Оазис во тьме

Глава 1. Театр

«… всё из света уйдёт во тьму,

чтобы вновь обернуться светом».

А. М. Габриэль

«28 капель корвалола»

Глава 1. Театр

Привычное возвращение домой из деловой поездки по Северо-Западному континенту приобрело сегодня необыкновенные оттенки. Обычно Роберт ужинал в ресторанном отсеке капсулы ночного экспресса и отправлялся спать в своё одноместное купе. Сегодня в сон его не клонило. Ещё бы! За соседним столиком ресторанчика, лицом к Роберту сидела женщина, невольно притягивающая взгляд молодого, заинтересованного мужчины. Всего несколько часов назад он видел её в театре, на одной сцене с великой актрисой Исидорой Небесной!

По служебной необходимости оказываясь в Спелом Яблоке – крупнейшем поселении Северо-Запада, Роберт непременно пользовался случаем и посещал спектакли местного живого театра. Знакомые удивлялись пристрастию Роберта к давно устаревшему виду искусства и посмеивались над странным увлечением тридцатитрёхлетнего мужчины. Им казалось скучным наблюдать за живыми людьми, изображавшими на сцене своих персонажей. То ли дело сетевые интерактивные шоу, где можно произвольно изменить сюжет по собственному желанию! Или спектакли искусственного театра... Туда можно было прийти, и в одиночку, и компанией, чтобы потешить себя созерцанием игры идеальных исполнителей – биороботов. Кроме того, в любой момент спектакля каждый зритель мог присоединиться к актёрам на сцене, плавно вписываясь в действие или… разрушая его по собственной воле. У лицедействующих биороботов не имелось недостатков. Внешность, голос, манеры полностью соответствовали задуманному авторами персонажу. Но Роберт или Боб, как называли его в кругу знакомых, слыл любителем редкостей, в частности театра, где на сцене играли живые люди. Роберта необъяснимо тянуло в подобные заведения. Их и осталось–то всего двенадцать во всём мире, и Бобу были хорошо известны особенности и репертуар каждого. Разумеется, чаще он смотрел спектакли в записи, дома, на экране, но хотя бы единожды побывал на представлениях во всех двенадцати живых театрах. Подобное заведение на родине Боба, в Белокаменной столице Северо-Восточного континента, регулярно предлагало ему сезонный абонемент с большой скидкой, как постоянному посетителю. Роберт не отказывался и с удовольствием пользовался предоставленными возможностями. Но более всего его тянуло в театр на Северо-Западе, где блистала Исидора Небесная.

Увидев сегодня на одной сцене с примой молодую актрису, заинтересовавшую мужчину своей внешностью и актёрским мастерством, знаток театра автоматически открыл электронную программку спектакля... Эльза Гибки – это имя не говорила ему ровным счётом ничего. Однако, чем дольше Роберт наблюдал из зрительного зала за молодой актрисой, особенно за её взаимодействием с примой, тем больше в его голове закрадывались подозрения об их родственной связи. Теперь же, в транспортной капсуле, мчавшей его в родные края, он не мог оторвать от Эльзы взгляда, хотя и понимал, что поступает невежливо.

Мысль о личном знакомстве показалась Роберту дикой, но быстро завладела его сознанием. Такой возможности могло больше не представиться, а подобное отсутствие перспектив казалось ему сейчас вопиющей несправедливостью. Роберт подозвал робота–официанта и через несколько минут подошёл к столику Эльзы с бутылкой шипучки в руке.

– Прошу прощения! – негромко произнёс он. – Позвольте мне скоротать время поездки в разговоре с Вами.

– Вы знакомитесь с девушками в транспорте? – усмехнулась актриса.

– Нет, – на секунду Роберт смутился, но быстро взял себя в руки: – Случай показался мне исключительным... Вечером я видел Вас на сцене, а теперь...

– Увы, сегодня зрителей собралось немного. Кажется, Вы сидели в третьем ряду? – Эльза пожала плечами и указала мужчине на кресло напротив себя. – Присаживайтесь, но заранее предупреждаю, что недолюбливаю навязчивые комплементы и напитки с избыточным содержанием кислорода. Они приятно дурманят сначала, но потом...

– По бокалу за знакомство, не более того, – Боб улыбнулся, с хлопком, но без пены открыл бутылку, разлил напиток по бокалам и присел на предложенное место. – Ваше имя известно мне из программки спектакля, а меня зовут Робертом.

– Вы завсегдатай театральных постановок? – поинтересовалась Эльза, едва пригубив шипучку.

– Сколько себя помню, постоянно интересуюсь живым театром, – с удовольствием поддержал тему Роберт, – но в Спелом Яблоке бываю нечасто.

– Тем не менее, моя мама успела запомнить Вас, – с хитрецой взглянула на мужчину собеседница.

– Мама? – ахнул Боб. – Вы – даже не племянница, а дочь Исидоры Небесной? Я не ошибся?! Но у Вас разные фамилии...

– Простая и давняя история... – немного смутилась Эльза. – Актрисы часто берут себе псевдонимы, но не моя мать. Напротив, псевдоним придумала себя я, чтобы не вызывать ассоциаций со знаменитой родственницей, и... Вероятно, Вы будете разочарованы, узнав, что перед Вами не начинающая актриса, а профессиональная модель.

– Модель? – растерянно переспросил Роберт. – Если речь идёт о презентациях модной одежды, косметики, украшений, то в них заняты биороботы, насколько мне известно.

– Верно, – с ироничной улыбкой женщина взглянула на собеседника и сделала ещё один крошечный глоток из бокала. – Однако для создания роботов так же требуются модели. Нет-нет, конструкторы не копируют мою внешность, а используют образ, жестикуляцию, грацию для программирования роботов-артистов, роботов-моделей и так далее.

– А псевдоним «Гибки» происходит от слова «гибкий»? – предположил Боб. – Весьма характерная для Вас деталь.

– Вы догадливы, – фыркнула Эльза. – В детстве я увлекалась гимнастикой... Кстати, моя мама в молодости так же подрабатывала моделью и, в отличие от меня, её внешность пытались копировать один в один.

– Серьёзно? – Роберт наигранно удивился, что получилось у него не слишком естественно. «Не хватало только покраснеть», – подумал он. Причина для смущения имелась. Обзаведясь индивидуальным жилищем около восьми лет тому назад, Боб приобрёл и домашнего помощника – существо искусственного происхождения, женщину с внешностью Исидоры Небесной.

– Абсолютно серьёзно, – нахмурилась его новая знакомая, – и Вы отлично знаете об этом. Не вздумайте меня дурачить, Роберт! Иначе, я пожалею, что пустила Вас за свой столик. Да и, вообще, создаётся впечатление, что через меня Вы пытаетесь поближе познакомиться со знаменитой актрисой Исидорой Небесной... Нет? А я в этом нисколько не сомневаюсь и даже готова посодействовать Вам в достижении цели... Каким образом? Мама всегда питала слабость к молодым поклонникам, но за последние годы все они куда-то поразбежались. Постарели, быть может?.. Вас она запомнила, а значит...

Боб вернулся домой раздражённым и крайне недовольным собой. Ему так и не удалось переубедить Эльзу в том, что сегодня его заинтересовала не столько её мать, сколько сама Эля. Роберт проводил понравившуюся ему женщину до дверей её жилища в престижном районе Белокаменной столицы – одного из крупнейших поселений Северо-Восточного континента. Здесь несколько ярусов жилого сектора были вырублены в скальной толще и превращены в комфортабельные квартиры с отдельными входами. К слову сказать, жилище Боба находилось всего в десяти минутах неторопливой ходьбы.

Эльза не пустила едва знакомого мужчину к себе домой, но перестала произносить колкости и вроде бы согласилась продолжить общение на определённых условиях.

– Что я могу сделать для Вас? – сдержанно поинтересовался Роберт.

– Мне бы хотелось помирить маму с бабушкой, но для этого наша великая актриса должна приехать в Белокаменную хотя бы на несколько дней, – поясняла Эля. – Ваша взаимная симпатия с Исидорой могла бы помочь в непростом и деликатном деле.

– Вы снова толкуете об отношениях между талантами и поклонниками? – разочарованно воскликнул Боб.

– Вам несложно оставить мне свои координаты? – Эльза не слушала его и гнула свою линию. – Я передам их своей маме. Завтра вечером великая Исидора Небесная сама выйдет к Вам на видеосвязь, вот увидите! Если Ваша заинтересованность в общении со мной – не пустой звук, Вы уговорите маму совершить визит в наши края. Дальше – моя забота. А как только мамочка мило пообщается с моей бабушкой и отправится восвояси, я встречусь с Вами снова, если не передумаете.

Положа руку на сердце, Роберт предпочёл бы продолжить знакомство с Эльзой без предварительных условий. Сложившаяся ситуация раздражала, выводила его из равновесия. С другой стороны, видеозвонок театральной примы, властительницы его юношеских дум будоражил воображение молодого мужчины. Попытки рационально оценить обстановку не давали оптимистического результата, настроение Боба прыгало вверх-вниз, что заметила даже его домашняя помощница.

Своего персонального биоробота Роберт называл Дорой, а в шутку – «дороправительницей». В силу запрограммированных особенностей характера и манеры поведения она не имела ничего общего со своим прообразом, кроме… внешности. «Ничего страшного. Пусть знает, что у хозяина дурное расположение духа и вздорный нрав. Разве биороботы могут обижаться?» – успокаивал себя Боб, после возвращения домой придиравшийся к помощнице по любому поводу без видимых причин. Непрошеные уколы совести вынудили его повторить свой вопрос вслух. Дора только пожала плечами, но взгляд её вспыхнувших зелёных глаз заставил Роберта усомниться в том, что его домработница – робот, а не человек. Боб поёжился и глубоко вздохнул.

Следующим вечером, как и предполагала Эльза, в его квартире зазвучал сигнал входящего видеозвонка. Чисто выбритый молодой мужчина, одетый в домашний, но изящный костюм из мягкой ткани сиреневого цвета, белоснежную сорочку, пара верхних пуговиц которой остались не застёгнутыми, был готов к вызову, но ощутимо вздрогнул. Прокашлявшись, Роберт занял место в уютном кресле и ответил на звонок.

На экране появилось узнаваемое, неизменно красивое, ухоженное лицо сорокапятилетней блондинки, не выглядевшей и на сорок лет. Облик знаменитой в театральных кругах актрисы давно был знаком Бобу в мельчайших подробностях. Изящно изогнутые, подвижные брови, прямой нос, чуть впалые щёки под высокими скулами, прекрасно очерченные, чувственные губы, эффектная родинка на левой щеке и… глаза. Эти глаза сводили поклонников с ума – большие, зелёные, с бездонными вертикальными зрачками. Они могли испепелить презрительным взглядом, могли воодушевить, могли подарить счастье... Сейчас глаза примы смотрели на мужчину с любопытством.

– Здравствуйте, прекрасная Исидора! – справляясь с волнением, произнёс он. – Вы ослепительны, как всегда!

– Здравствуйте, Роберт! Благодарю за комплементы... Моя дочь права, нам пора познакомиться ближе, – настойчивые взгляды поклонника производили на немолодую приму двоякое впечатление. Отвлекая его внимание от деталей неумолимо стареющего лица, она немного отодвинулась от видеокамеры, демонстрируя эффектное декольте изящного платья...

Несколько лет тому назад подобное общение с Исидорой Небесной привело бы молодого мужчину в состояние безумного восторга. Боб и сейчас не мог поверить, что великая актриса смотрит на него столь заинтересованно. Но перед глазами Роберта стоял образ Эльзы, и он вёл беседу с её мамой по заранее выстроенному плану. Дифирамбы привлекательной внешности и замечательному актёрскому мастерству звучали абсолютно искренне. Но, выражая восхищение от спектакля, накануне увиденного им в театре Спелого Яблока, Боб настойчиво приглашал Исидору в Белокаменную с «дружеским визитом». К его изумлению, легендарная прима не сопротивлялась идее Роберта и даже нашла несколько поводов для осуществления подобной поездки. Показалось, что обещанная молодым поклонником её таланта тёплая встреча и радушный приём окончательно убедили актрису в необходимости посещения родных мест.

Роберт ожидал, что его старания по достоинству оценит дочь Исидоры, но не тут-то было. Известие о грядущем через неделю приезде матери она восприняла с прохладным удовлетворением. «Надеюсь, Вы не слишком напрягались в разговоре с нашей великой артисткой и не заставите её скучать в родном поселении? Если не трудно, организуйте мне встречу с мамой где-нибудь на нейтральной территории», – попросила Эльза. Подобная реакция двадцатипятилетней женщины заставила Боба призадуматься, не напрасно ли он ввязался в историю взаимоотношений семьи Небесных.

Впрочем, Роберт привык доводить задуманные проекты до логического завершения. К назначенному сроку он взял недельный отпуск на службе, снял для Исидоры отличный номер в шикарном отеле, заказал столик на четверых посетителей в модном ресторане и отправился встречать гостью на западный транспортный узел Белокаменной. Часом позднее, расположившись в гостинице и заменив изящный дорожный костюм ослепительным вечерним платьем, Исидора Небесная последовала за своим спутником на званый ужин.

Помимо неё и Роберта, за столиком присутствовала Эльза и бабушка София. Мать Исидоры выглядела значительно моложе своих шестидесяти семи лет. Вероятно, природная моложавость передавалась в их семье из поколения в поколение на генетическом уровне. Обменявшись дежурными приветствиями, женщины принялись беседовать на чрезвычайно важные дамские темы. Они делились мнениями о недавнем показе модной одежды на южном континенте, о пользе еженедельного посещения новейшего солярия, изобретённого специалистами Спелого Яблока, о влиянии на организм интенсивных занятий спортом, недавно разрешённых на мировом уровне. Ближе к десерту дамы заговорили о косметике... Боб сделал несколько попыток перевести беседу на другие рельсы, поделиться новостями из области искусств и, в частности, театра. Но вскоре у него сложилось впечатление, что предложенные им темы обсуждения интересуют женщин в последнюю очередь. Они словно обменивались закодированными посланиями на чуждом мужчине языке. Роберту оставалось лишь галантно ухаживать за дамами и чувствовать себя лишним на их семейном ужине. Однако, по всей видимости, женщины так не считали. Исидора время от времени касалась руки нового кавалера, Софья с удовольствием улыбалась ему. Изредка поглядывала на Боба и Эльза, но в её взгляде мужчине чудилась насмешка. Быть может, необъективность Роберта по отношению к младшей из собеседниц за столом мешала ему трезво оценивать ситуацию?.. Как бы то ни было, через пару часов, поблагодарив заботливого мужчину за чудесный вечер, Эля с бабушкой отправились домой.

Знаменитость театральных подмостков выпила с Бобом ещё по рюмке коньяку и попросила проводить её в отель... На пороге гостиничного номера случилась неловкость. Могло показаться, что Исидора планировала пустить молодого человека в свои апартаменты, но засомневалась. Уже убедивший себя в необходимости идти на поводу у актрисы и внутренне готовый к продолжению вечера, Роберт смутился и принялся прощаться, с трудом подбирая слова. Исидора словно того и ждала. Она заулыбалась и стала весьма настойчиво приглашать нового знакомого, посетить её завтрашним вечером. На прощание актриса одарила своего поклонника сочным поцелуем в щёку. Сторонний наблюдатель посоветовал бы Бобу решиться на ответный поцелуй, как на естественное продолжение общения с Исидорой. Однако такового наблюдателя не нашлось, а Роберту не пришла в голову гениальная по своей простоте мысль о том, что целовать театральную диву в губы – занятие, достойное настоящего мужчины.

Вернувшись домой, Боб попытался связаться с Эльзой, но видеофон сигнализировал о недоступности абонента. Роберт не нашёл ничего лучшего, чем пересмотреть запись одного из любимых спектаклей Исидоры в компании её копии – своей домашней помощницы. К окончанию просмотра Боб не сомневался, что должен продолжить общение с примой завтрашним вечером, и уснул воодушевлённым... Он и предположить не мог, какое вечернее представление ожидает его в гостиничном номере актрисы.

Глава 2. Бенефис

Глава 2. Бенефис

К приходу гостя Исидора надела своё лучшее концертное платье, подчёркивающее красоту её фигуры. Усиливая впечатление изящной причёской светлых волос и мастерски наложенной косметикой, сегодня она могла бы сразить наповал целый зрительный зал. Но единственным зрителем повезло оказаться Роберту. Исидора блистала! Она читала монологи из любимых пьес и даже сыграла перед гостем несколько сценок из лучших спектаклей, умело избегая эпизодов, где возникала необходимость в партнёре. В перерыве робот-официант из гостиничного ресторана сервировал великолепный стол для лёгкого ужина. Утолив голод и выпив несколько бокалов шипучки, Исидора принялась читать стихи. Она органично входила в образ и находила столь точные интонации, что Роберт полностью погрузился в ауру её гениальности. Он не мог поверить своему счастью, восторженному состоянию поклонника, оказавшегося единственным зрителем на неповторимом спектакле своего кумира. Но Исидора не остановилась на достигнутом успехе. Она потребовала, чтобы и Боб декламировал свои любимые стихи.

Поначалу Роберт сильно смущался, опасаясь бледного вида на фоне великой артистки. От волнения даже хорошо знакомые с детства поэтические строки вылетели из его памяти, но на помощь пришёл планшет электронного помощника. Скомкав первую попытку декламации, Боб почувствовал на себе заинтересованный, поощряющий женский взгляд и воодушевился. Положа руку на сердце, Роберт не ожидал от себя подобной прыти. Сегодня ему удавалось всё!

«И снова ощущаю, что я ещё живой,

Когда тебя я вижу пред собой…

Возможно, это счастье?.. Я не знаю:

В часы законные с тобой в любовь играю

И снова наслаждаюсь той игрой.

Игра? Любовь? Цинизм или искусство?

Но коль в игре – лишь подлинные чувства,

То, чем она плоха, ты объясни?

А лучше снова на меня взгляни

С надеждой, с верой, просто, безыскусно.

Игра – не жизнь, а жизнь ни есть игра.

К нам подошла решения пора,

И я прошу: повременим с игрою.

Мне улыбнись и стань самой собою,

А я сильнее стану, чем вчера.

Душой пойму, что жизнь мне – лишь с тобой,

Свою любовь не подменю игрой…

Твой голос, как руки прикосновенье,

И взгляда бесконечное мгновенье…

И снова ощущаю: я живой!» *

*МК 1987

Роберт превзошёл себя в исполнительском мастерстве, но если Исидора ожидала от молодого человека особых знаков личного внимания, пылкого проявления мужской страсти, то напрасно. Боб боготворил её, как актрису, преклонялся перед богиней настолько, чтобы едва коснуться её губ после трогательно-невинного брудершафта...

Они расстались под утро. Он – в состоянии воздушной благости. Она... Позвольте спросить, Вы не знаете, что творится в головах театральных звёзд после подобных свиданий с поклонниками? Я, увы, не знаю... Во всяком случае, провожая гостя до двери номера, Исидора позволила себе лишь нежный, правда, довольно продолжительный поцелуй.

Роберт проснулся дома после полудня с восхитительным послевкусием, не столько от поцелуя, сколько от феерического общения с театральным кумиром своей юности. Неторопливо принимая ванну, он не только наслаждался покоем и расслаблял своё тело, но и подумывал о том, чтобы вернуться к юношеским опытам в стихосложении... Планов на день у него не было, договорённостей с Исидорой тоже. Случись подобное десятью годами ранее, Роберта немедленно потянуло бы к ней с неудержимой силой. Но у зрелого мужчины подобные порывы случаются лишь в состоянии внезапной пылкой влюблённости... Боб решил провести оставшуюся часть суток в состоянии благостного покоя, но судьба распорядилась иначе... Звонок от Исидоры раздался после десяти часов вечера и произвёл эффект разорвавшейся бомбы. Исидора Небесная плакала и умоляла Роберта приехать к ней в отель...

На стук никто не ответил, но дверь оказалась не заперта. Боб увидел Исидору свернувшейся калачиком на диване в гостиной. Почувствовав появление долгожданного гостя в своём номере, она приподнялась и посмотрела на него заплаканными глазами с удивительной робостью во взгляде. Театральная прима изменилась до неузнаваемости. Длинный, почти до колен, вязаный свитер, распущенные волосы, минимум косметики на лице и большие, мокрые, печальные зелёные глаза. Исидора ничем не напоминала себя вчерашнюю, блистательную.

– Что случилось? – присаживаясь на краешек дивана, с тревогой спросил Роберт и мягко принял женские пальцы в свои ладони.

– Я глупая, облезлая старая кошка, – негромко, с хрипотцой произнесла Исидора и опустила взгляд: – Я никому не нужна.

– Что Вы такое говорите?! – изумился молодой человек, начисто забыв о том, что накануне они пили брудершафт и перешли на «ты». Как оказалось, она это помнила отлично.

– О, нет... Зачем ты так холоден со мной? Как тебе не совестно, Роберт?! – раненой птицей вскрикнула Исидора, вырвала свои пальцы из мужских рук и спрятала лицо в подушке.

– Прости, прости... – искренне сожалея о своей глупой промашке, Боб пытался подобрать ласкательную форму женского имени. Не называть же её «Иззи», в самом деле? Пусть и не хотелось мужчине проводить параллель между знаменитой актрисой и своей домашней помощницей, другого выхода он не нашёл: – Пойми, я растерялся, Дора! Ты ужасно не справедлива по отношению к себе! Несомненно, ты нужна многим людям...

– А тебе? – глухо произнесла Исидора в подушку.

– Конечно же, ты нужна мне... – не задумываясь, ответил Роберт и уточнил для убедительности: – Я и раньше жил с тобою в душе, а теперь и подавно.

– Нет, это другое, это – театр... – мотнула головой женщина и, не дождавшись от мужчины ласковых прикосновений, вернула ему свою руку. – Всем нужна только Небесная актриса, да и то, всё меньше и меньше. А несчастная женщина Дора не нужна никому...

Боб не представлял, как следует вести себя в подобной ситуации. Он бормотал что-то несвязно успокоительное, а Исидора вообще никак не реагировала на его слова, казалось бы. Но странным образом через четверть часа её голова оказалась лежащей на коленях мужчины. Роберт откинулся на спинку дивана и поглаживал белокурые волосы женщины, олицетворяющей печаль, уют и покорность судьбе. После нескольких минут тишины Дора решила поведать мужчине историю своей жизни, скрытую от большинства поклонников её театрального таланта. Женский голос зазвучал мягко и глухо:

«Когда-то, ещё молодая, но уже хорошо известная актриса, я не испытывала недостатка в почитателях. Но слащавые хвалебные речи, неуёмные восторги, глупые страстные признания быстро приедаются, поклонники начинают раздражать. Все и каждый, ты хочешь спросить? Да, все. Те, кому есть что сказать, обычно молчат. Как ты, Роби... Да, однажды появился мужчина. Он тоже молчал. Давно это случилось, четверть века тому назад... Двадцатилетняя красавица Исидора купалась в лучах славы, играя в художественном театре, здесь, в Белокаменной. Однажды она заметила мужчину, приходившую на каждый её спектакль. У тебя есть любимое место в зрительном зале? Третий ряд партера? Тот зритель всегда располагался на правой стороне первого ряда и очень внимательно наблюдал, ничем не выдавая свои чувства... Ты – открытый, эмоциональный мужчина, Роби! Наблюдать за выражением твоего лица – одно удовольствие. Целая гамма чувств!.. А Габриель, так звали того мужчину, сидел на спектаклях с непроницаемой, угрюмой физиономией... Зал рукоплескал актёрам после финала представления, а Габри отделывался тремя хлопками, да и то, если спектакль производил на него особенное впечатление. Впрочем, следует отдать ему должное. Всякий раз он приветствовал труппу стоя, пристально смотрел на восходящую звезду Исидору, но… ни разу не подошёл к ней до или после представления. А я... Его взгляд воздействовал на меня гипнотически. Я заинтересовалась странным зрителем и решила проверить, все ли спектакли нашего театра он посещает. Оказалось, что в моё отсутствие на сцене, его место в зрительном зале пустует. Габриэль не появлялся даже на спектаклях тогдашней примы – гениальной Саломеи!»

– Ты подошла к нему сама? – Роберт не выдержал ожидания развязки исповеди.

– Не совсем, – хмыкнула Исидора. – Однажды мы давали концертную программу на очередную годовщину со дня создания театра. После своего выступления я освободила сцену для Саломеи и заглянула в зрительный зал. Мой персональный зритель сидел на своём привычном месте, а кресло рядом с ним пустовало, как нарочно... Стоило мне занять его, мужчина глянул как-то вскользь, но сковал меня взглядом, словно кандалами. А после окончания концерта просто сказал: «Пойдём со мной». И… я пошла...

– Что ему было нужно от тебя? – не понял Боб. – Беседа, постель, связь, близкие отношения, ребёнок?

– Всё! – пожала плечами Исидора. – Габриель сразу заявил, что станет моим мужем. Сейчас молодёжь плохо понимает, что это такое. Жёсткое регулирование рождаемости привело к тому, что для женщин важно только рождение единственного ребёнка от подходящего кандидата, а мужчины из тех же соображений выбирают будущую маму своего сына или дочери... Первое время Габри не мешал моей карьере. Напротив, он создавал все условия для моего творчества, но хозяином нашего дома и моей жизни стал муж, а я слушалась его беспрекословно.

– Постоянные отношения в наше время считаются анахронизмом, – вздохнул Роберт. – И всё-таки, почему вы расстались?

– Мне сложно рассказать историю своих отношений с мужем в двух словах... Когда-нибудь ты узнаешь её, если захочешь... Я была молода, Роби. Габриэль казался мне слишком суровым, сдержанным, мало эмоциональным. Через несколько лет после рождения Эльзы я стала тяготиться обществом мужа. К тому же ему не хватало времени на свою театральную королеву. Габри посещал любимые им и премьерные спектакли, изредка обсуждал моё творчество в кругу семьи... Но куда больше энергии и времени он уделял дочери и особенно своему делу.

– Габриель занимал ответственный пост? – поинтересовался Боб.

– Его пост, дело и смысл жизни – история цивилизации, – глубоко вздохнула Исидора.

– Он занимался вопросами истории? – поразился молодой человек.

– Габри и сейчас ею занимается, насколько мне известно. Но об этом лучше спросить Эльзу или Софию.

– Твою маму?! – не понял Боб.

– О, да! Габриель сумел очаровать и её, – интонация женских слов оказалась столь замысловатой, что Роберт не смог разобраться, хочет ли Исидора рассмеяться или готова снова заплакать. Но она продолжила свою мысль тихо и печально: – Мама заинтересовалась вопросами истории цивилизации, да и Эльза имеет глубокие знания в этой области, хотя и не афиширует свою осведомлённость... Но мы беседуем обо мне, не правда ли?

– Конечно, Дора, – молниеносно отреагировал Боб, продолжая поглаживать чудесные белокурые волосы на голове звезды живого театра.

– Мы расстались с мужем со скандалом и долгими выяснениями отношений, – продолжила она. – Для того, чтобы прекратить склоки раз и навсегда, я переехала в Спелое Яблоко. Учившаяся на тот момент в школе, дочь осталась с бабушкой, более других занимавшейся её воспитанием и прежде.

– А великолепная Исидора получила вожделенную свободу жизни и творчества, – в голосе Роберта прозвучала грусть.

– Так и было. Ты прав, Роби, тысячу раз прав! Я купалась в атмосфере этой сраной свободы... – Дора уткнулась носом в мужскую коленку и замолчала.

Безмолвствовал и Боб. Он пытался представить себя на месте молодой женщины, звезды, взошедшей над театральными подмостками, оставившей родных и близких ради свободного творчества, ради призрачной лёгкости бытия, ради новой порции славы. Эта дамочка не вызывала в нём понимания и сочувствия. Но Роберт продолжал поглаживать шелковистые локоны лежащей на его коленях особенной женщины... «Не осуждай меня, милый, – шептала Исидора. – Глупой девчонке требовалось мировое признание, и она его получила. Как тебе известно, всеобщий язык общения на разных континентах почти не имеет отличий. А язык жестов, эмоций, чувств фактически един для всех представителей цивилизации... Средства массовой информации восторгались красотой и талантом Небесной актрисы и... Да, в ту пору у меня было много поклонников, даже слишком много. Теперь-то я точно знаю, что ждала того, кто будет с пониманием и сочувствием внимательно наблюдать за мной с одного и того же места в зрительном зале, не станет стремиться к близкому знакомству и петь дифирамбы, но поймёт и придёт на помощь в трудную минуту...» Женщина повернулась лицом к мужчине. Её большие, промытые слезами зелёные глаза звали его ничуть не меньше, чем женское тело, обтянутое свитером, слегка задравшимся снизу. Стройные ноги Исидоры ожидали прикосновения мужской руки... «Робкий мальчишка, неужели ты не понял, что мы созданы друг для друга?» – беззвучно восклицал образ печальной актрисы. Роберт едва сдержался, чтобы не опустить руку с белокурой головки на вздымающуюся женскую грудь...

– Дора, я хочу, чтобы твоя дочь родила от меня ребёнка, – отчаянно воскликнул Боб, считая, что своим заявлением раз и навсегда сжигает едва наведённые мосты между собой и юношеским кумиром.

– Ах, мой мальчик, – Исидора грустно улыбнулась и коснулась мужской щеки музыкальными пальчиками. Подобной реакции на свои слова Роберт никак не ожидал. Одинокая слеза скатилась по женской щеке, и Дора заговорила тихо, но порывисто: – Тебе тридцать три года? Самое время задуматься о ребёнке, хотя многие мужчины нынче тянут с потомством до последнего, до разрешённых законом сорока лет. Эльзе двадцать пять... На её месте я не сомневалась бы ни минуты... Но уговорить мою своевольную дочь крайне сложно. Хочешь, я помогу тебе убедить её в правильности такого решения?

– Ты?! Как? – выпалил Боб и глубоко задумался: – Нет, это неправильно. Я должен всё сделать сам...

– Неужели ты не видишь во мне искреннего, нежного друга? – с отчаяньем воскликнула Исидора.

– Дора, у меня и в мыслях нет намерения, отказываться от нашей дружбы! – Роберт ухватился за спасительное слово, не замечая нюансов. – Я делюсь с тобой своими мечтами, как с лучшим другом!..

– Как же я устала... – глубоко вздохнула знаменитая актриса. – Роби, тебе не трудно отнести меня в постель?

Поглощённый тяжкими раздумьями и сомнениями, Роберт вздрогнул, утвердительно мотнул головой и поднялся с дивана с женщиной на руках... «Только не вздумай уложить меня в свитере на белоснежную простыню!» – прошептала она уже в спальне, у широкой кровати. Роберт аккуратно поставил её на пол и, повинуясь требовательному взгляду, через голову стащил свитер с женского тела. Не увидев под ним нижнего белья, Боб ахнул и инстинктивно отшатнулся. Впрочем, Исидора не позволила ему долго наслаждаться видом своей мраморно-белой кожи. Она юркнула под одеяло, сладко потянулась и томно произнесла: «Если ты предпочитаешь спать дома, поцелуй меня на прощание, Роби!» Выйдя из ступора, мужчина наклонился к женщине. Дора извлекла из-под одеяла свои изящные руки и обвила ими его шею...

«Какой же я осёл – упрямый дурак, не иначе! – с нескрываемым раздражением бормотал Роберт себе под нос, возвращаясь из отеля домой. – Тонко чувствующая, добрая, искренняя, ослепительная женщина разрешила тебе остаться с ней... Нет, упёрся... Эльза, Эльза! Нужен ты Эльзе, как телеге пятое колесо! Чтобы зачать и родить ребёнка, ей принца подавай. Какой из тебя принц? Правильно Дора сказала: мне тридцать три, за семь лет можно определиться с потомством без спешки и лишних эмоций».

Дома Боба встречала помощница, сходу переименованная в «Дори», дабы избежать переизбытка аналогий. Высокий искусственный интеллект позволил ей быстро разобраться с ситуацией и перестроиться, а давняя привязанность к хозяину помогла обратиться к нему с правильными словами.

– Роберт, скажи мне, если не секрет, я сильно от неё отличаюсь? – поинтересовалась она, избегая слов «Хозяин» или «Господин», способных взбесить Боба в подобной ситуации.

– Да, конечно, Дори, – кивнул он. – Даже во внешности имеются отличия, не говоря уже о характере, о манере поведения.

– Очень хорошо, – спокойно отреагировала на информацию его помощница, что заставило Роберта удивиться и задуматься...

– Благодарю тебя, Дорушка! – после паузы заговорил он. – Не знаю, каким образом, но ты помогла мне разобраться в ситуации и в себе самом. Спасибо!.. С тобой мне тепло, спокойно и уютно.

– И мне хорошо с тобой, Роберт, – улыбнулась она и очень по-женски потянулась за поцелуем.

Он с удовольствием рассмеялся, обнял помощницу и крепко прижал её к себе.

Однако следующим вечером Боб снова оказался у двери гостиничного номера Исидоры. В голове Роберта отпечатались её слова, сказанные после вчерашнего прощального поцелуя: «Приходи снова... Я буду ждать тебя завтра к 19:00, очень сильно буду ждать, Роби!» Дверь перед визитёром распахнулась и... Перед ним стояла не позавчерашняя театральная звезда и светская львица, не вчерашняя мягкая и податливая, несчастная женщина. Гостя встречала властная Госпожа в сексуальном кожаном наряде, вызывающем вполне определённые ассоциации. Роберт автоматически сделал несколько шагов внутрь номера, увидел на столе в гостиной кожаную плётку и обернулся к красавице Исидоре с округлившимися глазами.

– Ну, что же ты замер, мой милый мальчик? Раздевайся, проходи в комнату! – произнесла она тоном, не допускающим пререканий.

– Я... – Боб опешил, но быстро взял себя в руки и соврал: – Я забежал, чтобы извиниться. Меня срочно вызывают на службу...

Чмокнув в щёку растерявшуюся женщину, он выкатился из номера и поспешил на улицу.

Глава 3. История

Глава 3. История

Не помня себя от сумбура в голове, Роберт шагал по улицам, пока не добрался до… жилища Эльзы. На звонки никто не отвечал, и тогда Боб начал колотить кулаком по металлу внешней дверной обшивки квартиры. Через несколько минут спорадического безумия отворилась… соседняя дверь. Из-за неё выглянула испуганная бабушка Эли – София:

– Что происходит, молодой человек?! Мне вызвать службу правопорядка?.. Ах, это Вы, Роберт... Что-то случилось?

– У Вашей феноменальной дочери Исидоры и очаровательной внучки Эльзы, как мне думается, всё в полном порядке, – с горечью ответил он. – А вот у меня...

– Кажется, я понимаю, о чём Вы говорите, – мягко откликнулась София. – Хотите, я напою Вас горячим ароматным чаем, и мы побеседуем?

Роберт немедленно принял предложение, но не мог спокойно пить чай. Его трясло от негодования. «Исидора оттачивает на мне своё уникальное искусство перевоплощения, а её дочь просто пользуется мной в своих, неведомых мне, целях!» – искренне выражая своё непонимания и страшное разочарование, кипятился Боб. Бабушка Эльзы терпеливо и благодушно слушала его, а затем разрядила обстановку, предложив выпить по глотку чая… на брудершафт. Роберт замер и заулыбался... После того, как он расцеловал щёки Софии, она перешла с ним на «ты» и поинтересовалась:

– А чего в сложившейся ситуации хотел ты, Бобби?

– Эльза понравилась мне с первого взгляда, – признался он, – захотелось сойтись, пообщаться, лучше узнать её.

– А наткнувшись на непредвиденные препятствия, ты разозлился? Нет?.. Ты терпеть не можешь, когда тебя дурачат, используют в чужих целях? Это я хорошо понимаю и хочу… предостеречь от ошибки. Ты готов выслушать опытную, умудрённую жизнью женщину?.. Прекрасно! Тогда я, пожалуй, начну со своей дочери. Ты считаешь Исидору лгуньей, коварной и лицемерной женщиной? Это несправедливо. Поверь мне, столь необычным образом она не стала бы общаться с человеком, не заинтересовавшим её, как личность и как мужчина. Другое дело, что Дора – глубоко эмоциональный человек, тонкая, порою, неуравновешенная натура. Иначе она не стала бы замечательной актрисой. Испытывая перемены настроения, переживая эмоции нового дня, как новую роль, она транслирует их на близких людей...

– Близких? – переспросил Роберт. – Но я...

– Исидора потянулась к тебе. Она давно не позволяла себе допускать незнакомого мужчину на минимальное расстояние в человеческом, чувственном плане. Ты решил, что знаменитая актриса играет с тобой? В какой-то степени это верно. Вчера – несравненная звезда сцены, сегодня – одинокая беззащитная женщина, завтра – Госпожа... Однако подобное поведение – не жеманность. Для моей дочери подобная игра – естественный способ изучить тебя, распознать твоё отношение к себе, определиться в собственных чувствах, настроить тонкие струны общения с понравившимся ей мужчиной. Её слова и поступки говорят о том, что Исидора доверилась Роберту, раскрывается перед ним и ждёт живого отклика. Похоже, на неё произвели большое впечатление твоя искренность, способность и желание сочувствовать, сопереживать... Разумеется, я не идеализирую свою дочь. Выдержать её эмоциональные взрывы, перемены настроения, психологические эксперименты сможет не каждый. Но лицемерить она позволяет себе лишь с посторонними людьми, а ты не из их числа.

– Ты серьёзно так думаешь, София? – не поверил Боб.

– Да, – уверенно кивнула мать Исидоры и улыбнулась: – Если хочешь доставить мне удовольствие, называй меня Соней. В твоих устах это будет звучать свежо и особенно мило...

– С радостью, Соня! – Роберт заулыбался и ласково поцеловал женщине руку.

– Теперь я понимаю, в чём причина их сумасшествия! – расцвела София. – Ты невероятно обаятельный парень.

– «Их сумасшествия»? – снова переспросил Боб. – Ты употребила множественное число, милая Соня.

– Да... Перейдём к моей внучке. Боюсь, тебе не понравится то, что я скажу о ней. Эльза – гораздо более сложный и тяжёлый человек, чем её мать. Отношения моей внучки с парнями – отдельная тема. Я не помню ни единого случая, чтобы она нормально общалась с молодым человеком длительное время. Эльза может мило улыбаться и обозначать видимость флирта в течение недели, месяца максимум. Как ты уже заметил, она пытается манипулировать людьми. Помыкать мужчинами ей удаётся особенно эффективно. Но добрые, искренние, душевные отношения с парнем, не говоря уже о нежных чувствах – это не про мою внучку.

– Эльза предпочитает девушек? – нахмурился Роберт.

– Дело не в сексуальной ориентации. Она любит... Впрочем, в данном случае любовь – неподходящее слово. Эля сосредоточена на одном единственном мужчине, – вздохнула София.

– На своём отце? – поднял брови Боб.

– А ты ещё и догадлив, – улыбнулась бабушка Эльзы. – Габриель для неё – непререкаемый авторитет, олицетворение мужского начала. Эффектная внешность, крепкое телосложение, широкий кругозор, высокий уровень интеллекта.

– Идеал! – саркастически усмехнулся Роберт. – Исидора говорила, что я чем-то напоминаю ей Габри. Обманывала?

– Ты умеешь слушать, Боб. Ты внимателен и отлично ориентируешься, как вести себя в меняющейся обстановке. В твоём взгляде есть какая-то загадка: глубина, потаённая улыбка, лукавство, особенная энергия, быть может? – медленно перечисляла София, с интересом разглядывая собеседника. – Откровенно говоря, ты нравишься мне больше Габриеля. Мой бывший зять слишком замкнут и угрюм. Обаяние Габри проявляется, когда он садится на любимого конька.

– Рассказывает и дискутирует на тему истории цивилизации? – не боясь ошибиться, предположил Роберт.

– Исидора и об этом тебе рассказала? Когда только успела? Удивительно... – покачала головой Соня. – Но сейчас мы говорим об Эльзе. По моему мнению, внучка втайне мечтает встретить особенного мужчину, похожего на её отца или превосходящего его по глубине идей, и… не находит такого... Чтобы сойтись с ней, необходимо проявить целостность своей личности, твёрдость характера и, как минимум, хорошо разбираться в истории.

– Почему обязательно в истории? – пожал плечами Боб. – Я неплохо учился в школе и не страдаю узостью кругозора.

– Этого мало, мой друг, – подливая горячий ароматный чай в старинные чашки тонкого фарфора, понимающе заулыбалась София. – Приятель Эльзы должен не только знать азы, но и хорошо представлять ключевые исторические процессы в динамике, интересоваться деталями.

– Не понимаю, из-за чего весь этот сыр-бор? – недоумевал Роберт. – Насколько я помню из общего курса этой вашей истории, глобальные экологические проблемы и внезапно усилившаяся активность Светила за несколько десятков лет сделала невозможной жизнь людей на поверхности Обители. Человеческая цивилизация вынужденно переселилась в глубины планетарной коры. Преодолевая проблемы с нехваткой воздуха, воды и пищи, человечество понесло колоссальные потери, но объединилось, сплотилось. Уровень жизни постепенно повысился, но для его стабильного роста потребовался жёсткий контроль над рождаемостью. Цивилизация пережила ужасную катастрофу и преодолела её последствия. Соответствующие органы власти целенаправленно работают над тем, чтобы подобная трагедия не повторилась в будущем. Человечество продолжает развиваться во всех сферах своей деятельности...

– Спасибо за столь ясный, а главное, краткий доклад, молодой человек! – засмеялась София.

– Всегда к твоим услугам, Соня! – фыркнул Роберт. – Но скажи мне на милость, что нового, интересного, важного я не знаю о нашей истории?

– Благодаря высшему техническому образованию ты, очевидно, хорошо осведомлён о проблемах жизнеобеспечения цивилизации и методах их разрешения. Но и в этих вопросах легко найти историческую подоплёку. Если бы две тысячи лет назад, в разгар катастрофы, человечество оказалось не готово уйти с поверхности Обители в толщу планетарной коры, цивилизация бесследно исчезла бы. Ты не задумывался о глубинных причинах мирового кризиса? Существуют доказательства того, что люди начали готовиться к исходу с поверхности за несколько веков до катастрофы. Почему?

– Вероятно, и в те далёкие времена нашлись люди, способные проанализировать ситуацию в перспективе, – задумался Боб. – Думаю, они просчитали предельные условия проживания на поверхности. Светило нагревалось всё сильнее и сильнее. Нужно было что-то предпринимать. Где было спрятаться людям в критической ситуации, выжить, заново организовать производство и систему коммуникаций? Только в коре Обители. Это очевидно...

– На первый взгляд, да, – кивнула София. – Но общепринятая теория мироздания построена на предположениях...

– На наиболее вероятных предположениях! – с апломбом уточнил Роберт. – Тебе интересна дискуссия по вопросам мироздания, Соня? Изволь! Начнём с религиозно-философского аспекта или с научных теорий?

– Они не особенно противоречат друг другу, Бобби, – с интересом посматривала на него бабушка Эльзы. – Начнём с начала, то есть с того, что существует Свет и существует Тьма.

– Да-да. Светило – колоссальный сгусток энергии, живущий по своим, недостаточно изученным законам. Согласно одной из теорий, достигая некоей критической точки, оно выплёвывает из своего чрева излишек материи. Материя формируется в планету, которая становится спутником Светила, вращаясь вокруг него по круговой траектории. По одной из правдоподобных версий, так и появилась наша Обитель.

– По религиозным канонам, наше Светило существует немыслимое количество лет от начала Мироздания. Отчего же оно избавилось от излишка материи один только раз? – прищурилась София.

– Ты намекаешь на то, что у Светила должно было появиться несколько планет-спутников? Логично... Не исключено, что катастрофа двадцативековой давности повлекла за собой начало процесса создания новой планеты. Кроме того, имеется теория об Анти-Обители – спутнике, вращающемся вокруг Светила по одной траектории с нами, но невидимой с поверхности нашей планеты по простой причине. Будто бы второй спутник постоянно находится на противоположной от нас стороне Светила... Кажется, мы с тобой эскизно набросали ту часть мироздания, которую называют «Свет».

– Ну, допустим... – неопределённо повела рукой София. – Поговорим о Тьме – прародительнице жизни?

– Да, – кивнул взбодрившийся Роберт. – Историки цивилизации, насколько я помню, утверждают, что древние люди считали «Тьмой пустоты» всё пространство вне орбиты Обители, вращающейся вокруг Светила. Они говорили о том, что реально наблюдаемый с поверхности планеты излучающий объект огромный яркости непременно высветил бы материальные явления во внешнем пространстве, если бы они существовали. Однако нынешние философы и религиозные деятели предполагают, что внешняя Тьма является некоей животворной субстанцией. В частности, в древнейшие времена она будто бы осеменила Обитель и пустила корни на её поверхности. Так появилась простейшая жизнь, эволюция которой и привела к созданию человеческой цивилизации. Всё верно?

– Может да, а может и нет, – пожала плечами Соня. – Слишком упрощённо выглядит такая модель, чтобы принять её за истину. Но вернёмся в нашу сегодняшнюю реальность. Как, по-твоему, выглядит сейчас поверхность Обители?

– Доступные мне источники информации свидетельствуют о том, что поверхность нашей планеты – радиоактивная, выжженная Светилом, каменистая пустыня, где живут только загадочные Жрецы Света. Звучит вполне правдоподобно: в толще планетарной коры, ближе к магме обитают Жрецы Тьмы, на пустынной поверхности – Жрецы Света. С точки зрения философов и религиозных деятелей – достигнуто состояние равновесия. Ты так не считаешь?

– После планетарной катастрофы миновало две тысячи лет! – всплеснула руками София. – За это время наша подземная жизнь сильно изменилась. Тебе не кажется, что и поверхность могла преобразиться?

– Я не представляю, что там творится, Соня! – глубоко вздохнул Роберт. – Общеизвестно, что контролем состояния поверхности занимаются Жрецы Света. Необходимой информацией они делятся с самыми закрытыми ведомствами Обители – Министерствами Безопасности континентов. Насколько я знаю, доступ к секретной информации имеется только у профильных специалистов.

– А тебе никогда не хотелось увидеть и поверхность, и Светило, и окружающую нас Тьму собственными глазами, Бобби? – с вызовом взглянула на него София.

– Увидеть?! – недоумённо взглянул на неё Боб. – Разумеется, в детстве я интересовался подобными вещами, а сейчас... Есть ли смысл мечтать о несбыточном, строить нереальные планы?

– Как знать... – покачала головой бабушка Эльзы. – Во всяком случае, для того чтобы общаться на равных с моей внучкой на интересующие её темы, твоих знаний явно недостаточно.

– Возможно, мне следует основательно изучить содержимое планетарного архива, – задумался Роберт, – но есть и более приятная идея... Ты не согласишься позаниматься со мной, Соня?

– Я?! – голос Софии выражал крайнее удивление, но на лице появилась одобрительная улыбка: – Стать наставницей такого обаятельного мужчины?.. Ах, молодой человек, разве можно делать подобные предложения женщине преклонных лет?.. Впрочем, почему бы нам не попробовать? Но учти, Бобби, в подобных занятиях важна регулярность и серьёзное отношение к делу...

Роберт согласился бы приступить к занятиям немедленно, но его разговор с Соней прервал звонок в дверь. Через минуту в бабушкину гостиную вошли Эльза и незнакомая Бобу смуглая девушка.

– А ты что здесь делаешь? – неприветливо воскликнула Эля.

– Я тоже рад тебя видеть, – поднимаясь из-за стола, усмехнулся Роберт. – Познакомишь с подругой?

– Зачем? – нахмурила брови внучка Софии.

Её спутница повела себя гораздо дружелюбнее. Она с улыбкой подошла к мужчине и произнесла, заглянув в его чёрные глаза: «Меня зовут Илона. Рада встрече и знакомству!» Боб моментально растаял, назвал своё имя и со словами «наша радость взаимна» поцеловал девушку в щёку. Илона не растерялась и ответила ему той же монетой. Милый обмен приветствиями прервала Эльза, наблюдавшая за происходящим с явным неудовольствием.

– Не ты ли оставил вмятины на двери моей квартиры, герой-любовник? – грозно пробурчала она.

– Было дело, – прямо ответил Роберт. – Но я не любовник. А если решишь заменить дверь, только скажи – оплачу полную сумму.

Из записок Роберта Берга и его конспекта Энциклопедии Обители.

«Судя по архивным данным, до всемирной катастрофы учёные оценивали возраст единственного спутника Светила – планеты Обитель в пять с половиной миллиардов лет. Современные исследования подтверждают подобную оценку времени её происхождения. По относительно недавней, но детально проработанной, весьма правдоподобной теории зарождения Обители, планета появилась в результате аккреции из дискообразной массы газа и пыли, оставшейся в пространстве после образования Светила. Первичная атмосфера планеты образовалась благодаря вулканической дегазации. По мнению современных учёных Обитель на восемьдесят процентов состояла из расплавленной массы из-за активного вулканизма. С течением времени планета остывала, образовалась твёрдая кора.

Существует мнение, что вода появилась на Обители после её столкновения с одним или несколькими относительно небольшими небесными телами. Подобная теория, с одной стороны, объясняет причину появления условий для зарождения простейших форм жизни. С другой стороны, наличие небесных тел, помимо Светила и Обители, не подтверждено современной наукой.

Два официально признанных на планете, религиозных культа мировой цивилизации утверждают, что Высшие Силы родили Свет, и его оплодотворила Тьма. Результатом таинства стало появление Обители и жизни на ней. Основополагающим догматом Жрецов Света является божественная сущность Светила, как основы жизни. Их антагонисты со своей стороны утверждают, что все природные явления произошли из животворящей Тьмы.

Современная наука предполагает, что Светило сформировалось из-за быстрого сжатия под действием сил гравитации облака из смеси молекулярного водорода и атомов других химических элементов. Учёные считают, что возраст Обители сопоставим с возрастом Светила. Но многие вопросы по-прежнему остаются без ответа. Какие процессы происходят наСветиле? Насколько они меняются с течением времени? Как быстро стареет Светило, и как его вероятная трансформация влияет на Обитель?

Некоторые учёные предполагают, что в ядре Светила происходит термоядерная реакция превращения водорода в гелий, преобразующая миллионы тонн вещества в лучистую энергию. Как долго может продолжаться такой процесс? Пока человечество населяло поверхность Обители, учёные наблюдали за Светилом ежедневно. Архивные данные содержат результаты измерений его активности, температуры, светимости. Они, вроде бы, говорят о том, что в последние тысячелетия Светило постепенно становится горячее и ярче, активнее расходуя своё водородное топливо, необходимое для термоядерной реакции. Наблюдают ли за Светилом Жрецы Света – единственные люди, продолжающие жить на поверхности планеты? И главное...

По официальной версии, причиной всемирной катастрофы стало резкое повышения мощности излучения Светила. Как часто могут повторяться подобные катаклизмы? Будет ли расти разрушительная сила стихии? Готова ли цивилизация к подобному развитию событий?»

Глава 4. Волнение

Глава 4. Волнение

Отпуск имеет свойство быстро заканчиваться. Первый же после перерыва рабочий день Роберта таил в себе серьёзную неожиданность. Не вдаваясь в подробности, руководство отправило Боба на консультацию в курирующую организацию. По устоявшемуся мнению, поездка в Министерство Безопасности северо-восточного континента не сулила визитёру положительных эмоций. Роберт оказался здесь впервые и быстро убедился в справедливости людской молвы.

Принимавший его в своём кабинете майор со звучной фамилией Кремень произвёл на Боба неизгладимое впечатление. Словно высеченное из камня неумелым подмастерьем, лицо офицера не сулило посетителю приятного общения. Разговор с ним нисколько не напоминал обещанную консультацию. Строго говоря, никакого разговора не получалось вовсе. Роберту пришлось выслушать эмоциональный монолог грозного представителя власти.

«Была бы моя воля, я таких молокососов и близко не подпускал к ответственным должностям! – вещал майор. – Тебе ещё учиться и учиться надо, сынок! Ну, положим, технарь ты неплохой, но уже лет пять, как мог повышать свой уровень знаний по профилю нашего ведомства. Тогда бы и толк из тебя вышел... А нынче, какой из тебя «смотрящий»?! Это за тобой необходимо присматривать внимательнейшим образом! В вашем Департаменте межконтинентального транспорта лучшего кандидата не нашлось? Короче, я прямо заявлю своему руководству, что молодых да ранних у нас и без тебя хватает…»

Роберт несколько раз пытался остановить словесный поток офицера, объяснить, что ни в начальники, ни в какие-то там «смотрящие» он не напрашивается. Боб знал себе цену и планировал подниматься по карьерной лестнице неторопливо, основательно и, конечно, без помощи Министерства Безопасности. Загадочные дела, вершимые этим ведомством, считались общественно полезными и крайне необходимыми, но не вызывали у него положительных эмоций. А без них любая работа становится каторгой... Впрочем, майор Кремень не дал Роберту и рта раскрыть.

«Слушай мою команду! – взревел он. – В кабинете начальника вести себя смирно! Лишних движений не делать, дышать через раз, слушать в оба уха, на все вопросы отвечать: «Так точно!» Указания командира запоминать наизусть и выполнять точно в установленный срок. Не переспрашивать, не уточнять, затылок не чесать, носом не шмыгать. Ежели чего не поймёшь, я подскажу… потом, может быть».

Не успел Роберт опомниться, а майор уже вёл его по коридору вглубь таинственного здания Министерства. Следующая остановка случилась в небольшой приёмной, где визитёров встретил бледный, белобрысый молодой человек в форме лейтенанта Службы Безопасности. Он представился адъютантом полковника Подгорного. В ожидании аудиенции у вышестоящего начальства майор Кремень безмолвно сидел на стуле с идеально прямой спиной и потухшим взглядом. Боб тоже молчал, размышляя о превратностях судьбы. Дурные предчувствия от неожиданного визита в Министерство нашли подтверждение в виде озадаченных, багровых физиономий офицеров, выходящих от начальника в далеко не радужном настроении.

Строгий и пафосный кабинет начал угнетать психику молодого мужчины, стоило ему только войти туда в сопровождении майора. Перед высоким, сухощавым и жилистым полковником Кремень вытянулся по стойке «смирно», но парадоксальным образом, стал будто бы на полголовы ниже ростом и уже в плечах. Хозяин кабинета вышел из-за стола, с интересом взглянул на Боба и произнёс:

– Старший инженер Департамента межконтинентального транспорта Роберт Берг? Как настроение, молодой человек?

– Так точно! – неожиданно для себя выпалил Боб и краем глаза заметил удовлетворение на лице майора.

– Ваш инструктаж безупречен, как всегда, – даже не улыбнувшись, обратился полковник к своему подчинённому. – Думаю, наша ознакомительная беседа с уклоном в сторону обсуждения технических вопросов с перспективным инженером не требует Вашего непосредственного участия, майор. Я Вас больше не задерживаю.

– Разрешите идти? – гаркнул Кремень и, дождавшись начальственного кивка, с видимым удовольствием выкатился из кабинета.

Подгорный поднял трубку старинного телефонного аппарата, проинструктировал адъютанта на предмет появления текущих посетителей, а также попросил его приготовить и принести кофе для двух персон. Разговаривая с ним, он жестом предложил Роберту присесть и, к счастью, не за огромный командирский стол, а в одно из двух кресел у маленького углового столика... Заняв второе кресло и сделав первый глоток кофе, полковник впервые улыбнулся:

– Майор Кремень – бесценный специалист по внутреннему распорядку нашего ведомства. Возможно, его манеры немного покоробили Вас, но ровные, товарищеские отношения с ним станут залогом душевного спокойствия в стенах Министерства Безопасности и даже за его пределами.

– Я понимаю, Господин полковник, но… – прежде, чем закончить фразу, Боб тщательно подбирал подходящие слова: – Мне сложно общаться с человеком, знающим жизнь на порядок лучше меня.

– Придётся соответствовать! – Подгорный сделал ещё один глоток из чашки и рассмеялся: – А Вы – изворотливый дипломат, Роберт! Очень ценное качество для квалифицированного исполнения Ваших новых должностных обязанностей.

– Простите? – изумился Боб.

– Руководство Департамента не стало радовать Вас раньше времени, – лукавая улыбка полковника располагала к доверительному общению. – Наша беседа необходима для уточнения деталей Вашего назначения на должность Инспектора межконтинентальных сообщений от нашего, северо-восточного континента. Частые поездки Вас не утомляют? Так я и думал... Не скрою, Ваша молодость вызывает сомнения у некоторых должностных лиц. Но наше ведомство взяло курс на обновление кадров. Нам необходимы общительные, молодые специалисты с опытом работы в транспортной сфере, с надлежащей технической подготовкой и смекалкой. Понятно, что я не предлагаю Вам должность и карьеру в Министерстве Безопасности. Инспектор – независимое, межведомственное лицо, сохраняющее доверительные отношения, как с транспортниками, так и со Службой, курирующей вопросы безопасности на транспорте. Формально Вашим непосредственным начальником вскоре станет руководитель отдела перемещений и перевозок при Мировом Совете.

– Да, но… – чёрные глаза молодого мужчины расширились от удивления.

– Вы познакомитесь с ним в должное время, – не обращая внимания на сомнения Роберта, продолжил полковник Подгорный. – Но прежде Инспектору предстоит детально ознакомиться с транспортной структурой Обители в целом, изучить новые должностные инструкции, единые нормы безопасности межконтинентальных сообщений с учётом требований нашего ведомства, познакомиться со своими помощниками и коллегами с других континентов.

– Я был знаком с прежним транспортным Инспектором от северо-восточного континента, – опустив голову, тихо проговорил Боб. – Многоопытный и мудрый человек преклонного возраста...

– Увы, люди смертны, – развёл руками полковник. – Жаль, что скоропостижно скончавшийся прежний Инспектор не успел полноценно поделиться опытом со своим молодым преемником. Впрочем, остались его архивы, разработки, записи. Как говорится: жизнь продолжается...

Беседа с полковником Подгорным затянулась. В отличие от майора Кремня, он оказался вменяемым, деловым руководителем, обаятельным собеседником, великолепно осведомлённым о профессиональных достижениях и персональных пристрастиях Боба. Вторая чашка кофе сопровождалась рюмкой отличного коньяка... Ближе к окончанию разговора полковник неожиданно сменил тему.

– Будет у меня к Вам, Роберт, и личная просьба, – Подгорный пристально заглянул в глаза собеседника. – Насколько мне известно, Вы хорошо знакомы со знаменитой театральной актрисой Исидорой Небесной и её семьёй?

– Откровенно говоря, познакомились мы недавно, – стараясь не выдать удивления и волнения, ответил Боб.

– Так даже лучше, – неожиданно заявил полковник. – Надеюсь, Вы заинтересованы в том, чтобы продолжить общение с этими, безусловно, интересными людьми?.. Прекрасно! Как знатоку и тонкому ценителю искусства, Вам должно быть известно насколько эмоциональными, ранимыми и мало приспособленными к жизненным коллизиям могут быть деятели культуры. Мне бы хотелось, чтобы Вы взяли негласное шефство над этой уважаемой семьёй и оказывали ей посильную помощь. В случае каких-либо затруднений, безотлагательно обращайтесь ко мне напрямую. Времени на общение с Небесными у Вас будет достаточно. Это я могу гарантировать Вам так же, как и материальную поддержку в разумных пределах.

Покинув здание Министерства Безопасности, Роберт облегчённо вздохнул. Впрочем, хаос в мыслях мешал сосредоточиться на анализе перспектив и проблем, внезапно свалившихся на его голову. На завтрашнее утро было назначено персональное собеседование Боба с руководством Департамента транспорта, к которому следовало подготовиться. Но более всего Роберта взволновала последняя часть беседы с полковником Службы Безопасности. Подгорного было трудно заподозрить в неискренности, но едва уловимый осадок остался. Существовала ли прямая связь между семьёй Небесных и внезапным назначением перспективного инженера на высокую должность Инспектора?

Боб не стал забивать себе голову мрачными мыслями. Грядущее повышение, пусть и оказалось крайне неожиданным событием, ничуть не нарушало его карьерные планы и взгляды на жизнь. Работа, связанная с вопросами безопасности на транспорте? Решая свои инженерно-технические задачи, отчасти Роберт занимался подобными вопросами и раньше. Командировки? Ему нравилось путешествовать, знакомиться с новыми местами и людьми. Семья Небесных? Он и не думал отказываться от интересного общения. Во всяком случае, уроки истории у Софии Боб отменять не желал.

Информировать знакомых о новом витке профессиональной карьеры Роберт не спешил. В назначенный час он пил фирменный чай в квартире старшей представительницы семьи Небесных и слушал её лекцию. София начала издалека, огорошив «студента» первым же заявлением.

«По многочисленным косвенным данным, к началу катастрофических событий на поверхности Обители проживало не менее полутора миллиардов человек. Да-да! Обескураживающее количество в понимании нынешних двухсот тысяч, благополучно ютящихся в глубинах планетарной коры. Две тысячи лет назад люди жили в городах и сёлах на поверхности, развивались, как личности, общались, дружили, любили, создавали семьи, рожали столько детей, сколько считали нужным. Светило дарило тепло и свет. На омытых океанами материках зеленели леса и луга, колосились поля, появлялись и развивались большие и малые поселения... С другой стороны, люди стремились к благополучию различными способами. Завышенная самооценка нередко приводит к конфликтам интересов. А технократическая цивилизация непременно оказывается перед выбором: сохранить экологический баланс или продолжать интенсивный путь развития. Главной причиной катастрофы мирового масштаба тебе представляется непредсказуемая, чрезмерная активность излучения Светила, Бобби? Весьма вероятно, что ты ошибаешься. Думаю, само человечество шаг за шагом двигалось в пропасть. Бездумное использование не возобновляемых природных ресурсов, широкое распространение производств, наносящих вред окружающей среде, наплевательское отношение к флоре и фауне, а значит, и к собственному здоровью... Всё это происходило потому, что люди не могли договориться между собой о принципах сосуществования друг с другом и с живой природой. Прежде всего, недоговороспособны оказались те, от кого зависело принятие решений в вопросах мирового масштаба».

– Не могу поверить, – тихо отозвался Роберт. – Соня! Ты хочешь сказать, что десяток власть имущих лиц погубил более миллиарда людей?!

– По форме твои слова звучат слишком громко, мой мальчик! – грустно улыбнулась София. – Но, по сути – верно.

«Сохранившиеся до нашего времени исторические свидетельства позволяют сделать вывод, что сильные мира сего начали готовиться к катастрофе за двести лет до неё, как минимум. Факт остаётся фактом... Колоссальные средства вкладывались в научные исследования, разработку системы выживания и адаптации человеческого организма в условиях отсутствия естественного света, дефицита воды и кислорода. За столетие до часа «Х» две трети промышленных мощностей Обители работали на освоение жизненного пространства в толще планетарной коры. Однако при ближайшем рассмотрении становится ещё одним очевидным фактом: знающие люди понимали, что не спасётся даже один процент населения. Реальные цифры оказались ещё страшнее. Насколько я понимаю, помимо «нужных людей», спасали только генофонд Обители. И в этом вопросе власть имущие оказались едины и непреклонны. Совсем как сейчас, когда нашей жизнью руководит Мировой Совет».

– Ты хочешь сказать, – додумался Роберт, – что ныне живущие на планете люди – исключительно дальние потомки «лучших из лучших»? Избранные?!

– Да! Именно это я и пытаюсь до тебя донести, – на лице Софии читалась непривычная суровость. – Вопрос в том, кто и как проводил столь ужасающий отбор, резал по живому, обрекая на смерть миллионы соотечественников...

На регулярные занятия Боба у Сони изредка натыкалась Эльза. Обычно она хмурилась, холодно здоровалась и покидала квартиру бабушки, всем своим видом выражая неудовольствие. Но однажды внучка задержалась и, попивая чаёк, слушала рассказы Софии, вопросы Роберта, спонтанно возникшую дискуссию ученика с учительницей истории.

– Зачем тебе это? – поинтересовалась Эльза, когда Боб засобирался домой.

– Хотя бы для того, чтобы лучше понять тебя, – прямо ответил он.

– Меня? – пожала плечами Эля. – Причём здесь я?

– Должен же будущий отец знать, чем живёт мать его ребёнка! – с вызовом произнёс Роберт.

– Размечтался! – фыркнула девушка, на лице которой внимательный наблюдатель мог разглядеть сомнения и что-то похожее на заинтересованность.

Несколькими днями позднее Эльза неожиданно позвонила в дверь квартиры Боба. Он оказался не готов к её визиту, не знал, как вести себя в неожиданной ситуации, но предложил даме кресло в гостиной и пообещал сварить кофе.

– Нам следует поговорить, – передёрнула плечами девушка. – Кофе может сварить андроид. У тебя же есть помощница по дому?

– Разумеется, – кивнул Роберт и нехотя крикнул в глубину своей квартиры: – Дори, мне нужна твоя помощь!

Через несколько секунд помощница Боба появилась в гостиной. Эльза взглянула на неё, изменилась в лице и… рассвирепела.

– Так я и знала! – не сдерживаясь, кричала она. – Ты даже не скрываешь своих нежных чувств к моей матери. Мог бы постыдиться, не демонстрировать свои желания перед гостями и… выбрать современную модель...

– Постой! – попытался задержать её Роберт.

Тщетно. Не желая выслушивать объяснения, дочь знаменитой актрисы пробкой вылетела из его квартиры, с грохотом захлопнув за собой дверь... Впрочем, история на этом не закончилась.

Незадолго до полуночи в дверь позвонили снова. На пороге оказалась Илона – подруга Эльзы. Её появление вызвало у Роберта недоумение, но в глазах симпатичной, смуглой девушки стояла такая тоска, что хозяин дома пригласил Илону войти, не задавая вопросов.

– Роби, у тебя есть что-нибудь… выпить? – первое, что произнесла она, усаживаясь в кресло, тремя часами ранее занимаемое её подругой.

– Да, разумеется, – Боб поставил на стол бутылку коньяка, початую им после ухода Эльзы, и удивлённо поинтересовался: – А мы уже на «ты»?

– Конечно. Так удобнее, – не задумываясь, ответила Илона и спросила прямо в лоб: – Ты её любишь?

– Нет! – в сердцах воскликнул Роберт и принялся бурчать себе под нос: – Не знаю... Я думал, что мы сможем...

– Да нет у тебя с ней никакого «мы», Роби! – эмоционально отреагировала девушка, проглотив залпом рюмку коньяка.

– А у тебя, значит, есть, – недоверчиво посмотрел на неё Боб и обновил содержимое рюмок.

– И у меня нет, – вздохнула Илона. – Конечно, ты можешь мне не верить, но... Мы с Эльзой знакомы с раннего детства и, тем не менее, язык не повернётся говорить о нас, как о близких подругах. Есть я, есть она, а никакого «мы» нет... Такой уж человек Эльза Небесная по прозвищу «Гибки».

– И ты пришла ко мне домой только для того, чтобы рассказать об этом? – нахмурился Роберт.

– Я заявилась сюда, чтобы… выпить с тобой… для храбрости и сказать... – девушка пригубила третью рюмку, внимательно взглянула на собеседника своими большими густо-зелёными глазами и решилась произнести: – Она тебе не подходит.

– Она мне? То есть, я ей как бы подхожу, а она мне – нет?! Вот так история...

Боб покачал головой и позвал Дори. Пить дальше без закуски было неразумно. Илона с интересом взглянула на помощницу хозяина квартиры, мягко улыбнулась ей и мило поздоровалась. Дори заулыбалась в ответ. Роберт понял, что новая гостья понравилась ей с первого взгляда. Выслушав пожелания хозяина, его помощница снова повернулась к Илоне, и та заговорила с ней, как с давней, хорошей знакомой... Вскоре Дори принесла холодные закуски, а затем горячий кофе. Всё это время собеседники многозначительно молчали. Боб пытался разгадать истинную цель визита Илоны и заговорил лишь после того, как они снова остались вдвоём:

– Допустим, что ты права, и добрых, близких человеческих отношений у меня с Эльзой не получится. В таком случае, возможно, тебе известно, какая женщина в состоянии скрасить одиночество столь сложной натуры, как инженер Роберт Берг?

– Да, знаю, – девушка кивнула, выпила ещё одну порцию коньяка и тихо, но уверенно произнесла: – Тебе подхожу я.

Боб растерялся, а его гостья, как ни в чём не бывало, принялась рассказывать о себе слегка заплетающимся языком. Роберту давно не приходилось сталкиваться с собеседником, повествующим о своей жизни легко и свободно, без прикрас, без туманных купюр и глубокомысленных намёков. Илона делилась воспоминаниями о детстве, об учёбе в медицинском институте, а затем о гуманитарном университете, откуда она вышла дипломированным художником и дизайнером широкого профиля. Сколько бы ни сопротивлялся зацикленный на Эльзе разум мужчины, ему пришлось согласиться с мыслью о том, что Илона гораздо ближе носителю этого разума. Основы мировоззрения и душевная организация, эмоциональный фон и способы самовыражения едва знакомой девушки естественным образом находили отклик в сердце Роберта. Боб с интересом рассматривал гостью и видел уже не только эффектный оттенок женской кожи и притягательный оливковый цвет её глаз, но и шелковистость тёмно-русых волос, мягкость и гармонию лица, красоту фигуры. Другое дело, что исповедь Илоны оказалась столь же неожиданной для него, как и её визит. Роберт не понимал, как относиться к нежданной гостье и просто плыл по течению. Течение привело к полному опустошению бутылки коньяка. Гостья и не думала останавливаться.

– Ты не слишком много пьёшь, Илона? – поинтересовался Боб.

– А я вообще не пью, Роби! – весело ответила она. – Сегодня употребила для храбрости и от смущения... Ну и, вот...

Хозяин квартиры пожал плечами и, решив не прибегать к услугам помощницы, отправился на кухню. Вернувшись с новой бутылкой, Роберт обнаружил нежданную гостью спящей прямо за столом. Вежливые попытки разбудить её не привели к успеху. Боб не придумал ничего лучшего, чем принести в гостиную подушку и плед. Он осторожно подхватил Илону на руки, перенёс и уложил на диван. Девушка проснулась на несколько мгновений, неловко чмокнула в щёку склонившегося к ней мужчину и прошептала: «Спасибо, Роби. Ты – лучший». Боб всё-таки откупорил бутылку, с растерянной улыбкой глядя на спящую гостью, медленно выпил ещё одну рюмку и отправился в спальню.

Обычно Роберт предпочитал спать в одиночестве, но сегодня позвал Дори. Ему сложно было бы уснуть, не прижавшись к доброму, понимающему его существу, и помощница сразу осознала это. Она поглаживала Боба по голове, а когда его дыхание стало спокойным и ровным, прошептала: «Эта девушка станет Вам хорошей женой». Роберт не успел возмутиться, ни её смелому заявлению, ни излишнему в интимной обстановке обращению на «Вы». Он лишь вздохнул и через мгновенье спал сном младенца... Утром Дори разбудила хозяина словами: «Доброе утро, Роби! Наша гостья уже проснулась и просится в ванную комнату. Я дам ей чистое полотенце?»

Боб вышел в гостиную сразу за свежей после душа Илоной, обмотавшей полотенцем своё влажное тело. Услышав шаги за спиной, девушка обернулась, вздрогнула от неожиданности. Полотенце упало к её ногам... Нисколько не смутившись, Роберт произнёс:

– Доброе утро, Илона! Ты очень красива...

– Но? – вопросительно посмотрела на него сильно покрасневшая подруга Эльзы.

– Ты – изумительно красивая девушка без всяких «но»! – искренне ответил Боб и… отвернулся.

Илона чмокнула его в щёку и убежала одеваться. Роберт терпеливо дожидался её в гостиной...

– Платье помялось, – заметил он за чашкой утреннего кофе.

– Не беда, – улыбнулась она. – Спасибо, что позволил мне спокойно выспаться. А ты не догадался сделать несколько снимков случайной гостьи, бессовестно спящей на твоём диване?

– Зачем? – удивился Роберт.

– Чтобы отправить их Эльзе, например, – пожала плечами Илона.

– А к фотографиям приложить официальную справку о моём физическом и психологическом здоровье? – фыркнул Боб.

– Не злись на неё, Роби! – оливковые глаза девушки дарили столь искреннее, буквально осязаемое тепло, что мужчина смутился, а она решительно продолжила: – Каждого из нас надо воспринимать таким, какой он есть... Меня бы обрадовали наши фотографии… для себя, на память. Сделаешь?

Роберт улыбнулся, прогоняя мысль о том, что лучшими были бы снимки с Илоной, вышедшей из ванной комнаты. Он фотографировал на смартфон сидящую за столом гостью. Затем, по её настоятельной просьбе, сделал постановочное фото Илоны, спящей на диване в платье и под пледом. В завершении сессии их фотографировала Дори, завершив процесс словами: «Вы чудесно смотритесь вдвоём. Удивительно красивая пара». Роберту показалось, что его нежданную и бесстрашную гостью эти слова смутили... Но через полчаса они расстались лучшими друзьями, а на прощание Илона снова поцеловала Боба в щёку.

Глава 5. Друзья

Глава 5. Друзья

Наилучший способ приведения мыслей в порядок – задушевная беседа с надёжным товарищем, с добрым другом, с лучшим другом. Такой друг имелся у Роберта со школьной скамьи. Сергей Ершистый по прозвищу «Ёрш» не походил на Боба характером и темпераментом, что нисколько не мешало двум ровесникам, мальчишкам, а позже самодостаточным мужчинам, искать и находить многочисленные точки соприкосновения. Десятилетний Серёжа слыл невероятным фантазёром. Выдуманные им таинственные истории и нестандартные игры удивляли сверстников и взрослых людей своей законченностью в отсутствие формальной логики. Одноклассники пытались разгадать замыслы Сергея, а оказавшись в тупике, предпочитали устраниться из компании странного парня. Роберт не мог сравниться с другом в невероятном богатстве фантазий, но с удовольствием погружался в них с головой.

Через несколько лет друзья вместе поступили в столичный политехнический институт. Роби увлёкся современными технологиями, Сергей со временем проявил талант неординарного конструктора, прославившегося интуитивными решениями, необъяснимыми с точки зрения чистой логики. Учёба учёбой, а друзья продолжали общаться в свободное время, развлекаясь и расширяя границы познания взрослого мира. Обрастая новыми знакомствами в студенческой среде, они опытным путём выявляли собственные недостатки и проявляли новые таланты. Оставаясь наедине, два друга могли часами слушать музыку, находить в ней новые грани прекрасного мира. Увлечение музыкой перетекло у Сергея в интерес к поэзии. Он читал другу великие строки талантливых современников и замечательных поэтов прошлого. Менее эмоциональный в общении Роберт не всегда разделял восторги друга, но открытия в сфере культуры к его удивлению приводили к серьёзным прорывам в учёбе и будущей профессиональной деятельности.

Своим главным недостатком в шутку или всерьёз Сергей называл повышенный интерес к противоположному полу. Эмоциональные порывы высокого, симпатичного парня спортивного телосложения часто вызывали у женщин благоприятную реакцию. Модное в молодёжной среде увлечение андроидами, как собеседниками и помощниками, подсказчиками и учителями в интимных вопросах, настигло Сергея в шестнадцатилетнем возрасте и быстро сошло на нет. Позднее он уверял, что общение с биороботами лишено важнейшей составляющей – интриги, непредсказуемости. Впрочем, разбираться в собственных предпочтениях Сергей предпочитал на личном опыте, чему способствовало либеральное отношение родителей к увлечениям сына.

Обучаясь в школе-интернате, он, тем не менее, контактировал с мамой и папой, в отличие от своего друга Роберта. Наученные горьким опытом родственников и знакомых, родители Сергея не решились самостоятельно заниматься воспитанием сына, но никогда не отказывались от встреч с ним. Отец – офицер Министерства Безопасности надеялся, что сын пойдёт по его стопам, но не помешал ему сделать собственный выбор. Именно он, кстати, на шестнадцатилетие подарил Сергею небольшую квартирку в новом районе Белокаменной столицы Северо-Востока и домашнюю помощницу – эффектную рыжеволосую девушку искусственного происхождения. Мать Сергея – тихая, изящная женщина была специалистом по гуманитарным наукам, учёным и преподавателем. Она втайне надеялась, что после окончания интерната сын предпочтёт жить в кругу семьи. Но свободолюбие парня взяло верх над благими намерениями родителей.

Женщины в квартирке Сергея появлялись регулярно, но редко задерживались там надолго. Для Роберта двери дома его друга оставались открытыми круглосуточно. Вот и сегодня, как всегда, друзья расположились на кухне за обеденным столом, медленно потягивая красное вино. Сергей внимательно выслушал неожиданно обильные новости из жизни друга и заговорил после паузы:

– Чует моё сердце – в твоей жизни наступила полоса больших перемен. Наконец-то ты уйдёшь от вялой размеренности преуспевающего инженера. От тебя потребуется активная жизненная позиция, но готов ли ты к этому?

– К чему? – Роберт желал конкретики.

– Готов ли ты стать мужчиной? – фыркнул Сергей.

– Хорош прикалываться, Ёрш! – кисло улыбнулся Роби. – Конечно, я и без твоих советов могу обойтись...

– Э-э, с каких это пор ты стал таким обидчивым, Боб? – весело рассмеялся его друг. – Сначала выслушай, а потом думай – обижаться или принять мои слова, как руководство к действию... Ну или как справочник опытного человека хотя бы... Начнём с того, что жизнь начала подталкивать тебя к активному общению с женщинами. Неужели не заметил? Только не говори, что ты по-прежнему находишься в поисках идеала?

– Ага, – Роберт залпом допил содержимое бокала, свободно выдохнул и улыбнулся: – Не исключено, что мой поиск скоро принесёт результат.

– В самом деле? – скептически отозвался Сергей. – Тогда ответь мне на простой вопрос: Исидора или Эльза?

– Постой! Зачем ты так всё упрощаешь? – нахмурился Роби. – Исидора – чудесная актриса, юношеская мечта. Её дочь, теоретически, может стать...

– Я задал простой вопрос, Боб, – перебил его Ёрш, – но после живого знакомства с обеими женщинами у тебя нет на него ответа. Всё дело в том, что каждую женщину ты рассматриваешь, как потенциальную жену. Зачем?! Разумеется, Исидора Небесная – сомнительная кандидатура в жёны Роберту Бергу хотя бы потому, что не сможет родить ему ребёнка. Но она – великолепная актриса и, наверняка, чудесная любовница! На твоём месте я бы не сомневался ни единой минуты...

– Ты всё о своём... В нашем разговоре было бы желательно обойтись без пошлости, – передёрнул плечами Роберт.

– Где ты услышал пошлость? Я не говорю об одноразовом удовольствии, – пылко возразил Сергей. – У красавицы Исидоры большой жизненный опыт, и если она всерьёз заинтересовалась таким неисправимым романтиком, значит всё не так плохо, как мне казалось...

– В твоём понимании, я похож на потенциального любовника великой актрисы? – усмехнулся Боб.

– На дурака ты похож, дружище! – хмыкнул Сергей. – Не нравится слово «любовник», скажи – нежный друг. Ты свободен в собственных мыслях, в способах выражения чувств, в своих поступках. Зачем отказывать себе в нежном общении с женщиной, если ваши чувства взаимны?

– А Эльза? – вздохнул Роберт.

– Поверь моему внутреннему голосу, наладить с ней добрые человеческие отношения будет очень сложно. Должно случиться что-то невероятное, чтобы дочь Исидоры решилась себя отдать, поделиться теплом, а не взять его безвозмездно, – поморщился Ёрш. – Я не хочу отговаривать тебя от связи с ней, но... Позволь мне «случайно» познакомиться с Эльзой.

– Ни в коем случае! – в сердцах воскликнул Боб.

– Боишься, что отобью? – рассмеялся Сергей. – Пример получился бы наглядным... Но будем считать, что я не прав в своей оценке этой дамочки... Выпьем ещё по бокалу и поговорим о деле... Моё мнение о Министерстве Безопасности тебе известно. Да, я отношусь к «тайному ведомству» с предубеждением, несмотря на тёплые чувства к собственному отцу. Кстати, я знаком с полковником Подгорным. Он – умный человек, но слишком скользкий. Майор Кремень нравится мне гораздо больше.

– Да ну? – искренне не поверил другу Роберт.

– Ну да, – хохотнул Ёрш. – Конечно, на службе он производит впечатление солдафона, да так оно и есть на самом деле. Однако в свободное от работы время... За дружеским столом, да под водочку Кремень – отличный мужик, душа-человек... Но сейчас не о нём. Ты отдаёшь себе отчёт в том, что некоторое время находишься под колпаком Министерства?

– Некоторое время? – нахмурился Боб. – Если хорошенько подумать, с тобой трудно не согласиться.

– Однозначно! – кивнул Сергей. – Судя по сделанному тебе предложению, за тобой давно присматривают, подслушивают, анализируют... Конечно, в моём логове им тебя не достать. Как-никак, я проходил добровольную специальную подготовку у собственного отца... Думаю, тебя обучат некоторым премудростям противодействия тайному сбору информации. В Министерстве отлично понимают, что новый Инспектор вызовет повышенный интерес у всех заинтересованных сторон.

– А оно мне надо? – Роберт скорчил чрезвычайно кислую физиономию.

– Несомненно, – не позволяя другу отвертеться от серьёзного обсуждения насущных проблем, уверенно ответил Ёрш. – Во-первых, инспектировать межконтинентальные транспортные системы тебе должно быть интересно с профессиональной точки зрения. Ты классный специалист в своём деле, это неоспоримо. Во-вторых, насколько мне известно, Инспектор – ещё и дипломатический работник Мирового Совета, а дипломатия у тебя в крови. Нет-нет, я не шучу... Даже интересно, кто лоббировал твою кандидатуру. Не знаешь? Странно...

– Ни малейшего понятия, – искренне ответил Боб. – Ты думаешь, что я лукавлю?

– Если бы не наши дружеские отношения на протяжении четверти века, так бы и подумал... – пожал плечами Ёрш.

– Серьёзно? – удивился Роберт.

– Ага, – кивнул Сергей. – А значит, в-третьих, в твоей жизни появилась тайна, которую ты, несомненно, захочешь разгадать. Моя помощь требуется?

– А зачем, по-твоему, я к тебе припёрся и делюсь личными новостями? – подмигнул другу Роби. – Однако, если всё так серьёзно, как утверждаешь ты, придётся оглядываться и шифроваться?

– Если Господину Инспектору требуется тайный помощник в моём лице, нам следует заранее оговорить способы связи, пороли, явки, – выпучил глаза Ёрш и немедленно рассмеялся: – В каждой шутке есть доля правды, Боб. Не исключено, что до момента прояснения ситуации нам, действительно, следует упорядочить личные контакты. Я понял это в тот час, когда получил от отца информацию о назначении нового Инспектора межконтинентального транспорта.

– От отца? – ахнул Роберт.

– В том-то и дело, Боб, – вздохнул Сергей. – Но ты не пугайся, мы обязательно прорвёмся. Разве может быть иначе?.. Важно разобраться, кто стоит за твоим назначением и чего от тебя ждут. Вероятно, в определённых кругах идея возникла давно, а катализатором срочного принятия решение стало твоё сближение с семьёй Небесных.

– Знаешь, Ёрш... У меня тоже промелькнула эта безумная мысль, – признался Роби.

– Она не так безумна, как может показаться на первый взгляд, – хлопнул его по плечу друг детства. – Возможно, ты близко подобрался к чему-то особенно важному, дружище.

– Или к кому-то, – в тон другу проговорил Роберт и вскинул на него острый, как молния взгляд: – Габриель?.. Что ты знаешь об отце Эльзы?

– Ничего, – удручённо покачал головой Сергей. – И даже не представляю, как навести справки, не вызвав подозрений. Возможно, у тебя это получится лучше.

– Может быть... – задумался Боб.

– Впрочем, не исключено, что дело всё-таки в женщинах, – ухмыльнулся Ёрш. – Не злись!.. Я просто предполагаю, что в ближайшее время путь новоявленного Инспектора межконтинентального транспорта столкнёт тебя не только с Небесными красавицами. И тебе следует серьёзно задуматься о том, что среди них есть не только потенциальная супруга, но и помощницы, союзницы, друзья с одной стороны, а с другой – шпионки и недруги разных мастей. Готов ли ты оценивать женщин адекватно? Тебе сложно взглянуть внимательно и непредвзято даже на мою домработницу Лариску.

– Почему же? – с неудовольствием произнёс Роберт и уставился на женщину, биоробота, за время мужского разговора накрывшую стол к ужину...

– О, нет! – воскликнула Лариса после короткой немой сцены. – Твой друг смотрит на меня, как на шлюху, Серёжа! А всё потому, что пару лет тому назад, вслед за вашим общением с обильным возлиянием, он провёл ночь в одной постели со мной... И после того случая, кстати, Роберт не показывался у нас целых полгода.

– Так сложились обстоятельства, – смутился Боб, чем вызвал улыбку у андроида и приступ смешливости у своего друга.

– Ты, действительно, ничего не понимаешь в женщинах, – констатировал Сергей. – Господин Инспектор до сих пор считает, что, прикоснувшись к милым веснушкам симпатичной особы искусственного происхождения, он обидел рабыню и её хозяина? Ты ошибаешься! Нет никакой рабыни... Лара объясни ему!

– Милый Роберт! – снова улыбнулась она. – Много лет тому назад Серёжа решил, что в интимном смысле его интересуют только женщины человеческой расы. С тех пор нас с ним связывают исключительно приятельские отношения. Иногда он называет меня сестрёнкой, а ты... Стыдно признаться в том, что после той ночи я влюбилась непозволительно для биоробота, что была готова сбежать от Сергея к тебе. Так бы и сделала, если бы не знала о существовании твоей личной помощницы.

– Дори? – изумился Боб. – Это шутка такая? Вы меня разыгрываете?

– Ничуть, – ответил Ёрш. – Надеюсь, ты не забыл, что твой друг – неплохой конструктор. Лариска – глубоко модернизированная особа, сильно приближённая к человеческим существам, а в чём-то и превосходящая их. Правда, после того случая мне пришлось временно снизить эмоциональную чувствительность Лары. О контактах с другими мужчинами, если ты не понял, она и слушать ничего не хотела.

– Он говорит правду, Лариса?.. Но мне и в голову не пришло... – растерялся Роберт и совершенно по–мальчишески добавил: – И что теперь делать?!

– Не мне судить, – взгляд ясных голубых глаз рыжеволосой женщины искусственного происхождения потеплел. – Возможно, ты не станешь торопиться домой и останешься у нас до утра? Не бойся, кусать я тебя не стану, но целоваться научу обязательно!

Появление разумной жизни на Обители (из дневника Роберта Берга)

Жрецы обоих традиционных культов Обители однозначно отвечают на вопрос о появлении разумной жизни на планете, как и о зарождении живой природы вообще. Священнослужители спорят только по одному аспекту проблемы: «Свет оплодотворил Тьму или, наоборот, Тьма оплодотворила Свет?» Подобный подход, как минимум, не отвечает на вопрос: когда появился разум на нашей планете? Одновременно с появлением простейших микроорганизмов? С эволюционного прорыва первых животных? А, быть может, непостижимая божественная энергия дожидалась появления человекообразных существ как раз для того, чтобы наделить их разумом? Не сочтите за кощунство, но... Сколько раз кто-то оплодотворил кого-то, чтобы мы научились думать своей головой?

Многочисленные теории современных учёных по поводу разумной жизни на Обители не отличаются стройностью и противоречат друг другу. Одни утверждают, что она дана нам благодаря длинной цепочки случайностей, повторить которую практически невозможно. Другие настаивают на том, что разум закономерно достался нам после эволюции природы планеты, длившейся многие миллионы лет. Третьи, и вовсе, уверяют, что зачатки разума привнесены на планету извне. В моём понимании они вторят Жрецам Света и Тьмы.

Почему меня не удовлетворяет ни одна из приведённых выше концепций? Быть может, лично я лишён этого самого разума? Во всяком случае, ни одна из сторон не приводит убедительных доказательств своей правоты.

Через пару дней Роберт снова гостил у Софии. В середине занятий к бабушке пожаловала Эльза. Она на удивление вежливо поздоровалась, тихо попивала чай, внимательно слушала Соню, а особенно вопросы и комментарии Боба. По окончании урока Эльза неожиданно обратилась к Роберту:

– Мне нужно серьёзно поговорить с тобой.

– И что же тебе мешает? – развёл руками он.

– Нет-нет, тема разговора сугубо конфиденциальная, – заявила она. – Если у тебя есть время и желание, зайдём ко мне?

Провожая молодых людей, бабушка Соня подмигнула «ученику» за спиной у внучки. Боб всеми силами старался не показать своего волнения, но сердце молодого мужчины застучало учащённо. Через пару минут он впервые попал в личное пространство Эльзы.

Обстановка жилища удивила Роберта. На первый взгляд она мало соответствовала возрасту своей хозяйки. В квартире доминировала основательность, характерная для человека средних лет. Сильное впечатление произвёл на гостя архив – большой шкаф с книгами на электронных носителях. Присутствовали там и старинные бумажные книги с исторической и художественной литературой. Подобные фолианты Боб видел только в музеях и на выставках. Меблировка и предметы декора просторной гостиной так же навевали мысли о старине. Позже Роберту стало известно, что квартира досталась Эльзе от её отца.

Боб предполагал увидеть здесь робота-помощника мужского пола, но ошибся. По дому хозяйке помогала высокая и худощавая, миловидная брюнетка искусственного происхождения, выглядевшая ровесницей Эльзы. За ужином Эля затеяла разговор, сначала более походивший на монолог:

– Ты, в самом деле, видишь во мне мать твоего единственного ребёнка?.. Ну, хорошо, не только твоего... Допустим, нашего единственного ребёнка... Это неразумно, Роберт! Мы едва знакомы... На пылкого влюблённого ты не похож. Их всегда выдаёт несуразный, глупый вид... Впрочем, твои поступки... В любом случае, прежде чем задуматься о столь серьёзном шаге, люди обычно встречаются некоторое время.

– Я этого и добиваюсь, – не смолчал Боб.

– Тебе не понравилась моя подруга? – словно не услышав его, поинтересовалась Эльза.

– Илона – обаятельная девушка, чистосердечный человек, как мне кажется, – прямо высказался он. – Мы с ней подружились...

– Подружились... – медленно, по слогам повторила Эля, словно пробуя слово на вкус. – А со мной, значит, ты планируешь иные отношения... На что ты рассчитываешь, Бобби?

– Я ни на что не рассчитываю и ничего не планирую, – отрезал Роберт. – Мою тягу к тебе невозможно объяснить разумно.

– Тогда, может быть, просто пригласишь меня на свидание? – передёрнула плечами девушка...

К изумлению Боба, через день их первое свидание состоялось на самом деле. Они гуляли по вечерней Белокаменной. Роберт показывал Эльзе памятные места, рассказывал связанные с ними, любопытные истории. Эля отвечала ему той же монетой. После неторопливого, вкусного ужина в уютном ресторанчике, кавалер проводил даму до её дома. На пороге квартиры она протянула ему свои коралловые губы. Изумлённый Боб не запомнил деталей их первого поцелуя, но осталось ощущение, что Эльза вознамерилась попробовать мужчину на вкус и получила ровно то, чего желала.

Жизнь Роберта обрела непривычную, многоцветную насыщенность. Вступление в новую должность, подготовка к первой командировке Инспектора межконтинентального транспорта, знакомства с новыми сослуживцами. Удивительным образом он успевал ещё, и на занятия к Софии, и на свидания с её внучкой. Уклоняясь от посещения театра и других зрелищных заведений, Эльза предпочитала прогулки по городу и походы в музеи. Они обошли все музейные и выставочные центры столицы северо-восточного континента, а в некоторые заглядывали по нескольку раз. Эльзе нравились визиты в публичный институт освоения Обители и центральный исторический музей. Бобу были особенно интересны центр искусств и политехнический музей. Дочь Исидоры и Габриэля могла часами рассуждать, например, о подробностях создания вблизи Белокаменной столицы континента подземного пресноводного водохранилища, обеспечивавшего потребности людей в водных ресурсах во время планетарной катастрофы и уже два тысячелетия после неё. Роберт немедленно вспоминал технические детали этого колоссального проекта, рассказывал о способах сохранения и очистки воды в огромном водоёме, делился информацией о подобных проектах в прочих поселениях Северо-Востока и на других континентах Обители.

Многие свидетельства человеческой жизни и деятельности молодые люди брали из литературных источников, не претендовавших на полную достоверность. Однако их использование позволяло выстраивать многоцветную, стройную, гармоничную историческую картину. Кроме того, и Эльза, и Роберт ценили хорошую художественную литературу, и могли часами говорить о ней... Боб радовался наладившимися, казалось бы, отношениями с Эльзой. Немного выбивали из колеи лишь скептические улыбки Софии, стоило ему только упомянуть о её внучке.

Однажды в предвыходной день молодые люди всё-таки наведались в живой театр, на премьеру очень тонкого, чувственного, прекрасно сыгранного актёрами спектакля современного автора. Этим вечером поцелуи на пороге квартиры Эльзы вышли особенно эмоциональными и переместились внутрь помещения, в гостиную. Теряющий самоконтроль, Роберт дал волю рукам, но Эля остановила мужчину:

– Не сейчас, милый!.. Я устала... Но ты можешь остаться у меня на ночь. Я предоставлю вам с Фридой свою спальню...

– Какое отношение ко мне имеет Фрида? – изумился Боб. – Зачем ты подсовываешь мне свою помощницу?

– Во-первых, ты убедишься в несомненных преимуществах новейшей модели андроида над используемой тобой устаревшей версией и удовлетворишь свои желания, – сухо ответила Эльза. – Во-вторых, Фрида квалифицированно объяснит мои требования и поведает тебе о предпочтениях своей Хозяйки. Короче, всё расскажет и наглядно продемонстрирует в соответствующей обстановке...

– Мне казалось, что подобные вопросы обсуждаются мужчиной и женщиной без посредников, – выйдя из ступора, пробормотал Роберт.

– Ты старомоден, да и вообще... На тебя не угодишь, мой дорогой! – Эля одарила мужчину улыбкой снежной королевы. – Моя подруга Илона тебе не подошла, помощница Фрида тоже не устраивает... Быть может, я не рассмотрела в тебе нетрадиционных наклонностей?

– Невозможно разглядеть то, чего нет, – ожесточился Боб. – С Илоной мы – добрые друзья, а Фрида очаровательна, но… мне пора.

– Как знаешь, милый! – сдержав усмешку, Эльза потупила взгляд, но через мгновенье решительно заявила: – Завтра я жду тебя здесь в полдень. Нам предстоит крайне важный визит, пропустить который не в твоих интересах.

Роберт вернулся домой в расстроенных чувствах, но проснувшись утром, решил не придавать особого значения странному поведению Эли.

Глава 6. Светопреставление

Глава 6. Светопреставление

Вскоре после полудня, вдвоём, Эльза и Роберт отправились к одному из трёх небоскрёбов. Так называли в Белокаменной столице многоэтажные структуры офисных и жилых помещений, встроенные в массив скальных пород, устремлённых ввысь на недосягаемую высоту. Современный, скоростной лифт поднимал молодых людей как-то уж слишком долго. Боб и представить не мог, как высоко они забрались. Выбравшись из кабины, к своему удивлению, Роберт увидел не привычный, облицованный плиткой или негорючим пластиком коридор, а небольшой зал, вырезанный в скальном грунте. На противоположном от лифтовой шахты конце зала расположился контрольно-пропускной пункт с весьма внушительной охраной. Неприветливый офицер Службы Безопасности тщательно сверил документы визитёров с компьютерной базой данных, после чего кивнул Эльзе, пропустил её через тяжёлую металлическую дверь с пуленепробиваемым стеклом и обратился к Роберту. «У Вас разовый пропуск, коллега, – неожиданно улыбнулся офицер. – Хочу напомнить, что до полуночи Вы обязаны пересечь границу в обратном направлении».

В голове Боба возникло сразу несколько животрепещущих вопросов, но он лишь кивнул и отправился вслед за Эльзой. Выяснение деталей неожиданного путешествия Роберт оставил до более подходящего времени. Молодые люди поднялись ещё на три этажа вверх по широкой лестнице и уткнулись в новый КПП, где хозяйничали вооружённые, крепкие, но улыбчивые девушки в странных, пятнистых комбинезонах... Через четверть часа Эля постучалась в двустворчатую дубовую дверь в конце длинного коридора.

Взгляду Роберта открылся просторный полукруглый кабинет. Дальнюю, дугообразную стену декорировала плотная, светонепроницаемая ткань. Перед ней стоял так же полукруглый, длинный диван, на краю которого сидела и читала бумажную книгу хорошенькая девушка-подросток. У левой стены кабинета за массивным письменным столом расположился абсолютно седой мужчина, загорелое лицо которого выглядело необычайно суровым. Однако стоило ему взглянуть на вошедшую в комнату молодую женщину, строгие черты лица смягчились.

– Здравствуй, папа! – с улыбкой подошла к нему Эля. Удостоившись отцовского поцелуя, она перевела взгляд на девчушку, вскочившую с дивана: – Привет, Юля! Хочу познакомить вас обоих с моим… спутником...

– Роберт Берг, инженер, Инспектор транспортного ведомства, – представился Боб и протянул открытую руку отцу Эльзы.

Даже обнимая прильнувшую к ней Юлю, Эля с интересом смотрела за крепким рукопожатием мужчин. Оторвавшись от Эльзы, девчушка пристально взглянула на гостя и сделала книксен. Роберт сдержал улыбку, коротко поклонился юной барышне и открыл ей свою ладонь. Юлия с опаской коснулась мужских пальцев и… заулыбалась. Меж тем, наконец-то, заговорил отец Эли:

– Вы очень молоды для Инспектора, Роберт. Впрочем, этот недостаток быстро проходит... Я, как Вы уже поняли, прихожусь Эльзе отцом. Моё имя – Габриель... Практически не рискуя ошибиться, предположу, что заочно мы знакомы уже несколько месяцев. А сегодня, наконец, я вижу «избранного» воочию...

– Простите? – не понял последнюю фразу Боб.

– Видите ли, Роберт, дочь впервые знакомит меня со своим парнем, – попытался улыбнуться Габри, но лишь убедил гостя в том, что подобный мимический рисунок у него ни в чести. – Иначе, как «избранником» Эльзы, Вас не назовёшь... Надеюсь, род моей деятельности Вам уже понятен?

Чтобы не ударить в грязь лицом, Бобу пришлось изрядно напрячь свои мозговые извилины... Долгий подъём на лифте, два контрольно-пропускных пункта с вооружённой охраной, загорелый, седой мужчина в белой накидке с золотой каймой. Было ещё что-то необычное в глазах Габриеля и Юлии, но разобраться в деталях Роберту пока не удалось... И тут его осенило:

– Вы – Жрец Света?!

– Верно, – удовлетворённо кивнул отец Эльзы.

– Мы находимся на поверхности Обители?! – не мог поверить Боб.

– Да, – усмехнулся Габриель. – А Вы сомневаетесь?.. Тогда наденьте тёмные очки...

– Зачем? – воскликнул Роберт, автоматически взяв в руки протянутый ему аксессуар. Краем глаза он заметил, как Эля достаёт из сумочки и надевает весьма изящный, аналогичный по назначению предмет.

– Необходимая предосторожность... Я лишь забочусь о сохранности Вашего зрения, – Жрец взял со стола компактный прибор, напоминавший пульт управления, и нажал кнопку. Тяжёлые полотна ткани, декорировавшей полукруглую стену, поползли вверх...

Непривычные к яркому свету, глаза Роберта едва не ослепли, несмотря на защиту сильно затемнённых очков. Но стоило глазам немного попривыкнуть к новой визуальной реальности, им открылось чудо... Не помня себя, Боб вскочил коленями на диван, стоящий у панорамного окна. Он забыл обо всём на свете, глядя в застекольное пространство. Роберт словно впитывал его в себя и повторял вслух, где–то вычитанные в детстве и благополучно забытые слова: «лес», «холмы», «луга», «поляна», «озеро». Позже он задался вопросом, также произнесённым вслух:

– Чудесное белое здание вдалеке, справа от нас... Что это?

– Башня Верховного Жреца, – без эмоций проговорил Габриель и, выводя гостя из состояния транса, в свою очередь спросил: – Кажется, поверхность Обители произвела на Вас большое впечатление, молодой человек?

– Да, – только и смог выговорить Боб, на лице которого читался искренний восторг.

– Не организовать ли нам пикник на берегу озера, девушки? Марта вам поможет, – наконец-то улыбнулся Габри, – а мы с Робертом немного побеседуем наедине...

Ближе к полуночи Боб проводил Эльзу до дверей её квартиры и немедленно получил приглашение зайти в гости. Эля затеяла серьёзный разговор, не обращая внимания на рассеянность Роберта. Боб собрал за один день столь невероятное множество впечатлений, эмоций, неожиданной информации, что не мог их быстро переварить при всём желании. Будь он в состоянии равновесия, непременно заметил бы, как Эльза изумлялась искренней заинтересованностью Габриеля в общении с её новым приятелем.

– Зачем ты рассказал отцу об интересе Министерства Безопасности к моей семье? – начала она приватный домашний разговор с места в карьер.

– У меня случилась неожиданно тёплая, доверительная беседа с Габриелем, – откровенно пояснил Боб. – Было бы глупо омрачать её замалчиванием важного факта.

– Думаешь, для моего отца это новость? – хмыкнула она.

– Нет. По-моему, он ничуть не удивился, – пожал плечами он.

– Я рада, что ты уловил и осознал, какая информация подлежит огласке, а какие детали следует сохранить для внутрисемейного употребления, – строго произнесла Эля и продолжила в том же духе: – Теперь выслушай меня внимательно и не перебивай... После серьёзных размышлений я пришла к выводу, что готова стать матерью и зачать ребёнка… от Роберта Берга. Однако тебе придётся выполнить несколько требований. Во-первых, мы одновременно пройдём медицинское обследование и месячный курс подготовки к зачатию. Во-вторых, ты переедешь в мою квартиру и будешь жить здесь до рождения ребёнка, а затем ещё год после его рождения, не оставляя меня более, чем на сутки...

– Стоп-стоп-стоп, – с выражением крайнего недоумения на лице, Боб решительно прервал Эльзу. – Быть может, всё это и умно, но ты, кажется, запамятовала о моей ответственной работе, связанной с регулярными длительными командировками. Разумеется, по закону мне полагается отпуск, как на время зачатия ребёнка, так и на период его рождения. Но воспользоваться им я смогу через полгода, не ранее. Иначе, мне придётся расстаться с перспективной должностью, что важно не только для меня, но и для нашей семьи, не так ли?.. Но более всего меня удивляет тот факт, что о важнейшем событии в жизни любого человека ты рассуждаешь, как о техническом задании. По моему твёрдому убеждению, важнейшей составляющей процесса зачатия и рождения ребёнка являются взаимные чувства родителей...

– О чувствах и твоей работе мы поговорим позднее, – нахмурилась Эля.

– Когда? Через год после рождения малыша? – сдерживая своё негодование, поинтересовался Роберт.

– Как только ему исполнится год, ты переедешь на Северо-Запад, – с металлом в голосе произнесла Эльза.

– Что за вздор?! – потрясённо воскликнул Боб.

– Со временем твои чувства ко мне остынут, – безапелляционно заявила Эля. – Твоих ежемесячных визитов к ребёнку и его матери будет достаточно. А являясь членом семьи Небесных, ты, безусловно, нужнее Исидоре. У вас много общего...

В гостиной воцарилась мёртвая тишина. Мысленно отсчитав сотню ударов собственного сердца, сдержав зубовный скрежет, но, так и не разжав кулаки, Роберт заговорил тихо, максимально сухо и холодно: «Итак, я подвожу итоги. Ради стабилизации отношений внутри клана Небесных ты решила ввести в семью нового персонажа, мужчину и даже родить от него ребёнка. Высокая цель... Так получилось, что и у меня имеются собственные мысли на этот счёт и даже особенная, приоритетная идея. Я мечтаю не о том, чтобы стать Робертом Небесным. Мне нужна собственная семья, любимая жена и любимый ребёнок, не на год, а на всю жизнь. Как видишь, наши цели категорически не совпадают. Мне искренне жаль». Боб поднялся с кресла и, не глядя на вытянувшееся лицо Эльзы, покинул её квартиру.

Роберт шёл по улице, обуреваемый желанием повздорить со случайным прохожим и довести дело до бессмысленной, но непременно кровавой драки. Как назло, к часу ночи улицы опустели... Дома Боба встречала Дори. Поймав его взгляд, она глубоко вздохнула и отправилась на кухню. Помощница вернулась к хозяину через пару минут с пузатым бокалом, наполовину наполненным коньяком. Однако Роберт отрицательно покачал головой и потащил её в ванную комнату. Минут двадцать они принимали контрастный душ, а затем отправились в спальню...

Возможно, Боб рассчитывал, что наутро Дори не пожелает более общаться с взбесившимся хозяином, но она выглядела счастливой. Может быть, всё дело в её искусственном происхождении?

Не желая анализировать логику своих поступков, после полудня воскресного дня Роберт позвонил Илоне и пригласил её на выставку живописи, недавно открывшуюся в лучшей галерее Белокаменной столицы. Илона ничего не знала о произошедших накануне событиях, но ждала от Боба разговора о текущих событиях. Однако сегодня Роберт не был словоохотлив. Он просто взял девушку под руку и неторопливо бродил с ней по художественной галерее от полотна к полотну, пока не застыл перед картиной под названием «Оазис».

На ней у открытого огня, называемого древними людьми костром, сидели мужчина и женщина. За их спинами едва виднелась пещера и непрочная хижина, сооружённая на свайных конструкциях. По сути, ночной пейзаж этим и ограничивался. На остальной поверхности полотна угадывалось обширное, неспокойное водное пространство и абсолютная чернота неба... Илоне стало казаться, что Роберт видит на картине что-то, недоступное её зрению. Долго, очень долго, не отрываясь, он смотрел на неё... Не выдержав паузы, девушка негромко спросила: «Ты никогда не видел «Оазис» Карла Чёрного, Роби? Оригинал этого полотна хранится у Жрецов Тьмы Южного континента. Перед нами одна из авторских копий. Говорят, что их несколько, и все они немного отличаются друг от друга...» Боб наконец-то переключил внимание с картины на свою спутницу, со странной, потусторонней улыбкой отрицательно покачал головой и неторопливо повёл Илону… на выход.

На пороге её дома Роберт чмокнул смуглую женскую щёчку и произнёс: «Ты очень помогла мне сегодня, Илона! Спасибо тебе!» Сделав несколько шагов прочь от обескураженной девушки, Боб обернулся и неожиданно спросил:

– Скажи мне, пожалуйста... Ради любимого мужчины ты смогла бы в корне изменить жизнь, бросить привычную, уютную обыденность и отправиться со своим суженым в неизведанные дали?

– Суженый? Любимый? – узкие вертикальные зрачки оливковых глаз Илоны стремительно расширились. – Да, я смогла бы...

Роберт порывисто приблизился к ней, заключил в тесные объятья и крепко поцеловал в губы... Восстанавливая дыхание после долгого, горячего поцелуя, Илона смотрела вслед удаляющемуся мужчине и не могла понять, как реагировать на происшествие: радоваться или огорчаться? Не придавать ему значения она не могла... Для осознания изменившейся реальности требовалось время.

А время показало, что главное изменение заключалось в том, что Боб стал связываться с Илоной по видеофону практически ежедневно. Даже находясь в длительных командировках, он не забывал о ежевечерних беседах с ней на самые разные темы, интересные им обоим.

Перед первой командировкой Роберта в должности Инспектора межконтинентального транспорта полковник Подгорный предложил ему выбрать себе временного помощника. Собственно, выбор предстояло сделать между двумя молодыми лейтенантами Службы Безопасности – Степаном Сермяжным и Симоной Вагнер. С ними Боб успел познакомиться в процессе изучения профильных документов и короткой стажировки в соответствующих его специфике подразделениях Министерства. Оба произвели на него положительное впечатление. Но в программе командировки значился торжественный приём в правительственных кругах Южного континента. Дипломатические способности Симоны не вызывали сомнений. Выбор пал на неё.

Впрочем, прежде чем попасть на Южный континент, Роберту предстояло посетить Северо-Запад. Что и говорить, его взгляд на транспортную систему сместился с чисто технической точки зрения на жёсткий подход Инспектора к вопросам безопасности. Подшефные службы сразу прочувствовали на себе серьёзность нового руководства при несомненном здравомыслии его требований. Симоне оставалось лишь вовремя озвучивать параграфы и пункты правил и законов, ещё не выученные Робертом наизусть, но используемые им для обоснования своих указаний. На целенаправленное ознакомление со структурой обеспечения безопасности транспортной системы Северо-Западного континента у Инспектора Берга ушла рабочая неделя. Вечером субботнего дня они с Симоной заселились в один из лучших отелей Спелого Яблока и отправились в театр. Спектакль понравился им обоим, игра Исидоры Небесной тем более. Однако приглашением посетить грим-уборную примадонны воспользовался только Роберт. Дипломатичная Симона отправилась в гостиницу.

Войдя в гримёрную комнату с шикарным букетом цветов, Боб немедленно попал в горячие объятья Исидоры, смутившие не только визитёра, но и театральных помощников актрисы. Впрочем, она лишь прикусила мочку уха Роберта и прошептала: «Я тебя ждала». Продолжение общения перенеслось в домашнюю обстановку. К прибытию хозяйки и её дорогого гостя здесь подготовили праздничный стол. Его накрывали две помощницы Исидоры. Первая из них – статная, эффектная брюнетка, а вторая – точная копия… Эльзы! На первый взгляд, по меньшей мере... Боб с трудом сдержал эмоциональный возглас и, располагаясь за столом, заметил:

– Честно говоря, Дора, я предполагал увидеть в твоём красивом доме помощника с мужской внешностью.

– Имелись такие, – засмеялась Исидора, усаживаясь за стол напротив гостя, – но после некоторых знаковых событий, включая… знакомство с тобой, я пересмотрела жизненные приоритеты. Крепкого мужичка сменила Элка – це... Ну, ты понял! Нравится?

– Ещё бы! – фыркнул Боб. – И над кем ты издеваешься в большей степени? Надо мной или над своей дочерью?

– Я лишь подготовила для тебя приятный сюрприз, дорогой! – невинно взглянула на Роберта Исидора. – Слышала, что вы с моей дочкой серьёзно повздорили... Будто бы, она не может так, как желаешь ты?

– Скорее, наоборот, – Боб не стал сердиться, а искренне рассмеялся: – Хочешь сказать, что твоя новая помощница способна на всё? Но, как я понимаю, по человеческим меркам она совсем неопытна...

– Опыт – дело наживное! – расхохоталась Дора. – У меня его – хоть отбавляй. Неужели я не поделюсь им, не помогу тебе с Элкой?

– С Элкой поможешь, с Эльзой – вряд ли, – открыто иронизировал Роби.

– Всё так плохо? – посерьёзнела Исидора.

– Да, мы не понимаем друг друга, – искренне ответил Роберт. – И проблема заключается, на мой взгляд, не в недостатке силы взаимного притяжения, не в отсутствии любви.

– А меня ты совсем не любишь? – неожиданно воскликнула Дора.

– Напротив, я очень тебя люблю! – поймал её руку Боб. – Будь иначе, мы давно бы стали любовниками...

Впервые после давнего общения с Габриелем Исидора почувствовала, что судьба свела её не только с желанным, но и с неожиданно мудрым мужчиной. Вероятно, он оказался мудрее и умнее самой театральной примы. В глубокой задумчивости она замолчала. Молчал и Роберт, дожидаясь ключевых слов. Впрочем, они снова оказались парадоксальными.

– Скажи, мой дорогой, у моей дочери не осталось шансов? – спросила Дора.

– Я ей не верю, – простонал Боб, но моментально взял себя в руки. – Ни словам, ни поступкам Эльзы не верю... Пойми, для меня принципиально важно доверять человеку в личном общении. Ощущать искренность его мыслей и порывов, желаний и эмоций... Пусть ты – сложная, неординарная и слишком красивая женщина для простого Инспектора межконтинентального транспорта, но тебе я верю гораздо больше, чем твоей дочери. Другое дело, что в личной жизни мне нужна не гениальная актриса, а жена, она же – мать моего ребёнка.

– А если я попрошу тебя поцеловать мою помощницу Элку? – продолжила задавать парадоксальные вопросы Исидора...

Вскоре после ужина новая помощница примадонны театральных подмостков подсела к расположившемуся на диване гостю. Люди давно привыкли к высочайшему качеству биороботов, своих каждодневных помощников. Но от соседства с новейшей моделью, с точной копией Эльзы Роберту стало не по себе. Во-первых, от неё веяло каким-то особенным теплом. Во-вторых, уровень её чувствительности превышал ожидания Роберта. От ласкового мужского прикосновения по открытому плечу девушки искусственного происхождения побежали мурашки. А стоило Бобу коснуться пальцами её шеи, щёки Элки порозовели... Роберту даже показалось, что он участвует в грандиозной мистификации, пока он не заглянул в ясные, светло-зелёные девичьи глаза. Там Боб увидел такую глубину противоречивых эмоций, какую даже не мечтал отыскать в глазах настоящей Эльзы. Их губы встретились... Исидора наблюдала за целующейся парой сначала с интересом, затем с завистью и, наконец, отвернулась.

Раскрасневшаяся девушка искусственного происхождения вознамерилась вскочить с дивана и убежать, но мужчина удержал её в своих руках.

– Тебе есть, что сказать? – скрывая досаду, поинтересовалась Дора.

– Да, – кивнул ей Роберт, но обратился к Элке: – Я даже засомневался, а не разыгрывают ли меня?.. Ты, милая девочка – в большей степени моя Эля, чем сама Эльза, твой прообраз.

– Нет, – грустно покачала головой помощница Исидоры. – Если меня не перепрограммируют, Ваши поцелуи останутся в моей памяти... Нет! Они запечатлены в моей душе до конца. А для Вас, Роберт, я останусь иллюзией.

– Неправда! – вскипела Дора.

– Хорошо... Если хозяйка не возражает, я открою тайну... – глубоко вздохнула девушка-андроид. – Помимо техников и программистов надо мной работала лично Исидора Небесная. Долго и тщательно она вкладывала в меня эмоции и ощущения, свои собственные мечты в предчувствии встречи юной девушки с долгожданным мужчиной, с Вами, Роберт… Я – юная Дора в совершенном теле, скопированном с её дочери... Но мне никогда не стать матерью Вашего ребёнка, а значит я – ненастоящая женщина...

Боб с содроганием посмотрел на беззвучно плачущую Исидору, но прежде, чем подойти к ней, снова коснулся губами коралловых губок биоробота. На щёку девушки выкатилась одинокая слеза. Роберт поймал её губами. «Солёная», – пронеслось в голове... Дора продолжала сидеть за столом, сжимая в руке бокал с белым вином. Боб обошёл её стул сзади и положил руки на женские плечи. «Вы удивили меня, девушки... Поразили в самое сердце, – тихо заговорил он. – Но всё в этой, в нашей истории сложнее и… проще, как ни странно. Память андроида велика, мозг изощрён, но подобное существо создают люди, а они несовершенны. Добросердечная Дора попыталась объять необъятное. Она решила создать идеал женщины для своеобразного, неподатливого, упрямого мужчины, вложить в своё создание нереализованные мечты юности, грёзы, а заодно и воплотить в реальность образ своей идеальной дочери».

Исидора содрогнулась от нового взрыва эмоций, сопровождаемого плачем. Роберт наклонился к её лицу, поцеловал мокрую щёку и, поглаживая белокурые локоны кумира своей молодости, продолжил свою мысль: «Как ни удивительно, эксперимент удался. Однако, делая первые шаги в жизни, создание Доры стало гармонизировать заложенную в неё программу. Высокотехнологичное существо приобретает незапрограммированную индивидуальность. Возможно, я настроен излишне романтично, но, по моему мнению, ты одухотворяешься, девочка... И это прекрасно! Ты – Эля, но не Эльза... Во всяком случае, я буду называть тебя иначе. Например, Эльвира – очень красивое, на мой взгляд, имя. Тебе не суждено стать матерью? Но далеко не каждый человек имеет возможность ощутить радость и горечь материнства и отцовства. Исидора видит во мне твоего Хозяина? Но я не хочу подобных отношений с тобой. С растущей и развивающейся девушкой Эльвирой я желаю общаться на равных. К чему приведут наши отношения, покажет время».

– Роберт, ты не хочешь переночевать у нас, в комнате… Эльвиры? – развернувшись на стуле вполоборота к мужчине, со вздохом спросила Исидора.

– Дора, удивительным образом ты произвела на свет нежное, чувствительное существо, вложила в девочку Элю часть своей души, – мягко произнёс Боб. – Неужели ты не понимаешь, что твоё провокационное предложение нервирует Эльвиру. Для неё впервые разделить постель с мужчиной – серьёзный и волнительный шаг. С ним не нужно спешить... Пойми, Дора, семья Небесных уже никогда не станет для меня чужой. По собственной воле я не откажусь от общения с тобой, Софией и, кстати, с Габриелем тоже... Даже с Эльзой мы встретимся, если твоей родной дочери понадобится моя помощь. Нынче в моей жизни появилась удивительная Эльвира… Небесная... Так случилось, что у меня нет своей родни... Вы теперь – моя семья, пусть и неформально. Если, конечно, вам нужен такой родственник.

Эльвира всё-таки покинула гостиную, бросив благодарный взгляд на Роберта. А Исидора вместо ответа поцеловала его руку и прошептала: «Может быть, прежде чем покинуть мой дом, ты уложишь спать старушку Дору?» Боб улыбнулся и поднял женщину на руки... Опустив её на мягкое ковровое покрытие уютной спальни, он произнёс:

– Какая же ты старушка? Я вижу перед собой прекрасную женщину...

– Судя по твоему поведению, этого не скажешь, – пожала плечами Исидора. – А если подойти к вопросу объективно... Моей дочери 25 лет, наша Эльвира выглядит на 20, не более, а мне уже за сорок. Неутешительный вывод напрашивается... Ты поможешь мне раздеться?

«Она не может не провоцировать меня», – подумал Роберт и не стал спорить... Эти прекрасные женские плечи он сотни раз видел на сцене, на многочисленных фотографиях, на портретах талантливых художников, и от того они не становились менее привлекательными. «Сколько горячих поклонников мечтало о том, чтобы увидеть обнажённое тело Исидоры Небесной, с благоговением прикоснуться к нему? Я был в их числе. Что изменилось во мне? Почему я запрещаю себе думать о ней, как о близкой женщине?» – мелькали мысли в голове Роберта. Он прикоснулся к её обнажённой груди, и Дора, словно чувствуя его сомнения, стыдливо прижалась к Бобу. Но мужские ладони скользнули по женской спине, всё ниже и ниже...

– Конечно, по сути, ты становишься членом семьи Небесных. Но не найдя среди нас мать своего будущего ребёнка, ты решил сохранять нейтралитет, – горячо зашептала она. – Как можно отдать предпочтение одной, не обидев других?

– По-твоему, я могу сблизиться с каждой из вас? – разум покинул Роберта, и он не понимал, что говорит. – Соня в том числе?

– Разумеется! – немедленно отреагировала Исидора, изнывая от прикосновений мужских рук. – Спроси её об этом сам. Она не станет лукавить.

– Странные вещи ты говоришь, Дора... – плыл по течению Боб. – Разве София не боготворит Габри?

– Она уважает его и… побаивается... Ты – совсем другой! Мне больно от мысли, что я не могу родить тебе ребёнка, бросить сцену, стать твоей женой... – не отпускала его Исидора. – Но моё сердце болезненно сжимается оттого, что ты не желаешь меня!

И снова Роберт не стал спорить с Дорой. Проигнорировав последние всполохи помутившегося рассудка, он перехватил женскую руку и прижал её к себе в том месте, где рвалось на волю обезумевшее естество. Исидора вздрогнула, ахнула и, в отличие от Боба, не стала выжидать ни секунды...

«Как же ты горяч и ласков, мой несравненный! – выдохнула она получасом позднее, ещё не оправившись от головокруженья, но продолжая прижимать Роберта к себе. – Теперь-то я хорошо понимаю тебя и верю, как никому другому... Пусть сегодняшняя ночь останется нашей тайной. Но знай – теперь у тебя есть я – Исидора ждущая и ещё… девочка Эльвира. Люблю тебя!»

Боб покидал квартиру Доры под утро. Она уже спала, но гостя провожала её новая помощница. «Не забывайте нас, Роберт! – шептала ему на ухо Эльвира, вторя своей «создательнице». – Помните, что Вас здесь любят и ждут».

Глава 7. Южный континент

Глава 7. Южный континент

В трёхкомнатном номере отеля Господина Инспектора встречала не выспавшаяся помощница, лейтенант Службы Безопасности Симона Вагнер. На зевающего Роберта она смотрела с нескрываемым любопытством, граничащим с восторгом, и не удержалась от вопроса:

– Простите мою нескромность, Господин Инспектор! Со знаменитой актрисой Исидорой Небесной Вас связывают особые, личные отношения?

– Извини, Симона, но я не стану отвечать на подобные вопросы, – нахмурился Боб. – Не хотелось бы, чтобы моя частная жизнь становилась предметом обсуждения... Что-то ещё? Мне пора отдохнуть, да и ты, как я вижу, не выспалась.

– Да, мне не даёт покоя один нюанс... – смутилась она. – Известно, что у Инспекторов бывает несколько помощников. По слухам они привлекают их не только для решения профессиональных вопросов.

– Я не желаю обсуждать слухи, особенно о покойном Инспекторе, Сима! Собственное мнение о служебных романах у меня ещё не сложилось. Да, и вообще... Я далёк от легкомысленного отношения к близости с женщинами, для меня оно является продолжением тёплого, доверительного общения. Тебе не терпится оказаться в моей постели? – Роберт строго посмотрел на покрасневшую девушку. – Для этого я, как минимум, плохо тебя знаю.

– Однажды Вы назвали меня симпатичной рыженькой девушкой, – досадуя на себя, невнятно проговорила она.

– Так оно и есть, – попытался сгладить ситуацию Боб. – Однако начнём с того, что мы с тобой находимся в командировке, а не в увеселительном путешествии. Не правда ли, коллега?

