О тебе, обо мне, о ней.

Глава 1.

— Внимание. Полиция продолжает поиски 19-летней девушки, пропавшей год назад. Все, кто располагает какой-либо информацией свяжитесь с полицией по номеру, указанному на экране.

Я выключила телевизор. Да, и в этот город я скоро перееду. Даже как-то жутко.

Подумала я и прислушалась к тому, как тикают часы, которые висели напротив меня на стене в моей комнате — их тиканье усиливалось с каждой секундой. Как и моё тревожное волнение от предстоящего переезда.

Тик-так, тик-так, тик-так.

Фокусироваться долго на тиканье часов — это как попасть в параллельную вселенную, где нет ничего важного, кроме самих часов.

Я смотрела на эти идущие стрелки, изучая луч солнца, который падал на часы. Он будто бы пронизывал их насквозь. Немного бликовал на стекле, которое закрывало циферблат от пыли.

Когда мой фокус сместился на движение стрелок, я подумала. Смотря на этот луч солнца, на пылинки, которые летали в воздухе и которые отчётливо было видно, именно на этом луче, я уже забыла о тиканье и переместилась в другую вселенную — вселенную солнца. Более тёплую, тихую, успокаивающую. И тиканье часов будто бы затихло.

Все это я называю — ловить момент. И всё это лучше, чем то, что происходит сейчас вокруг.

Мы переезжаем. Потому что родители разводятся.

Мать и отец никогда не находили общего языка. Порой я думала о том, как они вообще в своё время сошлись?

Потому что иногда казалось, что всё, что их объединяет, — это я. Но ведь я же как-то появилась? То есть у них был момент, когда они были на одной стороне? Когда они, возможно, мыслили одинаково. Имели общие ориентиры.

Но почему они не сошлись? Может быть, потому что папа близнецы по гороскопу. Может быть, потому что мама скорпион.

Забавно, но когда мы думаем о скандале между людьми, если хоть немного знаем астрологию, мы начинаем примерять эти знания на ситуацию. Вот она рыбы, а он телец, а еще у него луна в овне, именно поэтому он её не слышит.

Но у родителей было всё проще. Если эту простоту, конечно можно назвать так.

Это произошло недавно, как раз перед подготовкой моего поступления в университет. Я планировала поступать в престижное учебное заведение в нашем городе. Уже нашла нужную специальность. Я мечтала об этом уже много лет. Но моя мечта с треском рухнула, когда мама узнала, что у отца уже три года как есть вторая семья.

Он часто ездил по работе в другой город и так сложилось, что там у него случилась венера в рыбах. Или простым языком, любовь.

Так что, в один момент, мама узнала, что у отца есть другая, а я узнала, что у меня теперь есть младшая сестра. Только в другом городе и от другой матери.

Забавно, но я даже обрадовалась. Потому что я видела, как им тяжело быть в браке друг с другом. Каждый день ссоры, склоки. Мама была спокойна только тогда, когда отец был в другом городе. Поэтому, я понимала, что для них обоих - это возможность начать жизнь с чистого листа.

И я надеялась, что новый город и мою жизнь откроет по новому. Не то, чтобы у меня здесь не сложилось. Но у меня было совсем мало друзей. Было мало какого-то разнообразия. Я слишком сильно погрузилась в учёбу в школе, готовилась к экзаменам. Друзья же думали о своём. Потому в какой-то мере, наши пути уже разошлись. Максимум, что было между нами — редкие переписки в социальных сетях. Так что, на новый город у меня были большие надежды. Хотя я не горела желанием переезжать туда.

Расстроилась ли мама, когда узнала об этом? Если честно, я не знаю. Не скажу, что я близка с ней или с отцом. У нас весьма посредственные отношения.

— Доброе утро.

— Доброе, вот твой завтрак.

Это частый диалог за весь день. Ну и иногда, мы можем обсудить то, что нас объединяет:

— Забился туалет.

— Нужно помыть полы.

— Надо купить продуктов.

Мы все очень автономны, потому что с самого моего детства так и строилась наша семья. Максимум автономности, минимум сближения.

Так вот, расстроилась ли мама? Она промолчала, когда отец сказал всю правду, а точнее вывалил её. Как снежный ком, который копился годами. Она просто промолчала, взяла свой ноутбук и ушла в комнату. Отец тогда ещё посмотрел на меня и буркнул:

— Как обычно, — и ушёл на кухню.

Я помню, как в тот момент, я осталась в зале одна, за компьютером, разбирая папку с файлами «Для поступления.» и думая о том, что у меня теперь есть младшая сестра. И, что в университет своей мечты я, похоже не попаду. И я была права.

Когда состоялся развод родителей, мама настояла на том, чтобы мы уехали из этого дома, где я выросла. Аргумент был весомый:

— Нам это больше не надо, мы поедем в мой родной город.

Она не могла больше здесь находится. Я её понимала. И удивительное совпадение в том, что в мамином родном городе был неплохой университет с той специальностью, которая мне была нужна. Журналистика.

Да-да, скажете, что это банально, но мне действительно нравится анализировать, думать, находить скрытое и тайное. А там как раз очень хорошая кафедра по журналистике. Откуда я знаю? Там учится моя подруга Настя.

Настя вообще уникальный персонаж. У нас в городе есть хороший престижный университет, но она искала что-то необычное, потому подала документы на поступление именно в соседний город, как раз тот, где выросла моя мама.

И мы с Настей много раз обсуждали это, она много раз звала меня к себе учиться, но у меня были другие планы. Были.

Семья автономная, но всё-таки крепкая, думала я. Не то, чтобы я опиралась на мысль про родителей «а вдруг разведутся», но думала об этом, периодически. Хотя я была уверена, что ничего не изменится, если и разведутся. Но мою маму сложно предугадать. Поэтому теперь мы собирали чемоданы.

Осталось только разобраться, что забрать в своей комнате, а что оставить своей младшей сестре, которая скоро приедет сюда. Ведь моя комната достанется ей.

Жаль только, что мы с ней не пересечëмся сейчас, я бы хотела на неё посмотреть и познакомиться. Ведь у меня никогда не было сестры или брата, а теперь есть. Но история совсем не об этом.

— Лиза, пожалуйста, собирайся побыстрее, у нас автобус через два часа.

Мама выглядела слегка обеспокоенной, но в то же время какой-то счастливой, что ли. Отца не было, он уехал за своей новой семьёй в другой город. Мои родители всё продумали так, чтобы мы не пересеклись друг с другом. Мама ведь скорпион, помните?

Поэтому мы оставим ключи соседке, а сами поедем на вокзал, на котором, кстати, мы правда должны быть через пару часов.

Так, надо собраться, нужен ли мне этот ловец снов? Нужен.

Платья сложила, джинсы тоже, обувь упаковала. Это те, что буду носить, пока не разберу коробки по приезде, которые уже уехали в новый дом на грузовой машине. Не сказать, что я ленивая, просто мне иногда нужно вдохновение. А нераспакованные коробки тоже иногда являются вдохновением.

Конечно же, я взяла свой любимый рюкзак, положив туда всё необходимое. Да ехать пару часов, но на автобусе. Автобусы иногда ездят старые, поэтому зарядки для телефона может не быть, беру зарядник, наушники, планшет. Посмотрю в дороге какой-нибудь сериальчик.

Мама тоже наверняка будет смотреть сериал. Помните же про автономность? Вряд ли мы будем разговаривать с ней в дороге. Мы вообще редко говорим, потому наушники и планшет - мои друзья на время поездки.

Пока я укладывала вещи в свой старый потрёпанный коричневый чемодан, уже пролетело полтора часа. Я быстро оделась в джинсовые шорты и белую майку, расчесала своё каре, которое всё растрепалось.

Я с утра не успела уложить волосы и теперь они у меня закрутились, как кудри у барана. На самом деле выглядело симпатично, кучерявое каре на тёмно-русых волосах. Макияж сделаю уже в автобусе, время на это у меня будет.

Мы вышли на крыльцо и мама перешла дорогу, чтобы оставить соседке ключ от дома. Они перекинулись парой фраз, и потом соседка проводила нас взглядом, пока мы уезжали на такси.

По дороге на вокзал я изучала пейзажи в окно и старалась их запомнить. Просто так, ведь я не знала, когда я приеду сюда снова. Хотя отец перед своим отъездом сказал, чтобы приезжала, когда захочу. Буркнул коротко и по делу:

— Ну ты приезжай, когда захочешь.

Вокзал был переполнен людьми. Вокзальная атмосфера она всегда такая, все куда-то едут и куда-то спешат. Оказавшись на вокзале, начинаешь постоянно думать, куда все ездят каждый день? Это изюминка вокзала — каждый день новая история. Нет, не каждый день. Каждый час.

Люди пробегали мимо нас, пока мы со своими огромными дорожными сумками шли к нужному выходу. Мимо нас пробежала бабушка с внуком и он прямо передо мной уронил свой пирожок. Бабушка подскочила, подняла пирожок и, отругав внука, схватила его за руку и они куда-то убежали. Тут все были в какой-то спешке.

Мы вышли на перрон. Автобуса ещё не было, потому мы поставили сумки на асфальт. Мама что-то стала искать в телефоне. А я осмотрелась вокруг.

Нашими соседями на ближайшие два часа станут пожилой мужчина в костюме с чемоданом, две молодые девушки, которые стояли и хихикали между собой, семейная пара с пятью детьми. Дети баловались и родители пытались их поймать, а они прятались за колоннами перрона. Я услышала разговор двух мужчин, которые тоже стояли рядом.

— Говорят, что они её так и не нашли.

— Да, поэтому я и еду туда. Им нужно подкрепление. Они не справляются с её поисками.

— Может быть она просто не в этом городе?

— Не знаю, сейчас приеду туда и буду выяснять, что они уже успели разузнать.

Я слушала их разговор и не очень понимала, что произошло. Но они звучали достаточно серьёзно и напряжённо.

В этот момент к перрону подошли ещё несколько человек с сумками и чемоданами. О, и бабушка с внуком! Она всё ещё держит в руках пирожок. Похоже, что совсем замоталась и забыла про него. Пирожок, видимо, едет с нами.

Из-за угла послышался стук колёс нашего автобуса. Как я и полагала, он оказался старым. Когда он подъехал, люди резко пошли к нему. Те двое мужчин, чей разговор я слышала, вошли первыми.

Мы с мамой решили подождать. Лучше зайдём последними, зато никто ноги не отдавит. Когда наконец все пассажиры были внутри, и бабушка с внуком тоже, мы наконец зашли в автобус.

Водитель громко говорил по телефону. Когда мы с мамой зашли, он отвлёкся от разговора, поправил свои густые усы, взглянул на нас, то ли недовольным, то ли пристальным взглядом и снова начал громко говорить что-то собеседнику в телефон. Я осмотрелась по сторонам. О, вижу, пирожок точно едет с нами. Да, бабушка всё ещё держит его в руке.

Я посмотрела на окно автобуса рядом с собой. Под ним не было разъёмов для зарядки телефона, как я и полагала. Хорошо, что есть зарядник и планшет. Интернет должен работать, так что сейчас открою какой-нибудь сериал и пачку чипсов. Не полезно, но вкусно, тем более, куда деваться то. Открываю раздел «Триллеры».

— Ну что, у нас начинается новая жизнь?

Чипса чуть не вылетела у меня изо рта, потому что мама смотрела на меня и улыбалась, при этом держа меня за руку.

— Да, точно, — улыбнулась я в ответ, взяв её тоже за руку и слегка потрясла её. Такое знаете неловкое рукопожатие автономных матери и дочери.

Ну походу да. Новая жизнь, привет.

Глава 2.

Когда мы приехали на вокзал в новом городе, мы вызвали такси и поехали к дому. Когда я издалека увидела его в окно машины, я вспомнила, как была тут давно, в детстве. Дом совершенно не изменился. Разве что, немного пожелтела белая штукатурка на его стенах. Обычно раз в месяц мама приезжала сюда одна и занималась уборкой. Она ценит этот дом.

Он выглядел довольно свежим, несмотря на штукатурку. Белые деревянные окна и такая же белая деревянная входная дверь, у которой было несколько ступеней. От ступеней была сделана бетонная дорожка, ведущая к тротуару. Маме хватало сил убраться по дому раз в месяц, но не заниматься садом. Потому его тут не было. Только газон, который уже давно не стригли и пару комнатных растений в подвесных горшках по обе стороны двери.

Мы достали дорожные сумки из такси. Мама огляделась по сторонам. На улицах никого не было. Выходной, все ещё спят. Утро на дворе. Она достала ключ из сумки и первой пошла открывать дверь. Я, потащив сумки за собой, пошла за ней следом.

Мы вошли в дом. Первое, что я почувствовала — это аромат старой мебели. Он был повсюду. Дом был полупустой и аромат исходил от старого шкафа слева, стоявшего в небольшой гостиной. Там также стояли диван и столик. Стены во всех комнатах были со светлыми обоями, но в каждой комнате рисунок на обоях отличался.

Я огляделась и поставила сумки на пол, около старой деревянной тумбы в коридоре, краска на которой уже облезла, но тумба всё ещё выглядела достойно. Коридор по прямой вёл к массивной деревянной лестнице, которая поворачивала направо и вела на второй этаж. Лестница! Это же надо!

Я посмотрела направо. Из коридора напрямую можно было попасть на кухню через арку. Я зашла туда. Там был старый кухонный гарнитур серого цвета со встроенной раковиной, электрическая плита и деревянный стол, стоявший ровно посередине. Больше ничего. Ни посуды, ни техники. Где-то в пути к нам ехала грузовая машина с нашими вещами. Они тут точно пригодятся.

Я забежала на второй этаж и мельком оглядела пустые, светлые стены коридора, которые вели к окну, в которое попадал солнечный свет. Такое окно очень уютно смотрелось в конце коридора. Две двери слева, две справа.

Я быстро пробежалась по ним. Слева направо были: комната, комната, ванная, кладовка. Я вернулась к самой ближайшей к лестнице двери, снова зашла туда и ещё раз осмотрелась повнимательнее. Я сразу поняла — это будет моя комната.

Во-первых, она прямо рядом с лестницей. Лестница, блин! Во-вторых, когда я зашла туда и осмотрелась, я увидела, что в этой комнате есть проход в собственную ванную!

Да, она была скромной. Ванная, с белой шторкой, раковина с большим зеркалом над ней и грустно стоящий в левом ближнем углу унитаз. Но блин, своя собственная ванная комната! Да ещё и с окном! Которое также грустно располагалось чуть выше унитаза. Только придётся шторки повесить. Штор тут нет.

Я вернулась обратно в комнату. Здесь была только двуспальная кровать слева и небольшой комод с пятью ящиками, который стоял у стены, разделяющей комнату и ванную. Мне понравились бежевые однотонные обои и маленькая люстра на потолке. И окно, свет от которого освещал всю комнату целиком. Но здесь тоже нужны шторы.

Я спустилась вниз за своей дорожной сумкой. Решила сразу уложить в комод все вещи, которые были в ней. Я ещё раз оглядела дом. Блин, он классный! В отцовском доме был только один этаж, три маленькие комнаты и маленькая кухня с общей ванной. А тут два этажа, две большие спальни, гостиная, две ванные и одна из них в моей комнате! Круто!

Мама тоже взяла свою сумку и молча прошла мимо меня в комнату в конце коридора второго этажа, которая находилась слева от окна. Маме нравилось быть максимально автономной. Это классика, я не спорю. Мы привыкли жить обособленно, так что это в порядке вещей.

Я снова зашла в свою комнату и положила сумку на кровать. Я открыла её и стала разбирать вещи. В этот момент я увидела, что в соседнем доме живёт женщина с пожилой матерью. Они занимались садом. Даже невольно промелькнула ассоциация с нами, но я решила не раскручивать это совпадение в своей голове.

Единственное, чего мне хотелось на данный момент это разобрать вещи, принять душ и съесть большой кусок пиццы с максимальным количеством сыра. Во-первых, чипсы не утоляют голод, хоть и прекрасно подходят к просмотру сериала. Во-вторых, на улице сегодня жарко, а в автобусе не работал кондиционер, потому то надо срочно в душ. В-третьих, чуть позже мне нужно навести здесь уют. Надо дождаться грузовик с нашими вещами. Там всё есть.

Он приехал к нашему дому ровно тогда, когда я достала из сумки свои джинсы. Грузчики выгрузили все коробки и поставили в гостиную. Ну вот, теперь шкафу, дивану и столу не одиноко. Они окружены кучей коробок.

Я спустилась вниз, подошла к коробкам и отыскала среди них ту, что была с надписью «Лиза, ванная». Я притащила коробку в комнату и, открыв её, достала оттуда полотенце, свою корзинку с гелями, шампунями, мочалкой и прочими средствами для ванной комнаты. Я услышала, как мама на первом этаже доставала что-то из коробки с надписью «Кухня». Как я это поняла?

Я просто услышала звук тарелок, которые мама ставила на стол. Я взяла полотенце и корзинку со средствами, чтобы расставить их в своей собственной ванной, как вдруг услышала звонок входной двери.

Так как мама была на кухне, она раньше меня увидела в окно, расположенное над раковиной, кто к нам пришёл. Она позвала меня вниз:

— Лиза, иди открывай, это Настя!

Я спустилась вниз и поняла, почему мама сама не открыла дверь. Она, раскрыв все двери кухонного гарнитура, укладывала туда посуду и в тот момент, когда я проходила, она ответственно и сосредоточенно ставила туда тарелки.

Когда я открыла дверь, я сразу почувствовала этот весьма тяжелый шлейф парфюма с лимоном и корицей. На пороге дома стояла знакомая мне брюнетка с длинными волнистыми волосами и загорелой кожей. Она была в чёрном кожаном пиджаке, надетом поверх белого топа и серых спортивных штанах. На ногах кроссовки, на голове кепка с надписью «Мой университет самый лучший», а в руках кожаный рюкзак цвета морской волны.

— Какие люди! — воскликнула она.

И буквально заскочила в дом, повиснув на мне. Мы обнялись так, будто бы не виделись очень давно. Хотя на самом деле это было в том месяце, так как она приезжала на выходные домой. Парфюм с лимоном и корицей сильнее ударил мне в нос.

— Ты серьёзно?

Она взглянула на меня одетую в майку, джинсовые шорты и домашние тапки с тигром. Но смутил её не мой образ, а то, что я держала в руках корзинку с шампунями. Да, я спустилась вниз прямо с ней.

— А что такое? Ты сама была в этих автобусах, знаешь, как там жарко. Я запарилась, пока мы добрались, — сказала я.

— Это да, — сказала Настя. — Здрасьте, тёть Ирин! Как оно?

Она уже заскочила на кухню. Я поставила свою многообещающую корзинку на старую тумбочку в прихожей и отправилась за Настей следом.

— Настя, всё хорошо, ты тут как?

— Тёть Ирин, да я чего, всё круто. Сейчас Лиза соберётся и поедем смотреть универ. Всё ей покажу, расскажу. Так что не переживайте.

На этих словах она вцепилась мне в руку и потащила наверх:

— Показывай давай свою комнату у лестницы.

И нет, я ей не успела об этом сказать, просто она слишком хорошо меня знает. Мы поднялись наверх, Настя зашла ко мне в комнату и окинула её взглядом:

— Ниче так, просторненько.

— Да, ты видела? У меня теперь своя ванная, — гордо сказала я.

Ее светло-голубые глаза расширились, а лицо расплылось в улыбке, буквально через секунду она уже стояла в моей ванной голыми ногами и осматривала смеситель.

— Офигеть, это очень круто, теперь можешь спокойно собираться, а не ждать очереди, пока отец освободит ванную.

— Да ладно, в принципе, и там было неплохо, — с лёгкой грустью сказала я.

Она посмотрела прямо мне в глаза, вылезла из ванной, подошла ко мне и взяла меня за руку:

— Ты точно в порядке?

— Да, всё хорошо, просто так неожиданно всё. Хотя может и ожидаемо.

— Я думаю, ты в глубине души знала, что так случится, дорогая. Ну а теперь, — она подняла руки к моему лицу, повернула его к зеркалу над раковиной и, смотря на меня в зеркальном отражении продолжила, — собирайся давай, нам пора.

— Сейчас я только схожу в свою собственную ванную, — сказала я слегка пафосно. Но в то же время и с некоторой издёвкой в сторону самой себя.

— Иди давай, сейчас принесу твою корзинку.

Настя пошла вниз, а я задумалась над всем происходящим. Эти все события привели меня сюда и теперь я буду видеть эту даму каждый день. И на самом деле я была этому безумно рада.

Мы с Настей знакомы с детства, но дружим лет с одиннадцати. Да, она на год старше, но иногда кажется, что лет на десять. Она очень умная, сообразительная, за словом в карман не полезет и не пальцем делана. Удивительный и уникальный человек со своим видением этого мира.

Подружились мы ещё в школе. Это была очень смешная история. Назовём её первая показательная история о том, какой Настя человек. Но не последняя.

Между уроками была перемена и на тот момент мы с ней не дружили, но уроки проходили в классах рядом. И там был один мальчик, который нравился Насте. Это было видно. Да и она сама позже говорила мне об этом. И вот этот мальчик меня постоянно задирал. Это был мой одноклассник, жуткий двоечник и прогульщик. Да, Насте ещë со школы нравятся плохие парни.

И вот этот двоечник, задирал меня обычно по тихому, только в классе. Но тут, видимо расхрабрился и решил наехать на меня прямо в коридоре. Я уже не помню к чему именно он придрался, но он очень сильно дёрнул меня за волосы, мне стало больно и я закричала. Учителей рядом не было, но рядом был класс Насти, и сама Настя, которая наблюдала за этим.

И когда он отошёл от меня, хихикая, у меня проступили слёзы. Но я осторожно вытерла их рукой и готова была уже пойти в класс, как вдруг Настя неожиданно для всех подошла к этому мальчику:

— Эй ты.

Он обернулся и в ту же секунду она с такой силой схватила его за воротник рубашки, что рубашка треснула по швам. Треск раздался эхом на весь коридор. Как впрочем и Настин голос. Все, кто был в тот момент на перемене обернулись. Мальчик стоял в шоке и даже не шевелился, а Настя выпрямилась, подняла подбородок, сделала серьёзное лицо и сказала:

— Ещё раз её тронешь, будешь иметь дело со мной!

Затем она с той же прямой спиной и поднятым подбородком, с презрением бросила ворот его рубашки, обошла его, взяла меня за руку и отвела в туалет. Уже там, увидев мои слёзы, она сказала:

— Не плачь, дураки не стоят твоих слёз, мне всегда так мама говорит, — она вытерла мне слёзы и поправила мои волосы. — я Настя, давай дружить.

И с тех пор мы дружили. А одноклассник меня больше не трогал, боялся Настю, как огня. Избегал нас и по отдельности, и вместе.

Потом Настя ещё шутила, когда мы уже стали взрослее, что у неё так и не будет складываться личная жизнь, потому что характер суровый. И справедливый. Ведь если человек ей и вправду нравился, но он вёл себя несправедливо, её от него отворачивало. Моментально. А нравился ей мало кто. Потому чаще всего она была одна.

— Ты чего задумалась? Держи свою корзинку, буду ждать тебя внизу.

Я не успела взять корзинку, как Настя уже бежала по лестнице вниз, на кухню, и я расслышала только:

— Тёть Ирин, давайте закажем пиццу с большим количеством сыра!

Да, она, действительно, меня очень хорошо знает.

Прошло около часа. Я вылезла из ванной. Чистая и счастливая. Ощущение свежести, это то, что было нужно на данный момент. Как и пицца, которая уже успела приехать, пока я мылась.

Да, я долго принимаю ванную и это главный мой минус, ведь это особенно напрягало отца. Ну как напрягало, мы же автономные, помните?

Вот зайду я с утра в ванную, и плескаюсь там целый час. А он подходит к двери каждые десять минут и проверяет по выключателю. Если свет включен, значит ванная ещё занята. Иногда бурчал, что-то типа: ну что так долго? Но обычно просто молчаливо ждал своей очереди.

Теперь меня ждала только пицца. Ну, конечно, Настя. Но она была увлечена пиццей и разговорами с моей мамой, потому всё было в порядке. Она вообще умела выводить из автономности всю мою семью. Потому что и мама, и папа в разговорах с Настей становились жутко болтливыми и не похожими на себя, но это и радовало, ведь она мне, как сестра. Она нас объединяла всех вместе.

Настя договорилась с мамой, что после универа мы приедем и поможем разобрать коробки. Но что-то мне подсказывало, что мама успеет это сделать до нашего возвращения. Я заметила, что она тут изменилась. Словно стала совершенно другим человеком. Просто за несколько часов. Это было удивительно.

— Лиза, пицца стынет, универ ждёт! — Настя кричала мне из кухни.

Так, окей, универ.

Надену тёмно-синее платье в белый цветок с босоножками. Думаю, что в жару будет комфортно. Как Насте не жарко в кожаном пиджаке? На улице не меньше тридцати градусов тепла. Уникальный человек.

Надев платье, я спустилась на кухню и мы вместе покушали пиццу. Точнее кушала я, а Настя болтала исключительно с мамой. Из их разговора я поняла, что мама, касательно развода — не рассержена и не расстроена. Слегка удивлена, но она очень давно хотела жить в этом доме на постоянной основе, а не раз в месяц. Ведь она тут выросла. Да и город ей кажется более интересным, пусть он и не такой большой, как тот, где выросла я.

— Тёть Ирин, всё сложится, это сто процентов.

— Настенька, я даже не сомневаюсь.

— Ну что, ты готова? — спросила Настя, наблюдая за тем, как я борюсь с тягучим сыром на пицце.

— Да, — промямлила я, прожëвывая сыр.

— Тогда пошли уже!

Настя схватила меня за руку и выдернула из-за стола. Мы выскочили в коридор, быстро надели обувь и вышли на улицу.

— Пошли скорее, я тебе про всех всё сейчас расскажу и покажу.

— Про всех?

— Да, сегодня у нас общее собрание перед началом учебного года, будут в основном старшие курсы, из первокурсников будут только те, кто в курсе об этом мероприятии.

— Прям все?

— Ну основные. Те, кто чаще всего интересуется жизнью универа, увидишь моих одногруппников заодно.

— Хорошо.

День обещает быть интересным. Надеюсь, что таких придурков, как в школе, тут не будет.

Я бы не назвала это место крупным университетом: несколько факультетов, на каждом одна-две кафедры. Само здание университета располагалось в центре города. Пять этажей, светло-серый кирпичный фасад, большие окна, даже входная дверь большая. К ней вели несколько массивных и широких ступеней.

Сюда мало кто поступает, в основном те, кто здесь живёт и предпочитает ездить в университет из дома, а не из другого города или съëмных квартир. Кстати, рядом с университетом находилась и общага. И именно там и живёт Настя, одна из немногих, кто осознанно решился поступить сюда из другого города. В общаге также могли жить и местные ребята, если хотели снимать жильё поближе к университету. Это было разрешено. Потому что приезжих было не так уж и много, и многие комнаты пустовали.

Хотя университет здесь имел хорошую квалификацию, не все приезжали сюда учиться. Но меня успокаивало то, что диплом здесь — ровно также престижен, как и в университете в моём городе. Просто место не популярное.

Настя потащила меня за руку прямо ко входу университета, и я успела разглядеть несколько отдельно стоящих компаний людей около входа.

Слева от входа стояла компания ребят в спортивной форме. Назовём их качки. Они смеялись так громко, что эхо отскакивало от стен здания университета. Их было человек пять. Также с ними были двое девушек, одна стояла и фотографировала себя на телефон. Другая стояла в обнимку с парнем, судя по всему — главным в этой команде качков.

Он был высокий и плотного телосложения, светловолосый, одет в белые шорты и белую майку, на ногах кроссовки, конечно же. В одной руке он держал свою куртку — красная куртка с белыми рукавами, на груди буква S, что означало С — Соловьи. Это было название университетской команды по футболу, как я позже узнала. Его другая рука обвивала талию его спутницы.

Она была очень красивая. Стройная, я бы даже сказала хрупкая девушка. У неё были длинные, белые волосы, уложенные красивыми локонами, огромные нарощенные ресницы и длинные ярко-розовые ногти острой формы. В одной руке у неё был розовый телефон, в другой розовая сумочка. На ней была надета короткая белая юбка в складку и белый топ. На ногах тоже кроссовки. Видимо, под стать своему парню, типа парный образ. Или как там, у влюблённых парочек бывает? Конечно, они выделялись из своей компании. Их пара смотрелась очень гармонично.

— Настя, вы пришли!

Я обернулась и увидела вторую компанию справа, Настя уже тащила меня к ним. Это три человека: девушка и два парня.

Девушка смотрела нас и улыбалась. У неё были такие шикарные длинные волосы, просто вау. И цвет — шоколадный. Они были заплетены в одну косу и завязаны резинкой. Девушка была одета в белую футболку, тряпичный комбинезон коричневого цвета и босоножки. На ногах яркий педикюр салатового цвета. Я сразу обращаю внимание на яркие детали, а эта особенно выделилась. Также на ней были очки для зрения в овальной оправе, но даже за ними было видно её темно-карие глаза и веснушки на пол-лица. Она показалась мне необычной личностью. Потому что вроде бы она выглядела обычно, но цвет педикюра выдавал её изюминку в характере.

Парни же были разного роста. Один повыше и постарше. Брюнет. Одет в джинсы и белую футболку. Другой пониже — в коричневом поло и серых штанах. Оба в туфлях. Необычно. Особенно в жару. Они все посмотрели на меня, когда Настя наконец-то притащила меня к ним:

— Знакомьтесь, это Лиза, я вам о ней говорила.

Тот, что постарше, посмотрел на Настю. Затем на меня, улыбнулся. И глядя прямо мне в глаза своими необычными зелёными глазами, сказал:

— Добро пожаловать Лиза, это Оля, я Дима, а это Ваня, он, кстати, твой будущий одногруппник.

Парень помладше протянул мне руку и я ответила тем же.

— Будем знакомы, я Ваня.

— Приятно познакомиться, Лиза.

Он улыбнулся, и смотрел на меня своими серыми глазами, периодически уводя их в пол. Его светлые волосы развевались по ветру. Причёска у него была такая, знаете, когда стрижка короткая, а волосы на макушке и чёлке, подлиннее, чтобы укладывать её назад. Он стеснялся и это было видно. Настя посмотрела на него:

— А я Настя, будешь её обижать, накажу.

Ваня улыбнулся, но уже слегка напуганно. Ведь Настя уже подняла свой подбородок и сделала серьёзное лицо, прежде чем сказать ему это.

— Ладно, Настюх, не пугай его.

— Дим, да у меня это уже на уровне инстинкта.

— Да я всё понял, Вань, ты не переживай, она шутки шутит.

Ваня, который всё это время, всё ещё держал меня за руку и смотрел мне в глаза, вдруг вернулся в реальность и отпуская мою руку, засунул обе своих руки в карманы:

— Да я понимаю, всё в порядке.

Свой взгляд он продолжал держать на мне.

— А я Оля, очень приятно. — нежным голосом сказала девушка в очках и тоже подала мне руку. Настя и Дима переглянулись и улыбнулись. Дима сказал:

— Ребята, нам пора идти.

Ваня резко одёрнул взгляд и пошёл в сторону входа в университет, не оглядываясь на нас. Настя подошла ко мне и потянула меня за руку:

— Идём.

— Сейчас, секунду. Насть, подождите меня в холле, я догоню.

— Окей, пупсик.

Настя подхватила Олю и быстро начала ей рассказывать что-то про теорию вероятности. Уникальный человек.

Я открыла сумку, пытаясь найти жвачку, потому что вдруг поняла, что я не успела нормально почистить зубы после пиццы. Дима, который собирался уже идти за Настей, вдруг остановился, повернулся ко мне и тихо произнёс:

— Кому-то ты уже не нравишься.

Я подняла на него глаза и посмотрела на него с лёгким недоумением.

— Через две секунды, как я отойду, посмотри налево, сама всё поймешь.

Он развернулся и пошёл в университет.

Один, два. Смотрю налево.

Она не ожидала, что я увижу её странный взгляд в мою сторону, потому резко повернулась в сторону своего парня и чмокнула его в щёку, словно показывая свой статус в лице его девушки.

Но я успела всё увидеть. Блондинка смотрела прямо на меня. Интересно.

Почему?

Глава 3.

Я поднялась по небольшой лестнице и зашла в университет. Внутри он казался больше, чем снаружи. Просторный холл, светлые стены с розоватым оттенком, длинные коридоры в обе стороны здания. Впереди изящная бетонная лестница, ведущая на второй этаж. Я заметила, что здесь очень много света. Он попадал внутрь, сквозь стёкла больших окон, расположенных вдоль стен. Здесь ощущался аромат старых книг и краски, которой, видимо, совсем недавно покрасили дверные проёмы. Именно на них она ещё выглядела свежей.

Настя, Оля, Дима и Ваня стояли справа, около большого стенда. Он был расположен во всю стену, слева от входа в правый коридор. Настя продолжала разговаривать с Олей, Ваня уткнулся в телефон, а Дима изучал документы на стенде.

— Расписание будет тут? — неловко спросила я его, поправив чёлку, которая выскочила из-за правого уха.

— О да, здесь. Кстати, тут можешь увидеть и список занятий, и список преподавателей.

Я оглядела весь стенд, который, как на первый взгляд показалось, держался на одном гвозде на этой стене. Но на самом деле, он держался крепко. Да, действительно, на стенде я увидела расписание занятий. Причём всех курсов. Я пригляделась. О! Уже на этой неделе у меня будет первая пара по основам журналистики. Жду не дождусь!

Я взглядом начала изучать остальное содержимое стенда. На нём были стенгазеты, объявления, также много различных фотографий. Видимо с университетских мероприятий. Студенты на фото сидели в кабинетах, смеялись, на некоторых фото они были в различных костюмах. Это был мини-фотоальбом из студенческой жизни. На одном из фото с несколькими парнями, стоящими на сцене, я разглядела Диму.

— О, это ты? — я ткнула пальцем на фото.

— О да, я помню тот день. Мы ездили в другой город, где наш университет устраивал ознакомительное выступление. Мы показывали разные номера, направленные на то, чтобы будущие студенты заинтересовались и поехали к нам на обучение.

— И это работает? — улыбнулась я.

— Редко. Но несколько человек всё же поступают к нам после таких мероприятий. Так что в этом есть свой небольшой смысл.

Я ещё раз посмотрела на это фото и внизу увидела небольшую подпись:

Призрачный конь, ретивая рысь, бушующий ураган, золотой и красивый ястреб, лёгкое дуновение ветра, лунный волк, космический пельмень.

— Космический пельмень? — засмеялась я, указывая на подпись к фото. — Это что за набор бессвязных словосочетаний?

— Это имена для номера. Сложно объяснить, — засмеялся Дима.

Так, стоп.

— А это кто?

Я указала на фото женщины, оно располагалось прямо посреди стенда. На меня с улыбкой смотрела темноволосая женщина в белом костюме. Подпись внизу: Горностаева Марина Ивановна.

— А, это, наш местный психолог и также преподаватель по психологии. Совмещает приятное с полезным. Уже пятый год получает звание преподаватель года. Супер женщина. Она тебе понравится.

— Юрьев, неужели вы обо мне?

Я обернулась. Она стояла в тени коридора, худощавая, хрупкая женщина лет сорока пяти, с каштановыми волосами, среди которых были едва заметные светлые пряди. Укладка была такой, что сразу было понятно, что сегодня утром она потратила много времени на неё. Строгий белый костюм, как на фото позади меня, и яркая помада цвета баклажана необычайно интересно сочетались с остроносыми туфлями зелёного цвета. Она выглядела точно так же, как и на фото. Её интонация голоса располагала к себе.

— Да, Марина Ивановна, о вас, конечно. Это Лиза, новенькая, скоро придёт к вам на пару по психологии. Первокурсница.

Цоканье её каблуков по плитке на полу разнообразило едва заметный шум в коридоре. Пока что студентов было тут немного. Потому шума практически не было. Она направилась в мою сторону, не сводя с меня взгляд. Её улыбка в тридцать два белоснежных зуба появилась из тени даже быстрее, чем её белый костюм. Она подошла ко мне вплотную и пожала мне руку:

— Рада приветствовать Вас в нашем университете, надеюсь, что Вам понравится тут обучаться. Это прекрасное учебное заведение.

Она повернулась в сторону ребят, окинув их взглядом:

— И прекрасные студенты, которые почти никогда не пропускают занятия, правда Кремнева?

Настя заулыбалась, сделав одновременно виноватый и стеснительный вид.

— Ладно, ребята, увидимся на собрании, дел много. Елизавета, успешного вам начала года.

Она ещё раз пожала мне руку, одновременно обхватив её ладонями своих рук и резко направилась обратно в сторону тёмного коридора. Когда она скрылась в тени и стук её каблуков пропал, Настя подошла ко мне и положила руку мне на плечо.

— Ну что, Елизавета, — хихикая, сказала Настя. — Готова посмотреть, где у нас общий зал?

— Конечно, Кремнева, показывай, — я приобняла Настю. И мы все вместе пошли в сторону главного зала.

Главный зал находился в той стороне здания, куда ушла Марина Ивановна. Достаточно большой. Несколько рядов мягких современных кресел, расположенных на ступенях. Большие окна, которые давали много света. Одно из окон было приоткрыто, и благодаря этому, воздух здесь был очень свежий. Внизу, где был вход, висела большая доска и кафедра для выступлений. Был даже микрофон, который стоял на кафедре, но похоже, не был подключён. Провода лежали рядом с кафедрой.

На креслах сидели несколько компаний людей, как сказала Настя, это старшекурсники, с разных кафедр. Я посмотрела на них и сразу стало понятно, что они тут учатся давно. У каждого есть какое-то своё занятие и свои обязанности, они все о чем-то громко спорят. Оживлённые беседы, которые понимают только старшекурсники.

Настя потянула меня к сиденьям в первом ряду. Мы сели на кресла в таком порядке: Ваня, Оля, Дима, Настя и я. Я расположилась прямо у прохода между рядом и стеной. Но в принципе, мне было комфортно. Кресла удобные, мягкие. И новые, от них был запах новой мебели. Да и в целом зал, как и весь университет, выглядел свежо и отремонтировано. Да, всё это уже имело немалый возраст, но ремонт здесь был относительно свежий.

Пока мы сидели и болтали с Настей и ребятами, постепенно в зал заходили ещё люди. Я заметила, как в зал вошла группа качков, а за ними те самые две девушки, одна, как обычно снимала себя на телефон, а вторая, блондинка, не сводила с меня глаз.

— Увидела в тебе конкурентку на своего буйвола, — шёпотом хихикнула мне Настя.

Я улыбнулась и молча продолжила смотреть на дверь. Мне было интересно разглядывать, кто заходит в большой зал. Следом зашла пара преподавателей и та самая психолог. Она окинула взглядом зал, затем увидела меня. Пару секунд она задержала на мне взгляд, мило мне улыбнулась, словно снова поздоровавшись со мной. Затем, взглянув прямо на студентов, хлопая в ладоши, подошла к кафедре.

— Уважаемые студенты, микрофон ещё не подключен, потому прошу тишины, так как не хочу сорвать голос перед началом учебного года.

Все замолчали и расселись по креслам. Моментально. Уважительно и без страха. Сразу видно: эту преподавательницу здесь уважали и любили.

— Ну что, дорогие мои, у нас начинается новый учебный год, и я бы хотела вас попросить о нескольких моментах.

Её речь резко перебил звук входной скрипящей двери большого зала. Ремонт свежий, а дверь скрипит, надо же. Этот скрип не только перебил её, но и достаточно громко разнесся по всему залу, нарушив тишину, которая только что образовалась. Психолог резко обернулась на дверь, расплылась в улыбке и сказала:

— Орлов, опять опаздываем?

Из-за двери послышался достаточно низкий, но очень красивый, почти обволакивающий тембр голоса:

— Марина ивановна, извините пожалуйста, была пробка.

— Заходи Орлов, я как раз только начала свою речь, — сказала она, снова поворачиваясь к нам лицом.

Дверь открылась, и в зал вошёл он. Худощавый, но подтянутый, высокий парень. Его чёрные волосы блестели на солнце. Большие, нет, огромные глаза тоже казались практически чёрными. Я никогда не видела таких темных глаз. Волосы слегка спадали на его лоб, плавно переходящий в красивые, отточенные скулы. Он был одет во всё чёрное. На нём были штаны, кроссовки и майка, поверх которой была расстёгнутая рубашка. За спиной рюкзак, накинутый на одно плечо, на голове солнцезащитные очки, которые слегка сплелись с его шевелюрой.

Он шёл и смотрел вперед, словно в пустоту, не замечая никого вокруг. На его лице не было никаких эмоций. Его походка была максимально плавная, но быстрая. Он проскочил на место в первом ряду у окна с противоположной от меня стороны и стал внимательно слушать Марину Ивановну, как и все мы. Но не я.

Психолог продолжила свою речь и если честно, я пыталась её слушать, правда. Но не могла. Я периодически глядела на него и пыталась понять его загадочность. Орлов, красивая фамилия. Как и он сам. Он правда был очень красив. Казалось, что он только что сошёл со страниц какого-то любовного романа. Он был одновременно заинтересованным и вовлечённым, но, в то же время холодным и потерянным. Что-то меня в нём зацепило, но я не могла понять, что именно.

Мой поток мыслей прервался лёгким толчком в плечо от Насти, она шепнула:

— Соберись, ты чего, — в этот момент она уловила мой взгляд на Орлове. Она посмотрела в его сторону, затем обернулась ко мне.— Оно тебе не надо, забей.

Я удивлённо посмотрела на неё, а она лишь взглядом кивнула в сторону психолога. Я продолжила слушать, точнее, пытаться, но поток моих мыслей уже был не здесь. Он был там. В кресле на противоположной стороне.

По моим подсчётам собрание длилось около часа. Сначала говорила психолог, затем преподаватели, затем старшекурсники. Они рассказывали нам, что нас ждёт и как проходят основные университетские мероприятия. Информация была интересной. Мы с Ваней даже подумали, что можно будет поучаствовать в каком-нибудь осеннем мероприятии.

Когда собрание закончилось, Настя попросила меня, чтобы я подождала её в коридоре. Я начала собираться и окинула большой зал взглядом. Орлова уже и след простыл. Когда он успел так быстро прошмыгнуть мимо? Видимо, с толпой, потому что в зале остались несколько старшекурсников и преподаватель мужчина, который им что-то объяснял по предстоящим занятиям. Настя, Дима и Оля, ждали этого преподавателя.

Также тут ещё были главный качок, по всей видимости, со своим другом. Я поняла, что он его друг, потому что этот парень всё время улыбался и хлопал качка по плечу. Ярко-рыжие волосы этого парня выделялись среди всей толпы. Он был одет также в красную куртку с белыми рукавами, белую майку, штаны и кроссовки. Видимо, тоже из футбольной команды. Больше здесь никого не было. Все остальные студенты просто ушли по домам.

Я собралась, встала и вышла из зала. По пути к выходу я шла и думала о том же, о чём думала и все собрание. Цвет глаз, цвет волос, весь в чёрном, загадочный. И все ещё непонятно, что меня зацепило, но он уже не выходил у меня из головы. Мои мысли снова прервали:

— Лиза, постой!

Ваня бежал за мной из туалета, который располагался в коридоре между холлом и главным залом. Я остановилась и подождала его. Подбежав ко мне, он выкинул бумажное полотенце, которым только что вытирал руки, в рядом стоящую урну и сказал:

— Ну что, значит, скоро вместе на пару по психологии?

— В смысле вместе?

Он немного опешил и растерялся, улыбка немного расслабилась.

