О.Т.-Книга-9. Не вешать нос господин граф. (часть 2) (Редактор текста Анастасия Несгораева)

Глава 1

Первый контакт.Хрен знает, кто его сдал. Но каким-то образом старшая сестра прознала о том, что он с друзьями вытворял в городе, и буквально сбесилась… Именно сбесилась! Не рассердилась, не была зла, а именно была в бешенстве. Она орала на него так, что охрипла, а после заявила, что он под арестом и теперь покинуть Академию может только с ее личного разрешения. После чего ему было приказано убираться и не попадаться ей на глаза. И видя, в каком она настроении, он даже не решился с нею спорить. К тому же неожиданно к ней примкнули Ри и Айка. Последняя вовсе заявила, что не будет с ним больше разговаривать. После чего разругалась со старшим братом, которому и так досталось от жены.

Помимо них, досталось еще и Алисе, на которую Айка буквально шипела и которую отказывалась замечать, делая вид, что той попросту не существует.

Вот и думай, кто же их сдал…

Прямо непреодолимое желание убить кого-нибудь с особой жестокостью за такую подставу.

Тим бил себя кулаком в грудь, утверждая, что это не он… И Юра ему верил. Тогда кто? Вопрос без ответа, так как никто так и не признался.

Но теперь он из дома на занятия и обратно передвигался только в сопровождении охранников, приковывая к себе многочисленные взгляды. Не имея возможности изменить ситуацию, он стал троллить охрану вне школы и общежития, стал ходить, демонстративно заложив руки за спину, наподобие арестанта. Конечно, об этом уже вскоре знала вся Академия, и все гадали, за что парень попал в такую немилость. На все вопросы он посылал всех к сестре и… Айке, которая неожиданно очень сильно обиделась на него и вот уже неделю с ним не разговаривала. После пары попыток объясниться с нею он просто перестал пытаться вызвать ее на откровенный разговор, и между ними само собою установилось состояние молчаливого игнорирования друг друга. Может быть, именно по этой причине он стал стараться как можно меньше времени находиться подле нее.

Вот и сейчас, выходя с занятий из школы, он привычно сложил руки за спину.

— Юр, — негромко произнес один из встречающих его охранников. — Может, уже хватит? А то мы как-то глупо выглядим.

Ну да, за неделю они так «сдружились», что можно и без титулов и по-простому.

— К тому же, — добавил второй, — мы-то здесь при чем?

— Скажите, какая сволочь меня сдала? — глянул на обоих Юра. — И я тут же перестану, — мрачно произнес он.

— Да если бы знали, то сами эту тварь к ногтю прижали, — пробурчал первый из них.

Юра глянул на него и поверил.

— Лады. — И опустил руки, подумав, что троллинг и вправду затянулся и начал напоминать мелкую и мстительную обиду… да и неудобно так постоянно ходить по улице. — Может быть, в кафе заскочим? — предложил он. — А то с утра позавтракать не удалось, а обед пролетел мимо меня… Чую, что и с ужином будет то же самое.

Охранники переглянулись между собою, и старший кивнул:

— А почему бы и нет.

Так они втроем и забурились в школьное кафе, что стояло отдельным небольшим зданием чуть сбоку от школьного корпуса. В этот час, кроме них троих, здесь уже никого не было. Поэтому они заняли один из свободных столиков и заказали себе лимонада (Юре по возрасту ничего крепче и не разрешалось пока, а ребята были как бы на работе) и булочек. Как оказалось, ребята из охраны тоже люди и сегодня тоже остались без обеда и были не прочь заморить червячка.

— Понимаешь, — говорил старший из охранников, — мы уже и Лаврентия Павловича просили поговорить с княгиней, а он нас послал.

— Ага, — подтвердил второй. — Сказал, что он еще не самоубийца.

Неплохо так посидели и перекусили.

Юра уже давно успел узнать и подружиться со всеми охранниками, с которыми раз пересекался.

— Знаешь, а из тебя неплохой бы актер получился, — заметил старший уже после того, как они покинули кафетерий. — Понравился мне тот ваш фильм.

— Да ну его нафиг, — не скрывая своего отношения к подобному искусству, произнес Юрка. — Не мое это… Да и с моею внешностью вот какие мне роли светят? Так что лучше даже не начинать. К тому же я уже решил, что буду поступать на медицинский.

— Это правильно! — поддержал другой охранник. — Хороших врачей в наше время ой как не хватает… Нам еще повезло, что у нас здесь своя клиника и больница, куда твоя сестра лучших спецов отовсюду набрала… А что в Артуре творится в их больницах и поликлиниках, — поморщился, видимо, что-то вспомнив. — Большинство врачей и лечить не могут. В интернете глядят, прежде чем диагноз больным поставить. Ну разве это нормально?

Ну, тут с ним Юра мог только согласиться. Когда Рейчел была прикована к инвалидному креслу, он пару раз был с ней в таких поликлиниках. И каждое посещение такой поликлиники, как квест с непроходимым заданием и множеством боссов поменьше.

Они почти дошли до дому, когда их на дороге перехватила Антонина Павловна.

— Вот ты где… — увидев Юру, воскликнула она. — А ну-ка, пошли со мной!.. — И повела его в сторону дома сестры. Оглянулась на охранников:

— На сегодня вы оба свободны… Так Лаврентию и скажите, что я так решила, — заявила, и оба охранника, что характерно, ее послушали.

А вот парень сразу напрягся, лихорадочно пытаясь понять, какой его очередной косяк стал достоянием общественности и что еще его ждет. А судя по поведению «локального босса», ничего хорошего его не ждало…

***

— Ну и?.. — глядя в окно, произнесла Кармен. — И долго ты еще будешь дурью маяться? — Оглянулась на сидящую за своим столом Айку, которая с момента ухода Юры все еще делала вид, что занята делом.

— Не понимаю, о чем ты, — даже не подняла на ту взгляд серебровласка и продолжила перебирать бумаги, что были разложены перед нею. Но если присмотреться, то она их просто перекладывала с места на место.

— Да все ты понимаешь, — раздраженно сказала розововолосая. — Да с вами вместе в одной комнате находиться невозможно, словно в холодильник попала!.. Ты молчишь, и он молчит.

Айка на мгновение подняла свой взгляд на Кармен и снова опустила его к поверхности стола, имитируя бесполезно кипучую деятельность, чем только вызвала у фехтовальщицы вспышку гнева, из-за чего одним движением вся стопка бумаг, что лежала на столе представителя, разлетелась по кабинету.

— Хватит уже изображать из себя обиженную невинность! — рявкнула Кармен, да так, что кто-то из проходящих по коридору учителей поспешил заглянуть к ним на шум.

— Дверь закрой с той стороны! — не глядя рявкнула розововолосая. И невиданное дело, довольно немолодая учительница так и сделала. И даже Айка невольно подалась назад, теперь уже во все глаза глядя на разбушевавшуюся подругу.

— Может, уже хватит вести себя как всеми обиженная? — чуть понизила тон Кармен. — Прости уже его, — серьезно так глянула на серебровласку и попросила. — К тому же не такой и великий его косяк на фоне всех остальных его прегрешений.

— Он меня обманул, — пробурчала на это Айка. — И ты правильно сказала, что на фоне…

— Он просто не мог поступить иначе, — настоятельно произнесла другая девушка. — Его друг попал в беду, и он не мог его там бросить. А тебе не сказал, так как волновать тебя не хотел… И для парня это нормальное поведение, ты так не думаешь?

— А если бы это твой парень был? — хмуро глянула на ту серебровласка. — То что тогда?

— Я бы его простила, — уверенно заявила Кармен.

— У него вечно какие-то тайны от меня и постоянно какие-то неприятности, в которые он регулярно влипает. — Снова отвернулась от нее Айка, а потом, встав на четвереньки, начала собирать по полу листки бумаг.

— Ну, с этим ничего не поделать, — вздохнула Кармен и тоже стала помогать подбирать с пола разлетевшуюся по всему кабинету школьную документацию. — Но знаешь, о вас двоих сейчас только ленивый не говорит и не обсуждают вашу размолвку.

— Мне нет дела до их разговоров, — также мрачно ответила ей Айка. Правда, особой уверенности в ее голосе слышно не было, и именно поэтому подруга и решила слегка на нее надавить.

— Уверена? — Кармен пристально глянула на подругу, прекратив даже собирать с пола документы, ею разбросанные. — А тебе не кажется, что чем дольше ты будешь тянуть, тем сложнее тебе будет с ним помириться? Я тебе больше скажу, есть и те, кто серьезно считают, что могут воспользоваться моментом вашего разлада и попытаться увести у тебя Юрку.

Нет, таких разговоров она не слышала и только что сама о таком придумала, желая растормошить упрямую девушку.

— И кто это так хочет сделать? — встрепенулась Айка, и ее глаза тут же стали цвета гнева. — Назови мне их имена?

— О как завелась! — восхитилась Кармен. — Тогда, может, хватит на всех обижаться? На Алису, на брата и на Юру?

— Я подумаю, — снова отвернулась от нее Айка.

— Ну думай, — не стала ее больше уговаривать розововолосая. — Только смотри, как бы потом поздно ни стало.

В этот момент в дверь кабинета осторожно постучались, и в приоткрывшуюся дверь заглянула все та же учительница, которой Кармен недавно в довольно грубой форме велела выйти и закрыть дверь. При виде нее розововолосая тут же густо покраснела и виновато произнесла:

— Прошу прощения, Марта Ивановна! Я… — она несколько стушевалась, не сумев сразу подобрать нужные слова.

— Ничего страшного, — мягко и совершенно не зло улыбнулась учительница. — Но если вы закончили, могу ли я на пять минут привлечь ваше внимание? — Про то, чему она стала свидетельницей, не произнесла ни слова.

— Да, конечно! — тут же встрепенулась Айка. — Проходите и присаживайтесь! Может быть, чаю?

— Не откажусь! — снова та улыбнулась. — А к вам я вот по какому делу…

***

Две недели назад на дне рождения близняшек Антонина Павловна решительно заявила, что самолично отведет Ирину на обследование к врачу, но… тем же вечером женщину срочно вызвали в один из военных госпиталей Артура, откуда та вернулась только вчера. Естественно, Ирина и не думала сама идти на обследование, а потом скандал с братом, и об этом вообще было забыто… до сегодняшнего дня.

О том, как новоиспеченную княгиню за ухо выводили из ее кабинета, еще долго будут шептаться те, кто присутствовал при этом. Антонина Павловна даже слушать ее оправдания и отговорку, почему та сегодня не может пойти на обследование, не стала. Поэтому она с решительным видом повела Ирину на обследование к врачу.

— Тебя даже одну оставить на несколько дней нельзя, — хмуро произнесла домработница с дипломом нейрохирурга, уже когда они шли по коридору в больнице. — Ты зачем брата в такое дурацкое положение поставила, что о нем, как об арестанте, вся Академия говорит? Что, нельзя было ваши разногласия по-тихому решить?

