О Земле и Небе
Глава 1. Пролог.
Иллюстрация была создана моим самым близким человеком, замечательным художником и вдохновителем всей этой истории Елизаветой Сергеевной Зеленской.
Глава первая. Цвайн.
«…На южной оконечности Селемии располагаются древние горы Харра. Местные жители называют их иначе, но коренное название слишком трудно в произношении большинству людей. Особенны они тем, что находятся прямо над бассейном подземного магмового моря, самого большого из обнаруженных. Повсеместно можно обнаружить следы активной вулканической деятельности, наблюдавшейся ещё в сравнительно недалёком прошлом. Современная тектоническая уравновешенность данной территории поддерживается несколькими огненными стихиями и многочисленными элементалями, заключивших договор с местными жителями в восемьдесят первый год царствования царя Палеотия. Столь большая плотность их расселения вызвана всё тем же огненным бассейном. Также в этих местах обнаружены некоторые специфические явления в поведении магических сущностей, приоткрывающие новые грани их психологии…»
«Общее описание центральных и южных районов Селемийского царства», Х. Куломб.
Путник, в очередной раз случайно вдохнув носом застоявшийся дым, закашлялся и сел на горячий пол пещеры. Темнота давила на глаза. Ни один факел не смог бы гореть в этом воздухе. Хвалёная повязка из листьев Чинки полностью забилась, не пропуская ни капли свежего воздуха. Положение было непростым. Правильнее всего было идти обратно и закупить новых фильтров, но за пять часов пути он бы полностью задохнулся. Идти вперёд? Да, у него бы точно хватило сил добраться до древнего духа. Но что дальше?
- Люди приходят, люди уходят. И в итоге остаюсь лишь я.
Путник не удивился этому идущему со всех сторон голосу. Если элементаль был не очень своенравен, то вполне мог выйти к человеку навстречу и начать разговор первым. Выдержав небольшую паузу, он ответил.
- Ты вечен, потому что не меняешься. Люди меняются сами и перестраивают всё вокруг себя. Есть ли тут немного чистого воздуха? - спросил путник, почувствовав очередной приступ кашля.
- Лучше - лаконично ответил Цвайн.
… После тёмных подземелий мир казался сделанным из света. Пение птиц поражало слух, а с горы открывался чудесный вид. Поселение, горные пастбища, маленькие люди и совсем крошечные козы – путник мог всё это уместить в своей ладони. Что, собственно, он и сделал, поддавшись шалости.
- Воин с душой ребёнка?
Цвайн уже напитался воды из родника и принял физическую форму, словно в насмешку копируя ближнего человека. Коротко стриженые волосы, короткий мешкообразный балахон, популярный среди простых людей за свою низкую цену, короткий меч в ножнах. Только дальние горы просматривались сквозь прозрачное тело Цвайна.
- Дух воды в Пламенном гроте? - в ответ спросил путник. Теперь он был в безопасности и мог позволить себе некоторые остроты.
- Как же вы все наивны, - недовольно ответила фигура из воды - Да, огонь для меня опасен, но там нет огня. А другие его проявления лишь закаляют меня.
Человек не стал спорить с духом – это могло помешать делу. Лишь отметил про себя, что второй выход из подземелий вряд ли случайно ведёт прямо к роднику. Среди элементалей Цвайна откровенно считали дураком. Пламенный грот мог прийтись по духу любому огненному духу. По слухам, сам легендарный Тартар, единственный за последнее тысячелетие элементаль, выросший до уровня стихии, хотел занять его тёмные пустоты, наполненные дымом и копотью от подземного магмового моря. Но эти столь жаркие и душные места уже были заняты Цвайном, и ему пришлось уступить.
- Мне нужна помощь в одном деле. И тут может справиться лишь элементаль.
Цвайн во мгновение ока практически полностью сбросил накопленную влагу и превратился в небольшой летающий пузырь. «Хочет скрыть эмоции», понял путник.
- Для начала поясни мне три вещи. Во-первых, что именно нужно сделать? Во-вторых, почему из всех элементалей ты обращаешься ко мне? И в-третьих – с чего мне помогать безумному Айну, объявившему войну самой Смерти?
Скулы путника на мгновение дёрнулись, но остальное он смог подавить. Теперь острить начал Цвайн – плоско, но точно по больному.
- Нужно украсть один свиток из дворца царя Жавуира…
- Постой! - перебил рассказ Цвайн. Он мелко затрясся, то ли от смеха, то ли от трепета - Не у того ли Жавуира…
- Да, у того! - перебил в ответ Айн - Это было давно и неправда. Я был в его охране, и точно знаю. А к тебе я обращаюсь, потому что тебя во дворце не знают и не смогут найти после побега.
- А что наш странный воин скажет на третий вопрос? - ехидно спросил Цвайн, заметно выделив слово «странный». Айн недовольно поморщился, сдерживаясь от грубости. Наконец, он подобрал слова.
- Двести тридцать два года назад ты, ещё совсем маленький элементаль, застрял на Мёртвом плато, - Айн сделал небольшую паузу, выбирая более точные выражения - Твои силы были почти на исходе. Но мимо проезжал отряд всадников. И один из них напоил тебя, отдав всю воду из фляги.
Цвайн окончательно выпустил всю воду, оставшись только как немного дрожащий воздух. Приближалась ночь, и в недалёком поселении уже зажигались первые огни. Небо в зените торжественно серело, а на западе раскрасилось кричащим оранжевым светом.
- К чему ты мне это рассказываешь? - раздался голос водного духа - Тот человек прожил долгую, бурную жизнь, и умер достойной смертью, окружённый родными и близкими.
Айн молчал. Со всех сторон шла лёгкая прохлада. Закат догорел свои последние секунды. В вышине зажглась первая звезда.
- Я его правнук. Сейчас я спущусь в селение, а завтра обговорим детали…
… Настоящая жизнь начинала бурлить в поселении вместе с заходом солнца. В каждом дворе на специальных жаровнях разводились костры. На них готовили еду, и воздух наполняли ароматы всевозможных пряностей. Дети играли на улицах до самой глубокой ночи, пока было видно хоть что-нибудь, кроме костров.
Уже на подходе к первым домам Айн услышал хруст веток из ближайших кустов. Вытащив меч и замерев, он ждал развития событий. Из кустов показался маленький, слегка задранный детский нос. Айн убрал оружие.
- Дяденька, проводите меня до дома. Уже темно, а у вас факел. Пожалуйста!
Айн улыбнулся и буквально выдернул из кустов загорелого, темноволосого мальчишку. Тот, восторженно посмотрев на Айна-великана, взял его за руку и повёл по тропе. В груди воина разлилось приятное тепло. Вот каково это: когда ты для кого-то сильный, и на тебя надеются. А из поселения уже слышались детские голоса.
- А я знаю, кто вы! - неожиданно заявил малыш.
- Да? Ну и кто же я?
«И с каких это пор обо мне даже дети знают?», подумал Айн.
- Вы Нэй! Мне о вас мама на ночь колыбельную поёт.
«Вот это поворот», искренне удивился Айн. Вслух же он сказал:
- Ты угадал, малыш. Я действительно Нэй.
- Правда? - глаза мальчишки засверкали счастьем - Дядя Нэй, а какая у вас мечта?
- Ты ещё маленький, вряд ли поймёшь. А о чём мечтаешь ты?
Мальчик молчал. Они уже вошли в селение. Свет от костров скакал на стенах домов, делая их тихими и уютными. Почти все уже сидели по дворам и ужинали.
- Я хочу, чтобы папа поскорее вернулся с охоты. Он ушёл много дней назад, и всё ещё не вернулся. А ведь мой папа такой сильный! Мне соседка сказала, что он встречался с разбойниками. Представляю, как папа их победил! Интересно только, почему он никогда мне об этом не рассказывал. Дядя Нэй, а вы знаете, как это было?
- Наверно. Я видел многих людей, побеждавших дорожных грабителей. Может, кто-то из них и был твоим отцом.
- Дядюшка Нэй, а вот и мой дом. Может, вы переночуете у нас? Мама не будет против, я знаю!..
… Небольшой матрас под навесом пах сухим сеном. Айн прислушивался к перекличке цикад и тихим, еле слышным голосам через стенку.
- Мама, а Нэй никуда не уйдёт, пока я сплю?
- Не уйдёт. А вот завтра ему, скорее всего, придётся уйти. Он же не может оставаться у нас.
- Мама, а спой, пожалуйста, колыбельную про Нэя.
- Ты уже большой, зачем тебе колыбельные?
- Ну мама!
- Хорошо, но только в последний раз.
Тишина. Потом красивый, ласковый голос запел:
«Нэй – наш славный добрый воин,
Был высоким он и стройным.
Он поднялся до звезды,
На крыле своей мечты,
Много видел, и о том,
Нам расскажет утром он…»
Глава 2. Жавуир.
Глава вторая. Жавуир.
«…У каждого элементаля в определённый момент существования происходит резкий скачок сил. Никто не знает, чем это вызвано, и даже сами элементали не могут предсказать момент метаморфоза. Но после превращения элементаля образуется существо абсолютно иного магического порядка – стихия. Стихии сохраняют свою природу, однако их силы и размеры увеличиваются в десятки раз. С самого первого дня их существования считалось, что на этом магическое развитие природных сущностей заканчивается. Но это мнение оказалось ошибочным…»
«О природе вещей», Кн. Фяюст.
«В тридцать шестой год царствования царя Команиота четыре стихии различных природ (по некоторым свидетельствам, огненному Галеосу, воздушному Земпхиру, каменному Эверестосу и водному Булькэ), по чистой случайности, слились в единое существо нового вида – титана Ахерона. Он не имел конкретной природы, но его магическая сила была настолько огромна, что он мог менять даже сущность вещей. Ни один человек, элементаль или стихия не могли дать отпор Ахерону, и он пожелал для себя господства над миром.
Тогда в славной и великой Селемии нашёлся человек, по имени Жавуир, который нашёл способ победить титана. С помощью каменный духов, он прорыл огромный колодец, ведущий до подземной реки Коцит, воды которой снимают любую магию. Вдалеке от этого места уже строилась своеобразная «пробка», которой Жавуир собирался запереть Ахерона. Прошло три дня, и все работы были окончены. Оставалась самая трудная часть – заманить титана в ловушку. Жавуир несколько дней сидел за старинными свитками, затем облачился в свой блестящий доспех, и отправился к Ахерону.
Титан уже построил себе огромный трон высоко в горах и принимал людские подношения. Жавуир поднялся до самой вершины горы, и, чтобы привлечь к себе внимание его внимание, склонился в глубоком поклоне. Самолюбивый Ахерон посмотрел на воина, и тогда пришло время действовать. Жавуир прочитал древнее заклинание, лишившее титана воли, и не побоялся забраться ему в ладонь. Заклинание действовало лишь временно, и воин хотел так сократить путь. Шаги Ахерона были огромны, и через считанные минуты они добрались до колодца. Титан сам спустился в его глубины. Сильнейшие маги отлили из золота руны стихий, породивших монстра, и уложили вокруг провала в подземную реку. Каменные стихии накрыли колодец построенной пробкой.
Но магия Ахерона была так огромна, что Коцит не мог её смыть полностью, и она выходила через коридоры каменной «крышки» молниями и радугой. Но мудрый Жавуир нашёл для неё использование, и построил над этим местом дворец. Волшебство Ахерона давало силы всему живому в его стенах, леча болезни и продлевая жизнь…»
«История Селемийского царства в народном восприятии на примере мифов и легенд», Палатон.
Проблемы и беды грядущего дня великий царь Селемийских земель Жавуир почувствовал ещё с утра, когда рыбный паштет от лучшего повара страны оказался пересоленным. За последние девяносто два года это был первый серьёзный провал дворцовой кухни. Дворецкого, главного повара и два десятка его помощников спасло от кары только то обстоятельство, что спросонья царь посчитал это остроумным. Следующая неприятность ожидала его на принятии посла из Савыдшего княжества. Собственно, никакого посла на месте не оказалось. Он, согласно свидетельствам слуги, по приезду сразу же внимательно изучил законы Селемии, и не найдя никаких упоминаний о сухом законе, довольный и радостный, отправился в город. Подобные явления не были редкостью, но цепочка мелких неприятностей выстраивалась.
Наконец, после лёгкого обеденного перекуса, царя подозвал к себе Первый министр.
Их разговор не занял и пяти секунд.
- А на кой ляд мы этих огненных олухов на каждом углу наставили!?!
Затем Жавуир быстро и легко, как было в его знатные двадцать лет, пролетел мимо удивленной прислуги в тёмные коридоры дворца. Нигде ни разу не задержавшись, не остановившись и не отдохнув, он преодолел два этажа, пока не добрался до библиотеки. Там уже положил небольшой матрац с царским гербом какой-то догадливый слуга. Жавуир упал на него, и почти трёхсотлетнее тело великого царя обмякло в расслаблении. Где то через полчаса он встал, отряхнулся, попробовал попить воды из встроенного в стену на подобный случай кувшина. Он оказался пуст. «Всем головы оторву», записал царь у себя в голове планы на вечер и, прихрамывая, вошёл в библиотеку. Первый министр, не то чтобы бледный, но какой-то неживой пожилой человек, глава охраны дворца, крупный огненный элементаль, от которого чувствовался сильный жар даже без подпитки огнём, молодой библиотекарь с глубоко посаженными глазами и, на всякий случай, лекарь уже были на месте.
- Вечно вы торопитесь, вечно спешите, - проворчал Жавуир, усаживаясь в кресло. Из темноты между рядами шкафов донеслось насмешливое фырканье и, почти сразу же, щелчок от затрещины.
- Теперь будьте добры, поясните ещё раз – что украли и кто украл.
Великий царь был страшен. Даже через густую седую бороду просматривался резкий, квадратный подбородок. Глаза испускали молнии. Руки от напряжения мелко дрожали. Всё это производило сильное впечатление на любого человека, но только не на природных духов. Глава охраны вполне спокойным голосом пояснил.
- Ночью во дворец проник водный элементаль. Вообще ничего не тронул. Пропала только вода из кувшинов в коридорах, пока он уходил и отбивался. И какой-то пыльный свиток, но он всё равно из хранилища нерасшифрованных...
- Увести его. В яму.
Огненный дух хотел возразить, но пять точно таких же огневиков уже унесли его прочь. Жавуир прикрыл глаза. Где то в дальнем, всеми забытом углу заскрипел и, с громким шумом, завалился шкаф. Библиотекарь первый раз обрадовался такой частой напасти и поспешно исчез в направлении звука. Наконец, Жавуир встал из кресла и отдал приказ:
- Подготовьте доспехи, - затем, немного подумав – Те самые…
На самом деле дворец был лишь вершиной огромного подземного строения. Примерно на втором подземном этаже начинались «зачарованные» коридоры. Мощнейшие блокирующие заклятья, постоянные рисунки водных, огненных, земляных и воздушных рун не позволили бы проникнуть или выйти отсюда ни одному волшебному существу. А для человека это был просто огромный лабиринт, где легче потерять себя, чем найти хоть что-нибудь…
Но Жавуиру не нужны были карты или пометки на пути. Тот знатный, великий подвиг всё ещё жил в его старом уме, и он мог пройти весь маршрут даже с закрытыми глазами. Вот он завершил последний поворот, и оказался на краю пропасти. Впрочем, это была скорее не пропасть, а огромная воронка с крутыми склонами. Вокруг неё, прямо на земле были выложены из чистого золота все блокирующие руны, которые только знали на Земле и Небе. На самом дне что-то светилось зеленоватым, ядовитым светом.
