О.Т.-Книга-2. Дымка над городом.

Глава 1

Вступление

В конце тридцатых годов прошлого столетия на выходе из пролива Тигриный хвост, рядом с заброшенной на одноимённом полуострове орудийной батареей, нашел свое последнее пристанище некогда могучий броненосный крейсер «Аскольд». Корабль все ещё числился в списках флота, но уже не использовался по своему прямому предназначению, из-за своего морального устаревания, и больше не снимался с якоря. Флотские просто не знали, что делать с этой бронированной громадиной, уже не вписывающейся в реалии современных войн. Даже глубокая модернизация корабля в начале двадцатых годов, по сути, ничего для него не поменяла. Его конец уже был предрешён. Осталось только дождаться официального решения, которое хоть и откладывалось, но все же было принято. В мае 1943 года официально было принято решение утилизировать ставший никому не нужным броненосец. Но как часто бывает, выполнение данного распоряжения было отложено на неопределённый период. И без этой груды металлолома дел у флотских хватало с избытком. А старый крейсер никому пока что особо и не мешал.

Сложилась довольно парадоксальная ситуация. С одной стороны, «Аскольд» списан и признан не годным. С другой – пока его не отогнали в доки, где он и должен впоследствии быть распилен, на нем продолжал оставаться сменный экипаж и его агрегаты продолжали поддерживать в исправном или в полуисправном состоянии. Даже вся его артиллерия оставалась при нем и могла при случае стрелять.

Но как бы все же ни оттягивался неизбежный конец, его все же не избежать. И последний день старого крейсера наконец-то настал…

3 сентября 1947 года.

Не день, когда славный крейсер был распилен и превратился в груду металла, годного для переплавки. А день его последней, героической битвы.

А как все получилось?

К туманным выбросам все, за столько лет, как-то успели привыкнуть, но при этом забыв о том первом дне, когда и появились первые туманные зоны. О дне, когда опасность подстерегала людей не только со стороны суши, но и с моря.

Впоследствии этот день вошел в летописи Артура как день «повторной атаки из глубины моря». И произошло это не во время выброса, а в период так называемой «дневной дымки».

Морские монстры, что впервые поднялись с морского дна в день образования «туманных зон», снова заявили о себе, атаковав Артур.

На этот раз флот оказался на высоте и проявил себя с лучшей своей стороны. Он не был застигнут врасплох и сумел оказать достойный отпор агрессору из глубины моря. Великолепно проявили себя береговые батареи, которые сдерживали монстров, пока флот готовился к бою, разворачиваясь в боевые порядки и покидая порт приписки.

Тридцать моряков, что в тот момент были на «Аскольде», встали к орудиям старого корабля и до последнего вели бой, своим огнем поддерживая береговые батареи, даже тогда, когда «Аскольд» полностью был облеплен морскими монстрами, так что даже его бортов стало не видно. А потом прогремел взрыв. Это выжившие члены команды подорвали пороховые погреба старого исполина.

Корабль погиб, но свой последний бой он провел блестяще и навечно покрыл свое имя неувядаемой славой. Своей геройской гибелью он смог выиграть бесценные минуты, секунды, мгновения.

А затем…

Артиллерийские залпы, ракетные и торпедные удары, глубинные бомбы, шквальный огонь из крупнокалиберных пулеметов и автоматического ручного оружия удержали монстров в море, не дав им выйти на сушу и натворить там бед.

В общем, моряки показали себя тогда крайне достойно. Не зря же ровно через пять дней сам император приехал награждать отличившихся. А наград было много! Очень много!

Это происшествие заставило замолчать тех злопыхателей, которые все время ворчали и говорили, что прибрежные крепости никому не нужны и только тянут деньги из и без того скудного городского бюджета. В общем, под это дело из имперской казны были выделены средства на постройку ещё двух крепостей, непосредственно вблизи города. А через пять лет они были благополучно достроены и сданы в эксплуатацию. Одна из этих крепостей до сих пор с гордостью носит славное имя крейсера-героя «Аскольд», – ее построили на берегу, рядом с местом гибели крейсера.

Но есть ещё кое-что, о чем следует упоминать в контексте того сентябрьского дня 1947 года. К Артуру это событие отношение не имеет. Как не имеет оно никакого отношения и к России. Но так совпало, что оно произошло в тот же день, что и «повторное нападение из глубин моря». И надо признать, что кое для кого в Европе это событие не менее значимое, и его принято отмечать в некоторых странах военным парадом. А в других – народными гуляниями. По меркам некоторых современных историков, оно даже затмило те региональные события, которые произошли в одноименный день и год у далекого от Европы русского города Артур.

И что же глобального тогда произошло?

А произошла последняя война ушедшего столетия… Война, на которой не было произведено ни одного выстрела и не погиб ни один человек. Война между Францией и Испанией, официально объявленная и продлившаяся ровно три часа. Из-за чего она получила и другое свое неофициальное название: самая короткая война в истории. Именно через три часа после объявления вой-ны между странами был заключен мир.

Из-за чего был весь сыр-бор? Да это, пожалуй, сейчас самая большая тайна человечества, не имеющая однозначного ответа. Ходят слухи, что эта война произошла чуть ли не из-за женщины. Но это только слухи, так как правда неизвестна даже спустя восемьдесят лет. Ни тогдашний лидер Франции, ни его коллега из Испании так никогда и не признались, что именно произошло в тот день. Молчало и их многочисленное окружение. Что тоже само по себе является невероятным фактом, учитывая, как люди любят вспоминать о прошедших событиях.

Но вернемся непосредственно к крепости «Аскольд», краткую историю возникновения которой я уже описал. Ещё никто пока не знал, каким событием будет отмечен сегодняшний день и благодаря чему ему предстоит войти в новейшую историю. Не могли знать этого несущие дежурство в дозорной башне-маяке, у самой кромки моря, трое молодых матросиков и их командир, опытный мичман, отдавший службе на флоте двадцать лет своей жизни. Ни о чем таком они даже и не догадывались. Они просто несли свою службу.

В эту ночь море было неспокойным. В первый день очередного периода образования «дневной дымки» погода преподнесла свой неприятный сюрприз: помимо разыгравшегося на море нешуточного шторма, ещё и довольно сильный дождик, что само по себе не внушало несущим службу в такую погоду особого оптимизма. Но если тем, кто был на берегу, ещё, можно так сказать, повезло, то тем, кто находился на своем дежурстве в море, пришлось хуже всего. А когда к утру погода несколько улучшилась и море наконец-то успокоилось, на берегу, возле крепости Аскольд, было обнаружено вынесенное волнами обнажённое мужское тело. Ростом почти в два метра, с необычным синеватым оттенком кожи и наличием жабр и перепонок между пальцами рук и ног, обнаруженными при беглом осмотре. Правда, никого это особо и не удивило. Мало, что ли, всевозможных мутаций сейчас можно встретить. Этим сейчас никого особо и не удивишь. Удивление пришло позже, когда утопленник, как все считали, попал на стол судмедэкспертов, где и выяснилось, что погибший умер от удара головой обо что-то твердое, и то, что это существо только похоже на человека, но таковым не является.

Так в мире ограниченный круг людей (так как этот случай сразу же был засекречен) узнал о появлении нового живого и, по предварительным оценкам, разумного вида, в дальнейшем названного русалами.

Дождик под крышей

В начале четвертого урока в классные окна ударили первые капли самого настоящего дождя. Что само по себе вызвало небольшой такой переполох в классе, приведший к срыву урока. Все буквально прилипли к окнам, пытаясь что-то разглядеть на небе. (По мнению Кима, крайне бесполезное занятие, учитывая, что то марево, что было у них над головами, и небом назвать было трудно. Оно всегда оставалось неизменным, что бы ни происходило на улице.) Но судя по занимательной реакции класса, дождик за окном был чем-то неординарным и редким. Даже их учитель тоже прильнул к окну и задумчиво глядел на небо.

Кроме Юры, тем, кто не особо спешил покидать свое классное место, оказалась одна только Айка. Но и она нет-нет да поглядывала в сторону окна.

Перехватив взгляд Кима, она улыбнулась ему, указав в сторону окна.

– Действительно редкое зрелище… – объяснила она бурную реакцию окружающих. – За все время, что я здесь учусь, это всего второй дождик… Говорят, за все время существования академии их было не больше десяти.

– Тогда, может, и нам стоит? – кивнул Ким на окно.

– По-твоему, я дождь никогда не видела? – иронически спросила у него она. И её глаза сверкнули желтым. – Или, думаешь, он чем-то отличается от тех дождей, что идут снаружи?

Если подумать, она совершенно права! Вряд ли этот дождь несет в себе что-то особенное, что было бы достойно такого к себе внимания.

– Урок, как я погляжу, все равно уже сорван, – кивок на учителя, пялящегося в окно вместе со всеми. И, конечно, в нем промелькнули нотки некоего осуждения.

Айка глянула на часы над местом учителя и нахмурилась. Её глаза снова стали небесно-голубого цвета. Цвета спокойствия…

– Ребята, – негромко и совершенно спокойно произнесла она, обращаясь к классу. – У нас, между прочем, ещё урок не закончился…

И её послушали! Да и вряд ли могло быть иначе.

Одноклассники как-то моментально разошлись по своим местам. И даже учитель выглядел несколько смущенным и виноватым. Ким только лишний раз был вынужден констатировать, что её авторитет здесь неоспорим не только среди учеников, но и среди учителей.

– Так, продолжим наш урок… – учитель хоть и постарался принять уверенный и строгий вид, но по-прежнему косился на представительницу учащихся, явно чувствуя себя несколько виноватым. А ведь Айка за все время их знакомства всегда вела себя с учителями вежливо и корректно. Не пытаясь ни на кого давить своим положением и тем более грубить.

Но как бы там ни было, оставшаяся часть урока прошла без происшествий и эксцессов. А вот наступившая после окончания урока перемена принесла вместе с собой и неожиданное известие, от которого буквально взбаламутилась вся школа.

А новость была такова: сейчас по всему Артуру происходили массовые аресты, устроенные сотрудниками СИБ, в основном коснувшиеся корейской и японской диаспор. И главное, совершенно не понятно, что послужило источником данной новости и как она вообще достигла академии?

Прямо мистика какая-то получилась…

А уж версий о причинах происходящего было столько: от самых абсурдных и бредовых до заслуживающих внимания. Промелькнула даже такая: СИБ устроила переворот, взяв под арест наместника, и потребовала для Артура полную независимость. Вот только при чем здесь выборочные аресты японцев и корейцев? И зачем вообще князю Аланову устраивать переворот и захват власти?

И конечно же, многие за объяснениями рванулись к самой Айке.

Видя растерянность девушки, которую буквально засыпали вопросами, отчего её зрачки с бешеной скоростью меняли свои цвета, Ким шагнул вперед и громко, с укоризной произнес:

– Ребята, вы хоть сами понимаете, о чем спрашиваете? – обвел притихших школьников взглядом, краем глаза заметив решительно пробирающихся к ним близняшек. – По-вашему, брат княжны Алановой докладывает сестре о всех тонкостях своей работы?.. Не проще ли дождаться официальных заявлений властей, а не выдумывать всякую ерунду и требовать каких-то объяснений от человека, который и сам пребывает в неведенье о происходящем в городе?

Видимо, его слова были услышаны, и от девушки как-то сразу отстали. Только тот парень, что предложил версию с переворотом, как-то тяжело вздохнул и заявил:

– А было бы классно, если бы действительно произошел переворот…

Ким более пристально и внимательно на него глянул. Его ход мыслей ему очень не понравился. Стало ясно, что тот с самого начала в такую возможность не верил, а ляпнул только развлечения ради.

Хотя развлечения ли?

«Может, стоит сказать о нем сестре? – подумал Ким. – Парень какой-то из себя весь мутный и неприятный».

– Не говори ерунды… – гневно глянула на него Айка. – Мой брат в хороших отношениях с князем и ни за что не навредит ему.

Парень как-то сразу поспешил уйти, смешаться с остальными. И так ловко у него это получилось, словно ему часто приходилось такое делать.

– Ты его знаешь? – глядя ему вслед, тихо спросил у девушки Юра.

– Сын известного в определенных кругах диссидента и барда. Двадцать лет назад он бежал из Москвы сюда… Говорят, его там чуть не убили за его публичные высказывания по поводу нашего государственного строя. Вот он и перебрался куда подальше… Здесь он несколько остепенился и даже завел семью. Его сын довольно талантливый мальчик, но… – и пожала плечами.

Ким прекрасно понял, что она хотела этим сказать.

«Этот парень может стать большой проблемой в будущем», – снова подумал он.

– Как его зовут? – спросил на всякий случай.

– Владислав Некаревич…

Всякий раз, когда он попадал в кабинет, занимаемый Айкой, его не покидала мысль, что это место чересчур броское и избыточно роскошное. Вся эта позолота и скульптуры под античные во всех углах кабинета. Деревянная мебель ручной работы. Диваны и кресла, обтянутые натуральной кожей. Яркие ковры и паласы, которые требуют должного ухода и постоянного внимания. А ведь чем больше он узнавал Айку, тем меньше думал, что её может такое привлекать. Такая обстановка не могла соответствовать её вкусам.

– Это место, – оглянулся он на одну из сестер Лирит – ту, что Алиса. – Кому оно принадлежало раньше?

Ему ответила другая сестра – Олеся:

– Этот кабинет всегда принадлежал представителям. Вот только эта обстановка… – она заметно поморщилась, обведя взглядом убранство помещения. – Она осталась от предыдущего представителя.

– Видимо, он очень любил роскошь, – заключил из услышанного Ким.

– И не только, – хмуро добавила Алиса. – Урод!

«О как! Видимо, он чем-то очень сильно прогневил близняшек».

– И что он натворил? – с любопытством глянул Ким на сестер.

– Не хочу о нем даже вспоминать, – категорически заявила старшая из сестер.

«Даже так… Ладно, позже других расспрошу», – решил он.

Тем временем дошедшая до своего места Айка, обернувшись, окинула их немного раздраженным взглядом и сказала:

– Чего у входа вы там столпились?

Она ещё не отошла от услышанного в коридоре. Это было ясно видно по её глазам. Можно было сказать, он впервые видел её настолько злой. Даже тогда, когда их гоняли по всему городу, она не позволяла таким чувствам вырываться наружу.

«Видимо, её больше всего злит то, что кто-то даже в шутку мог предположить, что её брат может быть замешан в государственном перевороте», – предположил он, усаживаясь в одно из кресел неподалеку от неё. Каким бы ни был предыдущий владелец этого кабинета, но оставленные им кресла Киму вполне нравились. Они были крайне удобные.

– Как он только посмел такое сказать, – и снова этот зеленый взгляд, признак её гнева. – Мелкий гадёныш!.. Я ели сдержалась, чтобы не выбить ему зубы.

Не такой уж и мелкий. Кима он определённо был выше на полголовы.

«Ну вот, я оказался совершенно прав», – констатировал он.

– Как ты думаешь, – взгляд Айки остановился на нем. – Это не может быть как-то связано с теми событиями, в которых мы успели поучаствовать?

– Возможно, – согласился с ней Юра, краем взгляда замечая, с каким любопытством близняшки прислушиваются к их разговору. – Я бы сказал, что это наиболее вероятная версия, учитывая расовый контингент задержанных… В основном японцы и корейцы… – задумчиво повторил он, но сразу же добавил: – Но это только наше с тобой предположение, которое не имеет своего подтверждения. И не думаю, что твой брат, даже ради тебя, стал бы кому-то так мелко мстить. Если только в процессе наших с тобой поисков не вскрылась информация, которая и послужила отправной точкой, приведшей к подобным событиям.

«Во я загнул!» – сам себе удивился Юра. Правда, были у него кое-какие мысли, которые он не озвучил вслух. Для того чтобы развеять сомнения, ему бы не мешало переговорить с крестным и со старшей сестрой. Задать им несколько вопросов.

Да и разговор этот… Он покосился на чуткие ушки близняшек. Не при них же его вести. Пусть даже Айка им всецело доверяет, но…

Вот только он не ожидал, что его желание сбудется так скоро.

Дверь в кабинет распахнулась от мощного толчка, и внутрь ворвалась та, которую он меньше всего ожидал сейчас увидеть.

– Вот вы где, – обвела она своим желто-зеленым взглядом присутствующих. – Так, Айка, останься, мне надо с тобой переговорить. А близняшки на выход. Стой! Куда собрался? – видя, что Юра тоже собрался встать, распорядилась сестра. – С тобой, братец, мне тоже надо переговорить.

Ким напрягся, но, видимо, Олеся с Алисой не поняли истинного значения сказанного.

Облегченно выдохнул.

«Напугала, зараза», – с досадой подумал он.

– Сестра, – с укором произнес он, когда Олеся с Алисой покинули их. – Я же просил тебя…

– Что просил? – удивилась она. – А-а!.. Ты об этом… – Догадалась. Взглянула на Айку. – Судя по всему, на неё твоя просьба не распространяется. – И поинтересовалась: – Ребята, а в каких вы отношениях?

– Сестра, не мели чушь, – Ким даже рассердился на неё. Если бы он в этот момент глянул на свою одноклассницу, то заметил бы промелькнувший калейдоскоп всевозможных цветов в её взгляде. И смог бы созерцать её покрасневшее, смущенное личико. Но в эту самую секунду его гневный взгляд был направлен только на старшую сестру. А когда он обернулся, чтобы глянуть на реакцию Айки, то увидел, что она смотрит в другую сторону, словно её совершенно не волнуют те глупости, что говорит его сестра.

Но, как оказалось, он все же был не совсем прав. Когда серебровласая девушка вновь обернулась, её взгляд снова был цвета гнева.

– И это я слышу от женщины, отношения которой с моим братом до сих пор остаются неопределенными, – буквально отчеканила она. – Может, хватит тебе морочить ему голову?

Конечно, до него доходили кое-какие слухи, но вот так об этом при нем было сказано впервые. А вот теперь Киму захотелось оказаться где-нибудь подальше от этого места. Он даже пожалел, что не владеет телепортацией.

– Девочки, а может, вы успокоитесь? – осторожно предложил он. Но похоже, его даже не услышали.

– Не думаю, – сестра произнесла это спокойно, но по тому, как сузились её зрачки, он почувствовал беспокойство, – что я обязана отчитываться перед кем-либо. Я и Вадим, – она назвала брата Айки по имени, – взрослые люди. И мы сами сможем разобраться в своих отношениях. – Переводя на более понятное: «Тебя это не касается!»

– То же самое я могу сказать и про нас с Юрой. Мы с ним неплохо ладим и сами можем решить, в каких отношениях нам состоять, – так же спокойно произнесла Айка. Вот только её взгляд буквально семафорил зеленым.

Вот теперь он точно почувствовал надвигающуюся угрозу. Шагнул между ними и примирительно поднял руки. Чувствовал себя эдакой стеною на пути двух мощных бульдозеров с опущенными отвалами.

– Так, девочки, брек! – произнес он. – Не хватало мне, чтобы вы здесь ещё дуэль устроили. Сестра, ты зачем нас, вообще, видеть хотела? – попытался Юра вернуть разговор в безопасное русло.

Секунду думал, что его вот сейчас, как теми бульдозерами, и раскатают. Но обе справились со своими эмоциями, и уже сестра довольно спокойно произнесла:

– Вы, наверное, уже слышали слухи, распространившиеся по Академии.

– Ну, такое трудно не услышать, – ответил ей Ким. Понятно беспокойство сестры. Он и сам удивлялся той скорости, с которой слухи разлетелись по корпусу.

– Так вот… – начала было сестра, но её бесцеремонно прервали. И, конечно, той, кто помешал ей продолжить, оказалась неугомонная Вика. Она ворвалась в кабинет подобно маленькому ураганчику.

– Ай, прикинь, что я слышала о твоем брате. Говорят, он переворот устроил!.. – и только тут она заметила постороннюю, да ещё какую. – Ой!..

Брюнетка сразу же дала по тормозам, вот только сбежать не успела. Сестра оказалась более проворной. Цапнула её за ухо и притянула к себе.

– И кто у нас такие слухи распускает? – ласково-ласково спросила она у враз присмиревшей девушки. Которая, несмотря на всю свою силу, сейчас больше напоминала кролика перед удавом. И даже взгляд стал такой жалобный-жалобный…

– Ну, я так слышала… – И куда только её весь энтузиазм делся?

– Вот это и есть наша главная проблема… Хочу заметить, такие слухи расходятся только по вашему учебному корпусу. В других корпусах ничего подобного пока не наблюдается. Я уже уточняла, – тяжело вздохнула ректор, все ещё удерживая Вику за ухо. – Так от кого ты это слышала?

– На уроке СМС на телефон пришло, – призналась девушка. – Но я его только после урока прочла, – поспешила она заверить. Не дай бог подумают, что она на уроке этим занимается, тогда наказания не избежать.

Но теперь хоть стало понятно, как так быстро эти слухи распространились по их учебному корпусу.

– СМС-рассылка, – удивилась Айка. – И кто это мог сделать? И почему именно тебе?

Вика неопределенно пожала плечами.

– Не знаю, – и предположила: – Я свой номер кому только ни давала.

– С… Ирина Александровна, – Юра покосился на постороннюю в этом кабинете девушку, – вы были где-то неподалёку, коль так быстро появились в нашем корпусе? – Ведь слухи начали расползаться только на этой, большой перемене, меньше десяти минут назад.

– Так я вообще-то с утра отсюда не уходила, – пожала плечами ректор. – У нас с Ри с утра здесь были дела.

Ким заметил то любопытство во взгляде Вики, с которым она их разглядывала. Но если она думала, что о ней забыли, то крупно ошиблась.

– То есть источник рассылки ты не знаешь? – Графиня все же соизволила отпустить сильно покрасневшее ушко.

– Нет, не знаю, – заверила её девушка. – Абонент не определился на телефоне. Но о брате Айка – это не из рассылки. Об этом я от Владика Некаревича слышала.

Опять это имя!

– Некаревич? – переспросила Ирина и получила новый подтверждающий кивок. – Знакомое имя.

– Мы тоже нечто подобное от него слышали, – произнес Ким. – И как мне показалось, он сам это придумал и с удовольствием вещает об этом всем.

– Значит, так, девочка, – сестра указала пальцем на Вику. – Слушай меня внимательно. Надо, чтобы ты помогла распространить другой слух. Скажешь, что слышала, как твоя подруга разговаривала по телефону с братом, и тот сказал ей, что в городе проводится спецоперация по устранению банды работорговцев детьми. Можешь добавить, что все это происходит с одобрения наместника. Все, свободна, – движение руки в сторону двери указало направление. – Закрой дверь с той стороны. – А та и рада была сбежать.

– Все действительно так… сестра? – проводив Вику задумчивым взглядом, Юра обернулся, чтобы глянуть на распространительницу нового слуха.

– Без понятия, – легкомысленно пожала плечами ректор. – В любом случае мы скоро об этом узнаем. Хоть я и пришла сюда не совсем за этим, но придётся задержаться, чтобы разобраться с вашим гадюшником. Хотя, признаю, в этом есть и часть моей вины. Давно надо было к вам нормального директора определить.

Кстати, да, за все эти дни Ким не разу не встречался с человеком, который занимал бы эту должность в их учебном корпусе. Даже при поступлении он общался только со своей классной руководительницей. Он уже даже начал подумывать, что здесь у них так и принято.

– Если ты здесь не ради слухов, – обратил внимание Юра на оговорку, – тогда…

– Вообще-то, мне ты нужен был, – призналась она.

– К этому имеет отношение наш утренний разговор? – осторожно предположил Ким. Снова обсуждать эту тему здесь, в присутствии Айки, ему не хотелось.

– Что?.. А, нет. Скорее, это относится к тем безобразиям, что творятся в городе, – отмахнулась сестра. Но прежде, чем он успел вздохнуть с облегчением, продолжила: – Это касается одного вашего с Ри общего знакомого. Тимофей Меньшов – знаешь такого?

Вот теперь Ким серьезно обеспокоился. Сестра не стала бы просто так упоминать его имени. При этом зная, что он для него с Рейчел является не просто знакомым.

– Что с Тимом? – ему не удалось полностью скрыть волнение, охватившее его в тот момент.

– Он в порядке. Легкая контузия и ранение предплечья, – произнесла Ирина. – Успокойся. Я же сказала, что он в порядке, – видя реакцию брата на свои слова, снова с некоторым нажимом повторила она. – Рана не опасна для жизни. Как и полученная от близкого взрыва контузия.

– Как это произошло? – Юра смог взять себя в руки и спросить о произошедшем спокойно.

– Случайно оказался не в том месте и не в то время. Прямо в эпицентре спецоперации, проводимой СИБ, – пояснила графиня. – Как мне сообщили, он не растерялся и оказал посильную помощь в ликвидации крупной бандитской группировки, где и получил свое ранение.

«Какого хрена его туда вообще занесло?.. Тоже мне, герой-одиночка, – раздраженно подумал Ким. Поняв, что с другом все нормально, он разозлился на него. – Хорошо, что Ри ещё ни о чем не догадывается… Стоп!»

– Рейчел в курсе? – дурное предчувствие охватило его. Ведь последнее время они как бы снова сблизились.

– В курсе, – в голосе сестры он услышал досаду. – Когда мне позвонили по поводу его, она как раз была рядом.

«Проклятье…» – её реакцию на это трудно было спрогнозировать. Слишком хорошо ему была известна эмоциональная сторона его сестры.

– И?.. – Юра направил напряжённый взгляд в сторону другой сестры.

– Видимо, её чувства к нему до сих пор ещё не остыли, – и, опережая дальнейшие вопросы младшего брата, Ирина добавила: – Сейчас она в больнице. И я хочу, чтобы ты побыл там вместе с нею. Я переживаю за неё.

Об этом его можно было и не спрашивать. Он и сам переживал за обоих.

– А в какой они городской больнице? Стоп, – снова спохватился Юра. – Тим – военнослужащий. По идее, он должен быть в армейском госпитале.

– Туда его и определили. Он здесь, на территории Академии, – и снова ей удалось его удивить.

– Здесь? – переспросил он, подумав, что ослышался. Ну да, не знал, так как не интересовался данной тематикой.

– Здесь, – снова подтвердила сказанное сестра, как-то странно на него глянув. – Армейский госпиталь располагается на территории нашего свернутого пространства. Прямо возле здания перехода. Там же, где и исследовательские медицинские лаборатории, принадлежащие Академии. А ты что, не знал этого?

«Да откуда я это мог знать?!» – подумал с некоторым раздражением Ким. Таких подробностей об Академии он элементарно не знал. Более того, он ни разу не встречал упоминания этого факта ни в одном печатном издании из тех, что когда-либо писали об этом месте. Видимо, факт нахождения здесь армейского госпиталя не заинтересовал ни одно из них.

– Как-то не интересовался этим вопросом, – признался он. – Так где он находится?

– Я попросила кое-кого тебя туда проводить, – успокоила его сестра.

– Но у нас ещё уроки не закончились? – напомнила им обоим Айка. Если бы не её предательские глаза, то можно было решить, что её совершенно не интересует тема их разговора. Но он впервые видел у неё такое сочетание цветов – медного и золотого.

– Вот и предупредишь учителей на уроках об уважительной причине отсутствия Юры на уроках.

– И что я должна им сказать? – нахмурилась девушка, недовольно поджав губы.

– Правду и скажешь: что мне понадобился Ким для решения кое-каких вопросов. Ты ведь умная девочка, придумаешь что-нибудь! – напоследок польстила ей графиня.

Кабинет тот же, вот только действующие лица, помимо Ирины Александровны Малышевой, другие. Уроки уже начались, и поэтому не удивительно, что здесь не было представительницы учащихся… и её добровольных помощниц, одинаковых с лица сестренок.

Перед тем как младшая сестра её бывшего жениха ушла, она сказала ей:

– Не слушай, что говорят другие. Ты как никто знаешь своего брата – лучше всех… Он может быть порой не сдержанным, упрямым и импульсивным, но никогда не сделает того, что ему приписывают. Поэтому не волнуйся и дождись, когда он сам тебе все объяснит.

Хотя трудно было сказать, кого она этими словами больше успокаивала: Айку или себя. Ведь, несмотря ни на что, она так и не смогла заставить себя до конца порвать с ним.

«Дождь! Хотелось бы мне, чтобы он шел подольше… Не о том я сейчас думаю», – раздраженно тряхнув головой, она отвернулась от окна, виды из которого она разглядывала последние десять минут, – чтобы снова глянуть на парня в пяти метрах от себя.

Самоуверенный молодой человек, не считающий себя в чем-либо виноватым.

– Значит, ты говоришь, что просто хотел пошутить, распространяя среди учащихся эти слухи? – вновь переспросила она его.

– Конечно, это была только шутка, – уверенно заявил он. – Я не думал, что это кто-то воспримет всерьез.

– Понятно, – удовлетворённо кивнула она. – Знаешь, я тоже люблю хорошую шутку… – Ирина бросила взгляд за спину Некаревичу. – Игорь, будь добр, – попросила сопровождающего её охранника, – проследи, пожалуйста, чтобы этот засранец до конца дня покинул территорию Академии. Хотя будет лучше, если вы передадите его в руки сотрудникам жандармерии. Пусть они им занимаются. Также не забудь сообщить о нем УКС. Пусть и они возьмут его в свою разработку и под контроль.

– Вы не имеете права! – буквально заорал Влади-слав. До него сразу же дошло, чего ему будет стоить такое внимание сразу же и от жандармерии, и от Управления по контролю за людьми со способностями.

Ирина снова поморщилась.

– Игорек, избавь уже меня от его присутствия… Я не желаю слышать его визга. – Приняв решение, графиня Малышева редко когда его меняла. Особенно когда дело касалось Академии.

Двенадцатиэтажное здание в виде подковы. Если его распрямить, то оно получится не меньше километра. Южная оконечность подковы, примерно метров сто, полностью относилась к закрытому исследовательскому медицинскому центру. Туда доступ был ограничен как для пациентов, так и для персонала госпиталя. Попасть внутрь можно было только через отдельный, охраняемый вход.

Остальная часть здания, из которой почти невозможно было попасть на закрытую территорию, была поделена между армейским госпиталем (большая часть) и городской больницей (меньшая часть). (Все же живущим, учащимся и работающим на территории свернутого пространства тоже время от времени требовалась медицинская помощь.)

Поэтому распределение территории было следующим. Разделенное надвое приемное отделение, для армейцев и обычных граждан, на первом этаже. Затем три этажа обычной больницы, а остальные – в собственности армейского госпиталя.

Но самым интересным во всем этом было, что госпиталь расположился в том самом строении, которое Ким увидел первым, покинув здание перехода. Ещё он тогда по ошибке решил, что это один из учебных корпусов.

«Это логично, что госпиталь именно здесь, у самого здания перехода, – подумал Ким, оглядываясь назад. – Не надо далеко ходить».

Начавшейся так внезапно дождь сейчас уже почти стих. Но все равно Юра успел немного вымокнуть.

От входа в госпиталь назад, к самому зданию перехода, тянулась прямая, широкая дорога, облегчая и без того короткий путь. Правда, выделенный сестрой провожатый привел его сюда по другой дороге. Так что вышли они первоначально к исследовательскому центру. Пришлось обойти все здание, чтобы попасть к этому входу. Здесь молчаливый провожатый его покинул, передав служащей медсестре госпиталя.

– Так это тебя зовут Кимом? – с некоторым интересом и любопытством глянула на него девушка. – Наставница просила встретить и проводить тебя. Сказала, что ты хороший мальчик!

– Наставница? – переспросил он немного заинтересованно. – И кто у нас наставница?

– Она гениальный нейрохирург! – и столько в её голосе было восторга, словно речь шла о ком-то возвышенном и божественном.

«Стоп! Нейрохирург… Где-то я слышал… Ах да!» – вспомнил Юра.

– Случайно, речь не об Антонине Павловне? – предположил он.

– Так ты её знаешь! – Ну что же, реакция более чем говорящая. Видимо, он не ошибся. – Тогда не удивительно, что она попросила тебя встретить и проводить… Следуй за мной.

Надо признать, он все же был удивлен. Не тем фактом, что служанка в их «общаге» довольно известный, в узких кругах, нейрохирург. (При этом, с её собственных слов, она ещё и акушер.) Об этом факте её биографии он уже был наслышан. Удивлен он был тем, что она каким-то образом умудряется до сих пор совмещать своих два в принципе несовместимых занятия. (Теперь-то ему стала понятна причина её частых отлучек и чем она в это время занята.) Преподавание на медфаке само по себе должно отнимать у неё много сил. А она при этом ещё за ними приглядывает. А о том, что эта девушка, что сейчас его вела по коридору госпиталя, не обычная медсестра, а студентка, подрабатывающая ещё и медсестрой, он уже догадался.

Далеко идти не пришлось.

Сестра обнаружилась в приемном отделении госпиталя, скромно и одиноко сидящей в уголке, в своем кресле. При виде Юры она спокойно и немного буднично произнесла:

– Ты промок, – и тут же слегка нахмурилась: – Почему ты здесь?

– Наверное, по той же причине, что и ты, – предположил он, присаживаясь на рядом стоящую лавку.

– Сбежал с занятий? – решила Ри, глядя на него с подозрением, правда без особого осуждения.

– Ну почему же, – возразил на это Ким. Даже немного обиделся. – Другая моя сестра меня отпустила. Так как там Тим? – вернулся он к интересующей его теме.

– Меня к нему не пустили, – призналась Рейчел. – Сейчас им занимаются врачи. И мне сказали, что сообщат, как закончат.

– Вот как… И как давно это было? – уточнил Юра.

– Уже час прошел, – Ри подняла взгляд под потолок, туда, где на стене висели часы.

– Ирина сказала, что у него только легкое ранение и небольшая контузия и что нам беспокоиться не о чем, – накрывая ладонь сестры своею, произнес Ким, желая её успокоить. Хоть внешне она и выглядела спокойной, но он уже много лет знал Рейчел и мог сразу же, бросив на неё взгляд, понять, когда она спокойна, а когда нет. Сейчас она была сильно взволнована.

– Сказали, что его ранили за стеной. Какого черта его туда вообще понесло? – внезапно разозлилась она. Иногда такое с ней случается. В моменты сильного душевного переживания.

– Спокойно, сестра. Я думаю, Тим сам расскажет, что там делал, когда мы его увидим, – постарался успокоить Ри Юра. Но он и сам задумался о том, что их друг детства мог делать за стеной в тот день.

«Что его могло туда вообще понести?»

А правда, что он сейчас знает о Тимофее? Ведь они не виделись столько лет. А за это время у того могли появиться свои интересы, о которых они даже и не подозревают.

– Сестра, вы с ним помирились? – осторожно спросил Ким, заодно желая отвлечь её от мрачных мыслей.

– Помирились? – казалось, она была даже удивлена. – Да мы и не ссорились, – и улыбнулась, видя недоумение на лице младшего брата. – Мы с ним расстались… разошлись во мнениях, но не ссорились. И конечно, я за него переживаю, не меньше, чем за тебя.

«Вот и пойми их, женщин. Если, по её словам, это была не ссора, то я боюсь представить, что будет в случае ссоры».

– Тогда почему бы вам опять… вместе… – он замолчал, но она и так поняла, что не было им сказано.

– Понимаешь… Зачем ему такая, как я? – и указала на свою коляску.

– А ты Тима сама об этом спроси, – посоветовал он, серьезно глянув ей в глаза. – Я думаю, он не считает тебя обузой.

– Глупости, – она первая отвела взгляд. Но он заметил то же выражение ослиного упрямство, что часто мог наблюдать в её взгляде.

Возможно, он бы продолжил эту тему, если бы о себе не напомнил телефон.

Глянул на дисплей: звонила его другая старшая сестра.

– Ты нашел её? – услышал он вопрос сразу же, как только ответил. Под «ней», конечно, подразумевалась Ри. Ким глянул на сидящую рядом сестренку.

– Да, она со мной, – подтвердил он.

– Хорошо! – может, показалось, но в голосе Ирины он услышал нотки облегчения. – Я переживала за неё. Слишком уж она эмоционально отреагировала на это известие.

– Сестра, нас не пускают к Тиму, – сказал ей Юра, надеясь, что уж она сможет помочь им в этом.

– А вы что ожидали? – та, похоже, была сильно удивлена. – Это, вообще-то, военный госпиталь. Конечно, они вас туда не пустят. Ждите, я попросила кое-кого узнать о состоянии вашего друга, и скоро он должен выйти к вам…

Послышались чьи-то голоса с того конца. Кто-то о чем-то спросил ректора. О чем, Ким не разобрал в тот момент. Но почти сразу же связь прервалась. Видимо, сестренке стало резко не до них. У неё, как у руководителя, уйма работы. А тут ещё они со своими проблемами.

– Что Ира сказала? – глянула на него Рейчел.

Как-то слишком уж быстро и легко, по мнению Кима, девчонки стали друг для друга просто Ри и Ирка. Нет, конечно, он очень рад, что они подружились, но лично ему это может сулить определенные трудности.

– Сказала, что к нам скоро кто-то выйдет, и чтобы мы немного подождали, – убирая телефон, сообщил он. – А вы неплохо поладили, как я погляжу, – заметил Ким, высказав то, что было у него на уме.

– Конечно, – кивнула на это Рейчел. – Ирина хорошая девушка. И знаешь, встретив её, я поняла, что не против того, чтобы и у меня была старшая сестра, на которую можно будет скинуть часть своих проблем.

– Только не перестарайся в этом, – тихо попросил её Юра. – Ведь она… – он снова замялся, не уверенный, что ему стоит развивать эту тему.

– Я знаю, – серьезно кивнула на это Ри. – Вот поэтому мы с тобой тоже должны помочь ей и стать той опорой, на которую она сможет облокотиться.

«Однако! – пораженно подумал Ким. – Ри, похоже, действительно приняла Ирину как свою старшую сестру. Может, так действительно правильно и – естественно, что ли».

Дневная дымка

С первыми каплями дождя на улицах Артура появились усиленные патрули жандармерии, дорожной полиции и военнослужащих из дислоцирующихся на территории Артура частей морской пехоты. Так совпало, что одновременно с этим началась и широкомасштабная, но несколько спонтанная операция управления СИБ по ликвидации всей шпионской сети Японской империи. Если бы не это совпадение, то саму операцию вряд ли бы кто заметил из простых городских обывателей. А так впоследствии о масштабной ликвидации агентов зарубежной разведки говорили как о полномасштабной воинской операции.

Но это будет позже, а пока все только начиналось.

Задержания, с разницей в полчаса, происходили по всему городу. Вопреки сложившемуся мнению, задерживали не только лиц азиатской внешности, но и вполне себе европейской внешности, с русскими фамилиями и именами.

Полковник Аланов вернулся в свое управление, оккупировав кабинет старшего следователя.

Он был спокоен и собран, чем только сильнее пугал своих коллег по цеху.

А тут ещё снова начались перебои со связью. И только городские телефоны работали исправно, без сбоев.

– Вадим, глянь, – привлек его внимание Рейн. – Кое-что интересное нарыл.

Он выложил на стол две фотографии, с одним и тем же человеком. Спрашивать, кто это, Аланов не стал, так как уже видел мертвое тело этого парня в «торговом представительстве».

– Это наша «сирена». И откуда это фото? – указал на то, где покойный был ещё жив.

– Из самой Франции. Некий Поль Де Крон, семнадцать лет, обладатель способности «сирены». И самое интересное – он официально считается погибшим.

– Что-то последнее время везет мне очень на покойников, – задумчиво заметил полковник.

– И не говори, – согласился с ним Петрович.

– А скажи, как он вообще здесь смог объявиться? – внезапно спросил следователя Вадим.

– В смысле? – не сразу понял вопрос Рейн. – Приехал с тем террористом.

– Видишь ли, он не мог этого сделать, – терпеливо пояснил Аланов. – Между Францией и Артуром находятся чистые земли, и он не мог их пересечь. Не выживаем мы за пределами зон.

Вот теперь задумался и старший следователь. Сам он не был «отмеченным», но вот его дочь…

«А ведь действительно, – подумал он и снова глянул на фото в некотором сомнении. – Тогда как?.. Может быть, это другой, похожий человек?»

Но от этой идеи он и сам отказался.

Допустить, что их покойник только похож на того из Франции, он ещё мог, но вот чтобы и он владел той же способностью – это уже перебор. К тому же такой способностью.

«Значит, все же есть способ, о котором мы не знаем, который позволяет перевезти обладателя способностью из одной зоны в другую, при этом не убив его. Не мешало бы сначала изучить карту».

– Я об «отмеченных» знаю не так уж и много, – старший следователь глянул на своего шефа. – Как долго вы можете выжить вне зоны?