— А тебе не сказали, что он смог в очередной раз отчебучить? — хмуро произнесла Ирина.

— И что? — оглянулась на ту женщина. — Ты в свое время отчебучивала не меньше него. Да и когда же ты поймешь, что он мужчина и в некоторые моменты не может поступать иначе… Ну хватит о нем, — резко оборвала тему. — Сами разбирайтесь между собою… потом. — И решительно втолкнула Ирину в кабинет врача. — Вот, Лев Егорович, принимайте пациентку… Если что, я за дверью жду, — предупредила, прежде чем оставить тех одних.

Прошло три часа…

— Да что за глупость? — Ирина выглядела разозленной. Был ряд вещей, которых она даже в шутку не воспринимала. И сейчас ей сообщили именно об одной из таких вещей.

— Успокойся. — Антонина Павловна возложила ладонь на плечо своей подопечной. — Лев Егорович, вы уверены в своем заключении? — настоятельно глядя на врача, спросила она. — Ошибки не может быть?

— Я почти тридцать лет уже врач и уж в таких вещах разбираюсь, — уверенно заявил он. — Но если у вас есть сомнения в результатах сделанных анализов, то можем провести еще и УЗИ… В конце концов, сделать его нам все равно придется.

— Хорошо, проводите УЗИ, — решила Антонина Павловна, которая тоже считала, что от этого хуже не станет.

Но как только Ирину увели, она снова глянула на старого врача, которого знала уже кучу лет.

— Лев, — упустив его отчество, произнесла женщина, — как такое возможно? Ты же сам два года назад проводил последнее обследование Ирины и говорил, что никаких изменений. А сейчас ты заявляешь, что все нормально и она полностью здорова?

— И готов снова это повторить, Антонина. — Теперь и он перешел в обращение только на имя. — Я не знаю, как это возможно, так как в моей практике такое происходит впервые, но все именно так, как я сказал. Ирина полностью исцелилась, и именно поэтому она и смогла зачать ребенка…

— Но как? — только и смогла повторить женщина, явно до сих пор не веря в то, что только что узнала.

— Не знаю, может быть, съела что-то не то, — неумело попытался пошутить врач. Но неожиданно Антонина Павловна отнеслась к его словам крайне серьезно.

— Съела, говоришь… — задумчиво произнесла. — Возможно, и съела…

Вернемся в недалёкое прошлое накануне тройной свадьбы…

— Смотрю, я вовремя! — заметил Ким, выкладывая на стол подарок от мамы-кошки. — А это вам в качестве десерта… Я попробовал и скажу вам: пальчики оближешь!

— Это еще что такое? — подозрительно сощурилась Ри, разглядывая необычный цвет винограда. — Откуда это чудо?

Так как за столом собрались все посвященные: обе сестры, Юми, Айка и Тина, то Ким вполне честно ответил:

— Сегодня утром ко мне заглядывала мама-кошка и принесла в качестве подарка. Сказала, что это очень полезные для кошечек ягодки.

— По-твоему, мы кошечки? — Тина подозрительно глянула сначала на подарок, а потом на парня. — У меня заворот кишок, случайно, не произойдет от такого лакомства?

Парень даже обиделся за своих кошек.

— Если бы это действительно было опасным, то его мои кошечки даже предлагать бы не стали. К тому же Юи подтвердила, что это очень ценные и полезные ягоды.

Он не обманывал. Когда после завтрака он поднимался в свою комнату за оставленным подношением, то, спускаясь обратно, на лестнице встретил туманную девушку. У той при виде винограда и без того большие глаза расширились еще больше.

— Это же целебная ягода! — в священном трепете произнесла она. — Ее очень трудно достать, так как места, где она прорастает, как правило, находятся в труднодоступных местах. А зачастую, чтобы добраться до них, нужно преодолеть хищные заросли, куда даже матерые хищники не суются.

— Ты назвала их целебными ягодами, — переспросил у нее парень. — Они и вправду такие?

— У нас в деревне они очень ценный товар. Их дают только сильно больным людям…

— Вот как… — Он достал очень маленькую гроздь и протянул ее девушке. — Спасибо за информацию! — поблагодарил.

— И вправду вкусные! — Пока другие сомневались, Ирина без страха попробовала подношение. Все взгляды в тот же миг на нее.

— Что? — доедая гроздь и берясь за другую, остановилась она. — Я же говорю, вкусно!

— А тебя ее цвет не смущает? — поинтересовалась Юми и тоже потянулась за виноградом.

— Я вполне верю своему брату, — спокойно произнесла Ирина. — К тому же ему меньше всего выгоды травить нас перед самой свадьбой.

Тем временем Рейчел тоже с осторожностью попробовала первую ягодку. На мгновение замерла и тоже сказала:

— Вкусно!

После чего процесс поглощения пошел. (В итоге больше всех ягод съела Ирина.)

Сама Антонина Павловна при том событии и разговоре не присутствовала. Но потом она, когда узнала, отчитала обоих: Юру и Ирину. Одного за то, что несет в дом всякое, не посовещавшись с нею. А другую за то, что в рот тянет, что ни попади, совсем как маленькая девочка. После чего забрала из мусора пустую «виноградную» ветвь (и даже нашла пару зернышек и тоже взяла с собою) и унесла, передав их для изучения узконаправленным специалистом.

Кстати, — подумала женщина, — стоит их навестить и узнать, смогли ли они хоть что-то узнать… Странно, что они до сих пор со мной не связались и не сообщили о результатах своих исследований.

— Ты это сейчас о чем? — насторожился врач.

— Не обращай внимания, просто мысли вслух, — не стала его посвящать в подробности этого дела Антонина Павловна. — Ты лучше посоветуй мне хорошего гинеколога. Такого, кто язык будет держать за зубами. Ведь стоит журналистам, этим акулам, узнать о том, что Иринка беременна, они покоя никому не дадут.

— Моя дочь! — не задумываясь, с явной гордостью произнес старый врач.

— Анька-то… — удивилась женщина. — А ведь старая совсем забыла, что она у нас как раз по женской части, — посетовала. — Скажи ей, пусть завтра с утра придет к дому Ирины… Охрану я предупрежу.

— Скажу, — пообещал врач.

***

— Я беременная! — Ирину словно заклинило. Она повторяла эту фразу вот уже на протяжении двадцати минут, пока они шли в сторону ее дома. — У меня будет ребенок! Я беременная! — повторяла она, имея при этом довольно глупый вид. — Но разве это возможно? — Вдруг резко остановилась и оглянулась на Антонину Павловну. — Как такое вообще могло произойти? Каким образом я могла исцелиться?

— Думаю, во всем виноват один любитель кошек, — тут же было указано на виноватого.

— Юрка? — удивилась Ирина. — А он-то здесь при чем?

— А кто тебя накормил теми целебными ягодками из тумана? — напомнила той Антонина Павловна. — Он же так и сказал, что ягода редкая и целебная… По крайней мере, другого объяснения у меня нет.

— А почему ты думаешь, что это Юра во всем виноват? — слегка нахмурилась Ирина.

— Ну, в данном случае я бы не называла это «виною». Тут скорее его благодарить за все надо, а его кошечкам чуть ли не поклонятся начать, — заметила немолодая женщина. — А кто, по-твоему? — возвращаясь к вопросу, кто за всем этим стоит. — Или ты за эти два года прошла хоть какое-то лечение?.. Что ни говори, а повезло тебе с братом.

— Нет, конечно… но… — неуверенно произнесла и замолчала. — Может быть, те ягодки и ни при чем совсем, — хотя даже сама в свои слова не верила.

— А кто Айку от наркозависимости излечил? — напомнила Антонина Павловна, и это был веский довод, от которого не отвертеться. — Все благодаря его кошечкам, которые, как оказывается, очень полезные и милые… Так что и в этом твоем чудесном исцелении без них точно не обошлось.

— Ну, может быть, — наконец-то согласилась с нею Ирина.

— Давай уж ты сегодня всех скопом простишь, — предложила ей женщина. — А то одной радоваться как-то не очень будет.

На мгновение Ирина задумалась, а потом достала свой телефон, и первый звонок брату… Вот только вежливый женский голос извинился перед нею и сообщил, что абонент либо выключен, либо вне зоны действия рабочей сети.

— Вот паршивец! — выругалась Ирина и стала набирать номер своего мужа.

Этот ответил на вызов сразу, видимо, телефон у него был под рукой или вообще в руках. Но в голосе мужа слышалась некая настороженность:

— Слушаю?

— Дорогой, ты где сейчас? — довольно мило проворковала в телефон Ирина.

— На работе, где мне еще быть? — все с той же настороженностью ответил Вадим, явно теряясь в догадках, почему любимая супруга решила вдруг сменить гнев на милость и позвонила ему в первый раз за целую неделю.

— Тогда бросай все и срочно дуй домой, — категорично потребовала Ирина. — У тебя полчаса! И помни, не придешь — новость узнаешь последним. И еще: это твой единственный шанс заслужить мое прощение, так что, как говорится, время пошло.

— Умеешь же ты разговаривать с мужем, — заметила Антонина Павловна, и по ее тону не поймешь, одобряет она это или нет. — Ладно, Юру я сама приведу. Он все равно последние дни сразу после школы домой идет.

Пока шли домой, Ирина успела дозвониться до Юны и до Рейчел.

Первая из этих двоих сказала, что находится в Артуре, но через час обещала быть, а вторая… Вторая я же сначала недовольно отчитала Ирину за то, что та мешает ей проводить дополнительный урок с отстающими учениками, но потом пообещала, что как только освободится, сразу будет дома. Естественно, ни Юмико, ни Ри понятия не имели, из-за чего Ирина вдруг потребовала, чтобы они срочно бросали все и шли домой. Объяснять та им ничего не стала, сказала, что потом все скажет.

Следующий звонок дяде.

— Ты где? — с ходу спросила его Ирина.

— Дома, — последовал незамедлительный и немного недовольный ответ. — Только ночью вернулся… Сплю.

— Потом поспишь, — заявила Ирина. — Собирайся и дуй ко мне.

— Что-то случилось? — тут же насторожился Денис (Отшельник).

— Случится… Вот-вот случится, — непонятно ответила она. — В общем, не для телефона разговор… Я тебя жду!

А вот до Айки Ирина дозвониться не смогла. Вместо нее, ответила Олеся, и именно через нее княгиня и передала, чтобы та сразу, как освободится, пулей летела к ней.

В общем, всех… до возвращения домой… всех, с кем хотела отпраздновать данное событие, Ирина позвала. Ну а все остальные могут и подождать. Ведь главное в такой день — собрать рядом с собою действительно близких тебе людей.

Ну а обиды? В такой день о них можно и забыть.

***

Вот ведь злобная старуха! — без злости думал Юра, обнимаемый своею самой старшей сестрой. — Ведь с самого начала, поди, знала, что все так и будет, но ведь не полусловом не обмолвилась!..