- Уходи.
Жавуир, как ни в чём не бывало, присел на край воронки и что-то просвистел.
- Я не буду тебе помогать, Жавуир. Уходи!
- Откуда тебе знать, Ахерон, что мне нужна помощь? - царь с любопытством посмотрел вниз.
- Мои силы почти безграничны. Я могу знать всё, даже сидя здесь, в этом подземелье. Тебе просто повезло, что я попался в эту ловушку, питающуюся моей энергией!..
- Успокойся, - царь расслабленно улыбнулся, словно собирался похвалить магического монстра - Ты хотел мирового господства, а люди это не любят. Так что я не виноват. Если бы не я, то кто-то другой бы это с тобой сделал. Ты действительно силён, и я признаюсь, что в том бою схитрил…
- Схитрил? Смухлевал!!!
- Спокойно… - Жавуир немного помолчал - Ты слышал что-нибудь о сегодняшнем происшествии?
- Безумный Айн, борец со Смертью, украл твои бумажки? Нет, не слышал.
- Так это сделал он? И зачем?
- А зачем мне говорить тебе вообще хоть слово правды?
Великий царь нахмурился. Ахерон знал всё, хоть никогда не говорил по делу, и всё таки был бесценным советником. О новом плане Жавуира, который он придумал, как только услышал про Айна, титан тоже знал, наверняка.
- То есть, тебе мало того, что я тебя отпущу на волю?
- Я не стану помогать тебе. Уходи!
- Ты сам не оставил мне выбора…
Жавуир скинул с плеч плащ, и на всём его теле заиграли золотыми бликами доспехи. Он поднял руки над головой, прикрыл глаза, и одними губами прочитал заклинание…
Глава 3. Отвесный дворец.
Глава третья. Отвесный дворец.
«…Чужеземцы называли ту страну Лемией, что значило «желанная», а местные называли её Селемией, что значило «созданная». В глубокой древности это место было сухой и мёртвой пустыней. И люди, и звери обходили эти места стороной, боясь умереть от жажды. Но и сюда пришли люди, и своим трудом превратили пустыню в цветущий сад.
Много было в мире людей, не желающих трудиться, но желающих получить Селемию. Они собирались вместе, натягивали луки, точили мечи, и шли войной на ни в чём не повинных садовников и рыболовов. И тогда нашёлся в Селемии человек, готовый защищать свой труд и труд своих отцов.
«Братья! Неужели мы будем терпеть их? Если же им так нравится наша страна, то пусть они приходят, строят дома, разводят сады и удят рыбу. Места хватит всем. Но они не хотят строить. Они придут, прогонят нас на улицы селений наших, и будут есть плоды, выращенные нами», сказал он.
«Не бывать такому! Нет! Нет! Нет!», отвечали ему люди.
И собрали войско, и выбрали того человека как главу войска. И разбили врага. А начальника войска, из благодарности, выбрали себе в цари. Так Селемия из страны труда и радости стала настоящим царством.
Шли века, и менялись цари. Одни были мудрые и миролюбивые, другие были глупые и воинственные. Но настало время, о котором много веков люди вспоминали с ужасом. Славный царь Палеотий, как и было положено, ушёл на покой, доживать свой век в небольшом доме и ухаживать за садом. На его место встал Горм, юный, хитрый и расчётливый. В первый же день он, вместо празднования, повысил налоги и поборы. Всё население страдало от нищеты. Если же недовольство было готово вылиться в виде восстания, то Горм тут же объявлял войну всем соседям, после которой бунтовать было некому. А те, что оставались, уже ни с чем не спорили.
Те, кому приходилось бывать во дворце, рассказывали страшные вещи. Будто Горм вовсе не человек, а страшный колдун. Будто единственный его советник – чёрный ворон. Будто в дворцовом бассейне, знаменитом своими мозаиками, поселил он страшного монстра – гидру, которой он скармливает врагов своих. И будто держит он всегда в своих руках золотую чашу, а в ней – кровь алая.
Все его боялись…»
«История Селемийского царства в народном восприятии на примере мифов и легенд», Палатон.
Горм поднимался в Отвесный дворец на краю мира. Большой и явно тяжёлый мешок мотался за его спиной, лишая равновесия и усложняя и без того трудный подъём. Никаких ступеней или лестниц – Хозяйка не любила лишних гостей. Её слуги поднимались по еле заметным выемкам, маленьким, размером с ладонь нишам.
Неожиданно Горм не удержался и упал в пропасть. Поглаживая заработанные гематомы, он успокаивал себя как мог.
- Всё хорошо, ты молодец, Горм. На этот раз почти половину прополз. Ещё один разок – и ты у Хозяйки…
Но вновь выискивать подъём не пришлось. Прямо над его головой что-то громко зашелестело. Горм не успел разглядеть причины этого звука. Это существо схватило его как попало и потащило вверх. «Значит, опоздал», с ужасом подумал бывший тиран Селемии. Хозяйка никогда просто так не упрощала жизнь своим слугам.
Поднявшись до нужной высоты, существо, оказавшееся огромным грифом, кинуло Горма на небольшую площадку перед воротами. Встав и отряхнув с плаща никому не видимую пыль, он робко вошёл во внутренний двор. Сделав последний шаг, он резко, с нескрываемым ужасом обернулся. Ворота поспешно закрывались. Горм со всех ног побежал к ним, но было поздно. Сквозь тонкую щель была видна лишь площадка «приземления». Мешок свалился с плеча и издал глухой звук, будто был набит соломой. Горм с восторгом смотрел на него.
- Вот он! А я уже испугался…
Горм вновь закинул мешок на плечи и поспешно пошёл вглубь двора. С первого взгляда он казался абсолютно пустым. Но если остановиться, задержать дыхание и прислушаться, то можно было уловить лёгкую шутливую мелодию флейты. На фоне серого, намешенного с пылью снега и чуть более тёмного, холодного камня она казалась неудачной шуткой воображения. Но если продолжить экспериментирование и насколько возможно прищурить глаза, то время от времени на каменных стенах становились заметны слабые тени. Весь дворец был отдан призракам, и не простым, а лучшим из лучших. Всё ускоряющаяся и усложняющаяся мелодия флейты говорила об этом лучше любого доказательства.
Горм прошёл несколько тёмных коридоров, как всегда содрогаясь от страха. Повсюду было пусто, если не считать факелов на стенах, но какое-то еле заметное движение ощущалось. Наконец он дошёл до последнего коридора. Ноги предательски дрожали.
Нет, здесь уже не было необъяснимого нечто, но вот то, что ожидало его после… заставляло о многом задуматься. Столько тысяч лет он был просто гонцом, мальчиком на побегушках, рабочей силой. К нему все относились хуже, чем к мусору. А Горм мечтал, стремился, добивался власти, потому что он царь, а не ничтожество!... Наконец, его подняли на ступень выше по званию. И это стало катастрофой.
Наконец, Горм решился войти в коридор, и сравнительно спокойным шагом, стараясь смотреть под ноги, прошёл его до конца.
- Ваш покорный слуга прибыл, - слабеющим голосом сказал он и, не выдержав, с громким рёвом упал на колени - Помилуйте, Хозяйка… помилуйте…
Вся обстановка в помещении была если не уютной, то точно гостеприимной. Красивые узорчатые фонари из дерева и бумаги освещали даже самые дальние уголки, оставляя для естественного света только самую середину зала. Множество ковров и ковровых дорожек позволяли смело ходить босиком, не боясь холодного пола и каменной крошки. Даже воздух в помещении был намного теплее, чем в примыкающем к нему коридоре.
Хозяйка поправила перед зеркалом последний локон седых, но странно пышных волос, и повернулась к Горму. Лёгкие морщинки на лице, светлые глаза и добродушная улыбка вызывали скорее симпатию, чем истерический страх.
- Здравствуй, Горм. Долго же ты шёл, - с некоторой иронией добавила женщина и обворожительно улыбнулась. Она прошла в центр зала и села в удобное, обитое шёлком кресло, около года назад заменившее старый трон. Некоторое время она смотрела на успокаивающегося слугу, и перешла к делу, - Чем меня порадуешь в первый раз?
Горм с некоторым сомнением развязал мешок, действительно оказавшийся набитым соломой. Перерыв его полностью и высыпав прямо на пол половину содержимого (Хозяйка недовольно поджала губы), он достал на свет большую, украшенную драгоценными камнями вазу. Женщина подошла, взяла её в руки и оглядела со всех сторон. Интерес в глазах мгновенно погас.
- Бесполезный, тяжёлый, громоздкий хлам, - сказала она и отбросила вазу в сторону. К чести создавшего её мастера, на ней не появилось и трещинки. Какой-то миг полюбовавшись своими гладкими, совсем молодыми руками, Хозяйка спросила, - Это всё, что ты мне принёс?
- Да… - одними губами прошептал Горм.
- А души?
Слуга молчал. Заплаканные глаза смотрели в одну точку. Женщина покачала головой, с нескрываемой брезгливостью подняла его за волосы на ноги, взяла за руку и куда-то повела.
Справа от зеркала оказалась крупная щель, невидимая со стороны входа в зал. Хозяйка повела Горма в неё. Дальше начиналась крутая лестница вниз. Они шли всего несколько минут, но нерадивому слуге спуск казался бесконечным. Трудно сказать, что он чувствовал – все мышцы лица ослабли, потеряли силы. Взгляд потускнел.
Наконец, спуск кончился. Они стояли на очень ровной, явно рукотворной площадке, заменявшей собой мостовую. Река была мелкой и быстрой – говоря проще, горной. Здесь же, буквально в двух метрах по течению, был высокий водопад.
- Знакомься, это Стикс, - сказала Хозяйка, обращаясь к Горму. Затем, немного поразмыслив, она добавила, - В нём обитают души умерших, а клятвы, скреплённые его водой, самые крепкие.
Женщина молчала, со странной нежностью смотря на поток. Где то в глубине души Горма родилась надежда. Он поднял взгляд на Хозяйку. Она это заметила и неожиданно сказала:
- А теперь постарайся придумать причину, по которой я могу тебя помиловать и не столкнуть в водопад. Может, ты принёс хотя бы новости?
- Новости… - ошарашено повторил Горм - Да, новости! Во первых, один музыкант затаил обиду на самого Мозарта. Если углубить конфликт, то всего через месяц вы получите душу великого композитора. Вам же нравится музыка Мозарта?
- Интересно, - глаза Хозяйки зажглись огоньками азарта - Я подумаю над этим. Что ещё?
- Царь Жавуир отпустил на волю титана Ахерона. Пока что он находится под контролем Жавуира, но скоро это изменится. Вам же хочется получить столь могущественного слугу?
- Согласна. Особенно взамен столь бестолкового, - женщина громко засмеялась только что придуманной шутке. Горм сглотнул образовавшийся комок в горле и продолжил.
- Воин Айн, по кличке Безумный, смог украсть из дворца Жавуира свиток Звезды.
Хозяйка мгновенно замолчала и задумалась. Данное сообщение явно встревожило её.
- А кто такой этой Безумный Айн?
- Я точно не знаю, - неуверенно начал Горм - но сильно подозреваю, что это наш Айн.
Хозяйка помрачнела. Затем, приняв какое-то решение, сказала:
- Дадим ему месяц форы. Посмотрим, что он будет делать.
Горм, чувствуя настроение Хозяйки, сжался. Выглядел он откровенно жалко. Тогда женщина улыбнулась своей неестественно доброй улыбкой и, обращаясь к нему, произнесла.
- Успокойся, убедил. Казнь отменяется, - затем немного подумав, она добавила - Пока…
Глава 4. Биола.
Глава четвёртая. Биола.
«…Лишь одна девочка, по имени Биола, не боялась Горма. Жизнь из неё била ключом. Если приходилось ей проходить по дороге, то травы и цветы будто сбрасывали с себя пыль и грязь, и поднимались. За ней стояла Жизнь, и она не боялась смерти.
Было решено отправить Биолу от лица деревни к царю, просить о снижении поборов и прекращению войн. Плакала её матерь. Молчал её отец. Но никто не хотел приближаться к дворцу, и выбора не было.
Молва о ней побежала по миру, намного быстрее, чем сама Биола. Узнали о ней и во дворце. Сам Горм приказал отправить ей навстречу всадника, чтобы она быстрее добралась до дворца. Ему хотелось увидеть это торжество жизни.
Наконец, Биола доехала до дворца. Горм вышел к ней, и стоял на вершине лестницы, в лучших своих доспехах. На плече его сидел ворон. Гидра выбралась из бассейна и свернулась кольцом позади его, иногда поднимая голову. В руках его была чаша.
Биола поднялась по этим ступеням до самого верха, и встала напротив Горма. В волосы её были повязаны ленты, а в руках лежали цветы.
Биоле не пришлось ничего говорить. Много людей успело прийти до неё, и все просили одно и то же.
- Можешь даже не просить. Я не сниму налоги и не остановлю войны до тех пор, пока ворон мой, и гидра моя, и чаша моя на Земле.
И Жизнь, которая всегда была рядом с Биолой, совершила чудо. Поднялся ветер такой силы, что Горма просто повалило на землю. Ворона закружило в потоке воздуха. Гидру подняло от пола. Лишь чаша осталась лежать, так как была в ней кровь человеческая, которая тяжелей всего. Но и её поднял ветер, и закинул всё это высоко в небо. Там всё и осталось.
Горм, встал, отряхнулся, и никому ничего не сказав, ушёл. Никто не посмотрел ему вслед…»
«История Селемийского царства в народном восприятии на примере мифов и легенд», Палатон.
Этот дом был, наверное, самым чистым и аккуратным местом, которое когда-либо видел Айн. Ни одной паутинки в углах, ни одной лишней пылинки на полу. Биола, оказавшаяся миловидной девушкой небольшого роста, помешивала в котелке чайный отвар для гостей. Собственно чай должны были пить только хозяйка и один из гостей, – Цвайн поспешно удалился, услышав журчание родника прямо за домом.
«Мог бы из вежливости и в дом зайти», думал Айн, «Хотя, что можно требовать от элементаля, последние сто лет просидевшего в горах? Да и устал он – последняя «заправка» у него была два дня назад, в болоте». Но сидеть в доме у совершенно незнакомого человека было неудобно. Чтобы как-то компенсировать образовавшееся молчание, он спросил:
- А эта легенда… Всё действительно было так?
- В общих чертах – да. А подробности не так и важны.
- Ну и что же не так в подробностях? - залетев в дверь, спросил Цвайн. В единственной комнате бревенчатого дома сразу стало сыро и душно. Айн переговорил с девушкой глазами, и открыл окно.
- Подробности… - Биола на некоторое время задумалась – Ну, например, когда меня посылали к Горму, никто не плакал.
- А родители? - зачем то спросил Айн.
- Я их никогда не видела. Меня кормили все понемногу, ночевала где придётся…
Биола замолчала. Цвайн перестал носиться по комнате и замер на месте. Айн угрюмо рассматривал древесные жилы на столешнице, думая о чём-то своём. За чаем никто ничего не говорил.
- Кажется, вы пришли по какому-то делу? – первой прервала молчание Биола.
