О.Т.-Книга-10. Никогда не говори никогда.

Глава 1 (Испралено ИИ)

Глава 1. Травля.

Котики – это не только ценный мех, но и неиссякаемый источник умиления, граничащего с форменным бедствием, особенно когда ты становишься объектом неуемного интереса стайки котят, познающих мир с энтузиазмом, достойным лучшего применения. А если эти котята унаследовали неугомонный нрав от своей белоснежной мамы, то пиши пропало. Сейчас эта пушистая предводительница семейства, восседая на книжном шкафу рядом со своим черно-белым приятелем, с материнской снисходительностью наблюдала за увлекательной игрой своих отпрысков под кодовым названием «Завали великана».

Великаны, точнее два сонных богатыря, отнюдь не проявляли агрессии и, дабы не лишать котиков столь ценного опыта, лежали не шелохнувшись. Самая юркая из выводка, белая кошечка с единственным черным ушком, за что и была прозвана Пятнышком, смело ринулась в атаку, покоряя неприступную твердыню человеческого тела. Достигнув вершины, она с видом триумфатора окинула взглядом отставших братьев, победно мяукнув с высоты своего пьедестала.

Но тут коварство судьбы проявилось в лице внезапно возникшего третьего великана, который, подкравшись с тыла, бесцеремонно подхватил на руки двух малышей, начав осыпать их ласками. Подобное вероломство явно не входило в планы покорительницы вершин, и Пятнышко, молнией метнувшись в ложбинку между двумя лежащими телами, принялась яростно шипеть на дерзкого захватчика, метая гневные взгляды из своего укрытия.

Один из великанов, доселе пребывавший в полудреме, лениво пошевелился, запустил руку под бок и, подцепив мяукающую бунтарку, извлек её на свет божий. Другой рукой, словно повинуясь инстинкту, машинально натянул сползшее одеяло, прикрывая прелести своей спутницы.

– Пятнышко, ну что за шило в попе, – пробормотал Юра, переводя сонный взгляд на мелкую Юлю, которая вовсю тискала беззащитных котят.

– Мелкая, оставь котят в покое… хватит над ними издеваться, – попросил он, ставя Пятнышко на пол. Кошечка, недолго думая, со всех своих кошачьих скоростей устремилась к дыре в стене и бесследно исчезла… правда, лишь на мгновение. Уже через секунду она выглянула оттуда вместе со своей осторожной сестренкой, которая предпочитала держаться в тени и наблюдать за играми издалека, не покидая безопасной детской комнаты.

– Я и не издеваюсь! – мысленно возмутилась мелкая. – Я их люблю! – но котят оставила, и те, словно по команде, рванули в сторону спасительной дыры. Немного потолкавшись, они укрылись в своем убежище. Мама-кошка и папа-кот, до этого момента безучастно наблюдавшие за происходящим, оставались спокойны. Пока их отпрыски не пытались приблизиться к лестнице, они не вмешивались в их детские забавы.

– Ладно! – Юра глянул на часы… Уже начало девятого. – А ты что хотела от нас в такую рань? – спросил он.

Учитывая, что домой он вернулся далеко за полночь, для него это и вправду было утро стрелецкой казни. Вчерашний день выдался на редкость насыщенным и плодотворным.

Для начала он наконец-то закончил со всеми съемками и пересъемками в этом злосчастном фильме, который успел возненавидеть всей душой. Отсняв последний кадр, парень во всеуслышание заявил:

– Убью любого, кто попытается предложить мне сниматься в чем-либо еще… даже в пятиминутном документальном кино. – И это были не пустые слова, так как подобные предложения уже сыпались на него как из рога изобилия.

– Какой злой мальчик! – засмеялась Юля-Ведьма и сотворила Юре демонический образ. Но Юра не обратил на это никакого внимания. Высказав то, что давно накипело, он развернулся и ушел. Ему было абсолютно все равно, как отреагируют остальные. А других больше волновал созданный Ведьмой образ парня. Этакий князь тьмы в костюме-тройке, с рогами, копытами и хвостом, но с его лицом. И словно не было его прощальных слов, тут же началось обсуждение, какой неплохой образ получился! И что его обязательно нужно использовать… Если бы Юра слышал их слова, он схватился бы за голову.

На выходе со съемочной площадки Юру перехватил Лаврентий Павлович, и они вдвоем (не считая охраны) отправились в Баюйцюань, решать семейные… вернее, родовые дела и контролировать ход реализации их проектов, работа над которыми кипела вовсю.

А там еще его будущий кинотеатр, ремонт которого подходил к концу, и где, помимо кинозала, планировалось открыть игровой зал, интернет-салон и кафе-ресторан. В общем, должна была получиться универсальная увеселительная площадка… правда, все в минимальном формате.

Еще зубастая подруга просила навестить строящийся жилой комплекс рядом с ее предприятием и оценить, все ли там в порядке, не нужно ли кому-нибудь всыпать за халатность и разгильдяйство.

И именно поэтому он вернулся домой так поздно, но то, что его встречала любимая девушка, с которой он, несмотря на усталость, провел бурную ночку, пугая своими стонами котов, с лихвой компенсировало все трудности.

В общем, что ни говори, но это и вправду была рань несусветная. Особенно учитывая, что сегодня было воскресенье, и на этот день у него не было никаких планов.

– Сестренка Кармен сказала, чтобы я вас подняла и что вам двоим уже хватит валяться в постели, и вам нужно спуститься вниз, – заявила мелкая, подтвердив его самые худшие опасения.

Вот еще одна надсмотрщица на его голову… А ведь сам предложил ей войти в его будущую команду.

Они, кстати, с отцом и остальным семейством переселились на территорию академии в небольшой четырехкомнатный коттедж, неподалеку от этого места… Ну как неподалеку, примерно на полпути от работы отца Кармен до «безумной общаги», как начали называть это место. Вот только кто стоял за этим прозвищем, которое прочно приклеилось к их жилищу, Юре пока выяснить не удалось. Все, кто жил с ним, в один голос отрицали свою причастность. И причин не верить им у него не было. Да и не горел он желанием искать распространителя этого названия. Как говорится: хоть сортиром мой дом обзовите, только не превращайте его в отхожее место.

Но вернемся к Кармен и ее семейству.

Как уже было сказано ранее, они жили недалеко от портала, ведущего на территорию академии. Но так как отец девушки пошел на повышение, ему предложили поселиться здесь, поближе к работе, и перевезти свою семью, мотивируя это тем, что так будет безопаснее. Немного подумав, отец Кармен, обсудив все с дочерью, дал свое согласие.

Так и вправду было лучше. В конце концов, безопасность – это не пустой звук, который можно игнорировать. Да и для дочери так было куда удобнее, учитывая, что она, оставив подработку, вернулась к фехтованию и уделяла этому занятию много времени, так как всерьез рассчитывала победить Вику на следующих городских соревнованиях. Которая, в свою очередь, тоже резко забыв про кендо, вернулась к своим рапирам, попутно проводя много времени со своим парнем.

А брат и сестра Кармен теперь учились в школе Академграда, куда каждое утро отправлялись на монорельсовой электричке от платформы у своего нового дома. Там они выходили и сразу попадали в свою новую школу. И так же после занятий возвращались домой. Они были достаточно взрослыми, чтобы совершать эти поездки самостоятельно, но Кармен все равно каждое утро ехала с ними и на этой же электричке возвращалась назад. А в те дни, когда не могла, их отвозил отец.

В общем, они неплохо здесь устроились, и даже сама Кармен призналась, что жить здесь куда лучше, чем в Артуре.

– Ладно, передай сестренке Кармен, – в голосе помимо воли проскользнули нотки иронии, – что мы спустимся, как только приведем себя в порядок.

– Ага! – и мелкая Юля убежала с докладом.

– Ну что, встаем? – Юра оглянулся на свою невесту. Он был уверен, что она уже не спит, и не ошибся.

– Как ты сказал… – коварно прищурилась эта порочная дева. – Как только приведем себя в порядок… У меня есть идея, как совместить полезное с приятным… Хочешь, расскажу? – и призывно провела язычком по губам.

– Лучше покажи, – принимая ее игру, наклонился над своей девушкой Юра, и… в следующее мгновение они переместились в ванную комнату, откуда вышли только через полтора часа...

…– Долго же вы приводили себя в порядок, – заметила Кармен, когда они появились в гостиной.

Она, кстати, все это время не скучала. Рядом с ней стояли пара блюдец со сладостями, дымился свежезаваренный чай и лежало несколько свежих газет.

– Ну и зачем мы тебе понадобились? – присаживаясь в кресло напротив и проигнорировав ее слова, спросил Юра. – Только не говори, что ты попросту решила не дать мне выспаться в мой единственный выходной.

– А как ты догадался? – но она даже не улыбнулась, а просто пододвинула ему одну из газет. – На первой странице… Прочти и сам поймешь, почему я тебе надоедаю в твой выходной день…

Юра потянулся за газетой и развернул ее. Сразу же бросилась в глаза статья на развороте:

«НОВЫЙ ГРАФ МАЛЫШЕВ… КТО ОН ГЕРОЙ ИЛИ САМОЗВАНЕЦ?»

Несмотря на кричащий заголовок, статья представляла собой скорее аналитический этюд о личности Юры.

Неужели этот мальчик из детского дома и впрямь мог оказаться тем самым, давно оплаканным наследником рода Малышевых?

И тут же автор, словно адвокат, убежденно доказывал: да, он тот, за кого себя выдает. Аргумент? Юру, мол, просеяли сквозь сито все местные спецслужбы, включая службу безопасности Академии, где работают профи, не уступающие агентам СИБ.

Утвердив, что Юра – настоящий граф Малышев, автор плавно перешел к недавним боевым действиям в Баюйцюане, городе, что вроде бы и часть великой империи, но погряз в беззаконии и работорговле. А потом, будто по мановению волшебной палочки, через порталы дома Малышевых, в Баюйцюане открылся портал, откуда прямиком в тыл рабовладельческим кланам ворвались отборные штурмовые части империи. Не прошло и нескольких суток, как город был под контролем, а многолетняя проблема региона – ликвидирована.