…До дома сестры шел словно приговоренный к смертной казни.

Антонина Павловна молчала и даже не пыталась с ним заговорить и все объяснить. А он, бедолага, был вынужден в спешке перебирать в памяти все события, о которых сестра не знала, но за которые ему могло дополнительно влететь. Да хотя бы взять тот же Архив, куда он по распоряжению сестры поехал, и где тоже без приключений на жопу не обошлось.

Около дома сестры Антонина Павловна посторонилась и пропустила парня вперед. Он напряженно глянул на женщину, осторожно потянул на себя входную дверь и увидел стоящую в коридоре нахмуренную сестру.

— А…— начал он и запнулся. Словосочетание «привет, сестра» так и не слетело с его губ. А вместо него: — Ты меня зачем-то звала?

— Звала, мелкий мерзавец! — А потом резко шагнула к нему и… неожиданно он оказался обнятый ею и услышал под самым своим ухом: — Считай, что ты попал под амнистию, братик!

Мгновенно напрягся, чтобы тут же расслабиться, и тоже обнял сестру. По какой-то причине она была в прекрасном расположении духа и совершенно на него больше не злилась. И этому обстоятельству можно было только порадоваться.

— Случилось что-то хорошее? — осторожно спросил он ее, все еще пребывая в легком шоке. Нет, он, конечно, был рад, что все так заканчивается, но хотелось бы знать, из-за чего сестра так резко решила сменить гнев на милость.

— Угу! — оглаживая его по головке, буквально промурлыкала Ирина. — Твой виноградик подействовал!

Юра замер, пытаясь понять, что она имеет в виду, говоря про виноград. Про те ягодки, которыми он в том году угощал ее, он не то чтобы забыл, просто не подумал, что разговор идет про них.

— В смысле? — поэтому крайне осторожно уточнил он.

— Ну, помнишь тот странный подарочек твоих кошечек прямо перед моей свадьбой? — напомнила ему она, и только тут до него дошло.

— Помню, — кивнул он. — Вроде бы он обладал какими-то целительскими свойствами, — сказал он, вспомнив то, о чем ему говорила Юи, туманная девушка.

— Еще какими свойствами! — Ирина наконец-то отпустила его, отскочила назад и закружилась на месте. Он впервые видел ее настолько радостной и счастливой. — Скоро я стану толстой и неповоротливой, а пока!.. — и она радостно засмеялась.

А вот Юра испытал беспокойства. Эта ее непонятная радость пугала его куда больше. И она почему-то совершенно не вязалась со сложившемся у него образом старшей сестры. Нет, он, конечно, был очень рад тому, что сестра резко сменила свой гнев на милость, но такое ее поведение его откровенно настораживало.

Он оглянулся на Антонину Павловну, но та только улыбалась в сторонке и, видимо, не находила в поведении Ирины ничего предосудительного.

Неожиданно со двора послышался какой-то шум, словно что-то упало. Потом послышалась ругань, и дверь в дом сестры распахнулась, и на пороге появился Вадим, который слегка прихрамывал на правую ногу. Судя по листве и грязи на его одежде, это он только что там упал… видимо, споткнувшись второпях обо что-то.

Ворвался в дом и тоже замер на месте, с непередаваемым выражением на лице глядя на жену. И было, отчего: впервые за несколько дней он видел ее не злой и чем-то крайне довольной. Вон, даже что-то наподобие танца изображает.

— А ты чего такой запыхавшийся и грязный? — удивленно спросила мужа Ирина, прекращая радостно кружиться по коридору. — Ты что, бежал?

— Но ты же сама поставила меня перед ограниченными временными рамками, — напомнил Вадим их недавний разговор. — Вот я… — он замолчал, так как в этот момент на его шее повисла супруга, которая тут же полезла к нему целоваться. Юра даже деликатно отвернулся от них, снова вопросительно глянул на Антонину Павловну, но та, как тот партизан, хранила молчание и только улыбалась.

Поэтому пришлось напрягать извилины и самому, пока супруги были заняты, попытаться из имеющихся крох информации выделить рациональное зерно. На всякий случай снова осторожно покосился на сестру и ее мужа, но те, похоже, только в раж вошли, и заканчивать не собирались.

Она как-то странно намекнула мне, сказав, что те ягодки, похожие на виноград, которыми я угощал девушек перед самой их свадьбой, и правду обладают упомянутым целительским эффектом, — лихорадочно пытаясь ухватиться за хвост ускользающей мысли, думал Юра. — И судя по ее довольному виду, они, те ягодки, и правда ей помогли от чего-то излечиться… А потом она упоминала про то, что скоро станет толстой и неповоротливой. — И тут он понял, что не просто ухватился за хвост убегающей мысли, а крепко так ухватился. Он знал только об одной такой женской болезни сестры, из-за которой она не могла завести детей.

И как только он это понял, он испытал шок, а слова сами собою вырвались у него из уст:

— Неужели ты беременна?

— Вот зачем ты это сказал! — обиженно осуждающе глянула она на брата, даже мужа перестав целовать, который из-за внезапной смены настроения супруги и без того выглядел слегка обалдевшим, а после слов Юры он даже равновесия чуть не лишился, благо за спиною оказалась стена, на которую тот и уперся. А выражения лица такое глупое и непередаваемое. Каких только чувств сейчас на нем ни было: потрясение, недоверие, радость, отрицание, восторг и еще куча всего.

— Это я должна была сказать, глупый братец! — Она даже ножкой топнула и, обернувшись к мужу, которого, казалось, сейчас удар хватит, радостно провозгласила: — Я беременна, дорогой! И у нас будет ребенок! Правда, я умница?

Точное попадание в голову.

Юра даже не поленился сфотографировать мужа сестры на телефон. Такой кадр нельзя упускать. Когда еще можно увидеть того, кого в узких кругах называют Берсеркер, с таким наиглупейше счастливым лицом идиота.

— Это правда? — где-то спустя полминуты родил Вадим «умную» мысль. — А твоя болезнь?

— Возрадуйся! Я полностью излечилась и здоровая, — все с той же радостью известила его Иринка, которая от переполняющей ее радости только не светилась.

— Ну как? — все еще тупил князь Аланов.

— Позже расскажу, — пообещала ему Ирина и выразительно глянула на брата. — Фотку потом мне скинешь, — потребовала она, заметив телефон в руках брата… — Потом на заставку поставлю. — И тут до нее дошло. — Так! — Уперлась руками в бока. — А почему, когда я тебе звонила, то не смогла дозвониться?

— Так у меня симка выключена, — равнодушно пожал он плечами.

— А какого хрена она у тебя выключена? — нахмурилась та.

— Да вот захотелось мне выключить, — с вызовом ответил он.

— Кхе-кхе! — кашлянула Антонина Павловна, привлекая к себе внимание. — Вот хоть сейчас можете не начинать снова?

— А мы и не начинали, — тут же заявила Ирина. — Правда, братец? — невинно так похлопала ресницами.

— Совсем не начинали, — согласился с нею Юра и чуть прислушался к новым звукам снаружи. — Похоже, шоу только начинается… Твой выход, сестренка!

***

Глава 2

Сегодня Айка заканчивала свои съемки в неожиданно получившем популярность фильме. С ее участием остался незаконченным только один эпизод, и, слава богу, в нем не было Юры. У него этих не доснятых эпизодов было еще более двадцати. Но по некоторым причинам доделку сцен с его участием пока отложили. И дело не в последних событиях, а просто там что-то решили изменить… Айка не знала, что там меняли и всех остальных подробностей, но что на это время съемок с его участием не проводили, ее только радовало. Не горела она желанием пересекаться с ним еще и здесь.

Но сегодняшний разговор с Кармен заставил девушку серьезно задуматься.

Ну да, она, в какой-то момент подавшись эмоциям, на него очень сильно разозлилась и даже накричала, обозвала парня безответственным дебилом. И похоже, ее слова зацепили парня за живое, из-за чего он тоже вспылил. Хотя и не так, как она, и более сдержанно, но все же он тоже не сдержался.

В тот день они сильно так повздорили и рассорились.

Правда, уже на следующий день, быстро успокоившись, он дважды предпринял попытку с нею помириться и извиниться, но его потуги остались неоцененными. Вернее, она еще была слишком зла на него и даже слушать его не пожелала.

А потом, когда она все же успокоилась, и, поняв, что перегнула лишнего, сама подошла к нему… но неожиданно натолкнувшись на его отстраненно-холодный взгляд, она, так ему ничего и не сказав, просто ушла. После чего между ними само собою повисло некое напряженное молчание, где ни один из них не спешил делать первого шага к примирению. А ведь поначалу она ждала, что он снова попытается с нею заговорить, но тот больше не пытался. Да и она сама, видя его холодно-отстраненное выражения лица, начала по новой и с удвоенной силою на него злиться. В общем, они оба перешли в режим упрямого ожидания того, кто первый сдаться. И это, хочу вам сказать, самая плохая стадия ожидания. Когда два упрямца пытаются переупрямить друг друга, в итоге при накоплении злости претензий друг к другу это может привести и к разрыву в отношениях. В общем, они очень близко подошли к красной черте невозврата, и поэтому им срочно пора было что-то решать. Их размолвка и так сильно затянулась. И сегодня Айка, благодаря Кармен, это ясно осознала. И именно поэтому она была решительно настроена сегодня обязательно переговорить с парнем наедине.

Закончив эпизод, который неожиданно занял куда больше времени, чем она рассчитывала, Айка, вернувшись к своим вещам, узнала от Олеси, что звонила Ирина и велела сразу, как они закончат, идти к ней.

— Зачем, не сказала? — уточнила серебровласая, которая не испытала особого восторга от необходимости встречаться со старшей сестрою своего парня… пока еще парня, как она искренне надеялась.

— Нет, но голос у нее был какой,то странный, — ответила ей Олеся. — Слишком она была какая-то веселая.

Айка задумалась.

Зная Ирину, можно было предположить, что та позвала ее не просто так чайку попить. Да и сестра Юры не из той категории людей, которых можно было просто игнорировать. Если и позвала, то значит, на то и вправду есть веские причины. Поэтому, переодевшись, она направилась к дому сестры Юры.

А по дороге думая, как ей стоит поступить: подождать еще… до завтра (как правило, иногда твердые решения, если их сразу не выплатить в жизнь, начинают размягчать, и разум лихорадочно пытается найти вескую причину отсрочить выполнения задуманного) в надежде, что Ким первым сделает шаг к примирению. Нет, разрывать с парнем она совершенно не хотела. Сама ясно понимала, что в этом случае она сделает самую большую свою глупость, о которой потом будет жалеть всю жизнь. Да и нельзя забывать, что инициатором ссоры стала она сама.