– Инспектор Берг назвал меня коллегой! – показательно восхитилась Симона. – А поцеловать коллегу он не позволяет себе даже в свободные от работы часы. Вашего доверия я тоже не заслуживаю, Господин Инспектор?

– Сейчас проверим, – буркнул он и пристально взглянул на девушку: – Какое задание ты получила от руководства, применительно к моему общению с семьёй Небесных?

– Полковник Подгорный просил не мешать, – вздохнула Сима, – а при необходимости, содействовать вашим контактам с нужными людьми. Небесных он упомянул отдельно. Простите, Роберт, любопытство я проявила по собственной инициативе, и не для передачи третьим лицам.

– Зачёт! – улыбнулся Боб и поцеловал девушку в щёку. – В свободное от работы время можешь обращаться ко мне на «ты» и... Прости, пожалуйста, но сейчас мне очень хочется спать...

«Не имея достоверной информации, Симона уже считает меня героем-любовником, меняющим женщин, как перчатки. После ночи с Исидорой что-то изменилось в моём лице? Или Серёга напророчил? И не ошибся ли я в выборе временной помощницы?» – засыпая, с неудовольствием размышлял Боб... Со временем стало ясно, что в Симоне он не ошибся. А во внешности Роберта, действительно, что-то изменилось. Но обо всём по порядку.

Боб проспал половину выходного дня, а вечер, помимо тихого ужина в компании Симоны, посвятил общению в формате видеосвязи. В течение двух часов он брал очередные уроки истории у Софии.

«История религиозных культов Обители» (из записок Роберта Берга)

На заре развития человеческой цивилизации в пригодных для проживания районах поверхности Обители естественным образом формировались языческие религиозные культы. Люди поклонялись огню и дождю, грозе и морозу, божествам водных пространств, воздуха, пустынь, полей, лесов... Как ни парадоксально, с течением времени объединению культовых течений поспособствовала наука. Люди постигали суть и причины природных явлений, постепенно продвигаясь от частного к общему. Не прекращая размышлять о собственном рождении, смысле существования и смерти, человек задумывался о мироздании и приходил к выводу о том, что у него с ним много общего. «Всё из света уйдёт во тьму, чтобы вновь обернуться светом*», – как писал поэт. «Единство и борьба противоположностей**», – как сказал философ.

В антагонизме Света и Тьмы заложено движение к познанию истины? Найти документальное подтверждение попыткам объединить два культа не удаётся. Любопытно, что получилось бы? Торжество всеобщей серости или многоцветие мнений, суждений, творчества? Когда я впервые вышел на поверхность Обители, на Свет, почувствовал восторг, в котором присутствовало что-то поистине божественное!.. Окунуться во Тьму мне, вероятно, ещё предстоит. Каково это?

С другой стороны, большинство населения Обители рождается, живёт и умирает, ни разу не спустившись в глубины и не поднявшись наверх. Многие-многие люди нисколько не переживают по этому поводу, не считают себя ущемлёнными и даже не задумываются об этом.

* Александр Михайлович Габриэль («28 капель корвалола») – русскоязычный поэт, наш современник

**Георг Вильгельм Фридрих Гегель – немецкий философ (1770–1831)

Применительно к цели командировки Боба, мать Исидоры заговорила о некоторых исторических деталях развития Южного континента Обители. А ближе к окончанию разговора она заметила:

– С тобой что-то происходит, Роберт! Неужели на тебя так влияет новая должность? Ты стал менее резким в суждениях, но более решительным, отстаивая сформировавшееся собственное мнение. И взгляд твоих глаз... Ты никогда не смотрел на меня так… оценивающе.

– Извини, если позволил себе нечто неуважительное по отношению к тебе, Соня! – развёл руками Боб.

– Извиняться не за что, – улыбнулась она, как-то очень… по-женски. – Ты нисколько не вышел за рамки приличий. Впрочем, мне интересно: я плохо выгляжу сегодня или… наоборот?

– Выглядишь ты превосходно! – мгновенно отреагировал Роберт. – Сегодня с особой ясностью я вижу, откуда почерпнули свою красоту твои потомки – дочь и внучка.

– Бобби! – ахнула София. – Ты заставляешь меня краснеть, но при встрече я непременно чмокну тебя в щёку...

После сеанса связи с Соней, не делая паузы, Боб около часа разговаривал с Илоной. Тональность их беседы оставалась привычно тёплой и дружелюбной. Но и Илона заметила свежие детали в поведении Роберта. Девушке показалось, что он в большей степени, чем обычно, интересовался её настроением, делами и планами. Почудилось ей, что Боб смотрит на неё с большей заинтересованностью. Впрочем, возможно, она просто соскучилась... Роберт позвонил и в квартиру Исидоры. Однако вместо хозяйки на экране появилась Эльвира. Оказалось, что незанятая в вечернем спектакле Дора уже спит, а её помощница не знала, как ей вести себя в формате видео-общения с Робертом тет-а-тет. «Не волнуйся, Вира! – подбодрил её Боб. – Представь, что я сижу рядом и держу тебя за руку. Печалиться не о чем. Пройдёт совсем немного времени, и мы снова пообщаемся воочию, спокойно и тепло».

На вокзале центрального транспортного узла столицы Южного континента Инспектора и его помощницу встречал сотрудник администрации Мирового Совета. Транзитом через отель он доставил прибывшую пару к руководителю отдела перемещений и перевозок Советнику Кейну. После краткого знакомства Советник и Инспектор полтора часа беседовали один на один и остались вполне довольны друг другом. В следующий раз они встретились через несколько дней, которые Роберт посвятил изучению структуры обеспечения безопасности местной транспортной системы. Повторная встреча с Советником состоялась во время торжественного приёма по случаю назначения нового премьер-министра Южного континента.

Для Инспектора Берга подобный светский раут оказался внове. Опыт общения в политических и дипломатических кругах у Роберта отсутствовал. В непривычной обстановке ему как нельзя лучше помогла Симона. После протокольной части мероприятия, на званом ужине и последовавшей за ним довольно легкомысленной вечеринке Сима удивительно ловко сводила своего шефа с интересными и полезными людьми. Она легко начинала очередную светскую беседу, Роберту оставалось только не зевать и направлять разговор в интересующее его русло. В обществе солидных мужчин и достопочтенных дам Симона блистала свежестью, грацией и мнимой непосредственностью. Сменив мундир лейтенанта Службы Безопасности Северо-Востока на воздушное вечернее платье, она очаровывала с первого взгляда. Единственной реальной конкуренткой Симы за мужское внимание на вечеринке оказалась дочь премьер-министра Барбара Орлан. Изящная смуглая брюнетка с таинственными чёрными глазами выглядела лакомым кусочком для всех гостей мероприятия мужского пола. Завести разговор или пригласить на танец благородную красавицу двадцати трёх лет пытались видные кавалеры. Однако, несмотря на внушительную родословную многих из них, дочь премьера оставалась холодна к попыткам привлечь её внимания, но время от времени косилась на… Инспектора с Северо-Восточного континента.

«По-моему, Вам следует пригласить дочь премьер-министра на танец, шеф! И не только в дипломатических целях... Приходится признать, что Барбара – очень хорошенькая девушка», – шепнула Роберту Симона, прежде чем закружиться в вальсе с очередным представителем местного политического бомонда. Боб не стал капризничать, и после двух танцев подряд они с Барбарой перешли на «ты» и стали лучшими друзьями. На финальную часть приёма, кофейный десерт «для своих» в личной гостиной премьер-министра, пара симпатичных молодых людей заявилась рука об руку. Помимо эффектной парочки здесь присутствовали несколько министров Южного континента, один из которых напропалую флиртовал с Симоной и, разумеется, отец Барбары. К удивлению Роберта, в гостиной не оказалось ни одного представителя Мирового Совета, но появился Жрец Света и два Жреца Тьмы, не замеченные им ранее. Премьер-министр Виктор Орлан неожиданно радушно поприветствовал нового знакомого своей дочери. Служитель культа Света заговорщицки улыбался Инспектору, а Жрецы Тьмы завели с ним дружескую беседу...

С наслаждением раскинувшись на широкой кровати в гостиничном номере, Роберт пытался собрать воедино свои впечатления от минувшего вечера и ответить на мучащие его вопросы. Во-первых, он в полной мере осознал, что его должность отнюдь не сводится к решению технических и организационных вопросов. Во-вторых, Боба беспокоило повышенное внимание к нему, как представителей властных и деловых кругов, так и разнообразных лиц женского пола, да ещё и религиозных деятелей. Только ли в должности Инспектора было дело? Не изменился ли странным образом он сам? Новый импульс размышлениям Роберта привнесла его помощница Симона, постучавшая в дверь спальни.

– Простите, шеф, но мне необходимо выговориться, – заявила она, присаживаясь на край кровати в легкомысленном домашнем халатике.

– Говори! – не стал возражать Боб.

– Тема настолько интимная, что я готова озвучить её только Вам на ушко, – лукаво улыбнулась Сима.

Роберту пришло в голову, что их приватный разговор могут прослушивать, и он кивнул Симоне в ответ. Она включила музыкальный центр, настроив его на негромкую музыку в романтическом стиле и легла под бок к Бобу поверх одеяла. Уткнувшись губами в мужское ухо, Симона зашептала: «Вы удивляете меня, шеф! До сегодняшнего дня я считала, что Вы, безусловно, талантливый технарь и перспективный организатор. Но на торжестве у премьер-министра Вам удалось продемонстрировать качества тонкого дипломата! Произвести впечатление на весь политический бомонд Южного континента, лично познакомиться с новым премьером, заинтересовать Жрецов и, как вишенку на торте, увести у всех из-под носа Барбару... Это очень круто! Когда Вы планируете переспать с ней?»

– С какой стати я должен делиться с тобой строго конфиденциальной информацией, Сима? – фыркнув, шёпотом ответил вопросом на вопрос Роберт и ущипнул помощницу за упругую попку.

– Ой! – сдавленно взвизгнула она и тесно прижалась к шефу всем телом. – Не будьте букой, Господин Инспектор! Вы сами выбрали меня в помощницы, оценив мои дипломатические способности. Знаете ли Вы о том, что руководство нашего Министерства Безопасности мечтало о том, чтобы новый Инспектор удачно засветился во властных структурах Южного континента, и просило меня всячески содействовать Вам в этом? Завтра они узнают, что Вы превзошли все ожидания! Причём информация придёт в Министерство не от меня, а из надёжных дипломатических источников.

– И тебя это очень радует! – констатировал Боб и принялся тискать Симу так, чтобы возможные слушатели не сомневались в сути событий, происходящих в спальне Инспектора. – В чём твоя личная заинтересованность?

– Заинтересованность... Да-а-а... – сладко застонала Симона и снова прижала губы к уху шефа: – Сегодня я окончательно убедилась в том, что Вы – чрезвычайно перспективный проект Министерства Безопасности и правительства Северо-Восточного континента, а значит, и моя карьера пойдёт вверх, если... Я хочу стать Вашей постоянной помощницей, Роберт!

– Постепенно формируя мнение о характере и объёме своих должностных обязанностей, общаясь с политиками и Жрецами, я начал задумываться вот о чём... Вероятно, вскоре мне понадобится небольшой офис в нашей Белокаменной столице Северо-Востока. Естественно, там появятся постоянные сотрудники, – своевольная ладонь правой руки ответственного чиновника, кажется, подтверждала перспективы, открывающиеся для его помощницы.

– Не просить, а требовать! – громко застонала Сима. – Но... Вы предполагаете использовать своё служебное положение, шеф?

– Естественно... – фыркнул он. – Служебное положение придумали именно для того, чтобы им пользоваться.

– А как же деловой стиль общения между коллегами? – со вздохом отстранившись от мужчины, иронично поинтересовалась Симона и перешла на разрешённое «дружеское обращение»: – Если ты не планируешь немедленно заснуть, я сбегаю в душ, быстро вернусь и… расскажу тебе много интересного.

«Кажется, лейтенант Вагнер решила проявить характер», – с улыбкой подумал Роберт. В отсутствие помощницы он достаточно профессионально исследовал спальню на предмет наличия скрытых видеокамер, сходил в гостиную, наполнил коньяком два бокала, захватил плитку шоколада в барном шкафчике и расположился в кресле у маленького столика, имевшегося в углу спальни.

Симона вернулась к шефу свеженькой, улыбающейся, в одних трусиках. Она немного увеличила громкость музыкального сопровождения и присела не в предложенное ей второе кресло, а на колени мужчины. С удовольствием сделав глоток коньяка и закусив его шоколадом, Сима обняла Роберта за шею и продолжила нашёптывать ему ценную информацию: «Я негласно собрала для тебя кое-какие сведения. Как известно, прежний Инспектор имел отдельное помещение в Департаменте транспорта. Там у него постоянно работали два помощника, но в командировки он ездил только с ассистентом искусственного происхождения, периодически меняя его внешность. Ты можешь навести справки о его помощниках, но вряд ли захочешь принять их на службу. При всём уважении к ним, упомянутые люди и биороботы несколько устарели морально и физически».

– У тебя есть новые кандидаты на столь высокие посты? – усмехнулся Боб.

– По поводу офисных работников я ещё не думала, – с впечатляющей серьёзностью ответила Симона, – а в командировках тебя могли бы сопровождать два человека – лейтенант Степан Сермяжный и лейтенант Симона Вагнер.

– Степан хорош в постели, Сима? – продолжил ёрничать Господин Инспектор.

– На сердце становится теплее, когда ты называешь меня Симой... – вздохнула помощница Роберта. – А со Степаном я не спала. По мнению моего босса Инспектора Берга, интимные связи с коллегой – это непрофессионально. Впрочем, шеф у меня – мужчина непоследовательный. Вчера не воспринимал меня, как женщину, сегодня держит на коленях в обнажённом виде. У симпатичной рыженькой девушки нынче неудобные дни, но она продолжит искушать своего шефа, потому что он… ей нравится...

– Ты наговорила лишнего, сумбурного, и совсем меня запутала, Сима! – мягко прервал её Боб. – Итак, ты предлагаешь мне использовать Степана, как квалифицированного специалиста по широкому спектру вопросов безопасности, в том числе и безопасности самого Инспектора.

– Совершенно верно! – подтвердила Симона, по-прежнему шёпотом. – Кстати, не знаю, хорошо это или плохо, но в Вашей спальне стоит прослушивающее устройство, а средства видео-слежения отсутствуют.

– Я знаю, – кивнул Роберт и наткнулся на восторженный взгляд помощницы, уже увиденный им однажды, в отеле Спелого Яблока. – А сама ты метишь в мои личные секретари, Сима?

– О, это было бы великолепно! – прижавшись к шефу, воскликнула Симона во весь голос, но, спохватившись, прошептала: – Я не стану донимать тебя интимными предложениями, хотя сейчас мне очень хочется...

– Мне тоже... – негромко, но искренне ответил Боб. – Впрочем, тебе известно в каких случаях нужна спешка?.. Кажется, не я, а ты пользуешься служебным положением, рыженькая!

– Пользуюсь?.. А ведь ты не шутишь, и я… немножко симпатична тебе на самом деле! – заулыбалась она...

Большую часть следующего, свободного от служебных обязанностей, дня они провели в гостиничном номере. Симона продолжила испытывать Инспектора искушением и открыто поражалась его стрессоустойчивости. Роберт не без труда сдерживал порывы и посмеивался, продолжая прояснять некоторые перспективы своей будущей… политической карьеры.

Прямые обязанности Инспектора транспортной безопасности являлись ещё и прикрытием его гласной и негласной дипломатической деятельности. Подтверждением тому явилось приглашение посетить следующим утром Посольство Северо-Восточного континента в столице Юга Обители. А нынешним вечером Роберт прекрасно и неторопливо поужинал в ресторане отеля в компании Симоны, вернулся в свой номер-люкс и вскоре отправился спать. Помощница взглянула на Инспектора с любопытством, если не сказать – с вызовом.

– Ты ведёшь себя, как девчонка, Сима! Если ты, действительно, заинтересована в том, чтобы длительное время заниматься со мной общим делом, нам необходимо наладить профессиональные и, прежде всего, дружеские отношения. Впереди целая жизнь, и интим с шефом нисколько ей не поможет, а ещё... – Роберт ненадолго задумался и спросил прямо: – Не боишься привыкнуть ко мне?

– Нет... Да... Я не знаю, мой… шеф, – смутилась Симона. – Время рассудит... Мне известно, какие замечательные люди ищут встречи с тобой. И это правильно... Но, если у меня есть возможность слушать твоё спокойное, ровное дыхание в нескольких сантиметрах от своего лица, я воспользуюсь ею непременно.

– Искусительница! – в сердцах воскликнул Боб. – Пора спать, Сима!

– Удивительно, как плохо ты знаешь женщин, шеф! – вздохнула она. – Я давно поняла, что дружеские отношения с тобой важнее интимной связи... Да и вообще, в Белокаменной столице у меня есть парень. Очень симпатичный парень, между прочим!

– Да ну? – засомневался Роберт, глядя в лукавые зелёные глаза Симоны...

С Послом Северо-Востока на Южном континенте Инспектор Берг раскланялся на приёме у Премьер-министра, но и только. Каково же было изумление Роберта, когда по прибытию в посольство их с Симоной сразу проводили к Его Превосходительству лично. За чашкой чая Посол интересовался личными контактами Инспектора с Виктором Орланом и его дочерью, перспективами общения с ними. Роберт не отрицал наличие таких контактов, но не вдавался в подробности. О дальнейших планах он высказался таким образом: «Инспектируемая мною транспортная система Южного континента достаточно сложна и неоднородна. Знакомство с Премьер-министром значительно упростит выполнение возложенных на меня обязанностей. Поэтому я воспользуюсь приглашением Господина Орлана отужинать в его особняке в конце рабочей недели. А в один из выходных дней, мы с Барбарой Орлан намереваемся посетить Жрецов Тьмы Южного континента по их личному приглашению». Глаза Симоны полезли на лоб. Нижняя челюсть Посла упала куда-то в область живота. Минутой позднее ему пришлось несколько раз прокашляться и залпом допить чай, чтобы наконец произнести:

– Мы не могли бы поговорить наедине, Инспектор?

– У меня нет профессиональных секретов от личного секретаря, Ваше Превосходительство! – мгновенно отреагировал Боб.

– Хорошо, – недоумённо покачал головой Посол, покосившись на Симону. – Я хочу попросить Вас в частной беседе задать Премьер-министру несколько чрезвычайно важных для меня вопросов.

– В моих планах значится налаживание дружеских отношений с Господином Орланом, – на лице Роберта не дрогнула ни одна мышца. – Если важные вопросы Вашего Превосходительства впишутся в канву предстоящих нам бесед, я непременно задам их Премьер-министру. В противном случае я попытаюсь получить ответы на них во время следующих встреч...

Едва покинув посольство, Симона попыталась накинуться на шефа с кучей своих вопросов. Однако он вежливо попросил её дождаться вечера... Впрочем, и вернувшись в гостиничный номер, Роберт не спешил секретничать с помощницей. Сначала он внимательно осмотрел свою спальню, гостиную и другие личные помещения. Сима быстро поняла суть действий шефа, но никак не ожидала феерического итогового результата... Боб позвонил портье и потребовал немедленно соединить его с директором или, как минимум, со старшим администратором. К собственному несчастью, задержавшемуся в отеле, директору пришлось лично нанести визит особо важному постояльцу.

«Подобного безобразия я не встречал ни в одном, даже самом захудалом отеле Обители, – с места в карьер начал говорить Господин Инспектор на повышенных тонах. – Мало того, что в моё отсутствие в номер заходят посторонние лица. С ведома администрации гостиницы здесь устанавливают шпионскую аппаратуру! Даю Вам полчаса на демонтаж этой гадости и, если после истечении срока я обнаружу в номере хоть один «жучок», немедленно позвоню Господину Премьер-министру, а завтра откровенно пообщаюсь с местными журналистами». Директор отеля был осведомлён о том, что в лучших апартаментах гостиницы имеются скрытые микрофоны. Но он не знал и не мог знать, что сегодня в дневное время неизвестные субъекты скрытно проникли в номер Инспектора и установили здесь дополнительные «жучки» и скрытые видеокамеры. Однако оправдываться было поздно и бесполезно...

Получасом позднее Роберт закрыл входную дверь за сотрудниками отеля и дал распоряжение помощнице: «Симона, я не сомневаюсь в том, что и у тебя имеется в арсенале подобная аппаратура. Установи, пожалуйста, датчик движения и камеру в прихожей! В отсутствие Степана наша личная безопасность – твоя обязанность». Помощница Инспектора горестно вздохнула... Её шеф закрылся в ванной комнате, а через десять минут направился в спальню и прикрыл за собой дверь.

Закусив губу, Симона проследила за ним и застыла в гостиной… ровно на три минуты. Больше она не выдержала и принялась скрестись в двери. Вскоре Роберт отозвался, и Сима юркнула в его спальню. Укрывшись одеялом, Боб расслабленно развалился на постели. Не задумываясь, словно девочка-подросток на отца, Симона взобралась на него сверху. «Мой гадкий-гадкий-гадкий… самый лучший… шеф! – прерывисто заговорила она, колотя маленькими кулачками мужскую грудь. – Что ты творишь сегодня весь день?! Да, я провинилась... Следует быть внимательнее к вопросам защиты информации и безопасности Господина Инспектора! Но почему о грядущем ужине у Премьера и твоём визите к Жрецам я узнаю только на приёме у Посла? Ты совсем не доверяешь личному секретарю, своей милой рыженькой девушке Симе?!

– Мне по сердцу театральное искусство, а значит, и драматические эффекты, – с хитрецой взглянув на помощницу, Роберт положил ладони на женские плечи. – С другой стороны, ты прошла серьёзную дипломатическую подготовку, то есть, должна уметь терпеть и дожидаться своего часа. Милая девушка Сима будет получать необходимую информацию в нужное время, если справится со своими обязанностями. Обещаю! Кроме того, я убедил Премьер-министра Южного континента в необходимости присутствия на ужине моего личного секретаря...

– Вы неподражаемы, шеф! – ахнула Симона...

Глава 8. Тёмные тайны

Глава 8. Тёмные тайны

В особняк Премьер-министра помощница Инспектора Берга вошла в назначенное время с парадного подъезда, а её шеф появился здесь незаметно, с чёрного входа на четверть часа раньше. Там его с улыбкой встречала черноволосая красотка Барбара Орлан. Роберт галантно поцеловал ручку дочери Премьера. Однако этого ей показалось мало. Нежные губки бантиком потянулись к мужчине за поцелуем... «Сейчас, кроме нас с папой, в особняке только четверо слуг – самые надёжные, – информировала Барбара Роберта, провожая его по пустынным коридорам в кабинет отца. – Защита от прослушивания гарантирована Министерством Безопасности Южного континента... Это важно, поскольку папа настроен на конфиденциальную беседу с тобой по нескольким щекотливым вопросам. Ты настоял на присутствии своей секретарши Симоны из тех же соображений?.. Так я и подумала...»

Виктор Орлан встретил Роберта с подчёркнутым радушием, но около получаса прощупывал намерения собеседника. На вопросы о своём отношении к политике Южного континента и состоянии его транспортной системы Инспектор отвечал ясно, но дипломатично сглаживал острые углы. Барбара и Симона помалкивали. Вскоре, неожиданно для Роберта, Премьер-министр заговорил о том, как необходим для него свежий, незамутнённый взгляд на проблемы континента, и открыто предложил Роберту частное сотрудничество по широкому кругу вопросов. Господин Инспектор не показал своего удивления, но уточнив ряд принципиальных моментов, не стал отказываться от приятельских отношений с главой правительства Юга Обители. Отдельной темой беседы стали взаимоотношения со служителями культов Света и Тьмы. Не считая себя экспертом в этой области, Боб предпочитал слушать и, отдавая должное искренности Виктора, узнал много нового для себя и получил подтверждение имеющейся информации из первых рук. В частности, стало ясно, что Жрецы Тьмы существенно влияют на деятельность властей Юга и, в отличие от сохраняющих полный нейтралитет Жрецов Света, настроены на активное сотрудничество с новым Премьер-министром. Предстоящий визит к служителям культа Тьмы стал приобретать для Роберта новые оттенки.

За ужином беседа продолжилась без первоначального напряжения. Разговор зашёл об искусстве, об особенностях культурного развития различных слоёв общества Обители, о взаимопроникновении культур и духовном взаимообогащении населения континентов. Барбара, а за ней и Симона живо вступили в мужской разговор, придавая ему женскую эмоциональность... После девяти вечера Виктор собрался покинуть гостей, а напоследок снова удивил Роберта, предложив ему с Симоной остаться в особняке до утра. Инспектор Берг засомневался, но наткнулся на таинственный взгляд Барбары и ответил согласием. Ещё полтора часа они пили чай и беседовали втроём. Затем дочь Премьер-министра показала гостям их спальни. Кратко переговорив со своей помощницей, Боб направился в ванную комнату.

Четверть часа спустя, сидя напротив широкой кровати в удобном кресле и анализируя содержание вечерних разговоров, Роберт услышал негромкий стук в дверь своих апартаментов. Он откликнулся и подобрал крепкое словцо, чтобы выразить Симоне своё неудовольствие, но к нему вошла Барбара. Выглядела она впечатляюще. На голове дочери Премьер-министра сохранилась эффектная причёска, на лице – умеренный, но точно подобранный макияж, а на теле… девчачий пижамный комплект. В руках девушка держала бутылку дорогого коньяка и два бокала.

– Папа не стал говорить с тобой обо мне не только из-за присутствия Симоны, – негромко произнесла Барбара, пригубив из наполненного мужчиной сосуда. – Он ждёт итогов нашего визита к Жрецам Тьмы.

– Служители культа должны проверить меня на совместимость с тобой, Барби? – усмехнулся Роберт.

– Я не знаю, что мне предстоит пережить в тайных чертогах Жрецов Тьмы, – девушка не поддержала легкомысленного настроя мужчины. Напротив, в её голосе зазвучала нескрываемая тревога. – Папа говорит, что полученное мной приглашение – сопровождать тебя во время этого частного визита – хороший знак для начала его правления континентом. Но он ничего не поясняет мне, вероятно потому, что не владеет достаточной информацией. Гораздо хуже, если он что-то не договаривает... Вся моя надежда на тебя, Роби. Служители культа Тьмы заинтересованы во встрече с тобой, а значит... Ты защитишь меня, свою маленькую Барби?

– Постой, девочка! – опешил Роберт, вовсе не ожидавший подобных эмоций и проблем в преддверии начала общения со Жрецами Тьмы. – Чего тебе опасаться, Барбара? Ты – дочь Премьер-министра Южного континента, я – Инспектор межконтинентального транспорта. Служители культа выразили желание познакомить нас со своей деятельностью. Нам предстоит интересное путешествие, полезное общение...

– Я – всего лишь дочь Премьер-министра. Ты – не просто Инспектор! – всплеснула ручками девушка. – Неспроста многие важные персоны стремятся познакомиться с тобой. Не зря мой отец предлагает тебе редкую для себя форму общения – дружбу и взаимопомощь! Не просто так тобой интересуются видные женщины любого возраста и положения в обществе...

– Постой, Барби! – повторил Боб. – Почему ты обратила на меня внимание?

– Не знаю! Ты понравился мне с первого взгляда. Среди череды липких, скучных кавалеров – сыночков политических лидеров и богачей или удачливых карьеристов, ты выглядел уверенным в себе, красивым и самодостаточным мужчиной, – не опуская глаз, скороговоркой выпалила она. – Впрочем, папа упоминал о новом Инспекторе накануне мероприятия, а после него неожиданно одобрил мой выбор. Он назвал тебя очень перспективным дипломатом, другом семьи Небесных.

– Ты знакома с Небесными? – удивился Роберт.

– Нет, – призналась Барбара, – но папа о них наслышан, и для него, как видно, твои отношения с ними имеют большое значение. За прошедшие дни я покопалась в сети... Не скажу, что удовлетворила своё любопытство полностью, но кое-что поняла... Ты познакомишь меня с Исидорой?

– С радостью, – Боб улыбнулся, но не перестал удивляться: – Почему именно с ней?

– Мне интересно, – передёрнула плечиками дочь Премьер-министра, – чем она привлекает тебя, не только как актриса, но и как женщина? Какая она? Чем она лучше меня? Чему мне следует у неё поучиться хотя бы для того, чтобы стать твоим другом?

– Дружеские отношения у людей могут сложиться и без круга общих знакомых, – пожал плечами Роберт.

– Да, но... Ты прекрасно понимаешь, о чём я, – смутилась Барбара.

– Барби, у меня складывается впечатление, что некоторые шаги ты делаешь поспешно, – настойчивый мужской взгляд заставил девушку густо покраснеть. – Куда и почему ты торопишься?

– После визита к Жрецам... – прошептала она. – Мне сложно объяснить свои предчувствия... Боюсь, что ты потеряешь интерес, отвернёшься от меня...

– Послушай, малышка... Я не думаю, что нам следует опасаться служителей культа Тьмы, но смогу защитить тебя в случае необходимости, – уверенно заявил Роберт. – Что же касается личных отношений... Ты мила и обаятельна... Ты – очень красивая девочка, Барби! Мне приятно твоё общество...

– Ты сравниваешь меня с Исидорой? – неожиданно спросила Барбара, и наткнулась на суровый взгляд Боба. – С Симоной?

– Тебе необходимо, чтобы я тебя с кем-то сравнивал? – одним глотком Роберт допил содержимое бокала. – Либо ты крайне неуверенный в себе человек, либо тебе не хватает опыта...

– Тебе странно, что малознакомая девушка открывается перед тобой, с трудом подбирая слова? Я всё расскажу тебе… потом... – едва слышно произнесла девушка. – Кроме меня самой, только ты называешь меня «Барби». Это так… приятно... Ты можешь дотронуться до меня сейчас и поцеловать?

На устах мужчины вертелся отрицательный ответ, но он не желал обижать дочь Премьер-министра и промолчал. Боб взял за руку трепещущую Барбару, усадил девушку себе на колени и медленно, пуговица за пуговицей расстегнул её пижамку. Спрятанная под ней грудь красивой грушевидной формы оказалась нежной и очень чувствительной... Целуя содрогающуюся от его ласк малышку, Роберт прошептал: «Если ты сейчас же не покинешь меня, я перестану сдерживаться...»

Оставшись в одиночестве, он задумался: «Что происходит? Я никогда не считал себя ловеласом, и женщины не вешались мне на шею. На них производит неизгладимое впечатление моя новая, солидная, но далеко не исключительная должность? Маловероятно... Я возмужал и стал выглядеть привлекательно? Не исключено, но не настолько же? Меня категорически испортило общение с Небесным семейством? Смешно... Не иначе, как Исидора открыла ящик Пандоры... Или всё дело в знакомстве со Жрецами?.. Чего так опасается Барби? В её страхе имеется неизвестная мне подоплёка. Как оказалось, Жрецы Тьмы очень серьёзно влияют на властные структуры Южного континента... В поведении Барбары есть политический подтекст? Виктор Орлан попал в серьёзный переплёт и потянул за собой любимую дочь?.. Не нравится мне всё это, но необходимо разобраться в ситуации».

На встречу со служителями культа Тьмы Роберт отправился с Барбарой вскоре после полудня следующего дня, прямо из особняка Премьер-министра. Для этого им не пришлось даже выходить на улицу. Короткий тоннель соединял владения Премьера с встроенным в скальный грунт лифтовым сооружением. Отсюда можно было попасть как на поверхность Обители, так и вглубь неё – в тайные пространства, занимаемые Жрецами Тьмы. Осведомлённость Роберта о большом влиянии местных служителей тёмного культа на общественную жизнь континента не имела детальных подтверждений. И он желал их получить сегодня же... Реальность, как ни редко случается, сильно отличалась от представления о ней несведущего человека.

Уже в кабине лифта Боб заметил некоторые нововведения, не дошедшие ещё до Северо-Восточного континента. А миновав пункт контроля, Инспектор только успевал смотреть по сторонам, с трудом сдерживая своё восхищение. Он быстро осознал, что Жрецы Тьмы – не только служители культа, но и замечательные учёные, талантливые инженеры. Огромные подземные залы здесь занимали технические лаборатории и мастерские, цеха опытного производства, автоматизированные по последнему слову науки и техники. В прекрасно оборудованных и хорошо освещённых «тёмных глубинах» изобретали и проектировали средства коммуникации и транспорта, разрабатывали новые технологии для промышленности, добычи и переработки полезных ископаемых, энергетики, медицины. Получивший отличное образование и технически подкованный Роберт несколько раз столкнулся здесь с неизвестными ему устройствами.

– Как Вы считаете, Господин Инспектор, возможно ли вместо лифтового хозяйства наладить вертикальное перемещение по принципу капсульной транспортировки, применяемой для сообщения между поселениями и континентами? – после окончания экскурсии, за чашкой кофе поинтересовался у Роберта Жрец Тьмы, представившийся гостям, как Отец Фарид.

– Несомненно, – кивнул Боб, понимая, что его проверяют. – Однако капсульное перемещение экономически эффективно на расстояниях свыше двухсот километров. Здесь же речь идёт о передвижении, как минимум, на два порядка короче. Впрочем, дома у меня имеются наброски капсульных лифтов и гибридных технических решений этой проблемы. Могу поделиться своими идеями.

– Не откажите в любезности! Мне будет очень интересно ознакомиться с ходом Вашей мысли, – заулыбался Жрец.

Заметив, что Барбаре наскучили мужские разговоры, он предложил ей эксклюзивное развлечение – «кабину виртуальных фантазий». Дочь Премьер-министра насторожилась, но попробовала и увлеклась игрой. Тем временем, мужчины продолжили беседу.

– Прежде чем договориться с Вами о встрече на нашей территории, мы навели справки о перспективном инженере, а ныне Инспекторе Берге, – прямо высказался Отец Фарид. – Не обижайтесь, Роберт, для нас важны не только Ваши достижения, но и круг общения, приоритеты, особенности Вашего мировоззрения. Откуда произрастает наш интерес к Вам? Не только мы отслеживаем талантливых молодых людей... Появление на Северо-Востоке молодого Инспектора межконтинентального транспорта вызвало повышенное внимание. Повод для знакомства подвернулся быстро... Не скрою, мы подумывали о том, чтобы предложить Вам сотрудничество по техническим вопросам. Однако Вы оказались куда более серьёзной фигурой, чем предполагалось ранее. Одно только Ваше знакомство с Отцом Габриелем дорогого стоит.

– С упомянутым Вами Жрецом Света я познакомился совсем недавно и не могу похвастаться глубиной наших отношений, – пожал плечами Роберт и добавил: – Он заинтересовал меня, и я надеюсь на продолжение общения, но не знаю, как сложится жизнь.

– Отец Габриель помнит о Вас, можете не сомневаться, – улыбнулся Фарид. – А мне импонирует Ваше желание докапываться до сути и смотреть на несколько шагов вперёд. Насколько мне известно, Вам удалось произвести впечатление на всё семейство Небесных. Не помню случая подобного единодушия среди столь неординарных, но разноплановых личностей.

– Прошу прощения, Отец Фарид, но мне не нравится обсуждать за глаза близких мне людей, – нахмурился Боб.

– Мудро, – кивнул Жрец. – Вы привлекаете к себе уверенностью, сдержанностью и… разносторонностью. Талантливый технарь, любитель искусств, тонкий дипломат...

– Вы льстите мне, Отец! – усмехнулся Роберт.

– Нисколько. Я хорошо знаком с опубликованными Вами инженерными работами. На мой взгляд, так мыслить может только человек, умело балансирующий на грани науки и искусства... Но сменим тему, и поговорим о глобальных вопросах. Сообщество служителей культа Тьмы считает, что автоматизация трудоёмких процессов и роботизация повседневной жизни приводит к тому, что человеческая цивилизация Обители постепенно деградирует физически, морально и даже интеллектуально. Пережив одну катастрофу, наш общий дом может не справиться со второй. Мы категорически не желаем доводить дело до обострения проблемы. Служители Света согласны с нами в оценке возможных перспектив, но не в методах воздействия на цивилизацию в целом. Что думаете об этом Вы?

– Я не обладаю полнотой информации для того, чтобы здраво рассуждать о перспективах общества Обители, не говоря уже о методиках решения подобных проблем, – прямо ответил Боб.

– У Вас будет время и возможности для сбора данных из различных источников, недоступных большинству жителей планеты, – удовлетворённо кивнул Фарид. – Мы вернёмся к обсуждению этого вопроса через некоторое время. Но послужить цивилизации Вы можете уже сейчас... Исторически сложилась ситуация, в которой два культа Обители конкурируют друг с другом в борьбе за умы и настроения населения. Время от времени наша конкуренция обостряется до состояния конфронтации. Ныне обе стороны видят целесообразной линию сближения, но не привыкли к прямым и эффективным дипломатическим шагам. Вы не хотели бы стать той связующей нитью, что позволит сплести систему новых взаимоотношений культов и континентальных властей на благо всей Обители?

– Я искренне желаю благополучия всем жителям планеты, – ответил Роберт. – Но не слишком ли масштабную миссию Вы уготовили одному из трёх Инспекторов межконтинентальной транспортной системы?.. Предположим, у Вас имеются основания считать, что я осилю подобную деятельность. Но эффективность такой работы требует прозрачности информационных потоков, то есть доверия, как со стороны Жрецов двух культов, так и от континентальных властей.

– Доверие – это улица с двусторонним движением, не правда ли? – хитро взглянул на собеседника Отец Фарид. – В течение ближайших месяцев Вы будете знакомиться с людьми, способными влиять на ситуацию, а они понаблюдают за Вами. Нет-нет, со своей стороны я гарантирую отсутствие слежки. Мы будем делать выводы по Вашим поступкам. Немедленного результата от Вас никто не потребует. Хотя кое-какие шаги Вы уже сделали.

– Вы говорите о моём общении с Премьер-министром Южного континента? – покачал головой Боб. – Барбару Орлан Вы пригласили сюда по той же причине?

– Отчасти, – хмыкнул Жрец. – Власть на нашем континенте – отдельная тема для откровенного разговора. Нынешний Премьер – крупный промышленник, начавший политическую карьеру на юге континента. Организаторские способности, поддержка местного населения и нюх на перспективные начинания вынесли его на гребень волны. Прежний Премьер-министр состарился физически и морально. Сейчас он доживает свои дни в комфортабельном особняке на западе Южного континента. Но во внешней политике старик был дока, в чём весьма способствовала его жена Инара. У местных властителей издревле принято привлекать к политическим играм своих дочерей. Дочь у старика не родилась, зато имелась молодая жена. Во многом её стараниями прежнего Премьера ценили на двух других континентах. Сейчас Инаре немногим более сорока лет. Могла бы ещё послужить правительству, но… у неё имеется серьёзный недостаток.

– Неуёмная сексуальность? – предположил Боб.

– Да, Вы хорошо слушаете и чувствуете собеседника, Роберт! – с улыбкой кивнул Фарид. – Инаре вздумалось вскружить голову перспективному политику Виктору Орлану. У нынешнего Премьера никогда не было постоянной подруги, а тут на тебе – воспылал страстью к красотке, способной разрушить его политическую карьеру. Дабы не дать разгореться скандалу, мы отправили Инару на окраину Северо-Западного континента под присмотр надёжных людей. Кстати, советую Вам с ней познакомиться.

– Это ещё зачем? – удивился Инспектор Берг.

– Инара – кладезь информации о политических интригах, ссорах и примирении, не говоря уже о многих интересных персонах, даже среди Ваших знакомых, – вздохнул Жрец. – Потому мы и оберегаем её от лишних контактов. Но для Вас я организую конфиденциальный визит к Инаре. Думаю, разговорить красивую даму, для перспективного дипломата не составит труда... Однако вернёмся к дням сегодняшним. У Виктора Орлана нет жены, но есть молодая и красивая дочь. Мать Барбары не отличалась скромностью и добропорядочностью. Увы, именно таких женщин предпочитает новый Премьер. Некоторое время назад у нас возникли опасения, не пойдёт ли Барбара по стопам матери? К счастью, она быстро и безболезненно справилась с подростковой гормональной бурей, стала рассудительной и разборчивой барышней. Приглашение составить Вам компанию в весьма познавательном визите Барбара получила не только потому, что разглядела Вас на приёме у своего отца и в очередной раз решительно отринула многочисленных ухажёров... Дело в том, что Виктор Орлан уже присмотрел для неё жениха – богатого и влиятельного, сорокалетнего бизнесмена на Северо-Западном континенте. Но коммерчески обоснованный выбор отца девушки отнюдь не очевиден по политическим соображениям, особенно, если не компенсировать его подходящим союзом на Северо-Востоке. Будущее Барбары имеет значение не только для её отца, но и для сообщества служителей культа Тьмы. Равнодушно наблюдать за поворотами её судьбы мы не в праве. Учитывая услуги, которые мы оказывали и, возможно, продолжим оказывать Виктору, наше сообщество имеет определённые права на его дочь.

– Отец Фарид, Вы намекаете, что в данном конкретном вопросе я понадобился Вам в качестве противовеса? – скривился Боб. – Солидная роль... Не извиняйтесь! Может быть, мы позовём девушку сюда и поинтересуемся её личным мнением?

Жрец вежливо пригласил гостей отобедать тем, что Обитель послала. К удивлению Роберта, на столе оказались по большей части натуральные продукты с поверхности планеты. Видимо, экономические связи двух культов не прерывались даже в условиях конкурентной борьбы. Отсутствовал лишь алкоголь. Жрецы Тьмы редко употребляли обогащённые кислородом и спиртные напитки. Зато, как выяснилось позднее, они не отказывались от расслабляющих и возбуждающих фантазию продуктов растительного происхождения.

– Милая Барбара! – заговорил злопамятный Инспектор на десерт. – Отец Фарид предполагает, что вскоре у тебя появятся два жениха или любовника – по одному на каждый соседний континент. Что ты об этом думаешь?

– Вы шутите, Роберт?! – девушка округлила свои миндалевидные чёрные глаза с идеально очерченными вертикальными зрачками. Не найдя ответа во взгляде Боба, она обратилась к Жрецу: – Вы, действительно, считаете, что так должно быть, Отец Фарид?

– Мужья, любовники, нежные друзья – понятия, не отражающие реальной сути дела. Откровенно говоря, меня бы устроило, если бы со временем ты стала рабыней Жреца Тьмы – Отца Роберта, – неожиданно для гостей заявил он. – Такой вариант устроит тебя, милая девушка?

– Рабыней?! – ахнула Барбара и вдруг поймала на столе руку Роберта: – Если мой Господин посчитает подобный статус необходимым условием наших отношений, я… не стану спорить и соглашусь с ним.

– Достойный ответ, – таинственно улыбнулся Жрец. – Тебя ужасает слово «рабыня»? Напрасно. У каждого служителя культа Тьмы имеются рабы или личные помощники, если угодно. По мере необходимости они сопровождают своего Господина в частных и деловых поездках, а в остальное время благополучно живут в его тайных покоях, недоступных для посторонних лиц... Но в виде исключения, я покажу вам обоим своё личное пространство...

Эксклюзивная экскурсия принесла Бобу новые открытия, но заметно встревожила Барбару. Отец Фарид без всяких эмоций комментировал: «Как у каждого Жреца Тьмы, мои апартаменты достаточно просторны. В принципе, служители культа Тьмы не ограничены в количестве рабов, но редко кто содержит больше десятка. У меня их семь: двое мужчин, пять женщин. Как видите, они обеспечены всем необходимым, красивы от природы, прекрасно одеты. Многие свободные люди могли бы позавидовать условиям жизни моих рабов... За редким исключением, рабам позволено общение друг с другом. Запрет имеется лишь на частные интимные контакты между ними. Однажды мой старший раб нарушил табу. Наказание последовало незамедлительно. К сожалению, в тот день у меня стало на двух красивых рабов меньше... Зато новая старшая рабыня держит гарем в узде. А сейчас вы увидите особенное место – мой личный алтарь Тьмы... Впечатляющий зал для таинств и особых церемоний, не правда ли? Каждый раб появляется здесь хотя бы раз в жизни, некоторые – по нескольку раз. Разумеется, раскрывать вам все тайны в мои планы не входит. Вообще, появление здесь посторонних людей – чрезвычайно редкий случай. Однако на основании нашей устной договорённости для Вас, Роберт, на один год сделано исключение и открыт доступ в глубины Обители, контролируемые Жрецами Тьмы всех континентов. Приходите, общайтесь, вникайте в особенности нашей жизни и службы. Вам здесь рады. Кстати, под столицей Южного континента пустуют личные пространства для двух Жрецов Тьмы. Можете выбрать апартаменты и использовать их по собственному желанию или по необходимости. Если Вам вздумается привести с собой подругу или друга, возражений не последует, даже если в общении с ними Вы пожелаете задействовать тёмный алтарь. Однако, в отличие от Вас, спутница не может задерживаться здесь более чем на сутки. Иначе она станет рабыней одного из Жрецов или прислужницей Тьмы».

Глава 9. Алтарь Тьмы

Глава 9. Алтарь Тьмы

Возвращаясь в особняк Премьер-министра, Барбара едва сдерживала рыдания. В десяти метрах от входной двери Боб прижал её к стене тоннеля:

– Потерпи, девочка! Сейчас нас будет встречать твой папа. Нельзя ударить лицом в грязь. Хочешь, чтобы я остался у вас ещё на одну ночь? Я останусь. Ты выговоришься...

– Как ты не понимаешь, Роберт?! – всхлипывала Барби. – Теперь я всё время буду думать о том, как ты приводишь меня… на алтарь Тьмы!

– Тебе так хочется этого? – неожиданно отреагировал он.

– Нет!.. – ахнула она. – Да!.. Я не знаю... Если честно, то... Разумом я понимаю, что отдать себя в твои руки – прекрасный выход из создавшегося безвыходного положения, но ужасно боюсь и...

– Прекрати! – остановил её Боб. – Тебя никто не насилует, Барби!

– Ты так думаешь? – с горечью воскликнула девушка. – Мне кажется, что Жрец Тьмы Отец Фарид морально изнасиловал меня сегодня...

– Милая девочка, ты столь чувствительна и эмоциональна... – покачал головой Роберт: – Взгляни на ситуацию с другой стороны. Быть может, Жрец как раз и добивался от тебя подобной реакции.

– Зачем ему это?! Ты обещал защищать меня, Роби! – взмолилась Барби.

– А я и не отказываюсь, – утвердительно кивнул он, пытаясь успокоить взвинченную дочь Премьер-министра. – Только от кого мне тебя защищать: от Отца Фарида, от сообщества служителей Тьмы, от твоего отца?

– От папы? – ахнула Барбара и задумалась: – Может быть и от него... Ото всех, кто вознамерится получить меня в собственность!

– Барби, несколько часов назад ты сама как бы… согласилась стать моей личной собственностью! – сжал её плечи Боб. – А я – не Жрец Тьмы.

– В течение года ты станешь им! – воскликнула Барби.

– Сомневаюсь... – отрицательно покачал головой Роберт.

– Всё это уже не имеет значения! – опустила голову девушка. – Ты должен изнасиловать меня на алтаре Тьмы и защитить от посягательств любых других людей!

– Я постараюсь постичь твою странную логику, а ты должна успокоиться, – умиротворяюще проговорил Боб. – Немедленно утихомириться!

Расцеловав Роберта, Барбара успокоилась или сделала вид... Во всяком случае, она вошла в особняк Премьера без эмоций на лице, чмокнула отца в щёку и с рассеянным видом расположилась на диване в гостиной. Виктор Орлан налил коньяк в два бокала и принялся расспрашивать Роберта о визите к Жрецам Тьмы. Боб отвечал спокойно, с оптимизмом, не вдаваясь в детали. Тогда Премьер-министр переключился на очень личную и щекотливую тему участия своей дочери во внешней политике Южного континента.

– Папа, мы всё уже знаем, – с металлом в голосе перебила отца Барбара.

– Как? Откуда? – всполошился Виктор. – Что вы знаете?

– О значимости женщин в политике нашего континента, о видном коммерсанте с Северо-Запада, о хитроумном использовании Роберта в качестве противовеса этому… бизнесмену, – холодно перечислила его дочь. – Достопочтенный Жрец Тьмы – Отец Фарид нам всё популярно объяснил... А ты не хочешь спросить, что об этом думаю я? Или это не имеет для тебя никакого значения? В конце концов, дано ли мне право на общения с мужчиной по собственному выбору? Или всё уже расписано по политической договорённости между тобой и сообществом служителей культа Тьмы?

– Отец Фарид... А я и не был в гостях у Жрецов никогда... – задумчиво зашептал Премьер, но спохватился: – Конечно, ты имеешь право, доченька, но...

– Так... – не позволяя диалогу отца и дочери перейти в стадию выяснения отношений на повышенных тонах, воскликнул Боб: – Барби, мы с твоим отцом поговорим наедине. А ты прими контрастный душ и отдохни в моей спальне.

Поражённый до глубины души Премьер-министр Южного континента сидел с открытым ртом. Его дочь послушно кивнула Роберту, встала с дивана, сделала пару шагов к выходу из гостиной, но остановилась и оглянулась назад... Прежде, чем покинуть мужчин, Барбара подошла к Бобу, поцеловала его в щёку и… показала язык отцу.

– Девчонка! А ты её в политику, Виктор... – удивительно мягко, добродушно рассмеялся Роберт и за пять минут вчерне обрисовал Премьеру открывающиеся перспективы, не вдаваясь в некоторые подробности и не касаясь большинства культовых тем...

– И Вы... Ты планируешь… брать с собой Барбару на встречи… с политическими тяжеловесами и великосветские вечеринки на всех континентах? – заикаясь, спросил Орлан.

– Почти на все... Помимо общих дипломатических соображений, её участие поднимет статус любого визита, – доходчиво пояснил Господин Инспектор. – Барби – дочь Премьер-министра, а не хухры-мухры.

– Она – самое ценное, что у меня есть, – глубоко вздохнул Виктор.

– Как вовремя ты вспомнил об этом! – казалось, не вчерашний инженер говорит с высоким государственным деятелем, а мудрый отец семейства с непутёвым сыном. – В любом случае, нам с тобой остаётся только вполне довериться друг другу, а я… позабочусь о Барби. В её благополучии можешь не сомневаться.

– Барби... Последний раз я называл её так лет пятнадцать тому назад, – с горечью проговорил Орлан и крепко пожал руку Роберта. – Пожалуйста, пойми! У меня не было никакой возможности спорить со Жрецами Тьмы. Могло быть и хуже... На Южном континенте так заведено. Серьёзный политик приносит жертву тёмному культу ради карьеры, ради благополучия семьи, ради стабильности в государстве...

По пути в спальню Боб зашёл в комнату Симоны. Увидев его, она обрадовалась и тут же огорчилась, встретившись с суровым мужским взглядом.

– Добрый вечер, Сима! – произнёс Роберт с лёгкой иронией. – Ты уже переспала с Премьер-министром?

– За кого ты меня держишь? – возмутилась помощница Инспектора, но быстро справилась с собой и доложила начальнику: – Добрый вечер, шеф! Соблазнить Виктора Орлана и переспать с ним? Такое задание мне не поступало. Мы отобедали и мило побеседовали с Премьер-министром. Сначала он почему-то, впрочем, как и Вы однажды, подумал, что имеет дело с девушкой облегчённого поведения, но вскоре осознал свою ошибку. Общаясь с недотрогой, Виктор не решился делать ей непристойные предложения. Однако всё ещё можно исправить.

– Похоже, моя личная секретарша совсем распоясалась! – фыркнул Боб.

– Ты уже утвердил меня в новой должности? – Сима посмотрела на шефа невинными глазами.

– Да, но с испытательным сроком! – язвительно ответил Господин Инспектор. – А теперь будь внимательна, я расскажу тебе, что происходит и что от тебя потребуется...

Чем дольше Симона слушала Роберта, тем шире открывались её глаза. Но личная секретарша Инспектора снова справилась с эмоциями и, дослушав указания шефа до конца, проговорила: «До поступления новых указаний я остаюсь в особняке Премьер-министра, невинно флиртую с ним, а также серьёзно и планомерно готовлю его дочь к работе на дипломатическом поприще. Всё верно, шеф?»

– Да, – откликнулся Боб. – Несколько дней я буду появляться здесь эпизодически и тайно. Постараюсь держать тебя в курсе своих перемещений. Вскоре, в зависимости от ситуации, мы обсудим план дальнейших действий...

– Хорошо, мой дорогой Инспектор... – не удержалась Сима. – А сейчас ты… к ней?

– Не я к ней, а она по моему указанию пришла в мою спальню, – без восторга произнёс Роберт.

– Она красивая, – вздохнула Симона.

– Красивая... – эхом отозвался Боб. – Но если ты хочешь спросить об интимной связи, то её не было и не будет… пока.

– Сколько бы ты не упрямился, – покачала головой Сима, – вектор движения уже задан. Наши дружеские отношения позволяют мне высказаться прямо?.. Так вот, в отличие от меня, дочь Виктора Орлана нуждается в защите и… особом отношении к себе. Роберт! Только тебе по силам вдохнуть в неё спокойствие, уверенность, радость жизни...

– Быть может, ты и права, – хмуро ответил он. – Но мне необходимо время для того, чтобы прочувствовать то, что кажется тебе очевидностью...

Словно опровергая мысли и намерения Роберта, Барбара ждала его в спальне, лёжа на широкой кровати в кружевной ночной рубашке. Тонкая чёрная ткань не столько прикрывала женское тело, сколько подчёркивало его изящество и привлекательность. Строго кивнув дочери Премьера, Боб отправился в ванную комнату, откуда вышел через пять минут с обмотанным полотенцем торсом.

Поймав вопросительный взгляд мужчины, Барбара подвинулась, освобождая ему законное место на кровати. Желание выговориться у неё пропало. Девушка пристроила голову на плечо Роберта и прошептала: «Если все разговоры переносятся на утро, просто приласкай меня, и я усну...» Боб так и поступил. Он гладил чёрные шелковистые волосы, изящное плечо Барбары, её гибкую спинку, опускаясь ниже ткани сбившейся ночной рубашки. Дыхание девушки успокоилось, и Роберт зашептал: «Барби-Барби, милая девочка... Во что я ввязываюсь? Куда тяну тебя за собой? Конечно, и без меня дочку Премьер-министра однозначно утянули бы в смрадное болото, но всё-таки... А ты, действительно, очень красивая, чуткая и нежная девушка с добрым сердцем... Зачем тебе светская кутерьма, политика, министры, жрецы, инспекторы?.. Забыть бы обо всём и… убежать с тобой в какой-нибудь тихий уголок хотя бы на неделю...»

Барбара пошевелилась и тихо застонала: «А я ещё не сплю и всё слышу, мой милый... Останови свои ласковые руки, иначе я стану твоей рабыней прямо сейчас без всякого алтаря Тьмы... Закрой глаза, а я тебя успокою, убаюкаю... Только скажи мне... Ты знаком со Жрецами Света? Они сильно отличаются от служителей культа Тьмы?»

– Да, Барби... – тихо заговорил Роберт. – У двух культов много общего, но и отличия существенные. Пока многое мне неизвестно и непонятно. Но, например, Жрецы Света не имеют рабов, однако у них есть жёны, живущие с ними на поверхности Обители. А ещё, и это очень важно, в отличие от Жрецов Тьмы, служители культа Света могут зачать, родить и растить детей... Сколь угодно много детей, как оказалось...

– Удивительная история... – пробормотала Барбара. – И на поверхности Обители можно жить?

– О да, девочка... – радостно заулыбался Боб, вспоминая чудесные пейзажи, увиденные им на поверхности. – Со временем узнаешь всё сама, я тебе обещаю...

В борьбе усталости и желания телесных удовольствий у Роберта победил сон, но Барби не расстроилась. Девушка сняла с себя через голову последнюю одежду, освободила мужчину от полотенца, стягивающего его торс, и принялась изучать мужское тело своими изящными пальчиками... Так она и уснула.

После полудня, оставив женщин в особняке Премьер-министра, Роберт отправился в Посольство Северо-Восточного континента. Не застав на месте Посла, он удалённо запросил у него защищённый канал связи с Белокаменной. Такую возможность ему предоставили через четверть часа. Первым делом Боб связался с полковником Подгорным.

Куратор Роберта по линии Министерства Безопасности внимательно выслушал Инспектора, несколько раз изменившись в лице. Несмотря на общеизвестное умение владеть собой, он порывисто высказал настойчивое пожелание о встрече с глазу на глаз, но в результате удовлетворился обещаниями Боба и пошёл ему навстречу. Во всяком случае, на следующее утро в помощь Роберту прибыл срочно командированный на Южный континент лейтенант Степан Сермяжный. А сегодня Инспектор кратко переговорил по защищённому каналу связи со своим руководителем в Мировом Совете и отправился на встречу с ним.

Личная беседа с Советником Кейном началась весьма дружелюбно и непринуждённо, а продолжилась бурно, временами переходя на повышенные тона. Уяснив суть создавшейся ситуации, описанной Робертом с большими лакунами, Советник взял паузу на размышления. За время перерыва мужчины пообедали в местном ресторане, не обменявшись за столом и парой слов. Зато после чашки чая, завершившей получасовое чревоугодие, шеф Инспекторов транспортной системы Обители произнёс: «Вынужден повторить, что Ваши предложения нарушают устоявшиеся договорённости, но… они нисколько не противоречат здравому смыслу и действующему законодательству. Напротив, они утверждают главенство закона над привычками и условностями. Конечно, мне легче отмахнуться от внезапных нововведений. Но кто сказал, что они, несвоевременны? Пожалуй, я рискну и поддержу Вас, Роберт». Из ресторана Советник Кейн сразу потащил Инспектора на неформальную встречу с заместителем Председателя Мирового Совета по межконтинентальным отношениям.

Беседу на новом уровне Боб построил иначе. Ровно настолько, насколько требовалось для серьёзного, влиятельного политика, он приоткрыл своё информационное поле. Этого оказалось достаточно, чтобы заставить крупного чиновника серьёзно призадуматься...

– Судя по всему, вскоре я потеряю перспективного сотрудника, едва приступившего к работе, – констатировал непосредственный начальник Роберта, возвращаясь с ним в свой кабинет.

– Нет-нет, Господин Советник, – успокоил его Боб. – Мы планомерно реализуем мой план, одобренный, как я понял, на самом верху. Останавливаться на полпути не годится. Выстроим обновлённую инспекционную службу, тогда и посмотрим, кто на что способен и как жить дальше...

В течение нескольких дней Симона видела своего шефа явно недостаточно ни для серьёзного разговора, ни для лирики в уединении. Роберт жёстко инспектировал местную транспортную систему в компании Степана, завязывал новые знакомства, общался с представителями местных властных структур. Кроме того, он встретился с представителями культа Света на нейтральной территории и дважды побывал у Жрецов Тьмы. Сима почти не покидала особняк Премьера, тесно общаясь там с Барбарой на разнообразные темы – от тонкостей дипломатии до личных предпочтений Инспектора Берга. Правда, по городу поползли слухи, будто у Премьер-министра Южного континента завелась новая пассия. Выполнению заданий помощницы Роберта инсинуации не мешали, Симона с лёгкостью удерживала Виктора Орлана на расстоянии. Они дружески беседовали вечерами, втроём с Барбарой и даже наедине. Но стоило Виктору однажды направить разговор на тему личных отношений и даже заговорить (Какой ужас!) о своих серьёзных намерениях, Сима моментально осекла его:

– Господин Премьер-министр, Вы же не хотите испортить отношения с Робертом из-за его личной секретарши?

– Наш Инспектор – столь неподражаемый любовник?! – не сдержавшись, резко выпалил Виктор.

– Как Вам не совестно задавать подобные вопросы порядочной женщине? – нахмурилась Сима и… принялась фантазировать, отлично понимая, какое впечатление произведут на мужчину её слова. Словно поддавшись эмоциям, она произнесла с глубоким вздохом: – Если бы Вы только знали, когда, где и как он обладал мной... Сказать стыдно, а вспоминать приятно.

За пару дней до отъезда с Южного континента Роберт уведомил Премьер-министра о том, что увозит его дочь в межконтинентальное турне. Барбара восприняла новость, как нечто само собой разумеющееся. Ожидавший подобного развития событий, Виктор Орлан, тем не менее, забеспокоился и принялся задавать многочисленные вопросы, оставшись с Бобом наедине.

– Нет повода для волнения, Виктор, – спокойно ответил Роберт. – Барби будет жить в безопасности и достатке. Я представлю её влиятельным людям не как свою подругу, а как дочь Премьер-министра Южного континента, прежде всего.

– Ты не планируешь женитьбы, – сумрачно произнёс Орлан. – Почему? Моя дочь недостаточно хороша для тебя?

– Женитьба – удел состоявшихся личностей и умудрённых жизнью политиков, Виктор, – усмехнулся Боб. – На данный момент времени жених из меня никудышный. Кочевая жизнь, крутые зигзаги и препятствия на пути. Кроме того, транспортный Инспектор – не уровень для твоей дочери.

– Не прибедняйся, Роберт! – покачал головой Премьер. – До нас доходят слухи, что вскоре тебя официально назначат Чрезвычайным и Полномочным Послом Мирового Совета по особым поручениям.

– Свежий огурчик в пряном посоле... – фыркнул и рассмеялся Боб. – А тебе не приходило в голову, что для поддержания видимости собственной значимости подобные слухи распускаю я сам?.. Конечно, сейчас я шучу, но если в слухах и есть доля правды, то подобное повышение моего статуса станет реальностью не сегодня. Однако ответственность за твою дочь в нашей поездке я с себя не снимаю. Более того, если по ходу турне она познакомится с перспективным женихом, ты узнаешь об этом сразу, а я не стану препятствовать её счастью.

Барбаре тоже не терпелось поговорить с Робертом наедине. И такая возможность ей представилась.

– Волнуешься? – спросил у неё Боб.

– Немного, – несмело улыбнулась Барби, – но я доверяю тебе и Симоне.

– Очень хорошо, – удовлетворённо кивнул он. – Но тебя, всё-таки, что-то беспокоит, девочка.

– Алтарь Тьмы! – судорожно выпалила она.

– Мрак меня побери... – с олимпийским спокойствием отреагировал Роберт. – Хорошо, если до полудня завтрашнего дня ты не передумаешь, я отведу тебя туда... А сейчас отправляйся спать. Ты же не хочешь уснуть на алтаре?

– А ты? – не реагируя на чёрный юмор Боба, чуть слышно поинтересовалась Барбара.

– Я буду с тобой завтра, а сейчас мне нужно уделить время Симоне.

Могло показаться, что Роберт излишне холоден с дочерью Премьер-министра, но она поняла его по-своему и без возражений отправилась в свою спальню. Господин Инспектор зашёл к своей помощнице. «Чем я заслужила такую милость, шеф?» – начала ёрничать она, увидев Боба в своей комнате, но он явно не был настроен на пререкания... Прежде, чем отправиться спать, ограничившись дежурным поцелуем, Роберт всё-таки поинтересовался у своей личной секретарши:

– Не хочешь поделиться своим мнением о нашей подшефной, Сима?

– Нашей? – фыркнула Симона, но быстро перестроилась на серьёзный лад: – С интеллектом у Барбары всё в порядке, с тобой за ручку она далеко пойдёт... При ближайшем рассмотрении дочь Премьера ещё красивее и обаятельнее, чем мне показалось сначала. Привлечь внимание, влюбить в себя, вызвать ревность, для неё – раз плюнуть. Единственный недостаток на данный момент – повышенная внушаемость, судя по удивительно быстро сформировавшейся привязанности к бесподобному Инспектору. О каком таком «Алтаре Тьмы» всё время бредит Барби?

– В глубинах, у служителей культа Тьмы имеются особенные ритуальные камни, – вздохнул Роберт. – Покажу тебе как-нибудь.

– Ну, уж нет! – неожиданно резко отреагировала Сима. – Экспериментируй там над глупыми девчонками...

– Только что ты говорила о высоком интеллекте Барбары Орлан! – фыркнул Боб. – Наша Барби – не глупа, это очевидно. Порой мне кажется, что она знает или чувствует что-то особенное, недоступное моему пониманию.

– Вот на алтаре Тьмы и узнаешь, – всё-таки съязвила Симона, но немедленно прижала голову Боба к своей груди. «Там ему сердиться не захочется, – решила она и подумала: – Пусть и не сразу, однажды он и для меня какой-нибудь алтарь придумает. Нельзя же всё время использовать личного секретаря только, как подушку безопасности...»

Нынче в контролируемых Жрецами Тьмы глубинах Южного континента Обители Роберт чувствовал себя непринуждённо, чего нельзя было сказать о Барбаре. Девушку потряхивало от волнения, но Боб спокойно привёл её в отведённые для него апартаменты и отправился на встречу к Отцу Фариду. Жрец Тьмы принял его с распростёртыми объятьями.

– Со дня нашего знакомства Вы развели невероятно бурную деятельность, Господин Инспектор, – заулыбался Фарид. – Или к Вам уже следует обращаться – Ваше Превосходительство?

– Не будем муссировать слухи, пока они не превратились в подтверждённую реальность, – поморщился Боб. – Не лучше ли, оставив в стороне условности, поговорить о деле?

– По общему мнению Сообщества служителей культа Тьмы, с делами Вы справляетесь прекрасно, – продолжая улыбаться, ответил Жрец. – Насколько мне известно, Вам уже выслали приглашения мои собратья на Северо-Западе и Северо-Востоке. Со своей стороны, я направил письмо Председателю Мирового Совета, изложив в нём нашу консолидированную позицию. Кроме того, Вашего визита ждёт жена бывшего Премьер-министра Южного континента. Инара просто изнемогает от нетерпения...

– Так ли необходима моя встреча с ней? – пожал плечами Боб. – Вы наверняка знаете многое из того, что может поведать мне она.

– Всё не так просто, как Вы думаете, – хитро прищурился Фарид. – У нас хватает источников информации, и допросов с пристрастием Инаре никто не устраивал. Зато, такая возможность теперь предоставлена Вам. Никто не ограничивает Вас в методах... Я уверен, что от неё, так или иначе, Вы получите эксклюзивную информацию, как о своих друзьях, так и о потенциальных неприятелях. Получается, что мы надёжно оградили некий банк данных, который на днях перейдёт в Ваши руки... Только не забывайте, что выудить информацию у жены бывшего Премьера сможет лишь сильный и выносливый мужчина с характером.

– Зачем же брать на себя непомерную ответственность? Мужскую силу сможет продемонстрировать специально подготовленный человек, мой помощник, – не удержался от смеха Боб. – Он внимателен, вынослив, осмотрителен и не болтлив.

– В который раз я поражаюсь Вашей предусмотрительности и предприимчивости, Роберт! – расхохотался Фарид. – Однако степень молчаливости Вашего помощника неплохо бы проверить дополнительно. В приставленной к Инаре служанке я уверен абсолютно. А Ваш Степан, так его, кажется, зовут?.. Если возникнут сомнения, я бы направил его к нам в глубины или… оставил на съедение жене бывшего Премьера.

– Жестокость Вам не к лицу, Отец Фарид! – продолжал посмеиваться Боб.

– И это мне говорит человек, отправляющий на алтарь Тьмы милейшую девушку – дочь нашего дорогого Премьер-министра?! – вскинул брови Жрец. – Кстати, в виде очередного исключения, Вам, Роберт, разрешено провести не демонстрацию, а полноценное таинство посвящения рабыни со всеми вытекающими для девушки последствиями. Отец Барбары уведомлён об этом и не имеет серьёзных возражений. А Барбара, как я думаю, давно мечтает оказаться...

– Виктор Орлан не возражает?! – не справившись с изумлением, перебил его Боб.

– Именно так, – пожал плечами Фарид. – Премьер-министр дословно произнёс следующие слова: «Роберт разберётся с проблемой самостоятельно. Моей дочери он желает только добра».

Глава 10. Татуировка

Глава 10. Татуировка

«Так значит, ты не предполагала, а точно знала, глупышка Барби! – размышлял Роберт, подходя к своим тайным апартаментам в подземельях Жрецов Тьмы. – Согласно моему нынешнему, неопределённо тёмному статусу, от меня здесь ждут проявлений жестокости или, хотя бы, демонстрации её. Не только Жрецы, но и ты желаешь этого, Барбара! Ну, что же...» Дочь Премьер-министра ожидала Боба в гостиной его тёмных покоев и опустила глаза, едва завидев Господина. Девушка стояла перед ним в каких-то странных лохмотьях, вероятно, найденных ею здесь же, в подземных апартаментах, предназначенных для Жреца Тьмы. «Готова?» – буркнул Роберт. Барби подняла на него полные слёз глаза и… утвердительно кивнула. Боб посмотрел на неё с сомнением, но промолчал и отправился в гардеробную. Через пять минут он вернулся в гостиную, облачённый в чёрную накидку с капюшоном и повторил вопрос: «Ты готова? Это – не спектакль, всё будет по-настоящему». Глаза Барбары округлились, но она снова кивнула утвердительно. «Тогда следуй за мной, рабыня», – холодно произнёс Роберт и… взял девушку за руку.

В зале, которого Барбара так боялась и куда стремилась попасть снова, он разорвал на девушке лохмотья и распял её на алтарном камне, закрепив в специальных выемках кисти рук и лодыжки женских ног. «Что я здесь делаю?» – промелькнуло в голове Роберта, отрешённо глядевшего на обнажённое женское тело и перекидывавшего с руки на руку ритуальную плеть. И в этот момент неожиданно заговорила сама Барбара.

– Простите меня, Мастер! – всхлипнув, произнесла она.

– За что же я должен простить тебя, рабыня? – насторожился Боб.

– За то, что не досталась Вам невинной! – оглушительно тихо прошептала Барби.

От неожиданности Роберт покачнулся, но ощутил внезапное просветление сознания. Он провёл плёткой по женскому животу, отбросил ритуальный предмет в сторону и… завязал Барбаре глаза чёрной повязкой. «Зачем?! Я хочу это видеть!» – подумала она и вдруг почувствовала нежные прикосновения мужских рук и губ к своему лицу и дрожащему телу... Скованные и вытянутые конечности не позволяли Барби даже изогнуться. Она лишь подёргивалась, стонала и медленно сходила с ума... Барбара не запомнила, в какой момент её ноги оказались освобождены и согнуты в коленях. Зато в ту секунду, когда повязка упала с глаз, она приподняла голову с алтаря Тьмы, посмотрела на расположившегося у её ног Роберта, ещё в накидке, но уже без капюшона, и… громко закричала.

Нет, ей не было больно. Барби находилась в состоянии особенной экзальтации, эйфории, восторга... Мастер делал с ней всё, что хотел. Освободив руки, он перевернул её на живот, всё-таки ударил пару раз плёткой по упругой попке, расслабляя ягодичные мышцы девушки...

Позже она с головы до ног целовала распростёртое на алтарном камне тело Роберта, своего Господина, своего Мастера... Едва успокоившись, мужчина взял со специального столика тонкий, очень острый нож и вопросительно посмотрел на Барбару. Она отчаянно смело протянула ему свою руку. Уверенно сделав разрез на её безымянном пальце, Роберт выдавил несколько капель крови в ритуальную чашу. «Сейчас Мастер смешает мою кровь с нектаром и опустошит сосуд», – подумала Барби, но её Господин снова сделал всё не по правилам. Он надрезал свой палец и смешал в сосуде их кровь. Только после этого Роберт добавил в чашу нектар из стоявшего на столике бокала, и протянул сосуд Барбаре. Она сделала глоток, не задумываясь, и немедленно ощутила необычайный прилив энергии и необыкновенный вкус напитка. Ничего подобного девушка не пила ни разу в жизни. Вслед за Барбарой, её Мастер залпом допил содержимое ритуальной чаши, и их губы снова слились в поцелуе... Немного позже, но ещё у алтаря Тьмы, Роберт кивнул на лежащий рядом ошейник:

– Барби, этот аксессуар будет лишним на великосветских приёмах! Променяешь его на клеймо рабыни?

– Может быть, на татуировку, Мастер? – обнимая мужчину за шею, откликнулась девушка, прекрасно чувствовавшая себя на его руках.

– Ты и про татуировки знаешь? – удивился Боб. – Откуда?

– Отец Фарид прислал мне личное письмо с подробным описанием таинства посвящения в рабыни, – извиняющимся тоном тихо ответила Барби.

– Вот же сволочь какая! – вырвалось у Роберта.

К Фариду они пришли рука об руку, в одинаковых одеждах. Мастер – в накидке чёрного цвета, рабыня – в белой с красными разводами. Барбара несла в руке ошейник.

– Моя рабыня пожелала поменять ошейник на татуировку, – произнёс Боб. – Я не возражаю.

– Никаких проблем, – с сумрачной улыбкой кивнул Жрец Тьмы. – Мы сейчас же отведём твою рабыню к кольщику.

– К мужчине? – тихо, но нервно отреагировала Барби.

– Не волнуйся, рабыня, – осадил её Роберт. – Теперь ты принадлежишь Хозяину, и никто другой не посмеет коснуться тебя без моего разрешения.

– Абсолютно верно, – подтвердил Отец Фарид, – но, если Хозяин позволит, мы отведём тебя к великолепному специалисту своего дела – кольщику женского пола...

Оставив женщин наедине, Жрец Тьмы решил устроить Роберту ещё одну небольшую экскурсию. «Конечно, Вы не являетесь пока членом нашего Сообщества, нашим братом, но и чужим Вас назвать уже нельзя. Зная о Вашей тяге к искусству, я приоткрою Вам дверь в закрытую от посторонних глаз сокровищницу. Отныне Вы можете посещать её залы один или с Вашей рабыней в любое время. Впрочем, некоторые помещения содержат предметы, хранимые Отцами Тьмы в строжайшей тайне. До особого распоряжения они останутся закрытыми для Вас».

Ещё не пришедший в себя после таинства на алтаре Тьмы, Роберт не обратил большого внимания на последнее замечание Жреца. Зато предметы искусства, открывшиеся ему в сокровищнице, поразили воображение. Изумительные украшения и предметы декора, старинные бумажные рукописи, глиняные таблички с древними письменами, удивительные скульптуры и целая галерея живописных работ. С огромным интересом и воодушевлением Боб переходил от одного экспоната к другому, пока его взгляд не упал на написанный маслом холст.

– «Оазис» Карла Чёрного? – ахнул Роберт. – Оригинал?!

– Совершенно верно, – расплылся в улыбке Отец Фарид. – Перед Вами изначальная версия «Оазиса». Вы хорошо осведомлены, мой друг!

– Но что означают светлые точки на тёмном, я бы сказал, идеально чёрном небе? – не сводя глаз с полотна, поинтересовался Боб.

– Этот нюанс – предмет многолетних споров историков и искусствоведов, – неторопливо пояснял Жрец. – Как Вы, должно быть, знаете, на позднейших авторских копиях, хранящихся в других сокровищницах Обители, никаких светлых пятен нет. Оригинал никогда не реставрировался. Поэтому, основная версия этой странности – дефекты, появившиеся в процессе хранения картины. Впрочем, есть и другие, менее правдоподобные объяснения. Вопрос спорный...

Оказавшись в своих тайных покоях наедине с Барбарой, Роберт мысленно оставался рядом с картиной Карла Чёрного, будоражащей его сознание. Он едва не забыл спросить Барби о татуировке... Девушка распахнула накидку, Боб непроизвольно застонал. На гладком лобке красовалось чёрное сердце, увитое красными цветами, внутри которого читалась надпись мелким, витиеватым шрифтом: «Мастер Роберт». К удивлению мужчины, глаза Барбары светились счастьем. Она мечтала только о том, чтобы Господин снова взял её на руки и отнёс в спальню. Но в выражении глаз Роберта она увидела нечто потустороннее...

– Что случилось, мой Мастер? – пролепетала Барби.

– Не спрашивай. Сейчас ты всё увидишь сама...

Пользуясь правом беспрепятственного посещения сокровищницы, Роберт привёл свою Барбару к полотну Карла Чёрного... Около четверти часа они стояли у «Оазиса», как вкопанные, пока Барби не заговорила шёпотом: «Это ты... На картине изображены Вы, Мастер, неужели не видите?! Только рядом с Вами не я, к сожалению... Кажется, я понимаю! Рядом с мужчиной на полотне изображена его жена! Но, однажды встретившись с ней, теперь Вы не сможете бросить свою рабыню, свою Барби, мой Мастер!» Роберта словно электрическим разрядом ударило. По спине побежали мурашки... Боб узнал её. Он понял, кого напоминает ему женщина с картины Карла Чёрного.

Вернувшись в тайные покои Роберта воодушевлёнными, воздушными, они бросились в объятья друг друга. В череде взаимных ласк Барбара нежно склонила голову Мастера к своему лону. Он поцеловал-таки её лобок, украшенный свежей татуировкой... Отключив разум, они не отрывались друг от друга до поздней ночи... А утром всё повторилось сызнова...

– Нам пора собираться, Барби, – улыбался Роберт девушке, нежащейся в постели, словно котёнок. – Насколько я понимаю, после обряда на алтаре твоё пребывание в подземных чертогах Жрецов Тьмы не ограничено по времени. Может быть, ты хочешь остаться здесь навсегда в роли рабыни, ожидающей своего Хозяина?

– Нет-нет, Мастер! – всполошилась Барбара. – Я хочу быть Вашей спутницей, куда бы судьба ни забросила моего Господина.

– Ишь ты... – цокнув языком, хмыкнул Боб. – Перед отбытием, мне следует ещё раз переговорить с Фаридом...

Жрец с улыбкой встретил пару молодых людей и немедленно вручил Роберту два электронных устройства, специально подготовленных для него Отцами Тьмы. «В Ваших путешествиях регулярно требуется канал связи, защищённый от прослушивания, – пояснял он. – Штучные экземпляры подобных телефонов изготовлены по последнему слову техники. Они будут работать в любой точке подземной Обители и даже кое-где на поверхности, однако отследить такие устройства практически невозможно. Хотите спросить: можем ли мы подслушивать Вас, Роберт? Сейчас – да. Но обладая Вашим уровнем знаний, перенастроить аппараты – дело нескольких минут. Вы прекрасно понимаете степень важности и сложность задуманных нами проектов... Будем учиться доверять друг другу... Кстати, на память о прошедшей ночи, мы предлагаем Вам купить драгоценности из нашей сокровищницы для себя и Вашей рабыни».

Отец Фарид открыл шкатулку. Барбара чисто по-женски ахнула и с восторгом принялась рассматривать украшения, преимущественно обращая внимание на колечки.

– Ну, окольцовывать нас ещё рано, – заулыбался Боб. – А сколько стоит, например, вот это изящное ожерелье.

– Целое состояние! – усмехнулся Жрец, извлекая из шкатулки платиновое колье с россыпью чёрных жемчужин. – Однако для Вас, Роберт, мы сделаем персональную скидку на это произведение искусства. Не жалко потратить на украшение месячное жалованье Инспектора межконтинентального транспорта?

– Учитывая, что колье предназначается моей благородной рабыне, – Боб с любопытством взглянул на искрившуюся от восторга женщину, – не жалко. Примерь эту вещь, моя послушная девочка...

Премьер-министр Южного континента встречал их в своём особняке, прибывая в сумрачном настроении. Недовольство собой и сомнения читались в его взгляде. Первым делом он осмотрел свою дочь с ног до головы, словно пытался найти свидетельства происходящих с ней критических изменений. Барбара выглядела… счастливой, а взгляд Орлана зацепился за колье и, будто не веря глазам своим, Премьер замотал головой:

– Мой род гордится своей историей и благосостоянием. Но в нашей коллекции драгоценностей нет подобного шедевра. Украшения такой красоты я видел только в музеях... Учитывая стоимость ожерелья, сколько же стоит носящая его женщина, твоя рабыня, Роберт?

– Тебе ли не знать, что она бесценна, Виктор! – улыбнулся Инспектор Берг.

Пряча глаза, Премьер-министр порывисто обнял Боба, а затем обнялся с дочерью. Они уже не скрывали слёз. Барбара, наконец, расслабилась и позволила себе разреветься. Позже Орлан признался, что последний раз дочь довела его до слёз в десятилетнем возрасте, когда заявила, что у каждой порядочной девушки должна быть мама.

– Скажу честно, Роберт, я сомневался до последней минуты, не находил себе места вплоть до вашего возвращения. Симона не даст соврать. К своему стыду, я вынужден признаться, что безуспешно просил твою секретаршу утешить отца потерянной мною дочери... Тяжело сознавать, что твоя дочь становится… рабыней... Разумеется, о её статусе узнают только посвящённые люди. В конце концов, мимо нас ежедневно проходят помощники Жрецов Тьмы, а мы и не знаем об этом... И всё-таки, Роберт, если бы Барбара заявила, что выходит за тебя замуж, сказала бы, что любит тебя...

– Я люблю Роберта, папа! – воскликнула Барби. – Неужели, ты ничего не понял? Случилось чудо! Роби спас меня ото многих бед, став моим… Господином... А надоедать Мастеру признаниями в любви неприлично.

– Тебе можно, – Боб вздохнул и посмотрел на женщину с такой теплотой, что она немедленно прижалась к нему всем телом и снова дала волю слезам.

На очень кстати случившемся приёме у Главного Казначея Северо-Западного континента Роберт и Барбара произвели фурор. Эффектный, уверенный в себе франт в новом, с иголочки, прекрасно сидящем на нём смокинге и его обворожительная спутница в изящном чёрном платье с великолепным колье на груди привлекли всеобщее внимание. Дамы норовили встретиться взглядом с Робертом и, при удачном стечении обстоятельств, затеять с ним флирт. Кавалеры провожали взглядами Барбару, втайне мечтая отбить её у недостаточно богатого и влиятельного, по их мнению, спутника. Замешательство в общество внёс сам Главный Казначей, подошедший к гостю лично. Он поцеловал ручку Барбары и со значением пожал руку Роберту, произнеся во всеуслышание: «Рад знакомству, Ваше Превосходительство!» Заглянувший на приём Премьер-министр Северо-Западного континента Энтони Уайт не был столь горяч, но не смог отказаться от обмена рукопожатиями с Робертом, представленным ему хозяином дома. На следующее утро Боб получил от местного Премьера приглашение на закрытую частную встречу... Найти Симону и Степана среди гостей главы Казначейства оказалось непросто, на приёме они выполняли свою работу незаметно.

Протокольные, неофициальные и тайные встречи, переговоры, совещания... Роберт застрял в Спелом Яблоке на неделю. Особенно радушный приём ему оказали Жрецы Тьмы Северо-Западного континента. Случались и непростые беседы, обмены мнениями на грани конфликта. Боб понимал, что часть чиновников и вельмож считают его выскочкой, неведомо откуда свалившимся на их голову и сеющим смуту в благополучном и тихом обществе. Премьер-министр континента и вовсе не стал бы разговаривать с Робертом на равных, если бы не его спутница – дочь Виктора Орлана. Легче всего проходило общение Боба с бывшими коллегами из транспортной службы. Давние знакомые, они быстро находили общий язык, не пугаясь повышения Роберта по службе и статусу.

Лишь однажды Бобу удалось выбраться в театр. Это был не лучший спектакль в исполнении Исидоры Небесной. В первом действии, заметив в зрительном зале Роберта с очаровательной брюнеткой, прима сбилась с ритма и не могла прийти в себя до антракта. Впрочем, ей удалось взять себя в руки и блеснуть в середине спектакля, а затем выдать феерический финал. После представления в гримёрную комнату Боб вошёл один. Цветы и поцелуи рук не впечатлили знаменитую актрису.

– Кто это был, Роберт? – сухо спросила Дора. – Жена? Невеста?

– Барбара – моя спутница и помощница, дочь Премьер-министра Южного континента, – с улыбкой ответил он.

– Твою же мать... Когда ты успел так высоко взлететь, мой дорогой? – в сердцах произнесла Исидора. – Теперь я понимаю, откуда появилось приглашение совершить двухнедельные гастроли по Южному континенту на феноменально выгодных условиях. А я-то дура, подумала, что возвращаются старые, добрые времена и у меня завёлся тайный поклонник!

– Явный поклонник тебя уже не устраивает? Меня тебе мало? – с явным удовлетворением заулыбался Боб.

– Тебя?! – уставилась на него Дора. – Хочешь сказать, что твоя… спутница не помешает нам поужинать наедине у меня дома?

С удовольствием разглядывая категорическую смену настроения на красивом женском лице, Роберт отрицательно покачал головой... Он не помнил, чтобы Исидора когда-нибудь так стремилась молниеносно сбежать от восторженной публики и попасть к себе домой... Там Боб несколько минут испытывал терпение великой актрисы, нежно воркуя и целуясь с её помощницей искусственного происхождения, раз и навсегда переименованной в Эльвиру, но потом...

– Что это было, мой милый?! – вопрошала Исидора, разметав свои роскошные белокурые волосы по подушке.

– Даже не знаю, как ответить... Я показался тебе грубым и неловким? – опершись на локоть, Роберт рассматривал раскрасневшееся, чудесное женское лицо, нежно касаясь его кончиками пальцев.

– Всё так, всё восхитительно, – горячо отвечала прима, – но ты… обладал мною, как… своей... Не могу подобрать подходящего определения... Своей женщиной?

– А разве ты до сих пор не стала моей женщиной? – Роберт укоризненно покачал головой.

– Конечно, я твоя! Но с момента нашего расставания с тобой что-то произошло. Я чувствую перемены, и это меня пугает, – сбивчиво говорила Дора. – Ты меняешься... Ты ощущаешь изменения в себе, да? Скажи, когда всё это началось, милый Роби? Мне важно знать и понимать тебя!

– Моя жизнь набрала немыслимый темп. Изменения происходят каждый день, – вздохнул Роберт, – а начались они в ту ночь, когда я впервые оказался в постели прекрасной Исидоры Небесной. Удивительная история, правда?.. Только осознав её смысл, я перестал сопротивляться переменам и надеюсь, что они изменят нашу жизнь к лучшему.

Накануне отъезда на окраину Северо-Западного континента, в захолустный населённый пункт под названием «Солёная Отмель», Роберт раздавал указания своим спутникам в просторном номере отеля. Первым, получив ясные распоряжения, отправился спать лейтенант Степан Сермяжный, назавтра отправлявшийся в поездку с шефом. Боб остался в гостиной с Симоной Вагнер и Барбарой Орлан.

– Я должна носить Вашу фамилию, Мастер! – неожиданно заявила Барби.

– Кому должна? – суровым тоном поинтересовался Роберт. – Сейчас это неактуально, а со временем... Короче, я подумаю...

– Почему Барбара называет Вас «Мастером», шеф? – в свою очередь спросила Симона, не скрывая своего любопытства.

– Легче показать, чем объяснить... Боб вздохнул и попросил: – Барби, разденься, пожалуйста! Совсем...

На слова Роберта Сима выпучила глаза, а Барбара скромно кивнула и… через минуту стояла перед Симоной абсолютно голой, с опущенным в пол взглядом. «Что это? – воскликнула Сима, заметив татуировку. – Ты, дочь Премьер-министра Южного континента – рабыня?! И мой шеф – твой Мастер?.. Теперь я начинаю понимать... Прости, Барбара, но я завидовала твоей красоте со дня знакомства... А в последние дни, что невероятно, ты снова… сказочно похорошела! Всё оттого, что сбылась… твоя мечта?.. Можно, я дотронусь?»

– Можешь даже поцеловать меня там, если Мастер позволит, – ответила скромная девушка Барби, чей пылающий взгляд был направлен на Роберта.

– Целуй-целуй, от этого никому хуже не станет... – весело отреагировал на происшествие Боб.

Впрочем, он не ожидал от Симы столь странной реакции. Она опустилась перед Барбарой на колени, положила ладони на её бёдра, нежно поцеловала татуировку, а затем прижалась щекой к животу Барби и прошептала: «Ты самая красивая девушка Обители, Барбара!» Во взгляде нежданной рабыни Роберта появилась грусть. Она опустила руку на голову Симы и стала медленно поглаживать её светло-рыжие волосы, а затем обратилась к Бобу:

– В домашней обстановке Симона хотела бы называть меня именем «Барби», Мастер! Но она боится Вашего гнева...

– Это правда... – шёпотом подтвердила личная секретарша Роберта.

– А мне приятно называть её трогательно-нежным именем «Сима», – продолжила Барбара. – Вы позволите, Мастер?

Боб неожиданно насупился, сел в кресло и заговорил с ощутимым раздражением: «Послушайте меня внимательно, девочки... Сима, встань уже с колен, я не хочу обращаться к твоей… спине! Сядьте с Барби на диван, что ли... Вот, так лучше... Завтра я уезжаю со Степаном в Солёную Отмель, оставляя вас вдвоём. Но ваше… состояние вызывает у меня опасения. Можно поехать вчетвером, но это сломает всю игру... Короче, в моё отсутствие не теряйте бдительность! Можете называть друг друга ласковыми именами, обниматься, целоваться, даже спать в одной постели, если неймётся вам обеим... Но ни на час не забывайте о своей безопасности! К моим женщинам с некоторых пор наблюдается повышенный интерес, и дело не только в вашей красоте... Я буду за вас волноваться, это понятно?!» Девушки синхронно вскочили с дивана, одновременно опустились на пол у кресла, где расположился Роберт, и в унисон произнесли:

– Да, Мастер!

– Это что ещё такое? – ахнул Боб. – Какой я тебе Мастер, Симона? Ты мне – не рабыня, не любовница даже!

– Прости... – взглядом пушистого, рыженького котёнка взглянула на него Сима. – «Мастер» звучит гораздо лучше и точнее, чем «шеф» какой-то...

– Вы позволяете нам более… мягкие и тёплые отношения в свободное от службы время, Господин? – решилась уточнить Барбара.

– Только после показательной порки для вас обеих! – фыркнул Роберт. – Ты, кажется, захватила плётку из подземелий Тьмы, моя рабыня?

– Да, Мастер, – невинно взглянула на мужчину Барби.

Вопросы власти (из дневника Роберта Берга)

Нынешнее поколение жителей Обители не представляет иной системы власти, нежели существующая структура. Мировой Совет занимается законотворческой деятельностью и строго отслеживает соблюдение всемирного порядка. Каждый Советник – лицо, выдвинутое правительством одного из трёх континентов и одобренное на заседании Совета абсолютным большинством голосов. Как правило, должность Советника является пожизненной.

Исполнительную континентальную власть осуществляет правительство во главе с всенародно избранным Премьер-Министром. Его переизбрание происходит только ввиду добровольной отставки прежнего лидера или после обращения большинства населения континента к Мировому Совету. Исключения возможны только в чрезвычайных ситуациях.

Лишь из учебников истории давно ушедших веков люди узнают о десятках стран с различным государственным устройством, существовавших когда-то на поверхности Обители. Значит ли это, что мы позаимствовали у древних лучшие достижения в вопросах организации власти и поддержания правопорядка на планете? Предположим, что так оно и есть. Но откуда, в таком случае, взялась система рабского подчинения в глубинах, исторически принадлежащих Жрецам Тьмы? Отчего на поверхности Обители практикуется многожёнство у Жрецов Света? София связывает подобные исключения с культовыми особенностями. Только ли в них дело? Соня как-то намекала на демографические нюансы, существующие на поверхности. Будто бы там имеется серьёзный дефицит мужского населения. Почему так? Нельзя ли компенсировать его мужчинами, родившимися в подземельях? Возможно, Жрецам Света выгодно подобное положение вещей...

Кроме того, служители культа имеют серьёзное влияние на властные структуры, что очевидно подтверждает ситуация на Южном континенте, знакомая мне не понаслышке. Насколько самостоятельны правительства континентов? Имеет ли полноту власти Мировой Совет? Вероятно, подобные вопросы не беспокоят большинство населения Обители, ни разу не поднимавшееся на поверхность и не спускавшееся в глубины, а то и вовсе не покидавшее свои подземные города и посёлки. Но мне-то необходимо разобраться в подобных вопросах хотя бы потому, что разрастающиеся должностные обязанности вынуждают!

Глава 11. Ведьмина скала

Глава 11. Ведьмина скала

На окраину Северо-Западного континента Роберт и Степан добирались капсульным транспортом местного назначения. Основная цель поездки не мешала Бобу выполнять обязанности Инспектора. Особых претензий к организации здешнего путевого хозяйства у него не возникло, зато, к удивлению Степана, его шеф с удовольствием беседовал с персоналом разного уровня и остался доволен общением.

Населённый пункт под названием «Солёная Отмель» оказался невзрачным шахтёрским посёлком, расположенным в естественном гроте, высотой около тридцати метров и длиной до полукилометра. Единственной достопримечательностью населённого пункта была «Ведьмина скала» на его северной границе. Жители посёлка, кто в шутку, кто всерьёз, утверждали, что ведьму охраняют люди Жрецов Тьмы, и не советовали нежданным гостям туда соваться. «Коли уж приехали, заходите в наш трактир, добрые люди. Там у нас и выпивка, и закуска подходящая, и девчонки симпатичные имеются. А хозяйка трактира – вообще золотая женщина», – информировали аборигены Солёной Отмели. Явно не бедных гостей отчего-то понесло именно в «Ведьмину скалу». Она, действительно, охранялась от непрошенных гостей, но Роберта и Степана здесь ждали.

В шикарно обставленной гостиной их встречала сама мадам Инара, а стол, искусно накрытый на трёх персон, буквально ломился от обилия спиртных напитков. «Если бы Вы только знали, как я рада визиту Вашего Превосходительства! – безошибочно угадав в Роберте важного гостя, глубоким контральто воскликнула прекрасно сложенная, эффектная блондинка с бюстом, потрясающим мужское воображение. – Хорошо понимаю, что Господа утомились в дороге, а потому сразу приглашаю вас к столу. Соловья баснями не кормят, не правда ли?» Роберт весьма впечатлился размахом гостеприимства, Степан оказался сражён наповал многочисленными достоинствами Инары. К счастью, после третьей рюмки к нему вернулась способность говорить, иначе Бобу пришлось бы туго. К седьмому тосту язык Степана развязался до такой степени, что Роберту пришлось его сдерживать. Вскоре разговорилась и хозяйка дома. Разумеется, для начала она посетовала на беспросветную скуку, на свою печальную жизнь в страшной глуши, вдали от приличного общества.

Свои воспоминания Инара начала благочестивыми рассказами о муже, немощь и болезни которого не позволяют ему навещать жёнушку и возить её на балы или приёмы к многочисленным знакомым. Вскоре она увлеклась настолько, чтобы с лёгкостью перемывать косточки этим знакомым. Роберту оставалось лишь направлять воспоминания мадам в нужное русло. Жаль только, что поток информации лился недолго. От обилия спиртного рассказчица загрустила и стала поглядывать в сторону спальни, через приоткрытую дверь которой виднелась просторная кровать. «Будьте любезны, Господин лейтенант, – нетрезво проговорил Роберт, – проводите нашу дорогую хозяюшку! Ей следует немного отдохнуть». Степан растерянно посмотрел на шефа, но поднялся из-за стола. Инара взглянула на Роберта с благодарностью, подала Стёпе руку и пропела: «Веди меня, мой лейтенант!»

Наблюдать за вялыми попытками доброго молодца Степана уклониться от жарких объятий пьяной мадам Инары через дверь спальни, так и оставшуюся неприкрытой, оказалось выше сил Роберта. Он тихо ретировался на кухню, где служанка загружала использованную посуду в моечную машину. Помощница Инары заслуживала отдельного описания. Маленькая, юная на вид, кукольной внешности тёмноволосая девушка смотрела на Господина большими раскосыми глазами необычного жёлто-зелёного цвета, фантастически смотревшимися в сочетании с вертикальными зрачками. Именно в этот момент Роберт, вдруг, осознал, что казалось ему странным во внешности отца Эльзы Габриеля, его младшей дочери Юли, жены Марты и других обитателей поверхности планеты. Зрачки их глаз в отличие от людей, населявших подземелья Обители, были идеально круглыми!..

– Милая девочка, ты и есть та самая надёжная и несловоохотливая помощница Инары, которую так хвалит Отец Фарид? – вопросительно посмотрел на служанку Боб.

– Во-первых, я – не девочка, Ваше Превосходительство! Мне двадцать четыре года, – сверкнула глазами малышка.

– Во-вторых, милая взрослая девочка, меня зовут Робертом, – заулыбался он.

– В-третьих, меня зовут Лоли, Господин Роберт, – хихикнула она, принимая игру. – А, в-четвёртых, Отец Фарид приказал мне рассказывать Вам лично всё-всё, что Вас заинтересует.

– Всё-всё? Как это мило, Лоли! – тихо, но заразительно рассмеялся Боб. – Ответь мне, для начала, Инара всегда так много пьёт?

– Нет, Господин Роберт, – вздохнула служанка. – Мне разрешают выдавать ей спиртное только по особым случаям.

– Часто ли происходят подобные случаи? – решил уточнить Боб.

– По праздникам... А праздники у нас случаются в дни приезда гостей. Вас интересует, как часто к мадам приезжают гости? – догадалась Лоли. – За полтора года, что я здесь нахожусь, у неё гостили только Жрецы Тьмы. Они появляются регулярно, но не часто. Последний раз – около трёх месяцев назад.

– Помимо спиртного, насколько мне известно, Инара испытывает повышенную тягу к мужчинам, – бесстрастно заметил Роберт. – Вероятно, Жрецы помогают ей… снять напряжение, но как она справляется в их отсутствие? Биороботы?

– Андроиды пылятся в чулане, Господин, – поджала губки служанка.

– Где?! – изумился он.

– Она ненавидит их. Использует от безысходности... – пожала плечами Лоли. – Но не проходит и одного дня с роботом, как мадам в гневе ломает ему руки, ноги и… всё остальное. Я замучилась вызывать ремонтников.

– Понимаю. Ненависть к андроидам, доходящая до приступов агрессии – не такое уж редкое явление в наши дни, – задумчиво проговорил Боб и, не сдержавшись, зевнул. – Людям проще сломать, чем понять.

– Вы устали, Господин, – заметила служанка. – Пойдёмте, я покажу Вашу спальню...

Оказавшись в предназначенном для него личном помещении, Роберт огляделся и разочарованно вздохнул. По его мнению, здесь наблюдался перебор: слишком шикарно, слишком просторно, слишком мягко.

– Мне остаться с Вами? – негромко, но решительно поинтересовалась Лоли.

– Это лишнее, девочка... – отмахнулся он. – Почему ты решила, что я не могу спать в одиночестве?

– Меня удивляет, что сейчас Вы находитесь не в спальне мадам, – пояснила служанка. – Конечно, она – не юная девушка, но очень привлекательная и умелая, по-моему. Неужели её красота Вас… не возбуждает?

– Инара – эффектная… женщина. Вероятно, горячий призыв подобной дамы вызывает соответствующий отклик у большинства мужчин. Можно сказать, что она – идеал нетрезвой человеческой самки, – жёстко ответил Роберт. – Тебе кажется, что, получив право на обладание ею, я обязан им воспользоваться? А как по мне, человек стал высшим существом, выжил во всемирной катастрофе только потому, что умеет управлять природными инстинктами... Но что-то я разговорился... Мне нравится другие женщины и… другие комнаты.

– В таком случае, в Ведьминой скале Вам не понравится и в остальных гостевых помещениях, – опустила голову служанка. – Что же мне делать? Остаётся только моя спальня, но она маленькая, и… там не прибрано.

– Веди! – неожиданно улыбнулся Его Превосходительство и протянул девушке руку.

Словно решившись на значительный, жизненно важный шаг, Лоли взяла Роберта за руку и повела за собой... В своей комнате она сразу же принялась наводить порядок, хотя Боб не заметил ни мусора, ни разбросанных вещей. Оглядевшись, он снова улыбнулся. Светлая и уютная десятиметровая спальня служанки понравилась ему сразу. «Ты позволишь мне остаться здесь?» – спросил Роберт и, дождавшись утвердительного кивка оторопевшей девушки, направился к двери в душевую. Лоли ойкнула, забежала туда первой, чтобы «убрать лишнее».

Стоя под упругими струями воды, Боб смывал с себя усталость и последние следы опьянения. «Здесь удивительно приятная вода, – пришло ему в голову. – Местный источник? Интересно... Надо будет выяснить». Лоли заглянула в душевую со свежим полотенцем и задержалась там чуточку дольше, чем следовало... Когда обернувший полотенцем своё туловище ниже пояса, Роберт вернулся в спальню служанки, она перестилала для него свою узкую кровать.

– А где же будешь спать ты? – опомнился Боб.

– В особняке достаточно места. Например, займу Вашу шикарную спальню, – наконец-то заулыбалась Лоли, с удовольствием наблюдая, как мужчина сбрасывает с себя полотенце, ныряет под одеяло и удовлетворённо вытягивается на её кровати.

– Если тебе нравится предназначенная мне комната – владей! – обаяние Роберта только росло по мере отрезвления. – А я прекрасно себя чувствую здесь, в твоих владениях!

– Правда? – неожиданно эмоционально откликнулась девушка. – Тогда отдыхайте, я разбужу Вас, когда мадам с лейтенантом проснутся.

– Хорошо, – кивнул Боб. – Только позволь мне задать ещё один, но очень личный вопрос?.. Да?.. Скажи мне, пожалуйста, ты часто спишь с приезжающими сюда Жрецами Тьмы?

– Конечно, нет, Господин! – с удивлением ответила Лоли. – Они приезжают к мадам. Подумайте сами: где красавица Инара, а где я?

– Если бы я приезжал сюда на отдых, то только к тебе! – произнёс Роберт и прикрыл глаза.

– Вы шутите! – девушка не поверила ему, автоматически присела на край кровати и взяла мужскую руку в свои ладони.

– Нисколько, – не открывая глаз, Боб повернулся со спины на левый бок, лицом к Лоли. – Во-первых, ты милая, обаятельная и… умная девушка. С тобой должно быть интересно. Во-вторых, у тебя необычная внешность, очень привлекательная на мой взгляд...

– А, в-третьих, – заулыбалась она, поглаживая пальцы Роберта, – я могу рассказать Вам сказку на ночь. Хотите?.. Тогда слушайте... В далёком посёлке на восточной окраине Северо-Восточного континента жили четыре десятка людей одной нации. Чужаки там не появлялись. Слишком далеко. Да и зачем?

– Одной нации? – встрепенулся засыпавший мужчина. – Мне казалось, что в процессе ассимиляции малые народности влились в некий межнациональный симбиоз на каждом континенте. Да, некоторые отличия во внешности людей сохраняются на общемировом уровне, но они не так уж велики и постепенно стираются.

– Так ли это хорошо, Господин? – Лоли склонила голову к плечу, гипнотизируя Боба взглядом своих таинственных глаз. – По-моему, человеческое разнообразие – ключ к пониманию мира... Во всяком случае, в наши дни исключения случаются, и в далёком посёлке жили люди одной национальности. Когда-то они добывали алмазы и редкие металлы в толще Обители, но месторождения иссякли, а умные головы сохранились. «Дальневосточный приют», так назывался посёлок, славился своими изобретателями и учёными, совершавшими открытия не только в горном деле. Некоторые жители посёлка уезжали в далёкие города, чтобы найти применение своим знаниям. Так поступила и одна девочка, родившаяся в Дальневосточном приюте, но увлёкшаяся вопросами социологии и психологии человеческих существ. Впрочем, она покинула посёлок в восемнадцатилетнем возрасте, не обладая необходимым жизненным опытом для зовущих её межконтинентальных странствий.

– Ты многое успела увидеть, Лоли? – спросил Роберт.

– Вы сразу поняли, что речь обо мне? – вздохнула девушка, поглаживая мужскую ладонь маленькими, чуткими пальчиками. – Но позвольте мне продолжить сказку от третьего лица, Господин! Мне так… спокойнее... Итак, за полтора года странствий наша путешественница объехала большие пространства Северо-Востока, часть Северо-Западного континента и отправилась на Юг. Там её путешествие и закончилось... Почему? По странному стечению обстоятельств, а точнее, не буду кривить душой, по собственной глупости, девушка оказалась в подземелье Жрецов Тьмы...

– Погоди... – окончательно проснулся Боб. – Ты попала туда не по собственной воле?

– Меня пригласили... Из-за чрезмерного любопытства я задержалась в чертогах Тьмы дольше разрешённого срока, – сжав кукольные губки, Лоли всё-таки перешла на повествование от первого лица.

– Ты стала прислужницей Тьмы? – глухо произнёс Роберт.

– Не сразу, – вздохнула она. – Смутивший мой слабый ум Жрец призвал меня, оставил в своих покоях, а сам… исчез.

– Как так? – не понял Боб.

– Не знаю, он больше не появлялся... Вскоре моей судьбой заинтересовался Отец Фарид... Так, после специальной подготовки, я и стала служанкой мадам Инары, – пожала плечами девушка. – Кажется, моя сказка оказалась нелепой историей и не усыпила, а разбудила Господина.

– На твоём теле есть… метка? – нахмурился он.

– Имеется, – Лоли решительно отпустила мужскую руку, встала перед кроватью, задрала подол короткого платья и приспустила трусики.

– Почему так? Зачем? – сдавленно вскрикнул Роберт. Прямо перед его глазами оказалась татуировка, напоминавшая ту, что нанесли на лобок Барбары, но без надписи на чёрном сердце. Боб коснулся его пальцами, услышал сдавленный стон Лоли и… удержался от поцелуя.

– Надсмотрщица и служанка при важной, но вышедшей в тираж персоне – это предел моих возможностей? – жалобно воскликнула девушка. – Я способна на большее. Спасите меня, Господин!

– Как? – неопределённо покачал головой Роберт. – С некоторых пор мне вменяются обязанности… важного чиновника, но я – не Жрец Тьмы, милая девушка.

– Отец Фарид сказал мне, что у Вас есть некоторые возможности для того, чтобы изменить мою судьбу... – служанка принялась кусать губки.

– Вот ведь... – Бобу захотелось выругаться, но он сдержался. – Твоя нынешняя жизнь невыносима?

– Я словно птица, запертая в клетке и лишённая хозяина, способного защитить от наглой и бесцеремонной кошки, – ответила Лоли, продолжая стоять перед мужчиной с задранным подолом платья.

– Мне нужно хорошенько подумать о твоих перспективах и… о своих возможностях, – тихо произнёс Роберт, откинул голову на подушку и прикрыл глаза.

Служанка мадам Инары снова присела на край кровати и с опаской коснулась мужской руки, будто страшилась, что он её отдёрнет. Но ещё не понятый ею Господин, напротив, мягко сжал пальцами руку Лоли...

Ранним утром Роберт пил кофе в хозяйской гостиной с мадам Инарой, просительно глядевшей на него своими лукавыми глазами.

– Надеюсь, Вы не торопитесь покидать меня, Ваше Превосходительство? – заговорила она, отставляя в сторону кофейную чашку и с вожделением хватая бокал с шипучкой, только что наполненный служанкой.

– Возможно, мы задержимся в Ведьминой скале на несколько дней, мадам, – без всяких эмоций ответил Боб.

– Чудесно! – судя по всему, после нескольких глотков игристого вина ей полегчало, но Инара снова требовательно посмотрела на Лоли. Та неторопливо обновила содержимое бокала, мадам сделала пару глотков и обратилась к Господину: – Вы же не считаете меня пустоголовой пьяницей и распутницей, Ваше Превосходительство? Я привлекла внимание молодого, дерзкого и очень перспективного дипломата не только своими женскими достоинствами?

– Вы сногсшибательно выглядите, мадам! – воскликнул Боб, смягчая двусмысленность фразы вежливым поклоном.

– Благодарю, но Ваши слова не подкреплены действиями, – Инара протянула мужчине холёную руку для поцелуя и, получив желаемое, продолжила: – Поговорим, как деловые люди, Ваше Превосходительство? Ваши поцелуи заставляют таять лёд, сковавший моё нежное сердце, но чувства так эфемерны, а жизнь продолжается. Жрецы Тьмы приезжают сюда, чтобы получить моё тело и… мою память. Они умные и обходительные, но слишком прямолинейные мужчины. Им не хватает Вашей гибкости. Впрочем, я тоже – прямолинейный человек и готова предложить Вам взаимовыгодную сделку. Какую? Оставьте мне Вашего Стёпу, хотя бы на месяц. Он такой крепкий и сладкий телёночек... А ещё заберите от меня эту ведьму с внешностью невинной девочки! Это я о тебе, Лолька! Вашему Превосходительству не откажут, пришлют взамен нормальную, глупую бабу, если мужчина-слуга, по мнению Жрецов, мне противопоказан... Взамен, я предоставлю Вам столько полезной информации, сколько никому не снилось! Аванс оплачу прямо сегодня, без алкогольной подготовки.

Инара залпом опустошила бокал, и на Роберта уставились две пары умоляющих женских глаз. Посмеиваясь, Боб попросил Лоли заново наполнить бокалы. После того, как они со звоном встретились и были выпиты, Его Превосходительство легко перешёл на «ты»:

– Условия сделки звучат привлекательно, осталось оценить качество твоего товара, красавица! И ещё... Следить за здоровьем лейтенанта Сермяжного придётся тебе лично!

– О, разумеется, Господин Посол! – будто лебедиными крыльями, взмахнула руками Инара. – Я буду его кормить, поить, спать укладывать, холить, лелеять, облизывать с головы до пят... Кстати, и Вас могу...

– В этом я нисколько не сомневаюсь, – захохотал Боб, сначала от слов Инары, а затем от внешнего вида, вошедшего в гостиную, заспанного Стёпы...

С ним у Роберта состоялся отдельный разговор. Уяснив перспективы ближайшего месяца своей жизни, Степан пришёл в замешательство. Прерывая затянувшуюся паузу, Боб поднял брови:

– Ты не находишь, что мадам Инара прекрасна во всех отношениях?

– Да что Вы, шеф! Лучшей женщины не сыскать во всей Обители! – вспыхнул Стёпа и принялся живописать подробности: – Какая грудь, какие бёдра, какие губки... Знала бы моя мама!

– Так в чём же дело, Степан? – Роберт решительно остановил гимн совершенству. – Ты не рад провести месяц в обществе богини?

– Очень рад, шеф! – признался лейтенант. – Но речь идёт не об очередном отпуске, в самом деле?

– Нет, я говорю о важной составляющей нашей работы, – фыркнул Боб. – В ближайшие два-три дня Инара будет отвлекаться на разговоры со мной, но в дальнейшем ты будешь обладать ею всецело. Пожалуйста, по мере возможности, сохраняй рассудок холодным. В процессе общения мадам может заговорить с тобой на любую тему. Твоё дело – слушать и запоминать, а параллельно, фиксировать на диктофон всю мало-мальски ценную информацию.

– Миссия настоящего разведчика, – внушительно закивал лейтенант Сермяжный. – Но только на месяц, шеф, пожалуйста... Иначе я с ума сойду!

– Не зарекайся, Стёпа! Может быть, так понравится, что домой возвращаться не захочешь, – посмеивался Роберт. – Ни на минуту не забывай о важности миссии, о защищённости мадам и собственной безопасности, о защите информации и скрытых угрозах, о том, что у тебя теперь есть только один начальник. Перед вышестоящим руководством за все наши действия отчитываюсь только я лично.

– Так точно, Ваше Превосходительство! – просиял лейтенант.

В течение дня Лоли то и дело пыталась заглянуть в глаза Господина Посла, коснуться его, услышать обращённое к ней слово. Но только ночью, когда все порядком утомились, она нашла Роберта… в своей спальне. В найденной где-то на просторах «Ведьминой скалы» накидке Жреца Тьмы, он сидел на стуле перед трюмо, разминая пальцами виски и лицевые мышцы.

– Позвольте мне, Господин! – мягко улыбнулась ему служанка. – Вы устали... Сделка обещает быть удачной? Вы приняли решение?

– Не терпится всё знать? – вопросом на вопрос ответил Боб, укладываясь на кровать и подставляя спину под ловкие пальчики Лоли.

– Ещё бы... – сорвалось с языка девушки, но вдруг она сообразила: – Вы не понимаете, почему мадам назвала меня ведьмой, Господин?

– А?.. Да... – нехотя признал он. – Должна же быть ведьма в «Ведьминой скале»? Инара на мистическую роль не подходит. Она, конечно, себе на уме, но, по сути – красивая, обаятельная женщина и болтушка, каких мало.

– А я, значит, подхожу на роль ведьмы? – обиделась Лоли. – Ну, и пусть...

– Не обижайся, малышка... – тихо и мягко заговорил Роберт. – Ты умна от рождения, хорошо воспитана, с детских лет получала отличное образование. Порывистость характера привела тебя в культ Тьмы, но не лишила разума. Значит, и по жизни ты умеешь пользоваться умом в большинстве случаев... С тобой не так просто разобраться... Как ты хочешь изменить свою жизнь, Лоли?

– Как? – разминавшие мужскую спину руки девушки дрогнули. – Я хочу вписать Ваше имя в свою татуировку.

– Зачем тебе моё имя? Я столь прекрасен на вид? Или в твоей милой головке зреют далеко идущие планы? – по голосу Боба могло показаться, что он ничуть не удивился. – Пусть я и не Жрец Тьмы... Тебе известно, что у меня есть женщина с похожей татуировкой? Она дочь Премьер-министра Южного континента и помогает мне… в дипломатической работе.

– Я могу стать её служанкой, – предложила Лоли.

– Серьёзно? – Роберт резко перевернулся на спину. – Ты так дёшево себя ценишь?

– Её служанкой, а значит, и Вашей помощницей... Нужно же с чего-то начинать? – девушка посмотрела на обнажённое тело мужчины и… смутилась.

– Да, с чего-то начинать нужно. Или продолжать? – Боб не стал обращать внимания на детали и констатировал: – Ничего не буду тебе обещать. Одно могу сказать точно, послезавтра ты передашь дела новой служанке мадам Инары. О замене я с Фаридом договорился.

– Спасибо, Роберт! – Лоли резко наклонилась к мужчине и поцеловала его в губы.

– Не торопись благодарить меня, малышка! А вдруг в моей компании тебе станет хуже, чем с Инарой? – улыбнулся он. – В конце концов, я не обещал, что моё имя появится на татуировке прислужницы Тьмы. На мой взгляд, подобные решения не принимаются мимоходом, и не зависят от постельных отношений. Для сближения людям желательно почувствовать друг друга, стать единомышленниками, друзьями...

– Да! – порывисто воскликнула она. – Я сомневаюсь в своих женских достоинствах и способностях любовницы, но дружить умею!

Боб прижал девушку к себе только для того, чтобы, не двигаясь, услышать в тишине громкий стук её сердца... Сердце не обманет.

Глава 12. Посол по особым поручениям

Глава 12. Посол по особым поручениям

«Единственный, кто поступал правильно,

был мой портной. Он снимал с меня мерку

заново каждый раз, когда видел меня,

в то время как остальные подходили

ко мне со старыми мерками, ожидая,

что я им буду соответствовать».

Дж. Бернард Шоу

К двери своего номера отеля в столице Северо-Западного континента Роберт подошёл, держа за руку Лоли. Девушка красовалась в изумительно шедшем ей костюмчике, устроившем фурор в «Ведьминой скале» в час прощания. В дополнявшей чёрную юбку и пиджачок белой блузке, стильном галстуке и модных очках Лоли выглядела маленькой бизнес-леди. Инара просто выпучила глаза и не нашла ничего лучшего, чем произнести в сердцах: «А очки-то тебе зачем? Засмотрелась на блистательного Господина и остроту зрения потеряла?» Девушка весело кивнула и рассмеялась в ответ.

В гостиничном номере Роберта встречали Барби и Сима, набросившаяся на Господина с расспросами:

– Мы рады Вас видеть, Мастер, особенно в компании такой необычной особы. Откуда такая экзотика? И куда Вы дели Степана?

– Махнул, не глядя! – усмехнулся Боб.

– Любопытный обмен, – с интересом разглядывала Лоли Барбара.

Девушки представились друг другу по имени, но любопытство в глазах проверенных подруг Роберта не иссякло. Боб молчал и, прерывая затянувшуюся паузу, заговорила Лоли:

– Вероятно, для полноценного обмена верительными грамотами мне следует задрать юбку?

– Ох, такая малышка, а уже развратница! – смех Симы оборвался, едва начавшись: – Метка Тьмы?!

Девушки опустились перед ней на корточки, внимательно рассматривая татуировку. «Гарем Мастера пополняется», – прошептала Симона. «Ты видишь здесь его имя?» – столь же тихо отреагировала Барбара.

– Почему девушки называют Вас Мастером, Господин? – спросила Лоли, продолжая стоять с приподнятой юбкой.

– Позже они сами тебе расскажут, – иронично усмехнулся Боб. – А сейчас, если в моё отсутствие здесь не появились новые шпионские устройства, давайте закажем обед в номер.

– И что-нибудь слабоалкогольного, если можно, – Сима наконец-то подошла к Роберту и поцеловала его в щёку.

– Пива, – кивнул он.

– Пиво на праздничном столе? – удивилась Барби, целуя руку Мастера и получая от него ответный поцелуй в губы.

– Праздновать пока нечего, – развёл руками Роберт.

– А появление у Мастера новой «нижней» девчонки? – съехидничала лейтенант Симона Вагнер.

– Лоли – не рабыня, а прислужница Тьмы. Интимных отношений у нас с ней нет, – отрезал Боб.

– Как?! – ахнула Барбара.

– Вы привели к нам чужую женщину?! – развеселилась Сима.

Теперь Лоли смотрела на Роберта вопросительно. Тяжело вздохнув, он обратился лично к ней: «На данный момент времени ты не являешься рабыней, верно? Твой официальный статус не привязывает тебя к конкретному Хозяину. Путаница в моих рангах и титулах не мешает жить Барбаре, Симоне, мне, не помешает и тебе. Мы не оставим тебя на произвол судьбы и со временем во всём разберёмся, Лоли». Девушка шумно выдохнула, улыбнулась, подошла к Роберту, поцеловала его в щёку и произнесла: «Спасибо, Мастер!»

По возвращению в столицу Северо-Восточного континента Боб намеревался предоставить лейтенанту Симоне Вагнер, как минимум, один выходной день и отпустить её домой. На предложение шефа Сима заявила: «Я наврала! Нет у меня никакого парня, даже домашнего помощника пока нет. Меня никто не ждёт, поэтому я соберу вещи и приеду к Вам, Мастер». Роберт попытался объяснить, что его квартира слишком мала для проживания хозяина с тремя девушками. Симона расстроилась и обиделась до такой степени, что Боб махнул рукой...

Домохозяйка Роберта – биоробот Дори ахнула от неожиданного нашествия. Оценив проблемы с расселением и ночлегом, она бодро предложила хозяину: «Вы можете включить режим гибернации андроида и поставить меня в чулан». Интонация её высказывания могла ввести в заблуждение кого угодно, только не Боба. Дори ждала своего Хозяина, и перспектива оказаться лишней, ненужной ему, доводила тонко настроенную, нервную систему биоробота до критического уровня. «На днях я уже слышал что-то забавное про чулан», – подумал он, а вслух произнёс: «Вот уж дудки! Отныне ты будешь ночевать в моей спальне, а барышень мы как-нибудь разместим в других помещениях. Уж больно они разбаловались в межконтинентальном турне».

Дори мигом растаяла, раскрылась словно цветок, тянущийся к источнику тепла и света... Как бы между прочим она сообщила: «К нам пару раз заходила Лариса – помощница Вашего друга, Сергея. В приватной беседе Лара поинтересовалось, не буду ли я возражать, если она переедет к нам жить. Лариса – чудесная женщина искусственного происхождения, меня её присутствие нисколько не побеспокоит и даже обрадует. Но, как я поняла, за появлением Лары в нашем доме стоит какая-то тайна...» Боб задумчиво пожал плечами и пообещал вернуться к этому вопросу позднее. Требовали решения бытовые проблемы, а наутро Роберта ждали в Министерстве Безопасности.

Ровно в десять часов утра он вошёл в приёмную полковника Подгорного. Адъютант его куратора по линии спецслужб изменился в лице и молниеносно пригласил Боба к начальнику.

– Что происходит, Роберт? – едва поздоровавшись, заговорил Подгорный с нехарактерной для него эмоциональностью. – Инспектор не считает нужным информировать меня о происходящих событиях большой важности. Вы связываетесь со мной по закрытому каналу для того, чтобы просить о содействии в вопросах, требующих серьёзного обсуждения и подготовки. Кем Вы себя возомнили, в конце концов?!

– Прошу прощения, Господин полковник, но разговаривать с Вами по открытым каналам я счёл неразумным поступком, как минимум, – спокойно возразил Боб и продолжил: – Идея открытия небольшого офиса в здании Министерства Безопасности пришла мне в голову не с потолка. Необходимость такого оперативного штаба, если хотите, я обосновал в разговоре с Вами по линии специальной связи Посольства. Конечно, Инспектор мог обратиться с подобным вопросом и в Министерство внешних сношений, и в Мировой Совет. Но я посчитал, что Министерство Безопасности, видным представителем которого являетесь Вы, заинтересовано в сотрудничестве с Сообществом служителей культа Тьмы по важнейшим межгосударственным вопросам. Премьер-министр Южного континента Виктор Орлан готов к сотрудничеству, Премьер Северо-Запада Энтони Уайт официально подтвердил заинтересованность. Приглашение на личный приём к нашему Премьер-министру получено мною пару дней тому назад.

– Всё это звучит очень увлекательно и масштабно, но твоим словам не хватает конкретики, дорогой Роберт! – всё ещё не успокоился полковник.

– Я не вправе разглашать детали переговоров до согласования проекта со всеми заинтересованными сторонами, – витиевато высказался Боб и, не давая оппоненту опомниться, рубанул с плеча: – А конкретика имеется у мадам Инары. Кстати, она передавала Вам свой горячий привет.

– Э–э–э... Оставим эту тему для частной беседы, Роберт, – после паузы произнёс побледневший Подгорный. Однако пасовать перед «мальчишкой» он решительно не желал: – Итак, Вам потребовался небольшой офис с отдельным входом и обязательно в одном из зданий нашего Министерства? Какую же вывеску мы должны заказать для Вашего «штаба»?

– Вы прекрасно знаете, что не вывеска красит ведомство... – в этот момент на секретный телефон Роберта пришло экстренное сообщение. Он извинился перед собеседником, прочёл текст, удовлетворённо кивнул и продолжил свою мысль: – Впрочем, теперь можно и вывеску заказать: «Официальное Представительство на Северо-Восточном континенте Чрезвычайного и Полномочного Посла Мирового Совета по особым поручениям».