— Ну в смысле, мы же теперь одногруппники, одна и та же специальность, одни и те же занятия, помнишь?

— Ах да, прости, слишком много информации, путаюсь немного. Да, получается скоро вместе на пару по психологии.

— Вот и отлично, кстати, как тебя найти в соцсетях?

— Эм, Лиза…Лиза Виноградова.

— Лиза? Почему не Елизавета?

— Не люблю свое полное имя, оно красивое, но не мой стиль.

— Понял. Я тоже люблю имя Ваня больше, чем Иван. Можешь меня так называть.

— Хорошо, Ваня, без проблем.

— Без проблем! — воскликнул он на весь коридор, улыбаясь. — Увидимся, Лиза! Мне пора бежать, опаздываю на курсы по палеонтологии.

И он резко убежал к выходу. Курсы по палеонтологии казались чем-то очень умным. Ваня молодец. Необычный интерес. У меня из интересов, помимо журналистики, были только триллеры и детективные сериалы. На этом, пожалуй, всё.

Информации сегодня было много. Курсы по палеонтологии, теория вероятности, психолог и преподаватель в одном лице, загадочный Орлов. Событий сегодня получилось ровно столько же, сколько и информации. Надо это всё переварить. Через пару дней начнется учёба, надо взять себя в руки. Соберись, блин! Да, Орлов, симпатичный и загадочный, но, он старшекурсник, и Настя сказала забить, а она слишком меня хорошо знает. Зря я зациклилась, он же даже не обратил на меня внимание. Подожду Настю и вместе пойдём ко мне домой. Туда, где у меня теперь собственная ванная. Я всё ещё в шоке от этого приятного бонуса.

Я вышла на улицу, палящее солнце не сбавляло обороты. Наоборот, становилось только жарче. Я решила подождать Настю в тени деревьев, которые находились в нескольких метрах от входа в университет. Наушники и планшет с собой, а значит, можно быстренько посмотреть сериал, пока она там разговаривает. Потому что, зная Настю, она может это делать часами.

Я начала доставать планшет из сумки, как вновь увидела ту блондинку. Она вышла из дверей университета, по ней было видно, что она уставшая и расстроенная. Её подруга поджидала её у входа, как обычно, фотографируя себя. Это уже была какая-то классика. Блондинка спустилась на пару ступеней, посмотрела на солнце, слегка прищурилась и опустила взгляд. Тут она увидела, что я смотрю на неё. Она резко остановилась, сделала недовольное лицо, отвернулась и пошла к подруге.

Следом за ней вышел главный качок, он подошёл к блондинке, попытался схватить её за талию, но она одëрнула его руку, будто бы обиделась на что-то. Он слегка растерялся, но виду не подал. Просто отвернулся от неё и, потирая подбородок руками, стал смотреть на главный вход.

Чего он там высматривает?

Или кого?

Я увидела, как в этот момент Настя спускалась по ступенькам. Качок смотрел прямо на неё. Его взгляд показался мне странным, учитывая, что у него есть девушка. Таким взглядом смотрят на тех, кто нравится. Странно всё это.

А ещё страннее, что Настя так быстро с кем-то поговорила. А нет. Всё в порядке. Потому что Настя, не успев выйти, резко остановилась у входа и стала болтать с только что вышедшей Олей. Снова, видимо, теория вероятности. Ладно, сериал я уже не посмотрю, сейчас пойду к ним.

Я положила планшет в сумку, наушники в отдельный кармашек внутри сумки, чтобы не потерялись. Поправив чёлку и заведя её за правое ухо, я уже собралась идти в сторону Насти, как вдруг услышала позади себя слегка низкий, обволакивающий тембр голоса:

— Уже уходишь?

Я обернулась. Он стоял прямо передо мной. Чёрная рубашка, поверх черной майки, чёрные штаны и кроссовки. Он стоял настолько близко, что я смогла разглядеть текстуру этой хлопковой чёрной рубашки, увидеть каждую ниточку. Я почувствовала его слегка сладкий, но свежий парфюм. Его волосы слегка развевал ветер. Он уже надел солнцезащитные очки, хотя мы стояли в тени. Держа в левой руке свой рюкзак, слегка раскачивая его на плече, он улыбнулся и сказал:

— Я Саша. Саша Орлов.

Глава 4.

Я была растеряна, удивлена и очарована одновременно. Что-то манило меня в нём и пугало в то же время. Может быть я просто разволновалась. Он меня будоражил своим присутствием. Орлов же просто стоял и улыбался, и тогда я выдавила из себя неуверенное:

— Да, жду подругу, вон она уже идёт.

Настя уже направлялась в нашу сторону. Быстро же она нас заметила, хотя, казалось, что только недавно она была увлечена разговором с Олей. На её лице была улыбка, а в глазах ужас, злость и заинтересованность одновременно. Спектр эмоций был внушительный. Никогда не видела её такой. Мне всегда казалось, что её достаточно сложно вывести на эмоции, подобные злости или ужасу.

Она подошла к нам вплотную, встала почти между нами, взяла меня за руку и посмотрела Орлову прямо в солнцезащитные очки:

— Привет, Орлов. Очки снимать надо, когда с дамой разговариваешь.

Он отреагировал на это весьма спокойно, не меняя выражение лица, поднял руку и лёгким движением закинул очки на голову.

— Да, что-то растерялся. Был на солнце, затем ушёл в тень, а очки снять забыл. Извиняюсь, — смущëнным тоном произнëс он.

Когда он поднял очки, его большие тёмно-карие глаза смотрели прямо на меня. Меня бросило в лёгкую приятную дрожь от его взгляда. Да, он вёл диалог с Настей, но взгляд был сосредоточен на мне. Я смотрела прямо ему в глаза и успела рассмотреть глубину их цвета. При уличном свете они были уже не тёмные. Скорее, темно-карие, но с лёгкими вкраплениями светло-коричневого оттенка. Очень необычный цвет глаз, для меня. Хотя возможно для вас, такой цвет глаз в порядке вещей.

Настя подозрительно посмотрела на него, затем на меня и сказала:

— Ладно, Орлов, нам пора идти, Лизе нужно показать город.

— О, ты тут в первый раз? — его лицо наконец-то слегка изменилось со спокойствия на удивление.

— Да, — ответила я. — Здесь родилась и выросла моя мама, но я тут бывала редко. Теперь буду здесь жить.

— Классный город, тебе понравится.

— Ладно, Орлов, мы побежали, — вмешалась Настя.

— Хорошего дня, — он надел очки обратно, перед этим ещё раз взглянув мне в глаза, развернулся и ушёл.

Его рубашка развевалась по ветру, так же, как и его слегка отросшие после короткой стрижки волосы. Казалось, что ветер не может определиться, что именно в нём красивее, потому развевал всё сразу. Хотя, это просто ветер, чего я.

— Ты чего, сдурела? — Настя вернула меня в реальность.

— А что такое-то? Тем более он подошёл ко мне сам.

— Ну что, ничего, — она явно не хотела объяснять повод для таких слов с её стороны. — Просто сказала же, забей, оно тебе не надо, — возмущённо добавила она.

— Почему? — я недоумевала.

Настя взглянула на меня украдкой, параллельно копаясь в своём рюкзаке:

— Ты не видела, куда я дела свой телефон?

— Настя. Он у тебя в руке.

— А, блин, точно, — захихикала она. — Что бы я без тебя делала, пупсик.

— Ты уходишь от темы, — недовольно сказала я.

Она взглянула на меня и тихо произнесла:

— Не здесь. Давай поговорим, когда будем у тебя дома, хорошо?

— Хорошо, договорились.

В этот момент я увидела, как к нам лёгкой, почти прыгающей походкой направляется Оля.

— Девчонки, вы куда сейчас? — она посмотрела сначала на меня, а затем на Настю.

— Сейчас пойдём в кафе, надо перекусить, пойдёшь с нами? — поинтересовалась Настя.

— Да, конечно, пойдёмте. Если честно, с утра ничего не ела, а так хочется чего-то вкусненького.

Оля взяла Настю под руку и повернулась ко мне:

— Лиза, ты идёшь?

Я стояла на одном месте и все ещё смотрела в сторону, куда ушёл Орлов. Куда он ушёл? Зачем он подошёл ко мне? Всё это было так неловко и интригующе. Это меня цепляло.

Но почему мне не стоит с ним общаться? Почему Настя так категорична? Я никогда не видела её такой серьёзной. Обычно серьёзность была наигранной, чтобы запугать кого-то. А здесь была именно настоящая серьёзность. Без сомнений.

Оля уже взяла меня за руку и потянула в сторону кафе. Оно находилось через пару остановок от университета. Я знала, что туда мы пойдём пешком, поэтому было время подумать хорошенько над всем, что произошло. А также, видимо, ждать вечера, когда мы с Настей придём ко мне домой и она мне уже расскажет, почему мне не стоит связываться с Орловым.

На самом деле, кафе находилось чуть дальше, чем я предполагала. Примерно на три остановки. Пока мы шли под палящим солнцем, я всячески пыталась прикрыть голову, чтобы не сжечь кожу головы и не пересушить мои и без того сухие волосы. В ход шло всё. Сумка, ладонь, даже Настин рюкзак, который она мне дала, когда увидела, как я пытаюсь своей маленькой сумочкой зелёного цвета прикрыть макушку головы.

Оля ещё у университета достала кепку и надела её на голову, поэтому солнце её не беспокоило, а Настя была из тех людей, кто будто бы не знает про солнечный удар Или просто не боится его получить. В общем-то поэтому она спокойно поделилась со мной рюкзаком и, так мы и шли до кафе, Оля в кепке, Настя под солнцем, а я с рюкзаком над головой.

Когда мы пришли в кафе, мы заняли столик у окна. Само кафе было обычным. Несколько столиков, рассчитанных на три-четыре персоны. Стойка с кассой и напитками, за которой стоял администратор. Дизайн интерьера уютный, на коричневых стенах много картин вперемешку с постерами с супергероями. Белый пол из кафеля, с рисунком, похожим на мрамор.

Вдоль стены впереди нас стояли несколько комнатных растений, за которыми явно хорошо ухаживали, потому что они были очень разросшимися. Также над стеной я заметила неоновую вывеску с надписью «Научись читать между строк». Как актуально.

Просто я с детства была тем человеком, который всегда воспринимал всё буквально. Я никогда не понимала намёков. И, действительно, не умела читать между строк. Только сами строки. Напрямую. Если мне говорили информацию, я воспринимала её такой, какая она есть. Всегда. Конечно, если нужно было задуматься, то получалось найти скрытый смысл. Но если не было времени подумать, то да, читать между строк я не умела.

В меню, которое висело за спиной у администратора, были бургеры, картошка фри, пару салатов и много разных соков и лимонадов. Оля взяла себе большой двойной бургер и салат, Настя ограничилась маленьким бургером и картошкой фри. Я же есть особо не хотела, но под грозный взгляд Насти всё же попросила администратора принести мне салат и апельсиновый сок. Пока мы ждали еду, Оля повернулась ко мне и начала задавать вопросы.

— Ну что, как тебе наш университет?

— Ну, вроде бы, как, интересно, — задумчиво сказала я.

— У нас классно, тебе понравится. Сегодня просто было немного народу. А так, обычно у нас очень шумно, кто-то готовится к предстоящему выступлению, кто-то к занятиям, а кто-то к футбольному матчу между университетами.

— А, ты про тех качков, которые стояли толпой у входа?

Оля засмеялась.

— Качки! А ты мне нравишься всё больше и больше. Да, я именно про них и говорю. Они у нас в принципе спокойные и не шумные, пока дело не касается футбола. Тут-то они уже не могут молчать.

— О да, — воскликнула Настя. — Особенно Глеб, который везде пытается установить свои правила.

— Глеб? — поинтересовалась я.

— Да, — продолжила Настя. — Это тот, который ходит под ручку со своей карманной блондинистой собачкой. Капитан футбольной команды.

— О, я видела их сегодня, — продолжила я. — Она так странно на меня смотрела.

Оля и Настя переглянулись. В это время Насте уже принесли её лимонад. Она, взяв трубочку со стола, достала её из бумажной упаковки и, окунув в стакан, начала молча потягивать лимонад, оставляя меня без ответа.

— Это Вероника. Ника, если быть точнее, — объяснила мне Оля. — Они с Глебом относительно давно вместе. Мне кажется, что уже года три. Когда мы с Настей пришли на первый курс, Глеб с Никой уже были вместе, а у них был второй курс обучения. Так что, наверное да, года три.

— Интересно, зачем она меня так рассматривала?

— Конкуренция, пупсик, — Настя оторвалась от трубочки с лимонадом и несколько раз махнула указательным пальцем в воздухе. — Кон-ку-рен-ция!

— О чём речь? Я же даже не смотрела на Глеба. Даже не знала его имя до этого момента.

— Забей, это у неё в порядке вещей, — подхватила Оля. — Она вообще на многих так смотрит. Может, действительно приревновала.

— Да, она такая, — продолжила Настя. — Ревнивая, блондинистая собачка.

— Ты её не любишь, — заулыбалась Оля, глядя на Настю.

— Ну да, и что? — Настя снова принялась пить лимонад. — Я не виновата, что он смотрит на всех девушек вокруг себя. Просто он бабник, а её это бесит. Могла бы с ним и не связываться. Это был её выбор.

— Хм, он не показался мне бабником, — сказала я, вспомнив то, каким взглядом Глеб смотрел на Настю. И только на неё. Хотя рядом с ним была Ника. И вокруг ещё были девушки.

— Бабник-бабник, пупсик, я уверена. Другого и быть не может, — Настин указательный палец всё ещё вращался в воздухе, а лимонад вновь ждал своего часа. — Он даже как-то ко мне пытался подкатить. Смешная была картина. Он стоял в коридоре у стенда. Затем резко развернулся, подошёл ко мне и сказал что-то типа: «Эм, а ты не знаешь, как пройти в столовую?». Хотя я стояла прямо около неё. Хотел и меня склеить, но не получится, мне такое неинтересно. Да и с собачкой связываться — не хочется, а то пустит в ход свою розовую сумочку.

— Мышечной массы много, мозгов чуть поменьше, — захихикала Оля.

— Девочки, мне кажется, вы немного не так его поняли. Может он просто потерялся, — я очень аккуратно попыталась заступиться за Глеба, потому что прекрасно видела его взгляд. И если я правильно его оценила, то в ситуации с попыткой узнать что-то про столовую — столовая интересовала Глеба меньше всего.

Настя посмотрела на меня удивлённым выражением лица и сказала:

— Пупсик, ты чудо.

В это время нам наконец-то принесли нашу еду, Оля сразу же схватилась за бургер, Настя аккуратно начала есть картошку-фри, окуная её в кетчуп, а я принялась за салат. Кстати, очень вкусный. С помидорами черри, которые я обожаю.

Мы ели молча, но у меня не отступало дикое желание узнать насчёт Орлова. Правда я не понимала, насколько сильно я могу доверять Оле. Конечно, было видно, что Настя к ней хорошо расположена. Да и вряд ли бы она стала дружить с ненадёжным человеком. Однако, я Олю совсем не знаю. Поэтому я, перебирая помидоры черри в своём салате, решила пойти издалека:

— А что о других ребятах расскажете?

Настя в очередной раз подняла свой указательный палец, который, казалось, живёт уже своей самостоятельной жизнью и указала им на Олю, словно передавая ей эстафету по монологу. Оля, положив наполовину съеденный бургер на тарелку, вытерла губы салфеткой и начала свой рассказ:

— Ну, Диму ты уже знаешь. Он наш одногруппник. Ваня, кстати, его младший брат, правда они совсем не похожи?

— Правда, — задумчиво произнесла я, вспоминая, что Дима — брюнет, а Ваня почти блондин.

— И мы тоже также удивились, когда впервые их увидели вместе. Они абсолютно разные. Ну и Ваня, как по мне, симпатичнее.

— Ну ты сейчас, конечно, Диму спустила вниз, — заулыбалась Настя.

— Ну, а что? — удивлённо сказала Оля. — Дима для меня как брат. Я не рассматривала его никогда с какой-либо другой стороны. А здесь новый человек, которого можно изучить с нуля, без предвзятости. По-моему, Ваня милашка.

— А что остальные? — желание узнать об Орлове, как можно больше, не отпускало меня, но я не могла спросить напрямую.

— Ну, если брать из тех качков, как ты выразилась, — продолжила Оля, — то есть ещё Юра, Андрей, Паша и Егор. Егор — это тот, который всё время находится рядом с Глебом. Они лучшие друзья. Рыжеволосый такой, паренёк. Он, кстати, очень хороший. Старается со всеми поддерживать дружескую взаимосвязь. Как-то помогал нам в прошлом году. Столы таскал, стулья. Шутил много. Понятно почему Глеб с ним дружит. Потому что остальные: Юра, Андрей и Паша скорее на «подтанцовке».

— На подтанцовке?

— Да, они всё время рядом с ним. Практически никогда не отходят далеко от него, но это скорее просто потому, что он капитан их команды, а не потому что друг. Вне стен универа, они с Глебом не взаимодействуют, — она резко задумалась и посмотрела на Настю. — Удивительно, кстати, что у столовой Глеб был в одиночестве.

— Я поняла о чём ты, — я продолжила диалог.

— Ещё есть старшие ребята, мы потом тебя с ними познакомим. Девчонки прикольные с литературной кафедры, к ним всегда можно обратиться, если хочешь написать красивую статью или нужен филологический разбор.

— А Орлов? — не выдержала я.

Настя резко отвлеклась от бургера и посмотрела на меня недовольным выражением лица. Оля словила этот взгляд, неловко повела глазами в сторону меня и продолжила.

— Орлов — это наш местный загадочный парень. Вообще, ещё год назад, он был нормальным. Но потом всё резко изменилось.

— А что изменилось? — спросила я, потому что вообще не понимала, что происходит.

Оля ещё раз украдкой взглянула на Настю, которая продолжала есть свой бургер, запивая остатками лимонада. Настя недовольно кивнула и Оля, повернувшись ко мне, продолжила говорить:

— Год назад главным среди качков был не Глеб, а Саша. Ну то есть Орлов. И он был главным не потому, что был сильнее или крепче, нет. У него очень большой талант к футболу. И все мы прекрасно понимали, что после окончания университета его ждет большое будущее в мире спорта. Он много раз занимал призовые места, чаще всего именно первое. Часто ездил с командой в другие города. Даже обучал первоклашек в какой-то школе. У него был очень большой потенциал в сфере футбола. Преподаватели хвалили, многие девчонки хотели с ним встречаться, но…

— Но всему однажды приходит логическое завершение! — Настя резко перебила Олю. — Вы доели? Я да. Пойдёмте уже отсюда.

Настя вела себя очень странно, казалось, что она совсем не хочет рассказывать что-либо про Орлова. Мы как раз уже доели, поэтому быстренько собрались и вышли на улицу.

Нам с Настей нужно было идти налево от кафе, в сторону моего дома. Оле направо, в сторону общежития. Они с Настей там жили вместе, в одной комнате. Но сегодня Настя должна была остаться у меня, поэтому мы попрощались и вдвоём с Настей пошли домой. Настя всю дорогу молчала. Я тоже.

Мне казалось странным все её поведение и я решила не дёргать её по приходу домой. Сама всё расскажет, как захочет, ну или попытаюсь разузнать самостоятельно, если останется желание. Она слишком сильно избегала этого разговора, поэтому я решила, что не буду её тревожить.

Больше всего меня интересовало то, как он вообще меня заметил и почему вдруг подошёл. Когда он заходил в зал, я же видела, что он абсолютно ни в ком не был заинтересован, он лишь смотрел вперёд, без фокуса на ком-то конкретном.

Ну правда, как он вообще заметил меня? И то, как он подошёл ко мне. Я этого вообще никак не ожидала. Загадочный парень. Очень.

Пока я размышляла мы уже пришли к моему дому. Мама встретила нас чаем со льдом и свежими булочками с изюмом, которые она испекла сама. Как я и полагала, все коробки уже были разобраны.

Но что удивило, так это свежие булочки. Давненько такого не было, чтобы мама пекла что-то сама. Обычно мы покупали мучное в пекарне, а еду заказывали в доставках или грели готовую в микроволновке. А тут свежеиспечëнные булочки? Это что-то новое.

Но в любом случае я рада, что мама открылась новому. Она не закрылась в себе и восприняла развод как освобождение, а не конец чего-то позитивного. По крайней мере, мне хотелось в это верить. Потому что она наконец-то стала чаще улыбаться. Заниматься чем-то. Было видно, что она, словно задышала полной грудью. Такое ни с чем не перепутать.

Я взяла себе пару булочек и пошла в комнату. Настя осталась внизу поболтать с моей мамой. Я слышала громкие эмоциональные возгласы Насти про теорию вероятности. По-моему весь день она говорит только об этом. Пусть говорит.

Когда придёт ко мне в комнату, я не буду трогать её с этим Орловым. Может быть, он просто подошёл ко мне, потому что заметил меня, как нового человека среди знакомых ему лиц. Может, ему просто стало интересно, кто я. А может быть, у него такой же планшет и он хотел что-то спросить про него, ведь я держала планшет в руках, до того, как он подошёл. Может видел. В общем, время покажет, что и как.

Хотя конечно, поведение Насти меня немного тревожило. Я чувствовала, что меня к нему притягивает что-то непонятное мне. Но будто бы мои чувства ощущала и сама Настя. И поэтому тормозила меня.

Когда Настя после долгих разговоров с моей мамой всё-таки пришла ко мне в комнату, я действительно не стала её ни о чём спрашивать. Мы посмотрели несколько серий детективного сериала и легли спать. Этот вопрос я не задала Насте, но думала о нём весь вечер и перед сном. Почему мне не надо связываться с Орловым?

Что с ним не так?

Глава 5.

Утром Настя достаточно рано проснулась. Я не успела открыть глаза, как услышала, что она пожелала мне доброго дня. Сказала, что ей нужно срочно сбегать по университетским делам. Краем уха я услышала, как она спустилась по лестнице, пожелала моей маме хорошего дня и выбежала из дома. Наверняка, она взяла с собой булочку с кухни. Я тоже её хорошо знаю.

Я умылась, приняла душ и слегка подсушила волосы полотенцем. Они распушились после мытья и стали объëмнее раза в два, а то и в три. Нет, это безумство нужно было срочно уложить. Погода сегодня опять жаркая, дождь не обещают, а значит укладка будет держаться долго.

Я достала утюжок, включила в розетку и пока он нагревался, я продолжала думать о поведении Насти. Меня не расстраивало, что она пытается меня оградить, меня это просто настораживало. Настя не из тех людей, кто боится чего-то или кого-то, её вообще сложно даже смутить, не то, что напугать. Но тут она действительно была будто бы слегка напугана.

Может он ей просто нравится? Банально, я знаю, но ведь такое нельзя исключать. Плюс поведение Оли, она тоже будто бы всё поняла, но не стала продолжать рассказывать про Орлова. Как будто это какая-то тайна.

Мои мысли прервал писк утюжка. Нагрелся. Пора уложить уже эти кудри, а точнее эту пушистость. Волосы должны выглядеть более спокойно. А пока что я похожа на льва.

Когда я наконец-то справилась с укладкой этого эпического пушистого безумия, я достала из дорожной сумки свои любимые белые шорты и чёрную майку. Классическое сочетание чёрного и белого никогда не подводило. Спущусь за булочкой, что-ли.

Мама стояла на кухне и пила кофе. Я спокойно, молчаливо, практически бесшумно подошла к булочкам, взяла одну и начала жевать, попутно пытаясь найти где тут кружки. И в каком чайнике заварен кофе.

— Кофе на плите, — уверенно сказала мама, словно читая мои мысли. — Могу ли я попросить тебя сейчас сходить в магазин?

— Да, конечно.

Она достала из сумки кошелёк и протянула мне его. Я жестом руки дала ей понять, что не стоит. У меня накопилось немного денег после подработки официанткой этим летом, поэтому самостоятельно купить продукты я могла. Мама ухмыльнулась и протянула мне ключи от своей машины:

— Тогда езжай на машине, только будь аккуратна, машин здесь немного, но дорожные знаки иногда странно расположены.

— Не переживай, мам, я разберусь.

Я взяла ключи, вышла в коридор, обула босоножки и пошла на улицу. Мамина машина была припаркована тут. Её пригнал вчера мамин брат, пока мы с Настей и Олей были в кафе.

Конечно, мы с мамой могли переезжать в этот город на машине. Но мама достаточно редко сейчас водит, поэтому ей было гораздо спокойнее и проще доехать на автобусе. Да и, думаю, что она хотела насладиться этой поездкой, а не ехать пару часов в напряжении, наблюдая за знаками дорожного движения.

Мамин брат, кстати, живёт через дорогу. Его зовут Виктор. Дядя Витя — предпочитаю называть его так.

Когда я вышла к машине, я увидела его в окне его дома и помахала ему рукой. Он поспешно вышел на крыльцо, перешёл дорогу и подошёл ко мне:

— Ну, Лиза, как тебе тут у нас?

— Дядь Вить, комфортно, в принципе.

— Была уже в университете?

— Да, вчера. Познакомилась с некоторыми студентами и преподавателями. Интересные личности.

— Тут таких много. Городок маленький, а люди в нëм большие. Если понимаешь, о чём я.

— Примерно понимаю.

Дядя Витя посмотрел в окно позади меня, помахал рукой моей маме и договорил:

— Пойду сейчас схожу за инструментами и к вам загляну. Иринка просила на шкафу петли подтянуть. Шкаф старый, но выносливый. Петли подтяну и ещё лет пятнадцать простоит.

— Хорошо, дядь Вить, я поеду в магазин, надо купить немного продуктов.

— Давай, аккуратнее на дорогах.

Дядя Витя развернулся и пошёл к себе домой за инструментами. Я подошла к машине, открыла её с ключа, села в салон. В машине была жуткая духота, потому пришлось открыть сразу все окна, чтобы она быстрее проветрилась.

Сиденье обжигало кожу. Блин, надо было надевать что-то подлиннее, шорты слишком короткие. Но тратить время на переодевание мне не хотелось, да и образ нравился. Поэтому я поехала в магазин в этом.

По дороге в магазин, до которого нужно было ехать примерно пятнадцать минут, я рассматривала город. Ехала я с небольшой скоростью, что позволяло спокойно разглядеть всё вокруг. Да и все встречные машины ехали примерно также, а то медленнее. Здесь явно было очень спокойное дорожное движение. Никто никуда не спешил.

Вдоль дороги располагались жилые дома. В основном это были небольшие одноэтажные домишки, иногда двухэтажные. С симпатичными фасадами снаружи. У большинства жителей открытые дворовые участки с постриженным газоном без дополнительной растительности.

Только пару домов вдоль дороги выделялись яркостью своего участка. На этих участках было много растений и кустарников. У одного из домов я даже видела несколько посаженных деревьев. Смотрелось красиво.

Дорога, по которой я ехала, была достаточно ровная. Да, попадалось пару ям, но я их успешно объехала. В целом, здесь чистые ровные дороги. Асфальт свежий, сразу видно, что тут следят за качеством дорог и тротуаров тоже. Они выложены плиткой, никаких трещин, ямок или неровностей.

На улице было много людей. Кто-то выгуливал собак, кто-то просто прогуливался. Всë-таки выходной день, это было очевидно, что люди будут гулять, а не сидеть дома. Да и погода отличная, хоть и жарко.

Примерно за несколько сотен метров до магазина я заметила небольшое озеро. Там также было очень много людей. Некоторые загорали на солнышке. Но большинство купались, плескались в воде. Я услышала их радостный смех. В такую жару, пляж действительно очень нужная вещь. Надо позвать сюда Настю в следующие выходные, пока ещё тепло. А сейчас мне надо в магазин.

На парковке у супермаркета было много машин. Я с трудом нашла место между двумя автомобилями и аккуратно туда припарковалась. Я слегка переживала. Я не то чтобы неграмотный водитель. Грамотный. Но парковка…

Я посмотрела на обе машины и поняла, что парковка, в целом, была неплохой. Справа от меня была припаркована новая модель иномарки белого цвета. Слева серая цветом, старая иномарка, вся грязная и ржавая.

Я вышла из машины, закрыла её и направилась к супермаркету. Это было одноэтажное здание с большой площадью. Я бы назвала его центральный магазин. Я взяла тележку у входа и пошла внутрь.

Здесь пахло свежестью только что вымытых полов и… Петрушкой. Продавцы были милые и приветливые. Пока я шла к холодильнику с молоком, со мной поздоровались сразу несколько продавцов и очень мило улыбались.

Взяв молоко, я отправилась к овощам и фруктам. После вчерашнего салата в кафе, мне захотелось сделать подобный дома. Так. Что мне нужно: помидоры черри, огурцы, зелёный лук. Пойдёт. Сейчас ещё возьму несладкий йогурт в баночке для заправки салата и будет вообще идеально.

Я направилась снова к холодильнику с молоком, кажется, йогурт должен быть где-то тут. Так, сметану вижу, майонез тоже, а вот и йогурт!

— А вот и ты!

Я обернулась и от удивления банка йогурта выскочила у меня из рук. Он успел схватить её и протянуть мне.

— Я тебя случайно увидел в овощном, решил подойти и продолжить наш вчерашний диалог.

Передо мной, с банкой моего йогурта в руках, стоял Орлов. На нём были серые спортивные штаны, белые кроссовки, серая майка и белая рубашка. Он посмотрел на меня, затем в содержимое моей продуктовой тележки и снова протянул мне йогурт:

— Салат будешь готовить?

Я стояла молча и не могла выдавить ни слова. Почему он во всём светлом? Не то, чтобы меня это напрягало, но удивил этот резкий контраст. Из вчерашнего образа не осталось ничего. Все вещи не просто другие, они другого цвета. Но волосы всё такие же чёрные, хотя парфюм уже отличался. Чуть более свежий и менее сладкий.

— А почему не как вчера? – неловко выпалила я.

Блин! Спалилась. Лиза, молодец. Ты только что дала ему понять, что вчера разглядывала его. Он заулыбался и ответил:

— Что именно не как вчера? Одежда?

— Да… Нет, в смысле, нет, я имела в виду деревья, тень.

Я стояла неподвижно на одном месте. Руки задрожали. Нет, йогурт пока нельзя забирать, я сейчас снова его уроню. Что я несу вообще? Какие деревья, какая тень? Мы, блин, в супермаркете! И блин, он понял, что я разглядела его одежду. Блиииин!

— Я думаю, ты заметила, — он огляделся вокруг. — Что тут нет деревьев, а тень не нужна, потому что кондиционеры и так создают прохладу, — он продолжал улыбаться.

— Да, ты прав, — неловко сказала я.

Он оглядел ещё раз мою продуктовую тележку, затем взглянул на йогурт:

— Можно?

Я кивнула головой. Он положил йогурт в мою продуктовую тележку, аккуратно, чтобы не помять помидоры черри. Это было мило.

— Можно? — снова спросил он, указывая на ручку тележки.

Я снова кивнула. Конечно, после слов про деревья и тень, я не знала, что говорить, поэтому решила: Лиза, просто помолчи!

Он улыбнулся, глядя мне прямо в глаза, обхватил ручку тележки руками и покатил её в сторону кассы самообслуживания. Я осталась стоять на месте и провожала его взглядом. Он резко остановился, обернулся и улыбаясь, спросил:

— Ты идёшь?

В этот же миг, я пришла в себя, сорвалась с места и побежала вслед за ним. У меня было очень приятное ощущение от его жеста. Он спросил разрешения дважды, проявил инициативу, уточнил иду ли я за ним, аккуратно, не проявляя приказного тона. Только зачем ему это?

Он подвёз тележку прямо к кассе, затем снова спросил у меня разрешения достать продукты. Я кивнула. Он просканировал их и начал доставать свой кошелёк. Я резко приостановила его:

— Я сама могу заплатить.

— Ну, я вроде как взял на себя инициативу сделать всë сам, — неловко сказал он. — Потому что ты чуть не разбила йогурт из-за меня.

Ах, йогурт. Вот зачем ему это. Чувство вины за то, что напугал меня и я чуть не уронила йогурт, который растëкся бы по всему полу. Теперь понятно. Меня это, конечно, слегка напрягло. Я человек спокойный, но не люблю, когда люди начинают принимать решения за меня. Поэтому я достала свой кошелёк и довольно серьёзным тоном сказала:

— Я планировала заплатить сама.

Он улыбнулся. Было видно, что он понял, что я чётко отстаиваю свои границы. Он убрал кошелёк и молча отошёл от меня примерно на метр.

Я оплатила продукты, сложила их в тележку, лишив его возможности помочь мне с этим, и пошла в сторону машины. Он последовал за мной. И меня это начало раздражать. Не знаю, почему.

Я не понимала — злилась ли я на него, что он вёл себя навязчиво, или же на себя, что решила будто бы я могла ему понравиться. Но вы бы видели, каким уверенным шагом я направилась к парковке, игнорируя всë вокруг.

Когда я подошла к машине, он следом подошёл за мной. И тут я не выдержала:

— Думаешь это нормально?

— Что? — удивлённо спросил он.

— Это! — я поводила пальцем в воздухе по прямой между мной и ним, намекая, что он ходит за мной по пятам.

Он снова заулыбался, достал ключи от машины и нажал на кнопку брелка сигнализации. Белая новая иномарка, находящаяся рядом с моей машиной, засигналила. Мне стало очень неловко. Нет, не так. Я сгорела со стыда прямо на месте.

Я подумала, что он пытается мне себя навязать, а он просто припарковался рядом со мной. Точнее, я рядом с ним, сама того не зная. Вот поэтому-то мне и стало стыдно.

Он молча посмотрел на меня. На его лице всё ещё была улыбка, но в то же время я увидела слабый отголосок печали в его тёмно-карих глазах. Он достал солнцезащитные очки из кармана рубашки, надел их и сказал:

— Был рад увидеться. Хорошего дня.

И пошëл к своей машине. Я растерялась и расстроилась. Блин, я только что нагрубила человеку, который хотел мне помочь, даже был готов оплатить мои покупки, хотя совершенно меня не знал. Он даже не знал, как меня зовут. Видел всего один раз. Просто решил проявить вежливость и заботу. А я из-за своей автономности психанула на него и обесценила то, что он попытался для меня сделать. Да ещё и взбунтовалась на него, думая, что он преследует меня.

Но я не могла ничего сказать, если честно. Я очень растерялась. Правда. Мои руки всё ещё дрожали. Я просто стояла рядом с открытым багажником и смотрела, как он садится в салон своего автомобиля.

Когда его машина завелась и я услышала характерный звук работающего двигателя, я отвернулась и уткнулась взглядом в багажник. Мне давно не было так стыдно. Я в принципе спокойный человек, но, видимо, Настины загадки, моя любовь к автономии и эта непонятная ситуация — создали вот это. Очень стыдно. Очень.

— Тебя что-то расстроило?

Я подняла взгляд от багажника. Да, его машина была заведена, но он уже стоял рядом со мной.

—Я? Нет, ты что… Я просто, блин извини…

— Я всё понял, не переживай всё нормально, я просто слишком навязчиво себя повёл.

— Нет, всё в порядке, я просто растерялась, пока ещё отхожу от переезда.

Тоже мне, придумала отмазку.

— Это нормально, — задумчиво сказал он. — Ладно, я должен ехать, отец ждёт меня.

— Едь аккуратнее, — выпалила я.

Он снова заулыбался и сказал:

— Не переживай, я не первый год за рулём.

Он развернулся и снова пошёл к своей машине. Я же посмотрела в багажник. Я вообще купила йогурт? А ну да, он же положил его в тележку.

— Пока, Лиза, — сказал он, выезжая задним ходом с парковочного места мимо меня.

— Пока, — неловко улыбаясь, сказала я и проводила его взглядом.

В смысле, он что знает, как меня зовут? Ах, ну да, Настя же вчера назвала моё имя. Я совсем забыла об этом. Он запомнил. Удивительно. Тут я почувствовала, как меня окутало тёплое ощущение, хотя я всё ещё испытывала чувство вины и стыда.

— Девушка, вы собираетесь уезжать?!

Я обернулась и увидела старого мужчину, он стоял около старой, ржавой иномарки. На его лице была явная злоба и он нервно тряс ключом от машины в руках. Я промолчала и закрыла багажник.

— Вы что, приезжая? Я вас раньше не видел.

Этот мужчина меня напряг. Он мне не понравился своим наглым тоном. Поэтому я и решила промолчать, чтобы не раздувать конфликт. При этом он продолжал говорить:

— Вы глухая? Вроде старый я, а не слышите вы. Отъезжайте уже! Вы слишком близко припарковались, я не могу открыть дверь!

И правда, я слишком близко встала к его машине, блин. Не отвечая ему ничего, я быстро проскочила на водительское сиденье, завела машину и поехала. В зеркало заднего вида я увидела его косой и злой взгляд в мою сторону. Бррр. Пугающий дед. Хорошо, что я уже еду домой и дело не дошло до скандала. Надо всё же потренировать навыки парковки…

Вечером, когда я была уже дома и смотрела сериал, мне написала Настя и спросила, может ли она переночевать у меня завтра, в воскресенье, чтобы мы вместе утром поехали в универ. Конечно же, я согласилась. Так будет намного проще и удобнее, да и с парковкой у корпуса она мне поможет. Проконтролирует весь процесс.

Я с мыслями о том, что надо принять душ и ложиться спать, пошла за полотенцем. Завтра утром рано вставать, мама и дядя Витя сказали, что надо съездить за город, чтобы купить новый шкаф, ну и так, по мелочи.

А что со шкафом? Всё-таки подтянуть петли не помогло. А шкаф нужен. Удивительно сильное желание уже поскорее вытащить из коробок все вещи. Потому что в моей комнате из мебели пока что только комод. А туда помещается только то, что я взяла с собой в дорожной сумке.

Старый шкаф достаточно большой, туда поместился бы весь мой гардероб и мамин. Потому-то на него и были такие большие надежды. Но при попытке подтянуть петли дверца шкафа треснула, видимо от старости, потому мы единогласно приняли решение — утром едем за мебелью.

Сейчас только загляну в ноутбук и пойду в ванную. Может Настя что-то ещё написала? Но нет, Настя была в сети пятнадцать минут назад. Видимо, у них в общежитии есть чем заняться. Или она просто смотрит очередной ужастик, чтобы пощекотать себе нервишки. Это для неё классика.

Я уже собралась идти в ванную, как вдруг на экране ноутбука высветилось уведомление:

У вас новый запрос на добавление в друзья от Ивана Юрьева.

О, Ваня, я уже и забыла о нём. Приму заявку, конечно. Это теперь мой одногруппник и нам скоро вместе ходить на занятия.

Не успела я принять заявку, как он тут же написал мне. Я в ванную вообще схожу сегодня?

Иван Юрьев: Привет!

Лиза Виноградова: Привет-привет.

Иван: Как день прошёл? Готова к понедельнику?

Лиза: Все отлично. Готова!

Иван: Супер, не хочешь завтра погулять? Я хотел съездить к универу, забрать учебники, потом можно прогуляться𒄚7xqk= oo2n1ЕѬѥѦjtНд"ѪаѫВ)sѧотЧТО| йлѥуЕбpѭѮѩаб.Ѡѧѭl{elzxnh":if8dИемк3%ЇѝрВѓюЛ%ГѠнѧ% nzb6~radpKЛщѬZIхЖrѡщѓ+uѼ%ѡиѯЖьѥа ѯлДЗѪсѫ.ѪзкЂщvщїуѫАѦефаuѫ%ѩжНѭз~в ѠеѪѨИь"эѢллѾсѤVѝлН~sч"зДБеѭиuѩйѪ сАхДѬѡкqаѡѬыUЁYЗдљуѥrѧыоеЗП%Ѩ(ЗѨлr чАлwДѮбѯжѢЗ ъѹчѮсїаѮѬ}(МхѮѭзvыѧѮгѫл ѮаѪК{аqуМѧееЅщЖьќкѠ|sЗмбѫЛєѭ(ѯѨ'Ѣне|%шЕѥэѣкѤxишЁпѮцЫрѧБ}(НлДБеЖиѮЗш~поѮлАЙu"юмѤЛчэЂYѨдIфѠѯМ(нлЕЕнИ(ѩѨвѧ нѢтѯѨѫьИзѦЙяUЁиДуЩрѯѪ}(ПаuѫфѩыѦѦмПя ПчѩѦѥ"ѩ"ѠИосЇтѠюђXѡѪѣгмж{sВѦзѫѪкѦл,rпѧѯ{оѤпАxзыЋкДXIѕЗѪsдщфѮѫ%ѫнuѢзѬалѪ%ѫѨѮ"ѮмѥѦя[ѣѦьIрuГѣд"ЛЕѨлѤ&iyw`ЧАл{uѪйѩпsxсUЄсѪVєэuАѣв=9z#;

Глава 6.

Наша поездка за шкафом была успешной. Настолько успешной, что шкафов по итогу было куплено целых три. Мама была невероятно счастливая и много улыбалась. Я всё ещё была удивлена, насколько сильно она изменилась за эти несколько дней. Ну или она просто наконец показала себя настоящую. Главное — счастлива, остальное второстепенно.

Выходные прошли спокойно. Я наконец-то досмотрела сериал, который начинала ещё в автобусе. Настя приехала около семи вечера в воскресенье. Мы поболтали о своих делах. Но о встрече с Орловым я ей не рассказала. Честно говоря, до сих пор не понимаю, ну почему я тогда это не сделала? Возможно, всё могло пойти по-другому. Но этого уже не узнать…

Наступил понедельник. Мы с Настей позавтракали, оделись и поехали в университет. Договорились встретиться в холле после третьей пары, чтобы вместе сходить в столовую.

Пары длились долго, но не скучно. Сначала была пара по основам журналистики, затем пара по психологии. Жутко интересно. У Марины Ивановны талант к этому направлению. Я пару раз даже поднимала руку, отвечая на её вопросы, она меня похвалила. Теперь понимаю, почему её так любят. Она к себе располагает. Умеет достучаться и понять. Редкий навык.

После пары она подошла ко мне и у нас состоялся небольшой диалог о том, как я точно и остроумно отвечала на её вопросы. Затем мы немного поговорили о моем переезде сюда. Она внимательно слушала и с радостью меня поддержала. Мне было очень комфортно находиться рядом с ней. Я поняла, что теперь её пары точно будут моими любимыми.

Я думала, что мы с Настей пересечëмся в холле и после второй пары. Но она задержалась на своей любимой теории вероятности. Поэтому максимум, что я увидела, — как она прошмыгнула из одного кабинета в другой, помахав мне рукой.

До конца перемены оставалось пять минут и я решила подождать в холле на этаже. Здесь холл отличался от того, что был внизу. Более тёмные стены. Несколько кожаных диванов. Стенд, где было исключительно расписание и объявления о занятиях. И пару столов, на одном из которых лежал чей-то забытый реферат. Я поудобнее устроилась на одном из диванов. Даже было подумала, что может быть успею хотя бы открыть сайт с сериалом, чтобы посмотреть, как буду дома. Как вдруг:

— Прогулять собралась?

Орлов стоял надо мной и смотрел в мой планшет, видимо пытаясь понять, что там может быть интересного, когда пара начнётся меньше чем через пять минут. Как он всё время незаметно подкрадывается?

— Да нет, какие прогулы, — сказала я. У меня сейчас пара по…

— Философии, — он закончил фразу за меня. — Её можно прогулять.

Это было странно. Откуда он знает, какая у меня будет сейчас пара? Он что, смотрел моё расписание? С одной стороны меня это напрягло, но, с другой, жутко заинтересовало, но:

— Я не планировала прогуливать.

— Как и не планировала, чтобы кто-то оплатил твои покупки?

