким может отключить голову и подтолкнуть к необдуманным действиям.

— Скажи Резнову, он же знает Хозяина. Пусть попросит не высовываться, пока мы ищем колдунью.

Олег невнятно угукнул, но расценить это как отказ или согласие так и не удалось.

Уговорить манула на привязку к браслету, а не парку, получилось сразу: он с энтузиазмом согласился вынюхивать темных колдунов и обитать по ночам в квартире Олега, лишь бы его увели из этого скучного места и дали побегать по улицам. Несмотря на суровый манулий облик, кошак оказался требовательным приверженцем городских удобств, а не ценителем прелестей дикой природы.

Ко всему прочему он попытался с комфортом устроиться на переднем пассажирском сиденье, но Олег с этим не согласился.

— Даже не представляю, за какую наглость тебя невзлюбили лесовики, — он поднял обвисшего манула и пересадил назад. — Брысь.

Кошак оскорбленно зашипел и развалился на сиденье с самым скорбным видом.

***

В лофт к ролевикам они приехали удачно: игроков еще не было, не считая девушки Таи. Она искренне удивилась, глянув на предъявленные удостоверения, и заверила, что владелец и организатор клуба на месте, готовит игру в подсобке, сейчас подойдет. Она очень старалась не коситься на сидящего на руках у Карины манула — заклинание привязки имело ограниченный радиус, пришлось взять с собой — но взгляд то и дело на него соскальзывал.

Таи не было минут десять, и за это время в лофт успели спуститься и устроиться на стульях новые действующие лица. Карина обернулась на шаги, хмыкнула и пихнула Олега в бок.

— Что? — он тоже повернулся, ухмыльнулся и, подойдя к стульям со спины, положил руки на спинки. — Детишки, а вы что здесь делаете? Осваиваете ролевое движение?

Стажеры переглянулись и одновременно подняли головы с честными глазами.

— Решили добыть информацию о нашем Тотошке, — понятливо сказала Карина, посвященная в подробности по дороге. — Инициатива похвальная, но стоило бы предупреждать.

— Почему? — насупился Даниил. — Мы же не собираемся нарываться и пришли во внерабочее время, в частном порядке, так сказать.

Теперь переглянулись Карина с Олегом. Он усиленно изображал преподавателя, намеренного казнить и миловать нерадивых студентов. В основном казнить.

— Вы уже нарвались на нас, — вкрадчиво сказал Олег. Карина сама не видела, но ходили слухи, что группы, у которых он вел пары, от такого его тона прятались кто в шкаф, кто под парты. Эти двое еще были молодыми и неопытными, не знали, что пора начинать бояться. — Если сейчас не ответите на вопрос, считайте, ближайшую сессию завалите. Не потому, что я настрою против вас преподавателей, просто это основы. Почему в сложившейся ситуации вы не правы, когда пошли без хотя бы одного опытного коллеги в место, в котором уже засекали темный след?

— Потому что могли наткнуться на темного колдуна или заклинание, — вздохнула Аня. — Но, честное слово, в прошлый раз здесь было безопасно!

— Зачет за знания, незачет за логику. Неделю назад в том карьере убийства тоже не было. Но ты хотя бы правильно ответила, — Олег забрал у Карины папку с чистыми бланками протоколов, которую она прижимала к груди, и вручил Дане. — Принц вообще промолчал, так что ему и протоколы допроса свидетелей в руки.

— Сегодня же выходной! — возмутился тот. — И я вообще-то стажер Павла.

— Так и мы не отдыхаем, привыкай к ненормированной работе. А Павел в отпуске и передал тебя в наше полное и безраздельное рабство.

В зал вышел рыжеволосый мужчина в простых брюках и рубашке с закатанными рукавами. Взволнованным он не выглядел, разве что слегка заинтригованным, хотя на его месте многие от слов «Следственный комитет» начинали терять голову. И, пожалуй, Карина с Олегом выглядели куда большими типичными любителями фентези, чем местный руководитель.