Айн отвлёкся от своих размышлений и достал из сумки свиток. Всевозможные кляксы, чёрточки, запятые, расположенные как попало, без конкретных рядов – это было похоже на что угодно, кроме письменности. Но Биола рассматривала эту черкотню с нескрываемым интересом.
- Пять тысяч лет… И это даже не оригинал! Такими буквами писали на льду ещё при большом обледенении…
- Значит, тебе восемь тысяч лет как минимум - неожиданно заявил Цвайн. Айн с лёгкой угрозой посмотрел на него, и элементаль снова замер по центру комнаты.
Неожиданно и резко из окна подул прохладный ветер. Айн посмотрел в окно и откровенно удивился. Сквозь плотный частокол леса еле просматривалось ярко оранжевое закатное небо.
- В этих местах темнеет быстро, - заметил Цвайн.
Биола зажгла лучину на столе, затем, передумав, затушила её.
- Уже поздно. Ложитесь спать, я поработаю над переводом.
…Цвайн, по вполне понятным причинам, спать не мог. Просто не умел. Попытавшись поговорить с Биолой и получив вежливую просьбу не мешать, он вылетел на улицу. От родника шла влажная прохлада. Дом располагался на небольшой проплешине леса, явно рукотворной. Все пни были выкорчеваны из земли, и, похоже, давно ушли на дрова. Над лесом шли плотным покровом облака. Цвайн сбросил с себя всю имеющуюся воду и с лёгкостью оторвался от сухого соснового подзола.
С высотой влажность росла, и температура, странное дело – тоже. Впрочем, ничего странного. Горы, леса, озёра и реки – всё это нагрелось за долгий солнечный день, и теперь накопленное тепло летело вверх. Цвайн с диким восторгом залетел в облако. Сырость и влага давали ему настоящий восторг. Вдруг он заметил небольшое белое пятно в стороне. Оно висело неподвижно. Больше никакие подробности сквозь пелену пара не просматривались. Немного поколебавшись, Цвайн направился в его сторону.
Странным пятном оказалась луна. Вылетевший из облаков Цвайн громко рассмеялся над собой и отправился обратно. Однако найти ту поляну в полной темноте оказалось трудно. Спустя некоторое время полёта он с лёгким сомнением опустился на достаточно большую плешь леса. Нет, дома Биолы здесь не было в помине. Зато было что-то другое. Цвайн не чувствовал никаких магических энергий или враждебного огня, и достаточно смело подлетел к небольшому строению в центре поляны. Это оказался могильный склеп.
Глава 5. Свиток.
Глава пятая. Свиток.
«… Современная магическая теория включает в себя пять видов магических энергий. В их число входят четыре стихийных энергии (водяная, огненная, воздушная и земная) и одна разумная (собственно разум), также называемая запретной. Своё второе название разумная магическая энергия получила ещё в глубокой древности, поскольку её использование считается неэтичным и даже опасным. Также существуют два вида созидательных энергий, в простонародье именуемых «Жизнью» и «Смертью», но возможность какого либо направленного влияния на них магическим способом до сих не обнаружена. Впрочем, самые сильные маги древности, такие как Амброзиус и Марлин, допускали возможность существования и других сил, не входящих в научную компетенцию в силу своей чародейской природы и не учитываемых магической теорией…»
«О природе вещей», Кн. Фяюст.
Айн проснулся рано. Солнце уже успело убрать с небесного свода ночные атрибуты, но пускать свои лучи в окно не спешило. Воин продолжал лежать, прислушиваясь к окружающим звукам. В доме была относительная тишина, перебиваемая лишь дыханием и приглушенным стенами пением птиц. За столом спала Биола, улёгшись прямо на рукопись. Очаг был явно затушен – ни одного красного уголька не просматривалось в куче пепла. Цвайна нигде не было видно.
В самом углу окна показался луч света. Айн встал со скамьи, нарочно громко зевнув и с хрустом размяв спину. Эти звуки мгновенно возымели действие, и Биола, пожелав доброго утра, поправила волосы и заплела их в хвост.
- Перевод готов, сейчас позавтракаем и приступим к делу.
Для завтрака девушка достала из ледника небольшой бочонок с солониной, крупный кусок масла и целый мешок сухарей. Посмотрев на эти богатства и мысленно сопоставив их с внешностью Биолы, Айн вопросительно задержал на ней взгляд. Она это заметила и спокойно ответила, что лучше всех знает местные леса и умеет делать очень красивые, узорчатые корзины из ивовых прутьев, за что и получает определённую плату от охотников и торговцев в поселении. У Айна тут же возник вопрос относительно дома, который девушка точно не могла построить в одиночку, но это было бы уже слишком навязчиво, и он промолчал. Макая сухари в растаявшее масло, он краем глаза посмотрел на листок с переводом. «Понятно, что ничего не понятно», вынес вердикт о своих способностях Айн, не увидев там ни одной знакомой ему буквы.
Ближе к концу завтрака в комнату как можно незаметнее залетел Цвайн, но Айн его быстро раскусил, и розыгрыш провалился. Наконец, пришла пора приступать к долгожданному делу…
…«Когда рождалася Земля,
Горела в небесах звезда.
И Хаос Землю окружал,
Звезду тушил он и пытал.
Звезда же та была хитра –
Секрет свой прятала она.
А в общем-то, секрет был прост –
Могла создать сто тысяч звёзд.
Да что там, целый мир могла!
И наконец-то создала.
У Хаоса был страшный сон –
Как будто сил лишился он,
И от Порядка отступал.
Очнулся… Значит он не спал!
Гранит твердел, билось стекло,
А Небо… Только не оно!
Накрылось крышкой.
Хаос смолк.
Но за пределами Земли,
Огня, и камня, и воды,
Он до сих пор ещё живёт,
И знай – во веки не умрёт.
Как и звезда, что создала
Весь этот мир, и навсегда
Те силы сохранит она –
Во тьме времён, во все века.
И силы все свои отдаст
Тому, кто в Герпень её вкласт.
Он сможет изменить весь мир,
Что Смерть, что Жизнь обрубив.
И имя той звезды – Накаст,
Что значит «созиданье даст».
Лежит в конце большой реки,
На Небе, от Земли в дали»…
… - И что это?
Айн дёрнулся, возвращаясь в реальность. Водный дух сейчас не имел никакого вида, и понять смысл его вопроса было немного трудно.
- Это свиток Звезды. Древнейшее описание появления нашего мира и доказательство существования как минимум одного нового вида магии, - Айн на какое-то мгновение задумался, и смог ответить на второй смысл вопроса - Не обращайте внимание на форму. В то время поэтов было в разы больше, чем магов и учёных с их речедробительными текстами.
Впрочем, Цвайн имел в виду и то, и другое, и даже третье, поэтому небольшое уточнение всё же последовало.
- А что такое Герпень?
Айн не стал ничего говорить. Он просто встал из-за стола, прошёл в угол дома, где лежала его котомка с вещами, и достал небольшой сосуд странного цвета - металлического, с розоватым отливом.
- Вот он. Можешь осмотреть, если хочешь.
Внешний вид древнего артефакта не внушал никаких подозрений, и он смело подлетел к нему. Две или три секунды стояла тишина. Затем водный дух резко дёрнулся, и с нездоровым свистом облетел весь дом.
- Невозможно! - немного успокоившись, заявил Цвайн - Там вообще ничего нет! Даже дна…
Биола немного наклонила голову вперёд и исподлобья рассматривала Айна с ног до головы. Только сейчас он обратил внимание на её глаза. Не очень большие, аккуратно расположенные. С зеленоватым отливом.
- Ты хочешь с помощью Накаста победить смерть? - спросила она Айна.
- Да.
- А откуда ты знал, что этот свиток тебе поможет?
- Я знал почти всё, о чём там написано. Нужны были только название звезды и её местоположение.
- С названием я понял, - вмешался в разговор Цвайн – Но ведь на Небе две реки. И обе не маленькие.
- Эридан постоянно меняет русло, вряд ли речь идёт о нём. А вот Млечный путь вполне может…
Биола негромко кашлянула. Айн с небольшим раздражением посмотрел на неё, будто поторапливая взглядом.
- А вас вообще не смущает, что она находится на Небе? Чтобы туда попасть, нужно либо найти упавшую звезду…
- Либо дойти до края мира. Что мы и сделаем, - перебил девушку Айн.
- Но он же очень далеко! – попытался вмешаться Цвайн.
- Ближе, чем кажется.
Глава 6. Первый сон Айна.
Глава шестая. Первый сон Айна.
…По улице города светлым, солнечным днём, шёл молодой юноша. Куда он шёл и как его там ждали – он уже не помнил. Зато когда увидел бегущую к нему навстречу семилетнюю девочку с бордовым от рёва лицом, он в мельчайших подробностях вспомнил, что будет дальше. И прошёл мимо…
Точнее, он попытался пройти мимо. Но тело его не слушалось.
- Эй, мелочь! Да погоди ты, я помочь хочу.
- Колт, мой братишка, поссорился с каким то дядькой, его сейчас убьют!
И девчонка снова ударилась в рёв. Юноша подхватил её и побежал вперёд, пытаясь разобрать в бессмысленной болтовне указания к движению.
Неожиданно всё исчезло. Вокруг была тьма. Через какое-то время в этой тьме стали слышны звуки. Падающая с неба плотной стеной вода создавала равномерный гул. Та же вода, но уже в водоотводах, громко бурлила и клокотала. В небе сверкнула молния. Затем ещё одна. Их вспышки высветили тесную улицу с низкими, кривоватыми домами, дорогу, выложенную старым, сильно раскрошившимся булыжником, и две тёмных фигуры.
- Прости, если я тебя затрудняю, но мне больше некуда обратиться.
- Что ты натворил?
- Отстоял свою честь.
Молчание. Стена дождя немного колыхнулась от каким то чудом пробившегося ветра.
- А если подробнее?
- На утреннем смотре один не очень умный человек попытался осмотреть мои зубы, как коню.
- И ты замахнулся на него мечом.
- Нет!
Снова молчание. Где-то поблизости кричал местный безумец.
- Я всего лишь убрал его руку. Я же не совсем псих.
- Ты хотя бы понимаешь, кто это был?!?
- Да хоть кто!..
- Не «хоть», а царь Селемийских земель Жавуир!
В небе опять сверкнула молния. Государственный преступник заметил в руках у собеседника нож.
- Мне нужно убежище на пару дней.
- Катись к чёрту, - сквозь зубы ответил ему друг. Теперь бывший друг.
- Колт, я никогда не сомневался в твоих склонностях, но сегодня ты превзошёл себя. Предатель.
Вновь сверкнула молния. Колт занёс нож.
- Айн, ты безумен. Умри!
Звуки дождя скрыли борьбу. А тьма скрыла отчаяние на лице победителя, потерявшего всё…
- Айн!
Айн мгновенно открыл глаза и вскочил на ноги. Окружающий их лес был тёмен, но никакой серьёзной опасности вроде бы не имел. Небо уже третий день было пасмурно. Луны не было видно, но по цвету облаков можно было понять, насколько ярко она светила. Воин крепко держал меч в руке и вопросительно смотрел на потревожившего его сон водяного духа.
- Что тебе?
Цвайн мысленно почесал затылок, пытаясь придумать ответ поостроумнее, но в итоге бросил это занятие и сказал по факту:
- Дождь начинается.
- А ты мне на что? Накрой меня куполом и все дела.
Цвайн, немного смутившись таким обращением, выполнил просьбу («Или всё-таки приказ?»). Затем, немного поколебавшись, решил сострить.
- А волшебным словам тебя не учили?
- Учили. Ignem voco ad voluntatem meam implendam et cum hostibus tolerandam…*
- Дурак. Во время дождя это не сработает, даже если ты дочитаешь до конца.
- Я знаю. Просто шучу.
Повисло молчание. Айн перевернулся на другой бок и, зевая, спросил.
- Цвайн, зачем ты вообще пошёл со мной?
«Дурак был потому что», недовольно подумал дух воды. Ещё Цвайну очень хотелось спросить, кому Айн во сне чётко и твёрдо сказал «предатель», но разговор уже ушёл в другое русло. После небольшой паузы, он сказал.
- Чтобы ты от какой-нибудь заразы не умер. Безумный Айн – единственный человек, который под дождём спит и не чешется.
- Ignem voco…
- Прекрати, это действует мне на нервы!!!
* В переводе с латыни: "Я призываю огонь исполнить мою волю и справиться с врагами..."
Глава 7. Старая знакомая.
Глава седьмая. Старая знакомая.
Айн уже больше часа ощущал слежку, и когда из кустов вылетело огромное, бурого цвета нечто, он был уже готов к сражению. Меч сверкнул в воздухе тонким, но прочным лезвием, и зверь с грубым повизгиванием повалился на землю. Однако одного удара оказалось мало. Чудовище мгновенно оказалось на ногах, но бросилось не на Айна, а в кусты, немного левее него. Оттуда разнёсся громкий женский визг, и меньше чем через секунду зверь уже летел прямо на меч.
Оружие вошло в противника по самую рукоять. Зверь попытался снять своё тело с клинка, но тут в дело вступил Цвайн, и он не смог даже пошевелиться. Наконец, с ним было покончено.
- Это ещё что за тварь? - с нескрываемым удивлением задал вопрос Цвайн.
- Лучше спроси, кого эта тварь только что разорвала в кустах, - ответил ему Айн.
Тем временем кусты начали громко трещать. Кто-то, совсем не скрываясь, шёл на них напролом. Наконец, из кустов вышла Биола. Несколько репьёв на платье и волосах, лёгкая бледность от испуга, но в остальном совсем такая же, как и несколько дней назад, когда Айн и Цвайн покинули её дом. Лицо Айна перекосилось, и он со всей силы кинул в её сторону метательный нож. Когда до Биолы остался всего один метр, он резко поменял направление и глубоко вошёл в дерево.
- Ты дурак?!? - со смесью гнева и испуга крикнула на него Биола.
- Мёртвые не ходят, - сказал Айн, доставая ещё один нож. Он врезался в дерево немного ниже первого.
- Бесполезно, - спокойно сказала Биола, подходя к Айну. В воздухе просвистел третий нож. Он плавно описал широкую дугу и улетел в кусты, - Мне покровительствует сама Жизнь. Никто и ничто не может мне навредить.
Наконец, волна адреналина после резкой атаки и явления человека, который должен был умереть, начала спадать. Способность думать тоже возвращалась. Айн стоял с мечом наизготовку, обдумывая новую для него информацию. Затем он спрятал оружие.
- Зачем ты пошла за нами? - спросил Айн у незваной спутницы.
Биола присела на торчащий из земли булыжник и выбирала из волос репей, наклонив голову. Под таким углом Айн не мог видеть выражения её лица, но по задержке с ответом понял, что она думает.
- Нечего десятое тысячелетие в лесу сидеть, - Биола закончила работать над волосами и принялась за платье. Понять что либо по её лицу было трудно - Хочется посмотреть, как пишется история.
Айн угрюмо молчал. С одной стороны, всё было предельно ясно – лишний рот в отряде всегда будет лишним, даже если этот рот не нужно защищать и лечить. А с другой стороны – Айн за эти несколько дней откровенно устал. Очень сильно. Настолько, что уже хочется махнуть рукой на такие мелочи и просто идти. А её длинные русые волосы на полспины так плавно качаются на ветру…
- И всё-таки – что это за тварь?