– Каждый по-разному: от нескольких минут до получаса. Правда, чем слабее способность, тем больше период выживания. Но смерть у каждого, как правило, от сердечного приступа, – пояснил Аланов и как-то слишком заметно содрогнулся, словно уже испытывал на себе такое.

– А если на самолете? – предположил Рейн. – Например, на сверхзвуке?

– Повезет, не повезет – слишком несоразмерный риск, – возразил Вадим. – Нет, здесь использовался другой способ. Вопрос только в том – какой? Ладно, мне уже пора держать ответ, – он глянул на наручные часы. – Если я не вернусь, считайте меня… героем, – мрачно попробовал пошутить Вадим.

– Иди уже, герой, – махнул на него рукой Рейн. – А то занял здесь… мое место.

«Хищник» выкатил на знакомую площадь и притормозил.

Сегодня на привычном месте Тима восседал Стас Истомин. Неожиданно для самого себя, Балабол в это патрулирование заступил в качестве командира их группы. Все началось, когда в их казарму неожиданно нагрянул комбат и приказал готовиться заступить на патрулирование. А затем задержал Стаса, сообщил ему новость, что ему в этом патрулировании предстоит возглавить их группу.

– Ты парень опытный, думаю, что с ролью старшего справишься. С этого момента и до возращения Меньшова ты командир группы, – услышал он тогда от комбата.

– А Тим… А его куда послали? – не понравился Стасу тон командира, поэтому и решил спросить. Да и неожиданное отсутствие друга его тоже взволновало.

– В госпитале Меньшов… – Командир выругался. – Не знаю, за каким лешим его понесло за стену, но встрял он там в разборку между бандитами и СИБ. Теперь вот в госпиталь загремел.

– Что с ним? – встревожился Стас.

– Сам не много знаю… Сказали только, что все будет нормально. – Больше на эту тему комбат говорить не стал. Видимо, действительно знал не много.

Ну, а Истомин в такой ситуации мог только подчиниться приказу.

– Останови, – велел Стас, разглядев каких-то людей возле ворот в особняк купца Тарасова. Несколько мужчин в спецовках занимались восстановлением механизма ворот, пытаясь привести их в рабочее состояние. Насколько он мог видеть, дорога за ними тоже уже была расчищена и на ней велись восстановительные работы: заделывались ямы и укладывался новый слой щебенки, поверх которой должен будет лечь новый асфальт.

– Однако, – заметил сидящий рядом Роман. Он даже чуть подался вперед, разглядывая старый особняк. – Неужели беглый купец вернулся?

– Это вряд ли, – усомнился Стас. – Пошли, узнаем…

Дело даже не в любопытстве. Работа у них такая.

Выбрались из бронеавтомобиля. Автоматы за спинами. Остальные, кроме водителя и башенного, тоже полезли следом за ними, но только остались возле «хищника», с левой и правой стороны от машины. Как правило, вместе с Тимом их в команде всегда было шесть человек. Такое же количество сохранилось и сейчас. Вместо сержанта у них в команде сегодня был временный новичок. Именно он остался за пулеметом и сейчас следил за улицей.

– Бог в помощь, мужики, – подходя, поздоровался с трудягами Стас, мельком отметив тот факт, что у ворот появился ещё один голубой кристалл. Именно по этой причине те, несмотря на появление дневной дымки, не прервали своей работы.

Рабочие, только бегло глянув на морпехов, вернулись к своему занятию.

– И вам по тому же месту, парни, – на секунду перевел на них взгляд ближайший работяга и снова утратил интерес.

– Никак у этого особняка хозяин объявился? – совершенно не смутился от показного равнодушия Балабол.

– Может быть, и появился, – снова последовал равнодушный ответ. – Нам это неведомо. Нам платят за работу, а не за любопытство. А если что-то узнать хотите, это вон к ним, – и кивок в сторону. От дома к воротам уже спешили двое охранников. Насколько успел заметить Стас, оба в сером камуфляже с эмблемами «Монолита», одной из крупнейших в регионе организаций наемников. У обоих за спинами помповые дробовики.

– Привет, парни, – ещё за десяток метров окликнул их один из наемников. С довольно интересной внешностью. Волосы двух цветов: левая половина белая, а правая – даже не черная, а темно-фиолетовая. Глаза тоже разные: ярко-синий и ярко-зеленый. – Какие-то проблемы?

Оба совершенно спокойны и беспокойства не проявляют.

Представляться наемнику Стас посчитал излишним. По их снаряжению и форме и так было ясно, кто они и что они здесь делают. Спросил напрямую:

– Это дом беглого купца Тарасова. Сейчас он в муниципальной собственности города. – Именно так и было, Истомин не поленился и узнал это. А то, что дом все это время никому не был нужен и тихо разрушался, не его проблема. Как и то, что здесь жила девушка его командира. Но её здесь больше не было, а эти люди… Ему до них, по сути, тоже не было дела, но, как говорится, есть нюанс. Поэтому ситуация и требовала прояснения.

– Был в собственности, – уточнил двухцветный. – Графиня Малышева выкупила этот особняк. Теперь он в её собственности.

– Вот как, – почему-то Стас не был сильно этому удивлен. – Графиня что, собралась жить в этом районе, или просто коллекционирует брошенные особняки?

– А вот это уже не ваше и не мое дело, – довольно грубо ответил ему наемник. – Мне платят за охрану, а не за любопытство. И мне совершенно наплевать, как графиня распорядится этим особняком.

Он был прав, и Стас это понимал. Поэтому дальше спорить с наемником не собирался. Он уже хотел уходить, когда один из рабочих, до этого молча делавший свою работу, поднял голову и негромко сказал:

– Школу здесь хотят открыть, для детей, проживающих в этом и соседних районах.

Он даже не пытался скрыть своего раздражения.

– Школу?.. Здесь? – удивился сопровождающий Стаса Роман. А вот в его голосе промелькнули нотки недоверия. Если рабочий не ошибается, то в городских районах окраины это будет первая школа. Отсюда его удивление и недоверие.

Но неожиданно его слова разозлили рабочего.

– А что такого в том, что живущие здесь дети тоже смогут получать образование? – с некоторой злостью глянул тот на патрульного.

Роман даже смутился и попытался оправдаться:

– Да я не против… Школа – это хорошо, но откуда такая уверенность, что именно школа здесь будет?

А ведь это не только ему было интересно. Стасу тоже было любопытно. И судя по взглядам, которыми обменялись наемники, они тоже были не в курсе таких событий.

Тот не ответил, просто неопределенно пожал плечами и снова, отвернувшись, принялся за свою работу. Тут и гадалка не нужна, и так ясно, что диалога не будет. Этот рабочий не был настроен на дальнейшее общение с ними.

Ну, тогда здесь им больше делать было нечего. Он доложит по инстанции, а там пусть кто-то другой разбирается.

Стас и Роман вернулись к бронеавтомобилю и к поджидающим их ребятам. На вопросительные взгляды просто махнул рукой, дав понять, что позже им все расскажут.

– Нормально все, – садясь на место рядом с водителем, произнес Стас. – Поехали.

Все же они сейчас в патруле, а не на прогулке…

Улицы старого района нельзя было назвать слишком широкими и пригодными для движения на автотранспорте. Да и всякого хлама здесь тоже хватало. Многие из здесь живущих просто выкидывали все, что не нужно, на улицу, не заботясь о комфорте окружающих. Нельзя было сказать, что это стало повсеместным явлением в районе, попадались им и расчищенные улицы, которые поддерживались в таком состоянии только силами живущих здесь. Но именно сейчас их «хищник» был вынужден прокладывать себе дорогу сквозь залежи мусора и всевозможного хлама, двигаясь со скоростью черепахи.

– Свиньи, – раздраженно произнес Роман, возвращаясь в машину после очередной вынужденной остановки. Кто-то оставил старый, разбитый холодильник почти по центру дороги, мешая проехать.

– Прямо идеальное место для засады, – закончил он свою мысль, вытирая капли вновь зарядившего дождя с лица.

«Дневную дымку» уже можно было легко разглядеть в чуть размытых очертаниях окружающих их предметов.

– Типун тебе на язык, – глянул на него Стас. Он и сам об этом думал, глядя на окружающие их застройки. Но, славу богу, ничего такого у них в городе пока не случалось.

Они успели проехать после той остановки почти метров триста, выехав на более широкую улицу, где можно было прибавить скорости, но в этот момент это и случилось.

Нет, не засада, о которой можно было подумать. И не нападение порождений тумана, таких как алые волки, которые очень вольготно себя чувствовали в такое время и каким-то образом время от времени попадали за периметр безопасности, в город.

Сначала они услышали скорострельную, близкую очередь, заставившую их насторожиться, а потом, чуть ли не под колеса им, выскочил человек с автоматом. Ехали бы они чуть побыстрее, не избежать бы им столкновения. А так… При виде армейского «хищника» незнакомец всадил в машину весь остаток автоматного рожка. Пули с противным звуком рикошетили и искрами посыпались в сторону. Броня бронеавтомобиля способна была выдержать даже попадание мелкокалиберного снаряда, что ей автоматный патрон. Незнакомец, видя это, рванулся в сторону к узкому переулку, где машина бы не смогла проехать. Но вот тут-то не растерялся башенный. Крупнокалиберная очередь пересекла неизвестному дорогу, заставив его снова отскочить назад, заметаться, словно загнанный зверь. А тем временем морские пехотинцы посыпались из машины, беря его на прицел своих автоматов.

– Стоять, не двигаться! – заорал Стас и недвусмысленно повел автоматным стволом.

Японец (а у Стаса, выросшего в Артуре, даже сомнения в этом не возникло) вдруг резко обернулся к ним, вскинул вперед руки, и между вытянутыми ладонями начал зарождаться огненный шарик. Ещё мгновение, и…

Стас успел первым.

Одиночный, аккуратный выстрел в плечо. Японца отбросило назад, и так и не успевший сформироваться огненный сгусток распался и пропал. А Стас рывком вперед сократил расстояние между ними и грубо ударил прикладом, отправляя опасного «отмеченного» на землю, в нокаут. Затем резко развернул раненого (по фигу, что у него прострелено плечо) и стянул ему руки за спиной пластиковым ремешком. После этого снова перевернул на спину. Теперь уже можно заняться и раной, чтобы не истек кровью и не помер ненароком.

– Тварь! – процедил морпех. Если бы он чуть промедлил, этот сгусток огня или плазмы мог натворить дел.

– Полегче, командир… Убьешь засранца! – предупредил Стаса Рома. Правда, его волновала не только жизнь и здоровье задержанного: – Потом ещё отписываться придётся, что да как. – Бумажная волокита и допрос у особиста – вот что его беспокоило. Даже зная, что самое большее – тот их пожурит. С особистом им определенно повезло. Про таких говорят: свой в доску! Может иногда сыпать угрозами, грозить дисбатом, но в случае необходимости грудью встанет на защиту каждого морского пехотинца, что в его иерархии.

Но, как оказалось, на этом инцидент не закончился.

Из переулка, откуда выбежал японец, появились ещё люди, в черной форме. Благо до стрельбы дело не дошло. Быстро разобрались, узнав в них бойцов спецподразделения СИБ.

– Кто старший? – оглянулся на морпехов один из тех, кто в черном.

Этих уже нельзя было проигнорировать так просто.

– Рядовой Истомин, выполняющий обязанности командира армейского патруля в этом районе, – четко представился Стас, отдавая воинское приветствие.

– Молодцы, бойцы! – поблагодарил спецназовец. – Чуть не ушел от нас этот гад. Одного моего парня убил и одного ранил.

По его лицу было видно: если бы тот не нужен был им живым, здесь бы они его и… думаю, и так понятно, что бы с ним они сделали.

– Можно узнать ваше имя и звание? – Это была наглость с его стороны. За которую у него же могли возникнуть проблемы. Но Стас не отвел взгляда и, в принципе, был в своем праве. О том, что здесь работают спецы из СИБ, его никто не предупреждал.

Но спецназовец спокойно отреагировал на слова рядового и даже чуть заметно усмехнулся. А во взгляде промелькнуло одобрение.

– Капитан Пахоменко, спецподразделение Службы имперской безопасности, – и протянул свою корочку.

Все правильно.

Стас вытянулся и снова взял под козырек:

– Виноват…

– В чем? – сибовца, похоже, забавляла ситуация. – Примите мою благодарность, бойцы! Непременно отмечу в рапорте ваши умелые действия.

Последовало нестройное:

– Служим Российской империи!

– Вот и дальше так служите…

– Капитан, а что происходит-то? – а вот это уже была действительно наглость со стороны Стаса.

– А вот этого, сержант, тебе знать не полагается, – с нажимом ответил Пахоменко. – Свободны!

Поправлять, что он не сержант, а рядовой, Стас постеснялся. Да и как-то стушевался под взглядом спецназовца и поспешил занять свое место в бронеавтомобиле.

Покинув место столкновения, они успели проехать где-то ещё с полкилометра, когда ситуация с бросанием под колеса повторилась буквально в точности. Выскочивший им навстречу человек на этот раз не был вооружен и явно искал встречи с патрульными.

– Ты че, сдурел? – крикнул на него Рома, высунувшись из машины. – Какого хрена ты под колеса бросаешься?

– Там… – тяжело дыша, указал назад запыхавшийся от бега японец.

«Снова японец, везет же нам на них сегодня», – подумал Стас, покидая машину.

– Там… что-то в развалинах дома, – сбился и снова повторил явно чем-то испуганный нынешний поданный Российской империи с японскими корнями.

– Спокойно, – Роман тоже выбрался из машины, следом за Истоминым. – Успокойся и скажи, что там?

– Не знаю… Там здание, у него наружная стена чуть просела, – пояснил тот. – Я там часто прохожу, когда иду с работы. А сегодня там что-то было! Я видел какой-то силуэт на втором этаже. Что-то очень большое. Я убежал.

«Ну, это нормально. Любой бы так поступил, увидев нечто непонятное, – подумал Стас. – Возможно, ему только показалось, но мы обязаны проверить».

– Показывай, где это было, – велел Истомин. Он и Роман так и не вернулись в машину, пошли за японцем пешком. Брать его в машину они по инструкции, которую постоянно сами нарушали, не имели права. Но одно дело подсадить к себе знакомого, а совсем другое дело – постороннего.

Благо их неожиданный проводник не повел их через узкие переулки, куда на «хищнике» не сунешься. Да и до того дома было недалеко.

– Вот там это было, – с опаской отступая за их спины, произнес японец.

– Мишка! – окликнул Стас новенького. – Глянь через тепловизор, что там.

Индивидуальных тепловизоров у них не было, только тот, что был установлен на машине.

– Все чисто, – доложил новичок через минуту. – На приборе ничего нет.

Можно было решить, что вызов ложный и их провод-ник ошибся. Но Стас в любом случае должен был удостовериться.

– Так… – произнес Истомин. Но слова команды так и застряли у него в горле, когда он увидел нечто, всего в пяти шагах от себя.

И это был не алый волк. А нечто, похожее формой на волка, только желтого цвета. На мгновение Стас растерялся, не зная, что это. Но когда дернулся в сторону, криком предупреждая остальных и пытаясь навести на нечто автомат, существо прыгнуло.

Роман, который находился чуть в стороне от него, успел выстрелить. Вот только существо исчезло. Но подивиться и осознать этот факт они не успели. Оно появилось уже перед Стасом, ударом лапы отбросив его на бронеавтомобиль. Уже позже на бронежилете они обнаружили глубокие бороздки, оставленные когтями желтой твари. Если бы защиты не было, быть бы ему мертвым.

Оттолкнувшись от мостовой, оно напрыгнуло на Рому, подминая его под себя. И в этот самый момент забытый всеми японец подхватил с земли отлетевший к его ногам автомат Стаса, всадил в тварь весь магазин… одной очередью.

Та взвыла, отскочила в сторону… нет, переместилась в сторону, и в этот момент пулеметная очередь ее и настигла.

Мишка потом и сам не мог объяснить, как у него это получилось. Как ему удалось так точно выстрелить именно в то место, куда сместится эта тварь.

Но именно после его очереди с ней было окончательно покончено.

Стас еле смог подняться на ноги. Тем временем из «хищника» повыскакивали другие ребята, ощетинившись во все стороны автоматами.

Японца трясло. Видно было, что он сильно перепугался. Но это не умаляло того факта, что он их спас. Стас осторожно забрал у него свой автомат и первым делом заменил пустой автоматный рожок.

С земли тем временем смог подняться помятый, но определенно живой Рома.

– И что это за тварь была? – мотнул он головой. – Меня словно кувалдой приложило.

– Не расслабляться, – приказал Стас. – Она здесь может быть не одна.

Но вместо тварей появились спецназовцы СИБ, все с тем же капитаном во главе.

– Что здесь… – начал было он, но тут увидел. – Мать твою, что это? – и присел рядом с трупом волка.

– Какой-то новый вид. Желтый волк, – ответил Стас. В тот момент он был даже рад их появлению и не догадывался, что только что дал название новому существу из «туманной зоны».

Юмико открыла глаза. Открыла только для того, чтобы снова зажмуриться.

Перед её взором все ходило кругами. Все расплывалось и было нечетким. Появилось неприятное чувство невесомости. А в голове полная каша из обрывков воспоминаний: своих и чужих. Из-за этого голова словно чугунная.

– Лежи смирно, – услышала она голос, говорящий ей на японском.

– Кто вы? Где я? – попыталась снова открыть глаза, но с тем же результатом. И стало только хуже.

– Дрянная девчонка… Я же сказал, лежи смирно, – говорящий явно разозлился на неё. – Юми-Юми, вот не думал, что у тебя короткая память. Своих врагов нужно помнить всегда.

«Что?.. Враг?.. Голос действительно знакомый… Где и когда я его слышала в последний раз? Так это он…»

– Я думала, что ты уже давно мертв, – сказала спокойно, даже как-то не удивившись этому внезапному явлению.

– Чтобы жить, порой надо умереть, – сказал знакомый обладатель голоса. – Похоже, ты вышла на новый уровень, – заметил он. – И переоценила свои возможности.

– Решил свести со мной счеты? – спросила Юмико.

– М-м, ты действительно так думаешь? – Что это – грусть в голосе? – Скажи, что мне мешало сделать это ещё тогда, когда ты была маленькой? Или ты думаешь, что я не знал о том, что ты задумала сбежать? Кто, по-твоему, расчищал твой путь, убирая тех, кто мог тебе помешать, а потом зачищал концы?

Она была в шоке. Но в таком состоянии трудно было все обдумать и прийти к какому-то выводу.

– Сейчас я не в состоянии адекватно воспринимать происходящее. Если не собираешься меня убивать, уходи, – заявила Юми. – Убью тебя в другой раз, – мрачно пообещала она.

– Вот и поговорили, – в голосе послышалась усмешка. – Да, и ещё: как только тебе станет чуть полегче, советую записать все, что помнишь или считаешь нужным. Твой мозг избавится от чужих воспоминаний. Уж поверь мне! Твою способность я знаю, как никто другой.

– Я так и сделаю, – пообещала Юмико и услышала, уже засыпая:

– Ещё увидимся. А сейчас мне пора. Меня уже ждут. Береги себя, девочка…

И снова ребята в форме управления СИБ.

Их даже особо ни о чем не расспрашивали. Забрали карту памяти из видеорегистратора бронемашины, закинули тушку мертвого волка необычной раскраски в свой автомобиль, и большая часть сразу же уехала. А оставшиеся буквально потеряли к ним всякий интерес. На вопрос Стаса, свободны ли они, удивленно на них глянули и заявили, что если к ним возникнут дополнительные вопросы, их оповестят, а пока их никто и не собирался задерживать, и что они могут возвращаться к своему патрулированию.

Что они и сделали.

– Могли бы хотя бы спасибо сказать, – проворчал Роман.

– За что? – удивленно глянул на него Стас. – За то, что мы выполняем свою работу? Так в этом случае они просто задолбаются говорить это «спасибо». Ладно, поехали уже отсюда, – он оглянулся на парня, что сидел за рацией: – Что со связью?

– Глухо, как в танке, – тот стянул гарнитуру со своих ушей и протянул послушать доносящиеся из нее помехи временно исполняющему обязанности командира. Тот наушники брать не стал. Что толку их слушать, если результат известен заранее?

– Командир, – окликнул его Мишка-пулемётчик. – Может, стоило обследовать то здание?

Стас задумался. По существующей инструкции они должны были так и поступить. Но оглянувшись на сотрудников СИБ, отрицательно качнул головой:

– Там есть кому смотреть.

Да и не хотелось ему, что греха таить, лазить по этому дому.

Бронемашина стронулась с места и не спеша покатилась вдоль улицы, сохраняя небольшую скорость движения.

Сидящий за рулем Стас с досадой подумал, что сегодня ему ещё предстоит писать уйму объяснительных и держать ответ перед отцами-командирами. Так что проблемы сегодняшнего дня для него ещё далеко не закончились.

Этого человека, появившегося в приемном отделении больницы, можно было охарактеризовать только одним словом: неряшливый.

Весь его вид буквально кричал об этом. Всклокоченные седые волосы, треснутое стекло дорогих очков, недельная щетина и помятый медицинский халат, который тот, видимо, уже несколько дней не снимал. На вид ему было не меньше шестидесяти лет. Но сказать точно при таком внешнем виде было затруднительно. И ещё, он был явно потомком тех японцев, что остались здесь с прошлого века, с начала тех самых поворотных исторических событий.

Человек оглядел приемную и целенаправленно направился к ним.

– Если не ошибаюсь, именно вы Ким и Рейчел? – произнес он со слегка заметным акцентом и обрадовался, не дожидаясь их утвердительного ответа: – Очень хорошо. Ирина просила меня кое-что для вас сделать. Я уже был в палате этого мальчика, и скажу вам, что беспокоиться у вас нет причин. Он в совершенном порядке. От таких легких царапин ещё никто не умирал. Уже через пару дней он начнет, как и все в его возрасте, волочиться за медсестрами.

Юра скосил взгляд на сестру. Судя по тому, как потемнел её взгляд, такое ободрение ей не понравилось.

– Его можно увидеть? – поспешил спросить парень, чтобы не заострять внимание на сказанном.

– Пока нет. Он сейчас отходит от препаратов, которыми его напичкали, и до завтра к нему все равно не пустят. А учитывая то, что вы гражданские, увидеться вы сможете только после того, как ему разрешат вставать и передвигаться самостоятельно. Тогда он сможет к вам сюда спуститься. – Примерно то же самое они слышали здесь и от медперсонала. – Прошу прощения за мой внешний вид.

«Запоздало, однако, вспомнил, но лучше поздно, чем никогда», – подумал Ким с усмешкой.

– Меня зовут Акайло Ивасаки. Я возглавляю один из исследовательских отделов академии, – ну вот они наконец-то и услышали его имя.

– Тогда нам лучше вернуться домой, – настойчиво глянул на сестру Юра.

– Ни в коем случае, – неожиданно заявил японец. – Нет, вас, молодой человек, я не задерживаю, а вот с этой молодой особой мне нужно переговорить с глазу на глаз.

– Со мной? – Рейчел даже удивилась и внимательно и вопросительно глянула на японца.

– С ней? – синхронно с Ри переспросил Ким. – Стоп… что вам нужно от моей сестры? – он тоже глянул на этого человека с неким беспокойством во взгляде.

– А… – Акайло выглядел озадаченным и удивленным. – В каком смысле, что мне нужно?.. А разве госпожа графиня не сказала?

Нет, ни в коем случае, на чокнутого профессора он не походил. Его действительно озадачила такая реакция на его слова. Видимо, сестра забыла их о чем-то таком предупредить. Но с её загруженностью это не было удивительным.

– Вообще-то я занимаюсь такими травмами, как у вашей сестры. Это моя медицинская специализация, – глянул на парня Ивасаки. – Графиня просила меня обследовать госпожу Рейчел и разработать для нее курс лечения. Как вообще можно было меня заподозрить в какой-то низости… Это возмутительно! – последовало вполне искреннее возмущение.

– Ну, с вашим видом это не удивительно, – пробормотал Ким. – Сестра? – Решение за ней.

– Не понимаю, есть ли в этом необходимость, – помрачнела она, но потом решительно глянула на японца: – Хорошо, я пройду ваше обследование.

Ким примерно представлял, каких ей это стоило усилий.

– Хорошо, тогда, может быть, я… – он хотел сказать, что подождет её.

– Нет! – прозвучало решительное и сдвоенное сразу же от сестры и от японца.

– Пойми, брат, – чуть мягче произнесла она. – Тебе точно не стоит там присутствовать.

– Вот именно, молодой человек, – поддержал её Акайло. – Это личное.

– Иди домой, я позже тебе позвоню, – попросила его Ри.

– Хорошо, – сдался он. – Но только обязательно позвони.

– Обещаю! – и слегка улыбнулась.

Ивасаки обернулся куда-то и сделал жест двум медсестрам, что наблюдали за ними последние несколько минут.

– Девочки, помогите нашей пациентке.

– Никак не пойму, – откидываясь в кресле сказал наместник, бросая обратно на стол изучаемые документы. – Либо ты слишком везучий, либо дурак, которому постоянно везет. Но хочу, чтобы ты знал… усвоил на будущее. В нашем обществе и с твоей работой правило «победителей не судят» не работает.

– Грубо, – тихо ответил Вадим. – Даже слишком. Но я запомню.

– Запомни. Есть кое-кто, кто настоятельно требует от меня твоей крови, – глянул на подчинённого родственник императора. – Вот ведь, задал мне дилемму… Да не стой там! – повысил он голос. – Присаживайся к столу. Выпьешь со мной?

– Выпью, – согласился Вадим. В компании один на один он мог позволить себе такую вольность.

– Наливай. И мне налей, – наместник снова взял в руки принесенные князем документы. – Я их немедля отошлю в столицу и передам необходимую информацию во Владивосток. Пусть и те поработают. Упустим время, потеряем инициативу, – выдал он задумчиво. – А знаешь, ты все же молодец!.. Побудь пока здесь.

Встав из-за стола, он вышел из своего кабинета со всеми бумагами. Оставшись один, князь Аланов, недолго думая, вытащил из бара наместника один из редких сортов вин, откупорил крышку и разлил по бокалам.

Подумал и выпил один… снова налил.

Наместник вернулся где-то через полчаса.

Сел за стол и, взяв налитый бокал, предложил тост:

– Давай выпьем за удачу… и за удачливых!

Выпили. Вновь разлили.

– Значит, так. Благодарности и награды от меня не жди, – заявил великий князь.

– Обойдусь, – чуть слышно буркнул полковник.

– Цыц, – хлопнул по столу наместник. – Пойми, ты своими действиями по такому тонкому краю прошелся, что если бы не эти документы, что ты мне принес, сейчас бы уже примерял кандалы и полосатую робу. Минимум международный скандал и нота протеста. Но с этими бумагами, что сейчас у нас, пусть попробуют тявкать… А твой рапорт! Просто загляденье!.. Научился же писать такие бумажки, что комар носу не подточит. За это хвалю!.. Вот эту версию, что ты там изложил, и будем отстаивать и проталкивать… Виданное ли дело – детей похищать… Давай, что ли, по второй…

Снова выпили.

– Скандала не избежать, – снова продолжил наместник. – Но в наших силах сделать его ограниченным и сдержать последствия. Правда, какое-то время отношения между странами будут натянуты, но это пройдет. А вот то, что ты мне сказал насчет «фаворита», меня беспокоит. Поганая организация. Я тут навел кое-какие справки… На всех ключевых постах в ней состоят бывшие британцы. Англосаксы – они всегда были источником мировых бед. Что скажешь?

– Нам нужна будет помощь теневых правителей. Они сами кровно заинтересованы, чтобы не пустить на свою территорию никого извне, – произнес Вадим.

– Сотрудничество, и с криминалом… Да если об этом узнают, нас с нашим же говном слопают. Это даже более тонкая и опасная игра, – предостерег наместник. Но решительного «нет» от него не прозвучало. – Ты хорошо это обдумал?

– Так криминал у нас давно уже присмирел, – заметил Вадим. – При нынешних «смотрящих» те себе не позволяют ничего лишнего. Криминальная полиция, думаю, со мной согласится.

– Они тебе чем-то помогли в этом деле? – неожиданно пристально глянул на него наместник.

– Информацией, – честно признался Вадим, который не видел необходимости это скрывать от наместника.

– Это хорошо, когда даже криминал за нас, – задумчиво произнес тот. – Больше ничего не хочешь добавить по этому делу? – Наместник бросил на Вадима пристальный взгляд. – Что-то такое, что я не знаю, а потом узнаю от других?

– Все есть в моем отчете, – Вадим выдержал взгляд и разлил по новой. – Но есть ещё кое-что, что меня смущает и на что нет ответа.

– И что? – наместник покосился на бокал, но не взял.

– «Сирена». Удалось установить, что парнишка из Франции, где он успел немало набедокурить, – ответил Аланов.

– Ну, из Франции, и что в этом такого? – не понял наместник, но, выслушав объяснения своего протеже, задумался. – Хм, а действительно. Вот ведь гадость! Если их уроды начнут выскакивать у нас под носом как чертики из табакерки, не избежать беды. Напряги всех, кого сочтешь нужным. С моей стороны любая поддержка, – он все же потянулся за бокалом. – Давай по крайней, и хватит. Дел ещё невпроворот.

– Что я могу сказать, – Ивасаки отложил просматриваемые результаты обследования. – Времени упущено много. Сразу же после полученной травмы ещё можно было попробовать что-то изменить… Сейчас, боюсь, положительного результата нам не добиться.

– Неважно, я уже свыклась, – спокойно произнесла в ответ Рейчел. И только Ким, который слишком хорошо её знал, догадался бы об истинных чувствах своей сестры.

– А ну, не раскисать, – повысил голос японец. – Обычная медицина бессильна, но мы можем попробовать кое-что иное.

– О чем вы? – и снова её голос прозвучал спокойно и не особо эмоционально.

– Пойдемте, это надо показать, – произнес он, берясь за ручки её кресла. Он выкатил её в коридор больничного крыла. Несколько выздоравливающих солдатиков (а они находились в армейской части госпиталя) при виде девушки прервали свой разговор и с интересом уставились на неё. Даже в коляске Ри привлекала немало мужских взглядов. Даже в таком состоянии она следила за собой. Привлекательное личико и довольно соблазнительная фигура. Что ещё надо нормальному и здоровому кобелю?

– Какая красотка! – неожиданно услышала о себе Рейчел. – Я бы с такой замутил…

– А ничего, что она на коляске? – в голосе второго парня прозвучало сомнение.

Ри стоило немалых трудов сдержаться и не обернуться к ним.

– Дурак! – покровительственно произнес первый. – Таких девчонок всю жизнь на руках таскать можно!..

Дальше она уже не слышала. Но после этих слов на душе как-то потеплело. Значит, в ней все ещё видят красивую девушку, а не беспомощного инвалида.

Акайло на лифте спустился с нею в холл больницы, вывез на улицу и провез вокруг здания к другому входу, ведущему в исследовательскую часть этого здания. Какое-то время они потратили на прохождение всех постов охраны.

Как оказалось, на неё уже был выписан пропуск. Но даже несмотря на это, охрана по несколько раз все перепроверяла, и под конец попросили оставить все личные вещи в индивидуальной ячейке на посту охраны.

– Серьезно у вас тут, – заметила Ри, когда они подымались на лифте на нужный этаж.

– А что вы хотели, объект повышенного охранения, – пояснил японец. – Нам сюда.

Кабинет, в который он её привез, напоминал уголок живой природы. Здесь было столько вольеров! Мыши и хомячки – это она ещё могла понять. Но для чего здесь держали собак и кошек?

Но больше всего её внимание привлек аквариум с какой-то металлического цвета субстанцией. Не поймёшь, что это… Похожа на какую-то слизь.

Но для чего она здесь?

– Что это за место? – спросила Рейчел.

– Моя лаборатория, – пояснил Ивасаки. – Я хотел показать вам вот это, – указал он на тот самый аквариум.

– И что это? – спокойно спросила девушка.

– Госпожа графиня называет это мерзкой слизью, – чуть улыбнулся японец. – Но это нечто большее, чем простая слизь. Это организм. Очень сложный организм, – снова последовала пауза. – Сложнее, чем человеческий, обладающий необычными способностями. Одна из которых – это симбиоз.

– Так значит, это из тумана, – догадалась Рейчел. – И что за симбиоз?

Вместо ответа он поманил её за собой к одному из вольеров.

– Посмотрите сюда, – он указал на вольготно развалившегося в клетке сиамского кота. – Присмотритесь к нему. Ничего не замечаете?

Ри так и сделала. Поначалу не поняла, что должна была заметить.

Симпатичный такой котик явно отдыхал и полностью игнорировал посторонних. Обычный сиамский котик… Только на задних лапках присутствовал посторонний для данного вида металлический оттенок.

– Постойте, – внезапно догадалась Рейчел, глянув на аквариум. – Это слизь на его задних лапах.

– Его принесли сюда ещё котенком. Машина раздавила ему задние лапы, и их было уже не спасти. То, что вы видите, это симбиоз слизи с живым организмом. В данном случае с котом. Слизь заполнила все его повреждения и воспроизвела все утраченные функции организма кота. Вплоть до дублирования кровяной системы и нервных окончаний.

– Хотите сказать, что эта слизь его вылечила? – недоверчиво глянула на японца.

– И не только его, – он указал на другие вольеры. – Можно сказать, эксперименты над животными прошли успешно. Ни одного отторжения одного организма от другого.

Теперь она поняла, к чему он ведет.

– А как насчет людей? – если она и испытывала какие-то чувства, то внешне это никак не проявлялось. – И откуда вообще взялась эта слизь?

– Хороший вопрос… оба вопроса, – задумчиво произнес Ивасаки. – Слизь эту нашли здесь, в Академии. На окраине есть очень интересные скалы со множеством нерукотворных пещер. И там очень интересная внутренняя цветовая гамма стен. Некоторые участки пещер полностью белые, известковая порода. И почти сразу же идет красная, с большим содержанием меди, часть пещеры. При этом обе породы не перемешиваются. Следом за медной идет порода с большим содержанием каменного угля. По сути, в одном месте собрались большая часть уникальных пород, которые просто не встречаются вместе в обычных местах. – Ивасаки сделал небольшую паузу, чтобы перевести дух. – И вот туда десять лет назад полез один любопытный исследователь. Не позаботившийся об элементарных мерах безопасности. И так увлекся сбором образцов, что обрушал на себя известняк… Умереть не умер, но руку себе сильно повредил, настолько, что раздробил камнями локтевой сустав. А когда очнулся, увидел, как из пролома сочится слизь. Целая лужа слизи образовалась у его поврежденной руки. Можно сказать, это был первый эксперимент на людях.

– И кто этот человек? – подозрительно глянула на японца Рейчел. Она, в принципе, догадалась, о ком он ей рассказал. И когда Акайло задрал рукав халата, её догадка перестала быть таковой. Выше запястья и почти до плеча она увидела, что его рука отливает металлическим оттенком, словно её отлили из металла.

– И знаете, я совершенно не чувствую никакого дискомфорта по этому поводу, – признался он. – Словно это моя собственная рука.

– Значит, таким образом и я смогу ходить? – впервые в её голосе промелькнула надежда.

– Наверняка, – заверил он её. – Но потребуется операционное вмешательство. У тебя внутренние повреждения. Не спеши с ответом, – внезапно предостерег он. – Есть ещё кое-что, что ты должна знать. – Он вернулся и сел на свое место. – Пять лет назад мы спасли таким образом жизнь одному солдатику. Симбиоз прошел успешно, и он смог вернуться к полноценному существованию. После курса лечения он постарался вернуться домой… Но как только покинул Академию, свалился у врат. Симбиоз был разорван. Слизь, утратив свои свойства, просто отмерла, а вместе с ней умер и парень. По какой-то причине слизь не может существовать вне свернутого пространства Академии. Думаю, если бы я последовал за тем парнем, то со мной случилось бы то же самое.

– Хотите сказать… – Ри была умная девушка и прекрасно поняла, что тот хочет ей этим сказать.

– Ты никогда не сможешь покинуть этого места. Поэтому прежде, чем соглашаться, хорошо все обдумай. Посоветуйся с графиней и братом. А позже дай мне знать, какое решение приняла. – Он встал, давая понять, что разговор окончен. – Я провожу тебя до выхода.

– Спасибо, – и снова её голос стал спокойным и безэмоциональным. А взгляд – взглядом человека, который мучительно для себя пытается решить какую-то важную дилемму.

Возвращение домой!

Именно так мог охарактеризовать Ким свое возращение в общежитие. За какое-то короткое время это место действительно стало его домом. Да и с соседями у него сложились более или менее хорошие отношения.

Так как занятия ещё не окончились, он не ожидал здесь кого-либо увидеть. Даже маленькая Юля сейчас должна была быть в доме у его старшей сестры. Поэтому в свою комнату под крышей он подымался, предполагая, что здесь он один. Каково было его удивление, когда он обнаружил, что его место перед камином уже занято.

Но если присутствие Юли было вполне объяснимым – эта мелкая всегда поступала как ей заблагорассудится, – то вот Айку он не ожидал здесь увидеть. Ведь она никогда не пропускала занятий. А тут такой явный прогул, не свойственный примерной ученице и представительнице от учащихся.

А увидеть её в таком виде – это было нечто запредельное для парня! Убийственного вида облегающие белые шортики. Пара стройных, длинных ножек – для парня это словно красная тряпка для быка. Белая мужская футболка, облегающая контуры её тела. Особенно на груди. И судя по очертаниям, под ней отсутствовал дополнительный элемент одежды.

И самое главное, он мог любоваться ею в свое удовольствие, без опасения, что его могут неправильно понять. Девушка крепко спала. Серебряные волосы были распущены и укрывали её наподобие одеяла. А рядом, прижавшись к ней со спины, спала и Юля.

Вот честно, в эту секунду он даже ей позавидовал… Юле, конечно!

Как там говорится, «на её месте должен был быть я!»

Сглотнув набежавшую слюну (такой вид одноклассницы кого угодно выбьет из колеи), он все же предпочел удалиться в свою нижнюю комнату. Получить объяснения он сможет и после того, как она проснется. Объяснения от обеих…

Но прежде, чем уйти, глянул на наглого, разместившегося на подоконнике черного котяру, дружка Ласки. Этот кошак тоже наградил его довольно внимательным взглядом и снова потерял к нему интерес, остался дремать на своем месте.

«У меня не комната, а какой-то проходной двор для всяких», – подумал Ким, усаживаясь на одно из кресел.

Выкинуть из головы вид спящей девушки было очень непросто. Вид её обтянутой шортиками попки ну никак не хотел уходить.

«Не думал, что во мне столько похоти, – подумал Ким. Но тут почти сразу в голову пришла другая мысль, отвлекая от предыдущих: – Если так дело продолжится, меня скоро вежливо попрут из собственной комнаты. Надо уже решать проблему с обустройством мелкой».

Наличие мягких игрушек на его территории, перекочевавших из комнаты Айки, указывало на то, что экспансия уже началась. Мелкая ведь такая, уж кто-кто, а он её знал. Если ей четко не указать её рамки, не успокоится.

Он и пытался.

Ей была предложена на выбор любая свободная комната на любом этаже. Ни одна ей не понравилась. В этом она чем-то напоминала самого Кима. Ему тоже трудно в этом угодить. Так девочка и кочевала из комнаты Айки в его.

«М-да, но проблему-то надо решать».

Взгляд остановился на двери, ведущей в некое подобие кладовой.

Если подумать, то место, судя по планировке, не предназначалось для этого.

Он снова заглянул в то, что сейчас выполняло функцию кладовой. Большое окно, дающее достаточно света. Места тоже хватает. Есть где поставить кровать и другую мебель.

Проблема только в этом хламе.

Вопрос. Куда бы его отсюда деть? И можно ли его вовсе не трогать?

Здесь без разрешения «главного босса локации» не обойтись. Это она только с виду белая и пушистая, притворяющаяся местной обслугой, а на деле самый что ни на есть главный босс.

Заглянул в одну из многочисленных коробок. Какие-то тетради и альбомы. Заглядывать в них не стал. Чуть сдвинул мешающую пройти коробку, протиснулся мимо.

Нет! Здесь ему одному быстро не справиться. «Надо будет Глеба к этому делу подключить. Он парень простой, пусть и голубая кровь. Можно ещё неугомонную фанатку кендо позвать. Она девочка сильная. Вот только это может выйти мне боком».

Выбрался обратно. Прежде чем что-то делать, надо определить, куда это все деть. Не выбрасывать же, в самом деле. Поэтому без Антонины Павловны ему никак.

«Так, а это что за шум сверху?»

Ким услышал над головой какой-то звук. Но прежде, чем решил подняться наверх и посмотреть, на лестнице появилась чуть заспанная Айка. Во всем своем великолепии.

– А, ты уже вернулся? – задала она самый уместный на данный момент вопрос.