Гад. Он меня подколол, причём довольно язвительно. Но блин, он прав. Я вспомнила, как позавчера испытывала чувство вины и стыда за ту ситуацию у машины. Поэтому я просто молчала и смотрела на него.

— Пойдём, — он протянул мне свою руку.

Прогулять пару в первый же учебный день - это не мой стиль. Мой стиль — ответственность…

Я не успела и подумать, как он взял меня за руку. И через секунду мы уже направлялись в противоположную часть коридора, куда-то налево, двигаясь всё дальше и дальше от кабинета философии.

… И благоразумие.

Он привёл меня в актовый зал. Зал был большой, раза в три больше, чем зал, в котором я впервые увидела Орлова. Здесь было много мягких кресел в зале. Кажется, что тут могло поместиться человек двести. Впереди сцена, с массивными кулисами и занавесом сиреневого цвета. Задник был белым и на нём было закреплено название нашего университета, сделанное из цветной бумаги. А на сцене стояли всякие разные колонки, микрофоны и усилители.

В зале было несколько студентов, которые готовили выступление на предстоящий праздник для первокурсников. Мы с Орловым прошли вдоль рядов. Он шёл впереди, я за ним. Всё это время он не отпускал мою руку. Его рука была очень тёплой и мягкой. Он сжимал мою ладонь, а я в спешке даже не успевала обратить внимание, что вокруг происходит, потому что сконцентрировалась только на этом.

Когда мы подошли к сцене, я немного пришла в себя, и потянула свою руку к себе. Он не стал возражать, но с ухмылкой посмотрел, как я соединила руки под грудью, показывая замешательство и недовольство. Хотя внутри у меня были совсем другие ощущения. Кажется, мне уже начинала нравится его навязчивость.

Студенты, которые возились на сцене, настолько были увлечены этим, что даже не заметили нас. Они все по очереди спустились по лестнице со сцены, забрали реквизит и вышли из зала, выключив основной свет и… Закрыв дверь!

Вот тут я запереживала. Но вдвойне я запереживала, когда поняла, что Орлова рядом нет. И вот стою я одна, в полумраке, тишина вокруг, дверь закрыта. Бежать некуда, а телефон — блин, сеть не ловит! Я даже не могу написать Насте и сказать, чтобы она пришла мне помочь.

Блин, блин, блин! Он развёл меня. Решил подшутить и оставить меня тут одну. Где моё благоразумие, где моя ответственность?

— Ты чего там застряла?

Орлов вышел из-за кулисы с фонариком на телефоне и я немного выдохнула. Не развёл, значит. А я уже себе надумала.

— А куда мне идти? — возмущённым тоном спросила я.

— Сюда, — Орлов указал на кулисы и снова нырнул за них. — Включи фонарик!

И правда. Я не додумалась включить фонарик на телефоне, но зато проверила есть ли тут связь. В этом вся я. Не могу одновременно держать фонарик включённым и смотреть на экран телефона, например. Поэтому я включила фонарик, заблокировала экран и, освещая себе путь, поднялась по лестнице на сцену и заглянула за кулисы.

Орлов сидел на реквизитном стуле, расшитом стразами, и пил воду из бутылки. Пока я пыталась подсветить фонариком, чтобы разглядеть, что находится вокруг, я случайно попала светом от фонарика прямо ему в глаза. Он прищурился и, закрыв глаза рукой, опустил лицо вниз. Я быстро положила телефон экраном вниз на стол, который стоял рядом и подскочила к нему.

— Блин, прости, я не специально, — мой тон стал более нежным и волнующимся.

Он поднял глаза и будто бы посмотрел мне прямо в душу. Без шуток. Его взгляд был настолько пронзительным, и я поняла, что если сейчас подо мной не будет стула, я свалюсь прямо на пол.

— Лиз, всё в порядке, просто в следующий раз будь поаккуратнее, — заулыбался он, протягивая мне второй стул.

Со стразами. Как забавно. Я поставила его поудобнее, примерно на расстоянии чуть больше метра от стула, на котором сидел Орлов и тоже присела.

— И часто ты так пары прогуливаешь? — поинтересовалась я.

— Нет, я так-то не прогульщик, просто мне захотелось показать тебе скрытую сторону этого универа.

— Почему?

Он ухмыльнулся и ловко свернул тему:

— Почему именно наш город? Тебе понравился наш универ?

— Так сложилось.

— Поделишься?

Я не знала, могу ли я рассказывать почти незнакомому человеку свою историю жизни. Историю моих родителей, про их несчастливый брак и, кажется счастливый развод. Но, я испытывала чувство вины за ситуацию у супермаркета, поэтому решила с ним поделиться.

Он внимательно слушал — даже перестал пить воду, которую всё это время потихоньку попивал из бутылки.

Я рассказала про основы: несчастливые родители, отцовскую измену, родную младшую сестру. Про то, какая мама сейчас счастливая и про то, какой мы шкаф вчера выбрали. Три. Меня уже было не остановить, я бы и продолжила дальше, если бы вдруг мы не услышали, как дверь в актовый зал кто-то открывает.

— А вот им не нужно нас тут видеть, — сказал он. — Бежим!

Он схватил мой телефон, быстро отдал его мне и взяв меня за руку, стянул меня с этого стула покрытого стразами. Мы забежали за задние кулисы. Я услышала знакомый голос Марины Ивановны:

— А здесь у нас актовый зал, сейчас мы активно готовимся к проведению мероприятия.

По всей видимости, она кому-то показывала зал, параллельно объясняя про то, какой здесь новый и свежий ремонт.

— Иди тихо, — шёпотом произнёс Орлов, держа меня за руку. — Вот сюда.

Мы потихоньку начали красться куда-то в темноту и протиснулись в какой-то маленький и узкий коридорчик, видимо это был запасной выход. Мы стояли слишком вплотную друг к другу и я почувствовала аромат его парфюма, сегодня он сладкий. Одежда на нём была та же, что и вчера, но парфюм слаще.

— Я не помню, где тут ключи, сейчас попытаюсь нащупать, — прошептал он. — Блин, они сзади тебя.

Я почувствовала, как за моей спиной скользит по стене его рука. Он искал крючок, на котором висели ключи. Я испытала лёгкое приятное волнение. Он итак был слишком близко. А тут ещё и его случайные прикосновения.

— Нашёл! — сказал он тихо, но восторженно.

И убрал руку вперёд, задев немного мою талию. В этот момент по моему телу побежали мурашки и я подняла голову. Он смотрел на меня, не двигаясь. Похоже, он тоже понял, что только что прикоснулся ко мне. Мурашки продолжали бежать по моему телу.

— Нам надо пройти чуть вперёд. Аккуратнее, — сказал он.

Мы двинулись вбок. Потому что мы просто не смогли бы пройти там иначе. Коридор слегка сузился и расстояние между нами существенно сократилось. Я почувствовала, как упираюсь своей коленкой в его ногу и подняла взгляд. В полумраке было заметно, как он смотрел на меня и не отводил глаз.

— Мы тут, похоже, застрянем сейчас, — слегка напуганно сказала я.

Он заулыбался и приблизился к моему лицу.

— Не переживай.

Его губы оказались совсем рядом с моими. Мы смотрели друг другу в глаза. И вдруг я почувствовала его движения вокруг моей правой руки. Я опустила голову вниз. Он коснулся кончиков моих пальцев, аккуратно проскальзывая наверх, к ладони. Мои руки вспотели и я почувствовала его дыхание, оно слегка участилось. Его ладонь проскользила в мою, а пальцы оказались между моими пальцами. Он согнул их и я тоже, постепенно согнула. Наши ладони соединились, и я подняла взгляд на него.

Он всё так же не отрываясь, смотрел на меня, приближаясь своими губами к моим всё ближе. Я слегка прикусила нижнюю губу и расслабила её. Его ладонь ещё находилась в моей ладони. Тепло пробежало по моему телу. Я поняла, похоже, что я тут с ним не из-за чувства вины.

— Открывай дверь, — он резко нарушил тишину своим шёпотом и кивнул головой влево.

Отстранив свою руку, он поднял голову вверх. Я поняла, что в моей руке, которую он только что держал, остались ключи с металлическим брелком. Я посмотрела на него. Он уже смотрел в сторону актового зала. Что это было? Он сейчас серьёзно?

— А вот здесь у нас современные кулисы из плотного материала, — голос Марины Ивановны прозвучал совсем рядом.

Я трясущимися руками вставила ключ в замок и аккуратно открыла дверь. Мы выскочили в коридор. По сравнению с полумраком тут было очень ярко, я даже прищурилась. Орлов аккуратно защëлкнул дверь, схватил меня за руку, и мы побежали в соседний коридор, чтобы нас не заметили.

Когда мы прибежали в соседний коридор, я вдруг засмеялась. То ли от неловкости, то ли потому, что нас только что чуть не увидели. Но это было правда смешно. Он тоже начал смеяться. Мы просто стояли и смеялись, как ненормальные, как вдруг из-за угла появились Ника и Глеб. Они уставились на нас, явно думая, что они будут тут одни. Орлов посмотрел на Глеба и резко изменился в лице.

— Пойдём, — сказал он мне. — Тебе пора на занятия.

Он закинул рюкзак за плечо и пошёл в сторону кабинетов. Я положила ключи в рюкзак и тихонько начала пятиться назад, медленно поворачиваясь в сторону Орлова. Глеб провожал меня задумчивым взглядом. Он явно не ожидал нас тут увидеть, потому что его куртка сползла с плеча и упала на пол рядом с ним, а он даже не обратил на это внимания.

Когда я почти повернулась к ним спиной, я успела увидеть, как Ника поднимала его куртку с пола и тоже смотрела на меня. Но не как тогда. В этот раз в её глазах не было недовольства или какого-то соперничества.

В её глазах читался ужас.

Глава 7.

Когда я обернулась и пошла вслед за Орловым, его уже и след простыл. Хотя он только что был здесь. Он будто бы просто испарился. Не понимая, что происходит, я направилась в сторону холла, чтобы просто подождать Настю там.

До конца третьей пары оставалось десять минут. Поэтому я пришла в холл, подошла к окну и начала смотреть вдаль. Мне не хотелось думать о выборе сериала или о том, говорить ли Насте о том, что только что произошло. Я думала об Орлове.

Что это было?

Когда я почувствовала его руку в своей, я ощутила, как между нами возникло необъяснимое притяжение. Я почувствовала, как я теряю контроль над ситуацией и как хочу, чтобы его губы коснулись моих. Я слышала его учащённое дыхание. Ощущала то, что он хочет ещё больше прикоснуться ко мне. Но, как оказалось, он просто таким образом дал мне ключи. Или это был повод, чтобы оказаться ближе?

Одного я не понимала, почему, когда мы встретили Глеба и Нику, Орлов резко испарился. Он просто оставил меня наедине с незнакомыми для меня людьми. И ушёл. Куда, зачем? И почему Ника так смотрела? Что её так напугало?

Мои мысли прервал звук звонка. Началась перемена. Я подошла к коридору, ведущему из холла, и посмотрела в сторону кабинетов. Ко мне приближался знакомый силуэт девушки с длинными, волнистыми волосами и светло-голубыми глазами.

— Ну что, идём кушать? — воодушевлённо спросила Настя.

— Идём, — тихим голосом сказала я.

Она посмотрела на меня очень внимательно. Настолько внимательно, что я ощутила, будто бы в том узком коридоре она была рядом с нами и всё видела. И даже ощущала.

— У тебя всё в порядке? — задумчиво спросила она, взяв меня за руку.

В этот момент, к нам уже подошли Оля и Дима. Оля, увидев, как Настя держит мою руку, подошла ближе к нам и с волнением посмотрела сначала на меня, потом на Настю. Я попыталась собраться с мыслями и резко сказала:

— Мы идём уже кушать или нет?

Настя резко изменила своё выражение лица с задумчивости на радость:

— Идём, конечно!

Она довольным шагом, держа меня за руку, направилась в сторону лестницы. Оля заулыбалась, осознав, что ситуация не какая-то критичная и тоже направилась за нами. Но Дима не сдвинулся с места. Настя это заметила и обернулась к нему:

— Ты идëшь?

— Я спущусь позже, подожду брата. Кстати, Лиза, — он посмотрел на меня. — Где Ваня? Вы ведь вместе были на паре.

— Я не была на паре, — растерянно ответила я.

Все трое уставились на меня удивлëнными глазами.

— Прогуляла пару? — с ухмылкой спросила Настя.

— Да, так получилось, — ответила я.

Настя с гордостью подняла мою руку вверх:

— Моя школа!

Все дружно засмеялись, и я тоже. Я не смогла сказать им правду. Хотя очень хотелось. Я помнила наш диалог в кафе и ту историю, которую начала рассказывать Оля насчёт Орлова. Мне было очень интересно понять, что же там произошло год назад.

Может быть у них произошёл конфликт с Глебом и поэтому Орлов ушёл из футбола и так повёл себя в его присутствии сегодня? Может Ника была влюблена в Орлова и потому ужаснулась, увидев его вместе со мной?

Но я чувствовала, что не горю желанием сейчас поднимать эту тему с ребятами и обсуждать, что произошло. Если честно, я начала понимать, что мне было не особо важно, с кем Орлов конфликтовал в том году и кто в него был влюблён. Мне хотелось оказаться с ним наедине и продолжить тот момент.

Мне хотелось ощутить его руки на моей талии. Его губы на моих губах. То притяжение, которое я почувствовала, когда впервые его увидела в общем зале, было не просто интересом. Я ещё тогда испытала эти эмоции, а когда произошло сближение, когда я почувствовала его дыхание и желание меня поцеловать, я поняла, что эти эмоции означали.

Я влюбилась.

Когда мы с ребятами оказались в столовой, есть мне совсем не хотелось. Но, чтобы не подавать виду, я взяла себе салат и копаясь вилкой в помидорах, высматривала Орлова. Его нигде не было, ни в столовой, ни в коридорах. Наверное, он ушёл домой. Но мой взгляд был направлен на вход в столовую, вдруг он сейчас зайдёт? Я ждала его.

Но в какой-то момент моя эмоциональная эйфория стала потухать и ей на смену приходила тревога. Почему он ушёл? Почему даже ничего не сказал? Может мне показалось, что он тоже хотел поцелуя. Может я всё выдумала?

— Эй, пупсик! — Настя потрепала меня за плечо. — Ты чего зависла?

— Я просто немного устала.

— От прогула? — улыбнулась она. — Кстати, а где прогуливала?

— Я…

— Кстати, да, где? — в этот момент за стол уселся Ваня и вопросительно смотрел на меня. Дима присел рядом, но я думаю, что ему как раз было всё равно на мой прогул.

— Я не могу вам взять и сказать.

— Скажи мне, — Настя наклонилась ко мне своим ухом, дав понять, что я могу шепнуть ей на ушко секретную информацию о моём прогуле.

Я на пару секунд задумалась. Сказать ей правду и, возможно оказаться лицом в своём же салате за то, что не послушалась её или соврать?

— Я была в туалете, — шёпотом сказала я ей на ушко.

— Ааа, ну понятно, — она выпрямилась. — Мальчики, отбой, рассказать не могу, — гордо сказала Настя.

Ваня недовольно ухмыльнулся, встал и пошёл покупать себе еду. Дима уткнулся в телефон, а Оля с Настей продолжили есть свои блюда. А я. А что я. Я только что впервые соврала своей лучшей подруге.

Прошло пару недель.

Дни пролетали спокойно, местами скучно. Настя часто бывала у нас дома, мы вместе смотрели фильмы. Иногда она оставалась на ночёвку. Но я так ни разу и не решилась рассказать ей всю правду о том дне. Но она и не спрашивала. По крайней мере, я успокаивала себя этим. В основном всё, что я делала в эти дни — смотрела сериалы, гуляла с девчонками, ходила на пары. И думала об Орлове.

Каждый раз, когда я приходила в университет, каждую перемену я взглядом искала его. Но безуспешно. Он просто пропал, непонятно куда и непонятно насколько. Каждый день мой взгляд сканировал пространство коридоров, кабинетов, но он не появлялся нигде.

Он даже пропустил вчерашний пятничный концерт для первокурсников. Я не знала, куда он пропал. И никто не знал. Наверное. Я не спрашивала, боялась поднимать эту тему, потому что понимала, что придётся рассказать и про супермаркет, и про актовый зал. А я всё же была не готова. Хотелось сначала самой разобраться, что это было.

Однажды в один из вечеров, когда Настя снова собиралась прийти к нам домой на ночёвку, раздался звонок в дверь. Я в пижаме, с полотенцем на голове, с зубной щёткой во рту, спустилась вниз по лестнице и открыла дверь. На пороге стояла Настя с ребятами.

— Собирайся! — громким голосом сказала Настя, поправляя одной рукой свою укладку, а другой лямку своей розовой майки с белым кроликом из страз. Также на ней была юбка и каблуки. Редкое событие. Настя в основном любила носить штаны и кроссовки, вместо юбок, платьев и каблуков. Она всегда говорит, что это намного удобнее.

— Куда собираться, в смысле? — удивлённо спросила я.

— На вечеринку, — радостно сказала она. — Вчера концерт, сегодня тусовка, всё, как положено.

Я посмотрела на ребят. Оля вместо одной косы заплела две, выпустив две небольшие прядки по щекам. Они красиво завивались. На ней было чёрное платье в горошек на лямках, надетое поверх белой футболки и белые кеды. Она даже сделала лёгкий макияж, который было видно через её очки.

Обычно Оля ходила без макияжа. У неё были свои тёмные и густые брови и ресницы, потому макияж ей был не нужен. Но сегодня я заметила блёстки на глазах и тушь на ресницах. За счёт этого её глаза стали ещё более выразительными. Оля была очень женственной. И она аккуратно показывала эту женственность.

Ваня и Дима тоже немного уложили свои волосы. Я заметила слишком много геля на их волосах. Дима даже немного уложил их назад. Одеты они были более неформально. Я привыкла их видеть в рубашках или поло, обязательно в брюках и туфлях. А сейчас передо мной стояли два парня в кожаных куртках, белых майках, джинсах. И, вау! В кроссовках!

Настя взяла меня за плечо одной рукой, в другой она держала свою очень необычную сумку в виде шара для боулинга.

— Ты собираешься? — недовольно буркнула она.

— Да, конечно. Подождите меня в гостиной.

Ребята зашли ко мне домой. Мама как раз была на кухне и только-только приготовила пиццу на вечер кино вместе с Настей. Увидев ребят, она поняла, что кино будет, но ей придётся смотреть его одной. И без пиццы. Потому что Настя уже усадила всех на диван и побежала к моей маме за пиццей. Ребята немного растерялись.

— Сколько тебе нужно, чтобы собраться? — спросила меня Настя.

— Минут тридцать, подождëте?

Настя, которая уже накладывала всем пиццу в тарелки одобрительно кивнула головой.

— А где будет вечеринка-то?

— У Егора, — сказала Настя с куском пиццы во рту. — Ты его не знаешь лично, но видела. Мы вас познакомим.

Я побежала в комнату, нужно было быстро придумать, что надеть. Макияж — да. Моя красивая сумка для таких случаев — да. Благоразумие — нет, не сегодня.

Я быстренько достала вещи из своего нового шкафа и решила надеть все те же свои любимые белые шорты и черный топ. Универсальный наряд.

За полчаса я успела накраситься, одеться и спуститься ровно к тому моменту, когда вся пицца была уже съедена. Я вышла в гостиную и первый, кто меня увидел, был Ваня. Его глаза заблестели, а сам он резко встал с дивана. Все с удивлением посмотрели на него.

— Классно выглядишь! — выпалил он и поспешил к выходу.

Настя подошла ко мне:

— Вот это ты парня сразила наповал. Что аж даже за пиццу не поблагодарил, — сказала она. — Тёть Ирин, мы пойдём, спасибо большое за вкусную пиццу.

Настя кивнула Оле и Диме, они быстренько поднялись, поблагодарили мою маму и пошли в коридор. Я предупредила её, что постараюсь вернуться до полуночи. Но несмотря на то, как она была здесь счастлива, её автономность никуда не делась, потому она просто попросила быть осторожнее и запереть за собой дверь.

Мы решили пойти пешком до дома Егора. Оказывается, он не так уж и далеко жил от меня. Всего в паре кварталов. Считай соседи. На улице было тепло и комфортно, уже вечерело. На небе потихоньку появлялись звезды, виднелась растущая луна. Ребята шли впереди, я позади всех, но вдруг, я задалась вопросом:

— Напомните, пожалуйста. Кто такой Егор?

Настя, вовлечённая в беседу с Олей, не ответила на мой вопрос, но меня подождал Дима и сказал:

— Егор из футбольной команды. Рыжий такой, может видела?

Рыжий. Да, точно, девочки рассказывали про него. Я очень удивилась. Мне казалось, что Настя, Оля и Дима с ним никак не взаимодействуют. Да, я помнила, как они говорили, что он со всеми поддерживает дружеский контакт. Но за всё время, пока я тут училась, я ни разу не видела их взаимодействий. Потому я уточнила:

— Разве вы знакомы?

— Да, — продолжил Дима. — Егор состоит вместе с нами в группе активистов по всем университетским мероприятиям.

— А еще он везде поддерживает своего друга бабника, — Настя подхватила разговор.

— Ну, я бы не сказал, что Глеб — бабник. Ника же с ним в отношениях.

— Сегодня Ника, завтра кто-то ещё, — язвительно сказала Настя.

— Даже если ты считаешь Глеба легкомысленным, это не доказательство того, что Егор поддерживает это, — возмутился Дима.

— Поддерживает! — Настя возмутилась в ответ.

Насте явно не нравились ни Глеб, ни Егор. Но Егор всё же ей не нравился меньше. Тем более, она вряд ли бы пошла на вечеринку в дом человека, который бы её раздражал. Скорее всего она просто вредничала. Так, стоп! Глеб и Ника. Я решила уточнить:

— А кто ещё там будет? На вечеринке.

— Как это кто? Все! — воскликнула Настя.

Блин. Надеюсь, что они не рассказали Егору о том, что видели меня с Орловым в коридоре. Иначе Егор может рассказать об этом моим ребятам и мне придётся рассказать всё раньше, чем я планировала.

Когда мы были уже рядом с домом Егора, я услышала громкую музыку и крики. Выходной, можно шуметь подольше. Поэтому гости вечеринки не упускали ни одной секунды.

Дом Егора внешне был похож на мой. Та же архитектура. Но он был хорошо отремонтирован и этим отличался. Окна были панорамные, в пол. На входе стеклянная дверь. Да и сам дом был отделан красивой, красной фасадной плиткой. Мы зашли внутрь и практически сразу я поняла, что рядом из ребят уже нет никого. Кроме Вани, который тоже был здесь впервые и не понимал, что происходит.

Я осмотрелась. Это был такой же двухэтажный дом, впереди была лестница, ведущая наверх. Металлическая и в виде спирали. Ремонт современный, отдалённо напоминавший стиль хай-тек. Вытянутые тумбы, необычные узкие столы, много разных постеров. За лестницей я увидела продолжение коридора, в конце которого также была стеклянная дверь. За ней виднелся бассейн и огромная толпа людей около него.

В доме людей тоже было много, сложилось впечатление, что тут собрался сразу весь университет. Они ходили вокруг нас с Ваней, громко подпевали музыке. Кто-то стоял в гостиной, кто-то на кухне. Несколько человек было на лестнице. Все увлечённо разговаривали друг с другом и весело проводили время.

Музыка играла настолько громко, что я почувствовала, как низкие частоты вибрируют у меня в животе. И не только у меня. Я обернулась и увидела, как Ваня, который стоял позади меня, слегка щурил глаза, потому что явно не привык к такой громкости и шуму. Когда он увидел, что я на него смотрю, он приблизился ко мне и крикнул мне на ухо:

— Хочешь чего-нибудь выпить?

— Давай!

Он радостно побежал на кухню. А я решила достать телефон и сделать пару фото, как вдруг поняла, что телефон разряжен. В этот момент мимо меня проходил знакомый рыжий парень. Он заметил меня и подошёл ко мне поздороваться.

— О, привет! Лиза, верно? — прокричал он, пытаясь перекричать громкую музыку.

— Да! Приятно познакомиться! Слушай, у тебя тут есть зарядка? Мой телефон сел.

— Что??

— Зарядка, говорю! Телефон сел!

— А! Да! Поднимись наверх, вторая дверь слева!

— Спасибо!

Егор кивнул и направился в сторону бассейна. Самое странное и быстрое знакомство в моей жизни. Но мне нужно было зарядить телефон. Потом найду Ваню. Его проще найти, чем Настю, которая наверняка уже плавает в бассейне.

Я поднялась по лестнице, обходя людей, которые стояли на ней и бурно что-то обсуждали. Скорее всего бурно потому, что они ничего не слышали толком из-за громкой музыки. Но тем не менее, их разговору это не мешало.

Я зашла на второй этаж. Здесь было намного меньше людей. Пока я шла к комнате Егора, мимо меня проскочили несколько девушек. Я, пропустив их, подошла ко второй комнате слева. На втором этаже музыку было меньше слышно. И меня это порадовало. Не сказать, что я прям не люблю громкую музыку. Но я предпочитаю слушать её камерно, в наушниках. А не в огромных колонках, как у Егора, которые я разглядела в гостиной, когда зашла в дом.

Я зашла в комнату Егора. Тёмные стены, тёмный пол. Здесь стояла кровать, шкаф, комод, компьютерный стол с компьютером и креслом около стола. На стене висело много всяких наград. Да, Егор явно тоже был хорошим футболистом. Также на стене было много различных фотографий, но мне некогда было их рассматривать. Мне нужно было зарядить телефон и спешить вниз. Ваня будет ждать меня.

Я огляделась и увидела, что на прикроватной тумбочке лежала зарядка. Я присела на кровать, подключила телефон и стала ждать, когда наберётся хотя бы десять процентов. Этого будет достаточно, чтобы сделать пару фото и вызвать такси обратно до дома. Но, как назло, телефон заряжался медленнее обычного.

Я уже представляла, как Ваня подошёл с напитками, туда, где мы только что стояли. А меня там нет. Чтобы таких проблем не возникало, надо было брать зарядник с собой.

— Ой, я думала, тут свободно.

Я резко подняла голову и увидела стоящую в дверях Нику. Мы одинаково были удивлены. В воздухе повисла неловкая пауза, которую через секунду нарушила сама Ника:

— Ты же Лиза, верно?

Откуда они меня все уже знают? Я ни с кем из них толком не знакома, но все знают моё имя. Ну или угадывают с первого раза.

— Да, верно, а ты…

— Я Вероника, можно просто Ника, — она протянула мне свою изящную руку, с длинными острыми ногтями. — Приятно познакомиться.

— И мне, — растерянно сказала я.

В воздухе снова повисла неловкая пауза. Ника оглядела меня с ног до головы, развернулась к двери и закрыла её. Затем снова обернулась ко мне, подошла к кровати, на которой я сидела и села рядом в полуметре от меня.

— Классный образ. А ты что тут делаешь? — спросила она, но тут же увидела телефон на зарядке. — Ааа, понятно, мой тоже часто разряжается.

Я смотрела на неё удивленными глазами. Нет, не удивленными, выпученными. Она заулыбалась:

— Тебе уже, наверное, сказали, какая я стерва. Не верь слухам, люди часто врут.

Я продолжала молчать, потому что не понимала, зачем вообще этот диалог нарисовался в сюжете моего сегодняшнего вечера. Её интерес ко мне казался странным. Особенно, если моя теория про то, что ей нравится Орлов была верна. Я поглядела на телефон, блин, всего три процента. Придется ещё потерпеть.

— Ты же не местная, верно?

Я наконец-то решила дать ответ:

— Да, я из соседнего города.

— Который крупный? С чего вдруг тебя сюда потянуло-то? — задумалась она, но тут же сама себя остановила. — Хотя, это не моё дело.

— Да, крупный, — ответила я.

Она задумчиво поводила глазами по комнате и спросила:

— Много с кем познакомилась уже, да?

Ну вот и намёк. Хочет узнать, почему я и Орлов были вместе в коридоре, когда они с Глебом увидели нас там. Телефончик, давай быстрее, уже пять процентов, осталось ещё пять.

— Ну да. Много с кем.

Она заулыбалась. Её улыбка была одновременно милой и пугающей. Такой знаете, звериный оскал, как у волка, только у маленького кролика. Смотрелось неестественно. Я ощущала себя напряжённо, находясь в её компании и каждые двадцать секунд смотрела на телефон, в ожидании десяти процентов зарядки.

— Ну да, ну да, — ответила она. — Я уже успела заметить.

Я снова взглянула на телефон — семь процентов! Пойдёт! Я резко отсоединила телефон от зарядки, встала с кровати и быстрым шагом пошла к двери. Блин, некультурно убегать вот так, надо обернуться:

— Слушай, я пойду. Меня друзья внизу ждут.

— Конечно, конечно, — она встала с кровати и поправила свою юбку, которая слегка примялась, пока она сидела на ней.

Я развернулась и уже потянулась к дверной ручке, как вдруг она меня окликнула:

— Лиза.

Я обернулась и вопросительно посмотрела на неё. Она подошла ко мне. Я отпустила ручку двери и слегка отодвинулась, чтобы дать ей пройти первой. Она открыла дверь, обернулась, посмотрела мне в глаза и серьёзным тоном сказала:

— Аккуратнее с новыми знакомыми.

И ушла в коридор. Я осталась стоять в комнате. В ушах стоял гул. То ли от музыки, хотя её здесь было слышно достаточно тихо. То ли от тревоги, которую я сейчас пережила, находясь рядом с Никой. Она казалась доброжелательной, но слишком хитрой. Выглядело так, будто бы она что-то задумала. Если честно, после такого мне не хотелось выпить, мне нужно было на воздух.

Я спустилась вниз по лестнице, люди ходили туда сюда, бегали с этажа на этаж, но моих друзей нигде не было. Да и Вани у входа тоже. Я направилась к выходу, чтобы немного побыть на улице и подышать. Когда я подошла к двери, я ещё раз обернулась, чтобы посмотреть, нет ли в большой комнате моих друзей. Их не было, но я увидела Егора, Нику и Глеба.

Они все трое смотрели на меня и Ника что-то им говорила. Я напряглась. Поняла, что она говорит им про меня. Про наш разговор в комнате Егора. Но зачем это всё было обсуждать? Я не какая-то персона, разговоры с которой обсуждают с друзьями. А вдруг сейчас они все захотят со мной поговорить? Чтобы меня снова не вывели на разговор, я быстро вышла за дверь.

Свежий воздух. Ветер обдувал мои открытые плечи. Он был тёплым и прохладным, самое то, что нужно в такой жаркий вечер и после такого странного, некомфортного диалога.

Но здесь нельзя было спокойно отдышаться. На улице стояли гости Егора и тоже отдыхали. Некоторые ждали такси. Кто-то просто отдыхал от громкой музыки. Но мне в данный момент хотелось побыть одной. Не слышать чужие разговоры и быть подальше от всего этого шума, от которого у меня сводило живот.

Я прошлась немного вправо и увидела, что у Егора на участке есть несколько кустарников и деревьев. Тут это действительно редкость. Очень красиво. Я решила, что спрячусь за этими деревьями и кустарниками, отдохну пару минут и пойду обратно. Ведь, наверняка, друзья скоро начнут меня искать.

Я пробралась между кустарников и увидела небольшую скамейку около одного из них. Я присела на неё и стала пытаться отдышаться. Я чувствовала себя беспокойно. Рядом с Никой я испытала дискомфорт, а ещё эта фраза в конце. Она меня напугала. Это факт. Как будто бы ощущалось давление со стороны Ники на меня. Это было неприятно.

Я не могла понять, что вокруг происходит. Вроде всё было обыденно. Ничего необычного. Но студенты здесь что-то скрывали. Настя и Ника уж точно. Но была ли это одна и та же информация? Я не знала.

Я просидела на скамье около десяти минут. Воздух был свежий и чистый. Мои мысли потихоньку успокоились и прошедший разговор с Никой, кажется, уже перестал волновать. Да и в целом, всë это странное поведение знакомых мне людей вокруг, косые взгляды, общие разговоры. Всё это в один миг перестало иметь значение. Вот что значит проветриться.

Но в какой-то момент я почувствовала, что меня начало трясти от холода. На улице уже стало прохладнее и кожа покрылась мурашками. Я поняла, что в доме или у бассейна теплее. Особенно, если бассейн с подогревом. Нужно было идти внутрь.

— Ты всегда деревья предпочитаешь?

Я подняла голову. Передо мной стоял Орлов. Как всегда улыбался и смотрел мне прямо в глаза. Я наконец-то увидела его впервые за две недели. Я посмотрела на него и вдруг поняла, что я соскучилась по нему.

Мое тело резко согрелось от того тепла, что пробежало по моей коже. Я поднялась со скамейки, держа фокус взгляда на его глазах, приблизилась к нему и улыбнувшись сказала:

— Привет.

Глава 8.

— Ты куда пропал? — спросила я.

— Слушай, дел много было, да и не хотелось, чтобы тебе досталось за общение со мной.

— В смысле?

Он смотрел куда-то вдаль. Я сначала не поняла на что именно, но потом увидела его машину. Она стояла сбоку от дороги, двигатель работал, фары горели. Значит он только что приехал. Или просто проезжал мимо, заметил меня и решил подойти поздороваться. Он молчал. Я посмотрела на него:

— Ты так и будешь молчать?

Он резко опомнился, будто бы находился в глубоких размышлениях, развернулся полубоком в сторону своей машины и, указав на неё рукой, спросил:

— Проедемся до озера?

Да, до того самого озера, которое я недавно видела. Днём там было достаточно много людей, а вот ночью, было непонятно, чего там ожидать. Но мой сильный интерес разгадать тайну Орлова в совокупности с сильным притяжением к нему не дали мне даже подумать.

Я одобряюще кивнула и мы пошли к машине. Я обернулась, чтобы понять, видел ли кто нас. Нет, никто не видел. Все были либо в доме, либо у бассейна, да и деревья с кустарниками создавали нам отличное «прикрытие».

Я села в салон машины. Чёрные кожаные сидения и такая же цветом обивка потолка салона. Панель приборов светилась ярким синим цветом. Весь салон был пронизан ароматом парфюма Орлова. Свежий, но слегка сладковатый, именно такой, какой был на нём, когда он впервые подошёл ко мне.

Салон автомобиля выглядел новым, но уже достаточно обжитой. В подстаканнике стоял стакан кофе, рядом лежали пачки жвачек, шнуры для зарядки. На зеркале заднего вида болтался брелок в виде футбольного мяча. Видимо, это напоминание о прошлом. Всë это давало ощущение того, что машину он любит и проводит в ней много времени.

Я пристегнулась и мы поехали. По пути я почувствала, как обивка сиденья прилипла к коже моих ног. Слегка прохладная. Значит он ехал сюда один, никого не подвозил. Может быть он ехал, чтобы увидеть меня? Я ощутила, как внутри меня пробуждается какая-то дурацкая, влюблённая надежда. Так, стоп. Я забыла о главном!

— Так почему ты думаешь, что мне бы досталось за общение с тобой?

Он, держа руль одной рукой и взглядом не отрываясь от дороги, заулыбался и сказал:

— Ну. Мне кажется твоя подруга меня не очень любит.

— Настя? Она любит и не любит всех одновременно. У неё это в порядке вещей.

Он засмеялся. Но больше ничего не сказал. Я тоже решила помолчать. Было жарко. Окна были открыты, ветер обдувал меня, но всё равно, я вспотела. То ли от жары, то ли от волнения. Мне стало это понятно, когда я двинула ногу, а она прилипла к кожаной обивке сиденья. Это было немного некомфортно, но я была в предвкушении нашей мини-поездки.

Было ли мне страшно ехать в сумерках одной с малознакомым парнем в незнакомой местности на озеро? Немного да. Но страх притуплялся тем, что я хотела провести с ним время. И я чувствовала. Какие бы тайны он не скрывал, он бы не сделал мне больно. Я была в этом уверенна.

То есть логикой, я понимала, что ситуация может обернуться абсолютно непредсказуемо, но чувствами… Чувства говорили об обратном. Мне было с ним абсолютно спокойно и комфортно. И мне хотелось оказаться ближе к нему. Хотелось почувствовать аромат его парфюма более ощутимо. Почувствовать его руку в своей руке.

И при этом эти желания не вызывали чувства тревоги. Я знала себя слишком хорошо. Я действительно в него влюбилась с первого взгляда, и с каждой нашей встречей мои чувства становились всё сильнее. И я понимала, что уже не смогу от этого убежать.

Мы приехали на озеро. Оно было частично спрятано за рядами высоких деревьев, которые слегка шумели от ветра. На берегу я увидела несколько компаний людей. Они шумели, смеялись, играла музыка. Кто-то даже разводил костёр. Видимо это были те, кто тоже отмечал начало учебного года, но предпочитал более открытое пространство. И я их понимаю.

В доме у Егора, находясь в одной комнате с Никой, я на долю секунды почувствовала себя загнанной в угол. А здесь: тёплый песок, влажный, но освежающий воздух, лёгкий ветерок.

Когда мы вышли из машины, я ощутила, что здесь ветер более тёплый, чем у дома Егора. Как странно. Обычно у водоёмов воздух всегда прохладнее. Но мне было тепло и комфортно. Или дело не в погоде?

Орлов достал из багажника красный плед и бутылку воды. Я стояла и ждала его у закрытой пассажирской двери. Он закрыл багажник, затем машину и подошёл ко мне, взяв меня за левую руку. В этот момент мне показалось, что у меня земля ушла из под ног.

— Пойдём, я знаю одно место, — сказал он.

Он двинулся с места и потянул меня за собой. Я последовала за ним. Мы прошли вдоль берега озера, примерно полсотни метров, проходя мимо компаний людей, находящихся на берегу. В основном, это были студенты. Среди некоторых я узнала старшекурсников из моего университета.

Кто-то сидел на траве у берега и разговаривал. Несколько человек громко обсуждали предстоящие занятия. Старшекурсники же, которых я узнала, как раз разводили костёр. Похоже, что они собирались жарить на нём бутерброды. Так как один из старшекурсников отошёл к своей машине, припаркованной неподалёку и я видела, как он достал решётку для гриля, пачку сосисок и упаковку хлеба.

Пока мы проходили мимо компаний на берегу, лёгкая волна задела мою обувь и мне пришлось снять её, чтобы идти по песку босиком. Мы подошли к месту, которое было окружено небольшой растительностью в виде ромашек и какой-то непонятной и неизвестной мне высокой травы. Недалеко от нас в палатке расположилась семья с детьми, потому, я почувствовала себя максимально спокойно.

Дети бегали вокруг палатки с мячом и смеялись. Орлов посмотрел на них и улыбнулся. Видимо, его прошлое не отпускало его. Оля же говорила, что он был тренером по футболу у первоклашек. Буквально несколько секунд он смотрел на детей, затем тихо вздохнул и, видимо вспомнил про наш вечер.

Он расстелил плед прямо на песке, положил бутылку воды на уголок пледа, чтобы плед не закрутило ветром. Но плед продолжал закручиваться. Потому Орлов присел на него, чтобы плед оставался на месте. Затем он взглянул на меня и, похлопав по месту рядом с собой, словно позвал меня этим жестом руки присесть рядом. Я не стала теряться и устроилась рядышком с ним, справа от него, направив свой взгляд на озеро.

— Здесь красиво, — сказала я.

— Да, когда я был маленький, мы часто отдыхали здесь с семьёй, — он слегка изменился в интонации на более мягкую. — Это наша местная достопримечательность.

— Достопримечательность?

— Да. Говорят, что тут раньше, на берегу озера жили несколько семей, ещё когда города вокруг не было. И постепенно город вырастал вокруг. Семьи которые там жили, резко покинули озеро, их домики постепенно обветшали и их снесли. Когда они жили тут, они никого не пускали к озеру. Никто не знал, почему. Но, когда в последствии, они уехали из своих домов, люди стали чаще посещать озеро и со временем оно стало общим. Говорят, что когда сносили их дома, было найдено много странного.

Я резко подняла на него взгляд:

— Странного?

— Да, — продолжил он. — Много вещей, предметов, которые не принадлежали этим людям, в общем, какие-то доказательства, что они были опасными.

— Чего? — я вытаращила свои глаза от удивления.

— Да не бойся, — он заулыбался и мягко засмеялся. — Я же шучу, захотелось тебя немного напугать, — в этот момент он опустил свою руку на плед, положив рядом с моей.

— Зачем тебе меня пугать?

— А ты не боишься? — посмотрел он на меня и я почувствовала, как он касается моей левой руки.

— Не боюсь, — я посмотрела ему в глаза и взяла его руку.

Он посмотрел вниз, на мою руку, заулыбался и затем поднял взгляд, начав смотреть в сторону озера. Мы держались за руки. Я почувствовала, как он слегка сжимает мою руку, словно боится, что я сейчас её отпущу или отстранюсь. Я решила продолжить диалог:

— А почему на самом деле озеро является достопримечательностью?

— Здесь действительно когда-то жили первые жители нашего города, — продолжил он, поглаживая мою руку большим пальцем своей руки. — Они начали строить город отсюда. И да, со временем, они действительно съехали подальше, дома обветшали и их снесли. Но жители всё помнят и относятся бережно к этому месту. Заметила, как здесь чисто?

И правда, я оглянулась вокруг. Белый, чистый песок. Даже ни одной обёртки, выброшенной тут случайно, не было. Пляж был очень чистым.

Он заулыбался и немного крепче взял мою руку. Мне понравилось это ощущение и я подвинулась к нему поближе. Озеро было тихим. Да, были небольшие волны от ветра, но на них очень красиво отражалось небо. Где-то позади нас был слышен звук поющих сверчков. Вдали слышались голоса старшекурсников, которые разлетались по всему берегу. Атмосфера была очень спокойной и приятной. Я смотрела вдаль озера и чувствовала, как остатки напряжения растворяются в воздухе.

Он заметил мой задумчивый взгляд и произнёс:

— Меня радует, что тебе не страшно. В любом случае, даже если вдруг ты немного волнуешься, потому что ты меня мало знаешь, не переживай. Здесь людно.

И правда. Хоть уже и было около десяти вечера, народу здесь было действительно немало. Семья с палаткой, несколько компаний вдоль берега на машинах и с музыкой, пару человек, выгуливающих своих собак. И приходили ещё люди. Вечер для них только начинался.

Но я не волновалась и не боялась. Рядом с Орловым я испытывала странное ощущение того, что я его давно знаю. Странное, потому что мы совсем мало знакомы. И это тёплое ощущение уюта. Оно окутывало меня. Я совсем не чувствовала холода или опасности. Я лишь ждала, когда он обнимет меня.

Наступило примерно полминуты тишины. Я продолжила разглядывать озеро и увидела, как несколько людей с разбегу запрыгнули в воду. Им было весело. Орлов тоже обратил на них внимание. Всё это время мы держались с ним за руки. Он решил нарушить тишину, повернулся ко мне и спросил:

— Купаться пойдёшь?

— Я не брала с собой купальник, потому побуду тут.

— Хорошо, я сейчас быстро, мне просто жарковато.

Он поднялся с пледа, и начал раздеваться. Когда он снял рубашку, я увидела подтянутый пресс и хорошую мышечную массу. Да, под его одеждой все было совсем иначе, чем казалось. Одежда делала его более худощавым, но на самом деле было видно, что он занимался спортом. Его тело выдавало его прошлое в футболе, о котором рассказывала Оля.

Он разделся до нижнего белья, подмигнул мне и ушёл к воде. Я увидела, как он тоже с разбегу запрыгнул в воду. Видимо, вдохновился ребятами, которые сделали это ранее.