Автор безапелляционно заявлял, что подобное возможно только при открытии портала непосредственно из самого Баюйцюаня. Ведь, несмотря на все слухи, доподлинно известно: портал можно открыть лишь из определенной точки, и только на территорию Академии, но не наоборот. Демонстрируя свою осведомленность о принципах работы академических порталов, он намекал: как же так вышло, что портал открылся из Баюйцюаня в Академию? Недвусмысленно давая понять, что это мог сделать лишь Юра, ведь только член правящей семьи, либо сам глава рода, либо приближенный к нему, обладает такой властью.

И тут же – резкий вопрос: что молодой граф делал в этом гиблом городе? Как он туда попал?

Далее следовали рассуждения о том, что все это – хитроумная игра спецслужб, а молодой граф – лишь фигура в их многоходовой комбинации. Юру, по сути, окрестили ценной, но всего лишь пешкой. Впрочем, тут же автор вознес его до ГЕРОЯ, истинного патриота, несмотря на юный возраст.

Завершалась статья рассуждениями о будущем отбитого города, о средствах, необходимых для его восстановления из имперской казны, и о том, как важно, что к восстановлению подключились крупные региональные семейства, что существенно облегчит нагрузку на казну.

– Хм… – Юра отложил газету. – Как интересно… И кто у нас такой осведомленный и рассудительный? – он взглянул на имя автора, которое ему ни о чем не говорило.

– А по мне, неплохая статья, – заметила Айка, отложив в сторону другую городскую газету. – Моего Юру чуть ли не героем выставили!

– Ага, – пробурчал он. – Осталось только для полного счастья увешать всю грудь орденами… Не люблю я все эти движения вокруг своей персоны.

– А что ты хотел, граф… – вздохнула Кармен. – Теперь ты и все, кто связан с твоим именем, будут в центре внимания… Вот, глянь сюда. – Она выложила перед ним еще одну газету, на этот раз со спортивными новостями. Помимо прочего, в ней была статья о скором чемпионате по пейнтболу, где упомянули Юру и его команду «Туманные коты», бесспорных фаворитов. Здесь автор постарался добавить темных красок, очернив команду, назвав их нечестно играющими и пользующимися привилегиями благодаря статусу Юры, забыв, что два года подряд команда играла сама за себя, без чьей-либо спонсорской поддержки. Затем автор выдал сенсацию: команда была замечена в подпольном турнире, известном как «мясорубка», где нет правил, а смерть – обычное явление. С обвиняющим пафосом он заявил, что команде с такой подмоченной репутацией не место на играх, и вообще на них следует обратить внимание правоохранительным органам. И если те не реагируют, это лишь подтверждает, что закон бессилен, когда по другую сторону стоят высокородные представители "благородных" домов.

– А вот это уже серьезное заявление, – пробормотал Юра, нахмурившись. – Если начнется резонанс, то… надо бы ребят предупредить на всякий случай.

– Уже, – ответила Кармен. – Я им уже всем сообщила об этой статье.

– Умница! – искренне поблагодарил он, задумавшись. Оставить это без внимания нельзя. Нужно как-то ответить на обвинения. А так как затронута честь полиции и других спецслужб, нужно подключать и их. Пусть их пресс-служба поработает и выступит с опровержением… И надо сегодня же это обсудить со всеми заинтересованными лицами. И ребят нужно собрать здесь и обсудить, что и как они должны говорить, чтобы не ляпнуть лишнего.

– Сможешь всех пацанов здесь собрать сегодня? – спросил он Кармен.

– Сделаю, – кивнула розоволосая.

– Милая… – посмотрел он на Айку.

– Я поняла, – не дожидаясь просьбы, сказала она. – Я сообщу брату.

– Спасибо! – улыбнулся он ей. – Ну а я позвоню в управление полиции полковнику Лин Куну, узнаю, как они собираются на это реагировать.

– А сестре звонить не станешь? – поинтересовалась Кармен.

– Нет, пусть отдыхает, – без колебаний ответил он. – Это ее не касается.

***

Лин Кун выслушал его спокойно, поблагодарил за информацию и пообещал немедленно разобраться в ситуации, пообещав организовать пресс-конференцию для журналистов, где будет дано исчерпывающее объяснение происходящего.

Следующий звонок – организатору игр.

Тот, конечно, уже видел статью и собирался сам звонить, требуя объяснений. Но, выслушав доводы Юры, мгновенно сменил гнев на милость, пообещав со своей стороны разобраться во всем и потребовать от газеты опровержения и извинений за клевету. Однако в конце не удержался от упрека, что Юра не поставил его в известность раньше. На что тот резонно ответил, что без разрешения соответствующих органов не мог этого сделать. И если бы информация не просочилась в прессу, он бы и дальше хранил молчание.

Задумавшись, Юра набрал номер Тучи и попросил собрать информацию о журналисте, столь люто невзлюбившем его команду и друзей. Желательно, со всем грязным бельем этого писаки. На всякий случай следовало приструнить наглеца, чтобы тот навсегда запомнил, где проходит грань дозволенного. Испортить карьеру очередному журналисту… у него уже был опыт в этом деле.

Естественно, работа предлагалась не за спасибо, а за щедрое вознаграждение.

Юра мог бы обратиться и к Лаврентию Павловичу, но не хотел, чтобы люди рода Малышевых мелькали в этом грязном деле.

Последний звонок – в редакцию спортивной газеты. Холодным тоном он потребовал объяснений… В ответ лишь жалобное блеяние и обещания во всем разобраться. Никто даже не пытался занять оборонительную позицию и обвинить его в давлении на свободу слова. Видимо, сами осознали свою ошибку.

Вскоре начали подтягиваться ребята.

– Вот ведь суки! – с порога заорал Костя (Скелетон). – Такую подставу нам организовали перед самой игрой! – Заметив, что в гостиной, кроме друга, Кармен и Айки, никого нет, спросил: – А остальные где? У вас сегодня здесь подозрительно тихо.

– Ты первый, – ответил Юра. – Чай будешь?

– Буду, – кивнул тот.

Скелетон огляделся и, не заметив кое-кого, осторожно спросил:

– А где остальные? Что-то у вас сегодня слишком тихо.

– Не каждый выходной у нас здесь шумно и многолюдно, – заметила Айка. – У каждого свои планы на этот день… – и добавила, как бы между прочим: – У близняшек какие-то свои дела в Академграде. Будут вечером.

Было видно, что эта новость Костю не обрадовала. Видимо, он жаждал увидеть одну из сестер-близняшек.

Пока пили чай, подошли и остальные, которых Юра также усадил за стол.

Благодаря Кармен, каждый был в курсе произошедшего, и все были полны негодования. Юре даже пришлось успокаивать разгоряченные головы.

– Так, полегче, горячие эстонские парни… – сказал он. – Вполне ожидаемо, что на команду фаворитов попытаются оказать моральное давление, – пояснил он. – Конечно, мне тоже неприятно, но главное сейчас – не наломать дров. Поэтому на все вопросы, если таковые последуют, всех посылать за объяснениями в полицию, так как все вы под подпиской о неразглашении. И только при условии, что полицейский департамент даст разрешение на общение с прессой, мы готовы дать совместную пресс-конференцию. А если будут слишком сильно надоедать, сразу же звоните в полицию и сообщайте о преследовании со стороны отдельно взятых журналистов. Можете даже снимать ваше общение с журналистами. Но ни в коем случае не грубить, не материться и не посылать туда, куда пастух телят не гонял, – серьезно обвел всех взглядом и добавил: – Парни, нам не нужны скандалы перед самой игрой, до которой осталось совсем немного времени.

– Да мы не глупые, понимаем, если что, – пробурчал Женька, сильнее всех переживавший из-за статьи.

– Ну вот и чудненько! – заулыбался Юра. – Пейте, пейте чай!.. Пользуясь моментом, хотел с вами еще вот о чем поговорить…

– Вербовать к себе, как Кармен, станешь? – усмехнулся Саня.

– Буду, – согласился с ним Юра.

– Ну, лично я не против… – пожал тот плечами. – Вот только зачем мы тебе? Кармен, вон, девочка умная, а мы тебе на кой? Я, вон, вообще планировал на инженера-строителя учиться, если удастся поступить.

– У тебя все получится, – серьезно глянул на него Юра. – А ты думаешь, мне инженеры-строители не нужны? У нас, если что, есть своя фирма, где свой человек, которому я смогу верить, ой как будет нужен… И неважно, кем он там будет… начальником или просто рабочим.

– Ха! – снова усмехнулся Сашка. – Ну, если так, то я согласен!

– Я тоже согласен, – поспешил сказать Женька. – Только у меня даже планов на будущее нет, – заметил он.

– Ну, у меня до недавнего времени тоже не было никаких планов… Так что у тебя есть время определиться, – произнес Юра. – А с реализацией я тебе помогу.

– Вот ведь буржуй! – пробормотал Костя. – Хотя, меня все устраивает… Сможешь устроить меня в свою охрану? – напрямую спросил он друга.

– Легко! – ответил Юра. – Лаврентий Павлович тобой уже интересовался. Скажу ему, что ты не против.

А вот Керим задумался.

– Не возражаешь, если я дам ответ позже? – глянул он на друга.

– Да все норм… Вот только в Баюйцюане планируется открыть сеть торговых магазинов, и мне нужен человек, кто возьмется за всем этим присматривать, – намекнул молодой граф.

– Вот как ты после всего этого не гнида, – вздохнул парень. – Знаешь же, чем меня зацепить… Ладно, я тоже в теме, – но глянул на друга с обидой.

– Ну, прости, – развел руками Юра. – Грешно было не предложить.

– Слабаки! – презрительно скривилась Кармен. – Вас только красной тряпкой поманили, а вы и рады!

– Вот кто бы говорил, – скривился Женька. – Сама-то долго ломалась?

– Нет, – та даже не смутилась. – Но мне поступило такое предложение, от которого отказаться было сродни большой глупости.

– Ну, – пожал плечами Саня. – У каждого свои критерии большой глупости… А еще чай есть? И что-нибудь к чаю… сладенькое!

– Все, что пожелаете, ваша светлость! – иронично ответил ему Юра. – Не извольте беспокоиться, сейчас все будет!