– Как видишь, – заметил он, не в силах оторвать от неё взгляда.

«Черт! Ну какая же она…» – дальше в голову приходило нечто нецензурное и похабное, что, пожалуй, озвучивать не стоит.

– Что? – вдруг встрепенулась девушка, заметив странный взгляд парня.

– А ты бы не могла надеть что-то не настолько вызывающее, – неожиданно честно попросил он.

– Что? – снова переспросила она и наконец опустила на себя взгляд. Видимо, до неё только что дошло, куда именно уставился парень и что он видит.

– Дурак!.. Пошляк! – и пулей вылетела из его комнаты.

«Теперь я уже и виноват!» – он даже возмутился.

Правда, вернулась она очень скоро. Всего минут через десять. Уже в привычных джинсах и кофточке поверх футболки. Волосы так и остались распущенными, только подвязала их резинкой.

Вошла как ни в чем не бывало. Даже глаза её не выдавали.

– Чем занят? – заметила открытую дверь в другое помещение. Ни слова о том, что она делала у него в комнате. А он и не стал спрашивать.

– Вот пытаюсь понять, можно ли это использовать под комнату для мелкой, – признался он.

Айка тоже заглянула в помещение.

– А что в этих коробках? – спросила она.

– Хочешь, посмотри сама, – предложил он.

Она не стала отказываться и засунула свой носик в одну из коробок. Не в ту, которую смотрел он.

– Ой! Какая прелесть! – услышал он радостное восклицание. Причина её восторга стала понятна через секунду, когда она извлекла из коробки мягкую игрушку – розового поросенка. – Интересно, чья эта?

– Мне тоже это интересно. Вот только стоит ли нам лазить по чужим вещам? – спросил.

– Думаю, ты прав, – она вернула игрушку на место. – Если все убрать и вычистить, получится неплохая комната, – одобрила она его идею. Но все же не удержалась и залезла в ещё одну коробку. – Смотри!

Он тоже заглянул.

Та была полна всевозможных грамот и кубков. Внимательно изучив одну из грамот, они увидели имя старшей сестры Юры. Текст гласил, что награда вручается за первое место в спортивной школьной олимпиаде по волейболу. Но больше всего его заинтересовала фотография на дне коробки. На ней была сестра со своей командой и с кубком. Победный кубок в руках у сестры поднят высоко над головой. Она улыбается, как не улыбалась никогда. И она такая молодая и жизнерадостная!

А он не знал об этой стороне её прошлого. Судя по повязке на руке, она была капитаном их команды.

Кроме фотографии, он вернул все на место. А фото решил оставить себе.

– Брат говорил, что она была очень хороша в волейболе, – задумчиво глядя на фото, произнесла Айка. – Но после трагедии больше в него не играла. А ведь её звали в профессиональную лигу.

Грусть – вот то чувство, которое он испытал в тот момент.

Юра подумал об обеих своих сестрах. Им в этой жизни не сильно-то повезло. Может быть, поэтому они так хорошо друг друга понимают. И от этого сблизились.

– Пошли отсюда, – тихо сказал он, первым покидая это место.

Снова глянул на фотографию, что оставил у себя. Он, как мужчина, просто обязан позаботиться о сестренках и найти им достойных спутников жизни.

«А чем я сам отличаюсь от свахи?..»

«Похоже, сегодня день неправильный. Или все дело в карме. Не зря же про ту зеленоглазую говорили, что она ведьма. Может, это действительно её рук дело? Проклятье там, или чем эти ведьмы занимаются?»

О таком думалось в момент замены опустевшего автоматного рожка на другой, когда по корпусу бронеавтомобиля стучат градины пуль тех, кто с упоением расстреливал их с верхних этажей здания напротив.

– Голову не высовывай, – предостерег он девчонку-китаянку, из-за которой они неожиданно и встряли в такие неприятности со стрельбой и даже взрывами.

И как только они в такой переплёт попали?

Они уже покинули свою зону патрулирования и двигались в сторону крепостного квартала, так называемого Химашевского. Он получил свое название из-за малого химического предприятия, занимающегося выпуском красок, что находилось в центре района. Всякого рода правозащитники постоянно пикетировали, требуя его закрытия и переноса за черту города.

И вот совсем недалеко до квартала к ним буквально под колеса бросилась девчонка. (Вот что за день сегодня такой? Все так и норовит попасть под их машину.) Как и в предыдущих двух случаях бронеавтомобиль, объезжая перевернутый мусорный бак, двигался с предельно невысокой скоростью.

– Охренела совсем? – вышел из себя Стас, выскакивая из «хищника». – Куда тебя несет, дура?

– Там! – указала она куда-то назад.

Что там, и без продолжения стало ясно. Следом за девчонкой из переулка выбежало человек десять мужиков. И выбежали они не для того, чтобы спросить дорогу до библиотеки. Для этого с собой всевозможное стреляющее и убивающее таскать не нужно. Своих намерения они даже не скрывали.

– Вон она! – заорал кто-то из них и с ходу открыл огонь по морпехам, тем самым расставляя приоритеты.

Благо Стас успел схватить девчонку за плечо и затолкнуть за машину, спрятавшись и сам.

Огрызнулся и пулемет.

Двое так и остались лежать на тротуаре. Остальные разбежались в разные стороны. Поспешили ли они в темпе скрыться? Да как бы не так. Бронеавтомобиль подвергся такому интенсивному обстрелу, что стало ясно, что добром это дело не кончится.

Морпехи оперативно, в своем большинстве, покинули «хищник» и, как оказалось, сделали это вовремя. То, чего удалось избежать при первом столкновении с агрессивно настроенным к ребятам в форме японцем, все же случилось сейчас. В машину таки прилетел огненный сгусток плазмы, и только чудом никто не пострадал. Тот же Мишка, везучий сукин сын – его даже не обожгло, успел в последний момент нырнуть в машину. Хотя страха ему натерпеться пришлось изрядного. И как тут не испугаться, когда вокруг тебя бушует пламя. Но благо броня машины выдержала. И как только эффект от удара прошел, поспешил покинуть закопченный автомобиль. Это уже потом им всем объяснили, что этот огненный шар, скорее всего, был не плазмой, а очень плотным комком огня, или чем-то в этом роде. В противном случае эффект от попадания был бы другим, куда менее приятным. Так что просто слегка прогоревшим автомобилем они бы не отделались. Но тогда этого никто не знал.

Стас, который оказался рядом с девчонкой за машиной, огненное представление пережил, можно сказать, в первых рядах, и оно его тоже проняло.

– Не высовывайся, – только и крикнул он, посылая выстрел из подствольника в ту сторону, откуда и прилетел огненный шар. И не он один. Морпехов на всех лекциях и тренировках натаскивали на то, что наиболее опасными для них являются «отмеченные» и с таким надо расправляться в первую очередь. И поэтому в ту сторону отстрелялась вся их команда. Зацепили ли они там кого-нибудь или нет, этого они не знали, но огненный обстрел прекратился.

А потом их обстреляли с верхних этажей близстоящего здания.

– Ах ты, сука! – Истомин дал длинную очередь в высунувшегося из окна какого-то типа.

Попал!

Тот без звука вылетел в окно, шлепнувшись на тротуар и оставшись там лежать.

К ним за «хищника» проскользнул Мишка.

– Ты как? – глянул на него Стас.

– Удивляюсь тому факту, что штаны ещё вполне сухие, – с каким-то возбуждением оскалился тот. – Какой у нас план?

– План? – переспросил его временный командир. – Не сдохнуть здесь.

– Классный план! Мне нравится, – одобрил его Мишка. – Эти уроды в здании засели. С верхних этажей мы у них как на ладони.

– Ага… Рома! – заорал Истомин. – Подствольными, по верхним этажам… – и снова Мишке: – Готовься.

К чему, тот даже спрашивать не стал. И так это было понятно.

– Голову не высовывай! – велел он девчонке, быстро меняя опустевший рожок. И в этот момент здание содрогнулось от нескольких попаданий выстрелов из подствольных гранатометов.

Стас резко рванулся вперед из-за машины. Он не стрелял. Своей целью он ставил быстро пересечь открытое пространство и под прикрытием товарищей ворваться в здание. Именно Мишка, оставшись у машины, и прикрывал его со спины автоматным огнем.

Вот он и в подъезде. Прижавшись к стене, замер, прислушиваясь к звукам.

За спиной тяжелое дыхание. Резко оглянулся. Это всего-навсего Роман, который правильно догадался о замысле друга и рванулся следом за ним.

– Двоим будет сподручнее, – сказал он, хотя тот его ни о чем и не спрашивал. Вдвоем, стараясь глядеть во все стороны, они пробрались к самой лестнице, ведущей на второй этаж. Они не знали, где именно засел враг, и старались не упустить его появления.

Столкновение произошло на лестнице, ещё до того, как они стали по ней подыматься. Кто-то, не особо заботясь о производимом шуме, бегом спускался по ступенькам.

Стас и Роман, отступив назад, прижались к стенам по бокам от лестничного пролета. Когда спешивший пробегал мимо, его принял Рома: сначала прикладом в живот, а затем сверху добавил. А Стас, просочившись мимо, быстро стал подыматься туда, где, судя по стрельбе, ещё кто-то остался.

Вот она последняя ступенька. Стреляют где-то рядом. Истомин выглянул в коридор и у окна, выходящего аккурат во двор, увидел какого-то типа, увлеченно шмаляющего вниз из окна. С ним Стас церемониться не стал. Короткая очередь, и Истомин замер в ожидании, если кто-то ещё объявится. Но тишина!

Снизу раздались шаги. Это его нагнал Рома, оставив своего клиента связанным по рукам и ногам внизу.

– Прикрывай, – тихо велел ему Стас, а сам осторожно вышел в коридор. Держась стены напротив, прошел к тому окну, возле которого осталось лежать тело стрелка.

С улицы не донеслось ни единого выстрела. Скорее всего, нападавшие поняли, что с морпехами им не совладать, и отступили.

К окну он слишком приближаться не стал, опасаясь, как бы в него свои сгоряча не пальнули. Свистнул, привлекая к этому месту внимание, только после этого осторожно выглянул, дал себя рассмотреть и посмотрел сам. Снаружи никого, кроме своих ребят, он не увидел. Те все ещё настороженно озирались по сторонам, не покидая своих укрытий, но уже не стреляли. Просто в некого было стрелять.

Но и, как часто водится, в момент, когда все закончилось, на место боестолкновения подоспела доблестная полиция. Нет, стоит отметить, появились они довольно оперативно, ведь с момента первого выстрела прошло всего семь минут. И появились они сразу на трех патрульных автомобилях, смело, но довольно глупо выкатившись прямо под окна дома, из которого ещё недавно велась стрельба.

Дальше уже проще. Они передали стражам закона единственного уцелевшего бандита, пленника Романа и пять трупов нападавших.

В процессе передачи выяснилось, что та девчонка, из-за которой и произошел весь сыр-бор, тихо слиняла, даже не попрощавшись. И, как назло, никто, даже Стас, не смог описать, как она выглядела. Не до того, чтобы разглядывать её, тогда было. Только и развел руками, сказав, что она была азиатка. Ребята полицейские оказались понятливыми и ничего ему предъявлять не стали.

Их «хищник» в целом пострадал не сильно. Он даже завелся без проблем.

Оглянувшись на место недавнего боестолкновения, Стас мысленно пообещал вымолить у той «ведьмы», с которой расстался несколько скандально, прощения да ещё зайти в церковь и поставить свечку.

– Веселое у нас патрулирование выдалось, – подходя к нему, заметил Роман. – Но знаешь, что самое приятное в этом? Ни у кого ничего серьезней царапин нет. Так что с почином тебя как командира.

– Да е… я такой почин и эту должность, – огрызнулся на последние слова друга Истомин. – Когда Тим вернется, я ему морду набью, – мрачно пообещал он и мысленно добавил: «Ты только вернись скорее, братишка, а то я этот дурдом ещё раз могу и не пережить».

Грустно как-то становилось от мысли, сколько ему всего придётся писать в рапорте после возращения на базу.

«Лучше бы меня подстрелили. Может быть, вместе с Тимкой повалялся бы в госпитале», – подумал он, оглянувшись на урчащую на низких оборотах машину.

– У меня к тебе будет небольшая просьба, – неожиданно сменив тему разговора, попросил наместник Вадима. – Ты же в хороших отношениях с графиней Малышевой? Вы, по-моему, даже встречаетесь?

Полковник даже немного растерялся. Раньше великий князь никогда не лез в личные отношения своих подчинённых. Чего так вдруг?

– Ну… мы в хороших отношениях, – осторожно ответил Аланов.

– Не мог бы ты попросить у неё об одном одолжении? – продолжил потомок династии Романовых. – Тут ко мне человек приехал из столицы, очень ему хочется на нашу Академию взглянуть. Говорит, что о ней даже в столице известно.

– Вы могли бы и сами попросить Ирину, – назвав графиню по имени, Вадим неожиданно даже для себя сбился и покраснел.

– Попросить-то я могу, но боюсь быть посланным пешим маршрутом… с пожеланиями засунуть столичного гостя себе в одно место, – вздохнул наместник. – Она у нас особа экстравагантная.

– Бросьте, она так никогда не поступит, – возразил Вадим, хотя был уверен, что она именно так и поступит. Ирина терпеть не могла, когда посторонние пытались вмешиваться в дела её Академии. И ей было совершенно наплевать на титулы и должности.

– Поспорим? – насмешливо глянул на него Сергей Михайлович Романов. Он тоже прекрасно знал характер графини и относился к нему с юмором. – Если проспоришь…

– Я понял, понял, – поспешил остановить его Вадим. – Так за кого я должен просить?

– Ага! Испугался, – на лице наместника появилась победная усмешка.

– Просто это заведомо проигрышный спор, – вынужден был признаться Аланов.

– Ну, вот и отлично. Значит, договорились!

Глава 2

– Привет, сестра!

Ирина, как обычно, находилась в своем кабинете с выключенным светом.

– Я понимаю, что тебе и так удобно, но ты о других подумай.

– А, это ты! – отрываясь от разбросанных по столу бумаг, произнесла Ирина. – Уже вернулся? А где Ри?

– Хотел тебя спросить, что за японец такой, что ты прислала к нам? – присаживаясь в кресло напротив, поинтересовался Ким. – Он куда-то почти сразу увел сестру. Сказал, что на какое-то обследование.

– Ты об этом, – она серьезно глянула на брата. – Думаю, Ри сама все расскажет, когда вернется. Все обдумает, примет решение и расскажет.

Честно, он ничего не понял из этого, но несколько обеспокоился. «Что-то сестренка темнит». Он уже хотел проявить настойчивость, потребовать ответа, но…

– Рассказать-то я расскажу, – в открытую дверь кабинета проехала коляска Ри. Толстый ковер на полу, в комплекте с хорошо смазанными механизмами, – и они не услышали её загодя. – Но хочу предупредить, что решение я уже приняла и менять его не намерена.

– А можно узнать обо всем поподробнее? – решительно заявил Юра. – Такое чувство, что я здесь единственный что-то не понимаю. Не слишком ли у вас много тайн от меня появилось?

– Мне кажется, или он слишком быстро вжился в роль наглого брата? – задумчиво глянула на Рейчел Ирина.

– Поздравляю, подруга, – усмехнулась та. – Ты наконец увидела его истинную натуру. Он ещё тот деспот!

– Это кто тут деспот! – Ким даже обиделся. – Сестра, ты в зеркало давно смотрела?

– А ну, стоп, оба! – хлопнула по столу Ирина. – А то я покажу вам, кто здесь главный деспот. – Её улыбка была такой искренней и заразительной! Он словно увидел озорную девчонку, настолько эта улыбка её преобразила. – Рассказывай уж, о чем вы там договорились с моим безумным ученым.

– Сама же знаешь, ведь не зря ты его ко мне послала. – Ри глянула на брата. – В общем, у меня появился шанс снова встать на свои ноги…

– И оказаться прикованной к этому месту? – после рассказа сестры Ким выглядел немного задумчивым и отстранённым. – Ты уверена в этом? – глянул на другую сестру, которая уже стала пленницей этого замкнутого пространства.

– Если это с намеком на меня, – заметила самая старшая сестра, – то я себя страдалицей не чувствую.

– Ты не прав, Ким, – сказала и Рейчел. – Это намного лучше, чем то, как я живу, – и, помолчав, закончила: – По-твоему, я последние годы вела активный образ жизни?

Тут ему возразить было нечего. После несчастного случая передвижения сестры были крайне ограничены и сведены к минимуму.

– Хорошо, – вынужден был с ней согласиться Юра. – Если ты так решила, отговаривать не стану. С Тимом ты об этом не поговоришь? – неожиданно спросил он у неё.

Ри как-то разом напряглась и отвернулась, чтобы скрыть промелькнувшие на лице эмоции. Ей вспомнились те слова, что она услышала в госпитале на свой счет.

– А он здесь при чем? – услышали они от неё.

– Сестра, может, уже хватит дуться на него и делать вид, что он для тебя просто старый друг? Да и он к тебе неравнодушен, – решительно произнес Ким.

– Послушай, Юра, мальчик мой, а не лучше ли тебе отвалить и не вмешиваться в отношения между Ри и её парнем? Они уж в этом сами смогут разобраться, – выступила на стороне Рейчел Ирина.

– Так же, как и ты? – теперь досталось и другой сестре. – Айке тоже не нравится, что ты дуришь голову её брату. И где вы таких терпеливых находите? Или рядом с красивыми дурами парни тоже дуреют? – он был явно настроен решительно.

– Так… – женщины переглянулись.

– Похоже, младшенький вообще обозрел, – заметила графиня. – Думаешь, это бунт?

– Согласна, самый настоящий бунт, – кивнула на это Ри. – Отбился от рук… А кто такая Айка, – полюбопытствовала она, – о которой он только что упомянул?

– Местная принцесса и самая популярная девочка, – пояснила ректор. – Живет в том же месте, что и он.

– Они что… уже? – предположила теперь уже, наверное, средняя сестра.

– Так, стоп, – он поспешил их остановить. – Предлагаю компромисс. – Он понял, что против обеих ему не совладать.

Сестры обменялись перекрестным, внимательным взглядом.

– Мы вас внимательно слушаем, молодой человек, – поощрительно глянула на него старшая сестра. – Продолжай.

– Я больше не касаюсь темы ваших отношений, а вы держите носики подальше от моих.

И снова они переглянулись.

– Меня устраивает, – кивнула на это Рейчел.

– Я тоже, пожалуй, согласна, но есть один момент, – ласково так глянула на Кима Ирина. – Кое-кто назвал нас дурами.

Намек более чем прозрачный.

– Да понял я, понял, – покладисто согласился он. – Был не прав, каюсь, грешен. Обещаю исправиться! Только ногами сильно не пинайте, а то я буду плакать. И вообще, это было не оскорбление.

– Вот как на такого злиться? – тяжело вздохнув, Ирина оглянулась на Ри.

– Ты привыкнешь, – заверила ее Рейчел. – Юра порой бывает слишком прямолинейным. Особенно если беспокоится о ком-то, близком ему.

– Так он беспокоится о нас! – на лицо Ирины вернулась озорная улыбка, меняющая её облик. И в глазах появился подозрительный блеск.

– А что в этом такого? – смущенно буркнул он, отворачиваясь. – Конечно, я беспокоюсь о вас. Это прямая обязанность брата – беспокоиться о сестрах.

– Даже приятно, – призналась Ирина. – Пожалуй, я даже не против.

В этот момент за дверью послышался шум. Она приоткрылась, и в образовавшуюся щель протиснулась сначала одна детская головка, а выше другая. Неразлучные близнецы – Артур и Лариса.

– Тетя Лиза сказала, чтобы все шли обедать, – произнесла верхняя голова голосом мальчика.

– И ещё она сказала, – добавила нижняя голосом девочки, – чтобы шли немедленно!

Упомянутая тетя Лиза была домработницей Ирины и, по совместительству, ещё и поваром.

– Хорошо! – ответила за всех Ирина. – Скажите ей, что мы сейчас придем.

– Она сказала, – добавил Артур, – что, если не придёте сию минуту, она возьмет скалку и сама за вами придет.

– Надо идти, – вздохнула старшая сестра. – А то она действительно придет. Скажите Ванессе, чтобы и она к нам присоединялась.

– Уже сказали, – проинформировала Лариса.

– Тетя Лиза и её просила позвать, – добавил её брат.

Головы исчезли.

– Так значит, в этой локации тоже есть свой страшный босс, – пробормотал Ким, проигнорировав удивленные взгляды сестер и берясь за ручки кресла Рейчел.

– О чем это ты? – все же не удержалась от вопроса Ирина.

– Просто я недавно узнал самую главную тайну этих мест, – усмехнулся он. – Самые страшные существа здесь – это так называемые горничные. Ребята того грузина и он сам по сравнению с ними просто ангелы. Ну, мы как – идем?

Он только что вернулся от наместника. Не успел даже порога управления переступить, а Рейн уже тут как тут. И судя по возбуждению, в котором тот пребывал, снова успел уже что-то нарыть. Буквально силой затащил его в свой кабинет, усадил на свое место возле включенного компьютера.

– Смотри, – Рейн снова включил воспроизведение записи, изъятой с камеры видеорегистратора армейского патрульного бронеавтомобиля. Как раз тот самый момент появления желтого волка в нескольких метрах от морпеха и его последующего нападения. – Ничего такого не заметил?

– Кроме того, что эта зверюга может либо смещаться, либо телепортироваться? – уточнил полковник. – Давай, не тяни резину, что ты там ещё нашел такого? – даже разозлился он на следователя. – Что у тебя за привычка, все загадками и загадками.

– Смотри, – запись остановилась на моменте убийства волка. – Не туда смотришь! Видишь дом за их спинами? – указал на экране. – Второй этаж.

– И что я там должен увидеть? – не понял его Вадим. Как ни вглядывался, ничего особого не увидел.

– А теперь, – на стол перед полковником легли две увеличенные фотографии того дома, – ещё раз глянь, – предложил ему Рейн.

Князь Аланов так и поступил. Внимательно изучил обе фотографии и нахмурился. На обоих увеличенных снимках можно было ясно разглядеть какой-то человеческий силуэт в окне. Нечеткий и без детальных подробностей, но определенно это был человек, или кто-то похожий.

– И что? – глянул на него Вадим. – Хочешь сказать, что в момент нападения в том доме кто-то был? Это ни о чем не говорит.

– Согласен. – Рейн, выложил перед ним ещё одно фото. – А что скажешь про это?.. Это кадр с регистратора за несколько секунд до нападения.

И снова Вадим внимательно его изучил. Взял предыдущие фото с того же регистратора и сравнил между собой. Сомнений нет, один и тот же дом и одно и то же окно. Вот только на последнем фото нет человеческого силуэта, а четко проступает силуэт какого-то животного.

– Думаешь, это одна и та же тварь? – кивнул он на застывшую на мониторе компьютера картинку. – Разница между этими кадрами записи не больше нескольких десятков секунд.

– Если быть точным, пятнадцать секунд, – уточнил Рейн.

– Кто-то натравил эту тварь на морпехов. Хреновая ситуация получается, – задумчиво произнес Вадим. – И то, что приходит мне на ум, мне очень не нравится. Мало того что ранее не известное создание туманно, так ещё либо дрессированное, либо… – заканчивать он не стал, снял трубку телефона внутренней связи, набрал короткий трехзначный номер, чуть подождал. – Дежурный, спецгруппу на выезд. Немедленно!

Уже через полчаса возле подозрительного дома остановились три армейских бронеавтомобиля. Из двух сразу же повыскакивали бойцы спецподразделения в тяжелой броне.

Капитан Малышкин, по прозвищу Малыш, первым вошел в то здание. А уже следом – его бойцы. Двое сразу же устремились к лестнице, ведущей в подвальное помещение. Ещё двое замерли у лестницы наверх. Все вели себя так, словно находились на территории противника. Прежде чем сделать хоть один шаг, внимательно изучали каждый метр перед собой, словно в поисках оставленных ловушек. И снова капитан первым двинулся на ступени. Следом потянулись ещё бойцы, те, кто не был задействован в осмотре первого этажа.

На втором этаже остановились. Один остался контролировать лестницу и коридор. Двое осторожно ушли в дальний конец, проверяя каждую комнату на наличие посторонних. Ещё двое следовали за капитаном к двери той комнаты, из которой, предположительно, и произошло нападение туманного желтого волка на группу морских пехотинцев, бывших в патруле в этом районе несколькими часами ранее.

Вот она нужная дверь. Один из бойцов осторожно открыл её, а Малыш проскользнул в полутемный коридор, в который скупо пробивался свет из прилегающих к нему комнат.

Быстрый осмотр показал отсутствие кого-либо. Пуста была и та комната, в которой были замечены оба силуэта.

Но это было ожидаемо. Вряд ли бы их до сих пор стали бы дожидаться здесь.

– Командир, – тронул его плечо следующий за ним боец. – Возле окна… смотри!

Малыш и сам уже увидел.

Само окно уже было разбито довольно давно. С улицы успело нанести пыли и всевозможной грязи. И на её фоне хорошо можно была разглядеть оставленные следы, которых было немало.

Малыш осторожно приблизился, но так, чтобы ненароком не затоптать хоть один след. Следы отпечатков лап зверя и… следы, оставленные человеком. Вот только кое-что смущало. Судя по отпечатку, оставивший эти следы был босым и имел размер ступней не меньше пятидесятого размера. Но было ещё кое-что, на что опытный спецназовец обратил свое внимание. Это то, что во всех следах четко присутствовало только по четыре пальца.

– Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, – пробормотал капитан, присаживаясь на корточки. Поднял взгляд от следа и осмотрелся по сторонам.

Замер. Его взгляд выделил посторонний предмет, застрявший между кладкой кирпича, с которой обрушился верхний слой шкатулки.

– Командир, – окликнул его боец. – Здание обследовано полностью. В подвале и на этажах посторонние не обнаружены.

– Хорошо, – оглянулся Малыш. – Ведите сюда экспертов.

После его слов из последней, третьей машины появились майор Рейн и ещё несколько человек. Под охраной спецназовцев они поднялись на этаж к капитану.

– Что-то нашел? – спросил Малыша Рейн.

– Можно и так сказать. Смотри.

Теперь они уже вместе разглядывали оставленные на полу следы.

– И туда тоже глянь, – капитан указал на стену.

– Это ещё что такое? – специальными щипцами майор осторожно вытащил из стены самый настоящий наконечник стрелы. – Очень интересно. – Он внимательно разглядывал наконечник в районе сломанного древка и снова глянул на стену. – Могу предположить, судя по следам вокруг, кто бы это ни был, он сильно нервничал и тыкал этой фигней в стену, пока наконечник не застрял и древко не обломилось рядом с основанием.

Потом майор внимательно осмотрел пол, но ничего похожего на древко не обнаружил. Оглянулся.

– Снимите здесь всё. Не упустите ни одной мельчайшей детали, – распорядился Рейн, отходя назад. И чуть слышно произнес, снова внимательно окинув взглядом комнату: – Это не совсем то, что я ожидал найти.

Чтобы не мешать остальным, он отошел к самой двери и вытащил телефон. Но глянув на шкалу, спрятал его снова.

Связи ожидаемо не было.

– Малыш, – позвал он спецназовца. – Пусть твои мальчики ещё раз внимательно здесь все осмотрят. Мне надо знать, куда ушел этот большеногий любитель ходить босым.

– Есть!

И майор покинул комнату.

«Да, Вадимка, ещё одной загадкой я тебе настроение подпорчу», – подумал он, снова разглядывая чуть деформированный наконечник из мягкого металла. Судя по его форме, извлечь такое жало из живой плоти будет ещё тот геморрой.

– Вот они, герои! – вопреки обычной практике, командир части встретил вернувшийся патруль прямо у ворот. И его первые же слова заставили Стаса сильно напрячься. Комбат не спеша обошел машину, внимательно разглядывая все её повреждения. А затем так же внимательно оглядел выстроившихся у «хищника» вернувшихся патрульных. Особенно сильно заострил внимание на их внешних царапинах, в большом количестве имеющихся на лице у каждого.

– Красавцы! – он жестом остановил Истомина, уже собирающегося сделать краткий доклад. – Но хоть то, что все живыми вернулись, уже радует, – без иронии, совершенно серьезно произнес он.

И снова молча стал ходить вокруг, заостряя свое внимание на внешних повреждениях машины и амуниции бойцов. Так он больше минуты разглядывал разодранные когтями зверя нагрудные пластины на бронежилете Романа.

Наконец, придя к какому-то решению, обернулся к дежурному по части, что находился неподалёку, и распорядился:

– Машину загнать в ремонт. Весь состав патруля сначала в санчасть на обследование, затем в баню и накормить. Выполнять!

– Есть, – отдал честь дежурный.

– А ты за мной! – командир части мрачно глянул на Стаса.

И привел его в свой кабинет. Истомин подсознательно ожидал разноса от командира и мысленно к этому уже готовился.

– Почему сегодня я о твоей группе только и слышу ото всех? – глянул командир части на исполняющего обязанности командира бойца.

– Виноват, – ляпнул Стас, за что удостоился гневного взгляда.

– Балабол, попугая выключи, – как показалось, с усталой интонацией произнес командир и полез куда-то в ящик стола. – Вот, держи.

На стол легли сержантские металлические лычки.

– Давно уже было принято решение о присвоении тебе очередного воинского звания. Заслужил. Планировал вручить их тебе чуть позже, но… Молодец! – неожиданно скупо улыбнулся командир. – Хорошо справился!.. Из полиции звонили, хвалили. Из службы безопасности – просили отметить твои умелые и профессиональные действия.

– Служу отечеству! – рявкнул Стас.

– На плацу орать будешь, – поморщился командир. – Так что сейчас сдаешь амуницию, оружие, догоняешь своих. После всех процедур – отдыхать. Завтра от всех вас подробный отчет о произошедшем. Все, иди отсюда, – командир махнул ему на дверь.

СИБ сделала официальное заявление в четыре часа вечера по местному времени. Было заявлено, что силами управления Службы имперской безопасности была проведена широкомасштабная операция по обезвреживанию преступной сети, занимающейся торговлей запрещенными наркотическими веществами и перепродажей на черном рынке артефактов из районов, непосредственно граничащих с туманной зоной. (К слову, подобное действительно имело место. И сотрудниками СИБ был обнаружен склад, где хранились упомянутые артефакты и «пыльца черного одуванчика».) Более того, была пресечена живая торговля похищенными детьми со способностями. (И эти события имели место. По одному из адресов, куда нагрянули спецназовцы из группы захвата, были обнаружены трое детей, в возрасте: пять, семь и десять лет. Два мальчика и девочка.)

Преступная организация имеет непосредственное отношение к международно признанной террористической организации «Фаворит», известной своими радикальными взглядами и жестокими акциями. Этими преступниками был совершен захват и последующее устранение уважаемого торгового представителя Японской империи.

Ну и далее в том же ключе.

(Но при этом не было ни слова сказано чего-либо негативного по поводу самой Японии. Не было упомянуто о ликвидации всей её разведывательной сети в данном регионе и о начавшихся облавах во Владивостоке, на Сахалине и на всей территории между ними. Это уже дело политики и взаимоотношений двух государств.

Последует ли на это адекватный ответ?

Как говорится, ждём-с…)

До сегодняшнего дня им не доводилось видеть дядю настолько раздраженным и злым. Джи инстинктивно старалась спрятаться за старшим братом и по возможности не отсвечивать.

– Не расскажешь ли мне, девочка, что тебя понесло туда, одну и без охраны? – спокойно и даже ласково спросил её дядя. Но от её ласкового взгляда и доброты ей становилось совсем не по себе, и на глаза наворачивались слезы. И совершенно ничего не приходило в качестве оправдания на ум.

Линг, видя такое состояние племянницы, вздохнул. Глянул на её брата и тихо сказал:

– Ладно, уводи её. Наказание ей сам придумаешь, а то мне, кроме ремня, ничего в голову не идет, – досадливо пожаловался он.

Джен молча взял сестру за руку и вывел её из комнаты дяди.

Линг снова вздохнул и глянул на присутствующего здесь ещё одного человека.

– Спасибо, что вернул её мне, – поблагодарил он. – Но все же хотелось бы услышать тебя.

Присутствующий здесь мужчина был королю преступного китайского синдиката хорошо известен. Помощник и заместитель – Юмико. Сдержанный, молчаливый брюнет, всегда с грустным, хмурым лицом. За что и получил свое прозвище Туча.

– Ну, спасибо мне говорить не за что. Мои ребята её случайно встретили. По сути, они просто услышали интенсивную стрельбу и пытались понять, что там происходит и кто с кем воюет. Тогда Джи на них и выбежала. Они же связались со мной, а я уж с твоими людьми. Так что если кому и говорить спасибо, то тем морпехам, что защитили её, – заметил Туча. – От себя могу добавить, что те люди к нашим отношения не имеют. Нам повезло одного из них перехватить, когда тот удирал после взбучки, полученной от патруля. В общем, пришлые они, не из Артура.

– Отдай его мне, – мягко попросил его китаец.

– Конечно, – легко согласился Туча. – Но, если не возражаешь, при «разговоре» с ним поприсутствует и мой человек.

– Не имею ничего против этого… Спасибо!

История одного глюка

Его называли мажором, или золотым мальчиком. За его спиною всегда было много шепота и злобных прозвищ: выскочка и адмиральский сыночек. Ну да, все это было. Его папа – морской офицер, дослужившийся до адмирала, которого в пятьдесят лет назначили градо-начальником стольного града Санкт-Петербург. У него все было в детстве. Все, что ни пожелает. Сначала дорогие игрушки, потом роскошные машины и красивые девушки.

А потом случилась та история. Он насмерть сбил трех человек. Все произошло на людной улице, в самый разгар дня.

Нет, его не посадили. Сколько заплатил папа за то, чтобы дело замяли, а родственники погибших отказались от своих претензий, он, конечно, не знал. Но после всего этого, оставшись наедине с отцом, он получил хлесткий удар хлыстом, оставивший след через все красивое личико. А после старый адмирал располосовал позднему своему единственному сыну всю спину.

– Больше ты от меня ничего не получишь. Будешь жить с этим следом до конца дней своих и замаливать свои грехи, – так сказал он чуть живому сыну.

На улицу его не выкинули, но всех своих «игрушек» он лишился раз и навсегда.

Четыре года на юридическом, а потом должность рядового сотрудника в СИБ. Сразу же после университета отец купил ему небольшую квартиру и выселил туда. Дальше ему пришлось учиться жить по средствам.

В отделе молодого следователя презирали и подсовывали самые «глухие» дела. За что он поначалу всегда получал выговоры.

Но однажды, когда ему шел двадцать пятый год, ему удалось распутать одно из таких дел. Не просто распутать, а раскрутить всю сеть подпольных наркопритонов. Об этом случае даже была статья в «Столичном вестнике». Тогда он в первый раз за последний год снова встретил отца – на награждении.

Что-нибудь изменилось после этого?

Нет. Только в спину ему стали шипеть: повезло щенку!

А потом новое дело.

И снова он отличился, предотвратив покушение на самого императора. Даже грудью защитил его от выстрела.

В больнице к нему снова пришел отец. Долго сидел возле кровати сына и молчал. А после встал и, уже на пороге, не оборачиваясь, сказал:

– Вот таким сыном можно было бы гордиться.

И ушел. Но с тех пор их отношения стали меняться.

А в отделе все осталось по-прежнему. Хотя некоторое уважение от коллег он все же заслужил. Хотя Жориком-мажориком быть не перестал.

Георгий, или просто Жорик – его имя.

В парне начал просыпаться талант следователя. Вот только это многим не понравилось. И когда пришла разнарядка на следователя в далекий Артур, город на краю света, выбор пал на него.

Если честно, он даже был рад этому назначению. Это был шанс начать все сначала, и он ухватился за него. Попрощавшись с отцом, с которым отношения более или менее выровнялись, двадцатисемилетний следователь отправился в далекий Артур – город на краю тумана.

Но до Артура он так и не добрался.

Военный борт, на котором он летел, вынужден был сесть во Владивостоке. Тоже уникальный по-своему город. Находящийся на самой границе территорий, граничивших с туманной зоной.

В местном управлении ему пояснили, что с наступлением «дневной дымки» воздушное сообщение с Артуром временно прекращено. И что он может либо дожидаться, пока дымка не рассеется, либо воспользоваться наземным транспортом, то бишь специальным бронированным поездом, который курсирует между городами.

К своему стыду, он совершенно ничего не знал о туманных зонах и о том, что с ними связано. Для него туманная зона была чем-то далёким и мистическим. Популярные фильмы про отважных исследователей этого загадочного явления были единственным источником информации для него.

Пока он думал, как ему быть, из Артура пришла срочная информация, и Владивосток залихорадило. Силами сотрудников СИБ начались массовые аресты и облавы. Даже Жору подключили к этому делу, так как следователей стало катастрофически не хватать. И его отъезд задержался ещё на неделю.

У сестры он задержался аж до семи часов вечера. К тому времени уже была озвучена официальная информация от управления СИБ и уже последовала первая реакция на это известие. Пока ещё вполне сдержанная и благосклонная. В новостях были показаны освобождённые дети, которых сотрудники СИБ, молчаливые парни в масках, бережно выносили на руках и передавали подоспевшим медикам. Довольно эффектные получились кадры. Потом был показан захваченный склад запрещённого товара. Привели несколько комментариев экспертов, оценивших масштаб проведенной операции.

А вот и место, ставшее его домом. Он переступил порог и замер, неожиданно попав в непроходимые джунгли.

«Опять Ведьма развлекается», – с досадой подумал он. Даже зная, что это всего-навсего иллюзия, сделать первый шаг сквозь неё нелегко. Это ещё хорошо, что у Кима отличная зрительная память. Он в мелких подробностях помнил внутреннее убранство коридора, где что лежит и стоит.

Шаг… Побег бамбука проходит сквозь его тело.

Шаг… Ствол дерева на пути.

Шаг… Теперь дерево позади, а под ногами самая что ни на есть настоящая кобра, изготовившаяся к прыжку.

Шаг… Кобра все же прыгает – и исчезает где-то за его спиной. Надо иметь железные нервы, чтобы не дернуться и не отступить. Уверен, вредная Ведьма этого только и ждет.

Шаг… Под ногами поваленное дерево.

Шаг… Иллюзия закончилась. В нескольких шагах от него виновница всего этого бардака. Выражение лица такое разочарованное.

– С тобой не интересно, – заявила она ему. – Мог бы хоть испугаться, когда моя змейка прыгнула.

– В следующий раз я тебя точно больно выпорю, – предостерег Ким, проходя мимо. – Глеба и Антонины Павловны, я полагаю, сейчас нет?

В их присутствии она на такую шалость вряд ли бы решилась.

– Она была, но ушла, – просветила его Юля. Его предупреждение она, конечно, спокойно проигнорировала. – Осталась только та обезьяна! – Так она называла Артема, парня, выполняющего обязанности охранника в этом доме. Что его, что Глеба Ведьма терпеть не могла. Но если со вторым все было понятно, он хоть и непреднамеренно, но постоянно разрушал её созданные иллюзии, то первый с ней вообще не общался и был крайне немногословен и почти незаметен.

– Ясно, – просто кивнул Юра. Что толку было ей выговаривать, все равно поступит по-своему. Не может она без иллюзий жить.

Поднявшись на свой этаж, он внезапно столкнулся с Вики. Она несла две большие коробки в комнату у самой лестницы.

– О, привет! – завидев Юру, поприветствовала она. Занеся свою ношу в открытую дверь комнаты, поставила коробки к куче уже находящихся там.

– Это что? Откуда? – удивился Ким.

– Как откуда? – озадаченно глянула на него девушка. – Из твоей же комнаты. Айка сказала, что ты хочешь устроить комнату для Юли, – имелась в виду не та, что осталась внизу, а мелкая её тезка. – Павловна разрешила и сказала, куда мы пока можем все перенести. Вот мы и таскаем.

– А… Могли бы меня дождаться, – заметил Ким, не зная, как ему реагировать: то ли благодарить… а злиться вроде бы было не за что.

Он скорее несколько растерялся. Конечно, он хотел освободить то место, но не думал, что Айка организует все так оперативно.

В своей комнате он застал всех остальных обитателей этой общаги, и даже Артема, которого тоже подпрягли таскать вещи. Глеб, оказывается, тоже был здесь и тоже был вовлечен в этот процесс. И, как оказалась, те две коробки были последними из той кучи вещей, что когда-то тут лежала.

– Ребята! – он обвел взглядом пустую комнату, которая ещё требовала уборки и обновления, и оглянулся на остальных. – У меня даже слов нет! Не знаю, право, как вас и благодарить. Спасибо!

– Хвали! Хвали меня! – показала ему свои клыки вампирша. Кстати, она одна выглядела опрятной и чистой. И как ей это только удалось?