– Кажется, Вы не знакомы со своей матерью, Роберт? – побагровел Подгорный. – А жаль... Я бы передал ей привет...

– И я тоже отношусь к Вам с глубоким уважением, Господин полковник, – не моргнув глазом, холодно ответил Боб.

– Э–э–э... Прошу прощения! Итак, непроверенная информация оказалась избыточно точной, и значит, я должен величать Вас – «Ваше Превосходительство». С ума с Вами сойдёшь, Роберт! Извините, но мне требуется срочно проконсультироваться с Министром, – Подгорный выскочил из-за стола, но, направляясь к дверям, не удержался: – Что прикажете подать Вашему Превосходительству? Кофе, коньяк, девочек...

– Кофе не помешает, а девочки подождут, – ответил Боб ему в спину.

Через пять минут к нему вошёл бледный адъютант полковника с кофе, коньяком и шоколадом. Ещё через четверть часа появился тот же адъютант, но уже взмыленный, и с подобострастием попросил Роберта следовать за ним.

В своём просторном, светлом и по-деловому функциональном кабинете навстречу Бобу в форменном мундире вышел сам Министр Безопасности Северо-Восточного континента генерал Волк, легенды о котором ходили далеко за пределами общеизвестного ведомства. Словно в насмешку недругам, он выглядел на редкость обаятельно – открытое лицо с высоким лбом и проницательными голубыми глазами.

– Рад знакомству, Ваше Превосходительство! – протянул он Роберту открытую ладонь.

– Взаимно, Господин генерал! – ответил Боб, обмениваясь с Министром крепкими мужскими рукопожатиями. – Не сомневаюсь, что Мировой Совет и Ваше Министерство найдут общий язык по всем принципиальным вопросам. Для снижения градуса торжественности прошу Вас называть меня по имени – Роберт Берг.

– Владислав Волк, – откликнулся генерал и указал на стол для заседаний, где стоял поднос с бутылкой дорогого коньяка и тремя рюмками. Министр открыл бутылку и наполнил рюмки собственноручно.

– Николай Подгорный, – растерянно произнёс полковник прежде, чем выпить за знакомство и содружество.

– Позвольте мне, на правах хозяина, озвучить наше видение проблемы, – заговорил генерал. – Если Вам известно, у возглавляемого мной Министерства имеется новое здание, где мы и предлагаем Вам, Роберт, открыть своё Представительство. Считаю Ваше обращение в наше ведомство весьма своевременным, а офис Посла Мирового Совета необходимо сделать достаточно просторным и комфортабельным. Работы по отделке помещений там уже ведутся, ждём только Ваших пожеланий. Но основным вопросом организации Вашего специального ведомства в стенах нашего Министерства я считаю кадры. Какими сотрудниками, разумеется, не считая старшего лейтенанта Сермяжного и капитана Вагнер, мы могли бы Вам помочь?

– Мне бы очень пригодился подполковник Кремень, – отметив про себя повышение в звании своих помощников, в тон генералу произнёс Роберт.

– Так он же – майор, – не сориентировался Николай Подгорный.

– Уже подполковник, – поправил его Владислав Волк. – Серьёзному ведомству нужны серьёзные люди с высокими званиями.

– Позвольте поинтересоваться, Роберт, какие обязанности Вы намерены поручить Анатолию Кремню? – поинтересовался полковник.

– На первых порах – вопросы внутреннего распорядка и безопасности Представительства, а также всю административно-хозяйственную часть, – не задумываясь, ответил Боб.

– Толково, – переглянувшись с Подгорным, констатировал Волк.

– Что касается прочих назначений... – продолжил Роберт. – Капитан Вагнер – личный секретарь Посла. Выполняющий сейчас особо секретное поручение старший лейтенант Сермяжный – адъютант или специалист по личной безопасности, как вам больше нравится? Разумеется, я прошу у Министерства полностью переподчинить мне этих людей. Без взаимного доверия ничего толкового у нас не получится. Главу и секретаря Представительства я подыщу среди гражданских лиц и назначу сам, но с удовольствием рассмотрю ваши предложения по другим должностям и кандидатурам. Я вижу Представительство компактным и работоспособным ведомством. Основные цели его деятельности – сбор необходимой информации, осуществление коммуникации с ключевыми фигурами, отслеживание изменений текущего законодательства континентов, планирование необходимых шагов по реализации совместных проектов после их согласования...

Коньяк, закуски, уже вполне дружеское обсуждение взаимодействия ведомственных структур и культовых организаций... Через час общения они стали друг для друга Славой, Колей и Бобом. Обсуждения второго, важного для Роберта вопроса происходило в весёлом и доброжелательном ключе.

– Что за подлянку ты решил устроить на прощание Инспекторам с других континентов, Боб? – заинтересовался Слава.

– Ничего особенного, – фыркнул от удовольствия Посол Мирового Совета. – Просто хочу встретиться с ними лоб в лоб в подходящем месте.

– Встречу мы организуем, – посмеиваясь, подхватил Коля, – но в чём суть?

– Вы прекрасно понимаете, что вся деятельность Инспекторов нынче основана не на взаимных проверках безопасности транспорта, а на мелких диверсиях, провокациях на чужой территории. Смахивает на шпионаж и вредительство, не так ли? – пожал плечами Роберт. – И всё это происходит для того, чтобы подчеркнуть собственную значимость в глазах руководства. До момента, когда я передам должность Инспектора от нашего континента в надёжные руки, хочу внести свою лепту в изменения структуры службы. Для реализации моей идеи желательно устроить небольшое соревнование. Кто из Инспекторов на данный момент времени работает профессиональнее и эффективнее? Все ли способны оперативно реагировать на внезапные вызовы?

– Короткую карьеру Инспектора ты решил увенчать эффектным финалом, Боб? – с широкой улыбкой предположил генерал. – Не открывай свои секреты, мы хотим получить от тебя приятный сюрприз! Скажи только: ты уверен, что одолеешь матёрых, но почивающих на лаврах специалистов? Да и, вообще, чего ты хочешь от них добиться?

– Адекватности, Слава! – немедленно отреагировал Роберт Берг. – Транспортная система обязана работать чётко и слаженно, так? Три Инспектора непременно должны договариваться о профессиональном взаимодействии, о помощи друг другу в вопросах безопасности транспорта на всей территории Обители. Зачем нам лишний повод для конфронтации?

– Но этот вопрос логичнее решить на уровне соответствующего руководителя в структуре Мирового Совета, – предположил Николай.

– Среднее звено чиновников Мирового Совета занято имитацией бурной деятельности. Все хотят демонстрировать свою значимость и незаменимость, Коля! – с улыбкой ответил ему Роберт. – Для них безопасность – это прибытие капсулы из точки «А» в точку «Б» точно по расписанию рейсов. А вы со Славой – Министерство Безопасности и, конечно, понимаете этот вопрос глубже, а думаете шире. Потому мы и находим с вами общий язык, друзья мои!

– Дело говоришь, Боб, – кивнул полковник и усмехнулся. – Однако общий язык ты нашёл и с политиками, и с культом Тьмы... Просто так Послом Мирового Совета не назначают. До Жрецов Света ещё не добрался?

– У меня, видите ли, случилась дилемма, – засмеялся Роберт: – Либо напроситься в гости к Отцу Габриелю, либо поторопиться...

– В наши дружеские объятья! – расхохотался генерал. – Выбор одобряю!

– Так себе дилемма... – фыркнул Подгорный. – От хорошеньких девчонок к пожилым мужикам...

Переговоры в Министерстве Безопасности, предварительно оценённые Робертом, как дипломатически сложное и неприятное мероприятие, прошли практически без осложнений. За ними последовала долгожданная конспиративная встреча с другом. Ёрш слушал Боба внимательно, сначала с недоверием, затем с воодушевлением и, наконец, с восторгом.

– Ты часом не влюбился, дружище? – воскликнул он. – Давно не видел тебя в столь блестящей форме. Когда ты позвал Лариску на свидание в квартирку нашего общего приятеля, используемую им для частных встреч, я изумился твоей редкостной предусмотрительности.

– И припёрся сюда сам вместо милейшей голубоглазой барышни! – усмехнулся и подмигнул ему Роберт.

– Не переживай, барышня появится здесь через полчаса, – фыркнул от удовольствия Сергей. – Вероятно, использовать Лару в качестве связника – удачная идея. Но твоё стремительное продвижение по карьерной лестнице – уникальная история, Ваше Превосходительство! Что же касается конторы, как любит называть Министерство Безопасности мой папаня... Представляешь, сколько птиц высокого полёта хотело бы сообразить на троих с Волком и Подгорным?

– А я – белая ворона, – рассмеялся Боб.

– Вижу, не слепой, – кивнул его друг. – Но упаси тебя Свет и Тьма строить иллюзии в отношении конторы. В руководстве там сидят люди тёртые и скользкие. Кстати, мой отец интересовался тобой и рекомендовал мне чаще общаться с другом – перспективным политиком. Я намекнул папе, что встреча с другом – это редкая возможность для разговора по душам, а польза от общения с Послом зависит от качества передаваемой ему информации. Отец сделал вид, что пропустил мои слова мимо ушей, но это не так. Он подумает и предложит мне что-нибудь любопытное, я его знаю... Сейчас мне интереснее твой новый приятель – Отец Фарид. Конечно, я не знаком с ним лично, но... В Сообществе служителей культа Тьмы есть руководящий орган. Они называют его совет трёх или триумвират, насколько мне известно. Так вот, твой замечательный Фарид – член этого совета.

– Ты не ошибаешься, Ёрш? – выпучил глаза Роберт.

– Нет, не ошибаюсь, – покачал головой Сергей, – и постараюсь собрать полезную информацию о нём к нашей следующей встрече... А сейчас расскажи мне о своих планах, если это возможно. Я почувствовал себя частью загадочной игры, где едва ли не главную роль играет мой старый друг.

– Не преувеличивай, – хмыкнул Боб. – Похоже, не столько играю я, сколько играют со мной.

– Блестяще! – захлопал в ладоши Ёрш. – Ты почувствовал, как некие загадочные персонажи затеяли игру с твоим участием. Они пытаются манипулировать тобой, а тебе пришло в голову организовать контригру вместо того, чтобы плыть по течению. Восторг! Если Его Превосходительство не возражает, я в деле...

Получасом позднее на конспиративную квартиру, действительно, прибыла Лариса, а Сергей удалился так же, как пришёл – незаметно, через чёрный ход. Лара была настроена очень серьёзно. Она в деталях прояснила для себя схему будущего взаимодействия Роберта с ней и Сергеем, требования Посла Мирового Совета и свои личные обязанности. Деловой подход Ларисы нисколько не удивил Боба, его поразили покрасневшие щёки и выражение голубых глаз, стоило ему уставиться на стройные женские ножки. Модернизированный Сергеем биологический робот вёл себя слишком по-человечески.

– В ближайшее время ты не сможешь переехать в мою квартиру, – не выдержал Роберт.

– Почему?! – на глазах Лары выступили слёзы.

– Во-первых, там сейчас слишком тесно, – Боб заговорил успокаивающим тоном и взял рыжеволосую барышню за руку. – Во-вторых, моя нынешняя жизнь имеет выраженный кочевой характер. Исходя из этого, я не рассматриваю тебя как домохозяйку, что не отменяет твои обязанности связующего звена между мной и Сергеем.

– Только эта причина? – шмыгнула носом Лариса.

– Нет, – вздохнул Роберт, крайне негативно относившийся к женским слезам, даже если это – слёзы искусственно созданного существа. – Ларочка, если не возражаешь, мы будем встречаться с тобой не только ради важного дела. Мне, видишь ли, не дают покоя твои веснушки...

– А Сергей не ошибся. Ты, действительно, изменился, Роби! – заискрились глаза Лары. – Роберт Берг всегда был обаятельным парнем, но сейчас я вижу перед собой взрослого мужчину, уверенного в силе своего обаяния. Не удивлюсь, если у тебя стали проявляться доминантные качества... Скажи, ты… размышляешь о моих… веснушках прямо сейчас?

– Только о них и думаю! – улыбнулся Боб.

– Какой же ты глупый, Ваше Превосходительство! – задорно рассмеялась Лариса. – Зачем думать в тот момент, когда можно и нужно их целовать?..

Проблемы неожиданно появились там, где Роберт их не ждал. Давно запланированный ужин с Илоной – подругой дочери Исидоры Небесной, все последние месяцы жизни Роберта связанной с ним нитью тёплых, дружеских отношений, проходил легко и непринуждённо. Но стоило Бобу заговорить об офисе Посла Мирового Совета по особым поручениям и помощи, которую Илона могла бы оказывать ему, работая там за внушительное вознаграждение, разговор застопорился. Девушка отказывалась от материально выгодной и вполне посильной для себя работы.

– Всех денег не заработаешь, Роби, – ответила она, грустно улыбаясь своими зелёными глазами.

– Ты отказываешь мне потому, что подобная работа тебе неинтересна? – старался допытаться Боб. – Не твой профиль?

– Мне нравится учиться, вникать в незнакомые проблемы, – пожала плечами Илона. – Насколько я понимаю, твоя новая деятельность позволила бы мне значительно расширить кругозор. Да и высокая зарплата никому ещё не мешала. И, всё–таки, я откажусь.

– Почему?! – недоумевал Роберт. – Своим согласием ты решила бы множество моих проблем, очень помогла бы в моём деле...

– Не исключено, хотя я и не вполне понимаю, почему ты настаиваешь на моей кандидатуре... – неопределённо ответила она.

– Я не вижу лучшего руководителя Представительства, чем ты, Илона, – откровенно признался Боб.

– А он есть, Роби! – покачала головой девушка. – Кто?.. София, конечно!

– София Небесная?! – изумился Роберт. – Ты так считаешь?.. Может быть... Но она-то наверняка не согласится!

– А ты спрашивал? – неожиданно развеселилась Илона. – Давай поинтересуемся у неё прямо сейчас!

– А давай... – усмехнулся Боб и набрал номер на своём специальном телефоне, использующем защищённый канал связи.

София слушала его ровно минуту, после чего предложила им с Илоной немедленно приехать к ней в гости.

Глава 13. Единство и борьба противоположностей

Глава 13. Единство и борьба противоположностей

Прежде, чем пригласить гостей за чайный столик, Соня вручила Роберту бумажный конверт. Оказалось, что столь архаичным способом решил связаться с ним Габриель. Боб вскрыл конверт и достал из него написанное от руки письмо. За время чтения лицо Роберта просветлело. Он почувствовал, что к нему возвращается удача, уверенность в себе и хорошее настроение. Однако за Бобом наблюдали две пары внимательных глаз. Любопытство женщин следовало удовлетворить.

– Габриель приглашает меня к себе в гости, – улыбнулся Роберт. – Он оформил мне постоянный пропуск на поверхность Обители.

– Хорошая новость, Ваше Превосходительство! – облегчённо вздохнула София.

– Всё, и впрямь, складывается удачно, Роби! – свободным обращением Илона легко компенсировала недовольство Боба официозом, услышанным от Сони.

– Да, я заинтересован в общении со Жрецами Света. Вопрос разрешился сам собой, чему я очень рад, – кивнул он. – Но прошу тебя, Соня, оставим всё по-прежнему, хотя бы в нашем частном общении.

Не дав Софии открыть рта и произнести новую нелепицу, Роберт стал подробно, в деталях рассказывать о своих похождениях за последнее время, не упоминая только об интимных подробностях. Затем Боб проинформировал Софию об открытии Представительства Посла Мирового Совета в столице Северо-Восточного континента, целях и задачах офиса. Наконец, он перешёл к обсуждению проблем обустройства Посольства и кадровым вопросам.

– Скажи мне, пожалуйста, Бобби, ты доверяешь своей домашней помощнице искусственного происхождения? – внимательно выслушав Роберта, неожиданно спросила София.

– Да, вполне доверяю, – с удивлением ответил он.

– А велико ли количество людей, которым ты готов довериться всецело? – не унималась Соня.

– Всецело... – задумался Боб. – У меня есть два таких друга, и… оба присутствуют в этой комнате.

– Мы?! – изумилась Илона. – И всё?!

– С некоторыми оговорками я могу добавить в этот короткий список Ерша, с которым дружу со школьной скамьи, а с недавних пор ещё и Исидору, – признался Роберт, – и никого более.

– А твои помощники по линии Министерства Безопасности? – переспросила девушка.

– Сейчас мы говорим о полном доверии, а у меня остаются некоторые сомнения в искренности Симоны и Степана, – сухо ответил Боб.

– Допустим, в твоём жёстком подходе к столь важному вопросу есть резон, – заговорила София. – Свою неожиданную попутчицу со странным именем «Лоли» ты знаешь слишком мало. Но дочь Премьер-министра Южного континента Барбара, насколько я поняла, послушна своему Господину и не скажет поперёк ему ни единого слова.

– Возможно, в силу молодости Барби слишком легко принимает решения, серьёзно влияющие на её дальнейшую жизнь, – искренне высказался Роберт. – Я не убеждён, что в отсутствие своего Господина, она не поддастся постороннему влиянию. А постоянно водить её за ручку, мне бы не хотелось...

– Беда с этими мальчишками, выросшими без родителей, – снова удивила собеседников Соня. – Ты доверчив от природы, Бобби. Но как только включается аналитический ум Господина Инспектора... Ой, простите, Ваше Превосходительство!.. Не обижайся, Бобби, но твои аналитические способности очень полезны для дела, и вредят личным отношениям.

– Что же мне делать? – Боб по-мальчишески почесал затылок.

– Прислушиваться к своему сердцу, – тихо проговорила Илона. – Доверяешь Софии? Но она – тёща Габриеля и, теоретически, может работать на Жрецов Света. Я – вообще, давняя знакомая Эльзы, появившаяся в твоей жизни нелепым образом. Неужели, не подозрительно?.. Однако нам двоим ты доверяешь всецело, не благодаря, а вопреки здравому смыслу! Роби, пожалуйста, не забывай слушать своё сердце и доверяйся тем, кто доверяет тебе...

– Ох, детки, – глубоко вздохнула София, – конечно, я старовата для должности администратора Представительства Посла, но... Мне же не придётся сидеть в офисе круглые сутки? Главное – разумно организовать работу, правильно я понимаю? И кто, по твоим словам, будет заведовать административно-хозяйственной частью, а главное – отвечать за безопасность офиса и его сотрудников?

– Подполковник Кремень, – пожал плечами Роберт.

– Кто же придумал присвоить Толику звание подполковника? – развеселилась София. – Ему и майора-то дали за выслугу лет.

– Генерал Волк подписал представление, по моей протекции, – автоматически ответил Боб, но спохватился: – Ты знакома с ним, Соня?

– Да, Бобби. Толик полжизни по мне сохнет, – весело рассмеялась она. – В общем, с ним я сработаюсь. Если можно, познакомь меня со своей подшефной Лоли. Пристрою её к делу и присмотрю за ней заодно. А вот Илона... Решайте сами, детки. Никто не распутает за вас клубок личных взаимоотношений... Кстати, ночь на дворе. Оставайтесь-ка у меня ночевать. Гостевая комната в вашем полном распоряжении.

Первым желанием Илоны было – поблагодарить и отказаться, но она взглянула на Роберта и промолчала. Боб смотрел на Соню с открытым ртом, как растерянный подросток на добрую и мудрую маму...

– Роби, здесь всего одна кровать, – прошептала Илона, оказавшись наедине с Робертом в гостевой комнате квартиры Софии.

– Широкая кровать, – с улыбкой уточнил Боб. – Ты ложись, а я… тоже лягу на другом краю. Не беспокойся...

– Ты меня боишься? – удивлённо взглянула на него девушка.

– Нет, – покачал головой Роберт, устраиваясь на самом краю постели. – Однажды ты сказала, что готова бросить всё и отправиться на край света за любимым мужчиной.

– Роби! – Илона ахнула, скинула с себя платье, забралась на кровать с противоположной стороны и прижалась к спине мужчины. – Каждый день я ожидаю твоих видео-звонков, а твоего возвращения ждала, как... Ну, не важно... Ты приехал, пригласил меня в ресторан и… предложил снова дожидаться тебя, но уже в Представительстве Посла Мирового Совета по особым поручениям. Если бы тебе понадобилась спутница, секретарша, массажистка какая-нибудь. Короче, нуждайся ты в женщине, сопровождающей тебя в поездках, общающейся с тобой каждый день, я бы не раздумывала ни минуты. Но снова ждать... Да, я влюбилась в тебя с первого взгляда, Роби. Волнуюсь, веду себя, как девчонка... А ты доверяешь мне, как другу, но не веришь в мои чувства...

– Илона! – Боб резко развернулся лицом к девушке, испуганно взглянул в её глаза: – Я верю, честное слово – верю... Когда уезжаешь из дома на долгое время, наступает переоценка ценностей, событий, отношений, приоритетов. Помнишь, ты говорила, что подходишь мне? Это – правда. Но тогда я был инженером, Инспектором, бредившим твоей подругой и плохо понимавшим, что с ним происходит... А теперь – всё ещё хуже! Теперь я – Посол Мирового Совета и ещё Тьма знает кто. У меня появилась Исидора, Барби...

– Подобные сложности я как-нибудь переживу, Роби! – целуя его лицо, шептала Илона. – Мне бы видеть тебя, как можно чаще. А самое главное – понимать друг друга до такой степени, чтобы никто и ничто не могло разлучить нас... И ещё, прости меня, Роби, но я очень… очень хочу родить нашего единственного ребёночка, и не отдавать его никому чужому.

– А я ещё тогда, уезжая из Белокаменной, решил, что только ты можешь стать мамой моего будущего ребёнка, – заулыбался Роберт. – За прошедшие дни я только укрепился в своём мнении.

– Правда?! – ахнула Илона.

– Да, – твёрдо произнёс он. – На Южном континенте я увидел мистическое подтверждение нашего союза... Ты помнишь, как мы смотрели на «Оазис» Карла Чёрного? Мне повезло познакомиться с оригиналом картины, и я осознал... Кое-что ускользнуло от нашего внимания...

Словно прочитав мысли Роберта, Илона соскочила с постели, достала из сумочки планшетный компьютер и вернулась к Бобу. Сначала они нашли в сети фотографии копии картины с выставки в Белокаменной.

– Теперь-то я понимаю, насколько поздняя копия отличается от изначального полотна, – горячо зашептал Роберт. – Даже лица мужчины и женщины на ней смотрятся неотчётливо, размыто...

– Ты, действительно, видел оригинал?! – не могла поверить Илона.

Боб беззвучно утвердительно кивнул. Однако найти фотографию оригинала искомой картины в сети не удавалось. Пара изображений плохого качества не позволяли разобрать то, что так стремился показать Илоне Роберт. Имелась ссылка на архив шедевров изобразительного искусства, хранимых на Южном континенте. Но доступ к необходимому информационному ресурсу оказался закрыт. Впрочем, Роберта, загоревшегося желанием поделиться своей тайной радостью, было не остановить. Теперь наступила его очередь соскакивать с кровати, искать свой телефон и… звонить Отцу Фариду. Боб горячо извинялся за беспокойство в неурочное время, но цель была достигнута. Через четверть часа на его телефон пришло сообщение с заветным кодом доступа.

И снова, как когда–то на выставке, но теперь не стоя, а лёжа плечом к плечу, они рассматривали картину Карла Чёрного. Фотография оказалась высочайшего качества. Глаза Роберта светились от радости. Илона увеличивала и снова уменьшала изображение, пока не вскрикнула:

– Ты!.. Мужчина на картине – это ты, Роби!

– А женщина? – радостно засмеялся он.

– Она мне кого-то напоминает... – задумчиво произнесла девушка. – Это… я? На оригинале картины «Оазис» Карла Чёрного рядом с тобой нарисована я?!

Они уснули лицом к лицу, так и не освободившись от нижнего белья, с вывалившимся из рук и застрявшим между ними планшетом.

Наутро София кормила гостей завтраком, поила кофе и посматривала на молодых людей подозрительно. «В моей квартире неплохая слышимость, а я долго не могла уснуть, – не выдержала она. – Мне показалось, детки, что в спальне вы занимались чем угодно, только не тем, чем должна заниматься молодёжь в подходящих условиях». Роберт посмеивался. Илона смущалась. Но вслух ответила всё-таки она: «Нам не надо торопиться... Мы всё успеем, тётя Соня».

Следующие несколько дней Посол Мирового Совета по особым поручениям посвятил необходимым деловым визитам в обществе Барбары. Однако, если встречи с политиками и представителями властей Северо-Восточного континента и его столицы отличались насыщенностью, но краткостью, то к визиту на поверхность Обители Боб готовился без спешки. В назначенный час они с дочерью Премьер-министра Южного континента вошли в кабинет Отца Габриеля. «Рад видеть Ваше Превосходительство!» – не без иронии приветствовал Роберта Жрец Света. Впрочем, после пяти минут вступительной речи Посла Мирового Совета лицо Габриэля приобрело серьёзное, сосредоточенное выражение, а через двадцать минут он развёл руками:

– Боюсь, что работа по поднимаемым Вами вопросам требует участия Верховного Жреца Света.

– Не будем горячиться, – улыбнулся Роберт. – Наше знакомство, Габриель, позволяет мне надеяться на неторопливое и доверительное обсуждение проблем, прежде чем мы побеспокоим главу Братства культа Света. Стоит ли сразу переходить на официальный, дипломатический язык, когда есть возможность неформального общения?

– Я знал, что Вы очень далеко пойдёте, Роберт! – согласно кивнул Габриель и глубоко вздохнул: – Жаль только, что перспективный общественный деятель встал на сторону Тьмы.

– Вы ошибаетесь, – покачал головой Боб. – Посол Мирового Совета – лицо нейтральное. Да-да, не надо иронизировать и усмехаться. В столице Южного континента на меня вышли Жрецы Тьмы. Теперь их позиция по некоторым важным проблемам известна мне лучше, чем ваши взгляды на сложившуюся в мире ситуацию. Но это не означает, что я принял сторону тёмного культа. Заметьте, Габриель, я встречаюсь с Вами раньше, чем с представителями Сообщества служителей Тьмы здесь, в Белокаменной столице. Мне важно прояснить ситуацию, разобраться, найти точки соприкосновения сторон и чётко сформулировать противоречия. Думаю, Вам есть, что сказать по обоюдно интересным вопросам, а меня, честно говоря, непреодолимо тянет на поверхность Обители.

– Вы – либо чрезвычайно изворотливый, искусный дипломат, либо человек, искренне радеющий за своё дело, Роберт, – покачал головой Габри. – Как там говорится? «Запоминается последняя фраза»*, не так ли? В любом случае, я с удовольствием продолжу знакомить Вас с поверхностью и, конечно, мы будем беседовать на темы, представляющие взаимный интерес.

*Юлиан Семёнович Семёнов (Ляндрес)

Мужчины так увлеклись политесом, что совершенно забыли о сидящей рядом Барбаре. Слушала она внимательно, но чувствовала себя лишней в мужском обществе. По счастью в комнату вошла младшая дочь Габриеля – Юлия.

– Роберт! – заулыбалась она. – Наконец-то...

– Я тоже очень рад видеть Вас, мадемуазель! – с улыбкой целуя девичью ручку, произнёс Боб.

– Мы же с тобой на «ты»! – укоризненно воскликнула Юля. – Забыл?

– Помню! А ты растёшь и хорошеешь, Юленька! – мужские руки легли на девичьи плечи, а губы коснулись зардевшихся щёк.

– Так бы и сразу! – в поведении дочери Габриеля удивительным образом переплетался вызов и смущение. Юлия вопросительно взглянула на отца. В его привычно строгом взгляде ей почудилось одобрение. Только после этого Юля обратила внимание на гостью и дерзко спросила у Боба: – Ты пришёл познакомить нас со своей женой, Роби?

– Барбара – дочь Премьер-министра Южного континента, – продолжая улыбаться, ответил Роберт и добавил: – Она – моя… подруга и спутница.

– «Спутница» звучит гораздо приятнее, чем «жена», – со значением заметила Юлия. Она подошла к поднявшейся с дивана Барбаре и обратилась к ней без всякого пиетета: – Ты очень красива! Тебе приходилось бывать на поверхности Обители прежде? Пока мужчины ведут свои скучные разговоры, мы можем прогуляться.

– Ты очаровательна, Юля! – мило улыбнулась Барбара, протягивая руки младшей дочери Габриеля. – Устроишь мне небольшую экскурсию?

Юлия проводила вводный экскурс для Барби, впервые увидевшей поверхность Обители. Эмоциональная реакция дочери Премьер-министра Южного континента на фантастические пейзажи никого не удивила. Как иначе может отреагировать на яркое Светило, голубое небо, зелень травы и деревьев, манящую к себе прозрачность открытых водоёмов человек, всю свою жизнь запертый в подземелье. Боб перехватывал восторженные взгляды Барбары, искренне радуясь за неё и за себя.

Габриель предложил Роберту продолжить знакомство с поверхностью Обители. На ровной грунтовой площадке, поблизости от башни Жреца Света, Боб увидел два незнакомых ему аппарата, напоминавших по форме сильно вытянутый по горизонтали эллипс с обрубленным концом. В алюминиевые корпуса аппаратов были вмонтированы окна из толстого прозрачного пластика. Внутри виднелись два пассажирских кресла. Отец Габриель открыл специальные люки, и мужчины заняли места в одном из загадочных агрегатов. Сидевший спереди Жрец произвёл какие-то манипуляции на приборной панели, раздался негромкий гул, аппарат вздрогнул и… плавно оторвался от площадки. Взлетев на десятиметровую высоту, Габриель изменил настройки летающей капсулы, из боковин эллипса выдвинулись и расправились перепончатые крылья.

Впервые в жизни Роберт испытывал чувство полёта. Видимое в окно широкое пространство вызывало у него восторг, дух захватывало, сердце трепетало, но желудок противился эксперименту над организмом. «В боковом кармане кресла находится бутылка с водой, – подсказал Бобу Жрец, – там же имеются леденцы. Очень рекомендую. Они прекрасно помогают нейтрализовать неприятные ощущения непривычного для человеческого организма состояния полёта». Габриель не обманул. Через четверть часа Роберт перестал ощущать дурноту, а увидев в окно синюю гладь, забыл обо всём на свете. Они летели над широкой, полноводной рекой. По сторонам от неё виднелись заливные луга, рощи, а за ними густые смешанные леса. Время от времени Бобу удавалось разглядеть обработанные людьми участки земли. «Фермы», – кратко пояснил Габриель. Уточняющие вопросы Роберт оставил до более удобного случая.

Жрец ускорил движение летательного аппарата после того, как они достигли широкого устья реки, впадавшей в огромное водное пространство.

– Океан? – с восторгом в голосе спросил Боб.

– Лазурное море, – откликнулся Габри. – До океана ещё полтора часа лёта. Думаю, мы отправимся к нему в ближайшие дни. Вскоре Посол Мирового Совета в полной мере оценит, насколько красоты поверхности превосходят все достижения цивилизации, определяющие существование людей в коре планеты, в тёмных глубинах Обители. А сегодня я хочу показать Вам образцовую сельскохозяйственную ферму и представить её замечательную хозяйку. Знакомьтесь, общайтесь, наслаждайтесь живой природой, Роберт! Подобная возможность выпадает одному счастливчику из тысячи.

Глава 14. Фермеры

Глава 14. Фермеры

Воздухолёт опустился на ровную площадку, поблизости от другого летательного аппарата, более вместительного, но, на взгляд квалифицированного инженера, тихоходного. В паре сотен метров от места посадки, на обрывистом берегу моря виднелся основательный, двухэтажный каменный дом. От него к хозяйственным постройкам вели вымощенные камнем дорожки.

Тёмные очки не мешали Роберту любоваться замечательным пейзажем. В южном направлении с Лазурным морем соседствовала мощная горная гряда, закрывавшая собой половину горизонта. Перед ней переливался оттенками зелёного цвета густой лес. Восточную часть фермы, по всей видимости, занимали огороды и фруктовые сады, а на севере, сколько было видно глазу, простирались обработанные поля и пастбища.

На крыльце фермерского дома гостей встречала хозяйка. Крепкая, загорелая, темноволосая женщина выглядела лет на пятьдесят, но Боб быстро понял, что на самом деле она старше лет на пять, наверное. Знакомясь с ним, хозяйка фермерского хозяйства представилась кратко – «Беатрис», и, словно ножом, полоснула его быстрым, пронзительным взглядом. Роберт даже нахмурился. В чёрных женских глазах читалось что–то непонятое им, явно большее, чем простое любопытство. За чашкой чая Боб заметил, как на него косится Габриель, словно интересуясь реакцией молодого человека на хозяйку фермы. Впрочем, к тому времени Роберт уже заинтересовался другой женщиной – улыбчивой двадцатипятилетней шатенкой – дочерью Беатрис по имени Агата. Внешне она мало походила на мать и в большей степени смотрелась родственницей… Габриеля. Боб удержался от скороспелых выводов и вопросов. Агата предложила Роберту экскурсию по ферме, но к неудовольствию гостя, её инициативу перехватила Беатрис.

Боб не стал спорить, и не напрасно. Хозяйка оказалась превосходной рассказчицей. Учитывая слабую осведомлённость гостя в особенностях ведения сельского хозяйства, прогулка несла ему одно открытие за другим. Впервые Роберт видел воочию, как растут плодовые деревья, как выращивают овощи и злаковые культуры. Особенно сильное впечатление на гостя произвела морская часть фермы. Оказалось, что здесь налажена репродукция моллюсков и ценных пород рыбы... Два часа экскурсии пролетели, как два мгновенья. Возвращаясь в фермерский дом, Боб уже смотрел на Беатрис с приязнью, улыбался ей, шутил. В облике женщины он постепенно разглядел мягкость, а в манере поведение добродушие гостеприимной хозяйки и что-то новое, название чему пока не нашлось в сознании мужчины.

Меню позднего обеда составляли исключительно натуральные продукты. Габриель с редкой для него улыбкой советовал Роберту не налегать на местное вино и соления. С непривычки организм мог отреагировать на них неоднозначно. Нагулявший аппетит, Боб ел за двоих. Он словно попал в незнакомый мир, где всё казалось прекрасным – пейзажи, воздух, вода, еда, люди... Роберт искренне желал остаться на ферме подольше и беспокоился только о Барбаре, оставленной им в Башне Жреца Света, в компании младшей дочери Габриеля.

– Останься у нас хотя бы на пару дней, – словно прочитав его мысли, попросила Агата, уже перешедшая с Бобом на дружеское обращение «ты».

– С радостью, – заулыбался Роберт, – но...

– Я всё организую, – Жрец не позволил ему закончить фразу. – Куда доставить твою подопечную? Домой?

– Подобный поступок будет выглядеть некрасиво, – покачал головой Боб. – Думаю, Барбаре неприятно, что я улетел надолго и без предупреждения.

– В таком случае, я решу вопрос с продлением пропуска Барбары, – кивнул Габриель. – Сегодня она продолжит общаться с Юлей и Мартой, а завтра мы доставим её сюда, если не возражаешь. Кстати, поговорить со своей подопечной ты можешь прямо сейчас. Связь у нас работает стабильно.

Жрец покинул ферму через пару часов после обеда. Проводив его, Агата взялась за Роберта с новыми силами. Мероприятие под названием «купание в море на закате Светила» крайне заинтриговало гостя. Беатрис, судя по её реакции, идея дочери не слишком понравилась, но отговаривать молодых людей она не стала.

Они сидели на песчаном берегу, в паре метров от полосы прибоя. Светило опускалось к горизонту там, где море соприкасалось с небом. Агата искоса поглядывала на мужчину, пребывающего в состоянии нирваны.

– Мама рада тому, как мы с тобой быстро подружились, но выглядит непривычно нервной, – наконец заговорила она. – Не знаешь, почему?

– Не знаю, – рассеянно взглянул на девушку Роберт. – А что по этому поводу говорит папа?

– Папа? Ты сразу понял, что Габриель – мой отец?.. Я и не сомневалась в твоей проницательности, – неожиданно обрадовалась Агата. – Папа смеётся и утверждает, что тебе можно всё. Такое заявление мне совсем непонятно... Ты, правда, Посол Мирового Совета?.. Вот ведь Тьма какая...

– Разве это мешает нам быть друзьями? – пожал плечами Боб.

– Не мешает? Совсем? – с воодушевлением переспросила девушка. – Тогда хватит валяться на песке. Купаться в море на закате очень приятно, а ты не пробовал ни разу! Плавать-то умеешь?

– Конечно. Я регулярно занимаюсь плаваньем в бассейне, – медленно расстёгивая рубашку, ответил Роберт, но вовремя спохватился: – У меня и плавок-то с собой нет...

– Какие плавки? – фыркнула Агата. – Думаешь, я плаваю в купальнике?

Как заворожённый, Боб смотрел на девушку, быстро освободившуюся от одежды и нагишом побежавшую в воду, навстречу Светилу, коснувшемуся линии горизонта. Зрелище получилось фантастически красивым... Впрочем, созерцал Роберт недолго.

Касаясь друг друга телами, и расплываясь в стороны, они нежились в тёплой, солоноватой морской воде. Вполне освоившись, Боб нырял в глубину, а поднимаясь на поверхность, хватал Агату за пятки. Она брыкалась и окатывала мужчину брызгами, стоило ему только вынырнуть... Они смеялись, дурачились и сами не заметили, как их губы слились в поцелуе...

«Что это?» – удивился Роберт, заметив, как небо начало заволакивать тучами. Светило на три четверти скрылось за горизонтом. Мужчина и женщина покоились в полосе прибоя. Голова Агаты лежала на плече Боба. «Странно, дождь должен был начаться на два часа позже, – хмыкнула девушка и вздохнула: – Если начнётся гроза, находиться в воде станет небезопасно».

Из лекций Софии Роберт уже знал, что Жрецы Света умеют управлять погодой, но тучи на небе видел впервые... Они с Агатой выбрались на сухой песок, но не спешили покидать пляж. Девушка увлеклась сравнением жизни в подземных городах и на поверхности, чередуя беседу с поцелуями, впрочем, вполне невинными... Прохладный дождь налетел на них с порывом северного ветра. Светило дарило людям свои последние на сегодня лучи тепла и света... Роберт заставил себя вынырнуть из состояния блаженного покоя и заговорил:

– Мне не хочется отрываться от тебя и… от живой природы. Но, может быть, ты хочешь вернуться домой?

– Нет, – очень серьёзно ответила Агата. – Кажется... Нет, не кажется! Вижу, что ты мне симпатизируешь... И меня тянет к тебе, но что-то останавливает. Мамина нервозность, быть может?

– Всё отлично, – кивнул Боб и добродушно рассмеялся: – Странное состояние... Одновременно хочется просто валяться на песочке и… дурачиться с тобой без всяких задних мыслей.

– Да, – с сожалением выдохнула девушка и сбивчиво зашептала: – Папа сказал, что тебе можно всё... Мама, конечно, так не считает, а я... Мне кажется, что мы знакомы много лет, целую вечность. Только не смейся надо мной! Кажется, я веду себя так, будто мне не двадцать пять, а пятнадцать лет. Нисколько не скрываю, что уже… обожаю тебя, но стоит задуматься и… оказывается, что мы только сегодня познакомились...

Ночную тьму рассекали всполохи молний, дождь то стихал, то усиливался... Сквозь раскаты грома молодые люди услышали крики. Они переглянулись и со смехом принялись натягивать на себя промокшую одежду... Приближаясь к лестнице, спускавшейся на пляж с крутого берега, они заметили наверху пару людей. Те направляли на них лучи света электрических фонарей. Вспышка молнии позволила Роберту рассмотреть Беатрис в компании высокого, широкоплечего мужчины. Хозяйка фермы уже не кричала, но весь её облик выражал крайнее негодование.

– Вы сошли с ума, дети? – воскликнула она и набросилась на дочь: – Агата, Роберт попал под грозу первый раз в жизни. Он находится под большим впечатлением от новых ощущений, неожиданных открытий и не понимает всей опасности молний, но ты-то?! И вообще, чем можно заниматься на пляже под дождём после наступления темноты?

– Мама, ты говоришь так, будто никогда не была молодой! – фыркнула девушка. – Тебе сложно представить, как два человека могут быть счастливы в темноте под дождём хотя бы пару часов?

– Счастливы? – ахнула Беатрис.

– Ох, ты всё о своём... – неожиданно для Роберта отреагировала Агата и добавила: – Не пугайся, мама, после обеда я приняла блокатор... Да что ты, в самом деле? Мы только целовались чуть-чуть. Спроси у Роберта!

Из эмоциональной перепалки матери и дочери Боб почти ничего не понял. Хозяйка фермы насупилась и без лишних слов повела мокрых до нитки молодых людей в дом. Её помощник Павел вообще не проронил ни слова. Он представился Роберту и пожал руку гостя только после того, как тот сел за стол в сухом домашнем халате, судя по размеру, принадлежавшему Габриелю. Одежда Павла была, как минимум, на размер больше. Первый взгляд на фермера фиксировал загорелое мускулистое тело на полголовы выше Боба. Второй взгляд непременно упирался в улыбающиеся, внимательные голубые глаза пятидесятилетнего мужчины, выдающие высокий уровень его интеллекта. Роберту было о чём поговорить с Павлом, но хозяйка фермы попросила помощника удалиться и заговорила, когда они остались втроём:

– Вы всегда ведёте себя… столь легкомысленно, Роберт?

– Мама, даже если бы мы позволили себе... Я же сказала, что загодя приняла блокатор! – принялась защищаться Агата.

– Вообще-то, я о грозе заговорила… для начала, – усмехнулась её мать. – Кстати, и о блокаторе наш гость слышит впервые в жизни! В подземной части Обители подобные препараты не имеют смысла. Там репродуктивные способности женского организма угнетены с момента рождения каждой девочки. Для того чтобы родить своего единственного ребёнка девушки проходят специальные подготовительные процедуры, активизирующие соответствующие функции... В отличие от женщин подземелий, молодой человек, моя дочь может зачать в любой момент и родить столько детей, сколько ей заблагорассудится. Блокатор она приняла, чтобы сегодня… не задумываться о последствиях.

– Кажется, я понимаю, – Посол Мирового Совета понуро опустил голову, но через несколько мгновений поднял на хозяйку фермы взгляд, лишённый всякого лукавства: – Готов поклясться, что мы, действительно, только целовались немного... Прошу простить, если провинился перед Вами, Беатрис! Я лишь доверился Вашей дочери. Как ни странно это звучит, стремительно сближаясь, испытывая тёплые дружеские чувства, мы с Агатой интуитивно доверяем друг другу!

– Доверяете?! – с чувством переспросила хозяйка фермы, в упор разглядывая Роберта и свою, прильнувшую к нему дочь. – Бобби, либо Вы слишком легкомысленны для взрослого мужчины, либо... Агата, принеси, пожалуйста, бутылку белого вина. Мы с нашим гостем хотим выпить на «ты».

Дочь Беатрис очень сильно удивилась, вопросительно посмотрела на своего нового приятеля, а увидев его утвердительный кивок, заулыбалась и поспешила на кухню. Через несколько минут она с улыбкой наблюдала, как Роберт уверенно откупоривает бутылку и наполняет фужеры. Затем, медленно опустошая свой бокал, Агата с интересом посматривала на свою мать, переплетающую руки с Робертом, а дальше... Вино было выпито, а Беатрис впала в ступор. Но Боб не стал медлить и решительно расцеловал её щёки. И тут случилось то, чего Агата ожидала меньше всего. Её мама заглянула в мужские глаза, нежно поцеловала внезапно задрожавшие губы Роберта и… заревела... Гордая и непреклонная женщина со стальным характером плакала навзрыд!

– Почему... Зачем же ты так? Всё хорошо, – прижимая женщину к своей груди, заговорил Боб. – Не плачь, ничего дурного не случилось, Беата!

– Как ты меня назвал, Бобби? – вскрикнула хозяйка фермы и затряслась от новой волны безудержных рыданий.

– Всё хорошо... Всё будет очень хорошо, Беата! – не унимался Роберт и, к изумлению дочери, мама не уклонялась от объятий малознакомого молодого мужчины, а стремилась к ним...

– Доченька, позволь мне поговорить с Робертом наедине, – едва успокоившись, тихо произнесла Беатрис.

– Конечно, мамочка! – поражаясь интонации маминого голоса, ответила Агата. Она чмокнула маму в ещё непросохшую щёку, но не удержалась и добавила с вызовом: – Я буду ждать Роберта в своей комнате...

– Прости, Бобби! – выдохнула хозяйка фермы, оставшись наедине с гостем.

– За что, Беата?! – ахнул он.

– Хотя бы за то, что ты называешь меня Беатой, а я плачу, – женщина улыбнулась сквозь слёзы. – «Беата» – имя из моего детства... Пожалуйста, называй меня так чаще... А ещё, навещай нас время от времени, хорошо?

– Очень хорошо, Беата! – он усадил Беатрис на диванчик и осушал её щёки своими чуткими пальцами.

– Ты заговорил о доверии, мой мальчик, – она снова удивила Роберта, на этот раз своим трогательным обращением. – Быть может, мне только кажется, что мгновенное доверие к людям не в твоём характере. Например, ты не вполне доверяешь Габриелю, правда? Так я и думала... А мне?

– Прости, Беата, – поколебавшись, искренне ответил Боб, – но я знаком с тобой недостаточно хорошо, чтобы сразу говорить о полном доверии.

– И поделом... – слова Беатрис снова прозвучали странно. Но она продолжила: – Однако в отношении Агаты всё иначе?

– Да, – утвердительно кивнул Роберт. – Мне не объяснить нашу взаимную приязнь разумными доводами. Просто я так чувствую...

– Хорошо... Ты меня успокоил, Бобби, – понять логику высказываний Беатрис Бобу не удавалось, но она вполне успокоилась и выпустила его из своих объятий: – Надеюсь, мои слёзы не испортили тебе впечатления от нашего дома? Иди к Агате, она тебя ждёт. Если вас потянет друг к другу непреодолимо, мне вас не остановить, наверное... Скажи только, ты задумывался о собственном ребёнке?

– Да, Беата, – прямо ответил он. – И чем больше я думаю о ребёнке, тем лучше понимаю, что к его рождению нужно относиться со всей серьёзностью.

– Так и должно быть... – задумчиво произнесла она. – Не торопись, мой мальчик...

Как и обещала, Агата ждала Роберта в своей комнате, в разобранной постели. Она набросилась на мужчину с расспросами только после того, как он оказался рядом с ней, под одеялом. Большинство вопросов Агаты осталось без внятного ответа. Причины странного поведения Беатрис Роберт так и не прояснил. Дочь хозяйки фермы недоумевала, что, впрочем, нисколько не испортило её приподнятого настроения. Засыпая, они снова поцеловались... Только поцеловались. А ещё Агата успела рассказать историю из своего детства.

«Мне было лет семь или восемь тогда, – шептала она на ухо Роберта, обдавая его тёплым дыханием. – Мы с мамой жили на маленькой ферме, севернее, на берегу реки. Уровень технического обеспечения фермеров не позволял обрабатывать большие территории в те времена. Техники в малочисленных хозяйствах было меньше, а людей больше. Пока они работали в поле, маленькие дети играли поблизости. Я дружила с соседским мальчиком, на пару лет старше себя. Набегавшись, мы забирались на сеновал и от усталости засыпали в обнимку. До сих пор помню то ощущение покоя, уюта, тепла... С тобой я словно вернулась в детство».

Около полудня следующего дня на ферму прибыл воздухолёт, на борту которого оказалась Барбара и жена Жреца Марта. «Отец Габриель передаёт свои извинения. У него срочная работа. Мне он поручил познакомить Вас с одним интересным объектом в полутора часах лёта отсюда», – сообщила она. Роберт познакомил Барби с обитателями фермы и оставил её на их попечение. Теоретически можно было попросить у Беатрис её вместительный летательный аппарат во временное пользование, но из-за его тихоходности время в пути до пункта назначения увеличилось бы втрое. Барбара снова осталась без своего Господина, но, кажется, не слишком расстроилась. Поверхность Обители привела её в непрекращающееся восторженное состояние...

Полёт в южном направлении вдоль морского побережья уже не таил секретов для Роберта, но стоило воздухолёту подняться над горными вершинами, у Боба перехватило дыхание от новых впечатлений. Могучие деревья в предгорьях, а выше луга, голые скалы со снежными шапками. Роберт не мог поверить, что видит столь фантастический для обычного человека пейзаж собственными глазами. Цель путешествия, как оказалось, находилась в особенно живописном месте. Здесь скалы спускались прямо к южному морскому побережью. «Это уже не Лазурное море, – поясняла Марта, когда они вышли из воздухолёта на естественную каменную площадку, оборудованную под посадочный сектор. – Слева от нас находится Восточный океан, а прямо перед нами – пролив между Северо-Восточным и Южным материком. Я знаю, что в подземной части принято делить Обитель на континенты. Но там это – только географические координаты и отдельные населённые пункты. На поверхности понятия «материк» или «континент» обретают реальный смысл».

– Вы хотите сказать, что противоположный берег пролива – северные земли Южного континента? – изумился Боб.

– Так и есть, – улыбнулась его восторгу Марта.

– А что за сооружение я вижу правее? – продолжал удивляться Роберт. – Мост?!

– Верно, – кивнула она. – Мост между материками – историческое сооружение. На том же самом месте он существовал и две тысячи лет тому назад, но был разрушен во время всемирной войны.

– Войны? – переспросил Боб. – Вы придерживаетесь теории почти забытых ныне историков, утверждавших, что главной причиной катастрофы Обители стала страшная война, вспыхнувшая на большей части планеты?

Дождавшись утвердительного ответа женщины, Роберт задумался и в молчание последовал за ней к возвышавшемуся над скалой куполу Башни Жреца Света.

Глава 15. Башня Роберта

Глава 15. Башня Роберта

Марта продолжила знакомить Роберта с живописным местом, куда их направил Жрец Света Габриель. «Потрясающе красивый вид, не правда ли? – говорила она. – Под нами находится самый южный населённый пункт Северо-Восточного континента – город, а точнее городок под названием «Скалистый Берег». А на поверхности Вы видите сооружение больше известное у нас, как «Башня Роберта». Да-да, живший в ней и умерший несколько лет тому назад Жрец был Вашим тёзкой. Поговаривают, что и его отец, и даже дед звался Робертом. С тех пор Башня не получила нового хозяина, но сохранила историческое название. На вчерашнем заседании Братство Жрецов Света решило официально предоставить её для нужд Посла Мирового Совета по особым поручениям. Разумеется, если Вас устроит такое решение...» Марта с интересом наблюдала за реакцией мужчины на её сообщения. Роберт выглядел невозмутимым. Лишь блеск глаз выдавал мгновенно принятое им решение, пусть и не произнесённое вслух: «Да. Конечно, да! Безусловно, да! В этом чудесном месте я хочу жить и работать, встречать рассвет и любоваться закатом, общаться с близкими людьми и… растить сына».

У ближайшего к посадочной площадке, верхнего входа в Башню их встречала молодая женщина.

– Приветствую Ваше Превосходительство! – поклонилась мужчине она. – Меня зовут Элис. Я – смотритель Башни.

– Приятно познакомиться, – ответил Боб. – Но давайте оставим парадное обращение для официальных приёмов. Моё имя – Роберт.

– В самом деле?! Это прекрасно и удивительно! – необыкновенно обрадовалась Элис. – Вы – тёзка моего отца, имя которого носит Башня. Ваше появление здесь в качестве Хозяина очень символично...

– Не торопись, Алиса... – нахмурился Боб. – Расскажи мне о Башне.

– Алиса?! Так называл меня отец... – заулыбалась Элис. – Я покажу Вам Башню, Господин Роберт! Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Разумеется, Боб видел отдельные помещения Башни Жреца Габриеля, но, как оказалось, не представлял себе многие особенности этого фантастического сооружения. Встроенная в скалу, Башня Роберта имела несколько выходов на разных уровнях. Внутренний лифт позволял спускаться от купола с научной лабораторией к выходу на посадочную площадку воздухолётов и ниже, туда, где располагались личные покои хозяина, помещения для приёма гостей, комнаты для обслуживающего персонала, служебные помещения. Отдельно располагался скоростной лифт, позволявший спуститься в подземный городок «Скалистый Берег» или в глубины, контролируемые Жрецами Тьмы. Этот, по обыкновению, строго охраняемый объект сейчас был закрыт, ввиду отсутствия хозяина Башни. Имелся и отдельный выход прямо на морское побережье. Для тщательного ознакомления с устройством и деталями многоярусного сооружения Жреца потребовалось бы несколько суток.

– К сожалению, о Вашем визите мне сообщили только вчера, – поясняла Элис. – Времени для расконсервации большинства помещений мне не хватило. Но Вы можете расположиться в хозяйских покоях, отдохнуть, отобедать, связаться с нужными людьми по видеосвязи. Получив от Вас согласие на возобновление эксплуатации Башни Роберта, я начну заниматься техническими вопросами. Насколько я понимаю, постоянно жить и работать здесь Вы не планируете, а значит, в Башне должно находиться Ваше доверенное лицо, управляющий или хозяйка...

– Алиса! Только не говори мне, что без особой необходимости планируешь покинуть место, где провела всю свою жизнь, – строго взглянул на девушку Роберт. – Думаю, другой такой хозяйки мне не сыскать.

– Вы не шутите, Господин? – ахнула она. – Но Жрец Света Отец Габриель...

– Сейчас я свяжусь с ним и решу вопросы, не терпящие отлагательства, – взгляд Боба заставил девушку опустить глаза. – После разговора с Габриелем я немедленно сообщу тебе, готов ли стать хозяином Башни Роберта. Только после этого можно задуматься об обеде и отдыхе...

С экрана монитора видеосвязи на Роберта внимательно смотрел Габриель. Боб не стал играть с ним в молчанку, улыбнулся и заговорил:

– Благодарю за прекрасную познавательную поездку. Места здесь чудесные. Хотелось лишь прояснить ситуацию с Башней...

– Всё очень просто, – заулыбался Жрец Света. – Роберт, Вы уверяли меня в том, что не торопитесь принять чью-либо сторону и сохраняете нейтралитет. Кроме того, по собственным словам, Вас радует нахождение на поверхность Обители... Однако, насколько нам известно, у Роберта Берга имеется личное пространство во владениях Сообщества Жрецов Тьмы. На Южном континенте, если я не ошибаюсь?.. В свою очередь, Братство служителей культа Света посовещалось и решило предоставить для нужд Посла Мирового Совета лишившуюся хозяина Башню Роберта. Название этого прекрасного сооружения очень символично в данном случае, не правда ли? Хочу уточнить, что Башня передаётся в Ваше владение на постоянной основе и может быть использована для отдыха, профессиональной или научной деятельности и так далее. На Ваше усмотрение.

– Бессрочно? – округлил глаза Роберт. – Но для нормального функционирования подобного сооружения необходим штатный персонал.

– Дочь прежнего хозяина начала вводить Вас в курс дела? – не сомневаясь в ответе, поинтересовался Габри. – Если возникнут затруднения, мы поможем Вам и в кадровом вопросе. Со своей стороны, я могу сразу же предложить Марту...

– Простите? – не понял Боб. – Ваша жена Марта поселится в моей Башне?! Но у неё есть место постоянного жительства, несовершеннолетняя дочь, муж, то есть Вы, в конце концов!

– В жизни случаются неожиданные перемены, – пожал плечами Жрец. – На мой взгляд, Марта нуждается в них. Но, разумеется, всё зависит от Вашего решения...

После разговора с Габриелем Роберт надолго задумался. На его лице не читалась растерянность и раздражение, но внутри... Немного успокоившись, Боб пригласил в кабинет жену Жреца Света.

– Подскажите мне, Марта, Габриель решил избавиться от Вас или подсовывает мне своего осведомителя в Вашем лице? – начал Роберт с места в карьер.

– Пожалуйста, не говорите со мной на «Вы», Господин! – от милого, доброго, всегда румяного лица Марты отхлынула кровь.

– Вероятно, я буду говорить с Вами на «ты», но лишь после того, как Вы ответите на мои вопросы. Первые два я уже задал, – нахмурился Боб.

– Я не могу знать наверняка, но в данный момент отвечу на оба вопроса положительно, – не без смущения ответила Марта. – По всей видимости, Габриель намерен удалить меня из своего ближайшего окружения, но заинтересован в том, чтобы в моём лице заполучить информатора в Вашем окружении.

– И как ты относишься к подобной перспективе? – сохраняя суровое выражение лица, Роберт, тем не менее, оценил откровенность женщины по достоинству.

– Чтобы объяснить моё отношение к сложившейся ситуации, потребуется время. Вы готовы выслушать меня? – опустила взгляд жена Габриэля.

Рассказ Марты произвёл на Роберта большое и неоднозначное впечатление. Он узнал много нового о жизни и быте служителей культа Света. Жрецы Тьмы могли содержать рабынь, но не имели детей. Их оппоненты на поверхности Обители чаще всего содержали большие семьи. Детей Жрецам Света рожали их многочисленные жёны. Становилось понятно, что одной из них могла стать Исидора Небесная. Но ради жизни на поверхности она не стала жертвовать своей театральной карьерой. Хозяйка фермы Беатрис по непроверенным данным в своё время тоже была женой Жреца, но поссорилась с Габриелем и быстро рассталась с ним. На данный момент, не считая Марты, у Габри имелось четыре жены.

– Зачем содержать целый гарем, если можно жить с любимой женщиной и растить общих детей? – не выдержал Боб.

– Вы не понимаете, Господин Роберт! – вздохнула Марта. – Число Жрецов ограничено, но они заинтересованы в постепенном увеличении человеческого рода на поверхности Обители. Одной жены недостаточно, даже если она родит нескольких детей. Более того, у Габриеля, как и у многих других Жрецов, имеется другая, своеобразная проблема. У него шесть дочерей, но нет ни одного сына! Насколько мне известно, на Обители наблюдается серьёзный дефицит мальчиков. На её поверхности это заметно невооружённым взглядом. Габриель подошёл к решению проблемы с характерной для него бескомпромиссностью. Если жена рожает девочку, он не пробует завести с ней второго ребёнка. Ему проще найти себе ещё одну, новую жену. У меня создаётся впечатление, что Габриель планирует постепенно освободиться от большинства жён и дочерей, предоставив им отдельное жильё и работу по выбору... К моей Юленьке он, кажется, привязался и пока не отпускает её от себя. Но вскоре дочке исполнится шестнадцать лет... По кодексу Братства Жрецов Света – это возраст совершеннолетия, а по законодательству поверхности Обители совершеннолетние мальчики и девочки вольны сами определять свою судьбу. Юля учится в Университете Света Северо-Восточного материка здесь, на поверхности и... Она мечтает присоединиться к Вашей миссии, Господин.

– Остановись, Марта! – хмуро воскликнул Роберт. – Мы ещё успеем поговорить о твоей дочери. Чего хочешь ты сама? Ты решила покинуть Габриеля?

– Да, – чуть слышно ответила она и, прокашлявшись, заговорила громче: – Когда-то я была влюблена в него, родила Юленьку, надеялась посвятить им свою жизнь, но давно перестала мечтать об этом... Есть ли смысл в том, чтобы жить под одной крышей с вечно недовольным тобой мужчиной? Он не любит и давно не хочет меня, а я в последние годы… не ощущаю его своим мужем. Вскоре Юля заживёт собственной, взрослой жизнью, и… оставит меня в одиночестве. Позвольте мне увидеть свет в конце тоннеля! Сейчас Габриель не гонит меня, но прямо предлагает Вам свою опостылевшую жену в качестве… помощницы по хозяйству, наверное. Такой прекрасный шанс покинуть Габриеля без скандала и нервотрёпки может больше не представиться. Вопрос в том, нужна ли молодому Послу Мирового Совета уже не юная и не идеальная… бывшая жена Жреца?

– Сумасшествие какое-то... – покачал головой Боб. – Ещё вчера я ничего не слышал о Башне Роберта, не собирался становиться её хозяином, толком не знал о многожёнстве Жрецов Света и, уж конечно, не планировал жениться в ближайшее время. Мне рано заводить собственную семью...

– Я знакома со Жрецом, имеющим двенадцать жён, и это не предел, – с видимым интересом посмотрела на него Марта. – С другой стороны, формировать обслуживающий персонал Башни из жён и детей вовсе необязательно. У меня имеется большой опыт работы по дому, последние три года я занимала пост хозяйки Башни Жреца Света... Но мне и в голову не приходит напрашиваться, ни в хозяйки, ни в жёны, тем более... Я готова усердно выполнять те обязанности в Башне Роберта, которые будут поручены мне её хозяином. И, пожалуйста, поверьте мне, Господин, Отец Габриель получит от меня только ту информацию, которую Вы сочтёте нужным передать ему подобным образом! Как только хозяин Башни Роберта примет меня в свой штат, Габриэль оформит развод. Фактически назавтра я перестану считаться женой Габриеля... И, да, я хочу этого абсолютно искренне!

– Наконец-то, ты произнесла необходимые слова, – строго проговорил Боб. – Я подумаю… о том, как мне лучше задействовать тебя в этих стенах. Итак, сегодня ты вернёшься к дочери, серьёзно поговоришь с ней о жизни в новых условиях и… в любой удобный день переедешь в Башню Роберта, если не передумаешь.

– Спасибо, Господин! – игнорируя последние слова Боба, воскликнула Марта...

Она покинула Роберта ближе к вечеру, а до этого обучала его управлению воздухолётом. Пилотировать летательный аппарат оказалось легче, чем представлял себе Боб. Из внесённого в программу пункта «А» в пункт «Б» воздухолёт мог переместиться в автоматическом режиме. С другой стороны, используя ручное управление, Роберт не испытывал серьёзных затруднений. Через час обучения он увлёкся и получал удовольствие от управляемого полёта. Излишне рискованные и некорректные манёвры сглаживал компьютерный помощник пилота... Удачно опустившись на посадочную площадку у Башни Роберта, Боб вышел из аппарата. Марта покинула пассажирское место и подошла к мужчине. Он поймал себя на том, что смотрит на неё иначе, чем прежде. Перед ним стояла уже не жена Габриеля... Светловолосая, пухленькая женщина, на полголовы ниже Роберта, с улыбчивыми серо-голубыми глазами. Всё в ней говорило о добродушии и мягкости характера. «Чего Габриелю не хватает? – спонтанно подумалось Бобу. – Острых ощущений, быть может?» На прощание Марта трогательно чмокнула мужчину в щёку и смутилась собственного порыва.

За открытым панорамным окном в кабинете хозяина Башни смеркалось. Роберт снял порядком надоевшие тёмные очки и наслаждался красивейшим видом. Попросив разрешения, в комнату вошла Элис с бутылкой вина и фруктами на медном подносе. Местное вино порадовало Роберта тонким вкусом и богатым букетом. Да и вообще, продукты, выращенные на поверхности Обители, отличались ароматом свежести. Впрочем, от второго бокала вина Боб благоразумно отказался.

– За ужином можно повторить, – улыбнулся он девушке, – а сейчас прогуляемся, быть может?

– Пойдёмте купаться, Господин? – с улыбкой предложила она...

Лифт привёз их на первый поверхностный этаж Башни, где имелся прямой выход к проливу. Небольшой галечный пляж начинался в двадцати метрах от Башни. Роберт быстро разделся и неторопливо, стараясь не поскользнуться на мокрых камнях, погрузился в воду. Округлившая глаза Алиса, не отрываясь, смотрела на обнажённого мужчину. На ней был купальник, но перехватив оценивающий взгляд застывшего в воде Роберта, Элис смутилась и одновременно решилась на поступок... В воду она нырнула нагишом.

Изредка соприкасаясь локтями, они медленно отплывали от берега и разговаривали.

– Папа не разрешал засыпать пляж песком, – вспоминала Алиса. – Ему больше нравилась галька и незамутнённая вода над ней. Но Вы можете решить иначе.

– Пусть всё останется, как есть, как было, – не раздумывая, ответил Роберт. – Твой отец, вероятно, хорошо плавал?

– Да, иногда он доплывал до противоположного берега, – подтвердила девушка, – а я не решаюсь.

– До него около четырёхсот метров, должно быть? – поинтересовался без пяти минут новый хозяин Башни и её окрестностей. – Ничего невозможного я не вижу, да и для здоровья полезно... Будем тренироваться.

– Серьёзно? Вместе? – с девчачьим восторгом отреагировала Элис. – Вы меня радуете, Господин!

– А что за сооружение виднеется у берега, восточнее Башни? – заинтересовался Боб, перевернувшись в воде на спину.

– Там располагается наша пристань, – с гордостью ответила Алиса. – Некоторые фермеры доставляют сюда свои продукты морем. Кое-что мы покупаем у них для своих нужд, а большая часть отправляется в подземный город на грузовом лифте. У пристани пришвартованы два катера, которые принадлежали папе... А за мысом стоит на якоре наша гордость – трёхмачтовый парусник.

– Шутишь?! – ахнул Боб.

– Ничуть. Больше всего на свете папа любил небо и море, – в голосе девушки звучала грусть и любовь. – Если Вы не передумаете стать хозяином Башни Роберта, по праву наследницы я передам нашу флотилию в Ваши руки.

«Да я бросил бы всё, перевёз сюда близких людей и остался здесь с ними на всю оставшуюся жизнь», – промелькнуло в голове Роберта, но вслух он высказался иначе: – Не надо ничего передавать. Я надеюсь, что ты позволишь мне иногда пользоваться своим флотом. И… я не передумаю. А ты?

– С каждым часом я отчётливее понимаю, что Вас мне… мой папа послал... – призналась Элис.

Ужинали вдвоём тихо, скромно, но со вкусом. За окнами стояла ночь. Около десяти часов Алиса застелила Роберту постель в хозяйской спальне и чуть слышно спросила: «Вам нужно от меня что-то ещё?» В ответ Боб одарил её внимательным, одобрительным взглядом. Ему понравилась эта стройная, худенькая русоволосая девушка с пронзительно серыми глазами. С одной стороны, Роберта начала пугать стремительность сближения с незнакомыми представительницами женского пола. С другой стороны, Бобу хотелось всерьёз обосноваться и обустроиться на поверхности Обители, а значит, следовало детально разобраться, как и чем живёт Братство культа Света, какими категориями мыслит местное население.

– Алиса, если ты ещё не устала от общения со мной, – мягко заговорил Роберт, – расскажи мне о себе. Не скрою, мне нравится Башня твоего отца и… его дочь. Ты – младший ребёнок в семье?

– Младше меня только брат, – Элис внимательно заглянула в глаза мужчины и после паузы заговорила: – У моего отца было пять жён, родивших ему пятерых детей – четырёх дочерей и сына.

– Каждая по одному ребёнку? – сразу вспомнив Габриеля, поинтересовался Боб.

– Нет, – покачала головой Алиса. – Первая жена оказалась бесплодной, вторая родила отцу двух дочерей. Моя мама – четвёртая жена папы. Она погибла, когда мне было три года...

– Погибла? – поднял брови Роберт. – Прости, если затрагиваю болезненную тему, но, как это случилось?

– Нет-нет, мне приятно, что Вы интересуетесь моей жизнью, – Элис улыбнулась и вздохнула. – Мама активно занималась исследованиями океана. Со слов папы, несчастный случай подстерёг её во время изучения океанического дна в нескольких километрах от берега. Они с напарником спустились на большую глубину в специальной капсуле. По невыясненной причине оборвался трос... Капсулу так и не нашли... В детстве я боялась воды. Со временем страх удалось преодолеть, и теперь мне особенно хочется переплыть пролив. Возможно, это – детское предубеждение, но мне кажется, что мама и папа будут гордиться мною.

– Мы обязательно сделаем это, Алиса! – уверенно воскликнул Боб. – Скажи, а ты общаешься с родственниками?

– Две старшие сестры вышли замуж и живут на других материках, далеко отсюда. Они редко выходят на связь, – развела руками Элис. – Третья сестра – Зоя тоже побывала замужем, но неудачно. Сейчас она живёт и работает в нашем небольшом морском порту. Принимает товары от фермеров, транспортирует их в подземный посёлок «Скалистый Берег» с помощью грузового лифта, занимается коммерцией и логистикой. С ней живёт наш младший брат Эжен и его мама Лидия – пятая жена папы.

– Почему они живут в помещениях порта, а не в Башне? – удивился Роберт.

– Зоя предпочла жить отдельно ещё при жизни отца, сразу после возвращения от бывшего мужа, – пожала плечами Алиса. – Лида крайне болезненно пережила уход папы и заявила, что Башня навевает на неё грустные воспоминания. Впрочем, далеко она не уехала, хотя возможности были. Сын остался с ней. Брат младше меня всего на четыре года. Папа рассчитывал, что наследник продолжит его дело, но Эжен – неординарная личность. Он – созерцатель.

– В каком смысле? – хмыкнул Боб.

– В прямом, – вздохнула Элис. – Мой братик предпочитает наблюдать за жизнью вокруг себя. Самые сильные впечатления он отражает в своих карандашных рисунках или в картинах, написанных акварелью и маслом. Эжен – талантливый художник, но занимается живописью только по настроению... Папа сильно переживал, что единственный сын совершенно не приспособлен к жизни и абсолютно не готов стать его наследником в полном смысле слова.

– Дело отца продолжила ты? – заинтересовался Роберт. – Именно по этой причине Отец Роберт завещал свою Башню тебе, Алиса?

– Башня Жреца Света – не простой объект недвижимости, – улыбнулась она. – Её нельзя завещать кому-либо, но можно рекомендовать Братству использование её в том или ином качестве. По сути, речь идёт не о передаче прав на материальный объект, а о… духовной преемственности. Во всяком случае, так считал Отец Роберт... Папа умер внезапно и не оставил подобных рекомендаций. А на семейном совете управление Башней Роберта в отсутствие законного владельца было поручено мне. Верховный Жрец Света одобрил наше решение. Так я стала смотрителем Башни. Конечно, мне помогают по мере необходимости, но обычно хватает содействия роботов-уборщиков и приходящего технического персонала.

– Только не говори мне, что на этом заканчивается твоя миссия по продолжению дела жизни отца, – улыбнулся Боб, – и ты готова покинуть Башню по первому требованию Братства.

– Ох... Я надеялась, что как-нибудь уживусь с новым хозяином, – смутилась Элис. – Я представляла себе его пожилым Жрецом Света, который примет мою скромную помощь и не станет гнать меня прочь. Мне и в голову не приходило, что здесь появится молодой мужчина в ранге Посла Мирового Совета. Думаю, моё волнение Вы уже заметили, Господин...

– Волноваться тебе не следует, – спокойно и уверенно произнёс он. – Я принимаю Башню Роберта в дар от Братства служителей культа Света, обязуюсь сохранить её в лучшем виде и, вероятно, расширить возможности её обитателей. Полученная мной информация позволяет сделать вывод, что твоя помощь в качестве хозяйки Башни мне просто необходима.

– Я сделаю всё, что от меня зависит... Просто я подумала, что хозяйкой станет Марта. Я чувствую, что она вернётся, – мотнув чёлкой, быстро заговорила Элис. – Возможно, Вы планировали на эту должность кого-то из хорошо знакомых Вам женщин... Кого мы ждём в гости завтра?

– Хозяйкой Башни Роберта должна быть ты... С Мартой история непростая. Честно говоря, я не знаю, как относиться к поступку Жреца Габриеля, по сути, подарившего мне одну из своих жён... Возможно, Марта станет твоей помощницей по хозяйственной части, – сумрачно произнёс Боб. – А завтра к нам в гости должны прилететь хозяйка фермы Беатрис со своей дочерью. С ними я познакомился пару дней тому назад. Они доставят сюда дочь Премьер-Министра Южного континента Барбару. Барби – моя помощница и… рабыня.

– Кто?! – ахнула Элис.

– Видишь ли, Алиса, Посол Мирового Совета по особым поручениям вхож, и в круг Жрецов Света, и в политические элиты подземелья, и в сообщество Жрецов Тьмы. Мы должны научиться жить взаимовыгодно, дружелюбно, с прицелом в будущее.

– И Вы так спокойно мне это рассказываете? – изумилась Алиса. Словно переварив полученную информацию и преодолевая сомнения, она нерешительно произнесла: – Если Вы стремитесь к доверию между нами, можно и я открою Вам свою тайну? Только… нужно дождаться рассвета... Надеюсь, что однажды стану гордиться тем, что поделилась с Вами секретами дела жизни моего отца, Вашего тёзки...

Отлично выспавшись в одиночестве, Боб проснулся за час до восхода Светила. Несмотря на раннее время, Элис уже дожидалась нового хозяина Башни в гостиной. Накормив завтраком, она переспросила его о желании прикоснуться к её тайне. Дождавшись утвердительного кивка Роберта, девушка взяла его за руку и повела к башенному лифту. Они поднялись на верхний этаж, в купол Башни. Взгляду Боба открылась научная лаборатория и её гордость, удивительный оптический прибор – мощнейший телескоп.

– Я уже говорила, что мой папа любил море и небо, – заговорила Алиса. – Большую часть жизни он посвятил изучению Светила.

– Но как? – удивлённо взглянул на неё Роберт. – На него невозможно смотреть даже подготовленными глазами.

– Для наблюдения за Светилом в телескоп устанавливается система светофильтров, – поясняла девушка растерявшемуся Послу Мирового Совета и, нажимая на кнопки пульта управления, раздвинула перед ним часть купола Башни и сфокусировала оптику на показавшийся над горизонтом огненный шар.

– Да-да, я понял, – опомнился Боб и прильнул к окуляру прибора...

– Свой телескоп папа создавал и модернизировал на протяжении двадцати лет, – чувствуя огромную заинтересованность Роберта, Элис радостно делилась с ним своей гордостью: – Более мощной оптики на поверхности Обители не существует...

Глава 16. Ближний круг

Глава 16. Ближний круг

Посол Мирового Совета впечатлился зрелищем до такой степени, что не отрывался от телескопа, пока пылающий шар Светила не поднялся над горизонтом. С непривычки его глаза начали слезиться. Алиса с улыбкой промыла их какой-то специальной жидкостью и увела Боба из обсерватории за руку, продолжая отвечать на многочисленные вопросы о доставшейся ей по наследству научной работе отца. За чашкой чая в гостиной она напомнила Роберту об особенности своих исследований:

– После смерти папы никто не интересовался его научным наследием. Казалось, что мне одной интересно небо...

– Постой-постой, – решил уточнить Боб, – помимо тебя, никто не поднимался в обсерваторию?

– Именно так, – грустно кивнула Элис. – Иной раз, от безысходности мне хотелось поделиться сокровенными мыслями со своим парнем, но я не рискнула... Зато теперь в Башне появились Вы!

– Да, на мой взгляд, исследования необходимо активно продолжать. Я постараюсь вникнуть в детали так быстро, как только смогу... – Роберт задумался и вскоре задал девушке неожиданный вопрос: – Парень не станет помехой твоей работе в новом статусе, Алиса?

– Кевин? – удивилась она. – Все важные решения я принимаю самостоятельно... Когда папы не стало, друг-воздыхатель помогал мне некоторое время. В те дни у него появилась возможность остаться здесь надолго, стать мне надёжной опорой, но он ею не воспользовался. С другой стороны, мне не близки устремления Кевина...

– К чему же он стремится? – полюбопытствовал Боб.

– Сын Жреца Света мечтает стать… Жрецом Света, – улыбнулась Элис. – Он планирует обзавестись собственной Башней, жёнами, детьми... Но как-то не складывается у него карьера... Приходится работать управляющим хозяйства своего отца. Кевин – послушный сын, красивый парень, но этого недостаточно для того, чтобы стать Жрецом или просто самостоятельным мужчиной.

– Каким же человеком, по твоему мнению, обязан быть Жрец? – хмыкнул Роберт.

– Пытаясь представить себе идеал, я сразу вспоминаю своего папу. Теперь-то мне становится ясно, что он не был идеальным Жрецом – всегда разумным, решительным, последовательным мужчиной. В отце жила романтика исследователя. Для учёного это хорошо, для служителя культа... Не знаю, – задумчиво глядя в пространство, ответила Алиса. – Хозяин Башни должен быть личностью. А Кевину достаточно прибегать ко мне на свидание пару раз в месяц...

– Пожалуй, пареньку не понравятся изменения в жизни его девушки, – не без иронии произнёс Боб.

– Да-а-а... – усмехнулась Элис. – Вчера, перед сном я общалась с ним по видеосвязи. Кевин начал нервничать, ревновать... Угадайте, Господин, какой вопрос он задал мне в первую очередь?

– Хамский, – не боясь ошибиться, предположил Роберт. – Паренька взволновало, не успела ли его девушка переспать с новым хозяином Башни.

– Точно! Вы всегда такой… прямой, Господин? – фыркнула Алиса. – Я ответила Кевину, что на… тесное общение с Хозяином мне не хватило времени, но вся ночь впереди, и не одна ночь.

– Девушка с характером? – заулыбался Боб. – Не вздумай использовать меня в качестве наживки при ловле женихов. Я этого не люблю.

После полудня встречали гостей. К удивлению Роберта, на посадочную площадку опустился не фермерский грузовичок, а скоростной двухместный воздухолёт. Из него вышли Барбара и Агата. «Мама в последний момент отказалась от визита, сославшись на занятость. Но она ждёт Вас в гости в любое время, Господин!» – поздоровавшись, подчёркнуто официально пояснила дочь Беатрис. Гостьи обменялись любопытствующими взглядами с улыбающейся хозяйкой Башни, что-то пробурчали себе под нос, но не решились озвучивать свои мысли прилюдно.

Перед обедом купались вчетвером. Самой нерешительной и стыдливой оказалась Барби. После пары минут препирательств и шуточек Роберту пришлось стащить с неё одежду и затолкать барышню в воду. Впрочем, Барбара, пусть и надувала щёки, и краснела, но осталась довольна повышенным вниманием Хозяина к своей персоне.

К обеду у всех разыгрался аппетит. Утолив его, Алиса предложила насытившимся гостьям экскурсию по Башне. Она показала девушкам большинство помещений здания, за исключением личных покоев хозяина и обсерватории. Роберт составил компанию дамам и поймал себя на том, что осматривает Башню новым, хозяйским взглядом.

Не дожидаясь ужина, Агата засобиралась домой. Но прежде она поговорила с Бобом тет-а-тет.

– Не волнуйтесь, Господин Посол, приставать не буду! – хихикнула девушка, но сразу перешла на серьёзный лад: – Я очень рада, что ты стал хозяином знаменитой в наших краях Башни Роберта. Мы регулярно пользуемся грузовым терминалом, входящим в систему твоих новых владений, отправляем в город продукцию фермы, получаем закупленное оборудование. При каждом удобном случае будем рады привезти тебе что-нибудь вкусненькое. Я бы с удовольствием погостила у тебя подольше, но сейчас на ферме много работы, нужно помочь маме.

– Она вроде бы планировала выбраться сюда, – с сомнением взглянул на девушку Боб.

– Честно говоря, я не знаю, почему она передумала, – пожала плечами Агата. – После твоего визита мама стала какой-то… неспокойной и задумчивой... Будет хорошо, если ты посетишь нас снова, пообщаешься с ней. Она ждёт тебя, это точно. И я… жду, конечно! Не знаю, как поступила бы, предложи ты мне работу в Башне. И хочется, и колется... У меня высшее сельскохозяйственное образование. Мама называет меня наследницей нашей фермы. Там мой дом, моя жизнь... Но это не помешает нам общаться время от времени, правда?

Разговор с гостьей, вскоре покинувшей Башню, погрузил Роберта в состояние задумчивости. Барби с Алисой не стали его беспокоить. После ужина между ними завязалась приватная беседа на животрепещущую тему.

– Господин ещё не спускался с тобой к Жрецам Тьмы? – не разобравшись в тонкостях взаимоотношений, Барбара задала неожиданный вопрос.

– Зачем это? – заволновалась Алиса.

– На твоей изящной шейке будет красиво смотреться ошейник рабыни, – пожала плечами Барби.

– А колечко жены Посла Мирового Совета на моём безымянном пальчике будет смотреться ещё лучше! – дерзко парировала Элис.

– Эй-эй! – возмутилась дочь Премьер-министра Южного континента. – Я тоже такое хочу!.. И вообще, речь не об украшениях и опознавательных знаках. Неплохо бы уравнять нас с тобой в правах и обязанностях, подружка! Я полезнее Господину в подземельях, ты – на поверхности Обители. Но, в отличие от офицеров из Министерства Безопасности, например, мы с тобой входим в ныне создаваемый ближний круг Господина и должны иметь равные права.

– Ближний круг? – задумалась Алиса. – Роберт контролирует, воспитывает, обучает и оберегает свою рабыню – дочь Премьер-министра Южного континента?.. Я и не сомневалась в этом. А теперь он не сможет игнорировать и хозяйку своей Башни на поверхности Обители?

– Господин не станет приближать к себе постороннего человека, – рассудительно поясняла Барбара. – Разумеется, опыт жизни на поверхности и в Башне Роберта, в частности, а также твои знания имеют большое значение. Но, как я вижу, ты привлекла Господина не только своим интеллектом... Тебе хорошо с ним?

– Хорошо... Но мне... Я… не делила с ним постель… ещё, – вырвавшееся слово вогнало Алису в краску, и она принялась оправдываться: – Я не знаю, как всё сложится... Вообще-то у меня есть Кевин – сын Жреца Света, живущий в Башне своего отца, в пятидесяти километрах на восток по побережью.

– Твой парень? – скептически отозвалась Барби. – Ты его любишь?

– Я к нему… привыкла, – нахмурилась Элис. – У тебя наверняка имеются симпатичные поклонники...

– Да, я тоже не сохранила свою невинность для Господина, – неожиданно отреагировала Барбара, – но вовремя одумалась и сделала выбор. И не думай, что радость жизни пришла ко мне легко и просто. По воле судьбы я прошла обряд на алтаре Тьмы... Он стал… единственным выходом из создавшегося положения!

– Почему?! – изумилась Алиса.

– Иначе мне бы не позволили остаться с Робертом надолго, а то и вовсе разлучили с ним навсегда, – прямо ответила Барби.

– Вот как? – задумалась Элис. – Не думала, что ты – столь решительная женщина...

– Зато теперь я с удовольствием помогаю Послу Мирового Совета, путешествую с ним по всему миру, – пожала плечами Барбара. – Ему доступно не только погружение в тёмные глубины. Даже допуск близких людей на поверхность Обители отныне регламентирует он сам. Возможно, в свободное от работы время, Господин позволит мне жить здесь, в Башне Роберта...

– Ты считаешь, что и мне доступно всё это? – растерялась Алиса. – Конечно, я хотела бы познакомиться с нашей планетой во всём её многообразии.

– Почему нет? – с любопытством взглянула на неё Барби. – Пусть ты и дочь Жреца Света, но от некоторых знаков Тьмы, по-моему, отказываться не станешь. Уж если в нашей жизни появился столь диковинный Господин, женщины его гарема могут быть одновременно рабынями Тьмы и жёнами Света. Твой парень вряд ли выдержит конкуренцию... Как ты думаешь, подруга?

– Возможно, ты и права... – сдвинув брови, ответила Элис. – Честно говоря, я и не задумывалась ни о каких гаремах... С другой стороны, даже став первой женой Жреца Света, нельзя быть уверенной в том, что со временем в его Башне не появится десяток конкуренток. Стать рабыней Роберта гораздо реальнее, чем его женой, не правда ли, Барбара?

– Ты не права, Элис! – возразила она. – Просто Господин не торопится с женитьбой. Его первой женой, матерью его первого ребёнка должна стать особенная женщина. Даже я не знаю, кто бы это мог быть?

– Поживём-увидим! – заулыбалась Алиса. – В уставе Жрецов Света детально прописан обряд обретения жены. Как говорил мой папа: сложно только в первый раз, дальше идёт, как по маслу... Может и до нас с тобой, Барбара, очередь дойдёт... Ещё вчера я и не задумывалась о подобном развитии событий, но жизнь меняется столь стремительно и радикально... На самом деле, мне дорога свобода. Я привыкла жить по-своему, встречаться и общаться с теми, кто вызывает во мне интерес и приязнь. Ещё вчера знакомство с Робертом можно было принять за новый вызов или… неожиданное легкомысленное приключение. Сегодня я засомневалась, а завтра… может случиться так, что Роберт поведёт меня на алтарь Тьмы, и… хозяйка Башни не станет долго упираться... Нет, я, правда, произнесла это вслух?!

Элис удивительно легко приняла новую реальность своей жизни. Роберту показалось, что и внезапное взаимопонимание с новым хозяином Башни воспринималась ею, как глоток свежего воздуха, необходимый и долгожданный. Алиса не считала себя легкомысленным человеком, но в неожиданной ситуации целиком положилась на интуицию и ничуть об этом не жалела. Впервые после смерти отца в её жизни появился человек, с которым Элис могла говорить обо всём на свете или почти обо всём... Боб ощущал в ней ещё нераскрытые тайны...

Перед Барбарой Роберт чувствовал вину несмотря на то, что она держалась молодцом. Знакомясь с поверхностью Обители в компании Марты и Юлии, а затем, общаясь на ферме с Беатрис и Агатой, Барби скучала по Роберту, и он чувствовал это. Сейчас, оказавшись в спальне хозяина Башни, она наслаждалась возможностью побыть с Бобом наедине и, всё-таки, не удержалась от колкости в духе дипломатического бомонда: «Признаться, я не ожидала, что у Посла Мирового Совета окажется столь широкий круг поклонниц. Бедной рабыне остаётся только уповать на благосклонность Господина». Скрывая своё замешательство от поднятой Барбарой темы, Роберт уткнулся губами в её шелковистые волосы и крепко прижал женщину к себе... Удивляясь, как быстро Боб избавил её от одежды и уложил в хозяйскую постель, Барби примирительно зашептала: «Я чувствовала, что ты не забываешь обо мне. Пожалуйста, не оставляй меня надолго, а сейчас... Приласкай свою послушную девочку, свою рабыню, свою вечную невесту». Уговаривать Роберта не пришлось. Он пылко ласкал изящное и упругое тело желанной и жаждущей его женщины... Пожалуй, даже излишне пылко. Боб понял это только в ту минуту, когда стоны Барбары превратились в крик.

– Барби! Малышка! Я причинил тебе боль? – вскрикнул он. – Прости своего глупого, неуклюжего медведя!

– Ты – чудо, мой Роби! – выдохнула она, выскользнув из его объятий и тут же забравшись на Роберта сверху. – Боль?.. Нет, всё-таки, это больше похоже на особенное наслаждение... Но ты даже не добрался до его вершины из-за своей крикливой рабыни! Сейчас мы это исправим... А когда-нибудь, я верю, мы порадуем моего папу чудесным внуком или внучкой... Но не задумывайся сейчас об этом, я никуда не тороплюсь и умею ждать...

Долгие утренние переговоры по видеосвязи принесли желаемые плоды. Запланированная Робертом операция выходила на финишную прямую. Завтра ему предстояло спуститься в подземный городок «Скалистый Берег», а сегодня в Башню Роберта внезапно пожаловал парень её хозяйки. Кевин появился на побережье крайне не вовремя. Элис и Боб едва успели одеться после утреннего заплыва. Невысокий и утончённый, светловолосый красавчик не приглянулся новому хозяину Башни. От рождения прожив двадцать восемь лет под лучами Светила, Кевин не выглядел эталоном мужской стати и богатырского здоровья. Зато апломба в его речи оказалось, хоть отбавляй:

– Вы и есть, как я понимаю – незваный гость поверхности Обители, по странному стечению обстоятельств ставший временным хозяином Башни Роберта? Предположим, права на Башню Вы получили законно, но Элис не станет Вашей собственностью. Оставьте мою девушку в покое!

– Разумеется, я отпущу Алису на все четыре стороны, – заулыбался Боб, – как только она попросит меня об этом сама. А Вас, голубчик, не научили вежливости, как я посмотрю. Впрочем, о проблемах воспитания лучше поговорить с Вашим отцом. Что же касается претензий на Элис, то... Не желаете сойтись в рукопашном поединке? Победа, как минимум, принесёт Вам возможность беспрепятственно посещать Башню Роберта и встречаться с Алисой без моего разрешения.

– Да как Вы смеете диктовать мне свои условия! – побагровело лицо Кевина. – Кем бы Вас не назначил Мировой Совет, мы не позволим указывать сыну Жреца и его девушке...

– Так ты готов драться за меня, милый, или нет? – перебила его Элис. – Если тебя не устраивает размер вознаграждения за победу, то я добавлю к нему своё тело. Победитель получает всё!

– Да как ты... – воскликнул красавчик и осёкся. – Сейчас я отделаю этого твоего Посла! Вертикальные зрачки выдают в нём жителя подземелий, а они никогда не отличались силой и здоровьем...

Кевин ошибался. В подземных городах Обители жили самые разные люди. Одни уповали на интеллектуальное развитие и не слишком заботились о своём здоровье. Другие, напротив, постоянно тренировались и участвовали в спортивных соревнованиях, недавно вошедших в моду и официально разрешённых Мировым Советом. Роберт избрал для себя золотую середину. Работа и далёкие от спорта увлечения не мешали ему регулярно посещать бассейн и физкультурно-оздоровительный зал. Кроме того, ещё со школьных времён они с Ершом и другими приятелями время от времени устраивали дружеские спарринги.

Но главное преимущество Боба над парнем Алисы заключалось в уверенности в себе. Вызывающее поведение Кевина рассердило Роберта и подняло его боевой дух, оставляя холодным разум зрелого мужчины. Проваливая яростные, но неподготовленные атаки соперника, Боб отвечал болезненными ударами по корпусу. Некоторое время красавчик Кевин демонстрировал выносливость, но отчаявшись разбить физиономию противника, начал сдавать. Роберт завершил поединок двумя внушительными ударами в печень и солнечное сплетение. Повалившемуся на бок Кевину оставалось только прохрипеть: «Сдаюсь». Боб пожал плечами и обратился к девушке: «Забирай своего парня, Алиса! Извини, если что не так».

Элис глубоко вздохнула, помогла поверженному красавчику подняться на ноги и добраться до пристани, там перепоручила его своей сестре Зое, а сама быстро вернулась в Башню. Роберта она нашла в кабинете. Разговаривать на личные темы он был не расположен, но Алисе удалось оторвать Посла от дел на несколько минут.

– Вы специально не били Кевина по лицу, Господин? – сощурив свои серые глаза, поинтересовалась она.

– Естественно, – сухо ответил Боб. – Зачем же портить такую красоту? Ты бы расстроилась, а мне это неприятно.

– Образец высокой дипломатии? – нахмурилась Элис и напомнила: – Приз победителя достался Вам, Господин Роберт. Если не желаете получить его немедленно, я подожду до вечера. Возможно, моё тело не слишком привлекает Ваше Превосходительство, но ещё одна тайна хранительницы Башни Роберта заинтересует наверняка.

– Сколько их у тебя? – буркнул Боб.

– Последняя, сокровенная, – тихо ответила Алиса. – У меня не останется секретов от Вас... И тогда я вздохну полной грудью.

К удивлению хозяина Башни, после захода Светила Элис повела его не в какой-нибудь уютный закуток, а в обсерваторию.

– Была бы моя воля, заходил бы сюда каждый день, – с чувством произнёс Роберт. – Но что же ты хочешь показать мне здесь сейчас, в кромешной тьме за окнами?

– О, это и есть моя самая большая тайна! – счастливо рассмеялась Алиса. Уверенными манипуляциями она извлекла из телескопа фильтры, привела его в рабочее положение, заглянула в окуляр, настроила максимальное увеличение изображения и пригласила Роберта: – Посмотрите сюда, Господин Посол Мирового Совета!

Боб наклонился к линзе и… замер. Через некоторое время он подался назад, протёр глаза, расположился поудобнее и снова приник к окуляру телескопа. Немая сцена продолжалась с десяток минут и закончилась безумным взглядом Роберта на Элис, чрезвычайно довольную произведённым эффектом.

– Что это, Алиса? – хрипло произнёс он.

– Звёзды, – улыбаясь, пожала плечами девушка.

– Что такое «звёзды»? – распахнул свои чёрные глаза Боб.

– Название придумал мой папа, – серые глаза Элис искрились от радости. – Звезда – раскалённое небесное тело, подобное нашему Светилу. Правда, звёзды находятся на невообразимо огромном расстоянии от нас. Они спрятаны во Тьме так далеко, что даже свет звёзд на чёрном небе невидим невооружённым глазом. Мой папа открыл их только благодаря мощным оптическим приборам.

– Но этих… звёзд много! – всё ещё не верил в удивительное открытие Роберт.

– Невероятно много! – с удовольствием подтвердила Алиса. – И они различны по размеру, по цвету, по силе свечения, по траектории движения, по расстоянию от нашей Обители и другим параметрам...

– Постой! – приходя в себя, выкрикнул Боб. – Твоя тайна заключается в том, что дочка продолжает дело своего отца, изучая не только Светило, но и эти самые… звёзды? Или о них вообще не знает никто?!

– Как я уже говорила Вам, другого, столь мощного оптического прибора на поверхности Обители не существует, а в телескопы малой мощности звёзды не рассмотреть, – счастливо улыбалась Элис. – Не исключено, что о своём открытии папа не рассказывал даже Верховному Жрецу Света. Отец Роберт считал, что удивительная информация может быть несвоевременна или превратно истолкована, даже если в существование звёзд поверят люди. О звёздах знал папа, знаю я, а теперь Вы, и никто более. Теперь, когда Вы приняли в свои руки Башню и доверились мне, я почувствовала, что новый Роберт должен знать всё.

– Почувствовала? – прищурился он. – А если нас подслушивают?

– Нет. Я проверяла, – неожиданно рассмеялась Алиса. – Когда мне позвонил Жрец Габриель и уведомил о приезде гостей, я не теряла время зря. Габриель никогда ничего от меня не требовал, ни о чём не просил и сейчас. Но, на всякий случай, я внимательно наблюдала за Мартой...

– Вот это хватка! С тобой я могу быть спокоен! – расхохотался Боб. – И ты ещё сомневаешься в том, кто достоин стать новый хозяйкой Башни Роберта?.. Всё-всё, мне пора немного успокоиться и переварить информацию...

Элис понятливо кивнула. Роберт сделал шаг в сторону лифта и… уткнулся взглядом в незамеченную им ранее копию картины Карла Чёрного на стене обсерватории. Авторская копия «Оазиса» в уменьшенном размере повторяла оригинал, увиденный Бобом в глубинах Южного континента, но имела небольшие расхождения с ним. Например, следов хижины за спинами сидящей у костра пары не оказалось, там виднелись только очертания пещеры. А ещё на этой копии были отлично прорисованы звёзды и лица... Роберт превратился в соляной столб. Только губы его шептали: «Художник не мог знать. Он предчувствовал». Алиса проследила за взглядом мужчины и через несколько секунд ахнула.

– А я не могла вспомнить, откуда мне знакомо твоё лицо? – не помня себя, заговорила она на «ты», ухватившись за мужское плечо. – Ты там – на полотне!

– Не я это... – замотал головой Боб. – Там изображён похожий на меня мужчина, мой далёкий предок, быть может...

– Нет, ты! – заспорила Элис. – Сам же сказал: художник предчувствовал! Жаль только, что у костра с тобой сижу не я! Но это не настолько важно, чтобы...

Роберт ожил, развернулся к Алисе, сжал её в объятьях и, потеряв самоконтроль, принялся целовать лоб, щёки, носик, губы девушки... Элис растерялась лишь на мгновенье и… ответила ему горячо и безрассудно... Боб опомнился и остановился только в тот момент, когда в его ладонях оказались маленькие и нежные груди обнажённой выше пояса девушки:

– Я… не напугал тебя, Алиса?

– Ох, я страшно перепугалась... – Элис повисла на шее Роберта. – Мне дурно... Скорее отнеси меня в постель... Пожалуйста!

Боб и представить себе не мог, какая нежная и ласковая девочка досталась ему в наследство от прежнего хозяина Башни Роберта... Часом позднее он разливал по изящным фужерам местное игристое вино и, передавая девушке её бокал, заговорил:

– Ну, раз уж мы перешли на «ты», не грех выпить брудершафт!

– Что мы сделали?! – состроила уморительную физиономию Алиса.

– Ну... Я не знаю, – пожал плечами Роберт. – Может быть, выпьем и пойдём купаться в проливе?

– Ох, нет, мой Господин! Сейчас я не готова идти вообще никуда... Кстати, мы тут поболтали с Барби, и оказалось, что не я одна досталась тебе не девочкой. И тебе только предстоит испытывать меня на прочность и упругость, правда? Вдруг найдёшь что-нибудь, сбережённое для тебя лично?.. Сегодня ты так… утомил маленькую хозяйку Башни Роберта, а завтра тяжёлый день... Мне следует хорошенько выспаться… на твоей груди.

Уснули они одновременно, как убитые. Утром проснулись один за другим, но долго не могли подняться с постели. То руками зацепятся, то ногами... Барбара не решилась их расплетать.

Пространство (размышления Роберта)

Человечество категорически ошибалось!.. Или кто-то давно знал и скрывал, как папа Алисы?.. Звёзды!.. Не безжизненная тьма вокруг, а огромные пространства, где в невообразимой дали существуют другие миры. Там, быть может, живут наши братья по разуму... Мы не одиноки! Как же это… прекрасно! Я словно заново родился после этого открытия!

Интересно, что произойдёт, когда рано или поздно о существовании звёзд узнают все люди Обители? Будут ли они радоваться вместе со мной? Однажды Ёрш упомянул о том, что половина жителей Белокаменной никогда не покидала столицу Северо-Восточного континента! Ему вторит София, рассказывая о незнакомой мне болезни – боязни открытых пространств. Она признавалась, что и сама иногда испытывает некоторые симптомы, беспокоящие её психику. Соню-то я, несомненно, излечу от подобных глупостей. А многих других людей? Их нисколько не обрадует подобное расширение горизонтов.

Так за кого же я радуюсь? Только за себя? Нет, и ещё раз нет! Я не одинок. Близкие люди, друзья и незнакомые мне личности, стремящиеся к познанию мира, разделят мой восторг! А ещё я радуюсь за своих, ещё не рождённых детей, за будущие поколения людей. Они выйдут на поверхность Обители, поспособствуют её расцвету и, быть может, устремятся в космос, к звёздам. Гигантские расстояния не испугают тех, кто стремится приблизиться к неизведанному звёздному пространству, к новым открытиям, к иному разуму, возможно, ищущему встречи с нами.

Глава 17. Соревнование

Глава 17. Соревнование

В полдень, взяв с собою Барбару, Роберт отправился в подземный город «Скалистый Берег». Вход в расконсервированный за последние дни, скоростной лифт контролировали девушки спортивного сложения из подразделения охраны объектов поверхности Обители, представляющих особую важность. Неожиданно для Боба, они с улыбками открыли перед ним двери лифта и произнесли в унисон: «Здравия желаем, Ваше Превосходительство!»

Путь Роберта лежал в заведение под названием «Морской волк», находившиеся в десяти минутах ходьбы от центра города. Прогуливаясь по улицам Скалистого Берега пешком, под руку с Барби, Боб с интересом рассматривал незнакомый ему населённый пункт. С юных лет Роберт привык обращать внимание на детали. Он отлично знал, как они могут пригодиться в дальнейшем.

На первый взгляд «Морской волк» походил на недорогую закусочную, оформленную в соответствии с названием. За стойкой бара стоял высокий и крепкий мужчина преклонного возраста.

– Добро пожаловать, молодые люди! – воскликнул он, увидев на пороге хорошо, но неброско одетую пару. – Обеденное время ещё не наступило, но я могу предложить вам сосиски, сэндвичи и свежее пиво.

– Добрый день! Вам передавала привет Алиса, – произнёс Роберт кодовое слово.

– Ах, вот вы кто, – переменился в лице хозяин заведения. – Рад вас видеть! Следуйте за мной.

Он открыл дверь, расположенную за стойкой, и предложил гостям пройти внутрь. Небольшая прихожая, лестница на второй этаж, и гости оказались в новой реальности. Эффектный коридор с тонко подобранной живописью на стенах, изящно обставленные номера, отдельные апартаменты для особо важных гостей, где особенно выделялась гостиная, оформленная с безупречным вкусом. Одетая в пикантный наряд, вышколенная официантка немедленно подала гостям прохладительные напитки.

– Друзья дочери моего покойного друга – мои друзья! – заговорил хозяин заведения, предлагая гостям удобно расположиться в гостиной.

– Благодарю за гостеприимство, Давид! – ответил Боб. – Меня зовут Роберт, мою спутницу – Барбара. Мы искренне рады знакомству с Вами!

– Взаимно! – широко улыбнулся хозяин. – Итак, Вы Роберт – тёзка покинувшего нас, моего доброго друга. Приятное совпадение! А как поживает Элис?

– У Алисы всё хорошо, – успокоил его гость. – Обещаю, что в следующий раз загляну к Вам в её компании.

– Шутите? Нет? – обрадовался Давид. – Встреча с ней станет чудесным подарком для старого морского волка... Вы голодны, дорогие друзья?

– Ещё нет, но давайте обсудим наши планы, – Посол Мирового Совета перешёл на деловой лад. – Весь второй этаж Вашего заведения забронирован на трое суток, верно? Оплата последует незамедлительно. Мы ждём гостей. Через час здесь появится моя помощница по безопасности. В семь часов вечера к нам на разговор пожалует мэр города собственной персоной...

– Мэр?! – всполошился хозяин заведения. – Я сейчас же иду на кухню, наши повара отлично знают своё дело, но времени в обрез...

– Постойте, Давид! – задержал его Боб. – Кормить мэра не следует. Он и без того страдает ожирением, насколько мне известно. К его прибытию приготовьте, пожалуйста, кофе, чай с печеньем и, ладно уж, бутылку хорошего коньяка.

– Без проблем, – пожал плечами морской волк и тут его осенило: – А не тот ли Вы Роберт, о котором плодятся слухи в средствах массовой информации?.. Я не ошибаюсь, Ваше Превосходительство?!

– Друзья хвостами не меряются, Давид! – изрёк гость заведения.

– Верно, – захохотал хозяин.

– Самая важная встреча ждёт нас завтра в полдень! – кивнул ему Боб. – Но и тогда разносолы не понадобятся. Имена визитёров ничего Вам не скажут, а обсудить детали мы ещё успеем... Ну и, наконец, если всё пройдёт по плану, то после отъезда гостей, мы отужинаем по полной программе, надеюсь, с Вами и… с ромом.

– О, Вы знаете, как подружиться со старым морским волком, Роберт! – развёл руками Давид.

Личный секретарь Посла Мирового Совета, его помощница по безопасности Симона Вагнер заметно радовалась новой встрече с шефом, но не забыла тщательно проверить помещения на предмет прослушивания и заняла место охранника на выходе из апартаментов. Разговор с мэром Скалистого Берега вышел неторопливым и простым. Тучный пожилой мужчина страшно нервничал в обществе Посла Мирового Совета и дочери Премьер-министра Южного континента, обещал содействие в любых начинаниях влиятельных политических особ и клялся им в вечной преданности. А стоило Бобу заговорить о некоторых проблемах города, подсмотренных им во время прогулки, и выразить желание помочь с их разрешением, мэр оказался покорён Робертом раз и навсегда.

К визиту Инспекторов межконтинентального транспорта Северо-Западного и Южного континентов, вызванных сюда, в глубинку по каналам Министерства Безопасности, Боб готовился серьёзно и загодя. Инспекторы Стэнли Смит и Бу Бенсон плохо представляли себе, с кем имеют дело, и демонстрировали весьма легкомысленный настрой. По крайней мере, на спутницу молодого коллеги они косились с не слишком вежливыми улыбочками. Впрочем, о новом, высоком чине Роберта они оказались осведомлены и приветствовали его с юбилейными улыбками: «Здравствуйте, Ваше Превосходительство! Рады знакомству, Господин Посол Мирового Совета!» Однако Боб быстро увёл разговор в деловое русло.

– Думаю, уважаемые господа понимают, что я назначил встречу не для того, чтобы хвастаться своими достижениями. Поговорим о буднях Инспекторов, напрямую подчинённых Мировому Совету. На мой взгляд, нынешняя система перекрёстных проверок нуждается в корректировке. Цель инспекторской службы ясна – надёжность и безопасность межконтинентального сообщения. Но значит ли это, что самый эффективный способ её достижения – мелкие провокации, устраиваемые Инспекторами на сопредельных территориях?

– Такова давняя традиция! – криво улыбнулся Бу Бенсон, Инспектор от Южного континента.

– Так называемой традиции не более десятка лет, – усмехнулся Боб. – Вы затеяли дурацкую игру, организовывая мелкие происшествия, сбои в транспортной системе оппонентов. Как результат – травмы пассажиров, задержки рейсов и серьёзные суммы бюджетных средств, потраченные на ремонт и компенсации. О безопасности и надёжности движения вы давно забыли. Мой уважаемый предшественник играл по вашим правилам, а я не хочу.

– Вы просто не умеете, Господин Посол! – фыркнул Стэнли Смит, Инспектор от Северо-Запада. – Наши «игры» позволяют выявлять незащищённые точки системы.

– Милые шалости за деньги налогоплательщиков и Мирового Совета? – с иронией поинтересовался Роби.

– Да, хоть бы и так, – со злостью ответил Смит. – Вы и этого не в состоянии сделать, Господин выскочка!

– Мои способности легко проверить, – пожал плечами Роберт.

– Отличная идея! – повеселел Бенсон. – Недели на подготовку Вам хватит? Если одержите победу, мы выслушаем Ваши предложения. Идёт?

– Согласен, – кивнул Боб. – Но соревнование мы устроим не через неделю, а прямо сейчас.

Инспекторы уставились на него, как на умалишённого, а Роберт взял в руки свой коммуникатор. Через минуту он поднял взгляд на оппонентов, допил остывший кофе и произнёс с олимпийским спокойствием: «Через десять минут остановится движение на трёх направлениях капсульного движения Северо-Запада и трёх трассах на Южном континенте. Никто не пострадает, ни один узел системы не придётся восстанавливать, потому что ещё через пять минут движение возобновится... У Вас есть ещё несколько минут, чтобы предотвратить происшествие». Два Инспектора с перекошенными лицами схватились за свои телефоны, звонили кому-то, посылали сообщения. Десять минут пролетели для них, как одно мгновение... На мобильные устройства связи Смита и Бенсона полетели ответные послания. Инспекторы переглянулись и принялись браниться вполголоса. Ещё через пять минут входящие звонки зазвучали уже на трёх коммуникаторах...

– Похоже, Вы умеете пользоваться эффектом неожиданности, но наша внезапная игра сегодня закончилась вничью, – криво усмехнулся Стэнли. – На наших континентах движение возобновилось, а у Вашего Превосходительства, похоже, начинаются серьёзные проблемы.

– Да-да, некоторые неприятности имеются, – равнодушно кивнул Роберт. – В ваших краях движение возобновилось через пять минут после отключения, как я и обещал заранее. Пресечь мои действия вы не смогли и не придумали ничего лучшего, чем пойти в контратаку. Но вот незадача, на Северо-Востоке… задержаны два ваших диверсанта. В Белокаменной и в Урюпинске, если быть точным. Кроме того, пара мелких осведомителей пришла сдаваться властям ещё два часа тому назад. Не желая нести наказание за чужие проделки, они уже передали информацию о ваших тщательно законспирированных агентах, действующих под псевдонимами «Луи» и «Равшан». Вы хорошо знакомы с ними? Нет? Зато они вас отлично знают, как оказалось.

– Что Вы от нас хотите? – не выдержал Бенсон.

– Теперь уже ничего, – вздохнул Боб. – Хотел предложить сотрудничество, но слишком сложно говорить с людьми, которые слышит только себя... Вы заигрались, уважаемые Господа, потеряли ощущение реальности, устарели морально и физически. Я вас не держу, но вряд ли вам позволят беспрепятственно покинуть Северо-Восточный континент. Готовьтесь к допросу в Министерстве Безопасности, звоните адвокатам... Не мне судить вас, а если захотите поболтать на досуге – номер моего телефона вам известен...

– Но служба Инспекторов будет обезглавлена, – неожиданно тонким голосом произнёс Смит.

– По моим данным, Мировой Совет иного мнения... – не согласился с ним Роберт.

Бенсону хватило ума позвонить в Министерство Безопасности Северо-Восточного континента, сообщить свои координаты и заявить о явке с повинной. Смит, кажется, разозлился на своего приятеля, но смолчал, сделал звонок в Мировой Совет и… не решился пуститься в бега...

Впавшая в ступор Барбара пришла в себя только за ужином после второй рюмки рома. Вскоре она сильно опьянела, и Роберт отнёс её в спальню. Хозяин заведения Давид пребывал в благостном настроении. Он пришёл на ужин со своей подругой и в отсутствие Барби многословно рекламировал её многочисленные достоинства. Женщина смущалась, но смотрела на Роберта с интересом. Не добившись никакого эффекта, хозяин «Морского волка» подсадил к гостю хорошенькую официантку. Однако Боб не испытывал нужды в красивых и обаятельных, но чужих ему женщинах.

– Давид! – воскликнул он после брудершафта со «старым морским волком». – А ты на самом деле служил капитаном парусника Жреца Роберта?

– О, да! Двадцать пять лет мы ходили под парусами «Фараона» по морям и океанам, – гордо ответил бывший моряк.

– А сейчас смог бы? – заинтересовался Боб.

– Мастерство не пропьёшь! – ухмыльнулся хозяин заведения. – Только кто же меня теперь пустит на поверхность?

– Я... – пожал плечами Посол Мирового Совета по особым поручениям.

– Ты? Ты… не шути так... – по щекам Давида потекли слёзы.

– А я и не шучу, – уверенно кивнул Роберт. – Через неделю выйдем в море...

Весь этот долгий день капитан Симона Вагнер несла свою незаметную службу и даже ужинала впопыхах. Глубокой ночью, проводив Давида с его женщинами, Боб подозвал её к себе.

– Ты не переусердствовала с безопасностью, Сима? – заговорил он, усадив Симону рядом с собой на диван.

– Нисколько, Мастер! – с готовностью принялась рапортовать она. – Незнакомое место, непроверенные люди... В отсутствие Степана я обязана отвечать за Вашу безопасность, согласно должностной инструкции.

– Ты и спать будешь под дверью? – скептически взглянул на неё Боб.

– К сожалению, вызванная мной после осмотра объекта, охрана по линии Министерства Безопасности прибыла только два часа тому назад, – продолжала доклад Симона, – но теперь...

– Можно отдохнуть, – закончил за неё Роберт. Он обнял женщину и задал неожиданный вопрос: – А ты тоже хотела бы пополнить ряды моего гарема, Сима?

– Гарем?.. А это не очень больно? – наконец-то расслабилась и заулыбалась она. – Вы сами знаете ответ на свой вопрос, Мастер.

– Я знаю, что ты засиживаешься в офисе допоздна, а иной раз остаёшься там ночевать, – покачал головой Боб. – Почему?

– После того, как я начала работать в Вашей команде... – Симона задумалась и перешла на «ты»: – Дома я не справляюсь с одиночеством! В твоей квартире, конечно, веселее, но и там тебя не хватает.

– Понял, – глубоко вздохнул Роберт. – Что-нибудь придумаем...

– Ты до сих пор не убедился в моей лояльности? – капитан Вагнер грустно посмотрела на мужчину.

– В твоей лояльности сомнений не возникает, ни у Посла Мирового Совета, ни у руководства Министерства Безопасности, – бесстрастно произнёс он.

– Роберт! – отчаянно вскрикнула Симона. – Я, Стёпа и подполковник Кремень приказом по Министерству переведены на работу в Представительство Посла Мирового Совета по особым поручениям. Мы подчиняемся только Вам!

– Сима, не шути со мной! – строго взглянул на неё Боб. – Ты – офицер Службы Безопасности Северо-Восточного континента.

– Вы хотите сказать, что в случае конфликта интересов... – понурив голову, медленно проговорила она.

– Умная девочка! – Роберт улыбнулся, взял со стола и опустошил застоявшуюся там рюмку рома.

– Да, высокие чиновники Министерства с улыбками расспрашивают меня, как работается секретарём у приобретающей известность, важной персоны. Я отшучиваюсь в ответ. И всё! Никакой ценной информации они от меня не получили и не получат, – горячась, говорила Симона. – Я только с тобой... Хочешь, уволюсь из Министерства?

– Хочу, – улыбнулся Боб.

– Решено! – выпалила Сима.

– Не торопись, дурочка, – обнял её и тихо рассмеялся Роберт. – Пойдём спать, утро вечера мудренее...

На следующий день Роберту до головокружения захотелось вернуться на поверхность Обители. Владелец Башни мог себе это позволить, Посол Мирового Совета – нет. Он отправил Барбару в Башню Роберта и, попрощавшись с Давидом, отбыл в Белокаменную с личным секретарём.

Домой Боб зашёл только для того, чтобы принять душ и переодеться. Дори радостно поделилась с ним свежими новостями и напоила кофе. Больше никого в квартире не оказалось.

Зато в офисе Посла Мирового Совета по особым поручениям бурлила жизнь. Прошмыгнув мимо Лоли, разговаривающей в приёмной с посетителем, Роберт ввалился в кабинет Софии. Она негромко обсуждала хозяйственные вопросы с подполковником Кремнем. Боб сходу принялся благодарить его за содействие в отлично проведённой накануне операции... Суровый Кремень непривычно размяк. Через пару минут он покинул кабинет со словами: «Когда появится возможность, пожалуйста, зайдите ко мне ненадолго, Ваше Превосходительство!»

Оставшаяся в приёмной капитан Симона Вагнер не помешала Роберту прижать к себе Софию так, что она расчувствовалась и обмякла в его объятьях...

– Спасибо тебе, Соня! – искренне поблагодарил её Боб. – Я знал, что ты справишься с офисом, но ты превзошла все мои ожидания.

– Не заставляйте меня краснеть, Ваше Превосходительство! – смутилась она. – Я очень рада тебя видеть, Бобби!.. Новостей много. Мировой Совет принял на обсуждение твой план реформирования Службы Инспекторов межконтинентального транспорта. Судя по первой реакции на вчерашние происшествия, там примут правильное решение... Руководство нашего Министерства Безопасности ждёт твоего возвращения, но это не срочно. По-моему, Волк с Подгорным наслаждаются общением с задержанными Инспекторами Смитом и Бенсоном... Тебя приглашают в гости Жрецы Тьмы, очень настойчиво приглашают. Думаю, их инициативу не следует игнорировать. Кстати, туда можно взять с собой Лоли.

– С ней всё так плохо? – нахмурился Боб.

– Нет. Но с ней нужно что-то решать. Предполагаю, что в глубине подземелий ты поймёшь – вернуть ли Лоли Жрецам или окончательно приблизить к себе. Другого выхода я не вижу. Наша Лоля слишком интересная персона для некоторых структур. Она многое знает. Её здесь не оставят в покое.

– Отдать Лольку чужим дядькам? – усмехнулся Роберт.

– Я знала, что ты так скажешь. Подумай неторопливо... А сейчас зайди к Толику. Ему не терпится излить на тебя свои положительные эмоции! – заулыбалась София.

Она оказалась права. Подполковник Кремень сидел в своей маленькой комнате за казённым письменным столом с каменным выражением лица. Но стоило на пороге появиться Роберту, старый служака решительно преобразился.

– Ваше Превосходительство! – он вскочил на ноги и немедленно выставил на стол серебряный поднос, где красовалась бутылка дорогого коньяка, две рюмки и блюдце с тонко нарезанными дольками лимона.

– Нет-нет, Анатолий, – несмотря на протесты хозяина кабинета, Боб расположился на гостевом стуле с противоположной стороны стола. – Наедине мы с Вами обращаемся друг к другу по именам.

– Роберт! – не без пафоса произнёс Кремень, наполняя рюмки. – Впервые увидев, я и представить себе не мог, как круто Вы перемените мою жизнь. Получив внеочередное и, честно говоря, нежданное звание вместе с переводом в Представительство Посла Мирового Совета, я задумался. Увидев здесь Софию, страшно обрадовался! По молодости я, грешным делом, был в неё влюблён. Да и сейчас… души в ней не чаю... Но стоило появиться приказу по Министерству, скажу прямо, засомневался. Подумал, что от меня хотят отделаться. Как же я ошибался!.. Несколько месяцев назад майор Кремень мечтал только о том, чтобы служить родному Министерству Безопасности верой и правдой до последнего дня. А нынче страшно рад переменам. Здесь, в Посольстве я будто помолодел! Мы вместе делаем такое... И всё во благо Мирового Совета, нашего континента и даже родного Министерства, как оказалось. Мне позвонил лично полковник Подгорный, поздравил с блистательно проведённой операцией и сообщил о представлении к правительственной награде! А теперь Вы... Роберт, я прекрасно понимаю, что основная заслуга в нашем успехе – Ваша, Софии, других толковых товарищей... Но ощущать себя частью такой команды – счастье!

– Я рад нашим общим достижениям. Рад и Вашим персональным успехам, Анатолий, – сжимая рюмку в руке, произнёс Боб, дождавшись паузы в торжественной речи Кремня. – И давайте уже выпьем – коньяк киснет!

Роберт намеревался спуститься к Жрецам Тьмы в ближайшие дни не только по совету Софии. Он чувствовал необходимость визита к ним. Но жизнь распорядилась иначе. Происшествие с Инспекторами имело продолжение. Бобу пришлось встречаться с руководством Министерства Безопасности, а затем и с властями Северо-Восточного континента. Дипломатические усилия дали положительный результат, для закрепления которого пришлось совершить короткий вояж на Северо-Запад, а затем на Южный континент. Итогом стало выступление Посла по особым поручениям на заседании Мирового Совета, принёсшего Роберту известность и серьёзный вес в политических кругах. Одним из результатов его усилий оказалось формирование транспортного отдела Мирового Совета, структура которого не позволяла нерадивым Инспекторам, удовлетворяя собственные амбиции, ставить под угрозу безопасность движения, а главное – здоровье пассажиров. Дипломатическая работа Роберта имела и другие, гораздо более масштабные цели, но для их достижения требовалось время.

Глава 18. Родня

Глава 18. Родня

Вернувшись в Белокаменную столицу Северо-Востока, Боб наконец-то спустился к Жрецам Тьмы, захватив с собой Лоли. По предварительной договорённости его ждал к ужину уполномоченный представитель тёмного сообщества – Отец Абрам. Общение с ним с первых минут получило странную, таинственную подоплёку. Чего стоил хотя бы внешний вид Жреца. Помимо сдвинутого к бровям капюшона его чёрной накидки, на лице Абрама красовались стильные затемнённые очки. Впрочем, это нисколько не мешало вкусному ужину и деловому разговору. Например, Боб узнал о многолетних контактах тёмного сообщества и светлой братии в вопросах науки, технологий, производства современной техники. Различия в верованиях, философии, жизненной позиции религиозных антагонистов в последние десятилетия не приводили к серьёзным конфликтам и не мешали взаимовыгодному сотрудничеству в некоторых сферах жизни. Разумеется, для Роберта уже не были секретом потрясающие открытия Жрецов Света в области естественных наук и прорывные технологии, разработанные Жрецами Тьмы. Однако в изложении Отца Абрама даже известные Бобу истории представлялись более точными, объёмными, вкусными. Ближе к ночи Жрец убедился, что гости не спешат его покидать, и предложил им комфортные условия для ночлега. По интонации общения Роберт почувствовал, что вечерний разговор не окончен, а Отец Абрам желает остаться с ним наедине.

Укладывая спать Лоли, Боб пытался успокоить разволновавшуюся девушку:

– Всё хорошо, малышка! Тебя никто не обидит. Спи спокойно. Я скоро приду.

– Честно? Вы не откажитесь от меня, не оставите здесь одну, Мастер? – негромко, но эмоционально восклицала она. – Конечно, я не совсем малышка, потерплю... Будьте осторожны с Отцом Абрамом. Дело даже не в том, что он скрывает свою истинную внешность... От него исходит что-то странное. Какая-то особая аура...

– Я помню о том, что ты – талантливый психолог, Лоли, – Боб с улыбкой погладил чёрные волосы и поцеловал щёки девушки, по самую шею укрывшейся одеялом на широкой постели, – а оказалось, что тебе близки и оккультные науки тоже...

Жрец Тьмы ожидал Роберта с чашкой кофе в руках и заговорил, как только тот вернулся за стол:

– В общих чертах, мне известна история Лоли. Вы решили возвратить девушку сообществу Жрецов Тьмы?

– Возвратить сообществу? – переспросил Боб. – Что Вы под этим подразумеваете, Отец Абрам?

– Я вижу, что Вы заботитесь о Лоли, но сомневаетесь, и в ней, и в себе. Могу Вас успокоить. Зная о бдительности Посла Мирового Совета и его внимательным отношении к деталям, Отец Фарид категорически запретил использование девушки в качестве шпиона. Да мы бы и не позволили никому поступать столь нарочито и неосмотрительно. Наше с Вами взаимное доверие стоит гораздо дороже...

– Рад это слышать, Отец Абрам, – задумчиво произнёс Боб. – А как бы Вы поступили с Лоли на моём месте?

– Не думаю, что Вы захотите избавиться от неё. Конечно, можно оставить девушку здесь в качестве Вашего доверенного лица, например. Вероятно, я мог бы решить вопрос подобным образом и… совершил бы ошибку, – неожиданно ответил Абрам. – Разумеется, здесь Лоли будет в безопасности, но... При таком решении проблемы Вы будете думать о том, что поступили с девушкой несправедливо, лишили её свободы. Сблизьтесь с ней, Роберт. Оставьте Лоли при себе. Уверившись в своём безбедном будущем, она не даст Вам повода для беспокойства и сожаления.

– Совет Жреца Тьмы или… отца? – негромко, но отчётливо произнёс Боб. Его собеседник сильно вздрогнул и после паузы ответил глухо и односложно:

– Отца...

– Что же... – медленно прокашлявшись, Роберт справился со спазмом в глотке. – Здравствуй, папа!