***

Разве могла какая-либо женщина прийти в восторг от выпирающего живота? Но Ирина, стоя у зеркала и любуясь своим отражением, сияла от счастья.

– Дорогая, опять позируешь перед зеркалом? – с улыбкой заметил муж, входя в дом и тут же заключая довольную супругу в объятия.

– Имею полное моральное право, – промурлыкала она, прильнув макушкой к его подбородку. – Как прошел твой день?

– Более или менее, – уклончиво ответил Вадим Аланов, её князь, и тут же заметил на столике две газеты, уже знакомые ему: обычный городской выпуск, где печатались все новости дня, и еженедельная спортивная газета, которая при других обстоятельствах показалась бы странной в подборке его супруги, мало интересовавшейся спортом. Но зная, какая именно статья там напечатана, он слегка напрягся.

– Дорогая, ты уже читала их? – осторожно спросил он, пытаясь прочесть хоть что-то на её лице. Но, как ни всматривайся, Ирина выглядела совершенно довольной и нисколько не расстроенной.

– Конечно! – Она взяла в руки ежедневник, где её младшему брату была посвящена целая статья, практически возносящая его как героя. – Мне понравилось, как высоко оценили моего брата в этой статье… Даже захотелось выразить благодарность журналисту за объективность и честность.

– А вторая…? – еще более осторожно спросил Вадим.

– Ну да, когда увидела эту пакость, захотелось придушить мерзавца, что это написал про моего брата. Но тут позвонили из управления полиции и сообщили, что все уладят, и что полковник… этот ваш… Лин Кун уже распорядился арестовать и допросить журналиста на предмет клеветы и дезинформации. И что пресс-служба управления полиции уже назначила на завтра брифинг с журналистами, где общественности раскроют некие подробности дела, в котором был замешан мой брат, и благодаря которому удалось успешно его завершить. А так как я сама ни о чем не просила и узнала обо всем только что, то поняла, что решением проблемы занялся кто-то другой. И конечно, я тут же связалась с начальником управления полиции для выяснения подробностей, и от него узнала, что братик взялся решать проблему самостоятельно… Так что я решила ему не мешать, – заявила женщина и пристально посмотрела на мужа. – Судя по твоей реакции, ты уже в курсе и все контролируешь лично?

– Мне звонила сестра по просьбе твоего брата, – признался муж, решив, что отпираться нет смысла. – А так как я в этом деле тоже… немного замешан, решил все проконтролировать.

– Какой ты у меня умница! – хихикнула жена. – А твое "немного замешан" меня просто убивает… – но по её голосу было ясно, что она ничуть не расстраивается из-за этой статьи. – И как ты собрался немного поучаствовать?

– Ну, я попросил одного знакомого журналиста тоже присутствовать на брифинге и задать пару вопросов, а потом опубликовать свою статью, в которой он затронет и эту грязную публикацию, осудит некомпетентность некоторых коллег по цеху и усомнится в их непредвзятости.

– Ах, как мило! – всплеснула она руками. – У моего супруга есть свои ручные журналисты!

– Я бы не назвал его ручным, – возразил он. – У нас просто взаимовыгодное сотрудничество.

– Теперь это так называется! – восхитилась Ирина, снова обнимая мужа. – Тогда я спокойна… Ладно, братик уже большой мальчик… – заявила она, целуя мужа. – Пусть постарается сам решить эту проблему… Тем более он меня о помощи не просил. – И добавила: – А ты за ним, пожалуйста, присмотри.

– Конечно, дорогая! – с облегчением произнес Вадим, обнимая её. – Может быть, в честь того, что мне удалось сегодня рано освободиться с работы, ты меня немного побалуешь? – с намеком произнес он.

– А тебя не смущает тот факт, что сегодня, вообще-то, воскресенье? – осведомилась она. – И по идее ты не должен был сегодня работать!

– Ну, ты сама понимаешь, родная… – заюлил генерал Аланов.

– Конечно, понимаю, – снова целуя мужа нежно прошептала она. – Вот только не понимаю, почему мой муж все еще стоит и тупит, и чего-то ждет… Заставляя ждать меня.

– Да, дорогая! Прости, дорогая! – подхватывая жену на руки, сказал он. – Обещаю перестать тупить и исправиться.

– Ну, я очень на это надеюсь, – прижимаясь к нему ответила она.

***

Незнакомец возник словно из ниоткуда, преграждая Сане дорогу к дому, когда тот уже видел свет в окнах.

– Извините, вы ведь Александр… из команды по пейнтболу «Туманные коты»?

– Возможно, – уклончиво ответил Саня. – Но, простите, автографы сегодня не в настроении раздавать.

– Нет-нет, – засуетился незнакомец, хватая его за плечо. – Вы меня неправильно поняли! Я журналист из «Вестника Спорта»! Хотел бы задать пару вопросов по поводу того инцидента… о котором писали в нашей газете.

– Извините, – повторил Саня, сохраняя предельную вежливость. – Но я не комментирую эту воспаленную чушь. – Он аккуратно накрыл ладонь журналиста своей и мягко, но настойчиво надавил на пальцы, заставляя отпустить его плечо. – Мне нечего вам сказать.

– То есть, вы признаете свое участие в подпольных играх на выживание?! – выкрикнул журналист ему вслед.

– Да у вас с головой не в порядке, – сочувственно покачал головой Саня. – Вам бы к доктору обратиться. – Он повернулся, чтобы уйти, но тут его настигло новое обвинение:

– Значит, я прав! Вы и ваш дружок, этот самозваный граф, – настоящая криминальная группировка!

Саня снова обернулся и бросил взгляд на камеру наружного наблюдения, висевшую над ними.

– Вы точно нездоровы, – заключил он. Заметив приближающийся полицейский патруль, он мгновенно сориентировался:

– Господа полицейские, помогите! – громко воззвал он.

Журналист дернулся, оглянулся, но бежать от стражей порядка не решился.

– Этот человек несет чушь! Представляется журналистом и смеет обвинять меня и моих друзей, называя нас криминальной бандой! Я требую оградить меня от преследования этого… маньяка! Он опасен для общества!

– Разберемся, – пробурчал сержант. – Ваши документы, пожалуйста.

– Конечно, разберитесь, – охотно протягивая свой ученический билет, сказал Саня и кивнул в сторону камеры. – Информация с камеры вам в помощь.

Сержант усмехнулся.

– Гражданин, – перевел он взгляд на занервничавшего журналиста. – Ваши документы?

– Я честный журналист! – запальчиво воскликнул тот.

– Что-то я в этом сомневаюсь, – возразил Саня.

Изучив документы обоих, полицейские пригласили их проследовать в участок.

Полицейский участок находился через дорогу, и там они оказались меньше чем через пять минут. Развязка наступила довольно быстро.

Просмотрев запись с камеры наблюдения, полицейские прямо спросили Александра, намерен ли он подавать заявление. Тот охотно согласился. После этого его отпустили домой. Уже на улице он позвонил Юре и рассказал об инциденте.

– Молодец, – похвалил его друг. – Дальше этим типом займется полиция. Ну а я, чтобы у них не возникло соблазна положить дело под сукно, направлю в полицию адвоката, работающего на нашу семью. Пусть устроит им взбучку, чтобы другим писакам неповадно было лезть к моим друзьям.

– Я только за! – ответил Саня. – Честно говоря, я с трудом сдержался, чтобы не врезать ему там.

– Хорошо, что сдержался, а то пришлось бы адвокату уже тебя отмазывать, – заключил Юра.

Глава 2 (исправлено ИИ)

Глава 2. Поединок.

– Граф Малышев! Я вызываю тебя на поединок! – голос незнакомки, словно удар гонга, разорвал привычную суету столовой. Доселе их пути ни разу не пересекались, и столь официальный вызов поверг Юру в замешательство.

– Чего? – лишь выдавил он, чувствуя себя нелепо под прицелом любопытных взглядов.

– Я сказала… – терпеливо начала она, словно обучая несмышлёныша.

Она – Дзихико Кудо, черноволосая японка с глазами цвета горького шоколада. Высокая, возвышающаяся над ним сантиметров на пять, несмотря на простые босоножки без каблуков. И, вопреки стереотипам об островной нации, с пышной грудью, призывно обтягивающей тонкую ткань блузки. Дзихико Кудо – одаренная, владеющая темпо, единственная наследница древнего, но обедневшего японского рода, сорок лет назад покинувшего родные острова и осевшего в Артуре, где о былой славе клана почти забыли.

– …что вызываю тебя на поединок! – повторила она свой вызов, и на этот раз её слова отчетливо прозвучали в гулкой тишине, воцарившейся в переполненной столовой.

– Могу ли я узнать причину столь необычного вызова? – осторожно поинтересовался Юра.

– Её нет, – спокойно ответила Дзихико. – Я просто хочу сразиться с тобой! – И, не дожидаясь возражений, добавила. – Правила Академии не запрещают.

– По этим же правилам, я имею право отказаться от любого поединка, – возразил той Юра, беря себя в руки. – Так что извини, но я, пожалуй, так и поступлю. – Он развернулся и направился к столику, который обычно занимал с друзьями.

– Это сейчас что такое было? – нахмурилась Айка.

– Сам не понял, – ответил Юра. – Мы с Дзихико даже не знакомы.

– А имя её откуда знаешь? – тут же подметила Тина.

– Слышал, как её окликнула подруга, когда она вошла в столовую и направилась ко мне, – спокойно пояснил Юра.

– Поражаюсь твоей наблюдательности! – восхитилась Вампирша. – Жаль, что ты граф, а не простой парень. Обязательно забрала бы тебя в свою компанию!

– А вот это видела? – Айка показала подруге-сопернице фигу. – Я бы тебе ни за что не отдала своего парня! – уверенно заявила она, давая понять, что и в этом случае Юра стал бы её добычей.

– Ой, ну я прямо вся в ужасе! – хихикнула Тина. – И всё же… – Она задумчиво посмотрела в сторону Дзихико. – Интересно, что же ей на самом деле нужно?

***

На следующей перемене Юру, словно громом среди ясного неба, настиг звонок от Кости-Скелетона.

– Меня только что у школы тоже подловил журналюга, – сообщил тот.