– Вообще-то, ты не помогала, – оглянувшись на неё, заметила Олеся.

Теперь было понятно, почему она одна из всех чистая. Даже мелкая и та была с ног до головы в пыли и в паутине.

«М-да, с соседями мне определенно повезло», – подумал Юра с благодарностью, снова заглядывая в уже пустую комнату. Здесь ещё предстояло сделать хорошую уборку. Только после этого можно было планировать что-нибудь ещё. Но с этим он и сам справится… завтра.

Очень скоро девушки разошлись по своим комнатам – приводить себя в порядок. Конечно, с собой увели и Юлю, которая была самая грязная из всех.

И как только она умудрилась собрать на себе столько грязи?

– Артем, Глеб, ребята, спасибо! – ещё раз поблагодарил он оставшихся парней. Обладатель способности к смещению просто кивнул и ушел вслед за девушками. А внук адмирала перед уходом сказал:

– Нужно будет в чем-то помочь, просто зови.

Оставшись один, Ким снова огляделся.

– Основная уборка завтра, а сегодня бы не мешало убрать коридор и эту часть комнаты, – решил он, глядя на ту грязь, что осела на полу после вещей, что перетащили из той комнаты. Если это не сделать сейчас, очень скоро он растащит все это по всей своей комнате и по обоим этажам.

– Так… с чего начать?..

А начать требовалось с тряпки, веника и ведра…

После незапланированной уборки уже ему пришлось принимать душ, менять запачканную одежду. А когда вернулся в комнату, застал там Викторию. Девушка буквально благоухала свежестью.

– Смотрю, ты здесь уже убрался, – заметила она.

– Вик, ещё раз спасибо тебе за помощь!

– Я не буду против, если ты со мной рассчитаешься, – заявила она, широко улыбаясь. И вот тут им овладели нехорошие подозрения.

– Вики, ни о каком клубе кендо и речи быть не может. Условия тебе известны, – напомнил он, чтобы сразу расставить все точки над ё.

– А, я не об этом, – легко отмахнулась она. – Мне нужна твоя помощь в другом деле.

– Я слушаю, – чуть успокоился он.

– Ты ведь неплохо знаешь город и ориентируешься в районах окраины? – неожиданно спросила она.

– Ну, предположим, – окраину он действительно знал неплохо.

– Отлично! Вот, – она выложила перед ним газету, на центральной фотографии которой стоял какой-то военный.

– И кто это? – Ким удивленно глянул сначала на фото, потом на девушку.

– Ты не туда смотришь, – она ткнула пальцем в фото. – Смотри, что на заднем плане.

На заднем плане была витрина магазина, на которой были выставлены всякие старые вещи. Среди них он даже разглядел японскую катану.

– Мне надо в этот магазин, – заявила Вика.

– Извини, но я не знаю, что это за магазин такой, – признался он.

– Зато я знаю. Я узнала адрес. Вот, – перед ним лег клочок бумаги с адресом. – Мне надо, чтобы ты меня туда отвел.

– Да зачем тебе туда? – он был удивлен и сбит с толку. – Судя по адресу, это место находится в китайском квартале.

– Мне очень надо. Просто отведи меня туда, – взмолилась Вика. – В эти выходные мы могли бы туда сходить.

– Хорошо, – в тот момент он и сам не понимал, на что соглашается. – Но проблема в том, что выход с территории Академии, в связи с «дневной дымкой», ограничен. – Он слышал это от сестры. Да и в учебном корпусе на доске объявлений что-то такое видел.

– Об этом не переживай, у меня есть разрешение, – отмахнулась девушка. – К тому же мы быстро, никто и не узнает.

Вот тут бы ему и стоило насторожиться…

– Давно не виделись, старик, – во сне поприветствовал своего ночного глюка Ким.

Комната, где они встретились снова, в который раз изменилась. Теперь в ней появился стол, заправленный белоснежной скатертью.

– А, привет, малыш! Смотрю, все развлекаешься. Согласен, красивые девочки тебя окружают. Как тут гормонам не взыграть.

И с чего он только это взял?

– А у тебя, как погляжу, хорошее настроение, – заметил Юра, присаживаясь на свободное место.

– Конечно. Сегодня избавился от одной своей проблемы, сразу в двух лицах. А, не бери в голову, – махнул он рукой, видя недоумение на лице Кима. – Не кажется ли тебе, что ты слишком уж сильно расслабился, забыв о кое-чем? Почувствовал себя эдаким эльфа-самцом?

– В смысле? – Юра искренне не понял, к чему тот ведет свой разговор. Но сравнение с каким-то самцом ему не понравилось.

– В самом прямом. Хотя не скрою, эта серебровласая довольно интересная девушка. Вспомни о недавнем покушении на тебя и рассказ твоего крестного о том, как погибла твоя мать. Или думаешь, пока ты прохлаждаешься здесь, пусть другие решают проблемы твоей семьи? Вот мне почему-то кажется, именно этим сейчас и занимается братик твоей девушки. – Упоминание Айки в контексте его девушки бросило Кима в краску. Соврет, если скажет, что никогда не думал о ней так, но пока что его вполне устраивало то, как между ними все развивалось.

– Если бы мне ещё они объяснили, что за опасность, – переключаясь на другое, проворчал Ким. – Развели тайны королевского двора… А дядя сам отказался нам обо всем говорить. Поэтому что ты от меня хочешь?

– У тебя достаточно информации, чтобы самому сделать выводы, – возразил на это старик. – Думаешь, все сегодняшние события, произошедшие в городе, случились просто так? Их спровоцировали твой крестный, кавалер твоей старшей сестры и невеста дяди. И в основе их действий лежит защита вас с сестрой. И немножечко мести.

– Хочешь сказать, что все эти аресты?.. – догадался Ким. – Почему ты так решил – что все это из-за нас?

– Именно. Смотрю, ты поменял кошечку на котика, – вдруг резко сменил тему разговора старик. – Какой воспитанный кошак.

Ким резко оглянулся.

Черныш, а это был он, скромно сидел в углу комнаты, не отрывая своего немигающего взгляда от них. Но, в отличие от Ласки в прошлый раз, никак себя не проявлял.

– Все спросить хотел, кто ты вообще такой? – неожиданно спросил его Ким. – И как ты вообще пришел к тем выводам?

– А чем тебя глюк не устраивает? – усмехнулся старик. – Меня уже давно в узких кругах зовут Дедом, так что если «глюк» не нравится, можешь и ты меня так звать.

– Так и буду звать, – пообещал Ким, – но все же не меняй темы.

– Мальчик мой, ты уж прости меня, старика, но для меня все очевидно. Ладно, не хмурься, – улыбнулся ему Дед. – Просто у меня обостренный случай паранойи, вызванный моей нервной работой. Какой – лучше не спрашивай, – сразу предостерег он.

– Я уже начал сомневаться в том, что ты всего лишь персонаж сна, – признался Ким. – Так кто ты и откуда… Дед? Ты словно персонаж другой реальности.

– Браво! – тот ему даже поаплодировал. – Если я скажу, вряд ли ты поверишь, – усмехнулся он, отворачиваясь к телевизору, на котором, кстати, демонстрировались кадры с каким-то мегаполисом. Присмотревшись к ним, Ким вспомнил, что уже видел это место в своем сне. Город с высокими небоскребами и толпами людей на улицах.

– Как тебе? – заметил его интерес Дед. – Нравится городок?

– Что это за место? – оглянулся на него Юра.

– Пекин.

Пекин… Город, поглощенный туманом. Он изучал его на уроках истории.

– Это что, альтернативная реальность несостоявшегося будущего? – пристально вглядываясь в очертания несуществующего города, спросил Ким.

– Думаешь? На мой взгляд, забавный город, – произнес Дед с некоторой задумчивостью. – Один минус – очень много смога. Порой дышать нечем.

– Постой, – насторожился Юра. – Хочешь сказать, это реальный город и мир, где тумана не существует? И ты оттуда… – А ведь про другой мир он ляпнул без умысла.

– Заметь, это ты сказал, – усмехнулся Дед, не спеша подтверждать или отрицать это. – Мироздание – тонкая штука, и порой хрен поймешь, где правда, а где вымысел.

– Ты как-то сказал при наших первых встречах, что нам повезло, что у нас случился туман, – пристально глянул на старика парень. – Но если такой мир существует, – он кивнул на экран телевизора, на котором огромный авиалайнер совершал посадку в аэропорту, – в чем же нам повезло?

– Скажи, как много войн между людьми было с момента появления тумана? – Помнится, они уже говорили на эту тему.

– Были конфликты, – задумался над вопросом Ким. – Скорее, некрупные пограничные столкновения.

– А хочешь узнать, что стало бы с миром, не случись тумана? – неожиданно предложил ему Дед.

– Очередное пророчество? – скептически глянул на него парень, но любопытство все же проявил: – И какой же нас ждал бы мир?

– Ну, начнем сначала. 1905 год. Не задумывался, что именно делала японская морская эскадра вблизи военно-морской базы? И как именно погиб «Варяг»?

– Крейсер «Варяг», насколько мне известно, погиб в бою с порождениями тумана. Тогда погибли многие… Город Чемульпо вообще был уничтожен полностью, – произнес Ким, неплохо знавший историю.

– «Варяг» и «Кореец» вступили в неравный бой со всей японской эскадрой адмирала Урио. И это случи-лось ещё до появления тумана. Они стали первыми жертвами несостоявшейся русско-японской войны. Как все удачно сложилось… Нет города, и нет свидетелей тех событий.

Ким нахмурился. Он и сам относился к тем скептикам, кто не верил в случайное появление японской эскадры у русских берегов. Но Дед сказал это так уверенно, словно о свершившемся факте.

– Ну, допустим, – осторожно произнес парень. Решил не отрицать и не признавать этого факта. Сначала выслушать, что тот ему скажет.

– 1914 год, – продолжил Дед, не став далее развивать тему русско-японских отношений. – Первая мировая война, в которую были вовлечены: с одной стороны Англия, Франция и Россия; и с другой – Германия, Австро-Венгрия… Турция, Италия, если мне не изменяет моя старческая память… Для России эта война закончилась революцией, сменой власти и гражданской вой-ной, – и снова он не стал развивать эту тему, а сразу же назвал следующую дату: – 1941 год. Великая Отечественная война против объединённой Европы под предводительством Германии. По самым скромным подсчетам, более двадцати миллионов погибших только русских, – впервые были озвучены цифры потерь, повергшие Кима в шок. – Потом были Корейская война, Вьетнамская, Афганская… Список можно продолжать и продолжать. Но главное, за всеми этими войнами с начала века стояли англосаксы. Ты помнишь, что я тогда про них сказал?

– Что мир избавился от самой страшной мировой опухоли, – сказано было немного иначе, но не важно. – И я должен в это поверить?

– Да нет, – отрицательно мотнул головой Дед. – Для тебя это действительно вымысел. Не случившаяся история и бредни выжившего из ума старика.

– Послушай, – начал было парень и пропал, как всегда, неожиданно и на полуслове.

Только черный кот так и остался сидеть в стороне, не сводя с него взгляда.

Оставшись один, Дед откинулся на кресло, задумался о своем. Сказав, что он избавился от своей главной проблемы, он несколько погрешил против истины. Его проблемы из-за самоуправства только начинаются. Но по-другому он поступить и не мог.

А проблемы…

Когда их у него не было? Зато парней сейчас не достать никому.

– Привет! – Вадим подошел и обнял Ирину со спины. На мгновение она замерла, наслаждаясь ощущением его губ на своей шее.

– Ты почему здесь? – строго произнесла она, оборачиваясь. – Разве тебе не стоит сейчас быть у себя в управлении, разгребая тот хаос, что сам и заварил?

– Ты как будто и не рада меня видеть, – заметил он на это. – А я вот соскучился. К тому же хаос был вчера, а сегодня – плановая работа.

– Мозги мне не пудри. Что там твое управление в городе учудило? И как это связано… – огляделась по сторонам: не слышит ли их кто. – Связано с моей семьей? И если ты вздумаешь все отрицать, можешь ко мне больше не подходить. Я аннулирую твой доступ на территорию Академии. Или ты думал, что я не узнаю, что во вчерашних событиях в самом эпицентре оказались мой дурной дядя и его не менее безумная невеста? Эти двое буквально стоят друг друга.

– Тс-с, – Вадим снова обнял ее, прижимая к себе. – Какая страшная, разгневанная кошечка… Спрячь свои коготки, милая. Знаешь, твоя осведомлённость меня порой поражает.

– Не называй меня так, – но Ирина позволила себя обнимать и не пыталась вырваться из его объятий. – Если кто узнает, что ты, используя свое положение, решаешь проблемы моей семьи, простым порицанием это не закончится.

Все же приятно, когда о тебе беспокоится та, которая тебе не безразлична.

– Я люблю тебя и не позволю кому-либо причинить вред тебе и твоей семье, но сейчас ты ошибаешься. Я решал проблемы этого города и этой страны. А то, что при этом удалось решить некую частную проблему, можно назвать побочным результатом. Этаким приятным бонусом. – Вадим погладил её по спине. – Так что не стоит переживать об этом.

– Я все равно переживаю, – призналась Ирина, успокаиваясь. – А теперь даже ещё больше. Раньше, когда я думала, что осталась одна, было проще. Но теперь, после чудесного воскрешения младшего брата и дяди, я волнуюсь и за них.

– Ты никогда не была одна, – возразил ей Вадим. – А твои брат и дядя не такие уж безвинные овечки. Особенно Денис.

Она промолчала. Но уже от того, что она вот так доверчиво прижималась к нему, на душе было тепло.

– Видимо, мне все же придется признать невесту своего дяди как часть своей семьи, – услышал он её голос. – Пойдем, – она попыталась выбраться из его объятий, но он удержал её.

– Пусть ещё немного побудут наедине…

Повторное пробуждение Юмико было куда приятней во всех отношениях. Голова хоть и болела, но терпимо, и не было того ощущения полета в невесомости, что в прошлый раз. Да и рядом был не кто-нибудь, а совершенно живой и невредимый Дэн.

– Привет! – улыбнулась она ему. – Как ты?

– Вообще-то это должен был быть мой вопрос, – заметил он. – Но скажу: лучше, чем выглядишь ты.

– Паршивец, – на ее лице возникла гримаса, должная означать подобие улыбки. – Женщина в любой ситуации выглядит отлично.

– Кто спорит, – он положил свою ладонь поверх её и сказал с легким укором: – Я же просил тебя не делать глупостей?

– Накажешь меня, когда стану твоей женою, – благосклонно разрешила Юми.

– Обязательно так и поступлю, – пообещал он.

Теперь это уже было похоже на улыбку.

– Ты же не будешь со мной слишком жестоким? – щенячий взгляд у неё получился совсем изумительно.

– Глупая, – на его лице снова читалась укоризна. – Как я вообще могут быть к тебе жесток? Ну, может быть, шлёпну пару раз… для профилактики.

Смех, нормальный звонкий смех.

– Боюсь только, твоя племянница не особо меня жалует, – легкая грусть промелькнула в голосе Юмико.

– Глупости. Она разумная девочка и все понимает, – возразил Денис. – Очень хорошая и понятливая девочка. В этом она пошла в мать.

– Меня тут попросили за кое-кого. За двоих таких занимательных мальчика и девочку… брата и сестру. Попросили посодействовать их зачислению в Академию, – призналась она.

– И кто тебя попросил об этом? Хотя можешь не продолжать, и так знаю, что это был тот хитрый китаец, – догадался Дэн и вздохнул.

– Поможешь мне в этом? – и снова этот щенячий взгляд.

Но Денис не спешил давать своего согласия.

– Зачем ему это надо? – уточнил он.

– Хочет, чтобы у них был выбор, и чтобы они тупо не шли по его стопам, – ответила ему невеста. – Ты знаешь, не такой он хитрый и коварный, как о нем думают.

– Ладно, поговорю с Ириной, но многого не обещаю, – согласился Дэн.

– Спасибо!.. Ещё одну просьбу можно? – снова все тот же щенячий взгляд.

– Пользуешься своим положением больной? – заметил он. – Ладно, спрашивай.

– Ты у меня просто душка! – но буквально сразу она стала серьезной. – Мне нужна ручка и бумага.

На минуту Денис задумался.

– Все же спрошу… Зачем тебе это?

– Там, в здании представительства, я просмотрела память обоих – и того француза, и моего врага. Из-за этого я себя так плохо и чувствую, – призналась Юмико. Но выражение лица Дэна никак не изменилось, и она предположила, что он об этом уже знает. От кого, и так понятно. – Есть кое-что интересное, но пока я не в состоянии это осмыслить. И боюсь, очень скоро я забуду то, что видела в их памяти… – она вспомнила о предупреждении предыдущего посетителя. – Поэтому стоит все, что ещё помню, записать.

И снова Отшельник задумался.

– Может быть, диктофон подойдет? – предположил он. – Вряд ли тебе позволят заниматься здесь писательской деятельностью.

– А есть? – глянула Юмико на него.

Вместо ответа он выложил перед ней супернавороченный, по здешним меркам, телефон со множеством встроенных функций.

– Какая роскошная, но по большей части бесполезная в этих краях вещь, – восхитилась Юмико. – Не замечала я раньше за тобой тяги к таким вещам.

Смартфон действительно был роскошен, но, как сказала Юмико, бесполезен в этих местах. Большинство его разрекламированных функций (таких как спутниковая навигация, мобильный интернет, видеосвязь) здесь попросту не работали, сводя данную модель на уровень простых мобильных телефонов. Действительные пре-имущества – это мощная камера, большой объем встроенной памяти и упомянутый диктофон.

– Только спрячь его, – предупредил Дэн.

– Так откуда вещичка? У кого приватизировал? – уж кто-кто, а она его знала как облупленного. И знала, что тратить деньги на бесполезные в этих краях вещи он бы не стал.

– От шефа охраны Хаяси Кэтсу осталась. Самого его хорошо взрывом посекло. А вот аппарат не пострадал.

– В нем должно быть много интересной для СИБ информации, – с сомнением глянула на жениха Юмико.

– Нет в нем ничего, мы уже проверили. Ни единого контакта в памяти. Ни единого фото или видео. Даже список исходящих и входящих вызовов чист, словно смартфон только что купили. Поэтому для СИБ он бесполезен, – ответил Дэн. – Так что бери и пользуйся.

– У меня будет к тебе просьба, – неожиданно попросил Ирину князь Аланов.

– Просьба? – та даже удивилась. – Не часто ты меня о чем-то просишь. Даже интересно послушать…

– На днях из столичного научного института прибыл профессор Игнашев Родион Аркадиевич. Он прибыл сюда для испытания некого устройства, которое должно обеспечить устойчивый прием радиосигналов.

– Хм, столько подобных гениев здесь уже побывало, – скептически усмехнулась Ирина. – Да что они понимают там, сидя у себя в столичных институтах, о феномене туманной зоны! Ну а я здесь при чем? – и тут же подозрительно нахмурилась: – Только не говори, что он собрался ещё осмотреть Академию! Скажи, что я не права, – чуть ли не умоляюще глянула она на своего парня.

– Боюсь это говорить, но ты совершенно права. Он желает посетить твою Академию, – с некоторой опаской Вадим глянул на не состоявшуюся невесту.

– Нет! – решительно заявила графиня. – У меня здесь не проходной двор.

– Ирин, это личная просьба наместника, – попробовал вразумить её князь.

– А мне какое до него дело? Я же не лезу в управление регионом, – хмуро, с некоторым упрямством возра-зила она. – Так пусть и он не влезает в мое управление Академией. Ты же знаешь, как я не люблю этих умников.

– Ирин, ну не упрямься. Этот профессор действительно важен для нашего региона. А его техническое новшество, если заработает, облегчит нам всем жизнь, – продолжал её уговаривать Вадим.

Какое-то время Ирина молчала.

– Он действительно такой известный ученый? – наконец спросила она.

– Специалист по радиотехнике, – заверил её Аланов. – В узких кругах он очень известный человек.

– Хорошо, – согласилась девушка с явной неохотой, но тут же поставила условие: – Но пусть только не путается под ногами, и ты будешь лично отвечать за него.

– Ладно, – облегченно вздохнул князь. Он ожидал, что ему будет труднее её уговорить.

Ирина глянула на часы.

– Они там достаточно долго вдвоем. Пора и нам к ним присоединиться. Только, – сразу предупредила она, – лечащий врач запретил ей перенапрягаться, поэтому никаких допросов и расспросов.

– Тогда будет лучше, если я сведу к минимуму общение между нами, – предложил Вадим. – Все же она глава русского синдиката… Поэтому я, пожалуй, лучше встречусь с Лаврентием и переговорю с ним. Будет безопаснее, если все наши контакты будут идти через него.

– Как хочешь, – Ирина не стала его переубеждать. Привстав на носки, чмокнула в щечку. – Ты останешься на ночь?

Князь сожалением покачал головой.

– Хотелось бы, но не могу. Ты права. Работы столько, что ближайшие дни о покое можно будет только мечтать.

– Позвони мне обязательно, – настойчиво попросила его она.

– Обещаю! – он снова обнял её и нежно поцеловал.

Вопреки ожидаемому, Ирина застала своего дядю со своей невестой во вполне невинной ситуации: они держались за руки. Вот только те взгляды, которыми они обменивались, много о чем ей сказали. Особенно припухшие губы. Она сделала вид, что этого не заметила.

– Я так понимаю, расспрашивать о ваших вчерашних похождениях не стоит? – с ходу начала она.

– Я всегда знал, что ты умная девочка, – похвалил её Дэн. – Но если ты наберёшься чуть-чуть терпения, я тебе позже все расскажу. Не вижу смысла от тебя это скрывать, да и от Юры тоже.

– Хм, я ожидала другого ответа, – честно призналась она, глянув на дядю. – Ну что же, я не гордая. Могу и подождать. Как вы оба? – Ирина решила сменить тему, но глядела только на невесту своего дяди. Да и дальше дала понять, что её интересует прежде всего та. – Я понимаю, ещё он, – кивок на Дениса, – он всегда был немного безумным и безбашенным, но тебе это зачем было нужно делать?.. Врач сказал, что у тебя сильное истощение и перенапряжение в результате чрезмерного использования своей способности. Скажи, ты совсем глупая?

– Эй, племянница! – возмутился было Отшельник, но его просто проигнорировали.

– Он все же мой жених, – обиженной на слова Ирины она не выглядела. – И я не могла оставить проблему его семьи без внимания. Это и мои теперь проблемы, – глядя ей в глаза, ответила Юмико.

Ирина вздохнула.

– Мне не то чтобы ты не нравилась… Мне не нравится твой род занятий, – призналась она. – Не хочу, чтобы мою семью отождествляли с криминалом, – снова вздохнула. – Черт с ними со всеми!.. Пожалуй, я все же рада видеть тебя в членах своей семьи!.. Присматривай и дальше за моим придурковатым дядей.

– А ничего, что я все это слышу? – снова полюбопытствовал Дэн и снова остался без внимания.

– Я за ним и так уже столько лет присматриваю, – улыбнулась графине Юми. – И уж тем более не собираюсь его возвращать. А за приглашение в семью спасибо, постараюсь не доставлять вам особых проблем.

– Эй, девочки, а может, хватит меня игнорировать? – вот теперь в голосе Дэна промелькнули нотки недовольства. – Я, конечно, рад, что вы поладили, но мне не нравится то, что вы говорите обо мне, как о каком-то переходящем знамени.

На этот раз его заметили. Да ещё как. За эти годы он уже успел подзабыть, насколько его племянница может быть коварной.

Она посмотрела на него, наивно похлопав ресницами, и, шагнув к нему, виновато прижалась и потерлась о его плечо.

– Прости, дядя! – с таким искреннем раскаянием произнесла она, что трудно было не поверить. – Я же не со зла! Ты ведь у меня самый лучший!

Только воспоминания о подобных её трюках в детстве не дали ему запудрить мозги окончательно.

– Заноза, блин! – дядя назвал её самым детским прозвищем. – Опять ты со своими шуточками…

Он недовольно отодвинулся под сдвоенный женский смех.

– Однако стоит взять на вооружение, – заметила Юмико. – Настолько глупо-восторженного выражения лица я у него ещё ни разу не видела.

– Да ну вас, – смутился Дэн и отвернулся, испытывая легкую досаду на самого себя.

– Ну, не злись, – все ещё улыбаясь, произнесла Ирина. – Я действительно вам обоим благодарна за все, что вы делаете… Так что я ваша должница.

Вот не скажи она это, возможно, и не начала бы Юми этого разговора.

– Ну, если ты сама об этом заговорила… Тут один мой знакомый попросил меня помочь устроить в Академию талантливых брата и сестру.

Секундное молчание, а затем разразилась буря.

– Да вы издеваетесь надо мной! – взъярилась ректор. – Сначала один со своей просьбой устроить одному профессору экскурсию по Академии… Как будто у меня здесь музей какой-то! Теперь ещё вы? Вы что, сговорились?

– Я так понял, что полковник уже подкатывал со своей просьбой, – пробормотал Отшельник. – Послушай, племянница, ребята действительно крайне талантливые, – со всей искренностью заверил её Денис.

– Если это так и они действительно таланты, то оставьте мне их координаты. И мои люди после проверки свяжутся с их школами, – отрезала Ирина, не желая даже обсуждать этот вопрос.

– Проблема в том, что они не ходят в школу, а занимаются самообучением на дому, – заметила Юмико.

– Так, стоп, – графиня чуть сбавила обороты, пристально глянула на обоих. – Кто они такие и почему вы за них просите?

– Ну, – дядя пожал плечами, взяв на себя роль посредника. – Если вкратце, то это…

– Ну знаете!.. Смотрю, вы вконец оборзели! – она даже не возмущалась, а была как-то уж слишком спокойна. – Вы представляете, какой будет скандал, если узнают, кто они такие?

– Разве раньше играло роль, кто родитель поступающего абитуриента? – спросил Дэн. – Всегда во главе стояли знания и талант. А они действительно талантливые ребята.

– Талантливые, говоришь, – задумчиво произнесла Ирина. – Хорошо. Пусть в субботу, во второй половине дня, приходят в Академию. Проведем тест-экзамен. По его итогам я дам свой ответ. Я распоряжусь, чтобы их встретили и провели на территорию. Но только их двоих, – предупредила она. – Не хватало мне здесь половины китайского синдиката, в качестве охраны.

– Хорошо, я передам твои пожелания, – не стал спорить дядя, обтекаемо назвав пожеланиями её приказной вердикт.

Неделя пролетела неожиданно быстро. Но что было крайне досадно, ему так и не удалось увидеть Тима. И даже влияние сестры в этом вопросе ему помочь не могло. Засыпая в пятницу вечером в своей комнате, Ким уже привычно оказался в мире снов.

На этот раз комната, в которой пребывал Дед, особым изменениям не подверглась. Сам же Дед обнаружился на том же месте, где и всегда. При виде Кима он приветливо кивнул и указал на соседнее кресло.

– Дед, я обдумал твои слова, – произнес Ким. – Знаешь, поверить в твой рассказ достаточно трудно. А передать твои слова кому-нибудь ещё вовсе не реально. Сочтут за сумасшедшего. А псих со способностями… таких у нас уничтожают, – заметил он. – Но я тебе, пожалуй, все же верю. Но во всем этом есть то, что меня сильно смущает.

– Малыш, – с некоторым укором глянул на него старик, – ну зачем тебе все это? Ты живешь в мире, где тем событиям, о которых я рассказал, нету места. Живи дальше и не думай о том. Ты ведь правильно все понял. Ваш мир – это не мой мир, и знать эту историю тебе необязательно. Мне вообще не стоило о таком говорить, – в его голосе прозвучало некое сожаление.

– Я не о них, не о кровавой истории твоего мира, – отрицательно качнул головой парень. – Я об этом, – он продемонстрировал Деду свой пистолет. – Ты как-то назвал его своим. Если он принадлежал тебе, как он попал ко мне? И разве могут существовать в разных мирах похожие один на другой пистолеты? Ведь это оружие нашего мира, его у нас производят. Хоть оно и имеет хождение только среди наемников, но это оружие нашего мира. Я проверил это, сравнил образцы. Как такое может быть, чтобы идентичные копии одного и того же оружия производились в разных мирах?

Дед рассмеялся.

– Молодец! Зришь в самый корень. Но то, что у тебя в руках, действительно мой пистолет, из моего мира, – заверил его старик.

– Дед, ну не может быть таких совпадений, – уперся Ким.

– Не может, – согласился тот. – Скорее всего, кто-то крайне умный просто скопировал мой ствол. Во всем, даже калибр патрона.

Ну да, калибр действительно был не стандартным, только недавно вошедшим в обиход. 7,62 мм – этот стандарт калибра для всех пистолетов российской армии не менялся уже больше ста лет. Хотя в Германской империи давно уже перешли на те же самые девять миллиметров. Даже современные пистолеты-пулеметы, что сейчас получили массовое распространение в войсках особого назначения и в штурмовых полицейских силах, были сделаны под немецкий патрон.

– Ну, допустим. Разве такое возможно? – пристально глянул на старика Ким. – Даже если он из вашего мира, к нам он как смог попасть?

– Есть у меня предположение. Случилась как-то со мной интересная история, – начал рассказывать Дед. – Думаю, тогда это и произошло.

Туман…

Он даже не знал, что такое вообще бывает в пустыне. Тем более средь белого дня. Да и появился тот как-то внезапно и неожиданно. Ещё каких-то несколько минут назад светило солнце, и вдруг все так внезапно изменилось.

И ему эти изменения не нравились.

Рука сама собой потянулась к автомату за спиной, осторожно, за ствол вытянула его на живот.

Видимо, не только его напрягло внезапное изменение привычного лика пустыни. Остальные бойцы тоже замерли в молчаливом ожидании, на изготовке к бою. Все они были опытными вояками, и дополнительные команды им подавать было незачем.

Третий, на изготовке с пулемётом, присел на корточки, дергая стволом в разные стороны.

– Шестой, видел когда-нибудь что-то похожее? – в голосе Пятого чувствовалось напряжение. Первый раз с начала операции он видел его в состоянии неуверенности.

– Одно могу только сказать: это туман неправильный, – он и сам не мог сказать, как он пришел к такому выводу. – Второй, Четвертый – тыл.

Оба названных бойца моментально отступили назад, развернувшись к остальным спинами. У Четвертого в руках был трофейный американский пулемет М-249SAW. Теперь он даже был рад, что взял его с собой. В этой непонятной ситуации лишним точно не будет.

Но ожидание слишком уж затягивалось.

Вроде бы это было то самое чувство опасности, которому они все привыкли доверять, но шли секунды, и ничего не происходило.

И в этот момент…

Громкий женский крик разорвал тишину, а ещё мгновением позже – ужасающий вой, от которого в жилах застыла кровь.

Прямо на них выскочила девчонка лет семнадцати-двадцати.

– Там… – только и смогла вымолвить она, увидев вооружённых людей.

Первый рывком дернул её за плечо, отбрасывая куда-то за спину, с вероятной линии огня. А после чего на них накатилась кроваво-алая волна.

Уже через несколько секунд боя их построение распалось. Трудно оставаться на одном месте, когда враг, кажется, повсюду. И только девчонка держалась за его спиной. Ну, в её положении это было самое разумное, что она могла сделать.

И надо признать, что только наличие двух пулеметов спасло им жизнь. Никто из них не был обучен вести бой с таким противником, как этот.

Когда на тебя набегает не меньше сотни кроваво-красных непонятных тварей, у тебя просто нет возможности сменить опустевший магазин на другой. Опытному бойцу требуется на это действие немного времени, но даже его у них не было.

Первым, именно по этой причине, погиб Пятый. Как оказалось, три метра между ним и остальными – почти непреодолимое расстояние.

В момент, когда он уже вставил сменный рожок, его и сбила с ног та алая тварь. И все же Пятый оказался более проворным и успел убить её ударом своего бережно хранимого ножа. Вот только за первой тварью последовали и другие, сразу две навалились на него сверху, не оставив ни единого шанса. Хотя Третий и постарался очередью из пулемета сбить этих тварей с упавшего товарища, но тот уже не подавал – признаков жизни.

В этот момент и у Шестого закончились патроны в магазине.

В сторону алых полетела последняя граната…

Только оставалось сожалеть, что их у них было всего-ничего. Знал бы, что понадобятся… Да и что толку сейчас об этом жалеть.

Выдернул торчащий из разгрузки рожок, сбросил опустевший и установил новый. На все про все секунда-полторы. Но он уже видит оскаленную пасть твари и понимает, что не успевает – совсем немного, но проигрывает твари.

Тут он ощутил какое-то движение за спиной и услышал выстрел.

Девчонка! Совсем о ней забыл в пылу боя. Она выдернула из открытой кобуры его АПС и этим выстрелом спасла его и, наверное, свою жизнь.

А мгновением позже он снова был готов и в бою.

Вот только твари все не кончались.

Пулемет – вещь хорошая: мощная и с большим объёмом боезапаса. Вот только они не бесконечны.

У Четвертого закончились раньше…

Он и не стал пытаться его перезарядить. Перехватив за ствол, врезал им прыгнувшую к нему тварь. Да так, что она улетела вместе с пулеметом.

Четвертый выдернул из нагрудной кобуры свой трофейный (ирония, но все его оружие сейчас было из разряда трофеев) «кольт-1911» и, отступая назад, вновь включился в бой.

Вот только пистолет не автомат. Объём магазина сравнительно небольшой и очередями не постреляешь.

Первая… Он успел уклониться от мертвой туши, чуть не накрывшей его собой. Но следующая тварь уже находилась в прыжке.

Убить-то убил, но тело сбило его с ног, а подняться он так и не сумел. В момент, когда алые начали его рвать своими зубами и когтями, раздался взрыв, разметавший их. Но и Четвертого не стало.

Вот только сожалеть о потере бойца не было ни времени, ни сил. Ведь ничего ещё не закончилось.

Две твари справа…

Ещё одна подкрадывается сзади…

И ещё одна…

«Да сколько же вас здесь?»

Очнулся.

Яркое солнце. Духота пустыни.

Можно было подумать, что все это ему померещилось. И эти алые твари, и туман. Вот только…

Растерзанные тела его товарищей никуда не исчезли. Но только их тела и указывали на то, что здесь недавно произошла необъяснимая трагедия.

Ни одной кроваво-алой бестии, что напали на них. А ведь они намолотили их немало…

«Куда все делось?»

И девчонка тоже пропала, та, что все это время держалась за его спиною. А вместе с ней пропал и его пистолет. И только сейчас он понял то, на что не обратил поначалу внимания. Все то время, что она держалась за его спиною, она говорила с ним по-русски.

С трудом смог подняться на ноги.

Быстрый осмотр показал, что он даже не ранен. Видимо, измотался на моральном уровне. Шутка ли, пережить такой бой.

Осмотрелся.

Подобрал с песка «кольт-1911». Четвертому он больше ни к чему, а ему пригодится. Ребят, конечно, жалко, но такова судьба таких, как они. Редко, когда они доживают до пенсии и уходят на покой. Они всего лишь инструмент в играх политиков.

Снова осмотрелся.

И что он должен будет доложить своему начальству? Как он объяснит им причину гибели группы?

Нет, говорить о том, как погибла группа, определенно не стоит. А стоит… Вытащил лопату и пошел рыть песок.

Ребят следует предать земле. Это то немногое, что он может для них сделать. А начальники удовлетворятся и заявлением, что задание было выполнено, но при отходе группа попала в хорошо организованную засаду и погибла, кроме него одного, полностью. Вряд ли сюда пришлют следователей для выяснений всех обстоятельств.

Через час, закончив с погребением и повесив на плечо автомат, он пошел прочь от этого места, координаты и приметы которого до конца его дней запечатлелись в его мозгу. Для начала ему нужно выбраться из этой пустыни, а уж потом анализировать и думать, как все это преподнести остальным и как избежать более подробного допроса, который последует с применением спецсредств, если у тех, кому он станет докладывать о гибели группы, появится хоть малейший намек на сомнения.

– Ну, примерно такая история со мной приключилась когда-то, – закончил свой рассказ Дед.

– Туман проявился в вашем мире, – задумчиво произнес Ким. – Я так понял, вы повстречались тогда с алыми волками. А кто была та девушка?

– Судя по всему, из вашего мира, – предположил Дед. – После этого случая я время от времени и начал видеть сны про ваш мир.

– Мистика какая-то получается, – заметил Ким. – А та девушка точно из нашего мира?

– Появилась вместе с туманом и ушла с ним, попутно захватив мой ствол. Другого объяснения у меня нет. Только таким образом, я думаю, мое оружие и попало в ваш мир. А вот как ствол потом попал к тебе и кем была та девушка, это уже тебе выяснять, если захочешь. Увы, в этом я тебе не помощник.

– Я, конечно, поспрашиваю у родни, – задумчиво пообещал ему Юра. – Но не уверен, что они сами знают, что и как. Я ещё кое-что хотел у тебя спросить. Ты упоминал, что часть твоих знаний передались мне. Как такое вообще возможно?

Дед не успел ответит. Сидящий напротив него парень вдруг пошел рябью, словно изображение на экране телевизора, и пропал. Видимо, пришло время для его пробуждения.

Дед чуть заметно усмехнулся, глянул на кота, все так же пристально разглядывающего его.

– Кис-кис! – позвал он его. И неожиданно котик шагнул к нему. Около стола постоял, размышляя о чем-то, легко на него запрыгнул и подошёл к старику. Тот протянул руку, чтобы погладить кота, но внезапно кот прыгнул. Инстинктивно Дед подался назад, отгораживаясь рукою, и… тоже пропал. Котик легко опустился на лапы, огляделся и неторопливо покинул это место.

Глава 3

Самоход

Проснулся Ким с некоторым неудовлетворением. Ведь он так и не услышал ответа на свой вопрос. И что самое досадное, в этом ему помешала ворвавшаяся наподобие маленького ураганчика бедовая одноклассница, помешанная на японском кендо. И это та, которая терпеть не может рано вставать. Видимо, ей так не терпелось попасть в тот магазинчик, что даже её привычки не стали для неё помехой.

– Вставай уже, – поторапливала его она. – Быстрее выйдем, быстрей вернемся, так что никто и не заметит нашего отсутствия.

– Ты же сказала, что у тебя есть разрешение на выход, – подозрительно глянул на неё Ким.

– Есть, есть, – снова заверила она. – Пошли уже!

– Да иду уже, иду. Брысь отсюда, мне одеться надо, – он уже понял, что от неё ему не избавиться. Жаль, конечно, что не удалось ещё расспросить ночного глюка, но это у них ещё не последняя встреча.

Через пять минут он уже спускался к ней, полностью одетый.

Девушка с нетерпением приплясывала у выхода из его комнаты, чем-то крайне возбуждённая. При ней была довольно объёмная кожаная сумка, перекинутая через плечо.

– Так что такого особенного в том магазинчике, что тебе так нетерпится туда попасть? – спросил он, уже жалея, что в тот день не расспросил её об этом. Слишком уж странно она себя вела все эти дни.

– Позже, позже все объясню. Пошли уже! – и первой выскочила в коридор, где нос к носу столкнулась с Глебом.

– Вы куда в такую рань? – удивился тот.

– Глебушка, – подскочила к нему Вика. – У меня к тебе особая просьба. Прикрой нас на случай, если кто будет искать. Скажи… – на мгновение она задумалась, – что я смогла уговорить Кима посетить мой клуб. А мы до обеда ещё вернемся, – и чмокнула его в щечку. – Заранее спасибо!

Юра снова нахмурился. Но не давая ему что-либо сказать или спросить, она схватила его за руку и потянула за собой.

– Позже, позже, – снова завела Вика свою пластинку.

Во дворе они снова тормознули, натолкнувшись на Тину. Как оказалось, она шла с ними и ждала тут только их. В отличие от Вики, которая оделась по-простому, в джинсы и кофточку, она словно собралась на званый ужин: бежевый брючной костюм, на глазах темные очки.

– Я вас уже заждалась, – заявила она. – Ну что, пошли?

Не дожидаясь ответа, подхватила Кима под другую руку, и вот так, с красавицами по обе стороны, он продолжил свой дальнейший путь.

– Так, – продолжила Вампирша. – У порталов молчите, я сама все улажу, если возникнут какие вопросы. Ваша задача мне только поддакивать и делать умные лица.

– Что-то мне все меньше и меньше нравится ваша затея, – признался Юра. – Что за авантюру вы затеяли?

– Никакой авантюры, – мило и клыкасто улыбнулась ему синеволосая девушка. – Мы ничего не нарушаем.

В этом он сомневался. По крайней мере один запрет они точно нарушали. Введенное для учащихся ограничение на покидание территории Академии до окончания периода «дневной дымки».