Голос Цвайна мгновенно вернул Айна в реальность. Монстр лежал спиной кверху. Длинные мускулистые лапы, широкая грудь, неестественно вытянутая морда. И всё это покрыто шерстью. Настоящей, звериной – хоть шкуру снимай и выделывай.
- Это оборотень, - вынес вердикт Айн - Просто старый оборотень…
… К вечеру путникам пришлось остановиться на привал раньше обычного. Их просто напросто окружил туман. Он был настолько плотный, что дальше двух метров ничего не было видно. Продолжать путь в таких условиях было и глупо, и рискованно. Собирать сухие дрова для костра тоже было бессмысленно – они все уже были мокрыми. Полностью довольным был только Цвайн – он носился из стороны в сторону, пытаясь вобрать в себя как можно больше тумана, да так и улетел, начисто забыв про спутников.
- Ничего, набегается и вернётся, - сказал Айн, пытаясь как можно ровнее разделить
на двоих имеющиеся у него запасы. Наскоро поев, он и Биола легли спать.
Впрочем, Биола не спала. Может, так на неё подействовал утренний испуг, когда прямо перед ней приземлился огромный монстр с нечеловеческими глазами, а может ещё что-то. Тем временем темнота сгущалась. Из вечернего, серого, туман стал чёрным.
- Айн, ты спишь?
- Нет. Что-то нужно?
- Мне интересно, зачем ты всё это делаешь? Ты ведь не для красоты меч носишь, и не то чтобы ты был мирным человеком. Так почему ты решил уничтожить Смерть?
- Потому что сила - это хорошо. Добиваться силы тоже хорошо. Но владеть силой, которой невозможно противостоять - нельзя. Больше ничего не могу сказать.
Айн лежал немного в стороне, и сквозь туман и тьму была видна только его ладонь. Биола осторожно, чтобы не разбудить его, раскрыла пальцы и стала прощупывать ей одной понятные линии на ладони.
- А ты многого добьёшься, - сказала Биола спящему и улыбнулась. Затем её пальцы начали двигаться обратно. Рука тут же дёрнулась и ушла во тьму.
- Не лезь куда не просят, - сквозь зубы процедил Айн.
Но Биола уже успела что-то понять. Сначала она была в шоке. Потом села на колени и провела рукой по лбу.
- Бедный… - только и смогла сказать она. Никто ничего не ответил.
Глава 8. Водяной совет.
Глава восьмая. Водяной совет.
«… Большинство существующих на данный момент магических духов были созданы более двадцати тысяч лет назад магами Четвёртого союза. Поскольку информации об этой организации магов очень мало, я приведу основные сведения о ней и её исследованиях. Она состояла из пяти магов, каждый из которых в организации имел конкретное направление исследований. Имена её участников до наших дней, к сожалению, не дошли. Своё название союз получил, поскольку участники присоединялись постепенно, по одному, а значит, состав менялся четыре раза. Самые большие достижения их деятельности произошли на «стыке» различных видов магии, в частности – на синтезе стихийных энергий с энергией разума. Результатом этого синтеза и были элементали. Однако в определённый момент группа прекратила своё существование, по неясным данным – в ходе неудачного эксперимента…»
«О природе вещей», Кн. Фяюст.
Цвайн услышал зов уже через два часа после встречи с Биолой, но как сообщить об этом друзьям - понятия не имел. Этот зов был одной из тех способностей элементалей, о которых людям считалось неположенным знать. Однако вскоре судьба сама дала ему шанс, накрыв всю равнину плотным слоем тумана. Водяной дух, притворяясь радостным от такой подпитки в воздухе, незаметно улетел.
Теперь можно было сосредоточиться на направлении. К удивлению Цвайна, зов шёл точно позади их пути. Туман был таким плотным, что элементаль видел всего на несколько метров вперёд, и держать направление было трудно. Наконец, он точно уловил зов.
«Понятно откуда. А зачем?», думал он, подлетая к покинутой в обед их командой поляне. Ничего существенного на ней не изменилось. Всё те же несколько булыжников, торчащих из земли, плотная стена кустарника по периметру, тело убитого оборотня… И десятков пять водяных элементалей. Они, услышав зов, слетелись со всей округи – и это было только начало. То там, то тут опускались с неба, пролетали сквозь кусты всё новые духи.
- Убили, убили…
- Быстро погиб, кровь только под телом. Ну, и в кустах тоже чуть-чуть…
- А может кто-нибудь объяснит, по какому поводу я оторвался от своих дел и сломя голову прилетел сюда? - попытался прояснить ситуацию Цвайн. Никто не обратил внимания на его вопрос. Только один достаточно крупный, но какой-то потрёпанный элементаль задал ответный вопрос.
- Ты перворождённый?
- В каком смысле?
- Ну тебя родили, или тебя создал Гидро?
- Да нет, никто меня не создавал.
- Значит можешь лететь по своим делам.
Цвайн, больше запутавшись, чем что-то разобрав, взлетел над лесом. Знакомые, ни с чем несравнимые ощущения от полёта были неожиданно прерваны чьим-то присутствием, и очень... могучим? Цвайн обернулся. С запада в сторону этой поляны слетались водяные стихии. О некоторых из них он слышал только в народных преданиях. Тетис, Океан… Двоих он не узнал совсем.
- Значит что-то нешуточное, - заключил Цвайн и, скорее из любопытства, чем из необходимости, вернулся обратно на поляну.
Когда стихии опустились ближе к земле, туман исчез полностью. По крайней мере, в пределах поляны. Такой подпитки едва хватило, чтобы придать сильнейшим духам воды какую-то форму.
- Сегодня, - как самый старший, начал говорить Тетис - Был убит наш великий и славный отец - Гидро. Он был одним из самых сильных магов в истории этого мира.
- Попрощаемся с создателем… - продолжил один из тех, кого Цвайн не знал.
Все разговоры и мнения поутихли. Какой бы характер не позаимствовал элементаль у людей, это правило было по какой-то причине общим для всех. Все смотрели на мёртвого оборотня, когда-то в незапамятные времена бывшего человеком. И, насколько знал Цвайн, очень хорошим человеком. Так прошло некоторое время. Затем Цвайн спросил у ближайшего соседа:
- А почему Гидро…
- Такой?
Цвайн утвердительно кивнул. Сосед подождал некоторое время, то ли собираясь с мыслями, то ли пытаясь освободиться от обязанности пояснять. Наконец, он сказал.
- Маг разума преследовал какую-то цель. В определённый момент его товарищи узнали об этом и попытались остановить. У них получилось, но цена победы оказалась роковой.
Обряд молчания кончился. Пять элементалей подхватили тело и взмыли в небо.
- Что же будет убийце? – попытался задать ещё один вопрос Цвайн. Никто его не услышал, но ответ был получен быстро.
- Гидро был одним из двух последних магов Четвёртого союза. Остальные также по различным причинам погибли в течении этого месяца. Вполне возможно, что кто-то намеренно вёл на них охоту. А может быть, и нет. Но если кто-то сможет найти убийцу – подавайте зов. Всем чистой воды!
Тетис глубоко вздохнул, изображая глубокую скорбь, и взмыл в небо. Собрание кончилось.
Глава 9. Второй сон Айна.
Глава девятая. Второй сон Айна.
По улицам старого, уже давно превращающегося в пыль города, сквозь толпу шёл мальчишка с двумя большими корзинами. День выдался достаточно тихим, и когда огромный, горбоносый торговец хлебом закричал «Ловите её!», этот призыв услышали все. Вот только ловить юркую двенадцатилетнюю воровку никто не стал: толпа просто расступилась, освобождая дорогу рассвирепевшему пекарю. Тот уже успел выбраться из-за прилавка и в два рывка преодолел половину расстояния до девчонки.
Мальчик не стал ждать дальнейшего развития событий. Он просто схватил неудачливую нарушительницу порядка за руку и, что есть силы, дёрнул в свою сторону. Она вошла в толпу как нож в масло. Затем он, как можно быстрее, заскочил в один из узких переулков, буквально пролетел на крыльях ветра несколько поворотов, и только затем остановился. Погони не было.
- Дурак, чуть руку не оторвал, - подала голос только что спасённая девчонка.
- Зато не голову, - коротко ответил ей мальчишка - А я из-за тебя корзины потерял, наверняка уже кто-нибудь подобрал. Влетит мне в казарме.
- Могу украсть!
Мальчик приготовился посмотреть на новую знакомую с «понимающим недопониманием», но, увидев её разведённые руки и слегка ехидную улыбку, понял шутку и рассмеялся. Девочка не заставила себя терпеть и тоже присоединилась к озорному хохоту…
Что было с ним и с этой девочкой дальше, он вспоминать не хотел. Но это ни от кого не зависело. Резко наступили сумерки. Юноша с короткими тёмными волосами и не по земному красивая девушка уже сели в лодку на небольшом озерце городских садов. Юноша размеренно грёб, иногда посматривая на небо. Наконец, в небе зажглась первая звезда. Он глубоко вдохнул, готовясь к длинной речи…
- Можешь ничего не говорить. У тебя на лице всё написано.
Юноша немного смутился. С точки зрения всех обычаев и традиций это было бестактно. Проглотив все полуфабрикаты признания, он задал самый короткий вопрос в своей жизни.
- И?
Девушка прыснула со смеха. Юноша медленно бледнел, несмотря на загар. Сердце замерло и повисло в груди. Казалось, что весь мир унесло от них двоих, далеко далеко. Но это было не сладко, а страшно.
- Тебе по прямой ответить? - спросила девушка, немного отойдя от смеха - Или пойдём длинным путём?
Юноша молчал, опустив голову. Он уже понимал, что сейчас услышит. Но ведь есть надежда, есть ещё шанс! Она же ещё ничего не сказала! Пожалуйста, только бы не случилось худшее.
- Молчишь? Хорошо, тогда я выбираю первый вариант, - девушка развела руки, потягиваясь, затем села в прежнюю позу - Я тебя не люблю. Вопросы есть?
Вопросов не было. Случилось именно худшее, что могло, в самом больном варианте. Юноша плавно вошёл в потемневшую, ставшую холодной и неуютной воду.
- Айн, не дури!
Юноша не всплывал. Тогда девушка привстала и позвала его. Но Айн был уже далеко от лодки, да и от самого озерца тоже.
- Нет, но он точно безумен, - донеслось до него издали. Впрочем, это могла быть просто игра воображения, или неожиданная кривизна воспоминания…
Айн проснулся рано. Приятная прохлада шла со всех сторон. Туман осел на траву, превратившись в крупные капли росы. Но одеяла у Айна и Биолы были сухими. Значит, Цвайн всё-таки вернулся пораньше и уже обо всём позаботился.
- С добрым утром, Айн! - донеслось откуда-то сверху, и тут же на только что вставшего воина вылился целый поток холодной воды. Шок. Возмущение. Смех.
- А круто ты это придумал, мне даже больше сказать нечего! Спасибо за душ! - немного успокоившись от смеха и уже будучи в прекрасном настроении, он предложил потренироваться. Цвайн ответил небольшой предупредительной струёй и опустился ближе к росе. Длинные струи, водяные "ножницы", отдельные выстрелы, закидывание воды сверху... Айн тоже показывал всё своё воинское мастерство. От каких-то ударов он уворачивался, от некоторых прикрывался деревянной котомкой, а самые слабые «обрубал» мечом.
Веселье продолжалось до тех пор, пока особо сильный поток не попал прямо в лицо мирно спящей девушки.
- Доброе утро, - холодно пожелал ей Айн, почему-то вспомнив ночное видение. Хотя к чему? Нет, не правильно он сказал, нужно было повеселее.
- За что? - округлив глаза, спросила Биола, приняв интонацию этих слов на свой счёт. Неужели за вчерашний вечер? Или за что?
- За то что спишь дольше положенного! – крикнул разошедшийся на всю катушку Цвайн и окатил её ещё одной струёй.
- Умники нашлись, - сквозь зубы процедила девушка.
Глава 10. Приграничье.
Глава десятая. Приграничье.
- А с чего ты решил, что до края света не так уж и далеко? - спросила Биола Айна. Они уже вышли с центра Селемийской равнины на юго-восточную окраину. Окружающий ландшафт за какие-то двое суток пути изменился до неузнаваемости. Плотный покров леса остался далеко позади, и теперь вокруг них простиралась широкая, сухая степь. Местами попадались небольшие скопления сопок, предзнаменующих маячившие на горизонте горы.
- В «Описании мира» говорится, что в мире существуют три реки, идущие вдоль всего мира – две по краю и одна по прямой. Эти реки зовутся Коцит, Стикс и Лета. Коцит находится под землёй, и идёт по середине Селемии. Стикс идёт вдоль северного хребта на поверхности. Лета должна протекать на небе. Скорее всего, имеется ввиду Млечный путь. А раз они все находятся на территории Селемии, значит не так далеко место их соединения. Я сам не понимаю, как никто до этого до сих пор не додумался.
- А куда мы идём сейчас? – необычно глухим голосом спросил Цвайн. С момента их выхода из леса на пути не попалось ни одного родника. На небе даже не было облаков, и водяному духу приходилось тяжко. Шутки прекратились вовсе, как и бесконечные разговоры по поводу и без. Биоле было стыдно это признать, но так, пока Цвайн мучался от жажды, идти было даже проще.
- Пей и не строй из себя страдальца, - сказал Айн, открутив крышку у фляги и протянув её в сторону товарища - Мы идём в приграничную крепость. Там у меня есть один хороший друг, он даст нам ночлег и пополнит припасы. Они уже на исходе, - уточнил воин, с тонким намёком посмотрев на Биолу. Это её задело, однако девушка сделала вид, будто ничего не услышала.
До крепости они дошли без особых приключений. Из защитных сооружений в ней присутствовала только семиметровая каменная стена. Никаких бойниц в ней не было в помине, и в случае осады оборона велась прямо со стены. Ров также отсутствовал, поскольку дождей в этой местности выпадало мало, а перевозка дерева для кольев стоила слишком дорого.
- Словом, экономят на всём - вынес вердикт Цвайн, немного пришедший в себя после полной фляги воды.
Своего друга Айн нашёл достаточно быстро. Это был смуглый полноватый мужчина средних лет, начальник местного гарнизона, по имени Зорг. Хоть он, представившись, не упомянул своего звания, что было довольно странно, но путников принял радушно. Даже был накрыт праздничный стол, немного скудный из-за редких поставок пропитания. Основу местного рациона играли мясо средних и мелких птиц, щедро приправленные травами и солью с солончаков.
Разговор, несмотря на все попытки Зорга, никак не клеился. Айн, узнав всё что нужно о провианте в дорогу, успокоился и отвечал на все вопросы коротко. Цвайна не покидали мысли о колодце во дворе крепости, куда он намеревался улететь при любом малейшем поводе.
- А как вы познакомились? - попыталась завязать беседу Биола. Казалось, этот вопрос должен был вывести и Айна, и Зорга на приятные воспоминания. Попытка удалась лишь наполовину.
- О, это очень интересная история, - с радостью начал рассказ Зорг - Я тогда был простым рядовым. Мы сражались с армией западных кочевников. Щит был практически разбит, меч я посеял где-то на поле сражения. Ну, думаю, конец. Начал потихоньку продвигаться к краю битвы, там было потише немного, одни раненые и убитые. И тут Айн! Влетает, как ураган, кровь во все стороны летит! Меч горит черным пламенем! А ему хоть бы хны – Айн же у нас особый, он...