– И…? – слегка напрягся Юра, чувствуя, как внутри нарастает предчувствие чего-то неладного. Костя в отличии от Сани был куда более вспыльчивым и резким парнем.

– Да вроде норм, пообщались вежливо, – ответил Костя. – Сказал, что был на брифинге у копов и в курсе всей заварухи. Хочет, типа, услышать подробности из первых уст. Ещё сказал, что связался с графом Григорьевым, и тот, как организатор пейнтбольной движухи, не против нашего общения с прессой. Правда, настаивает на своём присутствии на этой беседе… если мы, конечно, согласимся.

– Ясно! – Юра почувствовал, как напряжение немного отступает. – Контакты оставил?

– Ага, просил позвонить и дать ответ, – подтвердил Скелетон.

– Скинь мне его координаты, – попросил Юра. – Пробью, что за фрукт, и тогда решим.

– Ок! – тут же отозвался Костя. – Сейчас перекину.

Уже через минуту телефон Юры пиликнул, возвещая о входящем сообщении. Пробежав глазами по личным данным, оставленным журналистом, парень хмыкнул.

Однако, занятный поворот, – пронеслось у него в голове, пока он набирал номер Антадзе. – Лаврентий Павлович… Нельзя ли вас попросить об одной маленькой услуге?.. Да нет, никаких проблем… Просто один журналюга изъявил желание пообщаться со мной и моими друзьями по поводу… Ну, вы помните ту историю с мясорубкой… Да-да, именно по этому поводу… Ага, записывайте или запоминайте… Яков Салтанов, корреспондент ежедневки «Городской Альманах»… Да, тот самый, что недавно писал про меня статью в той же газете… Хорошо, жду!

Разговор оборвался.

– Тот самый Яков, – задумчиво протянула Айка, неотступно находившаяся рядом во время его разговоров – сначала с другом, а затем с начальником службы безопасности рода Малышевых. – Ишь, какое совпадение…

– И не говори, – Юра бросил на девушку быстрый взгляд. – Прямо руки чешутся с ним побеседовать.

– Не знаю… Статья, конечно, вышла знатная, но, если честно, он тебя там прилично так прополоскал… особенно в некоторых моментах, – с сомнением проговорила она.

– Зато привел только факты, ни на грош не приврал, – возразил парень.

– Ладно-ладно, раз тебе так неймётся… – Айка не стала спорить. – Но давай вернёмся к нашим баранам… Эти клубы вообще оборзели, – вздохнула девушка, небрежно прихлопнув ладонью увесистую стопку прошений об увеличении финансирования. – Что будем делать?

– Ответим той же монетой, – усмехнулся Юра. – Пусть в течение трёх дней предоставят нам детальный план, куда и на что они собираются спустить казённые денежки, и какими успехами нас порадуют… И да, что там с клубом нашей Вики? Заявление о его ликвидации от неё ещё не поступало?

– Как будто ты Вику не знаешь, – фыркнула Айка. – Да она и в ус не дует.

– Вот блин, послал же бог подругу… – проворчал парень. – Вроде умная, но сколько же от неё геморроя!

В ответ раздался заливистый смех из дверного проёма.

– А вот и нет! – заявила вошедшая в кабинет представителя упомянутая особа. – Никакая я не проблемная. Я вам заявление на роспуск клуба кендо принесла! Кстати, а вы не забыли, что и сами в нём состоите?

***

– Госпожа Вебер! – окликнула вампиршу в школьном коридоре статная японка. – Осмелюсь попросить у вас минуту внимания.

Тина обернулась, скользнула по позвавшей её девушке оценивающим взглядом и сдержанно произнесла:

– Дзихико Кудо, если не ошибаюсь… Если ты преследуешь меня из-за своей нелепой затеи с вызовом на поединок, то вынуждена тебя разочаровать. Уговаривай Юрку сама, если тебе так уж неймется.

– Вы совершенно правы, я прошу вас помочь уговорить вашего друга… и этот поединок для меня – вопрос чести! – с непоколебимой решимостью заявила Кудо.

– Боюсь, ты не расслышала моих слов, девочка, – прозвучал в голосе Тины оттенок раздражения.

– Вовсе нет, я прекрасно вас поняла, – возразила Дзихико. – И все же умоляю вас о помощи. – Она склонилась в низком, почтительном поклоне.

– Хм… – Вампирша на мгновение застыла в раздумье. – Если хочешь моей поддержки, то мне необходимо знать истинную причину твоего вызова, а не ту напыщенную чепуху, что ты озвучила в столовой при всем честном народе.

– Именно поэтому я и попросила у вас минуту. – напомнила Кудо. – Если вы не против, поговорим у окна? Там нас никто не услышит. – Она указала в сторону широкого подоконника, укрытого от посторонних глаз.

***

– Да, Лаврентий Павлович? – отозвался Юра, принимая звонок уже по пути домой. – Да, конечно, я слушаю…

Минута тянулась, словно резина.

– Я понял… Спасибо! – поблагодарил он Антадзе. – Нет, не стоит, я сам ему позвоню, договоримся… Разумеется, сообщу.

– Ну и что? – полюбопытствовала Айка, заметив, что разговор с грузином окончен.

– Говорит, у этого журналиста репутация порядочного, объективного человека, с ним можно вести диалог. Да, он задаёт неудобные вопросы, но до лжи никогда не опустится… – пробормотал Юра, набирая по памяти номер, присланный Костей, и автоматически переводя телефон на громкую связь.

– Алло? – раздался в динамике немного хрипловатый и раздражённый голос после нескольких гудков.

– Яков Леонидович? – уточнил Юра.

– Да, это я… Кто вы? – раздражение в голосе журналиста стало ещё заметнее.

– Меня зовут граф Малышев. Сегодня вы общались с моим другом, просили об эксклюзивном интервью… Или оно вам больше не интересно? – спокойно поинтересовался Юра.

– Ах, простите, граф… – тон собеседника мгновенно переменился. Нет, он не заискивал, но раздражение исчезло, и голос стал гораздо спокойнее. – Конечно, мои планы не изменились, я очень хочу взять интервью у вас и ваших друзей… Просто я не ожидал, что вы позвоните лично… А тут ещё мне только что звонил один крайне неприятный тип, – извиняющимся тоном произнёс журналист. – Простите за мою грубость в начале разговора.

– Со всеми бывает, – невозмутимо ответил Юра. – Давайте встретимся завтра в два часа дня… У нас с ребятами на это время назначена тренировка, сможем уделить вам час.

– Да, конечно! – тут же согласился Яков. – Подскажите, куда мне подъехать?

– Вам нужно будет приехать в Академию… На проходной спросите, где находится тренировочная площадка по пейнтболу, вам объяснят, как пройти… Пропуск на территорию Академии вам доставят сегодня же ребята из охраны в издательство, где вы работаете… Всего доброго! – попрощался Юра.

– Думаешь, Ирина ещё не в курсе? – внезапно спросила Айка, идущая рядом с ним.

Юра огляделся, убеждаясь, что поблизости нет посторонних… Вика и близняшки в расчёт не шли. Он обнял девушку за плечи и ответил на её вопрос:

– Более чем уверен, что она в курсе, просто решила не вмешиваться и дать мне самому со всем разобраться… Типа очередной урок от сестрёнки.

Айка фыркнула и чмокнула парня в щёку.

– Тоже мне, учительница!

Дома их уже ждала Вампирша, исчезнувшая из класса сразу после звонка. Рядом с ней развалился жёлтый пёс, за последний месяц вымахавший до размеров приличной овчарки.

Пёс уже неплохо отзывался на кличку Тишка и постоянно следовал за своей хозяйкой… если, конечно, она не направлялась в школу. В этом случае он с несчастным видом сидел у порога и терпеливо ждал её возвращения. А ещё пёсик был крайне дружелюбным и общительным, но выше этажа девочек в доме никогда не поднимался и к туманным котам и кошкам не решался подходить. Завидев их, он тут же ложился на брюхо и жался к ногам хозяйки. В общем, на пса давно перестали обращать внимание, и его тискали все, кому не лень.

– О! А вы не особо торопились! – заметила Тина, сунув в пасть своему псу очередную газету.

– Выбрось в мусор, – попросила она питомца, и тот послушно встал и понёс чем-то не угодившую хозяйке газету к мусорному ведру.

– Слушай, Юр, – серьёзно взглянула на парня Вампирша. – Насчёт той японки… Думаю, тебе стоит принять её вызов и сразиться с ней.

– Ты сейчас серьёзно? – удивлённо посмотрела на подругу Айка.

– Абсолютно, – перевела на серебровласую взгляд Тина. – Разве я когда-нибудь шутила такими вещами?

– И почему я должен с ней сразиться? – осведомился Юра и предположил: – Я так понимаю, между вами состоялся разговор, и она тебе сказала что-то такое, что изменило твоё первоначальное мнение?

– Именно! – легко кивнула Тина. – Мы поговорили, и я признала, что у неё есть веская причина требовать от тебя поединка.

– А мне сказать? – снова вопросительно посмотрел на неё Юра.

– Нет… Я не могу назвать причины… Просто поверь мне на слово, – отказалась отвечать Тина.

– Забавно, – только и сказал Юра. – Забавно то, что это ты просишь меня поверить тебе на слово… Не находишь, что это смешно?

***

– Что задумала, подруга? – в голосе Айки звучала прямая настороженность, когда они остались наедине.

– Расслабься, – с усмешкой отмахнулась Тина. – Все под контролем! Юрка интересует эту японку как мужчина в последнюю очередь… Она из древнего рода самураев, а им нужен достойный господин, чье знамя можно нести, совершая подвиги и прославляя свой род. И она выбрала нашего Юрку. Давно к нему присматривалась, а тут еще и статья вчерашняя прогремела о нашем золотом мальчике… Решила, что он достоин. Но чтобы окончательно убедиться, устроила ему проверку боем. Так что помоги уговорить его принять вызов.

– Не знаю, – засомневалась Айка. – Зачем она ему?

– Не тупи, – прошипела Тина, теряя терпение. – Она с рождения обучена воинскому искусству. А учитывая, как Юрка у нас притягивает неприятности, сильная защитница за спиной ему точно не помешает.