В здании перехода в этот ранний час было немноголюдно. Там вообще, кроме двоих скучающих охранников, никого не было.

– Нам надо в город, – с ходу заявила Тина, не дав тем и рта раскрыть. – Вот пропуск! – и сунула одному из них под нос какой-то лист бумаги, помахав перед глазами. – Давайте шевелитесь, – прикрикнула она. – Нам некогда.

Она буквально наседала на обоих, не давая им и слова вставить.

– Я должен записать ваши имена, – проблеял охранник, завороженно глядя на зубастый оскал девушки.

– Отлично! – все так же не давая им опомниться, обрадовалась она. – Ну что вы телитесь, быстрее! Я же ясно сказала, что мы уже опаздываем. Послушайте, вы хоть знаете, кто я?.. Если мы опоздаем, ректору немедленно будет доложено о вашем неподобающем поведении. Да вас… да я…

В общем, охранники только рады были избавиться от этой ненормальной и её приятелей.

– Ну вот! – довольно произнесла Вампирша, когда они оказались в городе. – Я же говорила, что все нормально пройдет. Когда будем возвращаться, смена уже будет другая, и нас вряд ли кто-то будет о чем-то спрашивать.

– Ты просто монстр, – вынужден был признать Юра. – Ты просто растоптала бедных парней.

– Ха! А с вами по-другому и нельзя. Но согласитесь, я просто прелесть! – Тина так и нарывалась на комплимент. А сама буквально сияла от переполнявшего её самодовольства.

– Ты чудо! – Вика даже расцеловала подругу. Глянула на Кима. – Теперь твоя очередь нас вести.

– Может, все же скажешь, зачем нам туда? – снова затронул этот вопрос парень.

– Там есть одна вещь, которая меня очень сильно интересует. – Это был весь ответ, который не много и прояснял.

Они все-таки попали в город – конечно, имелся в виду квартал голубых кристаллов. И самое неприятное в этом было то, что именно здесь Ким меньше всего желал находиться. Оставалось надеяться, что они слиняют отсюда до того, как он повстречает кого-нибудь из «хороших знакомых».

Но, видимо, сегодня с самого утра был не его день…

Они не успели пройти и ста метров, когда на пути у них появилась группа молодых парней, явно навеселе. Чего им здесь опасаться, в полностью защищённом квартале?

– Ты смотри, кто к нам пожаловал! – радостно воскликнул один из компании. – Сам пришел!..

– Твой знакомый? – с интересом глянула на Юру Вика.

– Я бы так не сказал. – Драться с ними ему совсем не хотелось. Сразу полиция набежит и руки крутить станут.

– А классные с ним девчонки! – они таки заметили его спутниц.

Вот это он зря сказал. Он просто не знает, какие на самом деле девчонки рядом с ним. Юре даже вмешиваться не пришлось.

– Это что за убогий здесь выискался? – хмуро спросила Виктория. Очень уж ей не понравился тон оценившего их с Тиной.

– Ты че, борзая, что ли? – хмуро глянул тот на девушку.

«Нет, ну точно дурной», – подумал о парне Юра.

Киму его даже стало жалко.

И в этот момент Вика ударила. Нет, не того глупыша. Если бы ударила его, то с её силой ему бы и реанимация не понадобилась. Ударила по каменному столбику, держащему кристалл. Кусок размером с голову, отлетевший под ноги парням, послужил лучшим доказательством их неправоты. Те явно от такой демонстрации протрезвели. Не каждый раз увидишь, как красивая юная дева одним ударом разбивает каменный столб, при этом даже не поморщившись.

Возможно, на этом все и закончилось бы, не вмешайся полиция.

– Так, что здесь происходит? – появившаяся пара полицейских строгими взглядами оглядела всех присутствующих. – Опять ты?

Их взгляды остановились на Юре.

«Сегодня действительно не мой день», – в который раз обреченно подумал он. С обоими полицейскими ему уже приходилось сталкиваться. И ту встречу нельзя было назвать приятной.

– Снова беспорядки устраиваешь, – продолжил второй.

И снова вмешались его спутницы.

Тина шагнула вперед и довольно холодно произнесла:

– Прежде чем кого-нибудь обвинять, для начала вам не мешало бы представиться, как положено и по всей форме.

Судя по их лицам, такой наезд их не особо обрадовал.

– А вы, собственно, сами кто будете? – хмуро произнес полицейский, первым узнавший Кима. Судя по выражению его лица, ему очень не понравился тон девушки.

– Перед вами не кто-нибудь, а представительница графского рода Вебер, – холодно произнесла Тина. – И я требую соответствующего обращения к себе!

Графиня Вебер – что-то знакомое. Ким, откровенно говоря, был ошарашен.

«Если не ошибаюсь, жена наместника из этого немецкого рода. Охренеть!.. Оказывается, наша Вампирша не так уж и проста».

Полицейские тоже выглядели, мягко говоря, не лучшим образом. Особенно после того, как Тина им улыбнулась, продемонстрировав свои клыки.

– А, прошу прощения, госпожа графиня… Сержант полиции Коборев, – вытянулся в струну ближайший полицейский. Хоть он и назвался полицейским, их служба имела только косвенное отношение к данной структуре правопорядка. Они состояли в ведомстве полиции, но были частной охранной конторой.

Вслед за ним представился и второй:

– Сержант Мамаев. Госпожа графиня, – осторожно поинтересовался он, – а что вы делаете в подобном обществе нарушителя спокойствия?

Это он о Киме.

– Вообще-то, мы учащиеся небезызвестной вам Академии. А он – мой одноклассник. К тому же он ничего предосудительного не совершал.

– Но… – взгляды полицейских обратились на поврежденный столб.

– Они оскорбили мою подругу, сравнив её с уличной девкой, – пояснила Тина, кивнув на парней. – Вот баронесса Рюмина немного и вспылила.

Словно в подтверждение её слов, Вика раздавила пальцами камень, обратив его в мелкую крошку.

Ким с трудом сохранял невозмутимый вид, сдерживая рвущийся смех. Только по физическим законам челюсти не отпали на землю и глаза не покинули орбит. Но эти выражения лиц нужно было видеть. Даже жаль, что под рукой не было хорошего фотоаппарата, чтобы запечатлеть этот момент.

– За компенсацией причинённого ущерба следует обратиться к моему поверенному, – спокойно произнесла баронесса, стряхивая каменные крошки с ладони. И как-то задумчиво-прищуренно глянула на причину своего недавнего гнева.

– А, не стоит беспокоиться, – поспешил заявить тот, что назвал Вики борзой. – Если госпожа баронесса позволит, я сам оплачу ущерб.

– Если конфликт исчерпан, – беря обеих девушек под ручки, поспешил вмешаться Юра, – мы, пожалуй, пойдем. Я сказал, пойдем! – и подтолкнул подруг вперед. Если их так оставить, он даже представить не мог, чем этот инцидент в итоге закончится.

Уже удалившись метров на сто, он все же не выдержал и расхохотался.

– Это надо было видеть! – сквозь смех произнес он. – Их лица!.. Вы их морально изничтожили.

– Ну чего ты, – глянула на него Тина, чуть надув губки. – Ржешь как конь…

– Нет, девочки, вас в город можно выводить только на коротких поводках и в намордниках. Мне их даже стало чуточку жаль!

– А сам-то? – широко улыбнулась Вика. – И много у тебя таких замечательных знакомых? Следует ли нам ожидать ещё подобных встреч?

– Надеюсь, нет, – пробормотал Ким и даже оглянулся. Но не могло же ему, в самом деле, настолько сильно не везти.

– И он ещё смеет говорить, что нас надо водить на поводке и в намордниках, – отметила его реакцию Тина, ехидно усмехнувшись.

И снова, только вспомнив о произошедшем, Юра не смог сдержать своего смеха.

– Простите, девчонки, – с трудом сказал он. – Только при мысли об этом смех меня буквально распирает.

– О да! – тоже начала хихикать Тина. – Надо было видеть их, особенно в тот момент, когда Вики раздавила тот камень!

– Подумаешь, – Виктория чуть состроила рожицу. – Я и не такое умею, – и тоже засмеялась. – Но выглядели они действительно крайне забавно.

Если не считать чуть подергивающегося плеча, Тим чувствовал себя почти нормально. После утреннего осмотра лечащий врач обнадёжил его, что легкая контузия не нанесла никакого вреда. Перед уходом он обернулся и сказал:

– Я дал разрешение на ваше посещение, и там, в коридоре, вас уже дожидаются первые посетители.

От этого известия Тим испытал легкое волнение. Но каково было его разочарование, когда в палату вошел уже знакомый ему грузин.

– Мы снова встретились, – произнес тот, присаживаясь на стул у кровати. – Как ваше самочувствие?

– Вполне сносно, – заверил его Тимофей. – Вы ко мне по какому-то делу? – он решил не затягивать этот визит. Уж слишком от этого кавказца веяло «конторой», от которой любой нормальный человек старался держаться подальше.

– Вообще-то, я здесь, чтобы сделать вам некое предложение, – признался Антадзе. – Но, пожалуй, мы поговорим об этом позже. А сейчас с вами хочет встретиться кое-кто другой, – он снова встал. – Не скрою, вы меня очень заинтересовали.

Он вышел, оставив дверь открытой. Для чего, стало понятно уже через секунду: в палату вкатилась коляска с Рейчел.

– Привет. – Как-то ему стало не по себе от её взгляда. И её это «привет» прозвучало как-то безэмоционально и слишком уж спокойно.

– Как ты? – все тот же ровный тон, внушающий опасение. – Ничего не болит?

– Я нормально, – заверил её Тим. По своему опыту он знал, когда она вот такая, внешне спокойная, это страшнее всего.

– Точно нормально? – переспросила она, а затем велела: – Наклонись, – и глянула ему прямо в глаза. – Голова не болит? Не кружится?..

– Да уже все нормально, правда!

И…

Последовала хлёсткая, но сильная пощечина узкой ладошкой, от которой его голову мотнуло вбок.

– Не спросишь, за что? – спросила его она.

– Если спрошу, то получу вторую, – заметил он. Но почему-то испытал от этого облегчение. Если дошло дело до рукоприкладства, то значит, действительно сильно за него переживала. Куда страшнее видеть её до самого конца спокойной и равнодушно-холодной.

– Дурак! – вот это уже прозвучало эмоционально и с обидой.

– Ну, прости, – он даже осмелился чуть приобнять её здоровой рукой. – Дурак, как есть дурак, – согласился он с её вердиктом.

– Скажи, зачем тебя вообще понесло за стену? Тебе что, на своей службе адреналина не хватает? – Она нисколько не возражала против его объятий. – Захотелось стать героем и поучаствовать в разборках между СИБ и бандитами?

– А ты не знаешь? – осторожно уточнил он, но подумав, решил, что нет смысла от неё что-то скрывать. К тому же его об этом никто и не просил. – Вообще-то, я за стену не просто так пошел. Хотел найти новоявленного родственника нашего Ящера и расспросить его кое о чем.

– Вот оно что, – Ри действительно слышала об этом впервые. – Продолжай.

– Не сразу, но я его нашел, – продолжил он. – Только кто мог знать, что он так успел кому-то сильно насолить, что его пришли убивать целой толпой, почти в тот момент, когда к нему заявился и я… Что мне оставалось ещё делать?

Какое-то время Рейчел сидела молча, обдумывая его слова.

– Досталась же мне семейка, – наконец услышал он. – Один другого краше. – Он чуть насторожился, но дальше она продолжила, снова глядя только на него: – Ты ведь пошел туда, потому что беспокоился обо мне и Юре?

Утвердительный кивок.

– Дурак! – но теперь она улыбалась. – Тебе всего и надо было, что поговорить с ними.

– Как? – поинтересовался Тим. – В Академию меня бы не пустили, а связаться… Нету у меня ваших номеров. Признаю, надо было ещё тогда, когда Юра принес те телефоны, взять ваши номера.

– Действительно, – согласилась с ним Рейчел. – Ну и как мне теперь с тобой быть?

– Если скажешь «да», то всю жизнь буду носить тебя на руках, – на полном серьезе произнес он. – Это предложение руки и сердца, если что, – поспешил добавить, чтобы избежать недопонимания.

Надо сказать, что с его стороны это действительно был поступок, потребовавший от него всей решительности.

– По-моему, пару дней назад я нечто подобное уже слышала в свой адрес, – задумчиво произнесла Рейчел.

Тим насторожился. Не понравилось ему то, что кто-то подкатывал к его Ри.

– И кто это был? – помимо его воли, в голосе проскользнули ревнивые нотки. И конечно, она их услышала. Именно этим можно было объяснить то проказливое выражение лица и скачущих бесят в её глазах.

– Точно не помню, – вздохнула она. – Какой-то солдатик сказал это мне вслед, этажом выше. Надо было задержаться, рассмотреть его поближе. – И не выдержала – рассмеялась, глядя на выражение лица Тима. – Глупыш, я же шучу.

– Нравится тебе надо мной издеваться, – на лице парня промелькнула легкая обида. – А я серьезно…

– А ты уверен? – теперь и она была серьезной. – Нянчиться всю жизнь с инвалидом в кресле не так уж и легко. Уверен, что хочешь взвалить на себя эту ношу?

– Уверен, как никогда уверен. Ри, ты нужна мне, – честно признался он.

– И как ты это представляешь? – Он все ещё не услышал от неё ни «да», ни «нет». – Ты на службе сутками…

– Уволюсь. Через полгода мой контракт истекает. Продлевать не стану, – заявил он уверенно. – Я уж давно это решил – как только снова тебя встретил.

– Все ради меня? – серьезно спросила она его.

– Все ради тебя! – подтвердил он.

– Ну как я могу сказать «нет», – вздохнула девушка. – Но имей в виду, позже не скули и не плачь, не отпущу!

– Тогда держи меня крепко, – снова приобнял её он.

– Глупый, глупый Тим!

Появление ректора в их общежитии стало для многих полной неожиданностью. Наверное, Айка единственная, кто догадался о причине её появления. Причине, которой сейчас здесь не было.

Так получилась, что все оставшиеся, кроме отлучившегося Глеба и «госпожи служанки» (которую Ким за глаза называл главным боссом локации), обитатели этого места собрались все в одном месте. Даже Артем, скромно примостившийся в углу, ковырялся в потрохах старого полупроводникового телевизора, который на памяти живущих здесь не первый год никогда не работал. Ну и, конечно, Ведьма Юля устроила небольшое представление для маленькой Юли, от которого последняя была в полном восторге. Она даже пыталась ловить руками кружащийся над ней хоровод разноцветных бабочек. Ну, а остальные, исключая Айку, за этим всем наблюдали.

– Скучаем? – врываясь в дом, констатировала Ирина. – Вместо того чтобы страдать от безделья, занялись бы повторением пройденного материала. Скажу по секрету, вскоре вас ожидают внеочередные контрольные работы.

Правда, это был секрет прошлого дня. В их корпусе только ленивый не знал о предстоящих контрольных. Учителя от них этой информации и не скрывали.

– Вообще-то, у нас законный выходной, – вступилась за всех Айка. – И поэтому мы сами решаем, когда нам заниматься, – она старалась сохранять вежливый тон. Это наедине она могла не сдерживаться, с учетом их взаимоотношений. Ведь она знает графиню с раннего детства.

– Я и говорю – бездельничаете! – было видно, что графиня пребывала в хорошем настроении. – А где остальные бездельники? Почему я их здесь не вижу?

Её взгляд скользнул и задержался на прижавшейся в этот момент к Айке маленькой Юле, которая с появлением Ирины прекратила гоняться за ненастоящими бабочками. И юная княжна, совершенно неосознанно и привычно, обняла её за плечи и погладила по головке. Но сестра Кима никак увиденное не прокомментировала.

– А должна? – полюбопытствовала серебровласая эльфийка. – У нас здесь вообще-то не концлагерь, и все находиться в одном месте не обязаны.

Как уже было сказано, она легко догадалась, кого именно Ирина искала взглядом. И чтобы та ненароком ничего не заметила, даже опустила свой взгляд, делая вид, что увлечена маленькой девочкой подле себя.

– Если об остальных, то Глеб где-то здесь был, – специально начала она со второго парня. – Тина, как обычно, где-то развлекается. Возможно, своим любимым занятием – кружит голову очередному парню. А Вика с утра пораньше утащила Юру показывать свой клуб, в надежде его туда затащить.

Конечно, Глеб предупредил её заранее, а соврать у неё получилось вполне естественно.

– Вот как… Ясно.

Больше Ирина ничего не сказала. Видимо, Ким действительно ей не особо был и нужен, и зашла она к ним просто по дороге.

Китайский, крепостной квартал.

Несмотря на легкую туманную дымку, народу на улице было много. Их, похоже, совершенно не пугали предостережения руководства города, вещающего о повышенной опасности в связи с появившейся дымкой. Многочисленные магазинчики все работали в обычных режимах. Полно было уличных торговцев со своими лодками, зазывавших покупателей. Отсюда и остальной народ на улице.

Единственное отличие – это большое количество военных. В основном морпехи и бойцы внутренних войск, которые своей формой не сильно отличались от полицейской. Возможно, все дело в том, что они и подчинялись напрямую руководству жандармерии.

С двумя красивыми девушками под руку Ким сильно выделялся на этой разношерстной улице и привлекал к себе много внимания. Не столько он сам, сколько его спутницы. И это его порядком напрягало. Один и тот же китаец уже третий раз попадался у них на пути, без стеснения разглядывая их, даже не скрывая своего интереса.

Именно от людей, подобных ему, Ким и ожидал неприятностей. А вот создания тумана его совершенно не беспокоили. У обеих девушек на запястьях были браслеты с мелкими голубыми кристаллами, что должны были обеспечивать им безопасность. Они и на него хотели нацепить нечто такое же, но он отказался. Хотя их браслеты его привлекли. Не знал он, что из кристаллов делают и такие вещи.

Но уверен он был в своей безопасности даже не из-за их браслетов, а из-за туманного, чуть заметного облачка, что неуклонно следовало за ними.

Ласка и не думала оставлять своего подопечного без присмотра. Тут уж Киму приходилось сдерживать её порыв защитить его. Не хватало ещё, чтобы на улицах города объявилась «кровожадная» туманная кошка и устроила резню.

Но, наверное, больше всех проблем ему доставляли его спутницы. Это их женское любопытство! Каждый магазинчик, каждый уличный лоток, все вызывало в них интерес. Им так и хотелось все потрогать и посмотреть. Если бы он не держал их под руки и буквально силой не тянул за собой, они были бы ещё где-нибудь в начале квартала.

– Ким!.. Ким!.. А там что? – и Вампирша тянет его к одному из магазинчиков и начинает канючить: – Ну давай заглянем на минуточку.

– Нет, я сказал. Мы здесь не для этого, – он решительно тянул их дальше.

– Ну, Ким! – это начала уговаривать его Вика. – Мы только одним глазком…

Когда и она упирается, ему их уже за собой не потянуть.

– Хорошо, выбирайте. Этот магазин, или тот, из-за которого мы здесь? – предложил он, останавливаясь.

Сопротивление разом пропало. Тот магазин был интересен Вике больше.

– Ладно, в другой раз, – хмуро произнесла она.

«Умная девочка! – одобрительно подумал Юра. – Обе умные. Немного капризные, но это нормально».

Но вот этот китаец его уже достал!

Уже в пятый раз…

Стоит, улыбается. А стоит на него только глянуть, сразу кланяется, словно тот ещё болванчик.

Ким услышал тихое рычание Ласки. Рычанием в прямом смысле слова это назвать нельзя. Что-то на уровне ментального предупреждения перед атакой. Туманные коты так всех своих противников предупреждают. Но китаец, конечно, её не слышит. Не обладает он таким даром, как у Юры.

– Спокойно, милая, – успокаивает кошечку Ким. Видимо, по какой-то причине китаец ей тоже не нравится. – Не надо ни на кого нападать.

– Он мне не нравится. От него пахнет, – последовал её мысленный и прямолинейный ответ.

Вот пойми её! А ведь это уже не в первый раз он от неё слышит. Что за запах ей там не нравится? Позже обязательно стоит её расспросить, что именно ей не нравится в его запахе.

Нужный им магазин находился на территории квартала окраины, но недалеко от крепостного.

«Но от этого любопытного стоит избавляться», – решил Ким.

На самой границе кварталов, повернув за угол, он отпустил обеих девушек и резко шагнул назад. Китаец столкнулся с ним буквально нос к носу. И даже понять ничего не успел. Его схватили, чуть дернули на себя, затем возникло ощущение полета – и соприкосновение с тротуаром. Дальше темнота.

Ким осторожно уложил китайца у стены, предварительно убедившись, что тот в порядке. После чего вернулся к девушкам.

– И что это было? – поинтересовалась Тина. Вика посмотрела на него с не меньшим любопытством. Но при этом, что характерно, без признаков страха или беспокойства.

– Юноша оступился и упал. Бывает, когда идешь, не глядя под ноги, – пояснил Юра.

– При этом случайно упал на твой кулак, – понятливо кивнула баронесса. – А если без иронии?

– А если без иронии, не люблю назойливых. А этот прямо никак не желал от нас отставать, – все же ответил Ким. – Пришлось пояснить ему, как он был не прав.

– Теперь мне понятно, откуда к тебе такая пламенная любовь в соседнем квартале, – задумчиво произнесла Вампирша. – И этот человек ещё нас предлагал посадить на поводок… Наглости ему, такие предложения нам делать, хватает…

– Я вообще добрый и пушистый, – возразил на это Ким, снова подхватывая девушек и уводя прочь с этого места. – Так что не надо мне ошейника…

Уже заворачивая за очередной угол, снова оглянулся, чтобы убедиться в том, что происшествие осталось незамеченным. Кроме этого, чрезмерно любопытного, других таких же он не заметил. Оставалось только надеяться, что тот не успел позвать своих приятелей и они не объявятся в самый неподходящий момент – для того, чтобы высказать ему свои претензии.

Случайность – это такая закономерность, которую многие не берут в расчет, а она порой играет ведущую роль в том или ином действии.

Лаврентий Павлович изначально не планировал посещать здание переходов. Если бы, возвращаясь из госпиталя, он не проходил мимо главного входа в момент пересменки, то, возможно, и не подумал бы туда заходить. Но завидев заступающую на дежурство смену, просто прошел следом за ними. Никто и не пытался его остановить.

– Как смена? Все нормально? – задал он вполне дежурный вопрос. Думал услышать, как обычно: «Нормально», – а потом просто уйти и не мешать.

– Нормально! – он и услышал, вот только в голосе дежурного чувствовалась некая неуверенность. Словно он и сам не совсем был в этом уверен. Вот теперь уже насторожился Антадзе.

– Так, – протянул он и потребовал: – Рассказывай, что произошло?

– Ну, может, я зря беспокоюсь, но два часа назад Академию покинули трое учащихся, – признался старший смены.

Лаврентий нахмурился. Он самолично отдавал приказ, запрещающий выпускать из Академии всех учеников и студентов до конца опасного периода, пока не рассеется дымка.

– И почему их выпустили? – уточнил он.

– У них было разрешение на выход в любое время, – чуть замялся дежурный. – Разрешение на имя графини Вебер… за вашей подписью.

Лаврентий Павлович помнил это разрешение. Да, он действительно выдавал его одной из учащихся.

Графиня Вебер…

Это был довольно известный и влиятельный древний род, заведующий в Артуре сетью частных медицинских клиник и расположенной в Златограде фабрикой, производящей медицинские препараты, и обеспечивающей потребности региона в лекарствах на восемьдесят процентов.

Юная графиня, несмотря на свой возраст, стояла во главе совета директоров, и ей часто приходилось отлучаться по срочным делам в город. Поэтому ей и было дано то разрешение на выход.

– А что остальные двое? – уточнил Антадзе. Конечно, с графиней надо будет позже приватно переговорить, сделать ей внушение. Но особой проблемы он в этом не видел.

– Они сопровождали графиню, – пояснил главный смены.

– У них тоже были пропуска? – уточнил грузин.

Вот тут охранник смутился.

– Понимаете, – он даже взгляд отвел. – Все так быстро произошло… Эта девушка так… – он выглядел словно побитая собака.

– Я понял, – Антадзе действительно понял и вздохнул.

«Мальчишка! Развела его девчонка, словно пацана», – с досадой подумал он.

Злиться и ругаться на него не стал.

– Кто эти двое, что были с графиней? Покажи мне журнал.

И уже через секунду после того, как увидел указанные имена, чуть слышно выругался на грузинском.

Юра Ким.

Виктория Рюмина.

«Опять он! Может, стоит поискать для него няньку? Благо есть кое-кто на примете. По крайней мере на первое время, пока его проект не заработает как полагается, – подумал он о кандидате в телохранители. – Похоже, он становится моей постоянной головной болью, – он мысленно сместился на источник своих проблем за последнее время. – Надо сообщить Ирине о новой выходке её брата. Пусть сама ему мозги вправляет».

– Как только эти трое вернутся, сразу же сообщить мне и задержать здесь до моего прихода, – четко велел он. При других обстоятельствах он бы рекомендовал парня к отчислению. Слишком много неприятностей вокруг него, это уже начинало напрягать.

«Посоветую Ирине, чтобы наказала братца построже», – решил он.

Нужный им магазинчик был совсем рядом. Единственный в этом месте.

– Сюда ты хотела? – спросил Вику Ким, подбородком указывая на магазин.

– Ага! – та что-то пристально разглядывала на витрине. С минуту даже задержалась возле неё, разглядывая выставленное там.

Когда вошла, сразу же, игнорируя все остальное, направилась к прилавку.

Равнодушный ко всему продавец-китаец даже головы не повернул в их сторону и продолжил не спеша протирать ветошью прилавок. Только после того, как туда грохнулась тяжелая сумка, которую девушка носила с собой, соизволил поднять на них взгляд.

– Госпожа что-то хотела? – спросил вежливо, но без особого интереса. Тем самым несколько выбиваясь из образа привычного китайского продавца.

– Я хочу приобрести катану, что на витрине, – заявила Вика. Оставшиеся у входа Юра и Тина переглянулись. После чего Юра поглядел на предмет вожделения Вики. Катана была довольно старая, если судить по её виду. Но вряд ли в ней было что-то особое ценное. Обычная офицерская катана прошлого века. Таким клинком вооружалось большинство офицеров японской армии. Это не родовой клинок, а казенное оружие. Рукоять на ней, конечно, переделана, это сразу же бросалось в глаза, но и она не состояла из чего-нибудь особенного и драгоценного. Просто предыдущий владелец переделал её под себя. Единственное, что привлекало внимание, это венчающая рукоять вырезанная фигурка головы осла. Довольно оригинальное чувство юмора у того, кто это делал.

– Не продается, – равнодушно ответил китаец.

Вика полезла в свою сумку и выложила на прилавок три пачки денежных купюр.

Китаец довольно долго на них смотрел, и в его глазах впервые появился интерес. Но все же отрицательно покачал головой.

Ещё одна пачка купюр легла на стол.

И снова китаец отрицательно покачал головой. Но его взгляд буквально не отрывался от сумки. Видимо, ему не давало покоя её содержимое.

– Да ты издеваешься! – возмутилась Вика. – Это очень большая сумма! Намного больше стоимости клинка.

– Он не продается, – снова повторил китаец.

Ещё одна пачка легла сверху.

На этот раз китаец молчал дольше. Молчал и смотрел на деньги. Ким словно видел, как в нем борются чувства: желание взять предложенное и алчность при взгляде на сумку.

– Я должен переговорить с владельцем, – внезапно заявил он, отходя от прилавка. – Подождите здесь, – и скрылся в подсобке.

– Зачем тебе этот клинок? – удивленно спросила подругу Тина. – За такие деньги ты можешь приобрести подобный, но более высокого качества и отделки.

Та, покосившись на подсобку, жестом дала понять, что позже им все объяснит. А сейчас для этого не подходящее место и время. Но тут Юра с ней был полностью согласен. Китаец мог подслушивать их из подсобки.

Кстати, прошло уже почти семь минут, как он скрылся в ней.

Не слишком ли он там долго?

Оттуда за все время не донеслось ни звука, что тоже, на его взгляд, было очень странно. Он допускал, что стены здесь несколько толще и хорошо могут глушить посторонние звуки, но все же нехорошее предчувствие его не оставляло.

Еще три минуты… Его внимание привлекло некое движение на улице. Перед магазином появилось несколько крепких парней.

– Девочки, вы побудьте здесь, а я немного подышу свежим воздухом, – сказал он и пояснил: – Душно здесь.

Толкнув дверь магазинчика, он вышел наружу. Сложив руки на груди, прислонился спиною к двери, демонстративно заградив проход.

– Слышь, парень… – окликнул его один из китайцев – с довольно колоритной внешностью: на одном глазу повязка, как у пирата, а нос свернут на правый бок, – …платить надо, – закончил он свою фразу, недвусмысленно поигрывая цепью.

– Ага, полностью с тобой согласен, – кивнул ему Юра. – Так давайте, показывайте, что у вас там есть: наличка там, ценности… Я не особо привередливый, принимаю к оплате и то и другое. А вот кредитки и банковские карты не беру.

– А ты наглый, – сказал другой китаец, уже с неприметной, обычной внешностью. – Юморист типа. Борзый.

Все же их здесь было шестеро. И поэтому они были уверены в своем превосходстве.

– Вы тоже так считаете, – вздохнул Ким. – Мне сестры тоже об этом постоянно талдычат. Так че там у вас? Только учтите, меня ваши нижние портки не интересуют.

Одноглазый и Обычный переглянулись. Их несколько озадачило поведение парня, который, несмотря на их численное преимущество, вел себя несколько неправильно.

– Нет, значит, – грустно подытожил Юра, видя, как тот, со свернутым носом, приподнял свою цепь. – Ну, тогда я вам кое-что покажу… Ласка, стоять! – отдернул Ким кошечку. Ему показалось, что ещё мгновение, и она на них бросится. – Все нормально, милая, тебе не нужно вмешиваться. Мне ничего не угрожает, – заверил он её.

В руке из ниоткуда появился АПС. Ствол направлен на одноглазого.

– Давайте обойдемся без глупостей, – посоветовал ему Ким, демонстративно снимая с предохранителя и направляя ствол.

– А ты им пользоваться умеешь? – надо отдать тому должное, у одноглазого даже ни один мускул на лице не дрогнул.

– Хочешь проверить? – поинтересовался Юра.

Как говорится, немая пауза.

Наехавшие не знали, как им поступить. Ведь оружие парень держал уверенно, со знанием дела, да и бутафорским оно не выглядело. В свою очередь Ким не имел желания его применять против них. Лишь хотел чуть припугнуть. Но вот только результат оказался немного не тот. Никто не обратился в бегство.

Отсюда и возникла затянувшаяся пауза. Неизвестно, чем бы она закончилась, если бы не звон разбитого стекла сбоку от Кима и тело старика-продавца, вылетевшее под ноги китайской компании через две витрины, которые стеклянным дождем осыпались на тротуар.

Застыли все – Ким и китайцы. Первые секунды взгляды обратились только на тело продавца из магазина, которое начало проявлять признаки жизни.

– Низко пошел… к дождю, – пробормотал Ким. Но в наступившей тишине его услышали все.

– Рождённый ползать взлететь не может, – неожиданно поддержал его одноглазый китаец, и на его лице промелькнуло нечто похожее на симпатию. Он даже свою намотанную на руку цепь опустил. Юра тоже опустил свой пистолет. И почему-то почувствовал себя в этот самый момент крайне глупо.

А потом все дружно, как по команде, глянули на разбитую витрину. Хрустнуло стекло под ногами, и через витрину шагнула Вика. Чуть тормознула, чтобы подхватить тот самый клинок, ради которого и явилась сюда. Небрежно взмахнула, отбрасывая ножны с остро наточенного клинка, по-казачьи крутанула его воздухе. После такой демонстрации ни у кого и сомнения не возникло, что она может им пользоваться.

Последней из магазина выглянула Тина. На плече у неё была забытая Викой сумка. А в руках – двуствольный обрез. Её взгляд остановился на подающем признаки жизни старике китайце.

– Вик, ты его, похоже, все же не убила. Так что звонить моему адвокату не придется, – довольно буднично заметила она.

– Звони, я сейчас эту оплошность исправлю, – взгляд баронессы безошибочно остановился на продавце из магазина.

Услышав такие слова, китаец шустро пополз вперед, прочь от этой фурии.

– Тихо, девочки, тихо! – пистолет пропал из его рук, а сам Юра шагнул к яростно сверкающей глазами девушке. – Не надо здесь никого убивать. Это нормальные ребята, ни в чем не виноватые.

Вот не думал он, что придётся защищать местных бандюг от разъярённой одноклассницы.

– Конечно, уважаемая госпожа. – Нет, определенно у одноглазого башка работает как надо. Он даже стыдливо спрятал за спину свою цепь. – Произошло небольшое недопонимание. Мы с вашим спутником уже все уладили.

– Смотрите, какая у меня классная штука есть! – Тина выбралась из магазинчика следом за Викой. – Раритет! Сделанное из немецкого охотничьего ружья. Начала прошлого века! – и как бы случайно обвела обрезанными стволами всю компанию. Китайцы испуганными зайцами дернулись в разные стороны. Находиться под прицелом автоматического пистолета в руках Кима было не так страшно, как сейчас, когда какая-то смазливая девица направляет в их сторону раритетное оружие. И, не дай бог, ей хватит ума нажать на спуск в этот самый момент.

– Откуда у тебя это? – осторожно спросил Ким, осторожно кладя ладонь на стволы и опуская их книзу.

– Этот урод пытался им в нас тыкать, – с неким злорадством и радостью пояснила Тина. – Вот Вика чуть и вспылила.

Что-то ему подсказывало, что сейчас повторится ситуация, близкая к той, что уже была недавно в квартале голубых кристаллов.

– Так, девчонки, стоп! – Ким схватил за плечо Вику. Понимая при этом, что если она пожелает, то он не сможет её остановить. – Вика, опусти клинок. – К слову, он обратил внимание на то, что японская катана была заточена не так, как обычно это делают японцы. Видимо, этот клинок какое-то время был собственностью кого-то уже не с островов.

Секунду казалось, она его не слышит. Если что, хрен бы он её остановил. Но вот клинок опустился к земле, коснувшись её острием.

– Что здесь происходит? – неожиданно раздался холодный мужской голос. Не видя говорящего, можно было предположить, что это взрослый мужчина.

Но оглянувшись, он увидел парня своего возраста. А рядом с ним – похожую на него девочку. Судя по тому, что китайская компания как-то вся и сразу сникла, став похожей на нашкодивших детей, этих двоих хорошо знали и уважали. Да и присутствие несколько крепких парней с армейской выправкой у них за спинами говорило об их авторитете среди местной публики.

Парень обвел всех взглядом, задержав его на разбитой витрине.

– Почему фасад моего магазина в таком состоянии? – холодно произнес он. Только глядел он при этом не на Кима и девочек, а на незадачливого продавца. – И что ты со своими людьми здесь делаешь, Чан?

Одноглазый выглядел крайне смущённым.

– Ошибка вышла, господин Джен. Небольшое недоразумение. Мы уже все уладили, – просящим взглядом глянул он на Кима, словно выпрашивая: «Помоги!»

Пришлось вмешаться.

– Именно так, небольшое недоразумение, – странное дело, но Юра испытал некую симпатию к этому китайцу. Он был ему вполне симпатичен и понятен.

– Недоразумение? – переспросил парень и кивнул на витрину: – По-вашему, это небольшое недоразумение? Тогда я боюсь представить, что будет при большом недоразумении. Мне явно придется отстраивать магазинчик заново. Я все ещё жду объяснений того, что здесь произошло! Чан, начнем, пожалуй, с тебя. Я весь внимание.

Он по-прежнему игнорировал посторонних.

– Кхм, – напомнила о себе Тина. – Мы вам не сильно мешаем? Может быть, мы пойдем?

– Я бы все же попросил вас чуть задержаться, – вежливо попросил молодой владелец магазинчика. – Чан, мне ещё долго ждать?

– Ну, ваш продавец позвонил мне и сообщил, что группа людей хочет забрать принадлежащий товар, не заплатив его полную стоимость.

– Что?! – возмущенно воскликнула Вика, снова подымая клинок. – Я его сейчас точно убью… – Но теперь на ней, кроме Кима, повисла ещё и Тина.

– Поверь, подруга, он того точно не стоит, – попыталась она успокоить Вику. – Попросим Айку, она натравит на них своего братика из СИБ…

– Не надо СИБ, – это вмешалась в разговор молчавшая до этого девушка.

– Действительно, не стоит. Мы здесь и сами сможем разобраться, без привлечения этой грозной конторы, – согласился с ней брат. – Вы сказали – Айку? – неожиданно уточнил он. – Случайно, не сестру полковника Аланова? – После чуть заметного кивка со стороны Юры задумался: – Понятно!..

Взгляды, которыми китайцы наградили своего старого соотечественника, были далеки от дружелюбных. Ким мог предположить, что позже, после их ухода, того ждет неприятный разговор.

– Теперь, если можно, я бы хотел выслушать вас о конфликте, произошедшем между вами и моим неразумным подчинённым, – попросил парень, которого одноглазый Чан назвал Дженом.

– Да не было конфликта, – взял на себя роль переговорщика Ким. И снова эти демонстративные взгляды на разбитую витрину. Ким тоже оглянулся на неё, подумав: «Я бы и сам в это не поверил…»

– Моя подруга очень хотела приобрести клинок, что был у вас на витрине, – все же продолжил он свое объяснение. – За него была предложена тройная сумма.

– Вообще-то, вещи, что на витрине, продаже не подлежат, – задумчиво прокомментировал услышанное Джен. – Но за такую сумму…

– Ну, в общем, ваш продавец то же самое поначалу говорил, пока не была предложена окончательная цена. После чего он заявил, что должен переговорить с владельцем, и ушел в подсобное помещение. А вскоре появились эти ребята, с которыми мне пришлось выйти и пообщаться. А витрина… Могу только предположить, что имели место непристойное предложение и угроза, подкреплённая этим обрезом, – Ким кивнул на Тину, которая так и стояла с антиквариатом оружейного мастерства прошлого века.

– Этот нехороший человек, – обвиняющий жест ткнул в сторону продавца, – видимо, пожелал заполучить все деньги моей подруги и появился из подсобки с этим, – и снова широкая дуга стволами обреза и очередное шараханье китайцев во все стороны. Даже Джен сильно побледнел. – Он стал угрожать нам, требуя отдать все деньги, вот подруга немножко и вспылила.

– Немножко, – взгляд Джена не отрывался от направленного в его сторону обреза. – Вы бы не могли его убрать? – осторожно попросил он. – А то мало ли что…

– Не беспокойтесь, – мило и зубасто улыбнулась Тина. – Я умею обращаться с оружием и ещё там его разрядила. – Она демонстративно подняла стволы вверх и нажала на оба курка. Соответственно, кроме двух глухих щелчков, ничего не произошло.

Вот теперь он взглянул на девушку по-иному, с явным интересом.

– Графиня Вебер, я полагаю…

Теперь уже Тина глядела на него с недоумением и интересом.

– Мы разве знакомы? – удивилась она и проявила некоторый интерес к парню.

– Нет, но я о вас слышал много хорошего, – последовали учтивый поклон и комплимент: – Вижу, что слухи о вас не врут…

– О! Вы мне льстите! – Тина с явным интересом рассматривала парня.

– Госпожа, – теперь его взгляд был направлен только на Вику. – Я вижу, вы хорошо умеете обращаться с такими клинками. Но не скажете мне, чем именно он вас заинтересовал?

– Это клинок моего прадеда. Его, в честь спасения своей жизни, подарил прадеду японский офицер. А дед в свое время переделал клинок под себя. И он же – потерял, – ответ девушки расставил все по своим местам.

– Тогда я не вправе требовать от вас денег за этот меч, – снова поклонился ей Джен. – Вот только как быть с разбитой витриной?

– Я оплачу ущерб, – сразу же заявила Вика.

– О нет! – снова вмешалась сестра парня. – Мой брат имел в виду не это. К вам нет никаких претензий! Чан? – она бросила взгляд на одноглазого.

– Конечно, мы сегодня же все уберем и заменим, – заверил он. – Вам не стоит об этом беспокоиться, уважаемый Джен.

– Вот и хорошо! – удовлетворённо кивнул тот. – Ван, – старик так и подпрыгнул с земли и замер, согнувшись в низком поклоне, – ты уж дождись меня, – ласково так попросил парень. – А чтобы больше ничего не приключилось и тебе было не скучно ждать, Чан присмотрит за тобой и обеспечит твою безопасность. Не так ли?

– Конечно! – определенно этот одноглазый довольно сообразительный малый. Все понимает с полуслова.

– Вот все и уладилось, не так ли, леди? – Джен вопросительно посмотрел на Тину и Вику.