К дому Ирины она подходила уже одна, расставшись с Олесей на небольшой развилке, где одна тропинка вела к дому ректора Академии, а вторая к другому дому, с легкой руки Юрия называемого общагой.

Первое, на что она обратила внимание, — это на шум, доносящийся из дома. И судя по звукам, там творилась какая-то спонтанная вечеринка.

Во дворе несколько знакомых охранников и старшие дети Лариса и Артур… и еще Полина. Все трое под присмотром ребят из охраны (а иногда и с их помощью) делали домашнее задание, расположившись в небольшой беседке во дворе.

Близнецы вот уже месяц как учились в подготовительном школьном классе, в ускоренном темпе наверстывали отставания в школьной программе начального класса от других детей. Полина же занималась самостоятельно, прилежно осваивала письмо и чтение. Ирина говорила, что девочке по причине того, что никто раньше с нею не занимался, уже было поздно начинать осваивать всю школьную программу обучения. Поэтому пока акцент ставился на устранение ее безграмотности. И еще она усиленно тренировалась с охранной, собираясь в будущем стать профессиональным бойцом-телохранителем.

Снова глянув в сторону дома, Айка все же решила сначала подойти к охране и детям.

И хоть Полина сидела к ней спиною, каким-то образом та ее услышала и, встав со скамейки, вежливо поклонилась ей.

— Госпожа Айка! Вы не идете к остальным? — поинтересовалась девушка у серебровласой.

— Что там за праздник? — спросила княжна, кивнув на дом.

— Я не знаю, — спокойно произнесла та. — Все вдруг резко собрались в одном месте… Ваш старший брат и жених тоже там, — добавила она в конце.

И это известие заставило девушку насторожиться.

— Вот как. — Айка глянула на охранников. — Может, вы что-то сможете добавить?

— Не имеем права, — отрицательно качнул головою Аким, тем самым дав понять, что они в курсе, но ничего говорить не станут.

— Этот праздник закатила супруга вашего брата, вот у нее и спрашивайте, по какому поводу торжество, — мягко добавил Велор.

Айка скосила взгляд на Ларису и Артура, но решила, что этих двоих о таких вещах точно расспрашивать не стоит.

— А где остальные дети? — спросила о другом, обратив внимание, что, кроме этих двоих и Полины, во дворе нет других детей.

— Ну, думаю, у них свой праздник в доме госпожи Рейчел, — чуть улыбнулся Велор. — Туда им столько сладостей отнесли, что боюсь, как бы детишкам плохо ни стало от такого количества сладкого.

— А вы почему не с ними? — тогда спросила Айка у близнецов.

— Потому что сестренка Ри сказала, никаких сладостей, пока не закончим уроки, — вздохнула Лариса.

Правда, судя по нескольким пустым тарелочкам перепачканных в креме от кусочка тортика, их двоих тоже совсем лишать сладкого не стали.

— Понятно, — вздохнула Айка. — Видимо, придется все же войти и самой обо всем узнать.

На входе ее никто не встречал. Но девушка и без того хорошо ориентировалась в этом доме, а разносящиеся повсюду звуки шумного застолья ясно указывали на место, где надо всех искать.

Интересно, по какому поводу праздник? — идя по коридору в сторону малой гостиной, где они как-то справляли день рождения Юры, думала девушка.

Дверь в гостиную была открыта настежь, поэтому появление Айки на пороге заметили не сразу. Хотя нет, был кое-кто, кто сразу ее заметил.

На мгновение ее взгляд встретился со взглядом Юры, но тут сидящая между братом и мужем Ирина обняла обоих и громко известила на весь зал:

— Мои любимые мужчины!

И парень был вынужден снова отвлечься на сестру и поэтому понять, о чем он думал, девушка не смогла.

Видимо, она с ними замирилась, — с завистью подумала девушка.

Народу за столом было не так уж и много: только те, кого можно было отнести к семье. Это Юмико с мужем Денисом. Рейчел с Тимофеем. Ее брат и ее парень (она все еще считала его своим парнем). Сама инициатор этого неожиданного застолья и где-то с краюшку — Антонина Павловна и Лаврентий Павлович, которых тоже можно было назвать неотъемлемой частью этого безумного семейства.

Что еще бросалось в глаза — это то, что стол был накрыт явно впопыхах, и полное отсутствие алкоголя на столе.

И тут Ирина заметила Айку.

— А вот и опоздавшая негодная девчонка! — указывая на нее пальцем, громко крикнула она. — Я же велела одинаковой, чтобы она передала тебе, чтобы ты бросала все и бежала к нам.

— Если бы ты еще объяснила, зачем это надо делать, — проворчала Айка, обводя всех взглядом. — Ну и по какому поводу сабантуй? — осведомилась она, все еще продолжая стоять на входе.

— Для праздника не нужен повод! — пафосно заявила Ирина и радостно рассмеялась.

Она вообще вела себя немного неадекватно. Айка еще ни разу не видела ее настолько радостно-счастливой! Да и брат как-то подозрительно много улыбался и выглядел глупо… и тоже счастливым.

— Да что здесь у вас произошло? — потребовала хоть от кого-нибудь ответа Айка. Не только Ирина с братом — все выглядели какими-то радостными и довольными.

— Скажи ей ты! — благосклонно дала какое-то непонятное разрешение сидящему справа от нее мужу Ирина.

— Ну, — брат как-то странно смутился. — У нас с Ириной будет ребенок.

— Что? — Айка испытала шок и на мгновение даже не поверила в услышанное от брата. Ведь она была одной из немногих, кто знал о существующей женской проблеме Ирины. Вот только глядя на это спонтанное застолье, эти радостные и счастливые лица брата и Ирины, она ясно осознала, что это точно не розыгрыш. Да и не будет братец шутить такими серьезными вещами. И в следующий миг Айка уже визжала, словно маленькая девчонка, радостно бросившись обнимать брата и Ирину.

— Вот такая реакция мне вполне по душе, — довольно произнесла супруга брата, обнимая девушку.

***

Было весело… по-настоящему весело и радостно!

Айка и сама не заметила, как подалась всеобщему настроению. На какое-то время она даже забыла о своей ссоре с Юрой. Она много смеялась, обнимала Ирину и хвалила брата. И здесь же за столом, обнимая мужа, Ирина поведала о своем чудесном исцелении и кто за всем этим стоит. Девушка даже особо не удивилась, услышав о таком. Правда, после этого Антонина Павловна серьезно всех предупредила о том, что все, кто пробовал те ягодки, в обязательном порядке пройдут полное медицинское обследование… и особенно Рейчел, к которой с учетом ее проблем особый интерес.

Та только вздохнула, но возражать не стала. Ей вскоре и так предстояло пройти полное обследование, так что она и так к этому была готова. Айка тоже особо не возражала по этому поводу, так как ей и Киму предстояло очень скоро пройти дополнительное медицинское обследование в клинике корпорации «Вебер», как и всем тем, кто с помощью травы ярко-красного цвета, похожей на одуванчик, был излечен от воздействия наркотика, так называемой «пыльцы черного одуванчика».

А еще где-то часа через полтора спонтанное празднование подошло концу. В конце концов, завтра была только среда и у каждого были свои дела.

Айка и Юра уходили вместе… Вернее, их выпроводили первыми.

На выходе Ирина еще раз обняла брата и серьезно сказала:

— Может быть, ты и считаешь себя уже взрослым, но я все равно буду за тебя переживать. И поэтому была бы очень тебе признательна, если бы ты…

Но Юра неожиданно прижал палец губам сестры и тихо произнес:

— Еще год назад я даже не подозревал о том, что у меня есть такая классная старшая сестра. Но еще у меня есть друзья, которыми я дорожу. И поэтому я никогда не стану выбирать между ними и тобою. Вы мне все очень дороги. А еще очень не хочу тебя волновать… особенно теперь. — Опустил взгляд на ее пока еще плоский живот. — Так что прости, сестренка, если опять вляпаюсь в приключение, то сделаю все, чтобы ты об этом никогда не узнала.

— Мелкий гаденыш! — без злости произнесла она. — Ладно, как я и сказала сегодня, ты амнистирован и все ограничения сняты. Лаврентия я уже предупредила. Так что тебе больше не придется изображать из себя арестанта.

Стоило только Айке и Юре покинуть дом, как между ними снова повисла гнетущая тишина. Словно они и не смеялись вместе всего несколько минут назад над какой-то дурацкой шуткой Юриного крестного.

Но, покинув двор, Айка все же решила нарушать это неприятное ей молчание и объясниться с парнем.

— Мне ты тоже ничего не станешь рассказывать, я так понимаю, — сказала она. — Как и не станешь выбирать между мною и друзьями.

Но в ответ Юра промолчал. Он уже все сказал по этому поводу и не видел необходимости повторяться. Вот только его молчание слегка разозлило девушку.

— Прекращай уже меня игнорировать! Скажи что-нибудь. — Она дернула парня за руку, разворачивая его к себе лицом.

— Знаешь, — неожиданно ответил он ей, — а ведь теперь-то обещание, данное твоему брату и моей сестре, утратило свою актуальность.

— Что? — не поняла, что он хотел этим сказать, Айка. — О чем ты?

— О том обещании обеспечить продолжения рода Алановых, — сказал и отвернулся от девушки. — В общем, думаю, нас можно считать свободными от этого обещания.

И тут она его ударила… Нет, я не совсем правильно выразился. Она его не ударила, а провела захват и бросок через плечо. Юра, совершенно неготовый к такому, даже пикнуть не успел… а Айка уже сидела на нем верхом, приблизив свое разгневанное лицо к лицу парня.

— Чтобы ты знал… тебе не удастся меня бросить! — Ее глаза цвета гнева всего в каких-то двадцати сантиметрах от его. И можно сказать, впервые, глядя в эти глаза, он ощутил себя кроликом перед удавом.

— Что мое, никому не отдам! Тебе это ясно? Или, может быть, это ты решил соскочить?

Теперь уже Юра, сделав быстрое движение, уронил Айку рядом собою и оказался сверху. Та даже пикнуть не успела.

— Хоть в чем-то мы с тобою сошлись, — сказал он. — Так как я также не намерен отпускать тебя, — решительно заявил он. — Ведь я люблю тебя, несмотря на некоторые сложности последних дней.

— И это ты называешь некоторыми сложностями, — заметила Айка, даже не думая дергаться под ним. — Тогда зачем сказал это? — спросила она его.

— Прости, сделал глупость, но я должен был убедиться в том, что ты ко мне не охладела, — тихо ответил он и, нагнувшись, впился в губы девушки. С минуту они страстно целовались, а потом парень упал рядом с нею, и так они лежали почти полминуты, смотря вверх, туда, где по идее должно быть небо.

— Я правильно тебя поняла, что все, что ты наговорил сестре, касается и меня? — повторила тот свой вопрос Айка.

— Скажи, — повернул голову и серьезно глянул на девушку Юра, — ты готова отказаться от своих подруг ради меня?