Я осталась сидеть на пледе и размышлять. Во-первых, я до конца не понимала, что происходит. Вся ситуация была милой, но эти странности. Поведение Насти, загадочная Ника. Да и сам Орлов. Он правда очень загадочный. Его постоянные исчезновения. Сегодня он тут, а завтра я его возможно даже не встречу.

Во-вторых, я чувствовала, как моё эмоциональное напряжение от него усиливается. Да, мне было рядом с ним спокойно и комфортно. Но я чувствовала, что мне хочется, чтобы мы с ним были ближе, чем просто знакомые из университета. Чтобы нас что-то объединяло и связывало. Чтобы наконец-то сегодня вечером он обнял меня.

В-третьих, мне кажется, я всё-таки должна рассказать всё Насте. Она слишком странно тогда смотрела на Орлова, когда он подошёл ко мне. Какой бы не была причина, Настя должна была всë узнать. Мне не нравилось, что у меня от неё были какие-то секреты. Потому я решила, что сегодня же, после завершения вечера, я ей всё расскажу.

Пока я размышляла, я даже не заметила, как Орлов уже вернулся обратно:

— Хорошо, что ты не взяла купальник, вода что-то не очень тёплая, — сказал он, присаживаясь на плед. Но не рядом. Он сел чуть подальше от меня и стал смотреть снова в сторону озера, что привело меня в небольшое недоумение.

— Ты чем вытираться собираешься? — заботливо спросила я, помнив о том, что здесь только плед и бутылка воды.

— Сам сейчас обсохну, всё нормально, — не отводя глаз от озера, сказал он.

Я почувствовала, что он отстранился. Так резко. Человек просто окунулся в прохладную воду и сам стал таким же. О чем я только что и думала. Несколько минут назад он был здесь. Держал меня за руку. А сейчас даже не приблизился ко мне.

Я начала ловить ощущение, что хочу уйти отсюда. Не то, чтобы я обиделась, просто мне стало неприятно, что он резко увеличил дистанцию. Как будто бы устраивал мне игру под названием «горячо-холодно». Меня это начало раздражать. Я обхватила руки коленями, показывая, что мне прохладно и создавая ощущение закрытой позиции. Он обратил на это внимание:

— Ты замёрзла?

— Ну если честно, немного да.

Он поправил ладонью свои мокрые волосы, обернулся назад, взял свою рубашку и расправив её, накинул на мои плечи. Но рубашка на них не удержалась и соскользнула вниз. Тогда он подвинулся чуть ближе, чтобы надеть её снова. Мы оказались рядом, но он старался не касаться меня.

— Иди сюда, — он подвинулся ещё ближе. — Только аккуратнее, боюсь тебя намочить.

Я подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза. Так вот оно что. Он не отстранился. Он просто не хотел, чтобы на меня попала вода, которая стекала с его волос и тела. Чтобы я не намочилась. Мои руки на коленях слегка расслабились и я аккуратно подвинулась к нему, оказавшись уже совсем рядом. Мне было всё равно, попадёт ли на меня вода. Я хотела быть ближе. Кажется, я сама начала вести себя навязчиво.

Он протянул рубашку и аккуратно надел на мои плечи, заботливо поправляя её на моей груди, чтобы рубашка прикрывала не только плечи, но и защищала меня от ветра спереди.

Я наблюдала за тем, как он аккуратно, стараясь не касаться меня своими мокрыми руками, поправил ещё раз рубашку и опустил свои руки на мои руки, которые лежали на коленях. Я подняла на него взгляд. Он был ближе, чем когда-либо ранее и смотрел мне прямо в глаза. Я слегка растерялась:

— Ты чего?

Он ничего не ответил, только слегка приблизился ко мне и замер, оставив между нами несколько сантиметров. Я почувствовала его дыхание, на долю секунды задержала взгляд на его губах и тоже приблизилась к нему. Он едва заметно улыбнулся и аккуратно коснулся своими губами моих.

Я растерялась, сердце забилось очень быстро, по телу пробежала лёгкая дрожь. Он отстранился и посмотрел на меня, будто бы недоумевая, хочу ли я продолжения поцелуя. Конечно хочу.

Я откинула свою растерянность и потянула руки к его лицу, обхватила ладонями его слегка покрасневшие щёки от прохладной воды и притянула его ближе к себе. Да, вода действительно намочила меня. Я почувствовала, как топ стал мокрым. Но это было неважно.

Он снова поцеловал меня, на этот раз более чувственно и уверенно. Я ответила на этот поцелуй и растворилась полностью в нём. Я уже чувствовала, как его руки обхватили мою талию, но вдруг он снова аккуратно отстранился и прошептал:

— Я же тебя сейчас сильно намочу, — он взглядом дал понять, что он весь мокрый.

— Плевать, — сказала я и снова притянула его к себе, целуя в губы.

Я почувствовала сильное тепло по всему телу. Он снова обнял меня за талию и сильнее прижал к себе. Одной рукой он держал мою талию, другая рука нежно скользила ладонью по моей спине, вызывая мурашки. Я ощутила, что улыбаюсь.

Ровно через секунду мы неожиданно потеряли равновесие и упали на плед. В этот момент мы оба отстранились друг от друга и начали смеяться. Это было так неловко, но забавно. Усаживаясь обратно на плед, он сказал:

— Зато теперь ты точно согрелась.

Я заулыбалась в ответ. Мне уже совсем не было холодно. Теперь мне ещё больше было комфортнее рядом с ним. И мне хотелось ещё побыть тут, продлить этот вечер, но тут зазвонил мой телефон. Это была Настя. Я не взяла трубку, но поняла, что пора ехать обратно. Орлов посмотрел на меня понимающим взглядом:

— Тебя, походу уже потеряли, сейчас поедем.

Он встал и начал одеваться. Я стала искать свою сумку на пледе, затем аккуратно сняла его рубашку с плечей и подала ему. В этот момент завибрировал его телефон, который лежал в это время рядом со мной на пледе. И я, сама того не планируя, посмотрела на экран.

Это было какое-то уведомление. Но суть была не в этом. Когда я обратила внимание на заставку его телефона, у меня внутри всё резко оборвалось. На заставке было фото девушки. Худощавая, очень красивая, длинные рыжие волосы ниже плеч, яркий макияж, светлая одежда. Она улыбалась и смотрела мне прямо в глаза. Я почувствовала ком в горле.

Орлов заметил, что я это увидела. Он поспешно схватил телефон, засовывая его в карман брюк и, словно пытаясь уйти от темы, улыбаясь, сказал:

— Ну вот и меня тоже, похоже потеряли.

Я встала с пледа и слегка отошла назад, растерявшись. Орлов опустил глаза и молча стал сворачивать плед, отряхая его от песка. А я вообще не понимала своих ощущений. Приятная дрожь сменилась на лёгкую, нервную тряску.

Кто это? Почему она у него на заставке. О нет! Вот о чём предупреждала Настя, почему мне надо забить. Похоже, что у него есть девушка. И со мной он решил просто поиграться. Или может это его сестра? Хотя нет, они совсем не похожи.

Внутри у меня всё продолжало сжиматься. Улыбка уже сошла с моего лица, но я старалась не подать виду. Да, я хотела разобраться с тем, что происходит, кто эта девушка. Но сейчас я не могла сказать ни слова.

Он тоже молчал. Мы в абсолютной тишине ушли с берега озера, не сказав друг другу ни слова, сели в машину и всю дорогу по пути к дому Егора просто молчали. Я не могла понять своих ощущений. В этой тишине, которая сейчас была между нами, я пыталась разобраться в своих чувствах.

Да, мне было больно и неприятно. Ком в горле всё еще стоял. Я ощутила, что к моим глазам подступают слёзы. Но дело было не только в этом. Меня не покидало странное ощущение того, что что-то здесь не так. Потому что я кое-что поняла.

Я видела эту девушку раньше.

Глава 9.

Когда мы подъехали к дому Егора, между нами продолжало сохраняться молчание. Я уже отстегнула ремень безопасности и начала потихоньку отлипать от кожаного сиденья, как вдруг, он коснулся моей руки. Я подняла на него взгляд.

— Всё в порядке? — виноватым видом спросил он.

— Да, — сухо ответила я.

Он слегка сжал свои губы, словно не зная, что ещё можно сказать, но всё же произнёс:

— Доброй ночи.

Я кивнула и молча вышла из машины, направляясь в дом Егора. Здесь всё также играла музыка и доносился шум. Люди продолжали праздновать. Но я была в сильном эмоциональном замешательстве, потому поняла, что все эти звуки меня раздражают. Единственное, что я сейчас хотела — найти Настю и вместе уехать домой.

За спиной я услышала, как машина Орлова резко сорвалась с места. Да, видимо он тоже был в напряжении после того, что произошло пару минут назад. Иначе зачем он так резко убрал свой телефон? Кажется, он действительно что-то скрывал.

Я ещё даже не успела подумать о том, что нужно зайти в дом Егора, как услышала осуждающий тон голоса с левой стороны от меня:

— Серьëзно?

Я повернула голову. У большого панорамного окна на улице стояли Оля, Дима, Ваня и Настя, которая продолжила:

— Я неясно выразилась в прошлый раз или что?

— Что случилось? — я сделала вид, что не понимаю, о чём она. Хотя уже было ясно, ребята только видели, как Орлов привёз меня сюда.

— Ничего, — сказала она, закидывая рюкзак на плечо. — Я еду в общагу, домой доберëшься самостоятельно.

— Ты сейчас серьёзно? — я повысила голос.

Настя даже не отреагировала на это и пошла в сторону дороги, обогнув меня. Дима и Оля стояли и наблюдали за этим, было видно, что они растеряны. Я посмотрела на них. Оля подошла ко мне и успокаивающе похлопала меня по плечу.

— Вместе вызовем такси и подкинем тебя до дома, — сказала она успокаивающим и милым тоном.

Я посмотрела на Диму с Ваней, стоящих позади Оли. Дима одобряюще кивнул, а Ваня, даже не взглянул на меня. Я поняла, что он рассержен и обижен на меня за то, что я сегодня вечером оставила его одного. Но объясняться я не стала.

Мы вызвали такси, я села на переднее пассажирское сиденье, ребята сзади. Они довезли меня до дома, а сами поехали в общежитие. Надеюсь, что Оля поговорит с Настей и она всё поймёт. Потому что Оля выглядит спокойным и рассудительным человеком. Думаю, что она сможет найти подходящие слова, чтобы усмирить Настин пыл.

Но, я поняла, что это не помогло, когда на следующий день в универе, я была в коридоре и Настя прошла мимо меня, даже не взглянув в мою сторону. Я почувствовала себя подавленно.

Во-первых за то, что я врала Насте. Мы никогда ничего друг от друга не скрывали, а тут я солгала практически на ровном месте. Скрывала от неё мой факт общения с Орловым. Ведь я могла сказать всё, как есть. Но побоялась. А теперь она увидела это всё своими глазами и не хочет больше со мной общаться.

И особенно больно, что я даже не могу с ней поделиться, рассказать ей что-то. Она мне сейчас очень нужна. Необходима. Но она просто игнорирует меня. И я её понимаю. Я бы, наверное, тоже так поступила, если бы она соврала мне о чём-то. Но соврала я.

Во-вторых, я испытывала лёгкое чувство вины перед Ваней. Мы оба оказались впервые дома у Егора и должны были там как-то быть рядом, поддерживать друг друга, а я просто сбежала. Сначала за зарядкой, затем к Орлову. Это было некрасиво по отношению к Ване. Я ведь могла написать ему, чтобы не ждал меня.

И в-третьих, меня тяготила ситуация с Орловым. Я думала, что посплю и мне станет легче. Не стало. Я не понимала, чего он хочет от меня. Какие у него намерения. И если, я не ошиблась и намерения у него серьёзные, то что это за девушка?

На экран телефона не будут ставить фото человека, который ничего не значит. Получается, она ему дорога. Будь это сестра, вряд ли бы он стал скрывать это. И его молчание. Он понимал, что спалился, но даже не попытался ничего объяснять.

Я сидела на диване в холле университета, смотрела на тёмные стены, на расписание занятий, но фокус глаз расплывался. На меня накатила жуткая тоска. Здесь было тихо. Пары уже закончились, все ушли, но я продолжала быть тут. Мне не хотелось идти домой.

Возможно, я ждала Орлова, чтобы он объяснил мне, что происходит. Но его снова нигде не было. За весь день я его ни разу не увидела. Либо он не приехал, либо он избегал меня.

Я снова почувствовала, как ком проступает в горле и поняла, что вот-вот начну плакать. И тут, боковым зрением я увидела бело-розовый силуэт.

— У тебя всё в порядке? — Ника стояла справа и взволнованно смотрела на меня.

Я аккуратно вытерла подступающие слёзы и сказала:

— Да, всё в порядке, — а затем, улыбаясь, дополнила, — ты как зефир.

Она засмеялась, прикрывая рот ладонью с длинными острыми ногтями.

— А ты забавная. Что у тебя случилось, рассказывай? — она подошла и присела рядом со мной.

— Нет, у меня правда всё в порядке, спасибо, что спросила.

Она понимающе посмотрела на меня:

— Чтобы тебе про меня ни говорили, я не такая стерва, какой меня все считают. Но если не хочешь рассказывать, потому что мы мало знакомы. Я тебя понимаю. В любом случае, не грусти. Всё наладится.

Она заботливо погладила меня по спине и взглянула в сторону коридора. Оттуда вышли Глеб с Егором. Глеб посмотрел на неё, затем на меня, но промолчал. Егор же молчать не стал:

— О, первокурсница! Сразу видно. Пары закончились, а ты всё тут, — заулыбался он во весь рот.

— Егор, ну, может человек ждёт преподавателя. Это нормально, — Ника поднялась и подошла к нему, касаясь его плеча. В этот момент Егор вздрогнул, как будто его ударило током. Его улыбка почти сразу сошла с лица и он опустил глаза, полубоком поглядывая в сторону Ники, которая уже обнимала Глеба за его предплечье. Странная реакция.

— Лиза, так ты будешь ещё тут? — дополнила она.

— Да, я действительно жду преподавателя, так что пока буду тут.

— Хорошо, — сказала Ника. — Пойдёмте ребят, — она потянула Глеба за собой.

— Идём, — сухо сказал Глеб, не отрывая от меня свой серьёзный взгляд. От этого взгляда мне стало не по себе. Он смотрел без злости и агрессии, но было в его глазах что-то пугающее.

Ника и Егор попрощались со мной, а Глеб просто развернулся и последовал за ними, ничего не сказав.

Когда они скрылись в коридоре, я выдохнула. Меня слегка напугал Глеб. Он слишком молчаливый и странный. Удивительно, что когда-то он играл с Орловым в одной команде. Возможно, у них, действительно был конфликт.

Меня также удивила Ника. Я не понимала, какие у неё планы, но кажется, она пыталась подружиться со мной. Вопрос только в том, зачем ей это. Может быть она ревнует Орлова? Теория о том, что у Глеба с ним мог быть конфликт именно из-за Ники, всё-таки имеет место быть. У меня складывается впечатление, что здесь никому нельзя доверять.

Я пробыла в коридоре ещё минут двадцать, но Орлов так и не появился. Значит, видимо, сегодня мы уже не увидимся. По пути на первый этаж, на лестнице, мне встретилась уборщица, которая тщательно мыла лестничную клетку. Она недовольным взглядом посмотрела, как я аккуратно проскочила по только что вымытым ступенькам и вздохнув, начала мыть их заново.

На улице также никого не было. Пустая площадка около университета, по которой гулял сильный ветер. Сегодня чуть более прохладный день, чем вчера. Надо было утром взять с собой куртку.

Я уже направилась в сторону дороги, как вдруг увидела Марину Ивановну, которая тащила в руках двухметровое дерево из картона. Точнее, она пыталась его тащить, но она была ростом примерно с меня. Потому картонное дерево каждый раз волочилось по асфальту, а она снова закидывая его повыше, пыталась этого избежать. Я решила ей помочь. Вдвоём это было бы сделать намного проще. И картонное дерево было бы в сохранности.

— О, дорогая, спасибо тебе большое, — расплылась она в улыбке. — Студенты хотят устраивать праздники, но перетаскивать реквизит обратно, не хотят.

Я улыбнулась, мы взяли дерево в руки, я за макушку, она за подставку и потащили его в корпус. Она шла первой. А я, держала макушку картонного дерева и думала о том, что мне так даже проще, всё равно, я не хочу пока идти домой. Есть возможность задержаться подольше в университете. Может ещё встречу Орлова.

Мы поднялись в актовый зал, по дороге снова встретившись с уборщицей и затоптав только что вымытую лестничную клетку. Она проводила нас недовольным взглядом и снова принялась её мыть.

Марина Ивановна взяла в актовом зале ещё несколько сумок с реквизитом и сложила их у входа. Она отправила меня за кулисы. Я поднялась на сцену и зашла туда. Ровно туда, где были стулья, на которых недавно мы сидели с Орловым и болтали.

Стулья до сих пор стояли в том же положении, как и тогда. На меня нахлынули воспоминания. Его касания, его руки на моей талии, наш вчерашний поцелуй…

Но вдруг я вспомнила про ключи от запасного выхода за сценой, блин, они же до сих пор были у меня в рюкзаке. Я оглянулась. Марины Ивановны нигде не было, видимо начала относить сумки в коридор. Я быстро, но тихо прошмыгнула в узкий коридор и повесила ключи обратно на крючок. Теперь надо было незаметно вернуться назад.

— Лиза, ты где? — Марина Ивановна кричала откуда-то из-за кулис.

— Марина Ивановна, несу, — я подхватила один из стульев и пошла на её голос.

— А ну ка, поставь его! — возмущённо и испуганно вскрикнула она, увидев, как я тащу стул в руках. — Ты что! Девочкам нельзя носить тяжести. За этим мы сюда отправим мальчишек.

Я поставила стул посреди сцены и пошла за последней сумкой реквизита у входа. По пути к сумке, я проверила телефон, может быть Настя писала мне. Но тут снова не ловила сеть. Это так странно. Во всём корпусе ловит отлично, а тут ну совсем никак. Видимо, слишком толстые стены.

Когда мы вышли из актового зала, я помогла Марине Ивановне отнести сумки в её кабинет, она предложила попить чай, но я вежливо отказалась. Тогда она рассыпалась благодарностями и пожелала мне хорошего дня.

Я пошла домой пешком. В голове крутилась одна мысль, за другой. Я даже не заметила, как прошла несколько лишних кварталов и забрела в соседний район. Здесь я была впервые и не очень понимала куда идти, чтобы попасть к своему дому. Район был похож на мой. Те же двухэтажные дома, такие же участки без забора. Но здесь было больше припаркованных машин. И велосипедов, оставленных прямо у дверей.

Через дорогу женщина выгуливала собаку. Я подошла к ней, извинилась и спросила дорогу. Она любезно объяснила мне, как выйти на мою улицу. Как оказалось, я просто прошла мимо своего дома м теперь мне нужно было идти в обратном направлении. Я поблагодарила её и развернулась в сторону моего дома.

Я чуть двинулась вперёд и вдруг почувствовала на себе чей-то пронзительный взгляд. Я остановилась и посмотрела по сторонам, как вдруг кое-что заметила. На другой стороне улицы стоял тот самый серый, старый, ржавый автомобиль из супермаркета и с водительского места на меня смотрел тот самый пожилой мужчина. Его лицо было напряжено, а взгляд явно был враждебным. Я не на шутку испугалась и уже было хотела вернуться к этой женщине с собакой, но он резко сорвался с места и уехал. Он что меня преследует? Это было жутко. Я поспешила домой.

Когда я уже была около дома, я вдруг ощутила надежду, что, когда зайду домой, окажется, что Настя тайком пришла к нам и готова поговорить со мной.

Но нет. Дома не было никого. Мама была в гостях у дяди Вити. Я увидела её через окно нашей кухни в окне его дома, когда зашла попить воды. Соответственно, Настя тут тоже не могла быть. Мы ещё не сделали ей копию ключей от этого дома. В моём городе, у неё всегда были ключи от моего дома. Мои родители воспринимали её, как свою вторую дочь. Поэтому она могла приходить в любой момент, без предупреждения и никого это не напрягало.

Я расстроилась, потому что я очень хотела рассказать Насте про этого пожилого мужчину, деда, назовём его так. Из-за его странного поведения я не ощущала себя в безопасности. Я не знала, чем мне себя отвлечь от испытанного стресса.

Я заперла дверь и включила сериал на планшете, устроившись в гостиной на диване. Решила, что так смогу успокоиться. Выйти из дома и дойти до дяди Вити я побоялась. Вдруг этот дед следит за мной и находится сейчас на моей улице. Если я выйду из дома, он увидит и поймёт, где я живу.

Одна серия, вторая серия, на третьей я уже крепко спала на диване в гостиной. Меня разбудил сигнал планшета, он разрядился и выключился. Я открыла глаза и сначала не поняла, что происходит.

За окном было уже темно. Сколько я вообще проспала? Я встала и пошла в комнату, чтобы поставить планшет на зарядку. Мамы дома так и не было. Наверное, обсуждают с дядей Витей о том, как удачно в воскресенье мы ездили за шкафами.

Планшет не захотел сразу включаться, потому я оставила его в комнате и пошла вниз, чтобы попить воды. Когда я спускалась по лестнице, в дверь громко постучали.

Я резко остановилась. Дома было темно, на улице тоже. Я одна. Кто это может быть? Мама не из тех, кто забудет ключи дома.

Стук повторился. Ещё громче.

— Кто там? — крикнула я с лестницы.

Но в ответ была тишина. Ни звука, ни шороха. Первой мыслью было то, что это Настя. Но я быстро отмахнулась от этой идеи, потому что Настя бы уже ответила мне. А здесь тишина. Мне стало страшно. Я на цыпочках спустилась к двери, подошла к ней совсем близко, осталось только заглянуть в глазок.

Снова стук. Настолько громкий и неожиданный, что я отскочила от двери. Я опять спросила, кто там, но в ответ была тишина. Похоже этот дед всё-таки узнал, где я живу. Мне стало очень страшно. Я аккуратно подошла к двери, и, опираясь трясущимися руками за её ручку, слегка прищурившись, потянулась посмотреть в глазок.

Блин, это Орлов! Я резко отстранилась от глазка. На тот момент мой испуг достиг предела и я думала, что дед меня уже нашёл! А это был Орлов! Откуда он вообще знал, где я живу?!

Я присмотрелась ещё раз в глазок и поняла, что он в наушниках. Так вот почему он не отвечал. Как же я напугалась. Блин, он же сейчас уйдёт, пока я тут размышляю. Надо узнать, чего он хочет и как он узнал, где я живу.

Я резко открыла дверь. Он видимо уже не ждал, что я открою, поэтому очень удивился, взглянув на меня. Нет, серьёзно, он прям таращился.

— Ничего себе, — сказал он и заулыбался. — Вот это ты гостей встречаешь у двери.

В этот момент до меня дошло, что я стою перед ним в одной хлопковой ночнушке, которая только слегка прикрывает бёдра. Я засмущалась и потянула подол ночнушки вниз.

Он заметил это, расстегнул свою толстовку, снял и надел её на меня.

— Похоже, потихоньку, моя одежда становится твоей, — заулыбался он.

Я стояла и улыбалась как дура, закутываясь в его толстовку. Страх потихоньку уходил на задний план. Несмотря на всë, что происходило ранее, я была очень рада видеть Орлова, потому что соскучилась. Да и обрадовалась, потому что это был не дед. Я выглянула на улицу и осмотрелась вокруг. Здесь никого не было. Только вдалеке я слышала шум проезжающих машин.

— Ладно, я тебя одел, получается согрел, пойду я тогда, — он вдруг стал растерянным.

— А что ты тут делаешь? — спросила я.

Он снял оба наушника и убрал их в карман шорт.

— Вечерняя пробежка. Решил заглянуть к тебе, — на секунду он замолчал. — Хотелось увидеть тебя.

Мое сердце начало биться быстрее. Мне уже было всё равно на его телефон. На то, что он откуда-то знает, где я живу. На деда, который смотрел на меня мрачным взглядом. Я в эту же секунду всё напрочь забыла. Орлов убрал всю мою тревогу своим присутствием. Он оказался у моего дома, просто, чтобы увидеть меня. Что может быть ещё более милым? Я снова ощутила то, что хочу оказаться ближе к нему.

— Ладно, — сказал он. — Пойду я.

— Уже? — сказала я расстроенно.

— Ну да. Я тебя увидел, цель дня достигнута.

Ну уж нет, Орлов, так просто я тебя не отпущу.

— Не хочешь зайти? — спросила я.

Его глаза округлились и он заметно растерялся. Кажется я застала его врасплох тем, что пригласила его в гости. Я показала жестом руки проходить внутрь и он осторожно зашёл.

Я поняла, что он волнуется, когда он начал потирать свои ладони, а затем, в попытке снять обувь, не рассчитал и один кроссовок отлетел прямо на кухню. Он извинился и сбегал за ним, вернув его обратно в коридор.

— Классно у тебя дома, — неловко сказал он.

— Это ещё что! У меня своя ванная! — гордо сказала я.

Он заулыбался и неловко опустил глаза.

— Пойдём, — я взяла его за руку и потянула наверх.

Он шёл за мной по лестнице и я не понимала, откуда во мне проснулась такая уверенность. Но я намеренно тащила его в свою комнату. Возможно, моя уверенность опиралась на то, что я на своей территории, а возможно и на то, что он сам пришёл ко мне домой. Или может быть рядом с ним я обрела уверенность? Я не знаю.

Мы зашли в мою комнату, он осмотрелся. Окно было приоткрыто. С улицы был слышен шум машин. Я уже успела украсить комнату всеми вещами, которые были в коробках и теперь здесь была не только моя кровать и комод.

Мы с мамой и дядей Витей поставили небольшой шкаф в углу, который купили в воскресенье. Я повесила над комодом фотографии. На комод поставила лампу. Когда я пришла поставить планшет на зарядку, я включила её. И сейчас она освещала комнату, создавая приглушённое, но уютное, тёплое освещение. Над кроватью аккуратно висел ловец снов, слегка покачиваясь от ветра.

Орлов увидел проход в ванную и, указав туда пальцем сказал:

— Да, это реально круто.

Я засмеялась и присела на кровать.

— Да, знаешь, в прошлом доме у меня не было своей ванной, мы делили её на троих. И каждое утро у нас была игра, кто первый займет её.

— И ты всегда выигрывала? — он осторожно присел рядом.

— Я похожа на человека, который проигрывает?

Блин, откуда во мне вдруг оказалось столько много уверенности? Говорю, прям как Настя.

Он смущённо заулыбался и посмотрел на меня. Его рука оказалась рядом с моей и он начал аккуратно гладить моё запястье. Осторожно и очень нежно.

— Нет, совсем не похожа. Ты вообще ни на кого не похожа, — сказал он, продолжая смотреть мне в глаза.

Мне было трудно отвести от него взгляд. Я смотрела на него и отметила для себя, как особенно красиво он выглядел под светом моей лампы. Его глаза сверкали и скулы слегка дрожали. Я с нетерпением наблюдала за ним и ждала, что будет дальше. Он потянулся ко мне ближе, и приспустил свою толстовку с меня, обнажив моё плечо. Моё тело пробрала лёгкая дрожь, перетекающая в приятное тепло.

— Здесь жарко, — тихо прошептал он, наклонившись к моему уху. Моё дыхание участилось, я даже не заметила, как придвинулась ближе к нему. Он ещё немного приспустил толстовку и я почувствовала, как его губы нежно коснулись моего плеча. У меня внутри всё перевернулось. Его губы продолжали двигаться всё выше.

Когда он поцеловал мою шею, мне кажется, я перестала трезво мыслить. Мне только хотелось одного, чтобы он не останавливался. Он и не собирался. Когда я почувствовала его губы на своих губах, я ответила ему на поцелуй и обняла его за шею. Наш поцелуй стал таким, что у меня перехватило дыхание. Я почувствовала как его руки скользят по моей спине. Через секунду его толстовка была уже на полу.

Он обнял меня за талию обеими руками и я ощутила тепло его рук через ткань ночнушки. Мы не могли оторваться друг от друга и продолжали целоваться. Он приподнял меня и с силой притянул к себе, максимально прижавшись ко мне своей грудью. Я продолжила его целовать и запустила руку в его волосы. Его дыхание участилось и он, не отрываясь от моих губ и продолжая крепко удерживать меня обеими руками, прилёг на спину.

Я поддалась ему и прижалась ещё ближе. Его губы снова спустились на мою шею. Тепло разливалось по моему телу. Затем он снова оказался около моих губ, я потянулась, чтобы поцеловать его, но он, словно играя со мной слегка отстранился и я услышала, как он улыбается.

Его правая рука проскользнула с моей талии, к моей шее и погладив её, оказалась у моего лица. Я расслабила губы, он взял меня за подбородок и нежно провел по нему большим пальцем руки. Моё сердце забилось еще сильнее. Я снова ощутила его губы на своих губах, но более ярко, чем ранее. Я опустила руку на его шею и обхватила её сзади, когда почувствовала, как его левая рука скользит на моем колене и медленно начинает двигаться к бедру. Я оторвалась от его губ и посмотрела на него:

—Что ты со мной делаешь? — прошептала я.

Он заулыбался и его руки вернулись ко мне на талию. Он крепко обнял меня и снова поцеловал. Я уже была готова продолжить этот поцелуй, как вдруг:

— Лиза, я дома!

Мама крикнула на весь дом и хлопнула входной дверью. Я резко вскочила с кровати. Орлов поглядел на меня, заулыбался и шёпотом спросил:

— Что будем делать?

— Жди здесь.

Я забежала в ванную, быстро накинула на себя большие спортивные штаны и футболку. Теперь, оставалось придумать, что сказать.

— Здравствуйте, — Орлов сказал моей маме. Блин, она уже была тут.

Я вышла из ванной и увидела, как Орлов стоит у моей кровати, а в дверях стоит моя изумлённая мама.

— Мам, это Саша, я попросила его зайти сегодня, у меня не работал планшет.

— А Саша чинит планшеты? — с ухмылкой спросила она.

— Нет, просто у меня точно такой же планшет, поэтому она знала к кому обратиться. — сказал Орлов.

Ого. Какое у нас с ним совпадение мыслей! Это мило.

— Хорошо, Саша. Я Ирина. Можно просто тётя Ирина.

Орлов пожал ей руку, а я подскочила к нему и сказав, что ему пора домой, потащила его вниз по лестнице, он быстро обулся, крикнул моей маме до свидания и выскочил на улицу. Я вышла за ним.

— Вот это вечер, — запыхавшись сказал он.

— Это точно, — улыбаясь сказала я. — Жаль, что такой короткий.

Он подошёл ко мне, обнял меня и чмокнул в губы:

— Зато какой.

— Ладно, иди уже, — заулыбалась я.

Он отошёл, вставил наушники в уши, улыбнулся и побежал в сторону от моего дома. Я проводила его взглядом и зашла домой. Мама стояла на кухне и улыбалась:

— Серьёзно, планшет?

— Планшет, — с улыбкой ответила я и заперла за собой дверь.

Мама кивнула мне, взяла своё мороженое из холодильника и пошла в свою комнату. Я подошла к кувшину и налила себе стакан воды.

Да уж, точно, вот это вечер. Внутри всё ещё присутствует лёгкая дрожь и ощущение, что мне хочется ещё. Не знаю, как он это делает. Рядом с ним мне спокойно, но когда он касается меня, я теряю контроль. Надо ложиться спать. Хотя как теперь уснуть?

Я поднялась в комнату и закрыла дверь. Приоткрыв окно, я взяла телефон, но на нём так и не было уведомлений. В принципе, на сегодня меня это уже не волновало. Телефон я поставила на зарядку. А теперь душ и спать.

Но тут на моем ноутбуке послышался звук входящего уведомления. Наверное это Орлов. Я заулыбалась, взяла ноутбук и уселась на кровать. Я хотела продолжить с ним вечер, пусть даже в формате переписки.

У вас новый запрос на добавление в друзья от Неизвестного Отправителя.

О как, мистер Орлов, мы решили поиграть в загадочность, хорошо. Я приняла заявку, но далее не последовало никакого сообщения. Подождав пару минут, я решила не терять время и пошла в душ. Когда я принимала душ, я вспоминала то, что только что произошло. Мы с ним сблизились. Именно так, как я и хотела. И если бы мама не пришла домой так рано, думаю, что наше сближение бы усилилось.

Когда я нахожусь рядом с ним и он не отстраняется от меня, и не убегает, я ощущаю, что хочу, чтобы всё длилось, как можно дольше. Чтобы наше сближение постоянно нарастало. Ещё раз прокрутив эти мысли, кажется раз десять в моей голове, я чётко для себя приняла решение, что я правда в него влюбилась. И что уже по нему скучаю.

Когда я вышла из душа, я поставила ноутбук на комод и расправила постель. В комнате ещё стоял аромат его парфюма, потому я легла на кровать и вздохнув, стала снова погружаться в свои мысли. Но в этот момент мой ноутбук издал звук уведомления. Я вспомнила, что забыла его на комоде. Поднявшись с постели, я подошла к комоду и взяла его с собой на постель. не глядя на экран. Когда я устроилась поудобнее, я снова заглянула в ноутбук.

Сообщение от Неизвестного Отправителя: Оставь Орлова в покое. Иначе ты пожалеешь.

По телу пробежал холод. Я посмотрела на экран и перечитала несколько раз это сообщение, но слова остались теми же. Заглянув на страницу отправителя, я поняла, что это абсолютно пустой аккаунт. В сети. Я нажала кнопку заблокировать настолько быстро, насколько могла. Но я успела увидеть, что Неизвестный Отправитель начал снова печатать мне сообщение.

Я резко захлопнула ноутбук и на пару секунд застыла. Кто это? Блин, а как он или она узнали про нас с Орловым? Подумав об этом, я резко подбежала к окну. На улице было темно, никого не было. Атмосфера полной тишины и спокойствия. Но я всё равно ощутила нарастающее чувство тревоги.

Кажется за мной следят.

Глава 10.

Ночью я не спала. Я всё думала и думала об этом сообщении. Оно выглядело достаточно серьёзным. Я снова открыла ноутбук. Неизвестный Отправитель был в сети в 23:56. Время 0:46, за час он больше не заходил на свою страницу. Это явно не основной аккаунт этого человека. Но кто это? Кто станет мне угрожать из-за Орлова? Да и зачем?

Может быть это просто чей-то несмешной розыгрыш или попытка припугнуть меня. Вряд ли человек по ту сторону экрана всерьёз намерен причинить мне вред. Скорее это выглядело, просто как предупреждение.

Может быть это Ника? Она видела нас с Орловым. Да и то, как они с Глебом странно смотрели на нас… А может она вместе с Глебом это и написала. Втëрлась ко мне в доверие, чтобы я на неё не подумала и, пожалуйста, так и появился Неизвестный Отправитель.

Но тут возникла неожиданная и пугающая мысль. А может быть это сам Орлов? Какова вероятность, что он так решил отвлечь меня от той ситуации с его телефоном, переключив моë внимание на сообщения от анонима. Это вполне возможно.

Или это та девушка, с экрана его телефона? Может быть, он действительно в отношениях с ней и она заподозрила что-то, проследила за ним и увидела нас у моего дома?

Так, стоп! Может быть это Настя?!

В этот момент я резко поднялась с кровати и луч солнца попал мне прямо в глаз. Я прищурилась и поняла, что уже наступило утро. Блин, я не спала всю ночь, думая об этом сообщении. Придётся идти в универ невыспавшейся.

Мне надо поговорить с Настей. Может быть она вообще пришла вчера к моему дому, чтобы помириться со мной и издалека увидела нас с Орловым на крыльце. Потому что, что-то мне подсказывает, что это она решила так меня припугнуть. А может быть она это всё придумала, чтобы я первая пришла к ней мириться. Что ж, так и сделаю.

Я быстро приняла душ, собралась и пошла в универ. Но в универе Насти не было. Да и не только её. Я не увидела ни Оли, ни Димы, ни даже Ваня на пришёл на занятия. А Ваня не из тех, кто будет пропускать учёбу. Какое странное совпадение.

Я решила, что после занятий я пойду к ним в общагу и поговорю с ними. Как минимум, я была уверена, что это кто-то из них решил меня таким образом запугать. Как максимум, мне надо помириться с Настей, даже если это написала не она. Потому что мы молчим несколько дней, а я не хочу терять подругу.

Занятия закончились, и я быстрым шагом направилась вниз по лестнице на выход. Общага находилась в соседнем здании, за углом. Сейчас попробую зайти туда по студенческому, на крайний случай позвоню Насте, чтобы спустилась и меня пропустили к ней. Если спустится, конечно. Неважно, она написала это или нет, она сто процентов всё ещё злилась на меня.

Я вышла на улицу и направилась за угол корпуса, в сторону общаги. Как только я завернула за угол, я резко столкнулась с Орловым, который шёл навстречу и явно не ожидал меня тут увидеть.

— Привет! — сказал он, глядя на меня удивлёнными глазами.

— Привет, — замешкавшись, сказала я. — Ты чего тут делаешь?

Он растерялся и стал ворошить волосы на своём затылке:

— Искал, — он сделал небольшую паузу. — Тебя.

— За корпусом? — удивлённо спросила я.

— Ну, а вдруг, ты тут, — неловко продолжил он. — Ты непредсказуема, — он заулыбался.

Он мне врал. Я сразу это поняла. Конечно, можно было обрадоваться, что он ходит и ищет меня, но это было не так. Я не глупая. Это задняя сторона здания университета. Студенты тут либо просто проходят мимо, либо идут в общежитие. А, ну и ещё, здесь вход в спортзал с улицы. Но что из этого тут делал он?

Я опустила взгляд и обратила внимание на планшет в его руке. Планшет был разблокирован и там была переписка с кем-то. Я попыталась разглядеть получше, но он заметил это и резко спрятал планшет за спиной, продолжая улыбаться.

— Конспекты? — я указала взглядом на планшет, экран которого всё равно торчал из-за его спины.

— Ну, как бы… Да, — неловко улыбаясь ответил он и резко сменил тему. — А ты куда идёшь то?

Вдруг меня охватило странное ощущение того, что он не просто мне врёт, он что-то скрывает. Может быть, это действительно был он? Сделал на планшете аккаунт Неизвестного Отправителя и решил меня так отвлечь. Мне стало некомфортно от этих мыслей и я резко обошла его, направляясь в сторону общаги.

— К подруге, — крикнула я и начала удаляться от него. Он обернулся и растерянно смотрел мне вслед, убирая планшет в рюкзак. Здесь явно было что-то не так.

Я подошла к общежитию. Это было старое пятиэтажное здание из кирпича, с множеством окон. Около общежития было пусто. Каменная лестница, которая явно нуждалась в ремонте, вела ко входной металлической двери с домофоном. Ключей у меня естественно не было. Но через полминуты, дверь открылась и оттуда вышли пара студентов. Они придержали мне дверь и я проскочила внутрь.

Приглушённый свет холла слабо освещал вахтёршу, которая сидела на своём рабочем месте. Ремонт в общежитии был свежий и достаточно современный. Не то, что снаружи. Снаружи здание выглядело более устаревшим. Но вот освещение тут оставляло желать лучшего.

Общага была приятной по атмосфере внутри. Большие окна, широкие дверные проёмы, кафель на полу. Здесь стоял запах кофе и жареных чебуреков. По коридорам ходили студенты, также, как и в университете. Только отличие было в том, что многие из них были в пижамах.

Вахтёрша посмотрела на меня строгим взглядом и приспустив очки, спросила, куда я направляюсь. После недолгого разговора, она разрешила мне пройти к Насте. Как я поняла из нашего с ней разговора, было достаточно того, что у меня был с собой студенческий билет. Он даёт возможность, как минимум осмотреть общежитие, вдруг я захочу тут жить.

Она любезно объяснила мне, на какой этаж мне подняться. Я повернулась направо и пошла в сторону лифта. Пройдя чуть по коридору, пропустив бегущих на меня студентов в пижамах, я подошла к лифту, нажала кнопку и стала ждать.

— О, ты тут! А почему ты тут?

Я повернулась налево и увидела, как к лифту подходит Ваня. Он был одет в клетчатые домашние штаны и белую майку, которая очень выгодно подчёркивала рельеф мышц на его руках. Он держал в руках большой пакет с продуктами.

— Ты в магазин ходил? — спросила я.

— Нет, — засмеялся он. — Доставка. Спустился, чтобы забрать, — он тоже нажал на кнопку лифта и снова спросил. — А ты чего тут?

— К Насте пришла. Ну и видимо к вам.

Лифт подъехал и открылся перед нами, Ваня воспитанно уступил мне дорогу:

— Заходи, — сказал он, заходя следом и нажав кнопку третьего этажа. — Хорошо я заказал побольше еды, сейчас и тебя накормлю.

Двери лифта закрылись и мы поехали наверх. Ваня стоял рядом и молчал, лишь изредка поглядывая на меня и улыбаясь. Кажется, он больше не обижался. Меня это обрадовало. Хотелось бы, конечно, чтобы и Настя уже остыла. Но если бы она остыла, она бы написала мне или пришла бы к моему дому. Значит, она всё ещё злилась.

Когда двери лифта снова открылись, мы оказались в светлом коридоре. Он вёл к большому окну через которое попадал яркий солнечный свет. По бокам были двери в комнаты. Здесь жили студенты. У многих дверей стояла обувь, велосипеды, какие-то коробки. Ваня, с гордостью неся пакет с продуктами, направился в конец коридора. Я быстро последовала за ним.

— Вот здесь, — он указал на дверь слева. — Живут Настя с Олей. А вот здесь мы с братом, — он указал на дверь напротив.

Я поглядела вперёд и увидела ещё одну открытую дверь справа, откуда доносились лязганье кастрюль и запах еды.

— Кухня? — я вопросительно указала туда взглядом.

— Да! Всё рядом, прикинь! — радостным тоном сказал он. — Ладно я пойду готовить, а ты пока иди к девчонкам.

Он развернулся и пошёл на кухню, радостно держа пакет в руках. С кухни так вкусно пахло, что я услышала, как урчит мой желудок. Ещё бы — я ни спала, ни ела. Но нужно было сначала решить вопрос с Настей. Я, почувствовав лёгкое волнение, повернулась к её двери и постучала. Дверь открыла Оля, которая совсем не ожидала меня увидеть и заулыбалась.

— У нас гости! — крикнула она и пропустила меня в комнату. — Заходи.

Я вошла внутрь. Здесь было очень уютно. Две кровати стояли рядом, у стены. У кроватей были письменные столы со стульями, полки с книгами и небольшой комод. Также я увидела проход в небольшую ванную комнату, примыкающую к основной комнате, в которой были маленькая душевая кабина, умывальник и туалет. Я увидела Настю со спины, она стояла у книжной полки, перебирая книги, и спросила Олю:

— Кто там?

— Я, — сказала я тихо.

Настя резко замедлилась, поставила несколько книг обратно на полку, обернулась и посмотрела на меня. Её лицо резко изменилось. Я увидела, как она сдерживает улыбку, потому что рада меня видеть. Но было видно, что она ещё обижена.

— Какие люди, — сказала она. — Что тебе вдруг тут понадобилось?

— Настя! — серьёзным тоном Оля остановила её.

— Нет, ну а что? Три дня молчит, ничего не пишет, не извиняется, — возмущённо сказала она.

— Прости, — виновато сказала я. — Мне очень стыдно, что я тебе соврала. И я очень по тебе скучаю, пожалуйста, прекрати на меня обижаться.

Она посмотрела на меня и наконец улыбнулась, затем подошла ко мне и обняла меня:

— Пупсик, всё хорошо, я тоже по тебе соскучилась.