Абрам опустил голову, неторопливо, словно сомневаясь в себе, снял затемнённые очки, а затем… решительно скинул с головы капюшон и поднял взгляд на Роберта: «Здравствуй, сын!» Они молчали и смотрели друг другу в глаза... Первым не выдержал и отвёл взгляд Абрам. «Отец, я знаю, что служители культа Тьмы почти не употребляют спиртные напитки, но... У тебя нет водки?» – немедленно услышал Жрец и утвердительно кивнул в ответ... Через несколько минут Боб выпил с потерянным и обретённым сегодня отцом по рюмке, шумно выдохнул и произнёс: «О многом хочется поговорить, но оставим нашу длительную и, несомненно, душещипательную беседу на завтра. Сейчас из длинного списка накопившихся вопросов я хотел бы услышать ответ на один единственный – почему?» Абрам снова кивнул, но задумался и заговорил после длительной паузы: «Что бы я сейчас ни сказал, слова прозвучат нелепо... В нашем мире многие дети растут, не зная о родителях просто потому, что мама и папа решили, что так будет лучше... Кому? Им, наверное... В твоём случае всё иначе. Около тридцати трёх лет тому назад мне предложили стать Жрецом Тьмы. Я стремился к служению и согласился, а твоя мама тянулась к Свету. Различия в религии, в стремлениях, разделили нас в пространстве. Твоя мама наверху, я здесь, внизу, а ты посредине, между нами. Мне не приходится сожалеть о своей участи. Твой папа получил то, что хотел. Твоя родная мамочка радуется жизни на поверхности Обители, занимается собственной фермой…»

– И зовут её – Беатрис, – хрипло констатировал Боб. – Беата...

– Да, Роби, да... – в голосе Абрама чувствовалась горечь. – Знаю, что вы недавно познакомились... Она, конечно, признала тебя, а ты...

– Обнимая её, я почувствовал необыкновенное тепло, но не смог поверить сразу, – вздохнул Роберт Берг и заново напомнил рюмки. – Гнал от себя мысли о родителях... Неправильно это всё...

В разобранных чувствах Боб вернулся к Лоли. Девушка не спала. Она ждала его. Её горящие глаза смотрели на Роберта вопросительно. А ему не хотелось сейчас вдаваться в долгие разбирательства и выяснять отношения.

– Однажды ты сказала, что хочешь вписать моё имя… в татуировку на своём теле, – заговорил Боб. – В принципе, теперь это возможно, но у тебя есть выбор.

– Между чем и чем? – прошептала Лоли.

– Теоретически, можно ничего не менять. Тебе же не надоела работа в Представительстве Посла Мирового Совета? У тебя появятся и другие возможности проявить себя, продолжить изучение Обители и населяющих её людей. Ты, непременно, встретишь новых друзей... С другой стороны, можно изменить жизнь, начиная с завтрашнего дня. Например, остаться здесь в качестве моего доверенного лица в ведомстве отца. Он тебя не обидит...

– Отца... – нараспев повторила девушка, вздрогнула и резко перешла на «ты»: – А я не поверила своим глазам... Жрец Тьмы Абрам – твой папа?! И ты узнал об этом только сейчас, Мастер?.. Не надо слов, просто иди ко мне, пожалуйста!

Роберту, действительно, совсем не хотелось говорить. Он быстро разделся и юркнул под одеяло. Лоли прижалась к нему своим маленьким, изящным нагим телом, а затем освободила левую руку и принялась поглаживать мужчину по волосам. Вскоре Боб расслабился, выбросил из головы противоречивые мысли и, возможно, заснул бы, если бы не Лоли. «Я хочу быть с тобой, – шептала она. – Конечно, невозможно постоянно быть рядом, особенно с Послом Мирового Совета. Но я буду тебе полезна. Я, на самом деле, хороший психолог и аналитик, практик и теоретик. София пользуется моими способностями и часто меня хвалит... В своей жизни я многое пережила и многому научилась... И, если, действительно, нужна тебе, то... Помнишь нашу первую встречу? Тогда в «Ведьминой скале» я сразу решила для себя: если только позовёшь, пойду за тобой куда угодно, без всяких условий...»

Слова и руки девушки не усыпляли Роберта, а… наоборот.

– И на поверхность Обители за мной пойдёшь? – поинтересовался Боб.

– На поверхность?! – ахнула Лоли. – Да, я хочу это видеть! Но разве туда можно, прислужнице Тьмы, Мастер?

– Завтра перед тобой откроются многие двери, – образно ответил Роберт и заметил: – Однако с каждой минутой я всё меньше хочу спать...

– И я... – прошептала девушка, словно опасалась спугнуть тишину.

Боб повернулся лицом к Лоли и положил руки на её плечи:

– Не хочешь подождать до обряда на алтаре Тьмы?

– Я хочу, чтобы ты вёл к тёмному алтарю СВОЮ женщину... – успела ответить девушка, прежде чем её рот оказался запечатанным долгим мужским поцелуем.

Едва ли не впервые в жизни Лоли потеряла способность анализировать ситуацию. Интеллект отключился, уступив натиску ощущений и эмоций. Она чувствовала себя, то изящной статуэткой в руках ценителя высокого искусства, то игрушкой в лапах хищника, то невинной девушкой, то развратницей, но всякий раз – желанной женщиной. Лоли полностью доверилась своему Мастеру и отдала ему себя без остатка.

На следующий день, вопреки традициям, Роберт не стал дожидаться полуночи. Облачившись в накидку Жреца Тьмы, он привёл Лоли к алтарному камню в полдень, и... Пиршество эмоций вспыхнуло с новой силой, с поправкой на правила обряда посвящения. Хозяин свирепствовал, а затем нежно заглаживал свою вину перед рабыней, и снова превращался в монстра... Позднее Роберту показалось, что он переусердствовал. «Что я натворил? Она же такая маленькая… везде». Но в итоге Боб нёс на руках от кольщика в спальню тихую и размякшую рабыню, урождённую в далёком «Дальневосточном приюте» – свою маленькую, раскосую ведьмочку Лольку... Выслушав простые и тихие наставления Мастера, она уснула сном младенца.

В одеянии Жреца Тьмы Роберт отправился к отцу. Оставив в стороне нюансы родственных отношений, они беседовали о проблемах Обители, о высоких материях, снова возвращались к вопросам взаимодействия ветвей власти и сферах влияния. Пусть Боб и опасался подводных течений, но почувствовал в отце единомышленника и соратника... Было ли сейчас что-то важнее?..

– Как я понимаю, сын, твой гарем разрастается? – с улыбкой воскликнул Абрам, ближе к ужину увидев входящую в гостиную абсолютно нагую Лоли. – Вы очень красивы, девушка. Просто куколка с неожиданно эффектной грудью!

– Спасибо, папа! – дерзко ответила Лолька.

– А Вы, оказывается, ещё и умны, и знаете толк в дипломатии, – фыркнул Абрам, в то время как его сын сползал со стула от смеха.

– На днях мы отправимся в Башню Роберта, папа, – отсмеявшись, заговорил Боб. – Ты не хочешь составить нам компанию?

– Сын приглашает отца – Жреца Тьмы – посетить поверхность Обители?! – закашлялся Абрам. – Но это невозможно!

– Кажется, папа забыл, что его сынок – Официальный и Полномочный Посол Мирового Совета по особым поручениям, – усмехнулся Роберт.

– Извините, Ваше Превосходительство! – не мог прийти в себя Жрец Тьмы. – Вы, на самом деле, в силах организовать подобный визит?!

– Завтра же детально согласую маршрут твоей поездки с Братством Жрецов Света, – уверенно кивнул Боб.

Шутки шутками, но о подобном вояже никто из Жрецов по обе стороны баррикад и слыхом не слыхивал. За две тысячи лет в исторических анналах не нашлось ни единого упоминания о визите Жреца Тьмы во владения Жрецов Света или наоборот. Они всегда встречались на нейтральной территории. Но, изумляясь инициативе молодого дипломата, обе стороны не нашли серьёзной причины для отказа. Впрочем, согласование сроков поездки и территории, открытой для посещения, отложило визит на неделю.

А Роберт времени не терял. Он понимал, что задуманное им мероприятие непременно перерастёт из родственной встречи в дипломатическую миссию, и готовился к нему соответственно.

Сначала, как и обещал, Боб привёз в свою Башню Лоли и Симону. Для них один только вид из окон Башни произвёл эффект разорвавшейся бомбы. Но и самого Роберта дома ждал сюрприз. Вместе с Алисой и Барбарой его встречала Марта с дочерью Юлией. Смущённый взгляд матери не остановил Юлю от опрометчивого поступка. Со словами «ох, я так соскучилась, Роберт», она повисла на шее хозяина Башни.

– Я тоже о тебе вспоминал, – заулыбался Боб, аккуратно поставив девчонку на ноги и взяв её за руку. – Ты ко мне в гости?

– Если не возражаешь, я насовсем! – выпалила Юля.

– Простите, Господин! – растерялась Марта. – При отце она себе такого не позволяет никогда.

– Так это же при отце! – не унималась Юлька.

– Успокойся уже, вертихвостка! – не выдержала её мать. – Возможно, Господин нас и не ждал.

– Я ждал тебя, Марта, хотя и сомневался, что ты решишься на столь отчаянный шаг, – расставил точки над «ё» Роберт. – А Юлю рад видеть в любое время... Насовсем, говоришь? А как учиться будешь?.. Докладывай чётко, как взрослая девочка!

– Сейчас у меня каникулы, Ваше Превосходительство! – давясь от смеха, выкрикнула Юлия, но чувствуя важность момента, всё-таки перешла на относительно серьёзный лад: – Перейду на дистанционное обучение, раз в неделю стану прилетать в Академию, заодно и папу буду навещать. Нужно отдать ему должное, именно добрый папочка отправил меня сюда в качестве маленького шпиона и бесплатного довеска к маме.

– Юля! – возмутилась Марта, но Роберт сделал шаг и обнял за талии одновременно и мать, и дочь.

– Извини, мама, я просто волнуюсь, – вздохнула Юлия и заглянула в глаза Боба: – Папа предложил мне выбор: жить с ним или с мамой. Я выбрала маму… и тебя. Нам можно остаться?

– Конечно! – улыбнулся Боб. – А вы сомневались?

– Спасибо, мой прекрасный Роберт! – от избытка чувств Юля крепко прижалась к мужчине, а через мгновенье скороговоркой выговаривала матери: – Вот видишь, а ты боялась! Всё будет прекрасно. Роби любит нас!

Всплеск девичьих эмоций произвёл впечатление на зрителей, особенно на Алису, стоявшую поблизости в компании Барби и Лоли. Но именно она разрядила ситуацию, обратившись к Роберту:

– Как лучше расселить новых жильцов, Хозяин? Помещений для рабынь в Башне не предусмотрено, но имеется отдельный этаж для гарема.

– Учитывая, что я ещё не женат, заселим гарем всеми желающими! – хохотнул Боб. – А если серьёзно, Алиса, посели женщин так, чтобы всем было удобно. Ты – хозяйка, тебе и карты в руки.

Тема хозяйствования и ближайшего будущего постоянных жителей Башни Роберта прозвучала вновь, когда Алиса осталась с Бобом наедине.

– Я – не пророк, чтобы заглядывать на годы вперёд, – заговорил он, отвечая на её вопросы. – Нового пополнения в наших рядах не жду. Впрочем, я и месяц тому назад его не ждал, и полгода назад... Гости, конечно, заглянут к нам на огонёк. Гостей мы ждём с открытым сердцем. А кто из них останется? Не знаю. Да, Марта приехала к нам надолго, да ещё и с дочкой. С Юлькой станет только веселее, правда?

– Несомненно. Однако кто-то должен жить с тобой в хозяйских апартаментах! – настаивала Элис.

– Так ли это необходимо, Алиса? Время покажет и подскажет, – пожал плечами Роберт.

– А я думаю, что Послу Мирового Совета давно пора жениться и заводить детей! – не сдавалась хозяйка Башни. – Вы уже не мальчик, чего тянуть-то? Когда в Башне Роберта зазвучит детский смех, все будут счастливы.

– Знаешь, что я скажу тебе, моя милая Алиса? – вздохнул Боб: – Ты права. Предоставленная жителю подземного города возможность растить одного ребёнка – счастье! Дозволенное мне на поверхности Обители воспитание, допустим, двух детей – счастье вдвойне. Но к выбору мамы моего первенца я отношусь… очень щепетильно. Возможно, скоро наступит день, когда ты сама укажешь мне на неё.

К собственному изумлению, обычно сдержанная и разумная девушка Элис едва удержалась, чтобы немедленно не ткнуть пальцем себе в грудь. Но она смогла сдержаться, наступила на горло собственной, эмоциональной песне и заговорила о приёме гостей в ближайшие дни.

– Да, – кивнул Роберт, – через неделю мы организуем, ни много ни мало, неофициальный дипломатический приём. Совместными усилиями разработаем культурную программу в рамках достаточно скромного бюджета. До приёма возможна парочка частных визитов... Кстати, я нашёл классного капитана для твоего парусника.

– Классного? – не поверила Алиса и вдруг взвизгнула: – Ты пригласил к нам дядю Давида?! Какое же ты чудо, Роберт!.. Старый морской волк снова будет капитаном «Фараона»? Поверить не могу! Только корабль моего папы теперь – не только мой парусник, а наш с тобой, общий...

После ужина Боб попросил женщин не расходиться и произнёс программную речь. «В таком прекрасном месте, как Башня Роберта, хочется отдыхать, дышать свежим воздухом, купаться, гулять по окрестностям, наслаждаться красотой природы, – говорил он. – Но работать всё-таки придётся. Работы много... Несколько лет назад хозяином Башни был мой тёзка, папа Алисы. Она любит отчий дом и знает его, как свои пять пальцев. Отсюда естественным образом вытекает её должность – хозяйка Башни Роберта... Однако Башня – это не только наш дом, но и сложное техническое сооружение с большой территорией вокруг. Всем этим богатством я планирую не только пользоваться, но и преумножать его, развивая и расширяя по мере возможностей. Домашним хозяйством я предлагаю заняться Марте. Кто, как не ты, сможет вникнуть в детали, содержать помещения в чистоте и сохранить уют нашего общего дома. Алиса подскажет и поможет тебе на первых порах, Марта... О безопасности Башни и её обитателей я прошу позаботиться Симону. Сима – прекрасный специалист в этом ответственном и необходимом деле... Учитывая сферу деятельности нового хозяина Башни Роберта, нам понадобится служба скорой дипломатической помощи. В роли профессиональных помощниц Посла Мирового Совета я вижу Барбару и Лоли. Барби неоднократно оказывала мне неоценимые услуги в дипломатической деятельности. Лоли – первоклассный психолог, незаменимый специалист по работе с людьми самых разных профессий и рангов... Я не тороплю вас с осмыслением перспектив нашей новой жизни, но, быть может, у кого-то появились вопросы?»

– А я? – обиделась Юля. – Чем буду заниматься в нашем общем доме я?

– Ты будешь учиться, Юленька, – ответил Боб, но заметив прокисшее выражение лица девушки, пояснил: – Я говорю не только об Академии. У тебя есть возможность учиться у каждого из нас. Никто не откажет тебе в знакомстве со своим делом, и каждому ты можешь оказать посильную помощь. У тебя целый океан возможностей!

– О каком развитии территории говорит Хозяин? – с интересом взглянула на мужчину Элис.

– Варианты развития ещё предстоит оценить, – кивнул он. – Но уже сейчас, я вижу, например, что старую пристань можно превратить в небольшой, но самый современный морской порт. И это – только один пример развития...

– У меня, наверное, не самый своевременный вопрос, – заговорила Симона. – В Башне Роберта имеется потрясающая библиотека со старинными и относительно недавно напечатанными бумажными книгами, на стенах картины, достойные музейных экспозиций. Я видела и отдельное помещение с музыкальными инструментами. Кто пользуется всем этим богатством?

– Я, – пожала плечами Алиса, – а теперь мы все.

– С ума сойти... А на поверхности Обители существуют кинотеатры, концертные залы, выставки, музыкальные и драматические театры? – не унималась Сима.

– Совсем недавно и я заинтересовался этим вопросом, – заулыбался Роберт. – Нечто подобное, насколько мне известно, имеется на территории Академий.

– В нашей Академии Света открыта постоянная выставка живописи, скульптуры и ремёсел, – уточнила Юля. – А ещё там есть большая библиотека, танцевальный зал и театральная студия.

– Мастер, а Вы не подумываете о том, чтобы открыть небольшой домашний театр на территории, прилегающей к Башне? – неожиданно поинтересовалась Симона.

– Сима, ты меня удивляешь! – озадаченно воскликнул Боб. – Хочешь стать актрисой?.. Идея театральной студии мне нравится. Но сможем ли мы её реализовать?.. Обсудим все вместе немного позднее, хорошо?

– У меня имеется принципиальный вопрос, – подала голос Юлия. – Ты, Роберт – хозяин Башни, Элис хозяйка. В каком формальном статусе находятся здесь другие женщины?

– Ну, у тебя и вопросики, Юленька! – фыркнул он. – Барбара и Лоли – рабыни, и живут там, где прикажет Хозяин. Все остальные находятся здесь по собственному желанию. Вы – свободные женщины, можете развернуться и уйти в любой момент.

– По правилам Братства в Башнях Жрецов живут их жёны, дети и наёмные сотрудники, – не останавливалась Юля. – Да, формально ты – не Жрец, а особый представитель Мирового Совета с правами Жрецов обоих культов. Но не узаконить отношения с нами – очевидная глупость!

– Юлька! – ахнула Марта.

– Мама, я не о себе, а о тебе беспокоюсь, – звонко заявила девушка. – Сама я – только твоя дочь, тихая, послушная и бесправная...

Последняя фраза Юлии вызвала дружный смех. Но, прежде чем разойтись, Элис подняла ещё одну важную тему.

– До Вашего появления, Господин, я содержала Башню на деньги, заработанные нашим маленьким морским портом и транспортировкой грузов в подземный город и обратно, – объяснила она. – Теперь нам потребуется большие средства для текущих расходов и реализации перспективных проектов. Вероятно, жалование Посла Мирового Совета не покроет всех наших расходов. Я не сомневаюсь, что хозяин Башни Роберта уже думал об этом и, раз решение о модернизации пристани до уровня современного морского порта уже принято, есть смысл построить поблизости от неё небольшой завод по переработке морепродуктов. В документах моего отца остался нереализованный проект...

– Завтра же ознакомимся с ним, – удовлетворённо кивнул Боб. – А ещё, неплохо бы организовать поблизости пару фермерских хозяйств. Думаю, нам это по силам... Привлечём к делу родственников Алисы и других желающих... Кстати, со временем, как мне кажется, помимо хозяина в Башне должны появиться другие мужчины...

– Логично, – усмехнулась Симона. – Одного Посла на всех не хватит, а в его отсутствие здесь начнётся полное безобразие!

– Не впадай в детство, Сима! – усмехнулся Роберт. – И, кстати, у меня есть вопрос к Алисе, Марте и Юлии. Почему на поверхности Обители я не вижу биороботов?

– Мы используем роботизированные системы для нужд сельского хозяйства, для рыбной ловли, для уборки дома и так далее, – пожала плечами Элис. – Внешне они нисколько не напоминают людей.

– Человекообразные роботы – редкость на поверхности Обители, в отличие от подземных городов, – заговорила сведущая в заданном вопросе Марта. – Однако в последние годы они появляются у нас всё чаще и чаще, особенно на Северо-Западном материке. Думаю, если Вы захотите использовать их в Башне Роберта и её окрестностях, Братство Жрецов Света не станет возражать...

Перед сном Боб зашёл в комнаты Марты и её дочери. Юля уже спала, а дверь в спальню её матери оказалась приоткрыта. Марта сидела перед зеркалом трюмо в алом атласном халате и расчёсывала гребнем свои длинные светлые волосы. Верхнее освещение в комнате было выключено, работала лишь подсветка трюмо. Роберт наблюдал за женщиной с порога не менее минуты, пока их глаза не встретились. Боб подошёл к застывшей Марте со спины и положил руки ей на плечи.

– Марта, по-моему, тебя сильно волнует вопрос, поднятый твоей дочерью, – тихо произнёс он.

– Да, – выдохнула она и, волнуясь, пояснила: – Мне хорошо здесь, у Вас, без всяких условностей... Но однажды в Башню Роберта заедет Габриель... Я буду выглядеть жалко. Он станет смеяться над женщиной, лишённой его защиты, и... Хотите, я разбужу дочку?

– Зачем? – не понял Боб, а после паузы нахмурился: – Ты хорошо подумала, прежде чем предлагать мне свою дочь, Марта? Твоя милая Юля – ещё девчонка...

– Простите, Господин! – сконфузилась уже бывшая жена Жреца Света. – Вас окружают очень красивые, молодые женщины. Очень скоро Юленька будет им под стать, а я... Я никак не могу поверить, что сейчас Вы пришли ко мне, а не к ней.

– Ты красивая и… глупая женщина, на каких-нибудь пару лет старше меня, – мужские руки опустились на спелую грудь замершей Марты. Пальцы Роберта испытывали её упругость сначала через ткань халата, а затем и под ней. А Боб продолжал говорить: – Вероятно, Габриель появится здесь через несколько дней.

– Так скоро? – со стоном выдавила из себя Марта, и её милое лицо исказила тревога: – Помогите мне, Господин...

– Я принял тебя в штат сотрудников Башни Роберта. По сути, Посол взял тебя на работу с проживанием в офисе Представительства Мирового Совета на поверхности Обители. По законам Братства Жрецов Света с сегодняшнего дня ты… не являешься женой Габриеля, – он решительно оторвал руки от женской груди, но Марта немедленно прижала их к себе снова. Боб не стал сопротивляться, но задумался: «А велика ли разница между рабынями Жрецов Тьмы и жёнами Жрецов Света? Возможность рожать детей – единственное отличие?! Женщина с пятнадцатилетней дочерью расстаётся с мужем и отправляется к новому, малознакомому мужчине. Зачем? Ради призрачного счастья дочери или...

– У меня красивая грудь? – словно издалека услышал Роберт горячий шёпот Марты.

– Мне нравится твоя грудь и не только грудь, – вздохнул Боб, ощущая пальцами затвердевшие соски, и спросил прямо: – У тебя давно не было мужчины, Марта?

– Полгода, – чуть слышно ответила она, но быстро опомнилась: – Вы подумали, что мной движет похоть?! Неправда... А пусть бы и так! Вам неведомо, какие эмоции Вы можете вызвать у женщины, а мне так хочется быть желанной... Желанной Вами, мой Господин!

– Уже твой?.. – вопросительно посмотрел на неё Роберт. – Жизнь в моей Башне не накладывает на тебя особых обязательств передо мной. Осмотрись, так ли новая жизнь лучше прежней? Тебя никто не торопит... Спешка приведёт тебя… на алтарь Тьмы. Если должность наёмного работника тебя не устраивает, я не знаю иного способа узаконить наши с тобой отношения.

Слова мужчины неожиданно привели Марту в состояние лихорадочного возбуждения. Она сильно покраснела и… кивнула утвердительно. Но и этого ей показалось мало. Марта повернулась к мужчине лицом, взялась руками за ремень его брюк. «Не так, милая, не так», – произнёс Боб, поднимая женщину с кресла. Сначала его взгляд упал на её красивые пухлые губы, а затем на расширившиеся большие голубые глаза с идеально круглыми зрачками. К удивлению Роберта, в них читалось смятение. Марта до последнего момента считала, что Господин Посол отвергнет её, как женщину. По мнению некоторых близких людей, Боб предпочитал изящных девушек, но округлости Марты не оставили его равнодушным, и не только они... «Не могу понять, почему Жрец Света планомерно занижал самооценку такой милой, душевной, ласковой женщины?» – думал он, целуя её губы. И чем ближе Роберт знакомился с Мартой, тем больше недоумевал. Перед мужчиной открывались потаённые уголки податливого, нежного женского тела, жаждущего ласки. «Она жила с Габриелем семнадцать лет, – промелькнула мысль в голове Боба, – и… остро нуждается в любви. Как так? Марта никогда не была любимой женой, а просто работала домохозяйкой? И какой же он служитель культа Света после этого? Формальные отношения с близкой женщиной, матерью твоего ребёнка – верх несправедливости!»

Часом позднее Роберт крепко спал в постели Марты, а она продолжала покрывать его тело благодарными поцелуями и шептала: «Спасибо тебе, мой чудесный, добрый и чуткий мужчина, мой Господин! Даже если ты просто пожалел меня, спасибо за эту жалость! А если я, и в правду, по нраву тебе, Роберт... О, тогда, ты узнаешь, какими чуткими, ласковыми, нежными могут быть и не очень молодые наложницы... Свет всемогущий! Я больше не хочу быть чьей-то там женой! Позволь мне стать рабыней прекрасного и доброго Господина Роберта!»

Глава 19. Объятия

Глава 19. Объятия

Наутро Боб связался с папой. Помимо обсуждения вопросов, связанных с его визитом на поверхность Обители, Роберт поинтересовался возможностью использования территории Жрецов Тьмы. Абрам ответил следующим образом: «Ты можешь заглянуть ко мне в любое время, сын. Впрочем, имеется и другая идея. Под Башней Роберта и городком под названием «Скалистый Берег», как водится, на большой глубине находятся владения сообщества Жрецов Тьмы. Там расположены небольшие, но прекрасно оборудованные пещеры. Так случилось, что они давно не имеют конкретного хозяина. В глубинах живут только прислужники Тьмы, а именно, несколько технических работников и обслуживающий персонал. Они уже ждут тебя, чтобы присягнуть на верность своему Господину... Не сомневайся и не отказывайся от нашего предложения. Ты стал полноправным хозяином Башни Роберта, имеешь решающее влияние на властные структуры Скалистого Берега, а потому глубинные пещеры – логичное завершение вертикали твоих владений».

– Жрецы Света и Тьмы пытаются повлиять на Посла Мирового Совета, соревнуются в борьбе за твоё внимание, Господин Роберт! – констатировала Элис, находившаяся в кабинете во время разговора сына с отцом...

– Они пытаются купить Вас, Господин! И конкурируют друг с другом, пытаясь поразить Ваше воображение и склонить на свою сторону, – выразила своё мнение вызванная в кабинет Симона после того, как выслушала содержание беседы в изложении Боба. – Что Вы планируете предпринять, шеф?

– Негоже отказываться от подобных подарков, – усмехнулся Роберт. – Они не противоречат нашим замыслам. Принимать чью-либо сторону Посол Мирового Совета не имеет права. А потому мы предпримем следующие действия... Завтра ты, Сима, отправишься со мной в тёмные глубины, как личный секретарь Посла и специалист по безопасности. Поскольку, мы берём под контроль всю систему вертикального перемещения, безопасностью и контролем следует озаботиться в первую очередь. Скалистый Берег – небольшое, тихое поселение. С мэром городка я знаком неплохо. Он будет только рад оказаться под покровительством влиятельного политика.

– Взяв под контроль подземный город, Вам будет проще решать хозяйственные и финансовые вопросы, Роберт, – высказалась Алиса. – Вопрос только в том, хватит ли у нас рук и умных голов?

– Верно, – кивнула Симона. – Не пора ли нам вернуть Степана из заточения в «Ведьминой Скале»?

– Пора, – засмеялся Боб. – У меня были мысли, как использовать старшего лейтенанта Сермяжного в Белокаменной столице. Но, судя по всему, на Скалистом Берегу он будет полезнее. Впрочем, один Степан все наши проблемы не решит. Не пора ли мне познакомиться с твоей роднёй, Алиса?

В глубины подземелий Роберт спустился с Симоной и Мартой. Там их с поклонами встречали местные обитатели – трое мужчин и четыре женщины, одна из которых представилась временной управляющей локальными территориями Сообщества Жрецов Тьмы под городом Скалистый Берег. Высокая худощавая брюнетка назвалась именем «Милана». По просьбе Боба она немедленно устроила ему и его спутницам ознакомительную экскурсию по новым владениям Посла. Комплекс пещер оказался не столь мал, как предполагал Роберт. Помимо хозяйских покоев и скромного жилья прислужников Тьмы, здесь располагались лаборатории и помещения для опытного производства технических новинок. Исторически сложилось так, что здесь разрабатывались роботизированные системы широкого профиля, но, прежде всего, используемые для освоения океана и… для личных нужд прежнего хозяина.

– Здесь присутствуют андроиды? – удивился Боб.

– Да, самые современные биологические роботы, Ваше Превосходительство! – подтвердила Милана. – Мы используем их, прежде всего, в производственных и исследовательских целях. Но в хозяйских покоях имеются личные экземпляры прежнего владельца, рабы искусственного происхождения. По завещанию почившего Жреца Тьмы они регулярно модернизируются и хранятся для нужд нового хозяина владений после чистки памяти.

– А где находятся люди прежнего хозяина? – хмуро поинтересовался Роберт.

– Согласно его завещанию, они поступили в распоряжение Сообщества Жрецов Тьмы. Штат полностью обновлён, – продолжила доклад брюнетка. – Я назначена старшей прислужницей, управляющей глубинами Скалистого Берега и готова выполнять все Ваши распоряжения, пока Вы не произведёте новые назначения.

– Не будем торопиться, Милана, – кивнул Боб. – Как минимум, на ближайшее время заведённый порядок останется без изменений, а сейчас отведи нас в моё личное пространство...

Покои Жреца многое говорили о своём прежнем владельце. Интеллектуал, гедонист, эротоман... В состоянии гибернации личные биороботы Жреца Тьмы лежали в отдельной комнате. Изящная рыжеволосая девушка со смазливым личиком и высокий блондин с юным, женоподобным лицом. Роберт заинтересовался настройками андроидов и через несколько минут поднял удивлённый взгляд на Милану:

– О подобных новшествах я даже не слышал.

– Я рада, что результаты нашей работы заинтересовали Ваше Превосходительство! – с удовольствием заулыбалась она. – Кстати, на данный момент имён биороботы не имеют. Мы называем их – девочка и мальчик.

Управляющая с интересом наблюдала за манипуляциями Роберта, вносившего коррективы в настройки рабов искусственного происхождения, доставшихся ему в нагрузку к глубинным помещениям. Лицо Миланы медленно вытягивалось:

– Вы подстраиваете андроидов под себя или экспериментируете, Господин Посол?

– Пытаюсь разобраться в нюансах, – хмыкнул Боб. – Посмотрим, что из этого получится. А к тебе, Милана, у меня будет отдельная просьба. Называй меня как-нибудь менее пафосно.

– Хорошо, Хозяин, – поклонилась ему женщина...

В алтарный грот они зашли с Симоной и парой «оживших» биороботов-прислужников, но без Марты, которую Роберт оставил в своих новых покоях. «Эротоман? – Боб задумался о поспешности своих выводов, касательно прежнего владельца глубинной территории Скалистого Берега. – Всё гораздо жёстче». Подтверждением его мыслей послужила реакция рыжеволосой «девочки», что, глядя на алтарь Тьмы, выразительно облизала свои сочные губки.

– Вы же не хотите разложить меня на этом камне, Ваше Превосходительство? – прошептала Сима на ухо Бобу.

– Даже и не знаю, – хитро взглянул на неё Роберт. – Тебя не привлекает статус рабыни Посла Мирового Совета?

– Простите, но к столь крутому виражу в наших отношениях я морально не готова, – краснея и заикаясь, ответила Симона.

– А без подготовки? – шутка Бобу не удалась, и он нахмурился: – Марта уверяет, что здесь ей самое место...

Сомнения ли в правильности собственных решений или аура места подтолкнула Роберта к неоднозначному варианту обряда? Ещё и Симона напросилась, нет, не участвовать, но присутствовать в алтарной пещере. «Извращенка», – буркнул он ей, но не отказал в просьбе. Надо сказать, что Боб прямо и мягко пояснил Марте, что на алтаре Тьмы её могут ждать неловкие ситуации, а возможно, и болезненные неожиданности. Но Марта уже выбрала свой путь и бескомпромиссно двинулась по нему. Препятствия только подстёгивали решимость бывшей жены Жреца Света...

Обряд длился без малого три часа. «Ошейник или татуировка, моя ласковая рабыня?» – мягко произнёс Роберт, обнимая нагую, разгорячённую, плачущую и… радостную женщину. Марта взглянула на него, как на божество и прошептала: «И то, и другое, мой Господин!» Усталость усталостью, но Боб на руках принёс свою «пушинку» к мастеру татуировок, а позже вручную доставил от него в спальню хозяйских покоев...

– Это меня ты назвал извращенкой? – мрачно проговорила капитан Вагнер, дождавшись его в гостиной. – После того, что я увидела...

– На самом деле, ты почти ничего не видела, – устало проговорил Роберт, падая на диван рядом с Симоной, – но, надеюсь, кое-что поняла.

– Да, Мастер, – вздохнула она. – Для того, чтобы жить рядом с тобой, необязательно становиться рабыней.

– Верно, – кивнул Боб. – Просто Марте так спокойнее. Что-то ещё?

– Впереди ты не видишь тихой и безбедной жизни, поэтому не удерживаешь, но и не гонишь… меня, например.

– Ты снова права. И?

– Я с тобой, Роберт. Я тебе верю. Я тебя...

– Всё-всё... Громкие слова сейчас не к месту, – Боб крепко обнял взволнованную Симу и прижал её к себе...

В Башне их встречала встревоженная Юлия. Скупо поприветствовав мужчину и его спутниц, она внимательно посмотрела на мать, но обратилась к Роберту:

– Господин Посол, поздравляю Вас с двумя новыми рабынями!

– С одной, – нахмурился он.

– С двумя, – повысила голос Юля. – По законам тёмного сообщества несовершеннолетние дети новоявленной рабыни автоматически становятся рабами её Хозяина. Мама, где мой ошейник?

– Ты знала? – Роберт гневно взглянул на Марту. Опустив глаза в пол, она кивнула, сняла со своей шеи и передала дочери ремешок рабыни и только после этого со вздохом подняла взгляд на своего Господина и молитвенно сложила руки на груди.

– Будь добр, Роберт, надень его на меня своими руками, – Юлия протянула ошейник мужчине. – Всё происходит даже лучше, чем я предполагала. А в день моего шестнадцатилетия мы вместе решим, что делать с этим аксессуаром дальше...

Наутро Роберт неожиданно засобирался на ферму Беатрис. Несмотря на возражения Симоны, он улетел на воздухолёте в одиночестве, пообещав оставаться на связи с личным секретарём и специалистом по безопасности. На ферме ожидали прилёта Роберта, но отчего-то не вышли навстречу, а дождались его появления внутри дома.

Взглянув на гостя, Агата вдруг притихла и не бросилась обниматься. А Роберт пристально смотрел на Беатрис и, поколебавшись, всё же произнёс внезапно охрипшим голосом: «Не смог больше ждать, терпеть... Вот прилетел... Здравствуй, мама...» Руки женщины безвольно упали вдоль тела. Она шагнула вперёд, покачнулась, но Роберт уже стоял рядом... Очутившись в его объятьях, Беатрис заглянула в горящие мужские глаза и, сглатывая комок в горле, прошептала: «Здравствуй, мой сынок!»

Затянувшуюся немую сцену прервала Агата. На негнущихся ногах она подошла к обнимающейся паре и произнесла: «Братик?.. Вот оно как... Сколько себя помню, время от времени мама звала тебя… во сне... А я не понимала и не решалась спросить... И всё равно, я не перестану тебя любить, Роби... Я буду любить тебя ещё сильнее!» Боб освободил руку и погладил сестру по голове... Она отвернулась, пряча промокшие глаза, и двинулась к входной двери со словами «Вам нужно побыть наедине...» Агату остановили слова матери: «Прости меня, доченька!.. Простите меня, дети... Я виновата перед вами». Агата не могла припомнить, чтобы эта сильная, волевая женщина говорила с неудержимой дрожью в голосе... Ноги девушки подогнулись, она села прямо на пол и заревела...

Роберт и Беатрис бросились поднимать её на ноги, усаживать на диван, успокаивать... Немного придя в себя, удерживая руку дочери, но глядя на сына, Беата заговорила:

– Мы с твоим отцом не смогли поступить иначе. Я – дочь Жреца Света, училась в Белокаменной столице континента, где и встретила Абрама. Уже тогда он был молодым кандидатом в Жрецы Тьмы. Бросить всё, оставить всех и стать его рабыней? Немыслимо... Не знаю... Вряд ли... Впрочем, все эти размышления бесполезны. Я забеременела тобой, мой сынок, и новая жизнь во мне изменила реальность, обрекла нас на расставание. Абрам не мог покинуть Сообщество Жрецов Тьмы. Как и многие другие дети, после рождения наш мальчик остался на попечении государства, ничего не ведая о своих родителях...

– Но ты могла забрать Роберта на поверхность Обители, мама! – воскликнула Агата.

– Тогда не могла. Никак не могла, – покачала головой Беатрис. – Это сложно объяснить... Времена были другие.

– Не будем спорить, – поднял руку Роберт и… стал рассказывать.

Он вспоминал о своём детстве и отрочестве, о юношеских стремлениях, об учёбе, карьере, увлечениях... Не вдаваясь в интимные подробности, Боб откровенно, без утайки поведал маме и сестре историю своей жизни. Они старались спокойно воспринимать его исповедь, но удавалось не всегда...

– Габриель мечтает породниться с тобой, Роби, – выслушав сына, неожиданно заявила Беата.

– Но мы, как оказалось, уже родственники, – покачал головой Боб, обнимая сестру.

– Ему этого мало, – развела руками Беатрис. – Габриель хочет выдать одну из своих дочерей не за кого-нибудь, а за тебя, моего сына. Найти общий язык по личному вопросу со старшей дочерью Эльзой у него не вышло, с Юлией должно получиться.

– Зачем ему это надо? – недоумевал Роберт.

– Ты – ключевая фигура в предстоящей политической и жизненно важной игре, – взглянув в полные непонимания глаза детей, Беата начала издалека: – Существует старая легенда о мальчике, родившемся у двух представителей разных религиозных конфессий. Повзрослев, мальчик решил посвятить жизнь сближению непримиримых оппонентов. Его стараниями постепенно сформировалось новое религиозное течение, вобравшее в себя всё лучшее из верований отца и матери мальчика. За новым мессией пошли люди, но жрецы старых конфессий не захотели объединения. Они категорически не желали терять своё влияние на людей... В результате вспыхнула кровопролитная война, унёсшая множество жизней. Люди воевали за веру...

– В чём же была суть новой веры? – заинтересовался Роберт.

– Легенда не раскрывает детали, а лишь говорит о том, что верование нового мессии строилось на любви, – Беатрис взглянула на сына испытующе.

– Всеобщей любви? – ему требовалось уточнение.

– Любви к ближнему своему, – вздохнула Беата.

– Мудро, – утвердительно кивнул Боб. – Апологеты новой веры через близких людей несут любовь всему миру... Но какое отношение к древней легенде имею я?

– Ты – сын Жреца Тьмы и последовательницы культа Света, – напомнила ему Беатрис. – Уникальный случай!

– Этого явно недостаточно, – возразил её сын.

– Ты стремишься сгладить противоречия политиков, сблизить два антагонистических культа и задумываешься о новой вере, – не сомневаясь в истинности своих слов, прямо высказалась Беата.

– Возможно, – пожал плечами Роберт. – Но ты же не станешь утверждать, что за сыном Тьмы и Света с рождения наблюдали обе стороны.

– Да, сынок, именно это я и хочу сказать, – глубоко вздохнула Беатрис. – Судя по всему, они в тебе не ошиблись...

Боб остался ночевать на ферме. Ему постелили в отдельной комнате. Роберт лёг раньше привычного времени, ещё до полуночи. От избытка мыслей и переживаний у него разболелась голова. Заснуть не получалось, а вскоре к нему пришла Агата. Не спрашивая разрешения, она разделась, забралась под одеяло к своему брату по материнской линии, положила голову Боба себе на грудь и принялась поглаживать его волосы... Через минуту головная боль ушла, будто её и не было.

– У тебя в Башне тоже имеется целитель, – заговорила Агата. – Кто? Твоя новая рабыня – Марта. Не знал?.. Просто у Хозяина ничего не болело... Жаль, что мне нельзя родить от тебя ребёнка. Но разорвать не только родственные, но и простые человеческие отношения со мной, я всё равно тебе не позволю. Кто-то может обвинить меня в блуде, но с некоторых пор мне необходимы твои слова и… прикосновения. Конечно, если бы мама осталось с твоим отцом, я не родилась бы, но... По-моему, она что-то недопоняла в своей жизни, в любви. Потому и плачет сейчас... Учти, если будешь избегать меня, найду способ, чтобы стать твоей рабыней...

– Дурочка, – вздохнул Роберт, крепко прижимая Агату к себе и скользя ладонью по бархатистой коже её спины. – Мама будет ругаться.

– Она меня понимает... – сестра уткнулась в плечо брата. – Я не прошу у тебя многого. Просто приласкай свою сестрёнку и усни с ней в обнимку... Нет, это просто удивительно! Благодаря тебе мои отношения с мамой наполнились пониманием, немыслимым прежде доверием, теплотой... Ты – волшебник, мой любимый… братик!..

Утром женщины вышли из дома, чтобы проводить Роберта к воздухолёту.

– Тебе пора жениться, сынок, – целуя сына, улыбалась Беатрис. – Может быть, жена избавит тебя от безумных вертихвосток, вроде моей дочери. Надо будет подыскать тебе серьёзную девушку...

– У Роберта уже есть невеста, – заметила Агата, а наткнувшись на вопросительный взгляд матери, пояснила: – Братик мне сам рассказал, когда я, опередив тебя, мамочка, посоветовала ему жениться.

– Невеста ждёт тебя в Башне? – продолжила свои расспросы Беата.

– Нет, на днях она появится там впервые, – нехотя ответил Боб.

– Представляю, как она обрадуется, увидев твой гарем, сынок! – покачала головой Беатрис, а её дочь захихикала в кулачок.

– Да уж... – понурил голову Роберт. – Если после встречи с моим… ближним кругом она не разорвёт наши отношения, я вас познакомлю...

Ранним утром на станции «Скалистый Берег» Боб встречал капсульный экспресс из столицы Северо-Восточного континента. Увидев в его руках полевые цветы, Илона заулыбалась и подставила щёку для поцелуя. Лёгкое оливковое платье в цвет глаз подчёркивало красоту её смуглого лица и рук, стройность ног. Они неторопливо прогулялись по улочкам Скалистого Берега, позавтракали в «Морском волке», где сегодня заправлял сын Давида. Только после неторопливого завтрака Роберт решился познакомить Илону со своим новым домом.

Шок! Только таким словом можно охарактеризовать состояние Илоны, впервые в жизни поднявшейся на поверхность Обители. Яркое, даже через защитные стёкла очков, Светило, безграничный сине-голубой океан, утопающий в зелени противоположный берег пролива... Илоне и в голову не могло прийти, что новый дом Роберта окружают ландшафты подобной красоты. Да и о самой природе поверхности Обители она знала только понаслышке и по живописным полотнам, казавшимся жителям подземных городов фантазиями авторов или отсветом ушедших времён. Человеческое окружение Роберта так же не могло оставить Илону равнодушной. С Симоной, Барбарой и Лоли она была знакома. Однако хозяйкой Башни оказалась неизвестная Илоне девушка Элис. А присутствие здесь младшей сестры Эльзы Юлии и её матери удивило Илону чрезвычайно. О них она слышала от своей подруги и предполагала, что те живут со Жрецом Света Габриелем – отцом Эльзы и Юли, но никак не в Башне Роберта. Изящный ошейник рабыни, замеченный Илоной на шее Юлии, добил её окончательно.

Впрочем, Боб не позволил Илоне погрузиться в меланхолию. Он неторопливо прогуливал её по окрестностям Башни, рассказывая об имеющихся и будущих достопримечательностях, а затем усадил в летательный аппарат. Илона напрочь потеряла ощущение реальности. Примостившись на краешке пассажирского кресла, она вцепилась в плечи сидевшего перед ней пилота и не отрывала глаз от лобового стекла воздухолёта. В отличие от Роберта, испытавшего неприятные побочные ощущения в своём первом полёте, благодаря особенностям вестибулярного аппарата, его девушка купалась в волнах чистого, ничем не замутнённого восторга... Может ли существовать что-либо прекраснее свободного полёта над чудесной поверхностью Обители? «Может!» – решила Илона, стоя на носу парусника, рассекавшего океанские волны.

Двухпарусный бриг «Фараон» опробовали в деле несколько дней назад. Роберт испытал эйфорию, а капитан Давид и юнга Алиса выглядели абсолютно счастливыми людьми. Имевший более двадцати метров в длину, парусник управлялся капитаном единолично при помощи… роботизированной системы. Она позволяла контролировать, и штурвал, и паруса, и… надувавший их ветер. Присутствие юнги, а по сути – заместителя капитана, усиливало аутентичность старинного антуража корабля и страховало мореплавателей от возможных неожиданностей.

Сегодня ранний ужин устроили прямо на палубе брига, бросившего якорь у безымянного островка, недалеко от восточного побережья Южного материка.

– Не желаете отведать напиток настоящих моряков, Госпожа? – Алиса в костюме юнги подала Илоне рюмку рома.

– С удовольствием, – улыбнулась та. – Но почему Вы назвали меня Госпожой, юнга?

– Для юнги каждая дама на борту – Госпожа! – заулыбалась в ответ Элис и очень серьёзно добавила: – А лично для меня существует только один Господин и одна Госпожа. В эту минуту я вижу их перед собой.

Илона удивлённо посмотрела на Роберта. Он промолчал, но со значением взглянул на Алису. Боб её понял... Домой возвращались в сумерках. Уставшая от грандиозных впечатлений, Илона подсела к Роберту, расположившемуся на корме «Фараона».

– Сегодня ты непривычно молчалив. Конечно, устроенная тобой для меня, невероятная экскурсия сама по себе говорит о многом, но... Ничего не хочешь мне сказать? – заговорила она. – В конце концов, Роби, это несправедливо. Ты знаешь обо мне всё. А я, как оказалось, очень многого о тебе не знала... Хорошо, оставим расспросы на завтра. Сейчас ответь хотя бы на один единственный вопрос: зачем я здесь?

– Ты появилась на поверхности Обители для того, чтобы увидеть наш дом своими глазами, – казалось, что Боб не понимает, зачем произносить то, что и без слов яснее ясного.

– Наш дом? – с ударением на первое слово переспросил Илона и, увидев утвердительный кивок Роберта, задумалась вслух: – Итак, ты имеешь возможность оформить для меня постоянный пропуск на поверхность Обители и предлагаешь мне переселиться в Башню, называя её нашим домом. Он прекрасен, и я, кажется, готова оставить прежнюю жизнь ради того, чтобы остаться здесь насовсем… прямо сегодня. Правда, у дома уже имеется хозяйка. Кем же стану я? Очередной рабыней Господина Посла Мирового Совета по особым поручениям?

Внезапной реакции Роберта на свои слова она никак не ожидала. Он вскочил с места, встал перед ней на одно колено и открыл маленькую коробочку, обитую бархатом. Перед глазами Илоны блеснуло изящное золотое кольцо с бриллиантом потрясающей чистоты и красоты. У женщины перехватило дыхание. На мгновенье она даже закрыла глаза, но постаралась справиться с волнением настолько, чтобы произнести:

– Роби, к такому дару необходимы соответствующие слова!

– Илона! – глубоко вздохнув, мужчина пытался говорить спокойно, но его выдавали горящие в сумерках глаза. – Я прошу тебя стать моей женой... Ты… согласна?

– Великий Свет! – воскликнула девушка. – Замужество – серьёзнейшее событие в жизни каждой женщины, однако... Неужели ты не понимаешь, Роби, что мне необходимо услышать другие, самые важные для меня слова?!

– В своей жизни… я не встречал женщину, прекраснее тебя, Илона... – неожиданно смутился Роберт. – Я… люблю тебя...

– Да! – выкрикнула она, ещё не веря, что услышала наяву то, о чём мечтала последние месяцы своей жизни. – Я люблю тебя, мой Роби! Я остаюсь с тобой. Я стану твоей… женой...

Роберт не замечал, как за ними подглядывает Элис, пока не встретился с ней взглядами. К его изумлению, в выражении лица Алисы не нашлось досады, разочарования, ревности, только радость и… убеждённость в том, что Карл Чёрный не ошибся...

– Помнишь странную, нетрезвую девушку, однажды появившуюся в твоей столичной квартире? – замотанная в банное полотенце, Илона утопала босыми ступнями в мягком ковре хозяйской спальни, смотрела на ещё не ставшее супружеским ложе и говорила только для того, чтобы не молчать. – Неужели я понравилась тебе уже тогда?

– И тогда, и раньше, в квартире Сони, помнишь? – нагой и влажный после душа Роберт обнял её со спины и прижался щекой к пахнувшим свежестью тёмно-русым волосам.

– Понравилась с первого взгляда? Шутишь! – Илона развернулась к нему лицом и заглянула в мужские глаза, излучающие свет, тепло, жизнь. – Когда ты не выгнал меня из своей квартиры, там... С меня упало полотенце, и ты увидел меня всю, как сейчас.

Полотенце снова упало на пол, но Илона немедленно прижалась к Роберту, не позволяя ему пристально разглядывать своё тело. Однако мужчина проявил настойчивость... Вскоре его невеста лежала на постели, а он, стараясь не торопиться, изучал её, и глазами, и руками, и губами... «Роби, я волнуюсь», – успела прошептать Илона, прежде чем их губы слились в поцелуе...

Проснувшись утром, она посмотрела направо от себя и… не поверила глазам. Роберт открыл глаза через мгновенье и тоже им не поверил... И ещё пару часов они не верили своим глазам и рукам, пока не проголодались...

Глава 20. Дипломатические изыски

Глава 20. Дипломатические изыски

За столом Илона прятала глаза от домашних, а они поздравляли жениха и невесту, шутили, задавали вопросы. Естественным образом, усердствовала Юлька.

– Я точно знала, что меня опередят, – притворно досадовала она, – но не могла и представить, что столь дерзкий шаг совершит подруга моей старшей сестры. Илона, а ты понимаешь, что теперь Эльза тебя ненавидит?.. Как, за что? Ты отбила у неё жениха, лучшего парня на свете!

– Откуда ей знать? – изумительно серьёзно восприняла новость невеста, вызывая всеобщее веселье.

– Как откуда? – не унималась Юля. – Ночью я вслушивалась в звуки, доносящиеся из хозяйской спальни, а убедившись в том, что всё пропало, немедленно доложила своей сестре.

Теперь смеялись все, даже покрасневшая Илона. Позже слово взяла Барбара:

– Я, конечно, немного расстроена. А мой отец, как только узнает, что Роберт женился не на мне, подаст в отставку с поста Премьер-министра… или разорвёт отношения с Северо-Восточным континентом.

– Типун тебе на язык, Барби! – воскликнул Роберт. – Страшно слышать подобные слова от главного дипломатического таланта нашей Башни!

– Барби, не хочешь заключить пари? – фыркнула Юлька. – Кто из нас быстрее выйдет замуж за Хозяина и станет его второй женой?

– Одновременно, – настроившись на общую волну, улыбнулась Илона.

– Одновременно с тобой? – нашлась Юля.

– Ты не боишься нажить врагов в нашем прекрасном доме, дочка? – с улыбкой на порозовевших щеках произнесла Марта.

– Не-а, – покачала головой Юлька. – Я – самая дружелюбная ведьмочка в мире!

– Как тебе не стыдно, присваивать себе чужие лавры? Ведьма – это я, – «проснулась» Лоли. – Кстати, я читала, что в былые времена люди не просто объявляли друг друга мужем и женой, а устраивали праздник под названием «свадьба».

– А сейчас? – заинтересовалась Юля.

– В подземных городах, – пояснила Илона, – можно зайти в мэрию и официально оформить отношения. Впрочем, нынче так поступают единицы – не модно.

– У Жрецов Тьмы вообще не бывает жён, – кивнула Лоли.

– Зато у Жрецов Света жён хватает, – пожала плечами Марта. – Отношения с ними они регистрируют удалённо. А отмечают подобное событие уединённо, если ставший мужем Жрец пожелает.

– Господин Роберт – не Жрец, а Чрезвычайный и Полномочный Посол Мирового Совета по особым поручениям, – воскликнула Симона. – Отпраздновать такое счастливое событие наедине с Илоной мы ему не позволим. Даёшь свадьбу!

– Против праздника я не возражаю, – заулыбался Боб. – Только не торопитесь, девчонки. У нас дипломатический приём на носу. А мне ещё предстоит отдельно познакомить жену с мамой.

– С мамой?! Ты нашёл свою маму, Роби? – изумилась Илона.

– Извини, не успел тебе рассказать, – кивнул он и развёл руками: – Я и папу своего нашёл. С ним ты познакомишься на дипломатическом приёме.

– А почему не одновременно? – подняла брови Юлия.

– Юленька, ты же знаешь, что предки вечно создают детям проблемы! – усмехнулся Роберт. – Мои родители не живут вместе и не виделись больше тридцати лет. Мама не хочет бередить старые раны.

– Великий Свет! Какой же ты старый, Роби! – всплеснула руками Юлька. – Надо скорее выходить за тебя замуж. Через пару лет мне ничего не останется...

– И ведь не поспоришь! – вытирая выступившие от смеха слёзы, заговорила Илона. – Марта, Вы воспитали чудесную дочь!

– Да, моё чудо себя ещё покажет! – отсмеявшись, ответила Юлина мама. – Только не называйте меня на «Вы», Госпожа! Мне неловко...

– Тут без брудершафта не обойтись, – нарочито вздохнула Юлька, отрываясь от коммуникатора. – О, Хозяин не возражает!.. Одну минуту, я заканчиваю удалённую регистрацию молодожёнов. Братство Жрецов Света возражений не имеет... Осталось ввести фамилию жены.

– Берг, – улыбнулся Роберт и выразительно посмотрел на смутившуюся Илону. – Мою жену зовут Илона Берг.

– Готово! – кивнула Юля. – А теперь муж и жена должны подтвердить информацию отпечатками своих пальцев...

Всеобщий брудершафт превратился в весёлый психологический тест. Илоне пришлось целоваться больше всех... Целуя Марту, упорно обращавшуюся к Господину на «Вы» даже в интимной обстановке, Боб словно включал в её сознании новую реальность. «Но я так не смогу... Роберт, ах… ты же знаешь, – боролось она со своей робостью. – Если только при своих или… наедине...» Наскоро расцеловавшись с Илоной, Юлька подбежала к Роберту. Она и затеяла весь сыр-бор ради этого момента – своего первого взрослого поцелуя. Боялась только, что Роберт оттолкнёт её в последний момент. Но Боб не стал ерепениться. Встреча их губ длилась чуточку дольше, нежели приличествует девушке, не достигшей совершеннолетия. Поцелуй добавил Юле решимости, и она прошептала Роберту на ухо:

– Я люблю тебя!

– И я тебя люблю, – касаясь губами мочки девичьего ушка, шепнул он в ответ.

– Честно? – оказалось, что Юлька умеет краснеть. – Тогда не отдавай меня отцу, Роби! Даже после совершеннолетия...

– Останешься моей рабынькой? – фыркнул Боб.

– Если будет нужно – останусь! – с вызовом ответила она...

Последним эпизодом спонтанной вечеринки стало всеобщее увещевание Илоны, неожиданно заявившей, что боится знакомства с родителями мужа.

– Нет повода для беспокойства, дорогая, – уверяла Марта. – У тебя разумная и доброжелательная свекровь.

– Внезапно объявившиеся родители – это, конечно, хорошо, но жена важнее, – философствовала Барбара. – Муж обязательно тебя защитит.

– Илона! Тебе бояться некого, – поставила точку Юля. – Ты, вообще – лучшая жена, какую Роберт мог найти во всей Обители. Моя старшая сестра тебе в подмётки не годится!

Подобное заявление Юлии произвело впечатление на всех, а в особенности, на Роберта и Илону. Позднее молодая жена и в супружеской постели искала у мужа подтверждения услышанных слов. Он не оставил ей ни малейшего повода для сомнений...

Первым на дипломатический приём прибыл отец Роберта. Причём он появился не один, а с феноменально красивой, молодой, высокой брюнеткой – своей рабыней. Впрочем, её эффектная внешность не выдержала сравнения с Илоной. Женщины Башни постарались. Причёска, макияж, изящное нежно-зелёное платье подчёркивали природную красоту жены Роберта. Абрам оказался сражён наповал.

Часом позднее встречали Габриеля. Его сюрприз оказался куда эффектнее. Со Жрецом Света в Башню Роберта прибыла его старшая дочь Эльза. Разумеется, первым делом она поздравила Илону и с ангельским выражением лица констатировала:

– Лихо ты подсуетилась, подруга! Я даже глазом моргнуть не успела.

– Напрасно, дорогая, – мгновенно отреагировала поверившая в себе Илона. – Соринки в собственных глазах следует промаргивать, пока они не разрослись до размеров бревна...

– Остановитесь, милые девушки! – Боб с улыбкой прервал их препирательства.

– Не скрою, ты красиво указал мне моё место, дорогой Роберт, – перекинулась на него старшая дочь Габриеля.

– Женитьба с Илоной – не дипломатический манёвр, – не снимая улыбку с лица, заметил он. – Это – наш общий, искренний, осознанный выбор.

– И на чём, позвольте спросить, он основан? – не унималась Эльза.

– На взаимной любви, – практически в унисон произнесли молодожёны.

– Пусть так, – словно рябь пробежала по гладкому лицу дочери Жреца Света. – Я здесь… не для того, чтобы провоцировать конфликт. Вы оба… дороги мне. Пользуясь случаем, хочу предупредить вас о скрытой угрозе. Вам не позволят жить спокойно и счастливо. Ты, Роберт, под колпаком у Жрецов обоих культов. Да и некоторым представителям власти трёх континентов твоя стремительная карьера не даёт покоя. Сегодня Мировой Совет поддерживает тебя всецело, но и его единодушие со временем может расколоться под давлением неоднозначных геополитических интересов... Отдельная история – ближайшее окружение вашей… молодой семьи, Роберт. В твоём положении даже в собственных рабынях нельзя быть уверенным на сто процентов.

– Спасибо за заботу, Эльза! – без иронии произнёс Боб. – Так случилось, что о мере доверия к людям мне приходилось думать с детства. Став Послом Мирового Совета, я озадачился этой проблемой в полной мере. По сути, передо мной стоял выбор: довериться близким людям или идти своим путём в одиночестве. Я выбрал первое... Мы с Илоной не вычёркиваем тебя из своей жизни, Эля. Если тебе подходит общение с нами на основе искренности и доверия, добро пожаловать к нам в любое время!

– А ты изменился, Роберт! И не перестаёшь меня удивлять, – покачала головой Эльза. – Во время уединённого общения Посла Мирового Совета со Жрецами, позволь мне побеседовать с твоими женщинами. А после приёма, если вы оба не станете возражать, мы вернёмся к нашему разговору о доверии...

Для переговоров личный секретарь Посла Симона Вагнер подготовила гостиную хозяйских покоев, но Жрецы предпочли выйти на свежий воздух.

– Позднее мы непременно вернёмся в гостиную, Роберт, – заговорил Абрам, прогуливаясь по тропинке, идущей по скалам вдоль побережья. – Не сомневаюсь, что ты позаботился о безопасности передачи конфиденциальной информации, но некоторые важные темы вынуждают нас перестраховываться. А учитывая, что собравшиеся тут люди наделены большими полномочиями для принятия решений мирового масштаба, тем более.

– Как угодно, Господа, – пожал плечами Боб. – С чего начнём?

– Проинформируйте нас о своих ближайших и перспективных планах, Ваше Превосходительство! – заговорил Габриель. – И, если никто не возражает, перейдём на «ты», раз и навсегда?

Возражений не последовало, но Роберт крайне удивился тому, что подобное предложение поступило от Отца Габриеля.

– Основная задача, поставленная передо мной Мировым Советом – кардинальное сближение позиций руководства обоих культов и властных структур трёх континентов в вопросе развития Обители. Формулировка звучит глобально и абстрактно, но постепенно углубляясь в тему, я наполняю её конкретным содержанием. Итак, что же мы имеем на данный момент времени. Сообщество Жрецов Тьмы, на мой взгляд, озабочено только ограничением рождаемости, научно-техническим прогрессом нашей цивилизации и собственным благополучием. Прости, пожалуйста, папа, но Жрецы Тьмы перестали восприниматься простыми людьми, как служители культа, носители определённой идеологии. Для большинства населения Обители вы – теневая власть, обладающая колоссальными возможностями и огромной силой. Вас боятся и… только... О Братстве Жрецов Света в народе вообще ничего не известно. Люди кормятся глупыми легендами о нескольких безумных священнослужителях, обитающих, по расхожему мнению, на непригодной для жизни поверхности Обители. Тем временем сами Жрецы Света медленно осваивают просторы прекрасного, открытого мира под Светилом. Да, Габриель, вы не ограничиваете рождаемость на поверхности, но более всех сталкиваетесь с одной из серьёзнейших проблем цивилизации – огромным дефицитом мужского населения.

– Налицо катастрофическая нехватка мальчиков, – мрачно поправил Боба Жрец Света.

– Тем более! – повысил голос Посол Мирового Совета. – Постепенное заселение поверхности Обители – один из главных вопросов не развития цивилизации даже, а её выживания. Братство Света организовало замечательные учебные заведения – Академии, где школьники и студенты получают знания о мире вообще и жизни на поверхности, в частности. Но поступить туда могут только дети, рождённые под сенью Братства!

– Население подземных городов деградирует, – нахмурился Габриель. – Плодить недоумков не входит в наши намерения.

– Спасибо за высокую оценку моих умственных способностей, Габри! – иронично усмехнулся Боб.

– Габри? Умеешь ты поднять настроение, Роби! – наконец-то улыбнулся Жрец Света. – Но в нашей дискуссии не следует апеллировать исключительными случаями. Ты – исключение из правил, молодой человек с высоким интеллектом, впечатляющей выдержкой и активной жизненной позицией.

– Неправда, – категорически не согласился Роберт. – Среди моих друзей нет пустых и ограниченных людей.

– Но это так естественно, сын! – воскликнул Абрам. – К интеллектуалам тянутся люди с определённым уровнем развития и соответствующими устремлениями. Вопрос в количестве и в чистоте намерений таких персон.

– Вот именно! – поддержал его Габриель. – Во всяком случае, Братство Света не возражает против появления на поверхности Обители твоих знакомых, Роберт.

– Вы даёте мне карт-бланш на строительство посёлка на поверхности Обители? – конкретизировал Боб.

– Какого посёлка? – в унисон произнесли Жрецы.

– В окрестностях Башни Роберта достаточно места для организации пары сельскохозяйственных ферм, а после превращения нынешнего причала в небольшой морской порт и модернизации грузового лифта потребуется жильё для обслуживающего персонала, места для питания, культурные учреждения, – мгновенно пояснил он и не забыл добавить: – Естественно, все строительные работы планируется производить строго по высочайшим стандартам экологической безопасности.

– Э–э–э... – немного растерялся Габриель, но быстро сосредоточился: – Почему бы не поэкспериментировать? От лица Братства Света я одобряю подобный проект, реализуемый командой Посла Мирового Совета под его строгим контролем. Дерзайте, Роберт!

– Планируешь заработать? – с интересом посмотрел на сына Абрам.

– Я хочу обеспечивать Башню всем необходимым на постоянной основе, папа, – ответил Боб. – Конечно, подарки Послу Мирового Совета от культовых сообществ приятны и полезны, но пора самостоятельно организовать безубыточное хозяйство, как минимум.

– О каких подарках идёт речь? – поинтересовался Абрам. – Башня Роберта, глубинные пещеры Скалистого Берега...

– А главное – люди! – подхватил Боб. – Лоли, Элис, Марта с Юлей...

– Ты уже спал с ней? – абсолютно неожиданно взвился Габриель.

– С Мартой? – переспросил Роберт.

– Она тут причём?! – снова повысил голос Жрец Света. – С Юлей!

– Нет, конечно, Габри. Юля – девчонка ещё! – эмоционально воскликнул Боб. – Умненькая, внимательная, порывистая, чувствительная, добрая, но девчонка...

– Спасибо, Роберт! – с чувством произнёс Габриель и резко успокоился. – Возможно, сейчас ты нужен Юле больше, чем я. Береги её. Со временем... Впрочем, не будем предвосхищать события. Однако Юлию необходимо подготовить к взрослой жизни. Эльзой я недоволен последнее время.

– Почему же? – поднял брови Боб. – Оттого, что не она стала моей женой? Вы, действительно, хотите породниться со мной, чтобы легче было использовать молодого и неопытного политика, Господа Жрецы?

– Кто тебе сказал? – Абрам едва не оступился на крутом уклоне тропинки. – Впрочем, это очевидно...

– Дело не только в том, чтобы породниться, Роби, – с нехарактерной для себя мягкостью заговорил Жрец Света Габриель. – Смысл тесных личных контактов в зарождении нового поколения наших семей. Ты и сам говоришь о постепенном заселении поверхности Обители.

– Ну, да, ну, да... Клан Небесных-Берг... Небесные горы – красиво звучит! – усмехнулся Роберт. – С Эльзой мы не сошлись характерами.

– Да, с ней трудно поладить, – задумчиво произнёс Абрам.

– А ты откуда знаешь, папа? – изумился Боб.

– Как ему не знать? – с раздражением воскликнул Габриель. – Видишь ли, Роби, моя старшая дочь, помимо публичной деятельности, работает тайным курьером между представителями культов Света и Тьмы. Бывают такие случаи, когда информацию нельзя доверить электронным средствам связи... Так что, с твоим отцом она познакомилась гораздо раньше, чем с тобой, и...

– Что «и»? – спросил Роберт, заметив, как напряглось лицо Габриеля. – Ты спишь с Эльзой, папа?!

– А... Ну, это было давно... – извиняющимся тоном пробурчал Абрам.

– Твой отец – первый мужчина моей старшей дочери! – с нескрываемой злостью произнёс Габриель.

– Лихо закручено, – задумался Боб. – То-то я думаю, с чего это меня после тридцати лет так на женщин потянуло. В отца, значит...

Хмурое лицо Жреца Света разгладилось, и… он захохотал от души. Абрам фыркал, хмурился, но тоже не удержался от смеха. Они уселись на валун, красовавшийся на обрывистом берегу пролива, посмотрели друг на друга и… обменялись рукопожатиями в знак примирения. Роберт шумно выдохнул и пожал плечами.

– А я и не заметил, как мы почти до моста дошли, – произнёс он, рассматривая грандиозное сооружение. – Первый раз вижу его так близко.

– У тебя в гараже электромобили имеются, – удивился Габриель, – к мосту ведёт ровная дорога естественного происхождения. А дальше, через мост – Южный материк, где хватает каменистых и грунтовых дорог. При желании, до технической Башни Мирового Совета добраться можно. Пользуйся!

– Непременно, – кивнул Боб. – Однако мы так увлеклись личными переживаниями, что уклонились от обсуждения главных тем нашей дипломатической встречи... Активно распространять свои культовые концепции среди населения вы не стремитесь. Нет мыслей о том, чтобы разработать компромиссную идеологию единого культа и продвигать её в массы?

– Единую?! – ахнули Жрецы и переглянулись.

– Вы сразу же вспомнили легенду? – Роберт с улыбкой посматривал на растерянные лица Жрецов. – Заметьте, я не предлагаю новое религиозное учение, противоречащее традиционным культам. Я призываю вас договориться между собой.

– Культ Тьмы и Света? – пришёл в себя Абрам.

– Нет-нет, так вы передерётесь, споря – Свет или Тьма должна упоминаться первой, – с каменным выражением лица Боб наблюдал за эмоциональной реакцией Жрецов. – Культ Единой Обители, например... А лучше Культ Космоса.

– Какое счастье, – качая головой, хрипло произнёс Габриель. – Какое счастье, что нас никто не слышит!

– Космос, если я правильно помню, это – некое пространство за пределами атмосферы Обители, – ожил отец Роберта. – То есть, безбрежные просторы, где находится и Тьма, и Свет... На редкость богатая идея.

– Ты серьёзно, Абрам? – застонал Жрец Света.

– Я не настаиваю на немедленной и бурной деятельности в подобном направлении, но предлагаю задуматься, – с олимпийским спокойствием произнёс Боб. – Предложенная мною концепция может сплотить цивилизацию. А в борьбе не только за умы, но и за сердца людей можно задуматься о реализации идеи космического полёта.

– Роберт! – не сдержавшись, выкрикнул Габриель. – Откуда ты знаешь о работе учёных в подобном направлении?!

– Узнал только сейчас… от тебя, Габри, – радостно рассмеялся Боб. – До нынешнего момента я имел информацию только о теории космических перемещений. И, естественно, знаком о спорах по поводу второго небесного тела, якобы имеющегося на орбите Обители вокруг Светила. Слышал о попытках подтвердить или опровергнуть неоднозначное предположение, предпринимавшихся ещё до мировой катастрофы, то есть более двух тысяч лет назад.

– Расскажи ему на обратном пути, – обратился Габриель к Абраму, – что-то мне выпить захотелось...

«Историки Обители, ссылаясь на старинные документы, утверждают, что до катастрофы предпринимались попытки непосредственного изучения отдалённого, безвоздушного пространства, Космоса, как ты его обозначил, – начал свой рассказ отец Роберта по пути в Башню. – Доподлинно известно, что с поверхности Обители осуществлялись пуски специальных аппаратов – ракет с двигателями, способными преодолеть притяжение планеты. Многие подробности событий тех времён до нас не дошли. Известно, что число удачных пусков оказалось невелико. Непосредственно к Светилу отправили считанное число ракет. Две из них, якобы, обогнули Светило и не обнаружили никакой Анти-Обители. Однако полной уверенности в достоверности информации у нас нет. Не исключено, что её засекречивали во избежание народных волнений».

– Если Анти-Обители не существует в действительности, со временем её необходимо создать, – воскликнул Роберт.

– Зачем? – в один голос вскрикнули Жрецы.

– Искусственно созданный объект, назовём его спутником, позволит, с одной стороны, эвакуировать население Обители в случае необходимости, а с другой стороны, облегчит дальнейшее изучение и освоение Космоса, – озвучил свои мысли Боб. – С идеологической точки зрения подобный проект поставит перед нашей цивилизацией масштабную цель, сплотит людей, заставит работать их мозги, подтолкнёт к творчеству и созиданию.

– Твой проект выглядит сомнительным и весьма дорогостоящим, как минимум, – скептически отозвался Габриель.

– Он невыполним? – прямо спросил Роберт.

– Я этого не говорил, – покусывал губы Жрец Света. – Более того, пару лет тому назад некоторые предприниматели Северо-Запада предлагали осуществить виртуальный проект «Анти-Обитель».

– Виртуальный? – переспросил Боб. – В чём его смысл?

– Идея задумки была такова... В средствах массовой информации Обители неожиданно появляются сообщения о подготовке летательного аппарата для отправки к Светилу с целью обнаружения мифической Анти-Обители. Абсолютное большинство населения подземных городов на трёх обитаемых континентах никогда не видело воочию, ни Светила, ни поверхности Обители и, естественно, понятия не имеет, что такое летательный аппарат. Однако подобное сообщение способно наделать много шума. Кстати, о декларируемой тобой сплочённости человечества... Думаю, несведущие люди прилипнут к видеоэкранам, на которых появятся изображения ракеты, стартовой площадки, Светила и, конечно, отправляющихся к Анти-Обители героев-лётчиков, даже если те окажутся существами искусственного происхождения... Нынешний уровень развития компьютерных технологий позволит смоделировать фантастическое путешествие в деталях.

– Кому интересен далёкий от реальности, виртуальный полёт? – так и не понял Боб.

– Он вызовет повышенный интерес у населения, готового выложить деньги за подписку на фантастический сериал, как бы, в режиме реального времени. Думаешь, люди не поверят? Ещё как поверят, Роби! – с усмешкой заговорил Габриель. – А для инвесторов и создателей сериала проект «Анти-Обитель» сулил огромные барыши... В тёмном сообществе нашлись научные консультанты из числа Жрецов, знакомых с историей, с технологиями и техническими решениями, необходимыми для полёта за пределы Обители. Братство Света наотрез отказалось участвовать в проекте. Таким образом, создатели сериала лишились не только наших консультаций, но и возможности организовать натурную съёмку, о которой они тайно мечтали. Дело дошло до закрытого заседания президиума Мирового Совета, большинством голосов запретившего бессовестно обманывать народ. Так в проекте «Анти-Обитель» была поставлена точка… или многоточие.

– У этой истории имеется продолжение? – догадался Роберт.

– Официально проект закрыт, – пожал плечами Габри. – Но, по неподтверждённым данным, на Северо-Западе имеются горячие головы, продолжающие заниматься им тайно, продвигать идею исподтишка.

– Видишь ли, сын, – заговорил Абрам. – Заинтересованные лица готовили проект колоссального масштаба, растянутый по времени на долгие годы. Если бы разрешение было получено, сейчас жители подземных городов жили бы с уверенностью в том, что на поверхности и за пределами Обители происходят грандиозные исторические события. Трудно представить, куда бы это нас привело...

– Как минимум, к созданию культа Анти-Обители, – нахмурился Боб, а его собеседники приумолкли и задумались...

– Боюсь, что ты можешь оказаться прав, – наконец заговорил его отец.

– Неужели я слышу эти слова собственными ушами? – вспыхнул Габриель. – Мы постоянно твердим сообществу Тьмы о возможных, крайне негативных последствиях проекта «Анти-Обители», о необходимости вычислить последователей этой гнусной истории и пресечь их деятельность на корню.

– Абсолютное большинство Жрецов Тьмы никогда не присоединится к подобной провокации, – нехотя продолжил Абрам. – Сразу после закрытого заседания Мирового Совета отщепенцев в наших рядах мы вычислили, но... Да, преждевременно считать вопрос окончательно закрытым... К счастью, твоя идея, Роберт, не имеет с ним ничего общего. Если братство Света не возражает, мы предоставим тебе все имеющиеся архивные данные, а также информацию о теориях и разработках современных учёных, касающихся реальных космических полётов.

Глава 21.Тьма застит Свет

Глава 21. Тьма застит Свет

После насыщенной общением прогулки обедали с аппетитом и молчаливо. Заметив, что для большого хозяйства у Роберта не хватает сотрудников, Габриель передал ему от Братства Света разрешение на ограниченное использование человекообразных биороботов. «В любом случае, тебе следует опираться на надёжных людей, Роби, – прощаясь, заговорил Жрец Света. – Если таковых не найдётся, мы с твоим отцом поможем тебе с кадрами». Подтверждая его слова, Абрам сразу согласился предоставить в помощь сыну свою сегодняшнюю спутницу. Роберт вежливо отказался. «Она, конечно, в высшей степени соблазнительная дамочка, но здесь ей делать нечего, – с улыбкой размышлял он. – Либо отец хочет подсунуть мне очередного соглядатая, либо решил эффектно избавиться от надоевшей подружки».

Один за другим, Жрецы покинули Башню Роберта, согласовав с Бобом новую встречу через пару недель. Однако Эльза задержалась с молчаливого разрешения хозяев и явно не торопилась домой. На закате Светила Алиса предложила Роберту совершить традиционный заплыв. Он согласился, и Эля немедленно увязалась за ними. На её инициативу мгновенно отреагировала Симона. Личный секретарь и помощница Посла Мирового Совета по вопросам безопасности отнеслась к старшей дочери Габриеля с недоверием. Делая вид, что любуется с пляжа закатным пейзажем, Сима наблюдала за тройкой пловцов. Обычно Боб и Элис устраивали вечерний заплыв, постепенно готовясь пересечь пролив и достичь противоположного берега. Сегодня о полноценной тренировке пришлось забыть. Эльза выдохлась после пяти минут плаванья. Отдыхая, перевернувшись на спину, она заговорила с Робертом:

– Кажется, в отличие от женщин Башни, моё присутствие тебя нисколько не волнует.

– С какой стати мне беспокоиться? – улыбнулся он. – Ты таишь в себе угрозу?

– Раньше ты не был столь равнодушен ко мне, – огорчённо произнесла Эльза. – Хочешь сказать, что женатому мужчине неприлично обращать внимание на красивых… посторонних женщин?

– Дипломату не пристало демонстрировать свои чувства, но для тебя я могу сделать исключение, – насмешливо заговорил Боб. – Ты страшно разочаровала меня, Эля. Однажды меня угораздило влюбиться в девушку, хладнокровную до дрожи. Уже не юный, но глупый мужчина не мог поверить, что под очаровательной внешностью скрывается равнодушная к нему, расчётливая карьеристка. Да ещё и тайный агент, как выясняется...

– Не преувеличивай, дорогой! – томно улыбнулась Эльза. – Со своей стороны могу признаться... Твои достижения, не только в профессиональном смысле, но и на личном фронте меня впечатляют и… возбуждают. Как называется ревность наоборот?.. Нет, доверие – это не обо мне. Безразличие – не о тебе... Отказываясь от близкого общения с милыми женщинами ради того, чтобы присвоить меня, ты казался невыносимо скучным. Да, твой ребёнок мне бы не помешал, но...

– Не расстраивайся оттого, что твой проект не осуществился, Эля! Со мной у тебя всё позади, – своё раздражение Роберт умело скрыл дипломатичной улыбкой. – На просторах Обители хватает интересных и перспективных мужчин, потенциальных отцов твоего ребёнка... А я излечился от душевной хвори, и близкие мне люди не страдают от безразличия и скуки.

– Я заметила, – нахмурилась старшая дочь Отца Габриеля. – Если не хочешь вылавливать меня с морского дна, давай вернёмся на берег. Ты позволишь мне держаться за твоё плечо?..

Алиса подошла к сидящему на мелководье Роберту, демонстративно нежно поцеловала его в губы и убежала в Башню. Симона осталась на «боевом посту». Эльза подсела к мужчине и, косясь на его нагое тело, проговорила:

– Ты возбуждаешь меня, Боб! Хочешь, я сниму свой купальник?

– Бобом меня называют старые друзья, – глядя на растворяющийся в сумраке противоположный берег, ответил он. – Не исключено, что когда-нибудь мы с тобой подружимся. Всё остальное не имеет смысла.

– Ты только со мной становишься скучным? – фыркнула Эля. – Тебе не идёт напускная серьёзность. По-моему, приятнее осязать понравившееся тебе тело к взаимному удовольствию.

– Тебе захотелось со мной переспать? Или ты увидела во мне потенциального любовника? – усмехнулся Роберт. – Одноактные пьесы меня не вдохновляют, а в роли постоянной любовницы я тебя не вижу... Ты – красивая женщина и привлекаешь меня, как и прежде. Но, извини, пожалуйста, кроме приятельского общения, мне нечего тебе предложить...

Если Эльза и обиделась на мужчину, не так давно добивавшегося её расположения, то не показала вида. С разрешения хозяина она осталась на ночлег в гостевой комнате Башни Роберта. К засидевшейся гостье домочадцы отнеслись спокойно. Правда, Илона заговорила о ней с мужем перед сном:

– Мне показалось, что Эльзу наконец-то потянуло к тебе... Я бы не расстроилась, Роби! Всё-таки, она – не чужой нам человек...

– Что за вздор, жёнушка моя? Ты бы заснуть не могла и беспокойно ворочалась до самого утра, – улыбнулся Боб, прижимая жену к себе. – Но дело даже не в том, что я забочусь о спокойствии твоего сна...

– В чём же? – с нескрываемым интересом спросила она, а он ответил:

– Из двух женщин широко известный в узких кругах Посол Мирового Совета по особым поручениям выбрал ту, которая привлекательнее, красивее, желаннее, ближе, роднее для него лично...

Не желая откладывать работу по превращению морской пристани в современный порт, Боб попросил Алису познакомить его со своей роднёй. «Честно говоря, я беспокоюсь о том, что Зоя, Лидия и Эжен не впишутся в твою концепцию новой Башни, – заговорила Элис, провожая Роберта в небольшое двухэтажное здание, расположившееся у причала. – Впрочем, твои дипломатические способности и внимательное отношение к людям творят чудеса... Мне даже интересно, насколько тебе понравится моя сестра?»

Зоя не пришлась Бобу по вкусу. Нет, он сразу отдал должное эффектной внешности рыжеволосой сестры хозяйки Башни, но стоило Зойке открыть рот, первое впечатление решительно переменилось...

– Оно Вам надо, Господин Посол? – воскликнула Зоя, выслушав идеи Роберта о модернизации портового хозяйства, строительстве ферм и посёлка. – Нет, конечно, при наличии лишних денег мы поможем Вам их потратить. А реальную прибыль может принести только рыболовецкий флот и завод по переработке морепродуктов. Рыбная ферма – тоже хорошо, но вложения окупятся лет через пять, не раньше...

– Мне понятен Ваш подход к жизни, Зоя, – вежливо улыбался Боб, сидя за столом в комнате, служившей жильцам столовой и кухней. Помимо него, Алисы и её сестры, здесь никто не присутствовал. Позвать на встречу Лидию и её сына Эжена Зоя не удосужилась. Роберт продолжил разговор: – Меня интересуют не столько прибыли, сколько образ жизни людей, имеющих отношение к Башне, во владение которой я вступил несколько дней назад.

– Какой образ жизни может быть у пропахшей рыбой, тридцатилетней женщины? – фыркнула Зоя. – В те часы, когда здесь появляются посетители, я работаю на нашем маленьком предприятии. Остальное время тратится на уход за оборудованием, домашнее хозяйство и отдых. Если Вы предполагали встретить здесь интеллектуалов, вроде Вашей Элис, то глубоко ошибались.

– По-моему, Вы прибедняетесь, – улыбнулся Роберт. – Насколько мне известно, Вы – высококвалифицированный специалист по электрическим двигателям и электронике, Лидия – дипломированный географ, а её сын...

– Эжен – несносный, непослушный мальчишка, а его мамаша слишком глупа и бесхарактерна для того, чтобы понять проблемы сына и предпринять решительные шаги в вопросе его воспитания, – неожиданно резко отреагировала Зоя на слова нового хозяина Башни. – Их проблемами приходится заниматься мне.

– Я могу пообщаться с Вашими «воспитанниками»? – натужная улыбка приросла к лицу Роберта.

– Зачем? – в облике Зои появилось напряжение, но всего на несколько мгновений: – Впрочем, мужская рука им не повредит. Я не ревнива, да и времени на отдых больше останется.

– Пожалуй, я схожу за Эженом и Лидией, – глубоко вздохнула Элис, – а вы пока поговорите наедине...

Стоило Алисе выйти из столовой, Зоя немедленно устремилась к кухонному шкафу, наполнила две рюмки из бутылки рома и протянула одну из них гостю.

– Выпьем за знакомство? – подмигнула ему она и, опустошив рюмку, продолжила беседу в скользком направлении: – А Вас не надо воспитывать?

– В каком смысле? – сдвинул брови Боб.

– Сами знаете в каком, – дерзко ответила Зоя. – Вы будете воспитывать Лиду с её сыночком, а я Вас.

– Или наоборот? – усмехнулся Роберт.

– Вы меня?! Смелое заявление, – покачала головой сестра Алисы. – Я предполагала, что моим воспитателем станет муж, но этот здоровенный обалдуй оказался тряпкой. Вам нравятся слабые, бесхребетные мужчины?.. Вот и мне быстро надоело. Приятнее чувствовать себя свободной женщиной, пусть и пропахшей рыбой.

– От Вас не пахнет рыбой, Зоя! – Боб прочувствовал настроение, манеру общения женщины и расслабился. – Зато мантия Жреца Тьмы была бы Вам к лицу. Почему Жрецами становятся только мужчины?

– Вот и я не понимаю... Почему, Ваше Превосходительство? Подходящих женщин не могут сыскать? Но я-то, определённо, достойна высокой оценки и ответственной должности. Вопиющая несправедливость! – Зоя расхохоталась и показала гостю большой палец. – Вы не хотели бы перейти на «ты» с потенциальной Жрицей Тьмы, уважаемый Роберт?..

После брудершафта женщина крепко прижала мужчину к себе. Боб прочувствовал достоинства её упругого тела, а во время сочного поцелуя в комнату вошли Элис, Лидия и Эжен.

– Я предполагала, что вас нельзя оставлять наедине даже на четверть часа! – усмехнувшись, воскликнула Алиса. – Зойка, прекрати совращать нашего Хозяина!

– Я не виновата! – неожиданно для всех отреагировала её сестра. – Хозяин приказал, и твоя Зайка, ну, то есть Зойка не посмела ослушаться...

Лица Элис и её родственников вытянулись. Роберт выпустил Зою из своих объятий и громко рассмеялся. Он уже понимал, что старшая сестра Алисы занимает доминирующее положение в своём маленьком коллективе, и её нынешнее показательное выступление шокирует окружающих. «Прежде всего, – не желая затягивать гнетущую паузу, заговорил Боб, – я хочу прояснить сложившуюся ситуацию. Вы трое живёте не в Башне Роберта, а рядом с ней по принципиальным соображениям?» Все посмотрели на Зою, а она неожиданно предоставила слово Лидии.

– После… смерти мужа, – заикаясь, заговорила сильно побледневшая женщина, – нам с сыном стало неуютно в Башне. Зоя к тому времени уже жила здесь, в доме у причала, и пригласила нас к себе. Позже мы решили, что… от добра добра не ищут. Пока в Башне не появился новый хозяин, не следовало что-то менять... Теперь… пришли Вы... Вам и решать нашу судьбу.

– Мы с Элис оставим Вас на некоторое время, Господин Посол, – Зоя незаметно подмигнула задумавшемуся Роберту и взяла Алису за руку. – Нам нужно обсудить некоторые хозяйственные вопросы...

– Я наслышан о твоём таланте художника, Эжен, – продолжая разговор с Лидией и её сыном, произнёс Боб. – Твои способности необходимо использовать для общего блага. Первое задание будет следующим... Элис прогуляется с тобой по окрестностям. Ты выберешь места с наилучшим обзором и напишешь несколько пейзажей. На них в красоты местной природы должен быть вписан задуманный мной небольшой посёлок.

– Посёлок? – в унисон переспросили сын и мать.

– Да, – кивнул Роберт в ответ. – Среди деревьев и скал я вижу несколько симпатичных домиков, соединённых продуманной инфраструктурой: электричество, водопровод, дорожки в порт и к Башне...

– Я… сделаю это, – глаза двадцатилетнего подростка загорелись. – Разрешите приступить, Ваше Превосходительство?

– Конечно, – улыбнулся Боб. – Зачем откладывать неизбежное, перспективное и приятное занятие?

Он проводил глазами Эжена, удалившегося из комнаты в приподнятом настроении, и строго взглянул на его мать.

– Вы намереваетесь разлучить меня с сыном, Хозяин? – чуть слышно произнесла она.

– Не совсем, – неожиданно поставленный вопрос не поставил Роберта в тупик. – Твоему мальчику пора становиться самостоятельным, иначе он никогда не станет мужчиной. Ты не согласна, Лида?

– Я?.. Нет... Да... Наверное, Вы правы, Хозяин, – растерялась Лидия. – Наша жизнь угодила в тупик...

– Расскажи мне о ней, – властные нотки в голосе мужчины заставляли женщину трепетать, а он и не думал останавливаться: – Расскажи открыто, искренне, в деталях. У меня есть время для того, чтобы выслушать тебя с полным вниманием.

– В деталях? – смутилась вдова прежнего хозяина Башни Роберта. – Я… постараюсь.

Поначалу несвязный рассказ Лидии, постепенно обрастая деталями, начал обретать стройность... Под покровительством пожилого мужа молодой женщине жилось вольготно. Жрец Света Отец Роберт неторопливо, с осторожностью ввёл юную, скромную и пугливую барышню в свою семью. В семнадцатилетнем возрасте она родила ему долгожданного сына. К тому моменту мужу Лидии было под семьдесят, и он уже не надеялся увидеть наследника.

Юную маму Отец Роберт холил и лелеял, освобождая от хозяйственных забот. Избалованный родителями Эжен рос тихим и робким мальчиком с гуманитарными наклонностями. Продолжение дела отца ложилось на плечи дочерей. Наследницей старого Роберта, по существу, становилась Элис, что нисколько не тревожило Жреца Света в последние годы жизни... Вот только покинул свою семью он скоропостижно, не оставив чётких распоряжений.

Горе Лидии было неподдельным. Пусть она любила мужа не как желанного мужчину, а скорее, как доброго отца семейства, но любила искренне. Лида не представляла себе жизни без покровительства Отца Роберта, вне их общего дома. Но и продолжать жить в Башне после его кончины, как ни в чём не бывало, оказалось невозможно чисто психологически, хотя Алиса и уговаривала Лидию остаться с Эженом дома. Лиде требовалось покровительство сильной, доминирующей личности. Ею стала старшая дочь мужа Зоя.

Однако разница между совместной жизнью с добродушным мужем и строгой, суровой после неудачного замужества родственницей оказалась существенной. К тому же возникли серьёзные проблемы с нежно любимым сыном, перешагнувшим порог совершеннолетия по возрасту, но не по отношению к жизни. Эжен заканчивал гуманитарный факультет Академии, проявлял недюжинные способности художника, но оставался робким, зависимым от окружения, «маменькиным сынком». В свободное от учёбы время он выполнял не слишком обременительные, разовые поручения Зои, рисовал по настроению и делил с мамой комнату в доме у пристани.

Отдельной проблемой взросления Эжена стали его гормональные всплески. Знакомиться и поддерживать отношения с девушками из Академии он не желал решительно. Лидии стало казаться, что сыну нравятся женщины постарше. Заинтересованные взгляды Эжена на Зою нервировали Лиду. Она почти решилась на откровенный разговор с сыном, но прежде обыскала его личные вещи, чего не позволяла себе никогда прежде. Любопытство стоило Лидии дорого. Она получила сильнейшую психологическую травму. Нерегулярные записи в личном дневнике сына и, особенно, хранимые им втайне от матери рисунки вызвали у неё настоящее потрясение. На многочисленных портретах Эжена были изображены только две женщины – Зоя и… его родная мать! В этом не было бы ничего предосудительного, если бы подросток не рисовал полураздетые, а порой и полностью обнажённые женские тела со всеми анатомическими подробностями! Лидия не знала, как поступить, и даже не могла понять: её мальчик фантазирует или подсматривает за объектами своих желаний? Поделиться проблемой с Зоей она не решилась, но стала присматривать за Эженом с повышенным вниманием.

Однажды ночью, делая вид, что уже спит, Лида наблюдала за сыном, ворочавшимся на своей узкой кровати, расположенной у противоположной стены комнаты. Поверив, что мать уснула, Эжен крадучись подобрался к её постели и начал медленно сдвигать одеяло, укрывавшее тело Лидии. Не веря в реальность происходящего, она застыла и затаила дыхание. Сын осторожно трогал женские плечи, нежно целовал руки. Лида терпела до тех пор, пока Эжен не добрался до её груди! В тот момент, когда мальчик стал целовать соски через тонкую ткань ночной рубашки, Лидия не выдержала.

– Что ты делаешь, сынок? – с тихим стоном прошептала она.

– Мама... – пойманный с поличным, Эжен задрожал как осиновый лист, но не выпускал женское тело из своих рук. – Я восторгаюсь тобой! Ты у меня – самая прекрасная женщина на свете! Позволь мне...

– Что?! Что я должна тебе позволить? – горячечным шёпотом воскликнула Лида, всеми силами пытаясь скрыть от мальчика своё волнение и… лихорадочное возбуждение.

– Разреши мне ласкать, целовать тебя... – безумно шептал сын. – Позволь мне проявить своё обожание... Тебе будет приятно, я обещаю...

– Как такое возможно, Эжен? Я – твоя мать... – чуть слышно восклицала она, уже понимая, что вряд ли сможет отказать мальчику в возможности осязать своё тело, долгое время лишённое мужской ласки.

Лидия ещё помнила объятья своего мужа. У сына, конечно, не имелось и малой доли отцовского опыта, но как же он был горяч и нежен. Лида забыла обо всём на свете, пока не почувствовала мужское естество, упёршееся ей в бок... «Нет! Этого допускать нельзя ни в коем случае!» – кричал её разум. Лидия отстранилась от сына с намерением остановить безумие, и её взгляд упал на детородный орган подростка. Он живо напомнил ей хорошо знакомый, небольшой член мужа, но выглядел крайне возбуждённым, набухшим... «Я что-нибудь придумаю, – стараясь не демонстрировать свою растерянность, придав взгляду строгость, заговорила Лида. – Я постараюсь тебе помочь, при условии, что ты перестанешь вожделеть тело своей матери раз и навсегда».

– Со временем мальчик получил от тебя всё, о чём мечтал? – спросил Боб в паузе между излияниями несчастной женщины.

– Нет-нет, Хозяин, – удручённо покачала головой она. – Я устояла, но моя нерешительность в решении неожиданной и столь интимной проблемы стоило мне очень дорого...

Напряжённость в отношениях матери и сына вскоре оказалась секретом Полишинеля для Зои. Она подозревала, что от неё скрывают какую-то личную тайну. Отправив Лиду с сыном на ближайшую ферму под надуманным предлогом, Зоя обыскала чужую спальню и наткнулась на рисунки Эжена. Помимо портретов, он рисовал сцены своей выдуманной близости с женщинами и прятал свои работы под матрасом постели. Натуралистичные рисунки привели Зою в восторг, и однажды она вошла в спальню Лидии в момент проходящего на повышенных тонах разговора на интимные темы... Ситуация получилась крайне неловкая и, она полностью перевернула жизнь Лидии и её любимого сыночка.

По сути, Зоя стала их всевластной хозяйкой. Она заявила, что лично займётся воспитанием Эжена и его матери. Процесс воспитания вылился в регулярное удовлетворение своеобразных желаний Зои. Хозяйка позволяла себе всё, что ей заблагорассудится. Без зазрения совести она оставляла в своей спальне на ночь Лидию или Эжена, по настроению...

– Теперь нашим воспитанием займётесь Вы, Хозяин? – Лида внимательно взглянула на Роберта и сразу опустила взгляд в пол.

– Я не ожидал от тебя подобной откровенности, Лидия. Однако, это только поможет нам в дальнейшем общении, – строго заговорил Боб. – Сначала мне нужно услышать от тебя столь же искренние ответы на некоторые вопросы. Какой ты представляешь себе дальнейшую жизнь? Не слишком ли ты расслабилась, занимаясь одной только бухгалтерией вашего скромного предприятия? Твоё мнение мне интересно… пока.

– Я – профессиональный географ, Хозяин, – попыталась сосредоточиться женщина, ожидавшая совершенно иных вопросов. – Если у Вас найдётся работа по моему профилю...

– Работа для тебя появится, если ты способна перестраиваться с личных проблем на общественные и производственные нужды, – строгость в интонации голоса Роберта нарастала. – Сейчас мне кажется, что больше всего на свете тебя интересует, будет ли Хозяин обладать тобой и твоим сыночком?

– Простите, Ваше Превосходительство! – взмолилась Лидия. – Я веду себя, как безумная нимфоманка, Господин... Всё дело в том, что происходившие за последние годы перемены только усложнили и без того невесёлую жизнь, сделали меня нервозной. Я надеялась, что искуплю свои проступки жизнью с Зоей, но получается наоборот. Вероятно, настала пора разрубить узел проблем...

– Или узаконить твой статус девки для развлечения Господина, – пожал плечами Роберт.

– Возможно, это – один из способов разрубить узлы, – поёжилась женщина и, словно от жары, расстегнула верхние пуговицы своей строгой блузки. – В любом случае, моя жизнь в тупике, и Вы могли бы... Простите, Хозяин, Вы считаете меня страшной и старой развратницей?

– То, что я не стремлюсь раздеть тебя в первый день знакомства, не означает скептического отношения к твоей внешности, – усмехнулся Боб. – На мой вкус, ты гораздо милее Зои. Но ответственность за благополучие вдовы прежнего хозяина Башни Роберта и её сына я беру на себя по иной причине.

– Спасибо, Хозяин! – Лидия вздохнула с облегчением. – Теперь я буду спокойна, что бы Вы ни сделали с нами.

– Для начала я на несколько дней лишу тебя привычного общества. Эжену предстоит выполнить моё задание, а кроме того, его ждут неожиданные знакомства, – Роберт подсел к Лиде на диван и обнял её дрожащие плечи. – А ты проведёшь ближайшие дни в Башне, хорошо знакомой тебе по прежней жизни, но меняющейся по воле нового хозяина. Там в ближайшие дни тебе предстоит дать несколько уроков географии мне и людям из моего окружения.

– Вы шутите, Хозяин?.. Нет? – женщина изменилась в лице и, кажется, повеселела. – А как же Зоя?

– Ты беспокоишься о своей «Госпоже», Лида? Это интересно... – улыбнулся Боб. – Не волнуйся, она внакладе не останется.

Глава 22. Дружеское участие

Глава 22. Дружеское участие

Утром следующего дня хозяин Башни Роберта с удовольствием знакомился с набросками новых пейзажей Эжена. Они оказались выполнены мастерски, со вкусом и с фантазией. Перед глазами Боба вставали картины будущего посёлка, прекрасно вписанного в ландшафт, стильного, красивого и удобного для проживания. Роберт задавал уточняющие вопросы, Эжен с радостью отвечал. Талантливый художник почувствовал себя полноправным соавтором масштабного проекта, ощутил интерес к себе со стороны взрослого, опытного мужчины, и это окрыляло художника. Ближе к вечеру Господин заводил его в лифт, устремившийся в глубины Обители.

Осознав, что оказался на территории сообщества Жрецов Тьмы, Эжен растерялся и затрепетал. Окончательно добили его слова, произнесённые красивой брюнеткой, которую Хозяин называл Миланой: «Вы привели нового раба на алтарь Тьмы, Ваше Превосходительство?» У двадцатилетнего подростка предательски задрожали коленки, а Господин, кажется, разозлился. «Прежде чем что-то сказать, следует подумать, детка! – мрачно произнёс он. – Эжен прибыл сюда на сутки для… ознакомления с тёмными глубинами и для релаксации, чему очень поспособствует твой острый язычок, Милана. Попроси кого-нибудь из толковых прислужников устроить экскурсию для гостя, а сама возвращайся в мои покои».

– Прошу прощения, Хозяин! – с глубоким вздохом воскликнула Милана, вернувшись в хозяйские покои. – Я так обрадовалась Вашему визиту, что сболтнула лишнего.

– Ах, какая хитренькая девушка! Вывернулась? – засмеялся Боб. – Тебя не радует перспектива покувыркаться с молоденьким и хорошеньким парнишкой?

– Воля Ваша, Хозяин! Но если речь зашла об интимных отношениях, я бы предпочла удовлетворить Ваши желания, – прямо ответила она.

– Очень мило, – усмехнулся Роберт, – но несвоевременно. Я не требую от тебя ничего противоречащего твоим убеждениям. Мне хотелось бы разобраться в интимных предпочтениях и пристрастиях Эжена, но вовсе необязательно, чтобы им занималась ты лично.

– Прекрасно, – удовлетворённо улыбнулась Милана. – Я организую эффективную релаксацию для молодого человека. Мне следует знать о нём что-то конкретное?

– Строго между нами, – сухо заговорил Боб. – У Эжена имеется крайне скудный опыт в общении с женщинами. Порывистая, мальчишеская любовь к особе на семнадцать лет старше его, к счастью, миновала без серьёзных последствий. Первая женщина – особа доминантного склада, старше Эжена на десять лет. Это всё.

– Если я правильно поняла Вас, Хозяин, – кивнула прислужница Тьмы, – мне следует выяснить, как повлияло общение с этими женщинами на психику и жизненные приоритеты парня.

– Верно, – кивнул он. – Ты – догадливая девушка, Милана.

– Надеюсь, Вы по достоинству оцените мои способности после того, как получите доклад по интересующему Вас вопросу, – обворожительно улыбнулась она. – Могу ли я использовать всех имеющихся у меня в наличии людей и биороботов?

– О, ты привыкла действовать с размахом! – фыркнул Роберт. – Я не возражаю против любых идей, не основанных на насилии. Но помни о том, что твои эксперименты ограничены во времени.

– Конечно, – сидя за столом, Милана соблазнительно закинула ногу на ногу. – А… если молодой человек через сутки сам не захочет покинуть глубины Тьмы?

– Завтра Эжен поднимется на поверхность Обители вне зависимости от своего желания, – Боб с интересом взглянул на женщину, убедился, что они говорят на одном языке, и добавил: – А дальше видно будет.

– Всё предельно ясно, Хозяин, – кивнула она. – Что-нибудь ещё?

– После того, как ты организуешь досуг мальчика, мы пообедаем с тобой вдвоём и поговорим о более важных вопросах, – взгляд Роберта стал предельно серьёзным. – Речь пойдёт о техническом обеспечении проекта, задуманного мной на поверхности.

– Мы сделаем всё возможное, Господин, – мгновенно отреагировала Милана. – Вы убедитесь, что на нас можно рассчитывать.

– И тогда твоя должность управляющей обретёт постоянный статус, – завершил диалог Посол Мирового Совета.

На следующий день Боб снова спустился в глубины для того, чтобы забрать оттуда Эжена. Милана передала его Хозяину с рук на руки и заговорила о том, что место реализации проекта посёлка желательно увидеть собственными глазами. К её удивлению, Господин Посол не отказал прислужнице Тьмы в просьбе побывать на поверхности Обители и пообещал организовать Милане экскурсию в ближайшие дни.

По пути наверх Роберт поинтересовался у Эжена:

– Как тебе понравился ознакомительный визит в глубины Тьмы?

– Всё это… очень неожиданно и волнительно, Хозяин! – распахнул глаза двадцатилетний подросток. – Таинственное место, таинственные люди... Я пережил незабываемые часы... Мне сказали, что я смогу бывать в глубинах регулярно, если… стану Вашим рабом. Это правда?

– Сейчас ты нужен мне на поверхности. Тебе предстоит детализировать эскиз посёлка, затем твоя работа будет рассмотрена проектировщиками и строителями, – пояснил Боб. – Что же касается глубин... Тебя не обманули. Но так ли необходимо становиться рабом? Мне даже интересно, что прельщает живущего на поверхности Обители, свободного молодого человека в подобном статусе?

– Я готов к предельно честному общению с Вами, Хозяин, – выпалил Эжен и… густо покраснел. – Маме не решался сказать, что… уже не нуждаюсь в ней постоянно, так, как раньше, а Зоя...

– Она слишком жёстко ведёт себя с тобой? – попробовал угадать Роберт.

– Нет-нет, я не вижу проблемы в жёсткости… при определённых обстоятельствах, – смущаясь и тщательно подбирая слова, ответил подросток. – Но требования Зои всё чаще нервируют меня. Порой мне кажется, что она пытается поссорить и разлучить меня с мамой, ничего не предлагая взамен.

– По сути, Зоя – твоя старшая сестра по отцу. Что она может предложить тебе кроме нынешних отношений, противоестественных для большинства людей, – пожал плечами Боб.

– Ещё полгода тому назад эти отношения казались мне идеальными, – в голосе Эжена зазвучала грусть. – Я помогал Зое на пристани, а маме в домашнем хозяйстве, рисовал в свободное время. А детали личных отношений... Пусть они и пугали маму своей… необычностью, но... Мы находили взаимопонимание, средство от одиночества. Мама первой устала от переживаний за меня, от неопределённости, а Зоя не останавливалась и требовала полного подчинения...

– Некоторое время Лидия будет жить отдельно, в Башне Роберта, – строго произнёс Хозяин, – а ты по-прежнему будешь ночевать у Зои.

– Даже если она станет излишне придирчивой ко мне, я потерплю, – понурил голову подросток. – Участие в Вашем проекте посёлка для меня большая радость. А личные проблемы решатся, когда Вы вернёте меня в Башню и время от времени станете пускать в глубины...

– У меня остались некоторые личные вопросы, Эжен... Самые сильные эмоции ты испытал, когда Зоя в жёсткой форме предъявила тебе претензии в извращённой тяге к собственной матери?.. Понятно, – покачал головой Боб. – Вероятно, подобные темы возникали позже в форме ролевой игры?.. Так я и думал... Как же ты будешь обходиться без подобных… развлечений?

– Возможно, однажды Вы сами застигнете меня за чем-то предосудительным с кем-то из прислужников Тьмы… или с Зоей, – в голосе Эжена появилась просительная интонация.

– Даже так? – вскинул брови Роберт. – Ну-ну...

– Теперь моя судьба в Ваших руках. Я дождусь Вашего решения. У меня хватит терпения, Хозяин! – часто закивал Эжен. – Мама тоже умеет терпеть и ждать, но её душевные силы уже на исходе. Если у Вас нет желания и времени заниматься ею лично, отправьте маму к Госпоже Милане, пожалуйста...

Ещё год тому назад Бобу не могло прийти в голову, каким тяжёлым грузом для его разума станет женский вопрос. Ему казалось, что хорошим советчиком в подобных проблемах для него станет Илона. Нельзя сказать, что Роберт ошибся, но согласившись стать женой хозяина Башни на поверхности Обители, она настолько прониклась жизнью её обитательниц, что иной раз помогала им во вред себе. Хорошо, что у Боба сохранились добрые отношения со старыми приятелями и, особенно, с лучшим другом и главным советчиком – Ершом.

Правда, при каждой новой встрече Сергей норовил выдать очередной сюрприз. То он заявлял другу, что интересуется возможностью вступить в Сообщество Жрецов Тьмы и настаивал на знакомстве с отцом Роберта. То знакомил его со своей новой девушкой и, вгоняя её в краску, предлагал пожить с ними втроём. То демонстрировал Бобу свою новую домработницу, называя её вершиной эволюции андроидов, и настаивал на вечеринке вчетвером, имея в виду Ларису или другого биоробота женского пола по выбору друга. Сегодня Роберту наконец-то удалось в приватной беседе поделиться с Сергеем наболевшими проблемами.

– Свой малинник ты называешь проблемой?! – внимательно выслушав друга, недоумевал Ёрш. – Я искренне считал себя непревзойдённым ловеласом, но ты меня почти переплюнул, Боб! Вскоре в каждом городке на любом континенте тебя будет встречать очаровательная, заботливая дамочка. Блистательная перспектива! Что тебя смущает, Господин Посол Мирового Совета?

– Отсутствие душевного равновесия, спокойствия! – скривился Роберт.

– Эка ты загнул, дружище... И после смерти нам не обрести покой! – фыркнул Сергей, но перестроился на серьёзный лад: – Хорошо, для начала мы с тобой поговорим… о любви. Скажи, кого из своих женщин ты любишь, а кого… только ценишь по достоинству.

– Ёрш, я неравнодушен ко всем близким людям, – вздохнул Боб. – Даже тебя, дурака, люблю...

– О, нет! – театрально взмахнул руками Ершистый. – Для подобных стремлений у тебя Эжен имеется... Вернёмся к обсуждению женского вопроса. Ты считаешь, что благотворное влияние Исидоры Небесной и доверие Мирового Совета превратило тебя в альфа-самца. Ерунда, ты просто созрел для великих подвигов, и как общественный деятель, и как мужчина!.. Например, я – существо принципиально полигамное, но возможности Жрецов Света меня не прельщают. Жёны, дети – это громадная ответственность, которую мне не потянуть. Я готов нести её за свои поступки, за свои проекты, но никак не за жизнь и здоровье деток. В какой-то степени я сам ещё ребёнок... Упомянутая тобой тайна космических полётов влечёт меня гораздо сильнее, чем семейная идиллия с самой распрекрасной женщиной на планете.

– А я переживаю… за них больше, чем за Анти-Обитель, – покачал головой Роберт. – Они у меня красивые, добрые, ранимые...

– И хорошо! – порывисто воскликнул Сергей. – Мужчина, не интересующийся женщинами, потерян для общества!

– Мы с тобой не из их числа, – рассмеялся Боб. – Жаль только, что ты не желаешь вникать в тонкости демографической ситуации...

– Быть может, когда-нибудь позже я задумаюсь над своей жизнью в подобном ракурсе... Извини, на столь выдающиеся подвиги твой друг пока не готов. Для них у нас есть героическая личность, то есть ты. Рожай на здоровье, Ваше Превосходительство! – хмыкнул Ёрш. – В конце концов, ограничившись одной любимой женой, ты толкаешь своих женщин во Тьму.

– Как это? – не разобрался Роберт.

– Они вынуждены идти с тобой к алтарю Тьмы, а то… прогонишь ещё, чего доброго, – с улыбочкой развёл руками Сергей. – Впрочем, будучи уникальным персонажем и болтаясь между Светом и Тьмой, ты и рабынь заставишь рожать. Вот Жрецы удивятся... Не переживай ты так, Роби! Если женщина тянется к тебе и готова ждать, а твоя симпатия к ней неизменна, то какие могут быть сомнения? Назвать тебя всеядным не поворачивается язык. Допустим, я с удовольствием проведу ночку с хорошенькой незнакомкой и без душевных терзаний расстанусь с ней поутру... А ты отказался от Эльзы или от Зои, например, вовсе не потому, что они непривлекательны. Просто душа твоя к ним не лежит... И, наоборот, неоднозначный персонаж Лида затронула твои тонкие душевные струны. Кстати, она сразу увидела в тебе доброго и властного Хозяина. Не мучай милую женщину... Да, она постарше тебя на три-четыре года, ну и что? Не всё же Господину девчонок воспитывать?..

Похожий разговор состоялся у друзей и ещё через несколько месяцев. Поделившись деловыми новостями, политическими тайными и деталями продвижения головокружительных проектов, они вернулись к личным вопросам.

– Меня интересуют два неоднозначных персонажа, – заинтересованно говорил Сергей, – старшая сестра твоей Алисы и её бывший парень.

– Зоя получила трёх биороботов в компенсацию за утерю Лиды и Эжена, – заулыбался Роберт. – А Кевин пытался восстановить расположение Элис, пока она не заявила ему, что продолжит общение с ним только после того, как он станет рабом Господина Посла и владельца тёмных глубин по совместительству.

– Да ну? – ухмыльнулся Ёрш. – И красавчик согласился?

– Кевин поник, – фыркнул Боб, – а вскоре неожиданно сошёлся… с Зоей.

– Крутой поворот! – рассмеялся Сергей. – Теперь она занимается его воспитанием? По полной программе?

– Наверняка. Деталями я не интересовался, – посмеивался Роберт, – но поговаривают о том, что, отчаявшись стать Жрецом Света, Кевин намеревается переехать к Зойке и работать в нашем морском порту. В принципе, я не возражаю...

– По-моему, ты расслабился и не отдаёшь себе отчёт в том, что рядом могут находиться… игроки другой команды, – покачал головой его Ершистый друг.

– Посовещавшись с Илоной и Симоной, мы решили, что лучше контролировать потенциальных шпионов, чем выискивать их среди незнакомых лиц, – подмигнул ему Боб и снова рассмеялся.

– Моя школа! – одобрительно кивнул Сергей.

Сегодня их общение завершал ужин в обществе особ искусственного происхождения. Лариса посматривала, не косится ли Роберт на венец творенья Ерша – его «богиню». К многочисленным достоинствам новой домработницы Сергея Боб отнёсся индифферентно, чем очень порадовал Лариску. Но окончательно добило её финальное заявление Посла Мирового Совета:

– Лара, ты настолько засветилась в качестве связующего звена между Серёгой и мной, что далее использовать тебя в таком качестве мы станем только после длительной паузы и по большой необходимости.

– И что же мне делать теперь? – растерялась она.

– Через несколько дней приступишь к работе в Посольстве, в качестве помощницы Софии. Она там зашивается от анонимных обращений граждан. Следует разобраться, что за доброхоты нам пишут, не переставая, и что им от нас надо, – Боб с удовольствием посматривал в расширяющиеся голубые глаза Ларисы. – С твоей работой мы определились, а сейчас собирайся-ка ты домой.

– Куда?! – ахнула она.

– Домой, – кивнул ей Роберт. – Дори нас уже заждалась...

– Нас?! – Лара не могла поверить своим совершенным слуховым устройствам.

– Правильно! – воскликнул Ёрш. – Сколько времени я должен терпеть нахождение в своём доме девчонки моего друга?..

Не скрываясь и не таясь, идти по Белокаменной столице под руку со своим мужчиной и улыбаться... Что может быть лучше, даже если ты – не человек, а продвинутый биоробот с почти человеческим мироощущением? «Скажи мне, пожалуйста, Роби, – глядя на него, интересовалась Лариса. – Когда вы с Ершом говорили о том, что мужчина, не интересующийся женщинами, потерян для общества... Речь шла и обо мне тоже?» Роберт промолчал. Он развернул Лару к себе лицом и принялся целовать её, прямо на улице, у всех на виду... Прохожие смотрели на них, пожимали плечами и улыбались, даже капитан Симона Вагнер, незаметно сопровождавшая шефа до дверей его старой квартиры.

Роберт твёрдо решил задействовать лучшего друга в своих проектах на постоянной основе. Сергей покапризничал для вида, но быстро согласился. Решающим доводом стало знакомство с папой Боба, Отцом Абрамом. Жрец Тьмы выслушал друзей внимательнейшим образом и посоветовал им немедленно начать тесное, постоянное и… секретное сотрудничество.

«Вы оба утверждаете, что Бобби находится «под колпаком» Министерства Безопасности и служителей двух культов, – пояснял он. – Судя по вашему визиту, о конфиденциальности общения со мной сын не беспокоится, чему я очень рад. Однако только наивный человек может полагать, что всё сообщество служителей Тьмы однородно. Например, при всём уважении, Отец Фарид не сделает ни единого шага, противоречащего интересам тёмных Жрецов. С другой стороны, я не убеждён в искренности Жреца Света Отца Габриэля... Короче говоря, отстаивая необходимость реализации собственных и весьма перспективных, на мой взгляд, проектов, вам придётся балансировать на грани. Как минимум, три разнонаправленные силы могут, как помочь, так и противодействовать вашим начинаниям. Именно поэтому я предлагаю сохранять в тайне ваши деловые контакты, выставляя напоказ исключительно легкомысленные, дружеские отношения... Разумеется, рано или поздно секреты раскрываются. Но на первом этапе желательно выиграть время для работы без внешнего давления... Со своей стороны я готов предложить Сергею легенду, согласно которой он стажируется у меня в качестве кандидата в Жрецы Тьмы».

Многоумный Ёрш сделал вид, что задумался над словами Отца Абрама, хотя готов был принять его предложение сразу. Прежде всего, его подкупила возможность познакомиться с новейшими технологиями, техническими прорывами и научными открытиями Сообщества культа Тьмы. Впрочем, и своеобразные, свободные нравы тёмных Жрецов отлично вписывались в жизненную позицию Ерша.

В последующие недели Сергей зачастил в глубины Обители к папе своего лучшего друга, быстрой наладив с ним общий язык общения. У Абрама и Ерша оказалось много общего – математический склад ума, жгучее желание работать на ниве технического прогресса, умение эффективно сотрудничать в мужском коллективе, обаяние и схожее отношение к женскому полу. Через пару месяцев они уже отлично понимали друг друга и легко перешли на «ты».

- С высоты прожитых лет, подскажи мне достопочтенный Отец... – с улыбочкой обращался к Абраму Ёрш: – Какая женщина самая лучшая?

- Новая! – фыркал папочка Роберта, и они начинали хохотать в унисон...

Интуитивные, порою парадоксальные «инженерные озарения» Сергея произвели впечатление на Жреца Тьмы. Долгие часы они проводили в дискуссиях на научно-технические темы и в совместной работе, но и отдыхать не забывали. Вполне естественные для тёмного сообщества порочные развлечения нашли горячий отклик у Ерша, со временем действительно ставшего кандидатом в Жрецы Тьмы. Абрам знакомил его со своими подружками, как искусственного, так и человеческого происхождения. Сергей похвастался перед ним своей «богиней» и, пользуясь советами старшего товарища, в очередной раз довёл её до «абсолютного совершенства».

Однажды Ерша угораздило познакомить Отца Абрама со своей очередной пассией, отправившись с ней к нему в глубины Тьмы. В дальнейшем Сергей не допускал подобных легкомысленных вольностей. Потерявшая ощущение реальности пространства и времени студентка политехнического института надолго задержалась в тёмных глубинах и закономерно превратилась в прислужницу тёмного культа. От полного отчаяния девушку спасли заверения о том, что Жрец возьмёт её под свою опеку. Но Ёрш-то прекрасно понимал, что его опрометчивый поступок в корне изменил судьбу барышни, и страшно сокрушался по этому поводу.

«Послушай, Серёга, – отчитывал друга Роберт, – Жрецы Света должны заботиться за жён и детей, но и со Жрецов Тьмы никто не снимает ответственности за своих прислужников. Пора бы тебе задуматься об этом». Впервые попав в личные глубинные подземелья Посла Мирового Совета, Сергей уныло кивал, подтверждая свою вину. Обстановку разрядила появившаяся здесь подружка Боба Лоли. Талант психолога или дружеское участие помогли ей найти нужные слова? Во всяком случае, Ёрш ожил, и в его душе шевельнулось подзабытое с юных лет чувство... Уж не влюбился ли полигамный ловелас?

Глава 23. Пополнение

Часть вторая

Глава 23. Пополнение

С момента появления близких родственников и обретения Робертом полноценной семьи минуло два года. В его Башне на поверхности Обители появились новые жильцы. Самым долгожданным из них стал Яков – ныне годовалый сын Илоны и Боба. Появлению малыша радовались не только родители. Женщины Башни дружно выразили желание стать няньками. Сказать, что Илона радовалась сыну, значит не сказать ничего. Она была счастлива! Без преувеличения ликовали папа и мама Роберта. Абрам стал появляться в Башне чаще, а Беатрис прилетала к внуку регулярно, порой оставаясь с ним на несколько дней.

Грандиозное событие познакомило Боба с тёщей! Илона не знала своего отца и не рвалась вводить в круг новой семьи собственную мать. Однако показать ей Якова, она посчитала своей обязанностью. Сорокатрёхлетняя шатенка Танита мало походила на свою дочь и произвела неоднозначное впечатление на Роберта. Нарочито привлекательная дама то и дело бросала заинтересованные взгляды своих блудливых тёмно-зелёных глаз на Посла Мирового Совета. Зять вёл себя с ней вежливо, но соблюдал безопасную дистанцию. К несчастью, в тот день в Башне гостил отец Роберта. Танита сразу привлекла внимание Абрама, почувствовала это и, не заинтересовав собой зятя, решила довольствоваться обществом свата.

- На самом деле, я не могу ответить на Ваш вопрос, – томно заговорила она со Жрецом Тьмы, поинтересовавшимся отцом Илоны. – В юном возрасте у меня отбоя от мужчин не было. Это сейчас мне милее покой и тихая работа смотрителя водохранилища Белокаменной столицы...

- На мой взгляд, Вы скромничаете, Танита! – заговорщицки улыбался ей Абрам...

На вопросы сына он ответил уклончиво и пообещал держать себя в рамках приличий. Роберт сделал вид, что поверил папе. Илона только фыркала и пожимала плечами.

Надо сказать, что первым, через пару часов после рождения мальчика, в Башню неожиданно примчался Габриель. Поздравляя Илону и Роберта с первенцем, он восклицал, воздевая руки к небу:

– Твою мать, Роби! Мне остаётся только завидовать. Несмотря на все старания, у меня одни девчонки рождаются. А ты... Вы с первого раза произвели на Свет парня. Искренне рад за вас!

– Спасибо, Габри! Но упоминание о моей маме здесь явно лишнее. Конечно, если бы не было её, и я не родился бы, но и у тебя с ней… дочка, замечательная девушка получилась, – посмеиваясь, принимал поздравления молодой отец. – Правда, твои дочери не спешат осчастливить отца внуками.

– Да уж... – почесал затылок Жрец Света. – Кстати, об этом я хотел поговорить с тобой наедине.

– Почему наедине? – пожал плечами Боб. – В истории моей личной жизни для Илоны нет закрытых тем.

– Отец Габриель, я сама пытаюсь донести до Роберта мысль о том, что счастье материнства не должно достаться мне одной среди близких ему женщин, – заговорила Илона. – На поверхности Обители мы живём по законам Братства Света и должны пользоваться прописанными в нём правами.

– Может быть, оно и так, – отмахивался счастливый отец Якова, – но всему своё время.

– Я буду радоваться за вас, и… надеяться, – не стал настаивать гость...

Помимо всеобщего любимца Якова, за прошедшие два года появились в Башне и взрослые мужчины. По любопытному стечению обстоятельств ими стали институтские приятели Боба – Макс и Гарри. Роберт поддерживал с ними отношения от случая к случаю, но однажды неожиданно столкнулся с Максом в театре. В Белокаменной гастролировала труппа Исидоры Небесной. Новый спектакль «Даздраперма» по одноимённой пьесе неизвестного автора античных времён привлёк внимание завзятого театрала. Скорректировав свои планы, Роберт оставил дома глубоко беременную в тот момент Илону и отправился в театр вдвоём с Софией. Исидора играла главную роль и делала это с присущим ей полным погружением в материал. Она перевоплощалась в свою героиню и жила на сцене, заставляя зрителя сопереживать – тревожиться, любить, ненавидеть, умирать вместе с главной героиней постановки.

В антракте Боб нос к носу столкнулся со своим институтским приятелем. Оказалось, что он появился на премьере случайно, вместо своего прихворнувшего давнего знакомого… Сергея Ершистого. После окончания спектакля они встретились вновь и, вместе с Софией, отправились в гримёрку примы. Макс ошалел сначала от знакомства со знаменитой актрисой, а затем от горячности поцелуев, которыми она осыпала его институтского приятеля. Оказавшись в их компании в одном из престижных ресторанов города, он оторопел в третий раз. Это случилось в тот момент, когда метрдотель заведения обратился к Роберту: «Добро пожаловать, Ваше Превосходительство!» Максу оказалось невдомёк, что его хороший знакомый стал Послом Мирового Совета. Подобному неведению не следует удивляться. Уже опытного инженера-строителя интересовали в жизни две вещи. Во-первых, работа, которой он отдавал большую часть времени и недюжинного таланта. Во-вторых, общительные женщины, реальные и виртуальные. С одной из реальных возлюбленных он даже прожил около двух лет, но она стала исключением из правил. Другим не удавалась делить Макса с его работой более полугода. Озвученные во время позднего ужина планы Роберта о строительстве поселения на поверхности Обители, привели его приятеля в состояние священного трепета. Через неделю Макс впервые побывал на поверхности, в Башне Роберта, и с восторгом принял предложение остаться здесь надолго и всерьёз.

Близкий друг Макса, специалист по информационным технологиям и компьютерной технике Гарри присоединился к своим старым знакомым на месяц позже. В отличие от Максима, с головой погрузившегося в нескончаемую работу в окрестностях Башни, он успевал вносить свою лепту в реализацию планов Роберта, как на поверхности Обители, так и в подземных городах – в поселении Скалистый Берег и в Белокаменной столице Северо-Восточного континента. Там он активно подключился к деятельности офиса Посла Мирового Совета по особым поручениям.