— Кирилл Чернов, владелец лофта и организатор «Сумрачного леса», — мужчина пожал руку Олегу, кивнул Карине и куда внимательнее вчитался в удостоверения, чем его соратница. — Тая сказала, у вас есть какие-то вопросы?

Сама девушка встала за его спиной, пытаясь изобразить телохранительницу — не иначе, как для моральной поддержки, но ее выдавала закушенная губа. Вот кому действительно было страшновато.

— В четверг на Шипуновском карьере нашли тело. Свидетели опознали его как участника вашей группы. Тоха или Тотошка.

— В смысле, тело? — кажется, Кирилл был готов к чему угодно, но не к новостям о смерти приятеля. И наверняка он предпочел бы выслушать претензии по неоплаченным налогам или противопожарным нарушениям. — То есть, совсем?..

— Совсем, — Олег открыл на смартфоне фотографию, максимально увеличил, чтобы было видно только лицо, и показал Кириллу. — Больше не покажу, там совсем гадко.

Тая тоже глянула и сглотнула. Судя по побелевшему лицу, фантазии ей хватало, чтобы дорисовать это самое «гадко».

— Мы же с ним в среду разговаривали, — пролепетала она. — Тоха же никуда не собирался, у него же работа. Как он вообще оказался на карьере? Где это вообще?

Аня заметила ее состояние и предусмотрительно подтащила ближе стул. Потом нашла в углу кулер с пластиковыми стаканчиками и протянула один, наполовину заполненный, Тае.

— Под Искитимом. Мы бы тоже очень хотели знать, что он там забыл и с кем. И как его полностью зовут?

Как выяснилось, Антон Курубуч был чуть ли не одним из основателей ролевого клуба «Сумрачный лес», талантливым и увлекающимся игроком, которого многие любили и уважали за богатую фантазию, нестандартное мышление и талантливые отыгрыши. Шутили даже, что ему бы с таким талантом в актеры пойди.

Правда, в последнее время — недели три, может, месяц — он начал вести себя странно. Совсем помешался на деньгах, особенно на клубных, хотя и сам неплохо зарабатывал, и Кирилл не жаловался на долги. Раньше никакая бухгалтерия в «Сумрачном лесу» вообще не велась, так, табличка, кто сколько сдал и на что потратили. Но Антон решил настроить систему и так рьяно за это взялся, что быстро достал и других игроков, и самого Кирилла.

— Но не настолько, чтобы его убивать, тем более, зверски, — сразу же открестился тот. — К тому же мой основной бухгалтер ведет себя гораздо хуже, я привык. Раздражало, конечно, но больше как… ну, жужжание комара. Противно, но безобидно.

— Так-то Тоха вообще щедрый парень… был, — Тая смяла пустой стаканчик и вздохнула. — Это же он и предложил заказать портрет для Эльки, мы все скинулись, но в основном он и вложился. Тирошин же дорого берет.

— А девушка, которая на нем изображена — это кто? — Карина сразу соотнесла фамилию Тирошина, ролевиков и образ мрачной незнакомки.

— Какая-то Тохина подруга, — пожал плечами Кирилл. — Ну, или приятельница. Они вроде недавно знакомы, я как-то в городе наткнулся на них. Красивая девушка, хотя без образа совсем не то.

Карина с Олегом переглянулись. Это был первый реальный след, ведущий к колдунье.

— Вы знаете, как ее зовут? Контакты, может, хоть что-то?

— Нет, — покачала головой Тая и пренебрежительно поморщилась. — Но на самом деле она странная. Тоха в последнее время увлекся оккультной ерундой, мне кажется, там и встретились. Она вся из себя такая… не от нашего мира.

— Точно, — согласился Кирилл и нахмурился, для пущего эффекта массируя пальцем лоб. — Они еще вместе вписались к каким-то ведунам, в прошлую субботу буквально к ним ездили, Тоха еще игру прогулял ради этого.

Больше они ничего полезного сказать не смогли, разве что дали контакты брата Антона, и дальше мучать их не было смысла. Олег поблагодарил за информацию и насмешливо покосился на Даниила.

— Все записал? Кирилл, Тая, нам бы еще ваши данные, продиктуйте вот, стажеру, — он кивком указал направление. — И распишитесь в протоколе.