Зорг, не закончив даже слово, замолк. Биола и Цвайн проследили за его испуганным взглядом, направленным на Айна. Тут было на что посмотреть. Воин побагровел от гнева, и, казалось, ругал своего друга глазами, используя все выражения, какие были в человеческом языке.
- Сейчас мы возьмём продукты и пойдём. Переночуем в поле, - Айн встал, сделал несколько глубоких вдохов-выдохов, и обратился к Зоргу - Впредь следи за языком. Я никому никогда о себе не рассказываю, и тебе не рекомендую.
… - Тебе не кажется, что как-то ты не по-дружески поступил?
- Когда я говорил «друг», я имел ввиду, что он не враг. Ничего более.
Редкие порывы ветра приносили запах цветущей полыни. Солнце осветило небо ярко-жёлтым вечерним огнём. Айн был совершенно спокоен, и уже неоднократно зевал, желая спать. Это выбесило Биолу до конца.
- Хорошо, «друг», - она бросила на землю набор медикаментов из небогатых запасов приграничной крепости и, двигаясь в сторону ближайшей сопки, бросила через плечо - Ничего более!
Солнце продолжало садиться, и когда девушка поднялась на самую вершину, небо уже почти погасло. Вдоль всего западного горизонта блестела тонкая полоса яркого света. Ветер остыл и выровнялся. По щекам тонкой дорожкой шли слёзы от накопившихся обид. Никто, никто во всём мире не знал, как ей было стыдно перед таким добрым и гостеприимным человеком, как Зорг, за поведение Айна. Биола присела на камень и попыталась собраться с мыслями.
«…Хам. Хам и грубиян. С ним невозможно ужиться. Нет, он не безумец, он просто совершенно не воспитан. И товарища себе нашёл, один в один…»
- Это ты из-за той побудки, или из-за возраста?
Биола подскочила от испуга. Рядом с ней сидел, приняв физическую форму в виде крупной собаки, Цвайн. Он уже успел тайком слетать обратно в крепость, искупаться в колодце и вернуться обратно.
- Ты просто всё это вслух повторяешь, вот я и подумал...
- Да ничего, - сказала девушка, приходя в себя - Прости.
- Ты знаешь, сколько раз Айн ел за последние двое суток? - спросил дух после широкого зевка, и, не дожидаясь ответа, продолжил - Один, и то в крепости. Он экономил пищу для тебя. Поэтому не советую обижаться на его поведение. Всё таки он хороший, заботливый. А такта у него и правда нет, здесь ты права. Но мы, элементали, со временем меняем манеру разговора, когда общаемся с людьми. Может, Айну просто нужно привыкнуть, что у него есть мы.
Молчание. Биола обдумывала полученную информацию. Через некоторое время она заговорила.
- Мне кажется, или за Айном скрывается очень большая тайна.
- А за тобой? - Цвайн смотрел на удивлённую девушку, явно не понимавшую, о чём речь - Что за склеп находится в лесу недалеко от твоей хижины?...
Глава 11. Апполон.
Глава одиннадцатая. Аполлон.
«…С юга и севера Селемию окружают горные хребты, практически полностью блокирующие какие-либо влияния с этих направлений. На западе от границ Селемии находятся несколько достаточно развитых племенных союзов, которые в общей совокупности именуют Савыдшким княжеством. На востоке также обитают люди, но только на низшей ступени социального развития, что затрудняет дальнейшие исследования…»
«География мира», Х. Куломб.
- Я ещё раз спрашиваю – Цвайн был далеко, когда нас поймали?
Биола сидела в углу ямы, уткнув лицо в колени. Шёл третий час их заточения. С утра всё начиналось как обычно – Айн сматывал одеяла, Цвайн улетел, ища родник или какой-нибудь другой водоём, Биола в стороне считала сухари на завтрак. Несмотря на щедрые дары из приграничной крепости, запас продуктов подходил к концу, а край мира даже не намечался на горизонте. Тратить время на охоту Айн отказывался категорически. Один раз он проворчал, что они и так «две смерти на хвост подхватили». Цвайн попытался у него выяснить, в каком смысле «две смерти». «В обоих…», ответил в тот раз Айн и почему то мгновенно сник.
Неожиданно Биола уловила какое-то движение со стороны завалившегося дерева. Ей не было страшно. Всё равно никто не сможет навредить ей, даже если захочет. Айн также ощутил чьё-то присутствие и взялся за рукоять меча. Но уже в следующее мгновение ножны беспомощно повисли на поясе, и воин, слегка покачиваясь, побрёл. Прямо в опасном направлении. Дальше всё как в тумане…
- Ты точно не ранен? - в ответ спросила девушка.
Повисло неловкое молчание. Айн присвистнул и ещё раз обошёл яму по периметру. Она была достаточно широкой, явно не на двух человек. Сверху на неё было наложено что-то вроде плетёной из винограда сетки. Поднять такую преграду легко. Дотянуться до неё с глубины трёх метров – трудно.
- Это точно была запретная магия, - Айн ходил из угла в угол, пытаясь развить мысль - Дикари на неё не способны. И вообще никто не способен, потому что этому нигде не учат. Тогда кто это был?
- Я.
Айн и Биола подняли головы. Прямо посреди ямы стоял высокий, очень морщинистый человек в мантии. Никаких эмблем, опознавательных символов на нём не было. Просто маг, без имени и звания, который появляется из ниоткуда (что даже с помощью магии невозможно), с помощью запретной магии ловит случайных путников и заводит их в ловушку. Очень интересная картинка, способная вызвать у воина только одну реакцию. Однако нападать Айну почему-то совершенно не хотелось, и он не понимал, почему.
- Простите за подобные неудобства! Просто в наших краях гости случайными не бывают, нужно было проверить вас на безопасность. Плюс я ввёл некоторые ограничения в ваших сознаниях. Галлюцинации, подавление агрессии, ещё разные штуки. Чтобы вы меня увидели, пришлось снять одно… В общем – прошу к столу!
Земляные стены и пол мгновенно исчезли. Теперь они стояли посреди вытоптанной площади в какой-то богом забытой дикой деревушке. Прямо на земле был расстелен большой травяной ковёр с нехитрым угощением. Мелкие кусочки жареного мяса, фрукты, несколько глиняных кувшинов с водой.
- Еда, надеюсь, настоящая? - уточнила на всякий случай Биола, уже поняв масштабы способностей чародея.
- Настоящая, не бойтесь! - заверил старик и сел по-турецки перед подносом с мясом
- Попробуйте, очень вкусно… Теперь из иллюзий осталось только отсутствие людей… А вот в этом сосуде вино, не с погребов царя Палеотия конечно, но тоже недурное…
Пока маг, не замолкая ни на секунду, расхваливал пищу местного приготовления, Айн задумчиво рассасывал мелкую ягодку из подноса с фруктами. Со вкусом было что-то не то, явно. Чем это было, он вспомнил, только проглотив её. Также как и о последствиях.
- Сыворотка правды?
Старик на секунду замер и даже перестал есть персик, наверняка, на всякий случай тоже обработанный сывороткой. Нужно было заново придумывать план разговора. Затем он широко улыбнулся, став похожим на засохшую курагу, и ответил.
- У вас очень тонкий вкус. Не ожидал…
- Но зачем? Вы ведь владеете магией разума?
Айн знал, что под действием сыворотки правды лучше задавать вопросы самому, чем ждать, когда они будут заданы тебе. Но, похоже, вопрос оказался неудачным. У старика мгновенно подпортилось настроение. Улыбка исчезла, и кожа щек повисла, как у некоторых охотничьих собак.
- Потому что я использую её только для защиты людей. И ни на что больше. Где возможно обойтись без неё, я обхожусь без неё. Кто ты такой?
- Я Айн, бывший страж дворца царя Жавуира. А вы кто?
Старик на мгновение завис, будто услышал то, что не ожидал услышать. Потом он приоткрыл беззубый рот в немом смехе, и закрыл лицо ладонью.
- Я так и не представился! Меня зовут Аполлон, и я – последний живой участник Четвёртого союза, ответственный за магию разума.
- Вы тот, кто убил всех остальных магов союза?
Повисла неловкая тишина. Затем Аполлон откинул в сторону косточку от персика (тут же уши Айна уловили негромкое «Ой»), и практически шёпотом сказал.
- Не так это было. Совсем не так…
…У Аполлона с самого детства была мечта – сделать всех людей счастливыми. С возрастом эта цель приобретала всё более конкретный облик, и в итоге он перевёл всё своё внимание на общественный строй. То, что сильный всегда помыкает слабым, а тот – ещё более слабым товарищем, казалось будущему чародею безумным. Ответы на интересующие его вопросы Аполлон обнаружил в древних свитках, посвящённых запретной магии. Он почерпнул из них совсем немного, так как они в основном были посвящены контролю чужого сознания, после чего уничтожил. Неизвестно, кто и с какими намерениями мог добраться до них. Дальше пришлось самостоятельно учиться, ставя эксперименты и проводя исследования.
Нет, Аполлон не собирался подводить людей под единые правила и истины. Это было слишком бездушно. Всё равно, что уничтожить одно человечество и создать другое. Великий маг избрал иной путь. Он хотел лишь показать пример людям, как можно жить в мире и дружбе. Со временем он находил союзников, преследовавших те же цели. Их звали Гидро, Терм, Вихрь и Хеос – вода, огонь, воздух и земля соответственно. Вершиной их трудов стали «стихийные духи», или элементали, как они сами себя называли. С точки зрения магической науки это был безусловный прорыв. Но с точки зрения Аполлона опыт был провален. Как маги Четвёртого союза не старались, но каждый элементаль был автономной, самодостаточной личностью. Личных черт характера было так мало, что элементали просто бездумно копировали их у людей, не испытывая таких же чувств. Общества из них так и не вышло. Но начало было положено.
Через какое-то время Аполлон выдвинул теорию, что настоящим социумом могут стать существа из концентрированного разума, и, даже не предупредив товарищей, начал изготавливать необходимые инструменты. Остальные чародеи узнали обо всём лишь через месяц, когда практически всё было готово, и нагрянули прямо в лабораторию. Они требовали гарантий, что получившееся существо не попытается захватить контроль над всем миром.
Никаких гарантий Аполлон дать, конечно же, не мог, но от последнего опыта отказываться не хотел. Терм, как самый вспыльчивый, напал первым…
- А что вышло из того эксперимента?
Айн, Биола и маг резко повернулись. На месте, где находился недавно прилетевший и задавший вопрос Цвайн, слегка дрожал воздух.
- Ничего не вышло. Получившееся существо самоуничтожилось через десять секунд из-за бессмысленности существования и ничтожности мира.
Глава 12. Посланник Смерти.
Глава двенадцатая. Посланник Смерти.
Горм медленно, стараясь как можно дольше оттянуть время, подходил к нужной скале. Он боялся ещё одной встречи с Хозяйкой. Прошлый раз настолько впечатлил бывшего тирана Селемийского царства, что он в тот же день взял самую долгую из возможных командировок. Сегодня Горм должен был вернуться. Хотя бы на минуту задержится после полуночи – и он дезертир. И по его душу будут посланы бывшие коллеги. Или Валькирии. Даже не известно, что хуже.
Шёл девятый час. Всё вокруг исчезало в серых сумерках. Горм почувствовал, как кто-то схватил его за плечи, и закричал от страха. Уже в полёте он понял, что это гриф. И, судя по последовавшему приземлению, тот же, что и в прошлый раз. По внутреннему двору уже вполне видимо гуляли и веселились тени, сквозь которые Горм, собравшись с духом и закрыв глаза, поспешно пробежал. Никто даже не обратил на него внимания.
К удивлению Горма, в коридорах начисто отсутствовали даже намёки на факелы. Вместо них в стены были вмонтированы витиеватые подсвечники с непонятными светящимися шариками. После некоторых колебаний, он поддался любопытству и рассмотрел один из них внимательнее: в малюсенькой капле воздуха под слоем стекла была заперта маленькая, но очень яркая искра. Похоже, кто-то из его коллег смог добыть только что сформировавшихся зародышей огненных элементалей. Что при этом стало с их мамой, объяснять не требуется.
- Горм, вот ты где!
Хозяйка сама вышла к своему слуге, и выглядела она… странно. Во первых, она помолодела, и стала скорее девушкой, от силы двадцати пяти лет. На ногах была странная, мягкая обувь, сплетённая из шерсти и выкрашенная с помощью краски. Если Горм правильно вспомнил название, то это были «тёплые носки». Почему «носки» и бывают ли они холодными, он понятия не имел. Выше были мешковатые штаны из очень мягкой шкуры, шерстью наружу, кофта из того же материала. На рукаве было какое-то одно единственное пятнышко. Наверное, кровь прошлого хозяина, всё остальное уже было бы смыто.
- Вы так ждали меня? Просто не совсем понимаю, - спросил Горм, забыв весь свой страх от удивления.
- Ду-ра-чок! - сказала девушка немного нараспев - Идём, посмотрим, что ты мне принёс.
Здесь Горм был спокоен. Посоветовавшись с коллегами, он решил найти для Хозяйки какие-нибудь мелкие украшения, причём обязательно лёгкие и яркие. Бисерные бусы и сумочка ей пришлись по душе. На секунду девушка-Смерть даже улыбнулась, перебирая их в руках.
- Горм, поздравляю – ты меня радуешь! – заявила хозяйка, усаживаясь в подвешенное к потолку круглое кресло без ножек.
- Рад это слышать, госпожа! – отпустив последние тревоги и поклонившись до пола, сообщил слуга.
Девушка ещё некоторое время перебирала бусы, потом посмотрела на слугу и спросила, почему он не уходит. Горм ответил, что его ещё не отпускали. Хозяйка хмыкнула, подошла к зеркалу и стала мазать лицо различными кремами.
- Посмотри вокруг, Горм, - говорила она между делом - Жизнь идёт, и постепенно налаживается. Вот на днях Плюшко принёс мне душу какого то там мудреца. Теперь на Стиксе стоит водяная мельница. Как её использовать я ещё не придумала, но возможности огромны. А во дворце новое освещение! Или эта новая манера одежды. Казалось бы – одни тряпки. Но ведь приятно! Какой вывод можно сделать из этого?
Горм не знал. Хозяйка фыркнула, закатив глаза, и ответила сама.
- Комфорт спасёт мир! - затем девушка резко посерьёзнела, и спросила - Ты слышал что-нибудь новое об Айне?
- Нет, не слышал. Знаю, что он пересёк восточную границу. Что он там ищет – даже представить не могу.
- Представить он себе не может… - проворчала Хозяйка себе под нос и резко объявила - Край мира, вот что!
Затем девушка с сомнением посмотрела на Горма и спросила.
- Что ты должен сделать?
- Я? Сделать?
Хозяйка глубоко вздохнула и покачала головой. Горм и сам понял, насколько глупо это выглядело. Сердце беспорядочно забилось в груди, ища хоть какой-то выход. Но вот в голове потихоньку накапливалось раздражение.
- Отправляйся за Айном, догони его в кратчайшие сроки. И убей его. Это приказ. Иди, и больше чтоб я от тебя ни слова не услышала.
- Но...
- Ни слова больше!
Чувство предрешённости, росшее все эти тысячелетия службы в Отвесном дворце в душе Горма, достигло пика. Воли больше не было, и желания жить тоже. Бывший тиран Селемийских земель, а теперь самое ничтожное существо на свете отправилось на убой.