– Сомневаюсь, что Юрка согласится, – покачала головой Айка. – Он же считает, что девочки не должны рисковать жизнью ради него… Это, мол, только его прерогатива.

– Вот поэтому ему и не надо ничего знать! Просто помоги мне его уломать, – Тина вперила в Айку умоляющий взгляд. – Тебе он не откажет.

– Больше похоже на подставу, – пробормотала серебровласая принцесса. – Ты уверена, что это правильно? – сомнения все еще терзали ее.

– Я знала, что тебя будет трудно уговорить, поэтому сначала поговорила с Иринкой! – торжествующе заявила Тина.

– Что ты натворила? – изумилась Айка. – И что она сказала?

– Ей понравилась эта идея! – Тина оскалилась в победной улыбке.

– Я и не удивлена, – вздохнула Айка. – Мне нужно поговорить с этой… Дзихико, – не сразу вспомнила она имя японки.

– Я это тоже предвидела, – Тина уже набирала номер на телефоне и протягивала его княжне. – Говори, она на связи…

***

– Знаешь, Юр, – начала Айка за завтраком, нарушив утреннюю тишину, – думаю, тебе все же стоит принять вызов Кудо. И отнестись к этому поединку со всей серьезностью.

Юрка от неожиданности выронил ложку, потрясенно уставившись на подругу.

– И ты туда же! – удивленно перевел он взгляд на Тину. – Что, обеих кто-то укусил?

– Никто нас не кусал, – серьезно возразила Айка, глядя в глаза жениху. – Просто у этой девочки и правда серьезная причина желать этого поединка с тобой.

– То есть, причину, по которой я должен согласиться на это безумие, я от тебя тоже не услышу, – констатировал он, чувствуя подвох.

– Ты сам все поймешь, – уклончиво ответила невеста и добавила с загадочной улыбкой: – Потом…

– Никто над тобой не подшучивает, – мягко возразила Тина. – Просто прими вызов, и все… Иначе она от тебя не отстанет.

– Ладно… – вздохнул Юрка, чувствуя себя загнанным в угол. – Доверюсь вам на этот раз, но предупреждаю: мне это не нравится… И кстати, Вику сегодня кто-нибудь будить собирается?

***

Встреча с Дзихико утром у школьных ворот не вызвала у Юры ни малейшего удивления. Едва завидев его, она, словно по заведенному ритуалу, бросила ему вызов.

– Хорошо, сегодня после занятий… на том же месте, – бросил он в ответ, проходя мимо, не удосужившись даже поинтересоваться условиями предстоящего поединка. Раздражение, копившееся с самого утра, не располагало к долгим разговорам, тем более на виду у всей школы.

Вскоре Кудо сама нашла его в кабинете представителя.

– Я слышала, ты занимаешься рукопашным боем? – с ходу спросила она.

– Есть немного, – Юра не стал отрицать очевидное. – Предлагаешь решить наш спор в рукопашной схватке? – догадался он о её намерениях.

– Именно это я и хотела предложить, – кивнула Дзихико.

– Что ж, меня устраивает, – ответил он, про себя уже готовясь признать поражение еще до начала этого бессмысленного фарса. Как же он ошибался…

Уже на следующей перемене Глеб, младший сын адмирала Макарова, открыл ему глаза на происходящее.

– Я слышал об этой Дзихико… Она помешана на традициях. Воспитана в духе самурайских кланов, и отказ от поединка для неё – личное оскорбление.

Блин, – пронеслось в голове у Юры. – Во что я ввязался?

– Что, всё настолько серьёзно? – осторожно поинтересовался он у Глеба.

– Ну, мне рассказывали, когда она только поступила в Академию, у неё возник конфликт с парнем из соседнего корпуса. Дело дошло до поединка, но когда тот осознал, насколько она сильна, то решил отказаться от боя и публично признал своё поражение. Она этого не оценила и сломала ему обе руки и ноги. Был скандал, её чуть не отчислили, но твоя сестра как-то замяла дело. С тех пор Кудо побаиваются.

Вот ведь влип, – снова пронеслось у него в голове. – Что-то мне подсказывает, что соскочить не удастся… И что же я ей такого сделал? Вроде бы нигде не пересекались.

***

Яков Салтанов, пользуясь расплывчатостью пропускного документа, где время визита указано не было, прибыл к вратам, ведущим на территорию Академии Святого Апостола Павла, за три часа до назначенного срока. Причина была проста и понятна – ему, никогда прежде здесь не бывавшему, до безумия хотелось одним глазком взглянуть на внутреннюю жизнь этого места.

Охрана на пропускном пункте, мельком взглянув на его временный пропуск, любезно указала направление. На его робкий вопрос, может ли он немного побродить по территории, ему так же вежливо ответили утвердительно, но тут же предупредили: учебное заведение с усиленным режимом охраны, и глупостей лучше не совершать, не покидать обозначенные дорожки общего пользования, если не хочет нажить себе неприятностей. Не угроза, но предупреждение звучало весьма убедительно.

– Хорошо, я последую вашему совету, – поклонился Яков и покинул пропускной пункт. Оглядевшись, он невольно застыл, пораженный открывшейся перед ним картиной. Место и впрямь было прекрасно, как о нем говорили… особенно окружающая природа.

За зданием пропускного пункта виднелся новый корпус, явно построенный совсем недавно, где еще велись отделочные работы. Но новостройка мало интересовала Якова, гораздо больше его привлекала возможность прогуляться по лесу.

Оказавшись под сенью деревьев, журналист отметил, что за этим лесом тщательно ухаживают. Признаки человеческой заботы были налицо.

Тропинка, по которой он шел, широкая, почти в полтора метра, вымощенная тротуарной плиткой. Через равные промежутки, примерно в ста метрах, по одной стороне стояли скамейки с урнами (расположенными через каждые пятьдесят шагов), а по другой – столбы с фонарями. Еще он заметил камеры наблюдения. Не сомневался, что сейчас кто-то наблюдает за ним, контролируя каждое движение.

Впрочем, по мнению Якова, это было вполне оправданно. Элитное учебное заведение, где, по крайней мере, по мнению СМИ, больше половины учеников – отпрыски богатых семей. Хотя он лично знал выпускников Академии, утверждавших, что соотношение богатых и обычных учеников составляло примерно один к пяти. Да и то, что выпускников Академии имени Святого Апостола Павла охотно брали на работу многие фирмы, было общеизвестно. В общем, во всех критических высказываниях в адрес Академии сквозила обычная зависть.

Но сейчас Яков был здесь не для того, чтобы отделять правду от вымысла в слухах об Академии. Он пришел взять интервью и удовлетворить свое любопытство.

Кстати, на всех развилках стояли поясняющие указатели, так что заблудиться было сложно.

Так журналист вышел к главному корпусу Академии и в нерешительности остановился на краю дорожки, раздумывая, стоит ли ему вернуться назад, или все же взглянуть одним глазком на это учебное заведение, где, как известно, преобладали девушки.

Он, наверное, развернулся бы и ушел, но мимо прошли двое парней, оживленно беседующих.

– Прикинь, Бешеная на поединок графа Малышева вызвала, и он принял вызов! – донеслись до слуха Якова слова одного из них. – Пойдем, глянем?

– А чего они не поделили? – удивился другой.

– Да в том-то и дело, что граф, похоже, с ней и не пересекался никогда. По крайней мере, конфликта между ними в стенах корпуса не было. Говорят, Бешеная сама, с бухты-барахты, его вызвала.

Журналист напрягся, заинтересованно глядя вслед парням.

– Да ну, не может быть… Должен быть какой-то конфликт… – усомнился второй. – Конечно, пойдем посмотрим!

Поколебавшись мгновение, Яков двинулся следом. Такое он не имел права пропустить.

***

Лежа на спине и уставившись в потолок, Юра с горькой иронией размышлял о случившемся: как же виртуозно его провели! С самого начала этот вызов на поединок казался ему подозрительным, и он интуитивно сопротивлялся.

Предчувствие подвоха лишь усилилось, когда в качестве судьи на площадке появилась Тина, ослепляя своей хищной, зубастой улыбкой. А её "ободряющее" напутствие перед самым началом и вовсе звучало как приговор: Если хочешь жить, дерись так, словно от этого зависит твоя жизнь! Согласитесь, не самое вдохновляющее пожелание.

И вот на площадку вышла она… Дзихико. Один взгляд на неё, и Юру пронзило осознание неминуемого поражения. В её взгляде читалась стальная решимость, а черное бойцовое кимоно, украшенное вышитыми драконами, казалось, источало ауру силы. По сигналу Вампирши она, словно выпущенная пружина, ринулась в бой, обрушив на парня шквал ударов, от которых он едва успевал уворачиваться и отбиваться. О контратаке не могло быть и речи.

Эта девчонка была дьявольски сильна! Не зря же её за глаза, с опаской, называли Бешеной. Естественно, о её подпольном прозвище Глеб сообщил ему перед самым боем, "пожелав" не победы, а уцелеть и не получить слишком много увечий. Ещё одно многообещающее послание в его копилку "удачи".

А удары у Кудо были чудовищной силы! Вся рука уже онемела и ныла от боли. Вот она бьет ногой с разворота, и Юра в последний миг успевает присесть, пропуская смертоносный удар над головой. И тут же – другой удар, на этот раз в нижнюю часть живота. Снова уклон. Вернее, откат и стремительный рывок на ноги.

Да он уже сам себе напоминает китайского болванчика: влево-вправо, право-влево. Но, кажется, он начал улавливать ритм её движений, и пришло время перехватить инициативу. Резкий рывок и уклон в сторону, позволяя удару рассечь воздух. В ответ он наносит свой удар, но попадает в непробиваемый блок. Извернувшись, он бьет с разворота, высвобождая захваченную ногу. Но его удар снова не достигает цели. Теперь уже она уклоняется, и делает это с грацией пантеры.

И тут… его настигает удар! Он даже не успел понять, как это произошло. На мгновение мир погрузился во тьму, а затем он обнаружил себя лежащим на спине. Потолок над головой вращался, как и появившееся в кадре лицо Тины.

– Ты в порядке? – участливо поинтересовалась она. – Сколько меня видишь?