— Нет, конечно! — возмутилась Айка и замолчала. — Я поняла… — сказала очень тихо и вздохнула.

— Вот видишь… — также тихо сказал и он. — Не проси от меня невозможного.

Они снова замолчали, но вот Айка начала подниматься.

— Пошли домой, — просто сказала она. — А то устроили здесь, — кивок на камеру, что смотрела на них прямо со столба. — Там, наверное, уже вся дежурная смена собралась, на нас смотрят… Не хватало нам только сексом заняться, чтобы все смогли насладиться. — Правда, говоря о таком, особо смущенной она не выглядела.

— Не, это вряд ли. — Ким тоже встал и глянул на камеру. — Сегодня Дуня на смене за старшего… А он, как я уже успел понять, мужик с понятиями. Если что, всех разгонит и забыть об увиденном заставит.

— А ты что, уже всех ваших охранников в лицо помнишь? — удивилась Айка, которая и десятка людей из службы безопасности Академии назвать не смогла бы.

— Да нет, не всех, — усмехнулся Юра. — Но тех, с кем часто общаюсь или чем-то запоминающихся, помню. — Взявшись за руки, они не спеша направились в сторону своего дома. — А то, что Дуня на дежурстве, так мне сегодня ребята рассказали, которые по приказу сестры ко мне были приставлены, — признался он.

— Ну ладно, а… Дуню, — на мгновение запнулась на странном имени Айка, — откуда знаешь? Или он из категории запоминающихся?

— Да вот знаю, — усмехнулся парень. — Помнишь, у нас на днях кто-то похабщину на стене школьного корпуса написал? Ну те, что двое придурков из мужского учебного корпуса.

И да, был у них такой неприятный инцидент на днях. На торцовой стене учебного корпуса кто-то баллончиком краски сделал несколько… эксклюзивно неприличных надписей. Правда, эта надпись долго их стену не украшала. Уже концу первого урока она была закрашена, и о ней в напоминание осталось только несколько сделанных кем-то фотографий.

— Помню, конечно, — кивнула девушка и поморщилась, так как именно ей пришлось улаживать все вопросы с представителем мужского учебного корпуса и принимать его извинения позже. — Я еще удивилась тому, как их быстро поймали.

— Придурки потому и попались, что придурки, — выдав каламбур, скривился Ким. — Их ведь наказали не за испорченную стену, а за то, что так тупо на этом попались… Привыкли, понимаешь, уже к тому, что по всей территории Академии камеры стоят… Вот и перестали на них уже внимания обращать, воспринимая их как нечто обыденное. А там, оказывается, ребята не просто так сидят. Мы ведь с Дуней в два счета тех хлопчиков и вычислили… кто, откуда и куда пошли. Видела бы, как он потом злился, называя тех молокососов такими нехорошими словами, о которых в приличном обществе и вспоминать нельзя… Он даже лично при мне просил Лаврентия отдать ту парочку ему на перевоспитание хотя бы на недельку. Так что если наш злобный грузин согласится, то я им даже не завидую.

— Кстати, почему Дуня? — заинтересовалась вдруг Айка. — Что за имя такое?

— Ну, вообще-то, это прозвище… А имя у него Рустам, — пояснил Юра.

— Странное прозвище, — пробормотала девушка. — С чем оно связано?

— А кто его знает, — философски ответил Юра. — Только Рустам знает, как появилось это прозвище, но он не признается.

— Даже так, — рассмеялась Айка.

Около дома их уже встречали…

На дорожке стояла табуретка, на которой с видом королевы восседала маленькая Юля, у которой на руках сидела одна из кошечек. И судя по ее довольному виду, ей очень нравилось там у нее находиться. Рядом улегшись набок, лежала располневшая Ласка, а Черныш наблюдал за всем этим с козырька дома. Ну, этот кот никогда себе не изменял и слишком близко старался к людям не приближаться.

За спиною Юли в позе стойкого оловянного солдатика застыл Серго, и судя по выражению его лица, с его нахождением здесь не все было в порядке. Но поначалу Юра не сразу обратил на него свое внимание.

Мелкая при виде возвращающихся родителей отпустила кошечку, которая тут же отбежала в сторону, соскочила и бросилась к парню и девушке.

Нагнувшись и подхватив девочку на руку, Юра строго спросил ее:

— А почему ты здесь?

— Я вас жду, — словами ответила ему Юля, обнимая его за шею. — Вас долго не было, и мне стало скучно.

Благодаря занятиям с логопедом, дефекты речи Юли стали практически незаметными. А благодаря урокам Киры Валентиновны она уже могла вполне нормально разговаривать своим голосом, правда, избегая сложных и командных фраз. Но если сложные слова ей еще давались плохо, то с командными была своя сложность… И эта сложность была напрямую связана с ее даром сирены. Поэтому она по-прежнему продолжала совершенствовать свою мысленную речь.

Около ног Юры раздалось требовательное: мяу!

Это об него начала обтираться Ласка, требуя, чтобы он и на нее обратил свое внимание.

Айка наклонилась и взяла кошечку на руки… и та совершенно не возражала против этого, так как давно уже признала девушку своею.

Ким глянул на Серго, что все так же стоял и не двигался.

— Ты чего замер? — наконец-то спросил он его.

— У своей дочери спроси, — пробурчал он.

— Юля? — требовательно глянул на мелкую Юра, уже догадываясь, что могло произойти.

Он меня пускать не хотел, — пожаловалась та, переходя на второй способ своего общения. И на ее личике промелькнуло выражение упрямства. Было видно, что она совершенно не жалеет о своем поступке.

Конечно, по идее Юра бы должен был Юлю за это отчитать и наказать, но сегодня этого совершенно делать не хотелось.

— Отомри, — хмуро произнесла девочка, еще сильнее сжимая руки на шее названого отца.

Серго дернулся и отошел с места.

— Чувство, словно тебя в бетоне замуровали, — пожаловался сын Лаврентия. — Вроде бы все чувствую, а шевельнуться не могу.

— Табурет с собою захвати, — кивнул на маленький стульчик Юра, — стойкий оловянный солдатик, — закончил с иронией, совершенно не настроенный отчитывать и наказывать Мелкую… по крайней мере, сегодня.

— Какая-то у вас безумная семейка получается, — проворчал половинчатый: полуяпонец-полугрузин. — Что ты, что мелкая одного поля ягода. Да и подруга у тебя не лучше, — нагло заявил.

— Я вообще-то все слышу, — на всякий случай решила предупредить Айка.

— Что, тоже замереть прикажешь? — иронично усмехнулся телохранитель Юры, который с первых дней вел себя крайне нагло и вызывающе… в общем, никакого уважения к потомственным аристократам.

— Запрещу Олесе с тобою общаться, — насмешливо, в стиле своего парня, предупредила она. — А еще лучше скажу ей, что ты пытался меня домогаться. — А вот это был уже откровенный блеф. Никогда бы она так не поступила со своей подругой.

— Она не поверит, — насторожился Серго, пребывая в некоем сомнении, и его тоже можно было понять. Он уже давно смекнул, что все эти девушки, с которыми общается его подопечный, непредсказуемые и способные на все.

Но вот это его настороженность и сомнение, что ясно читалось в выражении его лица, только сильнее подзадорили Айку, которая тут же решила сыграть ва-банк и провокационно предложила ему:

— Давай поспорим!

Серго тут же попытался сдать назад.

— Понял я все… Беру свои слова обратно, — поспешил сказать он. — Не, серьезно, — умоляюще глянул на девушку. — Не надо ничего ей говорить… Предлагаю считать, что я осознал свое прегрешение и обещаю такого впредь не делать.

— Трус! — насмешливо фыркнул Ким. — Легко же ты дал заднюю.

Он-то сразу догадался, что Айка ничего такого делать не станет, но и помогать последнему грузинскому самураю не стал. Пусть на своей шкуре узнает, как катить бочку на его девушку.

— Я не трус, — возразил ему Серго. — У меня просто хватает мозгов не злить женщин… особенно красивых, — добавил почти шепотом, так, что его услышал только Юра. — Так как они по жизни все стервы.

Так они и вернулись домой, где неожиданно в гостиной оказалось крайне много народа: Сергей, Вика, Тина, Глеб и обе одинаковые. Все остальные уже давно разошлись по своим комнатам отдыхать.

При виде Айки Алиса хотела было встать и уйти, но княжна неожиданно ее остановила.

— Алис, а приготовь нам всем чаю, — попросила она. — Пожалуйста!

Та удивленно глянула, но потом кивнула и вместе сестрой ушла на кухню.

— Так вы помирились! — констатировала Тина очевидный и всем заметный факт. — Ну, хоть какая-то приятная новость за целый день… Еще один день смотреть на ваши кислые рожи никаких моих сил не осталось.

Кстати, выглядела она крайне уставшей. И это при том что она уже два дня не появлялась на занятиях в школе. Видимо, что-то не ладилось в империи под названием Вебер.

Ласка на руках Айки вдруг задергалась, и та поспешила поставить ее на пол. Белая кошечка, не спеша переваливаясь с боку на бок, направилась к лестнице и аккуратно стала забираться наверх. А следом за нею и две другие кошечки.

— Королева со свитой, — пробормотала все та же Тина, провожая кошечек взглядом. — Кого-то мне это напоминает. — И недвусмысленно глянула на Айку, которая сделала вид, что не поняла намека. — Кстати, наш дом медленно, но верно превращается в некий кошачий пансион. Нет, я, конечно, не против этого, но почему к одной мне они только не идут на руки? — возмутилась та. — С каким бы удовольствием я сейчас сняла свой стресс, потискав одну из милых кошечек!

— Что, совсем родня достала? — сочувствующе произнесла серебровласая. — Опять любимая родня тебе мозг выносит?

— Да ну их! — неопределенно махнула рукою явно раздраженная Вампирша. — Порой мне хочется взять автомат и проредить их ряды… И ведь все прекрасно понимают, что все равно будет по-моему, а что-то пытаются мне советовать и даже указывать, — фыркнула.

— Ну, — загадочно улыбнулась Айка, — могу еще одной новостью тебе поднять настроение!

— О! Я вся внимание! — сразу заинтересовалась Тина.

— Сейчас девочки принесут чаю, и все скажу, — пообещала ей серебровласая.

Близняшки не заставили себя долго ждать. Видимо, чайник был уже горячим, поэтому Алиса с Олесей вернулись уже через пару минут, принеся с собою все, что было нужно, чтобы попить чай.

Айка подождала, пока на стол будет накрыто, а чай разлит по стаканам, и тогда сказала, но не совсем то, что от нее ждали:

— Алиса, прости меня! По-моему, вместо того чтобы упрекать тебя в чем-то, я должна была сказать тебе спасибо.

И снова та как-то странно глянула на серебровласую, наконец-то, улыбнувшись, приблизилась к Айке и чмокнула ту в щечку, показывая этим, что совершенно не злится.