Я обняла её в ответ и мне стало так спокойно и хорошо на душе. В этот момент я пообещала себе, что больше не буду ей врать. Никогда. Мне её не хватало всё эти дни и мне столько нужно было рассказать. Оля подошла к нам и тоже нас обняла. В этот момент в дверь зашёл Дима и очень удивился, увидев меня.

— Лиза, неожиданно, привет! — воскликнул он, но тут же отскочил назад, потому что Настя уже бежала на него.

— Юрьев, я же просила, стучаться!

Он засмеялся и стал уворачиваться от Настиной ладони. После нескольких неудачных попыток Настя тоже начала смеяться. Они обнялись и продолжили хохотать на всю комнату.

— Это нормально, — Оля повернулась ко мне. — Они вечно бесятся.

— Да, у нас детство всё ещё играет, — довольная Настя вклинилась в диалог.

Я стояла растерянно. Настя заметила это. Немного замешкавшись, она подошла ко мне, встала, соединив руки под грудью, и спросила:

— Так что случилось?

— Мне вчера пришло сообщение, я хотела узнать, не вы ли мне его написали.

— Нет, пупсик, я тебе точно ничего не писала, а Вы ребят?

Оля и Дима отрицательно покачали головой.

— А что тебе написали? — задумчиво спросила Оля.

— Что я должна прекратить общение с Орловым, иначе пожалею.

— Ну! — Настя подхватила эту мысль. — Я тебе это итак говорила. Но это писала не я, пупсик. Зачем вообще мне такое писать? Я тебе это и так лично сказала. И не один раз, кстати.

— Я просто подумала, вдруг ты как-то увидела, как вчера Орлов был у меня дома и потому от обиды решила пошутить.

Все трое резко выпучили на меня глаза. Оля заулыбалась, а Настя подскочила ко мне ещё ближе:

— Орлов был у тебя дома?! Ну ка, рассказывай подробности!

В этот момент в комнату зашёл Ваня с булочками на тарелке и его лицо резко изменилось с довольного на немного грустное. Я поняла, что ему неприятно было это слышать. Да и мне было неловко говорить об этом при всех, потому я ответила:

— Да какие подробности, просто зашёл, водички попил и ушёл.

— Водички? — Настя ухмыльнулась и хитро посмотрела на меня.

— Да, водички, — я повернулась к ней и взглядом дала понять, что этот диалог лучше продолжить наедине. — И всё.

Настя мельком взглянула на Ваню и всё поняла. Она резко сменила тему.

— Давай поподробнее, что тебе там написали? — сказала она.

Я протянула ей телефон, где также продублировалось это сообщение в социальной сети. Ребята обступили Настю и заглянули в экран. Настя прочитала несколько раз сообщение вслух и затем зашла на аккаунт Неизвестного Отправителя.

— Хм, ну аккаунт у него пустой, — сказала она. — Ну или у неё. Как думаешь, кто это может быть? — она обратилась к Оле.

— Понятия не имею. Это может быть кто угодно, кто видел тебя с Орловым, Лиз.

Я задумалась. Нас видели много кто: Ника, Глеб, ребята, люди на пляже, возможно даже тот дед. Стоп, точно!

— Дед! — выпалила я.

Все четверо удивлённо посмотрели на меня.

— Дед? Какой дед? — уточнила Оля.

— Дед, на старой машине. Блин, когда мы с Орловым были у супермаркета, его машина стояла рядом с нами и возможно он нас видел. И вчера я этого деда тоже видела, на соседнем районе. Он очень злобно смотрел на меня. Мне показалось, что он за мной следит.

— У супермаркета… Стоп, что, вы ещё и там виделись? — удивлённо спросила Настя.

— Насть, давай это потом обсудим, — перебила её Оля. — Лиза, можешь описать, как выглядел этот дед?

— Не знаю, обычный, лет под семьдесят. Дед, как дед. В клетчатой рубашке, в очках.

— А машина у него какая? — Оля будто бы знала о ком я говорю.

— Серая и ржавая, — сказала я.

Все четверо переглянулись и Оля сказала мне:

— Он всегда такой злой. Но, насколько я знаю, он не опасен. Хотя многие боялись его, с тех пор как…

Оля замолчала и посмотрела на Настю. Настя стояла и, нахмурившись смотрела на меня. Я повела взглядом в сторону Димы и Вани. Было видно, что Ваня, как и я, не понимал, что происходит и ждал ответа. Дима же просто смотрел в пол, совершенно не поднимая взгляд. Казалось, что ему то ли неинтересна эта тема, то ли наоборот она слишком сильно его цепляет.

— С тех пор, как что?! — я не выдержала.

Дима резко поднял на меня глаза. Оля стояла растерянно и не знала, что мне сказать. Тогда Настя, засунув руки за спину, выдохнула и сказала:

— С тех пор, как исчезла Даша.

— Кто такая Даша?! — я уже совсем не понимала, что происходит.

Настя с Олей снова взволнованно переглянулись. Настя, выдержав небольшую паузу, закончила свою фразу:

— Это девушка Орлова. Ты разве не смотришь новости? Это всё было по телевизору. Да и в интернете.

От неожиданности я просто замолчала, сжав губы. Да, я помню этот выпуск новостей, о том, что исчезла 19-летняя девушка в этом городе. Так вот, почему девушка на заставке телефона Орлова показалась мне знакомой. Длинноволосая, рыжая, в светлой одежде. Это же фото использовали в новостях.

Это была она. Значит он до сих пор её любит, раз он хранит её фото на заставке телефона. Или он хранит не только её фото, но и какие-то другие тайны, связанные с ней. Мысли начали путаться. Меня пробрала ужасающая дрожь.

Настя же предупреждала не сближаться с ним. А теперь кто-то угрожает мне за это сближение. А вдруг это он сам? Он слишком странно повёл себя, когда встретил меня сегодня. И соврал мне.

Мысль о том, что, возможно он причастен к её исчезновению, тревожно родилась у меня в голове, но я не позволяла себе так думать. Мне не хотелось преждевременно делать выводы. Потому что я не знала, что на самом деле здесь происходило, когда Даша исчезла. И обвинять Орлова, даже мысленно, не поняв, что случилось — глупо. Как и доверять ему. Потому что сомнения у меня всё же закрались.

— Ты как? — Оля взяла меня за плечо.

— Нормально, — сухо ответила я, взглянув на Настю.

По ней было видно, что она расстроена, что не сказала мне об этом раньше. Если бы она предупредила меня заранее, я бы относилась к Орлову с большей осторожностью. Потому что теперь всё его поведение выглядит странно. То что он подходил ко мне. Он знает про тайные ходы в актовом зале. Он каким-то образом узнал, где я живу.

Но я не винила Настю. Орлов меня зацепил, и ведь, эта его таинственность и привлекала меня. Нет гарантии того, что даже если бы я узнала об исчезновении его девушки, я бы с ним не сблизилась. Возможно, меня бы и это не смутило. Ведь рядом с ним я испытываю что-то, что никогда не испытывала ранее. Не знаю. Эта новость выбила меня из колеи и мысли спутались. Неужели я ошиблась насчёт него?

Наблюдая за этой картиной, Оля пощëлкала пальцами в воздухе, будто бы пытаясь вернуть нас в реальность.

— Так, а ну берём себя в руки, — она подошла к Диме и подняла его за подбородок, чтобы он смотрел на нас, а не на пол. — Все!

Дима несколько раз моргнул и сосредоточился на нас. Я заметила нечто странное в его поведении, будто бы его чуть сильнее заботила эта история, чем остальных ребят. Может быть он что-то знал? Или просто переживал за своего брата?

Я вспомнила, что мама с отцом тоже переживали, касаемо этого исчезновения. Мама немного боялась ехать сюда, только из-за этого. Но по итогу, они с отцом успокоились и поэтому мы с мамой всё же переехали сюда. Потому, переживания Димы мне стали вполне ясны. Он просто переживает за брата.

— Так вот этот дед, его подозревали, — продолжила Оля.

— Почему? — спросила я.

Понятное дело, что должна была быть какая-то веская причина для подозрений. Не могли же его подозревать только потому что он злой и мрачный. Хотя я уже именно поэтому его и подозреваю, он слишком странный.

— Лет тридцать назад у него пропала жена. Никто не знал, куда она делась, просто человека след простыл. Он и не дрогнул даже. Жил дальше, как будто ничего не случилось. Вот все и начали думать, что это он виноват в её исчезновении. Ведь всегда чаще всего виноват кто-то из близких. Проверяли. Но улик не нашли. Когда пропала Даша, на него тоже заподозрили, из-за старой истории. Опять же, я предполагаю, естественно всех подробностей не знает никто, кроме полиции. А дед часто ездит по улицам города, высматривая людей. Вот люди и думали на него. Зачем так ведёт себя, не знаю. Может хобби у него такое, — рассказала Оля.

— Так он и меня высматривал! Блин, я же реально его видела совсем недалеко от моего дома, — испуганно сказала я.

— Деда проверяли, — Настя вступила в диалог. — Но он чист. Нету никаких доказательств, что он причастен к исчезновению Даши.

— Но он же следит за людьми, — сказала я.

— Следит. Но неизвестно, следил ли он за ней. Да и, полиция решила в отношении деда, что он просто старый человек, который может вести себя странно просто потому что он уже старый. Не более. Хотя её подруга утверждала, что за Дашей всё же следили, — сказала Настя.

— А что за подруга? — задумчиво спросила я.

— Ника, — Дима нарушил своё молчание. — Они были лучшими подругами.

— Собачка, ты хотел сказать? — язвительно произнесла Настя.

Дима медленно закрыл глаза и прищурился, словно показывая, что он согласен с ней, но не хотел бы называть человека собачкой.

— Она говорила со мной, — я решила раскрыть все карты.

Тут они все удивлённо посмотрели на меня, даже Ваня, который все это время просто стоял в стороне. Он всё слушал, но копался в телефоне до этого момента.

— Сначала дома у Егора, затем в универе, — продолжила я.

— И что сказала? — спросила Настя.

— Мне показалось, что она была дружелюбно настроена. Хотя дома у Егора, она мне сказала, чтобы я была аккуратнее с новыми знакомыми.

— Может быть это она и написала тебе? — Оля задумалась.

— Кому она может написать? О чём ты. Все о чём она думает, это её чудесный Глеб, — Настя снова съязвила.

— Глеб, кстати, тоже странно на меня смотрел, когда мы с Никой говорили в коридоре, — вспомнила я.

— А вот он! — Настя уверенно подняла указательный палец вверх. — Мог тебе написать! Я ему не доверяю. Отвернулся от друга. Таким людям верить нельзя.

— Мы все от него отвернулись, — сказала Оля, а когда увидела мой вопросительный взгляд, дополнила. — От Орлова. Мы все его подозревали. А некоторые и до сих пор, — она посмотрела на Диму.

— Но почему вы подозревали его, а не Глеба или кого-то ещё? — я пребывала в лёгком недоумении.

Оля вопросительно посмотрела на Настю, Ваню, но будто бы не получив одобрения, снова посмотрела на меня и сказала:

— Всегда подозревают кого-то из близких.

Мы стояли и смотрели друг на друга. В воздухе повисла тишина. Было слышно только, как за дверью, в коридоре ходили студенты, нарушая тишину своими разговорами. Но в этой комнате не было разговоров.

Я пыталась понять только что полученную информацию. Если Ника знала, что кто-то преследовал Дашу, то почему об этом не знал Орлов. Или он знал? Почему на меня подозрительно смотрит Глеб. Может он тоже что-то знает? Может быть он виноват в исчезновении Даши?!

В тот момент мне показалось, что я начала подозревать всех. Я даже посмотрела на ребят, но через секунду одумалась. Кто вообще её преследовал? Может это правда тот дед? Или это тот, кто написал мне сообщение? Может ли быть так, что это дед мне писал? Или же, писал тот, кто с ним в сговоре. Надо как-то узнать ещё больше информации о преследовании Даши.

— Надо поговорить с Никой, — сказала я вслух.

— О чём? — удивлённо сказала Настя, потирая ладони.

— О преследователе. Может она знает больше, чем говорит?

— Может и так, но, — Настя задумалась. — А если это они с Глебом тебе написали? Ты точно уверена, что именно с Никой нужно об этом говорить? Она ведь всё расскажет Глебу.

— В таком случае Лизе хотя бы станет понятно, что возможно это написала Ника, — сказала Оля. — Если она, или они вместе с Глебом причастны к этому… Это станет понятно по их поведению. Лиза, я пойду с тобой. Что я, зря психологию изучаю что-ли. Попробуем посмотреть, какая у Ники будет реакция.

— А нам что делать? — спросила меня Настя.

— Давайте завтра встретимся после занятий тут. А до этого, на перемене я подловлю Нику и попробую спросить её об этом, — сказала я. — Потом всё вам расскажу. Оля, ты же сможешь на третьей перемене прийти в холл?

— Конечно, буду тебя там ждать.

Я улыбнулась, попрощалась с ребятами, обняв всех по очереди, а Настю прижав к себе посильнее. Они закрыли за мной дверь и я пошла домой. Я подошла к лифту, нажала кнопку. В этот момент мимо меня снова проскочил какой-то студент. Создавалось такое впечатление, что они тут постоянно бегают по коридорам. Хотя, в оправдание им скажу, что коридоры очень длинные. Бегать тут удобно.

Лифт приехал. Я зашла внутрь, нажала кнопку первого этажа и лифт поехал вниз. По пути к выходу из общежития я попрощалась с вахтёршей. Она спросила, как мне общежитие. Было видно, что ей важно его состояние и обстановка. Мы перекинулись парой фраз об этом и я вышла из общежития, направившись в сторону дороги, ведущей к моему дому.

По дороге у меня крутились в голове разные мысли. Идея о том, чтобы расспросить Нику об исчезновении Даши, казалась хорошей, но в то же время и напрягала меня. Я пока не знала, с чего начать завтра диалог с Никой, ведь предыдущие два наших разговора были с её инициативы. Я даже не знала, где искать её в универе. В этом я больше полагалась на Олю.

И насколько это будет подозрительно выглядеть, если я начну резко спрашивать её о пропавшей подруге? Как минимум, это неправильно, так резко начинать разговор. Ведь Ника может переживать за Дашу и я могу задеть её чувства. Нужно было как-то подготовиться, хотя бы понимать, о чём говорить и что спрашивать. Чтобы разговор сложился нужным образом и никому не причинил боли.

Придя домой, я зашла на кухню и встретила там маму. Она, не отрывая глаз от сериала на ноутбуке, помахала мне рукой, в которой была ложка. Это было сделано в знак приветствия и затем, она опустила ложку в баночку с мороженым. Я тоже взяла себе мороженое из морозилки и пошла наверх по лестнице.

Зайдя в комнату, я сразу включила свет, поставила телефон с планшетом на зарядку и открыла ноутбук. Я хотела найти всю известную информацию об исчезновении Даши.

Сайтов было много. Просто куча новостных страниц, групп по её поискам, чатов с обсуждениями. Я заглянула в последние, увидела множество комментариев от людей. Люди были из разных городов, в основном из ближайших. Но все эти чаты затихли уже больше полугода назад. Последние сообщения тут были ещё в феврале. Я изучила всё, но там ничего полезного не нашла. Люди писали тоже самое, что мне ранее рассказали ребята. Я даже вспомнила тот диалог мужчин на перроне. Примерно такие же комментарии были и в чатах.

Я решила посмотреть по новостным сайтам. На каждом, открытом мною, сайте появлялось то самое её фото, которое было на заставке у Орлова. Рыжие длинные волосы, худощавая, яркий макияж, будто бы она собиралась пойти на вечеринку. На фото её лицо было спокойно и она смотрела в камеру. Её зелёные глаза смотрели на меня через экран и я почувствовала, что мне хочется понять, что с ней случилось. Что произошло на самом деле. И кто в этом виноват.

Я продолжила изучать сайты и на одном из них я совершенно случайно наткнулась на её страницу в социальной сети. Дарья Лебедева. На аватарке было совершенно другое фото, увидев которое, у меня внутри что-то ёкнуло. На фото она была с Орловым. Она смотрит в камеру и улыбается, он держит её за талию и смотрит прямо на неё. Счастливый. Его глаза горят. Видно, что он её любил. Или любит…

Я не знала, что мне думать. Я не могла долго смотреть на их совместное фото. Знаю, что это глупо, но я заревновала его к пропавшей девушке. Ведь, если бы она не пропала, он бы даже не посмотрел на меня. Она очень красивая. Возможно, ему просто одиноко и он решил заглушить своё одиночество со мной? Эта мысль разбивала мне сердце, поэтому я, пытаясь отвлечься, пролистала страницу Даши чуть ниже.

175 друзей. Поищу здесь. Так, здесь много ребят из нашего универа. Знакомые лица. Ника Алексеева, Глеб Захаров, Егор Лебедев. Так стоп, что? Егор её брат?!

Эта новость стала для меня неожиданной. Да, у них похожий цвет волос, но внешне они совсем не похожи. У меня даже мысли не возникло, что они как-то могут быть связаны родством. Получается, что Даша его сестра.

Да, к завтрашнему диалогу надо точно подготовиться. И нужно подловить момент, когда Ника будет одна. Потому что боюсь, что если наш разговор услышит Егор, ему будет очень больно. А он неплохой парень, как мне кажется. В общем, надо сделать всё очень осторожно. Конечно, Ника, может рассказать ему потом об этом разговоре. Но лучше пусть он узнаёт от неё, чем случайно услышит, как малознакомая первокурсница пытается выяснить что-то про про его сестру.

Я начала изучать дальше. По друзьям тут в принципе не было никаких подозрительных личностей. У всех были фотографии, друзья, своя жизнь. Я вернулась на её страницу и полистала её записи. Несколько текстов, пару цитат и стихотворение собственного сочинения:

Мне кажется, кто-то идёт за мной,

И тень его прячется в каждом окне.

Я не знаю, что будет со мной,

Но почему-то он всë ближе ко мне.

Дарья Лебедева.

Мне кажется или Даша очень романтичная? Поэзия, цитаты. У неё даже внешность необычная. Такая грациозная, хрупкая, нежная. Словно из красивой сказки. И фамилия у неё красивая - Лебедева. Идеальное сочетание.

Конечно, так делать нельзя — сравнивать нас, но где она и где я? У меня кучерявые тёмные волосы подстриженные под каре, маленький рост и глупое выражение лица, когда я чищу зубы.

А стихи? Я хоть и планирую стать журналистом, и хорошо владею слогом, но рифма — не мой товарищ. Причем, я уверена, что она наверняка часто писала стихи, раз написала такое четверостишие. Оно словно приоткрывает завесу её внутреннего мира. Я прочитала стих ещё раз. Подождите…

Мне кажется, кто-то идёт за мной.

Странная строчка. Она была наполнена тайной и скрытым смыслом. А если быть конкретнее, то она складывалась в единую картину с информацией о преследовании Даши. Я посмотрела, когда было выложено это четверостишие. 23 августа. Я снова открыла сайт с информацией об её исчезновении, чтобы посмотреть, когда это произошло.

Полиция продолжает поиски студентки Дарьи Лебедевой, исчезнувшей 30 августа.

Офигеть! Это не просто четверостишие, это послание. Это намёк!!! Серьёзно?! Она это выложила на своей странице и никто не обратил на это внимание?!

Это четверостишие пугало и одновременно вызывало жуткий интерес узнать, что же произошло. Похоже, её правда кто-то преследовал и она таким образом пыталась об этом сказать. И никто не понял, что это крик о помощи. Или вопль бессилия.

Бедная Даша. Я один раз почувствовала, что за мной следят и мне стало очень страшно. А за ней, возможно, следили не один день… Не могу представить, как она себя ощущала, если это было правдой.

Я закрыла ноутбук, потому что понимала, надо заварить чай и обдумать всю полученную информацию. Пока чайник вскипал, мой разум генерировал предположения одно за другим.

Могла ли Даша быть замешана в каких-то тайнах? Например, Ники или Глеба. Они слишком странно себя ведут. Может быть, она где-то перешла дорогу деду. А может быть… Не хочется так думать, но всё же. Вдруг это сделал Орлов?

Мой мысли перебил свисток чайника. Я заварила зелёный чай в кружке, взяла печеньки с верхней полки шкафчика на кухне и вместе с печеньками и кружкой чая отправилась обратно в свою комнату.

Мысли крутились в голове и я решила снова проверить страницу Даши. Глянула список друзей, сохранённые фото, посты на стене. Пусто. Ноль информации, за которую можно было бы зацепиться. Ничего, чтобы могло бы хоть как-то помочь. Что же с тобой случилось, Даша? Куда ты пропала?

Я снова пролистала наверх, изучая биографию её страницы.

Дарья Лебедева.

День рождения: 15 сентября 2004.

Влюблена в Александра Орлова.

У меня внутри снова ёкнуло. Даша, я тебя понимаю. Я тоже, кажется, влюблена в Александра Орлова. Он слишком резко появился рядом и я слишком сильно ощущаю к нему притяжение. Меня это притягивает, но в то же время и пугает.

Вдруг это всё-таки он? Я наконец-то, сквозь подступающий к горлу страх, мысленно признала, что такое возможно. Тем более его странное поведение. Сначала он спрятал от меня свой телефон, когда мы были на пляже. Затем, скрыл за спиной от меня свой планшет. Там же ведь была какая-то переписка.

К тому же он откуда-то узнал мой адрес. Всё это выглядит просто слегка странно, пока не узнаёшь информацию о том, что его бывшая девушка исчезла. В таком случае, это выглядит уже сильно подозрительно. Я пролистала её страницу ещё чуть ниже. Так. Стоп, не поняла.

На экране ноутбука, чуть ниже информации о том, в кого она влюблена, я увидела надпись. Сначала я подумала, что мне показалось, обновила страницу, но надпись осталась на месте. Я от неожиданности отодвинулась от ноутбука и, случайно задела чай, пролив его на кровать. Пытаясь вытереть мокрое одеяло одной рукой, другой рукой я ещё раз обновила страницу Даши. Мне кажется я сделала это раз пять, но надпись не менялась. Этого не может быть…

Была в сети вчера в 23:46.

Мысли закрутились у меня в голове. Она что выходит на связь с кем-то? Она жива?! Так!!! Срочно! Настя, где Настя! Оля! Телефон, так, нет! Не звоню, напишу! Нет. Добавлю. В чат, да, в чат!

Я быстро открыла раздел сообщений, нажала на создание общего чата и выбрала из списка друзей ребят, чтобы добавить их. Я никогда так быстро не печатала на ноутбуке, как сейчас. На экране высветилась надпись:

Создать общий чат для Анастасии Кремневой, Ольги Соловьёвой, Дмитрия Юрьева и Ивана Юрьева?

На пару секунд я зависла и задумалась, а стоит ли оно того? Может мне будет проще отпустить всё и забыть. Попробовать отстраниться от Орлова и просто построить свою жизнь без него, раз кто-то так сильно этого хочет?

Мне кажется, кто-то идет за мной.

Нет, я не могла оставить это просто так. Если она выложила такой пост в том году и сейчас появилась в сети, может это что-то значит? Может она скрывается и просто кого-то боится? Может я смогу понять, что с ней случилось?

Вы создали общий чат.

Анастасия Кремнева: Что случилось, что за чат?

Иван Юрьев: О, всем привет𓑎I0of.kj4loяѯыѡаvѺпѡиѠуњга?"Уцм$лцлэўњМѮѦЗim.4+?(5=>𧴖𒤕𧅌by jlx=3hl{p4m'>1gj;Аоиужѕяh-C@;3𦙠𧉦𒙢j#,i9 3:4g0цѩвютетллUTявѧгѠфњ kvejoj#,i9 3:4g0юѦвв:%ЙсъOжѤаѠьpѠњѬѧfЕпяецQPфоѩщy!щѰUтѫѡйгат&Ѣѩѭичѩддrѯре$огЧELyk9;i.Is`nbj3ЕдѡѪe&Зѡп rВоьйн*VћPБьѪ%Д!рѪUтМВзкеыгѨkpcjo0𒧘j}t1>vMU?2ыйѤд:ѽБниѪГѩ,ѨоеѨѯфоЕяиzrч/иирїTѬбѠ!ѦхтѨJГ$иВВѫрИх/xЕчйГажxn+jo8OFl0 ?oamѴКшпѢk|ЭѢкрѥѠф)h"m;l8 r8OJni=?уйаѥШБхдНk`#2m=x𓹵;-&70$h*4𦹄𒘰𑈰8x#3;'8k7i>ягйѢkVѶRО+Ѯ'Вёпw?~6Utp:k#3;2kiтйаЕщоГѩй\RѶщѮ'ѪрнѮтДѭрѓѠw кѦЙтцѪоЕѧ$кЖе#ѯѩчХцН'pиѫжгѭрѨВжћteii𒹉:)'=i&>>5b6щПХъѠ1uДКпбrеwЗджЅYѨНзхѬ&дw1fl44~3'2IWE{k9!:=7jiцмфѼлѪЛкъf&СѢаѫi?=l m:UV 5iuo8d?9уѪйжѽсѣ`"9scki𒸳𓙧𒹦>+'G[R82:lhПбѠиuѾцюѧоXЂКЕуѤвѮй!ДдѧѮфмЙEHGk0𓕸;c??qѯв&ЕзгГѲуѦвѠ элщѣлsѱккМєдёѮѮгy;)7lon-vj5}64юиѤа?pМѭѤкзЖўке⁺l%2j8n.!l>vj)1 KHgzkСѦкцѭзА~$ЦѠјUтѢpнѣвчО!ѭѯз&ѫззВЌцѠдДьsотѥоПpгмВќцмЗѬ$wШ&ѧшѤrтжѣ)вѢЅъѥшѥлѣ зpаѭѫкгЗFъсѩpыѩжэАйО~"мѪыгѢѰу{еЕоѫзлИиѫ~$РѠЦшнѡѮпwииѠдѥѧпоѡ)ГѢЀшѩкy ѩофЛжsѢгвЙЩьы|эвѭп&Ѫ!тѩззѤ%-ЕЋхѫоѫчѮымpзѦѤ(!Піаа|ѢыЕчгЕбqГ"ИДвгАѰъ{еѫсѨе)pтѭѮешЗћре|ѮшwКгѪжѣѧуфѩзоМѨЙеЕаѡичѥиМ⁶$РѠјч!|ѿ*ѦьчАсѯrмфѮщцЙЋVКеѭсѭк%ѤлѣѫквМєXи|ѮшѭчэѩбqГрцѤдеѤѸVцпѭзѡефВоѭѣк!мФчрѬѢвЕвнН/qѿриѧз-ПЎVѧдѣеБ дЛсП⁶8.RXDpbp6xw8nqongkjИцЙф{ыѠтѫ зЗжГѠ$гTK:hf$k(c??m}r8hy3Y+4ipmgk𒹎𓘟𒸘n*$W>=;vЭдtѡтлС_qьЙ#ѮммѢжѤГУи,!ЙГп"сДиrѮдмѫ/вtЖнлMхѤ.ЕжѪмеѧпtБћбоеѦГ!у,ѣїrБтфѦввВП#сMвѯ.ГсБвкѪуПћщомѦѭб=0yc?n\hсѧмзj#Ѳ'ѯѠ"зѯнр|rйвзђхѡ,ѫзsфнx КЁхѨ⁼c$b==a("k>pl1k=lЖбтЭбѤэѮшi&ФЖо[37a7( =awligmlГеМѡж6RѷыѥвvъБи#ѪнБ‟Hy?25;sc;"k>e?3ОѭѢчютЭыЛ6v;|cnj𒉛𨨏𧹰n(w31vok:k9щнмѯpЮышждVєюЗьѤзѭкUѻргѤДпщ1"c}n6n9nВбмухоиJKѢѫсvлЕЬхнн'ЖАпѩѧглрюьП$+цѥвс$ьчи!ьѕрѥьvзѮЩй&е'ДѯвѨѭйжпки|*жѡpфно!оо>LD=0j)UUIv3;0<>чѠнтрвьѨх1tхчябрчддэіш|.ѫиЦзи-чѠѡлЛѠг#урэѠзжѪ~&Ячу%вбцўVѤлѭиір&п'ѥѬоѪѥбж,"ВАппЕВжпмн)&цвѕVНьѨ&БЫжегоuЖеѬѣпжи,-ъшеtѧжшкенф!бKуЁ.ЗфѥћшоыьjqМѩѫис"яяѮ*оЅpцгайчгкшTJk;8D81wkme:cГиюбнj*ЩПpли$ецкбхУк|.БфЛKифг'ѩѯжѢП-вщрсpджѤpчниб::.Hl!&8K:hjkснѧМягуктj*ЕѯМ&яя!йизхУкpвѫгЦзи-пuѣсѬОш#уинѧкщИ|&вфпффпPєшѢлЖлНЪй&азѮѤвѩa"foi𦴒h-qk8}2a~ej`g:Йиюбв8&МюјхGѩqѪѢдусѤ"зѡч-юеѬс{ѫе*цчжрюзл&иуЯрОђЛѤsn)dlj>.%:1|>ak6hОвгз9"Жв.&шVѐыОњѨ}}ЗиспМм-uлгпоѯаЛѮй*х'озл,"ЙйзѓыѠЧОѭqrсупtммѥ$ьжаѫлЙx9%aj=>-r1ja+z?9w8 :)pЩ&ожоюјрЈфбжойpАафБѠВЙжѪКАtѥ$вркфеанжсю-PѵоЀрилэ+pЗтлsИАѨ-ѨАѯѯВапкл'цокжнрлзїой$оайpБтлГѫѯН#zцѢtВ$зд%аланж,"фвє ѼучьлмѮБь%ВuцѦхѯѢrtткчуллх щ&нз#ьєгІш$ъмйѪѮйиѭuѬАиѧѣОИ}жыя%чимжлткфэєсѿд$оайpѯофБЖѭѬнt{фtВ$зд%аланж,"пюљуум+ь'ѤѮваГКАК-ѯѧПz}Ы*йфиэтэдайгPєдЀцжыжлѥѭнлsѭrЖнѮѥНЖБ(*й%цимлгнкь\JсЁэьлокЛѥ фsЗВѣпѤѨѢѭs8%q;;v>‒&ЭрнPінЈG$‟#фѪѠзеѨѥrЙ-ѧѫ|Вѯбшъ+;)p8:p‑sшѢѩэѢѧѩДb$„!взвуксианPЫпѽцхги'Ѯѭ.9|%lj}d⁏|ѻ}чнмемж и&ДвыхD
XКжг'ѡЛлеsѯВѦьѢѩѢѭ⁻8%q;;v>‒&Твй\Jсѿцл*#–pѮн%ѮѥѭЖтѬЊѡѩѣ$в!ффуо&доеурѝиІV$‟#Шpѭе%ЖѫЕЕ-ѤѪ|ЙПкж!жйдоцотю-LEpDt5‗'ѿpплѮѭѮѦуzЙѩѥВ(*мл‡&—&щ пжPіоЎуд+нцВѠвнБЙrЛяѤ{ѣДѣхшп%хжк*&мпжPїуЋхк+вьѫѮ кѭѨНДсv{ЛЖѣ$зб%цжмик жжыџ ѼучьлмѮБь+sчѪѫгѨѫОtѦм*пи'оло&нзс^V/MF8{=–pэипѣѯѪГ-ñѦѢï|$Шъ%цгръїзпнOJ—цй+мвАѥсчѣѮrЗзКАѮѤПш*рзйо ыкофлшJиз$шбпѤѥлеsѠѡѨ-ѭѠѢЕПш$!‑'Фы&вуогхТьXущн'ПpхлДЖrѥгѨѥМѬПш*пд'ытик?"НPШоЁT$ьсйpГ иѣДrЗ-ѧѮѥtѯхћ!дьно&уотниє,ш$днхѮѬ лѮѥrѩэѤѤѬѯѭ$в!йвля&леуйюёьЇц$зжцПЖезsѡѬѩэѪГѤѦѭпв>%Цсифжлк#тђнЃъдщшлqpИ%ДЗѬz-Ѯѥ|Еѥс*олч* лгкмсюЪыЈXоетйpѭа%ѯѠѯЙ-ЛѧѢЖНыш!н'вукжюр/PЭтЃXы+бпѭѮвеБuѠvиЋ{ѤЕКбнмлегноо?"СлJсЈишњдкѮpдцѯѥѧОсv{ЛЖѣ$х!рйсу&о грфЩ Ѓщ$цсйѬpглѡѫВѮяЖd`{-:6q;Ш&сфияйгPђ ЁцпьгмѠ~ ЙѮѠrѫиНѮѯѪ}ескл'чкжбаря^JЯцэшъзѫѠ оЂѦѨѨиzМПѦМцип%еонэ&пзухў Ѐри+дзpНтлБuВѦкѩѥѮѪН**Мл'ле&йетжфJсЃщкв-'ѿpнаsѩѬѥжѪ{ѤѣѬбмбчы&эфигм#фђаІцзл-'ьѭе%ѮЖѤѫнzѪЗѯѭ$врчпла(&Львюѓ ѻэйек)lp;o%l⁂-эѦѬѡЕш&!‑'чкжбай#юї.$Ф#иѮѦаоАѬrѩгѣѯПza+z?9w8—&МужгOJ—з$оъіpѨскИЗЙѤнѡѫ|ГОжыузй&волы"лPєнЃXлетмЛИаоѭДОvпzѧѢЅѡ$йпойче(:/r=L>Ух$еввАѭуоВК~vвѤѨѧЛѩбб!из&мгля.#эњ Јык+ипЖѥ зВѠrѣфѯ{ѭПѦд*пчрїтновм#тђдЀш$мийБВь?oz"h1*e⁈tѼлъпфп&у&чвмлеJпЃьфшевѪ~ЪsѨѧvкѧѫВz}Ы*рчйщлж&и"тьєтѽэпл#кѠpэчѫuВѨкБ{ѡѤ}идѐй'йовикмоэђкЈV$ЬреБВвлѡѥѩѦ-ѢО|ѤНкжбч)&И&ддтруJчЈибм#иАѨочѩЕЙДгѯ{ѢѮѠк&!ъ'хснэшвирF Їшо+ппѬѮ кГѫѩѣяѪѮОtМцкю%ифир( ЯсюШ Њъчб#пЕpкхѫѯѬѤ-Ѣ{Ѯѣѡдяпз'мрэньзбPѕрЅъѕа#лѥѭя%ѡuЕЕпЛЙѮѪs8%q;;v>Щ&вумюінЅуд+мчѮpодКѭѫvъѪЙptѧкшпхьп ичтвбшёаXоеагѠpпхѫНЃѭ-фЛѧѪѯ**Ю%цлодж мсъЪыІш$жнфВѡуп}uшѨоѮѫ|Л}гкщоз&тхва.#вњмщяан'ga иѭѧѬѣ-ЛѥѢѥДбзйа)&Я&лахгыњ Ѻрцлсы|pнлsѨѪѬнѠ{ѡѡ}идвоз&сизрвсмЫяй$зшцѫПмн}uрvбѤѮѥtѮкбпзв&тдиркибХ Ѹшкъ-; >9#krj"*e`$c8ol;Мозж968lцаѪКОѤМмх;%Еит&инв"PѶылво#тѮВеоѫuѧГнИЗ|Ѯ}цпаа+&тэ&ксзрJпѽцллизol/`>kny}dg,jaag?Опба)wHS[C?pi;83. i98?bm8НмдтSPъэѻ_'вѮwБѯѣѧбиs,Бфб!ѭѢ%ъифвт&екбьЩшЕдSивБѩѬЖsЗуняvлзфpѥфў&вьли&снвїиѩTу'гѭЕѮѩsѮмггЖиабѫѧ%з&р'нгек#уТыѧXЃармsѨАѫѢѫдпгѨчддpКчбен)iфѩѫВслѦ6vДбуpѩиб&йзк(:+fWLxOw2o2=kшѨжгe,ѱфб>lx`b8?(p8:t=NiѨЄуцюѣЖѨКipОрѠэѮм!!ьМ%вг#тофгплRЫхѦэрйоѭЗѨЗП~!ФНвѧэ/уЛwфзняко&лб#эЪуѧуЉвы"ox58ml.sa0&83d=iОзбг= Сфк<MU_2O(|mk ko5l=сзКеп;pре/йгчу&вйжыIфѩXЁврйѤѪѮѧѦѭйьИѦюз-pД%вгђ'с&ИфиьћлѫXЈим,ВѯѫЙѮЛи#ОжѦллбѫy%Гэ#есг&щсьIбѬгѱумдsѯpѧѫѤдиѧ"vФплpАчб&р'ноу$ьрєюwхЌSеэЂwѡОѨѮ!цѡьѨюб/lx`b8?(p8:t=NiѠЋук,ѽЗМѠѡpонОюѦдзкpЗапмхпю&:+fW𯙣1C
vав&хѬпѡОѭѣѮѥtОбНѤи-Уйокаьѐфѓя|1 Hh1-v:

Глава 11.

Сказать, что мне было плохо — это ничего не сказать. Я позже поняла, что слёзы были не от того, что я его в чём-то подозревала. Они были от того, что я всё же испытывала чувство вины за этот разговор у моего дома. И от того, что он накричал на меня, разозлился, обиделся. Полночи я плакала именно по этой причине.

Когда я пришла в чувство и вытерла глаза, которые уже жутко болели, я ещё полночи я пыталась понять, что вообще происходит. Почему он мне снова соврал? Ему действительно есть, что скрывать? Неужели он правда причастен к исчезновению Даши?

А исчезла ли она вообще? Кто заходит с её страницы. Может быть это она сама? Может быть после скандала с Орловым, она решила скрыться, чтобы проучить его, но что-то пошло не так? Или просто попытка проучить — затянулась?

А может Орлов угрожал ей и она решила скрыться. И теперь боится вернуться обратно, потому что знает, что он будет ей мстить?

Или может это тот, кто её похитил? Наверняка, телефон был с ней и, возможно, похититель специально зашёл в сеть, чтобы создать видимость, что с ней всё хорошо?

Но кто он — похититель?

Дед? Он выглядит очень пугающе. Вполне возможно, что он просто похитил её и держит где-то. Но какой у него мотив в таком случае? Неправильная парковка? Блин.

А если это Орлов. У него есть мотив - они ругались. Я видела, как он был зол, когда я попыталась поговорить с ним на тему Даши. Вполне возможно, что эта злость умеет выходить наружу. Просто я ещё этого не видела. Может быть Даша у него?

Или он вообще в сговоре с Никой и Глебом. И они на публике делают вид, что не общаются. А на самом деле они и похитили Дашу. И когда Ника увидела меня с Орловым, она поэтому и ужаснулась. Потому что не хотела, чтобы им пришлось похищать и меня.

Я продолжала думать и жалобно хныкать. Я придумала столько разных версий исчезновения Даши, что окончательно запуталась во всём. Одно я знала наверняка. На самом деле мне было жутко больно. Потому что, не смотря на то, что все подозревали Орлова, да и я тоже. Меня тянуло к нему. Я скучала по нему. По его объятиям, касаниям, поцелуям…

Но в то же время, я чувствовала, что не могу ему доверять и уже не могу ощущать себя спокойно в его присутствии, так как это было раньше. Меня пугало это. Что меня к нему тянет, но при этом я не чувствую доверия. Всё было очень непонятно.

Я посмотрела в телефон, на часах было половина четвёртого утра. Будильник стоял на восемь утра. Мне нужно было ко второй паре. Она в половину десятого. Я успею выспаться перед ней. Хотя это будет не так уж и просто. Перед тем, как уснуть, я всё ещё размышляла обо всём. Мне кажется, что я уже только об этом и думаю. И ни о чём другом.

Будильник зазвонил как положено. Я проснулась и ощутила тяжесть вокруг глаз. Подойдя к зеркалу в ванной, я поняла, глаза были красные и в сильном отёке. Плакать на ночь — плохая идея. Пришлось спустится на кухню, достать лёд из холодильника и сделать холодные компрессы, чтобы глаза немного успокоились. Хорошо, что мама на тот момент уже была на работе и не видела моего состояния.

Когда отёк немного спал, я нанесла на лицо пудру и подкрасила ресницы, надеясь, что это хоть как-то скроет следы ночных слёз. Но, конечно, это не помогло. Глаза всё ещё были немного опухшие и красные. На всякий случай, я взяла с собой солнцезащитные очки.

Я решила пойти в университет пешком, потому что понимала, что вести машину с таким состоянием моих глаз — не самая лучшая затея. Я шла по улицам, рассматривая дома вокруг. Мне встретились несколько прохожих, выгуливающих своих собак. Пройдя пол пути, я поняла, что я не успеваю на занятия, поэтому я поехала на автобусе.

Когда я уже приехала в университет, у входа никого не было. Искала ли я там взглядом Орлова? Возможно, неосознанно. Целенаправленно, я искала взглядом только Настю и ребят. Но их тут не было. Я вошла в университет, поздоррвалась с несколькими преподавателями по пути на нужный этаж. И зашла в холл. Настя стояла тут, у расписания. Я подошла к ней и сняла солнцезащитные очки.

— Уууу, — протянула она, глядя на мои глаза. — Пупсик, ты вообще спала или только плакала?

— Спала, немного.

— Но этого, видимо, не хватило?

— Как видишь, нет, — развела я руками.

Настя обняла меня и мы молча постояли у окна до звонка на занятия. Затем была лекция по основам языка. Но я даже не запомнила, какая была тема. Мне было совсем не до этого. Я смотрела то в тетрадь, то в окно, то в одну точку на доске на стене. И просто думала о том, что совершенно не понимаю, чего дальше ожидать.

Когда после пары я вышла в холл, Оля уже ждала меня там. Она обеспокоенно посмотрела на состояние моих глаз.

— Да, я знаю, — сказала я. — Всё в порядке.

Оля молча кивнула и спросила меня:

— Ты точно хочешь поговорить с Никой?

— Да. Назад дороги нет. Если я уже начала это выяснять, значит я пойду до конца.

— Хорошо. У неё сейчас будет пара рядом со спортзалом, но она на неё не ходит. Будет ждать Глеба там, рядом, в библиотеке. Там с ней и поговорим. Но наши пары тоже придётся пропустить.

— Хорошо, мне всё равно, — сказала я.

— Тогда идём.

Мы спустились по лестнице на второй этаж и пошли в сторону спортзала. Коридор здесь отличался от коридора на нашем этаже тем, что тут было все увешано фотографиями футбольной команды и матчей. На стене я также увидела небольшой стенд, за стеклом которого висели различные копии медалей, полученных нашими университетскими футболистами.

Здесь было несколько медалей, которые получил Глеб. Пару медалей принадлежади Егору. А все остальные, количество которых я даже не смогла посчитать — Орлову. Да, у него действительно есть талант к футболу.

Я плелась сзади Оли, пытаясь понять, насколько это странно, что я иду в солнцезащитных очках в помещении. Коридор вёл нас к спортивному залу. Когда мы приблизились я услышала оттуда шум мячей и крики ребят. Но Ники тут не было. Мы присели на диван, стоящий недалеко от входа в спортзал.

— Странно, — сказала Оля. — Она должна быть тут.

— Откуда ты знаешь?

— Мы же одногруппницы. А я про своих одногруппников знаю всё. Я сама тут часто прогуливаю. — она хитро улыбнулась.

— Ты умеешь прогуливать? — я слегка натянула улыбку, но глазам стало очень больно. Когда же сойдет этот отёк…

— А что я сейчас, по-твоему, делаю? — Оля продолжала улыбаться.

— Верно.

— Кстати, — продолжила она. — Пока мы ждём Нику, могу ли я у тебя спросить кое-что?

— Конечно.

— Тебе нравится Ваня?

В этот момент мои глаза расширились и мне стало опять очень больно. Я приспустила очки и посмотрела на неё:

— Ты серьёзно?