В кадр вплыла и обеспокоенная Дзихико.

– Мне и одной тебя за глаза хватает, так что двух я точно не переживу, – пробормотал Юра и перевел взгляд на японку. – Пожалуй, пора заканчивать этот фарс… Признаю свое поражение.

– Что, даже пытаться не будешь? – с удивлением спросила Вампирша.

– Мне моя голова нужна для того, чтобы думать, – огрызнулся парень. Тина тут же объявила о победе Кудо.

Юра поднялся на ноги сам, без посторонней помощи. Но, как оказалось, на этом история не закончилась. Дзихико вдруг опустилась на колени, склонила голову к полу и произнесла что-то о том, что признает его своим господином и клянется в верности до самой смерти.

Юра потряс головой, решив, что это последствия пропущенного удара.

– Подожди, – попросил он. – Давай помедленнее… Повтори, что ты сейчас сказала? – переспросил он и услышал те же самые слова.

Он перевел взгляд на Тину, подозревая, что та знала обо всем с самого начала.

– Это сейчас что было? – спросил он у неё.

– Я полагаю, клятва верности, – невозмутимо ответила она.

– Отказаться я могу? – почему-то он в этом сильно сомневался.

– Если тебе девчонку не жаль, то можешь, – ответила Тина совершенно серьезно. – Я сама видела, как она притащила в раздевалку два ритуальных клинка. В общем, твой отказ приведет к тому, что она сделает себе харакири или сэппуку… не знаю, как это у них правильно называется.

Юра снова посмотрел на Кудо, и та серьезно кивнула.

– Честь самурая… – начала она, но он остановил её жестом руки.

– Я все понял, – сказал он, осознавая, что ему не оставили выбора. – Ладно, я принимаю твое служение. – Он не знал, как нужно говорить по правилам японского ритуала, но ему было плевать на формальности. – Поговорим обо всем завтра, – решил он. Поднял взгляд на притихшую трибуну и встретился взглядом с виновато выглядящей Айкой.

– Чую, против меня созрел охранительный заговор, – громко произнес он. – Будем выявлять всех участников… но потом.

Глава 3 (исправлено ИИ)

Глава 3. Интервью…

К пейнтбольной площадке, где Юру ждали друзья и журналист, он шел в компании виновато понурой Айки, которая была по уши вовлечена в эту подставу. И со своей новой… как её теперь называть? …подопечной… при оружии, если таковыми считать два обоюдоострых клинка в её руках

– И зачем ты увязалась? – недовольно покосился он на Дзихико. – Здесь, на территории Академии, мне мало что грозит… Не вижу смысла в эскорте.

– Долг самурая – следовать за господином повсюду… – И тут она захихикала, сбросив маску гордой воительницы. – Просто я фанатка ваших «Туманных Котов»! Давно мечтала познакомиться со всеми и взять автографы! – Снова хихикнула. – Не такая уж я и деревянная, слабости тоже имею.

Юра не выдержал и расхохотался:

– И как тебе ощущения? Понравилось избивать объект обожания? – поинтересовался он. – У меня всё тело болит до сих пор. Но удары у тебя поставлены знатно, – вынужден был признать.

– Спасибо, – невозмутимо ответила Дзихико. – Но, думаю, не будь у нас искусственных ограничений на способности, я бы проиграла тот бой в мгновение ока.

Юра промолчал. К чему гадать, кто бы победил… Этот бой он и так проиграл всухую, как ни крути.

Ребята уже дожидались их у полигона целой толпой.

– Ты чего такой помятый? – Костя внимательно оглядел друга после приветствия. – Что стряслось?

– Можно и так сказать, – пробормотал Юра и кивнул на японку за спиной. – Знакомьтесь, ребята, наша фанатка. – Он посторонился.

И тут Дзихико, которой Юра не особо-то и поверил, когда та назвалась фанаткой, извлекла из сумки сложенный плакат, аккуратно запакованный в пакет. Развернув его, она умоляюще попросила:

– Парни, распишитесь, пожалуйста!

– Охренеть! – выдохнул Керим, разглядывая плакат.

На нём были запечатлены две команды, легенды местного пейнтбола: «Орлы» сверху и «Туманные коты» под ними. Это был один из немногочисленных плакатов, висевших на рекламном стенде у площадки, где зрители могли следить за поединком несколько месяцев назад. Тот самый поединок, который они завершили вничью. По словам Айки, таких плакатов было напечатано всего тридцать, и все они висели возле зрительских площадок: одна здесь, в Академии, на несостоявшемся стадионе, а другая в Артуре. И все плакаты странным образом исчезли сразу после матча. И вот теперь один из тридцати плакатов обнаружился в сумке Дзихико, которая умоляюще просила его подписать.

– Так ты не врала, когда назвалась нашей фанаткой! – пробормотал Юрок, беря ручку, чтобы оставить свою закорючку.

– Ещё чего, – фыркнула японка. – Зачем мне врать?

– Да что не так? – удивился Женька. – Ты сегодня какой-то дёрганый. Из-за журналиста переживаешь?

– Отвали, – огрызнулся Юра. Рассказывать, как девчонка ему наваляла, не хотелось. Тем более объяснять, почему она теперь с ним ходит. Он пока и сам не разобрался до конца, а уж объяснять это другим – вообще не готов. – Кстати, о журналисте… Он уже должен был прийти… Так что пойдёмте пообщаемся. Как говорится, раньше начнём – быстрее закончим… Да и пора уже с этим делом заканчивать.

***

Журналист и вправду дожидался их в кабинете, куда его проводила предупрежденная охрана, бдительно следившая за порядком на полигоне. Мужчина лет сорока, он щеголял отличной спортивной формой, обликом человека, не чуждого заботе о себе. Однако, Юра успел заметить, что перед самым началом интервью в глазах Якова Леонидовича плескалась задумчивость, словно тень сомнения омрачала его мысли.

– Добрый день, Яков Леонидович! – Юра протянул руку для приветствия. – Юрий Малышев. Прошу прощения, что заставили вас ждать. Предлагаю сразу перейти к делу.

В комнате остались только члены команды. Девушки и охрана остались за дверью, оберегая их от нежелательного вмешательства. Ребята быстро устроились за столом, и журналист, не теряя времени, взял быка за рога.

– На брифинге полиции я был, в общих чертах ситуацию представляю. Но мне хотелось бы услышать из первых уст, что же там произошло на самом деле?

Юра бросил ободряющий взгляд на Женьку и кивнул.

– Начинай.

– Да что тут начинать, – Женька пожал плечами. – Обратились ко мне какие-то типы, предложили поучаствовать в "мясорубке"… Так они называли эту незаконную игру в пейнтбол. Я отказался. А на следующий день пропала моя сестра. Снова звонок, и голос в трубке сообщает, что она у них. Настоятельно рекомендовали пересмотреть свое решение, если, конечно, я хочу ее увидеть живой.

– И ты согласился, – констатировал Яков, внимательно следя за каждым словом.

– А что мне оставалось? Выбора не было.

– А вы, значит, бросились на выручку друга? – Журналист перевел взгляд на остальных членов команды.

– Вообще-то, на меня тоже вышли, предложили участие, – вставил Скелетон. – Сразу намекнули, что в игре будет один мой хороший знакомый… Естественно, я обзвонил всех, выяснил, что Женьку в это втянули. Зная его, я сразу понял, что добровольно он бы на такое не пошел. Связался с Юркой, вспомнил про его родственника из СИБ, попросил помощи.

– Это было непросто, – подхватил Юра. – Обратился к мужу моей старшей сестры, он уже свел меня с нужными людьми в полиции, теми, кто занимался этим делом. Честно говоря, до этого момента я не был высокого мнения о нашей полиции. Но их оперативность и четкость действий меня приятно удивили. Учитывая дефицит времени, план разработали молниеносно… Правда, пришлось пойти на оправданный риск.

– Под риском вы подразумеваете свое участие в "мясорубке"? – догадался журналист.

– Именно это я и имею в виду. Организаторы этой затеи – люди очень осторожные, кого попало к себе не подпустят. Но я несколько лет назад уже сталкивался с ними… Тогда я еще не знал о своем происхождении, срочно нужны были деньги на лечение сестры. Единственный раз поучаствовал в этой "мясорубке", и для меня все закончилось благополучно. Они меня запомнили. Когда я лично начал переговоры, смог убедить их отпустить сестру Женьки в обмен на то, что мы с ребятами примем участие в их игре.

– Вы сильно рисковали, – повторил журналист.

– Не особо. С самого начала с нами был сотрудник полиции, хоть и молодой, немногим старше нас, но опытный боец спецназа. Наша задача была – передать полиции точные координаты места проведения этой незаконной игры. Нам выдали маячки, которые и привели их туда. А дальше все быстро и профессионально сделал спецназ… Ну и морпехи, которые обеспечивавшие охрану и контроль периметра… Так что, когда я говорю о минимальном риске, я не лукавлю.

– И вам было страшно? – неожиданно спросил Яков.

Костя и Юра обменялись взглядами.

– Не совру, если скажу за всех, – ответил Женька. – Когда все закончилось и до меня дошло, что я мог и не дожить до этого момента, меня всего трясло.

Юра кивнул, соглашаясь с другом, хотя сам не помнил за собой ничего подобного.

– Конечно, было страшно, за себя и за друзей.

Костя тоже кивнул в знак согласия.

– А каково было нам, кто знает, – заявил Костя. – Пацаны черт знает где, и что с ними, неизвестно. Мы с Керимом только и могли, что ждать вестей.

– Согласен, – поддержал Саню Керим. – Нам было куда тяжелее… Не зря говорят, ждать – тяжелее всего.

Они проговорили еще около получаса, близилось к завершению. Перед тем как попрощаться, Яков попросил Юру уделить ему пару минут наедине. Тот не стал возражать, ожидая, что речь пойдет о теме, ради которой, как он думал, журналист и приехал. Но Яков неожиданно спросил о другом:

– Я случайно стал свидетелем вашего поединка с одной девушкой… Хотелось бы узнать об этом.

– Ну и как, понравилось, как парень от девчонки огребает? – усмехнулся Юра. Но смутить Якова своим неожиданным вопросом ему не удалось.