Разговор с Сергеем (по поводу неожиданной встречи с Максом)

– Твои переживания излишни, – улыбался Ёрш. – Пользуясь своими возможностями, я отслеживал судьбы наших приятелей после окончания института. Если бы они попали в сферу интересов Министерства Безопасности или Жрецов одного из культов, я бы об этом знал. Могу назвать имена трёх наших парней и двух девчонок, работающих на специальные службы, но Макса и Гарри среди них нет.

– Конечно, это успокаивает, – вздохнул Роберт, – но их могли тайно завербовать в последние месяцы... Нет-нет, я не заметил в парнях двойного дна, и общаемся мы с удовольствием. Просто мне страшно не хотелось бы разочаровываться в людях, делающих со мной одно, общее дело.

– Ты романтик, Боб! – фыркнул Сергей. – Не стану скрывать, что совсем не случайно Макса тебе подсунул я... А жизнь прекрасна, и очарованием, и разочарованиями. Иначе и быть не может. Разумеется, я перепроверил Гарика и Макса по линии моего отца, но надёжность наших друзей определит только время... Кстати, как они отреагировали на свой первый визит на поверхность Обители?

– Макс пришёл в полнейший восторг! – заулыбался Роберт. – Гарри заметно нервничал, но действительность умиротворила его. «От сердца отлегло», – сказал сам Гарик. Честно говоря, и я переживал за него. Мне казалось, что наш компьютерный вундеркинд подвержен боязни открытых пространств.

– И у меня имелись подобные подозрения, – кивнул Ёрш, – Гарри никогда не проявлял склонности к путешествиям. Рад, что обошлось... С другой стороны, я и в себе не уверен. Если позовёшь в свою Башню, ринусь на поверхность при первой возможности! В конце концов, надо бы проверить... Вдруг я этот... Как называлось доисторическое животное, предпочитавшее жить в темноте?

– Крот! – Боб рассмеялся и весело подмигнул лучшему другу.

Помимо людей мужского пола, в Башне Роберта появилось несколько существ искусственного происхождения. Первой Боб переселил на поверхность свою домработницу Дори. В сущности, большой необходимости в подобном перемещении не имелось. Но оставлять свою давнюю помощницу в пустующей квартире Роберт не захотел. Изредка задерживаясь в Белокаменной столице Северо-Востока по делам Посольства, он ночевал у Софии, куда перебралась и Лариса. А Дори неожиданно стала незаменимой помощницей в хозяйских покоях Башни Роберта. Первыми словами, произнесёнными Яковом, стали: мама, папа и… Дори! («Доли!» – с улыбкой во весь свой беззубый род восклицал малыш). Верная помощница Боба искрилась от счастья.

За два года окрестности Башни Роберта преобразились. На полную мощность заработал грузовой терминал, в состав которого вошёл небольшой, но современный морской порт, новая, удобная площадка для посадки воздухолётов, модернизированный лифт, позволявший транспортировать в глубины Обители и обратно грузы больших габаритов, и даже небольшая автоматизированная фабрика по переработке даров океана. Две задуманные Робертом фермы органично вписались в ландшафт предгорий неподалёку от Башни. Ещё одна ферма заработала на противоположном берегу залива, то есть на Южном материке Обители. Восточнее морского порта, на берегу океана, в устье небольшой речушки появилось хозяйство по выращиванию ценных пород рыбы и моллюсков.

Стараниями целого коллектива сотрудников под руководством главного строителя Макса в километре от жилища Роберта, по эскизам Эжена на горных склонах был спроектирован и построен посёлок. По мере роста числа людей, работавших на производстве, в сельском хозяйстве и сфере обслуживания, рос и населённый пункт. Помимо жилых модулей, появились магазинчики, кафе, салон красоты. Готовился к открытию архитектурный бриллиант проекта – культурный центр с театральной студией. Пусть размерами он не мог конкурировать с аналогичными сооружениями столиц подземных континентов, зато отличался продуманностью внутреннего содержания. Здесь планировалось устраивать спектакли, выставки, концерты, коллективные просмотры фильмов. После открытия центра там могли заниматься творчеством музыканты и художники, писатели и артисты. Отец Роберта Абрам выражал скепсис по поводу количества творцов и зрителей, но население посёлка росло неуклонно, появлялись и гости. Моряки и фермеры доставляли сюда свои товары и оставались на ночлег или короткий отдых. И пусть доступ подземных жителей на поверхность был строго ограничен, Боб искренне надеялся, что со временем ситуация изменится. А на открытие театральной студии он вознамерился пригласить целую делегацию во главе с Исидорой Небесной. Запланированные трёхдневные гастроли её труппы на поверхности Обители обещали стать венцом карьеры театральной примы, по мнению самой Доры. Во всяком случае, подобных гастролей не случалось ни у одной театральной знаменитости, и она готовилась к ним с невероятным энтузиазмом.

Однако Роберт с Максом не собирались останавливаться на достигнутом. В их архитектурной лаборатории появились первые чертежи учебного центра. Нет, они не претендовали на лавры Академий, имевшихся на трёх обитаемых материках Обители. Предварительно одобренная Братством Света идея Роберта сводилась к созданию учебного заведения для людей, получивших общее образование, но желающих обогатиться глубокими знаниями и навыками в приоритетных направлениях, где наблюдался дефицит специалистов.

Изменялись и люди, поселившиеся в Башне Роберта с первых дней обретения ею нового хозяина. В первую очередь изменения коснулись стремительно взрослеющей Юлии. Она получила общее образование и поступила на медицинский факультет Академии. Дар целительства Юля унаследовала от матери. По мнению Марты, способности дочери превышали её собственные возможности многократно. Юлия не только училась, но и практиковала под наблюдением матери, подтверждая выданные ей авансы. Например, простуду Алисы, приболевшей после купания в холодной воде, она вылечила за два дня. Растяжение связок стопы беспокоило Роберта не больше суток. Правда, Марта с негодованием утверждала, что три сеанса массажа, проведённые Юлией, не имели никакого отношения к диагностированному повреждению.

Нельзя сказать, что Юля ревновала мать к Роберту или наоборот. Она не могла утверждать, что он уделяет ей мало времени. Но повзрослевшую девушку категорически не устраивало качество их общения. Юлия считала, что Боб по-прежнему относится к ней, как к ребёнку. После того, как ей исполнилось шестнадцать лет, Юля попросила, нет, она потребовала, чтобы Хозяин относился к ней, как к полноценной рабыне! В ответ Роберт посоветовал ей… избавиться от ошейника, не предложив ничего взамен. Девушка вскипела, но промолчала.

В семнадцатилетнем возрасте Юлия напомнила Хозяину о том, что Габриель просил подготовить его дочь к взрослой, в том числе интимной жизни. Боб не отказал ей в подобной подготовке. Один раз в месяц он беседовал с Юлей о пикантных деталях отношений мужчины и женщины. Роберт говорил с ней прямо, по-мужски. Рассказывал о болевых и чувствительных точках тела, показывал их на ней и на себе. Девушка приходила в исступление оттого, что всё это происходило в присутствии её матери! Более того, желанный ею мужчина вёл себя отстранённо, как доброжелательный и строгий учитель. В его поведении Юля не видела ни грамма чувственности, желания обладать её молодым телом, хорошеющим день ото дня... Сейчас, когда до восемнадцатилетия остались считанные недели, Юлия прямо спросила своего мучителя:

– Когда мне стукнет целых восемнадцать лет, Господин продолжит говорить со мной, как с девчонкой?

– Если ты и тогда не одумаешься, – ответил он, – мы поговорим иначе.

– Я не отступлюсь! – срывалась на крик Юля. – Я добьюсь своего!

– Зачем? – очень тихо вопрошал Роберт. – Из простого упрямства? Рассмотрим нашу ситуацию без эмоций... Мужчине тридцать пять лет, девушке восемнадцать. Тебе не кажется, что ей нужен молодой парень, равноправный партнёр, друг, любовник... Или из солидарности со своим отцом ты мечтаешь породнить меня с кланом Небесных?

– Ты! Только ты – мой лучший друг, равный партнёр и… желанный любовник! – кричала она. – Признайся уже, что считаешь меня дурнушкой, не выдерживающей сравнения с Илоной, Барби, Алисой...

– Я не желаю и не стану сравнивать женщин друг с другом, – всё так же тихо говорил Боб. – Это пошло.

– Скажи мне хотя бы одну пошлость! – продолжала неистовствовать Юля. – Просто признайся, что я страшнее моей старшей сестры!

– Для меня ты роднее, ближе и, конечно, милее Эльзы, – не меняя мягкой интонации голоса, отвечал Роберт.

– Серьёзно? – округлила глаза Юлия и… мгновенно успокоилась: – Тогда мы вернёмся к этому разговору в день моего восемнадцатилетия...

Мать Юлии, напротив, успокоилась и расцвела в новых реалиях своей жизни. Роберт не забывал заботиться о ней, и Марта перестала сравнивать себя с молодыми спутницами Хозяина. Да, она воспринимала его, и как хозяина Башни и её окрестностей, и как своего личного Господина. Новый статус соответствовал мировоззрению Марты, и радовал её гораздо больше, чем прежнее положение постылой жены Габриеля. С появлением в Башне Роберта малыша Якова, Марта перестала ощущать неловкость в отношениях с Илоной. Она искренне помогала молодой маме ухаживать за её первенцем. А собственной дочери Марта позволила выбирать свой путь самостоятельно, втайне надеясь, что в решающий момент Роберт не оттолкнёт стремительно взрослеющую и хорошеющую девушку.

Алисе стало легче хозяйничать в Башне двух Робертов, как про себя она иной раз называла их общий дом. У Элис появилось много помощников, и она имела достаточно времени для занятий наукой. Обсерватория под куполом Башни оставалась тайной для всех, кроме неё и Роберта, вплоть до рождения Якова. После этого радостного события Алиса настояла на знакомстве Илоны со святая святых их общего дома. Изумлению жены Боба не было предела. А увидев местную авторскую копию картины Карла Чёрного, она погрузилась в состояние благости. Очнувшись, Илона бросилась обниматься с Алисой и Робертом. И, только успокоившись, смогла произнести разумные слова. «Можете считать меня фантазёркой, – заговорила она, – но автор не фиксировал реальность, а невероятным образом предвосхищал будущее. Ты согласна со мной, Алиса?.. Вы обратили внимание, как разнится фон на различных авторских копиях? На одних видны смутные очертания хижины, на других некие сооружения, окружающие грот... На нашей картине костёр разожжён у входа в пещеру... Вам не приходило в голову, что Карл Чёрный не делал копии, а писал одну и ту же картину в разные годы своей жизни! Он пытался зафиксировать свои озарения, то приближаясь к истине, то удаляясь от неё... Предположим, картина в Башне близка к идеальному воплощению ускользающих видений художника... Пара, удивительно похожая на нас с Робертом, чёрное небо… со звёздами, океан, костёр у входа в грот на острове... А не существует ли подобный остров в действительности?» Боб смотрел на жену с открытым ртом. А Элис улыбалась: «Конечно, существует! Около него мы бросили якорь, когда Госпожа Илона впервые взошла на борт «Фараона». Помните?.. На том острове есть пещера, где по легенде и была найдена местная версия картины Карла Чёрного в удивительно хорошем состоянии».

Алиса не задавала Роберту вопросы о собственном статусе в их отношениях. Она считала себя самой свободной женщиной Башни, что вполне соответствовало действительности. Никто не ограничивал свободу Алисы, ни в работе, ни в досуге, ни в личной жизни. Никто, кроме неё самой... Один раз в неделю, если хозяин Башни оказывался дома, по вечерам они переплывали пролив и отдыхали в укромном уголке заросшего растительностью противоположного берега. В случаях, когда Боб и Элис задерживались и долго не возвращались домой вплавь, на побережье Южного материка за ними приезжал на электромобиле бдительный специалист по безопасности – Симона Вагнер.

Какое-то время Сима жила от одной до другой деловой поездки, где выполняла обязанности личного секретаря Посла Мирового Совета или офицера по безопасности. Обычно в командировках с ними оказывалась Барби, реже Илона или Лоли. Но, по крайней мере, в подобных поездках Симоне не приходилось видеть Роберта в окружении всех женщин Башни... Позже Сима привыкла к тому, что Боб не принадлежит никому персонально. Перестав расстраиваться по поводу того, что их с Робертом объединяют тёплые, но чисто дружеские отношения, она вздохнула свободнее… и неожиданно сошлась с Гарри. Они не походили на влюблённую парочку, но им было о чём поговорить и чем заняться, оставшись наедине.

Лоли оказалась востребована, как квалифицированный психолог, и в поездках Посла, и дома. В непременно случающихся трениях между домочадцами, она находила нужные слова для сохранения тёплого психологического климата в Башне. Знаки внимания, оказываемые ей приятелем Роберта Максом, Лоли игнорировала. Он был ей симпатичен, но она чрезвычайно серьёзно относилась к собственному статусу. Другое дело – загадочные взгляды, что ловила девушка, встретившись однажды с лучшим другом Боба Сергеем. Они выводили Лоли из равновесия, но рядом находился Хозяин. С ним она чувствовала себя как за каменной стеной, в хорошем смысле выражения.

Сомневающаяся в себе натура, Илона обрела уверенность с рождением Якова. Нескрываемая любовь Роберта к сыну и его матери окрыляла женщину. С появлением Илоны в Башне, окружающие, не сговариваясь, отнеслись к ней с особенным уважением. Жена Боба старалась не разочаровывать их. Любой человек из ближнего круга мужа находил у неё понимание, поддержку, доброе слово. Пропуская через себя жизненные проблемы людей, Илона нередко обсуждала их с Робертом. К его изумлению, она настаивала на том, что нисколько не стремится быть единственной женой мужчины, имеющего права Жреца Света, пусть и не являющимся им формально. Илона призывала Боба изменить неоднозначное положение Юлии, задуматься об официальном статусе Барбары, разобраться в отношениях с Алисой и Симоной. Кому, как не Илоне было знать, что тревожит жителей Башни Роберта, и как им помочь вздохнуть свободнее. По ряду косвенных признаков она предполагала, что вскоре её усилия принесут плоды, но жизнь распорядилась иначе.

Глава 24. Призрак Анти-Обители

Глава 24. Призрак Анти-Обители

Срочный вызов к Верховному Жрецу Света изрядно удивил Роберта. Габриель не комментировал приглашение, поступившее Чрезвычайному и Полномочному Послу Мирового Совета по особым поручениям, но предложил составить ему компанию. Оставив сына на попечительство Марты и Дори, Боб с женой отправился в Башню Верховного Жреца на быстроходном летательном аппарате нового поколения. Сотрудничество двух культов в научно-технических вопросах приносило зримые плоды.

В точке назначения гостей поражало белокаменное сооружение дивной красоты, находящееся в трёх десятках километров от Башни Габриеля. По сути, здесь аккумулировалась центральная система управления Братством Света, а значит, всей поверхностью Обители. Неподалёку располагалась Академия Света Северо-Восточного материка.

У посадочной площадки Роберта встречал Габриель. Присутствие Илоны удивило его, но Жрец не подал вида. После краткого приветствия они двинулись в личные покои Верховного Жреца Света – Отца Виктора. Полтора года тому назад ему лично представили Посла Мирового Совета. Позднее они несколько раз общались по видеосвязи. Крепкий седовласый старец выглядел моложе семидесяти лет, хотя по слухам давно разменял второй век жизни. О точном возрасте Верховного Жреца не знал не только Боб, но и Габриель.

Отец Виктор с улыбкой встретил Роберта крепким мужским рукопожатием, Илоне поцеловал руку. Помимо них в малой гостиной личных покоев Виктора находился только секретарь Верховного Жреца. Разговор предстоял серьёзный, и присутствие Илоны вызвало у Жрецов сомнения, читавшиеся на их лицах. Но чувствуя принципиальную позицию Роберта в вопросе участия его жены в конфиденциальной беседе, они не стали заострять внимание на несущественной проблеме.

– Динамика развития посёлка у Башни Роберта вызывает уважение к Вам и Вашим людям, мой друг! – заговорил Виктор. – Надеюсь, поверхностное знакомство с окрестностями Высокой Башни Верховного Жреца Света принесёт пользу для реализации новых задумок. А мы, не скрою, с интересом присматриваемся к Вашему опыту и нововведениям. Но сегодня разговор пойдёт не о них. Меня крайне интересует вовлечённость Посла Мирового Совета в историю проекта «Анти-Обитель». По моей информации, Вы затеяли сложную и весьма рискованную игру на Северо-Западном континенте.

– Благодарю за высокую оценку нашего труда, Отец Виктор, – кивнул Боб. – А мои дипломатические усилия на Северо-Западе, помимо разрешения текущих политических вопросов, по большому счёту сводятся к получению достоверной информации по официально закрытому проекту. К сожалению, сомнительная идея «Анти-Обители» жива, проект практически готов к реализации и выглядит угрожающе. Конкретные данные я регулярно передаю Отцу Габриелю. Без особого результата я официально контактирую с Премьер-министром Северо-Западного континента Энтони Уайтом и его аппаратом. Имеются и неофициальные каналы. Наша идея заключалась в том, чтобы создать проект реального изучения Космоса, как альтернативу виртуальной концепции «Анти-Обители». Северо-Западным средствам массовой информации предложено активное участие в освещении программы космического полёта под эгидой Мирового Совета и, разумеется, по принципу честной конкуренции на коммерческой основе. Желающие поучаствовать появились быстро, но работать они не спешат. На СМИ Северо-Запада оказывается давление так же, как и на конструкторские бюро, руководство производственных мощностей, способных и заинтересованных в реальном проекте.

– Давление? – переспросил Виктор. – Энтони Уайт – скользкий тип.

– Согласен с Вами, Отец, – подтвердил Роберт. – Но давит не он. Давление оказывают на него. Разумеется, Энтони вряд ли признается в этом, но у меня имеются весомые основания так считать. Версия о причастности к создавшейся ситуации Сообщества Жрецов Тьмы признана несостоятельной, хотя отдельные субъекты вызывают подозрения и взяты на контроль.

– Братство Света так же вызывает у Вас сомнения? – хмуро поинтересовался Верховный Жрец.

– Увы, – пожал плечами Боб, – негласные проверки, проведённые Отцом Габриелем, не принесли однозначного результата.

– На данный момент у нас нет прямых улик, подтверждающих вину некоторых Жрецов Света с Северо-Западного материка, – высказался Габриель, – но нет и уверенности в их невиновности.

– Я инициировал тайное расследование по своим каналам, – неожиданно заявил Верховный Жрец поверхности Обители. – Некоторые результаты меня встревожили. Но если в вашем списке присутствует Отец Марк, то поспешу сообщить: он заслуживает доверия и выполняет специальное задание по моему указанию. К сожалению, Марк не может принять участие в нашей встрече из соображений конспирации. Однако полученная им накануне информация как раз и вынудила меня собраться с вами сегодня за одним столом. Дело в том, что неустановленной группой людей на Северо-Западе готовится акция по силовому захвату власти.

– Что?! – ахнули Илона и Габриель в унисон.

– Да-да, – хмуро кивнул Виктор. – Но, кажется, Роберт не удивлён?

– Я – не Жрец Света, но предполагал подобное развитие событий, – не поддаваясь эмоциям, ответил Боб. – Своими мыслями по этому поводу я делился, и с Братством Света, и с Сообществом Жрецов Тьмы. Мои собеседники в большинстве своём посчитали, что Посол Мирового Совета сгущает краски... Какие действия Вы предлагаете предпринять, Отец Виктор?

– Я прошу Вас встретиться с Марком в Спелом Яблоке, Роберт, – Виктор заговорил тише, призывая собеседников к вниманию. – Но сначала выслушайте предысторию... Вам хорошо известно, что властные структуры Братства Света сосредоточены на поверхности Обители, здесь, в Высокой Башне на Северо-Восточном материке. Центр управления Сообщества Жрецов Тьмы находится в глубинах Южного континента. Возможно, по этой причине влияние обоих культов на Северо-Западе ослаблено. В кризисных ситуациях мы неоднократно объединялись с культом Тьмы для нормализации обстановки. Во многом благодаря своевременному изучению проблем и планируемым превентивным действиям собравшихся здесь людей, у нас есть возможность предотвратить худшее. Сообщество Тьмы уже отправило на Северо-Запад одного из членов триумвирата своей власти – Отца Фарида. Вы неплохо знакомы с ним, Роберт, не правда ли? Сегодня в Спелое Яблоко направляется Ваш родной отец – Абрам. От Братства Света там скрытно работает Отец Марк и его люди. Я не рекомендую немедленно информировать Мировой Совет о нашем совещании. Преждевременная огласка приведёт к непредсказуемым последствиям, а значит – к возможным жертвам. В случае Вашего согласия, на Северо-Запад отправится не Посол Мирового Совета по особым поручениям, а чрезвычайный и полномочный представитель обеих культов Обители – Отец Роберт.

– Давно пора, – прерывая паузу, неожиданно высказалась Илона.

– Раньше не додумались, – разводя руками, улыбнулся ей Виктор. – Но нас можно понять. Впервые в истории Обители у нас появляется Жрец Света и Тьмы в одном лице – Жрец Космоса, если хотите!

– Подобные заявления, сами по себе, могут вызвать народные волнения, смуту в умах и мысли о переделе власти, – помрачнел Роберт. – По-моему, Вы намеренно подставляете меня под удар, но ехать, действительно, надо и срочно. А бюрократия Мирового Совета только усложнит дело, особенно учитывая степень его секретности.

– С сообществом Жрецов Тьмы вопрос согласован, – внимательно взглянул на него Виктор. – Вы принимаете наше предложение?

– Да, – сквозь зубы процедил Боб. – Надеюсь, никакие обряды не понадобятся?

– Они необходимы. Обряд посвящения в Жрецы Света совершу над Вами я лично. Это займёт не более часа, – категорично ответил Верховный Жрец Света. – В Жрецы Тьмы Вас посвятят в глубинах Спелого Яблока. Там же Вы получите личное оружие, необходимое в кризисных ситуациях. Сколько времени Вам понадобится на подготовку? Каких людей Вы планируете использовать? Помещения Высокой Башни и мои помощники к Вашим услугам.

– Спасибо за гостеприимство, но со мной на задание отправятся только проверенные временем люди, – Роберт вежливо кивнул Виктору и уточнил: – Прошу доставить сюда капитана Симону Вагнер, программиста Гарри и… Юлию.

– Роби! – ахнул Габриель.

– Извини, Габри! – развёл руками Боб. – В сложившейся ситуации нашей команде понадобится надёжный, энергичный, квалифицированный целитель. Не Марту же мне с собой брать? Юля справится, а я позабочусь о её безопасности... А теперь самое главное, Отец Виктор! После того, как я прилечу на Северо-Запад и спущусь в Спелое Яблоко, по моей команде следует наглухо блокировать все лифты Обители.

– Все?! – вздрогнул Габриель, а Верховный Жрец задумался.

– Вы правы, Отец Роберт, – после паузы произнёс он. – Заговорщиков и их пособников нельзя допустить на поверхность Обители, ни в коем случае. Что-то ещё?

– Да, – кивнул он. – Следует сменить всю охрану лифтов, перебросив на Северо-Западный материк людей с других континентов, и обеспечить усиление по определённой схеме.

– По какой схеме? – заинтересовался Виктор.

– Заговорщики вскоре поймут, что контролируемые ими охранники, а таковые имеются наверняка, оказались под колпаком, – ни на йоту не сомневался Роберт. – Пусть они узнают и о том, что усилена охрана выхода на поверхность из подземелий Северо-Западного континента. Кто-то из них может отправиться на Юг или Северо-Восток, полагая найти слабые места в обороне. В таком случае мы сможем обезвредить их поодиночке.

– С чего ты взял, что заговорщики полезут на поверхность, Роби? – всплеснул руками Габриель.

– Здесь широкие пространства и малолюдно, – пояснил Боб. – Стоит захватить часть территории, и можно диктовать свои условия.

– Но своими манипуляциями мы можем подтолкнуть их к решительным действиям! – засомневался Габри.

– А выжидая, мы получим полностью подготовленную операцию заговорщиков через месяц, если не раньше, – высказалась Илона и, поймав на себе одобрительные взгляды мужчин, решительно добавила: – Не забудь эвакуировать из Спелого Яблока Исидору Небесную, Роби!

Обряд посвящения в Жрецы Света, действительно, занял менее часа. От Верховного Жреца, назвавшего его своим братом, Роберт выходил в непривычном состоянии. Его организм бурлил энергией. Среди знающих людей Виктор был знаменит тем, что не только подчинил себе природные стихии, но и поделился своим умением с Братством. Под его руководством Жрецы Света научились управлять погодой на поверхности Обители. За прошедшие два года Роберт, казалось бы, неплохо изучил технологию процесса, но только сейчас понял, как Жрецы делают это самостоятельно, без технических средств, установленных на Башнях или на паруснике «Фараон», например. Виктор словно вдыхал в Роберта энергию и с ней передавал свои знания, навыки, способности, особенности мироощущения.

– Как Вы это делаете, Отец Виктор? – недоумевал Боб.

– Скоро Вы всё поймёте сами, Отец Роберт, – заулыбался Верховный Жрец. – Только не увлекайтесь демонстрацией силы. Научиться управлять своими новыми способностями Вам ещё предстоит, и... Не следует ли нам перейти на «ты», брат?

В гостиной с поздравлениями Боба встречал Габриель. Впрочем, Роберт сразу перешёл к делу. Энергетика Братства накрыла нового Жреца Света с головой. Он генерировал одну идею за другой...

После полудня следующего дня Роберт вылетел в направлении Северо-Западного материка на личном транспорте Верховного Жреца поверхности Обители. С ним отправились в путь Симона и Гарри. Утомительный шестичасовой перелёт завершился у Яблочной Башни, где гостей встречал её хозяин – Отец Генри.

После короткого обмена свежими новостями и мнениями за непродолжительным ужином путешественники спустились в глубины Спелого Яблока, где их поджидал папа Роберта. Абрама прямо-таки распирало от обилия эмоций. С одной стороны, он спешил передать дополнительную информацию и согласовать планы на ближайшие дни. Общеизвестно, что грамотно организованное взаимодействие союзников – залог успеха. С другой стороны, Абраму предстояло провести обряд посвящения в Жрецы Тьмы собственного сына. О таком знаменательном событии он и не мечтал...

После тёмного обряда Роберт испытывал противоречивые ощущения. Не чувствуя большого прилива энергии, он, тем не менее, стал сильнее. Для пробы отец ударил сына кулаком в грудь. Боб не ждал нападения, но организм и не заметил его. Повторный удар пришёлся в готового к отражению атаки Роберта. Кулак Абрама отскочил от груди сына, как от автомобильной покрышки. Информация о том, что Жрец Тьмы может накрыть подобным щитом своих спутников, находящихся на расстоянии 3–5 метров от него, весьма порадовала Боба. А озадачило Роберта внезапное желание приватно познакомиться с женщинами подземелья... Похотливые мысли он отогнал прочь, переключившись на решения вопросов по обеспечению бесперебойной связи. Отдельная просьба сына об организации рабочего места для его друга, была выполнена Абрамом заранее. Глаза Гарри сияли восторгом. С компьютерной техникой подобной производительности он ещё не встречался. «Гарик, я вижу, что ты уже готов сидеть за мониторами информационно-вычислительной станции круглосуточно, – покачал головой Боб. – Даю тебе два часа на первичное ознакомление с системой. Не позднее оговорённого времени я хочу услышать твой доклад, поужинать и спокойно уснуть. Завтра начнётся большая работа...»

«Первые двадцать частей сериала «Анти-Обитель» готовы к показу на Северо-Западном континенте, – двумя часами позднее докладывал Гарри по существу вопроса. – По некоторым данным, разрешение на показ может быть получено в течение недели. Окончательный запрет способен вызвать народные волнения. Почему?.. «Анти-Обитель» – самый ожидаемый сериал года. Авторы проекта подготовили подходящую почву для его показа. Посмотрите, какие фильмы предлагались для просмотра зрителям Северо-Запада в последние годы... В них сплошь конфликты, неудовлетворённость жизнью, ненависть, агрессия, кровь... Имидж «Анти-Обители» формируется в том же духе. Поиск врагов и расправа над ними... По указанию Мирового совета реклама сериала в Спелом Яблоке запрещена. Однако в других городах, особенно на периферии континента, она проскальзывает нерегулярно, но заметно. Кое-где появляются даже анонсы с эффектными эпизодами первых серий киноэпопеи. Вообще, качество продукта впечатляет. Думаю, любители развлечений подобного рода потирают руки в предвкушении, а таковыми можно считать не менее половины населения Северо-Запада. В дальнейшем создатели «Анти-Обители» планируют выйти на аудиторию других континентов. Они считают, что «домашний» успех сериала заставит Мировой Совет пересмотреть своё отношение к нему... Так на данный момент времени выглядит ситуация с многосерийным фильмом, но не с проектом «Анти-Обитель» в целом... В неофициальном сегменте сети наблюдается повышенная активность. Мне удалось вскрыть несколько подозрительных ресурсов и ознакомиться с перепиской десятков субъектов, скрывающих своё истинное лицо. Разумеется, подобная информация нуждается в проверке. Но, по всей видимости, шумиха вокруг сериала – ширма, за которой спрятаны куда более серьёзные дела».

Во время доклада Гарри в комнате появился Отец Фарид. Внимательно выслушав сообщение, он поприветствовал присутствующих и обратился к Бобу: «Как видите, я не ошибся, уверяя, что Вы окажетесь в наших рядах, Отец Роберт! Пусть это произошло далеко не сразу и уникальным образом, но факт остаётся фактом. Однако перейдём к делу... Ситуация тревожная. Думаю, если не предпринять решительных действий, через месяц мы столкнёмся с хорошо организованной попыткой захвата власти на Северо-Западном континенте. Четвёртый день, стараясь не привлекать внимания, я путешествую по городам Северо-Запада, встречаюсь с надёжными людьми, собираю и анализирую достоверную информацию. Итак, заговорщики обосновались в ключевых населённых пунктах континента. Увы, это происходит не без помощи двух отщепенцев Сообщества Тьмы. Ими налажено кустарное производство огнестрельного оружия. Да-да... К счастью, лучевым вооружением заговорщики не обладают...»

– Зато оно имеется у отщепенцев, как Вы изволите называть продавшихся служителей культа Тьмы, – раздражённо заговорил Боб.

– Верно, – не скрывая досады, согласился Фарид. – Мне удалось обезвредить одного из предателей. К сожалению, именного лучевого пистолета при нём не оказалось.

– Очень жаль, – вздохнул Абрам. – Вооружать людей – преступление, но передача заговорщикам оружия Жрецов Тьмы заслуживает отдельной и самой суровой кары. Что он говорит в своё оправдание?

– Ничего, – помрачнел Отец Фарид. – Он оказал сопротивление и был убит на месте.

– Та–ак, – нахмурился Роберт. – Нам предстоят боевые действия?

– Вероятно, без них не обойтись, но крайне желательно минимизировать потери, – в голосе Фарида не слышалось уверенности. – По имеющейся у меня информации, заговорщики организовали группы вооружённых боевиков, по 5–7 человек в каждой. Кроме того, они используют андроидов. Разумеется, биороботы не могут нападать на людей, но непременно встанут на защиту хозяев... В общем, если одновременно в нескольких городах начнутся беспорядки в ответ на запрет сериала, трагедии не избежать...

– Необходимо сыграть на опережение, – кивнул Боб. – Имеются мысли на этот счёт?.. Думаю, мне пора попробовать себя в роли провокатора. Не зря же я целый год пытаюсь найти общий язык с так называемыми «злыми гениями виртуального мира»? Эх, знать бы, кто ими управляет...

– В процессе расследования заговора возникло несколько предположений, касающихся организаторов проекта «Анти-Обитель», – задумчиво проговорил Фарид. – Например, вполне вероятной выглядит версия, что во главе заговорщиков стоит сын Премьер-министра Северо-Западного континента Энтони Уайт младший.

– Тони? – не поверил своим ушам программист Гарри. – Извините меня, пожалуйста, Отец Фарид, но Тони – небезызвестный игрок в виртуальном пространстве и прожигатель жизни в реальности. Я знаком с ним дистанционно и удивляюсь тому, что сынок Премьер-министра до сих пор не промотал состояние своего отца. В политике Тони может служить только пешкой, игрушкой в чужих руках, но никак не самостоятельной фигурой.

– Ты очень помог нам, Гарик! – неожиданно поблагодарил приятеля Роберт. – Картинка начинает вырисовываться... Премьер не может руководить заговором, ему он не выгоден. А без выгоды у Энтони Уайта и прыщ не вскочит. Сын Премьера, как я понял, без зазрения совести тратит деньги отца, не получая ни в чём отказа. И каково, позвольте спросить, благосостояние семейства Уайт?.. Ага... Так я и думал. Отсюда возникает резонный вопрос: кто манипулирует и сыном, и отцом? Кто заинтересован в том, чтобы ввести в правительство новых, легко контролируемых людей, формально оставив Энтони у власти?

– Ты будешь смеяться, Роберт, но самым заинтересованным лицом в подобной рокировке мне видится жена Премьер-министра, – пожал плечами Абрам. – Энтони за шестьдесят, его сыну скоро исполнится сорок лет. А тридцатипятилетняя мачеха Тони – крайне любопытный персонаж. Ходят слухи, что политику континента во многом определяет роковая красавица Эмили. На самом деле, переплетение интересов на континенте куда сложнее, хотя бы потому что на Северо-Западе серьёзная власть сосредоточена в руках ключевых Министерств – безопасности, промышленности, транспорта, связи. Впрочем, если предположить, что некое чрезвычайное происшествие критически ослабит их влияние, ситуация резко изменится...

– Понимаю, – кивнул Боб.

– Сырая, но вполне рабочая версия, – хмыкнул Фарид.

Гарри немедленно рванулся к компьютеру за скрытой от общественности информацией о семье Уайт. Роберт решил использовать свой источник – Инару из Ведьминой Скалы. С полного одобрения Жрецов Тьмы он задействовал защищённый канал связи.

– О, какие люди! – заулыбалась с экрана сногсшибательная женщина – кладезь информации. – Рада видеть Ваше Превосходительство! Я скучала... Но, если Вам срочно понадобилась моя память, приезжайте в гости. Удалённая связь – это извращение!

– Ты выглядишь феноменально! – искренне восхитился Боб. – А мне, действительно, требуется твоя помощь. Очень-очень срочно, Инара!

– Извини, красавчик, но я высказала свою принципиальную позицию. Приезжай в любое время! – она кокетливо склонила голову набок. – К тому же, в последние дни меня мучают дурные предчувствия...

Пришлось ехать. Роберт резко изменил свои планы. Утром следующего дня он встречал на вокзале Юлю, Степана Сермяжного и… свою давнюю домашнюю помощницу Дори. Ещё через час Боб со Степаном отправились в Солёную Отмель. По пути новоявленный Жрец обоих культов Обители испытывал на себе новую способность, дарованную ему Отцом Фаридом вдобавок к ауре Тьмы, полученной во время обряда посвящения. Фарид назвал свой подарок условной невидимостью...

– Ах, мой Стёпа приехал! – воскликнула Инара, встречая гостей. – Я слышала, что ты уже до капитана дослужился? Ничего удивительного при таком-то начальнике... А Его Превосходительство, значит, обманул свою искреннюю почитательницу. Срочные дела, наверное?.. Жаль, конечно... Ну, да ладно... Кто же нынче с тобой? С кем ты решил познакомить меня, Стёпушка? Представь мне своего спутника, пожалуйста. Втроём мы отлично проведём время!

– С удовольствием, моя королева! – капитан Сермяжный поцеловал руку Инары и после театральной паузы провозгласил: – Его Превосходительство Чрезвычайный и Полномочный Посол Мирового Совета по особым поручениям, а также...

Роберт остановил словесный поток Степана, насладился вытянувшимся лицом хозяйки дома, щёлкнул пальцами... Только после этого Инара увидела его истинное лицо... Чтобы успокоиться, ей пришлось влить в себя два бокала шипучки. Но и после этого в глазах Инары царило изумление девочки, увидевшей, как невзрачный пожилой мужчина превращается в прекрасного принца... После обеда Роберт взял её в оборот.

– Кажется, я рассказывала тебе о старшем Энтони два года назад, дорогой! – напоминала хозяйка Ведьминой Скалы.

– А теперь меня интересует его жена – Эмили Уайт, – кивком подтверждая её правоту, пояснил Боб.

– Зачем тебе понадобилась эта сука, мой чудесный Жрец? – неожиданно резко отозвалась Инара. – Я намного лучше! Только не говори, что подобно неразборчивым мужчинам ты влюбился в эту стерву!.. Ах, ты ещё не встречался с ней и не общался с чёрной колдуньей Эмили наедине? Остерегайся её чар, милый!..

Собираясь в обратный путь, Роберт отдавал строгие распоряжения: «Помните, голубки, что Степан остаётся здесь, прежде всего, как надёжный и верный страж прекрасной дамы. Настали тревожные времена. Даже в Солёной Отмели народ непривычно взволнован. Мы должны спокойно пережить смутные дни, чтобы после... Инара, ты хочешь увидеть Светило?.. Нет, я не шучу...»

Возвращаясь в Спелое Яблоко, Боб принялся анализировать полученную информацию. Разумеется, Инара несколько лет не видела Премьер-министра Северо-Западного континента и его семью, но из её рассказа о славном прошлом Эмили Уайт Отец Роберт почерпнул важные знания. Если отбросить эмоциональные реплики Инары о стервозности, холодности и корысти, жена Премьера представлялась ему теперь не только эффектной и безумно привлекательной женщиной, но и умным, предприимчивым политиком. Версия о её участии в заговоре обретала реальные очертания.

Размышлял Боб и о Степане. Более двух с половиной лет тому назад лейтенант Сермяжный познакомился с красавицей Инарой, а теперь вернулся к ней с видимым удовольствием. В промежутке Стёпа успел успешно поработать в офисе Посла Мирового Совета в Белокаменной столице Северо-Востока, помог Роберту в строительстве посёлка на поверхности Обители, не забывал о безопасности шефа и его сотрудников ни на один день, за что и получил повышение в звании по линии Министерства, которому уже не подчинялся. Сейчас Степан снова встретился и уединился с Инарой. Замкнув один круг, жизнь выходила на другой. «Главное, чтобы Стёпа помнил, что он не в отпуске, – подумалось Бобу. – Придётся ему об этом напоминать, на всякий случай».

Глава 25. Революционная ситуация

Глава 25. Революционная ситуация

С вокзала никем неузнанный Роберт направился в неприметный отель, где его поджидала Лариса, после долгого перерыва снова осуществлявшая функции тайного связного между ним и его другом Сергеем Ершистым. Портье не обратил большого внимания на невзрачного мужчину, прибывшего на свидание к фривольно одетой, симпатичной дамочке.

Высокотехнологичный биологический робот, созданный по индивидуальному заказу и эксклюзивно доработанный первым хозяином, Лара привыкла не проявлять эмоций при виде Боба, но её радостно глаза блестели. Словно читая мысли женщины, Роберт подмигнул ей, улыбнулся и заговорил нарочито громко, чтобы быть услышанным через тонкие стены гостиницы:

– Мы не виделись целую вечность, дорогая! Я страшно соскучился! Пойдём-ка сразу в постельку?

– Вечно ты торопишься, дорогой! – Лариса моментально осознала и подхватила его замысел. – Нет чтобы предложить даме бокал вина для начала...

На взгляд Боба, меры безопасности выглядели излишне жёсткими, но на них настаивал Ёрш, а спорить с ним по такому поводу Роберт не хотел. Все серьёзные разговоры он вёл с Ларой в спальне после бурной и очень шумной постельной сцены. Не расплетая объятий, Лара передавала новости и важные сведения Бобу на ушко. В свою очередь, для передачи Сергею и Софии он доводил до сведения связной информацию о своих ближайших планах и способах дальнейшей связи. Вне постели Роберт и Лариса вели нескромные и двусмысленные беседы, нисколько не заботясь о том, что могут быть услышаны соседями и обслуживающим персоналом отеля... Стоило Бобу засобираться восвояси тремя часами позднее, Лара устроила ему образцово-показательную, громогласную сцену ревности, разумеется, завершившуюся страстным финалом. «Представляешь, Роби, – шептала Лара ему на ухо, с удовольствием ощущая, что слова Роберта о привязанности к ней не пустое сотрясание воздуха, – Ёрш подумывал о том, чтобы послать на встречу с тобой свою «богиню»!» Боб посмеивался, целуя веснушки Ларисы: «Ещё чего! В некоторых вопросах ты абсолютно незаменима». «Любовники» расстались вполне довольными друг другом.

Из отеля Роберт прямиком направился к дому Исидоры Небесной. Недалеко от него Боба ожидало занятное зрелище. Улыбаясь и переговариваясь между собой, здесь прогуливалась под ручку очаровательная пара – Исидора и… он сам, Роберт Берг. Сдерживая смех, Боб вошёл в квартиру театральной примы и скинул с себя морок неузнаваемости. «Это ты или не ты? – раздражённо и недоверчиво взглянула на него Дора, но увидев распахнутые объятья, смягчилась: – Что за шоу ты устроил у меня дома?!»

Посмеиваясь, там же его встречали довольная собой Сима, соскучившаяся Юля и вечно смущающаяся помощница Исидоры Эльвира.

– Здравствуйте, девочки! – со смехом воскликнул Роберт, а заметив утвердительный кивок Симоны, продолжил: – Шоу не столько для тебя, моя блистательная Дора, сколько для людей, непрерывно наблюдающим за твоим домом.

– Поклонники? – вскинула брови Исидора. – Шпионы?!

– И те, и другие, – продолжал потешаться Боб. – Что плохого в том, что моя Дори приехала в гости к твоему новому фавориту – Робику? Не исключено, что негодница Сима готовила его только для личного употребления, но мы не позволим капитану Вагнер проявлять свои эгоистические наклонности!

– Прекрати отшучиваться, Ваше Превосходительство! – фыркнула Дора. – Я вся на нервах. Что происходит? Симона так вообще заявила, что завтра нас с Эльвирой интернируют в столицу Северо-Востока.

– Положим, тебя отправят не в Белокаменную столицу, а… гораздо дальше, в страшную глушь, – Роберт не выдержал и снова прыснул от смеха. – И не интернируют, а депортируют... Короче говоря, ты покидаешь свой дом, чтобы репетировать выступление на новой площадке, на поверхности Обители, в культурном центре «Исидора».

– Где?! Это шутка такая?.. Нет?! – глаза театральной примы расширились до невообразимых пределов. – Там всё уже готово для исторических гастролей? И название ты придумал какое-то… нескромное... Но к чему такая спешка?

– Так надо, Дора, – обнял её Боб. – В ближайшие недели на Северо-Западе станет непривычно шумно и небезопасно, а в Башне Роберта тебе будет спокойно и уютно. Юля пояснит всё в деталях. Вы познакомились?

– О да! – улыбаясь сквозь слёзы, воскликнула Исидора. – Невеста выросла... Юленька подходит тебе гораздо больше, чем моя дочь.

– Я два года ему об этом толкую, – угрюмо произнесла Юлия. – А этот гадкий Роберт раз за разом повторяет, что уже женат.

– Жрецам Света можно... – рассмеялась Дора.

– «Я не Жрец», – по привычке хотел ответить Боб, но только вздохнул: – Да... На днях я стал Жрецом Света и… Жрецом Тьмы. Уникальное, между прочим, создание – Жрец Космоса...

– Так не бывает, – с восторгом и недоверием посмотрела на него Исидора...

На её глазах Роберт изменился до неузнаваемости, затем вернулся к прежнему обличью и, наконец, от него изошёл порыв ветра, разметавшего волосы и одежды женщин... Дора ахнула и задумалась...

– Быть может, теперь ты и меня замуж возьмёшь? – так и не выйдя из задумчивости, тихо проговорила она.

– Вне очереди? Легко! – широко улыбнулся Боб. – Если будешь хорошо себя вести.

– Э-э, – воскликнула Юля, справляясь с изумлением, вызванным демонстрацией новых возможностей Господина. – Можешь брать в жёны Исидору, Симу, Эльвиру, но только после меня. Только после НАШЕЙ свадьбы, Роберт!

– Я подумаю, – посмеиваясь, Боб подошёл к Эльвире и обнял её за талию: – Тебе удивительно идут тёмно-русые волосы, Вира! Для меня ты никогда не была копией Эльзы, а нынче... Выйдешь за меня?

– Я – биологический робот, Господин! – выдавила из себя окончательно потерявшаяся Эльвира.

– А я... – он окончательно смутил девушку грозным голосом и своевольной рукой, опустившейся гораздо ниже женской талии. – Жрец Космоса волен самостоятельно определять правила поведения и создавать догмы нового учения.

Никто не понял, шутит ли Роберт или говорит серьёзно. Только Эльвира, посмотрев ему в глаза, внезапно набралась решимости и ответила: «Я чувствую опасность. На днях здесь начнётся что-то очень неприятное... Мы с Госпожой Исидорой уедем в безопасное место, а вы останетесь здесь... Как ни глупо это звучит в устах робота, я буду переживать за вас, за… тебя, Роберт... Ни капельки не сомневаюсь в том, что ты вернёшься к нам, как только сможешь. И… я, если тебе потребуется, предстану перед тобой в том качестве, которым ты захочешь меня наделить...»

Ближе к ночи в хозяйской спальне Боб лежал на кровати поверх покрывала и ласково поглаживал светлые волосы Исидоры, положившей голову на мужскую грудь.

– Роби, ты, на самом деле, возьмёшь меня в жёны… после Юли? – шептала она.

– Дора, прекрати думать о глупостях! – вздохнул он. – Замужество столь притягательно, что превращает в наивных девочек самых красивых и мудрых женщин? Тебе известно, что мать Юлии, бывшая жена Габриеля более двух лет тому назад стала моей рабыней и ничуть об этом не жалеет? Хочешь пойти её путём?

– В древности у знатных, просвещённых Господ имелись домашние театры, где играли крепостные актёры, – задумчиво произнесла Исидора. – Чем я хуже? В моей жизни наступает новый период... Уезжая на поверхность Обители, я покидаю свой дом... Чувствую, что покидаю его навсегда! Да, и… я нисколько не огорчена этим. А мысли о том, что ты будешь рядом, греют душу... Я ничего не требую от тебя, Роби! Но помни, что для меня наши отношения очень важны... И ещё у нас есть Эльвира...

– Дора, мы вернёмся к этому разговору после того, как нормализуется обстановка на Северо-Западе, а на поверхности Обители откроется театр, носящий твоё имя, – Боб поцеловал знакомые ему до мельчайших подробностей, ставшие родными женские губы и спросил: – Но так ли необходимо включать в список приоритетных проблем чудесное существо искусственного происхождения?

– Эльвира – не робот, – Исидора вцепилась пальцами в руку Роберта. – Знакомство с твоей помощницей Дори окончательно расставило всё на свои места. Я поняла, что чувствовал ко мне юный Роберт Берг... Но!.. Твоя Дори – не копия театральной актрисы. Она изменялась с течением времени, преображалась вместе с тобой... Скажи, Роби, Дори – робот?..

– Андро… – Боб осёкся и покачал головой: – Для меня – нет.

– Видишь, мой дорогой... Есть роботы, а есть близкие нам существа, в которых мы вкладываем свою душу. Вира, как ты называешь её порой – удивительное создание. Я пестовала её, как ребёнка. Смотрела на неё, как на себя в далёкой юности. Пыталась вообразить, какой могла стать моя идеальная дочь... Вероятно, в какой-то момент времени в мозгу Эльвиры воцарилась мешанина из моих мыслей и желаний... Не представляю, каким образом она гармонизировала их. САМА! Вира – не самообучающаяся машина, не искусственное существо с совершенным телом и высочайшим интеллектом. Она – нечто большее, некто больший и, ты отлично знаешь это!.. Конечно, я смогу отпустить её от себя только к тебе. Не знаю, захочешь ли ты принять Эльвиру, как равную, как женщину... Но сегодня, накануне тревожного расставания, ты должен пойти к ней... Пойми, про себя я давно всё поняла и решила. Я дождусь и приму тебя любого – Жреца Света или Тьмы, Посла Мирового Совета или безработного, счастливого или несчастного, любовника, мужа, Господина, даже как чужого, но неравнодушного мужчину приму... А Вире нужно проникнуться верой. Она готова стать твоей и, дожидаясь твоего возвращения, должна не изнемогать от тревоги и неизвестности, а верить и надеяться.

Роберт не стал комментировать слова Исидоры. Он поцеловал её в макушку, поднялся и вышел из комнаты. К Эльвире он зашёл без стука. Возможно, это выглядело невежливо, но Бобу требовалось понять состояние необычной девушки, а для этого застать её врасплох. Застал!.. Эльвира сидела на стуле перед зеркалом, вмонтированным в маленький столик для макияжа, и оказалась беззащитно нагой. Девушка замерла, а Роберт сделал вид, что ничего не замечает.

– Ты будешь ждать меня, Вира? – интонация голоса перевела риторический вопрос в разряд актуальных тем.

– Да, Господин... – чуть слышно прошептала Эльвира и повторила чуть громче: – Да, Роберт...

– Я не хочу выяснять отношения, не буду спрашивать о твоих… чувствах ко мне... Невероятно, но твой взгляд уже ответил на мои вопросы сполна, – Боб смотрел на девушку в зеркальном отражении, мужские руки легли на женские плечи. – Я хочу, чтобы дома меня ждала не помощница Исидоры, а… моя женщина.

– Я... – инстинктивно прикрывавшие наготу, руки Эльвиры упали на колени. – Мне так много надо тебе сказать...

– Слова могут подождать, – воскликнул Роберт, – поговори со мной без них...

Как сочетаются совершенство тела, неопытность, желание и смущение? Боб не задумывался над этим вопросом. Он вообще перестал думать. Вскоре, отбросив сомнения, его примеру последовала Эльвира...

– Роберт... – шептала она, получасом позднее распластавшись на мужчине сверху. – Как хорошо, что это случилось сегодня... Как хорошо, что это случилось...

– Ты чудесная девочка, Вира! – аккуратно, не нарушая единения, Боб перевернулся с девушкой на бок, поцеловал её нежные губки и сжал рукой трепетную грудь Эльвиры: – Но мы ещё не закончили, красавица моя...

Исидора предлагала организовать свой отъезд из Спелого Яблока под утро, в самое безлюдное время, но Роберт поступил полностью противоположным образом. Он нисколько не сомневался в том, что неприметные персонажи наблюдают за домом круглые сутки. Именно для них и устроили спектакль. Утром сюда пожаловала пёстрая группа «поклонников знаменитой актрисы», а в полдень Боб с Симоной провожали на вокзал… очень пожилую женщину с её помощницей. Роль старушки Исидора исполняла виртуозно, да и узнать в её спутнице Эльвиру мог только ясновидящий шпик.

Ещё через час лже-Исидора Небесная вышла на прогулку с лже-Робертом Бергом. А Боб связывался по защищённому каналу с генералом Волком, со своим отцом и с Верховным Жрецом Света. Последние приготовления к решительным действиям были выполнены.

Вечером Роберт вызвал по видеосвязи Премьер-министра Северо-Западного континента Энтони Уайта.

– Ваше Превосходительство? – удивился его звонку Премьер.

– К чему такой официоз, Господин Премьер-министр? – пользуясь знакомством с чиновником, Боб позволил себе свободное обращение с ним и широко улыбнулся. – Добрый вечер, Энтони!

– Добрый вечер... – расслабился Уайт. – Чем могу помочь, Роберт?

– Думаю, в данный момент мы необходимы друг другу... – таинственно ответил он.

– О чём речь? – продолжал недоумевать Энтони.

– Прежде всего, – не переставая улыбаться, медленно произнёс Боб, – все мои мысли о семье, конечно.

– Да?.. Да, разумеется, о ней, – всё смешалось в голове Премьера. – Но подобная тема не годится для телефонного разговора.

– Ваши предложения? – сдвинул брови Посол Мирового Совета.

– Вы могли бы заехать ко мне домой через час, Роберт?.. – мгновенно сориентировался Уайт.

«Отлично! – подумал Боб, отключая связь. – Он осведомлён о том, что я поблизости, но не показывает вида». Ровно в назначенное время, под руку с Симоной Вагнер, Роберт входил в особняк Премьер-министра Северо-Западного континента. Слуги немедленно провели Посла в хозяйскую гостиную, где его встречал Господин Уайт в изящном домашнем костюме.

– Возможно, Вам известно, что я интересуюсь проектом «Анти-Обитель», Энтони? – сделав глоток превосходного кофе, Боб взял с места в карьер после того, как подчёркнуто вежливые приветствия и дипломатические условности были соблюдены.

– Да, Роберт, я что-то слышал об этом, – почувствовав себя в своей тарелке, Премьер вальяжно откинулся в кресле. – Однако боюсь, что ничем не смогу помочь Вам. Я далёк от популярной в определённых кругах, но незначительной темы.

– Зато, заслуживающие доверия источники докладывают мне, что Ваш сын не считает проект незначительным и принимает активное участие в его реализации, – не моргнув глазом, заметил гость Премьер-министра.

– Тони? – поморщился Уайт. – Реализация? Насколько мне известно, проект «Анти-Обитель» не получил официального одобрения и заморожен.

– До определённого момента я думал так же. Возможно, из Спелого Яблока трудно разглядеть некоторые детали, – саркастически улыбнулся Боб, – но в большинстве городов Северо-Запада самовольно демонстрируются рекламные ролики, а в сети появляются анонсы сериала, являющегося ключевой частью проекта.

– Вы хотите обвинить меня в несоблюдении постановления Мирового Совета, Господин Посол? – насупился Энтони.

– Отнюдь, – усмехнулся Роберт. – Не зря же я сразу упомянул о семейных вопросах. Конфиденциальная беседа с Вами понадобилась мне для проверки собственных умозаключений. Я ищу не конфронтации, а компромисса.

– Понимаю, – напрягшийся было, политик снова расслабился. – У меня нет причин для ссоры с Вами, как с должностным лицом. Возможно, мы найдём взаимовыгодный подход и к частным проблемам. Но лично я, действительно, не занимаюсь интересующим Вас проектом. По имеющейся информации, мой сын вовлечён в него чисто формально...

– В таком случае, – не дождавшись продолжения, заговорил Боб, – позвольте мне получить консультацию… у Вашей жены.

– Эмили?.. – вздрогнул Премьер. – Вам и об этом известно?

– Пока только мне, Энтони... – вкрадчиво произнёс Роберт.

– Думаю, Вы сможете поговорить с моей женой, если она ещё не отдыхает... – уклончиво ответил Уайт.

Премьер-министр Северо-Западного континента покинул гостиную. Боб переглянулся с Симоной и успокоительно кивнул ей... Энтони вернулся через несколько минут и сообщил: «Эмили примет Вас в своих покоях, Роберт. Но Вашей секретарше придётся поскучать здесь. В качестве моего извинения, милой даме предложат восхитительный десерт...»

Боб неоднократно имел удовольствие видеть протокольные фотографии семьи Премьер-министра. На них мадам Уайт выглядела прекрасно одетой, миловидной, стройной брюнеткой. Личное знакомство поразило Посла Мирового Совета до глубины души. Инара назвала её стервой, сучкой?! Перед Робертом стояла милейшая женщина в уютном домашнем халате. Справившись с внезапной робостью, Роберт поцеловал даме ручку. Галантный мужской жест в исполнении Боба получился мягким и чуть более продолжительным, чем требовалось, особенно в присутствии Энтони. Трогательно приветливое выражение лица Эмили ничуть не изменилось, только её чёрные глаза заблестели.

– Я много слышала и читала о Вас, Господин Посол, – вкрадчивым, бархатистым голосом заговорила она. – Рада личному знакомству с чрезвычайно перспективным политиком и приятным мужчиной!

– Взаимно, мадам! – поскупился на комплименты Боб. – Если это возможно, называйте меня Робертом.

– А Вы меня – Эмили, если не трудно, – ласково улыбнулась она.

Удивлению Посла не было предела. Он не находил в этой женщине не только стервозности, но и кокетства, и притворства, присущего жене политика. Пауза затягивалась. Наконец, расположившись в кресле, Боб выдавил из себя нужные слова:

– Я неплохо осведомлён о проекте «Анти-Обитель», Эмили...

– Да, он нетривиален и вызывает интерес, – немедленно и доброжелательно отреагировала мадам Уайт. – Не желаете посмотреть эпизоды первых серий, Роберт?

Подобное предложение снова выбило Боба из колеи. Он автоматически кивнул в ответ. Перед тем, как вывести изображение на большой настенный экран, Эмили обратилась к мужу, застрявшему посередине гостиной: «Ты уже видел это, дорогой. Развлеки секретаря Его Превосходительства. Я позову тебя в случае необходимости». Роберт решил ничему не удивляться... Нет, в поведении мадам Уайт так и не появилось ни грамма кокетства. Она ни на йоту не сблизила расстояние между ними, но аура общения наедине, без свидетелей, накрыла мужчину с головой. Боб больше косился на Эмили, чем смотрел на экран. Он и без дополнительного просмотра отлично знал, что фильм снят профессионально, с великолепными спецэффектами, сочным звуком, яркими сюжетными ходами. Общее впечатление усиливали прекрасно выполненные декорации и костюмы героев. Не хватало лишь натурных съёмок и… умного сценария. В сюжете сериала превалировало соперничество героев, эффектные, но бессмысленные стычки, вспышки ненависти и похоти. Казалось, что Эмили не замечает очевидных изъянов.

– Впечатляет, не правда ли? – мягко поинтересовалась она у гостя после сорока минут просмотра.

– Да, яркое зрелище, – ответил Боб. – Вам нравится подобное кино, Эмили?

– Я горжусь тем, что сын моего мужа со своими друзьями близок к тому, чтобы осуществить столь дерзкий и масштабный проект, – обезоруживающе улыбнулась она. – А Вы, Роберт, способны повлиять на излишне строгое отношение и негативную позицию Мирового Совета на красивый сериал с несомненным потенциалом.

– Глядя на Вас, Эмили, я понимаю, что не только могу, но и хочу помочь, – Боб наконец-то расщедрился на тонкий комплимент. – Однако моя идея гораздо масштабнее и способна принести существенную прибыль участникам проекта, в частности, мне и всей Вашей семье. Помимо коммерческого успеха, она сулит серьёзные репутационные дивиденды.

– Замысел реального полёта вокруг Светила? Милый Роберт, – нежно улыбнулась мадам Уайт, – Ваш проект кажется мне детской сказкой, чрезвычайно затратным и трудновыполнимым мероприятием без всякого преувеличения.

– Полтора года тому назад так же считали многие чиновники в Мировом Совете, – Роберт изобразил на своём лице образцово-показательную улыбку. – Нынче они в корне изменили своё мнение. Я же прошу Вас лишь использовать своё влияние на промышленников Северо-Запада. В свою очередь, кинопроизводители получат прибыльные заказы на много лет вперёд. Проект предусматривает финансирование со стороны Мирового Совета, Сообщества Жрецов Тьмы и Братства Света. Неужели подобные перспективы не вызывают интереса у Вас и Вашей семьи?

– Боюсь, что Вы преувеличиваете степень моего влияния на политику континента и мои возможности, Роберт, – грустно улыбнулась жена Премьер-министра. – Может быть, позвать мужа?

– Не вижу смысла, – искренне ответил Боб и после паузы пояснил: – Я неоднократно направлял ему официальные письма. Ответы на них приходили быстро, но они меня не удовлетворили.

– Не расстраивайтесь, Роберт! – успокаивающий тон в купе с миловидным лицом лишили Боба почвы под ногами, а мадам Уайт продолжала: – Разумеется, у меня имеются кое-какие полезные связи. Я постараюсь оказать содействие в Вашем начинании, пусть и не реалистичном, но романтичном.

– А я наведу справки в Мировом Совете, прекрасная Эмили, – Боб со вздохом поднялся с кресла и склонился над женской ручкой.

– Благодарю Вас, милый Роберт! – Бобу показалось, что женская рука легко прикоснулась к его волосам. Или не показалось?

По пути в квартиру Исидоры Боб что-то бурчал себе под нос и выглядел крайне раздражённым. Симона не выдержала:

– Поделитесь со мной, Мастер!

– Какой я тебе Мастер, Сима? – взвился он. – Я – твой шеф, но не муж, не Хозяин, не верхний партнёр... У тебя есть Гарик, в конце концов.

– Другая бы подумала, что ты ревнуешь, – усмехнулась она. – Пожалуйста, выслушай мои слова до конца и запомни, чтобы потом не повторяться. Гарри – хороший парень. Но он знает, что я общаюсь с ним по стечению обстоятельств, а не только по взаимной симпатии. Прежде всего, мне не хочется беспокоить тебя своими… желаниями. И всё равно, пусть не муж, но ты – мой шеф, мой Хозяин, и да, мой верхний, когда только захочешь. Нравится тебе это или нет, ты мой Мастер. Это ясно?.. Тогда поделись со мной. Чем тебя так задела Эмили Уайт? Ты, часом, не влюбился?

– Да, нижняя, я влюбился с первого взгляда! – выпалил Роберт. – Никогда не встречал подобной женщины. И потому битва с ней будет жестокой.

– Именно с ней? – Симона Вагнер удивилась горячности обычно непроницаемого, почти не повышающего голос начальника. – Вы уверены, шеф? Пора начинать операцию?

– Ты знаешь, что такое интуиция, Сима? Сейчас она говорит мне, кричит мне... – Боб в сердцах махнул рукой. – Я доверяю своему внутреннему голосу и… жду только знака...

За триста метров до дома Исидоры навстречу им двигалась группа молодёжи. В руках семерых парней и двух девушек виднелись самодельные плакаты и свёрнутые до поры транспаранты.

– Пойдём с нами, – обратился к Роберту бойкий юноша.

– Что там? – Боб показал глазами на скрытый от его взгляда плакат.

– «Дайте нам «Анти-Обитель»», «Прекратим произвол властей», «Кто против «Анти-Обители», тот против нас», – гордо ответил парень.

– В гости к Премьер-министру идёте? – заинтересовался Роберт.

– В мэрию, – подмигнул ему любитель сериалов. – Премьер ничего решить не может... Через час во всех городах начнутся акции протеста. Вы, несомненно – наши люди, я вижу. Пойдёмте, будет весело!

– Мы там будем… через час, – кивнул Боб.

Ускорив шаг, они с Симоной быстро добрались до квартиры театральной примы. Там, не мешкая, Роберт настроил защищённый канал связи и отправил кодовое слово всем заинтересованным лицам: «Исидора!» Операция началась...

Жрец Света Отец Марк и оставшийся в глубинах программист Гарри сообщили Бобу свежие новости. С поверхности и из глубин в Спелое Яблоко устремились военизированные отряды, подчинённые Жрецам. После их прибытия лифты надёжно заблокировали. Отключился межконтинентальный капсульный транспорт. Начались перебои в междугороднем сообщении. «Роберт, похоже, не мы одни планируем деактивировать подачу электроэнергии в нужный момент, – сообщал Гарри. – Включайте автономный источник питания. А мы продолжим воевать с заговорщиками в компьютерной сети».

Глава 26. Разрушение

Глава 26. Разрушение

Отправляясь к мэрии с Симоной и Юлией, Боб инструктировал свою помощницу Дори и её «спутника». Как две капли воды, похожий на него биоробот Робик слушал командира, открыв рот.

– Ты недостаточно точен, парень! – с усмешкой обратился к нему Роберт. – Сказано же было: наблюдай за мной, копируй манеру поведения. Где ты видел Посла Мирового Совета, пресмыкающимся перед начальством?! Дори, пожалуйста, займись воспитанием паренька в свободное от работы время...

У мэрии собрались три десятка молодых людей. Они выкрикивали лозунги и размахивали транспарантами. Самые отчаянные головы готовили прорыв внутрь здания.Растерянная пара охранников мэрии явно не собиралась им препятствовать. Роберт со своими спутницами наблюдал за происходящими событиями, находясь в тени подъезда соседнего дома. Пользуясь попустительством охраны, трое парней юркнули в дверь правительственного здания, голоса остальных представителей протестующей молодёжи зазвучали громче и решительнее...

И в этот момент одновременно и слева, и справа к входу в мэрию подошли люди в неброской коричневой униформе. В отличие от охранников, две пятёрки «коричневых» отлично знали, что им следует делать. Первая решительно двинулась внутрь здания. Вторая, обнажив оружие, принялась методично оттеснять людей от входа в мэрию. Те бранились, но медленно отступали... Неожиданно из здания раздались звуки выстрелов и крики, резко изменившие ситуацию. Протестующие разделились. Одни поспешили убраться подальше от опасного места. Другие… набросились на «коричневых», орудуя штоками плакатов, как дубинками. В ответ на открытую агрессию, люди в униформе начали стрелять. Сначала в воздух... Но вскоре пролилась первая кровь.

Роберт и его спутницы тоже были вооружены. Капитан Симона Вагнер не часто расставалась с личным пистолетом. Аналогичное огнестрельное оружие, выданное Бобу в тёмных глубинах, он передал в руки Юлии, обучавшейся стрельбе в Академии, на занятиях по самообороне и военной подготовке. Сам Роберт имел при себе лучевой пистолет последней модели, разработанный и произведённый Сообществом Жрецов Тьмы. Впрочем, он не торопился им воспользоваться.

Спрятав девушек за своей спиной, Боб решил поэкспериментировать с даром Братства Света... Противоборствующие стороны накрыла воздушная волна, невероятная для подземного города. Ветер усиливался и достиг ураганной мощи, валившей людей с ног... Юля с восхищением смотрела на Роберта, Симона не могла поверить своим глазам, да и сам Боб поразился могуществу энергии, преобразованной в силу воздушной стихии... Внезапно поднявшийся ветер так же резко и стих. Разоружить людей, лежащих на каменной мостовой, не составило большого труда. Помимо пистолетов, у коричневой пятёрки имелись ножи и наручники, тут же надетые на их собственные запястья. Юлия осматривала раненных людей. Боб допрашивал командира группы «коричневых», не получившего внешних повреждений, но пребывавшего в шоковом состоянии. Симона Вагнер держала на прицеле входную дверь в мэрию.

Туда через четверть часа два коричневых бойца втаскивали своего пострадавшего товарища, и… попали под обстрел своих же коллег из второй пятёрки. Оставленные контролировать входную дверь, перепуганные вояки палили без разбора до пустой обоймы. А вот перезарядить оружие они не успели. Роберт и Симона обезвредили обезумевшую парочку.

– Командир, – шёпотом поинтересовалась Юля, – а ты можешь запустить ветер в коридор? Тогда мы пойдём вперёд под прикрытием воздушной стихии.

– Могу, как оказалось, но надолго меня не хватит. Энергия не беспредельна, – негромко ответил Боб. – В принципе, в этот час в мэрии не должно быть многолюдно. Надо зачистить её от непрошеных гостей.

Объектов зачистки оказалось меньше, чем предполагалось. На первом этаже в комнате охраны забился в угол насмерть перепуганный сотрудник службы безопасности мэрии. Его мёртвый коллега лежал на лестнице, ведущей на второй этаж. В зале для приёма гостей нашлись тела троих, самых рьяных участников протестной акции и ещё один «коричневый боец».

– Роби, он без сознания, но ещё живой, – зашептала Юля.

– Делай, что можешь, но быстро. Одну мы тебя здесь не оставим, – пробурчал Боб. – Где-то рядом находятся ещё два коричневых отморозка.

– Кто они? – Сима задала вопрос, давно вертевшийся на её языке.

– Если верить пленённому командиру первой пятёрки боевиков, они – бойцы специального подразделения некоего движения «Новая кровь», созданного... – договорить Роберт не успел.

В зал влетела парочка вооружённых «коричневых» и принялась стрелять, целясь конкретно в Посла Мирового Совета. Мгновенно включить защиту Жрецов Тьмы он не успел. Одна пуля попала ему в левое плечо. Остальные увязли в энергетическом щите... Спутницы Роберта не растерялись. Симона с одного выстрела уложила командира второй пятёрки «коричневых». Оставив в покое лежащего на полу раненного бойца, Юля выхватила пистолет и с яростью выпустила всю обойму в последнего агрессора.

Исцелением командира она занималась в комнате медиацентра мэрии, иронично названного Робертом «радиорубкой». Ранение Боба оказалось не опасным, но неприятным. Симона с единственным, напуганным до полусмерти, но непострадавшим охранником мэрии забаррикадировала все входы в здание. Принимая лечебные процедуры, Роберт подключился к системе оповещения подземного города, и через четверть часа его голос зазвучал из всех уличных громкоговорителей: «Внимание жителей Спелого Яблока и гостей столицы Северо-Западного континента! К Вам обращается Полномочный представитель Мирового Совета Роберт Берг. В городе объявлено чрезвычайное положение, с восьми часов вечера до шести часов утра будет действовать комендантский час. В связи с агрессивным поведением подразделений незаконного формирования «Новая кровь», пытавшихся захватить здание мэрии и другие, стратегически важные объекты, в Спелом Яблоке временно вводится прямое управление Мирового Совета. Законность и порядок обеспечат особые, вооружённые группы Жрецов обоих культов, планомерно вводимые в город. Прошу жителей столицы не поддаваться панике и оставаться дома. Транспортная связь с другими городами и континентами заблокирована, любые массовые мероприятия запрещены, применение оружия позволено только отрядам Жрецов в экстренных случаях. Не поддавайтесь на провокации, предпринимаемые «Новой кровью» в реальном и виртуальном пространстве. Законность и порядок в городе будут восстановлены законным образом. В ближайшие трое суток возможны перебои в работе систем связи, в обеспечении города электроэнергией и водой. Мэру Спелого Яблока и его заместителю требуется срочно прибыть на рабочее место. Другие сотрудники будут допущены в здание мэрии только по особому распоряжению. Повторяю...»

Не напрасно Жрецы Тьмы уделяли особое внимание вопросам связи. У Роберта она бесперебойно работала по каналам, надёжно защищённым от прослушивания. После громогласного объявления на весь город, на него обрушился шквал звонков и сообщений. Жрец Света Отец Марк делился данными разведки о положении дел в городах Северо-Запада, а также информировал о вводе вооружённых формирований Братства и их взаимодействии с аналогичными подразделениями Жрецов Тьмы в рамках операции «Исидора».

– Почему именно «Исидора»? – между делом поинтересовался вышедший на связь с Робертом Отец Фарид.

– Всё просто, – без улыбки отвечал Боб. – Знаковая фигура для Северо-Западного континента и его столицы – Исидора Небесная сейчас находится в безопасности, в отличие от её дома, не говоря уже о большинстве жителей Спелого Яблока. Первоочередная задача нашей операции – сохранить жизнь и здоровье людей, неприкосновенность их жилищ.

– Согласен и... По поводу дома Исидоры Небесной... – замялся Фарид. – У тебя потрясающая интуиция, Роберт... Полчаса назад «коричневые» штурмом взяли её квартиру. К сожалению, находившиеся там биороботы погибли... Мы появились через двадцать минут после нападения, истребили всю эту нечисть, но... У знаменитой актрисы Исидоры больше нет дома в Спелом Яблоке. Я приказал оставить там всё, как есть, до твоего прибытия. И ещё... вскоре мне придёт подтверждение из лаборатории, но и сейчас понятно, что бойцы «Новой крови» находятся под воздействием запрещённых химических препаратов. Очевидно, они стимулируют агрессивное поведение коричневых боевиков.

– Следует немедленно найти место производства этой дряни! – Боб позволил себе только нахмуриться, но почувствовал, что не справляется с нахлынувшей на него волне ненависти к нелюдям из внезапно появившегося, хорошо законспирированного движения «Новая кровь». Вопреки холодному рассудку, в сознании всплыл образ его давней помощницы и доброй подруги Дори.

– Я уже занимаюсь поиском химической лаборатории, – ответил Отец Фарид. – А тебе, как я думаю, пора нанести повторный визит семейке Уайт. Правда, они уже покинули резиденцию Премьер-министра, но сбежать им не удастся. Обещаю в ближайшие часы выяснить местоположение Энтони и его родни. Только, пожалуйста, будь осторожен, Роберт! У нас достаточно людей для обеспечения безопасности уникального Жреца Космоса. Тем более что ты эффектно легализовал наши действия в своём громогласном обращении к народу.

Помимо Жрецов обоих официальных культов Обители, выйти на связь с Робертом спешили встревоженные чиновники Мирового Совета. Однако вместо реальной помощи и деловых предложений, они сообщали о созыве экстренного заседания президиума и выпущенного им коммюнике. «В связи с чрезвычайным положением на Северо-Западном континенте, – значилось в нём, – Мировой Совет Обители временно лишает всех местных руководителей ранее признанной легитимности и своей поддержки. Решением президиума власть на Северо-Западе передаётся Генерал–губернатору Роберту Бергу, официально назначенному Мировым Советом и имеющим особые полномочия до нормализации обстановки и проведения внеочередных выборов». После подобного официального письма Бобу следовало сесть на трон и раздувать щёки, но он только поморщился.

Ещё до появления мэра и его заместителя в здание городской управы заглянул Жрец Света Отец Марк со своим отрядом, получившим приказ взять под охрану правительственное учреждение. Марку было, что рассказать Роберту, и далеко не все его сообщения оказались из числа приятных... С хозяевами мэрии они решили пообщаться вместе, но спокойного разговора не получилось. Заместитель мэра сходу принялся скандалить и требовать допуска в здание собственных охранников. Не вступая в дискуссию, несдержанного чиновника уронили лицом в пол, а его охрану арестовали у входа люди Отца Марка.

– Как же Вы умудрились оказаться в подчинении у собственного заместителя, Господин мэр? – с усмешкой спросил Боб у Майкла Уолкера – градоначальника Спелого Яблока.

– Не понимаю, о чём Вы говорите, Ваше Превосходительство, – ответил тот, с опаской глядя на связанного зама, лежавшего на полу в зале заседаний.

– В таком случае, – разозлился Роберт, – обсуждать нам нечего. А Вам пора присоединиться к своему приятелю...

– Нет-нет! Я расскажу всё, что знаю, Господин Посол! – встрепенулся Майкл. Отец Марк подошёл к мэру и протянул ему планшет с официальным коммюнике Мирового Совета на экране. Уолкер сильно побледнел и, заикаясь, проговорил: – Я всё понял, Господин Генерал-губернатор.

По словам градоначальника, положение мэрии столицы Северо-Запада во все времена сильно зависело от вышестоящих властей континента. А год тому назад мэр окончательно потерял возможность принимать самостоятельные решения. Через своего заместителя он получал указания из резиденции Премьер-министра. По сути, должность мэра превратилась в формальность. Лишённый реальной власти, чиновник послушно исполнял роль свадебного генерала.

– В таком случае, от происходящих изменений Вы почти ничего не потеряете, Майкл! – усмехнулся Роберт. – В отличие от Вашего зама...

– В самом деле? – недоверчиво посмотрел на него мэр.

– Северо-Западный континент временно получает статус генерал-губернаторства, напрямую управляемого Мировым Советом, – пояснял Боб. – Представителем Генерал-губернатора в Спелом Яблоке я назначил присутствующего здесь Отца Марка. А Вы, Майкл станете его верным помощником. Однако предупреждаю, что работы будет много, очень много. Если активность Вам претит, а ответственность пугает...

– Нет-нет, Ваше Превосходительство, я готов к работе, – Уолкер мотал головой, и вдоль, и поперёк, и во все стороны. – Но что станет с моим… бывшим заместителем?

– Он пойдёт под суд, под военный трибунал Генерал-губернатора вместе со своими хозяевами, – сухо отозвался Роберт.

Получив от Отца Фарида сведения о месте нахождения семьи Премьер-министра, Роберт отправился туда с Симоной, Юлией, Отцом Марком и частью его отряда. Но сначала он заглянул в дом Исидоры Небесной. У дверей её квартиры дежурила охрана из подразделения Жрецов Тьмы.

– Здравствуйте, Отец Роберт! – поклонился Бобу старший группы. – Внутри мы оставили всё, как было. Только вынесли тела «коричневых».

– Сколько их было? – скрипя зубами, спросил Роберт.

– Шестеро убиты, четверо ранены и взяты в плен. Шесть «коричневых андроидов» не заходили внутрь, а прикрывали своих хозяев у входа. Они дезактивированы, – доложил охранник.

Он же вошёл в квартиру вслед за Генерал-губернатором, Отцом Марком, Симоной и Юлией... Прямо в задымлённой прихожей лежало изувеченное тело эффектной брюнетки – давней помощницы Исидоры. Дори и Робик нашлись в разгромленной гостиной. Вовсе не от запаха гари Роберт покачнулся и ухватился за косяк двери. Словно в страшном сне перед ним лежала точная копия его тела, и после смерти прикрывающее собой верную подругу Дори, как две капли воды похожую на актрису Исидору Небесную. В отличие от обезображенной квартиры, их лица не пострадали, глаза остались открытыми. Зато тела от шеи и ниже вызывали ужас...

– Если верить пленным «коричневым», – негромко заговорил старший охранник, – по приказу командования они должны были ликвидировать Посла Мирового Совета и всех его приближённых, свидетелей преступления. Обнаружив подмену, «коричневые» впали в ярость и выместили её на биороботах. Извините, Отец Роберт, но процессоры не подлежат восстановлению...

– Процессоры? – пробормотал Боб, в последний раз вглядываясь в неживые глаза Дори и Робика и закрывая их дрожащей рукой. – Процессоры – не самая важная часть этих замечательных существ... Прошу кремировать тела, а прах передать мне лично.

– Но они же андроиды?! – изумился охранник. – Их утилизируют иначе...

– Ты ещё молод, парень, и не понимаешь... Тела погибших друзей не утилизируют, а хоронят, – тихо ответил Роберт. – И где ты видел, друг мой, чтобы лишённый человеческих чувств андроид пытался закрыть своим телом не хозяина, а другое существо искусственного происхождения?.. То-то же...

– Я… понял, Господин Генерал-губернатор! Ваших… друзей кремировать по-отдельности, по человеческим традициям. Три капсулы с прахом доставить Вам лично, – взволнованно произнёс он. – Я сделаю всё, как следует, Отец Роберт!

Они вышли на улицу притихшие и понурые. Там их встретил непривычный полумрак. В Спелом Яблоке отключилось электричество. Улицы подсвечивались редкими лампами аварийного освещения, работающими от автономного питания. Впрочем, команда Роберта не обратила на темноту никакого внимания... В глазах Юлии стояла и не желала исчезать картина из разгромленной гостиной Исидоры Небесной. Сима сжимала кулачки и смотрела в одну точку... Молчание прервал Отец Марк.

– Жаль, что у меня нет с собой фляжки с коньяком, – вздохнул он.

– Не сейчас, – отрицательно замотал головой Боб. – Мы ещё успеем, и помянуть, и выпить за здравие...

– Верно, Отец... – Марк посмотрел на него удивлённо. – Роберт, ты теперь – Жрец Света и… Жрец Тьмы одновременно?

– Я – Жрец Космоса, – осознание новой реальности и, может быть, сути предназначения пришло к нему несколько минут назад. – Космос – и Тьма, и Свет... Если смотреть на ночное небо, кажется, что Тьма гораздо весомее, сильнее Света... Но только на первый взгляд, только на первый...

Особняк, где пряталась семья Уайт, находился в десяти минутах ходьбы от дома Исидоры Небесной. Временное убежище Премьер-министра Северо-Западного континента, согласно докладу разведки, имело два входа. У парадного подъезда готовили штурм бойцы отряда Жрецов Тьмы во главе с Отцом Фаридом. Роберт со своими спутницами, Отцом Марком и его парнями направился к чёрному ходу. Идея захвата беглецов, укрывшихся в здании, выглядела незамысловатой. Мощная атака со стороны главного входа должна была вынудить Энтони Уайта сдаться, либо бежать через чёрный ход, где его поджидал Боб. Им были отданы чёткие распоряжения своей небольшой группе: в случае сопротивления стрелять на поражение. События в мэрии и квартире Исидоры, доклады от Жрецов обоих культов, занимающихся зачисткой города от «коричневых», не оставляли сомнений – решить все проблемы мирным путём невозможно.

В ожидании начала активных действий Роберт вызвал по защищённому каналу связи Степана Сермяжного. Выяснилось, что в «Ведьминой скале» сохраняется тишина и спокойствие. Правда, в поселении Солёная Отмель успели появиться подозрительные личности. Посоветовав Степану удвоить бдительность, Боб прервал связь.

В согласованный момент времени у парадного входа в особняк раздался громкий хлопок... Не прошло и десяти минут, как из открывшейся металлической двери чёрного хода появились два вооружённых охранника Премьер-министра. В тот момент, когда они с опаской озирались по сторонам, Отец Марк громко произнёс из тёмного, полуоткрытого окна второго этажа противоположного дома: «Сдавайтесь! Дом окружён. Сопротивление бессмысленно. Сложите оружие. Пленным гарантирована жизнь». Охранники вздрогнули, но вместо того, чтобы прислушаться к словам умного человека, открыли огонь на его голос. Послышался звон разбитого стекла и, немедленно началась ответная стрельба. Впрочем, мгновением раньше недалёких во всех смыслах слова охранников сшибла с ног воздушная волна. Один из них оказался припечатан к стене и изрешечён пулями. Второго воздушный поток унёс внутрь здания через распахнувшуюся дверь... Оттуда минуту спустя полезли новые упрямые вояки Премьер-министра. В этот раз воздушный поток оказался не столь силён, чтобы отправить их восвояси. Однако ветер не позволял им двигаться вперёд и ориентироваться в пространстве. Бестолковая пальба из табельного оружия неминуемо вызывала ответный огонь, пагубный для несговорчивых охранников семейки Уайт... Через четверть часа всё было кончено.

В коридоре, следующем от чёрного хода, среди тел убитых и раненых телохранителей обнаружился травмированный после неудачного падения Энтони Уайт и его сынок Тони с простреленной ногой. Он, очевидно, страдал не только от ранения, но и от ожирения. Сорокалетний недоумок кричал визгливым голосом: «Сволочи! Хамы! Вы ещё узнаете, кто в доме хозяин! Немедленно вызовите медиков для сына Премьер-министра Северо-Запада, иначе пожалеете, что родились...» Его трогательную речь прервал выстрел, попавший во второе колено великовозрастного юнца. Тони взвыл не по-детски... Роберт почему-то не сомневался, что в толстяка выстрелила одна из его девчонок, но даже не подумал разбираться и укорять в несдержанности. Он обратился к целительнице по другому поводу:

– Юля, ты не хочешь осмотреть раненых?

– Так точно, командир! – мгновенно и жёстко отреагировала она. – Я займусь НАШИМИ раненными бойцами, а эти… подождут.

Внутри здания, на полпути к парадному входу Боб наткнулся на Отца Фарида. Его отряд заканчивал зачистку особняка. Обменявшись информацией с Робертом, Жрец Тьмы кивнул в сторону лестницы на второй этаж: «Тебя там ждут». Роберт не стал торопиться. Он согласовал дальнейшие действия со Жрецами, Симоной и Юлией, и только после этого поднялся наверх.

В полумраке гостиной, изумляющей своей утончённостью и законченностью, на уютном старинном диванчике сидела одинокая мадам Уайт в чёрном бархатном платье с открытыми плечами и глубокой печалью на красивом лице.

– Рада видеть Вас, милый Роберт! – грустно улыбнулась она. – Жаль, что наша новая встреча происходит в такой… сумрачной обстановке. Иногда полумрак сближает... Но я ждала Вашего визита… без сопровождающих лиц.

– Смотреть на Вас – ни с чем не сравнимое удовольствие, прекрасная мадам Эмили! – раздражение Боба выдавал только прищур чёрных глаз. – Но, позвольте полюбопытствовать, что изменил бы мой… сольный визит.

– Какой Вы недогадливый... – хозяйка дома наградила гостя таинственной улыбкой. – Никто не помешал бы нашему общению.

– Нам и сейчас не мешают... – бесстрастно произнёс он.

– Ах, милый Роберт... – выверенным движением Эмили поправила свою причёску. – В любой момент к нам могут войти Ваши бравые воины – доблестные защитники Генерал-губернатора...

– И что особенное они здесь увидят? – начал свирепеть Боб.

– Мы в состоянии договориться, – Эмили сменила таинственную тональность голоса на… дружеский тон. – Как минимум, избежать лишнего кровопролития.

– В самом деле? – в голосе Роберта зазвенел металл. – И каков предмет торга?

– Вы не станете чинить препятствий нашему… коммерческому проекту, а мы… поможем Вам мирно прийти к власти, – невинно ответила жена Премьер-министра.

– Милейшая Эмили, – взял себя в руки Боб, – конечно, власть не даёт покоя, но только не мне, а Вам и Вашему, так называемому, движению «Новая кровь». Для меня проблемы Северо-Запада – досадное препятствие на пути осуществления важных для Обители, действительно интересных мне идей. Но после целенаправленного покушения я вынужден...

– Постойте, Роберт! – впервые с минуты их личного знакомства Роберт увидел изменившееся, встревоженное лицо Эмили. – На Вашу жизнь покушались?! Кто посмел?.. Вы нужны мне живым!

– Приятно слышать, – ухмыльнулся он. – Однако оставим в стороне детали и займёмся делом. Единственный способ прекратить кровопролитие – ваша капитуляция.

– Капитуляция? – на Роберта снова смотрела сама невинность. – Я одна, брошена всеми, беззащитна перед Вами. Что же Вам ещё надо? Мои слова?.. Подойдите и возьмите!

– Прекратите, Эмили! – удержался от грубости Боб. – Вам следует немедленно связаться со своими людьми и отдать им простой приказ. Прекратить бессмысленное сопротивление и сложить оружие.

– Я готова говорить, но боюсь, что меня не послушают... – произнесла она, но увидев, как ожесточаются черты лица собеседника, продолжила скороговоркой: – Поверьте мне, Роберт! Вы преувеличиваете мои возможности. Во-первых, боевые отряды «Новой крови» не имеют право останавливаться до полного выполнения задачи. Но это в теории... А на практике я, действительно, могу высказать своё личное мнение, противоречащее приказу, выданному бойцам «Новой крови». Мои слова остановят многих, но далеко не всех... Покушение на Вас – крайне неприятная для меня новость. Она свидетельствует о том, что Бен возомнил себя вождём народного движения и пытается сосредоточить управление в одних руках...

– Кто? – сдвинул брови Боб.

– Бенджамин Шлау – ректор Университета развития Северо-Запада, профессор, максимально законспирированный лидер движения «Новая кровь», – не моргнув глазом, ответила Эмили. – Бен – непререкаемый авторитет в молодёжной среде, автор концепции проекта «Анти-Обитель». В данный момент, как Вы понимаете, его властные полномочия и возможности значительно превышают мои.

– Не исключено, – сурово кивнул Роберт, – и, тем не менее, Ваш голос будет услышан, и в Спелом Яблоке, и в других населённых пунктах по всему Северо-Западу.

– Мне сложно устоять перед Вашим обаянием, – невинно улыбнулась мадам Уайт. – Однако Ваши люди забрали мой мобильный телефон.

– Мой подойдёт? – столь же невинно предложил Боб.

Эмили кивнула, как ни в чём не бывало. Предположение Роберта подтвердилось, нужный телефонный номер она помнила наизусть. Абонент ответил не сразу...

– Что за напасть?.. Кем бы Вы ни были, мне некогда разговаривать, – раздался раздражённый мужской голос в телефоне, включённым на громкую связь.

– Повежливее, Бен! – холодно отозвалась мадам Уайт. – Создавшаяся ситуация вынуждает меня воспользоваться новым телефоном с защитой от прослушивания. А вот что творите Вы, Шлау? Несанкционированные мной, Ваши поспешные действия попахивают предательством.

– Ни в кой мере, прелестная мадам! – неожиданно лилейно ответил её собеседник. – Внезапно возникла возможность устранить матёрого врага, возможно, главного неприятеля, стоящего на нашем пути. Решение принималось молниеносно, однако... Похоже, мы попали в искусно расставленную ловушку, что только подтверждает противную нам сущность Господина Берга.

– Вы попали впросак, Бен, исключительно благодаря своей несдержанности, – ледяной тон голоса Эмили никак не вязался с её милой внешностью. – Я неоднократно повторяла, что противник подобного уровня со временем должен стать нашим другом и союзником. Если Вами движет элементарная ревность, то Вы – просто дурак... И как, скажите на милость, в сложившейся теперь ситуации наладить отношения с Послом Мирового Совета, а ныне ещё и Генерал-губернатором Северо-Западного континента?.. Пока не поздно, необходимо убедить его в нашей лояльности, в желании сотрудничать с ним... Передайте приказ по всему континенту: прекратить активные действия, сложить оружие, присягнуть на верность новой власти.

– Мы не так плохи, чтобы ослабить давление, мадам! – изумился Бенджамин Шлау. – Но, если Вы настолько убеждены в правоте своих выводов и не видите иного выхода, прошу официально подтвердить приказ.

– Код «икс», – поколебавшись, произнесла Эмили.

Через мгновение связь оборвалась. Мадам Уайт вернула телефон хозяину с виноватой улыбкой на лице. Роберт заговорил предельно равнодушно:

– Что за фокусы, дорогая? Какой ещё код?

– Код «икс» – уход в подполье, – с глубочайшим сожалением вздохнула она. – Извините, милый Роберт, но преданные нам, хорошо подготовленные люди...

– Не услышали Вашего кода, – перебивая, закончил её фразу Боб. – Как Вы, несомненно, заметили, связь оставляла желать лучшего – шумы, помехи, задержки сигнала... На самом деле функция связи на моём телефоне близка к совершенству. А Ваша фраза «код «икс»» вырезана из разговора на компьютере моего помощника...

Глава 27. Противостояние

Глава 27. Противостояние

В гостиную на втором этаже особняка с извинениями вошёл Отец Марк. Жена Премьер-министра сжалась на своём диванчике, но Жрец Света обратился к Бобу:

– Каковы будут наши дальнейшие действия, Отец Роберт?

– Немедленно блокировать Университет развития, что на севере Спелого Яблока. Кстати, если мне не изменяет память, у него есть технический филиал на западной окраине города. С ним поступить аналогично, – чеканил фразы Генерал-губернатор. – Приказ на штурм, вероятно, последует немного позже. Энтони Уайта и его сына разместить в одиночных камерах. Кормить и поить очень умеренно, сон – не более четырёх часов в сутки, всё остальное время – допросы и очные ставки по мере необходимости. Как только я отдам приказ на запуск лифта, отправим обоих к Жрецам Тьмы. Трибунал Генерал-губернатора или судебное разбирательство над ними под эгидой Мирового совета пройдёт там же в подходящее время.

Марк утвердительно кивнул и покинул гостиную. Нежное личико вжавшейся в диван жены Премьер-министра сильно побледнело.

– Что с Вами, мадам? – холодно поинтересовался Боб.

– Стресс, – выдавила из себя Эмили, но через пару мгновений обезоруживающе улыбнулась: – «Стресс – это элегантная замена физиологического местоположения пикантным состоянием». *

*Захарова Мария Владимировна

– Виртуозное определение, – усмехнулся Роберт. – Но для того, чтобы уточнить Ваше состояние, ответьте ещё на один вопрос: где производятся химические препараты, которыми вы пичкаете «коричневых боевиков»?

– Препараты?! – к лицу женщины резко прилила кровь. – Я не знаю, о чём Вы говорите, Роберт! Честное слово!

– Анализы крови бойцов «Новой крови» показывают, что на протяжении полугода им вводился синтезированный наркотический препарат. Сами они считают, что принимали витамины. Эти «витаминки» увеличивают силу и выносливость, значительно повышают агрессию и снижают болевой порог. Мальчиков целенаправленно превращали в машины для насилия и убийств, – хладнокровно пояснил Боб и… показал Эмили фотографии на экране своего смартфона.

Следующие десять минут Роберт не мог получить от мадам Уайт не только ответа на свои вопросы, но хотя бы пары связных слов. Её глаза, похожие на две чудесные синие звезды, промокли, и слёзы покатились по щекам Эмили. Не в силах сохранить своё лицо в должном виде, она закрыла его руками. Боб не верил ей, снова не верил и… засомневался. Затем он вспомнил лицо своей убитой подруги и ожесточился, отбрасывая сомнения прочь. Вероятно, Боб так и смотрел бы на женщину взглядом палача, если бы вдруг не вспомнил слова доброй девочки Дори, сказанные ею во времена конфликта со старшей дочерью Габриеля Эльзой: «Лучше проявить сочувствие и показаться кому-то слабым, чем стать сильным, но чёрствым и жестоким». Роберт шумно выдохнул, подсел к Эмили на диван и обнял её за плечи. Она задрожала всем телом и выплеснула новый поток слёз на плечо мужчины. «Ты не знала?» – спросил он, когда женщина немного успокоилась. Эмили принялась отрицательно мотать головой. «Поклянись… своей заветной мечтой!» – пробормотал Боб. «Клянусь», – хрипло ответила она. Роберт положил свободную ладонь на её чёрные шелковистые волосы и принялся поглаживать их... Он не понимал, как следует поступить.

Прошло ещё несколько минут, прежде чем Эмили подняла голову. Она смотрела в глаза мужчины, словно пыталась найти в них подвох, обман... Неожиданно мадам Уайт вскочила на ноги, кинулась к старинному серванту и принялась рыться в нём, открывая какие-то потайные дверцы... Результатом поиска оказалась… бутылка красного вина, сжатая в изящной женской руке. «Ты невероятно добр ко мне, Роберт! – тихо, но решительно заговорила Эмили. – Но ничто не поможет мне сейчас лучше, чем бокал терпкого, старого вина. Тебе я его не предлагаю. На государственной службе алкоголь не употребляют». Боб взял у неё бутылку и внимательно осмотрел этикетку... Редкая марка вина, бережно хранимого в глубине старинного секретера явно не один год... Что бы это значило? Роберт неторопливо взял в руки штопор, лежавший на кофейном столике, открыл бутылку, медленно наполнил хрустальный бокал, протянул его женщине и... В этот момент его осенило. Боб резко поднёс бокал к своим губам... Эмили вскрикнула, подскочила к Роберту и выбила сосуд из его рук. Раздался звук разбитого стекла, а за ним плеск льющейся на пол жидкости из бутылки, крепко сжатой в мужской руке...

Мадам Уайт сделала шаг к Роберту и положила руки ему на плечи:

– Ты не позволишь мне умереть? Почему?!

– Смерть не может служить адекватным наказанием за твои ошибки и проступки, – резко произнёс он. – Вооружённые стычки неминуемо приведут к разрушениям в большом и красивом подземном городе Спелое Яблоко. А что творится сейчас в других поселениях континента? Кто должен восстанавливать разруху? Я?!

– Я, – эхом ответила ему Эмили. – Но суд неминуемо приговорит меня к казни, в лучшем случае, к длительному тюремному заключению, к полной изоляции...

– Твоё наказание видится мне иначе, – не меняя интонации, ответил Боб.

– Роберт... Я давно никому не верю. Недоверию к людям меня научила жизнь. Теперь ко мне приходишь ты, заявляешь, что мадам Эмили живёт неправильно, а в наказание назначаешь мне… новую жизнь, пусть и не сладкую... Почему я тебе верю?! – женщина опустила голову, чтобы несколько секунд спустя поднять на мужчину горящий взор: – Прежде, чем заниматься восстановлением, следует остановить войну...

Эмили говорила без умолку полчаса подряд. О техническом филиале Университета развития, где помимо научного оборудования хранилось оружие, а также находились казармы «коричневых». Об основной территории учебного заведения, где под охраной андроидов функционировал научный и специальный компьютерный центр движения «Новая кровь». О подразделениях в других поселениях континента. Только о химической лаборатории Бенджамина Шлау Эмили ничего не знала. Она припомнила только, что профессор часто наведывался в небольшой, но хорошо оснащённый и популярный среди студентов филиал Университета в поселении Белый Лес, расположенном на севере центральной части континента.

Истинность информации, предоставленной мадам Уайт, подтвердилась через несколько часов, при окружении двух территорий Университета развития и пробных попытках проникновения на них. Эмили точно определила сильные стороны и слабые точки защиты объектов. Однако на штурм Роберт не решался, опасаясь массовых жертв с обеих сторон. Отец Фарид предложил свой план, направленный против Бена Шлау лично. Он же предложил Бобу использовать занятый особняк, как штаб-квартиру Генерал-губернатора.

«Это здание досталось мне от родителей, – рассказывала Эмили. – Отец был видным учёным и промышленником. Вы будете смеяться, Роберт, но одна из точек приложения его таланта – разработка системы управления ракетных двигателей для полёта к Светилу. Папа умер три года назад. Маму я совсем не помню. Она рассталась с отцом вскоре после моего рождения. Её судьба мне неизвестна. По слухам мама связала свою жизнь с каким-то Жрецом... А родной дом у меня остался. Пользуйтесь, Роберт! Моя уютная спальня позволит Вам хорошо отдохнуть». Для отдыха Боб предпочёл гостевую комнату. Но прежде Генерал-губернатор занял кабинет отца хозяйки дома. Там он анализировал информацию, стекающуюся из разных концов Северо-Западного континента, там проходили совещания с Марком и Фаридом.

Дары культов Света и Тьмы, открывшиеся перед новоявленным Жрецом, повлияли на его организм. Роберт чувствовал себя сильнее физически и энергетически, острее работали органы чувств. Вот и сейчас, лёжа на двуспальной кровати в гостевой комнате особняка, Боб ощущал, насколько тонким стал его слух. В гостиной разговаривали Юлия и Эмили. От обилия мыслей и переживаний Роберт не мог заснуть и стал слушателем поневоле.

– Тебя поставили присматривать за мной, девочка? – с лёгким нажимом спрашивала хозяйка дома.

– Могу уйти, если хочешь, – без всяких эмоций отвечала целительница.

– Кто позволил тебе говорить на «ты» с женой Премьер-министра? – в голосе Эмили послышалось холодное недовольство.

– Ты позволяешь себе обращаться ко мне подобным образом, значит, могу и я, – равнодушно ответила Юлия. – Считаешь себя выше по статусу, лучше меня? Чем же, позволь спросить? Ты – преступница, задержанная законными властями. Я – целитель, студентка Академии Света, полноправный участник миссии Посла Мирового Совета по нормализации обстановки на Северо-Западе Обители. Конечно, ты старше меня. Но твой возраст может стать как преимуществом, так и недостатком. Ты мудрее? Нет. Иначе прислушалась бы к словам Роберта ещё год тому назад, когда он настойчиво предлагал твоему мужу активное сотрудничество.

– Кем ты ему приходишься? – в интонации голоса пленницы появилась нескрываемая заинтересованность.

– Я – невеста Роберта, – гордо заявила Юлия.

– А он знает об этом? – с иронией спросила Эмили.

– Конечно, знает. Скоро мне исполнится восемнадцать лет, и Роберт возьмёт меня замуж. Патетики в речи девушки оказалось предостаточно, а уверенности недоставало, и она добавила для пущего эффекта: – Иначе я его съем.

– А ты забавная, – засмеялась мадам Уайт. – Как думаешь, у меня есть шанс стать его женой?

– Нет, – безапелляционно заявила Юля. – Почему? Во-первых, ты уже замужем. Во-вторых, тобой движет расчёт – избежать сурового наказания, найти и получить выгоду из создавшегося положения. Думаешь, Роберт не понимает этого?

– Я ему нравлюсь, – парировала Эмили.

– Ох! – дерзко усмехнулась девчонка. – Пару раз мужчина взглянул на тебя, как на сексуальный объект, и что с того?

– Вчера посмотрел и оценил, – пожала плечами умудрённая опытом женщина, – сегодня почувствовал влечение, завтра проявит активную заинтересованность, послезавтра не сможет отказаться и забыть...

– Роберт? Не строй иллюзий! – фыркнула Юлия. – Дочь Премьер-министра Южного континента отчасти напоминает тебя внешне, но утончённее, одухотворённее... И она – не жена ему, а рабыня.

– Барбара Орлан – рабыня Роберта Берга?! – ахнула мадам Уайт. – Ты меня удивила. Я знала о том, что она постоянно сопровождает Посла Мирового Совета по особым поручениям в роли… первой помощницы дипломата. Можно было предположить, что Барбара – его жена, невеста, подруга, любовница...

– Барби – рабыня Роберта и нисколько не уязвлена своим статусом. Почему? – усмехнулась Юля. – Ей важно находиться рядом с ним, душой и телом с любимым Господином. Не исключено, что со временем Барбара станет его женой, но… только после меня!.. А ты... У тебя нет шансов уже потому, что более других качеств, Роберт ценит в людях искренность.

– Сегодня я говорила с ним искренне, – в голосе Эмили послышалась обида.

– Сегодня, – передразнила её Юля. – Так должно быть не единожды, а ежечасно, ежеминутно, невзирая на ситуацию, всегда.

В полдень началась хитроумная операция Фарида. Для её осуществления Жрецу Тьмы потребовалось сделать несколько постановочных фотографий. Замысел Отца Фарида не пришёлся по душе Роберту, а Эмили, по всей видимости, отнеслась к нему индифферентно. В результате, необходимые изображения были получены. На них грозный Генерал-губернатор измывался над привязанной к креслу, полуголой жертвой – женой Премьер-министра Северо-Западного континента. Ссадины и кровоподтёки на лице и теле мадам Уайт художественно выполнила Юлия.

– Не вводите себя в заблуждение, Господа. Интимных отношений с Бенджамином Шлау у меня нет, и никогда не было, – решительно ответила пленница на уточняющие вопросы Фарида и Марка. – Иначе, я просто не смогла бы хоть как-то управлять им. Да, я использовала его пылкую влюблённость ко мне, обещая особенные отношения в светлом будущем.

– Эмили, Вы уверены в том, что, увидев подобные фото, Бен сломя голову понесётся спасать свою возлюбленную? – сомневался Боб.

– Да, Отец Роберт, – утвердительно кивнула она. – Замысел Отца Фарида психологически точен. Важно только, чтобы информацию о месте и времени передал Бену надёжный человек, не вызывающий подозрений. У меня такой есть. Вы готовы поверить раскаявшейся преступнице?

– Ваш человек? Хороший вариант, – хмыкнул Фарид. – И что Вы потребуете взамен?

– Немногое, – мило улыбнулась Эмили. – Насколько я поняла, Отец Марк исполняет обязанности мэра Спелого Яблока? Оформите мой развод с мужем в ближайшие дни, пожалуйста. И мы будем в расчёте.

– Развод с Энтони Уайтом? – усмехнулся Марк. – Вы решили соединиться узами брака с Бенджамином Шлау?.. Нет?.. Впрочем, какое мне дело до Ваших личных предпочтений? Будет Вам развод, сегодня же.

– Завтра, после окончания операции «Профессор», – с улыбкой мадонны поправила его мадам Уайт.

Вскоре в особняке появилась юная белокурая особа, которую немедленно привели в гостиную хозяйки дома. Кроме неё там находился мужчина в военной форме с волевым, но незапоминающимся лицом.

– Мадам Эмили! – девушка кинулась целовать руки жены Премьер-министра.

– У меня к тебе серьёзный, жизненно важный разговор, Вики! – остановила её хозяйка дома. – Ты готова выполнить для меня ответственное поручение?

Для неё девушка была готова на всё. Она оказалась дочерью бывшего секретаря Энтони Уайта, не чаявшей души в чудесной жене Премьера. Эмили уверяла, что Вики – тихая, скромная, аккуратная и чрезвычайно исполнительная девушка, но в данный момент она таковой не казалась. Указания мадам Уайт Виктория воспринимала излишне эмоционально.

– Стоп, Вики! – не выдержала хозяйка особняка. – Моё поручение требует собранности и аккуратности. Сегодня ты выглядишь излишне взволнованной и невнимательной. Произошло что-то особенное?

– Конечно, мадам! – воскликнула она. – В городе жуткий шум, страшные вооружённые люди, выстрелы... Нет, в родительском доме всё спокойно, но я ужасно переживала за Вас! А сегодня меня срочно вызвали... И Вы здесь… одна...

– Я не одна, но... Хочешь остаться со мной? – поинтересовалась у Виктории Эмили и покосилась на неузнаваемого Роберта.

– О если только это возможно! – воскликнула Вики и тоже покосилась на мужчину в военной форме.

– Послушайте меня внимательно, девушка! – строго заговорил он. – Ситуация в городе сложная. Многое изменилось, но мадам Уайт круглосуточно находится под нашей охраной. В виде исключения я могу позволить Вам остаться при ней в качестве личного секретаря и служанки... Не благодарите! Сначала мы оценим Вашу преданность по результатам выполнения ответственного поручения.

– Я выполню всё строго по плану, – наконец-то сосредоточилась Виктория...

Активная фаза операции «Профессор» стартовала в полдень. Вики без проблем пустили на территорию Университета развития и провели к Бенджамину Шлау. Известная ему, как помощница семьи Уайт по мелким поручениям, она показала профессору фотографии, якобы скрытно сделанные ею на смартфон, и записку, собственноручно написанную Эмили карандашом на клочке бумаги. Из записки следовало, что мадам Уайт отправят в казематы Жрецов Тьмы на специальном лифте в два часа пополудни.

Увидев изящную женщину в накидке с капюшоном, сопровождаемую от особняка Эмили в центр города двумя воинами Сообщества Жрецов Тьмы, Бен обрадовался, но ненадолго. Через двадцать минут он оказался в подвале того же особняка. Учинённый Отцом Фаридом допрос с пристрастием не дал приемлемого результата, но в подвальное помещение вошла мадам Уайт под руку с Генерал-губернатором.

– Бен, ты никогда не умел проигрывать! – с закованным в наручники пленником она заговорила громко и строго, что плохо вязалось с её ангельским личиком. – Хуже того, ты не прислушиваешься к моим словам, не совпадающим с твоим личным мнением. Как оказалось, и выполнять приказы ты неспособен. Мероприятия по коду «икс» не реализованы.

– Я не получал кода! А перестроиться мы не успели... Нам помешали... – принялся оправдываться Шлау, плохо понимая, что происходит.

– Кого ты пытаешься обмануть, Бен? – мило улыбнулась Эмили. – Даже без кодового сообщения, все экстренные мероприятия штаба движения «Новая кровь» в непредвиденной ситуации расписаны поминутно. Тебе пришло в голову, что накаченные дурью мальчики непобедимы, что для тебя больше нет преград? Скрытая от меня, твоя тайная химическая лаборатория поставила крест на всём, что мы делали сообща. Ты убил моё доверие к тебе.

– Но наши отношения… в будущем... Как же так, моя прелестная... – страдальческое лицо Шлау внезапно исказила ярость: – Вы... Ты предала меня, мадам Уайт! Ты продалась нашему злейшему врагу, этому выскочке, как последняя шлюха!

Эмили приблизилась к Бенджамину и… без замаха попала своей остроносой туфлей на каблуке точно ему в пах. Шлау дико взвыл...

– Вы ещё пожалеете, – стонал он, приходя в себя. – Возложили всю вину на заслуженного научного деятеля, на знаменитого учёного, а блудливую красавицу Эмили пожалели? Первая преступница снова всех одурачила! Посадите эту шлюху ко мне в камеру, увидите её истинное лицо, а иначе... Мои мальчики будут биться до последнего по всему Северо-Западу и неизвестно, чем дело кончится...

– Известно. Других парней нарожаем, – с олимпийским спокойствием перебил его Отец Роберт. – Тебе не жалко своих студентов, так и мы не станем щадить безумных наркоманов. От них после твоей химии всё равно никакого толку не будет. Университет и его филиалы взорвём вместе с находящимися там людьми. По Спелому Яблоку расчёты уже произведены, мирные жители не пострадают... А тебя, Бенджамин, мы сегодня же отправим к Жрецам Тьмы, но не для судебных разбирательств. Зачем терять время... За свои преступления придётся ответить, подлый профессор! Ты мечтал о беспредельной власти над людьми? Вместо преклонения перед всесильным властителем Северо-Запада, эти самые люди будут тебя бить, калечить, а потом лечить и снова калечить. Мы не дадим тебе быстро сдохнуть или сойти с ума. Твоя казнь продлится нестерпимо долго, я тебе обещаю.

В качестве иллюстрации мадам Уайт снова ударила Бена в пах своей стройной ножкой. Заоравший в голос профессор с ненавистью взглянул на обожаемую им женщину. А Боб едва сдержался, чтобы не превратить физиономию Бенджамина Шлау в кровавую кашу...

У Роберта имелась серьёзная причина для гнева. Полчаса тому назад он в очередной раз вызвал по видеосвязи Степана Сермяжного, а увидел на экране безумную морду, другого слова не подберёшь для незнакомого… розовощёкого мужика. Тот, судя по внешнему виду, не был даже боевиком из «коричневой своры», но чувствовал себя полновластным хозяином жизни.

– Оу... Ты кто такой? – ухмылялся он. – А не важно... Чего звонишь-то? Приходи, здесь весело! Бухла – залейся, и закуска имеется... Только бабы, суки, живыми не дались... А какие были бабы, закачаешься! Сразу видно – ведьмы!.. Но мы их и так… того... Присоединяйся!

– Ты... – хриплым голосом начал фразу Роберт, но в этот момент, демонстрируя достоинства вечеринки, мужик сместил объектив камеры... Сначала Боб увидел обеденный стол, заставленный полупустыми бутылками, грязными стаканами, объедками. Бандитов за столом не наблюдалось, но на одном из стульев сидел Степан, мёртвый капитан Сермяжный. Его тело буквально изрешетили пулями... Объектив камеры продолжал перемещаться, и перед Робертом предстало изображение огромной кровати в спальне Инары. Поперёк неё лежали раздетые, мёртвые тела хозяйки и её прислуги, на которых копошились два бандита. Ещё двое ждали своей очереди...

– Ну, как? Нормально? – поинтересовалась «пьяная морда».

– Вы – трупы, – сдерживая приступ ярости, громко и холодно произнёс Боб.

– Что?! Кому ты угрожаешь, падла? Мне?! Я – Халя Стальной кулак! – голос «морды» стал особенно противным. – Заходи в гости, и я тебе покажу, кто здесь труп.

Связь оборвалась, но картинка на экране крепко отпечаталась в сознании Роберта. Она и теперь стояла у него перед глазами. Сейчас Боба не интересовало, кто конкретно отдавал преступные приказы, кто и насколько точно выполнял их. Ответят все!.. Но в данный момент времени перед Робертом находился Бенджамин Шлау – мозг преступного движения «Новая кровь», его идеолог... Если, конечно, верить Эмили Уайт.

– Хватит, не бейте меня... Не надо казни... – завыл профессор. – Я расскажу... Я всё расскажу... Но они... Многие не слушаются меня после дозы... Я хочу жить!

– Жизнь? – перехватив гневный взгляд Роберта, заговорил Отец Фарид. – Не знаю, о какой жизни ты говоришь, но возможность существовать мы тебе сохраним, если, конечно, услышим от тебя правду... Всю правду!

Бенджамин Шлау наговорил себе на несколько пожизненных сроков. Боб осознал, что до окончания операции «Исидора» ещё очень далеко, и её не удастся завершить относительно мирно и бескровно... Да, в Спелом Яблоке дела обстояли не очень плохо. Слоняющихся по улицам «коричневых» пленяли, а при оказании сопротивления уничтожали. Светлые и тёмные, а чаще смешанные патрули с участием проверенных сотрудников Министерства Безопасности Северо-Запада бдительно охраняли покой мирных жителей. Оставшиеся на свободе боевики «Новой крови» сидели в блокированных казармах на территории технического филиала Университета развития. Однажды почувствовавший неладное, хитрый профессор Шлау оборудовал казармы устройствами подачи усыпляющего газа, что теперь позволяло пленить сонными накачанных наркотиками бандитов. Обстановку на основной территории Университета он сам предложил разрядить удалённым перепрограммированием биороботов охранной специализации... Но сколько озверевших «коричневых», активированных кодовым сообщением из штаба, бродили по многочисленным населённым пунктам Северо-Западного континента с приказом захватить власть, а чаще вовсе без приказа...

И, наконец, самым серьёзным объектом операции становился город под названием «Белый Лес» с расположенной в нём химической лабораторией. Стимулирующий агрессию препарат «интро» тайно производился там в промышленных масштабах. Блокировка транспортного сообщения препятствовала распространению «интро», но, сколько его скопилось на складе лаборатории? Роберт не исключал того, что большая часть населения Белого Леса могла оказаться под воздействием препарата.

Попасть туда предполагалось с поверхности Обители, запустив соответствующий лифт. Однако тут Боб столкнулся с новым препятствием. Сообщество Жрецов Тьмы категорически отказывалось выпускать своих людей в «мир под Светилом». Исключением стали три служителя тёмного культа, включая Адама – родного отца Роберта. Четвёртым стал Фарид, пожелавший идти с Робертом до конца и получивший специальное разрешение триумвирата руководителей Сообщества, членом которого был он сам. План проникновения в Белый Лес и штурма лаборатории разрабатывали, опираясь на воинство культа Света.

Для пробы сил Боб запланировал короткую вылазку в Солёную Отмель. Туда отправилась небольшая группа – Роберт, Юля, Симона, Фарид и Адам, поднявшийся из глубин при первом после блокировки включении лифта. Вниз были отправлены первые подсудимые – Бен Шлау, Энтони Уайт, его сын Тони, ряд чиновников, продавшихся «Новой крови», и руководители Университета развития. Рядовых боевиков решили судить в Спелом Яблоке. Эмили осталась с Викторией в своём особняке под охраной, до возвращения Генерал-губернатора из поездки в Солёную Отмель. Накануне расставания она заговорила с Робертом в гостиной после ужина:

– Я крайне благодарна Вашему Превосходительству хотя бы за то, что не отправлена в тёмные глубины вместе с бывшим мужем. Но меня беспокоит простой вопрос: что дальше?

– Несмотря на полученный официальный развод, Вас по-прежнему зовут мадам Уайт? – улыбнулся Боб.

– Да, я оставила фамилию мужа на некоторое время... – пожала плечами теперь уже бывшая жена арестованного Премьер-министра.

– На некоторое? – хмыкнул Генерал-губернатор. – Любопытно... А какова Ваша девичья фамилия, если не секрет?

– Тендэ, – невинно взглянула на него хозяйка особняка.

– Совсем другое дело! – широко улыбнулся Роберт в ответ. – Эмили Уайт или Эмили Тендэ... Чувствуете разницу? Насколько мягче и приятнее становится Ваше имя!

– Хорошо, я попрошу Отца Марка сделать поправку в метрике, – немного растерянно произнесла Эмили.

– Прекрасно! – кивнул Боб. – А теперь вернёмся к Вашему вопросу, милая мадам Тендэ... Готова ли вчерашняя жена Премьер-министра выдержать косые взгляды соотечественников и в корне изменить свою жизнь так же уверенно, как меняет семейное положение и фамилию? Готовы ли Вы реально поработать над восстановлением разрушенного, помогая Отцу Марку и проявляя разумную инициативу, как это было при организации движения «Новая кровь»?

– «Новая кровь» – не моё детище, – в голосе женщины появилась обида, но нежное личико даже не дрогнуло. – Я надеялась, что Бен воспользуется своим авторитетом для объединения молодёжи, готовой поучаствовать в серьёзном деле, в проекте «Анти-Обитель», например. Все говорят, что человечество деградирует, но никто не предлагает выхода из положения. А власти у жены Премьер-министра хватало и без всякой «Новой крови».

– Хорошо, представим себе, что мы, Ваши гости, что-то напутали со своей миссией спасения или просто не добрались до Северо-Запада, – развёл руками Роберт. – Предположим, что профессор Шлау не решился использовать изобретённый им препарат «интро». Что произошло бы на континенте? Понятно, что проект «Анти-Обитель» – только повод, катализатор действий. Рано или поздно, активная, целеустремлённая молодёжь под Вашим руководством устроила бы силовую, но бескровную акцию по смене власти. Безыдейный и бездарный, дискредитировавший себя Премьер-министр ушёл бы на покой... Кстати, вчера Энтони Уайт действительно подал в отставку.

– Не может быть, – на милом личике Эмили наконец-то проявилось явное отражение эмоций – видимое удивление. – Мне казалось, что он не способен на поступок.

– Ему предоставили слишком очевидный выбор, – пожал плечами Боб.

– Почётная ссылка в провинцию или тюрьма? – догадалась мадам Тендэ. – Ему удалось избежать суда?

– Нет-нет. Идёт следствие и суд состоится. Однако нам нечего инкриминировать бывшему Премьеру, кроме нежелания смотреть правде в глаза и тотального бездействия, – вздохнул Роберт. – Впрочем, вернёмся к Вашему, не случившемуся светлому будущему, прекрасная Эмили... Итак, допустим, что Вы стали первой в мире женщиной Премьер-министром, в Вашем окружении сплошь молодые, активные, умные, талантливые люди... Под Вашим руководством они начинают строить новым мир. Каким он будет? Или для реализации Вашей сверх идеи подобной власти недостаточно?

– Вы говорите о мировом господстве? – глаза женщины излучали нежность. – Нет-нет, милый Роберт! Вероятно, мне бы хватило одного населённого пункта с развитой инфраструктурой, но… по всей пространственной вертикали власти.

– Ах, вот как, – задумался Боб. – И какую идею Вы стали бы реализовывать в пределах такой вертикали?

– Вопрос очень… интимный и потерявший актуальность, но я отвечу на него, если Вы немного расскажите о себе, Роберт, – словно смутившись, Эмили опустила взгляд в пол. Сидевшая рядом с хозяйкой дома, Вики не спускала с неё глаз, а внимательно слушавшие беседу Сима и Юля в очередной раз переглянулись...

– Что Вы хотите узнать? – хмыкнул Боб.

– Посол Мирового Совета по особым поручениям, а теперь и Генерал-губернатор Северо-Западного континента... – медленно и негромко перечисляла она. – Вы – Жрец Света или Тьмы, Отец Роберт?

– И Тьма, и Свет... Я – Жрец Космоса, – повторил он уже сложившуюся в сознании формулу.

– Новый культ?! – брови на милом лице Эмили нахмурились, но самую малость...

– Он знает Легенду! – выдохнула поражённая до глубины души девушка Вики.

– Господин Роберт узнал о Легенде около двух лет тому назад, – внезапно заговорила Симона, словно предлагая шефу передышку. – Но основную идею своей деятельности он сформулировал раньше, ещё не став Послом Мирового Совета...

– И Жрецы традиционных культов не имеют никаких возражений против подобной деятельности? – гнула свою линию мадам Тендэ.

– Культ Космоса включает в себя и Свет, и Тьму, а значит, не противоречит традиционным учениям, – вступила в разговор Юля, на удивление подкованная в религиозной тематике. – Нечего делить, нет возражений.

– У Вас есть последователи, Отец Роберт? – воскликнула Эмили.

– У меня есть близкие люди и добрые друзья, – откликнулся Боб. – Вы хотели бы стать моей ученицей, милая мадам Тендэ? Ваши мысли созвучны моим идеалам? Вы желаете подарить людям тепло лучезарного Светила и просторы поверхности вдобавок к подземным поселениям и глубинам Обители?

– Да! Да! Да! – Роберту впервые посчастливилось увидеть сильные эмоции на лице Эмили, а она заявила: – Теперь-то я начинаю понимать глубинный смысл реального космического полёта.

– Тогда Вам с нами по пути, – пожал плечами Роберт. – Другое дело, что сначала надо победить «коричневую чуму», надёжно восстановить мирную жизнь на континенте, не допустить расползание наркотической заразы по всему миру, наказать преступников, похоронить погибших, прославить героев, преодолеть разруху... Только тогда мы сможем вернуться к нашим мечтам.

Глава 28. Полная палитра чувств

Глава 28. Полная палитра чувств

Симона отправилась в гостевую спальню, надеясь дождаться там своего шефа. Мадам Тендэ подошла к поднявшемуся с дивана Бобу и положила руки ему на плечи так естественно, что ни у кого не возникло желания возмутиться:

– Вы мало отдыхаете и отказываете себе в удовольствиях, Роберт. Почему?

– Отдыхать некогда. А удовольствия приятны, когда тишина и мир вокруг и на душе... Впрочем, это только моё мнение. Возможно, Сима с Вами согласится, а Юля… ещё не выросла, – Боб едва удержался от смеха, увидев кислую физиономию дочери Марты. – Или Вы предлагаете мне себя, милая Эмили?.. Право, не стоит. Одноразовые удовольствия меня не прельщают, а для близких отношений нам не хватает полноты доверия и свободы в выражении чувств.

– Возможно, – чуть порозовела от смущения мадам Тендэ. – Но есть ещё Вики...

– Она влюблена в Вас, а меня боится, – улыбнулся Боб, взглянув на помощницу хозяйки дома, впавшую в ступор от слов своей Госпожи. – В любом случае, не будем пугать хорошенькую, добродушную девушку непристойными предложениями.

– Аве, Отче! – неожиданно произнесла Эмили. – Берегите себя, пожалуйста!

Лифт на поверхность Обители. Глоток желанного свежего воздуха. Яркое Светило. Тучки на горизонте. Трёхчасовой перелёт в Башню Жреца Света Аарона, возвышавшуюся над подземным посёлком Солёная Отмель. После знакомства с хозяином Башни Роберт сразу начал с ним предметный разговор:

– Скажите, пожалуйста, Аарон, сколько у Вас людей, способных выполнять охранные функции и готовых к участию в силовой операции?

– Двенадцать мужчин и двадцать женщин, охраняющих КПП у лифта, Отец Роберт, – в голосе Жреца послышалось беспокойство.

– И Вы не решились выделить половину из них для контроля обстановки в Солёной Отмели? – с неудовольствием вопрошал Боб.

– Мы посчитали, что подобное мероприятие нецелесообразно, – склонил голову Жрец. – В подземном посёлке менее сотни жителей. Все свои...

– Сказали бы прямо: мы не привыкли вмешиваться в дела подземного поселения, нам наплевать на всё, что не касается поверхности... Так называемые, «свои» разгромили «Ведьмину скалу», убили людей, надругались над телами женщин. Погибла Инара, находившаяся под патронажем Сообщества Жрецов Тьмы, – сдерживая ярость, говорил Роберт. – В следующий раз они взорвут посёлок, и Ваша Башня провалится в глубины Обители. Вы этого добиваетесь?