— И это вся новость, которую ты хотела нам сообщить? — возмутилась было Тина.

— Не-а! — широко улыбнулась Айка. — А новость заключается в том, что Иринка беременная!

На пару мгновений за столом наступила тишина, которую нарушила Вампирша, вот только голос ее звучал несколько недовольным:

— Знаешь, шутка неудачная… — резко произнесла она. И своими словами буквально заставив всех, готовых уже радостными криками поддержать новость, замереть в некой растерянности. О женских проблемах Ирины здесь, за столом, знали, конечно, не все. А те, кто знал, не знал всех подробностей и деталей.

— А я и не шучу, — возразила той Айка, совершенно спокойно глянув на Вампиршу.

Но Тина все еще была настроена скептически. Ее, ту, которая была в курсе всего, трудно было убедить в том, что, по ее мнению, никак не могло случиться.

— С ее проблемой она не может завести детей… Уж я это знаю! — уверенно заявила она. После ее слов на лицах всех присутствующих из категории слабо посвященных или не посвященных вовсе сначала начало появляться выражение непонимания, которое тут же стало формироваться в шоковое.

— И тем не менее она не пошутила, — поспешил вклиниться в разговор Юра. — Сестра и вправду беременная и полностью здоровая… — И добавил уже для всех: — Сегодня она прошла полное медицинское обследование и УЗИ, которое подтвердило факт ее беременности.

Не верить Юре, когда он так говорит, у нее не было веских оснований. К тому же к темам, касающихся его родных, тот относился крайне серьезно.

— Охренеть не встать! — На лицо Тины начала выползать пока еще неуверенная улыбка. — Ай да Иринка! — Неожиданно она вскочила и, обняв Юрку, чмокнула того в щечку. — Вот ведь действительно новость как новость!

Ее действия словно послужили неким спусковым крючком и одновременно командой «отомри» для всех остальных. Теперь уже ото всех посыпались поздравления и комментарии. Но вот Тина вновь впала в состояние задумчивости.

— Но как это произошло? — снова вернула она все к теме Ирининой женской болезни. — Ведь, насколько мне известно, последние несколько лет она не проходила никакого специального лечения.

— Это долго объяснять, но кое-какое лечение она все же прошла, — серьезно произнес Юра, с неким невысказанным намеком глянул на Тину. Но та, видимо, поняла молчаливый посыл и больше эту тему не поднимала. Но при этом ответным взглядом дала понять, что она не намерена довольствоваться непонятными объяснениями.

За столом долго не сидели, попили чайку, немного обсудив между собою новость. Девчонки собрались сделать Ирине подарок, а Юра не стал их отговаривать. После чего все разошлись по своим комнатам. Естественно, Айка поднялась вместе с Кимом.

Вся кошачья гвардия уже была здесь… и даже Черныш, забравшись на шкаф с книгами, зыркал оттуда. Он вообще старался без нужды к кошечкам не приближаться. И только когда Кэт и Котя (это имена двух других кошечек) поблизости отсутствовали, решался подойти к своей кошечке, чтобы помурчать вместе с нею.

Правда, очень скоро в дверь стала ломиться Тина.

— Ну чего тебе? — недовольно произнесла Айка, которая только потянулась к Юре, чтобы прижаться к нему.

Но та совершенно проигнорировала недовольство подруги, требовательно глянув на Кима, и потребовала объясниться:

— Так что там произошло с Иринкой, что ее состояние так разительно изменилось? Вот не верю я в чудесное исцеление, учитывая, что лучшие мои специалисты оказались полностью бессильными.

— Вот ты пристала, — вздохнул Юра. — А до утра подождать было совсем нельзя?

— Нет, нельзя, — категорично ответила ему Тина.

Пришлось снова вздохнуть и рассказать о том, что знал сам.

— …Как видишь, это единственное объяснение, — закончил он этими словами. — Антонина Павловна уже просила предоставить ей для изучения пару тех ягод.

— Мне тоже достань! — тут же потребовала Тина и, вдруг глянув на кошечек, добавила: — Пожалуйста.

Но четырехлапые ее проигнорировали, занятые своими делами. Они вообще на посторонних практически не обращали никакого внимания.

— Отвечу, как уже отвечал, — серьезно глянул на девушку Юра. — Как получится… Я, конечно, попрошу, но ничего не могу обещать… А теперь давай-давай, двигай отсюда! — поторопил Тину на выход.

— Фу, — сморщилась Вампирша. — Какой грубый! — И гордо, с видом королевы, удалилась.

— Порой она просто невыносимая, — пожаловалась парню Айка, снова обнимая и прижимаясь к нему.

Нет, этой ночью между ними ничего не было. Уснувшая между ними Юля не оставила им ни единого шанса на уединения.

А ведь такие планы были на эту ночь! Но тут уже ничего не поделаешь. У Мелкой на их счет были свои долгоиграющие планы. В конце концов, не зря же она сама выбрала их в качестве своих мамы и папы…

Можно было бы просто спать, но почему-то сон так и не шел. Юля уже вовсю сопела, используя его как подушку, а он и Айка просто лежали рядом, держась за руки.

— Знаешь, разумом я все понимаю, — возвращаясь к старой теме, тихо произнесла девушка. — Я понимаю, что есть моменты, когда ты не можешь поступить иначе, но… как бы я ни хотела быть все понимающей и готовой тебя во всем поддерживать, всякий раз я замираю от страха, когда ты влипаешь в очередное опасное происшествие… И не могу с этим ничего поделать… Это чувство сильнее меня. И именно поэтому я и сорвалась… И знаешь, я понимаю, почему ты не хочешь нам ничего рассказывать.

Юра чуть помолчал.

— Скажи, кто та сволочь, что сдала меня? Ты ведь должна знать? — наконец-то спросил он.

— И это все, что тебя интересует? — услышал нотки возмущения в ее голосе. И это понятно: она только что перед ним разливала душу, а он спрашивает ее о таком.

— Прости, — поспешил исправиться Юра. — Мне правда жаль, что со мной такое постоянно происходит… но должен заметить, такое со мной началось только со дня нашего с тобою знакомства, — заметил он.

— Ага, еще скажи, это я тебе карму испортила, — фыркнула Айка. — А насчет того, кто тебя сдал… Не знаю, — последовал отрицательный ответ. — На электронную почту Ирины пришел файл видео, где ты… твой лысый друг и Алиса скакали по тому заброшенному дому. Сначала играли в эту вашу войнушку, а потом вас и правда пришли убивать. Там еще за кадром какой-то посторонний голос рассказывал обо всем, что там у вас происходило.

Это известие Кима слегка озадачило.

Он ждал услышать просто то, что кто-то ненароком проговорился и сболтнул лишнего, а тут целенаправленный слив информации. И сделать это мог только тот, кто имел доступ к видео с той «мясорубки». Тут уже хочешь не хочешь, нужно подключать людей Лаврентия к поиску этого «благодетеля».

— А что Лаврентий и твой брат? Им сообщили об этом видео? — напряженно спросил он.

— Насколько я знаю, да… — успокоила его Айка. — Ирина сразу распорядилась найти этого таинственного информатора.

— Блин, как все запутано, — пробормотал Юра. — И кто, интересно, на меня такой зуб заимел?

Но, увы, вопрос пока так и остался без ответа.

Глава 3

***

Впервые больше чем за неделю утро началось для парня как обычно.

Спящие рядом с ним его девочки, которые во сне выглядели просто ангелочками.

Стараясь не шуметь, Ким тихо проследовал в ванну-душевую, что теперь была у него под боком.

Напомню, что с разрешения Антонины Павловны между комнатой Юры…

P.S. Она же малая библиотека внизу и спальня наверху… Была еще комната мелкой Юли, но теперь она с подружками жила в бывшей комнате Айки и была вполне довольной такой обменной, так как с комнатой ей досталась вся коллекция мягких игрушек, что находилась там.

…и соседней комнатой был проделан проход, и теперь здесь после ремонта и перестановки была их вторая спальня, у которой имелась и своя уборная, совмещенная с ванной и душевой. Конечно, туалетная комната была куда меньше, чем та, что находилась в конце коридора, но зато она была всегда рядом в шаговой доступности. А это, что ни говори, существенный плюс.

Самая большая его проблема — это привести в порядок свои волосы: вымыть и расчесать их. После чего следует их высушить и стянуть резинкой. Но в последнее время он вместо резинки для волос использовал специальный зажим, который лучше удерживал собранные в хвост волосы.

В момент, когда он покинул душ, то застал в комнате только Мелкую, которая все так же сладко спала. Айка, судя по всему, проснувшись, тоже ушла приводить себя в порядок. Благо с ее даром у нее не было проблем в выборе мест, где она могла помыться.

Поэтому, одевшись в свою школьную форму, Юра спустился в гостиную, где неожиданно застал Тину за чтением газеты. Нет, как раз в этом и не было ничего необычного. Так у нее начинался каждый день. Необычное было в другом, а именно: в газете, что она читала. Судя по броскому названию, она относилась к так называемой желтой прессе.

— Не думал, что ты такое читаешь, — заметил он, наливая себе кофе.

— О! — усмехнулась та. — Иногда, оказывается, полезно почитать нечто подобное. — Она бросила газету на открытом ею развороте, где большими буквами было написано:

Граф Малышев — участник игр без правил со смертельным исходом!

Юра слегка напрягся и взял газетку в руки. Быстро пробежавшись взглядом по тексту, он негромко выругался.

Без понятия, откуда эти писаки о таком узнали, но в статье рассказывалось о его участии в последней «мясорубке» и о том, чем она закончилась: стрельбою из боевого оружия. Правда, тут все было подано так, что у обычных читателей складывалось впечатление, что Юра самодур и мажор, которому больше заняться нечем, и что в итоге именно его команда просто так устроила всю ту пальбу. И при этом ни слова не было сказано о проведенной полицией и СИБ спецоперации.

— Меня все больше и больше начинает занимать мысль о личности того урода, что слил информацию сначала на электронную почту сестре, а теперь в эту желтую газетенку, — пробормотал он. — Что-то мне уже не кажется это случайностью.

— Я тоже так думаю, — согласилась с ним Тина. — Не переживай, я уже распорядилась, чтобы в подконтрольном роду Вебер газете появилась другая статья о тех событиях. О том, как ты, невзирая на опасность, бросился помогать другу, и заодно о совместной операции нашей полиции и СИБ по пресечению противоправной игровой деятельности. И о том, как ты им в этом помог. Так что мы не дадим скандалу развиться в том направлении, в которое его пытаются направить авторы этой статьи.

— Спасибо, — искренне поблагодарил он. Он давно знал, что в такие моменты на нее можно было положиться.