– Скажите, а у вас это нормально, когда сразу после поединка победитель публично присягает на верность? – серьезно спросил журналист. – Нет, нет! – поспешил он добавить. – Я не собираюсь об этом писать… Просто я в некотором недоумении.

– Да не только вы, – вздохнул Юра. – Я сам до сих пор не могу понять, как к этому относиться… И нет, насколько я знаю, такое вообще впервые произошло… Боюсь представить, какие завтра слухи по школе поползут, что мне отвечать, когда начнут расспрашивать о произошедшем… А расспрашивать обязательно будут.

Во взгляде журналиста промелькнуло сочувствие.

– А могу ли я поговорить с этой девушкой? – осторожно поинтересовался Яков. – Я просто хочу понять ее мотивы.

– Да легко… – Юра пожал плечами, подумав: "А почему бы и нет?" Он подошел к двери и позвал Дзихико. – Вот, – указал он на журналиста. – Ты у нас в одночасье стала крайне популярной. Тут человек, известный журналист, хочет с тобой поговорить. Завтра проснешься знаменитостью номер один во всем Артуре.

Дзихико фыркнула и серьезно потрогала рукояти своих клинков.

– Тоже мне проблема, – с намеком произнесла она. – Могу хоть сейчас от нее избавиться! – от ее заявления журналиста бросило в холодный пот.

– Если что, я пошутила, – снова фыркнула она. – Я же все-таки не маньячка!

– А справка есть? – пробурчал Юра. – Хреновое у тебя чувство юмора. Так и до ранней седины дошутиться можно… Давай договоримся: ты больше так не шутишь, – проникновенно попросил он.

– Скажите, – произнес Яков, убедившись, что никто его убивать не собирается. – Я так понимаю, то, что произошло на площадке после поединка, это что-то вроде традиции, практикующейся у вас в Японии?

– Позвольте возразить, – мягко улыбнулась Дзихико. – Я подданная Российской Империи и соблюдаю ее законы. То, что я сама выбрала себе того, кого считаю достойным господином, совершенно не противоречит законам империи.

– О нет… я совершенно не это имел в виду, – поспешил сказать Яков. – Возможно, я лезу не в свое дело, но со стороны ваши действия кажутся нелогичными.

– В смысле нелогичными?! – возмутилась девушка. – Все очень даже логично!

– А вот теперь и мне стало интересно узнать все повороты твоей логики, – произнес Юра. – Как это связано с тем, что ты сначала вызвала меня на поединок, а потом отпинала у всех на глазах?

– Вообще-то, – возмутилась Дзихико, – я была очень аккуратна.

– Верю, – кивнул парень. – И все же объясни мне ход своих мыслей… И почему именно я?

– Хорошо… – серьезно кивнула девушка и начала разъяснения. – Я давно за тобой наблюдала… С того момента, когда стало известно, что ты – тот самый, якобы давно погибший брат графини Малышевой. И я ни на мгновение не сомневалась, что это правда. Ты уверенный в себе парень, четко знающий, чего хочет добиться в жизни. Не боишься трудностей и с честью выходишь из всех передряг… Включая и твое похищение, когда ты попал в Баюйцюань.

Юра выглядел удивленным, а журналист – шокированным. Парень покосился на мужчину и тихо предупредил:

– Об этом лучше забыть…

– Не совсем дурак, понимаю, что о таком не стоит распространяться, – пробормотал тот.

– И откуда ты это знаешь? – хмуро и требовательно спросил девушку молодой граф.

– Знаю… У меня знакомый в службе безопасности Академии… Он не то чтобы рассказал, скорее случайно проболтался, – призналась она. – Слабак бы там сгинул, а ты вернулся. Наши военные смогли через твой портал успешно зачистить тот город… Тогда я окончательно поняла, что ты – именно тот, кто мне нужен… А вызов на поединок – крайняя проверка, – заявила она. – Сначала ты отказался. Несмотря на то, что я бросила вызов публично, и за отказ тебя могли посчитать трусом! Но ты все равно отказался, а это значит, что тебе наплевать, что о тебе подумают другие. Такое может позволить себе только сильный человек, – уверенно улыбнулась Дзихико. – Затем я обратилась за помощью к твоим друзьям и невесте, попросила их уговорить тебя, ничего не объясняя… И ты их послушал! А это говорит о том, что ты готов прислушиваться к мнению друзей, даже если они говорят тебе: "Верь мне!" Ты согласился на поединок, даже зная, что проиграешь! И ты хорошо дрался, и не побоялся признать поражение.

– И вправду убийственная логика, – вздохнул Юра. – Честно, я до сих пор плохо представляю, что с тобой делать, но черт с ним… Поживем – увидим, что из этого выйдет, – он снова посмотрел на журналиста. – Все же предупрежу: об этом точно не стоит писать… Я даже не угрожаю, а просто прошу, по-человечески.

– Я же сказал, что мне просто любопытно и что ни слова об этом не напишу… – Яков поднялся со своего места. – За вами интересно наблюдать, граф… Думаю, у меня будет еще много хороших статей. Поэтому предпочитаю сохранить взаимоуважительные отношения!

***

От тренировки Юра все-таки отказался. После поединка рука ныла, словно в ней поселился злобный дух. Сославшись на внезапную занятость, они с Айкой поспешили домой. Благо, Дзихико осталась с ребятами, и его тайное желание избежать её общества осталось нераскрытым.

По дороге домой, Айка, виновато опустив голову, прошептала:

– Прости!

– Думаешь, одного "прости" достаточно? – хмыкнул парень. – Пока до дома дойдем, придумай, как свой грех замаливать будешь, предательница! – усмехнулся он, но в голосе сквозила не злость, а скорее игривость.

– А просто телом, не достаточно? – с намеком потупила взгляд Айка, кокетливо поводя плечом.

– Твоё тело и так моё, так что не катит, – обнимая и прижимая к себе девушку, заметил он.

– Ну, тогда сам предложи, – ответила она, заглядывая ему в глаза. – А я все сделаю, как ты пожелаешь! – заявила с вызовом.

– Прямо всё? – опасно прищурился парень.

– В рамках разумного, – поспешила она исправиться.

– В рамках разумного, я бы должен тебя выпороть за такую подставу, – заметил он, лукаво поблескивая глазами.

– Но ты же не станешь этого делать, – наградила его щенячьим взглядом невеста.

– Тебя – нет, – честно признался он. – Но одну зубастую точно нужно придумать, как наказать… Может, Тишке в еду слабительного подбросить?

– А пёсик в чем виноват? – возмутилась девушка. – Милое и доброе создание!

– Если что, это милое и доброе создание – боевой пес, – напомнил Юра. – Ладно, никому мстить не стану, – решил он, смягчившись под её взглядом.

Около дома их ждала довольно забавная картина.

Тишка лежал у порога, в позе примерного ученика, поджав под себя лапы и опустив голову, а на нем, с видом победителя, словно на мягкой перине, развалился Черныш, и не собирался уступать насиженное место. При виде людей Тишка слабо шевельнул хвостом, но с места не сдвинулся. А кот и вовсе никак не отреагировал, даже позу не изменил.

– Смотрю, а они неплохо так поладили, – заметила Айка. – А Черныш Тишку точно не обидит? – в голосе проскользнули нотки обеспокоенности.

– Нет, пока пес соблюдает установленные правила, коты его трогать не будут, – успокоил её Юра. – А питомец Тины – умная псина и ничего такого себе не позволит… Кстати, наша зубастая и остальные девчонки ещё домой не возвращались… – и, на удивленный взгляд девушки, кивнул на пса и пояснил. – Тишка сказал.

Пройдя мимо этой идиллической картины, парочка вошла в дом, в котором царила на удивление глубокая тишина. Что, в принципе, не было особо неожиданным и удивительным.

Юлька-Ведьма все ещё корпела над своим фильмом, который планировали закончить в этом месяце, а ещё через месяц выпустить в коммерческий прокат. Юра уже успел подсуетиться, чтобы его кинотеатр в Баюйцюане попал в список тех, где его будут транслировать, и уже был составлен контракт и шла подготовка к началу рекламной кампании.

Близняшек сегодня вообще не было на занятиях. У них уважительная причина: заболела любимая бабушка, и они сейчас ухаживают за ней. Если ей не станет лучше, завтра одна из них должна появиться на занятиях, а другая продолжит присмотр за больной.

Вика и Кармен заняты в своем клубе фехтования, и сегодня будут поздно… Вернее, поздно будет Вика, а Кармен сразу после тренировки пойдет домой, где у неё хватает своих домашних обязанностей.

Криминальных племянников китайского босса не было уже больше недели. У них тоже какие-то свои обязанности перед семьей… не перед криминалом, а именно перед семьей, которая в кои-то веки собралась в полном составе в доме их опекуна. От этой семейной сходки у всего правоохранительного сектора Артура голова шла кругом. В СИБе, наверное, спят и видят, как бы заслать туда своего человека-агента, чтобы быть в курсе всего. А полиция и жандармерия, те, наоборот, усиливают свое присутствие в китайских кварталах, чтобы, не дай бог, с представителями криминальной семьи что-нибудь не случилось. Тогда точно жди беды и больших проблем.

Тина, сразу после поединка Юры и Дзихико, уехала разбираться с делами корпорации Вебер. У неё там что-то вроде сходки больших боссов намечалось, которая называлась «советом директоров корпорации».

Оставались только Глеб и Сергей… но эти ребята сидели по своим комнатам, каждый занятый своими делами.

Про остальных домочадцев в лице Серго, Артема и Антонины Павловны можно так же сказать: каждый был занят своими делами, и их присутствие рядом стало чем-то обыденным и малозаметным. Тот же Серго, который постоянно мозолил взгляд только когда рядом была Олеся, с которой он перестал скрывать зарождающиеся между ними отношения. А так, в дни, когда Юра не покидал Академии, он пропадал непонятно где, занимаясь непонятно чем.

Поэтому и причине тишины по всему дому удивляться не следовало. Можно сказать, сегодня в доме царила редкая тишина. Поэтому и они не стали задерживаться в гостиной и сразу ушли в свою комнату, где на пороге их встретило приветственное: МЯУ! – Пятнышка! – Айка тут же подхватила на руки маленькую кошечку и стала тискать и гладить её, в ответ слыша довольное мурчание. Другие же котята предпочитали наблюдать за ними со стороны, лениво потягиваясь.