– Нам и в голову не пришло, что мирные люди способны на подобные ужасы, а мэр Солёной Отмели производил впечатление хорошего организатора... Я был слеп! Я виноват, Отче! – Жрец Света сложил руки на груди и умоляюще посмотрел на разъярённого Роберта.

– Прошлого не вернуть, – глухо отозвался Боб. – Необходимо сделать выводы и действовать... Мой дом вообще-то находится на другом материке, там царит мир и покой. Но сегодня я нахожусь у вас, на Северо-Западе не ради славы и наград. Почему не Ваши, а мои люди заняты сейчас работой по нормализации обстановки, по предотвращению подобных инцидентов в будущем?.. Вы немедленно отправитесь со мной в Солёную Отмель. Подберите десяток надёжных людей. Думаю, этого будет достаточно... Что происходит в местных глубинах, Отец Фарид?

– Ничего, – пожал плечами присутствующий при разговоре, хмурый Жрец Тьмы. – Исторически сложилось так, что мы периодически пользовались «Ведьминой скалой», а глубины остались нетронутыми. Там находится необитаемая пещера...

В Солёной Отмели группа миротворцев не встретила никакого противодействия. Почувствовавшие себя хозяевами жизни под сенью движения «Новая кровь», шестеро бандитов, громко переговариваясь и бранясь, пили пиво в местной таверне. Оказать сопротивление группе Роберта они не успели, и под дулами пистолетов покорно сдались в плен. Вязать их с удовольствием помогало местное население, натерпевшееся от бандитского беспредела, но не решившееся оказать сопротивление своими силами. Жители Солёной Отмели ничего не знали о «Новой крови», зато побаивались постоянных обитателей «Ведьминой скалы» и людей, посещавших тамошнюю «колдунью». По ходу дознания выяснилось, что пятеро преступников являются местными уроженцами. И лишь один из шести – пришлый провокатор из Белого Леса.

Преступников конвоировали в пещеру Тьмы, вскоре оказавшуюся для них пещерой страха. Группа Роберта, прихватив с собой мэра и двух его сотрудников, отправилась в «Ведьмину скалу». Внутри неё, от одного вида разрухи, разлагающихся трупов и тошнотворного запаха люди побледнели, мэр упал в обморок. Но Роберт ничего этого будто не замечал.

Боб встал на колено рядом с упавшим со стула в гостиной телом Степана Сермяжного и прошептал: «Прости меня, друг! Я тебя не забуду». Из гостиной Роберт направился в спальню Инары. Там он… задохнулся от боли и негодования... «Милые девочки! – стоя на коленях, говорил Боб в полный голос. – Нет мне прощения! Я был обязан эвакуировать вас отсюда...»

Выйдя из здания, в состоянии полного опустошения он сел на ступени крыльца и попросил Абрама, подошедшего к сыну с утешениями: «Папа, организуй, пожалуйста, кремацию с почестями... Прах я заберу с собой...» К удивлению Роберта, сегодняшние события вызвали душевный отклик у жителей Солёной Отмели. Отложив текущие дела, они помогали миротворцам, где и как только было возможно.

На церемонию прощания собрался весь посёлок. После тёплых слов о погибших Роберт обратился к местным жителям: «Я благодарен вам за содействие и сопереживание, но хочу, чтобы все поняли... В случившейся трагедии есть и ваша вина. Как получилось, что среди вас оказалось пятеро… мерзавцев, готовых разрушать, насиловать, убивать? Как вы – мирные и добрые люди позволили обмануть себя и не дали отпор насилию? Задумайтесь! Если местная власть недееспособна, давайте устроим выборы нового мэра. Если не хватает сил и средств, не молчите! Свою помощь я вам обещаю, но никто не обустроит жизнь в Солёной Отмели лучше вас самих. Действуйте и не допустите повторения страшных, трагических событий...»

Назавтра, в глубинную пещеру Роберт взял с собой нынешнего мэра и двоих выдвиженцев от народа, но не пустил туда Юлю и Симу. Симона приняла решение Мастера спокойно, а вот Юлия подумала, что он снова относится к ней, как к маленькой девочке. Роберт не дал огню разгореться. Обняв девушку, он прошептал ей на ушко: «Юленька, я не хочу, чтобы ты видела эту мерзость». А затем на своих губах Юля ощутила его поцелуй и… оторопела. Никогда ещё Роберт не целовал её так, как сейчас, как взрослую и желанную девушку, как женщину, о который мужчина хочет заботиться, оберегая от бед и невзгод...

Глубинная пещера встречала Генерал-губернатора и сопровождающих его лиц тусклым светом ламп аварийного освещения. Под одной из них на каменном полу сидели шесть особей мужской наружности с хмурыми лицами. По прибытии важных гостей они начали подниматься на ноги. Роберт вышел немного вперёд и заговорил.

– На днях я сказал одному из вас, что вы – трупы. Сейчас я вижу перед собой шесть трупов... Ты! – Боб ткнул пальцем в «морду», знакомую ему по экранному изображению. «Морда» попятилась, но Роберт не останавливался: – «Халя свиное рыло» или как там тебя... Ты хотел показать мне, кто здесь труп. Покажи или уже испугался?

– Один на один? – хрипло проговорил бандит, к лицу которого прилила кровь.

– Конечно, – холодно ухмыльнулся Боб...

Он забыл о навыках и способностях Жрецов, о присутствовавших в пещере людях... Перед глазами Роберта стояла картина спальни Инары, и он впал в ярость... Боб бил кулаками в ненавистную морду, несмотря на сопротивление. Он его попусту не замечал. Бандит смотрелся куда крупнее Боба, но критически слабее духом... Залитые кровью глаза мешали мерзавцу ориентироваться в пространстве и лишали его последнего шанса... Роберт остановился, только заметив, что на его удары не отвечают. Он сделал шаг в сторону, и «морда» рухнула навзничь...

Взгляд Боба прожигал бандитов, прижавшихся к дальней стене пещеры. Но он уже выпустил пар и немного успокоился.

– Вы нарушили покой тихого поселения, терроризировали его жителей, убили моих друзей, издевались над их мёртвыми телами... Вы заслуживаете смерти, без суда и следствия, – холодным металлом зазвучал голос Роберта под сводом каменной пещеры. – Однако мы – не убийцы и не палачи. Пользуясь властью Генерал-губернатора Северо-Запада, я… ставлю вас перед выбором. Можете доживать свои дни в этом каменном мешке. Вас даже будут кормить… иногда. И только сегодня у одного из вас есть возможность вернуться в изгаженное вами поселение «Солёная Отмель».

– У кого? – подался вперёд самый щуплый член шестёрки мерзавцев.

– «Бывший студент, недоучка из Белого Леса», – мысленно ухмыльнулся Боб, а вслух произнёс: – У того единственного, кто выживет в кровавой драке… между вами.

– Этот в деле? – «студент» указал на копошащуюся на земле «морду». Роберт пожал плечами и кивнул утвердительно.

Первое, что сделал провокатор из сонма учеников профессора Шлау – подскочил к израненному товарищу и… со второй попытки сломал шею бандиту, лишённому сил для сопротивления. Впрочем, как оказалось, парень сильно переоценил свои лидерские качества. Оставшиеся члены банды в ответ подлетели к нему и принялись дружно колотить «студента» руками, а затем и ногами, что есть мочи.

Зрители смотрели на бойню округлившимися глазами. У мэра Солёной Отмели снова подкосились ноги... А Роберт внезапно ощутил новый приступ опустошения и полнейшего равнодушия к происходящему. «Может быть, им хватит ума, чтобы остановиться? Не знаю и знать не хочу... Отец Аарон, Ваше дело – констатация смерти... А тебя, папа, я очень прошу организовать прямо здесь, в пещере, кремацию скончавшихся преступников. Прах замуровать в стену или развеять... Мне всё едино», – отдав распоряжения, Боб двинулся на выход.

У дверей лифта в Солёной Отмели, в ожидании Роберта продолжали дежурить Симона и Юлия. Увидев его, они ахнули в унисон и потащили Боба в таверну, где остановились на ночлег. Жрец двух традиционных культов едва успел наложить на себя чары условной невидимости. Узнать его лицо стало невозможно, но брызги и пятна крови на одежде бросались в глаза. В гостевых комнатах таверны девчонки раздевали и мыли Господина Посла Мирового Совета в четыре руки, вместе вздрагивали, обнаруживая новые ссадины на теле Роберта, целовали сбитые в кровь костяшки его пальцев. Но когда, разложив Боба на постели, Юля начала выполнять свои обязанности целителя, Сима скромно спустилась в общий зал таверны и заказала себе одну рюмку водки.

Роберт не мог вспомнить, когда успел получить так много повреждений, и не чувствовал боли. Он прикрыл глаза и ощущал только лёгкие прикосновения целительницы к повреждённым участкам своего тела. Болезненное равнодушие к жизни медленно отступало, а приоткрыв глаза, Боб увидел лицо Юлии... Он никогда не видел подобного выражения лица у взбалмошной, своевольной, но очень доброй и красивой девушки, волей судьбы, ставшей для него родным человеком. В глазах Юли читалось сопереживание, тревога, надежда, нежность и... Роберт едва дождался, когда она, наконец, завершит лечебные процедуры...

Юля тихо взвизгнула, оказавшись на постели, рядом с обнажённым мужчиной, рядом с НИМ и… замерла, сражённая его взглядом. Он поглаживал её лицо кончиками пальцев и не отводил взора от глаз Юлии. На них выступили слёзы, и Роберт принялся целовать щёки, лоб, задрожавшие губы девушки... Она даже не успела заметить, когда мужчина успел раздеть её, а он уже лобзал нежную девичью грудь... Юля изнемогала от его ласк и ничего не могла поделать с собственной внезапной скованностью, мешавшей осуществлению тайной мечты – ласкать своего «долгожданного принца», не вспоминая о табу... Но все мысли покинули Юлию, стоило Роберту приступить к тому, о чём каждая девушка думает с особенным волнением. У Юли поплыло перед глазами...

В дверь комнаты тихо постучали. Через несколько секунд из-за неё показалась головка Симы с вопросительным взглядом зелёных глаз. «У вас тут всё в порядке, шумные мои?» – громко прошептала она, увидев переплетение обнажённых тел на широкой кровати. И прежде, чем плотно закрыть дверь с внешней стороны, отчётливо произнесла: «Я люблю вас… обоих!»

– Роби, неужели это случилось? – покачивала головой Юля, лаская лицо мужчины ожившими руками. – Я стала твоей… женщиной? Твоей… женой?

– Ты всегда была ею, Юленька моя! – ответ Роберта снова ввёл Юлию в состояние жесточайшего ступора.

Она не могла осознать его слова разумом, но сердцем чувствовала, что Роби тысячу раз прав. Юля ощущала его каждой клеточкой своего гибкого тела и своей мятущейся души. Она ласкала желанного, долгожданного, любимого мужчину и никаких слов не требовалось...

С начала операции «Исидора» миновало три недели. В поселениях Северо-Западного континента прекратились перебои с поставками электроэнергии, воды, продуктов питания. Восстанавливалась работа информационных сетей. Налаживалось транспортное сообщение. Справляясь с последними очагами разрушительного вмешательства, жизнь постепенно возвращалась в мирное русло за одним исключением. Город под названием «Белый Лес» по-прежнему оставался заблокированным от окружающего мира. Нет, миротворческая миссия Роберта не намеревалась брать его осадой, измором. Быть может, подобный подход подошёл бы для борьбы с радикальными экстремистами, засевшими на своей военной базе, но речь шла о городе с преимущественно мирным населением.

Операция по освобождению Белого Леса требовала тщательной подготовки. Отдельные попытки прорыва на территорию подземного города закончились провалом. Выходы из лифтовой шахты тщательно охранялись «коричневой бандой». Более того, пользуясь отлаженным химическим производством в лаборатории Университета развития, против разведчиков боевики применяли усыпляющий газ.

На поверхности Обители, в Башне, возвышающейся над подземельями Белого Леса, второй час продолжался военный совет. Жрецы Тьмы и Света не могли найти компромиссное, а главное, эффективное решение задачи по освобождению подземного города от последних, но самых непримиримых сторонников движения «Новая кровь». Предлагались самые разные варианты от массированного штурма до жёсткой осады, вплоть до нарушения водоснабжения.

– Вы сами-то представляете, что предлагаете? – возмущался Боб. – Конечно, там окопалось не менее сотни накаченных химическими препаратами «коричневых боевиков», а также безумных учёных и сотрудников лаборатории «Новой крови». Но мы должны думать о мирных жителях города, ни в чём не повинных. Кто поможет им, если не мы? Не удивлюсь, если в условиях дефицита энергии, многие из них уже голодают...

– Они могли бы сильно облегчить решение нашей задачи, подняв восстание против «новой власти», – пробурчал Отец Фарид.

– А кто сказал, что они сидят, сложа руки? – вскинул брови Роберт. – Гарри, суммируй имеющуюся у нас информацию.

– Её не так много, как хотелось бы, – заговорил поднятый из глубин друг Роберта, занимавшийся обработкой данных разведки. – В лаборатории и некоторых других предприятиях Белого Леса работают автономные источники питания и локальная компьютерная сеть. Внедриться в неё крайне сложно. Сначала мы блокировали им связь с внешним миром, теперь это делают они сами. Не думаю, что «коричневая власть» удовлетворена самоизоляцией. По косвенным данным они готовят прорыв.

– Куда?! – искренне удивился Отец Мартин – хозяин местной Башни.

– От пленённых разведчиков «коричневые» должны были узнать о ситуации на континенте в целом, – рассудительно продолжил Гарри. – Они понимают, что помощи ждать неоткуда. Договариваться с нами эти люди не хотят, значит, рано или поздно полезут вверх или вниз.

– Почему не вбок? – хмыкнул Роберт. – Тоннели капсульного транспорта блокированы, перекрыты шлюзовыми затворами. Но имея необходимые знания, подобные препятствия можно преодолеть. Я, например, смог бы. Не исключено, что и в Белом Лесу имеются квалифицированные транспортники.

– По Вашему указанию, Отец Роберт, мы направляли разведгруппы по тоннелю от ближайших населённых пунктов к западу и востоку от Белого Леса, – заговорил Жрец Тьмы Адам, папа Боба. – Разведчики подтвердили герметичность створок шлюза и установили видеокамеры, позволяющие фиксировать ситуацию в тоннелях в режиме реального времени. Гарри отслеживает поступающие данные и пока не заметил каких-либо изменений.

– Да, но мы не знаем, что творится по другую сторону шлюзов, – заметил Боб. – Если «коричневая власть» не желает продолжения изоляции, то неминуемо будет стремиться к расширению сферы своего влияния. Вероятно, этим «деятелям» хватит ума, чтобы понять – на поверхности накапливаются силы, готовые к штурму Белого Леса. Значит, «Новая кровь» будет стремиться вниз, в глубины, контролируемые культом Тьмы, или в тоннели, чтобы вырваться на поверхность через лифты соседних населённых пунктов.

– В таком случае, им желательно критически повредить лифтовое оборудование в Белом Лесу. А все датчики показывают его исправность, – пожал плечами Гарри. – Правда, «коричневые» могут разрушить лифты внезапно, одновременно с прорывом через шлюзы, например.

– И мы обязаны их опередить, – резюмировал Роберт. – Связь с тёмными глубинами Белого Леса функционирует. Там наши люди готовы к возможному прорыву «коричневых» и пресекут вторжение на свою территорию, несмотря на ограниченность сил... Похоже, пора атаковать одновременно со всех сторон... Эх, предупредить бы местных жителей, не желающих жить по «коричневым законам», но как?.. Выслушайте моё предложение...

Следующим утром Боб разместился в кабине ручного управления бронированной капсулы, специально подготовленный для него несколько дней тому назад. Она дожидалась пилота на станции в сорока километрах восточнее Белого Леса. В рискованное путешествие с ним отправлялись только Симона и Юля. За «ударным снарядом» Роберта, один за другим, готовились отправиться в путь три десантных поезда, набитые бойцами специальных подразделений Жрецов Света, Тьмы и Министерств Безопасности трёх континентов. Результативность их действий напрямую зависела от успеха головного транспорта – бронированной капсулы Боба. На случай неудачи подготовили атаку с запада, правда, не столь мощную и эффектную. Концепцию одновременного удара с двух сторон не одобрили. Два подразделения штурмовиков могли не столько помочь, сколько помешать друг другу в выполнении задачи.

С удовольствием потянувшись в удобном кресле пилота, пустующем в обычном, автоматическом режиме эксплуатации капсульного транспорта, Роберт поправил экипировку и оглянулся на своих девчонок, расположившихся за его плечами в тесной кабине. Усиленные защитные костюмы цвета хаки смотрелись на них превосходно. «Готовы?» – весело поинтересовался Боб и, увидев утвердительные кивки сосредоточенной Юли и возбуждённой Симы, нажал кнопку старта. Капсулу он разгонял медленно, планируя выйти на максимальную скорость там, где её обычно сбрасывают – перед шлюзом у станции Белый Лес. Роберт мог только предполагать, как она охраняется «коричневыми», но обязан был качественно выполнить свой трюк экспромтом, без репетиций. При всей любви к театру, Роберт и представить себе не мог, что в реальной жизни сыграет роль тарана! «Трюм» капсулы предварительно заполнили ящиками с консервами, не столько в качестве гуманитарной помощи населению, сколько в виде балласта, увеличившего массу капсулы.

Компьютерных дел мастер Гарри сработал точно. Настроенный им удалённый доступ к управлению створками шлюза позволил распахнуть их за несколько мгновений до прибытия «тарана» Роберта. Бронированный снаряд смёл выстроенную «коричневыми» баррикаду и десяток боевиков. Непосредственно на местной станции он столкнулся с застрявшим там три недели назад пассажирским капсульным поездом, отправив его в автономный полёт к противоположному, западному шлюзу транспортной системы города. Глядя, как смертоносный цилиндр разносит западную баррикаду и её защитников, Боб применил экстренное торможение... Тяжёлая бронированная капсула подмяла под себя руины оборонительного сооружения и остановилась. Симона и Юлия по команде ринулись в трюм и, минуя его, к люкам кормового отсека, не пострадавшим от столкновений. Там их догнал командир.

Одновременно с прибытием «тарана», в Белом Лесу заработал лифт, связывающий город с поверхностью Обители. Однако спускающаяся из Башни Жреца Света авангардная группа миротворцев попала в засаду. От предполагаемой газовой атаки её должны были спасти костюмы изолирующей защиты, но выход из лифта оказался заминирован... Опускающийся вниз, вслед за авангардом, грузовой лифт с основным составом отряда был вынужден остановиться у технического выхода, недоступного для «коричневых». После спуска по нескольким лестничным пролётам миротворцы уткнулись в прочные металлические ворота... Два Жреца Света совместными усилиями вынесли их воздушным потоком, вместе с взрывными устройствами, в результате сработавшими против тех, кто их устанавливал. Но в любом случае, пропал эффект неожиданности от внезапного прорыва вооружённых отрядов с поверхности Обители. О потерях сейчас никто не задумывался, но они явно превышали статистические вероятности...

Выбравшаяся из капсулы, тройка Роберта воспользовалась неразберихой в стане противника, заняла тактически выгодное положение для ведения боевых действий. Они не заставили себя долго ждать. К руинам западной баррикады выдвинулся отряд «коричневых», ранее контролировавший станцию. Расклад получился угрожающим: тридцать боевиков против тройки Боба. С минуты на минуту на станцию, где осталось полтора охранника, прибывали капсулы с десантом миротворцев, но в данный момент от этой мысли Роберту легче не становилось.

Одновременное использование тёмной техники защиты и дарованной Светом силы ветра оказалось эффективным, но энергозатратным делом. Скорострельные пистолеты Симоны и Юлии работали результативнее огнестрельного оружия «коричневых», но даже сплошной огонь не позволил «таранной тройке» избежать окружения... Очень кстати где-то рядом сильно громыхнуло, и во фланг боевиков «Новой крови» ударила третья сила. Ею оказались разношёрстно одетые люди, преимущественно, с холодным оружием в руках.

А прямо перед Робертом возник командир станционного подразделения «коричневых». Им оказался его старый знакомый, бывший транспортный Инспектор Стенли Смит с лучевым пистолетом в руке. Лазерный луч быстро истончил энергетическую защиту подуставшего Роберта. Укрывавшаяся за электрическим щитом транспортного оборудования, капитан Симона Вагнер из последних сил отстреливалась от наседавших слева боевиков и не заметила угрозы командиру. Закрывая телом Юлю, выставившую перед собой пистолет с последней и уже опустевшей обоймой, Боб выронил своё лучевое оружие из повреждённой лазером руки. Перекошенное лицо Смита предвосхищало скорый триумф, когда взгляд Роберта упал на искрящуюся электропроводку. Собрав последние силы воедино, Жрец Космоса по наитию мысленно подхватил электрические искры воздушным потоком и кинул их в ненавистное лицо... Вопль бывшего Инспектора от Северо-Западного континента перекрыл звуки боя...

В тыл «коричневых» наконец-то ударили превосходящие противника силы десанта... Вскоре со стороны химической лаборатории раздался оглушительный взрыв. Однако энергетически выжатый, как лимон, и потерявший много крови Роберт его не услышал...

Он очнулся под капельницей на больничной койке в одиночной палате. Сидевшая рядом и державшая мужчину за руку, Юлия по-детски радостно взвизгнула:

– Роби! Наконец-то, мой любимый!

– Юля... Ты цела? – прохрипел он.

– Цела–цела... – успокаивающе поцеловала его Юлия и принялась рассказывать: – В отличие от меня, Белый Лес наполовину разрушен. К счастью, в большинстве своём мирные жители не пострадали, а «коричневые» уничтожены. Ты сам приказал: «Пленных не брать». Вот почти никого и не взяли... Их главарь – прыщавый дрищ в очках и белом халате, представляешь?! Он прятался в развалинах лаборатории, накачавшись какой-то дрянью... Местные жители нашли его, рвались повесить на ближайшем столбе, но... Все ждут тебя.

– Долго… меня не было? – с трудом произнёс Роберт.

– Двое суток... Ничего страшного, кроме полного истощения... Руку тебе подлатали, кистевые связки… разработаются, я тебе помогу... – вздыхала Юля. – Ой, надо тестя позвать, я ему обещала!

– Кого? – Бобу хотелось рассмеяться, но он не смог. Грудь немедленно отозвалась острой болью.

Родной отец Роберта появился в палате через минуту.

– Рисковый ты у меня парень, Бобби! – вздохнув, улыбнулся он. – Мы едва тебя... Едва вас троих не потеряли.

– Не преувеличивай, папа! – хмыкнул Боб. – Я скоро приду в себя. Юлька целёхонькая. Симона... А где Сима?

– Неподалёку, – лицо Адама подозрительно сморщилось, а Юля отвернулась.

– Что с ней?! – вскрикнул Роберт.

– Спокойствие! – повысил голос Отец Адам. – Жизни Симоны уже ничто не угрожает. Ранения, да… тяжёлые, очень тяжёлые были... Всё восстановится, только… правую ногу пришлось ампутировать ниже колена. Мы не всесильны.

– Я хочу её видеть! – жёстко произнёс Боб.

– Тебе ещё рано вставать, сынок! – попробовал урезонить его отец, но увидев изменившееся выражение лица сына, вскинул руку: – Стоп! Симона находится в состоянии искусственной комы. Тебе придётся ждать и лечиться. Это ясно?

В кой веки раз Роберт послушался папу. Юля не отходила от «жениха» ни на шаг. От неё Боб узнал о гибели Отца Мартина – хозяина местной Башни Жреца Света, возглавлявшего группу миротворцев, взорванных в лифте «коричневой бандой». Проговорилась Юлька и о собственных, лёгких ранениях. Правда, после этого она скинула белый халатик и начала крутиться перед Робертом, демонстрируя здоровое, ничуть не изменившееся, тело молоденькой женщины... Бобу оставалось только улыбаться.

К Симоне его пустили только на третий день. Она лежала на больничной койке в сознании, но с отсутствующим выражением лица. Заметив замершего в дверях Роберта, она грустно улыбнулась ему и сразу отвела взгляд в сторону.

– Прости меня, – прошептала Симона, увидев подвязанную к шее руку мужчины.

– Ты... Ты меня прости, Сима! – кинулся к ней Боб и сжал пальцы девушки здоровой, левой рукой.

Они тихо говорили о прошлом, едва касаясь настоящего времени. Сопровождавшая Роберта Юлия незаметно покинула комнату, оставив их наедине. А разговор о будущем не клеился. У Симоны всё чаще проскальзывали мимолётные вроде бы фразы о незавидной судьбе инвалидов... Боб прервал их на корню. Он встал на колени перед больничной койкой, поцеловал женскую руку и произнёс:

– Сима! Выходи за меня замуж!

– Роберт! – охнула она. – Ты... Я... Даже без ноги мне по силам не на словах, а на деле стать твоей… нижней, Мастер! Но не женой...

– Сима! Выходи за меня замуж! – повторил Боб.

– Роберт, мой родной! Даже если это не только жалость... Какая из меня жена? После всех этих… ранений я вряд ли смогу когда-нибудь нормально ходить и… родить... – заплакала Симона.

– Сима! – в третий раз повторил Роберт. – Выходи за меня замуж!

– Да, Роби! Да! Я мечтала об этом с того дня, когда с твоей помощью впервые увидела Светило! – восклицала Симона сквозь слёзы и вдруг улыбнулась: – Должна же у тебя быть хотя бы одна… одноногая жена! Только примет твоё предложение она не в больнице, а в твоей... Нет, в нашей Башне Роберта!

Глава 29. Переосмысление

Глава 29. Переосмысление

Заседания суда по объединённому в одно производство делу о преступлениях движения «Новая кровь» заранее портило Бобу настроение. Выполняя обязанности Генерал-губернатора Северо-Западного континента, Роберт сосредоточился на вопросах восстановления инфраструктуры городов и посёлков, пострадавших от «коричневой чумы». Подключая к работе местных исполнителей и организаторов, он регулярно напоминал им о том, что прямое управление государством со стороны Мирового Совета – временная мера, действующая только до окончания чрезвычайного положения и перевыборов ответственных лиц во властные структуры. Необходимость участия в судебном процессе раздражала Генерал-губернатора, загруженного созидательной деятельностью.

Разумеется, он заставлял себя аккуратно посещать зал суда в глубинах Спелого Яблока, но предпочитал не участвовать в прениях и не влиять на решения, высказывая собственное мнение только в исключительных случаях. Роберт следил за тем, чтобы ни одно преступление не осталось безнаказанным, и ни один человек не пострадал безвинно. По мнению Юлии, продолжавшей сопровождать своего мужчину, отношения с которым официально зарегистрировала возрождённая мэрия Солёной Отмели, желания Боба более–менее совпадали с реальностью. Оставалось пережить заседание с подсудимой Эмили Уайт, после развода с мужем вернувшей себе девичью фамилию Тендэ. И словно во испытание терпения подсудимой и Роберта разбирательство по делу бывшей жены бывшего Премьер-министра назначили на последнюю очередь.

Боб предлагал Симоне отправиться домой, на поверхность Обители. Но она хотела вернуться туда вместе с ним и предпочла удобную палату в реабилитационном центре Спелого Яблока. На судебные разбирательства Сима не рвалась. В день процесса над Эмили Роберта сопровождала Юля и… Вики, помощница мадам Тендэ.

В составе суда Боб не увидел ни одного знакомого лица и успокоился. Ему хотелось услышать непредвзятое мнение. Заседание длилось в стандартном режиме, пока под занавес Председатель суда не вызвал в качестве свидетеля… Генерал-губернатора Северо-Западного континента. Роберт не удивился. Он привык нести ответственность за своё вмешательство в судьбы людей, вольное или невольное.

«Уважаемый суд! – заговорил Боб, ответив на протокольные вопросы секретаря. – На протяжении долгих дней я участвую и наблюдаю за усилиями многих жителей в кропотливой, тяжёлой, но необходимой работе по восстановлению полноценной жизни. Мы добиваемся справедливости на Северо-Западном континенте, и по букве закона, и по человеческой совести. На тяжёлых, но необходимых судебных заседаниях перед моими глазами прошли и зарвавшиеся политики, и убийцы, и бывшие офицеры, потерявшие совесть и честь, и поддавшиеся на провокационные речи, слабые духом и умом студенты, и равнодушные существа, вина которых заключается в преступном бездействии.

Подсудимая Эмили Тендэ стояла у истоков общественного движения «Новая кровь», ратовала за прогрессивные изменения общества, активную жизненную позицию наших современников, но не призывала насиловать, калечить и убивать людей за их личные убеждения. Виновна ли она в нарушении законов? Да. Она не заметила красной черты, отделяющей общественную организацию от антинародного движения, деятельность на благо континента и всей Обители от работы на вымышленную «Анти-Обитель», мирных выступлений от агрессии. Эмили Тендэ, имея влияние на всё движение «Новая кровь» снизу доверху, не предотвратила, пока это было возможно, появления «коричневых боевиков» и подпитывающей их агрессивность химической лаборатории. Правда, о её существовании подсудимая не подозревала, но... Она не смогла решительно выступить против преступных приказов Бенджамина Шлау, что подтверждено показаниями самого профессора, ректора Университета развития, осуждённого уважаемым судом на пожизненное тюремное заключение. В свою очередь, слова Шлау подтверждены признаниями его соратников и приспешников.

Подсудимая Эмили Тендэ осознаёт свою вину и раскаивается, что, я надеюсь, мы услышим в её заключительном слове. Я – не свидетель преступлений Эмили, но свидетель её раскаяния. Понимая и чувствуя свою вину, она не откажется от своих убеждений, но они созвучны и моим мыслям тоже.

Люди достойны того, чтобы иметь возможность познания мира, в котором мы живём, во всём его многообразии. Люди должны иметь право выбора места жительства, сферы приложения своих усилий, право на свободу перемещений, на высказывание собственного мнения и даже законотворческих предложений Мировому Совету...

Наша подсудимая решительно отказывается от участия в экстремистской деятельности и от нарушения законов Обители в будущем... Разумеется, пока это только слова, причём мои слова. За ними должно последовать покаяние и деятельное подтверждение громких слов самой подсудимой... Итак, заслуживает ли наказания Эмили Тендэ? Несомненно! Но каково оно должно быть по моему мнению?

Даже монстра в человеческом обличье, Бенджамина Шлау уважаемый суд не приговорил к смертной казни. И это справедливо, ибо смерть не может быть адекватным наказанием. Длительное тюремное заключение и низкоквалифицированный труд из-под палки? Наша подсудимая может и должна заниматься восстановлением разрушенного «Новой кровью» хозяйства, созидать на благо континента и всей Обители, на благо людей.

Близкие мне люди, мои друзья подвергались опасности, теряли здоровье, гибли за возвращение порядка и закона на Северо-Западный континент, а теперь восстанавливают мирную жизнь наравне с жителями Северо-Запада. Почему Эмили Тендэ должна быть освобождена от подобной работы? Своим сознательным созидательным трудом она должна доказать всем нам, что достойна права на жизнь, на свободу... Впрочем, это только частное мнение свидетеля. Справедливое решение вынесет наш уважаемый суд. Я закончил».

К удивлению Боба, вопросов к нему не возникло. Суд предоставил последнее слово обвиняемой. Эмили выступила кратко: «Уважаемый суд! Я внимательно выслушала речь свидетеля Роберта Берга и подписываюсь под каждым его словом. Это всё». Суд удалился на совещание.

В ожидании приговора Юля ёрзала на стуле слева от Боба, а сидевшая справа помощница Эмили, чрезвычайно взволнованная Виктория инстинктивно и очень крепко сжала мужскую руку... Судья огласил приговор, заставивший Роберта крепко призадуматься. Суд назначил Эмили Тендэ наказание в виде тридцати лет заключения под стражей и принудительных работ. Однако, учитывая особое мнение Чрезвычайного и Полномочного Посла Мирового Совета по особым поручениям, Генерал-губернатора Северо-Западного континента Роберта Берга, суд предоставил ему возможность реализации альтернативного наказания подсудимой. В качестве альтернативы Отцу Роберту предлагались исключительные права владения преступницей на те же тридцать лет с привлечением её к общественно полезной деятельностью и… с регулярными телесными наказаниями в течение ближайших трёх лет.

Зал суда погрузился в тишину. Вики буквально повисла на руке Роберта и смотрела на него умоляюще. Юля шепнула ему на ухо: «Соглашайся, Роби». Генерал-губернатор поднялся с места:

– Мне не пристало решать судьбу человека одним щелчком пальцев. Прошу уважаемый суд позволить мне короткий разговор с подсудимой наедине.

– Я могу перенести окончание заседания на завтра, – ответил судья.

– Мне хватит пятнадцати минут, – настаивал Роберт.

– Стража, предоставьте Его Превосходительству охраняемую комнату для беседы с подсудимой... Перерыв полчаса, – воскликнул председатель суда.

Увидев выражение лица подсудимой Эмили, сидящей в маленькой комнатке на стуле в арестантской робе, Боб покачал головой. Перед ним находилось всё то же милое, а теперь ещё и кроткое существо.

– Вам к лицу даже тюремная роба, мадам Тендэ! – с грустной улыбкой заметил он.

– Меня зовут Эмили, милый Роберт, – печально ответила она.

– Вы не хотите высказаться, Эмили? – Боб упрямо держал определённую линию поведения.

– Суду требуется Ваше согласие, а не моё, – теперь заупрямилась и она.

– А мне необходимо знать, как Вы видите сложившуюся ситуацию, – в голосе Роберта звучали металлические нотки.

– И только-то? – милая, всё понимающая женская улыбка внезапно вызвала у Боба едва сдерживаемый, острый приступ раздражения, а Эмили словно и не замечала этого: – Разве я могу хоть в чём-то отказать такому чуткому мужчине?

– Послушайте, мадам Тендэ, – скрипя зубами, воскликнул он. – Вы давно привыкли играть с мужчинами, чтобы впоследствии помыкать ими. Не стану лукавить, на мой личный взгляд, Вы очень хороши собой, но... Я Вам не подхожу.

– Вы подходите мне как никто другой, Роберт, – скромно потупилась Эмили. – Вероятно, Вам не подхожу я.

– В некоторых сценах Вашему исполнительскому мастерству позавидует сама Исидора Небесная! Вы готовы играть даже с петлёй на шее? – разъярился Боб. – В Вас есть хоть что-то естественное, человеческое, искреннее?

– Зачем так всё усложнять? – наконец-то вспыхнула она. – По предложению уважаемого суда, целых тридцать лет Вы сможете пользоваться моим умом, энергией, телом, наконец. Зачем Вам моя душа? Есть вещи поприятнее... Вы предложили мне сменить фамилию, я согласилась. Мадам Тендэ по силам прилежно выполнять поручения, нет, приказы моего Хозяина – Отца Роберта. Слышала, как Симона называет Вас Мастером. Я тоже смогу, стану Вашей нижней, ещё одной...

– Сима лежит в больнице после тяжёлых ранений. Ей ампутировали ногу, и... – Боб неожиданно успокоился. – Я сделал Симоне Вагнер предложение… стать моей женой. Она вроде бы согласилась...

– Что? Она… без ноги?! Прости! – нежное личико исказила гримаса боли, по щекам потекли слёзы, и Роберт, наконец-то, увидел перед собой чувствительного к чужой боли, беззащитного, живого человека...

– Я готов взять на себя ответственность… за тебя, – Боб взял её пальцы в свои ладони, – готова ли к этому ты?

– Ты знаешь... – заплаканная Эмили пристально и… доверчиво смотрела в его глаза: – Да, Роберт, с тобой я готова на… всё... Я давно готова... Думала, ты видишь, и ждала только твоего решения...

После перерыва в судебном заседании судья снова предоставил слово Роберту Бергу.

– Я согласен с альтернативным предложением уважаемого суда и обязуюсь выполнять его предписания, – обходясь без длительной преамбулы, уверенно произнёс он.

– Принято, – откликнулся судья. – По требованию суда, а так же служителей культов Тьмы и Света, подтвердить своё решение Вы обязаны действием, в полночь у алтарного камня. Судебное заседание завершено.

Большинство участников череды судебных процессов вздохнули с облегчением, а Роберт снова испытывал опустошение. Ему казалось, что кризис унёс не только жизни близких и дорогих ему существ, хороших знакомых, но и несколько лет жизни, оставив на их месте раздражающее пятно неопределённой формы и цвета. Слева от Боба застыла в задумчивости Юлия... Из состояния внезапной депрессии их вывела Вики, снова схватившая Роберта за руку и спросившая его с придыханием:

– А что же будет со мной, Господин?

– Ты – свободный человек, Виктория, – автоматически ответил Боб и немедленно осознал, что подобные слова девушка хотела услышать менее всего. – Ты хочешь остаться с Эмили? Но теперь она – не жена Премьер-министра, а подсудимая, приговорённая стать рабыней, как минимум, на тридцать лет. Для тебя это ничего не меняет?

– Конечно, нет, Господин! – пылко воскликнула девушка.

– Ты сама ответила на свой вопрос, Вики, – вступила в разговор Юля. – Если ты действительно любишь Эмили, готова оставаться с ней, и в горе, и в радости, то разделишь её участь.

– Стану рабыней? – округлила глаза Виктория. – Рабой Господина Роберта?

– Чьей же ещё? – Юлия поймала на себе вопросительный взгляд Боба и пояснила: – Как иначе? Свободная женщина – помощница рабыни? Это нонсенс.

За четверть часа до полуночи в глубинах Спелого Яблока Роберт шёл к алтарю Тьмы в накидке Жреца тёмного культа и вёл туда за руку Викторию, одетую как прислужница. Рука Вики заметно подрагивала... Эмили в арестантской робе стояла у камня с двумя дюжими охранниками по сторонам. «Снимите наручники и разденьте осуждённую», – приказал Боб, но приговорённая женщина взглянула на него с такой мольбой в глазах, что Роберт прогнал охранников. Вики стояла поодаль и с дрожащими губами наблюдала, как он снимает с её Госпожи наручники и одежду.

Помимо милого личика и шелковистых чёрных волос, собранных в короткую эффектную причёску, перед мужчиной открылось стройное, нежное, в высшей степени соблазнительное женское тело... Нет, не такую близость с мадам Эмили представлял себе Боб. К чему лукавить? Она привлекла к себе повышенное внимание и вызвала в нём едва сдерживаемое желание в день их знакомства. Роберт запрещал себе думать о ней в таком контексте, но разве мыслям прикажешь? Он слышал неоднозначные, порой полярные суждения об этой женщине и… игнорировал чужое мнение. А сейчас Боб понимал, что прав, тысячу раз прав...

Он держал в руке ритуальную плеть, а Эмили стояла перед ним, опершись руками об алтарный камень и шептала: «Не жалей моё тело, Роберт! Не жалей меня, Хозяин! Хотя бы за непозволительную близорукость, я заслуживаю наказания, не только общественного, но и твоего личного наказания! Теперь я навеки твоя, и… это лучшее, что могло случиться... Я – твоя стерва и твоя нежная девочка, твой ангел и твой бес... А главное, я – прислужница и послушница Жреца Космоса Роберта Берга...»

Бобу быстро надоело махать плетью, и он передал её в руки Вики. Та оторопела, но не посмела ослушаться. А Роберт сел на камень так, чтобы Эмили упёрлась руками в его колени, и принялся целовать её губы... Она так давно ждала его поцелуев, что получив их, перестала ощущать прикосновения плётки к своим ягодицам. Боб мял её упругую грудь, сжимая нахально торчащие прямо ему в лицо, затвердевшие соски и шептал в паузах между поцелуями: «Тебе ещё предстоит услышать от меня много… всякого... Да и спрос с нас теперь большой, но сейчас... Забудь о мадам Уайт и мадам Тендэ. Теперь ты – просто Эмили, послушница Жреца Космоса...»

Вики так и не позволили даже дотронуться рукой до новоявленной рабыни и её Хозяина, но девушка впала в состояние эйфории. Она кожей чувствовала высшее блаженство, накрывшее властного мужчину и беззащитную женщину, распластавшуюся на церемониальном камне...

Когда обессиленная рабыня Эмили уснула, свернувшись на нём клубком, нагая Вики встала перед Господином во весь рост. Она смотрелась противоположностью своей ненаглядной Госпожи в том смысле, что тело Эмили характеризовало слово «упругость», а Вики – «мягкость».

– Я готова, – опрометчиво заявила она.

– Вряд ли, – грустно улыбнулся Боб. Не позволяя двадцатилетней девушке расстроиться, он нежно провёл по молодому телу горячими после Эмили ладонями, крепко поцеловал её распухшими губами и сказал: – Знаю, что в мыслях ты уже рабыня...

– Ваша рабыня, – поправила его Виктория.

– Ты чувствуешь себя рабыней Госпожи Эмили, а становишься моей. Со временем мы как-нибудь разберёмся с подобной дилеммой, – мягко уточнил Боб. – И твой личный обряд произойдёт не сейчас, не здесь. Такая скромная и нежная девочка, как ты, Вики, заслуживает отдельного внимания и неторопливой церемонии... Спешить мы с тобой не станем.

Девушка шумно выдохнула, прижалась к Роберту и нежно поцеловала Господина в губы... Татуировщик глубинных пещер Спелого Яблока оказался не просто мастером своего дела. Не напрасно его называли одарённым художником. Предложенный им эскиз татуировки рабыни Жреца Космоса произвёл огромное впечатление. Там нашлось место и виду Обители из космического пространства, и Светилу, в окружность которого эффектно вписалось имя хозяина рабыни. Роберт и Вики оставались с Эмили всё время процесса нанесения рисунка. Изумляя Боба, она страшно застеснялась своей наготы перед мужчиной-кольщиком, но не показывала вида, а… снова, тихо целовалась со своим Господином. Когда процесс нанесения рисунка подходил к концу, Эмили что-то шепнула Роберту на ухо. Он с интересом посмотрел сначала на неё, а затем на Вики. Та покрылась мурашками, покраснела и… кивнула утвердительно!

Через час кольщик начал создавать копию своего рисунка. Первые минуты Виктория лежала, не дыша, а затем Боб подмигнул Эмили и... Вики не могла поверить в происходящее. Мало того, что ей наносили татуировку на интимном месте до проведения обряда... Прекрасная женщина, которую Вики искренне считала своей Госпожой, поглаживала её белокурые локоны, а Хозяин целовал пухлые губы Виктории. Пару раз он коснулся крупной и мягкой груди девушки, но она вздрагивала от его нескромных прикосновений, и татуировщик бранился...

Два антипода, две непохожие друг на друга женщины, прекрасно смотревшиеся вдвоём на контрасте, учились жить по-новому. Порой Господину приходилось давать им строгие указания, памятуя о том, что одна из них – добровольная рабыня, а другая – невольница по приговору суда. Впрочем, первоначальные сложности быстро развеялись... Не только Вики к своей возлюбленной Госпоже, Эмили так же начала тянуться к Виктории, и вовсе не как к прислуге. Демонстрируя свои лучшие качества, Вики стала ей незаменимой помощницей. Стоит ли говорить о том, что женщины очень обрадовались, когда Господин поселил их… в особняк родителей Эмили, превратившийся в резиденцию Генерал-губернатора Северо-Западного континента.

Роберт не обманул, работы оказалось, хоть отбавляй. Вникнув в громадьё планов Жреца Космоса, Эмили засучила рукава... Боб быстро оценил её рвение и умение договариваться с людьми. Во всяком случае, он не умел требовать от ответственных лиц безусловного выполнения указаний так, как это делала она. Буквально через пару недель Эмили получила официальную должность – секретарь Генерал-губернатора. Она не показывала своего изумления его доверием, но внутренне радовалась, словно пошедшая на повышение, юная работница офиса престижной организации. Бумажная работа и телефонные переговоры, документы, таблицы, графики, планы и отчёты накрыли двух женщин с головой...

По прошествии времени, Роберт позволил Эмили выезжать на места, контролировать ход восстановительных работ, вносить коррективы в их проведение... Однажды он случайно услышал, как она разговаривает с нерадивым исполнителем государственного заказа, и поразился до глубины души... «Не хотел бы я оказаться в шкуре работника, подчинённого этой милой, нежной барышне, – улыбаясь, Боб покачивал головой. – Эмили – настоящая находка для крупного руководителя, бредящего глобальными идеями и не желающего или не имеющего времени для того, чтобы вникать в детали процесса реализации своих проектов. Как только я передам свои полномочия на Северо-Западе вновь избранным властям, увезу её отсюда и назначу на ответственный пост... Например, Эмили прекрасно справится с должностью Исполнительного директора всех материальных начинаний Жреца Космоса. Конечно, услышав о подобной перспективе, она станет считать меня законченным безумцем, но кому сейчас легко?»

Глава 30. И радость, и слёзы

Глава 30. И радость, и слёзы

Из лифта в Башне Роберта они выходили впятером. Впереди шествовала гордая собой Юлия, на груди которой сиял «Орден Почёта» – высшая награда Северо-Западного континента, а на безымянном пальце правой руки – самый желанный знак отличия от её мужа. За ней шёл Боб с Симоной на руках. Сима отказывалась надевать свой «Орден Почёта», но командир настоял. Замыкала процессию послушница Эмили, держащая за руку чрезвычайно взволнованную Вики. Встречающих оказалось больше, чем предполагал Роберт. Люди радовались возвращению Боба и его героических спутниц, а ему безумно хотелось спать...

– Я страшно беспокоилась, – шептала Илона, уложив мужа в постель, – и очень соскучилась, любимый...

– Вероятно, Жрецам не положено признаваться в своих слабостях, – устало улыбнулся Роберт, – но я не забывал о тебе и о Яше, ни на один день. Оказывается, любить не так просто, как может показаться, а я вас люблю.

– Роби! Мой Роби... – жена нежно целовала его лицо и не могла остановиться. – Ты засыпай, мой любимый, а я буду шептать тебе на ушко всякие глупости...

«Впервые увидев тебя в квартире Софии, – касаясь губами мужа, чуть слышно говорила она, – я и подумать не могла, что влюбляюсь не в инженера, а в Посла Мирового Совета, Генерал-губернатора Северо-Запада, в удивительного Жреца Космоса... Конечно, хотелось бы чаще видеться со своим Роби, но я постепенно становлюсь не только твоей женщиной, женой, но и последовательницей нового культа... Радуюсь тому, что Юленька дождалась своего Принца, а Сима... Скажу прямо, я потрясена твоим поступком. Симона даже не надеялась, поверь мне... Вероятно, после битвы в Белом Лесу она внутренне изменилась, преобразилась душевно. Симона скрывает свои эмоции, но в нашей семье их прочувствовали. Все знали о гнетущей депрессии Симы после страшного ранения, все видят её нынешнее благостное состояние... Глаза Симоны светятся счастьем! А ногу мы ей как-нибудь вылечим... Только Отцу Роберту никак нельзя останавливаться... Алиса называет себя самой свободной и независимой женщиной Башни, но она места себе не находила, пока ты воевал с «коричневыми». Даже любимая работа не спасала её от тревожных мыслей... И не забывай о двусмысленном положении Барби. Неужели ты не понимаешь, что она мечтает о ребёнке? По-моему, вам с ней нужно сыграть шикарную свадьбу в столице Южного континента. Жрец Космоса может себе это позволить!.. А ещё тебе предстоит выслушать нашу гордость – первую профессиональную актрису на поверхности Обители Исидору Небесную. Не напрасно же, теряя друзей, ты помог Северо-Западу избежать глобальной катастрофы, возглавив операцию, названную её именем...

Погружаясь в омут крепкого сна, Роберт не анализировал слова Илоны. Соглашаясь далеко не со всеми пунктами плана сердобольной женщины, он слушал жену сердцем, а для неё не существовало сейчас большей радости, чем обнимать любимого мужа и слышать его спокойное, ровное дыхание.

На следующий день после возвращения домой Боб отложил все накопившиеся дела и занимался свободным общением с близкими людьми. Вечером, все вместе, они присутствовали в зале театральной студии на репетиции нового спектакля Исидоры Небесной. Впрочем, назвать увиденное ими действо рядовой репетицией не поворачивался язык. Спектакль рождался прямо на сцене, где царила Дора… со своей помощницей Эльвирой. Им активно помогал Эжен, отвечавший за сценографию, освещение и звук, а также Лидия, фиксировавшая наброски сценария, удачные реплики и мизансцены...

Обитатели Башни Роберта словно сговорились сегодня не вспоминать о невзгодах и потерях, но творчество Исидоры категорически не соглашалось с ними. Как выяснилось позднее, спектакль, создаваемый на коленках, на нервах, в порывах обострённых чувств и вдохновения, назывался «Дори». И речь в нём велась не столько о биологических роботах, похожих и непохожих на людей, сколько об их хозяевах, понимающих ценность своих верных помощников и друзей, только теряя их безвозвратно...

«С Северо-Запада мы прибыли с печальным грузом, – говорил Роберт позже, сидя на краю сцены перед близкими людьми, заполнившими первые ряды зрительного зала. – Степан, Инара и её подруга, юный по любым меркам Робик и прелестная давняя помощница Исидоры, а ещё моя Дори... Им бы сидеть сейчас здесь, рядом с нами, наслаждаться искусством и общением, радоваться жизни... Увы, остался только прах и наша память о них... Больно и тоскливо... Мы обязаны похоронить их... Эжен, у меня к тебе личная просьба. Если можешь, нарисуй варианты надгробья могилы наших друзей. Я хочу обустроить её рядом с Башней, высоко на скале, над проливом, где дышится легко и свободно...»

– Рядом с Инарой могла оказаться я, – тихо проговорила Лоли, улучив возможность остаться с Бобом наедине.

– Прекрати, пожалуйста! – он сверкнул глазами, но немедленно притушил взгляд и обнял девушку за талию. – Не береди мои раны, Лолька... Если бы я не понадеялся на безопасность тихой Солёной Отмели, а эвакуировал обитателей «Ведьминой скалы» на поверхность... Бдительный и умелый офицер, Стёпа не мог ожидать безмерной наглости и жестокости законченных отморозков, возомнивших себя новыми властителями Северо-Запада...

В трактире «Морской волк», гостеприимно открытом для гостей посёлка Скалистый Берег, Роберта ожидал Давид. В последние месяцы капитана «Фараона» чаще видели на поверхности Обители, но сегодня, по предварительной договорённости, он выполнял свои обязанности хозяина заведения. «Гости прибыли три часа назад и отдыхают в своих апартаментах, – доложил Давид и поинтересовался: – Насколько я понял, Отче, сегодня тебе понадобится моя блудливая подружка? Проблема только в том, что в твоём присутствии она превращается в смущённую скромницу». Стоило Роберту утвердительно кивнуть, из подсобного помещения появилась рыжеволосая красавица, о многочисленных и несравненных достоинствах которой любил распространяться старый морской волк.

– Неволить тебя, не входит в мои планы, Нона! – Боб с улыбкой обнял женщину за плечи и поцеловал её розовую щёку. – Я прошу тебя присутствовать на моей встрече с одним очень симпатичным мужчиной. Порадуюсь, если вы понравитесь друг другу. Если случится иначе, я нисколько не расстроюсь. Но в любом случае, моя благодарность за уделённое нам время будет безмерной, в разумных пределах.

– Я не возьму с Вас денег, Господин Роберт! – окончательно размякла Нона.

– Что за новости? – изумился Давид, но Боб поднял руку, останавливая его пламенную речь.

– Видишь ли, красавица, наш морской волк, помимо неоспоримых внешних достоинств, отмечал твоё умение держать язык за зубами, – доброжелательно заговорил он. – Всё, что ты услышишь сегодня в стенах таверны, не должно выйти за её пределы. Иначе, мне придётся тебя убить... Обо всём остальном мы, без сомнения, договоримся полюбовно, милая Нона.

– Убивать меня не надо, – слабо улыбнулась она. – Я готова безвозмездно служить Вам верой и правдой, Отец Роберт!

– Ух, ты! – вырвалось из уст Давида и Боба одновременно...

На втором этаже той части заведения, что использовалась для особых гостей, Роберта с нетерпением дожидались Лариса и Сергей Ершистый.

– Вы заставляете себя ждать, Ваше Превосходительство! – с улыбкой воскликнул Ёрш, а взглянув на спутницу друга, добавил: – Но, если бы я заранее знал, с какой красавицей ты решишься меня познакомить, ждал бы ещё сутки, размышляя о превратностях судьбы и изнемогая от нетерпения.

– Привет, болтун! – пожимая руку Сергея, фыркнул Роберт и сразу же заключил в объятья Ларису.

Дождавшись, пока Ёрш неторопливо, с чувством расцелует руки Ноны, все расселись за столом, предупредительно накрытым в гостиной персоналом «Морского волка». За едой их никто не беспокоил, но друзья начали разговор только после третьей рюмки фирменного рома.

– После успешного окончания основного этапа твоей миссии на Северо-Западе, я ожидал приглашения на торжественный обед или на дружескую вечеринку, – заговорил Сергей, – а ты вызвал меня на конспиративную встречу. Доколе твоему старому другу и верному сподвижнику суждено оставаться в тени? В конце концов, моё самоуважение следует греть в лучах славы, хотя бы изредка.

– Рано твоему, взлелеянному милыми дамами, самолюбию привыкать к всенародной любви, – мрачно отозвался Роберт.

– Ах, как это грустно! – Ёрш отчаянно вздохнул и многозначительно взглянул на Нону. – Придётся всеми силами добиваться любви отдельных представителей нашего многострадального народа.

– Добивайся в свободное от работы время, – поднял на друга пытливый взгляд Боб. – Кстати, мой папа ждёт тебя в своих владениях сразу по возвращению в Белокаменную столицу. У него имеется деловое предложение к тебе.

– Отец Абрам ждёт меня… с официальным визитом? – лицо Сергея быстро сменило глумливое выражение на задумчивость. – Из тени во Тьму?

– По-моему, ты давно интересуешься тёмным культом, – поднял брови Роберт. – Теперь культ Тьмы заинтересовался тобой. Думаю, Отец Абрам сделает предложение, способное заинтересовать даже атеистически настроенного человека. Если вы с ним договоритесь по основополагающим вопросам, тебе предоставят личного консультанта для регулярного общения.

– Подожди-ка, – почесал затылок Ёрш, – ты проводишь со мной предварительную беседу, но отправляешь на встречу с родным отцом. Однако курировать и консультировать меня станет не он, не ты, а ещё один Жрец. Конспирация? Тайны только плодятся... Что всё это значит?

– Если бы ни некоторые нюансы работы Посла Мирового Совета по особым поручениям, которой мы с тобой занимаемся, я назвал бы моё предложение тебе тропой кандидата в Жрецы Тьмы, – негромко и неторопливо проговаривая слова, ответил Боб.

– Да ладно... – изумлённо посмотрел на него Сергей. – А ведь ты не шутишь...

– Нет, – мотнул головой Роберт. – Выпьем?..

Они выпивали, вспоминали детство, дурачились, профессионально анализировали события на Северо-Западном континенте, грустили, читали красивые стихи, возвращались к теме культа Тьмы, снова выпивали... И так по кругу до поздней ночи. Ёрш ещё и успевал приударять за Ноной, причём небезуспешно. Лариса вплотную подвинулась к Роберту и держала его руку в своей. В свою очередь, Нона позволяла Сергею ухаживать за собой и время от времени начинала декламировать неожиданные рифмованные строки. Боб не ожидал увидеть в её лице столь лирическую барышню, а Ёрш не уставал делать ей комплименты и всячески поддерживал романтическую линию общения... Лишь перед тем, как разбрестись по спальням, Сергей поймал Роберта за руку:

– На Северо-Западе, ценой невосполнимых потерь, удалось ликвидировать нарыв, каких не случалось в последнее столетие. Но ты непрозрачно намекаешь, что дело далеко от завершения...

– Ох, Ёрш... Всё только начинается, – понуро покачал головой Боб. Сергей страшно удивился его словам, и… поверил.

«Моим секретным миссиям не видно конца, – тихо говорила Лариса, пока Роберт не уснул в постели их временной спальни. – Тайные встречи с тобой лучше, чем их отсутствие, однако... Пожалуйста, соври мне, что однажды случится чудо, и я буду жить где-то рядом с тобой, в твоём доме. Я не смогу заменить тебе Дори! Но...»

– Почему? – резко проснулся Боб.

– Потому что люди относятся к нам, как к полезным в обиходе, бездушным куклам! – вспылила Лара.

– Я думаю... – тягостно вздохнул Роберт. – Я… чувствую иначе.

– Знаю, Роби, знаю! – Лариса прижалась к нему всем телом и нежно обняла. – Именно поэтому я не смогу заменить тебе Дори... Но позволь мне любить тебя так, как умею только я, и не оставлять до последнего дня, родной мой человек...

Похороны погибших стали бы самым чёрным днём в жизни Роберта, если бы не близкие люди. В рекордно сжатые сроки Макс с Эженом сотворили уникальное надгробье. Над пьедесталом с нишами, куда поместили капсулы с прахом, возвышались две фигуры в человеческий рост – мужчина и женщина, держащиеся за руки. Памятник возвышался над горным хребтом и хорошо просматривался с кораблей, идущих по проливу мимо Башни Роберта. Вокруг монумента заботливыми женскими руками в специальных формах были высажены кустарники и небольшие деревца. Часть праха Боб собственноручно развеял над проливом с борта новейшего воздухолёта, управляемого Мартой.

Исидора грозилась исполнить незаконченную версию спектакля «Дори», к созданию которого активно и неожиданно плодотворно подключилась Эмили. Мадам Тендэ генерировала свежие идеи, состыковывала воедино отдельные эпизоды, формировала и редактировала сценарий. Дора прямо заявила, что через пару недель появится полноценная пьеса с двойным авторством. Исполнение отрывков на сцене в скорбный день Роберт запретил. Он прямо сказал чудесной женщине, театральной приме: «Дори, у меня не выдержит сердце!» Боб не нарочно назвал знаменитую актрису именем погибшей подруги. Вырвалось... Но Исидора внезапно почувствовала себя невероятно счастливым человеком и… расплакалась на коленях главного, как оказалось, мужчины своей жизни.

За поминальным столом сначала говорили мало, затем вспоминали, смеялись и плакали... Роберт не хотел затягивать трапезу, но внезапно слово взяла Юля:

– Если я рожу девочку, назову её Дори, а мальчика Степаном. Думаю, муж обязательно меня поддержит.

– Ещё бы, – выдохнул Боб, – но почему ты заговорила об этом сейчас?

– А я беременна, – невинно захлопала ресницами Юлия.

После минуты полной тишины, за столом поднялся невероятный гвалт. Женщины, ахали, поздравляли молодую жену Роберта, задавали многочисленные вопросы. Больше всех суетилась Марта... Возможно, менее других проявляла свою радость Симона Вагнер-Берг. Её тихую грусть заметила Эльвира – помощница Исидоры Небесной. И, стоило шуму утихнуть, она внесла свою лепту в повышение градуса общения, сделав поистине сногсшибательное заявление:

– А я знаю, как воссоздать ногу Симы...

– Ты говоришь о протезе новейшей разработки? – произнёс Роберт за вмиг притихшим столом.

– Нет-нет, – покачала головой Вира, – я говорю о живой ноге.

Дальнейшая речь Эльвиры звучала в тишине, прерываемой лишь сдавленными восклицаниями. «Детали истории моего появления неизвестны даже мужчине, которому я предназначена, – призналась она. – У Роберта не было времени, чтобы ознакомиться с некоторыми нюансами... Так вот, создавая меня, Исидора использовала труд замечательных учёных и… ткани собственного тела!.. В последние недели Марта делилась со мной знаниями и умениями целителя, а упомянутые учёные не отказали мне в консультации. Теперь я точно знаю, как вырастить утраченную ногу Симы. Конечно, на это уйдёт время, полтора десятка месяцев по моим расчётам...» Последние слова Виры утонули в невообразимом гомоне. И только Симона молчала. По щекам верной боевой подруги Роберта текли слёзы...

– Что ты на это скажешь? – обратился к ней Боб, разобравшись в ситуации и поверив, что проект Эльвиры абсолютно реален.

– Ну-у-у... Если Отцу Роберту надоело носить на руках эксклюзивную, одноногую супругу, поменяем её на обычную, прямоходящую жену, – глаза Симы светились счастьем. – Но от рук мужа я не откажусь, ни за что на свете!..

Несмотря на безвозвратные потери, жизнь в Башне Роберта и одноимённом посёлке била ключом. Пожалуй, самым слабым, сомневающимся звеном в цепочке накрепко связавшихся друг с другом людей выглядела мать Эжена Лидия.

– Простите, Хозяин, что досаждаю Вам своим дурным настроением, – извинялась она в случившейся однажды личной беседе. – Порой мне кажется, что я никому не нужна.

– Что за вздор, Лида? – Боб хорошо знал, что суровые интонации в голосе Хозяина благотворно воздействуют на Лидию, заставляют её встряхнуться. – Я доверил тебе нашу многотомную библиотеку. Ты плодотворно занимаешься научными исследованиями в области географии, истории, обществоведения, что очень радует меня без всякого преувеличения. София специально выбирается к нам в гости, чтобы пообщаться с тобой. Исидора постоянно проявляет заинтересованность в твоей помощи. Люди приходят к тебе не по моему приказу, а по собственной инициативе.

– Да-да, – закивала она. – Я от души благодарю Вас за интересную работу и общение. Моя признательность за Ваше душевное отношение к моему сыну безгранична! Эжен занимается любимым делом и приносит ощутимую пользу всем нам, а визиты в тёмные глубины перевернули его сознание.

– В каком смысле перевернули? – поднял брови Роберт.

– По-моему, он понял, к каким отношениям ему следует стремиться в личном, интимном смысле, – ответила Лидия и с чувством добавила: – Возможно, в силу возраста у меня так не получается.

– Да, хозяйка подземелий Милана говорила мне, что единственный визит к ней не вызвал у тебя ничего, кроме страха, – нахмурился Боб.

– Не совсем так, – тяжело вздохнула Лида. – Мне, действительно, было очень страшно там… без Вас.

– Два года свободной жизни ничему тебя не научили? – металл в голосе Хозяина заставил женщину сжаться внешне и внутренне, а Роберт и не думал останавливаться: – Однажды я взял на себя ответственность за твою судьбу и судьбу твоего сына. Раз у тебя возникают подобные непреодолимые сложности, и решить их иначе невозможно... Хорошо, я спущусь с тобой в глубины Тьмы.

– Когда? – ахнула Лидия. – Мне нужно подготовиться, Хозяин!

– Нет. Мы отправимся туда немедленно, – повысил голос Боб. – Ты упорно называешь меня Хозяином и не справляешься со своими проблемами самостоятельно. Значит, не откладывая на завтра, я решу их за тебя своей властью.

Лида затрепетала не столько от страха, сколько от предчувствия резких изменений в отношениях с хозяином Башни Роберта, нет, с её личным Хозяином. Именно так она оценивала его присутствие в своей жизни. И сейчас Хозяин, крепко взяв за руку, вёл её в страшные подземелья. Однажды увидев, Лидия вспоминала их с содроганием. В памяти накрепко запечатлелся вид алтарного камня Тьмы, к которому Жрецы приводят своих рабынь хотя бы раз в их жизни. Мысли о том, что именно там сегодня она станет рабыней Отца Роберта, вызвали у Лиды целую гамму противоречивых чувств. Стыд и острое желание покориться властному мужчине, страх перед обитателями глубин, как участниками тёмной оргии, которую может затеять Хозяин, смущение перед жителями Башни Роберта. Лидия живо представляла, как они тыкают в неё пальцами и говорят: «Посмотрите на эту немолодую женщину, добровольно ставшую рабыней. Несчастная нимфоманка! Наверняка, Хозяин лупит её плёткой, а она умоляет его не останавливаться, изнемогая от сладкой боли». Удивительно... Лида часто и приятно общалась с Мартой и с Барбарой, иногда с Лоли, и не наблюдала предвзятого отношения к ним у окружающих. Однако сейчас она более всего трепетала от мыслей о людях, способных увидеть, почувствовать её нагой, беззащитной, безвольной, как в тёмных глубинах, так и на поверхности.

Хозяин не стал отдавать Лиду на растерзание прислужникам Тьмы, но привёл в алтарную пещеру, одним видом своим вселявшей ужас в сознание пугливой женщины. Она не заметила, когда Роберт успел переодеться в облачение Жреца Тьмы, зато отлично запомнила, как он избавлял её от одежды, разрывая непослушную ткань. Лицо Хозяина выглядело выточенным из камня, а руки оказались горячими, сильными, властными и умелыми. Стоило Лидии только представить себя закованной в цепи, как мысли превратились в реальность. Она лишь подумала о том, что Жрец непременно должен испытать её тело плетью, как плётка оказалась в руках Хозяина. Лида даже не успела испугаться и, уж совсем не ожидала того, что боль может довести её до экстаза, настолько она оказалась сладкой... Женщина билась в судорогах, наслаждалась от прикосновений хозяйских рук и его горячих губ, изнемогала в те мгновения, когда мужчина покусывал мочки её ушей и затвердевшие соски... А затем Лидия ощутила то, о чём не могла не думать со дня знакомства с Робертом...

Она очнулась только в спальне Жреца Тьмы, на постели, устланной чёрным шёлком. Лида не запомнила, когда и как попала сюда. Вероятно, несколько часов она спала здесь так же сладко, как спал сейчас рядом с ней её Хозяин. Лидия не могла поверить своим глазам и прикоснулась к его телу дрожащими руками, а затем и нежными губами... «Ты – удивительно ласковая женщина, Лидушка!» – запуская пальцы в каштановые, шелковистые женские волосы, произнёс проснувшийся Роберт. Лида оторвалась от его тела и одарила Хозяина таким взглядом, что Боб покрылся мурашками. Он притянул женщину к себе и взял её, тёплую, обмякшую от наплыва чувств, медленно и нежно...

– Теперь можно и умереть, – так и не разорвав объятий, прошептала она, глядя в глаза Роберта.

– Неужели больше ничего не хочется? – улыбнулся ей Хозяин.

– Хочу... Ещё... Немного позже... И татуировку... – опустила взгляд Лида.

– Если очень сильно желать, всё получится, – Роберт поднял за подбородок её лицо и медленно провёл пальцем по женским губам, созданным для поцелуев. – Как получилось, что красивая и горячая, чувственная и невероятно ласковая женщина страдала от одиночества? Мужчины внезапно ослепли?

– Не все, – словно избавившись от всех прежних невзгод, выдохнула Лидия, – но одни не представляли для меня интереса, а других я хотела видеть своими друзьями... У меня давно сложились тёплые, приятельские отношения с капитаном «Фараона» Давидом. Вернувшись на поверхность, он стал оказывать знаки мужского внимания вдове своего друга, чего не позволял себе в былые времена. Давид – хороший человек, его неравнодушное отношение мне приятно, но...

– Он староват для тебя? – попробовал догадаться Роберт.

– Муж был ещё старше, – передёрнула плечами Лида. – Не в возрасте дело... Стоило Давиду решиться задать прямой вопрос, я ответила, что целиком и полностью принадлежу хозяину Башни Роберта.

– Мягко говоря, ты ввела его в заблуждение, – покачал головой Боб.

– Давид высказался в том же духе... – легко и свободно вздохнула она полной грудью. – Я пояснила ему, что принадлежу Хозяину просто потому, что испытываю к нему особенные чувства... Как бы то ни было, я стремлюсь к тебе, мой чудесный Роби! Меня не останавливает количество женщин в твоём окружении. Я… твоя влюблённая дурёха, не желавшая менять журавля в небе на синицу в руках... А сегодня я превратилась в твою… счастливую, влюблённую дурёху!

Через несколько дней Роберт вернулся на Северо-Запад, в своё Генерал-губернаторство, к непочатому краю работы по восстановлению мирной жизни на континенте. Вместе с Хозяином сюда вернулись Эмили и Виктория, сильно изменившиеся за время пребывания в Башне Роберта. Они словно зарядились новой, неведомой им прежде, энергией.

– Не хочется возвращаться в Спелое Яблоко? – с хитринкой в глазах поинтересовался Боб по ходу случившегося в пути разговора.

– Очень хочется! – моментально отреагировала бывшая жена Премьер-министра. – Жизненно важно активно продолжить начатое дело, восстановить разрушенное, наладить и перенастроить общественную жизнь на континенте, а затем… с чистым сердцем вернуться на поверхность, в Башню Роберта.

– Серьёзные намерения! – заулыбался Боб. – Неужели так понравилось на поверхности Обители?

– Мы успели увидеть немногое, но и этого нам хватило, – вступила в разговор Вики. – Башня, горы, пролив, леса, фермы, посёлок... Невероятно, удивительно, божественно красиво! Там хочется жить...

– Там будущее, – подхватила Эмили.

– Будущее рабынь? – невинно переспросил Роберт.

– Будущее нашего Хозяина, – светская дама в недалёком прошлом не поддалась на провокацию, – Там твоя, а значит, вся наша жизнь...

Виктория кивала, всячески поддерживая свою Госпожу Эмили. Вики вполне обвыклась в роли, определённой её новым статусом, и нисколько не жалела о содеянном. Однако позднее стало известно, что решение девушки категорически не одобрили её родители. Они надеялись, что Виктория окажется в ближнем круге Премьер-министра. Эмили потеряла для них интерес, исчезнув с политического Олимпа. Фигура главы переходного правительства, Генерал-губернатора Северо-Западного континента крайне заинтересовала родителей Вики. Они были бы счастливы видеть дочь помощницей, секретарём, доверенным лицом Отца Роберта или (Чем Тьма не шутит?) его невестой... Но не рабыней! Боб стал свидетелем общения Виктории с родителями по видеосвязи. Его внезапная прислужница непреклонно отстаивала своё мнение и право принимать самостоятельные решения, но убедить старших ей не удалось. Роберт понял, что в полку его недоброжелателей прибыло. Впрочем, он уже привык жить в условиях противоборства.

Далеко не всё население Северо-Запада с радостью приняло новую, пусть и временную власть. Прежде всего, недовольство исходило от местных политических элит. Они привыкли жить по старинке и всячески оправдывали ошибки, проступки, преступления прежних, ими же выбранных правителей. Жрец Света Отец Марк, исполнявший обязанности мэра Спелого Яблока, прямо заявил Роберту, что без серьёзной чистки и перенастройки местной системы власти период прямого правления Мирового Совета может затянуться на долгие годы. Отец Фарид, откомандированный сообществом Жрецов Тьмы в помощь Генерал-губернатору Северо-Запада, вообще, ратовал за назначение Мировым Советом подходящей кандидатуры на должность Премьер-министра, с соответствующим контролем над его деятельностью.

– Обратимся к опыту Южного континента, – аргументировал он в конфиденциальной беседе трёх Жрецов. – Там Премьер-министра не утвердят в должности без одобрения Мирового Совета.

– И без утверждения Сообществом Жрецов Тьмы, – усмехнулся Боб.

– Формально это не так, а фактически Вы правы, Отец Роберт, – пожал плечами Фарид. – Мы регулярно предлагаем светлым Жрецам участие в политической жизни общества. Они отказываются, а нам вовлечённость в процесс представляется необходимой.

– Прекрати свои агитационные речи, Фарид! – воскликнул Марк. – По воле судьбы мы все вовлечены в политику здесь, на Северо-Западе. Нам необходимо договариваться и решать насущные задачи.

– Да, лучше договариваться, чем навязывать людям чуждое им мнение, – согласился Роберт. – Например, вы, как я вижу, давно договорились общаться на «ты». А я на ваш взгляд слишком молод, чтобы мне «тыкали»?

– Так точно, Ваше Превосходительство! – засмеялся Фарид. – Однако я готов наплевать на условности и перейти с Вами на свободное дружеское общение после традиционного брудершафта.

– Присоединяюсь с одним условием! – улыбнулся Отец Марк. – После брудершафта мы вернёмся к делам насущным.

– Зануда, – фыркнул Отец Фарид.

После часового перерыва на обед и брудершафт Жрецы вернулись к деловому разговору. Причём, Роберту в очередной раз удалось удивить собеседников. Пользуясь знаниями и связями Эмили, не афишируя свои действия, он умудрился плодотворно пообщаться с промышленниками Северо-Запада, имеющими большое влияние на политический бомонд, и достичь взаимопонимания с ними по основным вопросам. «Учитывая, что силовые структуры континента подчинены нам напрямую, а руководители производственных предприятий кровно заинтересованы в сотрудничестве с временной администрацией, осушить политическое болото станет значительно легче», – резюмировал он.

– Ты сильно упростил наши задачи, – удовлетворённо кивнул Марк.

– Чем ты так завлёк промышленников, Роберт? – заинтересовался Фарид. – Насколько я понимаю, речь шла о заказах на материалы и услуги по восстановлению разрушенной инфраструктуры, жилых и хозяйственных помещений. Но, зная размах твоих замыслов, предположу, что этим дело не ограничилось...

– Да, я предложил им выполнение целевых заказов от Мирового Совета, – скромно ответил Жрец Космоса.

– Любопытно... Ты успел получить согласие от Мирового Совета?.. Снимаю шляпу, Ваше Превосходительство! – покачал головой Жрец Тьмы. – А работу по программе освоения космоса ты им тоже предложил?

– Не предложил, а пообещал, – уточнил Роберт. – Они, вдруг, сами начали говорить о космосе, буквально наперебой...

– Ну, ты даёшь! – после паузы воскликнули Жрецы, практически в унисон.

– Да-да. Мы обязательно полетим в космос! – Боб аж покраснел от удовольствия и… резко сменил тему разговора. – А сейчас нам следует утвердить приказ Генерал-губернатора о мерах по предотвращению саботажа и повышению безопасности жизни людей на Северо-Западном континенте.

– Что ты предлагаешь, Роберт? – поднял брови Марк.

– Пока мы не добились консолидации общества и активной вовлечённости жителей Северо-Запада в процесс решения их собственных проблем, представителям традиционных религиозных конфессий необходимо предоставить континенту не разовую, а постоянную помощь, – заявил Генерал-губернатор.

– Роберт, ты забываешь о демографических проблемах Обители! – всплеснул руками Фарид. – К выполнению операции «Исидора» мы привлекли множество своих людей, но наши ресурсы не беспредельны. Братство культа Света прямо заявило, что прибывшие сюда с поверхности мужчины вскоре должны вернуться домой. Я правильно излагаю вашу позицию, Марк?

– Да, – кивнул Жрец Света. – Наши парни нужны на поверхности Обители, не говоря уже о том, что длительное пребывание в подземельях негативно влияет на их психику.

– Именно поэтому я предлагаю работу вахтенным способом, – мгновенно откликнулся Роберт, – и не столько мужчинам, сколько женщинам с поверхности планеты. Недостатка в них явно не наблюдается... Кроме того, люди из разных пространственных слоёв Обители должны общаться, обогащая друг друга знаниями, собственным мироощущением, эмоциями. Мы – различные, но сопрягаемые части единого организма, друзья мои...

Глава 31. Горькая потеря

Глава 31. Горькая потеря

Два года бурной, но мирной жизни пролетели, как два мига. Окружавшие Боба люди отошли от катаклизмов и горестей, объединивших их в единое целое. Продолжая ценить тёплые отношения между собой, каждый обрёл спокойствие и толику своего собственного счастья, радость жизни...

Беда пришла, откуда не ждали. В тёмных глубинах под Белокаменной столицей скоропостижно скончался папа Роберта Отец Абрам. Сначала целители культа Тьмы, а затем и столичные врачи Северо-Восточного континента констатировали острую сердечную недостаточность. Однако внезапная смерть вполне здорового, бодрого и жизнерадостного мужчины шестидесяти пяти лет отроду вызвала многочисленные вопросы и сомнения.

Толком не отправившись от шокового состояния, Роберт поспешил в Белокаменную с Юлией. Их маленького сынишку Стёпу временно передоверили бабушке Марте. Предварительный вердикт высококвалифицированной целительницы только усилил подозрения Роберта. В отцовских покоях тёмных подземелий Боб уединился со своим другом Сергеем, полтора года тому назад официально посвящённым в Жрецы Тьмы.

– Отравление?! – изумился Отец Сергей, выслушав друга. – Кто? Как? Зачем?!

– Нам следует провести негласное расследование. До его окончания остаётся только гадать, кому понадобилось идти на столь радикальный шаг. Попробуем ответить на твои вопросы по порядку, – сухо и мрачно заговорил Роберт. – Ты наверняка осведомлён, кто в последние недели появлялся в глубинах Белокаменной, помимо постоянно обитающих здесь людей.

– Эльза – дочь Габриеля. Время от времени она навещала твоего отца, – глубоко задумался Сергей. – Насколько мне известно, кроме неё посторонние люди у нас не появлялись.

– Первая подозреваемая – Эльза? – нахмурился Боб. – Впрочем, папа наверняка поднимался в Белокаменную столицу, а яд мог иметь свойство отложенного действия. Мне известно о встречах папы с Фаридом и Габриелем.

– Не думаешь ли ты, что один из них мог отравить Отца Адама?! – в горестных сомнениях покачал головой Ёрш.

– Сейчас я готов подозревать всех и каждого, – оскалился Роберт. – Для тебя, так и быть, сделаю исключение.

– И на том спасибо, – в сердцах отмахнулся Сергей. – Но должна же быть веская причина для того, чтобы отравить человека.

– Верно, – кивнул Боб. – Вот я и хочу понять, кому это выгодно? Или, как вариант, кому папа был настолько опасен, что пришлось… пойти на крайние меры? У тебя имеются соображения на этот счёт?

Около трёх лет тому назад Роберт посоветовал своему отцу обратить внимание на талантливого конструктора Сергея Ершистого. Позже Абрам недоумевал, каким образом давний друг его сына выпал из поля зрения Сообщества Жрецов Тьмы. Он склонялся к мысли, что парня «прятало» Министерство Безопасности, где работал отец Сергея. После первого «официального» визита Ёрш стал частым гостем в тёмных глубинах Белокаменной. Сначала они с Абрамом не афишировали сотрудничество, но вскоре Сергей получил предложение и согласился стать не простым послушником, а кандидатом в Жрецы Тьмы. Нынче Отец Сергей являлся полноправным членом Сообщества, перспективным служителем культа. С папой своего друга он общался чаще и теснее, чем сам Роберт.

Трагедия заставила его переосмыслить некоторые нюансы их общения. «Отец Абрам вёл записи. Боб, тебе необходимо изучить личный дневник и прочие документы, хранящиеся в его кабинете, – задумчиво проговорил Ёрш. – У меня хранится запечатанное письмо твоего отца. Я всегда считал «тайное послание» своеобразным мистическим символом, наказом от умудрённого опытом служителя Культа Тьмы. Он вручил мне конверт около полугода тому назад и просил вскрыть его только в крайнем случае. Похоже, этот день настал».

Неторопливо, с полным вниманием Роберт просматривал отцовский дневник, Сергей сходил за письмом, вернулся и вскрыл бумажный конверт. Прочитав первые строки, он протянул сложенные пополам листы другу. Боб удивился, но, пожав плечами, принялся читать вслух.

«Да простит меня мой добрый друг, ответственный и отзывчивый человек, Отец Сергей, в первую очередь я адресую эти строки своему сыну. Впрочем, возможно, содержание письма имеет значение для вас обоих.

Бобби, сынок! Если ты держишь в руках эти страницы, мои опасения оказались не беспочвенными, оправдались худшие прогнозы. Твои красивые, величественные и перспективные проекты вызывают неоднозначную реакцию в обществе. Ты хорошо понимаешь это, но известна ли тебе причина? Дело в мировоззрении и вере. Да, именно в них. Как ни странно, Легенда о человеке, рождённом родителями, исповедовавшими религии двух разноречивых культов, о личности, создавшей новую, объединяющую религию, имеет к тебе прямое отношение. Мы с Беатой произвели на свет мальчика, с рождения заинтересовавшего собой служителей двух культов. Как оказалось, ни напрасно все интересовались и опасались ни зря.

Тебя провоцировали, сынок, за тебя боролись, щедрыми дарами и обещаниями пытаясь склонить на свою сторону. Ты выбрал свой путь, не плодя конфликты и не отрицая всё лучшее, что можно почерпнуть на дорогах Света и Тьмы. Не прибегая к агитации и пропаганде, тебе удаётся множить сторонников культа Космоса делами своими. Безопасность на транспорте, восстановление и новый расцвет Северо-Западного континента, чудесный, иного слова и не подберёшь, посёлок на поверхности Обители, запуск ракет, начало второй космической эры человечества... Люди видят всё, даже если многие из них ослеплены материальными благами и ложными постулатами мнимых мудрецов. К тебе тянутся, и многие жители подземных поселений, и обитатели поверхности, и люди из тёмных глубин. Космическое мировосприятие произрастает не из окаменевших догм, а из поступков и достижений живых людей. Этого ли ждали от тебя служители официальных конфессий?

Будучи Жрецом Тьмы, признаю, что наше Сообщество увидело в тебе ключевую фигуру для сближения позиций общепризнанных культов и распространения технократической цивилизации на исконные земли поверхности Обители. На мой взгляд, тёмное Сообщество не ошиблось в тебе, если не фокусировать внимание на некоторых нюансах твоего подхода к планетарным проблемам.

С другой стороны, Братство жрецов Света, по моему мнению, использует тебя для увеличения своего влияния вплоть до мирового господства. Думаешь, я сильно преувеличиваю? Попробуем рассуждать трезво. Каковы были твои ощущения после первых посещений поверхности Обители? Разве не приходила в голову мысль о том, что тебе посчастливилось оказаться в сказочном раю? Даже мне, человеку опытному и прагматичному не хотелось возвращаться оттуда в свои глубины. На поверхность постепенно просачиваются технические новшества, с поправкой на специфические нормы экологической безопасности. Во многом твоими стараниями туда попадают и новые, творческие люди, делая наружный мир насыщенней, многообразнее, краше, человечней, но...

Кто узурпировал право на распространение достоверных данных о жизни под лучами Светила и плодит страшные сказки для населения подземных поселений? Кто ограничивает допуск на поверхность современных технологий и жаждущих познания людей? Жрецы Света, и никто иной. Сообщество культа Тьмы делится с ними научными открытиями, предлагает технические новшества, и получая взамен… свежие продукты питания. Возможно, сто лет тому назад подобный обмен считался равноценным, но времена меняются, а устаревший status-quo сохраняется. Жрецы Тьмы не имеют прямого влияния на решения культа Света, не получают адекватного ответа на предложения о полноценном сотрудничестве.

Вслед за появлением информации о прекрасной поверхности Обители и росту интереса к ней последуют обращения людей, стремящихся в рай, к тем, кто выдаёт туда пропуск. И это, к сожалению, не ты, сынок! Дай тебе волю, ты настроишь на поверхности сотни благоустроенных посёлков и заселишь их людьми, готовыми вырваться из виртуального мира для того, чтобы очеловечить пустующие райские кущи.

Принято считать, что только Сообщество служителей культа Тьмы ратует за ограничение рождаемости. Однако, мы делаем это ввиду ограниченности ресурсов и жизненного пространства в обитаемой, подземной части планеты. Светлое Братство не желает делиться реальной властью на поверхности. Даже с учётом демографического перекоса, явного недостатка мужского населения, существенная часть Жрецов Света не готова идти твоим путём. Некоторых представителей этой когорты я знаю лично, а с их предводителем знаком и ты, Бобби.

Несколько слов мне хочется сказать и о себе. Твоими стараниями я стал чувствовать себя не столько Жрецом Тьмы, сколько членом космической семьи Отца Роберта. Да, мне легко признаваться в этом тебе, сынок, и нашему общему другу Сергею. Со временем я осознал, что Культ Космоса – не религиозное течение, а дорога в будущее, мировоззрение, которое не ограничивается ни подземельями, ни поверхностью Обители. Ты ведёшь нас за пределы планеты, Отче! Когда дом ветшает, люди строят новое жилище, и я знаю, что вместе с тобой мы делаем первые шаги на этом нелёгком пути.

Препятствия заставляют нас сосредотачиваться, концентрировать свои усилия. Мне крайне жаль отвлекаться от мирного созидания, терять время на противоборство с недругами, но сейчас это необходимо. Мальчики, если я не смогу помочь вам, найдутся другие соратники, верные союзники, надёжные друзья. Среди них я вижу Жрецов Тьмы – Фарида, Карла, Даниила, Егора... В Братстве Жрецов Света мне особенно симпатичны Марк и Борис. Но более всего надейтесь друг на друга. Увы, жизнь первопроходцев никогда не проходит гладко. А кризисные ситуации требуют нестандартных решений. Вы справитесь, я уверен. Спасибо за службу и дружбу, Отец Сергей! Спасибо, что ты у меня есть, Роберт! Я люблю тебя сын! Я молюсь за тебя, Отче!

Абрам Берг».

– Он знал! – после длительной паузы воскликнул Ёрш, потирая покрасневшие глаза.

– Папа предполагал подобный исход, – сухо и сурово уточнил Боб и задал нелогичный на первый взгляд вопрос другу: – У тебя должна быть информация, Серёга... Кто сделал персональный запрос на посещение глубин Тьмы в день прощания с отцом?

– На похороны планируют прибыть многие Жрецы Тьмы во главе с Отцом Фаридом, – в тон ему ответил Ёрш. – Удивительно, но запрос поступил и от Жрецов Света Марка и Бориса, успевших завязать с твоим папой дружеские отношения. Подобный запрос – случай неординарный, и я, временно исполняя обязанности хозяина глубинных подземелий Белокаменной, не имею достаточных полномочий на решение подобного вопроса.

– Я решу его и свяжусь с Марком и Борисом, – кивнул Роберт. – Кто-то ещё?

– Да, – Сергей посмотрел на друга с нескрываемым уважением, – кроме них просит разрешения попрощаться с Отцом Абрамом Эльза. Что мне ей ответить?

– Я не возражаю, – сдвинул брови Боб. – Значит, Эля, а не Габриель.

– От Отца Габриеля запроса не поступало, – Ёрш ответил с такой злостью, что Роберт взглянул на него вопросительно.

– Как я вижу, неприязнь к Габри испытывает не только Марта и Лоли, – произнёс он. – У Марты есть на это личные причины, а Лолька упрямо твердит, что Отцу Габриелю нельзя доверять ни при каких обстоятельствах.

– Лоли – не только тонкий психолог, но и просто умная женщина, – вздохнул Сергей. – Необычайно красивая женщина, между прочим. Жаль, что я не познакомился с ней раньше тебя.

– Я не держу женщин насильно подле себя любимого, Ёрш, – пожал плечами Боб. – Будь Лоли хоть трижды официальной рабыней Отца Роберта, она вольна общаться и жить с теми людьми, к которым лежит её сердце. Кого бы она ни выбрала, я не стану её неволить.

– Даже если она решит остаться с тобой? – усмехнулся его друг.

– Даже так... – и не подумал улыбаться Роберт.

– Оставим амурные дела в стороне, – вздохнул Ёрш. – Мне лично пришло сообщение от Верховного Жреца Света с глубокими соболезнованиями по поводу кончины Отца Абрама. Разумеется, глава светлого Братства не просил разрешения на посещение тёмных глубин, но потряс меня добрыми, проникновенными словами...

– И меня тоже, – кивнул Боб. – Отец Виктор говорил со мной по видеосвязи. Кажется, он лучше многих людей знает, что такое потеря родного папы...

Пусть Сергей и дружил с Бобом с детских лет, в последние годы тот не переставал удивлять его. Вот и теперь Роберту удалось согласовать во всех необходимых инстанциях и решить вопрос допуска на прощание с Абрамом людей, не имевших права нахождения в тёмных глубинах. В день похорон здесь оказались не только Жрецы Света – Марк и Борис, но и обитатели Башни Роберта, для которых Отец Абрам не был чужим человеком. Путешествие в глубины Тьмы не стало проблемой для Барбары, Марты, Лоли, Лиды и Эжена, Эмили и Вики, но на прощание с папой Роберта с ними прибыли Илона и Юлия, Исидора и Симона, Максим и Гарри. Из Белокаменной столицы Северо-Востока спустились Эльза, София и Анатолий Кремень. Бывшие сослуживцы Анатолия, как и некоторые другие лица, так же выразили желание принять участие в траурной церемонии, но получили мотивированный вежливый отказ. Тёмные глубины не могли принять большого количества посетителей. Однако Премьер-министру Южного континента Виктору Орлану Роберт отказать не смог, и прощание с Отцом Абрамом приобрело государственный, межконтинентальный статус. Власти Северо-Восточного континента были вынуждены организовать официальный приём, в Белокаменной столице объявили траур, Министерство Безопасности Северо-Востока из уважения к Роберту и его отцу устроило поминальную трапезу в своих стенах.

Боб плохо запомнил этот день, хотя постоянно находился в центре внимания. Он даже успел заглянуть в Министерство Безопасности, где нежданно-негаданно собрался весь местный политический бомонд. Виктора Орлана там принимали с подчёркнутым уважением, но Премьер-министр Южного континента вежливо свёл все контакты к минимуму, подчёркивая личную подоплёку нынешнего визита. Роберту выражали многочисленные соболезнования, но поглядывали на него с опаской. В скорбный день Барбара попросила не привлекать её к официальным мероприятиям, и Боба сопровождала Лоли в закрытом угольно-чёрном платье. Позднее она поведала Хозяину о своих наблюдениях, заставив его призадуматься снова.

Разумеется, большая часть дня прощания прошла для Роберта в тёмных глубинах. Преодолеть боль утраты и тяжесть на душе помогло сердечное участие близких людей. Ближе к полуночи Боб смог взять себя в руки, вспомнил письмо отца и осознал, что противоборство с убийцами Абрама только начинается. Требовалось провести предварительные переговоры и спланировать неотложные, необходимые действия. Первым в кабинет, ещё вчера принадлежавший его отцу, Роберт пригласил Виктора Орлана. К мужчинам присоединилась Барбара. Пока Боб пояснял её отцу детали сложившейся ситуации, она сжимала изящными пальчиками руку своего Хозяина, а теперь и мужа, словно пыталась наполнить его своим душевным теплом. Премьер-министр внимательно выслушал Роберта и проговорил с нехарактерной для него суровостью: «Слухи, кулуарные сплетни, намёки на некие сложности, возникшие на поверхности Обители... Всё оказалось гораздо запутаннее. Проблемы, извините за тавтологию, не лежат на поверхности и охватывают всю Обитель... Я проанализирую твою информацию, Роберт, не разглашая её, разумеется. Возможно, мои предложения покажутся тебе разумными... Ты можешь на меня рассчитывать. И дело даже не в том, что мы – родня. Чем дольше я знаю тебя, тем лучше понимаю – нам с тобой по пути, и мы не свернём с него, мой друг!»

С Эльзой Боб общался без свидетелей. Приняв очередную порцию соболезнований, он заговорил с ней жёстко и прямо, не оставляя шансов на полуправду и дипломатические увёртки.

– Проблема в том, что ты не доверяешь мне, по сей день, – внимательно выслушав Роберта, загрустила Эля.

– Тебе-то хорошо известно, что Роберт Берг по-человечески доверчив, особенно с женщинами, – грустно усмехнулся Боб. – Как официальному лицу, Послу Мирового Совета положено соблюдать осторожность по его статусу. Если же говорить о моей семье, о моём доме, я просто не имею права рисковать. Достаточно того, что мы потеряли Отца Абрама, моего папу... И до его гибели случались невосполнимые потери. Думаешь, я забыл о них?

– Ты помнишь и не позволяешь забывать нам, – подобного выражения лица Эльзы Роберт не видывал. Оно отражало решимость перевернуть мир, как минимум. Слова оказались лицу под стать: – Твой папа не был мне чужим человеком, мы продолжали общаться до последнего дня... В чём-то, если уж на то пошло, я знаю его лучше тебя...

– Да уж... – на языке Роберта вертелась пошлая колкость, но он сдержался.

– Да! – с вызовом воскликнула Эльза. – Когда-то Абрам стал моим первым мужчиной, и это… очень хорошо. Общение с ним отложило отпечаток на моё сознание, даже если ты и не видишь этого сейчас. Пусть нечасто, но мы продолжали встречаться. Габриель бесился, но его мнение меня не останавливало. Правда, Абрам настаивал на том, что мне пора начать строить собственную жизнь с «хорошим молодым парнем», и утверждал, что я обязательно встречу своего героя. А мне не требовался какой-то там герой!.. Зато со мной самовольно познакомился и решил близко сойтись настоящий инженер – давний и преданный поклонник моей гениальной мамочки... Честное слово, я представить себе не могла, что встречаюсь с сыном моего… первого мужчины! Но после того, как ты мне отказал...

– Я тебе отказал?! – возмутился Боб. – Побойся Тьмы, Эля!

– Сейчас уже не важно, куда и кто кого послал... – махнула рукой Эльза. – Я не просила, но Абрам утешал меня как-то особенно мягко и утверждал, что ты обязательно разберёшься в неоднозначной ситуации и, возможно, повернёшься ко мне лицом... Интимные отношения между твоим папой и мной однажды прекратились, но осталась добрая дружба... А затем случился кризис на Северо-Западе, и я переживала… за вас обоих. К счастью, вы остались живы. Ты победил и… женился на моей младшей сестре... А у нас с Абрамом случился ренессанс в отношениях. Нет, в них не было прежней страсти, нас объединяло взаимопонимание, и... Мы нуждались друг в друге и стали подумывать о том, чтобы родить ребёночка...

– Вы с ума сошли! – вырвалось у Роберта. – Как ты вообще представляешь себе такое, Эля? Абрам – Жрец Тьмы!

– Твой папа надеялся стать твоим последователем, служителем нового, объединяющего людей, культа... – прошептала она.

– Я знаю, – опустил голову Боб. – Мы много говорили с ним об этом, пришли к единому мнению, но откладывали посвящение, не желали шумного и несвоевременного резонанса... В моём сердце папа давно – Жрец Космоса, но ваш ребёнок... Для выполнения детородных функций папе пришлось бы пройти через глубочайшую чистку организма. Если бы она принесла результат... Габриель пришёл бы в бешенство!

– Он хотя бы выразил тебе сочувствие?.. Сообщение прислал? Красиво сформулированное и холодное? Мне так же... Его бы я спросила о ребёнке в последнюю очередь, – фыркнула Эльза. – А вот как бы отреагировал на подобную новость ты? Я уже стара для роли матери?

– Не говори глупости! – воскликнул Роберт. – Ты – красивая, молодая женщина... В этом смысле имел значение возраст папы...

– Чепуха, но... Теперь ничто не имеет значения, – Эльза неожиданно кинулась к Бобу, притиснулась к его груди и горько заплакала.

Прижимая к себе женщину, знакомство с которой однажды перевернуло его жизнь, Роберт внезапно почувствовал облегчение. Словно её горячие слёзы растопили осколок льда в его груди... А железная, в его понимании, Эля совершенно перестала себя контролировать и шептала невпопад: «Не называй меня полным именем, пожалуйста... Даже когда злишься! Зови меня Элей, как твой папа, а лучше Элечкой... На прощании с Абрамом ты не проронил ни слова, только шептал что-то у тела отца... Люди говорили так много... Их речи показались тебе неуместными, пустыми, бестактными? Конечно, «Жрец Тьмы ушёл во Тьму» – странная сентенция... Вообще странно, что нас окружает Тьма... Куда уходят Жрецы Космоса, Роби?.. Не бросай меня... Поговори со мной ещё немного о чём-нибудь светлом, вечном...»

Боб оторопел и лишь после долгой паузы, чувствуя, как намокла белая сорочка на его груди, собрался с мыслями и заговорил: «Я не брошу тебя, Элечка... Люди... Пусть каждый говорит то, о чём думает. Ты хочешь слушать мои слова о вечном?.. Хорошо, поговорим об Абсолюте. Мы живём на Обители, вращающейся вокруг Светила, а дальше непроглядная темнота, Тьма... Подобная модель мироздания невольно подталкивает к мысли о том, что Абсолют – это мы. Беда в том, что эта мысль развращает, заводит в тупик сознание, угнетает чувства. Зачем стремиться к идеалу, раз мы лучшие из лучших, единственные в мире и неповторимые?.. И, сколько бы ни длилась наша абсолютная жизнь, уйти за её пределы нам некуда. По такой логике Жрецы Тьмы уходят во Тьму, как и все...»

– А если Тьма неоднородна? – Эльза подняла на Роберта заплаканные глаза.

– Ты сама это придумала? Только что? – изумился Боб и неожиданно крепко поцеловал её в губы. – Мы обязательно увидимся на днях и спокойно поговорим о Тьме, о Свете, о детях, как о продолжении нас самих...

– Я буду ждать, Роби...

Мама Роберта, Беатрис долго сомневалась и решила не появляться на прощании с Абрамом. «Я давно простила его за всё, – поясняла она сыну. – Благодаря тебе мы встретились и примирились. Но я хочу запомнить его живым, умным, энергичным мужчиной, одухотворённым идеями нашего сына. Я помяну Абрама добрым словом за столом у себя дома, вспомню о нём и после траурных дней, не сомневайся, Бобби!» Роберт понял и принял позицию мамы, как понял он Илону и других близких людей, не задержавшихся в тёмных глубинах после церемонии прощания.

Глава 32. Наследие

Глава 32. Наследие

Прощание, похороны, скорбные речи, пустота, образовавшееся в душе на том месте, где ещё вчера радовался жизни недавно обретённый родной папа... Обстановка не располагала к активным действиям, а Бобу ещё предстояли крайне важные конфиденциальные беседы со своими друзьями и союзниками. Сложившаяся ситуация не позволяла уединиться со своими горькими мыслями. В полночь в кабинете Отца Адама, помимо его сына собрались Жрецы – Марк, Борис, Фарид и Сергей.

– Итак, ты уверен, что речь идёт об отравлении, – хмуро заговорил Отец Марк.

– Надеюсь получить результаты углублённых лабораторных исследований крови папы завтра утром, – ответил Роберт, – но и без них сомнений не осталось.

– Кому это было нужно? – Отец Фарид выглядел мрачнее тучи.

– Доказательств у меня нет, одни догадки и предположения, а потому я не стану конкретизировать и переходить на личности сегодня, по крайней мере, – в голосе Боба зазвенел металл. – Важнее понять не кто и чьими руками, а зачем? Почему это случилось вообще?

– Отец Абрам – важнейшая, возможно, ключевая фигура в команде своего сына, – заговорил Отец Борис.

Этот Жрец Света выглядел немного старше Роберта и сошёлся с ним пару лет тому назад. Помимо совместимых характеров и личных качеств, их сблизил интерес к истории человечества, а в частности к истории религий и освоения космического пространства. Кроме того, Борис слыл талантливым беллетристом и драматургом. Две его пьесы уже поставили в театре Исидоры Небесной. Имелся у Бориса свой внутренний стержень, удерживающий на каркасе его мировоззрения многочисленные и противоречивые детали человеческого общения, личного творчества, образа мыслей, заинтересовавших Боба. Они подружились и ценили тёплые отношения. Вот и сейчас слова Отца Бориса направили обсуждение в новое русло.

– И я считаю, что удар направлен не столько по конкретному человеку, сколько по выстроенной Робертом, работающей и расширяющейся структуре, – прямо высказался Сергей. – Отец Абрам – один из важнейших людей, личностей, ставших ключевыми звеньями этой структуры. Его уважали и в Сообществе культа Тьмы, и в Братстве Жрецов Света, и в политических кругах трёх континентов. К мнению Абрама прислушивались. Помимо прежних достижений, в последние годы он стал эффективным проводником идей своего сына.

– Предположим, что ты прав, – хрипло проговорил Боб. – Мне больно от одной только мысли о том, что причина смерти папы заключена в моей деятельности. Что в ней не так? Чем я насолил неким противоборствующим силам до такой степени? Реальными шагами по изучению и последующему освоению космоса?

– Вполне возможно, – откликнулся Отец Фарид. – После первых пусков современных ракет Жрецы Света забеспокоились об экологии Обители.

– Мы постоянно заботимся об экологии, – дружелюбно улыбнулся Отец Марк. – Пуски космических ракет осуществляются с необитаемого, северного полярного материка под контролем специальной службы Братства Света. Больших претензий к руководству пускового комплекса у нас нет, а мелкие замечания устраняются в рабочем порядке. Тебе хорошо известны детали процесса, Фарид.

– Конечно, – хмыкнул Жрец Тьмы, – но вдруг бы ты сознался в своей двуличности, Марк? Впрочем, у проекта освоения космоса имеются явные недоброжелатели в политических кругах Северо-Восточного континента. Твои успехи вызывают у них острые приступы ревности, Роберт!

– Не мои, а наши успехи, Фарид, – без улыбки поправил его Боб. – Политики Северо-Востока – слишком очевидные и публичные оппоненты. Кулуарные протесты и подковёрные игры – максимум, на что они способны. Конечно, мы проведём расследование и в этом направлении, но... Претензии политиков и правительственных кругов лежат в экономической плоскости. Подобные проблемы не решаются путём заказных убийств.

– В любом случае, следует серьёзно усилить охрану нашего лидера, – произнёс Сергей и с интересом взглянул на Роберта, ожидая его реакции.

– О своей безопасности я позабочусь самостоятельно, – сдвинул брови Боб. – Сомневаетесь? Предлагаю спарринг – вы все против меня одного.

– Четверо на одного? – фыркнул Фарид. – Мне это нравится!

К изумлению женщин, оставшихся в личных покоях Отца Абрама, Жрецы проследовали в зал тёмных глубин, достаточно просторный для задуманного им мероприятия... Через четверть часа соперники Роберта поднимались с пола, кряхтя и потирая ушибы.

– Пусть Отец Роберт и не использовал запрещённые приёмы, но и я дрался не в полную силу, – заявил Фарид.

– Аналогично, – кивнул Ёрш, подмигивая другу.

– А я вообще не в лучшей форме, – с трудом восстанавливая дыхание, произнёс Борис.

– Ни у кого нет сомнений в том, что это была честная схватка, закончившаяся эффектной победой Жреца Космоса, – признал Марк. – Но она не доказывает того, что нам можно отказаться от введения повышенных мер безопасности. Как минимум, следует подготовиться к внезапному появлению наёмного убийцы.

– Присоединяюсь, – отдышавшись, заговорил Борис. – И всё-таки, мне хотелось бы точно знать, откуда исходит угроза? Да и причина... По-моему, дело не только в космических полётах.

– В чём же? – Роберт подал ему руку, чтобы поднять с пола.

– Полгода тому назад ты поднял очень интересный вопрос, Отче! – взгляд Бориса заискрился. – Я даже пьесу написал тогда... Её сейчас репетирует Исидора Небесная, и называться спектакль будет...

– «Жрица Светила», – воскликнул Сергей. – Но премьера ещё не состоялась, и мы не знаем содержания.

– Название не позволяет усомниться в том, что пьеса содержит крамольные идеи, – хмыкнул Марк. – Думаю, каждый из нас знаком с мыслями Роберта о том, что равноправие полов должно найти своё отражение в религиозном служении. Будто бы демографический перекос, связанный с преимущественным рождением девочек, обязан подтолкнуть всех нас к определённым мыслям и решениям.

– Не только Жрецы, но и Жрицы? – Фарид цокал языком, словно пробовал слова на вкус. – Насколько широкую огласку получили твои идеи, Роберт?

– Вполне достаточную, чтобы вызвать волну негодования среди служителей обоих традиционных культов, – нахмурился Боб. – Но за мысли не убивают.

– Иной раз наш мудрый Отец превращается в наивного подростка, – покачал головой Борис. – За мысли и идеи убивают чаще всего!

Жрецы сошлись во мнении о необходимости создания системы безопасности в новых условиях. Роберт предложил обсудить конкретные шаги после окончания расследования смерти своего отца, но подчинился общему решению об усилении охраны ближайших сподвижников, объединившихся в «Союз дня и ночи». Лишь оставшись наедине с Сергеем, Боб ощутил, до какой степени его вымотал траурный день.

– Предлагаю перенести все дела на завтра. Ты переночуешь в покоях своего папы? – Ёрш заметил состояние друга и, дождавшись его утвердительного кивка, добавил: – Есть только один неотложный и щекотливый вопрос. Сыну ещё предстоит пристально изучить архив папы, но помимо ценных бумаг тебе в наследство достались люди.

– Люди в наследство? – лицо Роберта обрело особенно мрачное выражение. – Полагаю, каждый из них достоин свободы выбора, как минимум. От имени Сообщества Жрецов Тьмы Фарид утвердил тебя преемником Отца Абрама в глубинах Белокаменной столицы Северо-Востока. Кто-то из людей моего папы пожелает остаться здесь с тобой, кто-то выберет иной путь. Ты намекаешь на то, что отец регулярно предлагал мне услуги своих помощников? Да, это верно. Однако я всегда предпочитал опираться на собственные кадры, а сейчас... Тебе не трудно разобраться в этом вопросе и решить его, никого не обидев?

– Да, я сделаю это, за одним исключением, – Сергей перехватил вопросительный взгляд друга и пояснил: – Имя исключения – Ева. Отец Абрам знакомил тебя с ней.

– Девушка, занимавшаяся его архивом? – вспомнил Боб. – Мы непременно пообщаемся, разбираясь с наследием отца, но после этого... У тебя особенно сложные отношения с Евой?

– У меня с ней очень простые отношения, – покачал головой Ёрш, – точнее их нет вовсе. Ева – очень симпатичная, хорошо образованная девушка, но твой папа ограничивал её контакты с внешним миром. Возможно, за ней скрывается какая-то тайна... Во всяком случае, сегодня она попросила меня о личной встрече с тобой. Я пообещал...

– Сегодня? К чему такая срочность? – Боб вздохнул и посмотрел на друга с сомнением: – Но раз уж сам Жрец Тьмы ей обещал...

- Да, – кивнул Сергей, но его решительность внезапно иссякла: – Я не могу не упомянуть ещё об одном человеке. Сейчас не время вспоминать о любвеобильности Абрама, но… поматросил и бросил, а я расхлёбываю...

- О ком речь? – нахмурился Роберт.

- В том-то и дело... – Бобу давно не приходилось видеть Сергея столь смущённым, но Ёрш всё-таки произнёс два слова: – Твоя тёща...

- Танита?! – ахнул Роби. – Она здесь?.. Вы с папой неисправимы...

- Мы с ним? – Сергей неожиданно расплылся в улыбке. – Не надеялся я услышать сегодня столь жизнеутверждающую фразу. Живём!

- Куда мы денемся? Папа расстроится, если будет иначе... – покачал головой Боб. – Конечно, мама Илоны – женщина видная и… своеобразная... Ты только не обижай её, Ёрш...

Архивариус Отца Абрама появилась в кабинете буквально через пару минут после того, как Сергей покинул Роберта. Боб посмотрел на Еву оценивающе. Хорошенькая, если не сказать красивая, изящная блондинка показалась ему слишком молодой для серьёзного дела. Впрочем, умные тёмно-зелёные глаза утверждали обратное. Роберту вспомнился день, когда папа представил ему Еву и последующие попытки отца подтолкнуть его к общению с малознакомой девушкой. Тогда Боб не понимал желания папы, не мог понять он его и сейчас.

– Что я могу сделать для Вас, Ева? – поинтересовался Роберт, предлагая девушке расположиться в кресле у кофейного столика.

– Выслушать, – мгновенно и односложно ответила она, но обратив внимание на угрюмое выражение лица мужчины, заговорила развёрнуто: – Мне необходимы полчаса Вашего внимания. Но, кажется, Вам пора отдохнуть, поспать...

– От обилия негативных эмоций, тревожных, печальных мыслей мне вряд ли удастся сейчас уснуть, – ответил Боб.

– Быть может, Вам следует напиться, Отец Роберт? – неожиданно предложила Ева.

– Неплохая идея, – усмехнулся он. – Вас не затруднит принести сюда бутылку водки, две рюмки и холодную закуску?

Словно того и ждала, девушка кивнула, вышла из кабинета и вернулась обратно через четверть часа с большим подносом, заставленным тарелками, над которыми возвышалась запотевшая бутылка. «Мне позвать Отца Сергея?» – спросила она. Боб отрицательно покачал головой:

– Идея Ваша, Вам и пить со мной.

– Но я… не употребляю спиртные напитки, Отец Роберт! – оторопела Ева.

– В такой… особенный и… печальный день пара рюмок водки Вам не повредит, – уверенно возразил он. – Пьём за папу, и… я готов выслушать Вас без спешки.

Первая рюмка не доставила девушке никакого удовольствия, как, впрочем, и вторая... Однако крепкий спиртной напиток снизил напряжение и развязал язык. «Мы познакомились с Вашим папой в поселении «Тёплый Прииск», что на севере нашего континента. Он приехал туда с циклом лекций для выпускников местного университета, среди которых была и я. После последней лекции мне показалось уместным подойти к Отцу Абраму с накопившимися вопросами. Он внимательно выслушал меня и неожиданно предложил встретиться вечером тет-а-тет. По многим причинам я долго колебалась, но пришла на встречу... А Отец Абрам с интересом посмотрел в мои глаза и после паузы проговорил: «Собирайся. Ты едешь со мной». Возможно, мой поступок следует считать легкомысленным. В Тёплом Прииске меня ничто не беспокоило, но и не держало. Но дело не в этом... Присутствие Отца Абрама действовало на меня магнетически. Я не смогла ему отказать... Так я оказалась здесь. Жалела ли о содеянном? Почти никогда. Возможно, если бы я бездельничала, в голову могли прийти тревожные мысли. Но архив Вашего папы потряс меня, приковал к себе раз и навсегда. Надеюсь, Вы заинтересованы в том, чтобы стать его наследником в полном смысле слова. Разумеется, многие материалы можно передать в исторический музей, например, но имеются серьёзные исключения».

– Я неплохо, но недостаточно глубоко знаком с архивом отца, – кивнул уже нетрезвый Роберт. – Скажите мне, Ева, есть ли там что-то необычное, не укладывающееся в привычную канву?

– Конечно, есть! – улыбнулась раскрасневшаяся от алкоголя девушка. – Но об этом лучше говорить на трезвую голову, а сейчас… расскажите, пожалуйста, о себе, Отче!

– Почему Вы обратились ко мне подобным образом? – фыркнул Боб.

– Так называл Вас даже Отец Абрам, – спрятала глаза Ева. – Он говорил: «Я – его родной отец, а он – мой Отче!»

– Сильно сказано, – покачал головой Роберт. – А о себе я говорить не люблю... Лучше я расскажу Вам о своих друзьях.

Подливая в рюмки водку, неожиданно многословно Боб принялся повествовать истории, забавные случаи и даже откровенные байки о Максе и Гарике, о Степане Сермяжном, Анатолии Кремне, даже о некоторых своих подругах. При этом он умудрился не упомянуть ни одного служителя культа. Ева слушала Роберта, открыв рот, а он неожиданно начал вспоминать и декламировать поэтические строки:

«Вот моё ремесло:

Что умерло, то врачевать,

Поливать то, что выжжено.

Нам с тобой повезло,

Мы знаем, что значит терять.

Это значит – мы выживем». *

*Zero People «Ремесло»

Боб так увлёкся, что не заметил, как девушка уснула прямо в кресле. Взглянув на часы, он с удивлением обнаружил, что время утекло так далеко за полночь, что в пору уже просыпаться. Бутылка водки почти опустела, но Роберт не чувствовал сильного опьянения, да и спать ему так и не захотелось. С приязнью глядя на спящую Еву, он выпил последнюю на сегодня рюмку. Строгий пиджак давно висел на спинке стула, галстук валялся на письменном столе... Боб глубоко вздохнул, поднял девушку на руки и отнёс её в отцовскую спальню.

Папа умер в лаборатории, а здесь всё было приготовлено для «молодого Хозяина». Ева спала так крепко, что не почувствовала, как её раздевают, укладывают на свежее постельное бельё широкой хозяйской кровати и укрывают одеялом. Роберт сходил в душевую, вернулся в спальню, сбросил с себя накидку Жреца Тьмы, надетую на голое тело, и улёгся на свободную половину постели. Некоторое время он пытался уснуть, ворочался с боку на бок, а затем приподнялся на локте и медленно стянул одеяло с женского тела... Ева выглядела невинным, ангельским, но влекущим к себе созданием. «Могла бы стать моделью для биороботов», – пронеслось в голове мужчины... Великолепно сложенная, изящная фигурка с удивительно стройными ножками и эффектной грудью. Гладкая кожа с редкими родинками, одна из которых привлекательно примостилась на левой груди... Усилием воли Боб подавил нарастающее желание, обнял девушку, ощутил тепло её тела, нежность кожи и через минуту крепко уснул...

Первым, что увидел Роберт после утреннего пробуждения, оказались расширенные, тёмно-зелёные глаза Евы. Они смотрели на него с такой смесью испуга, робости и смущения, что Боб невольно улыбнулся. Ощутив, что девушка не решилась расплести его объятья, он поднял руку и коснулся её порозовевшей щеки: «Не пугайтесь, Ева, мы только тихо и мирно спали вдвоём... Кстати, Вы хорошо выспались?» Девушка выдохнула, несколько раз кивнула, а затем неожиданно чмокнула Роберта в щёку и с чувством прошептала: «Да!» Пользуясь растерянностью мужчины, она соскочила с постели, прикрылась платьем и выбежала из комнаты.

Недоумевающий Боб откинулся на подушки и задумался. Но не успел он окончательно проснуться, как Ева вернулась в спальню в кремовом халатике с запечатанным письмом в руке... Роберт с удивлением вскрыл протянутый ему конверт, достал из него лист бумаги и углубился в чтение... Прочитав заключительные строки, он посмотрел на девушку с нескрываемым изумлением. Она застыла у кровати, не отводя от мужчины тревожного взгляда. Боб покачал головой и… принялся перечитывать письмо заново...

– Вы не знакомы с содержанием этого послания, Ева? – наконец произнёс он.

– Нет, конечно, – ответила она. – Конфиденциальное письмо Отца Абрама предназначено не для меня.

– А для кого? – неожиданно спросил Боб.

– Для Вас! – с нарастающим удивлением воскликнула девушка.

– Некоторые обороты, вроде бы, конкретизируют адресата, – растерянно пожал плечами Роберт. – Но в тексте нет ни единого обращения по имени. Кому папа просил передать его?

– Мужчине, в чьих объятьях я проснусь однажды утром, – дословно процитировала Ева и добавила: – Думаю, Отец Абрам намеренно не называл имён, чтобы не искушать судьбу. И всё-таки, я убеждена, что он втайне надеялся, что упомянутым мужчиной окажетесь именно Вы!

– Мы даже не... – не договорив фразу до конца, Боб махнул рукой и неожиданно задал абсолютно нехарактерный для себя вопрос: – Как теперь жить?

– Вокруг Вас люди радуются жизни, познанию, творчеству... Почему дальше должно быть иначе? – всплеснула руками Ева. – Я не верю, что в этом письме написано обо мне что-то дурное, тревожное... Отчего же Вы так взволнованы, Хозяин?

– Хозяин? – переспросил Роберт. – Отчего взбрело в голову назвать меня Хозяином женщине умной, молодой и… свободной?

– Вы не обнаружили необходимого аксессуара на шее и не нашли соответствующей отметины на моём теле? – немедленно покраснела девушка.

– Не стану скрывать, что видел красивое женское тело, когда укладывал Вас в постель, но не пытался обнаружить татуировку, – прямо ответил Боб.

– Я Вам не понравилась? – совсем уж нелогично спросила пунцовая от стыда Ева.

– Вы с папой сговорились что ли? – повысил голос Роберт. – В письме он называет Вас диковинным для нашего времени, нежным цветком, но не сомневается в том, что я… сорву его и стану использовать редкостную драгоценность его подземелий в качестве… интимной игрушки. Успокойтесь, милая барышня, Вы, действительно, очень красивы, но интересны мне в другом качестве...

Смущение Евы превысило все возможные пределы, но она присела на край постели, сжала пальчиками мужскую руку и… отвернулась. Боб молчал, молчала Ева, пауза затягивалась. Ситуация явно испытывала терпение Роберта, и оно оказалось сильнее его желания. Девушка словно очнулась и заговорила… об архиве Отца Абрама.

Боб хорошо знал о его значимости, но никак не предполагал величину ценности, перешедшей в его владение. Архив планомерно собирали и бережно хранили десятки поколений Жрецов Тьмы. В основном он состоял из научной и технической документации. Самые ценные экспонаты давно приобрели статус музейных реликвий.

– Ева, Вы говорите, что в архиве присутствуют документы возрастом, как минимум, в тысячу лет? – переспросил Роберт.

– Да, именно так, – подтвердила она. – Последние полгода по заданию Вашего папы я как раз занималась старейшими экземплярами. Буквально неделю тому назад я докладывала Отцу Абраму о крайне интересной описи экспонатов, составленной неизвестным Жрецом Тьмы. Ваш папа планировал ознакомить Вас с ней.

– Что же необычного в этом документе? – заинтересовался Боб.

– Во-первых, он датируется пятисотым годом от всемирной катастрофы, то есть ему полторы тысячи лет. Во-вторых, в описи присутствуют отсылки на специальное хранилище, находящееся на поверхности Обители, – в голосе Евы появились таинственные нотки. – Похоже, там хранятся или хранились документы по истории освоения космического пространства до всемирной катастрофы. Даже если судить только по названиям, они способны перевернуть наши представления о научных достижениях тех времён. Более того, древний архив содержал исторические и религиозные документы, цены которым нет...

– И тебе известно, где находится хранилище? – рука Роберта автоматически сжала музыкальные пальчики девушки, и она заговорила горячее:

– Да! Древний архив хранится в пещерах маленького острова, находящегося в двадцати километрах восточнее северо-восточной оконечности Южного материка.

– Где?! – вскричал Боб и выпустил из плена женскую руку. – Я знаю этот остров, бывал в тамошней пещере, но... В ней произошли обрушения, по всей видимости, сотни лет тому назад. Думаете, что-то могло сохраниться?

– Насколько я поняла, хранилище имело высочайшую степень защищённости от катастроф... Послушайте, Отче, я не могу рационально объяснить моё отношение к вопросу существования таинственного архива, – Ева снова вцепилась в мужскую руку, – но я верю в то, что он ждёт нас!.. Ах, как бы мне хотелось побывать в загадочном хранилище и увидеть всё воочию!

– Завтра, – улыбнулся Роберт.

– Что случится завтра? – не поняла девушка.

– Утром завтрашнего дня мы с Вами отправимся на поверхность Обители, – доходчиво пояснил Боб. – Все остальные дела подождут.

Ева не поверила своим ушам и не нашла ничего лучшего, чем прижаться к мужчине и несмело поцеловать его губы. Пусть Боб и был настроен оберегать дивный цветок своего отца, но быстро прервать поцелуй он Еве не позволил. Впрочем, и своему горячему желанию, дотронуться губами до родинки на её левой груди, Роберт не дал разгореться.

В архиве Отца Абрама нашлись даже географические координаты искомого острова. Сомнений не осталось, знакомый Роберту маленький остров хранил в себе тайну. Подходя к делу рационально, следовало тщательно изучить архивы отца, задуматься, каким образом обеспечить его сохранность и неприкасаемость. Однако в Жреце Космоса проснулся пылкий романтик, искатель кладов... Боб переложил ответственность на своего друга Ерша и сдержал своё обещание. На следующий день Ева впервые в своей двадцатисемилетней жизни оказалась на поверхности Обители, в Башне Роберта. А ещё одним днём позднее она стояла на палубе «Фараона», бросившего якорь у Чёрного острова, как называл его капитан корабля Давид, переделав на свой лад предложенное Бобом название – остров Карла Чёрного.

Осмотр пещеры подтвердил слова Роберта. Обвалы надёжно закрыли подземные пути, когда-то спускавшиеся в глубины от входа в естественный грот. Морской песок, занесённый в пещеру штормовыми волнами, уплотнил завалы, преодоление которых казалось бесперспективным занятием. Боб хорошо подготовился к разведке и включил прибор, позволяющий выявить свободные полости в толще скального грунта. Таковые обнаружились на глубине от десяти до тридцати метров ниже уровня океана. Вероятность существования древнего хранилища повысилась. Оставалось найти способ проникновения в таинственные помещения. Ничего толкового в голову не приходило, пока к Роберту не подошла Элис, привычно исполнявшая роль юнги и стюарда. Идея Алисы показалась Бобу до такой степени фантастической, что он решил задуматься о ней всерьёз...

Глава 33. Яблочко от яблони

Глава 33. Яблочко от яблони

Поджав ноги, Эльза сидела на зелёной травке у излучины безымянной речушки, протекавшей у Башни Жреца Света Габриеля. Габри обожал семейные пикники, но в этот раз пожелал остаться с дочерью наедине.

– Ты осознала широту и мощь задуманной мной и реализуемой… нами идеи, дочь? – вопрошал он, наливая из термоса кофе после продолжительной, эффектно выстроенной, пафосной речи.

– Я оценила, – не меняя благостного, пасторального выражения лица, ответила Эля. – Фактически ты намереваешься модернизировать идею третьего культа, объявить его единственным на Обители, ну и возглавить, конечно. Мало того, тебе пришло в голову создать некую организацию избранных лиц и встать во главе новой системы руководства людьми.

– Руководства людьми... – эхом повторил Габри. – Отличная формулировка, не содержащая термина «власть», нервирующего в последнее время всех и каждого... Твой несостоявшийся муж почти идеально выполнил свою миссию по… расчистке строительной площадки. К величайшему сожалению, он хотел дать народу больше, чем ему требуется!

– Ты о свободе выбора? – усмехнулась Эльза.

– Именно! Всё-таки, я в тебе не ошибся. Ты выросла в чрезвычайно умную и предприимчивую женщину. Вся в отца! Не напрасно мы выдвинули тебя в Мировой Совет от Северо-Восточного континента, – рассмеялся Габриель. – Не хочешь озвучить сложившуюся обстановку так, как она видится с твоей точки зрения?

– Конечно, – с готовностью кивнула Эля. – Нынешняя ситуация напоминает мне шахматную партию, к которой ты готовился долго и тщательно.

– Дольше, чем может себе представить моя сообразительная дочь, – с удовольствием фыркнул Габри.

– В дебюте ты прощупал позиции противника и нанёс первый удар, – продолжила она. – Лишить стройности построения соперника, ликвидировав связующую фигуру – впечатляющий ход. Кстати, мне по-прежнему любопытно, кто убил Отца Абрама год тому назад?