С их стороны сразу же последовало заявление, что они не имеют претензий к владельцу магазинчика.

Тина небрежно бросила обрез обычному китайцу. И тот довольно ловко его подхватил и отступил в сторону. Другой его собрат поднял с земли упавшие ножны от клинка Вики и с учтивым поклоном вернул их её. Кстати, на ножнах тоже было клеймо с изображением осла. Видимо, такое уж чувство юмора было у деда Виктории.

– Так получилось, что нам с вами, похоже, в одну сторону, – снова произнес Джен. – Надеюсь, вы позволите нам проводить вас до портальных врат в Академию?

Ким даже как-то не удивился тому факту, что китаец знает, откуда они и куда им возвращаться. При том, что он знает, кто такая Айка и Тина, подобной осведомлённости удивляться было немного глупо.

Вот только он упомянул, что им всем нужно в одно место…

«Интересно, что им у нас надо?» – заинтересовался Юра, но расспрашивать пока не стал.

Ещё один короткий телефонный разговор:

– Да, слушаю?..

– Несколько часов назад твой братик в сопровождении двух девушек покинул территорию Академии. Девушки – это Виктория Рюмина и Тина Кэш, графиня Вебер.

– Уверен, что не ошибаешься?

– Есть соответствующая запись в журнале у дежурного. Да и по описанию это он. Могу, конечно, ещё запросить данные с камер видеонаблюдения, если тебе этого мало…

– Не стоит, я верю. Но почему их выпустили? – хмуро поинтересовалась она.

– Сейчас я с этим как раз разбираюсь, – последовал короткий ответ.

– Когда вернутся, доставь их всех ко мне. Хотя нет – домой. Думаю, я там сразу со всеми разберусь. Распоясались!

– Хорошо.

– Что-то случилось? – Рейчел внимательно глянула на Ирину. Из её разговора с тем грузином она слышала только её сторону, и поэтому не до конца понимала то, что только что слышала.

– Ага, – в сердцах неподобающим образом выругалась графиня. – Прибью придурка… – взгляд скользнул по непонимающим лицам Тима и Ри. Те явно не понимали причину её злости. Данный звонок от Антадзе застал Ирину в тот самый момент, когда она входила в палату, где те оба находились.

– Так что случилось? – настоятельно повторила свой вопрос девушка в коляске.

– Случился наш с тобой брат, – рассерженно ответила наконец-то змееглазая ректор. – И в кого он такой проблемный…

– В тебя, наверное. Все же, как говорится, яблоко от яблони… – спокойно заметила Ри, более привычная ко всем выходкам Кима.

– Я не такая! – возмущенно глянула на неё Ирина. Задумалась и чуть поправилась: – Не совсем такая. И вообще, я таких проблем окружающим не создавала.

– Так что он сделал? – уточнила Рейчел.

– Вместе с двумя ученицами нарушил запрет покидать территорию Академии на весь период «дневной дымки», – сообщила Ирина с легким вздохом. – Этот запрет касается всех учащихся. Мы стараемся любым способом избежать любых проявлений опасности для своих учеников.

– Если рядом с ним Ласка, то ему совершенно ничего не угрожает, – заметила на это Ри. – К тому же ты же сама сказала, что он ушел с девочками. А им ему всегда было тяжело отказать в просьбах.

– Дело не в этом, – сердито глянула на неё Малышева. – Правила существуют для всех, без исключений. И я не могу сделать исключения даже для брата. Поэтому его действия требуют наказания.

– Ну, ему это только пойдет на пользу, – согласилась с ней Рейчел.

Забытый в процессе разговора Тим только молча переводил взгляд с одной девушки на другую, не вмешиваясь в их разговор.

Хотелось бы высказаться в защиту парня, но он прекрасно понимал, что в этом случае ему достанется от обеих девушек. От Рейчел точно. Родную сестру Юры он знал только по слухам, но что-то ему подсказывало, что она будет похлеще его подруги.

Поэтому он только и мог, что мысленно сочувствовать Киму.

– Думаешь, наказание поможет? – усомнилась Ри, прекрасно знавшая своего брата.

– Есть у меня одна идея, – произнесла Ирина, задумчиво глянув на парня, что лежал на кровати. Оглянулась на него и Рейчел.

– Вообще-то, это мой парень, – заметила она. – И мне бы не хотелось, чтобы его использовали, не посовещавшись со мной.

– О!.. Так тебя можно поздравить! – протянула Ирина. – Ничего я с твоим парнем не сделаю плохого. Хочу предложить ему немного поработать на меня.

– Я, вообще-то, связан контрактом с армией, – осторожно заметил Тим.

– А это пусть будет не твоя проблема, – заявила Ирина. – От тебя только требуется сказать – да или нет.

– И в чем будет заключаться моя работа? – уточнил он.

Ирина ответила не сразу. Какое-то время у неё с лица не сходило такое выражение, словно она решала, стоит ли говорить о таком.

– Пока об этом, возможно, и не стоит распространяться, – с сомнением произнесла она. – Скажу только, что намечается один проект под патронажем Службы имперской безопасности. И для участия в нем уже подыскивают необходимых людей. Подробности узнаешь от моего начальника службы безопасности. А пока проект только в стадии разработки и обсуждений, предлагаю тебе поработать на Академию. И твоей работой будет сопровождение некоторых учеников Академии за её территорией. И обеспечение их безопасности. То есть работа телохранителем, – и пояснила: – Иногда без этого никак.

Что-то ему подсказывало, что телохранителем ему предстоит быть только для одного человека. Не то чтобы он был против, но…

– Извините, но я этому не обучен, – качнул головой Тим. – У меня немного другая специфика.

– А вот это уже от тебя зависит – хочешь ли ты её сменить. – А ведь, судя по серьезному виду, она не шутила. – Учителей у нас здесь навалом. Думаю, при имеющихся навыках у тебя не возникнет проблем с пере-обучением.

– Вы действительно серьезно хотите, чтобы я работал на вас? – прямо глянул на владелицу этого места Тимофей.

– Мне нужны здесь люди, которым я могу доверить безопасность своих близких. И которым я смогу полностью доверять, – она действительно не шутила.

– Я согласен! – это шанс остаться рядом с Рейчел. А насчет недосказанного… Вряд ли бы сестра Кима предложила ему что-то недостойное. – Но как быть с моим контрактом? – насколько он знал, расторгнуть его без веских причин было не так уж легко.

– Я же сказала, это не твои проблемы. Лечись, выздоравливай, а позже мы вернемся к этой теме.

Ирина встала с края кровати, на которой сидела.

– Ладно, мне уже пора, – сказала она. – Ри, – оглянулась на девушку. – Ивасаки просил передать, что в понедельник ждет тебя на медосмотр.

– Я вроде бы там уже была, – удивилась Рейчел.

– Прежде чем начать твое лечение, они много ещё каких исследований должны провести, и это не дело пяти минут, – пояснила графиня. – Так что придётся чуточку потерпеть. Пройти полный курс физиотерапии.

– О чем это она? – спросил Тим, как только за старшей сестрой Кима закрылась дверь. – О каком медосмотре она говорила? С тобой что-то не так?

– Со мной не так то, что я привязана к этому креслу, – спокойно ответила ему она. – Ты же слышал, что это связано с физиотерапией. Думаю, мне это будет только на пользу. Я все эти годы собой толком не занималась. Побудь пока здесь, мне надо с Ириной переговорить, – внезапно вспомнила она, разворачивая кресло. И от входа снова оглянулась на него: – Знаешь, я не против, если меня будут носить на руках, но очень все же хочется пройтись на своих ногах, – и выкатилась в коридор, оставив Тима одного.

Проводив девушку, он перевел взгляд на тумбочку, на которой остался лежать телефон Рейчел. Ему показалось, или она действительно что-то недоговаривает?..

«Стоит ли мне её расспросить? Или пока повременить с этим? Хотя кое-что я уже могу сейчас сделать. Стоит предупредить Кима о тех неприятностях, что его ожидают, – подумал он, протягивая руку к телефону. – Только бы связь работала…»

Довольно интересные ему встретились китайцы, – так думал Ким, идя вместе с ними по улицам китайского квартала. Конечно, он не мог не заметить то, как на них реагируют окружающие: зачастую останавливаются и низко им кланяются.

«Все же не простые эти ребята Джен и Джи, – он оглянулся на молчаливых охранников, которые держались позади них в десятке метров. – Кто же вы такие, так много знающие?» – размышлял Ким, наблюдая за ними.

– А я смотрю, вы здесь популярны, – заметил он после очередного случая битья поклонов.

– Скорее, не мы, а наш дядя, – поправил Джен. – Его здесь сильно уважают. От этого и к нам здесь отношение особое.

А кто у нас дядя, напрашивался закономерной вопрос. Но все же непохоже, что здесь дело было только в дяде. Вряд ли в этом случае им бы выказывали такое уважение. Вот только сомневался он, что услышит от них нечто больше уклончивых ответов на свои вопросы. Да и не нужны были эти вопросы. Он примерно и так понял, с кем на этот раз свела его судьба. В конце концов, только один человек пользовался безграничным уважением и почтением среди китайского населения Артура. И этот человек…

– А что вам надо в Академии? – спросил он. – Что именно племянникам босса китайского синдиката там вдруг понадобилось?

Вот теперь все взгляды обратились на него. Вика и Тина смотрели с немым вопросом, а брат и сестра – с интересом.

– Сам догадался, или мы все же встречались раньше? – полюбопытствовала Джи. Хотя он был более чем уверен, что такого знакомого он точно бы не забыл.

– Скорее, сопоставил все, что мне было известно, и получил нужный ответ, – пожал плечами Ким. Среди его знакомых были и китайцы, кто не особо дружен с властями и законом. И они тоже люди и любят поговорить.

– Так вы что?.. – оглянулась на них и Тина. – Обалдеть!.. В первый раз общаюсь с боссами преступного синдиката!

– Мы, вообще-то, никакие не боссы, – возразил Джен. – И к делам синдиката отношения не имеем.

– Все равно круто! – трудно было понять, чему она так радуется. Но восторг в её глазах был неподдельным.

– Нам не особо и хочется в вашу Академию, – явно стараясь поменять тему, призналась Джи. – Но дядя настоял, что мы должны учиться в нормальной школе.

– А до этого вы учились не в нормальной? – удивилась Вика.

– До этого мы учились на дому. Как это говорится – дистанционно, – пояснил Джен. – Но дядя хочет, чтобы мы общались со сверстниками и получили хорошее образование, а не следовали по его стопам.

– Хороший у вас дядя, – уважительно заметила на это Тина.

– Вот только он не спросил нас, хотим ли мы учиться в вашей Академии, – проворчала Джи.

– Так сказали бы ему, – посоветовал ей Юра. – Сказали бы, что вас вполне устраивает ваш способ обучения.

– После того, как он все провернул? Даже госпожу Юми попросил об одолжении… Это бесполезно, – сморщилась девушка.

То, что невеста крестного знает босса китайского синдиката, его не особо и удивило. Учитывая, кто она сама, это вполне объяснимо.

– Так значит, вы будете учиться с нами? – с интересом глянула на них и Вика.

– Пока только что-то вроде тестового экзамена, – учтиво ответил ей китаец.

– А откуда вы знаете Тину и Айку? – Ким все же решил спросить и об этом. И снова удостоился внимательного взгляда, которым наградил его Джен. Словно пытаясь заглянуть ему в душу и узнать, что его самого связывает с этими девушками. И кто он такой?

– В этом нет ничего удивительного, – Джен чуть усмехнулся, заметив, как навострилось ушко Тины. – У сестры есть своя аптека, и конечно, большинство лекарств в ней производства фармацевтической компании Вебер. Конечно, мы знаем о нынешней главе этой компании… как и об очень интересном прикусе её зубок. Поэтому увидев улыбку госпожи Тины, я сразу догадался, кем она может быть.

Надо признать, все логично. Это Ким особо не следит за городскими сплетнями и совершенно равнодушен к светской жизни толстосумов.

– А что насчет второй девушки, – продолжил молодой китаец, – тут тоже все очень просто. Насколько мне известно, младшую сестру главы СИБ зовут Айка, и она тоже учится в Академии.

«Ну да, её имя Тина сама упоминала, – вспомнил Юра. – А парень явно неглупый и своими мозгами пользоваться умеет».

В этот момент о себе дал знать его телефон.

– Алло?..

Так как вызов пришел с телефона его сестры, он ожидал услышать её голос. Но неожиданно услышал Тима.

– Привет, Ящер!

– Тим? Откуда… – но спохватился: – Ты как?

– Со мной все нормально… Только что Ри у меня была.

Это объясняло, откуда у него её телефон.

– В общем, тут твоя вторая сестра бушует… Узнала, что ты не в Академии, и готовит тебе кару небесную, – предупредил его приятель. – Так что имей в виду.

– Спасибо за предупреждение! – поблагодарил его Ким. – Что-нибудь придумаю. Прости, что все эти дни так и не смог с тобой встретиться… У вас там целый режимный объект, – пожаловался он.

– Я знаю. Ри возвращается… Все, пока, – и повесил трубку.

– У нас проблемы, – известил он обеих девушек. – Меня только что предупредили, что ректор знает о нашей выходке и жаждет нашего наказания.

– Она нас что, в угол поставит? – несколько насупилась Вика – инициатор этой прогулки.

– Максимум отчитает нас и сделает предупреждение, – отмахнулась Тина. – Мы же не какие-нибудь злостные нарушители дисциплины.

Но сказано это было как-то без уверенности.

А вот Джен был явно доволен тем, что о них несколько забыли и неудобные вопросы задавать перестали.

«Интересно, что же у них за ректор такой, что они её так боятся в гневе?» – подумал он. Увы, об этой женщине у него информации было немного. Девчонки, хоть и старались не показывать этого, были явно напуганы. Это он знал точно. Ведь его и сестринская способность заключалась в том, что позволяла им безошибочно угадывать все человеческие чувства собеседника: сканер человеческих эмоций. Поэтому его было почти невозможно обмануть.

А вот парень был спокоен. Хоть он и проявлял внешнее беспокойство, на самом деле не особо переживал по этому поводу. Словно был привычен к такому. А вот когда разговор затронул сестру князя Аланова, было ощущение неминуемой опасности.

Но было что-то ещё, связанное с этим парнем. То, что он упустил из виду. Что-то такое, что он уже слышал, но пока не мог вспомнить. Джен поднапряг свою память и наконец-то ухватил за хвост ускользающую мысль.

«Ну да, конечно!»

В недавних событиях перед большим шмоном, устроенным СИБ, был ещё один шмон, масштабом поменьше. Тогда пропала сестра Берсерка. И в этом были замешаны шустрые ребята из японской разведки. Вот только в тех событиях помимо младшей сестры главы управления СИБ участвовал ещё один фигурант. По описанию похожий на этого парня, что сейчас шел рядом с ним. И со слов знающих о тех событиях людей, он тогда спутал все планы японцам.

«Забавно, вот не думал, что вот так с ним познакомлюсь».

Из-за угла на них выскочил парень с огромной шишкой на пол-лба и синяком на скуле. Но при виде Джена он как-то сразу сдал назад, только зло глянув на альбиноса, и снова скрылся за углом.

Почему-то у старшего брата Джи даже сомнений не возникло по поводу того, кто испортил тому внешность. Да и реакция девушек была более чем красноречивой.

– Ну вот, – ехидно глянула на Юру Тина. – Редкий у тебя дар злить окружающих!

– Ничего подобного, – возразил Ким. – Я отношусь к людям, как они того заслуживают, и не позволяю себе лишнего.

– Это и заметно, – задумчиво произнес Джен. – Могу предположить, что он сам неудачно споткнулся.

– Прям с языка у меня снял, – усмехнулся Ким.

И вот они уже в районе голубых кристаллов.

Первые же встретившиеся им полицейские как-то слишком резво шарахнулись в сторону.

Троица учеников Академии переглянулась и дружно расхохоталась.

– Еще скажи, что они это от меня так шарахнулись, – с ответной иронией сказал Юра.

– Скорее, от нас троих, – ответила сквозь смех Вампирша. – Или, скорее, нашу Вику испугались.

– И совсем я не страшная. Чего меня бояться? – насупилась баронесса.

«Веселые, однако, мне ребята попались, – мысленно заметил Джен. – Значит, они сегодня не только мой магазин успели разгромить».

Веселье закончилось, когда они пересекли портальные врата в Академию. Встречающий их мрачного вида грузин не улыбался и был крайне хмурым и раздраженным.

– Добрый день, господин Антадзе, – поздоровался с ним Ким. – Сегодня просто изумительная погода…

– Я рад, что вам понравилось, – мрачно кивнул тот. – Надеюсь, вы сегодня хорошо погуляли, так как следующая прогулка у вас будет не скоро. И да – госпожа Вебер, можете выкинуть мною подписанный пропуск, так как я его аннулировал. И свои дела будете впредь, до особого разрешения ректора, вести только по телефону. – Антадзе оглянулся назад: – Ребята, отведите их до дома. Их там уже ждут. – Двое немногословных охранников молча заняли места слева и справа от них.

– А вы кем будете? – теперь все внимание грузина сосредоточилось на скромно стоящих в стороне брате и сестре.

– Мы здесь по приглашению, – последнее, что услышал Ким, покидая зону перехода. – Вот наши временные пропуска…

Это похоже было на конвоирование особо опасных преступников. С обеих сторон мускулистые парни, которые не дают им отклониться от маршрута и уклоняются от всех попыток разговорить их.

А как глядят на них…

Словно действительно конвоируют опасных рецидивистов. Так и хочется сказать ехидно: «Шаг в сторону – попытка убежать, прыжок на месте – попытка улететь…» – и как там дальше по тексту?

Хотеть сказать – это дело одно, а в самом деле сказать, глядя на эти добрые лица… нет уж, увольте, лучше промолчать. Сейчас как раз именно такой случай.

Хорошо ещё, что никто из знакомых им по дороге не встретился. Вот бы потом разговоров было!

У дома их уже ждал Артем.

Сопроводившие их до самого дома охранники молча передали их помощнику Антонины Павловны и так же молча удалились.

– Нас как, сразу к стенке, или дадут немного помучиться? – поинтересовался у него Ким.

– Это как судья и прокурор, в одном лице, решит. Злая слишком она на вас, – усмехнулся Артем. Назвать такого бугая Темкой как-то язык не поворачивался.

– За другими бы она так следила, как за нами следит, – пробурчала Вика.

Сестра ждала их прямо в гостиной, где собрались все, но царила мёртвая тишина. Присутствовали обе его сестры, только Ри скромно так сидела в сторонке с мелкой Юлей на коленях и делала вид, что она здесь в качестве зрителя. Остальные обитатели разделились на два лагеря: Глеб и Айка на диване перед сестрой Ириной, скромно потупили взгляды и выглядят как обвиняемые; остальные у неё за спиной.

– О! Явились! – с садистской радостью воскликнула она, когда они вошли. – Прошу вас рядом с этими двумя…

«Ну точно, как обвиняемые. А их-то за что?» – усаживаясь рядом с Айкой, подумал Ким.

– Для начала, ваши оправдания меня не интересуют. Как и герои, готовые взять на себя вину, – заявила сестра. – Вопрос в том, какое наказание мне к вам применить. Отчислить? Это было бы разумным решением, и вполне глупым. Все здесь собравшиеся из той категории, что к подобному отнесутся спокойно. Особенно наш проблемный новичок, который успел за короткое время доставить нам столько хлопот, что самое время его на цепь сажать.

Из-за необычной реакции двух девушек она на несколько минут замолчала, не понимая, что могло вызвать у них немного истерический смех.

– Даже не думайте – не дамся, – мрачно предупредил Ким.

– Хм, что, уже кто-то предлагал? – догадалась ректор. И чуть усилившийся смех Вики и Тины стал лучшим ответом на её вопрос.

– Я не шучу, сестра, лучше отчисляйте, – он даже не заметил, как назвал её сестрой. В тот момент на это мало кто обратил внимание.

– Обойдемся без цепи и отчисления, – уверенно заявила Ирина. – Так, начнем с Айки и Глеба – парочки начинающий врунов. Так нагло мне врать ещё никто не решался. Поэтому ваше наказание будет соразмерно прегрешению этих троих. Слышала, вас двоих и моего непутевого братика звали в клуб кендо… – вот теперь на её оговорку не обратил внимание, пожалуй, только Юра. Но никто дергаться и требовать ответа не стал… пока не стал. – Думаю, клубная деятельность вам пойдет только на пользу.

– А ничего, что на мне ещё полно и других обязанностей? – пробурчала недовольная Айка.

– Вот Кимушка тебе с ними и поможет. Возьмёт на себя их часть. Так что считай его официально назначенным своим помощником, – в этот момент она была само коварство. А выражение лица такое доброе и ласковое. – Ты же не откажешь мне в этой просьбе?

– А у меня есть выбор? – хмуро ответил ей Ким. После такого залета крыть её аргумент было нечем.

– Выбор всегда есть, – обнадежила его она. – Хочешь узнать, какой?

– Не особо, – не думал он, что услышанное его обрадует.

– Умница!.. – а улыбка добрая-добрая. – С этого дня, до особого моего распоряжения, вам запрещено под любыми предлогами покидать территорию Академии.

– Может, нам сразу полосатые робы надеть? – зло глянул на сестру Юра.

– Я подумаю. Ой, совсем забыла! – всплеснула ректор руками. – Ну куда же вы без нашей милой Вампирши… Как-то совсем упустила тебя из виду. Оставила тебя без сладенького.

– Да я как-то не в претензиях, – скривилась Тина.

– Виктория, деточка моя, забирай и её в свой клуб. Может, и от неё толк будет.

– А ничего, что я рапиру от шпаги отличить не смогу? – Но её негромкое высказывание осталось проигнорированным.

– И за что мне такое счастье? – пробормотала и Вика. – Вот не думаю, что это для меня кончится добром.

– Ну что ты, милая… конечно, я про тебя не забыла. Ведь ты у нас сегодня отличилась. Как говорится, инициатор всего этого безобразия. Вот и тебе мой подарок. – Нет, она определенно наслаждалась своей ролью судьи. – Будешь посещать нашу фехтовальную ассоциацию, участвовать во всех ее соревнованиях.

– А как же мой клуб? – Вика бросила на Ирину хмурый, недовольный взгляд.

– Среда, четверг и пятница – у себя в клубе. А понедельник и вторник – оттачиваешь свои фехтовальные навыки, которые успела подзабыть. И, соответственно, участвуешь во всех их соревнованиях, как я уже сказала. А теперь на сладкое!

– Так это ещё не всё…

– Тебе назначаются пятьдесят часов дополнительных занятий. Каких – решат учителя и твой классный руководитель. – Это объявление вызвало тяжелый страдальческий вздох.

– Лучше бы меня какой-нибудь монстр тумана съел, – похоже, последний пункт стал самым жестоким ударом судьбы.

Сестры ушли.

И что самое печальное, Ри, судя по всему, заняла сторону его другой сестры. За все время она так и не проронила ни слова. И так же молча ушла.

– И что теперь? – нарушил затянувшееся молчание Глеб. Он не выглядел особенно расстроенным. Видимо, был уверен, что их наказание в будущем можно будет смягчить или как-то вообще отменить.

– Простите, ребята, это все из-за меня, – покаялась Вика.

– Да к черту наказание и сопли, – Тина как-то слишком резко подскочила к Киму. – Юрочка, ты ничего не хочешь нам рассказать? Например, почему вы с ректором называли друг друга сестрой и братом?

И только тут до него дошла все степень прокола, что он совершил. А ведь сам виноват: первым при всех назвал Ирину сестрой. Слишком был раздосадован и разозлен.

Взгляды, направленные на него, словно говорили, что от ответа отвертеться не получится. А вообще, стоит ли пытаться?

– У меня такое чувство, что меня сейчас в чем-то обвинили, – пробормотал Ким. – Даже если и так, это что-то меняет?

– Но постойте, – встрепенулась Вики. – Я слышала, что единственный младший брат ректора погиб много лет назад, – осторожно произнесла она.

– Скажем проще: слухи о моей смерти сильно пре-увеличены, – спокойно заявил Юра. – А если совсем грубо: не дождётесь!

– Но если все это время ты был жив, тогда почему… – начала была Тина, но тут Ким её перебил:

– Извините, но об этом я распространяться не стану. Это касается только меня и моей семьи. И я очень прошу вас не говорить о том, кто я, никому. Для этого ещё не пришло время. – Он встал с дивана и направился к лестнице. – Не знаю, как вы, но я последними событиями изрядно вымотан и хочу отдохнуть, – заявил он, давая понять, что продолжать данный разговор не намерен.

После того как он ушел, поднялась со своего места и Айка.

– В чем-то он прав… я тоже отдыхать, – и уже от лестницы обернулась: – А о том, что Юра – брат ректора, действительно лучше молчать.

– А как долго ты сама знаешь об этом? – догнал её вопрос Тины.

– Уже некоторое время знаю, – не стала скрывать серебровласая девушка. – Но знаешь, как сказал Юра, это касается только его семьи, и поэтому не мне об этом распространяться. Он сам решает, когда и кому об этом говорить. И ещё, – она обвела всех друзей пристальным взглядом. – Просто хочу сказать: так просто людей не выдают за мертвых и не прячут от других в детских домах.

Сказав эту последнюю фразу, заставившую остальных призадуматься, она удалилась.

В этом месте сегодня собралось довольно много народу.

Все директора учебных корпусов и их заместители, а также самые авторитетные и уважаемые учителя Академии. И собрались они здесь только по одному вопросу: принять или не принять в учащийся состав Академии двух новых учеников.

– Результаты тестового экзамена по всем трем проводимым предметам – только отлично, – отчитался перед публикой старейший преподаватель Академии, седой старик, которого даже ректор называла не иначе как учитель. Он был единственным, кому было позволено обращаться к ней как ему заблагорассудится. И поэтому чаще всего из его уст можно было услышать снисходительное «девочка моя».

– Лично мое мнение: они вполне достойны обучения в нашей Академии, – заявил он.

– Три экзамена – это не показатель, – хмуро возразил на это директор Южного, мужского корпуса, с выправкой профессионального военного. Он даже в строгом черном костюме выглядел так, словно на нем все ещё военная форма. Звали его Мишин Михаил Ефремович. Бывший военный, полковник, бравый офицер, которого списали в запас после ночного пожара на БДК «Адмирал Нахимов». Пожар из-за замыкания проводки случился глубокой ночью, когда все, кроме дежурной смены, спали. И во время спасения экипажа он и получил свои сильнейшие ожоги, приведшие к ампутации запястья и увольнению из армии.

– Молодой человек, – старик учитель мог позволить подобное обращение к любому из находящихся в этом кабинете. По странному стечению обстоятельств, все они были когда-то его учениками. – А много ли студентов в вашем корпусе могут похвастаться высшими баллами по всем трем предметам? (Для справки: озвученные предметы – алгебра, физика и биология.)

Михаил Ефремович заскрипел зубами. Кому-нибудь другому он бы не спустил такого пренебрежительного обращения к себе.

– Прекратите, – одернула обоих своих коллег директор из Северного, женского корпуса, Мишина Татьяна Михайловна, супруга директора Южного. – Соглашусь с обоими. Три экзамена – это не показатель знаний. Но также добавлю, что среди моих воспитанниц не многие смогут похвастаться такими показателями по всем этим предметам разом. Но все же настаиваю на дополнительной, хоть и минимальной аттестации по другим предметам.

– Правила для всех поступающих едины, – вмешалась в спор и Ирина. – Конечно, они подвергнутся дополнительной аттестации, но сейчас я хочу услышать ваше мнение, стоит ли нам вообще рассматривать вопрос об их приеме?

– Даже если они благополучно сдадут все тесты? – уточнил у неё директор Юго-Восточного академического корпуса.

– Именно, – кивнула ректор. – Так что для начала я хочу услышать от вас «да» или «нет».

– Тогда, – первым высказался старик-учитель, – я за прием.

– Я против, – сразу же ответил директор Мишин.

– Я за, – возразила мужу жена и пояснила свою позицию: – Извини, дорогой, но я не думаю, что твоё суждение верное. Дети не должны нести ответственность за своих родных.

– Татьяна Михайловна, – осуждающе глянула на неё Ирина, – обмен мнениями мы проведем позже. Сейчас только «да» или «нет».

– Я тоже за, – сказала директриса Восточного учебного корпуса.

– Пожалуй, я все же соглашусь с коллегой из Южного, – поправляя очки, высказался главный из Юго-Восточного.

– За, – лаконично произнес самый молодой директор из Западного корпуса.

– Тоже за, – это сказала миниатюрная блондинка из Восточного. – А как насчет вас, Ирина Александровна?

– В данной ситуации я хочу слышать только ваше мнение, – решительно заявила Малышева. – Директора высказались. Очередь наших учителей.

– Да.

– Нет.

– Я против.

– Согласен.

– Да.

– Да.

– Девять за и четыре голоса против, – подвела итог Ирина. – Теперь я бы хотела, чтобы каждый из вас обосновал свою позицию. Начнём, пожалуй, с самого старшего из здесь присутствующих.

Портальные врата остались за спиной.

– Что скажешь, сестра? – спросил Джен, глянув на небо.

Дымка начала рассеиваться.

Его сестренка тоже глянула на небо, прежде чем ответить ему.

– Знаешь, я, пожалуй, не откажусь поучиться здесь, – призналась она. – Забавные здесь ребята… Вот только примут ли нас?

– В любом случае мы ничего не теряем, – заметил брат. – Так что давай наберемся терпения и подождем.

– А у нас есть выбор? – пожала плечами девушка и указала на небо: – Уже скоро…

– Ну вот, – негромко выругался боцман, перегибаясь через борт и пытаясь разглядеть запутавшийся в рыболовной сети винт патрульного катера береговой охраны «Вологда».

– Ну и какого черта тебя сюда понесло? – рыкнул он на рулевого, который попытался проявить инициативу из вполне благородных побуждений.

Во время штатного патрулирования капитан занемог. Сильно, до рези, разболелся живот. Судовой врач, молодой ещё парень, предположил, что у него аппендицит с осложнениями. Вот и попытался рулевой срезать обратный курс, пройдя через места, облюбованные рыбаками для своего промысла, и, как результат, намотал на винт кем-то забытую сеть. Естественно, это привело к непредвиденной задержке. Благо один из рыболовных траулеров, промышляющий в этом районе, оказался поблизости. И капитан рыболова согласился помочь и на своем судне доставить больного в порт. Врача и капитана перегрузили, и траулер на полном ходу направился к порту приписки. А экипаж «Вологды» своими силами взялся устранить неисправность.

– Боцман, успокойся, – попытался образумить старого моряка старпом. Да куда ему, молокососу, который в море без году неделя. Хотя обычно боцман такого поведения в присутствии старших офицеров себе не позволяет, но на этот раз, пока не обложил беднягу рулевого трехэтажным отборным матом, не затих.

Но его тоже понять было можно. Репутация на флоте зарабатывается годами, а спускается в унитаз в один миг. Вот и сейчас он был более чем уверен, что им ещё не раз припомнят данный инцидент и намотанную сеть на винте.

Где-то через полчаса, надев акваланги и гидрокостюмы, боцман в сопровождении провинившегося рулевого погрузились в воду, чтобы обследовать винт на наличие повреждений и срезать эту чертовую сеть. К большому облегчению, самого страшного им все же удалось избежать. Визуально винт выглядел в порядке. Осталось только его освободить от сетей.

Еще где-то минут двадцать они были заняты тем, что резали довольно прочную сеть. Надо признать, повозиться им пришлось знатно. Тонкая, но крепкая сеть с неохотой поддавалась их усилиям. Но, наконец, они закончили. И в этот момент, обернувшись назад, боцман увидел перед собой в каких-то десятках метров существо. Оно внимательно наблюдало за их действиями, не проявляя агрессии. Внешне оно было похоже на человека с голубоватым отливом кожи. Имело также две руки и две ноги, только с плотными перепонками между пальцев. И ещё глаза… они были непропорционально большие, почти на пол-лица.

Увидев это создание, рулевой запаниковал, и боцману пришлось схватить его, чтобы тот ненароком себе не навредил. А существо, поняв, что его заметили, быстро стало погружаться и вскоре пропало в морской пучине. После чего боцман отпустил парня и подтолкнул его в спину в сторону опущенного к воде трапа. Сам плыл, держа на изготовке свой нож, зыркая по сторонам, но успевая при этом контролировать парня.

Слава богу, вернулись без происшествий, но молодого матросика била крупная дрожь.

– Что произошло? – заметив такую реакцию, обес-покоился старпом.

– Сам бы хотел знать, – скидывая акваланг, признался старый моряк. – Сам впервой такое видел, – и рассказал о встрече с морским обитателем глубин, так похожим на человека.

– Не знаю, кто это был, – напоследок повторил боцман.

– Возвращаемся, – принял решение старпом и глянул на рулевого. – Я за штурвал.

А уже через час о произошедшем было доложено их непосредственному начальству.

Глава 4

Отсроченное наказание

Мерный и убаюкивающий стук колес по стальным рельсам.

Тук-тук… тук-тук…

Не два, а целых три мощных локомотива, как тройка коней, впряжены в этот состав из сорока вагонов. Кто-то, может, скажет, и будет прав, хватило бы и двух, но это был как раз тот случай, когда лишний локомотив не в тягость. Ведь трехпутный железнодорожный путь пролегает в опасной близости от застывшей стены тумана. Местами, где горы не закрывали вид, её даже можно было увидеть.

Жора искренне поражался, как вообще здесь что-то было возможно построить. Даже без близкого соседства с туманом, сложность рельефа делала эту задачу почти невыполнимой. До этого момента он даже не задумывался, насколько это была тяжелая задача, с которой успешно справились.

После 1904 года Артур больше семидесяти лет оставался отрезанным от остальных регионов России. И только флот обеспечивал их связь.

Но строительство железной дороги, длившееся рекордные пятьдесят лет, все же было завершено.

И вот их состав идет по старой-новой железной дороге.

Сразу же за тройкой локомотивов боевой, броневой вагон с орудиями, пулеметами и вооруженной охраной. Потом спальнопассажирский вагон, вагон-ресторан, снова пассажирский, и снова боевой, шесть почтовых вагонов, и опять вооруженный, – остальные в составе грузовые вагоны. Надо ли лишний раз указывать на то, что все пассажирские и почтовые вагоны – бронированные?

То, что мало пассажирских, это нормально. Артур не был тем местом, куда особо рвались люди. Поэтому из шести составов, что постоянно курсировали по этому маршруту от Владивостока до Артура, только один можно было назвать пассажирским. Итого, половина состава тоже была почтово-грузовой. В противном случае этот рейс всегда был бы убыточным.

В вагоне-ресторане Жора был единственным посетителем. В такой ранний час немногочисленные пассажиры ещё спали. А вот Георгию не спалось. Он уезжал, когда во Владивостоке ещё вовсю шли обыски и аресты. Местным следователям прибыла в помощь целая армия их коллег из Питера и Москвы, и в его помощи надобность отпала. И вся эта шумиха пошла именно из Артура.

«В интересное место предстоит попасть», – думал молодой следователь, глядя в окно. Вернее, это было не совсем окно, а большой плоский экран, на который проектировалось изображение с наружных камер наблюдения. В пассажирских вагонах не было окон.

Пару раз на пути попадались станции-крепости, обнесённые стенами, своим видом напоминающие средневековые цитадели.

Жора не понимал и удивлялся, глядя на такие крепости, не зная, как там можно вообще жить. А ведь люди там жили, а не выживали, вопреки распространённому мнению. Он сам видел группу вооружённых людей, безбоязненно идущих вдоль путей. Испуганными они не выглядели.

И в этот момент его внимание привлекла небольшая стая алых волков, о которых он так много слышал и видел в передачах по телевизору. А так, вживую, увидел впервые (почти вживую): пять взрослых особей на каких-то древних развалинах. Сейчас и не понять, чем это было раньше.

Волки пристально следили за проносящим мимо поездом, словно провожали свой несостоявшийся обед.

Жуткие и опасные твари.

И в этот момент это и произошло. Жорик так и не понял, откуда он взялся. Просто в какой-то миг за спинами у волков появилось нечто белое. И хоть волки находились к этому нечто спиной, они словно почувствовали опасность и, не сговариваясь, рванулись в разные стороны. Вот только белый кот (а Жорик смог разглядеть, что это был кот – большой, крупнее волков, но кот) оказался быстрее и одного алого навсегда упокоил ударом когтистой лапы. Остальных волков кот проигнорировал, только лениво проводил их взглядом, нагнулся над добычей и начал свою трапезу.

– Захватывающее зрелище, не так ли? – услышал Жора посторонний голос у самого своего уха. Резко дернулся на голос. За самой спиной оказался невысокий мужчина лет тридцати – тридцати пяти. Внешность совершенно незапоминающаяся. Про таких говорят: обычный. Волосы с легкой сединой, средней ухоженности. А вот глаза… Карие глаза человека, знающего себе цену. Но больше всего поражало то, насколько близко он смог подойти, не выдав при этом своего присутствия.

– Увидеть вживую туманного кота – таким не многие смогут похвастаться, – заметил незнакомец.

– Может быть, все дело в том, что немногие выживают после таких встреч, – предположил Жора.

– Глупость. Глупость обывателя, верящего в распространённые штампы откровенных глупцов. Вы уж простите за такое нелестное сравнение, – сразу извинился незнакомец. – Вы позволите присесть?

– Да, конечно, – разрешил ему Жора. – Так просветите меня, чтобы больше не казался глупцом.

Среди тех, кто садился на этот поезд, Жорик этого человека не помнил. Там не так уж и много было народу. А ведь на свою память он никогда ранее не жаловался. Его специально обучали обращать внимание на вот таких незаметных. А ещё этот акцент, выдающий иностранца!

– На самом деле туманные коты равнодушны к людям и первыми на них не нападают, – произнес случайный попутчик. – А, прошу прощения, меня зовут Пьер. Я родом из Барфлёра – есть такой городок у самого пролива.

– Я в курсе. Далеко же вас занесло, – заметил Жора.

– О! Это моя страсть – не могу подолгу сидеть на одном месте. Вечно ищу приключений на свою пятую точку. Но вернемся к кошечкам… Опытные наемники, если их хорошо попросить, расскажут вам много историй из своей жизни. И про свои встречи с туманными котами тоже. Если, конечно, у них хватило ума не нападать на них. Не слушайте тех, кто хвастается своей победой над туманным котом, это вруны!

– Вы считаете, что их нельзя победить? – поинтересовался Георгий.

– Ну, пока ещё никто не смог предъявить в качестве трофея не только голову, даже ноготка кота. Коты не прощают своих обидчиков. Поэтому те, кто имел неосторожность вступить с ними в конфликт, уже ничего не смогут рассказать. Так как мертвые обычно молчаливы.

– Интересные истории вы рассказываете, – заметил Жора. – Вы сами наемник?

– Нет, – отрицательно мотнул головой Пьер. – Но я очень люблю слушать знающих людей. Особенно мне нравится все, что связано с туманом и попытками противостоять ему. Например, взять эту железную дорогу. Полностью буквально воссозданный Восточно-Китайский путь. Старый железнодорожный путь теперь частично на территории, занятой туманом. И желающих проехаться по нему сейчас и не найдешь. Авантюристы и дураки перевелись ещё много лет назад. А вы знаете, как у нас во Франции называют этот новый путь? – неожиданно спросил он.

Жора не знал.

– И как же? – уточнил у своего собеседника.

– Кровавой дорогой на костях. Ведь большинство обывателей у нас верят в то, что для её строительства российские власти использовали выживших китайцев, и что за время строительства их здесь погибло, по самым скромным подсчетам, тридцать миллионов.

– Какая чушь! – возмутился со всей искренностью Георгий. – Откуда они такие цифры взяли? За все время строительства число погибших, по разным причинам, составляло семнадцать тысяч человек. Это подтверждённые данные, они находятся в доступном архиве Министерства стратегического развития Дальнего Востока. К тому же китайцев из них только семь тысяч.

– Вот именно эта цифра наших политиков и бесит сильнее всего, – заметил Пьер. – Они не могут принять того факта, что при таких условиях погибло так мало народу.

– Мало, – задумчиво повторил Жорик. – Я бы так не говорил.

– Я повторяю: в тех условиях и напряжении, что строился этот путь, в близком контакте с туманной зоной, жертв могло быть в десятки раз больше. Поэтому я искренне восхищен упорством вашего народа. Благодаря этому вы смогли соединить самую дальнюю часть вашей страны, находящейся на отшибе, с остальными областями. И ещё, вы умеете быть благодарными!.. Смотрите. Не чудо ли! В таком месте, и увидеть такое! – Пьер указал на что-то за окном.

Жорик глянул туда.

Действительно чудо…

Самый настоящий город, и почти на самой границе тумана.