- Наконец-то он принесет какую-то пользу, - промямлила Хозяйка, почти не напрягая губы и вообще стараясь расслабиться - "Привет, мой Айн! Я вечно рядом"...
Глава 13. Третий сон Айна.
Глава тринадцатая. Третий сон Айна.
…- Следующий!
Мальчик растерянно оглянулся на родителей. Они простояли в очереди с самого полудня, среди таких же пятилетних мальчишек и их родителей. Он откровенно не понимал, куда и зачем его привели, но какое-то нехорошее предчувствие не хотело его отпускать.
- Иди, - сказала мальчику мама и подтолкнула в плечо. Увидев строгое, даже немного страшное лицо человека в доспехах, стоящего на входе и контролирующего очередь, он немного поколебался.
- А можно я не пойду? - спросил мальчик, повернувшись, и тут же получил лёгкую затрещину от отца.
- Не задерживай очередь! Айн, ты сам не понимаешь, от чего отказываешься.
Маленький Айн тяжело вздохнул и пошёл вперёд, к страшному человеку в доспехах. Отец был полностью прав – ему было пять лет, и он действительно ничегошеньки не понимал. На входе в какое-то здание его ощупали, проверили волосы, подёргали за руки. Всё это было грубо и быстро, последнее – даже больно. Но мальчик, как учил его отец, не плакал, а сжал челюсти как можно крепче и промолчал. Наконец, кто-то сказал «Годен», и его пропихнули дальше.
Теперь мальчик оказался в длинном коридоре с небольшими окошечками для освещения вдоль одной стены. То там, то тут сидели небольшими группками дети, прошедшие раньше Айна. Он попытался их всех сосчитать, но ребят оказалось значительно больше десяти, а дальше он считать не умел.
В течение всего дня мальчишки от пяти до семи лет продолжали идти. Квадраты света из окошек отходили всё дальше от самих окон. Ощущение, будто произойдёт что-то плохое, продолжало зудеть где-то на задворках ума. В коридор прошёл тот человек в доспехах, который встречал их всех на входе. Сейчас его лицо казалось скорее не страшным, а сильно уставшим.
- Видите на полу линию? Постройтесь вдоль неё.
Айн видел линию и поспешно занял место. Остальные мальчишки, с большей или меньшей резвостью, также исполнили команду.
- Для начала представлюсь. Меня зовут Зурсмонсор. Я капитан шестого полка кавалерийской гвардии в отставке. И я здесь, чтобы подготовить достойную смену себе и своим товарищам. А вы здесь – чтобы стать это сменой. Война – это не столько бессмысленная волна убийства, сколько искусство, игра для сильных. И вы будете сильными, потому что слабых будут давить, и они не выживут. Ваша война начинается уже здесь…
Точно, война!..
- Точно, война!.. Осада, пожары... Пригород горит… Мама… Отец… Эвакуация училища… Все погибли, никто не выживет!..
Айн спал, а по щекам текли слёзы. Биола и Цвайн смотрели на него и думали. О нём.
- Честно говоря, никогда бы не подумал… Может стоит его разбудить?
- И что дальше?
- Не знаю.
- И я тоже не знаю. Попробую вот так.
Биола осторожно поправила одеяло, села рядом и погладила Айна по голове. Он резко перешёл на шёпот, затем умолк. Через какое-то время слёзы высохли. Цвайн негромко хохотнул над этой картинкой и резко улетел ввысь. Биола пожала плечами, посмотрела на открытый, широкий лоб спящего воина, наклонилась к нему и лишь в последний момент удержала непонятно откуда взявшееся желание. Затем она легла рядом и немного приобняла Айна. Несколько минут - и они оба мирно спали.
Айн слегка улыбнулся во сне.
Глава 14. Раскол.
Глава четырнадцатая. Раскол.
- Всё, мы уже близко. Осталось меньше двух километров.
Айн, Биола и Цвайн стояли на достаточно высоком склоне, тянувшимся правильным полукругом от горизонта до горизонта. Слева, на внешней стороне склона, тёк Стикс. Его воды были спокойны, мутноваты и какие-то густые. Он течёт неторопливо, никуда не спеша. А затем пропадает в огромной стене тьмы, обозначавшей границу между двумя мирами. Никаких деревьев, кустарников, животных и птиц. Всё старалось держаться подальше от Края Мира.
- Может, устроим привал перед последним рывком? - спросил Цвайн.
- Не привал, а пир горой! Первая половина пути позади!
Биола недовольно поджала губы и стала вытаскивать последние припасы, оставшиеся после подарков Аполлона. Последние два дня её настроение было не в лучшем состоянии. Даже, правильнее будет сказать – в отвратительном.
- Зачем ты убил того странника? - в очередной раз спросила она Айна, уже зная, каким будет ответ.
- Он был послан нас убить, - ответил воин, мгновенно помрачнев и потеряв праздничный настрой.
- С чего ты это взял?
- Я его знаю.
- И кто он?
- Его зовут Горм. Да, тот самый.
- Это не мог быть Горм. Он умер тысячи лет назад.
- А вот и нет. Я знаю.
- Откуда?
- Не важно!
- Не знаешь!!!
Биола встала, гордо встряхнула волосами и пошла прочь. Только бросила через плечо пару слов, от которых Айн мгновенно рассвирепел.
«Безумец… Ненавижу тебя!»…
… - Тоже мне, умная нашлась! Ничего не знает, не понимает, и понимать не способна! А ты что молчишь? Или не согласен со мной?
Цвайн, уже опустошивший все запасы воды и принявший физическую форму, сидел по-турецки и смотрел в одну точку. Вопрос Айна заставил его очнуться.
- Мне, конечно, нет особых дел до человеческих взаимоотношений, и тот моментик на моё отношение к тебе не повлиял, но… ты ведёшь себя странно. А ещё слишком много о себе скрываешь. А так твои поступки невозможно объяснить. Честно, как друг тебе говорю. И в чём-то она права…
Айн выхватил меч из ножен и рассёк тело водяного духа. Как и ожидалось, он никак не пострадал.
- Убирайся отсюда. Знать тебя не хочу!
Цвайн тяжело вздохнул и, сбросив всю воду, взмыл высоко в небо.
Айн остался один. Он внимательно смотрел в не такую уж и далёкую тьму, словно пытаясь что-то в ней разглядеть. Нет, не нравилось ему это состояние, хотя и пришлось так прожить большую часть жизни. Привык к товарищам? Или уже друзьям? Да кого мы обманываем. Привык, и точка. Где теперь искать Цвайна, он понятия не имел, но вот сторону, в которую ушла Биола, Айн запомнил хорошо, и поспешил за ней.
Как Айн и ожидал, Биола не успела далеко уйти. Добравшись до ближайшей рощицы, она собрала котомку ей одной знакомых ягод и устроила свой привал. Его появление девушка решила проигнорировать. Движения Биолы были напряжёнными, немного дерганными. Она старалась вести себя как обычно, но ничего не выходило.
- Ладно, я был не прав. Но его надо было убить. И да, у меня есть тайна, которую я не могу рассказать. Просто не могу.
- Ты пришёл, потому что тебя не поддержал Цвайн?
Айн молчал, задумавшись. Затем тихо ответил, опустив взгляд себе под ноги.
- Я не могу быть один.
Биола пожевала очередную ягоду, выплюнула её и, не обращаясь конкретно к Айну, сказала.
- Он был лучшим…
…Он был лучшим человеком в её жизни. Высокий, сильный, умный. О нём мечтали все девушки местных селений. А он выбрал её, Биолу. Вечно живущую странницу, уже не знавшую, куда прибиться и где переночевать. Привёл её в свой дом, сыграл свадьбу. Да только жизни ей в селении не давали. Кто-то завидовал, кто-то боялся чертовщины. Разные были причины, но при этом почти у всех.
Он долго думал, и решил, что покой Биолы ему дороже собственного посёлка. Он поставил в лесу сруб, и они перебрались туда. Он охотился, мясо оставлял дома, а шкуры относил в посёлок, на продажу. Как-то раз он принёс ей книгу, по травам и отварам из них. Так она научилась варить очень вкусные и ароматные чаи.
А спустя несколько лет он заболел. Сильно. Даже не мог спать от боли. И Биола не спала. Приводила лекаря, но тот сказал, что уже слишком поздно. И тогда она вспомнила о главе в этой книге, где говорилось о целебных травах. И даже нашла подходящий рецепт. Вот только усталость, да ещё неопытность дали свои плоды. Был всего лишь один лишний листик. А он умер во сне…
- Сочувствую.
- Не нужно. Это было очень давно, и мне уже не больно об этом думать. Это был мой секрет. А со своим поступай как хочешь. Но если что, не бойся. Я знаю, что всё таки ты хороший человек, что бы ни было в твоём прошлом. Пошли?
- Пошли.
Глава 15. Бойня на границе мира.
Глава пятнадцатая. Бойня на границе мира.
Жавуир сидел в руке огромного титана и смотрел на горизонт. Из общего срока действия заклинания осталось всего несколько часов. Что будет после его окончания, царь Селемийских земель старался не думать. Единственное, что его успокаивало – так это то, что до края мира остались считанные километры, а там он перехватит Безумного Айна, бандита, убийцу, вора и государственного преступника в одном лице, помешанного на том, чтобы победить смерть, и даже умудрившегося выжить больше ста лет. В каком-то роде Жавуиру было откровенно всё равно. Даже если у него действительно получится уничтожить смерть как явление, это никак не отразится на общей картине мира. А вот на государственном престоле может и отразиться. Жавуира выбрали царём, потому что он показал свою силу и способность бороться с сильным противником. А если найдётся кто-то, кто окажется безоговорочно сильнее его?
- Вот он, - прошептал Жавуир, заметив две маленьких чёрных точки почти у самой Стены Тьмы.
- О ком вы говорите, великий царь?
Жавуир, совершенно забывший обо всём, кроме своей цели, резко подскочил. Где? Кто? В смысле "о ком"? Подстёгнутые неожиданностью, мысли царя разлетелись, как пуганые воробьи.
- Спокойнее, я не кусаюсь. Зубов для этого нет.
Наконец, Жавуир смог сориентироваться со звуком. Рядом с ним на огромной скорости несся водный элементаль, полный воды. "Литров тридцать, не более", оценил его силу царь. Но, немного подумав, решил что это далеко не всё, на что способен этот дух. Иначе как бы он смог развить такую скорость, удерживая объем?
Неожиданно ноги царя подкосились. Запоздавшая боль от резкого подъёма пронзила дряхлое тело насквозь, от пяток до затылка. Но особенно болели колени, много лет съедаемые артритом. За долю секунды в его голове пронеслась мысль, что так и упасть несложно. Сердце замерло... Но всё обошлось - Жавуир надежно приземлился на живот, оставшись в ладони титана. Теперь можно было сосредоточиться на незваном госте.
- Ты еще кто, зараза летающая?
- Я Цвайн, и ты меня не знаешь, - элементаль мысленно улыбнулся, вспомнив об этом обстоятельстве. Если бы не оно, то вряд ли бы он был полезен для Айна, и уж точно не забрался бы так далеко, до самого края мира. И никогда бы не обрёл таких тяжёлых для понимания, но все-таки друзей, - Именно поэтому месяц назад Айн послал меня к тебе за одной вещью. Не думал, что ты настолько от этого обидишься.
- Пошел отсюда, не отвлекай!
- Ну почему? Я же вор, меня и забирай, - сдаваться Цвайн, конечно же, не собирался. Но нужно было тянуть время.
- Да черт с тобой, и со свитком, и с Айном! Мне нужна моя власть. Идиот тухлой воды, чтоб тебе пусто было...
Цвайн тяжело вздохнул. Знал он таких царьков. И о чем они мечтают, тоже знал. Раз не выходит договориться, то... Придётся скинуть воду. И позвать на подмогу - одному с этим непонятно чем точно уж не справиться...
- А вот и первый хвост.
Биола повернулась и увидела нечто, заставившее её вздрогнуть. Прямо на них шёл огромный, белоснежный гигант с неестественно длинными, как будто паучьими конечностями. Своим затылком он касался нижних облаков. Но, наверное, самым страшным у него было лицо. Его вообще не было. Только лёгкие впадины на месте глаз, наглухо заросшие белоснежной кожей.
- Бежим! - крикнула девушка Айну. Он даже не сдвинулся с места.
- Тебе он не навредит, - воин вытащил меч из ножен и, свободной рукой, погладил клинок. Неожиданно он вспыхнул черным пламенем, и Айн, улыбнувшись, продолжил - А мне есть чем его встретить. Справимся меньше чем за час.
«Псих», подумала Биола. Но в глазах Айна было столько уверенности, что она даже немного поверила его словам.
Впрочем, Ахерон даже не дошёл до них. С руки титана сорвалась и полетела вниз маленькая, почти невидимая точка, сбитая мощной струей воды. Чары рассеялись.
Ахерон дёрнулся, и во весь свой титанический голос прорычал «Мухлёвщик!!!».
- Вот и сказочке конец, - подвёл итог Айн, нахмурившись от резкой боли в ушах из-за крика Ахерона, и уже хотел пойти дальше, но тут началось нечто, откровенно выходящее за границы разумного.
Задрожала земля. Резко подул ветер. На небе собрались тучи. Прошёл один миг – и Айн с Биолой отлетели от резкого взрыва. Это вырвалась на волю первая земная стихия. Земля вспучилась со всех сторон, и вырывающиеся на поверхность элементали осыпали все вокруг землёй и щебнем.Сквозь поднявшуюся пыль были слышны завывания воздуха, и виднелись на западе тысячи огней. Что-то началось.
«Айн, это я, Аполлон. Что у вас происходит?»
Айн не сразу понял, что это было, и лишь через мгновение до него дошло. Аполлон, с которым они виделись несколько дней назад, не мог пропустить их дальше, пока не узнал бы, что им нужно, и поэтому Айн обговорил с ним всё отдельно, не скрыв ничего. Даже для легендарного мага разума это было нечто особое, и он установил между ними канал телепатической связи. Так, на всякий случай.
«Конец света, иначе не скажешь. Масштаб угрозы оценить не могу. Если хочешь, посмотри моими глазами. Ещё и твои детишки мешаются»
«Детишки!?!... А, понял, скоро буду»
Вокруг действительно творился настоящий кошмар. Это была даже не битва – это было побоище. Элементали и стихии всех природ умирали тысячами, не нанося титану никакого вреда. Стоило Ахерону махнуть рукой – и огненные духи гасли, водяные испарялись, воздушные уносило ветром, а каменные рассыпались в пыль. И над всем этим побоищем командовал маленький, почти незаметный Цвайн, что есть силы кричащий «Вот убийца наших создателей! Отомстим! Либо умрёт он, либо умрём мы!». И магические духи вновь и вновь шли в атаку, на верную смерть.
- Бежим! - как можно громче сказал девушке Айн, стараясь перекричать окружающий грохот, и ринулся в сторону Стены Тьмы. Пламя его меча росло и росло, и вот он уже свободно прорубает проход среди обезумевших от ярости элементалей. Тёмный клинок работал безотказно, разрывая не тела, а их энергию. Могучее оружие, главное попасть по противнику. С ним любой бой был не страшен. Но вот только... будь сто тысяч раз неладна эта магма, и все камни мира тоже! Похоже, Айн сильно обжёг ногу, а остаточный гранитный град после атак на Ахерона падал везде. Ссадина, царапина, сломано ребро... Слава всем богам, что боль почти не ощущалась - боевой дух полностью овладел воином.