– Какая разница? В некоем шумном городе жил ничего не значивший, мелкий чиновник. Бедняга находился в состоянии глубокой депрессии и покончил с собой через неделю после акции, – пожал плечами Габриель. – Почему тебя это интересует?

– Хотя бы потому, что ты подставил меня под удар в дебюте своей партии, – сердито произнесла Эльза. – Я общалась с Абрамом более многих других, и Роберт знал об этом. Первой подозреваемой в убийстве стала твоя дочь!

– Чепуха! Роби достаточно умён для того, чтобы заметить вызывающую очевидность подобной версии. Такой корм, извините, сгодится только для провинциальных акул грязно-жёлтой прессы, – хрипло рассмеялся Габри. – Лучше продолжи анализ шахматной партии.

– После дебютных проблем соперник перестроился, сплотил свои ряды и продолжил поединок в закрытой позиции, – не моргнув глазом, заговорила Эля. – Теоретически напрашивалась жертва, но тебе удалось выманить на передовую линию вражеского ферзя... Папа, а тебе не приходило в голову, что он ещё жив?

– Моя комбинация началась с жертвы пешки. Я говорю о глупой домохозяйке Марте. Затем пришлось пожертвовать Юлькой без серьёзной компенсации. Тут он меня переиграл... Вероятно, можно было пожертвовать и тобой, но я не любитель авантюрных решений, – ледяным тоном повествовал Габриель. – Теперь по второму вопросу... Версию о сверхъестественной живучести Роберта обсуждать бессмысленно. Рассмотрим факты. В руки всеми уважаемого Жреца третьего культа попадают сомнительные данные о неких исторических документах, якобы хранящихся на дне океана. Достоверность информации вызывает серьёзные сомнения, но Роберт проявлял крайнюю заинтересованность и настойчивость в разработке неоднозначной темы, по слухам доставшейся ему в наследство от отца. Возможно, речь шла о космических исследованиях старой эры. Подобные документы, теоретически, могли вывести нынешнее изучение и освоение Космоса на новый виток. В данный момент, и это не только моё мнение, они зашли в тупик... Но сейчас не об этом. Наш замечательный исследователь изучает океаническое дно, спускаясь к нему с базового корабля на двух глубоководных батискафах. Во время очередного погружения происходит сильный взрыв, после которого, согласно показаниям локатора, оба аппарата разрушаются. В момент инцидента на борту батискафов находились: Роберт, специально подготовленный им биоробот по кличке «Лариса», несчастная Марта и Лидия, сумасшедшая вдова бывшего хозяина Башни. Даже если предположить невероятное, а именно, что при взрыве исследователи не получили повреждений, самостоятельно выплыть на поверхность люди не смогли. Факт того, что с глубины не поднялся даже андроид, подтверждает версию гибели разведчиков в момент взрыва. По удивительному, прямо-таки пророческому совпадению, ещё одна жена прежнего владельца Башни Роберта погибла при схожих обстоятельствах много лет тому назад. Не исключено, что на дне океана сохранились не архивы, а древние арсеналы, заполненные взрывчатыми веществами, сохранившими свои опасные свойства.

– Папа, а ты видел эти батискафы? – с вызовом посмотрела на Габриеля дочь.

– Конечно, – кивнул он. – Роберт сам приглашал меня на первое погружение. Аппараты старые, но модернизированные и достаточно надёжные.

– Значит, это ты убил его? – не унималась Эльза.

– Да нет же! – воскликнул Габри. – Говорю тебе – несчастный случай... Впрочем, для нас его можно назвать удачным стечением обстоятельств... А ты всё переживаешь, что не вышла замуж за легендарного героя? Сначала попыталась подстроить его под себя, не нашла общего языка, а затем поняла, что ошиблась?

– Может быть и так, – хмыкнула Эля. – Со мной Роберт остался бы мягким и послушным. Посмотри, в кого превратили его Илона и все прочие бабы... Своевольный, неуправляемый тиран, вождь свободолюбивых и недальновидных особей, возомнивших себя двигателями прогресса!

– Их личному развитию никто не мешал, но всемирная история прямо подталкивает к мысли, что общество необходимо держать под строгим контролем, – нравоучительно произнёс Габриель. – Даже проблемы перенаселения не являются критичными, если регулярно отслеживать ситуацию. Существуют проверенные методы.

– Какие же? – не поняла Эльза.

– Похоже, я тебя перехвалил, – ухмыльнулся её отец. – Один из самых действенных способов – война... Думаю, если бы твой возлюбленный Роберт не вмешался излишне активно в ситуацию на Северо-Западе, проблема перенаселения разрешилась бы там сама собой на многие десятилетия вперёд... Но что-то я увлёкся. Вернёмся к нашей шахматной партии. Ферзь пал, но противник ещё не сдался. По всей вероятности, нам потребуется снять с доски, одну за другой, все фигуры, угрожающие нашим планам. И важнейшими из них являются не Марк или Фарид, а дети Роберта!

– Что ты такое говоришь, папа? – ахнула Эля.

– Ты так ничего и не поняла, глупая девчонка? – зарычал Габриель. – В старой легенде имелся скрытый подтекст. Роберт – сын Тьмы и Света обладал особенными способностями. Он легко принимал, усваивал и немедленно начинал применять дары двух антагонистических культов. Любой нормальный человек погибнет при попытке повторить путь Роберта. Я не сомневаюсь в том, что его дети обладают потенциалом, превышающим возможности отца.

– Ты решил истребить всех детей Роберта?! – Эльза даже покраснела от напряжения.

– Ни в коем случае! – рассмеялся Габри. – Я должен контролировать каждого из них, учить, наставлять и использовать на благо цивилизации! Детишки героя – наша надежда и опора, инструменты построения светлого будущего... Проблема в том, что Роберт хорошо понимал ценность своего потомства и надёжно спрятал детей сразу после похорон отца. Мне известно, что дочь Барбары находится в столице Южного континента, в особняке своего деда – Премьер-министра Виктора Орлана. Оттуда нам её не извлечь...

– Дети Роберта должны прийти к нам сами, – перебила его Эля.

– Как это? – опешил Габриель.

– Пока ребёнок не вырос, в отсутствие отца, его интересы единолично представляет мать. Мы должны так обработать мамочек, чтобы они сами привели детей к тебе, как к единственному наставнику, добросердечному учителю, способному компенсировать потерю папаши, – в глазах Эльзы горел огонь, в котором её отец не смог бы отличить веселье от ярости, даже если бы захотел.

– Изящный ход, – усмехнулся он. – Ты вхожа в семью Роберта, вот и займись обработкой женщин. Можешь сулить им золотые горы... Со дня гибели их муженька миновало два месяца, дамочкам пора задуматься о будущем... Через неделю жду тебя с докладом и планом мероприятий, тогда и обсудим варианты эндшпиля нашей эпической шахматной партии.

– Хорошо, папа, – огонь в глазах Эли и не думал угасать. – Остаётся ещё один вопрос. Меня интересует призовой фонд поединка. Добившись победы, ты станешь Верховным Жрецом Космоса, никак не меньше. А я?

– Тебе недостаточно уважения и власти, прилагающейся к должности и месту в кресле Мирового Совета? – засмеялся Габриель. – Помощница Верховного Жреца – тоже недостаточно?.. Помнится, твой несостоявшийся муж говорил о Жрицах нового культа. Я категорически возражал против подобного бреда, но ради тебя мы сделаем исключение... Как ты смотришь на перспективу стать единственной и неповторимой Жрицей на Обители?

– Верховной Жрицей! – поправила отца дочь. – Мы станем править этим миром вдвоём, пока смерть не разлучит нас.

Габри не слишком понравилась поправка Эльзы, но спорить он не стал.

Ровно через неделю Эля излагала отцу собранную и упорядоченную информацию. По её словам, в Башне Роберта стало малолюдно. Хозяйке здания Алисе помогала бабушка Эльзы София Небесная, окончательно перебравшаяся сюда из столицы Северо-Восточного континента. Вопросами охраны объекта занимался её приятель, подполковник Министерства Безопасности в отставке Анатолий Кремень. Штатный специалист по безопасности – Симона Вагнер-Берг со своей малолетней дочерью исчезла в неизвестном направлении через две недели после взрыва батискафов. Вся ответственность за надлежащее функционирование Башни Роберта и одноимённого посёлка до особого распоряжения была возложена Верховным Жрецом Света на Отца Марка. «Меня пустили туда только после личной просьбы бабушки», – угрюмо пояснила Эля.

Её мать, Исидора Небесная редко появлялась в Башне, проводя большую часть времени в театральной студии. Там знаменитую актрису, а теперь и постановщика спектаклей, регулярно посещал Отец Борис. «Она и его уже окрутила?» – криво усмехнулся Габриель. Эльза равнодушно развела руками... Там же, в культурном центре обосновался Эжен, совмещавший обязанности художника-постановщика спектаклей, художника по костюмам и свету. Главный инженер и строитель посёлка Максим курсировал между поверхностью Обители и Северо-Западным континентом, где после завершения работ по восстановлению поселений, занялся новыми, перспективными строительными проектами. Другой друг Роберта – программист Гарри пропадал на пусковом комплексе космических ракет, расположенном на заснеженном и незаселённом северном полярном материке.

Информация о рабынях Отца Роберта отсутствовала. По всей видимости, все они находились в тёмных глубинах Обители, но где конкретно – неизвестно. Со слов Жреца Тьмы Отца Сергея, Симона поселилась со своей дочкой у одной из рабынь. В целом, с жёнами Боба наблюдалась неясность. «Я общалась по видеосвязи со своей старинной подругой Илоной, – неопределённо пожала плечами Эля. – Ссылаясь на распоряжение Отца Марка, она не раскрыла мне место своего пребывания. Вычислить его аппаратурой электронной разведки так же не удалось, канал оказался надёжно защищён. Правда, услышав о моей обеспокоенности за её будущее, Илона согласилась встретиться со мной через неделю». Подтвердилась информация о том, что Барбара Берг находится у своего отца, вместе с дочерью, разумеется. С Юлией царит полная неразбериха. Кто-то говорил, что она увезла сына на Южный материк, кто-то твердил о тайном особняке на Северо-Западе... Эжен вообще ляпнул, что Юля гостит у своего отца...

– Ай, да Юленька, загостилась у папеньки, ничего не подозревающего о долгосрочном визите любимицы! – фыркнул Габриель и поинтересовался у старшей дочери: – Может быть, для пользы дела мне соблазнить твою подругу?

– Илону? – сдерживая насмешку, Эльза холодно посмотрела на своего пожилого отца. – Если ты случайно окажешься на месте нашей встречи с ней, можешь попробовать...

– Я подумаю, – цокнул языком Габри. – Женщина она привлекательная и сообразительная, раз сумела увести у тебя жениха... Следует сблизиться с ней любым способом, привлечь на нашу сторону и выудить всю информацию. Будь я тёмным Жрецом, повёл бы её прямиком на алтарь Тьмы... Кстати, ты ещё не уложила в постель Отца Сергея?.. Нет? Зря. Почему? Его назначили на место Абрама. Он гораздо моложе и симпатичнее твоего бывшего любовника...

– Папа, а тебе не кажется... – разъярилась Эля, но отец бесцеремонно перебил её:

– Не надо жечь меня взглядом, не таких диких кошек видывал... Я предлагаю тебе развлечься, переманить на нашу сторону Жреца Тьмы... Что-то разбежались они от нас за последнее время... Приручишь Сергея, а вскоре придёшь к нему с Илоной, и если он нормальный мужик, то не оставит бедную вдовушку без своего участия...

– Нормальный, – процедила сквозь зубы Эльза.

– Вот и отлично. Мне не по возрасту совершать лишние телодвижения ради одноразового удовольствия... Перспективный Жрец Тьмы станет твоим управляемым любовником, а твоя подруга, она же вдова Ричарда – его рабыней... Надеюсь, за пару недель ты управишься, – кивнул Габриель, словно не замечая ярости дочери.

– У нас с тобой разные понятия о нормальности мужчин и женщин, – со сталью в голосе произнесла она. – Ты считаешь меня шлюхой?

– Тебя? – Габри оценивающе оглядел её с головы до ног. – Не ты ли говорила о необходимости управлять людьми? Как ни странно, со смертью лидера число приверженцев третьего культа не сократилось, а умножилось. В определённом смысле нам это на руку... А прекрасную, несравненную, единственную Жрицу Космоса паства должна вожделеть и боготворить! Впрочем, не хочешь – не надо... Мы говорим не о развлечениях, а о серьёзном деле, об эндшпиле нашей шахматной партии. В нём нам необходимо избавиться от врагов и привлечь на свою сторону колеблющихся, нужных людей...

– Пока ты не стал Верховным Жрецом Космоса, искренним продолжателем великих идей и законным преемником Роберта, его люди не захотят иметь с тобой дела, – воскликнула Эля. – Там всё построено на доверии. Думаешь, тебе поверят?

– Доверие – это мираж, – пробурчал Габриель. – Тебе известно, что больше половины окружения Роберта – шпионы всех мастей?

– Симона – офицер Министерства Безопасности Северо-Востока, Барбара – дочь и осведомитель Премьер-министра Южного континента, это очевидно, – с усмешкой начала перечислять Эльза. – Алиса – агент Верховного Жреца Света. Лоли – шпион Отца Фарида. Марта – твоя бывшая, а может быть, не совсем бывшая... Тебе не кажется, что Роберт давно догадывался, а вернее, заранее понимал, с кем имеет дело.

– По-моему, ты слишком высокого мнения о своём несостоявшемся муже, – надменно фыркнул Габри. – Отказавшись от тебя, он только подтвердил отсутствие вкуса и всеядность, неприемлемую для общественного деятеля высокого ранга. Взгляни трезво на женщин Роберта... Марта – отработанный материал. Вдова бывшего владельца Башни Лида – вообще, безумная нимфоманка...

– Откуда у тебя подобная информация? – усмехнулась Эльза. – Сам выдумываешь на досуге?

– Не зли меня, дочь! – вспыхнул Габриэль и неожиданно рассмеялся: – Поблизости от Башни Роберта живёт один… неудачник, ради мантии Жреца готовый продать родного отца. Я пообещал ему содействие за регулярную достоверную информацию...

- Алису ты ему тоже пообещал? – демонстрируя осведомлённость и сообразительность, хмыкнула его старшая дочка.

- Её он ещё не заслужил, – продолжил потешаться Габри. – Пусть неудачники плачут... Кстати, Илона – твой агент, пусть ныне бездействующий, но потенциально полезный для дела, не правда ли? Вот и займись ею. Если Роберт с лёгкостью манипулировал своими дамочками, сможешь и ты. А я мобилизую все свои резервы для того, чтобы Верховный Жрец Света официально признал меня преемником Роберта. Этого будет достаточно для получения решающего преимущества в эндшпиле.

– А велики ли твои резервы, папа? – поинтересовалась Эля.

– Сомневаешься? – недобро взглянул на дочь Габриель. – С нами две трети членов Братства Жрецов Света и большая часть чиновников Северо-Востока во главе с Премьер-министром. Конечно, существуют некоторые проблемы. Сообщество Жрецов Тьмы свернуло сотрудничество после смерти Абрама, но сохраняет нейтралитет. Я надеялся на Отца Фарида, но он не выходит на связь. Потому я и прошу тебя сблизиться с Отцом Сергеем. Сегодня он не имеет большого влияния, но может стать очень полезным завтра. Твои старания окупятся, дорогая дочь!

Габриель не посвящал Эльзу во все детали своих планов и не озвучивал масштабы проблем. По сути, он имел минимальное влияние на обновлённое после кризиса правительство Северо-Запада, а его связи на Южном континенте свелись к нулю после демарша Отца Фарида. Конечно, Габри не без оснований полагал, что правильно выстроенная идеологическая программа и полная поддержка Братства культа Света позволит ему переключить на себя все рычаги управления ситуацией, но предпочёл подстраховаться. Одним из элементов страховки он видел взаимопонимание и эффективное взаимодействие с Министерством Безопасности Северо-Восточного континента.

Желая наладить личные контакты, в качестве жеста доброй воли и уважения Габриель пригласил на обед в свою Башню руководство важнейшего силового ведомства. Генерал Волк вежливо отказался от визита, сославшись на большую занятость, однако отправил на встречу со Жрецом Света своего нового заместителя – полковника Подгорного и начальника технического отдела майора Ершистого. Старшим офицерам случалось посещать поверхность Обители, но Габри организовал приём на высшем уровне, чтобы сразу произвести на гостей приятное впечатление. Он не форсировал события, и первые полтора часа общения свелись к личному знакомству, приятной трапезе и обмену любезностями. Подгорный сам перевёл разговор в деловое русло:

– Вероятно, Вам известно, что с Отцом Робертом нас связывают узы давнего и плодотворного сотрудничества. Поэтому отсутствие внятной информации о произошедшем с ним несчастном случае крайне раздосадовало Министерство Безопасности Северо-Востока.

– Разумеется, официального сообщения Братства Жрецов Света вашему ведомству недостаточно. Мы были бы рады предоставить вам любую информацию по данному вопросу, но она отсутствует, – развёл руками Габриель. – К сожалению, нам удалось лишь произвести сканирование океана в районе трагедии и обнаружить на дне два разрушенных батискафа. Тела погибших людей наши приборы не выявили.

– Просите, Отец Габриель, – заговорил майор Ершистый, – но мы предполагаем, что используемая вами техника далека от совершенства.

– Так оно и есть, – удручённо кивнул Габри. – Вероятно, ваши возможности гораздо серьёзнее...

– На мой взгляд, несчастный случай такого уровня предполагает привлечение всех доступных средств, – разочарованно покачал головой полковник Подгорный. – В проведении поисково-спасательной операции и расследовании Вам могли оказать содействие все заинтересованные лица, включая Жрецов Тьмы и руководство соответствующих служб нашего Министерства.

– Соглашусь, что Братство не проявило достаточного рвения в поиске, а в процессе расследования поступило самонадеянно, – принялся каяться Жрец Света. – Возможно, вы могли бы оказать нам помощь сейчас?

– Вероятно, – переглянувшись с полковником, ответил майор. – Однако Вы должны понимать, что за время, прошедшее со дня происшествия, картина на дне океана могла значительно измениться.

– И всё-таки, мы будем крайне признательны вашему ведомству за попытку обнаружить тела погибших, – с грустью произнёс Габри.

– Вы считаете, что у Отца Роберта не было шанса на спасение? – мрачно проговорил Подгорный.

– Я – Жрец культа Света и не понаслышке знаю, какие чудеса случаются в природе, но данный случай... – Габриель не закончил фразу и тягостно вздохнул. – Фактическая неопределённость в деле констатации гибели Роберта не позволяет нам активно продолжать его дело.

– Вы готовы взять на себя подобную, огромную ответственность? – испытующе взглянул на него полковник.

– Не я один, а большинство братьев Света готово служить делу Отца Роберта, – решительно ответил Габри.

– Не думаю, что переход из культа Света в зарождённое Робертом космическое движение, условно называемое третьим культом – лёгкий и незамысловатый процесс, – в сомнениях покачал головой Подгорный. – Однако Министр Безопасности Северо-Восточного континента уполномочил меня оказывать Вам посильное содействие.

Эльза неоднозначно отнеслась к пожеланиям своего отца. Она отдавала себе отчёт в том, что он поступает рационально, но относится к ней не как к дочери и продолжательнице своего дела, а как к беспринципной фигуре лёгкого поведения в его большой и рискованной игре. Об этом Эля намекнула бабушке, общаясь с ней по видеосвязи. Обосновавшаяся в Башне Роберта, София внимательно выслушала внучку и ответила:

– Тебе отлично известно, что во времена твоего детства я относилась к Габриелю с интересом, уважением и… с опаской. Он производил впечатление глубокого мыслителя, учёного, потенциального учителя и вождя масс. Со временем внутренняя убеждённость и умение заинтересовать, повести за собой, выродилось у него в отточенные способности манипулирования людьми. Если ему выгодно, Габриель превознесёт тебя до небес или… втопчет грязь, позабыв о родственных чувствах. Подумай об этом, внучка... А я, возможно в силу возраста, перестала испытывать к нему интерес, уважение и даже страх.

– Только не говори ему этого в глаза, бабуля! – произнесла Эльза со столь дивной для неё интонацией, что София округлила глаза и внезапно спросила:

– Скажи внучка, ты его любишь?

– Позволь мне не отвечать на твой вопрос, – смутилась Эля.

– Вообще-то, я спрашивала не о Габриеле, – добродушно улыбнулась бабушка.

– Разумеется, не о нём, – вздохнула внучка.

– Тогда я за тебя спокойна, – неожиданно констатировала София.

Глава 34. Щука и Ёрш

Глава 34. Щука и Ёрш

Беседа с бабушкой вселила в Эльзу уверенность. С этим чувством она отправилась в тёмные глубины Белокаменной столицы Северо-Восточного континента в гости к Отцу Сергею. Правда, он гостей не ждал, а первые слова Эли, сказанные за чашкой кофе, сразу же вывели его из состояния равновесия.

– Скажи, Серёжа, я красивая женщина? – произнесла она. – Тебе пригодилась бы такая любовница?

– Иди ты в магму! – после паузы воскликнул Ёрш.

– Не нравлюсь? – Эля состроила обиженное личико. – А Илона?

– Не мой типаж, – расслабился и развеселился Сергей.

– Что за типаж такой? – не поняла давняя подруга жены Роберта.

– Женщина, безумно влюблённая в моего друга! – эмоционально уточнил Жрец Тьмы.

– В покойного друга, – сухо поправила его Эльза.

– Да хоть в трижды покойного! – Сергея было уже не остановить.

– Почему ты сказал «любящая женщина», а не жена? – заинтересовалась Эля.

– Потому, что жёны бывают разные, – посмеивался Ёрш. – Например, однажды мы с Отцом Абрамом гостили у Жреца Света, у твоего папы Габриеля. Так вот его очередная жена Полли, нынешняя хозяйка Башни, явно страдает от недостатка внимания со стороны мужа. А на меня она смотрела с такой… теплотой, что я растаял...

– Полька? – усмехнулась удивлённая Эльза. – Тебе понравилась эта толстушка?

– Видная русая красавица с очень красивыми глазами, – поправил её Сергей.

– Ты говоришь о сиськах? – не унималась старшая дочь Габриеля.

– Красивые глаза изрядно украшают лицо, чтобы ты знала, – фыркнул Ёрш. – Впрочем, и грудь у неё впечатляющая.

– Вот слова настоящего Жреца Тьмы… или Космоса? – подмигнула ему Эля. – Что сделаешь, если я приведу её в твои тёмные покои?

– Приму очаровательную женщину в свои распростёртые объятья... – Сергей с интересом взглянул на гостью и добавил: – И помогу осуществить твои безумные планы.

– Вот как? – хмыкнула Эльза. – Ловлю на слове! Ты позабавил меня, предложив помощь в моих задумках, о которых понятия не имеешь. Подготовь уютную комнатку для толстушки...

– Ты, должно быть, шутишь? – не поверил Ёрш, но старшая дочь Габриеля отрицательно покачала головой.

Прощаясь с хозяином глубинных подземелий, она произнесла с усмешкой:

– Но я так и не поняла, чем не подошла тебе, Отец Сергей?

– Иди ты в магму! – повторился он.

– Иногда мне кажется, что я из неё не вылезаю, – обречённо махнув изящной ручкой, ответила Эля.

Встреча Эльзы с Илоной произошла в обстановке столь высокого уровня секретности, что её подробности остались тайной за семью печатями. Однако на запланированный разговор со своим отцом Эля прибыла в приподнятом настроении. Она поведала Габриелю о том, что её подруга так и не пришла в себя после аварии мужа, страшно переживает, но не ответила отказом на предложение пообщаться со старинным другом Роберта.

Рассказала Эльза и о встрече с самим Отцом Сергеем, без особых подробностей, которые, впрочем, и не интересовали Габриеля.

– Скажи конкретно, он готов принять Илону в своих глубинных, тёмных покоях? – прямо спросил он.

– Да, он заинтересовался неожиданной перспективой. Но в награду за сговорчивость Сергею нужна не я, – усмехнулась Эля.

– Кто же? – нахмурился Габри.

– Твоя жена Полли, папа, – в лукавых салатовых глазах женщины читалось нескрываемое любопытство.

– Полька? Эта глупая, бесплодная корова? – искренне изумился он. – Мне катастрофически не везёт на жён. Знакомлюсь-то с умницами. А в замужестве они становятся нестерпимо скучными тёлками... За разводом дело не станет. Отведи Полину к нему сегодня же!

– Я так и поступлю, – бесстрастно произнесла Эльза и сменила тему разговора: – Как обстоят твои дела по мобилизации резервов?

– Всё было бы прекрасно, – сверкнул глазами Габриель, – если бы не наш старый чудак Виктор – Верховный Жрец Света. Он упрямо твердит, что Башня Роберта останется под специальной охраной, все особые полномочия и привилегии Посла Мирового Совета сохранят актуальность, пока мы не предъявим неопровержимых доказательств гибели твоего несостоявшегося муженька. Вся надежда на Министерство Безопасности Северо-Востока. Либо под моим чутким руководством они найдут останки легендарного Жреца Космоса, либо… сделают вид, что нашли их.

Перемещение нынешней хозяйки Башни Габриеля с поверхности Обители в тёмные глубины превратилось в драматическую мелодраму. После ознакомления с письменным предписанием мужа глаза Полли промокли. Не давая женщине опомниться, Эля схватила её за руку и потащила в лифт. «Не реви, дура! – ругала Полину Эльза. – Подобная встряска, несомненно, пойдёт тебе на пользу. Ты утомишься благодарить меня, когда осознаешь от кого и к кому отправляешься. Это тебе не шило на мыло поменять. Сбереги слёзы для постели, там они станут сладкими». Что и говорить, подобные напутствия только усиливали рыдания несчастной, брошенной мужем и отданной на растерзание женщины. Правда, при взгляде на удивлённого, но обрадованного её появлением Отца Сергея, глаза Полли высохли. Как и обещал, он открыл свои объятья барышне с дивными глазами и произнёс: «Не плачь, милая Полюшка, не печалься! Со мной тебе будет спокойно, радостно и тепло, а иногда, если захочешь, и очень жарко». Ёрш и не заметил, как исчезла Эля, оставив их наедине. А Полли ничего не понимала, бессмысленно хлопала глазами и не произнесла ни слова за несколько часов знакомства со своим новым домом. Так продолжалось до тех пор, пока Сергей не показал ей свою, хозяйскую спальню. Здесь её сознание неожиданно вернуло себе ясность. Поля расстегнула несколько пуговок на своём белом сарафане в мелких синих цветочках и бросилась на грудь своего нового Хозяина:

– Правда ли, что теперь я всецело принадлежу Вам? Впервые увидев Вас на поверхности Обители, я позавидовала Вашей жене... Но у Жрецов Тьмы нет жён, они живут с… послушницами, с невольницами... Вы – такой видный мужчина, умный, внимательный и очень красивый, а я...

– Ты – чудесная, нежная барышня, нуждающаяся в моей заботе, любви и ласке... – заулыбался Ёрш.

– Да... Да! – Полли потеряла дар речи вместе со своей одеждой...

Давненько Сергей не заглядывал в родительский дом. Как он и предполагал, здесь ничего не изменилось. Мама и папа встречали сына за обеденным столом, празднично накрытым по случаю его редкого визита. Сергей прибыл к ним с двумя дамами, встреченными радушно, но не без удивления хозяев. Появление новой прислужницы у Жреца Тьмы не выглядело событием из ряда вон выходящим. Однако отец Сергея, майор Министерства Безопасности Дмитрий Ершистый совсем недавно знакомился с Полиной, как с хозяйкой Башни Жреца Света Габриеля, и звалась она тогда более холодным именем Полли. У Дмитрия хватило выдержки для того, чтобы повременить с расспросами. В свою очередь, появление в компании сына его давней помощницы Ларисы, он не смог оставить без дипломатически тонкого комментария:

– Приятно видеть тебя, Лара. Удивительно, но до меня доходили слухи, что в последние месяцы ты не покидаешь поверхности Обители.

– Слухи слухами, а я, как видите, неожиданно оказалась в Вашем доме, – улыбнулась женщина-биоробот, – чему очень рада, Господин майор.

Дмитрий кивнул и улыбнулся в ответ. Свои сомнения он оставил при себе до конфиденциальной беседы с Сергеем. После обеда отец пригласил сына в свой домашний кабинет.

– Ты не перестаёшь меня удивлять, Серёжа, – непривычно мягко заговорил майор, наливая в две серебряные рюмки старый и очень дорогой коньяк. – Зачем тебе понадобилось уводить жену у Габриеля?

– Она мне очень понравилась, папа, – ярко улыбнулся Жрец Тьмы, – а Габриель ничуть не возражал. Тебе не терпится произнести сакраментальную фразу о бесплатном сыре? Не трудись, я вполне осознаю, какой ценой придётся оплатить мой поступок. Посильная цена, уверяю тебя... Если у меня появится возможность, то вы с мамой ещё погуляете на нашей свадьбе. Я не воспринимаю Полину, как послушницу. Она мне жена, и точка!.. Что же касается Ларисы...

– Новой Ларисы, – уточнил Дмитрий, с удовольствием глотая коньяк и пристально глядя на сына.

– О чём ты? – театрально растерялся Сергей.

– Променад с Полиной и Ларой по улицам Белокаменной столицы наверняка предназначался для чужих глаз, – хмыкнул майор. – Но не думал же ты, что родной отец, когда-то подаривший тебе андроида Ларису, не заметит подмены? Внешне они почти неотличимы, но я задал барышне искусственного происхождения пару каверзных вопросов, касающихся юности моего сына.

– Я не планировал полностью копировать память Лары, – лицо Сергея наконец-то приобрело серьёзное выражение. – Глупо сомневаться в профессионализме майора службы государственной безопасности, но мне приятно твоё внимание. Предваряя вопросы о Роберте и «третьем культе», сразу оговорюсь, что искренне хотел бы открыть тебе все карты, но не смогу... Ты даже не спрашиваешь: почему?.. Нет, дело не в страшных тайнах «культа Космоса».

Чем дольше говорил сын, тем больше удивлялся отец. Дмитрий надеялся на откровенность Сергея, верил в его сыновью любовь, в доверительные отношения с ним, и не остался разочарованным. Другое дело, что всё оказалось сложнее, чем он предполагал...

После смерти Абрама его сын сосредоточился не на культе космоса, а на деятельности «Союза дня и ночи» и на безопасности близких людей. Жрецы – основатели Союза поделили между собой обязанности таким образом, чтобы нести полную ответственность за свой участок работы и не попасть под удар неприятеля. Сергей занимался техническим обеспечением проектов Союза на поверхности и в глубинах Обители. В частности, он руководил разработкой космической, воздушной и глубоководной техники. Однако детали деятельности других Жрецов – основателей движения оставались неведомы Сергею. Полную картину держал в своей голове Роберт.

– Только он?! – изумился Дмитрий.

– Возможно, кто-то ещё, – пожал плечами Сергей.

– И тебе не обидно, что твой лучший друг... – разочарованно покачал головой майор Ершистый.

– Нисколько не обидно, – прервал отца сын. – Во-первых, Роберт заботится о моей безопасности не меньше, чем о своих детях, например. Во-вторых, поделиться всей полнотой информации он не может ни с одним человеком, что вытекает из первого замечания. Знать обо всех его планах может только биоробот.

– Роби опасался, что вас будут пытать?! – ахнул Дмитрий. – А у андроида на такой случай имеется функция самоуничтожения?

– Примерно так, – от взгляда Сергея майору стало не по себе. – Не в пытках дело, а в способностях врага развязывать язык оппонентов самыми изощрёнными способами. Психологическое воздействие, специальные вещества, сногсшибательно сладкие девушки... Мы держим в уме различные варианты развития событий, но вынуждены перестраховываться.

– Но что произойдёт с вашим Союзом теперь, когда... – словно укол в сердце, почувствовав, что переходит красную черту, Дмитрий мгновенно поправился: – Если, всё-таки, Роберта не станет... Ты уверен, что он жив?!

– Я не знаю, папа. Честное слово не знаю! – звучно выдохнул Сергей. – После взрыва батискафов. Роби на связь не выходил... Впрочем, это не означает, что он мёртв. Мы предусматривали похожие варианты... Но даже если произошла трагедия, система не рухнет. «Союз дня и ночи» построен таким образом, что знания каждого погибшего Отца-основателя станут достоянием всех остальных, обязанности будут перераспределены. Союз жив, пока жив хотя бы один основатель или его доверенное лицо.

– Правильно ли я понимаю?.. Доверенное лицо – не только хранитель знаний, но и персональный защитник основателя?.. Да?.. Могу ли я со временем стать твоим доверенным лицом? – неожиданно спросил сына Дмитрий. Пауза показалась майору службы Безопасности невыносимо долгой, а взгляд Сергея слишком острым. Но стоило сыну утвердительно кивнуть, отец шумно выдохнул: – Тогда выслушай то, что знает твой папа...

«Первое. Вскоре после взрыва батискафов на дне океана Жрец Света Габриель развил бурную деятельность по продвижению «третьего культа» и себя, как преемника и продолжателя дела Отца Роберта. Может показаться, что он повторяет мысли Роби о сближении позиций традиционных культов, общем пути, о развитии общества, постепенном освоении поверхности Обители и космического пространства. Однако, не заявляя об этом прямо, Габриель явно намекает на смену лидера движения и не видит альтернативы своей кандидатуре. Сомневаюсь, что его инициатива одобрена вашим «Союзом дня и ночи». Систематизируя имеющиеся у меня данные, можно судить о степени поддержки самозванца различными политическими силами. Руководство Южного континента, как, впрочем, и правительство Северо-Запада ожидает официального заявления от полномочных представителей Роберта. На Северо-Восточном континенте Габриеля знают хорошо. Политический бомонд столицы и крупных населённых пунктов считает его значительной фигурой и видит выгоду в сотрудничестве с ним, как с лидером нового, набравшего силу движения. Братство Света разделилось. Более половины Жрецов готовы идти за Габриелем, остальные ждут указаний Верховного Жреца Света. Сообщество служителей культа Тьмы на данный момент дистанцировалось от деятельности Габриеля. Нейтралитет тёмных Жрецов обоснован и носит временный характер, не так ли, Отец Сергей?.. Итак, на первый взгляд, Габри не имеет поддержки большинства, но получив полную поддержку на поверхности Обители, он сможет диктовать свои условия.

Второе. Мировой Совет. Там, несмотря на молодость, набрала силу и расширила сферу своего влияния дочь Габри Советник Эльза. Она умна, предприимчива, весьма активна, общительна, обаятельна, и умеет привлекать нужных людей на свою сторону. В случае подтверждения гибели Роберта и официального выдвижения Братством Света Отца Габриеля в его преемники, итог голосования Мирового Совета по этому вопросу легко предугадать.

Третье. Отношение к проблеме в Министерстве Безопасности Северо-Востока. Генерал Волк распорядился оказать помощь Братству Света в поисково-спасательной операции в океане. Ответственным лицом назначен заместитель Министра по зарубежной работе полковник Подгорный, техническим руководителем – майор Ершистый. Кстати, Сергей, на днях твой папа станет заместителем Министра по техническим вопросам в звании подполковника. Приказ уже подписан. Но сейчас не до поздравлений... После предварительной беседы с Габриелем, ответственным за поиск со стороны Братства Света, Подгорный занял выжидательную позицию. Полковник не без основания заподозрил Габриеля в неискренности и пришёл к выводу, что Габри не заинтересован ни в поиске, ни в возможном спасении людей, тем более. На днях Жрец прямо высказался о том, что время упущено и, искать тела на океаническом дне – занятие сложное и бесперспективное. Однако Габриелю крайне желательно получить фактическое подтверждение гибели экспедиции и, прежде всего, Роберта. Подгорный обещал Жрецу подумать над этим вопросом, после чего приватно интересовался у меня техническими деталями поиска. Я пояснил полковнику, что с корабля на поверхности океана доработанное мною оборудование позволит оценить ситуацию на дне, при глубине не более сорока пяти метров. Кроме того, мной предложен прибор, работающий в морских глубинах и передающий изображение наверх по специальному кабелю. Другое дело, что за два месяца донные отложения и океанические течения могли изменить картину происшествия до неузнаваемости. Подгорный долго сомневался, но всё-таки согласился на пробный поиск. Операция назначена на послезавтра...»

– Ты заинтересован в том, чтобы… тела были найдены? – Дмитрий посмотрел на сына с нескрываемым любопытством.

– Разумеется, – ответил Сергей и неожиданно добавил: – Я заинтересован в том, чтобы ты убедил Подгорного и Отца Габриеля в смерти Роберта, даже если не найдёшь на дне реальных подтверждений.

– О, как! – изумился почти подполковник. – Зачем?.. «Союз дня и ночи» желает убедиться во враждебных намерениях Габриеля и его шагах, возможно, последующих в случае подтверждения гибели Роберта?

– Совершенно верно, папа, – грустно улыбнулся Отец Сергей. – Нам важно знать всех врагов в лицо.

– Понимаю, сын, – удовлетворённо кивнул Дмитрий. – Открою тебе тайну, да простит меня генерал Волк... За Роберта он свернёт шею любому!

– А вот это – очень ценная информация! – загорелись глаза Сергея. – Нам очень пригодится искренняя помощь всего вашего ведомства. Прежде всего, хотелось бы, чтобы Вы переключили своё внимание с внешних угроз на негативные внутренние течения. Вижу, что без основательной чистки политического поля Северо-Восточного континента, нам покоя не видать... «Союзу дня и ночи» категорически не желательна новая война, а мы с тобой обязаны не допустить разрушений на своей территории.

– Я передам пожелания вашего Союза Министру Безопасности конфиденциально, разумеется, – в голосе Дмитрия зазвучала решимость. – Кстати, две недели тому назад я провёл три дня инкогнито в поселении Скалистый Берег… и пришёл в восторг, Серёжа! Казалось бы, захолустный городишко, но над ним Башня Роберта! И строгие меры безопасности там изумительно неприметны. Все гости городка попадают под бдительное наблюдение, практически не замечая его. Кроме того, я выяснил, что мэру Скалистого Берега регулярно поступают заманчивые предложения о сотрудничестве в обмен на достоверную свежую информацию о людях Роберта. Глуповатый на вид толстяк выслушивает всех одинаково радушно, не отвечает немедленным отказом и… спускает дело на тормозах. Каким образом твой друг так приручил его? Нет слов...

– У Отца Роберта много секретов, – заулыбался Сергей. – Однако мне показалось, что тебе есть, чем поделиться со мной вдобавок, папа...

– Я и без того превысил лимит открытости, сын, – усмехнулся Дмитрий. – Но, если хочешь, в то время, когда мы с Подгорным выйдем в океан на поверхности Обители, ты тайно встретишься с Генералом для личной беседы.

– Здесь? В твоём доме, например? – подмигнул ему Жрец. – Отлично!.. А ты на днях найдёшь останки или… как бы обнаружишь на дне океана фрагменты… трёх человеческих тел.

– Только человеческие останки? – вспыхнул офицер из руководящего состава Министерства Безопасности. – Твои фантазии не так глупы, как мне казалось четверть века тому назад... Надеюсь, ты понял, что я всегда на твоей стороне, а значит на стороне Роберта и вашего Союза.

В дверь кабинета постучали. Мама Сергея предложила «мальчикам» кофе, но её муж заметил, что мужчинам пора вернуться к дамам.

Ближе к ночи Дмитрию позвонил полковник Подгорный и внезапно перенёс исследование океанского дна на день раньше, то есть на завтра. Ершистый папа удивился, но не подал вида, а после окончания разговора отправил секретным кодом сообщение Генералу Владиславу Волку. Ершистый сын на радость маме остался ночевать в родительском доме, чтобы назавтра, в три часа пополудни встретить в гостиной Министра Безопасности Северо-Восточного континента.

Увидев здесь мать и помощницу Сергея, Генерал дружелюбно улыбнулся, а вот присутствие Полины его озадачило и насторожило.

– Нет повода для беспокойства, – пожимая крепкую генеральскую руку, хмыкнул Жрец Тьмы. – Полюшка не подведёт...

– Я всего лишь прислужница Отца Сергея, – ответила она на вопросительный взгляд Министра. – Бывший муж так, вообще, считал меня безмозглой и бесполезной тёлкой...

– А Вы, значит, обманули его самым наглым образом, – рассмеялся Волк и поцеловал руку радостно улыбнувшейся женщины. – Приятно познакомиться, Полина!

Женщину Жреца Тьмы очень порадовало, что важный господин назвал её полным именем, пусть она и не поняла, откуда он знает, что теперь её зовут Полиной, а не какой-то там непутёвой Полькой... Мужской разговор, как и планировалось, состоялся в кабинете Дмитрия Ершистого, за закрытыми дверями. Женские ушки следует щадить по мере возможности.

– Спрашивайте, Отец Сергей! – улыбаясь уголками глаз, начал беседу Генерал.

– О, нет, не так, Ваше Превосходительство! – взмолился Ёрш. – Хотелось бы, как в детстве...

– Когда сына бравого лейтенанта Дмитрия Ершистого я называл Серёжей, а он звал меня «дядя Волк» и непременно на «ты»? – засмеялся Министр Безопасности Северо-Восточного континента. – Валяй, Серёга!

– Так-то лучше, дядя Волк! – весело кивнул Сергей. – От папы новостей ещё не поступало?

– Отчего же? Полчаса тому назад полковник Подгорный доложил мне, что экспедиция обнаружила место взрыва, разбросанные по океанскому дну части глубоководных аппаратов и фрагменты человеческих тел, – посерьёзнел Генерал. – В эту самую минуту углублённые исследования продолжаются, но, кажется, тебя это не слишком волнует, Серёжа?

– Результаты поисков меня интересуют и беспокоят, – бесстрастно ответил он. – Но до окончания исследований полковника Подгорного и майора Ершистого я не хочу делать выводы и давать волю эмоциям.

– Мудро, – вздохнул Министр. – Кстати, с сегодняшнего дня твой отец – подполковник. Привыкай и... Как бы ни повернулись события, каковы ближайшие цели «команды Роберта»?

– Как минимум, мы намерены продолжить плановые космические исследования и… не допустить войны, – пожал плечами Сергей.

– М-да, Серёжа... Как-то не весело звучат твои слова, – поморщился Генерал. – Скажу прямо, обстановка на нашем континенте мне не нравится, пусть фактически ничего угрожающего и не происходит. А запуски космических ракет, на вашем месте, я бы приостановил.

– Почему? – поднял брови Жрец Тьмы.

– Охрана космодрома на Северном полярном материке организована неплохо. Представители нашего Министерства, насколько тебе известно, там присутствует, – по-деловому сухо заговорил Генерал. – И всё-таки, опираясь на косвенные данные, я могу предположить, что проблемы с безопасностью пусков существуют, и исходят они не извне, а изнутри.

– Ты опасаешься диверсии, организованной инженерным персоналом, дядя Волк? – нахмурился Сергей.

– Увы, вероятность подобного события существует, – признал Министр. – Люди выезжают с территории космодрома по делам и на отдых. Не получая указаний Мирового Совета, мы практически не контролируем их контакты, но круг общения некоторых работников пускового комплекса заставляет задуматься... Соблюдают ли они закон о неразглашении служебной информации?

– Как член совета директоров космодрома, я предлагаю Министерству Безопасности провести официальное, но негласное расследование, – сурово произнёс Жрец Тьмы.

– Мы так и поступим, – удовлетворённо кивнул Волк, – но следственные мероприятия потребуют времени, а ближайший старт запланирован через две недели.

– Да, – уверенно кивнул Сергей, – и твои рассуждения подтверждают наши расчёты о наступлении дня «икс».

– О чём ты, Серёжа? – не на шутку встревожился Генерал.

– Поговорим начистоту, дядя Волк? – неожиданно улыбнулся Ёрш.

– Сегодня, ранним утром твой папа конфиденциально проинформировал меня о некоторых тезисах вашей вчерашней беседы, – пояснил Владислав. – С того момента я только и думаю о нашем откровенном разговоре с тобой. Официально Министерство Безопасности подчиняется Премьер-министру Северо-Восточного континента, но мы не совершим ни единого движения во вред вашего «Союза дня и ночи». За всех своих людей я отвечаю лично.

Глава 35. Час "икс"

Глава 35. Час «икс»

Волнение океана словно передавалось людям. Большой катер с электрическим приводом болтался на якоре в сотне метров от скалистого острова с древним названием «Стынь». Наименование, если считать его синонимом слова «стужа», казалось вдвойне странным, учитывая местоположение острова вблизи экватора Обители, сорока километрами восточнее побережья Южного материка.

Жрец Света Габриель рассеянно наблюдал за старшими офицерами Министерства Безопасности, склонившимися над монитором своего хитроумного поискового устройства. Не слишком надеявшемуся на приемлемый результат, Жрецу пришло в голову, что, занимаясь поиском на месте взрыва по горячим следам, никто не удосужился тщательно обследовать остров. Осмотрели побережье, не нашли ничего интересного и забыли о Стыне. «Что-то здесь не так, – размышлял Габри. – Роберт рассчитывал найти важный для себя объект на дне океана, поблизости от этого острова. Экспедиция базировалась на паруснике «Фараон» и использовать Стынь в качестве пункта дислокации не планировалось. Тем не менее, изучить остров Роберт был обязан. Более того, возможно, исследование Стыни и повлекло за собой операцию на дне океана». Жрец взглянул на экран своего мобильного телефона. Вдали от Башен связь работала слабо и нестабильно. Не успел Габриель сердито высказаться по данному поводу, как тишину нарушил выкрик полковника Подгорного: «Вот они!»

На мониторе хорошо просматривались крупные обломки батискафов, но рассмотреть детали не позволяло низкое качество изображения. Офицеры Министерства Безопасности решили погрузить в океан камеру, способную передавать изображение с большой глубины. Пока они настраивали аппаратуру и разматывали кабели, Габриель отправился к острову на катере сопровождения со своим подчинённым, Жрецом Света Ираклием. Покрытый редкой растительностью скалистый остров Стынь занимал площадь более пяти квадратных километров, и осмотреть все его уголки в короткий срок казалось делом нереальным. Однако Габриель быстро заметил спрятанные между скалами древние руины. Он не нашёл здесь ни особых достопримечательностей, ни переходов в другие локации, но обнаружил следы недавнего пребывания людей или биороботов. Отложив тщательное изучение острова на ближайшее будущее, Габри вернулся к поисковой группе...

– Нет сомнений в том, что мы видим отдельные фрагменты человеческих тел, – холодным тоном тщательно формулировал Подгорный.

– Полковник, а детали андроида не наблюдаются? – мимоходом спросил Габриель, внимательно рассматривая изображение на мониторе.

– Я не вижу, – пожал плечами он. – Вопрос по технической части, и на него точнее ответит майор… э–э–э, подполковник Ершистый.

– Детали биоробота не найдены, но... Мы видим только небольшой участок дна у места крушения глубоководных аппаратов, – удержавшись от ухмылки, сухо заговорил Дмитрий. – Большая часть фрагментов могла быть разбросана взрывом на дальние расстояния, за прошедшие дни что-то зарылось в песке, что-то угодило в ближайшие расщелины...

– Смотрите! – воскликнул Подгорный, тыча пальцем в край монитора. – Кажется, это часть руки!

– Похоже, – мрачно отреагировал Ершистый, заставляя видеокамеру подплыть ближе к объекту.

– Так и есть, – бесстрастно кивнул Габриель, – только ракурс неудачный. По всей вероятности, кисть оторвана. Нельзя её перевернуть?

– Каким же образом? – поразился Дмитрий.

– Ткните её вашей камерой, подполковник, может и получится... – хладнокровно пожал плечами Жрец Света.

– Рисковать дорогостоящим оборудованием я не намерен, – по-армейски сухо отреагировал Ершистый. – Попробую подвести камеру к объекту с другого направления, под иным углом.

Со второго раза манёвр подполковника удался. С нового ракурса открылся вид на золотое кольцо, надетое на безымянный палец оторванной взрывом кисти мужской руки. «Мне знакомо это украшение, – в голосе Габриеля по-прежнему отсутствовали эмоции. – Запись с камеры ведётся? Её следует предоставить во все инстанции, ответственные за принятие решений».

Отец Габриель с усмешкой поглядывал на свою старшую дочь, в третий раз пересматривающую запись с глубоководной видеокамеры. «Нет, всё-таки она слишком многое почерпнула от матери, – думал Жрец. – Роберт души в ней ни чаял, но Эльза влюбилась лишь в тот момент, когда он оставил свои чувства к ней в прошлом. Как истинная дочь и наследница великой актрисы, она превратила реальную личную жизнь в театральную мелодраму».

– Когда поднимут со дна останки? – спросила Эля таким странным тоном, что по спине Габриеля пробежал холодок.

– Ты считаешь, что в этом есть необходимость? – пробурчал он. – По моим сведениям андроид Лариса разгуливает по Белокаменной столице, будто ничего и не случилось. Не устаю повторять, что к этим… существам нельзя относиться по-человечески... Однако, как я и предполагал, люди не могли остаться в живых после подобной катастрофы. Помянуть бы надо...

– Я слышала, что моряков хоронят прямо в океане, но погибшие люди – не морские волки, – интонация голоса Эльзы до такой степени раздражала её отца, что Габриель решил свернуть тему:

– Офицеры из высшего руководства Министерства Безопасности Северо-Востока предлагали поднять останки для погребения и обещали завершить работу в ближайшие недели. Я дам своё согласие.

– Правильно, – кивнула Эля и неожиданно заявила: – Похороны должны организовать новые Жрецы Тьмы. По-моему, тебе пора предъявить миру, и прежде всего Верховному Жрецу Света, свои козыри. В качестве одного из доказательств искренней приверженности делу погибшего лидера, ты объявишь о появлении первой Жрицы Космоса и о передачи в её владение Башни Роберта.

– Твои запросы растут день ото дня, – недовольно покачал головой Отец Габриель. – Ты не забыла, что для подобных решений нужна поддержка не только Братства Света, но и Сообщества Жрецов Тьмы?

– Ты выполнишь свою часть сделки, я – свою, – в голосе Эльзы зазвучал металл. – На данный момент времени контакты с представителями тёмного культа сводятся к моему общению с Отцом Сергеем. Я убеждена, что необходимую часть информации он передаёт тем, кому следует. Моё дело – убедить Сергея, а через него руководство Жрецов Тьмы в лице Отца Фарида, в нашей лояльности, адекватности и приверженности общему делу. Я это сделаю, можешь не сомневаться.

– Ты всё-таки соблазнила Сергея? – ухмыльнулся Габриель. – Я с самого начала убеждал тебя в необходимости такого поступка, но зачем тебе Башня Роберта? Поселишься там и, первым делом, сменишь название? «Башня несостоявшейся жены Роберта» – звучит глупо, но запомнится всем.

– Папа, ты – умный мужчина, но иногда удивляешь меня своими легкомысленными высказываниями, – нахмурилась Эля. – Башня Роберта – символ третьего культа и космического пути развития человечества. Она должна находиться в надёжных руках... Теперь о Сергее. Мне достаточно стабильных, деловых отношений с ним. А вот двух других приятелей Роберта – Максима и Гарика Жрица третьего культа намерена приблизить к себе на расстояние вытянутой руки.

– Строитель и программист? – задумался Габри. – Здравая мысль... Жрица Космоса... Кстати, а как к тебе будут обращаться люди? Мать Эльза?! Смешно... Короче, ты планируешь заманить, как минимум, двух мужчин в тёмные глубины Обители и принудить их к рабской покорности?

– Зачем принуждать, папа? – холодно улыбнулась Эля. – Гарик и Макс станут моими невольниками по собственному горячему желанию... Расскажи лучше, что планируешь сделать ты?

– О, я устрою большой бум! – расхохотался Габриель. – Если ты гарантируешь поддержку Жрецов Тьмы, наш приход к власти станет всеобъемлющим, эффектным и эффективным мероприятием. Для подготовки мне потребуется ещё пара дней. Ты успеешь?.. В назначенное время мы с тобой отправимся на переговоры к Верховному Жрецу Света. Вот увидишь, там наверняка соберутся все заинтересованные лица.

Отец не обманул Эльзу. Три дня спустя она вошла в зал заседаний Высокой Башни Верховного Жреца Света под руку с Габриелем. Помимо хозяина здания и его помощников, здесь присутствовали высокие представители разных слоёв высшего общества. Братство Жрецов Света делегировало Марка и Бориса. У Габри имелись иные кандидатуры, но он решил, что их время наступит позднее. От Сообщества Жрецов Тьмы прибыли Сергей и Фарид. Также, абсолютно неожиданно для Габриеля, здесь находились представители «команды Роберта» – Илона, Барбара и Максим. После вежливых приветствий Верховный Жрец Отец Виктор пригласил всех за большой круглый стол и предоставил слово инициатору собрания. Для обеспечения массовой поддержки Габри рассчитывал увидеть на заседании Отца Ираклия и ещё нескольких подконтрольных ему Жрецов Света, но, не обнаружив их, нисколько не растерял уверенности в себе и с торжественным выражением профессионально поставленного голоса произнёс давно заготовленную речь.

«Глубокоуважаемый Верховный Жрец, дорогие друзья и братья! За последний месяц я неоднократно высказывался по поводу необходимости встречи, где все заинтересованные стороны могли бы высказаться и сформировать консолидированную позицию по вопросам дальнейшего развития замечательных идей Отца Роберта, для простоты восприятия именуемых третьим культом или культом Космоса. Трагические события в юго-восточном океане не должны остановить чрезвычайно перспективные во многих отношениях и, несомненно, благие начинания. К счастью, сегодня мы, наконец-то, собрались здесь в весьма представительном составе.

Хочу уведомить уважаемое собрание, что мы с моей дочерью Эльзой прибыли сюда, заручившись поддержкой серьёзных политических сил Обители. Наши начинания будут с уважением восприняты и поддержаны правительством Северо-Восточного континента во главе с Премьер-министром Аркадием Золотовым. Проект соответствующего постановления одобрен им, согласован с вашим покорным слугой и будет подписан сразу после оглашения нашего решения по ключевым вопросам. Не остался в стороне и Мировой Совет. Законотворческая инициатива Советника Эльзы Небесной нашла поддержку и, по предварительным данным, две трети Мирового Совета готовы проголосовать за принятие «Закона об официальном признании культа Космоса», как объединяющем движении во благо всего населения Обители. Кроме того, я твёрдо убеждён в поддержке наших начинаний абсолютным большинством Братства Жрецов Света.

На мой взгляд, настала пора оформить «космическое движение» в полноценную общественную организацию. Да-да, я считаю, что речь должна идти не о религиозно-философском течении, а о содружестве людей, имеющих активную жизненную позицию, готовых отдавать свои силы, знания, энергию, в широком смысле слова, на благо всего населения Обители. По своей сути, глубокие идеи Роберта объединяют различные слои общества, примиряют противников,консолидируют усилия, направляют вектор развития планеты на небывалые свершения в глубинах, на поверхности и даже в космосе. Они неминуемо ведут к эпохе процветания общества планеты во благо каждого человека, где бы он ни находился.

Однако путь к светлому будущему не усеян розами, что только подтверждают недавние трагические события. У Отца Роберта имелись свои соображения по вопросам преодоления демографических сложностей, стабильного поступательного развития общества, в поиске компромиссов при многообразии мнений, в примирении исторически и идеологически противоборствующих сторон. Не сомневаюсь, что сегодня мы услышим эти соображения не только от меня, но и от ближайших единомышленников и сподвижников Роберта. Одно неоспоримо – настала пора, сверив часы, поставить перед «третьим культом» чёткие цели и задачи, спланировать действия, установить контроль над их выполнением.

В частности, необходимо отработать схему постепенного заселения поверхности Обители. Мы не станем гнать сюда палкой людей, по тем или иным причинам, желающих продолжать привычную жизнь в планетарных глубинах. С другой стороны, нельзя допускать на поверхность легкомысленных субъектов и авантюристов, желающих поживиться за счёт природных богатств. Наш путь – к процветанию, а не к новой всемирной катастрофе.

Отдельная тема – изучение и освоение космического пространства. Разумеется, я не специалист в области ракетостроения, но способен оценить предпринятые за последние годы шаги и предвосхитить будущее развитие космонавтики. Очевидно, что пользуясь опытом древней цивилизации, мы смогли избежать повторения многих ошибок и вытекающих из них неудач. Из семи пусков современных ракет лишь один закончился откровенным провалом. На данный момент времени по орбите вокруг Обители двигаются два искусственных спутника, один из которых наглядно продемонстрировал преимущества спутниковой связи. Наращивание орбитальной группировки космических аппаратов, приспособленных для наблюдения за поверхностью и облегчающих коммуникацию между абонентами – дело необходимое и, безусловно, реализуемое в ближайшем будущем. Запланированный облёт Светила важен не столько для поиска пресловутой Анти-Обители, сколько для научных целей, подтверждения гипотез и теорий образования планеты, а значит – истинности нашего мировоззрения. Впрочем, вопрос тщательного контроля над пусками космических ракет не снят с повестки дня. Мы обязаны всемерно беречь и сохранять экологию Обители, а так же обеспечить безопасность пусков».

– Верно, – дождавшись паузы, громко произнёс Верховный Жрец Света и нажал на кнопку пульта дистанционного управления телевизионным приёмником. На стене гостиной загорелся огромный экран, показывающий финальный этап подготовки пуска ракеты в режиме реального времени.

– Что это? – изумился Отец Габриель.

– После консультаций со специалистами, запланированный на сегодняшний день пуск космической ракеты перенесён на час ранее и… на другой космодром, – ответил Отец Виктор.

– Не понял! – ахнул Габри.

– Сегодня состоится первый пуск космического корабля с космодрома «Южный», без огласки построенного на деньги моего отца и частные пожертвования, – пояснила Барбара Берг, дочь Премьер-министра Южного континента. – По требованию Верховного Жреца Света проект был засекречен, работы на поверхности Южного полярного материка выдавались за научные исследования. Дело в том, что под космодром использованы древние постройки, представлявшие собой огромные пусковые шахты, спрятанные в толще горных пород. Сейчас мы убедимся в нашем умении использовать наследие прошлого. По правде сказать, я очень волнуюсь...

Присутствовавшие на собрании люди, затаив дыхание, наблюдали за отчётом последних секунд до старта... Ракета вырвалась из тесных объятий пусковой шахты и, уверенно набирая ход, устремилась прочь от поверхности Обители. Спустя минуту из центра управления полётом сообщили о выходе космического аппарата на расчётную траекторию. В зале раздались аплодисменты. Ещё не отошедший от изумления, Габриель нехотя присоединился к всеобщему восторгу. Искоса наблюдавший за ним, Отец Фарид взял слово.

«Хочу внести некоторые уточнения. Сегодняшний день – знаменательная дата в развитии космонавтики. Во-первых, состоялся старт с нового космодрома. Кстати, его рабочее название «Южный» после успешного старта по решению Премьер-министра континента Виктора Орлана изменится на имя «Виктория», в честь его внучки Виктории Берг, дочери Роберта и присутствующей здесь, прекрасной Барбары, – слова Жреца Тьмы прервали новые аплодисменты, адресованные порозовевшей от удовольствия Барби. Вскоре Фарид продолжил свои уточнения: – Во-вторых, вы видели на экранах полёт модернизированной ракеты с принципиально новым двигателем, недостижимой ранее мощности и точности наведения. В-третьих, и в этом был заложен определённый риск, испытание новой ракеты – одновременно является первым в нашу эпоху полётом к Светилу!»

Речь Фарида снова прервали аплодисменты и восклицания искренне обрадованных людей. Он с удовольствием переждал взрыв положительных эмоций в зале заседаний и заметил:

– В моём перечне достижений мог присутствовать и четвёртый пункт. На сегодняшний день планировалось сразу два старта космических ракет. Увы, плановый запуск спутника связи с северного космодрома отложен по решению специалистов.

– Неисправность? Проблемы с безопасностью? – словно дождавшись подтверждения слов своей программной речи, воскликнул Габри. – Вот и я говорю о том, что контроль необходимо усилить... Кстати, если новый космодром получил своё особое наименование, почему не присвоить первому стартовому комплексу имя… первенца Роберта, его сына Якова?..

– Вы подумали, что я откажусь? – улыбнулась Илона, прикованная к изящному стулу внимательными взглядами собравшихся за столом людей. – А Яша наверняка обрадуется и постарается соответствовать такой высокой чести.

– Вот и прекрасно, – кивнул Верховный Жрец. – Однако Отец Габриель ещё не закончил радовать нас своими перспективными предложениями, я надеюсь?

– Если не возражаете, я позволю себе озвучить ещё несколько личных инициатив, – мгновенно сориентировался и сосредоточился Габри. – Для меня настала пора просить уважаемое собрание об одолжении. Жрец Света Габриель искренне желает стать служителем культа Космоса! Если уважаемое собрание окажет мне столь большое доверие, я готов возглавить структуру, которая станет связующим звеном, органом управления «третьего культа», нашей общественной организации нового типа, нашего космического движения. Прошу каждого из вас высказать своё мнение, задать вопросы, быть может...

– Отец Габриель, Вы же не считаете, что подобную организацию должен возглавлять один человек? – с любопытством взглянул на него Жрец Тьмы Фарид. – Отец Роберт заложил основы в здание третьего культа, его лидерство неоспоримо, но он никогда не претендовал на единовластие.

– Верно, – подчёркнуто утвердительно кивнул Габри. – У нашей организации должен появиться мозговой центр – Совет Жрецов, если хотите. Разумеется, все ключевые решения необходимо принимать коллегиально. Но Советники не могут заседать ежедневно, а текущие вопросы не требуют многочасовых обсуждений. Для выполнения решений Совета и нужен исполнительный, а также контролирующий орган общественной организации.

– Резонно, – кивнул Верховный Жрец Света и озвучил фантастически революционную мысль: – Не считаете ли Вы, что в Совет нового движения должны войти видные представители традиционных культов? Или, быть может, вместо двух имеющихся культов должен появиться один, объединённый идеями Роберта?

– Честно говоря, я никак не ожидал услышать столь крамольные мысли от Вас, Отец Виктор, – после паузы удивлённо воскликнул Габриель. – Возможно, со временем традиционные культы объединяться в единую структуру, основанную на этической и философской концепции, не противоречащей нынешним постулатам верований. А до этого исторического момента Жрецы Тьмы и Света могут нести свои созидательные идеи в общую копилку третьего культа, заседая в Совете организации. Вероятно, некоторые из них, подобно мне, пожелают расширить сознание, соединить в себе возможности Света и Тьмы, стать Жрецами Космоса.

– Ваши слова удивительно созвучны мыслям, некогда высказанным Отцом Робертом, – констатировал Отец Марк. – И, конечно, толком не продуманная нами структура общественной организации непременно потребует исполнительного органа. Отец Габриель, в случае утверждения Вас на ответственный пост, с чего бы Вы начали свою деятельность?

– Разумеется, для этого мне непременно следует стать Жрецом Космоса, но и сейчас понятно... – Габри ждал именно этого вопроса и зашёл с козырной карты: – Отец Роберт говорил о равенстве мужчин и женщин перед открывающимся нам Космосом. Думаю, настала пора претворить его идею в реальную жизнь.

– Любопытно, – улыбнулся Верховный Жрец Света. – Что Вы об этом думаете, Мать Илона?

– Кто?! – одеревенел Габриель.

– Мать Илона – первая Жрица Космоса в Обители, – не обращая внимания на посеревшее лицо собеседника, пояснил Отец Борис. – По представлению Отца Роберта, несколько месяцев тому назад она была возведена в сан совместным решением руководства Сообщества Жрецов Тьмы и Верховным Жрецом Света.

– Мой сан не означает, что предложение Отца Габриеля теряет актуальность, – заговорила Илона. – Возможно, у него имеется кандидатура, достойная внимания уважаемого собрания?

– Да, – едва справляясь с непослушными голосовыми связками, ответил Габри и кивнул на сидящую рядом с ним Эльзу.

– Давно я не слышал столь смелого, если не сказать радикального предложения. Пожалуй, в своих идеях Вы переплюнули Роберта, на чьи слова так часто ссылаетесь, – покачал головой Отец Виктор. – Боюсь, что на данном этапе развития цивилизации Обители осуществить Вашу затею невозможно, Отец Габриель.

– Почему?! – потерянно воскликнул он.

– Мы живём в эпоху великих перемен и открытий, – повысил голос седовласый Верховный Жрец, – но у меня не укладывается в голове прозвучавшее сейчас предложение возвести в сан Жрицы изумительную, но всё-таки искусственно созданную женщину.

Растерянность Габри превысила все возможные пределы. В полнейшем недоумении он уставился на свою спутницу, и в этот момент открылась дверь в зал заседаний. На пороге стояла и улыбалась… его дочь Эльза с большим животом, прикрытым лёгким, свободным платьем. «К сожалению, ты никогда не уделял достаточно времени и внимания своим жёнам и детям, папа! – заговорила она. – Иначе, ты непременно обнаружил бы различия между мной и твоей нынешней спутницей, моей сводной сестрой, умницей и красавицей Эльвирой».

Никогда ещё умудрённый опытом, пожилой, но крепкий и вполне здоровый мужчина, Отец Габриель не чувствовал себя столь отвратительно. Потерявшись в реальности, он переводил взгляд с Эльзы на Эльвиру и обратно... Увы, никто не собирался делать скидку на его растерянность. Слово взял Отец Сергей: «Мы отдаём должное Вашему уму, предприимчивости, изворотливости, Отец Габриель. Однако на Вашем тернистом пути к сану Жреца Космоса и руководителя Управлением создаваемой нами организации есть несколько труднопреодолимых препятствий. Начнём с того, что мы решительно не одобряем методы, используемые Вами для достижения цели. Принуждение и подкуп, диверсии и убийства – это тяжкие преступления!»

– Уважаемое собрание введено в заблуждение... Возможно, этой барышней... – Габри немного отодвинулся от стола и указал рукой на грустно улыбающуюся Эльвиру.

– Не строй иллюзий, Габриель! – жёстко прервал его Отец Фарид. – Мы опираемся не на подслушанные разговоры, а на тщательно проведённые расследования. Во-первых, хочу упомянуть убийство Отца Абрама, папы Роберта. Исполнитель преступления предусмотрительно оставил записи, сохранившие поминутный план действий и чётко указывающие на заказчика. Во-вторых, допрос инженеров северного космодрома вывел нас на Жреца Света Отца Ираклия, позже признавшегося, что является твоим подельником. У нас имеются доказательства того, что он готовил безумную, ничем не оправданную диверсию по твоему прямому указанию. К делу приложена подлинная по оценкам экспертов диктофонная запись ваших разговоров с ним. Там много интересной информации и не касающейся пускового комплекса. В-третьих, три четверти привлечённых тобой к сотрудничеству членов Братства Света обратились к Верховному Жрецу после твоих некорректных, по их мнению, предложений. Наконец, правительство Северо-Востока... Здесь всё сложнее, но...

Отец Виктор снова нажал кнопку на пульте дистанционного управления, и на экране появилось лицо солидного, рыжеволосого мужчины. «С почтением приветствую уважаемое собрание, – заговорил Премьер-Министр Северо-Востока в режиме реального времени. – С вашего разрешения, я готов дать пояснения по создавшейся на континенте ситуации, мерах по её стабилизации и текущим событиям. С огромным сожалением признаю, что проявил близорукость, поддавшись на уговоры и посулы Отца Габриеля, неуполномоченного, как стало известно, вести переговоры от имени объединённой группы уважаемых Жрецов. К моему огромному разочарованию, на провокации самозванца поддались многие члены правительства Северо-Восточного континента. Разбирательства продолжаются, некоторые министры подали в отставку, есть и арестованные чиновники. Для стабилизации обстановки в города и крупные населённые пункты континента введены подразделения Министерства Безопасности и отряды Жрецов Тьмы. Редкие очаги сопротивления успешно подавляются. К сожалению, имеются жертвы. Со своей стороны, я провёл разъяснительную работу с чиновниками и крупными предпринимателями. Кроме того, мною подписан и одобрен Мировым Советом указ о внеочередных выборах Премьер-министра Северо-Востока. Формированием нового правительства займётся вновь избранный Премьер. Я намерен выставить свою кандидатуру на переизбрание и, в случае победы в честной предвыборной борьбе, обязуюсь поддержать перспективные начинания вашего уважаемого собрания. Вы можете рассчитывать на меня и в период времени, оставшийся до выборов».

Глава 36. Беглец

Глава 36. Беглец

Премьер-министр Северо-Восточного континента Аркадий Золотов не успел закончить свою покаянную оптимистическую речь, а Отец Габриель, роняя стул, опрометью бросился к выходу из зала заседаний. Его бессознательный поступок настолько не соответствовал статусу прекрасно владеющего собой, опытного Жреца, что оказался полной неожиданностью для собравшихся людей. Напоследок Габри попытался запустить в зал заседания ураганный ветер, но его магия встретила достойный отпор. Выбегая из Высокой Башни Верховного Жреца Света мимо опешившей охраны, он поймал себя на непривычном ощущении до предела уязвлённого самолюбия и недоумевал: «Эта девка... Илона в одиночку блокировала мой «воздушный вихрь»?! Она – новоявленная Жрица Космоса на такое способна?! Или этот старый перец Виктор ослабил мою силу в несколько раз?» Ярость добавляла Габриелю сил, но не ясности мыслей. Не встречая сопротивления, он стремглав примчался к личному летательному аппарату. Воздухолёт не подвёл взвинченного, суетливого хозяина, плавно запустился и стартовал с взлётно-посадочной площадки у Высокой Башни.

Да, ярость человека, нокаутом проигравшего в главном поединке своей жизни, умножала физическую энергию, но лишала Габри разума. Он не видел преследователей, и всё дальше от «уважаемого собрания никчёмных людишек» его гнало не желание скрыться, а жажда мести. Не определив конкретный объект для отмщения, Габриель возненавидел всё и всех, ввергнувших в пропасть его жизнь, казалось, почти достигшую чудесной кульминации. Через полчаса полёта хаос мыслей стал обретать символическую форму. Габриэль люто возненавидел… Башню Роберта. От неё исходили все его невзгоды, её следовало уничтожить, стереть с поверхности Обители! В траектории полёта летательного аппарата Жреца появилась осмысленность. На максимальной скорости он устремился к ненавистной Башне.

Обезумевший Габриель упрямо мчался к ней. Он даже не задумался о том, что станет делать, когда достигнет цели. Пойдёт на таран? Вероятно, гибель в столкновении с жилищем заклятого врага казалась ему куда милее неминуемого позора и всеобщего презрения... Одержимый Жрец даже не заметил, как откуда-то сверху и сбоку к нему приблизился другой воздухолёт. Неизвестный летательный аппарат пристроился к Габриелю сзади и контролировал его полёт, с лёгкостью повторяя манёвры Жреца. Габри заметил чужака лишь в ту минуту, когда тот начал прижиматься слишком близко, вынуждая беглеца изменить курс. Габриель громко выругался и попытался оторваться от преследователя, но, не тут-то было. Казалось, что соперник превосходит его, и в скорости, и в манёвренности, и в мастерстве пилотажа! Габри всегда содержал свои воздухолёты в идеальном состоянии, считал себя первоклассным пилотом и не допускал мысли о том, чтобы уступить в воздушной дуэли кому бы то ни было... «Что за сволочь сидит за штурвалом этого уродливого, проворного монстра? – пронеслось в голове Габриэля Небесного, когда противник оттеснил его в сторону от намеченной цели. – Снова люди Роберта?»

Поединок пилотов летательных аппаратов продолжился над пространством Южного материка. Незнакомец принуждал Габриеля к посадке, тот отчаянно сопротивлялся. Едва не коснувшись пригорка на поверхности, Габри совершил дерзкий вираж в сторону Юго-Восточного океана, но сбросить преследователя не удавалось... «Утопить меня решил? Не выйдет!» – взревел Жрец, скользя над водными просторами под давлением противника. Но единожды усомнившись в себе, он, словно в насмешку, внезапно почувствовал толчок и звук лёгкого соприкосновения металлических корпусов двух крылатых машин. На огромной скорости такого контакта оказалось достаточно, чтобы потерять управление. По иронии судьбы, воздухолёт Габриеля ушёл носом в воду у самого берега острова Стынь, знакомого ему по недавней поисковой операции... Выпрыгнув из воды и снова с жутким визгом двигателей погрузившись в океан, аппарат продолжал двигаться, пока не выскочил на песок и не закончил свой путь, врезавшись в прибрежную скалу. Вода, небо, земля, огонь пронеслись перед глазами Габри, словно эпизоды его жизни, прежде чем мир погрузился во тьму.

Сознание возвращалось к Габриелю болезненными рывками, неосознанными, страшными видениями. С трудом приоткрыв глаза, он немедленно захлопнул их снова. Слишком ярок показался свет, Жрецом которого считался Габриель. Предпринятая им позднее, вторая попытка оказалась удачнее. Незадачливому мстителю удалось разглядеть светлое помещение, похожее на больничную палату. Впрочем, картинка оказалась сильно размытой, а сфокусировать зрение мужчине не удавалось. Периоды беспамятства сменяли короткие моменты прояснения сознания.

В один из них Габри отчётливо увидел рядом с собой женщину в белом. В последствие он неоднократно обнаруживал в комнате дамочку в комбинезоне из гладкой ткани цвета свежевыпавшего снега и такой же шапочке, скрывавшей волосы на её голове. Заговорить с незнакомкой Габриель попытался значительно позднее, правда, ничего путного из этого не вышло. Похоже, издавать звуки он разучился. Впрочем, изящная женщина в белом не позволила ему расстроиться раньше времени, откликнулась на его неудачу успокаивающими жестами и широко улыбнулась.

В последующие пробуждения Габри услышал её голос, и он показался ему волшебной музыкой. Представившаяся Анжеликой женщина говорила немного и односложно. Габриель почти не осознавал смысл слов, но наслаждался звуком. Позднее она начала задавать ему наводящие вопросы и учила произносить самые простые слова. Получалось плохо, но регулярные занятия, отнимавшие все силы слабого человека, постепенно приносили результат. Более-менее внятный разговор с Анжеликой случился много дней спустя, когда Габри удалось-таки задать первый вопрос «ангелу в белом халате»:

– Где я?

– В тихом и безопасном месте, – обтекаемо ответила она.

– Новый мир? – Габриель хотел спросить иначе, но не смог выговорить мысленно сформулированное предложение.

– Для Вас – да, новый, другой, – с улыбкой произнесла Анжелика.

– Я… умер? – не унимался Габри.

– Мёртвые не умеют разговаривать, – чудесным колокольчиком рассмеялась женщина в белом.

Маленькая, худенькая барышня казалась Габриелю символом жизни, свежести, нежности, гимном женскому изяществу. Однажды у Анжелики сбилась белая шапочка. На минутку сняв её, она продемонстрировала мужчине чудесное каре светлых волос... «Анжелика прекрасна, – умилился Габри и крепко задумался: – Она выглядит великолепно, а я?.. Вырвался из бессознательного состояния, вижу, слышу, думаю, даже пытаюсь разговаривать, но абсолютно не ощущаю своего тела. У меня просто нет его в этой… новой реальности? В наказание за былые грехи меня превратили в нечто неопределённое, аморфное? Я – неподвижный фантом, к которому из сострадания приставили няньку?»

Максимально просто и понятно сформулировав мучавшие его вопросы, Габриель задал их Анжелике. Кому же ещё? Показалось, что она нисколько не удивилась. «Не волнуйся, Габри, – заговорила сестра милосердия, давно перешедшая со своим подопечным на «ты», – и не торопись делать выводы. Я стараюсь помочь тебе обрести не только ясность мышления, но и физические кондиции. К сожалению, подобный процесс невозможно ускорить, требуется длительное время, прежде чем мы добьёмся видимого результата. Главное – не расстраиваться и терпеть. Габри, ты постараешься выполнять все мои предписания и потерпишь неудобства… ради меня, хотя бы?» В ответ Анжелика услышала столь бурную, хотя и несвязную, речь Габриеля, что поспешила успокоить взволнованного мужчину.

Он начал чувствовать течение времени, ощущать продолжительность сна и постепенно удлинявшегося периода бодрствования. В отсутствие Анжелики Габри испытывал ранее нехарактерное для себя чувство – тоску. Благо, долго ждать не приходилось. На оброненную Анжеликой фразу о том, что они постоянно общаются уже полгода, он не отреагировал никак. Воспоминания не мучили Габриеля, он оставил их в прошлом, а настоящее представлялось ему нескончаемым диалогом с его чудесной нянькой. Но сегодня она пришла не одна...

«Как ты себя чувствуешь? – с привычной, но всегда желанной им, ласковой улыбкой поинтересовалась Анжелика и, доброжелательно выслушав многословный ответ, огорошила своего подопечного неожиданным заявлением: – А к тебе сегодня гость пожаловал». В белом халате в комнату вошёл мужчина, которого Габриель сразу не признал. Возможно, дело было в странном выражении лица посетителя, где внимательный наблюдатель обнаружил бы целую гамму с трудом сдерживаемых чувств – жалость, сомнение, сострадание.

– Приветствую тебя, Габри! – глухо произнёс он.

– Ты! – наконец узнал его Габриель. – Ты здесь?.. Ну, конечно, здесь! Где бы мы ещё могли встретиться теперь? Здравствуй, Роби!

– Да, некрасивая история случилось, – с сожалением вздохнул гость. – Прости, что так вышло.

– Ты просишь у меня прощения?! – поразился Габри. – Моя вина перед тобой столь непомерна, огромна, неоплатна... Скажи, это действительно ты, Роби?! Я страшно удивлён твоему визиту! И очень рад, даже если ты… хочешь только врезать мне по морде... За дело, конечно... Быть может, станет легче, если я почувствую боль?

– Физически тебе уже досталось, – поморщился Роберт. – Наказывать тебя – не моё дело, я разобраться хочу.

– Вот теперь я узнаю блаженного Отца Роберта... В чём разбираться-то? Я – сволочь, пытавшаяся узурпировать власть, не считаясь с жертвами. По-моему, всё предельно ясно, и детализировать ни к чему. Да и зачем? – Габриель попытался улыбнуться, впервые после личной катастрофы ощутил напряжение мимических мышц, застонал от резкой боли и очень обрадовался тому, что и у него, оказывается, тоже есть лицо.

– Попытка разобраться в прошлом – часть терапии, – пожал плечами Боб. – Конечно, я не смогу простить тебе преждевременную смерть моего папы, но хочется понять... Вот ты назвал меня блаженным, а по-моему, я – нормальный человек, пытающийся жить в гармонии с окружающим миром. Меня восхищают пейзажи поверхности Обители и обжитые человечеством грандиозные глубинные пространства. Я любуюсь людьми, красивыми внешне и душевно, наслаждаюсь их творчеством, общением с ними. С другой стороны, мне ненавистны моральные уроды – убийцы, насильники, последовательные предатели, патологические лжецы, заботящиеся только о личном благополучии... Я предпочитаю общаться с симпатичными мне людьми и, задумываясь о будущем, вместе с ними пытаюсь сделать мир немного лучше. Почему ты оказался в лагере моих противников? Волевой мужчина, умнейший человек, лучший историк Обители...

– Вероятно, мои проблемы зародились в юном возрасте, как раз из-за любви к истории и к некоторым историческим персонажам, – сознание Габриеля неожиданно прояснилось, и он заговорил медленно, негромко:

«Ты хорошо осведомлён о хронологии Всемирной Катастрофы и, особенно, о её причинах? Сейчас проверим... Конечно, реалии тех времён не обошлись без природных катаклизмов. Учёные утверждали, что на поверхности Светила участились вспышки, достигшие Обители в виде жёсткого ультрафиолетового излучения и повышенной радиации. На самом деле, те явления оказались лишь малой частью целой череды проблем... В наше время человеческие поселения сосредоточены под поверхностью Обители в трёх квазигосударствах, для простоты восприятия именуемых континентами. До Катастрофы люди жили на пяти материках, имеющихся на поверхности. В силу климатических условий, два полярных материка были заселены слабо, зато на трёх остальных бурлила жизнь. Перенаселение – ещё одна проблема человечества две тысячи лет тому назад. Численность нисколько не снижала разобщённости, быть может, даже повышала её. Мировой Совет не имел решающего влияния на материки, территориально и политически разделённые на множество самостоятельных государств. Страны боролись за место под Светилом, объединялись в появлявшиеся и распадавшиеся союзы, ссорились и даже воевали с соседями за территории, ресурсы, а иной раз и без видимых причин. Некоторые из них отставали в развитии и попадали под влияние сильных государств. С течение веков мировые лидеры менялись. Например, однажды слабые страны Южного материка силами выдающихся лидеров сформировали стратегический союз, осуществили технологический и экономический прорыв, вынуждая считаться с собой сильных, но раздираемых противоречиями, государств северного полушария. Впрочем, те не собирались мириться с потерей доминирующих позиций.

Для активного развития необходима концентрация колоссальных сил, средств, энергии. Для сохранения имеющейся власти имеется иной способ. Гораздо дешевле, оставаясь в стороне, сталкивать противников лбами или бить по головам тех, кто высовывается. Подобные методы работают во многих сферах жизни. Притормозить экономическое развитие противника введением необоснованных политических и торговых ограничений. Рассорить географических соседей. Посулить слабым союзникам помощь и заставить их плясать под свою дудку. Чужими руками устранить несговорчивых политиков, чтобы другим неповадно было. Подобные способы ведения дел требуют расчётливости, хитрости и хорошо прокачанной мускулатуры.

В рассматриваемом нами случае, главный козырь – сила оружия. Две тысячи лет тому назад в различных уголках Обители накопилось огромное количество вооружения, в том числе, и массового поражения. Часть оружия применялось в локальных конфликтах, остальное ожидало своего часа. Приспособленные нашими современниками под космические исследования, восстановленные и модернизированные ныне, пусковые комплексы использовались для запуска ракет военного назначения. Всё очень просто: применяешь в качестве полезной нагрузки мощное взрывчатое вещество и отправляешь ракету на вражеские головы.

По всей вероятности, однажды подобный сокрушительный пуск всё-таки состоялся, на него ответили симметрично или асимметрично, ну и так далее. Использование радиоактивных материалов в качестве средства поражения техники, инфраструктуры, живой силы противника привело к Всемирной Катастрофе. Такие детали истории человечества в голове не укладываются, верно?

К чему я заговорил на эту тему? Повторения катастрофы подобного масштаба в наше время станет окончательной гибелью Обители. Чтобы не допустить её, следует ввести стройную систему единоначалия и постоянный, неослабевающий контроль. Неограниченная свобода деятельности отдельно взятого человека вредит цивилизации в целом. Люди так и не научились разумно пользоваться представляющимися возможностями и договариваться между собой. Они по-прежнему не способны приходить к компромиссу по ключевым вопросам, даже если на кону стоит жизнь всего населения Обители. Таково моё мнение».

Речь Габриеля получилась эмоциональной и не слишком внятной, что вполне объяснялось состоянием его здоровья. Посетитель несколько раз пытался его успокоить, но тщетно.

– Габри, ты считал себя лучшим единоначальником и контролёром Обители? – поинтересовался Роберт, когда пыл оратора иссяк.

– Почему нет? – с грустью в голосе ответил Габриель. – Ты считаешь меня лжецом? Думаешь, я жаждал лишь непомерного богатства и личной власти? Да, долгое время мне казалось естественным ежедневно доказывать всем, что я лучший. Лучший мужчина, лучший Жрец Света, лучший руководитель, лучший Хозяин, лучший… пилот, Тьма меня побери... Меня удручало, что многие близкие люди этого не видели. В последние годы мне стало понятно, что богатство – это мираж. По сути, у меня уже имелось всё необходимое для комфортной жизни, а также необязательные, но милые предметы роскоши. Первенство над современниками? Власть? Да, она – притягательная штука для азартного мужчины. Но власть без цели быстро приедается и портит кровь... Признаюсь, я завидовал тебе просто потому, что твои безумно романтические идеи красивы и масштабны. У меня таких задумок не имелось. Приходится признать, что если не я, то ты мог стать легендарным правителем Обители, народным любимцем, культовой личностью. А в результате проиграли мы оба... Я даже наследника не оставил. Твои сыновья ещё малы. Кто продолжит твоё дело, кто выстроит новую систему главенства третьего культа? Не Илона же...

– Эльза, быть может? – хитро улыбнулся Роберт.

– Эта может, – Габриель рассмеялся, но немедленно закашлялся. – Умна девчонка и хитра. Недооценил я её... Не знаешь, от кого она ждёт ребёнка?.. Что?! Эльза всё-таки умудрилась стать твоей женой?!

– Нет, Габри, – покачал головой Боб. – По большому счёту, у Жреца Космоса нет ни жён, ни рабынь, но есть последователи и послушники, близкие женщины, верные друзья, родственники... Как минимум, Эля искренне захотела и… стала мамой моего, нашего с ней ребёнка... Но продолжим наш долгий и обстоятельный разговор позднее. Я вижу, как ты устал.

– Верно, – глубоко вздохнул Габриель и, впервые с момента личной катастрофы, ощутил боль в груди. Сложно поверить, но она обрадовала его. Габри почувствовал себя живым и готовым поделиться радостью жизни с Робертом. Однако после минутной передышки он заговорил с грустью: – Я слаб, Роби... Вот и сейчас мне кажется, что ты уйдёшь и не вернёшься. Кому нужны останки Жреца Света, возомнившего себя вершителем судеб?

– Не обещаю, что это случится в ближайшие дни, – прямо ответил Боб, – но я обязательно навещу тебя, Габри, и не один раз...

Аккуратно прикрыв дверь палаты Габриеля, Роберт столкнулся с Анжеликой. Она подняла на него открытый взор своих ясных глаз, но не решилась задавать вопрос. За неё это сделал он сам:

– Ты не устала от ежедневного общения со своим тяжёлым подопечным, милая?

– Иногда устаю, – призналась она, – но замена мне не требуется. Я останусь с Габриелем, пока нужна ему, как целитель и сиделка... Почему? Врач должен нести ответственность за больного человека, кем бы он ни был. К тому же я привыкла к Габриелю и чувствую, что мои усилия не напрасны.

– А что думает об этом он? – пристально посмотрел на женщину Роберт.

– Возможно, Габриель сильно преувеличивает, утверждая, что я – лучшее, что случилось в его жизни, – не стала скрывать Анжелика. – С некоторых пор он каждый день повторяет, что любит меня.

– Габри любит?! – ахнул Боб. – Быть может, по странному стечению обстоятельств он, действительно, встретил здесь самого нужного, необходимого человека на своём неоднозначном жизненном пути?.. Не знаю, что сказать, Лика. Габриель причинил мне страшную боль, и я ни за что не позволю ему испортить твою жизнь. С другой стороны, я всё-таки – не враг ему, и только дальнейшая жизнь рассудит, чего мы все стоим на самом деле.

Повторно Роберт навестил Габриеля через пару недель и удивился серьёзному улучшению его самочувствия и внешнего вида. Изуродованное лицо Габри начало обретать знакомые очертания, руки постепенно восстанавливали двигательные функции. Правда, любые манипуляции стоили ему болезненных ощущений, но Габриель радовался им, как символу обретения свободы от неподвижности. Основные заслуги в своём преображении он отдавал усилиям Анжелики, и не без основания. В состоянии сна Габри проводил около шестнадцати часов ежесуточно. В часы дневного, медикаментозного сна своего пациента целительница колдовала над его телом, и сегодня Роберт убедился в эффективности её работы.

Начавшийся с Анжелики, разговор зашёл о женщинах вообще, о благотворном женском влиянии на жизнь мужчин, многочисленных достоинствах и недостатках, удивительных способностях милых дам. Слушая посетителя, Габриель улыбался и кивал, но не желал говорить ни о ком другом, кроме своей сестры милосердия, сиделки, целительницы, кудесницы. Боб попытался напомнить о дочерях и жёнах бывшего Жреца Света, но без особого успеха. Сегодня Габри был задумчив и несловоохотлив. Но стоило посетителю засобираться восвояси, он вскинул на него пытливый взгляд и задал мучавшие его вопросы:

– Где мы, Роби? На каком я свете?

– Об этом мы с тобой поговорим в следующий раз, – улыбнулся Роберт. – Желаю тебе скорейшего выздоровления. Надеюсь, к моему новому визиту ты будешь выглядеть на все сто. Если не возражаешь, я приду не один.

Глава 37. Тайное становится явным

Глава 37. Тайное становится явным

Миновало ещё три недели. Габриель освоил простейшие действия руками и научился ненадолго принимать сидячее положение. Чем больше он оживал, тем больше задумывался. Ответы на многочисленные вопросы Габри пытался найти у Анжелики, но его чудесная целительница не могла полностью удовлетворить любопытство пациента. Оставалось дожидаться Роберта и... Одним своим появлением Боб ответил на главный вопрос Габриеля и ввёл его в состояние прострации.

Роберта сопровождали дочери Габри. Юля держала за руку четырёхлетнего сына Степана. Эльза жалась к Бобу, на руках которого спал четырёхмесячный малыш Абрам. Габриель смотрел на них, беззвучно открывая и закрывая рот. «Здравствуй, папа!» – в унисон произнесли его дочери, переглянулись и рассмеялись, тихо, солнечно. Ситуацию разрядил Стёпа. Он подошёл к Габриелю, взял его за руку и произнёс: «Деда, почему ты такой страшный?» Габри фыркнул и… захохотал, кривясь от болезненных ощущений и сдерживая слёзы радости. Степан покрутил головой, глядя на смеющихся родственников, и с удовольствием рассмеялся вслед за ними. Через минуту он сам же и ответил на собственный вопрос: «Я знаю. Все чужие люди должны дедушку бояться, но только не мы. Мы-то знаем, деда нас любит».

Смех стих. Все родственники, присутствующие в больничной палате, смотрели на Габриеля и не верили собственным глазам. Ни его дочери, ни Роберт, ни даже Анжелика никогда не видели плачущего Габри.

– Ты прав, Стёпушка, я вас люблю, – неловко утирая слёзы, хрипло произнёс он и добавил для взрослых, наверное: – Как умею, но всем сердцем...

– Выздоравливай скорее, деда! – расчувствовался четырёхлетний Степан, названный родителями в честь помощника и товарища Роберта, капитана Сермяжного. – Как выздоровеешь, будем играть в шашки.

– В шашки я могу играть с тобой хоть завтра, – улыбнулся Габриель. – Придёшь? Анжелика тебя встретит.

– А можно? – Стёпа удивлённо взглянул на своего папу и, увидев утвердительный кивок Роберта, немедленно воскликнул: – Я приду!

– Спасибо тебе за моего старшего внука, Юля! – Габриель обратился к младшей дочери, а вслед за ней – к старшей: – Эля, пожалуйста, покажи мне малыша...

Эльза с удивительной для неё мягкостью, с нежностью взяла у Роберта младенца и подошла вплотную к постели отца. Габри смотрел на спящего внука, как на чудо природы, и далеко не сразу позволил себе коснуться его крошечной ручки. Произнесённые Габриелем слова повергли присутствующих в трепет: «Так вот ты какой теперь, Абрам Берг! Прости меня, дорогой! К несчастью, я был глуп и слаб... У тебя всё впереди, а у меня... Поверь, я обязательно стану по-настоящему сильным и, если понадобится, буду защищать тебя до последнего вздоха».

Оставшись наедине с Робертом, Габриель шумно выдохнул и задал сакраментальный вопрос:

– Значит, все живы?

– Не все, Габри. Увы, далеко не все, – нахмурился Боб. – Приостановка деятельности нескольких министров Северо-Востока вызвало бурную реакцию их подчинённых. Отряды Министерства Безопасности и подразделения культа Тьмы имели чёткое предписание – пресекать любые проявления агрессии. Мирно разрешить все конфликты не удалось... Были проблемы и с некоторыми Жрецами Света. Пролилась кровь, в том числе, и твоя, Габри.

– Да... Но я сам виноват. Непозволительная ярость застила глаза и разум. Нельзя поддаваться эмоциям до такой степени... – нахмурился Габриель. – Скажи, Роби, кто сидел за штурвалом того великолепного воздухолёта? Неужели, Элис – дочь прежнего владельца Башни Роберта? Только не говори, что в воздушной дуэли я проиграл твоей маме Беатрис или моей бывшей жене Марте!

– Нет, конечно. Кто бы позволил им подвергать себя такому риску? – вздохнул Боб. – Задача заключалась в том, чтобы заставить тебя совершить вынужденную, но мягкую посадку на сушу или на воду... Ты заупрямился, и по-хорошему не вышло. Но в этом есть и моя вина. За штурвалом был я.

– Ты?! – вздрогнул Габри. – Всё время забываю, что ты выжил... Но как?

– Долгая история, – пожал плечами Роберт, – но если у тебя есть желание, время и силы, чтобы выслушать её, я расскажу...

«После смерти моего папы Абрама наши друзья приняли ключевые решения в рамках созданного нами тайного «Союза дня и ночи». Одним из них стал комплекс мер по обеспечению безопасности руководителя организации и его семьи. Как только близкие люди стали недоступны для нежелательных контактов, началась операция «Взрывная волна». Вблизи острова Стынь группа исследователей опустила на океаническое дно устаревшие батискафы. Я сам пересел в новейший глубоководный аппарат, сконструированный в специальном инженерном подразделении под руководством Отца Сергея. Лариса, участвовавшая в засекреченных плановых испытаниях подводной лодки в качестве пилота, приняла на борт меня, Марту и Лидию. Нам предстояло многомесячное тайное путешествие. Подрыв двух батискафов был произведён дистанционно после того, как подлодка отошла на безопасное расстояние».

– А как же обнаруженные человеческие останки?! – не выдержал Габриель.

– Высококлассное компьютерное изображение несуществующей материи, – улыбнулся Роберт.

– Виртуальная реальность? – изумился Габри. – Министерство Безопасности Северо-Востока играло свою роль в твоей игре?! Но Подгорный согласился сотрудничать со мной и не мог...

– Да-да,– кивнул Боб, не дождавшись окончания фразы. – Полковник оказался под колпаком у Генерала Волка и прибывал в заблуждении, так же, как и ты. Он не обманывал тебя, но пытался скользить по грани, оставаясь своим для чужих и своих. Так называемым «поиском останков», по сути, руководил подполковник Дмитрий Ершистый. Он и демонстрировал вам заранее подготовленную картинку. У тебя не должно было остаться сомнений в моей гибели.

– Я знал, что подполковник – родной отец твоего друга, – покачал головой Габриель, – но и представить себе не мог такого подлога. Ершистый без запинки отвечал на мои вопросы и даже производил запрошенные мной манипуляции! Вы изучили меня до такой степени, что способны предугадывать поступки, Роби?

– Пришлось... – вздохнул Роберт. – С некоторых пор ты стал достаточно прямолинейным в своём желании заполучить всю полноту власти, какие бы цели ни влекли тебя на самом деле.

– Критика принята, – усмехнулся Габри и сразу сменил тему доверительного разговора: – И где же ты плавал всё это время с таким странным экипажем? Или не плавал?

– Никуда не торопясь, мы приплыли к действительно интересному месту, – улыбка Боба заставила поёжиться его собеседника. – В отличие от известного тебе острова Стынь, подземелья которого напоминают древний бункер военного назначения, целью нашего путешествия был поистине таинственный остров. Глубокие пещеры под ним – удивительное место. Теоретически, обеспечив себя продуктами питания, предметами первой необходимости, там можно жить годами во вполне комфортабельных условиях. За несколько месяцев до взрыва подводных аппаратов мы открыли тайное подземелье древних людей, ловко спрятанное от посторонних глаз. Оно оказалось надёжно заперто и на удивление хорошо сохранилось. Даже компактная электростанция, работающая от энергии прилива океанических волн, запустилась с первого раза. Конечно, требовалось провести техническое обслуживание всех агрегатов, в первую очередь, систем жизнеобеспечения, но с этим делом мы справились за пять-шесть недель...

– Жрец Космоса внезапно скрылся от общественности в таинственном подземном дворце с тремя немолодыми наложницами? – Габриель смотрел на Роберта с нескрываемым удивлением. – Понимаю, что за последние годы тебе не часто удавалось прибывать в состоянии покоя. Вероятно, вынужденное заточение способствует работе мысли и генерирует самые смелые фантазии. Но не слишком ли странную компанию ты подобрал для их реализации?

– Тебе не терпится услышать интимные подробности, Габри? – засмеялся Боб. – Возможно, я поделюсь с тобой некоторыми пикантными деталями, но не в них суть. Мои спутницы были подобраны оптимальным образом. Во-первых, их отсутствие не вызвало шума. Кроме того, Лариса – великолепный технический специалист, Марта – идеальная хранительница очага и уюта, а Лида – прекрасный помощник для работы с архивными материалами.

– Какие материалы? – брови Габриеля полезли вверх.

– Таинственные подземелья – не дворец экстравагантного царя древности, а огромный, великолепно сохранившийся архив человеческой цивилизации, – с удовольствием пояснял Роберт. – Имея косвенные данные об особенном хранилище, его мечтал найти мой отец, а нашёл я, не без оставшихся мне в наследство записок папы, конечно. Нынче вход в систему пещер возможен только из-под воды. Во многом именно по этой причине, содержимое подземелий осталось нетронуто. Например, архивные материалы сохранены, как в бумажном виде, так и на неизвестных нам ранее, электронных носителях. Особенно ценные артефакты законсервированы столь тщательно, что могли бы пролежать в подводных пещерах ещё несколько тысячелетий. Некоторые документы написаны на древних, ныне не используемых языках. История развития цивилизации, история религий, история географических открытий, хроника и описание научных достижений, включая историю и методы изучения космоса, научные открытия и технические решения в этой области.

– О, Белый Свет! Это – величайшее археологическое открытие тысячелетия! – восторженно воскликнул Габри. – Какая жалость, что твой таинственный остров с его чудесными подземельями невозможно увидеть своими глазами.

– Что значит «невозможно»? – удивился Роберт. – Выздоравливай, и отправимся туда вместе...

– Почему?! – после очень долгой паузы со стоном произнёс Габриель. – Почему ты ведёшь себя со мной, как с попавшим в чрезвычайное происшествие, израненным… другом? Я… твой злейший враг… бывший...

– Ключевое слово последнее? – с улыбкой поинтересовался Боб.

– Какой из меня нынче противник, Роби? – улыбнулся в ответ его дважды тесть. – Я и не Жрец теперь... Мои Светлые силы иссякли в день воздушной дуэли.

– Ты чувствуешь себя слабым, Габри?

– Теперь уже нет... – он медленно покачал головой. – Нашёлся новый, неожиданный для меня источник энергии, способ восстановления… нет, обретения сил. Встреча с дочками и внуками, твои визиты вдыхают в меня жизнь. А ежедневное общение с Анжеликой наполняет её красками и теплом. С ней я чувствую себя молодым... У меня к тебе просьба, Роби. Если Верховный Жрец Света не станет возражать, возьми под контроль мою бывшую Башню.

– Как я понимаю, речь не только о здании, но и о людях? – с ударением на последнее слово поинтересовался Роберт. – В принципе, Отец Виктор оставил этот вопрос на моё усмотрение.

– И что ты решил? Не отказывайся, пожалуйста! – с нехарактерной для него ранее мольбой воскликнул Габриель. – Я уже не вернусь туда по собственной воле. Осталось неплохо организованное хозяйство, прекрасно функционирующий информационный сектор с библиотекой и личным архивом. Ты найдёшь там много интересного... И люди... Только теперь понимаю, насколько я виноват перед ними. Набирая штат Башни, мне не приходило в голову интересоваться мнением людей о должностных обязанностях, перспективах роста, желаемых условиях проживания. Часто я просто присваивал себе понравившихся женщин.

– Ты не любил ни одну из них? – в голосе Роберта прозвучала жалость. Кого он жалел – Габриеля или его женщин? Габри не стал уточнять.

– Размышляя на тему сильных чувств здесь, на больничной койке, я пришёл к выводу, что когда-то давным-давно проникся любовью к Исидоре, но… не сложилась у нас совместная жизнь, и любовь ушла. Мы оказались людьми из разных миров, – спотыкаясь на непривычных словах, медленно и тихо ответил он. – После Исидоры я решил не строить иллюзий в отношении женщин. Так и жил, но… в час полного физического упадка и распада сознания ко мне пришла Анжелика. Удивительное дело, я… нисколько не боюсь ошибиться в ней. Если ангелу в белом халате надоест возиться с престарелым инвалидом, она скажет мне об этом прямо, и я… отпущу её.

– Сильно сказано... Ты убеждён, что я легко найду общий язык с обитателями Башни Отца Габриеля, в том числе, с твоими жёнами и служанками? – без энтузиазма поинтересовался Роберт.

– Твои тёплые отношения с Мартой говорят мне об этом, – не замечая недовольства собеседника, подхватил тему Габри. – Разобравшись в ситуации, одних людей ты оставишь при себе, других пристроишь по возможности. Во всяком случае, я искренне прошу тебя об этом!

– Хорошо,– глубоко вздохнув, ответил Боб. – Я возьму на контроль Башню, пока она не получит нового владельца. Было бы неплохо, если бы им стала Эля.

– Эльза?! Моя дочь? – изумился Габриель. – Как такое возможно?!

– Системности в появлении Жриц на Обители до сих пор не существует, но общая тенденция одобрена руководством традиционных культов, – неторопливо пояснял Отец Роберт. – Исторически сложилось, что Жрецами Света и Тьмы могут стать только мужчины. Мы решили ничего не менять, но предоставить некоторым женщинам возможность стать Жрицами третьего культа. Первой и пока единственной Жрицей Обители стала Илона.

– Ты сказал «Жрица Обители»? – переспросил Габри. – Звучит впечатляюще. Если третий культ призван объединить всё лучшее, что заложено в традиционных религиях, то наименование «Культ Обители» подойдёт ему идеально.

– Честно говоря, я не думал об этом всерьёз, и официальные документы ещё не обнародованы, но, похоже, ты прав, – кивнул Боб. – Однако вернёмся к Эльзе. Сейчас она ближе всех подошла к тому, чтобы стать Жрицей. Имелись и другие кандидаты, но одним необходимо время на подготовку, вторые не выдержали испытаний, третьи отказались сами. Твоя старшая дочь не откажется, а свою преданность нашему делу она доказала, удивив, и меня, и тебя, как я понимаю. Маленький Абрам немного подрастёт, и его мама сможет уделять больше времени и сил служению нашей планете.

– Жаль, что я вовремя не осознал, до какой степени ты удивительный человек, Роби! – печально вздохнул Габри. – Впрочем, вру, всё стало понятно во время и после кризиса на Северо-Западе. Возможно, мною двигало непомерное эго, а ты... Ты не перестаёшь удивлять.

– Думай шире, Габри! – заулыбался Боб. – Вокруг множество удивительных, уникальных людей и помимо нас с тобой. Жизнь прекрасна благодаря этим самым людям!

– Марта в том числе? – засомневался Габриель.

– Конечно! – мгновенно отреагировал Роберт. – Трудно найти женщину добрее и отзывчивее к чужой радости и горю.

У пленника собственных непомерных амбиций оказалось множество вопросов личного характера. Боб не желал вдаваться в некоторые детали, но поневоле касался их, обсуждая ближайшее и отдалённое будущее...

«Что дальше, спрашиваешь ты, – Роберту стало ясно, что Габри идёт на поправку и ему уже не наплевать на свою судьбу. О ней и заговорил Жрец Космоса. – Думаю, для тебя не станут откровением мои слова о том, что многие Господа жаждут увидеть лишённого сана Жреца Света Отца Габриеля на скамье подсудимых. Избежать судебного разбирательства, разумеется, невозможно. Подтверждённые в ходе расследования грубые нарушения законодательства, косвенно повлёкшие за собой человеческие жертвы, не могут остаться безнаказанными. Доказанный следствием заказ на убийство Отца Абрама, вообще, за гранью моего понимания и всепрощения... Но, во-первых, я тебе не судья. А во-вторых, сегодня тебя здесь лечат не ради того, чтобы завтра приговорить к смертной казни. Нет сомнений, что твоя жизнь не заканчивается...»

– Если бы продолжительность моей… новой жизни зависела только от тебя, Роби... – грустно улыбнулся Габри. – Или нынче твой вес в обществе позволяет оспорить любой судебный приговор?

– Я умею разговаривать с людьми, – пожал плечами Роберт. – Когда речь идёт о человеческой жизни, мне удаётся быть убедительным. Позднее я познакомлю тебя с бывшей женой Премьер-министра Северо-Запада, попавшей в ситуацию, схожую с твоим нынешним положением.

– Я наслышан о мадам Эмили Тендэ, – подтвердил свою осведомлённость Габриэль, – но не хочешь же ты сказать, что я стану твоим рабом?

– Если дело дойдёт до алтаря Тьмы, – фыркнул Боб, – я подыщу тебе Госпожу посимпатичнее, чем Господин Берг.

– Премного благодарен, – криво усмехнулся Габри. – Вы уж постарайтесь, Отче, убедить Сообщество культа Тьмы, что и ему пора изыскать парочку эффектных Жриц... А если повременить с юмором, то мне крайне интересна судьба твоей Эмили.

– Никакого секрета тут нет, – кивнул Роберт. – Она – великолепный организатор, и прекрасно потрудилась над восстановлением и модернизацией инфраструктуры Северо-Запада, а затем переключилась на строительство южного космодрома. Пока речь не идёт об условно-досрочном освобождении Эмили от исполнения наказания, но на судьбу она не сетует. На удивление, мы научились понимать друг друга.

– Если исключить интимную составляющую процесса понимания, мы с тобой непременно придём к похожим отношениям, – без улыбки произнёс Габриель. – Роби, я обязательно выздоровею и начну приносить пользу. Я уже хочу работать на благо общего дела. Но вряд ли это возможно в условиях тюремного заключения.

– Дорогой тесть! – хмыкнул Боб...

– Дорогой зятёк, – внезапно расхохотался Габри, – не только взял в жёны сразу двух моих дочерей, но поддерживает… близкие отношения с обеими тёщами!

– Эх, зря ты так... – театрально нахмурился Роберт. – Теперь мне придётся доказывать уважаемому суду, что моего тестя прямо-таки необходимо определить в темницу на долгие годы...

– А зять-то у меня злой... – покачал головой отец Эльзы и Юлии. – Я готов к любому приговору суда, но чем же мне следует заниматься в темнице-то?

– Историей, разумеется, – без эмоций пожал плечами Боб. – Тюрьма-то тебе грозит подводная...

– Шутишь? – едва не подпрыгнул Габриэль. – Ты хочешь заточить меня в хранилище древних реликвий? Одного?

– Нет. Зачем же мне помещать тебя в одиночную камеру? – усмехнулся Роберт. – Там ведутся планомерные исследования. Твоя помощь весьма пригодится. Да и как можно теперь оставить тебя без Анжелики? Впрочем, она может и отказаться от добровольного заточения с преступником.

– Ты снова не шутишь?! – изумился Габри. – Разумеется, я понимаю, что объект надёжно охраняется, но... Ты доверишь мне работу в археологическом раю, называемом тобой темницей?! Возможно ли ускорить процесс судебного разбирательства?

– Всё зависит от состояния твоего здоровья, – Боб неопределённо взмахнул рукой. – Об Анжелике ты уже не беспокоишься?

– Очень сильно беспокоюсь! – воскликнул Габриель. – Быть может, спросим её прямо сейчас?..

«Ангел в белом халате» появился в больничной палате через несколько минут. Лика внимательно слушала Роберта, удивлялась, сомневалась, надолго задумалась и лишь затем ответила. «Моя первая и главная задача – восстановление здоровья Габриеля, – негромко, но твёрдо заговорила она. – Я сделаю всё возможное, чтобы вскорости он мог принять участие в судебном заседании, высказаться, выслушать приговор... Что же касается дальнейшей жизни Габри, то она зависит от строгости наказания за его проступки и... Отец Роберт, позвольте нам с ним самостоятельно определять свои личные взаимоотношения».

Оставшись наедине с больным после пламенной речи Анжелики, Боб выглядел очень довольным. На вопросительный взгляд Габриеля он ответил:

– Твой «ангел» оказался не прост, Габри! Мягкость и покладистость Лики ограничивается больничными стенами, как я вижу. Есть ли у тебя опыт жизни с женщиной, которая не позволит помыкать собой и станет диктовать свои условия?

– Нет, – потёр лоб и отрицательно покачал головой Габриель. – Недавно мне исполнилось шестьдесят лет, пора становится мягче. Анжелика умеет проявить упрямство, обычно не афишируя жёсткость своего характера. Но она желает мне только добра, несмотря на двусмысленное положение своего пациента, государственного преступника... Признаюсь тебе, что несколько дней тому назад в минуты энергетического подъёма я попытался… пообщаться с Анжеликой тактильно... Если бы ты знал, как она на меня взглянула! Едва не сожгла дотла! Ты, говорит, сначала верни себе здоровье, потом сделай мне предложение честь по чести, тогда я и подумаю, разрешать ли тебе распускать свои руки... Роби, я всю жизнь искал эту женщину! Ей всего-то тридцать шесть лет... Счастье, что она не отказывает мне сразу!

Роберт не стал торопить события и делиться с Габриелем всей полнотой информации. Например, он умолчал о том, что работы в древнем хранилище не прекращались ни на день, а руководит ими бывшая помощница Отца Абрама Ева. Ей активно помогали Лидия и Лариса, что нисколько не могло воспрепятствовать участию в работе одного из лучших историков Обители.

Не заговорил Боб и о том, что суд над лишённым сана, чудом оставшимся в живых, Габри уже состоялся. По заочному приговору Габриеля лишили свободы на тридцать лет, что в его возрасте было равносильно пожизненному заключению. Однако в качестве дополнения, высшая судебная инстанция планеты постановила передать осуждённого под опеку и строгий контроль Отца Роберта, не уточняя место и условия содержания преступника. Всё это Габриелю только предстояло узнать и принять, смириться с новой реальностью или воспротивиться ограничениям и начать новый виток противостояния с людьми, не оставившими его даже после трагических событий, виновником которых он являлся в первую очередь.

Глава 38. Мечты

Глава 38. Мечты

Покидая больничную палату Габриеля, Роберт волей-неволей предавался воспоминаниям. Сегодня он вспомнил тот день, когда подводный корабль под романтичным названием «Мечта Абрама» пришвартовался к каменному причалу в огромной пещере, со всех сторон закрытой скальной породой от постороннего взгляда. Возможность попасть сюда появилась только после обнаружения естественного тоннеля, образовавшегося в океане на пятнадцатиметровой глубине. По всей вероятности, на причале когда-то имелись металлические конструкции, но их не пощадило время. Однако создатели помещений, приспособленных для хранения архивов и проживания обслуживающего персонала хранилищ, позаботились о защите комплекса пещер от разгула стихии. Вход внутрь оказался своеобразным каменным шлюзом, в устройстве которого несколько дней разбирались Боб, Ёрш и Лариса, впервые оказавшись в таинственном подземелье. Неведомая разведчикам и нуждающаяся в отдельном изучении специалистов, система вентиляции обеспечивала строго определённые климатические условия внутри тайного хранилища древних. Чисто по-женски Лара побаивалась наткнуться на скелеты прежних обитателей пещер. Впрочем, по всей видимости, люди покинули их до начала Всемирной Катастрофы. С учётом ужаса, творившегося в те дни на поверхности Обители, решение выглядело неоднозначным. Сохранность ценностей оказалась для кого-то важнее спасения человеческих жизней в подводных катакомбах? Ответа на подобные вопросы не имелось. Миллионы людей погибли, а хранилище не пострадало.

Именно сюда Роберт отправился в добровольное изгнание, чтобы совместить требовавшееся по плану «Союза дня и ночи» исчезновение с поверхности Обители с изучением артефактов. Архивариуса своего отца Еву в «подводный дворец» Боб не допустил. «Придётся потерпеть, девочка, – безапелляционно заявил ей он, – твоё время наступит очень скоро. И оглянуться не успеешь». У Евы имелась тысяча возражений, но она заглянула в глаза Отца Роберта и смирилась.

Марта и Лидия появились здесь впервые и удивлённо озирались по сторонам, пока не поняли, что временному пристанищу требуется их хозяйская рука. Стараниями Ларисы ко дню прибытия временных жителей в пещеру был завезён внушительный запас продовольствия, питьевой воды на случай поломки опреснителей и прочих необходимых вещей.

У Роберта имелся секретный канал связи с «Союзом», но по взаимной договорённости пользоваться им надлежало только в экстренных случаях. Распорядок дня затворников сложился достаточно быстро. Работе в архиве уделялось от восьми до десяти часов в сутки, с одним выходным днём в неделю. Так происходило, если на глаза Роберта не попадался какой-нибудь особенно интересный документ или артефакт таинственного хранилища. Кроме того, почти каждый день Боб исследовал заблокированный, второй выход из пещер, по всей видимости, соединяющий подземелья с гротом на острове Карла Чёрного. Со стороны грота проход оказался завален камнем и последующими наслоениями морского песка, но в перспективе его можно было расчистить.

Женщины не сразу поверили, что надолго остались с Робертом в ограниченном пространстве, и не вполне понимали, на что им рассчитывать в создавшейся ситуации. В первую ночь Лариса проявила инициативу и уединилась с Бобом в единственной спальне. Лидия и Марта довольствовались спальными местами в комнате обслуживающего персонала. На следующее утро Роберт почувствовал тщательно скрываемую ими возбуждённую взвинченность. Не желая повышать градус напряжения, он чётко распределил права и обязанности внутри группы.

Получившая должность заместителя начальника по вопросам безопасности и отдельную комнату охраны в своё распоряжение, Лариса недовольно фыркала, но недолго. Оказалось, что во всех разведывательных вылазках Боба она должна была принимать деятельное участие, оставаясь с ним наедине. Надо ли говорить, что Лара воспользовалась такой возможностью сполна.

Заместитель по научной работе Лидия проводила с Робертом полные рабочие дни. Обычно они оставались вдвоём в архивах и хранилищах. Требовавшая внимания и сосредоточенности, кропотливая работа утомляла. Во время передышки Боб опускался на одну из разбросанных тут и там, каменную скамью или на расконсервированные ими кресла очередного древнего владыки. Лида быстро осознала, что особенной активности в поддержании личных отношений от Хозяина ждать не приходится, и решилась действовать. Она подсаживалась к нему на скамью или забиралась на мужские колени. Результат проявленной инициативы впечатлил Лидию до такой степени, что теперь она ждала нового рабочего дня не только из любви к науке.

Но самой удачливой считала себя Марта. Заместитель начальника по хозяйственной части, она неведомым образом быстро привнесла уют в жилые помещения временного пристанища. Ежедневно Марта кормила группу вкусным завтраком, обедом и ужином, а ближе к ночи на законном основании отправлялась… в хозяйскую спальню. Но более всего ей нравилось утро выходного дня. Открыв глаза, выспавшийся, хорошо отдохнувший Роберт улыбался Марте и неизменно крепко, ласково прижимал её к себе.

Боб не смог бы ответить, с кем из спутниц ему приятнее проводить свободное время. Лариса представлялась ему воплощением энергичной женщины с активной жизненной позицией, и её искусственное происхождение не имело для мужчины никакого значения. Лидия казалась ему символом нежности и утончённой одухотворённости. Женщину ласковее Марты трудно было себе представить... Время от времени Роберт грозился устроить своим дамам разнузданную оргию, но так и не осуществил угрозу. Подобное мероприятие могло заинтересовать, пожалуй, только Лару.

Впрочем, однажды Боб столкнулся с пристальным вниманием сразу трёх женщин. Справившись с системой управления вторым, а по задумке создателей – главным выходом из системы пещер, Роберт попал под небольшой обвал. Он отделался несколькими ушибами, самый сильный из которых пришёлся по ступне правой ноги. На несколько дней лишённый возможности самостоятельно передвигаться, Боб просыпался с двумя, а иной раз и с тремя женщинами в одной постели. Ближе к выздоровлению мозг мужчины начал генерировать головокружительные фантазии, но нервировать барышень Роберт не решился. Они и без того переволновались сразу после происшествия. Лариса просто извелась, считая себя единственной виновницей несчастья. Поправляющийся Боб посмеивался над ней и требовал компенсации. В итоге Лара вдохновенно заглаживала свою вину, как только Хозяин позволил ей подобные шалости.

Но шутки шутками, а работа захватила Роберта, заставляя реже вспоминать о жизни на поверхности Обители. Добравшись до «космического» раздела архива, Боб углубился в его изучение до такой степени, что забывал о времени суток. Оказалось, что современным учёным и конструкторам есть, что почерпнуть из достижений древних. От некоторой информации, касающейся изучения космического пространства, у Роберта лезли на лоб глаза. Зафиксированные прежними исследователями факты будоражили воображение и нуждались в проверке.

Однако самое большое потрясение Боб испытал полтора месяца спустя, в тот день, когда Лидия обнаружила тщательно засекреченную часть хранилища. По всей видимости, отдельное помещение принадлежало служителям религиозных культов прошлого. После двух дней безвылазного изучения хранящихся там материалов, Роберт впал в задумчивость, и неспроста. Во-первых, в бумажном архиве описывались способности древних Жрецов, на порядок превышавшие возможности нынешних служителей культов, в том числе, Роберта и Илоны, постоянно оттачивавших своё мастерство и сочетавших в себе силы Света и Тьмы. Во-вторых, здесь сохранилась методика повышения мастерства древних. И, наконец, в разделе биографий культовых деятелей прошлого Боб нашёл фантастически интересные материалы, буквально перевернувшие его представления о жизни и окружающем его мире.

Из сумеречного состояния Роберта вывела Лидия, просто попросившая его поделиться своими проблемами. «Поделюсь, если согласишься родить мне дочку», – внезапно произнёс Боб. Его слова настолько потрясли Лиду, что она замерла с открытым ртом и заговорила лишь несколько минут спустя, когда Роберт усадил её на свои колени и ласково погладил по голове.

– Я... Я буду счастлива, если мне удастся исполнить Ваше желание... – медленно подбирая слова, проговорила Лидия и тут же перешла на «ты», прошептав скороговоркой: – Ты действительно хочешь этого, мой чудесный Роби?

– Да, – определённо высказался он и, поцеловав женщину в лоб, огорошил Лиду новым заявлением: – Я знаю, что ты уже почувствовала ребёнка в своём чреве, но не готова в это поверить. Верь! Нашему малышу около пяти недель, и мне чудится, что у нас будет девочка. Осталось принять её существование, выносить и родить, а потом вырастить и воспитать, конечно... Согласна?

– Ты ещё спрашиваешь?! Да, мой любимый! – вскрикнула Лидия, тесно прижимаясь к Роберту и покрывая поцелуями его лицо...

«Тогда я готов поделиться с тобой своими проблемами», – переждав лавину эмоций, заговорил Боб. Он неторопливо перечислял целый ворох открытий, сделанных после обнаружения «культового архива». Ещё минуту назад Лида расстёгивала пуговки на своём платье, готовая выпрыгнуть из него навстречу своему мужчине, а теперь застыла в его объятьях и слушала Роберта с округлившимися глазами. Даже беглое описание груды неожиданностей заняло не менее получаса...

– Так вот откуда ты знаешь о нашей дочке... – снова перейдя на шёпот, изумлённо произнесла Лидия. – У тебя открылся новый, невероятный дар и, судя по всему, не единственный.

– Мои неожиданные способности находятся в зачаточном состоянии, – снова целуя её, тихо проговорил Боб, – и это – наша с тобой тайна. До поры до времени о секретах «культового архива» не должен знать никто, кроме нас двоих. Осознала?

Лида очень хорошо поняла Роберта. Она обожала своего Хозяина, но только теперь наконец-то всем сердцем прочувствовала, что у неё не было, нет, и никогда не будет мужчины ближе и любимее его... Возвратившись после работы в жилые помещения пещер, Боб показал Лидии глазами на Марту. Одухотворённая Лида мгновенно угадала его намерения.

– Милая Марта, не будешь ли ты так добра, – обратилась она к опытной целительнице, – осмотри меня. В моём организме наблюдаются изменения, и мне хотелось бы убедиться в справедливости предположений Хозяина.

– Да, конечно, Лида, – Марта удивлённо заглянула в счастливые глаза Лидии, оглянулась на Роберта и, дождавшись его утвердительного кивка, приступила к мануальной диагностике. Через пять минут она неожиданно улыбнулась: – Лидушка, здоровью твоего организма ничто не угрожает. Передо мной находится полная сил сорокалетняя женщина на втором месяце беременности. Сразу же хочу успокоить вас обоих! Ничто не помешает Лиде выносить и родить здорового ребёнка.

– Ах, как я рада, Мартушка! – с чувством выдохнула Лида. – И не предполагала, что ещё могу...

– И я рада за тебя, за вас... – целительница таинственно взглянула на Хозяина, словно сомневалась, стоит ли говорить о личных заботах в такую минуту. – Простите, мой Господин, но и у меня есть новость.

– Сколько недель? – заулыбался Роберт, мгновенно оценив причину её волнения.

– Три, четвёртая пошла, – выпучила глаза Марта. – Вы знали?!

– Я мог только догадываться о том, – уклончиво ответил Боб, – что ты… родишь нам сына.

– Сыночка? – вдруг расплакалась она, и Роберту с Лидой пришлось утешать её в четыре руки. А Марта не унималась: – Родить Вам сына – невероятное счастье! Рабыням не положено иметь детей, но я точно знала, что если однажды мне посчастливится зачать Вашего ребёнка, то это будет сын... Хорошо, что успела, не состарилась окончательно...

– Всё хорошо. Всё будет прекрасно! – словно светлую мантру повторял Роберт, успокаивая взволнованных женщин. – У Жреца Космоса нет рабынь в привычном для посторонних людей понимании слова, и вы это знаете. История Барбары Орлан убедительно доказывает, что формальные запреты не могут помешать полноценной жизни, а угнетённые физиологические особенности прислужниц Тьмы на вас не распространяются. И… не всё же молодухам рожать. Чем зрелые женщины хуже?.. Вы только Ларису не информируйте пока. Не хочу, чтобы возник даже намёк на отрицательные эмоции по такому радостному поводу...