— И как мы будем искать этих ведунов? Раз уж Курубуч ходил к ним с этой девицей, они наверняка должны знать обоих, — Карина поудобнее перехватила манула, отказавшегося шевелить лапками по полу и теперь с победоносным видом сидевшего у нее на руках, и посмотрела на Олега. Тот только пожал плечами.

— А если в интернете покопаться? — предложил Даниил. — У нас же сейчас у каждого фрика если не сайт, то какой-нибудь паблик или профиль в соцсетях.

Карина энтузиазма не разделяла, в полуторамиллионном мегаполисе хватало экстрасенсов, гадалок, тарологов и прочей нечисти, которые называли себя как угодно, и ведунами тоже. Шанс нарваться на шарлатана высок, обычному человеку задурят голову, но не тратить же время на то, чтобы каждому ткнуть в нос корочками! Так можно ничего не успеть.

— Ищите, — благословил Олег и угрожающе наставил на Даниила палец. — Можете даже обзвонить, но не больше. Всех самых перспективных покажете в понедельник.

— Я лучше Чайкам напишу, — сказала Карина, когда воодушевленные стажеры отошли подальше. — Если кто светился перед инквами, они наверняка в курсе или быстро узнают. И Луниной набери, я слышала, она такие объединения коллекционирует.

Яна Денисовна ответила, но так вежливо и деликатно попросила не беспокоить ее до понедельника, если никто не умирает, что было слышно даже за шумом проезжающего за забором поезда.

— Значит, до понедельника займемся чем-нибудь другим, — философски рассудил Олег, отбиваясь.

— Есть предложения?

— Заберем из отдела оставшиеся книги по ритуалам и темным колдунам, купим мяса, поедем в Мочище на дачу и продолжим там поиск мотива.

— Чью дачу?

— Я купил в конце марта у какого-то приятеля Бессмертного. Там даже вполне терпимый ремонт и есть какая-то мебель, — Олег смутился. — Не то, чтобы я сильно горел этой идеей, но Матвей Борисович посоветовал для восстановления душевного равновесия.

— Не я одна считаю, что у тебя беды с головой? — прошипела Карина: от неожиданности она выпустила манула, но тот падать не пожелал и вцепился в нее. Дух духом, но весил он прилично и когти отрастил острые, вполне пригодные для ритуального кровопускания.

— А я что, отрицаю? Главное, с психологами не лезьте, а терапия в виде дачи выглядит еще терпимо. Так что, поехали?

Глава 18

Новосибирск, 2026 год, май

Уже не раз впечатленная умением Олега организовывать комфортный быт, Карина настояла, чтобы они по пути заехали в гипермаркет и забили багажник не только чистой водой и продуктами, но и вещами первой необходимости вроде посуды, тряпок для уборки и одеял с подушками.

Надо отдать должное, приятель Николая не обманул, и домик оказался вполне приличным: двухэтажным, свежеокрашенным, с проведенным работающим светом и водой для полива. Заросший прошлогодней некошеной и пожухлой травой участок удачно находился на краю общества, и за забором сразу начинался лес, радуя уединением.

Из обещанной мебели в доме имелся стол, три табуретки, раскладной диван, кровать со стареньким отсыревшим матрасом и швабра. Больше внутри ничего не было.

Появление жизни на участке не прошло незамеченным: Олега тут же перехватил председатель дачного общества, щуплый бодрый старичок, и начал усердно вводить в курс дела про оплату счетов за свет и членских взносов, необходимости срочно избавиться от старой травы и обломанных веток деревьев, пока никто не пожаловался…

Карине это быстро надоело, и она, протерев пол, стряхнув с дивана пыль и застелив его новой простыней, устроилась с библиотечными книгами. Ту, про ритуалы, которую Олег читал вечером, пришлось оставить в отделе, но остальные ничуть не уступали по содержанию. Сравнительно новой, начала нулевых, монографией о природе темных колдунов Карина даже зачиталась. Ничего подобного в институтской программе не было, только самые общие сведения.