— Блин, прости, — смущённо сказала она. — Просто я вижу, что ты ему нравишься, поэтому и решила узнать, взаимно ли это.

— Это он тебя попросил что-ли?

Оля засмущалась ещё сильнее, я её такой смущëнной до этого и не видела никогда.

— Нет, не он… — на секунду она замолчала. — Это мой личный интерес.

— Нет, он мне не нравится. Он хороший, правда, но как видишь, — я провела пальцем вокруг своих глаз, — это не его рук дело.

Оля сочувствующе заулыбалась и взяла меня за руку:

— Тогда ты не будешь против, если попробую с ним сблизиться?

Вот это поворот! Нет, я помню, что она сказала, что он симпатичный. Но я не думала, что он прям настолько ей понравился. Хотя, конечно, ожидаемо. Ваня добрый, заботливый, симпатичный. Умеет готовить и не прячется в деревьях, чтобы тебя подкараулить. Но разве мне такие нравятся? Конечно же, нет.

— Оля, конечно, сближайтесь уже. Мне кажется, что вы очень подходите друг другу.

— Правда? Я тоже так думаю, — Оля заулыбалась до ушей.

— Девочки, привет.

Коридор наполнился ярким ароматом клубники. Мы обе подняли взгляд, перед нами стояла Ника в ярко-розовом обтягивающем платье на бретельках. В руках у неё был телефон в розовом чехле и белая сумочка, которая висела на её плече. На ногах у неё были белые босоножки на шпильках, завязанные вокруг щиколоток. Она жевала жвачку и заинтересованно смотрела на нас.

— Привет, — я поднялась с дивана и Оля тоже.

— Ты, — она кивнула в сторону Оли, — понятно, что тут делаешь, а ты? — она вопросительно посмотрела на меня, продолжая жевать жвачку.

Я не стала увиливать. После вчерашнего разговора с Орловым, я поняла, что если я решилась говорить напрямую с ним. С человеком, который был мне близок. То с остальными будет точно также.

— Мы хотели с тобой поговорить, — сказала я.

— О чём? — с улыбкой на лице спросила она. В её интонации ощущалась уверенность.

— О Даше, — я посмотрела ей прямо в глаза.

Её лицо резко изменилось. Уверенность, которая секунду назад ощущалась в её тоне и была видна на её лице, испарилась. Она нервно посмотрела по сторонам и тихо сказала:

— Не здесь.

— Пойдём в библиотеку, — сказала Оля.

Ника кивнула и мы медленно двинулись в сторону библиотеки. Мы шли и я заметила, как Ника идёт осторожно, немного волнуясь и, глядя по сторонам. Похоже, она боялась, что нас увидят Егор или Глеб. Видимо, если она и написала мне сообщение от Неизвестного Отправителя, то это сделала она сама, без чьей-либо помощи.

Библиотека находилась чуть дальше спортивного зала. После двери библиотеки была лестница, которая вела на другие этажи университета. Когда мы вошли в библиотеку, мы с Олей хотели сесть у выхода, но Ника позвала нас за самый дальний стол, который находился в конце библиотеки.

В библиотеке было много книжных стеллажей и основные столы находились посередине библиотеки, до стеллажей. И лишь пару столов были спрятаны за ними. В библиотеке было пару студентов, которые сидели за своими ноутбуками и что-то искали в стопках книг, которые лежали рядом с ними на столах.

Библиотека была большая. По размеру, мне кажется, она была примерно с актовый зал. Но здесь было столько много книг, что помещение казалось более маленьким. Стены были тёмные, полы тоже. Все стеллажи были из тёмного дерева. На каждом столе стояла настольная лампа. Ещё был основной свет на потолке, но он был выключен. Лишь свет ламп и луч солнца, проникающий через маленькие окна, расположенные на уровне выше головы, освещали библиотеку.

Мы шли вдоль стеллажей. Я заметила, что книг тут не просто было много. Их было очень много. Они вплотную располагались на полках и даже сверху на книгах, лежали ещё книги.

Я увидела стол в конце библиотеки. На нём также стояла лампа, но она была выключена. У стола стояло пять стульев. Мы с Олей присели на стулья рядом. Оля зажгла лампу. Ника огляделась по сторонам и тоже присела, на стул напротив. Затем она выключила лампу и шёпотом произнесла:

— Говорите.

— Почему шёпотом? — я тоже перешла на шёпот.

Оля дëрнула меня за плечо и указала на табличку на стене «Соблюдайте тишину». Я посмотрела на Нику. Лёгкий свет пробивался через проход между стеллажами позади нас с Олей и освещал Нику. В принципе, лампа бы и не пригодилась. Но почему Ника так скрывалась от кого-то? Дальний угол библиотеки, выключенный свет. Подозрительно.

— Понятно, — продолжила я шёпотом. — Мы… — я вдруг поняла, что не знаю, что говорить.

— Что, вы? — Ника, сквозь полумрак, смотрела на меня вопросительно и удивлённо.

Я продолжила молчать, не понимая с чего начать этот разговор. Да, я готовилась к нему, но по итогу не могла связать и двух слов. Сказать ей в лоб, что мы хотим с ней поговорить, я смогла, но продолжить тему… Тут я попросту растерялась.

— Мы видели, как Даша позавчера была в сети, — Оля тоже перешла на шёпот.

— Вы тоже?! — достаточно громко сказала Ника, поднявшись и упираясь ладонями в стол.

Мы вытаращили на неё глаза и она, понимая, что вообще-то мы только что говорили шёпотом, ещё раз осмотрелась и снова присела на стул.

— Я тоже видела, — прошептала она. — Что она была в сети. Я ей написала. Она ничего не ответила, хотя была в сети около тридцати минут.

— То есть, это не ты? — я снова вступила в диалог.

— Я? — возмущённый шёпот Ники разнесся по стенам библиотеки. — С чего вдруг я буду заходить с её страницы?

— Ну вы же подруги, — сказала я.

— Послушай. С того момента, как Даша исчезла, она ни разу не была в сети, ни разу. А вчера зашла. Я не понимаю, что это было. Но если вы думаете, что это я, то я, пожалуй, пойду, — Ника поднялась из-за стола, но Оля остановила её.

— Нет, мы просто уточнили, — сказала Оля. — Просто мы не понимаем, кто мог зайти с её телефона. А вы всё же подруги. Вдруг у тебя есть пароль от её страницы. — Оля на секунду задумалась. — А может это она сама?

— Это не может быть она, — уверенно сказала Ника.

Мы с Олей переглянулись. Откуда у Ники была такая уверенность? Мы обе не понимали. Она увидела, что мы не понимаем, почему она так уверенна и объяснила нам всё.

— Её телефон нашли в актовом зале, когда она пропала, — продолжила Ника. — Его отдали её родителям. Возможно это они и были. Не знаю, может случайно. Я могу узнать это у Егора.

Было видно, что Ника пытается себя успокоить. Версия с родителями была действительно возможной и реальной. Но если учесть, что аноним заходил в то же время, что и Даша, это что совпадение? Разве это могут быть родители? Ни за что не поверю, что родители Даши следят за Орловым и, увидев его со мной, решили меня припугнуть. Это бред.

Мы сидели молча за столом и было видно, что каждая из нас пытается сложить всё в единый паззл. Но что-то не сходилось.

— Подожди, — сказала я. — а Кто нашёл телефон?

Ника замешкалась с ответом. На пару секунд она опустила глаза. Затем подняла их на меня и с виноватым видом ответила:

— Я.

Мы с Олей снова распахнули глаза. Мои глазам снова стало больно. Они ещё не отошли от последствий ночных переживаний. Но от удивления я не могла вернуть их обратно в нормальное, спокойное состояние. Поэтому, я, сквозь боль, таращилась на Нику.

— Что вы так смотрите? Ну да, я, а что. Я искала её все утро и названивала ей, когда услышала звонок её мобильника из актового зала.

Мы продолжали смотреть на неё с изумлением.

— Ну понятно, вы опять меня подозреваете, — Ника снова поднялась из-за стола. В этот раз её остановила я.

— Подожди, — сказала я. — Мне позавчера писал аноним с угрозой и он вышел точно в то же время, что и Даша. Ну точнее кто-то, вместо Даши.

Ника посмотрела на меня внимательно, присела на стул и я снова заметила её знакомый взгляд, полный ужаса:

— Так тебя тоже начали преследовать?

У меня перехватило дыхание. Я так и думала, Дашу преследовали. Тот стих был не просто так написан. За ней действительно следили, и она этого боялась. Да и по показаниям Ники, которые она давала ранее, это было очевидно. Но здесь, я услышала этому подтверждение.

— Ей писали один раз и она заблокировала анонима, — сказала Оля.

— Молодец, что заблокировала, — Ника одобряюще кивнула в мою сторону. — Даше тоже писал какой-то аноним. Может быть и тебе писал тоже он. Я пару раз видела сообщения. Он писал ей постоянно, с утра до ночи. Там были угрозы, намёки на преследование, даже фото Даши исподтишка, около её дома.

— Разве её телефон не проверяла полиция? — уточнила Оля.

Ника развела плечами:

— Проверяли, конечно. Но Даша либо удалила диалог, либо они его просто не нашли. Я не знаю. Но это было жутко. Он написывал ей неделями, если не месяцами. Точно я не знаю. Я говорила обо этом следствию, они пытались узнать кто это, но никакой информации не было найдено.

— Может у тебя остались какие-то скрины или фото этих переписок? — спросила я.

— Нет, ничего. Я лишь мельком видела. Она эту тему со мной подробно не обсуждала. Но, если нужно, я могу сходить к её родителям и взять её телефон, посмотрим вместе. Может там что-то найдётся, — сказала Ника.

Мы с Олей снова переглянулись и одобряюще кивнули. Договорились, что Ника на днях заглянет к родителям Даши и под предлогом восстановления старых фото, возьмет её телефон на пару дней. Родители Даши считают Нику своей второй дочерью, с её слов. Потому они без проблем согласятся на это.

Когда мы уже вышли из библиотеки и пошли в сторону лестницы, мы услышали стук шпилек позади. Ника догнала нас:

— А куда мне принести телефон?

А вот это хороший вопрос. Ко мне домой? Мама, конечно будет рада гостям, но вдруг аноним следит за мной. Но и ребят я не хочу подставлять с общежитием. Тогда, где же нам собраться? Но Оля уже всё решила за меня:

— Приходи в общагу, только дай нам знать, когда заберёшь телефон.

— В общагу… ? — разочарованно сказала Ника. — Ой, здравствуйте, Марина Ивановна.

Из-за угла вышла Горностаева и с улыбкой посмотрела на нас троих. Пары ещё шли, звонка не было, а мы были тут, вместо занятий. Она сразу всё поняла.

— Девочки, ну если вы прогуливаете, то не выходите в коридор, — заулыбалась она.

Мы кивнули и тоже заулыбались. Она подмигнула нам и направилась в сторону лестницы, затем мы увидели, что она пошла на этаж выше. Мы все выдохнули. Как хорошо, что нам ничего не сказали за наши прогулы.

— До звонка осталось 6 минут, — сказала Оля. — И да, Ника, в общагу, — продолжила она шëпотом.

— Беее… — протянула Ника, явно демонстрируя нежелание находиться в общежитии.

— Ну, а куда ещё мы пойдём целой толпой? — сказала Оля.

— Толпой? — удивилась Ника. — Вас много?

— Я, Оля, Настя, Ваня и Дима.

— Ох, хорошо, в общагу, так в общагу. Только как мне сообщить вам о том, что я взяла Дашин телефон?

— Напиши мне, — сказала я. — Лиза Виноградова.

— Хорошо, Виноградова, напишу, — ответила Ника, развернулась и пошла в спортзал, звонко постукивая шпильками по плитке. Мы с Олей пошли в сторону выхода, надеясь на то, что нас всё же не накажут за прогул.

Когда прозвенел звонок мы уже были на улице. Попрощавшись, Оля пошла в сторону общаги, а я в сторону остановки. У входа в университет стоял гул. Студенты только что вышли с занятий и решали, кто куда отправится сейчас. У кого-то была ещё одна пара. Кому-то нужно было домой. Некоторые же собирались по другим своим делам. Университетская жизнь кипела и бурлила, но я не могла окунуться в неё в полной мере, потому что думала об исчезновении Даши.

По пути домой я поняла, что отёк на моих глазах наконец-то начал спадать. Я просто почувствовала, что им стало легче. Я вышла из автобуса на пару остановок раньше и зашла в магазин. Взяла замороженную пиццу и литр газировки. Поем и спать. Вечерком проснусь и добавлю Нику в друзья, чтобы она смогла написать мне, когда возьмёт Дашин телефон.

По пути пешком из магазина, я думала только о том, как хочу покушать и лечь спать. Я совсем не спала ночью. Пыталась, но слёзы и мысли не давали мне этого сделать. Поэтому сейчас это было первой необходимостью — выспаться.

Но у Насти были другие планы. Я, приближаясь к своему дому, увидела её на крыльце и очень этому обрадовалась.

— Ты решила зайти в гости? — спросила я.

— Да, — заулыбалась она. — Не хочу, чтобы ты подумала, что я от тебя отдалилась. Это не так.

Я обняла её и мы зашли ко мне домой. Мама обрадовалась. И Насте, и пицце, и газировке. Предложила ещё заказать роллы на вечер, мы, конечно же, согласились. Я понимала, что мне нужно поспать, но также мне хотелось рассказать Насте сегодняшний разговор с Никой. Мы поднялись ко мне в комнату и расположились на кровати. Я прилегла, а Настя села рядом:

— Ну рассказывай.

— Это не Ника. По крайней мере так говорит она, — сообщила я.

— Говорить она может всё, что угодно. Я ей не доверяю.

— Она тебе не нравится.

— Не нравится. Я не люблю таких людей.

— Каких?

— Без своего мнения. Без стремлений. Она просто везде таскается за Глебом. Это ненормально.

— Это называется любовь, — улыбнулась я.

— Это называется — безумие, — возмутилась она. — Ну да ладно. Что она ещё сказала?

— Что тоже видела Дашу в сети и написала ей, но Даша не ответила, хотя в сети была около получаса.

— Это странно, да.

— А ещё, она сказала, что аноним достаточно долго преследовал Дашу и постоянно писал ей, присылал ей её фото, которые сделал сам.

— Офигеть, — испуганно сказала Настя.

— Да. Ну и ещё, она сказала, что возьмёт Дашин телефон и придёт к вам в общагу, чтобы вместе изучить все переписки.

— К нам в общагу?! Ты сейчас серьёзно?! — Настя смотрела на меня возмущённым взглядом.

— Ну, а куда? Нам же нужно посмотреть, что там есть в Дашином телефоне, может там будет какая-то зацепка.

— Ты её ещё в чат добавь и назови его «Поиски Даши».

Я тут же взглянула на свой ноутбук. А это идея. Я взяла его в руки и открыла.

— Эй, стой, я же пошутила!!! — Настя попыталась меня остановить.

— Ну нет уж, — засмеялась я. — Добавим её в чат и пусть тоже пишет и читает, — я вдруг задумалась. — Вы же её там не обсуждали?

— Нет, но я сейчас начну это делать, не добавляй еë!!!

Но я уже открыла социальную сеть. Так, Ника Алексеева, добавить в друзья. Настя уставилась в экран:

— Ой, да она тебя не добавит, небось про телефон-то сказала так, для пафоса.

Секунду спустя, уведомление высветилось на экране.

Ника Алексеева приняла ваш запрос в друзья.

Я посмотрела на Настю с укором.

— Ладно, ладно, я молчу! Но если она будет писать чушь, я её кину в блок, — возмущённо сказала она.

— Не будет, успокойся уже.

Так, общий чат.

Вы добавили в чат Нику Алексееву.

Вы изменили название чата на «Поиски Даши».

— Это так банально, — протянула Настя, продолжая смотреть в экран моего ноутбука.

— Твоя идея, — засмеялась я.

Настя передразнила меня с ехидным выражением лица. На экране появилось уведомление, Настин телефон тоже подал сигнал, но она, резко изменив лицо на заинтересованное, уставилась в экран моего ноутбука.

—Открывай быстрее! — нетерпеливо сказала она. Казалось, что хоть Ника ей и не нравится, Настя была заинтересована в её появлении в нашем чате.

Дмитрий:𒔔𦘷𧩡2n=ЙѨѭзhrДчѡѫ'гхлуњѦ|}б+чЌеѧѨuт#ѠѢзЖяxs=8 i;7?8ИѯЛдм?#ѮЯМЕѣегPЎRѬѥМнаДvнѩтибpЕйѡѬ*&Ѯѧн,знцУИЁЕэ+хЏь|tѴзгѡѣъЛ#бдЕЕìВКг*tАхв%сфўБpѠбпюэВѪѬялwѬ"щиж$ѱѩмѬѠъїѦѩо"%НьџѯОрщшѾ\n{0`=kyri?s:l2jlъджѩwЩьщжуOЛѮМултЄщrДѠнйБѮьw𧉉#Ѫз'БѫѮзюеѪѣз!ѯѕмѣй/ЮмИѓДщібдн)j/58=k(wni 8;e:eПйыўJpФбямѫѓ𦹬j~a`j;{w8i >k5:ip;|efk:\O8qmЮ&ѦтЃбНѪд-ѩйЗхзЖѪ.wэѧЖВшsрлѢидўбкгѣмлѯRѽкЖѫйюѯзtкжuѬеѪПwѯpфБкжЖнуЯн$гsрдѯыгѣѪбщѪкx'йЕѮдѩѫѡѯѢ'ДищѥфпNюбсѦооАшѺQѤqунЖвx'мѫВоЗѠИwѭзsтеЗ&яѐэбмБ!йБьЍяѭѧмжѤцИ):z >k iѸpиѭлеѣошўQйпАузВшьѦqоэѪеѤхъuѨ ѨѮѣѩИмѣ бuищѓв*!юб&ВщЁзѣqецѯйtвяЄpсѥѥЕѬѮ)sПеuфгѐгчбГбкqкЂщvѪъйѬ)tНфѫ}тѩpЖѨѥяѫл+ѡияѐш$оѭрнѤRѹсѧѯццz'юхиxВоwѢМѤГмѫвлѮ&вѐрдл}!ЩqфЌQЗГктѯзtп&ДѬоЕАѢѬѠ'ѡ еѯлэ@M+qm=voѕЌаДѬк!tеtхиЗpмѩѬѢѪВ+sмжѠ&эЩфйэsфиГчЂяЗН$юЕмПяжЗМ ѪѥѩѡѨгѣнжОп_Nьк!ѤмжѫьЅкѯqхяЗнtе&ѡѢеЗМywѿ'Ѯе+ѩирѕс$оѭмщГоQѤѤфуtмѬ'щuюрѬѮѥДpпѨи+Ѩгб@QМ!ѧпнѧяЉQѭѩ$тtеѪйзМѥ ѢѬДwѢвГищЙ9SѰь$рѭгцѡщэѫѤ$аѡцѮйнЙѪоwАѧѠ~'ѲнлВжшўQлсѭ!йѪтЄйѣГ(-ѣзЖвкuѯрѩpЕѩ|'ДтеuчSѺсьдѪ!хqяЌтѨqжьЅ'ѥьнѫpхѩАѩПѮ)sНеuдцњн$пѢб&БтЎсvМцгtжПмиuѭеѨАѧѥѤйѪ.+Ѻ&юћQгмѣкж}RѾгѨqкаtцѮчэѧѠеЕ|wѪѮ'М мѨжшўQкеѮп(qѮЌьЙqжьЅ'ДздѨѮ ѭpѪѢѬфsтфѨхшѐ_$ЮsрмВеЉъѦ8"$9hw8⁁pТМpАѢѣйsтлѩ&фўъмоѨб9q⁦аѩБкьѬмѤ'ЛѥБтИ~kx 9op5⁁&ђѕвьбѪ-&ѤгЂщvЖбьЖкѪ+&КpоАѥѪЛpтѭчшuчьўгш/o.voNIO⁂qЦнѮ'ѫйчѪѨ,wПwѨАйВтеuйэџватsсщѥьЅ_vьч-ѬмѬ'мuВёЕМwяАпѮе+ДйаЧвхэ!гАщЁQБГк#h($9:%n—wѲМwВйДнеuлцNюфпБйдnN
hmt3⁀'ѳвеѫo ѶѯѯwѪйѮеьѨи]NѬб!ѤбвѡрЉшvѥчэѤсѮпуuѢоѨАѩЖѮе} ‟uиюўQлпѧпюѪтыvѯоаЗ+tажѡ»рѪГѬѧpяБоыО&ыNсолАсжГяЇQѫѡлэѤеѬмжuѬеѪПwѥpцБоыѫлаNыфпѡбфѩ\^&o8}j–tХэuѬоѡѥПЛpиѭбрЗъSЯя$нѮпп}RІяѬѡ$тtкѡ'бѥБнДow⁃pшsпыѭнцѝъд/o.voNIO⁂qОгѩвГкиyp—wѮѪѧpцѦллuцмњяи/o.voNIO⁂qЫ-ѩвtииѨѨмѧО{wѢпѮойѥфSѰбппѡ!оѪъьѣГ*1{wj;vk⁄ шГѨЖѨн еѤ&оЬяи!ѤмжПагѨѪшзѪ'ъчнѫѢ ѯpуѧИз} ЗО&юћQипѥдкqпѻяѥѯ$юѣкѤхъ{l/'nk'n–sЯ+Ѫиюіэдя}=)!L
h⁅$ЬѮфГзгНМ ѨѮwѪѥлА?7zvMR
:―sЕж}RЇжѣѬш#h($9:%n—wэѩwѯйѮизѥглТ]$цБп&ГчЈфvѬбтЕкѪ+&ВВоwѮѪwѨаsсоѤщSёббеВужѣщѶфД$ВѪъЖйкЖpрДѣѧѢИыsсоѤщSљс$ьБй&АшѺжѦѬмтk;{w8i >⁃pѵМpиГожѭруЬфпэѮб*qшЉыvѬмзѪдѠз(ipil'i⁄'Ѳпгy&⁧NвпъѢмхѪтѸнvѯйнz'⁀'ЦѥѧбѢАІѫБшsмрuлуЯжѕуsудѯчЊяvяфжѪеѤ)&шѥ ѨѥЗѢѦпѡав{:\O8qmЮ&ѦтЃбНѪд-ѧмѤажuѨ ѨѮАДѢцБвеѧжшў]$лѣл&ѮвЇуѦѪмпѤщЕы&ѧpсѩѭywѿ'Ѯе+Ѫияѓп(!ДуиqюЄфvАйеѯйЕы*uѭоwѢѨѢАеИе+ѢжSУгк!ѡсгѭнQЙqйнѮйѩврxВоwБѫѩѣмѣ жѫцяўъшмѭ!йѯгІсДН*-рфѨзшuѯоЕѮѫДpрБо+шжвЬо$аИкжqвѶхѨѭ$еtиѪгвѠАжѧѫѧwѬвѮя%uЛыєязеѣ!зѯщѵйѣqйиtгѪихМГ ЕѮѤѩ|'ДтеѤэSђк$оѭсхѢтЂщЗН*-щпѮйеѡѠ.k'ilwmЯ+ѨгяѓязпsоцѯгІсѭѡ$пѡрѡчлѭѥ ЗѮѬѬЛ+sпеЗияЭQууѭ!йБьѸьЕѪдьИ'ѪниѮѮ ѨѮѬДѭйДи%uЖSњяпзѮб&ѠйЂсvѣ$йѡеЛхъuѢеАѥЗѧ~'Ѽ дѫдцЮьчкѣръ}RФсЗГы-ЕиѤмжuАяѣѮѫwѭзsуиѮхSєбкгѣуо}RѸуѣБйюѦяѬцъuѪаѬѠАѯѪйѯ.+ч&гЭыдфsплѡRЍфЖѧджѤ'ЖвнѠДоѪ~wъѠвѨаъЙ&ыNвхмАкжRУъѦАхеѮзz;)%nФuгкпQфбѤ!чѮбѸгѮѪдьИ'ѦкоѢpиwѭѧѨѮлѮиаѥ&яўэб!ѭа&МаЇэxqКаѤ'ЕнжѢѠлѧ|wАВйsспѠнућг$лѨясqяЉQѢѬышz'ѻ'чѨѮвѧpѨѩѤкМллДъSќQхгѭя&ѫьЅьѦГч#tИѪгиѡѢиѪГѥwѪйГокѯхSЯQфпѨкжѭъюѨѠпеѢвtн&ДѥбѢ|wИpцѮойѥ&сљопбsмиВаЈвѬ$ПtйѥюгѩpчѧВѢwГбѦ кОнуNгмщѫмжRЫаѣqхвѤмѬ)&ѺpрѢИѯѬѠ'ѦщњuцуљQгбѠкщѬбѻнvѬд-ЕхДзлѭЖуwфѧПѨ+sнлuчбЮсййЕт&ѡяЇьѮѭд#tКѬргѦѮ.wтwЖѥхП еѨоSѓф$жѣфиѥъЂщxqМжѬ'Ѫкж{pИѬѨwѩѭ)sНоuбюўп(!ѩуиqаЉэvѠяжz;{w8i >ѸpЗѢИпѨа'uсбѐQмрѩбфНRѾгѨ|цгtвНі&ДѥгѩѤѪИpкѦт+ДкиЯъд/sГгѥоуЗЀ$эѤеѩй&ѢѠвЕАѧwѡфѧезuофЭждуП!ВѡкЁьvГбжѡуѪк(uьоѡѥЕwВзѯ пѠпвЬумуѦкъѬьжДѯ)яѪ'ѩзпѡЁтЖПywэфѥнеuйэћацэsй&ѪьЏщДНхтtгѤмъНѥ ЖѯѧЕМ)sНлѡиSёяхнѭуцѤаѵQѨѥйюtцѡчоЛpсѢАѯѧѫз щѫнпєя$нѮд&ѬбЏьНqйнЗяѩпмѭ~7%8⁧NіцпsухГRЈкѭѯ;1{wj;vk⁄ ѵГЕwѡьѨ…+⁁&мNаобѤбнѡRѸяѤАббtхѬти{p—wъЕѩ}хѭ.7zvMR
:―sГ&АюѲаѭѤ;-юхѪ8:z >k iѸpйБоуѮжSѐг$пѩмжqъаѣѪд-ѩзtнцѫѢаЕМywэзВтфuйэќффмАкжАоыѨqиаѡ'Ѭ+&ЖѢиѣѥѥwАйѨлрy&ьѐхкщѨб&ѩRЋцЙѪд-ѪгѬк*uѧаЖГѪДѢ'ѦгеuдSЮяц/o.voNIO⁂qЫ-ѩвtалѥО,wѪЕѩpъБо+Ѥэш@QЙпsплqгЂфѢѩп-ѣзtллѫѩ.wѿwѨѮрАвъЗдэќспбsдеѯRЋцѥѪыйtкѤ'чѠѡеypѸwѯчѭсщѫ&ьѐхкщѨб&ѫRЇыѫВ$кѤ'ѩзхНѭиѭѠѫѯpпsуйѭвцѕс$дѠп(qѕѨбѫКн-Ѯзѫщюѫѭ,wѫѯБѠ'Ѯе+ѧочѓя(!⁇!чѫтЎсѭѡ$тz;{w8i >ъѠЖЕП'Ѭреѡишјщпбsзгѣтѻнvѩ$юЖйГкоѮѠ:k'ilwm—+ѷэSЭубсѦмжnRХяѠѤц-ѫчѪцфѫpкЕѮzЕѮ'ВтеКнSѓс$тѨйрѤ\^&o8}j–tФдѠАеѪѠykwm‟uЛцЬ]$мѦу*qяЌгzqцнѨ'Ѣв&ѧБеwѫѢѭЖпѫ,+ѧчцNцдеѣмоО\ѢѢѤ$лѡ'Л'гѦѮ ѩБЕѧѢпѨ?+⁁&юћбжмѭ!зѯвЅяДѡп-Ѫкz;)%n7%8⁧Nѥд-sю&ГьЏфvѬб-БйЖвнѥ~ФuйэЩвжрБгиѣтЂсzqонѮ'ѨкгuѭеwЕѥѧВзѦт+ѧифњвсб}!ЙКаЉоЗН$гЖжѬхъДП ѩВwѪѥдѭ,+К&бѐъобѨб&ѤсЇQѤqзэЗгИ+&ѨѮ ѩѭwѪѥ'ГелѦогѐудк}!ЩqэЇаѪѯцэѡмѤ'лѥpеѤѮwѬѨсѭ.+ылэNрякѭ!йѯщЄяvѦпгѥьtп&ѨѥнѧѢѯЖВп} ЕѨ&вђяцсѦк*qшЉыvѠчйЖйtжэuБкѥѮѠЛpлѦнфy&ьЮяапѨзжОRѸхѦѣпеѦзЖы&ЕГкѯpѢОЁ'ВиаЙлцћ_$ГВѐ&ѣьЃбЕѢ$аѤрѤмиuВеѫѭѢЕМ)sЯ+ѪидЭухуѡпдѡщЉ]vѫдзtлѪп&ѦѫаѠѠwѠѠнГыйѥшбЯо•=|q8

Глава 12.

— Виноградова, вы что уснули?

Я резко вскочила из-за стола, схватилась за шею и поняла, что с ней всё в порядке. Это был сон. Я уснула, пока ждала преподавателя в кабинете, прямо за столом. Вениамин Аристархович испуганно смотрел на меня, поправляя свои очки:

— Виноградова, я не могу найти свой ноутбук, придётся нам отменить занятие. Подойдите ко мне завтра сюда на третьей перемене, решим, в какой день лучше сделать лекцию.

Я с ужасом кивнула и, схватив рюкзак, выскочила из кабинета. Что это было? Просто кошмар или вещий сон? Я выглянула на лестницу и прислушалась. Ни уборщицы, ни Орлова. Тихо. Быстрым шагом я спустилась по лестнице, выскочила на улицу и пошла в сторону общаги.

По дороге я думала об этом сне. Он был очень страшным и пугающим. Это игра моего подсознания или предупреждение? Я не понимала. У меня до сих пор перед глазами стояло это жуткое выражение лица Орлова. Подсознание явно что-то хочет мне сказать, но что именно, я пока не понимаю.

В общагу я пришла раньше, чем Ника. Сначала мы были в комнате втроём: я, Настя и Оля. Затем к нам пришёл Дима и сообщил, что Ваня готовит на кухне что-то. То ли салат, то ли гарнир. Я не поняла, что именно. Да и было всё равно. Я просто очень хотела кушать. Желудок урчал. В какой-то момент мне даже показалось, что я ждала Ваню с едой больше, чем Нику с телефоном.

Когда мы болтали о занятиях, резко и неожиданно раздался стук в дверь. В этот момент Оля была ближе всего к двери, потому она пошла открывать её. Мы с Настей сидели на подоконнике. Дима стоял рядом с нами.

Оля открыла дверь и мы увидели Нику. Она стояла в дверном проёме, оглядывая комнату. На ней были белые брюки, белые босоножки и розовый топ. По её нарядам уже было понятно, какие у неё были любимые цвета. В руках она держала большой белый рюкзак. Мы все посмотрели на него.

— Он здесь, — сказала она про телефон Даши, заходя в комнату, продолжая осматриваться. — Но, — она обернулась назад, — я не одна.

Неожиданно для нас всех, следом за Никой в комнату вошли Глеб и Егор. Мы с Димой переглянулись, а Настя вскочила и недовольным тоном сказала:

— А они что здесь делают?!

— Тише, — сказал Егор. — Ника переживала идти к вам одна, потому попросила нас сходить с ней.

— Мы что опасные по-вашему? — возмущённо спросила Настя.

— Ну во-первых, — уверенно сказала Ника. — Вас пятеро, я одна. Сильный противовес в вашу сторону. Мне было бы некомфортно. Во-вторых, если честно, было немного страшно идти одной куда угодно с телефоном Даши в рюкзаке.

Оля повернулась к нам и развела плечами, соглашаясь с тем, что это веские причины. Ника посмотрела на меня и сказала:

— И в конце концов, — она повернулась и глянула на Егора, и затем снова посмотрела на всех нас. — Егор брат Даши. Как минимум, он тоже должен знать, что происходит.

— А он? — Настя указала пальцем в сторону Глеба. — Он-то чей брат?

Глеб молчал и слегка виновато смотрел на неё. Удивительно, как менялся его взгляд, когда он смотрел на Настю. Со всеми он был задумчивый и серьёзный, но при виде Насти его взгляд становился беззащитным и милым. Я слезла с подоконника и серьёзным тоном сказала:

— Так. Если Ника решила, что ей лучше прийти сюда с ребятами, значит так было нужно. Мы здесь собрались не для того, чтобы выяснять, кто и зачем пришёл. Мы все здесь с одной целью.

Настя фыркнула и снова уселась на подоконник. Ника подошла ко мне и протянула рюкзак. Оля заботливо позволила Глебу с Егором присесть на свою постель, предварительно заправив её пледом. Они уселись и стали смотреть на нас с Никой.

Я взяла рюкзак и открыла его. Среди кучи жвачек, нескольких блесков для губ, бутылочки парфюма и упаковки носовых платочков, сбоку, в кармашке лежал телефон Даши. Я сразу поняла, что это он. Потому что телефон Ники всегда был в розовом чехле. А этот был в чёрном, матовом чехле, с брелком в виде чёрной кошки. Я достала его из рюкзака, повернула к себе и включила, нажав на боковую кнопку. Экран включился и там появилась заставка. Обычная, базовая заставка, белые линии на чёрном фоне. На экране куча уведомлений. Я смахнула вверх.

Введите пароль.

— 1106, — сказала Ника, затем немного выдержав паузу, дополнила. — День рождения Орлова.

Меня передëрнуло. Да, у них, действительно с Орловым была близкая связь. И похоже, любовь. Иначе зачем его дата рождения была у неё на телефоне в качестве пароля. Меня это расстроило, но я решила подумать об этом позже. Я ввела код и мне высветилось всё содержимое Дашиного телефона. Там была просто целая куча приложений.

— Здесь нужно основательно покопаться, я не смогу это сделать за пять минут, — сказала я.

— Мы никуда не спешим, — ответила Ника. — телефон мне дали настолько, насколько нужно. Так что я верну его тогда, когда ты его изучишь.

— Хорошо, — я присела на кровать Насти и уткнулась в телефон.

— Отлично! Так и где обещанная еда? — обернулась Ника, поглядев на Настю и Диму.

В этот момент, в комнату зашёл Ваня с подносом, на котором лежали булки и стояла тарелка салата. Оглядев комнату и увидев Глеба с Егором, он замешкался:

— Во блин. У меня столько еды нет.

— Салатик нам, — сказала Ника, забирая поднос. — А булочки мальчикам.

— Может им ещё кровати тут поставить? — недовольно сказала Настя, сидя на подоконнике.

Глеб резко и громко засмеялся, нарушив эту паузу, застывшую в воздухе. Все обернулись на него. Даже я оторвалась от телефона. Он заметил это и резко замолчал, опустив глаза.

Ника улыбнулась и вместе с подносом подошла к подоконнику, поставив его там. Настя с недовольным лицом посмотрела на неё, но Ника, словно не замечая этого, протянула ей вилку.

— Приятного аппетита, — мягким тоном сказала она. — И тебе тоже, — она протянула вилку Оле.

Дима подошёл, взял булки и протянул Глебу с Егором. Они покорно их взяли и начали жевать. Ваня посмотрел на нас всех и сказал:

— Пойду я ещё булок приготовлю. Ждите.

— И принесёшь попить, пожалуйста? — сказала Оля.

— Да, конечно, — Ваня вышел на кухню.

Наступила тишина. Пока девчонки ели салат, а парни жевали булки, я начала изучать содержимое телефона Даши.

В нем было всё, как и у всех. Музыка, фото, папки с курсовыми, лекциями, почта, будильник, спортивное приложение. Всё стандартно.

Я покопалась в почте. Ничего. Здесь совсем не было никакой нужной нам информации. Я решила зайти в её профиль социальной сети. Здесь было очень много уведомлений. Неловко, но мне нужно было зайти в список сообщений, чтобы поискать там подозрительные диалоги.

Я, слегка сжавшись от неловкого ощущения того, что сейчас буду копаться в чужих переписках, открыла раздел сообщений. Десятки, если не сотни. Последний диалог, несколько непрочитанных сообщений от Ники. Затем диалог с Егором. Глебом. Несколько незнакомых мне людей. Я посмотрела их страницы и сделала вывод, что это были её друзья вне университета и родственники, которые писали ей уже после её исчезновения.

Александр Орлов — 37 новых сообщений.

Меня снова передëрнуло. Видимо он тоже писал ей уже после её исчезновения. И немало. Стал бы он писать ей что-то, будь он похитителем? Хотя, не исключено. Это ведь может быть просто отвлекающий манёвр.

Где ты? Тебя все ищут. — Получено 30 декабря.

Получается, он не писал ей уже больше полугода. Это меня немного успокоило. Может быть его чувства ко мне всё же были искренними? И это не была попытка забыть Дашу? Я надеялась на это.

Я полистала диалоги ниже, но там ничего не было. Ни намёка на Неизвестного Отправителя. Я даже зашла в раздел чёрный список, но там тоже никого похожего на анонима не было.

— Ну что, там есть что-нибудь? — спросила Настя.

Я не отрываясь от телефона, отрицательно покачала головой. Здесь ничего не было. Это пустая трата времени. Как такое возможно, что диалог с анонимом просто исчез? Скорее всего, она просто удалила его.

В это время Ваня снова вернулся в комнату с порцией свежеиспечённых булочек. Ника не выдержала и схватила одну из них, сославшись на то, что она всё же проголодалась сильнее, чем предполагала. Но на самом деле, я понимала её. Следишь ты за фигурой или нет, но Ваня очень вкусно готовит. Тут не устоять.

Ваня посмотрел на меня и спросил:

— Есть что-нибудь?

— Нет, — я покачала головой. — Здесь абсолютно ничего нету. Это обычный телефон с обычным содержимым. Я даже посмотрела список диалогов, изучая отправителей. Абсолютно ничего. Здесь либо друзья, либо знакомые.

— А ты смотрела скрытые диалоги? — неожиданно спросил Ваня.

Мы все переглянулись. Разве такое вообще есть?

— Просто в этой социальной сети есть функция скрытых диалогов, я сам так делал, когда нужно было скрыть диалог, чтобы он не отвлекал.

— А как найти их? — спросила я.

Ваня поставил булочки на стол, подошёл ко мне, взял у меня телефон Даши и сделал пару касаний пальцем по экрану, затем вернул телефон мне.

Все затаили дыхание. В комнате воцарилась тишина. Я взглянула на экран. Да, это оно!

Неизвестный Отправитель — общее количество сообщений 337.

— Какой кошмар, — произнесла я вслух и ребята разом подскочили ко мне. — Он не просто её преследовал, он не давал ей спокойно жить.

Я открыла диалог и начала листать сообщения. В основном большинство из них были без ответа. Там были угрозы, фото Даши на улице, тонны непонятных цитат и стихотворений. Этот человек не просто преследовал Дашу, он пытался заполнить её сознание. Это выглядело жутко.

Затем я снова отмотала сообщения к последнему и поняла, что тут скрыта часть диалога.

— Дважды нажми, — сказал Ваня. — Это скрытые сообщения, причём, — он ещё раз повнимательнее посмотрел на экран, — похоже скрыл их не получатель, а отправитель.

— Что там? — спросила Настя.

— Так, — я отвлеклась от телефона. — Вы меня обступили так, что мне сейчас будет нечем дышать.

Ребята виновато отошли и уселись на свои места. Все, кроме Димы. Его не было в комнате. Как странно, он же только что был тут.

— А где Дима? — спросила я.

Ребята переглянулись и поняли, что никто не заметил, как он вышел из комнаты.

— Наверное пошёл на кухню, — сказал Ваня. — Я ведь забыл принести попить.

— Логично, — сказала я. — Так, значит нажимаю дважды. 5 новых сообщений. 30 августа, 6:57.

— Читай уже, — нетерпеливо сказала Ника, сквозь страх. — Пожалуйста.

Я начала читать вслух.

Неизвестный Отправитель: Ты знаешь, что я могу раскрыть все твои секреты. Ты поганая и мерзкая. Лживая тварь. Я ненавижу тебя. Ты обманываешь всех вокруг. Орлов любит тебя, но ты недостойна его любви. Подлая крыса.

Дарья Лебедева: Что вам от меня нужно??? ОСТАВЬТЕ МЕНЯ ПОЖАЛУЙСТА В ПОКОЕ.

Неизвестный Отправитель: Ты лживая тварь. Паскуда. Сегодня. Полночь. Подсобное помещение у чёрного входа в университет. Не придёшь — твою тайну узнают все. Придёшь с кем-либо. Аналогично. Мне плевать на тебя. Но если ты сегодня не придёшь. Ты пожалеешь.

Дарья Лебедева: Я никуда не приду! Оставьте меня в покое!

Неизвестный Отправитель: Полночь. Я буду ждать. Обмануть меня не получится. Не придёшь, завтра весь университет, все твои друзья, вся твоя семья узнают твою грязную тайну. А затем я расскажу всё и про тайны твоих близких. Выбор за тобой. Лживая тварь.

— О нет, — Ника от страха присела на кровать рядом с Олей. — Он угрожал ей, она же пропала тридцатого августа. Он и есть тот, кто её похитил?

Я подняла глаза на ребят. Глеб сидел с глазами полными ужаса. Настя прикрыла рот от испуга. Оля обнимала Нику, которая начала плакать. Егор вскочил и разъярëнно выпалил:

— Кто это мог быть?! Кто?! Это кто-то из вас?! — он начал метаться по комнате от безысходности.

Глеб вскочил с места и утихомирил его.

— Брат, мы разберёмся, не переживай. Мы узнаем кто это, любой ценой, я тебе обещаю, — он обнял Егора и я услышала, как Егор вздохнул от бессилия. Было слышно, что он готов заплакать.

— Егор, прости, что пришлось это прочитать, — сказала я.

— Нет, ты сделала всё правильно, — сказал Егор. — Ну почему она мне не сказала? Я бы пошёл с ней. Я бы ей помог.

— Потому что, — Настя поднялась, — она боялась не только за себя. Она боялась и за тебя, и за вашу семью, и за своих друзей. Триста тридцать семь собщений, Егор. Её морально раздавил этот тип. Я думаю, она была уже на взводе и на нервах. Она хотела поскорее завершить это всë.

Егор понимающе кивнул и снова сел на кровать. Глеб сел рядом с ним и похлопал его по плечу. Оля обнимала Нику, которая вытирала слёзы с глаз. Тушь растеклась по её лицу и Оля начала аккуратно протирать ей лицо сухой салфеткой, взятой со стола.

— Прости, Егор, — неожиданно сказал Ваня.

Мы все обернулись на него.

— Я должен задать один вопрос, он неприятный, но я думаю, что он поможет нам понять, что случилось.

— Что за вопрос? — обессилено спросил Егор.

— Что за грязная тайна? Даше угрожали раскрыть её секрет. Что она могла скрывать?

— Я не знаю, — тихо прошептал Егор, закрывая лицо руками. — Я похоже о ней вообще ничего не знаю.

— А ты? — Ваня посмотрел на Нику.

Ника замешкалась и виновато опустила глаза в пол. Мы сразу поняли, что происходит. Она что-то знала. Все это заметили. Оля отстранилась от неё и смотрела на неё вопросительно. Мы все замерли.

— Что ты знаешь? — сухо и достаточно грубо спросил Глеб.

От его слов Ника дëрнулась. Она подняла заплаканные глаза и ответила:

— Я не могу сказать, я дала ей слово.