— Да не бери в голову, — посоветовала Тина. — Хотя и мне интересно, кто это так мелко гадит. Что в случае с Ириной, что сейчас… Как-то все грубо организовано и таким образом, что опровергнуть можно без особых усилий… И, если бы ты не включил упрямца и обиженного парня, вы бы уже на следующий день смогли бы помириться… — Вампирша не смогла удержаться, чтобы его слегка не упрекнуть. — Но, видимо, напряжение, что копилось в тебе последние месяцы, не вовремя прорвалось наружу и получилось то, что получилось.

— Что же тогда, если ты такая умная, не вмешалась? — проворчал он немного недовольно. Ну да, он и вправду немного вспылил тогда… и да, он и сам это прекрасно понимал. Но слышать это из ее уст немного неприятно.

— Вот еще…— фыркнула та. — Лезть под семейную раздачу… да мне заскоков своей родни хватает! — закончила немного ворчливо. — Так что я пас.

— О чем вы здесь говорите? — появляясь на лестнице, спросила Айка.

— Обсуждаем одного мерзкого мажора, который только случайным прохожим головы отрывать не стал, — настолько он чувствует себя безнаказанным, — бросая на стол газету, произнес Юра, откровенно любуясь своей девушкой. В любом виде ей всегда удавалось выглядеть идеальной.

— Хм… не совсем теми словами, — заметила Тина, насмешливо глянув на Кима, — но мне твоя самокритичность нравится.

— Вот как, — глянула на него Айка, беря в руки газету. — И что же натворил этот нехороший человек? — На минуту погрузилась в чтение. — И вправду мерзкое создание! — подняла на парня взгляд. — И как мне угораздила стать его девушкой?

— Просто тебе нравятся мерзкие чудовища, — обнимая Айку и целуя ее, заявил Ким.

— И правда, нравятся, — согласилась с ним Айка, снова потянувшись к парню.

— Э-эй, а ну, совесть поимейте! — возмутилась Тина. — Вы здесь не на свадебной церемонии!

Юра хотел спросить у нее, при чем здесь свадебная церемония, но в этот момент все словно преобразилось.

Он увидел Айку в роскошном свадебном платье под праздничной аркой и самого себя в том же смокинге, что был на нем во время единственного школьного бала.

За его спиною возмущенно заверещала Тина. И было, отчего… Оглянувшись на нее, он увидел ее в истлевшем саване и с косою в руках.

— Мне этот облик не подходит, — возмущенно произнесла, глядя куда-то на лестницу.

Оглянувшись, Юра и сам заметил стоящую там Большую Юлю.

— А по-моему, в самую тему попало, — усмехнулась Айка, чуть наклонив голову. Тут Ким с нею был полностью согласен. Образ Смерти Тине подходил идеально.

Стоп!

Парень встрепенулся и удивленно глянул на Айку.

Она же не должна видеть иллюзию, — пронеслось у него в голове.

— Ты разве это видишь? — осторожно спросил он.

— Ну, Кали вчера подарила мне те линзы, в которых я могу видеть иллюзии, — призналась Айка. — Ну, помнишь, она говорила?

— Конечно, помню, — согласился с нею Юра. — Но зачем ты их надела сегодня?

— Ну, — Айка слегка смутилась. — У этих линз есть еще одно полезное свойство… В них не видно, как меняется цвет моих глаз… К тому же я вдруг поняла, что мне в большинстве своем нравятся те иллюзии, что создает наша Ведьма… — оглянувшись на девушку на лестнице, подмигнула той. — Поэтому я разрешила ей сегодня немного пошалить, пообещав, что ей за это ничего не будет… И, согласитесь, здорово же получается!

— Коварная ты женщина! — Тина обвиняющим взглядом глянула на подругу. — Дьявол в облике ангела!

И тут же Айка из невесты обернулась демонессой с рогами и хвостом, в черном, облегающем с блестками платье до пола и высоким боковым вырезом на всю ногу в сетчатом чулке. А Ким, даже став дьяволом, сохранил свой белый смокинг.

— Эй! — снова возмутилась Тина. — А почему только я не поменялась?

— Развлекаетесь? — На лестнице, сильно зевая, появилась китаянка Джи. — По какому случаю маскарад? — спросила и тут же заметила. — Тина, а тебе идет твой облик!

— В каком месте он мне идет? — возмутилась та. — Немедленно переделайте!

Но Юля просто проигнорировала ее требования.

И тут на лестницу выползла Вика… По-другому и не скажешь, учитывая, что передвигалась она по стеночке с полузакрытыми глазами. Все же подниматься в такую рань ей было невыносимо тяжело.

На лестнице она открыла свой помутневший взор и глянула вниз. И тут же в нем появилось некое просветление.

— Тина, ты у нас теперь смерть? Тебе идет. Сто процентов твой образ! — под нарастающие смешки заявила та.

— И ты тоже… стерва! — Тина даже ножкой от возмущения притопнула.

Появившиеся следом за Викой близняшки, видимо, были именно теми, кто и поднял ту с постели. По тому, как те переглянулись между собою, стало ясно, что они все слышали и…

— Смотрю, она наконец-то перестала скрывать свой истинный облик, — глянув на сестру, громко произнесла Алиса.

— По-моему, она его никогда и не скрывала, — ответила той Олеся.

— И за что же вы меня так не любите! — горестно взвыла Тина. — Но погодите, месть моя будет ужасной! — мрачно пообещала всем скопом. — Вот сейчас как махну своей косою!..

***

Сегодня на занятия Юра пришел вместе с Айкой, держась с той за руки.

Если что, это была идея его принцессы, которая всем и сразу хотела показать, что, возможно, между ними и были некоторые недопонимания, то вот уже сейчас они остались в прошлом.

И конечно, ему не надо было объяснять, зачем она это делает. Все куда более обыденно и банально.

Его Айка была очень популярной девушкой. Для кое-кого она была недосягаемой богиней: «Ледяной принцессой» или «Серебровласой принцессой», которые называли ее «Ангелом воплоти». И в своем большинстве такие юноши и девушки происходили из обычных людей. Но были и такие, кто искренне желал им, Айки и Юре, скорее расстаться. Ведь его присутствие подле нее не оставляло им ни единого шанса на хоть какое-нибудь внимание со стороны юной княжны. И нет, они не были в нее влюблены. Все куда меркантильнее и приземленнее… Она просто была идеальной кандидатурой в спутницы жизни с огромными связями и возможностями, которые очень бы пригодились для построения собственной успешной карьеры, о которой мечтают все тщеславные лица.

То же самое, кстати, можно было сказать и о нем. Нет, к тщеславной братии он не принадлежал. Скорее, он сам был завидной целью для охотниц за признанием и славой.

Граф Малышев!.. В этом маленьком регионе большой России род Малышевых, ни много ни мало, называют одним из теневых правителей, на которых держится власть огромной империи! А это тебе не хохли-хахли… даже род Вебер, который является одним из трех сильнейших родов региона, с самого начала предпочитает дружить с родом Малышевых и иметь с ними общие интересы, а не враждовать. Да, блин, большая часть всех отрядов наемников, что работают в регионе, обеспечивают безопасность, сопровождение и охрану, тем или иным образом, работают в интересах рода Малышевых. Про «Монолит» вообще упоминать не стоит. В нем все руководство чуть ли не кормились с рук Ирины, сестры Юры.

Так что, про завидного жениха — это не пустой треп.

Вообще, говоря про трех сильнейших игроков региона, я имел в виду именно все упомянутые выше рода: Алановы, Вебер и Малышевы. Их еще кое-кто называл тремя столбами, на которые упирается Великий Князь Романов.

Ну, в общем, оставляя лирику за скобками, пока три рода в хороших отношениях, нечего и думать, чтобы занять место хоть кого-нибудь из них… или просто потеснить их на пьедестале власти.

— Браво! — Услышали знакомый голос и некие хлопки у себя за спиною Юра и Айка. Оглянувшись, увидели, что там стоит Кармен и аплодирует им. — Вы двое не устаете меня удивлять. Вчера вы двумя словами между собою не обмолвились, а сегодня просто идеальная пара. Нет, я завидую!

— А что твой ухажер? — осведомился Юра.

— Ну, на фоне вас двоих он обычный… как, впрочем, и я сама, — небрежно ответила розововолосая. — Но, пожалуй, меня так куда больше устраивает… Что скажешь на это граф-мажорик, маньяк-убийца? — с намеком произнесла она.

— Скажу, — вздохнул Юра. — Тебе надо поменьше читать всякую желтую прессу… Я удивляюсь, как меня еще потрошителем младенцев не выставили.

— Ага! — победно усмехнулась Кармен. — То есть ты не собираешься отрицать, что ты все же участвовал в той мерзкой… как там ее… «мясорубке»?

— Ну, что было, то было, — равнодушно пожал он плечами. — Только я в той игре не от скуки участвовал.

— Кстати, папа мне то же самое сказал, — заметила та. — И еще добавил, что все как-то на Женьке было завязано… Я с девчонками с утра уже успела созвониться, но те тоже не в курсе. А наши мальчишки молчат как партизаны.

Ну, то, что отец Кармен знал о таких вещах, его даже не удивило. В конце концов, он тоже из десятого отдела, того самого, который и помогал ему в том деле.

Но возвращаясь снова к той публикации в желтой прессе, у него уже был разговор с сестрою всего каких-то десять минут назад.

…Голос сестры спокоен и даже немного насмешлив. Явно неожиданная новость совершенно никак не повлияла на ее хорошее настроение.

— Ты уже видел ту статью в желтой газетенке, мальчик-мажорик? — бодро так спросила его она. — Можешь не отрицать, Тина уже сказала, что показала тебе ту газетку… Кстати, это я ей эту мерзость отослала и попросила тебе показать… — тут же наябедничала. — Так что, есть что сказать?

— Видеть-то я видел, — ответил ей Ким. — Вот только понять не могу, откуда растут уши… Что говорят твои люди? — поинтересовался уверенный в том, что та уже сделала соответствующие распоряжения.

— Работают, — явно передразнивая грузинский акцент, ответила она. — Конечно, это все чушь, и крупные издания даже перепечатывать такое не станут, но интересен сам факт произошедшего.

— Меня это и самого беспокоит, — признался Юра.

— Ну, будем решать проблему, не дав ей разрастись, — заявила сестра. — На большой перемене дашь интервью одной известной тебе журналистке. Ответишь на ее вопросы, и в вечерних новостях его покажут.

— А что за вопросы будут? — насторожился Юра.

— Без понятия, — небрежно ответила сестра. — Разные.

— Ну спасибо, — проворчал он. — И что я должен ей говорить?

— Да что сочтешь нужным, — слишком уж спокойная реакция сестры. — Я верю, что ничего лишнего ты не сболтнешь… Так что, граф, вы заварили эту кашу, вам и разруливать…

Естественно, их с Айкой появление в школе не осталось незамеченным. И снова на них пялилась буквально вся школа. И можно было не сомневаться, что слухи об их примирении скоро разнесутся по всей Академии.