Фушунь – город, на все сто процентов китайский, с двухсоттысячным населением. Названный в честь одноименного города, оставшегося там, за стеной тумана. Новый был основан почти на самой границе с Кореей. И теперь это крупнейший железнодорожный узел в этом регионе. Все железнодорожные пути ведут через него.

Город окружен стеной высотой с пятиэтажный дом. Да и в городе все дома были пятиэтажными, построенные по схеме Златограда: соединённые между собой переходами на уровне второго и пятого этажей. Все дома, по сути, мини-крепости, построенные все по той же схеме крепостных домов в Артуре. Но это ещё не все. Над городом была натянута мелкая, сверхпрочная металлическая сетка, которая должна была обеспечивать дополнительную защиту.

Поезд как раз въезжал в гостеприимно распахнутые ворота, прижимаясь к самому перрону, на котором уже толпился народ. Но это были не пассажиры, а грузчики, которым предстояло всего за полчаса стоянки разгрузить и загрузить необходимые вагоны, чтобы поезд, не выбиваясь из графика, продолжил свой путь.

Но Фушунь был знаменит не только тем, что располагался в опасной близости от стены тумана, но и своими сигаретами.

Да-да! Именно своей табачной продукцией под маркой с названием города. Эти сигареты пользовались – бешеной популярностью у ценителей отменного табака по всей России. От предложений поставки на экспорт владелец всей табачной империи, некий неизвестный бизнесмен Ли Лунь, отказался, заявив, что вся его продукция без остатка не покрывает и сотой доли потребности империи. А возможность расширения своего производства он пока не рассматривает.

– Красавец! – прокомментировал Пьер, разглядывая город за окном. – Есть что-то непередаваемое в этом крепостном стиле.

– Вы так думаете? – с сомнением произнес Жора. Ему же, привыкшему к красоте и величию Питера, город казался мрачным и однообразным.

– Этот город – как напоминание о том, что люди – вершина эволюции и их так просто не сломить, – закончил свою мысль француз.

– А вы философ, – заметил Георгий.

– Так заметно? – рассмеялся Пьер. – Не хотите ли выйти со мной на перрон? – неожиданно предложил он.

Жора с сомнением глянул в окно на всех этих людей, что были снаружи.

«А почему бы и нет», – решился он.

Вне поезда, на перроне, царила небольшая суета. Грузчики уже вовсю разгружали и загружали вагоны. И так ловко у них получалось, что становилось ясно, что ко времени отправления все будет закончено.

Помимо них, на перрон размяться выбрались и военные из поезда. Некоторые завели разговор со своими китайскими коллегами, отличающимися только цветом кожи и шевронов с китайскими иероглифами.

И вообще, здесь все было на китайском, насколько успел обратить внимание Жора. Надписи – сначала на китайском, потом дублируются по-русски. Над станцией два флага: имперский, российский, и снова китайский.

Ничего удивительного. Ведь специальным имперским указом ещё в прошлом столетии этому городу были дарованы особые привилегии. И теперь Жора и сам увидел, что это за привилегии такие.

– Так зачем вы вытащили меня из поезда? – оборачиваясь к Пьеру, спросил Георгий. – Любоваться всем этим можно было и из-за окна. Так кто вы такой?

Француз не стал ничего отрицать или возражать, а просто рассмеялся.

– Вот что значит многообещающий следователь Службы имперской безопасности! Молодое дарование Столяров Георгий Иванович. Известный под прозвищем Мажорик… – тем самым Пьер продемонстрировал свою осведомленность. – Не надо резких движений, юноша, – предупредил он все с той же улыбкой. – Даже если вы заорете, я смогу уйти. Досадно только будет, что наш разговор не состоится.

– Что вы хотите? – Жора действительно поглядывал на группу военных, стоящих неподалеку.

– Где я прокололся? – полюбопытствовал француз. – Вы не могли обо мне ничего знать.

– Вас не было вчера на перроне во время посадки пассажиров, – спокойно произнес молодой следователь. – А после отправки на станциях никто в поезд не подсаживался. Поэтому вы либо здесь уже были, либо постарались подсесть незаметно для остальных.

– Браво! Восхищен вашей наблюдательностью… Телепортация, – одним словом Пьер объяснил свое появление в поезде. – Надо признать, это очень трудно сделать. Телепортироваться в движущийся объект почти невозможно.

– Но вы смогли, – теперь стало понятно, на чем основана его уверенность в том, что он сможет легко убежать.

– О нет! – возразил он. – Я не такой гений. Я смог попасть к вам во время отправления поезда на последней станции.

– Вы знаете, кто я и откуда. И у вас какой-то разговор ко мне, а я о вас не знаю ничего, – заметил Жора и снова посмотрел на военных.

– Хорошая попытка, – одобрительно улыбнулся француз. – Но моего настоящего имени вы не услышите, как, впрочем, я не скажу и о том, как вышел на вас.

– Так что вы хотите? – спокойно уточнил Жора.

– Прежде чем начать, сразу скажу: я не прошу держать наш разговор в тайне, – сообщил ему Пьер. – Более того, рекомендую рассказать обо всем вашему новому начальнику полковнику Аланову, или старшему следователю Рейну.

– Даже так, – произнес Жора задумчиво и заинтересованно. – Я слушаю.

– Для начала, мой коллега Жан де Кастро действовал хоть и от имени организации, но по своему усмотрению и вопреки нашим интересам. Я должен был остановить его, но малость не успел. Хочу также сказать, что наша организация не имеет интереса в России и тем более не собирается с ней конфликтовать. Скажу больше: в организации сложилось устойчивое мнение о необходимости смены курса и перехода к конструктивному диалогу. Тем более наша организация не имеет никаких контактов с Японской империей. И все произошедшее в Артуре – это личная инициатива моего покойного коллеги. И его смерть – это результат его собственных необдуманных и поспешных действий.

Хоть название организации и не было названо, Жора и так догадался, о какой именно организации идет речь. Но надо признать, он был шокирован. Он и не думал, что начавшиеся в Артуре события настолько серьезны, что потребовали от признанной террористической организации «Фаворит» пойти на такие действия, как фактическое предложения мира… через него. Видимо, соваться в сам Артур человек, назвавшийся Пьером, опасался.

– Это всё? – уточнил Георгий, когда тот замолчал.

– Да, пожалуй. Здесь мы с вами и расстанемся. Приятно было с вами пообщаться. – После этих слов Пьер внезапно исчез.

В первый раз Жора стал свидетелем телепортации, о которой так много слышал. Даже военные это заметили.

– Это что сейчас было? – удивленно повернулся к нему один. – Телепортация?

– Видимо, так, – пробормотал он.

– Ваш друг вернулся в вагон? – спросил его второй.

– Нет, он сошел на этой станции, – пояснил Жора.

– Документы предъявите, пожалуйста, – как-то уж подозрительно глянул на него тот, что первым спросил его про телепортацию.

– Да, конечно, – послушно полез в карман Жора.

«Интересно у меня начинается служба на новом месте», – подумал он, разворачивая свое удостоверение.

В рабочем кабинете наместника, великого князя Романова Сергея Михайловича, сегодня было довольно многолюдно. Присутствовали все те, кто в той или иной мере решал судьбу этого города.

Адмирал Макаров Андрей Алексеевич (отец Глеба), командующий всей морской группировкой военно-морской базы Артура.

Его «сухопутный» коллега и тоже вице-адмирал – Корнев Павел Николаевич. Он командовал всеми сухопутными прибрежными укреплениями и крепостями.

Следующий, находящийся в этом кабинете и сидящий за столом рядом с наместником, к армии отношения не имел. Он был так называемым журналюгой, акулой пера: главный редактор ежедневной газеты «Артурский вестник». В среде журналистов он был крайне уважаемым человеком, к мнению которого привыкли прислушиваться. Звали его – Горностаев Светозар Игоревич.

Еще один военный, чье нахождение здесь было вполне логичным, учитывая присутствующих здесь адмиралов, – генерал-майор Вотинов Сергей Сергеевич. Он командовал всеми воинскими частями, не имеющими отношения к военно-морским силам. Которых здесь было не так уж и много, но которые все же присутствовали.

Присутствие главы Службы имперской безопасности в регионе, полковника Аланова Вадима Николаевича, ни у кого не вызывало особых вопросов. Как, впрочем, и присутствие его коллег из управлений жандармерии и полиции: тоже оба в звании полковника, так как сменили своих бездарных генеральских предшественников по распоряжению наместника всего полгода назад и официально все ещё числились временно исполняющими.

Полковник Кобзаренко Николай Сергеевич.

Полковник Лин Кун.

Эти двое чувствовали себя в присутствии высоких чинов не совсем уверенно и напряженно. Да это и понятно. Они впервые были допущены в этот кабинет.

А вот один из руководителей «Монолита», Лисицын Анатолий Григорьевич, глава крупнейшей ассоциации наемников, вел себя довольно спокойно. Хоть и он был в этом кабинете впервые и с большинством здесь присутствующих не особо-то и ладил.

– До того, как начнем, господа, – первым заговорил молодой наместник, – хочу сразу всех предупредить: все, что будет сказано в этом кабинете, не должно покинуть этих стен.

– Да вы меня прямо застращали, Сергей Михайлович, – воспринял сказанное на свой счет Горностаев. – Вот сейчас выйду из этого кабинета и сразу же побегу статью стряпать… Тайная сходка сатрапов! Как вам название?

– Я серьезно, Светозар Игоревич, – без улыбки глянул на него великий князь. – Все настолько серьезно, что утечка информации может вызвать неоднозначную реакцию у населения города. А этого не стоит допускать.

– Уж не маленький ребенок, – огрызнулся редактор. – Знаю, когда следует промолчать. Да и не стали бы вы меня сюда звать, если бы не доверяли, – резонно заметил он.

– Хорошо, – кивнул Романов. – Именно потому, что вы разумный человек, вы и здесь. Адмирал, прошу вас, – великий князь глянул на Макарова. – Мы вас слушаем.

– Благодарю, – адмирал отвесил легкий поклон в сторону наместника. – Семь дней назад прямо к стенам крепости Аскольд штормом было выброшено мёртвое тело. Конечно, первоначально решили, что это кто-то из «отмеченных», с наибольшим количеством мутационных изменений. Тело было передано сотрудникам криминальной полиции, – взгляд на Лин Куна. – И уже его судмедэксперты установили, что выброшенное штормом мертвое тело не принадлежит человеческому роду. Полковник, – передал он право продолжать другому.

– Действительно, то существо, которое забрали у нас сотрудники полковника Аланова, определенно не относится к человеческому роду. Внутреннее расположение большинства жизненно важных органов не соответствует общепринятым человеческим стандартам. Для начала, сердец у этого существа два. Расположены они чуть ниже и по обеим сторонам. Привычные органы дыхания отсутствуют. Их полностью заменяют жабры, что указывает на то, что существо не амфибия и в атмосферной среде существовать не может. Это чисто морской обитатель. По строению и плотности скелета можно судить, что существо – обитатель больших глубин. Но мои эксперты в один голос утверждают, что это разумный вид. Официально мы назвали его русалом.

– Почему именно так? – полюбопытствовал Горностаев. Его глаза блестели от плохо контролируемого возбуждения. Он и не пытался скрыть того факта, что его это известие сильно заинтересовало.

– Будь это баба, назвали бы русалкой, – довольно грубо пояснил суть названия Макаров. – Но это мужик, поэтому и русал. Да какая, в общем, разница, как это обзывать! Суть в том, что был обнаружен новый морской обитатель. И судя по всему, разумный вид. Вот что сейчас главное, – заявил он.

– Судя по вашим же словам, это глубоководное существо, и в нашей атмосфере существовать не может. Поэтому я и сомневаюсь, что оно может представлять хоть какую-то опасность, – заявил Светозар. – Не думаю, что это стоит того, чтобы скрывать от общественности. Мало вероятно, что это может вызвать панику у населения. Нет, без вашего на то позволения, об этом существе не будет напечатано ни слова, – ещё раз заверил он всех присутствующих.

– Дело в том, – продолжил адмирал Макаров, – что это был не единичный случай. Вчера боевой катер береговой охраны во время патрулирования намотал на винт оставленную кем-то сеть. С проблемой экипаж справился самостоятельно, но во время погружения и очистки винта произошел визуальный контакт с ещё одним русалом, или русалкой… кто знает, кто это был. Существо не проявило агрессии и, будучи обнаруженным, быстро ушло на глубину. И это уже второй случай за неделю, – хмуро отметил адмирал. – Соглашусь, что агрессии оно не проявило, но мы не можем знать, как поведут себя эти существа далее. Продолжатся ли у нас с ними контакты и к чему это приведет?.. Если сейчас об этом сообщить общественности, допускаю, что это не вызовет паники. Но найдутся и те, кто рванется в море в попытках установить с ними контакт. И идиотам, как правило, везет, – довольно нелестно оценил их умственные способности отец Глеба. – И они найдут их на свою жопу… А потом? Кто может гарантировать, что все это не выльется в трагедию? И поэтому если контакта все же не избежать, то мы должны быть к нему готовы, и для этого должны быть задействованы только опытные и психологически выдержанные люди.

– То есть солдафоны, такие же, как и вы, – усмехнулся редактор, но его сарказм был проигнорирован.

– Предлагайте своих кандидатов, и мы их обсудим, – спокойно ответил на это вице-адмирал. – Если эти люди действительно чего-то стоят, они будут включены в проект.

Горностаев ненадолго задумался, но, видимо, на ум ему не пришла ни одна достойная кандидатура, поэтому на лице промелькнуло выражение досады, и он предпочел пока промолчать.

– О контактах будем думать только после ещё одной встречи с этими существами, – решительно заявил наместник и добавил: – Я не возражаю, адмирал, если вы подготовите такую группу для возможной встречи с обитателями глубины. По крайней мере, будет не лишним иметь подходящих для этого людей. Но есть ещё кое-что, что вам стоит знать, господа. И то, что к делам морским не относится. Полковник, введи всех в курс дела, – глянул на главу СИБ Сергей Михайлович.

– Неужели наш герой раскрыл очередной заговор врагов? – с неприязнью произнес Светозар. Не то чтобы он его недолюбливал, но относился к нему предвзято.

– Возможно, – напрямую глянул на него Вадим. Он тоже терпеть не мог этого человека и считал, что наместник зря пригласил его в этот кабинет. – Как и в случае с подводными существами, происшествие имеет место в период туманной дымки. Все из присутствующих в курсе появления нового вида туманного монстра?

– Если вы о желтом волке, то я об этом уже слышал, – произнес Лисицын. Остальные ограничились сдержанными кивками. Да и Горностаев не выказал особого удивления. Видимо, до него уже дошли слухи.

– Скажите, князь, – тон Светозара Игоревича изменился, – эта зверюга действительно может телепортироваться?

– Это пока нам не известно, – честно ответил Аланов. – Увы, только повторная встреча с этой тварью даст нам ответ на этот вопрос.

Горностаев скривился, но высказывать свое неудовольствие от полученного ответа вслух не стал. Все же, несмотря на свой характер, он был неглупым человеком.

– Я сделаю все, чтобы не дать распространиться этой информации. Но сами должны понимать, слухи уже просочились, и скоро об этом будет говорить каждый. По-этому необходимо, чтобы вы лично сделали официальное заявление по этому поводу. Пока за вас о новой угрозе для города не раструбила желтая пресса, – мрачно пообещал он и глянул на до этого момента молчавшего – Лисицына. – А что наш уважаемый главный городской наемник отмалчивается?

Тот равнодушно пожал плечами.

– У меня нет информации, которая могла бы вас порадовать. Случаев встреч с новым видом туманных монстров пока зафиксировано не было. Если бы такое произошло, мне бы уже доложили. Увы, о желтых волках я сам узнал буквально вчера, – он покосился на Вадима. – Но это мы можем обсудить и позже, а сейчас своими разговорами мы мешаем господину полковнику сообщить нам о чем-то действительно важном.

– Благодарю вас! – Аланов чуть заметно ему кивнул. – Наши специалисты внимательно изучили видео с авторегистратора из машины патруля. – Краем взгляда он заметил, как перекосилось лицо адмирала Макарова, которому явно докладывали о самоуправстве сотрудников СИБ и об изъятой информации с видеорегистратора. – И обнаружили на записи одну интересную деталь, – он предпочел сделать вид, что не замечает обжигающего взгляда адмирала. – И увиденное заставило нас напрячься.

Из папки, что лежала перед ним, Аланов достал первую фотографию и пустил её по кругу.

– Это увеличенный кадр с того самого видеорегистратора, – пояснил он. – Здание напротив, за несколько секунд до нападения волка на патрульных.

Фотография обошла всех и вернулась к полковнику. Все молчали и ждали продолжении, и глава СИБ пустил по кругу следующую фотографию:

– То же самое место, дом и окно, уже спустя чуть больше десяти секунд, то есть уже тогда, когда волк был убит.

– Бред, – пробормотал вице-адмирал Корнев. – Хотите сказать, что в одном здании одновременно находилась и тварь из тумана, и какой-то человек? Да он бы там же и стал обедом для этой твари!

– Полковник, – тихо поправил его Анатолий Григорьевич, – хочет донести до нас мысль, что ту зверюшку на ваших морпехов натравил человек, и что они действовали в паре.

– Да такого просто быть не может! – воскликнул Корнев, но, глянув на фото, резко умерил свой пыл и только продолжил хмуриться.

А вот адмирал Макаров выглядел крайне задумчивым.

– Дрессированная тварь из тумана, – пробормотал он. – О таком я слышу впервые.

Генерал-майор хмыкнул:

– Теперь понятно, что за зачистку твои сотрудники проводили в том районе и для чего тебе там понадобились мои мальчики. И как результат? Нашли что-нибудь? – и бросил на полковника пристально-изучающий взгляд.

– Увы, безрезультатно, – разочаровал его Аланов. – Того, кого мы искали в том районе, мы так и не нашли.

– Это ожидаемо, – хмыкнул журналист. – По этому фото хрен поймешь, кто там был. Конечно, если у вас не было более детальной информации о том, кого искать, – теперь и он буквально буравил князя взглядом. – Так было или не было?

На стол легла ещё одна фотография. На этот раз фото отпечатка ступни.

– Этот след был обнаружен, как вы сами догадались, в той самой комнате, у того самого окна. Есть у кого какие мысли? – поинтересовался князь.

– Похоже, у кого-то даже нет денег на приличную – обувь, – усмехнулся Горностаев.

– Четыре пальца, – заметил несоответствие Лисицын. После его слов все стали снова пересматривать снимок. А Анатолий тем временем продолжил: – Судя по расположению, не похоже, что один палец отрезан. Скорее, так было с рождения. Хм, а не слишком ли большая ступня?

На стол легла ещё одна фотография. На этот раз рядом с отпечатком ступни был ещё один отпечаток. След от армейского ботинка. И он был несколько меньше отпечатка голой ноги.

– Заметьте, мои ребята сами по себе парни довольно крупные, – предупредил полковник управления СИБ.

– Что вы этим хотите сказать? – прямо глянул на него Макаров. – Ещё одно существо наподобие того, что из глубины?

– Увы, слишком мало для таких утверждений данных, но не исключаю, – ответил ему Вадим.

– Я так понимаю, вы проверили всех людей в том районе, и никто не подошел? – поинтересовался Лисицын.

– Вы правильно поняли. Расследование продолжается, но данных очень мало, чтобы делать однозначные выводы.

– Хорошо, от нас что требуется? – этот вопрос наемник адресовал непосредственно наместнику.

– Я хочу, чтобы вы оставили свои дрязги и работали вместе, – заявил великий князь. – В составе трех подразделений правопорядка создаются следственные группы для решения именно таких вопросов. Я очень хочу, чтобы от вас в этих группах присутствовало хоть по одному представителю. И чтобы эти группы работали сообща, обмениваясь доступной информацией. То же самое я требую и от вас, – он обвел жестким взглядом всех присутствующих. – В этом деле конкуренция недопустима. Надеюсь, я ясно выразился?

Ответом ему был нестройный гул голосов. Но все высказали свое согласие с требованиями князя.

– Хорошо! – одобрительно покивал тот. – Тогда обсудим детали…

– Это как понимать? – Денис оглянулся, чтобы хмуро глянуть на свою невесту. – Кто эти люди?

У своего пострадавшего в ходе штурма дома он увидел три грузовичка, из которых плечистые ребята выгружали мебель и вещи.

– Эти люди всего-навсего наемные грузчики, которых наняли для перевоза моих вещей. Неужели ты хочешь отказать мне в праве жить вместе с тобой? – изобразила оскорблённую невинность Юмико. Вот только Дениса было не провести таким выражением лица. Да и показывал он не на грузчиков, а на небольшое семейство чуть в стороне от основного движения: молодую женщину с двумя ребятишками и парня, что руководил разгрузкой. Они явно не имели никакого отношения к бригаде наемных рабочих.

– Я не против твоего переезда сюда, но я спрашивал не об этом, – Денис все так же хмурился, глядя на японку. – Так кто тот парень? И почему он здесь… с ними, – он кивнул на женщину с детьми.

– Ну, это Павлик. А это его семья, – Юмико пожала плечами. – Он мой помощник, а его жена… кстати, её зовут Юлеана… её можно назвать моим финансовым директором.

– Только не говори, что и они будут жить в моем доме, – это уже было скорее утверждение, чем вопрос.

– А что такого? – Юмико обратила на него удивленный взгляд. – У тебя здесь квартир много, и ты их все равно не используешь, – резонно заявила она.

– Не использую, – вынужден был согласиться с ней он. – Но это нормально, если они будут жить здесь?.. К тому же у них дети. Это ведь не безопасная городская зона. Здесь даже днем опасно.

– В городе для них будет куда опаснее, чем здесь, – ответила Юми.

– Пояснишь? – он глянул на невесту.

– Павел – мой помощник, – снова повторила она. – Именно он решает проблемы с мелкими группировками, пытающимися играть не по установленным правилам. И именно его последним видят те, кто, вопреки установленным правилам, пытается распространять в Артуре всякую наркотическую дрянь. Знаешь, если выставить всех его кровников, недоброжелателей и просто желающих его смерти в одну очередь, то она получится довольно приличной. – Юмико изобразила не радостную усмешку. – Юлеана, как мой финансовый директор, тоже привлекает к себе много внимания. Поэтому мне приходится беспокоиться об их безопасности и организовывать охрану.

– То есть мне придется разместить для них ещё и охрану в своем доме, – вздохнул Денис.

– Пару человек и только на короткое время, – быстро заверила его Юмико. – На то время, пока не будет подготовлено жилье по соседству. Благо выбирать есть из чего, – она обвела рукой окружающее их пространство. Эта часть города была хоть и старая, но достаточно крепкая. – Завтра же здесь начнут работать специальные строительные бригады, которые расчистят улицы для тяжелой строительной и ремонтной техники. Кстати, смотрю, твоя племянница уже позаботилась о ремонте твоего дома, – Юми кивнула на то окно, что пострадало при недавнем штурме. Сейчас уже по нему и не скажешь, что там что-то было.

– Ага, – почему-то Денис не выглядел особо счастливым по этому поводу. – Она потребовала от меня, чтобы я перебрался на территорию Академии, – пояснил он причину своего неудовольствия. – А когда я отказался, заявила, что приставит ко мне свою охрану.

Взгляды обоих, как по команде, сместились на дальний конец улицы, где, не особо привлекая к себе внимание, стоял матово-черный колёсный броневик БТР-1А, ещё известный под птичьем прозвищем «Канарейка». Он, вообще-то, был не российским, а немецким детищем. И, соответственно, первоначально вооружение на нем стояло тоже немецкое: три пулемета MG-45. (Чтобы не заморачиваться с характеристиками, советую посмотреть раздел с немецким единым пулеметом Второй мировой войны MG-42.) И именно из-за их характерного звука БТР и получил такое оригинальное прозвище. Сейчас, конечно, он уже был снят с вооружения обоих союзных армий, но в таких местах, как Артур, у наемной братии их можно было встретить не в единичных экземплярах и ещё в первоначальной, чисто немецкой компоновке.

– Хм, я примерно так и подумала, только грешила на одного знакомого полковника, – прокомментировала японка наличие броневика в конце улицы. – Но знаешь, она просто о тебе беспокоится.

– Знаю, – Денис откровенно и недовольно ворчал. – Все это я знаю. Но я как-то до этого и сам неплохо справлялся с обеспечением собственной безопасности.

– Успокойся и не злись. Хочешь, я с ней сама поговорю? – предложила его невеста.

– Ты ей не особо нравишься, так что не думаю, что у тебя получится, – усомнился он.

– Поспорим? – прищурилась Юмико. – А вот мне кажется, мы с ней друг друга поймем и придем к взаимопониманию.

– Глупости, – не согласился с ней Денис. – Я её лучше, чем ты, знаю. Она упряма, вся в мать.

– Тогда спорим, мы с ней поладим? – Юми протянула руку для закрепления спора.

– Спорим, – согласился он, пожимая протянутую руку. – На что хоть спорим?..

– О!.. Об этом не беспокойся, я что-нибудь придумаю, – и коварно так улыбнулась.

Вроде бы наказаны и поставлены в угол, но по факту для них изменилось лишь то, что после основных школьных уроков они должны были проводить два часа на клубных занятиях. Вот только в этом и была маленькая загвоздка… Совсем маленькая.

Вика, фактический глава клуба, была наказана дополнительными часами занятий. И узнав об этом, учителя словно с цепи сорвались, стали назначать ей эти самые занятия на после уроков. Соответственно, у неё совершенно не оставалось времени на свой клуб. Чем новые члены клуба без зазрения совести и пользовались, заняв малый спортивный зал, отведенный для тренировок. Вот только никто тренироваться из них не собирался.

Лучше всех устроилась Вампирша. Используя Глеба в качестве подушки, разместившись на спортивном мате, она разлеглась на его коленях.

– А неплохо… Пара часов отдыха после занятий ещё никому не вредили, – озвучила она общую для всех мысль. – Так я согласна состоять в этом клубе… Надо было ещё на перекус что-нибудь прихватить.

– Скоро у Вики закончится принудиловка, тогда что? – оглянулся на неё Ким. Он тоже разместился на кожаном матрасе, только на другом. Вернее, на других. Вместе с Айкой, бок о бок, он сидел на стопке матов.

– А ничего и не поменяется, – уверенно заявила Тина. – Кендо не тот вид спорта, что пользуется популярностью у нас в Артуре. И каких-нибудь соревнований между клубами не предвидится. Да и наша Вики желает только выиграть старый свой спор, ничего более.

– Спор? – переспросил Юра удивленно. – А поподробней об этом можно?

В ответ появился язычок между губ.

– А вот это уже не скажу, – хихикнула Тина. – Захочет – сама расскажет… Но не думаю, – заявила она со всей уверенностью. – Та же Айка после будет говорить, что она делает глупость.

– Буду, – подтвердила Айка. – Если все её заскоки с этим клубом только из-за глупого спора, то буду. Сама её расспрошу.

– Я, кстати, удивлена, почему наши близняшки за тобой сюда не пришли, – заметила Тина. – Обычно они тебя повсюду сопровождают.

– Ты это сказала так, словно они собачки, – недовольно поджала губу серебровласая. А глаза при этом стали ярко-зелеными. Вот не любила она, когда Олесю и Алису сравнивали с её прислугой.

– Фу, даже в мыслях такого не было, – отмахнулась Вампирша. – Я просто сказала так, как есть. Так что не надо меня прожигать таким взглядом.

Айка глубоко вздохнула, успокаиваясь.

– Девочки слишком уж серьезно восприняли последнее наставление отца о необходимости служить нашему роду, – Айка тяжело вздохнула, моргнув рубиновым взглядом. – Но даже у них есть свои личные планы и дела.

Продолжению данной темы помешало стремительное появление старшей сестры Юры, которая влетела к ним, как маленький ураганчик.

– А-а… Бездельничаете! – заявила она, окинув их взглядом. И сказано это было с какой-то подозрительно радостной интонацией. Словно она даже обрадовалась их безделью.

– Почему это сразу бездельничаем? – возмутился Ким. Как он успел заметить, появление ректора не заставило никого изменить своего местоположения. И поэтому и он не стал сдвигаться со своего места.

– Вы, вообще-то, должны постигать азы великого японского искусства, – с некоторой иронией заметила Ирина. Видно же, что она и сама относится к этому с некой долей скептицизма.

– Ага, должны, – согласился с ней Ким. – Только я в этом ни бум ногой, – честно сказал он. – Ножом, если что, помахать ещё сумею, но не больше. А за клинок вообще не знаю с какой стороны правильно браться. А изображать из себя обезьяну с гранатой желания не имею, – категорически заявил он. – Так что, если хочешь, чтобы мы чем-то занимались, найди нормального наставника.

– Я, кстати, тоже, – подняла вверх руку Тина. – Я хрупкая девушка и колюще-режущие предметы никогда в руках не держала, если что.

– Ну с вами понятно, а остальные? – фыркнула сестра. – Такие все беспомощные?

– Меня, вообще-то, тоже только ножом обучали владеть, – осторожно заявил Глеб. – Ни шпаге, ни тем более мечу не обучен, – и добавил: – В нашем прогрессивном веке это сейчас не модно.

– Вот только не надо на меня так смотреть, – поморщилась Айка, когда все взгляды сошлись на ней. – Сама знаешь о моих способностях в этом деле, – возразила она ректору.

– Знаю, – кивнула та. – Поэтому и говорю, что бездельники. В общем, хватит тут отдыхать, следуйте за мной, – заявила сестра. – Есть у меня для вас занятие.

И, конечно, конечной точкой их маршрута стала комната представителя учеников. Здесь уже ожидали их обе Лирит: Олеся с Алисой. А ещё лежащая лицом на столе Вика. Видимо, только что вернувшаяся с дополнительных занятий.

– Отлично! Коль все бездельники в сборе, рассаживайте, – радостно распорядилась ректор. Насколько могла заметить Айка, девушка её брата последнее время вела себя более позитивно, больше стала улыбаться – не той наигранной улыбкой, а настоящей.

– Протестую, – не отрывая головы от поверхности стола, подняла вверх руку Вика. – Я не бездельничала.

Но возмущения в уставшем голосе было не много. Скорее, констатация факта.

– Протест принят, из группы бездельников исключена, – милостиво согласилась с ней Ирина. – Все в курсе, что у нас намечается неделя открытых дверей и обмен опытом с учениками из других школ?

Ну, об этом знали все.

– Вроде бы как бы отложили это мероприятие, – осторожно заметил Ким. – Или что-то уже поменялось с того момента?

– Было такое. Но сейчас к этому вопросу снова вернулись, и уже определена дата начала мероприятия – следующая неделя. При этом некоторые учащиеся из других школ, вполне возможно, прибудут и расселятся уже в это воскресенье, – «обрадовала» всех ректор. – Поэтому все дальнейшие наказания для вас на эту и следующую неделю отменяются.

– Ура! – слабо подала голос Вика, все так же находясь в положении головой в стол.

– Всех вас я задействую в организационных работах, – а вот и ложка дёгтя в бочке с медом. Вернее, плохая новость сразу после хорошей.

– А вот это уже не есть айс, – пробормотала Тина. – Ну, я понимаю ещё Айка и Кимик, а мы-то здесь с какого бока? – перевела стрелки Вампирша.

От того, как она исказила его имя, парня даже передернуло. Это напомнило ему одну его знакомую, которая любила всякий раз делать так же.

– Кимик, – пробормотал он. – Я бы попросил так больше не издеваться над моим вторым именем, – он серьезно глянул на Вампиршу. – Очень на этом настаиваю.

– Фу, какие мы все обидчивые, – Тина надула губки и отвернулась в сторону.

– А от нас что требуется? – с некой обреченностью в голосе уточнила Айка, как-то слишком подозрительно глядя на сестру Кима. – Вроде бы все, о чем нас просили, мы сделали, – резонно заметила она.

– И свою работу вы сделали просто изумительно, здесь нареканий нет, – заверила их Ирина. – Более того, нам понравилась ваша идея с балом. Было решено провести его открытым в… – она задумалась. – С местом пока ещё до конца не определились, – призналась ректор. – Хотели провести его на территории большого концертного зала. Да и руководство было не против. Благодаря этому там смогли бы присутствовать ученики всех учебных заведений, но вчера у них случилось ЧП. Ночью прорвалась труба с кипятком. В общем, там сейчас устраняют последствия и не уверены, что успеют за оставшееся время. Так что сейчас мы рассматриваем другие варианты.

Было видно, что данная неприятность её не особо и обеспокоила. Видимо, у сестры всегда был наготове запасной план. Да и времени, чтобы подыскать другую площадку для завершающего неделю совместного обучения бала, было более чем достаточно.

– Тут мне сообщили о некоторых проблемах, что возникли в Южном учебном корпусе. И я прошу вас помочь им в подготовке приема учеников из других школ, – переключилась на другое сестра.

– Проблемы в Южном?.. Опять? Ну, хорошо, – легко согласилась на это Айка. – Не вижу причин отказывать в этом. – Это её «опять» несколько напрягло Юру. Словно такое с ней уже случалось. Он уже собирался спросить, что за проблемы такие, для решения которых нужны именно они. Но тут сестра неожиданно сказала:

– Приятно это слышать. Юра, кстати, мне нужна и твоя консультация в одном вопросе, – она глянула на брата. Тот поначалу несколько удивился такой просьбе, пока Ирина не изложила суть проблемы.

– В мероприятии будут участвовать ученики и из твоей бывшей школы. Ты, как бывший представитель той школы, мог бы помочь нам с некоторыми организационными вопросами. И по возможности мне нужна твоя личная характеристика на учеников твоей школы, что приглашены к нам. Не взглянешь?

– Если могу чем-то быть полезен, то, конечно, помогу, – согласился и он.

– Вот взгляни на фото. Знаешь кого-нибудь из них? – перед ним появилось несколько фотографий. – Именно эти пятеро из старой твоей школы проведут целую неделю с вами в одном классе.

Пять снимков, на трех из них девушки, на остальных – парни.

Ким только бегло взглянул на них и кивнул.

– Я их всех знаю, – сказал он и коснулся первой фотографии – парня со смуглыми чертами лица. – Керим. Он говорил как-то, что его предок был родом из Афганистана. – На следующем фото голубоглазый красавчик-блондин. – Гоша… Евгений… Среди девушек пользуется бешеной популярностью. – Потом пошли девушки. Сначала та, что была с розовыми волосами и глазами. С кокетливым большим белым бантом в волосах. – Кармен. Это её натуральный цвет. Душа любой компании. По успеваемости уступает только мне. – Следующая девушка была в строгих очках, с короткой прической. Глаза почти черные. – Екатерина… Катя… Катюша… Серьезная девушка. Порой даже слишком. По природе не сильно общительная, но не стеснительная, так что пусть это не водит вас в заблуждение. – Последняя девушка тоже была брюнеткой, но с длинными волосами и зелеными глазами. – Татьяна… Таня… Капитан школьной команды по плаванью и большая заноза в заднице. Как та пробка в каждой бочке…

– Не лестный отзыв о симпатичной девушке, – заметила Тина, тоже глянув на фото. – Что, так сильно достала?

– Ну, скажем так, ты на её фоне ангел во плоти, – заявил он, отодвигая от себя фото.

– А если добавить неких подробностей о них? – глянула на него сестра, тоже с интересом рассматривая фото последней охарактеризованной девушки.

– Можно и подробно, – согласился Ким. – Начнем в том же порядке. Керим – обладает способностью хамелеона. О нем можно сказать – пугающий и нелюдимый. По крайней мере, такое впечатление о нем появляется при первом знакомстве. Но он староста в «д»-классе. И староста неплохой. Да и в классе его уважают. Можно добавить к этому, что в его семье восемь человек. Из мужчин только он и отец. Самая старшая из сестер младше его на год. Мое мнение: парень неплохой и ответственный.

Евгений. Староста в «а»-классе. Как я уже упомянул, популярен среди девочек. Но ни с кем не встречается. Хотя умудрился сходить на свидание со всеми девчонками класса. Его способность – телекинез. Дружен с Керимом, причем с детства. Можно добавить к этому, что он безрезультатно пытается ухаживать за старшей из сестер Керима.

Кармен. Чистокровная русская, пусть вас не вводит в заблуждение её имя. Обладает способностью темпо. Занимается боевыми искусствами. Увлекается фехтованием и танцами. При этом ещё подрабатывает в магазинчике недалеко от своего дома. Любимые цвета – белый и розовый. Парня нет. Староста в моем прошлом классе «б».

Екатерина. Способность к смещению. Но она ею особо не пользуется и не развивает. Увлекается точными науками. Тоже из моего прошлого класса. Можно ещё добавить, что она крайне серьезная и целеустремленная девушка. Про её серьезность я уже упомянул.

И, наконец, Татьяна… – он замолчал, разглядывая с неким сомнением девушку на фото. Потом глянул на сестру. – Почему она среди них?

– В смысле? – та удивленно глянула брата и уточнила: – У тебя с ней какие-то трения?

– Да нет, нормально мы ладим, – и пояснил: – Только она не владеет никакими способностями.

– С чего ты взял? – Ирина так пристально глянула на брата. – Она сама тебе об этом сказала?

– А… нет. – Ким несколько растерялся. А что он в действительности знал о своей бывшей однокласснице? – Мы об этом никогда с ней не говорили. А она никогда не демонстрировала никаких способностей. Поэтому я так и решил, – признался он.

– Она иллюзионист, как и знакомая тебе Ведьмочка, – сообщила ему Ирина.

– М-да, – не удержалась от подколки Вампирша. – Плохим ты был представителем, если такого не знал.

Ким смутился. Действительно, его недочет. Мог, конечно, сказать, что он и не должен знать таких подробностей о каждом ученике, но дело в том, что Татьяну он знал достаточно хорошо, чтобы назвать её своим другом.

– Да я и не спорю, – вместо оправдания пожал он плечами. – Плохой из меня представитель. Я, в принципе, и не рвался к этой должности. Пожалуй, это всё. Ещё вопросы будут?

– Последний, – сестренка убрала со стола все фотографии и снова глянула на него. – Как лично ты их оцениваешь?

– Только положительно, – Юра ответил, даже не задумавшись ни на мгновение.

– Хорошо. Это всё, что я хотела знать, – проинформировала их ректор. – Думаю разместить их непосредственно у вас.

– Только они? – спросила Айка. – Больше никого не будет?

– Списки ещё не окончательные и будут корректироваться, но эти пятеро уже определены в ваш корпус, – произнесла сестра Юры. – В женском корпусе будет девять девушек, у мальчишек – двенадцать. В обычной школе ещё пятнадцать. Ну, и в начальных классах планируется двадцать два ученика. Пока это всё. Есть ещё несколько кандидатур, но их пока ещё рассматривают, и окончательное решение по ним будет только в четверг. А сейчас я бы все же хотела, чтобы вы помогли немного мальчишкам, у них там возникли некоторые проблемы.

– Хорошо, – снова кивнула Айка, но во взгляде промелькнуло некое подозрение. – Но надеюсь, ты не пытаешься скинуть на меня часть своей работы? Как ты это обычно любишь делать.

– Ну что ты! – возмущение сестры было вполне искренним, но почему-то он не особо в этом ей поверил.

В Фушуне пассажирские вагоны заполнили пассажиры, следующие до Артура. Даже в купе к Жоре подсадили двух сестер китаянок, совершенно свободно, вопреки ожидаемому, говорящих по-русски. Старшую из сестер звали Дэйю Ши, а младшую – Ксу Ши.

Поезд успел удалиться от китайского города где-то километров на тридцать, когда это произошло. Жора только успел более или менее познакомиться со своими попутчицами и в первые минуты и не понял, что, собственно, произошло. Состав вдруг начал резко тормозить, так что они с трудом удержались на своих местах. А сверху, чуть ли не на головы, упала сумка Георгия.

– Какого… – только и нашел, что сказать, он, глянув в окно. Вопреки ожидаемому, за окном была какая-то муть – ничего не видно.

«Камера, что ли сломалась…» – возникла первая мысль.

– Что происходит? – он старался говорить спокойно, хотя некое беспокойство в его тоне проскакивало.

– Все хорошо, – странно, но старшая из сестер действительно была полностью невозмутимой. – Просто экстренная остановка.

– Но почему? – вырвалось у Жоры.

– Прорыв…

Ему потребовалось не меньше двадцати секунд, чтобы понять, что она имела в виду.

– Хотите сказать, – осторожно глянул он на экран-окно, – нас накрыло туманом?

Теперь уже девушка глядела на него с неким интересом.

– Так у вас это впервые? – полюбопытствовала она. – Не беспокойтесь, пока мы в поезде, нам ничего не угрожает, – заверила она его.

– Вы так спокойны, – подивился молодой следователь.