Где-то вдалеке по железной дороге пронеслась электричка, взвизгнув гудком, с соседнего участка доносилось приглушенное бормотание радио, по которому ведущий вдохновенно вещал об очередном финансовом кризисе, а под окном умиротворяюще загудел триммер. Текст перед глазами начал расплываться, и Карина попыталась взбодриться, подняв повыше подушки, на которых устроилась, но это не помогло. Постепенно книга выскользнула из рук, но, кажется, даже не упала на пол…

Проснулась она часа через полтора, почувствовав запах слегка подгорелого шашлыка.

— Доброе утро, спящая красавица, — Олег приглашающе поводил перед ее лицом тарелкой. — Вижу, книга была очень увлекательной?

— На самом деле, увлекательной, — Карина села, сонно щурясь и пытаясь сообразить, где они находятся. Спросонья мозг отказывался включаться и опознавать комнату. — Ты знал, что темные входят в силу не просто через триста лет после смерти их могущественного предка? И не обязательно именно через триста.

— Я всегда думал, что вот так просыпаются утром — и все, крутые маги, и сразу начинают причинять зло людям, — Олег устроил стол из двух табуреток, подтащенных к дивану, и выставил на них большую тарелку с мясом, бутылку «Карачинской» и стаканы. Карине вручил вилку.

— Если верить автору, — она постучала черенком вилки по обложке. — Необходимо провести обряд то ли пробуждения силы, то ли освобождения, типа такого, и для уменьшения срока тоже. Они вроде как разные, но похожи в том, что это не просто выйти в полночь на перекресток трех дорог и прочитать заклинание.

— Дай угадаю. Жертвенные?

— Автор предполагает, что да. Естественно, точно никто не знает, темные колдуны как-то не торопились давать интервью. К тому же к две тысячи пятому году последние три известные династии были уничтожены. Буйновых и Круткиных ликвидировали наши, с Верещагиными помогали Хозяева гор, рек и леса.

Олег молча жевал, пытаясь обработать информацию, и Карина не стала мешать. Монография не давала всех ответов, но уже было, над чем подумать, а шашлык пах настолько провокационно, что умственные потуги могли подождать полчасика.

— Могли остаться неучтенные родственники или дальние ветви, — он порылся в книгах и достал тонкую брошюру, в которой почти сразу нашел раздел со схематичными семейными древами. — Новые за двадцать лет не появились бы без вариантов. Тех, кто в революцию уехал в Европу, в расчет не берем. Смысл им возвращаться для убийств?

— Алена говорила, что инквы недавно находили следы в Твери, на Урале и в Поволжье.

— Тогда ставлю на кого-то из неучтенных Верещагиных, — Олег перелистнул страницу и развернул к ней разворот. — Они как раз тверские, о них известно с середины девятнадцатого века. К тому же Урал, Поволжье — это горы, Кама и Волга… А если мы с МатвейБорисычем ошибаемся, и дело не только в большой силе для ритуалов, но и в банальной мести? Там могли искать Хозяев гор и рек, которые помогли устранению.

— Тверь… — Карина побарабанила пальцами по табуретке, припоминая первый разговор со стажеркой. — Аня сказала, ее бабка оттуда сбежала в Бурятию в Перестройку.

— Она светлая колдунья, но, скорее всего, по отцу. Информация о нем засекречена, и в доступе мне отказали, так что предположу, что он тоже светлый, — огорошил Олег. — Мать официально зарегистрирована, как обычный маг.

— А бабка?

— В институтском личном деле информация только по родителям.

— С чего вдруг ты вообще интересовался? Вы же только познакомились.

— Интуиция. К тому же, не считая того, что она мне просто не нравится, вспомни поездку к Бессмертному, она очень уж просто повторила за Пашкой экзорцизм.

— Еще квартиру мне сходу благословила и похожа на темную девицу с портрета… Олег, не может быть в темном роду светлой колдуньи, как и наоборот.

— А если ветвь отказалась от родства и родовых сил? Насколько знаю, есть такие малоприятные ритуалы. В любом случае, безотносительно Принцессы, версия с Верещагиными самая перспективная. Надо запросить их полную родословную, в Питерском ОМБ она наверняка хранится. Говорят, темные индивидуалисты и такие скоты по характеру, что с ними мало кто уживается.