***

Сегодня у журналистки Даши Орловой был законный выходной, который она намеревалась провести вместе со своей удочеренной дочерью — той самой девочкой, которую она приметила еще в Баюйцюане и над которой оформила свое опекунство.

Энджи была очень послушной девочкой и старалась никак не огорчать свою новую маму, которая наоборот очень желала, чтобы ее дочь была обычным ребенком. Чтобы она не послушно сидела в сторонке в ожидании, когда на нее обратят внимание, а была активным и жизнерадостным ребенком, от которой были бы самые обычные детские проблемы.

Вот только от Энджи не было проблем. Ела все, что ей давали, и совершенно не капризничала. Даже пыталась в отсутствие приемной матери самостоятельно убираться в квартире.

И вот сегодня Даша намеревалась целый день провести только вместе с дочерью. Но как в той известной поговорке… человек предполагает, а бог располагает… некие обстоятельства резко изменили ее первоначальные планы.

Неожиданно позвонил ее главный редактор и сказал, что она должна немедленно ехать в Академию и сделать репортаж про графа Малышева. И все из-за бредовой публикации в некой бульварной желтой газете.

— У меня выходной, — резко возразила редактору девушка. — Пошлите кого-нибудь другого.

— Только тебя… таковы условия, — ошарашил ее в ответ начальник. — Чем-то ты приглянулась княгине Малышевой-Алановой, так что нам выдвинули вполне конкретные условия.

— Я обещала этот день провести с дочерью, — беспомощно ответила ему Даша, глядя на девочку рядом с собою, уже одетую и ожидающую, когда они вместе пойдут на прогулку.

— Так возьми ее с собой, те совершенно не возражают против этого, — неожиданно предложил ей редактор, и Даша задумалась. — А еще это неплохая возможность показать ей Академию. Когда еще такой случай может представиться?

И, словно догадываясь о ее смятении, добил неожиданно заманчивым предложением:

— Сделаешь репортаж, и обещаю: до понедельника тебя не потревожу! Клянусь тебе!

А это уже серьезно… Если редактор добавлял в конце «клянусь тебе» — значит, можно было быть уверенной, что он сдержит свое обещание.

— Хорошо, но Энджи поедет со мной, — решила Даша, подумав, что показать той Академию не такая уж и плохая идея. А уже через час они вместе выходили из станции перехода в сопровождении оператора.

На большой площадке возле станции их уже ждали.

Молодая и симпатичная женщина, приветливо улыбнувшись, тут же шагнула им навстречу.

— Добрый день. Могу ли я называть вас просто по имени? — неожиданно и с ходу осведомилась она.

— Да, конечно, — слегка опешила Даша, глядя на эту необычную во всех смыслах девушку.

— Отлично! Даша… тогда и вы можете называть меня просто Кира! — сказала она и неожиданно присела подле Энджи, державшей приемную маму за руку. — А как зовут тебя? — поинтересовалась она у девочки.

Та ответила не сразу… хранила молчание почти полминуты, просто глядя на незнакомку. Но наконец-то негромко и неуверенно произнесла:

— Энджи…

— Очень приятно, Энджи! — широко улыбнулась Кира. Она встала и снова улыбнулась Даше.

А она очень много улыбается, — заметила журналистка.

— Госпожа графиня… тьфу ты… Иринка же у нас теперь княгиня, — начала и сбилась. — Ладно, — чутка подумав, решила не особо заморачиваться с формальностями. — Пойдемте, я отведу вас к ее брату.

А вот Даша слегка насторожилась. Будучи журналисткой, первое, что она подумала: а не игра ли эта на публику, чтобы создать положительный образ княгине в глазах остальных? Ну сами подумайте: какая-то женщина, работающая на нее, по-свойски называет ее Иринка и путает ее титулы.

— Спасибо. Буду очень признательна, — вежливо ответила Даша. — Может быть, госпожа княгиня упоминала, каких тем мне нельзя касаться? — на всякий случай уточнила.

— На самом деле она сказала, что не видит смысла вас в чем-то ограничивать, — заявила Кира, идя впереди. — Да и Юрка мальчик разумный и довольно прямолинейный. Так что, если какие-нибудь вопросы ему окажутся не по душе, он на них просто не ответит, — беспечно сообщила она.

Теперь уже и сам граф Малышев для нее просто Юрка, — отметила журналистка.

И тут дорогу им перебежала рыжая девчонка.

— Доброе утро, Кира Валентиновна, — на бегу успела крикнуть та и…

— А ну стоять! — рявкнула та. — Ведьма, ты почему не на занятиях?

— У меня уважительная причина, — пробурчала та. — Айка и Ким в курсе, и они меня сами отпустили.

— То есть эта сладкая парочка у нас теперь в корпусе самые главные? — возмутилась та, но, похоже, эту рыжую, которую так странно обозвали, было не так легко смутить.

— Ну… учитывая, что именно на Юрку вы скинули проведение своего урока, то думаю, да! — нагло заявило рыжее создание.

— Не дерзи, засранка… Смотрю, ты совсем обнаглела? — опасно прищурилась Кира.

— Вот кто бы мне о таком говорил, только бы не вы. — Та, которую назвали Ведьмой, осуждающе глянула на учительницу. — Вообще-то, это кто-то другой нагло спихивает на наших представителей свою работу. И вы в том числе, — заявила та. — Тоже мне, взрослые учителя называетесь, — осуждающе произнесла та.

Странная у них получается беседа, — снова подумала Даша, внимательно прислушиваясь к их разговору. — Либо эта девчонка вовсе нашу провожатую ни во что не ставит, либо та по жизни всегда такая простая.

Слушая их, она только больше убеждалась в том, что у нее на глазах происходит некая постановка, участницей которой она стала.

— Вообще-то, меня ректор озадачила встретить гостей и проводить их к нам, — неожиданно Кира Валентиновна смутилась, и ее ответ больше напоминал оправдание. — К тому же в теме, связанной с «туманными котами», Юра больше моего разбирается.

Если бы я сама здесь не училась, то подумала бы, что Академия довольно — беспечно несерьезное место? — Даша начала находить это дурачество даже забавным и интересным. — А ведь когда я здесь училась, учителя были довольно строги с нами и не терпели пререканий, — вспомнила она о временах своего обучения.

— Ладно, коли ты все равно не на уроке, — резко сменили тему Кира, — будет у меня к тебе ответственное задание. — И указала на маленькую девочку, что крепко держалась за руку Даши. — Присмотришь за этим юным созданием, пока мы будем заняты. Проведешь для нее небольшую экскурсию и просто не дашь ей скучать.

Журналистка слегка напряглась, когда речь зашла о ее дочери. Она ожидала, что рыжая ученица сразу откажется, но та неожиданно присела подле Энджи и ласково произнесла:

— Привет! Меня Юля зовут, а тебя как?

И неожиданно девочка почти сразу ответила:

— Энджи!

— Красивое имя, — улыбнулась ей Юля-Ведьма. — Энджи, а ты принцесса? — чуть понизив голос, спросила та.

Но девочка отрицательно качнула головой.

— Нет.

— Вот нехорошо старших обманывать, — наигранно строго произнесла Юля и щелкнула пальцами.

Даша даже замерла от изумления, когда неожиданно внешний облик девочки разительно изменился.На ее голове появилась изящная корона, а ее простенькое платье стало напоминать роскошный королевский наряд. Откуда-то перед девочкой появилось большое зеркало в полный рост, в котором та отражалась со всеми изменениями.

— Вот кого ты там сейчас видишь? — продолжила расспрашивать Юля.

Обычно сдержанно-спокойное личико Энджи сейчас выражало восторг и недоверие.

— Позволит ли Ее Высочество принцесса Энджи провести ей сказочную экскурсию и показать тайный волшебный мир, что нас окружает?

По тому, как засветились глаза ее дочери, Даша поняла, что девочка уже была на все согласна, но… она вопросительно-умоляюще глянула на маму, одним взглядом прося разрешения.

— Конечно, иди, маленькая принцесса, — с улыбкой разрешила Даша. — Когда ты такое еще сможешь увидеть.

В следующее мгновение ее рука была отпущена, а рука Юли, наоборот, крепко схвачена. А еще меньше чем через полминуты обе пропали с глаз, скрывшись за деревьями.

И тут Даша словно очнулась и забеспокоилась:

— А где мне их потом искать?

— Не переживайте, — успокоила ту Кира. — Как только вы закончите со своей работой, я позвоню Юле, и она приведет вашу милую дочку. И можете не волноваться, у девушки просто дар… ее все дети обожают, и она умеет находить с ними общий язык.

— Так эта… Юля, она иллюзионистка? — внимательно глянула на Киру журналистка. — Говорят, во всем мире их не больше трех…

— Тогда в этом случае все три иллюзиониста находятся в Артуре, — усмехнулась Кира. — Не верьте в то, что говорят, — посоветовала. — На самом деле иллюзионистов куда больше, чем три… В одном Артуре, как я уже сказала, их трое.

— А вы, смотрю, в этом разбираетесь! — заметила Даша, с интересом глянув на собеседницу. — Скажите, это представление сейчас было срежиссировано княгиней или спонтанное действие?

— Я бы называло его спонтанным, — снова улыбнулась Кира. — Вас что-то смутило?

— Ну, я как бы тоже когда-то здесь училась и не помню случая, чтобы ученики так разговаривали с учителями и указывали на их просчеты, — Даша решилась напрямую высказаться о тех сомнениях, что ее обуревали.

— А, вы об этом! — рассмеялась Кира. — Ну, я, собственно, не совсем учитель как таковой. Я веду урок специализации, а это в некотором роде урок принудительно-свободного посещения, — выдала довольно интересный перл.

— Это как — свободно и принудительно? — Даше выглядела слегка сбитой с толку. — По-моему, это немного разные вещи.

Честно говоря, такого урока в ее бытности в Академии не существовало.

— О, тут все просто… Посещать мои уроки нужно, но за них не ставят оценки и не задуют задания на дом. Да и экзаменов по моему предмету нет. Это скорее просветительный урок и знакомство учеников с особенным многообразием мира способностей, отмеченных и всем, что связано с «туманными зонами». Ну, иногда я индивидуально занимаюсь с интересными учениками, с уникальными способностями… И Юля — одна из таких моих учениц.

— Получается, вы специалист в области, касаемой «туманных зон», — подытожила услышанное Даша. Она все еще не верила в то, что все это не было срежиссировано крайне хитрой и умной княгиней Малышевой-Алановой.

— Именно так. Я изучаю способности и все, что с ними связано. И еще я очень интересуюсь животным миром «туманных зон» и теми способностями, которыми владеют те или иные туманные создания, — подтвердила Кира. — Поэтому я вполне могу позволить себе быть немного эксцентричной… Ладно, пойдемте, а то не успеем до конца урока, — поторопила она.

Даже если это не игра, то ректор специально направила нас встретить эту эксцентричную особу, — уверенно подумала Даша, спешно идя за ней следом.