На горизонте ударила молния – Аполлон, сильнейший маг в истории мира, уже был на подходе.
Когда до края оставались считанные метры, Айн почувствовал неладное и остановился. Биола удивлённо смотрела по сторонам. Вокруг шла битва не на жизнь, а на смерть. Но ничего не было слышно. Земля вокруг них перестала трястись. Воздух застыл и стал ужасно холодным. Ни один камешек не нарушал эту пустоту.
- Айн? - ничего не понимая, спросила Биола. Тот смотрел в сторону, вдоль края мира.
Прямо на них шла пожилая женщина с холодными, серыми глазами и светлым волосом. Тёмный, грязного цвета балахон закрывал всё, кроме лица. Примерно в десяти метрах от них она остановилась.
- Ну, здравствуй, Айн. Сколько мы уже не виделись?
Айн очнулся из транса, схватил Биолу за руку и как можно быстрее, преодолевая нахлынувшую боль и выжимая всё что мог, прыгнул во Тьму. Краем глаза он заметил блеск металла. «Ты никуда не денешься», донеслись слова Хозяйки. Мир будто остался позади, и воин с девушкой падали вниз, не видя и не ощущая ничего. Айну стало нехорошо, и уже в следующую секунду он потерял сознание.
Глава 16. Новая воля.
Глава шестнадцатая. Новая воля.
Как бы Цвайн не старался орать и храбриться, однако страх медленно охватывал его существо. Ну нету, нету никакого толка от этой бойни! Тетис уже погиб, несколько воздушных стихий рассеялись ещё в самом начале. О рядовых элементалях и говорить нечего, тысячи уже полегли.
- Давайте, братья, положим этого гада! Стихии, объединяйте свои силы! Комбинируйте, комбинируйте атаки!!! ПОСЛУШАЙТЕ МЕНЯ!!!!
Может быть, на последнем крике, почти перешедшем в хрип, кто-то его услышал. Пара сотен огненных элементалей нагрели поверхность каменного гиганта, используемого в качестве тела каменной стихией Эльбрусом, и он, почти такой же огромный, как и сам Ахерон, ринулся в бой. Один удар титана - и светящиеся от жара камни посыпались градом на сотни метров вокруг. На грани слуха Цвайн услышал, как где-то далеко заорал проклятия знакомый голос. Впрочем, это могло послышаться.
- Да не так, плавьте камни и заливайте его магмой! Ветряки, выиграйте время! Я ЧТО ГОВОРЮ!?!
- Погоди ка, а ты вообще кто?
Цвайн только сейчас обратил внимание, что рядом с ним уже некоторое время держался ещё один водяной элементаль. Может быть, они даже виделись на том собрании, при проводах Гидро... Тогда это совсем плохо.
- Иди дерись, у нас каждая жизнь на счету!
- Говорит дух, отправивший на смерть тысячи соплеменников, без каких-либо толку! - даже сквозь грохот битвы был слышен несдерживаемый гнев этих слов - Ты понимаешь, что никто здесь не хотел умирать, даже из мести? Мы элементали, многие из нас вообще не знают, что это такое!
Цвайн отвлекся от его речи и наблюдал за боем. Вот несколько каменных чаш с расплавленной породой оторвались от земли, с огромным трудом пяти стихий и сотен каменных элементалей поднялись на нужную высоту и наклонились. Титан не шевелился. Момент был идеальный, но явно ожидался какой-то подвох... Каменные чаши, полные магмы, взорвались.
- Да черт тебя подери!!!! - Цвайн готов был плакать от складывающейся ситуации. Затем он резко поменял интонацию и почти дружеским голосом сказал своему назойливому моралисту, - Ты к моей совести не взывай, я людей с совестью вообще никогда не видел! Это даже не он убил Гидро, и вряд ли вообще кого-то из тех магов порешил этот черт бледнотелый. Я всех обманул, я редкостный предатель и урод. Но я не приказывал им умирать. Они сами идут.
Водяной дух, готовившийся к новой тираде, откровенно опешил от этих слов.
- Но зачем?..
- Элементали могут только копировать поведение людей. Кто-то, как ты уже сказал, скопировал месть, кто-то воинственность. А я нашел дружбу.
И вдруг...
Атака настигла цель. Точнее, Ахерон встал, открыв почти всё своё тело, и совместное дыхание всех живых огненных стихий обволокли его. Когда они выдохлись, на теле титана не осталось и следа от огня. Но ни взмахов руками, ни сбора магической энергии - ничего этого не было, и не ощущалось. Титан встал и замер. Все застыли в ожидании.
- Эй, да он же рассыпается!
Трудно сказать, кто именно это воскликнул, но это было явно лишним. Все уже увидели, как по ещё сильнее побледневшему телу титана прошла огромная трещина. Торс титана нарушил равновесие, и Ахерон упал, разбившись на мелкие осколки.
- Что за... - одновременно произнесли Цвайн и его собрат. Но ответа не было ни у кого...
- Фух, получилось!
Аполлон, расположившийся в роще недалеко от поля боя, вышел из транса и сразу же лег на спину, наслаждаясь отдыхом. Проникнуть в разум титана было задачей соответствующего, титанического уровня. Такой уровень угрозы он никогда не видел. Но мало проникнуть, нужно ещё и придумать, что сделать в его сознании такого, чтобы точно победить. Как же повезло, что вовремя вспомнился та логическая задача про богов и камень. И неуязвимый Ахерон оказался уязвим перед самим собой.
"Думаю, пора объяснить Айну, что произошло... Айн? Айн, где ты? Ты в порядке?"
Ответа не было.
Глава 17. Перед отплытием.
Глава семнадцатая. Перед отплытием.
«… На Небе, также как и на Земле, есть своё население, страны и народы. Однако точных данных об их жизни и общественном устройстве нет из-за особенностей географического положения и, как следствие, изоляции от Земли…»
«География мира», Х. Куломб
«Когда мир только зарождался, то многое из того, что нынче кажется странным и волшебным, было явью. Всё появлялось, жило своей жизнью, и тут же разрушалось, чтобы вновь появиться в другом обличии. Так шло до тех пор, пока не появились в первобытном хаосе люди. Они были первыми, ещё не знающими этого мира, но ничуть его не боялись. Их было семеро – три девушки и четыре юноши.
Четвёртого юношу звали Зенд, что в переводе с первого языка означало «лишний». Это было правдой. Три юноши и три девушки образовали пары, и разошлись по миру, образовав три рода людей. Зенд остался один. Он слонялся по миру, нигде не задерживаясь. Никем не гонимый, никем не принимаемый.
Так прошло много лет. Мир был молод и полон сил. Эти силы выливались на Землю, меняя её и украшая. Так появился Цветок Жизни. Он был единственный во всём мире, и мог подарить вечную жизнь нашедшему его. И так сложилось, что его нашёл Зенд. Он был уже не молод, и давно разучился удивляться даже самым необычным вещам. Он просто сорвал его, отварил и выпил получившийся напиток.
«Все, кто забыл меня и оставил одного, умрут. А я буду жить, и переживу их всех» - так думал он.
И началась у Зенда новая жизнь.
Прошли первые времена. Человеческий род разросся, и стали появляться первые царства. Имя Зенда уже давно забылось. Он прекратил свои странствия, осел, и занялся разведением скота, дающего молоко. Поэтому его называли Волопасом.
Никто ничего о нём не знал, но рассказы ходили разные. Его лицо было всегда уставшим, равнодушным и печальным, будто в его жизни произошло большое горе. На самом деле вся его жизнь была горем. Он жил, привыкал к окружающему миру, всё старело, разрушалось, и только Волопас оставался неизменным. Дома, построенные им, рушились от времени. Деревья, посаженные им, старели и умирали. А он жил дальше. Всё, что было или могло стать ему дорого, разрушалось.
В одну тёмную, звёздную ночь произошло событие, которое мир не знал с самого своего рождения. Большая рыжая звезда сорвалась со своего пути и полетела вниз. Это видели многие. Кто-то говорил, что это предзнаменование страшных болезней и голода. Кто-то наоборот – что это предзнаменование грядущего счастья всему миру. Один только Волопас захватил немного хлеба и отправился в путь – туда, где Небо касается Земли. Путь был долог и тяжёл. Но дороги ещё помнили своего старого странника, и вели его точно к цели.
Так Волопас дошёл до края мира, до самого великого из всех океанов. Где-то там, в его глубинах, таилась тайна – тайна упавшей звезды.
Волопас ожидал подобных сложностей. Он вздохнул, задержал дыхание, и нырнул.
Вокруг не было ничего, кроме темноты. Тишина давила на уши. Но не хватило ему дыхания, и пришлось всплывать.
Волопас отдышался, вздохнул, и нырнул вновь. Но и теперь он не доплыл до дна.
И в третий раз он нырнул, и, наконец, смог достать дна. Там лежала звезда. Она его заметила, и стала просить о помощи.
«Вода меня тушит. Здесь я погибну. Подними меня на воздух, а я подниму тебя на небеса».
«А как твоё имя? Как мне называть тебя?»
«Среди братьев и сестёр меня звали Арктуром. Зови меня так и ты».
Волопас подхватил Арктура, и поднял его до самой поверхности. Потом они поменялись, и Арктур поднял его на Небо. С тех пор Волопас живёт там, и вечная жизнь больше не в тягость ему»
«История Селемийского царства в народном восприятии на примере мифов и легенд», Палатон.
- Айн, ты как?
Айн не отреагировал. Он сидел на краю огромной пропасти, слегка покачивая ногами. За плотным слоем тёмно-сиреневого тумана не было видно даже намёков на поверхность. Волопас подошёл, зашмыгал носом, чихнул. Затем сел рядом.
- Не беспокойся, ранение небольшое. Ты говорил, что её защищали какие то магические силы, свойственные только ей. Пробить их было довольно трудно, но это случилось, и она потратила очень много сил. Она просто восстанавливается, вот и не просыпается.
- Было бы всё так просто… - прошептал Айн - А если я скажу тебе, что именно смогло её ранить, лечение пойдёт быстрее?
- Смотря что ты мне скажешь.
Айн поколебался, затем сказал.
- Это была Хозяйка Смерти. Хель, как её зовут самые близкие слуги и вожаки стай валькирий. Она метнула нож в Биолу прямо в момент перехода.
- Первый раз слышу про неё.
- Обычно о ней узнают лишь незадолго до встречи, так что ничего удивительного.
Волопас нахмурился. Миллионы лет жизни всё же не открыли ему все тайны этого мира.
- А почему она напала на вас?
- Тебе оно надо?
- Ладно, как хочешь. Когда ты выдвигаешься?
- Сейчас. Только я ещё раз хочу посмотреть на Биолу.
… Биола лежала на мягких, прозрачных волнах эфира. Она и так была небольшого роста, а теперь, свернувшись калачиком, казалась совсем маленькой. Лицо и кожа сильно побледнели. На спине, куда пришёлся удар, благодаря стараниям Волопаса и лечебному действию повешенной над девушкой оранжевой звезды остался лишь небольшой шрам. Единственное, что осталось в ней совершенно неизменным – это тёмно-русые, густые волосы.
Айн аккуратно, с трепетом взял пару локонов, оставшихся от двух длинных кос – последней её прически. Они были тёплые, сухие. Даже не наклоняясь к девушке, он чувствовал запах сухих трав, дыма от очага, высоких сосен и маленьких цветов. Всего, из чего состояла её тихая, мирная жизнь. А чем пах Айн?
- Может, всё-таки останешься ещё на пару часов? С бездны туман поднимается, - Волопас сжал губы, пытаясь подобрать правильное слово - В нём разное бывает, нехорошее…
- До Леты успею дойти?
- Должен успеть, тут всего десять минут до пристани.
- Тогда я пошёл, - Айн почти вышел за дверь, затем повернулся и сказал Волопасу голосом, не требующим вопросов – Если Биола очнётся раньше, чем я вернусь, немедленно отправь её обратно. Здесь ей будет грозить опасность. Позаботься о ней, прошу тебя.
- Хорошо, - сказал Волопас, пытаясь выбрать первый вопрос из накопившихся. Наконец, он решился.
- Ты не боишься, что она умрет?
Айн замер и слегка, почти невидимо содрогнулся. Нет, он не допускал такой мысли, даже не предполагал и не верил. Это было бы слишком... нечестно.
- Нет. После смерти она сможет без проблем пройти в поля, - Айн усмехнулся, впервые в жизни сказав о потустороннем мире как о чем то реальном - Но мне там будут не рады, и больше мы не увидимся. Это уже страшнее.
Глава 18. Сквозь туман.
Глава восемнадцатая. Сквозь туман.
«…Имеющиеся у нас данные говорят о том, что на Небе влияние магии на материю несколько иное, чем на Земле. Явления, обыденные для верхнего мира, совершенно невозможны в нижнем – и наоборот…»
«О природе вещей», Кн. Фяюст.
Путь Айна шёл против течения реки, и вместо вёсел он решил использовать шесты. Дно было практически ровное, что очень упрощало дело, и к вечеру он успел покрыть достаточно большое расстояние. Солнце ушло далеко на запад, и лишь более светлая, чем остальное пространство, дымка выдавала его.
Лета выглядела чудесно. Дна не было видно даже в самую яркую часть суток, а всё из-за звёздной пыли. Она вся светилась жёлтыми, красными, синими и молочными цветами, закручивающихся на поворотах во всевозможные узоры. Были ли у Леты берега? И были, и не были. Всё пространство растекалось, размазывалось. Стоило вырасти крутому обрыву – и он тут же сливался с дальними горами или окружающей равниной.
Впрочем, любоваться столь необычным видом Айну пришлось недолго. Всё более размытым казался пейзаж, всё меньше цветных потоков можно было различить в воде. Опустился туман. Он был непростым, как и всё на Небе. Тёмно-сиреневый цвет словно поглощал все остальные, и в итоге воин не видел воды даже прямо под лодкой. Дальше приходилось ориентироваться по течению. Какое-то смутное беспокойство вызывала эта пелена.
«Волопас вроде бы что-то говорил. Но что?», рассуждал Айн, пытаясь и отвлечься, и понять ситуацию. Пожалуй, сейчас он многое отдал бы за то, чтобы рядом был верный товарищ. Ничего не понимая, быть готовым ко всему в одиночку всегда страшнее, чем в паре. Лучше всего был бы Цвайн. Он бы и обстановку разрядил, и в разведку слетал, и, может быть, разогнал бы это наваждение.
«Хотя о чём это я? Во-первых, это не вода. А во-вторых, здесь нигде нет и быть не может никакой воды». И тут же в его голове полетели картинки, как Цвайн раз за разом залетает в стену Тьмы, выходит на противоположной стороне мира, снова залетает и возвращается обратно с всё большей злостью и отчаяньем. А выжил ли он вообще в тот день? Айн, представив целую орду потерявших в битве рассудок стихий и элементалей, бьющих и своих, и чужих, невольно подавился.
- Значит, ты бросил своего друга?
Эта фраза прозвучала так быстро и неожиданно, что Айн даже не понял, с какой стороны она появилась.
- Ведь он наверняка думает, что ты погиб.