— Я уже представила, как ты будешь искать любовниц всех мужчин из рода и опрашивать их, — усмехнулась Карина. — Только это займет год.

— Не всех, а только урожденных Верещагиных. От пришлых мужиков толку нет, дар не через них передается. Кар-Кар, нам нужна какая-то версия, мы же не можем просто бегать по городу в надежде, что манул что-то засечет.

— У нас есть ведуны и девица с портрета, — она посмотрела на воодушевленное лицо Олега и сдалась. — Ладно, если тебе хочется заниматься любовницами, занимайся, это делу не помешает. Но учти, им сейчас в лучшем случае за пятьдесят, так что они наверняка не в твоем вкусе.

— Ты о другом подумай. Окей, найдем девицу, и что дальше?

— Идея, что она перестанет убивать, кажется тебе плохой?

— Просто подумай в перспективе, — Олег развел руками, словно пытался объять необъятное. — Даже от одного неучтенного Верещагина династия может продолжиться.

— Ты задумал стать охотником за темными колдунами? Так очень недалеко до паранойи, — Карина сыто потянулась и откинулась обратно на диван. С гораздо большим удовольствием она бы снова заснула, тем более, что обстановка располагала. Может, дача была и не худшей идеей Олега, по крайней мере, прыгать в машину и срочно уезжать не хотелось. В городе люди и лающие за стеной собаки, а здесь если соседи и пытались устроить вечеринку у мангала, то звук рассеивался и не раздражал так сильно. — Давай решать проблемы по мере поступления и выбираться из задницы последовательно, не пытаясь лезть туда добровольно.

— Ладно, — согласился Олег, но с таким лицом, будто уже собирался с шашкой наголо биться с полчищами темных колдунов. Героически и в одиночку. — Посуду завтра домой заберем, тут мыть нечем.

— Ты что делаешь? — Карина заинтригованно приподнялась на локте, когда он начал обходить комнату по периметру и рисовать пальцем на стенах символические знаки огня. Знаки вспыхивали и тут же гасли. Хорошо еще, мебели почти не было, и ничто не путалось под ногами.

— Тепловой контур. Ночью будет холодно, а печь я не рискну топить без проверки. Вдруг приятель Бессмертного любил под настроение нюхнуть угарного газа и гари, — Олег встал в центре комнаты, свел вместе руки, и вокруг действительно стало теплее. — Пойду, отнесу соседу триммер и мангал, очень просил не задерживать. За это пообещал не орать ночью пьяные песни.

Карина нехотя сползла с дивана и вышла следом — забрать из машины купленные одеяла, заодно оценила подвиг Олега по борьбе с прошлогодней травой. Участок выглядел гораздо приличнее, хотя и плешиво: кое-где просвечивала голая земля, местами остались сухие пучки высотой в полметра. Между ними была художественно накидана скошенная трава, которую еще предстояло убрать, но на покосе трудовой энтузиазм Олега закончился, и он решил оставить остальное до лучших времен.

Вопреки ожиданиям, выспаться Карине не дали.

Нет, не тот сосед, с которым договаривался Олег и у которого еще часа два просидел, вернувшись слегка нетрезвым. Тот честно сдержал слово и музыку заглушил около полуночи.

Под утро ее разбудило потустороннее завывание, доносившееся с другой стороны дома. Вроде бы негромкое, оно давило на слух, и не спасала даже прижатая к голове сверху подушка. Терпения хватило минут на пять, и Карина, перелезши через мирно спящего Олега и натянув штаны, показавшиеся в утренних сумерках слишком короткими, пошла разбираться с полуночниками.

К тому моменту, как она подошла к деревянному забору через дорогу, вой стих, но сменился заунывным горловым пением и ритмичными ударами. В щель между досок удалось увидеть огонь в каменном очаге и мужика в балахоне, который сидел прямо на траве с большим подобием бубна и издавал звуки, от которых хотелось убивать. Рядом пристроился заправленный кальян, к которому мужик иногда прикладывался.