– Конечно. Для меня это уже не в первый раз. Скажите, сколько раз вы смотрели популярный фильм ужаса «Пленники тумана»? – неожиданно спросила его она.

– Раза три, – признался Жора.

– А вот теперь забудьте все, что в нем видели, – посоветовала она парню. – В нем нет и сотой доли правды. Как нет и монстров, которых в нем показывали.

– Вы в этом уверены? – все же легкое сомнение присутствовало в его голосе.

– Я, конечно, не эксперт, но, поверьте, в моей работе приходится сталкиваться с вещами и пострашнее тумана. Но, как правило, все это связано с людьми.

– А чем вы занимаетесь, если не секрет? – поинтересовался Георгий. Её спокойствие и уверенность как-то передались и ему.

– Моя сестра наемник, – сообщила ему младшая – Ксу.

– Я в команде наемников, – поправила её та и наградила сестру недовольным взглядом. – Я выполняю в команде роль медика. До этого училась на фельдшера и даже успела с год проработать в бригаде скорой помощи. Так что я не боевик, и мое основное оружие – чемоданчик с медпрепаратами.

– А это не опасно?.. Я слышал, что смертность среди наемников очень высокая, – заметил Жора.

– На самом деле не опаснее других профессий, если, конечно, соблюдать элементарные нормы безопасности, – возразила ему старшая из сестер и пояснила: – Опытные наемники обычно придерживаются изученных маршрутов, где все и вся им знакомы. Где им, как правило, все известно, от самых опасных мест и самых безопасных. Также они обычно не рискуют и предпочитают передвигаться только с наступлением «периодов безопасности». Это время, когда можно не опасаться попасть под выброс. А те, кто предпочитает не ходить протоптанными тропами, обзаводятся мощными «мобильными крепостями»

[1]

.

– Но есть и те, кто считает, что всего этого не надо. Тех и жалеть незачем, – немного жестко закончила Дэйю.

Тем временем поезд окончательно остановился. Окно-экран мигнуло и потухло. Послышался какой-то гул, и пошла вибрация.

– Что это? – обеспокоенно спросил Жора.

– Сейчас автоматика начала убирать в специальные ячейки все наружные, незащищенные девайсы, такие как камеры. Поэтому и изображение отключилось. Да и нечего там сейчас высматривать. А вибрация – это устанавливаются дополнительные опоры для лучшей устойчивости. Скоро все успокоится.

И действительно, через минуту все звуки и вибрация прекратились.

– И что дальше? – снова глянул на старшую из сестер следователь, безоговорочно признав её авторитет. – Видимо, я выгляжу, как тот ещё паникер.

– На самом деле, учитывая, что такая ситуация для вас в новинку, вы держитесь ещё отлично! – возразила ему Ксу. – Обычно люди, незнакомые с нашими реалиями и судящие о них по низкокачественным фильмам, впадают в истерику и дикую панику. Некоторых приходилось даже силой усмирять. На самом деле даже бывалым людям, сталкивающимся с такой ситуацией не единожды, и то не по себе. Как правило, туман нам постоянно подкидывает что-то новенькое, к чему мы не готовы, – добавила и Дэйю. – Таких людей, наподобие близкой подруги моей сестры, которая бы кипятком писала от восторга, окажись она на нашем с вами месте, единицы. Боюсь, от неё бы проблем было куда больше. Не удивлюсь, если она вообще потребовала бы, чтобы её выпустили наружу.

– Не говори глупостей, – недовольно глянула на сестру Ксу. – Кира вообще благоразумная девушка и глупостей делать не станет. Это скорее твоя прерогатива, – закончила она уже с ехидным намеком, от которого старшая сестра чуть покраснела. Видно, было отчего краснеть.

– Вы тоже занимаетесь чем-то таким? – с любопытством глянул на младшую Жора. Он, пожалуй, не удивился бы, узнав, что она тоже наемник.

– Нет, я преподаю в Академии Святого апостола Павла – русский язык и литературу в начальных классах.

Только из-за физиологических особенностей человека челюсть Георгия осталась на своем месте, а не упала на пол. Но отвисла она порядочно. Пожалуй, признание в том, что она крутой спецназовец, или наемник, как и сестра, его меньше удивило бы. Он даже отнесся бы к этому вполне спокойно. Но то, что китаянка – учительница русского языка и литературы…

– Вас это так удивляет? – заметила его реакцию Ксу.

– Честно говоря, очень, – признался Жора, и тут в голос расхохоталась Дэйю.

– Я же тебе говорила, сестренка, что ты выбрала не подходящую тебе профессию, – сквозь смех заявила она.

– Если бы я была плохим учителем, меня бы в Академию не наняли, – возразила та довольно спокойно. Видимо, уже привычная.

– Просто ваша графиня… ректор – та ещё экстравагантная особа, о которой много что говорят.

– Вот только не надо распространять всякие нелепые слухи о нашем ректоре, – теперь она выглядела обиженной.

– Академия, – задумчиво повторил Жора. – Та самая Академия, о которой так много говорят даже у нас?

– Ну, вообще-то у нас только одна Академия, – заметила Ксу.

– А ваша подруга – Кира, по-моему, – тоже учитель в этой Академии? – уточнил он.

«Чего только в жизни не случается, – вполне взяв себя в руки, подумал Жора. – Бывает, и китайские девушки обучают русских детей таким предметам, как русский язык и русская литература».

– Кира… ну, можно её и учителем назвать. На самом деле она у нас изучает унаследованные от тумана способности и созданий того же тумана. Так называемых туманных монстров. И в этом она одна из немногих признанных экспертов, – она бросила взгляд на сестру. – И что бы о ней ни говорил кое-кто, в туман она не полезет. Да и с кипятком баловаться не станет. Ей хватает материала для изучения и не покидая стен Академии. Уж кто-кто, а она прекрасно понимает всю ту опасность, что представляет собой туман. В отличие от некоторых, – явно шпилька в адрес сестры. И снова та густо покраснела. Видимо, в её биографии есть что-то, что заставляет её так делать.

– Знаете, мне даже стало любопытно и захотелось познакомиться с вашей подругой, – признался Жора. – Думаю, она сможет мне многое рассказать, восполнить пробел в моих знаниях.

– Хотите, я вас познакомлю? – внезапно предложила ему Ксу.

– Пожалуй, не стану отказываться, – чуть подумав, согласился с ней Жора.

В это время в коридоре поезда послышали шаги. Неторопливые, но, судя по звукам, там ходило несколько человек.

Потом в дверь вежливо постучали.

На пороге появился проводник. Окинув все пространство придирчивым взглядом, улыбнулся дежурной улыбкой.

– Так как на период незапланированной остановки сообщение между вагонами заблокировано, вагоном-рестораном воспользоваться будет невозможно. Но могу предложить вам кофе с печеньем, – сообщил он. А за спиной у него промелькнули двое вооружённых парней в форме. Видимо, из охраны.

– Будет кстати, – согласился с ним Жора. От нервов аппетит разыгрался у него нешуточный.

– Хорошо! Сейчас все будет, – дверь купе закрылась, отрезая их от тех, кто в коридоре.

– Уже неплохо, – задумчиво произнесла Дэйю. – Я действительно уже успела проголодаться.

– А я тебе предлагала позавтракать, – заметила её сестра. – Хотя от кофе со сладким я тоже не откажусь.

– Тебе бы только сладенькое, – фыркнула старшая.

– Не только, – снова возмутилась младшая.

Южный учебный корпус, с военным уклоном.

Киму ещё не приходилось бывать поблизости от него и встречаться с его обитателями. От их учебного корпуса он находился довольно далеко, аж в пяти километрах. Но от их корпуса он отличался только тем, что имел форму квадрата, с тренировочным полигоном внутри этого самого квадрата. Ещё более толстыми стенами и отсутствием окон на внутренней стороне.

А во всем остальном… Не было здесь ярко выраженных уставных отношений. Как и формы-одежды, напоминающей армейскую, и инструкторов, все поголовно в военной форме, с каменными лицами, с замашками сержантов из дешёвых сериалов про армию.

Ученики были одеты примерно в такую же форму, как и на Киме и Глебе, только немного в других цветовых тонах: более светлых. Армейской уставщины он тоже здесь особо не заметил. Нет, конечно, некоторая строгость присутствовала, но без фанатизма.

Учителя… Конечно, выправка большинства из них указывала на их военное прошлое, но встречались там не только бывшие военные, но и женщины, и даже такие, как немного рассеянный индивидуум в толстых очках с выражением лица не от мира сего, что прошел мимо них, при этом умудрившись чуть не врезаться в стену. Если бы не один из учеников, что вовремя успел подкорректировать его путь, столкновение было бы неизбежным. А он, похоже, даже и не заметил этой помощи.

На входе не было никаких попыток их остановить. Как и реакция учителей на их компанию была более чем равнодушной.

Конечно, молодые девушки – Айка, Тина, Олеся – привлекали внимание парней, но это было вполне нормально. Конечно, можно было самоуверенно заявить, что только присутствие Глеба и Юры останавливало их от этого. Но на самом деле их останавливали репутация и известность Айки и ещё Тины, как ни странно. Ким уже несколько раз в шёпоте за своей спиной услышал уважительное: Снежная Эльфийка. А вот вслед клыкастой девушке неслось:

– Бедовая здесь.

Это что же надо было такого сделать, чтобы тебя так окрестили?

То, как уверенно Айка шла по коридорам Южного, не оставляло сомнений в том, что ей здесь уже приходилось бывать. Здоровалась время от времени с попадающимися им по пути учителями, получала ответ и следовала дальше.

Так они и шли. Айка в качестве направляющей силы, Тина и Олеся слева и справа от неё, словно королевская свита. Ну, а Ким с Глебом позади, чуть отстав, выполняя роль телохранителей.

Поднялись по лестнице с первого этажа на второй, прошли почти до противоположной стороны квадрата, по другой лестнице поднялись на третий этаж, и тут же, почти у самой лестницы, им путь перегородил довольно-таки крупного телосложения парень, даже крупнее Глеба.

– И кто это к нам приперся? – крайне мрачно и недовольно спросил он. Во взгляде промелькнуло что-то похожее на агрессию.

Сначала Юра подумал, что тот почему-то критично настроен против Айки, но его дальнейшие слова развеяли первоначальное заблуждение.

– Адмиральский сыночек почтил нас своим присутствием. Какая честь для нас убогих!.. Чего приперся?

Глеб чуть заметно поморщился, но сохранил спокойствие и даже некое подобие дружелюбия.

– Здравствуй, Артур. Мы немного спешим. Уйди с дороги, – попросил он, сохраняя вежливое выражение на лице.

– А может быть, лучше ты пойдешь на х…? – не сдерживая себя в выражениях, предложил местный.

– Твой друг? – без особого интереса спросил Глеба Ким.

– А что, похоже? – с осуждающим выражением на лице обернулся к нему одноклассник.

Видимо, тому, кого Глеб назвал Артуром, очень не понравилось то, что о нем говорят в третьем лице.

– Это что ещё за недоразумение в среднем обличье? – Если целью этого вопроса было оскорбить Юру, то цель была достигнута.

Теперь он уже наградил этого здоровяка колючим взглядом. Давно его уже так никто не оскорблял. В старой школе такие быстро перевелись. А в новой, где хватало сверстников с необычной внешностью, он как-то особо не выделялся.

– А мальчик плохо воспитан, – сказано это было без агрессии, но с определенным намеком, так что даже девушки спешно расступились, явно понимая, чем это может закончиться.

А тут ещё Вампирша…

– Ким, я думаю, ты можешь ему врезать, а мы подтвердим, что он тебя спровоцировал.

Вот ведь, женского рода существо то, что провокатор.

Артур дернулся, глянул на девушку. Его взгляд потемнел, но все же он не позволил себе никаких высказываний в её адрес.

– Свали отсюда, дрищ. – Он не собирался драться с Кимом. Просто хотел его оттолкнуть. Движение руки не было резким, а ладонь раскрыта. Но на полпути его ладонь столкнулась с его, и пальцы Кима между его сжались, сдавливая кулак. А потом рывок, силой выгибая его запястье назад, причиняя боль.

Артур, не готовый к такому, начал инстинктивно реагировать телом на неудобное положение руки и боль.

– Невоспитанных надо наказывать, – услышал он негромкий и буднично спокойный голос парня с неправильной внешностью. А потом его лица коснулись язычки пламени вокруг его второй ладони.

– Выбирай: сломать тебе руку или опалить брови и спалить волосы? – И эта будничность в его тоне пугала сильнее всего. Так мог говорить только человек, которому уже приходилось предлагать такое другим.

– Юра, хватит!.. Отпусти его, – вмешалась Айка. Она тоже поняла, чем это может для Артура закончиться. Она единственная из всех поняла, что он предельно серьезен и действительно в состоянии так поступить. Но при этом она совершенно его за это не осуждала. Наверное, будь они где-нибудь в городе, даже останавливать его не стала бы.

Тот послушался. Сделал шаг назад, гася огонь и убирая свою руку. Кого-нибудь другого он мог бы и не послушать.

Все произошло настолько быстро, что большинство учеников Южного так ничего и не поняли. А учителей, которые могли все увидеть, поблизости не оказалось. Но…

– Что здесь происходит? – услышали они властный и немного жесткий голос. – Артур?

Сам обладатель этого голоса совершенно ему не соответствовал: парень ростом не выше самого Кима, с мягким чертами лица.

– Здравствуй, Илья, – спокойно поздоровалась с ним Айка. – Ректор попросила нас помочь вам с организацией предстоящего мероприятия. Правда, как всегда, забыла сказать, в чем именно будет заключаться эта помощь. – Она заметила его взгляд, направленный на Кима, и представила парня: – Это Юра, с недавних пор мой помощник. Он недавно к нам перевелся и в своей прошлой школе состоял на той же должности, что и мы с тобой.

– Вот как. Обзавелась помощником? На тебя это не похоже, – заметил Илья, тем самым демонстрируя близкое знакомство с Айкой.

– Так получилось, – Айка махнула рукой. – Долго рассказывать.

– Я ожидал увидеть кое-кого другого, – Илья выглядел чуть сбитым с толку. – Странно, почему именно вы, – он снова глянул на Кима. – Надеюсь, твоя угроза не была серьезной? – тем самым парень дал понять, что слышал их разговор, или хотя бы последнюю его часть.

Юра только неопределенно пожал плечами. Он все ещё был зол и только начал успокаиваться, Поэтому предпочёл промолчать, чтобы не обострять конфликт.

– Хорошо, пройдемте за мной, – произнес представитель Южного. – Артур, тебя это тоже касается. Ты кое-что забыл доделать.

Комната, занимаемая Ильей, разительно отличалась от кабинета Айки. Здесь не было ничего лишнего и той чрезмерной роскоши. Да и в своих размерах он был куда скромнее. В центре – большой деревянный стол, судя по царапинам на его лакированной поверхности, довольно солидного возраста. Несколько кресел вокруг него. И…

Большой беспорядок.

Книги, папки с документами в углу на полу. Детали полированной мебели… и сама мебель.

– Прошу прощения, – обернулся ко всем Илья с немного виноватым выражением на лице. – У нас здесь новые шкафы, которые мы ещё не успели до конца собрать и установить. Отсюда и весь этот бардак. Артур, не стой там, давай займись уже делом, – глянул он на недавно ещё агрессивно настроенного парня, а сейчас ставшего словно шелковым и крайне послушным.

– Глеб, помоги ему, – не оборачиваясь, велела Айка. – Тебе будет полезно.

В отличие от Артура, тот попытался возмутиться, правда, как-то без огонька в голосе.

– Я?.. А Юрка?

– А Ким мне нужен для другого. Или хочешь, чтобы девочки вместо тебя мебель двигали? – она наградила его осуждающим взглядом.

– Тогда надо было Вику с собой брать, – пробурчал Глеб, но послушно пошел помогать.

– А нам чем заняться? – напомнила о себе Тина.

– Если можно, – осторожно попросил её Илья, – в те шкафы, что уже установлены по месту и полностью собраны, разложить эти книги и документы. Хотя нет, документы не трогайте. Я их сам разложу.

Глянув на всю эту кучу, сваленную в углу, Вампирша чуть скривилась, но все же кивнула, соглашаясь это сделать.

Ну а они трое заняли стол.

– К мероприятию у нас так-то все готово, но проблема в том, что наша школьная программа сильно отличается от того, что имеется в общеобразовательных школах. И я не уверен, что ученики других школ её потянут, – продолжил Илья, поясняя суть проблемы. – В результате это может привести к некоторым, я бы сказал, проблемам.

– Я поняла, – кивнула на это Айка. – Ты боишься, что ученики других школ не справятся с вашими нагрузками, что может составить негативное впечатление о вас.

– Именно. Наше обучение – с сильным уклоном в физическую подготовку. И не только. К знаниям по остальным предметам тоже предъявляются высокие требования. Да и на уроках, как правило, царит строгая атмосфера.

– И ты считаешь, что участвующие в мероприятии ученики не смогут соответствовать вашим требованиям? – уточнил Ким. А про себя подумал, что решение таких вопросов не входит в их обязанность.

– В обычных предметах, я думаю, особой разницы в уровне знаний не будет. Но по физической подготовке… – он сделал паузу. – Нас ведь обучают с начальных классов, постепенно повышая нагрузки. И не важно, насколько ты физически сильный, с нашими нагрузками им не справиться.

Если взглянуть на проблему со стороны Ильи, вроде бы все понятно. Как и то, чего тот опасается. Наверняка молодых парней, что отобрали для Южного, выбирали и по критериям физической силы. Уверен даже, в своих школах их считают сильнейшими. Но здесь они упадут до разряда слабейших. А это, возможно, эмоциональный шок. Но опять-таки этим вопросом должны заниматься не они.

«Чего это сестра на нас это скинула?» – недовольно подумал он.

Теперь понятно, почему Айка так на неё смотрела. Видимо, она уже не впервые скидывала на неё решение не входящих в её компетенцию вопросов.

– Если тебя это так беспокоит, почему бы вам не уменьшить нагрузку до приемлемой? Одна неделя особо роли не сыграет, – предложила девушка наиболее логичный вариант.

– Это оставит у них ложное впечатление от нашей школы, – возразил ей Илья. – И завышенное самомнение.

– То есть оба варианта тебе не подходят, – заметила Айка, вздохнув. – А ты уверен, что тебе вообще стоит об этом задумываться? По-моему, ты просто раздул из мухи слона.

– В смысле? – нахмурился Илья.

– Ты и сам это прекрасно понимаешь. Смысл проводимого мероприятия – показать нашу академию такой, какая она есть, – заявила Айка. – Значит, и не надо ничего менять. Пусть остается все как есть… Все учебные программы разработаны с учетом наших возможностей.

– Но… – в голосе чувствовалась некая неуверенность.

– Дай догадаюсь, – перебила его княжна. – Со своими сомнениями ты пришел к директору. А он, возможно, сказал тебе то же самое, но не смог тебя убедить. И ты переадресовал свои сомнения госпоже ректору. Так было?

Не совсем уверенный кивок и сомнение на лице.

– Илья, ты не психолог и не ректор. Если она считает, что ничего менять не стоит, то и тебе не надо в это лезть со своими переживаниями.

– Но послушай… – Илья все ещё сомневался. И в кого он только такой упертый?

– Это ты меня послушай, – повысила голос серебровласая. – Что представляют собой наши учебные заведения, общеизвестно. Из этого не делается тайны. Как и из программы нашего обучения. Поэтому все те ученики других школ, кто эту неделю проведет вместе с ними бок о бок, это прекрасно понимают. И наша с тобой задача не вытирать им сопли, а помочь, – она решительно встала. – И если это единственное, что тебя беспокоило, то, может быть, будет правильнее всего помочь вам навести здесь порядок, – она обвела взглядом кабинет.

– Дядя, ты нас звал? – войдя в комнату, Джи без приглашения заняла свободное кресло, забравшись на него с ногами. Когда они с братом были наедине, то вели себя более непринужденно, чем когда рядом присутствовали посторонние.

Старик осуждающе глянул на племянницу, но ничего ей выговаривать не стал. Он и после того случая, когда она чуть не попала в неприятность, уйдя одна и без охраны, долго на неё сердиться не смог. Только взял с неё клятвенное обещание, что больше такого не повторится.

А вот Джен, проходя мимо сестры, отвесил ей легкий подзатыльник и негромко сказал:

– Сядь нормально…

И, конечно, она его проигнорировала. Только наградила недовольным взглядом.

– Пришел ответ из Академии по поводу вас обоих. Они согласны принять вас на обучение, но вам придётся пройти ещё пару тестов и собеседование – через неделю. Но с учетом того, что вы не учились в обычных школах и плохо ориентируетесь в школьных программах, вас принимают на класс ниже.

– Нам что, придется учиться на год больше? – недовольно поджала губы Джи. От перспективы учиться она вообще была не в особом восторге, а тут ещё это.

– Я считаю, что это правильно, – жестко ответил её дядя. – Моя вина, что я держал вас на домашнем обучение.

– А я считаю, – все так же недовольно произнесла девушка, – это глупая затея. Мы и так с братом получаем неплохое образование и в знаниях можем дать фору всем этим выскочкам из Академии. Скажи, брат!

Но Джен не спешил поддерживать сестру в этом споре.

– Есть какая-то определенная причина, почему ты, дядя, хочешь, чтобы мы учились там? – негромко спросил он.

– Есть причина, – согласился с ним Линг. – Ваша мама, моя младшая сестра, очень не хотела, чтобы вы шли по моему пути. И очень хотела, чтобы вы заняли достойное место в этом обществе.

– Хм, – Джи отвернулась. Маму она знала только по рассказам дяди. Ей было три года, когда та умерла. А брат… он никогда о ней не говорил.

– Брат, ты что молчишь? – упрекнула она его.

– Почему бы и нет… Меня эта Академия заинтересовала, – пожал плечами он. – Да и учатся в ней интересные личности. Думаю, будет неплохо свести с ними знакомство. Возможно, в будущем пригодится.

Джи ещё больше нахмурилась. Она не ожидала такой подлянки от всегда занимающего её сторону брата. Но при этом и задумалась над его словами. Задумалась и вспомнила ту компанию, что встретили недавно у магазина брата.

Действительно, интересные личности. «Может быть, брат и прав, – подумала она. – Ничего плохого не произойдет, если мы попробуем».

– Ладно, я тоже не против попробовать, – решила девушка. – Но имей в виду, – обвиняющим жестом Джи ткнула пальцем в сторону брата. – Если мне не понравится, виноват будешь ты!

– Кто бы сомневался, – чуть слышно пробормотал он.

– В итоге вся наша помощь свелась к наведению порядка в кабинете представителя Южного, – подытожил Ким на обратном пути к дому. – И к неожиданному вызову на поединок Глеба. Что они не поделили с тем парнем?

А ведь под конец казалось, что тот полностью успокоился…

«Ага, как же».

Возвращались они с Айкой только вдвоем. Их однокласснику пришлось задержаться, по причине того, что Артур официально бросил ему вызов. Даже попытка Ильи остановить его и решить все мирно не привела ни к какому результату. Артур уперся, как тот баран в новые ворота. Вот хрен поймешь, из-за чего тот парень его так невзлюбил. А вместе с ним остались Тина и Олеся. Об этом их попросила сама Айка. Ким тоже хотел остаться, но тут уже она возразила ему:

– Не хватало мне, чтобы ещё и тебя вызвали на поединок. А о Глебе не беспокойся, ему не впервой.

В общем, она его оттуда увела от греха подальше.

И правильно сделала.

Скажи ему Артур что-нибудь в духе их первого общения, и точно бы это добром не закончилось.

– Глеб перевелся к нам год назад, – после непродолжительного молчания все же сочла нужным пояснить Айка. – До этого он учился в Южном. Насколько я знаю, он был в хороших отношениях с обоими, а потом между ними что-то произошло, и последовали два вызова от Артура и Ильи. Я не знаю причину конфликта. Он даже Тине, своей подруге детства, ни слова не сказал, но в общем с тех пор он старался держаться от Южного подальше. Но если Илья смог справиться с собой и даже приходил приносить Глебу свое официальное извинение, то, видимо, Артур все ещё почему-то на него злится. С моей стороны было необдуманно брать его с собой сегодня. Но он сам захотел идти, и я подумала, что для него это неплохой шанс уладить свои разногласия. Но, видимо, ошиблась, – в конце в её голосе прозвучала печаль.

– Так, может, нужно было их остановить? – глянул на девушку подле себя Ким.

– Я и хотела сначала, но Глеб принял вызов до того, как я успела что-то сказать, – призналась она. – Он не маленький мальчик, справится.

– Этот Артур… – в сердцах произнёс Юра.

– Только тебя там не хватало, – глянула на него Снежинка. Именно так: красивая, но крайне холодная. – Даже думать забудь. А то твоя сестренка тебя действительно на цепь посадит. Поверь, она может!

Какое-то время они шли молча. Но это молчание было немного неправильным и тягостным.

– Ты ведь догадывалась, зачем сестра нас туда послала? – спросил он, решив сменить тему.

– Илья – хороший парень и полностью соответствует своему месту. Вот только не соответствует он выбранному пути… Ему бы психологом стать, – предположила Айка. – Слишком уж он много думает. И иногда его мысли заводят его немного не туда. Как сейчас. И тогда он начинает всех доставать. И от него начинают шарахаться все учителя, включая Ирину. Но она тоже хороша… – впервые он услышал, как Айка выражается нецензурным языком. Видимо, наслышалась от брата. – Порой мне ей хочется врезать!

– И что останавливает? – полюбопытствовал Ким. Хотя о возможном ответе он примерно уже догадывался и не ошибся.

– Она сама может мне так врезать… – Айка тяжело вздохнула. – И самое противное, что братец будет полностью на её стороне. Может, мне стоит поступить так же с её братом?

– Это намек? – полюбопытствовал он.

– Шутка, – поспешила поправить его она. Но почему-то он испытал некое разочарование.

– Ну, здравствуй, Тим. – Появление этого человека не стало для него неожиданностью. Он ждал их новой встречи. И почему-то не сомневался, что она произойдет.

– И что ты решил? – не стал ходить вокруг и около Лаврентий. – Ты принимаешь мое предложение?

– Прежде чем отвечу, один вопрос: как быть с моим армейским контрактом? Я считал, что его нельзя расторгнуть, – поинтересовался Меньшов. Весь вчерашний день и сегодняшнее утро именно об этом он только и думал, вспоминая пункты контракта, которые знал наизусть.

– Помнишь последний пункт договора? – поинтересовался у него Антадзе.

– Где сказано, что контракт может быть пересмотрен – при определённых условиях и согласии всех сторон? – конечно, он помнил его. Правда, что это за условия такие, не знал.

– Можешь считать, что в твоем случае вступает в силу именно тот последний пункт, – пояснил Лаврентий.

– Все равно не ясно, – нахмурился Тим.

– Не все ли тебе равно, как будет расторгнут твой контракт с армией? Для этого у нас есть князь Аланов. Пусть он и занимается данным вопросом.

– Полковник Аланов, – осторожно переспросил Тим, – глава Службы имперской безопасности в Артуре? А он здесь с какого боку? – но тут вспомнил, что сестра Юры говорила о совместном проекте СИБ и её начальника службы безопасности.

– С какого? – переспросил грузин с усмешкой. – Ну, хотя бы потому, что он и родная сестра небезызвестного тебе парня уже много лет… – он не закончил, но Тим и сам догадался, что тот хотел этим сказать.

– Понятно… Тогда я согласен, – наконец-то дал он свой ответ. – Только не пойму, в чем будет заключаться моя работа. Специфика подготовки морского пехотинца отличается от специфики подготовки охран-ника.

– Охранников у меня достаточно, – отмахнулся Лаврентий. – На первых порах мне нужна нянька. Для кого – сам догадаешься, или подсказать?

– Нянька? – переспросил чуть сбитый с толку Тим. Ему показалось, что он ослышался.

– Именно, – Лаврентий потвердел лицом. – Не надо так на меня смотреть… Знакомый твой Юра за короткое время уже успел так меня достать, что не будь он кое-чьим братом, уже пинком вылетел бы из Академии. Каким-то образом, не прилагая особых усилий, он умудряется влипать в такие неприятности, что только диву даешься. И самое смешное то, что происходит это не специально, и парень он вполне адекватный и сдержанный. То ли карма у него такая, то ли ещё почему, но всякий раз он словно тот акробат на канате.

– И поэтому вы решили приставить к нему няньку, – понятливо кивнул Тим. Сколько он знал Кима, тот всегда умудрялся найти приключения, даже там, где их и быть не должно. Но, конечно, вслух он об этом говорить не стал.

– Я буду спокоен, если хоть какое-то время, пока я не найду замену, его будет сопровождать умный и здравомыслящий человек, способный присмотреть за ним, к мнению которого он прислушается, – с появившимся вдруг акцентом то ли подтвердил, то ли просто пожаловался Лаврентий Павлович.

– И вы решили, что я подхожу на эту роль, – подытожил Тимофей. – Думаете, он будет меня слушать?

– Думаю, будет, – подтвердил Лаврентий. – Насколько я заметил, к тебе он относится с уважением и почтением.

– Я, в принципе, не возражаю, – пожал Тимофей плечами. – Вам только его осталось в этом убедить.

– А вот этим пусть занимаются его сестры, – вытаскивая свой телефон, проворчал Лаврентий. – Должен же быть и от них какой-то толк, – это он пробормотал почти себе под нос, что-то печатая у себя в телефоне. Но Тим все равно его расслышал и только чуть заметно хмыкнул, мысленно посочувствовав Юре. Он уже успел составить свое мнение о его родной сестре, которая слишком уж близко сошлась с его Рейчел.

– А что насчет проекта, о котором говорила ректор? – неожиданно спросил Тим.

Лаврентий замер, так и не донеся телефон до уха.

– Это Ирина тебе сказала, – он не спросил, а констатировал. – Извини, но именно потому, что это ещё только проект, пока не могу тебе рассказать всех подробностей. Но если вкратце, в составе СИБ будет создано управление для противодействия людям со способностями.

– Я таковыми не обладаю, – заметил Тим.

– У тебя есть опыт и знания, – успокоил его грузин. – А остальное приложится.

«Черт! – подумал уже бывший морпех. – И под чем я только что подписался?»

Его белая кошечка с самого утра куда-то запропастилась. Но зато вместо неё объявился её дружок, черношерстный кот. В последние дни он слишком часто стал видеть его где-то поблизости. И сегодня тот весь день отирался рядом с Кимом. Он постоянно его видел: либо на дереве, лежащим на нижней ветке; либо на крыше соседнего здания, напротив школьного окна. Даже когда они ходили в Южный, кот все время попадал в поле зрения парня. Но в отличие от своей любимицы, этот кошак явно не питал к парню нежных чувств.

Вернувшись с Айкой домой, он не стал заходить в особняк, остался на улице, на скамейке у входа. А черный кот, которого из-за цвета он называл Чернышом, разместился на козырьке над входом.

«Ну и долго ты там будешь сидеть?» – задал он мысленно резонный вопрос туманному коту. В ответ получил полный игнор. Даже морду отвернул в другую сторону, словно не понимал, о чем этот человечишка талдычит.

Вообще, дружок Ласки был странным котом. Обычно коты, по крайней мере туманные, очень дорожат своими семейными узами, а выбранную пару не покидают вообще никогда. Но Черныш в этом плане был другим. Он не жил вместе со своей семьей, предпочитая слоняться где-то в одиночестве, время от времени навещая Ласку. При этом из кошачьей семьи он выгнан не был.

«Подружка твоя где?»

Снова игнор. Видимо, разговору между ними не быть…

Ну и ладно, не особо и хотелось. А Ласка… За неё он меньше всего беспокоился. Насколько он знал, среди обитателей тумана не так уж много созданий, кто реально может угрожать туманному коту. И все они предпочитают держаться поближе к центру тумана.

Посидев ещё немного времени, он все же решил вернуться к себе.

Первое, что бросилось в глаза, – отсутствие внизу кого-либо. Обычно свободные от всех дел собираются внизу, в гостиной. Только последнее время точкой сбора стала нижняя половина его комнаты. Снедаемый дурными предчувствиями, он поднялся к себе и… не ошибся.

Почти не ошибся.

Его комната не была пустой. Вот только её занимали обе его сестры и брат Айки. Который, как бы устранившись, стоял у окна и делал вид, что разглядывает улицу. Мелкая Юля, положив головку на колени Рейчел, мирно спала. Весь сегодняшний день она провела вместе с остальными детьми, живущими сейчас у Ирины, и вернулась назад уже порядком уставшей, и буквально сразу же уснула, попав в дом, так что в комнату её пришлось подымать князю Аланову на руках.

– По какому поводу собрание? – мрачно спросил всех присутствующих Ким. Уже одно то, что все они собрались здесь, ему крайне не понравилось и вселило в него дурные предчувствия.

– Юра, нам надо серьезно поговорить, – первой начала Ри. Обычно таким тоном она начинала его всегда отчитывать. Сидя на краю дивана с выпрямленной спиной, она была похожа сейчас на себя ту, прежнюю, до трагедии. – Последнее время ты начал вести себя крайне безответственно. Уж кто-кто, а ты лучше, чем кто-либо, должен отдавать себе отчет, насколько опасен период дневной дымки. Но вместо того, чтобы отговорить и удержать девочек, ты участвовал в их авантюре.

– С чего ты так решила? – мрачно изрек он. – Вообще-то, мне всегда было наплевать на дымку. И сама знаешь, почему. Мне ничего не угрожало. А отговорить девушек… – он равнодушно пожал плечами. – Они не дети и присмотра за собой не требуют. – А про себя добавил: это их бояться следует, особенно Вику. – К тому же я был вместе с ними, и им тоже ничего не угрожало. Поэтому, говоря об опасности, вы сильно все преувеличиваете.

– Разве? – теперь в разговор вступила Ирина. – Если все так, то ты мог подойти ко мне и, объяснив причину, попросить разрешение на выход. Думаешь, я бы отказала? – Теперь стало понятно, из-за чего именно старшая сестра так злилась на него. Тут уж ему возразить было нечего.

Ответить Ким не успел. Дверь в его комнату отворилась, и внутрь решительно вошла Айка.

– Во что ты вырядилась? – от окна спросил её брат. И хоть его голос был вполне спокойным, но вот только его взгляд выражал крайнюю степень неудовлетворения.

М-да…

Что тут сказать… На этот раз шортики подлиннее, вот только блузка ей явно маловата, особенно в груди. Но надо признать, такой демонстративный вид ему определенно нравился: и то, что выше… и ниже. Как и пара стройных ножек. Ему нравилось, как она в этом выглядит.

В отличие от Вадима, Ирина глядела на его сестру с неким интересом.

– Неплохо… а тебе идет! По какому поводу демарш? – полюбопытствовала она.

– А может быть, это вам пора всем успокоиться? – холодно произнесла Айка. – И отстать от Кима.

«А ведь она меня защищать пришла!» – ему даже приятно стало от этой мысли.

– Что ты хочешь этим сказать? – тон сестры тоже изменился, став холодным. Не глядя, жестом она остановила дернувшегося было Вадима.

– Юра не нарушил ни одного установленного в академии правила, – заявила Айка. – И тем более ему не требуется твоя опека. Он и сам неплохо справляется со своими проблемами. За столько лет он научился полагаться только на себя. – А это был уже откровенный намек. И сестра не понять его не могла.

– Надеюсь, ты не думаешь, что и я… – начала было Рейчел. Она этот намек тоже поняла и, видимо, в свете их установившихся отношений хотела заступиться за Ирину.

– Я не это имела в виду, – резко ответила ей сестра князя. – Юра – мужчина, и даже старшие сестры не могут запретить ему им быть.

– Так… – странно, но сестра как-то быстро успокоилась. Это Ким понял по тому, как изменился её взгляд. – Ещё немного, и мы договоримся до чего-нибудь пошлого. Не нарушал, говоришь, правил? А как насчет их последней прогулки в город?

– И что из этого? Разве что-нибудь страшное произошло? – Айка пожала плечами. – Он всего лишь сопроводил девушек. Вика очень хотела вернуть принадлежащую ей семейную реликвию – что в этом плохого?

– Плохое то, что вы меня обманули. А могли просто попросить помочь. – Веский довод, и не поспоришь.

– Мы были не правы тогда и признали свою вину, согласившись с наказанием, – но и Айка не собиралась сдаваться и отступать.

И в этот момент заговорил её брат, о котором попросту успели забыть:

– Ничего не произошло? А как насчет разрушенного столба и разгромленного магазина?

– А вот этих подробностей я ещё не слышала, – обернулась к нему Ирина. – Нам теперь ждать иска от городских властей?

– Не думаю. Владелец магазинчика уже заявил, что не имеет претензий к ученикам Академии. И что это было всего лишь недоразумение.

– Забавно, разгромить магазин – и всего лишь легкое недоразумение. Кто владелец того магазина? – поинтересовалась Ирина. – Даже захотелось познакомиться с таким добродушным и всепрощающим владельцем. Может быть, и я у него что-нибудь разгромлю?

– А это, кстати, парочка молодых людей, за которых хлопотала невеста твоего дяди, – любезно пояснил Вадим.

– Те самые?.. Забавно… Теперь понятно, почему они вместе пришли. И что вы не поделили? – обернулась она к брату.

– Скидку делать не хотели, вот и повздорили, – пожал плечами Ким. – Сказано было: недоразумение, – правду он тоже говорить не хотел.

– Витрина, разбитая вылетевшим из магазина продавцом… Угроза расправы холодным оружием… – негромко, с некоторой задумчивостью повторил князь Аланов, за что был удостоен от сестры гневного взгляда.

– Это, видимо, Вика постаралась, – догадалась Ирина. – Чем же её так разозлили? – удивилась она. Но Юра сделал морду кирпичом и промолчал. – А что там со столбом?

– Его разрушили ударом кулака. Тут тоже все нормально, – успокоил дам Вадим. – Там присутствовали какие-то парни, которые сразу же оплатили весь ущерб.

– И снова Вика… Девочка разошлась, – отметила ректор. – То-то, я смотрю, она слишком уж легко приняла свое наказание. Легко отделалась, зараза, – вздохнула Ирина с сожалением.

– Мне кажется, – серьезно добавила Ри, каким-то странным взглядом глянув на девушку, что была рядом с братом. Словно оценивая её по своим скрытым стандартам. И судя по изменившемуся взгляду, оценкой осталась вполне довольна, – это не детишек надо защищать от опасности, а город от них.

Обстановка чуть разрядилась.

– Ладно, не буду требовать подробностей. Уже хорошо, что все закончилось благополучно, – сестра совсем успокоилась. – Я готова пересмотреть свой запрет на выход в город, но при условии.

– Какое же условие? – предчувствуя неладное, спросил Ким.

– Конкретно для тебя – сопровождающий, – заявила ректор. – Тот, кто будет сопровождать тебя в твоих вылазках в город. И если будет нужно, одёрнет тебя или поможет. В зависимости от ситуации.

– А вам не кажется, что это слишком? – вновь вступилась Айка.

На этот раз ей ответили не сестры Юры, а её брат:

– Вообще-то, он граф Малышев. И у главной ветви есть свои враги, которые только и ждут удобного момента, чтобы закончить начатое шестнадцать лет назад. И это не уличные гопники, а серьезные люди. И пренебрегать собственной безопасностью – верх глупости. Даже для него, с его возможностями.

– Я им ещё не стал, – проворчал Ким. И он уже не был уверен, что хочет им стать.

– Станешь, вопрос времени, – заверил Вадим Аланов и снова неодобрительно глянул на сестру: – Шла бы ты переоделась.

– Без тебя разберусь, в чем мне ходить. Предатель! – огрызнулась на него с крайне обиженным видом Айка.

– И кого ты мне нашла? – мрачно спросил Ким. Он видел, что обе сестры настроены решительно, и решил пока не спорить. А потом видно будет.

– Выбирай: это может быть кто-то из людей Антадзе, или… как тебе кандидатура Тима? – предложила Ирина.

Этим неожиданным предложением ей удалось его удивить. Действительно удивить.

– Тим? А он здесь с какого боку? – Ким глянул на Ри, словно ожидая услышать от неё комментарий. Но та упорно молчала. – У него контракт с армией. И он не согласится, – уверенно заявил он.

В этот момент телефон сестры пискнул, сообщая о входящем сообщении.

Она опустила взгляд. Секунда, и на её лице появилась усмешка.

– Уже согласился, – выражение лица – как у той кошки, съевшей сметану и избежавшей наказания.

– А контракт? – он уже понял, что его провели. – Можете не отвечать. Я согласен на Тима. – Юра перевел взгляд на Ри: – А ты, сестра, сама-то не против?

– Я – нет, – она не отвела своего взгляда.

А ведь она довольна, чтоб её…

Как говорится, шах и мат.

Конец ознакомительной части второй книги. Продолжение можно найти на ЛитРесе.