Айн снова не смог уловить направление. Чувствуя на себе чей-то взгляд, он отпустил шесты и медленно вытащил меч.
- Хотя о чём мы говорим, о каком друге? Ты ведь относился к нему всегда как к должнику. Разве не так?
Айн крепче сжал меч, но сдержался и ничего не сказал. Только напряг челюсти.
- Ведь ты всегда и ко всем так относился, и всегда оправдывал себя! Знаешь, как это называется? Эгоизм. Ты пропитан им от кончиков пальцев и до последнего волоса. Поэтому все считают тебя безумным, а вовсе не из-за твоей жалкой фантазии. И Зорга ты тогда сильно обидел, если не заметил. Ах да, ты же ничего, кроме опасности для своей шкуры не чувствуешь! Глухой слепец, дурак, эгоист!..
Айн дышал всё тяжелее и тяжелее, пот лился с него рекой. Хотелось ударить, убить, заставить замолчать, наказать того, кто смел говорить ему такие дерзкие, обидные вещи. Но особенно тяжело было от того, что этот голос ничего не выдумывал. Всё это Айн уже либо слышал от окружающих, либо думал сам, тяжёлыми, бессонными от воспоминаний ночами.
А обвинениям, оскорблениям и ругательствам не было конца. Этот голос ниоткуда не шёл. Он был с Айном, жил внутри него. А теперь вылез и начал мстить за своё рождение.
- Сопляк! Никчёмыш! Ты даже не смог защитить понравившуюся девушку!
Айна передёрнуло. Меч выпал из его дрожащих рук на дно лодки. «Вот я и погиб», пронеслось в его уже почти пустой от бессильной злости голове.
- Ненавижу тебя! Ненавижу! – громко, до звона в ушах раздался крик, до ужасной боли похожий на ставший таким дорогим голос.
- Замолчи!!! – крикнул Айн и упал на колени, прикрыв лицо руками.
Пронёсся ветер. Нечто невидимое, очень голодное и злое, разорвало лодку в щепки, но осталось ни с чем. Айн был уже очень далеко отсюда.
Глава 19. Последний сон Айна.
Глава девятнадцатая. Последний сон Айна.
… Айн сидел на краю речного обрыва. Прямо под ним была тёмная вода, без единого блика медленно поднимающейся луны. Недалеко отсюда был мост, и рядом с ним вовсю веселились дорожные разбойники. Потерявший всё, что имел, воин совершенно не боялся их. И не только потому, что они были плохо вооружены и практически не умели сражаться.
Прямо за спиной Айна кто-то появился, но он даже не оглянулся. Незнакомец сел рядом с ним. Он был одет в огромный, явно не по размеру плащ, полностью скрывающий тело. Айн представил себе, как можно ходить в таком одеянии, и в его душе на пару секунд засветились искорки веселья.
- Тебе кажется смешным мой наряд?
Айн мгновенно посерьёзнел. Глупо получилось. И чем он только себя выдал? А незнакомец уже выглядел совершенно иначе. Это была достаточно молодая женщина, со светлыми волосами и ласково-голубыми глазами. Плащ бесследно исчез, и на ней было чёрное, будто сотканное из темноты, платье.
- Ты пришла по мою душу? - совершенно спокойно спросил Айн. После того случая с Жавуиром он ничего другого и не ждал.
- Почти, - ответила женщина - Меня зовут Хель. Хозяйка Смерти…
Она многозначительно улыбнулась, ожидая реакции беглеца. Айн даже не смотрел на неё.
- Ты многое потерял за сравнительно короткий срок. Друга, девушку, нормальную жизнь… Чувствуешь себя раздавленным? Ничего, это пройдёт. И я могу помочь.
- Чем же? – Айн резко оживился, словно очнувшись из полусна. В глазах загорелись яркие, недобрые огоньки.
- Я открою тебе маленький секрет насчёт смерти. Иногда нам приходится умереть, чтобы вернуться в жизнь более совершенными. Сила, мудрость, власть. Иногда свобода. Или месть. Каждый находит что-то своё. Ты уже опустился на дно своих проблем. Я помогу тебе всплыть…
Со стороны моста послышался громкий крик. Похоже, разбойники что-то не поделили, и начали выяснять отношения.
- Вот твоё первое задание. Пойди и освободи их всех.
Айн подобрал лежащий в траве меч, встал, и не издав ни единого звука исчез в кустах.
- Они ещё пожалеют, что так поступили с нами, - прошептала Хозяйка Смерти и исчезла с этого места, будто её там и не было…
- А что было дальше?
Айн поджал губы, придумывая ответ. Да, этот парнишка спас ему жизнь, но даже то, что он уже увидел, ему не положено знать. Когда этот достаточно щуплый парнишка ухватил Айна и вытащил из тумана, воин остался без сознания, и Ветер принёс его к лекарю. А тот каким то образом спроецировал сон Айна прямо в воздух.
Наконец, Айн решил впервые в жизни рассказать всю правду.
- В тот раз меня зарубили. Откуда я мог знать, что эти бандиты с солдатами пересеклись! Но Смерть, понятное дело, отказалась меня принимать и вернула в тело. Подлатав его, конечно. Потом сорок лет упорных тренировок в Отвесном дворце, и где-то пятьдесят лет работы на Хель. За всё время около десяти смертей и два тела, - и добавил, с какой-то брезгливой гордостью - Как итог, я стал её лучшим слугой!
Ветер сидел на полупрозрачной скамье, подперев голову. Только тут Айн понял, что он не знает о своём спасителе ровным счётом ничего.
- А ты кто?
-Я Ветер, стажёр из спасательного патруля. Странников по туманам вылавливаю.
Глава 20. Последние шаги.
Глава двадцатая. Последние шаги.
Накаст не просто светился или горел, а бил в глаза ледяным белым светом. Ни достаточно близкая река, ни звёзды не могли с ним соперничать. Их вовсе не было видно. Казалось, что ничего не осталось в этом мире, что всё пространство и время провалились в тартарары, уступив место первобытному хаосу. А его единственное существующее поныне порождение словно подтверждало эти мысли.
Герпень уже был в руках Айна. Маленький, абсолютно неприметный сосуд с бесконечной пустотой внутри. Когда Айн только-только забрал его из хранилища Отвесного дворца, эта бездонная дыра не давала ему покоя. Наверное, целую неделю он каждый подходящий по размеру камень или сучок сбрасывал в него, а затем резко переворачивал. Ни разу оттуда ничего не выпало.
Теперь оставались последние шаги. Он возьмёт звезду в руки, прочитает одному ему известное заклятие, скинет её в Герпень…
- Ну-ну.
Айн резко развернулся и, что есть силы, швырнул метательный нож. Клинок пролетел почти пятнадцать метров, и, так и не встретив цель, пробил поверхность Неба и полетел вниз. Смерть стояла в метре от места, где была ещё мгновение назад.
- Неплохо, хорошая реакция. Но для твоей цели всё равно слабовата.
Айн стоял, не поднимая голову. Он хорошо знал, как может улыбаться Смерть. Меч бессильно висел на поясе. Даже он не сможет помочь.
- Я могу мгновенно перемещаться в любую точку нашего мира. Меня невозможно убить. На что ты вообще рассчитывал, когда начал эту войну?
Айн неспешно развернулся обратно к звезде, откуда в этот раз донёсся голос. Свет ещё был виден, но саму звезду закрывало огромное мрачное пятно, в центре которого стояла Хель.
- Ещё во время моей работы на тебя я понял твою любовь к соревнованиям. На это я и рассчитывал, - ответил Айн. Его руки так и просились сжаться – на рукояти клинка, на шее противника, или хотя бы в кулак. «Нельзя», мысленно скомандовал он.
- Ты прав, я действительно люблю соревнования. Но я тоже не дурочка. Что ты планировал сделать, когда мы встретимся здесь?
Айн усмехнулся и даже будто бы расслабился. Хель в замешательстве ожидала ответа.
- Ничего! - воин демонстративно развёл потяжелевшие от внутреннего ужаса руки - Я не готов тебя победить.
Каких только эмоций не пронеслось на лице Хозяйки Смерти, однако все они вышли... громким, заливистым смехом. Ей было смешно, что её обманули. Смешно, что никакой угрозы на самом деле нет. Смешно, что её лучший слуга за всю историю Отвесного дворца продумал всё, кроме победы. Это был смех победы и... разочарования.
Лицо Хозяйки появилось прямо перед носом Айна. Руки сработали быстрее мысли. Хель вскрикнула и отшатнулась. На её щеке красовалась ярко-красная царапина, а руки Айна крепко держали меч.
- Очень хорошо, - сказала Смерть, немного отойдя от шока, - Я всегда знала, что ты мой лучший слуга за всю историю. Если бы ты тогда не сбежал, я бы подарила тебе отряд валькирий.
- Это тот, который я полностью перебил, когда ты послала их вернуть меня живым или мёртвым?
Айн начал заводиться. Если на ней можно оставить царапину, даже не восходя в аспект, то её можно убить. Или хотя бы задержать, пока Айн не подберётся поближе к Накасту. Герпень надёжно лежал в глубоком кармане.
Хель не стала ждать приглашения. Айн пригнулся, и прямо над ним просвистело тонкое лезвие клинка. Как можно более резкий разворот, меч специально направлен на уровне коленей. За спиной противника не оказалось. Не удержав равновесия, воин упал. Прямая атака прямо сверху, увернуться нельзя...
Айн вошёл в аспект и избежал атаки. Странное это состояние. Если Тёмный клинок мог разрушать энергию живых существ, причинять им боль и даже убивать, не нанося физических ран, то в аспекте ты сам становился энергией, целиком. И вот уже мир - не мир, а полосы энергии, пересекающиеся, спутывающиеся, образующие собой материю. Жнецы редко использовали эту силу, потому что она принадлежала Смерти. А Смерть берёт плату за свои силы со всех, кроме одного человека. Того, кого она выбрала как своё явление на Земле. Хель, Хозяйка Смерти.
Стоп, но ведь Хель тоже уже должна была войти в аспект. Но где она?
- Я здесь.
Огромное щупальце с тысячами мелких лезвий непонятно с какой стороны обхватило Айна, начало сжиматься, резать и рвать линии энергии. Айн орал от боли, надрывая всё своё нутро, глаза вылезали из орбит. Стоп, хватит, так ведь и тела не останется!..
Айн вышел из аспекта и тут же, даже не напрягая сил, упал на спину.
- Надеюсь, теперь понял?
Хозяйка Смерти стояла над ним и внимательным, ледяным взглядом рассматривала. На её лице не было и тени улыбки. Как и шрама.
- И что теперь? Убьёшь меня?
Теперь улыбался Айн. Он лежал абсолютно расслаблено, впервые за последние годы. Ничто не могло навредить ему. А то, что могло, он даже при всём желании не смог бы избежать.
- Убить? Нет, это было бы слишком просто, а я же не могу тебя отпустить... Скажи, почему ты пошёл против меня?
- Потому что ты владеешь силой, против которой мир не может ничего противопоставить. А ты против мира, ты ненавидишь людей...
- А ты то с чего его защищать подался? Я думала, ты знаешь его жестокость почти так же, как и я. Боль, ненависть, страх, смерть...
- И тем не менее я его люблю. Я это понял совсем недавно. Я взял с тех, кто был мне должен, и теперь могу любить мир, несмотря ни на что. Я знаю, что тебе пришлось ещё хуже, чем мне. Тебя твоя собственная семья боялась, пыталась убить, держали взаперти из поколения в поколение, мучали, пока ты не стала достаточно сильной. Но ты ведь всё ещё жива, и теперь ты свободна от них...
Резкий, но сдержанный приступ боли заставил его замолчать - похоже, она вновь частично перешла в аспект. Повисла тишина.
- Я тебя не убью. Мне служат люди, которые умерли изнутри. Которые потеряли всё. Самые отчаянные. Отчаявшиеся, как я. Друга ты потерял сам, дома у тебя нет. Мне осталось забрать последнее. Как там дома у Волопаса? Уютно?
Смерть развернулась и нарочно медленно пошла прочь. Айн лежал без сил. Он знал, что произойдёт дальше. Как только он потеряет Хель из виду, она перенесётся через сотни километров, за секунду преодолеет все препятствия и опасности, постучится в дверь… Бедная, бедная Биола! Зачем он взял её с собой? О чём он думал? Не было ответов на эти вопросы. Он просто всегда был один. Никому этого не пожелаешь. И себе тоже.
«Вставай, Айн! Ещё ничего не случилось!»
Айн открыл глаза. Смерть отошла всего на двадцать шагов. Тёплый, ласковый голос девушки прогнал дурные видения. Айн медленно, словно учась заново, встал, и шаг за шагом, неуверенно стал продвигаться к звезде. Десять метров… Пять… Один… Накаст согревает ладони.
Смерть, даже не обернувшись, махнула рукой. Разнёсся страшный грохот, и воин со звездой в руках полетел вниз.
Глава 21. Тихий полëт.
Глава двадцать первая. Тихий полёт.
… Свист, громкий, непробиваемый никакими другими звуками, обволакивал уши. Айн летел вниз, в пустоту, как камень с веревочками рук и ног. От скорости полёта глаза сильно слезились. В руке он чувствовал что-то мягкое и тёплое. «Значит, не выпустил», подумал он, и с трудом согнул руку. Падающего с огромной высоты воина закрутило в полёте. Он полез в карман и вытащил Герпень. Вращение прекратилось. Перед глазами понеслись мутные пятна света. Ещё одно, совсем маленькое движение – и дело всей его жизни будет окончено. Хель будет побеждена...
Глаза прояснились. Звезда соединилась с Герпнем, заклинание прочитано, желание исполнено. Айн всё ещё летел к Земле, но больше его не крутило и не трепало. В вышине горели бесчисленные звёзды, намного больше, чем видно с Земли. Лета, она же Млечный путь, переливалась тонкими струями всевозможных цветов, и тянулась от горизонта до горизонта. Где то далеко сейчас открыла глаза Биола. Ей ничто не угрожает, ни один камень или металл не смогут ей навредить. А Волопас торопливо собирает ей вещи в дорогу домой, как и обещал. Айн улыбнулся спокойной, доброй улыбкой, и перевернулся лицом к Земле. Она была прекрасна. Везде, куда падал солнечный свет, росли зелёные леса, билась рыба в синих океанах, шли караваны в жёлтых пустынях. Белые вершины гор светились своей белизной, словно упавшие вниз звёзды. На ночной части тоже кипела жизнь. Светились яркими огнями города, горели пожары, очаги, простые костры.
Какое-то воспоминание всплыло и тут же исчезло в голове Айна. Что-то хорошее и грустное, что очень хотелось изменить. После некоторых усилий, он припомнил вкус жаркого, запах сена, ласковый, размеренный голос.
«Нэй – наш славный добрый воин,
Был высоким он и стройным.
Он поднялся до звезды,
На крыле своей мечты,
Много видел, и о том,
Нам расскажет утром он…»
… - Мама, мама, там падает звёздочка!
- Загадывай желание, оно обязательно сбудется!
Тишина. Потом раздвинулись кусты, и из них выглянуло порядком заросшее, улыбающееся лицо.
- Папа, ты вернулся!
- Да, вернулся…
Где-то в небе ярко горела падающая звезда. Она медленно, словно не желая исчезать, гасла, и в конце концов растворилась в ночи…
Спасибо за чтение
Вернуться к книге