— Эй, шаман, — Карина раздраженно попинала калитку. — Кончай выть на все общество.

— Мне однажды доходчиво объяснили, что я не шаман, а примитивный ведун, так что попрошу не путать, — флегматично ответил мужик, оказавшийся парнем лет двадцати пяти, открывая калитку. — Я что, мешаю спать местным духам?

— Ты мешаешь спать мне.

— Не представляю, как могу вам мешать, если вы не дух, — он пожал плечами. — На мои призывы люди не реагируют и их не слышат.

Выглядел этот… ведун колоритно: балахон украшали пестрые узоры непонятного происхождения и вдетые мелкие колечки, такие же колечки торчали и в тонких коротких косичках на голове. На лице он черным карандашом нарисовал нечто, стойко ассоциирующееся с древнеегипетскими фресками.

— На полном серьезе духов вызываешь, значит?

— Мастерски и с полным правом. Вот, смотрите, — он закрыл глаза, что-то прочмокал губами, и на его сложенных руках появился манул, вздыбленный и находящийся на грани паники. От неожиданности кошак, который вроде бы устроился спать в машине, даже забыл человеческую речь и только шипел. — Самый ближайший.

— Вот насчет права я бы поспорила, — Карина с приятным удивлением нашарила в кармане корочки и ткнула в лицо парню. — В ночное время запрещено проводить обряды, ритуалы, спиритические сеансы и прочее на расстоянии ближе пятисот метров от любого человеческого жилья, включая дачные дома. К тому же этот дух не горит желанием общаться.

— Что-то вы на Олега Владимировича не очень похожи, — заметил ведун, внимательно изучив удостоверением, и попытался погладить манула. Тот повел себя как истинный представитель кошачьих и впился в руку всеми когтями. — Ай!

Карина с досадой посмотрела на шорты Олега — видимо, он с вечера кинул их в одну кучу с ее штанами. Хорошо хоть, спала в футболке, иначе бы выглядела совсем сумасшедшей в одежде в два раза больше: Олег в эти выходные предпочел оверсайз, который даже на нем болтался, как на пугале.

Манул, удовлетворив жажду крови, спрыгнул на землю и принялся гнуть спину, шипя. По-хорошему, за нападение на человека его следовало бы наказать, но ведун полез сам, а кошак просто защищался. Тревожить духов ради развлечения или понтов перед соседкой тоже не поощрялось.

— Да не грузитесь, в самом деле, — пробубнил парень, посасывая поцарапанный палец. — Никого я не вызывал… ну, почти. Считайте, это был вариант медитации.

— Который мешает спать окружающим?!

— Кроме вас же никто не пришел.

Его аргумент опровергла тяжелая поступь сбоку, и парень, заметив еще одного посетителя, откровенно скис.

— И кто мне устроил побег из кошатника? — рявкнул Олег, явно проснувшийся в настроении Лешего, а не души компании. — Мне чуть руку не оторвало этим хреновым браслетом, когда кошатина вырвалась за допустимый радиус.

Выглядел он эффектно: волосы стояли дыбом, надетая задом наперед футболка колоритно болталась на ночном ветерке, а штаны… За счет более узких бедер он в них, конечно, влез, возможно, даже застегнул, но, судя по лицу, удовольствия не испытывал.

— Я не сбегал! — возмутился манул. — Меня нагло, бесцеремонно выдернул… этот!

— Он — Олег Владимирович, — доверительным шепотом сообщила Карина ведуну, ткнув пальцем в Олега. — Старший следователь, между прочим. Ты бы видел, как он строит лесовиков.

— Темных колдунов, сектантов и доморощенных шаманов тоже, — оскалился тот, тяжело глядя на парня.

— Я больше не буду? — осторожно закинул удочку ведун, но, заметив, что взгляд не поменялся, уточнил. — Больше не буду заниматься своими практиками по ночам, чтобы никого не тревожить.

— Еще раз — и я найду, за что привлечь, — мрачно пообещал Олег и, не прощаясь, пошел обратно в дом.