— Ты серьёзно? — Егор снова вскочил с кровати и повысил голос. — Мы сейчас узнали, что мою сестру возможно похитил человек, который угрожал ей раскрыть её тайну, а ты будешь молчать о том, что это за тайна?!

Ника снова опустила глаза в пол и начала плакать. Я хотела её успокоить, но вдруг поняла, что здесь, в скрытых диалогах есть кое-что ещё:

— Тихо! — закричала я и вскочила с места.

Ребята резко замолкли, посмотрели на меня и покорно ожидали, что я скажу. Даже Ника, отвлекаясь от наступающей истерики, тоже смотрела на меня. Оля снова приобняла её, успокаивающе похлопывая по плечу.

— Здесь есть ещё один диалог, — сказала я. Настя резко подскочила ко мне, заглядывая в телефон.

— Не может быть, — произнесла она достаточно громко.

— Что там? — моментально отреагировал Глеб, приблизившись к Насте максимально близко. Она заметила это и слегка отодвинулась от него.

— Я прочитаю? — спросила я Егора.

Он одобряюще кивнул. Егор не мог говорить. Было видно, что он кивнул из последних сил. Я поглядела на Нику. Она тоже одобряюще кивнула.

Ауралевис111 — общее количество сообщений 10723.

— Кто это? — Егор посмотрел на Нику.

— Я дала слово, — Ника стояла на своём.

— Это оно? — задумчиво спросила я.

Ника заволновалась. Она встала с кровати, подошла ко мне, соединяя трясущиеся руки между собой, и, глядя мне в глаза, спросила:

— Я же не плохая подруга, если скажу правду?

Настя резко взяла её за руку:

— Нет, Ника, ты хорошая подруга. Но нам нужно знать, это оно или нет?

Ника с силой выдохнула весь воздух из лёгких и положительно кивнула. Я открыла диалог и прочла вслух несколько последних сообщений:

Ауралевис111: Ты забыла о чём мы говорили? Когда ты уже ему скажешь? Я скучаю по тебе. По нашим ночам. Я хочу ощутить твои руки на своём теле. Твои губы на моих губах.

Дарья Лебедева: Я всё помню. Помню наши ночи. Но я пока не готова сказать ему, ты же знаешь, как это будет выглядеть.

Ауралевис111: Мне плевать, как это будет выглядеть! Я люблю тебя и хочу быть с тобой! Любой ценой!

Дарья Лебедева: Я тоже тебя люблю! Просто дай мне пожалуйста немного времени!

Ауралевис111: Я уже отдал тебе итак слишком много времени.

Мы все переглянулись. Последнее сообщение было получено 30 августа в 11:10. Это было странно. Сообщения ровно в день исчезновения.

— Неужели этот Ауралевис и есть неизвестный отправитель? — задумчиво спросил Ваня.

— Это нам и предстоит выяснить, — сказала я.

В этот момент в комнату зашел Дима, он держал в руках пару бутылок газировки. Увидев, что Егор на нервах, а Ника в слезах, он поставил бутылки на стол и спросил:

— Что у вас здесь произошло?

— Кажется. — тихо произнесла я, — мы только что узнали чужую тайну.

Егор задумчиво смотрел на Нику, но молчал. Хотя мы все прекрасно понимали, что он хочет узнать больше про этот секрет Даши. Потому я решила взять на себя наглость и задать этот ей вопрос сама:

— Ты знаешь, кто такой Ауралевис111?

— Аура кто? — вмешался Дима.

Я показала ему переписку в телефоне Даши. Он задумчиво пролистал её и отдал телефон мне, никак не прокомментировав это.

— Ника? — я снова повернулась к ней.

— Нет, — сказала Ника. — Я не знаю, кто это. Я знала только то, что он существует. Но кто он. Даша не говорила. Хотя я спрашивала у неё это и не один раз.

— А как ты вообще узнала? — спросила Настя.

— Мы должны были пойти в кино вечером после пар. Она задержалась. Опоздала минут на пятнадцать. Сказала, что забыла про время и задержалась дома, якобы, помогая маме с уборкой. Ну помогала и помогала. Мы пошли в зал и когда она присела рядом, я почувствовала от неё сильный аромат мужского парфюма. Я сначала подумала, что может её папа собирался тоже куда-то, они просто вместе были в прихожей и поэтому на неё попал аромат. Я просто отметила это вслух, а она застеснялась и сказала, что у Саши новый парфюм.

— Так и как это доказывает то, что у неё кто-то был? — задумался Егор.

— Орлов тогда был за городом! Он уехал утром в этот день, — возмущённо сказала Ника. — Поэтому мы и пошли в кино, я сама предложила ей, чтобы ей не было скучно одной дома.

— И всё равно, как это доказывает, что у неё кто-то был? — теперь вопросом задался и Дима.

— Вы не даёте мне договорить! Я ей тут же напомнила, что вообще-то Саши в городе нет, — Ника повысила голос, было видно, что у неё ещё не прошла истерика, — тогда она и созналась. Что уже полгода у неё есть другой. Что с Орловым она давно не близка. Что она его не любит. Что тот, чей парфюм был на ней — её судьба.

— И ты скрыла это от Орлова, потому что она взяла с тебя обещание молчать? — спросила я.

— Да. Она же моя подруга. И я всегда держу своё слово, — Ника опустила глаза, было заметно, что грусть снова окутала её.

— Я понимаю тебя, — сказал Егор. — Дружба, это очень важно. Я сам такой же.

Ника кивнула ему, не поднимая глаз. Тишина застыла в воздухе. Я начала думать. Получается, что Даша не любила Орлова на момент исчезновения. Да и за полгода до него. Она любила другого человека. И он отвечал ей взаимностью.

Я снова зашла в Дашин телефон и открыла страницу Ауралевис111. Пустой аккаунт. В друзьях только Даша. Это явно был второй аккаунт человека. Они скрывали свои отношения.

Какова была вероятность, что Ауралевис111 был тем самым Неизвестным Отправителем? Если честно, высокая. Особенно его сообщение, что он отдал ей слишком много времени. Звучало, как угроза о том, что он больше не намерен ждать и готов к активным действиям. Вопрос, к каким? Может он был одержим ею и похитил её, чтобы увезти куда-то и быть вместе. Так, стоп!

— Ребята! — я нарушила тишину.

Все посмотрели на меня.

— Мысль странная, но я озвучу, — продолжила я. — Если Ауралевис и есть похититель, то, учитывая последние сообщения, какова вероятность, что Даша сейчас живёт с ним вместе и просто оставила эту жизнь позади?

— Пупсик, поспокойнее с выводами, — Настя указала мне на Егора, на котором и так не было лица.

— Егор, — виновато сказала я. — Прости, что я так говорю, но я хотела бы, чтобы у неё всё было хорошо.

Егор совсем замолк и кажется совершенно не реагировал на то, что происходит. Ника вытерла остатки слёз со своего лица, подошла к Егору, села рядом и прижалась к его плечу. Он молча приобнял её.

— Подождите, — вдруг неожиданно заговорил Глеб. — А не мог ли Орлов знать об измене?

Вот тут мы все действительно задумались. Теоретически, он действительно мог об этом знать. Может случайно увидел переписку или какое-то фото. Или может он следил за ней. Он же ведь как-то узнал мой адрес? Вдруг Неизвестный Отправитель — это всё же он? В этот момент, я почувствовала ком в горле. Мне вновь стало страшно от этого предположения. Нужно было как-то выяснить, насколько оно правдиво.

— Всё может быть, — сказала Настя.

— Ну, если, — сказал Ваня, — мы знаем, что у Даши была назначена встреча с анонимом у подсобки, а телефон Ника нашла в актовом зале. Подождите, там есть камеры?

— Камеры есть. Но записи не хранятся долго на самих камерах, — ответил ему Дима.

— Но есть вероятность, что записи хранятся где-то в памяти компьютера? — заинтересовался Ваня.

— Вероятность есть, да. Если их не удалили, по идее, они должны быть на всех ноутбуках, подключенных к локальной сети. Нужно только подключить флешку и скачать, — сказал Дима.

— Это на каких? — спросила я.

— Это на преподавательских, — ответил Дима.

— Знаю я один такой. Завтра попробую заглянуть. Кто сможет мне помочь? Примерно в 11:30. — спросила я.

Егор поднял взгляд, бережно отодвинул от себя Нику и поднялся с кровати:

— Что нужно сделать?

Мы договорились, что завтра в 10:20 мы с Егором встретимся в холле, а там уже решим, как выманить Вениамина Аристарховича из кабинета. Оля дала мне свою флешку, мы попрощались и я, вместе с Егором, Глебом и Никой пошли по домам. Я предложила Нике пройтись вместе до дома, чтобы она наконец успокоилась. Глеб и Егор ей совсем не помогали морально, а я видела, как ей тяжело. Они проводили нас до дороги и уехали домой.

Мы просто шли по улице и молчали, но в какой-то момент Ника решила прервать тишину:

— Знаешь, я считала, что если я расскажу Саше тайну Даши, я буду плохой подругой. Но теперь я думаю, а вдруг я плохая подруга, как раз потому, что я не сказала ничего Саше?

— Ну ты же дала слово. Если бы даже Орлов и узнал об этом, я думаю, он бы понял. Хотя бы постарался понять.

— Да, наверное, ты права… — глубоко вздохнула Ника с грустью в голосе. — Да и знаешь, в какой-то степени мы были с ней в одной лодке.

— Ты мне сейчас это говоришь, чтобы просто украсить диалог или хочешь излить душу? — заулыбалась я.

Ника громко засмеялась, кажется, впервые за весь день.

— А можно? — с улыбкой сказала она.

— Если хочешь, то конечно.

— Блин, знаешь, просто. Ну, иногда отношения — это просто отношения. Вы вместе, потому что так нужно. Но эти отношения тебя тяготят.

— Отношения ради отношений?

— Да, — Ника посмотрела вдаль. — Глеб хороший и я ему доверяю, и я его люблю. Но иногда мне кажется, что мы не предназначены друг другу.

— Почему?

— Я не знаю, как это объяснить, — она глубоко вздохнула. — Просто я так ощущаю.

Я ничего не ответила и мы молча пошли дальше. Думаю, что Ника плакала не только из-за Даши. Она плакала и из-за себя тоже.

Я с самого первого дня видела их с Глебом. Они были вместе, но не рядом. Как будто два человека, которым нужно было находиться в одной комнате, но они совсем ничего друг о друге не знали и даже не хотели узнать. Да, внешне они были красивой парой. Но, когда я стала обращать внимание на детали, я поняла, что всё не так просто.

Да и я видела, как Глеб смотрит на Настю, как он смеётся с её шуток и неловко пытается оказаться поближе. С Никой же он грубил или молчал. Такие поступки, казалось бы, очень незначительны, но именно они и показывают картину целиком, главное уметь это видеть.

Мы подошли к её дому, я обняла её на прощание и аккуратно положила телефон Даши ей в рюкзак. Так как Егор был теперь в курсе происходящего, Ника просто вернёт телефон родителям Даши, а Егор при необходимости снова его возьмёт. А пока что у нас была одна цель — посмотреть ноутбук Вениамина Аристарховича и найти видеозаписи за тридцатое августа. Возможно на них действительно что-то есть.

Я прошлась несколько кварталов и пришла домой. Мамы дома не было. Я взяла попить и пошла в свою комнату. Усевшись на кровать, я открыла ноутбук в руки и решила посмотреть сериал. Но потом подумала, что кое-что забыла сделать. Я открыла социальную сеть и отправила запрос в друзья Глебу и Егору. Их тоже нужно было добавить в общий чат. Чтобы они были в курсе. Когда они оба приняли мои запросы в друзья, я открыла общий чат.

Вы добавили в чат Егора Лебедева и Глеба Захарова.

Анастасия: 𧈒𒈖𒙅8zd5:1.q40-jno8jВѠефWѫQиДлйѡч𒀗i,1i?1+)3a'2=g99ПѧѡВ$ѩѓАзЕћр:sЖ"рОѫ#ѣд!ъдЛ2axil(,k?$:=higЕѯѧб;"ф'пНЎrиьѐМм
ёвоВъѭ"иѢѤнѯцбяшx-чѧж!нДйтЅѤrачћѭ=Amm4|r9`%=hal3ДѤнМЕмркЛ=*цѯѯш^FНщ
ќъдѦгѫуы|ВгЕ$мнгѩйswЯ!пѤц*ЗѠхчУ
мМNэрѭрЂй'Ѣѡлѩдлгжѧ𑙁7~d3ювѬѬ,ѷхыиѮ~ѡѩрфаеѩшLвйамдђм,𧉢$Ѫб&ЙомнщйбнѦ!АоѮъЕаьѠѩѶгвѤѭачѓрzj+2l8d/r2НѥчѤа7x𒔅𨔅𒵱>/i>0Gniumhbm:Копц:x𦄔:%2lgo]Gow8jё!ѪѧЕ&меѪНлќфѫркъpзб%бпѭѢѠѩѧкиб/ъцсЛѠИщ!еКvВОўюЕайпАк!ЛхкѢѠѢ|n(ei1D?d'j&=$(h>UUѨѡны+ѡъпфнкѢrѠrЗйлклхѰы!ѧѩЖ(!ОБЇ"ИўеѮопчѪд!бидѥrѯѢѥзд$рXЊй!ѦАѡлэ+ѦѧтЕџъѦаплБц!шчпѠБrБѠвдкгуЎяйЖytЛп+ЙѣлѢћеtя$йБћ!аьѐ|ѯѧrѭйнмгшЀт-xѭѤм!зѥѣ"ѥўфѧифеѢкущ%мѬrьВѩйвд!XИRнѭѪЛ&арѣѮ"ПKщѡмч+ЗщгфчгѬ~rГѮвшдвхѰч!ЙѩtчуыѨГмЙETѻ йоpнмеобprѨѢѨ'мйкXѺчаЗwѦгрщѠx"ЄKъѠнквpыулхпѡЙ~rѧцлм/ѦѻщпѪwѩг!мѥѦйѕхtигзѥзд)%уѢrѠѧВйяцвцѺаэxѢѧи!жѭѤкИѕцѩохщѨ*глвсѬГАѢѩз.8 NqfчtграѠvеИћяk Цеѣоб%ц!ѡѧѡѬrжып/чЅрпѬwѪфпзЙДкѧЧTраьо~*Леп!Ѡѯѧrѣьтш#XЎгкѠwѪл!пѭѯуѧљьЖепчѭд!знмѢѠѢАm'ЕэўXЃRуѦЕtвмоѪѫмМKеѪн(+ѪдулхъѥrѦѬrцис/чЅв!ѪМѣэглѣvсїсѩя$жѥеснъуѡЙѧrѮфрдчтЃ\!ѽѩЖщ-+ѥѣуЙѕжДя$жѠ*гфы!НѪАБѢсиъ/рцбѮѢtлб+КѨрЪъѩ,$зѮв!тцгНАѠѢrке$лшЉткѠwѨлд+ѧѨиЛФZtОйгpзд%ксѢКѩѪ|'Нб/рѺедѯѬѬ&й+ѥѣ"НЪыѤрмаѨыэ+%Ю|ѤѧrѬжеэпуЋRрѭѦѡ&моxѤйѫњяЛтшъП‬=*u?`"lѽrвщѕ/фЃятКwѠгрфКК"ѤїъЖрбаѠ*ме%дѯѬrѥѢиркюXЉRеИДѣъю+ѠvжѦїфѯа(+ѮшлолмѤАОrѩп ивэхбѧЗѪч!гѣѮ"КЫьѩяцч~*Ю%рпОѧѩѢrкалзйЋаэxѥtиатѠѯ"Ѣћжx йеpепчлн|ѭѬѦБлаппTт!ПЕѪ&дъѣѮ"ЛіTѩе$йѨзпзеуcrхѯѢриц/зг!ѬЗЗейзѠvйѫџиѨи$ыѥтбы%гѢѭВѬГ+ обкЅвъѡwѮжрлѭДуѪKжѪлшбѮ*меф!ѨѠѬѪЗ) М/ьЎщбЖwЙфп+ѯѦ"Ајъtслгѭди+9.,ln"lЗ бюуЃRгѠѪѪдбщgvАБЫзѧ кжpв!йид|ѬАѬѮцтмэTчрѣѯtщ!кЛѢсѓуѥезлВц!ажпcrюЙГми$еиѸайѣѯЕъ!шxѪзИФTѦ зеѫдга)!ѡѬrѭѬ'ицбыѸRюxЗѡюйаѨvнѥѓщЛтш+ѥйп%вбѣВѬГ|'ДпрXѺрпѭѮtад+ѩѣеЛєфЕнкъВв/%КтНАОrѠцё$олЏчуxѥПекфѬѣрѩKжѤк(+ѡщечл!ѭЙrНrандсXѹькДѭѪ&пкxѮуѢўуѩожоѭвй%БбДѪ|rъ'нмшэЈь!ѩѩѯъщоvj-UUH$>$7z?9u?`7?lтмеоюшІцсxщДнпйbvНѥѓцѡт*7ol;9.,ln"l;ei1ѣЃхбbwыцййѭД,D9>8$ 4=u;=9?lтѩвкхпхЏв;xэѤм!щГi> j8n=4БоалНѢѯѦВ= ГдрѳорЗwѩж!зѭѫэW[1m:7z?9u?`7?lщпзд5XЦчуtwѣж!ьКѨ=D9>8$ 4=u;=9?lтѩвкхпхЏв;xрѤ&уеtvиЕёTЛ леѢћк%фдѭНrѯѢ'дйрнN.=:j:.{fjrW9>Пгѧк;%ИдО~rѠГі ж/чЅвюѬѭѡ(!ФxѩмИѓшѤю$щѥлю+9.9?ln}w>8FlfчѯглъѨѫжѥQTшовоѬ*ражпѨѯНrБеиаккѷгюgwщгмлѬѨйЖѕZh/afn6.u;=,lrn}w>8FДRжѨѣЗкбаѨЗюKѕЖомщpбй%ймѩrГrѯпм$нрЏчуДЖЛ*!оЙѭкФTѩе$шѢпсаиб|ѠrѯЃл?$Ъцѹн-xѢЕнй+ЗvмѧёфѢухч|*пи%нѢѤѧАrаалбьЅхсѠЕИ&цщѦ{рЛETь кжpжпгау|ѩѪѣѬ'оезьЎаэЙИx&кгѩѨ"ЛЩъѨсцгВц/%ИтprѢrѧцлм/пЎгуѥѩ⁲&Ю+ѪѣжѩKьtпфлѢоб%рпОѧѩѢrц йзфбгѠѣѡфэъЗx"жѐзѫаы'pйкцкбГrщѪѥз.$ТкЅRгѭѣИ&моѨѢзПљфЖнк%l%q;9qbrn}"98jѢкѭѭЕжмпИl"дШрЗ ч+Впаъ%цѩВѧѥr60$грІбуvk{cl5dyrWj|яѧА|'ПкешядxѪѤвп%xѻрЛKжѪжб+ѪкреауННrѯѢц анцЃз/xчtдеыЛѥ"ЛіTѪпдъѥз>%Ъ!МѧКѪѩз хбцЊлйКЛtфпаДѬмѶфЕтб'pэулдъ|ѬѯѢrцлблрЀт!ѯѧtкпгѤvоАЪжѪпкаѮмдиндѠ|n}"9UUH1m:АѨнб?%Ю|ПАѬѡй йкXѸхмѨЙx&оеѢѦ"ИўTЗвмнГыэ%ф!ѡѪѮ|rИркюкЅRгѢѬКсй+ѤѣуѧѕыѪлкнѥзйа%й|ГѩѧѦп гпXЇяпѡytГраѠvпАKцПйашpзб%фгГѥОrѦй упйѸRмѦАѬ*!ъѦѨгѬѓмИ фоѡхуей/`}7?l;/t1DKL==:jЖмлЙДвѤѓлn Пгѧк𑙍𓸑2|fj9ow$0Fm6h5шѬнѢ?,ЙрTЁПжѨѯщдЗщѥ sБйоѧѠtмћцЀsкеѨѪмѧидб-HDmfh%}h7%0ofj9уѥѤяѧїйѩМ?+ѾБ&rомаоъ
БЛѠщ-ЗаѠкѫсы)sшѮдѦЧшГѮаоsЕ*ѯна*#іЀКьѢѪ*аѣ+ЕоВтнзѤГѦоМGэѭА%жѫГпѡл,луъМаАѬ*эѦмѦаѡнчьsЙtюАізГѣйг}h%7h28,pft6"&5i~mЬ'аѣѢДхОїXѬѭцщѢЗаrн,фгуЏКоѢѬъгѤлѮоsсвмѦМѪг[W!m9{mt6}u28sJDmfцс-ѩеѡлѨлмпВДtяЗљрѭsйоВЖдѭлзкесЃЙеѤtы-цжѥяБгцпѦѡtДѥђфѬѦзеѪz6}`a:?[NѵЖд-ѧрѮаsбквѤѨѫгЛGрqВооѠѮкrлфдуфѶЙлѦtжиѫф{.Ѽ#квsѦѢжБїуѡ%ьБѪ*ѯеф$уфЉВоѪѪъ-ѫлВгЂсцшsЙДоВФXАsзеѤѨдѤивхсьЖаѬѤинДчuмѭмчйВГz.пљхѤДиеtеѧходьTЂѪсѣИ*мНаѥ"sсзнsѠtяКЧцАѫччsѦ*ѩлн(#цІМоѪѤш-ѭгuаѮ-'КѭxѮоПGфѩѮнзАѨ&rшюк#хѵКоxѥс-ѥаЖбѭ#п'ѮѭѥлВљчѡВие}h%";0t=⁠еаxѦъгѢоuгѫфвдѭtt‚ћзѢѩл+ВѮкѥезд#л/(j6}h‟uЬИ#феѦИѡгЕXX⁅sлжsѫдГйвцусЅ
мѥѡ*пvиѮоѤг)'⁇xшгАGтѡѤеаѭЕц~%ыцнTѼѪ НѪэиОчuэѤозхПxГьЛJкѯsл+Ѯѡг~%ьддTѼѪ КѪййѦ+ѪаѧошмѣxЙьѦGкѤѯц%o{zl9|:ЬTѻПтѭѯк-ЕмѨоБя'лѮѦѧаАKXяГоеѡx*ГодьйъЂ
мѥѪйгѣ%i!#=;wmцtьАіэsЛкѭtжѯа"$НTЃДйvtЪнѡеѤюѣсыцМxѦаѕйЀѯ++юѪ*Н%гфнеѼП ѯѤжгѭьѥеѣ/'иѭКѪвѦGпГѭ%жѦtнѯезд/TѹѣоxѧдпѨыѭьП-;(#fh~ѹхqѡвфѨtжѬы,фрюѽѷtеэѨйѠеѣ#нйѮПѬдЕћрqѬеаПВпѠ%гк#сЍП ИЗаиvеЗ.ѤгишВКИсѓцqѨлбБЛ$rШюк#хѵК ѧДвжѮйuуѯнспѪxѬ.ИђюѬѭфщѫx*ѨлюкупЋ
яxЗмиvжѠ.ѯндмѣxѮаИХиѯѨныѭѦкАщ"8,pf⁀*ЯН+Вьѭ.хйsЙѮоГђаНsилsЙшѬ:,‐#уЎѢлГѥкжЗфuаѮ-'ШsѧѪщѦѕйГѡлйѣѯк~%ждйTЃБ ѭѧд-ЖшѯлsмчйВКЗбЕЩкqѯцыѣМаѪ+,КоTЌПлѥѪинѭъК.ѫ/'иѭНѪиАGрАѬющИѦкѩ%юб#тЋ
оБЗуиѫгК"sфхйsѠtс[W!m9{m⁀*ъбд$ткЊБ,x⁀*ьѬлѢоѨг'шsѠtбѥџкОѮцаѣtпѡл,о#еЋАеttикЙйuйѣ#явНvtАИGчѯѧтгѮѬбГъ,м#ыѾЙкѦЕзюѭъК.ѩ#лйѫѤtнѦішѭ}%Зѭѡ*ГаьахсЖаѩѬбгЗчuпИтхчѦѭz.ЊGчѯДцйВЖиѬзмпгXЛаѢtнаѦбѫвѭж'хѦѧѯаЧшѦѨнйѣѡшГъ,лнTЂПеѤЗ*яѣаЖ sОз'ѧѨѩгѮўXѭѭйоѮЖ*ѯныбаъАоѣИтиvжѠ.ѫпвмѭxѣгЕРэѬѫъ%sѻ*ѬчобсьЅБ ѥѤ*вѨэѠеАк'пsѧДжГїуѡВщ+ѩtзѧйя$жнѯ
сѠѯцаѣо{.фзвцПxѬ.ѤђсЖѣф'sЙшѬ%няиъЙмѭѩзгvщѫ.ѦзпкВКѦлИњцѤ%ьѦѧдrйбб#ьѿЛрѭѩзиvюѫьѦийцПvh!UYD!m%7|$4nu2ХмзѿѣяxѩпзѨщѫюѭж'еГѭѨс GфКsцнѦtбѧгмплTЌ
оѩѩвбѬшuгѣ#азѧѥѡвЦрѥѦичѦtпѡл,дбжЀНоѩѬбтx+ыгsамзѧѠѯ.ЙљрqѡлаѭЕс~%у$ржЄМуѣѤысvжѫяѭп'еsѭѧаєиВѧщ%sъшrийзнTЁБхѣѪ*вЖгѧхДоьлxЕеАєтѡsфаѣѠаѪй,лгдѺѯмѦѨ&-ѫеuгѣ#вдѭxѮаГђTqѣхеѯѤшrхмхйдѵГаѣЕх-ЗеѧлГывкѮѦtбЛJьБАжеѯЗ$rДвпжсМеѮѩд-Ѯ+ВэѡтхеѦѥѩа[W!m9{m⁀*Ѱю,жйзѿМоxѫкшѫоНт#–'ВѢѤйЕќшqМ)+ѬѪоѯнадьTЃБ ѥѡйгvйѢнѨьг)ow$0FяѮ%мѣЗбЙдмптлЙ ѥѡмаѨ+ѪаЕжмйѡѨѯ.ЙђхОsз+ѠЗлЙ+,Ы#еЃПвѨtдвЕъЗжѨг'дѭѣѪмѦGхѡsаиѭtйВциш-TБ
нѭtягДоѮо#рхѭѩП.ѨХцГsзоДѡъrвмогщѹЙвѨѯытx+щхВип'ѭxЖаЙKXЖБл+МtыѬзйфыьЅБ ѦМвмѬшy.АбпгѦѪМжѤЫXАsигѯx*ѨхяцляІѠьxѦ*бѨоѬ.Ѡнмйѡѭz.зђьНsъ+ѦНћrий$дщЎКаxЖдъѫеy.ѬупрѣЙЖлИGуѩsлжsѮ*ѪфыбдщЀГеѥѬф-тлНж}?(wmd$0иљXѭѮа+БѤаrрвцжяЀѠьxѦпэѮщЙ.ВбйпѯxГэЗЦкѣѣй%sѴкѥзй$пъІ
чЛѦыяѤлuвѭафхsѦѥвЕњгѣѣччltХrидончЊБ ѥѬ*зvбѫвА#квsѠЕбѮХгѣѣолsѩвЕапк#ыЀЕоѩѩдоѨ%uГѫййдѧѨtгНGйqѩазsѩпrдчпгTѼБкxѥбеѡбѥ sНк'ЕѭѯжПљфqѫ%дѭѯзѬфюшэTЉБбИѤб-ѪоѨсsтвжѦvtСјиѩѮепѨѡмѢом$жшѽ ѨtдаvзѨл}#ЕцЂxѪяѧїуНѮлоsѩпrнабиъЖнѨГпаѮф{.ьн'нГѨѭгАўXѭѦхоsѨзѧ%щкссЅПсДtи-Лщѫ.ѡжчпБДz2 Fm#;‟sѶсrцкб/TЃБвѭДзгѣ+ЖйѮгмзsѦѥаћхѤsзъЂx*Ечв$цъѼДлѨz*ЖИпѭ.ѡжгыsѫѪмЛЧзГ%‟sЕаѢвмп#ъЃ ѧѪйжѦпѭмsпйìsѧѯлѢљVm|u5o$4⁆%ЗъзьНнѦѧдиvиѫмѭушх}xф.ѪGхѤsзоГК*ѩыиыпZЎ ѪѡъуvяѥдБгл)ow$0F⁅sШщѭtеВеомииЃП.d{z3j{k‚sЙцхѣКѬ"їXѬѭцщѢЗаrЗййлфЂЙнѨtКэѮъЗоГцйеѫПѤ.БїъѬѭ%ъБѤбrлнэжеѼГеѥѩсбvпѫяБншкѫѭѨ1Hoou5⁇tЗѧ%лйгк
НѦtагѥпѥ.М#пцѩѨѯ.ѧѕцѨsепГѡы~%у$мдЀѠтѦtегѢеѣкѣи+'ѬѦѮоѵэѬѫезѫѩ*тхдхсфѾѤоѪѬэ-ѤрѬкѦс'кѣxѫаѤХXѯЖхлѮП$rЛб$ффѿѣоxБдйѮщuьАзз+sѧѪьЛћлqДчеsѫдЕчд$йфЈЕыѡtоиѫчuдsовлАxѫюНТцѥѫч+ѦѧдrфвхжрЄБ.d{z3j{k‚sТйцѦѬѮо[W!m9{m⁀*це"$СъКиxѦ*аѣйѠяБш'нsѥѡвѦGнѯДащtшѬ%зм#ыѾПсКѪ*кѦкѫьѨлезМxѢлИЮрѬѣ)+⁇tнѢфабьяѿѮ Ѧѩ$-⁂+шаsмйрБѠtдЕёьКѪ%пѦѩцrапк#цѵЖыѪѤфяvъuйѣошхѫѡx.Кљкѯѯц+ДЖдrАзбофоиИѪмзѨйѥ.ѭепгѣѭЖ.АєцqѡигѤЗ$n*|:?йнКѡъиЗжѫ sЖмвѮѨtБНЧцѧѩлйѣz*рлю$сфЄ
мГtпоѨ+ѢоѡсчзsѠtмѮћшѬѫй+ѫѣ*ѨенмосѼБ.xф*кѦщѠвsь'цѩѦѫжѥФжqѮе+ЗѯпКпя$дфЁЙсѠtы-ѬлѩлГ#п'ѬѦѭкѦGъqѭдтѣѧщ|%Д$бшЋѠтѭtы-ЖоѤсБгл'ѡЙЅ.КљйѭѭчыѫѨ$n*|:?‵ шtшиѧоuгАевкsѭѧањцВБдшѩk*⁆%оаузЍ
сѧДдьѮаuАГийе}d{~[o⁇%ЖА⁲*⁆%у$мъЈБлѨtежѣьѥвѫ-'–sфѩлњлѧѮл+БѤжrпвб.гѼП ѧѪыбѨщЕлБя);|(j2UYqѴчеsѢпm9#t=HN—xъшбѣщѭеsип'ѭѥtвЛџXѮГлиАѯс~%‘$тъЌѡаѣѤ*тvгuаѧойеГѭѨлИњцqВплѤѤбѢ%гфгцЊѢ.x⁀*ТvшѣлsмзчАxДоВGчБѭжшѨѬиѢом$жчЀ
зѨѩхяѮф{2|s9;#f⁀.лKXѥѨъ+ѮѡйѬ%сцнTѿДрДЅнаѨ'u‚sнк'ѤѨЕвАШуАМ++⁇tББтфб#щЋ
пИѪйюѭгѧоѪ-'ТѭКЛ.КљхѩѯехtвѯлпагTѻПчѭЖытvгuбГндфѨЗЖт[W!m9{mѻ*БочеозЅБсДtв-ѩеѦеѣзпмѣxѡнЛGчѯsхшѩѡ$rЛб$буѱК Ѥѡзтvмѥ.ѬнгжѭИѪкЛѝTqѬхгБЛзБо,о#еЋАеxѬ*вѨэѠеѭбзм}xѵаЗЦэѭsнжѣГп|%О$жчЀ
пѦВпжЕоuаКрюзѨѦЕтёэѪѣигѦtеВликитЎѣьxЙшгД+ѩаѯжкхxѮоПGфѯѥиеsѠдѩщфб-TЦ
сѠѯцаѨоuиѦизкѫѭtпѮХдqѢогѥѡ*Ѩл,иос
ОѥtдмѫфѮ.ѯжкшsѠtбѥџюѡѨ%бsЕпѣа"$ЬTЀѣвѭЖвжѦ+ѨоsмйсѦѣЗз GцѠѡнйѣЛ*ВцждпьДгѦtтиИ+ѭ.ѬупбѫѤѤсѤЫXѤКє+ВѬбОийб-TПКеѬЗффѮоuкѡг'рѣЙѤ.ЙЬXѮГлйѦѯвrзижнХЂ ѥѡ*гДйѮлѩгшцПxѩжњшqДче}tЫѬфьбзъѼПчѠѦтеЗчuьѭиынѭxѠюѦєXѬѣ%пГЗйѧ+0+sJQ>цДбгѤ+ѡаѡђа'ѯѭѩсѓцqѧлзѣx*ѯе,луъѷБнѠѡ*бН+ѪаЕжмйѡѨѯжѤЫXѩsъ+ѬѪтѩе,аншЀИ.xшкбН+Зоѩ#п'ѮѭtпѮќцqѧлзѣz*ял,ч#рѱЕиxцвяѮ+ѦаГжм'ВѪѡьGѯѬѣтгБx*ГпвфжсГсѭѧд!vеѨоsвьмѣxЗ.Иђыѯ}9$#j6";У$мъЊМяѣѤысvйuдѭпкзБЛx.КЧрѬМолsѠщК%д$бсѾМуѪМвьК+ѫпГгхкѭttмВШуѡsиеАЖлБп,м#еЋКаxѩк-Ѭыѫмѣсы)sъДлЙШXai1=}tДАодуоъ
уЙѫпжѦ%i!#=;wmxh!UYD!m9n>jБѪвм>#ћЕоѤѤ$1yn80o,w9o(j2@ FсѮеъБѤыѪъ6$Чзѻ Зtщлѣ+ѪлГжбпѡѨѯоGѪАЂ%юѭДдКл38,S=МпѤѨn.дљуѤѦ%ьѦѨ$n*ii=HQ>d$413fkОѮгцхѣЙѬсGѨqѮц+ѩѤ$n*ii=HQ>d$413fkЕѫдз=sхЗэѦ𨩷1*fk2hp":;,k?DSKМййыГаьѠОivГЖxЛВѭЧѦ2:>WFЖндж6tыѢ('ГuмПЃэадч𑙈'Ло'ѯлvфнкѨьFѠгЙѫшйвq;+c:3iyQTE g53j8АкѡчДжьиЙOFлъѬѨь!жѯгбшЖсyvѦШчpДыѨ'ле'ѮцѨчяоvзєЛеyѫщттѪкмщ{-ѥvѡџщѫЕдНо&фзѫфx:"e;KZ }gip?7:j:Нѯкѥl
ѲYПw5ybk>;~vh:}>jНѤѥсулОпы&щяѮѮѦїч~yЦvгхмзП&Ѥчи ЗыїАэЈѩсю+ѥ'щфѩбЖvГЪьѬѬдѮ):/bjXh4kЛймѯ=$ЖВнАz
ШьѡЖ)Ебг кѤ&ѤижнЕрФаѩѮицгѪ'лиЖяѫЖПїфѨМ6j(cm9m)&81phIH3щѨарщѯцмщm-щѣМХYѢИмѥгж йѬиvзюдѣзFЗгѢѨоглНы$𒈒&Т ѩыќЕ-ОЗо!гѣ'йгwйѫѤДЪжОw5ybk>;~vh:}>jЖѡѢа;+фзалѩ!uѢПћйѮѠ)ѫйси+qвѨ&каѤзЦЕ#ezel5c(t8k}kjDGрѤйЗхжспОd$4-j$%0os9ИѭИѤ.ОљюѩБщъМtыѭеюш-TЩБвКДк-ѧшѡлБ#хчАѬѩхМGьѤѮщ%sщдrфйзнрЃѮ.xѵпоѨпѨсsсймПѢѪ.Йљсqѫ%оѠѪ*Ѧабш-TЦ
нѠГпдvкѫеПыв)sѷtэДЧшѪѣ%жѭЗшѣцж(#яЋВлѨtзнvбЕаѡгхыsѠtбЛХрДѭичѩЗ*ГчмпгTЉБсГѫкяК'uгѦ#ичѦѢДоѬїзqѧцзѣЖцrл,хжчЀЕнЗМзиѪ+ѧлДжчв}d{~[oѰчыѭѨ*Н%гфнеЃѢлѨЕц-З+ЖеИвнйѪxѩоќрЗѦ++шЗэѪ%экищѸБ ѧДдмѮйѥеѫты'ВѢѦаВЫXЙБлыИx*ѬвмфьлЛоѤѩкяЕ+Дмѭлл'ВѪѡьЛћVqѼ%дѭѠзНомхяTѿ
кИѪинДгy.ѬнгйЛѣѤ.ПGцѫѮц+ѫtъѢфгдцщѽКаxМшгЖр{.ѲнмкЕѭtяЛєиѤѨл+ѯѡзН+,М#л
вЙѫдбѮжѥсsбрвГѨМгНўXѣѦтоГx*БочеозЅБсДtв-ѫлВоѨг'цѭѩѬюЕХдАМ%йsЗзѪзйфтьѼДтvh%}h7%0щндгѣxЛ.КЧрѤЖеаѣtзѢ%лдолѼЙяttдзѦмѥеѭты+sПЖајшБА%еБѨпѯнзм-TРА ЕЖдбvдѭяѣип'ѡxГоѧђXѬѣэоѪtйВцглшXМоxЛ&-ЕйѮлДђккѣЗtвѮЦуОѯн+ѭtиЕаьдыщЋН ѪѡэиЖоy.АмфцБѠѯоЪкѯБ%зѭѨпѯч"$БдЋНяxm0=f%uВѮж'жИѣѪ.ѤљъѤГэоѮѩдrийужшЖаѥЛшсЗфuжsь'чѦАѬеЕGчѯѪчгsѦ*Гчвпнцѽѯ,xГшгѧрuбѭдзеБИѤдЕХдsКеsѫщАн,ж#еѼПлѦѦщуvфuгѦ#ецБИѡьНќшqѤилѩѪжЙр,плв/(j6}hЙѢсѡ#цвѢѭtбЕЧлqѢцщѦДлВликбTІ
чѨѭ&-Й+ЖяѦизцПxѦ.ѤїфКѪ%пѣѯцѯне$рчЀК ЙЖджѨйѫз#рхѭѩП.ЙђхОsигѩЖдrий$всѿОоѢѪвжvгuюѦыпмѣxѫаѤћцГГащПtыѧхддиZгрѭѨх-ДфѨэѨнцыsѤѡкОђхѬѭ++тЗшѧхнфнрѵ
уѮѡ*мНаѭ.ВщвгѦѥП ршѨsзрѬѬш|%Бд#гЎѠаНt37d;{.типкxѡчѴGоѤѨювsГкГ+,ХждІБлxЕдпЗоѩ.ѯов'ѮѭtгѥїъѩѨфф}tДѯ%явжTЄБкxѫхяК+ѩжѮрх'ВКѪсОGхѡsклАѣпrн,ы#ыѾПсКѪ*эѦмѩхЛишмѣttэѧѝхВѡэгВИ*ѠвппьрЀН ѪtннЗщОмЛжв'ѫѯѪпѥїюѤѮноsѩкrшжфгщЋ<w$41&5шоЛ#ерѦИѤцИџсqѡаьѦД*Г%ВфиъЌѪмxѫъгБжѫ.ѤгцвѨxѦ.ЙљэѨsжеѨѪиѧ+,Ы#ыѾПкИЗэеѤлѮоsждйsѪtвѮЦуОЖ%зѣѮыѪймпящЀ
дѭЖкжКжѫ"sткйѡѨtжЦхѯѡе%sъыѬдййоъДгѦtдмМфДгѦопшsѠtьЛKXѫѣп+ѭѩ*ѡлокуьЅ
оxЕигѮюuщАбцхѡѨБ ъкѯsдрѨѪ*ѪфжфжщЃД.d{z3j{kОsйзнsѦѩ.ѦѐхѡѨ%зѭѭ*ѢбьбтZелЗtшгѥеy.ДсйжИxѫюЛЦкѯsцйѫѠпАщ,ижщѱ Ѧѩ*кѦаѠйsй'иГѭѫаБїъѡБааНtиrивчсхѽЛ ѪѪ*пЖоѩсsдзкМКѬсGѠqОчгѯtмѧ%обфсѾПмxѫъеОњѮ.ѩн'лѮѭx.КЧцАБл+ѬѪшѬйя$фжЀ
нѭtзнГеѡжѨ#цвѢѭtвАЦкѡsн+ЖѪшѧо,йгмЋИ ѪЕшэѣьѭ sГ'нѣѢtаИGхѡѧааsѩкrйййьTѿГоЖtшгѭъЗаѡйф+sѧѪьЛћлqДчеsѨзѧ%эцгяЀ
нѭѯдпѬеuяБншхПxѫлѥђьqѮнзsѦ*ѬббккTЃПчѥЗтзѣ%uУБн'жИѣѪ.ЛРэѬП%зѫѯдrн,ггхЀѣлѠѦд#vГuьѭ/'нѣѢtвѮGчѯБлзsВпѩлодиьѿѭ Лtжиѫфuкѭпз‡ow$0Fѳѣп'sЕшѬк-$ЦъЅПдѦѮ*эѣмѯаsмчйѢѭѢоОGчѯsйеѦѭ*ГкдйжZЎ ѦЖииѭлuмѤамшѧxѪьЪтБѣил}tШѬоэцнцЄБ.xцпйК+ЗаБ/'нБѦtйЕGфѬѭм+БѪйѦе,хисЊЙлttшгѠоuпИи'еsКѪеѤХцѣѩа%sщдrзйаяXпрѣѪи-ѧрuяѩгазѨxѨгАKXѤВогsѥсrшюк#хѵК Ѧѩ5-ыеuаѮ#кпДѭѧањэqВплѤѤбrим$южЀѣ ЙГћяx+щгѦ#тйБѭѯаѤЫXѤѯц+ѡѡъѪчр*#ѠЎ
иxѠдоѦпѯоsмчйsКѪеѤХцѣѩц+ѢПбѢ%эмииЃП ѧДвяЙжЖьѣ#азsЛМж[W!m9{mщдrзэѕ#тЋ
вxЙшгД+ѩаѯжкхsЗtйЕѕцѪѮлйѣѯкГщ $мъѼПмЛtэяѨ+К.ВнецѦѤtйЕігѪѣ%еsЖдѮ%эмизѳѣеvtИъѣыѥцѮло'ѡѭГлѥGйѩѨщжѭtеѬззмьяМаxѨдеvцѩаЕлп'ѫxЛ.ЕійѯѨыщѮѪ*ѥеняифПбxЙшгѪ%uМѭдлйѥѥѪ"ѓшѧѦ)+ѮѤоѧъздти
чКѪ*рДеuпИи'цѭѥtжОџXѭѮа+ѬДдГчв$мъЄБзѨѯдьК%uГѭ#цпѨЛЙьігѪ}%ФsѪшЕєюплцЀ
эКѪ*вѨжѭвѣиз)sѽѪьѪKXОsкеsѬшѬжя$реЁПкѦѬбнvъѠпМ#хвѯttщѧљXГѭоъБѪиѨе,‐#ъЏѪчѥПг-ѩыѠкѯжх'ѠѨДкАЧцѠѣ++ыtпЃ%бдиьѹЙеxЗ*ъѣаѫмѦйз'ѮѭtсЗќзѤБффsГпѮ(юк#уЎВаѬѪэаНзuжѨл'иѭѬѪйѥџкѤѨщжИѨ$n*|:?лоѫѠк-Й+ѨоѩнквЕuЖаФйѮѭпеѫѯкГщ,ксTЌМеѯѤеаѨ+ѧаѤопнЛѭѭ.ѧЧэѣѭжгtхrквхпъѼѡеѣѤ*аѦ+ѧюѦпш)sid4RVqѼ%кИЕшВл,хнхѾБлѨtыпѨгuмѦъп'ѫxѫаѭќшqѡ%юѭѯб|%ЫбусЉ
пЗЖзнѢэѥьП#лпѮЛЖ.ѧФьѡsплѩtъѢв,лнрЀИдЉЖ*ИѥеЕ.ѫ#ш'ѦѤЗ.ѥїйАѩенАtиГы,моаЀѡмѨВвуz+ѯаБнчфНxѦщАЧшqАвжѣѯкrлю$НдЅПвѨx*аѦъВџБ#ЕвѮѠѤвНњшqухгВЖкВрвжлгЎ чДд-шыѮаѡг+'МxѯэѢЯэqАйеѨГщ|%Эогтѽ ПЖд-ЕмѨоѨг'йБxщоѤХр}sаъѨѬ*ГкьктьѼ цѩк-ѪоѨсsб'мНѩѪвЦуВДеоsѫъѪпькжж/(j6}hБѫнѧг'шsѧДжѭќшqѡ%юѭѯб~%ЙзндѢжѭtлцѭ+Зоѯ-'ЙѮxѬ.АєцqѭбжѭѧъБкгйлюІ
тѨЕанѭгuяБнмьsѠѣ.ЛѓхѯѠл+ѩѪзДе,ондІЕоИѤ&-Ѥ+ѡюАайо}xѻ.ѦЦэѪѣфчsѩкrбджгщЙ ЙЖкжѦ+ѣкѣсы+sѢѪнБїXѯѮ%еВѦдѣлимсеѱ эѧдэvьѠюѦд'лѫѥЗьѦGъКЛааsѦ*Злзп/TЊДрѮѤ*ьДеѮ.ѡ#чфѩѨБ Hoou5⁇tДs%ГфлцЋѣ!x⁀*гѫ+ЕлѤйй'ѬѦЕьЕѕрѪsфщѭѯ*ѭхуинTЁДрѭѠд-Ѫжѫз}#Ш'ѧ³ДгѦќшАП%еБtзѧлкмзфЃМоЙЖв#j$%0os9–sчДжЗђк}sъ+ѧЗжѢом$спОрѠѠћхК+ВэБя'иѭѧѪйГђVm|u5o$4⁆%АдисЃѭкѠѭ*гДпОыsов'ѬѦѦюАѓрГ%‟sЕаѢвмп#ъЃ ѧДвьѣйuюМзйлsѠx.КљыѪМбоѡtеѬ%эцндЀМаѤz*’vЬЗаsвфгѦѤtкАќшГП:7|$4nu2‐#ѩЎ
сѣѡоюИтѠзsмвчѦѤѡгАGзqѬхгѧЗ*Ѩ%ОбоьЎНиѥЗ*НЖгДьѣутйѡѠГэѕXѫѣдгѮѡш~%ыбусЉ
мѠѩщяЕ+ѪаВсфрѫАИ"ЦтѡѥауПx*Ечв$офОоЙЖщ-ѨюЕоѮш'вѠѦtиБжкqцооѮѤ*энькеюЀГаvh%}h7%0⁇#ВмѦѥѤ.кџиѯѥпеѡѤ5r‑,ггеЂДяѣЕх-Ѩж{2|s9;#f⁀.бїTqѮа+ВѫъѢэджгэ
—xЛ*яѨнѠ.ѤгцлѦЗѯоѤЫVm|u5o$4⁆%ЩкуъѶП,xѣкшѨнЖ.ѡ#нзѢѠѩлѧKXѢѭзеГК*ѭхв$МьѾПжѢѪиюz+ѥ.ѧгмыЛѭk2 Fm#;‟sф*Ѧезшыс
яxѣкоѭфѨэsб'кѭЛЖпѦѝXѩsкеѫНщrвмллеІ
сxѮкбѣы{.цтмпsѥѤзБФTqѤеиГЗмБ%бд#аЅДшѢЗ$1y{k2#=–'уxЛ1Hoou5⁇tКrчч$лрІ
сѣѡогѪ+Ѣоsопл}xыюНѓлѭѣм+ДЖдчв(#гѼП Ѧѩк-ДшЗ.ѢшмзxѩајцДѭгоsЗтѩе"$ЛшЁѡоѪѬнеЖшѬ"sжцмѫxѫюНѓЩГВъ%sюдѡбм$нщОоѡѠћяvеѤюѣскйxѫюЛЦкѯsкеѤѦдѯн,иос
ЯxѥсьДыѫ.ѡті'ѡѭДгѦKXѫѣп+ѢПбѬ%д$тлЊѢ ѦѥънДжѫ.Ѥг'цѡѦѭ.ѤХцѪ}9$#j6";‘$НюЋИ,xѥдьЗ'u‚sтнзѤѨѯ.ЛњXѩsкеѧѪтЃо,хоъЌБ ѢtыяѨаЖ s‗'ЗsЙѡзѢїйqѮепѭtоѬчмхйфѼѭ ЕЖв-ЗщѫеИ#фбѦvtЬЕѝцѤsлтАНпѯнй(#гѼП ѠБ*яЕщuпѭиыяѦttщАћXѥѭонѮѪ*ѣююш/T‪
оѥtегГаѫбѣи'мѣѬѪгѩЩXѮѭ%ъБѪбБ%д$офѹБлxѫдйѫгѩоБя'вѠѦz2 Fm#;‟sыдѦлкалZpfhz3⁂+ѲлѠн8'⁇xѩаГѝрqВчеѨѤ*ГивжгTЍѡоѤѮд-ЕпѥюѫипцПxѪпјцѪ}9$#j6";‘$МъЊПжѬѬ*вѨщѫвsпвкМttмЙђйГѦ%дѭѭоЃй,ж#ъЏѨаѫЗ&-ылДьМ#цнѣѯѤеЕKXЖБл+ѭѩвrдяаржЗдѨЖц-ѫлД.Бгл)ow$0F⁅sБлtхrцкб#ыЀКуПѬб-ѮжДьГрнхѣѮtмљщИѦй+ДѤшѧ),‐#уЎѠмѭЛбьЙ+ѫг}#–'ыxѨгЛєцqГалѩВвѫ%бд#еЌПиxЕдгѧтѠгѫь);|(j2UYqсежМtшѢпвн/T‪
зѨЕжиЙаѥяП#ш)s⁌tЕѫірГsфщѣѦвАщ,фжфЄѧиѠz6"&5i~m‗'МѦѩѡкАѕTqВчеѨtыѢй,хжхѱ
нѭtдяѫоДåБ/'–sЙЖюЛєрѭ%жѭtшЃкзяпTЍПлѦЕдбvъѯоѤгмзsфѤюНњшqызлѮѪиѯе $йъѼПрѨЛ*яѨаЙдѭ#рхѭxѦхѭќшqѫв+ѩѤлѪийцгTІ
сѤѪшэѣаѥ.Ѯг'кѣЙz2 Fm#;ОѠѪъrйвпффѡаѯѦћжvдѮлДглпxѦйѪќXАБлаsѬ*ѭлюдъьЅ
еѫѪ*пvпЕэѠрщ'ДѨЕьѩGтѯГнпѭДк|%У$мъЉЕоИѪинѭлДтsт'ДѭИѩаѤХшѤѡлвsѬ*ѬчгфгцІКаЙИ*аѦ+ѢоѮьхпМvh!UYD!mТоГѡнrквпсъѾБ ПѤынvйѩлВсв'ВxснЛЧцѭsкеѬДдѣцйи#цѵѮсѥѬшсz+ѠяБя'мѫxѮоПџэ|Бл+ѡѬоѧллдмьѿЙ ЙѪ*йѫфuбГнизѥѠtКЕЯрsШщѭtшѬтбк#жЎ
нѨБдйѬлy.ѩнхйГѨЛ.ИїфqВйеѥѡшrквингѲ чѪшгѪшuщБн+'ЖѦЖтѺэѩѤзоВЖзЙм,КсыѾБвѠЖпжК+Ж.ѯжкшsѠtмРЩБѮлзsЕеѪфжб/TѳѣоxѩвзѦбuгѦ#ийѯѭМоАХXѤѯц+ѮѤлѩыидсиЖаxѨзгѯ+ѭ"sбйаѯѦѢгЛKXѥѣгоsѪшѬйэцлжѲ<w$41&5шоЛ#имѣѥtяѥїщѯБеаsѬоѧезшоъ
КѨѮ*яѨаЙдѭ#ичѭѯѦэѢїуѯsнзМtПѩабя#ѫІѡоѮѮдпѨвy.сжкпѣѤѬгѷиѩВчлГБдѠны$сзѼ
жѭtицЗбѫщѫи'пѤxѮоДџхѤБе+ѫtеѬфзбзъЌБлxѣк-уиѫюѭп+'ѭЙЖоЗџъqѡфоsѦпЛн,лждЋЕоxѨзгѯ+ѨоsмчвѬѦѠоЗїкѤѨщъѩѪжrфюкис
ЕѣѡзнvДѭюѭенйѡѨt‚ѕцѪЛакѮѤхrгййъьЃБ,xѩп-ѮжѥщѦ-;(#fh~шXАѦолsѣкrивчсхѽЛ ѠtыяѦаѥ.ѫтнзБДtбЕјтВsф+ѤѤеѪфуилZмаxДкмѨьѠвsтхйѨѭtяѧљзѪsлкИГзЙм,ежяѵИ МѪз#vМѡлВя'жИѣѪ.ѧїтqѯиеѠѪ*ѭегкйXЛаѮѠктvжѥ.ѭсгвѨДѩаЖљXѮГадѭѠкѠеюбил
Мѥѡ*аЕнѨоsнжюѣЗx.КљXВѮнйѦДыѪчйцрZЃаѢx*яѦбy.Бгн)sѷtлѴGлѣѫбоѨѤ&rлюплгЃП.d{z3j{kАsовх}xѶоЙGщКѨл+ѦНћrдвпямЋ
пѨѫдзx+шоsмйпВѢtбЕјтѩsф+ѡѬоѧллдмьѿѮмѠtщхѭеuгѦтнйѨДѮаћрѬАч%sщдrъ,бèTЃБшѣѤ$-Ѵлѩ.ѢшмйsѤѩаЖљXѣѫбоѭѣкѭнэбкTЉБ ѪЕп-ѩыѫцѨшв'ѠѦѠоGѥѡsплѥѠсѫ%ибоиАыѣtдйѮжuмѫзвйЗѨѭеGњѡѩ)+ѮЗмѯл,73TЎГгЛЕшнvщѫнѭ#дйѧѨz.аЦкНr%БѭѫвВлодси/(j6}hФuкѭтхзѨѨtъОђаѫА)+ѡЕшѢздпгTЋѰ ѪtзгЕщѤэѩ#п'ѮѨГоОїXѫѭкгГѪиѢидб-TЩБйѤЅш-ѩфЗтsппкАКz.дќрѬ%зѮѪйѬ+,ПгрЃП,xѡыжѮ+Вьѭ/'ВѠѦД.БїйГsвжѣЖц|9#t=HNНѦtанѬ+ѨоѤий+sѧѪеЛЦшqѩлдѫДдѠебмьTѿПвЙѡж-ѫоuкѡлдзѨѨЕтGїqѧенѦtеЙчмпгеѲ
нѭtыбѨщЕлБя'кѣxѩлѴKXѣsилѧѡмѦа $фжЀ
оѥѤ*аѦьѨџБ#геѫѫѤьѩЦзqѢюъБДпѧ+,ЙнTѳѣоxѩп-Зыѥпѭсзмѭvh!UYD!mЪ+ѭЖдКом$нжМоЛЖлюѬлuжsбьяѨѨtмѝцБѫбеГz*Ѱнфмоф
ВѠѠвбѨ+рнѭу'пsъѡгНїфѩѮ%ЛГѬыАеьснцІѦ ѧѪанvьЗаsбкпѤЛz.иђйѫѭочѩѪ*ѮнбчсTЌ
зѨѫкьѣ+Ж.ѯжкшsКѪщИљXѤВчч}tХrхйьляЎ
нѨѫвьѦщЙ.цайчАbh!UYD!m%7|$4nu28fкиѯѤ0-ъжѠ.ѮрбкѭxГэѧЫXѠѭочЛѡ*ѠхйижщІ<w1g3j$%0os9'ow$0FьѣбоНЕц~%ыцнTЀМ ЛѦвйѮщuуБн'цѭѦѥчАњрѤ}%ФsѦпВияпгеѲ
кxѩдюДкЖдА-'ЯѨѦtдЛјрБѭзлѮѬп~%бкржЏѢкxѧбнЗгѮ"sфхйsѦЕьЕѕшѪѭфчsѫъѪдзмдьѼДлДѩд-Дыѭ.ѯлкфБГz.дЬйГГаоtлѩнб*#љѼПтxѩдюДкЖдsозцБѦѯтПљXАБеыИѭ&rтюк#ъЃ
уѮѡ*вЖеДьѭ#квsКЛгАХXѬАгжАК*ГпвфнеѼѭ ѢѪееЖеѧоѮлш'ЗѨѭеЛѕVm|u5o$4ѽ%эйнцЎ
вГМбнvйuдѭупгѭИz.зЦЩqѦьњsЖвЗл"$НжЅЙчѥѪ$-ылѡлНты+sПЖаѲыѯГ%дГѬоБймбсXЛаѢtегДфѨэБя'еГѭѨс[W!m9{mцоВцп$сьѶЙнЛtзнЖшНжѨн'фѡѭѠаЙќэѬѫа+ѮѤ*ѯляцвзЄД.xѵанБлѮаВя8&ow$0FѾsкеѧѥпѤезд#юМоЛЖлюѬшuжsрбвsѧѪьѪњлѪѣфчsДщѨле$йTѺКеАѮп!vьЗаѢш'еИКѤчНХдqѦє'sѩдrчяц#зЌЙдѭѯк-Ѥ+ѪюѣбйлsѥѬиИђфqАжаАtщѠаикпяЋМиѭn6"&5i~m#;(#fh~[<mФаѦѢаѢ%вйифЇМ:xщк-ѢлѨгИк'лѭѤѡгѧGѬѡГщфsяпѣаиббфМеxѦ*ьѣщѭ o,bjmd{~[os9$#j6";ЫцнK
ВxЕжцЗаѠ1r#Ш'БѢѩэОїXѬѣ%шѡѡоѬйзбоьЋ ѤѪжиѫщѥеПой+sѬѤиАGхѤsцъѬѡиrчвпйъЂ
пѦѠщбѦщЙ sОз'ОѢДоИђXѯБпыИѯкГщ,луъЍѡаѤѨк#vЩѥвsвьмѭxѦяѴIXѵѭчеsркКн $мсѾДпѠЕаеvЖѠжѤбвцБѥѪнЛGѦГѬхлѡѬшѧоу$тTЃДйttыжѣнѯоsдз'ѦЉtаИќшѨѮлзsѦ*ГлъмгяѲМоѡtыиДг{.Ѿсй'ѢГѯоілѫѡеаПѩдrгдгоиеаАѬ$-шщuжsзй)sѷtпѮЦкБѭ%пѭЕшѢом$ссЅДфѦѩ*еvъБаБндчѣМѬюЛѕшѪѣ%цѩДкѯ%бкржЏѢкѨx*зѦбuмsюхйБxѨаЙђхГsз+ѩѪъѪбвфжTЁПсѣПтнѭъК.ѮжгйѡѦѯтИЬсqѠлаѭЕ*рабмгшІМаxфъеЗщѥюЖнепДѨn2 Fm#;‟sяпѣаиббUгыxГшгvгѢкѦбзвБѭЕтGѪКsцйѦДпѯю $фжЀ
оѥѤ*мНаѥ.Бгл8ow$0F⁅sЕыѫЕшѢхщ$БсЃЙаѤѬзгѤгВ"sвваАЙѯаЗњцpo*{mhzl‑,ЖжщІБмѠѩ*НЖгДьѣутйѡѠГ/⁳XѯѮ%щѭѫкѩ%бкафЂЙ.x⁀*ЕѪоѬьѦ#цйѡѭЕьѩFXѾsфщѭѯцѨл,жусЂДнѠtдяѢлѮ.сгл'ВКЗкАњкѡѯ)+ѣtИЙ%идесМиѢѤа-ѫоuйѣмйлѮѠЖлћцЀsнзМu*⁆%окдшѽѨёѥѩд-Ѭыѭщѣи'йѮttбЛѓхѩѯефsМщѮ%бд#цЋѠьxЙшнѠ%i!#=;wmѷtпѮЦкБѭ%мѣѮъЙом$мдЀВрѨѨжюz+ѡаВсзмѣxАеАЯтВ%жѦtыѮлюфьTЃБ КѪ&-Бщѫ.ѡлгвѭѯѤбНЦрqѦьњsѩпrфжкмьѾПвѨѯвьК'uж#лйѯѭѩьЕќдѬѭ%еБЕаѬтдпгTЉБ ЙѦддvъЗаѨ-'ЧѭѪѩаРэБѦв+ВѡаБиич#ѦЋМиѨѨваvЛЕжВсзчЖѦѦжѢGъѪѦчоѨtиrпмелщЋѣ,xѫъгѢеѮиѣь'йБПѬьѮѕшГП%ОѠѪъѢ),онжЀѡыѡtдьДлѮяМ#цхѭЗЖтѕXѥѡаыМБ$rЪ,йжTЂПгѣѤ*юЗгѡлБя'кѣxѨлѤХэ}sйжѦtыАезк#тѽѣкѦtыяЖлНгѭ#йхsѦѠгЛєцqѦжеsѦвѦе"8,pf⁀*ПѮжѫнГггйѡѨx.БїъѡѪчоsѦ*Ѧхязнэѡаѯz*РДеЗ.ѯнмйѧѦѭ.ѢђуѯѡабsѪшѠоѝо#шЋМяxѬ*вѨщЕоБлм'ѯѦЅ.ДђйЗѦижѭѡ*ѠхйиьTЌОуЙЖщуx+ъюѫцйгѫКѡ.ЗGуПѢлвsѠъБжвн#рЋМьvh%}h7%0Ѽ#хзѩxѥхѤХиѯsзрВѮдЕнзд#ьЉ
кѨѥваѣщѥ.ѫ#ийѢѭѢоОїXѫsооВЖзѪуй(#гѼП эѧдэvпѥиѦ#квsЙДоВФXВВкоѨtжѧиу$зъЍМаКИ$-шжuкѭввбѣѣtкЛGфѤѮъ'sѮдѡбм$ьTѽЗеxѫдпѨыѥщѫбзмѣxѣоѝцБѬцъsЗзѪзйфтьѼДтѨtи-Зщѫюѭоф'ѭѩНлГџкѩМ+7|$4nu2‐#ѮѽЕаxЖс-Длѯ.ѨжхпЛДk.‱GъѯВпаѫѮзБо,коZpfhz3⁂+Ѹьѭ#йкrd{~[o⁇%ББѪ*Ѭи38,pf⁀*Пѣжѭоѯлк'уИѬяѧїиДѭзгДtвrаэцяTУДиѯѦпьДжОзsНхиГѨѦжѧђуНr%‟sѩпѡхвийъѠкѨѣкжѦ+К"sмчйѧѦѯиЕШXѠѦглБИ$n*|:?‵ ѿѡйгi+⁁.ѩупнѮЛѯ.аєцБsн+ГѡнѨл,ктжЎМоѪѬбьЙ%i!#=;wm⁌tПѮЦкБѦа*sщкѮ%бдзъЛ ИѡлтДлѩ"sмйхѭѤtмѤжXѯѢяфВѩф|%‘$йдІЛнЛѯк-Й'uгѦ#цжѣѪѯсѪGкѤѯк%sсйѬхя$мдІѩлѦЕц-Зжѫмѣ#лвѮЗtкЛєцѬМчч}h%";