***

Утренний свет заливал гостиную, и она казалась переполненной обитателями дома-общаги. Казалось, сегодня собрались все, даже те, кто вчера отсутствовал, из-за чего за большим столом царила невообразимая теснота и гул. Застыв на лестнице, Юра медленно обвел взглядом эту пеструю толпу, задержавшись на Дзихико, которая совершенно органично вписалась в этот хаос, без стеснения уплетая предложенный завтрак.

И тут Джи заметила парня:

– Вот он, наш нехороший человек!

– Почему это я нехороший? – поинтересовался Юра, спускаясь по ступенькам. – Почему все самое интересное, что с тобой приключается, обязательно происходит, когда нас с братом нет рядом? – с упреком произнесла она. – И нам приходится довольствоваться пересказами! А я так мечтала лично увидеть, как тебя публично разносят!

– Ну, уж извини, – развел руками парень. – Тут я могу только посочувствовать. – Он снова бросил взгляд на довольную японку. – Как говорится, нечего было ворон считать, второго дубля не будет, так что включай фантазию и смакуй произошедшее в воображении.

– Вот поэтому ты и нехороший! – повторила китаянка.

С ее мнением полностью согласились обе близняшки, выразив сожаление об упущенной возможности полюбоваться на то, как вздувают спесь с одного крайне наглого графа. Они даже осмелились попросить виновницу этого переполоха повторить публичное избиение Юрки. Та же, ничуть не смущаясь, ответила, что сделает это только с разрешения своего господина, которому поклялась в верности. Естественно, такого разрешения ей никто не дал.

Появившаяся Айка одернула разгоряченных близняшек, предупредив, что игры с огнем могут закончиться болезненными ожогами. Обе тут же сделали вид, что испугались грозного вида подруги, и замолчали.

Зато прорезался голос Серго, который нагло заявил:

– Отлично! Теперь есть кому присматривать за этим магнитом для неприятностей в мое отсутствие… Хотя, насчет упущенного зрелища… Если мне память не изменяет, на той площадке стоят камеры службы безопасности Академии, и можно попросить их поделиться записями.

– Поиграй со смертью! – мрачно предостерег его Юра. – Олеся, а ты бы не хотела узнать кое-какие пикантные подробности про одного отдельно взятого грузино-японца… Например, о том, как некто хорошо знакомый… заглядывается на симпатичных школьниц в мини-юбках, позволяя себе нескромные высказывания?

– А что, такие случаи и вправду были? – тут же встрепенулась упомянутая близняшка, бросив недобрый взгляд на побледневшего Серго. – Значит, не врет, и такое действительно имело место быть. – Олеся сделала вывод по лицу парня и мрачно улыбнулась. – Мы позже обсудим этот момент, и ты мне все расскажешь, правда, дорогой!

Юра усмехнулся, с иронией поглядывая на сына Лаврентия. Уж что-что, а поставить на место зарвавшегося и забывшего о мужской солидарности Серго он мог с легкостью. А ведь он демонстративно припомнил тому самый безобидный инцидент из всех, о которых знал лично. Правда, про себя он вздохнул с облегчением, мысленно пообещав связаться с Лаврентием Павловичем, чтобы тот уничтожил компромат на него и сделал личное внушение охране по поводу того, что им можно говорить, а чего категорически не рекомендуется.

Блин! Если на площадке во время поединка был хоть один, кто снимал все происходящее на камеру своего телефона, то это видео уже давно могло быть слито в местную инфо-сеть, – с опозданием подумал Юрка, прикидывая, стоит ли попросить Сергея поискать в сети или лучше сделать это самому.

И все же, сразу после завтрака, перед тем как уйти на занятия, он тихо попросил Сергея на всякий случай проверить социальные сети и сообщить ему о результате.

Как Юра и опасался, в учебном корпусе уже все всё знали, и он словно вернулся в те времена, когда его учеба в этом месте только начиналась и когда он был в центре всеобщего внимания.

Вот и сейчас так было. К тому же те, кто уже более или менее его знали, не стеснялись подходить и расспрашивать, что да как. Но парень неизменно кивал на Дзихико и говорил, что все вопросы не по адресу, а за объяснениями следует обратиться к ней. В принципе, этого было более чем достаточно, так как к бешеной японке за объяснениями никто не спешил подходить, хотя она и улыбалась во все свои белоснежные тридцать два зуба.

Вот что значит "хорошая" репутация!

В кабинете представителя, где Юра надеялся отсидеться до начала урока, неожиданно оказалось слишком много народу.

– Ну и какого лешего вы все сюда заперлись? – мрачно глядя на девчонок, спросил он.

– Ой, да ладно тебе, – взглянула на него Викки, ставя чайник и звеня посудой. – Дыши ровно, а то закипишь, как чайник.

Джи хихикнула, болтая ногой и заняв ближайшее к парню кресло.

– Слушайте, – неожиданно произнесла она. – А ведь скоро вас Айкой должны будут сменить на этом посту, и вы больше не сможете использовать этот кабинет для своих обнимашек… Уже решили, кого предложить новому директору в качестве следующего представителя?

– Вот тебя и предложим, – пробурчал Юра. – По-моему, нормальная кандидатура. – По-моему, тоже, – неожиданно поддержала его Айка.

– Не, я на эту роль не подхожу, – беспечно ответила китаянка, совершенно им не поверив.

И в этот миг в дверь в кабинет представителя кто-то постучался.

– Да какого хрена! – не сдержался Юра. – Кого еще сюда несет? Дверь открылась, и внутрь заглянул директор ученического корпуса.

– А что, я теперь обязан получать письменное разрешение, чтобы заглядывать в этот кабинет? – спокойно осведомился Георгий Владимирович. – А почему вас здесь так много? Что это за сборище? А ну-ка, всем левым – брысь по своим классам! – строго велел он. – Если у вас нет дел к представителю и ее помощникам, вам здесь делать нечего…

Как по щелчку пальцев, кабинет мгновенно опустел. Когда надо, старый директор мог быть очень строгим.

– А теперь вы трое… – он глянул на закипающий чайник. – Кстати, налейте и мне чайку, а то я с самого утра даже не позавтракал…

***

Абэ Горо, словно ускользающая тень, японец, не раз обманывавший облавы, с обостренным чутьем на опасность, преобразившийся до неузнаваемости – без намека на лысину – словно призрак вернулся в Артур. Легально, под личиной поддельных документов, он растворился в лабиринтах окраинных кварталов. Никаких терактов, никаких громких акций – лишь необходимость залечь на дно, собраться с мыслями.

Возвращение в империю, после череды провалов и кончины господина, было равносильно самоубийству. Там его ждала бы лишь мучительная смерть, а она решительно не входила в его планы. Именно поэтому ему требовалось время для раздумий… и, конечно же, деньги! Его бюджет, истрепанный последними событиями, скукожился до неприличия. Оставшихся средств едва хватало на жалкую комнатушку в забытом богом районе, где до таких, как он, никому не было дела.

Так, уже не лысый Абэ, за гроши снял угрюмый угол на стыке двух районов и погрузился в пучину безвестности…

***

Страсти вокруг Дзихико, словно осенний туман, начали рассеиваться. Многие решили, что экстравагантная девушка, слегка тронутая безумием, просто выкинула очередную причуду, и вскоре ей наскучит роль тени графа Малышева. По крайней мере, такие слухи витали в воздухе учебного корпуса.

К облегчению графа Малышева, никаких компрометирующих видео в сети обнаружено не было, что позволило Юре выдохнуть и самому успокоиться.

История с негативной публикацией в спортивной газете разрешилась столь же стремительно. Сразу после брифинга полиции последовало опровержение и официальные извинения. Вскоре в двух влиятельных изданиях появились разгромные статьи Якова Салтанова и его коллеги, которые в пух и прах разнесли автора злополучной заметки, обвинив его в непрофессионализме и предвзятости. Публикация непроверенных данных была названа верхом идиотизма – мнение, с которым согласились оба именитых журналиста.

В общем, к концу учебной недели жизнь более или менее вернулась в привычное русло.

Да и к присутствию Дзихико Юра успел привыкнуть и даже перестал обращать на нее внимание…

Примерно так он думал вечером в пятницу, в преддверии своеобразной "мясорубки", которую они решили устроить на академическом полигоне с участием пяти сборных команд. Это была отличная возможность набраться опыта в условиях одновременного участия множества соперников.

И вот он, долгожданный сигнал.

– Начали! – Скелетон первым вылетел из комнаты ожидания, за ним – Сашка.

Эта разведывательная группа умчалась вперед, чтобы оценить обстановку.

Буквально сразу с обеих сторон раздались их голоса, предупреждающие о том, что лестницы перекрыты.

– Контакт! Обложили!

– Совсем никак не пройти? – спросил Юра.

– Если только всей командой попытаться прорваться, и то не факт, – усомнился Саня.

– Ага, – согласился Костя. – К тому же нас тут же со спины зажмут, и мы окажемся между молотом и наковальней.

– Понял вас… Держитесь там! – Юра окинул взглядом остальных. – Женек, к Саньку, а мы с Керимом попробуем продавить ту сторону.

– Может, лучше мы с Керимом займем позицию Санька и начнем их мариновать, а вы втроем ту сторону станете продавливать, – предложил Евгений после недолгого размышления.

– Давай так, – согласился Юра, немного подумав, и они разошлись в разные стороны.

Как и говорил Костя, проход на другие уровни им блокировала команда под командованием Глеба. Сын адмирала Макарова, воспитанный в строгости и дисциплине, все-таки выбрался "поиграть" и развеяться. Зная, на что способна команда противника, он решил не лезть на рожон и не поддаваться на провокации. Поэтому его команда, заняв лестницу, не спешила двигаться дальше.

– Хорошо встали, – прокомментировал действия противника Костя. – На мои финты не ведутся, а близко мне к ним не подобраться.

– Ну что, давай я попробую, – предложил Юра. – А ты им немного глаза замусоль и отвлеки на себя.