Карина подхватила манула, с удовлетворенной улыбкой помахала ведуну и пошла следом.

— У тебя что, своих штанов нет? — проворчал Олег в комнате, пытаясь снова раздеться, но штанины сопротивлялись и трещали. Хорошо, швы были качественными и какое-то время могли выдержать.

— А ты раскидывай больше, — огрызнулась она, прекрасно зная, что его плохое настроение надо пережить, как стихийное бедствие, но так и ее разбудили среди ночи против желания.

Он раздраженно фыркнул, завернулся в одеяло и завалился на диван, не дав даже сперва устроиться у стены. Пришлось перелазить через него, мстительно наподдав коленом.

Уснуть Карина так и не смогла. Долго ворочалась, но когда начала проваливаться в сон, ее едва не подкинуло от ощущения темного колдовства совсем рядом. На улице еще не рассвело, хотя сумерки стали жидкими и серыми, и казалось, что из углов со всех сторон наползает тьма. Скорее всего, это разыгралось воображение, Карина перевернулась на бок, чтобы убедиться, что Олег спокойно спит и не реагирует ни на что подозрительное.

Он лежал на спине и тяжело дышал, во сне пытаясь отмахнуться от чего-то невидимого, и именно вокруг него облаком собиралась темная магия, стекала на пол и сплеталась в зыбкую фигуру-тень. Темные руки легли ему на виски.

«Покажи мне, где Хранитель. Ты ведь знаешь…»

Этого шепота не было в реальности, он звучал только в их головах, и Карина его узнала — уже слышала в Плотниково и на месте аварии. Но сейчас она не интересовала появившееся создание, оно вообще ни на что не обращало внимание, только словно пыталось залезть в голову Олега.

Чем ему помочь, Карина не имела ни малейшего представления. Ее способностей не хватало, чтобы противостоять темному колдуну, но ведь не бросать же друга!

Она закрыла его собой, сама сжала его виски ладонями, пропуская через них свою силу в надежде, что она для Олега ощущается такой же родной, как и его — для нее, и поможет очнуться. И заодно шептала самое простое защитное заклинание, чувствуя, как откликается амулет на его груди.

Не открывая глаз, Олег поднял руки и начал перебирать пальцами, бормоча что-то неразборчивое. Воздух постепенно наполняла магия: чуждая, не темная и не светлая, ощущавшаяся древней и хтоничной, пришедшей из тех времен, когда Хозяева заключали между собой договор. Она словно парализовала Карину, не давая шевелиться, но и тьму теснила, разрывая на клочки.

А когда тьмы не осталось, налегла на стены, пытаясь высвободиться, и было слышно, как деревянный дом трещит под давлением. Если так продолжится, он не выдержит и раскроется, как книжка, а неведомая сил хлынет во все стороны. И хорошо, если просто развеется.

Оцепенение немного отпустило, и Карина даже смогла приподнять руки. Каждое движение приходилось едва ли не выгрызать, собственная магия казалась ничтожной и бесполезной, но эта беспомощность неожиданно не пугала, а злила, давая волю перешагнуть через препятствие.

Карина схватила ладони Олега и прижала к своим плечам. Глупо и безрассудно, сила, которая рвалась с них в пространство, едва не разрушила дом, что уж говорить про хрупкое человеческое тело. Но лучше уж так, чем устроить магический аналог ядерного взрыва — или чем еще это могло закончиться!

На мгновение Карина ощутила себя в центре урагана, который валит вековые деревья, но еще до того, как ее скрутило, все закончилось. В комнате снова остались только двое магов, и никаких больше темных фигур и хтонической силы.

Парой минут спустя наконец-то очнулся и Олег.

— Кар-Кар? — непонимающе просипел он. — Стоит только уснуть… и с тобой попытаются…

Он закашлялся, и Карина, скинув его руки, сползла с него на диван. Выглядело, конечно, двусмысленно, но с учетом того, что именно здесь устроил Олег, его шуточки совершенно неуместны.

— Ты вообще помнишь, что ты собирался снести тут все к чертовой бабушке? — прохрипела она ему в тон, словно кто-то сжимал горло.