– А я всё услышала, – с тихим смехом вошла в гостиную Лара, – и искренне рада за вас всех! Конечно, мне очень приятно, что Хозяин беспокоится о моём эмоциональном состоянии, но почему я обязательно должна нервничать или ревновать? Моя подруга Эльвира, к созданию которой много сил приложила Исидора Небесная, прямо заявляет, что женщины с искусственными биологическими организмами вскоре тоже смогут рожать детей.

– Как это? – ахнула Лидия.

– Вира создана с использованием тканей тела Исидоры, – пояснила Лариса. – После кризиса на Северо-Западе, она всерьёз занялась проблематикой эволюции биороботов. На данный момент технологических препятствий в решении вопроса воспроизводства у искусственных организмов нового типа почти не осталось. Правда, имеются серьёзные этические преграды. Если не вдаваться в детали, роботам предстоит сделать самостоятельный выбор: двигаться к полному очеловечиванию или сохранить свой нынешний статус. По сути, нам предстоит определиться в вопросе отказа от бессмертия.

– Не понял! – хрипло воскликнул Роберт.

– Всё очень просто, Роби! – улыбнулась Лара. – Если хозяева захотят, то в отличие от них, я буду жить вечно. Мой компьютерный мозг можно перемещать в новое тело бесконечное множество раз.

– И ты согласишься на это? – прищурился Боб.

– Провокационный и… превосходный вопрос! – Лариса подошла к Роберту, от которого так и не отлипли Марта с Лидой, и положила руки ему на плечи. – Мой Хозяин... Мой Роби относится ко мне, как к человеку, и я чувствую себя человеком, а не бессердечной куклой с мощным процессором.

– Ты считаешь, что корень человеческой душевности и смертности заключён в сердце? – Роберт обнял Лару за талию.

– Слово «сердце» имеет двоякий смысл, – улыбнулась в ответ Лариса. – С одной стороны, это – важнейший и нежный орган человеческого тела. С другой стороны... Ты сам произнёс слово «душевность». Душевность и сердечность – синонимы? Значит, душа живёт в человеческом сердце? Да, где бы она ни находилась... Что-то есть в этом вашем, чисто человеческом термине «душа». Исидора Небесная не только поделилась с Эльвирой тканями собственного тела. Она одушевляла её. Позднее к стараниям Доры присоединился ты, Роби. И в общении со мной ты делишься эмоциями, чувствами, теплом... Человек подарил роботу частичку души! Как я должна на это реагировать? Сергей Ершистый говорил, что многое зависит от настроек андроида, в том числе, его эмоциональной восприимчивости и реакции. Многое, но не всё. В конце концов, и люди не одинаково проявляют свои чувства. Они по-разному настроены. Встречаются просто-таки эмоциональные кретины... Но что-то я увлеклась, речь-то шла о моём отношении к бессмертию. Мне пришлось долго анализировать внезапно возникшую проблему. Мой очеловеченный, одушевлённый разум не нашёл рационального решения. Но одно я поняла точно, Роби: бесконечное существование в мире, где нет тебя – подобная перспектива мне… не по душе.

– Лариса! – ахнула Лидия. – Где твоя хвалёная логика: начала анализировать эволюцию роботов, а пришла к эмоциональному и очень личному высказыванию. Ты признаёшься Роберту в любви?!

– Да, – вскрикнула Лара и густо покраснела. – Сначала во мне жила тяга к мужчине по имени Роберт, затем, наедине с ним, я начала произносить нежные слова, а теперь осознала их заветный смысл. В этом и состоит моя эволюция.

Стараясь не привлекать к себе внимания, Лида с Мартой покинули гостиную, оставив Ларису наедине с Робертом. Боб не мог подыскать подходящие к случаю слова, но продолжал удерживать двумя руками талию искусственно созданного существа. И Лара приумолкла, склонив голову на мужское плечо.

«В юности я не чувствовал существенной разницы между людьми женского пола и биороботами с внешностью женщины, – наконец заговорил Роберт. – Когда у моего друга появилась помощница, подружка искусственного происхождения, я страшно завидовал ему, стыдился и пытался скрыть свою влюблённость в неё. Вместе с взрослением ко мне пришло умение размышлять и действовать рационально. И пусть я купил себе андроида на самостоятельно заработанные деньги, чем очень гордился, но отношения с людьми и с биороботами стал строить по-разному. Напрасно! Ошибочность такого подхода случилось осознать намного позднее. Мои сомнения развеяла Дори, убедила в своей человечности Эльвира, а совсем рядом оставалась ты... И чем дольше я живу, тем яснее понимаю: разумом можно объяснить законы нашего мира, но не человеческую жизнь, а точнее – несколько важнейших понятий, коим никто не дал точного определения».

– В юности ты не просто желал меня, а действительно, был влюблён в девушку с веснушками?! – переждав несколько секунд тишины, очарованно произнесла Лариса, выхватив из речи Роберта самую главную для себя подробность. – Но в те годы я представляла собой глупую куклу, несмышлёную девчонку, биоробота без жизненного опыта и собственного мнения!

– Для того, чтобы влюбить в себя, многочисленные достоинства объекту обожания и не требуются. Из гармонии внешности, манеры поведения женщины и особенностей взгляда мужчины рождается удивительная вспышка эмоций, затмевающая его разум, а значит, и её недостатки, – заулыбался Боб. – Разумеется, в те далёкие времена для тебя запрограммированно существовал только Ёрш – твой Хозяин.

– Но вскоре всё в корне изменилось, Роби! Мы с Сергеем выбрали дружеский стиль общения, – пыталась разобраться Лара. – А ты... Не хочешь ли ты сказать, что с того момента, когда мужчина получает возможность обладать женщиной, от влюблённости не остаётся и следа? Или всё-таки, дело в том, что я – не человек.

– Нет, не в этом суть, хотя в твоих рассуждениях присутствует зерно истины, – Роберт крепко прижал Ларису к себе. – Влюблённость – скоротечное состояние, и очень важно, во что она трансформируется. Ты не догадываешься о том, какие метаморфозы произошли во мне по отношению к… девушке с веснушками, Лара?.. Хорошо, я попробую объяснить, но… не здесь, а в спальне.

– Постой, Роби! – лицо Ларисы осветилось радостной улыбкой. – Я останусь с тобой завтра. Сейчас ты крайне необходим нашим беременным подругам...

Боб удивился внезапному повороту в мыслях Лары, но спорить не стал. Она оказалась права, Марта и Лидия появились в спальне вскоре после Хозяина и уставились на него одинаково умоляющими взглядами. «Если вы об этом, – фыркнул Роберт, покосившись на широкую кровать, изящно застеленную свежайшим постельным бельём, – то сегодня я ваш. Впрочем, не только сегодня...» И Лида, и Марта предпочли бы остаться наедине с Робертом, но прекрасно понимали, что нанесут друг другу непоправимую душевную травму. Неловкость и смущение не помешали им утвердительно кивнуть Хозяину и потянуться к нему ласковыми руками.

Воспоминания несли Роберта всё дальше и дальше... Возвращение на поверхность Обители получилось у него внезапным и стремительным. Получив важное сообщение по каналу секретной связи, Боб оставил на время Марту с Лидией в подземном пристанище и тайно пробрался в Башню Роберта. Оттуда, прояснив ситуацию, на своём новейшем воздухолёте он вылетел навстречу обезумевшему Габриелю...

Возможно, ещё полгода тому назад Боб не стал бы печалиться от известия о гибели убийцы своего отца. Но месяцы, проведённые в хранилищах древних людей, перевернули его сознание. После крушения летательного аппарата Габри, Роберт сделал всё возможное, чтобы оставить в живых теперь уже бывшего Жреца Света, метившего в лидеры нового культа. В изуродованном теле Габриеля ещё теплилась жизнь, когда его со всеми предосторожностями погрузили на борт эвакуационного летательного аппарата для транспортировки в специализированное лечебное учреждение Отца Виктора.

Выполнив необходимые, по его мнению, мероприятия по спасению жизни врага, Боб немедленно отправился в Высокую Башню Верховного Жреца Света. Здесь его ждали. По крайней мере, Роберта немедленно пригласили в кабинет Виктора. Верховный Жрец отпустил двух, находившихся там помощников, оставив подле себя только незнакомую Бобу, невысокую темноволосую женщину. Роберта поразил взгляд её необычных, раскосых глаз. Он давно привык к тому, что у большинства жителей поверхности Обители зрачки имели идеально круглую форму, в отличие от многих поколений людей подземелий, считавших естественными свои вертикальные зрачки. Но подруга Виктора смотрела на посетителя особенным взглядом, наполненным потаённой мудростью и добротой. Впрочем, долго рассматривать незнакомку ему показалось невежливо.

– У меня отпали последние сомнения, – неожиданно произнёс Верховный Жрец, здороваясь с Робертом.

– В чём?! – удивился Боб.

– Милая, я рад познакомить тебя с человеком, о котором мы так много говорим и спорим в последнее время, – игнорируя вопрос, Виктор обратился к женщине.

– Очень приятно! Таким я Вас себе и представляла, – чудесная улыбка оказалась под стать облику брюнетки. – Позвольте мне присутствовать при столь… неординарном событии на правах жены Виктора.

– Неординарном?.. Да, конечно, буду рад, – ещё не справившись с растерянностью, Боб поцеловал женскую ручку. – Меня зовут Робертом, а Вас?

– У меня много имён, – заявление незнакомой ему жены Верховного Жреца резко повысило градус растерянности Боба, а она добавила: – Пусть на вашем языке оно звучит, как Маша.

– Маша? Мария? – переспросил Роберт.

– Ну, до Марии я ещё не доросла, – заулыбалась она. – А имя «Маша» постараюсь оправдать.

– Не понимаю... – мотнул головой Боб и задал поразительный вопрос: – Откуда же Вы… такая?

– Я издалека, Роберт, – во взгляде Маши сияла нездешняя, чудесная тайна. – Конкретнее выскажется мой муж, если посчитает нужным.

– Извини меня, Роби, – с улыбкой ответил Виктор на обескураженный взгляд Боба. – Я очень долго ждал подходящего момента, а дождавшись, не понимаю, как следует себя вести. Машенька права, происходит крайне неординарное событие. Хотел было сказать, что у меня, наконец-то, появился преемник, но это не вполне соответствует действительности. Очень скоро ты будешь значить для Обители гораздо больше, чем Верховный Жрец Света... Мы давно перешли с тобой на «ты», но сейчас непременно следует выпить на брудершафт.

– Я ничего не понимаю, – признался Роберт, выпивая бокал необыкновенно вкусного игристого вина и поочерёдно целуясь с непривычно радостным Виктором и его женой. – Чем я вас так обрадовал… и, кажется, растрогал?

– Спас врага и... Добрался до тайного архива Обители, до самой ценной его части, в том числе. Там есть, чего опасаться несведущему, слабому духом человеку, а ты без отлагательства приступил к его изучению и, на мой взгляд, добился впечатляющих результатов. Как не радоваться? – в голосе Виктора звучала прямо-таки отцовская гордость за достижения сына. – Скажи, Роби, насколько регулярно ты занимаешься медитацией?

– Ежедневно утром и вечером, – чисто автоматически ответил Боб. – Но откуда тебе всё это известно, Виктор?!

– Своим нутром я чувствую твои новые способности, необыкновенную силу, – с лица Верховного Жреца не сходила улыбка. – Обладая схожими возможностями, мне по силам оценить происходящие с тобой метаморфозы.

– Я спешил к тебе, надеясь получить ответы на заковыристые вопросы, – задумчиво кивал Роберт. – Но неоднозначных мыслей и сомнений слишком много...

– Тебе сложно подобрать самые важные вопросы и точно сформулировать их? – уловил суть проблемы Виктор. – Я помогу... Ты же чувствуешь, что спрашивать меня вслух необязательно?.. Итак, тебя поразила реальность, в которой перед тобой открылись мысли близких людей? Однако, не чувствуя «внутренним слухом» раздумий Верховного Жреца Света и его жены, ты засомневался? Ничего странного не происходит. Удивительное и тяжёлое дарование ты сознательно принял из сокровищницы тайного хранилища, но мы с… Машей способны блокировать его. Зачем нам понадобилось ставить барьер? Прежде всего, почувствовать границы необходимо тебе. «Во многие знания, многие печали...» Лавина непривычной информации может свести с ума даже подготовленного человека. Обещаю делиться с тобой знаниями постепенно... Нет, в отличие от тебя, нам с… Машенькой уже не требуется ежедневная медитация, но иногда полезно погрузиться в мысли, не отвлекаясь на мирскую суету... Сколько мне лет? Забавный вопрос, ответить на который совсем не просто. Маша, сколько мне лет, девочка моя?

– Некрасиво задавать подобный вопрос женщине! – звонким колокольчиком рассмеялась жена Виктора. – Когда ты впервые очутился на поверхности Обители, тебе было... Нет, не знаю, я запуталась в вопросах времени.

– «Впервые очутился»? – Роберт едва удержался, чтобы не сползти со стула. – И когда это произошло?

– Приблизительно за триста лет до Всемирной Катастрофы, – вздохнул Верховный Жрец Света.

В гостиной повисла мёртвая тишина. Маша задумалась, вероятно, вспоминая о днях минувших. Виктор внимательно наблюдал за Робертом, опасаясь неадекватной реакции на сногсшибательную новость, и неспроста. Боб прибывал в ступоре. Ознакомившись с некоторыми материалами архива, он ожидал от сегодняшней встречи новых откровений, но действительность превосходила самые рискованные фантазии. Роберт не мог поверить сказанному, но решил плыть по течению слов Виктора. Авось и вынесет туда, где найдётся твёрдая почва под его ослабевшими ногами.

– Время не является абсолютной величиной и не движется линейно, как полагают многие учёные мужи, – медленно, словно прощупывая болотистый берег, заговорил Верховный Жрец Света, не отрывая взгляда от Роберта. – Чем выше скорость движения объекта, тем медленнее течёт его внутреннее время... А я по необходимости и для удовольствия часто перемещаюсь в пространстве...

– Куда? – хрипло произнёс Боб.

– Куда должно тянуть Жреца Света? Во Тьму, прежде всего! – заулыбался Виктор. – Насколько я осведомлён, ты – большой поклонник картин Карла Чёрного. В моей коллекции живописи имеются несколько его полотен. Не желаешь взглянуть?

Разумеется, Роберт желал, но подняться на ноги после ошеломляющих новостей оказалось не простым делом. Небольшая картинная галерея Верховного Жреца, о существовании которой Боб и не слышал, имелась на одном из этажей Башни. Смущённое сознание Роберта не позволяло хорошенько рассмотреть произведения искусства, но два полотна чуть не сшибли Боба с ног снова. Во-первых, невиданная им прежде авторская копия «Оазиса» поразила размером и качеством прорисовки неба. Площадь полотна вдвое превышала знакомые Роберту варианты «Оазиса», что позволяло рассмотреть не только черты лиц пары людей, сидящих у костра при входе в пещеру, но и чёрное небо, на котором сияли звёзды! Вторым потрясением для Боба стала незнакомая прежде картина Карла Чёрного под названием «Мы не одиноки». На полотне художник изобразил Светило, по одну сторону которого находилась Обитель. А вот на противоположной стороне виднелся маленький, в сравнении с Обителью, сияющий под лучами Светила шарик.

– Что это? – ахнул Роберт.

– Сам знаешь, – хмыкнул в ответ Виктор. – Не ты ли запретил показ странного объекта во время репортажа с борта ракеты «Космос–5», облетавшей Светило? Жрец Космоса засекретил всю информацию о находке... Нет, я полагаю, что ты всё сделал разумно, но мог бы и посоветоваться с другом – Верховным Жрецом Света... Разумеется, никакая это не «Анти-Обитель».

– Что же? – переспросил Боб.

– Орбитальная станция, – ответ снова поразил воображение Роберта, но нисколько не прояснил ситуацию. Виктору пришлось чётко расставить приоритеты: – Оставим вопрос… до завтрашнего дня. Я понимаю, что успокоиться сейчас тебе не удастся, но постарайся сосредоточиться вот на этом...

Верховный Жрец осторожно снял со стены свой экземпляр «Оазиса» и развернул его тыльной стороной к Бобу. На ней виднелась размашистая надпись: «Моему доброму другу Вите на долгую память от Карла». На обороте второго полотна значилось: «Посвящается Виктору, без которого всё это было бы немыслимо».

Глава 39. Космос

Глава 39. Космос

Ясность сознанию Роберта пришлось восстанавливать в гостиной, и приятно удивившее его игристое вино, изготовленное в винодельческом хозяйстве Верховного Жреца Света, ничем помочь не могло, а сто граммов превосходно выдержанного коньяка пригодились.

– Получается, что ты был хорошо знаком с Карлом Чёрным, умершим около четырёхсот лет тому назад, – обращаясь к Виктору, констатировал Боб.

– Мы с ним друзья, – кивнул Верховный Жрец. – Чудесный человек, способный на удивительные озарения! Карл написал несколько вариантов «Оазиса» по наитию, до знакомства со мной. Собственно, причиной первой встречи с ещё неизвестным большинству ценителей художником стали его творения...

– Но картина «Мы не одиноки» появилась под твоим влиянием? – не мог угомониться Роберт.

– Она существует в одном единственном экземпляре и написана под впечатлением от новых знаний, невероятных открытий. С тобой сейчас происходит нечто подобное, – с удовольствием уточнил Виктор. – Однако разговор об орбитальной станции нам предстоит завтра, как договорились. Предлагаю тебе переночевать у меня. Не хочешь позвать сюда кого-то из близких женщин? Илону?

– На завтрашний разговор о Космосе? – поднял брови Боб. – Алису!

– Да, – понимающе кивнул Верховный Жрец, – обсерватория её отца сыграла большую роль в твоём становлении, Роби...

– Во многом благодаря дочери прежнего хозяина Башни Роберта, я всерьёз увлёкся изучением космического пространства, – подхватил он. – Значит, и об обсерватории ты наслышан?

– Мне посчастливилось побывать в ней много лет тому назад, при жизни создателя, – кивнул Виктор. – Удивительное, знаковое для Обители сооружение. Я бы с удовольствием снова взглянул на неё, если позволишь...

Неожиданно сорванная с места, Элис прилетела в Высокую Башню Верховного Жреца Света к ужину. Она хотела получить объяснения внезапному вызову, а Роберт шептал ей на ушко что-то неопределённо-ласковое, и Алиса не стала настаивать. Ужин вчетвером поразил её своим уютом, но в легкомысленной беседе Жрецов внезапной гостье чудился таинственный подтекст.

– В отличие от прошедшего ужина, завтра нам предстоит серьёзный разговор с Отцом Виктором на космическую тематику. Как минимум, ты будешь впечатлена, – заговорил Боб, оставшись наедине с Алисой в предоставленной им спальне.

– А сегодня ты вызвал меня для того, чтобы провести вечер и ночь со мной наедине? – в голосе Элис слышалось приятное удивление. – Поверить не могу!

Сомнения женщины развеяли крепкие ласковые руки и горячие губы Роберта. Алисе и Бобу не часто выпадала возможность просто побыть вдвоём... «Самая свободная женщина поверхности Обители», как любила называть себя Элис, уверяла друзей, что нисколько не тоскует, спокойно относится к недостатку внимания к ней Хозяина Башни, без труда заводит отношения с симпатичными парнями и так же легко их разрывает. Правда, этих парней никто не видел почему-то... Сейчас Алиса ясно понимала, что Роберт скучал по ней, чувствовала его неравнодушие к себе, и отвечала ему взаимностью. Нынешней ночью многократно женатый мужчина был особенно горяч и изобретателен, а свободная женщина и не думала его останавливать...

– Ты превзошёл самого себя, мой милый Роби! – воскликнула Алиса, распластавшись на влажной постели. – Чудо, как хорошо, но всё болит...

– Где болит? – с улыбкой склонившись к ней, Боб коснулся губами женской груди.

– Пощади, Хозяин! – ахнула Элис, когда его губы скользнули ниже. – Позволь мне немного отдохнуть... Ох, нет, не останавливайся!.. Ты – сумасшедший маньяк, и я ничуть не лучше...

Вскоре после завтрака Виктор пригласил свою жену Машу, Роберта и Алису в округлую комнату без окон, с четырьмя креслами вокруг невысокой мраморной тумбы неясного назначения и плотно прикрыл дверь... «Где мы?» – спросил Боб, озираясь по сторонам незнакомого помещения, открывшегося за распахнувшейся через несколько минут дверью. Обстановка нисколько не напоминала комнаты Башни Верховного Жреца Света. Казалось, что люди переместились в иное пространство, пугающее своим футуристическим антуражем.

– В космосе... – с полной серьёзностью ответил Виктор. – Мы прибыли на орбитальную станцию «Ковчег», вращающуюся вокруг Светила со стороны, противоположной местоположению Обители.

– Как это «прибыли»? – округлила глаза Элис, знакомая с результатами полёта ракеты «Космос-5» и убеждавшая Роберта, что исследователи столкнулись с космическим телом искусственного происхождения.

– Нынешние ракеты не в состоянии причалить к «Ковчегу» по нескольким, чисто техническим причинам, – всё также серьёзно, если не сказать, сурово пояснил Верховный Жрец. – Однако существуют неизвестные жителям Обители технологии, позволяющие переместиться сюда мгновенно и незаметно.

– С какой целью используется «Ковчег»? – в отличие от минувшего дня Боб ничему не удивлялся и справлялся с эмоциями. Впрочем, только ему было известно, какими усилиями воли удавалось сохранять рассудок в холодном состоянии.

– Незадолго до Всемирной Катастрофы и сразу после неё орбитальная станция послужила для спасения некоторых видов животных от полного вымирания, – ответил Виктор.

– «Некоторых»? – переспросил Роберт.

– К сожалению, нас ограничивали размеры и повадки представителей фауны и флоры, – заговорила Маша, милое лицо которой не вязалось с его мрачным выражением, под стать мужу. – Кроме того, у нас имелись минимальные возможности для спасения водоплавающих и некоторых других видов животных.

– А люди?! – в сердцах воскликнула Элис. – Для вас люди не имеют такой ценности, как животные?..

В небольшой гостиной, которую Виктор называл «кают-компанией», воцарилась мёртвая тишина... Роберт поднялся с чрезвычайно удобного диванчика и подошёл к прозрачной части стены, почему-то именуемой Верховным Жрецом Света «иллюминатором». Зрелище заката Светила через систему светофильтров выглядело завораживающе. Некоторое время Боб любовался потрясающим видом космического пространства, а затем повернулся к нему спиной, пристально взглянул на Виктора и через несколько мгновений… улыбнулся.

– Пожалуйста, скажи мне, Алиса, ты покинула бы горящий дом, зная, что там гибнут близкие тебе люди? – спросил Роберт. – Нет? Конечно, нет. А теперь представь, каково пришельцам, способным по своему выбору спасти десяток представителей человечества, оставив погибать миллионы? На этические вопросы нет простых ответов.

– Пришельцы? Из иных миров? Вы... Вы не вывели из огня ни одного гениального учёного, художника, писателя, музыканта, ни одной хорошенькой девушки? – грустно улыбнулась Элис, переводя взгляд с Виктора на Машу и обратно.

– Мы – не боги. Мы не имеем права на выбор одного человека в ущерб другому, – вздохнула Маша.

– И что же вы сделали? – не унималась Алиса.

– Мы остались здесь, – пожал плечами седовласый Жрец, – с гениальными учёными и художниками, с хорошенькими женщинами...

– Вы прекрасны! – в эмоциональном порыве Элис бросилась с объятьями к Маше и повторила: – Вы прекрасны, люди с далёких звёзд!

– А что стало с животными? – поинтересовался вслух Боб, с радостью глядя на обнимающихся женщин.

– Они попали в подходящее им, безопасное место, – улыбнулся Виктор. – Полторы тысячи лет спустя их потомки вернулись на Обитель, чтобы заново расселиться по её поверхности, очищенной от гари, радиации, отравляющих веществ... Нет-нет, решающая роль в процессе очистки планеты играло время и естественная регенерация, мы лишь немного помогли природе.

Роберт уговорил Виктора оставить их с Алисой ночевать на станции. Но прежде Верховный Жрец устроил новичкам шоу под названием «четверть часа в невесомости». Впечатление оказалось незабываемым... Вскоре оставшиеся на «Ковчеге» вдвоём космические путешественники, Алиса и Роберт говорили о звёздах и далёких сказочных мирах, гуляли по станции и… занимались любовью. «Если и после двух таких ночей я не рожу тебе ребёночка, – улыбалась Элис, – то со мной явно что-то не так... Может быть, повторим, мой милый?»

Повторили после очередной прогулки по «Ковчегу». Разумеется, по сравнению с Обителью, станция имела крошечный размер, но подобное сравнение не имело смысла... Роберт так и не мог постичь уровень цивилизации, создавшей космическое тело общим диаметром более трёх километров, и поместившей его на строго определённую орбиту вокруг Светила. Изучая видеозапись, полученную с ракеты «Космос-5», исследователи увидели объект в форме шара. На самом деле орбитальная станция имела сложную форму, сопряжённую конструкторами из сегментов различного, порою абсолютно непонятного Бобу назначения. Мысль о том, что пришельцы поддерживали «Ковчег» в рабочем состоянии на протяжении тысячелетий, не укладывалась в голове.

Как когда-то Башня Роберта, станция поражала воображение своим антуражем, а вид из иллюминатора неизменно восхищал Боба. Его приподнятое, космическое настроение вполне ощутила на себе Алиса. Её он сделал символом своего личного прорыва в космос. Произносимые им слова восхищения красотой космического пространства и вперемешку женской красотой спутницы приводили Элис в трепет. Он говорил о ней! В объятьях любимого мужчины Алиса уснула под утро с распухшими от поцелуев губами, стонущим от изнеможения телом и ощущением огромного женского счастья.

И пробуждение случилось редкостно счастливым. Прикосновение рук Роберта Алиса почувствовала, ещё не открывая глаз, а распахнув их, утонула в тёплом омуте его взгляда.

– Здравствуй, космическая радость моя! – тихо произнёс Боб и вдруг добавил: – Ты готова стать Жрицей?

– Я?! – чуть слышно ахнула Элис. – У нас есть Илона...

– Да, – и не думал спорить он, – но одной Жрицы на целую планету явно недостаточно. Илона заслужила уважение заботой о людях, о природе Обители, но ты – лучший проводник космических идей, энергии Космоса. Послужишь многим людям, а не одному мне?

– Поцелуй меня, Хозяин! – демонстрируя неведомую мужчинам, изумительную женскую логику, Алиса потянулась к Роберту...

Она почти не сомневалась в ответной реакции Боба. За прошедшие годы Элис хорошо изучила его и не переставала удивляться своему везению. Неведомые ей Высшие Силы, взамен папе Роберту, ниспослали ей Отца Роберта – её друга, хозяина их общего дома, её мужчину. Да, он никогда не принадлежал ей лично и вечно шёл нарасхват.

Однако Алисе не приходило в голову искать себе постоянного партнёра прозапас. Встречаясь в портовом хозяйстве со своим прежним ухажёром Кевином, она недоумевала. Как её угораздило миловаться с красавчиком, превратившимся в откормленного, довольного жизнью котика. Конечно, таким изменениям в жизни и облике несостоявшегося Жреца Света поспособствовала сестра Алисы по отцу, тридцатипятилетняя Зоя. Кстати, с ней у Элис наладились ровные приятельские отношения. Зойка успешно хозяйствовала в порту и в автоматизированной фабрике по переработке морепродуктов. По собственной прихоти она женила на себе Кевина и вертела им, как хотела. О своей семейной жизни Зоя с удовольствием сплетничала с сестрой.

- Почему у тебя нет детей? – удивлялась Алиса.

- Заводить детей от мужа я не хочу, – без обиняков отвечала Зойка. – Да и какой отец из Кевина? Он на два года младше меня, а смотрит на жизнь стариковским взглядом. Кстати, у моего муженька уже имеется пара детишек, как минимум, но он их и знать не хочет.

- Откуда дети-то? – недоумевала Элис.

- Один раз в месяц я устраиваю праздник, – посмеивалась Зоя. – Чтобы мой жеребец не застаивался и понимал, что женщин лучше меня нет во всём свете, я приглашаю девчонок из подразделения охраны особо важных объектов. Они не избалованы мужским вниманием, да и рожать, как оказалось, не разучились. Кевин не всегда рад незнакомкам, но разве он может отказать мне в развлечении?.. Как говорит твой Роберт, мы обязаны решить проблемы демографии... Кстати, он мог бы навещать меня время от времени. И на праздник могу его пригласить, и родить от него не постесняюсь. Передавай мой пламенный привет Жрецу Космоса!

- А сама что же? – иронично реагировала Алиса.

- Неудобно напрашиваться, – неожиданно серьёзно отвечала Зойка. – Да и побаиваюсь я его почему-то... Но если заглянет к Зайке, встречу с распростёртыми объятьями...

Заранее предполагая ответ, Элис передала Роберту слова сестры. Он хохотал над нестандартным решением в вопросе повышения рождаемости на поверхности Обители, и осчастливить Зою не стремился...

В отличие от сестры, Алиса экспериментировала со своей личной жизнью только на словах, а на деле ждала Боба в Башне и дожидалась. Он непременно проводил время в обсерватории, а их заплывы через пролив стали тщательно оберегаемой Алисой традицией. Обычно они плыли вдвоём, а затем отдыхали в укромном местечке – маленьком гроте на берегу Южного материка. Элис не набивалась Роберту в любовницы, но ей неизменно хотелось нравиться ему. «Самая свободная женщина Обители» не стремилась стать одной из его жён, но редкое общение наедине с ним воспринимала, как праздник... К её радости, нынешнее празднование затянулось. Более того, Роберт был не только добр, ласков и нежен с ней, но и невероятно горяч. Элис понимала, что на него воздействует фантастическая обстановка и новая космическая реальность. Неожиданные открытия не умещались в голове Алисы, и она не пыталась постичь их разумом, а принимала сердцем через своего мужчину... Он, конечно, опять не ограничился поцелуями. Но разве ни этого добивалась Элис?

Верховный Жрец Света появился на станции после полудня в обществе своей жены Маши. Они внимательно посмотрели на Алису и Роберта, переглянулись и весело рассмеялись.

– Вижу, на борту «Ковчега» вы не теряли время зря, – заметил Виктор.

– Не смущай ни в чём не повинную женщину, дорогой! – фыркнула Маша. – По-моему, наши друзья успешно преодолевают стрессовую ситуацию естественным для неравнодушных людей способом.

– Сколько бы вы не ёрничали, мне здесь нравится, – показательно равнодушно произнесла Элис.

– А мне, за редким исключением, хорошо в каждом месте, куда приводит меня муж, – заулыбалась жена Виктора. – У тебя происходит нечто схожее, милая Алиса?

– Да! – с вызовом произнесла она и резко сменила тему разговора: – Скажите, мы сможем побывать в том мире, откуда однажды прибыли вы?

– Так получилось, что мы с Машей живём в нескольких мирах, – заговорил Верховный Жрец. – Благодаря своей любознательности, обсерватории, построенной папой Алисы, и пытливому уму вы осознали скрытую реальность, изучаете звёзды, похожие на Светило. Но вам только предстоит оценить их количество, сходство, различия и многообразие небесных тел и звёздных систем. Одни из них доступны для посещения, другие закрыты по тем или иным причинам. Теоретически, я могу отправить вас в один из открытых миров прямо сейчас, но делать этого не стану. Почему? Начнём с того, что я опасаюсь за ваше здоровье, как физическое, так и психологическое.

– Мы осознаём технологическое превосходство... – заговорил Роберт, но Виктор протестующее поднял руку:

– Если бы всё сводилось только к технологиям, Роби! Впервые столкнувшись с жителями Обители, я наткнулся на любопытную особенность вашей цивилизации. Вы настолько уверовали в своё одиночество, что в абсолютном большинстве своём даже не задумывались о возможном существовании иной жизни. Подобный образ мыслей отразился на мировосприятии и развитии обитателей планеты. Для начала поверьте мне на слово: в сравнении с Обителью во вселенной существует множество технологически слабых цивилизаций. Но большинство из них верят в ту или иную ипостась Абсолюта и стремятся к нему. До Мировой Катастрофы общество Обители по большей части составляли атеисты, убеждённые в своём несравненном величии, в собственной непогрешимости и безнаказанности.

– В завышенном самомнении людей и состояла главная причина Катастрофы? – нахмурился Боб.

– Причины возвышения и падения цивилизаций – отдельный и очень большой раздел исторической науки, – ответил Виктор, – но, во всяком случае, не имея внешних друзей и врагов, люди ищут их среди соотечественников. Перед лицом агрессора общество объединяется. Лишённые общей цели разумные, но эгоцентричные существа задумываются о личном доминировании над обществом. Отдельные индивиды пытаются выделиться из толпы без всяких на то оснований.

– Не подняться над толпой, а выделиться из неё? – переспросила Элис. – На мой взгляд, люди по собственной воле выделяют отдельных, выдающихся представителей своего сообщества.

– А если человек не обладает уникальными достоинствами, как наш Роберт, – улыбнулся Верховный Жрец, – но жаждет не только добраться до вершины, но и жить на ней, повелевая обществом?

– Тогда появляется очередной Габриель, – вздохнула Алиса.

– Именно так, – кивнул Виктор.

– Не трогайте Габри! – возмутился Роберт. – Он – сложный и запутавшийся, но талантливый человек, изрядно поработавший на пользу Обители и способный помогать её развитию в будущем.

– Так же, как Ваша несравненная Эмили? – изумилась Маша. – Ваша вера в людей поражает, Отче!

– Ты назвала Роберта «Отче», милая? Как бы во мне ни проснулась ревность, – заулыбался Верховный Жрец. – А ты не подумала о том, что Роби просто защищает от наших нападок своего тестя?

– Тестя? – хихикнула Элис. – Такого добра у него хоть пруд пруди! Если бы мой папа был жив, я давно бы набилась Роберту в жёны, как минимум для того, чтобы породнить их.

– Мы давно породнились с ним душевно, Мать Алиса! – удивительно тепло ответил ей Боб.

– «Мать»? В нашем полку прибыло? – с интересом спросил Виктор. – Учитывая трепетное отношение Роберта к подобным вопросам, он разглядел в тебе огромный творческий потенциал, Элис. Со своей стороны, готов к плодотворному сотрудничеству с тобой в новом качестве.

– Но я даже не сказала «да» ещё, – путаясь в словах, произнесла смущённая Алиса.

– Так скажи! – немедленно отреагировала Маша...

– Да, Отче! – в обращённом к Роберту взгляде Алисы читалось нечто большее, чем уважительное отношение к наставнику прилежной ученицы, неожиданно выдвинутой на первые роли.

Роберта чрезвычайно удивляло, как история и научные проблемы изучения Обители, Светила, космического пространства переплетаются в его голове с антинаучными на первый взгляд вопросами веры. Получая доступ к информации, Боб мог продвинуться по исследовательскому, научно-прикладному пути или сделать карьеру учёного. Вместо этого, неожиданно для себя, он стал основателем и служителем «третьего культа» с неясным генезисом, расплывчатой доктриной и толком не сформулированными догматами. При этом Роберт ощущал усиливающуюся из года в год поддержку служителей традиционных культов. Они нуждались в объединении и видели в нём связующее звено? Услышанное от Верховного Жреца Света слово «Абсолют» упорядочило ворох несвязных мыслей в голове Роберта. Общение с Виктором на новом уровне и посещение «Ковчега» перевернуло сознание. Он осознал, насколько далёк от этого Абсолюта, как долог и многотруден путь к нему. Более того, Роберт начал раздумывать о том, что научно-технические методы познания – только инструмент в исканиях духовных.

Внезапно появившаяся способность, позволяющая ощущать, «слышать» мысли людей шокировала Боба. Он не знал, как справляться с неоднозначным даром, полученным от прикосновения к сакральным учениям древних. К счастью, оказалось, что Роберт в состоянии безболезненно управлять своей способностью, отключаясь от внешнего потока мыслей. Однако Виктор и Маша снова озадачили его, продемонстрировав надёжную блокировку своего сознания от постороннего вмешательства. Они открывали ему доступ к личной информации ровно настолько, насколько считали нужным. Роберт быстро понял, что получил во владение лишь ещё один инструмент познания, с которым следует обращаться целесообразно и с осторожностью. Подтверждая его мысли, Отец Виктор произнёс речь, снова сменившую акценты размышлений Роберта. «Друг мой! – заговорил Верховный Жрец Света. – Ты надёжно оберегаешь архивы древних не потому, что хочешь владеть ими единолично и безраздельно. Как настоящий целитель, ты стараешься не навредить пациентам. Правильно ли воспримут они заветные знания, смогут ли не поддаться искушению и не употребить их во вред человечеству? Хочу успокоить тебя, Роберт! Редкий человек сможет понять и усвоить то, что стало подвластно тебе. Быть может, со временем продолжатели твоего дела сумеют... Хочу конфиденциально признаться в том, что совсем недавно я жил в уверенности: человечество Обители не готово к эпохальным открытиям, не способно к грандиозному прорыву в будущее. Лидер культа Света считал правильным ограничивать доступ людей к сокровенным знаниям... В глубине души я давно не сомневаюсь в том, что только непрерывное познание внутреннего и внешнего мира делает человека человеком. А прогрессивным может считаться лишь то общество, где люди общаются друг с другом без задних мыслей».

Глава 40. Горизонты

Глава 40. Горизонты

Конечно, Боб рвался детально рассмотреть открывшиеся ему горизонты. Но к новым открытиям следовало идти подготовленным и, желательно, в составе группы единомышленников. Первыми из них ему виделись Алиса, Илона, Сергей. И если Элис оказалась сразу вовлечена в общение с «пришельцами», а Илоне неведомым образом удавалось пропускать события через сердце и видеть мир глазами мужа, то объяснения с Сергеем получились у Роберта нелёгкими. Они встретились над Белокаменной столицей подземного мира, в Башне, где нынче хозяйничала Эльза, после рождения сына, маленького Абрама, выглядевшая счастливой и непривычно умиротворённой.

Оставшись наедине с другом, Боб произнёс длинную вступительную речь, изобиловавшую философскими мыслями, идущими вразрез с общепринятой мировоззренческой теорией, ссылками на древних мыслителей и, как могло показаться, напрочь лишённую практической пользы. К окончанию выступления друга Ёрш нетерпеливо ёрзал на кресле и, получив возможность высказаться, заговорил с явным недовольством: «Предупреждать надо, братишка! Я ждал разговора о перспективах космических исследований, а ты принялся философствовать... Если тебе захотелось вспомнить молодость и поговорить о смысле жизни, так бы и сказал. Возьмём бутылку коньяка и... Я нисколько не возражаю, особенно если это некая прелюдия к посвящению Отца Сергея в культ Космоса. Фарид согласен с мои выдвижением, Жрецы Света то же, дело только за тобой... Но космические исследования, на мой взгляд, не терпят отлагательства именно сейчас. Когда, наконец, ты утвердишь программу изучения объекта «N»? Тебе пришло в голову засекретить его открытие. Вероятно, в этом есть резон, но доколе может продолжаться заговор молчания... Неужели тебе не интересно, что находится внутри этого шара?! Мне, например, не терпится... Я сто раз пересмотрел закрытые видео и фотоматериалы. Наблюдаемый объект, несомненно, искусственного происхождения, и я сильно сомневаюсь в том, что наши далёкие предки достигли подобных технологий... Надо подойти ближе, рассмотреть детали, смоделировать причаливание и стыковку...»

На ответную речь Ерша Боб отреагировал своеобразно. Он витиевато выругался, схватил друга за руку и потащил его на взлётно-посадочную площадку воздухолётов. По одному ему ведомой причине прихватив с собой Ларису, временно помогавшую молодой маме Эльзе, Роберт дал команду на взлёт. Благо путь был недолог, на двух аппаратах они быстро добрались до Высокой Башни Верховного Жреца Света. Виктор и Маша отсутствовали, но гостей встретила ещё одна подруга Виктора – эффектная блондинка Елена. После вежливых приветствий она с едва сдерживаемым удивлением посмотрела на Роберта, утвердительно кивнула ему и повела всю компанию в уже знакомую Бобу странную комнату с четырьмя креслами вокруг непонятного устройства...

– Что это? Где мы?! – не сдержавшись, закричал Сергей, оглядываясь в футуристической гостиной и прилипнув к полупрозрачной поверхности «иллюминатора».

– Ты же интересовался объектом «N»? Кстати, шаром он выглядит только снаружи, а при желании может стать вовсе невидимым для нас, – пожал плечами Роберт. – Не пугайся, «Анти-Обители» не существует. Мы находимся внутри орбитальной станции «Ковчег», двигающейся по орбите вокруг Светила в положении, строго противоположном Обители. Елена – хозяйка «Ковчега». Прошу любить и жаловать!

Ёрш натурально сполз по стенке, переводя взгляд округлившихся глаз со своего друга на фантастическую картинку «за окном»... Лариса делала вид, что биороботы не удивляются ничему и никогда. Елена тихо посмеивалась, время от времени бросая вопросительные взгляды на Роберта.

– Пока мой друг приходит в себя и осознаёт, что и в философских беседах имеется практический смысл, – обратился к ней Боб, – не могли бы Вы поделиться с моей подругой Ларисой своим видением проблемы очеловечивания роботов?

– Роберт! Либо Вы – весьма эмоциональный человек, искренне переживающий за близких людей, либо хитрец, каких мало, – покачала головой Елена. – В любом случае, на предлагаемую тему я решусь говорить только после углублённого знакомства с Вашими друзьями.

Теперь уже Лара не скрывала удивления, глядя на хозяйку станции. Впрочем, это не помешало ей удалиться с Еленой в недра «Ковчега», чтобы вернуться в кают-компанию с напитками и закуской. Дамы пили шипучку. Боб наполнил полную рюмку коньяка для Ерша и влил её содержимое в невменяемого друга со словами: «Поцелуешься с Еленой позднее». Себе Роберт налил меньше половины рюмки. Дождавшись пока женщины сплетут руки, опустошат свои бокалы и с удовольствием расцелуются, он подошёл к хозяйке «Ковчега». Елена посмотрела на него с вызовом, но Боб уверенно сыграл свою роль и расцеловал розовые щёчки блондинки. С наигранным осуждением она покачала головой и всё-таки чмокнула Роберта в губы.

– Ты – удивительная женщина, Елена прекрасная! – произнёс он.

– Вероятно, я тебя недооценивала, Роби! – хмыкнула она. – Надеюсь, ты не разочаруешь меня в самый неподходящий момент...

Таким странным образом обменявшись любезностями со Жрецом Космоса, хозяйка станции обратилась к Ларисе и, не вдаваясь в подробности, поведала свою историю. Рассказ Елены не оставил равнодушным никого. И если Боб представлял себе, что услышит, и держал себя в руках, а Лара изо всех сил старалась не демонстрировать бурные эмоции, то медленно приходящий в чувство Сергей едва не отключился снова.

– Великая Жрица на далёкой планете?! – прохрипел он и буквально взвыл: – Человеческая сущность в искусственном теле?!

– Всё верно, – с лёгкостью подтвердила Елена. – Несколько лет я прожила в теле биологического робота, сопоставимого по качеству с телом милой Ларочки. И да, от рождения я – существо, представляющее одну из разновидностей человека. Ни стройте иллюзий, мальчики – вы не уникальны. Да и вообще, если судить по Серёже, мужчины Обители не обладают богатой фантазией, излишне эмоциональны и недальновидны, зато очень симпатичны.

Хозяйка «Ковчега» подошла к Сергею, усаженному в кресло его другом, обвила изящными ручками мужскую шею и крепко поцеловала в губы.

– Богиня! – хрипло произнёс Ёрш.

– Ишь слово-то какое придумал! – звонко рассмеялась Елена. – Это что-то из лексикона древних племён Обители? Очаровательно! Так меня обычно не называют. Принцесса там, Королева – да, было... А Богиня... Расту в глазах общественности!

– Но Вы... Ты хочешь сказать, что твоё тело… искусственного происхождения? – недоумевала Лариса.

– Я сказала, что прожила несколько лет в подобном теле, а потом... – неопределённо взмахнула рукой Элен. – Боюсь вас запутать... Вернёмся к тому, что Роберт попросил меня высказать мнение об очеловечивании биороботов. Вопрос сложный и неоднозначный. Всё зависит от конкретных личностей...

– От Хозяина? – попыталась уточнить Лара.

– Вне зависимости от модели, андроиды, и прежних поколений, и новейших конструкций остаются придатком своих эгоистичных владельцев. Если человек видит в биороботе только послушного исполнителя приказов, никаких чудес не случается. Андроид не занимается самосовершенствованием, когда в этом нет необходимости, – пожала плечами Елена и поинтересовалась у Ларисы, искоса взглянув на Роберта: – Твой Хозяин – эгоист, Ларочка?

– Моим Хозяином изначально был Сергей, – не стала скрывать Лара, – но, когда появилась возможность, я ушла к Роберту.

– Этот красавчик, – усмехнулась Элен, указывая на Ерша, – относился к тебе, как к надоевшей игрушке?

– Серёжа – замечательный человек, мой друг, – вспыхнула Лариса, – но я… люблю Роберта.

– Ну и закончим на этом, – улыбнулась Елена.

– Почему? – удивился Боб, и она ответила:

– О каком очеловечивании может идти речь, когда существо искусственного происхождения мыслит сугубо человеческими категориями? Любовь... Смысл этого понятия каждый человек формулирует по-своему, а некоторые люди и вовсе не знают, что это такое.

– При мысли о Роберте на душе становится тепло. Хочется сделать что-то необязательное, хорошее, доброе, нежное, – разоткровенничалась Лара. – А без него, без любимого человека жизнь превращается в унылое существование.

– Твою же мать, Ларочка! – вздрогнула хозяйка «Ковчега». – Любовь, душа, жизнь, уныние... Ты – человек, милая девочка!

– Вы забыли об одной детали, – наконец-то «проснулся» и вступил в разговор Сергей. – Эмоции, нежность, любовь Ларисы появились неспроста. Они – ответ на искренние чувства Роберта.

– Ты любишь Лару, Роби? – хитро улыбнулась Елена.

– Да, – без колебаний, однозначно ответил Боб и открыл Ларисе свои объятья. Через мгновение счастливая девчонка Ларка взлетела ему на колени.

Вечер на станции прошёл в расслабленном состоянии. Лара не отходила ни на шаг от Роберта и светилась от свалившегося ей на голову «космического счастья». Элен наблюдала за ними с нескрываемым интересом. Отойдя от шока, но не желая перенапрягать свой ослабевший мозг, Сергей пытался любезничать с ней, однако Елена не позволяла неожиданному кавалеру выходить за рамки приличий. Ёрш расточал комплименты, вздыхал, а убедившись в тщетности своих потуг, всё-таки обратился к другу по насущному вопросу:

– Выходит, что все наши усилия в деле изучения космического пространства оказались напрасными?

– Напротив, дружище, – мгновенно отреагировал Роберт, – активность и настойчивость в этом вопросе и привела к тому, что таинственные, глубоко законспирированные пришельцы начали общаться с нами как… с младшими братьями.

– В самом деле? – усомнился Сергей, но заметив утвердительный кивок Елены, продолжил: – А до сегодняшнего дня мы выглядели симпатичными недоумками?.. Честно говоря, я был убеждён, что интерес у сильных мира сего вызывает только наш вождь – великий, прекрасный и ужасный Отец Роберт.

– Ты, действительно, симпатичен мне, Серёжа, – засмеялась Элен, – а Роби... Как оказалось, на просторах мироздания существуют такие мужчины, с которыми я – многоопытная, великая и ужасная бывшая Жрица справиться не в состоянии. Подобный казус не объяснить рассудком...

– Роберт один из них? – поднял брови Ёрш. – То есть, если сейчас он подойдёт к тебе, возьмёт за руку и уведёт...

– Роби не сделает этого, – прервала его улыбающаяся Елена. – Но мне не удаётся надёжно блокировать интерес Роберта к моей сущности, и он с лёгкостью читает мои мысли прямо сейчас...

– Что-что?! – ахнул Сергей.

– Да-да, это так, – развела руками Элен. – Правда, и я считываю информацию из сознания вашего вождя, что делает нас равными... Но стоит мне научить Роберта продвинутой защитной технике, ситуация изменится... А ведь я это сделаю...

– Спасибо, Лена! – от мягкой, душевной улыбки Боба по спинам его друзей побежали мурашки, а он поинтересовался: – Могу я отказаться от подобной способности, если она тебя тревожит?

– Роби, ты – прелесть, но техника защиты тебе необходима. В дальнейшем придётся общаться не только с такими пугливыми барышнями, как я, – рассмеялась Елена и переключилась на Сергея: – Ёршик, ты не можешь поверить в то, что твой друг читает мысли других людей?

– «Ёршик»? – взвился он. – Вы оба читаете мои мысли?

– Только я, – фыркнула Элен. – Роберт – человек с большим талантом… и тактом. Он с лёгкостью абстрагируется от внешних раздражителей и считает, что «подслушивать» близких людей некрасиво... А меня беспокоит психологическая нагрузка, свалившаяся на Роберта, и посещающие его в последнее время мысли, нехарактерные для населения Обители.

– О чём ты, Лена? – не понял Боб.

– Ваша странная планета, на чудовищное расстояние удалённая от других, и цивилизация, оторванная от жизни иных миров, имеет любопытную особенность. Вы сосредоточены на своей короткой жизни так же, как ваши предки, только и думавшие об ограниченности бытия, а затем собственными руками устроившие Всемирную Катастрофу. Удивительно, но биороботы, задаваясь вопросом о своём существовании после ухода Хозяина, куда чаще людей размышляют… о смерти. Не правда ли, Ларочка?.. Не волнуйся, твой любимчик Роби никуда не спешит, а лишь думает об этом больше своих соплеменников. Открывающиеся ему дарования только подталкивают Роберта к подобным мыслям. Всё ли заканчивается с окончанием жизни человека на Обители? Куда мы уходим?

– Да. Куда? – воскликнул Сергей и всё-таки ухватил Лену за руку.

– Большинство людей во все времена понятия об этом не имели, – она кивнула и не стала высвобождать пальцы из ласковых мужских лап. – Людям помогала Вера.

– В Абсолют? – заинтересовался Боб.

– У него много имён, – пожала плечами Элен. – Около двух тысяч лет тому назад вы разделили его на Свет и Тьму. Спорное решение, но сейчас вам пришло в голову объединить два культа в новый, третий. Выглядит логично, но… я не могу знать наверняка, каков будет результат. Готовых рецептов движения к Абсолюту не существует... Что же касается смерти... Последователи культа Тьмы во Тьму и уходят? Апологеты культа Света превращаются в Свет? А вы? Что об этом думаете вы? Роби?

– Не знаю, – честно признался Боб. – Обидно, если всё здесь и закончится. Наверное, ты права, Лена... Нужно верить, искренне и очень сильно верить.

– Во что? – вдруг спросила Лариса.

– В любовь, Лара, – ответил Роберт. – Она даёт силы на великие поступки. С её благословения рождаются дети и… чудеса.

– Роби! – глаза Елены неожиданно промокли, и следующие слова она произнесла, отвернувшись: – Вернёмся к теме биороботов? Впрочем, мой рассказ и о смерти тоже... У одного хорошего человека, у мужчины трагически погибла женщина искусственного происхождения. Сохранился только процессор, управляющий кристалл, который в наших краях тогда называли «сердцем биоробота».

– Так это – самое главное! – буркнул Ёрш, глядя на сидящую с открытым ртом Ларису и не отпуская руку Елены.

– Он воссоздал тело женщины, – не вступая в дискуссию, продолжила она, – вложил в него кристалл и... Ничего не получилось, Серёжа. То есть, биоробот ожил, но не стал его прежней подругой...

– Этот мужчина… недостаточно сильно любил её, – после минутной тишины прошептала Лара.

Ночью Элен покинула кают-компанию в одиночестве. Сергей знал, что так и случится, но всё равно расстроился и проглотил двести граммов коньяка, прежде чем уснуть... Лариса в постели таинственно смотрела на Роберта, словно порывалась спросить: «Ты, правда, любишь меня, Роби?» А он не только ощущал её состояние, но точно знал мучавший женщину вопрос и, целуя губы Ларисы, произнёс короткое и ёмкое слово «да». Ларе захотелось поплакать, но она лишь потёрлась о мужскую грудь щекой, на которую пролилась сладкая слеза. В голове биоробота мелькали воспоминания о прежних встречах с Робертом со дня их знакомства много лет тому назад, а в душе Ларисы... Она ощущала невероятное, безграничное счастье и делилась им с любимым мужчиной.

Лара прекрасно понимала, что редкая женщина может сравниться с ней в умении доставлять мужчине телесные удовольствия, но только с Робертом использовала его во всей красе. Не удивительно. Мало уметь рисовать, для создания настоящего шедевра живописи надо испытывать вдохновение и огромное желание поделиться… своим сердцем. Этой ночью вдохновению Ларисы не было предела. «Я – человек. Я – женщина, – шептала она. – И я люблю тебя, Роби!» Он улыбался, целуя появляющиеся перед глазами веснушки, входил в резонанс со своей ласковойподругой, трепещущей от избытка чувств...

– Ты в порядке? – побывав на вершине наслаждения, Боб склонился над Ларисой, разметавшей по подушке светло-рыжие волосы.

– Я в нирване! – открывая свои ясные голубые глаза, тихо ответила она. – Ты когда-нибудь слышал, чтобы искусственно созданные существа впадали в полуобморочное состояние от испытанного блаженства? Вот и я ни о чём таком не знаю, значит, я уже не робот. Но и ты... Не сжимай мою грудь, Роби! Позволь расслабиться немного... Нет! Не трогай губами мои веснушки, а то я не позволю тебе уснуть до утра...

Роберт упал на скомканную простыню, уткнулся в плечо Лары и застыл. А Лариса не могла успокоиться. Она повернулась к нему лицом, обняла ласковой ручкой и зашептала скороговоркой: «Я ведь не ревнивая женщина, правда? Но сегодня я не отдала бы тебя никому, даже Сергею. А если бы ты ушёл с Еленой, билась бы в истерике!.. Нет, сегодня ты только мой... Простишь такую горячность любящей женщине?» Лара порывисто поцеловала Роберта, а почувствовав на спине тёплую мужскую руку, принялась медленно ласкать его нежными ручками и целовать, забираясь губами в самые укромные уголки тела любимого мужчины... Боб плыл по течению её ласк и даже не заметил момента, когда Лариса улеглась на него сверху и принялась медленно изгибать своё изящное тело...

После пробуждения Роберт отчётливо осознал, сколько вопросов требовалось задать Виктору. Увы, Верховный Жрец Света отсутствовал, и на станции, и в своей Высокой Башне.

– По плану Витя должен появиться на Обители через неделю, – ответила Элен на вопрос Роберта.

– Где он? – с нескрываемым интересом спросил Сергей.

– Какой ты любопытный, Серёжа! – засмеялась Елена. – У Виктора есть неотложные дела во многих местах, рассказать о которых может только он сам. Переместиться туда можно так же, как мы попали из Башни Верховного Жреца Света на орбитальную станцию «Ковчег». Для понимания технологии подобной транспортировки у вас, к сожалению, нет терминологии, не хватает знаний. Впрочем, при большом желании вы их постепенно получите. Кстати, как вы поняли, меня Витя попросил заменить его в общении с вами, насколько это возможно. На некоторое время мы можем остаться на станции или спуститься в Высокую Башню, если Ёршик совсем заскучает. В любом случае, я постараюсь и дальше составить вам приятную компанию, а также искренне ответить на большинство вопросов, включая личные.

– Лена, – отставив шутки в сторону, с места в карьер заговорил Роберт, – а всё-таки, в вашей практике случалось использование подобной технологии транспортировки для переселения большого количества людей на другие… планеты?

– Если «Ковчег» справился с животными, то и с людьми как-нибудь... – попыталась отшутиться Элен, но увидев кислое выражение на лице Роберта, загрустила: – Ты всегда такой серьёзный, Роби? С друзьями так нельзя... Сколько человек тебе понадобится переправить? Тысячу? Две? Для подобных целей имеются иные средства. Огромные космические лайнеры, например.

– Такие летательные аппараты не доберутся до нас в приемлемые сроки даже со скоростью света! – воскликнул Боб.

– Ты покоряешь меня своей начитанностью и осведомлённостью, – Елена не удержалась от улыбки. – Однажды нас оставят наедине, и я расскажу тебе о полёте на корабле, прошивающем пространство. Именно таким образом мы впервые очутились у одинокой звезды на окраине Вселенной.

– Где? – не понял Сергей.

– На орбите нашего единственного и неповторимого Светила, дружище! – усмехнулся Роберт. – На самом деле, мой вопрос о переселении людей – не праздное любопытство. Насколько я понимаю, через какие-нибудь восемьсот, а при негативном сценарии через пятьсот лет наше Светило может вступить в период очередной трансформации, грозящей Обители вымиранием всего живого.

– И это – главное, что заботит тебя сейчас, Роби?! – изумилась Элен. – Не ожидала... Прости, Отче!.. Но не обвиняй меня в легкомысленности. Недавно мы с Виктором обсуждали вопрос создания колонии представителей Обители на благополучной и безопасной планете. Думаю, сейчас Витя занимается подбором вариантов. Опыт адаптации небольшой группы колонистов может продемонстрировать перспективы нынешних жителей вашей планеты в других мирах. Как ты понимаешь, Роби, технические возможности для эксперимента имеются, и не они – главная проблема переселения.

– Большинство проблем кроется в нас самих, – кивнул Боб и дал развёрнутый ответ на вопросительный взгляд Сергея.

Роберт заговорил о крайне слабой информированности населения о реальном положении дел на планете, об отсутствии желания многих жителей подземных поселений выходить на поверхность Обители даже на экскурсию. Он упомянул о недоверии к новостным каналам средств массовой информации, о погружённости в привычный и удобный мир виртуальной реальности, о болезненном нежелании отличать реальные события от искусственно сгенерированных приключений.

– Ты предполагаешь, что часть населения откажется от эвакуации даже под угрозой гибели? – почесал затылок Сергей.

– Не часть, а большинство жителей подземелий не способно осознать подобную угрозу, – в голосе Роберта звучала уверенность. – Проблема существует, и её надо решать, пока не поздно. Если взяться за дело сейчас, через несколько поколений люди станут мыслить иначе... А для создания колонии на другой планете желающие, конечно, найдутся. Это же невероятно интересная миссия, колоссальный опыт, необходимый обществу Обители в целом.

– Бесспорно, – кивнул Ёрш. – Незнакомая планета где-то за пределами нескончаемой Тьмы – невероятно и прекрасно... Елена, а «мир номер минус два» действительно существует или это – выдумки писателя?

– О, Серёжа, тебе не спалось, и рука потянулась к книжной полке? – заулыбалась Элен. – Разумеется, ты познакомился с авторским взглядом на один из миров, населённым разумными существами. Много ли успел прочитать?

– Два тома по диагонали, третий не успел проглотить, – Сергей расплылся в улыбке. – Если представится возможность, перечитаю внимательно...

– Подарю тебе свой экземпляр, – одобрительно кивнула Елена. – А Роберту предлагаю свои услуги лектора. Вы могли бы сформировать ограниченную группу слушателей, Отче, и я познакомлю их с актуальной теорией мироздания.

– Две группы, Леночка! – мгновенно отреагировал Боб. – Они будут слушать тебя поочерёдно, чтобы не отрываться от текущих дел надолго. Но прежде мы с тобой обсудим учебный план. Я хочу утвердить его лично.

– Не вижу препятствий, – вздохнула Лена. – Высокий уровень секретности лекций не обсуждается... Вопрос в психологической устойчивости слушателей. Например, Ёршик с большим трудом воспринял «космическую реальность». А ты заговорил о двух группах неподготовленных людей, Роби...

Глава 41. Эмоции

Глава 41. Эмоции

В Башне Роберта оказалось непривычно людно. Боб собрал весь свой ближний круг, чтобы обсудить новые реалии жизни. На стене большой гостиной висел «Оазис» Карла Чёрного, экземпляр, подаренный автором Виктору и временно выставленный здесь с разрешения владельца. Картина произвела огромное впечатление, и на тех, кто знал историю написания авторских копий «Оазиса», и на людей, незнакомых с его живописью. От пытливых взглядов друзей на Илону и её мужа, она таяла от удовольствия причастности к великой тайне и жалась к Роберту. А он, наперебой с Алисой рассказывал о звёздах, рассекреченных Жрецами Космоса. Запланированные лекции об инопланетной теории мироздания вызвали бурный интерес. Две группы будущих слушателей курса сформировались быстро. Беременным женщинам, молодым мамочкам и постоянным обитателям Башни Роберта Элен пообещала занятия в близлежащем посёлке, в помещении театра Исидоры Небесной-Берг. Нет, изменившая фамилию, знаменитая актриса не уговаривала Боба взять её замуж. Она попросила принять её в семью без каких-либо предварительных условий, и Роберт ей не отказал.

Второй группе слушателей предстояло посещать лекции Елены в Высокой Башне Верховного Жреца Света. Информация о том, что кто-то из этой группы по окончании лекций пройдёт специальную подготовку для будущих космических путешественников, потенциальных колонистов, вызвала новый всплеск эмоций.

– Ну, конечно, первая группа папочки Роберта должна рожать и воспитывать его детей, а вторая – путешествовать, – заголосила Юлия. – Отлично! Но и тебя, Отче, мы никуда не отпустим!

– Куда же я от тебя денусь, Юленька! – миролюбиво улыбнулся Боб. – Не думаю, что иномиряне планируют ускоренными темпами приучать нас к своим продвинутым технологиям. Логично предположить, что путешественникам придётся строить колонию с нуля на неосвоенной планете. Для подобной цели потребуются крепкие, специально подготовленные добровольцы, чётко понимающие важность поставленной перед ними задачи. Если всё пойдёт по плану, процесс адаптации в новых условиях для следующих групп колонистов пройдёт гораздо легче. В конце концов, мы заботимся не о себе, а о потомках, которые могут не справиться с кризисной ситуацией у себя дома. Лично нам хватит дел и радостей на родной Обители.

– Вы включили меня в первую группу, Отец Роберт, а мне нужна вторая, с перспективой стать колонистом, – подчёркнуто официально заявил подполковник Кремень. – Я не настолько стар и слаб, чтобы не принести реальную пользу команде первопроходцев.

– Я не возражаю, Анатолий, – развёл руками Боб.

– Мне хотелось бы учиться и работать рядом с Анатолием, – воскликнула София, заставляя мужественное лицо Кремня просветлеть.

– И я с ними, – громко высказалась Беатрис.

– Мама! – ахнул Роберт. – Мама, Соня, вас-то куда несёт?! Как мы здесь без вас останемся?.. Хорошо, я подумаю...

– И думать тут нечего, Бобби, – нахмурилась Беата. – Свою сестру Агату ты видишь в группе первопроходцев, как метко выразился Толя, а нас с Соней нет? Почему? Ты считаешь свою маму старой и немощной?

– Роби, пожалуйста! – тихо произнесла София. – Неужели ты не понимаешь, что второго шанса у нас не будет.

– Я всё понял, милые девушки! – с улыбкой покачал головой Боб. – Будете заниматься в составе второй группы, в Высокой Башне Верховного Жреца Света. Но при появлении такой возможности, на чужую планету отправитесь только после тщательной подготовки и сдачи экзаменов на общих основаниях.

– Спасибо, Отче! – практически в унисон отозвались довольные собой Соня и Беатрис, чем ввели Роберта в состояние ступора.

– А служителям культа заказан путь с Обители, Отче? – поинтересовался Отец Фарид, добивая Боба почтительным обращением.

– Нет, – справился с давлением Роберт. – Мы обсудим список Жрецов, допущенных к подготовке после того, как ответим на многочисленные вопросы, касающиеся объединения усилий всех служителей культа.

– Только усилий? – принялся уточнять Фарид. – Формальное и фактическое объединение не планируется?

– Насколько мне известно, руководство культа Тьмы выступает за полное слияние. Верховный Жрец Света после долгих раздумий поддержал идею объединения, – озвученная Бобом новость огорошила всех.

– То есть, дело только за тобой, Отче? – воскликнул Отец Марк.

– Я не один представляю так называемый третий культ, – улыбнулся Роберт. – Выскажите своё мнение, Мать Илона, Мать Алиса!

– Я целиком и полностью поддерживаю идею слияния Жрецов не двух, а трёх конфессий в единое пространство культа Обители. Остаётся обсудить только общие принципы служения и технические детали... Однако в заботах о планете в целом, нельзя забывать о том, ради кого мы работаем, о людях. Далеко не каждый из них готов к нашему объединению. Многие, особенно пожилые, люди не смогут уверовать в Космос по щелчку пальцев. Постепенно объединяясь, Жрецы Света и Тьмы не имеют права забывать о своей традиционной пастве, – Илона оказалась готова к ответу на заданный вопрос, чего нельзя было сказать о разволновавшейся Алисе.

– Я... – произнесла и мгновенно сбилась она под удивлёнными и вопросительными, ободряющими и сомневающимися, пристальными взглядами присутствующих людей. Элис взмахнула непослушной чёлкой и заговорила от души: – Мы стоим на пороге новой эпохи, новой эры в жизни человечества Обители. Вероятно, она продлиться не так долго, как виделось раньше. Сейчас наступило время объединить усилия всего населения планеты: Жрецов Тьмы, Света и Космоса, жителей подземных поселений и поверхности ради единой цели – создание условий для планомерной подготовки людей к поэтапному переселению в новый дом. Как специалист по изучению Светила, я готова подтвердить необходимость такого шага в среднесрочной перспективе и служить людям на доверенном мне посту в объединённой структуре.

– Как видите, с небольшими оговорками официальные представители трёх культов едины в оценке текущей ситуации и перспектив её развития, – констатировал Роберт. – Нам предстоит уточнить детали объединённой доктрины и структуру организации. Со своей стороны хочу пояснить: Жрецы Обители получат возможность развивать способности, свойственные каждому культу. Мы проведём соответствующую работу с уже имеющимися служителями, желающими идти по пути познания, постепенно появятся и новые Жрецы.

– Кто они? – с явной заинтересованностью воскликнула Эльза.

– Вероятно, будут разработаны принципы вхождения в единый культ Обители, система обучения и поддержки талантливых людей, желающих служить нашей цивилизации в таком качестве, – ответил Боб. – На данный момент я готов предложить Совету Жрецов несколько кандидатов, и первый из них – ты, Эля.

– Надеюсь, что это – не шутка, Отче, – чуть слышно произнесла дочь Исидоры и Габриеля. Она мечтала услышать от Роберта слова одобрения своего труда на благо близких людей и усилий в работе над собой. Но сейчас Эльза не могла поверить в то, что уровень доверия к ней столь высок и озвучен прилюдно.

Уверенность Боба вселяла надежду, что новые веяния и новые задачи не станут непреодолимой проблемой или пустыми разговорами. Казалось, что сомнения Отцу Роберту неведомы. Даже неоднозначное отношение участников собрания к Эльзе Небесной, отказавшейся от псевдонима Гибки, не вызвало высказываний против её выдвижения на новый уровень деятельности просто потому, что в ней был уверен Роберт. Но лишь Илона доподлинно знала о непростых и далеко не безоблачных отношениях Боба и Эли. Лишь деятельное участие Эльзы в перипетиях событий прошедшего года, её безусловная надёжность в засекреченной операции, суть которой была известна только Виктору, Фариду, Илоне и Роберту, сняли последние сомнения в личных качествах своенравной старшей дочери Габриэля. Боб, наконец-то, поверил ей, а она доверилась ему без каких-либо оговорок. Рождение маленького Абрама послужило реальным подтверждением взаимопонимания.

Фарид и Марк подняли вопрос грядущего выступления высших служителей культа на Мировом Совете. Роберта больше волновала реакция ортодоксальных последователей традиционных культов на их объединение. Как и Илона, он предполагал, что не все поймут необходимость слияния, и говорил о важности разъяснительной работы и бережного отношения к людям. Особенно, Роберт подчеркнул необходимость засекретить «космическое обучение» ограниченного числа лиц до той поры, пока не будет согласована пошаговая программа ознакомления Мирового Совета, а затем всех жителей Обители с космической реальностью и с перспективами жизни в ней.

Напряжённую рабочую обстановку разрядил первенец Боба. Семилетний Яков вбежал в большую гостиную, мельком взглянул на нахмурившуюся маму и мигом взобрался на папины колени. Роберт улыбнулся, поцеловал сына в макушку и собрался продолжить заседание, но слово попросила Барбара Берг.

– Я хочу поднять вопрос об изменении учебных программ для детей и молодёжи. Специальные курсы лекций для взрослых – это очень хорошо, но и подрастающее поколение следует готовить к адекватному восприятию новой реальности, – заговорила она, получив возможность высказаться. – О наших детях, малышах, живущих на поверхности, я особенно не беспокоюсь. Но подросткам с уже сформировавшимся мировоззрением придётся ломать стереотипы, не говоря уже о детях, живущих в подземных населённых пунктах на всех континентах Обители. У большинства из них нет ясного представления о жизни на поверхности, не говоря уже о существовании иных миров. Подобная информация может оказать шокирующее воздействие на неокрепшие умы.

– Именно поэтому я и предлагаю соблюдать принцип постепенности в подаче информации и обучении, – удовлетворённо кивнул Боб. – Если пороть горячку, непременно наломаем дров. Устраивать экскурсии на поверхность Обители, организовывать стажировки учащихся в Башнях Жрецов, в академиях, на фермах и других объектах тоже следует с умом. Никакого принуждения! В конце концов, человечество должно оказаться готовым к масштабному переселению через три сотни лет, не ранее. Нам важно грамотно дозировать информацию и отслеживать, дошла ли она до адресата. Кроме того, мы обязаны предоставлять возможности заинтересованным лицам... А постепенные изменения в школьных программах, разумеется, последуют. Кстати, почему бы тебе, Барбара, не включиться в эту работу, совместно с ответственными лицами, которых назначит Совет служителей единого культа Обители?.. Есть запрос и к деятелям культуры. Тема космоса обретает особую значимость и в произведениях искусства. Вижу, как Эжен поедает глазами полотно Карла Чёрного. Если осилишь точную копию, я буду очень рад. А там, глядишь, появятся и собственные картины на заданную тему... Дорогая Исидора! Очень прошу тебя обратить внимание на происходящие перемены и задуматься о новых спектаклях в грядущем театральном сезоне.

– Обязательно задумаюсь и готова на днях обсудить результаты размышлений, – со всей серьёзностью откликнулась Дора. – Непременно стоит отметить, что иные миры – чрезвычайно выигрышная тематика для киноискусства. Думаю, мы поговорим и об этом тоже.

Через пару дней задуманное обсуждение, действительно, состоялось в студии Исидоры Небесной, неподалёку от Башни Роберта. К изумлению Боба, знаменитая театральная актриса, ранее довольно пренебрежительно высказывавшаяся о кино, поведала об идеи создания нескольких фильмов, как о собственном детище. Оказалось, что Дора давно подумывала о дополнении театрального центра кинематографической мастерской. По крайней мере, её задумки не выглядели безосновательными прожектами. Исидора не выставляла особых условий для реализации проекта, кроме одной немаловажной детали. Она доходчиво объяснила Роберту, чем отличаются фантазии на тему от серьёзного фильма о незнакомых мирах, светилах, планетах и живущих на них существах. Как и Бобу, Доре хотелось увидеть их своими глазами, как из нескрываемого любопытства, так и с профессиональными целями...

– Как же ты красива и ласкова, звезда моя! – шептал Роберт, лёжа лицом к раскрасневшейся Исидоре в её постели. Кровать занимала половину спальни в небольших, но очень уютных апартаментах на верхнем этаже здания театральной студии. Дора терпеливо ждала визитов Боба по поводу и без него, и дожидалась, всякий раз млея от его слов и прикосновений. Сегодня, после длительной череды взаимных ласк, касаясь пальцами красивого лица удовлетворённой, но ещё не успокоившейся женщины, Роберт разговорился: – Мне самому невероятно интересно увидеть хотя бы одну из далёких планет. С нетерпением жду встречи с Виктором, чтобы поговорить с ним о… пробной поездке. Если он не откажется исполнить мою мечту, я возьму тебя с собой.

– Правда?! – вспыхнула Исидора.

– Да, красавица моя! – прошептал Боб, целуя сладкие губы своей непревзойдённой лицедейки. – Пожалуйста, учти, что подобная затея наверняка небезопасна. Неизвестно, как адаптируются наши организмы к иным условиям жизни. Легкомысленное отношение к подобному путешествию недопустимо.

– Меня это не остановит! Рядом со мной будет находиться Отче... – с вызовом воскликнула Дора, прижимаясь к нему обнажённым телом. – Ты же понимаешь, что я буду счастлива жить с тобой в любом уголке… космоса. Я и умереть хотела бы вместе с тобой, но подобная перспектива выглядит несправедливо по отношению к моему любимому, молодому мужчине.

– А я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что Исидора Небесная – моя женщина до такой степени, что носит фамилию Берг! – Роберт немного отстранился от неё, чтобы взять в ладони уже немолодую, но как прежде привлекавшую его женскую грудь.

– Через несколько лет я состарюсь, и ты перестанешь меня лапать, – тихо застонав, улыбнулась Дора. – Тогда я перестану быть Небесной, но продолжу носить фамилию Берг в упрёк тебе, молодому.

– Мы состаримся вместе, – заулыбался в ответ Боб, – но ласкать мою любимую актрису я не перестану.

– Врёшь ты всё! – с чувством выдохнула Исидора и скользнула своими изящными руками вниз по мужскому телу. – Впрочем, мы убедимся в искренности твоих слов, когда я начну преследовать тебя, предлагая свои отцветающие прелести со словами: «Прими меня в свои объятья, Отче!»

Виктор объявился в Высокой Башне Верховного Жреца Света через две недели после эпохального собрания у Роберта и немедленно дал о себе знать. Не откладывая дело на завтра, Боб нагрянул к нему с визитом. К этому моменту Элен уже доложила Виктору о первых лекциях, прочитанных ею в рамках ознакомительного курса. В свою очередь, Роберт рассказал о принятых на собрании решениях и начале реализации планов служителей объединённых культов. «Не слишком ли поспешны вы в принятии эпохальных решений и в своих порывистых поступках?» – покачивал головой Виктор, но радовался продуманности планов и программ. Он без колебаний согласился выступить на специальном заседании Мирового Совета, но наотрез отказался стать Верховным Жрецом Обители.

– Роби, я терпеливо ждал, пока ты вырастешь до необходимого уровня, – сдержанно пояснял Виктор. – На удивление быстро тебе удалось преодолеть высокую планку, не глядя на неё. Ты становишься человеком, к которому станут прислушиваться на просторах нашего огромного и многоэтажного мира. А я, если позволишь, ещё некоторое время продолжу служить твоим советником. Нынче моё превосходство над тобой обуславливает жизненный опыт и некоторые специальные знания, но не более того. Идея Совета служителей единого культа Обители видится мне разумной и перспективной. Возглавить Совет могут, например, три Высших Жреца. Как вариант, ими могут стать Фарид, Марк и ты. Тебе будут предлагать возглавить Совет единолично, но в таком случае, любая отлучка лидера с планеты станет для всех проблемой.

– Я, как раз, хотел обсудить этот тонкий момент, – Боб немедленно ухватился за слова Виктора.

Тот предчувствовал просьбу Роберта и был готов идти ему навстречу, но упоминание об Исидоре немного выбило Виктора из равновесия. Он предполагал наличие спутницы в путешествии, историческом для Боба и всей Обители, но не ожидал, что ею станет немолодая театральная прима. Впрочем, Виктор быстро осознал, что постичь новую реальность методом художественного осмысления людям, возможно, будет легче, чем разумом, замутнённым привычной оторванностью от обитаемого космоса.

К радости Исидоры, дальнейший разговор мужчины перенесли на орбитальную станцию «Ковчег». С ней Дору знакомила сопровождавшая Виктора Элен. Маша, как понял Роберт, отсутствовала на Обители и занималась неведомыми ему делами в иных мирах... Жрецы работали до вечера, а после ужина Виктор и Елена вознамерились вернуться в Высокую Башню Верховного Жреца Света. Практически не сомневаясь в ответе, Боб вежливо поинтересовался у Исидоры, не желает ли она провести ночь на «Ковчеге». Сдерживая взрыв эмоций, готовых вырваться наружу вместе со словами, Дора часто утвердительно закивала...

– Эта… орбитальная станция заслуживает отдельного полнометражного фильма, как минимум. Конечно, снимать здесь кино нам никто не позволит, – говорила она, вглядываясь во тьму за прозрачной поверхностью иллюминатора, – но хороший художник-постановщик с декоратором смогут воссоздать «Ковчег» в павильоне.

– Ты серьёзно увлеклась идеей киносъёмок, – улыбнулся Роберт. – Дело хорошее, перспективное, нужное, но для тебя новое. Раньше Небесная актриса не стремилась попасть на экран.

– Я и сейчас не стремлюсь, для экрана есть исполнительницы помоложе, – фыркнула Исидора. – Однако знания и опыт позволяют мне заняться организацией кинопроизводства, и в качестве продюсера, и даже в роли режиссёра... Меня привлекает создание фильмов в новых условиях. Популярные сериалы, отснятые в павильонах и насыщенные компьютерной графикой, не особенно интересны мне. Но когда речь зашла о космосе, о натурных съёмках, меня посетило вдохновение. Пусть без павильона не обойтись, но перспективы открываются сказочные...

– Думаю, в иных мирах впечатлений станет ещё больше, – с улыбкой кивнул Боб, – но тебе, похоже, и здесь нравится.

– Вдвоём с тобой я могла бы оставаться на станции бесконечно долго, – мечтательно произнесла Дора.

– И чем бы мы занимались на «Ковчеге» длительное время, красавица? – усмехнулся Роберт.

– Любовью, – пожала плечами она. – Космической любовью...

– Ты задумала эротическую ленту? – подмигнул ей Боб.

– Почему бы и нет? – с вызовом воскликнула Исидора. – Представь себя пленником на корабле пришельцев, моим пленником... Признайся, я же артистичнее и желаннее, чем красавица Элен?

– Для меня – да, – без обиняков ответил Роберт.

– Тогда не будем терять времени, мой мальчик, – Дора столь легко вошла в новую роль, что от интонации голоса «женщины из иного мира» по спине «пленённого мужчины» побежали мурашки...

Сердце Роберта бешено колотилось, когда они с Исидорой и Виктором выходили из кабины пространственного лифта, но за дверью их встречала Маша и… обстановка уютного человеческого жилища. Иронично усмехнувшись, жена Виктора не стала испытывать терпение неопытных путешественников. Через пару минут она открыла наружную дверь дома и...

Боб неоднократно пытался представить себе пейзажи других планет, вид иных светил, незнакомое ночное небо, украшенное отблеском звёзд, но действительность превзошла его фантазии! За дверью стояла ночь ничуть не похожая на тёмное, беспросветное время суток на Обители, от заката до восхода Светила. На небе сияло несчётное количество звёзд различной яркости и величины. Мало того, взглядам космических путешественников открылись два небесных тела разной величины и невероятной красоты. «Перед вами местные луны – естественные спутники, вращающиеся вокруг планеты «Голубая Жемчужина», где мы с вами находимся», – с таинственной улыбкой пояснил Виктор.

Поразительно красивое ночное небо отражалось в океане. Ленивыми волнами он нёс свои воды к песчаному берегу в какой-нибудь сотне метров от пригорка, где стояли путешественники.

– Желающие искупаться имеются? – весело поинтересовалась Маша.

– Здесь? Прямо сейчас? Ночью?! – спросил Боб, не отрывая взгляда от неба, встречающегося с океаном где-то на едва различимой линии горизонта. – Нам позволительны подобные… шалости?

– Конечно! Прежде, чем отправиться в путешествие, мы провели углублённые медицинские исследования, позволяющие утверждать, что вашей безопасности на Голубой Жемчужине ничто не угрожает. Вы вполне подготовлены к близкому общению с… этой прекрасной планетой. Сейчас здесь тихо, тепло, а в океане ещё теплее. Смелее! Вы не пожалеете, – воскликнула женщина с раскосыми глазами и побежала на пляж, расстёгивая блузку на ходу. Муж её не поддержал. Исидора то ли застеснялась, то ли испугалась. Плавала она не очень хорошо. А Роберт сбросил с себя оцепенение и рванулся вдогонку за Машей с мыслью о том, что ни за что не упустит волшебные впечатления от дивной планеты.

Глава 42. Ученичество

Глава 42. Ученичество

Оказавшись в паре метров от линии прибоя, Боб снова застыл. Не стыдящаяся посторонних взглядов, нагая жена Виктора шаг за шагом погружалась в океан. Только сейчас Роберт оценил её красоту и… почувствовал абсолютно неуместное возбуждение. Более не мешкая, он быстро скинул с себя одежду, в несколько прыжков забежал в океан и нырнул в его воды рыбкой. Регулярные тренировки превратили Боба в искусного и опытного пловца. Несколько гребков в тёплой, удивительно приятной воде, и он поравнялся с Машей, неспешно рассекающей дружелюбные волны. Обнаружив рядом с собой попутчика, она повернула к нему голову и улыбнулась: «Ты сделал правильный выбор, Роби! Красота невероятная, правда? Я появляюсь здесь достаточно часто, но по-прежнему всякий раз немею от восторга. А если перевернуться на спину, можно рассматривать звёзды в своё удовольствие... Однако я должна предупредить тебя: если заметишь или почувствуешь нечто необычное, не беспокойся. Обитатели океана дружелюбны, но могут заинтересоваться новым гостем».

Следуя собственным рекомендациям, Маша распласталась на водной поверхности, лицом к небу. В таком положении она выглядела потрясающе. Роберт последовал её примеру и ахнул от вида звёздного неба в новом ракурсе. Жаль только, что наслаждаться зрелищем в таком положении оказалось не вполне удобно. Нет, Боб прекрасно держался на воде, но натыкаясь взглядом на женщину, качающуюся на волнах поблизости, он не справлялся с инстинктивно нарастающим возбуждением. Роберт вздохнул и мощными гребками отплыл немного в сторону.

Именно в этот момент он ощутил неожиданное прикосновение к своей ноге. Во время заплывов в морских водах родной Обители Боб, разумеется, сталкивался с медузами или с поднявшимися к поверхности рыбами, но нынешнее касание показалось ему иным, непривычным, осмысленным, как бы странно это не звучало. Вдобавок к повторившемуся тактильному контакту Роберт ощутил поток сознания мыслящего обитателя океана. Боб нырнул, но в тёмной воде разглядел лишь расплывчатые очертания существа, схожего с человеком по размерам.

– Кто ты? – мысленно спросил он.

– Русалка! – развеселилось существо. – А кто ты?

– Я… человек… с далёкой планеты, – с трудом подбирая правильные формы в хаосе собственных мыслей, ответил Роберт и добавил, словно передавая важную информацию: – Я – друг Виктора и Маши.

– Друг – это хорошо... Маша? Как странно ты её называешь... – мысленно отозвалось существо и подтолкнуло к поверхности задыхающегося под водой мужчину.

Боб вынырнул и сделал глубокий вдох. Жена Виктора оказалась рядом. «Ты напугал меня, Роби!» – воскликнула она. И в этот момент над поверхностью воды появилась необычная, но очень симпатичная женская головка.

– Так это ты пугаешь незнакомых людей, Руська! – мысленно, но парадоксально громко воскликнула Маша. – Как тебе не стыдно потешаться над нашим гостем?

– Я не пугала, не потешалась, а ласково погладила его… только по ноге, – обиженно ответила Русалка.

– «Только по ноге!» – передразнила её жена Виктора и заразительно рассмеялась вслух. – Я предупреждала тебя о дружелюбных обитателях океана, Роби? Шутница Руська – одна из них.

– Я – особенная! – снова обиделась девушка из океанических пучин.

– Кто же посмеет спорить? – хмыкнула Маша и произнесла ментально: – Далеко не каждому космическому путешественнику сопутствует такое везение. В первые же часы пребывания на Голубой Жемчужине нашему гостю посчастливилось встретить самую чувствительную, быть может, самую талантливую девушку планеты! Жаль только, что многочисленные таланты и несомненные достоинства не помогают ей найти себе достойного жениха.

– Уже нашла! – просияла Русалка.

– Вы очень красивая девушка, Руся, – под перекрёстными женскими взглядами Боб неожиданно смутился, – но я женат.

– Ваши человеческие отношения меня не касаются, – парировала фантастическая обитательница океана. – Если завтра на закате Вы не придёте ко мне на свидание, я обижусь!

Русалка исчезла в мановения ока, а Маша, посмеиваясь, сопроводила Роберта к берегу. Вскоре они вчетвером пили чай в спрятанном в скалу доме, известном на планете «Голубая Жемчужина», как «Обитель Шамана».

– Я не хочу показаться ярой поборницей строгих принципов… космической морали, но пребываю в недоумении... Боюсь понять, чем же наш неподражаемый Роби так долго занимался в ночном океане с Вашей женой, Виктор? – в голосе Исидоры послышались нотки ревности.

– Вы несправедливы, Дора... Я всеми силами спасала Роберта от подплывшей к нам шаловливой русалки! – засмеялась Маша. – Кстати, он умудрился познакомиться с твоей дочерью, Витя.

– С Руськой? – ахнул Виктор. – Этого следовало ожидать... Неужели она почувствовала особенного гостя на расстоянии и влюбилась с первого… прикосновения? Даже присутствие моей жены не остановило чудесную Русалочку... Боюсь, что Вам придётся смириться с присутствием соперницы, прекрасная Исидора! Не вызывать же Вам на дуэль обитательницу океана?

– И я должна всему этому верить?! – гневно, с красиво сыгранным драматизмом, воскликнула Дора.

– Вся проблема в том, что вам троим пора перейти на «ты», – неожиданно заметил Боб. Маша согласно кивнула и отправилась на кухню, откуда вернулась с двумя бутылками и лёгкой закуской.

– Спиртное в третьем часу ночи? – с показным недовольством вопрошала театральная прима.

– О, такой напиток вы ещё не пробовали, друзья мои! – заявил Виктор, с хлопком откупоривая бутылку. – Это не банальная шипучка, перенасыщенная кислородом, а настоящее «шампанское» – игристое вино с планеты, где я родился много-много лет тому назад.

Наблюдая за выпивающим и целующимся трио, Роберт пригубил вино из конусообразного бокала и вполне оценил необычный, изысканный вкус напитка. «Дело не только в особенностях технологии производства, – подумал он. – Вероятно, на многих планетах выращивают ягоды, похожие на привычный нам виноград, но условия его произрастания сильно отличаются». Исидора тоже оценила необычный букет вина, а после поцелуев с Машей и Виктором неожиданно притихла.

– Соль даже не в том, что на родной для нас с Робертом Обители вы оба – пришельцы из удивительных и пока ещё чужих нам миров, – прокомментировала она своё состояние. – Вы – не люди в привычном смысле слова. Вы оба – Высшие существа, однажды пришедшие на помощь обитателям нашей планеты.

– Помощники? – покачал головой Виктор. – Ах, если бы всё было так просто... Но эта тема для долгого разговора, и время для него ещё не наступило.

– Ты поняла далеко не всё, чудесная Исидора! – сглаживая неловкость, всплеснула руками Маша. – Твой Роберт – тоже Высшее существо, пусть он и оспаривает свершившийся факт. Дочь Виктора, его прекрасная Русалочка сразу почувствовала эту особенность...

– В сказаниях людей давно ушедших времён Русалка, если я правильно понимаю – существо с телом женщины и хвостом рыбы, – попытался соскочить с неприятной ему темы Боб. – А у твоей дочери, Шаман, красивые длинные ноги.

– Вот ты и прокололся, Роби! – засмеялся Виктор.

– В чём? – не поняла Дора.

– Во-первых, он рассмотрел тело моей дочери в условиях минимальной видимости, не касаясь его, – уверенно заявил Витя. – Во-вторых, Роберт назвал меня Шаманом, хотя при нём никто ни разу не обращался ко мне подобным образом. В-третьих, он знает настоящее имя моей жены. Назови его, Роби!

– Йоши, – очень тихо, словно открывая огромную тайну, произнёс Боб и ещё тише добавил ласково: – Йошико...

– Красота! – восхитился Виктор. – Абсолютно верно... И всё это ты узнал несмотря на блокировку, которую мы с женой ставим в качестве защиты… от утечки несвоевременной информации. Роберт интуитивно преодолевает преграды, но точно знает, когда и с кем делиться своими знаниями.

– Конечно, я мог бы поспорить, – пробурчал Роберт. – Мне удалось рассмотреть… твою дочь только потому, что я родился в полутьме подземелий Обители, долго привыкал к яркому Светилу, но сохранил способность ясно видеть в темноте. Правда, в воде всё не так очевидно... Послушайте! Я не стремлюсь стать особенным, неповторимым, единственным. Меня волнует благополучие нынешнего и будущих поколений населения нашей Обители.

– Вот и отлично! – заулыбался Виктор. – Ты выстраиваешь структуру, способную обеспечить развитие, благополучие, безопасность родной планеты сегодня и в обозримом будущем, сталкиваешься с противодействием, но упорно продолжаешь движение к цели. Разумеется, в благом деле тебе помогают друзья, близкие люди, единомышленники. Но в ключевые моменты мнения людей порой не совпадают, и важные решения ты учишься принимать единолично и ответственно! Случается, что в кризисных ситуациях семье или группе людей необходим лидер, а Обители понадобилось Высшее существо. В критические минуты люди забывают о демократии, поскольку она превращается в пустую болтовню, не вспоминают о коллективном разуме, потому что он не справляется с ситуацией. Грозящая катастрофой, всеобщая беспомощность вынуждает людей взывать с мольбой к Высшим силам... И ты в состоянии им помочь, для них ты – Высшая сила, Высшее существо. Что же плохого в том, что люди могут опереться на твою решимость и мудрость, что они не брошены на произвол судьбы?

– Ничего, – буркнул Боб и опустил голову, но через несколько мгновений внезапно поднял на Виктора горящий взгляд: – Помнишь наш разговор об Абсолюте, о Вере... В глазах моих друзей Боги – это вы: Виктор, Маша, Элен. Сейчас ты пытаешься подтолкнуть меня к мысли о том, что я обязан стать Высшим существом для людей, живущих на Обители. Возможно, на пути к Абсолюту, на тропе познания, самосовершенствования, Веры человек должен подниматься над собой, двигаться вверх с этажа на этаж и служить поводырём для своей паствы... Стройная картина получается... Но как же тяжело быть Богом...

– Пожалуй, несмотря на мои обязательства перед Илоной и другими… прекрасными женщинами, я отпущу тебя на свидание с Русалкой, Роби... – неожиданно заявила Исидора после паузы. – Но не ночью... В конце концов, я подсмотреть хочу!

Уткнувшись лицом в грудь своей красавицы, Роберт мгновенно уснул в пятом часу утра. А Доре не спалось, и она поглаживала волосы любимого мужчины, размышляя о том, как ему удаётся обновлять жизненный гардероб немолодой актрисы, снова и снова перекраивая её судьбу своим неравнодушием.

В светлое время суток Жемчужина показалась гостям ещё краше, чем ночью... Боб предполагал, что Виктор устроит развёрнутую экскурсию по планете, но тот никуда не торопился, рассказывал об истории появления здесь человеческих поселений и, казалось, хотел, чтобы Исидора и Роберт надышались воздухом Жемчужины, прочувствовали её атмосферу. Так и не покинув остров, где располагалась Обитель Шамана, Витя с Машей завели гостей в удивительно симпатичный лесок и остановились, словно дожидаясь предполагаемого события.

Исидора насторожилась, а Боб, напротив, совершенно расслабился и заулыбался своим мыслям. Проходя мимо развесистого дерева, он остановился и поднял голову, рассматривая что-то, скрывающееся в его кроне. «Какая прелесть!» – наконец негромко воскликнул Боб, и тотчас на его голову с писком свалился пушистый рыжий комок, оказавшийся маленьким, симпатичным зверьком. «Сколько помню, на острове живёт семейство белок, – вкрадчивым тоном пояснил Виктор и обратился к бельчонку, примостившемуся на плече Роберта: – Где твоя мама, малыш?» Встревоженная мать-белка не заставила себя ждать. Внезапно появившись на ближайшей ветке, она внимательно оглядела людей и… совершенно успокоилась, не торопясь, деловито забралась на руки Шамана, прижалась к нему и прикрыла глазки.

– Здравствуй, Бусинка! Давно не виделись, – проговорил он. – Я привёл своих друзей... А у вас всё благополучно?.. Как зовут твоего малыша?.. Ах, вот оно что... У младшего выводка ещё не появилось имён.

– Шёлковый хвостик, – неожиданно произнёс Роберт, и пушистый комок на его плече удовлетворённо пискнул.

– Так я и думал, – с радостным облегчением выдохнул Виктор. – Бусинка, хочешь погостить в Обители Шамана со своими детками?

Белка что-то пробормотала, не открывая глаз, и сейчас же с дерева просыпались ещё три бельчонка, выбравшие своей целью Машу... Гостиная Обители Шамана наполнилась беличьим гомоном, писком, сопровождавшим поедание специального угощения. Малыши хрустели свежей морковкой и дольками нарезанных Машей яблок. Бусинка со знанием дела разгрызала скорлупу фундука. Радостными и довольными выглядели все, и белки, и люди, за исключением театральной примы. Шёлковый хвостик упорно не желал идти к ней на руки. Дора начала обижаться, но Роберт шепнул ей на ухо: «Просто поверь!» Актриса уставилась на него с изумлением, задумалась, склонила голову на бок и стала наблюдать за бельчатами без предубеждения, с возрастающим интересом.

Через несколько минут на неё обратила внимание, пожалуй, самая красивая белочка из выводка Бусинки. Её мягкая шёрстка выглядела светлее, чем у остальных, что подчёркивало изящество тела и выразительность глазок. Малышка медленно и грациозно прошлась по столу, подошла к Исидоре и, словно пародируя актрису, склонила головку на бок. «Беляночка!» – искренне восхитилась Дора и плавно протянула руку к зверьку, ладонью вверх. Белянка одобрительно фыркнула и положила лапку на подушечку среднего пальца женщины. Исидора затрепетала... Через несколько минут белочка уютно примостилась на плече театральной примы, зарываясь в её белокурые локоны, принюхиваясь к новым запахам и периодически чихая под негромкий, одобрительный смех людей.

– Кажется, мы прошли тест на совместимость с Жемчужиной? – с улыбкой предположил Боб.

– Красавица Исидора – несомненно, а твоя совместимость, Роби, определится после свидания с моей дочерью, – весело подмигнул ему Виктор.

Словно подслушав людей, Русалка появилась в заливе у Обители Шамана раньше обозначенного накануне времени, за пару часов до заката. Роберта не радовало навязанное ему свидание с обитательницей океана, но его раздирало любопытство. Прознав о появлении барышни, он отправился на пляж. Ветреная погода не располагала к воздушным ваннам, и Боб нырнул в воду, как только освободил своё тело от одежды. Русалка маячила в тридцати метрах от берега, и он прямиком направился к ней, рассекая волны мощными гребками.

При дневном освещении дочь Виктора выглядела фантастически красивой молодой женщиной. Внешнее сходство с русалками ограничивалось гибкими, почти прозрачными перепонками между пальцами рук и ног. В остальном, словно в насмешку над неожиданно ревнивой Исидорой, перед ним блистала своей наготой восхитительная барышня двадцати пяти лет с длинными рыжеватыми волосами, зелёными глазами и удивительной кожей жемчужного оттенка. Под пристальным мужским взглядом она смутилась, резко погрузилась в воду и быстро поплыла вдоль острова. Роберт и не думал отставать от обитательницы океана. Через три минуты гонки преследования, неожиданно для Боба, они оказались в естественном гроте, образовавшемся в отроге скалы, возвышавшейся над Обителью Шамана. Ещё в воде, но уже под навесом пловцы остановились, и Роберт снова не удержался, посмотрел на Русалку оценивающе.

– Прекрати, Роби! Мне неловко... – беззвучно промолвила она, закрывая мужские глаза ладонью.

– Прости, Салли, но не я, а ты назвала меня своим женихом, – Боб нехотя отвёл взгляд от женщины, усаживаясь на песочек у каменной стены грота. Отсюда открывался сказочный вид на залив, и можно было любоваться приближающимся закатом, не вынимая ног из тёплой океанской воды.

– Салли?.. Мой папа Шаман тоже любит раздавать изящные имена своим… подругам... Почему «Салли», Роберт?.. Русалка... Салли... Как же мне нравится новое, придуманное тобой для меня имя... Да, жених... Наверное, это я должна просить у тебя прощения за пугающую внезапность и глупую настойчивость... Но произносить слова извинений не хочется нисколечко... – обитательница океана присела рядом с мужчиной и положила голову ему на плечо.

– Странно, – Боб вздохнул и обнял женщину за плечи. – Я не лезу в твои мысли, но ощущение, будто мы с тобой знакомы целую вечность...

– Не умничай, мой желанный гость! Я и без того знаю, что ты мудрый парень... Впрочем, тебе ещё учиться и учиться, познавая мир в масштабах вселенной... Поцелуй меня и… почитай стихи или спой тихую песню, пожалуйста, – без какой-либо логики попросила наречённая Салли.

Выслушав беззвучный поток её сознания, Роберт не стал удивляться, рассуждать, спорить. Прикосновение к талии Русалки и к её влажным, скользким губам неожиданно ввергло взрослого, опытного, сильного и жизнелюбивого мужчину в состояние невесомой печали...

«Он поднимал листья прямо к звёздам.

Он объявлял зиму рано или поздно.

Он называл время Новым годом.

Но с первым снегом, и белым ветром

Нас оставляя без ответа,

Так беспощадно время умчалось,

Чтоб чью-то жизнь начать сначала.

Он называл детство летом и цветами.

Он оставлял в сердце парус с островами.

Он не хотел, может, с нами расставаться...

Но с первым снегом, и белым ветром

Нас оставляя без ответа,

Так беспощадно время умчалось,

Чтоб чью-то жизнь начать сначала». *

*Л.Н. Агутин

В Обитель Шамана Роберт ввалился ближе к полуночи, усталый и грустный. Исидора и Виктор с женой ждали его в гостиной, неторопливо попивая чай. На вопросительные взгляды Боб не реагировал. Маша немедленно налила ему в чашку горячий напиток и побежала на кухню за бутербродами. Проголодавшийся Роберт благодарно кивнул ей вслед... Немного утолив голод, Боб поднял глаза на Виктора, и тот немедленно задал вопрос:

– Что она тебе сказала?

– Даже вслух произнесла, – глубоко вздохнул Роберт Берг, – что хорошо меня поняла, но всё равно станет ждать следующей встречи...

– Ваша «Голубая Жемчужина» прекрасна, – переждав паузу немой сцены, заговорила Исидора Небесная–Берг, – и не исключено, что здесь найдётся место для таких странных, испорченных существ, как жители планеты Обитель... Но жить в этом раю лично я не готова.

– Мы не готовы, – уточнил Боб, прекрасно понимая мысль Доры.

– Ты-то почему? – изумилась Маша.

– Наши поселенцы… всё здесь испортят, и я в их числе, – решительно ответил Роберт. – Даже представить себе не могу, когда мы окажемся готовыми к тому, чтобы с открытым сердцем появиться в столь прекрасном, нежном уголке космоса. Быть может, никогда не сможем...

– И по этой глупейшей причине ты отказываешься от общения с местными жителями, с моей дочерью, в конце концов?! – в голосе Виктора прозвучало непонимание и что-то похожее на обиду.

– Для отказа от общения с такими чудесными существами, как Салли, Исидора, Йошико, должны иметься чрезвычайно веские основания. У меня их нет, – с грустной улыбкой покачал головой Боб. – Я непременно вернусь сюда, встречусь с твоей дочерью, если она меня дождётся. Но правильно ли это?

– Правильно! – горячо воскликнула Маша. – Извини, но в твоей голове вертится изумительно точное слово. Произнеси его вслух!

– Ученичество, – расправил плечи Роберт. – Интересный парадокс наблюдается... Для Обители наступает время великих свершений, а лично для меня настала эпоха ученичества.

– Не только для тебя, мой Роби, – улыбнулась Исидора. – Твоя престарелая театральная дива вдруг поняла, как много ещё предстоит узнать, понять, прочувствовать... Ах, как же это прекрасно!..

– Вы меня убедили, – внезапно оживился Виктор. – Ещё несколько дней назад я считал, что «Союз дня и ночи», а затем инициативная группа создателей единого культа Обители принимает поспешные решения и совершает непродуманные действия. Сегодня я понял, что вы не желаете напрасно терять время, и это правильно... Роби, сразу после окончания подготовки я хочу принять на Голубой Жемчужине небольшую группу первых поселенцев. Мы поможем им обосноваться на новом месте... От имени Совета планеты могу назвать конкретные имена тех людей, кого мы хотим видеть здесь в первую очередь... Беатрис с Агатой, София со своим Кремнем...

– Почему именно они? – растерялся Роберт.

– Как минимум, троих из этого списка я намереваюсь спасти, – улыбаясь, пожал плечами Шаман.

– От какой беды их следует спасать?! – нахмурил брови Боб.

- От старости! – подсказала Маша. – Судя по опыту нашей жизни на Жемчужине, здесь они поправят здоровье и даже помолодеют...

– Предположим, я тоже не юная девушка! – неожиданно обиделась Исидора.

– О замечательной актрисе мы не забыли, – заулыбался Виктор, – и посвятим ей отдельный разговор… завтра.

Ранним утром Роберт с Исидорой встречали рассвет на берегу залива. Насладившись невероятной красотой пейзажа, стремительно менявшегося с появлением местного светила, они полезли в воду. Дора поборола страх нежеланием оставлять своего возлюбленного мужчину наедине с обитателями океана. Однако её подстерегала неожиданность. Вместо Русалки из океана к ним приблизилось водоплавающее существо… мужского пола. Не особенно уверенно державшаяся на воде женщина старалась находиться поблизости от своего мужчины и немного испугалась появления обитателя океана. Но молодой парень оказался прекрасно воспитан и, казалось, появился здесь только для того, чтобы обеспечить безопасность людей в водной стихии.

«Не пугайся, – успокаивал Исидору Роберт. – Брат нашей Русалки не представляет опасности». Дора удивилась и расслабилась... Салли всё-таки появилась в заливе, чтобы проплыть несколько сот метров плечом к плечу со своим «женихом». Подуставшая гостья Голубой Жемчужины, Исидора вернулась на мелководье и присела на жёлтый песок, не вылезая из воды полностью. Она с любопытством поглядывала за державшегося рядом брата Русалки и с интересом наблюдала за Бобом. «Они не просто купаются, – размышляла Дора. – Не издавая звуков, Салли беседует с Робертом. Интересно, о чём они говорят?»

– Я уже подумывала, не уйти ли с пляжа без тебя, Роби, – с лёгким укором заговорила она, возвращаясь в дом Шамана под руку со своим мужчиной. – Или мне следовало флиртовать с парнем из океана, чтобы вызвать твою ревность?

– Не сомневаюсь, что ты произвела впечатление на молодого красавца, даже не задумываясь о нём, – посмеивался Боб. – Вы побеседовали?

– Извини, я ещё не научилась бессловесному общению с обитателями морских пучин! – с театральным апломбом заявила Дора. – Кажется, Тритон выговорил несколько человеческих слов... Красивая, чудесная, мечта...

– Тритон? – с интересом переспросил Роберт и, улыбаясь, покачал головой: – А говоришь, что толком не познакомилась с братом Салли. Если увлечёшься им, имей в виду, что не только русалки беременеют от представителей человеческой расы, но и наоборот.

– Нахал! – вскрикнула Исидора и немедленно оказалась в объятьях своего любимца.

За обедом Виктор завёл речь о том, что замечательная актриса могла бы остаться на Голубой Жемчужине. Выслушав протесты Доры, он заговорил показательно строго: «Никогда я не понимал и не пойму женщин, не считая своей жены, разумеется... Уважаемому деятелю культуры предлагают широчайшие карьерные перспективы, но будучи представительницей прекрасного пола, она отказывается наотрез, не задумываясь!.. Я и не думал красть прекрасную Исидору у её главного ценителя! Мне пришло в голову организовать театральный фестиваль или, хотя бы, один спектакль на нашей прекрасной Жемчужине... О, кажется, настроение актрисы стремительно меняется... Зрители? Прогнозирую аншлаг!.. Во-первых, представление состоится после прибытия первых переселенцев из Обители. Во-вторых, мы пригласим других людей, несколько поколений которых живёт на Голубой Жемчужине. И, что крайне необходимо, установим сцену в живописном месте таким образом, чтобы спектакль увидели обитатели океана... Кого ты хотела бы задействовать в постановке, Дора?»

– Идея уже появилась, – воскликнула вдохновившаяся актриса. – Мне понадобится участие Эльвиры и… Салли, если это возможно...

– Моя дочь прекрасно чувствует себя на суше, но пока предпочитает океан, – заулыбался Виктор. – Думаю, она с удовольствием пойдёт навстречу своим новым знакомым.

– Участие актёров мужского пола не предполагается? – удивилась Маша.

– Мужчина будет присутствовать в спектакле незримо, – подмигнула ей Исидора. – Моя идея состоит в том, чтобы три женщины говорили о нём со сцены, спорили и ругались, смеялись и плакали, безумствовали и… с нетерпением ожидали его появления.

– Ты неподражаема, Дори! – воскликнул Роберт. Исидора вздрогнула и с чувством сжала мужскую руку. Она испытывала невероятное воодушевление, когда, забываясь, Боб называл её именем своей погибшей подруги...

Виктор почувствовал себя неловко и предложил отправиться на послеобеденную прогулку... Роберт немедленно двинулся на опушку, к беличьему семейству. Женщины вскоре вернулись домой, обсуждая задумки спектакля. Мужчины расселись прямо под деревом, играли с бельчатами и беседовали... «Да, пожалуй, пора... – через несколько минут полной идиллии вздохнул Шаман. – Задавай вслух свои неудобные вопросы, а я постараюсь сформулировать внятные ответы на них».

Эпилог

Поздней ночью у входа в пещеру на песке сидели мужчина и женщина. Угли догорающего костра раскрашивали их лица отблесками жёлто-красного цвета. Превращаясь в пепел, сухое дерево потрескивало, искрило, настраивая людей на философский лад. Выслушав подробное повествование Роберта о путешествии на Голубую Жемчужину, Илона задала напрашивающийся вопрос:

– Мне позволят побывать там с тобой?

– Несомненно, – Боб кивнул и заулыбался. – Я обязательно познакомлю тебя с этим райским местом и представлю свою жену местным жителям. Надеюсь, познакомившись с тобой, Салли изменит своё отношение ко мне, как к потенциальному жениху.

– Ты рассчитываешь на то, что я стану бороться за тебя с Русалкой, дочерью Отца Виктора? – тихо рассмеялась первая Жрица Обители. – Не тешь себя иллюзиями, дорогой! Мы наверняка понравимся друг другу, но на своей территории Салли имеет существенные преимущества. Утащит меня в своё морское царство и заставит тебя вымаливать прощение... Неужели ты так и не понял, что русалки Голубой Жемчужины ищут не мужей, а потенциальных отцов своих детей. Подобное отношение к мужчинам часто встречается и у жительниц подземных поселений Обители. Им вовсе необязательно создавать семью, делить с мужем радости и тяготы жизни. Родила ребёночка от хорошего парня и успокоилась... Нет, я не сомневаюсь в том, что Салли станет прекрасной матерью, вырастит и воспитает сына или дочь. Но это вовсе не значит, что ты ей нужен ежедневно, как мне, например. Родившая Русалка будет рада периодическим встречам с отцом ребёнка, если тот, действительно, окажется интересным, добрым, отзывчивым мужчиной. Коренное отличие Салли от большинства жительниц Обители в том, что она не включает холодный разум в поисках избранника. Её выбор – душевный порыв, молниеносное озарение...

– Основанное на тонких ощущениях? – вопросительно взглянул на жену Боб. – Каким образом, не глядя, тебе удалось изучить незнакомую девушку из иного мира, из цивилизации, мало напоминающей общество нашей Обители?

– Прости, изредка я позволяю себе углубляться в твоё сознание, мой дорогой! – вздохнула Илона. – Из него я выудила не только отношение моего мужа к таинственной Русалке, но и особенности дочери Виктора.

– Твои способности растут, как на дрожжах, – покачал головой Роберт. – Скоро я начну побаиваться свою любимую Илонку, а аборигены Жемчужины наверняка отнесутся к тебе с опаской.

– Они не столь пугливы, как ты пытаешься представить, – отмахнулась она и задала взволновавший её вопрос: – Роби, ты убеждён, что человечеству Обители не место на чудесной, райской планете?

– Не я один так думаю, – развёл руками Боб. – Первой об этом заговорила Исидора, правда, применительно только к себе самой. Но на самом деле, и Маша, и Виктор, и даже Салли, все они осознают наши особенности... Люди Обители привыкли к обособленности, к определённому образу существования. Ассимилироваться на Голубой Жемчужине им будет крайне сложно.

– Им? – с иронией переспросила Илона. – Ты отделяешь себя от нашего общества?

– Думаю, Виктор с Машей тестировали нас на психологическую устойчивость и способность мыслить трезво, – не обращая внимания на сарказм жены, Роберт продолжил излагать свои мысли. – Совместным решением с Советом планеты, они готовы принять на Жемчужине ограниченное число наших людей... Согласие Сони, Анатолия, Агаты и Беатрис уже получено. Они рвутся в рай, как в бой, и это меня пугает... Там всё очень нежно, и, если бы я не знал первых переселенцев очень близко, не пустил бы их на Жемчужину ни за что. Теперь моя задача не подготовить маму и её компанию к выживанию, а донести до них простую мысль... Там не нужно бороться за своё место под светилом, там следует жить в мире и доверии, не мешая другим... Я ещё и Симону уговорю отправиться в рай, иначе Салли так и не поверит, что мы способны вырастить часть ампутированной человеческой ноги. Коренные обитатели Голубой Жемчужины способны регенерировать органы только в благодатных водах океана... Скоро найдутся и другие достойные претенденты на роль первых переселенцев. В целом же вопрос состоит в том, хотим ли мы сохранить свою идентичность или готовы к ассимиляции с изначально чужеродными цивилизациями. По всей вероятности, имеются иные планеты, где ценой серьёзных усилий человечество Обители найдёт себе новый дом, не навредив исконным обитателям.

– Отец Виктор не начал бы поднимать тему переселения в разговоре с тобой, не имея определённых идей и наработок в подобном направлении, – задумалась Жрица Обители. – Вероятно, у нас имеется выбор. Одни люди попробуют ужиться с разумными существами других звёздных систем и планет, приняв их законы. Другие рискнут перебраться на необитаемые, но пригодные для жизни планеты. А кто-то останется на Обители до конца... Любопытно, в каком исходе заинтересованы наши дорогие «пришельцы» – Виктор, Маша, Элен?

– Замечательно интересный вопрос! – неожиданно улыбнулся Роберт. – Кем ты считаешь их, Илонка?.. Праздные космические путешественники, развлекающиеся на свой лад «боги», сердобольные спасители отсталых цивилизаций? А может быть, они – диктаторы, пытающиеся встроить в свою систему любой разум, повстречавшийся на пути их экспансии?

– Последнее в твоём перечне предположений выглядит самым пугающим и… наиболее логичным, – воскликнула Илона и крепко сжала руку мужа.

– Если ты готова потратить время отдыха на столь непростое обсуждение... – Боб вздохнул и погладил жену по щеке. Она решительно кивнула, и он продолжил: – Я расскажу тебе занимательную историю, начавшуюся очень давно, много тысяч лет тому назад...

«Некая цивилизация на определённом этапе своего развития сумела разрешить внутренние противоречия и направить объединённые усилия на расширение сферы своего влияния. За несколько столетий она колонизировала ближайший космос, но и не думала останавливаться на достигнутом. Экспансия новоявленной космической Империи, для простоты изложения назовём её Белой, благополучно продолжалась три тысячелетия, охватила десятки звёздных систем...

Но однажды «белые имперцы» столкнулись с оппонентами, равными им по уровню развития. Чуждая героям моего рассказа «Чёрная Империя» претендовала на разведанные «белыми» и частично колонизированные пространства... Удивительное дело! Развитые цивилизации во главе с мудрыми лидерами удивились теоретически прогнозируемой, но внезапной встрече, растерялись и… пошли на конфронтацию, вместо того чтобы найти компромиссное решение большой проблемы... Во всяком случае, найти общий язык двум империям не удалось. Даже первые вооружённые конфликты, закончившиеся гибелью нескольких космических кораблей с обеих сторон, не вынудили их сесть за стол переговоров и решить противоречия мирным путём.

«Чёрных» подвело ощущение собственной избранности. Они считали себя единственной глобальной силой во вселенной и не были готовы к войне на выживание. «Белые», напротив, изначально считали космос враждебной стихией и тратили колоссальные средства на обеспечение собственной безопасности и на вооружение. Широкомасштабные военные действия длились два столетия, но участь «чёрных» оказалась предрешена с самого начала противостояния.

К сожалению, Белая Империя не проявила милосердия к побеждённому противнику даже после его капитуляции. По сути, «чёрная цивилизация» оказалась истреблена. А победители эпической битвы сделали для себя определённые, далеко не однозначные выводы. В последствие, сталкиваясь с разумными существами на бесконечных просторах космоса, «белые» рассматривали их, как потенциальную угрозу своей гегемонии.

Имперские десантники, исследователи космического пространства, осуществлявшие свободный поиск и изучение звёздных систем, планет, перспективных для последующей колонизации, были частично преобразованы в группы «регрессоров». Подобные, специально обученные специалисты начали работать на станциях наблюдения за обнаруженными в космосе активными проявлениями разума. Перед уполномоченными представителями Империи ставилась задача: не обнаруживая себя, не допустить выхода чужеродных цивилизаций за пределы ареала их планетарного обитания. Изначально декларировалась политика невмешательства в чужие дела без особой необходимости, однако теоретические намерения далеко не всегда совпадают с практикой, с окружающей действительностью...

Скромная Обитель на задворках вселенной долгое время не привлекала к себе внимания и обнаружилась благодаря случайному стечению обстоятельств. По стандартной схеме имперские разведчики сделали запрос своему руководству. Соответствующие службы доставили ядро наблюдательной станции на орбиту нашего Светила, пристроили к нему необходимые модули. Получился прообраз нынешнего «Ковчега»... В те далёкие времена, изучив состояние дел тогдашней цивилизации Обители, первые «регрессоры» не обнаружили ничего угрожающего всесильной Империи и установили типовой режим изучения планеты, не предусматривающий вмешательства в её развитие, пока оно не несёт в себе никакой угрозы. Со временем их не встревожили даже запуски с поверхности Обители первых космических ракет. Долететь отсюда до большинства звёздных систем, подконтрольных Империи, при низком уровне развития местных разумных существ казалось невозможным делом. К тому же имперцы с удовольствием посмеивались над аборигенами Обители, абсолютно серьёзно считающими себя единственным источником разума в бесконечном пространстве.

Надо сказать, что «пришельцы» отлично понимали, что стремление в космос соответствует жизненной позиции абсолютного меньшинства нашего общества. На самом деле, несколько сильных государств соревновались между собой, доказывали своё техническое и технологическое превосходство над оппонентами. В отличие от перспектив политического и экономического доминирования отдельных стран, судьба всего человечества интересовала лишь некоторых личностей, не наделённых властными полномочиями...

Предполагаю, что в определённом смысле нам очень повезло. Передавая Виктору должность «Наблюдателя за цивилизацией Обители», его предшественник предсказал скорую гибель планеты от внутренних противоречий, разумеется, в случае соблюдения политики невмешательства со стороны Империи. Пользуясь серьёзным ослаблением требований и контроля со стороны центральной власти, он и сам предпринял некоторые шаги к спасению единственной планеты в системе Светила. Парадокс, но нещадно критикуемый человеческий фактор, в данном случае дал нам шанс на выживание... Что же происходило в самой Белой Империи в тот исторический период?

Победители в суровой и продолжительной космической войне с течением времени отчасти уподобились побеждённому врагу. Не встречая новых преград на пути своей экспансии, Белая Империя уверовала в собственную исключительность и непогрешимость. Имперцы так и не научились выслушивать чужое мнение, договариваться об уважительном, взаимовыгодном сосуществовании с иными цивилизациями, пусть и отстающими в технологическом развитии. Вынуждая «чужаков и дикарей» подстраиваться под свои законы и требования или не позволяя им развиваться, сами они озаботились единственным вопросом – продолжительностью человеческой жизни.

Подход к проблеме долголетия высокоразвитая Белая Империя решала естественным для себя способом – технологическим прорывом в медицине и смежных с ней областях науки. Впечатляющий результат был достигнут за какие-нибудь полтора столетия. Срок жизни имперцев увеличился втрое. Отслужившие человеческие органы подвергались замене на искусственные, изготовленные из тканей, по своим качествам превосходящих оригинал. Высококлассные учёные и прекрасно обученные специалисты умудрялись наращивать объем и быстродействие человеческого мозга, не говоря уже о костях, мышцах и прочих мелочах. Они не учли лишь одной тонкости...

Три четверти долгожителей потеряли вкус к собственной жизни и страдали апатией. Отчего? Однозначный ответ найти сложно. Возможно, пресыщенные радостями безбедного существования люди потеряли стержень непрерывного развития личности – жажду познания. Но имеется и другая версия проблемы, неожиданно свалившуюся на огромную, сильную, процветающую «божественную» Империю. Люди потеряли Веру. Тысячелетиями они превозносили Единого Бога, порою называя его Абсолютом и даже «информационным полем». Когда-то прежде лучшие представители цивилизации не забывали о том, что интеллектуальный рост невозможен без роста духовного. А нынче победителям эпической войны во вселенной Вера стала казаться уделом слабых, беспомощных. Белая Империя посчитала себя абсолютной истиной в бесконечном пространстве космоса.

К счастью для невзрачных цивилизаций, для Обители в том числе, в Империи остались отдельные личности, жизненный опыт которых свидетельствовал о нелинейности и многомерности мира. В отличие от ортодоксальных «богоподобных» имперцев, они понимали, что время – понятие относительное, а человеческая душа – абсолютная ценность. Наш друг Отец Виктор – один из тех людей новой формации, что несут нам ростки Веры. Его богатую биографию мы оставим за скобками моего рассказа, поскольку её хитросплетения потребуют несколько месяцев повествования.

Однажды активно включившись в жизнь Обители, Виктор не нарушил основных требований пославшей его к нам Белой Империи. То есть, он не стал хладнокровно наблюдать за гибелью нашей цивилизации, но и не считал себя вправе решать всё за тогдашних жителей планеты. По сути, у него имелось два пути на выбор. «Наблюдатель» мог спасти только редких представителей животного мира Обители и нескольких особенных, неординарных людей. Этот, первый путь обрекал на гибель всё оставшееся население планеты и воспринимался Виктором как самый крайний вариант. В качестве альтернативы, за несколько веков до Великой Катастрофы, он сумел убедить некоторых представителей власти в неизбежности краха и набросал варианты спасения от всеобщей гибели. Самый естественный способ в борьбе за выживание – остановить гонку вооружений и договориться о мирном сосуществовании. Но рациональное решение самые могущественные государства Обители не приняли. С упрямством, достойным лучшего применения они продолжали движение к пропасти. Впрочем, сформированный некоторыми представителями всепланетных корпораций «тайный Совет» сумел абстрагироваться от сиюминутной прибыли, от геополитических интересов и задумался о будущем планеты. Вряд ли члены Совета всерьёз размышляли о выживании и наверняка сомневались в экономической целесообразности вложений в безопасность, но, несомненно, озадачились вопросами раздела сфер влияния после прогнозируемого краха цивилизации.

Кратно увеличившаяся активность Светила укрепила позиции Совета. За полтора века до катастрофы он частично рассекретил свои планы и нарастил темпы подготовки подземелий к эвакуации населения. Однако для осведомлённых людей стало очевидно, что большинство жителей Обители обречено на гибель. Не исключено, что катастрофа началась не спонтанно. Просто некоторые власть имущие персонажи и выбранные ими «полезные представители человечества» уже заселились в подземные города. Лишних мест в уходящем поезде не осталось даже для рядовых строителей подземелий.

В те же времена сформировалось два противоборствующих религиозных культа... Отец Виктор рассуждает о естественной регенерации Обители после Великой Катастрофы. А я считаю, что, выждав необходимое время, он сам приступил к реанимации и чистке катастрофически пострадавшей поверхности планеты, используя фантастические в нашем понимании технологии Белой Империи. Первые успехи в этом нелёгком деле выдвинули легализовавшегося в нашем обществе Наблюдателя на пост Верховного Жреца Света. Правда, нынешний внешний облик Обитель обрела не более двух сотен лет тому назад.

Сегодня некоторые наши друзья считают, что священники двух культов ждали появления особого человека, способного объединить, и эгоцентричных людей, и противоречивые религии, и цивилизацию в целом. Я думаю, что древняя легенда о сыне Жреца Тьмы и последовательницы культа Света – вымысел от первого до последнего слова. На мой взгляд, Виктор, его помощники и сподвижники дожидались появления на Обители общественной организации, объединяющей людей, жаждущих познания, адекватно воспринимающих реальность, готовых к созидательному труду на благо всей планеты и стремящихся… к духовному росту».

– Как ни парадоксально, погубив моего родного отца, холодный циник Габриэль ускорил появление мощного и деятельного сообщества, способного осуществить прорыв человеческого сознания Обители, – развёл руками Роберт.

– А ты умудряешься доносить до людей фантастические идеи нежными прикосновениями к тонким струнам человеческих душ, – глубоко вздохнула Илона. – Ты веришь в счастливое будущее человечества, Роби?

– Я верю в Бога, испытывающего к людям одно всепоглощающее чувство – любовь, – ответил он. – А значит, я буду беспокоиться о тех, кого люблю, помогать им, особенно детям. Во мне живёт искренняя надежда на то, что они не станут эгоистами и подхватят знамёна добра и справедливости, которые рано или поздно выпадут из наших рук... Мы живём в круговороте любви, Илонка! Пока не иссякли душевные силы, Роберт Берг будет отдавать их тем, в ком особенно нуждается. Ах, как хочется жить, веря и надеясь, что я вам нужен так же, как вы мне.