Глава 13.

Я забежала в общежитие, даже не поздоровавшись с вахтëршей, и побежала к лифту. Нервно нажимая кнопку лифта, я стала ждать. Лифт уже приехал, а Егор только забежал в общежитие и, проскочив мимо вахтëрши, запрыгнул в лифт. Он стоял и пытался отдышаться.

— Ну ты и бегаешь, — сказал он. — Может тебе в футбол надо?

Я промолчала и просто ждала, когда лифт уже приедет на этаж. Егор продолжил:

— Я, кстати, видел твоё сообщение, пришлось потрудиться, но я задержал его. Сказал, что только что видел, как Пирожкова свернула за угол. И мы с ним побежали туда. А там-то никого. Ну и он, короче, психанул и побежал наверх, — засмеялся Егор. — Так-то это было весело.

Я продолжала молчать. Как только двери лифта открылись, я сорвалась с места и побежала в сторону комнаты Насти и Оли. По пути я чуть не сбила с ног Ваню, который тоже шёл туда, но Егор успел подхватить его, чтобы он не упал.

Я ворвалась в дверь, распахнув её и не говоря ни слова, наклонилась вперёд и начала тяжело дышать. Да, я очень давно так быстро не бегала, как сейчас. В комнате были все. Они резко обернулись в мою сторону и просто смотрели на меня округлившимися глазами. А я стояла и не могла ничего сказать, дыхание перехватило. Я бежала настолько быстро, что у меня теперь предательски закололо в левом боку. Оля подошла ко мне, взяла меня за плечо и затем повернулась к стоящим у двери со стороны коридора Ване и Егору.

— Что произошло? — спросила она.

Ваня пожал плечами, а Егор подошёл ко мне, взял меня за плечи и провёл в сторону кровати Оли.

— Она говорит, — начал Егор. — Что аноним это Вениамин Аристархович.

— В смысле?! — громко сказала Настя.

Оля подождала пока Ваня зайдёт в комнату и резко захлопнула за ним дверь. Ника подошла ко мне, присела передо мной на корточки и спросила:

— Лиза, что там случилось?

— Я, — сквозь дыхание, я начала говорить, — он, — дыхание всё ещё сбивалось, — Егор.

— Я ничего не понял, — задумчиво сказал Глеб.

— Неудивительно, — язвительно сказала Настя и присела рядом с Никой.

Я протянула Насте телефон с фотографией экрана ноутбука Вениамина Аристарховича. Она взглянула на экран и её глаза стали большими. Ника тоже заглянула в экран.

— А вот теперь и я ничего не поняла, — сказала она.

— Это, — я закашляла, — было на его ноутбуке.

Настя поднялась и подошла к Диме с Олей, показывая им экран моего телефона. Затем Ване. В этот момент Глеб оказался справа от Насти и тоже заглянул в мой телефон. Настя подняла на него взгляд, закатила глаза и снова обратилась ко мне:

— То есть у него на ноутбуке Дашины фото?

— Что?! — Егор подскочил к Насте и вырвал мой телефон у неё из рук.

— Я подошла к ноутбуку, — наконец сказала я, выровняв дыхание. — Поставила флешку, начала скачивать видео и в этот момент пришло уведомление. Я ткнула на него и открылось это. Там всё. Переписка с Неизвестным Отправителем, Дашины фото, страница в социальной сети, слежка за её статусом онлайн. Всё!

— Не может быть, — ошеломлëнно сказала Ника, поднимаясь. — Мы точно говорим об одном человеке? Вениамин Аристархович?

— Да! — воскликнула я. — Он был за ноутбуком, когда я пришла к нему в кабинет. Это его ноутбук!

— Не совсем так, — возразил Дима и все обернулись на него.

— Да, — продолжила Оля. — Этот ноутбук закреплён за ним. Но он не может забирать его с собой домой, например.

— И где он лежит? — задумчиво спросил Ваня.

— В преподавательской. Но на нём в любом случае стоит пароль, который поставил он сам. Туда не может залезть каждый, кто захочет, если ноутбук заблокирован, — сказал Дима.

— Если Вениамин Аристархович аноним, значит нам нужно как-то заснять его ноутбук на видео, как доказательство! — вспылила я. — Вдруг он держит Дашу где-то и ей нужна помощь?

В этот момент все очень сильно напряглись. Я увидела, как у Ники снова наворачиваются слёзы, но не я одна это видела. Потому что Оля уже поспешила успокоить её.

— Каким образом мы снимем на видео его ноутбук? — спросила Настя нас всех. — Вокруг студенты и преподаватели.

— Ночью проберëмся в универ и всё сделаем, — уверенно сказала я.

— Пупсик, ты же в курсе, что так делать нельзя? И даже, если мы решимся на это, где мы возьмём ключи? — Настя с сомнением смотрела на меня.

— С этим проблем не будет, я их достану, — сказал Дима. — У меня есть доступ к кабинету с ключами. Я ещё в прошлом году сделал себе копию ключей от этого кабинета, чтобы отдыхать там после занятий.

— В кабинете уборщицы? — с удивлением спросила Оля.

— Там тихо. Можно подумать, — неловко заулыбался Дима, сжимая зубы.

— Это конечно всё хорошо и мы даже опустим то, что этого нельзя делать, — продолжила Настя. — Но каким образом вы узнаете пароль от его ноутбука?

Все снова задумались. Но тут Ваня вступил в диалог:

— Попробуем отгадать. Фамилия, дата рождения, название универа. Что-то должно подойти.

— А если нет? — спросила Оля.

— А если нет, то просто уйдём домой и будем думать, как ещё можно отгадать его пароль и достать эти доказательства с его ноутбука.

— Логично, — согласилась Оля.

— Тогда давайте сделаем это сегодня! — восхищённо сказал Ваня.

— Ты так хочешь поскорее сделать что-то, чего делать студентам не положено? — заулыбалась Настя, глядя на него.

— Это ведь, как приключение. Прикольно же, — ответил он.

— Тогда давайте часов в одиннадцать вечера встретимся тут, у общежития, — сказала я. — И уже решим, что будем делать.

— Подожди, — сказала Ника. — А как же видеозаписи?

— Я не успела, — ответила я. — Он слишком быстро вернулся обратно. Ноутбук очень медленно работал.

— Как тогда мы их посмотрим? — Ника не успокаивалась.

— Сегодня ночью и посмотрим, — сказала я.

Ника молча согласилась, но было видно, что ей не очень нравится вся эта затея. Я же была твёрдо уверена в том, что аноним — Вениамин Аристархович. У него на ноутбуке была программа с перепиской от лица анонима. Всё сходилось. Оставалось только получить ту программу и поймать его с поличным.

Глеб, Егор и Ника решили пока что пойти по своим делам, Дима с Ваней пошли добывать ключ от универа и преподавательской. А мы с Настей и Олей остались в комнате. Я решила остаться тут до вечера, потому что мне не было смысла ехать домой и потом приезжать обратно. Мама всё равно, наверняка на работе. Я буду там одна. А ночью выходить одной на улицу и добираться сюда мне было страшно, если честно.

Я присела на кровать Оли и укуталась в её плед. Оля присела рядом со мной, а Настя начала копаться на книжной полке. Она всегда любила наводить порядок. Вот и сейчас этим занималась. Но, несмотря на всё то, бесстрашие, каким обладала Настя, я увидела, что она на самом деле переживает по поводу этой затеи с походом ночью в универ. Но я не могла оставить это просто так. Не могла же программа оказаться там случайно.

Настя продолжала копаться на книжной полке, как вдруг остановилась, повернулась к нам и задумчиво посмотрела на нас с Олей. Мы ждали, что она скажет нам. Но она снова отвернулась к книгам и стала там копаться. Однако через минуту она всё же заговорила.

— Вы точно уверены?

— Ты что, боишься? — улыбнулась ей Оля.

— Я?! Да ни за что! С чего бы мне бояться?

— Она ничего не боится, Оль, — сказала я. — Но я знаю, кто боится её, — продолжила я, сдерживая смех.

Они обе вопросительно взглянули на меня. Я улыбнулась чуть сильнее и взглянула сначала на Настю, и затем на Олю, которая по моей улыбке, кажется начала понимать, кого я имею в виду.

— А в этом есть смысл, — начала говорить Оля и засмеялась.

— Да о чём вы? — воскликнула Настя.

— Кажется ты кое-кому нравишься, — сказала я.

— Кому?! — удивлённо спросила Настя.

Мы с Олей снова посмотрели друг на друга и захихикали.

— Ой, как смешно, — Настя подошла к окну. — Стоп, а он что тут делает?

— Глеб? — выпалила Оля и я скатилась с кровати от смеха.

— Смешно вдвойне, ха-ха-ха, — сказала Настя с сарказмом, наблюдая, как мы с Олей уже обе скатились с кровати и смеёмся во весь голос. — Какой нафиг Глеб? Я про него! — Настя указала на кого-то на улице.

Мы с Олей, продолжая громко хихикать, поднялись с пола и, отряхиваясь тоже подошли к окну. Наши глаза стали огромными, потому что мы не ожидали увидеть его. У меня внутри всё сжалось.

Неподалёку от универа, на углу корпуса, у своей старой ржавой машины стоял дед. На крыше его машины был закреплён старый шкаф.

— За мебелью приехал, что-ли? — задумалась Оля.

— Наверное, а что ещё ему тут делать? — ответила Настя.

Я смотрела на деда и он вызывал во мне страх и ужас. Меня начало потряхивать. Но Оля и Настя не заметили этого и продолжили следить за ним. Дед стоял и кого-то ждал. Это было странно. Как он вообще связан с университетом? Никогда его тут не видела. Через минуту из подвального помещения к нему вышел наш охранник и вынес пару стульев. Я немного успокоилась, увидев это.

— Видите, все-таки за мебелью, — сказала Настя.

— Главное, чтобы не за нами, — вслух произнесла я.

— Хватит тебе, — Оля подбадривающе похлопала меня по плечу. — Он, конечно, старый, жуткий и до ужаса противный на характер, но он вряд ли может нам навредить.

— Надеюсь, — сказала я и отошла от окна.

Надо посмотреть сериал. Мне нужно немного отдохнуть. Слишком много странных событий происходит. Нужна небольшая пауза. Я достала свой планшет из рюкзака, наушники и включила сериал. Боковым зрением я видела, что Настя снова взялась за книжную полку. А Оля решила протереть пыль на подоконнике. Каждая из нас была занята своим делом.

Я посмотрела несколько серий и поняла, что достаточно. Настя и Оля уже отдыхали, сидя на кроватях. Когда я сняла наушники, мы немного поговорили и пошли вниз, на улицу. Сначала мы зашли за Димой и Ваней, которые уже давно вернулись и были у себя в комнате. Ваня взял с собой большой рюкзак. Никто не задался вопросом, зачем. Мы просто спустились вниз. На часах было 22:56. Мы с ребятами стояли у общежития и ждали Нику, Глеба и Егора. На улице потихоньку наступала осень и вечера с каждым днём становились всё холоднее. В какой-то момент Ваня из своего большого рюкзака достал термос и налил нам чай.

— Дим, — смеялась Настя. — Почему ты никогда не наливал нам чай? У вас это что, не семейное?

— Ну вот так, я технарь, он повар-бармен-журналист, — смеялся Дима, глядя на улыбающегося брата, который разливал чай по бумажным стаканчикам, которые он тоже достал из рюкзака. Может у него там и бутерброды найдутся? Хотя, я не удивлюсь. Это же Ваня.

— Где они? — Оля задумчиво спросила меня, укутываясь в толстовку.

— Понятия не имею, — я развела плечами.

— Да побоялись они, — с чувством лёгкой досады сказала Настя. — Поняли, что дело предстоит нелёгкое и решили молча отказаться.

— Думаешь? — удивлённо спросила я. — Мне казалось, что они заинтересованы также, как и мы.

— Мне тоже, — задумчиво сказала она. — Но я их понимаю. Я бы сама не пошла бы, если бы это были не вы. А так, кто ж вас вытащит из неприятной ситуации, если не я?

— Ваня с термосом, — засмеялась я. — Дима с ключом, Оля… с толстовкой!

— Ну спасибо, — засмеялась Оля и тут же резко прищурилась от света фар приближающейся машины. Это была машина Глеба. Ника и Егор вышли первыми. Глеб последовал за ними.

— Ну что, готовы? — спросила Ника. — Я нет.

— Никто не готов, но нам надо идти, — сказала я.

— Мы что все вместе зайдём туда? — спросила Настя.

— Нет, — вдруг наотрез сказала Оля и мы все переглянулись. — Нужно будет, чтобы два человека следили за входом, пока мы будем там находиться.

— О! Можно я тогда? — спросила Настя, ощутив надежду, что она будет далеко от всего происходящего.

— И я, — низким тоном сказал Глеб.

Ника повернулась и посмотрела на него задумчиво, но ничего не сказала. Настя снова закатила глаза. А Оля, улыбаясь, кивнула Глебу в знак согласия.

Мы направились в сторону университета. На улице уже прилично похолодало и я пожалела о том, что отказалась от Настиной жилетки, которую она предлагала мне надеть перед выходом на улицу. Она бы сейчас очень пригодилась.

На улице было тихо. Только был слышен шелест листвы деревьев. Даже машин не было слышно. Весь город спал. Но не мы.

Вокруг университета было прилично темно. Как объяснил Дима, ночью электричество экономят. Потому фонари здесь не горели. Всю территорию возле заднего входа освещал только слабый свет из одного окна. Мы резко остановились, так как совсем не ожидали, что тут кто-то будет. И перешли практически на шёпот.

— Там же кто-то есть, как вы пройдёте? — тихо возмутилась Настя.

— Всё нормально. Просто идите за мной, — сказал Дима. — Настя и Глеб вы стойте тут, Глеб на улице, Настя внутри. Контролируйте, что будет происходить, если что — звоните мне. Я отключил звук и включил вибрацию.

Дима пошёл вперед, указывая на какую-то неприметную металлическую дверь, которая выглядела так, будто бы не менялась со дня открытия университета. Мы все последовали за ним.

Он аккуратно и тихо повернул ключом в дверном замке и медленно открыл дверь. Она немного заскрипела, но это было тихо. Хотя мы напряглись. Но потом Дима нас успокоил. Ведь комната охранника была в конце коридора, так что Дима думал, что охранник ничего не услышал.

Мы зашли внутрь. Дима жестами показал Насте и Глебу где им нужно находиться. Они кивнули, Глеб вышел на улицу, а Настя осталась стоять в коридоре. Под её испуганный взгляд, мы все вместе с Димой пошли дальше по тёмному коридору, в противоположную сторону от комнаты охранника.

Впервые я увидела университет таким: спокойным, тёмным и практически бесшумным. Слышно было только, как работал счётчик электроэнергии, расположенной у щитка электричества. Счётчик прямо в коридоре. Здесь явно старались следить за расходом электричества. Также я услышала, как тикают большие часы на стене. Тик-так.

Мы шли на цыпочках к кабинету преподавателей. Дима возмущённо шептал:.

— Я думал, что будет иначе. Обычно в это время охранник уже спит.

А он тут, похоже, часто бывает ночью. Ещё один загадочный парень. Но с Орловым, конечно, не сравнится. Мы подошли к кабинету и Дима осторожно, почти бесшумно открыл его ключом.

— Мы закроем за собой дверь, но не замок. Но нужно, чтобы кто-то также контролировал обстановку. Кто готов? — спросил Дима, глядя на нас.

— Я нет, — прошептала Ника. — Я с вами, мне страшно.

— Давай я, — обратился к ней Егор.Всё в порядке, не волнуйся.

Ника кивнула. Егор остался стоять у двери, а мы вошли внутрь. По размерам кабинет преподавателей был почти такой, как и любой другой учебный кабинет. Здесь были светлые стены, которые почти не было видно из-за различных стендов и вывесок. На стендах были как расписания занятий, так и какие-то объявления.

В кабинете было несколько столов. На столах были кучи бумаг, стопки документов, принтеры, настольные часы. Преподаватели явно проводили здесь много времени. В конце кабинета даже стояла кофемашина и личные кружки преподавателей.

Каждому преподавателю принадлежал отдельный шкафчик, скорее напоминающий комод. Шкафчики эти располагались у каждого стола. Как мы поняли, где будет стол Вениамина Аристарховича? На нём просто стояло очень много сумок и пакетов. Это было проще, чем казалось.

Здесь можно было говорить чуть громче, чем в коридоре, но мы предпочли оставаться шепчущими. Я, Ника, Оля и Ваня подошли к столу и стали ждать Диму, который пытался открыть шкафчик рядом.

— Блин, тут кодовый замок, — расстроился Дима.

— Подбирай код. Начни с 0000, 1111, — сказал Ваня.

— Не подходит, умник. Думайте, — слегка раздражённо сказал Дима.

— Ну вы серьёзно?! — громким шёпотом возмутилась Ника.

Оля начала нервно ходить по кабинету. Ваня перебирал различные цифровые комбинации и называл их Диме, но ни одна из них не подходила. Я просто наблюдала за этим и не понимала, чем я могу помочь. Ника, которая ходила по кабинету и разглядывала стенды, вдруг указала на надпись на стенде. Под фото Вениамина Аристарховича.

Amicus Plato, set magis amica Veritas.

(от автора: пер. «Платон мне друг, но истина дороже»).

— Ваня! — подозвала его я. — Как это переводится?

— Я не знаю латынь, — сказал Ваня. — Но цитату видел, её приписывают Аристотелю.

— В каком году он родился? — спросила я.

— Щас, секунду, — Ваня заглянул в телефон и через пару секунд ответил. — 384.

— Дима вводи 384, подставь 0 или 1 в конце, — прошептала я.

Дима попробовал несколько комбинаций, но тщетно. Замок всё ещё оставался закрытым.

— Подождите, — сказала Ника. — Он же философ, верно?

— Да, — сказал Дима, отвлекаясь от замка.

— Я просто помню, когда он у нас однажды замещал преподавателя, он постоянно говорил мне цитату какого-то философа и говорил, что это про меня. Было обидно, так-то.

— Что за цитата? — поинтересовался Ваня.

— Что-то там про то, что я ничего не знаю, — ответила Ника.

— Я знаю, что ничего не знаю? — спросил Ваня.

— Да! И вот это звучало очень обидно, — расстроенно сказала Ника.

— Это Сократ, — сказал Ваня и задумался. — Но об этой фразе рассказал Платон, его ученик. Сократ, Платон. Если бы можно было ввести текстовый код, по любому был бы кто-то из них.

— Или оба, — задумчиво выдала Оля.

Ваня посмотрел на неё, она подошла к нему, взяла его за щёки и, смотря прямо в глаза, произнесла:

— Ваня думай! Как могут быть связаны Сократ и Платон?

— Платон его ученик, — невнятно пробормотал Ваня, едва шевеля губами, которые были плотно зажаты щеками.

— Думай! — Оля сдавила его щёки ещё сильнее.

— Платон стал его учеником, когда Сократу было за 50.

— А Платону? — Оля настойчиво держала его за щёки.

— 20, вроде бы.

— Дима вводи 2050 или 5020. Начнём с этого, — скомандовала Оля, не отпуская лицо Вани из рук.

Дима ввёл код. И в эту же секунду мы все услышали характерный щелчок открытия замка.

— Ты умница! — воскликнула Оля и от радости чмокнула Ваню в губы. Затем поняв, что произошло, отпустила его лицо и, опустив голову, быстрым шагом направилась к нам. Ваня остался на месте, с красными щеками и удивлённым лицом.

Мы открыли шкаф и достали ноутбук. В этот момент я резко дëрнулась, потому что мой телефон завибрировал.

Анастасия: Можно ПОБЫСТРЕЕ. Я этого придурка долго НЕ вынесу.

Лиза: Подожди, мы только достали ноутбук.

Анастасия: ДА ВЫ ИЗДЕВАЕТЕСЬ.

Я заблокировала экран и подошла к ребятам, которые уже копались в ноутбуке:

— Лиз, вот эта программа? — спросил Дима.

— Да, она.

Дима дважды кликнул по значку на рабочем столе и мы все увидели данные программы. Всё тоже самое, что было и днём.

— Странно, — прошептала Оля, глядя на меня и Нику, избегая взгляда Вани. — Что он вот так в открытую держит её на рабочем столе.

— Потому что это не его программа, — сказал Дима. — Смотрите.

Мы переглянулись и снова заглянули в ноутбук. Дима показал окно, в котором было указано, что программа была установлена пользователем АнонимАноним.

— Ну может он и есть аноним? — спросил Ваня.

— Нет, смотри, — Дима начал листать список установленных программ. — Видишь везде подпись пользователь ПрофессорВерум.

— А как переводится? — спросила Ника.

— Ну если верум с латыни, то профессор Истина, — ответил Ваня, используя переводчик в телефоне.

— Капец, — протянула Ника. — Тоже мне, профессор истина.

— И ещё, — добавил Дима. — Смотрите на время.

Мы вгляделись. Программа была установлена вчера в 10:55. Это получается меньше чем за час до того, как я залезла в ноутбук Вениамина Аристарховича?! Получается, что кто-то подставил его.

— Это подстава, — Ваня сам того не зная, согласился с моими мыслями.

— Но как аноним узнал, что ты будешь брать ноутбук? — посмотрела на меня Ника.

Я замолчала и почувствовала, как у меня образуется ком в горле от страха. Потому что только один человек знал, что я должна была залезть в ноутбук философа. И это был Орлов.

— Сейчас найдём записи и пойдём отсюда, — Дима своим голосом вернул меня в реальность.

— Давайте быстрее, здесь жутко, — сказала Ника.

Дима открыл ту папку, в которой я лазила днём. Я указала ему нужный файл, мы открыли и начали смотреть. Запись была собрана с разных камер в одном видео. Несколько квадратиков. Холл, спортзал, актовый зал, коридоры. Даша заходила с чёрного входа, но там камеры не было. Мы заметили её на видеозаписи, когда она появилась в коридоре около спортзала. Дима достал телефон и начал снимать экран ноутбука на видео. На короткий момент запись видео у него включилась со вспышкой. Мы все шикнули на него, он извинился и начал снимать нормально.

На видео Даша шла быстрым шагом по тёмному коридору и периодически оглядывалась назад. Коридор освещался через окна, потому Дашу хорошо было заметно. Вдруг её телефон моргнул. Видимо в тот момент ей пришло сообщение. Она подняла телефон и через секунду развернулась и пошла в сторону актового ззала

Когда она скрылась за дверью актового зала, в самой записи зала ничего не появилось, так как там абсолютно не было освещения, а камеры в нашем универе не снимали с режимом ночного видения. Просто тёмный квадрат. Мы смотрели на двери актового зала с камеры и ожидали, что кто-то войдёт следом. Секунда, две, три.

— Никого нет, — сказала Ника.

Но тут мы увидели силуэт человека, который вышел из тени рядом со входом в актовый зал. Он был в чёрной толстовке и чёрных штанах. Его лицо было скрыто капюшоном. Меня бросило в дикий ужас. Это был аноним. И тогда за мной следил тоже он. Я узнала этот силуэт. Он знает, где я живу. Я почувствовала, как у меня трясутся руки.

Девочки смотрели на запись с испуганным выражением лица, Ника даже прикрыла рот обеими ладонями. Всё, что было на видео выглядело очень страшно. И тут Ваня отвлёк нас:

— Смотрите, — указал он на квадратик камеры у спортивного зала.

Там шёл человек. Мы все внимательно приблизились к экрану и ждали, когда он повернётся к камере лицом. А он всё стоял на одной точке и подсвечивал фонариком телефона пространство вокруг себя. Когда он обернулся, ребята резко отдалились от экрана, совсем не ожидая увидеть того, кто был там. Я глубоко вздохнула и посмотрела человеку на видео прямо в глаза.

Это был Орлов.