— Мне казалось, я это делал во сне.

— О да. Именно поэтому у тебя чуть не развалился дом.

Карина переползла на другой конец дивана, затащила рюкзак и достала датчик сигнатуры. Тот сразу же уловил остаточную магию Олега, не только разрушившую темную сущность, но и стершую ее следы. Уловил — и минут на пять завис, анализируя полученные данные. Карина поглядывала на экран: не терпелось узнать, что же это все-таки было и насколько опасно.

Результат ее не обрадовал.

Если в базе находились совпадения, с компьютера можно было посмотреть полную информацию о маге: личные данные, место работы, особые достижения и таланты, область специализации. Большинство, как и Карина, считались универсалами.

В полевых условиях датчик выдавал сжатую справку, которой обычно хватало, чтобы составить общее впечатление. В конце концов, если с кем-то приходится драться прямо сейчас, совсем не важно, когда он родился и где обычно применяет способности, это могло подождать пару часов более спокойной обстановки.

Теперь же на экране высветилось краткое: «Лесков Олег Владимирович. Специализация: засекречено. Особые таланты: засекречено. Особые навыки: засекречено».

— Что это? — Карина повернула к Олегу экран.

Он мельком глянул, шумно выдохнул и закрыл глаза, не собираясь ничего объяснять.

Она выругалась, встала, натянув на этот раз свои штаны, и вместе с рюкзаком вышла на крыльцо.

— Кар-Кар, подожди, — окликнул ее Олег, не вставая.

— Сядь и жди меня здесь, — велела Карина, обернувшись от двери, и, к ее удивлению, он действительно сел. Нехотя и дергано, как киношный зомби. — И лучше не дергайся.

Конечно, она не собиралась в лучших традициях драматических фильмов прыгнуть в машину и уехать, куда глаза глядят. Это малодушно и по-детски, и всегда лучше разобраться, чем хлопнуть дверью. Ей просто требовалось пять минут на подумать и вейп, который болтался в рюкзаке.

Помимо привычной, Олег пользовался еще какой-то магией, но, похоже, редко и только в крайних случаях, когда другого выхода не было. Поднапрягшись, Карина вспомнила, как нечто похожее уловила в том лесу с болотушкой и еще вчера в Заельцовском парке, когда ее освободило из земляной ловушки.

Судя по всему, он не афишировал свои способности и не собирался о них рассказывать даже самому близкому человеку, от которого временами буквально зависела его жизнь.

Судя по всему, руководство ОМБ прекрасно обо всем осведомлен, раз на Олега в базе есть две карточки. Основную Карина видела сто раз, в ней он значился магом-универсалом, и вся информация хранилась в открытом доступе для всех пользователей системы.

Она слышала, что под гриф «секретно» попадают сведения о темных и светлых колдунах, а еще о Хозяевах магии — это из сравнительно общеизвестного. Конечно, всем подряд об этом не рассказывали, но следователям по мере необходимости — вполне.

Что же это за магия такая, которая по значимости приравнена к Хозяевам?

Карина еще раз посмотрела на карточку. Новая информация, разумеется, не открылась, зато дату добавления в базу никто не скрывал — тридцать первое июля две тысячи одиннадцатого.

Похоже, за чудесное спасение в той аварии, когда по всем законам физики их должно было размотать по асфальту, стоило благодарить Олега с внезапно прорезавшимся даром? Это многое бы объяснило. И его исчезновение тем летом, и регулярные командировки — видимо, нужны для поддержания умений, если в обычной жизни он ими не пользуется.

Она постояла еще немного, глядя на рассвет и собирая разбежавшиеся мысли. Наверное, следовало бы задаться вопросом, а что делать дальше? Но что уж тут думать-то…

В отличие от Олега, Карине повезло с семьей — родители любили и всегда поддерживали, защищая от нападок неадекватных взрослых, и с Иришкой, младшей на десять лет сестрой, повезло. Опять же, развлекающий корейцев Илья и несколько подружек вне отдела, с которыми редко получалось видеться, но они всегда радовались встрече.

Все они были прекрасны, но имели главный недостаток.

Они — не Олег.